Татьяна Антоник

Оборотни и документооборот,

и Даша

Глава 1. Попаданство и что с этим делать?

Даша Антонова

Встретив сестру, почти не обратила на нее внимание, уверенно размахивала кисточкой, стараясь не набирать на ворс шерстинки домашних животных. Через пять минут меня ждет поклейка обоев в старой маминой комнате. Вот что будешь делать с этими обалдуями? Мне бы немножко магии, чтобы кот и собака не линяли.

Меня зовут Даша, и я сотрудник одной небольшой фирмы по перепродаже инструментов. У меня есть сестра-близнец Маша, закончившая известный технический университет, кот, считающий, что он главный в доме (как и все пушистые домоседы) и ротвейлер Бали, который абсолютно не был похож на собратьев по породе. Даже чихуахуа, бегающие по площадке, приводили грозного кобеля в трепет.

— Минус ремонта своими руками в том, что недостатки видишь, а руки оторвать некому, — отозвалась я через час, — когда мы закончили выравнивать обои с сестричкой.

Зрелище впечатляло. Не совершенной работой. Нет. Точнее, совсем нет. Хотелось взяться за голову и кричать о бренности бытия и возжелать вернуть все обратно.

— М-м-м-м, — промычала Машка, — может, все-таки рабочие?

Я ее предложение не оценила.

— Нет, сами все сделаем. Не пущу никого. — Оповестила близняшку. Не так давно у нас умерла мама, и я всеми силами хотела сделать из этой комнаты гостиную, чтобы хорошие воспоминая пересилили плохие. — Ну, что у нас все не как у людей?

— Ну, мама часто приговаривала, что мы ведьмы, — съехидничала Маша, пытаясь поднять мне настроение.

— Прокляну, Машка. — Резко дернулась и задела ведро с остатками клея. Так что шутка не удалась. — Жеваный крот! — крикнула, наблюдая, как противная жижа растекается по полу.

— Досадненько, — согласилась сестра, упирая руки в боки.

И только я подняла ногу, чтобы аккуратно обойти наведенный хаос, как неожиданно вокруг нас замерцали стены.

— Что это? — Первой ополоумела я, прикрывая то один глаз, то другой.

С такими явлениями никто из нас до этого не встречался. Сверкали золотые огоньки разного размера, все полыхало, а в ушах застыл странный перезвон. Мы двигались к друг другу, потому что пространство начало сужаться, а я и сестра не очень хотели стать первыми летчиками-испытателями невиданного портала (а портала ли).

— Мне откуда знать? — Маша завопила во все горло. — Инопланетяне?

Кто его знает? Верить в иноземных засланцев, которым не понравился ремонт, не хотелось. Но тогда что? Вряд ли у нас дома завалялась световая пушка, как на дискотеке.

Откуда ни возьмись прибежали животные. Пират взобрался по телу сестры, цепляясь в штанину, а передо мной встал Бали, изображая могучего защитника. Но я очень хорошо ощущала дрожь в лапах собаки.

— АААААА! — Завопила от испуга, когда свечение стало настолько сильным, что стало ничего не возможно разобрать.

— АААА! — Кто-то также орал, но голос был не похож на Машин.

БАМС!

Раздался оглушительный залп, треск, и все замерло.

Я присела, вцепившись в шерсть животного. Все еще боялась смотреть, так что проверка на жизнеспособность шла через прищур.

— Где я?

Это не наша квартира. Точно. Надо мной высоченный потолок с огромным панорамным окном, занавешенный тюлем.

— Не знаю, — раздался визгливый голос. — Самому бы понять.

Оглянувшись, уставилась на ротвейлера. Через секунду пришло осознанание, что именно только что произошло.

— Ай? — Еще раз взвизгнула, отпуская пса. — Бали, это ты?

— Это я?

— Ааааа? — кричала я на собаку.

— АААА! — кричал питомец сам на себя.

Пора прекращать вакханалию. Если так пойдем дальше, то обычно говорящая Даша и необычно говорящий пес останутся заиками.

— Молчать! — собрала в себе последние остатки храбрости и рявкнула что есть мочи. — Бали, ты разговариваешь?

— Ты сказала молчать, — проскулил пес.

Но пасть-то у него открывалась, и из нее чудным образом вылетали слова. Если я и сошла с ума, то галлюцинация была очень явной. А в добавок я почувствовала незнакомое шевеление, будто кто-то щекочет голову изнутри. А за этим ощущением четко поняла, что Бали боится.

— Бали, возьми себя в руки, — хотела успокоить питомца.

Ох, мне бы виски с колой. Я пока других способов унять паранойю не знаю.

Пришлось еще раз осмотреться и результаты наблюдения не порадовали. Меня принесло в непонятное помещение, ничем не обставленное. На полу черной краской были нарисованы какие-то странные знаки.

— Это руны? — прошлась по кругу, изучая изображение.

Как пить дать. Вот звезда, а по краям свечи расставлены. Мы, что, демоны перекрестка? В нашей коренной московской родословной затесались чудовища? Мама ни о чем подобном не рассказывала.

— Хозяйка, — очень тоскливо позвал меня ротвейлер — можно спросить?

— Я Даша, — отозвалась машинально, морщась от неприятного обращения. — Не хозяйка. Крепостное право в девятнадцатом веке отменили.

Если пес что-то не понял, то уточнять не стал.

— А как мы сюда попали?

Если бы я ведала. Подошла к окну, чтобы разобрать, где находимся. К сожалению, пейзаж был скудный. Это какой-то загородный дом с мрачным садом, всю стену оплетают сплошные дикие розы. И куда нас принесло? Телепорт изобрели и на Антоновых опробовали? Тогда где Маша и Пират? За сестру я волновалась очень сильно.

Напротив находилась дверь, в центре которой вставили замутненной стекло. И чтобы сейчас со мной не происходило, я явно была не одна, собака не в счет. Я слишком отчетливо видела человеческий силуэт.

— Выходи! — Яростно завопила. — Или собаку натравлю!

В этот момент Бали от испуга загавкал во весь голос. Откуда знать незнакомцам, что мой ротвейлер трусливей белки в парке.

Естественно, угроза даром не прошла, хотя на будущее стоило запомнить, что угрожать надо в случае, если ты в победе уверен. Но куда до такой мудрости беспечной москвичке? Если я что-то начинаю, меня уже не остановить.

Створка распахнулась, и япередо мной предстали две хрупкие фигурки молодых людей. Девушка и похожий на нее вихрастый паренек. Юные, веснушчатые, смешные. Они изумленно хлопали глазками, а потом…

— Деса ведьма, не убивайте! — бросились на пол.

К этому жизнь меня не готовила. Похитители боятся похищенную. Еще и обзываются при этом. Какая я вам ведьма?

— Вы кто? — старательно игнорировала их чересчур молебный вид и оскорбление. — И где я? И как я тут оказалась? И встаньте уже, а то бесите.

Молодежь переглянулась между собой, синхронно пожала плечами, с ледом пооднялась. Вот я и основательно подметила сходство. Лица морщатся одинаково, цвет волос один в один. Ну точно, родные.

— Меня зовут Кейт, а это Оррин, — участливо начала девушка. — Мы дети Робба де Эттвуда, начальника филиала завода «Ричмонд и Ко».

Информация ясности не приносила. Чего? Кого? Де Эттвуда? В России всех раскулачили, приставок не осталось. Да и не было никогда. Как говорится: «Властью, данной мне властью, белые ушли, красные пришли».

Видя мое замешательство, Бали опять заскулил.

— Ты, это, прекращай. Всю легенду о грозном псе испортишь.

— От них тоже пахнет собаками, — раздалось в моей голове.

— Твою мать! Ты, что, в мысли мои пролез? — Я ошарашенно уставилась на питомца.

— Не сказать, что я очень этого хотел, — понуро зеркалил Бали.

Я сплю? Или это шизофрения резко разыгралась? Ну должны же быть какие-то предварительные симптомы?

— Кхм, — кашлянула девица, обратно привлекая внимание к себе.

— Так, — вытянула ладонь. — Хорошо, вы Кейт и Оррин. А дальше?

— В смысле? — удивился паренек. — Разве вы не знаете? Вас раньше не вызывали?

Вызывают только полицию и скорую. Чую, обе службы скоро понадобятся. Но все-таки выдавила из себя.

— Нет, первый опыт, абсолютно не понимаю, что происходит.

Юноша подпер руками свои худенькие бока.

— Ну вот, а мы же звали опытного специалиста!

— Подождите, — остановила его заносчивую фразу, слишком уж обидно она прозвучала. — А кто вам нужен? Где я и с какой целью вы призвали, кхм-кхм, — вышла из очерченного круга, — Демон… десу ведьму?

Если это иммерсивный театр, то в конце постановки я заслуживаю минимум Оскара.

— Деса ведьма, разве вы не знаете? — открыла рот Кейт. — Есть же ритуал на призыв колдуньи, если у мага есть проблемы.

Колдуньи? Мага? Ритуал?

— Допустим, — выгнула левую бровь. — Есть такой ритуал.

Кажется мне, что занесла меня нелегкая в другой мир. Я про такое в книжках читала. Все еще ругала себя, что дура недалекая, в тайне фэнтези почитываю. А вот как вышло… пригодилось.

— Вы в Гроунвуде, в Аридии. Здесь большое предприятие, кузница, но дела идут плохо. Наш отец — начальник филиала, но скоро приедет владелец фирмы.

— И что? — никак не могла понять, что хотят от меня молодые люди.

— Ну как же, — развела руками Кейт. — Вы должны помочь. Поднять на ноги, так сказать, его работу. Иначе его уволят, батюшка этого просто не переживет.

Ага, вот где собака зарыта.

— Не зарыта, а зарыла, — обиженно профырчал Бали, транслируя фразу в моих мыслях. — Нас не закопать, мы гордые животные.

— Поговори мне тут еще, особенно после побега от йоркширского терьера, — напомнила песику постыдную ситуацию.

Отмахнувшись, лихорадочно обдумывала положение. Значит, юнцы вызвали ведьму в роли «кризисного менеджера», надеясь, что та взмахнет волшебной палочкой и все исправит? Нет, детки, я так не играю.

— А волшебные палочки здесь есть? — уставилась на Оррина.

Его хмурый вид меня жутко бесил. Сами что-то наворотили, а еще и недовольны остались.

— Какие палочки? — мальчишка абсолютно не понимал, о чем я толкую.

Все, финиш и расход. Надо признаваться. Может есть шанс, что меня вернут обратно?

— Кейт и Оррин, — заговорила ласково и вкрадчиво. — Вы явно призвали не ту. Не знаю, что вы сделали, но я из другого мира и абсолютно не понимаю, что здесь происходит.

На ребятишек стало жалко смотреть. Сначала они покраснели, потом посинели, а потом открыли рты, хватая им воздух, словно рыбы на поверхности. Я, как истинная пиранья, решила и добить их еще сверху.

— В нашем мире, кстати, и магии никакой нет.

— Как это, никакой магии? — не поверил мне юноша.

— Технический прогресс, ловкость рук и до хрена мошенничества, — с трудом сдержала улыбку.

А то вдруг не только их батюшка не выдержит, а еще и желторотый юнец?

— Но деса ведьма, — не сдавалась Кейт. — Ритуал призвал вас, а значит, только вы сможете нам помочь. У вас и фамильяр имеется. — Она повернулась к псу, лежащему на полу. — Вы точно ведьма.

Фами… что?

— Давайте по порядку, — попросила я, аккуратно усаживаясь вблизи нарисованного круга.

Подозреваю, что разговор будет долгим.

Со слов Кейт я поняла следующее.

Занесло меня в страну Аридию, в город Гроунвуд. Здесь было одно среднего размера сталелитейное предприятие, если говорить по-нашему, а если по аридийски: кузнечное дело. Всем заправляли оборотни. Их заводик «Ричмонд и ко» был филиалом большой компании, под предводительством еще более известного семейства оборотней. И как водится везде, кумовство в Аридии тоже процветало. Отец Кейт и Оррина, вы не удивитесь, оборотень, руководил этим местом, но за последний год прибыль сильно упала. В стране началась война, а большинство людей и других магических существ предпочитали обращаться к гномам. Хотя они и на этом заводе тоже трудились. А самое ужасное, Робб был очень мягким начальником, служащие из него веревки вили, отлынивая от работы, обманывали. Об этом уже поведал Оррин.

— Хорошо, — сложила руки на груди, когда выслушала всю тираду. — А можно конкретнее, что вы хотите от меня?

— Деса ведьма, — очень жалостливо начала девушка. — Через три недели сюда приедет глава Ричмонд и Ко. Сам Кристофер де Ричмонд. Он же уволит батюшку, а он служит верой и правдой больше пятидесяти лет.

— Если так, отчего дела ведутся из рук вон плохо?

— Папа добрый, а сотрудники им пользуются. Еще мы подозреваем шпионаж и воровство. — Брат с сестрой переглянулись. — Но у нас нет опыта и доказательств.

Ха, судьба-злодейка. Кто же мог предполагать, что вы вызовете к себе матерого бухгалтера. С другой стороны, они наверно такого демона и призывали. Хуже упырей, только представители моей профессии — «закрывашки» вовремя в квартал не сдашь, я же всю душу выну, требуя документы и подписи.

— А как давно работаете вы? И кем?

— Я выполняю очень важные функции, — напыщенно заговорил Оррин. — Отвечаю за доставку документов.

Курьер, значит. Ну да, очень важная работа.

— А ты, Кейт? — пытливо посмотрела на оборотницу.

— Я тоже на посылках, — не очень уверенно ответила девица. — Но по конторе и производству.

Отлично. В офисные интриги решили влезть скороходы. Старый де Эттвуд решил приобщить к делам отпрысков. С таким бэкграундом, я им не помощник. Определенно надо делать ноги.

— Так, ребятки, — бросила на тех пугающий взгляд. — Вы меня вызвали, вы и вернете обратно. И вообще, со мной еще и сестра пропала.

— Как? — удивился парнишка.

— Как сестра? — воскликнула Кейт.

Напрашивалась нецензурная брань, но я сдержалась. Кто его знает, знакомы ли они с великим и могучим языком?

— Так, — развела руки. — Найдем ее, проведем ритуал, — поводила ножкой по их письменам. — И вернем нас обратно.

— Обратно мы не можем, — покачала головой девица. — Мы не умеем.

Приехали. Я начала злиться. Как честных людей с места срывать, так они первые, а как возвращать… У меня там и обои недоклееные.

— Мы же можем им помочь, хозяйка? — не к месту заскулил собакен.

— Я не понимаю, на чьей ты стороне, — сузила взгляд, неодобрительно кивая Бали.

— Посмотри на них, ну дети же. Правда, переживают.

— А за Машу ты не переживаешь? — пыталась вызвать в фамильяре чувство вины. — Ее куда-то унесло вместе с Пиратом. Вдруг они в опасности?

— Зная ее характер, то в опасности все окружающие, — вильнул хвостом пес. — А если с Пиратом, то в двойной.

В чем-то он прав. Машка — творчески ориентированная личность. Думаю, что она уже не болтается с оборотнями, а землю роет в попытках меня найти. А про Пирата… потом расспрошу, всегда было интересно, что мяукает пушистый.

— Деса ведьма, ну, пожалуйста, — в очередной раз взмолилась Кейт. — Нам больше не на кого полагаться.

— Ты видишь, она не хочет, — зло бросил Оррин. — Нас же предупреждали, обратишься к ведьме — протянешь ноги.

Видят боги, этот молодой хлыщ напрашивался на неприятности. Ох, этот неловкий момент, когда кто-то явно тупой.

— Черт с вами, — сказала, а потом подумала о том, что наверняка об этом пожалею, — ведите к отцу, а дальше разберемся.

— Так вы согласны? — лицо девушки озарила улыбка.

— Я согласна поговорить, — опустила ее на землю, — и посмотреть, какие условия предложите. Вдруг я здесь навечно застряну. Соцпакет никто не отменял.

Кейт все равно взбодрилась. Оптимистка. А вот ее брат помрачнел. Если ему так не понравилась затея, то для чего подписался на подобный кошмар? Ведьма, говорите, колдунья? Тогда в какой руке она должна держать нож, если проситель охренел? И судя по реакции на мое выражение лица, Оррин ошибку понял, осознал и поправился.

— Извините, деса ведьма, очень рад.

— Принимаю извинения, — потренировала скрипучий голос. — И кстати, меня зовут Дарья.

— Дарья? — переспросил юноша.

Святые единорожки, вот что сложного в имени?

— Дарья, Даша, Дара, выбирайте, что удобнее.

