Алистер Лоуренс

Осколки Минувшего

Ничто в мире не проходит бесследно…

Глава 1

Нет пределов любопытству

Сентябрь 2221 года

На дворе с раннего утра дождь лил, как из ведра, а в гостиной приятно потрескивали дрова недавно зажженного камина. Роб устроился поудобнее в свое любимое кресло-качалку, закутавшись в теплый шерстяной темно-зеленый плед, и для верности, чтоб уж согреться наверняка, неспешно попивал горячий брусничный чай. Утро выдалось напряженным и ему довелось дважды вымокнуть до нитки под ледяным сентябрьским дождем, о чем теперь совсем не хотелось вспоминать.

Гостиная постепенно наполнялась теплом древесного костра, и Робу мало-помалу становилось лучше. Настроение, испорченное утренним инцидентом с дымоходом, который забился в самый неподходящий момент, возвращалось в норму. Из-за неисправной дымовой трубы, собственно говоря, Роб и оказался мокнуть на крыше, как брошенный пес под забором, но температура за окном опустилась почти до нуля, и оставлять дом нетопленным все равно не сулило ничем приятным.

Сама комната радовала глаз Старого Вояки, особенно после прошедшего ремонта, как и весь некогда ветхий дом. Вскоре после успешного воскрешения Саймона, Рэта и Элизабет (тогда еще никто не подозревал, чем все это обернется на деле), а еще троих друзей из семьи Знахаря: Стенли, Бредли и Венди, Робу перепали немалые барыши. Он, стоит упомянуть, сперва не знал, зачем ему столько денег, но решил не горячиться и не отказываться от них, пусть и не понимал, с какой такой радости император настолько расщедрился.

Ремонт оказался бы весьма затратным для простого жителя Карелии, но для новоиспеченного богача — это капля в море, можно разгуляться, и не в чем себе не отказывать.

Стены и потолок гостиной были обшиты натуральным деревом, лакированным таким образом, что в солнечную погоду, они будто излучают свет. Стены украшали роскошные художественные картины в золотых рамах, добавляя комнате изысканности и шика. Потолок был украшен декоративными элементами, изготовленными из белого мрамора, который создавал ощущение простора и величественности.

На полу красовался новый персидский ковер, покрывающий почти всю комнату, кроме камина, как что даже в самые лютые морозы можно было ходить без теплых тапочек, и даже без носок, что особенно нравилось Саймону и Венди.

По обе стороны камина расположились два дубовых книжных шкафа, полки которого украшали небольшие гипсовые статуэтки, медные вазы и прочие всевозможные приятные безделушки, полюбившиеся Робу. Над камином красовались оленьи рога — трофей и предмет особой гордости Вояки. Напротив очага находился диван и кресло с множеством подушечек для удобства, на которых можно было расслабиться и насладиться теплом огня; а в дальнем углу — журнальный столик и два кресла поменьше и уже без подушек. Все они были оббиты серо-золотистой добротной тканью, сотканной под заказ на местной фабрике.

Над потолком, в центре зала висела кованая люстра, стилизованная под средневековье. Лампочки в ней походили на свечи, а сама она выглядела так, будто ее прежним местом обитания служил какой-нибудь трактир или лавка зажиточного торговца где-нибудь в Брюгге. Все детали гостиной были продуманы до мелочей, создавая атмосферу комфорта и роскоши.

Любимое кресло, в котором зачастую проходил домашний отдых Роба, стояло неподалеку от окна. Так было удобнее читать. Да и вид многолетнего соснового леса прямо за просторным окном обладал для него неким расслабляющим свойством.

Сегодня, как и во всякий холодный и хмурый день, переделав все домашние дела, мужчина читал книгу, время от времени посматривая, как капли по ту сторону стекла бесшумно скатывались по окну, то и дело создавая причудливые узоры.

Внезапно послышались еле заметные звуки открывающегося дверного замка.

— Саймон, это ты? — Дверь входная дверь скрипнула, но ответа на громкий бас не последовало.

Роб взглянул на часы, отрываясь от чтения интересной и занимательной книги про зимнюю рыбалку, которая в последнее время стала главным хобби Вояки. Было четырнадцать часов ровно. — «Вполне возможно — это он. Занятия в школе должны были уже закончиться. Да и некому больше». — Справедливо заключил Роб, поскольку Стен и Бредли еще засветло отправились на рынок и вернуться обещали только к ночи, а бедняжка Венди спала в своей комнате на втором этаже. Ее пару дней назад свалила простуда.

— Саймон? — И во второй раз тишина стала ответом.

«Наверняка, мальчишка опять включил аудиокнигу и совершенно не слышит меня». — В сердцах негодовал Роб. Морщины на его постаревшем лице все сильнее выдавали эмоции.

— Саймон! — Продолжил Роб, все еще громко и раздраженно. — Я тебе говорю, а ты не слышишь! Мы уже столько раз об этом говорили!

Ему с некоторым недовольством пришлось закрыть книгу, вложив в нее закладку, так, на всякий случай, и встать с уютного кресла. — «Сорванец, просил же быть осторожнее. Так ведь можно и машину не заметить. Ох уж эта молодежь». — Роб поймал себя на мысли, что ворчит, как зловредный старик, а ему, не было и шестидесяти, и он еще оставался в полном здравии ума и тела. На мгновение Вояка глянул на свое лицо в зеркале. Взгляд его стал мягче. — «Что же, может быть, я сам виноват». — Подумал Роб, вздохнув тяжело. — «Я слишком суров с ним, не отдавая ему время на то, чтобы просто быть ребенком».

— Саймон? Это ты? — Покинув гостиную, мужчина проследовал в прихожую, отделенную от последней лишь увесистой деревянной стеной.

Как и предполагалось, мальчишка увлеченно слушал очередную аудиокнигу, звуки которой теперь сделались едва различимыми и для ушей Роба. Саймон неспешно снимал обувь, не отрываясь от дела.

Стоит сказать, тяга мальчишки к знаниям несколько удивляла окружающих. Вместо того чтобы в свободное время играть в компьютеры, как это делали многие сверстники, Саймон постоянно читал и за два года разделался со всей внушительной библиотекой дяди, отдавая предпочтение научной литературе. Особенно сильно его волновали физика, химия и биология.

«Похвально, надо сказать, но, все же не стоит пренебрегать правилами безопасности». — Думалось Робу. Во времена своего детства он слыл тем еще сорванцом. К тому же, у бедных семей не было времени на книги, не говоря уже и о деньгах. Школьная программа, вот и все знания, если успеешь дойти до нее и не угодить в лапы пожирателей.

— Саймон, ты опять за свое? Я же просил ходить без наушников по улице. — Ром положил руки на пояс.

Парнишка заметил дядю, как он сам именовал Роба, и, сняв наушники, смиренно склонил голову: «Прости, книга очень интересная попалась. Заслушался. Пожалуйста, не злись».

— Я и не злюсь. Просто будь осторожен на дороге. — Роб приветливо улыбнулся.

— Да, дядя. Обещаю соблюдать правила. — Продолжил он, снимая с себя промокшую насквозь темно-синюю куртку и вешая ее сушиться на вешалку.

— Почему ты так не любишь зонты? — Удивился Роб, стараясь быть как можно более вежливым, дабы не смущать мальчишку.

Саймон всегда оставлял свой зонт дома, предпочитая мокнуть, наверное, как и все школьники. Роб еще никогда не видел, что бы кто-то из них спасался от дождя с его помощью. — «Стесняются, а может попросту боятся показаться слабыми или маленькими». — Думал он. — «Уж и не знаю, откуда у эдакой странности ноги растут. Но ведь так и простудиться — плевое дело». — Роб почесал подбородок, подобно неуверенному в себе подростку.

— Зачем? — Парнишка непроизвольно пожал плечами и посмотрел на дядю с удивлением. — Капюшон ведь неплохо спасает… Голова сухая, видишь? — Саймон провел рукой по волосам. — А зонт — таскать в лом.

«А выражения-то какие. Того и гляди, скоро назовет меня динозавром». — Роб покачал головой. — «Летит время… Не только чужие дети быстро растут».

— Ага. Оно и видно… Куртку и штаны теперь придется сушить. Я только недавно вскипятил самовар, не мешало бы погреться. Кстати, ты не голоден? В холодильнике — твой обед. Твоя любимая уха, я сам ловил рыбу. — Роб намеревался похвастаться уловом.

— Спасибо, но я не голоден. В школе перекусил. Я в библиотеку. — Не тут-то было, Саймон опередил дядю.

Парнишка скрылся прежде, чем Роб успел что-то ответить. — «Ох и сорванец, не иначе, как станет ученым… Никогда прежде не видел, что бы в столь юном возрасте дети могли столько читать. Необычный ребенок, в хорошем смысле слова, само собой. Только бы не простудился».

Роб решил было угостить Саймона ароматным горячим чаем с травами, а заодно и овсяным печеньем, и отнести полдник в библиотеку. — «Если Магомед не идет к горе, значит, гора идет к Магомеду». — Вспомнилась старинная поговорка, услышанная когда-то еще от давно уже покойного предателя Васнецова.

Саймон до безумия обожал печенье, которое мог есть без устали. Многим, наверное, представится упитанный мальчуган, но Саймон был и оставался худощавым. За два года мальчишка не то, чтобы не поправился, а даже немного похудел и выглядел так, будто его не кормили вовсе. Дядя, в свою очередь, пытался это исправить, но, увы, долгие командировки весьма осложняли и без того непростую задачу, а, кроме Роба, он, казалось, никого больше особо и не слушал. Вы ведь знаете этих сорванцов, глаз да глаз нужен. А в случае с Саймоном — вес и вовсе не желал приходить. Про таких русские люди обычно говорят — не в коня корм. Роб усвоил многие поговорки, прожив в России, как ему самому казалось, почти всю свою жизнь.

Дядя бодро зашагал на кухню, которая примыкала в прихожей. Пышным убранством и простором она не отличалась, хотя и была выдержана в общей стилистике жилища. У единственного довольно узкого окна стоял широкий стол и пять стульев, ровно по количеству жильцов «охотничьего домика», как сами его обитатели в шутку называли жилище. Чуть дальше, ближе к углу — плазменный холодильник, раковина и посудомоечная машина. Напротив стола — плита, микроволновка, гриль, духовка, а так же — несколько шкафчиков для посуды и припасов, в общем, все, что необходимо для уютной и комфортной жизни, чего в свое время не было и у половины населения Далласа, включая и самого Вояку.

Готовили в доме все по очереди, но Робу нравилась только еда Венди, а вот Стен и Брэд отличались невероятным талантом испортить даже самое незамысловатое блюдо, будь то омлет или простое пюре. И все из-за собственной невнимательности и рассеянности. — «Вроде же взрослые люди, а иногда ведут себя словно дети, если не хуже». — Порой негодовал Роб, протирая кухонную плиту с разводами после очередного кулинарного фиаско. — «Просил же не оставлять кастрюлю на быстром огне. Говоришь-говоришь — как об стенку горохом».

Справедливости ради, Саймон тоже учился, правда, пока ему поручали простые задачи, что-то вроде того же омлета, или какую-то иную посильную помощь — нарезать овощи, почистить картошку. С последним возникли проблемы, и, в конце концов, после нескольких порезанных пальцев, обычный нож пришлось заменить на более безопасную «бритву» для чистки овощей. Так чистка картошки превратилась в ее бритье — порой шутила Венди.

Самовар все еще был горячим, и Роб управился быстро. Свежая утренняя заварка, кипяток, несколько печенюшек на блюдечко — и дело в шляпе. Не барное меню, но все же.

Саймон всегда пил чай только без сахара, как он сам пояснил — ему нравился чистый душистый чайный аромат, а сахар перебивал его. Однако, некоторые окружающие предлагали ему добавить сахар в чай. Он всегда вежливо отказывался.

К появлению дяди в читальном зале, Саймон уже успел выбрать интересующую его книгу, которую только несколько дней назад получил по почте, вместе с десятком других. Мальчишка уселся в мягкое кресло, включил лампу, стилизованную под старину, и с головой погрузился в чтение.

— Как дела в школе? — Поинтересовался Роб, дабы начать беседу, поставив чашку на деревянный лакированный столик около кресла.

— Как всегда. Ничего интересного — скука и только. — Безразлично ответил он, не отрывая глаз от книги.

Школьная программа давалась Саймону легче некуда. Он вмиг решал уравнения, знал наизусть все теоремы и формулы. Одним словом — вундеркинд. Не удивительно, что уроки казались ему занятием весьма неинтересным и даже ненужным.

— Что читаешь на этот раз? — Поинтересовался Роб.

— Майкл Стюарт и Константин Андрейченко. «Теория квантового переноса сознания». — Мальчишка показал обложку. — Подарок Кайлера.

— Хм. — Роб почесал бороду. — Интересно, сможем ли мы продвинуться в этой области дальше теории. — «Кайлера?» — Тем временем промелькнуло в голове.

— Главная ошибка ученых — они рассуждают о переносе сознания, но человечество до конца еще не знает, что такое сознание. И что такое душа, иными словами. Поэтому человеку сначала требуется умереть, а потом его энергию ловят и, если все проходит успешно — вживляют в новое бездушное тело. Если бы удалось научиться извлекать душу из тела, то человеку попросту не пришлось бы стареть. И уж тем более — умирать.

— Чем больше ответов, тем больше вопросов. И тем сложнее их решать. Ты же знаешь правило круга и окружности. Чем больше окружность, то есть граница наших знаний внутри круга, тем больше неизвестного открывается для нас в границах этой самой окружности.

— Да, дядя, знаю. — Саймон все-таки оторвался от книги. — Но дядя, наши друзья, они все там, заперты на границе смерти и мы должны помочь им вернуться, дать вторую жизнь. — Малец скрестил руки на груди, явно испытывая негодование.

— Мы можем и сейчас сделать это, но они сами отказались. Просто поймать души в ловец, а затем вырастить новое тело. Дело в том, что…

— Нет, дядя, на это уйдут годы. Современные способы воскрешения занимают от недели до нескольких месяцев, да и мы можем поддерживать тела только нескольких сотен человек, а в подземелье — их десятки тысяч. Пока одни умрут, другие еще не родятся. Биологический принтер может печатать тела с невероятной быстротой, но процедура вживления сознания обратно в тело — долгое и рискованное занятие. Нам всем необычайно повезло, и все мы выжили, а пойди что не так — и все, конец. Мы были бы или мертвы, или сделались инвалидами!

«Малец дело говорит. Годы, если не десятилетия. Подготовка тела — пара пустяков, будто снять ксерокопию в двадцатом веке. Иное дело — совместить хорошо изученную учеными физическую оболочку и покрытую завесой тайн душу. Пробелов в биологии перерождения и прикладном воскрешении хватает с головой. Наука новая, хотя в древности шумерские жрецы наверняка обладали подобными умениями. Или нет, иначе бы цари Шумера не умирали, если, конечно, это был ни один и тот же царь, переодетый в разные оболочки. В любом случае, нам этого не узнать, по крайней мере, сейчас». — Заключил Роб, слушая пламенные речи Саймона, однако оставил мысли при себе, дабы не будоражить юное сознание еще больше.

— Ты прав, нам всем очень повезло. — Ответил он кратко.

В тот раз выжили все. Но шанс умереть и не воскреснуть — все еще велик. Человечество не смогло научиться создавать настолько сильные энергетические поля, подобные тем, что есть в Далласе.

Современные барьеры спокойно отразят нападение громадины-пожирателя или даже стражника, с которым не справились даже кардиналы, но вот крохотная человеческая душа ускользнет и все — ищи зернышко в пустыне. Никому не известно, куда они направляются после смерти. Загадка, которой пока нет ответа. Никто не возвращался с того света.

Так, что остается только ловить душу, пока та только покидает тело и удерживать внутри ловца. Но, в мире живут и умирают миллионы, а новые тела получают не многие, а ловцы так и пылятся годами на полках спецархива при Императорском Институте в ожидании очереди целыми семьями. Да и поймать успевают далеко не всех. Стоит помнить — смерть отступила лишь на шаг, но не исчезла. Жизнь — далеко не сказка. А если и сказка, то писали ее братья Гримм, хорошо хоть не Стивен Кинг или кто-то из продолжателей жанра, которых их не мало, а истории настолько ужасны, что Даллас покажется прекрасным краем эльфов.

— Постой. — Роба тот час словно ошпарило кипятком. — Кайлер? Это твой друг?

— Да, друг. Он из Англии. — Мальчишка замялся, как обычно делают подростки, когда случайно, взболтнут лишнего.

«Что это за друг такой? Никогда не слышал о нем». — Подумалось Робу. — «Уж не о Кайлере Шэйде ли зашла речь? Нет, старина, не неси глупости. С чего бы кардиналу Мардук писать школьнику и дарить книги? Если только этот самый школьник не умнее Альберта Эйнштейна, нет, Роб, Саймон умен, но он еще ребенок, Кайлеру нет дело до подростков».

— Он тоже учится в школе? Как вы познакомились? — И все же дядино любопытство взяло верх над осторожностью.

Нет, Роб не особо любил выпытывать что-то, предпочитая жить по методу «захочет — расскажет сам». Но что-то подсказывало ему — этот Кайлер далеко не обычный одаренный подросток, как, например, Саймон.

— На форуме по прикладной регенерации. — С особой гордостью ответил мальчишка, который недавно вернулся из Англии, где и посетил международную встречу в качестве одного из немногих почетных членов — одаренных детей из разных уголков мира.

— Он твой ровесник? — Повторил Роб, поскольку юнец проигнорировал первую часть вопроса, возможно — сознательно.

— Нет, Кайлер уже взрослый. Немного странный, красит глаза, как музыкант. — Саймон улыбнулся. — Он похвалил мою статью, которую написали в научном альманахе в Вашингтоне и сказал, что давно не встречал таких целеустремленных, как я. И пообещал подарить книгу из своей личной библиотеки, при следующей встрече. А еще у него есть своя научная лаборатория. — Мальчишку понесло, и, позабыв об осторожности, тот рассказал все, что и ждал дядя. Наверняка Кайлер просил не говорить о нем Робу, а может и наоборот, хотел напомнить таким образом о себе.

«Интересно, какова все же вероятность, что это тот самый кардинал Мардук?» — Что-то подсказывало Робу, что дело обстояло именно так. — «Немногие ученые красят глаза, не встречал ни одного».

— Сейчас, погоди. — Роб достал из кармана джинс старенький по молодежным меркам мобильник и открыл фотокарточку Кайлера, показав ее Саймону. — Это он?

Мальчишка деловито взглянул на картинку, на которой в полный рост красовалось изображение Кайлера. Фото досталось ему от разведки и считалось единственным. Больше заснять первого кардинала не удавалось никому. Длинноволосый стройный мужчина в черной одежде предстал перед Саймоном.

Мальчишка кивнул головой и угукнул, то говорило об одном — Роб оказался прав. Знакомый племянника и один из кардиналов Мардук — один и тот же человек.

— Дядя, вы знакомы? — Неожиданно глаза племянника засияли от восторга. — Ничего себе! Потрясно! — Саймон ликовал. — Не может быть! — Мальчишка рассмеялся. — В школе от зависти усохнут! Расскажи, где вы познакомились? Вы охраняли его ученых, да? — Казалось, мальчишка хотел узнать о Кайлере все, чтобы быть как он — загадочный и могущественный ученый.

Робу же было не до смеха. Похвастаться обстоятельствами знакомства с Шэйдом он не мог. К тому же, Старого Вояку мучили вопросы, какого лысого черта Кайлеру понадобилось от племянника, но дядя решил не торопиться с выводами и позже все хорошенько обдумать, так сказать — разложить по полочкам, как и учили при разведке.

— Завтра родительское собрание. Надеюсь, ты не подрался ни с кем, как в прошлый раз? — Роб сменил тему, нахмурив брови, решив таким образом замять тему о кардинале Мардук.

Перед самыми летними каникулами, за день или два до завершения очередного учебного года, Саймон и Андрей (одногодка из параллельного класса) сильно повздорили из-за защитных очков, которые Саймону приходилось носить при чтении — чтобы не утомить глаза. Племянник был прав, он ответил на обиду задиры, но Робу хотелось, чтобы Саймон узнал о драках и несправедливости мира намного позже, нежели сам дядя, который и по молодости натворил много бед, и теперь знал, о чем говорил. Поэтому и учил мальца применять силу только в самом исключительном случае. Тем более, современные дети редко задираются, но все же — это дети и всякое может случиться. Тут нужен глаз да глаз.

«Может я и слишком сильно переживаю за Саймона, а все от того, что у меня нет ни детей, ни жены, и это немного (или весьма конкретно) изменило мою жизнь, сделав смыслом жизни семью Знахаря из подземелья». — Подумалось Робу в тот момент.

- Нет, дядя, успокойся ты уже. Все хорошо. Андрей больше не смеется из-за очков, мы даже немного подружились. — Ответил малец, как ни в чем не бывало.

— Вот и хорошо. Наша сила — вот тут. — Роб приложил указательный палец ко лбу.

— Понимаю. И стараюсь изо всех сил. — Отнекивался он. — Никаких проблем, тихо и мирно…

Но на деле не все обстояло так гладко, как описывал Саймон. Вчера Робу снова (уже в который раз) звонил учитель. Конфликт никуда не делся, но Робу хотелось верить, что все будет хорошо и Саймон не влезет в очередную драку, хоть он только с виду кажется безобидным. На деле — умеет дать отпор, но, по мнению дяди, лучше действовать словами, подобно дипломату. — «Никто не отменял правило хорошего тона, пусть, возможно, я и идеализирую». — Как-то раз в голову Роба уже приходила подобная мысль. — «Мы все не без изюминки».

Дядя взглянул на мальчишку с неким недоверием, но тактично при этом промолчал. Что тут говорить, обязанность дяди давалась ему с трудом — Старый Вояка так до конца и не перешел на мирные рельсы. Ему везде грезились войны…

«Ладно, Роб, расслабься ты, наконец, все мальчишки хоть раз дерутся в школе. Сам будто ангел? Вспомни собственное детство. Все хорошо. Хватит ворчать». — Наконец решил он.

— Дядя, можно мне купить еще книг? — Саймон улыбнулся, зная, как можно задобрить дядю.

— Конечно. Сколько сможешь прочитать, но правило — есть правило. Сперва — уроки. Ты же хочешь поступить в МГУ или Институт прикладной биологии при Имперской академии наук? — Дядя деловито и по-отцовски строго взглянул на Саймона.

— Зна-а-аю. — Немного печально протянул он. — Надеюсь, там не будет скучно, как в нашей школе.

— О нет, не переживай. Это самое лучшее заведение во всей Европе. Впереди только Оксфорд, и то, ненадолго. Но туда так просто не попасть даже с нашими миллионами и связями. Только знания, и школьный аттестат. — Робу пришлось надавить на больное, иначе малец точно забудет про алгебру.

— Да, всюду эта школа. Но я буду стараться, ради папы, ради нас всех. — Саймон кивнул.

«Решительности мальцу было не занимать». — Роб был целиком и полностью уверен — малец сделает все, что бы исполнить свою мечту и вернуть семью, заточенную в подземном плену.

Вояка не спеша отправился обратно на кухню и, прихватив с собой служебный голографический планшет, решил ознакомиться с последними новостями, которые зачастую, никогда не покажет ни телевидение, ни даже вездесущий интернет.

В целях секретности, программу, отвечавшую за новости, можно было открыть только после связи со штабом в Москве, так что Робу пришлось повозиться, прежде чем ему дали добро и открыли доступ в закрытую сеть. Техника, стоит отметить, была оснащена новейшей панорамной камерой, которая позволяла не только наблюдать за читающим и следить, что бы в поле доступа экрана не оказалось посторонних, но и находить скрытые камеры, жучки и прочие шпионские гаджеты. Если же таковые находились, то устройство сию секунду блокировалось, а специально обученные люди в масках выезжали на место с целью проведения служебной проверки и увозили незадачливого чтеца под белые рученьки. Если удалось доказать факт шпионажа — нерадивого офицера отправляли в тюрьму лет так на двадцать-тридцать за государственную измену, а то и просто — приговаривали к смерти, а его жизненную энергию распределяли среди подданных.

«Разведка сообщает, что над Гималаями, неподалеку от индийской границы замечены огни невыясненного происхождения. Монахи говорят о пропаже троих человек из братии монастыря. Власти Китая опровергают различные свидетельства о пересечении воздушного пространства летательными аппаратами других стран». — Говорилось в первом донесении.

«Ничего интересного — все как всегда. В небе над Тибетом творится очередная нелепость, но китайцы делают вид, будто ничего не происходит. История с первыми пожирателями, за ночь поглотившими половину Тибета их так ничему и не научила. Заигрывают с Мардук. И нашим, и вашим». — Роб прервался и приготовил себе еще чая. Согревающий напиток поднимал настроение и придавал сил.

«Что там еще? В Ливане возобновились массовые беспорядки. Власти просят Россию ввести войска. Мало нам многовековых проблем в Сирии, Ираке, Ливии и Египте. Теперь и Ливан. Каждый год какую-то страну захлестывают беспорядки, то тут, то там внезапно появляются пожиратели и одна за другой ближневосточные республики просят помощи Империю. Кто следующий? И кто за всем этим стоит? Кому выгодно раскачивать мировой порядок еще больше? И без того все далеко от идеала, в Мардук совсем распоясались». — Роб поморщился. Ему не хотелось больше вспоминать о чем-то или о ком-то, связанным с Далласом, кардиналами и их интригами.

«В Антарктиде обнаружена тайная база Гитлера. Еще одна? Уже находили лет двадцать назад. Потом долго писали опровержение. Наверняка это очередная заброшенная лаборатория Мардук, замаскированная под базу нацистов, как и вышло в прошлый раз». — Если верить рассказам полковника Симоненко, скандал тогда разгорелся просто грандиозный. Посыпались головы командования, а сам император поручил провести всеобщую проверку всех военных ведомств по полной строгости.

«Ладно, пора думать о нас — хватит читать болтовню. Сегодня очередь Венди стряпать нам ужин, но она болеет. Придется все самому. Повар из меня не очень, да и холодильник близок к опустошению, но придется импровизировать». — Завершив новостной сеанс, Роб отправился к холодильнику, перед этим вернув технику в тяжелый сейф, встроенный в стену, как того требовали правила.

— Да, не густо. — Произнес Роб с ноткой грусти, едва открыв дверцу устройства. — Еще немного, и, как говорят? — Вояка почесал бороду, пытаясь вспомнить выражение. — Мышь повесится, точно!

На полках холодильника сиротливо лежали несколько яиц, пара картофелин, кусочек ветчины и совсем немного зелени и овощей. Выбор был не велик, а поскольку Стен и Бред планировали вернуться из города только к глубокой ночи, приходилось решать — остаться голодными или отведать одно интересное блюдо со странным названием «телега». Этому незамысловатому блюду Вояку научил Денис (друг-сослуживец). — «Весьма популярное угощение и очень вкусное и сытное. К тому же — простое». — Как-то заметил сам Роб.

Рецепт на самом деле оказался весьма простым. — «Нарезанные овощи кладутся слоями в сковороду, добавляется мясо или колбаса, затем сыр (которого оставалось совсем немного) и помидоры. Все запекается в духовке или тушится в сковороде под крышкой. Само собой — первый вариант куда вкуснее». — Вспоминал Роб.

Так Вояка и поступил. — «Должно получиться». — Утешал он сам себя, глядя на неказистое на вид блюдо. — «Ничего не знаю, я не повар. Мне простительно».

Теперь у Роба оставалось около получаса свободного времени, и он решил проверить почту. Реклама, реклама, ничего, кроме рекламы. Все это время он перелистывал страницы электронного ящика одну за одной, про себя ругаясь на бесконечный поток разного рода никому не нужного электронного мусора. — «Какие же они приставучие — нигде нет спасения. Телевизор, социальные сети, даже почту — и ту превратили в черт пойми что. Помойка, просто помойка». — Нахлынувшее негодование испортило мужчине и без того не радужное настроение.

Но одно послание все же привлекло внимание. — «Открыт новый магазин рыболовных товаров. Обязательно стоит заехать — не помешает прикупить пару-тройку новых удилищ. Грядет зима — пора подледной рыбалки. А вдруг капитан Конев приедет, а я не готов к радушному приему. Нехорошо, ведь я обещал показать здешние озера. А потом — запарить баньку, а после — дружески побеседовать у камина за чашкой глинтвейна или виски с кофе по-ирландски. Само собой, капитан не откажется от горячительного. Но главное — рыбалка». — Мысли о приезде Конева, который теперь занимал должность убитого за измену Васнецова, немного смягчила настроение Роба.

Полчаса пронеслись для него незаметно. Умная программируемая духовка издала пронзительный писк, слышимый, наверное, во всем доме, как бы говоря: «Ваш заказ, сударь».

«Вот и отлично!» — Улыбнулся Роб. — «Пора обедать. Или ужинать — время близится к вечеру, скоро стемнеет. Ах, как хорошо летом — белые ночи, хоть книгу читай». — Единственное, что Робу не нравилось в холодную пору — ранний закат. В остальном — тихая и малонаселенная Карелия приходилась Старому Вояке по душе. Наверное, только Саймон ворчал, ведь ему приходится ездить на учебу на школьном автобусе и жить в деревне.

Первую порцию чудо-запеканки вместе с горячим малиновым чаем глава семейства решил отнести Венди. — «Постельный режим никто не отменял». — Подумал Роб, поднимаясь по лестнице с деревянным подносом, подобно неуклюжему официанту.

— Венди, я вхожу. — Громко произнес он.

Стучаться в дверь с подносом в одной руке было, пусть и разумнее, но несколько труднее. Можно было, что называется, «покормить» пол и стены и обеспечить себя долгой уборкой.

— Да, дядя Робби, хорошо. — Хрипло отозвалась Венди.

Деревянная дверь тихонько скрипнула и Роб оказался внутри.

В комнате царил аромат цветов, подаренных накануне Брэдли — что не сделаешь для скорейшего выздоровления. — «И как он успел заскочить в город и вернуться затемно»? — Роб так и не нашел ответа, а сам Брэд предпочитал оставить все в секрете.

Сама комната более походила на замок сказочной принцессы, украшенная десятком кукол и мягких игрушек. Кровать прикрывал балдахин из полупрозрачной розовой ткани, что весьма отличалось от мальчишечьих комнат.

— Как самочувствие? — Дядя поставил поднос на небольшой круглый столик рядом с кроватью, уставленный микстурами, порошками и пилюлями. — Принимаешь таблетки, прописанные Михаилом Андреевичем? Не пропускай, а то доктор будет ругаться!

— Да, намного лучше. Только голоса нет. — Прохрипела она еле слышно. — Не волнуйся, дядя, принимаю. Не хочу болеть вечно. Скоро буду кататься верхом на единороге! — Девушка приложила ладонь к виску, подражая дяде, и мило улыбнулась.

— Вот и славно — доктор тебя вмиг на ноги поставит. — Роб с нежностью погладил Венди по голове.

— Да, хорошо бы. — Ответила она.

Венди лежала на кровати, укутавшись в теплое ватное одеяло и, по всей видимости — листала электронный журнал, наверное, с рецептами очередной вкуснятины, или женскими секретиками, как рассудил Роб. Готовить, к слову, она научилась прекрасно — куда лучше всех остальных в этом большом доме.

— Тридцать семь и пять. Высокая все еще. — Роб проверил градусник. — Эх, Венди, вот будет уроком на будущее — нельзя выходить в дождь на улицу без зонта.

— Кто же знал, что так будет, ведь я быстро — туда и обратно. — Жалостливым тоном произнесла девушка.

— И этого хватило. Что ж, будешь знать, как пренебрегать здоровьем, тем более, когда простуд липнет, как пыльца к рукам.

Венди улыбнулась, приятно удивленная вниманием дяди. Она взяла чашку с чаем и задула на него, чувствуя, как теплое пахучее облако взмывает в воздух.

— Спасибо, дядя Роб. — Ответила она. — Ты всегда так заботлив ко мне.

Венди не отличалась крепким здоровьем ни в старом теле, ни в новом. Доктор Кофман заверил, что это вполне нормально, поскольку должно пройти еще несколько лет, прежде чем гены нового тела возьмут верх над старыми, полученными вместе с душой, однако слова могли оказаться лишь утешением, о чем Роб давно подозревал.

«Надеюсь, так и будет». — Роб доверял словам доктора, пусть и с большой опаской.

— Выздоравливай, я еще загляну. — Поцеловав девушку в горячий лоб, дядя направился к выходу. — Приятного аппетита. Зайду позже, уберу и помою посуду. Не переживай за порядок. — Дядя знал о трепетном отношении Венди к чистоте в доме.

— Хорошо. Спасибо большое.

«Теперь Саймон. Сорванец наверняка снова примется капризничать и выпрашивать разрешение поесть в библиотеке». — Тяжело вздохнув, Роб принялся придумывать контраргументы изощренным доводам мальца.

— Саймон, ужин на столе. — Едва положив еду в тарелку, прокричал Роб так, что бы его услышали из «избы-читальни».

Мальчишка молчал, но прежде чем дядя успел что-либо предпринять, появился на кухне.

— Приятного аппетита. — Ласково произнес Роб.

— Приятного, дядя. — Более сдержанно ответил Саймон, принимаясь за угощение.

Ужин удался. Роб счел собственную стряпню весьма приятной на вкус, Саймон уплетал за обе щеки. Возможно, сказывался голод, а может Робу просто повезло. Но, так или иначе, было вкусно. Он чувствовал, как горячий сыр растекается во рту, а хрустящие корочки добавляют некий шарм этому блюду.

— Дядя, а как вы познакомились с Кайлером? — Неожиданно выдал малец.

Сказать, что Роб смутился — ни сказать ничего. От услышанного, он едва не поперхнулся чаем и некоторое время задумчиво, если не сказать — растерянно, вглядывался в недопитую чашку и молчал.

— С Кайлером лично я повстречался, когда предатель Васнецов едва не погубил весь мир. Помнишь ту историю с пробуждением? — Роб решил зайти издалека, стараясь обойти острые углы, ведь они с кардиналом познакомились куда раньше.

— Кто же не помнит, паника стояла, будто конец света, даже школу закрыли, к великому счастью. — Мальчишка развел руками. — Кайлер ведь приехал помочь? Значит — он герой!

— Как бы сказать. Он и его друзья спасали себя, им бы тоже не поздоровилось. Мир рушился на части, а другой планеты, как известно, у нас нет.

Роб решил умолчать про спасение Элизабет, поскольку та приходилась сестрой Вилмера, брата Кайлера, дабы Саймон не посчитал кардинала героем, хотя, малец уже сложил о кардинале свое мнение. — «Один добрый поступок не перекроет все зло, которое совершили эти люди». — Дядя рассудил по-своему.

Роб понимал, что жизнь полна несправедливости, и что нет только плохих и только хороших людей, но обида за смерть любимой жены не давала ему покоя. К тому же, Вояке ужасно не хотелось, что бы племянник общался с кем-то из клана Мардук, обладай он хоть троекратной святостью.

— Но ведь он пришел. Не бросил в трудную минуту. — Малец упорно настаивал на своем, не отрываясь от еды.

— Да, пришли, но понимаешь — жизнь очень запутанная и сложная штука. Вот и история с Кайлером полна как светлых, так и темных дел. — Роб включил принцип политика и начал ходить вокруг да около, только не говорить о деле.

Мальчишка отложил вилку и с любопытством посмотрел на Роба. В глазах сорванца читалось явное недоверие. Его не интересовали философские хождения вокруг да около.

— Дядя, расскажи про Кайлера. — Ожидаемо выдал он.

— Не могу. — Роб покачал головой.

— Почему? — В голосе парнишки промелькнула обида.

— Я же сказал, не могу.

— Это не ответ.

«Нагадали козе смерть». — Вспомнилась поговорка, смысл которой Роб очень долго не мог усвоить, понимая все буквально, пока один из сослуживцев не втолковал ему за рюмашкой холодной водочки почем, как говорится, в Париже помидоры.

Дядя призадумался. Нелегко объяснить подростку все особенности отношений между семьей Роба и кардиналом Мардук.

— Много чего произошло, всего и не расскажешь за вечер. А тебе пора делать уроки, давай как-нибудь потом. — Только и ответил он, не придумав ничего лучше.

Саймон деловито нахмурился. Его лицо выражало явное недовольство. Мальчишка положил приборы в тарелку, хоть и не завершил ужин даже наполовину, насупившись, как мышь на крупу.

— Вот так всегда. Я уже не маленький, чтобы скрывать от меня все на свете. — Сорванец не на шутку обиделся, даже готов был расплакаться от волнения. — Спасибо за ужин, дядя. Я за уроки. — Саймон резко задвинул за собой стул и поспешил обратно в библиотеку.

— Саймон! Постой! — Дядя попытался было остановить мальчишку, но тот и не думал останавливаться.

Роб тоже прервал трапезу. — «Сорванец, никакой управы»! — Подумал он и в сердцах пристукнул увесистым кулаком по столу. Столовые приборы издали характерный металлический лязг.

И без того безрадужное настроение оказалось полностью испорчено.

— Чертовы Мардук, даже дома от них нет спасу! — Выпалил он, вставая из-за стола. — Это уже переходит все границы.

Он вылетел из кухни и захлопнул за собой дверь.

— Что за дети. Упрется рогом со своим Кайлером, и все, ты хоть тресни! — Проворчал он. — Приходится ему доказывать, что это не так.

Роб был очень недоволен поведением Саймона. Он едва сдерживался, дабы не выругаться на весь дом нецензурной бранью. Сдерживался из последних сил.

«И почему ты не можешь быть таким же, как все дети?» — Подумал он.

Роб почувствовал себя таким одиноким, что уже готов был поверить, что все его чувства, все желания и даже семья — это всего лишь плод его воображения. Его охватил страх от собственных помыслов и он сделал несколько глубоких вдохов. — «Успокойся, старина, это уже перебор».

Глава 2

Откровение

Октябрь 2221 года

— Можно войти, не откажете путнику? — Едва первый солнечный луч коснулся верхушек деревьев, как незваный гость уже стоял на пороге дома.

Даже спросонья голос путника показался Робу весьма знакомым, словно он уже слышал его раньше. Громкий, властный и одновременно добрый тон. — «Да быть не может, неужели»… — В голове молнией пронеслись самые невероятные предположения. — «Знахарь или кто-то еще из подземелья. Неужели был еще один рейд в подземный город? Без меня? Сомнительно». — Роб нервничал, поспешно поднимаясь на ноги с нагретого кресла.

Наспех отодвинув недопитую чашку свежего утреннего кофе, подгоняемый здоровым любопытством, он бодро, если утреннюю сонливость можно назвать бодростью, отправился к двери, накрепко запертой увесистым замком нового поколения. Умная машина распознавала хозяев не только по отпечаткам пальцев, но и по голосу и особым ферментам кожи, уникальным для каждого человека. Отдельный гормон, обнаруженный учеными только недавно, оказался настолько полезным для системы защиты от взломов, что его используют даже спецслужбы.

Отворив увесистую дубовую бронированную дверь, откровенно говоря, Роб едва не открыл рот от удивления. Перед ним, в самой обычной серой пуховой куртке, вязаной шапке и рыбацких кирзовых сапогах предстал сам государь Николай собственной персоной, без кортежа и личной охраны, но с заметно погустевшей бородой, словно монарх старательно маскировался.

Роб остался поражен. Все годы он слышал о государе Николае, видел его на картинках, в новостях и даже лично, но никогда не представлял его в таком облике. Он был поражен его скромностью и простотой. Несмотря на свою высокую должность, государь выглядел как обычный человек, который вышел на прогулку.

— Здравствуйте, молодой человек. — Сказал он с теплотой в голосе.

— Ваше Императорское Высочество… — Роб вытянулся по стойке смирно и лихорадочно принялся вспомнить протокольное приветствие, которое, впрочем, никогда полностью не знал, ведь в этом до сегодняшнего дня в протокольном приветствии не было надобности.

— Просто Николай, не надо официоза, мы же не во дворце на официальном приеме. Тем более, мы с тобой почти как старые друзья. — Император приветливо улыбнулся, похлопав Вояку по плечу. — Можно мне войти?

— Да, разумеется. — Хозяин жестом пригласил гостя в дом. — Кофе? Чаю? Или что-то покрепче? Чего изволите? — Роб пристально посмотрел на императора.

Николай на мгновение задумался, почесав густую бороду.

— Наверное — крепкий кофе. Свари ядреный, пожалуйста. Двойной, как говорится, эспрессо. Мы с Витей не спали всю ночь, кофе придаст мне сил.

«Витя, Витя. Наверное, речь идет о Викторе Степановиче Верговском, министре иностранных дел и начальнике Имперского управления разведки и контрразведки. Лично не доводилось общаться с господином министром, но в рядах военных о нем ходили только хорошие отзывы. И дело вовсе не в субординации, а в исключительной честности и преданности Верговского делу». — Подумал Роб.

Пока августейший хлопотал в прихожей, или, как называют русские — в сенях, снимая увесистые сапоги и теплую одежду, Роб отправился на кухню и заварил самый вкусный и ароматный кофе, припасенный в дальнем уголке специально для приема гостей, которых в последнее время было не так много.

Вскоре в дверном проеме показался и сам государь в теплом вязаном белом свитере, потирая покрасневшие руки — погода выдалась холодной и сырой, к тому же — довольно ветреной. Николай осмотрел кухню оценивающим взором.

— Уютно у вас тут. Просто и со вкусом. — Отметил он, осмотревшись. — Не зря говорят, русские живут скромно, но со вкусом.

— Благодарю. — Ответил Роб, пропустив фразу государя о русских, разливая кофе по фарфоровым чашкам из медной узорчатой турки, купленной у торговца антиквариатом. — Пойдемте в гостиную. Нас ждут удобные кресла.

Усадив гостя в свое любимое кресло, подав мягкий плед и горячий напиток, Роб расположился напротив, поскольку всегда любил видеть лицо собеседника. Так ему было комфортнее — старая привычка с тех времен, когда Робу приходилось смотреть в глаза жертве. Пусть времена изменились до неузнаваемости, как и сам Роб, кое-что осталось, пускай и в мирной форме.

Император выглядел уставшим и весьма измотанным, совсем не таким, как его привыкли представлять подданные в своем воображении. Что сказать — государственное управление — это не двор мести. Проще говоря, на нем лежала неимоверная тяжесть ответственности за все происходящее в стране. Вот только, похоже, что эта ответственность не давала покоя самому императору, и он постоянно пребывал в состоянии стресса.

— Как твои дела, Роб? Нравится тихая жизнь? Не скучаете за мегаполисами? — Отведав кофе, поинтересовался Николай, будто Старый Вояка приходился ему хорошим другом. — А ты мастер кофеварения, очень вкусно.

— Благодарю. Кофе выдался на славу, наверное, с перепугу. Обычно выходит куда менее аппетитно. — Ответил Роб, присматриваясь к государю, словно ожидая чего-то. — Совсем нет, не скучаю. Шумные города не для меня. Я уже не юноша, хочется покоя и уединения. Года-года…

— Понимаю. У самого на сердце тяжесть, побольше бы времени проводить за городом, но все дела, заботы и конца и края не видно. — Император время от времени деловито почесывал бороду и рассматривал зал. — Богатые трофеи. — Николай указал на стену. — Все они твои?

На стене красовались чучела разнообразных птиц и диких животных, пойманных на охоте.

— Благодарю. — Ответил Роб. — Да, иногда выкраиваю время на охоту. Зря что ли приобрел лицензию.

На некоторое время воцарилось молчание. Николай, судя по всему, собирался с мыслями, а Роб — просто ждал. Тут и ребенку было понятно — император прибыл не кофе распивать, да глазеть на трофеи. — «Скорее всего, речь пойдет о пресловутых пожирателях, как же они надоели. Но к чему только весь этот маскарад? Борода-то накладная. Уж кого-кого, а меня не проведешь. Но, соглашусь, вполне реалистично, далеко не каждый разведчик заподозрит подвох». — Размышлял было Роб.

— Даже не знаю, с чего начать. — Наконец решился Николай, заметив, что многозначительная пауза немного затянулась. — Наверное, с самого начала.

Император нахмурился, каждый мускул на его утомленном лице напрягся. По тому, как забегали из угла в угол глаза лидера целой империи, Роб понял, что дела государства плохи. Стальной человек, как отзывались о Николае и союзники, и недоброжелатели, нервничал не на шутку.

— Мир на пороге войны. — Прозвучало, словно гром среди ясного неба.

— Войны? — Переспросил Роб, едва-едва не поперхнувшись кофе, который все же пролил себе на рубаху, посадив пятно и мысленно выругавшись про себя на русский манер самой нецензурной бранью. — Вы же хотели начать с самого начала, разве нет? Конфликты мирового масштаба не происходят на ровном месте, не так ли?

«Война? Как? Почему? Никаких видимых предпосылок для войны нет. Америка занимается восстановлением экономики после разрушительного землетрясения на Аляске, Китаю тоже не хочется терять могучего партнера, когда Поднебесную постоянно лихорадит кризис и напряженность в отношениях с Японией. Европа давно уже смирилась с гегемонией России на континенте». — Роб перебирал всевозможные варианты.

— Мардук не дремлет, Роб. Разведке удалось раздобыть кое-какую информацию через нашего агента в Вашингтоне о планах клана и марионеточного правительства Америки, и, увы, перспектива безрадостная. — Николай продолжил. — Клан держит Штаты в ежовых рукавицах.

— И почему я не удивлен, пока жив последний из шумерских правителей древности, не видать нам покоя. — Роб почесал бороду, как любил это делать при раздумьях.

— Если ты о Таби, то он в самом расцвете сил. Не надейся на его скорую кончину без всякой на то причины.

Таби, или Таби-утул-Энлиль — самый последний из легендарных, допотопных шумерских царей, по чьей милости Междуречье, и весь Ближний Восток опустошила некая катастрофа, спровоцированная экспериментами пресловутого царя, возомнившего себя непогрешимым и всемогущим «божеством во плоти». Чем конкретно занимался великан, почитаемый много столетий назад как воплощение бога солнца, чей рост был вдвое выше человеческого. Наверное, никто из современников не представлял даже приблизительно, почему проделки правителя благополучно отправили на дно океана целый континент вместе с его обитателями. Погибла великая цивилизация, а человечество оказалось отброшено назад на целые тысячелетия. Подобные катастрофы случались и раньше, когда по неизвестной причине исчезла легендарная Пасифида — прародина человечества, обнаруженная на дне океана не так давно.

— Чертов мутант. — Сорвалось с языка Роба. — Прихлопнуть его и дело с концом! — Сказал, как отрезал, будто это было так просто.

Само собой шумерского гиганта и днем и ночью охраняли. Даже кардиналы Мардук спасали сестру Вилмера так запутанно и мудрено, что для непосвященного вообще было бы ничего не понятно. К тому же пробраться в башню было само по себе практически невозможно. Во всяком случае, имперской разведке не удавалось преодолеть и половину пути. Лучшие разведчики гибли один за другим, пока программу ликвидации предводителя клана Мардук не свернули много лет назад.

— Умрет Таби, на его место встанет другой, свято место пусто не бывает, не забывай. — С грустью подытожил Николай. — Дело в системе.

«Император прав. Мардук контролирует половину планеты, ресурсов и богатств и, не думаю, что пресловутый Таби не готовит возможного преемника, не смотря на свою маниакальную одержимость жить вечно».

— Значит, наша цель не смерть тирана? — Роб немного удивился, ожидая от Николая именно этого.

— Нет. — Николай пристально взглянул Робу в глаза. — Нам не добраться до Таби. Все куда запутаннее, чем может показаться на первый взгляд. И сложнее. Тебе предстоит вернуться в Даллас и помочь кардиналам взорвать телепорт.

Августейший заговорил загадками. — «В Далласе есть телепорт? Не припоминаю, да и вообще, телепортация возможна только в теории, разве нет? Что-то мне не нравится все это. Тем более, нам придется работать с Кайлером и его друзьями». — От этой мысли Робу сделалось неприятно, если не сказать — противно и омерзительно.

— Телепорт? — Переспросил Роб, на всякий случай, дабы удостовериться, а не послышалось ли случаем?

— Это не совсем телепорт. Проще говоря — это машина, которая связывает мир людей и мир пожирателей, без него Тиамат распадется. Эта чертова штуковина, что вероятно и уничтожила мир шумеров, призывает пожирателей из их вселенной в нашу, и с каждым днем их все больше. Когда их будет около тысячи, Таби нападет на нас. — Ответ императора можно было сравнить с рассказом писателя, работающего в стиле фентези.

— Но зачем? И почему кардиналы сами не уничтожат его? К тому же, именно они утверждали, будто бы не знают, как победить пожирателей, выходит — они лжецы и все это время люди гибли только ради жизни верхушки. Тогда им нет веры! — Роб едва не перешел на крик, однако, побоялся разбудить родственников, мирно спящих на втором этаже.

— Не знаю зачем. Но на днях Фэллону удалось разнюхать о существовании телепорта, ранее о нем знал только магистр Таби. Кайлер скоро прибудет, остальные останутся в Далласе готовить почву. Это отличная возможность воспользоваться распрями в клане и ослабить магистра, пойми. Тем более, эта война может уничтожить мир, который мы только недавно удержали, а ты помнишь, что никто из кардиналов не хочет умирать или стать частью Тиамат. Если миры сольются, то планеты не станет, это не описать словами. Нам всем хана! — Государь перешел на русское просторечие.

«Вот тебе и новости. Одним словом — ничего хорошего». — Роб тяжело вздохнул, позабыв и о кофе, и о рассвете, ради которого и проснулся ни свет, ни заря. — «Что-то мне подсказывает, заварухи не избежать, Таби тоже не лыком шит».

Сказать по правде, возвращаться в Даллас у Роба было желания ровно столько же, сколько обычно возникает у нерадивого ученика при мысли о школе. Но, он понимал — хочешь спасти Рэта и Элизабет — действуй. — «Выбора не особо много». — На самом деле его и не было, обязанность военного и верность присяге накладывали и огромную ответственность, и обязанность беспрекословного подчинения.

— А теперь о еще более неприятном. Среди нас завелся предатель. — Император сыпал не самыми хорошими новостями, как из рога изобилия. — И капитан Конев пропал. Как сквозь землю провалился. Наши сбились с ног.

— Как? — И тут Роба осенило, почему государь так искусно маскировался. Заговорщики неким образом связаны с агентами Мардук или ЦРУ, что, одно и то же, в общем-то. Все из одной шайки-лейки.

«Новости, как надо. Хуже некуда. Капитан едва получил должность при императорском совете, это как-то связано? Возможно. Конев много лет рыл почву под разведку Америки, но не раскусил Васнецова. Надеюсь, он жив». — Мысли лились рекой.

— Кстати, о Мардук… Мы немного накопали на Кайлера Шэйда. — Император протянул голографический проектор и, через мгновение возникло изображение. — Это он.

— Кайлер, мы ведь знакомы. Ничего необычного. — Вояка немного удивился и пожал плечами, не понимая что же нового в снимке первого Кардинала.

Император кивнул.

— Знакомы, но сейчас речь о другом, сам поймешь. — С уст Николая слетел легкий смешок.

Кардинал (то есть, один из приближенных к Таби) имел вид, во многом отличающийся от общего представления о вершителях судеб. Робу всегда казалось, что человек уровня Кайлера будет если не седовласым стариком в черном пиджаке, галстуке-бабочке и цилиндре, то хотя бы солидным мужчиной представительной наружности. Несмотря та то, что Вояка знал кардинала не один год, он не переставал удивляться внешнему виду бывшего босса, как и всей команде Мардук.

Кайлер же был юношей неформальной внешности, словно один из музыкантов, которых так обожает Саймон. Кардинал был высоким и стройным, с изящными чертами лица и глубокими карими глазами, которые всегда казались немного загадочными. Длинные, до пояса, идеально прямые угольно-черные волосы аккуратно спадали с плеч, сливаясь с кожаной мотоциклетной курткой. Нет, Роб встречал его и ранее, только в черном балахоне, каждый раз принимая это толи за маскарад, толи за принадлежность к оккультному течению.

— Не похож на бывалого… Признаться, внешне не впечатлил ни тогда, ни сейчас. — Роб придерживался консервативных взглядов и не понимал стиля кардинала, зачем, например, ему длинные волосы. — Тоже мне граф Дракула на светском пиру.

— Внешность обманчива. — Николай пристально вглядывался в голограмму. — Этот человек очень умен и коварен. И очень могущественен, раз даже сам магистр Таби все еще доверяет ему.

— Неужели он настолько умен, в его-то юные годы? Эдакий вундеркинд. — Спросил Роб так, на всякий случай. — Да ему не более сорока, просто молодо сохранился.

— Юные годы? Не поверишь, но Шэйд куда старше нас с тобой вместе взятых. Посмотри на фото. Его сделали год назад. — Император хлопнул в ладоши и проектор переключил картинку. — А теперь сравни. Взгляни на дату. Разведка нарыла фото только пару дней назад, ты еще не знаешь, по всей видимости.

— 2023 год? Это не ошибка? Быть того не может. Разве это не подделка?

Николай отрицательно покачал головой.

На старой фото стояла надпись «июнь 2033», сделанная от руки.

«Прошло без малого два столетия, но Кайлер ничуть не изменился, словно время подвластно ему». — Мурашки пробежали по телу Роба.

Николай же ничуть не удивился. — «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам. Я никогда не устаю говорить это». — Император вспоминал Шекспира.

— Словно вампир. Не стареет. — Белая кожа, глубокий пронизывающий взгляд и слегка ехидная улыбка кардинала говорили о неком аристократизме, но Роб все равно оставался чужд к заморским модным веяниям. — Мардук ценят собственные жизни.

— Даже слишком, настолько, что готовы пожертвовать миллионами. Будь осторожен. С этими ребятами шутки плохи. Но выбора у нас нет. Если и Кайлер ополчится на Россию, то нам не сладко придется. Мы — союзники поневоле. Кроме нас никто больше не остановит Таби. Теперь мы в одной лодке.

— Что я должен делать? Мы же не на показе неформальной моды и явно не собрались глазеть на нестареющего кардинала. — Роб перешел к делу.

— Для начала, отправиться в подземелье Дальнего предела и поговорить с мертвыми. Возможно, кто-то из них знает, где кроется след неуловимого телепорта. Если, конечно, Кайлер уже сам не разнюхал, что к чему. Не знаю, зачем ему понадобились мы. И главное, помни Роб, что меня никогда здесь не было и, вообще, о телепорте ты не знаешь ни сном, ни духом, а всем своим скажи, что улетаешь на Тибет. Никто, слышишь, никто не должен знать о том, что мы сотрудничаем с Мардук. — Император нахмурился, словно грозовая туча. — Во всей России об этом знаю только я, министр Верговский и теперь ты. Секретность, сам понимаешь — мы играем с огнем. Весь мир, весь — зависит только от нас. — Еле слышно произнес Николай.

«Назревает большая игра, если уж сам император вынужден просить помощи у меня. Кровавые руки Таби дотянулись и до России. И время играет в пользу магистра. Что ж, попробуем это исправить». — Роб задумался и на его лице проступила тревожная гримаса. — «Но почему Кайлер вызвался на помощь, прямо заокеанский Робин Гуд».

Николай тем временем допил кофе, и, потирая слегка покрасневшие глаза, зевнул. — «Как же хочется спать». — Читалось на его лице.

— Ваше Высочество, оставайтесь у меня, комнат на всех хватит. — Предложил Роб. — Отдохните немного.

— Так плохо выгляжу, да? — Государь усмехнулся. — Нет, мне лучше у себя. Как потом будем объяснять всей семье, почему император всероссийский спит в вашем доме? Секретность превыше всего. Но, спасибо за предложение, как-нибудь обязательно заскочу в гости. Когда все кончится, разумеется. А пока — ночью уложи всех спать пораньше и жди нас с Кайлером после полуночи. Прости, мне пора, пропущу совещание кабинета министров. Нельзя, не порядок.

Николай поднялся, аккуратно свернул плед и направился к выходу с такой скоростью, что Роб едва поспевал за ним. Утреннюю усталость императора, как рукой сняло. — «Неужто кофе настолько бодрит? Мне бы такой организм». — Роба все еще клонило в сон. Будучи «совой», он ненавидел утро и не мог уснуть раньше полуночи. Необычный режим дня для деревенского жителя.

— До встречи, вас я всегда рад видеть, в отличие от Кайлера. Но ради дела, постараюсь быть вежливым и даже поставлю самовар. — Вояка улыбнулся. — Может, водочки?

— Можно тогда мне чай с малиновым вареньем? — Николай приветливо улыбнулся. — Обожаю малину, ты же знаешь. В Карелии отличные ягоды!

— Само собой. Мои закрома всегда полны.

— И помни про секретность. — Император погрозил пальцем. — Это единственное место, у которого нет ушей. Кайлер сам предложил собраться у тебя.

— Доверьтесь мне. — Роб приложил левую руку к голове, а правой отдал воинское приветствие.

Николай через мгновение удалился, оставив Роба наедине с самим собой. — «Ну дела! Как говорится — кончились свободные дни. Мало нам было приключений в Либерии, едва голову не потеряли». — Около месяца отряд, в котором проходил службу Роб, попал в засаду отъявленных боевиков, которых спонсировал кто-то из восточных шейхов, поддерживающих исламскую революцию. Тогда двое бойцов погибли, сам Роб уцелел только чудом. Впрочем, сработала авиация и лазерное оружие, так что отряд исламистов понес серьезные потери и, в конце концов разбежался.

Все дело в нефти, запасы которой почти иссякли. Теперь в маленьких и слабых странах, где обнаруживаются последние еще не разведанные запасы черного золота, начинается настоящий ад. Соседи или просто богатые государства устраивают перевороты под предлогом решения социальных, религиозных или межнациональных противоречий, а по сути — разжигают гражданскую войну. В результате к власти приходит диктатор, который продает столь ценный ресурс своему заморскому покровителю почти задаром, а тот в свою очередь оказывает режиму поддержку. Гибнут люди, страна рушится, пока верхушка наживается на ценном ресурсе.

Несколько лет назад в Либерии испортились отношения между племенами басса и племенами дан, которые сперва переросли в мелкие стычки, затем в погромы, после чего разгорелась настоящая гражданская война.

Вполне естественно, что последним такой расклад был не выгоден. И вот — еще одна горячая точка. А началось все с задержания полицией подростка из первого племени. Тот воровал деньги, но этот факт воинственно настроенные граждане пропустили мимо ушей.

Кто и когда начал настраивать людей против старого порядка теперь и не узнаешь, впрочем, это и не важно. Страна разделилась на две части, каждая из которых стремится к полному контролю Либерии. Из заграницы начали прибывать и боевики, которые прикрывались религией, а на деле просто боролись за власть.

Так Роб оказался в Африке. Поначалу все шло гладко. Плохо обученные повстанцы, состоявшие из крестьян, которым «промыли головы» и дали в руки оружие, отступали (а по сути, бежали с поля боя так быстро, что пятки врага влипали в «мягкое место», как гласила русская поговорка), едва завидев иностранные танки. Наступление шло полным ходом, пока в дело не вступили обученные головорезы, а они немало навоевались в непрекращающихся ближневосточных конфликтах.

С ними было сложнее. Многолетний боевой опыт сделал свое дело, но все же и им пришлось несладко перед лицом русского спецназа. Отряд солдат отразил атаку, а авиация и высокоточные ракеты добили «оглушенных карасиков».

За следующий месяц, армии удалось нанести ряд поражений оппонентам и те, понимая дальнейшую войну неудачной, запросили перемирия. Теперь они грызутся в теплых кабинетах, а порядок помогает держать армия, которая осталась в заморском крае в отличие от войск специального назначения, на случай, если «карасики» опять поднимут голову и возомнят себя вершителями жизней.

Теперь же опасность грозила всему миру, в очередной раз доказывая, насколько еще человечество несовершенно. Это не ругань двух народов, это мировая война, которых было уже без малого три, и каждая последующая уносила все больше жизней. Последняя случилась около сотни лет назад, забрав с собой без малого двести миллионов.

«Что ж, если нам суждено спасти мир еще раз, то мы обязаны сделать это. Но все же, почему Николай просит помочь меня? Надеюсь, что вечером получу ответ. Но как же не хочется встречаться с Кайлером снова. Этот мерзавец, он ведь даже не стесняется появляться на людях, а мы и не знаем об этом. Чем, пес ее побери, занимается разведка? Ужас!» — Роб вдруг вспомнил случай знакомства Саймона с Кайлером во время научной конференции. Кардинал остался незамеченным для камер журналистов и спецагентов. — «Ничего не понимаю, он же не человек-невидимка, в самом деле!»

Отсутствие информации о Кайлере, кроме нескольких мелких обрывков, весьма печалили Роба. — «Не всесильный же он, катись он в пекло! Кайлер — человек, а значит может совершать ошибки… И, совершает, только мы этого не замечаем».

— Он всегда отличался выдержкой… — Легким шепотом сорвалось с уст. — И педантичностью… Всегда ли Кайлеру удавалось следовать собственным правилам? Скорее всего — нет, просто кардинал тщательно маскировался, взять хотя бы провал операции «Лунная принцесса». — Вояка взглянул в зеркало. — Не помешало бы побриться. — По ту сторону стекла на Роба смотрел почти пиратский капитан.

Решив больше не ложиться, Роб принялся за уборку, затем приготовил яичницу с беконом, приправленную базиликом, свое излюбленное лакомство на завтрак (американское прошлое, не иначе).

Первым, как всегда, проснулся сорванец Саймон. Мальчишка всегда вставал ни свет, ни заря, даже в выходной, чего нельзя было сказать об остальных. Мальчишки любили дремать до обеда, если только выдавалась возможность.

— Доброе утро, дядя. — Произнес он сквозь зубы, все еще продолжая дуться на Роба за то, что тот не стал говорить с ним о Кайлере.

— Доброе утро. Как спалось? Завтрак готов. — Приветливо ответил Роб, про себя расстраиваясь от несносного, как ему казалось, поведения племянника.

Саймон ожидаемо не ответил, а лишь поспешил забрать тарелку и удалиться восвояси.

В последнее время отношения дяди и племянника не складывались. Мальчишка вел себя, как и полагает обиженному подростку, а Роб — искал подход. Однако, вопрос поколений никуда не исчез, как и мир, а разные взгляды на жизнь и интересы отцов и детей существовали из покон веков.

«Ох, ну и характер, дядя уже не авторитет». — Сетовал Роб. — «Дядя всегда плохой, ужасный тиран, посмотрел бы я, кто бы покупал тебе книги! Саймон — на тебе то, Саймон — на тебе это». — Вояка махнул рукой.

Венди (все еще ослабленная болезнью) и остальные тоже предпочли поесть в комнатах, так что Роб оказался предоставлен сам себе. Только грязная посуда, оставленная в раковине, говорила о том, что помимо самого Старого Вояки в доме жили еще четыре человека.

«Пора бы установить посудомойку, надоело уже отмывать все по старинке». — Решил Роб. — «Надо бы выкроить время и съездить в Петрозаводск, двадцать третий век на дворе, а мы все никак не соберемся».

Дневные дела без остатка затянули Роба, и тот вскоре позабыл о приобретении машинки, как уже ни единожды случалось раньше.

Предстояло убрать гостиную, помыть полы в сенях, приготовить обед и ужин, постирать форму, всего и не перечислить. День прошел быстро и утомительно. Пролетел, как осенний лист за окном. — «Вот и вечер на носу — жди гостей». — Об этом Вояка не забыл.

Стэнли и Бредли после полудня ушли на прогулку, и, видимо, решили забежать в кафе рядом с туристической базой. — «Вот и хорошо, не будут отвлекать. А с Саймоном поговорю позже, когда немного остынет. И сдался ему этот Кайлер, нагадали козе смерть, тьфу».

Понять дядю было само собой — очень просто. Кому захочется, чтобы приятелем твоей семьи стал ни кто иной, а кардинал Мардук. Но, и интерес Саймона тоже вполне очевиден. Юный пытливый ум тянулся к новому, однако, Роб надеялся донести до племянника критику в адрес кардинала, когда придет время, а пока — терпеливо собирался с мыслями и даже позволил всем поесть там, где они сами выбрали и не стал ворчать, как делал это прежде.

Отобедав только что сваренным борщом, дядя предался чаепитию и дневному отдыху. Дела еще оставались, но Роб не спешил делать их, взяв паузу. Это была уже своеобразная традиция — чаевничать с книгой в руках. Старый Вояка обожал чтение бумажных книг, даже попросил императора разрешить ему пользоваться московской библиотекой, уплачивая за доставку. Конечно, так было нельзя, но для приближенного ко двору, сделали исключение. В отличие от Саймона, Робу приходились по душе приключенческие романы и детективы.

Сегодня выбор пал на роман Андрея Мартьянова «Войти в бездну». В последнее время Роб полюбил русскую фантастику предтуманного периода (то есть времени, непосредственно перед появлением пожирателей на Тибете), особенно после прочтения романа молодого автора Григория Миронова «Купол» про альтернативную реальность, где пожиратели и люди разделились с помощью защитного купола.

Эта книга напомнила ему о былой жизни в Далласе, об убитой невесте… Старого Вояку захлестнула ностальгия. С той поры прошло много времени, и каждый выходной день Роб позволял прошлому овладеть собой, хотя бы мысленно, но, только за книгой, в любое другое время мысли о прошлом, разговоры и прочее были чужды и нежеланны ему.

«И как объяснить Саймону, что мою жену убили по воле Мардук, с согласия твоего нового кумира? Все слишком сложно». — Воспитание никогда не было сильной чертой человека, большая часть жизни которого прошла в боях и убийствах. Новая жизнь — не исключение, но отказаться от службы Роб по понятным причинам не мог. Империя помогала его семье не за просто так, что уж говорить о планах снова увидеть Рэта и Лиз. — «Мы все на крючке».

Ближе к вечеру в доме стало куда оживленнее. Венди и ребята устроились в гостиной за настольной игрой, коих в доме было пруд пруди. Роб относился к играм положительно, если, само собой, все дела оставались позади. — «Пусть лучше дома играют, чем по дискотекам ходят». — Еще давно решил он. Тем более, до ближайшего клуба добраться было не так просто.

Стен и Бред, правда, время от времени выпивали за игрой, что вполне естественно для взрослых. Роб и сам тянулся к бутылке, причем куда чаще ребят, опять же привычка со времен Далласа. Венди, наоборот, не любила алкоголь и воздерживалась от хмельного во всяком его проявлении. Саймон, само собой, оставался без пива. Мал еще, успеет нахлебаться, когда повзрослеет, если захочет.

Малец, к слову, охотно присоединился к игре, что делал довольно редко (почти никогда), предпочитая досугу книгу. Роб даже порадовался, что Саймон хоть раз оторвался от учебы. — «Отдыхать тоже надо».

Однако, парнишка оказался не так прост, и прервал чтение на самом интересном месте не просто так. Все дело в любопытстве. — «Если будет игра, то между делом можно выведать кое-что о Кайлере». — Вот, что было у него на уме.

Сорванец считал Кайлера Шэйда великим ученым и не собирался просто так уступать дяде. К тому же, Саймон думал, что дядя на самом деле преувеличивает, и Шэйд не совершал за свою жизнь ничего скверного.

Игра, выбранная на сегодня, как раз способствовала планам мальца разговорить дядю. «Империя Черного дракона». Экономическая фентези, в которой участвовали рыцари, преследующие цель свергнуть злодея-дракона. Если же последний побеждал, то мир окутывал вечный мрак, а все рыцари погибали. Если верх одержал один из рыцарей — мир оставался жить, а злой и кровожадный дракон отправлялся в царство Аида.

Все было просто, или пан, или пропал.

— Кидаем кубик! — Вояка первым кинул кубик, который выдал единицу — не счастливый жребий. Это значило, что Роб будет ходить последним.

На сей раз повезло Венди. Ей удалось выбить шестерку. Первый ход доставался племяннице, что несколько раздосадовало Саймона. Малец загадал первый ход себе, но жизнь распорядилась иначе. Везение оказалось на стороне сестры.

«Девчонкам всегда везет». — Роптал малец, надув губы.

Поначалу Саймон сидел тихо, как мышка, изо всех сил изображая, будто бы ему нравится игра. На деле же мальчишка вовсе не любил фентези, предпочитая научную фантастику или просто науку без всяких эльфов, гномов и прочих обитателей выдуманных миров.

Потом же, спустя несколько ходов, когда Брэдли предложил пропустить по бутылочке пива, Саймон активизировался, несмотря на отказ Роба выпить с ними «для поднятия настроения». — Оно и понятно, ночью ожидался прием чуть ли не на высшем уровне, требовался светлый ум. — «Чаю или кофе — другое дело». — Думал Вояка.

— Дядя, а игра очень похожа на жизнь, верно? — Наконец, выждав какую-то паузу, мальчишка пошел в решающее наступление, бросив, что называется в бой, все свои танки и артиллерию.

— Согласен, в каждой игре есть что-то из реальности. — Откликнулся Стэн, успевший отхлебнуть половину бокала, словно соревнуясь с братом. — Даже книги, и те пишутся не из пустого места.

Роб подозрительно взглянул на Саймона. Дядя, пускай и хотел организовать мальчишке отдых, отличный от чтения, но почти сразу же заподозрил подвох. Роб почти наверняка знал — племянник что-то задумал. — «Ох и хитер ты, молодой лис!» — Заключил он.

— Но дракон может и не виноват, что родился таким, почему его надо обязательно убить? Разве нельзя договориться с ним? — Малец развел руками, глядя то на дядю, но та братьев и сестру. — Может он на самом деле вовсе и не злой, просто его все ненавидят, а он вынужден обороняться?

Роб понимал — Саймон не наивный ребенок, и не испытывает иллюзий по отношению к миру, добру и злу, так что не стал бы идеализировать дракона. — «Что же ты задумал, несносный сорванец? Непоседа, честное слово». — Вояка едва удержался от ухмылки, глядя на бегающие от волнения глаза племянника.

— Таковы правила игры, создатель решил сделать дракона злодеем. — Роб развел руками, намерено изображая недоумение. — Если в игре сказано, что дракон злой и победить его можно, только убив и никак иначе, то так мы и должны поступить. В этом и смысл игры, понимаешь?

— Я пока заварю нам чаю с пирожными. — Воспользовавшись создавшейся паузой, Венди, откашлявшись, решила заняться чаепитием.

— Да, но в жизни нет таковых правил. Почему же люди всегда выбирают тропу войны? — Мальчишка продолжил. — Мы же не звери?

— Мир — не игра, и решение проблем далеко не всегда возможно достичь мирными средствами, иначе я бы не служил в армии. Нам она бы попросту не была нужна. — Дядя старался проявлять дипломатию и не повышать голос, хотя уже прекрасно понимал о чем, а вернее о ком сейчас пойдет речь.

— Ты же не рассказываешь о мире, даже про Кайлера не рассказал. — Малец нахмурился, вскрыв собственные карты.

«Вот где собака зарыта, так я и думал». — Робу стали ясны мотивы мальчишки, так, что подозрения раскрылись.

— Будто я многое знаю о нем, сам спроси, вы же общаетесь? — Старый Вояка до последнего шел в отказку, даже когда положение сделалось критическим.

Мальчишка насупился, обиженно посмотрев на дядю. Роб же сделал каменное лицо, будто он и вправду не в курсе, кто такой Кайлер и чем промышляет, а сам он никогда не служил в Мардук, и слова такого никогда не знал.

«Будто я маленький, и не умею отличить ложь от правды». — Саймон раскусил дядин замысел замять тему, однако промолчал, пускай напряжение скул и характерное сопение носом говорили об обиде.

— Не общаемся. — Соврал он.

— Вот и славно, он плохой человек, поверь на слово. — Роб вздохнул и прищурил глаза. — Кайлер — это опасный человек, и его дела не приносят ничего хорошего. Я забочусь о твоей безопасности.

— А? — Стэн удивленно взглянул на мальчишку. — У Саймона наконец, появился друг? Кто этот мальчик? Зови в гости! — Казалось, он совсем не понимал о ком речь или пропустил имя кардинала мимо ушей.

— Я бы сказал — коллега по науке. — Пояснил малец. — И он несколько старше меня.

«Немного старше? Ага, раз в двадцать!» — Роб ухмыльнулся.

— Коллега? Вы познакомились в школьном кружке? — Малость захмелевший Стэнли не унимался.

— Были коллеги, а стали калеки. — Съязвил Роб, сам не понимая, зачем. У дяди понемногу сдавали нервы. — Кайлер, Кайлер, Кайлер! Сдался тебе этот Кайлер! — Роб откровенно негодовал.

— Что-то мне перехотелось играть. Пойду в библиотеку. — Поняв, что дядя все равно ничего не скажет, мальчишка вскочил со стула, демонстративно задвинул его, стараясь делать это как можно громче, и таким же пафосом удалился.

— Саймон, ты чего? А игра? — Стэн пытался было остановить его, но сорванец и слушать не желал.

Наступила тишина. Робу захотелось закурить.

— Что-то не так? — Произнесла Венди, вернувшись с кухни с подносом в руках, и застав удивленных Стэна и Брэдли, а так же раздосадованного Роба, по привычке шлепающего себя по карманам, в поисках пачки сигарет, которые уже много лет практически не курил.

Вояка тяжело вздохнул.

— Дядя и Саймон снова повздорили. — Кратко пояснил Брэдли.

— Несносный ребенок. — Пробормотал себе под нос Роб.

Венди окинула взором присутствующих и глубоко вздохнула, опустив поднос на стол, а затем поставив перед каждым чашку чая и недавно купленное арахисовое пирожное. Комната наполнилась чайным ароматом.

— В последнее время вы не ладите. Что-то случилось? — Поинтересовалась девушка, прикрывая рот в ожидании очередного чихания, который не заставил себя ждать. — Апчхи! — Венди поморщилась. — Простите, простуда.

— Будь здорова. — Произнес Роб и тут же перевел разговор на другую тему. — Кайлер Шэйд случился. — Вояка развел руками, подобно античному актеру в древнегреческом театре. — Наглец, привязался к ребенку, как банный лист, попробуй теперь оторви.

Венди взглянула на Роба с неким скепсисом. — «Кардинал Кайлер, тот, кого не могут найти уже много лет опытные разведчики и чуть ли не каждый день о его злодеяниях трубит телевидение? А не пора ли завязывать с пивом, дядя Роб?» — Читалось в ее глазах.

— Ну, во-первых, Саймон уже не совсем ребенок, ему скоро пятнадцать. А во-вторых, ты уверен, что это тот самый Кайлер, которого все ищут? — Венди, по всей видимости, не ожидала услышать положительный ответ. — Мало ли на свете Кайлеров, вспомни Фроста, великий химик, Монферра — вообще шахматист. Довольно распространенное имя.

— Тот самый, Саймон показал фото. — Роб кивнул. — Я еще при светлом разуме и могу отличить Шэйда от двойника, тем более кому может понадобиться пародировать кардинала?

— Да ну, не может быть. — Стэн едва не выпустил из рук пивную бутылку. — Саймон и в школе-то без друзей, а тут неуловимый кардинал собственной персоной. Не говори ерунды, дядя Роб.

«Неуловимый, конечно… Его никто и не ловит, только треплются по ящику, пустозвоны. И более того, сегодня «неуловимый» прибудет к нам в дом. Сделки ради общего блага, черт бы их побрал». — В глазах Роба читалась плохо скрываемая ярость.

— Да, дядя, может это вовсе не он? Почему Кайлер обратил внимание на простого мальчишку? — Венди развела руками.

— А я не пророк и не умею читать мысли, но пока еще не ослеп. Это точно он. — Вояка стоял на своем. — К тому же, в последний раз мы виделись несколько лет назад, и больше я не слышал о Кайлере ровным счетом ничего. А тут он просто взял и вышел на связь, представившись ученым. — Дядя едва не сорвался на крик, зацепив кружку, которую поймал сам же и только чудом не ошпарился кипятком. Ложечка со звоном ударилась о деревянный пол.

Стэнли и Бредли вопросительно взглянули на Роба, будто тот сошел с ума и бредит в приступе шизофрении. Действительно, не каждый день неуловимый кардинал сам выходил на связь.

«Он хочет взять меня на крючок, явно что-то задумал, гаденыш!» — Роб предпочел оставить это при себе.

— Ладно тебе, угомонись, завтра я поговорю с Саймоном. Все наладится. — Девушка хлопотала с чаепитием, вытирая стол от пролитого чая. — А теперь угощайтесь, пока не остыло. Не зря я тут больная хлопочу! — Венди в шутку насупилась и почти сразу воображаемый гнев на ее лице сменился добродушной улыбкой.

Ароматный чай и вкусное пирожное пришлись как нельзя кстати. К тому же, девушке удалось увести разговор от нелицеприятных тем, что немного успокоило Вояку.

Немного поговорив на отвлеченные темы, ближе к полуночи, Венди отправилась на покой — восстанавливать силы. Вскоре ее примеру последовали Стэн и Брэд. Остался только Саймон в библиотеке.

Мальчишка, как и все подростки любил засиживаться до глубокой ночи. Пусть его занятие и отличалось от занятий сверстников (компьютерные игры, социальные сети и голографические видеозвонки), но суть от этого не менялась и Робу приходилось раз за разом буквально выгонять племянника из читального зала прямиком в кровать.

Вот и сегодня Роб уже морально готовился к предстоящему граду возражений, посыплющихся подобно осеннему листопаду в ответ на просьбу сделать перерыв до завтра и отдохнуть.

— Саймон, пора спать. Учеба подождет до утра. — Нарочито мягким тоном начал он.

— Да, дядя, уже иду. Спокойной ночи. — Мальчишка аккуратно вложил закладку и оставил книгу на письменном столе.

От такого послушания Роб опешил до такой степени, что позабыл пожелать племяннику приятных снов в ответ.

«Неужели, задумал очередную хитрость? С этим парнем надо быть начеку». — Роб заподозрил неладное, вспоминая целые словесные баталии, которыми обычно заканчивались его просьбы о сне. — «Мальчишка явно что-то удумал. Наверняка он припас книгу, которую будет читать под одеялом. Надо бы проследить за ним. Не хватало еще лишних ушей, тем более детских».

Ровно в полночь, впрочем, Роб аккуратно наведался в комнату Саймона и, найдя его мирно спящим в своей кровати, успокоился. — «Все спят, как убитые, ждем гостей». — Улыбнулся он, аккуратно закрывая дверь, стараясь двигаться бесшумно, подобно ниндзя.

В кабинете, оборудованном дополнительной звукоизоляцией все было готово. Чай, кофе и печенье уже стояли на столе. Осталось только вскипятить чайник.

В половине первого в дверь негромко постучали.

— Кто там? — Для приличия поинтересовался Роб, используя самую шаблонную фразу, так, на всякий случай.

— Сто грамм. — Император явно пребывал в хорошем расположении духа. — Открывай, не май месяц!

Действительно, отворив дверь, Старый Вояка застал Николая, который выглядел как простой сельский житель, в обычной куртке-телогрейке, и Кайлера, одетого под неформала в кожаную куртку с капюшоном, джинсы и черные кеды. — «Маскировка»? — Подумал Роб. — «Даже неуловимый Кайлер пожертвовал кардинальским нарядом? Нет, просто совпадение. Что ж, проходите гости дорогие и не дорогие». — Вояка едва ли не заскрипел зубами, завидев американца.

«Я все слышал». — Эхом пронеслось в голове Роба. Это был голос Кайлера. — «Не забывай, кто я. Не теряй хватку, ты ведь наш ученик». — Кардинал пристально посмотрел прямо в глаза Вояки, сверкнув на мгновение ехидной улыбкой.

«Чертов экстрасенс». — Негодовал Роб. Ему явно не нравилась способность кардинала читать чужие мысли, даже, несмотря на то, что эта самая способность в прошлом помогла раскрыть изощренное предательство Васнецова, а заодно и предотвратить очередной апокалипсис.

«Кто на что учился». — Кайлер не упустил момента ответить, опять-таки используя телепатию.

— Чай, кофе? — Роб проигнорировал ожидаемый выпад кардинала.

— Кофе. — Усталым голосом ответил император.

— Кофе, надеюсь не отравленный. — Съязвил кардинал, состроив ехидную гримасу, ставшую уже привычной Робу.

«Негодяй, посмотрите какой наглец, еще и издевается». — Кипел Вояка, при этом, не показывая виду и внешне ведя себя спокойно, сдержанно, и даже вежливо.

Когда кофе оказался на столе, троица уселась в рабочем кабинете, закрыв за собой увесистую звуконепроницаемую дверь. Император расположился в дальнем углу, так, чтобы можно было рассмотреть обоих, памятуя о довольно сложных, даже натянутых отношениях последних. Роб и Кайлер уселись напротив друг друга, и, одновременно, напротив Николая, образовав некий треугольник.

Сам император выглядел еще более уставшим, чем утром. Наверняка спать ему не довелось и неизвестно, когда вообще выпадет такая возможность, о чем говорили синяки под глазами. К тому же, Николай то и дело зевал, прикрываясь рукой, и потирал глаза.

Кайлер, напротив, был бодрым и полным сил, несмотря на весьма долгий перелет. С последней встречи он нисколько не изменился. Те же черные волосы, та же змеино-бледная кожа и холодный взгляд. — «Нисколько не стареет». — Заметил Роб. — «Чертов Дракула!»

— Возможно, разговор будет долгим. — Начал Николай, едва только сделав первый глоток кофе. — Кайлер, начинай.

Кардинал поморщился, словно ему самому стало не по себе.

— В целом, сложилась крайне напряженная ситуация для всех нас. Подчеркну, для всех. Магистр Таби, что б его, совсем скатился с катушек, гори ко всем чертям! Он планирует с помощью телепорта соединить миры. Где телепорт мы сами не знаем наверняка, но скорее всего, это подземелье, там кто угодно сможет незаметно разместить хоть телепорт, хоть зверинец марсиан. Места — вагон и маленькая тележка. Но это не все. — Кайлер сделал перерыв на кофе. — Об этом не знает даже Таби. Под землей, как помните, есть энергетический барьер, который не выпускает души наружу. Но энергогенератор может сломаться, а поле исчезнуть. Тогда все тысячи душ отправятся стройными рядами в жерло к Тиамат. Такой резкий приток человеческой энергии пробудит Облако и это приведет к слиянию миров без всяких стараний Магистра, а остановить Тиамат уже будет невозможно. Я пытался починить генератор, но мертвые наотрез отказываются пустить нас. Глупые, не понимают, что за пределами тоннеля их ждет одна только смерть, похуже той, которую описали в библейском аду.

«Будто они и так не мертвы». — Поежился Роб. Мужчина с самого начала беседы чувствовал некую нервозность. Все дело в Кайлере, который импонировал ему все меньше и меньше.

— Они на границе миров. — Кардинал прочел мысли Роба и моментально ответил вслух. — Я оказал им услугу, оставив в тоннеле, но моя сдержанность и даже гуманность вылезает нам самим боком, как в мире живых, так и за границей тела и времени. Но, все вы считаете меня тираном, думающим только о себе, хотя сами не без греха. — Речь Кайлера отличалась особой безэмоциональностью, словно все происходящее ни коем образом не касалось его самого. Кардинал скрестил руки на груди, при этом расстегнув молнию куртки. — Я бы мог просто убить их в Далласе, всех по очереди, одного за другим, день за днем. Уж поверь, Вилмер бы пришел в неистовый восторг от подобного подарка. Брат не ел бы и не спал неделями напролет. Стрелял бы, резал, колол, вспаривал брюхо, и так до последнего жителя. — Кайлер расхохотался едва не истерическим смехом. — Нужно было так и сделать. — Кардинал продолжил так же неожиданно, как и прервался. — Но нет, я дал им шанс на вторую жизнь.

— Прямо сама доброта. — Проворчал Роб сквозь зубы. — А почему бы не оставить их в живых? — Он деловито, подобно отцу, отчитывающему ребенка за школьные шалости, погрозил пальцем и вопросительно взглянул на кардинала.

Император же предпочел не вмешиваться и наблюдал за происходящим со стороны, время от времени попивая кофе, предоставив тем самым дискутирующим возможность выговориться, что называется, от души.

— В живых? Они и так живы, только лишены тела. — Первый кардинал улыбнулся, словно издеваясь. — До тех самых пор, пока энергетический барьер не падет. Это минимальное наказание для убийц нашего брата — четвертого кардинала. Разве ты не знал про Энди? — Улыбка сошла с лица Кайлера.

— А причем тут простые люди? Дети, старики, да и просто мирные жители, разве они хотели убить Энди, а не их выживший из ума правитель? — На лице Роба промелькнула гримаса негодования. — Чем он отличается от Таби, и, самое славное, от вас самих?

Кайлер ничуть не удивился такому повороту. — «Чего и следовало ожидать». — Читалось в его глазах. — «Чтение морали, пусть выговорится, прямо святой Будда».

— О мотивах своих действий я расскажу позже, возможно. Пока я не хочу раскрывать все карты, сейчас в этом нет необходимости. Мы здесь собрались не о морали разглагольствовать. Уж поверь, если я сделал это, то так было надо. И не только мне, а всем нам.

— Действительно, давайте ближе к делу, господа. — Вмешался Николай. — У нас, между прочим, надвигается конец света, это так, для справки. И мы вынуждены объединить усилия, нравится нам это или нет. Тем более, не в первой. Другого пути просто нет. Давайте ругаться и спорить уже после, за банкетным столом, когда все кончится. Можем даже устроить мордобой. — Император издал смешок. — Ладно, шучу. — Николай сразу поправился.

Кайлер и Роб молча согласились с Николаем, хотя последний явно сделал это вопреки собственному желанию. Кайлер, вероятно, тоже. Государь вынул из кармана брюк проектор и через минуту все смогли увидеть примерную схему подземелий Далласа.

— Это карта Дальнего предела, а теперь считай, еще и города-призрака, в прямом и переносном смысле. — Император России указал на изображение. — Мы учли все ваши поправки. Все верно, господин Кайлер?

— Верно, только не надо господ, просто имени уже достаточно. Не люблю пафос. — Произнес кардинал.

«Ага, как же, не любит. А кто выглядит, как рок-звезда для молодежи? Уж точно не я». — На сей раз Роб решил «промолчать» и старался думать, как можно тише.

«Я выгляжу так, потому что мне нравится». — Голос Кайлера в который раз эхом отразился в голове Роба, хотя сам кардинал молчал, не отводя взора от проекции карты.

— Мы решили уничтожить телепорт и починить генератор энергетического поля, а параллельно начать эвакуацию призраков. С последующим их воскрешением. Россия даже построит городок для мигрантов. — Император продолжил.

— А я дам новую технологию воскрешения, мы только недавно опробовали ее. С помощью камеры регенерации можно вернуть к жизни даже ану в человеческом обличии без малейшего риска. Элизабет и ее избранник будут спасены. Неужели и после этого я останусь в твоих глазах кровавым тираном, который только и делает, что режет невинных младенцев днем и ночью, а, Роб? — Первый не упускал шанса для сарказма. На лице кардинала проскользнула самодовольная улыбка. Он чувствовал себя победителем.

Роб промолчал. — «Элизабет. Рэт. Уже во второй раз меня заманивают в Даллас их именами. И где же подвох, что же делать? Я не знаю. Я не доверяю Кайлеру, ни капли. Он явно замыслил использовать нас».

— А зачем вам я? — Роб решил пойти методом от противного и, сперва, выяснить свою роль, прежде чем далее рассуждать о причинах невиданной щедрости со стороны кардинала.

— Во-первых, ты знаешь кое-что о подземных ходах, если не позабыл еще. Ты же был одним из тех, кому доверили тайны Дальнего предела. — Кайлер заговорил о прошлом Роба. — Во-вторых, только ты можешь достучаться до мертвых и убедить их пропустить людей из Мардук починить этот чертов генератор. А в-третьих, считай это доверием лично с моей стороны. Мне бы не хотелось лезть в самое пекло ада с кем попало.

От последнего пункта Роб немного опешил, и какое-то время просто смотрел на Кайлера в недоумении.

— Странно доверять мне, ведь это по твоей воле моя супруга мертва. Я не забыл, и никогда не забуду.

— Тогда ты утратил доверие, предав нас, но даже тогда я не убил тебя, заметь Роб. А ее? Она была шлюхой. К тому же, она жила с тобой из-за денег, но ты был так влюблен в свою ненаглядную красавицу, что не видел дальше собственного носа. Я бы не отдал приказ, не знай об ее изменах лично. Даже не из донесений, я привык проверять, а не доверять. Не мог же я позволить тебе так низко пасть? Или ты бы предпочел провести остаток жизни в наркопритоне? Это было твое будущее, не вмешайся я.

На лице Роба проступило удивление, смешанное с гневом. Глаза широко раскрылись, а на лбу проступили сосуды. — «Что? Измены? Какой-то вздор. Я откажусь, я не стану работать с обманщиком! Нет, Эмилия любила меня!» — Вояке стоило больших усилий не затеять потасовку.

— Откуда тебе знать? — Со злостью в голосе, сжимая чашку, прохрипел Роб, едва не потирая кулаки, как перед дракой.

— Ты считаешь меня полной сволочью, но я бы не стал убивать Эми, если бы лично не удостоверился в неверности. Вот фото. Надеюсь, больше вопросов не осталось. К тому же, старина, она была шпионом Таби и ты, Роб, вполне мог бы оказаться на месте своей возлюбленной, не вмешайся мы.

Легким движением руки кардинал достал из кармана кожаной куртки несколько фотографий, где жгучая блондинка с голубыми глазами то обнималась с высоким мужчиной в роскошном ресторане в небоскребе Далласа, то целовалась французским поцелуем уже с другим. И таких фото набралось без малого с десяток.

Роб сперва не поверил своим глазам, приняв снимки за монтаж, но опытный взгляд твердо твердил ему — фотографии были настоящими. Можно было бы подумать, что они были сделаны до знакомства с Робом и на самом деле все эти мужчины — только ее бывшие, но это было не так. У виска виднелся шрам от родинки. Операция по удалению была сделана Эмилией уже после того, как она клялась в любви и верности Робу. — «Это моя Эми? Но почему? Что за черт!» — Негодовал он.

— Откуда у тебя эти фото? И почему ты не сказал мне раньше? — Вопросы сыпались рекой. — Она — шпионка?

— Не забывай, кто я. Мне положено знать все о моих подчиненных. — Кайлер гордо положил руку себе на грудь. — Раньше ты бы все равно меня не послушал. Поэтому я и отпустил тебя в надежде, что ты окажешься во внешнем мире. Поверь, от кардиналов Мардук невозможно убежать, если мы сами не пожелаем обратного. Хотя, стоит признаться, я ожидал от тебя большего, Вояка… А ты все такой же размазня, едва речь заходит об Эмилии. — Первый кардинал явно был не в восторге от того, в какое русло зашел их разговор.

Роб побледнел. В его глазах читалось отчаяние, словно весь смысл его существования погас. Какое-то время он просто сидел и молчал, смотря на фото пустыми глазами, то ли отказываясь признавать правоту Кайлера, то ли злясь на самого себя за простодушие, не свойственное профессиональным военным.

— Если остались сомнения, то у меня есть аудио и даже видео. Так, что я убил предателя, а не твою жену. И спас твою дурную башку от пули в затылок.

— Но какое тебе дело до того, кто с кем спит? — Роб твердо стоял на своем, упрямо игнорируя часть информации. — Ты убил ее! Мы бы могли разобраться и без тебя!

— А теперь, старина, самое интересное. Ты глухой? — Кайлер, как и всегда, если ему что-то не нравилось, приложил руку к лицу, покачав при этом головой. — Эмилия, она же Сара, она же Шэрон — агент магистра Таби. Как тебе такой поворот? Почему мне стоит повторять дважды?

— Давно придумал? — Само собой, Роб не поверил и в этот раз.

— Только что. — Кардинал не заставил ждать ответа. — Я похож на выдумщика? Не на стенд-апе. Смотри… — Кардинал протянул фото Эмилии рядом с великаном, которого невозможно было перепутать ни с кем другим.

«Эмилия?» — Роб едва не уронил на деревянный пол свой недопитый кофе. — «Что за черт?» — Ему не верилось. Фото могло быть обманом.

«Ты все подстроил, мерзкий ублюдок!» — Невольно выругался он просебя. — «Ты готов на все ради своей выгоды!»

«Ты плохо меня знаешь?! Или нет? Да, конечно, ты служил у Фэллона!» — Согласился кардинал, решив ответить мысленно, не привлекая внимания Николая. — «Скажи, мой брат стал бы водить дружбу со мной, если я стал творить несусветицу?»

«Не знаю, я не верю тебе». — Роб не стал более проявлять эмоции.

«Очень зря! Когда-нибудь, твое недоверие сыграет злую шутку». — Холодно ответил последний, по-прежнему используя телепатию.

— А ребенок? Ты убил и моего сына! — Едва не вскричал Роб, поддавшись злобе. — Не сына проклятого магистра, а моего! Моего!!!

Кардинал только ухмыльнулся, готовя для Роба новую порцию не лицеприятной информации, которой у кардинала всегда было предостаточно, ведь он предпочитал знать все про всех, с кем приходилось хоть раз встретиться лично.

— Не было никакого сына, увы, мой старый друг. Тебя обвели вокруг пальца, как дитя. — Кайлер едва сдерживался от смеха. — Ты ходил с ней к врачу, видел документы? Верно говорят, женщины превращают в наивного ребенка даже самого закоренелого скептика. Она пользовалась тобой, как и ими. Все эти люди на фото — не из бедных. Эмилия выманивала информацию, а люди Таби расправлялись с каждым по очереди. Ты жив только потому, что мы, а в особенности Фэллон и Вилмер, хотели того.

Робу хотелось закричать: «Неправда! Эмилия любила меня! Все это ложь!» — Но все же разум возобладал над чувствами и бушующий внутри него ураган так и остался в мире мыслей.

— Откуда тебе знать? — Произнес Роб, не отворяя взгляда от кардинала.

— Ты уже пробовал перенос сознания?

— Да. — Вояка кивнул.

Николай же все это время сидел смирно, будто единственный зритель в современном театре.

— Если ты хоть раз использовал технологию переноса, то знаешь, что подделать воспоминания невозможно. Надеюсь, после этого вопросов более не останется. — Кайлер протянул Старому Вояке ментальный трансивер, более похожий на старые наушники, которые вошли в моду пару столетий назад.

— Зачем оно тебе? — Переспросил Роб, подозрительно всматриваясь в глаза Кайлеру. — Неужели ты так заботишься о своей репутации?

— Не хочу поднимать этот вопрос на поле боя. — Ответ кардинала не заставил себя ждать. — Поставим точку и дело закрыто.

— Хорошо! — Роб кивнул, надевая трансивер на голову. Он прекрасно знал, как пользоваться этой причудливой на вид штуковиной. — Я готов. — Через пару секунд отрапортовал он.

— Добро пожаловать! — Хмыкнул первый кардинал.

Едва закрыв глаза, Роб окунулся в темноту, наполненную беспорядочным шумом, как и бывает при переносе сознания. Сперва можно увидеть только темноту, а затем проявляются образы — воспоминания.

«Ты думаешь, Роб настолько приближен к Фэллону? Сомневаюсь!» — Грубый, почти не человеческий голос с металлическим оттенком принадлежал магистру.

«Попробовать стоит. Ему наверняка известно местоположение второго». — Женский голос сперва показался ему чужим.

