Степанов Евгений

ДЕВОЧКА МОЯ

Аня сидела на ступенях крыльца большого дома, окружённого берёзовой рощей. На её коленях лежала открытая книга. Своими зелёными глазами она скользила по строкам типографского текста. Тёплый ласковый летний ветерок нежно касался её иссиня-чёрных волос, гладил по плечам и спине, укрытых белой блузкой. Коротенькая юбка закрывала только самое начало её прекрасных ног. Детские, почти игрушечные, туфельки своими каблучками упирались в доску ступени.

Между берёзами проскочила тень и метнулась к Ане. Девушка даже не заметила этого. Только когда над ухом послышалось мерное дыхание собачьей морды, Аня подняла глаза и невольно вздрогнула от неожиданности. Перед ней сидела собака хаски с высунутым языком. Аня невольно улыбнулась.

— Напугала, зверюга, — она закрыла книгу и стала трепать собаку по загривку, ушам и шее. Девушка любила животных и буквально с каждым созданием готова была играть часами. Собака тявкнула пару раз от удовольствия и встрепенулась.

— Пошли, покормлю, — Аня поднялась на ноги и только подошла к двери, как собака первой подскочила к входу, открыла лапой дверь и заскочила внутрь. Аня, с присущей ей, лучезарной улыбкой проводила зверя взглядом.

На кухне девушка положила книгу на стол и открыла шкаф.

— Ну? — спросила она. — Что сегодня?

Собака тут же сунула морду в большую коробку, находившейся в шкафу, в которой лежало большое количество кормов для собак, и схватила одну из упаковок. Махая хвостом, она подошла к миске и выплюнула упаковку прямо в миску с надписью: «Синди». После чего вопросительным взглядом посмотрела на хозяйку.

Аня села на корточки и вскрыла упаковку. И тут её приветливое и открытое выражение лица сменилось на немного недовольное.

Пока Синди уничтожала порцию своего корма, Аня вышла в комнату и остановилась у трельяжа, уставленного женской косметикой. Сосредоточенно рассматривая свой аккуратный маникюр, она увидела грязь под ногтями. Девушка всегда следила за собой, стараясь наводить порядок даже в самых незаметных мелочах своего вида.

— Вот, блин, — застонала она. — Заноса. Прям под ногтем. Как я только сразу не почувствовала?

Взяв щипчики, она подцепила заносу и попыталась вынуть. Но щипчики выскользнули из её пальчиков и упали на пол, отскочив под трельяж. Ругая себя, Аня встала на корточки и заглянула в тень под трельяжем. Щипчики одной своей ручкой застряли между половиц. Аня потянула их на себя и вместе с ними вытащила край полотняного мешочка.

— А это что ещё такое? — она потянула ткань на себя, и кусок половицы приподнялся. Это оказался тайник.

— Вот какой только дряни не осталось от прежних хозяев, — морщась от клубов пыли, девушка развернула мешочек. Внутри был ключ, а на самом мешочке было написано: «Под холмом, у старой ели».

В этот момент к ней подскочила Синди и стала внимательно обнюхивать находку.

— Я знаю это место, — Аня посмотрела на собаку. — Пошли.

Летний лес был наполнен звуками живой природы — трели птиц, дробь дятла, шелест листвы, журчания ключей, голоса кукушки и мирным сопением леса. День только входил в свою вторую половину. Погода стояла чудесная. Солнечные лучи падали на почти открытое тело Ани. Только купальник скрывал его. На поясе был подвязан прозрачный платок, углом свисавший до колена одной ножки. Её грудь вздрагивала при ходьбе. Листья кустарников нежно касались её мягкой, бархатистой кожи. Чистые ногти на ногах сверкали лаком. Её сланцы осторожно ступали по зелёной траве.

В приподнятом настроении девушка шла вперёд для разгадки неожиданной тайны. Синди вертелась рядом, всё время исчезая за стволом очередного дерева или ветвями кустарника. То и дело она лаяла, учуяв бельчонка или мышонка, но не бросалась за ними, прекрасно зная, что получит за удушение живого существа от хозяйки.

Наконец, между стволами деревьев, показалась могучая ель. Она явно была самым старым деревом в лесу, намного превышая по высоте всех своих собратьев. Даже из окна спальни Ани эта ель была прекрасно видна. Её хвоя больше напоминала бороду старого дедушки, от которого веет вековой мудростью, а причудливая игра солнечных лучей создавала эффект седины на тёмно-зелёном покрове дерева.

Аня подошла к подножию ели и задрала голову, посмотрев на её вершину, склонившуюся под тяжестью лет.

— Итак, — произнесла девушка и осмотрелась. — «Под холмом у подножия старой ели».

Её пальцы осторожно сжимали мешочек, заботливо очищенный от пыли, с ключом внутри. Аня развернула его и ещё раз прочитала надпись на нём. Всё правильно. Синди подскочила к ней и тявкнула. Аня улыбнулась. Она протянула собаке мешочек, и та её тут же обнюхала.