— Простите, Дарья, — кашлянула Кейт. — У нас такие имена непривычны, вот Оррин и уточнил.

— Не суть, — просто отмахнулась. — Пойдемте с вашим батюшкой знакомится.

Я прям почувствовала себя в романах серебряного века. Только я не в платье до пола бегу по поместью от нежеланного жениха, меня тут работать заставляют.

Мы вышли из пустой комнаты. Как рассказала юная оборотница, это городской дом, где проживает сам Робб де Эттвуд с детьми, а вот контора и завод находятся недалеко, но за чертой Гроунвуда. Всего полчаса езды. Что же, это хорошо. Не люблю рано вставать.

— Отец! Отец! — закричал Оррин в поисках родителя. — У нас новость!

Ниже по лестнице находился широкий холл с красным ковром и белыми стенами, и откуда-то сбоку раздалось:

— Не шумите, я пытаюсь работать.

— Папа, это срочно! — громко заговорила Кейт. — Ждем тебя в гостиной. — А потом легонько меня подтолкнула. — Идемте, деса ведьма. Вам нечего бояться.

Как сказать, мое воображение, воспитанное на фильмах ужасов, не рисовало приятные картинки с этими существами. Хотя… в последнее время все пытались романтизировать вампиров и перевертышей. Может, они в нашем мире тоже проживают?

Девушка устроила меня в комнате на резном диванчике. Бали присел рядом, у ног, хотя по морде вижу, как ему хочется залезть на мягкие подушки. Я крутила головой во все стороны, желая рассмотреть обстановку.

Красиво и что-то на «богатом». В центрн у стены стоял каменный камин с кучей статуэток, по бокам от него развесили картины, написанные маслом, а под потолком обнаружилась невероятных размеров хрустальная люстра. Складывалось ощущение, что я попала в Кремль, ну или в дом к олигарху.

Видя мое восхищение, Оррин усмехнулся.

— Да, это не в лесу жить, деса ведьма.

Вот язва! Я, вообще-то, из центра Москвы, а судя по росту стоимости недвижимости, ваш замок по цене не уступит моей трехкомнатной квартире. Кусай локти, доходяга.

— Что у вас случилось? — В помещение вошел, а точнее, вкатился низкого роста мужичок с большим животом, с залысинкой на макушке и с благородной сединой на висках. Внешность, стандартная для начальника. И прям сразу видно, что добрый. — А вы, простите, кто будете? — Изумился он при виде меня.

Вспоминая правила этикета, я же не знаю, как в этой Аридии заведено, встала и подала руку.

— Ведьма, деса ведьма, — , представилась я. Де Эттвуд спохватился не сразу, но ладонь протянул. Я тут же ее затрясла, наблюдая, как брови мужчины ползут все выше и выше, и гадая, смогут ли они достичь центра залысины.

Нет, ставка проиграна, ставок больше нет. В этот момент Бали расчихался. Это он так неумело скрывал свой визгливый смех. Ему простительно, он только голос обрел.

— А зачем? — Робб повернулся к детям.

— Видишь ли, папа, мы попросили Дарью помочь нам в работе. Помнишь, мы рассказывали тебе о ритуале…

— А я сказал этого не делать! — Де Эттвуд разозлился и развернулся. — Не знаю, что вам наплели мои дети, но помощь мне не требуется.

Я хмыкнула.

— Отлично, я пока и не согласилась. Но после вашего «призыва», — сделала руками кавычки, — помощь требуется мне.

— Не переживайте, — он правильно понял мой посыл. — Я доставлю вас в любую точку нашего мира. И простите, что так вышло, — Де Эттвуд осознал, что на власть я не претендую, не обижена, поэтому успокоился и начал расшаркиваться.

Эх, жаль его разочаровывать.

— Берите выше, — я хищно улыбнулась. Похоже, что паника и тревожность выливались в колкости и полное отрицание идиотской ситуации. — Я не из этого мира. Как доставку оформлять будете?

Зря я так сказала. Несчастный схватился за сердце и позеленел. А через мгновение упал на пол плашмя.

Ну кто так падает? Что страшного произошло? Иномирянку никогда не видел?

— Отец? — первым к нему подбежал сын.

— Папочка? — вторила ему Кейт и поджала губы. — Вы что, убили батюшку?

Я опустилась на колени и принялась прощупывать пульс.

Кто же знал, что он такой неуравновешенный? Как он тогда коллективом руководит?

— Сердцебиение есть, дыхание тоже. А убили его вы своими детскими и тупыми поступками. Еще и меня вытащили из дома и обвиняете, неблагодарные, — зло фыркнула в сторону молодежи.

Настроение и так было не ахти, а теперь вконец испортилось. И в гостинной как-то потемнело.

Внезапно порыв ветра, непонятно откуда взявшийся, задул все огни, а потом с потолка резко полилась вода.

— Что это? — подняла глаза наверх, наблюдая, как темные тучки плывут и бьются друг об друга.

Вот и маленькая молния промелькнула. Жутко, но красиво. Люблю романтичную обстановку.

— Вы… вы… вы… погодница? — заикнулся Оррин.

— Кто?

— Погодница, погоду создаете, — он попытался объяснить мне.

— Деса Дарья, успокойтесь, пожалуйста! — Воскликнула Кейт. — Это ваша сила! Простите меня за резкие слова, я не хотела.

Не хотела она, как же. Мне вообще разонравились эти натянутые фразы.

Раздался гром.

А если она права? Я два раза глубоко вздохнула, выдохнула, досчитала до десяти, представив, как отвешиваю ремня этим деятелям. И знаете, полегчало. Небо наверху прояснилось, а потом и вовсе пропало, вот только на полу остались лужи от нахлынувшего волшебства.

— Почему я в воде? — приоткрыл глаза глава семейства, хлопая себя по животу..

Про этого «обморока» я и забыть успела.

— Объясняйте сами, — махнула рукой ребятам. — Того и гляди он опять свалится, а вы на меня мокруху повесите. Стандартный развод прокуратуры.

Молодые люди, а точнее, оборотни, не стали обращать внимание на мое ворчание. Еще раз демонстративно фыркнув, отошла к своей собаке, которая отряхивалась, разбрызгивая грязь по белоснежным стенам. Даже ругать его за это не буду. Молодец.

— Я старался, — тяжело дышал Бали. — Могу и сильнее отомстить.

— А вот этого не надо, — остановила питомца. — Испортить чужие тапки мы всегда успеем.

— Как скажешь, — он согласился и едва слышно зарычал в сторону обидчиков.

Ну хоть кто-то оказывает поддержку.

Робб, наконец-то, смог встать и с ужасом взирал на приглашенную его детишками ведьму. Можно подумать, я из злой сказки вышла и всех тут прокляла. Правда, если учитывать последствия, контакт с демонической личностью состоялся.

— Я не знаю, что и думать, — чесал затылок старый оборотень. — И как выйти из этой ситуации, деса ведьма.

— Дарья, — представилась ему.

Надоели мне эти высокопарные обращения.

— Дарья, — смиренно повторил тот. А потом повернулся к детям. — А как звучал вызов? Какое заклинание произнесли?

Кейт и Оррин повторили стихи, где упоминалось, что я буду вольна, когда завершу сделку. Вот только я еще не согласилась на работу. Выбора у меня нет, но вытребовать себе лучшие условия возможно.

— Может, обсудим все в более сухом месте? — предложила я, смотря, как деревянный пол начал вздуваться. — И вам наверно ремонт нужен.

— А? — Словно очнулся де Эттвуд. — Да, пройдемте в мой кабинет. А ремонт… вызову одного эльфа, он как раз на этом специализируется.

Разместившись в рабочем кабинете, мельком оценила мужской аскетизм, приправленный хаосом в документах, лежащих на всех возможных поверхностях. Понятно, почему дела не ладятся. Бардак на столе — бардак в голове.

— Как вы поняли, Дарья, — уселся на стул начальник филиала. — Мои дети без моего спроса вызвали вас из другого мира, чтобы вы помогли на фабрике. — Кейт и Оррин, в этот же миг синхронно кивнули словно китайские болванчики. — У нас сильно упали показатели за этот год, хотя это очень необычно. В стране объявлено военное положение, а мы специализируемся на оружии.

— Что же тут необычного? — решила показать свою осведомленность. — Много ли кузниц открылось в это время? Как далеко вы от места действия?

— Хм, — мужчина взялся за подбородок. — Об этом я не подумал. Вы правы. Мы почти в противоположной стороне. А в столице и ближе к границам открылось еще больше подобных предприятий.

— А цены вы не снижали, — сразу догадалась, — исследований не проводили…

— Каких исследований? — ошарашенно уставился на меня мужчина.

— Маркетинговых, но это неважно, — отмахнулась, не желая объяснять новое слово. — А что с рабочими?

Вот тут Робб де Эттвуд расцвел. Улыбка озарила лицо, а морщинка, не сходившая со лба с момента нашего знакомства, разгладилась.

— Это моя гордость. Команда подобралась верная и очень квалифицированная. Каждый на своем месте.

За мужчиной уселась оборотница, чей глаз от слов отца задергался. Чует мое сердце, что все не так радужно, как расписывает руководитель.

Я задумалась, чтобы такого прописать в условиях. Семья застыла в ожидании моего вердикта.

— Что вы скажете, деса ведьма? — Первым не выдержал Оррин.

— Отстань, я медитирую, — рыкнула на него.

— Что делаете? — переспросил юноша.

Эх, не познать мне в этом мире дзен. Что в Москве носилась с годовым отчетом, теперь здесь шарашить, пока Машку не найду.

— Итак, — томным голосом начала вещать. — Во-первых, мои решения обсуждаются, оспариваются, но только наедине. — Посмотрела на хозяина дома.

— Вы про фабрику?

Так и хотелось съязвить, что про семейную жизнь, но не стала. А то и вправду, присмотрится ко мне, приставать начнет.

— Да, — кивнула ему. Во-вторых, вы должны натаскать меня в обычаях вашего мира. Думается мне, что иномиряне к вам раньше не прилетали и на вызовы не реагировали.

— Почему же, бывало такое, — бодро высказался Оррин. — Их дознаватели забирают неизвестно куда. — С каждым словом тон все угасал и угасал, пока парнишка не понял, что сморозил.

— Вот, вот, — выставила указательный палец. — В-третьих, вы должны помочь мне найти сестру, которую тоже притянуло из-за вашего неумелого заклинания. Не спорить! — заметила очередной вопрос, готовый сорваться с языка Кейт. — Все замечания выслушаем после. — А в-четвертых, живу я здесь на полном довольствии вместе с фамильяром. Зарплату вы назначите мне такую, какую укажу, после ознакомления с делами предприятия. Это чтобы вас не разорить, — пояснила старшему де Эттвуду. — А и чуть не забыла, раз уж у меня есть магия, то кто-то должен помочь ее освоить.

— О, это я могу, — подняла руку девушка. — Я сама на дому с учителями обучалась.

— Отлично, — хлопнула в ладоши. — Где подписать? Не кровью, надеюсь?

Молодежь и глава семьи переглянулись.

— Мы клятвы даем, — жалобно отозвался Робб. — Но можем и кровью, если вы так желаете.

Ой, не очень-то и хотелось.

После всех необходимых манипуляций я поняла, насколько устала. Новый мир, волшебство, магические существа. Я словно в сказку попала. И хоть меня тревожила судьба сестры, что-то в душе говорило, что она в порядке. Интуицию игнорировать не стала. Маша — сильная и находчивая, не пропадет, пока я ее ищу.

Меня разместили в красивой комнатке с большой кроватью, накормили, и Кейт обещала выдать несколько своих нарядов утром. Обнаружив, что ванная и туалет ничем не отличаются от наших, успокоилась. На земле электричество, здесь магия, но от перемены мест слагаемых сумма не меняется.

— Высыпайся, Бали, — наставляла своего питомца. — Завтра нас ждут ведьмино-аудитовские дела.

— А не великие?

— Великие подождут, — упала на мягкую постель. — А нас ждут бухгалтерско-дотошные.

— Это как? — почесал себя за ухом фамильяр.

— Считай, твори, сверяй, ори.

— Звучит захватывающе, — собакен плюнул на все запреты и забрался на кровать ко мне поближе.

Сгонять не стала. Все же мне было чуточку тревожно.

— Ах, если бы, — поморщилась я.

Глава 2. Апокалипсис на производстве

Даша Антонова

На следующий день за меня основательно взялась Кейт, объяснившая мне, чем живет страна. Я поняла разницу между десой и десаей — в целом, ничего сложного, но выращенная в Москве в девяностых, я плохо относилась к аристократии. Девушка также рассказала о магических дарах — что их два, один проявляется первым, а второй до поры до времени скрыт. Для меня это значило одно — я погодница с невероятным потенциалом. Мало ли чем еще удивлю домашних. А также она поведала об образе ведьм. Этих колдуний жители Аридии побаивались. Характер несносный, самомнение ого-го, а сил невпроворот. Тем хуже для окружающих.

Робб де Эттвуд не стал тянуть кота за очень важные органы и после выходных поведал мне, что завтра нас ждет путешествие на фабрику.

— Быстрее разберемся, быстрее приступите, — его воодушевлению не было предела.

Я оптимизма не разделяла. Это сейчас я тихая и пушистая, вы меня в рабочем варианте не видели. Но как бы то ни было, поездка состоялась, и я с удивлением взирала на рабочий процесс.

— Всем капец, — думала про себя.

Офис был достаточно просторный. Возле широких окон, затемненных непонятно чем, вились растения. В хорошо освещенных залах расположили массивные столы с ворохом бумаг на них. В холле, куда мы прибыли, нас встречала Юлианна Эйлон, секретарь де Эттвуда.

— Здесь все оборотни, Дарья, — шепнул мне начальник предприятия. — И все мы волки.

— Здравствуйте, дес де Эттвуд, — мрачно встретила нас секретарь. — Кофе? А вашей гостье?

Я покосилась на немытые кружки, стоящие на стойке.

— Обойдусь, — подозвала поближе Бали.

Слова про оборотней меня не успокаивали. Судя по столу дамочки, утопающей в документах, мои претензии будут множиться. А вдруг она как в старой сказке решит съесть неугомонного сотрудника? Что-то не вижу я дровосеков по углам улиц, вскрывающих животы. Мое приключение тогда хоррор напоминать будет.

Пройдя вглубь конторы, Робб познакомил меня с еще несколькими очень важными членами его команды:

— Линея де Орденберг — финансист, — представил мне женщину, чем-то похожую на жабу.

С короткой стрижкой, в твидовом костюме и с бантом на шее, она вызывала жалость. Надеюсь, это первое впечатление. По описанию ее должность напоминала мою основную работу. Жаба… тьфу ты, то есть Линея — бухгалтер. Деньги считает, ведомости ведет.

Она и ухом не повела при виде меня, неотрывно считая что-то на деревянных счетах. Понятно, занудство и гундеж — ее девиз.

Вблизи Линеи расположился Эндрю де Автон. Молодой хлыщ с блондинистой шевелюрой. Он хищно улыбнулся, когда мы подошли поближе.

— Чем могу помочь? — воззрил свои голубые глазенки.

— Вот, — довольно разглагольствовал Робб, — Эндрю — наш снабженец. Ведет все общение с поставщиками.

— Да, — поклонился оборотень, а вы? — указал на меня взглядом, но в то же время с недоумением посматривал в сторону начальника.

Эх, уметь бы самой настолько глаза в разные стороны разводить.

— Это Дарина, — по соглашению, пришли к выводу, что данное имя не будет вызывать много вопросов. — Она будет моим личным помощником и проведет ревизию.

— Очень приятно, — вцепился в ладонь Эндрю.

Понадеявшись, что оборотень не сгрызет руку, не отпрянула. Но де Эттвуд моей растерянности не замечал и подвел еще к одному коллеге. Распрощавшись со снабженцем и незаметно обтерев ладонь об пиджак, выданный Кейт, познакомилась с очень холеной дамочкой.

Она, демонстративно нас не замечая, записывала что-то в блокноте.

Красивая, фигуристая, явно с кхм-размером груди и в платье в облипку. Кто же в подобном образе на работу приходит?

— Элайза де Кибелир, наш стряпчий, законник, — пояснил де Эттвуд.

Юрист значит. Ну, неплохо. Можно будет порасспрашивать, что в Аридии делают с иномирянами. Не сейчас, правда, если доверюсь. Но судя по надменному лицу, до этого очень далеко. Элайза хоть и впечатляющая барышня, но стерва.

Деса нам не ничего ответила, лишь сделала брови домиком, показывая, что очень занята. Мне это не понравилось. Почти каждый из присутствующих делал вид, что работает в семь потов, но отчего тогда такие показатели? Ситуация на рынке все равно благоприятная по рассказам младших де Эттвудов.