Вояка присмотрелся. По ту сторону экрана стояла Эмилия, одетая в мантию Мардук. Рядом, на огромном золотом троне восседал сам магистр. Роб словно прибывал внутри тела Кайлера, а последний стал свидетелем разговора, подслушав его через скрытую камеру, установленную в тронном зале.

— Это было за несколько дней до того, как нам пришлось ее ликвидировать. — Кардинал появился в сознании Роба.

— Что ты здесь делаешь? — Недовольно фыркнул Вояка.

— Здравствуйте, ну ты даешь. Тебе совсем мозги отшибло? — Кайлер невольно рассмеялся. — Вообще-то, ты внутри моего сознания. Где же находиться мне? Пойти погулять на улицу?

«Твой лопух не догадался?» — Спросил Таби.

«Нет, что вы, господин Магистр. Роб по уши втрескался в меня, даже немного жаль его убивать. Может, пусть сгниет в красной зоне?» — Девушка словно издевалась над Робом.

Голос Эмилии был совершенно не похож на тот, что знал Роб, но на видео точно была она.

— Ну как тебе, Вояка? Пришел в чувства? — Первый кардинал прервал сеанс связи.

«Как же так! Моя невеста оказалась обычной похотливой девкой, да еще и шпионом Таби? А я, как последний дурак, до сих пор скучал по ней. А может быть все-таки эта история с изменой и шпионажем — умелая подделка? Кайлер мастер мистификаций, не стоит слепо верить ему». — Противоречивые образы метались в голове Вояки, сменяя одна другую.

«Да, ты безнадежен». — Эхом отозвался Кайлер, снова используя телепатию. — «Таким, как ты, Роб, нужно заново влюбиться, но в армии почти нет девушек, а в городе ты бываешь только на рынке. Так что, или меняй ориентацию, или сходи в ночной клуб «Кому за сорок» и найди даму сердца».

Кардинал пристально, пронизывающе посмотрел на опешившего Роба.

«Для начала, перестань лезть в мою голову. А во-вторых, сам меняй ориентацию, коль тебе так угодно».

— Господа. — Николай заметил, что гости перешли телепатию и общаются между собой без слов. — Больше двух — говорят вслух. Так мы до утра каши не сварим. Давайте оставим все кардинальские штучки на потом и перейдем на человеческую речь, мы все заложники ситуации, а вместо того, чтобы постараться выпутаться — уже готовы вцепиться зубами друг другу в глотки! Так совсем не пойдет!

— Все равно Кайлер читает мысли. — Возмутился Роб.

— А ты думай потише. — Усмехнулся кардинал, разведя руками. — Я не виноват, что ты орешь, как ненормальный. Растерял все навыки, чему тебя учили в Далласе. Ты же был черносотенцем. Неужели разучился прятать помыслы в самый дальний уголок разума, как учил Фэллон?

— Был да сплыл. — Нехотя ответил Роб.

— Господа, вернемся к делу, а после наговоритесь, сколько душе угодно. Я лично организую вам приватный ужин в самом дорогом ресторане, хоть в Москве, хоть в Дубае, на ваше усмотрение. Будет время хоть в шахматы играть, хоть спорить, хоть в молчанку играть. — Николай изо всех сил пытался вернуть разговор в нужное русло. — Сперва мы должны уничтожить телепорт. С твоих слов, Кайлер, он охраняется только сверхпрочной броней, которая выдержит взрыв водородной бомбы и компьютером с особой защитой. Мы можем взломать его?

— Да. — Кардинал важно скрестил руки на груди, позабыв о распрях с Робом. — Фэллон сможет, но действовать придется решительно. Если Таби узнает о взломе, то нагрянут бойцы Мардук, и тогда делу конец. Никому, кроме кардиналов с ними не справиться, если не считать простых бойцов, однако придут и отряды пожирателей. Таких, как мы. Так что, нас с братьями раскроют в мгновение ока, едва прольется кровь солдат магистра. На кого потом свалить гибель сотни элитных гвардейцев? Это первая часть задания. Если телепорт будет уничтожен, то только решит проблему весьма частично. Как я уже говорил, Таби ничего не знает о подземном городе призраков, но энергетическое поле слабеет, и души могут попасть в Тиамат, спровоцировав тем самым конец света. Если в битве за телепорт вашим русским бойцам будет отведена роль прикрытия, то в деле с мертвыми — именно тебе, мой недоверчивый друг, предстоит убедить их или пустить людей клана для ремонта генератора энергетического поля, или уходить вместе с русскими внутри ловцов душ и впоследствии жить в России. Как сами выберут, но третьего не дано. Но самое главное на потом. Мы должны физически устранить самого Таби, что бы навсегда похоронить план по слиянию миров. Это мы берем на себя. Ваши люди тут не помощники!

Кайлер говорил спокойно, местами даже монотонно. Его голос выражал уверенность в положительном исходе миссии (даже если сам кардинал нервничал, то умело маскировался).

«Как всегда, все просто только на словах». — Роб сперва хотел задать Кайлеру один провокационный вопрос мысленно, но решил прислушаться к совету императора и озвучить его.

— Если все так просто, как дважды два, то почему вы не убили Таби сразу? — Выпалил он с неким скепсисом в голосе.

— А тебе раскрой все карты разом, да? — Кайлер нахмурился. — Это уже наша работа, кое-что расскажу после победы, если Таби не одержит верх. Он самый сильный из всех чистокровных пожирателей в человеческом обличии. В его жилах течет кровь стражей древнего Шумера. Вы помните, как одна из тех тварей едва не прикончила нас с Фэллоном? Так вот, Таби пускай и уступает по силе всем древним царям, но куда сильнее подземных стражников или… — Кардинал осекся. — Впрочем, в Далласе их нет и быть не может.

«Вот тебе и приплыли. В прошлый раз нам не удалось победить. В этот раз и подавно». — Вояка не испытывал оптимизма.

— Что-то мне подсказывает, что нам не одолеть его. В прошлый то раз тоже все хорошо начиналось. Прямо идеально. — Роб склонялся к поражению, хотя и не паниковал и не опускал руки. — Попробуем, конечно, но… Я не уверен ни в чем…

— Прошу заметить, в прошлый раз пробуждение стража стало для нас полной неожиданностью в виду предательства Васнецова и недостаточной координации действий между императором и конгрегацией Мардук. В этот раз мы основательно подготовились и шансы на победу значительно выше. — Кардинал не остался без должного аргумента. — И, прошу заметить, нам довольно долго удавалось укрывать Элизабет, да и вообще, уходить от преследования. Заметь, ты сам остался жив, потому что мы помогли тебе.

— Да, Роб, это так. — Добавил Николай. — Мы долго работали и учли все факторы. К тому же, утечки не будет. Во всей империи о задании знаем только я, господин Верговский и ты. Максимальная секретность. А Верговский проверен лично Кайлером, он чист, как роса.

«Что ж, надеюсь Верговский нас не подведет». — Роб был уверен в императоре, и, как ни странно, в кардинале, им союз был выгоден, как никому, а вот министр был для него незнакомым человеком. — «Кто знает, не повторит ли он судьбу предателя Васнецова и как тщательно маскирует мысли от чужого ума. Капитан тоже казался человеком чести».

«Знаю, мы не должны использовать телепатию, но ты думаешь так громко, что не оставляешь мне выбора». — Вмешался Кайлер. — «Я читал его мысли с помощью одной машины, новое изобретение, Верговский чист. Скажу сразу, я читал всех вас и поэтому мы собрались здесь. Я доверяю вам. Иначе, меня бы с вами не было».

— Значит, задание состоит из двух пунктов для России и трех для Мардук? Будет сложно, но я за. Только скажи, Кайлер, с чего вдруг такая невиданная щедрость? Почему ты решил воскресить убитых? — Напрямую спросил Роб, предпочитая далее не интересоваться деталями. — Хочешь стать героем?

— Да плевал я на них. Кто они мне, кроме Элизабет и Рэта — пустое место! Просто энергетическое поле может сломаться вновь, так что лучше уж отделаться хотя бы от половины призраков и обезопасить свои задницы, а заодно — и ваши. Меня волнует только судьба сестры и ее избранника. Остальные пусть хоть в аду горят.

— Как я и думал, ты ничуть не изменился. — Усмехнулся Роб. — Все такой же циник. — Вояка махнул рукой.

— И не собираюсь. — Хмыкнул первый кардинал. — Я — не дом милосердия и не приют для обездоленных, и никогда им не был!

— Кто бы сомневался. — Ответил Роб с некой иронией, отпустив смешок. — Когда начало операции?

— Как только Фэллон даст отмашку.

— Николай, у меня будет одна просьба. — Роб обратился к государю.

— Да? — Император пристально посмотрел Робу в глаза. — Сделаю все, что в моих силах.

— Если я не вернусь, позаботьтесь о моей семье.

Император почесал бороду и опустил глаза. Со стороны могло показаться, что он вот-вот отвергнет прошение и Роб заметно нервничал и принялся ковырять ноготь большого пальца. Раньше он никогда не просил о таком, и ему было несколько неловко говорить о семье с самим императором.

— Хорошо. — После некой паузы император согласился. — Но и я попрошу тебя кое о чем. Вот тебе мой государев наказ — выжить. — На лице Николая проступила добрая улыбка.

— Постараюсь, но обещать не могу. — Ответил Роб, улыбнувшись в ответ.

— Вот и замечательно. — Кайлер допил кофе.

Глава 3

Грядущая буря

Октябрь 2221 года

Прошло всего два дня, после встречи, а Роб уже простился с семьей и вместе с отрядом отправился на секретную военную базу под Петербургом. Прощание выдалось тяжелым для Роба, но семья не придала очередному отъезду дяди особого значения.

Нет, им было не все равно, просто они никогда не были в горячих точках и не понимали до конца реальную опасность. К тому же, следуя указаниям императора, Роб сказал, что отправляется на Тибет на учения. Семья была спокойна и ждала дядю домой в самое ближайшее время.

Но обман — только иллюзия, и от этого Робу становилось не по себе. Он всю дорогу думал о доме, о том, каково будет Венди и остальным получить похоронку, о том, сдержит ли Николай обещание.

Тем временем, туристические автобусы, на которых для отвода глаз, армейцы приближались к северной столице, двигались вперед. Делалось это специально, чтобы не привлекать внимания прохожих и не будоражить назойливых журналистов.

Отряд собирали весьма забавно. Сперва Роба вез таксист, который оказался сослуживцем Роба из соседнего подразделения. В Петрозаводске, когда все были в сборе, подогнали красные расписные автобусы с рекламными надписями вдоль и поперек, хотя и с тонированными окнами. Секретность старались держать на высшем уровне.

— Чего хмурый? — Спросил Роба сослуживец — Денис. — Вояка, тебе ли печалиться?

— А разве есть хоть один повод для радости? Не замечаю, хоть ты тресни. — Ответил Роб без особого энтузиазма.

— Фигня война, главное — маневры. — Отшутился Денис в привычной ему манере. — Прорвемся! Не в первый раз!

Парень, впрочем, волновался не меньше. Жена, трое детей, родители. Однако, в отличие от Роба, Денис всегда сохранял оптимизм, шутил и подбадривал однополчан, как говорят про таких — душа компании.

— В одно место такие маневры, опять этот Тибет. — Роб специально назвал не тот регион, поскольку говорить правду было запрещено кому-либо, кроме него самого, кардиналов и императора с господином Верговским.

— Ты смотри с другой стороны, к нам переводят двух женщин из третьей роты, может одна из них станет женой? Живешь как монах-затворник, а жизнь проходит. Кто знает судьбу. — Денис хихикнул и положил сослуживцу руку на плечо, трижды похлопав по нему. — А на задании — лучшее время, вы всегда вместе, прояви себя, или, старина, у тебя уже «мужичек» не встает?

Заядлый семьянин и многодетный отец Денис был в своем репертуаре, впрочем, как и всегда. Вечно веселый, и вместе с тем, сосредоточенный на работе мужчина, никогда оставался без позитива. Вспомнить хотя бы войну в Либерии. Под градом пуль он шутил, смеялся и подавал другим пример. — «Хорошо, когда в команде есть такой человек». — Невольно подумал Роб. — «Главное — не лез бы на рожон».

Но, в отношении семьи, мнения сослуживцев рознились. Роб не мог забыть убитую невесту, а после того, как Кайлер открыл ему глаза — попросту разочаровался в женщинах и в самой любви. Для него правда стала сильным ударом. Его семья, спасенная из подземелья, тем не менее, продолжала оставаться смыслом жизни. В них ему виделась частичка самого себя, своего туманного далекого прошлого.

Возможно, прошло еще слишком мало времени, и Роб еще не успел свыкнуться с мыслью, что Эмилия лгала ему. Это было непростое испытание, и, плюс ко всему, Роб пытался понять, почему именно сейчас Кайлер открыл все карты. Кардинал явно не походил на человека, который будет что-то делать, если этот поступок не выгоден ему самому. И это волновало Роба в первую очередь. — «Он что-то задумал, все не просто так». — Не раз приходило в голову по дороге в северную столицу.

— Расслабься, приедем в Питер, наверняка после инструктажа нам дадут увольнение, как заведено. Буду отпаивать тебя пивом, алкотерапия еще никому не вредила. — Рассмеялся Денис, который любил пиво не меньше Роба и при первой же возможности прикладывался к стакану.

Справедливости ради, стоит отметить, что такие возможности выпадали не часто и Денис вовсе не слыл заправским пьяницей.

— Только о пиве и думаешь? — Пошутил Роб.

— А ты в трезвенники записался, как я посмотрю? — Денис прищурился и скептично посмотрел на Роба. — Или стаканчик на ночь уже не считается?

— Нет, само собой. Куда мне. Поздно менять привычки, когда тебе далеко за полтинник.

— А вы тут опять кутеж обсуждаете? — Между спиной сидений показалась голова Андрея. — Собираетесь напиться в стельку на увольнении, и без меня? — Парень покачал головой. — Так не пойдет.

— Попробуй напейся без тебя. Как только разговор заходит о спиртном, ты тут, как тут. — Едва не рассмеялся Роб.

— А то, я-то гуляка-холостяк.

— Ты как всегда, Андрюха. — Добавил Алексей с переднего сиденья. — Человек-пиво, чес-слово…

— Ты еще не знаешь моего брата! Саша — два глотка! Вот кто истинный гуру в уничтожении хмельного.

Андрея перевели в роту около года назад вместе со старшим прапорщиком Алексеем, который раньше охранял особо важные военные объекты на Черном море.

Андрей был человеком легким на подъем, и зачастую проводил свободное от работы время в пабах и барах, стараясь не думать о будущем. Для него вся жизнь казалась игрой. Слегка ветреный, для своих сорока с небольшим.

Алексей же, перешагнув за полтинник, стал куда более сдержан в поступках и пусть в роте все еще и ходили анекдоты про его былые похождения, но уже два года тот не притрагивался к рюмке и вообще сторонился любых мероприятий с участием горячительных напитков.

— Роб, ты бы не водился с этими пьяницами. Возраст уже не тот. Сколько тебе говорить? — Пожурил Алексей, разумеется, в шутку.

— Это кто тут пьяница? — Едва ли не в один голос отозвались Денис и Андрей.

— Уж точно не я, мои юные друзья. — Ответил Алексей коронной поговоркой, хотя Роб был куда старше его. — Я отпил свое, больше не хочу. Хватит, натворил делов на синюю голову…

— Знаем мы. — Андрей едва смог произнести слова, сдавливая смех. — Не пьешь, потому что дебоширишь, вот и завязал до пенсии.

— Просто надоело. — Произнес Алексей, откидываясь обратно в кресло.

Несколько лет назад произошла пьяная драка Алексея с комендантом общежития во время одного из увольнительных. Оба изрядно набрались и учинили погром с переломом носа (никто и сам не помнил, с чего все началось). Начальство влепило строгий выговор и только высокие боевые навыки прапорщика позволили ему сохранить службу и не потерять звание. Коменданта же разжаловали и перевели в другую часть.

Наверняка, после этого, начальство и взяло с Алексея слово больше не притрагиваться к стакану, чтобы не вылететь со службы, как пробка из бутылки и не работать до ста лет на гражданке, до положенной пенсии. При увольнении по статье на военной службе можно было бы ставить жирный крест. Империя не давала второго шанса (за редким исключением, вроде того, что и получили Леша с комендантом).

— Да, тебе лучше не пить. Трезвый — человек, как человек, а как капля в рот попала, так сразу лезешь куда ни попадя, как бык на красную тряпку. — Отшутился Денис. — Мало приключений нажил?

— Есть за мной такой грешок. — Алексей отпираться не стал и согласился со словами Дениса, поправив съехавшую на бок фуражку.

В скором времени автобус прибыл на базу в Колпино. До северной столицы оставалось рукой подать.

Секретная военная база расположилась неподалеку от научного городка Колпино, въезд в который разрешался только по специальным пропускам, выдаваемым напрямую министерством обороны. Для непосвященных, это была одна из многих воинских частей, и только военные знали — простым военным хода нет. Для остальных — это была лаборатория при госпитале, в которой, якобы, исследовались вирусы.

Охранялась база соответственным образом. Два ряда внушительных стен, оснащенных камерами, тепловизорами, а еще множеством защитных датчиков, способных обнаружить человека, животное или робот и подать сигнал начальнику охраны. По периметру расположились автоматчики в бронированных башнях на сверхстойких металлических опорах. Каждый имел при себе «глаз», как сами военные в шутку называли МОП-4 — мультифункциональный оптический прибор, совместивший в себе тепловизор, прибор ночного видения и бинокль. Сами солдаты выглядели устрашающе (для гражданского, разумеется), в увесистой амуниции и все, как на подбор были высокими и широкоплечими.

— Вот мы и прибыли. — Заметил Андрей. — Выгружаемся!

— Спасибо, капитан очевидность. — Ответил Денис, едва не позабыв про рамки приличия, и не сплюнув прямиком на пол машины.

Автобус остановился в зоне парковки и это означало — впереди досмотр. Весь транспорт, сумки, ящики, одним словом — все вещи с ног до головы подлежали тщательной проверке на предмет жучков и скрытых камер, как и сами солдаты.

«Секретность не должна была нарушаться, мало ли кто окажется шпионом». — Без устали повторял командир. После инцидента с Васнецовым правила стали намного суровее. Когда господин Верговский вступил в министерство, вместо ушедшего в отставку Сергея Петрова (как раз из-за пресловутого скандала, спровоцированного Васнецовым), первым делом он пересмотрел устав и еще туже закрутил гайки и без того жесткой военной системы.

— Хоть бы побыстрее пройти КПП. — Вздохнул Денис. — Жрать хочу, хоть быка съем.

— Не ты один. — Согласился Алексей. — Но тут, как вижу, пока в каждую дырку не заглянут, не пообедать.

Разгрузка, досмотр и бумажная волокита заняла довольно много времени, но все же к ужину управились. После получения спецпропусков и дополнительного инструктажа, наконец, шел усиленный ужин, после которого провели еще один инструктаж, куда можно ходить, и что можно и нельзя делать. Доступ у роты, включая и командира, имелся только к казарме и столовой, остальные здания, которых Роб насчитал с десяток — отсутствовал, и что находилось внутри оставалось только догадываться (может даже сами кардиналы).

После трапезы роту отправили отдыхать.

— Завтра и послезавтра гуляем. — Небрежно сказал ротный. — Послезавтра, я повторюсь, к шести вечера всем быть как штык. — И шутливо прибавил. — Без перегара и не помятыми. У всех роты, как роты, а у меня сборище пьяниц, один Леша молодец! Берите пример, бойцы!

Рота отреагировала на шутку ротного бурным смехом, а сам Алексей покраснел и отмахнулся.

Вечер выдался свободным и к девяти, после душа, в казарме объявили отбой.

Утром, получив разрешительный документ, Роб, Денис и Андрей отправились в Петербург, а Алексей предпочел прогулке по шумному городу поездку в Кронштадт, где недавно построили самый большой в мире музей военно-морского флота.

— Не люблю шум. Сами гуляйте по муравейнику. — Произнес он. — А я на природу. Лет десять не был на море, даже когда жил на юге.

— А мы не будем гулять, мы пить едем. Зачем нам-то море, холодина же. — Рассмеялся Роб. — Иди с нами!

— Вот она, элита империи, защитники мира. — Ругнулся командир. — Всех поувольняю к чертовой бабушке, если учую запах. Роб, тебя особенно касается! — Он и сам понимал тщетность сотрясания слов, ведь за Робом стоял император, а с ним — не поспорить.

— Товарищ майор, мы немножко. — Денис улыбнулся, сделав акцент на последнем слова.

— Знаю я вас. — Ротный махнул рукой. — За что мне все это наказание?! Хоть в Монголию возвращайся. Там спокойнее.

Очутившись за пределами воинской части, троица села на автобус и через считанные минуты очутилась у станции метро, открытой, судя по табличке, всего пять лет тому назад.

«Колпинская». — Над входом красовалась медная, украшенная под старину, табличка с названием станции.

— Куда поедем? — Спросил Денис. — Кто у нас спец по Питеру?

— Не знаю, в центре шумно, предлагаю что-нибудь подальше от Невского. — Ответил Андрей. — А то не поговорить толком будет! Человеки на человеках.

Сошлись на Чкаловской. Роб просто тыкнул пальцем на карте, а Андрей, который уже не раз бывал в Питере — согласился.

— Петроградская сторона до сих пор относительно безлюдная. Правда, я там был лет пять назад, все могло измениться. — Отметил он. — Жизнь на острове не такая уж и бурная.

Сказано — сделано. Несколько пересадок и поезд принес путников в искомое место. В дороге Роб успел забронировать место в отеле, ведь не ехать же в пьяном виде через весь город, чтобы поклониться КПП (в нетрезвом виде на территорию части хода нет), и отправиться ночевать в канаву. От базы до ближайшего населенного пункта — тащится несколько километров, а потом писать отчет, на каком это основании военные удумали подогнать такси прямиком под ворота секретного объекта. И никто не вспомнит, что на тебе не было формы — отвечать придется по всей строгости устава.

Чкаловский проспект путникам показался многолюдным, так что троица свернула во дворы. — «Ну, и куда теперь?» — Промелькнуло у Роба.

— Что, Андрюха, заблудились? — Шутка Дениса не застала себя ждать. — Парень почесал бороду, и в свойственной ему манере бросил. — Сусанин.

— Не писать в рюмку раньше часу! Как девочки! — Солдат отмахнулся. — Идем через дворы, куда-то да выйдем.

Питер заметно контрастировал с Москвой. Последняя выбрала путь коренной перестройки, так что и многие старинные дома были снесены, а на их месте возведены новые жилые комплексы и торговые центры. Питер же пошел по пути сохранения исторического облика, что весьма удивило Роба.

Он был ошеломлен тем, как в городе на Неве сочетались современная инфраструктура и старинные здания. В Петербурге было ощущение, будто погружаешься в прошлое — все улицы усыпаны историческими зданиями, памятниками и красивыми дворами. Петербург бережно сохранял свою историю. Роб не мог отделаться от ощущения, что Питер — это город-музей, в котором каждый дом, каждая улица, каждый уголок имеют свою историю, которая восхищает своей красотой и магией прошлого.

— Интересно, а раньше все города в России выглядели так же? — Спросил он товарищей, с интересом осматривая разноцветные отремонтированные фасады.

— Нет, это только в Петербурге. — Отметил Андрей. — Лет десять назад закончили реставрацию, кстати. Попади сюда раньше — все сыпалось, а зимой падали сосульки прямо с крыш. Весь город превратился тогда в одну грандиозную стройку.

Узкие дворики вывели путников к детскому саду, а затем на небольшую улицу с целой березовой аллеей. Правда, листья уже успели опасть, так что летом тут было куда уютнее. Тут раскинулся современный жилой комплекс, который больше напоминал московскую застройку и резко контрастировал с увиденным у метро, однако, все равно — вписывался в общий архитектурный ансамбль.

В одном из нескольких десятиэтажных домов обнаружилось кафе с музыкальным названием «Лады».

— Саунд-кафе, что-то новенькое, не слышал о таком. — Андрей пожал плечами. — Видимо, недавно открылись.

— И до гостиницы рукой подать. — Роб сверился с навигатором. — Пять минут ходьбы нашим кривым шагом.

— Трезвой ходьбы, а мы будем шататься. — Денис уже предвосхищал обратный поход. — Ты не учел поправки на ветер.

— Тут ты прав. — Улыбнулся Роб. — Главное, чтобы асфальт не трясся под ногами. Не хочется предстать перед ротным с разбитой физиономией.

Троица вошла внутрь. При входе путников встретила приветливая девушка-хостес, как в дорогом фешенебельном заведении Москвы.

— Добро пожаловать в саунд-кафе «Лады», единственное заведение в Петербурге, в котором все музыкальные мероприятия проводятся в нейронаушниках. — Девушка мило улыбнулась. — Я провожу вас к столику.

Нейронаушники — новая технология, когда звук подается не в уши, при помощи звука, а сразу в мозг. Таким образом, акустические системы в привычном понимании этого слова уходят в прошлое. Такая технология имела ряд преимуществ и могла быть полезна для людей с различными проблемами слуха.

— Ничего себе, интересно. — Удивился Роб.

«Хм, в Далласе ни о чем подобном не слышал. Интересно, нет ли жучков, или еще каких хитростей? Нет, технология уже много лет использовалась военными, но что бы гражданские — это было весьма похвально». — Не смотря на свою консервативность в плане обустройства жилья, Роб ценил передовые технологии.

«Нет, тут никто не услышит». — Неожиданно раздался голос Рэта, от которого Роб вздрогнул, едва не привлекая внимания друзей.

«Какого черта? " — Подумал он. — «Проделки Кайлера?»

— Старина, ты чего? — Денис похлопал его по плечу. — Неужели призрака отца Гамлета увидел?

— Да черт знает, пива хочу, наверное… — Роб не мог открыть правду, тем более ему бы пришлось долго оправдываться перед наркологом или психиатром.

В зале, между тем, не было почти никого. — «Наверное, потому что будни». — Решил Роб.

Сам же зал оказался довольно уютным. Черные кожаные кресла, деревянные столики с табличками-номерками, очевидно на случай концерта, приглушенный свет. В центре расположилась колонна, стилизованная под гитарный гриф, с ладами и белыми точками, как у настоящего инструмента. У стены находилась сцена с электронными барабанами и синтезатором от популярной японской фирмы. По всей видимости, остальные инструменты музыканты приносили с собой. Или их просто прятали в специальное помещение.

— Ну что, куда упадем, парни? — Андрею явно не терпелось поскорее сделать заказ. — Я пива хочу, а не пялиться в стенку. — Ироничный смешок спал с его уст.

— Предлагаю за столик у окна. В уголочек. — Тут же ответил Роб, и прибавил. — Там нас будет лучше не видно.

— Заметано, бро. — Добавил Денис.

Троица проследовала мимо барной стойки вглубь заведения. Едва парни сели на стол, официант, до этого наблюдавший за гостями со стороны взял меню и направился к столику.

— Добрый день, меня зовут Константин, можно просто Костя. — Молодой длинноволосый парень в черной рубашке и сером фартуке положил на стол меню. — Рады приветствовать вас в нашем заведении. Если будут вопросы по меню, или, в общем, по работе заведения, то я с радостью отвечу.

— Нам пока три пива. — Роб показал три пальца.

— Вам какое? Есть разливное: светлое фильтрованное, светлое нефильтрованное, темный молочный стаут, портер… — Константин принялся перечислять сорта.

— Светлое фильтрованное. Три. Не будете против, парни? — Понимая, что список сортов хмельного напитка окажется внушительным, скорее всего, Денис прервал официанта на полуслове. — А мы пока посмотрим еду. Вы за?

Те молча согласились и официант, сделав пометки в своем портативном планшете удалился в сторону барной стойки.

— Ничего себе, видели? — Удивился Денис. — У этого парня в руках перцептивный планшет, никогда не встречал его в ресторанах. У меня даже нет такого!

— Видимо тут любят технологии. — Развел рукам Роб. — А ты — прекращай позволять жабе себя душить, и купи наконец!

— Ты с ума сошел! Знаешь сколько он стоит? Жена меня из дома выгонит! — Стоимость прибора, действительно, делала его доступным далеко не каждому.

Перцептивный планшет, как и нейронаушники, появились относительно недавно и представляли собой голографический экран, управляемый движением глаза или щелчком пальцев. Для этого даже не требовалось прикасаться к самой голограмме. Умная машина почти угадывала мысли.

«Да, кафе не отстает от времени». — Смекнул Денис.

«Да тут вообще, директор не Кайлер?» — Робу начали мерещиться заговоры, подобно средним векам. — «Не удивлюсь, если так».

Тем временем Роб осмотрел присутствующих гостей, пытаясь понять, нет ли за ними слежки. Кроме троицы начинающих алкоголиков (то есть их самих), персонала, за барной стойкой сидели еще двое гостей. Одним из них был мужчина средних лет, который периодически отпускал нелепые шуточки и смеялся сам с себя, будто бы перед ним выступал великий комик. Вторым гостем оказалась молчаливая девушка лет двадцати с бокалом пива в руке.

За стойкой хлопотала девушка с синими прядями. Как заметил Роб, она довольно долго работала барменом и ее движения говорили о правильном подходе к делу. Уж что-что, а в Далласе он никогда не отказывался от отдыха и знал всех барменов по имени.

Вскоре Константин возвратился, принеся гостям столь вожделенное пиво.

— Приятного отдыха. — Произнес он. — Что-нибудь к пиву? Рекомендую отличный говяжий стейк или медальоны из свинины.

— Да, пожалуй, три стейка без крови, и никому не спорить. — Как отрезал Денис. — Будем закусывать, как положено, иначе нас унесет к чертям собачьим, как в прошлый раз. И повторите пиво. У нас важная бизнес-встреча! — Он пытался не выдать себя и друзей, едва не произнеся слово «сборы». — А у вас уютно!

— Три стейка, благодарю за заказ. — Официант удалился, даже не предложив ничего нового, очевидно оставив вопросы на потом, когда гости выпьют, и у них разыграется волчий аппетит.

— Ох, мужики, а выпивка тут хорошая. — Улыбнулся Денис, едва ли не сияя от счастья.

— Что есть, того не отнять. — Ответил Роб. — А ты чего, Андрюха приуныл, пиво же!

— Да вот, пью. Просто я еще трезвый. — Тот сделал огромный глоток. — Сейчас мигом повеселею.

— Только, будь добр, не как в Либерии, помним твои выходки, еле держали! — Едва не рассмеялся Роб.

— Я даже ни с кем не подрался. — Парировал он.

— Потому что тебя держали. Тоже мне, Леша номер два.

— Нет, Алексей у нас такой единственный и неповторимый.

Вечер предстоял быть долгим. Похмельное утро — еще дольше. Так было каждый раз перед очередной операцией.

— А пиво вкусное. — Произнес Роб.

— И отлить есть где. — Шутливо добавил Андрей свою коронную фразу, произнесенную однажды под градусом. С тех пор она сделалась едва ли не визитной карточкой.

— Тебе лишь бы пиво. — Рассмеялся Денис. — А как же культура пития, споры о жизни и смерти.

— А я не в шахматы сюда играть пришел. — Отметил Роб, шутливо поднимая указательный палец кверху. — И не на сухую языком чесать. У меня для этого есть работа, от которой иногда надо отдыхать.

Между тем в зал прибывали гости. Их было не много, но каждый заказывал внушительное количество разных блюд и напитков, так что официанты, которых стало уже двое, не сидели без дела.

— Ну что? С праздником! — Денис поднял кружку.

— С новым годом! — Поддержал Андрей.

— Люблю я посиделки перед командировками. — Поскольку о задании говорить строго воспрещалось, Роб использовал гражданские формулировки. — И после удачной сделки.

— Да, ты прав. Когда еще посидим с этими вечными покупками, контрактами и прочим. — Андрей понял Роба и тоже принялся маскироваться.

Само собой, никто подслушивать и не собирался (если только кардиналы, но им и так все известно наперед), но правила — есть правила. Исключения порой приводят к нежелательным последствиям и появляются утечки информации, а это уже тяжелое преступление (можно с легкостью птичьего перышка угодить под трибунал).

— Пиво бодрит. — Роб сделал глоток. — Хочу попробовать все сорта.

— Главное — закусывай. — Рассмеялся Андрей. — А то развезет, кто тебя домой будет тащить? В этот раз мы не помощники, сами тоже не отстанем.

— Знаю, все в порядке. Утреннего рукотряса не будет. — Вояка не упускал возможности пошутить, но все же добавил. — Надеюсь.

День шел, как и все увольнительные. Сперва, в ход пошел стейк, потом карбонара, борщ. Неизменным оставалось только пиво. Троица иногда выходила покурить, а Роб ходил с друзьями за компанию. Сам он к сигаретам притрагивался довольно редко, скорее в порядке исключения.

Ближе к вечеру, в кафе сделалось немноголюдно. Но зато появились музыканты, которые вместе со звукорежиссером настраивали инструменты. — «Удачно мы зашли. И музыку послушаем, надеюсь, песни нам понравятся». — Подумалось Робу.

— О, скоро начнется живая музыка. — Заметил Денис. — Главное дожить бы.

— А ты не пей, как не в себя, и все будет нормально. — Съязвил Андрей.

— А что я поделаю, если вы с Робом — пятикапельные. — Денис развел руками, не опуская кружки на стол. — Мне надо больше, что бы захмелеть.

— Захмелеть и напиться — разные вещи. — Добавил Роб. — Захмелели мы уже давно.

— Та ну вас в баню! — Махнул рукой Денис в конце концов. — Ничего вы не понимаете в колбасных обрезках.

Вечер продолжился в том же духе. Друзья пили, рассказывали анекдоты и подшучивали друг над другом, как и полагалось в небольшой мужской компании.

— Жаль, что Сереги нету. — Вдруг произнес Андрей.

— Его мы еще долго не увидим. — Ответил Роб.

Все дело в том, что Сергей женился и в скором времени у него родился сын. А по закону, всем военным спецподразделений полагался оплачиваемый отпуск на три месяца, чем молодой отец и поспешил воспользоваться.

— Ничего, вернется, будет выставляться по полной программе! — Андрей пригрозил пальцем. — За прогулы.

— Молодые люди, простите, что прерываю. — К столику подошел мужчина в очках и с аккуратно зачесанными назад седыми, словно снег, волосами. — Вижу, что вы у нас впервые. Вот ваши наушники, как пользоваться знаете? Обращаем внимание, что наше кафе использует уникальную технологию.

Далее последовал короткий инструктаж о правилах пользования приборами, которые внешне ни чем не отличались от обычных акустических.

— Спасибо. — Поблагодарил Роб и передал наушники друзьям.

— Впервые вижу такое вживую. — Денис намеренно слукавил, естественно, все разработки начинались с армии, как было с интернетом, мобильными телефонами, а позднее — коммуникаторами.

На деле эта технология среди военных давно устарела, и сами они пользовались куда более продвинутой аппаратурой. Но, для гражданских — это был действительно технический прорыв.

Вскоре концерт начался. Играли неплохо, хотя коллектив, скорее всего являлся начинающим, а присутствующими гостями были в основном друзья да знакомые самих музыкантов.

В зале было тихо, а музыка не мешала общению. Хочешь погрузиться в атмосферу концерта — надень уши и наслаждайся студийным звуком, а хочешь разглагольствовать и горланить, так сними их. Никто никому не мешал, и это было вполне удобным решением. Стоит отметить, что нейронаушники были абсолютно безопасными и не облучали человека электрическими волнами в отличие от тех же мобильных телефонов старого поколения.

— Очень классно, прямо ноу-хау в мире музыки. — Отметил Роб, имея в виду гражданских.

— Необычно, но соглашусь, здорово! — Согласился Андрей. — Не прочь вернуться сюда еще.

— Вернемся, мы везучие. У нас по девять жизней. — Иронизировал Денис, делаясь все более «косым».

Вечером в зале негде было яблоку упасть. Гости веселились, кто как мог. Сразу стали понятны плюсы подобной новации. Хочешь слушать музыку в высоком качестве и с оптимальной громкостью — надевай уши и вперед, а если пришел просто пообщаться, как Роб и его друзья — положи технику на стол и общайся, сколько душе угодно. Никто никому не мешает, удобно. И звук не отличить от конкретного зала, скажем в тех же Лужниках, с одной только разницей — акустические системы «били по ушам» звуковыми волнами.

— А знаете, куплю себе такие же гаджеты, когда вернусь. — Уже захмелевший Андрей готовился к покупкам.

— А я жене подарю. — Поддержал его Денис, чей язык уже немного заплетался. — Пусть свою попсу гоняет до посинения.

— С каких пор нео-рок стал попсой? Это же ангед… андеграунд. — Последнее слово далось Андрею нелегко.

— Отстой, я слушаю только старинный метал. Жара! — Денис стоял на своем. — А розовые сопли — оставьте для подростков.

— Кстати, ребята, а что, если звукорежиссер с помощью наушников читает мысли и передает их правительству? — И тут Андрея понесло.

— Правительству? — Едва не рассмеялся Роб. — Тогда, Андрюха, нам уж точно нечего бояться. Они и так знают о нас всю подноготную до мельчайших крупинок.

— Точно, пусть знают, что мы пьем и молча завидуют. — Денис подключился к театру абсурда, устроенного товарищами. — Прием-прием, вы нас слышите?

— Обзавидуются. Смотри еще, приедут с нами пить. — Роб отхлебнул из бокала.

Компания разразилась громким смехом, а Денис едва не опрокинул почти полный бокал на пол. Одним словом, вечер был в самом разгаре.

Вокруг веселились гости заведения, кто-то тоже обильно или умеренно употреблял спиртное, другие же, видимо ценители прекрасного, если судить по надетым наушникам, обходились чаем и десертами. Как говорится — каждый отдыхал, как ему хотелось.

Глава 4

Тяжело в учебе — легко в бою

Октябрь 2221 года

— Рота подъем! — Едва стрелки часов перешли за восемь утра, как майор Петров принялся поднимать на ноги вверенную ему роту, прогремев, казалось, на весь мир прокуренным басом.

Впрочем, майор курил довольно редко и столь специфический голос приобрел с годами службы, очевидно, попросту сорвав его на нерадивых подчиненных.

«Утро, наконец-то». — Роб, к своему удивлению, успел выспаться и последний час просто смотрел в потолок, не в силах больше придаваться чарам Морфея. — «И не скажешь, что позавчера в нас бушевал алкогольный океан. Неужели, Кайлер поделился силой пожирателя?» — Старый Вояка поднялся на ноги и, согласно уставу, начал спешно одеваться. — «Да, Роб, пропил последние мозги. Скоро Кайлер мерещиться начнет в каждом закоулке».

— Черт, а я только задремал. — Денису повезло меньше, его мучила бессонница, хотя алкоголя в нем было не меньше остальных.

— А я предупреждал, не спи днем. — Отозвался Андрей.

Казарма, в которой разместили Роба и товарищей, представляла собой общее помещение для сна, комнату отдыха, столовую, ванные комнаты и уборные. Все, что нужно для проживания, находилось под рукой. На втором этаже раскинулись комнаты для штабных игр и кабинеты начальства. Проход наверх без особого разрешения не позволялся, а солдатам и не хотелось лишний раз лезть в вотчину к Петрову, который каждый день и так созерцал за ними, едва ли не с утра до вечера.

— Ох, тяжко. — Потягивался Андрей. — Возраст, чем дальше, тем хуже.

— Поворчи еще, как старый дед. — Пошутил старший лейтенант Дмитрий, самый младший из всех по возрасту.

После пробуждения следовали гигиенические процедуры, зарядка и завтрак. Все шло по уставу, даже еда и та подбиралась согласно стандартам. Вообще армия — отлаженный механизм. В мирное время все шло по заранее намеченному плану, а любое нарушение — довольно строго пресекалось. На войне — импровизации допускались.

Получить выговор или отправиться в изолятор на пару суток — можно было со скоростью звука; если проступок приходился на боевые действия — и до трибунала не далеко.

После завтрака, рота по приказу командира собралась в комнате отдыха. — «Сейчас все неприятно удивятся». — Думал Роб в ожидании инструктажа. — «Никто не знает правды, куда и зачем нас закинут».

— Все вы знаете, что нам приказано отправиться на Тибет с целью проведения военных учений с Китаем. — Начал Петров, деловито облокотившись на штабной стол, покрытый бумажными картами (военные любили перестраховываться и дублировали электронные карты по старинке). — Его Императорское Высочество возлагает огромные надежды на нас! Мы — лицо государства! Постарайтесь! Вылет через два часа. Вся информация о планах операции — в самолете. Прямой приказ министра Верговского! На этом все. Всем на взлетную полосу! Грузим оружие!

— Так точно! — Ответила рота.

«Секретности не занимать. Неужели министр решил перестраховаться? Верное решение, мы играем с огнем. Однако, не возникнет ли подозрений, ведь учения никогда не бывают настолько секретными». — Изначально, роту планировалось ввести в курс дела до вылета, но наверху решили иначе.

— На борту? Что-то мне подсказывает, что мы попали. — Произнес Алексей, с недоверием взглянув на уходящего майора.

— Да, в последний раз, когда нас инструктировали в воздухе, мы оказались в мертвой пустыне вокруг Далласа. — Вспомнил Денис. — Куда сейчас? На Марс?

— Помню. Было весело. — Алексей решил попросту отшутиться, потирая руки. — Жарковато, но не заскучаешь. Еще и мертвяки повсюду, как в кино.

— А мне не очень. Погибнуть на чужой войне не привлекательно. — Отмахнулся Денис. — Пятой точкой чую — что-то здесь не ладно.

Пока Алексей и Денис оживленно обсуждали прошлое и гадали, что же их ждет в этот раз, Роб молчал, опустив голову. Ему не хотелось знать правду и тем более выполнять задание, которое могло погубить всю команду. Еще больше его тяготила перспектива работы с кардиналами в одной упряжке. — «Чертов Мардук, что б их ану разорвали!» — Ругался он. — «Простите, друзья, что не сказал правду». — Вояка злился и на себя, ведь он один (Петров тоже мог быть не в курсе) владел всей информацией.

— Эй, Робби, а ты какой-то сам не свой. Случилось что-то? — Скверное настроение сослуживца не осталось незамеченным Алексеем.

— Да голова у него болит. Не видишь, перепил человек. — Шутил Денис, едва не смеялся. — Мы же алкоманда. Вот и грустит по бутылке.

— Очень остроумно. — Вояка только нахмурился. — Ничего у меня не болит, я умею пить.

— Да ладно тебе, все мы время от времени даем промашку. — Денис похлопал Роба по плечу, приступив к работе вслед за остальными. — Пойдем уже, а то схлопочем наряд от Петрова.

Работа по погрузке всего необходимого для боевого вылета отвлекла Роба от мрачных мыслей. После погрузки отряд отправили на обед, чему все, включая Вояку, несказанно обрадовались.

— Живее, живее! — И тут поторапливал майор. — У меня восьмилетняя дочь кашу по утрам уплетает быстрее! Давайте, не в ресторане! У вас три минуты и вылетаем! — Офицер активно жестикулировал, то и дело, расхаживая из стороны в сторону.

Майор Петров особенно отличался педантичностью и стремился выполнять каждое дело в строго отведенный временной промежуток. Положено уложиться в десять минут — значит, на выполнение будет дано ровно столько же и ни секундой больше.

«Быстрее, быстрее. У тебя и с женой вся ночь по расписанию?» — Мысленно иронизировал Андрей. — «Какой там, у тебя на полшестого уже. Восьмилетняя дочь, восьмилетняя дочь. Так и признайся, внучка, старый ворчун».

С погрузкой управились вовремя. С обедом тоже уложились. Майор остался доволен, хоть и не показывал виду, а только курил, что-то шепча себе под нос. А вот остальные буквально валились с ног от усталости, мысленно отзываясь про командира «добрым словцом».

— Молодцы! — Все же майор сменил гнев на милость. — А теперь все на борт, живо! Там отдохнете! Лететь будем долго!

Рота поспешила выполнить команду, а заодно и поскорее оказаться в удобном кресле. Так, что все были заинтересованы пошевеливаться.

Герметичные двери багажного отделения вскоре закрылись. Самолет направился к взлетной полосе. Майор нахмурился, будто впервые оказался в воздухе. Роб прекрасно понимал причину, и от этого вновь (второй раз за день) почувствовал себя последним негодяем, ведь он утаил от друзей тайну, а заодно, и лишил, возможно, их последнего слова с семьей.

— Итак, вы все уже знаете, что мы летим на Тибет. — Едва колеса шасси оторвались от земли, Петров заговорил. — Забудьте. — Майор выдержал паузу. — Наша цель — куда сложнее. Я не знаю, что нас ждет, и вернемся ли мы живыми, и вернемся ли вообще. Нам предстоит уничтожить клан Мардук.

Среди военных послышался тихий шепот, но майор жестом дал понять — говорит только он. Петров не любил пререканий, и даже полслова казались ему длинными речами поэта — офицерские замашки.

«Уничтожить Мардук? Громко сказано». — Усмехнулся Роб, который единственный уже ничему не удивлялся.

— Мы высадимся около Далласа, в зоне отчуждения. Как и в прошлый раз — проберемся в подземелье и уговорим мертвых пропустить нас через свои владения. Есть вопросы? — Майор говорил так, словно его рота каждый день воскрешала мертвых, убивала вампиров, ведьм и прочую нечисть, прямо как в кино.

Последние новости ввели роту в ступор. Нет, в современном мире существование жизни после смерти больше не оспаривалось наукой, но никто не ожидал, что армии придется выполнять почти мистические задания.

«Никак нет, господин майор, вопросов нет». — Ответила рота на автомате, не желая встревать в полемику с майором.

Общие детали до сих пор держались в тайне. — «Интересно, а сам Петров в курсе, что ему предстоит сотрудничество с кардиналами клана, который он только что он сам грозился уничтожить»? — Подумал Роб. — «Почему бы сразу не раскрыть все карты».

— Вспомните, чему вас учили все это время. — Тон майора несколько снизился. — Вы обязаны выжить! Но будет трудно. Таить не стану. Я сам узнал подробности только вчера, и Николай лично просил нас выжить!

«По всей видимости, Петров долго репетировал, оттачивая свою напутственную речь. Однако же, он избегал конкретики и изъяснялся весьма витиевато. Прямо мастер политики». — Как-то подумал Андрей.

— В подземелье нас встретит кардинал Мардук. Кто именно — не знаю. Будьте повежливее. Впредь мы союзники. Он и расскажет о дальнейших действиях. Все понятно? — На последнем слове Петров рявкнул, что было сил.

— Так точно! — Прогремели военные.

— Не подведите перед иностранцами. Не хватало еще, чтобы какой-то американец плохо подумал о нашей дисциплине. — Добавил командир.

Рота вела себя спокойно, несмотря на то, что у каждого в голове творился настоящий хаос. Никому и в страшном сне не мог привидеться столь странный союз. В прошлый раз заморская троица посещала империю под чужими именами и по поддельным документам. Однако же теперь, действовали в открытую, что немного насторожило Роба.

Но он предпочел просто отдохнуть перед долгим заданием и, откинувшись в кресле, постарался уснуть. Голова начала немного болеть после вчерашнего застолья, поэтому отдых был ему крайне необходим. Сон пришел быстро и до полуночи, может и позже, Роб спал, как убитый, не обращая внимания на протяжный гул моторов и болтовню сослуживцев.

Потом — случилось неслыханное.

— Рота! Просыпаемся! Быстро! — Неожиданно заорал майор не своим голосом. — Есть новости. Только что получил шифровку из Кремля. Кардиналы Кайлер и Фэллон, на которых мы полагались — погибли. Магистр клана Мардук может устроить засаду. Что нас ждет — я не знаю. Поэтому будьте начеку! — Тон майора заметно поубавился. — Вилмер жив и свяжется с нами, надеюсь… — Даже он был не уверен в своих словах, и не стал скрывать реальное положение.

«Что?» — Роб едва не уронил челюсть на пол. — «Мертвы? Что значит мертвы? Этого не может быть! Их невозможно… Стражнику не под силу! Неужели магистр сильнее их? Тогда что сможем мы?» — Сознание отказывалось принимать реальность. Пусть они и не нравились ему, но потеря столь важных союзников значительно качнула чашу весов в пользу врага.

— Господин майор! — Роб обратился к Петрову. — То есть, из тройки кардиналов остался только один?

— Так и есть. — Майор пристально взглянул на Роба. — А ты, парень, силен в математике! Три минус два. — Петров едва не рассмеялся. — Ты прав, Эйнштейн. Кстати, ты же был знаком со всеми, во время операции «Светлячок», верно? Теперь можешь раскрыть секрет, что представляла из себя тройка Мардук. Нас все равно никто не услышит. Эту посудину проектировал сам Фэллон, из нее не доносятся даже мысли. Ты знал?

— Ого! — Прошептал Денис. — Непонятно, что его удивило больше — мысленепроницаемый самолет или необычные для имперского солдата знакомства Роба.

Где-то в последних рядах послышался кашель, как будто кто-то подавился водой.

— Тогда я был только наблюдателем. — Роб предпочел умолчать о Лунной Принцессе, и, как позже прочитал по глазам Петрова, поступил верно. — Мне почти ничего неизвестно, кроме как то, что кардиналы пришли к нам на помощь по приглашению императора. — Было ли так на самом деле или Николая поставили в тупик, Роб не знал, однако опорочить государя он не мог. И не хотел.

«А ты мозговитый, Роб». — Подумал Петров, нахваливая себя за воспитание думающих кадров, но не стал произносить вслух. — «Все правильно, ничего лишнего. Наша школа!»

— И что ты думаешь о кардиналах? — Вместо похвалы майор задал Робу следующий вопрос.

— Они боевые ребята. — И тут же добавил. — Были. Но, если жив Вилмер — надежда есть. Не могу поверить, что Кайлер и Фэллон погибли. — Сам того не ожидая, Роб сказал правду.

— Надеюсь, он жив. — Петров закурил, что показалось команде дурным знаком. — Я не знаком ни с кем из троицы… Подумать только, мы должны были воевать плечом к плечу с Кайлером, на которого охотится без малого половина планеты. В том числе и мы… А он взял и позволил себя убить? Ирония судьбы… — Майор еще долго что-то бубнил себе под нос, пуская кольца дыма.

— И когда ты только все успеваешь? — По лицу Андрея пробежала легкая улыбочка. — И воевать, и семьей заниматься, и с кардиналами знаком…

— Сам удивляюсь. — Ответил Роб. — Приключения притягиваются, будто бы магнитом. Эх, поспать что ли. — Ему не очень хотелось развивать тему собственного прошлого. К тому же он не знал наверняка, о чем можно болтать, а о чем следует помалкивать.

Откинувшись в кресле, Роб попытался абстрагироваться от назойливого шума двигателей и навязчивых разговоров сослуживцев. Теперь весь салон шептался не хуже придворных короля Людовика. Впрочем, времени было предостаточно, и он рассчитывал хорошенько отдохнуть перед долгим и утомительным заданием. А времени на размышления будет более чем достаточно и в тоннеле, если не будет засады, конечно.

Но, в отличие от предыдущей попытки, сон и не думал идти в голову. Мысли о гибели Фэллона и Кайлера не давали покоя.

«Они ведь лучшие из лучших. Неужели магистр оказался умнее? Что же случилось? Нет, я точно знаю, Фэллон не мог подставиться. Кайлер? Точно нет… Вилмер? Не знаю, но он бы не стал предавать братьев, он едва не потерял рассудок, когда Кайлер и Фэллон попали под удар Стражника; нет, он бы мог уничтожить Кайлера и ранее, но нет, он один из них… Да что за чертовщина, куда мы катимся?»

Роб вспомнил, как познакомился с Фэллоном. Дело было давным-давно, когда молодой и амбициозный капрал «Цитадели» только начинал свою карьеру, но настроения и целеустремленности ему было не занимать. За спиной — академия Далласа, служба в полиции, откуда и набирали всех цитаделевских.

Многим коллегам и не снился подобный успех в столь молодые годы. Но Роб знал — его цель — карьера. И стремился стать лучше, постоянно оттачивая боевые навыки и знания, необходимые для службы.

Нет, будущего Вояку вовсе не интересовали честь и покой жителей города. Его смыслом жизни сделалось богатство. А для этого стоило много трудиться не покладая рук. По-другому было не удержаться, и небоскребы за окном сменили бы трущобы красного сектора. Даллас не прощал ошибок, и Роб это знал. Он стремился к успеху и был уверен, что богатство принесет ему счастье и удовлетворение. Ничто не могло отвлечь его от этой цели.

Новая работа в «Цитадели» существенно отличалась от службы в полиции. Если раньше он охотился на простых преступников, то теперь ему предстояло куда больше — находить и обезвреживать тех, кто усомнился в правоте властей и незамедлительно ликвидировать неугодных. Тогда-то молодой офицер и отличился невиданным мастерством, и хладнокровной расчетливостью, за что, по всей видимости, заслужил расположение Фэллона.

Очевидно, именно эти качества характера и привлекли кардинала.

Стояла глубокая ночь. Роб мирно читал газету, как в комнату бесшумно вошел незнакомец в черной кожаной куртке и пристально посмотрел в сторону читающего офицера.

Роб неторопливо свернул газету и поднялся на ноги, так и не вымолвив ни единого слова, с присущим ему спокойствием.

Незнакомец продолжал молча смотреть на Роба, его взгляд был проницательным и непроницаемым одновременно. Офицер почувствовал легкую дрожь, но не подал виду. Он привык к опасности и всегда был готов к самой непредсказуемой ситуации.

— Интересно, как я попал в твой дом? — Фэллон начал первым, не отрывая взор и даже не моргая, будто робот. — Ведь ты так старательно подбирал систему защиты.

— Не знаю, как ты попал, но вылетишь через окно! — Роб сжал кулаки, интуитивно готовясь к схватке.

— Очень сомневаюсь, дорогуша. — Кардинал шутил в непривычном ему стиле, он вообще редко обращался к юмору, предпочитая серьезность. — А ты спокойный малый.

Роб извлек из потайного кармана нож и показал противнику блестящее лезвие.

— И это все? Не расстраивай меня. — В руках Фэллона оказалась самурайская катана.

— Засажу ее в самую задницу! — Роб хмыкнул и бой начался.

Однако же, элитный воин «Цитадели» оказался отброшен к стене, но удержал в руках оружие, и, в мгновение ока, придя в себя, метнул нож в незнакомца.

— Теперь ты без оружия? — Кардинал с легкостью увернулся от атаки.

— Хм. — В руках Роба сверкнуло другое лезвие, о чем кардинал, естественно, знал заранее, но намеренно не подавал вида.

Фэллон пошел в атаку и намеренно открылся, так что Роб сумел тяжело ранить его, как казалось самому Робу. Кардинал издал утробный стон, и играючи опустился на колени, усыпив бдительность соперника, а затем метнул спрятанный под рукавом нож в грудь Роба. Последнему пришлось изрядно постараться, чтобы увернуться и лезвие с негромким лязгом отлетело от стены.

Кардинал вынул нож и рана зажила в мгновение ока, а на холодной стали не осталось и следов крови.

Это вызвало у Роба изумление и недоумение. Он не могли понять, как такое стало возможным. Глаза его были устремлены на кардинала, который с таинственной улыбкой восхищенно рассматривал свой нож. Роб не мог объяснить, каким образом рана могла зажить так быстро и почему осталось такое странное отсутствие крови.

«Но ведь, я же чувствовал. Лезвие пронзило его плоть. Что за фокусы». — Только и оставалось ему.

— Удивлен? — Фэллон словно насмехался. Кардинал медленно взглянул на Роба, подняв брови с неразгаданным выражением. — Думаешь, что я ранен? Это царапина, не более. Меня нельзя убить простому смертному. Но и я поражен, ты увернулся от удара. Я не ошибся, ты весьма способный боец. — Кардинал немного слукавил, ведь он специально атаковал так, чтобы не ранить соперника, ведь увернуться от удара чистокровного ану не мог никто из людей.

— Кто ты и что от меня надо? — Роб быстро смекнул — перед ним предстал вовсе не грабитель, а возможно даже не человек.

— Пока мое имя не важно. — Фэллон деловито скрестил руки на груди. — Но, если пойдешь со мной, то тебе не придется гнить в «Цитадели» и ждать повышения, годами пресмыкаясь перед начальством.

— Я не перед кем не пресмыкаюсь, а просто хорошо выполняю свою работу. — Роб скрестил руки на груди, подражая незваному гостю.

— Знаю. Мне известно про тебя все. — Кардинал ухмыльнулся, поправив волосы, прядь которых соскользнула на глаз. — Твое упорство и верность делу и привлекли мое внимание. Пойдем со мной, и ты не пожалеешь. — Фэллон говорил уверенно, но без излишнего пафоса.

— Я не собираюсь что-то обсуждать с человеком, даже не зная его имени. — Роб стоял на своем, что одновременно и порадовало и раздосадовало ночного гостя.

— Хорошо, ты прав, это не вежливо. Меня зовут Фэллон, я один из четырех кардиналов клана Мардук. Ты наверняка знаешь о нашей башне, в самом центре Ядра. Тебе выпала великая честь служить в сверхсекретном отряде, о котором не имеет представления даже «Цитадель». И стать карающим мечом врагов кардиналов, Мардук и Далласа. — Повисла пауза. — Теперь, когда ты знаешь правду, мне придется ликвидировать тебя, если не согласишься! — Грозно прибавил он. — И это не шутка.

Роб мирно вернулся в кресло и отхлебнул из пивной банки, потирая подбородок.

— Значит, я избран служить Мардук? Стремительный рост, ничего не сказать. И я откажусь? Да черта с два! Я согласен, кардинал Фэллон. — Тогда Робом двигало тщеславие, за что позже он не раз укорял себя.

Тогда Робу казалось, что ему выпала редкая удача и мир у его ног. Так и было. Бесплатное проживание в элитном небоскребе Небесного Города, жалование, на которое можно было позволить себе купаться в роскоши. Элитный алкоголь, изысканная еда, девочки на ночь и много чего другого стали доступны. Богатство ослепило парня, превратив в самого настоящего цепного пса клана, который был готов убивать людей по первому указанию и без единого вопроса.

Роб сделался безжалостным палачом, не щадившего никого. Безумие и фанатизм поселились в его сердце. Однако, верное служение и беспрекословное подчинение ценилось кардиналами превыше всего.

Как и все черносотенцы, Роб день за днем оттачивал навыки убийцы, и совсем скоро стал учеником самого Фэллона. Кардинал обучал его с особым вниманием, и собирался даже сделать его командиром не просто отряда, а преторианской когорты, состоявшей из десяти таких же бойцов, как и сам Роб, отобранных лично Фэллоном.

— Будь готов умереть, только тогда ты станешь истинным воином. — Как-то произнес кардинал во время очередной тренировки. — Пока мы беспокоимся о себе, то теряем часть силы и разума, играя на пользу врага.

— Разве я не готов умереть? Разве есть сомнения? — Речь Фэллона немало удивила Роба.

Кардинал жестом показал, что на сегодня тренировка окончена и пригласил ученика пройти за ним. Оба покинули тренировочную площадку, проследовав по коридору, освещаемому яркими неоновыми лампами. По мере продвижения, звук шагов отражался эхом по коридору.

Учитель и ученик шли вровень, хотя Роб понятия не имел, куда и зачем они держат путь, однако же, ориентировался в поворотах, боковым зрением всматриваясь в движения спутника, как-то по привычке, не осознавая того.

— Интересно, куда я веду тебя? — Поинтересовался кардинал, когда в очередной раз повернул в сторону, теперь уже не знакомую для спутника. — Ты ведь не знаешь, что там, верно? Мы еще заходили так далеко в глубину башни.

— Да, если это поможет моей учебе. — С кротостью ответил Роб.

— Надеюсь. Впрочем, мы на месте. — Кардинал подошел к двери и приложил к замку ладонь, а затем — электронный браслет. — Он не сработает, даже если убить меня. Тут важна сила иная… — Тогда Роб и понятия не имел, о какой силе зашла речь, и тем более не мог даже вообразить, что его покровитель — ану.

Дверь издала тихий звук, напоминающий работу микроволновой печи и отворилась в сторону. Роб и Фэллон оказались в просторном светлом кабинете, с видом на «Зеленую зону» Далласа. У самого окна расположился черный письменный стол с несколькими мониторами и системой связи. У стены стоял книжный шкаф, а рядом висел огромный портрет четверых кардиналов, являвшихся самыми влиятельными людьми в городе после магистра Таби. По крайней мере, Роб считал так, не подозревая о существовании жизни за пределами трех туманных городов.

— Ничего так кабинет. — Присвистнул Роб в привычной манере.

— У тебя мог быть не хуже, если бы ты не тратил жалование на алкоголь и шлюх, разве не так? — Кардинал сел в удобное кожаное кресло и отвернулся к окну. — Хм, я и не знал, что сегодня будет нападение. — Туман поднялся далеко вверх, открывая город взгляду обитателей небоскребов и опоясывающих его высоток.

— Да, похоже на проделки ану. — Роб подошел к окну, а затем присел на кресло для гостей, по другую сторону стола, куда более скромное, но не менее удобное.

Кардинал произвел несколько манипуляций и мониторы скрылись внутри стола, так, чтобы собеседники могли видеть друг друга.

— Кофе? — Предложил кардинал. — Или что-нибудь покрепче? — Его глаза зловеще сверкнули во внезапно возникшем полумраке, словно змеиными, отражаясь ярко-желтым сиянием, подобно молнии пожирателя, ведь он проверял выдержку своего ученика, прекрасно зная, что тот — любитель выпить по выходным, и к тому же — заметит необычное свечение.

— Нет, спасибо, я не пью. Служба не позволяет. — Роб отверг предложение принять на грудь. — А если тревога? Я не смогу быть полезным. — На самом деле, он испытал легкий страх перед кардиналом. - Мне и без того мерещится…

— Я ценю твою верность службе, самоотверженность и отвагу. — Одобрительно кивнув, Фэллон вернулся к теме смерти, опустив блеск в глазах. — Но, ты не сможешь стать истинным воином, пока будешь бояться смерти. И еще, никогда не смей влюбляться. Пока тебе есть, кем дорожить, твой разум никогда полностью не сможет полностью сосредоточиться на сражении, и рано или поздно, ты проиграешь.

Последнее весьма удивило Роба. Одно дело — смерть, никому бы не хотелось расставаться с жизнью, но при чем тут любовь — он не понимал, ровно как и ни разу в жизни не испытывал подобного чувства. Даже к собственным родителям он не питал ровным счетом ничего, кроме пустоты и считал их чужими людьми. Что, впрочем, и не удивительно. Будучи заядлыми алкоголиками, те не уделяли сыну ровным счетом никакого внимания, предоставляя его самому себе.

После того, как отец совершил самоубийство, а мать отправили в психиатрическую лечебницу, Роб оказался в детском приюте для бедных, пережил издевательства старших детей и нерадивых педагогов, став для тех изгоем. Робу приходилось драться едва ли не каждый день, отстаивая свое право на существование, на еду и даже сон. Одним словом — скверное детство.

— Любить? Мне неизвестно это чувство. — Роб только усмехнулся.

— Вот и славно. — Произнес кардинал, откинувшись в кресле.

— Кардинал, разрешите вопрос.

Фэллон одобрительно кивнул и подался вперед, с интересом посмотрев на ученика. Кардинал сложил руки на столе, выказав интерес к беседе.

— Скажите, а вы любили?

Вопрос застал кардинала врасплох. Он не стал читать мысли, и не мог знать о чем спросит Роб. «Хм». — Фэллон задумался.

— Люблю. Много лет. Поэтому и прошу тебя не совершать мою ошибку. — Выпалил кардинал, чем ошеломил Роба. — Неожиданный ответ, не правда ли? Я, второй кардинал Мардук, и так облажался. — Из уст Фэллона вылетел резкий смешок.

— Хм. — Роб нахмурил брови. — Действительно, не ожидал.

— Потому что я — кардинал? Всевеликий и едва ли не всемогущий? Нет, мы же не машины. И пусть я рад, что люблю и любим, но мой уровень воина никогда не достигнет идеала, только потому, что мне есть кого защищать. И я не смогу сосредоточиться на битве, если рядом будет он.

— Он? — Роб будто не расслышал.

— Да, или ты гомофоб? Действительно, я встречал тебя исключительно в компании девушек. — Кардинал едва не расхохотался. — Я думал, в Далласе равноправие. Я имел ввиду человека…

— Кто? Я? Да мне все равно. Просто, удивлен. Признаться, я ожидал увидеть рядом с учителем прекрасную даму.

— А увидишь прекрасного кавалера. Когда придет время. — Фэллон рассмеялся. — И поверь мне, сам захочешь отбить его у меня. — И добавил. — Видишь, как я доверяю тебе. Не подведи… Я не каждому из учеников могу сказать нечто подобное. Далеко не каждому… — Кардинал пребывал в приподнятом настроении.

«Прекрасного кавалера». — Вояка невольно улыбнулся, приняв слова учителя за шутку. — «Все-таки ничто человеческое им не чуждо. Чувство юмора, хоть и очень своеобразное, все-таки было». — Взглянув в иллюминатор, Роб не увидел ничего, кроме молочно-белых облаков. — «А если он не шутил? Боюсь, от подобного меня может вырвать, пожалуй, воздержусь от созерцания кавалеров». — Мурашки пробежали по спине. — «Да нет, быть того не может, определенно это была глупая шутка».

Сидя в самолете, Роб вспоминал, как его обучали военному мастерству, как делали боевую машину, и как в итоге — обвели вокруг пальца. Кардиналы и не думали раскрывать всю правду о существовании внешнего мира, об истинной природе пожирателей, а использовали в своих целях, как пешку в шахматной игре.

С одной стороны, ему было, за что ненавидеть клан Мардук вместе с его кардиналами. Но, вместе с тем, почему-то весть о гибели учителя, навевала легкую грусть. Не смотря ни на что, он дал Старому Вояке опыт и силу, которая пригодится в скором бою. — «Фэллон, какого черта!» — Роб даже выругался про себя. — «Хоть ты и редкостный гад, которого только стоит поискать во всем белом свете, но я отомщу за тебя!» — Почему-то подумалось ему. — «Черт бы тебя побрал! Почему ты умер именно сейчас!» — Выругался Роб еще раз. — «Когда ты нужен миру, когда у тебя, спустя столько лет, есть шанс сделать добро, ты уходишь от нас!»

Такого эмоционального противоречия Вояка, пожалуй, не испытывал с той самой поры, когда встретил Эмилию и все предупреждения наставника о любви и страхе пошли прахом.

Роб тяжело вздохнул. Хотелось закурить, но на борту самолета это строго воспрещалось (исключение делалось только для Петрова). — «Ладно, здоровее буду». — Подумалось ему. — «Вообще, что за люди — эти кардиналы? С одной стороны, руки каждого по локоть в крови, но с другой… Если бы не они, миру бы пришел конец. И… ведь они спасали Рэта и Лиз, едва не погибнув. Черт, да что со мной не так, как маленький ребенок!»

В конечном счете, Старый Вояка закрыл глаза и вновь постарался уснуть.

— Мы связаны невидимой нитью. — Голос Фэллона раздался словно из ниоткуда. — В наших жилах течет кровь ану. — Кардинал обнял Роба, почти прошептав последние слова на ухо. — Зов крови пожирателя, разве ты не слышишь его?

— О чем ты? — Роб попытался пошевелиться, однако не мог.

— О нашей настоящей силе. — Фэллон провел своим будто змеиным языком по щеке Вояки, издав при этом характерное шипение. Его глаза ярко сияли. — Освободи себя. Пробудись ото сна! Очисти разум!

Роб ощутил, как внутри него что-то меняется. Голос Фэллона звучал искусно и проникновенно, словно он призывал его к чему-то большему. Он почувствовал прилив сил и страх одновременно.

Вояка нервно дернулся в кресле, открыв глаза. — «Черт возьми, и тут кошмары». — Он нервно оглядел самолет, словно искал кого-то.

* * *

— Приветствую, брат. — На одну из тренировок бесцеремонно ворвался первый кардинал Мардук, которого до этого Роб видел только на фото. — Прости, опоздал. Магистр устроил очередную головомойку сам знаешь из-за чего, это выводит из себя. — Кайлер предпочел не распространяться обо всех подробностях в присутствии посторонних ушей, пусть даже и из собственного отряда. По всей видимости, дело касалось только самих братьев-кардиналов.

— Вот как. — Фэллон обернулся. — Ничего страшного, мы только начали. Ты ничего не пропустил.

Действительно, рукопашный спарринг едва-едва стартовал. До этого — была теория и разминка. К тому же, занятие началось несколько позже.

— Значит, это и есть тот самый Роб? — Первый кардинал протянул руку и Роб ответил крепким рукопожатием. — Наслышан о тебе. Я — Кайлер, как ты уже заметил. Ах, да, брат не говорил, что мы умеем читать мысли? Кажется, нет. Так вот, знай. Мы детально сканировали тебя, прежде чем призвать на службу. Ты очень способный и преданный нашему общему делу. — Кайлер одернул руку, вглядываясь в глаза Роба, словно пытаясь найти там что-то.

— Решил раскрыть все карты? Что ж, думаю — пора. — Добавил Фэллон. — Да, мы умеем видеть людей насквозь, и убедились в твоей искренней верности. Мы ценим тебя и твою работу, способности… Талант невозможно спрятать… Выполни еще одно задание, и сможешь командовать когортой.

Кардиналы откровенно лукавили. При всей самоотдаче и старательности, Робом двигала далеко не верность делу Мардук, а лишь деньги и статус, которые он ценил превыше всего и льстили, подогревая самолюбие, от чего азарт играл в нем все с большей силой.

Деньги были главной мотивацией Роба. Он стремился к богатству и роскоши, не считаясь с последствиями своих действий. Для него каждое дело или задание было лишь возможностью заработать больше денег.

Статус также играл для Роба важную роль. Он жаждал почтения и признания от кардиналов, а также от окружающих людей. Будучи членом высшего эшелона общества, он получал особые привилегии.

Льстивые слова и похвалы других только подогревали самолюбие Роба.

— Да. — Глаза Роба заблестели от радости. Очередное повышение нарисовалось на его жизненном горизонте. — Чем могу быть полезен клану Мардук?

— Убить врага Далласа. Он — лидер подпольного сопротивления. — Будь осторожен. Его хорошо охраняют. — Кайлер снял капюшон мантии. — Ждем тебя живым. Первый пристально взглянул в глаза подопечного, сверкнув холодным взглядом, пробирающим до глубины души, подобным мистическому, если не сказать — демоническому.

— Со щитом, или на щите. — Роб, приложив руку к виску, отдав воинское приветствие, произнес старинную поговорку спартанских греков и, надев черный берет с изображением змея — символа всех кардинальских отрядов, среди которых «Черная сотня» играла роль закулисных карателей.

Была еще личная охрана, специальный отряд обороны и множество других силовых структур клана. Каждый был винтиком в хорошо отлаженной системе управления. Многие сильные мира сего позавидовали бы организаторским умениям кардиналов и их умению подбирать нужные кадры, на что порой уходил не один год.

— Завтра тебе поставят задачу. А пока — отдыхай. Тренировку можно перенести, не правда ли, брат Фэллон? — Кайлер жестом указал Робу путь к двери.

Фэллон одобрительно кивнул, едва взгляд Роба коснулся его. Последний удалился, чеканя строевой шаг, пока не скрылся в глубине коридоров.

Едва щелкнул дверной замок, Кайлер уселся в кресло, где ранее сидел Роб в ожидании Фэллона. Кардинал улыбнулся. — «А он хорош, ничего не скажешь. Ты открыл талант, брат». — Слетело с уст первого кардинала.

— Знаю. Роб знатный воин, но, мне кажется, он все еще способен любить. — С некой печалью произнес Фэллон.

— Да? Но мы тоже грешим любовью. Мы любим наш клан, близких нам людей. — Кайлер осекся. — Может и он тоже пойдет по нашему пути и научится воевать, даже любя, ведь иногда именно это чувство способно поднимать на подвиги. Не переживай, не все так однозначно, как кажется на первый взгляд.

— Может ты и прав и я сильно зациклился. — Фэллон налил себе и Кайлеру немного виски, припрятанного в холодильнике стола. — Выпьем? У тебя был тяжелый день, расслабиться никогда не помешает.

— Давай, но немного. Еще же построение. Не хочется пахнуть перед подчиненными. Мне хватает вечно веселого Вилмера. Как погиб четвертый — его словно подменили. Пьет с самого утра, повезло ему, что у нас почти безграничный запас энергии ану и можно предаваться страстям и порокам сколько угодно. — Энергия, продлевающая жизнь, лечила организм, делая его неуязвимым ко всем ядам, будь то алкоголь, наркотики или цианистый калий.

Третий кардинал славился большим любителем спиртного, как впрочем, и четвертый. При жизни Энди тоже частенько прикладывался к бокалу. При всем при этом, даже будучи на первый взгляд мертвецки пьян, в экстренных ситуациях, любой из них был способен противостоять внешней агрессии, мгновенно приходя в чувства за счет все той же силы пожирателя, однако на построении — предпочитали оставаться, что называется «навеселе».

Пьянеть или не пьянеть — зависело от их собственного желания, такому бы позавидовал каждый, особенно с утреннего похмелья. Стоит заметить, дискомфорт после возлияния не миновал и братьев в черном. От головной боли не были застрахованы даже пожиратели в человеческом обличии, однако пресловутый бодун исчезал довольно быстро, опять же, благодаря особой энергии, подпитывающей организм.

Кардиналы скрестили бокалы и угостились напитком, приготовленным на личном заводе, в окрестностях Нью-Йорка. Сырье для виски поставлялось напрямую из Шотландии, но по документам числилось, как урожай подземных теплиц Далласа, чтобы не привлекать внимания простых рабочих, которые и не подозревали о жизни за пределами городских стен туманных крепостей.

— Урожай 2034-го года? — Спросил Кайлер, едва отведав.

— Да, ты прав. — Фэллон уже знал, что брат наизусть знал вкус любого сорта виски, будучи ценителем этого напитка, ровно, как и текилы.

— Так что на счет Роберта? — Впервые за все время, Кайлер назвал Роба полным именем. — Я не против назначения, но мне кажется, он сильно подвержен влиянию денег. Не одни мы владеем баснословными богатствами. А если его завербует Таби? Тогда нас ждут большие неприятности, Роб действительно толковый воин.

— Старый маразматик? Нет, это я беру на себя. — Второй кардинал отмахнулся. — Но, я волнуюсь за другое. Он способен любить. — Фэллон отодвинул пустой бокал.

— Так сведи его с Хьюз и дело с концом. — Кайлер только ухмыльнулся. — И волки сыты, и овцы целы. На нее и так засматривается добрая половина наших солдат.

— И потеряем обоих. — Фэллон резко воспротивился. — Нет, только не Хьюз. Не стоит… Пойми, пока сержант не питает чувства, она — идеальный солдат. Да, и ей не нужны деньги, слава, вечная жизнь — Хьюз с нами по велению сердца, она куда ценнее наемника, сражающегося за Мардук только потому, что мы даем кров, деньги, девочек. Лишись мы богатства и влияния, Хьюз пойдет за нами, а Роб — нет. Сержант ему не пара. Да и… — Фэллон на мгновение осекся, подойдя к Кайлеру и склонившись над ним, прошептал. — Роб не останется с нами, когда полюбит. Ему захочется семьи и спокойствия, такой уж он человек. Думаю, ты тоже понимаешь о чем я, и почему он такой. Его гложет одиночество… Не смотря на всю страсть к деньгам… Это только маска безысходности.

Сержанта Хьюз второй кардинал ценил из своих подчиненных больше всего. Она, будучи удочеренной им самим, стала превосходным воином. Также считал и первый, с одним только отличием — не был столь категоричен к чувствам.

Стоит отметить, что деление на первого или, скажем, четвертого, было весьма условным и каждый кардинал имел равные права и обязанности, пускай и с учетом интеллектуальных предпочтений. Каждый из них реализовывал себя в той сфере, которая была ему близка.

То же самое относилось и к солдатам. Отряды подбирались с учетом способностей воинов и их личностных характеристик. Старая поговорка приобрела новые цвета. От каждого по способностям, каждому по потребностям — именно так работал клан. «Все довольны, особенно — мы». — Часто повторял Кайлер.

* * *

«Черт, кажется, я буду скучать по вам». — Не унимался Роб. — «Теперь никто не ворвется ко мне в дом среди ночи». — После продолжительной жизни в России, он уже не казался таким каменным и устрашающим, каким был прежде. И эта мысль вызывала в нем ужас. — «Я скорблю по заклятым врагам? Старина, не узнаю тебя! С каких пор ты размяк, как баба? Какого черта!» — В тот миг ему хотелось ударить самого себя кулаком по голове. — «Идиот, ты просто идиот!»

Вояка повернулся в кресло, стараясь устроиться поудобнее. — «Интересно, эта троица… Почему все кардиналы выглядят, как с обложки молодежного журнала? Неужели дело только во вкусовщине? Или это часть какого-то ритуала, о котором мы и по сей день ничего не знаем? К чему весь этот маскарад? Да, мне не понять этого… Стоит отметить, они похожи, будто и вправду братья, но на самом деле все иначе. Или это энергия ану так повлияла на каждого?» — Робу все никак не спалось, а кардиналы не выходили из головы. — «Теперь, наверное, уже и не узнаем… Если не выиграем войну, а с одним Вилмером это сделать куда более проблематично. Будет жарко».

Глава 5

Компьютерный гений

Октябрь 2221 года

Утро выдалось прохладным и особенно сырым. Лас-Вегас в очередной раз накрыла непогода. Свинцовые тучи свисали над городом тяжелой мрачной пеленой, напоминая о Далласе. В окнах зажигались огни, а дороги заполнились машинами.

Но в личных апартаментах Фэллона находиться было уютно. Система климат-контроля надежно защищала кардинала и его гостей от любой непогоды, будь то испепеляющая жара или ледяная стена из дождя и града, которые терзали Америку каждый год, как, впрочем, и весь мир. Погода, несмотря на все экологические реформы, вроде возобновления лесов, очищения океана, все еще капризничала, словно маленький, избалованный ребенок.

Фэллон расположился в кожаном кресле у окна, включив настольную лампу и, пристально вглядываясь в огромный монитор, что-то быстро печатал, даже ни на секунду не отводя глаз на сенсорную клавиатуру. Он не спал уже двое суток, но другого пути просто не было — время поджимало. На кону стояла жизнь мира, в привычном понимании, с городами, морями, лесами, людьми, даже временем и пространством, чего во вселенной пожирателей отродясь не было.

Рядом в аккуратную линию, напоминая солдат, построенных в караул, стояли пустые кофейные чашки. Кофе, стоит отметить, он делал сам, поскольку Кайлер отбыл в Москву на очередные тайные переговоры, а Вилмер еще не вернулся из Далласа. Больше Фэллон не доверял посещение своего жилища никому, даже прислуге. Ставки были слишком высоки, что бы пускать в дом кого-то еще.

Кардинал выглядел уставшим. Ему все больше хотелось спать, а на лице прочно закрепились почти фиолетовые круги под глазами. — «Чертов Таби, этот гаденыш, конечно, умен, но я умнее». — Ругался он, допивая четырнадцатый кофе за утро. Энергия ану пусть и придавала бодрости, но ее приходилось экономить для предстоящей схватки, что и пытался делать Фэллон, превозмогая усталость.

Пароль, придуманный магистром, в самом деле, оказался сложным и нес в себе несколько степеней защиты, включая отпечатки пальцев, и контур сетчатки глаза, а также образцы крови и тетрофомин — уникальный для каждого человека по своей генетической структуре гормон. Однако, для компьютера все это было лишь набором нулей и единиц, а любую информацию, записанную в двоичном коде, разумеется можно переписать. Этим и занимался кардинал.

Фэллон спешил разгадать пароль не только потому, что его подгоняло время, но и в силу обещания, данного Кайлеру. А все обещания, данные другим кардиналам считались для Фэллона делом первостепенным, потому он и работал на износ, дабы не подвести братьев и не поставить дело под удар.

«Есть. Первая часть готова». — Кардиналу удалось блокировать компьютер телепорта, что бы тот не отправил уведомление о взломе напрямую магистру, и, тем самым, не разрушил всю задумку, или не самоликвидировался, заодно не нарушив энергитическое поле города с тысячами мертвецов, что уже могло угрожать существованию жизни.

Кроме того, был переписан код отпечатков пальцев и теперь открыть двери мог только Роб. Данные бывшего ученика остались у Фэллона еще со времен службы Вояки в «Черной сотне».

Почему был выбран именно Роб? Во-первых, в случае провала кардиналы остались бы не при делах, и дальше смогли бы вести свою игру против магистра, пользуясь авторитетом у последнего, свалив все на неких заговорщиков среди несуществующего сопротивления. А во-вторых, Роб был одним из союзников, служивших в тайной полиции Далласа и не первый год числился беглым преступником, о котором само собой ни в полиции Далласа, ни в ЦРУ, ни в Интерполе ничего не знали, кроме как то, что он будет мстить за смерть жены.

В общем, всю вину свалили бы на него, тем более Фэллон старательно потрудился, что бы никто и никогда не выдал скрывающегося в России Роба властям Америки. Особенно, если учесть, что в самой России прошлое Роба знали только особо избранные. Все шито-крыто, не считая одного факта — император рассказал Петрову о Робе прямиком перед вылетом, о чем кардинал, находившийся в Америке, не смел и предположить.

К тому же, Кайлер детально прочитал мысли всех домочадцев в жилище Роба при встрече с императором и выяснил — утечек не было, во всяком случае тогда. Случись таковая, то пришлось бы менять стратегию и переписывать сценарий операции с нуля, что скорее всего потребовало бы времени, которое и так утекало сквозь пальцы, как песок из песочных часов.

Несмотря на все трудности, кардинал Фэллон был спокоен. — «Роба не найдут в любом случае, во всех документах внешнего мира, будь то паспортный департамент Империи или тайный реестр ЦРУ, он известен, как Алексей Мартынов, уроженец Алтайской Губернии. А если Николай и разболтает, то сам виноват, мы официально даже не товарищи». — Биографию строили детально, с мельчайшими подробностями. Имелась запись в роддоме, журнал которого пришлось полностью переписать, а так же отметки в документах так называемых родителей Роба — семье Мартыновых, погибших десять лет назад в авиакатастрофе вместе с почти всеми родственниками. То есть, по легенде, Роб воспитывал усыновленного племянника. С ним же жили двоюродные братья, которые якобы не попали на тот злополучный рейс.

На самом деле, никаких двоюродных или каких-либо еще братьев в семье Мартыновых отродясь и не было, как впрочем, и самой семьи, но сказать об этом якобы покойные уже не могли.

История с Робом вышла запутанная, но теперь, как шутил Николай, и комар носа не подточит. Все оказалось переписано до мельчайших деталей, иначе Фэллон бы не был Фэллоном — самым из придирчивых и скрупулезных кардиналов. — «В любом случае, я сделал все, что мог. Надеюсь, у Николая хватит ума не растрепать никому прошлое Роба, да и ему самому тоже не помешают мозги, он не похож на болтуна, справится».

«Так, теперь сетчатка. Это проще простого». — Вернувшись к делу, подумал кардинал, которому в былые годы приходилось взламывать замки и технику, защищенную подобными паролями едва ли не каждый день. — «Главное, что Таби не получит сигнала. Все письма поступят мне». — Фэллон потянулся за кофе, но обнаружил стакан пустым. — «Черт с ним, обойдусь». — Решив закончить дело, второй кардинал снова забарабанил по клавиатуре с особой силой.

И действительно, на соседний компьютер от системы безопасности телепорта приходило одно сообщение за другим. Все они предназначались магистру Таби. Но последний, как можно догадаться, не знал о взломе ни сном, ни духом.

Дальше — дело техники. Оставалось только одно — добыть пробу крови Роба и выделить искомый гормон. Фэллон знал, что каждый раз, перед отправкой на боевое задание, все спецназовцы проходят обследование и в этот раз медсестра по указанию ротного взяла немного больше крови, чем обычно.

За всем стоял господин Верговский, которому и доставили образец под прикрытием выборочной проверки в Москве. Как уже не сложно было догадаться, возможно, Кайлер мчался в Вегас на всех парусах не с пустыми руками, везя заветную пробирку, без которой невозможно было завершить подготовку. — «Ненавижу политику, но без нее мы бы уже присоединились к мертвецам, забавно, но ведь правда, приходится управлять миром через других».

Кардинал вновь забарабанил по клавиатуре с еще большим задором.

«К приезду брата определенно успею». — Фэллон знал, что самое сложное осталось позади и ему не составит труда внести свои правки в программный код компьютера, охраняющего телепорт.

Вообще, второй кардинал всегда, с самого детства, отличался скрупулезностью и делал всякое дело или с отличием, или вообще не брался за него. В школе он был первым учеником, в Гарварде ему уже на первом курсе удалось взломать базу университета и остаться незамеченным.

После Гарварда, выпускник Фэллон успешно прошел квалификационный экзамен и поступил на службу в ЦРУ, что казалось почти фантастикой для столь молодого возраста. С тех пор, взлом компьютеров стал не только хобби и учебой, но и высокооплачиваемой работой. Фэллон был очень обаятелен и обладал острым и изворотливым умом, что позволяло ему быть в курсе всего происходящего в мире.

Вот и сейчас, кардинал, преодолевая сонливость, смотрел в монитор уставшими глазами, но не сдавался. Чашек кофе на столе все же становилось все больше, а иногда в руке проскальзывала сигарета (в отличие от остальных, второй кардинал курил довольно редко), но дело ладилось.

Когда все было готово и оставалось только выделить гормон из крови Роба, Фэллон с облегчением вздохнул и потянулся. — «Успел. Брат будет доволен». — Мысль о скором возвращении Кайлера подняла ему настроение. — «Завтра приедет и Вилмер, будет что обсудить».

Кардинал потер глаза и зевнул. — «Теперь можно и отдохнуть, не помешало бы прийти в норму». — Решил он, направившись в комнату отдыха, где и уснул, почти мгновенно.

Проснувшись, взглянув на часы, Фэллон понял, что проспал довольно много времени, куда больше, чем ожидал, и на улице уже без пяти полночь. Кайлера все еще не было. — «Черт, надо ставить будильник, пять часов бы вполне хватило. Никогда не доверяй себе, Фэл, ты не всесилен над Морфеем». — Заметил он.

Приведя себя в порядок, Фэллон надел кожаную куртку и вышел на террасу с сигаретой в руках. Утренняя непогода, как оказалось, уступила место ясному небу, на котором виднелись звезды. Последние, впрочем, вовсе не интересовали кардинала. Для него куда приятнее казался свет самого города, его огней, переливающихся в ночной атмосфере.

С террасы открывался вид на центральные небоскребы оазиса посреди пустыни — многочисленные казино, гостиницы, офисы — все играло яркими красками, привлекая полуночных путников. Тут красным, там синим, зеленым — вся палитра цветов расцветала каждой ночью. За яркие огни Фэллон и любил Вегас больше Далласа, который казался кардиналу скучным, серым и некрасивым из-за вездесущего тумана.

Докурив, второй кардинал вернулся внутрь, отправившись на кухню. Он отлично справлялся с готовкой, предпочитая свою еду ресторанной, в отличие от Кайлера или Вилмера, которые ладили со сковородой ровно так же, как и первоклассник с ядерной физикой и не могли порой освоить даже яичницу.

В холодильнике его ждала лазанья, приготовленная впрок, сразу на несколько дней. И хотя Фэллон не любил принимать пищу в одиночестве, но голод взял свое, ведь Кайлер мог вернуться через несколько часов, а мог и через день-два, а Вилмер скорее всего все еще хлопотал в Далласе. Других гостей в доме кардинала не намечалось.

Ужин в одиночку не доставил Фэллону ровным счетом никакого удовольствия. Но, все же заморив червячка, кардинал решил посмотреть тайные новости Далласа и вновь вернулся к рабочему компьютеру.

«Четвертое нападение пожирателей за неделю. Погибли двести жителей Далласа, множество раненых. Есть чудом уцелевшие». — Рапортовала полиция «Цитадель» в очередном отчете.

«Хм, четвертое, значит? Что-то слишком часто? Зачем магистру столько жизненной энергии? Неужели его марионеткам в Вашингтоне наконец надоело умирать? Или Таби снова что-то задумал и готовит энергию для себя? В любом случае, нам тоже надо запастись ею, на всякий случай, если дело выйдет из-под контроля». — Фэллон почесал подбородок и поправил волосы.

Под понятием «запастись» второй кардинал имел в виду нападение пожирателей на жителей Сан-Антонио, который находился в полном ведении тройки в черном. Они получали жизненную энергию за счет именно его обитателей. Другого способа жить дольше всех пока не было, хотя ученые почти решили эту проблему, но технология была еще не отлажена. К тому же требовалось кормить огромное облако Тиамат, окутывающее каждый из призрачных городов, который в случае голода мог взбунтоваться, а тогда мало бы не показалось никому.

«Выбора у нас нет, кажется Таби начал подозревать кого-то из своего окружения, вполне возможно, что в опалу попадем именно мы. Надо быть готовым ко всему. Но, что сказать, зачем нам вдруг понадобилось столько сил? Это Таби может делать, что вздумается. Хм, тут доведется извернуться». — Рассуждал он, предвосхищая расспросы магистра, ставшего с возрастом настоящим параноиком. — «Не зря попросили подыграть Россию, будто она готовит нападение на нашу резиденцию на Тибете. Якобы для защиты от русской армии нам и нужна сила пожирателей». — Кардинал состроил гримасу отвращения. — «В этот бред Таби поверит, ну и кретин, ему что угодно можно впарить, если козлом отпущения выставить Россию, поразительно, но уже больше двухсот лет эта карта не теряет актуальности».

Действительно, неделю назад закончились секретные переговоры с Китаем, по результатам которых, императорская армия получила право беспрепятственно войти на Тибет через всю Поднебесную. По всем телеканалам обеих стран это представлялось, как учения в сверх высоких горах, которых у России не было.

Этот же маневр предполагалось представить Таби, как акт агрессии против клана Мардук. Для верности кардинал решил пожертвовать одной из подземных лабораторий, которую войска русских показательно разнесут в пух и прах. Выглядеть это будет правдоподобно. Ученых предполагалось спрятать в Российской глубинке, поскольку самим кардиналам не хотелось жертвовать ценными кадрами. — «Скажем, на Алтае их бы никто и искать не стал. А по документам будет числиться, как секретная российская воинская часть». — С империей все было договорено уже задолго до проведения операции. — «Куда не плюнь, везде политика».

Император дал добро, взамен попросив только, что бы исследования носили мирный характер. Конечно, пришлось поделиться с Россией и частью тайных знаний Мардук, но в целом сделка была выгодна всем. Кардиналы продолжали научную деятельность, которая и без просьбы императора оставалась мирной (на военные нужды тибетская лаборатория не работала лет эдак двести), а Россия обретала новые технологические возможности, что даст импульс и без того развитой экономике. Что до кардиналов, несколько новых патентов и многомиллионные контракты тоже не стали бы лишними, учитывая страсть последних к деньгам.

«У нас осталось два дня, надеюсь Вилмер уже известил Таби о маневрах русских на Тибете». — Говорить об этом уже после уничтожения лаборатории, было бы максимум нелепо. Разведка кардиналов знала все и вся, и не могла так легко опростоволоситься. — «Не заметить танковую колонну, имея собственные спутники? Это выглядело бы странно». — Поверить в это мог только младенец.

Фэллон решил, что выставлять себя и братьев круглыми дураками — бессмысленно. Вместо этого он надумал ударить заблаговременно, прекрасно понимая, что Китай, как давний соперник Америки (ровно, как и Мардук) окажет содействие России по борьбе с кланом. Только вот, тот маленький нюанс, что все это — игра кардиналов, магистру, как и самому Китаю, знать не приходилось.

Тибетской операцией планировалось так же отвлечь внимание Таби от вторжения спецназа русских в подземелье, пустив слух, что в так называемых учениях примут участие сразу три роты особого назначения. На деле же одна из них отправится в пустошь около Далласа.

«Три сотни бойцов движутся в Китае. Этого должно хватить, что бы Таби действительно поверил в заговор России и Поднебесной против клана и его личного бессмертия». — Подумалось Фэллону. — «Старик помешан на вечной жизни, и на заговоре, Николай для старого маразматика — как красная тряпка для быка».

Ближе к часу ночи, раздался протяжный сигнал датчика открывающейся входной двери. — «Кайлер, наконец». — Доступ к надежному замку, который программировал сам Фэллон, был только у него и Вилмера. А последний, обещал не торопиться, и, сразу после того, как выполнит задание, намеревался инкогнито (под видом рок-музыканта) на часок-другой заскочить в публичный дом Вегаса и расслабиться. — «Ждите меня к утру, надо снять стресс». — Сказал он по закрытой телефонной линии.

Фэллон не ошибся. Войдя в прихожую, он увидел стоящего перед ним Кайлера.

— Здравствуй, дорогой брат. — Первый кардинал улыбнулся. — Как идут дела? Старый выскочка не догадался? — Усталость делала голос первого заметно удрученным.

— Здравствуй, я ждал тебя. — Чуть более сдержанно ответил Фэллон. — Нет, что ты. Этот умалишенный ничего не знает, но, как я думаю, тревожится. Завтра Вилмер нам все разложит по полочкам.

— А? Он еще не вернулся? — Удивился Кайлер. — Хотя, о чем это я. Наверняка кувыркается с какой-нибудь очередной красоткой. — На лице кардинала проступила ехидная гримаса.

— Ты же знаешь Вила. — Фэллон развел руками. — Управы на гуляку нет, Энди хоть как-то справлялся с его легкомысленным характером. А теперь, совсем он слетает с катушек, маньячелло.

За разговором кардиналы переместились в гостиную. Фэллон расположился в кресле, а Кайлер — напротив него. Оба выглядели уставшими и не по величественному, как подобает правителям, то и дело чесали глаза. Бессонные ночи сделали свое дело. Времени на фирменный кардинальский мейк-ап тоже не оставалось. К тому же, оставались дела, требующие немедленного решения, и распыляться на наведение марафета было попросту глупо.

— Вот образец. — Кайлер, понимая желание брата довести начатое до конца, протянул Фэллону черный ящик, в котором хранилась кровь Роба, замороженная сухим льдом. Гормону холод никак не вредил, хотя остальные частицы оказались сильно повреждены. — Верговский сработал, как часы. Обещал — сделал. Это тебе не пустослов Васнецов, гори в аду, продажный бандит.

— Спасибо, брат. Теперь взлом компьютера — дело пары часов. — Фэллон взял образец и отнес его к рабочему месту, предварительно налив в пробирку немного синеватой жидкости, взятой из холодильной камеры.

Жидкость эта способствовала повышению концентрации тетрофомина и восстанавливала структуру крови. Стоит сказать, что изобретение этого вещества на один шаг приблизило человечество к криогенному воскрешению, однако таковое после научного открытия души (то есть жизненной энергии) считалось бесполезным. Толку в воскрешении телесной оболочки без внутренней энергии было ровно столько, сколько звезд на небе глухой туманной ночью. Теория двадцатого века о материальной природе человека безнадежно утратила актуальность.

— Через полчаса кровь будет готова. Это последний этап. — Второй кардинал отставил пробирку и вернулся в удобное кресло.

— Ты молодец, проделать такую работу за пару дней. — Кайлер похвалил брата. — ЦРУ всем отделом копались бы месяц, в самом лучшем случае.