— Ищи, — пошутила девушка. Однако Синди поняла всё правильно, и каким-то своим особым чутьём почувствовала искомый объект. Она подскочила к ели и нырнула под её могучие лапы. После чего начала громко лаять. Аня подняла брови, округлив глаза. Собака нашла что нужно. Тогда девушка последовала за ней.

Нижние лапы ели были самыми могучими и склонялись почти до самой земли, образуя шатёр, из-под которого исходил приятный аромат сырой земли, мха, старой древесной коры, смолы и чего-то ещё.

Ани пришлось согнуться пополам, чтобы пройти к стволу дерева, у которого сидела Синди. Старая хвоя коснулась спины девушки своими затупившимися концами и как бы обняла её. Аня невольно поёжилась.

— Щекотно, — засмеялась она. От смеха её личико стало ещё краше.

Синди сидела у ствола, на котором росли древесные грибы. Аня сначала не поняла, что та учуяла. На вопросительный взгляд хозяйки та носом указала на маленькую шкатулку, стоявшую на самом большом грибе, как на полке. Своим цветом она сливалась с корой дерева, потому и была не заметна для человеческого взгляда.

— Ух, ты… — удивилась Аня и взяла шкатулку. Выйдя на солнечный свет, девушка стала её рассматривать. Шкатулка была старой и больше напоминала маленькую версию сундука с сокровищами из фильмов про пиратов. Деревянный корпус и металлические уголки ничем особо не выделялись. Больше было удивительным найти её здесь, в лесу, да ещё в таком интересном месте и с подсказкой.

Недолго думая, Аня села на пень и поставила шкатулку себе на колени. Ключ из мешочка как влитой вошёл внутрь и провернулся. Аня аккуратно подняла крышку. Внутри лежал клочок старой бумаги, с надорванными краями и пожелтевший от времени. Девушка осторожно развернула его.

— «Это ключ к знаниям древних. Но знай, что слабый духом будет раздавлен», — прочитала Аня текст на бумаге. Далее шёл рецепт изготовления некоего предмета, названного «Камнем преткновения». Синди тоже внимательно разглядывала и шкатулку, и лист бумаги. Вдруг она просунула нос под запястье руки девушки и стала его поднимать вверх.

— Что ты делаешь? — засмеялась Аня. И тут она увидела что-то интересное. Подняв лист к солнцу, спрятавшемуся под тонким облачным покровом, зелёные глазки с прищуром смогли увидеть карту под текстом записки. Выполненная невидимыми чернилами, она была заметна только на просвет.

— А это дело становится всё интересней…

Дома Аня внимательней присмотрелась к карте. Она была ей знакома. Немного порывшись в своих документах, девушка достала кадастровый паспорт и приложила карту к плану своего участка. Они оказались одним пазлом. Границы леса, берега реки и возвышенности полностью совпадали и даже повторяли собой масштаб. Искомый участок леса находился севернее.

— Ну, вот, — Аня подмигнула Синди. — Уже лучше. А теперь предмет.

На плите закипала кастрюля с варевом внутри. Аня смотрела на кристально чистую воду светло-зелёного оттенка. Все ингредиенты растворялись в воде полностью — травы, коренья и ягоды.

— Странно, — Аня пожала плечами. — Кислота какая-то получилась. Все исчезло в ней. Только пахнет приятно.

Аромат лесных трав исходил от кастрюли, поднимаясь вместе с паром вверх.

— Может надо ещё помешать? — Аня опустила ложку в варево и та тут же обо что-то ударилась. С удивлением девушка достала наружу кристалл такого светло-зелёного цвета и такой же чистый, как и смесь в кастрюле.

— Всё-таки, получилось, — улыбнулась она. Синди тявкнула в поддержку слов девушки. А та завернула кристалл в полотняный мешочек, в котором утром нашла ключ и положила его на подоконник открытого окна, подставив его лунному свету.

Утро началось со звучного пения птиц. Аня подошла к окну и посмотрела на прекрасный вид, открывавшейся из окна её спальни на втором этаже. Холмы, покрытые лесом, бескрайнее синее небо и могучая ель, господствовавшая где-то вдалеке над зелёным покровом горизонта. Девушка вновь невольно улыбнулась.

Лесная птица села на подоконник и глянула на неё своими чёрными глазками-бусенками, склонив голову на бок. Аня ей весело подмигнула. Птица чирикнула и взмыла в воздух, растворившись в лучах утреннего солнца. Слабый порыв ветерка донёс до Ани запах тайги, чистого, девственного леса, и утреннюю прохладу.

Кристалл всё так и лежал на подоконнике. Он ничуть не изменился.

— Надеюсь, всё готово, — произнесла девушка. В этот момент в комнату ворвалась Синди и стала прыгать на свою хозяйку, пытаясь лизнуть её в нос. — Ну, всё, хватит. Сейчас идём гулять.

