Хелен Рольф

Маленькое кафе в конце пирса

Helen Rolfe

The Little Café at the End of the Pier

© Helen Rolfe 2019

© Крупичева И., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

* * *

Пролог

Если вы снимаете комнату в общем доме, то главный плюс заключается в том, что вам намного легче уйти прочь от своей жизни.

Когда бабушка позвонила Джо и предложила собраться и переехать из Эдинбурга обратно в родной город Солтхэйвен-он-Си, чтобы помочь в их с дедом «Кафе в конце пирса», ее не пришлось долго уговаривать. В тридцать один год она была одинока и работала учительницей в младшей школе, не чувствуя к этой профессии истинной страсти. У нее было такое чувство, будто ее жизнь топталась на месте, по крайней мере последний год. Джо хотелось перемен, и возможность сменить обстановку буквально свалилась ей в руки. Поэтому она собрала вещи в своей единственной комнате, оплатила два месяца аренды вперед, чтобы ее соседки смогли найти ей замену, отправила электронное письмо в школу, в которой работала, чтобы сообщить о своих планах. Она написала, что отказывается от других предложений работы в школе после того, как ее контракт, согласно которому она работала на «беременной» ставке, закончился. Вместо того чтобы испытывать страх, Джо чувствовала, что готова принять новые возможности.

И вот теперь она ехала в своем стареньком «Фольксвагене-жуке» в новую жизнь на южном побережье. Автомобиль только что не трещал по швам от ее пожитков, и несколько коробок пришлось даже привязать ремнями и веревками к винтажному багажнику на крыше. Выехав из Эдинбурга под покровом темноты, Джо включила обогрев на полную мощность. Хотя не было ни снега, ни льда, чувствовалось, что они впереди. Ей предстояло преодолеть четыреста миль между ее нынешней жизнью и той, которая ее ждала. Впервые за долгие годы у нее появилось ощущение, что она все видит ясно. Всю жизнь Джо бабушка и дедушка были рядом с ней, подбадривали на школьных соревнованиях, поздравляли с результатами экзаменов, говорили с ней, когда у нее были трудные времена в университете и она волновалась из-за выпускных экзаменов. Теперь, спустя столько лет, они снова будут вместе. И Джо не могла этого дождаться.

По дороге она несколько раз останавливалась, чтобы купить поесть, и, откинувшись на спинку кресла, дважды подремала минут по десять на парковках. Но это не была усталость. Ей просто нужно было успокоить волнение, нараставшее в ней с каждой милей по мере того, как она приближалась к тому месту, куда, как она всегда знала, ей предстояло однажды вернуться.

После долгих часов подчинения командам навигатора Джо наконец оказалась на знакомой территории. Она свернула с главной дороги на однополосную. Вскоре показался указатель «Солтхэйвен-он-Си – 10 миль». Указатель всегда был маркером, и при виде него она начинала чувствовать, что приехала домой. И в этот день, учитывая предстоящие серьезные перемены, ощущение было еще более мощным. У нее сильнее забилось сердце, и Джо пришлось усмирить свой энтузиазм, чтобы не вдавить педаль акселератора в пол и не поехать слишком быстро.

Еще до четырех часов Джо проехала мимо отеля «Солтхэйвен», расположенного слева от дороги, и нескольких пансионов справа, направилась прямиком к площади с круговым движением, мимо ресторана и оттуда вниз по холму. С этого места открывался роскошный вид на город с одной стороны и море с другой. Лицо Джо расплылось в широчайшей улыбке, и она прижалась к левой стороне дороги, чтобы позволить другому автомобилю обогнать ее. Городок был маленький, машин немного, но ей не хотелось спешить. Это было началом чего-то особенного, и ей хотелось насладиться густо-розовым закатом с последними искрами оранжевого внизу и белыми пушистыми облаками, начинавшими рассеиваться над пирсом. Она даже смогла рассмотреть у волнорезов на песке, который летом был бы золотым под ярким солнцем, молодую семью, бросившую вызов ветреной новогодней погоде. Двое детей бегали вдоль кромки воды, гоняясь за волнами в фиолетовых резиновых сапожках и ярко-желтых водонепроницаемых куртках. В семье ощущалось единство, о котором тосковала Джо. Ей хотелось покончить с одиночеством, которое она ощущала намного чаще, чем могла бы признаться своим деду и бабушке.

Опоры пирса казались черными на фоне заката, на нем зажглись белые огни викторианских фонарей, расположенных через равные интервалы на деревянной конструкции. Она вдруг ощутила, как в детстве, запах дерева, тепло досок под босыми ногами, когда она шла по пирсу, глядя на море, стараясь не мешать рыболовам, занимавшимся своим любимым делом. Ее ожидало «Кафе в конце пирса», в которое ей предстояло войти в совершенно новом качестве.

Джо снова завела мотор и поехала дальше, мимо пирса, а затем вверх по холму к бунгало бабушки и деда, откуда открывался завидный вид на окрестности. Она поставила машину в гараж, надела пальто, шарф и перчатки и отправилась в кафе. Бриз принес соленый воздух, смахнул с ее лица темные волнистые волосы и словно подарил обещание нового начала. На берегу Джо всегда чувствовала себя самой собой, здесь она могла думать, и здесь она была дома.

Джо спустилась с холма, прошла по бетону дороги и ступила на деревянные доски пирса. Она прошла мимо закусочной, мимо кафе-мороженого, магазина «Всякая всячина», в котором в более теплые месяцы продавали шляпы от солнца и другую курортную ерунду. Когда солнце уже опустилось за горизонт, Джо дошла до кафе, которое было частью города, частью пирса и новой частью ее жизни. Внутри было только двое посетителей, и когда зазвенел знакомый колокольчик на двери, возвещая о ее появлении, Дед пополнял ассортимент на витринах, а Ба только что поставила чайник с чаем перед посетителем.

– Джо! – Молли бросилась к внучке, ловко лавируя между тремя столиками, оказавшимися у нее на пути, и обняла Джо. – Как же я рада видеть тебя! – Она отодвинулась, схватила внучку за локти и пристально вгляделась в ее лицо. – Ты выглядишь такой же счастливой, какой я себя сейчас чувствую.

– Вот и она! – Артур подошел к Джо следом за женой. У него были такие же серебристо-седые волосы, как и у Молли, но если вы не были с ними знакомы, вы бы легко дали им на десяток лет меньше их истинного возраста. – Дай-ка мне посмотреть на тебя, моя красавица. – Он оценивающе оглядел ее и крепко обнял. – Я так обрадовался, когда Молли сказала мне, что ты согласилась приехать и помочь парочке таких старых чудаков, как мы.

Молли замахнулась на него посудным полотенцем, которое держала в руке.

– Говори за себя, я еще не настолько состарилась.

Знакомый смех деда эхом отозвался в кафе и растопил сердце Джо. Старик отодвинул для внучки стул.

– Садись. Нам надо о многом поговорить.

– Всему свое время, – вмешалась Молли. – Бедная девочка только что проехала несколько сотен миль, и я не думаю, дорогой, что ей хочется прямо сейчас слушать о том, как работает кофемашина.

Джо весело улыбнулась.

– Честно говоря, не могу дождаться.

Артур присвистнул.

– Знаешь, это сложнее, чем кажется.

И Джо уже не сомневалась, что вскоре она поймет, до какой степени он прав.

* * *

На следующий день Джо сразу бросили в пучину дел. Она надела голубой фартук с тканым рисунком и завязала бант на спине. Едва она успела сунуть маленький блокнот и карандаш в передний карман, как открылась дверь и вошел первый посетитель.

– С виду ты вполне в своей тарелке. – Молли с улыбкой полюбовалась внучкой. – Начинай. Это Энд-жи. Она не кусается.

Джо снова почувствовала себя ребенком, которому страшно заговорить с незнакомым человеком. У нее гулко забилось сердце от осознания важности ее новой работы. А где же Дед? Определенно ему стоило бы быть в кафе, чтобы облегчить ей первый день.

Она подошла к Энджи, выбравшей место за столиком возле стены с меловой доской, на которой было написано меню.

Рядом с этой доской висела еще одна, с открытками со всего света, присланными местными жителями из отпуска. Джо помнила ее с давно прошедших времен. Ей всегда нравилось читать эти открытки, впитывая ту радость, которую они излучали.

– Доброе утро. – Приветствуя клиентку, Джо постаралась, чтобы ее голос звучал более жизнерадостно, чем она себя чувствовала. Она мысленно укорила себя. Это не должно быть так тяжело. Она каждый день разговаривала с детьми в школе, когда пыталась перекричать шум в классе и добиться того, чтобы ее услышали. В кафе определенно должно быть легче. Спроси, что хочет посетительница, принеси заказанное, возьми оплату и обменяйся несколькими фразами на общие темы. Насколько это могло быть сложно?

– Ну привет. – Энджи подняла глаза. Ее явно заинтересовало новое лицо в городе. Этим утром ледяной бриз гнал Джо по тротуару, когда она шла к кафе еще в темноте. Но седые волосы этой женщины были завиты очень круто, и вообще она выглядела так, словно погода ее ни капельки не беспокоила. – Не думаю, что мы раньше встречались. – Сняв перчатки и положив их на соседний стул рядом с пальто и шарфом, она протянула руку Джо. – Я Энджи.

Джо пожала ей руку.

– Приятно познакомиться. Я Джо, внучка Молли.

Энджи повернулась и крикнула Молли:

– Она действительно красавица, как ты и говорила.

Залившись румянцем, Джо спросила:

– Что я могу вам принести сегодня утром? Хотите послушать про наши фирменные блюда?

Энджи отмахнулась от этого предложения.

– Не нужно. Принеси мне, пожалуйста, чайник ромашкового чая и чайный кекс.

Джо не стала даже доставать блокнот и карандаш. И хотя ей пришлось запомнить всего лишь один заказ, это все равно вселило в нее уверенность.

– Сейчас принесу.

Молли все это время оставалась в кухне, позволяя Джо самой со всем справляться, но теперь она вышла.

– Отлично получилось. Ты справилась как профессионал.

– Спасибо.

Джо взяла маленький чайник, чашку и блюдце, подогрела чайный кекс, испеченный только этим утром, и поставила все на поднос.

– Ты быстро учишься, – оценила Молли, когда колокольчик на двери снова зазвенел. Она махнула рукой вошедшему мужчине и сказала:

– Это Марк, твой следующий посетитель. Позволь мне отнести поднос Энджи, ей нравится по утрам хорошенько потрепаться.

Джо знала, что Молли любит это не меньше. У ее бабушки и дедушки было хорошее деловое чутье, но они были еще и частью общины, им нравилось беседовать с посетителями. Она видела, что Молли в кафе в своей стихии. Джо даже представить не могла, чтобы они сидели в своем бунгало, не пересекаясь с другими людьми. Это просто был не их стиль.

Джо представилась Марку, запомнила его заказ, принесла заказанное, рассчиталась с ним. Если не считать мимолетных взглядов Молли в ее сторону и минимальной помощи с кассой, Ба держалась в тени, предоставив внучке возможность проявить себя. Это было утомительно, но при этом доставляло огромную радость. Душа у Джо пела, чего не случалось уже много лет. И это чувство позволило ей продержаться до закрытия.

После того как Молли перевернула табличку на «Закрыто», а ее внучка взяла тряпку, чтобы начать вытирать столики, у Джо наконец появился шанс спросить:

– А где сегодня Дед? Я думала, что он будет здесь с нами.

Ее вопрос как будто не понравился Молли. Та отвернулась, потом открыла кассу и начала пересчитывать деньги.

– Он решил, что стоит дать тебе возможность сделать сегодня столько, сколько ты сможешь, чтобы ты почувствовала это место.

Джо почти поверила этому объяснению, но все же с тряпкой в руке подошла к Молли.

– Ба, остановись на минуту. Есть что-то такое, о чем мне следовало бы знать?

Дед собирался поговорить с ней после такой долгой разлуки, но утром, когда они ушли, он еще спал. Джо думала, что он придет в кафе по крайней мере к ланчу и полюбуется тем, как она со всем справляется.

Молли сделала отметку на деньгах, которые успела пересчитать, а потом жестом указала на ближайший столик и выдвинула оба стула.

– Посиди минутку, день был долгий.

Джо села, как было сказано, и только в эту минуту она заметила, какой уставшей выглядела Ба. И не просто уставшей после рабочего дня, а совершенно выбившейся из сил. Накануне она хорошо держалась, да и в этот день не сдавалась, но, возможно, собственная усталость помогла Джо увидеть усталость бабушки.

– С Дедом все в порядке, – заверила ее Молли, похлопывая внучку по руке. – Но нам нужна не просто помощь в кафе, Джо. Необходимо, чтобы кто-то полностью взял его на себя, и чем раньше, тем лучше.

– Я почти догадалась об этом, когда ты мне позвонила. – Разумеется, они не собирались общаться с Сашей, их дочерью и матерью Джо. Насколько было известно Джо, они долгие годы обменивались только открытками на Рождество.

На лице Молли проступило облегчение.

– Нам не хотелось тебя тревожить, но мы стареем, и хотя я все еще никак не могу представить, что не буду приходить сюда каждый день, я знаю, что именно это нам с Артуром нужно. Мы не отходили от дел, потому что не могли представить, что это место перейдет в чужие руки. Я не уверена, что смогла бы убедить Артура отступиться, если бы ты не согласилась приехать сюда.

– Я вас понимаю, Ба. Вы сделали кафе таким, какое оно есть. Но если не считать усталости, с Дедом все в порядке?

– На прошлой неделе он упал. – Джо подалась поближе к бабушке. – Он всего лишь споткнулся. Но врач сказал, что ему нужно сбавить темп. Ты же знаешь Деда. Это все равно что попытаться остановить быка, увидевшего красную тряпку. Твой Дед не знает значения слова «отдых». Он сегодня дома только потому, что ты здесь.

Джо улыбнулась.

– Твое предложение пришлось как раз кстати. Меня просто нужно было немного подтолкнуть в нужном направлении.

– Ну что ж, я рада, что мы тебя подтолкнули. А теперь, если ты сможешь дотолкать меня до дома, я буду тебе чрезвычайно признательна.

– Не думаю, что у меня хватит сил, – хихикнула Джо. – Давай, Ба, закончим и пойдем домой. Сегодня ночью мы будем хорошо спать.

Когда они наконец закрыли кафе и направились к бунгало, ни темнота, ни холод не смогли уменьшить эйфорию, в которой пребывала Джо.

Потому что она была дома, у моря, там, где ей всегда хотелось быть. И на этот раз она смогла прийти на помощь.

* * *

Первые две недели после возвращения Джо в Солтхэйвен-он-Си пролетели так же быстро, как и первый день, соревнуясь в скорости с волнами, разбивавшимися о берег, которые были видны из окна кафе. Не то чтобы у Джо было много возможностей смотреть в окно на самую главную достопримечательность города – потрясающий вид на Ла-Манш и на изогнутую линию берега, казавшуюся бесконечной. С той самой минуты, когда Джо входила в кафе, и до той минуты, когда она из него уходила, каждый день проходил словно в тумане. Пока она работала, Молли делилась с ней информацией о завсегдатаях кафе. Казалось, кафе было местом встреч для большинства людей. Судя по всему, за эти годы два других кафе в городе закрылись. Вместо одного открыли ресторан, вместо другого – пекарню, поэтому кафе Молли и Артура стало пользоваться еще большей популярностью.

– Отнеси это, пожалуйста, на третий столик, – попросила Ба, поставив на поднос чашку капучино рядом с тарелкой с двумя песочными печеньями в глазури и стаканом свежевыжатого апельсинового сока. Понизив голос, она добавила:

– Мужчину зовут Бен, мальчика – Чарли.

Джо вздохнула.

– Мне никогда не запомнить все эти имена.

– Запомнишь со временем.

Джо взяла поднос, и, как и всех остальных посетителей, она уже скоро называла по именам мужчину и его сына. Она столько раз называла свое имя, что временами ей казалось, лучше будет повесить себе на шею табличку. Но вместе с тем Джо получала удовольствие от того, что знакомилась с людьми, приходившими в одно и то же кафе на протяжении долгих лет.

– Спасибо, еще увидимся, – попрощалась она с Питером и Винсом, братьями, зашедшими этим утром выпить крепкий капучино, после того как они проехали на велосипедах от пирса через центр Солтхэйвен-он-Си, потом в соседнюю деревню, к пабу на вершине холма, а потом обратно весь путь до кафе. Они рассказали Джо о своей любви к езде на велосипеде, о том, как Винс принял участие в велогонке Лондон – Брайтон и как жена Питера называла себя велосипедной вдовой, когда он исчезал на все выходные.

Молли познакомила Джо с Мелиссой, работавшей на местной почте. Они обе рассмеялись, сообразив, что когда-то учились в одном классе. Они поговорили о бывших одноклассниках, о том, что с ними стало. Выяснилось, что они разделяют и любовь к Шотландии, когда Мелисса призналась, что влюбилась в остров Скай после проведенного там отпуска.

– Я могла увидеть море только на пляже Портобелло, – объяснила Джо. – Там было очень красиво, и я сбегала туда так часто, как только могла, чтобы посмотреть на волны и побродить по песку.

– Что ж, здорово снова увидеть тебя здесь, – сказала Мелисса.

– Слушайте! Слушайте! – не удержался от восклицания Артур, проходивший мимо них с подносом с чашками.

Джо улыбнулась сначала ему, потом Мелиссе.

– Спасибо.

Она успела понять, что не обязательно жить в Солтхэйвен-он-Си очень долго, чтобы люди помогли тебе почувствовать себя его частью. Пусть она долго отсутствовала, но она уже чувствовала себя как дома.

Джо взяла у Мелиссы заказ и, прежде чем Молли успела взяться за дело, подошла к кофемашине.

– Позволь мне самой сварить кофе, – попросила она. – Мне необходимо научиться. И чем больше практики, тем лучше.

Молли неохотно отступила. За последние несколько дней они много об этом говорили: чтобы Джо смогла полностью взять на себя кафе, ей необходимо набираться опыта. Джо пыталась не паниковать при мысли о том, что вскоре сама станет управлять кафе. Если она будет думать об этом слишком много, она может отступить.

Она наполнила молочник до нужного уровня, почистила паровую трубку на кофемашине, поставила под нее молочник, опустив кончик трубки в жидкость, как ей показывали, и стала слушать уже знакомый свист пара, согревавшего молоко.

– Вот так, – одобрила Молли, которой очень хотелось, чтобы посетители ее кафе получили «правильные» напитки. – Теперь поверни колесико, – напомнила она Джо, когда молоко достигло желаемой температуры.

Джо выполнила остальные шаги, вспомнив большинство из них без помощи Молли или Артура. Наблюдать за тем, как ее дед и бабушка управляются с кофемашиной и выполняют необходимые движения несколько раз в день с таким мастерством, было сродни наблюдению за тщательно отрепетированным балетным номером. Эти движения Джо еще только осваивала, но ей казалось, что едва ли она сможет достичь такого совершенства.

– Вскоре ты будешь пользоваться кофемашиной автоматически, – подбодрила внучку Молли, как будто прочитав ее мысли.

– Спасибо, Ба.

Артур присоединился к ним, пробив очередной заказ на кассе, на этот раз для Эдди, учителя местной школы, который питал такую страсть к своей работе, какой никогда не испытывала Джо. Поговорив с Эдди, она быстро поняла, что поступила правильно, уйдя из школы и вернувшись обратно в Солтхэйвен.

– Знаешь, – заговорил Артур, рассматривая кофе, который только что сварила Джо, – на мой взгляд, это идеальный капучино. – Он подмигнул жене. – Пожалуй, мы нашли подходящего человека, который сможет продолжить наш бизнес. Что скажешь?

Молли искоса посмотрела на мужа, и на мгновение Джо попала под магию их любви. Они были женаты более пятидесяти лет, вместе жили еще дольше. Но от их взглядов друг на друга десятилетия исчезали, как будто они все еще были подростками, которые когда-то встретились на этом самом пирсе. Джо очень хотелось когда-нибудь испытать нечто подобное, такое же мощное, особенное и долговечное, но она уже начинала думать, что с ней этого никогда не произойдет.

– Давай, Джо, – поторопила ее Молли. – Не заставляй Мелиссу ждать слишком долго.

Джо с улыбкой взяла себя в руки и отнесла капучино Мелиссе. Та поблагодарила и углубилась в журнал. Джо вытерла столики, ближайшие к двери. Артур болтал с Эдди, а Молли смеялась над тем, что ей рассказывал другой посетитель. Джо забыла его имя, но знала, что вскоре она добавит его к уже достаточно длинному списку, который она хранила в своей памяти. Бен и Чарли допили свои напитки, а мальчик так и не снял красное пальтишко, с которым он явно не желал расставаться. Джо оглядела кафе, гадая, приходят ли сюда люди не только ради еды и питья, но и ради уютной атмосферы. Мигающие огоньки гирлянд протянулись вдоль окон от одного угла рамы до другого, освещая неяркий день. В зале было восемь столиков, каждый с четырьмя крепкими стульями. Деревянные подоконники-диваны расположились под окнами по обе стороны от двери. На них лежали подушки, позволявшие посетителям откинуться на них, смотреть на море или наблюдать за людьми.

Когда Джо вернулась в кухню, Артур присоединился к ней и спросил:

– Устала, дорогая?

– Это мне следовало бы спросить тебя об этом.

Дед посмотрел на нее, и она призналась:

– Я совершенно без сил. Я больше чем вполовину моложе вас, и, глядя на вас, мне становится стыдно, – со смешком добавила Джо.

– Это все морской воздух. – Дед улыбнулся. Он все еще испытывал страсть к этому городу, этому кафе, и его страсть зажгла решимость Джо сделать все, что было в ее силах, чтобы помочь. С тех пор как Ба упомянула о том, что врач посоветовал Деду сбавить скорость, Джо замечала его усталость. И больше всего на свете ей хотелось, чтобы у Молли и Артура была идиллическая жизнь после выхода на пенсию и они оставили все тревоги позади.

– Когда мы только открыли это кафе, мы подавали растворимый кофе, – заметил Артур. – Это было намного легче.

– Еще бы! Мне все еще кажется, что мои попытки научиться управлять этой штукой сродни освоению космического корабля. – Джо жестом указала на кофемашину, которая выглядела теперь намного дружелюбнее, чем несколько недель назад. Но порой Джо никак не удавалось с ней справиться.

– Зато она варит отличный кофе. – Артур и его внучка улыбнулись друг другу.

Она обняла его за плечи и нежно сжала их.

– Я рада, что вы попросили меня вернуться в Солтхэйвен.

Джо не так давно уехала из Эдинбурга, но она пока не испытывала ни малейшего сожаления по этому поводу. Да она почему-то и не думала, что будет жалеть. Единственное, чего ей не хватало, так это прогулок вдоль берега моря. Пока что она проводила все время в кафе, желая максимально быстро впихнуть как можно больше информации и знаний в свой мозг. Но, по крайней мере, теперь она могла видеть море. Она знала, что море рядом, оно ждет ее каждое утро, надежное, как восход солнца.

Джо увидела, что Молли разговаривает с девушкой, вошедшей в кафе. Она услышала, что посетительницу зовут Джесс. Одетая в костюм для бега со специальным согревающим съемным воротником и со свисающими наушниками, девушка выглядела как еще одна постоянная посетительница, и Джо вдруг пожалела о том, что уехала когда-то из Солтхэйвена, города, в котором жители так тесно общаются. У нее появились друзья в Шотландии, группа людей, с которыми она ходила в паб после работы, но там все было совершенно иначе. Там не было возможности ходить по маленьким улочкам и гарантированно знать по крайней мере половину встретившихся на пути людей. И Джо этого не хватало.

Она постепенно узнавала тех, кто бывал в кафе. Молли и Артур старались познакомить ее со всеми, подробно описывали каждого посетителя. Но она видела, как ее ровесники процветают, как они устроены в жизни, и это только напоминало о том, что она сама находилась на перепутье.

Голова Джо гудела от деталей, и к концу рабочего дня она готова была рухнуть в постель. Она даже начала задумываться о том, будут ли у нее когда-нибудь снова долгие ленивые вечера. Даже после того, как кафе закрывало свои двери для посетителей, оставалось еще очень много работы. Выручку за день следовало подсчитать и убрать в сейф, остатки еды – выбросить, ингредиенты – упаковать для следующего дня, стойку и столики – вытереть, пол – вымыть, а все зеркальные поверхности натереть до блеска. До того телефонного звонка Молли и Артур ни разу не опустили планку в своем бизнесе, и теперь она не могла их подвести. Ей хотелось, чтобы дедушка и бабушка гордились ею не меньше, чем она гордилась ими. Бизнес процветал, и им будет трудно его отпустить, как ребенка, которого они пестовали все эти годы, поэтому Джо была готова на все что угодно, только бы сделать этот процесс наименее болезненным.

Молли вздохнула, уперев руки в бедра.

– Брось, Джо, давай посидим немного. Ты это заслужила. Артур заканчивает в кухне, поэтому мы можем побаловать себя отдыхом перед тем, как нам всем вместе придется идти вверх по холму в леденящем холоде.

Джо указала на подоконники-диваны.

– Давай посидим там и посмотрим на море.

Молли села и подложила за спину подушку с отделкой из красных кружев и вышитой малиновкой. Она сложила пальцы и приложила к глазам, словно бинокль.

– Мы ничего не увидим, там слишком темно.

Джо в фартуке поверх черной сорочки на пуговицах сверху донизу и джинсов прижалась спиной к бархатной подушке цвета имбирного пряника.

– Ты права, но я слышу волны, и этого достаточно.

– Приятный звук. – Молли закрыла глаза. – Успокаивающий.

– Я никогда не думала, что буду так рада возможности посидеть.

– Ты молодая, ты к этому привыкнешь. – Молли открыла глаза и улыбнулась.

– Я думала, что подготовлена лучше.

– В каком смысле?

– Преподавание – это тяжелый труд. У меня в классе было двадцать восемь детей. Возраст – восемь-девять лет. Я считала, что они держали меня в напряжении, но сейчас все совершенно иначе. В хорошем смысле, – добавила Джо, потому что так и было на самом деле.

Они смотрели в темноту. Сияли фонари вдоль изогнутого берега бухты, где расположился город. Джо была так занята в кафе, что даже не сходила в центр Солтхэйвен-он-Си с его необычными пабами и мощенными булыжником улицами, на которых, как она надеялась, все еще стояли книжный магазин, галантерея и магазин сладостей, где она тратила свои карманные деньги, когда была маленькой.

– Так все же как ты себя чувствуешь? – спросила Молли. Артур закрыл ставни на соседнем окне, но их окно закрывать не стал. – Здесь, я хотела сказать.

– Не беспокойся. Я не собираюсь отсюда уезжать. – Судя по лицу бабушки, она не особенно поверила, и Джо добавила: – Я отказалась от комнаты, возвращаться мне некуда. И потом, моя верная старушка уже не доедет до Шотландии. Думаю, машина запротестует, вздумай я только такое предложить.

– Твоей машине необходим апгрейд.

– Ни в коем случае. – Джо улыбнулась. – Она старая, но хорошая.

– Именно так я всегда говорю о Молли, – шепнул на ухо Джо проходивший мимо Артур.

Молли выглядела настолько оскорбленной, что Артур немедленно исправился: остановился, обнял ее и поцеловал в губы, заставив жену залиться румянцем.

– Прости своего Деда, – Молли произнесла эти слова достаточно громко, чтобы ее услышал Артур, искавший что-то в одном из шкафчиков. – Ему придется научиться себя вести теперь, когда нас стало трое.

Джо нравилось наблюдать за ними, когда они были вместе. Ей это никогда не надоедало. Все эти моменты нежности между ними, их разговоры, когда они понимали друг друга с полуслова.

– Что он там делает? – спросила она, когда Дед не появился. Может быть, он наконец решил привести в порядок бумаги, касающиеся кафе. Джо видела какие-то документы в ящиках. Другие лежали в папках и хранились в бунгало. Еще больше бумаг было в кухонном шкафчике. Счета находились в полнейшем беспорядке, и Джо понимала, что ей придется заниматься еще и этим, но такая перспектива совсем не радовала.

– Понятия не имею. – Молли пожала плечами и снова вернулась к переезду Джо. – Ты приехала как раз вовремя. Вот почему мы озвучили свое предложение сейчас, а не в разгар лета.

Джо ахнула.

– Я бы ни за что не справилась с летней лихорадкой. Одна мысль об этом вызывает у меня панику.

– Ты отлично со всем справишься, но в это время года мы смогли отправить тебя в самостоятельное плавание так, чтобы это не стало для тебя шоком. Летом у нас не только завсегдатаи, но еще и туристы, так что здесь становится немного беспокойно.

– А в это время года всегда так спокойно?

– Да. Народ приезжает сюда на рождественский заплыв и на конец школьных каникул. В январе посетителей обычно немного. Так продолжается до весны, пока все за пределами города впадают в спячку и ждут солнечных дней. Но нам нравятся и пики, и затишья. Это позволяет нам перезарядить батарейки, прежде чем все опять закрутится.

– А как насчет тематических вечеров, которые вы когда-то устраивали?

– Да мы их проводили не так уж много раз. Мы составляем особенное меню вечером перед Ночью фейерверков, когда люди собираются на пирсе, чтобы посмотреть на фейерверк, который запускают в полях на окраине города. Отсюда вид еще красивее, чем вблизи, потому что огни отражаются в воде.

– Мне не терпится посмотреть. – Джо улыбнулась.

– Мы пытаемся что-нибудь придумать на Майский праздник, иногда на Пасху, включаем в меню новые шоколадные десерты.

Артур нашел то, что искал.

– Я знал, что это где-то здесь.

Молли надела очки, когда он подошел к ним.

– Что это у тебя? – Она присмотрелась. – Это то, о чем я подумала? – На лице Молли появилась широкая улыбка, и она прикрыла руками рот от удивления.

Артур улыбнулся ей в ответ, и Джо захотелось узнать, что происходит.

– Ты выиграл его в аппарате с жевательной резинкой?

Дед кивнул.

– Именно так. – Большим и указательным пальцами он держал пластмассовое колечко с золотым цветком и голубой бусиной в середине.

– Ба, ты в порядке? – Джо увидела, как глаза бабушки наполнились слезами. Она не сводила глаз с мужа.

– Молли становится сентиментальной, – объяснил Артур, хотя Джо видела, что он испытывает те же чувства. – Видишь ли, мы думали, что потеряли его, ее помолвочное кольцо.

Джо хихикнула было, но тут же остановилась.

– Вы серьезно? – Она вгляделась в то, что поначалу приняла за простой кусок пластмассы, обыкновенный мусор.

Артур втиснулся между ними и сел на подоконник-диван, ближе к Молли, чем к Джо, их тела соприкасались, пока они рассматривали кольцо.

– Я нашел его, когда наводил порядок в спальне для Джо, – объяснил он жене. – Кольцо оказалось в старом клубке шерсти, в том мешке для вязания, который ты затолкала в глубину гардероба.

– Я теперь вспоминаю. – Молли взяла кольцо. – Я положила его в ящик с шерстью, чтобы не потерять, когда мы жили в том доме. А при переезде я взяла всю шерсть, выкройки и спицы, но кольца так и не нашла. Должно быть, нитки так запутались, что никакие поиски не помогли бы.

– Оно спряталось в бежевой шерсти. Я нашел кольцо только потому, что утром умудрился уронить этот мешок. Все вывалилось на пол, и я вдруг увидел что-то голубое. Я решил подождать, пока кафе закроется, чтобы сказать тебе.

Молли сжала его колено.

– Я так рада, что ты его нашел. Ты замечательный, замечательный мужчина. – Она сжала лицо мужа ладонями и с чувством поцеловала его. Джо почувствовала себя лишней, но Артур повернулся к ней.

– Вот с этим кольцом я сделал предложение Молли.

– Почему я никогда не слышала эту историю? – спросила Джо и протянула руку, чтобы взять кольцо.

– Я уверена, что рассказывала ее тебе, – сказала Молли, – когда ты была совсем маленькой.

– Нет, я бы помнила.

– Должно быть, я рассказывала ее твоей маме. – Молли взяла у нее кольцо, как будто ей не хотелось расставаться с ним слишком надолго.

– Расскажи сейчас, мне хочется ее услышать, – попросила Джо и пересела на низкий деревянный столик напротив подоконника-дивана, чтобы видеть их обоих.

– Ты рассказывай, – попросила Молли мужа, и в ее глазах светилась любовь.

Артур взял жену за руку.

– Это был День святого Валентина в 1964 году. Было жутко холодно, ветер завывал, поэтому многие люди проявили благоразумие и остались дома у огня.

Молли не удержалась, потому что столько лет они заканчивали фразы друг за друга.

– И я тоже хотела остаться дома, но в мою дверь постучался Артур и настоял на том, чтобы мы отправились на прогулку.

Артур продолжил:

– Мы впервые встретились в кафе-мороженом на пирсе, за год до того вечера, о котором я собираюсь тебе рассказать. Я увидел, как Молли уронила свое мороженое. Она выглядела такой расстроенной, поэтому я купил ей другое и попросил разрешения отвести ее на танцы.

– Мне он показался таким красивым. – Молли просияла. – Он стоил того, чтобы рискнуть.

– И после этого мы каждый вечер гуляли по пирсу, – продолжал Артур. – Иногда мы ели рыбу и жареную картошку, иногда лакомились мороженым. Мы смотрели на волны и любовались морем. Это был идеальный способ закончить день, подышать соленым морским воздухом и вспомнить о том, как нам повезло, что мы нашли друг друга.

С губ Молли сорвался смешок.

– Но в тот вечер мне очень хотелось остаться у огня.

Артур захохотал: смех зародился в животе, поднялся вверх по его телу и разнесся по кафе.

– Ты бы видела, как она надулась, Джо, когда я не принял ее отказ.

– Он сам надел на меня пальто и буквально вытащил за дверь.

– Я сделал это, – подтвердил Артур, – но дело того стоило.

Джо заметила, какими взглядами они обменялись. Они состарились, поседели, но пламя той любви, которую они когда-то нашли, до сих пор неугасимо пылало между ними.

– Что же было дальше? Продолжай, Дед, не томи.

– Я повел твою Ба на прогулку. Пошел косой дождь, и мы промокли. Поэтому я взял Молли за руку и побежал по пирсу вот к этому самому кафе. Она пыталась удержать меня, говорила, что море слишком бурное, волны могут захлестнуть пирс и это опасно. Я обнял ее и сказал, что никогда не допущу, чтобы с ней что-нибудь случилось. Я заставил ее посмотреть на это здание. – Артур взглянул на наклонную крышу над головой, как будто для того, чтобы она напомнила ему тот вечер. – В те времена это место было заброшенным, полуразрушенным. Когда-то тут подавали чай и, возможно, хот-доги или еще какой-то фастфуд, но у меня был свой взгляд на кафе. Я был не семи пядей во лбу, но всегда знал, что смогу обеспечить семью, и я мечтал иметь собственный бизнес. В тот самый вечер я хотел поговорить с Молли, но надвигалась буря, и я вдруг почувствовал, что действовать надо немедленно. И я опустился на одно колено.

Джо ахнула и прижала ладони к губам. А Дед продолжал:

– Я сказал Молли, что хочу задать ей один вопрос.

Ба продолжила:

– Он спросил: «Ты выйдешь за меня замуж?» И я не могла не улыбнуться. Но потом я сообразила, что у него нет кольца. Я ответила, что он не может делать девушке предложение, не имея того, чем можно скрепить договор.

Очарованная Джо спросила:

– И что случилось потом?

– Артур повернулся к кафе, все еще стоя на одном колене, и сказал: «Мне не по карману то и другое, но я предлагаю нам жить вместе, Молли, и я внес залог за это кафе. Я хочу открыть кафе. Это для нас, это шанс для нас с тобой построить бизнес». У него был такой вид, как будто он может взорваться в ожидании моего ответа.

Снова заговорил Артур, и Джо надеялась когда-нибудь найти то единодушие, которое царило между ними.

– Молли сказала, что не сможет надеть кафе на палец, оно слишком велико для нее. – Он засмеялся, вспомнив об этом. – И тогда я повел ее к автомату с жевательной резинкой, который тогда был наполнен кольцами, а не сладостями. Я нашарил в карманах нужную монету, сунул ее в прорезь, повернул серебристую ручку, и на поднос упало вот это кольцо. – Все трое посмотрели на кольцо. – Я пообещал, что обязательно куплю настоящее кольцо, если она согласится всегда быть со мной рядом.

– А все остальное, как говорится, уже история. – Молли с любовью посмотрела на настоящее золотое кольцо с цветком и сапфиром в центре, изящное украшение, которое она теперь носила на безымянном пальце.

Ветер забарабанил в окна кафе.

– Не могу поверить, что я никогда не слышала эту историю, – сказала Джо.

– Ну, твоя мама совсем не романтик, я знаю, да и мы с годами стали настолько заняты, что забывали мелочи. Это так легко после стольких лет, прожитых вместе. А когда мы решили, что потеряли это пластмассовое колечко, то, думаю, мы были слишком увлечены делом. Многое произошло после того Дня святого Валентина в 1964 году.

– Всё, девочки. – Артур встал, вытащил связку ключей, выключил гирлянды на окнах и закрыл остальные ставни. – Пора домой, выпьем горячего шоколада, может быть, даже с зефиром. Думаю, в шкафчике еще остался.

– Отличная идея, – сказала Джо, вытаскивая пальто из шкафа рядом с кухней, где оно висело на крючке. – Если только варить шоколад буду не я.

* * *

После того вечернего разговора с бабушкой и дедом в кафе, когда Джо услышала историю о том, как Артур и Молли познакомились, начали встречаться, обручились и обзавелись собственным бизнесом, у нее появилось чуть больше времени. Наступил февраль, посетителей стало меньше, как ей и обещали, да и Джо начала привыкать и уже не падала в постель, едва придя домой.

Как только кафе опустело, небо стало серым и темнота окутала пирс, Джо попросила деда и бабушку уделить ей немного времени. Последние несколько дней она обдумывала одну идею и хотела с ними поделиться.

– Когда мы говорили о тематических вечерах, мне пришла в голову мысль, – начала она, – и если вы не возражаете, мне бы хотелось предложить новую традицию.

– Я весь внимание, – сказал Артур, но его отвлек вошедший посетитель, заказавший чашку чая «Эрл Грей» и кусок сладкой овсяной лепешки.

– Я тоже, – поддержала его Молли. Она говорила негромко, потому что они уже были не одни. – У нас последнее время плоховато с вдохновением, но у тебя достаточно энергии справиться с чем угодно. – Она только что не подпрыгивала на стуле. – Давай, рассказывай, я хочу это услышать.

Приближался День святого Валентина, Джо предстояло снова встречать его одной, но она перестала себя жалеть. Ей повезло. У нее была семья, а это большой плюс. У нее сложились отличные отношения с бабушкой и дедом и к тому же появилось новое предприятие, на которое можно было направить свой энтузиазм. Но в свои самые одинокие дни Джо часто задумывалась о том, сколько людей нуждаются в компании или в том, чтобы в их жизнь вошло нечто новое и интересное. Она решила предложить то, что многие жители города могли бы оценить.

– Я предлагаю феерию в День святого Валентина.

– Звучит интересно. – Молли слушала очень внимательно, как бывало всегда, когда дело касалось ее внучки. Джо надеялась, что Ба увидит в этом реальную перспективу для бизнеса, а не просто пойдет навстречу родственнице.

– Мне бы хотелось устроить тематический вечер, особый «Вечер любви в «Кафе в конце пирса». – Джо произнесла название мероприятия, одновременно водя в воздухе рукой, как самолет рисует узор в небе. – И это будет вечер и для пар, и для одиночек, мы объединим любовь и дружбу.

Молли махнула рукой Артуру и одними губами попросила принести две кружки кофе. Тот сварил кофе и принес им, пока они обсуждали вечер в деталях.

– А ты думаешь, одинокие люди тоже придут?

– Я на это надеюсь, потому что мне кажется важным пригласить и их. Мы не хотим никого исключать, – с энтузиазмом продолжала Джо. – У нас уже есть гирлянды на окнах, но я бы добавила еще. Я бы поставила свечи на каждый столик, красные и белые цветы в центре, может быть, разбросала бы лепестки роз на белой скатерти. Я бы составила уникальное меню с учетом наших кулинарных возможностей, – добавила она, пока Молли не потерялась в ее идеях. Джо хотелось до конца изложить свое предложение, выложить все сразу, а потом спросить, что думает по этому поводу бабушка. – Мы могли бы предложить канапе, или еду в стиле тапас, или что-то горячее, например твою тушенную на медленном огне говядину по-бургундски, или суп с креветками, который так вкусно готовит Дед. Или сырное фондю. Мы могли бы даже добавить закуску или мидии, запеченные с пармезаном, которые я умею готовить, или устрицы с беконом и кетчупом «Килпатрик», которые ты так любишь.

– Не уверена, что кафе готово к афродизиакам. – Увидев, что улыбка Джо увяла, Молли придвинулась ближе и сжала ее руку. – Но идея мне нравится.

– Ты просто так это говоришь?

– Я слишком стара для этого и слишком увлечена бизнесом, чтобы позволить тебе делать то, что я не считаю хорошей идеей.

Артур обслужил еще двоих посетителей. Джо слышала, как он назвал их Джерри и Скоттом. Они сели на подоконник-диван в другом конце кафе. Дед отнес им кофе и присоединился к Молли и Джо.

– Артур, сядь, – скомандовала Молли. – Я тебя заменю, а ты послушай, что придумала твоя внучка. – Она одновременно похлопала их обоих по плечам. – Думаю, у нас все получится.

* * *

Получив благословение Молли и Артура, Джо принялась за осуществление своих планов, и следующие несколько дней она носилась по городу, закупая все необходимое. Она доехала до ближайшего магазина Dunelm, чтобы приобрести дополнительные аксессуары, и заглянула в цветочный магазин, чтобы заказать цветы и розовые лепестки для украшения кафе. В супермаркете Джо закупила продукты, заполнив ими холодильник и морозильник. Остальное она заказала у постоянного поставщика фруктов и овощей, чье имя она надеялась когда-нибудь запомнить. В тот момент у нее было такое ощущение, словно ее мозг больше не может воспринимать информацию.

До Дня святого Валентина оставалось совсем немного времени, и Джо никогда еще не чувствовала такого воодушевления. Один из знакомых Артура напечатал рекламные листовки, и они раздали их обитателям города, и посетителям кафе, и тем, кто приходил на пирс, и местным бизнесменам, и даже опустили их в почтовые ящики горожан. У входа в кафе они поставили уличный меловой штендер с объявлением. Джо украсила его красными сердечками и написала крупными буквами «Вечер любви в «Кафе в конце пирса». Она дважды обвела надпись, чтобы буквы выделялись. Штендер она к тому же украсила гирляндой, добавив гирлянды и внутри кафе – спереди на стойке и вдоль дальней стены.

– Я не перестаралась? – спросила она Молли, когда та закончила обслуживать Энджи, готовую поболтать намного дольше обычного, и подошла к внучке, когда та заканчивала прикреплять гирлянду к стене. – Это последняя.

Молли огляделась.

– Очень романтично, я должна отдать тебе должное.

Когда последний посетитель ушел, Артур скотчем приклеил лист бумаги на дверь. На нем было написано, что кафе будет закрыто в течение часа для подготовки к празднику. Затем они закрыли дверь и ставни от ледяного ветра, свойственного скорее Эдинбургу, чем тихому прибрежному городу на юге, и принялись за работу.

– Артур, начинай готовить еду, – сказала Молли. – Прости, Джо, я ведь не беру на себя слишком много, нет?

– Командуй. Это мое первое мероприятие, и мне потребуется ваша помощь.

Бабушка отправилась в кухню, чтобы обсудить меню с Артуром. Они решили обойтись канапе и лепешками-тапас, чтобы легче было готовить и обслуживать. К тому же они сошлись на том, что делиться едой – это в духе темы вечера. Джо вытащила из шкафчика льняные скатерти. Накануне она их отгладила, пока смотрела, как Мег Райан и Том Хэнкс влюбляются друг в друга благодаря книгам и письмам. Ей бы хотелось, чтобы ее жизнь была такой простой.

Затем пришла очередь красных салфеток под тарелки, которые Джо купила на распродаже днем раньше, и розовых лепестков. Она положила немного на каждый столик. Этого было достаточно, чтобы придать сервировке классический романтический вид, но не слишком много, чтобы посетители не подумали, будто они оказались в самодельном саду. Пришло время и для белых льняных салфеток в серебряных кольцах, которые Джо положила у каждого прибора. В центр каждого столика она поставила свечу в стеклянной банке.

Огромная композиция из красных роз в высокой вазе разместилась в дальнем конце зала, а композиция поменьше заняла место возле стойки. Как только все было готово, Джо приглушила свет в кафе. До начала вечера был еще час, и для подготовки угощения оставалось достаточно времени. Когда Джо присоединилась к Артуру и Молли в кухне, они вовсю занимались делом. Устрицы были уже вымыты и готовы к подаче, поэтому Джо порезала бекон для украшения. Она поставила ворчестерский соус и каменную соль для «подушки» под устрицы так, чтобы они были под рукой. Джо почистила мелкий картофель и отправила его в духовку, чтобы потом фаршировать его сметаной и шнитт-луком, затем нарезала на крошечные порции брауни и чизкейки с малиной, которые они с Молли приготовили заранее. Занимаясь готовкой, Джо чувствовала, как у нее все бурлит внутри от предвкушения вечера.

От раската грома Артур подпрыгнул на месте. Он прижал руку к сердцу, а потом продолжил натирать чесноком внутреннюю поверхность кастрюли.

Джо заглянула ему через плечо.

– Это для фондю?

– Да. Я положу грюйер, эмменталь и чеддер плюс щедрую порцию вина.

– Разумеется. – Джо широко улыбнулась. – Мы могли бы поставить на столики несколько настоящих наборов для фондю с огнем. Посетителям это бы понравилось.

– Уверен в этом. Знаешь, Хильда Дженкинс, которая работает в магазине игрушек, родом из Швейцарии. Она сумеет отличить настоящее фондю, когда она его увидит. – Артур отмерил щедрую порцию вина и сказал:

– У тебя хорошая голова на плечах, Джо. Я горжусь тем, как ты занялась бизнесом.

Она нежно поцеловала его в щеку.

– И я буду всегда благодарна тебе за то, что ты меня об этом попросил. Ты изменил мою жизнь.

Дед и внучка посмотрели друг на друга, и Артур сказал:

– Иди-ка отсюда, пока я не добавил в фондю слезы вместе с вином. Не думаю, что Хильде понравится новый ингредиент.

Джо улыбнулась. Она не стала резать хлеб. Ей хотелось, чтобы он оставался свежим и красивым, когда его наломают кусочками, готовыми для того, чтобы их обмакивали в сырную смесь. Она надеялась, что кто-нибудь обязательно закажет фондю. Что может быть более романтичным и успокаивающим, чем фондю холодным вечером Дня святого Валентина?

Когда вспышка молнии осветила все кафе, отчего свет в кухне показался более тусклым, Джо посмотрела на бабушку.

– Надеюсь, хотя бы кто-то придет к нам сегодня вечером.

– Глупости. Придет целая толпа. – Молли вытащила спринг-роллы, которые приготовила заранее, и рядами разложила их на противне, чтобы потом отправить в духовку. – У нас был отличный маркетинг, горожане любят это место. Так, а где клубника?

Джо нравилось то, как они все приготовили.

– Вот здесь. – Она достала с полки миску, прикрытую кухонным полотенцем. – Я ее уже помыла, чтобы потом наколоть на шпажки, если ты наломаешь шоколад в другую стеклянную миску, чтобы потом его расплавить.

– Окей, босс.

– Я перегнула палку? – Джо застыла, ей не хотелось никого обидеть.

– Ничего подобного, ты для этого здесь и находишься, – сказал Артур, не оборачиваясь.

Молния снова и снова освещала кафе, раскаты грома не позволяли им расслышать друг друга. Они закончили подготовку, и Джо, сделав глубокий вдох, снова подняла жалюзи и отперла дверь. Придерживая дверь одной рукой, чтобы ее не распахнул ветер, другой рукой она сорвала листок со стекла, давая знать посетителям, что они готовы к вечеру, который она так тщательно спланировала.

Полчаса спустя Молли, Артур и Джо все еще стояли, опершись на стойку в ожидании посетителей. Джо посмотрела на часы.

– Мы приглашали всех к семи часам, верно?

Молли вздохнула.

– Да. Они придут.

От нового раската грома Джо подскочила. Она почувствовала, как ей на плечо легла рука, и вдруг слезы навернулись ей на глаза. Она подумала, что вот-вот заплачет.

– Ты хорошо все придумала. Романтический вечер в кафе, которое любят горожане…

– Все дело в грозе, а не в тебе, – проворчал Артур. Он как будто сердился на погоду, на то, что никто из них не мог контролировать. Дед подошел к входной двери, как будто приказывая людям не огорчать его внучку.

– Хотя бы один, – услышала она его слова.

Артур был прав. Хотя бы один человек или одна пара – и то было бы лучше, чем пустой зал.

Прошел еще час. Было уже больше восьми часов. Джо привалилась к стойке, Дед буквально приклеился к входной двери, не отрывая глаз от темноты пирса в надежде, что кто-то появится. Даже если бы люди направлялись не в кафе, Джо вполне могла представить, как он втаскивает их внутрь и приказывает сесть. Он всегда заботился о ней, да и Молли тоже. Джо видела, как та занялась каким-то делом, чтобы внучка не видела, насколько она за нее переживает.

Когда слеза все же рискнула скатиться по ее щеке, у Джо появилось ощущение, будто каждая молния была толстой стрелой, направленной на нее и словно говорившей: вот она, одинокая девушка, пытается воплотить в жизнь мечту о жизни, которая никогда не станет правдой. Но когда вторая слезинка догнала первую, Джо решила переломить ситуацию.

– Садитесь, – скомандовала она.

– Прошу прощения? – Молли, перекладывавшая лепестки роз на низком столике перед подоконником-диваном с подушками, замерла. Им незачем было суетиться, да и делать особо было нечего.

– Садитесь, оба. Выбирайте столик. – Джо шмыгнула носом и сделала глубокий вдох.

– Что ты придумала? – спросил Артур, наконец оставивший свой пост у двери и повернувшийся к ним.

– Когда вы в последний раз отмечали День святого Валентина? – поинтересовалась Джо.

Молли задумалась.

– Зачем нам это? Мы слишком старые.

– Глупости, ничуть вы не старые. У нас столько вкусной еды, у вас появилась помощница в кафе, которое вы подняли с нуля. Сегодня вечером, Молли и Артур, у вас будет День святого Валентина, который вы запомните. Вспомните 1964 год, тот день, когда ваша жизнь обрела новый смысл с этим кафе. – Джо улыбнулась, чувствуя, как теплеет у нее на сердце. Не было привычной жалости к себе. Это был бескорыстный хороший поступок, которым она хотела насладиться. – А теперь выбирайте столик.

Молли кокетливо хихикнула, уже наслаждаясь происходящим. Она подошла к столику в дальнем углу зала и села. Джо прошептала что-то на ухо Артуру. Тот прошептал ответ ей на ухо, и тогда Джо прошла в кухню и вытащила смартфон из кармана его куртки. Она перелистала страницы, пока не нашла то, что искала, затем вернулась в кафе и положила телефон на док-станцию.

Молли улыбнулась ей, и Джо увидела, как она произнесла одними губами:

– Спасибо, Джо.

Фоном звучала спокойная музыка, Close to You, She Loves You и многие другие мелодии, которым Джо могла подпевать, хотя и не сумела бы назвать исполнителя. Она ушла в кухню и продолжила готовить: растопила сыр с вином для фондю, порезала хлеб на кубики, выложила все на поднос и отнесла своим «гостям». Джо знала, что Артур очень любит фондю, и могла легко представить, как они будут смотреть друг на друга, накалывая хлеб на шпажки и окуная его в расплавленную сырную смесь.

– Присоединяйся к нам, Джо, – предложила Молли.

– Нет, это ваш вечер. Я здесь как официантка и как шеф-повар, и все. – Она подняла руку. – И никакие возражения не принимаются.

Но что, если она могла бы сделать больше?

В порыве вдохновения Джо прикрыла дверь кухни, включила свет и схватила блокнот. Его держали под рукой Ба и Дед, чтобы записывать те продукты, которые необходимо было купить. Усевшись на стул возле плиты, она время от времени поглядывала в щель двери на Молли и Артура. Их ничто не могло бы отвлечь друг от друга, даже вспышки молний, освещавшие кафе. Под стук дождя по крыше Джо принялась записывать.

Потому что у нее был план для этого кафе. Молли и Артур дали ей так много, что Джо захотелось тоже дать что-то городу, возможно, даже капельку волшебства.

И она знала идеальный способ сделать это.

Весна

Глава первая

Пришла весна, дни стали длиннее, и по дороге в «Кафе в конце пирса» Джо вдыхала тонкий сладкий аромат фиалок и горьковатый запах желтых нарциссов с клумб, отделявших пешеходную дорожку на холме от утеса, резко уходившего вниз к берегу. С моря дул бриз, поэтому было прохладно, но пока солнечные утренние часы оставались лишь слабым подобием того, чего следовало ожидать, когда станет еще теплее и появятся толпы туристов.

Был самый конец апреля. Джо прожила в Солтхэйвен-он-Си почти четыре месяца, и время пролетело незаметно. Она оставила работу школьной учительницы, чтобы вернуться в город, в котором выросла. Теперь Джо полный день работала в кафе своих бабушки и деда, снимала собственную квартиру в шаге от городских магазинчиков и своеобразного паба, в котором одинаково приветливо встречали и местных жителей, и приезжих. Ба и Дед никогда не уезжали из этого города, и Джо могла понять почему. Они всегда были неотъемлемой частью городской общины, и горожане не раз приходили им на помощь в трудные времена.

Возвращаясь мыслями к Дню святого Валентина, когда она начала планировать в «Кафе в конце пирса» нечто совершенно новое, Джо не могла дождаться момента запуска идеи в жизнь. Потому что больше всего на свете ей хотелось порадовать тех замечательных людей, которые всегда были рядом с ее бабушкой и дедом, словно одна большая семья, всегда готовая широко распахнуть объятия. Хотя Джо некоторое время жила в Эдинбурге, она столько слышала об этих людях от Молли и Артура, что ей казалось, будто она уже знакома со всеми ними. Когда кафе несколько лет назад было ограблено, весь город налаживал их дела и следил, чтобы Молли и Артур были в безопасности. Судя по всему, они установили дежурства, целый день по очереди проверяя, как идут дела. После ограбления старики нервничали, и потребовалось некоторое время, чтобы к ним вернулась прежняя уверенность. И она вернулась – благодаря жителям города.

Позапрошлой зимой снега было больше обычного – такое редко бывает на южном побережье, – поэтому Молли и Артуру пришлось закрыть кафе. Они просто-напросто не могли даже спуститься с холма. Маленький Тоби Сикомб, отцу которого принадлежал местный газетный киоск, на санках привез им продукты, поднявшись к их бунгало. Он доставил хлеб, молоко, домашнюю запеканку из мяса с картофелем и упаковку чая в пакетиках на всякий случай. По словам Артура, Тоби ушел очень счастливым: наградой ему стали не только крепкие объятия Молли, но и коробка с ее домашними шоколадными брауни.

Кроссовки Джо стучали по деревянным доскам пирса. Она остановилась, чтобы сделать снимок: море вдалеке, кафе, едва заметное в самом конце пирса, и кусочек досок, по которым она так часто ходила. Она отправила фото своей лучшей подруге Тилли в Эдинбург, и та не стала медлить с ответом. Она была бы не против оказаться рядом с Джо, и хорошо, чтобы это было лето и они смогли бы искупаться. Джо пошла дальше по пирсу мимо кафе-мороженого, закусочной и магазинчика «Всякая всячина», который скоро будет работать круглые сутки, продавая шляпы от солнца, яркие надувные игрушки и мячи, детские маски, чтобы рассматривать мрачные глубины Ла-Манша, и лопатки, чтобы строить замки из золотистого песка на берегу внизу.

Пока Джо жила в общем доме в Эдинбурге, у нее было совсем немного места, но временами она чувствовала себя на удивление одинокой. По приезде в Солтхэйвен она начала гадать, сколько других людей скрывают одиночество под дружелюбной улыбкой на улице или во время разговора в кафе. Джо попыталась «прочитать» посетителей, входивших в кафе. Была ли по-настоящему счастлива эта женщина, бегавшая по утрам, когда она возвращалась домой по вечерам и на нее наваливалась усталость? А Энджи, одна из постоянных посетительниц, действительно ли она такая веселая, какой кажется? И вдруг улыбка продавца мороженого, которой он приветствует Джо каждое утро, скрывает такое же одиночество, которое чувствует она сама?

Кроме одинокого рыбака на самом конце деревянного пирса, больше никого не было видно. Когда Джо дошла до кафе, она задумалась о том, кого ей выбрать, чтобы привести свой план в действие. Она никогда не думала о себе как о свахе, но, пожалуй, она могла бы ею стать, если бы ее кафе любви ожидал успех.

До открытия оставалось еще два часа, и Джо была готова закончить весеннюю уборку, начатую накануне. С помощью мастера на все руки Стива ей удалось даже отодвинуть холодильник и вычистить всю пыль и весь мусор, скопившиеся под ним за зимние месяцы. Стив починил шатавшиеся столики, пока Джо приводила в идеальный порядок крошечную ванную комнату. Она засияла, потому что была относительно новой, не то что в Эдинбурге. Ту и за несколько часов было не отчистить.

Сунув руку в сумку за ключами, Джо внимательно осмотрела фасад. Когда она вернулась в город в январе, она не уделила ему особого внимания, так как было позимнему холодно и темно. Но наступила весна, и Джо увидела, что снаружи кафе выглядело очень жалко. Его годами не ремонтировали. И теперь, когда Джо управляла кафе – временами бабушка и дед ей помогали, – она приняла решение и сообщила Стиву новую цветовую схему.

Джо обернулась, услышав шаги по пирсу.

– Доброе утро, Стив! – Ее голос был жизнерадостным, как блестящая поверхность воды. После приезда в Солтхэйвен ей было сложно не улыбаться каждый раз, когда она вдыхала соленый воздух или слышала шорох волн внизу на песке.

– Доброе утро, – ответил он, как всегда сияя улыбкой. – Ты понимаешь, что твои дед и бабушка никогда не заставляли меня приходить сюда в такую рань? Или нет?

– Прости! Я не буду ужасным боссом, обещаю.

Стив снова улыбнулся, поставил на пирс ящик с инструментами и банки с краской. Сын местного жителя, строитель по профессии, Стив пришел к Молли и Артуру с рекомендациями. Он стал для них мастером на все руки и всегда делал все необходимое в кафе.

– Я просто тебя дразню, – сказал Стив. Его улыбка стала нерешительной, когда он прищурился, глядя на утреннее солнце. – Сейчас совсем не рано. Я успел покататься на серфе, смыть морскую соль и теперь готов к работе.

– Я никогда раньше не была жаворонком, – призналась Джо, – но море определенно превращает в любителя ранних вставаний.

– Согласен. Ты слышишь чаек, солнце поднимается над горизонтом, и ты не можешь этого не замечать.

– Ты говоришь как настоящий местный житель. – Джо всегда с трудом вставала по утрам, когда жила в Эдинбурге, но она не знала, что было тому виной, окружающая обстановка или выбранная ею карьера. Что бы это ни было, море уже принесло ей много хорошего, а возвращение в родной город открыло новую страницу в ее жизни.

– Тебе стоит когда-нибудь попробовать.

– Э? – Она открыла нижний замок, повернула ключ в верхнем. – Ты о серфинге? Ни за что на свете, я наглотаюсь воды.

– Ты никогда не узнаешь, пока не попробуешь.

– Думаю, я все же останусь на суше. – Джо толкнула дверь в кафе плечом, как каждое утро, и та открылась, впустив солнечный свет, упавший на восемь столиков внутри, каждый с четырьмя стульями. На улице стало теплее, и теперь Джо могла оставлять дверь нараспашку, обеспечивая циркуляцию воздуха и свежесть в помещении.

– Перво-наперво я починю вот это, – объявил Стив, ставя ящик с инструментами на пол. Солнце заиграло в его белокурых волосах. – Ты повредишь плечо, открывая дверь таким образом.

Джо улыбнулась.

– Тогда я точно не смогу заниматься серфингом.

– Подожди, когда-нибудь ты обязательно попробуешь. А как только попробуешь…

Гримаса Джо показала Стиву, что она никогда ничего подобного не сделает.

Она оставила мастера возиться с дверью, а сама отправилась налить в таз теплой мыльной воды. Не тратя времени даром, Джо натянула хозяйственные перчатки. Дела двигались очень медленно. На прошлой неделе в самый солнечный день Стив перекрасил стены внутри.

Они работали после закрытия, наслаждаясь теплым вечером и распахнув настежь окна и дверь. Так как прогноз не обещал дождя в ближайшие два дня, Стив мог заняться стенами снаружи, а заодно и вывеской. Джо тем временем отмыла все, что нашла на уровне пола. Особенно постараться пришлось вокруг деревянных подоконников-диванов вдоль внешней стены кафе. В этот раз она принесла с собой набор для шитья, чтобы починить несколько разорванных подушек на сиденьях по обе стороны от двери. Джо протерла оконные рамы, прежде чем приняться за мытье стекол, удаляя с них отпечатки пальцев и брызги грязи, а потом отполировала их до блеска.

– Дверь я починил. – Чтобы продемонстрировать это, Стив легко открыл и закрыл дверь. – Я ошкурил верх, где дерево разбухло, и подтянул верхнюю петлю, она разболталась.

Джо протерла последнее стекло окна, которое она мыла.

– Что бы я без тебя делала?

– Я незаменим. – Стив пожал плечами, бросил отвертку обратно в ящик с инструментами. Он кивнул в сторону подоконников, подошел ближе, провел рукой по дереву, и золотые волоски на его руке засияли под солнцем. – Это нуждается в покраске.

– Теперь, когда стены перекрасили, они выглядят еще хуже.

– Сегодня я начну красить вывеску, завтра ее закончу, а потом займусь подоконниками.

В первую встречу со Стивом Джо обратила внимание на то, насколько он хорош собой. Да и могла ли она этого не заметить? Высокий, мускулистый благодаря физическому труду, загорелый, как она теперь знала, благодаря его любви к серфингу. К тому же он был остроумным и умел достойно поддержать разговор. Джо гадала, почему его давно никто не подцепил. Возможно, все дело было в его беззаботности. Наверное, это качество подходило для короткого романа, но никто не видел в Стиве кандидата для долгих отношений.

– Тут кое-что надо подтянуть, – сказал Стив и, поймав недоуменный взгляд Джо, добавил:

– Я об оконных рамах. – Он покачал головой, удивленный тем, что она замечталась, хотя, к счастью, он не мог точно узнать, о чем она думала. – Это делается быстро и легко, а если их хорошо покрасить, то они станут как новые.

Когда Стив поставил стремянку у входа в кафе и поднялся по ней с ведром мыльной воды и щеткой, чтобы отмыть вывеску перед покраской, Джо начала подготовку к рабочему дню. Взяв на себя управление кафе, она так же трепетно относилась к наведению чистоты после закрытия, как и ее бабушка с дедом. Позднее она поняла, почему так они поступали. В конце дня она была измотана, но с утра было столько дел, что меньше всего на свете хотелось отскребать посуду, чистить кофемашину или возиться с остатками еды, которые следовало выбросить. Намного легче было начинать день в чистоте, как сейчас.

Пока Джо просматривала список дел на день, у нее появилось ощущение, что с лучами весеннего солнышка у нее поднимается настроение, прибавляется энергия. Сначала следовало приготовить печенье из пахты с капелькой лимонной цедры, мягкое и даже немного вязкое внутри, но при этом хрустящее снаружи. После этого нужно было испечь шоколадные брауни и хлеб с грушей и малиной по рецепту Артура, поскольку теперь она могла покупать малину в большом супермаркете выше по дороге.

Наблюдая за работой насвистывающего Стива, Джо не могла не вспомнить о своем статусе одиночки. Прошлый опыт и семейные обстоятельства почти лишили ее веры в собственную способность поддерживать достойные отношения. И как бы сильно она ни хотела, чтобы это случилось, она давно смирилась с тем, что таких отношений, возможно, у нее никогда не будет. Возможно, она куда больше похожа на Стива, чем она допускала. Казалось, он скользит по жизни в одиночку, и его это ни капельки не беспокоит.

Джо заставила себя отвлечься от мыслей о том, чего она не могла изменить, и поблагодарила бога за то, что кухня была настолько функциональной. Если не считать дверцы шкафчика, сорвавшейся с петель на прошлой неделе, больше жаловаться было не на что. В Эдинбурге ее подруга Элиза, работавшая в кафе, постоянно сетовала на недостаток оборудования или на темпераментного повара, с которым ей приходилось работать. Но в этой компактной маленькой кухне было все необходимое для Джо, и она потратила совсем мало времени, чтобы все организовать.

Когда Джо выкладывала на блюдо знаменитое печенье из пахты по рецепту Молли, Стив, почуяв аромат, прокомментировал:

– Я позавтракал, но от этого запаха мне захотелось добавки. – Он вылил с пирса в море грязную воду из ведра и вернулся в кафе за новой порцией мыльной воды.

– Выбирай, чем отравиться, – предложила ему Джо, жестом указав на стеклянную витрину, которую она начала заполнять.

Он встретился с ней взглядом.

– Не произноси ничего подобного в присутствии твоих постоянных клиентов.

– У нас есть печенье из пахты, брауни и хлеб с грушей и малиной в духовке.

Стив похлопал себя по мускулистому животу под футболкой.

– Слишком сложное блюдо. А свежие фрукты у тебя есть?

Джо рассмеялась. Тут появился Мэтт, привозивший продукты в кафе.

– Очень вовремя. – Она просияла и направилась к двери, чтобы помочь ему. Мэтт нес ящик с красочной коллекцией фруктов и овощей. – Тут у нас Стив пропадает без здоровой еды. Он следит за фигурой.

Стив присвистнул.

– Дыня-канталупа выглядит хорошо.

Округлив глаза, Джо ответила:

– Сейчас я тебе отрежу кусочек. – Она взяла ящик у Мэтта и ушла в кухню, оставив мужчин одних. Они хорошо знали друг друга, так как много лет обслуживали кафе Молли и Артура.

В кухне Джо выложила дыню и взяла несколько штук великолепного фиолетового ревеня, из которого она сделает миниатюрные крамблы вечером или следующим утром. Джо не сомневалась, что это кафе выделялось на фоне других в соседних городах именно благодаря разнообразному меню. Разумеется, у них были базовые блюда – различные виды кофе, хороший выбор чая, песочные коржики и брауни, а также достойный выбор холодных напитков, от традиционного лимонада и тоника с хинином и лимоном до Diet Cola, Dandelion и Burdock. Но Молли и Артур объяснили Джо, насколько меню зависит от сезонных овощей и фруктов, а вернее, от того, что Мэтту удавалось доставлять им ежедневно. Поначалу Джо думала, что будет намного труднее поддерживать разнообразие, но теперь ей это нравилось. И клиентам тоже. В последние несколько недель Мэтт постоянно поставлял дыни, и Джо всегда могла предложить посетителям дыню к утреннему чаю. Было радостно начинать день со свежей оранжевой мякоти.

– Как поживает Артур? – спросил Мэтт, когда, передав Стиву нарезанную дыню, присоединился к Джо в кухне. Он принес упаковку свежих яиц.

Она убрала ревень в соломенную корзину, стоявшую в дальнем углу кухни, рядом с холодильником для напитков.

– У деда все в порядке. Он наконец прислушался к Молли и сбавил темп. Думаю, хватило намека в больнице, чтобы напугать его.

Как-то утром у Деда закружилась голова, сердце гулко забилось. Они испугались, что это сердечный приступ. Его отвезли в больницу, сделали столько анализов, что Джо не сумела их все запомнить, и выпустили через пару дней, поставив диагноз «повышенное давление». Артур сильно напугал Молли и Джо, но с того дня он согласился, что ему пора отдохнуть, избегать стрессов и, возможно, даже немного сбросить вес. Джо была поражена тем, что ее мама, Саша, не приехала повидаться с отцом, несмотря на все сообщения и звонки Джо после того, как деда отвезли в больницу. Но в их взаимоотношениях Джо ничего не понимала, и просить у кого-то из них объяснений было бессмысленно.

– Как он мирится со здоровым питанием? – поинтересовался Мэтт.

– Поначалу с дедом было непросто. Молли отлично готовит, и ничто не доставляет ей такого удовольствия, как улыбки людей, довольных едой. Но они оба знают, как важно внести некоторые изменения.

– Я им сейчас отвезу ящик свежих овощей и фруктов.

– Ты очень добр.

– Мне это в радость. – Мэтт огляделся, его ореховые глаза скользили по кухне, которая засияла чистотой. – Мы в Солтхэйвене присматриваем друг за другом, но это хорошо, что ты теперь здесь. Ничто не сравнится с семьей, которая рядом.

– Замечательно, что вы так близки с Молли и Артуром. – Джо вытащила репчатый лук из ящика и сложила его в пластмассовый контейнер в углу кухни. Туда же отправился и чеснок, лежавший на дне ящика с овощами.

– Мы очень тесно общаемся, – согласился Мэтт. Когда Джо только познакомилась с ним, он очень смущался. И она решила, что он совсем неразговорчив, но со временем его броня начала таять. – Мне показалось или Артур действительно достал шары для боулинга?

– Тебе ничего не показалось. Он всегда собирался это сделать, а теперь у него появилась возможность. Дед начинает следить за уровнем стресса, и бабушке только лучше, когда он не путается у нее под ногами.

Мэтт прислонился к рабочему столу.

– Держу пари, что им странно не проводить здесь так много времени.

– Не переживай, дед все еще за мной приглядывает. Он заходил вчера. Я сразу поняла, что ему хочется пойти в кухню, но я усадила его в зале за чашкой чая и печеньем из пахты. Думаю, ему хватило того, что он просто побывал здесь и увидел, что все идет гладко.

– Тебе как будто здесь нравится.

– Мне действительно нравится.

В кухню вошел Стив.

– Мэтт, я собираюсь красить над дверью. Так что если ты хочешь уйти, уходи сейчас, иначе тебе помешает это сделать моя стремянка.

– Мне пора двигаться. – Мэтт улыбнулся. Золотые искорки в его глазах были под стать солнцу снаружи. – Я должен вернуться на ферму. Ах да, пока я не забыл. – Он сунул руку в карман и вытащил визитную карточку. – Вот бухгалтерская фирма, о которой спрашивала Молли. Хотя, как я полагаю, это ты ее надоумила. Я видел, как твоя бабушка сражалась с бумагами, но она всегда говорила, что это выше ее понимания.

Джо взяла визитную карточку.

– Спасибо большое. Ба отрицала это слишком долго. – Она улыбнулась. Во время весенней уборки она вытащила все документы, связанные с кафе, и все разобрала для бухгалтера. Но после встречи с тем, к кому обычно обращалась Молли, поняла, что он далеко отстал от цифровой эры и к тому же собирается переезжать в Нортумберленд. Поэтому Джо решила, что бухгалтерский учет на расстоянии – не то, что ей нужно. Новое начало означало поиск нового бухгалтера.

– У нас с этой фирмой никогда никаких проблем не было, – пояснил Мэтт.

– Я очень благодарна тебе за рекомендацию. И спасибо за прекрасные овощи и фрукты. Ревень выглядит просто божественно.

– Рад был услужить. – Мэтт склонил голову. – Еще увидимся, Джо.

Он ушел. Стив с помощью отвертки открыл первую банку с краской и принялся за работу. Таймер духовки зазвенел. Джо вытащила буханку хлеба с грушей и малиной и поставила ее остывать. Пришло время готовить киш: Джо нашла брокколи в ящике с овощами, да и яиц у нее было достаточно. К тому времени, когда она приготовила два киша, один с беконом, другой вегетарианский, уже пора было открывать кафе. Она нарезала хлеб с грушей и малиной, разложила куски на блюде и выставила его в витрине. Джо приходилось быстро перестраиваться в зависимости от того, как быстро продавалась еда. Она пользовалась моментами затишья, старалась справиться с многозадачностью и летала на адреналине от осознания того, что она за все в ответе.

Стив передвинул стремянку от входа, и Джо вышла посмотреть, как выглядит вывеска. Она прислонилась спиной к выкрашенному белой краской ограждению пирса. Главная вывеска была почти закончена. Она приобрела теплый золотистый цвет в тон песку на пляже напротив. Стены снаружи были уже очищены, и только оконные рамы ждали ремонта и покраски. Когда Стив закончит вывеску, написав голубыми буквами «Кафе в конце пирса», место будет выглядеть как новое, под стать новому старту, которого хотелось Джо, когда она приехала в Солтхэйвен.

– Доброе утро, Джо. – Первой посетительницей, как это случалось частенько, оказалась Энджи, женщина, любившая от души посплетничать. – Хороший сегодня день.

– Замечательный. Когда светит солнце, все совершенно по-другому.

– Ага, жители Солтхэйвена с тобой согласны. – Энджи прошла к столику и сняла мохнатый кардиган, такой длинный, что он закрывал ей колени. Она отлично чувствовала себя на пенсии – она уже шутила по поводу бесплатного проезда в автобусе, – но одевалась так, чтобы наряды не выдавали ее возраст.

– Я забронировала билет на мюзикл «Кинки Бутс», – с гордостью объявила она.

– А скидку вы получили? – Джо знала, что это следующий важный факт.

– Разумеется! Говорю тебе, Джо, тебе следовало бы присоединиться к WI[1]. Да, сейчас ты молода и свободна, но когда-нибудь тебе это доставит удовольствие.

Джо улыбнулась. В прошлом месяце Энджи удалось посмотреть мюзикл «Злая». Она вернулась в полном восторге, все время рассказывала о спектакле и хвалилась огромной скидкой, которую им удалось получить.

– Тебе определенно следует посмотреть шоу в этом году, Джо. Я до сих пор не могу поверить, что ты ни разу не была на мюзикле.

– Я тоже не могу.

– Мне нравятся мюзиклы. Они напоминают мне о моей юности.

– Маленькой вы посмотрели много мюзиклов?

Стив сунул голову в дверь.

– Ты же ничего не знаешь о нашей Энджи, верно? – Он с улыбкой предоставил пожилой женщине самой обо всем рассказать, а сам вернулся к работе.

– Когда-то я была профессиональной танцовщицей.

У Джо приоткрылся рот.

– Почему вы об этом ничего не рассказывали?

– Я не из тех, кто трубит о себе.

– В каком спектакле вы участвовали?

– Моим гвоздем программы был мюзикл «42-я улица» в Уэст-Энде. – Энджи похлопала ладонью по стулу рядом с собой, и Джо поняла, что у нее нет выбора, оставалось только присоединиться к ней. И следующие пятнадцать минут, так как других посетителей не было, она слушала рассказ Энджи о том, как она была танцовщицей: о том, каково выступать на сцене, о ее карьере до того, как она вышла на пенсию, уехала в Солтхэйвен-он-Си и поселилась в таунхаусе, где было достаточно места во дворе, чтобы танцевать прекрасными летними вечерами.

– Чем-то очень вкусно пахнет, – сказала Энджи, успев рассказать многое о своем прошлом за такое короткое время.

– Должно быть, это хлеб с грушей и малиной.

– Восхитительно. Принеси мне, пожалуйста, кусочек этого хлеба и чашку мятного чая. – Энджи снова натянула кардиган, потому что утро было не настолько теплым, чтобы обойтись без него, особенно под холодным бризом, задувавшим в открытую дверь.

– Сейчас все принесу.

Стив снова заглянул внутрь.

– Сегодня я повешу меловую доску для меню и доску для открыток.

– Спасибо, Стив. – Джо улыбнулась ему. Ей не хватало доски, на которой обычно писали меню дня. Она висела на стене напротив входа, чтобы посетители сразу увидели ее, едва войдя или даже заглянув в окно. Но доску сняли, когда Стив перекрашивал стены, как и доску с открытками от постоянных посетителей, которые они присылали со всех концов света. Как только обе доски окажутся на своих местах, кафе снова станет таким же уютным, как и всегда.

Джо мурлыкала какую-то мелодию, пока готовила чай. В эту минуту она не могла быть счастливее.

Во всяком случае, она была счастлива, пока не ответила на телефонный звонок.

Она накануне звонила в бухгалтерскую фирму, чтобы договориться о первой встрече с бухгалтером. Ей ответили, что перезвонят. И вот теперь секретарь назвала ей имя и фамилию бухгалтера, с которым ей предстояло встретиться.

Гарри Сэдлер.

Джо положила телефон. Ее беззаботное настроение сменилось тревогой. Она застыла посреди кухни. Было бы слишком большой удачей, если бы этот Гарри оказался не тем человеком, которого когда-то она очень хорошо знала. И хотя он исчез из ее жизни несколько лет назад, то время, которое он в ней провел, оказало на Джо огромное влияние.

Потому что когда-то он был любовью ее жизни. Пока не разбил ее сердце на крошечные кусочки.

Глава вторая

На следующее утро Джо толкнула дверь в кафе и едва не навалилась плечом, как обычно, но в последний момент вспомнила, что дверь починили. Она улыбнулась. Что бы она делала без местных жителей, которые ей помогали, не нуждаясь в напоминании, и с легкостью приняли ее в свои ряды? За это она должна была благодарить деда и бабушку, у которых была такая репутация и такое положение в городе.

Джо подняла почту с коврика у двери. Ее было немного: несколько листовок местного совета, упаковка чистых открыток, которые она заказала, чтобы воплотить свой план, реклама с расписанием сеансов в местном кинотеатре. Джо улыбнулась, увидев еще и открытку с фотографией пассажирского парома в Пуэрто-Польенса, маленьком городке на севере Мальорки, где последние пять лет жила Саша, мама Джо. Это был маленький жест, не сравнить с приездом, но пока и такого было достаточно.

– Ты меня опередила. – Джо услышала голос Стива, который шел по пирсу в расстегнутом до талии гидрокостюме, зажав под мышкой доску для серфинга. – Я только брошу серф и буду в полном твоем распоряжении. – Он запыхался, и Джо подумала, что он, должно быть, увидел, как она идет по пирсу, и поспешил в кафе.

Она изо всех сил старалась не смотреть на его широкую грудь и капли воды, стекающие по коже. Джо заметила, как проходившие мимо две девушки бросили на него одобрительные взгляды, но Стив не обратил на это никакого внимания.

– Не спеши, – сказала Джо. – Осталось только написать голубые буквы на вывеске.

– Теперь, когда я починил оконные рамы, я их покрашу.

– Отлично. Фасад будет выглядеть просто замечательно. – Она подняла голову и посмотрела на золотистую вывеску, сияющую на солнце.

Дыхание Стива выровнялось, и он небрежно оперся на доску для серфинга.

– Почему ты пришла так рано? Я думал, ты уже закончила весеннюю уборку.

– Закончила, но нужно вернуть все открытки на доску, которую ты вчера повесил на место. Пока что у меня не было на это времени. – К тому же Джо плохо спала. Мысли о предстоящей встрече с бухгалтером мешали ей заснуть. Ведь ей предстояло снова увидеться с Гарри лицом к лицу.

Стив подхватил доску.

– Я скоро вернусь и начну красить. Хотя бы погода подходящая.

– Ага! Только бы она подольше продержалась!

Стив ушел, и Джо закрыла за собой дверь кафе. Меловая доска с меню на день уже снова действовала: накануне Джо написала на ней несколько блюд, но теперь ей хотелось еще и открытки вернуть на привычное место.

Она взяла пачку из более чем сорока открыток со всех концов света. Среди них были открытки от Винса из Монреаля; от Джесс, местного врача, прошлым летом побывавшей в Майами и во Флориде; от Энджи из Ливерпуля, куда она ездила смотреть мюзикл «Отверженные», и многих других людей, имена которых Джо были незнакомы. Предполагалось, что открытки будут напоминать о счастливых временах, хороших новостях, приключениях и удовольствиях. В них больше ничего не было, по крайней мере ничего, что могло бы огорчить или расстроить получателя.

Отмахнувшись от этих мыслей, Джо прочла открытку от мамы. Она была адресована Молли, Артуру и Джо, но Джо знала, что три имени в обращении – лишь следствие нежелания раскачивать лодку, когда Джо вернулась в Солтхэйвен. Не важно, что произошло между Сашей и ее родителями. Джо не хотела ввязываться в эту ситуацию и держала дистанцию. Расспрашивать она не пыталась, так как понимала, что ей никто ничего не расскажет.

В открытке мама весело рассказывала о том, как провела день на пляже со Стюартом, отчимом Джо, по сути заменившим ей отца, потому что биологический отец ушел еще до ее рождения. У Джо было два сводных брата, Николас и Тимоти. Семья оставалась в Солтхэйвене до тех пор, пока все трое детей не стали достаточно взрослыми, чтобы самостоятельно заботиться о себе. Когда-то Саша работала в банке, с девяти до пяти, плюс время на поездки на работу и с работы. Но теперь она делала ювелирные украшения и продавала их в магазинах Мальорки. Работала она на себя, и это значило, что у нее появилось время на личную жизнь.

Теперь у всех троих детей были хорошие отношения с матерью, и Джо казалось, это оттого, что Саша наконец выглядела счастливой. Она всегда была на старте гонки, всегда наготове, накапливала энергию, готовая рвануться вперед. Но с тех пор как она поселилась в Испании, хотя Джо виделась с ней очень редко, создавалось впечатление, что она успокоилась и ей хорошо. Возможно, Солтхэйвен просто ей не подходил. Он не подходил и Николасу с Тимоти. Николас стал инструктором по лыжам и теперь путешествовал по всему миру. Ему так же не сиделось на месте, как и его матери. Другой брат Джо, Тимоти, женился в прошлом году, в двадцать пять лет. У него был собственный садоводческий бизнес в Йоркшире, в сонной деревне так далеко от моря, что Джо сомневалась, долетает ли до него морской воздух.

Кроме Молли и Артура, только Джо чувствовала привязанность к Солтхэйвену. И она не представляла, что могло быть иначе.

Когда зазвонил ее телефон, Джо ответила сразу, как только увидела, кто звонит.

– Мама! Я только что получила твою открытку! У вас там, как всегда, красиво…

– Привет, Джо. – Голос матери всегда звучал мягко, даже когда она спорила с Молли и Артуром за закрытыми дверями, так что Джо слышала лишь приглушенный шум, который не могла разобрать. – Я сейчас как раз здесь.

– Рядом с кораблями, как на фото?

– Именно. Я потягиваю смузи и смотрю, как мимо проходит мир. Пожалуй, чуть позже я искупаюсь.

– Божественно.

– Тебе нужно поскорее приехать к нам.

Джо замялась.

– Поскорее не получится.

– Сколько еще времени ты будешь нужна деду и бабушке?

Это был как раз тот случай, когда Джо хотелось, чтобы ее братья были рядом, чтобы они могли взять на себя часть ноши. Всегда непросто оказаться между молотом и наковальней, но она была не из тех, кто бежит от проблем.

– Это долгосрочный план.

– Насколько долгосрочный?

– Они хотят отойти от дел.

– Что ж, это правильно. Я удивлена, что они продержались так долго. Тебе нужно прозондировать почву, узнать – может, кто-то еще хочет взять кафе в аренду.

Джо вздохнула.

– Они хотят оставить кафе семье.

– Это все замечательно, Джо, но тебе необходимо думать о твоей карьере преподавателя. Ты не можешь ее бросить. Если ты будешь отсутствовать слишком долго, это плохо отразится на твоем личном деле.

Джо не была уверена, что готова к этому разговору.

– Я не брошу кафе, мама.

– Когда ты возвращаешься?

Повисло молчание.