— У нас нет выбора, или мы все будем молодцами, либо проиграем Таби снова и в этот раз вообще прекратим существование, как люди. — Под прошлым разом Фэллон имел ввиду гибель Рэта и Элизабет, и провал операции «Лунная Принцесса». — Если бы еще Вилмер отвлекся от развлечений и воздержался от посещения борделей хоть на какое-то время, было бы вообще здорово.

— Не суди строго, все равно, нам сейчас не до его доклада. Путь себе отдыхает, как умеет. Добьем компьютер чертового старикана Таби, а утром расспросим Вилмера об обстановке в Далласе. Ты же знаешь, почему он такой, после смерти Энди… — Кайлер относился к похождениям третьего брата весьма снисходительно, учитывая, что его задание было выполнено.

К тому же, Кайлер знал, что в режиме цейтнота Вилмер никогда не подводил.

— Операция «Уроборос» близка к завершению, как русские? — Фэллон неожиданно сменил тему, решив поговорить о союзниках.

— Не сегодня-завтра рота особого назначения выдвигается к тоннелю. В этот раз, засады быть не должно. Мы едва избежали разоблачения. Хорошо, что все обошлось. Наши беспилотники прочесывают всю пустыню и не находят ничего подозрительного. Кроме бандитов-южан и жалкой горстки северян, которых вот-вот перестреляют как собак, больше ни намека на хоть какую-то разумную форму жизни, если это отребье после ухода Роба, конечно, можно назвать разумным. На Марсе и то больше мозгов, чем у пустынных бабуинов. — Кайлер поморщился от отвращения. — Русские входят в тоннель, где Робу предстоит выполнить свою миссию. Самое сложное, так это договориться с мертвыми, пожалуй, нас они слушать не будут. Все надежды на Роба, и Элизабет, если она до сих пор там, да простит меня Вилмер.

— Да, живые трупы будут упираться до последнего. Вся надежда на Принцессу и ее избранника. А Роб тут как нельзя будет кстати. Его они хорошо знают и доверяют. Возможно, только это поможет изменить решение Лауры и ее отца. Как я понял, они хорошо ладят с Принцессой. Ты хорошо продумал все до мелочей. — Фэллон взглянул на Кайлера с восхищением.

— Не я. Все мы. — Первый кардинал отмахнулся от похвалы. — Но в тот раз, победы не вышло, что стало неплохой наукой. Теперь, мы подготовились куда лучше. — Кайлер сложил руки на груди. — Таби не обыграет нас дважды. — И добавил с ухмылкой. — Время старикана на исходе.

Примерно через полчаса, Фэллон удалился в лабораторию, где приступил к выделению искомого гормона. Сама процедура была не сложной, однако, второй кардинал заметно волновался. Допусти он ошибку — крови для повторной попытки у него не было. Это была единственная возможность взломать компьютер.

«Хм. Пора. Жребий брошен». — Кардинал поставил на стол пробирки с разноцветным содержимым и принялся смешивать их в колбу, аккуратно взвешивая каждый компонент на электронных весах, которые показывали с точностью до песчинки. Несколько раз он подогревал колбу, но не доводил до кипения, а затем, убедившись в верности своих расчетов, перелил в содержимое кровь Роба. Теперь, оставалось только оставить смесь в холодильник и ждать. Гормон должен подняться на поверхность тонкой пленкой, удерживаемый там катализатором, если, само собой, все сделать правильно, с ювелирной точностью.

Так и произошло. Фэллон мог выдохнуть и спокойно возвратиться к Кайлеру, которого застал стоящим у окна, безмятежно оглядывающим ночной Вегас. Кардинал, казалось, не заметил появления брата и полностью погрузился в себя, завороженный яркими огнями.

— Кайлер? — Второй кардинал подошел к кардиналу, но ответа так и не последовало.

Глаза первого пристально смотрели на ночной город, раскинувшийся перед ним. В темноте, под небом, усыпанным звездами, огни города превращались в яркие огоньки, создавая впечатление, что земля стала небесным световым ковром.

Яркие огни отражались в его глазах, словно они стали его вторыми зрачками, способными видеть то, чего не видят обычные люди. Он улавливал тончайшие нюансы, отдельные кадры этой ночной симфонии, которая играла перед его взором.

Он видел, как машины мчатся по улицам, оставляя за собой вихри света и звука, слышал смех и голоса, звучащие из окон зажигающихся ночных заведений, ощущал запахи города, смешанные с прохладным ветерком, который гладил его лицо.

Издали, с высоты небоскреба, город казался Кайлеру огромным муравейником, где каждый человек играет свою роль, где каждый огонек — это отдельная история, которую можно прочитать, если вглядеться в него.

— Все готово! — Фэллон положил руку на плечо брата.

— Ты знаешь, чем порадовать меня. — Обернувшись, Кайлер невольно улыбнулся, выпустив на мгновение свечение из глаз, подобное зарнице. — Все готово к взлому?

— Да, мы можем начинать. — Фэллон посмотрел на брата. — Главное, дождаться возвращения Вилмера. Мы же не хотим жертвовать одним из нас.

— Само собой. — Нахмурился Кайлер. — Никогда больше.

Перед глазами Кайлера проплыли воспоминания об убитом кардинале. О самом младшем из всей четверки всадников Апокалипсиса, без которого кардинальская чета оказалась неполной. Энди Винсент Макартур. Так его звали. Он славился мастерством приготовления ядов, и, по иронии судьбы, погиб от отравляющего газа. Этого никто из кардиналов не смог простить себе. Особенно Кайлер, который сам готовил операцию по деблокированию башни Мардук от подземных жителей. За это убийство он и уничтожил подземный город, не пощадив никого из обитателей.

Вилмер, по всей видимости покинул Даллас. Но, связи с ним не было, так что братья решили не делать резких движений. Попади Вилмер в плен — игра проиграна.

— Но все же, почему я не чувствую энергию Вилмера? — Поинтересовался Фэллон.

— Если он жив, то, скорее всего скрывает мысли. Именно поэтому… — Кайлер вновь нахмурился. Его тревожило исчезновение брата не менее Фэллона, однако же, кардинал не показывал вида. — Нам остается только ждать. Уверен, все хорошо, Таби не стал бы сдерживаться, раскрой он нас… В его стиле ударить первым.

— Хм. Тут ты прав. — Кайлер кивнул. — Но, расслабляться нельзя. Как же красиво. — Он снова посмотрел на город. — Никогда не перестану наслаждаться ночными красотами.

Фэллон стоял рядом с Кайлером, смотря на ночной Вегас, пытаясь уловить то, что замечал взглядом своего брата.

— Ты видишь, Фэллон? — Спросил Кайлер, его голос звучал тихо и загадочно. — Эти огни… В них я нахожу свое истинное я.

Фэллон молчал, не зная, что сказать в ответ. Он видел, как Кайлер впитывает в себя яркость города. Он понимал, что для него это не просто вид, это источник вдохновения.

Братья продолжали стоять, смотря на ночной Вегас, словно два писателя, вдохновленные одним и тем же источником.

Глава 6

Последний день вместе

Октябрь 2221 года

Черный бронированный лимузин, с тонированными стеклами, в сопровождении пяти джипов личной охраны, на высокой скорости ехал по тоннелю, соединявшему внешний мир и Даллас, а вернее — Башню Мардук. Общая длина подземной дороги составляла порядка тысячи километров, но благодаря новым технологиям управления авто могли разгоняться до пятисот километров в час. Другого способа попасть в башню просто не существовало.

Внутри лимузина на заднем пассажирском сидении расположился кардинал Вилмер в окружении личных «боевых куколок». Так он называл своих телохранительниц, которые к тому же ублажали его. Кэтрин, Линда и Китти, впрочем, никогда не возражали, а скорее наоборот, были только за такой подарок, ведь зачем еще нужны телохранители одному из сильнейших людей на планете? Разве что — красоваться в военной форме на официальных приемах и позировать на фотосессиях, которые третий кардинал, в отличие от братьев, просто обожал.

Вилмер был известен своим разнообразным вкусом и предпочтениями в красоте. Он не ограничивался одним типом женщин и находил привлекательность в различных чертах и особенностях.

Линда была его идеалом большегрудой блондинки. Она была обладательницей прекрасной фигуры с изящными формами и привлекательным лицом. Вилмер ценил ее нежность и женственность, и они проводили вместе много времени, наслаждаясь друг другом.

Кэтрин была красноволосой с пышными бедрами, что привлекало Вилмера своей сексуальностью и соблазнительностью. Она была полна энергии и страсти, и Вилмер наслаждался ее компанией, ощущая себя живым и возбужденным.

Наконец, Китти была страстной и жгучей брюнеткой. Ее темные волосы и огненные глаза привлекали Вилмера своей интенсивностью и силой. Они были сильно привлечены друг к другу и проводили вместе страстные и незабываемые моменты.

Вилмер наслаждался разнообразием красоты, которое предлагала каждая из этих девушек. Он ценил их уникальность и находил в каждой из них особое очарование. Для него важно было не только физическое привлекательность, но и внутренняя сущность каждой девушки.

Но, всех девушек объединяло одно: бесконечная преданность своему кардиналу и потакание собственным любовным желаниям.

Вилмер курил сигарету и пил кофе. Пусть ему и хотелось виски, но перед лицом магистра он должен был сохранить трезвость мысли, поэтому и отказывал себе в спиртном, опасаясь покушения или очередного нервного срыва, терзавшего его последние годы.

— Господин, вы сегодня мрачнее тучи. — Китти провела рукой по несколько оголенному торсу кардинала, юркнув под мантию.

— Все хорошо. — Вилмер игриво улыбнулся и набрал дым в легкие.

Затем, он страстно поцеловал багряно-красные от возбуждения губы Китти, выпустив дым во время поцелуя. Его спутница издала тихий стон, лаская тело кардинала, запустив руку под одежду. Девушка знала, как доставить удовольствие своему господину.

Кардинал обнял ее и ответил еще более страстным поцелуем. Их губы слились в жарком объятии, словно две половинки, которые наконец-то нашли друг друга. Они испытывали огонь, который горел внутри них, и его пламя только усиливалось с каждым мгновением.

Их языки танцевали в ритме страсти, их дыхание слилось в одно, создавая горячую атмосферу вокруг них. Они забыли о мире вокруг, о времени и пространстве, потому что в этот миг существовал только они двое.

Каждое прикосновение вызывало в них волну электрического возбуждения. Их руки скользили по телам друг друга, их пальцы исследовали каждый участок кожи, оставляя за собой следы желания.

Вилмер и Китти не могли насытиться друг другом, их поцелуй становился все глубже, все интенсивнее. Они погружались в бездонную пропасть страсти, где царили только они и их взаимное желание и были готовы отдаться друг другу полностью, слившись воедино и став одним целым.

«Стерва, опять заберет себе все лавры». — С львиной завистью подумала Линда. Между ней и Китти всегда существовало некое негласное соперничество за право переспать с кардиналом. В то же время, Вилмер не оставлял без внимания ни одну из своих фавориток. Так, что соперничество носило скорее номинальный характер, что-то вроде своеобразного соревнования, дружеского матча.

Кардинал знал про конкуренцию в рядах своих приближенных, но никак не вмешивался. Признаться, ему даже нравилось, ведь каждая из девушек выкладывалась по полной и в работе, и в ночных утехах. — «Пусть будет так. Это даже интереснее». — Еще давно решил он.

— Китти, целуй меня глубже. — Вилмер нарочно ухватил девушку рукой за горло и та закатила глаза от удовольствия, припав к кардинальским губам вновь.

Кардинал знал — ей по нраву легкое удушение и часто играл с ней в маньяка и жертву. Вилмер обнял телохранительницу за талию и страстно поцеловал в пышные губы.

«Ну уж нет, я не сдамся». — Линда сверкнула глазами дикой кошки. — «Ты не получишь его. Сегодня Вил будет мой».

Блондинка оголила грудь, которая была куда больше, нежели у Китти. Зато, стоит отметить, что Китти славилась идеально ровными губами. — «Господин, не хотите ли отведать и мое тело»? — Произнесла Линда томным голосом, лаская себя. Девушка явно была настроена серьезно.

— Не против. — Кардинал закусил губу. — Куколка, меня хватит на всех, ты же знаешь. — В его глазах уже играл огонь страсти.

Вилмер чувствовал себя на высоте. Ему нравилось быть в центре внимания своих куколок, как впрочем, и обитательниц публичных домов, где он слыл постоянным гостем.

Зная характер Вилмера, он всегда был довольно импульсивный и эмоциональный, когда речь заходила об интимных утехах. Но, во всем другом кардинал сохранял железное спокойствие и хладнокровие.

— Господин Вилмер. — Кэтрин почувствовала настроение кардинала. — Вам тревожно?

Она всегда умела находить нужные слова и задеть нужные струны его одновременно развратной и романтичной души и получала от Вилмера особое внимание, без труда обходя своих вечно конкурирующих соперниц. Ей не мешали даже шрамы и отсутствие легкого, потерянного при покушении на кардинала несколько лет назад.

Тогда автомобиль нарвался на засаду, а охрана не успела вовремя среагировать (за что Вилмер и расстрелял своего нерадивого помощника). Кэтрин закрыла собой кардинала, пока тот отбивался от врагов и пропустил удар в спину. Пуля вошла в тело Кэтрин, перебила аорту и буквально уничтожила легкие на куски, рикошетя от ребра к ребру. Снаряд оказался разрывным и не оставлял шанса на спасение. И если бы не энергия ану, то девушка отправилась бы в далекие края. От корабля Харона ее спасло и то, что смерть не была мгновенной. Без ловца, душа почти сразу же исчезает, а надежды найти ее снова больше нет.

Кэтрин несказанно повезло, пусть кардинал и не сумел восстановить тело девушки полностью (а быть может, специально пожелал оставить все как есть).

— Ненавижу этот чертов тоннель. — Неожиданно произнес Вилмер, отрываясь от очередного поцелуя. — Почему бы не построить телепорт? У клана же есть вся необходимая информация. — Кардинал поморщился. Каждый раз, по пути к магистру он изнывал от скуки, мечтая поскорее откупорить бутылку виски и расслабиться на обратном пути, когда с делами будет покончено.

— Потерпите, господин, осталось всего ничего. Мы уже в Далласе. Когда поедем обратно, я сделаю вам удивительный массажик. — Кэтрин игриво провела рукой по своему телу, а затем коснулась языком носа хозяина.

— Хорошо, милая. Как только, так сразу, главное разобраться с делом. — Вилмер улыбнулся. — А вы, куколки, тоже подумайте, чем порадовать господина. Даю подсказку, джин с тоником уже был, а виски, наверное — не сегодня. Придумайте напиток для меня.

Как и говорила Кэтрин, башня Мардук оказалась совсем близко. Вскоре автомобиль начал снижать скорость, а затем и вовсе остановился.

Прислуга башни поспешила открыть дверь, чтобы кардинал с охраной смогли беспрепятственно покинуть транспорт.

Пространство под башней представляло довольно мрачную полукруглую галерею, и больше походила на квартал для бедных, чем на вход в резиденцию великого магистра клана Мардук, перед которым трепетала добрая половина мира. По железным стенам стекала мутноватая вода, а сами они поросли плесенью, то тут, то там раздавался крысиный писк.

Ступив через массивные бронированные двери, непосвященный ощутил бы настоящий шок. Открывшийся перед ним вид непроходимо отличался от мрачного и безжизненного подземелья, которое он только что покинул. Потрясенный, он бы замер на месте, не в силах поверить своим глазам, однако кардинал бывал тут не в первый раз.

Под его ногами расстилался белоснежный мрамор, искрящийся в лучах яркого света. Стены, покрытые позолотой, отражали элегантные картины и роскошные шедевры искусства. Взгляд невольно устремлялся к потолку, где прозрачный хрусталь создавал игру света и тени, словно волшебный фейерверк.

Каждый шаг по этому роскошному пространству наполнял его сердце чувством благоговения и удивления. Трудно было поверить, что такая красота и изысканность могут существовать внутри такого мрачного и безликого тоннеля.

Залитый светом и богатством, этот помещение было свидетельством роскоши и великолепия. Очарованное внимание захватывали каждая деталь, каждый элемент декора, создающие неповторимую атмосферу величия и изыска.

Это был мир, в котором вся серость и безликость исчезали, уступая место величию и роскоши. Кардинал ощущал, что его душа пробуждается и восхищается этим невиданным великолепием, оставляя за собой след благоговения и восхищения.

— Господин Вилмер. — Личный секретарь магистра Таби уже стоял на пороге. — Рад видеть вас. Я провожу. Высокий мужчина в черном парадном фраке, галстуке-бабочке и белых перчатках вежливо поклонился.

Секретарем старикана магистра уже много десятилетий служил мистер Скотт, потомственный слуга в пятом поколении, рожденный внутри башни, что давало ему некие преференции, поскольку считалось, что чем больше поколений семья служит клану, тем более они надежные и верные. Родители и все родственники мистера Скотта тоже служили клану.

К слову, у прислуги было два пути: или верно и добросовестно выполнять работу, или оказаться в красной комнате, где провинившегося работника лишали жизни. Единственное, на что могли рассчитывать жертвы последней комнаты, так это как именно им умереть, от ножа, пули, яда, веревки, или как-то по-особому. Помилования здесь было не найти. Как говорил сам магистр, право выбора способа умереть — уже великое милосердие.

Секретарь провел кардинала и его спутниц к лифту и нажал на нужный этаж. Двери почти бесшумно закрылись, машина резким рывком устремилась вверх.

— Пятьдесят седьмой этаж. Вы приехали. — Возвестил металлический голос робота, наполненный, как и все в Далласе, бессмысленным пафосом.

— Проходите, господин Вилмер. — Секретарь указал рукой на белый коридор. — Малый зал номер три. А вам, девушки, я бы предложил чай, кофе или, быть может, мартини? Вы бы предпочли расслабиться?

— Не с тобой! — Резко ответила Китти, откровенно ненавидевшая лакея за его манерность и подчеркнутую вежливость, словно секретарь Таби заискивал перед ней. — Кофе.

— Я так и думал, мэм. — Секретарь не смел более говорить, и, на радость кардиналу, как и девушкам, удалился, соблюдая протокол, установленный в башне.

Даже телохранитель кардинала не имел права входа в совещательные залы. Все переговоры проходили без посторонних ушей. Магистр мало кому доверял, особенно в последнее время, несколько лет когда безуспешно искал Принцессу, не подозревая, что ее душа находится прямо под собственным носом.

Кардинал проследовал прямо по коридору и скрылся за дверью под номером три, за которой его ожидал правитель клана.

— Ваше Высочество, кардинал Вилмер по вашему поручению прибыл. — Кардинал поклонился, как того требовали правила.

— Садитесь, кардинал. — Магистр жестом пригласил Вилмера к столу, более похожему на доску в игру в шахматы для великанов. Сам магистр любил большие размеры, в силу своего высокого роста.

Кардинал кивнул и занял место в черном кожаном кресле.

Магистр Таби был мало похож на людей. Его рост превышал любого человека в два раза. Голова магистра была вытянутой, покрытой некой чешуеобразной коркой. Волос почти не осталось, а седые остатки былой растительности, выглядели весьма неестественно, будто паутина, покрывавшая лысину старого мраморного памятника. Очень редко, когда Таби улыбался, его зубы выглядели огромными и острыми, словно клыки хищника.

Глаза магистра были узкими и искаженными, с красноватыми зрачками, которые казались гореть в темноте. Огромный вытянутый нос начинался прямо от лба без всякой переносицы. Рот же казался необычно маленьким и выглядел особенно уродливо. Голос Таби был низким и хриплым, и когда он говорил, слова звучали как шепот из глубин ада.

Одежда Таби также отличалась от привычного для людей стиля. Он предпочитал носить темные, пышные мантии, украшенные золотыми вышивками и символами, которые никто не мог распознать. Эти мантии всегда казались живыми, словно пламя или дым, которые играли на их поверхности.

«Черт, и за что мне досталась компания этого урода». — Вилмер каждый раз испытывал отвращение к внешности магистра. — «За эти пол года он стал еще ужаснее, а ведь ему не так много лет, видимо шумерская магия мстит своему создателю». — Кардинал старался не показывать вида и думать как можно тише, Таби читал мысли получше каждого из экстрасенсов.

— О чем ты хотел поговорить со мной, кардинал?

— Великий магистр, по нашим данным, русские выслали армию на Тибет. Их цель — уничтожение лаборатории клана. Они будут бить нас по всему миру, пока мы не остановим их. — Вилмер включил проектор, чтобы показать передвижение танковой колонны по дорогам Китая.

— Да? А мне доложили, что это обычные учения. — Магистр взглянул на кардинала с недоверием. — Кому же мне верить?

— Действительно, они маскируются под мирные цели, но через день или два нашей лаборатории не станет. — Вилмер знал, о чем говорил. — Даю голову на отсечение.

— Допустим, русские нападут. Но зачем тревожить меня? Сами не можете справиться? — Магистр повысил голос. — А?

— Великий магистр, нам нужно больше энергии ану. Придется провести нападение пожирателей на Сан-Антонио. Если русские нападут, нам придется нанести ответный удар.

— Если нападут — позволяю. Запасайтесь энергией и свершите возмездие. — Магистр Таби зло сверкнул глазами.

Воцарилась пауза. Магистр поднес бокал ко рту и принялся пить из него, проливая жидкость на стол, и на самого себя, подобно немощному старику, вызывая у кардинала невольное отвращение. Таби, не обращая внимания на свои пролитые на себя и на стол капли, вытер губы с зло зыркнул на Вилмера.

Вилмер, тем временем, огляделся вокруг. Мрачные потолочные своды придавали залу таинственность и мистический оттенок. Таби окружал себя ореолом легенд, и кардиналы вынуждены были петь и плясать под его дудку (вернее, делать вид будто им по душе весь этот пафос). Тщеславный старик не терпел, когда кто-то нарушал церемонии.

Черный мраморный пол, дубовый потолок и стены, расписанные всевозможными сюжетами шумерского легендариума, которые, можно подумать, имели хоть какой-то смысл в современном мире. Главная роль при этом отводилась древним царям Шумера и конечно же самому Таби, который не смотря на свой относительно невысокой рост, изображался на картинах выше своих предков, на самом деле превосходивших его в несколько раз.

— Слушаюсь, Ваше Высочество. — Согласился Вилмер, поклонившись, едва магистр поставил бокал на массивный мраморный стол.

— Это все? — Голос Таби несколько смягчился.

Ему льстило, что кардинал спросил его разрешение, прежде чем воспользоваться энергией душ. Впрочем, на это и был расчет. — «Самовлюбленный болван». — Заметил кардинал.

— Да, Ваше Высочество. Я могу идти? — Вилмер почтенно опустил голову в ожидании позволения.

— Ступай, и не тревожь больше по пустякам. — Таби согласился. — Мне и так есть, чем заняться. Для этого вы и нужны — служить Мардук. Служить — значит принимать решения во благо.

— Слушаюсь. — Вилмер поспешил откланяться. Ему не терпелось поскорее покинуть башню.

— Постой. — Таби обратился к кардиналу. — Я хочу спросить тебя, насколько ты предан клану и лично мне?

— Без остатка, Великий Магистр Таби. — Вилмер снова поклонился. — Безо всякого сомнения и сожаления я отдам жизнь за клан Мардук и Вас, Ваше Высочество.

— Хм. — Таби нахмурился. — А если придется убить своих братьев, коли те окажутся предателями? — Его передние выпирающие зубы оголились, а слюна брызнула изо рта, от чего Вилмера едва не стошнило.

— Тогда они уже не будут братьями и подлежат уничтожению, как и каждый, кто осмелится выступить против клана и его правителя, Великого и Бессмертного Таби. — Вилмер специально старался нахваливать имя магистра. Он знал, что тот безмерно любит одного себя и примет за правду любую лесть.

— Надеюсь, что твои поступки не разойдутся со словами, когда наступит час. — Магистр хмыкнул, так и не почуяв подвоха. — Ступай, верный слуга клана.

«Наконец-то». — Вилмер совершил прощальный поклон и поспешил удалиться.

Совсем скоро кортеж двинулся в обратный путь. Теперь можно было и расслабиться: выпить виски, порадовать телохранительниц мужским вниманием, а может даже и придаться плотским утехам прямо на заднем сидении автомобиля. Дело было выполнено, Магистр в очередной раз одурачен. До утра Вилмер был представлен сам себе, как и обещал кардиналам.

«Братья ждут меня к утру, значит нападение ану произойдет поздно ночью, когда все спят. Так погибнет больше жителей города, а мы получим много энергии пожирателей». — Все шло по плану, но операция только началась и следовало соблюдать предельную осторожность. — «Ждут ли»? — Неожиданно на Вилмера накатила грусть. — «Энди… Он бы ждал…»

Вилмер почувствовал, как грусть и тоска охватывают его. Однако, кардинал также понимал, что он не может позволить своей грусти и тоске ослабить его решимость и сосредоточение. Операция только началась, и он должен быть настороже. Он вздохнул, собравшись с мыслями, и сказал себе: «Энди, я буду действовать в твою память».

Третий кардинал неспеша наполнил бокал льдом и добавил в него первоклассный шотландский виски из своей личной коллекции, привезенной из Европы. Молча сделав первый глоток, он, наконец, смог перевести дух, хотя мысли о погибшем четвертом кардинале не оставляли его.

— Все хорошо, господин? — Поинтересовалась Китти, первой заметив скверное настроение господина. — Вы опечалены?

— Все хорошо, детка. — Кардинал жестом пригласил девушку присесть рядом с ним и предложил выпить, пытаясь отвлечься от дурных мыслей.

Это означало одно. Сегодня у Китти выходной и именно ей уготована ночь со своим господином. Линда неодобрительно взглянула на соперницу, но той было уже все равно. Она вышла победительницей.

Кэтрин, которая ублажала кардинала только вчера, и ухом не повела. Девушка была не голодна.

«Не волнуйся, Лин, сегодня мне мало одной». — Вилмер направил телепатическое сообщение телохранительнице.

«Я буду ждать вас, мой страстный лев». — Мысленно ответила она, не зная, достигли ли ее слова цели или нет. Увы, кроме самого Вилмера, чтение мыслей не было доступно ни одному из присутствующих в лимузине. Кардинал счел это ненужным и даже опасным для самого себя.

— Еще виски? — Китти провела рукой по мантии, скользнув вниз.

— Не откажусь, кошечка. — Вилмер улыбнулся. — Но, только если выпьешь со мной.

Девушка справилась с заданием в два счета и вскоре вновь заняла место победительницы рядом с кардиналом, держа в руке холодный бокал.

— За вас, господин. — Китти предложила тост.

— За предстоящую ночь! — Поправил Вилмер, поднимая бокал.

Девушка отпила из него до половины. Кардинал же справился с виски за один прием и, отставив бокал на специальную полочку, что бы тот не опрокинулся при движении, словно дикий зверь накинулся на Китти, так что недопитый напиток оказался на полу.

Кэтрин закрыла перегородку, оставив господина наедине с сегодняшней избранницей, мысленно послав ее в девятое пекло со всеми вытекающими нелицеприятными последствиями.

Кардинал страстно целовал ее алые губы, ласкал тело, и еще больше разжигал в себе и в ней дикую страсть. Китти легко постанывала, изнывая от желания.

Вилмер не заставил себя долго ждать. Дикий лев накинулся на свою жертву и та вскрикнула от удовольствия. Тонкий запах виски и гормона страсти наполнил авто.

Тем временем, Линда закурила сигарету, пытаясь не обращать внимания на доносящиеся с той стороны стоны соперницы, которые были слышны даже через перегородку.

— И как она обошла меня?! — Прошептала Линда, закусив губу.

— Прими, как есть. Знаю, господин чертовски хорош в постели, и я бы не прочь оказаться сейчас на месте Китти, но секс — не смысл жизни. — Кэтрин сохраняла равнодушие и относилась к происходящему с философским спокойствием. — Ты же знаешь, в такие дни нас всех выжмут до последней капли.

— Я уже вся теку. — Возразила Линда. — Я должна быть первой.

— Может, я смогу утешить тебя? — Кэтрин игриво провела рукой по пышной груди напарницы.

— Еще успеется. Что-то подсказывает мне, что ты права — сегодня никто не останется без внимания. Ты же знаешь, Вилмер еще тот озорник.

Так и случилось. Едва закончив с Китти, Вилмер набросился на Линду.

— Сегодня господин неотразим, как никогда. Мне еще никогда не было так хорошо, не передать. — Китти причесывала растрепанные волосы и поправляла порванную блузку. Яркий вампирский макияж тоже сильно пострадал и незамедлительно требовал дамской комнаты.

— Надеюсь, скоро и мне достанется. — Только улыбнулась Кэтрин, которая, казалось, еще недавно строила из себя почти затворницу и призывала Лин смотреть на мир философски.

— Тебе выпали самые сливки. Господин Вилмер только разгорячился.

* * *

Утро следующего дня Вилмер встретил все в том же лимузине на заднем сидении в объятиях Китти. Девушка выпивала с господином, пока тот не отключился. К тому времени она и сама изрядно набралась и с трудом могла поддерживать беседу.

— Ах. — Кардинал потянулся и осмотрелся. — Сквозь тонированное стекло пробивались тусклые лучи утреннего света.

— С добрым утром, господин Вилмер. — Кэтрин не спала. — Вы хорошо себя чувствуете? Не нужна энергия ану?

— Да. Все в порядке. Только ужасно хочется пить. У нас есть содовая? — От жажды его голос сделался более грубым.

Энергия ану справлялась не только с болезнями, ранениями и старением, но и с утренним похмельем. Однако же, время от времени, организм пожирателя все же капризничал. Иногда хотелось выпить хоть целое море, а иногда, наоборот, пропадал аппетит. И пускай это была только капля в море, по сравнению с тем, что чувствовал обычный человек после обильного застолья, но кардинал стремился любой ценой исправить это досадное недоразумение.

— Да, вот. — Кэтрин достала из холодильника запотевшую банку и подала ее кардиналу. — Со льдом?

— Нет, не нужно. — Вилмер осушил содержимое прямо из горла, в один присест. — Так-то лучше. Ты была так горяча вчера… - Кардинал улыбнулся. На мгновение девушке даже показалось, будто кардинал снова хочет овладеть ею. — Кстати, куколка, мы далеко от Вегаса? — Вилмер отстранился и резко сменил тему.

— Нет, повелитель. Через час будем в резиденции господина Фэллона.

Кардинал взглянул на часы. — «Семь тридцать. Вот и отлично».

— Как я выгляжу? Не сильно заметны следы вчерашнего вливания? — Поинтересовался он.

— Нет, не сильно, но вы не накрашены. Я могу помочь. — Ответила Кэтрин.

— Нет, спасибо, не сегодня. Кардинальский грим подождет. — Вилмер отмахнулся. — Не думаю, что братья встретят меня при параде после бессонной ночи. Не хочу выделяться, будто павлин на именинах.

Совершая элементарные гигиенические процедуры, насколько позволял дизайн авто, Вилмер причесал волосы и собрал их в хвост, а затем выпустил челку, пытаясь прикрыть красные опухшие глаза, упорно не желающие поддаваться энергии ану.

«Так-то гораздо лучше». — Кардинал посмотрел в зеркало. — «Даже не заметно. Как будто и не пил до последнего… Нет, ерунда, кто же поверит, но это все, что я могу».

Тем временем, лимузин на всех парах ехал по городу, пользуясь правом беспрепятственного проезда наравне с губернатором или, скажем, сенаторами штатов. Синие маячки и сирены джипов недвусмысленно говорили рядовым водителям: «Посторонись!».

Рядовые водители, видя приближение лимузина с его сопровождением, моментально делали место, уступая дорогу этой важной персоне. Они знали, что нарушение правил и препятствование проезду такого автомобиля может иметь серьезные последствия.

Вегас только приходил в себя после бурной ночной жизни. Увеселительные и игорные заведения уже закрылись, как и банки, офисы, магазины и лавки. Владельцы последних, впрочем, уже готовили свои заведения к утренней суматохе. Офисные клерки томились в пробках в собственных машинах или в пыльных автобусах, трамваях и вагонах метрополитена. Кое-где уже проснулись и уличные бездомные, выделяющиеся неопрятным внешним видом.

— Господин, мы прибыли. — Колонна бронированных авто, внешне ничем не отличимых от самых обычных машин чиновников, уже стояла на закрытой парковке в подземном паркинге, полностью принадлежавшей Фэллону.

Лимузин остановился. Кардинал спешно покинул Кэтрин, а также спящих Китти и Линду.

— Разбуди пташек и можете отдыхать. — Произнес он напоследок, проведя рукой по лицу помощницы. — Можете пить и придаваться утехам, сколько угодно. Веселье не помешает…

— Мой господин, вы сегодня особенно добры к нам… — Кэтрин послала Вилмеру воздушный поцелуй.

Как и в случае с магистром, вход в апартаменты Фэллона был доступен только кардиналам и особому отряду охраны, обслуживающему здание. Последние, стоит отметить, тоже имели весьма ограниченный доступ.

Через мгновение, Вилмер шагнул в скоростной лифт, и прежде чем успел зевнуть, оказался в апартаментах брата. Входные двери оказались заперты, к чему кардинал был готов и набрал код вызова, приложив руку к сканеру.

— Секунду, Вилмер. — Через динамик раздался голос Кайлера. Дверной замок несколько раз глухо щелкнул. Дверь открылась.

— С возвращением, брат! — Устало произнес Фэллон со стороны.

Кардиналы выглядели не в лучшей форме. Ночь явно выдалась бессонной у всех троих, пусть Вилмер сам себе устроил приключения, никак не связанные с работой.

Фэллон склонился над монитором компьютера, его глаза сосредоточенно скользили по строчкам текста. Взгляд его был проницательным, словно он пытался проникнуть в само существо проблем, которые описывались перед ним. Время от времени он делал пометки на бумаге, выражение его лица становилось все более серьезным.

В то время, как Фэллон был поглощен своей работой, Кайлер сидел рядом, перебирая бумаги и конверты, которые, судя по всему, приходили из Сан-Антонио. Он внимательно осматривал каждый документ, словно искал что-то конкретное. Его пальцы были быстрыми и ловкими, он с легкостью перелистывал страницы, не упуская ни одной крохотной детали.

Фэллон знал, что Кайлер ищет информацию о проблемах в управлении городом. Они оба были уверены, что мэр зазнался и его время уйти настало. Именно поэтому каждый документ, каждая записка, становились для них ценным кусочком пазла, который поможет им собрать полную картину.

В комнате царила напряженная атмосфера, словно они были на грани открытия великой тайны. Сейчас было самое время действовать.

— Этот кретин мэр пишет, что ему не хватает денег. — Кардинал возмутился, отложив документы в сторону. — Сколько не дай, все улетит в трубу.

— Нет мозгов — считай калека. Чересчур зарывается, забыл, что случилось с предыдущим градоначальником. Не помешает устроить им долгожданную встречу на том свете. — Фэллон не отрывал взора от экрана. — Вилмер, как прошла встреча со стариканом? Потом ублажал девиц в борделе?

— Таби дал добро. Можно выпускать пожирателей. — Вилмер потянулся за водой, стоявшей в прихожей в прозрачном холодильнике. — Обошлось без шлюх. Мне хватило моих куколок. — Третий кардинал жадно приложился к воде, пытаясь утолить жажду. — Кажется, этот виски был ужасен…

— Оу. — Фэллон удивился, взглянув на брата с подозрением, а не разыгрывает ли он. — А не превращается ли наш повеса и развратник в верного семьянина? Того и гляди, станешь домоседом, в магазин будешь ходить, ужин сам готовить, и покинешь нас — заядлых холостяков.

— Не говори ерунды. Я гулял, гуляю и буду гулять. — Кардинал в свою очередь отнекивался. — Просто, не в эту ночь… Не знаю, что на меня нашло…

— Когда-то, я думал также, что никогда не остановлюсь. Даже не представляешь, как гулял в двадцатом веке, есть, что вспомнить. — В разговор вмешался Кайлер. — А потом влюбился и никого более не хочу, как отрезало.

— Я не влюблялся, если мы говорим о именно такой любви. Это чувство мне чуждо. — Усмехнулся Вилмер. — Лучше скажите, как идут дела? Бородатый царь согласен сотрудничать? — Третий кардинал не любил обсуждать интимные вопросы, особенно, когда таковые касались его самого, и поспешил поскорее сменить тему.

— Все идет, как по маслу. Русские уже движутся по тоннелю. Мы ждали только тебя. Можем начинать. — Фэллон выключил монитор. — Старикан ни о чем не догадался? Ты хорошо контролировал мысли? Не заметил ничего подозрительного, пока был там?

— Не знаю. — Третий кардинал нахмурился. — Вроде все прошло хорошо, но… — Вилмер сделал небольшую паузу. — Перед тем, как завершить аудиенцию, он спросил, а готов ли я убить вас ради него самого. С чего вдруг ему было задать вопрос именно сейчас, ума не приложу.

Кайлер удивительно посмотрел сперва на Фэллона, а потом и на Вилмера. На его лице застыла некоторая озабоченность. — «Действительно странный вопрос, мы ведь единый клан, хотя, старик выживает из ума раньше отведенного природой срока, что не удивительно — темная материя не прощает бесцеремонного вторжения в ее пределы. Удивительно, как Таби вообще еще жив, а не канул вместе с Атлантидой. Неужели он ухитрился переиграть Жнеца?»

— Хм. Будем надеяться, что это только совпадение и больное воображение Таби. — Кайлер подошел к окну. — На сей раз мы не проиграем. — Кардинал задвинул штору, едва увидев первые солнечные лучи восходящего солнца.

— Да, похоже на старческий маразм, но, чисто из интереса, у нас есть запасной план? Верно же? — Вилмер скрестил руки на груди, взглянув на братьев.

— Нет. — Возразил Кайлер. — Слишком рискованно. Мы же говорили, Вилмер, только не начинай все заново. Угомонись, хорошо?

Вилмер подошел к брату и положил руку на плечо. — «Прости, ты прав. У нас все получится. Энди погиб не зря». — Едва ли не прошептал он.

— В любом случае, мы не знаем замысел Таби и будем придерживаться основного плана. Давайте решать проблемы по мере их поступления. — Фэллон откинулся на спинку кресла, устало потирая глаза. — Кажется, пора отдохнуть. Кто знает, когда еще выпадет возможность вздремнуть.

— Я, пожалуй, воздержусь. — Вилмер отправился на балкон и принялся курить сигарету, несмотря на свою давнюю нелюбовь к прямому солнечному свету. — В дороге всю спину отлежал, стоит размяться.

Тем временем, на город двигалось серое грозовое облако, возникшее словно из ниоткуда, вдали над пустыней Мохаве. Оно плавно накрывало сперва предместья, а затем и сам город. С последнего этажа небоскреба было видно, как квартал за кварталом медленно погружается в белесый туман, стелившийся прямиком до самой земли. Кардинал пристально смотрел вдаль, наблюдая за приближением непогоды. Сверкнули первые далекие раскаты молнии, вызвав тем самым первые подозрения. — «Не типично для осени, тем более, так быстро». — Смекнул Вилмер.

Случайно, третий кардинал вспомнил, что недавно спрашивал Кэтрин о погоде, и ни о какой грозе, или даже об облачности, и речи не шло. — «Обещали солнечную погоду, а тут — почти ураган среди ясного неба. Откуда, черт побери, взялись эти облака?» — Кардинал взял коммуникатор и принялся искать сообщения о погодной аномалии. Метеорологи все как один утверждали, что это тропический циклон. — «Стоп, в Федеральный центр слежения за погодой начали принимать умственно отсталых? Как можно не заметить циклон в нескольких часах от мегаполиса?» — Это насторожило кардинала еще больше. К тому же, облако появилось на востоке, а теперь шло с севера, словно огибая Лас-Вегас. — «Хм, подозрительно, очень подозрительно». — Вилмер встревожился. — «Куколки, отдыхать не придется». — Кардинал без раздумий послал телепатическое сообщение. — «Всему кортежу подготовиться к эвакуации». — На всякий случай скомандовал он.

Вилмер еще не знал наверняка, но что-то подсказывало ему — грозовое облако не сулило для них самих ничего хорошего.

«Кайлер, Фэллон! Сдается — у нас проблемы». — Вилмер обратился к братьям. — «Срочно идите ко мне».

Через минуту, на балконе показался Кайлер. Вслед за ним буквально ввалился и Фэллон. Оба, кажется, уже знали — все дело в облаке. Последний лихорадочно нажимал кнопки на миниатюрном голографическом планшете. Картинка с планшета передавалась прямо в его мозг через глаза, позволяя ему узнать больше о происходящем и как можно скорее выяснить истинную природу непогоды. В то время как Фэллон занимался анализом данных, Кайлер уже начал готовиться к отступлению, используя свои телепатические способности.

— Это пожиратель, он в центре вихря. Дом приведен в режим самоуничтожения. Все данные скопированы на мой чип и удалены со всех компьютеров. — Хладнокровно объявил Фэллон, покидая балкон.

— Хорошо. — Кайлер все так же смотрел на стремительно приближающуюся грозу. — У меня тоже все готово. Идем! Надо выбираться!

Тень от облаков достигла апартаментов. Гром и молнии уже вовсю хозяйничали в Вегасе, заставив братьев изрядно нервничать.

Кардиналы знали, что эта необычная гроза таила в себе немало опасностей, да и вообще все облака, и светопреставление — не более чем грамотная маскировка. Магистр Мардук нанес первый удар. И теперь следовало приготовиться к обороне.

— Как ты понял, что это подстава? — Спросил Фэллон, едва троица оказалась в лифте. — Ану непросто вычислить невооруженным глазом, неужели использовал силу пожирателя?

— Интуиция. — Ответил Вилмер. — При дневном свете мои способности по поиску целей бесполезны, ты же знаешь. Тем более, это привлекло бы внимание Таби.

На подземном паркинге кардиналов ждали. Охрана спешно собирала экипировку.

— Господин Кайлер, что происходит? — один из телохранителей явно нервничал, обеспокоенный таким внезапным побегом и царившей суматохой. Его наспех надетый пиджак оказался застегнутым неправильно, поскольку тот перепутал пуговицы.

— Нет времени. Просто следуйте резервному плану. — Кайлер не стал вводить охрану в суть дела, не желая терять время, которое и без того таяло с каждой секундой. — Уходим!

— Машины готовы. — Рапортовал другой. — Можем выезжать.

Черные джипы подъезжали один за одним, и кардиналы с эскортом спешно покидали собственные апартаменты, как будто они и вовсе не были у себя дома. Боевые куколки к личному авто третьего кардинала подоспели в последний момент. Линда принимала душ и поэтому явилась в костюме Евы, но с пистолетом в руке и сумкой для патронов на поясе. — «Девочки, по местам, живо!» — Скомандовал Вилмер, и, едва спутницы оказались внутри, кардинал прижал педаль газа к полу.

Внезапно раздался гулкий хлопок. В ход пошли плазменные орудия, запускаемые откуда-то сверху.

Здание содрогнулось. Его верхние этажи скорее всего превратились в пепел и рассыпались на мелкие частицы. Теперь кардиналам требовалось только выбраться на свободную секретную дорогу и бежать из города, пока к их поискам не подключились федералы. Одним словом, ситуация накалялась.

— Магистр перехватил инициативу в свои руки, старый урод! — Выругался третий.

«Куда держим путь? В Россию?» — Мысленно спросила было Лин, но Вилмер не ответил, сосредоточившись на дороге.

Бронированные автомобили уносили кардиналов вместе с эскортом подальше от города по секретному шоссе, в не менее секретный бункер, и, как надеялся Кайлер, никто больше не знал, где именно он находится. Но теперь надежда сделалась туманной, ведь всего полчаса назад братья были уверены, что Таби даже не подозревает о предстоящем его свержении.

Кайлер пытался успокоиться, но его мысли все время возвращались к Таби. Он знал, что свержение магистра будет опасным и сложным заданием. Таби имел огромное влияние и много сторонников. Кайлер не мог себе позволить ошибиться. Он обратился к своему эскорту, состоящему из лучших бойцов его команды. — «Мы должны быть готовы ко всему. Таби не позволит нам уйти безнаказанными. Мы должны быть настороже и готовы к битве». Не смотря на внешнее спокойствие, в глубине души кардинал все еще кипятился. Он знал, что эта миссия может стоить жизни всего клана.

«Фэллон, мы успеем получить энергию пожирателей?» — Спросил Вилмер. — «Вангую, старикан закрутит гайки, будем голодать, если только Николашка вовремя не подсуетится». — Третий намекал о помощи союзников.

«Да, я запустил программу. Обратного пути для Сан-Антонио просто не существует». — Незамедлительно ответил Фэллон. — «Будем экономить силы, если продержимся до вечера, то нам повезло — все решится сегодня».

Кардиналы ехали в разных авто, и телепатия стала для них единственным способом общения между собой. Использование телефона впредь сделалось опасным. Никто не знал, мог ли Таби перехватить звонок или нет, и как ему вообще удалось перехитрить клан.

— Господин, что прикажите делать нам? — Вдруг спросила Кэтрин. До этого девушка, как и все боевые куколки, хранила молчание.

— Выжить. — Ответил Вилмер, не отрываясь от дороги и покусывая губы от напряжения и раздражения. — Всем нам. Многотонные герметичные двери плотно закрыли въезд в тоннель, так, что преследователи потратят теперь немало времени, прежде чем смогут прорваться внутрь. — Не смотря на все успокоения подчиненных, кардиналу было неспокойно. Он понимал — игры кончились.

«Братья, нам стоит разделиться». — Предложил было Фэллон, но было поздно. Раздался глухой взрыв. Авто охраны влетело в стену, несколько раз на бешеной скорости ударилось об отбойник и загорелось. Буквально через мгновение в тоннеле показались силуэты охранников Магистра. Завязалась перестрелка. Телохранители кардиналов пошли на прорыв, прикрывая отход.

«Проклятье». — Выругался Вилмер. — «Мы обнаружены, так быстро?»

События разворачивались стремительно и не по сценарию. Казалось, никто не понимал, что происходит, но на деле все было не так. Каждый охранник из спецподразделений кардиналов пытался выполнить свою задачу, как только мог.

Все действия были отточены до мельчайших деталей. Каждый охранник был обучен реагировать на любую ситуацию моментально и эффективно. Некоторые бросались вперед, пытаясь задержать наступающих преследователей, другие создавали барьеры.

Но, удача окончательно отвернулась от братьев Мардук. Машина Кайлера и Фэллона взлетела на воздух прямо перед ним. — «Нет»! — Ужаснулся Вилмер. — «Только не это».

Братья не подавали признаков жизни. Для Вилмера это означало одно — все кончено. Сражение проиграно. — «Так просто? Так просто? Разве это возможно?» — Кардинал остановил транспорт, тяжело дыша.

Едкий дым наполнил тоннель, так что выжившие вынуждены были вновь скрыться за броней авто. Пришлось повернуть назад.

Джипы охраны один за одним покидали место бойни.

«Кайлер, Фэллон, ответьте». — Вилмер в отчаянии едва ли не метался по салону машины. — «Что происходит?»

Глаза кардинала беспорядочно метались из стороны в сторону, глядя то на потолок, то на окно, то на боевых куколок, до зубов ощетинившихся оружием. — «Все пошло наперекосяк, мать твою, теперь никому нельзя верить». — Выругался он, сдавая назад на максимально возможной скорости.

Бронебойная плазменная пуля тем временем прошила прочное стекло и угодила в голову Линды. Девушка упала замертво. Вилмер даже не успел сообразить что к чему, прежде чем авто потеряло управление и остановилось. Следующая пуля повредила колесо и заклинила его. Машину едва не опрокинуло. Впредь движение стало невозможно.

Охрана ощетинилась. Уцелевшие телохранители Кайлера и Фэллона заняли оборону вокруг единственного выжившего кардинала, пытаясь не потерять и его.

Вилмер же наоборот передал всем телепатическое послание, где просил их отступить по пешеходным лабиринтам и скрыться.

«Перейдите в подполье! Отомстите за нас!» — Он понимал — все кончено. И в последний миг жизни, ему не хотелось утянуть за собой и прислугу. — «Пусть мир и изменится совсем скоро, но хоть какое-то время наши люди проживут, как полагает человеку, пока ану не поглотит вселенную. Тем более, без братьев, мне уже все равно, уцелеет планета или нет». — Вилмер потянулся за сигаретой.

Кто-то подчинился приказу, а кто-то, как например боевые куколки самого кардинала, остались на своем посту. Ни одна из уже двух девушек и ухом не повела, и не сделала ни шагу назад. Улыбнувшись, словно прощаясь, Вилмер активировал последнюю броню, опустив титановые пластины на стекла.

Снаружи битва закипела с новой силой. Один за другим в перестрелке погибли все охранники, кроме двух «куколок», прикрывающих Вилмера внутри бронированной машины. Враг подбирался к лимузину. Совсем скоро выстрелы стихли.

— Погибли все… Все наши… Сейчас полезут внутрь. — Смекнула Кэтрин. — Господин, сколько у нас времени?

— Немного, сейчас начнется. Не больше минуты. — Едва кардинал закончил курить, массивную дверь сорвало, словно она была сделана из картона.

— Сдохни, тварь! — Выкрикнула Китти, бросаясь в бой, едва дверь открылась. Девушке удалось уложить двоих преследователей, пока вражеские пули не изрешетили и ее саму.

Осталась одна Кэтрин. Девушка находилась рядом с Вилмером, который, стоит заметить, ничего не предпринимал против вторжения. Его силы хватило бы на сотни врагов, но третий кардинал упорно бездействовал.

— Господин, вам надо бежать! — В отчаянии выкрикнула Кэтрин.

Вилмер хитро улыбнулся и обнял девушку. Воцарилась пауза. Как по неведомому указанию смолкли выстрелы, а преследователи будто остановились вместе со временем.

Кэтрин вскрикнула и в ужасе отшатнулась от своего господина. Ее лицо застыло в дикой гримасе боли, а руки потянулись к груди, из которой торчала рукоять ножа. Вилмер приложил палец к губам, как бы говоря: «Тише».

Девушка тяжело опустилась на сидение, тщетно пытаясь вытащить нож из плоти. Руки ее не слушались и не смогли ухватить рукоять. Силы медленно покидали Кэтрин.

— Почему? — Простонала она еле слышно. — Ты убил меня…

Вилмер ничего не ответил. Он мог с легкостью спасти свою боевую куколку, как уже делал однажды. Вместо этого, третий кардинал провернул нож, резко выдернув его из тела.

Кэтрин издала тихий стон и извилась от боли. Руки девушки судорожно дрожали, зажимая зияющую рану, из которой струилась бурая кровь.

— Прощай. — С некоторым равнодушием сорвалось из уст кардинала. — Мне было приятно работать с тобой.

Вилмер поднес окровавленный нож к горлу телохранительницы и с силой перерезал дыхательные пути. Кэтрин дернулась и упала, брызгая кровью по полу машины, издавая утробные хрипы. Девушка корчилась, пыталась подняться на ноги, а затем затихла навсегда. Кардинал остался один на один с головорезами магистра.

Вилмер без опаски покинул транспорт и усмехнулся в глаза преследователям. Те же, в свою очередь, опустили оружие, не причинив ему вреда. Вилмер уверенно шагнул вперед с усмешкой на лице.

«Молодец, ты верно послужил клану». — В голове кардинала пронеслись слова магистра. Вилмер получил от Таби поощрение и теперь стал единоличным правителем конгрегации. — «Серый кардинал заслужил щедрые дары за то, что помог раскрыть заговор против меня».

— Это было проще некуда. Никто не в силах перечить Великому Магистру Таби. — Самодовольно произнес он, вытирая лезвие клинка о платок.

Глава 7

Между Сциллой и Харибдой

Ноябрь 2221 года

Московская осень встречала многолюдный город приятным листопадом, окрашивая его некогда зеленые улицы в ярко-золотые, красные и бардовые краски. Ноябрь, или как его называли в старину — листопад, в очередной раз вступил в свои права последнего осеннего месяца. Листва осыпала дороги, отражалась в зеркальной глади сотен прудов, витала в воздухе.

Ветер играл с опавшими листьями, поднимая их в вихре, словно танцуя с осенней природой. Воздух наполнялся свежим, пряным ароматом осени, создавая яркий ковер на тротуарах.

Московская осень была особенной — с ее холодными утрами и теплыми дневными солнечными лучами. Она умела удивлять и вдохновлять, заставляя каждого замечать красоту в простых вещах. И вот, когда солнце начинало садиться за горизонт, окрашивая небо в оранжевые и розовые тона, город проникался чувством умиротворения и благодарности за то, что имел возможность испытать эту прекрасную осеннюю сказку.

Столичный кремль, как и всю столицу, осенний танец не прошел стороной. Императорская резиденция утопала в листве, которую по приказу Николая, дворники не торопись убирать. Каждый вечер государь прогуливался по вечернему закрытому кремлевскому парку, наслаждаясь природой в тишине и подальше от глаз назойливых туристов.

Он любил наблюдать, как осенние листья падают с деревьев, создавая ковер разноцветной листвы под его ногами. Шуршание их подошвами придавало этим прогулкам особую атмосферу. Николай наслаждался тишиной и уединением в парке. Здесь он мог отдохнуть от дел государственных и просто насладиться природой. Кремлевский парк становился для Николая своеобразным убежищем, где он мог временно отстраниться от суеты и шума столицы. Здесь он чувствовал себя свободным и спокойным, наслаждаясь прекрасными осенними вечерами. Эти прогулки помогали ему собраться с мыслями и найти вдохновение для своих дальнейших действий.

Император уделял четверть часа на вечерний отдых, как он сам именовал свое скромное увеселение. Пока что, он не мог позволить себе ничего большего, поскольку государственные дела требовали все больших усилий.

Только глупцу могло показаться, что управление огромной страной — простое дело. Распорядок дня императора отличался особо плотным графиком и зачастую ужинать Николаю приходилось уже за полночь. Утром — совещание с министрами, губернаторами и сенаторами. После обеда — иностранные делегации. А еще — нескончаемый поток законов, поручений, указов и внутренних донесений. Работа в огромной канцелярии кипела каждый день, без выходных и праздников, и порой, затрагивала даже прием пищи.

«Прекрасный вечер». — Николай вдохнул полной грудью. Он, только что, подписал указ о назначении нового министра образования и чувствовал некое облегчение, поскольку сумел найти замену стареющему господину Голенищеву, который просил отставку после двадцати лет неустанной работы. Сделать это оказалось непросто, ведь заветное кресло оказалось востребованным. Пришлось выбирать, взвешивать все за и против.

Солнце катилось к закату. Багровые лучи стелились по одиноким облакам. Николай поднял глаза к небу и остановился. — «Хотелось бы на природу, в лес! Поохотиться, отправиться на рыбалку, ах, не скоро мне до заслуженной пенсии». — Сокрушался он. — «Иногда, я даже понимаю, почему принцы отрекались от власти, они просто боялись этого бремени».

В его сердце осталась тоска и желание побыть наедине с природой. Николай мечтал о спокойствии леса, о звуках птиц и шуме реки, но обязанности императора не позволяли ему осуществить эту мечту. Он был привязан к своей должности и не мог просто бросить все и уйти.

Николай вспомнил свое детство, проведенное в деревне. Там он каждый день бегал по полям, ловил рыбу в реке и наблюдал за птицами. Тогда ему казалось, что это будет продолжаться вечно. Но время шло, и он оказался в городе, впутан в дела и заботы. Сейчас, он мечтал о том, чтобы хотя бы на мгновение вернуться в те времена, когда все было просто и легко, хотел ощутить запах травы, почувствовать тепло солнца на своей коже и услышать пение птиц.

Император знал, что однажды сможет осуществить свою мечту и уйти на заслуженный отдых. И тогда, когда солнце снова начнет катиться к закату, он будет наслаждаться природой, забывая о бремени власти и обязанностей.

— Ваше Высочество. — Безмятежность вечера бесцеремонно прервал господин Верговский. — Ваше Высочество!

Министр бежал по саду, будто за ним гналась стая голодных собак, спущенных с цепи. Офицерская фуражка едва не слетела с его головы, однако министр, в последний момент, успел поправить головной убор. Рубашка, небрежно торчавшая из под кителя, тоже не придавала министру солидности.

— Ваше Высочество! Беда! — Еле произнес он, запыхавшись от бега, несколько согнувшись от усталости. Казалось, министр был в полном отчаянии, его сердце колотилось как будто вот-вот выскочит из груди.

— Виктор Степанович, что-то стряслось? — Николай почувствовал неладное и пристально взглянул на министра. — На вас лица нет, голубчик!

— С вами хочет срочно поговорить кардинал Вилмер. Это катастрофа. — Все еще невнятно тараторил министр. — Мы пропали!

— И из-за этого такой переполох? — Государь было удивился. — Мы с господином Вилмером общаемся довольно часто, как видите, никто не уронил кирпич на голову ни мне, ни вам, ни самому Вилмеру. — Ему приходилось общаться с кардиналами едва ли не каждую неделю.

Министр поднял глаза, молча взглянув на императора, от чего у последнего волосы встали дыбом. Так продолжалось с минуту. Верговский пытался отдышаться и, вероятно, отыскать подходящие слова, однако не находил их, лишь затягивая паузу.

— Кайлер и Фэллон мертвы. — Наконец выпалил он, найдя силы сказать несколько слов.

— Что? — Николай, казалось, не поверил своим ушам, произнеся вопрос с таким удивлением, словно его ученые сию секунду открыли разумную жизнь на Венере. — Этого не может быть, Витя, не может быть. — Глаза императора округлились, а от былого приподнятого настроения не осталось и следа. — Как? Это не возможно! Вы же понимаете, что все это значит? — Николай ожидал всего, кроме услышанного.

Николай с трудом осознавал происходящее. Он был уверен, что все идет по сценарию и эта новость потрясла его до глубины души.

— К сожалению, это так. Магистр уничтожил их всех. Чудом спасся лишь Вилмер. — Вердикт Верговского был неутешителен. — Он, единственный, кто отделяет империю от окончательного разгрома.

— Что это значит для нашего будущего? — Спросил Николай, стараясь преодолеть шок. — Что теперь будет? Войны не избежать…

— Да. — Согласился Витя. — Мы должны быть готовы ко всему.

Николай в последний раз оглядел сумеречный парк, багровое вечернее небо, словно прощаясь, и тяжело вздохнул.

— Идемте, Виктор Степанович. Будем звонить Вилмеру. — Оба быстрым шагом направились к выходу из кремлевского сада. — Жаль, с Кайлером мы успели отыскать общий язык. Вообще, они с Фэллоном были неплохие ребята. Вилмер тоже ничего, надеюсь… мы не проиграем.

Николай едва ли не бегом стремился в переговорный кабинет, так что уставший и запыхавшийся от недавней пробежки в увесистом военном кителе Верговский едва поспевал за ним.

В одном из переговорном зале уже заранее все было готово к возможной беседе Николая с кардиналами по зашифрованной линии. Министр заранее позаботился о предстоящих заочных аудиенциях и держал зал наготове, как говорится, на всякий случай.

Оставалось только дождаться самого Вилмера, который, как и все кардиналы, всегда выходил на связь первым, опасаясь быть раскрытым Таби или его хакерским отрядом и тщательно перепроверял переговорную линию на наличие прослушки.

— Вилмер что-нибудь говорил? Когда ожидать его? — Поинтересовался государь.

Верговский отрицательно покачал головой. Николай опустил глаза вниз и сел в уютное кожаное кресло, нажав на пульте управления кнопку «кофе». Над дверью загорелась зеленая лампочка, которая позволяла стюарду войти в кабинет. Если же загорался красный свет, двери намертво блокировались и никто более не мог попасть внутрь кабинета без позволения самого Николая.

Переговоры могли начаться только когда кабинет покидали все посторонние и император вводил специальный код на сенсорной панели, восприимчивой только к отпечаткам пальцев правителя.

— Витя, это закрытые переговоры? Я бы хотел, что бы ты остался. — Николай взглянул на господина Верговского, повторившего вслед за государем заказ кофе.

— Без понятия, Вилмер не уточнил. Он очень торопился, словно скрывался от кого-то. Я с трудом понимал его из-за возникших помех. Связь постоянно пропадала и я… — Министр запнулся. — Мне кажется, что Вилмер тоже уже погиб…

Николай нахмурился и почесал затылок. — «Черт, что же там произошло? Кажется, смысла сопротивляться больше нет». — Подумалось ему. — «Столько лет подготовки, и начать с такого ужасного провала, это похуже инцидента со стражниками».

Действительно, перспектива вырисовывалась весьма удручающей. Замысел кардиналов был раскрыт, а без Кайлера и Фэллона уничтожить телепорт, скорее всего, уже не возможно, если Вилмер и уцелел. Следовательно, и гибель вселенной в привычном для человека понимании — дело ближайших недель или даже дней.

— Понимаешь, Витя… Этого я и боялся… Мы стоим на краю пропасти… — Взгляд Николая стал отстраненным, будто он смотрел вдаль, за горизонт. — Я сотни раз думал, а как поступить лучше… Воевать до конца, или сдаться, и плыть по течению… Если это все равно конец…

— Пока мы боремся, есть шанс выиграть, отбить право на жизнь… — Верговский опустил руку в карман, доставая позолоченный портсигар, в котором хранил кубинские сигары. — Позволите?

— Что уж там, кури… — Ответил Николай.

Император стоял перед мучительной дилеммой: вернуть отряд спецназа обратно и тихо-мирно дожидаться конца света, который, в конечном итоге, может и не наступить, или отправить сограждан на верную смерть, спасая мир все от того же конца света, перспектива которого со смертью двоих кардиналов сделалась еще ближе.

Принесли кофе. Николай предпочитал его сладким с холодным молоком, а Виктор любил черный, крепкий и без сахара, о чем, разумеется, знали стюарды, обслуживающие дворец.

Наступила тишина, угнетающая и императора, и его министра. Николай даже взялся за сигару, хотя до этого он не курил уже целое десятилетие. Дым тонкой струйкой змеился в кабинете; император даже пустил в воздухе несколько колец.

— Что-то Вилмер не спешит. — Первым не выдержал Верговский. — Я что ли устроил пробежку? — Вероятно, министр пытался снять напряжение, заметив нервозность самого Николая.

— Возможно ты прав и его просто-напросто уже нет среди живых. Если это так — следует готовиться к худшему. — Император посмотрел на потолок, украшенный старинной лепниной. — Виктор, если Вилмер не появится к полуночи, приведите все войска в полную боевую готовность. У нас останется только один выход — мировая война. Надеюсь, союзники не подведут.

— Война? Это может привести к неоправданным жертвам. — Возразил Верговский.

Николай посмотрел на министра пристальным тяжелым взглядом, так ничего и не ответив ему. Император и сам знал о жертвах не хуже самого Верговского. — «Так или иначе, на кону жизнь планеты, мы не можем так просто сдаться… Это будет неправильно, для того мы и встали во главе».

— Как думаешь, Витя, что нам делать с нашими людьми, которые вот-вот должны войти в подземелье? — Император ответил министру вопросом на вопрос.

— Мы должны рискнуть. — Министр нахмурился, снял фуражку, и скрестил руки на груди. — Это единственный способ обойтись малой кровью, если последнее вообще возможно, учитывая сложившиеся обстоятельства.

Император тяжело вздохнул. Меньше всего ему хотелось рисковать жизнями подданных. — «В непростые времена выпало мое правление, в непростые».

— Понимаю, Витя, но тяжело посылать солдат на бойню. Я ведь не Гитлер. Мы же понимаем — шансов у нас мало. Поэтому, я и просил готовить армию к бою, если Вилмер не появится, времени на промедление просто нет. Иначе, мы рискуем потерять и Россию, и весь мир…

Министр замолк. Бремя власти тяготило его в такие моменты. Вновь установилось молчание.

Прошло полчаса томительного ожидания, когда, наконец, раздался сигнал вызова.

— Время истины. — Прошептал Николай, нажимая зеленую кнопку. — Третий кардинал жив! — На его лице проскользнула улыбка.

Двери кабинета щелкнули и перешли в режим блокировки. Император ввел код доступа. На экране появится кардинал Вилмер, не расчесанный, со спутанными волосами, явно не выспавшийся. Плащ на нем был изодран в клочья, перепачкан в грязи и пыли, будто им самим только что играли в футбол вместо мяча. Внешний вид его был совсем не соответствующий обычному безупречному облику. В руке у него был сверток с документами, который он нервно сжимал.

— Здравствуйте, кардинал. Что с Вами произошло? — С порога спросил Николай.

— Бывал и поздоровее. — Ответил Вилмер, откашливаясь. — Нагрянул Таби. Он раскрыл нас. Мои братья мертвы, я в тайном бункере, вероятно, тоже ненадолго, времени у нас почти не осталось.

Император поднял брови, удивленный такими новостями.

— Операцию «Уроборос» придется отменить? — Николай нервничал, однако старался держаться уверенно.

— Нет, пока я жив, надежда все еще есть. — Кардинал ухмыльнулся. — Таби не знает главного. — Продолжил он. — Что я и Россия являемся скрытыми союзниками, а это самое главное. И надеюсь, что и не узнает. Поторопитесь, я не могу знать наверняка, что именно известно магистру, но действовать надо быстро, иначе смерть братьев будет на нашей совести. Я не смогу долго оставаться незамеченным, так что торопитесь.

— А как же телепорт? Без Фэллона нам не взломать защиту. — Вступил господин Верговский. — Разве не так?

— Виктор, не волнуйся. Это я беру на себя. Главное — разберитесь с городом мертвых, уведите их с глаз долой. Если мы не справимся, то призраки останутся единственными душами, не ассимилированными пожирателями, пока энергетический барьер не накроется медным тазом. Отступить — равносильно умереть. Мои братья погибли не за это. Мы не можем изменить прошлое, но обязаны верить в будущее. — Кардинал решительно отверг отступление. — Я постараюсь встретить Роба, как только смогу, и если смогу…

Император молча кивнул, принимая совет заморского союзника. Верговский вздохнул с нескольким облегчением. Он все еще надеялся, что «Уроборос» является последним шансом остановить магистра Таби и спасти мир от безумных планов старика без новой глобальной войны, и всех вытекающих из этого последствий, вроде ядерной зимы, голода и пары-тройки пандемий, разгребать которые доведется им же самим, не одно десятилетие.

— Жду ваших людей, если не побоитесь. — Экран внезапно отключился. Вилмер завершил сеанс связи неожиданно резко, слегка на повышенных тонах, словно сомневался или специально раззадоривал русских. — Чао!

— Наглец! — Сорвалось с уст Верговского. — Мы никого не боимся. — Министр насупился, скрестив руки на груди. — Выскочка!

— Успокойся, Витя, он этого и хочет, это стиль кардиналов — задевать за больное и брать на слабо. — Николай только улыбнулся. — Разве ты не привык к их манерам за годы службы?

— Знаю. — Согласился Верговский. — Неужели нельзя изъясняться по-другому? Как будто с друзьями после бара.

— Это Вилмер, его уже не переделать. Самый несносный и самонадеянный, иногда даже безрассудный… Но, другого союзника, увы, нет. — Император затушил недокуренную сигарету. — Коварная вещь, не курил столько лет, а организм так и не отвык от никотина.

— Знаю, американцы, думают только о своем эго. — Верговский вздохнул и махнул в сторону потухшего монитора рукой, опустив реплику про сигареты мимо ушей.

— Вот и не кипятись. Идем лучше в кабинет, признаться, я даже не обедал. За едой обсудим детали. — Предложил Николай.

— Не откажусь, Ваше Высочество. — У Верговского и самого урчало в животе.

— Что ж, в путь, господин иностранных дел Министр. — Николай всегда шутил, если кто-то из приближенных обращался к нему с использованием титулов в неофициальной обстановке, что казалось ему забавным.

Покинув переговорную, Николай и Виктор направились в рабочий кабинет, который в последнее время стал еще и столовой, а иногда даже комнатой отдыха. Император вынужден был работать даже за едой. — «Хорошо, хоть сон никто не отнимает». — Шутил Николай, хотя несколько раз ему уже снились приемы, переговоры и прочие нескончаемые церемонии.

Кабинет за последние годы почти не изменился, добавился только обеденный столик, как вынужденная мера. Все так же, со стены безмолвно смотрели картины царей, все тот же массивный дубовый стол служил для государя рабочим местом, а книжный шкаф — потайным ходом для посетителей. Император не любил излишние ремонты, считая их неоправданной тратой времени, ведь тогда приходилось бы переезжать из одного кабинета в другой. К тому же, по мнению Николая — тяга к роскоши не красила еще ни одного человека.

На дубовом столе лежали различные документы и перьевые ручки, готовые к использованию. Император проводил здесь внушительную часть своего времени, занимаясь государственными делами и принимая посетителей. Он был известен своей трудолюбивостью, поэтому его рабочее место всегда было аккуратным.

— Присаживайтесь. — Император жестом пригласил Виктора к столу, а сам сел напротив него.

Верговский принял приглашение, расположившись поудобнее.

На электронной панели управления появилось меню. Блюда не отличались особой изысканностью, пускай, и менялись каждый день. Сегодня, например, подавали борщ, картофельное пюре со сливками и строгач из говядины, несколько салатов и легких закусок. Император предпочитал обычную еду заморским изыскам и приказывал готовить ему традиционно русские блюда. В напитках отсутствовал алкоголь, хотя ужиная в столовой, Николай мог позволить себе рюмку-другую водки и не брезговал грузинским коньяком.

— Я голоден, что готов съесть целую корову. — Нажимая кнопки, шутил Николай.

Собеседник императора же ограничился горячим блюдом и чашкой черного кофе.

— А ты не голоден? — Николай заметил скромный выбор министра. — У меня готовят отменный борщ. Очень советую.

— Нет, спасибо. Я успел отобедать, а есть много — испорчу фигуру. Жена и так ворчит, будто меня стало больше, а на тренажерный зал нет времени. Да и, все равно, до полуночи не уснуть. Дела, дела, дела. Сами понимаете: кофе, пирожные… — Министр, по вечерам, не редко баловал себя перекусами.

— Понимаю, время нынче очень ценный ресурс. Я тоже ощущаю его нехватку. Очень хочу вырваться на отдых, а времени нет даже на нормальный человеческий обед. Приходится перекусывать буквально на бегу.

Стюард принес приборы и напитки, а вскоре возвратился с салатом и борщом для Николая.

— С вашего позволения. — Николай приступил к еде, не дожидаясь пока принесут горячее для министра. — Прошу прощения, начну первым. Голод не тетка.

— Приятного аппетита. — Виктор аккуратно размешал ложечкой кофе, хотя в нем не было сахара, отпил глоток и отставил чашку в сторону. — Отменные зерна, презент из Индии?

— Нет, подарок арабского шейха. — Император улыбнулся. — Отменный вкус и приятный яркий аромат.

Виктор отключил звук на своем мобильном. Он не хотел отвлекаться на телефонные звонки и всецело посвятить себя беседе, так что оставил только вибрацию, чтобы видеть, кто беспокоит и по какой линии.

— Зря отказался от борща. — Николай вмиг разделался с салатом и приступил к первому блюду. — Людочка, шеф-повар, просто талант. Мы без нее никуда, бьюсь об заклад, Людмила знает, как найти путь к любому желудку…

— Диета. — Отшутился Виктор. — Я, в последнее время, не могу много есть, как разберемся с делами, сразу отправлюсь на медосмотр.

Дверь отворилась и вновь показался стюард с горячими блюдами в руках.

— А вот и второе подоспело. — Заметил Николай, провожая взглядом мужчину в строгом костюме, пока тот не скрылся за дверью. — Я же говорю, Людочка просто молодец! Выглядит аппетитно!

Как только двери закрылись, тон беседы кардинально поменялся. Государь заблокировал все входы в кабинет одним движением руки. Можно было начинать секретничать.

— Виктор, как думаешь, стоит ли доверять Вилмеру? — Николай решил идти прямо к делу, оставив наводящие вопросы на более подходящий случай.

Верговский задумался, почесав подбородок, не торопясь с ответом. Он относился к кардиналам с осторожностью, понимая, что они сами себе на уме, и временный союз может оказаться ровно столько же хлипким, как отношения Советов и Америки в годы Второй Мировой.

— Скажу так, мы оказались по одну сторону баррикад, но как только вся эта передряга закончится, снова станем если не врагами, то совершенно чужими людьми. Уж точно, союзниками нас не назовешь. — Министр, как и положено политику, начал издалека, время от времени, жестикулируя руками. — По крайней мере, они не подводили до этого, всегда выполняя условия мира. Но теперь остался только Вилмер, самый сложный характер, однако дело Кайлера и Фэллона живет, пока бьется сердце последнего кардинала.

— Сдается мне, что мир на волосок от гибели. — Император грустно почесал подбородок, словно всматриваясь в дно тарелки. — Надеюсь, они знали, на что шли.

— Так и есть. — Согласился Верговский. — И Вилмер — это единственный союзник, который может оказать нам посильную поддержку, хотя, куда более я бы доверился Кайлеру, скажу начистоту. С ним у нас было бы больше шансов миновать мировой заварухи. Вилмер, как по мне, сильно ветреный.

Николай понимающе кивнул.

— Я и сам понимаю, что прямая война — не выход. Но нам придется воевать, провали мы «Уроборос». Это последняя мера. — Император произносил слова с грустью, словно открытое противостояние уже началось. — Надеюсь, наши ребята и Вилмер вместе справятся.

Верговский задумался и отвел взгляд в сторону. На мгновение императору подумалось, будто министр и вовсе не слышит его.

— Надеюсь. — Наконец произнес Виктор после выдержанной паузы, потирая рукой покрасневшие от усталости глаза. — Всем сердцем. Надежда умирает последней, как известно.

— Но, давай подумаем, если война станет неизбежной, что сможем выставить мы, а что американцы и их союзники. — Николай готовился к худшему. — Как убедить Европу? Западные Советы весьма скептически отнеслись к вторжению, однако, их мощь не так просто сломить, верно?

Пока Верговский подбирал нужные слова, несколько опешив от вопроса государя, сам Николай раскрыл голографическую карту мира.

— Сербия, Иран и Сирия с нами. Индийцы вступили в игру. Возможно, теперь все зависит от Китая. Надо бы сообщить им о предстоящем апокалипсисе. Виктор, как полагаешь?

— Николай, не стоит торопиться. Ведь доподлинно неизвестно, знает ли Таби о том, что мы в курсе о слиянии миров, о чертовом телепорте, и вообще — не будем рисковать Вилмером и ребятами. Произойди утечка и наши люди покойники. И кардинал тоже. Пока стоит цепляться за него до последнего. Он нужен нам живым. Как и все наши солдаты. — Министр знал, что может ошибиться и весьма волновался, отговаривая императора от предоставления очень деликатной информации Китаю. — Мы не знаем наверняка, все ли в Поднебесной на нашей стороне…

— Само собой, иначе делу конец. Не думаю, что мы можем разбрасываться союзниками, пусть даже и такими неоднозначными, как Вилмер. — Император скрестил руки на груди, осмотрев кабинет, будто оказавшись в нем впервые. — Как идут дела на Тибете? Шито-крыто?

— Лаборатория Кайлера уничтожена. Весь персонал официально считается погибшим. — Министр, как и полагалось, был в курсе всех событий. — Продолжаем в том же русле.

К слову, Верговский тщательно следил за Тибетом, опасаясь контрудара Таби именно оттуда. Но, удара все еще не последовало. Что это значило и почему магистр Мардук никак не отреагировал на столь открытую провокацию, самому министру было не ведомо и значительно беспокоило.

— Отлично. — Николай кивнул. — А как наша американская группировка? Уже в тоннеле?

— Нет. — Верговский отрицательно покачал головой. — Прибудут в пустыню через несколько часов.

— Вот как. Сдается мне, ночь выдастся долгой. — Император тяжело вздохнул, вглядываясь в портреты своих предков, запечатленных на стене. — И что делать, ума не приложу, остается только играть в игру, рискуя оступиться и угодить в пропасть.

«С каждым годом все тяжелее. Надеюсь, я удержу империю». — Думалось Николаю. Обстановка в мире делалась все напряженнее, а союзы — запутаннее. Что говорить, если России приходилось дружить с кланом Мардук, сражающихся против самих же себя. — «Кто знает, с кем еще доведется жать руки в будущем, если оно вообще настанет».

— Удача нам не помешает. — Верговский заметил волнение государя. — Но, я сторонник того, что все проблемы следует решать по мере поступления, естественно, просчитывая разные варианты развития событий. Может вам вздремнуть? Пока еще есть время.

— Уснешь тут. — Николай только отмахнулся. — Ни минуты покоя. Сон не идет в голову.

Министр пожал плечами, однако спорить не стал. К тому же, он и сам понимал — сон не всегда идет на пользу, особенно когда выверенные временем планы и стратегии летят в тартарары с грацией испанского шифоньера.

— Будем ждать. — Произнес Верговский.

— Что еще остается. Мы теряем контроль над ситуацией. Надеюсь, наши люди выживут… — Император опустил голову вниз и издал протяжный вздох, так, что у Верговского волосы встали дыбом от осознания масштаба угрозы. — Или мы, или нас. Последние годы мы готовились к этому дню, Виктор, и он почти настал.

Глава 8

Подземелье встречает гостей

Ноябрь 2221 года

— Кайлер? — Фэллон снял с головы шлем полного погружения в виртуальную реальность. — Таби поймался. Можно поднять бокалы за безвременное упокоение наших заблудших душ.

— Хм. — Кайлер почесывал подбородок. — Так просто? Надеюсь, Вилмер цел?

— Цел, пускай и лишился всех своих боевых куколок. Кэтрин убил сам, как она и мечтала в собственных эротических фантазиях. Наш братец подбирал охранниц под стать самому себе, одна извращеннее другой.

— Вот и славно. — Кардинал улыбнулся, пропустив слова о боевых куколках мимо ушей. — Очень не хочется потерять одного из нас.

Фэллон одобрительно кивнул.

— Русские идут? — Поинтересовался Кайлер на счет союзников.

— Да. Вилмер должен будет встретиться с ними недалеко от Далласа, уже в тоннеле. Далее — вступаем мы.

Кайлер нахмурился. С одной стороны, все шло по запасному плану. Магистр думал, что двое кардиналов мертвы, с другой — русские все же устремились на помощь выжившему Вилмеру, но невольно напрашивался один вопрос — почему Таби напал? — «Кто-то предал? Нет, невозможно!» — Об операции знали только сами кардиналы и два человека в России. — «Русские? Но зачем! И самое главное — кто? Император или его министр Верговский? Ни одному, ни другому союз с магистром не был выгоден. Но больше некому, если только под носом у Николая завелся второй Васнецов. Или я упустил что-то еще». — В голове крутились мысли и гипотезы, но ответы оставались скрытыми, еще более запутывая клубок тайн и противоречий.

— О чем думаешь, брат? — Спросил Фэллон.

— О том, какая сволочь смешала нам все карты? — Холодно ответил Кайлер. — И собираюсь выяснить это, пока не стало слишком поздно.

Первый кардинал оглядел новые «апартаменты». Они резко отличались от покоев Фэллона. Больше из окон не красовались городские постройки, пустыня или ночное небо. Тут вообще не было окон. Пространство вокруг это — подземный бункер времен еще «холодной войны», позже перестроенный и спрятанный в сотне километров от Вегаса в бесконечной паутине тоннелей и заброшенных дорог, построенных на заре появления ану.

— Есть предложения? Кто мог слить нас со всеми потрохами? — Фэллон деловито посмотрел на Кайлера. — Не знаю, все же шло так хорошо. И тут бац! Все посыпалось!

— Верговский. Все подозрения падают на него. — Выпалил Кайлер. — Только зачем? Невольно всплывает, что имперского министра намеренно ставят под удар. Или это лишь заблуждение…

— Думаешь? Мы же сотрудничаем с Верговским не первый год. За ним никогда не водились подобного рода грешки. — Фэллон откровенно недоумевал. — Скорее всего, кому-то очень не выгодно пребывание Виктора рядом с Николаем. В это верится охотнее.

— Да, мне тоже немного кажется — Верговского выставляют крайним, но кто? Об операции знали только мы с тобой, Вилмер, император и министр Верговский. — Кайлер взглянул в глаза брату. — Роб… Нет, это совсем абсурдно… Скорее, нас выдал Карабас-Барабас… — Собственные рассуждения раздосадовали кардинала. — Ничего не сходится, хоть ту застрелись, пазл не подходит, с какой стороны на него не взгляни.

— Верно. Предай нас брат, то мы бы уже давно были бы в гостях у Жнеца, только не понарошку, а на самом деле. Отсюда уже некуда бежать, и Вилмеру не хуже нашего известно об этом. — Согласился Фэллон. — Предать сами себя мы не могли, нас можно исключить, если мы еще не лишились рассудка, или не научились писать письма во сне. Остаются только русские. Император уж точно не будет валить нас, а вот Верговский. Он мне никогда не нравился, при всей честности, он недостаточно скрытный. Его мысли вполне смогли перехватить шпионы. Далеко не одни мы обладаем даром телепатии.

Кайлер нахмурился. Дело принимало весьма серьезный оборот.

— Васнецов долго водил за нос и нас, и всю империю. Но, не Верговский, я проверил его вдоль и поперек. Чисто, не один человек бы не справился. — Кайлер отмахнулся от идеи предательства имперского министра. — На сей раз, Николай выбрал правильного человека. Шпионы-телепаты? Тоже нет, Виктор под защитой нейросети, я не уловил даже попытки взломать ее. Все гладенько, как попка младенца, понимаешь?

— Черт. А если это я? — Вдруг произнес Фэллон, посмотрев на брата глазами провинившегося двоечника.

— Что? С ума сошел? Ты? — Кайлер покрутил пальцем у виска, поморщившись. — Брат, все понимаю, мы оба раздосадованы, но не поддавайся панике. Скоро начнем бояться собственной тени, да?

— Кайлер, я серьезно. — Фэллон подошел вплотную к брату. — Это могла быть моя ошибка. Я мог дать себя раскрыть, когда взламывал компьютер. Понимаешь? Мне кажется, Таби раскусил нас именно в тот момент.

— Но как это могло произойти? — Удивленно спросил Кайлер. — Ты же проверял все меры безопасности перед взломом. Никаких следов не должно было остаться.

— Я не знаю, Кайлер, но что-то тут не так. — Ответил Фэллон, смущенно взглянув на пол. — Мы должны быть осторожными.

— Если это так, то дела плохи. — Согласился Кайлер. — Но, с другой стороны, Таби мог с легкостью прикончить Вилмера, при подобном сценарии нам было не выжить. Нет, не стыкуется. Хотя, постой… магистр не зря спросил, готов ли он пожертвовать нами… Выходит, Вил теперь на особом счету, и старикан уверен, что это именно брат отправил нас в дальние края танцевать со Жнецом, гори все в пекле.

— В любом случае, нам нужно срочно спасать Вилмера, пока не поздно. — Внезапно глаза Фэллона загорелись оранжевым свечением. — Мы не сможем долго отсиживаться, рано или поздно люди Таби найдут нас, и обман раскроется. И от нашей семьи не останется и мокрого места.

— Что ж, план придется снова пересмотреть. Попытаемся прорваться незамеченными. Магистр как можно дольше не должен знать, что мы живы. Иначе Вилмер обречен, а заодно и все в подземелье, включая нас. — С грустью заметил первый кардинал. — Но, ты точно уверен, что это твоя ошибка, а не предательство Верговского или кого-то еще? В этом случае мы подставим брата. Ставки — его жизнь, понимаешь?

Фэллон развел руками. Он не знал, что ответить. Никакой уверенности в своей правоте у него не было.

— Так я и думал. Что ж, придется импровизировать. И брату зад прикрывать, и самим не облажаться. — Резюмировал Кайлер. — Тут есть один проход. Придется ехать на электромобилях. На это уйдет время, но иного пути просто нет. О тоннеле никто не в курсе, так что доберемся до русских без проблем. Но дальше… Мы не знаем, что нас ждет. — Кайлер осекся. — Даже если меня убьют, выживи.

От услышанного Фэллон широко раскрыл глаза и тяжело вздохнул.

— Без тебя мне уже ничего не надо. — Ответил он. — Либо выживем все мы, либо никак.

— Не говори ерунды! — Кайлер обнял Фэллона и по-братски трижды похлопал по спине.

— Мы слишком давно знаем друг друга… — С грустью произнес Фэллон. — Поэтому, Кайлер, мы должны жить…

— Постараемся выпутаться. А потом… — Кайлер рассмеялся, но резко отстранился и подошел к компьютеру. — Да, путь не близкий, да и не разгонишься особо. Не хочется раскидать припасы по всему подземелью.

Электромобили могли развить довольно большую скорость, но в неосвещенном подземелье, которое к тому же оставалось заброшенным много лет, о быстрой езде можно было забыть. Можно было налететь на посторонний предмет и перевернуться вместе со всеми потрохами.

— Припасов достаточно. Сделаем дело и можем отдохнуть где-нибудь на Гавайях, Вилмеру отыщем новых боевых девочек, пусть развлекается в свое удовольствие. — Иронизировал Фэллон. — Ему сейчас не просто в компании умалишенного старика, словно срисованного из ужастиков. — Он имел ввиду Таби, чей облик вызывал у любого человека инстинктивное отвращение.

— Это точно. А то еще насмотрится на старика и превратится в параноика-ворчуна. — В шутку произнес Кайлер, не отрываясь от монитора. — Тоннель пригодный для путешествия. Но свет лучше не включать. Поедем по приборам. Иначе, нас могут засечь. Я не могу знать, какие камеры работают, но они все довольно ветхие и лишены ночного зрения.

Кардинал загрузил карту тоннеля, известного только им самим. Они не одно десятилетие, в тайне от магистра, строили тоннели, укрытия и все возможные защитные сооружения на случай, если Таби раскроет их.

«И этот день наступил. Пришло время воспользоваться тем, что создавалось специально для перегруппировки. Никогда не подумал, что нам понадобится этот разваленный монстр». — Хмыкнул Кайлер.

— Сколько наших людей спаслось? — Поинтересовался Фэллон.

— Примерно половина. Те, кто находился в секретном бункере в резерве, или готовился к наступлению. Остальные, либо погибли под ударами армии Таби, либо совершили самоубийство. Никто не хотел попасть в плен к старому маньяку. Ты же знаешь, какую славу камеры пыток имеет окружение маразматика. Лучше сразу застрелиться. К тому же был приказ. Умереть, но не сдаваться. — Уточнил Кайлер. — Все мы прекрасно понимаем, что Таби нельзя позволить прочитать мысли пленников. Слишком высокие ставки. Но, если это поднимет тебе настроение, то и Таби понес весьма серьезные потери. Теперь дедуган не станет идти напролом. Стоит отдать Вилмеру должное, заметь он облако минутой позже — нам бы не миновать смерти.

Фэллон кивнул. Он и сам понимал, что в этой войне придется многим пожертвовать, и это только начало.

— Сможешь достучаться до наших отрядов? Им бы тоже не помешало выступить нам навстречу. — Кайлер взглянул на брата. — Весть о нашей гибели наверняка достигла и их. Хьюз еще, чего доброго, полезет на рожон.

— Я попробую. Надеюсь, их еще не раскрыли. Таби не оставит свидетелей, и не успокоится, пока все наши ребята не получат именную порцию свинца.

Фэллон сложил руки на груди и подошел к своему компьютеру, оснащенному усилителем телепатии. Прибор позволял кардиналу связываться с людьми на дальние расстояния, хотя и мощности машины хватало не всегда. Сеансу связи могло помешать что угодно, начиная от того же расстояния и заканчивая радиомагнитными помехами, издаваемыми даже рядовыми бытовыми приборами, не говоря уже о магнитных возмущениях солнца, тысячах спутников или беспроводном интернете. В мире передовых технологий использовать древние знания становилось все труднее, тем более из железобетонного бункера, который сам по себе блокировал поток мысли, являющийся неким излучением, незаметным для радиоприборов.

На несколько минут кардинал надел шлем и словно ушел в гипнотический транс. Его глаза беспорядочно метались из угла в угол, а губы временами шевелились, словно нашептывая магическое заклинание. На мгновение над его головой показались голубоватые искры, а воздух наполнился статическим электричеством, от чего волосы буквально вставали дыбом и причудливо топорщились в разные стороны.

Кайлер стоял в стороне и смотрел на брата, не смея пошевелиться, чтобы не нарушить ментальную связь между ним и людьми из клана.

По прошествии нескольких минут кардинал вернулся к реальности. Его глаза стали спокойными, а губы перестали шевелиться. Волосы уложились на место, и статическое электричество исчезло из воздуха. Кардинал медленно снял шлем и вздохнул с облегчением. Только тогда Кайлер подошел к брату.

— Ну что? Как успехи? — С некой тревогой в голосе произнес он.

— Я не уверен наверняка. Сильные помехи, слишком слабый контакт. Но, кажется, нас услышала сержант Хьюз. Если это так, то нас встретят в условленном месте, если нет — мы остались одни. — Фэллон не питал особого оптимизма. — Только бы сержант поняла меня…

— Не одни. Русские крепкие ребята. И с ними Роб. Пусть им и не победить в одиночку, но потрепать отряды Таби точно под силу.

— Может быть, они и храбрые войны, но они люди, а у Таби каждый солдат имеет доступ к энергии ану, а значит, и убить его куда труднее, смекаешь? Если бы все было так просто, мы бы не прятались сейчас в этой дыре, и уж точно не лишились половины команды, подставив Вилмера под удар.

— Да, ты прав, но мы можем поделиться с русскими своей силой. Мы ведь успели опустошить Сан-Антонио, правильно? — Кайлер хитро улыбнулся. — Мы ведь тоже не промах?

— Успеть-то успели, но у нас больше нет доступа к облаку, а значит и к энергии ану, ни к новобранцам, а Таби сможет получить подкрепления сколько его чертовой душе будет угодно. — Возразил Фэллон. — Где гарантия, что он уже не получил их, скажем, не направив на нас ту же «Цитадель» или «Полицию Далласа»? Второе, конечно, маловероятно, но…

— Значит, придется действовать быстро. — Первый кардинал потер руки, добавив. — И решительно.

— Выступаем. — Фэллон деловито посмотрел на Кайлера и тот кивнул в ответ в знак согласия.

В убежище больше не было никого, поэтому вся подготовка легла на плечи самих кардиналов. Пришлось изрядно потрудиться, прежде чем два электрических вездехода оказались до отказа наполненными оружием, боеприпасами, предметами первой необходимости и всем прочим, что могло бы усилить и русских, и своих. Только когда машины едва не покосились на бок от нагрузки, кардиналы остановились.

Чего только не оказалось внутри черных автомобилей, созданных из сверхпрочного и весьма легкого сплава титана и алюминия, кстати, изобретенного на Тибете в лаборатории Кайлера. О таком маневренном авто не снилось никому в мире, учитывая, что оно могло бы выдержать удар плазменной пушки. Разумеется, чудо-машину пришлось держать в секрете от Таби и хорошенько спрятать в укромном месте до той поры, пока она не окажется особо востребованной. Впрочем, так поступали и с оружием, не хорошо было особо выделяться и заранее раскрывать возможному противнику все козыри.

В авто лежали и плазменные автоматы, и маскировочные щиты, и килограммы снарядов, в общем все, чем можно было нападать и обороняться. Оба кардинала понимали — русских придется перевооружить в первую очередь. Только так можно было увеличить шансы на победу. Для этого они и жертвовали самыми сокровенными секретами.

— Да уж… Выберемся живыми — нам в гонке вооружений придется попотеть, чтоб снова оторваться от остальных. — С грустью и иронией констатировал Фэллон. — Конкуренты мигом выпустят аналоги.

— Ничего, если справимся сейчас, сможем и завтра. — Ответил Кайлер. — Нам не привыкать.

— А то… Тут ты прав. — Фэллон сжал ладонь в кулак.

Кайлер поступил также и кардиналы ударили кулаки друг об друга. Они были полны решимости сражаться и побеждать. Отступать было не куда. А дикий зверь, как известно, только оголит клыки, если его загнать в угол.

— Выезжаем? — Предложил Кайлер.

— Да! — Уверенно ответил Фэллон, несколько раз прокрутив на пальце ключи зажигания своего авто. — Мы сделаем это.

— Идем. — Кайлер сложил ладони в форме пистолета. — Пристрелим их всех.

— Еще как. Вот Вилмер разгуляется, а то маньяку нужна кровь. Надеюсь, пленников будет много.

— И мы тоже. Давненько не стреляли по живой мишени. Устроим соревнование. — Кайлер прищурился. — Отомстим за смерть наших людей медленно и со вкусом.

Кардиналы спустились на нижний ярус укрытия — гараж, соединенный с тоннелем. Камуфляжные стены гаража напоминали о значении этого объекта и словно подсказывали зачем они здесь.

Противоударные двери широко распахнулись и электромобили без труда покинули стены укрытия. Жребий был брошен.

Вопреки возражениям Фэллона, первым ехал Кайлер. Так у замыкающего было больше шансов на спасение и продолжение борьбы. Без Фэллона взломать компьютер было бы просто невозможно. Никто в мире не обладал такими хакерскими навыками, как он.

«Держим скорость сорок пять, не больше». — Телепатически передал Кайлер. — «Впереди все чисто».

«Принял». — Таким же способом ответил Фэллон. — «Тянемся, как черепахи».

Машины выдвинулись в кромешной темноте, управляемые только при помощи приборов ночного видения нового поколения. Такие же были и у старикана — этой технологией пришлось в свое время тактично поделиться, чтобы создать видимость работы ученых, и, заодно, получить еще больше финансирования со стороны довольного изобретением магистра.

Двери гаража закрылись и открыть их без ведома кардиналов или мощного плазменного взрыва (или даже нескольких) не представлялось возможным. В случае штурма, детонаторы разнесли бы помещение в клочья, вместе с непрошенными гостями.

Впереди был долгий путь. Здесь, в сотнях метров под землей, было довольно жарко, но кондиционеры внутри машин спасали от спертого воздуха и духоты, а также надежно защищали от пыли, поднятой колесами. По стенам стекали капли воды, кое-где пробегали дикие крысы.

Впереди тянулся темный тоннель. Здесь и там виднелись незнакомые трубы и провода, создавая ощущение таинственности и загадочности. Все это напоминало путешествие в другой мир, полный загадок и опасностей.

— Черт, сюда бы байк. — Первым начал Кайлер.

— Тебе бы только лихачить. — Возразил Фэллон. — Сейчас не время. Я тоже не в восторге от черепашьей возни.

— Знаю, но дай хоть помечтать. От этого еще никто не умирал. — Кардинал издал смешок.

Автомобили неспешно продвигались вперед. Колеса медленно вращались, сминая под собой накопившуюся плесень и осколки штукатурки, издавая негромкий хруст, будто рой термитов поедал дерево. Машины слегка покачивало.

Ехать по приборам ночного видения оказалось не так уж и трудно. Новейшая техника существенно отличалась от той, к которой привык рядовой обыватель. Если раньше сквозь линзы можно было рассмотреть только полуразмытые силуэты, то теперь даже в кромешной темноте кардинальскому взору предстала четкая цветная картинка, словно дело происходило ясным днем.

Новейшая техника ночного видения работала на основе инфракрасного излучения. Она способна воспринимать даже самые слабые тепловые излучения и преобразовывать их в яркую, четкую картинку. Это позволяло видеть объекты и существа, которые обычным глазам были невидимы.

— Наши ученые постарались на славу. — Заметил Фэллон. — Видно каждую пылинку.

— Не скромничай, без твоего вмешательства у них ничего бы не вышло. — Добавил Кайлер. — Это ты изобрел синхронную матрицу.