— И, конечно, Дэниэл де Римоут. — Робб обрадованно вздохнул, указывая на оборотня, сидящего в углу. Мужчина с момента нашего появления внимательно наблюдал за всеми движениями в помещении. — Отвечает за персонал на производстве.

— Очень приятно, — улыбнулась ему.

Стало очевидно, что мужская часть офиса отнеслась ко мне благосклоннее, чем женская.

— И мне, — воззрился на меня шатен. — А вы, простите, кто будете?

— Дарина, — закивал де Эттвуд. — Моя личная помощница.

— Угу, — отозвался мужчина, который точно ничего не понимал, — помощница.

— Кризисный менеджер, — решила пояснить свою роль на этом утопающем корабле. — Буду думать, как улучшить показатели.

На этих словах все присутствующие подняли головы. Ага, слушаете, хоть и делаете вид. Так это реальная жизнь, привыкайте.

— А у вас уже есть какой-то план, деса мм… десая?

— Все, внимание, — громко закричал Робб, устав повторять одно и тоже. — Это деса Дарина де Артвуд, моя дальняя родственница, — подмигнул мне незаметно. — Она здесь работает в роли моей помощницы и помогает с делами. Ее поручения — мои поручения. Это понятно?

Нестройный хор голосов сообщил о согласии.

— Отлично, — обернулась, чтобы видеть лица остальных. — Ко всем подойду и буду разбирать его обязанности. Надеюсь, у нас не возникнет трудностей.

Как же. Хмурые выражения и поджатые губы можно в копилку складывать. Но мне все равно. Чем быстрее я помогу Роббу с филиалом, тем быстрее приступлю к поиску Маши.

Первым делом я взялась за самого начальника, решив прояснить внутреннюю иерархию. Да и вообще посмотреть, как он ведет дела. На рабочем столе оборотня царил точно такой же хаос, как и дома.

— И как вы понимаете, что где лежит? — села в кожаное кресло де Эттвуда, взяв в руки пергамент.

Судя по написанному, здесь лежал счет на услуги.

— Просто разбираю по очереди, — как-то виновато ответил глава.

Порывшись еще немного, поняла, что этому месту нужен герой. Жаль, что это я.

— Идите, кофе попейте, что ли, — предложила начальству. — Я здесь надолго.

— А что вы намереваетесь делать? — испуганно спросил Робб, пока еще не доверявший мне окончательно.

Спалить все к чертовой матери. Но вместо грубого замечания выдала очередную дежурную улыбку и произнесла:

— Разберу завалы и введу систему.

— Только не выбрасывайте ничего. — Отчаянно попросил Робб.

Хмыкнув, не стала обещать невыполнимое. Надо выяснить, чем живет эта контора. Когда избавилась от главного оборотня, с воодушевлением закинула ноги на стол и схватила весь ворох документов в свои руки. Покачиваясь на кресле, рассматривала написанное.

— Ну что там, Даша, — в нетерпении прыгал пес. — Скучно, капец.

— Так работа управленца невеселая, — цокнула на питомца. — Больше напоминает мартышкин труд.

— Это почему? — почесался Бали.

Щенком выращенный в семье интеллигентов, собакен знал о баснях, мировой литературе и, как ни странно, о двигателе внутреннего сгорания. Аж гордость берет за его образованность.

— Потому что, если не вводить санкции и ничего не менять, после моего отъезда они продолжат в том же ключе.

— Ты всех разгонишь? — испугался Бали.

— Это не в моей власти. Вон, как де Эттвуд прыгает вокруг своей команды, очень мягкотелый, даже чересчур.

— Но добрый, хозяйка, и отзывчивый.

— Да, — устало вздохнула, — но ведь это плохое качество для главного.

Вообще, после ознакомления с делами, разделила документы на три стопки. Вертелась на кресле и бросала листы в разные стороны. Первая — это счета для клиентов. Как разберу всю документацию, выясню, что там с оплатами. Линея — жди. Вторая — оплаты подрядчикам. Я решила сравнить цены с другими. Вдруг де Автон нечист на руку? Причин подозревать его нет, но слишком уж лицо довольное. Это неспроста. А третья — это обращения от сотрудников, письма клиентов, сообщения конкурентов. Почта.

В мгновения, когда я скидывала очередной пергамент на пол, кто-то постучался.

— Войдите, — не смотрела на дверь, прикрыв один глаз, раздумывала над очередным посланием. В нем говорилось, что гномам на производстве задерживают зарплату.

— Простите, — вошел Дэниэл и встал на проходе, оценивая мой вид. — Не помешал?

— Нет, — поправилась и пришла в вертикальное положение. — Если нужен дес де Эттвуд, то он ушел кофе пить.

— Его долго нет, — нахмурился оборотень. — А у меня проблема.

— Валяйте, — оглянулась образовавшиеся кучи. — Одной больше, одной меньше.

— На фабрике бастуют рабочие. Им задерживают жалованье больше чем на месяц.

— А что говорит ваш казначей? — выставила локти на стол и положила подбородок на ладони. — Она же наверняка знает о задержке.

Дэниэл пятерней зачесал волосы назад, явно нервничал и переживал. Еще бы, сотрудник отвечал за работу всего персонала.

— Что может сказать Линея? Денег нет.

— Но вы держитесь, — невольно вырвалось у меня.

Так, Даша, московский фольклор оставим до лучших времен.

— Вы очень точно выразились, деса де Артвуд. — Оборотень с трудом удерживался от хохота.

То ли еще будет. Ты от моих афоризмов и поседеть можешь.

— Пойдемте, — встала и, обойдя стол, подала руку, осматривая воцарившийся бедлам. — Бали, охранять! Никто не должен тронуть это…

Никак не могла подобрать достаточно емкое описание.

— Эту жизнедеятельность?

— Ага, верно, — кивнула фамильяру.

— Есть охранять, — встал по стойке ротвейлер.

Зная его характер, это ненадолго. Бабочка, мяч, кусок мяса, и сторож убежит в дальние дали.

— А кабинет закрывается? — жалостливо взглянула на мужчину.

— Да, но ключ всегда в общем доступе, — пожал плечами де Римоут, указывая на металлический предмет, висящий на стене.

— Теперь нет, — высунула язык, схватила желаемое и закрыла комнату.

По лицам присутствующих осознала, что сделала это не зря. Бали переживет пару часов без обеда. Потом извинюсь, а вот сотрудники конторы очень подозрительно косятся в мою сторону.

— Что вы хотите сделать? — заинтересовался Дэниэл.

Я его явно заинтриговала.

— Сущую малость. Надо познакомиться с электоратом, выслушать жалобы и пообещать изменения.

— От этого денег на зарплаты не появится.

— Значит, менеджмент будет недоедать, — выдохнула и вышла из общего зала под укоризненные взгляды остальных.

Можно подумать, они поняли о чем я.

— Вы хотите на саму фабрику? — Догнал меня на пороге де Римоут.

— Что-то не так? — не поняла шокированного тона. — Бастуют-то именно там.

— Вы девушка, — развел ладони Дэниэл.

А вот с этого места поподробнее.

— А как это связано с моей просьбой? — К этому моменту мы уже спускались вниз, а судя по температуре в ад.

— Никто из женщин не бывает на производстве. Они много лет работают на компанию, но к гномам еще не заходили. Там грязно, рабочие, не соблюдающие этикет, жара.

Хмыкнув, я чуть ли не побежала. А что? Интересно же. Нет таких дверей, которые Даша Антонова не откроет. А слушая сбивчивые объяснения оборотня пришла к выводу, что он больше рекламировал это место.

— Да постойте же, деса де Артвуд, — Мужчина ускорил шаг, в попытке остановить меня. — В конце концов, это неприлично.

— Это почему же?

— Ну, — замялся де Римоут. — Как я и говорил, рабочие. А вы, девушка довольна симпатичная, хоть и прости благая Мира, ведунья.

Что за предрассудки? А за комплимент спасибо.

— Не нервничайте. — Похлопала оборотня по плечу. — Для сотрудников я существо бесполое.

Минув непонятные коридоры со шкафами и вешалками, зашла в святая святых. Точнее, в преисподнюю. Дэниэл не соврал. Было очень душно и темно. Помещение было просто огромным с высокими потолками и неустойчивым балконом до противоположного края. По левой стене находились высокие каменные печи, в которых расплавляли металл. Возле жерла, других слов не находила, на различных механизмах подвешены ковшы. В них расплавленная жижа заливалась и отъезжала на цепи в следующий цех. Работники стояли возле каждой печи и контролировали процесс. На мужчинах отсутствовали рубашки, но все были в фартуках из непонятного материала, в перчатках до локтя и с касками с фонариками на голове.

При виде посетителей работа остановилась.

— Мда, — застыла, теребя ворот блузки от духоты, — я здесь, как единорог в бане.

Де Римоут, показалось, пропустил мое замечание мимо ушей.

— Плавильный цех — сердце нашего завода. Простите, что? — Встряхнулся. — Что за единорог в бане? Не понял.

— Вот-вот, — в очередной раз похлопала коллегу по плечу. — Никто не понял.

Гномы, скажем, необычные создания. Ростом едва доходили мне до плеча, с длинными густыми бородами, но могучие, широкоплечие, жилистые. Мышцы бугрились под нескромной одеждой. Один из них что-то крикнул и медленно побрел по направлению к нам.

— А где забастовка? — шепнула оборотню. — Работают же.

— Это в этом цехе, — ответил Дэниэл, — если печь остынет, разжечь ее не так просто. А в других работы остановлены.

— Понятно, — замолчала, осмысливая новую информацию. — Ответственная забастовка значит.

— Это кто? — Главный гном сразу же ринулся в атаку, даже не пытаясь познакомиться со мной и показаться вежливым. — Любовниц сюда не водят. И почему без облачения? Технику безопасности никто не отменял.

— Прошу прощения, — извинился перед собеседником де Римоут. — Это Дарина де Артвуд. Новый сотрудник компании. Она еще не знает правил и ломанулась сюда, как, как…

— Как единорог в баню, — услужливо предложила окончание фразы.

— Именно, — Дэниэл сверкнул на меня глазами. — А это Форбар Борвасс — начальник производства.

— Очень приятно, — протянула ладонь, но гном только фыркнул.

— Сотрудник значит новый. А старым вы когда заплатите? Шутка ли, кому-то и детей кормить нечем.

— Ну, Дарина и взята с этой целью, навести порядок и найти средства, — предательски сдал меня ответственный по кадрам.

Волчара позорный! Издевается. С другой стороны, не соврал. Пора начинать проявлять чудеса дипломатии, красноречия и подружиться с этим, так сказать, сгустком коллективного гнева.

— Задержка чуть больше месяца? Верно? — решилась уточнить, прикидывая в уме количество неоплаченных счетов.

— Да, — упер руки в боки Форбар. — Будете просить еще подождать?

— Нет, — расплылась в улыбке. — Планирую выпотрошить карманы вашего казначея и распорядится об оплате уже сегодня, в крайнем случае завтра.

— А деньги где брать будете? — гном продолжал излучать недоверчивость.

— Это уже проблема начальства, дес Борвасс.

— Скажете тоже, — вдруг покраснел работник производства. — Я не дес.

— Дарина, он не дес, — повторил за ним Дэниэл.

Игнорируя де Римоута еще раз обворожительно улыбнулась. Мужчина, даже гном, сделает все, если девушка проявит романтический интерес и присыпет сверху блестками лести.

— Я с вами несогласна, дорогой дес. Аристократия аристократией, а полезность обществу мы приносим разную. Вот не будет законника, казначея или кадровика, — я не знала, как правильно называется должность оборотня, — но завод не остановится. А если из цехов убрать вас и ваших коллег, — обвела взглядом все помещение, — то сами видите, — и руками еще развела, и вздохнула картинно. — Если что, урежем зарплаты в конторе, не переживайте.

— О, — у Форбара открылся рот, но звуков не доносилось.

И закрылся. Потом открылся еще раз. Дэниэл тоже стал похож на рыбу, вытащенную на сушу.

— А может, из нее и выйдет толк. — Подмигнул мне гном. — Кем ты там работаешь?

— Кризисным менеджером.

— Кем? — не понял Борвасс.

— Помощница она у де Эттвуда. — Пояснил и принизил меня де Римоут.

Совершил маленькую месть, пушистый. Ничего, война только началась.

— Ладно, я это, пошел, — почесал затылок начальник производства. Чем я конкретно занимаюсь в офисе, так и не стало доступно его пониманию. — Если будет нужна какая-то помощь, говорите. Всегда рад.

— Благодарю, — взмахнула ресницами, чтобы окончательно прорваться в суровое сердце челябинск… тьфу ты, гроунвудского мужика. И не таких очаровывали.

Форбар попятился, развернулся, и продолжая оглядываться, медленно уходил к своим работникам. Те, ни сколько не смущаясь, пялились на меня во все глаза.

— За работу! Эта деса обещала деньги завтра! — зычно крикнул гном.

Мужчины, не то чтобы сразу приступили к делу, сначала столпились возле начальства, словно команда во время таймаута, но активно обсуждали сложившееся положение, опять же поднимая голову в мою сторону, опускались вниз и вели переговоры.

— Не знаю, можно верить или нет, но девка она нормальная! — услышала одобрение де Борвасса.

Обычно это означает авторитет и уважение среди рабочего люда, ну или нелюда. К кому относятся гномы?

— Зря ты так, — перешел на более неформальное общение Дэниэл. — Де Эттвуду негде взять денег. Новых заказов нет, осталось доделать старые. Для чего работники?

Я тоже не осталась в долгу. Если собеседник перешел на «ты», почему я должна стесняться?

— Мне показалось, Дэниэл, или в документах были и ваши платежи? — Не взяла во внимание окончание фразы.

— Да, сегодня день получения выплат. — Волк еще не понимал, к чему веду.

— Ну, значит, не будет дня получения выплат, — сощурилась, посматривая на оборотня в ожидании негативной реакции, но, как ни странно, тот просто рассмеялся.

— Я-то стерплю, Дарина. Про остальных не уверен, особенно про Юлианну.

В голову пришел образ чуть унылого секретаря Робба, хотя девушка была симпатичная. Все портила именно апатия на лице.

— Тебе не кажется, что нечестно, когда работники физического труда, от которых здесь зависит буквально все, получают деньги с задержкой, а вы в полном объеме и вовремя? — Защитила свою мысль.

— Ты говоришь это мне? — возмутился кадровик. — Я первым просил так поступить. Но сотрудники стали ныть и клянчить.

Эх, добрая душа деса де Эттвуда. Ничего, зато я недобрая. А мои решения не обсуждаются!

Мы вышли из плавильного цеха, попутно де Римоут рассказывал и про другие цеха, до которых не успели дойти. В глубинах фабрики находился и литейный, и термический. А еще там же работали кузнецы, изготовляющие индивидуальное оружие, и ювелиры.

Пройдя уже второй коридор, остановилась как вкопанная.

— А почему столько свободного места? Оно не нужно? — обвела руками пустое пространство.

От выхода и до первой раздевалки гномов насчитала две комнаты. Большие и просторные.

Дэниэл просто пожал плечами.

— В целом да, мы с удобствами расположились на втором этаже.

— Но здесь же много места, — продолжала недоумевать.

У них кризис и снижение показателей. Отчего не заполнить пустую площадь чем-то полезным?

— Не понимаю, к чему ты ведешь? — провожатый склонил голову на бок.

— А ты, случайно, не знаешь, какую точно сумму задолжают рабочим? — Мне показалось, что я нащупала, что-то очень важное.

Оборотень сразу выговорил цифры, ничего мне не говорящие. Как-то не пришлось в обучении узнать, какая валюта здесь властвует, и что можно купить на один аридийский пятак. Глобальное упущение. Как будет время, вцеплюсь зубами в Кейт и выясню все необходимое.

— А мы находимся в выгодном месте? Есть у вас вообще аренда?

Ведь наверняка есть. В моем мире со времен средневековья вельможи могли поселиться в свободном доме.

Дэниэл чуть нахмурился, покрутился вокруг своей оси и медленно протянул.

— Откуда ты? Не знаешь самых простых вещей.

— Ой, давай не выделывайся, — пихнула мужчину вбок. — Из деревни. Далекой- предалекой. Совсем провинция.

— Ведьма, кризисный кто там? И из деревни, из совсем провинции? — Издевательским тоном спросил мужчина, ни на йоту мне не поверив. — Тогда с чего такая умная?

— Книжки выписывала. — отмахнулась от умника. — Так что с арендой?