Тропинка растворялась в лесу, постепенно исчезая из вида. Аня пробиралась среди стволов деревьев, уходя всё дальше в лес. С правой стороны шумела река. Значит, она ещё не заблудилась и двигалась в нужном направлении. Синди не отставала от своей хозяйки, но шла с неохотой. Она чувствовала что-то. Тревога читалась на её собачьей морде.

Вдруг лес расступился, и Аня вышла на небольшую полянку. Деревья здесь резко отличались от лесных. Кривые стволы и жухлая листва неприветливо возвышались вокруг полянки, беря её в кольцо. Трава здесь тоже была темнее и мрачнее и шуршала под ногами, подобно безжизненному сену. С одной стороны полянка упиралась в склон высокого обрыва. Когда-то давно холм здесь осыпался, оголив скальную породу. Между двух больших камней зиял узкий проход в пещеру, а рядом стоял валун с высеченной надписью: «Кто покой сих мест потревожить дерзнёт, Того сам дьявол с собой заберёт».

— Что это такое? — спросила Аня и посмотрела на Синди. А та сидела рядом, прижимаясь к её ноге, и тихо поскуливала, сквасив жалостливую мордочку. — Ты что?

Аня встала на одно колено и потрепала собаку. Синди смотрела ей прямо в глаза и уговаривала не ходить туда. Но Аня этого не понимала. Она выпрямилась и направилась внутрь пещеры.

Сразу за узким входом открылся большой каменный зал. Напротив входа, у стены, стояла огромная статуя. Уродливое изображение с рогатой головой козла и телом человека, завёрнутым в звериные шкуры, сидело на троне, украшенном человеческими костями и черепами. Гостья нерешительно подошла к статуе. Синди была рядом.

— Ну, и гадость, — произнесла Аня. Эхо тут же подхватило её слова и разнесло по залу. Синди гавкнула на статую. — И что дальше? Есть предмет, есть пещера со странной статуей. Может, здесь должно быть что-то ещё?

И тут она заметила одну особенность статуи — та в одной руке держала жезл с лошадиным черепом на вершине, а другой — просто сжимала воздух. Было видно, что ранее в кулаке статуи находился некий предмет, который теперь исчез.

Аня достала кристалл и посмотрела на него. Сейчас кристалл сменил свой цвет на красный и светился изнутри.

— Вот оно…

Девушка подошла к статуе. Размер её поражал. Подобно Давиду, Аня смотрела на Голиафа снизу вверх. Чтобы вставить кристалл в кулак статуе, ей пришлось встать на цыпочки. Её пальчики на ногах напряглись. Она вытянула вверх руки. И только со второй попытки попала кристаллом в паз.

— Ну, Люцифер, помогай, — произнесла Аня, не зная почему так назвав статую.

И тут произошло неожиданное — пальцы статуи сжали кристалл. Дьявольская улыбка заиграла на каменном лице люцифера. Гогот потустороннего существа пронёсся по залу.

Аня, сильно испугавшись, отскочила в сторону. Синди подбежала к ней и спряталась за её ногами, поджав хвост.

Статуя резко удалилась от девушки. С громким ударом камни входа сомкнулись. Девушка осталась в кромешной тьме. Над ней стало что-то кружиться и гоготать также злобно и издевательски, как статуя, только на множество голосов и интонаций.

Аня ничего не видела, она не знала, куда бежать и что делать. Стая демонов верещала над её головой, а к её ногам прижималась также сильно напуганная Синди.

Внезапно пол исчез. Девушка полетела вниз и тут же ударилась о камни. Она упала на бок. Ноги пронзила боль. Её одежда намокла от ледяной воды пещеры и влаги камней. Её маленькое тельце стал пробивать озноб. Демоны так и кружили над ней, не давая подняться на ноги. Аня подтянула ноги к груди.

Ей было холодно и очень страшно. Маленькая, совершенно беззащитная, девушка лежала на холодных и твёрдых камнях. Её пальчики стали дрожать. Кровь ударила в голову. Виски забились от кровяного потока. В глазах помутнело, а голова стала раскалываться от невыносимой боли.

Синди подползла к ней и легла рядом, прижимаясь как можно плотнее, чтобы согреть хозяйку. Но даже тёплая собачья шерсть не могла согреть собой девушку.

Аня была одна против полчища демонов. Пронизывающий холод костлявой руки безносой старухи уже ощущался за её спиной. И Аня потеряла сознание.

Вдруг стая демонов встрепенулась и шарахнулась куда-то в сторону. Синди посмотрела на статую и радостно гавкнула. В слабом свечении кристалла появилась тень. Из кромешной темноты протянулась рука и вырвала кристалл из цепкой хватки люцифера.

В забытье Аня дрожала всем телом. Каждую мышцу сводило от невыносимого холода. Под закрытыми глазами плыли круги кроваво-красного цвета, как свечение кристалла в тот роковой момент, когда она решила отдать его предводителю ада. Она перестала чувствовать свои пальцы. Страх, ужас, паника полностью захватили собой её разум.