— И то чисто случайно. — Отмахнулся тот. — Ты же знаешь, мне больше по душе оружие, чем все эти приборы, жилеты и прочее.

— Но, тем не менее, твое открытие весьма удобно. Представь, как бы мы измучались без них. Как черно-белое кино, даже не позапрошлый век, глаза навыкате.

— Да, но я все равно не доволен. Могло бы быть и лучше. Свет немного не реалистичный. — Фэллон не унимался. — Видно, что это проекция, как в компьютерной игре.

— Ты слишком придираешься к себе.

— Возможно. — Ухмыльнулся тот. — Всегда есть, куда расти.

— С такими темпами — только до Луны. — Кайлер улыбнулся.

Дальше поехали молча. Каждый из кардиналов углубился в раздумья, пока неторопливые авто приближали их к цели, преодолевая серые угрюмые стены. Прошло полчаса, час, два. Ехать было еще долго из-за невысокой скорости. Требовалось сохранить относительную тишину и при этом не перевернуться, хотя электромобили могли с легкостью преодолеть и скорость звука.

Так и было бы, попади кардиналы в засаду. Пришлось бы отрываться от преследователей. Принимать бой — слишком рискованно. Надо было, во что бы то ни стало, передать оружие русским, пока тех не настигли отряды магистра. Иначе — фиаско.

— Черт возьми. — Кайлер опустил светонепроницаемую зеркальную заслонку и включил кондиционер. — Как же достало. Нас загнали в канализацию, как уличных крыс. Посмотри на них, эти твари повсюду, словно тут есть еда… — Грызуны то и дело появлялись на пути.

Благодаря заслонке, свет от сигареты не мог проникнуть наружу. При этом, сам кардинал мог так же спокойно наблюдать за происходящим. Фэллон последовал примеру брата. — «Это ты правильно, светочувствительные датчики могут быть где угодно, старикан явно не ожидает, что мы поедем в кромешной тьме. И черепашьими мерками».

— Согласен, еще ехать и ехать. — Хмыкнул тот. — И это только начало. Еще сутки, не меньше. И это только путь в один конец. Но, ничего не поделать. Придется проявить терпение.

— Знаю. Вот и терплю. — Кайлер пусть и хотел оттянуться и прижать педаль в пол, но не делал этого. — Не хватало еще раскидать оружие по земле, собирать не хочется.

— После устроим заезд. С проигравшего — текила. — Предложил второй. — Как все закончится, у нас останется много свободного времени.

— Идет. — Кайлер охотно согласился. — Кстати, каков план? Ударим по войскам Таби до или после уничтожения портала? — Кардинал переменился в голосе. Его тон сделался серьезным. — Как думаешь?

— Не знаю. Первым делом следует спасти Роба. Без него компьютер не взломать. — Фэллон явно был обеспокоен. — Программа уничтожена, мне не восстановить ее за пару дней, и даже недель. К тому же, образец крови Роба отправился к чертям, вместе со всем зданием.

«Действительно, теперь взломать машину сможет только Роб. А пока, Вилмеру предстояло успокоить магистра, дабы тот не поменял пароль. Но, так или иначе, козырь в рукаве Вилмера был. Ведь для Таби предатели мертвы, а сам кардинал в глазах старика выглядел преданным и благородным спасителем клана». — Думалось Фэллону.

— Надеюсь, Вил справится. — Кайлер словно читал мысли брата.

— Он, хоть и растяпа, и бабник, каких еще поискать, но умеет быть серьезным, если это действительно необходимо. — Рассмеялся Фэллон. — Сам же говорил. Тем более, он один из нас.

— Тут ты прав. Брат справится. В нем кровь ану…

Кайлер закурил вновь. Вообще, он редко прикасался к сигарете, но когда нервничал, то мог курить часами, что называется, тянуть одну за одной. А в последнее время, таковых дней выпало весьма не мало.

Фэллон на этот раз воздержался от сигареты и только покачал головой в знак молчаливого недовольства.

Между тем, то за разговором, то молча, кардиналы приближались к цели. Медленно, но уверенно электрокары шли вперед. И пускай пейзаж не менялся, пускай из окон автомобилей виднелись все те же серые стены, поросшие плесенью, но расстояние до цели становилось все меньше.

— Как думаешь, где сейчас Вилмер? — Неожиданно произнес Фэллон, прервав затянувшееся молчание.

— Скорее всего в Далласе. — Кайлер ухмыльнулся. — Ублажает своими речами старого маразматика, и продолжает уединяться с девицами. Он не говорил?

— Нет. — Фэллон покачал головой. — Понятия не имею, где он и жив ли вообще. Неопределенность во всем…

* * *

За сутки с хвостиком монотонного вождения, электрокары проделали долгий путь. До тоннеля оставалось около получаса. Кайлер почти все время курил, засыпав пол пеплом и бычками, обдумывая детали предстоящей схватки с магистром. Фэллон же предпочел сосредоточиться на мертвецах, ведь те могли стать серьезной или даже непреодолимой преградой. Генератор защитного поля вот-вот грозился накрыться медным тазом. А строительство нового, даже если бы представлялось возможным, отняло чересчур много и без того драгоценного времени.

«Это настоящая гонка с Хроносом на выживание». — Фэллон издал тяжелый вздох.

— Почти добрались. — С оптимизмом воскликнул Кайлер.

— Не особо радуйся. В подземелье, близ Дальнего Предела не лучше, чем здесь. — Фэллон вмиг остудил пыл брата.

— Это точно. — Кардинал состроил гримасу отвращения. — Поменяла поганка пятна. — И добавил. — Хоть ноги разомнем, вся спина затекла в этой тарахтелке.

Вскоре показались и мощные стальные ворота, оборудованные генератором защитного поля, такого же, как и в городе мертвых, только меньшего по размеру. Включали его только один раз, сразу после нападения магистра.

Поле могло выдержать взрыв огромной силы и оберегало вход. К тому же, со стороны тоннеля, известного магистру, ворота были тщательно замаскированы увесистой бетонной плитой. Снаружи казалось, будто стена является монолитом, но на деле, часть ее опускалась и поднималась по команде изнутри или снаружи при помощи телепатии. Только троица могла управлять вратами, иначе случился бы взрыв.

Фэллон вышел из машины и включил индикаторы на панели управления. Датчики движений пришли в действие. В тоннеле не оказалось никого, кроме одной внушительной группы людей, в самом начале подземелья. «Русские». — Дабы удостовериться в собственной правоте, кардинал включил камеры. — «Надеюсь, работают. В последний раз их включали, когда вытягивали из заточения Элизабет». — Действительно, по тоннелю большой колонной двигались военные, среди которых был Роб, которого оба кардинала узнали, едва только тот мелькнул в камере.

— Надеюсь, только мы такие умные и магистр не видит их. — Кайлер тяжело вздохнул.

— Если бы старикан заметил чье-либо присутствие, то, скорее всего, уже давно бы ввязался с драку. Он ждать не любит. К тому же, этот компьютер не связан сетью, так что все под контролем.

— Это я уже заметил. Летит впереди планеты всей. — Первый кардинал согласился.

Фэллон был почти уверен в своей правоте. Таби всегда действовал решительно и никогда не откладывал в долгий ящик то, что можно сделать сегодня. И иногда, кардиналам это играло только на руку.

Так вышло с похищением Элизабет из башни Мардук, когда Таби совершал одну ошибку за другой. Но в этот раз все могло быть иначе, что беспокоило и Кайлера, и Фэллона.

— А вот и мой малыш! — Хмыкнул Фэллон.

Под малышом второй кардинал подразумевал огромный компьютер, который отвечал за работу секретных лабиринтов, следил за состоянием систем жизнеобеспечения и охранял от посторонних. Прибор все еще работал, пусть часть экрана потрескалась, толи от времени, толи от влажности. — «Не помогли и защитные элементы. Время не щадит технику, что ж, будем действовать по памяти».

Пока Фэллон виртуозно вводил коды доступа в собственноручно запрограммированный компьютер, чтобы безопасно открыть ворота, которые в случае взлома должны были сдетонировать и отправить незваных гостей к праотцам. Тоннель бы обрушился и на разбор завалов ушли бы недели, впрочем, на это и делалась ставка.

Сам компьютер находился в своде тоннеля, дополнительно защищенный броней из титанового сплава. От сбоев системы его защищали сразу семь уровней защиты, так что вероятность самоуничтожения в случае аварии, сводилась на нет. Программы, написанные Фэллоном, к тому же, отличались невиданной надежностью.

— Помнишь нашу первую секретную базу? — Вспомнил он, не отрываясь от процесса.

— Ту самую, с неоновой вывеской? — Кайлер смотрел камеры, пытаясь углядеть возможные перемещения врага, переключаясь с одной картинки на другую.

— Да. — Фэллон кивнул. — Хотел бы ты вернуться туда снова?

— Не знаю, скорее нет, чем да. Есть столько мест, которые мы можем повидать. Я думаю, все же присмотреть пентхаус в Дубае. А в тебе проснулась ностальгия?

— Не то что бы… Для меня одна ценность — это наш первый общий дом. Не более того… С тех пор, мы можем позволить себе намного больше. Дубай, Токио, где угодно… Я, кстати, почти закончил.

Рядом с компьютером находился сканер, узнающий отпечатки пальцев, сетчатку и голос владельца. Чтобы получить доступ, сразу же после ручного ввода паролей, требовалось пройти процедуру опознания, с чем кардинал справился в два счета.

— Есть! Можем открывать. — Фэллон взглянул на брата. — Рекомендую не снимать перчатки. Плесень… — Кардинал поежился от отвращения.

Кайлер кивнул и, подойдя к противоположному краю ворот, нажал на синий экран, автоматически появившийся из-за железной перегородки, как только умная машина дала добро. — «Опознание прошло успешно». — Сообщил механический мужской голос через сильно шипящий динамик.

Спустя пару мгновений, послышался противный скрежет и массивная конструкция неторопливо пришла в движение. С потолка посыпалась пыль, а в ногах чувствовалась лёгкая вибрация. Спустя минуту-полторы проход сделался свободным, пусть и усыпанным ржавчиной и облупившейся краской. Кардиналы вошли в тоннель, расположенный совсем неподалеку от Дальнего Предела — города мертвых.

— Давненько не доводилось бывать здесь. — Заметил Фэллон. — С каждым годом все унылее и унылее.

— Будь моя воля, ноги бы тут не было. — Кайлер отшутился. — Гиблое место, во всех смыслах этого слова. — Кардинал имел ввиду способность тоннеля убивать каждого человека, кто рискнет пройти по нему без защиты.

В последний раз кардиналы появлялись в тоннеле при спасении отряда русских, во время воскрешения Элизабет. С тех пор, не было необходимости опускаться под землю, ровно, как и желания.

Металлические ворота медленно поползли вниз. Фэллон настроил компьютер так, чтобы тот реагировал на мысли каждого из кардиналов и телепатией приказал закрыть ворота.

Стоит отметить, что с внешней стороны, проход маскировался под бетон, чтобы брешь в монолитом тоннеле оставалась незаметной. Еще одна технология, созданная на Тибете в тайне от магистра. Все дело в том, что много лет братьям удавалось проворачивать свои дела прямо под носом магистра. До поры, до времени все шло гладко, иногда даже слишком.

— Двинемся навстречу? — Предложил Фэллон. — Соединимся с русскими.

— Хм. А если засада? Кто знает, сколько ходов есть в распоряжении старикана? Сейчас нам лучше проникнуть в двадцать восьмой сектор и попытаться соединиться с остатками охраны клана. — Кайлер предложил иной вариант. — Это резоннее, если Таби видит нас, то русских оставит на потом. Они слабее.

— Можно и так. — Фэллон согласился. Оба действия, так или иначе, следовало выполнить, и не важно в какой последовательности. — Всем войскам жизненно необходимо соединиться в единое целое.

Братья кардиналы направились к подземной реке у Дальнего Предела. Проход в искомый сектор находился в нескольких километрах от нее.

Тоннель, близ Города Мертвых, за несколько лет нисколько не поменял свой облик, не считая только новых трещин в старом покрытии, которым давно уже не было счета времени. Кое-где, сквозь них сочились грунтовые воды, день за днем подтачивая ветхую конструкцию.

Однако же, несмотря на некоторые разрушения, подземная громадина, все еще сохраняла прочность и в долговечности тоннеля не приходилось сомневаться. Стоит отметить, что подземная дорога строилась параллельно с появлением в Далласе тумана и с тех пор ни разу не ремонтировалась. Так что, инженерной конструкции стукнуло более двух столетий, а она все еще стояла, и продолжит стоять еще много десятилетий.

Сектор отстоял от тайного прохода в тоннель кардиналов на несколько километров, так что Кайлеру и Фэллону понадобилось около получаса. Они шли молча, погруженные в раздумья.

Кайлер задумчиво посмотрел на свою перчатку, на которой было слово написано «вечность». Он задавался вопросом, насколько долго продлится их миссия и что они найдут в конце тоннеля. Фэллону, с другой стороны, был полон решимости и готовности. Он знал, что им предстоит сразиться с темной силой, которая уже давно затаилась в глубинах тоннеля.

— Вот мы и на месте. — Оказавшись перед красной линией, проступавшей на бетоне, Кайлер прервал тишину. — Открывай.

— Кайлер, отойди в сторону. — Ответил Фэллон. — Там может быть засада. Из-за энергобарьера я не могу ментально проникнуть по ту сторону.

— Держи карман шире. — Фыркнул Кайлер. — Опять все лавры достанутся тебе. Нет уж, оба повоюем. — Кардинал взял плазменный пистолет и приготовился к возможному сражению.

— Ты неисправим. — Вздохнул Фэллон, принявшись открывать створки ворот. — Будь осторожен.

— Готово. — Спустя несколько минут Фэллон телепатически открыл проход.

Все повторилось вновь. Створка поползла вверх, издавая негромкий скрежет. На головы посыпалась штукатурка.

— Твою дивизию. — Выругался Кайлер, стряхивая мусор с головы. — Еще и за шиворот…

Фэллон повторил процедуру, сохранив при этом полнейшее молчание. Но и на его лице читалось явное недовольство. Еще бы, приятного мало.

— Что-то не так. — Прошептал Фэллон, смотря на осыпающийся потолок. — Я чувствую, что здесь кто-то есть.

— Да, я тоже чувствую чье-то присутствие. — Согласился Кайлер.

Едва ворота открылись лишь на несколько десятков сантиметров, как с той стороны кто-то кинул дымовую шашку. Кайлер молниеносно среагировал и пнул ее с такой силой, что снаряд отлетел на десятки метров в сторону, выпустив дымовую завесу вдалеке от них самих.

«Проклятье! Таби!» — Фэллон пришел в ярость.

«Мы попали». — Мысленно произнес Кайлер.

Вмиг кардиналы отошли от дверей, спрятавшись за бетонные стены, приготовившись биться до последнего. Однако же, когда проход оказался полностью открыт, атаки не последовало.

— Стой, кто идет! — Вместо нападения, раздался знакомый голос Хьюз.

Кардиналы сперва опешили от подобной выходки подчиненных. Кайлер даже покрутил пальцем у виска, прежде чем вымолвить хоть слово.

— Сержант, чтоб тебя черти разорвали! — Первым начал Фэллон. — Прикончить нас хочешь? — Пришлось перейти на крик. Никто не знал, услышат ли его, говори он тише. — Ни привет тебе, ни до свидания, на гранату без разбора!

— Кардинал? — Прокричала сержант в ответ. — Опустить автоматы! Быстро! — Послышались щелчки. Очевидно, отряд ставил оружие на предохранители.

Спустя мгновение показалась и сама Хьюз. Девушка поправила перепачканный черно-золотистый берет и потерла лицо, измазанное в пыли и саже. Она с трудом улыбнулась, пытаясь скрыть усталость и разочарование. В ее глазах было видно, что она прошла через нелегкий путь.

— Фэллон, Кайлер, какого черта? Я думал, что вы погибли! — Сержант всегда говорила о себе в мужском роде. — Я рад увидеть вас вновь в добром здравии.

Хьюз кинулась на шею сперва Фэллону, а затем и Кайлеру, что было для нее необычным, ведь она редко проявляла эмоции.

Сержант была относительно невысокого роста, так что приходилась обоим кардиналам по шею, так что последним пришлось пригибаться.

— Я рад, что ты услышал нас, Хьюз. — Произнес Фэллон.

— Я не слышала… — Сержант развела руками.

— Ты молодец. Но, в следующий раз будьте любезны сперва проверять, а потом швыряться шашками. — Съязвил Кайлер, похлопав сержанта по плечу, от чего с одежды посыпалась пылюка.

— Можно подумать, что у меня было время сортировать, где враг, а где нет. — Ответила Хьюз. — Меня отправил Вилмер, сказал двигаться в подземелье и по секрету от отряда заметил, что вы мертвы, но взял слово держать язык за зубами. Как же я рад, что вы целы!

Девушка-брюнетка, лет тридцати на вид, с челкой, нависающей на один глаз, улыбнулась. Сержант была одета в черную военную форму с эмблемой клана Мардук, перепачканную в пыли до неузнаваемости.

За ней один за другим выходили солдаты, такие же чумазые, как и сама офицер.

— Вами что, в футбол играли? — Поинтересовался Кайлер, отряхивая пыль с мантии. — Нами, как видишь — да.

— Хуже. Сперва пришлось перебить поисковый отряд козла Таби. Этот извращенец едва не застал нас врасплох. — Сержант положила руки на пояс. — Но мы-то умнее. Перебили всех, как котят. Почти без потерь. Таби, очевидно, решил, что вы погибли, нас списал со счетов и расслабил булки.

— Ясно. Рады видеть вас живыми. — Кайлер устало улыбнулся.

— Да, но… — Сержант скрестила руки на груди и пристально взглянула в глаза кардиналу. — Мы в глубокой заднице по самые уши. Есть план, как не захлебнуться во всем этом дерьме?

Сержант всегда говорила грубо, если дело заходило в тупик. Местами из ее уст лились и словечки покрепче, иногда ее умению выражаться завидовали самые матерые мужики.

— План всегда есть. — С некоторым самолюбием в голосе произнес кардинал.

— Иначе, мы бы не призвали вас. — Хладнокровно добавил Фэллон. — Потому что, все дружно уже кормили бы червей.

— Вот и отлично! — Хьюз улыбнулась и приложила руку к виску. — Мои люди отдадут жизни, если понадобится, как и я сам.

— Надеюсь на вас. — Кайлер нахмурился. Что-то тревожило его все сильнее. Все начиналось слишком уж просто. — Нам надо дождаться русских. Они уже в подземелье.

— Русских? — В недоумении выпалила та. — Не ожидал, что они сунутся сюда, учитывая, что вы оба уже почти не оказались на том свете. Или они не знают?

— Нет, русские уверены, что мы мертвы, но Вилмер сумел убедить не отменять операцию. Нельзя было по-другому. Никто не должен был знать, что мы живы. Это часть плана.

— Это хорошо, лишние руки не помешают. Но, разве их оружие не уступает по силе? — Хьюз самодовольно улыбнулась. — Наше и то справляется только из-за боевой выучки солдат.

Вопрос сержанта оказался вполне резонным. Хотя Россия и обладала мощным и вполне современным вооружением, но ровняться с кардиналами Мардук по технологиям им было не по силам.

— Не важно, главное — боевые качества, а профессионализма у этих ребят — хоть нас учи. А военных новинок и у самих полным-полно. Поделимся. — Ответил Кайлер.

— Да? Откуда? — Сержант удивилась. — Почти все склады захвачены дедуганом. Мы-то и себе еле наскребли. Собирали, где могли, как говорится. Пришлось даже подбирать трофеи.

— А тебе скажи. — Улыбнулся Фэллон. — Подарок от зайчика. — Но, видя недовольство на лице Хьюз, все же ответил. — Пришлось опустошить резервный склад, о котором знали только мы с Кайлером.

— Во дела, ну вы и чертяки! — Сержант буквально расцвела. — Я уж думал, что придется отбиваться старьем из бывшего арсенала южан. Мертвецам оно ни к чему.

— Нет, оставь мусорщикам их барахло. Придут новые южане, а без оружия они не смогут веселиться. — Кайлер издал звук, отдаленно похожий на смех.

Хьюз оценила шутку и улыбнулась, издав негромкий смешок. Остальные стояли молча, приводя свой внешний вид в относительный порядок, но без стирки униформа все равно выглядела потрепанной и пыльной, словно после смены в угольной шахте.

— Когда прибудет отряд русских? — Сержант не унималась.

— Часов через восемь, не раньше. — Ответил Фэллон. — Им топать и топать.

— Отлично, ребята, будет время на отдых! — Радостно возвестила Хьюз. — Наши люди не спали больше суток. Небольшой привал не помешает.

— Не здесь! — Заметил Кайлер, обведя военных своим взглядом. — Не у всех же на виду. Может нагрянуть засада. Придется немного подождать. Следуйте за нами.

Отряд выдвинулся в путь вслед за своими предводителями. Усталость, накопившаяся за последние сутки начинала сказываться на воинах, однако те старались держаться, как того требовал устав.

По правилам, солдаты и офицеры шли молча, экономя силы. Кое-кто пил воду, а кто-то спешно перекусывал шоколадным батончиком из сухого пайка. Времени на обед не было. Приходилось питаться прямо на ходу чем придется.

— Русских будем ждать здесь. — Произнес Кайлер, едва кардинальские воины оказались внутри секретного прохода. Ворота пришли в движение сверху вниз, пряча солдат кардиналов от посторонних глаз.

— Есть! — Ответила Хьюз. — Всем отдыхать! Впереди много работы! — Скомандовала она грозным тоном. — Припасов хватит на дня три, может четыре. — Хьюз обратилась к Кайлеру.

— Не здесь. — Еле слышно, почти одними губами, ответил он, кивком головы пригласив сержанта отойти в сторону.

Отряд принялся расстилать спальные мешки вдоль стен и ложиться отдыхать. Многие даже не стали обедать, очевидно, перекусив, что называется на скорую ногу. Хьюз, Кайлер и Фэллон тем временем удалились на достаточно большое расстояние от солдат, чтобы никто не смог их услышать.

— Итак, обсудим детали операции. — Первым начал Фэллон. — Наше положение шаткое, как никогда. Ресурсы энергии пожирателей значительно ограничены. А значит, и лечение многих бойцов за счет ану невозможно. Поэтому, действовать придется максимально осторожно. Никаких глупостей, только холодный расчет. Да, Хьюз?

— О чем идет речь? — Произнесла сержант в недоумении.

— Я же знаю твой горячий характер. — Кайлер едва не рассмеялся.

— И? — Хьюз явно нервничала из-за слов кардинала.

Сержант скрестила руки на груди и пристально взглянула на Кайлера. Впрочем, в этом взгляде не было злости. Скорее в ее глазах бушевала досада. Хьюз оставалась преданным военным и без исключений стремилась выполнить все приказы начальства.

— Сбереги наших людей. — Фэллон поставил точку, сбавив градус. — Прошу. А мы постараемся вытащить вас отсюда, прежде чем закончатся припасы.

Глава 9

На пороге ада

Ноябрь 2221 года

— Твою кочерыжку! Леша, Денис! Торопитесь! — Петров выхватил из пачки сигарету и принялся испускать клубы дыма, при этом одной рукой помогая младшим по званию разгружать оружие и припасы. Увесистые ящики не располагали к скорости, но регламент требовал. — У нас есть полчаса и кирдык! Давай эту хреновину сюда!

Последнее слово Роб выучил недавно, так что прекрасно понимал смысл сказанного, а вот раньше подобные выражения вводили его в недоумение из-за языкового барьера.

Отряд русских солдат работал слаженно и дело спорилось. Ровно в отведенное время электрокары вошли в тоннель, на относительно высокой (по местным меркам) скорости устремившись к Далласу. Двигались русские заметно быстрее, чем в прошлом. Роб посчитал — на место прибудут часов так через десять, уже не так долго.

В отличие от оборудования кардиналов, русские приборы не давали столь яркой картинки и солдаты могли довольствоваться лишь черно-белыми очертаниями мрачных сырых стен. На всякий случай, всем приказали пристегнуть ремни и не включать осветительные приборы.

В целом же, подземное путешествие проходило гладко. Как и в прошлый раз, по пути к Дальнему Пределу не встречалось ничего интересного. Едва ли внимание военных смогли привлечь ветхие стены, которые давали слабину и вода сочилась сквозь них или редкие гости — грызуны, опустошавшие местные склады просроченной продукции, спрятанные то тут, то там много лет назад.

— Интересно, а где хваленый Вилмер? — Усмехнулся было Алексей, очевидно, ожидая увидеть кардинала прямо с порога, желательно с караваем в руках.

— В Караганде. — Ответил Денис. — Ты думаешь, нам есть на кого полагаться? Не раскатывай губешку. — Водитель электрического автомобиля поморщился. — Есть мы, и наши автоматы, вот и все союзники.

— Появится, я бы сказал, выпрыгнет, как черт из табакерки. — Вступил Роб. — Возможно, он уже наблюдает за нами.

— Если уже не кормит червей. Я вообще не понимаю, какого рожна Николай стал доверять кардиналам? — Денис фыркнул, явно не испытывая никакого удовольствия от совместной операции с американцами. — Они же пендосы.

— Понятия не имею, но, значит так надо. — Роб пожал плечами. — Императору виднее.

Действительно, положение русских было незавидным. Дружба с кардиналами могла обернуться катастрофой для империи, всплыви сам факт таковой в средствах массовой информации. Как минимум — гарантирован международный скандал или развал пророссийской коалиции, как максимум — революция и гражданская война внутри самой страны.

— Вот же, мы в дерьме! — Алексей выругался.

— Говножопа! — Хмыкнул Андрей.

Дальше ехали молча. Денис вел машину, а пассажиры думали о своем, время от времени покуривая сигареты. Роб вновь предался воспоминаниям. На сей раз, на ум пришла Эмилия.

В ту ночь, когда вся жизнь Роба начала коренным образом меняться, он ничего не подозревая, отдыхал в одном из многочисленных ночных клубов центрального района небоскребов. Тут с легкостью можно было снять на ночь любую официантку, стриптизершу или даму легкого поведения, работающую в заведении. Однако, Робу в тот далекий раз больше всех приглянулись вовсе не они, а очаровательная брюнетка в черном платье, которую он встретил, прогуливаясь в клуб из дома.

Он не был знаком с ней, даже не знал ее имени, однако же, твердо решил провести ночь именно с ней. Поэтому, немного выпив за барной стойкой, он вернулся домой и принялся за поиски, введя в компьютер известные приметы: рост, цвет глаз, примерный возраст, и, само собой, пол.

С цветом глаз и ростом, который Роб мог определить с точностью до миллиметра, проблем не возникло. Но вот угадать возраст было не возможно из-за новых технологий продления жизни, поэтому пришлось ограничиться сравнительно большим диапазоном в двадцать лет.

В правительственной картотеке под указанные параметры подходили тысячи девушек и до утра Роб так и не смог найти ту самую, выпил залпом несколько бутылок вина и лег спать, так и не просмотрев и половину базы. К тому же, не было никакой уверенности, что он угадал с возрастом незнакомки.

Уже позабыв про случайную прохожую, Роб встретился с ней вновь, но уже в супермаркете, что под землей Ядра. Девушка стояла у кассы, когда Роб подошел расплачиваться за пиццу и алкоголь. В этом месяце он уже спустил по ветру все деньги и вынужден был экономить до следующей баснословной зарплаты.

— Здравствуйте. — Догнав ее на выходе из магазина, Роб сходу пошел на пролом. — Вам когда-нибудь говорили, что вы прекрасны?

— Спасибо, польщена. — Девушка обернулась, посмотрев Робу прямо в глаза. — Вы тоже привлекательный мужчина. — Скорее, это был просто ответный и ни к чему не обязывающий комплимент.

— Разрешите понести покупки. — Роб улыбнулся. — Кстати, как вас зовут? Я — Роберт.

— Не стоит, я живу в этом доме. — Девушка отказалась, что стало для парня полной неожиданностью. — Мое имя — Эмилия, можно просто Эми. — Красотка прижала бумажный пакет к груди и улыбнулась, едва не покраснев от смущения.

— Позвольте пригласить вас в ресторан. Например, в этот уик-энд. — Пришло время действовать решительно. Но первым делом — следовало дождаться жалования.

— Я подумаю. — Девушка хранила интригу.

— Тогда, можно номерок? — Роб достал коммуникатор и приготовился записывать.

— Вот моя визитка. — Эмилия кокетливо протянула белую карточку, внезапно появившуюся в руке, подобно зайцу из шляпы фокусника.

В груди парня сердце бешено забилось. Эмилия улыбнулась и удалилась, кокетливо поправляя волосы.

Парень не мог поверить своей удаче — прекрасная Эмилия обратила на него внимание. Он наблюдал за ней, пока она удалялась, и сердце его продолжало бешено биться. Каждый раз, когда она поправляла волосы, это вызывало в нем маленькую эйфорию. Он мечтал о том, чтобы снова увидеть ее, услышать ее смех и улыбку. Эмилия оставила в его сердце след, который он не смог стереть.

«Если Кайлер не врал, то эта стерва и в правду играла мной, как настоящая актриса». — Роб вдруг пришел в себя и испытал злобу и к себе, и к Эмилии. — «Но, почему кардинал не сказал сразу? Ничего не понимаю, зачем ему было открывать тайну именно сейчас. Я знаю, он бы и пальцем не повел, не будь это частью запутанного и известного только ему плану, и еще и помер не вовремя! Да, Фэллон был прав, морально я стал слабее, но хотя бы перестал быть палачом невиновных». — Подумалось ему. — «Во всем есть свои плюсы и минусы, и последних куда больше. Я перестал служить машиной бездушности».

Неожиданно автомобиль остановился, причем настолько резко, что, если бы не ремни безопасности, то пассажиры и водитель впечатались в стекло.

— Денис, какого кляпа ты творишь? — Возмутился Алексей.

— А я что сделаю? Колонна встала! — С раздражением ответил Денис, ударив ладонями об руль.

«Внимание, обнаружено три объекта в километре от нас». — Прозвучал голос командира. — «Приготовиться к бою. Первыми огонь не открывать! Из машины без приказа не выходить!» — Едва ли не вопил Петров через колонки, встроенные в приборную доску.

«Вилмер! Но кто эти двое? Неужели, это магистр?» — Смекнул Роб, нахмурив брови. — «Нет, ни с его ростом, на сколько мне известно, тому пришлось бы согнуться в три погибели, как горбатой собаке». — На ум пришла еще одна поговорка.

Солдаты сняли оружие с предохранителя и направили пулеметы в сторону незваных гостей. Напряжение нарастало. Повисла многозначительная пауза. Армейцы крепло держали в руках стволы, ожидая нападения.

«Что? В штаны наложили от страха?» — В голове Роба пролетело послание кардинала. От неожиданности Роб принял его за Вилмера, хотя на самом деле он принадлежал вовсе не ему.

— Ребята, вы слышали голос? Как будто кто-то говорил силой мысли? — Растерянно просил Алексей.

— Да! — В один голос ответили Денис и Андрей.

— Расслабьтесь, это не засада. Вилмер развлекается. — Пожав плечами, Роб вернул автомат в безопасное положение. — Майор, можно ехать. Отменяй панику века!

Товарищи Роба последовали его примеру. Раздались щелчки предохранителей.

— Но как? — Спросил было Андрей. — На нас ведь защитные шлемы.

— Увы, против телепатии кардинала они бессильны. — Разведя руками, Роб улыбнулся.

Парни принялись ждать команды. Вскоре приемник заработал вновь. «Поворачиваем налево, куда укажет кардинал». — Лаконично произнес Петров. Машины тронулись, медленно следуя за силуэтами.

«Но в тоннеле нет ни единого поворота, я же помню карту». — Только и успел сообразить Роб, как Денис уже вовсю выворачивал руль. — «Видимо, теперь есть». — Пришлось невольно согласиться.

Колонна проследовала в потайной тоннель и остановилась вновь. «Все, конечная». — Раздался голос майора. — «Станция «Петушки», выгружай мешки!»

— Приехали, вытаскиваемся, пока не попали под раздачу! — Пробубнил Денис, выключая аккумулятор.

Из машины Роб вышел первым. Осмотревшись вокруг, он понял, что это место ему не знакомо.

«Роб, подойди, есть разговор». — Вилмер мысленно позвал его. Вместе с тем, на зов отозвался и майор. Оба двинулись навстречу кардиналу.

Вилмер ждал неподалеку, скрестив руки на груди. Рядом стояли еще два человека в потрепанных мантиях, которых Роб, а уж тем более Петров, приняли за телохранителей.

— И снова, здравствуйте! Рад, что добрались невредимы. — Первым начал кардинал. — Теперь, давайте обсудим детали.

— Слушаю. — Отозвался майор Петров.

— Не с тобой. — Вилмер небрежно махнул рукой. — В одном из разговоров Николай заверил меня, что командование будет поручено Роберту. Видимо забыл. Но я-то все помню.

— Мне ничего не известно, командование поручено мне. — Петров ухмыльнулся.

— Сказал же, главный — Роб. В третий раз повторять не буду. Хочешь присоединиться к Васнецову? Могу устроить встречу хоть сейчас. — Кардинал был настроен решительно, указав рукой на кобуру с плазменным пистолетом. — Робу я доверяю больше, чем кому бы то ни было из всех вас.

— Роб, принимай бразды правления. — Недовольно фыркнул Петров, зашагав назад. — Как вернемся, напишешь раппорт об отставке. — В голосе майора звучала злость. — Под трибунал пущу!

— Это мы еще посмотрим. — Язвительно произнес кардинал. — Ведь он все знал и не сказал тебе, Роб, чем едва не поставил миссию под удар. Я думаю, что Николай заинтересуется нарушением императорского приказа и доведенным до господина майора лично. А теперь к делу. Сними свой древний шлем. — Вилмер протянул Робу прибор ночного видения. — Он надежно защищает от мертвых, и создает условия для нормального боя в кромешной темноте.

Роб исполнил указание кардинала и опешил. — «Действительно круто, видно отлично, как днем. Постойте, разве эти люди… Невозможно! Они живы!? Черт возьми, что все это значит?» — Мысли путались, в горле перехватило от неожиданности.

— Не ожидал? — Заговорил Фэллон. — От нас не так-то просто избавиться. Как тебе новый шлем, правда, отлично видно?

— Поздравляю с повышением, командующий роты. — Кайлер снял капюшон. — Мы снова вместе, как в старые добрые времена. Жаль, что Энди не дожил, знатная была бы битва.

— Живы! — Роб засиял от счастья. Еще никогда он не был настолько рад видеть тех, кого еще недавно презирал. — Я уж думал, вам хана!

— Пришлось немного приукрасить. Мы с Фэллоном якобы погибли, но как видишь — это все утка.

— Что ж, есть шанс показать все, чему я научил тебя за долгие годы службы в «Черной сотне». — Фэллон оскалил клыки. — Не опозорь нас. Не зря же ты был одним из лучших.

— Постараюсь, но что мне делать? — Роб взглянул на Фэллона, не понимая боевой задачи. Пусть он и знал схему подземных ходов, но, как оказалось, секретные тоннели ему ведомы не были.

— Задача проста, друг мой. Уничтожить портал между двумя мирами и не позволить магистру соединить мир людей и пожирателей. Выступаем двумя группами. Мои люди двинутся по тоннелю «М-37», ты должен помнить его. Скорее всего, там нас ждет засада, уготованная стариканом. Твоя задача — обойти западню с тыла и ударить в спину. Фэллон покажет дорогу. Я пойду со своим отрядом в лобовую. Вилмер вернется в Даллас и отвлечет внимание маразматика, насколько это возможно. — Кайлер старался говорить быстро и максимально понятно. — Если победим — прорвемся к компьютеру, который и управляет порталом. Взорвем его и дело в шляпе.

— Стой, брат, мы так не договаривались. — Возразил Фэллон. — Я пойду с тобой.

— Нет, Роб не знает дороги. Этот путь известен только нам троим. Ты нужен ребятам здесь. Встретимся посередине поля боя, как победители! Пойми, так надо. Не беспокойся за меня. Кто действительно в опасности, так это Вил.

— Я? Таби же простофиля альцгеймерный, во мне души не чает. — Третий кардинал только ухмыльнулся, махнув рукой. — Я же верный слуга, бла-бла и все такое…

— Хорошо. Раз все в безопасности… братья, начинаем. — Фэллон согласился, не став более вступать в спор с Кайлером. — Русские получат новое вооружение, оно сильнее стволов магистра, это наши секретные разработки, бесшумные плазменные автоматы «Серпент-3». Дальность полета пули — четыре километра, где не страшен ни ветер, ни дождь, в подземелье точность стрельбы — сто процентов. — И добавил. — Если руки растут из того места. Еще вам выдадут приборы ночного видения и бронежилеты, которым не страшны пули и плазма, но будьте осторожны и берегите головы. Жилет — не панацея от смерти. Они не всесильны, как и вы. На этом все.

Пока Роб и кардиналы вели переговоры, отряд русских уже вовсю примерял обновки. Новые технологии пришлись по вкусу всем без исключения бойцам. Даже раздосадованный своим смещением с должности Петров, и тот оценил качество амуниции. — «Этим заморским гадам стоит отдать должное. Вооружили до зубов, наши разработки — детские игрушки, откуда у них столько мозгов, чертовы янки». — По привычке выругался он.

— Кажется, ты уже вовсе не ненавидишь нас, как было прежде. — Кайлер подошел к Робу, который получал снаряжение последним, как и положено командиру. — Я чувствую это, и, стоит отметить, мне чертовски приятно. И не держи зла за Саймона. Он может работать у меня, если выживу. Представь, мальчишке будут открыты такие научные горизонты, что во всем мире не сыскать. Я обещаю не заставлять его создавать оружие, если тот сам не пожелает этого, конечно. Ты ведь не хочешь загубить талант?

— Хорошо, я не буду против, если даешь слово не втягивать его в войны. — Роб ответил, положительно кивнув, примеривая жилет. — Не хочу, что б Саймон рос пособником убийств, как мы с тобой.

— Слово кардинала Мардук. Исключительно наука. Тем более, его интересует не убийство, а воскрешение, он буквально одержим…

— Принято. — Роб и Кайлер пожали друг другу руки в знак договоренности.

— Приятно найти общий язык. — Кардинал поспешил удалиться.

Дальше отряды примеряли оружие, проходили инструктаж и делились впечатлениями. Люди кардиналов держались в стороне. Как говорится, у каждого была своя свадьба. Только перед самым выступлением в сторону Далласа и подземного города к русским подошел Фэллон, дабы уведомить о начале похода.

— Что же, господа, в путь! «Уроборос» зовет! — Ухмылка проскользнула по точеному лицу кардинала. — Сержант Роберт Брюс, поднимай людей! — Он обратился к робу полным именем.

— Я старший лейтенант. — Роб удивился новому званию. — Рота, выступаем! — Но, все же повиновался указанию.

— Это в России. А сейчас ты служишь совместно с Мардук. И я даю тебе повышение! — Фэллон трижды похлопал Роба по плечу. — Я поговорю с Николаем по поводу твоего повышения на твоей новой Родине. Не всю же жизнь моему лучшему ученику в няньках ходить.

Все время, когда русские облачались в новое снаряжение, за Робом наблюдала сержант Хьюз. Рослый мужчина с бородой и тяжелым взглядам вызвал у нее уважение. Она видела в нем себя. Но, подойти и уж тем более заговорить с ним Хьюз не позволяла гордость офицера.

«Хорош, мужик-то». — Подумала сержант. — «В нашей армии одни неженки». — И пусть кардинальская армада отлично сражалась, устав запрещал воинам иметь растительность на лице. К тому же, поощрялось ношение длинных волос, пусть и не являлось официальным правилом.

Это немного встревожило Фэллона, но он не придал особого значения, понимая, что через пару-тройку дней русские вернутся домой, и пути Роба и Хьюз более никогда не пересекутся вновь. А время, как известно, стирает воспоминания о человеке, которого не видишь все дольше и дольше.

— Машины оставим здесь. Не будем привлекать лишнего внимания. И так уже достаточно наследили. — Фэллон указал на пыльные разводы на полу, оставленные колесами электрокаров.

— Выступаем! — Скомандовал Роб. — Разорвем их в лоскуты!

Обе команды выдвинулись в дорогу. Сперва, пути вели в одну сторону, но совсем скоро русские свернули вправо, войдя в довольно тесный коридор, так, что пройти смог только один человек с оружием.

Первым шел Фэллон с автоматом наперевес, за ним — Роб, а далее — все остальные.

— Берегите головы, будет тесно. — Предупредил кардинал. — Движемся быстро. Нам надо преодолеть пять километров. Полчаса на все чудеса, как говорится.

Так и делали. Старались двигаться, как можно быстрее, насколько, конечно, позволяли тесные стены. Воздух, однако, не располагал к быстроте, так что отряд задыхался от нехватки кислорода. Вентиляция или отсутствовала вовсе, или же пришла в негодность от времени, о чем говорила сантиметровая пыль и куски опавшей штукатурки под ногами. Пыль поднималась в воздух, пачкая и без того подпорченную подземельем обувь. Черная мантия кардинала и вовсе сделалась белой, но тот не придавал этому абсолютно никакого значения, невозмутимо шагая вперед.

— Осталось немного. — Кардинал смахнул пыль сплеча. — Пару сотен метров и мы окажемся в настоящем аду. Роб, не подведи!

— Постараюсь, учитель! — Роб снял автомат с предохранителя. — Рота, приготовиться к бою!

Послышались щелчки затворов и лязг шлемов, к которым спешно прикрепляли прозрачную броню. Та, разумеется, немного ухудшала видимость, но придавала шлемам большую защиту. Но, вместе с тем, она не спасала от прямого попадания плазмы, лишь создавая условия для возможного рикошета, которого могло и не быть.

— Санчасть! Готовьте ловцы душ! — Роб понимал — потери неминуемы и старался спасти воинов, ведь в городе под землей законы физики действовали несколько иначе, нежели на поверхности.

— Если проиграем, души окажутся навеки заперты внутри ловца, зачем нам столько джинов в лампе. Это то же самое, как запереть на веки вечные принцессу в башне. Если выиграем — разыщем их и вернем к жизни. — Возразил Фэллон. — Отсюда нет выхода, покуда цело энергополе! Лучше так, чем шутить с судьбой.

— Отставить ловцы! — Смекнул Роб. — Не применять ни в коем разе! Все поняли?

Наверное, это был единственный случай, когда медики остались без работы, по сути, превращаясь в обычных санитаров двадцатого века. Раненые были обречены на смерть, ведь операционных не предвиделось, да и условия не располагали к выздоровлению.

Через несколько сотен метров кардинал поднял правую руку, согнув ее в локте, и остановился, словно задумавшись. Потом он извлек из кармана коммуникатор и принялся лихорадочно переключать программы одну за другой. — «Да быть того не может». — Услышал Роб. — «Дружище, если все верно, то мы в передряге». — Кардинал мысленно передавал ему свои мысли. — «Проход заблокирован. Таби знает о нашем присутствии! Только не говори ни слова, никто не должен знать! Вспомни, я учил тебя мыслить громко, но сдержанно. Шлем усилит твои сигналы и передаст их только мне».

«А как же люди Кайлера и он сам?»

«Почем мне знать, надеюсь живы! Я не могу связаться! Кайлер, что б тебя!» — Фэллон негодовал. — «На что ты рассчитывал, когда шел один!»

Роб прекрасно помнил о близкой дружбе первого и второго кардинала, что всегда несколько расстраивало третьего, самого младшего из них. По неведомым причинам, он, ученик, был посвящен в некоторые подробности личной жизни кардинальского квартета, который теперь состоял уже из трех людей.

Роб понимал, что третий кардинал испытывает ревность.

«Отводи русских! Пусть подумает, что мы бежим! Будем взрывать!» — Фэллон решил действовать решительно. — «Попробуем навалиться».

— Рота, отходим! Быстро! — Изо всех сил прокричал Роб.

Солдаты мгновенно развернулись и гуськом побежали прочь. Роб и Фэллон остались одни. Кардинал вынул из кармана коммуникатор, от которого было мало толку в плане связи, и принялся что-то нажимать. Через несколько секунд из стены возник, будто по волшебству, небольшой ящик, который Фэллон задвинул обратно и жестом позвал Роба с собой. Оба устремились вслед за отступающими русскими.

Едва они преодолели сотню метров, раздался оглушительный хлопок, от которого даже кардинал не смог устоять на ногах. Тоннель сотрясло, и в воздухе повисла густая пыльная пелена. Впрочем, мгновение спустя от взрыва заработала аварийная вытяжка, встроенная в потолок и завеса довольно скоро растворилась. — «Еще работает? Хоть какая-то польза». — Заметил Фэллон, поднимаясь на ноги.

— Что ж, вступаем в игру! — Скомандовал кардинал. — Живо!

Фэллон стремительно направился к только что созданному проходу. Роб последовал за ним. Отряд русских бегом мчался вперед за командиром.

Проход оказался не занятым. Вероятно, если там и ждала засада, то враг явно пребывал в состоянии шока от внезапности или даже понес потери. Догадаться о присутствии посторонних можно было по жаркой перестрелке. Скорее всего, отряд Кайлера уже вступил в бой, что встревожило Фэллона.

«Силы старикана неподалеку, Кайлер и его люди дальше, закрепились за углом». — Передал кардинал Робу.

— Гранату! — Скомандовал тот и через небольшой проход полетела связка взрывчатки.

Раздался ошеломительный грохот и истошные крики. Слышалась беспорядочная пальба. Силы магистра держали брешь под плотным огнем, намереваясь любой ценой не допустить окружения с двух сторон.

— Так не пройти, перебьют! — Прокричал кардинал.

— Это я и сам вижу! — Ответил Роб. — Давай ещё плазму! Глуши карасей! Андрей, Саша, жгите уродов!

Новый удар не заставил себя ждать. Солдаты щедро закидывали неприятеля гранатами из-за угла, а те, в свою очередь не прекращали палить, не понимая, откуда исходит угроза.

«Им кранты». — Мысленно произнес Фэллон, не переставая возиться с коммуникатором. — «Сейчас поднимем щит. Пусть старикашка и обнаружил дверь, но защиту найти ему не по мозгам».

Едва кардинал завершил монолог, как из пола начала стремительно подниматься железная стена, плазменные снаряды от которой отлетали, словно горох от стены, что казалось само по себе невозможным.

— Осторожно! Пригнуться, впереди бойницы! Не высовываться! — Кардинал первым устремился к одному из восьми небольших круглых окошка, предназначенных для ведения огня уже из относительно безопасного положения.

Рядом с каждым окошком располагалось бронированное стекло, так что не приходилось вести пальбу вслепую.

Русские заняли позиции и дело пошло. Армия магистра оказалась в окружении, попав под перекрестный огонь. Теперь они превратились в беспомощную мишень и один за другим падали на землю. Секретное оружие кардиналов пробивало броню, которая до этого считалась неуязвимой.

Воздух наполнился запахом плазмы, походивший на тот, который издает паленая человеческая кожа. Возможно, так пахли обожженные тела карателей Таби.

Сражение проходило весьма успешно. Защитное заграждение надежно защищало от пуль и даже несколько ракет, выпущенных в преграду, не спасли карателей от незавидной участи.

— Снаряды кончились! Где ящик, твою за ногу? — Взревел Петров, стоя у одного из окошек и жестом приказал пополнить ящик с магазинами.

Солдаты подтянули подкрепление и вскоре обстрел возобновился в полную силу. Впрочем, вся заваруха продлилась недолго. Тщательно продуманная оборона сыграла на руку и американцам и русским. Авангард Таби был перебит на корню.

«Все, больше никого не осталось». — Произнес Фэллон. — «А начиналось, не очень, если так посудить».

— Отставить огонь! — Приказал Роб.

Пальба прекратилась. Однако, что-либо разобрать в лазурном плазменном тумане было невозможно. Воздух сделался электризованным и к запаху паленой кожи и плазмы добавился озон, будто после сильной грозы.

«Это было чересчур легко. Немного подозрительно». — В ушах Роба и Фэллона прозвучал голос Кайлера. — «Как будто нас специально заманивают в ловушку, не похоже на почерк старикана».

— Кардинал жив? Славно. — Выпалил Роб. — Надеюсь, с вашей стороны без потерь.

— Ага, держи карман шире. — Оскалился кардинал. — Три бойца минус. У них не было бронезащитной стены, как у нас. До нашего появления им пришлось туго. Но потери магистра куда больше. Порядка пятидесяти. Что-то мне говорит, это была только разведка. Или я чего-то не знаю…

Кардинал опустил защиту и сделал несколько шагов в сторону Кайлера, осмотрев стены и пол, где повсюду валялись осколки бетона, штукатурки и боевых гранат. Кое-где плазма расплавила камень до стальной арматуры.

Издали приближался отряд Кайлера во главе с ним самим. Шли быстро, мало ли что, может рядом основные силы магистра.

— Все, отстрелялись гады! — Сорвалось из уст одного из подчиненных Кайлера.

— Куда теперь? — Поинтересовался Роб.

— Прямо и направо, пройдем за час, если не мешкать. — Ответил Фэллон, сложив руки на груди.

— Если не попадем в засаду.

— Или так.

Тем временем, американцы поравнялись с русскими. Внешне воины отличались только длинными волосами, кроме сержанта Хьюз. В остальном же особой разницы было и не заметно. Пыльная до неузнаваемости униформа, перепачканные лица и тяжелый взгляд — вот что объединяло союзников.

— Все целы? — Поинтересовался Кайлер.

— Во вверенной роте потерь нет! — По привычке Роб вытянулся и приложил руку к виску, отдавая воинское приветствие.

— Славно, но не расслаблять булки! — Кардинал жестом показал, что самое время выдвигаться.

— Рота, вперед! — Скомандовал Роб.

Русские пришли в движение, окончательно смешавшись с людьми Мардук и иногда даже переговаривались между собой на нейтральные темы, не связанные с военными секретами, которых обе стороны знали не мало. В основном это были вопросы о жизни по ту сторону стены или же банальные расспросы о погоде, для вежливости.

— Как служба в Мардук? — Мимолетом спросил Роб сержанта Хьюз, шедшую несколько впереди.

— Отлично! Рад воевать за кардиналов! Они крутые ребята! — Ответила сержант.

Девушка на ровне со всеми несла на себе увесистые боеприпасы, показывая равенство между бойцами. Капли пота стекали по ее лбу, но она и не смела жаловаться и лишь тяжелое дыхание выдавало ее усталость.

Ее сила и выносливость впечатляли окружающих и она с гордостью несла на себе тяжести, доказывая свою способность справляться с любыми испытаниями. Она знала, что важно показать равенство и доказать, что ни один пол не является преимуществом или недостатком. Каждая капля пота на ее лбу была символом ее упорства и силы воли, а тяжелое дыхание — ее борьбы и настойчивости.

— А тебе? Каково быть воином в России? — Хрипло произнесла она, сплюнув слюну, перемешанную с попавшей в рот пылью.

— Сетовать не приходится, император создал хорошие условия. — Незамедлительно ответил Роб. — Выполняю свою работу.

— Раньше ты служил кардиналу Фэллону, верно? — Еле слышно прошептала Хьюз, как будто их кто-то подслушивал.

— Что было, то было. Скрывать не буду. Да и незачем. Много лет назад я жил в Далласе, где родился и вырос.

— И почему ушел? — По голосу можно было понять — сержант откровенно удивлена. — Или кардинал Фэллон отправил в отставку?

— Думал, что ушел. Но, как оказалось, все эти годы я выполнял волю кардинала, даже не зная о том. — Роб не соврал, поскольку стал шестеренкой в хитром плане, связанным и с Элизабет, и с миром в целом. — Я много где побывал, все это по воле Мардук. Одна большая командировка.

— Э? — Удивилась Хьюз, едва ли не сбавив шаг. — Ты о чем?

— Военная тайна. — Роб прервал тему.

Ему не хотелось думать о прошлом. Уже в который раз он обрывал все разговоры о жизни в Далласе. К тому же не следовало открывать все тайны перед солдатом Мардук. Мало ли, что скажут кардиналы.

— Ты ведь служил у господина Фэллона в «Черной сотне». Это же элита из элиты! — Слова Хьюз буквально ошарашили Роба. — Я вспомнил, Роберт Брюс. Кардинал часто ставил тебя в пример нам всем, когда я только начал учиться. Не понимаю тебя, лучше бы ты остался с нами.

— Как видишь, я и так с вами. Считай меня иностранным легионером, если так угодно. — Роб издал смешок и покачал головой.

Сержант бросила на Роба удивленный взгляд. Как и хотел он сам, девушка ничего не поняла. На сей раз разговор прервался. Один из солдат уронил ящик с припасами и Хьюз принялась отчитывать его с двойным упорством: за нарушение дисциплины и, по всей видимости, за прерванный разговор.

— Мать твою за ногу, ничего нельзя доверить! Будешь у меня толчки драить, пока мне не надоест! Медведь в цирке — и тот умеет на одном колесе кататься! А ты, здоровый лоб, а ума нет! Кто так несет оружие? Калека! У тебя руки из жопы?

— Простите, сержант Хьюз, больше не повторится! — Солдат оправдывался.

— Надеюсь, криворучка чертов! — Хьюз замолчала, однако к Робу более не вернулась. — Это тебе не виски хлебать с голыми стриптизершами!

Ее раздосадовало падение ящика прямо на глазах у русских. Офицер сочла это личным позором, ведь именно ей кардиналы вверили управление отрядом и, соответственно, боевую подготовку каждого бойца. И пусть, случившееся — нелепое недоразумение, но педантичная и дотошная сержант всегда и во всем стремилась к идеалу.

— Роб! — Денис, появившийся, словно по мановению волшебной палочки, похлопал товарища по плечу. — Теперь ты большой босс! — Водитель размахивал ключами от своего авто. — Как тебя по отчеству?

— А то ты не знаешь. — Роб пожал плечами.

— Знаю… Но ты же теперь босс! С чем и поздравляю!

— Было бы с чем. — В голосе Роба не чувствовалось радости, не то, что в былые времена, когда карьерный рост был едва ли не смыслом жизни.

— Как с чем? Можно пить на рабочем месте! — Рассмеялся Андрей. — Курить, когда захочется.

— Ага, дулю с маком! А если тревога, а ротный лыка не вяжет. — Шутил Роб. — И кто пойдет под трибунал? Дениска? Или я?

— А ты не попадайся! — Подначивал Алексей. — Как тревога, а тебя нету. — А мы прикроем. Кто же, как не лучшие друзья придут на выручку?

— Неси лучше ящики ровнее, помощник, а то уронишь, тоже получишь нагоняй! Американцу, вон гляди, уже дали дрозда!

— Начало-о-ось! Власть портит людей. — В шутку произнес Денис.

«Это точно, знали бы вы, в какого засранца я превратился, служа в «Черной сотне», наверняка бы стали презирать меня». — Подумал он. — «Служил не на той стороне, не с теми людьми и не за те идеалы, сомнительные качества для имперского гвардейца».

«Теперь эти, как ты выразился, засранцы — твои союзники». — В голове Роба эхом пронесся голос Кайлера.

Роб почесал подбородок, как и всегда, по привычке, размышляя над вопросом. Реплику кардинала на сей раз он предпочел проигнорировать.

«Это черносотенцы? Не узнал, новая форма». — Мысленно обратился он к кардиналу, смотря на американцев.

«Они самые, в новом облике. Время не стоит на месте. Все меняется». — Ответил кардинал. — «Правда, не все, только те, что в подчинении Хьюз, остальные из других формирований, в общем, сводный корпус, все, кто смогли уцелеть. Нам здорово досталось в первые дни».

Роб оглянулся. Кайлер шел немного позади и пристально всматривался в Роба. От пронзительного взгляда собеседника ему сделалось немного не по себе. Кардинал будто бы копался в мыслях, пытаясь найти что-то внутри его головы.

Роб почувствовал, как дискомфорт начал нарастать в его груди. Он не мог понять, почему Кайлер так пристально смотрит на него.

«Не бойся, не укушу». — Ухмыльнулся он, едва кардинальский взгляд пересекся с Робом. — «Я не узнаю тебя, дружище. Ты стал бояться руководить, хотя раньше мечтал о карьере военного».

«Ничего не попишешь». — Мысленно ответил Роб. — «Ты сам сказал, что все меняется, и я не исключение».

«Никогда бы не подумал, что увижу тебя таким. Фэллон был прав — люди слабеют, когда им есть кого защищать». — Кайлер смутился и на время повисла пауза, пусть и с нотой недосказанности. — «Но, это и хорошо, смотря с какой стороны взглянуть. Порой, желание защитить ближнего придает силы. Соберись и веди в бой других. Они все верят тебе». — Кардинал все же окончил повествование.

Роб не воспринял слов Кайлера. Ему казалось, будто он произнес их только для того, чтоб укрепить боевой дух, а на деле считал совсем иначе. А боевой настрой зашкаливал и без того. Однако, ответственность за роту, свалившаяся, как снег на голову, действительно пугала Роба. — «Теперь в моих руках находится множество жизней, а это не игрушки, сохраниться заново уже не получится».

Тем временем, солдаты свернули за поворот и оказались в еще одном тоннеле, шире предыдущего на целых пару метров и немного выше. В остальном пейзаж нисколько не поменялся. Все та же пыль под ногами и облупившаяся краска на стенах.

Солдаты осторожно продолжали движение по тоннелю, удерживая оружие наготове. Воздух стал еще более затхлым, их шаги отдавались гулким эхом по пустым стенам. Они продвигались все глубже, не зная, что их ждет впереди.

Тоннель продолжался и продолжался, словно не имел конца. Время от времени слышались непонятные звуки — скрежет металла или шорохи, вызывающие мурашки на коже. Солдаты с увеличенной внимательностью прислушивались к окружающему, готовые к любому неожиданному столкновению.

«Итак, Роб, мы приближаемся к компьютеру, который отвечает за портал между двумя вселенными. Разрушим его, и новые пожиратели никогда не смогут проникнуть в мир людей». — Все также, при помощи телепатии, объявил Фэллон. — «Надеюсь, после этого ты окончательно изменишь отношение к нам в лучшую сторону».

Выглядело это, словно шутка, причем не очень удачная. Роб знал — троице было плевать на мнение других с высокой башни.

«Как же вы будете кормиться?» — Иронизировал Роб.

«Это уже наши трудности, у нас есть свой новый метод». — Ответил кардинал. — «Мы не стоим на месте, все развивается, ты же сам говорил».

— Впереди чисто. — Произнес российский разведчик.

— Странно. Что-то не так. — Тишина показалась Робу, и не только ему, очень подозрительной. — Все начиналось не так радужно, а, тем не менее, победы на поле боя сыплются одна за одной. Может, засада совсем скоро?

Но, подходя ближе к компьютеру, они так никого и не встречали, словно так и было задумано.

Компьютер, стоит отметить, защищал только купол огромных размеров, метров так тридцать в высоту, и еще больше длиной, серого цвета, предположительно из сверхпрочного сплава, точный состав которого не был известен даже клану Мардук. Вокруг купола, который выглядел более-менее новым, царил хаос в виде все той же пыли, а еще — строительного мусора.

Строительные леса, бетонные блоки и различные металлические конструкции разбросаны повсюду, создавая картину разрушения и незавершенности. Компьютер стоял неподвижно посреди этого хаоса, словно неприступная крепость, защищающая свои секреты.

На экране отображались странные символы и коды, непонятные для обычного наблюдателя. Только те, кто знал специфику работы этого устройства, могли разгадать его тайны.

«Никогда бы не подумал, что магистр оставил бы столь важную для него машину без присмотра». — Решил Роб, осматривая пространство вокруг.

«Тут ты прав, но рядом кто-то есть. Я чувствую его». — Фэллон прочитал мысли бывшего ученика и поспешил ответить. — «И не думаю, что он один».

— Так-так, кто тут у нас? — Неожиданно раздался голос, а из-за угла появился силуэт в темно-бардовой мантии, похожей на те, которые носила троица в черном в лучшие времена. — Я вижу, что вы уже знакомы со старыми временами? — Произнес таинственный силуэт, приближаясь к остальным. — Неужели вы не понимаете, что они вернулись?

— Кто вернулся? — Спросил Фэллон, подходя ближе, чтобы рассмотреть лицо незнакомца.

— Времена ану… — Невозмутимо ответил он.

«Первыми не стрелять». — Скомандовал Кайлер, когда оба отряда ощетинились оружием, направленным стволами в сторону незнакомца. — «Я не могу прочитать его мысли».

— Ты служишь магистру? — Выкрикнул Фэллон, присматриваясь к незнакомцу, пытаясь выгадать время.

— Я служу Мардук! — Резко ответил тот с нескрываемым раздражением. — В отличие от вас я не предавал свои идеалы! Не ожидал, что вы сможете зайти так далеко прямо у меня перед носом. — Незнакомец громко рассмеялся.

Его голос был специально изменен каким-то устройством и отдаленно напоминал робота-диктора, предупреждающего жителей Далласа о нападении пожирателей.

Человек в мантии, по всей видимости, был один. Приборы обнаружения молчали. Хотя, датчики никак не реагировали и на самого незнакомца, что настораживало даже Кайлера.

— Мардук управляет свихнувшийся старик, разве не знаешь, что тот задумал уничтожить нас всех? — Фэллон упорствовал.

— Что? Какой кошмар! — Мужчина в багровой мантии явно издевался над вторым кардиналом. — Великий магистр положит конец войнам и болезням, соединив все человечество в единый Тиамат! Глупцы! И это я слышу от своих братьев? — Незнакомец снял капюшон и горделиво взглянул на кардиналов. — Узнаете, господа?

— Э…нди? — Прохрипел Кайлер, оторопев от увиденного и отшатнулся назад.

Фэллон опустил ствол вниз.

— Не ожидали? Ловко же я надул вас! — Похвалялся Энди, уперев руки в бока. — Четвертый кардинал в прошлом и наследник великого магистра в настоящем.

— Ты… предал нашу семью ради титула? — Выпалил Фэллон.

— Предал? О, нет! Просто осознал, что вы решили погубить затею Таби и лишить всех нас вечной жизни, к которой ану стремились все свое земное существование. Пойми, мы смертны и умрем рано или поздно! — Энди отрицательно покачал головой. — Разве так поступает семья? Вы лишили нас Лунной Принцессы, а теперь задумали разрушить и весь клан? Ради чего? Своих амбиций?

«Черт побери! Тот самый, четвертый! Глазам своим не верю!» — Роб едва ли мог верить в происходящее. Сам факт увидеть живого Энди, да еще и по ту сторону баррикад, казался чем-то из разряда фентези.

«И тебе не болеть, старина из знаменитой сотни». — Незамедлительно отозвался Энди, посмотрев на него с любопытством. — «Не только у меня новая форма, старая мне нравилась больше».

«Невероятно». — Шлем на голове Роба должен был защитить его от постороннего мысленного вмешательства, но это не сработало. — «Он общается через защиту?»

— Ненавижу! — Оскалился Кайлер. — Тварь! — Лицо кардинала вмиг исказилось от злобы. — Ты предал нас, и в особенности Вилмера…

— Я же говорил — от любви до ненависти всего один шаг. — Кардинал иронизировал.

Энди внешне несколько отличался от остальных братьев клана внешним видом, и нисколько не изменился за эти годы.

Вместо длинных волос, он носил челку, нависающую на левый глаз. На его губе находился пирсинг, а на руках виднелись края татуировок, спрятанных под мантией, которую он носил только на некоторые официальные мероприятия, например, визит к магистру или смотр войск. В остальное же время, когда троица облачалась в кожаные куртки и тяжелую обувь, он предпочитал черную толстовку и кеды. К тому же, Энди не питал страсти к мототехнике, предпочитая дорогие машины.

Впрочем, что касалось лица, он, как и все, подводил свои необычайно зеленые глаза черным карандашом, хоть его кожа и казалась несколько смуглее.

Тем временем, позади наследника показалась еще одна тень. Роб, как и кардиналы узнали его. Это был Вилмер. Такого удара в спину не ожидал никто, ведь только недавно братья действовали сообща. Даже Кайлер, казалось, на мгновение впал в замешательство.

«Что вообще здесь творится? С какого рожна баня сгорела?» — Выругался Роб.

— И ты, Брут? — Произнес Кайлер с не меньшим отвращением в голосе, будто никогда не был знаком с перебежчиком.

— И я, Цезарь. — Вилмер кивнул и ехидно улыбнулся.

— У тебя белая горячка началась или ты просто слетел с катушек от своего алкоголя? — Спросил Фэллон, сплевывая, толи от пыли, толи от отвращения.

Вилмер многозначительно оглядел пространство вокруг, игнорируя вопрос. Кардинала нисколько не смущали ни вооруженные отряды, ни сам факт собственного предательства. Он, подобно аутисту, вглядывался в окружающее пространство, как будто отстранился от происходящего.

— Не ожидал? — Продолжил Энди, как ни в чем не бывало. — Вера в магистра сильнее братской любви. — Наследник сложил руки на груди.

— Заткнись! — Рявкнул Кайлер. — Ничтожество! Мы подняли тебя из грязи! А ты, неблагодарный! — Глаза кардинала горели пламенем, он высвободил часть силы пожирателя, укрепляя свое тело, готовясь к бою.

Через мгновение Фэллон последовал примеру Кайлера. Стало ясно — драки не избежать. Роб спустил предохранитель, и весь отряд принял это за сигнал к бою.

— Сохранять спокойствие! — Прокричала Хьюз изо всех сил. — Без команды не палить! Под трибунал пущу!

Сержант нервничала не меньше остальных, но изо всех сил старалась удержать самообладание и хладнокровие.

— Хм. Значит, по-тихому договориться не получится. — Энди только улыбнулся. — Досадно. Я думал, что братья найдут точки соприкосновения.

В этот миг, словно из ниоткуда, за спинами предателей появились солдаты. Очевидно, это были войска Энди, одетые в темно-синие мундиры, и остатки отряда Вилмера, в перепачканной форме, больше напоминающей отребье бездомных, чем воинскую одежду. Люди Вилмера шли позади, выполняя роль второй волны, тех, кто будет добивать. Очевидно, роль штурмовиков отводилась более многочисленным людям Энди.

«Не стрелять первыми, только по моему приказу». — Сообщил Кайлер, словно опасаясь чего-то. — «Только по моей команде». — Повторил он.

«Есть!» — Ответил Роб, поднимая вверх левую руку, тем самым давая знать — держаться и не открывать огонь.

— Точно уверен? — Спросил Энди? — Нас ведь больше!

— Несомненно! — Зло ответил Кайлер.

Раздались первые выстрелы. Люди кардиналов и русские вздрогнули от неожиданности, но ни один из них не был ранен. Случилось невероятное. Остатки роты Вилмера принялись расстреливать в спину людей самого Энди, сражая одного за другим, пока те, наконец, не сообразили, что к чему.

«Бьем синих, черные мундиры не трогать!» — Скомандовал Фэллон, воспользовавшись неожиданностью. — «Не пораньте Вилмера!» — По понятной причине стрелять в «предателя» было запрещено.

Разразилась настоящая пальба. От неожиданности люди Энди не оказали особого сопротивления, но все же смогли сразить несколько русских солдат и кое-кого из отряда кардиналов.

Началась рукопашная, так, что немногочисленные войска Вилмера стали еще меньше. Погибли почти все и только отчаянное сопротивление кардинала спасло всего троих его воинов от неминуемой смерти.

В воздухе повис запах человеческой крови, а стоны раненых, страдающих от нестерпимой боли от плазменного оружия, сделались настолько громкими, что невозможно было говорить обычным голосом и приходилось кричать либо использовать шлемы.

Сам Энди остался невредим и лишь растерянно смотрел на происходящее, понимая, что его обвели вокруг пальца.

— И не пытайся звать помощь. Фэллон блокировал все сигналы. — Иронизировал Вилмер, наступая на грудь одному из умирающих вражеских солдат, корчащегося от боли и захлебывающегося кровью. — Обожаю смотреть, как у человека идет горлом кровь. Это был твой лучший ученик? Это тебе за моих девочек! — Кардинал имел ввиду своих телохранительниц, одну из которых ему пришлось убить самому, ради общего дела. — Вилмер наступил раненому на грудь, от чего тот издал еле слышный стон. — О да, ему очень больно… Я чувствую, он молит о пощаде, просит остановиться… Да? — Раздался хруст костей. — Это ведь очень больно?

— Сволочи! — Взорвался Энди. — Вы переиграли меня? Нет! Я не сдамся! — Наследник сбросил мантию и приступил к перерождению, готовясь дать последний бой.

«Он мой!» — Кайлер сжал кулаки.

«Как хочешь». — Ответил Энди. Его тело начало пылать пламенем. Пожиратель внутри кардинала пробудился.

Кайлер направился навстречу врагу, освободив только часть силы. В движение пришел и Энди. Напряжение нарастало с каждой секундой. Роб почувствовал, как напрягся каждый мускул на его теле.

Не нервничал, казалось, только Вилмер. Тот, вовсю добивал врагов, вспарывая им животы и перерезая горло, не обращая внимания ни на что более. Маньяк веселился от души, почувствовав запах крови, словно потерявший рассудок.

«Еще один, еще один». — При виде крови, кардинал иногда, как сам говорил, «улетал в нирвану» и мог не заметить даже ядерную катастрофу.

Энди не было дела до Вилмера. Его заботил только поединок с первым кардиналом клана. В отличие от Фэллона, который воспользовался передышкой, и занялся помощью раненым, Энди даже не взглянул на своих людей. — «Жалкие создания, так легко сдались». — Думалось ему.

— Ну что, поплящем? — Съязвил Кайлер, вынимая из ножен катану, спрятанную под мантией.

— А то! Не сомневайся! — Ответил Энди, ощетинившись двуручным клеймором.

Бой начался. Кайлер пошел в атаку, но тяжелый двуручник с легкостью отбил первый удар. Лязг железа возвестил о начале поединка.

«Может ты и быстр, но я быстрее». — Слова Кайлера пронеслись в голове Роба.

«Ничего, чем больше шкаф, тем громче падает». — Невозмутимо ответил Кайлер.

Фэллон яростно сжал кулаки, но не сдвинулся с места. Он знал, нельзя нарушать закон поединка и старался удержать самообладание. Все, что ему оставалось — наблюдать и надеяться.

В голове у него крутились мысли о том, как он мог бы помочь Кайлеру. Но он знал, что его задача — оставаться на месте и наблюдать. Секунды тянулись медленно, а вокруг продолжалась смертельная схватка. Фэллон чувствовал, как его сердце бьется в груди, его кровь кипела от ярости и беспомощности.

Кайлер не останавливался, пытаясь нащупать слабое место в обороне противника, но тот с невероятной скоростью отбивал все удары один за другим, орудуя тяжелым мечем, словно тренировочной рапирой. Мышцы напряглись, Энди рвался в бой, но расходовал силы, пока Кайлер расчетливо пробивался через оборону. Он знал наследника уже давно и просчитывал его ходы наперед, хоть и признавал, он стал лучше и сильнее.

Что-то подсказывало первому кардиналу — не стоит выплескивать всю силу, а стоит лишь измотать Энди и тот непременно проиграет в силу своего характера.

— Фэллон, мы можем прикончить его! — Наконец, не выдержала Хьюз.

— Я прикончу тебя, если не прекратишь панику! — Резко ответил Фэллон, скорее в сердцах.

— Постойте, кардинал! — Роб впервые обратился к Фэллону, назвав его по протоколу. — Девушка же.

— Это у вас гендерные различия, а здесь Америка. — Кардинал заметно нахмурился. — И вообще, отвянь, командуй своими людьми!

Хьюз утихла, а Роб предпочел более не вмешиваться.

А битва между тем набирала обороты. Одну за одной атаку предпринимал Энди, и казалось, Кайлер вот-вот падет, но последний держался и держался, не давая врагу передышки. На лице его проступила испарина, а затем и вовсе повалил дым, предвещая высвобождение энергии пожирателя.

«Готовимся к атаке». — Встревожился Фэллон, только недавно сетовавший за поединок один на один.

«Нет, я не проиграю». — Успокаивал Кайлер. — «Не встревай!»

Ему приходилось трудно, но он не желал проигрывать, тем более предателю. А просить помощи вообще представлялось ему делом невообразимым и даже мерзким. Однако рота Кайлера под именем «Змей-1» приступила к знаменитому в узких кругах «Удару анаконды», начав вжимать кольцо окружения. За ними последовали и русские, держа автоматы наготове.

— Помним команду, не стрелять первыми! — Закричала Хьюз, которая сама рьяно жаждала боя.

«Я не крыса!» — Кайлер отрезвил солдат. — «Фэл, Роб, остановись, всем стоять!» — Кардинал успевал и сражаться, и отдавать приказы одновременно. Солдаты встали, как вкопанные. Никто больше не решался атаковать. Воля кардинала оставалась непоколебимой. Кайлер был готов бороться до конца.

— Я тоже… не крыса! Не позволю! — Фэллон кинулся в гущу событий, ощетинив оружие, которым тоже оказалась катана.

Отвлекшись от битвы, Кайлер пропустил удар и был перерублен двуручником от плеча до пояса. Кардинал осел на колени, но сохранил сознание и издал утробный стон.

— Что? Кайлер? — В этот момент Вилмер словно отрезвел и прекратил свои издевательские игры. — Черт побери, что я делаю? — Третий кардинал посмотрел на свои окровавленные руки с ужасом и отвращением, издав пронзительный крик от которого даже Робу сделалось не по себе. Его глаза наполнились ярким красным светом, не похожим на то, что приходилось видеть раньше.

Фэллон мгновенно принял вид ужасающего монстра, будто только что покинувшего самые дальние чертоги преисподней. — «Игры кончились». — Скомандовал кардинал.

«Стой»! — Слова Кайлера пронеслись в его голове. — «Я выдержу».

Фэллон замер, чувствуя, как слова Кайлера проникают в его разум. Он сжал кулаки, пытаясь собраться с мыслями и не поддаться страху, который начал охватывать его. В его внутреннем мире развернулась битва.

Он поднял глаза и увидел, что руки Кайлера покрылись пламенем. Огонь обволакивал его тело, но не причинял боль. Через мгновение кардинал уже стоял на ногах, вылечив, казалось, смертельную рану, однако, очевидно, что на это ушло не мало энергии пожирателя, возможно даже вся и в следующий раз удача могла отвернуться от него.

— В бой! — Пронесся истошный крик Вилмера, и тот ринулся в гущу событий с голыми руками.

«Вот же!» — Только и успел осознать Фэллон.

Неожиданно раздалась стрельба. Отряды русских ровным строем двинулись на пролом. За ними, приняв стрельбу за угрозу, рванули и американцы. Одни шли за Родину, вторые — за кардиналов, за своих вождей, но смысл оставался неизменен. Каждый защищал то, что или кто ему дорог.

«Трасса Е-95». — Прокричал Денис свой фирменный боевой клич, растворившийся в невообразимой какофонии.

Пули сыпались, как из рога изобилия. Рикошеты молотили об стены, но никто и не думал пригибать головы.

«Стоять!» — Скомандовал Кайлер, но его слова остались не услышанными, в горячке сражения умы воинов затуманились.

В итоге, сразу несколько десятков плазменных пуль сразили Энди и тот опустился на колени, зажимая дыры в теле. Кайлер поднял левую руку вверх, говоря остановиться, и подбежал к наследнику. Четвертый исчерпал силу пожирателя и не мог восстановиться. Вскоре подоспел и Вилмер.

— Живи, живи, приказываю! — Прокричал Кайлер, но Энди уже не слышал его.

Несколько раз кардинал Вилмер давал ему жизненную силу ану, но было уже поздно. Наследник испустил дух.

— Закрыть барьер полностью! — Фэллон занервничал. — Запереть все!

— Это невозможно. — Ответил радист. — Взрывы уничтожили связь, я ничего не могу сделать!

— Проклятье! — Возразил второй кардинал. — Черт бы тебя побрал, Энди!

— Я убил брата? — Вилмер опустился на колени, прикрывая руками перепачканное кровью лицо. — Я убил Энди? Это сделал я? — Третий, казалось, сходил с ума. — Это я? — Его глаза продолжали светиться, пока Кайлер не обнял его.

— Тише-тише, успокойся… Держи себя в руках… — Тихо произнес он, стараясь привести Вилмера в чувства.

Глава 10

На пороге ада

Ноябрь 2221 года

Осень в Москве выдалась особенно холодной, как было всегда при наступлении опасности, вспомнить ли Наполеоновские войны или Великую Отечественную. А в этом году война назревала особенно активно.

Лубянка кипела, все офицеры имперского ведомства без исключения уходили домой не в шесть вечера, как положено в обычные дни, а в восемь-девять, а то и вовсе оставались ночевать на работе, встречая сон в рабочем кресле.

Разведка доносила о приближении к границам империи тяжелого вооружения, а Китай разорвал с Америкой торговый договор. Кольцо сжималось. Россия привела в полную боевую готовность все силы, что только были.

Начались переговоры. Отозвались только сербы и сирийцы, в свою очередь пообещавшие начать наступательную операцию. Мир оказался на грани войны.

Остальные союзники пока молчали. Индия же, например, вопреки ожиданиям, вообще не ответила на призыв, заняв выжидательную позицию.

В девять часов вечера включились уличные громкоговорители. Голос императора возвестил: «Братья и сестры, началась вторая Великая Отечественная война». В тот момент танки империи вторглась в Европейский Союз через Польшу, стремясь лишить запад инициативы.

К утру заняли Варшаву. Через день — Берлин. Евросоюз валился, как карточный дом. Триумф империи стал очевиден с самого начала. Город за городом открывал двери и поднимал руки. Так поступали все, даже Токио, когда Китай, осознавая свою ошибку, пошел за победителем. Японцы, поспешно обратившиеся к поднебесной с заявлением о нейтралитете, ясно обозначили — время американского владычества над островами самураев ушло в прошлое.

Индия, Иран, Судан, страны массово переходили на сторону России. Кардиналы снабдили Российскую империю танками, самолетами и другой техникой, которую невозможно было подбить на поле боя, пока магистр продолжал верить в собственную непобедимость. Однако, все еще могло измениться.

* * *

— Господин Верговский. — Николай связался из секретного бункера по видеосвязи. — Каковы потери?

— Примерно три миллиона человек пострадали, несколько сотен тысяч скорее всего — погибли, мы только подсчитываем. — Доложил министр. — Началась ядерная война. Магистр принял игру в «ва-банк». Грибы в воздухе.

Император прижал руку ко лбу и тяжело вздохнул. Его лицо выражало усталость и тревогу. Он посмотрел вдаль, словно видя что-то, чего никто другой не мог увидеть. В его глазах отражалась тяжесть принимаемых им решений и ответственность за судьбу своей страны. Но он не сдавался и был готов идти вперед, несмотря на трудности и опасности. Это был настоящий лидер, который не позволял себе слабости.

Америка пустила снаряды, которые не должны были достичь цели, однако же Москва серьезно пострадала. Ракетный удар не смогли отвести ни линии противовоздушной обороны, ни космические войска. Горело Новокосино, горели и прилегающие районы. В Реутове началась паника, хотя из искореженного вокзала Косино все еще отправлялись последние поезда с пассажирами, у которых оставался шанс на выживание.

— Три миллиона? — Произнес император, будто не верил своему министру. — Разверните «Тигры». — Приказал тот, хотя системы обороны уже давно прикрывали небо.

— Ваше Высочество, есть и хорошие новости. — Верговский не хотел терять кресло. — Наши войска взяли Париж. Европа полностью у наших ног. Война скоро закончится, Таби запросит мира.

— Толку то? — Растерянно ответил Николай. — Москву просрали. — Государь не стеснялся в выражениях. — Погибнуть могли миллионы. Это вообще, нормально? Работайте, еще один снаряд над Россией — и нам не поздоровится! Всем! Мы вынуждены будем ответить! Хоть я и обещал Кайлеру не прибегать к крайним мерам без должной необходимости! Таби переходит черту!

Мир оказался на пороге уничтожения. Край приближался. Третья мировая, которую так боялись — началась. И не смотря на ошеломительный успех пехоты, которая всего за неделю смела почти весь Евросоюз, но провал воздушного пространства означал, что праздновать победу будет просто некому.

— Алло! — В кабинет позвонили по специальной линии. — Докладывает Василий Мохнацкий, заместитель командующего пожарного управления города Москвы. Огонь частично взят под контроль. Мы связались с армией, войска специального назначения и противорадиационной защиты подтянутся, как только смогут…

— А что, командующий Беляков послал отчитываться своего зама? Боится сам показаться на глаза? — В горячке произнес Николай.

— Господин командующий мертв. — Ответил чиновник. — Погиб. — Отрапортовал он. — Пожар в Сити. Он спас сотни подданных из горящей башни.

Сердце Николая задрожало.

— Присвоить звание героя! — Прокричал он.

Однако, связи уже не было. Один из вражеских снарядов угодил недалеко от бункера заместителя и разорвал его вместе с канцелярией.

— Алло! Алло! Черт, к адовой бабушке! — Прогремел Николай.

— Все. — Отозвался министр. — Прорыв противовоздушных сил. Оборона не железная.

— А должна быть железная! Я сто раз говорил! Либеральное крыло все считало деньги, это дорого, то дорого! Вот, теперь будет не дорого?! — Взревел император. — Что говорит Вилмер?

Верговский молча взглянул на государя. Его глаза не выражали никаких эмоций, кроме растерянности. Он не получал никакой информации ни от кардинала, ни от кого-то другого. Рота солдат тоже буквально растворилась в воздухе.

— Ваше Высочество, на данный момент информация о местонахождении роты особого назначения… — Начал было он.

— Понятно. — Николай прервал доклад, махнув рукой. — Надеюсь, они еще живы. Что-то пошло не по плану. Вилмер, черт тебя дери, где же ты!

Зазвонил телефон. Император мгновенно поднял трубку.

— Кремль. Император у телефона.

— Алло, Ваше Высочество, Китай объявил Америке войну. Индия стягивает войска к границе Пакистана. Похоже их правительство серьезно напугали вести о замысле Америки навести новый порядок! — Звонили из министерства иностранных дел. — Япония выдворит американцев с Окинавы и Хоккайдо!

— Спасибо, господин Столетов. — Ответил государь, кладя трубку.

Тем временем Верговский читал новостную ленту в своем портативном служебном коммуникаторе.

— Китай тоже с нами? — Произнес он, будто не слышал разговор собственными ушами. — Долго же они колебались.

— Да, японцы на Окинаве проснулись от бомбардировки военной базы Америки. Сами японцы сохраняют нейтралитет, янки убегают, побросав свой виски. Корея тоже с нами, хоть от них и не будет проку. — Николай развел руками.

— Чучхе объявил войну югу, но те отбросили северян назад и угрожают Пхеньяну. Кимы так и не научились ни воевать, ни управлять собственным народом. — Заметил Верговский.

— Плохо дело. Мы можем направить подмогу северу?

— Я займусь этим, думаю, выделим резервы. Наша пехота сработала отлично. Ракетчики бы не подводили…

— Хорошо! У меня скоро совещание с военными. Я должен подготовиться, поговорим позже! — Император положил трубку, так и не дав Верговскому попрощаться.

«Проклятье! Москва в огне! Отправлю под трибунал всех виновных! Я еще год назад дал поручение укрепить оборону!» — Негодовал государь. — «Деньги рекой, а толку ноль!»

Целые районы мегаполиса превратились в руины, пылая пламенем пожара. Косино, Пресненская набережная, Останкино, Фили полностью оказались выжженными. Америка планировала стереть с лица планеты всю столицу, но большая часть снарядов все же была уничтожена воздухе.

«Что у нас тут?» — Николай взглянул на монитор. Фронт проходил довольно далеко от дома, армия Европы не смогла оказать должного сопротивления. Только разрозненные очаги все еще сражались далеко в тылу, в глубоком окружении. Польша, Германия, Север Франции, Словакия: все это досталось малой кровью и теперь русские повернули на юг, спасать Сербию, зажатую неприятелем со всех сторон. Сербы, стоит отметить, держались на честном слове.

Единственное, что тревожило Николая, как бы столь стремительное продвижение вперед не обернулось в итоге сплошным провалом.

Сразу после проникновения отряда Роба в лабиринт Далласа Америка нанесла ядерный удар по Владивостоку, который удалось отразить. После этого войну объявила Европа, чья мощь оказалась незначительной. Но грозные силы готовили удар. В Испанию один за другим без перерыва пребывали сверхскоростные транспортные самолеты, перевозившие людей и боеприпасы, швартовались корабли с танками, самолетами и тяжелыми пушками. Америка планировала создать плацдарм на Пиренеях. Такая же картина наблюдалась в Италии, Греции и Турции.

«Срочно! Первые американские солдаты высадились в Ливане. Президент Сирии просит помощь!» — Прочитал император из очередного донесения. — «Сербия перешла границу Македонии и вышла на подступы Скопье. В Приштине косовские сербы подняли восстание, однако город долго не продержится без танков и артиллерии».

— Ничего, скоро юг будет наш. Затем поможем Ливану. А пока Сирия прикроет. Они не успеют. Таби поторопился, явно недооценив нашу силу. — Николай говорил сам с собой. — А меня еще и критиковали за военную реформу, какой Николашка расточительный, зачем нам армия, с кем воевать? Где бы была эта оппозиция без новых танков?! Горели бы в аду, вместе со всем миром!

От Вилмера не было никаких вестей и Николай не на шутку забеспокоился. Ему не хотелось считать себя виноватым в напрасных смертях, но, надежда таяла с каждым днем.

Никто не знал, где сейчас русские и сам Вилмер, живы ли, удалось ли разрушить портал. Вполне резонным объяснением боевых действий против России и союзников стал как раз визит спецназа в подземелье, обнаруженный Америкой или лично магистром Мардук. Тогда все могло обернуться печально.

«Русские без боя вошли в Версаль. Город объявлен открытым». — Гласило очередное донесение. — «В европейских войсках царит неразбериха. Части беспорядочно отступают на юг, многие сдаются. В Милан прибыли американцы».

— Хм, а вот это уже не хорошо, надо добить Евросоюз, как тузик тряпку, пока те не соединились с заморскими силами. — Произнес Николай, набирая командующего французским фронтом. — Европа давно разучилась воевать… А вот американцы, эти будут посильнее.

— Алло, Алексей Михайлович, это Николай Александрович, доложите обстановку, как продвигается наступление? — Император говорил быстро, стараясь не отнимать у маршала много времени.

— Ваше Высочество, войска взяли Версаль и полностью контролируют Париж и окрестности. Трудности возникли только на севере, мы до сих пор не взяли Кале. Англичане перебрасывают подкрепления, мы тоже перебрасываем резервы. Сил пока хватает. Но… — Командующий запнулся. — Я не уверен, справится ли железная дорога. Мы и так отменили треть гражданских рейсов, что бы снабдить армию всем необходимым.

— Сократите еще! Все должны понимать, у нас война! Мы не можем позволить врагу перенести ее на нашу территорию! Не можем! За нами будущее! Имперские железные дороги выделят вам вагоны, я немедленно сообщу об этом министру транспорта Семенову!

Николай понимал, что выполнить обещание, однако оставлять все, как есть ставило бы под угрозу всю европейскую группировку. К тому же, транспортный коллапс мог угрожать и внутренней жизни. Встань поезда в пробках — накроется и армия, и мирные перевозки.

Ближе к полудню Николай закончил читать доклады, поступающие от министерств и ведомств. Неожиданно тишину нарушил телефон, звонивший короткими гудками. Это значит — звонящий был из клана Мардук и пользовался особой линией, защищенной не только российскими специалистами, но и компьютерами кардиналов. Император вздрогнул от неожиданности и поспешил поднять трубку.

— Алло, Николай на связи.

— Какого черта? — Раздался недовольный голос Вилмера. — Что происходит на поверхности?

— Третья мировая, сынок. — Невозмутимо ответил Николай. — Наши планы пошли псу под хвост. — В голосе императора чувствовалась уверенность.

— Понятно. Я знал, что у маразматика сдадут нервы. Продержитесь еще двое суток. Как только мы уберем магистра, Америка запросит мира. — Кардинал тоже держался молодцом. Тон его оставался невозмутимым, ведь никакой гарантии на успех не было.

— Выстоим и два года, если будет нужно. Главное, чем быстрее — тем лучше. Кстати, как мои люди?

— Хорошо. Они сражаются, как черти, не отпустишь их ко мне? — И прежде, чем Николай успел возразить, добавил. — Шучу, мне нужны бескомпромиссные и беспринципные, твои не такие, но, на самом деле прекрасно обучены, стоит отдать должное.

— Как и вся наша армия. — Император шутку не оценил и ответил весьма сухо. — Как движется операция «Уроборос?»

— Возникли некоторые сложности, но ситуация полностью в наших руках. — Вилмер использовал размытые фразы, наталкивая Николая на сомнения.

— Вы уничтожили портал? — Император спросил напрямую.

— Обижаешь. Этим мы и занимались. Но, возникли некоторые сложности, как я уже повторил. Взрыв разрушил генератор энергетического барьера подземелья, так что нам пришлось буквально упаковывать мертвецов в ловцы. Кое-где пришлось применить силу. Знаешь же, что могло случиться в противном случае? Так что, не держи зла. И готовь принимать новых подданных.

— Знаю. — Николай согласился и кивнул. — Вы все сделали правильно.

— Как продвигается наступление? Европа выполнила соглашение? — Вилмер сменил тему.

— Не понял. Соглашение? — В недоумении спросил Николай.

— Правительство Евросоюза напугалось до полусмерти, едва только узнав о планах Таби соединить мир. Европейцы, конечно, толерантный народец, но не на столько, что бы согласиться слиться с другим измерением. Поэтому они сдадут Союз без особого сопротивления, так только, постреляют для видимости. Что б уж совсем подозрительно не выглядело.

— Вот оно как. — Император почесал подбородок. — А я думаю-гадаю, почему дела в Европе идут как по маслу. И тут без кардиналов не обошлось.

— Работа у меня такая. — Вилмер ухмыльнулся. — Не обольщайся только, с военными из Америки такое не прокатит. С Британией тоже. Пусть твои армии особо не расслабляют булки. Покурите потом, в Лондоне. Только не зацепите Тауэр, он мне нравится, сделаю себе тайную резиденцию, когда-нибудь.

— Само собой. — Государь согласился. — Сделаем все возможное. Не зря же пять лет я боролся с либералами и перевооружал войска.

— И опять же, по нашему совету. — Вилмер в этот момент чувствовал себя на вершине славы.

— Ох и хвастун! Никогда бы не подумал, что ты настолько заносчив. — Николай рассмеялся. — Хоть памятник ставь при жизни.

— А это хорошая идея, не спорю. — В шутку ответил кардинал. — Можно и несколько. Казна не обеднеет.

Оба собеседника прекрасно понимали, что сейчас и о переговорах Мардук с Россией-то никому нельзя было говорить, а уж о возведении монумента и подавно. Долгие годы обе стороны вели закулисные переговоры, которые удавалось успешно скрывать ото всех.

— Увы, не могу. Даже маленькую доску почета. — Николай пожал плечами, почесывая при этом бороду.

— Нет, так нет. Ладно, что-то мы разболтались. Продержитесь еще немного. Магистр начал эту резню, а мы закончим. До встречи.

Связь прервалась. Николай положил трубку и с помощью пульта управления попросил стюарда приготовить кофе. Его глаза были наполнены радостью. — «Вилмер жив, следовательно и мои спецназовцы не пропадут. Шанс покончить с войной, пока без малого половина мира не превратились в радиоактивный пепел, все еще есть». — Это не могло не радовать императора.

Когда кофе был готов, стюард, коим оказался светловолосый юноша, трижды постучал в дверь.

— Да-да, войдите! — Ответил Николай.

Юноша в военной форме открыл дверь и вошел внутрь.

— Ваше Высочество, кофе подан. — Стюард откланяться.

— Спасибо, Василий, ступай.

Юноша поспешил исполнить волю правителя и оставил его наедине.

— Вот как. Кардиналы не просто знали о предстоящей схватке, а еще и подыграли нам. — Николай сделал несколько глотков и потер рукой глаза, покрасневшие от недостатка сна. За последние несколько суток император отдыхал всего несколько часов и, то и дело зевал и умывался холодной водой, чтобы взбодриться.

Закончив работу с отчетами, государь принялся записывать вопросы к военным, дабы составить дальнейший план, если Вилмер все-таки провалится. Тогда Таби сможет вырвать инициативу в свои руки.

Николай не мог знать о жизни Кайлера и Фэллона, о предательстве четвертого кардинала и об успехах и трудностях подземной баталии. Ясно одно — не все шло по сценарию, иначе, чем еще можно было объяснить столь долгое отсутствие связи. И вообще, изначально план рассчитывался на несколько суток, а прошла уже целая неделя.

Допив кофе, Николай, не стал утруждать себя весьма долгой процедурой облачения в парадный мундир и решил появиться перед генералами в обычном рабочем кителе, перед этим, отправив послание Семенову: «Приказываю выделить дополнительные вагоны и локомотивы для нужд армии. Срочно. Николай». Телефон министра был отключен и пришлось действовать по старинке.

Покинув рабочий кабинет, император отправился в приемную, пробираясь по довольно нешироким коридорам бункера, в котором разместился секретный командный пункт империи. Оставаться в Кремле было крайне небезопасно.

Генералы уже ожидали главнокомандующего России и координатора союзных сил, как его именовали сербы, сирийцы и иранцы. Офицеры, по большей части, выглядели уставшими и потрепанными, но держались на ногах ради общего дела. Многие из присутствующих являлись закоренелыми монархистами и для каждого война была делом личной чести.

Едва в кабинете показалась фигура государя, как офицеры вытянулись по стойке смирно.

— Вольно, господа. — Спокойным тоном произнес Николай и характерным жестом ладонью показал: можно садиться.

Император занял место во главе стола, заранее опустив процедуру открытия совета с исполнением государственного гимна и прочими формальностями, которые имели место быть в размеренное мирное время.

Сам кабинет, в котором с трудом размещались два десятка человек, включая и самого Николая, выглядел куда беднее просторных и богато украшенных кремлевских залов. На серых каменных стенах висели только картины правителей новой династии и последних Романовых: Александра Третьего и Николая Второго, тезки нынешнего императора, к которым нынешний Николай питал особое уважение.

— Итак, приступим. — Главнокомандующий перешел к делу. — Положение на европейском театре удовлетворительное, как известно, наши уже в Версале. Китай выступил на нашей стороне и скоро придет на помощь. Однако, не стоит забывать про Америку, которая готовит контрудар и копит силы. К тому же, Китай пойдет за сильным, и легко заключит мир с Мардук, как только мы начнем проигрывать в Европе. Какие будут предложения?

— Ваше Высочество, мы до сих пор не взяли Дюнкерк. — Первым заговорил маршал Симонов, седовласый мужчина предпенсионного возраста. — Англичане способны нанести атаку и отрезать наступающие на юг силы. В совокупности с марсельской высадкой американцев, такой поворот может обернуться для нас катастрофой, равной битве под Сталинградом для немцев.

— Я понимаю, я уже говорил об этом с командующим фронта. — Император нахмурился. — Разве вы не читали отчетов перед тем, как явиться сюда? Или вы полагаете, что мы собрались здесь для того, что бы еще раз обсуждать уже принятое решение?

— Виноват, Ваше Высочество, не успел. — Офицер опустил взгляд.