– Джо, скажи мне, что ты вернешься в Эдинбург.

Ответом снова было молчание, подтверждавшее, что Джо не вернется.

– Ох, Джо, ты точно знаешь, что ты делаешь?

– Я этого хочу, мама.

– В самом деле? Или мама с папой внушают тебе такое чувство вины, потому что только у тебя есть хотя бы малейшее желание снова жить в Солтхэйвене? – В устах матери это прозвучало так, будто она считает такой вариант худшим наказанием на свете, а не сменой профессии на более приятную.

– Они ни к чему меня не принуждали. – Джо оглядела кафе, как будто матери удалось заронить в ее душу семена сомнения. А что, если у нее ничего не получится? А что, если кафе прогорит под ее управлением? Что, если она поймет, какую огромную совершила ошибку?

– Джо, ты меня слушаешь?

– Ладно, мам. Я много работаю, я устала, здесь слишком много дел. – И мне это нравится, хотела добавить она, но какой смысл разговаривать с глухим? – Мне пора идти. Кажется, у меня посетитель. – Никаких посетителей не было, но у нее не было желания продолжать разговор. Вот-вот должна была заглянуть Энджи за утренним кофе и порцией сплетен, и Джо была бы ей очень рада. – И, пожалуйста, не звони Ба и Деду, чтобы отругать их. Решение было исключительно моим, на меня никто не давил.

Саша фыркнула.

– Я скоро еще тебе позвоню. Но, Джо, прошу тебя, убедись в том, что ты действительно этого хочешь.

Когда мать повесила трубку, Джо принялась за более приятные дела. Втыкая булавки в доску, прикрепляя открытки под разными углами, она говорила себе, что мать ошибалась. Джо осталась здесь не из чувства верности или по принуждению. Ей хотелось снова стать частью Солтхэйвена, истинной его частью. Она понемногу узнавала имена постоянных посетителей, и с некоторыми из них она была знакома еще до отъезда, выясняла что-то об их жизни и от этого становилась счастливее.

Когда Джо закрыла почти всю доску открытками, у нее получился яркий и разнообразный коллаж из открыток, где было запечатлено что угодно, от снега, льда и лыжных склонов до европейских городов и тропических пляжей.

Джо повернулась, чтобы приветствовать первого посетителя этого дня.

– Сегодня ты опередил Энджи, – обратилась она к Винсу в велосипедном костюме, бросив взгляд на часы.

– Я, наверное, успею войти и выйти до того, как она появится. – Винс постучал по своим часам. – Мне сегодня кофе с собой. К сожалению, мне нужно идти на работу. Какая досада, сегодня такой прекрасный день. Я видел Стива на серфе.

Джо вспомнила золотистую кожу Стива и его волосы, все еще мокрые от морской воды.

– Думаю, мы все радуемся весне. Хотя вчера Стив сказал мне, что собирается принять участие в рождественском заплыве в этом году.

Винс в ужасе отпрянул.

– Я обычно прячусь от тех, кто пытается мне это предложить. Думаю, мне хватит велосипеда.

– Рада за тебя. Что закажешь? – Джо надела бабушкин передничек в шоколадный и белый горошек. Молли утверждала, что он подходит к глазам Джо, на что девушка их только закатила. В последнее время Молли не давало покоя одиночество Джо. В тридцать один год ей следовало быть уже на пути к тому, чтобы обзавестись семьей.

– Мне, пожалуйста, большую порцию латте с обезжиренным молоком. Если можно, очень горячий.

– Сейчас сварю.

– Как твоя квартира? – поинтересовался Винс, когда Джо возилась с кофемашиной.

Она опустила паровой шланг, пока Винс доставал мелочь из кармана футболки.

– Идеально. Владелец собирается ее продавать.

– Отличная новость. Будешь покупать?

– Надеюсь. – В Эдинбурге Джо снимала комнату, поэтому сумела накопить денег, которых хватило бы на депозит, если бы владелец решился на продажу.

– Цены на недвижимость пошли вверх, поэтому лучше купить раньше.

– Что ж, надеюсь, что куплю. Скрещу пальцы на удачу. – До этого времени она никогда не покупала недвижимость. Ей всегда что-то мешало. Но в Солтхэйвене она чувствовала себя на своем месте, и ей не терпелось купить квартиру. – Собственное жилье – фантастика.

– Семья… Без нее жить нельзя, и с ней нельзя.

Джо хихикнула, не отрываясь от кофе.

– Вот именно. И, кажется, я снова влезаю в свою одежду. Молли потрясающе готовит, но обильный ужин и десерт каждый вечер начали сказываться на моей фигуре.

– Она уже готовила свой масленый пудинг?

Джо застонала, вытряхивая из фильтра кофейную гущу.

– Да, это было два дня назад, и у меня такое ощущение, что пудинг до сих пор у меня в желудке.

Она налила латте в стакан, накрыла стакан пластиковой крышкой и взяла деньги у Винса.

– Наслаждайся. И хорошего дня на работе.

– Тебе тоже хорошего дня, Джо. – Винс направился к выходу и поздоровался с только что вошедшим в кафе Стивом, готовым закончить вывеску.

– Вкусная штука, – заметил Стив, когда Джо написала «крамбл с ревенем» на доске с меню.

– И капризная к тому же, – с улыбкой добавила Джо.

Он похлопал себя по животу, покачал головой и занялся своим делом.

Накануне Молли настояла на том, чтобы самой испечь крамблы с ревенем, и Джо порадовалась, потому что бабушка продолжала ей помогать. С 1960-х годов кафе было их с Артуром детищем, и Джо понимала, насколько им тяжело полностью выпустить бразды правления из рук. Она заходила их проведать этим утром по дороге в кафе из своей квартиры, которая располагалась в многоквартирном доме выше на холме, где было еще пять квартир такого же размера. В бунгало деда и бабушки Джо забрала большую пластиковую коробку с восхитительными лакомствами.

Утро проходило как обычно, постоянных посетителей было много. Приближался Майский праздник, в городе появились немногочисленные туристы, и Джо казалось, что у нее почва уходит из-под ног при виде стольких чужих лиц. Она привыкла обсуждать с посетителем, как прошел день, но приезжие не всегда хотели общаться. Постепенно Джо начала разбираться, кто хочет поболтать, а кому приятнее остаться наедине с собой. Приходили семьи с детьми, и родители рады были отвлечься. Пожилые люди предпочитали посидеть в тишине и покое. Некоторые туристы только что открыли для себя пирс, и кафе становилось для них местом отдыха, прежде чем отправиться дальше осматривать этот город или двинуться в следующий город на побережье.

В кухне Джо нарезала арбуз, положила кусочки в миску, сверху высыпала заранее вымытые виноград и чернику. Она поставила миску в стеклянной витрине рядом с огромным контейнером с натуральным йогуртом, который она часто подавала с фруктами.

Джо подняла голову и помахала рукой, когда дверь снова открылась. Это было субботнее утро, а после возвращения в Солтхэйвен она успела понять, что посещение кафе было субботним ритуалом Бена, который приходил со своим пятилетним сыном Чарли. Молли рассказала ей о Бене все, и Джо не могла отделаться от мысли о том, насколько одиноким он выглядит. Казалось, он приходил в кафе не только для того, чтобы провести время с Чарли, но и потому, что нуждался в компании, в разговорах и в той атмосфере, которая охватывала посетителей, стоило им только переступить порог кафе.

– Я закончил, – отрапортовал Стив с ведерком краски и инструментами в руках. Он вошел в кафе следом за Беном и Чарли. – Выглядит отлично, даже если так считаю только я.

– Спасибо большое. Подожди секунду. – Джо кивнула другим посетителям. – Я выйду и посмотрю, как только обслужу Бена.

– Не смогу тебя подождать, – объяснил Стив. – Меня ждет работа в другом конце города. Опаздывать нельзя. Я, пожалуй, побегу, а то вдруг тебе не понравится вывеска, – пошутил он.

– Спасибо тебе. – Джо ни минуты не сомневалась, что вывеска ей понравится. Ей не терпелось ее увидеть: она видела вывеску, лишь когда на ней еще не было написано «Кафе в конце пирса». Но сначала следовало заняться посетителями.

– Привет, Бен. Привет, Чарли. – Она подошла к их столику. Чарли по-прежнему был в своем любимом красном пальтишке, несмотря на весеннюю погоду. Он катал по столешнице миниатюрную игрушечную машинку. – Что вам принести?

– Мне, пожалуйста, смузи из ягод, – с улыбкой сказал Бен, приятный мужчина, архитектор по профессии. Джо казалось, что он из тех людей, на которых невозможно сердиться. Не то что Стив, который мог вывести другого человека из себя до такой степени, что на него начинали кричать. Правда, с ней ему это пока не удалось. Но Бен казался таким мягким человеком, который уступил бы другому, и не важно, в его это интересах или нет.

– А что для тебя, Чарли?

– Мне тоже смузи из ягод, пожалуйста, – вежливо ответил малыш. Неизвестно, каким родителем был Бен, но он, по крайней мере, учил ребенка хорошим манерам. И с точки зрения Джо, его присутствие в жизни сына только добавляло ему очков. Ее собственный отец сбежал. Мама в конце концов тоже уехала. Даже ее сводные братья и те уехали из города. Тот, кто не сошел с дистанции, заслуживал восхищения.

– Ты очень вежливый мальчик, – оценила Джо. – Думаю, ты заслужил, чтобы я добавила очень большую ложку мороженого в твой смузи.

Глаза Чарли расширились.

– Правда?

– Если твой папа не возражает.

– Разумеется, не возражает, – сказал Бен. – А еще мы возьмем два ваших миниатюрных крамбла с ревенем. Можем же мы себе позволить сладкое, верно?

– Верно. Чарли потом побегает по берегу, и все.

– Мы сможем построить замок из песка? – с горящими глазами спросил тот отца.

Бен пожал плечами.

– Не вижу причины, почему нет.

Джо оставила их обсуждать планы строительства замка с крепостным рвом и отправилась выполнять заказ. Подогревая крамблы, она положила мед в два стакана. В блендере она смешала ягоды, бананы, йогурт и мороженое, перелила напиток в стаканы и, пока разогревались крамблы, вышла на улицу, чтобы посмотреть на работу Стива.

Она снова прислонилась к белому ограждению пирса, солнце было у нее за спиной, и написанные курсивом слова «Кафе в конце пирса» ярко выделялись на золотистом фоне. Она почувствовала, как теплая волна прошла по всему ее телу, как будто был сделан еще один шаг к тому, чтобы это место стало ее собственным. Это действительно означало новое начало.

Вернувшись в кухню, Джо взяла крамблы и смузи и отнесла их на столик Бена.

– Он там не мешает? – Бен кивнул в сторону Чарли, игравшего в дальнем углу кафе с тремя игрушечными машинками. По звуку было понятно, что машинки едут очень быстро и по дороге случаются столкновения. – Если это слишком громко, я усажу его обратно за столик. Но чаще всего ему совершенно не сидится на месте.

– Все в порядке, он никому не мешает. Народу пока немного. – Молли и Артур гордились тем, что сделали кафе частью общины, и Джо не собиралась этого менять. Она не тронула колоды игральных карт на полке возле кассы, потертые от времени шахматные доски и удивительно новенькие шахматные фигуры, а также стопку листов для рисования и карандаши всех цветов радуги, которые пользовались успехом у некоторых самых юных посетителей.

– Спасибо. Я ценю это. Он прибежит, как только увидит, что еда и напитки уже на столе.

– Ты выглядишь усталым. – Джо положила на столик соломинки для смузи. – Надеюсь, мои слова тебя не обижают.

Бен улыбнулся.

– Вовсе нет, потому что так и есть.

– Непросто присматривать за маленьким ребенком.

– Я не против. Как правило, он хорошо себя ведет.

– Чарли много времени проводит у своей мамы? – Джо уже узнала ответ от Молли, хотя и не была в курсе всей истории.

– В последнее время Лорна берет его к себе все чаще и чаще. И это замечательно, хотя… Ну, это тяжело.

Джо всплеснула руками.

– Прости меня, я сую нос не в свое дело. – Она повернулась, чтобы уйти, но Бен остановил ее.

– Ты не слишком любопытна. А мне ведь приятно ради разнообразия поговорить со взрослым человеком. Обычно я с Чарли двадцать четыре на семь, а игр с машинками не так уж много, как и смешных голосов, которыми можешь разговаривать.

Джо улыбнулась ему. У Бена были темные спутанные волосы, в которых не было видно пробора, и глубоко посаженные добрые глаза. Он относился к числу ее любимых посетителей, и она всегда была рада поговорить с ним.

Бену, казалось, захотелось поделиться своими проблемами.

– У моей жены Лорны была сильная депрессия. Она не слишком хорошо справлялась, когда Чарли только что родился. Становилось все хуже и хуже, и вот настал день, когда она не выдержала и ушла.

– Ох, Бен, мне так жаль.

Он отмахнулся от ее сочувствия.

– Это было несколько лет назад. Со мной-то все в порядке, но вот за Чарли я переживаю.

Джо не стала садиться на столик, а оперлась о столешницу и посмотрела на мальчика.

– Мой отец ушел еще до моего рождения, и это было по-настоящему тяжело. У мамы определенно были недостатки, но она хотя бы была со мной. Ты говоришь, Лор-на стала больше участвовать в жизни сына?

– Он проводит у нее пару дней в неделю, и для меня это настоящая передышка. Поначалу я ей не доверял. – Бен замялся. – У нее был срыв, когда Чарли был маленьким, и это произошло при нем.

– Чарли это помнит?

– Нет, он был слишком мал, но я волнуюсь, как бы это не повторилось.

По тому, как брови Бена сошлись на переносице, по тому, как он крутил в пальцах ложку, но так и не коснулся ею поверхности крамбла, чтобы выпустить жар, Джо поняла, что он по-настоящему переживает.

– Это хорошо, что Лорна есть в его жизни. Надеюсь, у вас все получится. – Она не так долго жила в Солтхэйвене, но уже беспокоилась об этих людях.

– Тьфу-тьфу, чтобы не сглазить. Мне очень одиноко.

– Ну, как бы то ни было, я думаю, что ты отлично справляешься с Чарли. Он милый мальчик, и у него очень хорошие манеры. – Джо нагнулась ближе к Бену, чтобы ее не услышали другие посетители. – На прошлой неделе у нас здесь были туристы с тремя детьми. Вот они разгулялись не на шутку. Один стоял на подушках дивана, второй рассыпал по полу бумажные салфетки, а третий с такой силой выдувал пузыри в своем напитке, что жидкость полетела во все стороны.

– Боже мой, звучит неприятно. Как отреагировали родители?

– Почти никак. Они наслаждались кексом, и нам с Ба пришлось призвать детей к порядку и все убрать. Мы смеялись после их ухода, но ситуация была стрессовая, честно говоря. Я терпеть не могу делать замечания чужим детям, от этого я испытываю сильный дискомфорт.

– Если честно, я был таким же до рождения Чарли.

– А теперь?

– Сначала я даю родителям шанс, но если они не обращают внимания, то я не думаю, что детям нужно спускать с рук плохое поведение. Им самим от этого будет только хуже.

Когда звякнул колокольчик на двери, этот звук как будто вернул Чарли в реальность, он понял, что еда и напитки уже ждут его на столике. Он заторопился к отцу, но тот напомнил ему, что нужно забрать машинки.

– Не хочу, чтобы посетители об них спотыкались. – Бен подмигнул Джо.

В этот день среди посетителей кафе были и люди из соседних с Солтхэйвеном городов, и местные жители, с которыми она могла поговорить подольше. Джо привыкла к тому, что разговоры – немалая часть ее работы, и многозадачность становилась для нее все более привычной. Под разговор она готовила еду и напитки. Обсуждали все: погоду, серфинг, рыбную ловлю, события в городе и Майский праздник, когда приедут толпы туристов. Первые дни мая предвещали наплыв туристов в летние месяцы. Би и Грант из закусочной пришли полюбоваться на новую вывеску, сиявшую в лучах весеннего солнца, которая мгновенно улучшила общее впечатление от кафе. На следующий день обещали дождь, но им повезло, и Стив успел покрасить оконные рамы изнутри и снаружи. «Кафе в конце пирса» преобразилось.

Когда кафе закрылось и Джо закончила с уборкой, она поспешила домой, приняла душ и надела чистую одежду. Выйдя из дома, она спустилась с холма, свернула налево на мощенную булыжником улицу, обозначавшую начало города. В центре располагался местный паб «Герб Солтхэйвена», который был старше всех жителей города. Самыми главными достопримечательностями Солтхэйвен-он-Си были пляж и пирс, но вторым по значению считался живописный центр города с его тротуарами, соединявшими магазинчики, как современные, так и старые.

Джо увидела, что Мелисса заняла столик у входа. Все остальные места на улице были заняты, поскольку люди решили насладиться хорошей погодой перед обещанным ливнем.

Она снова подружилась с Мелиссой, ее бывшей одноклассницей, которая никогда не уезжала из Солтхэйвена. Они регулярно встречались, чтобы выпить по стаканчику или сходить в кино. Мелисса была поклонницей вечерних выходов по субботам, так как она работала в почтовом отделении, которое было закрыто по воскресеньям. «И долго еще так и останется», – сказала Мелисса во время их предыдущей встречи в городе.

Пока Джо «охраняла» столик, Мелисса проложила себе путь к бару и вернулась с двумя бокалами просек-ко. Женщины чокнулись ими.

– За здоровье, – сказала Джо. – И за конец еще одной суматошной недели, по крайней мере для тебя. Я завтра работаю.

– Как ты выдерживаешь, работая семь дней в неделю?

– Я работаю пять с половиной. Молли и Артур обычно подменяют меня утром по воскресеньям и отпускают на целый день по вторникам. Это самое спокойное время в кафе, вдвоем они отлично справляются. Думаю, они получают от этого удовольствие.

– Как по-твоему, они тебя проверяют?

Джо улыбнулась.

– Дело не в этом. Просто кафе всегда было их детищем. Они шутят, что теперь работают на меня, а не наоборот. Думаю, я закончу тем, что найму еще одного человека, но пока я справляюсь.

Они поболтали о городе, об одноклассниках, оставшихся в городе, и о тех, кто уехал в другие места. Некоторые переехали в Лондон, другие отправились в Канаду. Они обсудили и Джеймса, бойфренда Мелиссы, с которым та встречалась два года. Завидев Мэтта, Джо помахала ему рукой, но Мелисса снова завладела ее вниманием.

– Джеймс предложил мне съехаться.

– В самом деле? И что ты об этом думаешь?

– Если бы это зависело от меня, мы бы съехались сразу после нашего первого свидания.

– Тебе мое «кафе любви» точно не понадобится. – Джо уже думала о том, с кого она могла бы начать, какие одинокие сердца могла бы соединить. Она обдумывала разные варианты, пока ей в голову не пришла великолепная идея.

– Ты переезжаешь к нему или он к тебе?

– Думаю, я к нему. – Рыжие кудрявые волосы Мелиссы сверкали в солнечных лучах, пробравшихся во дворик перед пабом. – У него дом, у меня квартира. Думаю, имеет смысл жить у него. Ему принадлежит красивый таунхаус в этой части города. Это ближе к почте, чем моя квартира, поэтому даже зимой до отделения легко дойти пешком.

– Это превосходно, Мелисса. Я так рада за тебя.

– Спасибо. – Она отпила глоток просекко, и ее взгляд остановился на Джо. – Я слышала, что Гарри вернулся в город.

Джо с трудом проглотила вино.

– Откуда ты знаешь?

– Мэйзи, с которой я работаю, видела его здесь на прошлой неделе. Она в него влюбилась. – Увидев, как Джо округлила глаза, Мелисса осмелилась продолжить:

– Что между вами произошло? У вас одно время была такая любовь, о которой все мечтают в юности. Мы все вам завидовали, а потом он вдруг уехал из города, а ты отправилась в Шотландию.

Порой Джо забывала, насколько мал Солтхэйвен-он-Си.

– Он достаточно неожиданно закончил наши отношения. – Джо не всем делилась с Мелиссой, и имя Гарри до этой минуты не всплывало. Она была только рада не касаться этой темы.

– Да ладно тебе, ты не отделаешься от меня таким объяснением. Давай, выкладывай, что случилось на самом деле.

– Это было много лет назад.

– Не имеет значения. Рассказывай. Если поделишься проблемой, считай, половина проблемы долой.

И тогда, еще за одним бокалом просекко, Джо обо всем рассказала Мелиссе. Всю правду она рассказывала только Тилли. Она никогда ни о чем не говорила деду и бабушке, и те считали, что это было обоюдное решение. Джо даже матери ничего не говорила, поэтому Саша была уверена, что эти отношения рассосались сами собой. Ее только радовало, что Джо, которой было чуть за двадцать, не стала полагаться на мужчину.

Мелисса молчала, пока не услышала всю историю.

– Тилли никогда ничего не говорила, но я рада, что ты смогла ей довериться. И я не слишком хорошо знаю Гарри, но мне хочется схватить его сама знаешь за что и заставить страдать.

– Спасибо, но в этом нет необходимости.

– Должно быть, ты была в отчаянии.

– Была. Я как следует напилась. И это была текила. – Джо скорчила гримасу. – С тех пор я ее не пью. – Она очень живо все помнила: слезы, вой. Мама нашла ее, когда Джо, спотыкаясь, ковыляла домой, просидев весь день в одиночестве на пляже. Компанию ей составили бутылка текилы и стопка. Это был вечер самой свирепой ссоры между ее мамой и бабушкой и дедом.

– Ты в порядке? – спросила Мелисса.

– Прости, я задумалась.

– Похоже, для тебя это было ужасное время.

– Да, но все в прошлом. Со мной теперь все в порядке, не беспокойся. – Джо убрала волосы за ухо. Во дворик ворвался бриз, и по ее телу пробежала дрожь. – Я встречаюсь с ним в понедельник вечером.

– Не может быть! Пожалуйста, скажи мне, что ты планируешь ему как-то отомстить, например плюнешь ему в кофе.

Джо хихикнула.

– Нет, он мой бухгалтер.

Мелисса всплеснула руками, не веря своим ушам.

– Ты даешь ему работу? После того, что ты мне только что рассказала?

– Я не знала, что он работает на фирму, когда договаривалась о встрече. Но когда я услышала его имя, мне не захотелось отменять договоренность. Я предпочитаю быть готовой к встрече с ним, а не наткнуться на него в самый неподходящий момент. – И потом, Джо не выносила людей, пасовавших перед обстоятельствами. Она всегда гордилась тем, что она не из их числа.

– Согласна. Боже, но ты же не хочешь вернуть его, правда? Потому что я готова тебе сказать, что иногда лучше оставаться одной.

– Не переживай, я не собираюсь повторять прежнюю ошибку. – Хотя Джо пришлось признать, что она гадает, остался ли Гарри таким же красавцем, каким был в те времена, когда они были вместе. Она гадала, как на нем сказались зрелость и ответственная карьера, будет ли ее тянуть к нему снова. Джо и радовалась предстоящей встрече с Гарри, и была в ужасе от такой перспективы, и не могла не спрашивать себя, как все было бы, сложись все иначе.

– Как бы там ни было, хватит говорить о бывших бойфрендах, – объявила Мелисса, заметив, что Джо ушла в свои мысли. – Скажи, ты уже реализовала свои другие планы насчет кафе?

– После того как я попыталась устроить «вечер любви» в День святого Валентина и провалилась, потому что никто не пришел? Нет.

Мелисса отпила глоток просекко, изловчившись оставить на дне кусочек клубники.

– Это не твоя вина. Буря вынудила людей сидеть по домам, а может быть, они не знали о твоем вечере. В любом случае я безнадежный романтик, и если бы я не была в отношениях, я бы хотела стать твоей первой клиенткой.

– Это было бы весело.

– Но я слишком счастлива с Джеймсом. Поэтому скажи мне, кто станет первой жертвой стрелы Купидона?

Джо ощутила прохладу просекко, проскользнувшую в ее горло.

– У меня есть кое-кто на примете. – Она с видом заговорщицы наклонилась к Мелиссе, потому что эта идея уже некоторое время не давала ей покоя. – Ты знаешь Бена, архитектора?

– Да, – шепотом ответила Мелисса. – Это его жена сбежала от них с сыном. Он милый.

– Точно. И… думаю, у меня есть для него идеальная пара.

Глаза Мелиссы загорелись, и когда они решили закончить вечер и пошли через мощенный булыжником дворик, Джо обо всем ей рассказала.

Глава третья

В понедельник утром, еще до того, как солнце заглянуло в окно ее спальни, Джо первым делом перепроверила, все ли документы готовы к ее встрече с бухгалтером. Она могла думать о Гарри только как о профессионале, в надежде сохранить спокойствие до того, как она его увидит.

Джо гадала, увидел ли Гарри уже ее фамилию или еще нет. Гадала, думает ли он о том, о чем думает она, беспокоится ли, как они отреагируют друг на друга после стольких лет. Гадала, понимает ли он, что по шкале разрывов их разрыв был наихудшим.

Гарри и Джо встречались четыре года и были счастливы все это время. Во всяком случае, так думала Джо. В день своего двадцатипятилетия она получила цветы от бабушки и деда, подарки из Body Shop и билеты на концерт Робби Уильямса на стадионе Уэмбли. А еще открытку. Но не одну из чудесных открыток с изображением счастливых отдыхающих или снежных склонов со следами саней, а простую открытку, даже не идеально белую. С левой стороны, рядом с ее адресом, было послание от Гарри: «Думаю, нам нужно расстаться. Прости. Гарри».

Ему даже не хватило смелости самому доставить открытку. А еще на ней была марка второго класса! С его точки зрения, она, Джо, даже не заслуживала первого класса!

Поначалу Джо решила, что это шутка. Но, не дозвонившись до Гарри в течение следующего часа, поняла, что это реальность. Она ничего не сказала Молли и Артуру. Не хотела их волновать. Они были свидетелями многих огорчений в жизни Саши, когда речь шла о мужчинах. Тилли ушла на работу. Джо сказалась больной, взяла отгул в начальной школе в соседнем городе, где она работала после окончания колледжа. Каждый вечер Тилли приносила ей фастфуд и DVD-диски, которые они смотрели вместе. Джо все время рыдала на плече у подруги.

Однажды Тилли вернулась домой с работы и объявила, что ей предложили место менеджера по маркетингу в Эдинбурге. Джо была в отчаянии, пока Тилли не предложила ей отправиться с ней. Джо не хотела убегать, поэтому Тилли заключила с ней сделку. Если Джо сумеет найти работу в Эдинбурге, они поедут вместе, и это будет приключение. Если же она работу не найдет, тогда она останется в Солтхэйвене и будет справляться с последствиями разрыва с Гарри. Разумеется, Джо нашла работу сразу же, как только начала ее искать. Вот так почти пять лет назад Джо переехала в Шотландию. Что касается Гарри, то ей так и не пришлось увидеть его снова. Он не только сообщил ей о разрыве отношений открыткой, но и сразу уехал из города, отправившись путешествовать с рюкзаком по Европе.

Теперь в кафе, держа в руках коробку, разбухшую от документов, Джо понимала, что пришла пора выбросить прошлое из головы и разобраться с делами. Поэтому она убрала бумаги в самый верхний шкафчик в кухне. Джеф, рыболов-любитель, как всегда зашел за своей очень большой чашкой черного чая. Джо знала, что он возьмет ее с собой на пирс и будет потягивать чай, готовясь к утренней рыбалке и ожидая клева. Затем появилась Вэлери, недавно переехавшая в Солтхэйвен. Она заказала ромашковый чай и принялась болтать с подругой о том, как хочет получить максимум от этого года и освоить «позу вороны» перед тем, как достигнет цифры 5:0.

Джо обслужила всего несколько посетителей, когда в кафе вошли Молли и Артур.

– Твоя мама позвонила, – сообщил Артур, не встречаясь взглядом с Джо. Они редко смотрели друг другу в глаза, когда говорили о Саше. Словно Деду казалось, что натянутые отношения с дочерью, которую он как будто не понимал, будут легче, если он дистанцируется от нее.

– Как она? – Джо не стала говорить, что уже общалась с ней, но ей и не пришлось.

– Ты знаешь, как она. Твоя мама сказала, что говорила с тобой.

– А!

– Незачем скрывать это от нас, – добавила Молли. – Она твоя мама.

И ваша дочь, захотелось сказать Джо.

– Ее беспокоит, что ты отказалась от карьеры ради нас.

Джо положила кусок сладкой овсяной лепешки на тарелку и прикрыла стеклянной крышкой остальное.

– Я делаю это ради себя, а не ради кого-то другого. Я ей об этом сказала.

– Но ты делаешь это для нас, – не сдавался Артур.

Джо отнесла кусок золотистой овсяной лепешки Винсу вместе с мисочкой, в которой лежали кусочки свежего арбуза. Молли и Артур с кружками кофе устроились на подоконнике-диване. Они сами приготовили кофе, хотя Джо предложила им побыть в роли посетителей.

Присоединившись к ним, Джо заговорила:

– Если бы это были не вы, я бы не приехала, нет. Но мне нужны были перемены. И чем дольше я остаюсь здесь, тем лучше понимаю, что все правильно. Мама просто этого не видит, потому что она никогда не относилась к Солтхэйвену так, как я. – Она заметила, как Ба и Дед засияли от гордости. – Я знала, что она позвонит вам. Как только выяснит, что происходит.

– Она не кричала на нас, и это уже хорошо, – заметила Молли, прячась за своим кофе.

– Она не умеет кричать, – ответил Артур. – Она унаследовала твой нежный голос. – Он улыбнулся жене. – Иногда мне хочется, чтобы она приехала в гости, чтобы мы могли нормально поговорить.

Дед впервые признал, что у них троих давно назрела проблема. Обычно он пытался отмахнуться от этого, как смахивал песок, который ветер заносил в кафе каждое лето. Возможно, у него появилось свободное время, чтобы поразмышлять об их отношениях с единственной дочерью.

– Она не слишком-то радовалась тому, что ты постоянно занимаешься кафе, – сказала Молли. – Но, пожалуй, ей было приятно, что кафе остается в семье. Когда Саша была маленькой, ей нравилось приходить сюда. Она приходила каждый день, помогала нам, вытирала столики, метелкой собирала все крошки с пола. Она была такой забавной! Каждый раз, когда открывалась дверь, она бросалась собирать грязь, даже если ее не было.

Артур положил ладонь на руку Молли. И их улыбки погасли.

– Она теперь далеко.

Иногда Джо хотелось встать и топнуть ногой. Ей хотелось сказать, что если человек далеко, то это не значит, что он забывает о своих корнях или что ему все равно. Дед говорил так, будто это был конец чего-то, как будто ее мама никогда не вернется и перестала быть частью их жизни.

– Я пытаюсь убедить ее приехать сюда в отпуск, – сказала Джо.

– В Пуэрто-Польенса у нее есть солнце и тепло, – фыркнул Артур. – Сомневаюсь, что Солтхэйвен ее привлечет. Когда в последний раз она удосужилась побывать здесь?

Джо не могла этого вспомнить. Саша прилетала в прошлом году в Эдинбург, чтобы повидаться с ней, и они вместе исследовали город. Но в тот раз ее мама не ездила на южное побережье. Да и в прошлый раз тоже, когда они с Джо встречались в Лондоне в тот день, когда Сашу пригласили на свадьбу.

– Она прислала открытку всем нам, – спохватилась Джо, сняла открытку с доски и протянула Молли и Артуру. В этот момент появился Мэтт, ежедневно доставлявший ящик с овощами и фруктами. – Привет, Мэтт.

– Привет, Джо. Очень рад видеть вас, Молли, Артур. – Он передал ящик Джо и заговорил с ее дедом и бабушкой. Они не успели взять со столика открытку.

Джо отнесла ящик в кухню. В нем лежали маленькие кочаны цветной капусты, репчатый лук, листья салата и еще одна сладко пахнущая дыня.

– Они хорошо выглядят, – понизив голос, отметил Мэтт, заходя следом за ней в кухню. Он достаточно хорошо знал Молли и Артура, чтобы понимать: даже в их возрасте им не понравится, что за ними присматривают. – Артур уже не кажется таким усталым. Это точно.

– Да. На прошлой неделе он побывал у врача, у него все хорошо. – Джо кивнула в их сторону, и Мэтт посмотрел туда же. – Сидя там, они выглядят почти как посетители.

Мэтт улыбнулся.

– Когда я только приехала, они не позволяли мне почти ничего делать, все время бросались мне помогать.

– Или мешать, – добавил он.

– Вот именно.

– Как ты поладила с бухгалтером?

Мысли о матери вытеснили из головы Джо мысли о Гарри, но теперь ей напомнили о том, что ей предстоит после того, как она закроет кафе.

– Мы встречаемся сегодня.

– Надеюсь, они за тобой присмотрят.

И снова Джо захотелось отменить встречу, но она подавила это желание. После того, как Гарри порвал с ней, она надеялась, что встреча будет для него такой же мучительной, как и для нее. А еще ей хотелось, чтобы он понял, что ему не удалось сломать ее. Она взяла себя в руки, продолжила жить и отлично справлялась с этим, спасибо ему большое. Пусть она одна, но она сохранила себя и стала более уверенной девушкой, чем была, когда уехала из города.

После того как Мэтт ушел, Джо вернулась к бабушке и деду, которые наконец прочли открытку. Молли положила ее на столик перед ними обоими.

– Когда я с ней разговаривала, она сидела вот здесь, – сказала Джо, указывая на фото с идиллической сценой в бухте: лодки, подпрыгивающие на волнах, тоненькая полоска суши с кафе и столиками на улице перед ними. – Вы бы тоже могли себя побаловать, поехать туда в отпуск. Вы еще не видели, где она теперь живет.

– Твоей Ба не удалось затащить меня в самолет, чтобы навестить тебя в Эдинбурге, поэтому у Саши нет шансов убедить меня отправиться еще дальше, в другую страну.

– Теперь мир – это твоя раковина, Дед. – Джо попыталась пошутить, не углубляясь в причину, по которой он никогда не поедет к дочери. Все трое не представляли, как им сосуществовать в одном городе, не говоря уже об одном доме. – Ты отошел от дел. Пора побаловать себя немного больше.

– У нас есть кое-какие сбережения, – поспешила сказать Молли, но, посмотрев на мужа, добавила: – Но я не думаю, что это хорошая идея. Мы должны думать о здоровье Артура. И страховка в путешествии будет астрономической для людей нашего возраста.

Оправдания, оправдания, подумала Джо. Не в этом была причина. Ба и Дед цеплялись за что угодно, только бы не ехать. Все трое были невероятно упрямыми или, по крайней мере, упрямцами были двое, Саша и Артур. В чем-то они были очень разными, но в чем-то были очень похожи друг на друга.

– Просто подумайте об этом, – предложила Джо.

– Мы давили на тебя? – спросила Молли, когда Джо направилась было к стойке. – Честно?

Джо сразу вернулась к ним.

– Вы на меня совершенно не давили, я все делала по собственной воле. Это правда. – Она посмотрела на них обоих по очереди. – Я романтик, иногда люблю помечтать, но моя практичность, которую я унаследовала от мамы – и от тебя, дед, – помогла мне принять логичное решение. Вы меня знаете. Я не пасую, если становится трудно. Когда я решила переехать в Шотландию, то поступила так только потому, что там передо мной открывались новые возможности. То же самое произошло и теперь. Я не была абсолютно счастлива, занимаясь преподаванием. Долгое время я была этим довольна, но мне не хватало страсти. И как только вы мне предложили приехать сюда, вы как будто зажгли во мне пламя. Именно здесь я хочу быть, именно здесь я хочу остаться.

Молли сжала ее руку, убежденная в том, что они поступили правильно. Тут появилась Энджи, и Джо отправилась ее обслуживать, оставив деда и бабушку наедине.

– Здравствуйте, что вам принести? – Этот мужчина, одетый в костюм и галстук, подошедший к стойке, не был завсегдатаем кафе.

– Черный кофе, пожалуйста.

– Сию минуту. Что-то еще?

– Нет, больше ничего, спасибо. – Он оглядел кафе. – Симпатичное у вас местечко.

– Спасибо. Честно говоря, я только провела весеннюю уборку и перекрасила здесь все.

– Вы отлично поработали. – Мужчина не смотрел на нее, он все еще рассматривал интерьер, и Джо почувствовала прилив гордости. Ведь даже посетители заинтересовались ее кафе.

– Благодарю за комплимент. – Она сварила черный кофе, взяла у посетителя деньги и наблюдала, как он устроился за столиком в глубине зала, открыл свой айпад и начал печатать, время от времени поднимая глаза от экрана. Но Джо была слишком занята другими посетителями, делавшими заказ и болтавшими с ней, чтобы гадать, какая история у мужчины с айпадом. Он был очень ухоженным, высоким брюнетом с четко очерченным подбородком. Его даже можно было назвать красивым. Когда мужчина ушел, она решила, что Солтхэйвен был краткой остановкой на его пути куда-то еще.

Молли и Артур задержались в кафе дольше, чем ожидала Джо, но продолжали держаться в тени. Ей было приятно, что они рядом, смотрят, как она делает завсегдатаев их кафе счастливыми и приветливо встречает тех, кто пришел впервые. Это дало им шанс пообщаться с постоянными посетителями, заходившими в кафе. У Джо появилось подозрение, что именно ради этого старики и пришли. Чувство общности в Солтхэйвене было несравнимо ни с чем из того, что доводилось переживать Джо. Она надеялась, что ее мама нашла некое подобие дома в Испании со Стюартом. Они оба выглядели счастливыми во всех отношениях. Но Джо знала: если бы она была в таких отношениях с мамой, в каких та была со своими родителями, то напряжение было бы постоянно с ней, пятная все остальное, что она делала. Джо ненавидела конфликты и предпочитала сглаживать проблемы, а не позволять им кипеть и ухудшаться.

В конце дня, когда у Джо уже заболели ноги, а солнце висело низко над горизонтом, она перевернула табличку на «Закрыто», и ее сердце гулко забилось в ожидании новой встречи с Гарри. Она вернулась в Солтхэйвен, почти не думая о нем, потому что не ожидала, что он может быть здесь. С тех пор как он прислал ей ту открытку, Джо предполагала, что Солтхэйвен слишком мал для Гарри Сэдлера.

Она вытерла все столики. Поставила на них салфетки, в последний раз за этот день запустила посудомоечную машину. Джо протерла стекло витрины там, где внизу остались отпечатки крохотных пальчиков, а в верхней части – и больших. Она как раз собиралась окунуть швабру в ведро с мыльной водой и начать мыть пол, когда фигура у двери подсказала ей, что время истекло.

Это пришел Гарри.

Она повернула ключ и с некоторым усилием открыла дверь, которая снова начала заедать.

– Привет, Гарри. – Джо сумела улыбнуться.

– Рад видеть тебя, Джо.

Она посмотрела на него внимательнее, отмечая коротко подстриженные волосы, более темные, чем она помнила, отсутствие сережки в левом ухе, которая его украшала в эпоху их отношений, пытаясь увидеть двадцатилетнего парня в этом солидном мужчине с кейсом в руке. «Солидный» и «Гарри» – эти слова она никогда раньше не пыталась сочетать в одном предложении.

Джо сделала шаг назад.

– Входи.

Когда Гарри проходил мимо, она уловила древесный аромат лосьона после бритья, которым он пользовался в те времена, когда они встречались, куда более нежный, чем Lynx, который предпочитали все ребята в школе. Это вызвало у Джо улыбку и не только не огорчило ее, а, наоборот, помогло успокоиться и не слишком нервничать.

– Сварить тебе кофе? – Им предстояло разбираться с кипой документов, но Джо требовалось сначала отвлечься и чем-то занять руки. И больше всего ей хотелось быть доброй, хотелось быть выше того, что случилось много лет назад.

– Да, черный, без сахара, спасибо. – Гарри поставил кейс на один из столиков. – Извини, я пришел раньше времени, но я только что закончил другую встречу, и не имело смысла возвращаться в офис на двадцать минут.

– Без проблем, – откликнулась Джо из кухни, где варила черный кофе для него и черный чай для себя.

– Ты хорошо выглядишь, Джо.

– Спасибо, – поблагодарила она, не уверенная в том, услышал он ее или нет. Она задержалась за закрытой дверью. Обычно дверь была открыта, если в кафе были посетители, но ей не хотелось, чтобы Гарри видел, как она закрыла глаза, сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, прежде чем натянуть улыбку и вернуться в зал.

Джо поставила кружки на столик и выдвинула себе стул. Гарри выглядел, как всегда, замечательно, но она бы ни за что ему этого не сказала.

– Я удивился, когда увидел твою фамилию в моем расписании. – Его кейс оставался закрытым. – Я считал, что ты навсегда уехала из Солтхэйвена.

Забавно. Она думала то же самое о нем. Но они оба оказались в Солтхэйвене.

– Я очень рада, что вернулась. – Больше Джо ничего объяснять не стала, как не стала спрашивать, почему он вернулся в город. Она снова встала, ругая себя за то, что забыла принести документы. – Позволь мне принести бумаги, чтобы мы могли начать.

Джо принесла коробку с документами из кухни и подготовилась пережить эту встречу. Следующий час они разбирались с возвратом налогов, чтобы Гарри смог все объяснить. Молли и Артур очень старались, но, честно говоря, Джо догадывалась, что они не понимали и половины из того, о чем шла речь. Они позволили предыдущему бухгалтеру заниматься этим самостоятельно, и хотя эта схема работала и бизнес оставался на плаву, Джо такой вариант не устраивал. Ей нравилось понимать, о чем идет речь, и точно знать, за что отвечает именно она, когда речь заходит о бухгалтерской отчетности. Пока Гарри терпеливо проверял все расходы за предыдущие годы, Джо делала записи. Он нашел то, за что она могла потребовать возвращения налогов. Молли и Артур, а вернее их бухгалтер, попросту это просмотрели.

– Много денег я не получу, – констатировала Джо, – но думаю, что теперь, когда я разобралась с некоторыми расходами, дела пойдут намного лучше.

Гарри улыбнулся ей, на его щеках появились ямочки, и он стал прежним Гарри.

– Денег будет немало. По предыдущим возвратам налогов, которые уже есть, и по тому, что мы с тобой сегодня просмотрели, я бы сказал, что Молли и Артур не потребовали обратно и половины того, что им причиталось.

Джо покачала головой.

– Я попросила отдать мне чеки вплоть до сегодняшнего дня, но они либо валялись как попало, либо Молли и Артур их потеряли.

– Что ж, теперь ты в курсе дела. И чем раньше ты предоставишь мне информацию по налоговому году – как я говорил, в идеале лучше это сделать в течение месяца, – тем больше у меня будет времени оценить твое положение и убедиться в том, что были дополнительные расходы. – Он говорил сухо и деловито. – Если ты сомневаешься, положен ли за что-то возврат средств, все равно присылай все мне, чтобы я проверил.

– Спасибо, я это ценю.

– Могу ли я спросить, почему ты оставила преподавание?

– Спросить ты можешь, но я могу не ответить. – Когда Гарри пожал плечами, Джо сказала: – Мне нужно было сменить обстановку, и я всегда хотела вернуться в Солтхэйвен. Мне подвернулась удачная возможность, и я этим наслаждаюсь. Работы много, но дело того стоит.

Она не призналась в том, что поначалу понятия не имела, каково управлять кафе. У нее было ощущение, что все дни заняты приготовлением напитков и закусок, а еще болтовней с местными. Она не забывала об уборке, о планировании и готовке, но никогда даже не думала о бумажной стороне дела и уж тем более об овладении терминами и практикой бухгалтерского учета. Когда у вас собственный бизнес, властям как будто больше всего на свете нравится заставлять вас заполнять бесчисленные формы и проходить через длительные официальные процедуры. Ничего удивительного в том, что Молли и Артур выбились из сил.

– Ты всегда была организованной. – Гарри закрыл кейс и удовлетворенно хмыкнул. – Ты отлично справишься с этим бизнесом. Если кто и может заставить колесики крутиться, то это ты.

Лесть ему совершенно не помогла. Джо удалось уверенно провести встречу, во всяком случае на вид, но напоминание о том, что он знал ее намного ближе, эту уверенность пошатнуло.

Она попыталась придать голосу беззаботность:

– Я бы никогда не выбрала тебя в качестве бухгалтера.

Эта мысль не давала ей покоя с того самого момента, когда она оправилась от первоначального шока, услышав от секретаря фирмы его фамилию.

– Ты всегда хотел быть механиком.

Гарри усмехнулся.

– Я и был механиком три года назад, когда вернулся из путешествия.

– Что заставило тебя сменить профессию?

– Я по-прежнему люблю возиться с машинами, но я захотел заниматься корпоративной работой. Я прошел обучение в бухгалтерской фирме в Лондоне, а потом, когда подвернулась эта вакансия, я увидел шанс вернуться к своим корням. – Они переглянулись. – Я действительно рад видеть тебя, Джо.

Разве он уже этого не говорил?

Она на мгновение отвлеклась, но потом забрала кружки.

– Мне лучше заняться делом. Мне еще нужно вымыть пол.

Джо отнесла кружки в кухню и поставила на стол.

– Доска почти полностью закрыта. – Когда она вернулась в зал, Гарри, сунув руки в карманы, разглядывал коллекцию открыток. – Я помню, как мы раньше приходили сюда выпить молочный коктейль и поговорить об экзотических местах, в которых мы хотели когда-нибудь побывать. Бали занимал первое место в моем списке, а тебя больше привлекала Португалия.

Джо впервые за вечер встретилась с ним взглядом.

– А я помню совершенно другую открытку, после которой мой мир почти остановился.

Гарри вытащил руки из карманов, одной рукой поскреб подбородок.

– Я был неправ, поступив так с тобой.

– Ты имеешь хоть какое-то представление о том, каково мне было? – Она не позволила голосу дрогнуть. – Одно то, что ты закончил наши отношения в тот момент, когда я думала, что мы счастливы, уже было ужасно. Но сделать это с помощью открытки и в мой день рождения!

Он покачал головой, и Джо увидела на его лице сожаление, но она не собиралась позволять ему так легко сорваться с крючка.

– Я никогда не прощу себя за то, что поступил так, Джо. У нас все было по-настоящему серьезно, и думаю, что я просто испугался. С тех пор я повзрослел. – Гарри откашлялся, его извинения повисли в воздухе. – Ты бы предпочла, чтобы я передал твой бизнес кому-то другому в нашей фирме? Если ты предпочитаешь не работать со мной, пусть так и будет.

Джо обдумала его слова. Да, так было бы легче. Но, возможно, легче было бы как раз для него. Он бы смог избегать ее, как раньше.

– Нет, ничего страшного. Прошлое быльем поросло. – Так было, но его появление в кафе все воскресило.

Гарри собрался было что-то сказать, но в этот момент в дверь постучали, и в кафе через стекло заглянул Стив.

Джо открыла ему дверь.

– Привет, Стив.

– Я принес тебе трафареты.

– Ах да, для вывески.

Он протянул ей пластмассовую коробку.

– Тут несколько штук, которые могут подойти, морские раковины, к примеру. Ты только дай мне знать, и я приду и все нарисую. Но мне нужно будет забрать трафареты как можно быстрее: я одолжил их у друга, художника и декоратора, а он завтра уезжает в Бриксхэм, будет ремонтировать кафе.

– Без проблем. Входи.

Стив замялся.

– Я помешал?

– Нет, что ты. – Он помешал, но, с точки зрения Джо, время было выбрано идеально. – Это Гарри, мой бухгалтер. Мы разбирались с документами. И мы уже закончили. – Теперь она не могла даже смотреть на Гарри, но тот понял намек и собрался уходить.

– Я позвоню, Джо. – Он явно колебался, но когда она не ответила, уставившись на трафареты в коробке, он ушел.

– Он твой бухгалтер? – переспросил Стив, как только Гарри ушел и они с Джо сели за столик, чтобы выбрать трафареты.

– Верно.

– А так и не скажешь, если судить по тому, как он смотрел на тебя.

Джо рассмеялась, и этот смех прозвучал фальшиво. Но она подозревала, что, хоть Стив и был на вид типичным блондином из анекдотов, от него ничего не укрылось.

– Давай, выкладывай, – поторопил он.

– Когда-то мы с ним встречались.

– Это все объясняет. И как долго?

– Несколько лет. Четыре года, если быть точной.

Стив присвистнул.

– Ты его бросила?

– Почему ты так решил?

– Потому что он смотрит на тебя не так, как если бы сам отпустил тебя. Он смотрит на тебя так, будто хочет тебя вернуть.

В самом деле? Не потому ли он пришел на эту встречу, не потому ли извинился за то, что сделал?

– Брось! – отмахнулась Джо, выбрасывая Гарри из головы. – Давай выберем трафарет и оба пойдем уже по домам.

Стив не стал настаивать, и после обсуждения она выбрала морские раковины для вывески. Это было просто, подходило к пляжной теме и отлично дополняло надпись.

У двери Стив обернулся.

– Прости, но ты выглядишь измотанной.

Джо засмеялась.

– Хочешь сказать, что я дерьмово выгляжу?

– Я этого не говорил. – Он положил руку ей на локоть. – Просто не переусердствуй, ладно? Заниматься бизнесом тяжело, но у тебя отлично получается.

Закрывая за ним дверь, заново наполняя ведро горячей водой, Джо поняла, что Стив был прав. Она устала, и даже эйфория от управления собственным кафе на этот раз не помогла ей справиться.

И новая встреча с Гарри тоже не помогла.

Глава четвертая

Последнюю неделю погода была непредсказуемой. Порой выпадали дни солнечные, красивые, небо было ясным и синим; а в другие дни погода не радовала, шел дождь. Ливень обрушился на пирс спустя день после встречи Джо и Гарри, оставив после себя порывистый ветер и зловещие рваные облака, которые только утром начали рассеиваться. Они были под стать настроению Джо, потому что в понедельник утром духовка в кафе вышла из строя. Ей пришлось оплатить экстренный вызов мастера, чтобы исправить поломку, ведь без духовки она обойтись не могла. И в данный момент у нее было такое ощущение, будто кафе теряет деньги. Она не могла с уверенностью сказать, сколько еще непредвиденных расходов выдержит. На прошлой неделе ей пришлось заменить посуду со сколами и пятнами, двумя неделями раньше она была вынуждена оплатить счет за электричество, который каким-то образом умудрилась пропустить, поэтому ей прислали его с пометкой «срочно», что было намного хуже.

Но Джо была полна решимости изо всех сил сохранять позитивный настрой. И пока в кафе было тихо, у нее наконец появился шанс сосредоточиться на ее плане, ведь она собиралась добавить немного волшебства в жизнь двух жителей Солтхэйвена. Одновременно это отвлекало ее от мыслей о Гарри, который присутствовал в них куда больше, чем ей хотелось бы.

Мэтт привез ей овощи и фрукты, они немного поговорили о группе, которая дала живой концерт в пабе в субботу вечером. Джо восхищалась талантом барабанщика, а Мэтт настаивал, что звездой был гитарист. А когда в кафе пришла Джесс, местный врач, обязательно заходившая ранним утром по рабочим дням, мысли о составлении пар помчались в голове Джо со скоростью челнока.

Джесс идеально подходила Бену, но они никогда не пересекались. Джесс принимала пациентов в городском медицинском кабинете, а Бен работал либо дома, либо в офисе в соседнем городе дальше по побережью.

– Дверь кафе снова заедает, – заметила Джесс, вытаскивая из ушей наушники и пытаясь закрыть за собой дверь.

Джо покачала головой.

– Придется снова вызывать Стива. Это наш мастер на все руки, – объяснила она.

– Я знаю, я его видела и здесь, и в море на серфе.

Джо выглянула из кафе в надежде перехватить его – ей это часто удавалось по утрам в рабочие дни, даже в плохую погоду. Но на пляже никого не было, кроме пожилой пары, которая отважилась выгулять двух шоколадных лабрадоров. Ей пришлось отправить Стиву сообщение.

– Как пробежка? – спросила Джо. – Неудачный день для бега.

– Хотя бы дождя нет. – Джесс была одета в обтягивающие спортивные брюки и футболку. Наушники были воткнуты в телефон, надежно зафиксированный в сумке на руке. – Это хороший способ начать утро понедельника. Я остаюсь дома только в сильную бурю.

– Ты у всех нас вызываешь чувство стыда, – сказала Джо. – Сколько ты сегодня пробежала? – Она заняла свое место за стойкой и кивнула двум другим посетителям, которых не знала. Эти двое вошли в кафе и изучали меловую доску с блюдами дня и напитками. Джо заметила, что они разглядывали и доску с открытками, пытаясь понять, в каких местах они уже побывали, а в каких им еще только предстояло побывать.

– Десять километров, и последний километр по песку для большей нагрузки. – Джесс сияла, она была на подъеме после бега, казалось, эндорфины жужжали вокруг словно сумасшедшие.

– Я сразу чувствую себя виноватой, что ни разу не выходила из комфортной зоны пешей прогулки.

– Ходьба – наилучшая тренировка, какая только может быть. Я всегда говорю это моим пациентам.

– Я слышала, что у тебя есть группа тех, кто занимается ходьбой.

– Верно. – Джесс, городской терапевт, работала полный день, но при этом успевала продвигать фитнес среди горожан. – Утром по воскресеньям желающие встречаются в начале пирса под указателями. Мы отправляемся на прогулку по городу, в конце поднимаемся на холм от пирса и спускаемся с другой стороны.

Джо видела, как группы собираются возле указателей, направляющих людей к кафе, магазинчику с летними товарами, закусочной и кафе-мороженому. Джо иногда хихикала, слыша, как люди обмениваются впечатлениями после прогулки. Они прошли семь с половиной километров и сидели за столиками, поедая брауни или печенье, с таким видом, будто преодолели марафонскую дистанцию. Но они по крайней мере выходили из дома и проходили определенное расстояние. И это было намного лучше, чем просто сидеть в кафе и есть, вообще не занимаясь спортом.

– Как обычно? – спросила Джо, когда Джесс налила стакан воды из кувшина, стоявшего у стены. На этот раз она добавила в воду несколько кружочков огурца, чтобы вода стала более освежающей.

– Да, пожалуйста, – ответила Джесс. – А чем это так вкусно пахнет?

– Это будут киши с беконом и сыром, я их только что поставила в духовку. – Джо пришлось раскошелиться, но духовку починили утром очень быстро.

– Я возьму один с собой, если они будут готовы в следующие десять минут.

Джо посмотрела на свои часы.

– Будут. Я положу один в коробку для тебя. А салат добавить?

– Это было бы замечательно. У меня никогда не хватает времени приготовить себе ланч. Хотя мне следовало бы.

– По-моему, пробежки и полного рабочего дня достаточно, согласна? – Джо улыбнулась. – У тебя бывает хотя бы пять минут для себя?

– Не бывает.

– Тебе это необходимо. Ты часто выходишь развлечься? – Ей надо было выяснить, насколько Джесс свободна, на случай, если ее план сработает. Стрела купидона должна была вот-вот отправиться в полет, но Джо требовалось сначала убедиться, что цель намечена правильно.

– Вечерами я обычно сижу перед телевизором, – призналась Джесс. – Стыд и срам, честно говоря. Кроме работы, у меня почти ни на что не остается времени. В кабинете каждый день всего два врача, а работы очень много. Мы пытаемся найти еще одного врача, хотя бы на несколько часов в день, но ты же знаешь, каково это. Выбор в наши дни невелик.

Джо собрала все ингредиенты для клубничного смузи, который Джесс всегда пила после пробежки.

– После кафе я обычно валюсь с ног, – сказала она, – поэтому телевизор для меня единственная компания. Если не считать те вечера, когда Молли хочется накормить меня домашней едой, или субботних вечеров, когда моя подруга Мелисса вытаскивает меня в паб. Тебе следовало бы как-нибудь сходить вместе с нами, если ты захочешь.

– Спасибо, Джо, ловлю тебя на слове.

Джо закончила готовить смузи, закрыла стакан пластмассовой крышкой и протянула его Джесс.

– Как много их стало… – Джесс рассматривала доску с открытками. – К сожалению, от меня их совсем немного.

– Посмотри вот эту. – Джо вытащила еще одну открытку, лежавшую возле кассы. – Она была на коврике сегодня утром.

– Остров Гамильтон. Где это? – Она посмотрела внимательнее. – Гряда Витсандей, Австралия. Вау, держу пари, там великолепно. Можно? – Когда Джо кивнула, Джесс перевернула открытку, чтобы прочесть текст. – Это от Андреа… И она помолвлена! – Джесс улыбнулась, прижала открытку к груди и закрыла глаза.

– Я несколько раз встречала их обоих, – сказала Джо. – Приятно, что люди до сих пор присылают открытки в кафе, хотя теперь здесь заправляю я. А не Ба и Дед.

– Но это все то же кафе, и теперь ты одна из нас, Джо.

У Джо стало тепло на сердце, когда она услышала эти слова от местной жительницы.

– У меня такое же чувство.

Джесс вздохнула.

– Я знала, что у Андреа и Тоби все случится быстро. Зачем терять время, если они идеально подходят друг другу?

Джо знала еще двух человек, подходивших под это описание. Слова уже были готовы сорваться у нее с языка, но она промолчала, надеясь, что ее план сработает. Одной работы Джесс явно не хватало для счастья, и то, как она отреагировала на помолвку других людей, только доказывало это.

Джо взяла булавку с самого верха доски, воткнула ее в открытку и прикрепила к доске. Зеленые пальмы на фоне синего неба оживили тусклый день на южном побережье Англии.

– Ты собираешься путешествовать? – спросила Джо.

Джесс пожала плечами и воткнула соломинку в крышку стакана, чтобы потягивать смузи.

– В следующем феврале я надеюсь поехать покататься на лыжах, но пока мне не с кем ехать. Ты же не катаешься?

Джо рассмеялась и ответила:

– Я там буду как Бэмби на снегу.

Когда Джесс ушла, Джо отправила сообщение Стиву по поводу двери, и тот согласился прийти вечером, закончив с делами на стройке. В кафе наступило затишье, и Джо еще немного полюбовалась открытками. Одна привлекла ее особенное внимание. Несомненно, самый роскошный зимний пейзаж был прислан из Аспена, штат Колорадо: идеальная заснеженная улица, фонарный столб, украшенный зеленой листвой и красными лентами, запряженная лошадью повозка, в которой сидела пара, прижавшаяся друг к другу и укрытая пледами.

Она снова подумала о Джесс. Джесс, городской врач, спортивная, здоровая, дружелюбная и веселая, при этом была совершенно одинока. Джесс, красивая женщина, заслуживала того, чтобы найти свое счастье.

Посетителей не было. Джо не терпелось привести свой план в исполнение. Она достала особые красные открытки без картинок и черную ручку для каллиграфии, которую приобрела специально. Попрактиковавшись немного на обрывке бумаги, она была готова написать первое приглашение.

Когда эта идея впервые пришла ей в голову после провала вечера в честь Дня святого Валентина, Джо была слишком занята, чтобы начать ее осуществлять. Но теперь, предвкушая и немного нервничая, она была к этому готова. И Джесс, и Бен, оба были одиноки, оба слишком заняты своей повседневной жизнью, чтобы найти хотя бы минуту и задуматься о том, что бы они могли добавить в свою жизнь и стать счастливыми. Для Джо пришло время их немного подтолкнуть.

Она написала на открытках дату и время. Это был вечер следующей субботы, когда ни Бен, ни Джесс не работали. И если Бену потребуется приходящая няня для Чарли, Джо не сомневалась, что он сможет ее найти. Это должно было быть свидание вслепую, и ей оставалось только надеяться, что они оба согласятся в этом участвовать. На открытках она приписала: «Приходите в «Кафе в конце пирса», чтобы встретить новую любовь». Хихикая над своим планом, она вложила открытки в одинаковые красные конверты. И тут звякнул колокольчик над дверью.

Вошел Стив, неся ящик с инструментами одной рукой, а другой зачесывая волосы ото лба назад.

– Я пришел пораньше. Решил, загляну-ка я к тебе на ланч во время перерыва.

– Ты мой спаситель. – Джо наблюдала, как он попытался закрыть дверь, но обнаружил, что она цепляется точно так же, как и прежде. – Мне опять пришлось пустить в ход плечо. – Без своевременной помощи Стива ее наличные пострадали бы еще от одной траты. Он брал разумные деньги за все работы, которые выполнял, а иногда чинил какие-то мелочи бесплатно. Джо не представляла, как бы кафе обходилось без его помощи. Она определенно была не особенно умелой, если нужно было взяться за отвертку или молоток.

– Понятно. Этого мы так оставить не можем. Верно? – Стив подмигнул Джо, нагнулся и достал деревянный блок, обернутый наждачной бумагой. – Должно быть, все дело в теплых днях. На этот раз я ошкурю ее побольше. И, судя по всему, нижнюю петлю нужно подтянуть. Я быстро.

Джо снова поблагодарила его и улыбнулась Энджи, появившейся на пороге и сумевшей протиснуться мимо Стива. Благодарная за затишье в кафе, Джо смогла вдоволь поболтать с Энджи, хотя первые приглашения в красных конвертах, казалось, вот-вот прожгут дыру в ее кармане.

Ей хотелось довести начатое до конца.

И это было отличное средство, чтобы отвлечься от доходов, от наличных денег и от мыслей о том, не сошла ли она с ума, променяв регулярный доход на нестабильность собственного бизнеса.

Глава пятая

День Майского праздника оказался в высшей степени неудачным. Хмурые темные тучи нависли над пирсом, придавая поверхности воды цвет черного дерева. Косой дождь поливал окна кафе, и каждый, кто осмелился выйти из дома, промокал насквозь. На сердитых волнах, поднимавшихся и ударявшихся о берег, белела пена.

– Не думаю, что сегодня мой бизнес будет процветать. – Джо отошла от окна, на подоконнике-диване которого Молли и Артур грели ладони о чашки с чаем. – Что случилось с весной?

– О чем это ты толкуешь? – Артур рассмеялся. – Это типичная британская погода для выходного дня!

– О, вот один отважный, – сказала Молли, заметив мужчину, выгуливавшего собаку на пляже. Он вцепился в капюшон, чтобы прикрыть лицо, и с трудом шел вперед.

– Скорее, глупец, – ответил Артур. – Я рад только одному: мы добрались сюда до того, как небеса разверзлись. Кажется, даже чайки сегодня попрятались. И танцы вокруг майского шеста на вершине холма отменили. Жаль, детям это нравится.

– Я тоже их любила, когда была маленькой. – Джо улыбнулась. Напрасно она размечталась. Не стоило представлять такую идиллическую картину: кафе целый день залито солнцем, дети бегают по пирсу, мороженое в вафельных конусах опасно покачивается в их руках, а у нее самой нет даже возможности присесть, потому что день стал славным началом туристического сезона.

Почти все утро Молли и Артур составляли ей компанию, но перед ланчем они ушли, устав от мрачной погоды и отсутствия местных, зашедших поболтать.

В течение дня кое-кто в кафе все же заглядывал, но эти посетители лишь напоминали Джо о том, что все пошло не так, как она предполагала. Она думала, что это будет день улыбок, футболок и шлепанцев, наполненный запахом крема от загара. Она не представляла в мечтах вытянутые лица, мокрые плащи и обувь, оставлявшую грязные следы на полу кафе. Даже вазы с желтыми нарциссами, которые Джо расставила в зале, не могли развеселить посетителей. Когда неожиданно появился Мэтт, Джо впервые с момента приезда в Солтхэйвен-он-Си стояла, тяжело привалившись к стойке.

– Ты такая же хмурая, как погода на улице. – Он закрыл за собой дверь.

– Что ты здесь делаешь? – Слова Мэтта вызвали у нее улыбку. – Ведь у тебя сегодня выходной, верно?

Следом за Мэттом в кафе вошла маленькая девочка. Она была настолько очаровательной, что Джо и в голову не пришло рассердиться, когда ее крошечные темно-розовые резиновые сапожки оставили дорожку следов от коврика у двери до столика, который она выбрала. На малышке был теплый жилет с воротником-стойкой в тон сапожкам. Каштановые кудряшки ложились на плечи.

– Поппи собралась сегодня потанцевать вокруг майского столба на поле, – объяснил Мэтт. – Мы это давным-давно запланировали, правда? – Девочка широко улыбнулась ему в ответ, зардевшись от смущения. Мэтт нагнулся ближе к Джо, чтобы только она могла его слышать. – Надеюсь, у тебя сегодня в меню найдется что-нибудь интересное, чтобы ее отвлечь. Я обещал ее маме, что сегодня она побудет со мной. Мне хочется вернуть ей счастливого ребенка, если я смогу.

– Она твоя? – Между ними действительно было сходство.

– Поппи – дочка моей сестры Анны. Сестра ждет еще одного ребенка и совершенно без сил.

Какой он добрый, помогает сестре. Джо сомневалась, что многие мужчины поступили бы так же, особенно одинокие мужчины, занятые бизнесом на семейной ферме, у которых редко бывают выходные. Она улыбнулась Мэтту.

– Доверь это мне. – Она подошла ближе к Поппи и присела на корточки рядом с девочкой. – Готова поспорить, что ты много знаешь о фруктах и овощах.

Когда малышка кивнула, Джо спросила:

– Ты ешь сливы?

У девочки расширились глаза, к ней вернулся голос.

– Я люблю сливы.

– Что ж, сегодня утром я встала очень-очень рано и приготовила шоколадный пирог со сливами. – Ей удалось заинтересовать Поппи. – Хочешь кусочек?

Девочка посмотрела на Мэтта, севшего на стул напротив племянницы.

– Нам, пожалуйста, два куска пирога со сливами, – сказал тот.

– А шоколадным соусом полить?

Мэтт рассмеялся.

– Можно было даже не спрашивать.

Джо пошла подогревать пирог. Она растопила кусочки шоколада на водяной бане, добавила сметану, сахар и воду, а когда соус был готов, она полила им обе порции пирога.

Не успела она поставить тарелки перед Мэттом и Поппи, как в кафе вошел Стив. Он привел блондинку, которую Джо никогда раньше с ним не видела. Они устроились за столиком в середине зала, и Джо приняла у них заказ на два кофе и кусок шоколадного пирога со сливами, который парочка собиралась съесть на двоих. Джо собралась было поддразнить Стива по поводу его увлечения здоровым образом жизни и желания сохранить тело спортивным и крепким, но удержалась, так как не была уверена, что его спутница обрадуется такой излишней фамильярности.

Ближе к вечеру, когда дождь все еще поливал Солтхэйвен-он-Си, а в течение часа не пришел ни один посетитель, Джо решила закрыть кафе пораньше. Она без спешки навела порядок и радовалась тому, что торопиться не нужно. Мелиссу пришлось подождать, она могла пойти в бар только поздно вечером, так что Джо успела набросать новые идеи для плана.

Чтобы устроить в кафе вечер любви, ей надо было создать романтическую атмосферу. Она записала то, что, по ее мнению, могло бы ей понравиться. По ее задумке, в дальнем правом углу кафе, на расстоянии от других столиков, должны были проходить свидания вслепую, которые она собиралась устраивать. На этот столик она планировала поставить цветы и свечи, создав вокруг него подобие беседки, которая обеспечит уединение и подчеркнет тему вечера. Она не была уверена, как это организовать. Требовалась конструкция, которую можно было легко собрать и разобрать с минимальными усилиями. Это был главный вопрос, но чем подробнее становились ее планы, тем больше удовольствия они ей доставляли.

К тому времени, когда Джо вышла из кафе и заперла дверь, облака разошлись, дождь притих, и мелкая морось, смешиваясь с морской солью, сопровождала ее до конца пирса и по дороге к городу.

В пабе ее уже ждала Мелисса, сидевшая за ближайшим к камину столиком, в котором по-зимнему, а совершенно не по-весеннему пылал огонь.

– Что это ты такое пьешь?

– Это майский пунш Билли. – Мелисса подняла стакан и перечислила ингредиенты, которые добавил в напиток хозяин заведения. – Он сказал мне, что в этом пунше свежая клубника, белое вино, лимонад и еще какая-то трава, название которой я, честно говоря, не помню. Как только я услышала, что в составе есть вино, я сразу согласилась.

Джо повесила пальто на спинку стула, и когда Билли проходил мимо со стаканами пунша, она попросила этот напиток и для себя.

Теплу огня удалось прогнать холод, который, казалось, оставался в ее теле весь день, да и пунш оказался не так уж плох.

– В кафе сегодня было пустовато? – спросила Мелисса.

– Посетителей было так мало, что я даже в какой-то момент заскучала. Я первый раз столкнулась со скукой после моего приезда в Солтхэйвен-он-Си.

– Это не похоже ни на тебя, ни на кафе.

– Знаю. Но погода ужасная.

– Это проклятие нерабочего дня. – Мелисса улыбнулась. – У меня был замечательный выходной, я весь день не выходила из дома.

– Можешь больше ничего не говорить: Джеймс был с тобой. – Джо почувствовала легкий укол зависти. Холодные дождливые дни становятся намного приятнее, если есть с кем их разделить. По тем временам, когда она была с Гарри, Джо помнила зимние дни, когда они никого больше не хотели видеть, довольные обществом друг друга. Она заметила, что многие люди все-таки пришли в кафе, несмотря на необходимость сражаться с дождем и ветром. И сделали они это только потому, что им не хотелось сидеть в одиночестве. А Джо знала, каково одиночество на вкус.

– Да нет, его со мной не было. Он вернется только завтра, навещает родителей в Уэльсе. Но я наслаждалась личным пространством, извлекала из него максимум, пока мы еще не съехались.

Когда разговор перешел на обсуждение планов Мелиссы относительно Джеймса, они отодвинулись от огня.

– Так лучше, – оценила Мелисса. – Пламя слишком жаркое, я уже совершенно высохла.

Пальто Джо тоже высохло и нагрелось, поэтому она перевесила его на другой стул. Потягивая пунш, она повернула голову, и в поле ее зрения попал Гарри. Он как будто материализовался из ее мыслей. Гарри стоял возле бильярдного стола, заметил ее и направился к их столику. Джо некуда было спрятаться.

– Рад тебя видеть. – Он остановился рядом с ними с кием в руке. – Ужасная погода для выходного, верно?

Джо улыбнулась. В кафе она заранее подготовилась к тому, что увидит его, но теперь, в общественном месте, ситуация была совершенно иной.

– Не слишком хорошая для бизнеса.

– Догадываюсь.

– Гарри, это Мелисса. Должно быть, ты ее помнишь?

Мелисса сухо поздоровалась с Гарри, а тот подтвердил, что помнит ее. Разговор не клеился, он понял намек и вернулся к своим приятелям.

– Хватает же ему наглости так себя вести после того, что он тебе сделал.

Джо покачала головой.

– Это было давно. Я через это перешагнула. – Но краем глаза Джо видела, что Гарри все еще время от времени смотрит на них. Она была раздосадована тем, что он начинает действовать ей на нервы, и не важно, платонические у него намерения или нет.

Они ушли из паба задолго до закрытия, так как Джо хотела лечь пораньше, чтобы выспаться и быть готовой к своему единственному выходному на следующий день. И, честно говоря, Гарри смотрел на нее слишком часто, вынуждая ее допить остатки пунша, встать и надеть пальто, удивив Мелиссу внезапным решением уйти.

Часть пути они прошли вместе, радуясь тому, что даже морось прекратилась. Когда они попрощались, Джо вышла на главную дорогу напротив набережной, перешла ее и пошла вдоль маленького озера возле одного из больших отелей. Ребенком она проводила на этом озере много времени с Николасом и Тимоти. Они запускали свои игрушечные деревянные кораблики, смотрели, как бриз надувает их паруса, отправляя эти суденышки в путешествие. Джо прошла мимо пирса, а потом свернула на дорогу, ведущую к городу. Магазин сладостей «Рай Солтхэйвена» остался на том же углу, что и прежде. Она много лет туда не заходила, но знала, что владельцы отказались от современной упаковки и попрежнему продавали сладости всех цветов, форм и размеров в больших пластмассовых или стеклянных контейнерах, взвешивая требуемое количество. Николас однажды зашел в этот магазин, чтобы купить четвертинку пирога с ревенем и заварным кремом. В спешке он забыл, что у него на плече висит большой надувной круг, и сбросил на пол три стеклянных контейнера. Почти год Николас стеснялся снова зайти в магазин, поэтому Джо и Тимоти приходилось покупать для него сладости. Джо и Гарри заходили в этот магазин во время их первого свидания, чтобы купить сладости перед тем, как отправиться смотреть кино в крошечный кинотеатр на краю города.

Пройдя мимо магазина, Джо обернулась, чтобы еще раз увидеть пирс. С этого места она видела кафе-мороженое, самый конец пирса, где обычно сидели рыбаки, закусочную и указатель, под которым они с Гарри впервые поцеловались. В тот день она наблюдала, как он скользит по волнам на доске, а у поцелуя был вкус океана, солнца и всего того хорошего, что есть в мире. Тогда Джо думала, что они всегда будут вместе, но как это часто бывает с первой любовью, каждый из них пошел своим путем. Она до сих пор не могла поверить, что они оба вернулись в Солтхэйвен-он-Си, и сомневалась в том, что это хорошо. Джо не была уверена даже в том, стоит ли ей оставлять Гарри в качестве бухгалтера. Ее направили к нему лишь по причине того, что он еще только набирал себе клиентов. Но меньше всего на свете ей хотелось в этот момент искать другую фирму. Другой бухгалтер мог оказаться не из этого города, да и смогла бы она доверять ему? Что бы ни произошло между ней и Гарри в прошлом, его фирму ей рекомендовали, а сплетни были самой лучшей гарантией профессионализма фирмы, по мнению Джо.

Она продолжила путь к вершине холма. Город во многом изменился. В силу вошли ограничения на парковку, на подъезде к городу построили большой супермаркет, появились новые магазины. Но что-то осталось прежним, например теплый прием, который горожане оказывали каждому, кто выбирал Солтхэйвен для жизни. И это привело домой Джо. У города была душа, и это не могло измениться.

Войдя в квартиру, Джо повесила пальто, повернула термостат намного дальше, чем робкие пятнадцать градусов, на которые он был установлен, и сделала себе чашку горячего какао. Закончив с этим, Джо достала айпад. Ее личная жизнь потерпела крах и сгорела, ее воскрешение в ближайшем будущем не просматривалось, но это не означало, что такая же ситуация и у всех остальных. Пусть она совершенно беспомощна, когда речь идет о ее отношениях, пока ей будет достаточно того, что она подтолкнет других к счастью.

Джо как следует поискала в «Гугле» и спланировала все, что требовалось для вечера любви в кафе. В свой выходной день она купит все необходимое для приведения ее плана в действие.

В порыве энтузиазма, радуясь тому, что в пабе она ограничилась одним стаканом пунша, Джо схватила ключи от машины и два красных конверта, которые ждали своего часа на полке в коридоре, и вышла из теплой милой квартиры.

Она завела свой старенький «Фольксваген-жук». Автомобиль протестующе заворчал, ведь его заставляли работать в такой час ночи, но все-таки послушно поехал по окраинным улицам на другой конец города. Там Джо сначала нашла многоквартирный дом, в котором жила Джесс. Оставив конверт в почтовом ящике ее квартиры, ощущая вкус приключений, она снова уселась в машину и поехала к Бену. Приблизительные адреса ей подсказала Молли, а романтичная Мелисса нашла точные номера квартиры Джесс и дома Бена. Хотя поначалу подруга сказала, что работа на почте не позволяет ей раскрывать такую информацию, Джо ответила, что она дружит и с Джесс, и с Беном, и ей будет нетрудно получить эту информацию от любого другого человека в городе. Поэтому Мелисса сдалась.

Джо доставила Бену конверт с открыткой, но когда она уже садилась в машину, на подъездную дорожку как раз свернул его красный «Рендж Ровер». Джо затаила дыхание, помахала Бену рукой и уехала, надеясь, что он ничего не заподозрит.

Вернувшись в свою квартиру, Джо отправила сообщение Стиву, надеясь, что не помешала его свиданию с той блондинкой, с которой он был в кафе. Но он ответил через десять минут, пообещав помочь ей в ее планах. Он пока не назвал ее любительницей мыльных опер, но, возможно, оставил эту оценку на потом.

В самом романтическом настроении Джо легла в постель и уснула.

На другой день она встретилась со Стивом в магазине «Сделай сам» на выезде из города, где они выбрали четыре обработанных сосновых бруса для столбов, чтобы соорудить некое подобие беседки внутри кафе. Он погрузил брус в свой пикап. При длине ее машины в шесть футов Джо даже надеяться не могла самостоятельно довезти их до кафе. Она выгружала в кузов то, что Стив положил в тележку: набор болтов и гигантские деревянные кубы, поднять которые она могла только по одному.

– Тебе нужно учиться серфингу, чтобы руки были сильными, – предложил Стив. Но ответом ему был взгляд, говоривший: и не надейся. – Я серьезно. Тогда ты сможешь поднимать такие блоки. – Он с куда большей легкостью, чем Джо, поднял один из кубов.

– Отстань.

– Тебе предстоит много хлопот ради других людей. – Он надвинул на глаза темные очки. От прошедшего накануне дождя не осталось и следа, и создавалось впечатление, что они перепрыгнули в другое время года.

– Люди в Солтхэйвене много сделали для моей семьи. Когда я была в Шотландии, а здесь было наводнение, очень многие помогали Ба и Деду и дома, и в кафе.

Стив уселся на край кузова пикапа и похлопал по нему рукой, приглашая Джо сесть рядом.

– Твоя семья на хорошем счету. И ты на хорошем счету.

– Спасибо. – Джо даже смутилась немного.

– Я помню наводнение. Хотя кафе стоит на пирсе, высоко над океаном, от дождей поднялись такие волны, каких я никогда не видел. В конце концов мы положили мешки с песком у входа в кафе и у магазинов. Би в течение недели готовила для твоей Ба, потому что Деду было плохо. Энджи отвезла его к врачу, хотя я не уверен, что он был ей за это благодарен, ведь ему всю дорогу пришлось слушать ее болтовню. Когда буря сорвала черепицу с крыши бунгало и несколько водостоков, соседи им тоже помогли.

– Включая тебя. – Джо улыбнулась ему. При всей его уверенности в себе Стив не любил себя хвалить.

– Твои дед и бабушка тоже многим помогали. Когда Мэгги, заместитель директора начальной школы, сломала ногу, Молли полностью взяла на себя подготовку к школьной продаже выпечки. Она собрала пироги, подготовила помещение и руководила всеми, чтобы за каждым прилавком стоял продавец, а вся выпечка была продана. В тот год они собрали больше денег, чем когда бы то ни было раньше.

Джо усмехнулась.

– Очень похоже на Ба.

Стив посмотрел ей прямо в глаза и вдруг выпалил:

– Скажи мне, ты действительно думаешь, что сможешь стать Купидоном, организовав этот твой вечер любви в кафе?

– От всей души на это надеюсь. Трудно знакомиться с людьми.

– И ты думаешь, они придут, те, кого ты выберешь?

– Не знаю, но я должна попробовать. И у меня такое чувство, что два человека, которых я выбрала, настоящие спортсмены и дадут себе шанс. Я могу быть очень убедительной, когда захочу.

– Могу себе представить.

Джо позволила солнцу согреть ее кожу, наслаждаясь этим ощущением после холода накануне.

– Как ты заставишь эти красивые сосновые брусья стоять? – Она обернулась и посмотрела в кузов. – Они довольно высокие. Я не хочу, чтобы они упали на счастливую – или несчастливую – пару в субботу вечером. А то они подадут на меня в суд, и больше никаких вечеров в кафе не будет.

– Видишь вот эти огромные блоки, которые мы подняли? Вернее, ты попыталась поднять…

Она игриво ткнула его локтем в бок.

– Эй, один я все-таки подняла.

Стив поднял один блок.

– Они тяжелые. В каждом из них я просверлю отверстие сверху, затем с помощью вот этих длинных болтов прикреплю брусья к основаниям. Прикреплю со всех сторон, чтобы они стояли совершенно прямо. Болты легко открутить, чтобы разобрать всю конструкцию после вечера свидания и собрать ее для следующей пары.

– Звучит здорово. А хранить я их буду в кладовой, которую я освободила от коробок с бумагами.

– Ах да, система бухучета твоих бабушки и деда. – Слово «бухучет» Стив обозначил воздушными кавычками, и они с Джо одновременно фыркнули.

Она позволила себе довольную улыбку.

– Событие в субботу вечером обещает быть идеальным.

– Ты что-нибудь приготовишь?

– Разумеется. – Джо рассмеялась, когда Стив скорчил гримасу. – Только недавно я придумала меню, но ужин состоится после закрытия, свидание пройдет без свидетелей, не считая меня, но я могу спрятаться в кухне. Представь, если у этих двоих все будет серьезно и они поженятся, люди будут приходить в кафе еще и с такой целью.

– Ты будешь новым Tinder в Солтхэйвене.

– Эй, ничем таким я не буду. Я предпочитаю думать о себе как о свахе в духе Силлы Блэк, а не о ком-то связанном со свайпом или принципом «никаких обязательств». Все законно и честно. – Джо вдруг на минуту встревожилась, что все будет не так романтично, как она себе представляла. Но Стив ошибался. Если вокруг столика будет беседка, а на столе цветы и свечи, то сохранится весеннее настроение.

Они вернулись в кафе и вдвоем сумели затащить все брусья и основания в кладовку. В вертикальном положении брусья занимали не слишком много места, а основания аккуратно выстроились вдоль стены.

– Спасибо тебе за помощь. – Джо сделала им обоим флэт уайт навынос. Было бы очень приятно посидеть на подоконнике-диване у окна и посмотреть на океан, но Молли и Артур были в своей стихии единственный день в неделю, поэтому Джо решила выйти на улицу, пройтись вдоль берега и насладиться свободой.

– Тебе придется мне заплатить, ты же понимаешь.

– Я уже записала тебе дополнительные часы, – с улыбкой ответила Джо, – и я заплатила за стройматериалы.

– Я не об этом. – Стив улыбнулся. – Мне нужна плата за то, что ты впутала меня во всю эту романтику. Если кто-то об этом прознает, это повредит моей репутации.

Джо задумалась, не имеет ли он в виду блондинку, но копать дальше не стала.

– Что у тебя на уме?

Стив поднял брови.

– О! Да ты, должно быть, шутишь.

Глава шестая

Бен Малруни был одинок три года. С тех пор как ушла его жена Лорна, решив, что с нее хватит, он, словно пловец, гребущий против прилива, взял на себя все родительские обязанности. Но он не утонул под грузом ответственности, необходимости все организовывать, попыток сохранить работу. Еще нужно было справиться со стрессом жены, а это значило, что он не всегда мог ей доверить их сына Чарли. Бен не ходил на свидания с того времени, когда начал встречаться с Лор-ной. Они поженились давным-давно, поэтому он даже думать не хотел о том, насколько он отвык от всего этого.

– Чарли, завтракать! – Он поставил на стол его любимую тарелку с Бэтменом, на которую положил французский тост – кусок хлеба, обвалянный в яйце и поджаренный до золотисто-коричневого цвета. Они завтракали в кухне таунхауса, который он уже десять лет называл домом. Он купил дом после повышения на работе, потом появилась Лорна. Ей дом понравился, и она с удовольствием переехала к Бену. Солнечный свет струился сквозь двойные стеклянные двери в конце кухни. И весна вошла в дом, когда Бен открыл их навстречу окружающему миру.

Он еще раз позвал сына. Чарли прибежал в халате: утро он потратил на просмотр мультфильмов и на игру с машинками на деревянном полу. Он всегда вставал рано, и Бен гадал, в каком возрасте он превратится в одного из тех подростков, которые спят до ланча.

С набитым ртом Чарли спросил:

– Что такое свидание вслепую?

Бен едва не подавился собственным тостом.

– Откуда ты знаешь эти слова? И не говори с полным ртом.

Чарли быстро все прожевал, проглотил и ответил:

– Они были написаны на красной бумаге, которая лежала в корзине для пеработки.