И в этот момент чьи-то, до боли знакомые, ладони нежно опустились на её плечи. И тут же всё отступило. Она ощущала его прикосновения к себе. Того, кого любила, наверное, больше всех в жизни. И того, кто забрал у неё её же душу, когда ушёл, оставив огромную пустоту в сердце.

Она чувствовала тепло его тела, слышала его дыхание и ощущала его аромат. Она слышала его голос, который, как и всё о нём, запомнила на всю жизнь.

— Замёрзла, девочка моя… Сейчас всё будет хорошо. Ты же моя маленькая, моя хорошая, моя малышка, солнышко, зайка, птичка…

Лишённый мужской грубости, он нежно обнимал её, как никто и никогда в жизни. Она всё это помнила. Готова была душу дьяволу продать, чтобы забыть, но не могла.

Видение было слишком реальным, чтобы быть неправдой. И тут это всё сбылось.

Пещера с демонами растворилась в её сознании. Её живот сводило от целой стаи бабочек внутри, порхавших в её душе. Она была готова расслабиться и повиснуть на нём. Забыть обо всём…

Утром Аня проснулась в своей постели. Поправив плед, укрывавший одну её ногу, она посмотрела в потолок. Сон выворачивал её наизнанку. Она пережила всё то, от чего когда-то была в полном восторге.

Перед глазами вставали сцены их первой встречи в продуктовом магазине, когда он её даже не заметил. Как она засматривалась на него, ожидая автобус на остановке. И как она была счастлива, когда, наконец, они пересеклись в общей компании, и она смогла увести его к себе домой. Этот день был самым лучшим. Они встречались, потом жили вместе. Меняли съёмные квартиры, вместе терпя тяготы и хлопоты переездов. Было много ссор и взаимных упрёков. И даже она больше его любила, первой напоминая о своём существовании, когда он уходил в приступе гнева. И всегда возвращался с извинениями, только достаточно было первой ему позвонить. Она заботилась о нём, как ни о ком другом…

И вся дурь последней их ссоры, ставшей роковой.

— Но так не бывает, — Аня положила ладонь себе на лоб. — Ещё и пещера эта… Точно! Пещера.

Аня вскочила на кровати. И только теперь осмотрелась. Вместо голых каменных стен свода пещеры с уродливой статуей, она находилась в своей уютной спальне. В открытое окно пели птицы и шумели берёзы рощи и лесной массив.

— Не может быть… — выдохнула девушка. Она сидела на расправленной кровати в своей ночнушке.

— Так это был сон?

Дверь спальни распахнулась и в комнату влетела Синди, радостно махая хвостом и громко лая. Аня смотрела на неё непонимающим взглядом.

— Мы же ходили в ту пещеру, а теперь я здесь. Неужели он принёс меня домой?

Аня нагнулась, чтобы взять свои носочки, которые всегда оставались лежать на паласе у кровати. Она не привыкла ходить по дому босиком.

И тут она чуть не вскрикнула. Ведь чётко помнила, что накануне ходила в розовых носочках, а сейчас у её ног лежали голубые. Причём были аккуратно разложены. Так мог положить только он.

Синди непонимающе смотрела на свою хозяйку. А та быстро надела носочки и выскочила в комнату. Вся её одежда, в которой она ходила в пещеру, была аккуратно сложена на подлокотниках кресла, и от неё исходил приятный запах стирального порошка. Зато с кухни веяло вкусным запахом завтрака. На плите стояла кастрюля с гречневой кашей — его любимым блюдом. Сама плита была чуть тёплой. На полке у раковины находилась баночка моющего средства для посуды с закрытым колпачком. Аня его никогда не закрывала, считая ненужным этого делать. А вот он не любил ничего открытого. Пепельница на подоконнике и собачья миска на полу были вытряхнутыми и блестели чистотой.

Аня почесала лоб, бегло осматривая кухню. Затем она резко согнулась пополам и открыла шкафчик под раковиной. Ведро для мусора стояло совершенно пустым. Не было ни мусора, ни свежего мешка. Тоже его фишка, вспоминать про мешок только тогда, когда надо что-то выкинуть.

Синди снова подскочила к хозяйке и уставилась на неё своими синими глазами.

— Да, не может этого быть… — выдохнула Аня. Она кинулась обратно в спальню. На маленьком столике у её кровати лежал её смартфон, подключенный к зарядному устройству. Девушка тут же схватила его и стала набирать нужный номер.

Вот только она его не помнила. Расставание для неё оказалось тяжёлым на столько, что она выкинула все вещи, напоминавшие о нём, и стёрла все его контакты. Начало и конец двух его телефонных номеров она помнила, а вот их середину всё время путала.

Опустившись на кровать, девушка собралась с духом и набрала номер наудачу. Уже соображая, что скажет, если неправильно набрала цифры, она слушала длинные гудки. Её сердце бешено заколотилось, даже не зная от чего — или от того, что просто снова услышит его голос, или… И резко биение сердечной мышцы прекратилось, когда в трубке прозвучал знакомый голос.