Зря я в лоб спросила, вызвала подозрение у местного задиры. Хотя если присмотреться к остальной команде, то это меньшее из зол. Юлианна унылая, Линея — жаба, следующая инструкциям, Эндрю — скользкий и мутный, Элайза — хитрая и чересчур амбициозная. И это только на первый взгляд.

Дэниэл показался мне честным и очень переживающим за вверенных людей, а может, меня покорила его фигура с каменным прессом? Надеюсь, это стресс, а не что-то похуже.

— Да, у нас удобное расположение. Прямая дорога от центра города, где есть все лавки, и собираются жители.

— А почему вы не сдаете помещения?

Здесь де Римоут помрачнел.

— Мой кузен против. Находиться вблизи от цехов запрещено, вдруг выдадут родовые тайны.

— А если сдать второй этаж? — Уже сильно задумалась, определилась и утвердилась. — Сколько можно выручить?

Тот назвал сумму, превышающую задолженность перед работягами. Нифига же себе. Я так половину расходов отобью. Нет большей проблемы для бухгалтеров, чем зарплаты подчиненных. Налоги — это как тачку с купюрами к яме подвезти и выбросить.

— А кто говоришь, твой кузен?

Эта ремарка была ввернута не зря.

— Серьезно? Ты и этого не знаешь? — прямо посмотрел на меня Дэниэл. — Даже не интересовалась, прежде чем на работу соглашаться? Что у тебя за деревня?

Мое стойкое молчание оборотень не оценил, но все-таки пояснил.

— Кристофер де Ричмонд, владелец этого филиала и остальных фабрик.

Челюсть упала и ударилась об пол. Но потом собралась и зашлепнулась обратно. Чему я удивляюсь? Здесь все кому-то родственники. Даже меня Робб объявил далекой племянницей.

Чинопочитание — не мой конек, я соседа-депутата матами обложила, когда нашу квартиру залили. Впрочем, не буду сомневаться в своих решениях. У бедолаг кризис. Время экономить, а не растрачивать возможные пустые залы, приносящие деньги, на хранение швабр, халатов и пустых коробок.

— Значит, будем искать, кому сдать второй этаж, — прищурилась, оценивая площадь.

Вот там сделаем кабинет начальства, рядышком еще один: может, для меня, а может, для страшного и ужасного Кристофера (про себя уже окрестила Страшилой). Перед ними поставим столы для остальных служащих. И на цветы место осталось.

— Мне уже тревожно, — де Римоут в мои начинания не верил. — Скоро сюда нагрянет брат, и твой выход из ситуации ему не понравится.

— Ну да, конечно, — не удержалась от ехидной ремарки, — а стоящее без работников производство ему понравится больше?

Оборотень ничего не ответил, лишь покачал головой, и мы медленно вернулись наверх. Трусы, отчего они так боятся инспекции начальства? И не таких перемалывала мощная машина революции. Могу и устрою, нужно только учитывать сроки.

— Бали, — выпустила друга, — ты как? Никто не стучался?

— Нет, хозяйка, — отрапортовал фамильяр (как быстро я свыкаюсь с местными понятиями), — но мне очень надо…

— Что? — я округлила глаза.

Казалось, что до обеда еще далеко.

— Ну надо, — затрусил ротвейлер.

Блин, забыла. Жаль у меня времени нет, чтобы выйти на прогулку с питомцем. Выглянув из-за двери, первой увидела Юлианну.

— Деса Эйлон, — обратилась к ней.

Та смутилась и покраснела. Опять я спутала понятия. Дэниэл, издалека услышав мою ошибку, нахмурился и стал внимательнее вслушиваться в беседу между мной и секретарем. Скоро начну думать, что тот — полицейский крот.

— Что вы, деса де Артвуд, я не деса, — уныло вздохнула блондинка.

Видимо, ее тоже убивает несправедливое разделение. Ничего, этим тоже займемся, мне бы только день простоять, да ночь продержаться, если цитировать слова из известной повести.

— Простите, если обидела. Не могли бы вы помочь моему, — я вздохнула. С понятиями свыкаюсь, но это не значит, что они меня не коробят. — фамильяру. Может, прогуляетесь с ним?

— Я? — ее ошарашенные глаза повылезали из орбит.

Подумать, так спросила что-то неприличное.

— Вы, вы же секретарь деса де Эттвуда? — вложила в улыбку все свое очарование. — Я не требую, но у меня совершенно нет времени.

Фух. Как сказал бы членистоногий супергерой из моего мир, с маленькой силой приходит маленькая ответственность. И помощник Робба с ней абсолютно не справлялся.

— Да, хорошо, — взгрустнула девушка. — Но знайте, я не оставлю это просто так.

— Именно, — ободрила ее, — за дополнительную работу доплачиваем.

Пора вдохновлять коллектив. Эх, Дашка, ты с такими темпами всем золотые горы посулишь.

— Деса де Орденберг, — нашла казначея на рабочем месте, игнорируя сияющий вид де Эйлон и недовольный кадровика, — Вы не проведете со мной некоторое время?

Женщина, похожая на жабу, медленно подняла голову, потеребив огромный бант блузки, находящийся около горла.

— А почему я? Вот, вы же были на производстве, начинайте с деса де Римоута. — Она зло обернулась на волка.

Может она не хладнокровный зверь, а кошка? Вон, как зыркает на несчастного волка-Дэниэла. Они, как известно, друг друга не жалуют.

— Позвольте, я решу сама, — очень угрожающе оскалилась, но старалась придать добродушие в тон голосу.

— У меня все в порядке! — не сдавалась жаб… тьфу ты, Линея.

— Не сомневаюсь, но нам необходимо обсудить выплаты, — подвинула стул и села вплотную к оборотнице.

Мой напор превозмочь невозможно. Бухгалтер бухгалтеру рознь. Если мне нужно, то в дни закрытия квартала я и мертвого частично подниму.

— Частично поднять мертвого, это как? — вклинился в мою голову Бали.

— Идиоматически, — ответила псу. — Перестань отвлекать.

Еще несколько часов я билась с хранителем копилки. Не позволив оплатить ни один счет, я выполнила обещание, данное Борвасу — рабочие получат все долги и заработную плату. Попутно родилась одна мысль — сменить вектор производства. Оружие оружием, но кушать хочется всегда. Но позже, когда вникну во всю суть этого запутанного клубка из долговых записок, обязательство и копеечной прибыли.

— Я пожалуюсь десу де Эттвуду, — прищурилась де Ольденберг. — Он этого так не оставит.

Чувства дамочки понимаю, она, как и остальные офисные хомячки, выплат сегодня не увидит.

— Ваше право, — откинулась на стуле. — Говорите, конечно, но это не все.

— Что еще? Вы всех уволите? Будете сами следить за фабрикой? — Бесилась Линея.

По своему опыту знаю, как нелегко принимать критику. А у меня ее много, поэтому на слова жаб… твою мать, надо новое прозвище придумать… десы де Ольденберг не обижалась. Пусть будет ящерица. Звучит не так грубо.

— Нет, но будем искать арендаторов, — обвела глазами комнату.

— Куда? — ее брови полезли в сторону макушки, совсем как у Робба при знакомстве со мной.

Еще немного, и спрячутся под стрижкой.

— Сюда, деса казначей. Сюда, — развела руками.

— А мы?

— О, — расплылась в хищной улыбке. — А мы переедем на первый этаж. Можно начинать готовиться.

В этот момент в офисе наступила тишина. Каждый сотрудник нехотя прислушивался к разговору. Скрип перьев прекратился, легкий шум замолкнул.

Намазано им тут, что ли? Какая разница, где сидеть?

— Позвольте, но как же дес де Ричмонд? Он всегда… — начала было женщина.

— Будет рад, что гномы не переметнулись к конкурентам, — заключила я.

Можно считать это моей маленькой победой. В счетах немного разобралась, обещание выполнила, работяги получили зарплаты, и производство продолжило выполнять заказы. А ведь еще утро. С такими показателями я их в передовики выведу.

Глава 3. Лев, змей и собака в придачу

Даша Антонова

На следующий день я ощущала на себе взгляды разъяренных сотрудников офиса. Они еще вчера бегали жаловаться к десу де Эттвуду, но тот только разводил руками, объясняя, что сам позволил вершить мне правосудие. Правда, вечером меня все-таки ждал нелегкий разговор с главой филиала.

— Ты не понимаешь, Даша, — пытался доказать мне очевидное. — Да Кристофер де Ричмонд не поймет перестановок. Он будет жутко недоволен тем, что мы сдали помещения.

— Конечно, — улыбалась недалекому оборотню. — А злые гномы без денег не станут выдавать тайны производства?

На это ему было нечем крыть. Все-таки переезд — меньшая из зол. Поэтому спозаранку вместе с Кейт и Оррином, хотя его общество меня напрягало, но здесь не принято женщинам находиться в одиночестве, отправились в местную типографию, а потом и в газету. Объявления составили быстро, заплатив не так уж и много денег. В поездке дочь Робба обучала меня финансовой грамоте Аридии, под фырканье молодого наследника де Эттвуда, так что в ценообразования я как-никак разбиралась.

Сегодня я решила заняться работой Эндрю де Автона. Познакомлюсь со всеми поставщиками, получу предложения от конкурентов и все сравню. Уж слишком цветущий вид у этого волка.

— Доброе утро, дес де Автон, — поздоровалась с мужчиной.

Он любезно приветствовал меня и заметно напрягся. Это в первый день они думали, что я юная глупая профурсетка без своего мнения и по протекции доброго дядюшки, но беседа с Линеей расставила все по своим местам. При необходимости во мне просыпались корни старухи-расценщицы, которую можно усмирить только топором. Как замечательно, что жители Гроунвуда незнакомы с произведениями русских классиков.

— Вы что-то хотели? — воззрился на меня Эндрю.

— Да, расскажите поподробнее, как идет выбор поставщика? Как контролируются оплаты, и вообще любые подробности про наших партнеров? — И глазками похлопала, мол ты мужчина, тебе виднее, ты более знающий.

Бали в этот момент громко фыркнул, а потом сложил лапы на носу, оправдываясь внезапным чихом.

— Из тебя томная и восхищенная девица плохо получается, — мысленно сообщил мне пес.

— А ты прям знаток женских душ? — посмотрела на фамильяра.

— Конечно, — высунул язык ротвейлер. — Ты хвостом виляй побольше, глаза пучить начинай, дыши глубже и смейся на любые слова.

Совет-то неплохой. Если напеть хвалебных од канцелярскому снабженцу, он клюнет? Все же мне нужна лояльность людей… тьфу ты, оборотней. А его должность вообще подразумевает откаты, или как любил говорить мой начальник: «Это Дарья, не взятка, а агентская выплата».

— Вас не устраивает выбор? — подозрительным тоном начал де Автон.

— Что вы? — хвостом вилять не могла, но волосы поправила и закрутила кудряшку на палец. — Раз мне нужно разобраться в делах, хотела получить первую консультацию именно от вас, — и руку положила на плечо для закрепления результата.

И ведь он повелся. Расцвел, улыбнулся и лихо отбросил челку набок. Правда со спины услышала, как Дэниэл подавился чаем и громко забулькал в кружку. Ничего, и до этого грубияна дойду. Хорошо, что моя фигура скрывает стол кадровика.

Почти час мы разбирались в завалах, договорившись, что завтра пройдемся по всем конторам города, которые оказывали нам какие-либо услуги. Мне не нравилось, что у местных совсем не было понятия о тендерах. Кого первым нашел де Автон, тот и работает с Ричмондами. Просто гигантское попустительство. Правда, надо еще разобраться, может, у тех и конкурентов нет. Металл привозили, и он тоже принадлежал хозяину всей фирмы, а вот инструменты, хозяйственные принадлежности, одежду и кучу других мелочей закупали в Гроунвуде. Стараясь не вызвать подозрения у ловеласа, собрала несколько договоров в стопку — в поместье де Эттвуда изучу. А еще вечером зайду за газетой. Как раз выйдет объявление: посмотрю, как оно выглядит, а также прочитаю остальные. Вдруг там тоже есть что-то полезное?

— А вы времени зря не теряете, — подошла ко мне Элайза, когда я сидела за столом у Робба в кабинете. — Решили окрутить наших мужчин?

Девушка была чудо как хороша, с очень длинными черными волосами и глубоким пронзительным взглядом. Ее портила стервозность, открыто лучившаяся в мою сторону.

— Я на работе, деса де Кибелир, — прищурила взгляд. — Но если вы хотите побеседовать со мной о нравах, то сначала обратите взор на себя.

Одета она была чересчур вызывающе, даже по меркам все видевшей москвички. Так и хотелось скатать шарик из бумаги и пульнуть им в декольте оборотницы. Устроившаяся рядом Кейт глубоко вздохнула. У этих волков все живут, обращаясь к инстинктам. Элайза специально подавляла девушку своей уверенностью.

— Ну-ну, — нахмурилась де Кибелир, — посмотрим, что будет, когда приедет Крис, — назвала владельца кратким именем. — Вы вмиг вылетите отсюда.

А это интересно. Значит, Страшила состоит в каких-то непонятных отношениях со стряпчим? Фу, на рабочем месте… как нехорошо.

— Посмотрим, — откинулась на стуле. Как говорится: «Лучших оправданий, чем обвинения, ещё не придумали». — Производство работает, скоро сдадутся пустые площади, которые помогут закрыть долги перед всеми, а бесполезные сотрудники, не изучившие контракты, — потрясла стащенными документами, — будут оправдываться за невыгодные условия.

— Ты мне угрожаешь? — ахнула и перешла на «ты» законница.

Иногда я забываю, что передо мной целый полк магических существ, способных перегрызть глотку. Крестик, что ли, на руке поставить…

— Констатирую факты, — встала.

И злилась. Я пока ничего не сделала этой десе, чтобы она нападала на меня. От моих эмоций в кабинете потемнело.

— Дарина, успокойся, — погладила меня по руке Кейт. — А вы, деса де Кибелир, не смейте грубить десе де Артвуд. Она могущественная погодница, способная вызвать ураган в нашем офисе.

Так себе похвала. Скорее я залью дождем документы, устрою потоп, а потом залеплю молнию по воде, вызывая судороги у работников.

Кибелир пылала, но не хотела быть поджаренной. А я со своей стороны подобного обещать не могла, слишком сильно погрузилась в дела, игнорируя магию, буквально прущую из моего малохольного тельца.

— Мы еще поговорим, — фыркнула и ретироваласась барышня.

Иди уже с миром, мне бы волшебство обуздать. Именно эта сфера страдала больше всего.

— Ну нельзя же так реагировать на обидчиков, — сетовал Оррин.

— Ты меня еще поучи, — зло зыркала на него, жалея, что пока не могу направить электрические разряды в головешку надменного юноши.

Он намек понял и отпрянул, а потом и вовсе выпрыгнул за дверь.

— Дарина, может, отправимся домой? — предложила Кейт. — Ты вчера так повелительно работала…

— Как? — скривилась от незнакомого слова.

— Повелительно, — услужливо подсказал паренек, выглядывая с безопасного расстояния.

Однозначно, освою дар, поджарю его первым.

— Он прав, — согласилась с братом девица. — Тебе нужен отдых, заодно заедем в издательство. Вдруг кто-то оставил сообщения?

От такого отказаться не могла. На этом предложении строился весь мой незадаливый финансовый план.

— Ладно, — буркнула себе под нос. — Отдыхать тоже надо уметь.

Позже поинтересуюсь наличием баров, караоке и клубов в Гроунвуде. Возможно, сестры Антоновы откроют не одно подобное злачное заведение. Тут есть, где размахнуться. Что для нас обыденно, для Аридии в новинку. Хэллуин? Жители боготворят оборотней и других магических существ. Если нужна оригинальность, буду черпать идеи из жесткой московской действительности — пробки, очередь в пенсионный и стройка. Мне бы только пару стариков найти и несколько гастарбайтеров. Хотя… и орки сойдут. И это мы еще спортивные события не обозревали. Введем футбол и хоккей. Нужно только предварительно поинтересоваться, как у них со снегом.

Мы приехали в местную газетенку. Главный редактор с очками на носу и внушительным брюшком проводил меня за переговорный стол в отдельной комнате.

— Деса де Артвуд, — начал он.

— Дарина или Даша, — сразу поправила.

Все эти регалии не для меня.

— Хорошо, дес… Дарина, — выговорил хозяин. — Вас ожидает видный чиновник. Он очень удивился, что фабрика сдает помещения. Скажите, у вас правда есть право решать за деса де Эттвуда и деса де Ричмонда?

Ой, ты мне подпись покажи, и я что угодно подделаю. Это не заявление в военкомат заполнять или на отпуск. Тут две загогулины черкануть.