Бен знал, что ему следовало бы разорвать конверт и открытку на мелкие кусочки, прежде чем отправлять его на переработку. В приглашении было сказано, что его ждут в «Кафе в конце пирса», где он встретит новую любовь. Он получил письмо в понедельник вечером, и открытка то отправлялась в корзину для переработки, то вынималась обратно куда больше раз, чем Бен готов был признать. Однажды, когда он разглядывал приглашение, слушая по телефону, как отец жалуется на соседа, любителя парковаться поперек подъездной дорожки, Бен написал на бумаге большими буквами «свидание вслепую», и эта идея показалась ему еще более сумасшедшей. Но у него не было возможности более подробно расспросить обо всем Джо или сказать ей, что он не придет, поэтому в нем постепенно нарастало любопытство. Он видел, как Джо отъезжала от его дома, и свидание было назначено в кафе. Значит, это свидание с Джо? Они хорошо ладили, подолгу болтали, и ей явно нравился Чарли. Джо уже знала его больше, чем любая другая женщина до этих пор, она была красива: темные вьющиеся волосы до плеч, улыбка, освещавшая кафе. Бен робко надеялся, что это будет она, а не кто-то другой.

Отвлекшись от мечтаний, он обратился к сыну:

– Посмотри на меня, Чарли. – Когда сын сделал это, Бен раздельно произнес:

– Пе-ре-ра-ботки.

– Пе… – Чарли прожевал. – Ре… – Он опять прожевал. – Ра… – Снова движение челюстей. – Ботки.

– Так лучше. Четыре слога, запомни.

– Так что это такое? – не унимался Чарли.

– Зачем ты полез в корзину?

– Мне нужен был картон, чтобы сделать хранилище для деталей из Lego. – Чарли пожал плечами, как будто и объяснять ничего не требовалось. – Я знаю, что картон всегда лежит в корзине для пеработки.

На этот раз Бен не стал поправлять сына.

– Ну, это встреча двух людей, которые до этого никогда друг друга не видели.

– Как это работает? – Мальчик отпил молоко из стакана, который Бен поставил на стол рядом с ним. – Какое может быть свидание, если ты никогда раньше этого человека не видел?

– Пей молоко, – сказал Бен, доел свой французский тост и начал отскребать сковородку, ожидавшую его в раковине с мыльной водой. Это было еще одно испытание отцовства: постоянные вопросы. И даже если ответ у тебя был, это не всегда означало конец дискуссии. Каждый ответ вызывал новый вопрос, потом еще один, а затем еще, пока тебе не удавалось мастерски сменить тему.

После того как Бен убрал кухню, а Чарли наконец вылез из пижамы, начался второй раунд. Сын спросил, пойдет ли он вечером в «Кафе в конце пирса».

– Сядь, – велел Бен. Они были в самом низу лестницы и собирались отправиться на озеро, чтобы запустить новый кораблик Чарли, который тот получил в подарок на день рождения. Лорна выбрала его для сына, и тот был вне себя от радости. Кораблик был темно-голубым, с белыми парусами, украшенными голубыми звездами, и большим рулем снизу, чтобы вести кораблик по волнам.

Чарли сел к отцу на колени.

– Я не против, иди. Со мной может посидеть Мэдди. Она мне нравится, она позволяет мне есть печенье и поздно ложиться спать.

– Не уверен, что тебе следовало мне об этом говорить. – Чарли закрыл ладошкой рот и захихикал, когда Бен его пощекотал. – Что-то мне не хочется туда идти, – просто сказал Бен. – Я лучше останусь здесь с тобой.

– Почему? Потому что ты не знаешь другого человека?

– Правильно.

– Но он может идеально тебе подойти.

Бен улыбнулся.

– Устами младенца…

– Что это значит?

Ну вот опять.

– Давай, надевай ботинки.

– Мы идем в кафе?

– Я думал, что сегодня на ланч мы поедим жареную рыбу с картошкой, а потом погуляем вдоль берега. – Мысли о приглашении не давали ему покоя, поэтому пока Бену хотелось держаться подальше от «Кафе в конце пирса». Он скрестил пальцы на удачу: только бы Чарли согласился.

– А мороженое? – Мальчик взял свое красное пальтишко.

– Будет видно. – Обычно это означало «да», о чем Чарли, вероятно, знал, судя по его улыбке, которую он изо всех сил старался спрятать. Бен посмотрел на красное пальто. – Сегодня оно тебе не понадобится, тебе будет жарко. На улице очень солнечно.

Чарли не обратил внимания на его слова.

– Если ты пойдешь на это свидание, я обещаю, что лягу спать ровно в семь часов.

– В самом деле? А что, если Мэдди предложит тебе печенье?

Мальчик задумался.

– Я скажу ей, что не могу его съесть.

– Я тебе вот что скажу… Я пойду на это свидание, если ты оставишь дома красное пальто.

Чарли явно расстроился, но только на мгновение, и протянул руку отцу:

– Договорились.

Бен рассмеялся, пожал сыну руку и взъерошил ему волосы. Они вышли из дома и направились к озеру.

Вечером у него свидание, и Бен уже думал о том, что ему надеть, и это было совершенно не в его духе.

Глава седьмая

– Я до сих пор поверить не могу, что делаю это. – Джо стояла на золотистом песке. Перед ней простирался океан. Она была рада, что влезла в гидрокостюм перед тем, как Стив утром за ней заехал. Они проехали мимо пирса и вдоль бухты до популярного у серферов места. И хотя они могли видеть пирс и сушу, Джо все равно жутко нервничала.

– Ты передо мной в долгу, не забывай. – Стив улыбнулся своей широкой улыбкой, потянулся рукой к молнии на спине и закрыл ее от основания спины до шеи, защищая свою загорелую кожу. Этим утром Джо видела Стива с голым торсом, и ей трудно было не замечать шесть кубиков, над которыми он явно потрудился. Понятно, почему он отказывался от всяких вкусностей, которые она готовила в кафе.

Стив протянул ей доску для серфинга.

– Вот так просто? – Джо оглядела пляж и горстку людей с досками в руках.

– Расслабься, мы приехали слишком рано, и зевак тут нет, если только они сами не катаются. Так… время для разминки.

Джо положила свою доску на песок рядом с доской Стива и послушно выполняла его инструкции. Они размяли четырехглавые мышцы бедер, мышцы задней поверхности бедра, руки, плечи, а потом он заставил ее несколько раз пробежаться по песку.

– Разминка убережет тебя от травм, как и в любом другом спорте, – объяснил Стив, пытаясь не рассмеяться, когда увидел, как Джо нахмурилась. – Теперь проведем урок на песке.

– А мы можем это пропустить и сразу выйти в море? – Она видела, как солнце появилось на горизонте, но жары пока не было. Вода казалась холодной, несмотря на солнечные блики на поверхности.

– Джо, поверь мне на слово, тебе нужно сначала попробовать на суше.

Она позволила ему показать ей все шаги. Джо легла на доску и сделала вид, что гребет, хотя ее руки касались только сырого песка по обе стороны от доски. Потом надо было освоить то, что Стив называл «раскладушкой».

– Я уже устала, а мы даже в воду еще не вошли, – пожаловалась Джо, вставая на доске, как ей показалось, в миллионный раз. «Раскладушка» предполагала, что Джо поставит обе руки на края доски на уровне ребер, крепко за нее ухватится, а потом поднимет задницу вверх, каким-то образом напряжет торс и подпрыгнет на месте так, чтобы обе ступни приземлились на доску одновременно и в нужной позиции. Джо уже начала сомневаться, что она сможет даже на суше стоять вертикально без посторонней помощи.

Стив выглядел так, будто спокойно лежал все это время. Он даже не запыхался.

– Это тренировка всего тела.

– Мне стыдно за мою физическую подготовку.

– Нечего стыдиться, телу требуется время, чтобы привыкнуть к чему-то новому. Следующие несколько дней у тебя будет все болеть.

Джо посмотрела на воду. Ее любовь к морю обычно заканчивалась у линии прибоя, если только не было уж слишком жарко.

– Давай сделаем это.

– Мне показалось, что ты улыбнулась.

– Не перегибай…

– Твой лиш на серфборде в порядке?

Она проверила липучку вокруг своей щиколотки, которая не позволит доске уплыть в сторону от нее, не если она упадет, а когда она упадет.

– Он на месте, я готова. – Ей никогда не приходило в голову попробовать заняться серфингом, она довольствовалась тем, что смотрела на серферов с набережной или с пляжа, восхищаясь, как спортсмены скользят по волнам. Стив был хорош. Джо видела его, когда однажды утром отправилась на долгую прогулку перед тем, как открыть кафе. И у него явно было терпение святого, раз он взялся учить ее.

– Вода ледяная! – Когда пальцы ее босых ног коснулись воды, она на мгновение застыла, но Стив без колебаний вел ее за собой.

– Уверяю тебя, ты можешь плыть, – крикнул он через плечо.

– За кого ты меня принимаешь?

Стив пожал плечами и повернулся к ней, зайдя в воду едва по колено.

– Я должен проверить. – Он лег на свой серфборд. – Давай начнем практиковаться в гребле.

Джо сделала так, как ей сказал Стив, и, если не считать воды, которая попала ей в лицо, когда она забыла подняться на небольшую волну, она без приключений доплыла до него.

– Пока останемся на мелководье. Тебе нужно освоиться здесь, и только потом можно будет двигаться дальше.

К тому времени, когда Джо сумела выпрямиться на серфборде после нескольких падений и простояла достаточно долго, чтобы скользить на небольшой волне до берега, она уже смеялась.

– Признайся, ты получила удовольствие от сегодняшнего утра. – Стив помотал белокурыми волосами из стороны в сторону, словно мокрый пес. Они закончили урок и вернулись на безопасный золотистый песок.

Джо теперь понимала, почему серферы так быстро попадают во власть этого спорта: океан, запах моря, свежесть воды и эндорфины.

– Это было весело, спорить не буду. Но должно пройти некоторое время, прежде чем я попробую еще раз.

– Как только ты научишься, ты полюбишь серфинг, обещаю тебе. И сможешь встретить серфера, любовь всей твоей жизни.

Джо расхохоталась. Они как раз возвращались к пикапу Стива.

– Ну и кто здесь романтик?

– Я просто так сказал. Тебе не повредит, если ты почаще будешь здесь появляться.

Джо протянула ему свою доску, чтобы Стив погрузил обе доски на багажник на крыше, и подождала, чтобы он их привязал.

– Ты думаешь, что мне скучно.

– Я этого не говорил. Но ты много работаешь, возможно, тебе нужно время от времени давать себе передышку.

Джо не хотелось раздеваться, но она не могла сесть в машину в гидрокостюме. Воспользовавшись тем, что Стив все еще возился с досками для серфинга, она расстегнула молнию и натянула футболку, которую утром бросила в сумку.

– Проблемы? – поинтересовался Стив, наблюдая, как она тщетно пытается отлепить гидрокостюм от ног.

– Он как вторая кожа! Я не привыкла к такой одежде.

Жестом он предложил ей поднять ногу вверх и резким движением сдернул костюм сначала с одной ноги, потом с другой. Смущенная Джо надела шорты и села в машину.

– Как ты так быстро избавляешься от своего гидрокостюма? – спросила она, когда Стив сел за руль. Он уже был без гидрокостюма.

– Практика. – Он завел машину, и Джо прибавила температуру печки. Стив снова убавил температуру. – Ты будешь дома еще до того, как эта штука разогреется.

– Попробовать все равно стоит. – Джо снова прибавила температуру.

– Ты заноза в заднице, – со смехом констатировал Стив.

Они выехали с парковки, смеясь и подшучивая друг над другом. Но когда они повернули на дорогу, ведущую вниз с холма к круговому движению, проехали мимо пирса и поднялись по холму с другой стороны, Джо встретилась глазами с Гарри, который снимал свой серфборд с багажника машины. Ей следовало догадаться, что он не сможет долго обходиться без серфинга. Она улыбнулась ему и помахала рукой, но по выражению его лица было ясно, что в его глазах Джо и Стив – не просто друзья. Вернувшись в свою квартиру и приняв душ, готовая идти открывать кафе, Джо поняла, что все к лучшему. Гарри должен был увидеть, что она теперь другой человек и никакого возвращения к прошлому быть не может, какая бы ностальгия ни пробралась в ее и его мысли.

– Ты очень веселая сегодня утром, – сказал Мэтт позже тем же утром, когда привез в кафе фрукты и овощи со своей фермы.

Джо взяла у него ящик и заглянула внутрь. Там было все: от свежих яиц и помидоров до черники густо-фиолетового цвета. Она улыбнулась.

– Сегодня утром я каталась на серфе.

У Мэтта загорелись глаза, и он улыбнулся ей в ответ.

– Я впечатлен.

– И удивлен, надо полагать. Я и сама удивлена не меньше твоего, но Стив убедил меня. Он говорит, что у меня должно быть время для себя.

– Он прав. И как все прошло?

Джо поставила ящик на стойку и помахала рукой Энджи, которая уже покончила с имбирным чаем и фруктовым салатом, а теперь отправлялась в клуб книголюбов.

– Все оказалось лучше, чем я думала. Я наглоталась воды, под конец у меня заболели руки, но я определенно проснулась. И это оказался удивительно приятный способ начинать день.

– Так вот в чем секрет.

– Тебе следовало бы тоже попробовать. Стив отличный учитель.

– Я попробовал несколько лет тому назад.

– В самом деле?

– Я тогда отдыхал в Корнуолле. Но боюсь, мне не слишком понравилось. Я все же предпочитаю сушу, если нельзя плавать на лодке.

Джо принялась выкладывать из ящика то, что принес Мэтт.

– Как тебе удается столько всего выращивать?

– Тяжелым трудом. Нужно просто создать правильные условия, заботиться о продукции и обеспечивать необходимое внимание.

– Эта черника выглядит великолепно. – Она поднесла пластиковую корзинку к носу и вдохнула сладкий аромат, потом попробовала одну ягоду. Черника оказалась слегка горьковатой, как раз такой, как она любила. – Ну, что же мне испечь, полукруглые пироги с ежевикой или песочные полоски с черникой, как, по-твоему?

– Эй, я умею выращивать, но я бесполезен, когда из выращенного надо что-то сделать. Поэтому выбирай сама.

Мэтт ушел, а Джо задумалась о том, что же ей все-таки приготовить. Поняв, что у нее больше необходимых ингредиентов для песочных полосок с черникой и она уже пекла их раньше для школьного пикника в Эдинбурге, Джо выбрала этот вариант.

Она подняла голову и увидела, что в кафе входит Джесс, закончившая обычную пробежку. С плеч у нее свисали наушники. Джо уже думала о том, когда поговорить с Джесс после того, как она доставила ей приглашение. Момент показался ей подходящим.

– По субботам ты обычно не заходишь.

– Сегодня в кабинете дежурит другой врач.

– Как пробежка?

Джесс улыбнулась и покачала головой.

– О нет, не старайся заговорить мне зубы. Ты знаешь, что ты сделала.

– Принесла тебе приглашение, – ответила Джо достаточно тихо, чтобы ее больше никто не услышал. В кафе стоял легкий гул от разговоров, все столики были заняты, поэтому Джесс повезло, что она брала только смузи на вынос.

– Да, приглашение.

– Ты готова убить меня?

– Была готова, когда только получила его. Знаешь ли, я не какая-нибудь одинокая старая дева.

– А теперь? Я догадываюсь, что, если бы ты хотела убить меня, ты бы уже это сделала.

– Я заходила во вторник, но тебя не было, а к среде я уже успокоилась.

Джо только хотелось узнать, придет ли Джесс вечером. Бен точно придет, так как он в кафе не появлялся, и она сочла это хорошим знаком.

– И?.. – Джо попробовала еще раз, незаметно скрестив пальцы на удачу.

– Я приду.

Она едва не взвизгнула от радости, но ей не хотелось отпугнуть Джесс своим энтузиазмом.

– Ты мне собираешься сказать, с кем у меня свидание?

– Даже не надейся. – И Джо сразу же ушла в кухню, чтобы приготовить смузи для своей клиентки. Когда она вернулась, Джесс встревоженно смотрела на нее. – Он милый, – заверила ее Джо. – Я бы никогда не устроила ваше свидание, если бы это было не так. И мне очень приятно, что ты хочешь попробовать.

– Это намного легче, чем самой устраивать свидания, это точно. – Джесс закрыла глаза и с удовольствием сделала первый глоток густого фруктового напитка. – У меня никогда нет времени. Весенние простуды, укусы насекомых. Больных всегда много. И на этой неделе я отработала больше обычного.

– Ты не пожалеешь, если придешь, я обещаю.

Джесс улыбнулась.

– А что в меню?

– Пока тебе нужно знать только то, что ты будешь очень довольна. – Перед этим вечером Джо поработала детективом и выяснила, что любят те, для кого она устраивала свидание вслепую, поэтому составила меню, учитывая их пристрастия.

– Тогда увидимся вечером.

– До вечера. – Джо глубоко вздохнула. Теперь ей нужна была только помощь Стива, чтобы приготовить все в кафе. И оба приглашенных должны были прийти. И тогда купидон сумеет сделать верный выстрел.

Бен и Чарли в течение дня в кафе не заглядывали. Время шло, и Джо начала волноваться. Ее уверенность в том, что молчание Бена означает его согласие, испарилась. Она лишь надеялась, что не огорчила его. Она только попыталась стать частью городской общины, порадовать горожан, сделать жизнь людей легче и счастливее, а не тяжелее.

Неужели она все испортила?

Стив пришел незадолго до закрытия, чтобы возвести беседку вокруг столика в углу. Джо пыталась сохранять позитивный настрой. Когда Стив соединил столбы с основаниями и убедился в том, что конструкция надежна, Джо начала готовить еду. Она уже сделала особый чесночный соус айоли, и он стоял в холодильнике. Не забыла она и о блюдах из рыбы, так как их любили и Джесс, и Бен. А после ланча, когда посетители разошлись, приготовила десерт.

– Так когда твой следующий урок серфинга? – спросил Стив, устанавливая четвертый столб.

– Погоди-ка… – В глазах Джо заплясали искорки. – Дай подумаю. Сегодня суббота, завтра воскресенье, значит… никогда?

– Брось, ты просто порхаешь по кафе, красивая и счастливая. Я же вижу, что тебе понравилось.

– Я порхаю, потому что устраиваю вечер любви.

Но Стив ей не поверил.

– Не важно, когда-нибудь я еще увижу тебя на серфе.

– Когда-нибудь, – согласилась Джо, разглядывая беседку. – Выглядит великолепно. Как только я украшу ее мигающими гирляндами и цветами, в этом уголке будет весенняя атмосфера.

После ухода Стива Джо заперла дверь и открыла окна, поэтому, когда все было готово, в кафе ворвался бриз, и аромат океана смешался с запахом цветов, которые она выбрала. Цветы стояли в ведрах с водой в кладовке с того момента, как Молли и Артур забрали их у флориста и принесли в кафе. Им было интересно, что затевается вечером в кафе, но Джо заверила их, что у нее все под контролем и им незачем возвращаться и шпионить.

– Вы спугнете нашу пару, – сказала им Джо.

Узнав, что гостьей вечера будет Джесс, Молли принялась без умолку болтать о том, какая она красивая, какая добрая, как она никогда не давала им с Артуром понять, что они ей надоели, хотя временами они слишком часто бывали у врача.

– У нее золотое сердце, – так говорила Молли о Джесс, и Джо была по-настоящему счастлива, что у нее появилась возможность сделать что-то хорошее для самых замечательных жителей города. Бен тоже удостоился самой высокой оценки.

– Он преданный отец, – сказал о нем Артур, а потом Джо услышала историю о том, как Бен по всему пирсу гонялся за шляпой Артура, которую ветер неожиданно сорвал у того с головы.

В центр стола Джо водрузила круглую стеклянную вазу, на треть наполненную водой, и поставила в нее жасмин. Она выбрала только эти цветы, весенние, классические, с приятным ароматом, который, как она надеялась, понравится ее гостям. Джо взяла еще немного жасмина, ветки с блестящими зелеными листьями и с помощью декоративной проволоки прикрепила жасмин к столбам до самого верха. Ей пришлось встать на цыпочки, чтобы украсить самую верхнюю часть. Она аккуратно обмотала мигающую гирлянду вокруг каждого столба, располагая ее между цветами и листьями. Потом зажгла свечи и приглушила свет в кафе. Когда за окном начало смеркаться, она включила классическую музыку.

Весенний вечер опустился на пирс, романтическое освещение преобразило кафе. Запланированная еда уже была почти готова, и для ее завершения требовалось совсем мало времени. Бен и Джесс пока посидят и познакомятся в беседке. А она постарается стать совершенно незаметной.

Джо надела чистый передник, белый, чтобы соответствовать изысканной атмосфере вечера. Она заколола волосы в высокий шиньон, выпустив по прядке с обеих сторон лица. Накрасила губы помадой цвета вишни, пригладила брови и нанесла на щеки капельку румян, достаточно для того, чтобы сыграть роль элегантной хозяйки. Когда она услышала стук в дверь кафе, ее сердце пропустило удар. Джо сделала глубокий вдох, выдохнула, вышла в зал и пошла приветствовать первого гостя.

– Входи, Бен. – Она старалась, чтобы ее голос звучал ровно, но она испытала настоящее облегчение от того, что он все-таки пришел.

– Привет, Джо. – Он явно был доволен, и это было хорошим знаком.

– Принести тебе выпить?

Бен не смотрел по сторонам в поисках другого гостя и был почти удивлен, когда в дверь снова постучали. – Подумай пока об этом, – сказала Джо и с улыбкой пошла встречать Джесс.

Пришло время для осуществления ее плана.

Глава восьмая

Бен четырежды менял сорочку перед тем, как выйти из дома. Он начал с сорочки в бежевую и белую клетку. Она ему не понравилась. Примерил однотонную, цвета голубого неба, со слегка потертыми манжетами. Нет, не то. Почти новая бледно-зеленая его тоже не устроила. И все это время он думал о том, что будет ужинать с Джо. Но теперь, одетый в четвертую из примеренных сорочек, черную, на пуговицах сверху донизу, к которой он подобрал очень темные джинсы и броги из коричневой замши, он оказался лицом к лицу с совершенно другой женщиной.

– Рад познакомиться с тобой. Очень рад, – сказал он Джесс, тряся ее руку. Правильно ли он поступил? Или надо было поцеловать ее в щеку?

– Привет, Бен. Все это несколько странно, правда?

– Очень странно, и спасибо, что ты сказала об этом. Я уже чувствую себя лучше.

Джо представила их друг другу и оставила наедине, но вскоре вернулась из кухни и принесла два бокала шампанского на серебряном подносе. Джесс взяла один бокал, Бен взял другой, и Джо снова ушла, не сказав ни слова.

– Присядем? – Бен жестом указал на столик в углу.

Джесс пошла вперед. Изящная высокая блондинка, она была настоящей красавицей. Если не считать случайных встреч во время ее пробежек по набережной, когда она была в спортивной одежде, или более официальных встреч с ней, когда он приводил отчаянно кашлявшего Чарли к врачу после Рождества, Бен практически не разговаривал с ней, так, всего нескольких вежливых фраз.

Они оба потягивали шампанское, а потом Бен сказал:

– Итак, чем ты занимаешься? – И он тут же прижал руку ко лбу. – Дурацкий вопрос, не могу поверить, что я его задал. Ведь я же знаю, что ты терапевт.

– Все нормально. Ты бы мог спросить меня, часто ли я сюда захожу, и тогда бы я, возможно, встала и ушла.

Ее шутка растопила лед между ними, и когда Джо принесла закуску, обжаренные гребешки под соусом айоли с перцем халапеньо и лаймом, они уже говорили о том, что Джесс любит кататься на лыжах и бегать. Потом они перешли к работе Бена, его восхищению перед старинными зданиями и к путешествиям по Европе.

– Какой твой любимый город?

– Я должен выбрать только один?

– Да!

– Что ж, я люблю Прагу за ее башню с часами на старой городской площади, необычную форму «Танцующего дома» и виды на пражский замок.

– И куда же ты поедешь в следующий раз?

Бен собрался было ответить, когда снова появилась Джо.

– Прошу прощения за то, что прерываю вас, но мне хотелось бы познакомить вас с меню на сегодняшний вечер.

– Если оно подобно этим гребешкам, я ничего не оставлю на тарелке, – пообещала Джесс, но тут же скорчила гримаску, как будто сказала что-то неподходящее.

– Главное блюдо – обжаренный тунец с кускусом и сахарным горошком с местной фермы, а на десерт – лимонный чизкейк с корочкой из крошек имбирного печенья.

– Звучит замечательно, – оценил Бен.

– Принести вам обоим еще по бокалу шампанского?

– Пожалуйста, – ответила Джесс. И когда Джо ушла, она обратилась к Бену:

– Мне, вероятно, не следовало бы на свидании говорить о том, как много я собираюсь съесть.

– Ах, так вот почему ты состроила гримасу.

– Я выгляжу не слишком привлекательно, да? Возможно, именно поэтому я до сих пор одинока.

– Если честно, – с улыбкой сказал Бен, – то я тоже ем как лошадь.

– Мы с тобой отличная пара.

Они продолжали разговаривать и за главным блюдом, и за десертом, обсуждая разнообразные темы: братьев и сестер, Чарли и его ужимки, ее учебу в мединституте, его взлеты и падения. И к концу вечера Бен не смог бы отрицать, что он очень хорошо провел время.

– Спасибо, что ты пришла, – сказал он Джесс, когда они пили кофе.

– Джо должна радоваться, что мы настоящие спортсмены. Не уверена, что этот план подошел бы для всех.

– Но идея красивая, ты так не думаешь? Это лучше, чем свидания онлайн. Честно говоря, пугает куда меньше.

– Ты совершенно прав. А ты уже пробовал такие свидания?

– Онлайн? Нет, я бы там на такое наткнулся…

Джесс хихикнула. У нее была красивая улыбка и добрые глаза. И она оказалась отличной компанией.

– А как тебе меню? – И они вернулись к приятной теме, обсуждая местные рестораны, как лучшие, так и худшие.

К тому времени, когда они вышли из кафе под покровом темноты и, смеясь и болтая, пошли по пирсу, Бен знал, что он нашел друга. Возможно, он даже как-нибудь пригласит ее на ужин, но искра между ними не пробежала. И он мог бы сказать, что Джесс чувствует то же самое.

Выйдя с пирса, они пошли в разные стороны. Бен шел домой и гадал, как бы прошел этот вечер, если бы свидание у него было с Джо, а не с Джесс.

Возможно, оно бы закончилось совершенно иначе.

Глава девятая

Это было утро понедельника. Теперь Джо знала, что имел в виду Стив, когда говорил о том, что у нее будет болеть тело после серфинга. В субботу вечером она была на адреналине после того, как свидание, судя по всему, прошло очень хорошо. В воскресенье мышцы у нее болели, но не сильно, пока она снимала украшения с беседки, а Стив разбирал конструкцию и убирал ее в кладовку до того, как Молли и Артур открыли кафе. Но в понедельник у нее болело абсолютно все!

Джо отнесла капучино Мелиссе, у которой рабочий день в почтовом отделении начинался позже, и поморщилась, ставя кружку на столик: ее тело сопротивлялось даже самому легкому движению.

– Что с тобой не так? – с улыбкой спросила Мелисса.

– У меня все болит после серфинга.

– Я-то думала, что ты наслаждаешься выходным.

– Я наслаждалась, пока не начали проявляться последствия. Мне больно хоть что-то поднять или нагнуться, чтобы вытащить еду из духовки. – Джо покачала головой.

Мелисса жестом попросила ее нагнуться ниже, чтобы она могла прошептать:

– Обрати внимание вон на тех двоих. – Она смотрела на группу молоденьких девушек, заговорщически оккупировавших самый дальний от стойки подоконник-диван.

– На кого именно?

– Взгляни на девушку, сидящую с краю, брюнетку, а потом проследи за ее взглядом.

Джо понятия не имела, что затеяла Мелисса, но незаметно посмотрела туда, куда она сказала, пока вытирала соседний столик и смахивала крошки со стула.

Вернувшись к Мелиссе, она сказала:

– Да, ей не позавидуешь.

Кем бы ни была эта девушка, она не могла оторвать взгляд от одного из парней, сидевших за ближайшим к меловой доске столиком. Они как раз собирались уходить.

Мелисса кивнула в сторону парня, который проходил мимо них к двери.

– Это Дэн, я работаю вместе с его мамой.

– А кто эта девушка, которая на него смотрит?

– Это Мэдди. Я знаю только, что ей недавно исполнился двадцать один год, потому что она устроила большую вечеринку в пабе. Ах да, еще она регулярно сидит с сынишкой Бена.

– Что ж, Дэну нужно было бы лучше смотреть по сторонам, – прошептала Джо, – потому что она определенно положила на него глаз.

– Я думаю, это взаимно. – Мелисса улыбнулась.

Иногда у Джо возникало чувство, что она как будто подглядывает за другими, когда речь шла о новой любви.

Мелисса вернулась к чтению журнала, а Джо продолжила неловко передвигаться по кафе, словно старушка. Вошедшая Энджи заметила, что Джо не может нормально двигаться, а когда Молли заглянула в кафе по дороге в библиотеку, они обе с удовольствием посмеялись над Джо. Но она не обиделась, она умела во всем видеть смешную сторону. Молли и Энджи, как догадывалась Джо, было приятно видеть, что не только у пожилых людей возникает ощущение, будто собственное тело их подводит.

– Поверить не могу, что я забыла тебя об этом спросить, – окликнула ее Мелисса, когда утренний наплыв посетителей иссяк. – Как прошел субботний вечер?

– Думаю, все прошло очень хорошо. – Джо вытерла низкий столик перед подоконником-диваном, потом взяла метелку и собрала крошки под ним.

– И больше ты мне ничего не расскажешь?

– Я не могу сплетничать, это личное дело тех, кто пришел на свидание. – Она ахнула от боли, когда попыталась нагнуться. Но ей все-таки удалось как-то пошевелить руками и собрать все крошки в совок. Джо снова выпрямилась. – И потом, после субботы я не видела ни Джесс, ни Бена, поэтому действительно не знаю. Но они проговорили весь вечер, улыбались, смеялись и выглядели счастливыми, когда уходили.

– О, так ты думаешь, что все действительно прошло хорошо? – По взмывшим вверх бровям Мелиссы Джо поняла, что подруга имела в виду.

Джо шикнула на нее и попыталась выглядеть непринужденно, потому что в кафе, вынимая наушники из ушей, вошла Джесс. Джо отнесла кружку в посудомоечную машину и вернулась в зал, чтобы поприветствовать ее.

– Джесс, рада видеть тебя сегодня утром. Как пробежка? – Она не могла упоминать свидание до того, как это сделает Джесс. Но если Джесс попытается уйти, не сказав ни слова, то в этом случае никаких подробностей Джо не узнает. Она наслаждалась своей ролью купидона, но была невероятно нетерпеливой, когда ей хотелось что-то узнать. Пока они росли, Николас всегда подшучивал над ней и дразнил, когда знал что-то такое, чего не знала она. Джо этого не выносила. Она выяснила, что лучший способ обыграть брата в его собственной игре – изобразить равнодушие, пусть даже любопытство разъедало ее изнутри. И этот метод срабатывал. Николас всегда ей все рассказывал, потому что в той же степени, в какой она не могла выносить незнания, он не мог держать язык за зубами.

– Пробежка была медленной. Шампанского в субботу было многовато. Благодаря тебе.

– Я его приносила, но не заставляла тебя его пить. – Джо улыбнулась. – Итак…

– Мне смузи, как обычно, пожалуйста.

– Сию минуту. – Встревоженная Джо больше ничего не сказала, ушла в кухню и приготовила напиток.

Джесс, уже с соломинкой в руке, чтобы воткнуть ее в крышку, протянула руку за смузи.

Джо собралась было отдать ей стакан, но в последнюю минуту отвела руку в сторону.

– Тебе понравилось свидание?

– Да, понравилось, спасибо. – На этот раз Джесс протянула руку и забрала у нее напиток.

Джо взяла у нее деньги, но, закрыв кассу, сказала:

– Слушай, мне нужно узнать больше. Ну пожалуйста. Ты не можешь уйти отсюда, не поделившись со мной.

Именно в этот момент в кафе вошла группа местных матерей, и Джо поняла, что она вот-вот упустит свой шанс.

– Никуда не уходи.

– Я буду на улице.

Джо подала посетительницам кофе, чай, кексы и фирменное блюдо этого дня – полукруглый пирог с яблоками и села рядом с Джесс за единственный алюминиевый столик перед кафе. С приходом лета таких столиков становилось больше, но пока Джо поставила только один, учитывая переменчивую погоду.

Оттуда она могла заглядывать в кафе через окно и сразу вернуться, если ее посетителям что-то понадобится.

– Пожалуйста, удовлетвори мое любопытство.

– Это был очень хороший вечер, Джо.

У нее упало сердце.

– Но…

– Ни один из нас не почувствовал искру.

– Мне так жаль, я подумала…

Джесс покачала головой.

– Не о чем сожалеть. Это было именно то, в чем я нуждалась. И думаю, что Бен чувствует то же самое. Я уже столько лет не расслаблялась с кем-то и не получала удовольствия от длительного разговора. Кстати, я думаю, что именно потому, что никто из нас не почувствовал искру, мы оба наслаждались тем, чем стало это свидание.

– И чем же оно стало?

– Началом дружбы.

– О!

– Джо, послушай, ты не должна огорчаться. Ты сделала хорошее дело. Это был совершенно особенный жест по отношению к двум людям, которые благодаря тебе стали друзьями. Мы уже договорились пойти вместе в кино на следующей неделе и… – Джесс вздохнула. – Я не смогу должным образом отблагодарить тебя за то, что ты мне подарила романтические отношения, – это прекрасно, и когда-нибудь они у меня будут, но это больше того, что у меня было несколько дней назад.

Джо почувствовала, как в ее душе на смену разочарованию приходит удовлетворение. Ей удалось сделать что-то особенное для двух людей, которые этого заслуживали. Да, они не влюбились друг в друга, как воображал ее романтически настроенный мозг. Ну и что? Они нашли кое-что не менее важное. Значит, она выполнила свою задачу. Просто задача оказалась не той, которую она изначально перед собой поставила.

Джесс взяла стакан со смузи.

– Мне пора идти. У меня сегодня пациенты один за другим.

– А мне лучше вернуться в кафе. – Джо нахмурилась, увидев, как два малыша вскрывают пакетики с сахаром и высыпают их на стол так, чтобы получилась горка.

– Джо, я бы обняла тебя за то, что ты сделала, если бы я не была такая потная.

– Как-нибудь в другой раз! – Она широко улыбнулась. Джесс ушла, и Джо вернулась в кафе, чтобы усмирить малышей, пока они не лишили ее всех запасов сахара.

Остаток утра тянулся медленно, Джо все время думала о Бене и Джесс. Когда ближе к полудню зазвонил телефон, Джо не ожидала, что это ее мама. Они не говорили и не переписывались с того дня, когда Саша обвинила своих родителей в том, что они вызвали у Джо чувство вины и вынудили ее взять на себя управление кафе. Джо понимала, что мама беспокоится за нее, но та позволяла собственным проблемам с родителями бросить тень на отношения Джо с Молли и Артуром.

– Ты позвонила, чтобы сказать мне, что я опять поступаю неправильно? – спросила Джо без всяких предисловий.

– Я знаю тебя лучше, чем ты думаешь. Это ничего не изменит.

– Я счастлива, мама. – Джо улыбнулась уходившему Питеру. Колокольчик на двери звякнул, и кафе снова погрузилось в тишину. Наплыв посетителей во время лан-ча был еще впереди, и Саша позвонила вовремя.

– Почему ты не приехала сюда, когда Дед болел? – спросила Джо.

– Я не уверена, что кто-то из них был бы рад моему приезду.

– Ох, мама. Как бы мне хотелось, чтобы вы помирились. Жизнь слишком коротка.

– Джо, чтобы помириться, нужны двое или в нашем случае трое.

– Может быть, ты могла бы вести себя как самая взрослая. Приезжай сюда и встреться с нами. В кафе слишком много дел, чтобы я приехала к тебе.

– Я подумаю об этом. И я очень рада слышать, что в кафе много работы. Это означает финансовую безопасность.

Сердце Джо забилось быстрее. До этого момента она ни одной живой душе не говорила о своих финансовых проблемах, которые, казалось, накапливались с каждым днем. Этим утром пришлось продлевать страховку. Очередной расход только усилил ее тревогу. Джо постепенно осознавала, насколько сильно недооценила все, что связано с управлением кафе. До недавнего времени Джо даже не задумывалась о том, что нужно страховать бизнес. Гарри это встревожило при их первой встрече. Поэтому Джо позвонила в страховую компанию и застраховала все, что только можно, от ответственности за качество продукции и ответственности нанимателя до гражданской ответственности. По некоторым страховкам Джо увеличила уровень покрытия, что привело к увеличению страховых взносов. Расходы, расходы. И было еще очень много всего, связанного с управлением кафе. И уборка в конце дня, и поддержание порядка, и необходимость следить за поставками продуктов, чтобы не заказать слишком много или слишком мало, и желание следовать традиции готовить что-нибудь новое в зависимости от того, что привозил Мэтт. Сначала нужно было проявить креативность, что-то придумать, потом найти рецепт, а затем суметь это приготовить. Джо неплохо готовила, но готовить для других – это было совсем не то, что готовить для себя. Все нужно было сделать абсолютно правильно.

– Джо? Ты еще здесь?

Она настолько ушла в свои мысли, что надолго замолчала. В ее голове крутились мысли о потере прибыли, если она не сумеет продать достаточно блюд; страховании стоков отдельно от содержимого; ответственности за каждого посетителя кафе, если они получат травму, находясь в нем.

– Прости, мам. – Тут открылась дверь, колокольчик оповестил о появлении нового посетителя, и Джо поспешила сказать:

– Мне нужно идти. Поболтаем в другой раз.

У стойки она улыбнулась Хильде Дженкинс, зашедшей перекусить, пока в ее магазине игрушек в городе был перерыв на ланч.

– Что я могу вам принести?

Пока Хильда обдумывала, какое блюдо заказать, Джо загнала вглубь сознания тревоги о финансовом положении кафе. Она была в Солтхэйвене, и именно здесь она хотела быть. И это было самое главное. Такой выбор никогда не предполагал приобретения богатства. Ей хотелось вернуться к своим корням и начать новую жизнь на берегу океана. Но все бросить и уйти было не в духе Джо. Так поступали другие люди в ее жизни: ее отец, Гарри, мама.

– Мне, пожалуйста, кусок пирога с кабачком, – сказала Хильда, сделав наконец выбор, – и бутылочку минеральной воды с газом. Для всего остального слишком жарко. Я отлично прогулялась по набережной, поэтому нагуляла аппетит. – Ее швейцарский акцент так до конца и не исчез. Джо задумалась о том, сможет ли она включить в меню швейцарское фондю, когда погода станет холоднее. Может быть, Хильда смогла бы попробовать его и оценить.

Следующим в кафе пришел Мэтт, привезший овощи и фрукты.

– Прости, Джо. Сегодня я очень опоздал.

Она взяла ящик у него из рук.

– У тебя все в порядке?

Его лицо расплылось в широкой улыбке, в ореховых глазах заплясали золотые искорки.

– Я второй раз стал дядей. В три часа утра моя сестра родила мальчика.

Джо обрадовалась за него.

– Поздравляю! И это такой прекрасный повод опоздать. – Она заглянула в ящик. – Ты снова привез мне столько всего вкусного. Мне остается только надеть шляпу волшебницы и придумать что-нибудь новенькое.

– Я привез много ревеня. Я помню, что он тебе в прошлый раз понравился.

– Ревень мне определенно понравился, и у меня уже готов для него рецепт: мусс из белого шоколада с отварным ревенем. Простое и свежее блюдо, идеально для весны.

– На мой вкус, замечательно. Пожалуй, я приду завтра и попробую его.

– Приходи в любое время. – Джо улыбнулась ему. – И приводи Поппи, если сможешь. Уверена, мусс понравится и ей.

Мэтт помахал Джо на прощание, и она начала раскладывать привезенные продукты в шкафы в кухне, в холодильник и коробки для хранения. Она задумалась о том, планирует ли Мэтт когда-нибудь обзавестись семьей. Он хорошо ладил с детьми, если судить по тому, как он вел себя с Поппи, а из таких мужчин получаются очень хорошие отцы.

Встряхнув головой, чтобы сбросить романтическое настроение, Джо вышла из кухни в зал. Ее ожидал наплыв посетителей. Она отсутствовала пару минут, но пришли две большие группы.

В этот день после работы зашел Бен. В костюме и галстуке он выглядел совершенно иначе, чем раньше, когда просто заглядывал в кафе вместе с Чарли. Джо перестала подметать пол.

– Ты же пришел не для того, чтобы меня отчитать, нет? – Мнение Джесс она уже знала, но, возможно, Бен отнесся к этому совершенно иначе.

– Не говори глупости. – Он улыбнулся не только губами, но и глазами. – Я зашел поблагодарить тебя за то, что ты обо мне подумала. Джесс очаровательна, и мы оба нашли дружбу, о которой не мечтали.

Джо прижала руку к груди.

– Какое облегчение, что ты не расстроен.

– С чего бы мне расстраиваться? В этот раз стрела купидона немного отклонилась от цели.

Они поговорили о Чарли, Бен купил кофе на обратную дорогу домой. Когда он ушел, Джо порадовалась, что никого не огорчила. Она уже начала обдумывать, кто станет кандидатами для ее следующего вечера любви.

Она закончила подметать пол, вымыла его, убедилась в том, что все в кухне выключено. Потом протерла поверхности, выругалась, когда у плиты отвалилась кнопка. Этим утром у нее ушло очень много времени, чтобы нагреть плиту, и у нее появилось подозрение, что термостат вот-вот откажет. Его уже чинили, но, возможно, ему пришла пора сломаться окончательно. Отлично, вот и новые расходы, и она уже не была уверена, что они ей по карману. Джо вздохнула, выключила свет в кухне, и помещение погрузилось в темноту. Открывая дверь кафе и собираясь выйти, она увидела открытку, лежавшую на коврике у двери.

Джо повернула голову влево, к началу пирса, но там никого не было.

Она перевернула открытку. В ней было всего две фразы.

«Дорогая Джо, не стоит так сильно беспокоиться о любви других людей, когда ты пропускаешь то, что у тебя перед глазами… Помни, любовь можно найти в самых необычных местах».

Джо схватила открытку и снова выглянула на улицу. Но если не считать пожилой пары, выгуливавшей собаку по пляжу внизу, больше никого не было.

Она заперла дверь, не понимая, кто мог написать эту открытку. Она убрала ее в сумочку и под темнеющим весенним небом пошла по деревянным доскам по направлению к набережной. Легкий бриз развевал ее темные волосы, лежавшие на плечах. Больше всего на свете ей сейчас хотелось лечь в горячую пенную ванну, где она сможет полежать, чтобы смыть усталость, накопившуюся за день. И ей хотелось лежать там и думать о том, кто мог отправить ей эту открытку. Джо даже не знала, на кого подумать, но ее охватило волнение. Она больше не сомневалась в том, что ее идея принести любовь в «Кафе в конце пирса» оказалась правильной. Потому что люди, которых она выбрала, испытали ту же надежду и восторг, что она испытывала сейчас. Значит, это хорошая идея.

Джо повернула к началу пирса, но тут заметила, что в конце пирса стоит мужчина, которого она узнала. Он прислонился к белой деревянной ограде и, как только увидел Джо, направился к ней.

– Привет еще раз. – Он протянул ей руку. – Мы встречались некоторое время назад, – сказал он, как будто это что-то объясняло. – Меня зовут Кертис Дархэм.

Джо протянула руку в ответ, понимая, что не сделать этого было бы невежливо. Он был тем самым симпатичным бизнесменом, который однажды заходил в кафе. Но она не понимала, почему он решил представиться именно теперь. Неужели это он принес открытку, которую она только что нашла?

– Вы владелица кафе? – Он огляделся по сторонам, посмотрел вдоль пирса, на море, на холм в том направлении, куда собиралась идти Джо, как будто запоминая маленький город.

– Я им управляю, но официально оно в лизинге у моих деда и бабушки. – Джо увидела, как загорелись у него глаза. На самом деле в настоящий момент они как раз легально меняли фамилию в договоре аренды, но ему незачем было об этом знать, когда они стояли на пирсе и солнце опустилось уже совсем низко. Молли и Артур настояли на этом. Обсудив вопрос с братьями Джо, ни один из которых не проявил ни малейшего желания управлять бизнесом, они сделали следующий логичный шаг. С этого времени Джо будет отвечать за все происходящее в кафе.

Перспектива ее пугала, но Джо надеялась, что это правильное решение.

– Почему вы интересуетесь? – спросила она.

Мужчина протянул ей визитную карточку.

– У меня есть для вас предложение.

Лето

Глава первая

Весна сменилась летом, дни стали длиннее, и Джо уже как будто совсем прижилась в Солтхэйвен-он-Си. В прошлом осталось безумие первых дней, когда она только начала управлять «Кафе в конце пирса», и появилось ощущение покоя. По крайней мере, так чувствовала себя Джо, когда дела шли как обычно. Она начинала нервничать только в тех случаях, когда случалось что-то непредвиденное: сломалась духовка, потек холодильник, забился сток или тостер вышел из строя. Эти мелкие происшествия заставляли Джо задаваться вопросом, так ли уж неправа была ее мама, предположив, что она вернулась из чувства долга перед дедом и бабушкой, а не исключительно ради себя самой.

Предложение, которое сделал ей Кертис Дархэм майским вечером в конце пирса, смутило Джо. Когда она увидела, что он ждет ее, она подумала, не он ли подсунул под дверь кафе открытку, намекавшую на то, что она найдет любовь. Кертис был харизматичным, красивым, мечтательным – все качества, какими Джо восхищалась. И он, казалось, относился к тому типу мужчин, которые получают удовольствие от погони. Но ей нужно было думать не об этом, а о его деловом предложении. Кертису Дархэму принадлежала сеть кафе, распространившаяся по всей Великобритании, и он как раз собирался открыть еще одно кафе. В немалой степени его успех определяла удивительная способность выбирать наилучший персонал, но с новым кафе ему это никак не удавалось. В тот день он зашел в «Кафе в конце пирса» совершенно случайно после нескольких интервью в рамках его нового проекта, и он что-то увидел в Джо. Во второй свой приход, когда они встретились в конце пирса, Кертис сказал, что увидел ее драйв, ее страсть и энергию, поэтому и предложил ей возглавить его новое кафе в Корнуолле.

Два последних месяца дух Джо поддерживали не только Молли и Артур, но и два младших брата, Тимоти и Николас. В прошлом месяце Тимоти приезжал их навестить. Он сам был владельцем бизнеса и смог оказать Джо столь необходимую ей поддержку, побуждая ее целиком отдаваться делу. Николас тоже ее поддерживал, пусть и совершенно иначе. Он присылал ей открытки с различных горнолыжных курортов по всему миру – в это время Николас был в Фоллс-Крик в Австралии, – и он написал Джо, что кафе – куда лучший бизнес, чем выбранная им профессия лыжного инструктора. Нико-лас ездил по всему миру, и у него не было места, которое он мог бы назвать домом. Судя по всему, лыжные трассы и бары (и, как подозревала Джо, женщины) не компенсировали низкий доход и ненадежность профессии. Но Джо отлично понимала, что по-другому он жить бы не смог. Это была его страсть, и она надеялась, что нашла свою. Поддержка братьев помогла ей поверить в то, что она не напрасно приехала в Солтхэйвен-он-Си.

Спускаясь с холма под аккомпанемент птичьего пения в начале июля, Джо загнала все тревоги в самый дальний уголок сознания. Она поздоровалась с Сэлли, которой принадлежало бунгало рядом с Молли и Артуром.

– Сегодня утром ваши розы и васильки красивы как никогда, – оценила Джо. Ей пришлось повысить голос, потому что где-то неподалеку заработала газонокосилка. Она привыкла видеть Сэлли в саду каждый день и в любую погоду. Та очень гордилась своим садом, особенно розовыми кустами с белыми, нежно-лиловыми и густо-красными цветами. Собственно говоря, владельцы всех участков вдоль этой дороги, ведущей вниз к пирсу, содержали их в идеальном порядке. Молли и Артур не были исключением. Но в их саду было больше лужаек и меньше ярких кустов. Молли поговаривала о том, чтобы снова заняться садом теперь, когда она отошла от дел. Но Джо только хмыкала про себя, потому что для этого бабушке нужно было сначала выйти из кухни. Молли могла бы получать призы за выпечку, особенно за шоколадные брауни, мягкие и текучие внутри, хрустящие сверху. Устоять перед ними было невозможно.

– Доброе утро, Моррис. – Джо увидела Морриса Иклса из дома 22, поднимавшегося вверх по холму с газетой под мышкой. – Как дела с фигурной стрижкой кустов?

Он скорчил гримасу.

– Давай скажем, что работа продвигается. – И помахав ей рукой, он вошел в свою калитку.

Накануне Джо видела, как Моррис пытается придать форму металлической проволоке на кустарнике, но она постеснялась спросить, что он намерен сделать.

Она перешла дорогу, и свежий морской бриз коснулся ее шеи, стоило ей только ступить на пирс. Пока Джо шла к кафе, доски потрескивали у нее под ногами так знакомо, что от этого перехватывало дыхание. Закусочная обозначила начало летнего сезона, выставив шезлонги в голубую и белую полоску, чтобы их клиенты могли насладиться восхитительными кусочками рыбы и картофеля в шубе из соли и уксуса. Запах витал в воздухе, соблазняя местных жителей и туристов. В магазине «Всякая всячина» торговля била ключом. Джо приветственно помахала рукой Лене, его владелице, выставлявшей у магазина стопки солнечного цвета ведерок и небесно-голубые лопатки. Открытки трепетали на ветру.

Джо уворачивалась от возбужденных детей и парочек, идущих рука об руку, шагая по деревянным доскам пирса к своему кафе. Ее весенняя попытка помочь Бену и Джесс найти любовь провалилась, но она надеялась, что летом ей повезет больше. Длинные вечера, дни, проведенные на пляже, – все этому радовались и хотели попытать удачу. Ей нужно было только найти идеального мужчину и идеальную женщину, а потом привести свой план в исполнение. Ее мама, которая не была романтиком ни с какой точки зрения, считала, что это безумие – заниматься сватовством, когда ей следовало бы вести собственный бизнес. Этого достаточно. Но у бабушки и деда было другое мнение. Им понравилось, как Джо устроила вечер любви в кафе с таким же вниманием, с каким она относилась к самому кафе. Они верили, что она сможет подарить капельку волшебства двум счастливчикам, которые еще не подозревают об этом.

Как она могла даже думать о том, чтобы уехать из этого города? Она вернулась на побережье, в то место, где ей всегда хотелось быть, работала в бизнесе, который долгие годы принадлежал ее семье. Нет, Кертису Дархэму придется сделать это предложение кому-то другому, потому что в ее планы отъезд из Солтхэйвена не входит.

– Приветствую! – Артур в белом переднике, завязанном вокруг талии, болтал с Брюсом, одним из местных, сидевшим за столиком у кафе и пытавшимся справиться со страницами газеты, которые рвались у него из рук. – Пресс-папье, – добавил он, когда Джо остановилась рядом с ними.

– Прошу прощения? – Она улыбнулась Брюсу, устроившемуся за единственным алюминиевым столиком, который они выставили на улицу.

– Мне нужно пресс-папье, вернее, оно необходимо Брюсу для газеты. – Артур похлопал мужчину по плечу и пошел следом за Джо внутрь.

Она повесила свою сумку в шкаф, потом зашла в кладовку и, поднявшись на цыпочки, сняла с самой верхней полки банку с галькой.

– Пока отдай ему это.

– Точно, подойдет. – Довольный Артур ушел.

Джо собрала волосы в конский хвост, готовая заступить на смену во второй половине дня. Молли и Артур регулярно работали в кафе утром по воскресеньям и целый день по вторникам, и Джо должна была признать, что благодарна им за это и за возможность восстановить силы.

В зале к ней сразу подошла Молли, до этого разговаривавшая с посетителем, сидевшим за самым дальним столиком.

– Как ты сегодня, Джо?

– Солнечная и ветреная. – Она улыбнулась бабушке. Морской воздух пошел ей на пользу. – По дороге я встретила Морриса, но я так и не спросила его, что он делает со всей этой проволокой в своем саду.

– У него должна получиться птица. Судя по всему, проволока поможет направить ветки и листву так, чтобы получился хвост. По-моему, у него ничего не выйдет.

– Но ты же ему этого не говорила, нет?

– Разумеется, нет. – Молли подмигнула внучке. – Он сам это поймет в свое время.

Джо вздохнула и посмотрела в окно, где над морем сияло солнце.

– Прекрасная погода и свежий воздух – великолепное сочетание.

– Ты же не передумала насчет того, чтобы остаться в кафе на целый день?

– Нет, конечно. – И это было правдой.

– Ты видела самую свежую открытку?

Сердце Джо пропустило один удар: неужели Молли подобрала еще одну загадочную открытку наподобие той, что оказалась на коврике у двери в мае? Джо не забыла, что в той открытке ей посоветовали не слишком беспокоиться о других людях, чтобы не пропустить собственную любовь, потому что ее можно встретить в самом неожиданном месте. Все это было в высшей степени загадочно, и Джо понятия не имела, кто бы мог эту открытку прислать, если только этого не сделал Кертис Дархэм. Эта головоломка странно ее волновала.

– Открытка от Винса, – продолжала Молли. – Он отправился в велосипедный тур по Франции.

Ритм сердца Джо снова стал нормальным. Пожалуй, думать об этом было пустой тратой времени. Прошло уже так много времени с тех пор, как ее тайный поклонник оставил открытку. Возможно, тот, кто это сделал, решил дальше не продолжать. Жаль. Она сама наслаждалась игрой в сваху с горожанами и не могла дождаться, когда подберет новую пару. Интересно, в какой степени ее энтузиазм и вдохновение были связаны с тем, что она сама надеялась однажды найти свое счастье?

Джо надела передник.

– Я попозже прочту открытку, Ба. А сейчас мне нужна информация о продуктах.

– У нас почти закончилась клубника, и я продала последний мусс из белого шоколада с отварным ревенем, – сказала Молли. – Я испекла булочки-роллы с малиной и добавила их на меловую доску.

– Клубника в этом сезоне роскошная. И я рада, что посетителям понравился мусс. – Джо улыбнулась. Она всегда радовалась, когда новое блюдо в меню встречали с одобрением. – Булочки-роллы с малиной – это замечательно. – Она оглянулась на доску. – Дай-ка я сотру с доски мусс, пока мы не забыли.

Молли покачала головой.

– Я знала, что о чем-то забыла. – Она взяла оплату у посетителя. – Булочку попробуешь?

– Аромат от них божественный. Я съем одну, но попозже. – Ее талия, возможно, охотнее сказала бы ей спасибо, если бы Джо ответила «нет».

– Тебе нужно есть. – Молли закрыла кассу, и посетитель ушел.

– Я ем. Прекрати меня опекать.

– Мне можно, ты моя внучка.

– Ты оставила рецепт булочек на тот случай, если они закончатся?

– В кухне стоит контейнер с заготовкой для начинки, но на выпечку новой порции потребуется слишком много времени. Тесту надо будет подойти. На твоем месте я бы оставила начинку до завтрашнего утра. А рецепт приколот к стене в кухне.

Временами Джо казалось, что если Молли о чем-то и забывала, то только о том, насколько выпечка для внучки в новинку. Она всегда пекла с удовольствием, но для своих соседок по дому, а не для всего города.

– Ты справишься. – Молли почувствовала колебания внучки. – Ты всегда справляешься.

Они ушли в кухню, Джо проверила содержимое холодильника, так как этим утром Мэтт уже доставил свежие фрукты и овощи, а она сама накануне купила необходимое в супермаркете.

Джо было из чего выбирать, и она решила испечь больше кишей до того, как начнется наплыв посетителей. Она достала тесто из морозилки, куда она его накануне отправила, сняла пленку и оставила размораживаться. Киш никогда ее не подводил. Его можно было подогреть, чтобы посетитель съел его в кафе, или упаковать навынос.

– Твой дед, кажется, думает, что мы с ним работаем в кафе полтора дня в неделю только для того, чтобы быть в курсе местных сплетен, – неодобрительно заметила Молли.

Джо проследила за ее взглядом. Дед принес Брюсу импровизированное пресс-папье и продолжал с ним разговаривать, не реагируя на то, что в кафе вошли новые посетители, среди которых был и отец-одиночка Бен с сынишкой Чарли. Джо помахала им рукой, а потом повернулась к Молли.

– Все в порядке. Приятно видеть, как он в кои-то веки расслабляется.

Как-то утром он напугал их обеих, когда его отвезли в больницу. Но сильное сердцебиение и головокружение были вызваны высоким давлением, а не проблемами с сердцем, о которых они подумали.

Плечи Молли расслабились.

– Он хорошо себя чувствует. Наконец-то слушает меня, сбавил темп и правильно питается.

Джо стиснула руку бабушки в ладонях.

– Вам обеим пора отойти от дел. – Когда Молли с легкой тревогой посмотрела на нее, она добавила: – Не совсем. По крайней мере пока. Мне по-прежнему нужна ваша поддержка. Я понимаю, что останусь совсем одна, когда вы окончательно выйдете на пенсию, но пока мне в радость делить работу в кафе с вами обоими.

– Я рада, – ответила Молли.

Джо обслужила еще трех или четырех посетителей, прежде чем вернуться к выпечке кишей. С момента своего приезда в город она стала быстрее готовить и уже начала экспериментировать с ароматами, используя много свежих трав, которые Мэтт привозил в кафе со своей фермы. Джо разбила яйца, порезала грудинку, потерла на терке сыр грюйер. Она приправила смесь, раскатала тесто, разложила его в формы для киша, а потом равномерно распределила между пирогами начинку. Мэтт привез немного свежего шнитт-лука, поэтому она порезала верхушки и посыпала луком пироги для более яркого аромата.

К тому времени, когда киши оказались в духовке, Молли и Артуру уже пора было уходить. Она поцеловала их.

– Можно вас попросить еще об одном одолжении, пока вы не ушли?

– Для тебя все что угодно. – Дед улыбнулся. – Если только ты не заставишь меня чистить малину. Этим утром я уже перечистил не меньше тысячи ягод по просьбе Молли.

Та рассмеялась.

– Там было всего около сорока штук, Джо. Он опять выдумывает.

– Нет, моя просьба не касается малины. – Она улыбнулась Бену, когда их взгляды встретились. Они с Чарли сидели на подоконнике-диване. – Я подумала, что пора поставить еще несколько столиков и стульев на улице. Стало намного теплее. Что? Почему вы оба улыбаетесь?

В этот момент с порога кафе раздалось веселое «привет» Стива. Высокий, загорелый, мускулистый, он был всегда готов помочь, и Джо начала чувствовать, что ее к нему влечет. Он как будто бы не был сторонником долгих отношений, ему больше нравилось веселиться. Может быть, именно он смог бы скрасить ее одиночество, пусть даже и на короткое время.

– Мы тебя опередили, – объяснила Молли. – Я надеюсь, мы никого не обидели, приняв деловое решение. Утром мы позвонили Стиву и попросили его перенести все столики и стулья из нашего гаража на пирс.

Джо прогнала все неподобающие мысли о мастере на все руки.

– Я могу сказать только одно: все великие умы думают одинаково.

Артур еле слышно прошептал Стиву:

– Думаю, что мы все-таки задели Джо.

– Ни в коем случае, Дед. – Она сделала шаг вперед и проводила их с Молли к выходу. – А теперь домой, мои дорогие. Оставьте это место мне до конца дня. И спасибо, что решили проблему с мебелью на улице. Теперь, когда все на месте, я смогу ее помыть. Нет, вы ее мыть не будете! – По выражению лица Артура она догадалась, что тот был готов предложить свои услуги. – Джо мягко вытолкала его из кафе на деревянные доски пирса. Молли вышла следом. – Я вполне способна принести мыльную воду и вымыть столы и стулья.

Когда дед и бабушка все же сдались и направились домой, Стив спросил:

– Где их поставить?

Она посмотрела на поставленные друг на друга четыре столика и стулья, которые ждали, когда их расставят на улице. Должно быть, потребовалась немалая физическая сила, чтобы перенести их до кафе от начала пирса, но если кто и мог это сделать, это был Стив.

– Оставь их пока здесь. Я сначала их вымою.

– Брось, на это уйдет несколько минут.

Перед его улыбкой невозможно было устоять.

– Давай мы поставим один рядом с тем, который уже стоит, а остальные три столика – с другой стороны от двери? Тогда между ними будет расстояние. И по четыре стула за каждый столик. Их ведь у нас достаточно?

Стив прикрыл глаза ладонью и быстренько подсчитал стулья.

– Одного не хватает. В гараже стоял сломанный стул, но если тебе нужен еще один, то я без проблем куплю его, когда в следующий раз буду в садовом центре. – Он подмигнул ей.

– Идет. – Джо, как могла, сопротивлялась его очарованию, настраиваясь на деловой лад. – Сколько они стоят?

– Недорого, но, возможно, лучше заказать четыре или пять. Когда я их ставил в штабель, я заметил еще несколько штук, которые нуждаются в ремонте. У некоторых ножки шатаются, есть стул с треснувшим сиденьем.

Каждый неожиданный расход пробивал брешь в уверенности Джо, подрывал ее веру в то, что у нее все получится. Окей, это всего лишь стулья, но она не рассчитывала их покупать. Как начинающий бизнесмен, Джо еще к этому не привыкла. Она могла бы поклясться, что привычка думать только о себе – одна из самых вредных, когда речь идет об управлении кафе.

– Я была бы тебе искренне благодарна. Дай мне потом знать, сколько я тебе должна, – сказала она Стиву и направилась в кафе, оставив его расставлять столы и стулья. Брюс сложил свою газету, встал и помахал Джо на прощание.

– Хорошего вам дня, – пожелала она Брюсу, одновременно забирая со столика его пустую кружку. Банку с галькой она оставила как пресс-папье для следующего посетителя.

В зале Джо задержалась у столика Бена и Чарли, чтобы поболтать с ними немного по дороге в кухню, где ей нужно было проверить киши в духовке.

– Привет, ребята.

– Привет, Джо. – Бен пытался научить Чарли играть в шахматы, но у мальчика ничего не получалось. – Ему не хватает терпения. – Он неохотно собрал фигуры, а Чарли пробрался к стойке и вернулся с листом бумаги и стаканом с карандашами. – Может, через пару лет получится. – Отец вздохнул.

– Вам еще что-нибудь принести?

– Мне еще один кофе лонг блэк, пожалуйста. А тебе, Чарли?

– Клубничное молоко, пожалуйста.

– Сейчас все принесу. – Манеры мальчика всегда вызывали у Джо улыбку. – Вчера нам вас не хватало. Обычно вы всегда заходите к нам по утрам в субботу.

Бен улыбнулся.

– Где мы с тобой вчера были, Чарли?

– Мы были на празднике.

– Звучит замечательно.

Чарли рисовал лодку с парусом.

– Извини, – прошептал Бен, – он не слишком разговорчив.

– Он говорит больше, чем многие дети в его возрасте. – Джо вспомнила Поппи, племянницу Мэтта, и то, насколько та была молчаливой. Чарли не разговаривал, потому что был занят. И Джо не сомневалась, что, если бы он говорил о том, о чем ему самому хотелось, его невозможно было бы остановить.

С течением времени Джо многое узнала о Бене. Пусть между ним и Джесс не возникли романтические отношения после свидания вслепую, но Джо увидела, насколько он добрый и приятный человек, по тому, как он обрадовался дружбе, связавшей его и Джесс. Джесс чувствовала то же самое, поэтому план Джо в какой-то степени удался. И ей оставалось только надеяться, что в следующий раз ей повезет больше. Этот мужчина заслуживал большого счастья.

Джо проверила, испеклись ли киши – они приобрели приятный золотистый цвет, – и поставила их на стол остывать. Она приготовила то, что заказали Бен и Чарли, и когда подошла к их столику, мальчику уже снова не сиделось на месте.

– Потерпи, приятель. – Судя по всему, Бен отчаянно нуждался в передышке. – Мы с тобой долго гуляли утром, а потом поиграем на берегу.

Он явно не убедил сына.

– Куда ты ходил сегодня утром, Чарли? – Джо заметила, что лучше всего ребенка отвлечь, особенно в младшем возрасте, когда он еще не научился управлять своим поведением. Она освоила этот прием со своими учениками.

– Мы гуляли.

– Очень мило. А куда вы ходили?

– Мы ходили с той милой леди, с которой у папы было свидание.

– Ты говоришь о Джесс?

– Мне она нравится. Она хорошая. Но они только друзья.

Джо едва сдержала смех, но развеселил ее не Чарли, а Бен, нервно заерзавший после замечания сына.

Мальчик откинулся на подушку оконного дивана, едва не толкнув Бена под локоть. Тот наверняка разлил бы свой кофе. Ребенка явно надо было отвлечь не просто разговором.

– Чарли, а ты бы не согласился кое-что для меня сделать? – Его глаза загорелись. – Ты видишь все эти столики на улице?

Мальчик повернулся, встал на колени, посмотрел в окно и прижался носом к стеклу. Он начал считать:

– Один… два… три… четыре… Я больше не вижу. Сколько их там?

– Всего их пять. Я собираюсь их помыть. Ты знаешь Брюса? Он управляет кинотеатром в городе. – Чарли кивнул. – Сегодня утром он попытался почитать газету, но ему все время мешал ветер. Поэтому мне нужны камни, чтобы сделать пресс-папье. – Она протянула Чарли руку, и мальчик соскочил с дивана. – Если ты выйдешь на улицу, спустишься по ступенькам на песок и будешь там, где папа сможет тебя видеть, то ты найдешь много камней. – Джо взяла карандаш, нарисовала овал на листке бумаги и отдала лист Чарли. – Сможешь принести мне семь или восемь камней примерно вот такого размера? Если твой папа разрешит, конечно.

– По-моему, идея замечательная, – одобрил Бен. – Я буду смотреть на тебя вот в это окно, Чарли. Как только закончишь, сразу возвращайся сюда.

Джо нашла крепкий пакет для покупок и вложила в него еще один.

– Возьми. Он выдержит камни. Найди для меня, пожалуйста, хорошие.

– Я засекаю время, – предупредил Бен. – У тебя есть пять минут. А теперь вперед!

– Сейчас принесу! – крикнул мальчик, выскакивая за дверь. Он пробежал по пирсу и спустился по лестнице вниз, на пляж. Его красное пальтишко было хорошо заметно. Джо и Бен следили за ним через окно, пока малыш старательно выбирал идеальные камни.

– Интересно, какое количество водорослей он принесет сюда. – Бен расхохотался.

– Фу! Не говори так. Я их терпеть не могу. – Джо хмыкнула. – Умно придумано со временем, кстати.

– Ему это очень нравится. Если Чарли думает, что это игра, то мне намного легче добиться от него, чтобы он что-то сделал.

– Хорошая идея.

– Учись, пока я жив!

Разумеется, Чарли вернулся в кафе через пять минут с красивой коллекцией камней и водорослей, которые протянул Джо. А еще он привел с собой девочку.

– Здравствуй, Поппи, – обратилась Джо к девочке в небесно-голубом хлопковом платье и с хвостиками по бокам головы. – Вы с Чарли знакомы?

Девочка покачала головой, молчаливая, как всегда. Может быть, она просто пошла за Чарли?

– Так тебя зовут? – обратился Чарли к девочке, а когда та кивнула, он сказал Джо:

– Она просто помогла мне найти последний камень, который был мне нужен. – И мальчик пожал плечами, как будто никаких объяснений больше не требовалось.

В кафе с безумным видом ворвался Мэтт, и Джо указала на Поппи, заглядывавшую вместе с Чарли в большой пакет, чтобы рассмотреть собранные сокровища.

– Дай угадаю. Поппи убежала, и ты не знал, где она, так?

Мэтт вцепился рукой в свои темные, выгоревшие на летнем солнце волосы. Он подошел к племяннице и, вероятно, прочел ей лекцию об опасных незнакомцах и о том, что она не сказала ему, куда ушла.

Закончив с этим, Мэтт подошел к стойке.

– У меня такое ощущение, будто я постарел на десять лет. – Он ответил улыбкой на улыбку Джо. – Раз уж мы оказались здесь, то закажем две булочки-роллы и две коробочки апельсинового сока, пожалуйста. – Он посмотрел на Поппи, проверяя, не ушла ли она из кафе. – За это сестра у меня в огромном долгу. Одно дело – приглядывать за ребенком, и совсем другое – беспокоиться за него.

Джо достала из холодильника два пакета сока и положила на тарелки булочки-роллы.

– Думаю, ты отлично справляешься. – Она улыбнулась Поппи. – Твоя племянница – очаровательная девочка.

– Так и есть. Но скажу вот что: для прогулки по пляжу с детьми требуется больше одного взрослого.

– Поверь мне, как учительница я побывала не в одной школьной поездке и точно знаю, о чем ты говоришь. Они мыслями уносятся далеко, и их ноги обычно следуют за мыслями. – Джо провела Мэтта к свободному столику. Там она поставила поднос и расставила все, что принесла.

После того как Поппи проглотила булочку-ролл, Джо решила, что пришло время дать мужчинам передышку.

– Так, дети, идите сюда. – К ней снова вернулся учительский голос, и малыши подошли к стойке. – У меня для вас есть работа.

– Это было гениально, – оценил Бен часом позже. – Не знаю, как тебя и благодарить, Джо. – Он успел допить кофе, прогулялся в одиночестве по берегу, пока Джо занимала Чарли и Поппи в кафе.

– Думаю, ты вернула мне душевное равновесие, – сказал Мэтт, решивший, что ему стоит оставаться поблизости на тот случай, если Поппи опять решит сбежать. Он занял столик на улице у самого входа в кафе и с интересом наблюдал за детьми. В такой день, как этот, было приятно оставаться на улице и просто наслаждаться моментом, теплом солнца, ласковым бризом, гулом голосов, доносившимся с пляжа.

Джо посадила Чарли и Поппи за один из столиков на улице, хотя она так и не успела их вытереть. Она застелила стол старой скатертью, которую можно было закрепить, просунув кончики под ножки стола. Первым заданием было вымыть камни, поэтому дети принесли ведро с теплой водой и оттерли их до блеска. В это время Джо позвонила Хильде, владелице магазина игрушек, и та принесла целый набор красок. Дети раскрасили камни самыми яркими красками, солнечно-желтой и небесно-голубой. Они нарисовали на них точки, полоски, завитки, что-то вроде жирафа, но жираф был больше похож на произведение абстрактного искусства. На солнце краски высохли за считаные секунды, дети перевернули камни, чтобы разрисовать другую сторону. Иногда они болтали и смеялись вместе, в другие моменты они были очень сосредоточены на работе и даже себе под нос ничего не бормотали.

– Вы, ребята, отлично потрудились. – Джо оценила результат. За двадцать минут до этого пришли Молли и Артур, чтобы насладиться мороженым перед тем, как пойти в кино. Они пришли в восхищение и от детей, и от изобретательности Джо.

– Когда мы сможем их положить на столики? – Поппи не терпелось это узнать.

– Сначала мне нужно будет покрыть их несколькими слоями лака. Начну завтра, когда буду знать точно, что ваши рисунки окончательно высохли. – Она надеялась, что это убедит их быть терпеливыми. – Может быть, вы придете сюда снова и увидите их в действии. Они будут помогать моим посетителям, если им нужно будет что-то удержать на месте.

– Типа их газеты? – спросил Чарли.

– Или их салфетки? – предположила Поппи.

Джо кивнула.

– Да, я думала именно об этом.

Чарли потянул отца за руку.

– Мы же придем сюда в следующую субботу утром, правда?

– Разумеется, придем.

– А мы сможем вернуться в субботу? – спросила Поппи у Мэтта.

Наверное, это было ужасно, но Джо испытала нечто похожее на зависть к этой паре. Чарли и Поппи сблизились за пять минут на пляже, собрав несколько камней, а она всю жизнь надеялась встретить «своего» человека, но ей это так и не удалось. И все же ее идея любви, обретенной в кафе, лучше сработает в следующий раз. С Беном и Джесс она в цель не попала, но, возможно, следующей паре, о которой она думала, повезет больше. А счастье других людей способно сделать ярче и вашу собственную жизнь.

Перед уходом дети помогли Джо перенести камни в кафе и аккуратно разложили их на полке в кладовке. Они были готовы к тому, чтобы покрыть их лаком. Чарли и Поппи очень хотели ей в этом помочь, но Джо заверила их, что справится сама, и они очень скоро увидят, что у нее получилось.

Не успела она помахать рукой на прощание Бену, Мэтту и малышам, как ей уже пришлось приветствовать следующего посетителя, ту самую женщину, которую она выбрала для следующей попытки соединить сердца.

– Привет, Вэлери! Вчера утром я видела вас на пляже, вы занимались йогой. – Джо не раз видела ее во время занятий, и это всегда производило на нее впечатление. – Как дела с позой вороны и позой пингвина?

Вэлери рассмеялась.

– Я справляюсь с позой вороны, если не забываю смотреть вперед, а не вниз. И поза голубя мне тоже удается, спасибо. Не уверена, что в йоге есть поза пингвина. Если такая поза есть, то ты знаешь больше, чем я.

Джо покачала головой.

– Не представляю, как вы запоминаете все эти движения. Вы занимаетесь каждый день?

Вэлери изучила меловую доску и выбрала порцию салата из свежих фруктов с заправкой из греческого йогурта.

– Обычно я выполняю примерно одни и те же движения, но тело как будто подсказывает мне, какую позу выполнять дальше, когда одно упражнение закончено.

– Забавно, а мое тело подсказывает мне сесть, встать и спать. Больше ничего.

– Ты в том возрасте, когда можешь себе это позволить. Я начала всего несколько лет назад, а сейчас мне пятьдесят. Но я вижу, что мое тело все время учится чему-то новому.

– Я не настолько гибкая.

– Ты сама удивишься тому, на что ты способна, как только начнешь.

– Не обращайте внимания на ее слова, – вмешался Стив, только что вошедший в кафе, – Джо чувствует себя совершенно естественно на доске. Кстати, когда у нас следующее занятие?

Джо посмотрела на Вэлери.

– Ничего естественного. Это достаточно тяжело. – Она перевела взгляд на Стива. – Следующее занятие после дождичка в четверг.

Она ушла, оставив Стива в досаде качать головой, а Вэлери – говорить о необходимости равновесия и силы в йоге. Женщина явно не осталась равнодушной к очарованию Стива, и Джо заметила, как ее взгляд не раз опускался с его лица на мускулистую загорелую грудь. Войдя в кафе, он принес на коже запах моря. Нет, надо было отвлечься, и Джо начала выкладывать в миску фруктовый салат для Вэлери. Она принесла его ей вместе с чашкой мятного чая.

Вернувшись к кассе, она спросила Стива:

– Ты просто без дела крутишься тут весь день, чтобы кого-нибудь подцепить? – Ей было очень трудно отвести от него глаза, когда он оперся на стойку в своем расстегнутом до талии гидрокостюме, словно ходить полуодетым было для него привычным. Ну или она ханжа. Возможно, ей стоит немного расслабиться и просто жить.

– Очень смешно. Утром я катался на доске, потом прокатился на водных лыжах. Потрясающе! Просто голову сносит. – Он заглянул в стеклянную витрину. – Но теперь мне нужно подкрепиться. Мне, пожалуйста, кусок вот этого киша с собой. И порцию фруктового салата.

– Сегодня ты без кофе?

– Ага. Это ланч. А потом я вернусь обратно на пляж.

Когда Стив ушел, Джо отругала себя за то, что позволила себе мечтать о том, чтобы мужчина вошел в ее жизнь. Она занялась делом. Продала еще три куска киша, напитки буквально улетали, так как на улице потеплело. Приходилось все время поддерживать запасы в холодильнике. Джо нарезала еще фруктов и выставила их в стеклянной витрине, где они продавались быстрее, чем она рассчитывала.

Она отлично справлялась с работой, пока не зазвонил телефон. Джо нахмурилась, услышав голос Гарри. Он напомнил ей об их встрече в среду.

– Да, спасибо, Гарри, я помню о встрече в шесть часов. – Она говорила сухо. – Сейчас я не могу говорить, я буквально сбиваюсь с ног. – К счастью, следующая группа посетителей, вошедших в кафе, оказалась более шумной, чем предыдущие. И это подтвердило ее слова. Какой бухгалтер стал бы звонить клиенту летом в воскресенье во второй половине дня? Судьба сыграла злую шутку с Гарри и Джо, сделав его ее бухгалтером, но она отказывалась убегать от проблемы.

В кафе все шло своим чередом, и с каждой волной посетителей в зале становилось все больше песка. Но Джо не стала думать ни об этом, ни о Гарри, выбросив его из головы. Она подметала, если выдавалась свободная минута, протирала все поверхности, приносила холодные банки с напитками тем, кто наконец устал от пляжа и решил вернуться домой. К моменту закрытия, когда она выключила везде свет, ее тело молило об отдыхе.

Джо открыла дверь и уже собралась было ее закрыть, когда заметила трещину в стекле. Слегка нажав на стекло, она почувствовала, как то поддалось под ее пальцами. Джо выругалась сквозь зубы. Как такое могло случиться? И трещину нельзя было назвать маленькой. Ей хотелось не обращать на трещину внимания, но она знала что, с точки зрения безопасности сделать этого не может. Трещина была ниже ручки, в том месте, которого за день касалось очень много рук, и Джо меньше всего хотелось, чтобы посетители поранились. Она мысленно сделала для себя заметку погуглить и найти стекольщика, когда вернется домой. Но перед ее глазами уже заплясали фунты стерлингов. Вот и еще один расход добавился ко всем остальным. Да, кафе справлялось, но она могла понять усталость Молли и Артура. Дело было не только в физической работе в кафе, а еще и в постоянном стрессе, без которого невозможно было вести дела. Но об этом дед и бабушка упомянуть забыли. Нет, они ничего не скрывали от нее. Скорее, их любовь к этому месту маскировала весь негатив, и, пожалуй, Джо не могла винить за это ни одного из них.

Идя по пирсу мимо беззаботного ребенка, она снова вспомнила о предложении Кертиса Данхэма. Вознаграждение, о котором он говорил, было куда большим, чем она могла бы заработать в Солтхэйвене. Это была бы финансовая стабильность при куда меньшем стрессе.

Если дела здесь пойдут еще хуже, то, возможно, ей стоило бы более серьезно обдумать предложение Кертиса Данхэма?

Глава вторая

Всю неделю солнце шпарило в полную силу, Солтхэйвен даже думать забыл о ливне двухнедельной давности. Но в среду утром ни мысли о схеме предстоящего свидания, ни ярчайшее голубое небо, ни даже обилие цветущих нежно-розовых роз на клумбах рядом с озером не могли развеять мрачное настроение Джо, когда та направлялась в кафе. Она заплатила невероятную сумму стекольщику, чтобы тот в понедельник первым делом пришел и замерил стекло в двери. А сегодня он назначил ей встречу еще до того, как городские часы успели пробить семь утра. Но был ли у нее выбор? Она могла либо заплатить сейчас, либо отвечать перед законом, если бы кто-то из посетителей поранился.

С понедельника треснувшее стекло было закрыто листами картона и заклеено клейкой лентой, уродуя только что покрашенное кафе. Но этим утром стекольщик проявил чудеса скорости и мгновенно заменил стекло. Джо дала ему возможность спокойно работать, а сама стояла на пирсе, разглядывая белую ограду и пляж, где Вэлери обучала Хильду некоторым движениям йоги для начинающих. Она восхищалась храбростью Хильды, но не могла не думать о том, как бы выглядела она сама, если бы попыталась сделать то же самое. Про себя она отметила, что даже серфинг был бы лучшим вариантом.

Джо расплатилась со стекольщиком, и он ушел, а она старалась не думать о расходах. По крайней мере, она больше могла не опасаться судебного иска. И единственным неприятным событием в этот день оставалась встреча с Гарри в шесть часов вечера. И когда она увидела лучезарную улыбку Мэтта, принесшего свежие овощи и фрукты, она занялась тем, что ей удавалось лучше всего: она отвлеклась.

Протянув руки, чтобы взять у Мэтта ящик, Джо вдохнула насыщенный аромат свежих овощей и фруктов.

– Он сегодня тяжелый, – предупредил тот. – Я сам отнесу его в кухню.

– Спасибо, Мэтт.

Он поставил ящик на край рабочего стола.

– Ты берешь больше, потому что сейчас лето, и это замечательно и для твоего бизнеса, и для моего.

– Вот именно. А теперь давай посмотрим, какие великолепные ингредиенты ты мне принес. – Джо заглянула в ящик.

– Клубника сейчас роскошная, поэтому я притащил ее много.

Она нагнулась и вытащила один из огромных пластиковых контейнеров.

– Миска, полная клубники, – символ середины лета.

– Напиши-ка ты рекламу для нашей фермы.

Джо рассмеялась и покачала головой.

– Продукция твоей фирмы говорит сама за себя. Держу пари, бизнес процветает.

– Так и есть. Мне совершенно не на что жаловаться. У меня еще есть ящик для Молли и Артура. Они сегодня дома?

– Ба должна быть дома. И она будет счастлива, если ты привезешь ей побольше клубники. Она как раз говорила позавчера, что ей хочется приготовить «Итонскую мешанину»[2], потому что она ее давным-давно не готовила. Думаю, что я, к сожалению, стану ее следующей жертвой.

– Ты не любишь «Итонскую мешанину»?

– В том-то и проблема. Я люблю ее! Но в ней столько сливок и сахара, а у бабушки цель меня накормить. – И хотя Джо шутила, она начала все больше и больше тосковать по вечерам вместе с дедом и бабушкой. Она купила квартиру, которую арендовала, наконец обзавелась собственностью. Было очень здорово иметь свою квартиру, но иногда ей не хватало разговоров в конце дня, болтовни за чашкой чая по утрам. Но она понимала, что должна построить собственную жизнь. И потом, Молли и Артур начнут нервничать, если поймут, как ей одиноко. Она приехала в Солтхэйвен для того, чтобы облегчить их тревоги, а не усугублять их.

– Пока я не забыл. Поппи просила меня проверить их камни. – Мэтт улыбнулся. – Похоже, она относится к ним, как к домашним питомцам.

– Они уже больше не камни, – объяснила Джо, ведя его в кладовку, где камни лежали на полке. – Теперь это модные пресс-папье. Я покрыла их одним слоем лака и покрою еще одним сегодня или завтра. Как ты думаешь, она приедет к тебе на выходные?

– Я этого жду. А Чарли будет здесь?

– Поппи надеется на это?

– Скажу только тебе: думаю, она в него влюбилась. Чарли старше на целый год, и в их возрасте это серьезно. Почему ты качаешь головой?

– Знаешь, я поняла, что у этих двоих больше личной жизни, чем у меня. Грустно, не правда ли?

– Здесь есть кто-нибудь? – раздался голос из зала.

– По-моему, это Энджи, – поспешила сказать Джо, пока не выставила себя полной дурой перед Мэттом.

Когда они вышли из кухни, Энджи рассматривала доску с открытками.

– Я только что прочла открытку от Винса, – сказала она. – Судя по всему, он наслаждается жизнью. Однако ему не помешало бы пользоваться средством от загара. Он пишет, что сильно обгорел в первый день.

Мэтт ушел, и Энджи рассказала Джо о последних билетах, которые ей удалось приобрести со скидкой. Это была поездка в Брайтон в следующем месяце. Энджи, когда-то танцевавшая на сцене, выйдя на пенсию и обосновавшись в Солтхэйвене, больше всего на свете любила сплетничать и приобретать что-нибудь со скидкой. Она быстро стала одной из любимых посетительниц Джо.