— Да, Анют, говори…

Аня растерялась. Она даже не могла ответить. Её ушки покраснели, а на щёчки лёг румянец.

— Ну, говори-говори, — спокойно продолжал мужчина.

— Привет. Ты вчера был у меня? — наконец, выдавила из себя Аня.

— Угу.

— А почему не остался?

— А зачем? Жрать сварил, собаку накормил. Чё ещё делать? А, ещё твои шмотки постирал и тебя отмыл в ванной. А то ты вся была грязненькой, чушка.

— Так это ты меня лапал! — Аня вскочила с кровати.

— Я был максимально нежным.

— И сбежал.

— Курить люблю, а твой дом прокуривать своими дешёвыми сигаретами не хотелось.

— Мы же одни курим.

— Не-а. Когда ты, тварь, оставила меня без денег, я к дешманским пристрастился.

— А не хрен было язык распускать…

— А не хрен было бесить меня! Сгоряча ляпнул. И, вообще, я многого с того вечера не помню. Я же пьяный был! Ты же сама мне пиво подсунула.

— Два стакана?!. А, ну да. Тебе и пробки понюхать хватает!

— Особенно после четырнадцатичасового рабочего дня грузчика в бабском коллективе, блин!

Аня сморщилась и махнула рукой.

— Ладно. Скажи, ты был в пещере вчера?

— Да.

— Что «да»? Женя, давай подробней.

— Подробней? Пожалуйста. Заваливаюсь я в пещеру, а там тусняк демонов вовсю. Ну, как в квартире твоего отца в тот вечер. И ты чуть тёплинкая лежишь. Я тебя и вытащил.

— Тогда были все свои.

— Кто «свои»? Не понял. Демоны, что ль? — засмеялся мужчина.

— Женя!

— Да, щучу я, щучу. Ты на фига кристалл люциферу в руку вставила?

— А куда ещё?

— В задницу, ёлки! Это же силы потусторонние. С ними связываться нельзя. Где ты только кристалл взяла? Э… Погоди, мне тут ещё кто-то напедаливает. Так, как на этой хреновине конференц-связь ставить? А, вот нашёл. Алё, Виолетт, говори.

— Женя, хватит уже в этом лесу отираться, — послышался взволнованный женский голос. — У меня тут вещи поинтересней творятся.

— Э, не, погоди. У меня тут, наконец-то, движуха началась. Так что жди с результатами.

И Женя отключил связь.

— Какая ещё движуха? — не поняла Аня.

— Не обращай внимания. Мы, это… — Женя замялся.

— Кто «мы»? Собрание анонимных алкоголиков? Ладно, давай встретимся и поговорим. Потому что мне интересно.

— Ладно! Хрен с тобой. А то базарить по телефону уже онасточертело. Щас подъеду. Кстати, симпотная фотка у тебя возле телека стоит, — засмеялся Женя.

— Ты что с ней сделал! — крикнула Аня, но уже было поздно, Женя отключил связь. Аня кинула телефон на кровать и бросилась в комнату. Возле телевизора в рамке стояла её фотография в купальнике, сделанная на крыльце её же дома.

Теперь эта фотография лежала прямо на тумбе, а в рамку было вставлено их общее фото, сделанное во время их единственного совместного отпуска. На голове Ани был венок из стеблей травы, за которым улыбался Женя, а сама Аня показывала язык камере.

Девушка взяла рамку и провела рукой по стеклу. Вновь ностальгия нахлынула на неё. Однако теперь он сам зайдёт к ней. Аня вернула рамку на место и бегом направилась в спальню, перепрыгнув Синди.

С замиранием сердца она смотрела на то, как к крыльцу дома подъезжает зелёный УАЗ. С водительского сидения вылез Женя. Аня смотрела на него, как в первый раз. Мужчина поднялся по ступеням и подошёл к ней. Аня тут же обняла его. Закрыв глаза, она прильнула к его груди и услышала биение его сердца. Его руки ладонями легли на её спину и спустились на талию. Аня затрепетала всем телом. Она слышала, как он зарылся носом в её волосах и втянул в себя их аромат. Женя всегда любил запахи.

— Нежность моя… — выдохнула она, сама себя не контролируя.

Его объятия были всё такими же осторожными, ласковыми и нерешительными. Девушка таяла в них. Вот только теперь захват был сильнее.

— Ты качался? — она посмотрела в его серые, безжизненные глаза.

— Да, — кивнул тот головой. — По четырнадцать часов в день с графиком два-два.

— А, ну да.

— И не побоялась же, — усмехнулся Женя, сидя за столом на кухне. Аня по-хозяйски хлопотала вокруг него.

— А чего бояться? Я откуда знала, что такое будет?

— Ну, да — ну, да. Значит, секрет хранит «Шарлотта».

— Кто такая Шарлотта?

— Это фраза из фильма «Сокровище нации». Первый ключ. Я имею в виду, что в доме нашёлся тайник. А хозяин кто?