— Я понимаю, у каждого работы непочатый край, однако же, мы — голова, наша армия — мышцы. А если голова не ведает, что творит, то о каком эффективном управлении воинскими частями может идти речь? — Николай стукнул кулаком по лакированному дубовому столу. — История вас ничему не учит, верно? Вспомните первую или вторую мировую! Еще раз повторять не буду! Отправлю под трибунал, на отставку и снисхождение не надейтесь! — Тон правителя сделался небывало жестким. — За проступки будете отвечать головой! Садитесь, господин Симонов!

Офицеры принялись что-то записывать в свои блокноты, вероятно дабы не навлечь и на себя гнев главнокомандующего.

— Еще будут предложения? Может вопросы? — Уже спокойно произнес Николай.

— Да, Ваше Высочество, разрешите обратиться! — Инициативу взял самый молодой из штабистов генерал-лейтенант Павлов, тридцати пяти лет от роду. В столь юном возрасте парню удалось совершить головокружительную карьеру, благодаря феноменальной памяти и умению маневрировать, наносить ошеломляющие удары в самых неожиданных местах. Прежде он сражался в Африке и на Ближнем востоке, где успешно громил террористов и наемников Мардук.

— Да, Виктор Алексеевич, слушаю. — Николай с любопытством взглянул на молодого человека.

— При всем имеющимся успехе в Европе, ситуация действительно складывается не вполне хорошая. Я читал сводки с фронта. Подкрепления, отправленные под Дюнкерк — капля в море по сравнению с девятью тысячами англичан и тремя сотнями танков. Наша группировка располагает всего двумя тысячами живой силы и полусотней танков. Помощь удвоит силу, но этого все равно мало. Враг копит резервы, и мы должны сбросить его в море во что бы то ни стало. Нужно больше техники, и самолетов. Промедление погубит нас! Флот англосаксов уже близко, мы подозреваем о десяти тысячах десанта, может больше.

— Хм. — Николай спешно отыскал донесение о перегруппировке войск во Франции. — Сейчас посмотрим еще раз. Вот вы, Виктор, сразу видно, подходите к делу со всей ответственностью. Не зря добились таких высот, будучи молодым. Хвалю.

Повисла тишина.

«В распоряжении наших под Версалем имеется тридцать тысяч, всего во Франции — больше ста. Почему же к опасному выступу отправили так мало? Командующий Краснов попросту боится контратаки французов, он же не знает, что последние и не думают сопротивляться. Так и побегут навстречу американцам или массово сдадутся в плен, как поступили их союзники». — Другого более-менее разумного объявления действиям Алексея Михайловича государь не находил. Император знал его много лет и считал мастером современного военного дела.

— Действительно, ситуация двоякая. По данным разведки Америка может высадиться в Бодро и Бретани и нам нужны люди. Выход один — бросить в бой резервы. — Николай вовсе не блефовал, пытаясь прикрыть генерала. Действительно, такая информация тоже имела место быть.

— Можно снять по одной дивизии, размещенной в Польше и Германии. К тому же, нет не малейшего намека, что финны вступят в войну. Нет смысла держать у финских границ целую армию, учитывая что силы соседей в трое меньше, и то рассредоточены по стране. Врятли Финляндии нужны проблемы. Скандинавия тоже выбрала нейтралитет. — Предложил кто-то из офицеров.

— Так и поступим. — Николай огласился. — Итого — четыре дивизии. Этого должно хватить с головой с укрепить силы, и надавать по шее британцам. Сколько времени займет дорога?

— Три дня, если железные дороги выделят вагоны. Можно не новые, главное — исправные и со светомаскировкой. — Отозвался все тот же голос молодого офицера. — Американцы планируют налеты, пока их спутники сбиты, они применят тактику войны по старинке. Из донесения внешней разведки говорится, что…

— Хорошо. — Николай прервал докладчика. — Подготовьте проект указа, я подпишу. Сегодня же бумаги должны лежать у меня на столе, войска можете забирать сразу, без моей директивы, под личную ответственность. Доставьте во Францию целыми и невредимыми. — Николай трижды поступал ладонью по столу. — Теперь о столице. Вы уже в курсе, что мы, господа, просрали, простите за выражение, Москву. — Император грозно оглядел присутствующих. — Так не годится. Вы знаете о скольких жертвах может идти речь?!

— Ваше Высочество! — По всей видимости, Симонов решил реабилитироваться за промашку с Дюнкерком. — Наша противовоздушная оборона усилена до максимума. Все ракетные комплексы на боевых позициях. В небе над всеми без исключения крупными городами, будь то Москва или Екатеринбург, несут дежурство истребители.

— Это я и без вас знаю. — Николай остался недоволен. — Нам необходимо провести детальное расследование и выяснить, почему наша хваленый оборона, на которую государство который год тратит баснословные деньги, оказалась пробита в самом сердце империи? Мне уже доложили о подтверждении гибели более чем двух тысяч наших подданных. И боюсь, что это только начало. Каждую минуту список будет расти и расти! — Императорские кулаки сжались. — Вы понимаете?

— Война, Ваше Высочество. Никто не в силах предусмотреть планы агрессора на сто процентов. — Командир столичного округа пытался списать катастрофу в Новокосино (этот район пострадал больше остальных) на так называемый туман войны.

— Я вам покажу Кузькину мать! — Буквально взревел Николай. — ПВО должны были работать как часы! Погибли тысячи людей, сломаны судьбы тех, кого мы призваны защищать, мать вашу! — Государь с силой ударил кулаком по столу, от которого в кабинете эхом пронеслось эхо. — Под трибунал захотелось? А? Мерзавец! Это что, необитаемый остров? Это не тунгусский метеорит! Пиши рапорт, скотина! Это твоя ответственность! Где ты был раньше? Грел задницу в Сочи?

Офицеры не на шутку встревожились. Кто-то продолжил лихорадочно писать заметки в блокнот, кто-то просто опустил глаза, а некоторые буквально вжались в стулья.

— Сегодня же жду все документы о начале проверки. Возглавит ее лично военный прокурор империи господин Сахаров. Каждый час докладывать, как идет спасение людей. Кстати, кто-нибудь в курсе, как?

— Ваше Высочество, в настоящее время организовано четыре госпиталя по сто койко-мест каждый, монтируется еще три таких же. Задействованы пять тысяч солдат особого столичного корпуса имени генерала Каппеля, сто грузовиков, семнадцать вертолетов. Все больниц Москвы и Подмосковья переведены на усиленный режим работы. Доктора из Петербурга на сверхскоростном поезде мчатся на помощь столичным медикам. К слову, панику в городе удалось обуздать. В самом тяжелом районе Новокосино организована спасательная операция. Армия приступила к разбору завалов. Существует горячая линия и интернет-сайт со списками погибших и пострадавших. — Маршал Кузнецов доложил обстановку.

— Надеюсь, все понимают — стреляли по мирным районам. Это был акт устрашения. Иначе, зачем еще превращать в руины дома гражданских?! В артиллерийский завод на Красной Поляне, например, никто и не целился! — Николай положил обе руки на стол, подобно ученику гимназии. — И если воля народов рухнет, то все наши военные достижения обернутся провалом. Вспомните ужасную революцию 1917-го, когда погибли миллионы, включая офицеров высшего звена и даже царскую семью. Никто же не хочет повторения истории и падения экономики, а также братоубийства?

Офицеры отрицательно покачали головой так и не решившись что-то ответить.

— Сегодня мне предстоит выступить перед народом и заявить о геноциде, учиненном врагом и осудить магистра Мардук. — Сообщил Николай. — Но и те, кто проворонил удар с нашей стороны — пойдут под суд.

— И кардиналов? — Добавил Симонов.

— Вы не в курсе? Кайлер и Фэллон убиты. Разведка донесла еще три дня назад. Как раз они и пытались предотвратить эту войну и ликвидировать магистра. Именно так передали разведчики. — Естественно, с ведома якобы мертвых кардиналов, о чем Николай уже не догадывался.

— А Вилмера что, не добили? — Симонов наверняка поседел бы, узнав про секретный союз между верхушкой России и заокеанскими кардиналами.

— Судьба третьего не известна. — Николай предпочел не афишировать, чем конкретно занимался кардинал в настоящее время.

— Сбежал, проклятый. — Заметил кто-то из окружающих.

«Что ни говори, а после победы нам понадобится еще много лет, пока наш союз с Вилмером станет открытым». — Заметил Николай. — «Слишком много произошло за последние годы».

Первая встреча Николая с кардиналами произошла совсем давно, на заре правления, когда император посещал Алтай и решил покататься на лыжах без охраны. Наверняка в тот момент его разумом руководил Кайлер или кто-то другой, а быть может, это было только случайное совпадение. Так или иначе, пути правителей мира пересеклись на заснеженной горной вершине в ясный солнечный день.

— Добрый день. Прекрасная погода, не правда ли? — Первым заговорил Кайлер, чье лицо закрывали горные очки и теплый шарф.

— Добрый. — Император поначалу принял незваных гостей за обычных туристов, которые не признали его (что не удивительно, государь зачастую прятал лицо от случайных зевак шерстяной повязкой). — Да, хороша! Не могу не согласиться.

Николай остановился, и двое путников подъехали почти вплотную.

— А вы рисковый человек, Николай. — Подключился Энди, поправляя волосы. — Гулять в одиночку средь бела дня. Это может быть опасно.

— Хм. — Николай нахмурился. — Узнали, значит. Ладно, давайте ручку и бумагу, подпишу автографы. — Обычно при встрече с ним люди просили или поставить подпись или сфотографироваться, пожимая государеву руку.

— А вы нас не узнали? Очевидно, что нет… — Кайлер едва не рассмеялся. — Или мой русский настолько хорош, что не выдает произношение американца?

— Рады знакомству. Энди, четвертый кардинал клана Мардук.

— А я, как вы уже могли догадаться — Кайлер. — Мужчина ухмыльнулся. — Прямиком из туманного Далласа.

— Тогда я — Дед Мороз. — Император, сперва, не поверил и подумал, что это розыгрыш кого-то из ближайшего окружения. — С чего бы Мардук явился ко мне один и без охраны. — Николай прищурился, пытаясь разглядеть лица, но яркий солнечный свет слепил глаза. К тому же, оба спутника носили солнцезащитные очки.

— Но ведь и царь без свиты. — Резонно заметил Энди. — Но, что бы между нами возникло взаимопонимание, я покажу вам фокус. — Кардинал снял перчатку, достав из кармана горнолыжного костюма перочинный нож, полоснул себя по ладони. Из раны потекла кровь, которая струилась на белый снег, делая его багрово-красным. Впрочем, через пару секунд глаза кардинала засветились ярким оранжевым свечением, заметным даже через темные очки, а рана зажила в мгновение ока. — Теперь понятно, кто мы?

— Или показать еще пару номеров? — Кайлер не мог не удержаться от черного юмора. — Жаль, что цирк уехал. Вилмер с радостью исполнил бы для вас несколько трюков. Это он у нас массовик-затейник.

— Цирк уехал, а фокусники остались. — Николай перефразировал фразу про клоунов. — Итак, зачем вы здесь? Убить? Я в вашем распоряжении, как видите, охраны под рукой нет, и я не вооружен.

— Не смешите. — Кайлер едва удержался от хохота. — Мы бы не стали церемониться ради убийства, хватило бы и одной пули, зачем расшаркиваться и тратить время. Мы здесь по делу.

— Какие дела могут быть между закоренелыми врагами? — Недоумевал Николай. — У вас США, у меня — Россия. У каждого свои интересы. И своя правда.

— То, что магистр наворотил дел во всем мире, так это не наша заслуга. Мы как раз и пришли, потому что хотим договориться. И остановить мировую вакханалию. — Кайлер заговорил, как дипломат.

— А вы не при делах? Подумать только. — Император отнесся к словам собеседника весьма скептически. Учитывая весьма напряженные отношения между сверхдержавами и прямой контроль клана Мардук над американским правительством, недоверие российского монарха вовсе не выглядело беспочвенно.

— Понимаю, нам весьма не просто доказать свою непричастность, скажем, в войне между проимперским Египтом и прозападной Ливией. Я бы смог доказать магистру, что нефть в стране на исходе, тот обнаружил в Египте запасы урана, и решил прибрать их к рукам. Честно говоря, у нас вложен не малый капитал в туристический бизнес и конфликт не выгоден ни кардиналам, ни России, которая в случае поражения наследников фараонов лишится не только миллиардов рублей, но и военного союзника вблизи Палестины и Суэцкого канала. — Энди попытался убедить Николая. — Нам всем нужен Египет в том виде, в котором он существует сейчас, а не то подобие государства, во что превратилась Ливия. Там у нас уже сгорели деньги, а воздухом сыт не будешь. Так что, агрессивная политика магистра не устраивает никого из нас.

— Да… — В заключении, слово взял Кайлер. — Ни для кого не секрет, что именно в Египте покоится один из стражников, такой же, как и в России, или на острове Пасхи, в Британии, да много где. Вам же нужен стражник? Можем забирать?

— Допустим, я поверил. Но что вы предложите? — Николай хотел было скрестить руки на груди, но ему некуда было деть лыжные палки, так что просто оперся на них. — Что будем делать? Если вы те, кем представились, то знаете, какие меры приняла Россия, дабы сохранить Египет в нашем правовом поле.

— Поставки оружия и военные советники. — Не задумываясь, ответил Кайлер, взглянув в глаза Николаю. — Я вас умоляю.

Сквозь очки император увидел уверенный взгляд кардинала, в меру суровый, но не надменный. Где-то он напоминал самого государя в молодости, хотя Кайлер был куда старше Николая и только энергия ану позволяла ему сохранить молодость двадцатилетнего.

— Но этого недостаточно. — Добавил Энди, закуривая сигарету. — Южане — те еще вояки. Руки поднимут и все, были танки ваши, стали наши…

— Мы не можем ввести армию. Это развяжет руки Америке. И третья мировая оставит вас не только без Египта, но и без всего мира. — Император посмотрел с недоверием. Такой сценарий был наиболее выгоден для заокеанских кланов. Война, как известно, будь то первая или вторая мировая, буквально озолотили Штаты и с той поры они привыкли делать деньги на чужих жизнях.

— Еще чего не хватало. — Кайлер словно читал мысли. — Прямой удар тут нужен меньше всего.

«Неожиданно. Значит они не будут упрашивать меня влезть в Африку в открытую». — Николай позволил себе удивиться.

— Тихие, мирные два-три вакуумных удара по позициям боевиков, и все. Они трусливы и способны воевать, только когда чувствуют силу. А армия Египта никогда не отличалась высокой боеспособностью. Так что, сколько не посылай оружие, рано или поздно его захватят и обернут против их самих. Продайте несколько ракет, и бомбаните по радикалам. Разбегутся, как тараканы. Только понимай, как звали. — Энди уже во всю описывал план операции.

— И России вроде бы не при делах, и наши денежки на месте. Одни плюсы. — Добавил Кайлер. — Кто докажет, что оружие слил, скажем, не Китай, или Индия. Мало ли у Америки врагов всяких скрытых?

На всякий случай Николай осмотрелся. Вокруг не было ни души. Только заснеженный склон, хвойный лес где-то вдали, да яркое безоблачное небо предстали взору государя.

— Откуда мне знать, что это правда? И что эти удары не аукнутся конфликтом с Америкой?

— Когда падет египетский режим, а империя лишится около одного процента внешнего дохода, тогда посмотрим, кто прав. Тогда поздно будет кусать локти.

«Проклятье, положение на Ближнем Востоке и так на ладан дышит». — Николай предпочел промолчать. И без слов было понятно — дела шли из рук вон плохо и несколько сотен военных специалистов не выровняли ситуацию на фронте. Террористы рвались в Александрию. Город находился на военном положении и, хотя помощь России и замедлила наступление, но не остановила его. Враг вгрызаться в пустыню, медленно пробивая путь к Нилу.

— Ну, в качестве жеста доброй воли, мы дарим чертежи самолета, способного развивать скорость вдвое выше тех, которые доступны науке сейчас. Имперская авиация станет ведущей в мире и Америка долго не составит проблем в воздухе. — Кайлер прянул Николаю системный накопитель. — Можете проверить на вирусы или шпионские программы. Все чисто. Мы и так знаем о вас все, что нужно, и даже больше, так, из чистого любопытства.

— Я подумаю. — Император дал уклончивый ответ.

— Только не затягивай с решением. — Энди перешел на «ты», прежде чем покинуть государя. — Египет ждать не будет.

— И, да. — Деловито произнес Кайлер. — Этой встречи никогда не было. Никто не должен знать, кто мы такие. И… Вообще, даже самые верные люди пусть держатся в стороне, пока это возможно. Так будет спокойнее, и нам, и вам. — Кардинал взмахнул рукой. — Чао, бамбино!

Кардиналы удались так же неожиданно, как и появились, словно их лыжи парили в воздухе, не оставляя следов на снегу. Внезапность всегда была визитной карточкой четверки, а потом и тройки в черных балахонах.

В тот раз Николай послушал заграничного совета и Египет удалось отстоять. Через полгода силы республики перешли границу Ливии и принудили страну к миру. Вскоре пал и режим, а в стране установилась более-менее приличная демократия (всяко лучше, чем потерявшие страх радикалы).

В итоге все остались с выигрышем, кроме магистра Мардук. Так зародился самый необычный за всю мировую историю и самый секретный союз. Закулисных игр подобного размаха, пожалуй, мир еще не знал.

Позже Николай познакомился с Фэллоном, который помог взломать сервер ЦРУ и предотвратить кибератаку на центральный банк империи. Последним явился Вилмер, советовавший порасторопнее наращивать военный потенциал, предупреждая о возможности мировой войны и заморочках Магистра, медленно слетающего с катушек.

Само собой, не обходилось и без противоречий и трудностей. Нотки взаимного недоверия еще долгое время царили в воздухе. Но, все изменилось после того, как троица спасла империю, да и весь мир от пробуждения стражников, которых выпустил предатель Васнецов.

С той поры Николай относился к кардиналам, как с настоящим союзникам, пусть и не показывал вида. Даже Верговский, единственный посвященный во все подробности игры с заморскими партнерами, и тот не был в курсе всех подробностей. Государь старался делать вид, будто не доверяет кардинальской чете, соблюдая все тонкости политики.

Глава 11

Между раем и адом

Ноябрь 2221 года

— Черт побери! Вилмер! Это же верная смерть! — Кайлер резко возмутился, разведя руками. — Не хватало еще потерять и тебя! — Кардинал бурно жестикулировал, при этом его глаза бегали из стороны в сторону, выдавая нервозность.

— Это самоубийство. — Более спокойно согласился Фэллон. — Должен быть другой способ, разве для этого мы прошли столь долгий путь?

Кардиналы сидели на импровизированных сидениях, то есть на пустых ящиках из-под патронов друг напротив друга, создавая небольшой треугольник.

— Знаю, но другой возможности может и не быть. Таби может перейти от слов к действию. Война уже идет. Если не успеем, магистр схлопнет Тиамат. Облако соединит миры даже без портала. Оно само по себе и есть окно между измерениями, разве не так? Я уберу его, а вы разберитесь с мертвыми. Пока магистр не знает о гибели Энди и считает, что его отряды успешно сражаются с остатками кардинальских отрядов, оставшихся без командования — самое время для меня. Идеально. — Вилмер тараторил, глотая буквы. — Разве нет?

Вилмер задумал убить магистра с помощью нового яда, изобретенного на том же Тибете, где в свое время кипела бурная научная жизнь. Против зелья не было противоядия, а его сила могла поразить даже такого здоровяка, как чистокровный пожиратель Таби. Энергия ану просто не успевала восстановить организм и вызывала почти мгновенную гибель.

Единственный минус нового зелья — необходимость попадания отравленным кинжалом или пулей точно в сердце, чтобы вещество как можно скорее распространилось по крови. В противном случае существовала большая вероятность провала. Таби не являлся простым смертным и мог выжить, как показывали компьютерные расчеты Фэллона. Тогда завязалась бы драка, в которой магистр вышел бы сухим из воды, являясь сильнейшим человеком на планете благодаря все тем же силам пожирателя.

— А если провалишься? — Второй серьезно беспокоился.

— Я хоть раз давал промашку? — Возразил третий кардинал, вопросительно уставившись на братьев.

— Раз в год и палка стреляет. — Пословицей ответил Кайлер. — Вспомни, как вышло с Васнецовым. Взял, да и попал в позвоночник вместо печени. Никто не застрахован от ошибок, даже программа дает сбои. Компьютеры…

— Только не это! — Вилмер схватился за голову, перебив Кайлера. — Стоило один раз сплоховать, и тебе будут припоминать об этом целую вечность! — Кардинал состроил недовольную гримасу. По его выражению лица читалось: «Неужели вы настолько недооцениваете меня?»

— Выключи героя уже. Давай сейчас подумаем, как поступить? — Кайлер стоял на своем. — Сейчас не время для резких движений.

— Индюк тоже думал, да в суп попал! — Решительно возразил Вилмер. — Можно сто лет совещаться, дождемся, пока станет слишком поздно! Мы уже и так чуть не проиграли, потому что ждали у моря погоды!

— Ой, упертый, как не знаю кто. — Фэллон махнул рукой. — И в кого же ты такой…

— А что, если Энди успел передать информацию Таби? Поразмысли хорошенько! Не будь наивным глупцом! — Добавил Кайлер. — Ты сам себя подведешь под белые тапки! Угомонись!

— Нет, он попрощался со мной. Перед смертью… — Вилмер неожиданно замолчал.

Перед глазами третьего пронеслось прошлое, тесно связанное с самым молодым кардиналом. К слову, после его вымышленной смерти, третий сперва замкнулся в себе, а затем начал топить депрессию в алкоголе и пристрастился к многочисленным женщинам — представительницам древнейшей профессии.

Сказать, что оба кардинала стали близкими друзьями, означало ровным счетом ничего. Утрата Энди сильно пошатнула Вилмера. И даже сейчас он не мог прийти в себя, осознав, что на этот раз все по-настоящему. Он потерял не только друга, но и человека, с которым они разделяли множество моментов и переживаний.

— Я уничтожу Таби и воскрешу Энди! Он ведь где-то там, в тоннеле. Таби за все заплатит! — Прохрипел Вилмер от злости. — Он… Он не предавал нас!

— Что? — Глаза Кайлера и Фэллона округлились. Никто из них не понимал, что происходит и почему Вилмер говорит о честности Энди.

Фэллон даже принялся лихорадочно читать мысли, невольно подозревая брата в помрачении рассудка на фоне потери друга. — «Твою мать, что за бред». — Вилмер оказался адекватен. — «Что это значит?»

— Что за чертовщина? — Выругался Кайлер, доставая из кармана сигарету. — Что ты такое несешь?

— А ты смотри, все здесь, в моей памяти! — Вилмер трижды постучал себя по шлему. — Мы ведь сейчас все друг у друга, как на ладони, ничего не утаить.

«Кайлер, кажется он прав. Энди специально все подстроил! Он прикрывал нас все это время, чертов засранец!» — Фэллон лихорадочно закурил вслед за Кайлером.

«Я знаю». — Ответил тот. — «Не понимаю, зачем было подставляться под пули?»

— Что? Прочитали мысли? Убедились, что я не чокнутый? — С некоторой толикой злости выпалил Вилмер. Руки третьего задрожали, как у старика. — С меня хватит! — Его голос вновь наполнился ненавистью. — Я сделаю все. Ради Энди. Ради нашего брата! Он не чужой и натерпелся достаточно! — Едва ли не вскрикнул кардинал, резко сорвавшись и места и сев в электрокар.

— Вилмер, не кипятись! — Кайлер попытался остановить его.

«Вы всегда недооценивали меня!» — Только ответил он на прощание, хлопнув дверью, затем вцепился в руль и, прижав педаль к полу, дал стрекоча.

— Ой, дураком был, дураком и остался! — Фыркнул Фэллон, смотря в спину быстро удаляющемуся автомобилю Вилмера.

— Вот же… Этого я и боялся. — Кайлер пнул стену ботинком. — Они с Энди, как мы, понимаешь? Они связаны ментально… Словно единое целое… Мы не можем просто игнорировать эту связь.

Фэллон только вздохнул. Он и без того понимал, что происходило с братом все это время, но ничего не мог с этим поделать.

— Все же нам еще далеко до идеала. Чувства — наша слабость. Мы слабее, чем могли бы быть, существуя одни. Привязанность, дружба… Они порождают эмоции…

— И в этом наша сила, не забывай — у медали две стороны.

На этом пути разошлись. Кайлер, ровно, как и Фэллон, понимали — ничто не удержит Вилмера от затеи и более не пробовали его остановить. Зная его темперамент, такое поведение вызвало бы обратную реакцию.

— Ну, пойдем. Нам тоже надо доделать начатое. Как действуем дальше? — У Фэллона уже созрел план, но он решил сперва узнать мнение брата. — Надо успеть, пока Вилмер не добрался до башни Мардук, возможно нам потребуется помогать ему.

Кайлер смотрел на стену и молча курил. В некогда единой и монолитной кардинальской чете назревал раскол. Случилось то, чего он всегда боялся больше всего.

— И что будем делать, говоришь? — Кайлер пребывал в некотором замешательстве. — В таком состоянии Вилмера не остановить. — Он покачал головой. — Будем надеяться, что план брата сработает, а пока постараемся убедить мертвых прыгнуть в ловцы душ и навсегда избавимся от этого проклятого подземного кладбища. — И, с грустью, добавил, имея ввиду третьего кардинала. — Только бы он выжил.

— Ты прав, сунуться к старикану — все равно, что отдать брата на растерзание диким волкам. Думаешь, стоило его связать?

— И раззадорить еще больше, если этот засранец что-то удумал, то все… Хоть весь мир станет ему наперекор… Такой уж он.

— Значит, надо разделаться с мертвяками.

Кайлер некоторое время молчал, смотря вдаль темного коридора, будто не расслышал слов брата. На деле, он все прекрасно понимал и лишь обдумывал ответ.

— И опять на сцену выходит Роб, верно? — Наконец сказал он.

— Так и есть. — Фэллон одобрительно кивнул, туша окурок об стену. — Надеюсь, нас не заметят. Будем тише воды.

Кардиналы поднялись на ноги и бодро зашагали в сторону лагеря русских, расположившихся неподалеку от собственных отрядов, поднимая в воздух пыль и еще больше пачкая обувь и мантии. Впрочем, грязнее, пожалуй уже не могло быть, ведь пыль находилась повсюду, даже в воздухе, мешая спокойно дышать, вызывая першение в горле и слезоточение.

Специальные салфетки могли разве что привести в порядок кожу рук и лица, но вот справиться с одеждой им было не под силу. Да в этом и не было необходимости, все равно через считанные минуты ходьбы серый налет возвращался на свое место.

Кардиналы злились, но ничего поделать не могли. Навести чистоту в заброшенном много лет подземелье можно было разве что по волшебству, которое существовало только в книгах.

Тем временем, в лагере русских, Хьюз активно помогала освоить новое оружие.

— Кто не пройдет тест, тот уедет домой со своим драндулетом! — Под последним понималось оружие, с которым отряд вошел в тоннель. — Все просто до невозможности. Так что, постарайтесь не сплоховать! — Сержант освоила роль наставника и теперь помогала другим стать сильнее.

— Муштруешь, будто новобранцев. — Усмехнулся Фэллон. — Как успехи? Многие поедут домой, как ты сказала, с драндулетами?

— Это моя работа. — Ответила Хьюз. — Ребята старательные, не хуже нашего. Но кто дал им это старье? У нас такие автоматы уже лет эдак цать не используются. И это хваленая Россия, которая держит в ежовых рукавицах половину мира?

— Не везде технологии идут в ногу со временем. — Кайлер предпочел промолчать, что за пределами туманных городов военные технологии не так развиты, как можно было бы подумать. Отчасти делалось это и потому, что бы Мардук всегда оставался впереди планеты всей, потому кардиналы тщательно охраняли собственные военные новинки.

— Понимаю, но не думал, что настолько сильно. — Сержант пристально взглянула на кардинала, но потом снова вернулась к работе. — Как же они умудряются воевать?

— Роб, можно тебя на пару слов? — Фэллон обратился к бывшему ученику.

Стоящий рядом с сержантом Роб кивнул головой и поставил автомат на предохранитель, повесив его на плечо.

— Слушаю. — Командир русских подошел к кардиналу.

— Не здесь. — Кайлер жестом показал, что разговор не для широкой публики.

Робу пришлось согласиться.

Кардиналы вернулись к тому месту, где немногим ранее беседовали с Вилмером. Только на сей раз, они предпочли говорить стоя. Толи диалог предстоял не долгий, толи не хотелось еще больше пачкать одежду, хотя, казалось бы, куда еще.

— Роб, мы разделимся. — Кайлер решил взорвать портал и вытащить мертвецов одновременно. — Займись мертвяками. Если надо, проведите зачистку и поймайте их силой. Не знаю, как хочешь. Но если энергобарьера не станет, а генератор дышит на ладан, тогда все. Ану победили. Жизнь в библейском аду покажется раем по сравнению с тем, что ждет нас в том мире.

— Знаю. — Робу явно не нравилось, когда ему повторяли дважды. — А что, если нагрянет Таби?

— Сражайтесь. — Фэллон не остался в стороне. — Не просто же так у вас теперь лучшие автоматы и броники во всем мире! Даже у Таби таких нет. Мы постарались подсунуть ему старье под видом новинки года.

— Узнаю своего учителя. — Рассмеялся Роб.

— Приятно, что ты до сих пор считаешь меня наставником. — Кардинал явно иронизировал, при этом важно подняв голову и сложив руки на груди, словно гордился собой. — Да, я такой, прямо академик военных наук.

— Постараемся провернуть дело так, чтобы не попасться на глаза мертвым. — Заговорил Кайлер. — После того, как прогремит взрыв, нам придется пробираться назад у них под самым носом. Лучше остаться незамеченными. А ты, повторюсь, выведи их, как угодно. Иначе миру крышка. Всем конец.

Роб тяжело вздохнул и почесал нос. Перед ним стояла задача явно не из легких. Убедить в чем либо призраков подземелья, выглядело практически невыполнимым. Он помнил, как дух Знахаря в два щелчка расправился с солдатами и опасался за повторение событий.

— Придется попотеть. — Выговорил он. — Они весьма своеобразные товарищи.

На сей раз Роб решил не начинать демагогию по поводу причин недоверия мертвецов к живым, все равно в итоге каждый останется при своем мнении. Спорить с кардиналами было делом бессмысленным, а Робу, как впрочем, и всем остальным уже не терпелось поскорее покинуть это захолустье.

— Надеемся на тебя. — Фэллон протянул руку и Роб ответил рукопожатием.

Однако же рукопожатие носило еще и скрытый аспект, о котором никто, кроме кардиналов не догадывался. Таким образом, Фэллон получил отпечаток пальцев ученика через микроскопический считыватель, встроенный в перчатку.

Все дело в том, что кардинал просто не успел передать всю информацию на съемный диск перед уничтожением компьютера и остался без отпечатков. Но все ценности остались у него, брошены в основном были только те данные, восстановление которых не требовало каких-либо особых трудов.

К полудню группы разделились. Кайлер и Фэллон отправились доламывать портал, а Роб и Хьюз — провести переговоры с призраками подземелья.

— Ты не причастна к убийству в Дальнем пределе? — Роб спросил сержанта напрямую.

— Нет. Этим занимались люди Таби. — Сержант слукавила. На самом деле лично кардиналы также немного поучаствовали в кровавой мясорубке (отличился только Вилмер, склонный к пыткам и крови). — Я остался тренировать людей на базе.

— Почему ты говоришь о себе в мужском роде? — Наконец-то, набравшись наглости, спросил Роб, до этого державший любопытство в узде. — Так заведено в Мардук?

— Теперь мы не Мардук. Не хотим иметь ничего общего с магистром. — Сурово произнесла Хьюз, отмахнувшись рукой и поморщившись. — И нет у нас никакого правила. Мне так комфортно, и ничего более.

— Ясно. Тогда не буду тебя смущать. — Робу хоть и казалось поведение сержанта странным, но он решил не спорить. — Кем ты был до того, как оказаться в кардинальском отряде? — Мужчина сменил тему.

— Никем. Обычным карманником, который владел карате. И все. — Хьюз не стала скрывать свое довольно темное прошлое. — Меня приютил Фэллон и научил всему. Потом за дело взялись и остальные кардиналы. А ты? Как ты познакомился с учителем?

Роб призадумался. Он никогда не любил ворошить прошлое и избегал долгих бесед.

— Обычным полицейским. Я хотел построить карьеру, и служить в «Цитадели», а потом… — Роб замолчал.

— Что, совесть замучила? — Ухмыльнулась Хьюз, посмотрев на Роба с недоверием.

— О чем ты? — Удивился Роб.

— Офицер, стремившийся к карьере, а тут раз и попал в клан, принялся убивать. — Казалось, сержант знала биографию Роба наперед. На самом деле она просто угадала, чем занимался полицейский, ставший учеником Фэллона, самого придирчивого к выбору собственных учеников. — Ты отлично справился со своим предназначением, раз кардиналы доверяют тебе даже сейчас, когда ты сменил гражданство.

— Я был убийцей. — Наконец согласился Роб. — Не стоит говорить, какие поручения выполняли черносотенцы. Ты знаешь это не хуже меня…

— Я тоже. Но ни единого раза мне не довелось отправить на тот свет невиновных. — Хьюз и не пыталась скрыть прошлое, наоборот, гордилась им. — Террористы, убийцы, маньяки и воры. Закоренелые рецидивисты, если кратко. Ни одного честного человека. Разве есть повод пожалеть хоть одного из них?

— Тебе повезло больше. — Ответил Роб. — Журналисты, писатели, правозащитники, ищущие правды. — Не хватит пальцев на руках и ногах, перечислить их имена. Кровь каждого на мне.

Хьюз едва испустила злорадный смешок, а затем и вовсе разразилась истерическим смехом. Роб опешил, но решил не спешить с выводами.

— Разве я сказал что-то смешное? — Осторожно спросил он.

— Да ты просто болван, Роб! — Произнесла сержант сквозь смех. А потом, в один миг став серьезной, добавила. — Глен Мартин, редактор газеты «Наш Даллас», педофил и насильник. Сэм Питерс младший, председатель партии «Зеленый мир», убийца, наркоман и зачинщик сорванного теракта в желтом секторе метро. Уильям Стюарт, лидер оппозиции, наркоторговец. Кто из них был достоин жизни? — Хьюз похлопала Роба по плечу. — Может быть Антонио Уильямс? Он вообще создал свою секту, в которой приносил жертвоприношения. Я знала их всех, не лично, разумеется, из служебных донесений. Ты ведь про них сейчас? Верно?

— Так и есть. — Роб кивнул. — Они были плохими парнями и достойны наказания. Но и не смерти. Есть же тюрьмы. — Возразил было он. — Почему им нельзя было жить?

— Разве ты не помнишь? Размах преступности в городе зашкаливал до того, как Кайлер и Фэллон не провели зачистку. Не хватило бы тюрем. Шарлатаны и воры грабили Даллас и не считались ни с какими потерями в бесчестной игре за власть. Таби запустил город и если бы не кардиналы, то мы бы превратились в непонятное гетто, в вечном наркотическом угаре.

— А они прямо как супергерои, юные Робин Гуды, пришли и превратили Даллас в оплот порядка и процветания. Смешно. Город не стал ни на шаг ближе к идеалу. Вспомнить хотя бы постоянные нападения ану.

— Политика — грязное дело, но я знаю, что без вмешательства кардиналов было бы еще хуже. Я жил в красной зоне и только изредка покидал ее для дела. Меня могли несколько раз изнасиловать и убить, если бы смогли. Я знаю, как жили там и как шаг за шагом, под носом у магистра, эти парни в черных балахонах наводили порядок. Но, пока магистр жив, ничего не получится довести до конца.

Хьюз питала надежды, что кардиналы превратят город в земной рай, как только придут к неограниченной власти. Роб же относился к ее словам с определенной долей скепсиса.

— Я не заметил улучшений в красной зоне. — Произнес он.

— А давно ли тебе доводилось бывать там? — Спросила сержант, зная, что Роб много лет живет в России.

— Лет десять, может быть больше.

— Вот именно. Сейчас там даже полиция чувствует себя в безопасности, по крайней мере, днем. Кайлер как-то сказал мне, что ему не нужно необразованное стадо, которое тянет науку назад. Он хочет обучить красных и прировнять их сперва к оранжевым, а затем и к желтым. И… — Хьюз запнулась. — Больше не будет никаких пожирателей. Со временем мы найдем способ покорить Тиамат и продлевать жизнь.

Сержант свято верила обещаниям своих повелителей, следуя не только верности присяги, но и своим личным убеждениям. Для нее прошлая жизнь казалась сущим адом, как и для многих, служивших в отряде — на службе редко можно было встретить кого-то из высших слоев общества.

Роб, напротив, относился к каждому из черной тройки с некой толикой противоречивости. С одной стороны они сражались бок обок против зла в лице старикана Таби, с другой — руки каждого были в крови по самые плечи.

— Судить или миловать ни ты, Роб, ни я, ни кто-либо другой, не имеем права. Все мы убийцы. В этом и заключается наша жизнь — убить сотни, что бы жили миллионы.

— Мир не плох и не хорош. — Произнес Роб. — Пару лет тому назад я говорил это другу, которого потом же и убил в этом подземелье.

— Это так. В жизни все сложнее. — Согласилась Хьюз. — Я не знаю, что произошло между тобой и другом, не могу судить. А как бы ты поступил, если тебе дали право выбора? Только честно.

— Он сам решил уйти, спасая возлюбленную. Наверняка тебе приходилось слышать о пробуждении стражников. — Роб вспомнил события нескольких лет давности. — Мы пытались спасти им жизнь, но…

— Да, я знаю. Вы спасали сестру кардинала Вилмера. — Произнесла Хьюз. — Элизабет. Тогда Кайлер и Фэллон едва не погибли.

— Да уж, везет им в плане приключений. — Роб ухмыльнулся, имея ввиду мнимую гибель кардиналов.

— Они всегда были готовы прийти на выручку. — Сержант шутку Роба не оценила. — Даже умереть за нас.

— Знаю. — Кивнул Роб, вспоминая спасение Элизабет. — Но мой путь был полон лишений, таков был план Кайлера.

— Значит, таково наше предназначение. Мы сами выбрали свой путь. Согласились стать орудием в их руках.

Немного позади командиров шли русские. Пусть Роб и Хьюз и говорили довольно громко, их слова утопали в топоте сапог, звук от которых эхом разносился по длинному коридору, так что никто не мог их услышать.

— Смотри-ка, а Роб не промах. — Шутил Денис. — Строил из себя недотрогу, а уже склеил заморскую цыпочку.

— А она ничего так, хоть и волосы коротковаты. — Улыбнулся Андрей. — Леха, как тебе?

— Ты про Хьюз? Не мой типаж, груди маленькие, ты же знаешь.

— Зато тело накачанное. — Парировал Андрей.

— Вот именно. — Алексей покачал головой. — Я люблю женственность, а не груду мышц в постели.

— Какой переборчивый. — Буркнул Андрей. — А я бы не отказался пошалить. Говорят, американки такие страстные.

— Смотри, как бы не лишиться причиндалов. — Едва ли не расхохотался Денис. — Такой бабе палец в рот не клади. Она не просто солдат!

— Это точно. — Андрей угомонился. — Тем более, там уже командир шашни крутит, не по уставу.

— А вам бы только на девок смотреть. — Заметил Егор, шедший сразу за разговорившимися товарищами. — Бабники, честное слово.

— Я вообще женатый человек. — Засмеялся Денис. — Но, посмотреть никогда не против. Это же не преступление.

— Вернемся, все расскажу твоей ненаглядной! — Егор в шутку погрозил пальцем. — Закатит тебе по первое число.

— Не получится. — Невозмутимо ответит тот. — Все будет под грифом секретно. Даже такие подробности!

— Дуракам везет. — Егор махнул рукой.

— А я думаю, откуда у тебя такое везение? — Хмыкнул Денис.

Боевой дух армии был в зените. Военные шутили друг над другом, рассказывали анекдоты. Они еще не знали, что на поверхности развернулась полномасштабная война, в которой их войска рвались на запад, парадным маршем шагая из города в город, из столицы в столицу. Пока еще для Роба и товарищей стояла невредимой Москва, и никто не подозревал о грядущей трагедии.

— Интересно, как сейчас дома? — Вдруг спросил Михаил, тоже услышав оживленную беседу.

— Да как, все по старому. Что с ним будет-то. — Иронизировал было Денис.

— Да черт его знает. — Михаил пожал плечами. — Может там уже воюют на всю катушку, пока мы тут пыль гоняем, как помойные крысы.

Парень оказался прав.

Европа не хотела крови и боялась Америку, как огня, поэтому и сдавалась на милость России, только бы не попасть в кабалу Тиамат, как это случилось за океаном. Нет, энергию ану, само собой, использовали во всем мире, только вот не так рьяно, как американские правители.

Следовательно, никакой угрозы пробуждения облака над Лондоном, Парижем или Берлином никогда не было. Что не сказать о погрязшем в тумане Далласе. Даже Нью-Йорк входил в зону риска, пусть использование энергии ограничивалось смертной казнью или ставшей в последние годы популярной эвтаназией.

— Стоп! — Скомандовала Хьюз. — Дальше мы одни. За поворотом река, будет не круто, если мертвые увидят оружие. Прикройте нас в случае атаки с тыла. Мы пойдем вдвоем. Роб, что бы не случилось, не снимай шлем. Иначе, все пропало, можно писать завещание на языке Тиамат.

— Понял. Я и не собирался, мне не в первой. — Ответил Роб. — Рота, занять оборону! Общение только с помощью мысли и шлема! — Командным тоном он обратился к отряду.

«Есть!» — Почти хором ответили военные, используя шлем, чему их научила сержант.

— Вот и славно. — Ответил Роб. — Идем, Хьюз.

Двое сдали оружие и броню, оставив при себе только шлемы и молча, не проронив ни единого слова, двинулись дальше.

«Сержант, а что если они смогут читать нас через шлемы?» — Мысленно спросил Роб. — «В прошлый раз так и вышло. Хотя, кардиналы нас уверяли в обратном, я не уверен в их надежности».

«Не переживай, то были только пробные модели». — Успокаивала Хьюз. — «Эти куда более продвинутые. Техника не стоит на месте». — Женщина слегка постучала пальцем по шлему. — «В отличие от способностей мертвецов».

«Хочется вериться». — Улыбнулся Роб.

Между тем, пара преодолела поворот и вышла к подземной реке. Вода в ней, сквозь шлем, казалась мутной и темной, подобно какао. Однако же, запаха нечистот, как в самом Далласе, река не источала.

Роб посмотрел вперед. За мостом, по всей видимости, их поджидал смотрящий, с рваной осколочной раной на груди. Его глаз небрежно телепался на щеке, а перебитая рука без кисти свисала без движения.

— Кто вы? Здесь живым не рады! — Незнакомец грубым жестом показал, куда следовало идти непрошеным гостям.

«Ты знаешь его?» — Хьюз спросила о первом визите Роба в подземелье.

«Понятия не имею». — Только ответил тот.

— Нам нужно поговорить с господином Хамильтоном и его дочерью Лаурой. — Роб проигнорировал дерзкую выходку призрака, озвучив свою цель.

— Зачем вам говорить с нами? Я же сказал — пошли прочь! Это наша территория! — Дозорный оставался непреклонен, показывая некультурный жест здоровой рукой.

— Об этом могу сказать только лично правителям города. — Роб так же стоял на своем.

— Если до твоей куриной башки еще не дошло, то нет больше никакого чертового города! Понятно? — Тон призрака стал еще более неприветливым. — Или у тебя белая горячка? — Дозорный не скупился на жесты, словно пританцовывая.

— Тогда кто ты? — Роб указал пальцем на призрака.

— Вот же болван! Я — умер. Нет меня! Как и все мы здесь! Все! До единого! Нет нас больше. Дошло? Разве по мне не видно?

— Знаю, что умерли. Поэтому я и здесь. Россия предлагает спастись и жить. В противном случае…

— Что, убьешь еще раз? — Мертвец съязвил, покрутив пальцем здоровой руки у виска. — Это невозможно. Я уже труп.

Роб только покачал головой. — «Ну и баран». — Выругался он про себя.

— Или вам всем конец во второй раз. Если энергобарьера не станет, то вы отправитесь не в ад и не в рай, а прямиком в лапы пожирателей облака Тиамат. Смекнул? Или ты ни разу не был на поверхности и ничего не знаешь про Даллас?

— И почему мне верить тебе? Мне тут подсказывают, что ты сотрудничал с Мардук. — Дозорный скрестил руки на груди, обняв поврежденную руку.

— Если не веришь, спроси Брауна, Рэта или Элизабет! Они как раз среди вас!

— Рэта и Элизабет? — Переспросил он. — Та самая влюбленная пара, которую ты пристрелил в тоннеле своими руками? Верно? Я ведь все видел, далеко вижу, о да. Это был ты. Как и твои дружки за поворотом, да?

«Черт, Хьюз, мы прокололись». — Роб нахмурился. — «Теперь точно будут бодаться до последнего».

Сержант пристально взглянула сперва на мертвеца, довольного собой, а затем на Роба, который немного растерялся. — «Не дрейфь, импровизируем». — Хьюз держалась молодцом. — «Он и без того не особо шел на компромисс, только зубы заговаривал».

— Спроси у нее, почему так случилось? Я делал это, потому что мир стоял над пропастью гибели! — Роб пошел в словесную атаку.

— Спрашивал. Не отвечает. — Дозорный то ли блефовал, то ли Элизабет действительно предпочитала не говорить о своем прошлом.

— Дай мне поговорить с ней и Рэтом Джонсом! — Роб предпочел защите нападение. — Они мои друзья!

Хьюз тоже напряглись, хотя и не особо понимала, чем именно могла быть полезной. Однако же, ей и в голову не приходило сдаться или перестать думать. — «Включай мозги, корова, тебя же не стоять, как вкопанный прислали».

— Тут, кстати, тебе привет от Брауна. Он говорит, то ты как был дураком, так им и помрешь. — Мертвец явно что-то не договаривал.

Роб оглядел пространство вокруг. Никого из призраков не было видно. — «Хьюз, а мертвые точно не умеют прятаться?»

«Сто пудов. Это новый шлем, мы учли старые ошибки». — Ответила сержант.

— Разве Браун не может прийти сам? — Подключилась Хьюз. — Мы не займем много времени.

— Мадам, а разве вежливо встревать, когда джентльмены беседуют? — Ответил дозорный. — Я хоть и труп, но эти органы не пострадали.

«Чертов мертвяк!» — Выругалась Хьюз. — «Совсем страх потерял. Он хочет вывести нас из себя, а черта с два ему!» — Внешне сержант сохраняла полное спокойствие, не показывая внутреннего негодования.

— Повторю я, если хочешь говорить только с мужчиной. — Вмешался Роб. — Где Браун?

— Да тут я! Черт бы тебя побрал, Роб, мертвого разбудишь! — Голос Знахаря прогремел где-то вдали, и спустя всего мгновение издали показался приближающийся силуэт. — Приветствую, старый пень! Какого дьявола ты забыл здесь? Опять хочешь неприятностей на свою неугомонную задницу? — Похоже, Знахарь тоже оказался не в восторге от встречи с живыми. — Ты уже в который раз тут! Разгуливаешь, будто на экскурсии! Жить надоело?

— Если бы все было так просто, то я бы не стал и носа показывать. — Роб развел руками. — Все мы в опасности! И живые, и умершие. Если энергобарьер, который на ладан дышит, таки падет, то мир людей прекратит свое существование, и вселенной будут править пожиратели!

Знахарь нахмурился, усваивая полученную информацию, засунув руки в карманы, затем почесал затылок и ухмыльнулся, не спуская глаз с Роба.

— Как это понимать? — Наконец спросил он. — Больше похоже на фантастику. Каким образом мы вообще причастны к жизни вселенной?

— В прямом смысле, дружище. Если бы все можно было объяснить в двух словах, то Элизабет и Рэт были бы живы… — Роб занервничал. — Ты ведь знаешь, почему нам пришлось убить их…

— Дело в том, что над Далласом повис гигантский симбиоз людей и ану. И он затягивает внутрь себя души умерших, а также тех, кого убивает сам. — В разговор вступила сержант. — Если всех вас затянет в него, то это вызовет реакцию, сильнее взрыва звезды, что приветет к дыре в пространстве и времени. Это будет слияние миров и крах всей цивилизации. Не выживет никто. Не уцелеет ни один уголок на планете. Ни одно силовое поле не сможет сдержать натиск этого чудовища.

— Роб, а это что еще за фифа? Твоя жена? — Браун вопросительно взглянул на старого друга. — Ничего так, смазливое личико, правда, болтает много.

— Коллега. — Ответила Хьюз.

— Ты стал ученым или снова связался с легавыми? — Знахарь прищурился, почесывая бороду. — Только не лукавь! — Погрозил Робу кулаком. — Я ведь знаю тебя, твои скелеты в шкафу…

Дозорный, стоявший рядом, посматривал то на Знахаря, то на Роба и Хьюз, но в беседу не встревал.

— Не то и не другое. Я служу в армии России. Мне выпала возможность загладить свою вину и сражаться за мир, возвращая покой там, где еще вчера бушевала война. — Роб ответил прямо, как того и хотел Браун.

— Помню, ты уже тогда был в армии, я это прочитал в твоей голове в тот раз. — Знахарь только ухмыльнулся. — А в этот раз не могу. Эта штуковина на твоей голове мешает мне. Снимешь?

«Не поддавайся». — Маякнула Хьюз. — «Прознают про Мардук и придется ловить их по всему подземелью и упаковывать чуть ли насильно».

Сержант не на шутку забеспокоилась. Действительно, сам факт сотрудничества Роба с кардиналами вызвал бы у обитателей подземелья только негатив. Поэтому просьба Знахаря могла служить лишь провокацией.

«Знаю, я не малыш». — Роб попытался шутить.

— Я не могу, шлем — мои глаза. К тому же, тоннель, в котором запечатан пожиратель, может довольно быстро убить меня. — Пришлось пойти на обман. — С тех пор сила тоннеля возросла. Теперь там не безопасно даже мне. Я один, кто выжил, покинув твой дом.

— Ладно, не могу рисковать тобой. — Уловка сработала и Браун отступил. — Кстати, у вас, девушка, сорваны все знаки отличия. Вы точно из России? Очень странно, мне кажется, что английский для вас родной. — Знахарь переключился на Хьюз. — Как вам удалось из всей армии повстречать такого неотесанного грубияна? Шучу… Роб, хоть и на вид суров, тот еще чудак, с ним было весьма интересно.

Сержант не растерялась и очень быстро дала ответ.

— Да, все верно, я рос в Британии и оказался в России относительно недавно. Моя мать — русская, а отец — шотландец. Поэтому и не успел освоить язык.

— Заметно, что недавно. И почему русские такие радушные и принимают чужаков? — Дозорный состроил недовольную гримасу, наконец, ввязавшись в разговор.

— Не знаю. — Роб пожал плечами. — Не весь мир пал так же, как Мардук. Где-то еще осталось гостеприимство.

Услышав это сержант едва не поперхнулась. — «Роб, твою мать». — Выругалась она.

«А как я должен сказать? Их убили по вашей вине, теперь мне оправдать вас? Тогда они и слушать не станут». — Уверенно ответил тот.

Через мгновение раздался глухой толчок невероятно большой силы. Мост устоял, но по нему прошла небольшая трещина. На головы Роба и Хьюз посыпалась пыль и обломки, едва не угодив по шлему Робу.

— Что за чертовщина? — Знахарь прищурился, оглядываясь по сторонам. — Взрыв? Черт, Мардук! Роб, ты привел их?

— Нет, это наши. Они пришли помешать Мардук! — Возразил было Роб, но потом тут же добавил. — Наверное.

«Хьюз, Роб, нам пришлось уничтожить портал раньше времени. Разведка доложила о приближении большого количества солдат «Цитадели» и мы не стали церемониться». — Послышался голос Кайлера. — «Упрямцы так и продолжают бодаться?»

«Да, еще как». — Констатировала сержант.

«Понял, поторапливайтесь. Не разводите демагогию». — Фэллон тоже вышел на связь. — «Времени очень мало».

«Есть». — Ответила Хьюз.

Напряжение нарастало, а молчаливая пауза затянулась.

— Кто посмел потревожить правителя Дальнего Предела? — Молчание нарушил сам господин Хамильтон, по всей видимости находившийся где-то неподалеку, за одним из многочисленных поворотов лабиринта за рекой. — А, опять Роб. Рэт рассказывал мне о тебе, пытался было приукрасить, но я умею читать мысли. Искупаешь грехи, да? — Правитель рассмеялся в голос. — Не ты ли связался с кардиналами Мардук? Думал, что они помогут спасти Элизабет? Они просто испугались ее силы и поспешили упрятать среди нас, подальше с глаз долой.

— Я был там. — Отмахнулся Роб. — Кайлер и Фэллон едва не погибли от удара чудовища в виде пробудившегося стражника. Я знаю, что успел совершить в жизни достаточно зла и мне нет веры. Но мир…

— Падет, если мы не послушаем вас двоих. — Господин Хамильтон прервал пламенную речь Роба, вновь затянув заупокойную шарманку. — Несколько раз мне уже говорили то же самое твои хваленые кардиналы. Такие настырные, талдычат и талдычат. Это они подослали тебя?

— Меня прислал Император России Николай. — Парень стоял на своем и не открывал карты. — При чем тут твой пресловутый клан? Вокруг них мир не вертится.

— При том, что и Россия может стать жертвой Мардук. Если вы вообще из империи. — Разговор явно не двигался с мертвой точки. — Ну, сейчас проверим. Вывести урода из Мардук! — Вдруг прокричал правитель мертвых, обернувшись назад, подняв отрубленную голову выше плеч.

Вскоре появился закованный в цепи четвертый кардинал. Везли его двое, видимо мужчин, лица которых оказались обезображены до неузнаваемости. Скорее всего, они погибли от осколка гранаты или взрыва. Энди, бледный, в окровавленной мантии выглядел спокойным и не заметно, что вообще происходящее его хоть сколько заботило.

«Кайлер, Энди у мертвых!» — Незамедлительно передала сержант.

«Постарайтесь схватить и его. У меня с Энди долгий разговор». — Ответил кардинал.

— Скажи, ты знаешь их? — Спросил один из поводырей, указав на нас обезображенной рукой, более похожей на лохмотья.

— Нет. — Сухо ответил тот, даже не взглянув в сторону моста.

— Соврешь, и я устрою тебе вечную пытку, щенок. — Все также дерзко произнес господин Хамильтон.

Энди ответил молчанием.

По всей видимости, мертвые души не могли пробиться в мысли кардинала даже после смерти его физического тела.

«Странно, но почему он помогает нам? Разве мы с Энди не враги?» — Удивился Роб. — «Мог бы сдать нас и спутать все карты».

«Да я откуда знаю. Тут все перемешалось. Друг, враг, брат, сват, сам черт ногу сломит». — Ответила Хьюз.

— Точно не знаешь? — Взревел правитель.

— Сказал же, не знаю. — Спокойно ответил Энди, чем, казалось, не на шутку злил господина Хамильтона. — Впервые вижу. По крайней мере, этих.

«Олимпийское спокойствие». — Подумал Роб.

«Но какого черта он здесь?» — Недоумевала сержант, стараясь не смотреть на Энди. — «Четвертый явно поддается».

— Мы тоже не знаем его. — Выпалила она.

— Еще бы, вы служите врагам Мардук. — Энди явно играл против бдительности мертвых. — По милости твоих товарищей я погиб!

«Кайлер, Фэллон, прием». — Хьюз пыталась связаться с кардиналами и запросить дополнительную информацию. — «Кайлер, Фэллон, ответьте, у нас ЧП». — Видимо ей это не удавалось. — «Проклятье, у нас проблема! Энди нам враг или нет?!» — Однако братья молчали. Связи не было. — «Черт возьми, ответьте!»

Радиосвязь упорно молчала.

— Как-то все странно, не верится… Я не буду верить живым! — Господин Хамильтон вынес вердикт.

Это означало окончательный провал переговоров и препираний. Теперь действовать приходилось решительно и незамедлительно.

Подогреть ситуацию помогло и одно-единственное сообщение от Фэллона: «Ведем бой, эвакуируйте как можно больше мертвых, энергощит вот-вот рухнет».

«Что за?» — Глаза Хьюз округлились от удивления. — «Приказ понял. Роб, выступаем».

Пока мертвые удалились, Роб и Хьюз рванули к русским. — «Отряд, приготовить ловцы, идем на штурм». — Командовал Роб через связь шлема. — «Всех, кого можем, ловим в клетку, кого не можем, тех пакуем насильно».

К моменту появления переговорщиков, русские уже вовсю ворошили ящики с ловцами. Солдаты суетились, стараясь действовать как можно быстрее, очевидно понимая — времени осталось не много и каждая секунда была ценна подобно капле воды в пустынный жаркий день.

— Вперед, погнали! — Закричал Роб. — Времени почти нет!

— Стой! — Голос Кристофера раздался позади.

Роб обернулся, увидев сильно размытый силуэт человека. — Я не смогу долго находиться за пределами реки, но прошу, выслушайте меня. Мертвые согласны сдаться, барьер вот-вот падет! Забирайте нас! — Кажется, это был крик о помощи. — Мы ждем вас у реки. Не все здесь желают остаться, далеко не все! Мы хотим жить, обрести тело, а не влачить жалкое существование посреди руин, запертые, словно крысы.

— Стой, парень! — Роб расчехлил первый ловец и хотел было направить его на размытый образ призрака, но тот испарился, будто бы его и не было.

— Прошу… — Напоследок прошептал он.

— Проклятье! Не успел! — Выругался Роб, притопнув в сердцах ногой по полу. — Почему все так?!

— Он обманул нас, сбежал, это ловушка! — Хьюз пришла было в ярость, сжав кулаки.

— Нет, сержант! — Роб с грустью посмотрел вглубь лабиринта, словно пытался отыскать силуэт. — Рэт всегда отзывался о Кристофере, как о надежном человеке. Скорее всего, он уже мертв по-настоящему, ведь энергетический барьер не действует за рекой. Вот что будет, если мы не успеем! — И обратился к солдатам. — У нас там тысячи душ, спасем их всех!

— Погнали, ребята, чего стоим?! — Добавил Денис.

Рота спешно двинулась к мосту. Пожалуй, самая необычная операция по спасению началась.

Глава 12

Верни мне мой мир

Ноябрь 2221 года

Едва покинув электромобиль и оказавшись в верхнем тоннеле Вилмер закурил. Его глаза смотрели в пол, а руки лихорадочно тряслись от злости к магистру и от некой обиды к братьям. На лице застыла каменная гримаса.

Кардинал шел быстро, преодолев серый коридор между лифтом в подземелье и башней Мардук всего за три минуты, хотя обычной походкой ему бы потребовалось не менее пяти.

Коридор представлял собой довольно широкое и хорошо освещенное помещение, пусть и без долгого ремонта. Саму башню при этом всегда вылизывали до блеска, поддерживая внешний вид на высоте. Само собой элита тяготела к эстетической красоте и не скупилась на деньги, которые к тому же, принадлежали городу.

Вилмер покрутил сигарету в пальцах и глубоко вдохнул дым. От горечи табака на языке он почувствовал некую утешительность. Внутри него бушевала ярость и обида, но он пытался сдержать эти эмоции. Он знал, что сейчас не время для проявления слабости.

«Черт, почему братья не верят в меня?» — Недоумевал он. — «Неужели я действительно слаб?»

Кардинал, стоит отметить, не опасался быть услышанным магистром. Все дело в том, что на его руке под мантией красовался ингибитор, замаскированный под обычные часы, и обойти защиту Таби мог только с очень близкого расстояния. Вместе с тем, сам Вилмер не мог связаться с кардиналами по вине все того же чудо-приборчика.

Однако, пройдя главный вход в башню, охраняемой телохранителями магистра, среди которых было не мало телепатов, Вилмеру пришлось сменить тему и думать о том, что Кайлер и Фэллон мертвы, а отряд правителя Мардук одерживает верх над мятежниками где-то внутри подземных лабиринтов. Также братья автоматически должны были считаться предателями идей клана и виновными во всех бедах человечества, начиная со времен исхода из райского сада Адама и Евы.

Все это необходимо для того, чтобы не проколоться перед магистром или его охраной, которая пусть, по большей части, и не могла читать мысли кардинала, но все же осторожность не мешала. — «Важное дело требует максимум усилий». — Как-то говорил он и старался следовать данному принципу, пусть внешне и вел себя вызывающе или на первый взгляд — легкомысленно.

— Господин Вилмер, добро пожаловать в Мардук. — Магистра приветствовал агент-швейцар, приставленный для охраны входа.

Кардинал знал — если на входе проблем не возникнет, то Таби еще не раскусил заговор и можно спокойно действовать дальше. Магистр не любил затевать драки внутри небоскреба и предпочитал ликвидировать врагов или на входе или и вовсе за пределами башни, если знал точное местоположение жертвы.

Вилмер подошел к лифту «А», который соединял первый подземный ярус и личные владения Таби. Лифт представлял собой исполинских размеров кабину, так, что бы сам магистр мог без труда уместиться в ней. Внутренняя отделка выглядела менее помпезно, чем вестибюль, но и тут нашлось место и для винтажного зеркала, и для картины, выкраденной из Лувра много лет назад Кайлером и Фэллоном сперва для своей личной коллекции, а затем подаренной клану по поводу какой-то там годовщины со дня рождения старикана.

Вилмер посмотрел в зеркало. Перепачканный, в порванной мантии он походил скорее на бездомного, чем на одного из самых влиятельных людей Америки. — «Ну и видок, проклятье». — Ругнулся он, стараясь думать так, как того требовало дело. — «Чертовы изменники! Сдались бы сразу, все равно ведь магистр сильнее, так нет же, добивай по всему подземелью, как крыс». — В действительности все происходило с точностью да наоборот. Добивали как раз сторонников Таби, но, умение Вилмера манипулировать людьми делало свое дело. Он знал, что магистр непременно услышит его нарочито громкие мысли, которые дал проникнуть наружу защитного поля через блокирующие часы.

Лифт стремительно и почти незаметно набрал скорость и так же сбавил ее, когда кабина приблизилась к нужному этажу. Машина работала плавно и кардинал не почувствовал, как конструкция пришла в движение. Двери открылись и загорелся красный индикатор. Находившиеся телохранители выстроились в шеренгу по стойке смирно.

— С прибытием, Ваше Высочество! — Старший офицер отдал кардиналу честь. — У Вас назначено?

— Есть вести из подземелья. — Без эмоций, как и всегда, ответил тот. — У меня особый допуск на данный случай.

— Прошу простить мою бестактность. — Офицер удалился и вскоре возвратился с зеленой карточкой. — Его Высочество Великий магистр Таби примет Вас. — С этими словами он протянул карту доступа в руки Вилмера и отступил назад, ударив сапогом о сапог, следуя этикету.

Кардинал принял ее, направившись к титановым вратам, отделяющим лобби от личных апартаментов магистра. Карта сработала, зажглась зеленая лампочка и голос робота подтвердил разрешение на проход. Титановая пластина пришла в движение. Служила она последней защитой на случай внезапного нападения, когда противовзрывная плита намертво блокировалась, что давало магистру несколько часов времени на эвакуацию. Потайной ход из его покоев вел в неизвестном никому из живущих направлении. Его не удалось отыскать и братьям.

— Ваше Высочество Магистр Таби, ваш покорный слуга Вилмер прибыл из подземелья с хорошими вестями! — Кардинал опустил голову в знак приветствия и приложил руку к груди, как того требовал протокол, придуманный самим магистром много столетий назад.

Магистр восседал на своем троне, облаченный в шелковые одежды с орнаментом и позолотой, как и всегда при подобных встречах. Его руки лежали на подлокотниках трона, украшенных драгоценными камнями.

— Неужели? — Таби уставился на собеседника своими звериными глазами. — А вот мне стало известно о гибели целого отряда во главе с твоим братом Энди. Разве ты не любил его особенно сильно?

— Да, потери имели место. Мы попали в засаду русских. — Пришлось импровизировать. — Но Энди, он был невредим, когда наши пути разошлись. Он мертв? — Вилмер изобразил удивление, широко раскрыв глаза. — Я очень любил своего брата и понимаю, что его смерть — большая потеря для нашей семьи и для нашего отряда.

Весть о войне уже достигла кардинала и тот был осведомлен о причинах ее развязывания — появлении незваных гостей в подземелье.

— Русские? Мы не нашли ни одного трупа в военной форме России, зато людей Мардук и предателей-мятежников пруд пруди. — Парировал магистр. — Разве «Черная сотня» так и не уничтожена? Ты лгал мне? Как ты посмел?

Его глаза окрасились в яркий свет, стало ясно — Таби готовился к нападению. Махинация всплыла наружу и теперь кардинал превратился в одного из изменников, что не сулило ничего хорошего. План оказался раскрыт в самом начале. Внезапности не вышло.

— Глупец. — Злобно прохрипел магистр, вставая с огромного трона. — Я покажу тебе цену предательства. Взгляд его был наполнен гневом.

«Черт, проклятый старикан!» — Скрываться стало бесполезно, можно было больше не прятать мысли. Оставалось одно — подставить только себя и не дать раскрыть тайну жизни братьев. — «Кайлер, Фэллон, я отомщу за вашу гибель!» — Вилмер старался, как только мог и тем самым давал им еще одну попытку ликвидировать дедугана, если провалится сам.

Осмотрев пространство вокруг, кардинал убедился — были убраны все острые предметы. — «Мерзавец, он специально ждал меня! Заманил, как птичку в клетку».

— Ты и вправду дурак! — Грозно произнес Таби, ухмыляясь, словно с насмешкой. — Неужели ты так любишь неродную сестру, что готов отдать за нее свою жизнь и предать вековой клан? Ты ведь был вторым номером после меня!

Звучали ли слова магистра как издевка, или он действительно верил своим словам, пусть и не считал никого, кроме себя ни чем более, как червяком. Надменность и чувство бессмертия полностью отравили разум правителя и Вилмер не мог не понимать этого.

— Ты прав, старик! — Вилмер неожиданно рассмеялся. — Я люблю сестру! Таким, как ты, неведомо слово любовь!

— Старик? — Таби состроил недовольную физиономию и его уродливые черты лица еще более искривились, а лицо от злости сделалось куда отвратительнее. На его озлобленном лице появилось столько морщин, словно он прожил не одну, а несколько жизней.

— Да, урод! — Наконец, Вилмером овладела безудержная ярость. — Ты проиграл! Пусть ты и убил братьев, но пока я жив, ты будешь страдать! — Он почувствовал, как эмоции освобождали спрятанные в глубинах души силы.

— Да? — Магистр только расхохотался во весь голос. — Тогда придется и тебе последовать вслед за братьями! — Очевидно, Таби все еще считал Кайлера и Фэллона погибшими.

— Придется… — Ответил Вилмер, не обращая никакого внимания на боевую стойку магистра. — Но только не мне. Не сегодня!

Кардинал будто повторял заученные фразы, пусть и ни разу не репетировал их на самом деле. Он говорил каждое слово с такой уверенностью, будто оно было ему известно с самого рождения.

«Только вперед». — Повторил он про себя. Так говорил Кайлер. — «Только вперед, никогда не сдаваться». — Но Вилмер и не опускал руки и только играл с противником, притворяясь напуганным.

Высвободив часть силы ану, тот приготовился к бою, из которого должен был выйти только один. Уступать, впрочем, никто и не собирался, не смотря на кажущийся перевес магистра.

— Щенок! — Таби выпустил в сторону Вилмера синеватый плазменный заряд, способный высосать из тела жертвы жизненную силу, подобно тому, как это делал подмосковный стражник, едва не сгубивший братьев кардинала несколько лет назад.

Вилмеру с трудом, но все же удалось увернуться и плазма угодила в стену, оставив на ней расплавленный след, расплавив железобетонный монолит, словно сливочное масло на разогретой сковороде.

В ответ кардинал запустил свой шар, куда меньших размеров. Он знал — Таби обязательно увернется и экономил силы для решающего броска, стараясь измотать старика на сколько это возможно. Как и думал Вилмер, Таби уклонился и вторая вмятина появилась на противоположной стене, оставив заметные повреждения.

Схватка между Вилмером и Таби продолжалась, и они обменивались ударами. Вилмер умело увертывался от шаров старикана, но несколько раз ему все же удавалось попасть почти рядом. Каждый пропущенный удар оставлял на нем синяки и ссадины, но Вилмер не сдавался.

Он знал, что ему нужно найти слабое место в обороне Таби и ударить туда. Но магистр был слишком ловким и умело уклонялся от его атак. Вилмер понимал, что время работает против него, и он должен действовать быстро.

Вилмер решил попробовать изменить тактику и использовать неожиданный ход. Вместо прямых атак он начал делать быстрые и мощные удары в бока Таби, надеясь, что это будет слабое место его защиты.

Таби был удивлен новым подходом Вилмера и не сразу смог приспособиться к нему. Вилмер использовал этот момент, чтобы нанести несколько сильных ударов, которые ослабили защиту магистра. Магистр взревел от боли и злости, сотрясая воздух в тронном зале.

Однако Таби быстро восстановился и ответил контратакой. Он начал метко целиться в ноги Вилмера, пытаясь ограничить его движения. Вилмеру пришлось использовать все свое мастерство, чтобы избежать ударов и продолжать атаковать. Битва продолжалась с огромной яростью и напряжением.

— И это все? — Злобная ухмылка сверкнула на сморщенном, и без того некрасивом лице гиганта. — Слабак! Тебе никогда не одолеть меня!

Стороны обменялись еще несколькими ударами и каждый раз кардинал уходил от прямого контакта с магистром, избегая ближнего боя до тех пор, пока Таби не растратит силу ану в бесполезных яростных атаках. Впрочем, с каждым разом уходить от плазмы кардиналу делалось все труднее. Но иного выбора не было, только ждать.

Кардинал продолжал уворачиваться от атак магистра, используя свою скорость и гибкость. Он был опытным бойцом и знал, что он не может позволить магистру приблизиться. Каждый раз, когда магистр пытался нанести удар, кардинал ловко ускользал, нанося ответные удары с помощью энергии пожирателя.

Таби, мастерски владеющий силой ану, выглядел преуспевающим и уверенным. Он безжалостно атаковал кардинала, раз за разом используя свои недюжинные способности. Но каждая атака только усиливала решимость кардинала не позволить себя победить.

С каждым ударом кардинала все больше охватывала ярость. Он пытался проникнуть сквозь защиту Таби, но тот был настолько искусным воином, что отражал все его атаки. Кардинал чувствовал, как его сила истекает, а Таби остается по-прежнему непобедимым.

— Сражайся, как подобает! — Наконец, после очередного раунда по уничтожению собственной резиденции, прокричал магистр.

— Как умею, так и дерусь. — Невозмутимо ответил Вилмер. — Что, квартирку жалко, да? — Тот просто дразнился, в ожидании пока ярость не поглотит разум здоровяка. — Не так уж и красиво, я потом тут все поменяю.

— Да ты! — Таби выпустил залп пуще прежнего, так, что край мантии кардинала превратился в пепел.

«Сильно! Чуть не поджарился!» — Непроизвольно пронеслось в голове Вилмера. — «Стоит быть осторожнее».

Магистр остановился, что немного удивило Вилмера и, одновременно, насторожило. Спустя мгновение, тронный зал наполнил яркий свет, будто совсем рядом, за окном, ударила молния.

«Что за?» — Выругался Вилмер, стремительно осмотревшись.

Темнота медленно наполняла тронный зал, окутывая каждый уголок помещения своим мрачным покровом. Свет, проникающий через высокие окна, и свет ламп, постепенно угасал, оставляя за собой только тени и силуэты. Напряжение в воздухе стало ощутимым, словно сама тьма приобрела физическую форму.

Вилмер сжал кулаки, ощущая, как страх и тревога охватывают его. Он был не готов к такому повороту событий. — «Почему темнота заполнила тронный зал? Что происходит?» — Он ощущал, как вокруг него двигаются тени, приближаясь все ближе и ближе. Сердце его забилось сильнее, а дыхание стало тяжелым и неровным.

Темнота поглотила последние лучи света, оставив Вилмера в полной тьме. В этом мраке он услышал шаги, приближающиеся к нему. Каждый шаг отзывался в его душе, вызывая волну ужаса. Он закрыл глаза, но это не помогло избавиться от страха, который охватывал его все сильнее и сильнее.

Наконец, тьма остановилась перед Вилмером. Он почувствовал холодное дыхание, касающееся его лица. Воздух наполнился запахом гнили и разложения. Вилмер открыл глаза и увидел перед собой силуэт — высокую фигуру в черном плаще и с капюшоном, скрывающим лицо.

— Кто ты? — прошептал Вилмер.

— Я — тьма! — Прозвучал ответ, и голос заставил Вилмера вздрогнуть. В нем была непостижимая мощь и зловещая уверенность.

Сердце Вилмера забилось быстрее. Он ощутил, как вокруг него сжимается пространство, как будто нечто ужасное начинает проникать в его сознание.

— Что ты хочешь от меня?

— Я хочу твоей души, Вилмер. — Прозвучал голос, на этот раз еще более ужасающе. — Я жажду твоего страха, твоей слабости.

— Нет! — Вскрикнул Вилмер, сжимая кулаки. — Я не дам тебе своей души! — Он понял, что попал в западню и нужно собрать все свои силы и сопротивляться.

Вилмер начал повторять в уме древнее шумерское заклинание, которое ему однажды поведал Кайлер, извлеченное из памяти одного из подземных стражников. С каждым повторением заклинания Вилмер чувствовал, как его внутренняя сила увеличивается. Он представил себе яркий свет, проникающий сквозь тьму.

— Ты не сможешь победить меня. — Сказал Вилмер, чувствуя себя сильным и уверенным. — Я сильнее, чем ты. Я выбираю свет, а не тьму.

Тьма злобно хихикнула, пытаясь сбить его с пути. Но Вилмер не сдавался. Он продолжал повторять заклинание, все сильнее и сильнее, пока его сила не стала неудержимой. Яркий свет окутал его, отражаясь от его глаз.

— Тебе не уйти от меня! — Зловещий голос сделался более грубым. — Я твой властелин и заберу тебя!

— Попробуй, если смеешь! — Вилмер ответил, несмотря на страшные слова. Он чувствовал, что его сила возрастает с каждым мгновением.

Внезапно, тьма попыталась нанести удар, но Вилмер был быстрее. Он увернулся и ответил сильным ударом света. Тьма рассеялась, оставив после себя лишь пустоту.

Вилмер почувствовал облегчение, но знал, что это был лишь первый шаг.

— Ты вернулся? — Голос магистра прозвучал в зале, едва тьма рассеялась.

— Еще бы, ты же слабак! — Хмыкнул он.

— Стоило убить тебя, пока ты боролся с тенью… — Старик блефовал. Едва тень наполнила тронный зал, даже его сила пожирателя не могла справиться с течением времени, которое прекращало всякое движение.

Теперь Таби продолжал атаковать, но его атаки становились все слабее. Каждая яростная атака расходовала его силу, а кардинал сосредоточился на сохранении своей энергии. Он знал, что момент истины почти настал и смотрел на своего противника с холодным презрением, зная, что победа уже близка.

Таби попытался собраться с силами и сделать последнюю отчаянную атаку. Старик приблизился. Кардинал уходил назад, пятясь, стараясь не приближаться, пока не уперся в одну из стен. — «Что? Я попался?» — Нарочно подумал он, стараясь делать это как можно громче, заманивая магистра в ловушку.

— Вот и настало время умирать! — Таби выпустил очередной залп, но к его удивлению Вилмер увернулся и ринулся в рукопашную, посчитав, что достаточно потрепал силы магистра, как и свою, и без того ограниченную энергию, потраченную ранее.

Приблизившись вплотную, кардинал с силой вонзил лезвие в грудь Таби и одновременно почувствовал резкую боль в своем теле. Магистр оказался не безоружен и, как и сам кардинал, прятал в рукаве потайной клинок. Глаза Вилмера перестали светится — последняя сила ану ушла на регенерацию, однако рана и не думала заживать.

Взгляды врагов пересеклись, их дыхание стало тяжелым. Кардинал, улыбаясь со злорадством, извлек клинок из груди Таби и наблюдал, как кровь обильно течет из раны.

— Ты пытался одолеть меня? — С шипением вырвалось из уст магистра. — Теперь ты умрешь! Ты слаб…

«Неужели… я сплоховал?» — Подумал было Вилмер, но через мгновение Таби пошатнулся и упал замертво, оставив соперника живым, хоть и весьма потрепанным. — «Нет, получилось».

Тиран действительно был мертв, однако радость огорчало собственное ранение. В таком состоянии кардиналу было не одолеть охрану и не скрыться. — «Бой с тенью… Очевидно, я потратил последнюю энергию».

Внезапно, кардинал пошатнулся. Кровь струилась из его раны. Он упал на колени, глядя на безжизненное тело магистра.

Нарастала ноющая боль. — «Желудок и селезенка точно полетели, без сил пожирателя я стал почти человеком». — Дойдя до первого кресла, Вилмер принялся осматривать рану. — «Хоть позвоночник не повредил. Никогда бы не подумал, что уйду так рано. Надеюсь, братья не станут винить себя. Это был мой выбор».

Мантия мало-помалу пропитывалась кровью, которая копилась и внутри, так что дышать делалось все труднее. Понимая, что долго ему не протянуть, Вилмер решил совершить побег через тайные ходы Таби и найти братьев. Это была единственная возможность уцелеть.

Собрав последние силы кардинал поднялся на ноги, застонав от боли, ухватившись за рану обеими руками. — «Братья, старикан мертв». — Сообщил он в расчете быть услышанным. — «Я в резиденции. Кончилась сила пожирателя. Я умираю. Попробую спуститься вниз… но, не вините себя, спасите сестру».

«Черт бы тебя побрал, Вил!» — Отозвался Кайлер. — «Что с тобой?» — Кардинал встревожился.

«Напоролся на лезвие. В пузе дырка». — Вилмер тяжело вздохнул, продолжив путь к искомому тайному пути.

«Жди, я иду за тобой, Фэллон взломает компьютер и откроет тебе путь вниз, главное продержись!» — Кайлер старался говорить быстро, понимая, что без энергии ану Вилмер может не протянуть и четверти часа. — «Мы уже неподалеку».

«Постараюсь выжить». — Ответил кардинал. — «Главное — я убил эту мразь».

Осмотрев главный зал, стало понятно — искать стоит в другом месте. Таби, скорее всего, разместил бы путь к отступлению в более укромном уголке жилища, чем у всех на виду. Но где и как ход был замаскирован — это оставалось загадкой.

Вилмер сделал вывод, что Таби, должно быть, использовал какую-то хитрость или обман, чтобы скрыть свой путь.

«Думай, Вил, где можно незаметно улизнуть». — Поторапливал он сам себя. — «Черт знает где».

Кардинал осматривал одно помещение за другим, но взор так и не находил ни единой зацепки. Вилмер пытался двигать книги в кабинете, картины в широком коридоре, все оказалось бесполезно. — «Надежда остается только на Фэллона, все же не существует ни одной вычислительной машины, которую ему не по силам было одолеть». — Подумал кардинал и решил экономить силы на побег, вместо того, чтобы бесцельно скитаться по огромным залам, истекая кровью.

Найдя просторное кресло, Вилмер тяжело опустился на него, из последних сил зажимая рану ладонью, издав утробный стон. Сперва остатки энергии немного притупили боль, но теперь она вернулась и разлилась на всю левую часть туловища, что являлось не радостной вестью. — «В таком виде смогу ли я дойти до лифта?» — Вилмер сомневался. Конечно, любой обычный человек бы уже давно лишился бы чувств или и вовсе отправился на тот свет догонять Таби, но кардинал знал — возможности его тела даже без силы ану намного больше обычного смертного.

«Брат, ты живой?» — Через какое-то время в голове Вилмера прозвучали слова Кайлера. — «Фэллон взломал систему. Тебе нужен бассейн. Помнишь где он?»

«Конечно, иду». — Вилмер стал куда менее красноречивым.

Само собой третий кардинал, как и все посетители резиденции Таби бывали и в бассейне, и в комнате для курения, везде, где только можно было побывать гостю. Однако же решение разместить лифт за пределами приватной зоны стало для Вилмера неожиданностью. — «Хм, думал, что там не будут искать». — Не иначе план старикана был именно таков.

Собрав силы в кулак, превозмогая все нарастающую ноющую боль, кардинал с трудом поднялся и медленно, покачиваясь, пошел в сторону бассейна, оставляя за собой кровавый след. Ноги с трудом слушались его, а боль разлилась еще дальше; дышать стало невыносимо трудно. — «Я просчитался? Легкое тоже задето?» — Последнее, что подумал Вилмер, пока приступ кашля не сдавил его. Боль сделалась настолько сильной, что кардинал потерял сознание, рухнув на пол. Надежда на спасение таяла.

Очнулся кардинал в том же месте и к своему удивлению рана затянулась. — «Что? Быть не может». — Первое, то пришло в голову. Мантия оказалась цела, а пятна крови пропали без следа, будто только что он и не был ранен, а только играл с самим собой.

— Давно не виделись, спящий красавец. — За спиной Вилмера послышался голос Энди.

Вилмер в недоумении обернулся. Перед ним стоял четвертый кардинал, как ни в чем не бывало, поправляя челку рукой.

— Понятно. Значит я умер. — Вилмер с грустью улыбнулся. — Что ж, я рад снова увидеть тебя.

— Не знаю. Может ты еще жив. — Энди развел руками. — Все возможно.

— Я тоже не могу знать, мертв ли, а может все это — предсмертная галлюцинация, но так или иначе, рад видеть тебя снова, пусть и не по-настоящему.

— Да, много воды утекло с последней нашей мирной встречи. Мне очень не хватало твоего общества. — Четвертый сделал несколько шагов навстречу третьему кардиналу, но неожиданно остановился и взглянул ему в глаза. — Ты не изменился. Все такой же, как и прежде.

— Ты тоже, брат. — Кардинал покачал головой, стараясь скрывать беспричинное волнение, подступающее к нему. — Все так же горят глаза. Почему ты покинул нас?

— Чтобы спасти. Таби едва не раскрыл нас. Мне пришлось…

— Неужели другого выбора не было?

— Нет. — Энди покачал головой. — Ты должен понять это и отпустить навсегда. — Четвертый отвернулся и растворился в воздухе.

— Ясно. — Прошептал Вилмер. — Это был сон. Я умираю… Какой хороший сон…

Подойдя к окну и раздвинув плотные шторы ему открылся вид на солнечный Даллас, что еще больше убедило кардинала в нереальности увиденного. — «В далеком прошлом так и было. Теперь — все лишь иллюзия. Солнечный Даллас, вздор».

Постепенно кардинал провалился в черную пустоту, из которой, казалось, уже не выбраться, однако совсем скоро перед глазами начал проявляться тусклый фиолетовый свет. Послышался гул, отдаленно напоминающий работу трансформатора электрического тока. Внезапно, слабый свет начал проникать в темноту. Вилмер смог разглядеть контуры вокруг себя.

Вилмер осмотрелся и заметил, что помещение освещает большой фиолетовый кристалл, который висит под потолком. От него и исходил слабый свет. Кардинал приблизился к нему и увидел, что кристалл был вставлен в металлическую конструкцию, напоминающую амфитеатр.

Он почувствовал легкое покалывание в груди и вдруг понял, что это место имеет особую энергетику. Вилмер ощутил, как его собственная энергия начала расцветать, словно пробуждаясь от долгого сна.

«Добро пожаловать, Вилмер». — Сказал незнакомец с голосом, звучавшим как эхо. — «Я ждал тебя. Ты готов открыть дверь в вечность?»

* * *

— Успели, Кайлер? — Послышался тревожный голос Фэллона.

— Кажется он открыл глаза. — Второй голос принадлежал Кайлеру. — Ну и засранец, придушить тебя надо! Ты хоть понимаешь, что чуть «кони не двинул»? Герой, черт бы тебя побрал! Еще раз выкинешь подобное, я тебя лично буду пытать, медленно, оживлять и раз за разом пытать снова и снова, пока не поймешь ценность собственной жизни! — Первый кардинал разразился гневной террадой. — Как ты любишь, что бы кишки наружу, что б отбить желание рисковать собой!

— И заодно, всем нам прибавил седых волос! — Добавил Фэллон. — Привычка у тебя такая, раз в год, но обязательно встревать в приключения!

Вилмер не ответил. Кардинал пытался привести мысли в порядок, дабы понять — жив ли он или это последние секунды существования, как произошло только что с видением Энди. — «Где я? Истекаю кровью или меня все же сумели спасти?» — Недоумевал он. — «Я уже в раю?»

— Добро пожаловать, Вилмер. Вы в безопасности. Вы находитесь в раю. — Кайлер прочел мысли брата. — Тебе до рая, как пешком до Китая в позе раком. Может, ты еще примешь веру? Длинные волосы, черная одежда, чем не Папа Римский?

— Истекал бы, если бы мы не подоспели на помощь. Ты был плох, пульс еле прощупывался. — Ответил Фэллон. — Даже не знаю, это чудо, что ты выжил. Видел бы ты себя со стороны, передумал бы умирать, тебе не идет. Синюшное лицо, пустые глаза. Жаль, не успели сфотографировать.

— Таби повержен, мы справились. — Вилмер устало улыбнулся, а затем издал тяжелый стон, словно его рана все еще болела, хоть на деле все было не так. — Когда я отключился, то видел Энди. Может его дух сейчас в Далласе?

Кайлер сперва с некой грустью взглянул на брата, а затем и вовсе отвернулся, не желая поднимать тему сейчас.

— Это были галлюцинации. Энди заперт в подземелье Далласа среди мертвых. — Фэллон оказался сговорчивее.

— Надо спасти его! — Вилмер попытался подняться на ноги, но рухнул на пол, где его и привели в чувства.

— Мы этим и занимаемся. — Добавил Кайлер. — Русские нам помогут.

Вилмер мгновенно переменился в лице, едва осознав, что операцию по спасению брата поручили не войскам Мардук, подчиненным кардинальской чете, а союзникам. Он ставил людей клана выше по мастерству, хотя и считал заморскую армию второй в мире. Второй, но все же не первой, коими числились собственные силы черных мантий.

— И вы доверили борьбу с мертвыми русским? — В нерешительности спросил он. — Чем же были заняты наши люди?

— Вытаскивали тебя с того света. — Заметил Кайлер, пригрозив пальцем. — Ты нам задал задачку, сам понимаешь.

— Но разве… — Вилмер попытался было возразить.

— Воевать с охраной Таби куда тяжелее, нежели винтить покойников по ловцам душ, путь даже некоторые из них и способны нанести вред, теперь уже чисто в теории. — Кайлер не на шутку разошелся. — Тут были собраны лучшие из лучших, которых не успели завербовать мы, само собой. Но вытаскивать тебя пришлось нам, понимаешь? Так бы и лежал бы в луже собственной крови, пока не окочурился. Потом ищи тебя свищи, от Тиамат не убежишь. Или еще хуже, Жнец…

— Но разве Таби не заперся в одиночку? — Вилмер, казалось, вообще ничего не понимал. — Как охрана могла прознать про запасной путь, и тем более проникнуть внутрь тайного убежища старикана, если об этом пути знал только он сам и никто больше?

— Тайная охрана, о которой даже мы узнали только сегодня. Пойми ты, наконец, Таби был не так прост и то, что ты жив — это заслуга наших людей. — В спор подключился Фэллон. — Понимаешь?

— Какие потери? Салли жив? — Кардинала словно прошибла молния и он, наконец, понял на сколько серьезной могла быть битва за его спасение.

— Жив, на этот раз повезло, а мог и погибнуть понапрасну. Научи его не кидаться почем зря на амбразуру. — Кайлер ухмыльнулся. — Опытный боец, а в пылу сражения совершенно теряет голову.

— Весь в тебя, Вилмер. — Добавил Фэллон, покрутив пальцем у виска. — Если слетел с тормозов, то уж точно не остановится.

— Это точно. Тут ты прав. — В глазах у кардинала мелькали разноцветные круги — последствия быстрого пополнения организма силой ану, которая являлась панацеей от всякого рода болезней, помимо заживления ран. — Я в норме. Двигаемся к русским.

— Ага, я вижу. — Кайлер ухмыльнулся. — Отлежись немного. А мы пока упакуем вещички. Фэллон, свяжись с Николаем, пусть старичок удивится.

— Хорошо. Вскроем карты. — На лице кардинала мелькнула нотка ехидства и коварства. — Император, небось, уже успел отслужить по нам молебен.

Фэллон удалился, а Кайлер присел рядом с Вилмером, закинув ногу на ногу, закуривая сигарету.

— Пообещай только больше не впадать в крайности, если с воскрешением Энди что-то пойдет не так. Не будь авантюристом. — Кардинал покачал головой и издал грустный смешок. — Знаю, ты все равно поступишь по своему, но пойми, брат, ты дорог нам, черт тебя дери, нужен Элизабет.

— Понимаю, Кайлер. Прекрасно понимаю, но ты же знаешь, что Энди тоже не чужой. Мы должны помочь ему. — Вилмер стоял на своем. — Это не правильно, он — часть семьи.

— Поможем. Обязательно. Но какой толк рисковать тобой? Если Энди будет жить, а ты — нет? Тогда наша команда по прежнему не будет полной. Мы должны вернуть брата, а не потерять при этом тебя. Разве сам Энди хотел бы такого?

Вилмер грустно улыбнулся. — «Что касается нас — ты неисправимый идеалист, Кайлер».

«Во всех нас две линии поведения». — Кардинал намекал, что общество издревле делилось на своих и чужих, и это необязательно были враги. Например, никому нет дела до незнакомых. Никто не убивается от смерти случайного человека, которые в большом городе случаются каждый день. Скорее всего, он даже и не узнает о происшествии, если только не окажется случайным свидетелем церемонии.

«Понимаю тебя». — Вилмер все же поднялся на ноги и отряхнул мантию. — «Ну и видок у меня, еще и кровь, нет запасной?»

«Да, потрепался костюмчик, но другого нет, не предусмотрел, надо было припрятать хоть несколько, рядом с оружием». — Кайлер поддался веянию брата и вслед за ним сменил тему. — «Когда все кончится — сутки проведу в ванной. Сухой душ — не очень хорошо».

«Я тоже не откажусь от водных процедур. Надеюсь, в скором времени оказаться дома».

«Последний штрих и едем пить шампанское». — Требовалось только разобраться с подземным кладбищем и можно было в открытую заявить о смерти магистра, а также установлению эры кардиналов. Очевидно — затея почти удалась.

— Видели бы вы физиономии Николая и Верговского. — Фэллон вернулся обратно довольный, с трудом сдерживая смех. — Не думал, что русские насколько обрадуются известию о фейковости нашей гибели. А когда речь зашла о свержении старого маразматика — Николай и вовсе вскочил с кресла и сбросил на стол фуражку. Я на мгновение подумал, что его сейчас инфаркт хватит на радости.

— Понимаю их. Армия Америки теперь не станет вмешиваться в войну, и победа России в Европе достанется как яблочко на блюдечке. — Фэллон почесал подбородок. — Надеюсь, и мы получим пользу, не все же усиливать иностранцев.

— Само собой, Николай готов в ножки кланяться, мы для империи самые выгодные правители и Мардук, и Америки. — Кайлер важно покачал головой.

— Еще бы, вытаскиваем в который раз из глубокой задницы всю планету. — Добавил Вилмер.

— Как и они нас. — Справедливо заметил Кайлер. — Как правило, мы решаем общие проблемы.

— Когда выдвигаемся? Так и будем разводить дебаты? — Вилмеру уже не терпелось оказаться в подземелье мертвых.

— Скоро. — Кайлер не стал вновь озвучивать причину задержки. — Наберись терпения, не маленький уже.

Вилмер только хмыкнул, но возражать не стал, толи из уважения к первому кардиналу, толи понимая, что недавно едва не очутился в небытие и в данной ситуации перечить братьям и далее — идея не самая разумная, а скорее — наоборот.

Впрочем, люди кардиналов работали слаженно, так что в скором времени мобильная версия спасательного аппарата оказалась полностью демонтирована и погружена в бронированные электромобили. Это радовало Вилмера, его глаза уже предвкушали последнюю битву. — «Теперь брат и сестра будут живы!» — Кардинал не забыл и про Элизабет, даже не смотря на то, что ему не очень и хотелось возвращать к жизни Рэта Джонса, которого он считал не лучшей парой для сестры за его идеализм и некую, как считал сам кардинал, мягкотелость. Но, пойти против выбора девушки он не мог, а разлучать насильно — не хотел.

— Выдвигаемся. — Через время произнес Кайлер.

— И года не прошло. — Вилмер фыркнул, стремительно поднявшись на ноги и при этом отряхнулся, пусть и понимая, что измарался до предела. Голова снова закружилась, однако, он устоял. Его мысли на мгновение сделались смутными, а сам он будто постарел на несколько десятилетий.

Отряды впрыгнули в машины и почти бесшумно отправились в путь. Тем же солдатам, кому не хватило места в транспорте, пришлось идти пешком, прикрывая авангард от остатков сил мертвого магистра, если таковые вообще имелись. Так или иначе, войска разделились на группы.

«Хьюз, Роб, как успехи?» — Фэллон сделал несколько попыток связаться с русскими. — «Прием, союзники, как слышно? Прием».

— Связи нет — кина не будет? — Слетело из уст Вилмера.

— Не мешай, сам же знаешь, что в этих дебрях телепатия работает на уровне голубиной почты. — Кайлер осек брата, дабы тот не сбивал Фэллона своими словами.

«Русские, прием, есть кто живой?» — Продолжал он. — «Или вымерли, как динозавры? Роб, Хьюз». — Установить соединение так и не удавалось. — «Проклятье! Роб, Хьюз! Доложите обстановку! Как идут дела?»

«Наступление… мост… ситуация». — Сквозь шумы и помехи кардинал сумел распознать только несколько слов. Вместе с тем, голос сержанта Хьюз показался ему встревоженным, словно что-то снова пошло не по плану.

«Хьюз! Не понял! Мешают помехи! Что у вас творится?» — Фэллон попытался повторить вопрос — безрезультатно.

— Черт, ничего не понимаю. Слишком много постороннего шума, как на вокзале. Сержант что-то говорил про наступление, мост и ситуацию. Я разобрал только три слова. Больше ничего. — Фэллон достал сигарету, моментально подкурив ее. — Что же это могло значить? — Второй явно нервничал.

— Не знаю что к чему, но нам определенно надо поторопиться. — Вилмер заметно засуетился. — Прибавим скорость?

— И так мчимся на всех парах. — Заметил Кайлер. — Не гонки «Формулы-1».

— Рискуем не успеть. — Заметил Вилмер.

— Лучше так. Или можем выломать ось и вообще бежать пешком. — Ответил Кайлер.

— Тише! — Спор прервал Фэллон. — Не сбивайте меня! Дайте сосредоточиться! — В его голосе чувствовалось раздражение.

«Энергобарьер вот-вот рухнет! Ситуация критическая! Ведем эвакуацию в районе моста и в лабиринте! Запрашиваем подкрепление! Одним нам не успеть!» — На сей раз голос Хьюз пронесся в голове у Фэллона куда отчетливее.