– Они стоили совсем дешево, – объяснила Энд-жи. – Те деньги, которые я сэкономила, я потрачу на какую-нибудь другую поездку.

Джо понятия не имела, как ей удавалось сэкономить. Возможно, она отлично умела торговаться.

Когда Энджи ушла, Джо смогла вернуться к своим делам. Не то чтобы ей не хотелось поболтать с одной из своих любимых клиенток. Это было частью атмосферы кафе. Джо задумалась о том, какой будет община в Корнуолле, если она все-таки согласится принять предложение Дархэма? Будет ли город таким же маленьким и дружелюбным или большим и обезличенным? Будет ли там другая Энджи, способная заговорить кого угодно, но при этом добрейшей и нежнейшей души женщина?

Она разобрала ящик с овощами и фруктами, которые привез Мэтт, восхитилась их качеством. Это было совсем не то, что покупать овощи и фрукты в супермаркете, когда ты возвращаешься домой и обнаруживаешь, что половина покрыта плесенью, помята или просто несъедобна. Теперь Джо управляла кафе, и она ценила каждый ингредиент еще больше, когда видела его сырым. Она знала, что вкус буквально взорвется во рту, будь то ревень или малина, латук или свекла.

Джо взяла листья салата, вымыла их и порезала вместе с листовой свеклой, рукколой и шпинатом насыщенного зеленого цвета, добавила весенний лук. Поджарив ломтики сладкого картофеля и свеклы, порезала их еще мельче и добавила в салат. Готовый салат она выставила в стеклянной витрине. У нее и так уже был хороший выбор вкусных блюд: помидоры, тарт с руколой и козьим сыром, а также салат с беконом, шпинатом и пастой. Было и сладкое: только что испеченные булочки-роллы с малиной, а также максимально здоровая пища – фруктовый салат и греческий йогурт для заправки. Молли приготовила классическое печенье с шоколадной крошкой, чтобы наполнить контейнер возле кассы. Оно всегда соблазняло маленьких посетителей.

Колокольчик на двери звякнул, и в кафе вошел Джеф, рыболов-любитель и завсегдатай кафе.

– Прекрасный день, – сказал он Джо, любезный как всегда. Честно говоря, он был настолько позитивным человеком, что повторял эти или похожие слова практически каждый день, даже если на улице лил дождь. В такие дни он обычно прятался под зонтом или вообще не приходил на пирс.

– Погода хорошая, – согласилась Джо. – Я стараюсь использовать ее по максимуму. Вчера я отправилась на длительную прогулку, посмотрела на серферов в бухте. И побаловала себя массажем лица. Это было божественно.

– Пожалуй, такие детали мне слушать ни к чему. – Джеф улыбнулся. – Мне большую чашку черного чая, пожалуйста.

– Я уже знаю ваши предпочтения. Хотя сегодня вы что-то задержались. Вы не ловите рыбу?

– Я уже был на рыбалке.

– Вы, должно быть, пришли совсем рано.

– Это все солнце. Оно меня будит, и я не могу снова уснуть, поэтому встаю. Это замечательное время дня.

Пока Джо готовила для Джефа чай, она вспомнила еще одного человека, который проводил ранние часы внизу на пляже. Этого человека она тоже видела почти каждое утро.

– Чему ты улыбаешься? – Джеф взял свой чай, подозрительно глядя на Джо. – Ты что-то замышляешь.

У нее расширились глаза.

– Понятия не имею, о чем вы говорите. – Но когда он ушел, в ней уже кипело возбуждение, потому что Джеф и Вэлери могли бы стать идеальной парой. До нее доходили разговоры о том, что Джеф развелся некоторое время назад, но она никогда не видела его с женщиной, и никто не говорил, что он с кем-то встречается. А еще Джо слышала, как Вэлери однажды сказала подруге, что отпраздновала свое пятидесятилетие и намерена оставаться позитивной. «Да, я одна, ну и что? – сказала она тогда. – Многие люди одиноки. Это не значит, что моя жизнь неполноценна». В то время Джо подумала: «Рада за вас, вам не нужен мужчина». Возможно, Вэлери в нем действительно не нуждалась, но ей явно не помешало бы, если бы она все же решилась с кем-то встретиться.

Молли и Артур зашли в кафе после полудня по дороге в книжный магазин в городе.

– Невероятная жара. – Артур обмахивался газетой. Он всегда плохо переносил температуру выше двадцати градусов. Его белая кожа легко обгорала в отличие от кожи Молли, которая приобретала приятный загар, как только начиналось лето.

Артур подошел к доске с открытками, чтобы проверить, появились ли новые, и мгновенно заметил самую новую открытку. Это было фото Королевского полумесяца – самой яркой ассоциации с Батом[3].

– Это от Сэлли, – объяснила Джо, прежде чем Дед успел вытащить булавку и перевернуть открытку. – Пришла сегодня утром.

– Какая она милая! – Молли улыбнулась. – Сэлли поехала туда всего на день, чтобы повидать сестру. – Ба подошла к мужу, чтобы вместе с ним прочесть открытку. – Она знает, как мы любим добавлять открытки в нашу коллекцию.

– Это очень мило с ее стороны, – согласилась Джо.

Артур отодвинул жену, пожаловался, что ему душно, и попросил ее принести ему попить холодненького.

Молли округлила глаза, когда они встретились с Джо возле кувшина с водой со льдом.

– Он всегда не любил жару. – Она взяла два стакана, которые ей налила Джо.

– Ему больше по душе горячий шоколад и шлепанцы у камина.

Молли улыбнулась.

– А вот это мне нравится. – Она говорила о ломтиках огурца, которые плавали в стаканах. – Пытаешься придумать что-то новое, как я вижу.

– Ты одобряешь?

Ба отпила глоток.

– Отлично освежает, отличный вариант для кафе. Браво, моя дорогая!

Джо отмахнулась от похвалы и присоединилась к ним обоим. Они говорили о Сэлли и о Бате, городе, которые они оба много раз посещали в молодые годы.

– Вы могли бы снова начать путешествовать, – предложила Джо. – У меня здесь все под контролем, вам больше не нужно беспокоиться о кафе.

– Мы слишком часто сюда заходим? – спросила Молли.

– Нет, я не это имею в виду. Я рада вас видеть, поэтому я и вернулась в Солтхэйвен. Я вот о чем: вам нужно получать удовольствие от вашего отдыха, вы были так заняты с кафе все эти годы. Когда вы в последний раз уезжали из города?

Ни Молли, ни Артур этого вспомнить не смогли.

– Вот об этом я и говорю, – сказала Джо. – Так как насчет путешествия?

– Мы могли бы съездить на поезде в Бат, – предложила Молли. – Или отправиться в Норфолк. Помнишь нашу поездку в Кромер?

– Как я мог об этом забыть? – Артур фыркнул. – Лил дождь, мы поссорились из-за ерунды. Я попытался прикрыть Молли моим пальто, чтобы она не промокла до костей. Но когда я поднял пальто у нее над головой, из кармана высыпалась вся мелочь. Я промок, пока собирал монеты. А потом я услышал, как твоя бабушка смеется. В тот момент я не видел в ситуации ничего веселого.

– А мне было очень смешно. – Молли снова засмеялась. – Ты бы видела его лицо. Я так вела себя с ним только потому, что тем утром я сделала прическу в парикмахерской, и от нее ничего не осталось. Мы собирались пойти в театр, и я очень этого ждала.

– Ба, тебе не следовало винить его из-за погоды.

– Я взяла с собой дождевик и зонт, и он носил все это в руках, пока светило солнце. Мы шлепали босиком по воде, он выиграл для меня розового плюшевого мишку в одном из этих странных автоматов. Только когда хлынул ливень, Артур сообразил, что, должно быть, забыл и плащ, и зонт в кафе, где мы ели ланч.

– Дед! – Джо хихикнула. – Почему бы вам на этот раз не отправиться в какое-нибудь более экзотическое место? Вы этого заслуживаете.

– Только туда, где нет жары, – твердо заявил Артур.

То есть поездка на Мальорку к матери Джо исключается?

– Мне всегда хотелось побывать в Ирландии, – призналась Молли.

Джо думала не об этом, когда предлагала им отправиться в поездку. В предложении Ба не было ничего плохого, если не считать того, что они готовы были ехать куда угодно, только бы не к Саше. Когда речь заходила о том, что между ними произошло, никто из них не желал вдаваться в детали, но с тех пор, как Джо взялась за управление кафе, ее желание все выяснить только выросло.

Джо обслужила новых посетителей, на этот раз в основном туристов. Так как многие брали еду и напитки навынос, чтобы посидеть на пляже или за столиками на улице, Джо решила, что пришла пора выложить то, что было у нее на уме.

– Дед…

– Садись, дорогая. Воспользуйся передышкой. Мы всегда себе это говорили, правда, Молли?

Та смотрела в окно на море и блики солнца на его поверхности, но повернулась к внучке.

– Он прав. Почему бы тебе не принести нам три булочки-ролла и посидеть с нами пять минут?

Джо понимала, что нужно пользоваться случаем, пока не пришел следующий клиент. Поэтому она быстро принесла еду и банку газированного сока бузины и подсела к деду и бабушке.

– Вчера вечером я снова говорила с мамой, – сказала она им.

– Надеюсь, она перестала за тебя тревожиться. – Молли вздохнула. – Но, насколько я понимаю, у нее есть на это право как у твоей матери. Все родители одинаковы. – Почему-то от ее замечания Артуру стало не по себе.

– Я попыталась убедить ее приехать к нам, – продолжила Джо.

– Сюда, в Солтхэйвен? – В устах Артура это прозвучало так, словно Джо предложила матери посетить тюрьму, а не город, в котором она выросла. – Она отказалась, верно?

Джо раньше гадала, обидело ли его то, что Саша не приехала навестить отца после его пребывания в больнице. Но сейчас она не собиралась это обсуждать, поэтому сменила тему.

– Я вот что подумала. Теперь, когда я сама руковожу бизнесом, у меня есть свое жилье, поэтому можно считать, что я совершенно взрослая. – Джо уже давно выросла, но была уверена, что Молли и Артур об этом иногда забывают.

– Ты отлично справляешься, мы гордимся тобой, – сказал Дед.

– Спасибо. – Ей не хотелось портить им настроение, но пришло время получить кое-какие ответы. – Думаю, нам пора поговорить. По-настоящему.

– Я не уверена, что понимаю, о чем ты говоришь. – Молли отломила еще один кусочек от булочки-ролла.

– Я говорю о том, что произошло между вами и мамой.

Ее попытка, казалось, не удалась, и Джо хотелось только, чтобы еще некоторое время ни один посетитель не вошел в кафе.

– Мы разошлись во взглядах, только и всего. – Артур был как всегда дипломатичен, но Джо хотелось бы другого.

– Вам не кажется, что я имею право знать? Я не расспрашивала вас, потому что не хотела никого огорчать. Но я всегда остаюсь за кадром. Что, если у меня есть вопросы о моем раннем детстве, о моем отце?

Это привлекло их внимание.

– Он был пустым местом. – В кои-то веки Артур сначала ответил, а потом подумал о своих словах, и Джо заметила волнение на его лице. – Прости, само вырвалось. Ты хочешь его разыскать?

– Честно говоря, не имею ни малейшего желания. – Она видела, насколько Молли и Артур охвачены паникой, и ей стало стыдно, что она вообще заговорила об этом. – Просто я не могу отделаться от ощущения, что если бы я вдруг попыталась это сделать, то вы закрыли передо мной все возможные двери и затруднили мои поиски. Я знаю, что мой отец не сделал маму счастливой – она сама мне сказала, – но за все эти годы никто даже не подумал посвятить меня в детали того, что произошло между ней и моими бабушкой и дедушкой. Три человека, которых я люблю больше всех на свете, даже не разговаривают друг с другом. И я чувствую, что если я не попытаюсь сдвинуть ситуацию с мертвой точки, то так все и останется.

У Молли заблестели глаза, и Джо поняла, что это разбивает и ее сердце. Хотя она и не подает вида.

– Как я уже сказал, мы совершенно разные люди. – К Артуру вернулась его дипломатичность. Поэтому, когда на двери зазвенел колокольчик и в кафе вошли перепачканные в песке малыши-близнецы, а за ними их уставшая мама, Джо ничего не оставалось, как вернуться к посетителям.

Покуда Джо с трудом терпела, как близнецы то выбирают что-то, то меняют свое мнение, Молли и Артур увидели путь к бегству. Они лишь мельком взглянули на Джо, когда уходили. У нее ничего не вышло, но, как говорит пословица, если не спросишь, то и не получишь. Что ж, если она так и будет ходить на мягких лапках вокруг да около, то никто не прольет свет на происходящее в ее семье.

Близнецы все никак не могли решить, что они будут есть. Сначала они попытались вытащить свою маму из кафе: их больше привлекало мороженое, а она нуждалась в дозе кофеина. Потом они положили глаз на оладьи с клубникой и сливками, которые Джо этим утром почему-то решила включить в меню. Затем дети решили, что вкуснее шоколадный молочный коктейль с печеньем. Будь они немного постарше, Джо уже давно бы оставила их выбирать, попросив позвать ее, когда они надумают, что им есть и пить.

Наконец близнецы остановили свой выбор на сэндвичах с ветчиной и сыром. Их мама заказала самый большой кофе. Джо испытала настоящее облегчение от того, что они не собирались оставаться в кафе. На полу и без того было уже столько песка, что ей не терпелось подмести как можно быстрее и постараться вернуть душевное равновесие после разговора с Молли и Артуром.

От песка она избавилась быстро. Когда пол был подметен, столики протерты, а в открытую дверь ворвался морской бриз, Джо обрадовалась, увидев входящую в кафе Мелиссу. Та зашла выпить чаю и съесть салат с пастой, шпинатом и беконом. Всегда приятно увидеть подругу, с которой можно поболтать в перерыве между посетителями и посмеяться и которая подарит тебе энергию, чтобы вернуться к работе, когда клиентов станет больше.

Затем появились Хильда и Энджи. Они обсуждали покраску облупившихся от погоды скамеек вдоль набережной.

– Как раз вовремя, – заявила Энджи. – Последние пару лет городские власти об этом не думали, и скамейки портили вид набережной.

– Ну, они были не настолько плохи. – Хильда села напротив подруги, а Джо поставила перед ними чайник с чаем «Эрл Грей» и две чашки. – Но я согласна, что теперь стало намного лучше.

– Могу ли я предложить вам что-нибудь поесть, дамы? – У Джо в кармане передника лежал блокнот, но она редко им пользовалась, записывая заказы только у большой компании.

– Я заметила тарт с козьим сыром, когда вошла. Принеси мне, пожалуйста, кусочек, – попросила Хильда.

– А какое блюдо доедала Мелисса, когда мы пришли? – поинтересовалась Энджи.

– Это был салат с пастой, шпинатом и беконом. Я могу принести маленькую или большую порцию.

– Маленькой будет достаточно, спасибо.

– Я быстро, – пообещала Джо.

Весь следующий час посетители входили и выходили. Хильда и Энджи обосновались в дальней части зала, где они пили второй чайник чая, на этот раз мятного. К ним присоединилась Вэлери.

К трем часам дня Джо как раз закончила вытирать лужу возле стойки. Она выпрямилась и оказалась лицом к лицу с невероятно красивым букетом, который держал посыльный.

– Вы Джо? – услышала она из-за букета из роз на длинных стеблях, листьев пальмы со сладким ароматом и роскошных восточных розовых лилий.

Она услышала, что Хильда, Энджи и Вэлери уже обсуждают, кто мог прислать такой букет.

– Да, я Джо. – Она взяла букет, положила его на стойку, расписалась за цветы и поблагодарила посыльного. Тот ушел.

– От кого они? – полюбопытствовала Энджи с широкой улыбкой. Она погладила свои тугие кудри, чтобы убедиться в том, что ни одна прядь не выбилась из прически.

– Пока не знаю, – с улыбкой ответила Джо. Цветы были прекрасны, и у нее сильнее забилось сердце, потому что они могли быть от таинственного поклонника, приславшего анонимную открытку. Она так и не выяснила, кто это был, но, возможно, этот человек просто дожидался подходящего момента.

Джо вытащила крохотный конвертик, прятавшийся среди цветов.

Хильда стиснула руки и воскликнула:

– Скажи же нам!

– Минуту терпения!

Она открыла конвертик, достала карточку… И тут все ее возбуждение исчезло.

У нее упало сердце, и цветы вдруг перестали казаться ей красивыми.

Глава третья

Остаток дня Джо пребывала в плохом настроении, и оно только ухудшилось, когда Гарри пришел на условленную встречу.

Хотя она пообещала себе держаться в сугубо профессиональных рамках, первым, что она ему сказала, было:

– В какую игру ты играешь?

Недоуменное выражение исчезло с его лица, когда он увидел часть цветов в вазе на стойке, а остальные на столике у дальней стены кафе.

– Я надеялся, что цветы будут радовать тебя дома, а не на работе.

Джо закрыла за ним дверь, жестом указала на столик, где она уже разложила документы, блокнот и ручку.

Гарри сел.

– Ты сердишься.

– У нас с тобой сугубо профессиональные отношения.

– Если я скажу, что мы часто посылаем подарки клиентам, это поможет?

– Цветы?

– Иногда.

– И только потому, что вы помогаете им оформить возврат налогов?

– Окей, у нас нет такой привычки. Исключение – клиенты с очень большим счетом. Но я подумал, что это поможет навести между нами мосты.

Джо нахмурилась, постукивая ручкой о блокнот.

– Все, что случилось между нами, уже в прошлом. Нет нужды в извинениях или разговорах об этом.

– Я не согласен.

– Гарри, давай сосредоточимся на том, что нам нужно сделать.

– Хорошо. – Он уступил, но Джо успела заметить знакомое выражение на его лице. Оно говорило, что на этот раз она победила, но битва еще далеко не закончена. Когда-то Джо восхищалась этой его уверенностью, но теперь она восхищения не испытывала.

Оставив личные темы в стороне, они прошлись по цифрам, которые Гарри уже сопоставил. Он объяснил все простыми словами, чтобы Джо поняла, что к чему. Она передала ему очередные чеки, задала вопросы, и через час они закончили.

– Итак, ты сведешь все цифры вместе и оформишь возврат? – Джо встала.

– Разумеется. Я сообщу тебе, когда все будет готово, и пришлю тебе по электронной почте окончательный вариант, чтобы ты хранила его у себя. Потом ты получишь обычный налоговый счет, который должен поступить к концу января.

– Налоговый счет? Что ты имеешь в виду? Мы платили каждый квартал, я видела документы. И мы это обсуждали на прошлой встрече.

– Это будет дополнительный счет. В этом году кафе приносит больше денег, поэтому и налоги будут выше.

Джо расстроилась. Она знала, что кафе принесло дополнительную прибыль, пусть и скромную, но она забыла о соответствующем увеличении налогов. Она купила свою квартиру по заниженной цене частично потому, что владелец хотел ее быстро продать, а частично потому, что кухню надо было ремонтировать из-за сырости. Джо предполагала, что с этим она легко справится, раз дела в кафе идут так хорошо. Но расходы множились, а теперь над ней навис еще один счет. Получалось, что в обозримом будущем ей предстояло мириться с безобразной кухней.

– В следующем году твои частичные платежи будут пересмотрены. – Голос Гарри нарушил ее мысли. – И ты уже не получишь дополнительный счет. Помни, что дополнительные налоги – следствие дополнительной прибыли. Поэтому постарайся сосредоточиться на этом. Это хорошо.

– Я знаю. – Джо пыталась оставаться позитивной. – А частичные платежи намного вырастут?

– Все будет зависеть от той дополнительной прибыли, которую кафе даст в течение налогового года, поэтому рост будет не слишком существенным. В следующем налоговом году мы будем следить за оборотом средств и за расходами, чтобы ты не получила больше никаких сюрпризов. – Он закончил складывать документы в кейс. – Ты выглядишь встревоженной.

– Я действительно встревожена. – Джо вздохнула. – Молли и Артуру не нужно больше платить по закладной за бунгало. У них больше нет машины. Они никуда не переезжают. Их жизнь – в Солтхэйвене. Когда я взялась управлять кафе, я предполагала, что, если я буду работать одна, то отлично справлюсь с точки зрения финансов.

– Но кафе дает хорошую прибыль, Джо. – Почему ее имя в его устах звучало так назойливо? – Если повезет, то этим летом дела пойдут хорошо, особенно после того, как ты отремонтировала его. И потом, при тебе кафе открыто дольше, чем при Молли и Артуре.

– Согласна. И кафе будет работать еще дольше, как только начнутся школьные каникулы.

– Тебе придется нелегко одной.

– Я знаю, но мне это нравится. Это тяжелый труд, но все совершенно иначе, когда твое дело – твоя гордость и радость. – Джо улыбнулась. Никогда раньше она об этом так не думала. Интересно, если бы она управляла кафе, которым владел кто-то другой, например Кертис Дархэм, смогла бы она испытать такую же страсть?

– Молли и Артур тоже долго не закрывали кафе, когда мы были детьми, помнишь?

Джо улыбнулась.

– Тогда у них было больше сил. Иногда мне кажется, что они и ночевали бы здесь, если бы могли. – Возможно, она и сама бы тут ночевала. Каждый вечер Джо возвращалась домой в пустую квартиру и уже начала думать, что такой и будет ее жизнь. Она счастлива в этом городе, счастлива в своем кафе, но неужели ее судьба такова, что личная жизнь будет вращаться только вокруг города и кафе?

Гарри накрыл ее руку своей.

– Постарайся слишком сильно не волноваться. Судя по всему, у тебя есть планы для этого кафе, и ты определенно боец.

Джо вырвала руку. Прикосновение напомнило ей о том, что их отношения вышли за рамки бухгалтера и владелицы бизнеса.

– Мне пора наводить порядок, Гарри. – Она повернулась к нему спиной, взяла тряпку с приставного столика и сначала вытерла его, хотя на нем не было ничего, кроме одинокого лепестка, уже упавшего с цветов, которые купил Гарри.

– Джо, мне бы хотелось, чтобы мы все же остались друзьями. – Она замерла, услышав его голос, сразу же развернулась и направилась в кухню.

Джо сполоснула тряпку, отложила ее в сторону и сложила в пластиковый ящик необходимые ингредиенты, чтобы на другой день с самого утра начать готовить. Этим вечером она собиралась сделать еще один тарт с козьим сыром и руколой. Она принесет его утром в кафе, а затем сможет помечтать о чем-нибудь новом, когда Мэтт привезет новую порцию овощей и фруктов.

Джо вернулась к Гарри. Ей удалось взять себя в руки и стоять на своем.

– Я не уверена, что это сработает. Если ты не можешь отделить бизнес от личного, то нам нужно пересмотреть это соглашение. – Она надеялась, что Гарри уйдет сам и ей не придется его просить об этом, поэтому она и ушла в кухню. Но ей следовало догадаться, что он этого не сделает. Все было точно так же, когда они начали отношения. Сначала он пригласил ее погулять днем вокруг озера. Она ответила отказом не потому, что он ей не понравился, а потому что понравился. Мама всегда говорила ей, что не стоит проявлять излишний интерес, иначе мужчины будут принимать ее как само собой разумеющееся. Поэтому Джо согласилась встретиться с ним только на третий раз. Он не спросил, куда бы она хотела пойти, у него уже был план. Гарри спросил, согласится ли она поужинать с ним жареной рыбой и картофелем на пляже. Сопротивляться ему было невозможно. Свидание состоялось в тот же вечер. Они сидели на песке, смотрели на море, чувствовали вкус соли на губах, запах уксуса и горячей картошки витал в воздухе.

И в памяти всплыло еще одно воспоминание. Джо вспомнила тот вечер, когда в одиночестве пила текилу на пляже, а ее мама нашла ее, когда Джо, спотыкаясь, ковыляла вверх по холму. Она так и не забыла тот вечер, последовавшую за этим ссору, и слова, которыми обменивались ее родственники, сливались воедино до этой минуты. «Мы не хотим, чтобы Джо закончила так же, как ты». Это сказал Дед, Джо была в этом уверена. Почему-то до этого момента ее память блокировала детали. Но, вспомнив совет мамы относительно мужчин, она каким-то образом выпустила на волю воспоминание, хранившееся в дальнем отсеке ее памяти.

– Джо! Джо! Сядь! – Гарри оказался рядом с ней. Она этого не заметила, но, вероятно, кровь отлила от ее лица. – Позволь мне принести тебе стакан воды. Нет, лучше апельсинового сока. Тебе нужен сахар.

Ей было почти смешно наблюдать, как Гарри суетится вокруг, и одновременно приятно, что кто-то заботится о ней.

Гарри принес ей апельсиновый сок из холодильника, и Джо залпом выпила его. Как она могла забыть эти ядовитые слова, которыми обменялись ее дед, бабушка и мама, прежде чем Саша навсегда уехала из Солтхэйвена? И что они значили? Ведь отец Джо ушел не по вине Саши. Да и что было не так с самой Сашей? В то время у нее была достойная работа в банке. Она сама вырастила дочь. Бабушке и деду следовало бы гордиться дочерью, а не сыпать обвинениями в ее адрес.

– С тобой все в порядке? – Озабоченность на лице Гарри напомнила Джо об ушедшем времени, и хотя он причинил ей боль, его присутствие подействовало удивительно успокаивающе.

– Все хорошо, спасибо.

Гарри довел ее до столика в дальнем конце зала, чтобы человек, случайно заглянувший в кафе, не подумал, что заведение все еще работает. По настоянию Гарри Джо съела оставшийся кусок киша. Но только когда солнечный свет за окном начал меркнуть, погрузив кафе в темноту, Джо сообразила, как долго они там сидят.

– Прости, что задержала тебя, Гарри. – Она встала, к ней снова вернулась способность мыслить ясно. – Со мной правда все хорошо.

– Ты не хочешь говорить об этом?

– Нет, не хочу. – Джо вспомнила о манерах и сумела улыбнуться. – Спасибо, что был добр ко мне.

– Я не такой плохой. – Его ответ повис в воздухе. – Что ж, тогда я, пожалуй, пойду. – Он собрал свои вещи.

Джо вынула из кассы наличные, убрала деньги в сейф и все выключила. Пол мог подождать и до завтра. Она была совершенно без сил.

Открывая дверь кафе и впуская внутрь теплый бриз и соленый воздух, Гарри обернулся.

– Джо… – Он ждал ответа, и она посмотрела на него. – Ты никогда не думала о том, что нам, возможно, хорошо было бы вместе?

Гарри задержался на мгновение, но когда Джо не ответила, он ушел, а она прислонилась к стойке, гадая, в каком направлении будет дальше развиваться ее жизнь.

Может быть, Гарри прав? Когда-то он разбил ей сердце, но что, если он все еще любит ее?

Глава четвертая

На следующее утро Джо мыла пол в кафе, углубившись в свои мысли. Стив чинил сломанный стул, у которого сиденье перестало плотно прилегать к ножкам. Джо все время боялась, что у кого-то из посетителей в эту щель попадут пальцы и человек причинит себе вред.

Всю прошедшую ночь она вертелась в кровати, думая о своем разговоре с Молли и Артуром. Этим утром они прислали записку, вместо того чтобы прийти и помочь ей. В этом не было ничего необычного, они уже делали так раньше, но на этот раз такое ощущалось как сбой. Да и Гарри не давал ей покоя. Цветы были красивые, но лучше бы он их ей не присылал. Джо хотелось повернуть время вспять, чтобы он не касался ее руки, когда они говорили о счетах. Ей хотелось, чтобы она не показывала своей уязвимости, вспомнив разговор между членами своей семьи, который напугал ее до такой степени, что она была не в силах вспоминать о нем. Но больше всего она думала о том, что Гарри сказал накануне вечером, гадала: неужели она до сих пор остается любовью всей его жизни? Так он называл ее с тех пор, как они впервые произнесли эти три слова: «я люблю тебя». Важные слова, сказавшие ей, что он никогда не причинит ей боли, что всегда будет рядом с ней. Но это изменилось в одно мгновение, и хотя Джо не испытывала к нему ненависти, ей все еще было тяжело вспоминать то, что он закончил их отношения, и то, как он это сделал.

Теперь Джо была убеждена, что именно Гарри прислал ей ту загадочную анонимную открытку, которую она получила весной. Ее сердце бешено застучало, когда она поняла это. Дорогая Джо, не стоит так сильно беспокоиться о любви других людей, когда ты пропускаешь то, что у тебя перед глазами… Помни, любовь можно найти в самых необычных местах. Вот что было в той открытке. Как она пропустила эти знаки? Это же было очевидно. Он привык общаться по переписке. Объявляя о разрыве их отношений, он прислал ей открытку с маркой второго класса. Как человек, очень уверенный в себе, в этот раз он показал свою неуверенность. Но, по крайней мере, на этот раз Гарри доставил открытку лично, хотя Джо его и не видела. Возможно, он пытался оправдаться за то, каким оскорбительным образом он разбил ей сердце много лет назад.

Но какие бы мотивы для его поступка ни искала Джо, все равно это оставалось большим разочарованием. Открытка появилась в кафе в мае, и романтичная сторона души Джо очень хотела, чтобы это было началом эпической истории любви. Открытку должен был прислать человек, в которого она должна была в конце концов влюбиться, он бы покорил ее сердце, они бы жили вместе долго и счастливо. Когда Гарри предположил, что им еще могло бы быть хорошо вместе, его слова стали для Джо огромной волной, которая подхватила ее и унесла прочь от волшебства.

Но не безумие ли это с ее стороны – отвергать его? Когда-то Гарри был ее мужчиной. Неужели она унаследовала то же упрямство, которое не позволяло Саше и ее бабушке и деду решить их проблемы? И теперь она игнорирует того, кто стал красивым и ответственным мужчиной?

– Земля вызывает Джо. – Это был Стив. Он смотрел в ее сторону.

– Прости. – Она сама не заметила, что перестала мыть пол и смотрит на грязную воду в ведре. – Секунду, я только избавлюсь от этого. – Джо вынесла ведро на улицу, прошла в самый конец пирса, туда, где под ним было море, а не песок, и вылила воду. Ей нужно было прекратить эту одержимость собственной личной жизнью и вместо этого переключить свое внимание на пару, у которой был шанс. Она помахала Джефу, который насаживал наживку на крючок в конце пирса. Они с Вэлери подходили друг другу, Джо просто знала это.

Она унесла швабру и ведро обратно в кафе и оставила в кухне, чтобы потом убрать.

– Стул в порядке. – Стив собирал инструменты, когда она подошла к нему.

Когда Джо прислала ему сообщение, Стив пришел сразу, как только смог, и это означало, что он не был одет по случаю. Он был с голым торсом, гидрокостюм расстегнут до талии, и на это Джо не смотреть не могла. В кафе только что вошла группа девочек-подростков, которые не сводили глаз со Стива, делая вид, что изучают меню. Но тот этого не замечал.

Джо смотрела на Стива, думала о Вэлери, и тут ее осенило.

– Что ты скажешь о пляже, на котором ты давал мне урок серфинга? – спросила она Стива, когда тот закрыл свой ящик с инструментами.

– Хочешь еще раз попробовать? – Он встал, и его тело все больше сбивало ее с мысли.

Джо покачала головой, подошла к стойке, взяла деньги за две баночки колы у хихикающих девчонок, которые подталкивали друг друга локтями и разглядывали Стива. Она закатила глаза, когда подростки наконец направились к двери.

– Слава богу, сегодня учебный день!

– Почему? Тебе же не нравится, когда посетители быстро уходят.

– То есть ты не заметил, как они на тебя пялились?

Стив пожал плечами, и Джо поняла, что он ничуть не разумнее их.

– Они молодые, ну повеселились немного, только и всего. Не будь такой занудой.

– Эй! – Стив заслужил этот шутливый шлепок по руке, и по телу Джо пробежала дрожь от ощущения его кожи под ее пальцами. – Давай вернемся к моему вопросу о пляже. Насколько там многолюдно по вечерам в это время года?

– Странный вопрос, но я на него отвечу. – Он прислонился к прилавку. – Там намного спокойнее, чем по утрам. Многим нравится приходить туда рано. А ты что, думаешь о вечернем уроке серфинга?

– Забудь пока об уроках серфинга. Я хочу понять, насколько много людей будет на пляже примерно за час до захода солнца. – Стив так посмотрел на нее, что Джо поняла: она больше ни слова от него не добьется, пока не объяснит, зачем ей все это нужно знать. – Это для моей следующей идеи «кафе любви».

– Ага, а я все гадал, когда же наконец купидон снова достанет свои стрелы.

Его игривое поведение отвлекало ее не меньше, чем его мускулистая рука. Джо обрадовалась появлению Бена и Чарли.

– Я потом тебе все расскажу, – шепнула она Стиву.

– На моих устах печать, – ответил он, и Джо постаралась не поддаться искушению и не посмотреть на его губы, когда он провел по ним пальцами, как будто закрывая рот на молнию.

Она переключила внимание на новых посетителей, и Стив ушел.

– Привет, Чарли, привет, Бен. – Почему Бен смотрит на нее так, будто она только что совершила нечто непристойное? Джо понадеялась, что у нее на лице не написаны ее совершенно не платонические мысли о Стиве. В последнее время каждый раз, когда Джо его видела, она могла думать только о том, насколько беззаботно он идет по жизни и насколько он подходит для короткого романа без всяких обязательств. Она очень давно не была с мужчиной и уже начала сомневаться, помнит ли она вообще, что надо делать.

Джо стряхнула с себя эти мысли.

– Обычно вы на неделе сюда вдвоем не заходите.

– Я обещал Чарли, что он сможет проверить пресс-папье, – объяснил Бен, снова становясь привычным дружелюбным Беном.

– Конечно же, Чарли, ты можешь посмотреть. Еще один слой лака, и они будут полностью готовы к использованию. Иди в кладовую, и ты увидишь их все на полке. – Мальчику не нужно было повторять дважды. Джо нагнулась к Бену. – Пожалуйста, скажи мне, что вы придете и в субботу.

– Разумеется. А что такое?

– Одна юная леди хочет увидеть одного молодого человека.

Бен постучал по носу, когда Чарли вернулся в зал, с восторгом рассказывая о том, как хорошо выглядят пресс-папье. Он потянул отца за собой, чтобы тот сам все увидел.

– Можно? – уточнил Бен.

– Иди-иди. Там на пути швабра и ведро. Я вчера поленилась помыть пол и сделала это только сегодня утром.

Отец и сын ушли смотреть пресс-папье, но тут же появился Мэтт с ежедневным ящиком овощей и фруктов. Джо полюбовалась ярким набором, отметив для себя вишни, блестящие и аппетитные. Они так и просили, чтобы их съели.

– Что у тебя на уме? – поинтересовался Мэтт. – Мне нравится слушать, когда ты делишься своими идеями.

Яркие вишни уже заставили ее воображение заработать.

– Я думаю, что лучше: вишнево-миндальные сконы или вишнево-овсяные сконы?

– Для меня и то, и то хорошо.

– И мне нравится. – Из кухни вышел Бен. Ему явно не хотелось ничего пропустить.

– И мне, – подал голос Чарли, который уже рассматривал угощения на витрине и банку с печеньем, стоявшую возле кассы.

– Идем, тебе пора в школу, а мне надо работать, – сказал ему Бен.

Джо положила одно печенье в бумажный пакетик в белую и розовую полоску для Чарли.

– Это моя благодарность за пресс-папье, – объяснила она и взъерошила мальчугану волосы. Чарли засмеялся.

Мэтт отнес ящик в кухню, а когда он вернулся, Джо спросила:

– А как насчет вишнево-имбирных сконов?

– Как я уже сказал, я это все выращиваю, но не готовлю ничего необычного. – Мэтт рассмеялся. – По мне, так все варианты хороши.

– Что ж, тогда благодарю тебя за мое ежедневное вдохновение.

– Пожалуйста.

Джо рассеянно помахала ему рукой на прощание и принялась перебирать коллекцию книг с рецептами под прилавком. Она могла бы поклясться, что видела где-то рецепт сконов, так что ей останется только заменить фрукт и специю, чтобы получилось то, что она придумала.

– Бинго! – воскликнула она как раз в тот момент, когда открылась дверь и вошла Джесс.

– Я не возражаю против наших вечеров в пабе, – сказала Джесс, – но я не настолько стара, чтобы начинать играть в бинго.

– Прости, я просто нашла то, что искала, только и всего. – Она показала Джесс книгу рецептов и объяснила, что хочет добавить в сконы.

– Звучит очень вкусно, очень опасно для моей талии, но, разумеется, сконы надо включить в меню. Вечером в паб? – Когда Джо нахмурилась, она добавила: – Брось, мы ненадолго. Сегодня Билли возвращается из отпуска в Корнуолле, и он устраивает «счастливый час» в восемь.

Джо улыбнулась. Билли был владельцем паба «Герб Солтхэйвена», и хотя она слышала разговоры о том, что паб не приносил столько денег, как раньше, все же он мог устраивать «счастливые часы».

– Уговорила. Увидимся вечером. Посмотри на эту открытку на доске.

Джо подняла ее с коврика накануне утром. На открытке был потрясающий вид побережья, заставивший ее снова задуматься о предложении Кертиса Дархэма.

Джесс надолго не задержалась, и после полудня Джо еле успевала поворачиваться. Она разносила кофе, куски кекса с изюмом и сэндвичи с различными начинками, разрывалась между обслуживанием и уборкой. Поэтому, когда наступило затишье, она ему обрадовалась. По крайней мере, у нее было время для себя. Небольшая группа посетителей заняла два столика, Джо принесла их заказ, и пока им больше ничего не требовалось. Она ушла в кухню и достала красные конверты, открытки и ручку для каллиграфии. Удивительно, как мгновенно поднималось ее настроение, когда она делала что-то для других людей. Она подумала о Джефе, приятном, но очень одиноком мужчине. Она подумала о Вэлери и ее занятиях йогой, которые сохраняли ее молодость теперь, когда ей уже было за пятьдесят.

Джо выглянула в зал, чтобы проверить, всем ли довольны посетители, а затем написала два одинаковых приглашения, потом по очереди помахала красными открытками в воздухе, чтобы чернила высохли. Она проверила прогноз погоды на вечер пятницы и отправила сообщение Стиву. Тот успокоил ее, написав, что на пляже будет еще меньше народа, так как молодежь в пятницу вечером отправляется в кафе или в кино, а многие оставляют серфинг на утро субботы, когда не надо спешить на работу.

Джо едва успела положить красные конверты в сумку, когда появились Молли и Артур. Они принесли с собой аромат средства от загара с кокосовой отдушкой. Джо с легкостью представила, как Молли каждое утро, как только появляется солнце, напоминает Деду, что надо намазать кожу, взять шляпу и пить побольше воды.

Улыбки, которыми они обменялись с ней, подсказали Джо, что Ба и Дед так же сильно хотят помириться, как и она сама. На стариков невозможно было долго сердиться.

– Прости нас, Джо. – Молли заговорила первой, протягивая Джо большой пластиковый контейнер. – Это подарок в честь примирения – салат с пастой и брокколи.

Джо улыбнулась.

– Звучит восхитительно. Я переложу его в миску и поставлю в витрину как можно скорее. И это я прошу у вас прощения. Мне не следовало наседать на вас.

Они устроились на подоконнике-диване. Джо заварила для них чай и убрала все со столика, который только что освободился.

– Мне нужно поговорить об этом с мамой, так? – Как только представилась возможность, Джо взяла стул и села напротив бабушки и деда.

– Дело не в том, что нам неловко касаться этой темы. – Артур поморщился, сделав первый глоток чая. Он никак не мог привыкнуть пить его без сахара, что полагалось по новой здоровой диете. Когда ему еще разрешали есть сахар каждый день, он пил слишком много чая с сахаром, поэтому от этого пришлось отказаться. – Просто наши отношения с Сашей уже и так натянутые, и никто из нас не хочет оттолкнуть ее еще больше.

Так вот почему они молчали. Они боялись сделать еще хуже.

– Мы беспокоимся. – Молли не сводила глаз с Джо. – Мы не хотим довести отношения до того, чтобы она вообще никогда не вернулась. Пока еще есть надежда, что Саша однажды вернется, хотя бы на время. И если она это сделает, тогда мы, возможно, сможем перешагнуть через нашу ссору.

– Поговори с ней, Джо, – попросил Артур. – Я знаю, мне самому следовало бы это сделать, но думаю, что только тебе удастся до нее достучаться. Ты сможешь получить ответы на свои вопросы и, может быть… – Надежда в его глазах погасла. – Что ж, начни с этого, а потом посмотрим, что получится.

Джо накрыла его руку своей.

– Сделаю все, что смогу. – И это были не пустые слова. – Пожалуй, мне стоит вернуться к работе. – Джо обернулась на звон колокольчика. В кафе вошла компания из пяти человек, туристов из Шотландии, если судить по произношению.

Молли и Артур ушли, держась за руки, и Джо смотрела им вслед, пока посетители придвигали пятый стул и усаживались за столиком возле меловой доски.

Сможет ли она когда-нибудь найти то, что было у ее деда и бабушки: отношения, в которых единение и долговечность подразумевались сами собой?

Когда Джо убедилась в том, что все посетители получили желаемое, она ушла в кухню, чтобы заняться сконами. Ей хотелось успеть приготовить их к тому моменту, когда появятся всегда голодные посетители после школы и работы. Джо застелила противень пергаментной бумагой, отмерила нужное количество овсянки, коричневого сахара и пекарского порошка, потом переложила ингредиенты в большую миску для смешивания. Продав две порции салата с брокколи и пастой и две банки холодной содовой посетителю, она вернулась к выпечке. Взяла нужное количество маргарина, порезала вишни, смешала пахту и яичные белки, чтобы добавить их в смесь для теста.

– Над чем это ты колдуешь? – В кухню заглянул Стив. От звука его голоса Джо вздрогнула и застыла с перемазанными липким тестом пальцами. Потом шумно выдохнула.

– Я не слышала, как открылась дверь. Куда делись колокольчики?

– Они отлично звенят. – Он подошел ближе, чтобы посмотреть, чем она занята. – Ты, должно быть, замечталась.

– Я сосредоточилась на рецепте, чтобы правильно приготовить сконы. – На самом деле Джо обдумывала меню для следующего свидания вслепую, но Стиву незачем было об этом знать. – А ты почему вернулся?

– Отвертку забыл.

– Ах да, я положила ее под прилавок.

– Отлично, я ее заберу. – Он вернулся с отверткой в руке. – У тебя там новые клиенты. Обслужить их, пока ты вся покрыта этой липкой массой?

– Это будущие сконы, а не липкая масса. – Джо улыбнулась. – И если это юные девушки, то тебе достаточно постоять перед ними, и они будут счастливы.

– Очень смешно.

– Спасибо, Стив. Я приду через пять минут. Мне осталось только поставить сконы в духовку.

Джо закончила со сконами, выставила таймер духовки, как только противень с выпечкой оказался внутри, и вернулась в кафе.

– Привет, Энджи. – Она взяла мелок, лежавший на выступе доски, и принялась писать.

– Сконы! Вишнево-имбирные! – Это произвело на Энджи впечатление. – Звучит восхитительно.

– Они будут готовы примерно через полчаса. – Энджи редко заглядывала в кафе ненадолго, поэтому Джо сомневалась, что необходимость подождать ее смутит.

– Тогда я пока выпью ромашковый чай. Я принесла с собой книгу. Это самый свежий роман Эрики Джонс, поэтому не беспокойся обо мне.

– Что ж, отдыхайте. Я сейчас принесу чайник с чаем, а как только сконы будут готовы, я вас угощу.

Поток посетителей не иссякал весь день. В перерывах между обслуживанием посетителей Джо успела второй и последний раз покрыть лаком пресс-папье. Энд-жи так понравились сконы, что она рекламировала их вновь пришедшим посетителям, поэтому они стали лидером продаж. В момент передышки перед наплывом школьников Джо успела позвонить маме.

Они поговорили о Мальорке, новой линейке украшений, которую делала Саша, и о том, как Джо управляет кафе. Когда Джо упомянула Гарри, Саша мгновенно переключилась в «мамский» режим.

– Джо, он сделал тебе больно.

– Я помню. А теперь он мой бухгалтер. – О цветах она уже матери рассказывала.

– Ох, Джо, пожалуйста, не соверши огромную ошибку только потому, что, по-твоему, ты не достойна лучшего. Я знаю это по собственному опыту.

Джо посмотрела в окно на пляж внизу, на смеющихся и играющих людей, на детей, слишком маленьких для школы, прыгающих в волнах, набегающих на берег и разрушающих построенные ими замки из песка.

– Не буду, мама.

– Он наверняка сказал, что изменился, но мы такое уже слышали.

Гарри как будто думал, что им еще может быть хорошо вместе. Он уже не был тем парнем, каким был когда-то. Он стал взрослым мужчиной, но только это и отличало его в глазах Джо от того человека, с которым она встречалась и который бросил ее таким ужасным образом.

– Дочь, я серьезно. Люди меняются, безусловно, но, судя по моему опыту с мужчинами, в случае с Гарри это едва ли произошло.

Вот он, ее шанс. Поговорить с мамой, передать то, что сказали бабушка и дед. На этот раз мама сама заговорила о мужчинах, пытаясь на примере собственного опыта предостеречь Джо.

– Могу я тебя кое о чем спросить?

– Конечно, спрашивай о чем хочешь. – Мама, казалось, была готова отвечать на ее вопросы.

– Что конкретно произошло между тобой и бабушкой с дедом? Почему они так не хотели, чтобы со мной произошло то же, что и с тобой?

Повисло молчание.

– Мама?

– Кто сказал тебе, что они так думают?

– В тот вечер, когда я напилась текилы – и ты знаешь, что я никогда больше этого не делала, – вы с Дедом очень громко ссорились. Я только недавно вспомнила, как Дед крикнул, что не хочет, чтобы со мной случилось то же, что и с тобой. – Слова, вероятно, жалили, но пришла пора произнести их.

– Это все в прошлом, Джо.

– Нет, мама, не в прошлом. – Колокольчик на двери определенно не потерял голос, потому что он зазвенел. Джо подняла палец, давая понять посетителю, что она его увидела и подойдет через минуту. Она ушла с телефоном в кухню, откуда ей был виден зал, но посетители ее не слышали. – Почему ты не разговариваешь со своими родителями, больше не приезжаешь в родной город, который когда-то столько значил для тебя? Значит, все это не в прошлом.

– Джо, я никогда не буду такой, какой они хотят меня видеть! – воскликнула Саша, повысив голос на целую октаву. – Они стыдятся меня, давно стыдятся.

– Тогда им придется изменить свои взгляды. – Посетитель уже ждал ее у стойки. Это был знак, что пора заканчивать. – Мне пора идти, мама. – Она бы предпочла продолжить разговор. Мама готова была объяснить все, Джо знала это наверняка.

– Мы скоро еще поговорим, дочка.

– Мне бы этого хотелось. – Закончив разговор, Джо надеялась, что так и будет. Обычно мама отказывалась возвращаться к тому, о чем она не хотела говорить с дочерью. Любые вопросы заставляли ее закрываться в своей раковине крепче, чем свежий морской моллюск.

Возможно, они наконец что-то выяснят. Потому что больше всего на свете Джо хотелось, чтобы ее семья была счастлива. Счастлива во всех отношениях.

Глава пятая

Лето пришло на южное побережье Англии. Утра стали такими ясными, что Джо с удовольствием прогулялась по Солтхэйвену перед тем, как открыть кафе. В эти ранние часы улицы были пустынными, и это был отличный способ начать день. Она смогла доставить два приглашения на вечер любви и остаться незамеченной. Она опустила красный конверт для Джефа в почтовый ящик в вестибюле многоквартирного дома, стоявшего у пляжа для серфинга. Приглашение для Вэлери она протолкнула в щель двери ее пентхауса недалеко от паба.

Джо открыла кафе всего за десять минут до появления Мэтта с овощами и фруктами. Она заглянула в ящик. Ей всегда не терпелось увидеть, что он привез с фермы. Это стало самой любимой частью дня Джо.

– Там еще два контейнера с вишнями, – сказал ей Мэтт, – я надеюсь, они тебе не надоели… А еще клубника, крыжовник и листья латука. Я привез большой запас яиц, поэтому тебе будет из чего выбирать.

Мэтт отнес ящик в кухню. Он всегда так поступал, потому что ящик часто бывал тяжелым. Когда он вернулся, Джо протянула ему пластиковый контейнер с крышкой.

– Что это? – Он открыл крышку. – Как же вкусно пахнет!

– Это вишнево-имбирные сконы.

– Мне?

– Они не утренние, я испекла их вчера, но прошло меньше двадцати четырех часов, и они все еще очень хороши. Последние несколько дней я постоянно их пеку, они пользуются огромной популярностью. – Золотисто-коричневые сконы проседали в центре, если на них слегка надавить, и каждый посетитель, попробовавший их накануне, говорил, что они очень вкусные.

– Ты совсем как Молли.

– Я не такая хорошая кулинарка, как Ба.

– Я о том, как ты стараешься всех накормить.

– А, это. Да, нам нравится кормить друзей и семью. Ты привез вишни, и за это тебе огромное спасибо.

– Благодарю за сконы. Контейнер привезу завтра.

– Отлично. И пока я не забыла, можно заказать побольше клубники на пятницу?

– Разумеется, я обязательно привезу тебе столько, сколько смогу. Для нас на ферме твое кафе – одна из самых любимых организаций.

У Джо стало тепло на сердце от этих слов.

– Правда?

– Поппи пытается уговорить всю семью прийти сюда в выходные. Не скажу наверняка, что привлекает ее больше, пресс-папье, вкуснейшая еда или перспектива встречи с Чарли.

– Они такие милые, правда?

– Когда ты так молод, любовь – это легко. – Мэтт перевел взгляд на пресс-папье, выстроившиеся в ряд возле кассы. – Ребятишки отлично потрудились. После нанесения лака камни выглядят великолепно.

– Согласна. Мне не нравится оставлять их на улице, но если кто-то из клиентов садится за столик под открытым небом, я приношу ему пресс-папье. Энджи прижимает им страницы книги, даже когда сидит внутри. Поэтому они пользуются успехом.

– Не могу представить Энджи читающей. – Мэтт огляделся, чтобы убедиться, что той нет поблизости. – Не уверен, что она может перестать болтать на достаточно долгий срок, чтобы сосредоточиться на чтении.

– Честно сказать, я думаю, что ты прав. Бо́льшую часть времени она либо болтает со мной, либо рассказывает другим посетителям про вкусные вишневые сконы. – Джо гадала, будет ли у нее когда-нибудь шанс устроить свидание для Энджи. Но с Энджи трудно было работать. И меньше всего на свете Джо хотела кого-нибудь оскорбить.

– Мне пора идти, – сказал Мэтт. – На очереди у меня доставка в школу, потом еще два бизнеса в городе, а затем я вернусь на ферму.

– Дел тебе явно хватает.

– Так и есть, но это хорошо. Моя сестра приведет сюда Поппи в субботу. – Он помахал рукой на прощание и ушел.

В середине утра, после короткого дождика, брызнувшего из рваных облаков, которые ненадолго задержались над пирсом, Джо наслаждалась постоянным потоком посетителей. В летние месяцы люди предпочитали сидеть на улице, поэтому столики требовалось как следует вымыть. С ведром горячей мыльной воды, в резиновых перчатках и с тряпкой в руке Джо принялась за работу.

– Не слишком много смысла в этом занятии, не так ли? – К ней подошел Джеф с удочкой в руке, закончивший рыбалку. Джо как раз дошла до самого крайнего столика.

У нее быстрее забилось сердце. Он направлялся домой, и ему предстояло обнаружить в почтовом ящике красный конверт. Пора было скрестить пальцы на руках, на ногах и все, что она могла скрестить на удачу, чтобы его реакция оказалась хорошей.

Ей нужно было вернуться к уборке. Дождь не смыл со столешниц липкие следы от джема и сахара. Джо усердно терла столы и избавилась от этих следов. Теперь предстояло справиться с тем, что осталось.

– Никакой дождь этого не смоет. – Она указала на след то ли карандаша, то ли краски, то ли даже даже лака для ногтей. После того как дети раскрашивали пресс-папье, стол остался чистым, поэтому Джо понятия не имела, что бы это могло быть.

– Тебе будет удобнее оттереть щеткой, – предложил Джеф.

Она тяжело вздохнула.

– Вы правы. Зайдете на чашку чая?

Он прислонил удочку к стене кафе и положил на пирс остальные принадлежности для рыбной ловли.

– Пожалуй, мне стоит насладиться солнышком, пока небеса снова не разверзлись, так что я возьму черный чай и выпью его здесь.

– Сейчас принесу.

– Ах да, и еще один вишнево-имбирный скон, если они еще остались, – с надеждой добавил Джеф.

– Сконы есть, они очень популярны. Сегодня я поставлю печься новую порцию. Они вам еще не наскучили?

– Мне – нет, и у меня нет второй половинки, которая шпыняла бы меня из-за размера моей талии. – Он усмехнулся.

Его личную жизнь вскоре ожидали большие перемены. Оставалось верить, что Джо повезет и все получится.

Она ушла внутрь, схватила по дороге щетку, пока не забыла, и сунула ее в карман передника. Потом вымыла руки и приготовила чай, подогрела скон, переложила его на тарелку, не забыла про сливочное масло и нож, а потом на подносе отнесла заказ Джефу.

Он сидел с закрытыми глазами, подставив лицо солнцу. Джо поставила перед ним поднос.

– Я бы с удовольствием вздремнул здесь. Тут так хорошо.

– Наслаждайтесь! Не буду вам мешать. – Джо взяла щетку, окунула ее в мыльную воду и принялась оттирать отметины на алюминиевом столике.

Потерев немного, она удовлетворенно улыбнулась.

– Как новенький.

После очистки подходящим инструментом столик снова стал серебристым и блестящим, он выглядел так, словно его никто никогда не пачкал. Джо повернулась к Джефу.

– Вам понравился скон?

– Он восхитительный.

Джо надеялась, что он так же позитивно отнесется к ночи любви, которую она устроит с его участием.

К вечеру среды она так и не дождалась реакции Вэлери и Джефа на приглашения, поэтому ей оставалось только предполагать, что все системы работают нормально. Она разыскала красивое одеяло василькового цвета, которое купила три Рождества назад. Его не стирали с тех пор, как она брала его с собой на пляж Портобелло в Шотландии, куда ездила со своей лучшей подругой Тилли. Они пролили на него просекко, поднимая тост за начало школьных каникул и шесть недель свободы. Джо загрузила одеяло в стиральную машину, добавила специальное средство для стирки шерсти и выбрала подходящий режим.

Она благодарила бога за то, что Молли и Артур были такими же романтиками, как и она. Возможно, именно от них она и унаследовала эту черту. Когда она поделилась с ними идеей романтического пикника, Артур взял длинный шест, открыл люк в потолке бунгало, ведущий на чердак, спустил вниз лестницу и отправился на поиски старомодной корзины для пикника.

– Мы давным-давно ею не пользовались, – сказал он Джо, а потом заявил Молли, что теперь, когда они на пенсии, они могли бы съездить на денек в Корнуолл. Та ответила, что все необходимое есть в Солтхэйвене и она не видит смысла в том, чтобы тащить тяжелую корзину с провизией в другое графство. Джо очень понравился ее прямой ответ. Скрытый намек на Корнуолл также не прошел мимо внимания Джо, хотя она постаралась пропустить его мимо ушей. Когда в кафе все шло гладко, она не думала о предложении Кертиса Дархэма. Но каждый раз, когда в ее душу закрадывались сомнения в том, что бизнес будет успешным в долгосрочной перспективе, его лицо снова всплывало перед ней. И это было красивое лицо. Хоть что-то приятное.

Пока стиральная машина наполнялась водой, Джо старалась не обращать внимания на странный громыхающий звук, который она издавала. Ей оставалось только молиться, чтобы машинка не испортила ее красивое одеяло, и верить, что дело не в готовых сломаться ножках машинки, обрекающих ее на новые расходы. Она взяла тряпку и протерла корзину для пикника. Дополненная бледно-голубыми салфетками и кожаными ремешками для тарелок, мисок и бокалов, она идеально подходила для романтического вечера на пляже. Джо уже спросила у Сэлли, сможет ли купить у нее несколько роз с кустов перед ее бунгало. Когда она объяснила соседке повод, та ответила, что Джо может взять сколько угодно цветов, но при условии, что она расскажет, чем закончился вечер любви. Пока Джо никому не называла имена тех, кто отправится на свидание вслепую, но все, кто спрашивал о ее планах, уважали необходимость соблюдать тайну. Джо оставалось только надеяться, что когда-нибудь они смогут прокричать эти имена с конца пирса, чтобы весь мир узнал, как вечера любви в кафе принесли счастье в жизнь людей.

Корзина для пикника сияла чистотой, одеяло было выстирано. Слава богу, оно не пострадало после трав-матичного знакомства со стиральной машинкой. Джо разложила одеяло на сушилке, которую поставила в спальне. От него очень приятно пахло, и ей не терпелось разложить его на песке в пятницу вечером. Джо уже подобрала на пляже несколько крупных камней во время прогулок на прошлой неделе, чтобы они удерживали одеяло. Корзина для пикника сделает остальное.

В своей маленькой кухне Джо налила себе бокал вина. Она отправила в стирку еще одну порцию белья. Как только барабан заполнился водой, грохот раздался снова, на этот раз оглушительнее, чем раньше. Зазвонил телефон. Это была Молли, сообщившая, что она испекла для кафе печенье с пахтой, а Дед – банановый хлеб.

– Я заберу их завтра утром, – пообещала Джо.

– Что это у тебя за грохот?

– Это стиральная машинка. – Ей пришлось трижды повторить эту фразу, а потом взять вино, закрыть дверь и выйти в гостиную.

– Одному богу известно, что происходит, но машинка стирает. Пока стирает.

– Тебе нужно ее проверить.

– Ты права, Ба.

Они поговорили еще немного о вишневых сконах, ставших хитом. Ба рассмеялась, когда Джо рассказала ей, как Энджи их рекламировала каждому вошедшему, раз за разом повторяя, насколько они вкусные.

– Дед нашел рецепт тарта с меренгами и крыжовником, – сказала Молли.

– Замечательно. Хотя я раньше ничего не готовила с крыжовником, да и меренги я тоже никогда не делала.

– Это легко. Может быть, Артур в воскресенье покажет тебе, как это делается, когда ты придешь в кафе нам на смену. Мы дождемся затишья, если оно будет.

Они поговорили о предстоящей автограф-сессии, на которую Молли собиралась затащить Артура. Бабушка пожаловалась, что Артур одержим игрой в боулинг и жаждет отвести ее посмотреть. Но Джо чувствовала, что ей нравится новое увлечение мужчины, за которого она вышла замуж. Закончив разговор с Молли, Джо настежь распахнула окна гостиной, чтобы слышать плавный шум волн, когда они накатывались на берег, вдохнуть свежесть, которую они несли с собой.

Она отдыхала в гостиной с бокалом вина. После спальни, из окон которой открывался тот же вид, что был перед ней сейчас, гостиная была ее самой любимой комнатой. Блестящие белые плинтусы обрамляли стены, выкрашенные в белый цвет с сиреневым оттенком. Джо купила светло-серый диван с белыми декоративными подушками, но ее любимым предметом мебели было глубокое круглое кресло, в котором она сейчас и сидела. В нем Джо могла свернуться калачиком и смотреть на море вдалеке. Внизу она видела золотистый песок за поросшим травой спуском к пирсу. На подоконнике устроилась чайка, искавшая, чем бы поживиться.

Услышав звонок в дверь, Джо отставила бокал в сторону. Она не была против одиночества, когда перед глазами был такой прекрасный вид, а пирс напоминал ей о том, почему она вернулась в Солтхэйвен. Но и против гостей она не возражала.

Открыв дверь, Джо с удивлением увидела Гарри и выпалила:

– Откуда ты узнал, где я живу?

– Когда мы занимались счетами, ты продиктовала мне свой домашний адрес.

Ох!

– Что ты здесь делаешь, Гарри? – Документов у него в руках не было, поэтому он не мог навестить ее под деловым предлогом.

– Я могу войти?

– Я не допустила ошибки в заявлении о возврате налогов? – Ей вдруг представилось, что ему нужно сообщить ей о том, что она должна намного больше, чем они думали.

– Я пришел не по поводу налогов. Боже, что это за шум?

– Это стиральная машина.

– Разве она должна издавать такой звук?

Грохот, казалось, усилился на несколько децибел.

– Вероятно, нет. Но едва ли ты умеешь чинить стиральные машины. Или я не права?

– Прости. Если бы у тебя были проблемы с автомобилем, ты бы могла мне позвонить, но в стиральных машинках я не силен.

Джо почти расслабилась для легкой болтовни, но все же не до конца.

– Зачем ты здесь, Гарри?

Предупреждение матери прозвучало у нее в голове, и она продолжала держать Гарри в дверях, вместо того чтобы пригласить его войти. Если бы он вошел в квартиру, Джо почувствовала бы себя обязанной предложить ему вина. Но она настолько увлекалась романтическими планами для других, что вино могло бы ударить ей в голову и она могла бы сделать то, о чем бы потом пожалела.

Гарри протянул ей белый бумажный пакет.

– Что это?

– Посмотри. – Его улыбка говорила, что ей это понравится.

Джо взяла пакет. То, что было внутри, издавало легкое постукивание при движении. Она заглянула внутрь.

– Шарики с анисом?

– Из «Рая Солтхэйвена».

Он не забыл. На втором свидании они купили сладости в местном магазине сладостей «Рай Солтхэйвена». Они соревновались в том, кто сможет рассосать анисовый шарик так, что останется только крошечное семечко в центре. Джо каждый раз выигрывала.

– Спорим, сейчас у тебя это не получится. – Гарри бросил ей вызов.

Джо протянула ему пакет.

– Гарри, в какую игру ты играешь? Сначала открытка, теперь это. – Он не стал ничего отрицать, и она поняла, что была права в своих предположениях. Ее охватило разочарование. До этой минуты существовала вероятность, что открытку принес какой-то тайный поклонник. Но Гарри молчал. И ей стало ясно, что она нашла таинственного отправителя.

– Джо, я… – Но его прервали шаги на лестнице.

Она перегнулась через перила, чтобы посмотреть, кто идет.

– Стив?

– Молли мне позвонила. – Только в этот момент Джо увидела у него в руках ящик с инструментами.

– Неужели ты пришел чинить мою стиральную машинку? – Она покачала головой. – Но Ба узнала, что у меня с ней проблемы… – Джо посмотрела на часы на руке, – меньше часа назад. Не могу поверить, что она тебя вызвала.

Стив кивнул Гарри и сосредоточил внимание на Джо.

– Я могу взглянуть? Этот ящик с инструментами что-то потяжелел после того, как я донес его до третьего этажа.

Джо отступила в сторону и впустила его в квартиру.

– Ты часто видишься со Стивом. – У Гарри дрогнул голос, выдав те чувства, которые он пытался скрыть.

Никогда раньше он не проявлял ревность, когда другие мужчины обращали на Джо внимание. Но она всегда знала, что Гарри ревнует. Он пытался это скрыть, вел себя непринужденно, и она потратила немало часов, уверяя его, что ее внимание принадлежит исключительно ему. Джо едва не сделала то же самое и теперь, но вспомнив, какую боль он ей причинил, поняла, что утешать его не будет.

– Мне нужно пойти посмотреть, что там происходит, – сказала она.

Гарри снова протянул ей пакет с ее любимыми сладостями.

– Возьми их. Они никогда не нравились мне так, как тебе.

Вернувшись в квартиру, Джо бросила пакет с анисовыми шариками на полку в коридоре и отправилась на поиски Стива.

– Что с ней случилось? – спросила она и в отчаянии взмолилась про себя: «Пожалуйста, скажи, что это пустяк, пожалуйста, скажи, что это ничего не стоит, пожалуйста, скажи, что мне не нужно вызывать специалиста».

Стив отодвинул стиральную машину от стены в кухне, снял заднюю крышку, чтобы все проверить. К счастью, белье он оставил в барабане. Она отправила в стирку бюстгальтеры и трусики, причем не самые красивые.

Он указал на кусок резины, натянутый на некое подобие шкива.

– Судя по всему, в машинке надо заменить ремень. Мне придется купить новый, но это дешево. Я выберу подходящий в хозяйственном магазине и поставлю завтра или послезавтра.

Джо с облегчением вздохнула.

– Спасибо, ты меня просто спас.

Он поставил заднюю стенку на место и передвинул машинку туда, где она стояла до этого.

Джо оставалось только надеяться, что Ба беспокоилась за ее финансы и за стиральную машину, а не за что-то другое. Потому что она не была уверена, как отреагирует, если это была попытка свести их. И она не знала, как на это отреагирует Стив.

Глава шестая

В пятницу утром Мэтт привез очередной ящик с овощами и фруктами, много клубники, как и просила Джо. Ягоды были идеальны: красивые, красные, сочные. Джо вымыла клубнику для вечернего пикника, отложила в отдельную миску и прикрыла кухонным полотенцем. Она решила не удалять у клубники «хвостики», чтобы ягоды смотрелись ярче и чтобы их было удобнее брать.

Незадолго до открытия кафе Стив постучал в дверь. Он вернул ключи от квартиры Джо, которые она дала, чтобы он смог поменять приводной ремень в стиральной машине. Вскоре после него появился Джеф. Джо еще не говорила с ним после того, как он, предположительно, нашел конверт в почтовом ящике. Колокольчик на двери звякнул, Джеф переступил через порог, и по выражению его лица Джо поняла, что он готов заговорить о предстоящем свидании вслепую.

– Я польщен. – Это было первое, что он сказал.

У нее упало сердце.

– Но…

– Никаких но.

– Правда?

– Когда я открыл приглашение, со мной рядом была моя дочь.

– О нет! Я надеюсь, что не поставила вас в неловкое положение.

Джеф улыбнулся. Ему стоило улыбаться чаще, и, возможно, в этом мог помочь пикник. Погода не подвела, и голубое небо с легкими белыми облачками обещало прекрасное для плана Джо начало.

– Ты не поставила меня в неловкое положение, но моя дочь как будто решила, что мне нужна помощь, и принялась суетиться вокруг меня. Вчера утром мне даже не удалось порыбачить. – Когда Джо засмеялась, Джеф добавил: – Тебе смешно, но я чувствовал себя беспомощным стариком, когда она таскала меня за собой из магазина в магазин, чтобы выбрать мне подходящую рубашку, брюки и новые ботинки. Честно говоря, я так и не понял, что не так с той одеждой, которая у меня уже есть, и моими верными шлепанцами. Вероятно, все дело в том, как мои ноги выглядят в шортах.

Джо улыбнулась.

– Что бы вы ни надели, я рада, что вы согласились.

– Знаешь, когда я услышал, что ты устраиваешь вечер любви для Бена и Джесс, мне это казалось смехотворным. Я думал, что у тебя ничего не получится и участники придут в ужас от этой идеи. Но еще до того, как я сам получил приглашение, мое мнение стало меняться. Я все время вспоминал День святого Валентина и тот вечер, который ты попыталась устроить в кафе.

– Вечер не состоялся. Никто не пришел.

– Это правда, но знаешь, Джо, что мне в тебе нравится? Ты не сдаешься. И в последнее время, когда я проходил мимо кафе, я думал о том, каким был бы тот вечер в феврале, если бы я или кто-то другой все-таки пришел. Мой плохо соображающий мозг принялся фантазировать, и я посмел надеяться, что мог бы кого-нибудь встретить. – Джеф вдруг словно вспомнил, что говорит с ровесницей своей дочери, а не со своей сверстницей. – Но я сразу сказал себе, что никто не захочет иметь дело с одиноким разведенным рыболовом.

– Не принижайте себя.

– Мне любопытно, кто вторая половинка, – признался Джеф.

– Вы все узнаете, не беспокойтесь. – Тайна была частью приключения, поэтому Джо провела его к столику и заварила ему черный чай. В кафе было пусто. Только Джесс заглянула на минуту, чтобы купить клубничный смузи после пробежки. Джо спросила Джефа, почему он решил, что никого не заинтересует знакомство с ним.

– Я развелся десять лет назад, Джо, десять лет. Мне пятьдесят три года. Я в одиночестве ловлю рыбу и продолжаю работать консультантом по ипотеке только потому, что, стоит мне уйти на пенсию, а я могу себе это позволить, моя жизнь будет кончена. Я просижу остаток моих дней на пирсе в компании макрели, кефали и наживки.

– Боже мой, у вас тяжелейший случай жалости к себе.

Джеф закинул голову назад и засмеялся.

– Ты говоришь как моя дочь Трэйси. Она сказала то же самое, прежде чем протащить меня по всем магазинам Солтхэйвена. А ты знаешь, что она в прошлом году попыталась отправить меня на свидание вслепую? Я впервые пошел на свидание с женщиной после целых десяти лет. Правда.

Джо не могла этого понять. Ему было немного за пятьдесят, у него были прекрасные густые волосы с изысканной проседью, добрейшие голубые глаза. Ее удивляло, что никто не заарканил его раньше, но она, как никто, понимала, насколько трудно знакомиться с людьми и доверять новому человеку. Джо работала учительницей младших классов, и у нее не было большого выбора среди коллег. Большинство из них составляли женщины, мужчины были женаты. Да и общалась она в основном с детьми.

– И как прошло то свидание? – спросила она.

– Ужасно. У нас не было ничего общего. Клянусь вам, она задрала нос, стоило мне только сказать, что мне нравится рыбалка с берега. Она оказалась из числа тех женщин, которые заказывают салат, а потом съедают всю вашу жареную картошку.

Джо не смогла удержаться от смеха.

– Простите. Я понимаю, насколько это было неприятно.

– Она даже пожаловалась на то, что я полил мою картошку слишком большим количеством уксуса. Такого громкого смеха, как у нее, я никогда в жизни не слышал. Поверь мне, в этом не было ничего хорошего. И я не сказал ничего хоть сколько-нибудь смешного, чтобы этот смех вызвать.

– Шутки в сторону, Джеф. Я обещаю вам, что сегодня вечером вы встретитесь с замечательной женщиной и смеется она тихо.

– А что, если мы не полюбим друг друга?

– Тогда, возможно, вы просто найдете друга. – Джо рассчитывала совершенно не на это, но у Бена и Джесс получилось именно так. Они регулярно встречались. На прошлой неделе они ходили в новый рыбный ресторан, который открылся в соседнем городе. И дружба оказалась намного лучше одиночества.

Кафе начало заполняться посетителями, и Джо похлопала Джефа по руке и встала. Она надеялась, что на этот раз ее план сработает так, как она задумала.

– Сегодня вечером в восемь часов, не опаздывайте.

Она посмотрела на Джефа и увидела, что ему так же сильно, как и ей, хочется, чтобы все получилось.

* * *

Джо ожидала, что Гарри появится снова с очередным подарком, но он не пришел. Возможно, он решил, что ясно заявил о своих чувствах и теперь дело за ней. Гарри смущал ее все больше и больше. Отчасти проблема заключалась в том, что после него она так никого и не встретила. Все ее отношения не длились дольше нескольких свиданий. Возможно, Гарри был прав, они подходили друг другу, и мешало им только их прошлое. Неужели ее решимость наказать его не позволяла Джо увидеть картину в целом?

Визит Джефа подхлестывал Джо весь день. Ей хотелось, чтобы план удался, и это не позволяло ей сосредоточиться на собственном разочаровании из-за того, что загадочную открытку, должно быть, принес Гарри. Джо обслуживала посетителей, убирала, болтала с завсегдатаями и сделала уже третью миску фруктового салата, который в этот день продавался очень хорошо. Она в который раз проверила холодильник в кухне, чтобы убедиться, что шампанское охлаждается должным образом и что она не забыла отставить в сторону пакетик свежих сливок. Ей хотелось, чтобы вечером все прошло идеально. Ярко светившее солнце за окном она сочла добрым знаком.

В середине дня, когда поток посетителей иссяк, появилась Вэлери. Коврик для йоги был у нее за плечами в специальной сумке.

– Сегодня позднее занятие? – спросила Джо. Она всегда с тревогой встречалась с теми, кого выбрала для свидания вслепую. Оценят ли они ее усилия? Доставит ли она им удовольствие? Или скажут, что ни в коем случае не примут участие в такой безумной схеме?

– Я слишком нервничаю. Я уже занималась йогой сегодня утром на пляже, потом еще раз в студии в городе.

Джо оставалось только надеяться, что это не дурной знак.

– Я не хотела заставлять вас нервничать. Это должно было быть приятное, радостное событие, особенное для вас и другого человека.

Вэлери немного расслабилась.

– На самом деле, несмотря на то что я нервничаю, я жду вечера, Джо. Я счастлива, что ты выбрала меня.

Но она не испытала облегчения, особенно после того, как увидела энтузиазм Джефа этим утром. Теперь Джо не хотелось подвести ни ее, ни его.

– Я рада.

– Но… я никогда в жизни так не нервничала.

Джо провела ее к столику.

– Я сейчас принесу ромашковый чай, он вас успокоит.

Она отправилась заваривать чай, позволив Вэлери успокоиться и обрести душевное равновесие, которым в этот момент было наполнено кафе. Джо выбрала Вэлери не потому, что ее сильно беспокоило одиночество. Женщина всегда была такой невозмутимой, будто знала секрет уверенности в себе. Но теперь она теребила край салфетки, а потом принялась барабанить пальцами по столешнице.

Джо поставила перед Вэлери чашку чая.

– Не возражаете, если я к вам подсяду?

– Пожалуйста. – Пальцы Вэлери обхватили чашку.

– Я понимаю, что вы нервничаете, – сказала Джо. – И все же я не хочу говорить вам, с кем вам предстоит встретиться. Вы можете мне довериться?

На лице Вэлери появилась улыбка.

– Если ты появилась и сделала счастливыми Молли и Артура, то ты заслуживаешь доверия. – Она сделала глубокий вдох. – Но это не значит, что мне не страшно. Когда я занимаюсь йогой, я обычно спокойна, но этим утром мое тело сопротивлялось. Я едва не упала в позе полумесяца, хотя освоила эту позу уже некоторое время назад.

– А как выглядит эта поза полумесяца?

Вэлери встала и продемонстрировала асану так, как смогла: одна нога сзади, другая на шаг вперед, а руки подняты над головой так, чтобы все вместе напоминало полумесяц. Снова сев на стул, она сказала:

– Тебе стоило бы прийти как-нибудь утром на пляж и попробовать. Йога принесет тебе пользу.

– Вы предлагаете мне заняться йогой, Стив пытается увлечь меня серфингом. Значит ли это, что я в настолько плохой спортивной форме?

– Вовсе нет. Но ты же беспокоишься о других людях, Джо, а тебе нужно подумать о собственной жизни. Она не может ограничиваться только работой. Иначе ты доживешь до моих лет, оглянешься назад и будешь гадать, на что, ради всего святого, ушла твоя жизнь.

Джо решила сменить тему. Это был наилучший способ не думать о собственной печальной одинокой жизни.

– Итак, мужчина, которого я выбрала для вас, приятный, добрый, красивый…

– О нет, ты же не выбрала для меня мальчика-красавчика, правда? Пусть я и занимаюсь йогой, но кое-что все равно отвисло, как я ни старалась это предотвратить. Не думаю, что молодому мужчине это понравится.

– Он вам отлично подойдет, – заверила она Вэлери, улыбаясь следующему посетителю.

Кафе неожиданно заполнилось людьми, решившими взять выходной еще и в пятницу, чтобы получился длинный уик-энд. Порой, отработав весь день в кафе и разобравшись с документами вечером дома, Джо ловила себя на мысли, что тоскует по тем долгим ленивым дням школьных каникул, когда ей нужно было беспокоиться только о том, какую книгу почитать и что приготовить себе на ланч.

Она отнесла сэндвич с ветчиной и сыром Винсу и сэндвич с помидорами его брату Питеру, сидевшим за столиком на улице. Потом пришла очередь трех шоколадных молочных коктейлей и апельсинового сока для семьи из четырех человек, съевших свои порции киша с беконом и репчатым луком за рекордное время. Джо только успела вытереть единственный свободный столик, когда в дверном проеме появилось еще одно знакомое лицо.

И это было красивое лицо. Джо заметила одобрительный взгляд Вэлери, которая незаметно оглядела Кертиса Дархэма с головы до ног, пока он шел к стойке. Вэлери наслаждалась пастой и салатом. Она сказала Джо, что не может пойти домой, так сильно она нервничает, поэтому обосновалась в кафе по крайней мере на час.

– Добрый день, – поздоровалась Джо, решившая вести себя с ним как с любым другим клиентом, но она подозревала, что это будет практически невозможно.

– Привет, Джо, приятно видеть тебя снова. – В этот раз он был не в костюме, а в шортах-чинос теплого серого цвета, черной футболке с вырезом лодочкой, открывавшей его оливковую загорелую кожу, и кроссовках Nike.

– Ты в городе по делам? – Джо подумала, что лучше вести себя непринужденно, поскольку кругом столько ушей, способных впитывать информацию, а потом заработают и языки.

– Ради удовольствия. – Кертис сказал это так, что Джо стало не по себе.

– Я думала, ты занят в Корнуолле.

– Я все еще ищу неуловимого управляющего для этого места.

– Что тебе принести? – Ей не хотелось давать повод для сплетен. В Солтхэйвене она пока сталкивалась исключительно с добрым отношением, но в каждом маленьком городе слухи появлялись быстро и продолжали циркулировать.

Кертис выбрал банку газированного напитка и сосиску в тесте. Он оккупировал последний свободный столик. Джо хотелось, чтобы там сидел кто-то другой и Дархэму пришлось бы выйти со своим заказом на улицу. Но, пожалуй, ей стоило радоваться наплыву посетителей, потому что у нее не было времени на разговор с Кертисом. Он не мог ее спросить, подумала ли она над его предложением. Дархэм прислал ей несколько электронных писем после того, как предложил ей место управляющего, но никогда она не чувствовала такого давления, как в этот момент.

– Для меня он, конечно, молод, – прошептала Вэлери, направляясь к выходу из кафе, – а ты могла бы наладить личную жизнь. Не упускай свой шанс.

– Прекратите. – Джо хихикнула. – Он просто посетитель и не более того. – Кертис был симпатичным, но на ее вкус слишком серьезным. Хотя в повседневной одежде он выглядел совершенно иначе. Возможно, у этого мужчины была и другая сторона, которую ей только предстояло увидеть.

Ближе к концу дня кафе начало пустеть. К тому времени Кертис Дархэм выпил два холодных напитка и чашку чая, съел кусок киша и печенье из пахты, которое испекла Молли.

– Ты что-нибудь еще хочешь? – спросила его Джо.

– Ты могла бы согласиться на мое предложение. Тогда я хотя бы перестал есть. Чтобы сжечь эти калории, мне придется пробежать немало миль.

Джо почему-то было приятно слышать, что ему так же некомфортно, как и ей, хотя это проявляется иначе.

– Я в самом деле не понимаю, почему ты не можешь найти десяток таких же способных людей, как и я, чтобы управлять кафе в Корнуолле.

– Я провел собеседование с десятками людей, они все способны на это, да, но в тебе есть кое-что еще. То, что было во мне, когда я только начинал собственный бизнес.

– И что же это такое?

– Энергия. Драйв. Дальновидность. Ты предана этому месту не только из-за денег. Кафе – часть тебя, я это вижу.

– Так и есть.

Она слушала рассказ Кертиса о том, каким он представляет новое кафе, где оно расположено. Звучало заманчиво, Джо вынуждена была это признать. Он говорил о марже прибыли для каждого своего кафе, рассказывал о зарплате, которую она могла бы получать, о свободе в принятии решений, которую он готов был ей предоставить в разработке меню. Джо смогла бы управлять кафе так, как захочет, но только у нее не было бы таких тревог и проблем, как сейчас.

– Звучит отлично. – Она уже выдвинула стул, чтобы сесть с ним рядом.

Кертис подался к ней.

– Если тебя соблазняет мое предложение, я могу рассказать подробнее.

– Соблазняет. – А когда он улыбнулся, Джо добавила: – Но… ты сам только что сказал, что это кафе – часть меня.

Он потер затылок рукой.

– Как я мог такое сказать?

– Знаешь, что я думаю?

– Что же?

– Я думаю, ты неправильно выбираешь управляющего. Я знаю, что ты предприниматель с множеством необычных идей и своим взглядом на то, как все должно происходить. Но на этот раз тебе нужно подойти к вопросу иначе. Ты путешествуешь по стране, пытаясь найти персонал для новых кафе, и до этого момента у тебя все получалось.

– Все работало отлично, поэтому я и продолжаю так делать. Я получаю лучших из лучших.

– А кто сказал, что ты должен использовать один и тот же метод? Определенно, предприниматель может не адаптироваться под окружение.

– Я пока не понимаю, к чему ты клонишь.

Джо улыбнулась.

– Ты сказал, что это кафе – часть меня. Так и есть. Поэтому у меня есть для него энергия и дальновидность. Тебе нужно поехать в Корнуолл и начать набирать местных жителей вместо того, чтобы искать следующего гениального менеджера.

– Я поступал иначе. Я принимал на работу выпускников университетов, людей, которые изучали менеджмент и знали все о том, как руководить бизнесом.

– Я получила высшее образование, Кертис. Но я изучала не менеджмент. Я была учительницей младших классов.

– Вот это я могу представить. Уверен, что ты никого не била.

Джо вдруг подумала о том, что Кертис, должно быть, так долго искал идеальную кандидатуру на роль управляющего, что теперь ему захотелось просто расслабиться, поговорить и насладиться атмосферой тихого прибрежного города.

– Я хочу сказать, что ничего не знала об управлении бизнесом, когда начала работать в кафе. Все пришло вот отсюда. – Джо указала пальцем на свое сердце. – Страсть, которую я испытываю к этому городу, и мои особенные воспоминания, связанные с этим кафе, вызвали у меня желание добиться успеха.

– То есть мне нужно найти местного жителя.

– Полагаю, да.

Кертис откинулся на спинку стула.

– Почему я этого раньше не понимал?

Джо встала. Пора было приниматься за уборку, ведь ей нужно было организовать еще одно событие, к которому она испытывала не меньшую страсть.

– Ты этого не видел, потому что тебе нужно было сделать шаг назад и посмотреть на картину в целом.

– То есть ты окончательно мне отказываешь. Но попробовать стоило, – добавил Кертис, увидев выражение ее лица. – Помни одно: если тебе захочется изменить жизнь, просто дай мне знать. У меня всегда есть новый план на горизонте.

Джо поверила ему.

– Удачи тебе, Кертис. Надеюсь, ты быстро кого-нибудь найдешь.

Он посмотрел ей в глаза.

– Я тоже надеюсь.

Джо стало некомфортно под его пристальным взглядом, поэтому она начала собирать посуду с его столика.

– Джо… – Голос Дархэма остановил ее, прежде чем она успела отнести к стойке его пустую чашку и тарелку, полную крошек. – Если ты вдруг передумаешь…

– Не передумаю. – Она улыбнулась, и когда колокольчик звякнул, оповещая о его уходе, она поняла, что это абсолютная правда. Она хотела жить в Солтхэйвене, и в Солтхэйвене она и останется.

* * *

Незадолго до восьми часов вечера на берегу очень популярной у серферов бухты Джо готовила все необходимое для романтического пикника. Она сказала Кертису Дархэму, что не заинтересована в его предложении, и теперь ей не терпелось вернуться к собственным планам относительно кафе. Потому что теперь оно было ее местом, ее ответственностью, и даже в трудные времена она его не бросит. Никогда.