— Я дом покупала у какой-то бабульки. Старая такая, древняя. Говорит, трудно на старости жить в своём доме, вот и перебирается в городскую квартиру. А мне самое то.

— Ты о таком и мечтала.

Аня собрала на поднос нехитрое угощение и головой кивнула Жени, приглашая его следовать за ней. Они вышли на веранду. В центре стоял маленький круглый столик, по обе стороны от него — два кресла-качалки, с самой веранды открывался великолепный вид на берёзовую рощу и тайгу за ней.

— Нравится? — спросила Аня, ставя поднос на столик. Женя подошёл к перилам и остановился. Пейзаж, действительно, был завораживающим. Мужчина застыл на месте.

Аня схватила тряпку и повела ею по перилам. Женя невольно улыбнулся. Это напомнило ему о них совместной жизни. Она постоянно что-то протирала. Чистюля ещё та.

Когда она проходила мимо него, Женя взял её за талию и прижал к себе. Аня спиной прильнула к нему. Мужчина забрал тряпку из её рук и положил рядом. Обеими руками он прижал девушку к себе. Аня закрыла глаза и запрокинула голову. Её шелковистые волосы защекотали его нос.

Под пение птиц и шум листвы они стояли вместе под лучами летнего солнца, где в округе, на много километров не было больше никого.

— Так, — очнулась Аня. — Ничего у нас не будет, — своими бёдрами она легонько оттолкнула мужчину от себя.

— Дура ты, — усмехнулся тот в ответ. — Я же не про это.

— Лучше рассказывай, что там в пещере?

— Понятия не имею.

— То есть?

— То и есть. Нашёлся случайно один интересный документ. Исторический, конечно же. А там говориться, что в пещере этой находится некий странный Источник Силы. Что это такое не понятно.

— И всё?

— И всё.

Аня с прищуром посмотрела на Женю.

— Виолетта же тебя прямо спросила, сколько можно в этих лесах ошиваться.

— Так я откуда знал, где эту пещеру искать. Это тебе повезло сразу карту найти. Да ещё и такой помощник помог карту увидеть, — Женя потрепал Синди, вертевшуюся рядом. — А я даже не знал куда идти.

— И что делать будем?

— Надо возвращаться в пещеру и всё там внимательней осмотреть. Не может там не быть ничего, кроме этой статуи. Наверняка, есть что-то ещё.

Камни всё также стояли на месте, окаймляя собой узкий вход внутрь холма. Женя первым вошёл внутрь и включил фонарик. Аня последовала за ним. Статуя стояла на своём прежнем месте. Её кулак продолжал сжимать воздух.

Женя медленно продвигался вперёд по гладкому полу вдоль стены. Синди поскуливала и старалась держаться рядом со своей хозяйкой.

— А вот и искомое, — Женя осветил стену у самого пола. Там было небольшое отверстие, аккуратно вырезанное в камне.

— Что это? — насторожилась Аня. Ей очень не хотелось новой встречи с демонами. Девушку и так не покидало чувство тревоги внутри пещеры.

— Сейчас узнаем, — Женя встал на одно колено и просунул руку в отверстие. Там была ещё одна шкатулка. Точно такая же, как и первая.

Вдруг Синди оскалилась и обернулась на выход. Полоска света, исходившего снаружи, на доли секунды закрыла собой тень. Кто-то большой проскочил внутрь. И притом совершенно беззвучно. Женя мгновенно всучил шкатулку Ани и закрыл её своей спиной.

— Быстро к выходу, — прошептал он ей.

В темноте сверкнула пара больших клыков, и послышался рык. Аня прильнула к спине мужчины. Женя выхватил большой охотничий нож и с криком ринулся на врага. Синди его опередила и первой накинулась на противника, вцепившись зубами в его серую шерсть. Аня опрометью бросилась к выходу.

Аня мгновенно проскочила между камнями и подбежала к ближайшему дереву, спрятавшись за его стволом. Она упала на землю и сжалась. Её зелёные глазки покрылись влагой слёз. Там, в пещере, остались два, дорогих её сердцу, существа. Девушка снова чувствовала себя беззащитной и совершенно бессильной. Шкатулка выпала из её рук. Ладони закрыли глаза. Между её маленьких пальчиков заструились слёзы.

Может, она и скучала по Жене. Вот только обрести его снова на пару часов и потерять опять, в этот раз навсегда, она не хотела. Где-то внутри горело чувство к этому человеку и желание ему добра. Пусть находится где-то, пусть пропадает на долгие месяцы и не пишет, и не звонит. Но только пусть живёт. Только не смерть, не осознание его полнейшей потери. А Синди стала для неё настоящим другом. Пушистое создание с мокрым носом, которым она всегда утыкивалась в лицо Ани.

Из пещеры раздавались звуки борьбы и лай. И рычание. Рычание зверя не свойственного живой природе, а больше похожего на потусторонний рык неведомого демона, порождённого самой Преисподней.