«Понял, я попробую запустить запасной генератор, если повезет. Держитесь, мы уже в пути». — Ответил кардинал, после чего обратился к своим. — «Всем, кто меня слышит! Прибыть к Дальнему пределу и приступить к зачистке города от мертвых немедленно! Активировать все ловцы! Дело не терпит! Поторопитесь!»

— Ребята, мы в заднице, барьер вот-вот сдохнет, а вместе с ним и мы! То одно, то другое! — Фэллон закусил губу, чтобы не выругаться крепким словцом.

— Черт, этого я и боялся. — Кайлер едва не перешел на крик.

— Стоп, спасти Энди, сестру и ее чокнутого идеалиста-жениха Джонса, и дело с концом. — Вилмер попытался было возразить целесообразности полной эвакуации. — Разве русские не наловили достаточно душ и теперь за пробуждение Тиамат можно не беспокоиться?

— Не знаю, может и да, может и нет. Только вот попадание души Таби сильно усилило его, и теперь моментальная гибель даже нескольких тысяч человек станет для мира роковой. Так что, лучше не рисковать. — Кайлер оправданно тревожился. — Показатели Тиамат не стабильны. Маразматик доставляет нам проблем даже после смерти. Его сила в сотни раз больше обычного полукровки. Представь, что творится внутри облака.

— Плохо дело, поспешим! — Вилмер нервничал, что проявлялось в частой смене позы рук. — Чертов Таби, чтоб ему дали самую большую сковороду! Старикан, словно заноза в одном месте!

— Я и Кайлер поедем запускать запасной генератор, Вилмер, на тебе эвакуация, не подвели! — Кажется у Фэллона уже созрел запасной план. — Спаси всех, кого можно, не дай старикану одурачить нас!

— Понятно. — Сухо ответил третий кардинал. — Мы справимся!

— Наши уже мчатся на всех парах. Скоро они войдут в прямой контакт с мертвыми. А пока найди Роба и Хьюз. Все, кто поместился в электрокары в твоем распоряжении, брат. — Фэллон похлопал Вилмера по плечу.

— И не смей умирать, на этот раз спасать будет некому. — Кайлер не мог не подшутить. — И нечем, энергии ану почти не осталось. Мы почти, как обычные смертные, бах — и все, каюк!

— Договорились! — Вилмер кивнул. — Зададим жару! Мы покажем им, на что способны!

Глава 13

Рубеж

Ноябрь 2221 года

— Денис, Сергей, давайте еще ловцы! — Командовал Роб. — Эти уже заполненные, увозите! Не разбейте! И не перепутайте с пустыми! Живее, живее! — Роб щедро сыпал командами. — Не разбейте! Кто уронит — уши оторву лично!

«Хьюз, скоро прибудет подкрепление? Мертвых чересчур много, а времени катастрофически не хватает». — Командир перешел на телепатию, дабы не выдать свое сотрудничество с кардиналами.

Все больше и больше прибывало мертвых, и необходимость в подкреплении становилась все более ощутимой.

«Не знаю наверняка. Сказал — в пути. Авангард на электрокарах, должны подоспеть». — Ответила сержант.

Вопреки своей обычной остроте, Роб почувствовал скрытую тревогу в словах Хьюз. Он понимал, что время убегает сквозь пальцы, и им не хватит его, чтобы справиться с кризисом.

У моста тем временем скопилось большое количество душ обитателей подземелья, искалеченных и изуродованных много лет назад. Солдаты направляли на них ловцы и те мгновенно исчезали. За процессом наблюдала девушка с красной сумочкой, которая представилась Лаурой, дочерью правителя.

— Вы поверили нам? Почему? — Поинтересовался Роб, когда выдалась свободная минутка. — Мы действительно хотим помочь, Лаура. Мы хотим, чтобы ваши люди жили без страха и могли вернуться на поверхность. Для этого мы будем делать все возможное.

— Скажите спасибо вашим друзьям, Рэту и Элизабет. — Невозмутимо, с грацией непокоренной и не сломленной души ответила та. — Их воспоминания настолько чисты, что мы перестали сомневаться в том, что не весь мир прогнил с ног до головы, и теперь у нас будет новая жизнь без Мардук и прочей нечисти. — Девушка на мгновение остановилась. — Я знаю, вам помогает Мардук. — Еле слышно произнесла она. — Помни, они не будут за вас никогда, эти парни всегда преследуют исключительно свой интерес. Им выгодно разделаться с нами, чтобы уцелеть самим, вот и втянули в свою игру еще и вас. — Лаура издала легкий смешок, как бы показывая Робу свою хитрость.

— Вот как, ты все знала. Не боишься, что кардиналы убьют и вас, и нас? — Так же тихо ответил Роб.

— Нет, тогда клан лишится единственного надежного союзника в лице империи. Кто знает, что ждет Кайлера и его братьев в будущем. Нет, он не глуп, и не станет рисковать расположением Николая. Я бы стала сильна в политике, но мне лень, мне было интереснее заниматься совсем другим в этом унылом месте…

— А ты подкована обо всем? — Ухмыльнулся Роб.

— Не только ты умеешь читать мысли. — Лаура трижды коснулась пальцем виска. — Пусть никто больше и не может, но против меня твой шлем бессилен.

— Тогда ты знаешь обо мне все? — Роб слегка удивился. — Мое прошлое… Оно вовсе не доброе.

— Я знаю, что тебе нужно верить здесь и сейчас. После того, как Рэт убедил меня не рубить сгоряча и покопаться в твоей черепушке. — Девушка зачем-то покрутила пальцем у виска. — Ну ты и даешь, столько всего повидать, я тоже так хочу, покажи мне Карелию, когда выберемся. Никогда не видела настоящий лес.

— В моей биографии уйма темных пятен. — Роб намекнул про службу в Далласе. — Я из Черной сотни.

— Все мы не без греха. Сейчас это не важно. Тем более, одна из сотни сейчас рядом с тобой. — Лаура не двусмысленно намекнула на Хьюз. — Кстати, она тебе нравится? Одобряю, волевая женщина.

— Кристофер… Он говорил, что не все согласны с господином Хамильтоном.

— Да… Крис был одним из них… Но, я не чувствую его присутствие… — Лаура посмотрела в сторону русских. — Мы все надеемся на вас, Роб. Не разочаруйте нас. — Сказала она серьезным тоном.

Роб кивнул в ответ и вновь принялся за командование. Он знал, что на этот раз они не могут проиграть.

Вокруг сновали солдаты, заполняя один за одним ящики с ловцами, однако очереди из призраков меньше не становилось. Жители подземелья непрерывно шли к русским по указке господина Хамильтона и его дочери.

Неожиданно раздался глухой хлопок и стены бункера сотряслись с невиданной силой. В рядах солдат все еще сохранялось спокойствие, а вот мертвецы изрядно занервничали. Былое молчание сменилось тревогой. Мертвецы стали суетиться, обсуждая причину.

— Какого лешего? Это что за шутки? Нас обнаружили? — Спросил Роб.

— Нет, это взрыв аккумулятора. Их несколько, однако, теперь барьер стал не стабильным, что только ускорит его падение. Мы не успеем спасти всех. — Ответила дочь правителя.

— Не говори так, Лаура! Русские и не такое умеют. — Почему-то Робу не хотелось принимать пессимистический сценарий, хотя обстоятельства настойчиво заявляли об обратном. — Семенов! Давай еще ловцы! — За спиной Роба возникла заминка и командиру пришлось вмешаться. — У нас что тут, клуб по интересам? Живее, раз-два, и дело в шляпе!

«Роб, есть разговор». — Сержант выглядела обеспокоенной.

«Что такое?» — Роб прервался от эвакуации.

«Кардинал Вилмер просит спасти кардинала Энди, он в руках у мертвых. Сам понимаешь, ни один из кардиналов не может даже приблизиться, иначе все пойдет прахом. Мы должны что-нибудь придумать». — Хьюз по всей видимости не знала о том, что Лаура уже успела разгадать тайну русских.

«Предоставь это мне, кажется, мы с Лаурой поладили». — Роб только улыбнулся и бойким шагом двинулся к девушке с сумочкой.

«Совсем с ума сошел? Нас могут раскрыть!» — Сержант принялась было протестировать.

«Давно раскрыли». — Роб только улыбнулся в ответ. — «Эти шлемы для Лауры — Филькина грамота, как я и говорил».

«Она блефует!»

«Сейчас и узнаем». — Роб решил идти, что называется, в лобовую.

— Лаура, мы бы могли поговорить там, где нас никто не сможет услышать? — Поравнявшись с девушкой с красной сумочкой, заговорил Роб.

— Освободить кардинала? — Она уже знала, о чем пойдет разговор, а значит блефом тут и не пахло. — Отец едва ли согласится, даже если вы попросите его оказать вам эту услугу в качестве собственной награды за вознаграждение. Не думаю, он очень упрям. Тем более, это по вине Мардук мы стали такими. — Девушка показала рану на животе. — Мертвыми…

«Роб, скажи ей, что Энди может пробудить Тиамат и его нельзя трогать! Он же пожиратель в человеческом теле! Облако над Далласом и так уже получило душу магистра и перегружено». — В голове Роба снова бесцеремонно влез Вилмер и принялся строить теории.

— Знаешь, я не отец. Забирайте этот мешок с дерьмом. — Лаура свела на нет все усилия Вилмера. — Передай им, пленник находится под охраной, упакуете в ловцы в два счета, не успеете — присоединитесь к вашему Энди. 22-й сектор, Мардук знают, как попасть незамеченными. — Девушка сплюнула. — Этого разговора не было. Я все же мисс Хамильтон. За мной и отцом стоит целый город. И заберите еще кое-какое дерьмо, там, неподалеку. — Напоследок, Лаура прошептала имя второго пленника.

— Понял. Понимаю тебя, я буду аккуратен. — Ответил он.

Роб удалился, осмотрел ход эвакуации и, убедившись, что все в порядке, решил немедленно доложить Вилмеру о его брате. — «Вилмер, кардинал Энди находится в секторе 22, охраняется мертвыми, вероятно, там есть и те, кто может принимать материальный облик, мы уже сталкивались с подобным. Ловцы могут не сработать, предупреждаю, это не безопасно. И…» — Роб попытался вспомнить имя второго пленника, кажется, он где-то слышал его. — «Там еще кто-то, не помню имени, его тоже надо забрать».

«Значит Лаура смогла прочесть твои мысли?» — Вилмер немного удивился. — «Сильна женщина, мои люди выдвигаются немедленно».

Через время к спасению подземных пленников присоединились и силы черных кардиналов, пусть и без знаков различия, дабы не напугать местных обитателей до полусмерти, если так можно сказать. Процесс пошел быстрее. Теперь уверенности в успехе миссии у Роба прибавилось, но его мучил всего один вопрос — а хватит ли ловцов, ведь точное количество душ не было известно даже Кайлеру.

— Лаура, вы девушка, не хотите ли попасть внутрь ловца без очереди? — Начал было Роб, как только заметил, что русские и американцы работают слаженно и на время можно полностью положиться на сержанта Хьюз, а самому вернуться к мисс Хамильтон.

— Нет, я дочь правителя, капитан корабля, как и старшие в нашем городе, должны либо спасаться последними, либо идти ко дну вместе со своим дырявым корытом. — Девушка отвергла предложение о спасении, с высокой долей вероятности выбирая смерть. — Я буду стоять до конца.

— Ваш отец тоже считает, что вам следует так сильно рисковать собой? — Заметил Роб.

— Нет, господин Хамильтон просил меня спасаться, но я осталась непреклонна. — Лаура держалась невозмутимо и даже иногда улыбалась. — Я не боюсь смерти. Пусть так, но я уйду с честью. Как и моя семья, искупив свои поступки прошлого.

— Но разве вина за смерть вашего города лежит на вашем лице? — Роб немного опешил.

— Мы — семья, мы не бросаем своих. К тому же, многие верят мне, именно мне, и пока я здесь — вам не придется бегать из квадрата в квадрат в поисках приключений на свои булки. — Скорее всего, сказанное было лишь отговоркой, однако Лаура в очередной раз отмахнулась от Роба.

«Упрямая девчонка! Умрешь же!» — Роб махнул рукой, подумав про себя.

— Какая уж есть. Больше я не папенькина дочка. — Девушка иронизировала, вспоминая каково ей приходилось при жизни.

— Роб, Хьюз, у нас проблемы! — Беседу прервал Денис, контролирующий уровень поля с помощью прибора, внешне напоминающего счетчик Гейгера. — Поле нестабильно! Могут возникнуть дыры, через которые мертвые устремятся прямиком в Тиамат!

— Черт! Этого только не хватает! Сейчас узнаю, что делают союзники! — Под последними понимались кардиналы.

«Вилмер, поторопитесь! Поле вот-вот рухнет, возможно, кое-где уже появились дыры! У нас пока все тихо, но кто знает, что творится дальше! Вы сможете выровнять ситуацию, хоть не надолго?» — Роб обратился к кардиналу.

«Мои люди уже отправлены, они не подведут! Братья тоже в деле и попытаются запустить резервный генератор. Я буду координировать все действия. Как только запасной источник заработает, можно не торопиться и смело прерваться на перекур». — На самом деле Вилмер уже курил, что называется одну за одной. Он беспокоился, и на то были причины. Ситуация выходила из под контроля так же стремительно, как снежная лавина набирала скорость, сорвавшись с отвесной скалы.

— Роб, смотри! — Денис показал прибор. Показатели зашкаливали, словно кардиограмма тяжело больного пациента.

— Черт возьми! Какого лешего они не торопятся! — Роб нахмурился, очевидно понимая — точка прорыва вот-вот будет достигнута. — Сегодняшний день станет рубежом для многих. Боюсь, мы тянули слишком много времени, катастрофически много, черт побери!

Роб еще раз посмотрел на прибор с настороженностью.

* * *

«Братья, как дела?» — Вилмер связался с кардиналами. — «Мы отправились на поиски Энди. Эвакуация продолжается, но поле нестабильно, разрыв может случиться в любое время». — Он выкуривал сигарету за сигаретой, расхаживая вперед-назад около своего электромобиля. Лицо его выдавало крайнее беспокойство, раздражительность и чувство вины перед самим Энди.

«Мы летим!» — Ответил Кайлер. — «Разбираем завалы, кто-то поработать успел, люди Таби, не иначе!»

От этих слов сердце Вилмера сжалось до размеров горошины. Нет, ему не было дела до города призраков и даже до себя самого. Все его мысли теперь поглотил Энди, встретиться с которым он желал теперь превыше всего на свете. — «Держись, брат, мы уже на подходе». — Кардинал взглянул на карту и с ужасом обнаружил, что его отряд продвинулся едва ли на половину, хотя и торопился, что было сил. — «До сектора 22 им как пешком до Бразилии!» — Вилмер изо всех сил старался сохранить хладнокровие, но с каждой минутой это давалось ему все труднее.

«Вилмер, мы разделились. Я приступаю к запуску энергополя, копатели, что разорили помещение, скорее всего, являлись призраками, они только перевернули мебель, скоро запустим! Что у Роба?» — На связь вышел Фэллон. — «Кайлер успеет вытащить брата, не переживай».

«Времени мало, русские докладывают — ситуация критическая!» — Вилмер старался не выказывать нервозности, однако говорил довольно скомкано. — «Щит, поле рухнет, возможно скоро!»

«Стараемся, как можем!» — Ответил Кайлер.

Вилмер вернулся в электромобиль и взглянул на показатели защитного поля собственными глазами. Струйка пота пробежала по его лбу. — «Черт бы побрал этого Таби! Гори в аду!»

Через мгновение зажглась желтая кнопка, затем красная, что говорило об опасности разрушения поля. Глаза Вилмера округлились, а сердце сжалось от боли — спасательный отряд все еще не достиг цели. — Как же… Брат, сестра…» — Он стер струйку липкого пота со лба. — «Все, поле рушится, уровень — красный». — Как можно скорее проговорил кардинал.

Время казалось бесконечным. Вилмер, сердце которого билось сильнее с каждой секундой, надеялся, что его брат и сестра в безопасности, смотря на стрелки часов словно под гипнозом. Он был беспомощным свидетелем происходящего, не в силах вмешаться. Каждая секунда казалась вечностью, превращаясь в мучительно долгую муку ожидания. Вилмер не мог оторвать глаз от приборов, словно они могли дать ему ответ на все его вопросы. Он мечтал о том, чтобы они были в безопасности, чтобы ничего им не угрожало. — «Скорее бы все закончить». — Подумал он.

«Подключился, сейчас все будет!» — Заверил Фэллон, но что-то пошло не так и на табло Вилмера всего на несколько секунд загорелась надпись «поле утеряно», которое тут же сменилось зеленым индикатором, обозначающим полный контроль. Но третий кардинал знал — жертв было не избежать и среди тех, кого успело засосать облако Тиамат, мог оказаться и Энди, и Элизабет. — «Не успели, твою ж мать!» — Констатировал Вилмер. — «Пару каких то секунд».

Он был озадачен и обескуражен, осознавая, что его близкие могли быть среди тех, кого унесло облако Тиамат. В гневе и отчаянии Вилмер выругался и проклял ситуацию, сжав кулаки изо всех сил.

«Знаю, мы сделали все, будем надеяться, что все получилось». — Ответил Кайлер. В его голосе звучало спокойствие и даже равнодушие, но он просто не любил показывать эмоции, делая это весьма редко. Мнимое спокойствие — это было лишь маской, которую первый кардинал обычно надевал в такие моменты. Такова была природа Кайлера — сильный, сдержанный и решительный. Он не позволял себе проявлять эмоции, но внутри него они все равно существовали.

Вилмер вышел из машины и нервно подкурил очередную сигарету. — «Как только кончится вся эта свистопляска — брошу курить ко всем чертям». — Махнув рукой, он случайно чуть не выкинул зажигалку, что раздосадовало его еще больше, едва не приведя его в бешенство. — «Вилмер, успокойся, этим ты ничего не решишь!»

— Это правильно. — За спиной Вилмера раздался голос Энди.

— Брат? — Кардинал спешно обернулся. — Ты же погибнешь здесь, вне поля! — Тараторил он. — Вернись назад! Мы спасем тебя!

— Не могу, Таби попал внутрь Тиамат, мертвые… Слишком многих успело вырвать из подземелья и теперь облако может пробудиться и тогда ты сам знаешь, что будет! — Энди и не собирался спасаться. — Я должен уйти и остановить старикана.

— Нет, брат, мы контролируем ситуацию! — Кардинал навел на Энди ловец и нажал кнопку. Послышался щелчок. Безрезультатно. — Да что такое? Техника вечно дает сбои. — Вилмер потянулся за запасным ловцом, но результат оказался прежним. — Да в чем же дело? — Едва не вопил тот.

Энди стоял на месте, не желая отправляться в ловушку для души по собственной воле.

— Брат, прости, но мне нужно идти. Если я не попаду внутрь Тиамат, то вашему миру конец, да и черт с ним, с миром, но ведь умрете и вы! — Энди спрятал руки в карманах, как любил делать при жизни. — Прости, но мы больше не можем жить вместе. Теперь я — хранитель облака.

— Ч… что? Ты не в себе! Я же говорю, все под контролем! Мы справились! Ты будешь жить! — Кардинал окончательно сорвался на истерический крик, без устали щелкая на кнопку ловца, не понимая, почему тот не желал работать. — Смотри, поле восстановлено! Смотри! Смотри!

— Неужели ты не понимаешь, брат? — Энди обратился к нему с печалью в глазах. — Эта миссия — последняя надежда для всех нас. Я не могу оставить ее незавершенной. Время идет, и я должен отправиться внутрь Тиамат, чтобы найти способ его уничтожения. Мне тоже не хочется уходить… Я скучал по тебе все это время, но… — Кардинал остановился. — Пойми, так надо…

— Но мы же боролись вместе, — прошептал Кардинал. — Ты не можешь просто бросить все и уйти.

— Брат, я не бросаю тебя, — ответил Энди. — Я просто иду по своему пути. Мне нужно быть там, где моя судьба. Я должен попытаться спасти всех, кого мы любим.

Внезапно Вилмер понял, что любые уговоры бесполезны. Энди не даст себя остановить, как бы сильно он не просил его.

— Я не хочу отпускать тебя!

Энди кивнул, ощущая горечь расставания.

— Прощай, брат! Прости, что оставил тебя одного… Я всегда буду помнить тебя и твою любовь. — Энди улыбнулся и растворился в воздухе.

— Нет! — Голос Вилмера предательски дрожал. Он опустился на колени, закрыв лицо руками, издав истошный крик отчаяния. — Энди!!! Зачем? Зачем ты сделал это? — Кардинал от горя утратил самоконтроль. — Почему мы не успели? Лучше бы умер я! — Из глаз кардинала потекли слезы. Никогда прежде он не чувствовал себя настолько разбитым и уничтоженным, ему никогда прежде не приходилось чувствовать настолько сильную боль, которая оказалась для него сильнее телесной. — Обрести и утратить навсегда… Брат… — В его голосе звучало неподдельное горе, которое, казалось, могло тронуть даже камень. Никто и никогда не мог видеть его таким разбитым.

Вилмер попытался закурить, но на сей раз, зажигалка вышла из строя. Пальцы не слушались. — «Не знаю, что на счет Элизабет и Рэта, но Энди больше нет». — Кардинал сообщил остальным новость о гибели четвертого. — «Он ушел по своей воле, опасаясь, что Таби пробудит облако изнутри, пока оно нестабильно. Ненавижу себя. Это случилось по моей вине, я должен был понимать сразу — Энди не предавал нас».

«Прими слова сочувствия, нам тоже нелегко. Энди был для нас близким человеком, как и для тебя. Наши сердца разбиты». — Кайлер замолчал. — «Но, почему ты так легко сдался? Мы знаем, брат внутри Тиамат и есть шанс вытащить его оттуда! В теории такое вероятно!» — Кардинал вовсе не тешил отчаявшегося брата пустыми надеждами, в действительности подобное считалось допустимым и физики магистра проводили научные изыскания на всю катушку.

«Да, но это может занять не просто годы и десятилетия, а куда больше, если вообще получится. Это нечто сродни попадания внутрь черной дыры, но мы спасем его». — В душе Вилмера снова загорелся огонек надежды.

«Что? Невозможно!» — Разговор прервал Фэллон. — «Или приборы врут, или я схожу с ума! Туман рассеивается! Тиамат переходит в подпространство».

Вилмер сжал кулаки, а Кайлер кинулся к приборной доске, не поверив словам Фэллона. Небольшой экран же внес ясность — облако действительно уходило из реальности в параллельный мир, откуда много лет назад его призвал Таби.

«Что? Это не возможно! Физически нереально!» — Даже Кайлер не мог осознать происходящее. — «Вилмер, оставь мертвых русским и нашим людям и мигом на поверхность! Жду в секторе 36, там нас не найдут».

«Хьюз, Роб, оставляю вас одних! При приближении любого, кроме нас — открывайте огонь!» — Третий передал команду и мигом ринулся в электромобиль, нажав педаль газа до упора. Машина стремительно набирала скорость и совсем скоро разогналась до предела, превышавшего безопасный. Вилмеру было все равно на возможность аварии, он должен был успеть. — «Уже лечу!»

«Мы тоже на подлете». — Ответил Фэллон. — «Поторопись!»

«Законы физики сегодня вообще работают?» — Вилмер задал этот вопрос чисто риторически. — «Эйнштейн и Хоккинг бы в гробу перевернулись».

«Не трогай старину Стивена, ему и так досталось и при жизни, и после смерти. Ирония судьбы — неисправимого атеиста похоронили в аббатстве». — Заметил Кайлер.

Транспорт довольно быстро доставил Вилмера к лифту, который мог отправить его на поверхность. Позади осталась только пыль, поднятая колесами, а впереди — внушительный подъем. — «Надеюсь, колымага исправна». — Кардинал нажал кнопку и весьма обрадовался, когда кабина пришла в движение. — «Интересно, кто же стал ремонтировать лифт, кроме как жителей подземелья до своей погибели? Но зачем? Может, это и есть один из путей отступления? Не самый удачный ход. А может — дело рук старикана?»

Войдя внутрь, Вилмер убедился в своей правоте. Во-первых, высота кабины в несколько раз превышала человеческий рост, хотя двери оставались обычными, по всей видимости, в целях маскировки, так что Таби пришлось бы заползать внутрь на четвереньках. Во-вторых, убранство кабины точь-в-точь повторяло то, что видел кардинал в башне Мардук. — Не самое разумное решение, старикан, однако ты оказал нам услугу». — Скорее всего, это был только обман, таким образом магистр только отвлекал внимание погони, зная, что засада будет ждать его здесь, а сам выигрывал время, дабы скрыться в неизвестном направлении, пока ни о чем не подозревающие враги ждали у моря погоды.

Лифт доставил Вилмера на первый ярус, так что теперь до поверхности осталось рукой подать. От пышного убранства снова не осталось ни следа. Стены облезли, а крыша местами осыпалась, оголив арматуру. Кардинал осмотрелся. — «Хм, где-то должен быть выход. Ребята, вы тут?»

«Наверху, прямо и направо, по лестнице». — Голос Кайлера казался удивленным. — «Ждем».

Проделав нехитрый путь, Вилмер оказался у незапертой двери, из которой его едва не ослепили солнечные лучи. Сняв шлем ночного видения третий кардинал, прикрывая глаза рукой, сделал шаг вперед.

«Непривычно видеть Даллас таким». — Где-то рядом раздался голос Кайлера.

— Я не понимаю, что произошло. — Это был единственный вывод, к которому пришел Фэллон.

Едва глаза Вилмера привыкли к солнцу, тот взглянул на небо, увидев голубое небо и яркое оранжевое, клубящиеся облако над красной зоной, которое словно горело, испуская клубы дыма, медленно растворялось в воздухе.

Вилмер не мог отвести взгляд от этого захватывающего зрелища. Он никогда раньше не видел такого яркого и необычного неба. Оранжевое облако казалось живым, оно меняло форму, расплывалось и снова собиралось вместе. Клубы дыма, которые оно испускало, создавали впечатление, будто оно дышит.

«Энди уничтожает старого маразматика изнутри. Он все продумал до мелочей». — Вилмер несколько смутился. — «Все, что с нами произошло, было не нашим, а его планом. Четвертый с самого начала обыграл нас и спасал от смерти ценой жизни».

Вилмер сел, опираясь на руки, и, глядя на облака, не мог поверить своим глазам.

— Вил… — сказал Кайлер, поворачиваясь к брату. Он тоже присел на корточки и смотрел на него. Глаза третьего вновь были полны слез. Кайлер видел, что брат не мог говорить. Тогда он положил руку ему на плечо, как бы говоря: «Все в порядке». И Вилмер, словно понимая, кивнул.

«Хочешь сказать, все, что с нами происходило последние годы — замысел Энди?» — Удивлению Фэллона не было предела. — «А мы только его марионетки?» — Кардинал покачал головой и посмотрел на брата с неким недоверием.

«Почти. Энди знал наши планы и изо всех сил подыгрывал». — Ответил Кайлер, не отводя глаз от неба.

«Знать бы раньше». — Добавил Вилмер сквозь слезы. — «Столько лет… И все впустую».

«Теперь уже не отмотать назад». — С грустью ответил Кайлер. — «Наша великая война закончилась пирровой победой».

Тем временем, облако становилось все меньше и меньше, а Фэллон все чаще стал посматривать на экран портативного компьютера, пытаясь хоть немного понять, куда же уходит Тиамат.

— Что-то не так, я не могу найти пространственного разрыва. — Второй кардинал озадачил братьев своим выводом.

— Что это значит? — Недоумение охватило Кайлера. — Должен же быть разрыв, точка сингулярности?

— Облако просто исчезает, а должно вернуться в мир ану, как и положено. Но вместо этого Тиамат просто рушится!

— Это Энди… — Третий отвел взгляд от неба. — Это он жертвует собой ради нас. Теперь мы ничего не сможем предпринять.

«Прости, брат, будь счастлив!» — В голове Вилмера пронеслись слова Энди. — «Прощай». — На мгновение третий даже почувствовал, как рука брата коснулась плеча.

«Я не могу быть счастливым без тебя!» — Ответил он.

— Прощай, брат… — Кайлер словно тоже слышал Энди.

«Облако Тиамат полностью погрузилось в подпространство. Дальнейшее отслеживание пути оказалось невозможно». — Сообщил электронный голос мини компьютера Фэллона.

— На этом наша миссия выполнена. — Вилмер опустил глаза вниз. — Остальное предоставим русским. Давайте вернемся и в Даллас. Нет больше сил…

— А сестра? — Недоумение охватило Кайлера.

— Не думаю, что она жива. — Вилмер, казалось, сдался. — Теперь это и не важно. Этот бой я проиграл. Навсегда…

— Не будь таким! Не опускай руки! — Фэллон попытался успокоить брата. — Я не знаю, можно ли еще сделать хоть что-то… Но мы попробуем, слышишь?

Глава 14

Война и мир

Декабрь 2221 года

Роб смотрел в окно собственного дома, завтракая чашкой горячего кофе и бутербродом, приготовленным на скорую руку. Как и всегда, он собирался читать новости, но знал и без того сильно много.

Война завершилась подписанием в Лондоне мирного договора и возвращением мира на планете, однако же, призрачные города все еще покрывали Америку, а сами заморские правители не спешили менять свою риторику. Смерть Таби особо не повлияла на настроения в Вашингтоне. Быть может, прошло мало времени, а может кардиналам просто не было до России совершенно ни какого дела. У каждого, как говорится, своя свадьба.

Тем не менее, выполняя обещание, по тайным торговым каналам в империю прибывали все новые и новые ловцы с душами спасенных в подземелье мертвых. Вот-вот процесс воскрешения должен быть запущен в дело.

Однако же, сами кардиналы ни сколько не заботились об обитателях подземелья, а только избавлялись от проблем, на всякий случай, если Тиамат вдруг восстановится сам по себе, или они вытянут его в наше измерение специально.

Внутри империи все еще кровоточила рана от сожженной столицы, каждый день под завалами находили все новые тела, а счет пропавших без вести повергал в шок целое государство. Сгоревшие районы были самыми населенными из всех, а потому погибших оказалось так много.

Кипели страсти и в самой Америке, где конгресс и вооруженные силы попытались скинуть власть кардиналов и установить свое правление, однако, совсем скоро стало очевидно, что троица удержит позиции и надежно закрепит свои позиции. ЦРУ, ФБР и даже полиция — перешли на сторону братьев, вынуждая конгресс объявить о самороспуске, а армию — присягнуть на верность клану Мардук в новом составе.

Мирная жизнь налаживалась. Пожары тушили, выживших спасали, мертвым отдавали последние почести. Однако, руины на месте домов еще долго будут напоминать о последнем зле, сотворенном Таби в агонии цеплявшемся за власть.

Зимний снег за окном радовал душу старого вояки, который, наконец, получил долгожданный отпуск и по устному приказу Николая обязан был хорошенько отдохнуть. Роб понимал под отдыхом рыбалку, охоту, но не сегодня. Этот день был для него особенным — он ждал гостей. В духовке запекалась индейка, словно на день благодарения, а на столе уже стояли салаты, закуски, русский холодец и тонко нарезанные кусочки ростбифа.

«Никогда бы не подумал». — Роб удивился сам себе. — «Я рад новой встрече с теми, кого считал едва не вселенским злом». — Времена менялись, а вместе с ними — и сам Роб.

В прошлый раз он был куда менее гостеприимным и воротил нос, но сейчас, после стольких перипетий, наступила, как бы выразился сам император, перезагрузка. И не только в голове у вояки. Америка и Россия объявили о новой эпохе мира и процветания, оставив вторую холодную войну позади. Само собой, как и ожидалось, трудности начались с самого начала, когда первый кардинал Кайлер посетил разрушенную столицу. Военные пытались устроить переворот, но провалились еще до начала. Кардинал Фэллон вывел их на чистую воду и новой бойни, сродни гражданской войны, удалось избежать.

«Нас будет четверо, большой самовар не понадобится». — Думалось Робу на случай чаепития, но крепкие напитки и вино все же стояли на столе. Он знал о пристрастии Вилмера к алкоголю, о чем намекнул Кайлер перед тем, как рассказать о визите.

Раздался дверной звонок и Роб незамедлительно направился к двери, за которой его ждали три человека. Открыв дверь, хозяин увидел кардиналов, одетых в кожу с головы до ног и три бронированных автомобиля, замаскированных под обычные, аккуратно припаркованных около дома.

— Рад видеть вас, друзья! — Роб улыбнулся.

— Да неужели?! — Едва ли не рассмеялся Кайлер. — Признали, наконец! Друзья! — Шутил он. — Держи, с таким оружием, охота станет еще удобнее. — Кардинал протянул подарок. — Не бойся, все легально, разрешение прилагается. Так сказать, на память от Мардук.

Роб взял пистолет и стал его рассматривать. Он был сделан очень аккуратно, в нем чувствовалась рука настоящего мастера. Он повертел пистолет в руках, оценивая каждую мелочь. Он заметил тонкую гравировку на стволе и красиво выделенные линии на рукояти. Каждый элемент был сделан с особым вниманием к деталям.

Взгляд Роба упал на подпись мастера, которая была аккуратно выгравирована на задней части рукоятки, что вызвало у него восхищение.

— Оу, весьма благодарен. Я как раз подумывал об охоте, на днях.

Кардиналы проследовали в дом, а Роб запер дверь на замок, дабы никто больше не проник внутрь. Вся его семья, за исключением Саймона, отправилась на отдых в далекий Египет, а Саймон проходил учебу в Калининграде, так что ждать к столу кого-то еще не было нужно.

— Хороший вкус! — Вилмер с порога оценил жилище Роба. — Это трофеи? — Кардинал указал на висящие в прихожей чучела птиц.

— Да. — Ответил Роб. — Охота — одно из моих хобби.

— А жажда убивать никуда не делась! — Фэллон ухмыльнулся. — Моя школа, знаю, ты мастер охоты, жаль даже терять такого достойного ученика. Может вернешься? У меня всегда найдется местечко…

Роб нахмурился, услышав слова Фэллона. Он чувствовал смешение эмоций внутри себя.

— Учитель, не надо… — Неожиданно для себя выпалил Роб. — Не сегодня. — Он тут же сгладил тему, оставив вопрос якобы открытым. — Проходите к столу! В ногах правды нет.

Роб отправился в гостиную, показывая гостям пример, а кардиналы проследовали вслед за ним. Кайлер осмотрелся. — «Ничего не изменилось, только на улице похолодало, а внутри по-прежнему тепло».

— Пора к столу, господа! — Роб уже подавал последние угощения, приготовленные лично для встречи, хотя и не знал о предпочтениях гостей к еде. — В ногах, как говорится, правды нет. — Хозяин дома вежливо показал рукой на стол, уставленный различными закусками и сервированный не хуже, чем в элитном московском ресторане.

— А ты, Роб, зря времени не терял. Хорошо, что я не ел с самого утра. — В шутку произнес Вилмер. — Готов съесть целую корову, пусть даже передо мной окажутся индусы. Они могут не есть.

— Главное — не налегай на спиртное. — Тут же съязвил Фэллон.

— Ничего страшного, мне можно.

Когда все было готово и осталось лишь дождаться горячих блюд, компания уселась за стол и принялась накладывать еду на тарелки.

Роб постарался на славу. На столе оказалась много блюд, принятых в России. Это и маринованная сельдь, и соленые огурцы, и знаменитый за пределами империи салат оливье, и винегрет с опятами, и грибочки, и даже студень. Не забыл Роб и про то, что его гости прибыли из Америки, не ограничиваясь только русской кухней. Цезарь с креветками, салат с беконом в соусе барбекю, чука с овощами и прочие вкусности так же радовали глаз.

— А ты неплохо подготовился, дружище! — Воскликнул Вилмер, наполнив тарелку до краев, и уже потянувшись к вину. — Предлагаю тост за гостеприимного хозяина!

Кайлер согласился, одобрительно кивнув головой. — «Только не напивайся, предстоит серьезный разговор». — Однако же, первый кардинал дал понять — они тут не просто так, о чем сам Роб, стоит отметить, подозревал и так. Он понимал, что эти люди не пришли просто так, ради угощений и вина, и это могло быть связано с чем-то значительным.

— За господина Роба! — Торжественно произнес Кайлер.

— И за его гостеприимство! — Добавил Фэллон, поднимая бокал.

Раздался негромкий лязг тонкого хрусталя и гости сделали по глотку красного вина, купленного Робом еще несколько лет назад, да так и оставленного в серванте на особый случай.

— М-м, отменное вино! — Вилмер оценил качество напитка. — Откуда оно? Франция? Италия? — Кардинал терялся в догадках. — Никогда не пробовал подобный вкус.

— Да, действительно, превосходно! — Согласился Фэллон, осматривая бокал, по которому с краев аккуратно стекали остатки напитка.

— Нет, друзья мои, это Крым. Тамошние виноградники ничем не уступают заграничным. — Роб деловито почесал бороду. — Удивлен, что вы не знали. Да, Крым — это место, где природные условия создают отличную почву для выращивания винограда и не уступает заграничным.

Вилмер с любопытством оглядел бутылку. — «Действительно, написано по-русски, а я и не заметил». — Подумал он.

— Надо бы прикупить пару ящиков. — Третий уловил на себе недовольный взгляд Кайлера, и тут же поспешил исправиться. — На случай важных переговоров.

«Брат, иногда лучше молчать, чем говорить. Ты так всю рыбу распугаешь». — Предостерег его первый. — «Будь осторожнее в речах, какие переговоры».

«Прости, я не хотел». — Вилмер замолчал.

— Как поживаешь, Роб? — Спасать ситуацию от затянувшегося неловкого молчания довелось Фэллону. — Тебе уже дали повышение?

— Хозяйство, дом, дел невпроворот. — Роб только отмахнулся. — Холода на носу, надо успеть продать птицу, этот год к тому же выдался богатым на урожай. На всю зиму хватит, еще и останется. А что до службы, не очень хочется командовать, одна морока… Мне и дома хватает забот. Я мечтаю об отдыхе.

Кайлер на мгновение задумался и даже отложил приборы. Его лицо нисколько не изменилось и лишь по отведенному в сторону взгляду можно было понять озадаченность кардинала. — «Кажется, внутри Роба сопротивляются две его ипостаси — воин и фермер. Сможем ли мы удержать первого, пока второй не поглотил воина без остатка?» — Думал он. — «И чем дальше, тем сильнее и сильнее».

«Крайне сомневаюсь, но надежда есть». — Ответил Фэллон. — «Попробуем, ведь дело еще не закончено, а последователи старого маразматика — живы».

«Надежда умирает последней». — Заметил Вилмер, попутно угощаясь вином.

— Жизнь в деревне — не легкая. Никогда бы не смог жить вдали от города. — Кайлер пожал плечами. — Вот чего, наверное, никогда не пойму.

— Ты просто не пробовал. — Ответил Роб. — Городская суета утомляет, даже такого небольшого города, как Петрозаводск. Что уж говорить о Петербурге или Москве.

— Почему же, я родился и вырос в городке Лич Лейк в Миннесоте. — Невозмутимо возразил Кайлер. — Никогда бы те хотел вновь оказаться там. Все мое детство было сплошным кошмаром, который только может присниться. Ни нормальных условий, ни транспорта, да и вообще — сплошная скукота.

Роб посмотрел на Кайлера, улавливая грустный тон в его словах. Он осознал, что каждый человек имеет свою собственную историю и опыт, которые могут оказывать влияние на их восприятие определенного места.

— Не скучаешь по семье? — Парировал Роб.

— Нет. — Кардинал несколько нахмурился. — Все, кого я знал, моя семья, друзья: все уже мертвы много лет назад. Ты знаешь, сколько мне лет?

— Больше двух сотен? Значит, ты относительно недавно в клане?

— Да, ты абсолютно прав, мне третий век, и как огурчик, однако же, я не мог продлить жизнь никому из тех, кто мне был близок. Когда я заполучил силу ану, осознав свою истинную природу чистокровного, мои родители и друзья уже были мертвы. Не думай, я не всегда был молодым и красивым, это все сила ану. Это она возродила молодость в довольно преклонном возрасте, сделав меня почти бессмертным. И теперь моя семья здесь — рядом с тобой. Это наш клан. — Кайлер сделал глоток вина. — Все меняется, и иногда далеко не так, как нам хочется. Ведь мы не можем воскресить мертвых, но должны ценить живых.

— Но… Я не понимаю, ты не человек, почему тогда ты был смертен. — Роб удивленно скрестил руки на груди, словно пытаясь понять истину происхождения ану.

— Так и есть, мы не люди. Ану тысячи лет жили в оболочке человека, пока, наконец, клану Мардук не удалось возродить древние знания и вернуть в этот мир долголетие. Кто знает, сколько нас сгинуло в темные века? — В разговор вмешался Фэллон.

— До пробуждения мы смертны, после — живем, сколько захотим, по меркам простого смертного, но все равно умрем, рано или поздно, через тысячи или даже десятки тысяч лет. — Добавил Кайлер. — Человеческое тело, вот что не вечно.

— Вот значит как… — Роб почесал шею. — Не думал, однако, что мои соседи тоже могут быть ану.

— Наврятли, после падения шумеров мы жили только в западной Европе, а после и в Америке, никогда не подозревая о своей природе. Хотя, стоит отметить, многие из нас добились успехов, например, Юлий Цезарь или Ричард Львиное Сердце. Что там говорить, многие правители и даже целые династии не являлись людьми и лишь носили человеческую оболочку. — Кайлер ухмыльнулся, словно гордился великими предками. На самом же деле он ценил только одно — бессмертие, а потому и относился к великим династиям с насмешкой, ведь те — умерли, так и не осознав свою истинную природу. — Все куда прозаичнее, нежели у нас, истинных пробудившихся.

— Вот значит как. Мне жаль тебя. — Роб опустил взгляд. — Жаль, когда уходят близкие…

— А себя? Своих близких? Ведь они все еще живы. — Казалось, Кайлер пошел в психологическую атаку. — И я могу дать всем вам неизмеримо долгую жизнь, по сравнению с тем, что может дать вам сам император она превзойдет его обещания в десятки, а быть может и в сотни раз. — Кардинал отодвинул бокал в сторону и пристальным взглядом коснулся Роба, словно читая его мысли.

— А взамен мне, или может быть даже нам всем, включая Саймона, стать убийцами? — Роб ответил недоверчивым взором, однако сдерживал свое негодование, понимая, что еще рано гневаться, тем более на тех, с кем только недавно сражался лицом к лицу с самым главным злом на планете. — Если хотите моей помощи — объясните, почему моя жизнь должна продлеваться за счет смертей ничем неповинных граждан Далласа и других призрачных городов? Я не хочу жить, когда ради этого каждый день то тут, то там приносятся в жертву другие люди. Ведь они тоже хотят жить, любить и быть любимыми. Нет уж, такое бессмертие не для меня.

Когда Роб закончил монолог, Кайлер отвел от него взор, как бы отстранившись. В воздухе повисла тишина. Каждый думал о своем, подобно шахматисту пытаясь предугадать наперед сразу несколько ходов соперника.

Роб, с трудом подавляя нервозность, рассеял последние поблескивающие мысли и ожидал, что Кайлер скажет что-то в ответ. Но Кайлер оставался молчаливым, его лицо выражало невозмутимое спокойствие. Роб чувствовал, что Кайлер что-то задумал, что в его голове рождается план. Но что именно, Роб угадать не мог. Он на мгновение закрыл глаза и сделал глубокий вдох.

— Теперь этот метод в прошлом. — В разговор вступил Фэллон. — Даллас теперь таков. — Кардинал положил на стол перед Робом несколько фотографий, сделанных несколько дней тому назад. — Как видишь — туман рассеялся, а вместе с ним исчез и Тиамат. Ни единого намека на прежнюю серость.

— Что? — Роб удивленно посмотрел на фотокарточки, словно не верил своим глазам. — Разве не вы говорили, что укротить облако не получится? Снова обман? Игра? Что тогда?

— Мы так говорили. — Деловито ответил Кайлер, акцентируя внимание на последнем слове. — Однако, время не стоит на месте, наука постигает все новые и новые дали, мы становимся сильнее и умнее. И вот результат — фотокарточка не монтаж, а укрощение облака.

Роб продолжал смотреть на фотографию с недоумением.

— Только поэтому нам удалось победить старикана Таби. Теперь мы просим разобраться с последним оплотом его сторонников и искоренить машину зла, которая разрушит связь между оставшимися в живых облака Тиамат. Ты знаешь, мы изрядно потрепаны. Мне нужны твои люди, так у нас больше шансов на победу. Сразимся же и выиграем последнюю войну. — Добавил Фэллон.

— Никак не получается с первого раза? — Роб едва не засмеялся. — Всегда случается какой-то конфуз.

— Мы не можем знать все наперед, у нас нет дара провиденья. — Отметил Вилмер немного окосевшим голосом. — Машину времени еще не изобрели.

— И как же без помощи Тиамат вы собираетесь сохранить свою, и нашу обещанную молодость? — Роб нахмурился. — Не понимаю, пчелы идут против меда?

— Я знал, что ты мастер выражений. — Едва ли не рассмеялся Фэллон. — Но, мы уже нашли иной метод, гуманный, если тебе будет так угодно, и более безопасный, нежели призрачные города и облака Тиамат, которые, кстати, присутствуют в каждом из них. — Кардинал выждал паузу, прежде чем продолжить беседу, а может просто пытался получше подобрать слова. — Каждый день на планете гибнут люди, молодые или старики, не важно. Аварии, пожары, природные катаклизмы уносили и уносят из нашего мира людей, похлеще набегов на красную зону, так и не доживших до своего логического финала, а, следовательно, сохранивших и жизненную энергию, которая высвобождается в момент смерти. Таким образом, нам остается только поймать ее.

— А если медицина сделает людей бессмертными до самого финала? — Роб отнесся к заявлению оппонента с недоверием. — Что тогда?

— А ты фантазер. — Кайлер залился громким смехом. — От падения самолета нет панацеи, ровно, как и от колес поезда или пули грабителя. Мир никогда не будет идеальным, как бы кто не старался меня в этом убедить. Рая на Земле не было и не будет, утопия — это бред сумасшедшего. — Кардинал покрутил пальцем у виска. — И самоубийства, кстати, никто тоже не отменял, а ведь это бич богатых и развитых стран.

Роб сперва не знал, что и ответить, и даже немного растерялся. Однако же, через несколько мгновений он таки нашел необходимые слова.

— Кто знает, что будет в будущем. Грядет ли апокалипсис и новый каменный век или же эпоха мира и процветания. То, что прежде в истории человечества еще не существовало полной гармонии, ни сколько не означает, будто будущее запрограммировано на вечную борьбу за выживание. — Роб то и дело потирал бороду, словно и сам сомневался в истинности сказанного. — Мы же не можем знать наперед, верно, кардинал?

— Да, ты прав, мы не пророки, увы. Я скажу больше, мы тоже можем ошибаться, и делали это не единожды. — Кайлер наклонился к столу, чтобы быть ближе к Робу. — Но, с полной уверенностью можем сказать одно — в ближайшие тысячелетия даже при исключительном правлении самых мудрых людей, отсутствии войн и революций, увы, гармонии не будет. Этого времени хватит, дабы продлить себе и всем нам жизнь настолько, насколько это вообще возможно. Ты же понимаешь, тело рано или поздно все равно исчерпает свой ресурс, как бы мы не старались противиться этому. Все в материальном мире имеет начало и конец, даже эта самая планета.

— Значит, как только мы победим, то призрачные города канут в лету? С каких пор кардиналы Мардук стали благородными гуманистами? — Роб явно ехидничал, что можно было понять по его взгляду, интонации голоса и рукам, сложенным на груди. — Ох, не верится, хоть убейте.

— Да плевали мы и на благородство и на гуманизм, сколько можно повторять, честное слово. — Кайлер произнес последние слова с отвращением. — Новый способ продлит наши жизни значительно больше, нежели Тиамат. К тому же, облака нужно контролировать, иначе они выйдут из-под контроля. Тогда — хана всему, сам понимаешь, только недавно мы спасали свои задницы от пробуждения облака. Тиамат была угрозой для всех нас, и мы должны принять меры, чтобы не допустить нехорошую ситуацию в будущем.

Кайлер закончил речь и задумчиво посмотрел вдаль, в сторону окна.

— Проще говоря, это выгода для каждого из нас. Проигравших не будет. — Добавил Вилмер, до этого достаточно долго хранивший молчание. — Все останутся только в плюсе. Понимаешь? — Третий кардинал сделал глоток вина. — Разве тебе не хотелось бы покончить с пресловутым туманным бичом, терзавшем города больше двух столетий? Знаю, что я прав.

— Хотелось бы, само собой. — Согласился Роб. — Но, разве я один чего-то значу? — Он развел руками. — У меня нет сверхсилы, я обычный воин.

— Искусный воин, Роб. — Поправил его первый.

— К тому же, у меня есть кое-что для тебя. — Фэллон протянул конверт с гербовой печатью и подписью императора.

— Что это? — Роб знатно удивился. — Вскрывать чужие письма — моветон.

— Читай, разве разучился? — Ехидная улыбка вновь коснулась лица Кайлера. — Или забыл русский язык? Нужен переводчик?

Роб аккуратно сломал защитную печать, а затем — распаковал и сам конверт, достав из него сложенный напополам лист бумаги.

Указ Его Императорского Высочества Николая

Приказываю назначить господина Алексея Робертовича Мартынова командующим семнадцатой ротой второго полка императорской гвардии и повысить в звании до капитана.

Это почетное и ответственное назначение отражает Вашу преданность служению Родине и проявленные лидерские качества. Уверен, что под Вашим руководством семнадцатая рота будет превосходно выполнять свои обязанности.

Прошу Вас приступить к исполнению новых обязанностей незамедлительно. Желаю успехов в служении Императору и Отечеству!

С уважением, Николай!

— Что? — Роб с удивлением смотрел то на Кайлера, то на Фэллона, то на Вилмера, то снова на письмо. — Вы серьезно или это розыгрыш? Да быть того не может.

— Может, Роб. Награда всегда находит героев. Я говорил с Николаем о тебе и рассказал всю правду о том, что ты храбро сражался в подземелье Далласа. — Фэллон отпил из бокала. — И про выходки Петрова, так что, теперь ты за него.

— Роб, это не розыгрыш, — сказал Кайлер серьезно. — Николай действительно признал твою храбрость и отвагу в битве с подземными монстрами. Ты заслужил эту награду.

— И я также уверен, что Петров был просто ревнив и завидовал тебе. Николай выслушал наши слова и оценил все факты. Он видит в тебе настоящего героя. — Фэллон кивнул.

— За Роба! За нового капитана! — Вилмер поднял свой бокал.

Остальные присоединились к его жесту и выпили за назначение. Теперь перед Робом открывались новые горизонты службы в императорской гвардии.

Роб встал из-за стола и направился к тумбочке, внутри которой лежала единственная пачка сигарет, которую он курил только по «особым» случаям. В армии даже шутили — если Роб закурил, то случилось или нечто невероятно плохое, или же наоборот — хорошее. Однако же, на этот раз не случилось ни того, ни другого. Роб уже давно не ценил высокие посты, как говорится, не страдал «шейной чесоткой», к тому же, это означало огромную ответственность за своих людей. Так что, нервы напряглись и Роб не знал, что и ответить на подобную щедрость.

— Не дрейфь, старый вояка, неужели ты позабыл то, чему я тебя так долго учил? — Фэллон окинул Роба недоверчивым косым взглядом. — Кто, если не ты достоин вести лучших из лучших всей России? Ты сможешь сделать их еще сильнее. Сможешь защитить. Я верю, ты не подведешь. С тобой они будут в безопасности.

— Безопасности? Мы то и дело на войне! — Несколько недовольно ответил Роб.

— Да, именно. — Подключился Вилмер. — А на войне, как всем нам известно, многое зависит именно от навыков командира. Кинуть воинов в безрассудную атаку или же отойти, перегруппироваться и ударить снова, тем самым сохранить жизни своих подчиненных.

— Видишь? Вилмер дело говорит. — Кайлер не остался в стороне. — Искусство войны куда более значимо, чем число солдат. Тебе выпала честь, Роб, не подведи своих людей. Ты нужен им. Война требует мудрых и не щадит дураков.

— Хорошо, я принимаю предложение императора. Но, не думайте, будто я — идеален. — Роб указал пальцем вверх. — И вообще, я уже подумываю об отставке.

— Да, ты прав. Идеальных людей нет, и мы тоже ошибаемся. — Кайлер сложил руки на груди. — Вопрос только в том, как часто это происходит. Дурак постоянно наступает на одни и те же грабли, а умный — учится на своих и чужих ошибках, делает выводы, чтобы в будущем обойти их стороной, стать еще умнее. Чуешь разницу? Ошибка — это неизбежная часть нашей жизни и опыта.

— Чую. — Роб все же закурил, отойдя к камину. — Но, почему вы так уверены во мне?

— Потому, что ты уже показал себя еще до первой встречи со мной. — Фэллон подошел к Робу и положил руку на плечо. — Я знаю тебя дольше, чем кто-либо из своих подчиненных. Поверь мне, я хорошо разбираюсь в людях. Вернемся к столу. Стоит отпраздновать твое назначение.

— Сколько у меня есть времени до начала операции? — Роб окончательно согласился.

— Сбор в Петербурге через три дня, еще три дня в Питере на подготовку, а затем — в самолеты и поехали. А там уже, как управимся. Наши люди тоже выдвинутся. Поработаем еще немного.

— Подумать только, мы уже во второй раз будем сражаться бок о бок, Роб. — Улыбнулся Кайлер. — Может, это просто судьба.

— Возможно, это не просто случайность, а наше предназначение быть рядом друг с другом в этих битвах. — Вилмер мало-помалу оказывался «на бровях».

Роб грустно улыбнулся.

Глава 15

Песчаная Эфа

Декабрь 2221 года

— Мужики, куда пойдем? — Алексей надел капюшон теплой куртки и потуже затянул шнурок, чтобы снег не залетал внутрь. — Сыплет, как из ведра, это вам не курорт, мать его за ногу. Если б еще без ветра.

— Уж точно не время для прогулок по Невскому. — Согласился Роб, поежившись от холода. — Прямо Майами какой-то. В Карелии нет такого лютого мороза, мне кажется, это все из-за залива поблизости.

— В яблочко! — Поддержал Андрей. — Айда в то кафе, с наушниками, не помню, как оно называется. Мы там были в прошлый раз, хорошо посидели, и выпить, и закусить, одно удовольствие.

— Нет, у меня для вас предложение куда получше. — Денис сиял от радости. — Сегодня последний день рок-фестиваля, нельзя пропустить. Вы же не разучились слушать хорошую музыку? — Парень деловито сложил руки на груди. — Или успели опопсеть? — Его недоверчивый и ехидный взгляд окинул товарищей.

Денис всегда отличался особым пристрастием к тяжелой музыке, впрочем, и остальные зачастую не отказывались от рока, однако не брезговали хорошими песнями и более легкой популярной музыки.

— Согласен, пора тряхнуть стариной. — Ухмыльнулся Роб. — А вы, ребята, или по пиву и по матрешкам?

Андрей ответил кивком головы, и его примеру последовал и Алексей.

— Вот и славно, говорят — будет жарко. — В глазах Дениса горел огонек от предвкушения события. — Не пожалеете, будет атас, улет и кайф! Это же рок-концерт!

— Только, давайте не будем напиваться до чертиков. Ужасно не хочется на утро стоять в строю с больной головой. — Алексей вспоминал предыдущие посиделки, сразу после вылазки в Даллас, которые завершились именно таким образом.

— Ага, слабо верится, будто бы мы умеем по-другому. Раздолбаи мы. — Отшутился Роб, поправляя капюшон.

— И алкаши. — Добавил Денис. — Пивные, прошу заметить, да, Роб?

— Да… — Роб вдруг вспомнил, как когда-то давно произносил похожую фразу в разговоре с Рэтом Джонсом, отчего ему сделалось одновременно приятно и в то же время — грустно. — Ну так что? Веди нас, герой. — Он постарался отбросить мысли о плохом, хотя и понимал, в списках спасенных не было ни Рэта, ни Лиз.

— Значит так. — Денис достал портативную голографическую карту. — Мы сейчас здесь. Поедем на метро, рукой подать, как говорится. Доставлю в целости и сохранности.

— Ну давай, тоже мне, Иван Сусанин. — Андрей закурил сигарету. — Только дай докурить.

— Соси свою соску, как раз успеешь до метро. — Денис махнул рукой. — Оно вон там, прямо за поворотом.

Компания двинулась вперед по Невскому, сквозь нескончаемый поток людей, идущих навстречу, ведь, несмотря на стужу, проспект оставался весьма оживленным, что, впрочем, было его визитной карточкой уже много столетий подряд. Магазины, кафе и рестораны на обеих сторонах Невского привлекали взгляды прохожих своими витринами и яркими вывесками. Поэтому здесь всегда было ужасно многолюдно.

«Скорее бы покинуть это место». — Промелькнуло в голове у Роба. Ему пусть и нравилась зима и снег, но он предпочитал избегать шумные улицы, не смотря на все великолепие старого города, хорошо отреставрированного, покрашенного и вместе с тем заснеженного. Жизнь вдали от бурной цивилизации сильно изменила его характер.

Сам же город представлял из себя старинные дома, многие из которых были воссозданы заново. Фасады — точные копии своих исторических предков, канувших в вечность, а внутри — удобное жилое пространство, оборудованное по последнему слову техники.

— Хотел бы жить тут? — Неожиданно Роба прервал Денис. — Представь, окна во двор, тишина, а рядом — все, что нужно для отдыха.

— Шутишь? Окна смотрят в упор друг на друга. Ни тебе почесать яйца, ни походить по спальне без одежды. — Роб едва удержался от смеха. — Тем более, день за днем пробираться через эту людскую лавину на остановку — так себе удовольствие.

— Деревня ты, это же северная столица. — Денис не унимался.

— Ой, кто бы говорил, а сам-то, почему не осел в Питере? — Ответил Роб. — И до службы рукой подать, и все дела.

— Меня и в родном Петрозаводске неплохо кормят. Тем более, жена против, она, как и ты, засела в своем огороде, хлебом не корми, дай только в земле повозиться. — Денис махнул рукой.

— Хлебом не корми, только хлебом покорми. — Неудачная шутка Андрея не вызвала у друзей ровно никакой реакции, особенно если учесть, что она была друзьям уже знакома и весьма избита. Он с неловкостью улыбнулся и замолчал.

Несмотря на все заверения Дениса, путь предстоял не близкий. Хоть метро и развивалось семимильными шагами, однако путь предстоял с пересадкой. Новую линию, кольцевую, еще строили, так что пришлось использовать путь немного подлиннее.

Людей в подземке оказалось немного, ведь поезда колесили каждую минуту, унося пассажиров к месту назначения, однако же, путникам пришлось постоять, прежде чем освободились сидячие места в новых вагонах, соединенных между собой проходами.

Скорость движения поездов тоже увеличилась благодаря новой технологии, уменьшающей силу трения, что не могло не радовать пассажиров, которым больше не нужно было тратить около часа на дорогу в один конец. К тому же, в прошлом остались и отвратительные скрипы колес о рельсы.

«Станция Звенигородская, переход на станцию Пушкинская». — Возвестил робот-диктор приятным женским голосом.

— Так, ребята, выходим. Пересадка. — Денис, то и дело поглядывающий на карту, оживился. Компания покинула вагон.

Впрочем, вскоре парни оказались на платформе, преодолев переход, и уже ждали следующий поезд.

— Денис, кстати, все время хочу спросить, да забываю — почему тебя зовут Волком? — Воспользовавшись моментом, спросил Роб.

— Когда я был подростком и только начинал слушать рок-музыку, то носил футболки с волком. Сестра заметила это. Так и получилось. — А тебя зовут Роб, если ты Алексей? Почему? Это твое имя из Америки?

— Да. — Роб согласился. — Мое прошлое имя.

Разговор прервал шум прибывающего поезда. Парни сели в вагон, который оказался новеньким, премиум класса, с мягкими сидениями и системой климат-контроля.

— Ого, какая красота! — Воскликнул Алексей, осматривая интерьер вагона. — Вот это да, прямо как в кино!

— Ничего себе. — Отметил Роб, садясь на удобное кресло в бесшумном вагоне. — В прошлый раз бегали еще старые поезда.

— А то… — Отметил Денис. — Николай наводит порядок. Империя, а не дерьмо собачье! — Когда дело хоть как-то касалось политики, он не мог не пошутить, оставаясь при этом большим патриотом. — Это не Амэрика! — Он намеренно исказил слово.

— А то, а это. Так и должно быть при хорошем правлении. Не то, что в Америке. Понатыкали туманных городов и довольны, как сто китайцев. — Роб не до конца понимал значение фразы про китайцев и почему их именно сто, но знал ее смысл, рассказанный Денисом когда-то давно.

— Да вы заколебали. — Вмешался Андрей. — Опять о политике, как на базаре. В казарме мало времени что ли?

— Заговори о звездах, и беседа обязательно приведет тебя к теме о тирании Гитлера. — Добавил Алексей. — Разве не помнишь, чем закончилось одно из последних казарменных чаепитий? И заметь, это бы были трезвы!

Тем временем поезд проезжал станцию за станцией и настало время снова подниматься наверх, в зимний заснеженный Петербург. Одна мысль о холоде заставила Роба поежиться и машинально потереть рука об руку.

— Долго топать? — Недовольно пробубнел Андрей, едва только оказался на улице.

— Не бузи, откуда мне знать. Я тут впервые. — Ответил Денис. — Навигатор сказал, что минут десять, не больше. Если не будем идти, как по вечернему бульвару, само собой.

Слева от замерзшей набережной простирались старинные здания из красного кирпича, когда-то давно служившие заводами и фабриками, а в период упадка, существовавший до восстановления империи, находившиеся в запустении и разрухе. Теперь же многочисленные помещения наполнили различного рода магазины, музыкальные студии и прочие арт-пространства. Как уже говорил Денис, нашлось место и концертному залу.

— Вон там вход, осталось не долго. — Через какое-то время молчания произнес Денис. — Вывеску видишь?

— Нет уж, обратно на такси. Ну его, этот холод. — Выругался Роб, глядя на градусник в приложении коммуникатора, на котором застыла цифра 20 со знаком минус. Это не декабрь, это дубабрь.

— А то в Карелии теплее? — Недоумевал Денис.

— В Карелии я могу неделями носа на улицу не высовывать, разве что добраться до внедорожника, чтобы совершить покупки в магазине. — Роб явно не любил сильные холода. — Я, между прочим, человек южный, к северным морозам не привыкший.

— Ага, южный. Сколько лет прошло, как ты выбрал своим новым домом промозглый север, а не скажем, солнечный Крым или Краснодар?

— Чтоб служить с вами, с дурнями, такими же, как и я. — Роб только отшутился. — Что бы вы без меня делали.

— Умерли бы голодной смертью. — В ответ пошутил Алексей. — Плакали и рыдали бы, где же наш старина Робби.

За шутками компания вошла в увесистые старинные ворота и Денис осмотрелся по сторонам. — «Чертовщина, какие-то лабиринты». — Перед его взором раскинулись сразу несколько дорог, а точной уверенности в выборе маршрута у него не было. Только догадки.

— И чего встал, Сусанин? Заблудился? — Андрей заметил некое замешательство Дениса и не упустил возможности отпустить очередную шутку.

— Сейчас вспомню, не бойся. — Денис всматривался в свой навигатор. — Я же водитель, выведу. — Правда, в его голосе чувствовалось некоторое напряжение. — Или заведу в тупик и брошу, если будете торопить!

— А чего тут вспоминать? — Добавил Роб. — Читать разучился? Вот указатель, там налево.

— Вот же, что б его… — Выругался Денис, пряча навигатор в карман куртки. — Ежики волосатые… — Последнюю фразу он просто обожал и употреблял при каждом удобном случае.

— К тому же, все волосатые идут туда. — Отметил Роб. — Бьюсь об заклад, Денис, когда выйдешь на пенсию, то тоже станешь седовласым старцем, похожим на Гендальфа.

— Я буду красить патлы. А то с вами — как не поседеть-то?

Перед носом парней прошла группа людей в кожаных куртках и тяжелых ботинках, с флагами южан, то есть конфедератов, времен гражданской войны в США.

— О, байкеры, кажется! — Сообразил Денис. — Наши братья по металлу!

— Да, вижу, что не фанаты попсы. — Андрей вновь закурил. — Ого, а я бы не прочь познакомиться вон с той девушкой.

— С которой из них? — Недоумевал Роб. — Их тут полным-полно.

— С той, с синими волосами.

— А ты не староват для такой красотки? Бьюсь об заклад, у нее и без тебя поклонников хватает. — Едва ли не рассмеялся Денис. — Зато у нас были бы общие интересы в музыке и мы бы провели приятный вечер вместе, обсуждая свои любимые группы.

Девушка, впрочем, понравилась и самому Денису, и даже Робу, который был самым старшим из всех, а, следовательно, имел меньше всего шансов на успех. Да и он уже привык к жизни холостяка, пусть и присматривал за детьми Знахаря, можно сказать, ведя образ отца-одиночки.

Точеные черты лица, большие карие глаза, аккуратный носик, все это делало ее весьма привлекательной для парней.

— И как только ей не холодно без шапки? — Удивился Роб.

— Это только тебе холодно, южанин. — Отшутился Алексей, хотя сам половину жизни провел далеко на юге, и уж никак не питал страсть к холоду.

— Так и будем стоять и мерзнуть? Или пойдем уже пить пиво и слушать музыку? — Негодовал Денис, глядя в сторону уходящей колонне байкеров. — С такими темпами мы вообще все пропустим, к чертовой феньке.

— Пошли! — Согласился Роб.

— Погнали. — Поддержал Андрей, все еще не отводя глаз от девушки с синими волосами. — Я лично начну с водки. Замерз, как цуцик, надо согреться.

— Началось в колхозе утро. — Засмеялся Денис, ускоряя шаг. — А потом завтра будешь помирать, а мы носи тебе воды.

— Ладно вам, сегодня можно. Завтра тренировок не будет. — Роб улыбнулся. — У меня есть личное разрешение императора на отлеживание. Будем тюленить хоть весь день.

— Да? — Денис едва не обронил челюсть. — Но каким образом?

— Кардинал Кайлер лично попросил об этом Николая. — Роб знал, что все его окружение давно уже догадывалось о связи с темной троицей.

— Кардинал? — Андрей едва не обронил челюсть. — Я знал, что вы знакомы, но не настолько близко.

— Не настолько… Почти не знакомы, однако, он помог нам. — Роб не рискнул говорить о «Черной сотне».

— Значит, мы опять двинемся в Даллас? — Поинтересовался было Алексей.

— Нет, все куда интереснее. — Роб не спешил раскрывать тайну. — Но о работе больше ни слова. Сорвем задачу — Николай и Кайлер всем жару дадут!

— Сам первый начал! — Привычно ответил Алексей.

— И первым и закончил. — Ответил Роб в привычной для него манере.

— Все, хватит жевать лопух, мужики, скоро начало! — Денис оставался непреклонен. — Рок-н-ролл не ждет.

— Волк, веди уже! — Робу пришлось по нраву именовать друга его старым именем, данным сестрой.

Рок площадка оказалась прямо за поворотом, и компания встала в очередь на досмотр. Впрочем, у каждого из друзей в кармане «совершенно случайно» оказалось удостоверение сотрудника полиции, которое выдавалось каждому имперскому гвардейцу для маскировки, и позволяло избежать досмотра.

— Полиция! — Произнес Денис. — И мы тоже любим метал! — Все же он решил сгладить ситуацию, дабы не переполошить стоявших рядом. — Мы не при исполнении.

— Проходите. — Охранник указал на дверь. — Видите, даже синие рубашки здесь, музыка объединяет всех! — Парень на входе поправил шапку, съехавшую на лоб. — Оторвитесь по полной!

— Хэви-метал в каждый дом! — Денис скрестил пальцы в так называемую «козу», когда средний палец и мизинец выставлялись вперед, а остальные — прижимались к ладони.

Внутреннее убранство отличалось скромностью. Как бы сказали в простонародии — стиль «лофт». Кирпичные стены без штукатурки, увешанные старинными виниловыми пластинками, словно возвращали посетителей в прошлое. Создавалось впечатление, будто бы все перенеслись на два столетия назад, а то и больше. — «Интересно, кирпич сохранился с самого момента постройки?» — Подумалось Робу. — «Может быть так и есть».

«Именно он, оригинальный». — В голове Роба прозвучал голос Кайлера. — «Более трех столетий, если не ошибаюсь, одно из немногих столь древних зданий».

«И ты здесь, кардинал?» — Удивился было Роб. — «Не ожидал».

«А где же нам быть, отдыхать тоже нужно. Тем более, говорят, что тут играют хорошую музыку». — Ответил кардинал. — «Но сегодня мы не увидимся, тем более, тут столько классных девушек, может уже найдешь себе жену? Веселись! И поосторожнее с пивом».

Роб осмотрелся. Действительно, кардиналы видели его, а он их — нет. Маскировка высшего класса.

«Я — холостяк». — Ответил Роб, но ответа уже не было.

— О чем задумался? — Спросил Алексей. — Как зацепить ту синеволосую красотку?

— Да так, старые воспоминания. — Ответил Роб, махнув рукой. — Давайте выпьем!

— Вперед, на битву, бравые бойцы! — Денис указал рукой на барную стойку, у которой уже суетился бармен. — Пора зажигать!

У бара уже было довольно многолюдно, а сам бармен наливал одну кружку пива за другой, пока его коллега смешивал коктейли или занимался крепкими напитками. Пришлось немного подождать своей очереди, прежде чем у каждого в руке оказался желанный пенный напиток.

— Стартуем! — Андрей поднял бокал, так чтобы все могли чокнуться о него, после чего сразу же осушил его наполовину. — Ах, обожаю! — Поежился он, стирая с губ пивную пенку. — Это мое любимое пиво, крафтовое. Оно имеет такой изысканный вкус, что просто невозможно остановиться. Пожалуй, буду пить его.

— До выступления еще есть время, присядем? — Предложил Алексей. — Успеем настояться.

— Согласен! — Поддержал Денис.

Компания направилась к ближайшему свободному столику, которых, стоит отметить, оставалось не так много.

— Уверены, что не надо было брать сразу по литру? — Спросил Андрей.

— Палитру? — Засмеялся Денис. — А ты, как я посмотрю, художник! Знаем мы ваши палитры.

Тем временем, прибывали все новые ценители тяжелой музыки. Кого тут только не было: и панки, и байкеры, и киберы, и даже новые течения, как фримьюзы, те, кто слушают абсолютно любую музыку и носит яркую одежду. Среди всех этих представителей тяжелой музыки необходимо также упомянуть долли — девочек, которые привлекают внимание своим внешним видом, похожим на кукол. Они отличаются высоким пониманием стиля и моды, их одежда яркая и нестандартная.

— Ну что, мистер рокер, скоро там начнется твой хеви-метал? — Спросил у Дениса Алексей.

— Ну, как сказать, видимо да, однако мы же еще трезвые, куда нам торопиться? — Ответил Денис, пальцем постучав по бокалу, намекая, что надо пить дальше. — Лично я предпочту еще пол часика провести в относительной тишине, а уж потом и музыку послушать не грех.

— Так-то оно так, только не до поросячьего визга. — Погрозил пальцем Роб. — А то завтра будем погибать все вместе.

— Ты же сам сказал, что никакого построения не будет. Казарменная халява, нет? — Удивился было Андрей.

— Да, но похмелье — дело тонкое. Голова болеть будет и на построении, и без него. — Пояснил Роб. — Мы уже не мальчики, организм стареет, ничего не поделать.

— Пойду еще за пивом, возьму сразу бочонок, или метр, а то по литру, по литру! — Кажется, слова Роба не сильно подействовали, и Андрей на время удалился.

Под метром пива понималась метровая доска, на которую ставили несколько бокалов, обычно — шесть-семь. Стоило такое удовольствие не дешево, однако, о деньгах сегодня никто не думал.

Продавали пиво, кстати, и в так называемых трехликах, то есть трехлитровых бутылях, и в пятерках — то есть пятилитровых. Для особых же гурманов придумали дегустационные наборы — десять сортов по двести граммов. Выбор, что называется, на любой вкус, шелестели бы бумажки в кошельке.

— А вот и я. — Андрей сиял от радости, держа в руках увесистый бочонок. — Сейчас и закусон подоспеет. Я все устроил.

— Мы же поели перед выходом. — Удивился Денис.

— Когда это было. Я — проголодался. — Андрей развел руками. — Не на сухую же пить, желудок заболит, не молодеем, как заметил Роб.

В скором времени на столе оказалась тарелка с сухариками, кольцами кальмара, фисташками и ломтиками соленой рыбы.

— И это называется еда? — Удивился Роб.

— Ничего не поделать, кухни тут нет, но есть доставка пиццы из соседнего заведения. — Андрей пожал плечами. — Я заказал острую, с говядиной и колбасой, не против?

— Нет, я люблю поострее. — Отозвался Алексей.

— Смотри, Роб, та самая девушка. — Денис заметил синеволосую байкершу, которую уже видел на входе.

Девушка была одна, и направлялась к бару.

— А я тут причем? — Роб повернул голову и увидел синеволосую байкершу, о которой говорил Денис. — Я не собираюсь заводить отношения. Впечатлений мне и на работе хватает, целыми днями мозги компосируют, теперь еще за всех вас будет прилетать благородный и пламенный привет.

— А вот я попробую. — Улыбнулся Андрей, направившись в сторону стойки.

Через несколько минут он вернулся и довольный, заявил: «Я пригласил ее к нашему столику. Она согласилась, но только если ее друзья будут с ней. Может быть, там еще есть красотки?»

— Началось… — Роб приложил руку ко лбу. — Как будто с необитаемого острова. Что вы творите?

— А что такого? — Согласился Денис. — А то вечно одни, как сектанты какие-то. Новые знакомства не повредят, тем более, мы весьма часто бываем в Петербурге, а никого не знаем толком.

— Ага, раз в год, а то и еще реже. — Роб махнул рукой. — Делайте, как считаете нужным. — И добавил, погрозив пальцем. — Только без излишеств.

Через пару минут девушка подошла к столику.

— Хеллоу, пипл! — Улыбнулась она, присев рядом с Андреем, напротив Роба.

Роб взглянул на нее, заметив, что девушка весьма хороша собой. Он редко засматривался на девушек, особенно после того, как Кайлер поведал ему правду про погибшую невесту. Но, в этот раз не мог отвести от незнакомки глаз.

«Никогда не думал, что мне может быть симпатична неформалка». — У девушки были татуировки на руках, которые не могла скрыть футболка; проколота губа, а уши украшали черные серьги в форме запятой. — «Да, Роб, седина в бороду, а бес в ребро, вроде так говорят в России».

Особенно Роба привлекли зеленые глаза, выделенные ярким макияжем. Они показались ему настолько яркими и живыми, что он признался себе: «Да, она красива, как египетская Клеопатра».

— Зовите меня Эфа, так я известна среди своих друзей. — Незнакомка представилась. — Они скоро присоединятся к нам.

— Не боишься, в одиночку знакомиться сразу с четырьмя взрослыми мужиками? — Сразу же пошутил Денис. — Я, кстати Волк, это — Леша, Андрей и еще один Леша, но все зовут его Роб. Он немного иностранец, самую малость.

— Забавно. — Девушка улыбнулась. — Не боюсь, тем более, в моем послужном списке уже есть сломанные носы тех, кто пытался ко мне приставать. Внешность зачастую обманчива.

Роб улыбнулся в ответ. — «Впечатляюще. Такая хрупкая девушка, а она уже имела дело с нахальными приставунами».

— Ну, мы же не дикари. — Рассмеялся Андрей. — Кстати, у тебя есть парень?

«Ой, дурак, ой, дурак». — Подумал Роб. — «Мог бы и позже спросить, ну не так же сразу в лоб».

— Есть муж. — Ответила Эфа. — И двое детей, так, для сведения.

— Вот как, ну здорово! Я тоже женат, правда, пока без детей. — Добавил Денис. — А эта троица — холостяки. Роб вообще собирается провести остаток дней в гордом одиночестве монаха.

«Да, только понравилась девушка, как выясняется, что она замужем». — В это время негодовал Роб. — «Ладно, хоть сразу выяснилось, не буду питать иллюзий, да и вообще, чего это я, старый пердун, а туда же, за молодыми».

— Я на минутку, кажется, мои меня потеряли. — Эфа удалилась.

— Какая девушка, повезло же ее мужу! — Произнес Денис.

— Ты женат, не стыдно то? — Едва не рассмеялся Алексей. — Что жена подумает? Не боишься сковородкой получить?

— Я же только глазами, даже пальцем не трогал. — Денис пошел в отказную. — Я, между прочим, верный семьянин. А смотреть глазками можно всем.

— Эй, Роб, чего притих? Неужели, твое ледяное сердце тает под чарами огненной девушки? — Андрей заметил, что товарищ выпал из беседы и, что называется, ушел в себя. — Подбери челюсть!

«А, что б тебя». — Мысленно выругался Роб. — «И тут без шуточек нельзя».

— Я что, похож на человека, который влюбится с первого взгляда? Просто задумался. С кем не бывает. — Ответил он, разводя руками.

— Да-да, все мужики так говорят, когда узнают, что красотка уже занята, и не просто занята, а окольцована. Ну и не надо, не очень-то и хотелось. — Денис не унимался. — Завидуешь?

— Потише ты, она возвращается, подумает еще, что мы все тут извращенцы. — Роб стремился замять тему.

— А вот и мы. — Эфа вернулась, так же стремительно, как и ушла. — Знакомьтесь, Роман, мой муж. Алекс, Олег, Владимир и Макс, наши друзья.

— Денис, Леша, Андрей и Роб. — Ответил Андрей. — Давайте выпьем за знакомство, мы в Питере не часто.

«Вот умора, они думали, что придут девушки, но нет, выкусите». — Роб хотел было рассмеяться, но сдержался. — «Будете знать, кобели несчастные».

— Вы тоже байкеры? — Спросил Роман, чья внешность была уже знакома Робу. Казалось, он походил чертами лица на одного из музыкантов, которых слушал Саймон, делая домашнее задание.

— Нет, мы просто ценители хорошей музыки. — Ответил Андрей. — Кстати, угощайтесь, я принесу еще. — Он указал на пиво, которое недавно приобрел. — Я гуляю на полную!

— Спасибо, пока у нас есть. — Ответил Владимир, указав на полные бокалы. — Кстати, вы же из Питера? Откуда, если не секрет?

— Нет, Петрозаводск. — Не задумываясь, выпалил Денис.

— Странно, мой друг-охранник упомянул, что вы из полиции, мы сперва не поверили. Зачем вы здесь? — Роман пошел в ва-банк.

— За тем же, зачем и вы. — Спокойно ответил Роб. — Мы все имеем право на выходной, не бойтесь, мы не при исполнении, как я уже говорил при входе.

— И мы не совсем полиция. — Добавил Алексей, что встревожило Роба. — Мы из отдела по борьбе с международным терроризмом. Наша задача — предотвращение терактов.

«Выкрутился, чертяка». — Простых копов, очевидно, не сильно жаловали, пришлось менять легенду и переобуваться прямо на ходу. — «Молодец». — Радовался Роб.

— Ну, у нас террористов нет, значит и ругаться нет повода. — Рассмеялась Эфа. — Давайте выпьем! Концерт скоро, а мы не в одном глазу. У меня, между прочим, впервые за месяц два выходных подряд.

— Дельная мысль! — Роб первым поднял бокал. — За нас!

Послышались звуки ударов бокала о бокал, и компания вновь приступила к питью.

Роб повнимательнее присмотрелся к лицу мужа новой знакомой и его осенило. — «Точно, это Вилле Вало, только с короткими волосами. Именно его плакат висит на двери Саймона. Похож, точно!»

Высокий статный брюнет с голубыми глазами действительно походил на некогда знаменитого, а теперь уже почти забытого музыканта из двадцать первого века. Это был поистине уникальный случай, когда внешность человека могла вызывать столько ассоциаций с прошлыми временами и увлечениями.

— Кстати, Роман, тебе никогда не говорили о схожести с одним музыкантом? — После некоторых колебаний спросил Роб.

Роман на мгновение задумался, сделал глоток, и только потом ответил: «Жена постоянно твердит, что когда у меня были длинные волосы, то я был похож на Вилле Вало». — Роман улыбнулся, с трудом сдерживая смех. — «Поэтому она и вышла за меня».

— Мой племянник в восторге от этой группы, жаль не помню названия. — Ответил Роб.

— Здорово. Замечательно, что о группе помнят уже столько лет. — Ответила Эфа. — Не я одна такая, видишь? — Девушка обратилась к Роману, который, казалось, слушал более тяжелую музыку, чем довольно мелодичный, хоть и тяжелый рок.

— Теперь буду звать тебя Вилле Вало. — В шутку, едва ли не смеясь, выпалил подвыпивший Андрей, допивая очередную порцию хмельного.

— Я и не против. — Ответил Рома. — Группа не плохая, жаль чуть не хватает драйва.

— Я за бочонком! — Андрей удалился вновь. — Похоже, разговор будет долгим, а пиво-то хорошее, пенное, хмельное…

«Запасливый, как белка, честное слово». — Пронеслось в голове у Роба. — «Его бы старание во время службы направить в дельное русло, цены бы не было. Стал бы заведующим складом».

— А вы чем занимаетесь? — Поинтересовался Денис. — Кем работаете?

— У нас с мужем свой рок-бар, далеко, на юго-западе города. — Ответила Эфа. — Недавно открылись, но уже делаем успехи. Люди устали от суеты, а хорошая музыка — бодрит.

— Да, скорее байкерский бар, там своя атмосфера. — Уточнил Роман. — Техника, кожа, все по классике.

— Звучит интересно! Я всегда любил рок-музыку и атмосферу байкерских баров. — Воодушевился Денис.

— Очень рекомендую, только никому ни слова, что вы из полиции, чтобы не было лишних вопросов. — Наконец в беседу включился Владимир, до этого хранивший молчание, будто размышляя о своем. — Сами понимаете, косые взгляды обеспечены. Ничего страшного, конечно, просто — ни к чему излишнее внимание, ни вам, ни нам.

— Не будем. Просто хотели избежать лишних досмотров вещей, не люблю все эти пустые формальности. У вас же не обыскивают? — Уточнил Роб, посмотрев вначале на Романа, а затем и на Эфу.

— Нет, у нас свободный вход. — Ответил Роман, отмахнувшись. — Мы куда более лояльны и демократичны, нежели здесь. Тем более, у нас почти все свои, из мотолюбителей.

Андрей вернулся, держа пиво в одной руке, а пиццу в другой. — «Удачно я, да? Сейчас поедим, вы тоже угощайтесь». — Обратился он к байкерам. — «Хватит на всех».

Пицца пришлась каждому по вкусу, а ее размеры действительно не оставили никого голодным, по крайней мере, так думал Андрей, довольный и весьма захмелевший.

— Налетай, пиво выдыхается! — Он осушил очередной бокал, его же примеру последовал Денис, в то время, как остальные предпочли не торопиться.

Тем временем, перед сценой начали собираться люди, а сами музыканты начали готовиться к выступлению. Однако, компания «полицейских» решила остаться у столика и совместить концерт и застолье в одном лице. — «Пусть молодежь развлекается». — Решил Роб.

Эфа с друзьями тоже решили остаться, и даже обменялись контактами, что бы, как выразился Владимир — не потеряться. Вечер только начинался.

«Роб? Ты еще не на рогах?» — Внезапно раздался ехидный голос Кайлера. — «Прямо удивительно, что делает с людьми повышение по карьерной лестнице, в прошлый раз все было с точностью, да наоборот».

«Не так резко, я ведь мог ответить словами!» — Нахмурился Роб. — «Хоть предупреждай, не знаю, как, пиши-звони, а не просто появляйся в моей голове, как будто у себя дома».

«Извини, просто заметил, что вы гуляете с байкерами, и без нас… Мы тоже любим двухколесную технику, особенно я». — Кардинал паясничал. — «Ладно, шучу, увидимся позже».

«Как всегда, он не может пропустить момент для шутки». — Роб почесал подбородок. — «В этом весь Кайлер, выступать тебе на большой сцене, с твоей любовью к юмору, а не вот это вот все».

Глава 16

Асури

Декабрь 2221 года

— Поехали! — Роб не удержался от комментария, когда грузовой самолет после довольно долгого и утомительного ожидания пришел в движение, медленно набирая скорость. Шум мощных двигателей наполнил пространство вокруг. Роб посмотрел в иллюминатор и увидел, как земля двигалась все быстрее.

— В дальние края за орехами. — Выразился Денис. — Поехали куда?

— Искать верблюда. — Добавил Сергей, сделав ударение на последнюю букву. — И вправду, Роб, куда на этот раз? Опять пыль собирать в очередное подземное царство?

— Тибет. — Роб многозначительно замолк, не отрываясь от иллюминатора. — Нам все сообщат уже по прибытию в Лхасу. — Через время добавил он. — Я и сам практически ничего не знаю. Только, что нам придется вновь объединиться с кардиналами и их людьми.

— Что? — Андрей будто не поверил своим глазам. — И что на уме у Николая, раз он уже во второй раз вступает в союз с Америкой.

— Не знаю… — Ответил Роб. — Императору виднее, а наша задача — рубить головы, и беречь свои. И не задавать много лишних вопросов.

«Во второй? Как бы не так». — Подумал Роб тем временем, прикусив губу. — «Но, лучше мне помалкивать об этом, особенно об ужине с черной троицей в черном в собственном доме». — Роб заметил, что земля начинает удаляться от него. Все привычные места становились все меньше и мельче, пока окружающий мир не слился в единую пеструю картину.

— Да ладно вам, нормальные ребята. — Заступился Алексей. — С ними воевать — одно удовольствие. Если, конечно, по одну сторону баррикад. Не хотел бы я столкнуться с ними во встречном бою.

— Что, Леша, в штаны наложил? — Как всегда пошутил Денис, ехидно улыбнувшись.

— Ты видел их оружие и мощь? — Алексей попытался было перехватить словесную инициативу. — Это же техника, на грани фантастики.

— Видел, но и мы не промах. — Добавил Денис. — Но, мы союзники и нам не о чем беспокоиться. А вот нашим врагам — есть. Против них — две сильнейшие группировки мира. Батя в здании, бойтесь и трепещите! — Казалось, его даже забавила подобная ситуация.

— Не думаю, что нашего общего врага стоит недооценивать. — Произнес Роб. — Если бы они не были сильны, Кайлер или кто-то другой не просил бы нас о помощи, справились сами и глазом бы не моргнули. Наш враг, несомненно, обладает значительной силой и ресурсами. Стоит быть всегда начеку.

— Само собой, старина Робби. — Андрей похлопал командира по плечу. — Можешь положиться на нас. Враг может быть скрытным и хитрым, но мы хитрее и лучше!

Самолет набирал высоту, унося команду все дальше от северной столицы и военного аэродрома. Как именно предстоит лететь и будут ли промежуточные остановки — не знал никто, даже пилоты только следовали указаниям диспетчера напрямую из императорской канцелярии. Для большей секретности, сообщения передавались по новой закодированной линии, о существовании которой знали только особо доверенные люди Николая.

Роб посмотрел в иллюминатор. Далеко внизу раскинулись широкие леса, поля и озера. Кое-где виднелись небольшие города, которые становились все меньше и меньше по мере того, как железная птица устремлялась вверх. — «Красота». — Подумалось ему. — «Скорее бы вернуться домой, скоро праздник, а у меня еще нет подарка, Саймон будет негодовать, если не успею купить ему целую гору книг».

Вокруг бойцы что-то обсуждали, о чем-то спорили, строили догадки и предположения. Роб же, по обыкновению, уходил в раздумья или просто отдыхал от всего под негромкий монотонный гул турбин.

«Что же задумал Кайлер? И почему выбрал именно нас?» — Думалось ему. — «Нет, совпадения быть не может. Подумать только, я столько лет ненавидел кардиналов и уже в который раз помогаю им здесь, из России. Почему?»

«Ненавидел. Но разве мы не сблизились хотя бы немного?» — Прозвучал голос Кайлера.

Роб закрыл глаза и увидел себя в пустой комнате. Перед ним в кресле восседал первый кардинал, одетый как обычно, в черную мантию. Его глаза наполнялись ярким светом, а от рук исходил серый дымок. — «Все мы совершаем и добро, и зло. Разве я — вселенское воплощение ада?» — Кайлер вопросительно взглянул на собеседника. Первый кардинал улыбнулся и внезапно сменил выражение лица на серьезное. — «Нет, мой молодой друг, вы совершенно ошибаетесь».

Роб осмотрелся вокруг, видя перед собой только белесую пустоту. Он ощутил, как в комнате стало прохладнее, а атмосфера наполнилась некой таинственностью. Он ожидал услышать дальнейшие слова от кардинала, но тот молчал, задумчиво глядя вдаль.

«Не видишь ничего знакомого?» — Через время Кайлер продолжил. — «Ты слишком долго хранишь иллюзию о том, что было. Но все куда прозаичнее, не бойся своего прошлого, прими его и двигайся в будущее. Вспомни, кем ты был раньше, кем являешься сейчас».

«Кем же?» — Многозначительно спросил Роб, не отрывая глаз от Кайлера.

«Тем, кто дает жизнь этому миру, как и я. Все просто». — Кардинал развел руками. — «Мы с тобой — те люди, благодаря которым этот мир еще не погрузился в безумие хаоса». — Кайлер выждал паузу. — «Что бы стало с миром, не будь тебя, меня, Фэллона, Вилмера и даже ушедшего Энди? Никогда не задумывался? Мы несем ответ за сохранение порядка и стабильности в мире. Без нас, мир погрузится в хаос и разрушение».

Роб опустил взор вниз, а затем осмотрелся вновь. Сквозь пустоту проступили едва заметные силуэты Далласа, мрачного, разоренного, стоящего в руинах.

«Это тот мир, который готовил нам всем старикашка Таби. Брат Вилмер убил его, рискуя жизнью и едва не погиб сам». — Кардинал продолжил. — «Если бы не мы все, в том числе и ты, он бы заполучил душу Элизабет и мир людей окунулся в вечную тьму и мир был бы потерян».

«Это не оправдание, ты же знаешь, что на самом деле все иначе. Кайлер, ты действуешь только ради себя».

«Разве?» — К беседе присоединился Фэллон. — «Любой правитель, так или иначе, защищает себя, как и любой человек». — Второй кардинал подошел к Робу, коснувшись пальцем его лба. — «Мы те, кем должны быть, прими это».

«Так и есть, все мы эгоисты. Но разве не все люди такие? Легко назвать героем того, что помог вылечить больного ребенка, пожертвовав несколько миллионов, оставив себе миллиарды, да еще и сложив о себе славу мецената. На деле, он лишь заработал себе репутацию и избавился от налогов». — Кайлер улыбнулся. — «Весь мир построен на собственной выгоде. И я хочу жить, а эти проклятые туманные города все еще ставят под сомнение существование мира, в том числе и моего мира, нашей семьи, нашего клана. Уничтожим их — и все останутся в выигрыше. И я, и ты, и планета. Услуга за услугу. Таковы правила этого мира. Нет добра без выгоды самому себе».

«Интересно, император считает так же?» — Неожиданно Роб вспомнил государя.

«А ты как думал, не будь наивным. Николай тоже человек, как и все мы, не ангел и крыльев нет за спиной. Думаешь, что мир идеален? Тогда бы он никогда не заключил с нами тайный союз, а весь род человеческий уже томился в облаках Тиамат под началом ану». — Фэллон спрятал руки под мантию. — «Политика — сложная и весьма грязная штука, друг мой, где все отстаивают свои интересы. Сильный получает власть, слабый — забытье».

«Я знаю, что такое мир и просто хочу жить».

«Ты хочешь спасти Элизабет и Рэта, именно поэтому не залег на дно». — Кайлер нахмурился. — «Или я не прав?»

«Да, хотел, всем сердцем. Но, что толку теперь рассуждать о том, что мы не смогли? Разве теперь это имеет хоть какой-либо смысл?» — Роб развел руками, словно отмахнулся от кардиналов.

«Это ты так думаешь». — Кайлер встал с пурпурного кресла и подошел вплотную к Робу, взяв его за подбородок и пристально взглянув ему в глаза. — «Не стоит недооценивать брата Фэллона». — Кардинал убрал руку с лица Роба и достал из кармана бумажную фотокарточку.

«Но… Невозможно!» — На фоне хорошо обустроенной комнаты у камина стояли живые и невредимые Рэт и Элизабет. — «Энергетическое поле ведь рухнуло, его сила пала, а души узников подземелья — устремились кто куда!»

«Всего долю секунды, дорогой друг!» — Кайлер передал карточку в руки. — «Фэллон опоздал только на мгновение, мы успели… Мы бы спасли и Энди, однако, он сам решил уйти. Это была его миссия».

«Значит и Знахарь, и Лаура, все живы?» — Глаза Роба забегали, а дыхание сперло. — «Если это не фокус, и ты не лжешь».

«Браун и Лаура мертвы. Прости, соболезную, мы не всесильны и поймать всех обитателей города не удалось». — Кайлер отвел взгляд. — «Но лгу ли я? Нет, и ты сам сможешь увидеть Рэта и Принцессу. Обещаю».

— Эй, Роб, обед! — Алексей во всю тормошил спящего Роба. — Командир, проспишь самое интересное.

Открыв глаза, Роб обнаружил себя в кресле военного самолета, который все так же следовал по указанному курсу. — «Черт возьми, это был сон, ну и приснится же нелепица». — Выругался он, протирая глаза влажной салфеткой.

Команда во всю прыть уплетала еду. Денис подал Робу коробку с походным пайком. — «Что тут у нас?» — Роб мгновенно позабыл о сне, который сразу же посчитал обычным совпадением, не более. — «Вроде неплохо». — На обед подали борщ в саморазогревающейся упаковке, способной за несколько минут превратить даже ледяную еду в горячую, и банку тушенки с гречкой, именуемую Алексеем, прожившим долгое время в Петербурге — гречей.

К удивлению Роба, консерва не оказалась снабжена подогревом. Вместо этого в комплекте прилагалась специальная упаковка, что бы не остаться без горячего второго блюда. — «Видимо, из старой партии, сейчас такие уже не выпускают».

«А про напиток забыли?» — Сперва негодовал Роб, привыкший запивать еду, но после обнаружил бутылочку кваса. — «Прямо не обед, а русское застолье». — Хотя в еде американец был неприхотлив еще со времен пребывания в лагере северян под Далласом, в последнее время — питал страсть к российской кулинарии, как в общем, и вообще — любил сытно поесть.

— Всем приятного аппетита! — Произнес он.

— И тебе не хворать! — Ответил Денис.

«Вкусно, научились готовить». — Отведав первое, Роб заметно повеселел. — «Жаль, забыли про салаты. Ох уж эти походы. Надо было прихватить с собой бочонок соленых огурцов». — Сразу вспомнился домашний погреб, доверху уставленный солеными овощами, вареньем и компотами.

Роб вспомнил, как он и его семья каждое лето занимались заготовкой на зиму. Они собирали свежие овощи с огорода и мариновали их в соленой воде, потом укладывали их в банки, добавляли специи и закатывали крышки. В погребе эти банки занимали все свободное место, и каждую зиму семья Роба наслаждалась вкусными и полезными солеными овощами.