Джо расстелила одеяло и прижала углы камнями, поставила на него корзину для пикника. Она дважды возвращалась к своей машине, чтобы принести все на пляж, но там практически никого не было, если не считать двух серферов, пытавшихся поймать последние волны перед закатом. Семья у волнореза громко радовалась окончанию игры в пляжный крикет, уходя домой. Чайка, держа что-то в клюве, села на кусок темного дерева, торчавший из песка. Потом она улетела. Ласковые волны набегали на берег, придавая светлому золотистому песку более темный оттенок. Ровный ритм моря соответствовал идеальной атмосфере этого вечера.

– Добрый вечер, Джо.

Она не заметила, как к ней подошел Джеф.

– Вы пришли первым.

– Я не их тех, кто заставляет даму ждать. Что ты об этом думаешь? – Он провел рукой сверху вниз по светло-голубой льняной сорочке и бежевым брюкам. Он даже надел новые кожаные топсайдеры. – Подойдет?

– Джеф, вы замечательно выглядите. Никто бы не узнал в вас того, кто рыбачит на пирсе.

Иногда по утрам он даже не удосуживался побриться, а он был не из тех мужчин, которым идет щетина. Она не придавала ему легкую сексуальность, а только отпугивала. Но в этот вечер Джеф был гладко выбрит, и Джо уловила легкий аромат одеколона, смешивавшийся с соленым морским воздухом.

– Ты сама все это сюда принесла? – Он помог Джо подвинуть корзину для пикника ближе к краю одеяла, которое поднимал бриз.

– Я дважды возвращалась к машине. Я оставлю вам номер моего телефона, и вы сможете позвонить, когда закончите. Я уйду на долгую прогулку, чтобы насладиться вечером. Вы мне позвоните, я приеду и все заберу. Моя машина припаркована вон там. – Она указала на парковку наверху на утесе и увидела, что к ним направляется Вэлери. Джеф пока не видел ее, и у Джо сдавило желудок.

– Не глупи. Моя квартира на другой стороне дороги, и ты знаешь об этом, потому что доставила мне приглашение. Я все заберу к себе и завтра утром принесу в кафе. Как тебе такой вариант?

– Меня это полностью устраивает. – Она улыбнулась, увидев уголком глаза, что Вэлери в белом летнем платье с длинной юбкой, обвевающей ее ноги, и почти совсем рядом. Джо быстро вытащила розы из бумаги, налила воду в маленькую вазу и поставила цветы. Розы она поставила рядом с корзиной для пикника, чтобы дополнить картину, потом мысленно скрестила пальцы на удачу и сказала:

– А теперь я вас оставлю.

Джеф повернулся, и на его лице появилось одновременно выражение облегчения и предвкушения. Вэлери сумела улыбнуться, но она все еще ужасно нервничала, поэтому Джо решила, что ей лучше уйти. Она открыла корзину для пикника и протараторила список того, что в ней было: клубника, сливки, бутылка шампанского и плитка дорогого шоколада, которую она купила в магазине сладостей.

Ступням Джо было приятно прикосновение прохладного песка после жаркого дня. В небе громко кричали чайки. Она начала подниматься по утесу к парковке и по дороге оглянулась только один раз.

Джеф повернул лицо к солнцу и смеялся. Вэлери тоже смеялась.

Может быть, волшебство все-таки нашло дорогу в Солтхэйвен?

Глава седьмая

– Что ж, утром на берегу трупов не было, – сообщил Стив, вошедший в кафе рано утром в субботу, чтобы купить перекусить после катания на серфе. Его гидрокостюм был, как всегда, расстегнут до талии, но соленая вода на его коже уже высохла за время прогулки под солнцем. Он заплатил за две порции фруктового салата с греческим йогуртом, как всегда не замечая восхищенных взглядов девочек-подростков, стоявших позади него.

Джо бросила монеты в кассу и закрыла ящик.

– О чем это ты?

– Я о вчерашнем вечере. Судя по всему, эти двое друг друга не поубивали.

– Ха-ха. Разумеется, они этого не сделали. Честно говоря, я верю, что все прошло хорошо. – Джо зачерпнула ложкой смесь дыни, винограда, апельсинов и клубники, потом положила сверху йогурт. – Сегодня утром Джеф принес обратно корзину для пикника и все остальное. Он сказал, что они очень хорошо провели время.

– Думаешь, свидание продолжалось всю ночь? Я не увидел их утром на песке. – Заметив, как на него посмотрела Джо, он добавил:

– Знаешь, я надеюсь, что у них все получилось. Правда. Вэлери дружит с моими родителями, она очень милая дама. Джеф не слишком общительный, но он кажется приятным человеком. Кто знает, может быть, любовь у них на горизонте. – Он отнес свою миску с салатом на ближайший столик и сел есть.

Временами Стив удивлял Джо. Вот он легкомысленный парень, мускулистый и загорелый, а в следующую минуту он оказывался более глубоким человеком, небезразличным к судьбам других, хотя он это и скрывал.

Следующими в кафе появились Бен и Чарли, и Джо сразу заметила, что мальчик оглядывается в поисках Поппи. Она, в свою очередь, сделала все, чтобы девочка появилась в кафе.

– Садитесь, где вам нравится, и я через минуту к вам подойду.

Бен провел сына к одному из столиков и под видом того, что он пошел за карандашами и бумагой, подошел поговорить с Джо.

– Она сегодня придет?

– Давай на это надеяться, – заговорщически прошептала она. Мэтт уже доставил ящик со свежей продукцией и сказал Джо, что его сестра Анна обязательно приведет Поппи в кафе, но так как у нее на руках грудной младенец, она не может сказать наверняка, когда именно.

– Чарли все утро говорил о ней. Поппи то, Поппи се. Очень мило, правда?

– Первая любовь. – Джо улыбнулась. Бен как будто собирался еще что-то сказать, но тут один из молодых людей, только что вошедших в кафе, робко позвал Джо. Это был Дэн, местный парень. Выглядел он очень уверенно, рост у него был больше шести футов, но он очень тихо заказал банку колы и маффин с шоколадной крошкой, а потом вернулся к своим приятелям. Джо поначалу думала, что все они примерно одного возраста, но теперь она уже знала, что некоторым из них уже исполнился двадцать один. Это Энджи рассказала ей почти о каждом жителе города, что-то добавили Молли и Артур, хотя ей было трудно запомнить все детали. По мнению Джо, примерно через год она будет знать о каждом жителе Солтхэйвена больше, чем это даже возможно, так как кафе было сердцем города.

Появилась группа девушек, и Чарли тут же подбежал к одной из них, в голубом сарафане в белый цветок, и крепко обнял ее. Из разговора между ними Джо поняла, что это Мэдди, няня, с которой Бен оставлял Чарли по вечерам. Мальчик показал Мэдди пресс-папье, когда Джо взяла одно из них, чтобы отнести Билли, сражавшемуся с ветром за право переворачивать страницы его газеты.

Джо убрала волосы за ухо и вернулась в кафе. К этому моменту Чарли уже отпустил Мэдди к ее подругам, а сам сел за столик к отцу и занялся рисованием. Он поднимал глаза каждый раз, когда звенел колокольчик на двери, надеясь и желая увидеть Поппи.

Джо выполнила заказ девушек, приготовила следующую порцию напитков для юношей и новые порции еды, гадая, как это все в них поместится. Когда посетители, сидевшие за дальним столиком в углу, ушли, оставив после себя больше крошек от пирога, чем было самого пирога, Джо отправилась собирать их. И тут, наконец, появилась Поппи. Еще в дверях она сразу посмотрела на Чарли. Он уже не ждал свою подружку, поэтому сосредоточился на рисовании. Но Бен заметил девочку и, как и Джо, ожидал реакции сына.

Как только Чарли увидел Поппи, он просиял ослепительной улыбкой, способной поспорить с самым ярким солнцем.

– Я оставила коляску на улице, – сказала женщина с ребенком на руках, одетая в голубые шорты и футболку горчичного цвета. Джо имела мало дела с младенцами, но этот показался ей хорошеньким.

– Ты, должно быть, Анна. – Джо обошла стойку с другой стороны, а Поппи наконец отпустила руку матери и направилась к Чарли. – А я Джо. Рада с тобой познакомиться.

– Знаешь, Молли и Артур раньше все время говорили о тебе. У меня такое ощущение, что я уже с тобой знакома.

– Я не знала, что ты из числа постоянных посетителей.

Анна легонько похлопала по спине малыша, прижавшегося головой к ее плечу.

– Раньше, еще до рождения Поппи, я часто сюда приходила. Время от времени я привозила продукцию с фермы. У нас же семейный бизнес. Молли и Артур такие милые. Давненько я их не видела. Они здоровы? – Анна перевернула малыша так, чтобы он лежал у нее на руках. Он вовсю улыбался, окончательно проснувшись, чтобы как следует рассмотреть окружающую обстановку.

Джо протянула руку и позволила ему крепко вцепиться в ее пальцы. Он был заворожен ярко-красным лаком на ее ногтях.

– Они здоровы, спасибо.

– Раньше Мэтт все время о них беспокоился.

– В самом деле?

– Он говорил, что иногда они выглядели очень уставшими.

– Думаю, Дед был на пределе к тому времени, когда я приехала, чтобы им помочь. Он пытался делать вид, что это не так, что мы напрасно переживаем из-за него. Но пока мы работали вместе, чтобы он передал мне бразды правления, я поняла, что Дед нуждается в полноценном отдыхе. Каждый вечер после закрытия кафе он едва взбирался на холм, чтобы прийти домой и сразу рухнуть на диван.

– Ты правильно поступила, что приехала. Артур кого-нибудь слушает, врачей или Молли?

Джо улыбнулась.

– Кое-как слушает, и голова у него больше не кружится. – Она скрестила пальцы на удачу так, чтобы Анна это видела. – Мы надеемся, что вовремя обратили внимание на его переутомление и высокое давление, пока не случилось кое-что похуже. Мне очень хочется, чтобы они получали удовольствие от кафе, но теперь как посетители.

– Когда у тебя собственный бизнес, очень легко забыть обо всем на свете, чтобы добиться его процветания. – Анна дала ребенку мягкую игрушку, тот схватил ее обеими руками, и игрушка запищала. Его маленькие ручки и ножки задвигались словно в веселом танце. – Знаешь, мне бы хотелось, чтобы Мэтт, наконец, подумал о себе.

– Он кажется мне совершенно счастливым, – сказала Джо. – Если подумать, то я ни разу не видела его грустным.

Анна рассмеялась.

– Ну, я-то хорошо знакома с его плохим настроением. Мы же вместе выросли. Но по большей части он настроен позитивно. Поппи всю неделю говорила о Чарли, но однажды она повернулась к Мэтту и спросила, когда он заведет себе подружку.

Джо улыбнулась.

– Знаешь, мне кажется, что из-за Чарли и Поппи мы все чувствуем себя несколько отставшими от жизни. – Мозг Джо уже переключился на новый план. Возможно, Мэтт станет следующим кандидатом для вечера любви в кафе. Но она слышала их разговор со Стивом о ее мини-проекте. Они оба были довольны тем, что кто-то принимает в этом участие. Вот только Джо сомневалась в том, что кто-то из них обрадуется, обнаружив себя в роли следующей жертвы.

Джо оставила Анну кормить сына, пока Чарли и Поппи совместными усилиями рисовали картину, а потом убедили взрослых разрешить им построить замок из песка. Чарли даже договорился поиграть вместе с Поппи на следующей неделе, и она планировала принести свою игрушечную лодку, чтобы они могли запустить ее на маленьком озере.

Джо нарезала еще фруктов и переложила их в новую миску, чтобы выставить в витрине. Ей нравились цвета – красная клубника, желтые груши, кубики ярко-оранжевого апельсина и гладкая зелень виноградин, которые она порезала на половинки и добавила в салат. Джо протерла кофемашину, приготовив разнообразные напитки для посетителей, потом вытерла стойку спереди. Когда Джо подняла голову, кафе странным образом разделилось на две части. В левой части зала сидели пять девушек, а в правой части расположилась группа из четырех юношей. Она вспомнила, что уже видела такую картину некоторое время назад. В тот раз Мелисса обратила ее внимание на происходящее. Время от времени Дэн смотрел на столик девушек, прямо на Мэдди. Через несколько секунд Мэдди, делая вид, что поглощена разговором, бросала взгляд на него. Стоило их взглядам встретиться, они оба сразу отводили глаза.

Как человек превращается из уверенного ребенка наподобие Чарли, который легко договаривается о свидании с девочкой и проводит с ней время, в неуклюжего и застенчивого молодого человека, для которого сложно обменяться с девушкой даже парой слов? Эти двое явно нравятся друг другу, но сколько должно пройти лет, прежде чем кто-то из них проявит инициативу?

Джо обслужила еще одного посетителя, только что пришедшего с пляжа и принесшего с собой немало песка. Но она не возражала. Это было неотъемлемой составляющей жизни у моря. Она слышала, как жена Питера болтает с подругой о том, что стала велосипедной вдовой с тех пор, как ее муж и его брат отправились в поездку по стране на велосипедах. Джо сварила кофе для Хильды и ее подруги из города, продала несколько стаканов сока Сэлли, которая отнесла их своим внукам, игравшим в салочки на пирсе, пока один из них не отправил мячик вниз на песок. Джо убирала лепестки, упавшие с цветов, которые ей принес Гарри, и думала о том, не пора ли их выбросить. И тут она посмотрела на Мэдди, потом на Дэна.

По ее лицу было видно, что она придумала следующую часть плана. Смогли бы они стать идеальными кандидатами для следующего вечера любви в кафе? После успеха романтического пикника на пляже накануне вечером Джо была на подъеме и не могла дождаться того, чтобы привести в действие следующий план.

Она встряхнула головой, взяла цветы и унесла их в кухню. В двадцать один год ей бы точно не понравилось, что какая-то владелица кафе вмешивается в ее личную жизнь, пусть даже она всего лишь старается помочь. Но опять-таки не узнаешь, пока не попробуешь. Эти двое ни к чему не придут, если им не помочь.

– Привет, есть здесь кто-нибудь? – раздался голос из-за кухонной двери. Она сразу его узнала. Это была Вэлери, и Джо захотелось узнать, как все прошло накануне вечером. Она поставила вазу на стол, вытерла руки и вернулась в зал.

Вэлери улыбалась. Это был хороший знак.

– Как все прошло? – Джо сразу задала мучивший ее вопрос.

Но Вэлери ничего не сказала. Она просто обошла стойку и обняла Джо.

– Настолько хорошо? – Джо засмеялась. Эти объятия стали самым особенным моментом дня.

– Я видела Джефа на пирсе, мы иногда здоровались, но я никогда не думала… Ну, я никогда не думала, что он мной заинтересуется. Честно сказать, – Вэлери скорчила гримаску, – я думала, что он скучный, сидит в одиночестве каждое утро на пирсе с удочкой. Но он совсем не такой, каким я его представляла, вовсе нет. Наверное, сидение в тишине помогает ему думать и избавляться от стресса, потому что я давным-давно так не веселилась.

Джо постаралась не слишком радоваться.

– Расскажите мне больше. – Она мысленно приказала возможным посетителям некоторое время обходить кафе стороной, а молодым людям и девушкам воздержаться от следующих заказов.

– Не было ни малейшей неловкости, – начала Вэлери. – Думаю, все дело в его улыбке. Я никогда раньше не видела его таким счастливым. А потом Джеф открыл шампанское, пена полетела во все стороны, и он попытался наполнить бокалы. Я никак не могла перестать смеяться. Мы говорили обо всем на свете, и я даже не заметила, как пролетело время, пока небо не потемнело и на нем не появились миллионы звезд.

– Ох, я сейчас заплачу. Это выглядит как сцена из мыльной оперы.

– Я была готова ущипнуть себя, чтобы поверить, что все реально.

– Так вы поцеловали его?

– Ну, Джо, леди не рассказывает о поцелуях. Но я скажу только одно: у него самые мягкие губы на свете.

Джо больше не могла сдерживать радостное волнение. Джеф множество раз проходил по пирсу. Он всегда выглядел довольным, но, казалось, ему чего-то недостает. И Вэлери всегда была жизнерадостной, но теперь она излучала счастье, которое, казалось, было спрятано до того момента, когда что-то смогло выпустить его на свободу.

Вечер любви в «Кафе в конце пирса» прошел успешно, соединив двух одиноких людей. План Джо работал!

* * *

На следующее утро Джо присоединилась к тем, кто отправлялся на регулярные прогулки под руководством Джесс. Местом встречи было начало пирса, и в этот раз пришли восемнадцать человек, включая Мелиссу и ее бойфренда Джеймса, Бена и Чарли. Вэлери объяснила Джефу, что в море полно рыбы и ему не обязательно каждый день ходить рыбачить на пирс, так что они тоже присоединились к группе.

– Думаю, она быстро становится моим боссом, – сказал Джеф Джо, не выпуская руку Вэлери. Они начали подниматься вверх по холму под облаком, обещавшим перемену погоды примерно к ланчу.

Чарли снова был в своем красном пальто, и казалось, вполне этим доволен, но Джо не сомневалась, что он его снимет к тому времени, когда прогулка закончится. День был слишком жарким.

Чарли шел вместе с мальчиком из школы, поэтому Бен воспользовался случаем, чтобы поговорить с Джо о том, как учится его сын.

– Я не знаю, что с этим делать. Мне кажется, он совершенно потерял интерес к чтению.

– Нужно найти то, что ему будет интересно читать, – сказала Джо. Группа свернула за угол на вершине холма. Яркая розовая бейсболка Джесс маячила впереди, указывая направление движения. – Подумай о том, что ему нравится.

– Что ж, это легко: автомобили, еда и походы. Разумеется, если нет книги о Поппи.

Джо рассмеялась.

– Почему бы тебе не начать с первых трех тем? Отведи его в книжный магазин в городе, позволь ему самому выбрать. Как только ребенок заинтересуется чем-то, считай, полдела сделано. Сейчас не имеет значения, какой именно будет литература, художественной или нет. Он должен просто читать. И потом, дети учатся на примерах.

– Ну да… Я не так много читаю.

– Ты не любитель чтения?

– Я очень люблю читать, но обычно слишком устаю.

– Он общается с мамой?

– Весь последний месяц он проводит у нее вечера по средам.

– Ох, Бен, как же я за вас рада. Чарли наверняка счастлив.

– Так и есть. Слушай, ты подала мне идею.

– Какую?

– Моя бывшая жена Лорна хочет, чтобы он приходил к ней после школы по понедельникам. Она говорит, что может раньше уходить с работы. И разве не по понедельникам в книжном магазине читают вслух?

– По понедельникам. Хотя истории бывают разные, некоторые понравятся Чарли, другие нет.

– Стоит попробовать. Пожалуй, я предложу это Чарли.

Когда мальчик присоединился к ним, Джо завела разговор с Хильдой, потом с Сэлли и, наконец, с Моррисом, которому не слишком повезло с сеткой для формирования кустов. Судя по всему, ему никак не удавалось придать кусту желаемую форму. У него вполне бы получилась какая-нибудь абстрактная фигура, но он был исполнен решимости придать кусту форму птицы.

– Если у меня ничего не получится, на следующий год я попробую сделать что-то более легкое, – сказал он.

Остаток прогулки Джо предавалась мечтам о следующем вечере любви в кафе. Она уже знала, кого пригласит на свидание вслепую. Ей требовалось только понаблюдать за кандидатами с некоторого расстояния, чтобы убедиться в том, что она не ошиблась в выборе. Потом следовало составить план, и это было лучшей частью.

Раз у нее все получилось с Джефом и Вэлери, определенно ее план сработает снова.

* * *

– Как фильм? – спросил Артур, когда Джо присоединилась к ним в кафе.

– Замечательно, спасибо. – Она встретилась с Мелиссой после прогулки, и они пошли в местный кинотеатр. Там они съели две порции попкорна еще до начала фильма. Когда твоя подруга влюблена, вы не слишком часто встречаетесь, так что в эти редкие моменты вовсю наверстываете упущенное. – Мы смотрели «Паддингтон-2». Так что на сеансе были мы с Мелиссой и множество десятилетних детей.

– Ну надо же. Ты вышла из зоны комфорта, да?

Джо повязала передник.

– Ни в коем случае. Хотя кое-кто из них узнал во мне бывшую учительницу местной школы, поэтому дети перешептывались у меня за спиной.

– Не пугай местных малышей. – Молли погрозила ей пальцем.

– Не буду. А теперь расскажите мне, как дела в кафе.

По словам Молли и Артура, лучше всего продавался фруктовый салат, так как погода по-прежнему была жаркой. Многие посетители заказывали именно его со щедрой порцией йогурта сверху. Еще один гигантский контейнер с салатом стоял в холодильнике, поэтому она могла не волноваться, что это блюдо закончится. Мэтт привез очередной ящик с продуктами. В нем были клубника, малина, дыня и на этот раз черника, поэтому Молли собиралась вечером испечь крамбл с тройной порцией черники, чтобы Джо забрала его утром. У них почти закончился ромашковый и мятный чай, поэтому Джо надо было сделать заказ онлайн, чтобы чай доставили как можно быстрее. Артур умудрился разбить вазу, столкнув ее на пол.

– Это я виновата, – сказала Джо. – Мне следовало вернуть ее на место после того, как я выбросила цветы. – Она была в таком восторге от свидания Вэлери и Джефа, а потом увлеклась новым планом и совершенно об этом забыла.

Молли и Артур ушли, и Джо принялась за дело. Она всегда считала, что готова много работать. Но только получив свободное утро в воскресенье и выходной во вторник, она поняла, насколько ей необходимо время вне кафе. То, как ее дед и бабушка справлялись одни на протяжении такого длительного времени, было выше ее понимания.

В конце дня жара спала, солнце клонилось к закату, окрашивая небо в красный цвет и освещая пирс совсем иначе, Джо решила сначала прогуляться, а потом уже вымыть пол. Она посмеялась над собой. Утром она прошла почти десять километров, присоединившись к прогулочной группе Джесс, пешком ходила в кино, но ей все еще хотелось пройтись. И потом, за весь день она ни разу не побывала на пляже. Джо как будто требовалась ежедневная доза песка, необходимо было почувствовать его между пальцами ног, ощутить его тепло под солнечным или прохладу под лунным светом. Песок был частью города, который позвал ее обратно домой. На следующей неделе обещали дождь, и Джо хотелось насладиться долгими летними вечерами и днями, благодаря которым она снова влюбилась в Солтхэйвен.

Она заперла дверь кафе и спустилась по лестнице с пирса на камни внизу. Джо прошла по ним, ступила на песок, пальцы ног тонули в нем при каждом ее шаге. Она кивнула в знак приветствия отдыхающим, собиравшим свои пляжные полотенца и другие вещи. Джо прошла весь путь до бухты для серфинга. Там она села и стала наблюдать за серферами, летевшими на досках по волнам к берегу, и бриз нес соленую пыль в ее направлении.

Джо поднялась по ступеням к парковке наверху утеса, потом спустилась вниз с холма и прошла мимо озера для лодок. Возле него она задержалась, окунула пальцы в воду. Луна заняла место солнца и отбрасывала тени на поверхности воды. Если бы она не сидела так тихо, она бы, вероятно, спугнула Джефа и Вэлери, занявших скамейку недалеко от указателя в самом начале пирса. И на этот раз они не просто держались за руки, а целовались.

У Джо замерло сердце. Вэлери говорила ей, что они испытывают друг к другу сильные чувства, но теперь она увидела это собственными глазами.

Чтобы их не потревожить, Джо обошла озеро, снова спустилась на пляж, немного прошла и поднялась по ступенькам в середине пирса, которые выходили почти прямо к ее кафе. Иногда прилив был таким высоким, что по этим ступенькам нельзя было пройти, но теперь она могла незаметно проскользнуть в кафе, чтобы закончить с уборкой перед тем, как уйти домой.

Джо вымыла пол в зале, протерла рабочие поверхности в кухне, вымыла пол и там тоже. Убирая ведро и швабру в кладовку, она обратила внимание на столбы и основания, ожидающие воплощения следующей части ее плана. Интересно, какие цветы она выберет на этот раз? Для каких цветов будет сезон? И какие подойдут следующей паре? Может быть, сиреневато-голубые клематисы или бледно-желтые георгины? Какие бы цветы она ни выбрала, они просто обязаны быть красивыми и говорить о романтике.

Ее мысли уже были заняты другим, но пора было идти домой. Она сняла ключи с крючка рядом с микроволновкой, взяла сумку, но, выключив свет и пройдя между столиками кафе, остановилась. Потому что на коврике у двери лежала новая открытка.

Простая, как и в прошлый раз.

Не мог же Гарри продолжать свою игру?

Если только открытка не была от совершенно другого человека.

Ее полное надежды сердце забилось быстрее. Когда она перевернула открытку и прочла слова:

«Дорогая Джо,

Иногда любовь ожидает тебя там, где ты меньше всего ее ждешь… Не закрывай свое сердце, не отводи глаз от горизонта…»

Это было совершенно не похоже на Гарри. Или похоже? Точно так же, как раньше, Джо открыла дверь, выглянула на пирс, посмотрела налево, на город, направо, на море, но никого не увидела. Кто бы это ни сделал, он мастерски владел искусством доставки открыток, оставаясь незамеченным.

Было ли безумием с ее стороны надеяться на то, что это не ее бывший, а новая любовь?

Она вышла на пирс и заперла за собой дверь. Джо крепко сжимала в руке открытку, а ее сердце бешено стучало. Она прошла к началу пирса. В прошлый раз после получения открытки там ее ждал Кертис Дархэм, но с совершенно другим предложением.

Минутку. Джо вспомнила его последний визит в кафе. Что он тогда сказал? Что-то о своих идеях и о том, что у него всегда есть что-то новенькое на горизонте.

Получается, это он? Или все-таки нет?

Джо остановилась рядом с кафе-мороженым, которое уже давно было закрыто на ночь. Вот какое слово беспокоило ее. Горизонт.

Она совсем недавно слышала его где-то еще, но никак не могла вспомнить, где именно.

Джо подошла к деревянному ограждению пирса и посмотрела на пляж. Прилив подобрался еще ближе к камням, через час-два вода совершенно скроет их. Лестница, по которой она поднималась раньше, уже ушла под воду. На небе появились звезды, и луна составляла им компанию.

Она вспомнила еще один недавний эпизод. Кажется, Стив говорил что-то о любви на горизонте?

И все же это было не в духе Стива. Если бы она его интересовала, он бы так прямо ей об этом и сказал. А что, если он все же заинтересован? Что бы она ему ответила?

Боже, как это все сбивает с толку. Но волнение кружило ей голову, и Джо вдруг отчетливо поняла, что она дает другим людям в Солтхэйвене, организуя для них свидания вслепую.

Джо вдохнула соленый морской воздух. Море всегда уносило ее заботы прочь, и ей хотелось, чтобы ее жизнь была простой.

Она опустила открытку в сумку, пошла дальше, сошла с досок пирса и ступила на тротуар. В эту секунду Джо услышала свое имя, которое произнес слишком знакомый голос. И она не поняла, что почувствовала.

Джо обернулась и увидела его с красной розой в руке и с улыбкой, умоляющей ее дать ему шанс.

Шанс влюбиться.

Осень

Глава первая

Сухие коричневые и пурпурные листья устилали дорогу, по которой Джо шла к пирсу задолго до того, как солнцу предстояло появиться в это прохладное свежее утро в середине октября. Магазин «Всякая всячина» закрылся на зиму. Владелец кафе-мороженого знал, когда открывать его, чтобы извлечь максимум из наплыва народа после школы. А закусочная пользовалась невероятным успехом. Было что-то такое в уксусе и соли, смешанных с теплым картофелем, отчего многие люди заказывали эти маленькие кусочки уюта. Толпы людей, летом ищущих местечко на пляже, исчезли. Группы туристов собирались на пирсе и в кафе, а местные гуляли по тротуарам, здоровались и встречались в кафе.

Джо плотнее затянула шарф на шее, чтобы холодный ветер с моря под него не пробрался. По пути в «Кафе в конце пирса» она вспоминала последние несколько месяцев, прошедшие с того вечера, как она получила еще одну загадочную открытку. В тот день Гарри ждал ее возле причала с красной розой в руке и с улыбкой на лице, напомнившей ей о том, как много всего было у них в прошлом. При виде него у Джо упало сердце. Ее затопила волна разочарования, потому что оказалось, что открытки присылал не таинственный незнакомец, который мог стать для нее особенным мужчиной. Оказалось, их присылал Гарри, ее бывший парень, разбивший ей сердце. Джо захотелось убежать от него, сказать, что он напрасно тратит время. Но у них было общее прошлое, и Джо сочла себя обязанной дать ему шанс открыто рассказать о своих чувствах. Она знала – для одного из них это единственная возможность двинуться дальше.

– Что все это значит? – Джо взяла розу и нагнула голову, чтобы вдохнуть аромат цветка. – Что происходит, Гарри? И не вздумай уверять меня, что ты так поступаешь со всеми клиентами. – Она пыталась привнести легкость в разговор, серьезнее которого и быть не могло. Ей очень давно хотелось, чтобы кто-то обратил на нее внимание, чтобы она почувствовала себя особенной, и вот перед ней стоит Гарри, пытаясь сделать все, что в его силах.

– Мы можем поговорить?

Джо присела на низкую стену, окружающую небольшое озеро, и холод бетона быстро пробрался под ее джинсы. Гарри сел рядом.

– Джо, я совершил ошибку.

Опять.

– Гарри, я…

– Позволь мне сказать то, что я должен сказать. Тогда я был идиотом. Теперь я все понял. Тогда я был молод, мы оба были молоды. Мне не хотелось оказаться на привязи. Мне хотелось получать удовольствие, немного посмотреть мир.

– Без меня.

Гарри замялся, подтверждая ее слова.

– Полагаю, да. Лучше будет сказать – без кого бы то ни было.

– Получается что-то вроде «дело не в тебе, дело во мне», так, что ли? – Джо поерзала, потому что у нее начало пощипывать кожу от холода стены, на которой они сидели. – Почему же ты решил, Гарри, что хочешь меня вернуть?

Он накрыл ее руки своей рукой, Джо не шевельнулась.

– Когда я снова увидел тебя после нашего расставания, я почувствовал, как на меня нахлынули прежние чувства. Вот так просто.

Его голос, прежде уверенный, дрогнул, Джо помедлила. Она играла с розой, касалась густо-красных лепестков, вдыхала головокружительный аромат. Потом провела пальцем по стеблю, остановилась, наткнувшись на шип.

– Гарри, я думаю, что это ностальгия наводит тебя на мысли, будто ты все еще любишь меня. – Гарри отвернулся, и Джо добавила:

– Мы оба одиноки, поэтому, вероятно, нам легче думать, что мы могли бы снова быть вместе, чем ждать кого-то другого.

Только теперь, когда Гарри открыто сказал ей о своих чувствах, Джо поняла, насколько правильным было решение оставить все там, где оно должно было быть, – в прошлом.

– Больше ты мне ничего не скажешь? – Это даже не был вопрос, по тону его голоса было ясно, что он знал ответ. – Полагаю, попробовать все-таки стоило.

Джо поняла, что должна положить этому конец.

– Я говорю серьезно, Гарри. Больше никаких игр. Ты больше не присылаешь мне цветы, не заходишь в гости и не покупаешь анисовые шарики. – Ей удалось вызвать у него улыбку.

– Ты хотя бы их съела?

– Все до последнего. – Джо встала и протянула ему руку. – Давай забудем этот разговор и сохраним исключительно рабочие отношения. Договорились?

Но Гарри не пожал ей руку. Он тоже встал и поцеловал ее, как будто прощаясь.

– Договорились.

Джо сунула руку в сумку, достала открытку, которую только что нашла на коврике у двери кафе, и протянула ее Гарри. Она собралась уже пойти вверх по холму, но его голос остановил ее.

– Это что такое?

– Открытка, Гарри. – Джо начала раздражаться. – Еще один элемент твоей игры. – В открытке не было ничего особенного, но в ней говорилось, что Джо может найти любовь там, где меньше всего ожидает, и что ей следует не закрывать свое сердце и не отводить взгляд от горизонта. Весной она уже получала загадочную открытку, в которой было сказано, что Джо слишком занята, помогая другим людям найти любовь, поэтому пропускает то, что у нее перед глазами.

– Какая открытка? – спросил Гарри.

Раздосадованная Джо пошла прочь.

– Постой, Джо. – Он нагнал ее. – Я серьезно. Это не я прислал.

– Правда? – Она остановилась, пытаясь расшифровать удивленное выражение его лица. – Почему-то мне в это не верится, особенно теперь, когда ты сказал мне о своих чувствах, подарил мне розу. – Джо подняла повыше цветок, помня о его шипах.

– Я клянусь тебе, Джо, эта открытка не от меня.

На этом они и расстались. Она решила, что открытка – шутка кого-то из горожан, высмеивавшего ее увлеченность вечерами любви в кафе. Больше они с Гарри об открытке не говорили. Он держался на почтительном расстоянии, был дружелюбен, но связывался с ней только по необходимости, когда дело касалось бухгалтерии.

Жизнь снова вернулась в нормальное русло.

И открытки больше не приходили.

Джо вошла в теплое кафе, повесила пальто на крючок в шкафу возле кухни. Когда в шкафу появлялось что-то кроме зонтов и старого кардигана, сразу становилось понятно, что похолодало.

Едва она включила свет, в дверь постучал Стив. Он появился во всеоружии: его стремянка уже стояла у стены кафе. Ему надо было починить провисший желоб на крыше. Накануне он сломался, и теперь поток воды лился по оконному стеклу. Не слишком привлекательное зрелище для тех, кто уютно устроился на подоконнике-диване.

Джо открыла Стиву дверь.

– Спасибо, что пришел. – Потирая руки от холода, она указала ему на проблему, а потом повела его на другую сторону здания. – Думаю, вот здесь скоро произойдет то же самое.

Стив вытянул руку вверх, чтобы коснуться нижней части водостока. Забавно, еще несколько месяцев назад при виде Стива у Джо учащался пульс, но теперь он прочно вошел в категорию «только хороший друг». Выяснив, что Гарри не имел никакого отношения к загадочным открыткам, Джо стала подозревать Стива. Но теперь она уже не была так уверена. Это было совершенно не в его духе, и она догадывалась, что он дорожит их дружбой так же, как она.

– Пойду принесу ящик с инструментами, – сказал Стив, – но сначала мне придется заехать в хозяйственный магазин за подходящими отвертками и скобами, чтобы заменить сломанные.

– Включи это в мой счет, а я потом заплачу. – С финансами у Джо наконец-то был полный порядок, и она надеялась, что в будущем так и останется. Она хорошо справилась летом, когда посетителей было больше всего, и ее уверенность росла вместе с прибылью. И теперь, когда у нее появлялись сомнения в себе, она уже могла найти силы, чтобы отбросить все тревоги и продолжать заниматься тем, что ей нравилось.

– Ты вся окоченела, – сказал Стив, наблюдавший за ней. – Иди внутрь, я сам справлюсь. Я проверю все желоба. Лучше сделать это сейчас, до наступления зимы.

– Спасибо, Стив. Я у тебя в долгу. – Она жестом остановила Стива, не дожидаясь, пока он скажет, как именно с ним расплатиться. В прошлый раз он устроил ей урок серфинга. – Даже не предлагай! Сейчас слишком холодно, чтобы выходить в море. Я с тобой рассчитаюсь и угощу куском пирога за счет заведения.

– Добавь горячий кофе, и я больше никогда не упомяну о серфинге. По крайней мере, до следующего лета, – крикнул ей вслед Стив.

Джо открыла кассу, выложила в соответствующие ячейки наличные. Она была рада, что они со Стивом стали такими хорошими друзьями. Джо даже подумывала о том, чтобы устроить для него свидание вслепую, но, вероятно, ей стоило подождать до лета, когда она сможет выбрать из множества девушек-серферов. Теперь же ей предстояло устроить свидание для Мэдди и Дэна, местных молодых людей чуть за двадцать. Сидя за отдельными столиками в кафе, они всегда исподтишка смотрели друг на друга, но так и не осмелились ничего предпринять. Пришла пора подтолкнуть их друг к другу.

Джо включила кофемашину, достала утварь и ингредиенты, чтобы испечь штрудель. Меню на меловой доске менялось в соответствии с временем года. Закончились яркие сочные ягоды и холодные хрустящие листья салата, их сменили темные, богатые витаминами овощи. Фриттата со сладким картофелем, которую приготовила Джо, покорила Сэлли, первой попробовавшую новое блюдо, и Мэйзи, работницу почты. Суп-минестроне с наступлением холодов стал пользоваться популярностью, и попытка Джо приготовить шоколадный пирог со свеклой тоже оказалась удачной, чего не скажешь о тарте с брокколи и лососем, который она приготовила на прошлой неделе. Сначала брокколи была ярко-зеленой, но Джо забыла противень на столе, обслуживая посетителей, и бедная капуста стала серой и несъедобной.

Джо взяла нужное количество изюма, сахара, корицы, сливочного масла и хлебных крошек, нашла противень для выпечки и застелила его пергаментной бумагой.

– Тук-тук, – раздался голос Мэтта у двери в кафе. – Есть кто дома?

Джо вытерла руки кухонным полотенцем и вышла в зал. Мэтт ждал ее с ящиком сезонных фруктов и овощей с его семейной фермы.

– Ты как раз вовремя. Сегодня утром я готовлю штрудель, поэтому надеюсь, что ты привез яблоки, без которых мне не обойтись – Она молитвенно сложила ладони.

– Как ты просила. – Мэтт немного наклонил ящик, чтобы она смогла заглянуть внутрь. – Я отнесу все это в кухню.

Джо пошла впереди него. Она уже разложила на рабочей поверхности необходимую утварь и ингредиенты, так что осталось не так много места, куда можно было поставить ящик. Она расчистила уголок.

– Он здесь поместится?

– Поместится, – ответил Мэтт, ставя ящик. – И Хильда будет рада. – Он заметил пришпиленный к стене рецепт. – Она уже много раз намекала, чтобы ты испекла штрудель.

– Хильда не только намекала, – сказала Джо, вынимая из ящика сочные бледно-зеленые яблоки, густо-оранжевые в тех местах, где их касалось солнце. – Это ее рецепт. Она переписала его для меня и принесла сюда.

Мэтт рассмеялся и внимательнее посмотрел на рецепт. Он провел рукой по списку ингредиентов.

– Она обрадуется еще больше, когда узнает, что я привез тебе яблоки Брэмли.

– Если верить Хильде, то они лучшие.

Мэтт приложил руку к животу. Даже под джемпером и курткой Barbour было заметно, что благодаря физической работе он в отличной форме.

– Еще только светает, а мой желудок требует выпечки.

– Сочувствую. – Джо улыбнулась, выкладывая шесть яблок для штруделя. – Мне самой стоило бы поменьше налегать на выпечку. Вчера вечером Молли угостила меня двумя кусками бисквита, пропитанного сиропом.

– Звучит жестоко.

– Я бы сказала, что устоять сложно. – Она вернулась к осмотру овощей, которые привез Мэтт.

– На этой раз никакой брокколи. – От Джо не укрылась ирония в его голосе. – Ей стало страшно созревать после того, что ты сделала с предыдущим урожаем.

– Наглец! Не беспокойся, я усвоила урок.

– Рад слышать. Это физалис. – Мэтт стоял рядом с ней и смотрел, как она вытаскивает небольшой контейнер с фруктами, похожими на китайские фонарики. – Просто разорви светло-коричневую кожицу… – Он показал, как это делается. – Внутри будет ягода.

– Выглядит замечательно.

Его смех заполнил крохотную кухню.

– Ты ведь понятия не имеешь, как с ними обращаться, верно?

– И ты винишь меня за это? Ко мне еще не вернулась уверенность после брокколи.

– Не глупи. Попробуй. – Он поднес ягоду к ее губам.

Джо взяла ягоду в рот и раскусила упругую кожицу.

– О… Это что-то невероятное. – Она взяла еще один плод и сама очистила его.

– Не ешь слишком много, а то их тебе не хватит, когда ты найдешь рецепт, – предупредил Мэтт.

– Не буду, обещаю.

– Это любимые ягоды Поппи.

– Я под впечатлением. Многие дети не едят то, что им незнакомо. – Джо не осмелилась бы включить ягоды в меню для Мэдди и Дэна – вдруг они не захотят пробовать нечто непривычное. – Я в ее возрасте до них бы даже не дотронулась.

– Возможно, ты бы их попробовала, если бы росла на ферме.

– Справедливо.

– Моя сестра часто кладет их в крамбл или в пирог. Можно приготовить соус к десерту. Мама обычно так делает. Я у них спрошу и попозже пришлю тебе сообщение. Я просто решил закинуть немного физалиса в твой ящик, чтобы ты не скучала.

– Спасибо, Мэтт. – Джо любила сложные задачи. Поэтому ей так нравилось быть боссом. И потом, она представить не могла, чтобы в кафе круглый год было определенное меню.

Джо проводила его до выхода, ненадолго задержавшись, чтобы полюбоваться восходом над пирсом и тем, как небо приобретает цвет жженой охры.

Вернувшись в кухню, она выгрузила из ящика, привезенного Мэттом, все остальное: репчатый лук, сладкий картофель, неожиданный контейнер с малиной, яйца и дыню. Ожидая возвращения Стива из магазина стройматериалов, она очистила и нарезала яблоки, потом смешала их с сахаром, изюмом, лимонной цедрой и корицей. Поскольку она смогла сосредоточиться на выпечке, яблочный штрудель можно было ставить в духовку еще до появления посетителей.

Первым в кафе вошел Джеф.

– Доброе утро! – Она улыбнулась ему.

– Доброе утро, Джо!

– Вам черный чай, как всегда?

– И еще очень-очень горячий шоколад для меня, – раздался голос от двери.

– Вэлери, вы сегодня рано.

Когда женщина вошла в кафе, Джо обратила внимание на водонепроницаемую куртку, резиновые сапоги в цветочек и отсутствие коврика для йоги.

– Я собираюсь порыбачить. – Вэлери взяла Джефа под руку с таким видом, словно уже поймала свою рыбку.

Под разговор Джо приготовила напитки и закрыла пластиковыми крышками оба стакана.

– Это согреет вас сегодня утром. Так скажите мне, Джеф, когда ваше первое занятие йогой? – Она заговорщически подмигнула Вэлери. – Если Вэлери идет на рыбалку, будет справедливо.

– Будет видно. – Но по его ответу было ясно, что теперь, когда он нашел новую любовь, он готов попробовать что угодно. Было приятно видеть их вместе, первый счастливый результат ее вечеров любви в кафе.

Когда Вэлери и Джеф ушли, держась за руки, Джо сварила самую большую порцию кофе для Стива и вынесла кружку ему на улицу.

– Я почти закончил, – крикнул он со стремянки, когда увидел ее. – Это мне? – Он спустился вниз.

Джо передала ему кружку, когда он уже стоял на пирсе.

– Еще полчаса, и ты получишь кусок яблочного штруделя, если он тебя интересует.

– Ну если ты настаиваешь…

– Как дела с желобами?

– Первый желоб я поправил, сейчас возьмусь вот за эту часть, и все.

– Отлично, увидимся внутри.

Джо проверила штрудель – ей не хотелось повторения истории с брокколи, – и пока он спокойно пекся, стала обдумывать следующую часть своего плана. Джеф и Вэлери нашли любовь благодаря «Кафе в конце пирса», а теперь пришло время достать новую стрелу купидона и пригласить Мэдди и Дэна на свидание, которое, возможно, изменит их жизнь.

Глава вторая

Когда Джо поделилась своей идеей с Молли и Артуром, оказалось, что еще с прошлого Рождества они оба заметили, как Мэдди и Дэн переглядываются. Но в Рождество даже омела не заставила их подойти друг к другу. Молли согласилась с Джо, что им надо помочь.

Джо кипела энергией при мысли о том, что ей предстоит устроить следующее свидание вслепую, и все утро летала на крыльях эйфории. Яблочный штрудель стал настоящим хитом, поэтому она испекла еще один, а следом и третий. Ей повезло, так как Мэтт привез достаточно яблок, но к тому времени, когда в кафе заглянули Молли и Артур, чтобы попробовать этот десерт, яблоки у Джо закончились.

– Но Хильда сказала, что ты печешь штрудели один за другим, – простонала Молли.

– Так и было, но на это у меня ушел целый яблоневый сад. – Джо взяла деньги у Винса, который заказал банановый смузи навынос. – Вам придется подождать. Я отправила сообщение Мэтту с просьбой привезти еще яблок, а пока смогу ли я вас заинтересовать лимонным тартом и компотом из физалиса?

– Звучит фантастически. – Впечатленный Артур уселся за столик в углу зала.

– Ему маленький кусочек, – прошептала Молли. – Твоему деду трудно отказываться от сладкого, поэтому мне приходится следить за тем, чтобы он не переедал. – Поскольку в начале года здоровье деда заставило Молли и Джо понервничать, теперь Артур больше отдыхал, правильно питался и наслаждался жизнью, не волнуясь о бизнесе, который сейчас находился в руках Джо.

– А тебе, Ба?

– Я попробую, но немного, иначе Артуру будет обидно.

Молли присоединилась к мужу. Джо тем временем отрезала кусок тарта, а потом отправилась в кухню за компотом. В последние дни она больше рисковала, пробуя новые рецепты, но уделяла готовке много времени, чтобы все получилось правильно.

– Можно, я приколю ее на доску? – спросила Молли, вынимая из сумки открытку, когда внучка вышла в зал.

– Конечно. А от кого она? – Джо поставила на столик две тарелки с лимонным тартом, Артур тем временем погрузился в чтение газеты.

– Наш бывший завсегдатай.

На открытке был идиллический вид озера Болам в сельской части Нортумберленда. Вода поблескивала на фоне осенних деревьев насыщенного каштанового, ржавого и бронзового цветов. Джо подумала о Гарри, перевернула открытку и прочла веселый отчет о походах по пабам, о природе и обо всех тех сторонах жизни, которые открывались с выходом на пенсию. Когда Джо только приехала в Солтхэйвен, встреча с Гарри оказалась для нее тяжелым испытанием, но, по крайней мере, это значило, что они оба разобрались со своими чувствами и двинулись вперед, оставив прошлое позади.

– Приколи открытку, – обратилась она к бабушке. – Это наша первая осенняя открытка за долгое время. На доске стало слишком много летних сцен.

Молли приколола открытку в центре.

– Думаю, скоро у нас прибавится много разных открыток. В это время года не так много теплых солнечных мест, если только ты не готов лететь туда несколько часов.

– Мама говорит, что в Пуэрто-Польенса стало прохладнее.

Молли повернулась к Джо при упоминании о дочери, и ее лицо погрустнело, но она сразу же натянула улыбку.

– Держу пари, там все равно еще достаточно приятно.

– По ночам холодно, – сказала Джо, улыбнувшись вошедшей в кафе Энджи. Она знала, что и Молли, и Артур будут избегать разговоров о Саше в присутствии посторонних. Попытавшись расспросить бабушку, деда и маму о причинах вражды между ними и не добившись результата, Джо временно оставила эту тему. Она знала, что упрямство членов ее семьи всегда мешало им разобраться с разногласиями. Сделать хуже Джо не хотела.

* * *

Для Джо день прошел быстро, и когда солнце начало садиться, она закрыла кафе до следующего дня. Пришло время для работы над следующей частью плана.

В кухне она достала открытки, красные конверты, ручку для каллиграфии. Вытащила из волос черепаховую заколку, и темные локоны свободно рассыпались по ее плечам. Любовь двух юных людей казалась ей радостной, полной возможностей, и она надеялась, что Мэдди и Дэн увидят все именно так, а не сочтут затею подходящей исключительно для старшего поколения. Если Джо права насчет этой пары, они увидят свой шанс. Но если она ошиблась, в начале ноября по городу поползут слухи, и ей будут смеяться в лицо.

Джо написала оба приглашения на следующую пятницу в семь часов вечера после закрытия, когда на пирс опустится темнота, а викторианские фонари осветят дорогу до кафе. На каждой открытке она написала номер своего телефона, догадываясь, что поколение Y скорее пришлет текстовое сообщение с ответом, чем заглянет в кафе и ответит ей лично.

Ей хотелось дать Мэдди и Дэну все шансы, чтобы все получилось.

В этот вечер в пабе, за бокалом мерло, Джо, Джесс и Мелисса, понизив голос, обсуждали план Джо.

– Это свидание вслепую меня тревожит, – призналась она.

– Почему? – Мелисса поставила бокал на столик. – Они явно влюблены друг в друга, но их надо немного подтолкнуть.

– Дать им хорошего пинка, – заявила Джесс. – О, я помню себя в этом возрасте. Бывало, смотришь на парней, сидящих в другой части класса, но так и не осмеливаешься заговорить с ними.

– Ты и сейчас с ними не очень-то разговариваешь, – вставила Мелисса, – обсуждаешь только их болезни.

– Все не так плохо, как ты говоришь.

Джо фыркнула.

– Если не считать Бена, с которым вы теперь друзья, когда ты в последний раз делала над собой усилие, чтобы заговорить с мужчиной, заинтересовавшим тебя как потенциальная любовь?

– На себя посмотри, Джо.

Она вздохнула.

– Согласна. Мы обе ни на что не способны. В отличие вот от нее. – Джо локтем подтолкнула Мелиссу. – Тебя любит Джеймс, и мы тебе завидуем. Вот, призналась. – Она произнесла эти слова как бы в шутку, но порой вечерами, сидя в одиночестве в своей квартире и слушая звук телевизора или шепот волн, ударявшихся о берег под ее окном, Джо думала о том, каково это – иметь особенного человека.

– Не стоит, – ответила Мелисса. – И нужный человек ждет каждую из вас прямо за углом. Я знаю, что говорю, потому что у меня произошло именно так.

Совершенно не убежденная, Джесс вернула разговор к обсуждению планов Джо.

– Думаешь, они на это согласятся? Ребята намного моложе нас.

– Меня это тоже беспокоит. Они могут решить, что это розыгрыш, – призналась Джо. – То есть все задумано так, чтобы им было весело, но это веселье не предполагает, что кого-то поднимут на смех, меня или кого-то другого. – Она подняла глаза и увидела, что в бар входят Вэлери и Джеф. Они принесли с собой осенний холод, заняли уютное место с другой стороны бильярдного стола. – По крайней мере, хотя бы один мой план сработал. – Один точный выстрел лучше, чем ничего.

Разговор перешел к романтическому пикнику, который Джо устроила на берегу, к ее планам на Мэдди и Дэна. И тут телефон Джо пискнул – пришло сообщение. Она посмотрела на экран и засмеялась.

– О боже! – вздохнула Джесс, когда Джо показала ей сообщение. Джо повернула телефон к Мелиссе.

– Дэн думает, что это розыгрыш, и спрашивает, кто из его приятелей за этим стоит.

Джо отправила ему сообщение, убеждая Дэна, что это не шутка и это в самом деле Джо из кафе, как и было сказано в приглашении. Она напомнила его последний заказ и их короткий разговор, чтобы он понял, что все честно.

Мелисса открыла пакет с сырно-луковыми чипсами, который купила у бармена, и угостила подруг.

– В пакете больше воздуха, чем чипсов, – заявила Джо.

– Грабеж! – Джесс рассмеялась. – Как Артур себя чувствует? – спросила она.

Днем Дед умудрился уронить чашку себе на ногу и сильно ушиб пальцы. Молли отправила Джо сообщение, что они отправились к врачу, но волноваться не о чем.

– Деду больно и жалко себя, он хромает, но твердо решил, что не позволит нам суетиться вокруг него.

– На мой взгляд, с ним все нормально. Не думаю, что он пошел бы к врачу, если бы Молли не настояла.

– Ему придется на время дать ноге отдохнуть? – Джо взяла еще чипсов.

– По возможности, но это не значит, что он не может ходить. Травма небольшая, поэтому он вскоре будет на сто процентов здоров, мы даже оглянуться не успеем.

– Ба тревожится. Вдруг это не просто неловкое движение? Да, я знаю, врачебная тайна и все такое, – добавила Джо, увидев выражение лица Джесс. – Но мне-то следует волноваться или нет?

Джесс еле заметно покачала головой, и Джо к этой теме больше не возвращалась. Позже к ним присоединилась Мэйзи, работавшая на почте вместе с Мелиссой.

После бара Джо все же направилась к бунгало по дороге домой, под предлогом того, что ей нужно забрать овсяное печенье с изюмом, которое Молли испекла для кафе.

Упрямство было их семейной чертой, и Джо уже знала, что если ей хочется быть в курсе происходящего, то придется немного покопать.

Глава третья

– Сегодня утром я не бегаю, – объявила Джесс на следующий день в кафе. – И никаких смузи. Только черный кофе, и я иду на работу.

– Ну надо же. – Джо взяла стакан для кофе навынос из стопки на кофемашине. – Не следовало тебе пить тот бокал вина вчера вечером. А ведь ты врач. – Кофе-машина засвистела, заворчала и забулькала – Джо готовила для своей подруги лекарство от похмелья.

– Никому не нравится слышать слова вроде «я же тебе говорил». И виноваты в моем плохом самочувствии больше погода и дождь. Мне хочется свернуться калачиком где-нибудь в тепле.

– Мне знакомо это чувство. – Свернуться калачиком было заманчиво, тем более рядом со своим особенным человеком. Накануне вечером их разговор о мужчинах, вернее об их отсутствии, заставил Джо задуматься о том, сможет она сама или Джесс кого-нибудь встретить. Если не считать возможности вступить в местные спортивные клубы, на что у нее не было времени, или знакомств онлайн, сама идея которых была ей ненавистна, кафе и пирс были единственными пока доступными для нее местами для встреч. И ловить в этом озере было некого.

Она помахала рукой уходившей Джесс и подошла к столику, за которым сидели Хильда и Энджи, погруженные в беседу.

– Еще чаю?

– Да, пожалуйста, моя дорогая, – откликнулась Хильда. – И кусочек штруделя. Прошу тебя, скажи мне, ведь это его аромат я чувствую?

Джо улыбнулась.

– Разумеется, это он. Утром Мэтт привез еще яблок, но штрудель будет готов через полчаса.

– Мы подождем, – сказала Энджи.

– Ты творишь чудеса с моим рецептом, – оценила Хильда. – Не каждому это под силу, но, по-моему, ты большая молодчина.

– Мне приятно, что вы можете мной гордиться. – Оценка местных жителей много значила для Джо. За это она любила Солтхэйвен. – Вам принести две порции? И обе со сливками?

– Разумеется. И сейчас отличная погода для фондю, не забудь, – добавила Хильда.

– Это намек? – Джо с наигранным ужасом прижала руку к груди.

– А как же!

Джо ушла, и Хильда продолжила свой рассказ о курсах живописи, организованных Институтом женщин. Что-то об акриловых красках и об их универсальности.

Утро пролетело быстро, и когда Мэтт в середине дня снова появился в кафе, она наслаждалась первым за день затишьем.

– Второй раз за день? – удивилась она, увидев его. Джо решила дать себе передышку и на две минуты присела на подоконник-диван, прежде чем встать и снова отправиться обслуживать посетителей, если они появятся.

– Иногда это кафе кажется мне вторым домом. – Мэтт улыбнулся и сел рядом с ней. – У тебя усталый вид.

– Осенние дожди и холод не лишают людей желания пройтись по пирсу, – призналась Джо. – Что это у тебя? – У него на коленях стоял ящик. – Ты сегодня уже привез мне ящик с овощами и фруктами.

– Это немного другое.

На лице Джо расцвела улыбка.

– Они роскошные. – В ящике лежали миниатюрные тыквы, штук двадцать. – Ты их вырастил?

– Разумеется.

– Я никогда не видела таких маленьких тыкв. Какие же они хорошенькие!

– Я бы их так не назвал, но сойдет. – Мэтт улыбнулся ей в ответ, радуясь впечатлению, которое произвел. – И я знаю, что из них получается вкусный тыквенный суп, особенно если добавить капельку перца чили.

Перед мысленным взором Джо выстроились миски с густым, пряным оранжевым согревающим супом, который можно подавать с хрустящим хлебом. Она могла бы испечь тыквенные сконы или даже тыквенный пирог, какой пекут в Америке. Но после вкуснейших рецептов ей в голову пришла совершенно другая мысль.

– У меня появилась идея. – Она улыбнулась Мэтту.

– Если нужен дегустатор, я готов.

– Боюсь, это есть нельзя. У тебя есть более крупные тыквы?

– Полно… А что?

– О каком размере мы говорим?

Мэтт развел руки в стороны так, чтобы Джо смогла представить большие тыквы с фермы.

– Теперь можно выбрать какую хочешь.

Джо повертела в руках маленькую тыкву.

– И почему я об этом не знаю?

– В этом году такая акция впервые.

– Как дела в бизнесе?

– Все стабильно.

– Хорошо, тогда я готова сделать заказ.

– Выкладывай. – Мэтт достал телефон и записал ее заказ на четыре крупные, двадцать средних и еще один ящик миниатюрных тыкв. – Что ты придумала? С такими поставками ты будешь варить ванны супа, а не миски.

– Я собираюсь устроить тематический вечер на Хеллоуин.

– Значит, свиданий вслепую тебе мало?

Джо отчего-то залилась румянцем.

– Мне нравится, когда я чем-то занята. Ты же меня знаешь.

Мэтт оперся спиной на подушку. Его сестра говорила Джо, что он одинок, но в эту минуту было совершенно непонятно, почему его еще никто не схватил. Он был симпатичен, в отличной форме, чего не мог скрыть мешковатый деним. У него был предпринимательский ум, достойный восхищения. И еще Мэтт был добрым. Если бы Джо знала, что он согласится, она бы нашла для него подходящую кандидатуру для свидания вслепую в кафе. Но она догадывалась, что скорее уж Стив решится принять в этом участие, поэтому безопаснее начать с него.

– Земля вызывает Джо. – Она услышала голос Мэтта. – Ты снова где-то в своем маленьком мире. Рассказывай, что ты задумала?

Джо снова переключилась на тыквы, оставив на время свидания вслепую.

– Я собираюсь устроить вечер резьбы по тыквам. Посетители приходят в кафе после школы, а потом вечером, но это мероприятие напомнит тем, кто считает это кафе сугубо летним развлечением, что мы открыты весь год.

– Хорошая идея. У тебя появятся новые завсегдатаи.

– Вот именно. Может быть, я даже попрошу Чарли и Поппи нарисовать для меня плакаты.

– Им это понравится.

– Один плакат мы выставим в окне. Еще один Молли может повесить в школе, когда повезет туда кексы и печенье. Для третьего я попрошу найти место в пабе. И я уверена, что Джесс сумеет разместить плакат на доске объявлений между кабинетом врача и аптекой.

В кафе вошла группа посетителей, и Джо отнесла миниатюрные тыквы в кухню. До следующей недели они полежат в кладовке. Мэтт отправился дальше по своим делам, пообещав рассказать Поппи об их плане. Джо написала сообщение Бену, и тот ответил, что договорится о встрече Чарли и Поппи этим вечером за чаем, и утром плакаты будут у Джо.

Она сказала Мэтту правду. Ей нравилось быть занятой, поэтому новый план был ей по душе. Чем больше ей требовалось сделать, тем меньше у нее оставалось времени на раздумья о собственной личной жизни, весьма неудачной по сравнению с ее карьерой. В конце дня, когда полы были вымыты, столы сияли чистотой, Джо взяла блокнот и ручку. Пришло время составлять меню для следующего вечера любви в кафе.

* * *

– Как же я рада тебя видеть! – Джо взяла Тилли под локоть. Ее лучшая подруга заехала в Солтхэйвен навестить ее по дороге из Шотландии на девичник и свадьбу кузины в Эксетере. Они уже провели последние несколько часов в разговорах, и обе старались выложить все, что с ними произошло. – И какая же ты молодец, что выбрала для приезда вторник, когда у меня выходной. – Джо улыбнулась.

– Я тоже рада, что приехала. – Тилли откусила кусок от вафельного рожка, расправившись с начинкой из рома и изюма в верхней его части. Она настояла на том, чтобы они купили мороженое, несмотря на осень, потому что оно воскрешало воспоминания о школе. В те времена они все лето «зависали» на пирсе. Их ничего не волновало, кроме вкуса сладкого и холодного лакомства. – Жаль, что я так ненадолго, но я не могла не заехать к тебе по пути на юг. Вот только мама попросила меня сегодня походить с ней по магазинам во второй половине дня.

Сообщение от Тилли пришло накануне вечером. Она сообщала Джо о своем внезапном решении заехать в город по пути на свадьбу.

– У твоей мамы наверняка уже есть все необходимое? – спросила Джо.

– Она хочет, чтобы я помогла ей найти шляпу, утверждает, что без шляпы совсем не то.

Они прошли по пирсу еще немного, наступая на деревянные доски, такие знакомые им обеим.

– Что ж, провести даже немного времени с лучшей подругой бесценно, поэтому я в любом случае рада. Уверена, на Рождество мы сможем увидеться еще раз.

– Непременно.

– Что скажешь? – спросила Джо, когда они дошли до кафе и перевели взгляд со сверкающей поверхности воды на вывеску, которую Стив перекрасил весной по просьбе Джо.

Тилли просияла.

– Держу пари, что, перекрасив вывеску, ты почувствовала это место по-настоящему своим, верно?

– Да, и еще когда провела тщательную весеннюю уборку, ну и сортировку документов, конечно. Все это стало для меня новым стартом. – Джо доела малиновое мороженое до последнего кусочка вафельного рожка.

– Что ж, я думаю, Солтхэйвен тебе на пользу. Ты выглядишь фантастически. Я давно не видела тебя такой расслабленной. Я немного беспокоилась, когда ты прислала те первые сообщения. Я чувствовала твой стресс.

– Я стала владелицей бизнеса, и поначалу это было шоком. – Джо бросила в рот последний кусочек вафли.

– А теперь?

– А теперь бизнес стал частью меня, и я представить не могу, что у меня нет кафе. Обучение шло непросто, но Ба и Дед очень мне помогли. Они дают мне отдохнуть в выходные, и это прекрасно.

Тилли через окно помахала рукой Молли. Утром они уже виделись и крепко обнялись.

– Я всегда знала, что ты сюда вернешься.

– А ты вернешься?

Тилли пожала плечами.

– Честно говоря, не знаю. Я неплохо устроилась в Эдинбурге, но когда я вижу тебя, свою семью и пляж, я чувствую, что хочу вернуться. Может быть, когда-нибудь.

Молли открыла дверь кафе.

– Джо, Дед отправился домой отдыхать, а ты, наверное, не сможешь мне помочь, да?

– С ним все в порядке? – Джо была готова взяться за любое дело, не важно, в кафе или в бунгало Молли и Артура.

– У него все замечательно, но он старается не напрягаться.

– Я тебе сейчас нужна?

– Нет, вы двое пока наслаждайтесь обществом друг друга. Но потом мне нужно будет уйти в кухню, так что еще одна пара рук не помешает. – Молли скрылась в кафе, так как пришел посетитель за кофе навынос.

– Как твой Дед? – спросила Тилли.

– Он чувствует себя отлично, но, как сказала Ба, ему нельзя слишком перенапрягаться. Им обоим не следует работать как сумасшедшим. Как они и хотели, я взяла управление кафе на себя. – Джо догадывалась, что скоро они перестанут помогать ей на регулярной основе, но это уже не пугало ее, она была готова.

Следующий час они с Тилли гуляли вдоль моря, дышали морским воздухом, который даже в холодную погоду не терял своего волшебства. Потом пришло время прощаться, так как Тилли нужно было встретиться с мамой и отправиться на шопинг.

Джо пошла прямиком в кафе, где Молли дала ей отчет о том, что хорошо продается и что она хочет приготовить дальше.

– Спасибо, что пришла. – Молли закончила вытирать низкий стол перед столиком у окна.

– Не за что. – Джо повесила пальто и шарф в шкаф. – Только бы Дед был в порядке.

– Разумеется, он в порядке. Я бы сказала тебе, если бы что-то пошло не так, – с улыбкой сказала Молли. – Тебя порадовало утро с Тилли?

Джо завязала тесемки своего передника в коричневый горошек сначала на узел, потом бантом.

– Было замечательно увидеть ее, и на нее произвело впечатление то, как хорошо я управляю кафе.

– Иначе и быть не могло. Ты прирожденный управляющий.

– Я училась у лучших. – Джо улыбнулась. – Может быть, мне порезать еще фруктов для салата?

– Это было бы замечательно. Мэтт привез отличные груши, – добавила Молли, начиная готовить латте для посетителя, севшего в глубине кафе и углубившегося в газету.

В кухне Джо взяла грушу из миски и понюхала гладкую зеленую кожуру в мелкую крапинку.

– Они хорошо пахнут. И спелые. – Она оглядела кухню, решая, что еще взять.

– Есть кто-нибудь? – раздался мужской голос из зала.

– Привет, Бен. – Джо вышла из кухни, вытирая руки полотенцем. В руках у Бена была кипа листов.

– Я заглянул на минутку, у меня перерыв на ланч. Держи.

– Это плакаты? – Ей не терпелось посмотреть, и она перевернула один из листов. – Вот это да! Неужели Чарли и Поппи нарисовали их сами?

– Как ты просила. Я бы сказал, что они талантливы.

– Безусловно, – с улыбкой подтвердила Джо. – Идеальные постеры. Мне придется нанять Чарли и Поппи на работу. – Она оторвала от рулона полосатый бумажный пакет и положила в него два больших печенья с крошкой из белого и темного шоколада. – Это для Чарли, когда он вернется из школы. – А печенье для Поппи она передаст с Мэттом.

– Печенье его развеселит.

– Что-то случилось?

– Он потерял свое пальто.

– Красное?

– Ага. То, которое он все время носил. Днем он плакал. Перед Поппи Чарли еще держался, но после ее ухода опять расплакался.

– Ты не предполагаешь, где оно может быть?

Бен покачал головой.

– Я весь дом перевернул вверх дном.

– Пальто обязательно найдется.

Он скрестил пальцы на удачу и ушел.

В середине дня в кафе пришел Артур. Ему захотелось послушать о резьбе по тыквам, и довольная Джо рассказала ему обо всем. К тому же это была возможность понаблюдать за его поведением и убедиться в том, что инцидент с чашкой был всего лишь неловкостью, а не признаком чего-то более серьезного. Но если не считать легкой хромоты, Дед выглядел нормально, только ворчал, если кто-то хотя бы намекал на его слабость.

Джо гадала, что произойдет, если случится серьезная проблема. Если он не сможет ходить и говорить, как это случилось с его собственной матерью, вернется ли тогда Саша в Солтхэйвен? Неужели заманить ее в город сможет только самое печальное событие в жизни? Но в подобном случае определенно будет уже поздно пытаться восстановить отношения.

На другой день уже Молли и Артуру пришлось спасать ситуацию, потому что утром Джо проснулась с ужаснейшей головной болью.

– Мне очень жаль, Ба. – Даже разговор по телефону создавал ощущение, как будто целая музыкальная группа забралась в голову Джо и играет там. – Ты уверена, что вы справитесь?

– Разумеется, мы справимся. И я повесила постер в школе. Артур договорился, что еще один разместят в пабе. Утром я видела Джесс, она тоже взяла постер для своего кабинета. Я передала Мэтту печенье для Поппи в качестве благодарности от тебя за помощь с дизайном.

– Спасибо огромное. – Джо свернулась калачиком с телефоном в руке. Ей было больно даже открыть глаза. – Теперь мне осталось только выздороветь. – Ей нужно было обязательно поправиться к пятнице, когда должен был состояться вечер любви Мэдди и Дэна. Она не могла их подвести. – Как нога Деда?

– Об этом не беспокойся. Я усадила его чистить и резать овощи, пока я бегаю по залу.

Джо больше не могла говорить. Ей хотелось только одного: забраться под пуховую перинку и отлежаться до тех пор, пока она не почувствует себя хотя бы более-менее прилично.

Ко времени ланча Джо удалось все-таки перебраться из кровати на диван. Головная боль не прошла, но она притупилась до такой степени, что ее стало можно терпеть. Джо выпила больше воды, чем когда бы то ни было раньше, но самым лучшим лекарством стал отдых. С того момента, как Джо взяла на себя управление кафе, все системы ее организма работали с перенапряжением. Возможно, тело решило, что пора объявить перерыв.

У Джо заурчало в животе. Когда она шла в кухню, чтобы поджарить себе тост, в дверь квартиры постучали. По крайней мере, она смогла открыть дверь, не боясь, что ее голова взорвется.

– Стив? Что ты тут делаешь? – Джо попыталась вспомнить, есть ли в квартире что-то, нуждающееся в ремонте, но, к счастью, после инцидента со стиральной машиной больше ничего не ломалось. – Прости, я в пижаме. – Она как-то вдруг осознала, что на ней любимый комплект: клетчатые штаны с ягодным принтом и просторный топ цвета известняка, и почувствовала, что за это стоит извиниться.

Он оглядел ее с головы до ног.

– На мой взгляд, ты неплохо выглядишь. – Стив с улыбкой вынул из-за спины сверток. – Я слышал, что у нас есть раненый боец.

– Ты мой герой. – Джо поморщилась, попытавшись улыбнуться, но все же взяла теплый сверток, от которого исходил аромат уксуса. Она сразу поняла, что в свертке. – Я как раз собиралась поесть.

– Как твоя голова?

– Лучше, чем раньше. Но не смеши меня и не приводи в восторг, иначе молот в голове застучит снова.

– Жареный картофель может оказаться тем, что доктор прописал.

– Входи.

– Ты уверена? Я не хочу, чтобы тебе стало хуже. Вдруг я расскажу тебе смешную шутку и у тебя опять разболится голова.

Если бы Джо могла закатить глаза, не вызвав приступа боли, она бы это сделала. Каждый раз, когда она переводила взгляд, даже не поворачивая головы, ей становилось больно. Джо смогла дойти до двери, но стоять у нее не было сил, и она боялась, что упадет.

– Поделиться с тобой? – Она положила сверток с картошкой на столешницу и собралась доставать тарелки, одну или две в зависимости от ответа Стива.

Тот стащил один ломтик.

– Не хочу лишать тебя удовольствия. Ты поешь, я просто составлю тебе компанию.

– Возьми что-нибудь выпить, в холодильнике есть. – Джо переложила картошку на тарелку, выбросила бумагу и взяла бутылку воды.

В гостиной она уютно устроилась в большом круглом кресле, поставив тарелку на колени. Стив занял место на диване и открыл баночку колы.

– Какая вкуснота. – Джо откусила еще от одного ломтика. Они были хрустящими, золотистыми снаружи, восхитительно мягкими внутри. – Как ты нашел время заглянуть ко мне? На работе затишье?

Он стащил у нее с тарелки еще один картофельный ломтик, потом снова устроился на подушках.

– Из-за дождя совсем тихо. Приятно иметь время для себя, но для банковского счета в этом приятного мало.

– Могу себе представить.

– Ничего страшного. Ты и кафе дают мне достаточно работы, и потом я иногда подрабатываю в городе. В магазине игрушек я починил стеллаж, в библиотеке поставил новый стенд. Лена наняла меня переделать полки в магазине «Всякая всячина», она уже готовится к лету. Не беспокойся, я целыми днями работаю и надеюсь, что осенние дожди скоро закончатся.

Джо скорчила гримаску, посмотрев в окно. Обычно из кресла она видела морскую даль, чаек в небе и золотистый песок пляжа. Но в этот день она не могла даже разглядеть пирс и кафе, потому что они были скрыты туманом. Она удачно выбрала день, чтобы отсидеться дома.

– А как дела на личном фронте? – Вопрос слетел у нее с языка до того, как она успела положить в рот новую картофелину и вовремя заткнуться. Они дружили, но такое любопытство проявлять не стоило.

– Несколько личный вопрос. – Но Стив по крайней мере рассмеялся.

– Прости. Но ты же вроде с кем-то встречался некоторое время назад? С блондинкой?

– А! Это Руби. Милая девушка. И мы несколько раз сходили на свидание, ничего больше. Она улетела в Сингапур, будет там работать помощницей по хозяйству.

– Жаль.

– Это было несерьезно. – Стив смотрел, как Джо поглощает один за другим ломтики жареной картошки. – Ты по-настоящему проголодалась. – Он улыбнулся. – Еда помогает избавиться от головной боли?

Джо кивнула с полным ртом. Проглотив, она сказала:

– Думаю, еда меня спасла. Возможно, ты принес мне волшебную картошку.

– Может быть, и так.

– Я чуть не забыла спросить, свободен ли ты в пятницу вечером. – Джо поставила пустую тарелку на столик и, прежде чем он успел подумать что-то другое, добавила:

– Мне снова нужно поставить те тяжелые столбы, чтобы соорудить беседку в кафе.

– Конечно. Можешь на меня рассчитывать. Что ты спланировала на этот раз?

– Ты же знаешь, что я не могу делиться деталями.

– Намекни хотя бы.

– А ты поможешь?

– В котором часу мне прийти?

– Как насчет шести часов?

– Договорились. Я передам Молли и Артуру, что ты жива.

– Как они там справляются, нормально?

– Знаешь, такое впечатление, что они раньше работали в кафе.

Джо потянулась и ткнула его в плечо.

– Очень смешно. – Джо поморщилась.

– Головная боль вернулась?

– Я не могу резко двигаться.

– Ха, придется научиться. – В дверь квартиры снова постучали. – На этом я с тобой попрощаюсь. Ты сегодня пользуешься спросом.

– Благодаря тебе и волшебной картошке я почти вернулась к норме, поэтому готова общаться. – Джо отнесла свою тарелку в кухню по дороге к двери.

– Рад это слышать. Привет, Бен, – поздоровался он, когда Джо открыла дверь и он увидел знакомое лицо. Мужчины кивнули друг другу, сцена была почти комической. Если бы она не знала, что со Стивом, как и с Беном, ее связывают исключительно платонические отношения, то можно было подумать, что ситуация была подстроена, чтобы она могла сравнить их и решить, кто ей нравится больше.

– Чем-то очень вкусно пахнет, – сказал Бен, когда Стив ушел.

– Это, должно быть, жареная картошка, которую мне принес Стив.

– Мне следовало догадаться. Этот запах я чувствую каждый раз, когда прихожу на пирс. Как ты себя чувствуешь? Я заходил в кафе, и Молли сказала, что ты нездорова.

– Утром я проснулась с жуткой головной болью, но постепенно мне становится лучше. Прости, я в пижаме.

Бен улыбнулся, и Джо понадеялась, что это от доброты, а не из-за ее внешнего вида.

– Я зашел сказать, что нашел красное пальто.

– Слава богу! Где оно было?

– Пряталось за камнями на пляже для серфинга. Мы проходили там, но ветер, должно быть, сдул его за камни. Я его не заметил, пока не прошел сверху. Думаю, мне стоит порадоваться, что сын выбрал такой яркий цвет. Будь пальто другого цвета, оно бы не привлекло моего внимания.

– Чарли будет очень рад. – Неужели Бен действительно пришел только затем, чтобы сообщить новость, которая спокойно могла подождать до следующего дня? Или до субботы, когда он зашел бы в кафе вместе с Чарли?

– Слабо сказано. – Бен улыбнулся, замялся. – Я еще зашел, чтобы спросить, могу ли я записать Чарли на резьбу по тыкве.

– Разумеется, мы будем рады всем, кто придет.

– Чарли волнуется, что ему не достанется тыква. Он думает, что ты можешь их все продать. Сыну хочется, чтобы это была особенная тыква. Он был бы рад прийти вместе с мамой, но она работает и не успеет к началу вечера.

– Я тебе вот что скажу: я оставлю для Чарли тыкву в кладовой, если пойму, что на всех не хватает.

– Спасибо, Джо. Сын по-настоящему нервничает, ему хочется, чтобы все получилось. Я не жду к нам особого отношения.

– Ты шутишь? Люди узнают о событии благодаря Чарли. Он и Поппи нарисовали удивительные постеры.

– Они настоящая команда. Из-за них мы, одинокие старики, выглядим неопытными новичками.

– Согласна.

– У меня такое ощущение, что Чарли тонко чувствует все, что происходит у нас с Лорной, поэтому ему так хочется всем нравиться. Он сам на себя давит. Я подумал, мне стоит зайти к тебе и убедиться, что я смогу ему помочь с планом, чтобы все прошло максимально гладко.

– Уверена, так и будет.

Бен прислонился к косяку.

– Прости, что гружу тебя всем этим. Я мог подождать до того момента, когда ты вернешься в кафе.

Джо отмахнулась.

– Не глупи. Я рада, что могу помочь.

– Я, пожалуй, пойду, оставлю тебя выздоравливать. Хотя ты немного порозовела, и это хорошо.

У Джо точно покраснели щеки, потому что он стоял, прислонившись к косяку, и его действия противоречили высказанному намерению уйти. У Бена был такой вид, будто он собирается добавить что-то еще, и у Джо появилось неприятное чувство в животе.

– Передавай привет Чарли, – сказала она.

Бен взял себя в руки, дружески помахал ей на прощание, прошел по коридору и начал спускаться по лестнице к выходу из здания.

Бен оставил Джо гадать, не искал ли он что-то большее, чем дружба.

Глава четвертая

Джо не стала обращаться к врачу, но когда Джесс пришла в кафе в пятницу утром за своим обычным смузи, она подсказала ей, какое лекарство можно купить без рецепта, если адская головная боль решит снова навестить ее.

– По симптомам похоже на мигрень, – сказала Джесс, втыкая соломинку в крышку стакана со смузи.

– У меня была мигрень пару лет назад, когда я еще преподавала, – призналась Джо. – Она свалила меня с ног на два дня, и в этот раз все было не так плохо. По крайней мере, у меня ничего не расплывалось перед глазами.

– Я бы на твоем месте не садилась за руль, если есть нарушения зрения.

– Это один из плюсов Солтхэйвена. – Джо улыбнулась. – Я почти не пользуюсь машиной, все необходимое есть в городе. Езжу только в супермаркет.

– Обрати внимание на то, что провоцирует мигрень, – посоветовала Джесс. – Я бы сказала, что твоя мигрень – результат перенапряжения на работе. Я права?

– Вероятно. – У Джо появилось ощущение, что у нее закончилось топливо. – Выходной день пошел мне на пользу. К началу вечера тупая боль стала раздражающей, но не мучительной.

– Не забывай о себе. Не перерабатывай. – С этими словами Джесс направилась к выходу. День был сухим, но ветреным. Утром дул такой сильный ветер, что он буквально гнал Джо по пирсу, и она даже испугалась, сможет ли остановиться возле кафе и не вырвет ли ветер у нее из рук только что купленный свежий багет. Возле кафе еще стояли столики, потому что некоторые посетители любили сидеть под открытым небом, укутавшись и наслаждаясь горячими напитками рядом с бушующим морем. Но в такой день ни кофе или горячий шоколад в любых количествах, ни яркие пресс-папье, помогающие удержать на месте книги, газеты и салфетки, не убедили бы никого посидеть на улице.

Мэтт, как обычно, привез фрукты и овощи. Джо испекла два киша, нарезала фруктовый салат, справилась с утренним наплывом клиентов, приготовила «перевернутый» пирог с имбирем и грушами, чтобы подавать его со сметаной. Ближе к полудню у нее нашлось немного времени, чтобы приготовить еду для вечера любви. Накануне Джо забрала из бунгало Молли мультиварку и принесла ее в кафе, чтобы она была наготове. Теперь Джо порезала морковь, грибы, вытащила несколько веточек тимьяна, который Мэтт положил в ящик с продуктами, нарезала чеснок мелкими кусочками. Она выставила термометр в духовке на высокую температуру, поставила слегка запечься кусок говядины. Когда говядина приобрела коричневый цвет, Джо переложила ее в мультиварку вместе с остальными ингредиентами и добавила вино. Говядина должна была приготовиться через семь-восемь часов. Это было идеально, так как Мэдди и Дэн ожидались к семи часам вечера. Их ждала вкуснейшая тушеная говядина с хрустящим хлебом и десерт – чизкейк с яблоками в карамели.

Потом в кафе зашел Дэн, и Джо поначалу запаниковала, решив, что он пришел все отменить. Но он был одет в гидрокостюм, купил два кофе навынос для себя и своего приятеля и быстро ушел. Джо догадалась, что он испугался, как бы она не упомянула о свидании перед его приятелем. Но если речь шла о вечерах любви в кафе, то Джо была воплощением осторожности. Никто не хотел выставлять себя напоказ, и она это понимала. Ей нужен был только счастливый результат. Накануне Джо видела Мэдди. Они столкнулись возле озера для лодок. Девушка радостно щебетала со своими подружками, пока не увидела Джо. Мэдди робко улыбнулась ей и замолчала. Сходство характеров Мэдди и Дэна не позволяло им пока быть вместе. Они оба были слишком застенчивыми, но Джо надеялась, что предстоящий вечер это изменит.

Включив мультиварку, Джо вышла в кафе. Она вытерла столик у двери, протерла стойку вокруг кассы, удивляясь тому, с какой скоростью увеличивается количество крошек, стоит только повернуться к ним спиной. Она продала два чая навынос Гранту, который вместе со своей женой Би торговал жареной рыбой и картошкой. Сэлли купила печенье, решив, что она не может пить чай без сладкого. Потом появились подростки, болтавшие о том, как круто они покатались на серфах. Пока Джо варила им кофе, она улыбалась. В это время года Стиву ни за что не удастся заманить ее на урок серфинга. Она была готова выйти в море только летом. Осенью ей хватало одного взгляда на сердитые серые волны, бившиеся о пирс, чтобы ограничиться исключительно прогулкой по пляжу. Осень могла быть величественно-прекрасной, когда яркие листья золотым и густо-красным цветом напоминали драгоценности. Но только не в такую пятницу, как эта. Утром Джо с радостью захлопнула за собой дверь, войдя в кафе.

– Добрый день, Джо. – Это был Джеф, пришедший в кафе намного позже обычного.

– Я уже начала думать, что не увижу вас сегодня. – Она не могла не обратить внимания на охапку нежнейших оранжевых роз, собранных в букет, дополненный веточками с крохотными фиолетовыми цветочками. При виде этого букета Джо вновь порадовалась, что в результате ее плана Джеф и Вэлери были вместе.

Он шумно выдохнул.

– Я бы ни за что не пошел на рыбалку в такую погоду.

– Думаю, Вэлери тоже так подумала. Я видела, как она направлялась к городской ратуше с ковриком для йоги.

– Утром она ушла очень рано. – Когда Джо подняла брови, он, должно быть, сообразил, что проговорился. – Наблюдается некоторый прогресс, – пояснил Джеф.

Джо решила ему помочь.

– По-моему, это замечательно! Я счастлива за вас. Она присоединится к вам сегодня?

– Не сейчас, но мы договорились прогуляться попозже, а потом вместе поужинаем. – Джеф сделал шаг вперед и протянул букет Джо.

– Это мне? – Она едва не пошутила, что благодаря переходу на другой уровень у него очень хорошее настроение, но она и так уже поставила его в достаточно неловкое положение.

– Мы обязаны этим только тебе, Джо. Я бы так и сидел в конце пирса, тратил дни только на рыбалку, если бы ты не вмешалась и не заставила меня увидеть смысл в жизни.

– Цветы прекрасны, и я невероятно тронута. – Джо наклонила голову и вдохнула аромат удивительных осенних роз. – Но больше всего я довольна тем, что для вас двоих мой план сработал. Вечером я отнесу букет к себе домой, чтобы наслаждаться им в одиночестве. – Джо поставит букет на окне, которое выходит на пляж и море вдалеке, и сможет наслаждаться и цветами, и своим любимым видом.

– Я чуть не забыл спросить… Как ты себя чувствуешь? Молли сказала, что тебе нездоровится из-за погоды. Но сегодня я вижу на твоих щеках румянец.

– Мне намного лучше, спасибо. – Ей никогда не разонравится быть частью общины, где люди ежедневно интересуются друг другом, всегда готовы помочь. Когда Джо была моложе и жила здесь, она этого не замечала. Но теперь это явно бросалось в глаза.