И вдруг всё стихло. Аня осторожно поднялась на ноги и выглянула из-за ствола дерева. Битва окончена, вот только кто победил? А если демон? Что делать ей? Бежать? Вот только куда?

С дрожью в коленях она смотрела на узкую черноту между камней, ожидая того, кто выйдет из неё.

И первым вышел Женя. А за ним хромала Синди.

— Евгеша… — Аня бросилась на грудь мужчины и снова зарыдала. Тот выронил окровавленный нож и обеими руками обнял Аню. Синди села рядом и передней лапой погладила ножку Ани. Та отпустила Женю и упала на колени, сжав в объятиях собаку. Женя со снисходительной улыбкой смотрел на них. Затем развёл руки в стороны и осмотрел себя. Одежда на нём была порвана когтями и клыками, на коже зияли раны. Лицо горело. Наверняка и оно было всё испещрено синяками и ссадинами. И всё это было в крови. Только не понятно в чьей. Его самого или демона.

Женя наклонился и чмокнул Аню в пробор между волосами. Затем поднял нож и вытер его о свою порванную футболку.

— Всё, Анют, вставай, — сказал Женя и положил руку на плечо девушки. — Надо идти.

Аня выпустила собаку и поднялась на ноги. Вытирая слёзы с красных глаз и мокрых щёчек, она до сих пор не могла поверить, что всё это происходит наяву.

— Куда идти, — заикаясь, спросила она.

— К ели, — спокойно ответил Женя и снова сжал её в своих объятиях. — Я понимаю, тебе плохо сейчас, — прошептал он ей на ухо. — Но ты всё поймёшь, когда придём.

Отпустив Аню, Женя потянул её за руку куда-то в сторону. Аня послушно пошла за ним, вцепившись в его руку. Она буквально повисала на нём всю дорогу. А тот даже не замечал тяжести, перебирая своими кровавыми пальцами её маленькие пальчики. Аня продолжала всхлипывать и вытирать слёзы, наворачивающиеся на глаза.

Совсем скоро они оказались у ели. Той самой, росшей у подножия холма. Тут они и остановились.

— Зачем мы тут? — спросила Аня. — Надо домой. Прийти в себя, умыться…

— Ничего этого не нужно, — улыбнулся Женя и положил ладони на её предплечья. — Мы с тобой там, где надо.

Он достал шкатулку из кармана своих трико и протянул другую руку Ани.

— Пожалуйста, — сказал он. — Дай ключ.

Она пошарила по карманам своих облегающих трико и достала ключ.

— Но это же от той шкатулки. От первой, — сказала она.

— Правильно, — кивнул Женя головой. — Не открыв первую, не поймёшь, что делать со второй. Он провернул ключ и открыл крышку. Внутри оказался лепесток розы. Женя взял его и им стёр свежую слезу, катившуюся по румянцу девушки, а затем провёл им по ране на своём плече.

И тут всё запело. Весёлые стаи птиц вихрем налетели на них и стали кружить вокруг, весело щебеча. Из кустарника выскочила белка и запрыгнула на плечо Ани. Та улыбнулась, глядя на крохотную мордочку зверька. Пара зайцев подпрыгнула к Жене, и тот отдал им обе шкатулки и ключ от них. После чего протянул Ани кристалл.

— Держи за тот конец, — сказал он. — Только крепко.

Аня, улыбаясь, взялась за кристалл.

Вместе они разломили его пополам, и он рассыпался в их руках на миллионы блестящих осколков. Их облако тут же подхватил ветер и закружил вокруг. Птицы бросились врассыпную и вскоре исчезли. А вихрь продолжал кружить и осыпать их блестящим дождём совершенно неощутимых осколков.

Они падали на волосы и плечи, падали на лицо и одежду. Аня подняла голову и посмотрела на завораживающее зрелище небывалого летнего «снегопада». Она раскинула руки в стороны и закрыла глаза. Чувство умиротворения и небывалого спокойствия тут же нахлынуло на неё.

Когда она снова открыла глаза, всё прекратилось. Вот только теперь перед ней стоял не тот Женя, вышедший из пещеры в помятом виде. А совершенно здоровый — без ссадин и ранений. Аня даже удивилась.

— Это как? — спросила она.

— На себя посмотри, — улыбнулся Женя и протянул ей её же маленькое круглое зеркальце.

В нём на Аню смотрела молодая девушка с задором и блеском в глазах. Зеркальце выскользнуло из её тонкой ручки и упало на траву. Девушка осмотрела себя. Она была в совершенно чистой одежде. И, главное, ощущала внутри себя прилив свежих сил и небывалый подъём в душе.

— Что произошло? — она посмотрела на Женю.