Полет предстоял не близкий и команде выдали питание с запасом, на случай непредвиденных обстоятельств. К тому же, полагались дополнительные консервы, вроде свинины или риса, только те уже хочешь или нет — употребляй холодными, либо же используй портативную горелку, что само собой — запрещено в самолете. Как говорится — хорошего понемножку.

«Умом Россию не понять… Кто же это сказал, актуально до сей поры». — Роб едва сдержался от улыбки.

— Что, вкусно? — Не унимался Денис. — Жаль только — сала нет. А какой борщ без него…

— Не очень люблю сало. А вот от шашлыка бы не отказался. — Ответил Роб, не отрываясь от еды. — Или предпочел бы пельмени.

— Ага, сейчас мангал поставим и огонь разведем. — Иронизировал Андрей. — Кукиш нам, а не сало или шашлык. Шиш на постном масле.

«Очень смешно». — Роб не стал язвить в ответ, предпочтя молчание.

Самолет продолжил свой путь, а Роб — завершил трапезу, сложив остатки в урну, тем самым получив возможность вновь окунуться в полудрему под дружное «бу-бу-бу» своих сотоварищей. — «И нравится же им кукарекать, как в курятнике». — Иронизировал он.

«Иди ко мне». — Послышалось Робу и он тут же открыл глаза, с удивлением обнаружив себя в подземелье Далласа. Сырые стены покрывались трещинами, будто вот-вот обрушатся на голову. Вокруг стояло шипение, отдаленно напоминающее змеиное. То тут, то там, перед глазами Роба проносились размытые силуэты, отдаленно напоминающие человеческие, только с длинными неестественными конечностями и несоизмеримо маленькой головой.

Роб попытался осмотреться и разобраться, где находится, но вокруг было слишком мрачно и темно, чтобы увидеть что-либо.

«Снова галлюцинации». — Верно заметил он. — «Не иначе, это работа Кайлера».

«Кайлера? И почему все лавры вечно достаются ему?» — Голос показался Робу знакомым.

«Нет, это не кардинал. Это же ты, Джонс, но как же…»

«Да, это правда, я выжил, Лиз — тоже». — Голос принадлежал Рэту Джонсу. — «Не стоит думать иначе. Кайлер не соврал, они выполнили слово».

«Это все неправда. Только сон! Да и вообще, я не сплю и только нахожусь под чарами Кайлера!» — Роб протестовал, не желая видеть происходящее, понимать его. Все это не вписывалось в его мировоззрение, в его понимание жизни.

«Нет, ты не прав». — Это был голос Элизабет и ни чей более. — «Роб, мы смогли спастись. Но чудо свершилось не для всех, пойми. Знахаря уже не вернуть, ровно, как и многих других, но еще больше — остались жить».

«Элизабет, почему тогда Кайлер не сказал мне о вас раньше?» — Роб задался логичным вопросом, хоть и сильно сомневался в подлинности жизни Лиз. — «Он что-то задумал, не иначе».

«Почему ты сомневаешься, дядя?» — Произнес Саймон и от этого Робу сделалось не по себе. — «Ты всегда сомневался в Кайлере».

«Кардинал, это уже не честно! Ты используешь мою любовь к Саймону! Прекрати!» — Роб произнес слова так громко, что испугался, а не проговорился ли он в реальности?

«Дядя, это не сон, не мистика Кайлера или кого-то еще, я сам выбрал этот путь. Я хочу строить лучший мир вместе с ними. Это мой выбор». — Голос племянника не умолкал. — «Ты запрещал мне общаться с Кайлером, хотя и знал, что у него есть ученые, которые помогут мне двигать науку вперед, делать мир прекраснее. Разве это не хорошо? Помогать людям».

«Если ты и вправду Саймон, то почему ты думаешь, что дома тебе не дадут вершить науку?» — Роб пошел в наступление. — «Разве я не заботился о тебе, не думал о твоем будущем?»

«Потому что я уже два года учусь в школе, мне не интересно учить то, что я и без того знаю. Это неправильно — расходовать свою жизнь ради системы. Теперь же у меня есть все — техника, книги, учителя, поэтому я… Прости дядя, я очень тебя люблю, но пойми и меня». — Саймон замолчал. — «Я не хочу прожигать молодость, тратя ее дома».

«Кайлер, негодяй, я же верил тебе!» — Роб пришел в себя, судорожно пытаясь найти в кармане коммуникатор, что бы позвонить домой, пока не вспомнил — вся техника осталась на базе и общение было запрещено. — «Черт, проклятье, Кайлер, ты все просчитал!» — Негодованию не было предела.

— Миша! — Роб, вернувшись к реальности, обратился к связисту. — Мне срочно нужно связаться с родными!

Михаил, рослый мужчина с карими глазами и густыми бровями, обернулся и посмотрел на Роба с неким непониманием, будто бы не понял вопроса.

— Если только Верховный даст добро. — Наконец, после некоторой паузы, ответил он. — Я свяжусь с Николаем по закрытой линии.

— Так поторопись! — В сердцах Роб стукнул по ручке стула.

— Эй, старина, ты чего разошелся. — Вступил Денис. — Сон плохой увидел? Призраки приснились? Похмелье? Что с тобой?

«Если бы сон». — Подумал Роб, однако, говорить о чем-либо он не имел морального права.

Михаил нажал на кнопку экстренной связи и что-то тихо проговорил в трубку. Немного выждав паузу, он передал коммуникатор Робу.

— Слушаю. — Ответил Николай.

— Император, мне нужно срочно связаться с домом. Саймон может быть в опасности. — Голос Роба дрожал.

— Не может. — Возразил Николай. — Дом под охраной, Саймон, если верить камерам, а им нельзя не верить, сейчас у себя в комнате. — Я же обещал, что присмотрю, мои люди работают, не беспокойся.

— Это точно? — Роб сомневался. — Вы даете слово?

— Слово государя. — Ответил Николай. — Да что с тобой? Как с Луны свалился.

— Я верю вам. — Ответил Роб. — Нет, все хорошо.

Связь прервалась и Роб вернул телефон связисту. — «И почему я не верю, почему голос императора выглядел подозрительно холодным? Он же не лгал? Нет, этого просто не может быть». — Роб закрыл глаза, в надежде успокоиться.

«Видишь, Кайлер, и зачем тебе врать?» — Задал сам себе вопрос, на который вполне вероятно уже знал ответ. — «Нет, Кайлер всегда был и будет только сам за себя, а мы — лишь безликий и бездушный инструмент в его большой игре, тем более — это просто сон, это все нервы».

На сей раз Роб только погрузился в безмятежный сон, погружаясь в темноту без каких-либо картинок, слов или иллюзий, ничего не осознавая и не с кем не общаясь.

— Эй, командир, мы на месте. — Толкал Роба Андрей. — Ну ты и соня, проспал все, что мог, ужин, завтрак. Прямо как слон.

— А? Что? — Ворчал Роб, пытаясь понять происходящее, преодолевая сонливость. — Куда?

— Что-что, мы в Лхасе. Тебя даже пушечный выстрел не разбудит. При посадке нас тряхнуло так, что самолет едва не развалился ко всем чертям, тут шторм, однако. — Алексей тараторил без разбора. — Пора вытаскивать наши задницы и топать на базу.

— А? — Роб поежился. — Что-то развезло маленько, бывает. — Командир поднялся с кресла, протирая глаза. — Сейчас бы умыться.

— И в баню сходить. — Подключился Андрей. — Роб, не смеши мои тапочки, мы хрен знает где, тут полно китайцев.

Самолет приземлился на военном аэродроме китайских сил самообороны, образованной после разрушительного землетрясения, как поддержка для народа, но на деле служившим прикрытием для иностранных миссий на Тибете. Солдаты и офицеры должны были выслеживать клан Мардук, однако же Китай играл на обе стороны, пока, разумеется, весть о гибели магистра не достигла Пекина. Теперь власти Поднебесной любой ценой старались искоренить иностранцев, которые угрожали государству пожирателями, боясь превратить свои города в туманные, подобно Далласу.

— Станция «Петушки», выгружай мешки. — Уже по традиции выпалил Роб. — И откуда у русских столько крылатых фраз?

Командующий вышел из самолета, внимательно оглядев местность. Это были горы и пустоши, ни одного дерева или даже намека на бурную растительность. — «Да уж, не Россия, но делать нечего». — Констатировал Роб. — Ветер прерывисто свистел, от чего становилось холодно.

Над головами, словно немые исполины, застыли белоснежные скалы. На вершине необъятных гор беспрерывный ветер то и дело поднимал опавший снег на темно-сером фоне вечернего неба.

— Выгружаемся! — На автомате скомандовал он. — Пора показать себя в деле! — И тихонько добавил. — Побыстрее бы уже.

— Здравия желаю, капитан! — Неожиданно раздался женский голос, который был уже знаком Робу. Тот обернулся и обомлел от удивления, едва не уронив челюсть на взлетную полосу.

Перед ним стояли уже знакомые люди, только облаченные в военную форму темно-зеленой расцветки. — «Хм, третье управление контрразведки империи, да ладно?»

Отличительным знаком контрразведки служили серебряные риски на офицерской фуражке. Новобранцам, не прошедшим курс подготовки, впрочем, выдавали пилотки, а самым опытным бойцам — береты.

— Удивлен? — Лаконично спросил Роман, заметив замешательство на лице гвардейца. — Мы тоже в деле.

— Но вы же обычные байкеры. — Роб немного растерялся.

— Ага, конечно, и Дед Мороз тоже существует. — Эфа потянулась за сигаретой, пусть и в нарушение правил.

— Погоди, тут нельзя курить. — Заметил Роб.

— Сейчас, буду я еще спрашивать этих узкоглазых. — Ответила девушка. — Давай ближе к делу. Задание не ждет, Кайлер прибудет с минуты на минуту. Оставь своих сорванцов, и дуй с нами. — Эфа посмотрела на небо, покрытое тучами. — Быстрее начнем, быстрее закончим.

— Не питаю надежды на скорый конец операции. Иначе бы Кайлер справился бы сам. — Роб скрестил руки на груди. — Что-то он опаздывает. Раз уж тебе тоже знакомо это имя, ты знаешь его характер и манеры.

— Сам подумай, мы на высоте в четыре тысячи метров. — Роман показал в небо. — Над нами облака. Вы сами-то едва не отправились в небытие, еле успели выровнять курс.

— Не знаю, я спал. — Роб только улыбнулся.

— Просыпайся. Скоро нас ждут Асури. — Роман не оценил шутки. — А это не легкое испытание.

— Асури? — Переспросил Роб, подойдя поближе к Роману и Эфе. — Впервые слышу. Кто это?

— Это пострашнее стражников, которые пробудились благодаря ошибке Кайлера, который доверял шпиону Васнецову. Это и наша оплошность. — Эфа выбросила окурок прямо на взлетную полосу. — Первородные пожиратели, чья сила воистину огромна.

— И Кайлер думает, что люди с автоматами смогут победить такую силу? Кардинал сам едва не погиб, когда спасал брата от порождения зла в лице монстра! — Роб опешил от полученной новости, предвидя силу врага. — И что у него на уме?

— Я давно знаю кардинала, у него всегда есть план! — Роман пресек Роба. — Не паникуй раньше времени, ты ведь тоже знаком с Мардук не первый год. — Офицер потер руки.

— И этот план провалился, едва не превратив Москву в груду камней. Помню, как будто это происходило вчера.

— Ишь, разошелся, парень! В руины столицу обратили магистр и наши долбоящеры, которые не усилили защиту города от атаки пробудившегося, а Кайлер спасал ее не жалея себя, и сам едва не стал частью небытия! — Роман сорвался на крик. — Тебе ли не знать!

— А ну успокоились! Оба! — Эфа прогремела на всю военную базу. — Не хватало еще разругаться, нам спасать планету, потом набьете друг другу морды! — Девушка словно ощетинилась, встав в боевую стойку. — Или накостылять обоим?

— Да все хорошо. — Негромко произнес Роб.

— Не паникуй раньше времени. — Добавил Роман, заметно сбавив в голосе.

— Надеюсь. — Эфа спрятала руки в карман. — Не хватало тут разводить ересь, когда мы и близко не понимаем, что нам предстоит пережить.

— Понимаю. Весь мир в очередной раз оказался в глубокой непролазной заднице, из которой нам всем предстоит его вытащить. — Роб последовал примеру Эфы и нарушил правило о курении на территории аэродрома. — Что же известно контрам, что не подвластно нам? Кайлер решил устроить слет?

— Контры были при Сталине и Троцком. — Рома едва не сдержал смех. — Контрразведка всегда знает больше, мы же пресекаем действия иностранных сил. Все расскажет Кайлер, он все держит в тайне даже от нас, так что мы равны в знаниях, на этот раз уж точно. А может, так было и всегда, ты же знаешь, голова кардиналов — потемки.

— Замечательно! Просто здорово! — Роб ударил руками по карманам брюк. — Секретики, как в садике.

— Да не кипятись ты раньше времени! — Эфа похлопала Роба по плечу. — Сам знаешь, не одни кардиналы умеют читать мысли, вот и тянут кота за хвост до последнего. Меньше знаешь — меньше утечки, это все ради нашего общего блага.

«Что вообще происходит. Значит, нас заранее знакомили? Зачем? Не понятно». — Мелькнуло в голове у Роба. — «Или Николай тоже приложил руку?»

— Значит вы никакая не семейная пара байкеров на самом деле? — Поинтересовался он, оглядывая офицеров.

— Почему же? — Ответил Роман, спрятав руки в карманы. — Семейная пара байкеров, в свободное время катаемся, держим свой бар, но служба-службой, это работа, сам понимаешь. — На лице парня проскользнула ухмылка. — Ты ведь и сам в свободное время держишь хозяйство и даже торгуешь на фермерском рынке, не так ли? Это все — хобби, хотя, зачем тебе работать. Ты ведь богат. — Офицер говорил уверенно, будто знал всю биографию гвардейца наизусть.

— Да, это так. Вам многое известно обо мне. — Роб только улыбнулся. — Может даже и мой ответ на ваши вопросы.

— Не так уж и много. — Ответила Эфа. — Пойдем уже на базу, тут слишком сыро, воздух будто пропитан влагой. Еще и ветер, половину слов не слышно.

— Пойдем. — Согласился Роб и троица двинулась в сторону двухэтажного белого здания, видимо и являвшегося основным строением на территории части. — Денис, ты за старшего! Если что нужно — я на связи!

Денис сделал небрежный взмах рукой, не отрываясь от разгрузки. Роб кивнул в ответ, зашагав в сторону здания.

Сама часть выглядела весьма скромной, возможно из-за расположения, возможно — в целях маскировки. Два белых здания, несколько ангаров и взлетно-посадочная полоса, окруженная непроходимыми горами и отвесными скалами.

Самолет, еще какое-то время стоящий на полосе переправился в ангар, а на его месте оказался черный десантник, приземлившийся практически бесшумно. — «Кардиналы пожаловали, не иначе». — Мгновенно сообразил Роб.

Действительно, издали Роб сумел разглядеть людей в черном, по всей видимости это были братья, либо кто-то из их окружения. — «С прибытием». — Мысленно произнес он, однако ответа не последовало, что немного удивило офицера, ведь каждый из троицы читал мысли на расстоянии.

Вскоре на полосе показался еще один самолет, затем прибыли и другие. Все они садились вертикально, так что не требовали много пространства для маневра. — «Маловато техники для такого количества людей, что требуется, да и нас тоже не тысячи, что же они задумали?» — Роб терялся в догадках. — «Сила стража — колоссальна, если эти твари еще могущественнее, то как же нам быть? Нас три с половиной калеки, явно дисбаланс сил».

«Хватит бузить, все уши прожужжал». — Неожиданно отозвался Вилмер. — «Не думай так громко, если не умеешь отстраниться от проблемы до начала ее решения». — В голосе кардинала звучало явное раздражение. — «И так хватает забот, ты еще».

— А ты не думай обо мне! Я не твоя девушка. — Неожиданно для самого себя, Роб произнес фразу вслух, чем мог удивить спутников.

— Что, тоже не нравится вечное ворчание Вилмера? — Эфа едва не рассмеялась. — А представь, каково мне, он с самого утра не уходит из головы.

— Ты тоже его слышишь? — Удивился Роб.

— Не ты один избранный. — Ответил Роман. — Иногда лучше молчать, чем говорить.

Роб кивнул, выбросив окурок в урну напротив увесистых ворот казармы.

Троица офицеров молча проследовала в здание, где китайские офицеры провели их в отдельную комнату, заверив, что их прибытие уже ожидают.

Изнутри здание не представляло из себя чего-то великого или интересного и более походило на лабораторию для исследования пожирателей, нежели на военный объект, о чем свидетельствовали белые стены и обилие небольших комнат, запертых стеклянными дверьми. — «Прямо как в Москве, когда мы спасали Элизабет». — Смекнул было Роб.

Офицеры привели троицу в одну из комнат, выдержанную, как оказалось, в китайском традиционном стиле и на ломанном русском, с азиатским акцентом, попросили немного подождать. Впрочем, долгого ожидания не случилось. Почти сразу же в комнату вошел Фэллон, немного измотанный, особенно это было заметно по плохо скрываемым синим кругам под глазами — признаком недосыпания. В остальном, кардинал выглядел вполне себе сносно и даже улыбнулся при встрече.

— Всем доброго утра! — В шутку выпалил он, по очереди пожав руки присутствующим. — Раз вы уже знакомы, не вижу смысла тратить время на представление.

«Знакомы?» — Недоумевал Роб. — «Ну да, прямо как братья и сестры, куда там». — Видимо Фэллон не счел нужным соблюсти все формальности и попросту оставил эту задачу на них самих.

— Начну сразу с сути дела. — Фэллон не стал отвечать на мысли Роба. — Перед нами — Тибет. Именно здесь профессор Мюррей когда-то восстановил связь между мирами, давно утраченную в веках. — Кардинал явно имел в виду появление первых ану два столетия тому назад. — Все это курировал тогдашний магистр Таби, ныне отправившийся в царство Аида ко всем чертям. Однако же, даже сейчас, после гнусной смерти, он может управлять миром через Асури — древние существа, пострашнее стражников, с коими мы сталкивались в Москве и в других уголках мира.

— Помню эту историю. — Ответил Роман. — Мы тогда прикрывали отход армии, сразу после пробуждения чертова монстра.

«Вот как, мы были в одном месте и в одно время уже раньше». — Подумалось Робу. — «Интересно получается».

— Тогда мы не смогли победить. Не хватило времени и технологий. — Кардинал продолжил. — Но сейчас у нас просто нет права на ошибку. Мы расшевелили осиное гнездо, но скоро со всем этим будет покончено.

— С чем нам предстоит столкнуться, кардинал Фэллон. — Обратилась Эфа, поджав губы. — Это материально?

— Увы, нет. — Фэллон отрицательно покачал головой. — Само собой, там, куда мы отправимся полным-полно солдат, но главная опасность — Асури. Энергетические монстры, способные проникать в разум человека и испепелить его мозг за мгновение. Однако, мы давно предвидели такой исход и у вас будет защита. Все, что вам нужно — научиться видеть реальность и иллюзию, порожденную Асури. Не поддавайтесь на их уловки и останетесь жить. — Кардинал достал сигарету, покрутил ее несколько раз и закурил.

— Мы — солдаты, как победить этих Асури? Среди нас нет ни единого телепата. — Выдал Роб. — Это звучит как нечто невозможное.

— Очень просто. — Кардинал сперва нахмурился, а потом улыбнулся. — Разорвать цепь миров, для этого вы и нужны. Всего-то перебить солдат врага и разнести в клочья камень Тибета, который и есть — связующее звено между Асури и нашим измерением. Подобный тебе уже приходилось видеть в России. Именно такой камень едва не пробудил стражников…

— Однако же, Элизабет пришлось убить. Как мы собираемся победить сейчас, если не смогли тогда? — Роб отнесся к словам Фэллона с неким скептическим недоверием.

— Силой мысли. Это наша задача. А вам предстоит крепко накрепко удержать оборону! Когда мы окажемся внутри, то станем уязвимы для вражеских солдат. Поэтому никто, именно никто не должен проследовать за нами. — Кардинал оглядел присутствующих. — Ничего сложного, только теперь шлемы не помогут на все сто, вам нужно будет бороться со своими темными сторонами и внутренними страхами, а не только палить налево и направо.

— Понятно, Роб, ты был прав, мы в очередной раз оказались в глубокой заднице. — Заключила Эфа. — Прорвемся, не в первой, наставник.

«Наставник? Фэллон? Что это значит?» — Роб едва не обронил челюсть.

«А то и значит, не ты один такой крутой». — Мысленно ответил кардинал. — «Не переживай, Николай в курсе дел».

Глава 17

Завеса тайн

Декабрь 2221 года

До глубокой ночи в отряде русских кипела работа. Несмотря на то, что в этот раз амуниции было в разы меньше, нежели в Далласе, без работы бойцы не остались. Немного поодаль, сновали американцы.

Несмотря на усталость, вояки работали решительно и безотлагательно. Они знали, что от этой работы может зависеть их жизнь, и каждый прилагал все усилия, чтобы уверенно справиться с ней.

— Кто хочет справлять Новый Год и ставить пальму вместо елки? — Роб подзадоривал отряд. — Выполним задачу и домой, а там — на все четыре стороны на три недели!

— Роб, где ты видел пальмы на Тибете? — Отозвался Денис.

— Не умничай! В монастырь сдам! Шаолинь-маолинь! — Кипятился Роб.

— Ладно тебе, не наседай. — Хьюз осадила командира. — Стараются, как могут. — Девушка улыбнулась, похлопав коллегу по плечу. — Мои ребята тоже устали.

— Сержант, вы и сами знаете, что неплохо бы поторопиться. Время работает против нас. — Резонно ответил Роб, поднимая очередной увесистый ящик с оружием. — Да и, если честно, я уже изрядно измотан всеми этими асури, тиаматами и прочим…

— Понимаю. Я не дурак. — Хьюз, как и всегда, ответила о себе в мужском роде. — Только без фанатизма. — Сержант тоже ухватила ящик и отправилась вслед за Робом. — Он всегда такой ворчун? — Хьюз обратилась к Эфе, сидевшей неподалеку с автоматом в руке.

— Не знаю, мы почти не знакомы. — Коротко ответила та, не отрываясь от полировки автомата.

* * *

Прошло двое суток. Русские и американцы проводили время в подземелье, соединяющем секретную базу китайцев и тибетские пещеры, куда и предстояло сунуться в ближайшее время.

Кардиналы не показывались на публике ни разу, что встревожило даже Хьюз, пусть та и не выказывала вида, однако, по ее некой нервозности можно было понять — она чем-то обеспокоена и не на шутку. Быть может, сержанта пугала неопределенность и размытость объяснений черной тройки, как и самого Роба, но возможно, Хьюз что-то знала, но не желала открывать завесы тайны.

Предстояло проверить исправность оружия, жилетов и шлемов, что требовало не мало времени, учитывая постоянные тренировки в стрельбе, как настояла Хьюз, для отработки навыка.

Американцы грузили странные коробки отдельно, так, что никто не знал, что в них, вероятно, даже сама сержант, пусть и обмолвилась однажды с одним из подчиненных: «Когда придет время, вам расскажут».

«Очевидно, там что-то для борьбы с этими самыми Асури». — Только рассуждал Роб. Но это были только его личные домыслы, так что в коробках могло оказаться все, что угодно, ловцы душ или даже елочные игрушки. — «И что это за создания? Как одолеть то, чего никогда не встречал раньше».

«Раскрой себя». — Эхом пронесся знакомый голос, кажется Роб уже слышал его, только на другом языке, непонятном и трудном. — «Много лет назад Элизабет спасло именно это». — Говорил он.

«Точно, господин Эше, когда вы научились так чисто говорить по-русски?» — Мысленно ответил Роб, не будучи уверен кто же ворвался в его разум на этот раз.

«Мысли не имеют языка, мы можем понимать друг друга, передавая образы, а мозг уже сам создает нужные слова». — Ответил тот. — «Ты прав, это я». — Голос раскрыл свое имя. — «Мы встретились снова, я явился, дабы укрепить ваши души — самое опасное оружие против Асури, ведь их сила — красть мысли, словно ану, питающимися энергией тела».

«Ничего не понимаю». — Роб поставил ящик и «на автомате», не проронив ни слова, последовал вместе с сержантом за следующим.

«Поймешь, Роб, очень скоро поймешь». — Напоследок ответил Эше, носивший титул Панчен-лама, то есть «великого учителя» Тибета уже много лет подряд.

«Да, тут без бутылки не разобраться». — Ухмыльнулся Роб. — «Увы, я не мудрец, да и ученик из меня, признаюсь, так себе».

— Роб, привал скоро? — Денису уже не терпелось совершить перекур. — Битый час носим эту ерунду.

Командир не заметил вопроса, продолжив ментальный контакт с тибетским мастером. Господин Эше знал, что необходимо быть терпеливым и дать командирскому разуму время открыться. В то же время он чувствовал некоторое беспокойство. Затем Роб ощутил поток энергии от мастера и понимал его цель — помочь ему достичь высшего уровня самопознания.

«Поверь в свою роль в этом мире». — Мудрец продолжил. — «Все мы лишь исполняем свое предназначение».

«Было бы все так просто…»

«Ты сможешь». — Ответил голос.

— Капитан! — Переспросил Денис. — Можно выйти?

— Так и скажи, что курнуть вздумал. — Командир раскрыл глаза и взглянул на подчиненного. — Быстренько, и снова за дело. — Роб не стал язвить и запрещать, хотя сам мог обходиться без сигареты неделями или даже месяцами.

— Так точно. — Ответил офицер и потянулся в карман.

— Эх. — Хмыкнул Роб и махнул рукой.

* * *

«Жрать хочется, соберем автоматы и обед. Война — войной, а голод — не тетка». — Роб соединил две русские пословицы в одну, получив эдакий гибрид. — «Успеем навоеваться, а на пустой желудок — сильно топором не помашешь». — До обеда оставалось совсем немного времени.

— Ребята, собираем свои палки и марш на обед! — Прозвучало на всю казарму. — Кто не успеет — я не виноват.

— Что, капитан, в животе урчит? — Из-за деревянной коробки показалась довольная Эфина гримаса.

— Не голодать же. По уставу не положено. — Ответил Роб, осматривая автомат. — Ваши уже все? Распаковались? — Капитан поднял глаза на синеволосую байкершу.

— Давно уже, мы же кукуем тут на день дольше. — Девушка осмотрела автомат. — Тот самый, подарок из Далласа? Нам тоже показали пару дней назад. Ничего так агрегат. И в руке удобно лежит.

— Да, грозная штука, во многом благодаря им, мы и выстояли в Далласе почти без потерь. — Отозвался Роб. — Ну, все, айда в столовую! Пойдем с нами? — Капитан обратился к Эфе.

— Я подожду очереди, мы своих не бросаем! — Только ответила та. — Приятного аппетита!

После обеда команда Роба продолжила работу и на обеденный отдых отправились американцы, а после — русские из контрразведки. Небольшая столовая не могла вместить всех сразу — питались по очереди.

Местная еда показалась Робу довольно странной — суп из свинины, именуемый китайским раменом, и гречневая лапша с курицей в соевом соусе не совсем пришлись командиру по вкусу. — «Сейчас бы борща и котлету по-пожарски». — Сетовал он про себя. — «Да, старина, еще скажи, что ты русский».

— Что ходишь с кислой миной? — Заметил Денис. — Сам знаю, еда здесь — дрянь, но другой нету. Еще пару дней и превращусь в японца. — Водитель прислонил пальцы к глазам, имитируя восточный разрез.

— Тебе тоже не понравилось? — Переспросил Роб. — Не удивительно.

— У меня жена такие харчи готовит, что этим горе поварам руки бы поотрывала. — Отшутился тот, активно жестикулируя руками.

— И не говори! — Подключился Михаил, вечно задумчивый и немногословный рослый мужчина с темными волосами, с легкой сединой на висках. — Стоило бы прихватить наших поваров! Скучают без нас, поди.

— Да, Артем готовит куда вкуснее. Он — мастер! — Согласился Роб. — Но, в эту операцию гражданских не взяли. Секретность! — Капитан тяжело вздохнул. — И свинская жратва.

— Прискорбно! — Сплюнул Денис. — По возвращении, буду требовать двойную порцию!

— Китайский рамен — это одно из самых популярных блюд в Поднебесной. Это сочетание ароматного бульона из свинины или говядины с лапшой из пшеницы или яичной лапшой. А гречка также широко используется в традиционной тибетской кухне и считается полезной для организма. — Алексей решил было блеснуть знаниями. — Но по вкусу не очень, не мое. Понимаю, каждому свое предпочтение в пище. Китайский рамен и тибетская гречка — лишь некоторые из множества разнообразных блюд, представленных в азиатской кухне. Но, мне роднее наши щи да каши.

— Роб! — Издали командира окликнула Хьюз, прервав гастрономический диспут. — Эфа, Рома, вас троих хочет видеть кардинал Кайлер!

Роб обернулся. Сержант размахивала руками, привлекая внимание, тем самым указывая направление движения. — «Началось в колхозе утро». — Подумал капитан, однако вовсе не со зла, просто-напросто ему нравилась эта поговорка.

Роман и Эфа тоже двинулись навстречу к сержанту, отложив обед. — «Они не простые солдаты и даже не офицеры». — Сообразил Роб. — «Иначе их бы не позвали на аудиенцию». — Роб и ранее догадывался, что перед ним кто-то куда более серьезнее. — «И уж точно не простые байкеры».

«Ты прав, далеко не простые». — Мысленно ответила Хьюз. — «Идем, сейчас нас посвятят в подробности».

Сержант провела троицу по узкому коридору вниз, в подвал, которым оказалась небольшая комната с несколько тусклым освещением, однако, увешанная с ног до головы странными картинами и амулетами, однозначно принадлежавшими тибетским монахам и, по всей видимости, привезенными сюда не случайно.

Едва дверь закрылась, словно из ниоткуда появился Кайлер, вернее — его проекция.

— Приветствую вас, друзья. — Начал он. — Простите за бестактность, время поджимает, потому я не смог прийти сам. Однако, проекция — почти, как я настоящий. Вы даже можете осязать меня, если захотите пожать руку. Присаживайтесь, нам предстоит кое о чем поговорить. — Кардинал жестом показал на кресла.

— Кардинал, вы один? — Переспросила Хьюз. — Я думал, нас будет больше.

— Братья заняты, многое предстоит подготовить, многое уже сделано. — Кайлер кивнул и присел напротив собравшихся.

— Зачем мы здесь? — Напрямую спросил Роб. — Фэллон нам толком и не объяснил, как победить Асури.

— Он и не должен был. — Ответил Кайлер. — Ты ведь знаешь, он был твоим наставником долгое время, он всегда говорит только то, что важно в конкретный момент времени, а не летит впереди паровоза, ведь, как известно — дорога ложка к обеду, как говорят у вас. Впрочем, это известно вам всем, ведь вы все знаете нас довольно давно. Если мы не раскрываем всех карт — то так и надо. За нами могут следить, а ваш разум все же слабее нашего и ваши мысли легче прочитать. Ведь вы все люди, вернее — наполовину люди. Кровь пожирателя кипит в ваших жилах… — Кардинал сделал паузу. — Однако, только чистокровные ану могут блокировать мысли практически полностью, поэтому вы и не можете проникнуть в наше сознание без нашего на то ведома.

— Что это значит? — Эфа переменилась в лице. — Мы тоже наполовину ану?

— Так и есть, это и дает вам силу. — Кайлер кивнул. — Это ваш дар, данный природой бытия, однако же, вы, как и мы сможете оставаться людьми, быть вы ими на все сто, наполовину, или же вообще не являться таковыми, как я. Считайте, что пришло время вам знать о своей природе. — Глаза кардинала окрасились оранжевым светом.

— Это как так получилось? — Недоумевал Роб.

— Много лет назад, возможно даже с самого рождения, внутри вас жил, и никак не проявлял, двойник из мира ану. — Кардинал продолжил. — Так случается довольно редко, но в вашем случае произошло именно так. Множество людей не догадывается о соседстве с нами и так и умирает в неведении, что внутри него живет огромная сила.

— То есть, наше подсознание? — Роб сыпал вопросами.

— Ваш двойник из мира пожирателей — это особая форма сущности, она не может существовать в мире людей, находясь вне человеческого тела. Ану обладает уникальными способностями и силой, которые долгое время оставались неактивными. Однако, сейчас настало время, когда эта сила должна проявиться. — Кардинал смотрел в одну точку. — Ану — это своего рода духовный партнер, который сопровождает вас на протяжении всей жизни. Он может быть источником вдохновения, силы и мудрости. Однако, не каждый человек осознает его присутствие и не умеет использовать его потенциал. Важно помнить, что ваш ану — это не отдельная личность или существо, а часть вас самого, пока он живет внутри вас.

— Я знал, что здесь не все так чисто. — Добавил Роман с полнейшим спокойствием в голосе. — Я давно подозревал это в нас, однако не хотел думать о том, кто же мы.

— Теперь, когда все тайны раскрыты, вам будет проще победить врага, будь то простые люди, полукровки или даже сами Асури. — Кайлер уселся в кресле поудобнее. — Эти твари, как вы уже знаете, сильны. Фэллон как раз подключает систему «Цербер», она поможет создать защиту для вас, но очевидно одно, что бы мы ни делали, она не будет идеальной. И я хочу поведать всем, что может ждать вас в подземелье. Запомните каждое мое слово — это очень важно и в деле, и в вашем выживании. Если кто захочет уйти — идите и никто не осудит вас.

— Ага, нашел молокососов! — Дерзко ответил Роман. — Мы не поджимаем хвосты перед трудностями. — Парень скрестил руки на груди, выражая неодобрение последним словам кардинала.

«А он не из робкого десятка». — Пронеслось в голове у Роба.

«Как и его жена, посмотри на нее». — Отметила Хьюз. — «Им только дай разгуляться!»

Роб мельком окинул взором Эфу. Девушка напряглась, словно готовясь к атаке, явно негодуя от слов про побег с задания.

— Отлично! — Кайлер хлопнул в ладоши. — Вижу, решимости вам не занимать. Рад, что не ошибся в выборе союзников, и рад искренне, потому что дело — самое важное в нашей жизни.

— В который раз слышу это! — Эфа отнеслась к сказанному с некой долей скептицизма. — Каждый год — одна и та же песня.

— На этот раз — все не просто пустые напутственные слова. Дело куда серьезнее, чем мы даже можем предположить. — Кайлер на мгновение задумался, опустив голову. — Вернемся ли мы в наш мир и останется ли в нем все то, что нам дорого — зависит только от нас самих.

«Занятно». — Хьюз передала сообщение Робу.

«Очень смешно». — На самом деле Роб иронизировал.

— Итак, нам надо каким-то образом пробраться к камню, что является краеугольным и разнести его ко всем чертям. — Кардинал продолжил, нахмурившись. — Это, как раз и есть — самое трудное, я бы сказал, почти невозможное.

— И что нам делать? — Вставил Роб, ожидавший прямых указаний, а не философии. — Снимать штаны и бегать?

— Этого, надеюсь, не случится. Мне не хочется смотреть на твои причиндалы. — Ухмыльнулся кардинал, посмотрев в сторону Роба.

— Не беспокойся, я буду держать свои причиндалы под контролем. — Ответил Роб. — Я знаю, что от меня может требоваться.

— А теперь, по существу. Сегодня предстоит спуск в бездну, в которой мы все окажемся между твердью и пламенем. Ваша задача — идти по маршруту, указанному в конверте, и не сворачивать, а мы постараемся сделать так, чтобы Асури не смогли сильно действовать на ваш разум. Я и Вилмер будем с вами, Фэллон поддержит нас компьютерным разумом, и своей силой, естественно. Главное — не бояться! — Кайлер вновь скрестил руки на груди. — Вместе мы подступим к пещере, далее — прикройте нас, а мы проберемся к камню. Помните: вместе мы сможем справиться с любыми трудностями.

По его виду можно было сказать, будто он сильно озадачен, несколько подавлен и о чем-то постоянно думает. Впрочем, думал он всегда и везде, прокручивая свои безумные многоходовочки получше любого из шахматистов.

— И как прикажите победить то, чего никогда не видел? — Не удержался Роб. — Зажать яйца в кулак? Или спрятать голову в песок? Мы не волшебники! Мы военные, а не маги-волшебники!

Подобной выходки, казалось, не ожидал и сам кардинал. Кайлер сперва нахмурился, а потом добавил: «При всем уважении, но иногда так и хочется вырвать тебе язык».

— Поосторожнее с речами, мы тут все — одна команда! — Кайлера пресек Роман, под командой имея ввиду только русскую часть, включая самого Роба, пусть и зная его происхождение.

— Да, ты прикуси себе сам знаешь что! — Эфа пребывала не в лучшем расположении духа.

— Ребята, нам всем должно успокоиться! — Хьюз старалась снизить градус, пусть и сама едва не сорвалась на крик. — Перед нами — не игра! И Кайлер борется изо всех сил одолеть зло, которое нависло над нами! Позвольте ему договорить!

«Дать бы ему смачного подзатыльника!» — Подумал Роб.

«Успеешь». — Хладнокровно ответил Кайлер. — «Если пожелаешь, наши пути больше не пересекутся, если моя компания кажется тебе столь ненавистна».

— Хорошо, продолжаем! — Роб почесал бороду. — Не хочется прозябать тут до старости.

— Единственная здравая мысль, Роб… Дай мне закончить! — Кардинал тоже начинал кипеть от волнения. — Асури питаются вашими мыслями, страхами, волнениями, даже злостью. Вы можете видеть того, чего нет на самом деле, например, умерших родственников или даже самих себя, скажем, в детстве. Главное — понимать — все не настоящее. Нет никого, кроме нас и Асури. И вы все понимаете, почему мы избрали именно вас. Кровь человека и ану — чистокровные люди не могут перенести увиденное, их волю легко сломить, даже при нашей защите.

— А как же мои люди? — Удивился Роб.

— Ох, как же тяжко, когда тебя постоянно перебивают. — Недовольно фыркнул кардинал. — Ты думаешь, что мы с Николаем такие простаки, понабирали в отряд кого попало? Все вы — полукровки. Все, до единого солдата. Мы специально подбирали лучших из лучших из полукровок, как думаешь, Роб, почему? Все просто — мы знали еще много лет назад и про Асури, и про Тиамат, и все эти годы готовились противостоять злу. Время пришло, вы получили знания, боевой опыт, а мы — новые технологии, способные уменьшить последствия контакта с этими тварями.

«Хм, знал, что император повязан с чертовой тройкой, но что б настолько сильно». — Пронеслось в голове Роба.

«Если бы не союз кардиналов и Николая, уверен, мир бы уже давно пал». — Прокомментировала сержант Хьюз, естественно только мысленно, не привлекая внимания Эфы и Романа. — «А ты нисколько не удивлен, что все твои коллеги полукровки?»

«Ох уж эта политика». — Ответил Роб. — «Меня, кажется, уже ничем не удивить, хоть эльф и гном войдут через эти двери».

— Всем вашим людям раздадут шлемы, это улучшенные модификации тех, которые выручили нас в Далласе. — Кайлер повел разговор ближе к делу. — Снимать их категорически запрещено, иначе — пишите завещание, лучше заранее, прямо тут.

— А если прибор выйдет из строя? — Вступил Роман.

— Такое, конечно, возможно, пусть шансы и минимальны. Шлем питают три автономные батареи, в случае поломки одной или даже двух — у вас будет время на безопасный отход. — Пояснил кардинал.

— А если и третья батарея накроется медным тазом? — Роман не унимался.

— Тогда? — Кайлер подался немного вперед. — Все зависит от вас, какие тайны хранит ваш разум. Фэллон прикроет, однако, мы ничего не можем гарантировать. Все будет зависеть от силы вашей воли, сможет ли ану сломить мозг, свернув реальность, подменив ее на собственную иллюзию. Помните, вы — не простые люди и вполне в силах совладать с Асури, тем более, вам не нужно заходить в пещеру… Самое сложное достанется нам. — Кардинал на мгновение задумался. — Выступаем завтра на рассвете, Фэллон просит дать ему еще времени. Что ж, даже лучше, застанем врага врасплох, перебьем охрану, уничтожим камень и все.

На секунду кардинал застыл, а на его лице проступило некоторое смятение, словно он получил тревожную информацию.

«Знаю, брат, если мы уничтожим камень, то Энди исчезнет, но если нет — то конец нам всем, и Энди тоже». — Кайлер будто специально транслировал свои мысли Робу, помимо Вилмера, который и выступал адресатом. — «Мы понимаем, что он сделал свой выбор осознанно, защищая нас Энди пошел на смерть и уходит из мира людей навечно. Брат, мне тоже больно, но, увы, иного выхода нет».

«Энди? Четвертый кардинал клана?» — Мысленно спросил Роб.

«Да, как видишь, мы тоже жертвуем слишком великую цену». — Кайлер кивнул.

Роб опустил глаза, понимая, каково это — терять близкого человека в угоду некой цели, и поразился силе характера первого кардинала. — «Он — удивительно силен, если еще не потерял самообладание». — Роб постарался донести мысль до сержанта Хьюз.

«На самом деле, Кайлеру сейчас очень тяжело». — Ответила та. — «Он тоже человек, не думай о нем, как о божестве или о демоне. Я чувствую его боль в каждом слове, в каждом движении и вздохе».

«Но ведь он… ану». — Ответил Роб.

«Ану, человек… У нас не так много различий, все мы умеет любить, грустить и страдать».

На мгновение от услышанного у Роба сердце ушло в пятки, он представил, как на месте Энди мог бы оказаться Саймон или Венди. — «Никогда бы не хотел оказаться на месте Кайлера».

«Не только его одного, но и Фэллона и особенно Вилмера, с которым Энди особенно сблизился еще при жизни». — Ответила сержант.

— В общем, ситуация ясна, проведите инструктаж с подчиненными, все инструкции по использованию шлема — на упаковке, в том числе и на русском языке. Мы постарались расписать все достаточно понятно, во избежание недоразумений. — Кардинал прервал нависшую тишину, и заодно и ментальные переговоры Роба с Хьюз.

— Яснее некуда, веди нас, Кай. — Кивнул Роб.

— Кайлер, и только так, не люблю сокращение своего имени. — Ответил Кардинал. — Это очень раздражает. — На самом деле, он не допускал сокращения имени ни из чьих уст, кроме братьев.

— Приношу свои извинения. — Отреагировал Роб.

— Все, на этом — спешу откланяться. Сами понимаете — дела! — Силуэт кардинала растворился.

— Время пришло. — Хьюз бодрым шагом направилась к выходу, а остальные — последовали ее примеру, довольно быстро вернувшись в казарменное помещение. — Распаковываемся.

Солдаты и офицеры в казарме все так же хлопотали над оружием, настраивали прицелы и проверяли исправность оборудования, которое могло бы пригодиться при походе в подземелье.

— Ну что, получили на орехи? — Первым заговорил Алексей, подойдя к командиру. — Чего такие хмурые? Мы в заднице, да?

— Сколько себя помню, из нее и не вылезал. — Нахмурился Роб. — Вечно, то одно, то другое.

— Ну, ты-то понятное дело, всегда найдешь себе приключений на свою пятую точку. — Не удержался Денис.

— Не такой уж я и… — Роб попытался было ответить, но Денис перебил его.

— Зная тебя ни один год, старина, ты сам создаешь себе трудности, чтобы потом их решать. Ну, скучно точно не живется.

— Это точно. — Согласился Роб. — Просто сплошное веселье. Не знаешь, где и когда можно начинать смеяться.

— После буквы «ч» в слове лопата. — Иронизировал Денис. — Совочек.

— Ребят, а может, ближе к делу? — В разговор вмешалась Эфа. — В мирное время наговоримся! Устроим такой шашлык, в нашем баре места хватит всем! За счет заведения!

— Ладно, ребята, пошевеливаемся! — Скомандовал Роб. — Завтра на рассвете — выступаем! Там еще куча коробок!

— Как закончите — все дуйте ко мне, будем выдавать шлемы и тренироваться пользоваться этим! — Сержант Хьюз трижды постучала себя пальцем по виску, намекая на мозг. — Только не затягивайте! Предстоит многому научиться.

— Есть, босс! — Откозырял Роб. — Слышали? За работу! Резче, парни!

Впрочем, работа спорилась довольно быстро, никому не думалось затягивать — приближались новогодние праздники и всем хотелось войти в новый год в окружении семьи и друзей, а не сырых пещер и мрачных катакомб.

Когда все оказалось расставлено по своим местам, оборудование разобрано, оружие и припасы — выданы, русские ринулись к заокеанским союзникам учиться.

— Быстро вы. — Произнесла сержант, едва завидев приближение имперцев. — Я думал, будете возиться куда дольше. Хвалю. — Хьюз улыбнулась, немного странно взглянув сперва на Роба, а затем и на Романа и Эфой. — Хорошо, мы не прогадали с командирами.

«Не прогадали?» — Изумился Роб, но затем вспомнил, что именно благодаря стараниям Кайлера его назначили командовать отрядом, и верно решил, что его коллеги из контрразведки — тоже ставленники кардинала.

— Итак, начнем, подходите поближе, я не намерен повторять дважды. — Хьюз поторапливала учеников.

Американцы, впрочем, находились поодаль, очевидно уже пройдя инструктаж и теперь могли спокойно заниматься своими делами, в рамках дозволенного, естественно. Кто-то играл в карты, кто-то принимал пищу, кто-то курил или просто общался с товарищами.

— Итак, перед вами, господа, новый шлем «Иллюзион», он станет вашим куполом в том мире, куда мы намереваемся отправиться. — В голосе сержанта звучали жесткость и решимость, свойственные командирам. — Поверьте мне, без него все вы — трупы. Достаточно пары секунд, поверьте. — Хьюз намеренно сгущала краски, ведь защиту в лице кардинала Фэллона и его технологий никто не отменял. — Снимите его — и вам конец. Выйдет из строя — вам конец. Исход — один, так что берегите его, как зеницу ока, или что там говорят в России? Если все-таки прибор окажется неисправен, то бегите назад со всех ног, пока не окажетесь на поверхности, это единственный шанс выжить.

— Как им управлять? — Напрямую спросил Роб.

— Очень просто. — Ответила Хьюз. — Надеваешь, включаешь, и стараешься думать только о задании. Никакие другие мысли не должны посещать ваши умы, повторюсь, только о задании. Так Асури не смогут поработить вас. Они питаются вашими страхами.

— Асури? — Раздался голос одного из бойцов. — Кто это? Что вы имеете ввиду?

— Внутри пещеры живут некие сущности, подобно тем душам, в подземелье Далласа. — Сержант выдержала паузу. — Обо всем вам расскажут ваши командиры, я не хотел бы тратить время на пересказ. — Сержант сплюнула. — Так вот, скажу только одно, эти твари, Асури, способны проникать в разум и вызывать галлюцинации. Кардинал Фэллон разработал программу, она блокирует гадов, но только при том условии, если все вы будете думать только о задании. Если защитить все ваши мысли — уйдут десятилетия, если не столетия, на написание алгоритма блокировки. Поэтому — только так. И никак иначе.

— Легко говорить, сержант! — Возмутилась Эфа. — У нас семьи, дети! Вам-то сами не стыдно, нет, раз посмели донести до нас такое?!

— Ты хочешь увидеть своих детей еще раз? — Хьюз сложила руки на груди, окинув собеседницу грозным взором.

— А как иначе? — Немедленно ответила та.

— Тогда запоминай то, что я говорю! Асури не терпят оплошностей, и вернешься ли ты домой живой и невредимой или нет — зависит только от тебя, я не шучу. — Сержант держалась спокойно. — Государство обещало позаботиться о ваших родных, пока вы здесь. С ними ничего не случится! А вот вас самих не сможет спасти никто, кроме самих вас, уж прости за тавтологию.

— Очень смешно! — Вставил Роман.

— А никто и не обещал здесь стенд-апа. — Резко ответила Хьюз. — Я уж точно не похож на комика.

«Ни капли». — Мысленно съязвила Эфа.

— Итак, переходим к практике. Роб, ты первый, наденем шлем, а компьютер проверит, о чем ты думаешь.

Роб подошел к Хьюз и получил в руки незамысловатый черный шлем с прибором ночного видения, отличающийся от старой модели на вид только дополнительными батареями.

Роб надел шлем и включил его. На экране прибора появилась надпись «Синхронизация… Успешно». Через несколько секунд на экране появилась небольшая точка, схожая с прицелом, и начала двигаться по экрану.

— Хорошо, Роб, думай о каком-то предмете в комнате. — Сказала Хьюз.

Роб сосредоточился и начал думать о ящике с патронами, который лежал на полу рядом с ним. В то же время, на экране шлема появилось размытое, но различимое изображение. Вскоре оно приобрело узнаваемый вид.

— У меня получилось! — Воскликнул Роб.

— Отлично, — ответила Хьюз. — Теперь давай попробуем что-то посложнее. Думай о чем-то, что находится в другой комнате.

Роб снова сконцентрировался и думал об обеде, который недавно принимал. На экране шлема появилась смазанная, но узнаваемая форма банки тушенки.

— Ты справляешься лучше, чем я ожидал. Давай продолжим тренировку. Теперь попробуй сфокусироваться на человеке, который находится рядом с тобой.

Роб закрыл глаза и попытался представить себе своего друга, который сидел рядом с ним. На экране шлема появилось размытое изображение человека, но Роб смог узнать своего друга по его особенностям и чертам лица.

— Ура! — воскликнул Роб, радостно смеясь.

— Потрясающе! Ты очень быстро усваиваешь эту технику. — Восхищенно выразилась Хьюз. — Кто следующий?

Роб снял шлем и улыбнулся.

«Надеюсь, обеспечение поменяли». — Мысленно спросил Роб.

«А то, тебе тут не школа дизайна, что бы менять внешний вид каждый месяц». — Недовольно ответила Хьюз.

«Знаю». — Недовольничал Роб в ответ, рассматривая шлем. — «Дизайнеры из вас, как в Африке».

«Иди к черту». — Сержант посмотрела на офицера. — «Куда мы идем, там тебе будет не до шуток».

Глава 18

Твердь и огонь

Декабрь 2221 года

— Спуститься вниз! — Кайлер откровенно негодовал, время от времени сжимая скулы. — Не позволяйте им взять контроль! — Нервозность чувствовалась в его голосе и будто витала в воздухе. Напряжение нарастало с каждым мгновением.

Первый кардинал специально не надел шлем, чувствуя страхи, которые терзали его при упоминании о собственном прошлом. — «Черт возьми, что же перед нами, куда я втянул людей». — Терялся он, видя перед собой галлюцинации, впрочем, легко отличаемые им самим от реальности. — «Смогут ли они выстоять, это не просто даже мне». — Лицо Кайлера вытянулось, показывая озадаченность. — «Это для меня все просто, Асури не смогут причинить вреда, но смогут ли продержаться Хьюз и остальные?»

«Брат, прекрати геройствовать, твой уровень мозговой активности зашкаливает». — Пронеслось в голове Кайлера. — «Мне все сложнее, это только кажется, что мы сильнее этих тварей». — Фэллон явно не оценил героизм брата, граничащий с сумасшествием. — «Не надо».

Многочисленные датчики на панели второго кардинала указывали на негатив и не располагали к необдуманным действиям. Кнопки то загорались, то мигали, то вовсе отказывались слушаться при нажатии.

«Мне не страшно!» — Невозмутимо ответил Кайлер. — «Я должен знать, что ждет нас впереди».

«Если ты не наденешь шлем, то мои компьютеры попросту сгорят!» — Фэллон говорил правду. — «Техника не безгранична! И я тоже!» — Кардинал чуть ли не отчитывал брата. — «Нельзя относиться к делу с подобным раздолбайством!»

«Хорошо-хорошо! Только не заводись!» — Первый кардинал все же надел шлем, хотя и не испытывал от этой процедуры ровным счетом никакого удовольствия. — «Доволен?» — Кайлер не удержался от иронии, подключая и синхронизируя прибор.

«Так-то лучше». — Фэллон вмиг поубавил свой пыл. — «Как там дела? Вижу, вы уже в подземелье, и, хотя только едва удалились от входа — Асури тут как тут, а ведь это даже не пещера».

«Не хочу даже представлять, что нас ждет дальше». — В разговор вмешался Вилмер. — «Это не передать словами!»

«Ребята, я все понимаю, но вас могу услышать не только я». — Послышался голос Хьюз. — «Не забывайте, новый шлем отнюдь не прикрывает ваши мысли. Все носящие его, наоборот, объединены в ментальную связь». — Действительно, шлемы как бы негласно делали всех его владельцев единым целым, независимо от воли хозяев, позволяя увеличивать силу каждого воина, в нужный момент делая его менее уязвимым от потусторонних атак.

Сержант явно испытывала раздражение, при этом — плохо скрываемое. Ее лицо выдавало весь спектр негативных эмоций, не помогало даже затемненное стекло у глаз, служившее ночным визором. Хьюз кусала губы и морщилась, напрягая лоб.

Отряд тем временем углублялся внутрь неизведанных коридоров, стараясь как можно дольше сохранить внезапность, хотя бы для людей, если вообще таковое было возможно, а сами Асури не передавали мысли командирам противника напрямую.

Впереди следовал Кайлер, Роб и Хьюз, за ними двигались отряды русских и собственно люди из уже бывшего, почти уничтоженного клана «Мардук», с остатками которого им и предстояло сразиться в последний раз. Прикрывал колонну кардинал Вилмер, немного обескураженный тем, что ему может не достаться ни одного убитого, но оставлять тыл без защиты было сильно рискованно. К тому же, поглоти Асури разум солдата, то без помощи одного из троицы было не обойтись.

Пейзаж, стоит отметить, представлялся весьма печальным, можно даже сказать — плачевным: каменные стены, покрытые не то мхом, не то плесенью, многочисленные струйки воды, слякоть под ногами да многолетняя пыль над головой оказались во стократ хуже заброшенного подземелья Далласа.

Коридор вел только вперед на сколько хватало глаз. Казалось, он тянется через весь Тибет, однако, через метров пятьсот-шестьсот стали появляться первые лазы, ведущие вниз почти под прямым углом.

«Да уж, не позаботились о бетоне». — Подумалось Робу, глядя на картину пещеры.

«Какой тебе бетон, дурачина!» — Выругалась Хьюз. — «Кондиционеры может еще? Этому клоповнику не одна тысяча лет!»

«Тогда, какого черта, правительство Китая не разнесло эту клоаку к адовой теще?» — Роб испытывал явное недовольство. — «Я вообще перестаю отличать правду от лжи, ведь они, и Китай, и, кардиналы, все что-то скрывают, а мы — только расходный материал, включая и тебя, Хьюз, и может даже эта троица черных балахонов такие же пешки в чьем-то спектакле!»

«Не знаю, однако, братья не стали бы рисковать нами, а уж тем более — собой. Двое среди нас, если твоя голова еще не заметила это». — Сержант явно не была настроена на дискуссии.

— Черт бы побрал всех этих вонючих магистров и их последователей! — Роб выругался вслух, чем привлек внимание сослуживцев.

«Потише, товарищ!» — Ответил Денис, прибегнув к технологии шлема. — «Не картошку на базаре продаем».

«Спасибо за совет». — Роб раздраженно сплюнул. Ему в очередной раз хотелось закурить (наверняка, не ему одному).

Команда союзников медленно двигалась дальше, следуя по прямой, шаг за шагом отдаляясь от точки входа.

«Не ожидал, что тоннель окажется вытянутым, словно по линеечке». — Удивился Роб.

«Это только кажется». — Незамедлительно ответил Кайлер. — «На самом деле он извилистый, просто эта пещера неподвластна законам физики. Грубо говоря, привычного человеку пространства здесь, увы, не существует. Потому и уничтожить ее нельзя, даже ядерной бомбой». — И добавил. — «Фэллон, что показывают приборы?»

«Подозрительно, но ничего, от слова совсем». — Такой расклад насторожил и его, и Кайлера.

«Затишье перед бурей, не иначе». — Решил первый. — «Ждут, пока мы потеряем бдительность. Мы должны оставаться настороже и не давать им шанса».

«А черта с два, заманить пытаются». — В разговор вступила Эфа, следовавшая вместе с Романом чуть поодаль от Кайлера с винтовкой наперевес. Роман же только ухмыльнулся, не спуская глаз с тоннеля.

Тесный коридор, впрочем, внезапно превратился в широкий и высокий зал с причудливыми изображениями зверей, птиц и людей, словно в них доселе обитали жители, едва покинувшие обжитые места. Казалось, в воздухе все еще витала древняя жизнь, но сталактиты и наросты соли на стенах явно указывали обратное. Их изысканные детали и яркие цвета создавали впечатление, будто они только что ожили, и все это многообразие существ взято из настоящего мира.

Наблюдая за реалистичными образами, казалось, что до сих пор в воздухе витает дыхание этих давно исчезнувших созданий. Они словно только что ожили и вот-вот начнут двигаться, говорить и обрести жизнь на этом древнем пространстве. Но твердый наружный облик залитых сталактитами стен и наростов соли венчавших их поверхностей напоминал о долгой и ужасной пустоте, затронувшей это место.

Любопытные и заинтересованные вопросы окружали этот таинственный зал, словно дым, и продолжали витать в воздухе, подобно светлому, но все же грустному призраку давно ушедших времен. Он оставался свидетелем того, что время истекает, но жизнь, как изображения на стенах, всегда найдет способ сохраниться и оставить свой след, даже после окончания своего существования.

«Асури близко». — Предупредил Фэллон. — «Теперь я чую их, с каждой секундой все сильнее, будто мы разворошили осиное гнездо».

«Они уже здесь». — Лаконично ответил Кайлер. — «Они среди нас». — Кардинал остановился, жестом велев остальным поступить также.

— Ты абсолютно прав! — Кардиналу послышался голос Энди. — Узнаешь меня? Я твой брат, которого ты предавал все эти годы! Ведь это ты нанес мне раны! — Четвертый возник словно из ниоткуда и за мгновение приблизился почти вплотную, показывая отверстия от пуль в своем теле, так, что Кайлеру сделалось не по себе. — Посмотри вокруг, что ты видишь?

— Что ты имеешь в виду, Энди? — спросил Кардинал с недоверием. — Я никогда не предавал своих братьев.

— Нет, ты ошибаешься! — возразил Энди, его голос звучал пронзительно. — Ты всегда был на стороне Совета и служил им безоглядно. Тебе было все равно, что происходит со мной и Вилмером. Мы были нужны, как игрушка…

Кайлер обернулся. Вместо тоннеля ему раскинулся вид Далласа, с башни Мардук, политой ярким дневным светом. Солнце сперва ослепило его, а затем приняло огненно-красный оттенок, переливами и волнами озаряя первого. Далеко внизу простирался бесконечный белесый туман, окутавший полумраком город, подобно неосязаемой паутине. Кайлер ошеломленно осмотрелся по сторонам.

«Ты не Энди». — Пронеслось вдруг. — «Настоящий Энди мертв, я сам видел его смерть!» — Кайлер сопротивлялся зловещему наваждению.

«Ошибаешься, брат». — Четвертый ответил вновь. — «Это я».

«Нет, он бы не стал…» — Кардинал замер от удивления, когда Энди преклонил колено и оголил свой боевой шрам, доставшийся ему от осколка гранаты много лет назад, когда четверка еще не обрела силу ану.

«Невозможно, Асури не могли знать про шрам, неужели я выдал свои воспоминания? Как так получилось?!» — Кайлер занервничал. — «Что все это значит, катись все в пекло!»

— Сколько лет прошло? — Первый неожиданно для себя заговорил вслух, на мгновение утратив контроль над собой.

«Нет, не говори, никто не должен знать, что я тут». — Четвертый продолжил ментальный диалог. — «Кай»…

«Не смей, никто, кроме Энди и остальных братьев не может сокращать мое имя!» — Первый терялся в догадках, стараясь отвлечь фантома, выиграть время на раздумья.

«Кайлер, я твой брат». — Четвертый продолжал настаивать на своем.

«Нет, ты — подделка, иллюзия, фальшивка, ты — не настоящий Энди! Я не верю ни единому слову!» — Кайлер ощутил, как по его лбу пробежала капелька холодного пота.

Кардинал ощутил приток свежего воздуха, все же осознавая, что находится все в том же душном и пыльном тоннеле, где и был до видения. — «Никогда бы не подумал, что такая дрянь, как протухшие стены покажутся мне такими чистыми».

«А ты не хотел надевать шлем». — Фэллон откровенно злился то ли на себя, то ли на ситуацию в целом. — «Мои приборы зашкаливают, мы сунулись не в ту нору, отводи людей!» — В голосе второго звучала досада. — «Нас переиграли».

«Нет, мы не можем сдаваться, только не сейчас!» — Кайлер настаивал на продолжении. — «Пока еще ничего критичного не произошло, отступи мы — и мир падет, ты и сам знаешь об этом не хуже меня».

«Цена вопроса — жизнь всего нашего клана, в том числе и твоя с Вилмером». — Фэллон понимал риски, стремясь свести потери к минимуму. — «Мы придем позже, когда я еще больше усилю технику!»

«Увы, брат, на это нет времени». — Первый грустно улыбнулся, оглядев пространство вокруг. — «Или пан, или пропал. Подстрахуй нас, насколько сможешь. Я верю в тебя».

«Попробую». — Фэллон тяжело вздохнул, понимая, что каждый разговор с братьями может стать последним, однако, дальше спорить не стал, это только усугубит ход дела.

Отряд снова двинулся вперед, пробираясь все дальше, вглубь просторного зала, если он, конечно, тоже не был очередной иллюзией. Асури стали наглее. Шлемы явно не были рассчитаны на такой колоссальный поток энергии. На панели управления Фэллона индикаторы сверкали почти всеми цветами радуги, так что компьютерный гений едва справлялся, пытаясь перебросить энергию с одной точки в другую и предотвратить ментальный разрыв между шлемами, чего, казалось, и добивался незримый враг.

«Роб!» — Пронеслось в голове. — «Остановись! Пожалуйста!» — Голос принадлежал Саймону.

«Нет, ты далеко!» — Роб пытался сопротивляться наваждению. — «Ты не можешь быть здесь!»

«Не так, как может показаться!» — Голос продолжал настаивать. — «Расстояние… Время… Все только образы».

Голос исчез так же неожиданно, как и появился.

«Тебя тоже глючит?» — Поинтересовался Кайлер.

Роб кивнул в ответ, хотя и не до конца понимая, что же с ним произошло, было ли это дело рук Асури, или же просто начали сдавать нервы. — «Откуда возникло это место? Пространство не работает, время, очевидно, тоже замерло, еще и видения, чертовщина и только».

— Огонь! — Мысли Роба прервал крик Эфы. — Стреляем! — Голос девушки эхом пронесся по всему залу.

Роб удивился, увидев перед собой, метрах в ста, отряд вражеских солдат — прихвостней убитого Магистра, вмиг бросившись на землю. Это были солдаты, вполне реальные воины, способные унести жизни. — «Как они умудрились подкрасться так близко?»

— Стоим, стоим! — Роман уже наводил прицел в голову одного из врагов.

Ночное оружие работало, как часы. Завязался бой. Иллюзии ушли в сторону. Или нет? Сложно отличить ложь от правды, когда все слито воедино, а сама грань между реальностью и фантазией, насылаемой извне, источилась до предела.

Солдаты в мгновение ока приняли боевую позицию, прижавшись к стенам, или же залегая на промозглый земляной пол с оружием в руках. Бесшумные винтовки посылали плазменные пули одна за другой, разрываясь где-то вдали. Вспышки ярко-красного цвета и темноватыми переливами осветили пещеру, подобно праздничному фейерверку.

«Это не люди!» — Кайлер быстро сообразил, что к чему. — «Отставить огонь!» — Пронеслось через коммуникаторы шлема.

Выстрелы прекратились, а вместе с ними исчезли и силуэты вдали, будто ничего и не было.

«Что это было?» — В недоумении выпалила Эфа, поднимаясь с земли и отряхивая амуницию.

«Да, какого черта?» — Наперегонки выпалили Роб и Хьюз. — «Мы же все это видели!»

«Ежу же понятно, Асури!» — Ответил Кайлер. — «Теперь вы знаете, насколько эти твари могут оказаться изворотливыми и коварными. И это только цветочки, уж поверьте. Фэллон, как у тебя?»

«Активность Асури волнообразная, как морской прибой. Слабые удары мне удается купировать, а вот девятый вал — кое-что прорывается за периметр». — Ответил второй.

«Так я и думал». — Кайлер ухмыльнулся. — «Они нас проверяют, вычисляют слабые места».

«Эй, что там у вас за свистопляска и без меня?» — Интересовался Вилмер.

«Барбекю жарим, тебе какой кусок мяса — сырой или пережаренный?» — Невозмутимо ответил Кайлер.

Солдаты поднялись на ноги, приходя в себя от весьма неожиданной и реалистичной психологической атаки незваных гостей. Кто-то поправлял покосившийся шлем, другие же смахивали пыль с одежды, третьи в опаске озирались по сторонам, еще не сообразив, что стали жертвами Асури.

«Оставаться начеку!» — Скомандовал Роб. — «Атака Асури может повториться в любое время!» — Он аккуратно поправил шлем, едва не слетевший с его головы, чувствуя импульсивное сердцебиение. — «Чертов адреналин». — Выругался он про себя.

«Собраться! Держаться до последнего!» — На сей раз команды раздавала сержант Хьюз. — «Я сказал, собраться!» — Голос сержанта немного дрожал от волнения.

Отряд проследовал далее, на удивление солдат, не встречая ни намека на сопротивление даже в том месте, куда недавно попали плазменные пули, оставив глубокие следы на стенах. Кое-где еще струились струйки дыма от раскаленного камня. Несуществующие солдаты испарились, потому, что их никогда и не было на самом деле.

«Что за?» — Роб сплюнул, попав себе на ботинок. — «Вот же, проклятье!» — Непонятно, что раздосадовало больше — призрачные воины или неудачный плевок.

«Это и есть то, о чем говорил кардинал». — Ответила Хьюз. — «Все вокруг нас может оказаться иллюзией».

«Кардинал говорил ни о чем!» — В диалог вмешалась Эфа. — «Только лил воду! Они вообще хоть представляют, в какую задницу втянули нас? И, между прочим, самих себя тоже!»

«Не знаю». — Роб не решался ответить ни утвердительно, ни отрицательно.

— Ты все знаешь! — В голове Роба прозвучал голос Саймона. — Ответь для начала самому себе, дядя, зачем ты живешь в этом мире, ради кого? Я давно попал в лапы Кайлера и теперь его пленник! Но, тебе же все равно, верно? Ты предал семью! — Послышался негромкий детский смех.

«Не слушай его!» — Кайлер попытался вразумить Роба, чувствуя атаку Асури, однако, это не помогло. Роб все больше погружался в мир иллюзии. — «Фэллон, действуй! Перенастрой потоки щита, сними часть защиты с меня!» — Это все, что оставалось сделать старшему брату. — «Мы его теряем!»

«Это мой ученик». — Второй кардинал ответил с ярко выраженным только ему одному спокойствием. — «Он выдержит!»

«А если нет?» — Кайлер задал вполне резонный вопрос.

«То и нас тоже нет, брат, ты все знаешь и без меня!» — Фэллон словно готовился к смерти. — «Все очевидно, как белый день». — И добавил с некой поэтичной грустью. — «Как же хочется перед смертью еще раз оказаться дома…»

«Никогда не видел тебя таким». — На этот раз, голосе Кайлера не прозвучала ни одна нотка негодования.

«И я, увы, тоже не железный». — Между тем, Фэллон не сдался, и только склонился над клавиатурой, пытаясь угомонить наглеющих со всех сторон Асури. — «Когда-нибудь и я умру, но точно не сегодня!»

«Не сегодня!» — Эхом отразилось в голове Роба.

«Что это значит?» — Спросил он самого себя. — «Этот голос. Я слышал его раньше, мы были близкими людьми».

«Ты, наконец, дома, любимый дядя». — Неожиданно Саймон прижался к Робу всем телом, радуясь его возвращению домой, как это было многие годы назад, в подземелье.

— Саймон? — Роб едва не раскрыл рот от удивления. — Что ты делаешь тут, в пещере? — Капитан начал поддаваться влиянию Асури.

— Где? — Малец словно не понимал дядю. — Мы же дома! — Воскликнул он, оглядевшись.

— Дома? — Роб немного опешил. — Не припомню, что бы мы вернулись в Карелию!

— Нет, дядя! — Саймон отрицательно покачал головой. — Ты должен помнить, наш дом — не в России. Это только сказка, в которой жил ты, я, все мы. Пойми, это все выдумка, у нас нет там ничего. — Голос мальца оставался спокойным, внешне он тоже не выказывал недовольства, однако же, было понятно, что-то не так.

— А где? — Роб и не заметил, как в его руках, вместе с растворившейся реальностью, исчезло и оружие, и шлем, и даже форма, а сам он оказался в старой квартире, в туманном Далласе, одетый в белую футболку и черные джинсы.

Роб осмотрелся. — «Это мой дом?» — Небольшая комнатушка с серыми облезлыми стенами, полуразбитыми окнами и плесенью на потолке действительно оказались ему знакомыми. — «Я жил здесь?»

Роб вспомнил, как он провел здесь свои детские годы. В этой ветхой комнате он играл, учился, мечтал о будущем. Он вспомнил звук трескающегося дерева под его ногами. Все это было так знакомое и одновременно чужое, словно не реальное.

— Здесь, дядя! — Саймон указал рукой на хмурый туманный вид из окна. — Это наш дом! То, что у нас хотели отнять! — Голос мальца сделался несколько грубее.

— Кажется, я когда-то жил здесь, но… — Роб запнулся. — Тебе это не знакомо, ведь ты — дитя подземелья. Ты не мог видеть ни моего дома, ни даже самого города… Даже я почти не помню его…

— Я давно уже не дитя, дядя! — Саймон будто обиделся, скрестив руки на груди и на мгновение отвернулся.

«Черт, Роб, держись!» — Кайлер сплюнул, в привычной ему манере. — «Фэллон, у нас прорыв защиты шлема! Сам прибор исправен!» — Кардинал склонился над Робом, лежащим на земле без сознания с широко раскрытыми глазами, застывшими в одной точке. Его глаза постепенно превращались в огненные, словно сила пожирателя рвалась наружу.

«Вижу, но Роб уже в ментальном подпространстве, созданным Асури и от нас теперь ничего не зависит! Атака оказалась слишком сильной, компьютеры не выдержали натиск!» — Фэллону оставалось только констатировать факт. — «Дело спасения Роба — в его руках. Если не выберется, то пристрели, иначе он станет одним из них. Он разочарует меня, ведь именно Роба я считал идеальным учеником!» — Кардинал был и озадачен, и зол, но поделать ничего не мог — дело зашло слишком далеко.

«Он справится, если нет — быть по-твоему». — Кайлер на деле не питал иллюзий и только согласился с братом. Кардинал опустился на одно колено, пристально вглядываясь в обездвиженные глаза соратника.

Роб словно замер в ожидании чего-то или кого-то, но рукой все также крепко сжимал оружие, хотя все больше погружался в состояние полутьмы. Его лицо сделалось безэмоциональным, похожим на застывшую восковую маску. Сознание все больше отделялось от тела, подобно двум галактикам, уплывающим друг от друга. Однако, свет глаз, видеть который мог только Кайлер, угас не до конца. — «Надежда есть, я вижу, он сопротивляется». — Кардинал поторопился доложить брату.

«Приборы тоже показывают минимальную активность, но я не могу пробиться сквозь сумрак Асури». — Отреагировал Фэллон.

— Дядя, ты не рад? — Немного грустно спросил малец, опустив голову вниз.

— Нет, Саймон, не рад. — Роб развел руками, словно все то, что предстало вокруг, было чуждо ему. — Это не мой дом, и не твой.

— Ра-а-азве? — Удивленно протянул малец, словно у него отняли любимую игрушку. — Да, ты прав, может тогда вот наш дом? — Саймон прищурился.

В одно мгновение декорации сменились.

Оглядевшись, Роб увидел старинную картину одного из итальянских мастеров эпохи ренессанса, в серебряной рамке, с подписью художника — подарок Фэллона; роскошный диван с дубовыми ручками, обитыми темно-красным бархатом и широкое окно, из которого виднелась только пустота тумана, как это и было долгие годы назад. Свет почти не проникал в дом, так что почти всегда хрустальная люстра оставалась включенной даже днем.

Роб подошел к картине и внимательно рассматривал ее детали. Затем он повернулся к дивану и ощутил приятное прикосновение бархата под своими пальцами. Длинные занавески из шелка создавали атмосферу уюта и комфорта. Все в этом доме напоминало Робу о его прошлой жизни, о тех временах, когда он был частью высшего общества.

— Ты боишься?

— Нет.

— Стыдишься?

— Да. — Роб опустил голову вниз, всматриваясь в паркетный пол.

— Отчего тебе так грустно, дядя? — Саймон подошел к Робу и обнял его маленькими детскими ручками, словно ему было столько же лет, сколько и в подземелье.

— Потому, что я был убийцей, у меня руки по локоть в крови. Даже теперь, я только и умею, что лишать людей жизни. Вот кто я…

— Больше не придется! Никогда! — Малец едва не расплакался. Его голос дрожал, подобно струне гитары. — У нас будет новая жизнь! Без смертей, без страданий и крови!

«Черт, господин Кайлер, что с Робом?» — Сержант Хьюз забеспокоилась. — «Я не чувствую его присутствия!» — Сержант присела на корточки рядом с кардиналом.

«А тебе, смотрю, Роб пришелся по нраву? Не ожидал!» — Кайлер состроил удивленную гримасу, хотя он уже давно знал, о чем говорил.

«Мы на войне!» — Сержант решительно отвергла слова кардинала. — «Он — солдат! Как и я!»

«Не кипятись!» — Кайлер предпочел оставить свои шутки при себе и сказать правду. — «Он переходит в подпространство, мы ничего не можем с этим поделать!»

«Вы не говорили об этом!» — Сержант резко возмутилась, с тревогой взглянув на предводителя. — «Я думал, вы…»

«Мы предупреждали!» — Кайлер оборвал подчиненную. — «И не перечь мне!» — Кардинал изрядно разозлился. На его лице проступили морщины, а зубы сжались от нахлынувшего негодования. — «Ты слишком высокого о себе мнения! Не мешайся! Я и так делаю, что могу!»

Кайлер почувствовал, как гнев захлестнул его. Он не мог просто молчать и смириться с тем, что происходит.

«Но…» — Сержант пыталась возразить.

«Я знаю, что делаю!» — Рявкнул Кардинал. Его голос был наполнен яростью и упрямством. Он провел рукой по лицу, стараясь успокоиться.

«Простите меня…» — Мысленно прошептала Хьюз со слабой ноткой раскаяния в голосе. — «Я только хочу помочь…»

Кардинал не ответил.

— Дядя! — Саймон взглянул в глаза Робу. — Не стоит переживать больше ни о чем! Доверься мне! Прошу!

— Мне есть, о ком переживать! — Роб вздохнул.

— Все позади… Мы в безопасности…

— Нет, это все не правда! Нет! — Прокричал Роб. — Это только сон! — Отторгнув объятия Саймона, он отшатнулся назад.

«Черт побери, мать твою!» — Колкие слова посыпались из разума сержанта одно за одним. Хьюз приблизилась к лежащему неподвижно, словно статуя, Робу, подняв забрало шлема. Его глаза пристально смотрели в одну точку, как бы прикованные к чему-то, а лицо побледнело, и теперь более походило на камень, нежели на человеческую кожу. — «Плохо дело».

— Вояка, очнись! — Вслух произнесла Хьюз. — Давай, борись Роб, сражайся. — Ее голос звучал настойчиво и решительно, но Роб не отреагировал.

— Вояка, очнись! Давай, борись Роб, сражайся! — Она снова повторила свои слова, на этот раз с большей интонацией.

Но все было тщетно. Роб оставался бездыханным и неподвижным как камень. Хьюз почувствовала отчаяние охватывать ее. Она не могла поверить, что такое произошло с ее товарищем-солдатом. Он всегда был сильным и решительным.

«Совсем сбрендила, сержант?» — Вмешался Кайлер. — «Нельзя произносить вслух ни единого слова! Это приказ! Всех нас под гильотину подведешь!»

— Роб! Ты слышишь меня? — Хьюз проигнорировала команду, будто не слышала ее. — Не сдавайся! Ты справишься, я уверен в этом! Ты нужен нам, товарищам, семье! Если тебя не станет, все мы понесем огромную печаль!

— Странно, Саймон, ты слышишь? — Роб широко раскрыл глаза, посмотрев на племянника, позабыв о том, что всего пару секунд назад оттолкнул его. — Кто-то зовет меня.

— Нет… — Саймон отрицательно покачал головой. — Тебе только кажется. Здесь больше никого нет, кроме нас двоих. — Малец посмотрел в окно. — Темнеет. Близится ночь. Мне страшно. Ты ведь защитишь меня?

— Но я слышу чей-то голос. И он кажется знакомым. — Роб возразил, пропустив мимо ушей слова племянника о приближении ночи.

— Это просто ветер, тут не откуда взяться посторонним. — Саймон будто удивился. — Только мы вдвоем. Это же наш мир.

— Да, пожалуй, ты прав. — Роб согласился и присел на диван. В его руке, словно из ниоткуда возникла чашка с кофе, который он любил пить перед сном. — Все зашло слишком далеко. — Аромат кофе напомнил ему о жизни в России, что, казалось не входило в планы мальца.

— Дядя, ты, наверное, устал? Отдыхай. Я приготовил еду. — Саймон взял Роба за руку и повел на кухню. — Я плохо готовлю, не обижайся, у меня ум ученого, но никак не повара.

— Это не страшно! — Роб только улыбнулся. — Я так голоден, что готов съесть целого барана! — Дядя лукавил, голод совсем не одолевал его.

— Роб, не уходи! — Хьюз тем временем изо всех сил пыталась привести соратника в чувства. На ее лице проступила легкая испарина, а глаза забегали из стороны в сторону. Она еще никогда не испытывала состояние, в котором оказалась, что только добавляло ей тревожности. — Держаться, только бороться, ты же знаешь это не хуже меня самой! — Сержант впервые заговорила о себе в женском роде, что вызвало молчаливое удивление Кайлера, сидящего немного в стороне.

Остальные стояли чуть позади, кардинал мысленно запретил кому-то еще приближаться к Робу, это было слишком опасно и только добавляло работы из без того измотанному Фэллону.

Роб никак не отвечал Хьюз, наоборот, все дальше отдалялся от мира людей. Кожа его окончательно приняла вид белого камня, а глаза почти угасли.

«Сержант, я же говорил — бессмысленно что-то предпринимать, когда Асури уже захватили разум». — Кайлер попытался уговорить Хьюз. — «Теперь жизнь Роба только в его руках».

«Замолчи!» — Сержант резко отреагировала. — «Хватит!»

«Да что здесь такое? Почему остановились?» — К Робу в нарушение приказа кардинала стремительно приближалась Эфа.

«Роба пленили Асури, вот что!» — Хьюз незамедлительно ответила, не скрывая своего раздражения.

«Понятно!» — Эфа достала из кармана какой-то прибор, чем немало удивила сержанта, и казалось, даже самого Кайлера. — «Да, дела плохи, он почти перешел по ту сторону вселенной».

«Но как? Он же сильный воин!» — Сержант усомнилась в словах синеволосой байкерши.

«У каждого человека есть слабые места. Думаешь, что Роб — бездушная боевая машина? Да черта с два тебе, выкуси!» — Эфа разразилась словесной тирадой. — «Эти твари чувствуют наши страхи, слабости, да все, что угодно, горели бы они в пекле! Передо мной уже несколько раз разбивался мотоциклист! В пещере! Серьезно, ты полагаешь, что здесь есть мотоциклы? А я не сошла с ума!»

«Ребята, что тут у вас, в конце концов!?» — Денис оказался третьим, кто проигнорировал запрет Кайлера. — «Что с ним?»

«Как видишь, твари поглотили вашего командира, рыбу начали гноить с головы!» — Ответила Эфа.

«И что нам делать?» — Денис повесил оружие на плечо.

«Не знаю, у меня нет инструкции». — Эфа развела руками. — «Мы не сталкивались на практике с Асури до сегодняшнего дня».

— Я знаю! — Сержант закусила губу. — Я однажды пожалею об этом… А, нет, неважно… — Хьюз улыбнулась, посмотрев на Эфу, затем мельком на Дениса, и, приблизившись к Робу, поцеловала его в холодные синеющие губы. — «Роб, вернись, ты нужен нам, нужен мне!»

— Дядя? Что-то не так? — Саймон засуетился, заметив обеспокоенность Роба. Его глаза забегали, когда в окне сквозь сгущающуюся тьму пробился тонкий луч дневного света.

— Нет… Это не ты! — Роб сделал шаг назад, только теперь обратив внимание, на сколько все вокруг выглядело серо и безлико, подобно ужасным декорациям в дешевом уличном театре. — И все здесь не настоящее. Это — иллюзия! Как и ты сам!

— Что? Дядя! Я не обман! Посмотри на меня! — Саймон едва не заплакал, чем на мгновение привлек внимание дяди.

Роб обернулся, увидев, как кухню уже заливает свет, пробиваясь сквозь пыльное окно, затем вновь обратился к племяннику, и в тот же момент его волосы поднялись дыбом. Из глаз Саймона текли кровавые слезы, а сами глаза оказались вырванными, рот и нос обезображенными до неузнаваемости, кожа свисала, подобно разлагающемуся трупу.

— Спаси меня, я умираю! — Ребенок опустился на колени, однако Робу уже не было дело до иллюзии. Он отчаянно пытался избавиться от наваждения, вырвать из себя приставучего Асури.

— Нет, уйди, прочь из моей головы! — Вырвалось из его груди.

Вся комната перестала представлять нечто целое, в одно мгновение превратившись в некую картонную коробку с бумажными украшениями, пока, наконец, не растворилась в темноте, а голос Саймона, то жалостливый, то злой, то вообще походивший на мычание коровы или писк дикой крысы, не исчез. Наступила кромешная тишина и непроглядная темнота, словно вселенной никогда не существовало.

— Это и есть небытие? — Только спросил он сам себя.

Роб издал истошный хрип, словно только что его пытались задушить, и его глаза забегали из стороны в сторону. Поначалу он только хрипел, не понимая где находится и кто все эти люди вокруг. В глазах двоилось, а сознание путалось, как после обморока или хорошего похмелья.

Хьюз сжала руку Роба как можно крепче, надеясь передать ему свою поддержку и силу.

— Роб, слушай меня! — Прошептала она, стараясь привлечь его внимание. — Ты находишься здесь со мной.

Сознание понемногу возвращалось. Зрение тоже. — «Что со мной стряслось?» — Наконец спросил Роб, увидев перед собой озадаченного, но довольного Кайлера и ошарашенную Хьюз.

«Твой разум едва не был сожран Асури, скажи спасибо сержанту, еще немного и хана». — Кардинал ухмыльнулся и подумал про себя, так, чтобы никто, кроме Фэллона не смог его услышать. — «Нам стоит быть поосторожнее, Асури будут ловить нас по одному».

«Устроили тут свадьбу!» — Денис хотел выругаться, но вместо этого совместно с напарницей, аккуратно помог командиру подняться на ноги и отряхнуться.

— Он будет жить? — Первым делом спросила Хьюз. — Я не сделал хуже? — Ее глаза бегали из стороны в сторону, дыхание участилось, и вообще складывалось такое впечатление, будто она служила в отряде кардиналов только стажером.

«Нет, не умрет, Роб в полном порядке. Отойдет через пару минут». — Откликнулся Кайлер. — «Ты все сделал, как надо, сержант». — Кардинал улыбкой дал понять, что ситуация под контролем.

«Хм. Похоже, пока я возился с солдатами, то пропустил самое интересное». — На месте действия оказался и Роман. — «Что тут было, Асури?»

«Похоже на то». — Ответила Хьюз.

«Ну вот, поцеловались, и женитесь!» — Эфа разразилась громким смехом, пристально смотря на взволнованное лицо сержанта.

«Да, бегу и падаю!» — Казалось, ее слова весьма задели Хьюз. — «Очень надо!»

«Я явно что-то пропустил». — Роб почесал затылок.

«Что со мной было?» — Сержант недоумевала от своего поведения. — «Я настолько слаба, что увлеклась настолько?» — В ее голове вертелись противоречивые мысли.

«Ты спасала солдата, ты поступила верно». — Кайлер прочитал мысли Хьюз. — «Роба можно было вернуть только так, дернув за струны души, очевидно, мы бы сами не справились».

«Вот как». — Ответила Хьюз. — «Но почему мое сердце так бешено колотится? Это чувство, я не испытывал ничего подобного ранее, даже когда терял близких друзей».

«Все в порядке, сержант. Это просто стресс». — Кардинал предпочел скрыть свои догадки. Ему не очень хотелось говорить о чувствах прямо посреди военной операции, а тем более — среди приближенных офицеров. — «Со всеми бывает».

«Спасибо, сержант!» — Роб мысленно поблагодарил Хьюз. — «Я уж думал, останусь там навсегда, это ужасное место».

Кайлер отошел немного в сторону, вглядываясь вперед в ожидании очередного нападения. Однако, его лицо сперва омрачилось, а затем вытянулось от удивления и кардинал разразился громким смехом, будто он только что услышал невероятно смешную шутку.

«Я понял!» — Кардинал обернулся к солдатам. — «Это ловушка, выходите назад! Живо! Вилмер, отводи всех к выходу!» — Решение первого кардинала всех повергло в недоумение и через ментальный шлем потоком понеслись мысли.

«Что это значит, брат?» — Удивился даже Вилмер.

«Вы еще не поняли?» — Кайлер развел руками. — «Здесь нет никого, кроме нас и Асури. Нас специально заманили в эту дыру, чтобы убить, списав все на последователей Таби. Не знаю кто, но от нас постараются избавиться, а заодно и приберут лишних свидетелей».

«Не может быть!» — Вилмер смекнул что к чему. — «База, там только китайцы, они нас и прихлопнут».

«Назад, живо!» — Скомандовала Хьюз. — Кардинал Кайлер, мы не подведем».

«Дальше я пойду один, так будет проще сохранить рассудок, чем распылять щит на всех. Вилмер, выполняй! Приказываю отступать к выходу! И без возражений! Вы нужны мне снаружи, охраняйте базу!»

«Но…» — Вилмер попытался возразить, однако Кайлер бесцеремонно прервал его.

«Никаких возражений! Это приказ! Забыл, кто тут старший?» — Впервые ему довелось вспомнить иерархию клана перед собственными братьями.

«Отходим!» — Вилмер повиновался. — «Кай… Только попробуй умереть…»

Кайлер ответил молчанием и незамедлительно выступил вперед, с каждым шагом пробираясь вглубь укрытия.

Солдаты, едва ли не бегом, ринулись к выходу, стремительно преодолев расстояние. Снаружи не было никого, как будто весь персонал покинул базу.

— Не нравится мне это, очень не нравится. — Произнес Роб, едва оказавшись на поверхности. — Где все? Кардинал, есть идеи?

Вилмер пожал плечами, осмотревшись вокруг. — «Не расслабляться, оцепите здание, они рядом, я чувствую». — Произнес он, когда один из его солдат вздрогнул, ухватился обеими руками за горло и повалился на землю, истекая кровью.

— В атаку! — Выкрикнул Роб, понимая — это западня.

Завязалась перестрелка. Китайские солдаты оказались умельцами и искусно прятались. Поначалу им даже удалось внести сумятицу в союзные ряды. Один за другим солдаты падали, скошенные пулями.

«Тепловизоры!» — Прокричал Вилмер. — «Включить тепловизоры!» — Кардинал сумел разгадать хитрость, и уже собственноручно отправил на тот свет первого мятежника.

От шума китайских винтовок стоял невообразимый гул. Пули рвались совсем рядом. — «Вот черт!» — Роб заметил, как несколько солдат в темно-зеленой форме, разворачивали пулемет. — «Уроды!» — Капитан направил автомат наверх, пытаясь помешать планам китайцев.

Совсем рядом раздался оглушительный взрыв, от которого Роба отбросило в сторону и на какое-то время он лишился чувств. Придя в себя, Роб попытался подняться на ноги, однако, тело не слушалось его, а голова гудела так, будто рядом проехал тяжелый товарный состав.

«Не вставай, тебя контузило!» — Рядом оказался Алексей. — «Мы выбили их из здания, но они еще вокруг.

Роб ощутил, как по лицу струилась теплая струйка. — «Хорошо, не осколок, прорвемся».

Выстрелы не утихали. То и дело на пол сыпались осколки штукатурки, камней и стекол, доносились взрывы. Оцепив здание, отряды оказались в куда более выгодном положении, чем отступившие военные Китая, однако, последние сдаваться не собирались.

«Перегруппируются, и ринутся в атаку. Всем оставаться начеку!» — Скомандовал Вилмер.

«Кардинал, у нас потери! Трое убиты, как минимум». — Рапортовала Хьюз.

«Проклятье!» — Выругался тот. — «Роб, Эфа, что у вас? Держитесь?»

«Без понятия, меня едва не накрыло». — Ответил Роб, поднимаясь на ноги. — «Ребята, все целы?»

«Связист не на связи». — Ответила Эфа. — «Остальные живы, перевязываем, есть тяжелые, нужна помощь медиков».

«Запрошу помощи!» — Вилмер откашлялся. — «Я не могу отдать энергию ану раненым, истратил почти все». — Кардинал понимал, если энергия кончится и у братьев — спасения ждать неоткуда. — «Проклятье». — Он почувствовал солоноватый привкус крови во рту. — «Надеюсь, это я только прикусил губу».

«У нас минус два желтопузика!» — Отчитался Андрей. — «Но, смотрите, что это? Кардинал, это стоит видеть! Север, второй этаж».

«Сейчас буду!» — Вилмер, пошатываясь, превозмогая тошноту, отправился к Андрею. — «Черт, ушло сильно много энергии, я еще не полностью восстановился. Надо быть осторожным». — Ругал он сам себя. — «Так и помереть не долго».

Вскоре кардинал оказался на импровизированной смотровой, откуда просматривались соседние постройки, в которых орудовали китайцы. Вилмер пригляделся, поначалу не приметив ничего необычного, однако, одна деталь привлекла его внимание. — «Пушка… Они собираются… Быть не может!»

«Что там, кардинал?» — Спросил Роб.

«Плазменная пушка!» — Вилмер ударил кулаком по стене. — «Они собираются поджарить нас со всеми потрохами, моей силы явно не достаточно, что бы противостоять ей».

«Тогда в атаку, чего ждем!» — Сержант рвалась в бой.

Вилмер тоже собирался ринуться в бой, но, неожиданно замер, а его руки затряслись, будто у старика, глаза округлились, а в груди перехватило дыхание. — «Нет… Невозможно! Энди ушел навсегда. Его больше нет ни в этом мире, ни в том».

* * *

«Ты был прав, Кайлер, узкоглазые и не собирались помогать нам». — Фэллон следил за событиями снаружи. — «Но кто стоит за Китаем, уж не наш ли добрячок-император?»

Кайлер слегка улыбнулся, пусть и не чувствовал себя радостным. — «Хорошо, что обман раскрылся… Только кто и зачем пытался обвести нас вокруг пальца?!»

«Это мы выясним позже, а пока — нам не помешает быть начеку». — Фэллон закурил, не сводя глаз с компьютера. — «Странно, все это очень странно».

«Троица кардиналов… Вы великолепны! Да, так и есть, вы станете владыками мира!» — В голове Кайлера вновь раздался голос Энди.

«Асури? Снова?» — Первый засомневался.

«Нет, я не чувствую их присутствия, они словно исчезли!» — Фэллон лихорадочно нажимал кнопку за кнопкой своего компьютера, не веря в происходящее. — «Это не Асури!» — Кардинал широко раскрыл глаза. — «Невозможно!»

«И невозможное станет возможным!» — Перед глазами Кайлера предстал четвертый.

Энди выглядел немного уставшим, его челка больше не ложилась на глаз, а только слегка прикрывала лоб. Костюм оказался изорванным, пыльным, словно он только что принял участие в хорошей драке.

Лицо кардинала будто постарело, на лбу проступили морщины, а под глазами «красовались» фиолетовые круги, будто внутри Тиамат вообще не было ни сна, ни отдыха, а только бесконечная гонка.

Энди приблизился к Кайлеру, устало опуская голову.

— Брат! — Энди улыбнулся. — Это я, настоящий… Я хочу помочь! — Неожиданно заявил он. — Скоро мир людей и ану разделится, и я уйду беречь этот мир, который полюбил, беречь вас, братья. Больше вас не потревожат ану, а вы сможете жить сотни тысяч лет, жаль только, что мы не сможем быть вместе. Теперь мой новый дом — Тиамат.

«Что?» — Фэллон удивился. Он тоже мог слышать диалог, развернувшийся в пещере.

Время словно замерло, и второй кардинал тоже заметил это. Воздух сделался подобным эфиру, вязким, тяжелым. Стрелки часов на правой руке остановились. — «Проклятье, это же механика, они не подвластны ни воле Асури, ни Тиамат». — Фэллон потряс рукой, но стрелки так и остались на своем месте. — «Время действительно остановилось».

— Значит, это и в правду ты? Но зачем? — Кайлер не до конца понимал мотивы брата.

— Так и есть! — Четвертый развел руками, будто уже знал реакцию слегка растерянного Кайлера. — Мы все эти годы строили этот мир, новый мир. Лучший. — Энди слегка улыбнулся. — Прости, что заставил Вилмера страдать.

— Не понимаю, ничего не понимаю. — Кайлер, казалось, утратил связь с событиями многолетней давности. — Зачем?

— Я не могу разорвать связь миров, я же умер, а ты — можешь. — Энди на мгновение коснулся руки брата, прежде чем она вновь превратилась в сгусток энергии. — Видишь, я почти не могу принимать материальный облик. Но отогнать Асури я могу, ведь все мы — часть Тиамат.

— Вот как… — Фэллон понял посыл Энди. — Что ж, одним вопросом меньше. Но от этого не легче.

— Идем, брат, покончим с этим раз и навсегда! — Четвертый ласково улыбнулся, и Кайлер проследовал за ним; сердце в его груди бешено колотилось. — Скоро все кончится.

— Скажи, может все-таки тебя еще можно спасти? — Поинтересовался Кайлер. — Мы уже научились воскрешать призраков, мы дадим тебе новую жизнь.

— Все мы смертны, и все не чисты перед вселенной! — Энди продолжил свой путь. — И мой путь подошел к новому началу, ведь смерть — это вовсе не конец.

— Но ты можешь остаться с нами, Тиамат уже покинул мир людей, тебе не обязательно следовать за ним. — Кайлер не сдавался. — Ведь ты… Часть нашей семьи…

— Да, так и есть, но без меня Таби сможет вернуться вновь. — Энди ответил улыбкой. — Пойми, я не могу…

— Разве? — Кайлер в очередной раз сплюнул. — Разве это хорошо? Я теряю брата ради своей жизни! — На лице первого проступила испарина, да и сам он говорил уже далеко не так уверенно, как только недавно. — Не такого будущего я хотел…

— Наш путь тернист, а мы сами только пешки в своей же игре, разве нет? — Энди сиял от радости. — Я умер за вас! — Кардинал раскинул руки в стороны. — Разве это не то, ради чего стоило жить, и умереть?

— А я, а мы, разве кто-то хотел подобного?! Я, Фэл, Вил, нет… — Кайлер изменился в голосе, впервые за свою долгую жизнь, озвучив имена братьев в сокращении.