— Я кризисный менеджер, — попыталась успокоить мужчину. — Сама решу, что можно подписывать, а что нельзя.

— Ну, — покачал головой тот, — как знаете, и что-то показал пальцами своему служке.

В этот же миг в комнату вошли двое. Один из них выглядел внушительно, мой внутренний голос буквально кричал: оборотень, остерегись! А второй медленно, но подмечая все вокруг, плыл за другом. Кейт к этому моменту обучила, что на волках свет клином не сошелся, бывают и другие перевертыши. Почти уверена, что первый вошедший какая-то царственная кошка, а второй — наг. Так они звали полулюдей полузмей. Хитрые, коварные и подозрительные маги.

— О, — расплылся в улыбке первый. — Как раз хотел застать некого помощника деса де Эттвуда. На ловца и зверь бежит.

— Давайте без этого пафоса, — предложила я, немного помрачнев.

Слишком участливо себя ведет. Мне такое не нравится.

— Что вы имеете в виду? — Смутился он.

Ну ведь явно лев с красивой золотой шевелюрой.

С трудом не бросилась на поиски расчески. Его локоны выглядят на порядок ухоженнее, чем мои.

— Это еще что, — участливо отозвался Бали. — У него и шерсть блестит. Может он ретривер?

Плохо представляю этого красавца, подающим косточку. Хотя… нет, картинка слишком живописная.

— Деса де Артвуд, — незнакомец возмутился.

— Что? — захлопала ресничками.

Можно подумать, я вслух сказала.?

— Деса де Артвуд, — заговорила Кейт, — это Лайон де Лиев, — она потупила взгляд и тихо добавила, сильно смущаясь. — Он главный конкурент отца и оборотень в ипостаси льва.

Пф, вот откуда ноги растут. Лощеный малый — царь зверей.

— А еще, — прошептала девушка так, чтобы слышала одна я, — он владеет даром менталиста и читает мысли.

А вот это попадос. Сравнение с золотым ретривером уже не кажется удачным.

Покраснев и с трудом сохранив остатки лица, взглянула на упомянутого деса. Он в очередной раз усмехнулся, отбросил спадающие волосы со лба и проговорил.

— Не стоит переживать, деса ммм…

— Это деса де Артвуд, Лайон, — представил меня главный редактор. — Она ведьма.

— То, что ведьма, это я и сам вижу, — заметил де Лиев и кивнул в сторону нага. — Это мой помощник Энтони де Руан.

Его подручный обозначил легкий кивок и уставился на меня. Слава этому миру, что у колдуний в местном обществе своеобразная репутация. Это много объясняло в моем поведении. Жители смирились с эксцентричностью товарок, чем я хуже?

— Вы с какой-то целью меня искали, десы? — не прониклась радушием мужчин.

Если Кейт сказала, что они конкуренты ее отца, то вряд ли те испытывают нежные эмоции в отношении меня. А первый еще и мысли читает.

В голове забегала женщина с крючковатым носом, полосатых колготках и остроконечной шляпой, которая придерживала головной убор и кричала: «Что же делать?! Что же делать». Примерно так я представляла ведьм, и примерно так же хотела поступить. Пусть думает, что я сумасшедшая, но не лезет в мой разум.

— А ты закройся, хозяйка, — мысленно предложил фамильяр.

— Да, конечно, это же как форточку прикрыть, — оглянулась на Бали.

Пес заворчал и опустил уши.

— От меня ты иногда закрываешься. Просто пожелай твердо и уверенно.

Так как дельных идей все равно не было, воспользовалась предложением ротвейлера. Все-таки мы уже несколько дней в одной связке, и ведь, правда, он не всегда блуждает по лабиринтам моего сознания.

Не обращая внимания на затянувшуюся паузу, прикрыла глаза и пожелала, чтобы ретривер…тьфу ты, лев видел только вот эту самую ведьму в колготках. Не знаю, подействовало ли, но лицо де Лиева потускнело. Ага! Сработало. Нежная мужская психика не в состоянии устоять перед женской суперсилой выносить мозги.

— Мы хотели поговорить насчет аренды второго этажа, — Лайона передернуло.

В этот же момент молодая де Эттвуд выскочила из-за спины. Когда дело касалось семьи, вся ее робость и скромность отходили на задний план.

— Об этом не может быть и речи!

— Мы говорим не с вами, а с помощницей деса де Эттвуда, — очень надменно проговорил де Руан.

Странный малый, по мне дочь начальника филиала куда более выгодный персонаж, чем помощник. А о договоренностях между мной и Роббом они знать не могли. Или могли? Кто сдал?

— Простите, дес де Лиев и дес де Руан, — улыбнулась им. Свой хамский характер уже показала, можно и леди побыть. — Но Кейт права. Ввиду того что вы наши конкуренты, аренда априори невозможна. — Развела руками и посмотрела на главного редактора.

Меня немного напрягало, что последний видит все эти разговоры. Чую, к утру статья выйдет о столкновении сталелитейных производств. Хотя… Черный пиар, тоже пиар.

— Жаль, деса де Артвуд, — нахмурился оборотень. — Я думал, что вы сможете донести до своего начальства выгоду от нашего предложения, а вы не хотите даже выслушать.

— Я могу выслушать все что угодно, — отвечала в тон ему, — но меня смущает ваш дар, а также неуместность предложения. Явно вы добиваетесь чего-то другого.

— Приятно удивлен вашей сообразительностью, — рассмеялся Лайон. — А не хотите пообедать с нами? Я объясню, что хотел, да и вы узнаете город поближе. Мне сказали, что вы совсем недавно в Гроунвуде.

Если учесть, что я только третий день в этом мире, то де Лиев просто потрясающе осведомлен обо мне. И это сильно настораживает. Определенно стоит выяснить его мотивы.

Оглянувшись на Кейт и видя, как бедняжка от напряжения кусает губ, нехотя согласилась.

— Хорошо, дес де Лиев. Мы будем рады составить вам компанию, — пихнула в бок подругу, когда она хотела возрахить. — Но прошу оставить нас ненадолго. Мне нужно прояснить несколько вопросов касательно моего объявления.

— Да, конечно, мы подождем, — раскланялся лев. — Ожидать таких женщин сплошной удовольствие.

Мужчины еще раз улыбнулись, обнажая белоснежные зубы, и удалились за дверь.

Здравствуй, Гроунвуд, новый год. Ни дня без приключений.

Опершись на стол главного редактора, вытащила из него все отклики на объявления. Вечером изучу, что полезно, а что нет. Их, кстати, оказалось немало. Заодно уточнила, возможно ли через газету запускать еженедельную новостную рассылку о нашей деятельности. Предложение мужчине понравилось, как-никак мы становились постоянным клиентом и занимали целую полосу. Осталось только найти толкового писателя, который будет доводить до жителей новости с фабрики. Его работников не рассматривала, те будут действовать в интересах вестника, а мне нужен свой верный человек или не человек. Таким образом, можно найти новых клиентов. А еще я выписала специальный экземпляр газеты для себя. Учитывая мой деятельный характер, на одной фабрике я не остановлюсь, у меня в голове уже крутились мыслишки, как можно развиваться в этом городе.

— С вами приятно сотрудничать, — жал руку главный редактор.

— И мне, — с трудом вытащила ладонь и повернулась к своим сопровождающим. — Идем?

Бали тут же поднялся с места и завилял хвостом. Все же радует, что в Аридию я попала не одна, а с четвероногим другом. Еще бы нашлась Маша…

— Ты понимаешь, что ты делаешь? — выспрашивала Кейт, когда мы вышли из-за двери, а секретарь газеты сообщила, что де Лиев и де Руан ждут нас в экипаже на улице.

— Разве это опасно? Ну, пообедаем мы с ними, ты, главное, ни о чем таком не думай.

— Я? — девушку словно подменили, уж очень она переживала за отца и его дело. — А ты? Ты ведьма всего пару дней. У меня есть артефакт.

— А мои мысли не прочитать, — успокоила оборотницу. — Верно же, Бали?

Пес кивнул и вытащил язык.

— Ага, там какая-то старуха в твой голове бегает и верещит. До сих пор ничего не понимаю.

Мыслеобраз удался. Иногда я очень творческая личность.

Как настоящий джентльмен, Лайон вышел из кареты, не экипажа, и открыл передо мной и Кейт дверь, помогая зайти. Все это передвижное великолепие выглядело очень претенциозно. Снаружи украшено лепниной и гербом семьи со львом, конечно же, а внутри отделка обита бархатом и кожей. Сразу видно, олигархи местного разлива. Хорошо, что я с детства жила в центре, наблюдая, как чиновники городской думы заселяют сталинки на Тверской улице, а еще, что дед был красноармейцем, гонявшим немцев по Берлину. Не впечатлялась я от показной щедрости и должностей.

Всем было неуютно. Точнее, молодая оборотница прижималась ко мне, будто перед кабинетом стоматолога, Энтони де Руан мрачно взирал на меня и девушку, а Бали напрягал челюсть, но, слава единорожкам, голос не подавал. Спокойствие излучал один де Лиев. Вот он, страстный аристократичный темперамент — горяч, как морозильник.

В полном молчании мы подъехали к неизвестному мне месту. Да меня по всему городу вози, я вообще не ориентируюсь. Топографический кретинизм с лихвой покрывал все мои экономические способности.

— Ресторан «Бельведер», — прочитала я.

К счастью, попаданство было полным, с погружением, так сказать. То есть речь и письменность местных жителей я понимала без труда.

— Даша, это самое модное и эксклюзивное заведение в Гроунвуде, — прошептала Кейт. — Я боюсь.

— Чего? — недоумевала. Подумаешь, ну, сводят нас мужчины в злачную забегаловку.

— А вдруг они решат, что мы им чем-то обязаны? — пояснила свою неуверенность молодая де Эттвуд.

— О, расслабься, — успокоила девушку. — Если они что-то подобное решат, я познакомлю их со значением слова «динамо».

— А оно что значит? — спросила Кейт.

Мое ты милое дитя лета. Какие в этом мире десы неискушенные. Это же прекрасно, значит, и мужик наивный и непуганый. С такими вести дела значительно приятнее.

В беседу сразу влез Бали.

— Ничего хорошего динамо не значит. Была у меня одна лайка…

— Так, дорогой, не сейчас, — оборвала фамильяра.

Не время и не место травить байки. Нас сейчас конкуренты обрабатывать начнут.

Мужчины проводили всех внутрь, а встречающий официант разместил всю компанию в отдельной кабинке.

— Мне показалось, что вы захотите уединения, — отметил дес де Лиев, поднимая бокал.

Отметив про себя, что бутылку открыли на моих глазах, тоже подняла тонкую ножку стакана.

— Благодарю, дес де Лиев. — поблагодарила льва. — Но давайте не юлить. Для чего вам так потребовалось поговорить со мной?

Явно они не искали общества Кейт. Она живет здесь с детства. Значит, услышали от кого-то, что злая ведьма взяла на себя управление фабрикой. Сюжет достойный изумрудного города.

— Да, деса де Артвуд, зовите меня Лайон. Да и Энтони будет не против, ведь правда? — кивнул он в сторону нага.

Змей лениво приоткрыл глаза, отпивая напиток, и согласился.

— Конечно. Зачем нам эти формальности?

— Согласна, — вяло улыбнулась, — можете звать меня Дарина, но я так и не услышала цели нашей встречи.

У льва забегали глаза, остановившись на Кейт и моем фамильяре. То, что девушка была со мной, в глазах оборотня выглядело досадной помехой. Но и прогнать десу он не мог, я бы вмиг оскорбилась.

— Видите ли, я подумываю о развитии своей компании. Может, вы захотите перейти в мою контору? Я готов предложить любые условия, которые вы сочтете достойными для вас.

Я опешила, как и моя спутница. Оборотница вообще чуть не упала со своего сидения. Предложение казалось очень странным. Я без году неделя в этом мире, и из всех свершений — это выплата зарплаты гномам, а также слава сумасшедшей среди персонала. Достижения так себе. Скорее всего, де Лиев пустил свои длинные руки в управление фабрикой в обход Робба и пытается таким образом устранить меня, посулив что-то приятное и денежное. Вот только тот не знает, что с де Эттвудами меня связывают не столько деловые вопросы, сколько личные и гораздо более важные для меня — магический контракт, поиск сестры и внезапное телепортирование в непонятный мир.

— Я могу подумать? — прищурилась.

Отказываться сразу — показать слабости. А мне это не нужно. Пусть этот лев считает, что очаровал колдунью.

— Разве я могу отказать?

К нам как раз принесли заказанные блюда. Это замечательно, будем жевать и обдумывать дальнейшие слова. К счастью, Кейт сохраняла молчание, почесывая за ухом пса. Ссориться с Лайоном нам не с руки, а вот прощупать, что стоит за его льстивыми фразами возможно.

— Позвольте узнать, а откуда у вас такие обширные сведения обо мне? — обратилась к аристократу.

— В этом городе секретов нет, Дарина, — прокатил мое имя на языке лев, — С вашего первого появления в конторе мне все доложили.

— Кто же? — притворно удивилась.

Понятно, что кто-то из сотрудников. А может, и из гномов. В цехе я особо не скрывала свою должность.

— А это вы узнаете, если станете работать у меня, — совсем разулыбался конкурент.

— Энтони, а вас не будет смущать, что я почти займу ваше место? — посмотрела на змея. — По сути, стану помощником.

Наг точно был против, в глазах заиграли свирепые искорки, явно об этой стороне он еще не задумывался.

— Все же, я надеюсь, что буду первым помощником, — он зыркнул на де Лиева.

— Ну как же, — картинно заломила руки, — а зачем Лайону два помощника?

— Мы найдем компромисс, — наконец нашелся мужчина и положил свою ладонь на мою.

Вот и флирт пошел, как оружие против безголовых дам. Говорила мне мама, что я слишком много думаю. Меня так ни один мужик замуж не возьмет. Судя по всему, она была права, как и я. Зачем мне замуж? С такими явными и неумелыми жестами заставлю золотогривого отписать все наследство на меня. Как известно, тяжело быть очень падкой на деньги.

— Вы тогда еще подумайте, — предложила обоим, — а ко мне приходите уже с четко сформированным коммерческим предложением.

— С чем?

— С чем? — в голос возмутились мужчины.

Я секунд тридцать придумывала, чем этих деятелей можно отвадить.

— Замуж хочется, десы, — провела пальцами по столу, вытаскивая руку из захвата. — Аж невмоготу.

Видимо, мысль была удачной.

Лайон побледнел. Такого разворота событий явно не ожидал. Еще бы, аристократ, наследник рода и успешных предприятий, и непонятного происхождения ведьма.

Ха, прощелыга! Ни один аферист от бдительного ока Дарьи Антоновой не проскочил. Сказывались еврейские корни нашей семьи. Тоже мне, предложение века, переметнуться к конкурентам, чтобы не копала слишком глубоко. Я таких издалека вижу.

— Вы нас не отвезете? — ласково попросила, довольно наблюдая за выражениями, написанными на лица де Лиева и де Руана.

Глядишь, де Эттвуду придется отбиваться от предложений. Способ, походу, действенный. Буду всех обескураживать мыслями о браке.

— А если кто-то согласиться? — некстати влез фамильяр в мою голову. — Отравим?

— Конечно, деса де Артвуд, — вмиг забыл мое имя лев-перевертыш. — Вы хотите отправиться прямо сейчас?

Бали и Кейт были готовы и кивнули, так что я бросила свое хозяйское «да». Удивительно, что независимо от мира, мужчина везде боится обязательств перед женщиной. На этом, пожалуй, можно будет сыграть в дальнейшем.

Вскоре нас доставили к дому. Всю поездку оба конкурента почти не болтали, а на мои попытки завести беседу отвечали односложно. Явно переваривали общение. Я их не виню. В отличие от местных дам, я не лезла за словом в карман, не терялась, не жеманничала. Но у меня и цель другая. Мне нужно как можно скорее выполнить условия магического контракта, изучить магию и отыскать сестру. Будем надеяться, что у нас есть шанс вернуться обратно в Москву. Ведь тоже волшебный город.

— Наконец-то вы дома, — выдохнул Оррин, едва мы вошли. — Отец нервничает.

Еще на пороге мы договорились не тревожить родных новостью о встрече с де Лиевом и де Руаном. Если донесут, то Робб узнает об этом последним. Будучи начальником, сотрудники с ним не сближались, а прессу он не читал, считал это излишним. Все нужно он и так узнает из уст детей.

— Папа? — разволновалась Кейт, — Пойду к нему, — и обернулась на меня.