— Когда-то давно в этих краях жил один мудрый старик. Он с детских лет постигал грамоту и учился наукам. Он был занят поиском смысла жизни, и всю свою жизнь прожил один. К нему приходили за советом, в том числе и семейные пары. И всегда его совет был в пору. А если кто его не слушал, тогда случался семейный скандал или ссора. Бывало, даже семьи распадались. Так он и жил. Когда его спрашивали, почему помогает другим и не хочет помочь себе, он отвечал, что такова его судьба — решать споры других и оставаться в одиночестве. Прознав про него, сам дьявол решил испытать его на Веру. Много раз он подсылал к нему своих демонов, но те всегда терпели поражения в битвах. Тогда он направил к нему своего самого сильного воина. В разгар битвы старец был тяжело ранен, но, всё же сумел заточить демона в камень и спрятать его внутри холма. В бессилии он упал на землю и скончался. А на месте его последнего пристанища выросла вот эта ель. Её корни есть гроб для его мощей, её сок и смола — его кровь, а её хвоя — его душа. И с тех самых пор две противоположности, добро и зло, жизнь и смерть находятся рядом. Это как два Храма — куда хочешь туда и иди. Сюда обычно приходят семейные пары, чтобы выбрать свой путь.

— Как мы сейчас? — спросила Аня.

— Правильно. И как любое Место Силы оно проводит испытание для людей.

— Я поняла, — обрадовалась Аня. — Это один ключ для двух шкатулок. Не найдя первую — не поймёшь, что делать со второй.

— И это тоже. Но суть всё же в другом — это сердце. В нас обоих есть чувства друг к другу. Это и помогло нам. Первая шкатулка направила тебя к дьяволу с той проблемой, из-за которой мы расстались. Это тот самый кристалл. Пока он лежал у тебя дома, был зелёный — цвет сочной травы или листвы на деревьях. А в пещере стал кроваво-красным. Решая проблему, ты не подумав, отдала её на суд дьявола, вложив её ему в руку. Кристалл был цвета крови — а пролитие крови — это не решение. Надо было подумать и поискать выход.

— А демон?

— А это уже мой Крест. Я же его не победил.

— Как?

— А вот так, — пожал Женя плечами. — Он склонился надо мной. Я слышал запах разложения тысячи тел внутри ада. Из последних сил сдерживал его, когда он хотел вцепиться мне в глотку. И тогда подумал, что не смогу умереть, ещё раз не посмотрев в твои зелёные глаза. И он просто исчез.

— Тогда почему мы здесь? — Аня посмотрела на ель.

— Это награда. Просто видеть тебя, — Женя провёл ладонью по щеке девушки. Та взяла его руку и ласково чмокнула её своими нежными губами. — Мы не только избавились от шрамов испытания, но и получили долгие лета на свой век. Природа даёт нам новые силы. Теперь мы чисты и телом, и душой. И даже твой тот диагноз пропал. Ты пролила слёзы, а я кровь. Дань выплачена.

— Начинается новая жизнь?

— Да. Но только отдельно.

— Почему? — руки Ани задрожали.

— Мы слишком разные. Взаимные обиды и упрёки копились слишком долго. Во что всё это вылилось? Повторять? Пройти всё это ещё раз, по второму кругу? Или может, хватит топтаться на месте, да круги наматывать, а двигаться дальше? Ты пойми, мне больно видеть рядом с тобой других мужиков, которых я не знаю. Очень больно.

— Так ты не про измену думал, а просто ревновал? — догадалась Аня.

— Дошло, наконец?

— И как же ты тогда? — Аня смотрела в его серые глаза, так и не наполнившиеся жизнью. — У меня-то есть к кому пойти.

— А что я? Я до тебя тридцать лет никому не был нужен, кроме дурёх. И ещё столько же буду один.

— И ни к кому не приткнёшься? — Аня с прищуром посмотрела на Женю. — А как же интимная близость? Тебе же этого так до меня не хватало.

В ответ Женя указал на ель.

— Ему всю жизнь этого не было нужно. Но благодаря тебе я понял. Действительно, понял какая разница между похотью, половым влечением, животным инстинктом и Чувством. Так что… на хуй мне блядки не всрались. И за это я тебе безгранично благодарен.

— Я всегда буду помнить о тебе.

— В друг друге мы, всё-таки, не ошиблись. Только смотри ты на похоть не изойди. Змей искуситель смотрит на тебя. Причём, — Женя усмехнулся. — Твоим же собственным плечом, — он развернул ладонь, которую держал сжатой в кулак. Внутри лежал самый большой осколок кристалла. Эту ладонь Женя приложил к самому верху предплечья Ани, где была изображена татуировка — глаз рептилии в окружении причудливой смеси дыма и огня, гари и сажи, боли и страдания. Как только ладонь мягко прошлась по коже девушки, тату исчезла.

Аня перевела взгляд на Женю. А тот так и стоял на месте, не решаясь расстаться с ней, теперь уже навсегда. В голове девушки промелькнула шальная мысль. Она прикусила губу и схватила мужчину за руку.

— Раз моего диагноза больше нет, — сказала она. — Хочу, чтобы всегда со мной была твоя частичка.

Она потянула его к ели. Могучие лапы укрыли их, как и в старь соединяя хоть ненадолго разбитые сердца…

Content

Степанов Евгений
ДЕВОЧКА МОЯ