– Тогда я, пожалуй, пойду, – сказал Джеф. – Но я бы взял чай навынос. Мне очень понравились прогулки с Джесс по воскресеньям, и мы с Вэлери куда только не ходили. Сегодня мы отправимся в поля на окраине города, чтобы встретиться с командой городского совета, которая в этом году организует фейерверк.

– О да, до него уже совсем мало времени. Не могу дождаться.

– А ты знаешь, что на пирсе собирается множество людей?

– Я слышала об этом. Не волнуйтесь, я буду к этому готова. – Джо улыбнулась.

– Надеюсь, ты и сама получишь удовольствие. Это очень красивое зрелище. Огни отражаются в воде, и это удивительный вид.

– Я постараюсь посмотреть. – Джо заварила ему черный чай и помахала на прощание. Она подозревала, что Джеф стал поэтичным и разговорчивым благодаря расцветающему роману с Вэлери.

В этот день многие посетители любовались букетом Джо, который флорист поставил в целлофановую упаковку, наполненную водой. Она оставила цветы возле кассы, чтобы наслаждаться их видом остаток дня. И это было достаточно далеко и от кухни, где работала мультиварка, и от пыхтящей кофемашины, работавшей как никогда много.

К середине дня у Джо нашлось время, чтобы уйти в кухню и приготовить десерт на вечер. Она потушила яблоки с коричневым сахаром и сливочным маслом, потом оставила смесь охлаждаться. Она подала киш случайным посетителям и кофе сестре Мэтта, которая привела вдруг ставшую болтливой Поппи. Между делом собрала десерт, прослоив мягкий сливочный чизкейк карамелизованными яблоками, выкладывая слои в высокие стаканы. Верхним слоем стали взбитые сливки. Она отправила десерт в холодильник.

Когда в кафе вошел Стив, у Джо было уже почти все готово. Они установили столбы, Стив закрепил их болтами, а Джо принесла из кладовой цветы.

– Восхищенный поклонник? – спросил Стив, кивнув в сторону букета и собирая инструменты в чемоданчик.

– Розы от Джефа в знак благодарности.

– Они с Вэлери кажутся счастливыми.

– Думаю, что эти двое скрепили сделку.

– Не стану спрашивать, откуда тебе об этом известно. – Стив улыбнулся и пошел следом за Джо в только что установленную беседку.

Он взял гирлянду и начал обматывать ею первый столб, а Джо следом за ним украшала столб цветами. Для этого свидания она выбрала клематисы, крупные, похожие на колокольчики цветы с фиолетово-розовыми краями, и закрепляла их с помощью проволоки для садоводства, чтобы они, сплетаясь с праздничными огоньками, создавали идеальную романтическую атмосферу.

– Я думаю, им понравится, как и то, что ты для них приготовила, – сказал Стив, помогая Джо обматывать гирляндой верхушку первого столба.

– Это вечер для Мэдди и Дэна. – Джо не стала больше скрывать имена. Она не раскрывала имена всем, но чувствовала себя обязанной поделиться со Стивом, который вызвался помочь подготовить кафе.

Стив улыбнулся.

– Дэн классный парень.

– Он кажется милым. Ты много о нем знаешь?

– Только то, что он занимается серфингом. И у него отлично получается. На пляже для серфинга мы все поневоле друг друга знаем, присматриваем друг за другом.

– Это правильно, особенно в такую погоду.

Стив обмотал гирляндой второй столб.

– Что в меню?

Джо перечислила все, что приготовила, и закрепила клематисы на втором столбе.

– Еще будет красное и белое вино плюс пиво, все в холодильнике в кухне. Понятия не имею, что им понравится.

– Лучше предусмотреть все варианты. – Стив протягивал гирлянды через верх, чтобы создать подобие крыши. Так Дэн и Мэдди будут ужинать при свете лампочек, создающих иллюзию звезд. – А как дела у тебя?

Джо скорчила гримасу.

– Ты сейчас о чем?

– Ну, ты же спрашивала меня о моей личной жизни во вторник, когда я зашел тебя навестить. Поэтому я могу задать тот же вопрос. – Стив занялся третьим столбом, Джо следовала за ним с цветами. Она доставала их из упаковки, которую поставила на стол.

– Боюсь, мне нечего сказать. Все очень скучно. – Она воткнула ветку с листьями и прикрепила ее к столбу, а Стив обмотал гирлянду вокруг верхней части столба.

– Как насчет того мужчины, который крутился вокруг кафе летом?

Джо даже не сразу сообразила.

– Должно быть, ты говоришь о Кертисе.

– Интересное имя. Так что, он тобой заинтересовался?

– В общем, да. – Джо улыбнулась, и они перешли к последнему столбу. – Но не так, как ты думаешь. Я была нужна ему для бизнеса, а не для удовольствия. – Джо рассказала все о Корнуолле. – Это хорошее предложение.

– Но ты же нас не бросишь, правда?

– Какое-то время собиралась.

Стив, нагнувшийся, чтобы проверить фонарики внизу, поднял голову и посмотрел на Джо.

– Правда?

– Поначалу я думала, что взвалила на себя слишком много. Ба и Дед запустили счета, и дела в кафе шли не так хорошо, как я надеялась. Но я уделила кафе необходимое внимание, навела порядок в документах, придумала вечера любви, и сейчас бизнес постоянно идет в гору.

– В жизни всегда есть взлеты и падения.

– Полагаю, ты прав.

– Не сбегай. – Он дотронулся до ее руки. – Думаю, я могу от имени всего города сказать, что ты пришлась ко двору. Ты нам нравишься.

– Как мило, что ты сказал мне это. Мне тоже нравится быть здесь. – Джо с улыбкой привязала последний клематис к четвертому столбу. Когда-то она подозревала, что это Стив прислал те загадочные открытки, но это было совершенно не в его духе. Он бы просто высказал ей все лично, как сейчас. И то, что он ей не заинтересовался, было только к лучшему, потому что Джо не хотела портить их дружбу. В школе Тилли дружила с мальчиком по имени Уоррен. В шестом классе он вдруг объявил, что любит ее. После этого их дружба больше не была прежней. Прекратились веселые, полные смеха ланчи и долгие дни на пляже. Все изменилось после этих слов. Постепенно они все больше отдалялись друг от друга. Наконец их пути разошлись, и Тилли ничего не слышала об Уоррене после окончания школы.

Джо отступила назад и полюбовалась работой.

– Спасибо тебе за помощь. Теперь ты можешь уйти, дальше я сама справлюсь.

Стив с улыбкой взял чемоданчик с инструментами.

– Пришло время создавать правильную атмосферу?

– Что-то в этом духе.

– Полагаю, местный мастер на все руки в эту картину не вписывается.

– Думаю, этим двоим нужна вся возможная помощь.

– Завтра с утра пораньше я приду и помогу убрать столбы. Тогда и расскажешь мне о вечере любви. – Стив подмигнул ей и ушел.

Беседка была готова. Джо застелила стол белоснежной скатертью, разложила салфетки, столовые приборы и принесла вазу с розовыми лилиями, чтобы поставить в центре стола. Она включила гирлянды на окнах, на стенах кафе и на беседке. Джо успела вовремя.

В кухне она нарезала на куски длинный багет, чтобы подать его с тушеным мясом. На тарелку положила кубики сливочного масла. Когда она проверила тушеное мясо, оказалось, что прекрасен не только запах. Говядина была нежной, и овощи тоже были готовы.

Не хватало лишь участников третьего свидания вслепую. Джо была счастлива за них, но все же надеялась, что когда-нибудь придет и ее черед закружиться в вихре романтики.

Первым в кафе пришел Дэн. Джо про себя поблагодарила небеса за то, что он пришел и не опоздал. Ничто не действует на будущую подружку хуже, чем опоздание парня на свидание.

– Входи, Дэн. Как дела?

– Нормально.

Джо не ожидала, что ей удастся разговорить парня, которому было чуть за двадцать, особенно когда он нервничал, как в эту минуту. Он был аккуратно причесан, чисто выбрит, вокруг него витал легкий аромат одеколона. Джо как раз пыталась завести с ним разговор, когда за дверью кафе появилась Мэдди.

Дэн получил от Джо высший балл за то, что бросился открывать дверь для Мэдди. Но он сказал только «привет» и больше ничего.

Мэдди ответила тем же, и Джо повела их к столику в беседке.

– Спасибо. – Девушка села, и Дэн занял место напротив нее.

Было такое ощущение, будто они оказались в пафосном ресторане с душной атмосферой, а не в знакомом кафе с хорошей едой. Хотя именно на такое настроение рассчитывала Джо.

– Принести вам что-нибудь выпить? – спросила она. Может быть, это поможет. Алкоголь позволит им расслабиться, а когда Джо отойдет от столика, у них будет время и пространство поговорить.

Но это не сработало. Свидание длилось уже полчаса, но даже вино не помогало. В кухне Джо решила позвонить Стиву.

– Они почти не разговаривают, – прошептала она. Джо позвонила именно ему, решив, что он ближе по возрасту к участникам свидания, чем Молли, к которой она всегда бросалась за советом. И потом, Стив знал Дэна. Они вращались в кругах серферов. – Что мне делать? – Мэдди и Дэн были рады встрече, она увидела это по их лицам, когда они пришли, но наедине им было явно не по себе.

– Я уже иду, – ответил Стив.

– Что ты собираешься сделать?

– Просто дождись меня. Я в пабе, буду в кафе через пятнадцать минут.

Джо закончила разговор и еще раз посмотрела на пару. Она нашла трек из самого романтичного фильма всех времен, и музыка негромко звучала из док-станции. Она принесла им тушеное мясо, которое они с удовольствием ели, и долила в бокалы красное вино. Но и еда, и вино лишь дали им возможность спрятаться, чтобы не говорить о своих чувствах. Мэдди обычно была открытой, разговорчивой, не боялась общаться с незнакомыми людьми. Джо не раз видела это в последние несколько недель. Она болтала с Беном и Чарли. Джо даже слышала, как Мэдди разговаривала с незнакомым мужчиной, рекомендуя, где можно провести время, потому что шел дождь и его дети совершенно промокли. Дэн не стеснялся говорить только со своими приятелями. С виду это был обычный мужчина, высокий, мускулистый, такой же взрослый, как, скажем, Стив. Но стоило с ним заговорить, сразу становилось ясно, что он все еще не уверен в себе, и требовалось время, чтобы его разум догнал физическое развитие.

Джо тихонько прошла через кафе, где в беседке сидели Мэдди и Дэн. Когда появился Стив, она бесшумно открыла дверь и вышла на улицу, чтобы их никто не увидел.

– Стало лучше? – спросил он.

– Я бы так не сказала. На этом свидании почти нет разговоров. Выходит, я плачу за молчание.

Стив усмехнулся.

– Передай это Дэну. – Он протянул ей конверт. – Ты позвонила как раз вовремя. Я только что купил газету. Сделай вид, что сама это увидела. – Джо уловила аромат лосьона после бритья, которым никогда не пахло от Стива, когда он заходил в кафе после серфинга. – Им надо сосредоточиться на чем-то другом, а не друг на друге и на том, как они нервничают. Это поможет, поверь мне.

Джо взяла конверт и прокралась обратно в кафе. Оказавшись в безопасности кухни, она открыла конверт и вытащила вложенный в него лист газеты. Пока Мэдди и Дэн ели тушеное мясо, она прочла его.

Джо вернулась в зал с бутылкой мерло, готовая подойти сразу, как только они доедят главное блюдо. Их пальто лежали на соседнем столике, и Джо надеялась, что натянутая атмосфера исчезнет, когда они снова их наденут и выйдут на улицу. Свидание рисковало ни к чему не привести, и ей этого совершенно не хотелось. И в глубине души она подозревала, что эти двое тоже такого не хотят.

– Еще вина? – Молодые люди кивнули, и она долила вина в оба бокала. – Отдохните немного перед десертом.

– Спасибо, Джо. – Абсолютно прямые белокурые волосы Мэдди, длиной почти до талии, были слегка завиты ради этого дня, а в джинсах и топе в рубчик с воротом-лодочкой, открывавшем хрупкие плечи, она выглядела потрясающе. Понятно, почему Дэну не хватало слов, хотя он и сам выглядел неплохо в джинсах и оксфордской рубашке.

Джо унесла тарелки в кухню. Пришло время сделать так, как ей сказал Стив. Она надеялась, что это сработает.

Вернувшись к их столику, Джо положила статью перед ними обоими.

– Дэн, я только что смотрела газету. Это ты? – Она сделала вид, словно читала газету, пока они ели. Она видела, что газета сегодняшняя, так что план сработал.

Дэн застенчиво кивнул.

– Да, это я.

Джо разгладила страницу со статьей под заголовком «Серфинг в начальной школе Солтхэйвена». Мэдди проглотила приманку и подалась вперед, чтобы самой рассмотреть.

– Когда сделано это фото? – спросила она, глядя на снимок. Дэн стоял на пляже в Солтхэйвене, одной рукой держа доску для серфинга. Гидрокостюм, облепивший его тело, не оставлял простора для воображения.

– Несколько дней назад, – признался парень.

– А это Чарли? Он говорил, что пробовал кататься на серфе. – На лице Мэдди расцвела улыбка, когда она рассматривала фото хорошо ей знакомого маленького мальчика. Чарли стоял рядом со сверстниками, все они были в детских гидрокостюмах, все – с досками для серфинга в руках.

– Я вел урок в начальной школе, – объяснил Дэн. – На прошлой неделе состоялись соревнования, и они надеются следующим летом включить серфинг в программу для всех классов.

– Это замечательно! Понятно, почему газета написала об этом, – воскликнула Мэдди. – Как бы я хотела, чтобы мне было так интересно учиться в начальной школе.

Джо ускользнула, оставив их обсуждать статью. Стив оказался прав на сто процентов. Когда интерес сместился с их свидания на что-то другое, и Мэдди, и Дэн расслабились и оживленно заговорили.

Последней фразой, которую услышала Джо, была шутка Дэна по поводу того, как трудно было уговорить Чарли расстаться с красным пальто. В кухне Джо сразу же отправила сообщение Стиву: «Ты гений!»

Он в ответ прислал смеющуюся мордочку эмодзи и сообщение с советом немедленно выключить ужасную музыку. «Она совершенно убивает страсть, – написал он. – Поставь что-нибудь бодрое, им 21, а не 71!»

Джо принесла высокие стаканы с чизкейком и яблоками в карамели, не забыв деревянные ложки для мороженого, которые она позаимствовала у мороженщика, и оставила Мэдди и Дэна оживленно болтать под ритмичную музыку пятничной радиопрограммы. Она явно нравилась им куда больше, чем любая мелодия из плейлиста в ее телефоне.

Несмотря на не слишком радужное начало, стрела купидона в конце концов нашла путь к цели.

Глава пятая

Утро после вечера любви в кафе было прекрасным. Мягкое осеннее золотистое сияние разливалось по небу, когда Джо готовилась к рабочему дню, выпекая миниатюрные крамблы с грушей в индивидуальных формочках. Она заварила черный чай для Джефа и Вэлери, которым захотелось посидеть на улице и подышать морским воздухом. Джо принесла им пресс-папье с ярким жирафом и еще одно с фиолетовыми и небесно-голубыми горошинами, чтобы прижать их газеты. К тому времени, когда Джо разобралась с другими рецептами, которые она отметила для себя на этот день, на небе собрались рваные облака, готовые пролить все, что в них накопилось, поэтому посетители предпочитали сидеть в зале.

– Что ты делала весь вечер? – поинтересовался Стив, придя разбирать беседку. Он открутил четвертый столб от основания, пока Джо держала его вертикально.

– Я пряталась в кухне. Было очень неловко, пока твой гениальный план не разбил лед.

Стив отнес первый столб в кладовую. Джо уже сняла цветы клематиса. Большинство прекрасно сохранилось, поэтому она расставила их в несколько маленьких ваз и украсила столики, чтобы оживить кафе.

– Они болтали и смеялись не переставая после того, как я принесла им статью, – сказала Джо Стиву.

– Я как раз увидел статью в газете, лежавшей на барной стойке, когда ты в панике позвонила мне. – Стив начал разбирать следующий столб беседки. – Билли говорил об этом и разрешил мне вырвать страницу. Я сказал ему, что это ради благого дела, а он ответил, что уже прочел газету, поэтому она все равно пойдет на растопку камина.

– Что ж, ты спас день. До этого момента я очень переживала за них обоих. Они явно нравятся друг другу, но никак не могли начать разговор. В этом возрасте любовь – трудная штука.

– Любовь трудна в любом возрасте.

Джо свернула гирлянды и убрала их в глубокую коробку, чтобы отнести в кладовую до следующего раза.

– Они ушли, держась за руки, и я сочла это хорошим знаком.

– Знаешь ли, в городе о тебе говорят.

Она свернула последнюю гирлянду.

– Неправда!

– Правда. Эти вечерние свидания становятся легендарными.

– Сомневаюсь. – Она подняла с пола упавший лепесток клематиса.

– Вчера вечером в пабе Джеф встречался с другими членами городского совета по поводу фейерверка. Разговор вскоре перешел на то, что ты здесь делаешь. Разумеется, он твой горячий поклонник. О тебе хорошо думают, Джо. – Стив поднял следующий столб. – Ты особенная.

Радуясь их крепкой дружбе, Джо извинилась и пошла навстречу Мэтту, который привез уже второй ящик с продуктами.

– Тяжелый, – только это он и произнес. Выражение его лица и натянутые сухожилия сказали остальное, поэтому Джо провела его в кладовую, где с каждой секундой становилось все меньше места.

– Ставь сюда. – Когда он опустил ящик с тыквами разных размеров, Джо попыталась было его сдвинуть, но ничего не вышло.

Мэтт у нее за спиной засмеялся.

– Я же сказал тебе, что он тяжелый. – Он сам подвинул ящик. – Еще для нескольких место найдется?

– Некоторое время в кладовой будет тесновато, но с наступлением Хеллоуина все тыквы отправятся по домам к тем, кто вырежет на них рисунок. – Джо улыбнулась. – Поэтому все в порядке.

Вошел Стив, который принес столб, переступил через ящик с тыквами и прислонил столб к дальней стене.

– Помочь тебе с остальными тыквами? – спросила Джо. – Где твой грузовик?

– Припаркован на двойной желтой полосе в начале пирса. Без обид, но я лучше возьму Стива. Физическая сила и все такое.

– Эй! – Джо нахмурилась. – А как же равенство полов?

– Ящики такие же тяжелые, как этот. – Мэтт кивнул в сторону первого ящика.

– Я поняла, – сказала Джо, но тут Стив вызвался помочь Мэтту. – Почему бы вам двоим не принести сюда ящики? А потом, Мэтт, ты переставишь грузовик так, чтобы не нарваться на штраф, вернешься сюда и выпьешь кофе за счет заведения. Капучино?

– Это было бы отлично. – Мэтт и Стив ушли и вдвоем перенесли оставшиеся тыквы за считаные минуты.

– Намечается тыквенная вечеринка, – прокомментировал Мэтт, с наслаждением делая глоток горячего капучино, сваренного Джо. Стив ушел по своим делам. По пирсу он бежал бегом, чтобы остаться относительно сухим под моросящим дождем.

– Я очень жду эту вечеринку, – призналась Джо. – Ба и Дед всегда устраивали большой праздник на Хеллоуин.

– В самом деле? Я думал, что этот праздник недавно пришел к нам из Америки.

– Только не для нас. Дед блестяще владеет искусством резьбы. Он говорил мне, что придет пораньше и выберет себе лучшую тыкву.

– У меня и у самого неплохо получается. Судя по всему, у меня будет соперник.

– Правда?

– Это один из многих моих талантов. – Мэтт вытащил телефон из заднего кармана, несколько раз провел рукой по экрану и показал Джо фото.

– Это ты сделал? – С экрана на нее смотрела оранжевая тыква среднего размера, скорее овальная, чем круглая. На ней было вырезано зловещее лицо, ветки и листья. – Ты же не придешь на вечер резьбы по тыквам, да?

– Отчего же, приду. Я приведу Поппи.

– И останешься? – с надеждой спросила Джо.

– Зачем?

Его подозрения были верны.

– Было бы здорово иметь под рукой профессионала, чтобы тот давал советы.

– Буду счастлив помочь. Какие инструменты у тебя есть?

Она провела Мэтта в кухню и показала то, что намеревалась использовать.

– Я не хочу давать большие ножи. Придут в основном дети, поэтому мне не нужны никакие несчастные случаи.

– Да уж, порезанный палец на тыквенной вечеринке – это чересчур. – Он улыбнулся. – Я тебе вот что скажу. Эти ложки и маленькие ножи подойдут, но я принесу еще несколько трафаретов. У тебя есть пергамент для выпечки?

Джо выдвинула ящик и продемонстрировала рулон промышленных размеров.

– Полно.

– Отлично. Мы сможем перенести трафареты на пергаментную бумагу, а потом дети смогут ими воспользоваться. Мы постараемся сделать дизайн максимально простым.

– Фантастика! – Джо улыбнулась. – Ты мой сообщник на Хеллоуин.

– Должен ли я надеть костюм?

– Я об этом не думала, но, считаю, нам следовало бы это сделать.

– Определенно.

Джо нравилось управлять собственным бизнесом, но иногда было приятно заняться чем-то новым с кем-то другим. Кладовая была полна ярких оранжевых тыкв. Благодаря постерам многие записались на тыквенную вечеринку. О ней много говорили, и от этого Джо чувствовала еще большее возбуждение.

– У нас не так много времени, чтобы все организовать.

– У Анны остались костюмы с прошлого года. Я пришлю фото и позже завезу кое-что, если тебя это заинтересует. На вид вы одного с ней размера.

Джо стало немного неловко под его пристальным взглядом, но она согласилась. Мэтт ушел, а Джо переключила свое внимание на Хильду, заказавшую чайник чая в ожидании Энджи. К тому времени, когда обе женщины устроились за столиком в углу, наслаждаясь знаменитыми брауни Молли, которые Джо забрала у бабушки с утра пораньше, она уже готовила, подавала и убирала. У нее в груди все пело от радости работы, для которой, по ее собственным ощущениям, она была рождена.

Энджи и Хильда играли в шахматы, и Джо время от времени приносила им свежий чай. Пришли Бен и Чарли. Они приходили сюда по утрам каждую субботу. С того времени, как Джо начала подозревать, что автором таинственных открыток был Бен, она то испытывала неловкость, то смеялась над собой из-за таких мыслей. Джо попыталась взглянуть на Бена глазами одинокой женщины, но, как и в случае со Стивом, она не могла отказаться от их крепкой дружбы, которой они рисковали, если что-то изменилось бы.

Этим утром Чарли положил глаз на брауни. Дать ему одно печенье было единственным способом прекратить поток его вопросов о тыквах: сколько у нее тыкв? Насколько они большие? Трудно ли вырезать на них лицо?

– Что мы будем делать с внутренностями? – спросил он, когда Бен протянул ему салфетку, чтобы он вытер шоколад с подбородка. – Не думаю, что мама захочет брать их. А я бы взял.

– А что, если ты сам вынешь ложкой внутренности тыквы, потом мы их положим в миску, и я приготовлю из них суп или песто? – Джо вытерла соседний столик и быстренько провела тряпкой по пресс-папье с жирафом, которое побывало на улице.

– Мне нужна будет пила? – спросил Чарли.

Джо и Бен переглянулись.

– У тебя будут инструменты, но тебе хватит ножа.

Чарли был явно разочарован. Он встал и побежал за карандашами и бумагой, чтобы нарисовать дизайн своей тыквы.

– Слава богу, что ты не собираешься дать ему пилу, – сказал Бен, – иначе тут была бы резня бензопилой. Ты же видела, как он разделался с брауни, крошки были всюду.

– Здесь будет совершенно безопасно. Как у него дела с чтением? – Джо поспешила спросить об этом, пока Чарли не вернулся за столик.

– В общем-то неплохо. Поговорив с тобой, я попытался придумать какой-то выход. Лорна нашла в книжном магазине книжки о Капитане Подштаннике. Кажется, они ему понравились. Думаю, помогают шутки о ноздрях, вонючках, подштанниках и унитазах-убийцах.

– А, юмор для мальчиков. – Джо улыбнулась вернувшемуся Чарли.

Дела в кафе прибавлялись с каждой секундой. Джо принесла Винсу и Питеру латте и две порции салата с пастой, фетой, оливками и вяленными на солнце помидорами. Она то беседовала о тыквах и вычищении из них мякоти, то о том, как непросто ездить на велосипеде под дождем и ветром. Энджи и Хильда все утро увлеченно играли в шахматы, черпая силы в чае, который неустанно подносила Джо. Судя по всему, уходить они не собирались, так как заказали киш с беконом и сыром на ланч. В других кафе, возможно, предпочитали, чтобы посетители быстро уходили, но Джо нравилось, когда завсегдатаи сидели здесь подолгу, напоминая ей, насколько своей она стала в Солтхэйвен-он-Си; впрочем, и новые лица нравились ей не меньше.

После наплыва посетителей во время ланча телефон Джо пискнул. Она достала его, чтобы посмотреть фото, которые обещал прислать Мэтт. На первом был костюм Женщины-Кошки – облегающий черный комбинезон в комплекте с маской. Джо сомневалась, что она сумеет втиснуться в этот наряд. На следующем фото был костюм скелета, под которым было пояснение Мэтта: это женский вариант, он сам наденет мужской вариант, и, возможно, Джо захочет соответствовать ему. На третьем был полосатый костюм каторжника, на четвертом Анна предстала в костюме зомби. Ее лицо было выкрашено белой краской, глаза были черными, пятна красной краски изображали кровь. На последнем фото опять-таки была Анна, но на этот раз в костюме ведьмы с очень короткой юбкой.

Джо унесла пустые тарелки Хильды и Энджи. Хильда сосредоточилась на доске, обдумывая следующий ход. Поставив тарелки в посудомоечную машину, Джо набрала номер Мэтта, чтобы поблагодарить его.

– Я не помешала? – спросила Джо.

– Нет. Я наблюдаю, как люди выбирают тыквы, и слежу, чтобы никто не ушел не заплатив. Никогда не знаешь, не захочет ли кто-то унести одну тыкву под джемпером.

– Ну, твои тыквы не так легко украсть. – Она рассмеялась.

– Что ты надумала насчет костюма?

– Думаю, мне все-таки не стоит надевать костюм зомби.

– Согласен. Мы же не хотим, чтобы детишек потом мучили ночные кошмары, верно? У меня есть маска для костюма скелета, но мы посмотрим, как отреагируют маленькие дети на тыквенной вечеринке. Возможно, мне придется ее снять!

– Не думаю, что я влезу в костюм Женщины-Кошки, поэтому я думала о костюме ведьмы.

– Не слышу уверенности в твоем голосе.

Джо замялась, но Мэтт был другом, поэтому она могла это сказать.

– Костюм кажется мне несколько рискованным для вечера в кафе. Юбка слишком короткая.

На этот раз засмеялся Мэтт.

– Анна надевала этот костюм на вечеринку для взрослых в прошлом году, но я знаю, что она ушла из дома в чулках в красную и белую полоску. Я оставался с Поппи и помню, как сестра вернулась домой, жалуясь на жару на вечеринке. Она призналась, что ей пришлось снять чулки, чтобы не упасть в обморок. Она всегда любила поражать воображение.

– А чулки у нее сохранились?

– Я могу отправить ей сообщение и спросить.

– Это было бы замечательно. А потом мог бы ты сделать мне одолжение и привезти костюм сегодня попозже или завтра утром?

– Конечно же, могу. Я завезу его тебе утром. Но если чулок у Анны не окажется, ты все равно возьмешь костюм?

– Я собираюсь проявить храбрость и скажу «да». Уверена, что у меня найдутся черные колготки. – Она носила колготки в бытность учительницей, но после приезда в Солтхэйвен могла обойтись и без них, потому что каждый день ходила в джинсах.

– Черные колготки? Какая тоска!

Звякнул колокольчик над дверью кафе.

– Спасибо, Мэтт. У меня новый посетитель, я пойду, пожалуй.

Костюм ей подойдет, она не сомневалась, что он будет по фигуре. И Мэтт был прав, ей не стоит надевать черные колготки, лучше поискать что-нибудь повеселее.

Джо обслужила посетителя, а затем принялась наводить порядок в кафе. Она отнесла освободившиеся чашки и тарелки в кухню, забрала перепачканный джемом нож, оставшийся на столике, подобрала салфетку с пола около столика у окна. На оконном стекле остались следы от липких пальцев, поэтому Джо взяла тряпку, намочила ее в горячей воде и вернулась со средством для мытья стекол, чтобы стереть их. Она с улыбкой слушала, как болтают Хильда и Энджи, не сводя глаз с шахматной доски. Они обдумывали следующие ходы и были в своем маленьком мирке. Хильда говорила на шахматном языке – что-то о ладьях и пешках – и вспоминала, как однажды поставила шах и мат брату, впервые выиграв партию в шахматы. Но внезапно их разговор вынудил Джо замереть на месте.

– Надеюсь, Саша знает, что делает. – Это сказала Энджи. – Молли и Артур моложе не становятся. Она пожалеет, если не восстановит с ними отношения.

Джо было грустно слышать, что другие люди в курсе неурядиц в их семье. Ее печалило и то, что эти отношения, казалось, уже никак не исправить. Она вытерла оконную раму, стараясь держаться в проеме окна, чтобы женщины не подумали, будто она подслушивает.

– А как она может это сделать? – спросила Хиль-да. – Ей стыдно за то, что случилось. И судя по тому, что мне сказала Молли, им тоже стыдно.

Джо застыла. Они знали не только суть проблемы. Эти, в сущности, посторонние люди знали больше подробностей, чем сама Джо.

– Молли и Артур – столпы нашей общины, – снова раздался голос Энджи. – Для меня нет ничего удивительного в том, что их пути разошлись после того, как она поступила с тем мужчиной.

Джо не могла так это оставить, поэтому она вышла в зал, чтобы женщины ее увидели. Первой голову от шахматной доски подняла Хильда.

– Джо! – У Хильды был такой вид, как будто ее поймали за кражей денег из кассы.

– О каком мужчине вы говорите? – Джо вертела в руках тряпку. Обе женщины мгновенно опустили глаза и стали разглядывать вырезанные вручную шахматные фигуры, которые были неотъемлемой частью этого кафе почти столько же времени, сколько им заправляла семья Джо. – Вы говорите о моем отце?

Хильда закусила нижнюю губу.

– Не нам говорить об этом, дорогая. Нам следовало бы держать рот на замке.

Зазвенел колокольчик на двери, появилась Мэдди с подружкой. Джо очень хотелось спросить ее, как прошло свидание с Дэном. Но как она могла это сделать, если в ее голове все время вертелось то, что она услышала? Она обслужила девушек, одним глазом косясь на Хильду и Энджи, чтобы убедиться в том, что они не попытались сбежать. Как только Джо увидела, что они складывают шахматные фигуры, она снова подошла к их столику.

– Тебе нужно поговорить с Молли и Артуром. – Голос Энджи прозвучал очень мягко, когда она предвосхитила требование Джо предоставить ей больше информации.

– Вы думаете, я не пыталась?

– Они гордые люди, Джо.

– А мама их опозорила, это вы пытаетесь сказать?

Хильда посмотрела на Энджи и положила руку на локоть подруги.

– Иди без меня. Я собираюсь поговорить с девочкой. Пришла пора ей узнать правду.

Энджи покачала головой.

– Молли и Артуру не понравится твое вмешательство.

– Кто-то должен это сделать. – Хильда снова села, Джо выдвинула стул напротив. – Я помню тебя совсем маленькой, – начала Хильда.

– Мне нравилось в магазине игрушек. Я все время туда заходила. – Джо нахмурилась. – Но мама никогда меня туда не водила. Это всегда делали бабушка и дед. Не знаю, возможно, мама считала игрушки напрасной тратой денег.

Хильда никак не отреагировала на реплику Джо.

– Твоя мама связалась с плохой компанией и плохим парнем.

– Я все это знаю. Мне не раз говорили, что мой отец был пустым местом.

– Если бы только это.

– Так расскажите мне.

– Думаю, мне потребуется очень крепкий черный кофе. – Хильда сцепила руки на коленях, ей не сиделось на месте. Джо поняла, что необходимо сварить ей кофе, если она хочет услышать ответы.

Пока кофемашина фыркала и журчала, наливая темную жидкость в кружку, Джо наблюдала за Хильдой. Ей явно не хотелось быть тем человеком, который скажет Джо правду, рискуя навлечь на себя гнев Молли и Артура. Она была доброй женщиной, и Джо хотелось, чтобы она все вспомнила. От ее швейцарского акцента, приятного и мелодичного в отличие от говора местных жителей, почему-то становилось уютно. В детстве Джо собирала карманные деньги, чтобы пойти в магазин игрушек. И ее мама не могла считать все игрушки пустой тратой денег, потому что ей нравилось приходить домой с работы в миниатюрное кафе Джо, где та кормила ее мороженым из мороженицы «Мистер Фрости».

Джо принесла Хильде кофе, та взяла кружку, подула на жидкость.

– Твой отец Алан был красивый дьявол, – заговорила Хильда. Она явно начала с хорошего. – Он был очень внимателен к Саше. И думаю, нам всем хотелось, чтобы мы в нем ошибались. Вскоре стало понятно, что она буквально поклоняется ему, настолько она была готова ему услужить. – Хильда сделала глоток горячего кофе, температура которого почти не снизилась, ведь молоко в него не добавили. – У него была татуировка на руке ближе к плечу, и твоя мама тоже сделала себе татуировку.

– Крошечный дельфин на левой икре, – вспомнила Джо.

– Молли и Артур были в ярости, но они ничего не говорили. Казалось, что они ходят по тонкому льду. Каждый раз, когда твоя мама делала что-то, выходящее за рамки общепринятого, они боялись, что она сбежит. Твой отец умел манипулировать людьми, и это их совершенно не устраивало. Однажды я слышала, как они спорили в кафе, но твоя мама не хотела слышать о нем ничего плохого. Саша обвинила твоих деда и бабушку в том, что они жаждут идеала. И то, что они прожили свою жизнь определенным образом, не означало, что все остальные живут неправильно.

– Очень похоже на маму. Так как же отношения моей мамы с неподходящим, по мнению ее родителей, мужчиной привели к вражде, которая воздвигла между ними стену?

Когда вошел посетитель, у Хильды явно отлегло от сердца. Но Джо быстро обслужила его, тем более что мужчина хотел только два чая навынос и определенно не собирался задерживаться. Вернувшись к Хильде, она попросила ее продолжать.

– Твоя мама возвращалась домой очень поздно. Вся молодежь так делала, но с ней все было по-другому. Во-первых, твоя мама была беременна тобой. И во-вторых, у твоего отца было много друзей старше, чем Саша. Я не думаю, что твоя мама употребляла наркотики, но я знаю, что некоторые молодые люди из ее компании этим увлекались. Возможно, даже твой отец.

– Мама всегда говорила мне, что он был плохим парнем, – сказала Джо.

Две молодые мамы, достаточно отважные, чтобы вывезти на прогулку своих малышей, вошли в кафе. Они оставили коляски возле входной двери, и Джо заверила их, что им незачем беспокоиться из-за того, что с них стекают капли дождя, образуя лужу на полу.

– У меня в шкафу достаточно старых полотенец, – сказала она им, провожая к столику, максимально удаленному от столика Хильды. Джо приняла у них заказ. Ей не терпелось вернуться к прерванному разговору.

Джо посмотрела на мам, болтавших за чашкой горячего шоколада и шоколадными брауни. Они решили не обращать внимания на калории в такую жуткую погоду, накрывшую пирс. Джо снова подсела к Хильде.

– Я хочу знать, насколько плохим был мой отец, – сказала она. – Я слишком долго не могла выяснить правду.

Хильда заговорила негромко.

– Многие в нашем городе подозревали, что это Алан стоит за серией краж и актов вандализма. Однажды взломали кафе-мороженое и унесли всю выручку. На магазине сладостей появились граффити. Ругательства, которые на следующее утро увидели дети. В школу тоже проникли, правда, ничего не взяли, потому что появился сторож и спугнул тех, кто это сделал. Полиция взяла на заметку Алана и его дружков, но так ничего и не смогла доказать.

– Может быть, это был не он?

Хильда поерзала на стуле.

– Мы поймали твоего отца за руку в моем магазине игрушек.

У Джо приоткрылся рот.

– Мне так жаль, Хильда.

– Не стоит, дорогая. – Она накрыла пальцы Джо своей рукой. – Ты за него не в ответе.

– И что же случилось? Вы сдали его в полицию?

– Твоя мама была с ним.

Джо стояла возле столика на тот случай, если посетителям еще что-то понадобится, но, услышав эти слова, она рухнула на стул рядом с Хильдой.

– Мама была преступницей?

– Именно она распылила краску на окна моего магазина. Саша была пьяна, может быть, даже под действием наркотиков. Была чем-то накачана по самую макушку. Когда я ее поймала за этим занятием, она не попыталась убежать, а просто застыла на месте.

– Ее арестовали?

– Я сказала Алану, что все записано на камеру. Но если он уберется из жизни Саши, то я ничего предпринимать не буду. Я была вне себя от ярости. Она носила под сердцем крошечное существо – тебя – и подвергала его бог знает каким рискам. И я понимала, что это он заставил ее пойти на преступление. Невооруженным глазом было видно, что она ему поклоняется.

Как ее мама могла совершить нечто подобное? Как она могла совершить преступление, принимать наркотики или алкоголь, особенно будучи беременной?

– Как она могла? – Ее голос прозвучал еле слышно, Джо недоверчиво покачала головой.

– Как я уже говорила, Алан был очарователен, умел убеждать, а твоя мама была уязвима. Кто знает, что он говорил ей, когда они были вместе, как он заставил ее смотреть на мир его глазами? Я отпустила его не ради него самого, а ради твоей мамы. Он мог бы сгнить в тюрьме, и мне было бы все равно. На самом деле, если быть до конца честной, я сделала это не ради Саши. Я поступила так ради Молли и Артура. Они прошли через все муки ада, пытаясь удержать дочь подальше от этого человека, выносили ее гнев, когда они осмеливались высказать свое мнение.

– По вашим словам выходит, что мама была чудовищем.

– Разумеется, она им не была. Саша просто попала в дурную компанию, только и всего. И я видела, что происходит с твоими дедом и бабушкой.

– И что же было дальше?

– Полагаю, твоя мама немного протрезвела и ждала, что Алан будет сражаться за нее, настаивать, что они всегда будут вместе. Думаю, то, что он с такой готовностью согласился на мое предложение, причинило ей боль и поразило больше, чем мы думали. Ее иллюзии по поводу розового будущего с ним и с тобой разбились вдребезги. Ему позволили избежать тюрьмы, и он этим воспользовался, не подумав ни о своей женщине, ни о своем ребенке.

Джо никогда не была высокого мнения о своем отце, но та капля уважения, которая была в ее душе, мгновенно испарилась. Ее волновали только мама, дед и бабушка, чьи жизни он, не раздумывая, сломал.

– Простите, мне нужно спросить, не хотят ли они чего-нибудь еще. – Джо жестом указала на мам с малышами, но на самом деле ей просто нужно было уйти на какое-то время, унять бешено бившееся сердце, справиться с шоком от того, что она услышала.

Мамы попросили подогреть бутылочки, и Джо, радуясь новому занятию, ушла в кухню, чтобы разобраться со своими чувствами. Одно дело, если отец просто ушел из ее жизни, но совсем другое, если он поступил как трус, что было намного хуже.

– Никто мне ничего об этом не говорил, – призналась Джо Хильде, снова садясь к ней за столик. – Моя мама могла оказаться в тюрьме, если бы не вы. – У нее из глаз брызнули слезы, и она почувствовала, как Хильда обнимает ее. – Спасибо вам. Спасибо, что вы заботитесь о нас.

Хильда протянула ей бумажный носовой платок.

– Эй, именно этим мы и занимаемся в нашем городе, а ты теперь его часть. Вопрос в другом: сможем ли мы когда-нибудь уговорить твою маму вернуться?

Джо вытерла слезы.

– Мама когда-нибудь говорила с вами о том, что случилось?

– Никогда. С того дня Саша меня избегала и в магазине, и на улице. Где бы я ни появлялась, она старалась побыстрее уйти.

– И что же случилось после того, как мой отец сбежал?

– Он ушел, даже не попрощавшись с твоей матерью. Я отвела ее в дом Молли и Артура. Я думала, что, возможно, они сумеют ее вразумить.

– Но у них это не получилось?

– Я больше ничего не знаю, Джо. Скажу только одно. На другой день Молли и Артур пришли ко мне. Они закрыли кафе и помогли мне навести порядок в магазине. Мы оттерли витрины. А когда люди, проходившие мимо, проклинали тех, кто все это натворил, и говорили, что бы они сделали, если бы поймали виновников, никто из нас не произнес ни слова.

Джо почти обрадовалась, когда колокольчик на двери снова звякнул, но ее радость погасла, когда она увидела Молли и Артура. Это Хильда подошла к ним и проводила к столику, за которым сидела Джо.

– Почему бы тебе не заварить для нас большой чайник чая? – предложила она.

– Что происходит? – Артур даже пальто не снял, а Молли уже засуетилась вокруг него, настаивая на том, чтобы он положил ногу на соседний стул.

У Джо гулко забилось сердце, когда она поняла, что момент настал. Правда вышла наружу, а ее дед и бабушка понятия не имели, что их ждет. Она принесла чайник с чаем на столик, поставила три чашки без блюдец. Хильда похлопала Джо по руке, а потом обняла на прощание.

– Что случилось у Хильды? – От взгляда Молли не укрылось ее поведение. Две мамы были слишком заняты тем, что усаживали малышей в коляски и возились с накидками от дождя, чтобы обращать внимание на происходящее в кафе.

– У Хильды все в порядке, Ба. – Джо разлила чай по чашкам и принесла маленький кувшинчик с молоком и контейнер с кусковым сахаром, если кто-то вдруг захочет. Она предполагала, что Артур не сможет обойтись без сахара, когда выяснит, что внучке известна их семейная история. – Но вам следует знать: она только что все мне рассказала.

Молли налила молоко в чай.

– О чем? – Она предложила молоко Артуру, до которого, судя по всему, правда дошла раньше, чем до жены. Он лишь взял руку жены, чтобы она перестала возиться с чаем, который никому из них не был нужен. И этого хватило, чтобы Молли все поняла.

Она покачала головой.

– Итак, ты знаешь.

– Вы могли сами мне рассказать, – сказала Джо.

– И кому от этого стало бы лучше? – Лицо Артура было олицетворением боли, той боли, которую много лет назад причинила ему мать Джо, их дочь. Возможно, он сам усиливал эту боль.

– Но я все равно не понимаю, почему вы хранили секрет, который, как я понимаю, знает почти весь город?

– Говори тише, – сказала Молли. Она и Артур посмотрели по сторонам. В кафе не было ни одного посетителя, но старики, казалось, боялись, что у стен вдруг появились уши. – И это неправда. Хильда не сплетничает об этом со всеми. Только наши близкие друзья знают, что произошло.

Джо встала. Она внезапно все поняла.

– Ясно. Не могу понять, как я не увидела этого раньше.

– Чего ты не увидела? – Артур отодвинул от себя чашку с чаем, как будто один только вид напитка был ему отвратителен.

– Вы оба молчите, потому что вам было стыдно! Это не имеет никакого отношения к тому, что правда могла сделать с мамой.

– Мы разобрались с этим, – сказал Артур, обхватив голову руками. – Все в прошлом.

– Но я готова поспорить, что вы так и не дали ей забыть об этом! – сердито выпалила Джо.

– Не кричи на деда, Джо! – Молли коснулась руки мужа. – Нам стало очень трудно доверять твоей маме после того, что случилось в магазине Хильды.

– Знаете, она никогда не чувствовала себя прощенной. – Джо понизила голос, потому что с трудом сдерживалась от крика. – Она совершила ошибку, и эта ошибка навсегда изменила ваше мнение о ней. И вы об этом знаете.

Артур промокнул лоб салфеткой.

– Мы не просили ее уехать из Солтхэйвена. Мы никогда не хотели, чтобы она так поступила.

Джо посмотрела на деда и вспомнила, что он выглядел точно так же, когда оказался в больнице. Ей не хотелось, чтобы этим кончилось, и не важно, что он сделал и чего не сделал. Джо снова села.

– Вы пытались не дать ей уехать?

– Твой дед умолял ее не уезжать. – Глаза Молли просили внучку выслушать.

– Это правда? – Джо посмотрела на деда, маленького и хрупкого.

– Она моя дочь. – Артур откашлялся, будто пытаясь отпугнуть собственные страхи. – Но все зашло слишком далеко, и Саша отказалась меня слушать. Она приняла решение, и на этом все.

Джо ничего не сказала, но она догадывалась, что они оба были настолько упрямы, что возможности для переговоров практически не было.

Молли, довольная тем, что муж достаточно успокоился и ему не грозит головокружение, повернулась к Джо.

– Когда твой отец ушел, мы хотели только, чтобы твоя мама сохранила свою работу, не подвергала риску тебя и прекратила общаться с людьми, которые были такими же, как Алан.

– Ты хочешь сказать, что она отказалась расстаться со своими друзьями?

– Отказалась наотрез. – Молли грустно улыбнулась. – Ты же знаешь маму. Она волевая, сильная, она из тех, кто привык переживать все в одиночку. Алан разбил ей сердце, и Саша сбилась с пути. Мы хотели помочь ей, но мы не были ей нужны.

– Она хорошая мама, – сказал Дед, удивив Джо этими словами. – Но однажды вечером, когда ты еще не умела ходить, у нас появилось подозрение, что Саша замешана в череде последних краж со взломом в городе. Она не могла сказать, где была во время этих краж, и все указывало на то, что она виновна. Боюсь, мы сделали неверный вывод, и Саша так и не простила нас за то, что мы в ней усомнились.

Джо покачала головой, обхватив ее руками.

– Я вижу ситуацию с обеих сторон. Я могу понять, насколько ее разозлило то, что вы такого плохого о ней мнения. Но я понимаю и вас. Ведь все выглядело так, будто история повторилась. Я помню тот вечер, когда вы сильно поссорились и Дед сказал маме, что не хочет, чтобы я стала такой же, как она.

У Артура приоткрылся рот.

– Ты это слышала?

– До недавнего времени я старалась об этом не думать, блокировала это воспоминание. Мне было стыдно, что я так напилась в тот вечер, и я пришла в ужас от той ненависти, которую я почувствовала в нашей семье.

– Я сожалею об этих словах, Джо. Я бы взял их назад, если бы смог. Но ты была права.

– Насчет чего?

– Нам действительно было стыдно. – Джо увидела, как Артур взял Молли за руку. – Эта община – все для нас. Здесь мы хотим прожить остаток наших дней, и поддержка и уважение этого города очень много значат для нас с Молли.

Джо обняла его.

– Я люблю тебя, Дед. И я люблю тебя, Ба. Но маму я тоже люблю.

– Мы ее тоже любим, детка, – сказала Молли.

– Солтхэйвен всегда был слишком мал для нее, Джо, – продолжал Артур. – Ей нужны были приключения, и вот теперь она нашла их в Испании. И я думаю… Я надеюсь… что она счастлива.

Он, казалось, смирился с этим. У них была Джо, они регулярно общались с двумя своими внуками, но у них не было Саши. Их семья уже не могла стать такой полной, какой была когда-то.

Но Джо не собиралась так легко сдаваться.

Она заверила деда и бабушку, что она в полном порядке, и проводила их из кафе. Старики пошли по пирсу под гигантским зонтом цвета мяты, и Джо поняла, что ей пора действовать.

Она взяла телефон и набрала номер Саши, готовая слегка отступить от правды.

Или, если быть совершенно честной, она собиралась солгать.

Глава шестая

В день Хеллоуина Джо с помощью Стива установила в зале беседку, украсила ее паутиной, пластмассовыми пауками и гирляндами с лампочками в виде черепов. Она поставила в зале несколько маленьких надгробий с паутиной и оранжевым пауком. По стенам она развесила гирлянды. Каждый стол накрыла оранжевой скатертью. Она даже нашла пластмассовый черный котел в магазине игрушек Хильды и наполнила его сладостями, чтобы раздать их в конце вечера. Джо и Стив перенесли тыквы из кладовой на стол в беседке. Все было готово к вечеру резьбы по тыквам, который должен был начаться через полчаса.

Когда в кафе пришли Молли и Артур, Джо обрадовалась, увидев, что они улыбаются. Казалось, они испытывают облегчение оттого, что все вышло наружу, хотя пропасть между ними и их дочерью пока преодолеть не удалось. Джо не представляла, как они отреагируют, узнав, что она солгала Саше, пытаясь сдвинуть ситуацию с мертвой точки. Она не знала, получится ли вообще что-нибудь, потому что Саша уперлась, впрочем, как всегда. Но Джо поняла, что известие об ухудшении здоровья Артура потрясло ее маму. Возможно, она все-таки соберется приехать и они смогут во всем разобраться раз и навсегда.

– Джо, как же ты замечательно все устроила! – воскликнула Молли, наслаждаясь ромашковым чаем из бумажного стаканчика с черными и фиолетовыми цветами и изображением скелета. Джо купила такие же тарелки, чтобы подавать на них угощение в честь Хеллоуина.

Молли взяла Артура за руку, и они отправились в кухню, пока Джо развешивала паутину на окнах.

– Куда это вы?

– Не входи, мы будем переодеваться, – откликнулась Молли.

– Вы наденете костюмы? – Джо спрыгнула со стула, на котором она стояла, и передвинула его к другому окну. – И кем вы будете? – крикнула она им вслед, но ответа не получила.

Джо посмотрела на часы. Ей тоже нужно было переодеться, если она хотела появиться в костюме перед гостями. Она не успела надеть костюм, так как была слишком занята украшением кафе и приготовлением закусок: ярко-зеленого попкорна, лакричных палочек, яиц с пряностями, посыпанными паприкой и украшенными перьями шнитт-лука, которые она воткнула в яичную смесь, чтобы получилось подобие тыквы с хвостиком, а также арбуза, на котором она вырезала физиономию вампира с торчащими изо рта ломтиками дыни и ананаса.

– Та-дамм! – раздался голос Молли.

Джо повернулась и увидела не Молли и Артура, а моряка Попая и его подругу Олив Ойл.

Молли собрала волосы в низкий пучок и надела красную рубашку с белыми кружевными манжетами, черную юбку с желтой отделкой и коричневые угги с белой меховой опушкой. Дед был в джинсах с желтым ремнем и черной матроске с красным воротником и золотыми пуговицами. На руки он надел фальшивые загорелые предплечья, на каждом из которых был якорь.

– Вот это да! Вы выглядите потрясающе! Я даже подумать не могла, что вы наденете костюмы!

– Чтобы мы пропустили все веселье? – Дед напряг бицепсы. – Ни в коем случае, правда, Молли?

Та подмигнула мужу и подтолкнула Джо к кухне, чтобы она тоже переоделась.

Вдали от внимательных глаз Джо достала сумку с костюмом, который ей привез Мэтт. К счастью, Анна нашла чулки в красную и белую полоску. Они были куда лучше, чем черные колготки. Джо распустила волосы, надела платье с многослойной тюлевой юбкой, черные перчатки с раструбами, остроконечную черную шляпу и, наконец, чулки. На фото Анна была в туфлях на высоких каблуках. Джо выбрала такие же туфли – ведь на то и вечеринка.

– Ну разве она не красавица! – Артур оценил костюм внучки, когда она вышла в зал и покружилась перед ними.

Джо не удалось долго посмеяться с бабушкой и дедом, вспоминая детство, когда она одевалась и в костюм феи-крестной, и в костюм Франкенштейна. Прибыли первые гости.

Пришла пора начинать вечеринку, забыть, что она солгала матери, и просто наслаждаться компанией деда и бабушки.

Кафе наполнилось смехом, разговорами и музыкой из плей-листа, который Джо накануне вечером составила на своем айфоне. Уже прозвучали Somebody’s Watching Me, I Put a Spell on You и Monster Mash, а теперь посетители всех возрастов прыгали под Time Wrap. Дед едва усидел на месте, закончив вырезать свою роскошную тыкву с ведьмой и котлом. Они с Молли просто покачивались в такт мелодии. Поппи и Чарли, оба одетые привидениями в огромных белых простынях, увлеченные вырезанием, отложили инструменты и, хихикая, пустились в пляс по кафе. Чарли начал показывать забавные движения брейк-данса на полу, пока Бен не остановил его, сказав, что это опасно, так как всюду разложены ножи и другие инструменты.

– Костюм идеально подошел, – сказала Джо Мэтту, когда он снял маску скелета, чтобы подышать. Дети его совершенно не испугались, но их напугал Билли из паба, который явился в костюме сумасшедшего клоуна. От него дети прятались под столами. Он быстро снял маску, чтобы его все увидели. А потом настоял на том, чтобы Джо угостила всех волшебными бейглами, которые она сделала из половинок бейглов с томатной пастой и моцареллой в виде привидений. После этого удалось восстановить подобие порядка. Вскоре Билли объявил, что картежники в пабе скорее оценят его костюм, и отправился обратно в «Герб Солтхэйвена», чтобы подавать коктейли в честь Хеллоуина всем желающим.

– Я рад, что он тебе понравился, – сказал Мэтт, – и чулки отлично смотрятся. – Он обвел взглядом ее ноги от кончиков пальцев до юбки.

Поппи потянула дядю за руку.

– Дядя Мэтт, можно нам взять фрукты?

Он улыбнулся и указал на Джо.

– Ты спрашиваешь не того человека. За еду отвечает ведьма, ты же помнишь.

– Я сейчас принесу тебе миску с фруктами. Чарли тоже хочет?

– Да, пожалуйста. – Поппи убежала обратно к своему приятелю.

– Они, должно быть, хотят пить после танцев, – заметил Мэтт.

Джо вытащила ложкой мякоть из дыни и ананаса – она уже сняла черные перчатки с раструбами, в которых было непросто готовить еду и соблюдать правила гигиены – и отнесла тарелки Поппи и Чарли, но только после того, как Мэтт поправил у нее на голове остроконечную шляпу.

– Она живет своей жизнью. – Джо нахмурилась.

За столиком Бена она проверила, как идет резьба по тыквам. Мэтт в той же степени, что и она, руководил мероприятием. Дети и взрослые отлично проводили время, и на тыквах под их руками появлялись потрясающие рисунки.

– Впечатляюще. – Она посмотрела, как Бен трудится над ярко-оранжевой тыквой, на которой он вырезал дьявольские глаза и зашитый нитками рот. – Куда ты собираешься ее поставить?

– На переднее крыльцо, как только мы придем домой. И я вооружился совершенно нездоровыми запасами шоколада и сладостей для тех, кто будет играть в игру «кошелек или жизнь». – Из Бена получился великолепный Фред Флинстоун в оранжевой тунике с черными пятнами. Его персонаж, мгновенно узнаваемый, практически не нуждался в пластиковой дубине пещерного человека, но Бен все равно принес ее с собой.

Джо смотрела, как Лорна помогает Чарли. Он почти вырезал на своей тыкве слово «Бу-у!», потом потерял к ней интерес, увлекшись Поппи и танцами. Но теперь он снова сидел рядом с мамой. Джо гадала, смогут ли Бен и Лорна когда-нибудь разобраться в своих отношениях и снова попробовать жить вместе. Джо сама была ребенком матери-одиночки, и она долгие годы не знала другой жизни, пока не появился Стюарт, ее отчим. Чарли в отличие от нее виделся с обоими родителями, и, вероятно, в его голове тучей роились мысли о том, почему его родители не могут быть вместе, особенно если им приятно в обществе друг друга. Из Лорны вышла замечательная Уилма Флинстоун под стать Фреду.

Джо угощала гостей специальным блюдом в честь Хеллоуина. Это были страшные жуки, которых она создала из роллов с колбасой: отрезала кончики, чтобы видно было мясо, добавила два желтых глаза из сладкой горчицы, не забыла и тонкие ножки из хлебных палочек. Она предлагала гостям толстые черные палочки лакрицы, пригоршни зеленого попкорна, испеченные Молли шоколадные капкейки в виде могил с надгробиями из ирисок-тоффи, яйца с пряностями, изрыгающую фрукты дыню и капкейки с ярко-красной глазурью, которые испек Артур.

Мелисса и Джесс пришли предложить свою помощь. Они не стали надевать костюмы, ограничившись ободками с дьявольскими рожками.

– Не могу поверить, что вы предпочли пойти в паб, вместо того чтобы остаться здесь, – рассмеялась Джо, когда они сказали, что идут посмотреть на происходящее в городе. Но она выпроводила их, когда они подумали, что она обиделась. В кафе царил настоящий хаос, было очень весело, очень шумно, и в конце вечера Джо уже валилась с ног. Мелисса и Джесс приглашали ее присоединиться к ним, но на это у нее совершенно не осталось сил.

Следующими в кафе пришли Мэдди и Дэн.

– Привет, ребята. – Джо предпочла не упоминать о свидании вслепую, которое соединило их, да им и самим было о чем поговорить.

– Ты выглядишь фантастически! – сказала ей Мэдди.

– И ты тоже. Вау! Я догадалась, ты Мортиша Аддамс… А ты… – она указала на Дэна, – Гомес Аддамс.

– Я же тебе говорила. – Мэдди толкнула локтем Дэна, который отчаянно пытался почесать кожу под фальшивыми усами, приклеенными над верхней губой. – Он говорил, что никто не догадается, кого мы изображаем, – объяснила девушка. Она прикрыла свои белокурые волосы очень длинным черным париком. Получилась идеальная Мортиша.

– Вы оба отлично выглядите. Тыквы?

– Да, пожалуйста, – ответила Мэдди.

– Размер имеет значение? – Она повела их к беседке. – Боюсь, что гигантских тыкв уже не осталось.

– Подойдет любой размер, – сказала Мэдди. После того как они выбрали две тыквы среднего размера, Джо поставила их на край столика у окна.

Джо помогла двум местным школьникам вырезать их тыквы. Она сама, Мэтт, родители детей и вообще все взрослые, казалось, объединили усилия, чтобы вечер не превратился в абсолютное безумие. Тыквенный вечер оказался событием для всего города, и Джо решила, что повторит его на следующий год. Люди поддержали дух Хеллоуина и надели костюмы, она предложила тематическую еду и подала, по ощущениям, сотни чашек кофе, чая и горячего шоколада. И, главное, она отлично провела время, несмотря на то что постоянно требовалось ее присутствие.

– Расскажи Джо о тех костюмах, которые мы видели по пути сюда, – сказал Дэн, когда Джо в очередной раз проходила мимо их столика. Он уже срезал верхушку тыквы, чтобы начать вынимать из нее мякоть.

– Я видела, как в паб зашел мужчина, одетый в костюм виноградной грозди. – Мэдди рассмеялась. – Он нацепил на себя фиолетовые воздушные шары, а на голову – фиолетовую шапку-бини.

– Интересный костюм. – Джо протянула Молли несколько оранжевых салфеток, чтобы она вытерла лужу на столике в беседке, прежде чем она расползлась под оставшиеся тыквы.

– А еще я видела двух парней, одевшихся мумиями. Кажется, вы знаете одного из-них. По-моему, его зовут Гарри. В общем, он обмотался туалетной бумагой с головы до ног, и то же самое сделал его приятель.

– Во всяком случае, если в туалете паба кончится бумага, у них будет запас. – С этими словами Джо отошла от них. Она была рада тому, что Гарри как будто успокоился и больше не пытается вернуть ее в свою жизнь. Как они и договорились, отношения между ними оставались сугубо деловыми, и Джо догадывалась, что в дальнейшем он начнет строить свое счастье без нее. А Кертис Дархэм накануне вечером неожиданно прислал ей электронное письмо с рассказом о том, как он проводит собеседования. И он был прав, когда говорил, что она дальновидна, потому что местные жители в Корнуолле оказались лучше любых дипломированных специалистов, с которыми он встречался до этого.

Джо приготовила два горячих шоколада и наложила трафареты в виде привидения, чтобы посыпать напитки шоколадной пудрой. Она отнесла горячий шоколад Хильде и Энджи. Обе оделись ведьмами: одна в полосатых фиолетовых колготках, другая в ярко-оранжевых.

Дверь отворилась снова, и появился Дракула. Джо еще не успела вернуться за прилавок.

– Привет, Стив. – Она просияла. – Костюм тебе подходит.

– Какой такой Стив? – Он изо всех сил постарался придать себе угрожающий вид, обнажил клыки, взмахнул плащом, схватил Джо и наклонил ее назад. – Я Дракула, и я хочу укусить тебя в шею, выпить твою кровь и превратить тебя в вампира! – Джо захихикала, и Стив поднял ее и вытащил пластмассовые зубы. – С этими штуками я едва могу разговаривать! – Он присвистнул. – Из тебя вышла отличная ведьма. Чулки мне особенно нравятся.

Джо снова поправила шляпу.

– Если бы еще эта штука перестала ездить по моей голове… – Она раскраснелась от его шутовства и предложила ему капкейк с надгробием.

– Спасибо, не надо. Я только что поел в пабе.

– Там остались еще тыквы, если тебя это интересует.

– Честно говоря, да. Я бы не отказался взять одну тыкву и поставить ее на подоконник у себя в квартире.

Пока Стив выбирал тыкву, Джо налила воды в чашки.

– Все в порядке? – спросила она Бена, проходя мимо его столика и увидев, что он на нее смотрит.

– Я как раз собирался попросить воды, но ты меня опередила. – Он улыбнулся ей.

Джо поставила перед ним чашку с водой, потом быстро вытерла столик. Дети начали уставать. Большинство тыкв уже были вырезаны, еда была почти вся съедена. Поэтому Джо хлопнула в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание. Она снова поправила шляпу, съехавшую набок.

– Сегодня вечером у нас получились потрясающие тыквы, но теперь, я думаю, настало время для последних штрихов. – Дети зашумели, и Джо подняла палец, делая знак помолчать. – Мне нужно, чтобы те, кто закончил, сели и подняли руку. Я подойду и поставлю маленькую свечку в каждую тыкву. А потом, когда все будут готовы, мы зажжем свечи, выключим свет и посмотрим, что у нас получилось. Согласны?

Ей захотелось прикрыть уши руками, такой поднялся визг и крики. Все дети подняли руки вверх и начали подпрыгивать, чтобы первыми получить свечку. Когда все были готовы, они с Молли снова обошли кафе с коробком спичек каждая, чтобы зажечь свечи, как было обещано.

– Мы готовы? – громко спросила Джо, положив руку на выключатель. На улице уже давно стемнело, а мигающие огоньки гирлянд на окнах кафе и зажженные черепа на беседке должны были стать идеальным фоном для крошечных огоньков свечей. – Хорошо… Считайте вместе со мной. Три… Два… Один! – И она выключила свет.

Визг сменился восхищенными вздохами. Лица детей в неярком мерцающем свете тыкв были такими восторженными. Джо сделала несколько снимков на телефон, чтобы запечатлеть дух праздника, и обменялась заговорщическими улыбками с бабушкой и дедом, которые явно наслаждались происходящим в той же мере, что и она сама.

Гости праздника были готовы разойтись по домам. Джо взяла пластмассовый котел, наполненный сладостями и шоколадками, встала у двери, чтобы попрощаться с каждым из тех, кто пришел в кафе.

– Я поставлю мою тыкву возле кровати, – с гордостью сказал ей Чарли, хотя Бен предположил, что лучше уж на подоконник, чтобы привлечь побольше желающих сыграть в «шутку или угощение».

Мэтт взял было Поппи на руки, но потом поставил на пол, чтобы нести тыквы.

– Спасибо за этот вечер, Джо. Мы отлично провели время, правда? – Поппи сумела кивнуть и пробормотала «спасибо». – Мне нужно отвезти ее домой спать.

– Огромное тебе спасибо за этот праздник, Мэтт.

– Я был рад помочь.

– Помочь тебе донести тыквы до машины? Тогда ты сможешь нести Поппи.

– Полагаю, тебе и в кафе хлопот хватит. – Он улыбнулся. – Тебе самой потребуется человек, который отнесет тебя наверх, на холм.

– В этом ты не ошибся. – Джо вздохнула и помахала им на прощание.

Все уходили из кафе, аккуратно неся яркие оранжевые тыквы. Джо дала каждому гостю по свече, чтобы их тыквы долго светили в ночи. Все ушли, только Стив болтал с Молли и Артуром, одновременно снимая украшения с беседки. Джо взяла еще один мешок для мусора и обошла кафе, собирая пустые бумажные тарелки, стаканы и кусочки тыквы, которые она не убрала раньше.

Джо, Молли, Артур и Стив разобрали беседку, убрали украшения. Все поверхности были вытерты до блеска, полы вымыты, и кафе было готово к следующему дню.

Артур прошел в кухню и вернулся, неся что-то за спиной. Он снял накладные предплечья Попая и оставил на прилавке рядом с банкой фальшивого шпината.

Джо рухнула на стул рядом со Стивом.

– Что там у тебя, Дед?

– Первая бутылка глинтвейна в этом сезоне.

– Давай ее сюда, – сказала Джо. Она уже сняла шляпу ведьмы и собрала волосы в пучок на макушке. – Стив, за твой тяжкий труд ты заслужил глинтвейн.

– Не откажусь.

Артур отмахнулся от помощи Джо, настояв на том, что он сам способен подогреть немного вина, нарезать дольками апельсин и подать глинтвейн.

Джо скинула туфли на высоких каблуках. Мигающие гирлянды создавали атмосферу покоя и тишины в кафе после всего этого безумия.

– Мои ноги меня убивают.

Молли посмотрела на виновников.

– Не самый лучший выбор обуви.

– А я одобряю, – подал голос Стив.

– Еще бы, ты мужчина, и тебе никогда не придется ходить на таких каблуках.

Он поднял ее ногу, и от этого прикосновения по телу Джо пробежала дрожь.

– Расслабься. Я собираюсь растирать твои уставшие, больные, натруженные ступни, пока не будет готов глинтвейн.

– ОК, Дракула. – Джо рассмеялась.

– Эй, кое-кто говорил мне, что у меня волшебные прикосновения.

Молли фыркнула.

– Думаю, чем меньше мы об этом знаем, тем лучше.

Джо удалось расслабиться, и она вынуждена была сказать, что Стив делает массаж не хуже того рефлексотерапевта, к которому она попала, когда они с Тилли в прошлом году отправились в СПА.

– Мне бы хотелось поднять тост, – объявила Молли, когда все взяли по стакану глинтвейна. Она встала, Джо выдернула ступни из руки Стива, наслаждаясь тем, насколько лучше она себя почувствовала. – За Джо, которой удалось не только сделать этот вечер успешным, но и за то, что успешным стал каждый день после ее возвращения в Солтхэйвен. Мы даже не представляем, что бы мы делали без тебя.

– За нашу замечательную, талантливую, удивительную и красивую внучку, – добавил Артур, поднимая свой стакан.

– За Джо, – голос Стива присоединился к голосам Молли и Артура.

Им некуда было спешить, не нужно было уходить из кафе. Это была их награда после сумасшедшего дня, напряженного вечера и уборки. Стив тоже заслужил этот отдых, ведь ему пришлось сначала установить беседку, а потом разобрать ее. И делал это он не только в этот Хеллоуин, но и каждый раз, когда Джо устраивала в кафе вечер любви.

Они говорили о фонарях «летучая мышь», о костюмах – хороших, плохих и уродливых, – и когда Стив получил сообщения от приятеля из паба, им всем захотелось узнать, над чем он смеется.

– Расскажи нам, – взмолилась Джо.

– Это все Гарри.

– Продолжай, ты можешь упоминать его имя, мы оба зрелые взрослые люди. Мы оба оставили все в прошлом.

– Ты знаешь, что его костюм мумии представлял собой обернутые вокруг тела рулоны туалетной бумаги? Так вот, он, судя по всему, сидел в баре. Девушка рядом с ним чихнула и потянулась за бумажным носовым платком. Ближайшим бумажным носовым платком!

– О нет! Неужели это был его костюм?

Стив кивнул.

– Видимо, у нее был сильный насморк, а с его плеч свисала туалетная бумага. Поэтому девушка за нее и дернула.

Джо ждала продолжения. Она видела, что Стив едва сдерживается, чтобы не расхохотаться.

– Когда он уже уходил, он столкнулся на улице с курильщиком, и от его сигареты костюм Гарри загорелся.

– О боже!

Молли прижала руку к губам, Артур отставил стакан с глинтвейном.

– Не следует над этим смеяться, Стив, – укоризненно сказала Молли. – Гарри в порядке?

– Он в полном порядке. – У Стива дрогнул голос. – К нему бросились люди и стали срывать с него туалетную бумагу. Оказалось, что под ней у него только брюки, к тому же с дырой на том месте, где никто не хотел бы иметь дыру, выходя на улицу, если вы понимаете, о чем я говорю.

Джо сдавленно захихикала.

– То есть ему пришлось идти домой холодным октябрьским вечером практически нагишом?

Засмеялись даже Молли с Артуром.

– Вы только представьте, если бы он решил не надевать брюки. – После этих слов Артура все захохотали еще громче.

– Это определенно был самый оживленный вечер в пабе. – Джо снова хихикнула. – А я то-то думала, что приехала в спокойный, безмятежный город. – Она оставила их потешаться над злоключениями Гарри, а сама отправилась в кухню, чтобы сварить еще глинтвейна. Ее внимание привлек кто-то, стоявший за входной дверью.

– Что случилось, Джо? – окликнул ее Стив. – У тебя такой вид, будто ты увидела привидение.

– Может быть, это Гарри, который нашел еще туалетную бумагу, чтобы снова ею обмотаться, – пошутил Артур. – Не подпускай его близко к плите!

Но это был не Гарри. Джо отперла дверь, впустила гостя. Когда Молли и Артур увидели, кто это, их смех замер, улыбки исчезли с лиц.

– Что ж, он едва ли на пороге смерти! – вскричала Саша, указывая на Артура. – Джо, ты заставила меня поверить, что он на смертном одре. Что, черт подери, происходит?

Джо застыла. Стив оставил стакан на столике, быстро попрощался и выбежал из кафе.

Глава седьмая

– Войти безопасно? – На следующий день рано утром Стив заглянул в кафе. – До Ночи фейерверков еще почти неделя, но должен сказать, что у вас тут вчера искры летели во все стороны. Или я не прав?

– Входи, опасность тебе не угрожает, – сказала Джо. – Никого из них здесь нет. – Она стояла за стойкой, высыпала монеты в ящики кассы, готовясь начать новый день. Хорошо, что они все убрали накануне и этим утром ей оставалось только вымыть четыре стакана и выбросить в компост остатки апельсина. – Ты этим утром катался на доске? – Ей не хотелось говорить о своей семье.

– Не смог. После глинтвейна мне захотелось отлежаться, что тут еще скажешь? Хотя должен признать, что по дороге домой я выпил еще пинту пива в баре. У меня появилось желание еще послушать о злоключениях Гарри. В баре только об этом и говорили.

Джо улыбнулась, вспомнив забавную историю. Она взяла пакет с имбирными пряниками, которые Молли испекла накануне Хеллоуина, и высыпала их в банку с широким горлом, стоявшую на прилавке.

– Ладно тебе, Джо. Ты собираешься мне рассказать о том, что произошло вчера вечером?

– Как ты и сказал, искры летели во все стороны. – Едва договорив с Джо по телефону, ее мама тут же взяла билет на рейс из Испании, чтобы попасть в Солтхэйвен. Так что ложь Джо сработала. Она коротко объяснила Стиву, что она сделала.

– У тебя проблемы?

– Были минут пять до того, как мама, Ба и Дед начали выяснять отношения и говорить о том, что меня не касалось.

– Я слышал это с другого конца пирса, да и до бара крики долетали.

По крайней мере, ему удалось ее рассмешить.

– Мама остановилась в одном из пансионов с другой стороны холма, поэтому все члены моей семьи сейчас далеко друг от друга. – Хотя Джо иногда чувствовала себя одиноко в своей квартире, ее мама была в таком настроении, что Джо только порадовалась, что она не окажется с ней под одной крышей. Она даже не знала, на какой срок мама собирается остаться в городе. Разговор, по сути, не состоялся, если не считать того, что обвинения сыпались налево и направо.

– Уверен, они разберутся, – сказал Стив.

Джо не разделяла его оптимизм.

– Думаю, нам остается только ждать. – Она улыбнулась, когда в кафе появился Джеф, пришедший, как обычно, за черным чаем. Стив отправился по своим делам.

– Вы сегодня без Вэлери? – спросила Джо, закрывая пластмассовой крышкой стакан навынос.

– Пожалуй, для нее сегодня слишком холодно. – Джеф пересчитал монеты, чтобы проверить, хватит ли их, и отдал деньги Джо.

– Иногда по утрам Вэлери все еще занимается йогой на пляже. Я под впечатлением.

– Она предпочитает находиться на открытом воздухе. Это же Вэлери. – Он сказал это так, как будто они знали друг друга всю жизнь. – Я говорил, что ей следовало бы родиться в более теплом климате.

Уходя, Джеф столкнулся в дверях с Мэттом, который, как всегда, привез продукты с фермы.

– Сегодня у тебя счастливый вид, – заметила Джо. Приятно было увидеть друга, который не нес с собой неприятности.

– Солнце сияет, – ответил Мэтт, – но о себе я такого не скажу.

– Ты плохо себя чувствуешь? – Джо прошла следом за ним в кухню, чтобы посмотреть, что он привез.

– Я совершенно без сил. – Мэтт улыбнулся. – Мы с Поппи так веселились вчера во время резьбы по тыквам!

– Я рада. И еще раз спасибо тебе за помощь с малышами. Ты же следил, чтобы они не поранились инструментами и ушли отсюда с целыми пальцами на руках и на ногах.

– Я теперь неплохо лажу с детьми. Настолько неплохо, что Поппи настояла на том, чтобы на прошедшую ночь остаться у дяди Мэтта.

Джо перекладывала свежие яйца из ящика в миску на кухонном столе.

– Так вот почему ты устал.

– Когда мы приехали домой, она заставила меня играть в лагерь. Каким-то образом к ней вернулась энергия. Поэтому мы до десяти часов вечера двигали мебель, накрывали ее простынями и закрепляли их прищепками для белья.

– Мне нравится устраивать лагерь. – Джо вынула пакет с грушами. – Детьми мы получали от этого огромное удовольствие. Мы с братьями превращали в лагерь гостиную, использовали все простыни в доме. – Она достала пакет со сладким картофелем. – Если подумать, то маму едва ли это радовало. Ей приходилось стирать все постельное белье после нашей игры.

– Возможно, в следующий раз я попрошу тебя помочь. – Мэтт положил руку ей на поясницу. – Мне уже за тридцать, не тот возраст, чтобы спать на полу.

Джо со смехом ответила:

– Думаю, дети помогают нам оставаться молодыми.

– А ты об этом думаешь?

Она убирала сладкий картофель в ящик для овощей, но остановилась.

– О том, чтобы обзавестись семьей?

– Ага.

– Иногда, хотя я уже начинаю думать, что подходящий мужчина – это плод моего воображения. – Джо достала корзиночку с физалисом. – Эти ягоды я помню. – Она улыбнулась.

– Я подумал, что ты не будешь против, если я снова их привезу. Предупреждаю, что это последние груши и последние кабачки.

– Зима действительно не за горами. Много дел будет на ферме?

– Я никогда не знаю наверняка, чего ожидать. В октябре мы посеяли и посадили то, что не боится холода и мороза. Ноябрь – хорошее время, чтобы посадить новые фруктовые деревья. Еще мы снимаем урожай в теплице. Декабрь, как правило, самый спокойный месяц, чтобы сажать и сеять. Но мне нравится цикличность, я все время наготове. – Мэтт взял два физалиса, очистил один для Джо, другой для себя. – Ты понимаешь, что провела здесь уже все времена года?

Джо остановилась.

– В этом ключе я об этом не думала.

– Тебе здесь нравится?

– Не могу даже представить, что живу где-то еще. Как и ты, я люблю смену сезонов, то, как в соответствии с ними меняется кафе, меняются люди на пирсе. – Джо задумалась о том, как далеко она ушла за такой короткий срок, а потом вернулась к реальности. – Так, что ты скажешь, если это будет… морковный кекс… – Джо подняла морковку. – Плюс тарт с кабачками… – Она взяла его в другую руку и, посмотрев на физалис, добавила:

– И крамбл с яблоками и физалисом?

– По мне, все вкусно. – Он поднял руку, прощаясь. – Пожалуй, я пойду, а не то съем весь этот физалис.

– Увидимся, Мэтт. Передай от меня привет Поппи. Я собираюсь попросить ее и Чарли разрисовать для меня несколько рождественских пресс-папье. Может быть, ее это заинтересует?

– Поппи такое точно понравится, – бросил Мэтт через плечо. – Я ей скажу.

Джо принялась за работу. Она очень быстро приготовила морковную смесь и отправила в духовку. Обслуживая посетителей, заглянувших за кофе по дороге на работу, успела приготовить сдобное тесто. В кафе за обычным смузи после пробежки зашла и Джесс. Джо порезала кабачки, репчатый лук и чеснок, потерла сыр грюйер и «собрала» тарт с кабачками, который можно будет подавать с крепкими и свежими листьями салата. И когда пришла Энджи, Джо уже писала меню на меловой доске.

– Ну, что у нас здесь за лакомства? – Энджи надела очки для чтения, висевшие на цепочке у нее под пальто. – Мой фаворит – морковный кекс. – Она втянула носом воздух. – И аромат подсказывает, что я зашла как раз вовремя.

Джо положила мел на выступ доски.

– Кекс как раз остывает. Вам он достанется теплым и свежим. Принести вам чай?

– Да, мятный, пожалуйста. И чайник на двоих. Ко мне присоединится Вэлери. Она хочет организовать группу для занятий йогой на пляже по выходным, но я, пожалуй, обойдусь. Кстати, принеси и ей кусочек кекса. Готова поспорить, что она не откажется.

Джо принесла Энджи чайник с чаем, радуясь, что работа в кафе не оставляет много времени на раздумья о том, как отреагирует мама, когда они снова увидятся. Она почти ждала, что Саша появится в кафе с утра пораньше. И каждый раз, когда на двери звякал колокольчик, Джо ожидала ее увидеть. Но мама не показывалась, и, возможно, это было к лучшему. Молли и Артур тоже не появлялись. И Джо гадала, кто из этого трио первым сделает шаг, чтобы во всем разобраться. Накануне вечером они долго кричали друг на друга, пока не пошли каждый своей дорогой. Они прошли по пирсу в абсолютном молчании и, насколько было известно Джо, с тех пор не обменялись ни словом.

Когда пришла Вэлери и они с Энджи углубились в разговор, Джо постаралась сосредоточиться на работе и больше ни о чем не думать. Ближе к вечеру появился Стив, его волосы были мокрыми и солеными от морской воды. Он заказал тарт с кабачками и листья салата.

– Как все это в тебе помещается? – поинтересовалась Энджи. Только ей мог сойти с рук такой вопрос.

Стив похлопал себя по животу.

– Это все бурное море на южном побережье, Энд-жи. – Он подмигнул ей. – Час серфинга после тяжелого дня на работе, и у меня разыгрался аппетит. – Он обнял женщину, та начала от него отбиваться. И все вокруг засмеялись.

– Вот она, юная любовь, – прошептал Стив Джо, направляясь к выходу. Она только что подала Мэдди и Дэну крамбл с шариком мороженого сбоку, и они уютно устроились за столиком в углу, там же, где прошло их первое свидание.

– Они стали куда более разговорчивыми, – прошептала в ответ Джо, стараясь не смотреть в их сторону, пока вытирала стойку возле кассы.

– Люди в городе по-настоящему ценят то, что ты делаешь.

– Мне это в радость.

Единственное, что ее совершенно не радовало, так это мысли о том, когда дадут о себе знать бабушка с дедом или мама и смогут ли они преодолеть стену между ними, ставшую еще выше после ее лжи.

* * *

Вода в ванне опасно приблизилась к краю, когда Джо опустилась в пену. Воздух на улице стал по-настоящему осенним, на деревьях совсем не осталось листьев. Она обратила на это внимание, когда поднималась вверх по холму.

Она лежала в душистой воде, бокал вина стоял рядом, фоном негромко звучал альбом Эда Ширана. Джо обдумывала тот вопрос, который ей задал Мэтт. Хотела бы она когда-нибудь иметь семью? Она как-то не задумывалась об этом. Когда она только вернулась в Солтхэйвен, одиночество мучило ее. Но потом она настолько погрузилась в дела, что только в минуты затишья или когда кто-нибудь задавал ей личные вопросы, Джо начинала гадать, будет ли у нее своя семья. Ей никогда не хотелось быть одной из тех женщин, которые способны существовать, только если в их жизни есть мужчина. Джо была сильной, независимой, в ней было все то, что, по мнению Кертиса Дархэма, позволяло ей успешно вести бизнес. Но иногда ей хотелось иметь чуть больше.

Джо подумала о Мэтте, который был надежным поставщиком и каждый день привозил в кафе продукты с фермы. Она видела их с Поппи, и, несмотря на его жалобы на усталость после обустройства лагеря в его квартире, понимала, что он наслаждался каждой минутой. Ему явно хотелось быть семейным человеком, и Джо задумалась о том, с кем бы ему устроить свидание вслепую. Сначала она думала, что предложение ему не понравится, но теперь ей казалось, Мэтт согласится. Его сестра Анна намекала, что у него почти нет времени для себя. Джо решила, что, когда она в следующий раз присоединится к группе гуляющих под руководством Джесс, она посмотрит, кто в Солтхэйвене будет идеальной парой для ее друга. Потому что Мэтт заслуживал кого-нибудь милого. Он отличный кандидат в мужья, решила Джо, и в ее силах сделать для него что-то хорошее.

Допив вино, она выбралась из ванны, решив полежать на диване под хорошее кино. Она слушала, как вода уходит в слив, и когда она хлюпнула в последний раз, в голову Джо пришла новая идея. Ее семья наконец собралась в Солтхэйвене, именно этого она так давно хотела. Пусть способ, которым она воспользовалась, не идеален, но с этого можно было начать, не так ли?

Надев джинсы и джемпер цвета шоколада, Джо распустила волосы, подсушила их феном, взяла пальто и ключи. Она ничего не предпринимала почти двадцать четыре часа, всё, хватит.

Джо начала спускаться с холма мимо дома Сэлли, мимо бунгало деда и бабушки – она не придала значения тому, что в их окнах горит свет, – мимо Морриса Иклса, который старался придать художественную форму опутанному проволокой кусту на лужайке перед домом. Кусту оставалось только ждать спасения весной. Она дошла до начала пирса и собралась пойти в сторону пансиона «Ласточка», где остановилась ее мама. Но тут она увидела спину Саши, которая шла по пирсу мимо кафе-мороженого. И прежде чем Джо поняла, что она делает, ноги уже несли ее в том же направлении.

Этим вечером дул очень сильный ветер. Джо четырежды окликала маму, прежде чем та наконец остановилась около викторианского фонарного столба прямо напротив кафе.

– Мама, мы можем поговорить?

Саша глубоко вздохнула, но ветер унес ее вздох. Она прислонилась к деревянному ограждению, встав спиной к морю, лицом к кафе. Джо встала рядом с ней, и некоторое время они обе молчали.

– Девочкой я любила это место, – призналась Саша. – Я приходила в кафе каждый день, помогала родителям. Я играла в кафе дома, в игровой группе и с няней, если мама и папа работали весь день. Потом я стала старше, и мы с подружками зависали в кафе, пили молочные коктейли, горячий шоколад или чай. Мне нравился наплыв посетителей, нравилось, когда мама и папа просили меня помочь за кассой или принять заказ. Я думала, что когда-нибудь кафе станет моим и я назову его «Сашино кафе у моря». Так я собиралась изменить название, когда стану боссом.

– Я не подозревала, что тебя это интересовало.