— Иди конечно, — спроваживала девушку.

У меня достаточно дел: погулять с псом, прочитать договоры, прочитать письма. Считай, взяла неурочку на дом.

Девушка упорхнула, а я осталась с парнем, собакой, метившей кусты, и ворохом документов в руках.

— Как прошел день, деса ведьма? — поинтересовался юноша.

— Оррин, а тебе правда интересно? — посмотрела на него. — Я ведь начну рассказывать, и ты не отвертишься.

Судя по его кислому выражению, вопрос был больше риторический.

— Иди в дом. Я скоро приду, — пообещала парню. — Завтра пообщаемся.

— Это необязательно, — открестился от меня молодой хлыщ.

Чую, что он меня опасается. И не зря, не люблю пустую болтовню. Мальчишка, попятившись, удалился, оставляя меня и пса на улице.

Был теплый день, я не зябла и с удовольствием распласталась по близлежайщей скамейке.

К ночи я сравнивала предложения по договорам, но не нашла ничего криминального. По объявлениям невозможно понять суммы контрактов, так что мой аудит затянется. Плохо, что приходится делать это в одиночку. Можно, конечно, попросить помощи, но я переживала, что молодые де Эттвуды не справятся, а остальным в конторе тяжело доверять.

А вот отзывы на объявления порадовали. Одно из предложений — это маг, делавший гравировку на металлических изделиях. Если его поставщики мы, то это просто отлично, а если нет, то есть смысл сделать ему скидку на изготовление оных. Будем заинтересованы в друг друге. Второе предложение тоже подходило — артефактор, единственный на весь город. Что за нужда его заставила искать помещение, не поняла. Но знаю, чем займусь утром: попробую завоевать Гроунвуд и выяснить, что не так с деятельностью этого деса.

Глава 4. Арендатор арендатору рознь

Даша Антонова

Вместе с Оррином и Бали я шла по улочкам города. Молодой аристократ все утро возмущался из-за необходимости идти пешком, да только я была непреклонна. Во-первых, хорошо бы ознакомиться получше с местностью. Во-вторых, я не теряла надежды, что вот так, просто гуляя, я могу найти сестру. А в-третьих, Гроунвуд был великолепен: мощеные дороги, везде экипажи, запряженные разномастными лошадьми или магповозки, которые двигались с помощью волшебства, по стенам развешены объявления с гербами, тут и там маленькие лавки с интересными витринами. Я словно ребенок, попавший в сказку. И мне же надо составить план на случай, если я застряла в этом мире навечно?

— Ой, ну, сделай лицо попроще, — попросила оборотня.

Можно подумать, мы идем по раскаленной лаве. Я уже раз десять пожалела, что выбрала в попутчики парня. Кейт тоже решительно возражала, но если с девушкой контакт был налажен, то этого хлыща я на дух не переносила. Он много ныл, скулил и ехидничал. У меня Бали для этого есть. Но юноша искренне старался помочь отцу и выполнял все, что я требовала. Робб же, кстати говоря, максимально устранился. Не волк, а страус какой-то.

— Порядочные десы по улицам не ходят, — шипел на меня Оррин. — Они чинно сидят за спиной у возничего и обмахиваются веерами.

— Ну, считай, я непорядочная, — хмыкнула, несмотря на юношу.

— Вот, — он указал на неказистую дверь, предварительно громко фыркнув. — Это здесь.

Первым мы решили навестить артефактора. Мне хотелось узнать подробнее, чем тот занимается. Вдруг получится привнести в Аридию немного технологий из моего мира?

— Здесь кто-нибудь есть? — вошла я, приоткрыв створку.

До этого я долго стучалась, но никто с ответом так и не вышел. Было очень темно, хоть глаз выколи.

— Что, кто?! — выбежал на нас молодой высокий мужчина с маской, натянутой на нижнюю часть лица.

Ба-бах!

В помещении явно что-то взорвалось. Слепящий свет озарил лица.

— Вы кто? — уставился он на нас.

— Вы бы проверили, нет ли там пожара, — участливо предложила я.

— Точно! — артефактор стукнул себя по лбу и убежал.

Переглянувшись с псом, я последовала за хозяином дома. Оррин идти не захотел, предпочел оставаться на улице. Он вообще считал, что меня за такое самоуправство следует посадить в застенки. Что его слушать? Как сказал бы дед-фронтовик: «Победителей не садят!». А мы с пустыми руками возвращаться не намерены. Нам нужен арендатор.

Там, где творил этот творчески настроенный мужчина, было сильно захламлено, и грязно, и пыльно, и находиться здесь явно опасно для здоровья. На огромном верстаке валялись всех видов шестеренки и инструменты. По периметру комнату расставлены шкафы, скрывающие огромные трещины в стенах, правда, их все равно было видно. На полках прыгали, вертелист, суетились различные изделия непонятного назначения. А под потолком кто-то подвесил всякие странноватые штуки, издающие трели птиц.

Артефактор, пока я крутила головой по сторонам, тушил из ведра второй стол. Кейт, добрая душа, весь вчерашний вечер учила меня вызывать слабый дождик. Знания пригодились. Щелкнув пальцами, над мужчиной образовались тучи, обильно полив водой место возгорания, ну и виновника этого самого возгорания заодно.

Вашу ж мать! Так мы с ним не подружимся.

— Вы погодница? — он с восхищением взглянул на меня. — И ведьма? — с таким же восхищением посмотрел на фамильяра и бросился к нему, игнорируя свирепый вид собакена.

Бали вообще не понял, что сейчаспроисходит. Впрочем, я тоже только открывала рот, ошарашенно взирая на артефактора.

— Меня зовут Дарина, — нашлась я наконец. — А вас?

Мне очень хотелось, чтобы он оторвался от пса. Но куда там? Ротвейлеру только в рот не заглянули, хотя попытки были, но Бали так клацнул мощной пастью, что испытатель испугался за пальцы. Хотя… С его рвением у него недолго все конечности на месте останутся. Судя по подпалинам на стенах, взрыв-то не первый.

— Дэрион, — нехотя повернулся мужчина. — Дэрион де Эстейт. — Подал мне грязную руку, которую я с удовольствием пожала.

Теперь его можно было рассмотреть. Маг снял повязку, показывая тонкие черты лица. Темноволосый, на мой взгляд, худощавый (тут по всему городу рослые оборотни ходят), сразу видно — местная интеллигенция.

— Зачем пожаловали, Дарина? — с недоверием воззрился на меня Дэрион. — В данный момент я на заказы не работаю. По условиям гильдии у меня должно быть подходящее помещение.

Я просияла, а потом поникла. Это если он так ко всем помещениям относится, то недолго музыка играла, или недолго Даша проработала на фабрике, или…

— Или наша песенка будет спета, — продолжил мысль Бали. — А еще придумал, недолго ведьма оставалась жива.

— Э, хватит предсказывать будущее, — возмутилась я. — Надейся на лучшее.

В эту минуту артефактор громко кашлянул, прерывая нашу мысленную перепалку.

— Кхм, так зачем пришли, деса ммм… Деса?

— Де Артвуд, но зовите меня Даша. Вы искали себе площадь для лавки, — напомнила про оставленное письмо у главного редактора.

— И? — не понял он.

Как сложно с творческими людьми? Намеков они не понимают, недомолвок тоже, все разжевывать надо.

— Так я и оставляла то объявление, — подсказала Дэриону. — Кстати, а почему вы не работаете по заказам?

— Меня же погнали из гильдии, — смущенно пробормотал тот, пряча взгляд. — А теперь никто не сдает.

Я абсолютно ничего не поняла. Вот же. Он не в канаве сидит, а в доме, пусть и запущенном. Что ему и заявила.

— Дес де Эстейт, — начала я, — я совсем недавно в городе, да и законами раньше не интересовалась, а почему для того, чтобы торговать, вам нужно другое здание?

— Вы как будто вчера родились. — Закатил глаза мужчина. — Здесь я творю, но мои труды опасны, сами видели. — Намекнул на небольшой пожар, произошедший ранее.

А, так это из соображений безопасности. Тогда снимаю шляпу перед местными чиновниками, или что они здесь носят?

Дэрион продолжал.

— А всему виной дес де Лиев. Он стал возить артефакты из соседнего городка, заключил там контракт. Весь Гроунвуд теперь не хочет со мной сотрудничать, — печально вздохнул собеседник.

Опять этот лев. Куда ни плюнь, везде отметился.

— Почему вам тогда не уехать из города, не найти другой? — спросила деса.

Он окончательно снял повязку и вытер об нее руки. Н-да, с гигиеной у сумасшедших ученых здесь большие проблемы.

— Тут живет моя семья, — просто ответил он. — Отец с матерью никогда не покинут Гроунвуд. Для них это место много значит.

Мотивы услышаны, да и сама обрадовалась, что непосредственная работа на втором этаже фабрики проводится не будет. С него станется, взорвет филиал к чертовой матери.

— Тогда ликуйте, — улыбнулась артефактору, — У меня есть помещение, и мне нужен арендатор. Вы сможете начать работать?

— Постойте, — не особенно благосклонно отреагировал де Эстейт. — Как мне известно, право подписи есть только у деса де Эттвуда, а также у хозяина фабрики. Кто же захочет сотрудничать с почти врагом де Лиева?

— Теперь нет. — Горделиво приосанилась и заявила ему. — Я хочу вернуть былое величие этого филиала. А то, что вы не в ладах с Лайоном, меня только вдохновляет.

Оборотень-лев, судя по всему, подмял под себя это небольшое городишко. И все рады ему услужить. Все, кроме меня. Я приезд ОБЭПа в офис пережила, с наличностью пластом выбиралась. Козни де Лиева для главного бухгалтера как детский лепет. Что он мне сделает? А будет угрожать, молний в панамку напихаю, мало не покажется, надо только с обучением поднапрячься.

— Вы уверены, Даша? — на всякий случай уточнил артефактор.

— Да, конечно, — кивнула ему.

А потом сообщила сумму за половину конторы и его площадь. Дэриону нужно место под лавку, я даже на лестнице ему витрины организую, но все помещение ему без надобности. Значит, туда может заехать еще один желающий.

Обговорив нюансы по поводу договора, времени приезда и оплаты, засобиралась в дорогу. Но резко вспомнила, что мой шкурный интерес к этому мужчине основывался не только на его платежеспособности, но и на его профессии.

— Кстати, а вы не согласитесь посотрудничать со мной в качестве партнера? — повернулась обратно.

— В смысле?

— У меня есть несколько идей, но я не знаю, как их правильно реализовать.

— Например? — Дэрион сложил руки на груди.

Пусть я и дала возможность работать, но, как и все мужчины, этот артефактор меня недооценивал. А зря, со знаниями моего мира можно настоящую техническую революцию замутить.

Я призадумалась, что можно предложить. Этого ученого нужно чем-то впечатлить.

— Огнетушитель, например, вы тушили пожар из ведра, а если бы у вас был баллон, наполненный пеной, который при включении выплескивал бы жидкость направлено, то помощь погодника вам бы не понадобилась, — довольно прищелкнула языком.

— Зачем, если есть вода?

Это в сказках все артефакторы сразу соглашаются на любые задумки попаданца, но на самом деле привыкли делать что-то знакомое. Им еще нужно продать идею.

— В сталелитейном цехе воды нет, она испаряется. — Вспомнила устройство нижнего этажа. — А вот с пеной так быстро уходить не будет. К тому же такое изобретение может спасти жизни. Многие из опасных производств захотят купить подобное.

— Многие? — я прям ощутила, как в глазах де Эстейта загораются значки денег.

— Будьте уверены, — не удержалась и хлопнула его по плечу.

Нужно лишь провести грамотную рекламную кампанию, а я это умею.

— И вы хотите начать с этого, — он хрустнул пальцами, пытаясь выговорить. — огнетушителя.

— Нет, — покрутила головой. Хотя, с другой стороны, на фабрике таких нужна сотня. — Я бы сделала что-то простое.

Лучше начинать с малого. Глобальные проекты с дымоудалением, кондиционированием и пожаротушением необходимо согласовать с хозяином. Это явно будет стоить дорого. А вот сферу отдыха можно смело покорять. Мне вспомнились улочки с ночными заведениями, которые каждый вечер наполнялись гуляющей молодежью. А что? Они спускают деньги на все что угодно. Пока молодые люди отдыхали в барах и клубах, в этих местах тихо, а вот под утро изрядно подвыпившие компании жутко хотят есть, но кухня, как правило, закрыта.

— Можете изготовить вертел? — спросила Дэриона.

Попробуем разнообразить рацион аридийцев. Шаурма еще никого не оставляла равнодушным. Даже если не сработает с молодежью, то в рабочих кварталах продажи точно пойдут на ура.

— Фи, а что здесь удивительного и необычного?

— Мне нужен непростой. Он должен быть прикручен к передвижной большой тележке и быть вертикальным.

— А с какими целями?

— О, — я коварно улыбнулась. — Будем жарить мясо. Как известно, путь к большим деньгам лежит через желудок мужчины.

Де Эстейт ничего не понял, но спорить не стал.

— Я подумаю, когда перееду, — напомнил он. — И, кстати…

— Да? — подняла брови.

— Зовите меня просто… Дэрион.

Какой приятный молодой человек. Он мне очень понравился, я даже для пущей убедительности ресницами похлопала как маленький трепетный олененок. Когда мы вышли на улицу, Бали довольно произнес.

— Ну все, он на тебя запал.

— Да ладно, — отнекивалась я, — просто был рад предложениям. Сам слышал, в Гроунвуде всем заправляет дес де Лиев.

— Он тоже на тебя запал, — завилял хвостом собакен.

— Вряд ли, скорее всего здесь имеет место какая-то многоходовка, — задумалась над словами фамильяра. — Ему либо не нужна вездесущая ведьма, либо очень нужна она самая. А я склоняюсь к первому варианту.

В целом, интерес Лайона не стоит сбрасывать со счетов. Я непохожа на местных дамочек, даже для колдуньи, оттого вдвойне притягательней и загадочней. А для мужика что главное, ну, если не считать сытый обед и щедрые похвалы? Ведь, как известно, без ежедневной порции лести мужчины чахнут и гибнут. Игра в добытчика и захватчика, а я как раз очень упираюсь и ни разу им не восхищаюсь.

— Вы договорились? — подошел к нам Оррин с кислой миной.

— Спасибо, что спросил, — вздохнула я. Нет, определенно этот молодой человек невыносим. Его сестра — такая душка, почему же парень на нее непохож? — Дэрион согласился на наши условия и въедет через неделю, — отрапортовала ему, — а теперь идем ко второму просителю.

— К кому? — вообще без энтузиазма отозвался молодой де Эттвуд.

— Кажется, десай Колтон Вортингтон, — сообщила юноше и еле сдержалась, чтобы не показать язык.

Даша, ты совсем глупая. Это у девушек пубертатный возраст и взросление проходят в тринадцать-шестнадцать лет, а у мальчишек процесс затягивается. Гормоны шалят в совсем юном возрасте, а вот чувство собственного превосходства приходит позже. Может, поэтому Оррин вечно бычится.

Парень кивнул, вздохнул, только не крякнул, но все же повел меня к дому названного мага. Уже через несколько минут мы достигли искомого адреса. Колтон, как и Эдриан, жил и работал в неприметном запущенном сооружении.

Стальная дверь была распахнута. Зайдя, я обнаружила лестницу с указателями. Прочитав и найдя нужное, поднялась на второй этаж.

— Колтон Вортингтон! — стучалась несколько раз, прикладывая силу. — Откройте!

Не с первой попытки защелки отворились, и навстречу мне вышел взъерошенный дородный мужичок, явно страдающий с похмелья.

— Это я, вы кто? — он не затруднял себя правилами этикета.

Тем лучше. Все эти церемонии успели меня выбесить.

Пройдя внутрь, перестала дышать носом. Судя по всему, этот десай тяжел на подъем, но легок на падения. Амбре, носившееся по всем комнатам, просто гнало всех посетителей наружу.

— Меня зовут Дарина, — подобрала юбку выданного платья. — Вы оставляли сообщение для владельца фабрики.

— Вы не владелец фабрики, — сузил тот недоверчивый взгляд.

— А вы не мужчина, — поморщилась я. — Кто встречает барышню в подобном антураже? — обвела рукой его квартиру.

Не могу сказать, что очень грязно, но хозяин комнат явно утапливал проблемы в вине или праздновал счастливое событие. Правда, обстановка к оптимизму не располагала.

— Так, я вас не звал, — ответил он без обидняков.

Туше. Меня никто не ждет, я как смерть, врываюсь внезапно.

— Но сообщение оставили.