— Вил… Вилмер… Мило… Я скучал по нему больше всех… — Энди произнес имя брата с особым теплом. — Мы пришли. Уничтожь эту плиту и делу конец. Как только плита разрушится — уноси ноги, как можно скорее. Пространство внешнего мира может разрушить все вокруг, превратив тебя в лепешку. Ты нужен Фэллону и Вилмеру.

Энди вспомнил, как они проводили время вместе. Они были неразлучными, всегда поддерживали друг друга и были лучшими друзьями.

Кайлер осмотрелся. Все казалось ему замершим, словно выпавшим за пределы материальной вселенной. Даже пыль, и та, казалось, замерла в ожидании возвращения реки времени.

— Действуй. — Мягко произнес четвертый. — Я долго не смогу удерживать Асури.

— Я не хочу… Я не хочу так! — Кардинал взглянул Энди в полупрозрачные глаза.

— Действуй, Кай… — Энди повторил просьбу. — Времени мало, Асури могут вернуться, я не смогу долго держать их в узде.

— Да. — Словно завороженный, первый кардинал достал из кармана портативное взрывное устройство и приступил к активации. — Жаль, что все кончается именно так. Мне будет не хватать тебя…

— Ты больше не можешь жить прошлым, посмотри… — Четвертый на мгновение перенес Кайлера в его бывший дом, в Нью-Йорке, прямо под яркой неоновой вывеской. — Это твоя жизнь, взгляни, во что она превратилась… — Кардинал поправил волосы. — Разве такой жизни я хотел для тебя? — Пристальный взор Энди коснулся брата. — Мне нужно было поступить так ради вас, иначе чертов Таби попросту стер бы нас всех с лица этого мира, ввергнув обратно в пучину Тиамат, откуда мы чудом сумели вырваться благодаря Жнецу.

— Я помню. — Ответил Кайлер. — И Жнеца, и то, какую цену нам пришлось заплатить… — Кардинал прервался. — Но, скажи, нужна ли мне жизнь без тебя? — Взгляды братьев пересеклись.

— Прости… — Энди опустил взгляд вниз, подойдя вплотную и приложив последние усилия, обнял брата, прежде чем навсегда утратил возможность прикасаться к живым. — Я не хотел, чтобы вы страдали.

— Надеюсь, ты простишь меня, когда-нибудь… — Четвертый приблизился к лицу Кайлера, растворившись в воздухе.

— Уже простил… — Кардинал опустился на колени, путаясь в собственных мыслях. — Прощай, Энди… — Прошептал он, оставляя взрывчатку на плите. — Это ради тебя…

* * *

— Ура-а-а! — Русские первыми кинулись в новую атаку, стремясь перехватить инициативу, и не дать шмальнуть желтопузам из пушки, способной одним выстрелов отправить на тот свет всех разом.

Едва оказавшись на улице, солдаты попали под шквальный огонь пулеметчиков и потребовалось время, что бы усмирить резвых китайцев, чьи пули без труда прошивали новые жилеты, чем немало удивили Вилмера.

«Доберусь я до того, кто крысятничал наши технологии». — Кардинал уже представлял себя в роли палача. — «Оторвусь на все катушку, заставлю жрать собственные кишки».

Вилмер залег наверху, рядом с Андреем, и оба принялись по очереди косить артиллерийский расчет царь-пушки. — «Чем больше китайцев, тем меньше китайцев». — Ухмыльнулся тот.

«Только они лезут изо всех щелей, как тараканы!» — Ответил Андрей. — «Мы явно в меньшинстве».

«Прорвемся, и не из такого вырывались!» — Вилмер не превращал смертоносный огонь. — «У меня уже десять!» — Кардинал не падал духом. — «Я отомщу всем за Энди!»

Неожиданно, в воздухе повисла гробовая тишина, словно все вокруг перенеслись вглубь пещеры, в самое логово Асури. Солдаты замерли, будто окаменев.

«Плохо дело!» — Смекнул Вилмер, оторвавшись от боя. — «Фэллон, Кайлер, у нас проблемы! Желтопузы остановили время, я не знаю, что они хотят!» — Однако, связи с братьями не было. — «Черт побери, Асури не дают пробраться!»

Вилмер понимал — счет пошел на минуты, если не на секунды, оставаясь единственным, кто может противостоять времени. Тем временем, враг открыл огонь, сметая солдат одного за другим. Кардинал ощутил, как один за другим, шлемы прекращали подавать сигнал. — «Похоже, у меня нет выбора!» — Кардинал нащупал в кармане мантии шприц и ввел его содержимое себе в ногу. — «Вот и все, игра окончена». — Он улыбнулся, встав на ноги, расставив руки в стороны.

Над головой Вилмера возникло темно-фиолетовое свечение, которое клубилось и ширилось вокруг, пока, наконец, не поглотило стены, замерших солдат, и не вышло далеко наружу. Солдаты вновь пришли в движение, метнувшись в сторону пушки. Впрочем, враг молчал.

Теперь, благодаря последней энергии ану, время пришло в движение. Кардинал разрушил временное поле.

«Почти не больно». — Улыбнулся третий, глядя на свое творение, не замечая, как из недавно зажившей раны вновь струилась бурая, почти черная кровь. — «Мы успели?» — Спросил он сам себя, тяжело опускаясь на колени, осматриваясь по сторонам угасающим взглядом. — «Так и есть, все, кто был без шлема — погибли. Это временная воронка, не думал, что смогу разбить ее».

— Эй, что это было, кардинал?! — Андрей пришел в сознание. — Нас как будто заморозили.

— Так и есть… — Вилмер улыбнулся. — Передай братьям, что я их очень люблю. — Кардинал упал на землю, издав тяжелый хрип. Его глаза закатились, а из носа и рта пошла кровь. — «Так легко… Умирать за свою семью». — Последнее, что услышали солдаты от кардинала.

«Роб! Что делать? Вилмер ранен!» — Андрей пытался связаться с капитаном, попутно прощупывая пульс предводителя Мардук. — «Мы теряем его!»

«Черт бы тебя побрал, ну какого лешего! У нас совсем нет энергии ану…» — Откликнулась Хьюз. Девушка зажимала рану на теле, полученную в перестрелке. Руки не слушались ее и предательски дрожали. — «Черт, артерия. Кайлер, Фэллон, прием!» — Сержант понимала, что совсем скоро и она, и кардинал могут отправиться на небеса, или гореть в аду. — «У нас есть еще энергия?» — В глазах темнело, а мысли спутались в одном сплошном беспорядочном клубке.

Связи по-прежнему не было.

Глава 19

Глаза в глаза

Январь 2222 года

Холодное январское утро ничем не отличалось от остальных. Едва проснувшись, Роб посмотрел на коммуникатор. — «Ни одного пропущенного, все как будто испарились». — Поднявшись с кровати, бывший капитан закурил, что теперь делал каждый день, как в молодости. — «Наверное, обиделись за то, что ушел со службы… Или я просто больше не нужен». — Вояка тяжело вздохнул, глянув на прикроватный стол. — «Вылет сегодня».

Роб взглянул на часы, затем в окно. — «Метет, как из бездонной бочки». — На улице третьи сутки не прекращался снегопад. — «Доеду ли, только бы не застрять».

Бывший капитан подошел к столу, еще раз прочитав надпись на карточке, к которой были прикреплены билеты и специальный пропуск для въезда в Штаты.

«Роберт!

Церемония прощания по погибшим клана Мардук состоится 6 января 2222 года.

С глубокой скорбью,

Кайлер и Фэллон».

Роб посмотрел на листок, словно видел его в первый раз, пытаясь понять, что он означает. Ему было трудно смириться с мыслью о том, что его многие воины теперь мертвы. Он не мог поверить, что это могло произойти.

Капитан тяжело вздохнул, ему вовсе не хотелось ехать ни в какую Америку, тем более в Даллас, однако воспитание офицера не позволяли пропустить церемонию погребения боевых товарищей, с которыми плечом к плечу он и его люди сражались сперва в Америке, а затем и на Тибете в тот роковой день.

— Для них все кончено… Когда же мы обретем покой… — Сорвалось с уст Роба. — Вся жизнь — череда смертей… Как же надоело…

Роб сидел в своем доме в одиночестве. В голове — мысли о смерти, а впереди предстоял долгий путь. — «Все кончено, Роб, все кончено».

Даже недопив кофе, вояка аккуратно сложил парадную форму клана Мардук в чемодан, где уже лежали остальные вещи, приготовленные в дорогу. — «Путь не близкий». — Согласился он сам с собой. — «Что меня ждет за океаном…» — На лице его появилась легкая улыбка, которая только скрывала грусть.

Не прошло и десяти минут, как раздался пронзительный сигнал водителя военного внедорожника, от которого Роб слегка вздрогнул от неожиданности. — «Черт бы тебя побрал, разбудишь всех же!» — Выругался Роб. — «Подождать не можешь что ли, как всегда».

Капитан наспех собрал вещи и, накинув пальто и теплую меховую шапку, покинул дом. Остальные, включая Саймона, еще спали, так что дядя решил удалиться, что называется, по-английски, оставив записку, на всякий случай, что вернется максимум в течение недели.

Во дворе экс-капитана уже поджидал Денис, вышедший из машины на перекур.

— Опаздываете, капитан. — Ухмыльнулся он. — Едва вышел на пенсию, можно и расслабиться? — Бывший подчиненный не терял момента для шуток.

— Ну тебя в… в… в…! — Роб долго вспоминал нужное слово. — А ну тебя! — В итоге, он просто махнул рукой.

— А чего не при мундире? — Денис словно не заметил негодование капитана. — Интересно же, посмотреть, как тебе заморская форма.

— Боюсь, у охраны аэропорта случится шок… — Роб хмыкнул, погрузив вещи, и сев за переднее кресло. — Поехали, и так трястись черт знает сколько.

— Только не бухти! Иногда ты такой зануда! — Денис завел машину. — В Америке все такие? День человек, как человек, а день — бубнила, похуже старой бабки.

— Такой уж я есть! — Роб махнул рукой.

Машина тронулась, набирая обороты. Деревушка, где жил Роб с семьей, осталась позади. По обе стороны неширокой дороги раскинулся густой хвойный лес, покрытый снегом. Погода стояла праздничная, но настроение у солдат было мягко говоря не очень. Потери, понесенные на Тибете шокировали каждого закаленного воина. Если русских уже предали земле, то американцы оттянули процессию, улаживая формальности в Вашингтоне.

— Не знаешь, как продвигается расследование? — Заговорил водитель. — Кто нас едва не слил?

— Нет, меня не ввели в курс дела, быть может Кайлер прояснит ситуацию. — Ответил Роб. — Если кардиналы обещали отомстить, будь уверен — они найдут виновника.

— Жаль, что это не поможет вернуть ребят. — Заметил Денис. — Столько крови пролилось, ведь всего этого можно было избежать. — Водитель нервно стукнул ладонью по рулю.

— Что есть, то есть. — Роб согласился. — Четырнадцать человек, это только из моего отряда. Если б не героизм Вилмера, лежать бы нам в рядок в китайском крематории.

— Никогда бы не подумал, что буду считать Вилмера героем. Нас ведь всегда воспитывали едва ли не в страхе перед Мардук. — Водитель не отрывался от дороги, пристально всматриваясь в белесое полотно. — Так или иначе, он спас наши задницы.

— Он спасал вовсе не нас. — Ухмыльнулся Роб. — Но это вовсе не уменьшает его поступка.

— Передашь привет Эфе? — Денис резко сменил тему. — Она ведь тоже приглашена?

— Не знаю. — Капитан пожал плечами. — Если увижу… Странно, что меня вообще позвали, я много лет покинул Мардук… Но мне самому интересно, почему меня вспомнили, признаюсь, я больше не рассчитывал побывать в Далласе.

— Наверное, из-за сержанта… Ты ей нравился. Это было видно невооруженным взглядом. — Предположил он, листая карту в навигаторе. — Пробок нет, аварий тоже, ну и чудно. Снегопад разбушевался.

— Возможно. — Роб глубоко вздохнул, оглядев полянку, оставшуюся в скором времени далеко позади. — Но разве теперь это имеет какой-либо смысл. Время не остановить, как бы иногда не хотелось.

— Ты прав… Теперь уже ничего не изменить. С этим Денису пришлось согласиться.

— Да, но все равно тяжело принять.

— Не забывай о прошлом, но и не застревай в нем. — Денис похлопал друга по плечу. — Времена меняются, и у тебя есть возможность начать новую главу в своей жизни.

Роб кивнул, соглашаясь с Денисом. Он понимал, что прошлое останется в его сердце.

* * *

Нью-Йорк встретил Роба не менее приветливо, нежели проводил заснеженный Петербург. Едва самолет приземлился, пилот предупредил о сильных ливнях и порывистом ветре. — «Зима, погода не летная». — Капитан поспешил одеться, прежде чем покинуть борт.

— Господин Роберт! — Высокий мужчина в строгом деловом костюме встретил Роба прямо с порога. — Рады встретить вас! — Незнакомец в черных очках показал удостоверение клана Мардук. — Нам поручено доставить вас в Даллас.

— Спасибо. — Роб узнал одного из солдат Кайлера. — Мы с вами, кажется, знакомы.

— Возможно. — Сухо ответил тот. — Мы не можем говорить при посторонних. Пройдемся в машину. За багаж не беспокойтесь.

Человек из Мардук провел Роба мимо основного терминала для рядовых пассажиров через запасной выход. Полицейский, дежуривший у ворот, только вежливо кивнул толи Робу, толи мужчине в костюме.

— Можете считать, что вам повезло. Даже арабский шейх, и тот проходит пограничный контроль. — Заметил незнакомец, едва оба оказались внутри роскошного Мерседеса.

— А Мардук не экономят. — Роб откинулся на кожаное сидение, осматривая автомобиль последнего поколения.

— Вы правы. Это весьма не дешевая модель. Заметьте, без колес, машина сама парит над дорогой. — Откликнулся он. — Я — Майкл, майор «Черной сотни».

— Этот автомобиль может летать? — Спросил Роб. — Такая технология безусловно стоит своих денег.

— А почему бы и нет? — Ответил Майкл. — Конечно, не так быстро, как истребитель, но можно попробовать, коллега.

— Бывший коллега. — Заметил Роб. — Я подал в отставку, если тебе известно, кто я, то это было много лет назад и как именно это произошло.

— Вы правы, господин Роб. — Мужчина оказался на редкость вежлив. — Но, если вы живы, и удостоены чести проститься с нашими людьми, то чужаком вас точно не назвать.

— Все сложно. — Отмахнулся Роб. — В салоне можно курить? Перелет, нервы…

— Да. Разумеется. — Майкл открыл пепельницу. — Если желаете, есть виски, ром…

— Благодарю. В последнее время я и без того перебарщиваю с алкоголем. — Роб вспомнил, как только недавно вышел из беспробудного запоя.

— Понимаю, нервы шалят. Мы все запомним эти дни на Тибете. — Мужчина потянулся за сигаретой. — Вы были учеником Фэллона?

— Верно. Он учил меня. — Ответил Роб, всматриваясь в тлеющую сигарету. — А тебя? Кайлер?

— Энди… Затем Вилмер… — Ответил мужчина.

— Мои соболезнования. — Роб замолчал, посмотрев в окно. — Не просто, наверное, потерять учителя. Он был для вас не только профессионалом, но и другом?

— Мы все — семья… — С грустью добавил мужчина.

Машина проносилась по эстакаде, возносившейся на высоте десятка метров надо землей, позволяя миновать городские заторы. — «Похоже, что «Большое Яблоко» стало еще больше». — Заметил Роб, хотя до этого не бывал в городе ни единого раза.

Хмурый день не придавал городу красоты. Серые небоскребы словно нависали над машинами, проносившимися нескончаемым потоком. Бесчисленные такси, автобусы остались внизу, так что пробки, которыми славился мегаполис, не тронули эстакаду.

Несмотря на пасмурную погоду, город продолжал свою суету. Шум и суматоха заполнили каждый уголок. Злые гудки автомобилей смешивались с громкими голосами людей, создавая неразбериху.

Огромные стеклянные здания, высокие и холодные, отражали пасмурное небо. Они казались недоступными, словно преграда между людьми и небоскребами. А внизу, на улицах, проносились машины, создавая бесконечные потоки. Похоже, никому не хотелось останавливаться в этот день.

Привычный хаос движения был остановлен эстакадой, которая через мироздание возвышалась над землей. Она словно отделяла город от шума и суеты, создавая своего рода островок спокойствия. На ней не было машин, грохота и суматохи. Она была пустынной и молчаливой, словно заброшенной птичьим полетом.

«До Далласа ехать и ехать, спать не хочется, пить тоже, успею еще, пора и меру знать». — Не унимался Роб. — «Можно было и на самолете…»

Неожиданно молчаливую идиллию прервал телефон.

— Алло! — Приняв вызов, Роб услышал голос племянника. — Здравствуй, дядя, я очень хочу попросить у тебя прощения!

— Что? Саймон? — Роб немного растерялся, не ожидав от мальца извинений. — Что произошло?

— Я сделал выбор, и тебе надо принять мое кредо. — Малец говорил размытыми фразами, словно опасался осуждения со стороны Роба, или просто-напросто не мог подобрать нужные слова.

— Что случилось? Я постараюсь быть дома сегодня же. — Дядя не знал, что и ответить. — Я позвоню Денису, он приедет к тебе.

— Нет, мы с Кайлером приедем сами, все хорошо. — Голос Саймона сделался более уверенным. — Не волнуйся за меня, я в порядке, просто… — Наконец, малец набрался смелости. — Я решил, что буду учиться в лаборатории кардинала. Прости, и прими это. Надеюсь, ты не будешь держать на меня зла. — Послышались короткие гудки, а Роб замер в недоумении, глядя на экран коммуникатора.

Роб был ошеломлен. Он и не представлял, что Саймон способен принять такое решение без его согласия или даже обсуждения. Но Саймон выглядел решительным, и Роб не мог ни остановить его, ни удержать его обиды.

«Черт бы тебя побрал, Кайлер, ты обманул меня!» — Капитан в ярости сжал кулаки, едва не раздавив телефон.

— А, что-то произошло? Я могу помочь? — Спросил Майкл, немного сбавив скорость.

— Мой племянник, Саймон. — Прохрипел Роб на автомате, будто они с мужчиной были знакомы ни один год. — Он ушел из дома к Кайлеру.

— Кардиналу Кайлеру? — Удивился тот, едва не выронив сигарету. — Разве это плохо? Столько перспектив, он может стать большим человеком.

— И новым убийцей, как мы! — Робу не верилось в чистоту намерений кардинала. — Кайлер обещал, что не притронется к нему, если я соглашусь помогать Мардук в игре против Магистра. И обманул… — Капитан уставился в окно и взглянул на зимнюю дождливую непогоду, словно копирующую происходящее внутри него самого. — Никогда нельзя было доверять этой тройке.

— Мне кажется, господин Роберт, вы драматизируете, ведь клана Мардук в привычном его понимании, уже не существует. — Водитель посмотрел на ссутулившегося и потерянного Роба. — Время войны, затеянной Таби, кануло в историю. Кайлера всегда интересовала более наука, нежели смерть и кровь.

— А как же мы? Только и делали, что убивали, из нас Мардук хотел сделать бездушных монстров… Машины смерти…

— Увы, мы — воины, а не ученые. Каждый занимается тем, что может. Вы и сами знаете не хуже меня, что не бывает мира без войн и сражений — такова человеческая природа, течет ли в нас чистая или смешанная кровь пожирателя.

— Не такого будущего для Саймона я хотел. — Прошептал Роб.

— А чего хочет сам Саймон? Доверься его выбору, освободи свое сердце… Мы все переживаем за близких, но нельзя лишать их собственного выбора. В этом и есть свобода.

— Не знаю…

После некоторого раздумья, Роб решил отвлечься на новости, как в старые времена.

«Освободители туманных городов», «Герои нашего времени», «Разрушители апокалипсиса» и даже «Спасители мира»: не сходило который день с заголовков электронных газет. Кардиналы, освободившие Даллас, теперь стали едва ли не в один ряд с Вашингтоном и Линкольном. Всю вину за туманные города и десятки тысяч жертв, конечно же, приписали убитому Таби.

Мир ликовал, приветствуя своих новых обожателей. На второй план, на какое-то время, отошел даже император, ему приходилось лавировать между двух огней, балансируя между закоренелыми консерваторами и проевропейскими либералами.

«Смотрите-ка, Фэллон серьезный, хоть бы раз улыбнулся». — Отшутился было Роб, читая описание к очередной пресс-конференции. — «Избиратели любят улыбки, повеселее».

— Интересуетесь политикой? — Водитель, очевидно, подсмотрел в экран капитана.

— Да, вот пытаюсь себя занять в дороге… Кардинал Фэллон всегда такой бука? Или только на людях? Он ведь теперь — президент.

— Он всегда отличался суровостью и скрупулезностью в любом деле, тем более, он не собирается баллотироваться. — Ответил Майкл. — Он исполняет обязанности президента лишь временно, пока не пройдет суд над старым правителем, прихвостнем мерзкого старикана, а там, поставит своего человека и вернется в Даллас. Клан всегда оставался в тени, и вскоре, опять туда и вернется… Они не любят светиться.

Кайлер, впрочем, светился меньше, предпочитая заниматься не отводом глаз для всего мира, а часами беседовать с Николаем, как сохранить то, чего с таким трудом удалось спасти — долгий мир. — «Император, наверняка, только этого и ждал, сияет, как ребенок».

«Война несет только смерть, отбрасывает на столетия назад целые страны. — Как-то произнес Кайлер в одном из интервью. — А все мы хотим только одного — жить».

«Мы тоже не горим желанием умереть».

* * *

На утро следующего дня Майкл доставил Роба к подземному входу в башню. — «Вот как, значит вход и выход внутрь все же есть». — Роб никогда не был внутри, впрочем, как и практически все из простого кардинальского окружения до недавнего времени.

— Вот мы и на месте. — Устало сообщил Майкл, покинув машину.

Роб потянулся, едва-едва задремав под утро. Всю дорогу, пока Мерседес не въехал в тоннель, он пристально осматривал окрестности, пытаясь сравнить жизнь в Штатах с тем, что видел в Далласе. Естественно, жизнь за стеной во многом отличалась от той, что виделось ему в Далласе. Никаких красных зон, и прочих прелестей расслоения, настолько привычных в туманных городах.

Приветливые домики, все еще украшенные к прошедшему Рождеству, то и дело мелькали за окном. Снега выпало не много, где-то вообще не оказалось и снежинки, однако жителей Америки это ни сколько не тревожило.

Последние несколько сотен километров, как и прежде, проходили через тоннель. Иного пути в город не существовало из-за былого присутствия на поверхности Тиамат, что делало путь весьма небезопасным. К тому же, Мардук заботился о конспирации, ведь мир за пределами трех городов считался уничтоженным.

Здание, казалось, не имело конца и упиралось прямо в небо. — «Сколько же оно в высоту?»

Стены здания выглядели бесконечными, а окна простирались вверх до самых облачных покровов.

— Раньше здесь был только металлический каркас. Теперь видно все здание. — Пояснил Майкл.

Подняв глаза к самому верху, Роб попытался прикинуть высоту здания, но его воображение отказывалось охватить эту огромность. Оно было настолько высоким, что казалось, что его нетипичная конструкция не подчинялась никаким учетам пропорций или физическим законам. Его величественность и непоколебимость поражали, оно словно говорило о своей непреодолимой мощи и власти.

— Это и есть башня Мардук? — Роб деловито осмотрел подножие башни, скрытой от наземной части бетонными перекрытиями.

— Она самая, прямо над нами — центральное ядро Далласа.

— Никогда бы не подумал, что окажусь внутри.

— Не вы один. — Майкл улыбнулся. — Пройдемся, ваши вещи ожидают в номере. Можете принять душ и переодеться. Надеюсь, вам понравится в новом городе. — Спутник жестом указал на вход.

— Господин Роберт, рада познакомиться с вами лично. — Приветливая девушка с длинными каштановыми волосами до пояса и необычными ярко-зелеными глазами, в темной мантии, чем-то похожей на кардинальские, встретила капитана при входе. — Мой брат Кайлер много говорил в вас, как о великом воине. Зовите меня Аури.

«Странно, никогда не слышал это имя». — Роб мысленно пожал плечами. — «Мардук, тут сюрпризы на каждом шагу».

— Вижу, вы удивлены. — Девушка в черном улыбнулась. — Я долгое время жила в России, раньше Даллас был не совсем безопасен даже для нас. Братья решили, что мне лучше будет покинуть город.

— Теперь это в прошлом. По крайней мере здесь, в башне.

— Теперь да, жаль, что мир достался нам столь высокой ценой. — Девушка несколько нахмурилась.

Вскоре приехал лифт и они смело зашли внутрь. — «Наверное, Аури тоже умеет читать мысли». — Капитан почесал подбородок.

— Как и все чистокровные, прошу прощение за бестактность. — Девушка взглянула в глаза Роба, приятно улыбнувшись. — Даже мой кот, и тот читает мысли. Он тоже не совсем кот. Признаюсь, никогда бы не подумала, что душа пожирателя умеет вселяться в животных.

— Вот как… — Роб улыбнулся и покачал головой. — Мир полон тайн и загадок. Почему именно кот?

— Выбор кота был случайным. Когда рядом не оказалось человека, пришлось импровизировать.

Лифт стремительно набирал высоту, что сказывалось на барабанных перепонках. — «И как некоторым людям это нравится, каждый раз закладывает уши». — Впрочем, совсем скоро, огромная машина остановилась, и перед пассажирами раскинулся широкий коридор, украшенный античными мраморными статуями.

— Это ваши покои. — Аури указала на одну из дверей. — Замок уже настроен, просто поднесите ладонь и он откроется. Хорошего вам отдыха. Церемония — в полдень, вас проводят. Еще раз — было приятно познакомиться.

Девушка поспешила удалиться. Робу же не оставалось ничего, как осмотреть свой номер. Он последовал инструкции и просто приложил руку к считывателю; дверь щелкнула, а сверху зажглась яркая зеленая надпись на английском: «Добро пожаловать, Роберт».

Внутри было так же просторно, как и снаружи. Высокие потолки создавали ощущение невесомости, а огромные окна — некой легкости. Сразу за дверью оказалась просторная гостиная с широким дубовым столом и шестью массивными стульями. Посуда оказалась тоже сервирована на шесть персон, как будто Роба ожидало пышное застолье.

Слева раскинулась спальня, а справа — ванная, уборная, и что стало полной неожиданностью — небольшой бассейн, прямо у окна.

«Хм. Вот это да». — Роб взглянул на вид. Несмотря на то, что лифт ехал не более минуты, высота вокруг поразила его. — «Невероятно красиво». — Внизу остались бесчисленные крыши, так что никто бы не помешал ему поплавать у окна.

Роб прижался к стеклу и с удивлением наблюдал за городом. Маленькие машинки и люди, похожие на точки, двигались по улицам, создавая сплошной поток. Огромные здания простирались вверх, словно конкурируя за внимание, а птицы, кружа вокруг них, добавляли в городскую живопись нотку природы.

«Подумать только, больше никакого тумана. Не думал, что увижу Даллас еще раз, тем более таким». — Роб вздохнул и погрузился в свои мысли. Этот город, этот вид — все это было таким новым и непознанным для него.

Ограничившись душем, Роб распаковал чемодан, мирно дожидающийся своего хозяина прямо у двери. — «Сколько лет прошло». — Взглянув на форму, подаренную Фэллоном, Роб невольно вспомнил прошлое.

Надев парадный военный костюм, Роб взглянул в зеркало. — «Разве что на пенсионера похож». — Ухмыльнулся он, глядя на обилие наград. — «Полна грудь медалей, с чего вдруг, как будто я и вправду какой-то полководец». — Награды, полученные еще при службе в «Цитадели» и «Черной сотне», к слову, Роб утратил много лет назад. — «Неужели все это время, они хранились в Мардук?» — Капитан поправил черный берет с тремя серебряными рисками. — «Стоп, куда подевался мой шрам?» — Его рука коснулась лица.

Роб заметил, что его лицо выглядело куда более молодым, нежели ранее. Исчез боевой шрам, морщины, покрывающие лоб сделались заметно меньше. — «Хм… Меня омолаживают?»

* * *

— Рад, что не отказал нам в трудный час. — Едва Роб, в сопровождении Майкла, вошел в широкий мраморный зал, более напоминающий средневековый готический собор, к ним подошел Фэллон. — Тебе идет форма. — Кардинал пожал руку.

— Я не мог отказать. — Капитан ответил рукопожатием. — Мы многое прошли вместе… Сожалею, не легко терять брата.

— Не только его. Но мы не должны сдаваться. — Фэллон похлопал бывшего ученика по плечу. — Иначе все было зря. — Второй кардинал отличался особым хладнокровием, однако, в его глазах читалась грусть. — Как все кончится, мы должны были собраться на пиру, вместо этого — прощаемся с лучшими…

Кардинал, что необычно, облачился не в привычную мантию, а в офицерскую форму «Черной сотни», как впрочем, и Кайлер, беседовавший с Аури — девушкой, встретившей Роба утром.

Зал был полузатененным, создавая атмосферу печали и траура. Лишь небольшое количество людей присутствовало на похоронах. Они медленно перемещались по залу, под воздействием негромкой органной музыки, наполнявшей пространство своими мелодическими звуками.

Некоторые из присутствующих медленно приближались к могилам, осторожно укладывая свежие цветы, или просто стояли рядом, глядя на ушедшего в последний путь. В воздухе витала тишина, нарушаемая лишь шепотом, в котором звучали воспоминания о прошлом, разделяемые ими с их близкими.

Немало гробов были закрыты, и на них были покрыты черными покрывалами. Их существование напоминало о непоправимой утрате и глубокой печали, которую можно почувствовать, только потеряв близкого человека.

Органная музыка заполняла зал своим монотонным, но все же трогательным звучанием, создавая подходящую обстановку для траурной церемонии. Мелодии, исполняемые на органе, отражали скорбь и грусть, усиливая эмоциональную атмосферу в зале.

«Кардинал Вилмер Ричард Найт. 1996–2221». — Прочитал Роб, остановившись у центрального постамента. — «Никогда не думал, что переживу тебя».

Третий лежал безмятежно, словно спал, а вовсе и не умер. На бледном лице застыл покой, а губы словно улыбались. Казалось, будто он встанет, ехидно улыбнется и попросит виски. — «Признаться, жаль, что так вышло, мне будет не хватать тебя».

Слова, произнесенные в его адрес, странным образом неслись в голове оставшихся рядом. Они вспоминали моменты, когда третий был живым и полным энергии. Но сейчас, он лежал неподвижно, оторванный от этого мира.

«Он жил на грани, наслаждаясь удовольствиями жизни и часто рискующий собой. Затем, как пуля в грудь, пришла новость о его смерти». — Голос Аури пошептал в голове Роба. — «Но сейчас, глядя на его безмятежное лицо, казалось, что он всего лишь спит, в открытую грудь укроет руку, проснется и заявит о своем возвращении».

— Здравствуй, Роб. — К гробу подошел Кайлер. — Никак не ожидал, что все закончится так скоро, он был везунчиком, выбирался из сотен передряг, но, увы, на сей раз удача отвернулась… — Кардинал говорил медленно, словно читая заклинание. — Умереть за братьев… Он всегда ставил наши жизни выше собственной. Не так я хотел… Не так… — Кардинал замолк, украдкой стирая со щеки предательскую слезу.

В этот момент Роб впервые увидел Кайлера не непобедимым воином, мастером закулисной игры или сильнейшим на планете — сейчас все эти качества отошли на второй план. Перед ним стоял человек, такой же, как и сам Роб, который уметь чувствовать, радоваться и грустить.

Роб был потрясен и одновременно облегчен этим открытием. Он понял, что под панцирем ожесточенного бойца Кайлера, скрывается настоящий человек со своими эмоциями и чувствами. Это открытие вызвало у Роба некое восхищение и уважение к своему боевому товарищу.

— Смерть подкрадывается незаметно, когда менее всего ее ожидаешь. — Роб дотронулся до спины кардинала. — Держись, Кайлер.

Тот кивнул.

Роб не спеша отдалился от покойного кардинала, по правую руку от которого лежала сержант Хьюз.

«Сержант Сюзанна Хьюз, 2183–2221». — Гласила памятная табличка.

«Подумать только, ей не было и сорока». — У Роба словно душа ушла в пятки. Он смотрел на гроб и видел в нем невинность и молодость, которые были прерваны слишком рано.

— Прости, мы не успели. Окажись мы рядом на минуту раньше… — Кайлер будто оправдывался. — Из-за Асури, связь между шлемами оказалась разорвана.

— Тогда бы все были спасены.

— Вилмер был обречен, как только вколол инъекцию. Сыворотка дала ему силы, разрушив тело. В отличие от Хьюз… — Кардинал остановился. — Она… могла… выжить…

Роб закрыл глаза, словно вспоминая тот роковой день. Едва выстрелы утихли, а фиолетовое свечение растворилось, в воздухе, наполненном статическим электричеством, повисла тишина, прерываемая стонами раненых.

Сержант Хьюз, зажимая одной рукой рану, а в другой держа оружие, тяжело шла, почти на полусогнутых ногах, пока не упала на землю.

«Сержант?» — Роб поспешил на выручку. — «Куда ранили?»

«Куда только можно и нельзя». — Ответила она. — «Кажется, я отвоевался». — Лицо Хьюз бледнело на глазах, губы синели, а глаза медленно закрывались.

Роб взял Хьюз под руки и начал тащить ее в сторону, подальше от окон. Каждая секунда была драгоценна. Он пытался поддержать ее, чтобы она оставалась в сознании, но ее силы иссякли.

Медики быстро доставили Хьюз в госпитальный блок и начали оказывать первую помощь. Они делали все возможное, чтобы остановить кровотечение и обезболить ее, но ситуация была серьезной.

— Без энергии ану все кончено! — Прокричал один из них. — Кто видел кардинала?

— Продержитесь, сержант. — Сказал Роб, стараясь сохранять спокойствие.

Хьюз слабо улыбнулась и попыталась сказать что-то, но слова не вышли. Она закрыла глаза, потеряв сознание. Ее сердце колотилось, и Роб надеялся, что медики смогут ее спасти. Он сжал кулаки, будто молясь о ее выздоровлении.

Прошла еще минута. Сержант на мгновение пришла в себя, пытаясь ухватиться рукой за ладонь Роба, но едва ей удалось сделать это, она расслабила руку и испустила дух.

— Ты ей нравился. — Кайлер заметил замешательство Роба у гроба. — Хьюз не показывала вида, но от меня ведь ничего не скроешь, сам понимаешь.

— Хороший командир и человек, преданный своему делу. — Роб посмотрел на Кайлера. — Она как-то говорила, что верит тебе, и скоро Даллас станет лучшим городом на земле. Не подведи ее.

— Так и будет. — Кардинал утвердительно кивнул. — Жаль, многие не увидят этого.

— Моя лучшая ученица. — Проститься с сержантом подошел и Фэллон. — Жаль терять людей в столь юном возрасте…

«Если бы не та судьбоносная встреча, Хьюз бы давно не было». — Фэллон перешел на телепатию. — «Никогда не забуду ту ночь, когда мне пришлось спасать ее от полиции. Дело было давным-давно, ей пришлось ограбить лавку торговца на границе зеленой и желтой зон, что бы купить немного еды для себя и друзей. Она проделывала свой трюк без особого шума, раз за разом, совершая ночные вылазки, однако на этот раз удача оставила ее, и в дело вмешались копы». — Кардинал замолчал, будто вспоминая давние события.

Кардинал поделился собственными мыслями и с Робом, так что капитан мог теперь увидеть прошлое.

Совсем юная Хьюз, в потертой одежде с грацией кошки пробиралась в Сингапур, где ее точно бы не нашли, однако, сбилась с пути и попала в тупик, которых было в лабиринте бесчисленное множество. Обратного пути не было. Вой сирен возвещал близость ареста и весьма суровое наказание, однако, когда надежда на спасение уже оставила девушку, словно из ниоткуда возник силуэт мужчины в темном плаще.

— Даже кошки, и те не всегда приземляются на ноги. — Мужчина снял капюшон, пристально вглядываясь в перепуганное лицо Хьюз. — Я давно слежу за тобой. — Незнакомец подошел ближе. — Ни один воришка не уходил безнаказанным так долго, как это удавалось тебе.

Роб узнал мужчину, это был Фэллон.

— Ты коп? — Выпалила она, прижимая к себе тряпочный мешок с наличными. — Арестовывай.

— Нет, я не один из них. Но одно мое имя внушит ужас у любого из копов, кто с ним знаком. — На лице незнакомца мелькнула зловещая улыбка. — Признаться, сперва я подумал, что полиция совсем обленилась, раз не может совладать с юной девушкой, но когда увидел тебя в деле, понял, у тебя талант запутывать следы, а заодно и пудрить мозги сыщикам.

— Что тебе надо? Деньги? Вот, бери, это все, что у меня есть! — Хьюз протянула человеку в черном балахоне свой пакет.

— Деньги? Нет, тогда ты и твои друзья останетесь голодными. Я же не изверг. — Незнакомец только махнул рукой. — У меня их столько, что тебе бы хватило прожить роскошную жизнь до глубокой старости, зачем мне твои. — В голосе парня прозвучало некое равнодушие, но затем его тон переменился. — Я хочу оказать тебе честь стать моим учеником, Сюзанна Хьюз.

— Я… Я не Сюзанна, ты меня с кем-то путаешь. — Девушка терялась в догадках. — Меня зовут Сара… — Ее глаза забегали из стороны в сторону.

— Я знаю, кто ты на самом деле. Но Сара Грин с сегодняшнего дня мертва. — Голос незнакомца сделался строже. — И мне хотелось, чтобы родилась Сюзанна Хьюз. Ты начнешь жизнь с чистого листа, без прошлого, без скитаний… Решать тебе, но не затягивай, не люблю долгие ожидания.

— Дело сделано. — Хьюз ответила почти сразу, протянув незнакомцу руку. — Все лучше, чем гнить в тюряге.

— А ты резвая. — Незнакомец ответил на рукопожатие, затем достал рацию и обратился к шефу полиции. — Спасибо за сотрудничество, шериф! Мы вышли на след вора! Девушка мертва, мои люди займутся телом! Возвращайтесь к работе! — Тон его сделался строгим, даже командным.

Хьюз услышала испуганный голос шерифа, казалось, общение с незнакомцем давалось ему ценой огромных седин и залысин.

— Кто же ты? — Набравшись смелости, выпалила она.

— Фэллон, так меня зовут. — Кардинал в очередной раз улыбнулся. — Тебе срочно нужно переодеться. И, да, о твоих друзьях мы тоже позаботимся. Более всего на свете, я ценю верность.

Фэллон окончил повествование, вернув Роба к реальности.

«Вот как… Поэтому сержант так верила Мардук». — Роб опустил голову, вглядываясь в лицо Хьюз.

«Не только… Она прекрасно понимала, что все то болото, в которое чертов старикан втянул не только Даллас — не выгодно никому из нас. Мир науки — вот наша цель». — Кайлер не отрывал взгляда от гроба Вилмера.

— Надеюсь те, кто нас предал — вскоре покинут этот мир. — Со злостью выпалил Роб.

— Не сомневайся, мы уже нашли следы. Не каждому придется по душе, но далеко не все в России и Китае нас любят. Но, прошу, давай не сегодня… — Фэллон не был настроен на подобный разговор.

Повисла пауза. Музыка стала еще тише, словно играли откуда-то издалека.

— Мне было тринадцать, когда мы познакомились. — Неожиданно за плечами Роба возник Майкл. — В красной зоне я не встречал такой доброй и упрямой девчонки. Мы дружили долгое время. Можно сказать, все мы обязаны жизнью…

Роб ощутил мурашки, пробежавшие по телу. Ему сделалось не по себе, словно он винил себя в гибели девушки.

Траурная церемония продолжалась, пока все присутствующие не смогли выразить свои последние слова и проститься со своими ушедшими. Их трогательные моменты стенали тишиной, осыпая цветами и любовью тех, кто уже не мог ответить.

Негромкая органная музыка продолжала звучать еще некоторое время после ухода последнего присутствующего, но ее эхо оставалось в сердцах и душах всех, кто присутствовал на этих похоронах.

* * *

Спустя несколько дней в покои Роба постучали.

— Войдите! — Роб курил, смотря в окно на яркий закат, но поспешил потушить окурок. Он не выходил из комнаты два дня, пребывая в весьма подавленном состоянии.

Дверь отворилась. Первым в прихожую вошел Кайлер, за ним показались Фэллон и Аури с пушистым белым котом на руках. Последним порог преодолел Саймон, стыдливо пряча глаза и опустив голову. Мальчишка, казался дяде подавленным, скорее всего от растерянности перед предстоящей встречей.

— Мы не часто бываем вместе. Не против поужинать с нами? — Несколько отстраненно спросил Кайлер, подойдя к окну.

— Нет, не против. — Роб кивнул, убирая пепельницу с глаз долой.

— Здравствуй, дядя Роб. — Робко произнес малец.

— Проходи, не волнуйся. — Роб приветливо потрепал волосы племянника и тот немного повеселел.

— Это новый Даллас. Признаюсь, работы предстоит непочатый край. — Кайлер указал на город.

— Да, никакого тумана и пожирателей. — Ответил Роб.

— Никаких… — Согласился первый кардинал.

— Что же мы все толпимся в прихожей. — Заметила Аури. — В доме полно и более приятных мест. — Девушка хотела казаться как можно более приветливой. — Сейчас подадут ужин. Я постаралась угодить всем.

— Не хочешь остаться с нами? В Мардук. — Спросил Кайлер. — Места на всех хватит. Мне нужен новый шеф полиции, пора очистить город от безумцев.

— Нет, мне лучше дома. Устал я от всех этих войн и закулисных игр.

— Не будешь скучать по нам?

— Честно признаться, буду. — Ответил он. — Приезжайте как-нибудь в гости. Мы так и не побывали на рыбалке.

— Если останется время на отдых. У нас работы непочатый край. — Фэллон посмотрел на теперь уже бывшего ученика. — Но, я думаю, сможем выкроить денек-другой, не часто удается побывать в северных широтах.

— Буду ждать.

Тем временем подали ужин. Прислуга в белых рубашках вносила блюда, приготовленные специально на заказ. Не обошлось и без алкоголя. — «Эх, был бы сейчас Вилмер, он бы оценил». — Подумал Роб, невольно вздохнув.

«М-р-р-р». — Белый кот занял отдельное сидение, как только стюард положил на стул подушку. — «Обожаю ужин».

«Ничего себе, ты тот самый необычный пушистик?» — Роб посмотрел на кота.

«Это я». — Белый кот посмотрел на капитана. — «И я вовсе не кот».

«Кто же ты?» — Мысленно спросил Роб.

«Султан». — Ответил кот, вылизывая лапку. — «Налейте уже виски».

«Этот кот, случайно, не принадлежал Вилмеру?» — Роб отметил пристрастие зверька к алкоголю. — «Говорящие животные, что дальше?»

«Я — сам по себе». — Кот фыркнул. — «Просто моя душа из мира ану попала не в человека. Ты когда-нибудь спал с кошкой? А это все, на что я могу рассчитывать».

— Зефир, не приставай к гостю. — Аури обернулась и погрозила коту пальцем. — Будешь человеком… Потерпи… Вытащим мы тебя из кошачьего тела.

«Прямо Пиноккио». — Фыркнул кот. — «Хочу стать настоящим мальчиком».

Когда прислуга удалилась, наступила некая тишина.

— Господа. — Кайлер прервал молчание. — Мне безумно скорбно, что до победы не дожили все те, кто мог бы быть сейчас с нами. Их гибель не должна остаться напрасной. — Кардинал выглядел подавленным и несколько измотанным, от чего и без того светлая кожа выглядела почти белоснежной, словно он был одним из воплощений графа Дракулы. — Давайте почтим память тех, кто отдал жизни за общее будущее, где каждый защищал тех, кто ему дорог. И все мы отличаемся от мертвых только тем, что нам повезло выжить.

Пока кардинал произносил речь, стюарды наполнили бокалы присутствующих. Кому-то достался крепкий алкоголь, кому-то вино, а кому-то — сок, как например Аури или Саймону. Прислуга, очевидно, исходила из личных предпочтений каждого из сидевших за столом, однако, Робу не повезло: пива в ассортименте не оказалось. Однако, стюард подал ему виски со льдом, к которому капитан питал слабость во времена службы в Мардук.

— Хотелось бы присоединиться к брату. Почтим память павших товарищах в великой войне. Мне будет не хватать всех их… — Фэллон говорил тихо, опустив взгляд. — Сюзанна, Алекс, Сэм, Винсент, Уил, Чес, Том, брат Вилмер… Навечно в наших сердцах… Простите, что не смогли уберечь…

Воцарилась тишина, в которой никто не решился ни поднести бокал ко рту, ни нарушить молчание. Каждый думал о своем. Кто-то вспоминал войну, кто-то мирные дни, когда все могли радоваться жизни.

Кайлер первым поднял бокал. Его примеру последовали и остальные. Тишина понемногу рассеивалась. В ход пошли закуски, среди которых оказались немало и салатов, и горячего.

— Жизнь продолжается. — Заговорила Аури. Девушка посмотрела в сторону окна, смотря на последние лучи солнца. — Самый темный час перед рассветом. Теперь все будет иначе. Мы справимся.

Еще какое-то время царила атмосфера грусти, пока, наконец, не завязалась беседа.

— Зря ты, старина, не хочешь остаться с нами. — Кайлер заметил замешательство Роба. — Парнишка у тебя — талант, через год-два даст фору моим изобретателям, да и остальным — безопаснее здесь. Как показывает практика, нам далеко не везде будут рады.

— Я всего лишь обычный военный, к тому же — в отставке. Семья — вообще ни при делах. Кто будет нападать на нас? — Роб отнекивался. — К тому же, нас защищают военные, все хорошо, за меня не стоит переживать.

— Разве случай с желтыми тебя так ни чему и не научил? — Фэллон закусил губу, вглядываясь в глаза капитану. — Все бы были в сборе.

Роб сперва взглянул на растерянного Саймона, затем на пристально смотревшего на него Кайлера и Фэллона, и увлеченную пушистым питомцем Аури.

— Роб, я давно знаю тебя. — Кардинал Кайлер сложил ладони на столе, подобно политику перед выступлением. — Неужели, ты не доверяешь нам после всего, что мы прошли?

— Наше прошлое не всегда оставалось безоблачным, ведь так? — Возмутился Роб. — Эмилия, подземелье, северяне…

— Так и должно было произойти. — В голосе Фэллона, который тоже влился в беседу, звучало олимпийское спокойствие. — Ты должен был вытащить Саймона, должен был стать опорой Рэту и Элизабет, увы, не все прошло, как хотелось, однако же, мы исполнили свое предназначение.

— Но никто не видел ни Рэта, ни Элизабет. К тому же, вы всегда списываете события на какой-то план. — Роб не спешил принимать доводы собеседника.

— Фэллон говорит дело. — Кайлер все еще пристально вглядывался в Роба. — От пристальных глаз магистра не все можно скрыть. Тебе и не снилось, каким шаманизмом нам пришлось заниматься, дабы перехитрить старого червяка. — Под шаманизмом понималась цепочка ухищрений, на которые братьям пришлось пойти, чтобы проскочить незамеченными под носом у мнительного Таби. — Думаешь, просто укрывать целое поселение Знахаря, когда под твоим носом вечно чужие глаза и уши?

— Разве я поверю, что вы заботились обо мне? — Роб не утихал.

— Да черта лысого тебе на воротник. — Рассмеялся Кайлер. — Ты же упертый… Это мне и нравится в тебе. Да, и мы не делали ничего ради тебя одного, это был план, в котором все получили свои мечты. Ты — мирную жизнь и настоящую любовь, Саймон — путь к образованию, а мы — ценного ученого, способного перевернуть науку с ног на голову, и вернули Элизабет с мужем домой, в Мардук, где им и место, прошу заметить, безопасное. Каждый остался при своем интересе, и, как ты и сам помнишь, все довольны, все смеются.

— Прямо ангел… — Только выдавил Роб. — Только где же сейчас Элизабет и Рэт Джонс?

— Они здесь, однако, Лизи перенесла весть о смерти Вилмера особенно болезненно. После того, как нам удалось вернуть ей память, она помнит детство, проведенное с братом, пока старикан Таби не разлучил их. — Кайлер ответил с особым спокойствием.

— Дядя… — Неожиданно для всех, даже Кайлера, в разговор вмешался Саймон. — Это мое решение, что бы ты ни говорил. Кайлер — мой учитель, я принял его, и хочу посвятить себя науке. Я знаю, мой папа умер, теперь его нет в подземелье, но мы можем спасти тысячи людей, понимаешь?

— А если тебе придется убивать? — Парировал Роб. — Сможешь?

— Я… не знаю. — Робко ответил малец. — Но, мне кажется, что только здесь я смогу быть полезен людям, раскрыв себя, свои знания. — Речь Саймона стала более уверенной. — Я верю кардиналам, прости, если разочаровал тебя.

— Пойми, Роб, мы всегда за себя и точка. И спасение людей — тоже для себя. Уж поверь, благородного правителя любят куда больше, нежели старика Таби. Все в плюсе. Мы у власти, люди довольны, всем один профит. — Кайлер рассмеялся. — Суть прогресса именно в этом. Ты мне, я тебе, понимаешь?

— Нет. — Роб отличился лаконичностью.

— Со временем, поймешь, когда прошлое перестанет сбивать тебя с настоящего и мешать будущему. У тебя теперь предостаточно времени, если конечно, не будешь лезть на рожон. — Продолжил Кайлер, все так же сохраняя спокойствие, иногда даже прикладываясь к бокалу, элегантно отпивая из него маленькими глотками.

— Мое прошлое навсегда со мной.

— Если бы так думали и мы, то ты давно бы был трупом, как и все здесь присутствующие, включая нас самих. — Отозвался Фэллон. — Только не подумай, будто у нас не было врагов, и потерь. Мы потеряли даже собственных братьев, но не сдались, мы рисковали собой в одном строю с тобой, Роб. Это не героизм, мы такие же люди, пусть и обладающие кровью ану, но мы тоже умеем чувствовать боль. Роботов, увы, еще не придумали.

— К чему все это? — Недоумевал Роб.

— Отпусти свое прошлое, страхи и опасения. Дай своему племяннику новую жизнь, сам потом будешь восхищаться его достижениями. — Кайлер вернулся в разговор. — Разве ты не хочешь этого?

— Конечно, я хочу, чтобы мой племянник был счастлив и успешен, — ответил Роб.

— Ты можешь начать с малого — постепенно отпускать прошлое и справляться со своими страхами.

— Если этого хочет сам Саймон. — Поддался Роб. — Только не заставляй его становиться убийцей, каким был я.

— Убийцей, старина Роб, ты стал еще до нашего знакомства. Как и Саймон — ученым. Мы не заставляли никого и не будем этого делать. Все только добровольно. — Фэллон только улыбнулся. — Саймон, что думаешь ты? Хочешь остаться с нами?

— Хочу. — Малец впервые за вечер улыбнулся.

— Вот и славно. — Заключил Фэллон. — Очень рад, что мы пришли к согласию. Жаль, Роб, что все-таки ты не останешься с нами.

Роб задумался. Он понимал, что Кайлер прав. Чтобы дать своему племяннику лучшую жизнь, ему нужно освободиться от своих собственных барьеров, однако покинуть Даллас.

Глава 20

Билет в никуда

Январь 2222 года

— Алло! — Роб связался с семьей, едва только покинув тоннель.

— Здравствуй, дядя Роб! — На том конце провода послышался довольно веселый голос Венди. — Рада слышать, все в порядке?

— Да, все хорошо. — Ответил он. — Завтра я буду дома. Привезу вам гостинцев прямо из Америки.

— Ой, мы очень скучаем. Особенно я. — Девушка даже издала смешок. — Саймон с тобой?

— Нет, он останется в Штатах. — Роб предпочел не говорить с кем именно остался племянник. — Его пригласили на учебу.

— За Саймона можно только порадоваться! Он же только и делает, что читает. — Венди говорила приветливо, как и всегда. — Приезжай! Я приготовлю ореховый пирог! Стэн достал новую игру! Будет здорово!

— Ох, обожаю пироги! — Едва не рассмеялся Роб.

«Ох, лучше тебе не знать, где он оказался. Знахарь бы пристукнул меня». — Негодовал Роб. — «Скорее бы оказаться дома и просто отвлечься, голова кругом».

Автомобиль выехал еще засветло, но когда тоннель остался далеко позади, солнце уже светило на всю катушку. Погода выдалась безоблачной, словно и на дворе стояла осень, а не середина зимы. Недавно выпавший снег уже растаял, словно его и не было.

— Нравится? — Водитель заметил интерес Роба к окружающему пейзажу. — Мог бы жить в одном из наших городов.

— Спасибо за приглашение, но хватит с меня Америки. — Роб отмахнулся. — Мое место рядом с семьей.

— Надеюсь, там тебе будет лучше. Ты ведь один из нас…

— В прошлом…

— Не бывает бывших, Роб… — Водитель покачал головой.

* * *

— И как это понимать? — Фэллон удивленно смотрел в монитор, держа в руке чашку с любимым кофе, приправленным острым красным перцем. — Если я прав, а тут не надо долго учиться, то — в наших рядах крыса… — Кардинал отвернулся и поглядел на Кайлера.

— Что это значит, Фэл? — Переспросил Кайлер, отложив галографический коммуникатор в сторону и поправив волосы, несколько опавшие на лицо.

— Кто-то влез в центральный компьютер и стащил наши файлы. — Кратко ответил он. — Скорее всего, это были те, кто пытались пришить нас на Тибете…

— Но… — Кайлер пытался возразить. — Разве кто-то, кроме нас троих имел доступ к центральному компу? — Кардинал нервно почесал нос.

— В том-то и дело, что нет. Только мы. И следов взлома нет, но защита, о которой не знал потенциальный взломщик, зафиксировала утечку. — Фэллон пожал плечами.

— Значит — это никакие не мы. Мы бы обошли сию маленькую хитрость, зная о ней. Да и зачем нам… — Кайлер хмыкнул. — Будем искать крысу. Или крыс…

— Да, в нас я уверен, в Вилмере и Энди тоже. Ни один, ни другой не стали бы делиться ценной информацией, при этом жертвуя собой… Не стыкуется. — Кардинал согласился. — Кто же это мог быть? Попробую проследить, быть может, мне удастся отследить, куда именно утекла наша информация. Чутье подсказывает мне, что это как-то связано с русскими из военного комитета. Не нравится мне все это. И снова под носом у Николая, который, как всегда, пребывает в неведении.

— А Верговский сваливает вину на самоуправство Китая. — Фэллон выждал паузу, сверкнув оранжевым светом в глазах. — Только откуда у желтопузов такие технологии? Ладно, плазменная пушка, а вот временно-волновой нейтрализатор! О его существовании не догадывался даже старый пердун Таби!

— И концы в воду, все Китай, а мы не при делах. Это и подозрительно… — Добавил Кайлер. — Сможешь узнать, откуда была совершена атака?

— Зная, что она была — это вопрос времени. — Фэллон ухмыльнулся, добавив. — Очень недолгого времени.

— Хорошо. А я пока закончу начатое… — О чем именно шла речь, кардинал предпочел не говорить вслух, полагая, что все и так ясно.

— Ты уверен, что башня Мардук в безопасности? — Вопрос Фэллона оказался неожиданным. Кардинал отодвинул кофе, пристально посмотрев на брата.

— В башне Мардук — самое безопасное место в мире. Куда уж больше безопасности. — Отшутился Кайлер, зная, что Даллас, как и сама башня, были окружены противоракетным куполом. — Зачем нам вообще прятаться? Теперь, когда мы на коне…

— Понимаешь, дорогой брат. — Фэллон прервал собеседника на полуслове. — Я очень опасаюсь, как бы этот конь не оказался троянским. Устранение старого маразматика было выгодно не только нам. Как ни крути, клан Мардук сейчас не в самой лучшей форме. И это знаем не только мы, но и ЦРУ, и российская разведка. Кто угодно может иметь интерес заполучить наш секрет долголетия и, заодно, уничтожить Мардук, что однажды почти получилось.

— Да, я понимаю. — Парировал Кайлер. — Мы для многих были и остаемся костью в горле. — Кардинал злобно оскалился.

Фэллон повернул кресло в сторону Кайлера, опустив глаза.

— Прости, я где-то просчитался. — Произнес он со злостью в голосе, при этом сжимая кулаки. — Где же… Где именно? Ведь я мог все изменить, Энди, Вил, Хьюз: все могли быть живы.

Кайлер поднялся на ноги и подошел к брату, поглаживая его по волосам.

— Нет, ты все сделал правильно, дорогой. Не вини себя. — Кайлер сменил оскал на улыбку. — Мы добьем уже их и отомстим за всех.

— Ты прав, так и будет. — Фэллон поправил мантию. — Я, кажется, знаю, в чем дело… И если я прав, то нам немедленно нужно спасать Роба.

— Э? — Казалось, удивлению Кайлера не было предела. — Роба?

— Мне кажется… — Второй кардинал сделал паузу. — Мне кажется, нас предал кто-то из России. Не император, нет, кто-то другой. — Лицо Фэллона выражало сомнения и крайнюю озадаченность. — А Роб знает слишком много, к тому же, не просто так Асури набросились именно на него, а не на кого-либо другого! — Глаза кардинала налились злостью.

— Ты уверен? Почему именно русские? — Переспросил Кайлер, взял брата обеими руками за плечи, удивленно всматриваясь в глаза.

— Интуиция. Помнишь историю с Васнецовым, который долго водил всех нас за нос, пока едва не уничтожил планету. Как бы тоже самое не повторилось и с Верговским или кем-то из окружения императора.

— А если это дело рук, например, Пентагона?

— Вероятно, если так, Роб может быть полезен и им, вояка знает много секретов.

— Да! — Кайлер согласился. — Я свяжусь с Майклом. Пусть заворачивает лыжи, надеюсь, самолет еще не улетел. — Кардинал набрал код водителя. — Майк, Роб еще с тобой?

— Нет, самолет улетел пару часов назад, я уже еду обратно. — Ответил тот.

— Ясно. Спасибо. — Кайлер повесил трубку. — Роб в самолете, зная его педантичность, коммуникатор он точно выключит. Попробую телепатию.

Кардинал вернулся в кресло и попытался сосредоточиться. — «Роб, слышишь меня?» — Несколько раз он отправлял сигнал Робу, но каждый раз безуспешно.

— Странно. Я не могу докричаться до Роба. — В итоге слетело с его уст. — Как будто кто-то блокирует связь.

— Ты уверен? Может это из-за расстояния. — Фэллон отвлекся от компьютера.

— На все сто. Я чувствую это. Как будто что-то преграждает…

— Плохо дело, нужно связаться с Николаем.

— Господин Кайлер! — В покои буквально вломился один из охранников. — Срочно!

— Что? — Первый кардинал с недоумением спросил охранника. — Какого черта вламываться ко мне?

— Посмотрите камеру! Третий уровень! Быстрее.

Кайлер стремительно подошел к компьютеру и задал настройки. Теперь он мог видеть все камеры одновременно.

— Что за? — Кайлер едва не потерял дар речи. — Это ведь не запись? Нет? — Он словно не доверял самому себе.

— Нет. Это прямая трансляция. Это вы… Сейчас.

На камерах троица разгуливала по коридору, как ни в чем не бывало.

— Быть не может! Клоны! — Ответил Фэллон.

— Но как? Я не понимаю… — пробормотал Кайлер, пытаясь уловить смысл происходящего.

Кайлер почувствовал, что его мир перевернулся с ног на голову. Это было невероятно и непостижимо, но он видел перед собой своего брата, который уже давно мертв. Он не мог справиться с потоком мыслей, но одно было ясно — он не мог доверять своим глазам.

— Перекрыть все ярусы! Отключить лифты! — Скомандовал Фэллон. — Прикончить самозванцев!

— Как бы по ошибке не прикончили нас. — Кайлер не мог оторвать взгляда от камер наблюдения.

* * *

По приезду в Россию, Роб чувствовал себя на редкость разбитым, пусть и чувствовал себя здоровым. Ему опостылели города, убранство, сравнимое с музеем. Но не это разрывало на части все естество «Старого вояки», как когда-то давно с уважением прозвали его собственные подчиненные.

«Что же не так?» — Задавался Роб одним и тем же вопросом. — «Почему мне нет покоя ни днем, ни ночью?» — Ответа вояка так и не находил.

Утренний кофе у железнодорожного вокзала выдался ужасным. — «Помои, больше сюда ни ногой». — Негодовал он в ожидании своей электрички.

«Роб, слышишь?» — В голове пронесся голос Кайлера, вещавшего словно из старого не настроенного радио двадцатого века, какие можно встретить только в музее.

— Кардинал, какого черта? — Произнес Роб в голос, едва не поперхнувшись напитком.

«Молчи, идиот». — Услышал вояка в ответ. — «Вокруг враги. Собирай своих, все семью. Вы улетаете в Даллас! Никому, кроме нас не открывать! За… Уже… Вые… — Связь прервалась.

«Дьявол, это радиопомехи, через которые не пробиваются даже кардиналы? Дрянь — дело! Не зря все утро, как на иголках. Но моя семья… Но их же охраняет правительство России». — Мысли Роба спутались. — «Так, перво-наперво, позвоним Венди».

Вояка достал коммуникатор. Пошли длинные гудки. — «Ну же, возьми трубку, Венди». — Произносил он про себя.

— Венди, вставай! — Первым делом произнес Роб. — Срочно! Мы уезжаем! Разбуди ребят! — На мгновение паника овладела им, однако, быстро пришел в себя.

— А? Что-то случилась? — Едва проснувшаяся девушка не понимала в чем суть да дело.

— Едем отдыхать… — Откровенно соврал Роб, понимая, что делает это не напрасно, и его могут прослушивать. — Питер, музеи и все такое… — На мгновение он ощутил себя полнейшим болваном. — Мне удалось раздобыть путевку.

— Хорошо, как скажешь.

— Скоро буду. Будь умницей.

«Твою ж… Задница». — Читалось на лице Роба. — «Нас раскусили, не иначе. Что-то пошло не по плану».

Поезд отправлялся через десять минут. — «Часа три, проклятье, пока тут, пока там». — Сетовал он, прикидывая время своего возвращения. — «Надеюсь, люди кардинала прибудут раньше, нежели враги».

«Уважаемые пассажиры! Заканчивается посадка на скоростной электропоезд «Санкт-Петербург-Петрозаводск». — Вскоре произнесла диспетчер. Этих слов Роб ждал, наверное, как никто другой из пассажиров.

«Скорее, двигайся, дьявольская железяка!» — Сетовал он.

Наконец, в назначенную минуту, автоматические двери закрылись и поезд тронулся, постепенно набирая обороты, через несколько минут развив максимальную скорость в несколько сотен километров в час. Новые железные дороги отличались высокой безопасностью и низким шумом, так что теперь поезда могли спокойно ездить по городу на полную катушку. Центр северной столицы остался далеко позади, и уже один за одним мелькали дома городских окраин, коттеджных поселков и ближайших парков.

Не смотря на то, что поезд буквально летел, почти со скоростью самолета, Робу казалось, будто он тащится, подобно улитке. Он ощущал печаль и разочарование, осознавая, что не должен был оставлять семью без своего присмотра.

«Все в прошлом». — Незнакомый голос потревожил Роба. — «Ты проиграл».

«Началось, опять голоса? Кто ты, раз боишься показаться?» — Ответил Роб. — «Страшно?»

«С чего вдруг мне бояться такого червяка, как ты…» — Прошипел он. Едва ли не в ярости. — «Ты видишь меня каждый день в своем отражении. Ты и есть я!»

«Не припомню, что бы страдал раздвоением личности». — Роб искал подвох. — «Ты работал на Таби?»

«Таби? Ты не понял?» — Душа Роба словно отделилась от тела, оказавшись прямо перед самим собой, словно в невесомости. — «Смотри, глупец, кем ты являешься».

На мгновение Роб очутился в кромешной темноте. Казалось, вокруг не было никого и ничего, а сам он попал в небытие, однако шум приборов, напоминавших гудение вентилятора, уверенно говорил об обратном.

«Это твой настоящий дом». — Голос, ранее не ведомый Робу, теперь выглядел похожим на собственный.

Темнота рассеивалась. Сквозь приглушенный свет неоновых ламп просматривались силуэты людей в белых халатах, то и дело сновавших между рядами, отдаленно напоминающими огромные пробирки, накрытые темной тканью, словно клетки с попугаями.

— Где мы? — Невольно выпалил Роб.

— В твоем детстве. — Невозмутимо ответил голос. — В настоящем детстве, а не тем, какое запомнил твой мозг, пока ты спал, словно в тумане, тут, в глубине Далласа.

Роб обернулся. Альтер-эго стояло чуть поодаль, более походя на горящую тень, нежели на человека.

Роб сделал несколько шагов навстречу, но тень отдалилась: «Не сюда, смотри там, подними ткань, мы не сможем находиться в прошлом так долго, как может казаться».

«Вот как, значит мы в прошлом». — Роб отвернулся, словно знал, куда идти и что искать. — «Образец V-712». — Невольно прочитал он на одной из табличек.

— Взгляни, не тяни кота за хвост! — Тон тени наполнился нотками недовольства.

Роб отодвинул занавес, и оторопел. В капсуле, наполненной светящейся жидкостью, находился он сам, только без бороды и шрама. Глаза его оставались широко раскрыты и, как будто смотрели через стекло.

— Это?.. Я? — Переспросил Роб.

— Мы. — Поправила тень. — Нас создали служить Мардук, и все воспоминания — только иллюзия. Вот твой дом… Твоя школа, родители, все…

— Нет, это неправда… Мы не можем попасть в прошлое, ведь его просто нет… Как и будущего… — Роб протестовал, размахивая руками. — Я могу разбить колбу, значит, что я исчезну?

— Не исчезнешь… Прошлого, и в правду нет в привычном ее понимании… Зато есть память вселенной, как у нас, только больше, представь, сколько всего переживает один только человек, а здесь целый мир! Представь, сколько работы у Жнеца?

— Жнеца?

— Да, он смотрит за ходом времени, соединяя и разделяя миры, которых бесчисленное множество… Это он позволяет нам помнить прошлое… Порой даже то, которого у нас не было. Ведь мы — это только наши воспоминания…

— Почему ты говоришь об этом…

— Потому что тобой будут манипулировать снова и снова, а я хочу вернуться домой, в свой мир…

— Значит, ты не можешь?

— Не могу, жнецу нужна жертва… Ему нужна жизнь. Это плата за проход в его зеркало… — Тень рассмеялась. — Это тебе не Харон, монеткой не откупишься…

— Ему под силу изменить прошлое?

— Нет… То, что было, уже не переделать. Мне тысячи лет, моему мой мир старше людского в сотни раз, но я не встречал никого, кому подвластно время… Быть может, это знает сам жнец, но не раскрывает тайны… Пойдем назад… Тебе скоро выходить…

«Зачем ты показал мне это?» — Резонно спросил Роб, очнувшись в вагоне.

«Что бы показать, что ты один и твой мир всегда был таким». — Голос поспешил ответить. — «Одинокий волк превратился в ручного песика, личной гончей на поводу у кардиналов».

«Все, что я делал, спустившись в подземелье»… — Роб попытался было возразить.

«Это исполнял волю Кайлера, думая, что, наконец, обрел свободу». — Голос не унимался. — «Поверь, ты бы уже давно распался на атомы, если бы не был нужен клану. Ведь для этого тебя и взрастили».

«И что ты предлагаешь?» — Неожиданно ответил Роб.

«Тебе нужно просто сделать для нас самую малость. Умереть».

«Не дождешься». — Со злостью ответил Роб, едва не ответив вслух.

«Думаешь, так хочет Кайлер? Ему плевать на тебя, как на старую одежду, угомонись». — Голос издал ехидный смешок. — «Наивный Роб, как такого хлюпика вообще приняли в «Черную сотню».

«Изыйди по-хорошему».

«Посмотрим, чья возьмет…» — Голос утих.

— Вот и славно. — Спустя какое-то время, выпалил Роб, закрывая глаза, и откинувшись в кресле.

«Уважаемые пассажиры! Скоростной электропоезд пребывает на конечную станцию — Петрозаводск». — Едва Роб расслабился, как голос диктора возвестил о прибытии.

«И что это было?» — Роб сообразил, что почти всю дорогу его забалтывал внутренний голос. — «Время пронеслось незаметно. Должна же быть от этих тварей хоть какая-то польза». — Под тварями вояка понимал голоса ану, асури и прочей дребедени из параллельных миров.

Вокзал был немноголюдным. Из-за холодов и недавнего снегопада не многие решались на путешествие, предпочитая провести время в своем городе. К тому же, сказывалась недавняя война, отголоски которой еще долго останутся в памяти тяжелым бременем.

Поймав ближайшее такси, Роб направился домой. Путь предстоял не совсем близкий, хотя внедорожнику были нипочем ни сугробы, ни срывающийся, словно из ниоткуда, снегопад с порывистым ветром. Сперва предстояло покинуть город, а затем уже двигаться по шоссе через лес сперва к небольшому поселку, а затем и к собственному хутору, насчитывавшему не более десяти домов.

Таксист, молодой светловолосый парнишка, пытался было заговорить то о погоде, то о событиях в мире, однако, быстро замолчал, заметив нервозность Роба. Большую часть дороги ехали молча.

— Остановите здесь. — Вояка не решился подъехать вплотную, не желая рисковать жизнью водителя.

— Вы уверены? Осталось триста метров. — Переспросил он, с недоумением посмотрев на Роба. — У вас увесистая сумка, а снегу почти по колено…

— Да, мне захотелось немного пройтись. Не волнуйтесь.

— Хорошо. — Таксист остановил машину и помог выгрузить багаж. — Хорошего дня.

Спустя мгновение, автомобиль развернулся, покинув хутор, а Роб уверенной походкой отправился в сторону дома. — «Ну снег, и что… Втянуть в неприятности еще и тебя? Хотя, врятли, мой дом должен быть под охраной, но не будем расслабляться». — Рассуждалось ему под негромкий скрип сухого морозного снега. Вскоре показалась крыша дома и невысокий каменный забор, служивший элементом декора, нежели преградой для грабителей.

Стоит отметить, что жилье надежно охранялось бронированными окнами, крепкими стенами и сигнализацией, блокирующей двери. Возможно, Роб и не стал бы так заморачиваться над безопасностью, но так гласили правила для всех служащих, имеющих доступ к секретной информации третьего, то есть максимального уровня. Впрочем, теперь бывшему вояке меры предосторожности уже не казались пустой затеей.

Подойдя ближе, Роб засомневался. — «Не похоже, что наш дом вообще охраняли». — Вокруг не оказалось ни души, даже намека на присутствие военных. — «Что это значит? Не похоже, что армия так хорошо маскируется». — Вояка прибавил шаг.

Опасения подтвердились, во дворе тоже не было ни души. — «Какого дьявола? Это не по протоколу!» — Роб открыл калитку, различая совсем свежие следы на снегу, ведущие в его дом.

Едва ли не забежав вовнутрь, вояка обнаружил двери незапертыми, а систему безопасности напрочь выломанной из стены. Увесистый замок лежал поодаль, словно выкорчеванный гигантским магнитом.

— Венди! Стен, Бред! — Истошный крик наполнил здание.

Вокруг валялись вещи, будто кто-то устроил обыск. Первым делом Роб осмотрел первый этаж. Кроме развороченной и перевернутой мебели не оказалось никого. Вояка тут же кинулся вверх по лестнице. Его сердце неистово колотилось, будто бы готовилось выпрыгнуть из груди.

Дверь в комнату Венди оказалась настишь распахнута, а сама девушка — лежала связанной по рукам и ногам к кровати. Живот девушки оказался разрезанным от груди до пупка, а кровь пропитала белоснежную простынь. Ее пальцы судорожно двигались, а окровавленные губы ловили воздух, издавая еле слышный хрип.

— Нет, Венди… — Роб кинулся к племяннице, пытаясь высвободить руки. — Держись, дядя здесь! Мы спасем тебя!

— Синие… — Прошептала она.

— Не говори, береги силы, Венди… — Прошептал Роб.

Девушка тщетно пыталась что-то произнести, однако кровь, клокотавшая в горле, не давала ей выговорить ни слова. Кровь хлынула с такой силой, что девушка буквально не могла дышать. Ее кожа белела, а холодные руки замерли. Дыхание остановилось.

— Нет, дорогая, нет, нет, нет… — Словно в бреду, повторял Роб. — Этого не может быть… — Слезы отчаяния и злости нескончаемым потоком полились из глаз.

В соседней комнате, на полу лежали Стенли и Бредли, уже без признаков жизни. Весь пол в гостиной второго этажа оказался в крови, а на столе лежала записка, подписанная Кайлером: «Не стоило отвергать мое предложение… Ты предал меня». — Роб узнал почерк кардинала.

«Неужели… После всего, что мы прошли… Ты поступил так мерзко?» — Роб провел перепачканной кровью Венди рукой по лбу. — «Это мерзко даже по меркам Мардук, не имеющих чести».

* * *

За окном остановился военный автомобиль. Двери машины открылись и по одному в дом вбежали офицеры, среди которых оказалась и Эфа. Девушка подняла забрало шлема, осмотревшись вокруг.

— Проклятье, не успели! — Громко выругалась она, увидев аккуратно сложенные тела рядом со входной дверью. — Осмотреть здание!

Бойцы с автоматами наперевес, кинулись выполнять команду. Девушка же, словно зная, где искать Роба, неспеша вошла в рабочий кабинет.

Роб сидел в кресле, сжимая в руках бутылку виски и записку от кардинала. Чуть поодаль, на маленьком журнальном столике лежал пистолет. Вояка не обратил никакого внимания на девушку, ровно как и на шум военных, наводнивших его дом.

— Прости… Мы не успели… — Начала она, подойдя ближе к Робу. — Мои люди несли службу около дома, но Кайлер сообщил нам… Что его люди накрыли шпионов и им нужна помощь… Он обманул нас всех…

— И вы поверили, будто Кайлеру нужна ваша помощь? — Роб поднял глаза, глядя на собеседника. — С каких пор имперская армия ставит Кайлера выше Николая?

— У нас не было выбора… Мы…

— С каких пор армия подчиняется Кайлеру в разрез своего императора? — Более настойчиво произнес Роб. — Вас послали сюда не кардинальскую жопу лизать! — Вояка показал послание от Кайлера, сорвавшись на крик. — Вы должны были или защитить семью, или лежать тут, вместе с ними!

— Мы не могли даже предположить, что кардинал способен на такое. Зачем ему убивать гражданских?

— Не знаю…

«Тише, тише, не кипятись». — В голове бывшего офицера снова пробудился голос, знакомый с поезда. — «Откуда такая уверенность, что это все Кайлер?»

«А кто еще»? — Ответил Роб.

«Да, угораздила же меня попасть в тело такого твердолоба». — Голос рассмеялся. — «Жнец меня убьет, если я снова потащу тебя в прошлое, так что, будь добр, вспомни сам, какое слово произнесла Венди перед смертью?»

«Синие». — Ответил Роб.

«Верно. А вот и думай, что у кардиналов может быть синего? Может одежда, байк, глаза?» — Голос словно играл. — «Только прошу, думай быстрее, мне пришлось остановить время, но Жнец может обидеться, если река времени замрет надолго».

Роб был ошеломлен этим загадочным разговором. — «Кто мог быть за ним? И как он знает, что произошло в его доме? Синие… кардиналы…»

Вояка заметил, как воздух вокруг остановился, а девушка в шлеме замерла. Роб не понимал и сам, может ли двигаться, или застыл вместе со всеми.

«Волосы». — Роб присмотрелся, из-под забрала шлема просматривалась прядь волос, некогда ярко-синих, то теперь, отдающих слегка зеленоватым оттенком. — «И записка… Кайлер не написал бы о себе в единственном числе, когда дело шло о клане».

«Молодец, быстро учишься! Посмотрим, что скажет наша наездница». — Время снова вернулось в движение.

— Скажи, кто же тебя перекупил? — Выпалил Роб, что стало для Эфы полной неожиданностью.

— Ты о чем? — Несколько растерянно произнесла та.

— Неверное, ты не поняла, что глупо оставлять свидетелей живыми… Она сказала всего одно слово, но и этого было достаточно… — Роб протянул девушке бутылку. — Не выпьешь со мной на прощание?

— У тебя от горя крышу сорвало? — Отмахнулась та. — Или виски добило голову? Я рисковала жизнью…

— Ты прикрывала свою задницу! — Роб прервал собеседницу на полуслове. — Работая и на наших, и на ваших… Но, в конец завралась.

— Я работала и работаю на благо мира! — Байкерша напряглась.

— На благо своего мира! — Роб не скрывал раздражения. — Ты лично убила Вэнди. И оставила записку, будто это дело рук Кайлера. Но, твои синие волосы тебя и подвели…

— Синие волосы? Кто это делал просто копировал меня! — Пыталась парировать та.

— Были синие… А теперь — болотные. — Роб указал рукой на шлем. — У тебя прядь видна под шлемом.

— Ты с ума сошел, я тебя под трибунал отдам! Ребята, вниз! — Выкрикнула она, попятившись назад.

«Не успеют, я остановил время». — В комнате показалась темная тень. — «Надеюсь, Роб, тебя не нужно учить, что делать с предателями?» — Голос слышали оба.

— Нужно было убить тебя вместе с этой жалкой курицей Хьюз. — Голос девушки сделался грубым и высокомерным.

— Как думаешь, что мне сделать с тобой? — Роб словно не слышал Эфу. — Поступить с тобой так же, как ты с Венди? Оставить умирать в муках?

— Ты не посмеешь, я приближенная к императорскому двору!

— И предатель. — Роб не спеша взял в руки револьвер. — Но шут бы с ним, ты не просто изменила приказу, ты убила ни в чем не повинных людей. Венди, Стена, Бредли, сержанта Хьюз… Тоже ты? Сославшись на неразбериху в бою…

— И жалею, что не убила тебя. — Байкерша сплюнула в сторону Роба. — Я исполняла волю Кайлера.

«Это наглая и циничная ложь». — Возразил голос. — «Я знаю Кайлера тысячи лет, когда он еще был частью нашего мира. Мира ану, как вы прозвали нас».

— А ты замолкни! Чужак! Отправляйся в свою клоаку! — Эфа сорвалась на крик.

— Пф… Низко… — Роб нажал на курок.

Эфа пошатнулась, зажмурив на мгновение глаза и слегка вскрикнув, затем с удивлением посмотрела на Роба, словно не понимая, что произошло.

— Чужак… — Тяжело опустившись на колени, произнесла она. — Тебе все равно не жить…

— Плевать… — Ответил Роб, выстрелив еще раз.

Байкерша упала лицом вниз, а под ней появилась лужи крови, которая стремительно увеличивалась. Какое-то время она была еще жива и пыталась подняться, издавая еле слышные стоны, но вскоре затихла.

«Что дальше»? — Переспросил голос.

«Ничего». — Ответил Роб, поднеся пистолет к виску. — «Ничего…»

Глава 21

Река времени

Январь 2223 года

— Странно, почему я не умер. — Роб посмотрел на свои руки, крепко сжимающие пистолет. Он с трудом осознал, что пуля не проникла в его тело.

Внезапно Роб почувствовал прикосновение на своем плече и обернулся.

— Почему же, ты умер. — Ответила тень, охваченная густым дымом. — Вот твое тело, не красиво правда, когда мозги наружу, я думал — ты выберешь более красивую смерть.

— Ты прав, не самое лицеприятное зрелище. Но мне было не до эстетики. Надо было действовать наверняка. — Роб развел руками. — Но разве я не должен был сразу отправиться в царство мертвых, а ты — к чертям собачьим?

— Размечтался. Ты и я связаны, сперва отправь меня в мой мир. — Иронизировала тень. — Может быть, и тебе перепадет от Жнеца немного приятностей.

— Жнеца? — Переспросил Роб, словно не слышал о нем ранее.

— Его самого… Того, кто управляет вратами между вселенными. — Тень кивнула.

— А что станет с ней? — Роб указал рукой на бездыханное тело девушки. — Она тоже имеет тень?

— Она? Нет, мой юный друг. — Тень хмыкнула, явно насмехаясь над Робом. — У нее нет тени, у нее даже нет души. Это клон… Обман, тебя обвели вокруг пальца… Как младенца, Робби! — Голос спутника едва не срывался на смех.

— Но ведь Кайлер сказал, что Эфа — полукровка, как и я, и… — Возразил Роб.

— Да, Эфа — полукровка и она живее всех живых. А ты убил клона, только что, а потом себя. Тебя подставили. Они хотели довести тебя до выстрела. Интересно, кто и зачем?

— Нет… В этом нет никакой необходимости. — Роб отмахнулся. — Ведь я уже не смогу вернуться.

— Нет, пути назад уже нет… И Кайлеру придется разбираться с клонами без тебя… Хм… — Тень иронизировала, издеваясь над Робом. — А ведь ему понадобится твоя помощь. Уйти в такой ответственный момент, Роб. Это совсем не по дружески.

Вокруг тела Старого Вояки суетились военные, которые теперь походили на тени, будто они сами были призраками. Роб мог слышать каждого из них, но дотронуться был способен только до собственного пистолета.

— Этот выскочка сдох, как собака. — Роб узнал голос. Это был Конев. — Китайцы не добили. Так решил застрелиться сам. Теперь нам будет проще разобраться с кардиналами и избавить мир от Мардук. Заодно и этих отправить гореть в аду, развели здесь американский лагерь!

«Тот самый капитан Конев? Который пропал?» — Пронеслось в голове у Роба. — «Но зачем ему предавать нас? Ничего не понимаю».

— Что? Обидно, да? Тебя предал тот, кого ты считал другом, а спасали мнимые враги. — Тень издала смешок. — Теперь, без тебя, кардиналам будет сложнее. Надеюсь, они справятся…

— Странно. Мое оружие, почему я могу держать его в руках? — С неким удивлением спросил он у тени, игнорируя ее слова.

— Ты умер, держа его в руках. Теперь это астральная проекция твоего тела, как и одежда. Конечно, ты можешь выбросить его, он ведь все равно уже без патронов. У тебя же было только три пули, верно?

— И откуда ты все знаешь? — Роб улыбнулся.

— Мне ни одно тысячелетие, как думаешь, что я делал все это время, пока не попал к тебе? Не прохлаждался же, мы тоже способны учиться.

— Это я вижу… А как попасть к твоему Жнецу? — Роб сменил тему. — Мне уже хочется покинуть этот дурдом, и встретиться с Венди. Если я не исчез, то жизнь после смерти существует.

— Жнец сам найдет нас, прояви чуточку терпения. — Тень села в одно из кресел. — Мастер туманной башни скоро примет нас. Возможно, его глашатаи уже мчатся к нам. Если хочешь, запомни этот дом, ты никогда не сможешь вернуться сюда вновь. Таков закон вселенной. Умереть в одном мире — означает исчезнуть из нее навсегда. Навечно. До скончания веков. То есть без конца.

Пространство вокруг постепенно исчезало, погружаясь сперва в белый туман, а затем в вечерние сумерки. Краски словно блекли и смазывались, будто кто-то невидимой кистью стирал нарисованную картину.

Роб почувствовал себя окутанным непонятной энергией, которая переполняла его. Он попытался сжать рукоять пистолета еще крепче, чтобы убедиться, что все это не сон.

— Мы погружаемся в подпространство между мирами. — Пояснила тень, глядя на замешательство своего человеческого спутника с ухмылкой всезнайки перед провинившимся учеником. — Скоро мы предстанем перед Жнецом.

Звуки стихли, а Роб и тень оказались в полной тьме, при этом, что удивило Роба, могли прекрасно видеть друг друга, словно их освещал невидимый прожектор. — «Какое странное чувство, словно я разучился дышать». — Заметил он.

— В яблочко. — Съязвила тень. — Ведь ты мертв. Зачем тратить кислород, которого, тут, на минуточку, и нет. Представь только, невероятно, правда? Это и есть подпространство. Здесь ничего нет, совсем, вот парадокс пространства. Ни чего, и никого, кроме нас.

— И что дальше, мистер всезнайка? — Роб скрестил руки на груди.

— Ничего. Просто ждем. — Тень ухмыльнулась.

— Ты говорил, что Жнецу нужна жертва. Что я должен был умереть. Зачем ему я? — Робу вспомнился недавний разговор со своим альтер-эго.

— Ты? Сдался ты ему, как ежу пятая нога. — Тень едва не расхохоталась. — Просто мы оба были привязаны к твоему телу, сейчас распрощаемся, и всего-то делов, у каждого — своя дорога. Я — домой в мир ану, а ты — хочешь в ад, хочешь в рай, короче, сами решайте, как заведено у людей.

— Но ведь ты тоже умер. — Хотел было возразить Роб.

— Ошибаешься, мой дорогой спутник, я и не рождался. Мир ану — это уже мир духов, без тела, понимаешь? Поэтому мы и используем человеческие тела, зачастую вместе с их душами. Я не могу умереть, поскольку и не рождался. Все куда запутаннее и сложнее. — Ану принял облик Роба. — Если я могу так, кто же я? Стану ли я тобой?

— Нет, не станешь. — Роб трижды покачал головой.

— Верно. — Тень согласилась. — Ты всегда останешься собой, как и я. Мы лишь потеряли тело, но не душу.

— Не понимаю, к чему вся эта демагогия? — Роб поморщился.

— А чем прикажешь еще занять себя в ожидании Жнеца? Поверь, он может и задержаться. Вот, коротаю время. — Тень осталась невозмутимой. — Тем более, сам посмотри, здесь ничего нет. Ни света, ни темноты, пустота! Только наши души, или, если тебе будет угодно — энергия, основная форма существования жизни.

— Ну ты и нудный тип. — Вояка скрестил руки на груди.

— Не менее, чем ты сам. Представь, я жил с тобой в одном теле не один десяток лет. Сомнительное, знаете ли, удовольствие. Вот и набрался дурного.

— Ничего, скоро все кончится. — Ухмылка пробежала по небритому лицу Роба.

— О да! — Согласилась тень. — Жнец уже близко. Я чувствую его.

— Я хоть и не чувствую, но рад этому. Ты мне весьма надоел. Даже после смерти нет покоя от чертовых ану. — В голосе Роба чувствовались нотки раздражения.

Между тем, пространство вокруг постепенно наполнялось неким оранжевым свечением, словно вдали горело пламя. Постепенно свет становился все ярче, будто огонь разгорался, пока не заполнил все пространство вокруг. На мгновение Робу показалось, будто он и сам излучает свет.

Роб ощутил, как его тело наполнилось энергией и теплом. Оранжевый свет проникал сквозь его кожу, словно омывал каждую клетку. Странные жаркие вспышки проходили по его рукам и ногам.

Очарованный этим явлением, Роб осмотрелся вокруг. Все окружающее стало выглядеть необычно ярким и чистым. Тени были гораздо заметнее, а контуры предметов — более четкими.

Неожиданно Роб понял, что уже больше не сжимает пистолет. Его руки были полностью свободными от оружия, а на месте пистолета он держал воздух.

«Вот оно — появление Жнеца». — Справедливо заключил он, хотя не знал наверняка.

Совсем скоро свет сделался настолько ярким, что Робу пришлось крепко зажмурить глаза. Казалось, что он очутился в аду, а перед ним предстал сам Люцифер. Жар наполнил пространство вокруг. Он почувствовал себя сильным и бессмертным, будто вовсе не расставался с телом, а существовал отдельно от него.

Внезапно все стихло. Исчез и свет и жар; когда же Роб осмелился открыть глаза, то перед ним предстал огромный зал, более походивший на готический собор невероятных размеров. Купол его, казалось, плавно переходил в небосвод. Сотни галактик медленно вращались вокруг своей оси.

Чуть ниже купола сияли белые, будто искусственные молнии, время от времени проливая свет на таинственный полумрак. Повеяло легким холодом. Он почувствовал, что воздух становится прохладнее и утонченный запах эфира проникает в его ноздри.

Вдали, возвышаясь на пьедестале из темного мрамора, предстало человекоподобное существо в темной мантии, с головой змеи и короной из серебра, окутанной желтоватым дымком, похожим на тот, что когда-то исходил от людей, обращенных в ану.

Роб замер на месте и боялся пошевелиться, глядя на это загадочное существо. Голова змеи смотрела пристальными, холодными глазами, словно проникающими в самую глубину его души. Он почувствовал, что перед ним стоит нечто высшее и могущественное.

Существо подняло руку и из ее кончика начал вырисовываться символ — круг со сложным узором внутри. Этот символ светился ярким серебристым светом, создавая вокруг себя ауру таинственности и ощущение мощи.

— Это и есть Жнец? — Полушепотом спросил Роб.

Сильный ветер разнес желтоватый дымок по всему помещению, словно призывая Роба пойти ближе. Возбуждение и тревога заполнили его сердце одновременно. — «Кто или что это? Что он хочет от меня? Почему я оказался здесь?»

— Да, это он! — С неким благоговейным страхом ответила тень. — Властелин пространства!

Жнец, меж тем, совсем скоро оказался совсем рядом, будто пространство вокруг сжалось, подобно воздушному шарику.

— Мы уже виделись, Араах аль Баал Мардук! — Голос Жнеца прозвучал подобно грому. С каждым словом голос становился все громче и проникновеннее, заставляя Роба ощущать себя как звено в цепи судьбы. Никогда прежде Робу не приходилось сталкиваться со столь грозным собеседником. Из уст существа вырывались клубы пламени. — Ты привел человека? Кажется, в мире атомов и молекул вы были с ним единым целым. Зачем ты призвал меня?

— Повелитель времени и врат Миров! — Тень поклонилась Жнецу почти до пола. — Я хочу вернуться в мир теней, в мир Тиамат, снова слиться в бесконечность!

— Ты ведь знаешь цену перехода… — И без того ужасный голос повелителя пространства стал еще более грозным, будто его настроение портилось, как погода в штормовой день.

— О Великий, прими в жертву эту человеческую душу! — Неожиданно пожиратель указал на Роба.

— Что? Нет-нет, я не согласен. — Инстинктивно отнекивался Роб, жестикулируя руками. — Я и так уже умер, куда еще хуже… — Старый Вояка при этом вовсе не понимал, о чем говорит его альтер-эго, и что понимается под жертвой (явно ничего хорошего ему не сулило).

— Да? — Жнец сперва уменьшился до размеров человеческого роста, а затем, приблизился вплотную к пожирателю. — Ты решил обмануть меня? Око за око, глаз за глаз, нельзя получить великое, жертвуя малым!

— Нет, повелитель, я… — Тень уже никто не собирался слушать.

— Замолчи! Остаток вечности ты проведешь в скитаниях между мирами и никогда не обретешь покой… — И, прежде чем, тот успел что-либо ответить, Жнец вонзил руку в грудь пожирателю, от чего тот немедленно растворился, подобно дыму. — А ты? — Жнец обернулся к Робу, что хочешь ты?

— Увы, у меня нечем заплатить тебе… — Роб понимал, что Жнецу нужна какая-то жертва.

— Заплатить? За тебя уже внесли плату, твое второе я, твой внутренний ану, который только что отправился в путешествие… — Повелитель пространства медленно зашагал в сторону Роба, испуская из глаз яркий свет. — Таковы правила, он поплатился за обман, но ничего не происходит без следа, теперь проси…

— Я хотел бы… — Роб остановился.

— Я знаю… — Жнец остановился. — Жить… Этого все хотят, попадая сюда…

— Да, но… Наверное я прошу сильно многого, но я бы хотел вернуться в прошлое, провести время с теми, кто мне дорог, без ану, без чертовых призрачных городов и кардиналов…

— Я не могу, никто не может изменить прошлое… Его уже нет… Мне не под силу твоя просьба… — Жнец развел руки в разные стороны и отрицательно покачал головой. — Но, я могу отправить тебя в иной мир, где будут те, о ком ты мечтаешь… Однако, жизнь начнется заново, и я не могу сказать, суждено ли стать друзьями или врагами, а может и вовсе остаться никем… Все с чистого листа, Роб… — Тень замерла в ожидании ответа. — И никак иначе. Таков закон мироздания!

Роб оглянулся, оглядев, словно в последний раз пространство вокруг него самого, словно пытаясь найти ответ между бликами далеких звезд и галактик. В его глазах снова промелькнул силуэт Саймона, Венди и Бредли, старины Знахаря, и строгой сержанта Хьюз.

— Я согласен. — Наконец кивнул он.

— Хорошо, ступай себе с миром… — Ответила тень.

— Постой… — Окликнул Жнеца Роб. — Ты и есть Бог?

— Нет… Я не Творец…

Существо, известное как Жнец, повернулось к Робу и его голос прозвучал еще более хрипло и загадочно.

— Нет, я не Бог — ответил Жнец. — Я всего лишь слуга миров. — Жнец поднял руку. — Тебя ждут вызовы и испытания. А теперь ступай…

* * *

— Эй, дядя Роб! — Детский голос окликнул его, едва только он сошел со ступеней белого автобуса. — Дядя Роб приехал!

Роб улыбнулся, увидев своего брата и племянника, стоящих перед ним.

— Саймон, прояви терпение! — Знахарь держал мальца за руку, дабы тот не выбежал на парковку.

— А вот и я. Я же говорил, пару месяцев пройдут быстро. — Улыбнулся Роб. — Сюзанна дома? — Спросил он.

«Роб! С возвращением!» — Воскликнул брат, крепко обнимая его.

— Да! Сьюзи готовит пирог! Она не говорила тебе? — Малец будто светился от счастья, прижавшись к Робу. — К вам приедут гости! Рэт и Лиз! И привезут большую и добрую собаку! Будет весело!

— Опять ты загоняешь бедного Чарли до полусмерти! — Роб только рассмеялся. — Он же уже старенький, пожалей собачку.

— Хорошо, дядя!

Роб почувствовал облегчение и радость, видя знакомые лица и чувствуя себя дома. Вечер обещал быть долгим, но его это не пугало, не смотря на усталость от долгого пути. — «Как хорошо, как прекрасно».

В этот момент Роб ощутил гармонию и спокойствие. На мгновение он будто почувствовал приятный запах свежей выпечки, доносившийся из кухни, шорох штор, журчание чайника.

— Кому лимонад? — Внезапно произнес он.

— Мне! Мне! — Радостно прокричал Саймон.

— Конечно, тебе! — Знахарь улыбнулся. — Куда же мы без тебя — сорванца.

Роб кивнул.

Content

Алистер Лоуренс
Осколки Минувшего

Глава 1 Нет пределов любопытству

Глава 2 Откровение

Глава 3 Грядущая буря

Глава 4 Тяжело в учебе — легко в бою

Глава 5 Компьютерный гений

Глава 6 Последний день вместе

Глава 7 Между Сциллой и Харибдой

Глава 8 Подземелье встречает гостей

Глава 9 На пороге ада

Глава 10 На пороге ада

Глава 11 Между раем и адом

Глава 12 Верни мне мой мир

Глава 13 Рубеж

Глава 14 Война и мир

Глава 15 Песчаная Эфа

Глава 16 Асури

Глава 17 Завеса тайн

Глава 18 Твердь и огонь

Глава 19 Глаза в глаза

Глава 20 Билет в никуда

Глава 21 Река времени