– Не слишком, если честно. Это была несбыточная мечта. Когда я была подростком, все это казалось привлекательным, но я не любила готовить или придумывать рецепты. И определенно я не любила счета – до сих пор не люблю, – и я начала задумываться о том, на что похожи другие места в мире.

– Испания, например, – сказала Джо.

– Не только Испания. Любое место в Великобритании, за границей… В школе я увлеклась искусством и ремеслами, мне нравилось шить, делать новые вещи. Я помню, что шила себе одежду и делала аксессуары для подруг. А потом Джулия, моя близкая подруга, уехала на Ближний Восток вместе с семьей. Мы переписывались, и она присылала мне фотографии. Ее мама работала в ювелирном бизнесе, они посещали самые изысканные рынки. Я восхищалась этим миром, таким далеким от того, что я могла себе позволить.

– Ба и Деду не понравилось, что ты, в конце концов, не захотела это кафе?

– Едва ли. Не думаю, что они подозревали о моих мечтах. – Под порывом ветра Саша плотнее запахнула пальто, но он взметнул ее волосы. Они были такого же цвета, как и у Джо, но, став старше, она подстригла их под боб, и они утратили свой прежний блеск. Ей пришлось заправить пряди за уши.

– Я всегда была независимой, – продолжала она, – и твоему деду это во мне не нравилось. Но он и сам всегда был таким. Я получила работу в банке. Это было временно, я всегда знала, что такая работа не для меня. Но так можно было кое-что заработать. Я собиралась копить, чтобы потом уехать в Лондон и жить там, где даже по ночам бурлила жизнь. Мне хотелось самой себя обеспечивать, изучать сложности ювелирного дизайна, создавать изысканные украшения. Может быть, даже самой продавать их на рынке, например в Кэмдене или на Брик-Лейн, а в конце концов открыть собственный магазин.

– В какой же момент все пошло не так?

Саша явно больше не сердилась на дочь, которая обманом заставила ее прилететь в Англию.

– Я встретила твоего отца.

Они обе развернулись, чтобы посмотреть на море. При свете луны и викторианских фонарей на пирсе его поверхность была еле видна. Под покровом темноты это было совершенно другое место, и казалось, все, что происходило на пляже днем, было всего лишь плодом их воображения.

– Я знаю, что произошло, – призналась Джо. – Я говорю о магазине игрушек в городе.

– Правда вышла наружу. – Саша покачала головой. – Мне до сих пор очень стыдно за то, что мы сделали, за мое поведение. Я просто слетела с катушек, меня понесло. Я не поняла, что за человек на самом деле твой отец. Когда Алан так легко ушел от меня, он разбил мне сердце. Но дело не только в этом. Мне было стыдно. Еще больший стыд я испытывала за то, что собиралась исписать граффити и ограбить магазин игрушек.

– Ты участвовала в других грабежах?

– Это был мой первый опыт. – Джо услышала ее сухой смешок. – Я бы сказала, что это стало для меня уроком, испытанием. Но если бы твой отец остался в городе, думаю, он бы убедил меня повторить.

– Ты принимала наркотики вместе с ним?

Саша ответила не сразу.

– Я пила, когда была беременна. Я приходила в ужас при мысли о том, что мои родители сочтут меня недостойной матерью и заберут тебя у меня. Это превратилось в паранойю, и чем больше я тревожилась, тем больше старалась оттолкнуть их от меня, от тебя. И от этого пропасть между нами ширилась. Мы просто не могли снова стать нормальной семьей, которой когда-то были.

Они обе молчали, давая свистящему на пирсе ветру возможность унести эти слова мимо кафе в море.

– Я рада, что они тебе все рассказали. Мне давно следовало это сделать.

– Это не они.

– Кто же тогда?

– На днях я случайно услышала разговор Хильды. Она не сплетничала, – поспешила добавить Джо, пока ее мама не успела направить свой гнев на Хильду и отправиться на ее поиски. – Она беспокоилась за тебя и за Артура с Молли.

– В этом городе люди заботятся друг о друге. Это особенное место.

По какой-то причине Джо было приятно слышать, что мама это признает.

– Прости меня за то, что я солгала тебе насчет Деда.

Волосы Саши не хотели оставаться за ушами, и она повернулась так, чтобы ветер сдувал их с ее лица.

– Я была очень рассержена, когда приехала в кафе и увидела вас всех, уютно сидящих со стаканами глинтвейна в руках. Вы смеялись и шутили. У меня было такое чувство, что вы шутите надо мной.

– Нет, мама. Мы смеялись по другому поводу.

– Я знаю. По выражению твоего лица я поняла, что ты сделала это от отчаяния. Ты помнишь тот случай, когда ты срезала почти все розы в саду у Сэлли?

Джо ахнула.

– Я не делала ничего подобного.

Ветер унес смех Саши в море.

– Ты это сделала. У меня выдался очень плохой день, и ты решила меня подбодрить. Ты протянула мне охапку роз, завернутых в какую-то бумагу для упаковки подарков, которая была у нас дома. Ты сказала мне, что в телешоу всем тем, кто расстроен, приносят цветы, и все сразу становится намного лучше. Сначала я решила, что ты купила цветы на свои карманные деньги. Но когда я тебя спросила, ты смутилась и, в конце концов, сказала правду.

– Боже мой, я этого совершенно не помню.

– В то время тебе было только семь лет. Я на тебя накричала в тот день, но Сэлли не рассердилась. Думаю, она услышала достаточно от моих родителей об их беспутной дочери и о том, во что я превратила свою жизнь, и она пожалела меня. Сэлли просто обрезала то, что осталось от ее розовых кустов, и заверила меня, что на следующий год они снова расцветут и будут цвести еще много лет. Мы отнесли ей овсяное печенье с изюмом в качестве извинения.

– Мне придется еще раз извиниться перед Сэлли, когда я ее увижу в следующий раз. – Джо поморщилась. – Ну и обезьяной же я была!

– Ты все сделала правильно. Ты почти никогда меня не огорчала, и за это я тебе благодарна. Но ты напугала меня, сообщив, что с моим отцом произошел несчастный случай. Ты не вдавалась в подробности, сказала только, что он ранен и ты беспокоишься, не станет ли положение еще более серьезным. Очень лаконично и непонятно. А оказалось, всего лишь чашка упала ему на ногу. – Почему-то после этих слов они обе рассмеялись, вероятно, от облегчения, что этот давно назревший разговор наконец состоялся.

– Но если серьезно, мама, они не становятся моложе.

– Я знаю. И я рада, что ты солгала мне. Именно это мне было нужно, чтобы сесть в самолет и добраться сюда.

– Ты виделась с ними после вчерашнего вечера?

– Нет. Мы разошлись по домам. И я весь день кипела. Утром я готова была убить за чашку кофе из твоего кафе. Но я провела день в соседнем городе, гуляла по пляжу, ела в куда худших кафе, должна тебе сказать, но мне требовалось побыть одной. Я вышла прогуляться вечером, чтобы проветрить голову. Я собиралась увидеться с тобой и с моими родителями, наконец поговорить после того, как мы все успокоимся. Почему ты улыбаешься?

Джо не испугалась ветра и подняла лицо, которое прятала в ярко-красном шарфе.

– Ты сказала «твое кафе».

– Да, сказала.

– Я не совершила ошибку, приехав сюда, мама.

Саша обняла дочь за плечи.

– Я знаю. Видишь ли, в соседнем городе я случайно услышала разговор о твоем кафе.

– Правда?

– Все говорят о вечерах любви, которые ты устраиваешь.

Джо почувствовала прилив гордости.

– Я расскажу тебе во всех деталях, но при одном условии. – Она взяла маму под руку. – Сейчас ты идешь вместе со мной к Ба и Деду. Я не хочу ждать до утра.

– Думаю, я смогу сделать это для тебя. – Саша поцеловала Джо в макушку, и они пошли по пирсу, оставив кафе до следующего дня, мимо магазина «Всякая всячина» и закусочной. Джо рассказала маме обо всем.

– Я не уверена, что готова. – Саша остановилась за несколько домов от бунгало Молли и Артура.

– Они будут рады твоему приходу. – Джо потянула мать за собой, когда Саша замедлила шаг возле дома Сэлли. – Иди, а не то я отправлюсь прямиком в сад Сэлли и оборву там все розы до одной.

По смеху Саши было понятно, насколько она нервничает, но Джо все же удалось довести ее до двери в бунгало Молли и Артура. Обычно Джо просто входила, открывая дверь собственным ключом и громко оповещая их о том, что это всего лишь их любимая внучка. Но в этот вечер она позвонила в звонок, и они с мамой ждали, пока им откроют.

Дверь открыл Артур и сначала увидел Джо, но спустя несколько секунд он заметил свою дочь, и радостное выражение его лица сменилось встревоженным.

– Мы можем войти? – спросила Джо, потому что Саша и Дед молчали.

– При одном условии.

О нет, неужели опять начнется ссора? Или Дед предложит Саше уйти? Если она улетит в Испанию, не наладив отношения с родителями, то они никогда в жизни не помирятся.

– Молли только что испекла и разрезала брауни, и, знаете ли, отказа она не примет, – сказал Артур.

Джо обняла его и переступила через порог.

– Спасибо, Дед.

Она обернулась и увидела, как ее мама задержалась на ступеньках, потом робко шагнула на бетонное крыльцо и вошла в дом. Но прежде чем она смогла пройти дальше, Артур схватил ее за руку. Саша опустила глаза, посмотрела на его пальцы, сжавшие ее руку, и время как будто остановилось. Когда Саша подняла глаза, они были полны слез. И впервые за долгие годы она обняла своего отца.

Глава восьмая

В последние несколько дней сильно штормило, море бросало песок на пирс и набережную. Людям приходилось сражаться с сильным ветром по дороге к кафе. К Ночи фейерверков на смену штормам пришел холод, подсказывавший, что зима уже не за горами.

– Слава богу, дождя нет. – Саша ворвалась в кафе, когда солнце уже село и густо-оранжевый цвет неба уступил место розовому и бледно-голубому.

– Ты рано. Я ждала тебя не раньше чем через час. – Джо собрала пустые чашки с ближайшего к стойке столика. Народу было мало, и у нее было достаточно времени, чтобы приготовить еду к вечеру большого фейерверка. Фейерверк устраивали на холме за городом, но на пирсе собирались толпы народа, потому что с причала вид был самым лучшим.

Саша достала из сумки передник.

– Я пришла тебе помочь.

На лице Джо расцвела улыбка.

– Ты серьезно?

– Эй, я же здесь выросла, ты не забыла? Но я помню, что босс ты. Мама и папа предупредили меня, чтобы я не вмешивалась, и я буду делать так, как мне сказали. – В ее голосе звучала нежность, а не настороженность, которая обычно появлялась, если разговор заходил о ее родителях.

В тот вечер, когда Джо привела маму в бунгало Артура и Молли, Саша, Ба и Дед наконец-то сели и поговорили. Более того, они попросили прощения друг у друга за то, что так повели себя много лет назад и теперь. Было несколько сложных моментов, когда Джо пришлось вмешаться, но в этот вечер все трое наконец увидели, как они все изменились. И они поняли, что их различия не означают, что кто-то из них прав, а кто-то ошибается. Молли и Артур воспитывали Сашу так, чтобы она стала независимой, и в тот вечер Артур наконец-то сказал дочери, как они ею гордятся. Как догадывалась Джо, это очень много значило для ее мамы. «Если бы ты просто сказал ей об этом десять лет назад, ситуация никогда не дошла бы до края», – сказала тогда Джо. Ей удалось разбить лед, и они сели за стол как нормальная семья, чтобы поговорить о том, что они упустили за все эти годы. И Саша старалась наверстать упущенное. Последние несколько дней она провела с Молли и Артуром. Они уезжали из города, гуляли по пляжам втроем, им никто не мешал. Именно это им было нужно, чтобы отпустить прошлое и двигаться дальше. Сашина жизнь теперь была в Испании, и у Джо появилось ощущение, что Молли и Артур начинают задумываться о том, чтобы все-таки съездить к дочери.

Джо вытерла руки. Кафе снова опустело, но она знала, что это затишье ненадолго. Люди уже начали собираться на пирсе, занимая лучшие места, чтобы посмотреть фейерверк.

– Мама, ты умеешь собирать конструктор? – Джо достала плоскую картонную форму. – Это миниатюрная стойка для хот-догов, наверху полосатый навес. Сделай мне одолжение, подвинь столик к стойке, будь добра.

Саша выполнила ее просьбу.

– Как думаешь, ты много их продашь?

Джо махнула рукой в сторону окна.

– Люди собираются заранее, они обязательно проголодаются.

Они поставили картонную стойку, потом резали репчатый лук, начали варить сосиски, разрезали булочки вдоль. Они сложили стопкой салфетки, подготовили стаканы навынос и крышки для них. Саша начала выкладывать на тарелки яблоки в карамели, такие же популярные, как и острые блюда.

– Дед сказал, что в кафе во время фейерверка будет пусто, поэтому мне надо закончить за десять минут до начала, чтобы и самой пойти посмотреть. – Джо принялась за первую партию хот-догов. Она уже разогрела духовку, чтобы поставить сосиски еще немного подрумяниться. Они с мамой хотели поскорее все приготовить, чтобы накормить голодных горожан и туристов, но больше всего на свете Джо хотелось быть вместе со своей семьей на самом популярном в городе событии.

Людей на пирсе становилось все больше, и Джо с Сашей продали, казалось, тысячи хот-догов голодным мужьям и женам, подросткам, детям и влюбленным. Они налили столько же стаканов чая и горячего шоколада.

Когда Стив вошел в кафе, ворвавшийся ветер напомнил Джо о том, что на улице совсем другая температура, тем более что уже совсем стемнело.

– До фейерверка десять минут. Тебе лучше выйти.

– Я почти готова, – заверила его Джо, передавая посетителю чашку горячего шоколада со сливками и шоколадной крошкой сверху. У них закончились стаканы навынос. Спрос оказался таким огромным, что Джо пришлось наливать горячий шоколад в белые керамические кружки. Посетители уверяли ее, что обязательно вернут их.

– Идем, Джо, – поторопила ее Саша, снимая передник. – Оставь уборку на потом. Она от тебя не уйдет.

Закутавшись в пальто и шарфы, надев перчатки, с кружками горячего шоколада в руках Джо и Саша вышли из кафе. Их позвали Молли и Артур, стоявшие у викторианского фонаря напротив магазина «Всякая всячина», и они присоединились к ним, готовые смотреть фейерверк. Джо не раз видела нечто подобное в Эдинбурге, но в этом году было что-то совершенно особенное: она была в родном городе, вокруг было столько знакомых лиц, столько любви и доброты.

Тонкий голосок позвал Джо, и кто-то потянул ее за руку. Она обернулась и увидела Поппи. Глаза девочки блестели от предвкушения, в руке она крепко сжимала яблоко в карамели. Кажется, она съела всю карамель и оставила яблоко, но выбросить его ей не разрешили.

– Где твоя мама? – спросила малышку Джо.

– Она дома. Здесь не место для малыша, – ответила девочка, бессознательно копируя интонацию взрослых. Она определенно слышала разговор в семье. – Меня привез дядя Мэтт. А потом мы зажжем бенгальские огни.

– Звучит замечательно. – Джо нигде не видела Мэтта. – Ты сказала твоему дяде, куда ты пошла?

Малышка скорчила гримаску.

– Я потерялась. – Только в эту минуту у нее на лице появилось расстроенное выражение.

– Не волнуйся. Ты оставайся здесь с Дедом, а я пойду поищу твоего дядю.

Артур протянул руку Поппи. Другой рукой он держал руку Саши, рядом с которой стояла Молли.

– Ты можешь присоединиться к нашей цепочке.

Поппи это развеселило и отвлекло, поэтому Джо спокойно отправилась на поиски Мэтта. Протиснувшись через толпу людей, которые болтали и смеялись, предвкушая первый огненный залп в ночном небе, она вскоре увидела Мэтта, идущего в противоположном направлении.

– Мы нашли ее, – сказала Джо еще до того, как он успел спросить, не видела ли она Поппи.

Мэтт шумно втянул в себя воздух, провел руками по волосам и с облегчением выдохнул.

– Я все время держал ее за руку, но потом меня кто-то толкнул, а когда я обернулся, она уже исчезла.

Джо кивком указала в ту сторону, где стояла ее семья.

– Смотри вон туда, Поппи с моим Дедом.

Затем их нашел Бен, и они с Чарли присоединились к их группе. Стив болтал с Молли и Сашей. Дед отвечал на вопросы Хильды, которая желала знать, до какой степени должно похолодать, чтобы он наконец убедил Джо снова включить фондю в меню.

Хильда посмотрела на часы, потом заметила Джо и поздоровалась с ней.

– Они должны вот-вот начать, – сказала она. И в этот момент она встретилась глазами с Сашей. Джо поняла, что они давным-давно не встречались лицом к лицу.

Джо прижалась к матери и шепнула ей на ухо:

– Помнишь, как ты заставила меня пойти к Сэлли и извиниться за то, что я срезала ее розы?

Саша взяла себя в руки и спросила Хильду, можно ли с ней поговорить.

– Теперь это все давным-давно утекло, Саша. – Хильда улыбнулась ей. – Мне не нужны никакие извинения. Я увидела, какой счастливой ты сделала свою семью, и этого мне достаточно. Начнем с новой страницы?

– С радостью.

– Ты легко отделалась, – поддразнила ее Джо. Но она была по-настоящему счастлива оттого, что все переменилось к лучшему.

Поппи и Чарли удалось пробраться между ногами взрослых, чтобы занять самые лучшие места у ограды пирса, но на этот раз Мэтт не спускал глаз с племянницы. Он улыбнулся Джо, но тут ее отвлек знакомый голос.

– Привет, Джо. – Это был Гарри с тарелкой жареной картошки в руке. Он шел с приятелем в самый конец пирса и явно не заметил Сашу, которую скрывала фигура Хильды.

– Я слышал о вечере резьбы по тыквам. – Он предложил ей жареную картошку, но Джо отказалась. – Мой племянник был в полном восторге от этого мероприятия. Знаешь, если тебе вдруг потребуется подстегнуть бизнес, ты сможешь устраивать вечеринки не только в кафе.

Джо улыбнулась.

– Я об этом подумаю.

– У меня есть новости, я собираюсь поменять работу. Двигаюсь дальше.

– Ты уезжаешь из Солтхэйвена?

– Я получил новую работу в Филадельфии.

– Вот это да, серьезные перемены.

Гарри пожал плечами.

– Мне нужно двигаться вперед, что-то изменить.

– Тогда я за тебя счастлива.

– Спасибо. И не волнуйся. Я передам твою бухгалтерию очень способному сотруднику.

Джо об этом даже не подумала, но, возможно, в долгосрочной перспективе это был наилучший вариант. Прошлое останется в прошлом и никак не затронет будущее.

– Спасибо, Гарри. – Когда мама сумела протиснуться к ней, Джо использовала этот шанс. – Гарри, ты помнишь мою маму? – Она посмотрела на него, потом на Сашу, но та не улыбалась. Для нее, догадалась Джо, Гарри навсегда останется в той же категории, что и Алан, ее отец, человек, который разбивает сердца и которого нужно избегать.

– Гм… Да… Привет. – Гарри начал запинаться, и Джо сразу вспомнила того юношу, каким он был когда-то.

Саша промолчала, Джо нагнулась к ее уху второй раз за вечер.

– Помнишь, как Хильда дала тебе второй шанс?

– Рада снова увидеть тебя, Гарри, – сумела выдавить из себя Саша. Он улыбнулся ей, но прошел дальше. – Видишь, я была вежливой.

Смех Джо смешался с соленым воздухом, ароматом горячего шоколада, рыбы и жареной картошки, которыми наслаждались те, кто пришел посмотреть на фейерверк.

– Ты могла бы с ним поздороваться, но он слишком быстро ушел.

– Что это за дым? – спросила Поппи, просовывая голову между ногами взрослых так, чтобы Джо могла видеть ее лицо.

– Это с полей, откуда запускают фейерверк. Там большой костер. Возможно, в следующем году ты сможешь туда пойти.

– Ты увидишь, какой большой там костер, – сказала малышке Саша. – Жар от костра такой, что к нему невозможно близко подойти, пламя потрескивает, летят искры.

Поппи просияла, и тут в воздух взлетели первые ракеты фейерверка. Люди притихли, все повернулись посмотреть на небо. Разговоры прекратились, все заохали и заахали, когда первые белые ракеты прочертили полосы в ночном небе и потом рассыпались на тысячи звезд, полетевших во всех направлениях. Затем взлетели фиолетовые, золотые, красные ракеты. Вслед за недолгой тишиной вновь раздавалось шипение, пока ракеты поднимались все выше в небо, потом треск, когда ракета взрывалась, превращаясь в многоцветный шар. Пирс действительно был самым лучшим местом, чтобы любоваться фейерверком. Его огни отражались в воде и окрашивали ее в разные цвета, и сам пирс, до кафе и за ним, тонул в фантастическом сиянии.

Затем в воздух взлетели сразу тысячи звезд, небо озарилось, как будто днем, пока разноцветные огни снова не начали спускаться и не растворились вдали с громким хлопком, от которого Джо испуганно подпрыгнула на месте. Увидев перья дыма и золотые листья, дети замерли от восторга. Весь город собрался вместе и показал себя таким, каким он был: крепкой и доброжелательной общиной, частью которой Джо всегда хотела быть.

– Это было потрясающее зрелище, – воскликнула Саша, когда фейерверк достиг высшей точки, а потом на них спустилась темнота, и небо успокоилось, вновь обретя привычный цвет. Она обняла Джо. – Спасибо тебе большое.

– За то, что я тебе солгала?

– Спасибо тебе за… Ну, просто за то, что ты – это ты. Я люблю тебя и невероятно горжусь тобой. Ты здесь, в Солтхэйвене, на своем месте, я вижу это. А что касается кафе, то ты как будто родилась для того, чтобы им управлять.

– Раз уж мы заговорили о кафе… Мне нужно вернуться туда и все убрать, – сказала Джо, попрощавшись с Мэттом и Поппи, Беном, Чарли и Лорной.

– Брось, мы вместе справимся с уборкой очень быстро, – сказала Саша.

Джо протестующе вскинула руки вверх…

– Это мой бизнес, и я хочу сама этим заняться. А вы, пожалуйста, возвращайтесь в бунгало и побудьте вместе.

Ей пришлось уговаривать Сашу, Молли и Артура, но в конце концов она своего добилась. Стив настоял, чтобы помочь ей хотя бы отнести внутрь чашки, которые остались на столиках на улице. Отказаться от его помощи Джо не смогла. Он даже собрал мусор в мешки, пока она протирала столики в зале и избавлялась от картонной стойки для хот-догов.

Наконец, ушел и Стив. Джо вымыла пол, убедилась в том, что все готово к следующему утру. Пока сох пол, она протерла все поверхности в кухне, вытерла плиту и подумала о бокале вина, который она выпьет дома, когда сядет в большое кресло и будет смотреть на море. Небо так быстро успокоилось после хлопков, взрывов и буйства красок, и теперь все вернулось в реальность.

Джо выключила свет в кухне и в зале, отключила мигающие гирлянды на стенах и, всовывая руку в рукав пальто, едва не упустила из вида открытку, лежавшую на коврике у двери.

– Еще одна. – Джо произнесла это вслух, потому что она уже начала было думать, что больше открыток не будет. На этот раз текст был написан на лицевой стороне, и она подняла открытку.

«Дорогая Джо!

Сегодня вечером фейерверк осветил небо, а ты освещаешь мое сердце…

ххх».

Она открыла дверь кафе, посмотрела направо, но на пирсе никого не было, если не считать компании подростков, которые бенгальскими огнями писали свои имена в воздухе. Она посмотрела в противоположном направлении, но и там были только Мэдди и Дэн. Они уходили с пирса, взявшись за руки.

Так кто же присылал эти открытки? Первую весной, вторую летом, а теперь вот и третью.

Смеет ли она надеяться, что автор откроется ей и это станет началом чего-то по-настоящему особенного?

Рождество

Глава первая

В этот день Джо включила в кафе все лампы и даже мигающие рождественские гирлянды. Зима окончательно вступила в свои права, и Джо едва могла разглядеть пирс, когда спускалась с холма по дороге на работу, настолько густым был туман, окутавший город и повисший над морем, словно ватное одеяло.

В начале декабря Дед принес в кафе свой верный рождественский календарь и вручил его Джо, потому что теперь кафе принадлежало ей. Она стала боссом, а ее дед и бабушка смогли выйти на пенсию, так как видели, что их детище в очень хороших руках. Джо поставила календарь на выступ стены рядом с меловой доской, чтобы посетители сразу могли его увидеть, проникнуться духом предстоящего праздника и вместе считать дни до Рождества. В центре календаря был нарисован снеговик, а кубики можно было переворачивать, чтобы показать оставшееся количество дней. Под цифрами стояла надпись «Дни до Рождества».

Джо установила кубики так, чтобы получилось число 21. До праздника оставалось три недели. Рядом с кассой она поставила лампу, которую принесла из дома. Это был еще один рождественский и ее личный штрих. Светильник был в форме маленького дерева, его светящиеся листочки присоединялись к мигающим огонькам гирлянд на стенах кафе. Ей не хватало только свежих веток остролиста, чтобы прикрепить их в углах меловой доски с меню и доски с открытками. Джо уже выставила на прилавок рождественские пресс-папье, над которыми столько трудились племянница Мэтта Поппи и сын Бена Чарли. Пресс-папье можно было поставить на уличных столиках, которые Джо не стала убирать на случай хорошей погоды, или украсить ими столики в зале. Поппи нарисовала великолепного Санту на одном из камней, снеговика на другом, а Бен помог Чарли изобразить оленей на самом большом камне, который они принесли с пляжа.

В этот день Джо была занята как всегда, но теперь кафе работало как хорошо отлаженный механизм. Вот только ее личная жизнь отставала. Казалось, она просто замерла. Джо только ходила в паб по субботам со своей школьной подругой Мелиссой и городским врачом Джесс. Молли все время повторяла, что Джо следует открыться. И от этой фразы Джо пробирала дрожь, потому что где-то рядом ждал ее таинственный поклонник. Она уже начинала гадать, выйдет ли он на свет или все это окажется ужасным розыгрышем.

Увидев Мэтта, подходившего к кафе с ящиком продуктов с семейной фермы, она открыла ему дверь.

– Доброе утро! – Она плотно закрыла за ним дверь. – На улице мороз!

Он понес ящик прямиком в кухню, бросив через плечо:

– Ты права. Солнце вот-вот встанет, но не думаю, что мы его увидим в таком тумане. – Мэтт быстро вернулся в зал. – Я кое-что оставил на улице. Подожди минуту.

Заинтригованная Джо пошла следом за ним. Когда Мэтт внес в кафе огромную рождественскую ель в ведре, Джо не смогла сдержать улыбку.

– Теперь ты на ферме еще и ели выращиваешь?

Он поставил ель.

– Нет, их растят на соседней ферме. В прошлом году я выбрал ель для Молли и Артура, поэтому я решил, что ты захочешь продолжить традицию. Я добавлю ее стоимость к следующему счету. Устраивает?

– Разумеется. Великолепное дерево. – Джо нагнулась, чтобы понюхать иголки, на нее нахлынули воспоминания о прошлых рождественских праздниках. Она собралась было спросить Мэтта, когда он привезет елку для ее квартиры, но почему-то это показалось ей неправильным. Джо собиралась встречать Рождество одна, и покупка ели только для себя казалась еще глупее, чем готовые праздничные блюда на одного, чтобы разогревать их в микроволновке. Это нагоняло тоску. В прошлом году она встречала Рождество с соседками по дому. Они собрались все вместе и унесли рождественскую ель, стоявшую возле местного паба. Дерево оказалось таким огромным, что уперлось в потолок. Они немало выпили, поэтому истерически хохотали, пока кто-то из них не одолжил у соседки портновские ножницы и не срезал макушку. Но в этом году ель в ее квартире будет только напоминать ей о том, что у нее нет того особенного человека, с кем можно провести этот день. Ба и Дед наконец решились извлечь максимум из выхода на пенсию и примирения с их дочерью Сашей, поэтому они собирались на Рождество к ней на Мальорку, чтобы провести на острове еще и две недели нового года. Они согласились на эту поездку, лишь когда Джо сказала им, что в Солтхэйвен приедет ее подруга Тилли и она уже пригласила Джо в дом ее родителей на рождественский обед. Джо была благодарна за то, что ей будет куда пойти, но с куда бо́льшим удовольствием она провела бы этот день со своей семьей. Или, если уж быть совсем честной, она бы лучше уютно устроилась на диване с любимым мужчиной, слушала бы рождественские гимны, пила бы глинтвейн или горячий шоколад. А рождественские гирлянды освещали бы комнату.

– Джо… – Голос Мэтта прервал ее мечтания. – Я спрашиваю, куда ее поставить? – Он подхватил ведро снизу, колючие ветки лезли ему в лицо, а мышцы рук напряглись.

– Да, прости. – Она огляделась. – Подожди, я отодвину вот этот столик от стены, и мы сможем поставить ее возле меловой доски. Ведро тебе вернуть?

– Нет, оно идет в комплекте с елью. – Его как будто забавляла ее невнимательность. Вероятно, Мэтт решил, что она совершенная дурочка. Обычно за Джо такого не водилось, но Рождество пробуждало в ней и все самое лучшее, и все самое худшее. Это было время празднеств, счастья, улыбок и смеха. Но это было еще и время, когда ты видишь дальше, чем яркие огни и оберточная бумага для подарков, и начинаешь задумываться о том, что по-настоящему важно. По крайней мере, ее семья воссоединилась. Кое-что она все-таки сделала правильно.

Джо помогла Мэтту поставить ель на отведенное ей место, а потом он по ее указаниям поворачивал дерево то вправо, то влево, чтобы дерево встало лучшей своей стороной к залу.

– Немного вправо… Нет, влево… Прости, еще чуть направо. – Джо не выдержала и хихикнула. – Вот так. Больше ее не двигай. – Когда из-за ели появилось покрасневшее лицо Мэтта с прилипшими к нему благоухающими иголками, она сказала:

– Дерево стоит идеально. Я очень тебе благодарна.

– Рад тебе помочь.

– Во второй половине дня я собиралась повесить украшения, поэтому ты очень вовремя. – Когда Джо обернет ведро жатой бумагой и украсит его бантом, ель будет смотреться завораживающе.

– Мне не терпится увидеть, как будет выглядеть это место, когда ты закончишь, – признался Мэтт. – Для местных и туристов это своего рода сокровище, особенно в зимние месяцы, когда многие другие заведения закрыты.

– Меня это радует. – Пусть дома Джо и была одинока, но в кафе у нее была компания больше, чем когда бы то ни было, и порой она вспоминала, что ей следовало бы почаще вспоминать, как ей повезло. – Я предвкушаю мое первое Рождество в кафе.

– Это видно. Ты все время улыбаешься.

Джо повернулась, чтобы посмотреть на дерево.

– А ты любишь Рождество?

– Люблю. – Мэтт поправил нижние ветки голубой ели. – Рождественская ель гипнотизирует еще до того, как на нее вешают украшения.

– Аромат божественный.

– Я попозже отвезу одну ель сестре, а другую родителям. Думаю, я и сам к концу дня буду пахнуть как рождественская елка.

– От тебя могло бы пахнуть куда хуже, – поддразнила его Джо. Она ушла в кухню, чтобы распаковать продукты. Мэтт пошел следом за ней и остановился в дверях, прислонившись к косяку. – Ездить сегодня рискованно, поэтому я вдвойне благодарна за то, что ты привез. – Джо улыбнулась. Возможно, ей следовало бы сказать ему, чтобы он вообще не приезжал. Но она знала, что он обязательно привезет ее заказ и никогда не подведет.

– Я ехал очень медленно. К тому же кафе – один из наших лучших клиентов, мы не можем подводить людей.

Джо вынула из ящика огромный зеленый стебель с округлыми плодами.

– Никогда не видела брюссельскую капусту в таком виде.

– Я бы мог снять кочанчики по одному, но я знал, что тебе нужно немного, поэтому было легче вытащить все растение целиком. Оно простоит несколько дней, если ты поставишь стебель в ведро с водой.

– Спасибо за подсказку. – Джо тут же нашла ведро в кладовой, налила немного воды и поставила в нее два стебля, которые он привез в пластиковом контейнере.

– Полагаю, ты любительница?

– Брюссельской капусты? – Джо улыбнулась. – Определенно. Я люблю ее, хотя и не уверена, что она понравится посетителям. Но мне нравится экспериментировать.

– Что в меню?

– Зимний салат с брюссельской капустой, луком-шалот и гранатовыми зернышками, сбрызнутый заправкой из бальзамического уксуса, яблочного уксуса и кленового сиропа.

– Откуда ты берешь все эти рецепты?

– Дед и Ба подбрасывают мне идеи, или же я приблизительно знаю, что я хочу, и ищу рецепты. Иногда я соединяю разные рецепты из Google или подгоняю их под себя. – Она посмотрела на остальные продукты. – Все выглядит восхитительно, Мэтт, еще раз спасибо тебе за то, что ты это все привез.

– Пожалуйста. Меня ждут в школе, так что мне пора.

– Им тоже повезешь брюссельскую капусту?

– А ты в детстве ела брюссельскую капусту? – Он помахал ей рукой и ушел. Солнце уже встало. Но его не было видно за серым туманом.

Джо разобрала остальные продукты: яйца для выпечки и острых блюд; зимний редис, который заставил ее мозг поработать в поисках подходящего рецепта; лук-порей, отлично подходивший для фриттаты, и немного базилика и тимьяна. Она задумалась о том, пойдут ли дела в этом месяце на спад; пока на это не было даже намека. Как сказал Мэтт, многим заведениям приходилось закрываться вплоть до туристического сезона. Но по словам Молли и Артура, в Солтхэйвене, в отличие от других приморских курортов на южном побережье, на Рождество не было никакого затишья. Наоборот, людей было даже больше, чем обычно, потому что семьи собирались вместе.

Джо решила приготовить слоеные пирожки и как раз собиралась завернуть тесто в пищевую пленку, когда услышала из зала голос Джесс.

– Доброе утро, Джесс! – откликнулась Джо, стоя у раковины. – Я выйду через секунду! – Смыв наконец остатки муки и яиц с пальцев, она вытерла руки и вышла в зал. – Ты же ведь не бегаешь в такую ужасную погоду? – Джо как следует рассмотрела наряд подруги: осенний топ с длинными рукавами, жилет, вязаную шапку и перчатки.

– Погода – не причина отказаться от пробежки. – Джесс фыркнула. Из наушников, висевших у нее на шее, доносился слабый звук. – Если бы я так поступила, то быстро обленилась бы.

– Ну, я в восхищении, – призналась Джо.

– Здесь так уютно. – Джесс оглядела мигающие огоньки гирлянд, еще более заметные в такое ненастье. – И ель так замечательно пахнет. – Она втянула носом запах хвои, к которому вскоре должен был добавиться аромат выпечки. – Мне очень не хочется уходить, но я должна, так что банановый смузи навынос, пожалуйста.

– Сейчас приготовлю. – Джо ушла в кухню, порезала банан, налила молоко, добавила капельку меда и за секунды взбила напиток.

Когда Джо вернулась к прилавку со смузи и соломинкой, чтобы воткнуть ее в крышку, Джесс стояла возле доски с открытками и заново прикалывала открытку, пришедшую утром. Местным разрешалось читать открытки в свое удовольствие. Это добавляло ощущения общности.

– Гарри явно не скучает, – заметила Джесс, сделав первый освежающий глоток напитка и на мгновение закрыв глаза.

– Открытка лежала на коврике у двери, когда я пришла утром. – Она упала в щель для писем в нижней части двери и приземлилась текстом вверх. Сердце Джо пропустило удар, когда она открыла дверь. Она надеялась, что открытку прислал ее тайный поклонник. Но потом она увидела имя Гарри, бывшего бойфренда, и отогнала эту мысль, радуясь открытке от того, кто обещал навсегда остаться ее другом. Джо была очень рада, что Гарри сумел начать с чистого листа и казался счастливым. А она сама была еще счастливее от того, что не позволила ностальгии снова свести их. Из этого бы ничего хорошего не получилось.

– Судя по всему, он ездит по Америке, пока работает, – заметила Джесс.

Джо бросила взгляд на открытку с уличной сценой в Денвере, штат Колорадо.

– Ему всегда хотелось посмотреть мир.

– Как ты думаешь, он сбежал потому, что ты не была в нем заинтересована?

Джо улыбнулась следующей посетительнице и прошептала:

– Я так не думаю, но все сложилось как нельзя лучше. Надеюсь, он встретит девушку, которая будет с ним на одной волне. – В Солтхэйвене Гарри Сэдлеру всегда было тесно. Они с Джо были совершенно разными людьми.

– Доброе утро, Хильда. Вы сегодня рано. – Джо встала за стойку, когда новая посетительница улыбнулась и направилась прямиком к елке. Даже без украшений дерево было великолепным, и Хильда глубоко вдохнула аромат хвои, прежде чем подойти к кассе.

– В магазине игрушек очень много дел, – объяснила Хильда, попрощавшись с Джесс, которая отправилась к себе в приемную. – Это волшебное время года. Я чувствую себя Санта-Клаусом. Или миссис Клаус… Да, так, пожалуй, лучше звучит.

– Вам нужен еще эльф.

– Да. Жаль, что твоя мама не живет поблизости.

Мама Джо, Саша, извинилась перед Хильдой за то, что в молодости приняла участие в акте вандализма в ее магазине, и настояла на том, чтобы поработать в ее магазине бесплатно до отъезда в Испанию.

– Полагаю, ей нравится более теплый климат Мальорки, – сказала Джо. Впервые за долгое время она была довольна тем, что ее мама живет в другой стране. Теперь, когда семья оставила прошлое в прошлом, настоящее стало куда приятнее. – Ба и Дед ждут не дождутся, когда окажутся там.

– Надо же, они все-таки собрались.

– Сейчас зима, и Деду понравится погода. Я не уверена, как бы он отреагировал, если бы Ба захотела отправиться туда в летние месяцы.

Хильда рассмеялась.

– Ты права, жару он не слишком любит. Ну а мне, пожалуйста, зеленый чай с ревенем, чтобы согреть руки по дороге на работу.

– Сейчас принесу.

– Фондю по-прежнему в завтрашнем меню? – уточнила Хильда, когда Джо брала стакан навынос из стопки рядом с кофемашиной и выбирала чай.

– Разумеется. У меня завтра выходной, но Дед готов к «Фондю по вторникам». И мы сделаем так, чтобы до конца зимы каждый вторник у нас было фондю, если оно будет пользоваться спросом.

– Вот за это не беспокойся, я всем расскажу. – Джо в этом ни минуты не сомневалась. – А ты ждешь вашего завтрашнего выхода в свет с Энджи?

Джо залила пакетик с чаем кипятком и ответила:

– Очень жду. Она не принимает отказов, а шанс увидеть балет «Щелкунчик» в Лондоне на Рождество – изумительный подарок.

– Я видела эту постановку два года назад и наслаждалась каждой секундой. Подожди, спектакль обязательно настроит тебя на рождественский лад. И ты увидишь декорации в Ковент-Гарден, огни на Эппл-Маркет, огромную ель, большого светящегося оленя. – Хильда покачала головой, возвращаясь из сказочного мира и отсчитывая деньги за чай, который Джо налила в стакан и закрыла пластиковой крышкой. – Только не трать слишком много в магазинах.

– Не могу ничего обещать, мне не терпится все это увидеть.

Хильда натянула свои сиреневые перчатки.

– Передай Артуру, что я буду на «Фондю по вторникам» завтра ровно в полдень.

Она ушла, а Джо вернулась к выпечке. Тесто уже почти можно было раскатывать, поэтому она приготовила начинку для сливочного пирога с сыром и луком-пореем, плотного, согревающего блюда, которое она включила в меню этого дня. Она поджарила лук-порей в небольшом количестве сливочного масла, добавила муку и приправы, потом долила молоко, чтобы получился соус. В конце Джо добавила сыр, свежую петрушку и ломтики картофеля.

Накрыв начинку тестом, она отправила пирог в духовку, а вскоре в кафе вошли Ба и Дед. Они принесли коробки с рождественскими украшениями. С ними был и Стив.

– Вы знали о ели, – сделала вывод Джо.

– Разумеется. – Молли пожала плечами. – Мэтт привозит ель в кафе каждый год, и он предупредил нас об этом в прошлый вторник. Мы решили устроить тебе сюрприз.

– Великолепное дерево. – Стив одобрительно кивнул.

– Эти коробки не становятся легче, – со смехом сказал Дед. – Куда нам их поставить?

– Оставьте на столике в углу, я украшу кафе при первой же возможности. Мне еще нужно приготовить зимний салат и фриттату. – Джо посмотрела на Стива. – Ты уверен, что можешь носить что-то тяжелое? Ведь у тебя рука! – Он повредил руку на стройке в прошлом месяце и некоторое время носил ее подвязанной. Но Стив оставался Стивом и настоял на том, чтобы помогать ей даже с одной рукой, если в этом была необходимость.

– Расслабься. Неделю назад Джесс сказала, что я полностью здоров. – Стив улыбнулся. – Это было всего лишь растяжение, поэтому хватило небольшого отдыха. И она считает, что я смогу принять участие в рождественском заплыве.

– Ты не хочешь его пропустить, так?

От Стива не укрылся сарказм в голосе Джо.

– Осторожно, а не то я утащу тебя в море вместе с собой.

– Прекратите, вы двое, – предупредила Молли. – Если мы начнем украшать кафе, то закончим очень быстро.

– Нет-нет, – остановила ее Джо. – Это моя работа. Ваше дело отправляться домой и собирать вещи. Вы будете здесь вместо меня завтра, а в среду утром вы уже уезжаете. Что у тебя с лицом, Дед? – Она думала, что их проблемы с Сашей полностью улажены.

– Я вышел за пределы моей зоны комфорта, – признался он, когда Стив ушел в строящийся квартал на краю города. Он не работал последние несколько недель, поэтому теперь должен был отрабатывать часы, прежде чем стройка закроется на Рождество.

– Идите сюда, сядьте. – Джо подвела Ба и Деда к их любимому столику в углу. – Я приготовлю вам чай. – Она вышла в кухню и вернулась с чайником «Эрл Грей». – А теперь расскажи мне, Дед, что тебя смущает.

– Я много лет не уезжал отсюда на Рождество. – Он посмотрел на Молли. – Мы оба не уезжали.

– Он прав, мы живем в Солтхэйвене, нам здесь нравится.

– Но вы будете с дочерью, и вам нужно провести время вместе.

– Артур тревожится, – призналась Молли. Она сделала глоток чая и поставила чашку на столик.

– Из-за чего, Дед?

– Когда твоя мама уезжала в этот раз из города, между нами все было хорошо. С тех пор мы много говорили по телефону, как будто рождественские праздники за все эти годы слились в один. – Джо слушала, не понимая, к чему он клонит. – Мы в хорошем месте. И потом, здесь ты. Одному человеку трудно справиться с кафе.

– Это правда, но я справлюсь.

– Ты не впадаешь в панику при мысли о том, что мы уедем?

– Вовсе нет. Если бы вы уехали, скажем, летом, то я бы запаниковала. Но не сейчас.

– Это большой день, – продолжал Артур. – Молли хотела приготовить для тебя угощение в твое первое Рождество после возвращения домой.

– Что ж, это приятно. – Она улыбнулась им, уже грустя о том, что не будет сидеть с ними за столом, наслаждаясь рождественской трапезой. Но Джо не собиралась внушать им чувство вины. Они всегда были с ней рядом, и теперь пришла ее очередь сделать что-то хорошее для них, что бы для этого ни потребовалось. – Не беспокойтесь обо мне. Приедет Тилли, и я буду рада пообщаться с ней.

Но ее слова не убедили Молли.

– Это же семья Тилли, а не твоя. Это не одно и то же.

Ба была права.

– Бросьте, вы же только что сказали мне, что община и друзья – это как продолжение семьи, а теперь говорите мне, что это не одно и то же. – Джо понадобилось несколько секунд, чтобы понять главную причину их сомнений. – Или вы беспокоитесь из-за того, что поездка к маме – это слишком много и слишком быстро?

– Ты тоже так считаешь? – спросила Молли.

– Я считаю, что вы трое многому научились за прошедшие годы. И теперь, когда вы помирились, никто из вас ничего не испортит. Я знаю, маме очень хочется, чтобы этот визит прошел хорошо. Она с нетерпением ждет вас.

– Саша так и говорит, – сказал Артур.

– Каждый раз, когда мы с ней общаемся, – продолжала Джо, – она рассказывает о том, чем еще вы могли бы заняться вместе. Ей хочется показать вам, как она живет в Испании. Ей хочется отвести вас на ювелирные рынки, показать свой бизнес – ведь деловое чутье она унаследовала от вас обоих. Ей хочется отправиться с вами в круиз, поесть в ее любимых шикарных ресторанах. Дед, она хочет разделить свою жизнь с вами.

– А с тобой точно все будет в порядке? – спросила Молли, когда в кафе вошел посетитель не из местных.

– Не будет, если я вовремя не выну из духовки пирог с луком-пореем и чеддером, – пошутила Джо.

Пирог она вынула вовремя и поставила остывать. Потом сварила четыре чашки кофе для посетителей, устроившихся за столиком в центре кафе. Потом еще раз вернулась в кухню, чтобы приготовить зимний салат с красивой брюссельской капустой, которую привез Мэтт. Дед настоял на том, что будет варить кофе, пока Джо будет заниматься салатом. На этот раз она возражать не стала, так как видела, что ему это нужно. Деду требовалось отвлечься, ему необходимы были комфорт и знакомая обстановка.

Джо взвесила порцию зерен граната, порезала брюссельскую капусту и репчатый лук, измельчила чеснок, отмерила соус винегрет, кленовый сироп и горчицу. В прошлом году в эти дни Ба и Дед все время работали в кафе одни. Джо провела в Солтхэйвене почти год и должна была признать, что, несмотря на первоначальную панику и тревогу об отсутствии стабильного дохода в первые месяцы, она ни разу не оглянулась назад. У нее была цель, близкие друзья, собственная квартира. Она была на своем месте. Ей только хотелось, чтобы таинственный отправитель открыток наконец вышел из тени и сказал, кто он такой. Внутренний голос цинично утверждал, что это дело ничем хорошим не кончится, но ее романтичная сторона верила в хеппи-энд, как получилось у Молли и Артура, и говорила, что скоро и в ее жизнь придет капелька волшебства.

Глава вторая

В среду утром Джо включила в кафе свет и все гирлянды с мигающими белыми лампочками, прикрепленными вверху на стенах. Она привыкла это делать с приходом зимы, которая уже захватила город.

Температура снизилась еще больше. Этим утром на пирсе застыли лужи. Но Джо знала, что вскоре под лучами солнца заблестит море, иней на траве между пирсом и городом засверкает в редкий погожий декабрьский денек. Прогноз обещал в Солтхэйвене снегопады, и горожане заволновались. Но только не Джо. Как бы сильно она ни любила лето, она считала, что ничто не сравнится с волшебством снега на Рождество, и в кафе она чувствовала себя по-настоящему счастливой. Даже если ей придется ходить в резиновых сапогах, сражаться с волнами, ударяющимися об опоры пирса и посылающими ледяные брызги ей в лицо, она никогда не разлюбит это место.

Джо принялась за работу. Надо было закончить начатое. Этим утром Дед вручил ей красивые ветки остролиста из своего сада, и их надо было прикрепить к меловым доскам. Стараясь не уколоться, она украсила остролистом верхние углы досок. Остролист всегда вызывал радость в холодные и тусклые зимние дни, привнося нотку красоты своими блестящими зелеными листьями и красными ягодами.

Она взяла второй кубик рождественского календаря и перевернула его новой цифрой вперед. Прежде чем думать о новых рецептах и заниматься готовкой, надо было нарядить елку. Бедняжка стояла у стены с утра понедельника, но у Джо не было времени что-то с ней сделать, кроме как налить ей воды перед уходом домой. Во вторник Молли и Артур тоже ее полили, но они получили строгое указание не украшать дерево. Джо хотелось самой нарядить ель, чтобы отметить свое первое Рождество в качестве босса.

Из дома Джо принесла небольшую коробку, а потом подтащила к елке те коробки, которые принесли ее дед и бабушка и оставили в кладовке. Она достала гирлянды, которые, к счастью, легко распутались. Они подходили к гирляндам, натянутым вдоль стен. Такими же гирляндами Джо обычно украшала столбы беседки, которую ставили в зале для вечеров любви. Благодаря помощи Джо Мэдди и Дэн теперь были вместе, рыболов-любитель Джеф был счастлив с поклонницей йоги Вэлери, а Джесс подружилась с Беном. После Рождества Джо собиралась найти еще одну пару для свидания вслепую, и ей оставалось только надеяться, что любовь придет и к этим двоим.

Встав на стул, она смогла дотянуться почти до верхушки ели и начала обматывать гирляндой дерево по кругу, пока не добралась до нижних веток, откуда вилке легко было дотянуться до розетки. Джо отошла и улыбнулась, вдохнув терпкий аромат хвои, исходящий от серебристо-голубой ели, вместе с которой в кафе пришло Рождество. Ей бы хотелось, чтобы у нее нашлось время сварить себе утренний кофе и посидеть у елки, любуясь ею. Но скоро должны были появиться первые посетители, так что она не могла тратить время впустую.

Проверив все коробки, Джо набрала достаточно украшений, чтобы ей было из чего выбирать. Она взяла серебристые и белые игрушки, матовые и блестящие. Рождественская ель на сцене в балете «Щелкунчик» в Ковент-Гарден, которую она видела накануне, была самой большой и самой впечатляющей из тех, что доводилось видеть Джо. Но дерево в «Кафе в конце пирса» было ее собственным. Она достала украшения, которые купила накануне в Лондоне. Покоренные магией балета с его легчайшими движениями, элегантными прыжками и поворотами, всей сверкающей постановкой, они с Энджи купили сувениры. И вот теперь Джо развернула трех игрушечных солдат, серебряных с красным, точно таких, какие были в балете. Она повесила одну игрушку в центре, две остальные по бокам на разных уровнях. Затем наступил черед коробки, которую принесли в понедельник Ба и Дед. Вынимая украшения по одному, Джо наслаждалась особенными воспоминаниями, которые они вызывали. В коробке была деревянная мышь, посыпанная блестками, и такой же еж. Обе игрушки она привезла из поездки с мамой в Котсуолдс. Она повесила на елку мягкого фетрового оленя в шарфе. Джо не забыла, как после школы выбирала его в городе вместе с Дедом. На нее тогда плохо подействовала погода, и ей срочно требовалось развеселиться. Джо повесила три хрупких стеклянных колокольчика с белыми лентами и серебристым напылением. Для них она выбрала ветки повыше, чтобы до них не дотянулись шаловливые ручонки. В коробке был и пингвин в шапке Санта-Клауса и на коньках. Ему тоже нашлось место на елке. Джо достала коллекцию сладких палочек, пакет миниатюрных игрушечных барабанов, серебристый конек с меховой опушкой по верху ботинка. Она даже нашла маленький фетровый чулок и украшение в виде камина с горящим в нем огнем, потом серебристый «Фольксваген-жук». Ее взгляд задержался на машинке, когда она надела белую ленту на ветку. Джо вдруг осознала, сколько времени прошло с тех пор, как она зашла в магазинчик рядом с домом, который она делила с другими в Эдинбурге, чтобы купить украшения для своей первой рождественской елки в Шотландии.

Телефон Джо пискнул, она вынула его и увидела сообщение от Тилли. Она в радостном предвкушении провела рукой по экрану, но слова оказались совсем не теми, которые она надеялась увидеть, а в точности наоборот. Они грозили привести ее в замешательство.

– Отлично, – пробормотала Джо себе под нос. Тилли отменила свой приезд в Солтхэйвен на Рождество из-за погоды. Джо уже была готова позвонить ей и попытаться выяснить, есть ли шанс, что ее подруга передумает. Но это было бы нечестно по отношению к Тилли, которой пришлось бы проделать весь этот путь из Эдинбурга под снегом. Поэтому Джо написала ей короткое сообщение, чтобы Тилли не беспокоилась: с погодой ничего не поделаешь, и они увидятся на Новый год. Тилли написала еще одно сообщение, чтобы сказать, что Джо будут рады в доме ее родителей, ведь они хорошо друг друга знают. Джо ответила, что у нее будут другие планы. Приятно, что родители Тилли настолько гостеприимны, но без подруги она лучше придумает что-нибудь сама. Может быть, она просто воспользуется долгожданной возможностью отдохнуть и проведет день на диване за просмотром рождественских фильмов на ее вкус. И есть будет то, что захочет. И такая свобода выбора вдруг показалась ей привлекательной.

Джо достала последнюю игрушку – елочную макушку в форме изысканной девочки-ангела в красивом платье, которое каждая маленькая девочка мечтала надеть. Сверкающий ангел в кружевах был подарком Молли, когда Джо уезжала из Солтхэйвена в Эдинбург. Тогда Джо гадала, считают ли Ба и Дед, что она поступает так же, как ее мама, и уезжает насовсем. Возможно, так они хотели напомнить Джо о себе. Но они ошибались. Джо никогда не забывала о Молли и Артуре и не могла забыть. Ее место было здесь, и пусть ей предстояло провести Рождество в одиночестве, она могла справиться и с этим. И никому не следовало знать, что ее планы рухнули.

Джо потянулась к верхушке елки, но даже со стула до нее не достала. Ей захотелось плакать. Не с кем разделить Рождество, бабушка и дед уезжают, а она даже елку правильно нарядить не может.

– Кажется, я вовремя, – раздался голос у нее за спиной под аккомпанемент колокольчика, зазвеневшего на двери.

Джо спрыгнула со стула.

– Ты точно вовремя. Окажешь мне честь? – Она надеялась, что по ее лицу Мэтт не догадается о ее одиночестве и беспомощности.

Он поставил ящик с продуктами, снял перчатки, осторожно взял ангела, встал на стул и с легкостью поместил его на верхушку ели, а заодно поправил гирлянды.

– Чтобы они освещали ее еще лучше. Хорошо, что ангел так высоко, – заметил он, спрыгивая со стула. – А то Поппи и другие малышки увидят девочку-ангела, и им захочется взять ее себе.

– Красивая, правда? Ба и Дед подарили ее мне.

– Теперь редко делают такие макушки для елок, – сказал Мэтт. – Как правило, это дешевые пластиковые поделки, они не сравнятся с этим… Что ж, девочка-ангел – это звезда шоу. – Он встал рядом с Джо, и они залюбовались украшенным деревом. – Кстати, насчет шоу, как тебе понравился вчерашний спектакль?

Она резко вернулась в настоящее.

– Это было великолепно. Лондон производит впечатление, это точно.

– Энджи болтала весь спектакль? – Мэтт подхватил ящик с продуктами, и они прошли в кухню.

– По дороге она говорила без остановки, не умолкала, пока мы добирались до Ковент-Гарден, но во время спектакля Энджи не произнесла ни звука. Я так рада, что она убедила меня поехать с ней. Она уже говорит о спектакле на следующий год.

– Такое ощущение, будто Энджи собирается установить традицию.

Джо пожала плечами.

– Я только за.

Но пребывание в большом городе, каким бы прекрасным он ни был, показало Джо, насколько правильным был ее переезд на южное побережье. Она не мечтала о ночной жизни, о суете, о постоянной спешке, а наслаждалась своей принадлежностью к общине.

Джо сосредоточилась на ящике с продуктами.

– Спасибо за это все. Как идут дела на ферме?

– Медленно, если сравнивать с другими сезонами, но достаточно бодро, чтобы уберечь меня от проблем.

– Рада слышать.

– Понравился ли посетителям салат с брюссельской капустой?

– Под таким названием его никто бы не купил. – Джо толкнула его в бок. – Это был зимний салат.

– Прошу прощения. Как посетителям понравился зимний салат?

– Очень хорошо. Винс попробовал, Мэдди и Дэну салат понравился, а кое-кто из приезжих выразил надежду, что салат вскоре снова появится в меню.

– Значит, я не зря привез тебе еще брюссельской капусты. – Мэтт подмигнул ей.

Джо вытащила огромный стебель.

– Какая красота. Думаю, я сделаю сегодня салат себе на ланч.

На двери снова звякнул колокольчик, и Джо узнала посетителей по голосам.

Она вышла в зал и обняла сначала Ба, потом Деда.

– Я буду по вам скучать. Но вы замечательно проведете время, я уверена. – Джо ни в коем случае не собиралась говорить им, что Тилли не приедет, иначе они сразу же отменили бы свой визит к дочери в Испанию. А она несколько лет пыталась убедить их решиться на эту поездку.

Дед не смог сдержать слез.

– Скоро придет Стив и починит шкафчик рядом с плитой.

– Он опять сломался? – спросила Джо.

– Кухня старая, – констатировал Артур. Джо давно хотелось обновить кухню и в кафе, и в своей квартире, но пока можно было обойтись мелким ремонтом. – Кстати, Хильда уже разрекламировала фондю.

– Посетители были довольны?

– Хильда привела Энджи, а еще Би и Мэйзи. Они все сказали, что вернутся на следующей неделе.

– Что ж, мне нужно будет запастись необходимыми ингредиентами. В моем меню «Фондю по вторникам» станет обязательным.

– Уверена, что Мэтт привезет тебе все необходимое, – добавила Молли. – И потом, у тебя теперь здесь много друзей на случай, если возникнут проблемы.

– У меня не будет проблем, мои дорогие, в кафе все идет как по маслу.

– Ты только дай мне знать, если тебе что-то понадобится, – сказал Мэтт. – А теперь мне пора ехать дальше. Желаю вам отличного отпуска, Молли. – Ба покраснела, когда он поцеловал ее в щеку. – И вам, Артур. – Мэтт пожал руку деду. – И счастливого Рождества вам обоим.

– И тебе замечательного Рождества, Мэтт, – ответил Артур и почему-то подмигнул. Он явно радовался и отпуску, и Рождеству.

– Надеюсь, Санта принесет тебе кое-что особенное, – добавила Молли. Джо показалось, что и Ба подмигнула Мэтту. Что это с ними обоими? Они словно дети, которые замышляют какую-то проказу.

– Что это с вами? – со смехом спросила Джо, когда Мэтт ушел. – Мэтт, конечно, моложе вас, но я не думаю, что он до сих пор верит в Санта-Клауса.

– Может быть, он верит в волшебство, – ответил Артур так же жизнерадостно.

– Может быть. А теперь скажите мне, все ли вы взяли. Паспорта? Билеты? Деньги?

– Джо, прекрати суетиться, – остановил ее Дед. – Мы пока еще не все мозги растеряли.

– Я знаю, я просто беспокоюсь о вас так же, как вы беспокоитесь обо мне. – На прошлой неделе Ба сказала Джо, что Дед чувствует себя хорошо благодаря здоровому питанию, отдыху и достаточной физической нагрузке, так как он начал играть в боулинг. Артур побывал на приеме у Джесс, и та сказала, что с ним все в порядке. – Когда приедет ваше такси? У вас есть время на чашку чая?

– Мы не можем остаться. Погода не разрешает. – Молли рассмеялась. – Такси ждет на стоянке у подножия холма.

– Тогда поторопитесь! – Джо ахнула. Сводка погоды против них! – Счастливого пути! – Она крепко обняла их обоих. Они уезжали ненадолго, она сама этому способствовала, но прощаться было тяжело.

Джо проводила Молли и Артура. Они впервые оставляли кафе в ее руках, не имея возможности спуститься с холма и помочь, если возникнет проблема. И Джо понимала, что для них это непросто. Она остановилась у входа в кафе и махала им вслед, пока они шли по пирсу. Молли явно выговаривала за что-то Артуру, и когда Джо смотрела на них обоих, у нее сжималось сердце.

Стив поднялся по ступенькам с пляжа.

Он был в гидрокостюме.

– Ты не замерзла? – Стив посмотрел на Джо в джинсах и джемпере, совершенно не подходящем наряде для такой погоды.

– Мне следовало бы задать тебе тот же вопрос. – Она вошла в кафе, дрожа и растирая руки. – Неужели ты выходил в море?

– Разумеется, выходил. Я же не хлюпик какой-нибудь. – Стив вошел в кафе следом за ней. – И потом, мне нужно поддерживать силу духа для рождественского заплыва.

– Ты сумасшедший.

– Многие из нас участвуют. У тебя еще есть время, чтобы записаться.

Джо сделала вид, что не слышала этих слов.

– Что тебе принести? Насколько я понимаю, ты пришел не для того, чтобы чинить шкафчик, – с улыбкой добавила она.

Стив обвел взглядом свой гидрокостюм.

– Не знаю, куда точно я положил инструменты. – Когда Джо покраснела, он добавил:

– И не меняй тему. – Он заметил украшенную елку. – Отличная работа. Вчера на ней еще ничего не было. Ты заставила меня поволноваться: а вдруг ты придерживаешься столь модного сейчас минимализма.

Джо улыбнулась.

– Ни за что. Кофе? – Она была бы рада поболтать, но ее мысли уже переключились на рецепты блюд, которые она хотела приготовить и включить в меню.

– Да, пожалуйста. – Стив посмотрел на стеклянную витрину, в которой обычно были выставлены блюда. – А где еда?

– Я как раз собиралась заняться готовкой. Мне захотелось сначала нарядить елку. Если хочешь, могу тебе приготовить тост с фруктами.

– Звучит замечательно.

Джо сварила ему кофе. Она боялась, что Стив простудится в своем гидрокостюме, но он казался слишком крепким для этого. Джо отправила хлеб в тостер, поджарила до золотистого цвета, добавила две порции масла и фрукты, потом отнесла тарелку Стиву, который уселся за столик у выхода.

– Что-то еще?

– Почему ты спрашиваешь?

Потому что у него был такой вид, будто он хочет ее о чем-то попросить.

– Просто так. Я сейчас уйду в кухню, если тебе что-то понадобится, зови.

– Да, ты права, – невпопад ответил он.

Странно. Иначе не скажешь. Когда Стив только пришел, он вел себя совершенно нормально, смеялся и шутил, как всегда, но у него было что-то на уме. Вот только Джо не знала, что именно.

Она улыбнулась и ушла, пока не появились другие посетители, которые не обойдутся двумя кусками поджаренного хлеба. Мэтт привез отличный набор продуктов, поэтому Джо снова приготовила зимний салат – подростки воротили от него носы, но многим взрослым он понравился, – и взялась за приготовление бананового хлеба, благо Мэтт привез яйца, а у нее уже были бананы из супермаркета. Он привез еще и тыкву, из которой она собиралась испечь тыквенные сконы.

– К тебе посетитель! – раздался голос Стива из зала.

– Уже иду. – Джо вытерла руки, вышла в зал и поздоровалась с Джесс. Она заметила, что подруга в костюме для бега, на лбу блестит пот после тренировки. – Рядом с тобой и Стивом я чувствую себя настоящей лентяйкой.

– Чушь. – Джесс вытащила наушники. – Как твоя рука, Стив?

– Хорошо.

– С ней точно все в порядке, раз ты снова занялся серфингом.

Стив на мгновение растерялся, пока не сообразил, что ее прозорливость – результат того, что Джесс видит его гидрокостюм. Определенно, этим утром парень пребывал на другой планете.

– И как?

– Что как?

Теперь Джесс состроила гримаску.

– Серфинг.

Стив что-то пробормотал о том, что он гнался за волнами, и сразу вышел, как только допил свой кофе.

– Что это с ним? – спросила Джесс.

– Ты тоже заметила? Я ничего не понимаю, но он сам не свой. Как будто его унесли феи.

– Может быть, это Рождество так на него действует, – предположила Джесс, когда Джо готовила для нее обычный смузи. – Этот праздник очень странно влияет на людей. И кстати, о Рождестве. Я решила принять участие в рождественском заплыве.

– Неужели?!

– Правда. В этом году организаторы собирают деньги в фонд местного хосписа.

Джо взбила в блендере ингредиенты для смузи и перелила его в стакан навынос.

– А могу я просто перевести деньги, но не принимать участие в заплыве? – спросила она, передавая Джесс смузи. Джо уже разговаривала с местными об этом событии, и каждый так или иначе принимал в этом участие. Кто-то собирался быть спасателем на воде, другие отвечали за напитки, некоторые собирались принести дополнительные полотенца и одеяла. Джо решила приготовить рождественским утром сладкие пирожки, а потом стоять на песке и смотреть на храбрецов, чтобы угощать их после возвращения на берег.

– Можешь. – Джесс вытащила соломинку из ди-спенсера, стоявшего возле кассы. – Я пришлю тебе ссылку на JustGiving. И обязательно приходи посмотреть на заплыв перед тем, как отправишься вместе с Тилли наслаждаться рождественской трапезой.

– Не беспокойся. Я обязательно приду. – Джо улыбнулась. Она не хотела, чтобы кто-то знал, что ей некуда идти в Рождество. Не хотела, чтобы кто-то менял свои планы из жалости к ней. Никому не нужно ничего знать. Ее бабушка и дедушка точно ничего не узнали. У нее будет одинокое Рождество, но она это переживет. – Пойду-ка я, пожалуй, в кухню и начну готовить.

– Я убегаю, а то вдруг ты попытаешься заставить меня съесть эти зеленые штуки, которые ты продолжаешь добавлять в салат… Они ужасны.

– Брюссельская капуста восхитительна! – крикнула Джо ей вслед. Джесс обернулась на пороге и подняла свой стакан, как будто говоря «будь здорова!».

Пришло время заняться сконами. Обслуживая посетителей, Джо успела в перерывах порезать тыкву и переложить ее в кастрюлю, чтобы потушить. Она отмерила пахту, приготовила липкое тесто. Пока тыква остывала, Джо приготовила другие блюда и записала их все на меловой доске. Пришла Мелисса. Она пожаловалась на то, что на почте просто сумасшедший дом и от этого у нее разболелась голова. Заглянула Хиль-да, чтобы взять порцию зимнего салата на ланч и напомнить, что «Фондю по вторникам» должно стать традиционным. Джеф и Вэлери устроились за столиком на улице, завернувшись в одно одеяло. Они пили лат-те с корицей и разговаривали. Посетители приходили и уходили, дела шли хорошо, и к тому моменту, когда во второй половине дня вернулся Стив с инструментами и починил шкафчик, Джо даже хватило времени испечь первую партию сладких пирожков в этом сезоне.

– Осторожно, они горячие, – предупредила она Стива, но тот уже вонзил зубы в пирожок, и его расширившиеся глаза и пар, выходящий у него изо рта, ее рассмешили.

– Ты жестокая, – сказал Стив, когда наконец смог прожевать кусок пирожка.

– Я пыталась тебя предупредить. И ты не дождался коньячного масла, которое я убрала в холодильник.

– Уверен, это не последний сладкий пирожок в моей жизни, так что коньячное масло в другой раз. – Он взял свой ящик с инструментами. – Ты можешь поверить, что это твое первое Рождество в кафе?

– Не могу. – Джо прислонилась к шкафчику. Она уже почти год работала на себя, а не на кого-то другого, справилась с хаосом первых дней и вечной занятостью.

– Подумать только, когда ты только приехала, ты боялась, удастся ли тебе справиться с наплывом посетителей в летние месяцы. – Стив спокойно отправил себе в рот остаток пирожка, благо тот уже остыл. – Я бы сказал, что нет ничего такого, с чем бы ты не справилась. А что бы ты изменила, если бы могла?

– Если честно, я бы ничего не стала менять.

Стив одобрительно кивнул.

– Еще увидимся.

Джо помахала ему на прощание. Ей надо было обслужить толпу местных жителей, которые возвращались из школы после рождественской пьесы. Она приготовила детям горячий шоколад и с помощью специальных трафаретов нарисовала шоколадной крошкой рождественскую ель в одной кружке, снеговика в другой и Санту в третьей. Эта группа занимала ее почти час. Сладкие пирожки и коньячное масло продавались быстро, как и сконы. К тому моменту, когда темнота накрыла кафе и пирс, Джо почти падала от усталости.

Она перевернула табличку на двери на «Закрыто» и плюхнулась на подоконник-диван. Джо сбросила туфли, положила ступни на низкий столик и ненадолго закрыла глаза, прежде чем приняться за уборку. Рождество приближалось, и предвкушение праздника, радостное возбуждение было слишком сильным.

Почувствовав, что ее дыхание успокоилось, а тело расслабилось, Джо поняла, что надо начинать уборку, пока она не уснула прямо на подоконнике-диване. Глубоко вздохнув, она посмотрела на столики, за которыми сидели последние в этот день посетители. Там остались капли и крошки, стулья стояли в беспорядке. Каждое движение требовало от нее усилий. Не стоило ей садиться.

Джо перевела взгляд на рождественскую ель. Уборка все еще ждала, но теперь Джо нашла в себе силы открыть глаза и была готова встать и начать действовать. На елке сверкали огни, подсвечивая новые игрушки, которые она привезла из Лондона после балета «Щелкунчик», белка, вырезанная из шишки, поблескивала на конце ветки. Серебристый шар сверкал так ярко, что Джо почти могла рассмотреть в нем свое отражение. Но на елке было кое-что еще.

Джо села на диване и подалась вперед… Что это там на самой верхней ветке рядом с прекрасной девочкой-ангелом?

Она прошла между столиками, обогнула стулья и сняла с дерева конверт, на котором было написано ее имя. У нее стало тепло на сердце. Возможно, это рождественское поздравление от одного из местных школьников. Многие из них были на ее тыквенной вечеринке, других она кормила хот-догами в Ночь фейерверков. Казалось, люди всех возрастов были рады видеть ее в Солтхэйвене. О рождественском печенье, которым она угощала первого декабря, говорили на игровой площадке, если верить маленькому Чарли.

Джо надорвала золотистый конверт и вытащила рождественскую открытку. Она ожидала увидеть снег, или Санту, или что-то праздничное. Но она совершенно не ожидала увидеть открытку с изображением остролиста по краям и с красными ягодами в каждом углу, а еще там был текст без подписи.

Сердце Джо забилось чаще. Потому что это была необычная открытка…

«Дата: день Рождества

Место: «Кафе в конце пирса»

Время: 14:00

Дорогая Джо!

В это Рождество пора позволить кому-то другому позаботиться о тебе.

Приходи в «Кафе в конце пирса», чтобы все твои желания исполнились.

ххх».

Сердце Джо забилось еще быстрее, ее затопило возбуждение. Вот оно! Она гадала, как могла пропустить того, кто оставил этот конверт на елке, но в кафе все время были люди. Это мог быть кто угодно.

Джо прижала открытку к груди и посмотрела на рождественский календарь. Оставалось девятнадцать дней. Девятнадцать коротких дней, и среди них Рождество. Она выяснит, кто восхищался ею издалека и так и не открылся.

Могла ли она надеяться, что с этого в ее жизни начнется что-то особенное?

Глава третья

– Не знаю, – сказал Моррис Иклс, который жил недалеко от Молли и Артура. – Возможно, мне следует вообще отказаться от этой затеи.

Он пришел в кафе Джо в середине дня и рассказывал о своих попытках придать форму кусту в своем саду, но ей едва удавалось сосредоточиться на сладком пирожке и кружке кофе, не говоря уже о том, чтобы обсуждать чье-то хобби. Она могла думать только о полученной открытке, поэтому этим утром умудрилась налить в кофе апельсиновый сок вместо молока, и ей пришлось начинать все сначала. Потом Джо сожгла первую в этот день партию сладких пирожков, попросту забыв про них. В процессе она едва не спалила кафе. К тому же Джо забыла отдать Хильде сдачу, когда та зашла утром выпить чашку кофе и поболтать с Энджи.

– Не отказывайтесь от вашей затеи, – сказала она Моррису, помогая ему снять пальто и усаживая за столик, чтобы он мог насладиться сладким пирожком. – Я думаю, без практики ни у кого ничего не получится. Посмотрите в интернете, проведите исследование и вперед.

– Вы, молодые, другое дело, у вас есть смекалка. Жаль, что мне она не передастся.

– Глупости. – Джо повесила на плечо посудное полотенце, взяла тряпку и вытерла столик рядом с Мор-рисом. – Почему бы вам не придать вашему кусту форму шара? Это базовая фигура, но хороший старт. Когда я только начала работать в этом кафе, в мой репертуар входили только тосты и простые рецепты. – Джо выпрямилась и поправила салфетки в серебристом диспенсере. – Но теперь я с радостью пробую что-то новое.

– Салат с брюссельской капустой был восхитительным. – Моррис подобрал кусочек сладкого пирога, упавшего на его тарелку. – И эти сладкие пирожки – одни из лучших, которые я пробовал. Они настолько хороши, что мне даже не нужно коньячное масло.

– Очень высокая оценка. – Джо улыбнулась. Она украсила пирожки звездами из теста, как это всегда делала Молли. – И в этом сезоне будет еще много всего нового, уверяю вас.

Она отошла, чтобы обслужить другого клиента, радуясь тому, что занята делом. Готовка, обслуживание и уборка отвлекали ее от мыслей об открытке. Так как Джо понятия не имела, кто ее прислал, это одновременно волновало ее и пугало. Теперь она знала, как чувствовали себя Вэлери и Джеф, Джесс и Бен, Мэдди и Дэн, когда она устраивала для них свидание вслепую. Должно быть, они так же мучились от тревоги, но все-таки никто из них не отступил. И Джо тоже не отступит. Кто бы это ни был. Она должна это выяснить и хотела этого.

Этим вечером Джо договорилась встретиться с Джесс в пабе. Мелисса была слишком увлечена своим бойфрендом Джеймсом и собиралась наслаждаться домашним уютом вместе с ним. Она сказала Джо, что после целого дня на ногах в почтовом отделении, когда она рассортировала больше открыток и посылок, чем сам Санта, ей хотелось только надеть пушистые шлепанцы и посидеть со своей второй половиной у камина. К счастью для Джо, Джесс тоже была одинока, поэтому вечером они могли стать друг для друга спасением.

Она вышла из квартиры в холод, повыше подтянула шарф. Завывающий ветер принес с моря ледяной воздух, и вечнозеленые растения и зимняя листва задрожали от страха. На дорогах было пусто. Какой контраст с разгаром сезона, когда туристы ищут места для парковки, дети бегают туда-сюда, дни длинные, люди наслаждаются солнечным светом, проводят почти все время на пляже и на пирсе или сидят в своих садах.

Проходя мимо бунгало Морриса, она улыбнулась, потому что под действием сладких пирожков и кофе он поступил именно так, как она посоветовала этим утром. Куст, из которого он намеревался сделать птицу, он превратил в сферу и украсил фонариками, светящимися мягким белым светом. Пусть сфера не была идеальной, но иногда несовершенства жизни бывают самыми прекрасными на свете.

Джесс ждала Джо у бара.

– Что будешь пить?

Джо видела на улице штендер с нарисованным на нем цветными мелками остролистом и бокалом вина, закрашенного красным в основании.

– Глинтвейн подойдет. – Она стянула перчатки, сунула их в карман, повесила пальто на стул и села.

– Пожалуйста, два глинтвейна, Билли. – Джесс привлекла внимание владельца, помахав десятифунтовой банкнотой.

– Сейчас принесу. – Он спросил, как дела у нее на работе, потом они поговорили о рождественском заплыве, и оба попытались уговорить Джо принять в нем участие.

– Сделай это ради города, – сказал Билли.

– Сделай это ради своих замечательных друзей, – добавила Джесс.

– В этом году я выступлю в роли спонсора, – ответила Джо. – И напеку сладких пирожков.

– Полагаю, ее не уговоришь, – смирилась Джесс.

– Обещаю подумать об этом в следующем году.

Джесс мгновенно вскочила с места.

– Все это слышали? Джо говорит, что в следующем году примет участие в рождественском заплыве.

Поднялся шум, и Джо съежилась на своем стуле.

– Не могу поверить, что ты так со мной поступила. А я ведь только сказала, что подумаю об этом.

– Иначе ты не решишься. – Джесс плюхнулась на свой стул.

– Но кто тогда будет после заплыва угощать пловцов сладкими пирожками на пляже?

– Ты можешь испечь их заранее, а мы передадим их кому-то другому. Уверена, волонтеры найдутся.

Судя по всему, ей было не отвертеться. Вот только Джо обычно терпеть не могла, когда ее на что-то уговаривали, но, как ни странно, не в этот раз. Казалось, чем больше ты вкладываешься в то, чтобы быть частью чего-то, тем больше ты получаешь в ответ. Джо снова вспомнила, как Кертис Дархэм предложил ей работу в Корнуолле, и гадала, как могла даже думать о том, чтобы оставить кафе. Здесь у Джо был надежный устойчивый бизнес, были постоянные посетители, мастер на все руки и поставщик овощей и фруктов. Наконец кафе начало приносить чуть больше денег, и хотя прибыль была небольшой, этого хватало, чтобы Джо расслабилась и не паниковала. А после тыквенной вечеринки на Хеллоуин, когда она получила столько комплиментов, Джо уже знала, что ей предпринять, если потребуется более высокий доход: она будет устраивать тематические вечеринки. Теперь она знала, что у нее это хорошо получается.

Джесс чокнулась своим стаканом с ручкой, украшенным снежинками, со стаканом Джо.

– Итак… Уже почти Рождество, и вот мы тут сидим, две одинокие старые девы…

– Хватит тебе! – Джо сделала глоток глинтвейна, имбирь и гвоздика ее согрели.

– У тебя кто-то появился на горизонте?

При слове «горизонт» Джо вздрогнула, потому что оно было в открытке, которую она получила летом. Но она понимала, что едва ли Джесс знала что-то. Каждый раз, когда в кафе приходила таинственная открытка, Джо анализировала словарь каждого жителя Солтхэйвена и даже туристов. Но время шло, и она постепенно избавилась от этого наваждения и пришла к выводу, что таинственный автор открыток был слишком застенчивым, чтобы выйти из тени.

– Нет, на горизонте никого, – ответила Джо. Она решила было рассказать обо всем Джесс, но передумала. Вдруг из этого ничего не выйдет? И кем бы ни оказался таинственный поклонник, им не нужны были зрители. И уж тем более свидетели не нужны были Джо в том случае, если мужчина передумает в последний момент.

К счастью, Джесс сменила тему.

– Как поживают Молли и Артур? – спросила она, обхватив пальцами теплый стакан.

– Они замечательно проводят время. Мы сегодня говорили по FaceTime на айпаде. Они сидят на улице, наслаждаются солнцем. Ничего похожего на безумную погоду здесь, по крайней мере пока.

– А как они ладят с твоей мамой?

– Похоже, они прекрасно сосуществуют. Ба говорит, что Дед пару раз не сдержался, но он постепенно привыкает к тому, что их дочь давным-давно взрослая и сама принимает решения. Она не нуждается в том, чтобы они с ней цацкались. Хотя думаю, им обоим это пришлось бы по вкусу.

– Ты говоришь совсем как твоя мама. Вы обе независимые, идете к тому, чего хотите.

– Почему-то Ба и Деда во мне это всегда восхищало, но в моей маме они с этим боролись.

– Возможно, они усвоили урок в первый раз, и потом, твоя мама попала в неприятности. Насколько я знаю, с тобой такого не случалось.

– Я словно девочка-ангел на макушке елки. – Джо широко улыбнулась.

– Судя по тому, что я видела, твоя мама любит свою семью так же сильно, как и ты, хотя теперь она и живет вдалеке.

– Так и есть. Думаю, именно это так долго не позволяло ей сюда вернуться. Она боялась того же, что и Ба с Дедом: вдруг какая-то мелочь станет триггером, ситуация только ухудшится, и они никогда больше не станут говорить друг с другом и не увидятся. Я знаю, что была буфером между ними. – Джо улыбнулась. – И я совсем не возражаю. Я просто рада, что я смогла им быть, потому что это, в конце концов, привело к их воссоединению.

– Я по-настоящему счастлива, что все получилось. Твоя мечта сбылась. – Джесс поиграла с палочкой корицы в стакане, потом выложила ее на салфетку, чтобы насладиться глинтвейном, не страдая оттого, что корица тычет ей в нос.

Джо подумала о том, чего ей удалось добиться, сменив направление, двинувшись вперед и сумев сохранить равновесие. За год она невероятно много сделала, и Джо гадала, где она будет еще через год, как пойдут дела в кафе, какие еще праздники она устроит для жителей Солтхэйвена.

– Итак, для кого ты устроишь следующий вечер любви? – спросила Джесс.

– Я пока еще об этом не думала. Сначала было столько волнений, связанных с Хеллоуином, потом Ночь фейерверков, а теперь Рождество так быстро приближается. Так что я не успела организовать следующее свидание вслепую.

– Ты же знаешь, что у тебя есть я, – предложила Джесс. – Ты можешь еще раз меня с кем-нибудь свести.

Джо поставила стакан.

– Это в тебе вино говорит или ты серьезно?

– Я совершенно серьезно. Правда, я безнадежна. Последнее свидание закончилось рождением замечательной дружбы, но поверь, мне нужно нечто большее.

Джо знала, что она может помочь Джесс. Многие мужчины будут счастливы пойти на свидание с местным доктором, женщиной красивой не только внешне, но и внутренне.

– Даже не знаю, ты уже свой шанс использовала, – пошутила она.

– Согласна, это было бы нечестно по отношению к другим одиноким женщинам в этом городе. Но обещай мне поставить меня в самый конец очереди. И если я все еще буду одинока, а у тебя закончатся все кандидатки из Солтхэйвена, ты кого-нибудь для меня найдешь.

– Договорились.

– А знаешь, мы и для тебя должны устроить свидание.

– С кем именно?

– Не знаю… Здесь есть несколько симпатичных горожан. Как насчет Мэтта? Он великолепен, и я видела вас вместе.

– Мы деловые партнеры.

– ОК, как скажешь. Но ты должна признать, что он привлекательный.

– Безусловно, да и человек он хороший. Его сестра говорит, что ей хотелось бы, чтобы он больше думал о себе. – Джо задумалась, не подойдет ли ему Джесс. Вот только она не раз видела их разговаривающими, но никакие искры между ними не пробегали. Может быть, Винс, местный житель, любящий велоспорт? Возможно, Джесс ищет именно такого мужчину, которому тоже нравится заниматься спортом и поддерживать здоровье. Винс был хорош внешне: не каждый мужчина может носить костюм с лайкрой для велоспорта, но он смотрелся хорошо. А потом был еще и Стив, спортивный, крепкий, с такой фигурой, что на него всегда оборачивались женщины. Да и теперь в пабе было немало местных мужчин, с которыми Джо постепенно знакомилась. Каждый из них мог быть шансом для Джесс. Возможно, любовь была у Джесс под носом, она просто этого не видела, и ей требовалось лишь еще одно свидание вслепую в кафе. Пожалуй, она устроит вечер любви в кафе для своей подруги, но только чуть позже.

– Если бы даже мне кто-то понравился, – продолжала Джесс, – я не уверена, что мне хватит смелости пригласить кого-то на свидание. Катастрофа, да? Мне тридцать три года, и я слишком труслива, чтобы пригласить мужчину на свидание.

– Я тоже ни разу никого на свидание не приглашала.

Джесс хмыкнула.

– Не слишком-то активно мы пользуемся женскими правами, верно?

– Мы вернули их на пятьдесят лет назад, – хихикнула Джо. Она определенно опьянела от глинтвейна, который они быстро выпили. Когда Билли проходил мимо и предложил повторить, они с радостью согласились.

– Что это вас так развеселило? – Это был Стив. Он только что вошел в бар и кивнул в ответ на предложение Билли налить ему, как обычно, пинту пива «Килкенни».

– Что ты думаешь о феминизме, Стив? – Джесс повернулась к нему, и вопрос его смутил.

– Пожалуй, я пойду к приятелям, – ответил он, не сводя глаз с Билли. В глазах Стива было такое выражение, как будто он просил бармена поторопиться.