— Позвольте, — он поправил края несвежей рубашки и некрасиво икнул, — вы должны были оставить письмо редактору, а уж потом мы бы договорились.

— Примите душ, десай, — посоветовала ему, — я деловая деса. На переписку времени нет.

Что за город? Один взрывает, второй бухает. В Гроунвуде вообще есть маги, которые готовы противостоять тирании, но без вредных привычек?

Видимо, мой воинственный вид заставил Вортингтона шевелиться. Он, оглядываясь, ушел вглубь квартиры и шумел. Через некоторое время раздался звук воды.

— Потерпи, Бали, — обратилась к ротвейлеру. — Я думаю, он быстро.

— Не переживай, хозяйка, — высунул язык питомец. — Сколько я ваших ухажеров повидал. Всех дождался и никого не покусал.

— Возникало желание? — удивилась я.

— Это же незнакомцы, конечно. Но я не такой храбрый, как кот.

А вот это удар под дых. Ни я, ни Маша не славились обширными любовными похождениями. Изредка залетал какой-нибудь парнишка, коротавший ночь с одной из близняшек, и, к чести домашних животных, они прятались и не давали о себе знать. Оказывается, Пират и Бали делали нам одолжение.

Через некоторое время к нам вышел уже нормально одетый, нормально выглядящий мужчина средних лет. Я тоже не терялась и навела порядок на кухне. Разговор предстоит долгий, а чистых кружек на кухне не обнаружилось.

— Так зачем вы пришли? — спросил меня с ходу Колтон, поправляя бабочку.

— Пф, чересчур официально, — повернулась к нему, оглядывая вечерний туалет.

— Ко мне не каждый день приходят десы. — Он посмотрел на меня и обвел мою фигуру с головы до ног.

Как мне кажется, по одежде и выправке можно сразу понять статус мага.

— Я ведьма, — насмешливо пояснила ему.

— Ну, слава Мире, — Вортингтон уселся в кресло, бросил башмаки на пол и водрузил свои ноги на пуфик. — Что мне надо сделать, чтобы вы сдали мне свой второй этаж?

Ого, я, видимо, недооценила рвение десая.

— Ответить на вопросы, быть способным платить, а еще, — выдержала паузу, — быть готовым делить помещение с другим магом.

О том, что артефактор не от мира сего, решила умолчать. Считай сюрприз.

Колтон хмыкнул. Складывалось впечатление, что он и не верил в положительный исход сделки. В этом мире все решали мужчины, а к нему приперлась девица, да к тому же ведьма. Правда, никто не учитывал, что в Даше Антоновой сокрыта масса талантов, а самое главное — я полна энтузиазма устроить беспредел.

— Что же вы хотели узнать? — указал жестом на кресло, напротив него.

— Отчего вы стали нуждаться в аренде? Где-то же работали до этого. — спросила я усаживаясь.

Маг поставил ноги на пол и наклонился в мою сторону.

— А как давно вы в городе? Такое ощущение, что вы совсем ничего не знаете.

Берите выше, я в ваш мир несколько дней назад попала.

— Несколько дней, и вы правы, мне многое не известно, — призналась Вортингтону. — Но то, что узнала, мне не понравилось.

— Ах, да, вы же работаете на деса де Эттвуда. — кивнул мне. — Наверняка он рассказал о де Лиеве?

Если бы. Этот милый трусливый старичок отстранился от любой работы, превознося молитвы богам, чтобы моя деятельность не стала для него фатальной, но по условиям договора, отказаться не мог — детки постарались.

— Лайон поспособствовал всему этому? — обвела глазами помещение. — Лишил вас лавки?

— Да, скупил мои долги и заставил выставить собственность на торги. Теперь у меня нет ничего. И никто не готов сдать мне комнаты, а ведь по условиям гильдии…

— Знаю, знаю, — перебила его. — Вам нужно отдельное помещение. А мне арендатор. Деньги-то у вас есть?

Все же фабрика в таком же плачевном положении. И между нужным мне гравировщиком, и не очень нужным продавцом шляпок, я выберу второго.

Колтон сощурился, раздумывал, можно ли мне доверять или нет.

— Я немного скопил, выполняя заказы для каменщика. На несколько месяцев мне хватит.

Я вздрогнула. Надеюсь, заказы, это не то, о чем я подумала. Неприятно будет, если по лестнице потащат надгробный камень.

— Тогда по рукам, — протянула ладонь. — И я хотела обсудить возможность сотрудничества.

Нехотя он все-таки взял мою руку и энергично потряс, выхода-то у него нет. Либо довериться колдунье, либо продолжать развивать в себе цирроз печени.

— Какое сотрудничество? — недоуменно воззрился Вортингтон.

— Позже, — махнула рукой, — после переезда. Будем находиться недалеко, вот и поговорим.

Ну не объяснять же мужику с похмелья про гравировки ложек, медальонов и кулончиков для собак? За несколько дней в Аридии я ничего подобного не видела, но хорошо понимала, что дамы, скучающие от безделья, обожают скупать всякую чепухню.

Колтон и другие кузнецы об этом в жизни быне задумались. Обычно к магу приходили, чтобы написать что-то красивое на оружие. Но раз военную нишу занял де Лиев, то я, пожалуй, сменю вектор в несколько иную сторону.

Распрощавшись с мужчиной и договорившись о дате его въезда к нам, вышла на свежий воздух. Святые единорожки, как прекрасно дышать и не ощущать запаха перегара.

— Вы закончили, деса ведьма? — увидел меня Оррин и пнул камешек около стены.

— Да, — счастливо улыбнулась. — Теперь у нас есть деньги покрыть все долги.

Мне хотелось танцевать от радости. За короткое время удалось найти средства, чтобы расплатиться по счетам. Даже канцелярским крыс… коллегам останется на хлеб с маслом.

— Но вы же нарушили правило деса де Ричмонда? — мрачно напомнил молодой оборотень. — Он приедет с проверкой и уволит отца. А ведь мы вас сюда призывали, чтобы вы помогли, а не вредили.

Ох, мое милое и наивное чукотское дитя. Во-первых, призывают демона, а меня вы нахально вытащили из родной квартиры, а во-вторых…

— Оррин, если твоего отца и уволят, допускаю этот вариант, — начала я свое повествование. — Как лично ты и остальные члены твоей семьи смогут смотреть в глаза вашим партнерам и служащим? Гномы бастовали не из-за вредности, им нужно кормить своих детей (грозных, хмурых, бородатых, но все же детей). А если поставки прекратятся? Встанет работа в цехах. Что лучше? Потесниться на первом этаже и вытерпеть гнев Страшилы… тьфу ты, Ричмонда этого? Или терпеть ненависть от половины Гроунвуда?

Юноше моя тирада не понравилась. Конечно, кто будет рад, когда его отчитали по всем фронтам? Но он кивнул и отвернулся, пытаясь скрыть смущение.

Пф, я не из обидчивых. На моей стороне здравый смысл и возможность поджаривать грубиянов электрическими разрядами.

* * *

Когда мы пришли в контору, я тут же ворвалась к Роббу в кабинет.

— Я все придумала! — мои глаза горели от предвкушения и азарта.

— Что такое, Да-да-дарина? — заикнулся начальник филиала.

Несчастный глава рода де Эттвудов до моего появления решал кроссворд в газете, а тут я вся такая импульсивная и нахальная.

— Оружие — это прекрасно. Но попробуем взять на себя другой сектор рынка.

— Что? — совсем не понимал оборотень. — Сектор? Чего сектор?

Блин, если он так всегда соображает, надо его и на премию раскрутить.

Я обвела взглядом комнату в поисках места, куда можно присесть. Сбросив документы со стула (все равно мне потом их пересматривать), поставила его напротив де Эттвуда.

— Во-первых, через несколько дней нам жизненно важно освободить этаж. — Начала я рассказывать про ближайшие планы.

— Ты нашла арендаторов? — моим словам Робб не обрадовался, лишь печально вздохнул.

— Именно, — я подняла указательный палец. — А это значит что?

— Что? — в очередной раз не понял мужчина.

Е-мое. И как его с таким характером окончательно не обворовали?

— Переезд, который, как известно, хуже пожара.

Оборотень сглотнул, медленно поднялся, а потом начал ходить взад-вперед.

— А что я скажу десу де Ричмонду? Он же меня уволит. А как отнесутся другие сотрудники? А кто сюда въедет? А вдруг они наши конкуренты? — он просто засыпал меня вопросами.

— Отставить панику! — рявнула я, да так, что зазвенело стекло, вставленное в дверь.

За ним вопросительно застыл мой фамильяр, впечатываясь носом в холодную поверхность. Я даже засмотрелась, пока Бали неожиданно не высунул язык и не провел им. Ни дать ни взять, словно влюбленный.

— Успокойтесь, — уже потише начала я, потому что за дверью стал собираться народ, желающий подслушать. Их совершенно не смущало, что мне и Роббу видно их любопытные лица. — А полог тишины вы наложить можете?

Он смущенно кивнул, так как его порядком обескуражило поведение подчиненных. Я же почти взбесилась. Может, я тут стратегически важные планы выдаю, а они ухо на дверь подкладывают. С другой стороны, Элайза отогнала пса и приложилась аккурат в том месте, где он распространял свою слюнявую любовь ко мне. Кто сказал, что месть подают холодной? Иногда она в виде мокрого пятна с бактериями.

Решительно забрав из рук начальника филиала газету с кроссвордом, смачно поплевала на нее, плюя на этикет и манеры (какой замечательный каламбур), а потом прижала к стеклу, расстраивая сплоченную команду подслушивателей.

— Так вот, — я уселась обратно, старательно не замечая написанного шока на лице Робба. — Продолжим. Надо объявить переезд. Пусть уже завтра пакуют вещи, и намывают помещения.

— Хорошо, — он просто кивнул, не в силах осознать происходящее.

— Дальше — хуже, — обмахнулась рукой. — Хотя… как посмотреть. Как я говорила, оружие — это замечательно, но кто производит в городе различные мелкие и недрагоценные безделушки?

— Что вы имеете в виду? — спросил де Эттвуд.

— Ложки, стальные чашки, недорогие подвески и всякую подобную дребедень.

Список точно нужно дополнить. Но меня пока интересовали только эти предметы, а еще мангалы и шампуры. После длительной прогулки по Гроунвуду стало понятно, что жители едят исключительно в ресторанах и столовых. А если я вдруг решусь открыть свою точку питания, то лучшей рекламой станет аппетитный запах шашлыка и шаурмы. Тем более что большая часть населения — это оборотни, предпочитающие мясо.

— Да кому это нужно? — возмутился оборотень. — Наши клиенты — состоятельные люди. Разве они купят не ювелирную подвеску?

Купят, и еще как. Весь мой мир погряз в бессмысленном и беспощадном шопинге. Я тому пример, и парочка китайских маркетплейсов с миллиардными оборотами. Богатых и бедных объединяет любовь ко всяческим дурачествам и бесполезным покупкам.

— Пока не попробуете, не узнаете, — наставительно отметила я.

— Ладно, — на лице у Робба заиграли желваки. — Вы так уверены, что это поможет? Если не будет прибыли, то ни я, ни вы места за собой не сохраните.

Да кому нужно его место? Но мне искренне хотелось помочь, во мне играл азарт и воодушевление.

Почти вырвав из уст де Эттвуда согласие, понеслась на производство. Там меня встретил сияющий Форбар, которому я объяснила, что мне требуется.

— Такими мелочами будем заниматься? — он взирал на подписанный пергамент. — Де Ричмонды знамениты своими изделиями. Думаете, когда хозяин приедет, не разозлиться на вас за самоуправство?

Я скрестила руки на груди, зная, как усластить пилюлю. Понятно, что они не хотят заниматься изготовлением новых станков, тем более если через пару неделек меня могут мокрыми тряпками отсюда погнать, но все же надеялась на благоразумие владельца фабрики.

— Вот прям так и знамениты? — Выгнула я бровь. — Оружие лучше, чем у эльфов и гномов.

— Конечно, нет, — возмутился Борвасс. — Даже наши сотрудники не выдают свои секреты. Оборотням до этого далеко.

— Ну, и отлично, — похлопала его по плечу. — лучше быть сытыми, богатыми и делать мелочи, чем голодать, но кичиться никому не нужными мечами.

— А вы не так просты, Дарина, — заметил он.

Есть извечная истина: для того чтобы победить кого-то в споре, одной правоты мало. Она, чаще всего, вообще не важна. А вот упрямство, толика нахальства и умение налить «воды» в доводах уделает всех моих соперников.

Глава 5. Маркетинг в баре и Страшила властный

Даша Антонова

Довелось ли кому-то видеть миграцию саранчи, когда эти противные насекомые заполняют все пространство и с бешеной скоростью летят туда, куда их направляет судьба и желание поживиться чем-нибудь новеньким?

Так вот, две недели с момента переезда канцелярских сотрудников фабрики и заселения к нам артефактора и гравировщика, я напоминала эту зеленую вездесущую и очень быструю тварь. Носилась, «кусала», выдавая колкости, и подумывала, как умертвить особенно глупых особей.

Коллеги не желали собирать вещички, постоянно жалуясь де Эттвуду на мой ведьминский произвол и несносный характер. Но начальник филиала стойко выдерживал нападки, потому что за день до этого я предложила ему представить, будто я стою за спиной и вкручиваю ему нож в спину за любое послабление этим нахлебникам. Робб спорить не стал, он вообще был как пассивная вафля, хоть все нововведения ему и не нравились. Мою сторону заняли только Форбар, отчаянно улыбавшийся, наблюдая за хмурыми лицами коллег, как ни странно, Дэниэл, загадочно подмигивающий мне при каждом удачном случае, и Оррин с Кейт, но им и деваться некуда: они эту кашу заварили, им и расхлебывать.

Помещения мы разделили, отдав большую часть под кабинеты начальства. В одном разместили Робба, а второй должен был занять дес де Ричмонд. Правда, на все это Элайза шептала, что мне все равно не отвертеться, и я вылечу с фабрики, как пробка от шампанского. Но меня уже не остановить, а заявления какой-то темноволосой дуры меня не напугают. В конце концов, имя мне благородное придумали, а манер не добавили, могу и ногу сломать.

С гномом мы хорошо сдружились. С его легкой руки и громкого крика на подчиненных за это время получилось изготовить небольшую партию дешевых безделушек: кружки, ложки, вилки, ножи, кинжалы, а также различные простенькие украшения, модные в моем мире. Одно время вся Москва сходила с ума от браслетов с шармами и в виде гвоздя. Почему бы не презентовать их здесь?

Все это я относила к Колтону Вортингтону, заключив с ним договор, что его работа бесплатна, но он получает процент от сбыта. Маг долго ворчал, что я его граблю, но все же согласился попробовать. У нас вышли столовые наборы, отдаленно напоминающие серебряные, кулоны для питомцев благородных десов с гравировкой и недорогое холодное оружие со всякими мудростями на острие. Потом придумаю, как разнообразить линейку.

Лавочник по имени Патрик Браун долго препирался со мной о возможности сделки.

— Деса ведьма, — говорил он, — я вообще не уверен, что кто-то захочет купить это.

Он с таким скептицизмом относился к вымученным мною товарам, что у меня родилась идея о рейдерском захвате, которую Бали тут же поддержал.

— Я, конечно, не бойцовский пес, но за зад прикусить его смогу, — приценивался фамильяр.

— Рассмотрим это на крайний случай, — попридержала звериные замашки друга. — Он нам еще нужен.

В общем, я просто отдала все барахло под реализацию и сразу же побежала в местную газету. Редактор, уже достаточно познакомившись со мной, отказывать не стал, и на следующий день вышло объявление: «Столовые наборы от де Ричмонд. Почувствуй себя аристократом». Еще хотелось придумать что-то из разряда: «Ведь ты этого достойна», но я приберегла для последующей статейки.

Как позже сообщил десай Браун, в его лавку пришли почти все купчихи, экономки и другие женщины неблагородных фамилий, но способные платить, и скупили все подчистую.

— Может, есть еще? — заискивающе начал он, отстегивая мне два увесистых мешка с монетами.

Передав их сопровождавшему меня де Римоуту, кивнула мужчине.

— Будет, — пообещала я, а сама задумалась о том, где можно разместить свой собственный фабричный магазин.