– Я серьезно спрашиваю, – сказала Джесс. – Девушка когда-нибудь приглашала тебя на свидание?

Он выудил несколько монет из бумажника, пересчитал их и передал Билли нужную сумму.

– Может быть, когда-то… Не часто.

– Как по-твоему, мужчина сам должен приглашать девушку? – задала Джесс следующий вопрос. Джо улыбнулась. Ее подруга опьянела, и за этим было забавно наблюдать.

– Я… Это… Никогда не думал об этом.

– Когда ты в последний раз приглашал девушку на свидание, Стив? – На этот раз вопрос задала Джо.

– Спасибо, Билли. – Стив взял свою кружку с пивом. Ему явно не терпелось уйти. – Дамы, еще увидимся.

– Завтра будут булочки с корицей, – крикнула ему вслед Джо. Желание Стива уйти побыстрее удивило ее. – Он просил меня испечь их. Сказал, что оценит, так ли они хороши, как у Молли, – объяснила она.

Джесс явно приняла близко к сердцу вопрос приглашения мужчины на свидание. Она даже подошла к бильярдному столу и предложила Стиву сыграть партию, когда Мэйзи с почты присоединилась к Джо у бара и купила глинтвейн для себя.

Джо наблюдала за Мэйзи, пока Джесс смеялась с местными парнями. Ей удалось отправить в лузу три шара подряд, по чистой случайности, по ее собственному признанию. А Джо размышляла о том, не подойдет ли Мэйзи для следующего свидания вслепую в кафе. Ей было под тридцать или немного за тридцать. Она определенно была одинока. У нее были роскошные каштановые волосы до плеч, а ее улыбка выдавала в ней веселого человека, несмотря на серьезное выражение лица. Пока Джо разговаривала с Мэйзи, пытаясь понять, держать ли ее на примете, она вдруг снова подумала о собственном приближающемся свидании. Она ни в коем случае не могла отступить, настолько ее мучило любопытство.

Джо показалось, что Марк, еще один местный житель, исподтишка рассматривал Мэйзи со своего места в другом конце барной стойки. Мэйзи этого совершенно не замечала.

– Мэйзи, ты ведь одинока, так?

– Расплачиваюсь за мои грехи. Я была помолвлена пять лет назад, но с тех пор ко мне никто и близко не подходил. А почему ты спрашиваешь?

– Просто так.

– Ты собираешься устроить мне свидание вслепую?

Ее раскрыли.

– Я думаю об этом. Что бы ты сказала, если бы так и было?

В ожидании ответа Мэйзи Джо подозвала Билли и заказала еще три глинтвейна. Один следовало отнести Джесс, задержавшейся у бильярдного стола. Казалось, Стив вот-вот начнет жаловаться, что его подвела травмированная рука и поэтому он проиграл женщине.

– Я согласна, – сказала Мэйзи, наклоняясь вперед, чтобы вдохнуть пряный аромат глинтвейна в стакане, который Билли поставил перед ней.

– Согласна? Ты серьезно?

– Конечно. Я видела, как счастливы Джеф и Вэлери, Мэдди и Дэн. Да и Джесс на тебя не сердится, хотя для нее все закончилось только дружбой. Либо ты, либо интернет, Джо.

– Ты же понимаешь, что я не смогу тебе сказать, с кем у тебя будет свидание? Мне нравится, когда это сюрприз для обоих. Идея в том, что ни один из приглашенных не знает, кого увидит в кафе. Так лучше. Ты все равно будешь нервничать, но это приятное волнение.

– Могу я дать тебе наводку?

Джо покачала головой.

– Все, больше ни слова. Я устрою для тебя свидание, обещаю, но ты не должна больше говорить об этом. Жди конверта с приглашением. На этом мы разговор заканчиваем.

– ОК, как скажешь. – Мэйзи посмотрела поверх плеча Джо в угол зала. – Не хочешь взглянуть на этих двоих?

Джо чуть обернулась и увидела уютно устроившихся в уголке Мэдди и Дэна.

– Ты это сделала, – сказала Мэйзи. Приложив руки к сердцу, она добавила: – Я тоже этого хочу.

А разве кто-то хотел другого?

– Верно, – согласилась Джо. – Все, хватит пьяных слез. К нам возвращается Джесс. Меняем тему, и твое время придет.

Придет время и для Джо. Скоро.

Глава четвертая

Мэтт выгружал ящик с продуктами под графитовым небом, по которому неслись облака.

– Доброе утро, Джо. Я несу это в кухню?

Она открыла ему дверь и держала ее обеими руками, борясь с ветром.

– Подожди минуту, я расчищу место. – Она прошла следом за ним в кухню и отодвинула миску от края стола.

– Что это ты готовишь? – Мэтт заглянул миску. – Пока выглядит не слишком аппетитно.

Джо ткнула его в бок.

– Наглец. Блюдо еще не готово. Это дрожжи подходят для теста для булочек с корицей.

– Кажется, Молли пекла их в прошлом году. – У него загорелись глаза.

Джо скрестила пальцы на обеих руках.

– Надеюсь, я с этим справлюсь. Я их никогда раньше не пекла. Первый сложный момент – оставить дрожжи подходить достаточно долго, чтобы… – Она взяла таймер и поставила его на десять минут.

– Уверен, ты справишься. А я попозже пришлю Поппи за булочками, если сам не смогу зайти.

– Дел много?

– У меня доставка в паб, потом в хоспис, после этого в один из пансионов на холме по дороге из Солтхэйвена. После этого вернусь на ферму и займусь бумагами, чего мне очень не хочется.

– Понятно. – Джо принялась выкладывать продукты из ящика. – Если это твой собственный бизнес, то покоя нет.

– Определенно. Я буду доставлять продукты до самого Рождества.

– Так и будет, я уверена. Всем нужны продукты. Предстоят вечеринки, семьи соберутся вместе. – Сказав это, Джо громко сглотнула. Она не проведет Рождество в одиночестве, случится кое-что куда более серьезное. Иногда стоило сделать паузу и оставаться храброй. Она никогда не разрешала участникам свиданий узнать, кто их ждет. Она сказала Джесс, что в этом все веселье. Но потом Джо начала паниковать. Вдруг она обречена на провал и ей не понравится ее таинственный поклонник? Джо говорила себе, что в такой ситуации надо плыть по течению, не заморачиваться. Но все эти мудрые слова было так легко говорить, вот только следовать им было куда труднее.

– Хочешь чашку чая или кофе? – спросила она Мэтта, проверяя таймер. Оставалось еще семь минут.

– Если ты уверена, что я не помешаю, то я бы чего-нибудь выпил. Я не спешу оказаться на улице, погода ужасная.

– Хотя бы дождя нет… Пока нет. – Джо взяла кружку. – Что тебе предложить?

– Говорят, что ты варишь потрясающий латте с корицей. Можно мне выпить его здесь?

– Ты явно решил не спешить, да? – Джо улыбнулась и начала готовить кофе. Теперь это действие стало для нее рутиной. Но она была рада, что Мэтт задержался. Он был хорошей компанией, и ей нравилось разговаривать с ним.

– Я просто откладываю неизбежное, так будет правильнее, – ответил Мэтт, когда она переливала эспрессо в кружку. – Но уже почти Рождество…

– …и ты заслужил отдых, – закончила за него Джо. Она достала из холодильника домашний сироп с корицей, налила немного в кувшин, а потом добавила туда молоко. Пар из кофемашины превратит смесь в пенку с корицей, которую останется только вылить в эспрессо.

– Что-то в этом духе.

Джо взяла трафареты и показала их Мэтту.

– Выбирай.

– Санта, точно. – Он улыбнулся. У него действительно была милая улыбка, и она ни от кого ни разу не слышала о нем ни одного плохого слова.

Она положила трафарет на кружку и с помощью смеси корицы и порошка какао из контейнера, стоявшего возле кофемашины, создала фигуру Санты.

– Та-дамм!

Мэтт посмотрел на результат.

– Вау! Действительно похоже на Санту.

– А как же иначе! – Зазвонил таймер, и Джо встрепенулась. – Мне пора приниматься за дело.

– Можно мне посмотреть? Или ты предпочитаешь, чтобы я убрался из кафе?

– Ты даже мог бы стать моими глазами и ушами. – Джо взяла заранее отмеренную порцию пахты, чтобы смешать ее с дрожжами. – Если кто-то придет, охраняй форт. Молли говорила мне, что блюда по рецептам, требующим четкого соблюдения времени, лучше готовить дома. Но вчера вечером после паба я была совершенно без сил. Джесс и Мэйзи не отпускали меня. – Джо соединила жидкие ингредиенты и добавила их к муке.

– Вкусно! – одобрил Мэтт, отпивая глоток латте с корицей. – По-настоящему праздничный напиток. – А теперь что? – Он кивнул в сторону смеси в миске, которую Джо начинала потихоньку месить.

– Я замешу тесто и оставлю отдыхать на час. За это время волшебство случится и тесто поднимется.

– У меня разыгрался аппетит, хотя я только наблюдаю за тобой.

Звякнул колокольчик на двери, и Мэтт выглянул в зал, чтобы посмотреть, кто пришел.

– Это Стив, – оповестил он.

Джо отставила тесто в сторону, вымыла и вытерла руки, а потом тоже вышла в зал.

Стив пришел с инструментами.

– Покажи мне ту непослушную плитку.

Джо не сразу вспомнила, что с утра первым делом отправила ему сообщение. Она проходила мимо рождественской елки и наступила на плитку рядом с ней, которая явно шаталась.

– Я бы ее даже не заметила, если бы не стала поднимать украшение, упавшее накануне вечером.

– Это не проблема. Я достаточно быстро все исправлю.

– Елка тебе мешает?

Стив ощупал пол вокруг плитки.

– Нет, я смогу работать и так.

– Сварить тебе кофе?

– Ну, если ты так уж настаиваешь… – Стив подмигнул ей. – Мне флэт уайт, пожалуйста.

– Сейчас сварю. – Она оставила мужчин разговаривать о плитках, клее и о заливке раствором. Во время разговора Стив успел достать дрель и отметить места на плитках, чтобы просверлить отверстия. Джо понятия не имела, как это все работает, но, слава богу, Стив знал, что делает. Кафе было бы в куда худшем состоянии, если бы его не было рядом.

Джо сварила ему кофе, подогрела сладкий пирожок. Когда она вышла в зал, мужчины были увлечены беседой. Как только Стив заметил Джо, они замолчали, и она поняла, что помешала им.

– Держи! – Она поставила на столик тарелку и кружку.

– Я, пожалуй, пойду. – Мэтт одним глотком допил свой кофе, попрощался с ними и ушел.

– Как дела с плиткой?

– Не так плохо. – Стив вытер руки тряпкой и взял пирожок. – Могу я попросить ведро теплой воды?

– Конечно. – Джо налила воды в ведро и принесла его Стиву.

Доев пирожок, Стив взял губку и протер плитки, в которых он просверлил отверстия. Потом он взял клеевой пистолет, по очереди сунул в каждое отверстие.

– Как только я закончу, мы поставим на плитку пустое ведро, чтобы люди на это место не наступали. Необходимо двадцать четыре часа, чтобы клей высох.

Джо оставила Стива работать, чтобы обслужить пришедших посетителей. Она поболтала с Джефом и Вэлери об их совместном утреннем занятии йогой.

– Потом будет лучше, – заверила Вэлери Джефа, когда тот сказал, что у него даже надежды нет когда-нибудь все освоить. – Это все те годы, которые ты просидел в конце пирса, ловя рыбу. Попомни мое слово, скоро ты будешь новым человеком. – Когда Вэлери пошла к кувшину с водой, чтобы налить им обоим воды, и не могла их слышать, Джеф шепнул Джо:

– Думаю, она пытается меня прикончить.

– Мне бы и самой не помешала небольшая растяжка, – сказала Джо. – Но у меня нет на это времени, во всяком случае, до возвращения Молли и Артура.

– Ты всегда должна находить время для себя, – сказала Вэлери, поставив на прилавок два стакана с водой, в которых плавало по кружку огурца. – Это важно, Джо.

Вернувшись в кухню, она задумалась над словами Вэлери. То же самое совсем недавно говорили ей Ба и Дед, потом мама. Да и Тилли дала бы ей такой же совет, если бы не отменила свой приезд на Рождество. После возвращения в Солтхэйвен Джо все свое время отдавала бизнесу, но была ли у нее теперь возможность что-то изменить?

Она раскатала тесто, которое вдвое увеличилось в размерах, так, чтобы получился прямоугольник, смазала растопленным маслом, создавая липкую основу для корицы и сахара. Посыпав тесто и тем и другим, Джо скатала тесто в рулет. Острым ножом она разрезала эту «колбасу» на ровные куски, которые выложила на смазанный маслом лист для выпечки.

– Я закончил, – донесся из кафе голос Стива, поэтому она вышла к нему. Он протянул ей ведро. – Если ты сможешь вылить оставшуюся воду, то я поставлю его на плитку.

– Сейчас вылью. – Джо вылила воду и написала записку с просьбой не наступать на пол под ведром. – Не знаю, как я сумею удержать детей от изучения елки, но это всего двадцать четыре часа. Думаю, все будет нормально.

Стив как будто не хотел уходить.

– Мой нос пока ничего не чувствует. Что случилось с булочками-роллами с корицей?

– Терпение. – Джо улыбнулась. – Им еще сорок минут подниматься, потом я их испеку, покрою глазурью и на этом закончу.

– И сколько же еще ждать? – Стив закрыл ящик с инструментами, подхватил его. На его лице появилось удивленное выражение. – Ты должна была бы отгонять мужчин палкой, Джо. Как так вышло, что до сих пор тебя никто не украл? – Она даже не нашлась, что на это ответить. – Ведь говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок, – добавил он.

– Верно…

– И что, вы с Джесс уже пригласили кого-нибудь на свидание?

– Что? Боже, нет, конечно.

– Просто вчера в пабе вы обе явно были в восторге от этой идеи.

– Мы просто шутили, пытались постоять за права женщин. Ты же знаешь, как это бывает.

– Ну да. – Стив определенно нервничал. Она уже видела это выражение на его лице. – Послушай, Джо, у тебя есть минутка?

– Да. Что-то случилось?

Стив поставил на пол ящик с инструментами, открыл было рот, но тут на двери звякнул колокольчик, предупреждая о приходе группы молодых людей. Одним из них был Дэн, и он сразу же заговорил со Стивом об опасностях зимнего серфинга. Момент был упущен.

Джо уже не в первый раз задумалась о том, что собирался сказать Стив.

Глава пятая

У Стива на душе определенно была какая-то тяжесть, и Джо гадала: смогли бы Молли и Артур разговорить его, если бы не уехали? Он был достаточно близок с ними, чтобы рассказать им все начистоту. Джо надеялась, что в их отсутствие Стив все же сможет поговорить с ней. Он был готов начать разговор, но в следующую минуту его отвлекли. Этим утром Стив ушел после разговора с Дэном, но заставил Джо пообещать, что она оставит для него булочку-ролл с корицей, а он заглянет в кафе во второй половине дня. Возможно, тогда им наконец удастся поговорить.

Булочки наполнили кафе сладким ароматом, и Джо внесла их в меню на меловой доске.

– Воплощение успокаивающей еды, – прокомментировала Энджи, едва переступив порог, и хлопнула в ладоши. – Я ждала их целый год.

– Что ж, надеюсь, они получились.

Энджи отмахнулась от этих слов.

– Конечно же получились, они пахнут замечательно.

Следующей появилась Хильда. Она втянула носом воздух, взгляд устремился к написанному мелом меню. На ее лице появилась теплая улыбка.

– Мои любимые. Долго ждать, Джо?

– Я только что вынула их из духовки, поэтому вы пришли вовремя. Мне осталось только полить их глазурью. Думаю, я могу не спрашивать, что вы закажете, если речь идет о еде.

Энджи и Хильда устроились за столиком в дальнем углу, и Джо принесла им чайник с ромашковым чаем.

Вернувшись в кухню, она посмотрела на булочки-роллы с корицей. Они были красивыми и пышными, мягкими на ощупь, и пахли так же, как когда-то бабушкины булочки. Когда Джо покрыла их белой глазурью, они стали на вид точно такими же, как у Молли.

– Они замечательно выглядят! – Глаза Хильды расширились, когда Джо подошла к ним с двумя булочками и поставила их на столик. – Ждешь, чтобы я попробовала?

– Разумеется. – Джо задержалась возле их столика, сцепила перед собой руки и надеялась, что у нее все получилось. – Вы ели булочки-роллы, которые пекла Молли, поэтому можете сравнить. – Ей очень хотелось, чтобы у посетителей кафе остались хорошие воспоминания о ее первом Рождестве в городе после возвращения.

Хильда зажмурилась. Джо посмотрела на Энджи. Та тоже явно была в восторге.

– Вкусно?

Хильда наконец проглотила.

– Да! А теперь уходи, чтобы я спокойно могла насладиться.

Джо даже подпрыгнула от удовольствия и хлопнула в ладоши. Тут подал голос ее телефон, лежавший в кармане передника. Это пришло сообщение от Тилли. Она еще раз извинялась, что не приедет на Рождество. Но Джо была на таком подъеме, что даже не расстроилась. Она быстро напечатала ответ: с погодой ничего не поделаешь, безопасность намного важнее. У нее опять возникло желание рассказать подруге о загадочном свидании, но пока это был ее секрет, от этого еще более волнующий.

Когда Джо вытирала витрину с блюдами, пришли Бен и Чарли.

– Ага, должно быть, в школе каникулы, раз вы появились здесь вдвоем в середине дня. Ты рад каникулам, Чарли?

– Я скучаю по друзьям.

– Его друг Зак придет к нам сегодня на чай, – объяснил Бен, – а завтра он встречается с Поппи. Они собрались запускать кораблики на озере, если погода позволит.

– Корабли плавают и в шторм, папа, – сурово произнес Чарли, прежде чем схватить карандаши и лист бумаги и устроиться за столиком в середине кафе.

– Я понял. – Бен втянул носом воздух. – Чем это так восхитительно пахнет?

– Булочки-роллы с корицей. – Джо улыбнулась.

– Мне три, пожалуйста.

– Три?

– Сегодня к нам присоединится мама Чарли. – Он посмотрел на часы. – Примерно через пятнадцать минут. Нам с Чарли горячий шоколад, а напиток для Лор-ны я закажу позже. Странно, правда? Мы были женаты, а я даже не уверен, что именно ей заказать. – Бен явно нервничал и выглядел усталым.

– Ничего странного. Наоборот, мне кажется, что у вас все налаживается. – У Джо было ощущение, что Бен заново влюбился в свою бывшую жену. Она чувствовала это по тому, как смягчался его голос, когда он говорил о ней, как он колебался, признаваясь, что не знает ее настолько хорошо, как, возможно, следовало бы.

Джо приготовила две кружки горячего шоколада и отнесла на их столик. Когда она возвращалась на кухню, Бен нагнал ее и тихо произнес:

– Я хочу поблагодарить тебя, Джо.

– Меня? За что?

– За то, что ты очень хороший друг.

– Это чувство взаимно. – Она зашла в кухню и вернулась с булочками-роллами, но Бен ждал ее. Он как будто хотел что-то ей сказать, в точности как Стив. Что происходит с мужчинами в этом городе, почему они не могут сказать, что у них на уме? – Что-то еще?

– Помнишь, ты устроила нам с Джесс свидание вслепую? – начал он.

– Разумеется, помню, это был первый вечер любви в кафе.

– В тот вечер я подумал… Ну, я подумал, что это будет свидание с тобой.

Джо засмеялась было, но потом поняла, что Бен не шутит, и ее смех оборвался. Он был хорошим другом, и она никогда не воспринимала его по-другому.

– Правда?

– Мне показалось, что между нами проскочила искра сразу, как ты приехала в Солтхэйвен и взяла на себя кафе. Думаю, я привязался к тебе. Не как преследователь, разумеется. – Его голос задрожал, настолько сильно он нервничал. – Твоя доброта, твое дружелюбие и начало дружбы с Джесс, все это помогло мне стать лучшим человеком и посмотреть на ситуацию с Лорной с другой точки зрения.

– С женской точки зрения? – поддразнила его Джо.

Бен рассмеялся и наконец расслабился.

– Да, полагаю, так и было. Тот вечер, когда я пришел к тебе домой, чтобы рассказать, как я нашел пальто Чарли, оказался таким неудачным. Мне хотелось поговорить с тобой о Лорне, но я испугался. А когда мы вырезали тыквы, мне хотелось попытаться поговорить с тобой наедине, сказать, что мы с Лорной оставили прошлое позади. Но нам, парням, трудно говорить о своих чувствах, мы боимся показаться смешными или что-то в этом роде. – Бен улыбнулся. – Я хотел поблагодарить тебя, Джо. У нас с Лорной были непростые времена. Но ты подбодрила меня, сказала, что я поступаю правильно, позволяя ей проводить больше времени с Чарли. И Джесс меня поддержала. Вы как будто открыли новую дверь в моей жизни.

– Ты действительно пытаешься мне сказать то, о чем я думаю? – На лице Джо появилась широкая улыбка.

– Мы собираемся попробовать начать все сначала, Лорна и я. Не только ради Чарли, но и ради нас обоих. Чем больше времени я провожу с ней, тем чаще я понимаю, что мне ее действительно не хватает. Я хочу, чтобы мы снова стали семьей.

Джо поняла, что должна это сделать. Она поставила тарелки и крепко обняла Бена.

– Я очень счастлива за тебя, правда. – Пусть вечер любви в кафе закончился не совсем так, как все они ожидали, в результате родилась крепкая дружба, Бен смог разобраться в своей ситуации, его семья воссоединилась. С точки зрения Джо, это была победа.

– Папочка… – Чарли потерял терпение. – У меня урчит в животе, папа.

– Это намек.

– А вот и твоя половинка. – Джо улыбнулась Лорне, которая только что открыла дверь кафе. Маленький колокольчик тихо звякнул, но этого хватило, чтобы Чарли сорвался со стула и побежал к матери. Он взял ее за руку и потащил к столику.

Бен присоединился к жене и сыну. На глаза Джо навернулись слезы, но она увидела, как он одними губами произнес «латте с корицей».

Они сидели, болтали, смеялись, а потом решились на прогулку по пирсу. Посетители приходили и уходили, на улице пошел дождь, Хильда и Энджи играли в шахматы и уходить не собирались.

После захода солнца в кафе заглянул Стив.

– И сколько они тут сидят? – Он кивнул в сторону женщин за шахматами в углу, сосредоточенных на игре.

– Несколько часов, но бизнесу это на пользу, – сказала Джо.

– Булочки остались?

– Я сберегла одну для тебя.

Стив прислонился к стойке.

– Ты ангел, Джо.

Она ушла в кухню и вернулась с тарелкой.

– Мне нужно будет завтра напечь еще партию. Они отлично продаются.

Он впился зубами в нежное тесто.

– Как я уже говорил, предложи их любому мужчине, и он твой, попомни мои слова.

– Кофе? – Джо поставила плей-лист на своем айпаде, лежавшем на док-станции. Кафе наполнили рождественские мелодии, в воздухе повис масляный аромат корицы, и Джо посмотрела на рождественский календарь, который отсчитывал дни до праздника. Их осталось семнадцать. И вместе с Рождеством в этом году ее ждет таинственное свидание. Она надеялась только на одно: кем бы ни был этот мужчина, он правильно оценил ситуацию, и у стрелы купидона будет верная цель.

– Да, пожалуйста. Латте с корицей навынос, если оно еще в меню.

– Разумеется. Каждый день до конца зимы. Как тебе такое?

Стив улыбнулся.

– Отличная идея. Билли говорил, что оставит глинтвейн в меню паба на всю зиму. Думаю, всем в такой холод нужно немного уюта.

– Ты выходил сегодня на серфе? – Стив говорил достаточно оживленно, и Джо хотелось дать ему возможность рассказать ей о том, что его беспокоило. Но она понимала, что Стив сначала должен почувствовать себя комфортно, поэтому она выбрала его любимую тему.

– Ага. Я занимаюсь серфингом так часто, как только могу, особенно когда слишком много ем в твоем кафе.

Сердце Джо радостно трепетало всякий раз, когда кто-то называл кафе «ее». Интересно, привыкнет ли она когда-нибудь слышать это?

– Думаю, тебе нужно есть побольше рождественских блюд, чтобы подготовиться к дальнему заплыву в очень холодной воде. Температура воды позволит тебе сжечь миллион калорий.

– Ты будешь участвовать в следующем году, – поддразнил ее Стив. – Я все еще не могу поверить, что Джесс удалось тебя уговорить. Я же не смог тебя убедить согласиться на еще один урок серфинга.

– Я и сама не могу поверить, что согласилась. Зимой мы с морем не пересекаемся, если только я не смотрю на него с берега, укутанная в несколько слоев одежды.

Джо начала готовить для Стива латте с корицей, и они говорили о заплыве под бульканье, шипение и вздохи кофемашины.

– Ты хотел о чем-то поговорить со мной, – сказала она, передавая ему стакан навынос.

– В самом деле? – У него был такой вид, словно он на самом деле забыл.

– Да, но в кафе пришли посетители. Что у тебя на уме? – Бен сказал, что она стала ему другом, и Джо надеялась, что Стив относится к ней так же.

Он доел булочку с корицей и отпил глоток латте.

– Не могу вспомнить, что это было. – По его лицу было понятно, что он прекрасно все помнит, но передумал говорить об этом. – Я, пожалуй, пойду. До скорого. Продолжай печь булочки с корицей, и ты никогда от меня не избавишься, – сказал он и подмигнул.

Когда Стив ушел, Джо обслужила редких посетителей, в основном школьников, наслаждавшихся каникулами. Она поговорила с двумя молодыми мамами, отогнала малышей от ведра, прикрывавшего заново приклеенную плитку. К тому времени, когда Хильда и Энджи наконец закончили партию, а Джо перевернула табличку на двери на «Закрыто», она была совершенно без сил.

Туман полностью скрыл пирс, моря не было видно, но мигающих огней гирлянд и рождественских мелодий хватило, чтобы подбодрить Джо, наводившую порядок после долгого дня. Она подмела пол, мурлыча под нос старые и новые рождественские песни. Она заново сложила одеяла, которые держала в кафе, чтобы предложить их тем, кто захочет посидеть на улице, и убрала их на полку в кладовой рядом со столбами для самодельной беседки.

Закончив с уборкой, Джо вышла из кафе и заперла дверь. Но она не пошла домой, а задержалась на пирсе и прислонилась к деревянной ограде. Ее лицо впитывало влагу, сирена вдали протестовала против серого одеяла, накрывшего море и сушу. Даже в разгар зимы этот город был раем. Она могла различить неяркие огни, которые в ясную погоду ярко сияли на огромной рождественской ели в центре города над островерхими крышами домов. Ближе были белые огни гирлянд, протянутых между викторианскими фонарями вдоль всего пирса. Кафе, ничем не освещенное, надежно стояло позади нее. В нем было все, ради чего она так тяжело работала: она хотела быть частью этого города и частью жизни других людей, иметь место, которое можно назвать домом.

Вскоре должен был появиться загадочный поклонник, и Джо не могла этого дождаться. Она не представляла, кто бы это мог быть, но странным образом ей казалось, что этот человек хорошо ее знал. Возможно, он не хотел слишком многого слишком рано, потому что ждал, пока она встанет на ноги. Но он всегда был рядом с момента ее приезда. Если бы она оказалась в этой ситуации на несколько месяцев раньше, она бы запаниковала, у нее в жизни и так все было сложно. И потом, разумеется, был еще и Гарри. До их встречи лицом к лицу Джо не понимала, что ей надо избавиться от чувств к нему, как прошлых, так и нынешних. И ему нужно было сделать то же самое, чтобы они оба могли двигаться дальше. Кем бы ни был ее таинственный поклонник, он явно понимал ее чувства. Он дал ей время разобраться с бизнесом, найти новых друзей, и все это время он ждал в тени, пока не наступит подходящий момент. Джо уже и сама поняла, что работа – еще не все, что ей необходима личная жизнь.

И вот время пришло. Это Рождество, возможно, изменит ее жизнь больше, чем она уже изменилась.

Не слишком ли на многое надеялась Джо, ожидая, что и сама обретет счастье?

Глава шестая

Дни шли за днями, и спустя две недели после отъезда Молли и Артура Джо была занята больше, чем когда бы то ни было раньше. Она готовила праздничные блюда, горячие напитки текли рекой. Джо болтала и смеялась с посетителями и как будто летела на праздничной волне, ожидая, когда наступит великий день.

Этим утром, включив мигающие гирлянды на каждой стене и гирлянду на рождественской елке, Джо подошла к рождественскому календарю и перевернула кубики с цифрами так, чтобы были видны ноль и три. Оставалось всего три дня до события, которое, как надеялась Джо, принесет ей радость и останется в ее памяти навсегда.

Она не стала включать верхний свет в кафе, повесила в шкаф пальто и шарф, сменила сапоги до колен на сверкающие черные кроссовки. Немножко рождественского блеска, улыбнувшись, подумала она. Джо приготовила себе латте с корицей, чтобы начать день, и с помощью трафарета изобразила на поверхности напитка снеговика из корицы и шоколадной крошки. С кружкой вышла в зал, чтобы насладиться рождественской атмосферой. Дома у нее елки не было, поэтому Джо любовалась елью в кафе.

Она расслабилась на подоконнике-диване, гадая, что ей принесет этот день. Это был один из тех дней, когда приятнее было остаться дома, уютно устроившись перед горящим камином, и любоваться морем, если вам повезло видеть его из вашего окна, или городом с его торговыми улицами, украшенными разноцветными лампочками в честь Рождества. Но для тех, кто решился сразиться с сильным ветром, всколыхнувшим море до белой пены, было открыто ее кафе, райское местечко для местных и приезжих, где можно было встретиться с друзьями, насладиться вкусной едой и горячими напитками.

Джо допила латте и вернулась к реальности. Пора было приниматься за готовку. Прежде всего следовало испечь пряничных человечков. Артур оставил ей проверенный рецепт, и Джо уже думала о том, чтобы на следующий год устроить вечер выпекания пряничных человечков для местных детишек. Или для взрослых, если те захотят принять участие. Горожанам это понравится. Они могли бы испечь даже пряничные домики, если ей удастся раздобыть нужные трафареты. Джо могла бы украсить кафе гигантскими сладкими палочками, нарисовать на стенах больших пряничных человечков, а на столы положить льняные скатерти из крашеной пряжи.

В голове Джо крутились идеи, но она как раз закончила пряничных человечков к приходу Мэтта.

– Недолго осталось, – сказал он, потирая руки, чтобы согреть их после того, как он отнес ящик с продуктами в кухню.

На мгновение ей показалось, что Мэтт слышал о ее тайном свидании, и едва не спросила, поползли ли уже слухи, но она сообразила, что он говорит о Рождестве. Ну разумеется. Эта история с открыткой совершенно выбила ее из колеи, она слишком остро на все реагировала.

Джо достала из ящика несколько маленьких кочанов цветной капусты.

– Я под впечатлением. Великолепная капуста.

– Что ты уже придумала?

– Может быть, суп из цветной капусты… Сейчас как раз сезон супов. Или рис с цветной капустой, яйцами и грибами… – Джо снова порылась в ящике. – Морковь, – добавила она, – и немного имбиря и соевого соуса.

– На мой вкус, хорошо. Или ты могла бы приготовить что-нибудь сладкое.

Она вынула из ящика свежие яйца.

– Я так не думаю.

– Я серьезно. Анна сейчас готовит странные блюда из замечательных ингредиентов. На мой взгляд, эта ее страсть связана с тем, что она общается с другими мамочками, которые пытаются накормить малышей хоть чем-то похожим на овощи. Однажды она приготовила брауни с цветной капустой.

Джо закончила перекладывать яйца в миску из китайского фарфора, стоявшую в дальнем конце рабочей поверхности.

– Только не повторяй ничего подобного при Молли. Ее брауни стали легендой. Я не представляю, как добавить в них цветную капусту.

Он улыбнулся ей в ответ.

– Если подумать, то Анна использовала меня как подопытную свинку, чтобы это попробовать. Должен сказать, что после первого такого брауни я едва не бросился к ближайшему ведру.

– Если тебе все равно, то я, пожалуй, буду придерживаться варианта Молли.

Мэтт покачал головой.

– Брауни Молли ничто не заменит, но об этом стоит подумать. Поговори с Анной, когда она в следующий раз заглянет в кафе. Она удивит тебя своими невероятными блюдами и расскажет, насколько они хороши. Возможно, ты даже захочешь включить их в твой репертуар, если тебе хватит смелости.

Он ушел, оставив ее обдумывать его слова о брауни с цветной капустой. Кто знает, может быть, Мэтт и прав. Возможно, пришла пора выйти из зоны комфорта и попробовать что-то новое.

К ланчу Джо приготовила большое количество риса с цветной капустой, который хорошо продавался и навынос, и чтобы съесть в кафе. Из оставшейся цветной капусты Джо приготовила суп, который тоже можно было съесть на месте или взять с собой, чтобы насладиться им на холодном воздухе Солтхэйвена. Пряничные человечки разлетелись очень быстро, так как школьники были на каникулах. Джо мысленно сделала для себя заметку испечь их на следующий день и не забыть про сладкие пирожки и булочки с корицей. Меню было уже по-настоящему праздничным, и наполнявшие кафе ароматы могли даже Скруджа настроить на рождественский лад.

После ланча Джо протерла освободившиеся столики. Когда она подняла глаза, то увидела, что на пирсе собираются люди, чтобы хором петь рождественские гимны. Джо выключила айпод и открыла дверь кафе. Внутрь ворвался соленый воздух, но нежные голоса, слаженно исполнявшие любимые песни – «Добрый король Венцеслав», «Тихая ночь», «Вот волхвы с Востока идут» и «Украсьте зал», – согрели бы любого. Джо вынесла одеяла для посетителей, занявших столики на улице, и все время им носила кофе с корицей и горячий шоколад. Певцы задержались между двумя фонарными столбами, украшенными красными лентами.

– Волшебно, правда? – Мэтт прошел по доскам пирса до того места, где стояла Джо.

– Удивительно. – Джо прислонилась к косяку. – Понимаешь, вот в чем все дело.

– В Рождестве?

Завороженная пением, она ответила:

– В жизни. Все дело в этом городе, в дружбе, в волшебстве, когда все собираются вместе.

– Я бы отсюда никуда не уехал, это точно.

– Я тоже. – Стряхнув с себя эмоции, Джо спросила: – Почему ты вернулся?

– На ферме сейчас затишье, поэтому я помогал маме с покупками в городе. Я оставил ее сплетничать с подругой, пока она ждет папу, который заедет за ней и заберет и ее, и сумки. И вот теперь у меня своего рода перерыв.

– Тебе кофе или горячий шоколад? – Наплыв посетителей схлынул, в кафе были заняты всего несколько столиков, потому что люди толпились на улице, чтобы послушать пение. И Джо неожиданно понравилось, что у Мэтта перерыв.

Она приготовила две порции горячего шоколада, и они с Мэттом встали в дверях с кружками, слушая «Вести ангельской внемли» и «Я мечтаю о Рождестве белом». И только когда певцы пошли дальше, Джо вернулась в рабочее состояние. Она унесла в кафе их с Мэттом пустые кружки.

Он прошел за ней и вытащил из кармана листок бумаги.

– Вот рецепт брауни с цветной капустой от моей сестры. Я позвонил ей, и она продиктовала мне его по памяти. Поппи хорошо ест фрукты и овощи, но ненавидит цветную капусту. Вот Анна и придумала этот рецепт.

– Вот это да! Твоя сестра явно не боится трудностей.

– Уверен, ты тоже справишься. – Мэтт посмотрел на меловую доску за ее спиной. – Только взгляни, какие волшебные блюда ты придумываешь каждый день. Каждый раз, когда я прихожу, меня ждет сюрприз. О тебе говорят в городе, как говорили о Молли и Артуре, пока они были у руля в кафе.

Джо даже задохнулась от того, какой большой путь она прошла за такой короткий срок.

– Я отказываюсь портить вонючей цветной капустой восхитительный шоколадный десерт. – Но Мэтт снова протянул ей рецепт, и на этот раз Джо взяла его. – Ты твердо решил доказать мне, насколько они хороши, верно? – Она пробежалась взглядом по ингредиентам, все еще не убежденная.

– Анне потребовалось некоторое время, чтобы довести рецепт до совершенства. Но у тебя теперь есть хороший рецепт и много цветной капусты. Так почему же не попробовать?

Мэтт ушел, чтобы подготовиться к семейному празднику на ферме, и Джо снова прочла список ингредиентов. Но сколько бы раз она ни перечитывала рецепт, цветная капуста на фоне остальных продуктов казалась мышьяком. Она совершенно сюда не вписывалась.

И все же иногда то, что кажется поначалу неправильным, может оказаться самым лучшим на свете.

* * *

До сочельника оставалось два дня, и Джо вошла в кафе на полчаса раньше обычного, не только чтобы не попасть под дождь, но и чтобы немедленно приняться за готовку. После того как Мэтт принес ей рецепт, она решила подавить дурные предчувствия и все-таки приготовить брауни с цветной капустой, хотя еще с утра она намеревалась класть ее только в суп.

Джо улыбалась, пока готовила тесто, смешивая в блендере цветную капусту, шоколад, яйца, чтобы получилась похожая на мусс смесь. По всей кухне были разложены ингредиенты, рождественскую музыку она включила на максимальную громкость. Задолго до открытия кафе наполнилось сильным запахом шоколада. Это было божественно, и вскоре к нему должен был добавиться аромат имбирных пряников и булочек с корицей. Это было очень атмосферно, но Джо хотелось занять себя каким-то делом, любым, только бы не думать о дне Рождества. Потому что примерно через восемьдесят часов она наконец узнает, кто держался в тени, отправляя ей открытки.

Пока брауни остывали, Джо взялась за тесто для имбирных пряников. Она смешала сахар, сироп, патоку, пряности и цедру, добавила сливочное масло, муку и оставила тесто густеть. Тут раздался стук в дверь, подсказавший ей, что Мэтт привез продукты. Зимой на ферме было не так много продукции, но он продолжал привозить то, что мог. Накануне они смеялись над тем, что в самом худшем случае она будет брать только яйца, потому что для ее рецептов их требовались сотни.

– Доброе утро, Мэтт. Ты сегодня с помощницей, как я вижу. – Джо улыбнулась Поппи. Девочка несла большой стебель брюссельской капусты.

– Привет, Джо. – Девочка прошла прямиком в кухню следом за Мэттом, который нес ящик с продуктами. – Я зарабатываю карманные деньги.

Мэтт наклонился к Джо и сказал:

– Вернее, я стараюсь сделать так, чтобы она не путалась под ногами у мамы. – Он подмигнул. – Пришло время Санте заворачивать подарки, если ты понимаешь, о чем я, поэтому моя задача – занять Поппи.

Джо почувствовала аромат лосьона после бритья, а не обычный запах свежей земли, который его всегда сопровождал. Этот запах не был неприятным, он был почти неотъемлемой составляющей образа Мэтта, но перемена застала ее врасплох.

Поппи уже изучала то, что происходило в кухне у Джо. Она не сводила глаз с брауни.

– Мне нравятся брауни Молли, – призналась девочка.

– Тогда тебе стоит попробовать мои, – предложила Джо, пользуясь возможностью провести дегустацию. – За счет заведения. Но при одном условии.

– Каком? – Поппи подняла на нее глаза с таким выражением, как будто Джо собиралась потребовать от нее нечто совершенно невыполнимое.

– Ты поможешь мне порезать пряничное тесто, когда оно будет готово. Возможно, тебе даже придется задержаться здесь, чтобы помочь мне украсить пряники. Как ты на это смотришь? – Джо посмотрела на Мэтта. Тот улыбался. – Твоя племянница может побыть здесь, если у тебя есть еще доставки. Ты просто заедешь за ней через час-два.

– Ты уверена? Я не хочу перекладывать на тебя мои обязанности, ты и так слишком занята.

– Глупости. – Джо нашла розовый фартук в белый горошек и надела его на Поппи. Она помогла девочке завязать его сзади на бант. – Я рада тебе помочь. А если Поппи украсит пряничных человечков, то я смогу заняться другими делами. – Джо положила на тарелку два брауни, один для Поппи, другой для Мэтта.

– Я пока не голоден, – сказал он.

– Ну уж нет. Это плата за ту услугу, которую я тебе оказываю. – Джо уже попробовала брауни по новому рецепту и могла не сомневаться в том, что они удались на славу.

Мэтт взял шоколадный кусочек.

– Что ж, если ты настаиваешь. А можно мне тогда капучино с собой, пожалуйста? Я его выпью, пока буду ездить по делам. Следующая доставка в хоспис, потом в паб.

Джо оставила их обоих наслаждаться брауни с цветной капустой и отправилась варить Мэтту кофе.

Поппи первой съела свой брауни и заявила:

– Они совсем не такие, как у Молли.

И только в этот момент Мэтт понял, какие брауни испекла Джо. Он заговорщически подмигнул ей. Они не стали раскрывать секрет его племяннице, которая поклялась, что в рот не возьмет цветную капусту, даже если за это ей отдадут все карманные деньги в мире.

– Они тебе понравились, Поппи? – Джо передала Мэтту кофе. В ответе девочки она не нуждалась: улыбка малышки и ее перемазанные шоколадом губы сказали все.

– Мне, пожалуй, стоит их испечь, когда придут местные мамочки, – сказала она Мэтту.

– Для них ты станешь святой. – Он снова подмигнул ей и ушел.

Пришло время раскатывать пряничное тесто, и Джо нашла для Поппи специальную форму. Девочка вырезала шестнадцать пряничных человечков и аккуратно переложила их на смазанные маслом листы для выпечки. А Джо в это время занялась булочками с корицей. Она даже рассказала Поппи о секретном ингредиенте в брауни, и девочка отнеслась к этому спокойно, учитывая то, что она съела самый ненавидимый ею овощ. В кафе заглянул случайный посетитель, которому захотелось выпить горячего кофе в это зимнее утро, когда землю покрыл белоснежный иней, сверкавший под лучами зимнего солнца и создававший настоящее рождественское настроение. Когда звякнул колокольчик на двери, Джо как раз оставила тесто для булочек отдыхать и усадила Поппи за столик, чтобы она нарисовала дядю Мэтта на рождественской открытке. Подняв глаза, Джо увидела лицо, которое не видела уже довольно долго.

– Кертис? Что ты здесь делаешь? – Джо радостно улыбнулась ему. В их последнюю встречу в кафе он все еще пытался убедить ее переехать в Корнуолл, чтобы там управлять его сетевым кафе. – Что привело тебя в наш город?

– Рождество, разумеется.

– В Солтхэйвене? – Джо забрала кружку с остатками кофе с подоконника, пока она не опрокинулась и не залила низкий столик перед подоконником-диваном.

– Мне нужно в соседний город, но я решил заглянуть сюда по дороге.

Мужчина был хорош собой, этого Джо отрицать не могла. И в костюме он выглядел так, словно сошел со страниц каталога Next Directory[4]. Если бы его увидела Хильда, у нее в голове сразу же возникло бы множество идей, и она не удержалась бы от намеков на то, что личную жизнь Джо не помешает хорошенько подтолкнуть.

– У меня здесь неподалеку живет семья, – продолжил объяснения Кертис. – Я проведу с родными несколько дней.

– А почему ты в костюме?

– Я прямо со встречи.

– Как бизнес, хорошо? – Она полюбовалась рисунком Поппи, у которой получился довольно худосочный Санта рядом с елкой в половину его роста. Джо не стала ее критиковать, а подошла к меловой доске, чтобы внести в меню пряничных человечков. Булочки с корицей она пока не вписала, но их время еще придет.

– Бизнес идет очень хорошо. Я зашел, чтобы поблагодарить тебя.

– Правда?

– Правда. Если бы ты не предложила попробовать иной подход, прощупать местных, думаю, я все еще искал бы идеального кандидата на место управляющего моим новым кафе в Корнуолле.

– То есть это сработало? – У Джо загорелись глаза.

– Как по волшебству. В конце концов я оказался перед трудным выбором, кандидатов было много.

– Я очень рада за тебя. И мне приятно, что я смогла тебе помочь. Принести тебе что-нибудь поесть или выпить? Это же все-таки кафе.

Кертис дружески улыбнулся ей.

– Честно говоря, я умираю от голода. Мне, пожалуйста, брауни и черный кофе навынос.

– Сейчас все принесу. – Джо положила брауни на тарелку, и Кертис сел за столик, чтобы насладиться печеньем, пока она варила кофе. К тому времени, когда кофе был готов, Кертис съел уже почти половину брауни, и к нему подошла Поппи.

– Прошу прощения, – вежливо сказала она.

– Привет, юная леди. – Если Кертис и удивился тому, что она с ним заговорила, то вида не подал.

– Вы любите цветную капусту?

Бросив на Джо недоуменный взгляд, мужчина ответил на вопрос.

– Я ее ненавижу. – Он собрал с тарелки все крошки до последней. – Кошмарный овощ, такой вонючий, другого такого и на свете нет.

Джо постаралась не рассмеяться, когда Поппи ей подмигнула.

– Что это сейчас было? – спросил Кертис, вернув Джо тарелку, расплатившись и забирая кофе на вынос.

– Понятия не имею, – ответила Джо, изо всех сил сдерживая смех. Получается, шоколадными брауни с цветной капустой взрослых можно обманывать точно так же, как и детей.

В кафе вошел Стив в наглухо застегнутом гидрокостюме, ведь была зима. Он позволял любоваться своим телом, только если было градусов на двадцать теплее, чем теперь. Волосы у него были все еще влажными, Стив явно наспех вытер их полотенцем. На Кертиса он взглянул мельком.

Тот еще раз поблагодарил Джо, взял стакан с кофе, который должен был помочь ему продержаться, пока он будет ехать в родительский дом, чтобы встретить там Рождество. Стив направился прямиком к стойке.

– Чего он хотел?

– Увидеть меня.

– Он больше не пытается забрать тебя от нас?

Джо рассмеялась.

– Ты так говоришь, словно мы с тобой на игровой площадке и ты не хочешь, чтобы я дружила с кем-то еще, кроме тебя.

– Мне просто не нравится, когда тебя используют.

– Расслабься, Стив. Кертис заехал, чтобы поблагодарить меня за подсказку в подборе персонала. Я никуда не уезжаю. Боюсь, ты в меня влюбился.

– Ну, я, к примеру, совершенно не против. – Он улыбнулся, задержался, и на мгновение Джо показалось, что он скажет что-то еще.

– Поппи, кажется, наше время вышло, – сказала Джо, когда в кафе вошел Мэтт. Малышка бросилась к нему, чтобы вручить ему свой рисунок. И если Мэтт и подумал, что Санта немного неправильный, он был слишком добр, чтобы сказать об этом.

– Все, я ухожу. – Стив направился к выходу, и Джо снова упустила возможность спросить, что с ним происходит.

У него что-то было на уме, но Джо оставалось только гадать, когда же он, наконец, об этом скажет.

Глава седьмая

Наступил сочельник, и Джо с самого пробуждения охватило по-детски радостное волнение. Оно гнало ее утром мимо украшенных к празднику фонарей под мелким моросящим дождем к ее раю в конце пирса.

Они с бабушкой всегда очень любили сочельник, да и мама тоже. Ведь праздник был впереди. Интересно, проснулись ли они уже там, в Испании? Было только пять часов утра, поэтому Джо сомневалась. Накануне вечером Дед прислал ей фото со своего айпада. На снимке они вчетвером, включая отчима Джо Стюарта, сидели в местной таверне, и перед ними стоял большой кувшин сангрии. И не только улыбки убедили ее в том, что семья постепенно восстанавливается. По их лицам было видно, что они по-настоящему счастливы.

Сварив себе кофе, Джо принялась разбирать документы: инвойсы Стива, чеки за ремонт в кафе, чеки из супермаркета за дополнительные поставки и средства для уборки, еще один счет за электричество, последние инвойсы Мэтта с фермы. Она сложила их все в один конверт, чтобы в следующие две недели отправить их бухгалтеру. Было странно отправлять их кому-то другому, а не Гарри, но это была приятная странность. Конец прошлого и начало будущего для них обоих.

Разобравшись со счетами, Джо прошла в кухню, чтобы приготовить блюда нового дня. Она испекла сладкие пирожки, булочки с корицей и киш, приготовила коньячное масло, которое поставила в холодильник, нарезала фруктовый салат и огромную порцию зимнего салата. Посетители шли постоянным потоком, один за другим, и в середине утра кафе было полно, не осталось ни одного свободного столика. Когда в кафе после поздней пробежки зашла Джесс, Джо просто стояла и улыбалась, глядя на переполненный зал. Группа подростков говорила так громко, будто здесь был ночной клуб. Энджи и Хильда оккупировали дальний столик и снова играли в шахматы. Очевидно, проигравшая в прошлый раз решила взять реванш. Бен, Чарли и Лорна смеялись за столиком в центре. Они пили горячий шоколад и ели сладкие пирожки.

– Итак, свет горит, но никого нет дома, – прокомментировала Джесс, остановившись у стойки и вынув из ушей наушники.

– Что? – Джо вернулась в настоящее.

– Ты замечталась или настолько устала?

Джо улыбнулась.

– Я устала, но это очень приятная усталость. Я как раз думала о том, как это все замечательно. На улице морозит, того гляди пойдет снег, и я гадала, останутся ли люди дома, чтобы побыть с близкими накануне Рождества, или решатся выйти на улицу. – Она мечтала о завтрашнем свидании, но об этом никто не знал, кроме нее и таинственного отправителя открытки.

– Ты шутишь? – Улыбка Джесс засияла так же ярко, как и ее белокурые волосы. – В этом кафе люди собирались на протяжении многих лет. Я всегда знала, что все дело в Молли и Артуре, в том, как они каждого встречают с распростертыми объятиями. И ты сумела сохранить этот настрой.

– Ты действительно так думаешь?

– Я это знаю. Спроси любого, и каждый тебе ответит, что предпочтет быть здесь вместе с остальными горожанами, а не дома. Разумеется, завтра все будет иначе, это же Рождество.

– Тебе обычный смузи? – Джо не терпелось увести разговор подальше от праздника, чтобы выражение лица ее не выдало. Завтра ей предстоял совершенно особенный день.

– Да, пожалуйста. Сегодня я работаю полдня. В какое время ты завтра встречаешься с Тилли? – Надо же, какая досада, Джесс явно не собиралась оставлять эту тему. – Я была бы рада забежать к тебе, но после заплыва я буду с родителями. Думаю, они боятся, что у меня будет переохлаждение. Они постоянно беспокоятся за меня, несмотря на мое медицинское образование. Но, полагаю, так ведут себя все родители.

Джо порезала фрукты, перемешала их в блендере с йогуртом, мороженым и медом, перелила смесь в стакан навынос и взяла пластмассовую крышку.

– Ланч в два часа. – Джо не солгала. Именно этот час был указан в открытке, и тот, кто ее написал, наверняка пригласит Джо куда-нибудь на ланч. Может быть, в паб? Она покраснела. Что, если это Билли? Он был приятным человеком, одиноким, по возрасту чуть старше Джо. Но Билли был не в ее вкусе. Она отмахнулась от этой мысли… Такого не может быть, ведь правда? – Я не уверена насчет планов Тилли и ее семьи, – добавила Джо, чтобы не объяснять, почему Джесс не может прийти поздороваться с лучшей подругой Джо.

– Жаль… – Она вытащила соломинку из диспенсера у кассы и воткнула ее в крышку стакана со смузи.

Джесс как будто собиралась еще что-то сказать, но Джо не дала ей этого сделать.

– Извини, у меня посетитель.

– Еще увидимся, – сказала Джесс и ушла.

Джо подняла голову, когда в кафе вошел почтальон. Она взяла у него почту, но не отпустила его, пока не вручила ему полосатый бумажный пакет с булочками с корицей.

Она отнесла латте с корицей и кекс с изюмом семье, впервые приехавшей в Солтхэйвен, а потом сняла резинку со стопки писем. И среди них ее ожидало настоящее сокровище. Это была открытка от деда и бабушки. Она пробежала глазами по тексту. Ба и Дед побывали на рынках, где Саша продает созданные ею украшения. Они вместе ужинают по вечерам и наслаждаются этим. Зимнее солнце очень ласковое, и место, в которое влюбилась их дочь, прекрасно. Джо взяла булавку и приколола открытку к доске. На ней было изображено море и лодки на закате. Она почти слышала плеск воды, чувствовала, как приятно сидеть на солнце в теплые месяцы.

– И теперь все могут об этом прочесть, – негромко сказала она.

Сочельник промчался как один миг. Посетители заказывали булочки с корицей, поглощали сладкие пирожки, согревались горячими напитками. Крошечное кафе наполняла радостная и пьянящая атмосфера. Занимаясь обычными делами, Джо испекла сладкие пирожки. Когда они остыли, она сложила их в пластиковые контейнеры, чтобы завтра отнести на пляж. Мэдди и Энджи согласились напечь еще пирожков, так что все вместе они смогут накормить всех желающих. В рождественском заплыве должны были принять участие двести человек. Примерно столько же будет и зрителей. А это означало, что пирожков должно быть много.

Тучи закрыли небо, налетел ледяной ветер, а волны с белыми гребешками пены приветствовали ее ледяной пылью. Она вышла на улицу, чтобы вытереть столик после более стойких посетителей, предпочитавших сидеть там, закутавшись в одеяла. Джо посмотрела на свои часы. Был третий час. Она готовилась к завтрашнему дню, но у нее все трепетало внутри, как будто обезумевшая бабочка отчаянно пыталась найти выход. Ведь оставалось меньше двадцати четырех часов до того момента, как она получит ответ.

Джо узнает, кто захотел встретиться с ней в «Кафе в конце пирса».

Глава восьмая

– Счастливого Рождества, Джо! – Джеф и Вэлери заглянули в кафе утром, раньше всех остальных. Джеф утверждал, что полюбил рыбалку, потому что терпеть не мог встречать утро взаперти. Вэлери говорила, что ей приятнее заниматься йогой сразу после восхода солнца. Эту пару определенно соединили на небесах.

Вэлери рассказывала что-то о приветствии солнцу, но Джо почти ничего не слышала. Она могла думать только об открытке и о свидании в два часа дня. Рождество – один из самых волшебных дней в году, но принесет ли оно волшебство и в ее жизнь?

Когда часом позже пришла Хильда, начались объятия и поздравления. Джо как раз выставляла на улицу штендер с объявлением о том, что кафе закрывается ровно в 10 часов утра и откроется на следующий день утром. Джо думала о том, чтобы не закрывать кафе подольше, но после открытки она решила в кои-то веки поставить себя на первое место.

– Завтра у тебя будет хлопотливый день, – сказала Хильда, обнимая Джо. – Люди будут выстраиваться в очередь, чтобы отдохнуть у тебя от «дня подарков».

– Чем больше народа, тем веселее, – ответила Джо. – Я люблю, когда много посетителей. Что вам принести?

– Мне ничего, моя дорогая. Я пришла только для того, чтобы узнать, могу ли я тебе помочь с пирожками. Мэдди и Энджи уже спустились в бухту для серфинга. Энджи захватила еще и одеяла на тот случай, если кто-то забудет полотенца или теплые накидки. Ты же знаешь, что в это время года море очень холодное.

Джо улыбнулась. Небо было ясным и ярким, но этим утром иней лег на тротуары, и зимний холод уже заключил Солтхэйвен в свои объятия.

– Джесс уговорила меня принять участие в заплыве в следующем году.

– Тогда тебе следует считать сегодняшний день своим посвящением.

Смех Джо наполнил пустое кафе с его красиво украшенной и освещенной рождественской елью, натянутыми на стенах гирляндами, ярко-зеленым остролистом с красными ягодами на меловых досках. Пока пустовал угол, в котором она собиралась поставить беседку еще для одной счастливой пары местных жителей, выбранных для свидания вслепую.

– Тогда это значит, что и все остальные должны принять участие в следующем заплыве, включая вас.

– Моя дорогая, я уже участвовала в нем!

– Не может быть!

– Может, может. – Хильда улыбнулась. – Ровно шесть лет назад. Энджи участвовала вместе со мной. Твои дед и бабушка были нашими щедрыми спонсорами и всех кормили.

– Так значит, они сами не плавали?

– Думаю, нет.

Джо и Хильда обменялись заговорщическими взглядами.

– Возможно, мы должны их убедить принять участие в следующем заплыве.

До десяти часов утра оставалось всего несколько минут, поэтому Джо выключила свет, убедилась в том, что духовку она тоже отключила. Она взяла контейнеры со сладкими пирожками, отдала несколько контейнеров Хильде. Они вышли из кафе, и Джо заперла дверь. Через четыре коротких часа она вернется сюда, чтобы встретиться с неизвестным мужчиной на этом самом пороге. И кто знает, что тогда случится.

Хильде не хотелось идти по пляжу, поэтому они направились к бухте более длинной дорогой, мимо озера, вверх по холму и до просторной парковки, которая была забита машинами. Приехала и местная пресса, и автомобиль местной радиостанции. Кое-кто даже оделся нарядно, готовясь к тому, что их будут снимать.

– Это невероятно. – Джо не могла поверить, что событие собрало такие толпы.

– Так бывает каждый год. – Хильда с гордостью улыбнулась.

– Джо! – Это был Стив. Он бежал к ней, одетый в джинсы и свитер.

– А где же плавки? – поддразнила она его.

– Не волнуйся. Я разденусь, когда придет время.

– Мы будем ждать, – игриво сказала Хильда, как будто скинула сорок лет, а потом отправилась на пляж к Энджи, которая стояла возле раскладного стола с едой и напитками.

– Она к тебе неравнодушна. – Джо улыбнулась.

– А есть равнодушные? – Стив приложил руку к груди. – Я привлек твое внимание, потому что… Взгляни вон на того мужчину. – Он кивнул в сторону, и Джо проследила за его взглядом.

– Мы с ним знакомы? – Она понятия не имела, кто это такой.

– Нет, вы не знакомы. Но до него дошли разговоры о вечерах любви в кафе, и он расспрашивал о владельце. Я рассказал ему о тебе, и он сказал, что хотел бы арендовать кафе на один вечер. – Стив нагнулся к Джо и прошептал ей на ухо:

– Чтобы сделать предложение.

– Предложение руки и сердца?

– Судя по всему, да. Ему рассказали о вечерах любви в «Кафе в конце пирса», а его вторая половинка родом из приморского города. Там, правда, пирса нет. Поэтому он подумал, что это будет идеальное место.

Джо просияла.

– Я польщена.

– Ты это заслужила. Удивительно, чего ты сумела добиться, как ты заботишься о других и делаешь их счастливыми.

Она почувствовала, что краснеет при мысли о собственных планах на этот день.

– Идем, а не то заплыв начнут без нас, если мы не поторопимся. Нам лучше спуститься вниз.

Увязая в песке, Джо доставила остальные контейнеры со сладкими пирожками. Угощение расставили на складных столиках, которые удерживались на месте камнями и оттяжками. Хильда руководила людьми, чтобы установилось какое-то подобие порядка.

– Привет, Джо! – Чарли бежал по песку впереди родителей. Его красное пальтишко явно стало ему маловато, особенно в такую погоду, требовавшую многослойной одежды. Но оно, по крайней мере, не позволило ему затеряться в толпе. – Угадай, что я получил на Рождество?

– Санта приходил?

– Конечно! – Мальчик пожал плечами, как будто в этом не могло быть никаких сомнений. – Он принес мне самую лучшую вещь на свете.

– И что же это такое?

Чарли не мог сдержать улыбку.

– Когда я проснулся, мама была дома.

Судя по всему, отношения Бена и Лорны наладились. И Джо помахала им рукой.

– Что ж, Чарли, думаю, это самый замечательный подарок.

– А еще я получил набор лего, шоколадные монеты, носки и новую кружку со снеговиком!

– Тебе очень повезло.

Чарли убежал поздороваться с друзьями, а Джо поболтала немного с Беном и Лорной. Пришел почтальон Фрэнк и познакомил Джо со своей женой Николой. Би, хозяйка закусочной, развеселила ее, рассказав, что Грант собирается открыть закусочную первого января для всех, кто мучается похмельем. К Джо подошла и Мэйзи, ушедшая на заслуженный отдых до января. Джо надеялась, что к тому моменту, когда она организует для нее свидание вслепую, девушка отдохнет и будет готова впустить в свою жизнь что-то новое.

Люди постепенно заполняли берег бухты. Погода была декабрьской, но мягкой, с тихим ветром и зимним солнцем. Люди делали селфи, желали друг другу счастливого Рождества, делились впечатлениями о сезоне.

– Вы все такие смелые, – сказала Джо, когда Джесс подошла поздороваться с ней.

– Скорее, сумасшедшие.

– Ну-ну, док, – вмешался Джеф. – Мы собираем неплохие деньги. И подумайте о сладком пирожке после заплыва и, возможно, о чашке горячего шоколада.

– Звучит божественно, – ответила Джесс и повернулась посмотреть на волны, но ее отвлекли. – Боже мой, вы только посмотрите на Стива!

Джо обернулась и увидела, что Стив подпрыгивает на месте, чтобы не замерзнуть. На нем были только плавки с изображением Санты на серфе и красная шапка Санты.

– Он, должно быть, заледенел! Я в пальто, в перчатках и шарфе, а еще на мне джемпер и топ, но мне не хочется снять ничего. – От Джо не укрылся одобрительный взгляд Джесс, которым она окинула Стива с головы до ног.

Пловцов становилось все больше, многие уже начали раздеваться. У Джесс оставалось не больше десяти минут, чтобы присоединиться к ним и снять свой пуховик. Джо пообещала, что будет поблизости, чтобы подбадривать ее.

Певцы допели «Радость для мира», начали «Пусть идет снег», и зрители в бухте стали им подпевать. Джо тоже прониклась всеобщим настроением и запела песни, которые помнила с детства. Обернувшись, она увидела потрескивавший вдали рождественский костер. Вскоре Джо почувствовала идущее от него тепло. Костру определенно обрадуются все те, кто решился бросить вызов океану.

К тому времени, когда голос из громкоговорителя объявил, что до начала рождественского заплыва в Солтхэйвене осталось пять минут, спасатели уже заняли свои места вдоль маршрута, чтобы обеспечить безопасность пловцов. Мужчины, женщины и дети подошли к воде, а зрители расположились по обе стороны от них. Джо стояла на песке рядом с Хильдой, а те, кто надел резиновые сапоги, спустились на мелководье, чтобы поддерживать участников заплыва.

Все присутствующие, улыбаясь, хором начали обратный отсчет, начав с десяти и закончив криком «марш!».

Пловцы вбежали в ледяную воду. Казалось, это был единственный способ не отступить. Джо не представляла, насколько вода холодная, но понимала, что если не побежать, то в воду никогда не войдешь! Она рассмеялась, глядя на лица некоторых пловцов. На них было написано выражение страха, ощущения необычности и смелости поступка, осознания принадлежности к этой замечательной общине. Джо увидела, как Стив и Джесс смеются. Он облил ее с головы до ног, когда она остановилась там, где вода доходила ей до середины бедер. Джо подбадривала ее до тех пор, пока Джесс не нырнула в набегавшую волну и не вынырнула с широчайшей улыбкой. Многие пловцы были в шапках Санты. Мэдди и Дэн оделись как рождественские эльфы, они вбежали в воду, держась за руки. Некоторые из их друзей оделись снеговиками. Кое-кто надел костюм рождественского крекера, их головы высовывались из костюмов-труб, прикрывавших тело. Джо решила, что они помешают им плыть. Наблюдать за заплывом было очень необычно, и Джо еще никогда в жизни не проводила утро Рождества так весело.

Плавать в ледяной воде океана с его приливами и течениями было довольно опасно, и поэтому большинство людей вошли в воду и быстро вышли, сменив ледяную ванну на комфорт суши. Зрители поздравляли каждого пловца. Хильда и Вэлери каждому давали полотенце или одеяло, чтобы согреться. Билли и Джеф раздавали горячие напитки, Джо угощала круглыми сладкими пирожками проголодавшихся местных жителей, которые уже говорили о том, чтобы повторить заплыв на следующий год.

Это событие стало одним из лучших, в которых Джо имела честь принимать участие. Они смогли собрать больше двух тысяч фунтов для хосписа и показали, чего могут добиться люди, если будут действовать сообща.

Но к тому времени, когда Джо ушла из бухты – как раз запели «Желаем вам счастливого Рождества» – и шла по дорожке к своему дому, она была готова к чему-то совершенно другому.

Пришла пора выяснить, с кем же она встретится в кафе в конце пирса.

* * *

Джо пыталась вставить в уши серьги-спирали, которые мама сделала специально для нее и прислала на Рождество. Она долго стояла под горячим душем, согреваясь после леденящего холода пляжа, и вымыла волосы самым дорогим шампунем. Потом она трижды сменила наряд, прежде чем остановить свой выбор на уютном трикотажном платье цвета бургундского вина длиной чуть выше колен. Джо надела плотные колготки и сапоги до колен, брызнула на себя любимыми духами Chanel, которые бабушка и дед в этом году подарили ей на день рождения. Ей пора было идти.

Неужели она действительно это сделает? Встретится с незнакомцем – по крайней мере, так думала Джо, – чтобы пойти с ним на свидание вслепую?

Сердце гулко стучало у нее в груди. Пока не передумала, Джо схватила ключи и телефон и вышла из квартиры.

Она спустилась с холма, прошла мимо знакомых позимнему пустых садов. В окнах неярко светились рождественские огни, семьи собирались за праздничным столом. Над остроконечными крышами виднелась городская рождественская ель, ее цветные теплые огни контрастировали с зимним холодом.

Джо дошла до начала пирса, пустого в это время дня, и тут почувствовала, как ей на нос опустилась снежинка. Она едва в это поверила. В этот день снега не обещали, но за первой снежинкой она почувствовала вторую, потом и третью. Джо засмеялась и словно сумасшедшая закружилась на одном месте.

А что если не только она сошла с ума? Что, если тот, кто присылал ей открытки, был безумцем, заманивавшим ее под фальшивым предлогом?

Джо отругала себя. Что-то гнало ее вперед, то ли чувство, возникшее в глубине души, то ли падавший снег, но она продолжала идти по деревянным доскам, которые скоро покроет белый ковер, если снегопад не прекратится.

Только подойдя ближе к кафе, пытаясь понять, ждет ли ее уже кто-нибудь, Джо увидела внутри свет. На окнах переливались огнями гирлянды, изнутри доносилась рождественская музыка. Медленно приближаясь к двери, Джо разглядела беседку, установленную в углу. Она была украшена серебристыми елочными игрушками, темно-красные каллы сплетались с нежными белыми розами. Зелень и еловые шишки были как будто покрыты изморозью. Внутри беседки стоял столик, покрытый белоснежной скатертью, на нем возвышалась большая цветочная композиция из калл и роз. Столик был накрыт на двоих. Это была самая романтичная обстановка, которую когда бы то ни было видела Джо.

И все это было для нее.

Только один человек знал, как установить беседку.

Глава девятая

Джо задержалась у двери. Что ей ему сказать? Он был настоящим другом, но не больше. И эту дружбу она ни в коем случае не хотела разрушить. Джо была готова уйти, но как она могла так поступить? Он столько потрудился.

Джо посмотрела на море, на волны, успокоившиеся к середине дня, прислушалась к их негромкому бормотанию на берегу, где они пузырились на песке и отступали, готовые прихлынуть снова. Она закрыла глаза, вдохнула соленый воздух, аромат шампуня и духов, которыми она воспользовалась, готовясь к этому свиданию. Ей хотелось выглядеть спокойной и непринужденной, но все же сексуальной и чтобы было заметно, что она приложила усилия.

Теперь Джо уже не была уверена, что хочет войти в кафе. Ее вдруг затошнило, она занервничала, испугалась того, что должно произойти. И в эту секунду она услышала свое имя. Его произнес мужчина, открывший дверь кафе. Его она никак не ожидала увидеть и поняла, что не ошиблась, когда решила прийти.

– На улице довольно холодно, – сказал он, стоя в дверях и глядя на похожие на пух снежинки, сыпавшиеся с неба. – Ты можешь войти, если хочешь.

Джо вошла в зимнюю сказку. В зале стояла не только беседка и накрытый столик для ланча на двоих, но и переливалась огнями рождественская елка. Он добавил еще огней на потолке, к окнам были прикреплены серебристые сверкающие снежинки.

– Ты все это сделал? Для меня? – Джо остановилась в середине кафе – ее кафе – и разглядывала преображенный зал, вдыхала аромат домашней еды, идущий из ее кухни, осознавала, что все это он спланировал для них двоих.

– Позволь мне взять твое пальто. – Он сделал шаг вперед, когда Джо начала расстегивать пальто, глядя ему в глаза.

Она отдала ему пальто вместе с шарфом.

– Я даже не знаю, что сказать.

Он повесил ее вещи в шкаф, вернулся к ней и протянул руку, легко коснувшись Джо.

– У тебя снежинка в волосах. Если бы я знал, что погода подарит нам белое Рождество, я бы не стал просить Поппи вырезать все эти фальшивые снежинки. Она так долго вырезала их вместе с Анной и Стивом.

– Подожди! Так вот как ты все это сделал?

Мэтт улыбнулся ей.

– Не сердись на Стива. – Он коснулся ладонью ее щеки, его рука согрела ей кожу. – Он помог мне установить беседку, а я взял с него обещание держать рот на замке.

– Держу пари, тебе пришлось постараться. – Джо замолчала, нервничая от его прикосновения, потому что Мэтт так и не убрал руку. – И ты приготовил рождественский ланч в моем кафе?

– Ты же не сердишься, нет?

– Вовсе нет. – Джо не могла думать о том, как она себя чувствует. Она была удивлена, счастлива, возбуждена, но нервничала. Столько всего слилось воедино, но чего же было больше всего? Ей повезло. Вот что она ощущала в эту минуту. Ей повезло, что Мэтт выбрал ее, чтобы провести с ней вместе этот особенный день. Это было настоящим счастьем, что такой мужчина заинтересовался ею. Джо никогда не думала о том, что это Мэтт поразит ее в самое сердце. Но теперь она поняла: возможно, она просто не смела это представлять, потому что была бы серьезно разочарована, если бы он предпочел ей кого-то другого.

Мэтт убрал руку, но Джо все еще чувствовала его прикосновение.

– Понимаешь, не только Стив, но и Анна, Поппи, Молли, Артур и Тилли, все были в курсе моего плана.

– Правда? – Джо не могла поверить, сколько всего он сделал. И все это ради нее. – Но ведь Тилли не приехала из-за снега? – Когда Мэтт покачал головой, Джо осознала правду. – Не было никакого снега! Мне бы следовало догадаться. – Она рассмеялась. – Когда Тилли отменила нашу встречу, я проверила прогноз погоды, чтобы посмотреть, будет ли снежная буря в Шотландии на Рождество, но увидела только символы, предупреждавшие о дожде. Я решила, что она проявила излишнюю осторожность. Но потом получила твою открытку и перестала об этом думать, потому что меня намного больше занимало происходящее здесь.

– Ты думала, что идешь на свидание с сумасшедшим?

– Эта мысль приходила мне в голову. – Она улыбнулась ему в ответ.

– Тилли была в курсе дела, и ей было очень неприятно тебе лгать. Но Молли и Артур были обеими руками за.

– И почему меня это не удивляет? Мне следовало догадаться, что они что-то затеяли, когда я увидела, как они ведут себя с тобой в день их отъезда.

Мэтт усмехнулся.

– Думаю, им понравилось все до последней мелочи. Они дали мне ключи. И Артуру пришлось сказать твоей Ба, чтобы она перестала у меня все выпытывать, когда ей захотелось выяснить все детали. Я уже получил сообщение от Тилли. Она написала, что прячется в доме своих родителей и ждет сигнала, чтобы прогуляться по улицам Солтхэйвена. Думаю, ей очень хочется потом услышать обо всем от тебя.

– Ну еще бы. – Джо так много надо было обсудить со своей лучшей подругой. Пришло время признать, что она прятала свои чувства к Мэтту ото всех, включая себя саму. – Судя по всему, ты приложил много усилий, и все ради одного свидания. Ты бы мог просто пригласить меня.

– Это было бы не так интересно. – Он с ней флиртовал, а Джо нервничала. Это было настоящее свидание, обещание чего-то особенного.

– Ты в самом деле приготовил рождественский ланч в моей крошечной кухне?

– Вот тут я немного сплутовал, – признался Мэтт. – Я кое-что приготовил заранее в бунгало твоих деда и бабушки, а потом перенес все сюда. Но дело того стоило.

– Почему ты раньше ничего не говорил?

– Чтобы испортить такой момент? – Мэтт подошел к ней ближе и взял обе ее руки в свои.

– Стиву уже давно не терпелось мне что-то рассказать. Держу пари, что он хотел раскрыть твой секрет. – Джо все никак не могла поверить, что зимняя сказка появилась тут, в ее любимом месте.

– Стив действительно хотел поговорить с тобой, но не об этом.

– О чем же тогда?

– Он безнадежно влюблен в Джесс.

Джо даже рот приоткрыла от удивления.

– Я бы никогда не догадалась. Значит, мне нужно будет с этим что-то сделать в новом году.

– Пожалуйста, сделай. Стив сводит меня с ума, все время говорит о ней и пытается набраться смелости, чтобы пригласить Джесс на свидание. Ему это почти удалось, когда он играл с ней на бильярде в пабе. Но в последний момент он опять струсил. – Мэтт подошел еще ближе к Джо. – Но хватит думать о других, пора сделать что-то для себя самой, Джо. И я от всего сердца надеюсь, что правильно поступил, когда устроил все это. – Он замялся. – Или нет?

Джо посмотрела в глаза мужчине, которого она знала уже почти год, с которым она проводила все больше и больше времени и без чьего общества она уже не смогла бы обойтись. Перед ее мысленным взором промчались все те моменты, когда они вместе смеялись, шутили над тем, какой рецепт придумать. Она вспомнила, как любовалась его сильными руками, когда он каждый день относил ящик с продуктами к ней в кухню. Ей пришлось признать, что ее тянуло к Мэтту, но она отрицала свои чувства до тех пор, пока не узнала, что они взаимны. Джесс однажды посоветовала Джо обратить внимание на Мэтта, но она отмахнулась от этого предложения, думая, что он, вероятно, может выбирать из сотен женщин.

Стоя перед ним теперь, Джо поняла, как сильно она влюбилась в этого мужчину. Она искала человека, с которым могла бы разделить свою жизнь, но почему-то пропускала того, кто был буквально у нее под носом.

– Это ты присылал открытки и выжидал все это время, потому что тебе нравится азарт охоты? – Джо надеялась, что дело в другом.

Мэтт покачал головой.

– Я знал, что ты еще не готова, но я знал, что готов сам. Я видел, сколько сил ты отдаешь другим людям, но почти ничего не получаешь взамен. Это одна из причин, почему я в тебя влюбился.

– Ты… Ты влюбился в меня?

– Боюсь, что да. Для меня это никогда не было игрой. Так что ты скажешь, Джо? Ты готова дать нам шанс?

Она сделала шаг к нему. Теперь их лица разделяло не больше дюйма. Мэтт нагнул голову, их губы встретились, и другого ответа ему не потребовалось.

Они сели рядом на подоконник-диван и смотрели, как падает снег. Они держались за руки, и голова Джо лежала на плече Мэтта.

– Ты помнишь, как мы переодевались на Хеллоуин? – спросил Мэтт. Она прошептала: «Да». – А помнишь, как я пожалел об отсутствии полосатых чулок?

– Я так обрадовалась, что твоя сестра их сохранила, они стали изюминкой костюма. – Джо улыбнулась, глядя, как он высвободил пальцы и принялся рисовать на ее ладони.

– Я не совсем это имел в виду, когда сказал: «Какая жалость!»

Джо села прямо, чтобы видеть его лицо.

– Эти слова вырвались сами, потому что я только и мог, что представлять, насколько сексуальной ты была бы в этих чулках. Я подумал, что ты обо всем догадалась, когда я это сказал. Неужели ты действительно не понимала, что я чувствовал?

– Не понимала. После приезда в город я была так занята, что почти ничего вокруг себя не замечала.

– Вот поэтому я и ждал.

– Ты правильно сделал. – Джо снова положила голову ему на плечо, и Мэтт притянул ее ближе к себе.

– Мне нужно было время, чтобы лучше узнать тебя, – продолжал он. – И не давить на тебя, приглашая на свидание. Я видел, как ты влюбилась в это кафе, в город и поняла, что именно это место ты хотела называть домом. Мне уже давно хотелось обзавестись семьей, но пока ты не приехала, я не мог по-настоящему это представить. Я слышал, как ты говорила с дедом и бабушкой о том, как тебя разочаровала неудача в День святого Валентина. И после этого я задумался, с чего начать. Я уже знал, что ты та самая. Мне нравилось смотреть, как зажигаются твои глаза, когда ты думаешь о новых рецептах для кафе, о том, что можно приготовить из тех продуктов, которые я привез с фермы. И когда ты начала устраивать вечера любви в кафе, мне захотелось показать тебе, что и ты кому-то не безразлична. Но мне не хотелось отпугнуть тебя или создать неловкую ситуацию.

– Я думала о том, чтобы устроить для тебя свидание вслепую.

– В самом деле?

– Да, но я никак не могла найти никого, кто бы тебе подошел. Возможно, это потому, что мне все казались недостойными тебя.

– Знаешь, я иногда думал, что ты могла бы довериться мне, спросить мое мнение об авторе открыток.

– Мне не хотелось ни с кем этим делиться, – призналась Джо. – Это было для меня чем-то особенным, только моей радостью.

Мэтт приподнял ее подбородок и снова поцеловал Джо, на этот раз долго не отрываясь от ее губ.

– Ты даже не представляешь, как давно мне хотелось это сделать.

– Сделай это еще раз, – сказала она с улыбкой.

И на этот раз поцелуй длился очень долго. Мэтт первым оторвался от нее, но его губы были так близко к губам Джо, что она чувствовала их прикосновение.

– Джо… Мне нужно идти…

– Почему?

– Мне нужно проверить наш ланч, если ты не хочешь есть брюссельскую капусту, ставшую пюре, и сгоревшую подливку.

Джо расхохоталась, и они снова поцеловались. Она поняла, что единственным человеком, с которым она хотела бы пойти на свидание, был Мэтт.

Купидон поразил самую крупную мишень из всех мишеней ее вечеров любви в кафе.

Эпилог

Июнь

Дорогая Джо!

Мы надежно устроились в нашем новом доме в прекрасной Пуэрто-Польенса. Саша помогла нам с переездом, и мы хорошо устроились. Мы наслаждаемся теплым климатом. Даже Дед купается каждый день, хотя настаивает на том, чтобы мы приходили на пляж очень рано, пока солнце еще не слишком жаркое. Мы сами приготовили паэлью с самыми свежайшими ингредиентами. Но, пожалуйста, скажи Мэтту, что ничто не сравнится с урожаем с его фермы.

Наш выход на пенсию – просто мечта, мы делим время между Англией и Испанией. Мы очень тебя любим.

Передавай привет всем в Солтхэйвене!

С любовью, Ба и Дед

Июль

Дорогая Джо!

Привет из Лондона!

У нас наконец долгожданные каникулы после первого года в университете, но вместо того, чтобы вернуться в Солтхэйвен, я только что приехала из Эксетера в Лондон. Я встречаюсь с Дэном в его общежитии Университета королевы Марии. Мы сняли номер в городской гостинице и сегодня вечером идем на шоу.

Еще раз благодарю тебя за наш вечер любви в кафе. Дэн не из разговорчивых, но он тоже очень рад, что ты выбрала нас друг для друга.

Мы очень любим тебя, Молли и Артура.

С любовью, Мэдди и Дэн

Август

Дорогая Джо!

Мы сделали это! Вот мы и в Италии. Я так давно об этом мечтала. Я так привыкла видеть Джефа с удочкой в конце пирса, что даже представить не могла, что он поедет со мной и поможет организовать наш собственный йога-отдых. Он сам каждый день занимается йогой и проходит немало миль. Он словно заново родился! Если он будет продолжать в том же духе, я обещаю, что очень скоро мы отправимся на рыбалку.

Мы наслаждаемся вином, солнцем и природой в сельской местности Тосканы. И Джеф сегодня сделал мне предложение!

Ты можешь в это поверить?

Он сделал меня счастливейшей женщиной на земле, и мы от всего сердца благодарим тебя, Джо.

С любовью, Джеф и Вэлери

Сентябрь

Дорогая Джо!

Это просто сумасшедшее место! Чарли все время уговаривал меня поехать когда-нибудь во Флориду. И мы, наконец, сделали это всей семьей. Мы побывали в Диснейленде, в парке «Си Уорлд» и в тематическом парке «Буш Гарденз». А сегодня нас ждет парк «Юниверсал Студиос». Я только надеюсь, что там будет не слишком много страшных аттракционов. Клянусь, я поседел на некоторых горках, на которые меня затащили моя жена и сын. Они словно дьявольская команда, решившая изо всех сил мучить меня!

Передавай привет Мэтту. Надеюсь, он хорошо с тобой обращается. Никто не заслуживает счастья больше, чем ты.

С любовью, Бен, Лорна и Чарли

Октябрь

Дорогая Джо!

Так ты простила меня за то, что я тебе солгал и вломился в твое кафе? И еще за то, что я знал твою подругу Джесс всего пять минут и уже увез ее кататься на серфе на Бали? Ходят слухи, что она решила мне отомстить и собирается заставить меня в следующем году кататься на лыжах. Но между нами, я думаю, что сломаю несколько костей, если она спустит меня со склона. Мне намного безопаснее в воде.

Спасибо за то, что читала между строк и устроила мне свидание с этой удивительной женщиной, которая пытается заставить меня отставить в сторону пиво и отправиться на пробежку.

Ага, как же!

Скоро увидимся, Джо.

С любовью, Стив и Джесс

Декабрь

Кому: Ба и Деду

Привет из Солтхэйвена! Я подумала, что вам будет приятно получить открытку отсюда, чтобы напомнить о вашем первом доме.

Спасибо вам за то, что работали в кафе те несколько дней в сентябре, которые были нам с Мэттом так необходимы. Вы даже не представляете, как нам была нужна эта передышка. Два бизнеса, ферма и кафе, держали нас в постоянном напряжении.

Что вы делаете в июне? Я знаю, что до этого еще полгода, но никогда не вредно спланировать заранее. А так как вы оба в некоторой степени в ответе за то, что мы с Мэттом теперь вместе, мы подумали, что вы могли бы нам помочь и предоставить мне отпуск по беременности.

Да, вы станете прабабушкой и прадедушкой!

Простите, что я не сообщаю эту новость лично, но Мэтт считает, что неплохо было бы продолжить традицию открыток.

Счастливого Рождества! И пусть новый год принесет так же много счастья, как и год уходящий.

Всегда с любовью, Джо, Мэтт и малыш

P.S. Джесс расстроится! Мэтт не позволит мне принять участие в рождественском заплыве в этом году, учитывая мое положение и все такое… А жаль!

Примечания

1

Женский институт, благотворительная организация на базе общин для женщин, созданная в Канаде в 1897 году на основании британской концепции женских гильдий и распространившаяся из доминиона по всей Британской империи. (Здесь и далее – прим. пер.)

2

Классический английский десерт из свежей клубники, безе и сливок, которым традиционно угощают игроков и болельщиков во время ежегодных соревнований по крикету в колледже Итон. Впервые упоминается в 1893 году.

3

Жилая улица из тридцати домов в форме полумесяца в английском городе Бат, построенная в период с 1767 по 1774 год.

4

Интернет-магазин одежды британского бренда Next.

Content

Хелен Рольф
Маленькое кафе в конце пирса

Пролог

Весна

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Лето

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Осень

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Рождество

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Эпилог

Примечания