Наверное, в этом есть смысл, все-таки сыграло и имя марки. Де Ричмонд ассоциировался с товарами для богачей. Рано или поздно, приедет владелец и может задаться вопросом, почему мы сбываем изделия у по сути конкурентов. Но у меня совершенно нет времени этим заниматься. Нет, сначала прибыль, потом стулья…

А вот украшения расходились плохо, что меня не радовало. Я же экономист, мать его ети, вложения были? Были. Значит, их надо отбить. И для этого я придумала хитроумный план: пойду гулять с фамильяром в городской парк Гроунвуда, а вечером, в сопровождении Дэниэла и Форбара наведаюсь в местное злачное место, тем более что хотела изучить, чем они живут. Мой сумасшедший артефактор уже презентовал мне вертел для шаурмы, осталось найти работника, подходящего по всем параметрам, чтобы не стеснительный был, с акцентом и обязательно с бородой.

В любом случае за неполный месяц фабрика принесла доход и превысила свой предыдущий показатель. Затрат-то было мало. Робб сиял от счастья и долго передо мной расшаркивался.

— Боги, вы просто меня спали, — каялся он. — Поверить не могу, что у нас нет долгов.

— Благодарите детей, — задумчиво отвечала я, поглядывая на Оррина с Кейт.

Если девушка тоже улыбалась, то парень был хмур и мрачен.

— Простите меня, Дарина, — он все-таки повинился. — Кто знал, что ваши идеи сработают?

Пф, я, конечно. В какие бы обстоятельства я ни попала, главное — не теряться, много работать и помнить истину, что все хорошее уже придумали за тебя.

* * *

Днем я нарядилась в платье, выданное Кейт. Все-таки в нашем мире мода больше поспевала за удобностью и практичностью, в Аридии, наоборот, красота требовала жертв. Кровавых и очень явных. Молодая оборотница одела меня в белое платье в лиловую полоску, навесила несколько юбок, и только потом застегнула основной подол. Моя попа напоминала армянскую статую в честь их главной звезды по имени Ким и по фамилии, начинавшейся на букву «К». Мне вручили бежевый зонтик с бахромой, соломенную шляпку, повязанную лентой, и отправили гулять с собакой.

Еле передвигая ногами, мы приехали в парк. Слава всем богам, что до него я не шла пешком. Это только студентки и работницы могли позволить себе брюки, а вот благородные десы, к коим относилась я с легкой руки Робба, купившего мне поддельные документы, должны были быстро семенить ногами, задыхаться от корсета и улыбаться всем проходящим мужчинам. К сожалению, моя улыбка больше напоминала оскал. Крючки больно впивались в спину, я не могла с полной силой вздохнуть, чтобы не порвать на себе лиф, а еще у меня было огромное желание утопить зонтик в близлежащем пруду. В Гроунвуде не слишком яркое солнышко.

— Отдыхай, — напутствовала меня Кейт.

— Сдохни, — сквозь зубы проговорила я, чтобы молодая девушка этого не слышала.

Нет, в моем мире с одеждой лучше. Станем и здесь законодателями моды.

Бали, к счастью, не подкачал. Одетый в ошейник с серебряным кулоном он деловито разгуливал по клумбам, пообещав не портить их.

Дамочки так и сбегались, завидев на шее пса красивое украшение. Я с удовольствием рассказывала для чего оно, и где его можно приобрести. Так я познакомилась с женой издателя, с женой известного трактирщика, с женщиной, муж которой состоял в совете города, а она сама была известной благотворительницей. Всех нас объединяло одно — любовь к братьям нашим меньшим.

— Даш, этот шпиц считает, что он волк! — восклицал Бали.

— Не разубеждай его, — молилась я.

А еще любовь и внимание ко всяким бесполезным безделушкам. В конце я призналась.

— Простите, десы, — мило улыбнулась. — Я взяла под покровительство фабрику, так что все это мои идеи.

— Вы? — удивилась деса де Сокрей, жена издателя.

— Вы расстроены? — посмотрела прямо на нее. — Я все могу понять, но мне искренне жаль, если вы говорите словами мужа.

Ха-ха, это была моя главная подлость. К черту порядки, эти женщины даже не думали, как их жизнь может сложиться без мужчин.

— Да, просто девицы вроде вас стремятся выйти замуж, — заметила она удрученно.

— Это прекрасно, — взглянула на нее, — а вдруг он игроман, или пьяница, или просто отцовский сыночек?

На мое заявление нас окружало все больше дам. Я бы не хотела стать правой силой в отношении феминизма, но походу, мне другого не остается.

— Как же вы тогда предлагаете поступить? — спросила молодая жена де Брокастера, местного известного трактирщика.

Я задумалась, развод, это самый простой выход, но не самый правильный. В моем мире общество девятнадцать веков перед этим преодолело пугающие знамения. Давить правду-матку не самый лучший способ.

— Обзавестись доходом, не зависящим от мужа, — предложила я. — Например, стать акционером у де Ричмондов. Поверьте, с нашим рвением, все домашние животные будут носить серебряные кулоны.

— Даже простолюдины? — ужаснулась де Сокрей.

— Это даже лучше, — просияла я. — Их больше, а значит, и прибыль больше.

При всей своей романтичности эти дамы умели считать и вмиг согласились быть акционерами. Собрав с них подписи, я обрадовалась. В свободное от работы и обучения время я рисовала ювелирные изделия. Значит, на фабрике обозначим отдельное юридическое лицо, где все интересы буду представлять местная аристократия. Им это важно, им приятно, а еще они кладут много монет в нашу казну.

Пока я беседовала с местными кумушками, мой пес унесся куда-то, не оставляя следов.

— Прошу простить меня, — поклонилась им, и взглядом показала слуге, сопровождавшему меня, что нам просто необходимо нагнать ротвейлера.

— Он хотел увидеть фонтан, — словно извинясь ответил мужчина.

— Бали мог, — не стала спорить. — Уж очень любопытен, так куда он пошел?

Лакей дрожавшей рукой указал направление.

Что со слугами сделал де Эттвуд? В конторе его воспринимали скорее как фон, а здесь все боялись пустяка. Или я тому причиной?

Я поспешила как могла, точнее, насколько позволяло платье. Это в романах пишут, что ты бежишь по побережью навстречу любимому, совершенно не замечая подола и людей вокруг. Врут и не краснеют. У меня по лицу стекал пот, за спиной разрывался корсет, зонт я кинула слуге — надоел хуже пареной редьки. А самое печальное, что бежала-то я ни к какому-то мифическому красавцу, чтобы выказать свою любовь, а к мокрой собаке, которая в этот момент трепыхала в своих зубах рыжеволосое визгливое недоразумение.

— Бали, фу! — наплевав на все приличия, перелезла через каменный постамент и поставила ноги в воду, — отпусти мышку!

Вот дался ему этот шпиц? Я люблю собак любого размера, но мне-то досталось трусливое огромное чудовище с белоснежными зубами и мертвой хваткой.

— Что он тебе сделал?

— Он сказал, что волк, а ведьмы сумасшедшие и чокнутые.

Ой, вот удивил. Тут все так считают. Обиженных, как известно, ммм…долбают в общем.

— Все! Стоять! Отпустить! И больше никуда от меня не убегать! — приказала фамильяру.

Бали понуро опустил голову и распахнул пасть, чтобы несчастный песик чуть не захлебнулся. Кажется мне, что это был план моего собакена. При всей своей скромной натуре ему нравилось доминировать над кем-то слабым и немощным. Абьюзер, мать его йети.

Я подхватила несчастное животное, чем окончательно испортила старания Кейт. Эх, не выйдет из меня степенной леди. На наряд без слез не взглянешь. Все мокрое, грязное, облипает фигуру, где очень надо, но не хотелось бы.

— Пушок! Наконец, я тебя нашел! — тут же обрисовался мужчина приятной наружности и в котелке.

Он тяжело дышал, явно оббегав парк в поисках своего питомца. Таких экземпляров я в Гроунвуде еще не видела, хотя меня везде окружали красивые мужчины, взять того же Дэниэла, например.

Светловолосый, высокий, красиво одетый. Точно аристократ: его выдавала и выправка, и горделивый взгляд ярко-синих глаз, и хорошо пошитый костюм. Ну все при нем, кроме выражения на лице. Завидев спасительницу своего (я не могу назвать это имя, оно противное) пса, он обвел меня внимательным взглядом с ног до головы, задержавшись на стекающих каплях с корсета на юбку, скривился и произнес:

— Это моя собака, дес… десая… деса, — терялся он в обращениях.

— Деса де Артвуд, ведьма, — не стала корчить из себя благородную аристократку, сразу обозначила, что по мнению шпица я чокнутая, и уселась на камень, всучила дрожащее тельце песика мужчине и перенесла ноги на землю, а потом скомандовала. — Бали, на выход!

Чтобы мой пес запрыгнул на этот постамент, отряхнулся и обдал местного денди грязными каплями с шерсти ротвейлера. Маленькая, подленькая месть от Дарьи Антоновой.

— Вы меня испачкали! — возмутился мужчина, стряхивая с себя песок и пыль.

Получалось у него плохо. Это мокрое месиво все больше портило наряд незнакомца.

— Это вместо спасибо? — я надула губы, одновременно выливая воду из туфли. — Считайте, вашего Пушка спасла.

— Спасибо, — машинально отозвался неблагодарный. — Только именно ваша собака утащила мою.

— Потому что он обзывался! — не дал себя и Бали в обиду.

— Фамильяр?! — холодно отозвался мужчина, посматривая то на меня, то на собакена. — Он же разумный? Вы не можете приучить его к порядку?

Вот здесь я по-настоящему рассвирепела. Это какой-то модный хлыщ будет отчитывать меня за поведение? Пускай за собой смотрит. Я в отличие от него хотя бы направление знала, куда унесся питомец.

— А вы не можете приучить Пушка, — с явным неодобрением к имени произнесла я, — чтобы он не терялся?

Шпиц визгливо тявкнул с рук своего хозяина. Кажется мне, не зря его Бали сожрать пытался.

— Вы, ведьмы, никогда не соблюдаете правила приличия, — презрительно фыркнул хлыщ.

— Верно, — коварно улыбнулась ему. — У меня прям внутренняя игра включается.

— Какая? — не понял моего зловещего настроения незнакомец.

— Когда я кому-нибудь всеку, — будничным тоном отметила я.

— Что сделаете? — он опешил.

— Всеку, — не меняла интонации.

Он точно не испугался, даже не дернулся. Но по голосу чую, что заинтересовала.

— Вы же деса. Ни одна благородная аристократка не будет себя так вести.

Что-то ты мне заливаешь. Вот, сижу перед тобой, лягушек из-под платья достаю словно фокусник, и ничего.

— А вы нет, — зло сверкнула глазами. — Благородный дес бы помог даме, сердечно поблагодарил, а еще пригласил бы на ужин, чтобы замять это ужасное происшествие.

— Ваша собака чуть не убила мою! — пытался он оправдать свое поведение.

— А я чуть не утопилась, пока ее спасала, — передразнила его тон.

Мы оба встали друг напротив друга, тяжело дыша. Еще немного и разразится война на радость прогуливавшимся мимо нас парочкам.

— Деса де Артвуд, — прервал наш спор подбежавший грум. — Там Бали за кошкой погнался.

Черт. В этом мире фамильяр стал куда раскованнее, как будто пытался прощупать границы, в каком месте ему можно обнаглеть.

— Потом договорим, — кивнула я мужчине.

— Я запомню, — он не сводил с меня глаз.

Этот незнакомец в край испортил мне настроение, а еще долбанный ветер.

После охлаждающего купания в фонтане мне хотелось сменить одеяние, забраться в теплый плед, сесть на подоконник и пить какао в лучших традициях депрессии. Но в особняке де Эттвудов какао не водилось, хотя было что покрепче, а подоконники заставлены всякими разными статуэтками, книгами и горшками с цветами.

Я отыскала пса, схватила за ошейник и громко свистнула, призывая экипаж, чем вызвала небывалое удивление у гулявших.

— Домой, мне надо переодеться, — приказала я, а потом поправилась, все-таки надо не забывать, что я милая, красивая и вообще солнышко. — Десай, очень прошу, поспешите. Я замерзла, а мне сегодня еще в таверну идти.

Несчастный сопровождающий, который не ожидал такой прыти от разумного ротвейлера и его хозяйки, побледнел.

— Но благородные десы не ходят по тавернам.

— Да? — мои брови поползли вверх. — А меня не предупредили.

Что-то подобное я подозревала, но ни Дэниэл, ни Форбар и словом не обмолвились, лишь загадочно улыбались между собой. Это что, бунт на корабле? С другой стороны, чем меня можно удивить? Попади они в наш мир, я бы сводила их на рейв, а потом на нудистский пляж. А если зима, то оба события мог заменить новогодний корпоратив, бессмысленный и беспощадный.

Да и манер мне еще не доставили. Я прям чувствую, как во мне живет хабалистая женщина из ларька, кричащая всем, что у нее обед и громко хлопающая створкой.

* * *

Вернувшись, старалась не замечать укоризненного взгляда оборотницы. Хоть она особенно и не скрывалась. Но, к счастью, Кейт быстро перестала возмущаться и помогла мне в очередной раз. Я даже задумалась: еще немного, и я открою здесь уже собственное предприятие, может, стоит забрать девушку к себе? Когда найду Машу, и мы отыщем путь в свой мир, деса де Эттвуд станет владелицей моих патентов и ресторанного дела. А то, что шаурма, артефакты и другие изобретения будут пользоваться спросом, я не сомневалась.

К вечеру к особняку подъехал де Римоут. Он картинно поклонился Роббу де Эттвуду, поздоровался и с выжиданием уставился на меня.

— Вы пойдете в этом? — его бровь нервически задергалась.

Я немного смутилась. А что не так? Не на бал же идем, да и Кейт сказала, что наряд для ведьмы вполне подходящий: многослойная юбка, короткая спереди, длинные сапоги на шнуровке, доходящие до подола, проклятый очередной корсет и черная куртка с заклепками. Выгляжу, как цветной гот, когда у него радостное настроение.

— Да, — хищно улыбнулась.

Плевать, главное, что привлекаю к себе внимание. А на мне еще куча цацок с производства. Тут тебе и чокер с шипами, и браслеты с шармами и в виде гвоздей, кольца-кастеты и обычные, а еще я не удержалась и упросила изготовить ювелира серьги в виде волков. А что? Страшила де Ричмонд тоже волк.

— А ты не боишься, что к тебе начнут приставать? — отбросив всякие фамильярности, спросил мужчина.

— На то и расчет, — ободряюще похлопала его по плечу. — Зачем я тогда попросила бы тебя об этом и десая Борвасса?

— Ты что, могла пойти одна?

Пф, удивил. Это местные десы и десаи без сопровождения и мусор не выкинут. А в моем мире все, кому за тридцать, настоящие хищницы. Правда, я помладше, но не об этом речь.

Дэниэл хмыкнул, но все же подал руку и вывел за пределы дома. Там нас ждал Форбар со скучающим видом, но как только увидел меня, присвистнул.

— Я же говорил, нормальная она баба, — подмигнул он оборотню.

— Она деса, — пытался приструнить его де Римоут. — Это невежливо.

— Ладно вам, — я уселась и чинно сложила руки на коленях. — Сегодня я нормальная баба.

Если бы мне давали премию каждый раз, когда оборотень закатывает глаза, я бы обогатилась.

Бали с нами не поехал. Фамильяр устал, вдоль набегавшись в парке, а я не стала настаивать. Сегодня днем он меня сильно удивил своим поведением, уж слишком раскованным стал, того и гляди, начнет и на больших собак поглядывать.

Ведя неспешную беседу о моих дальнейших планах, мы быстро достигли места назначения.

— «Пляшущий орк», — прочитала я на вывеске.

— Да, это самое известное место среди обычных десаев, — удовлетворенно заметил гном, поглядывая на де Римоута.

По тому было видно, что он редко посещал подобные места и чувствовал себя неуютно.

— А женщины там есть? — почти шепотом спросила я, стараясь не обращать внимание на Дэниэла.

Он же как собака, сжалишься, на луну завоет. Да и все мои нововведения рассчитаны на них. Не хотелось бы оказаться в баре, где сплошняком восседают мужчины.

— Еще какие? — многообещающе улыбнулся Форбар. — Пойдем, тебе там понравится. Это куда лучше, чем в скучных ресторанах аристократии.

В этом я как раз не сомневалась. Обычный народ всегда умел веселиться.

Мы вошли и моему взору предстала прелюбопытнейшая картинка. В отдалении на постаменте играл не очень хороший ансамбль, в котором музыкантами были одни тролли — громилы с зеленоватым оттенком, особенно выделялся их солист, ходивший по залу и растягивавший аккордеон.

За столами сидели существа всех рас и мастей. Тут тебе и эльфы, и феи, и перевертыши с непонятной ипостасью. Обслуживали их девушки с бледным оттенком лица, дриады, кажется. Про них что-то упоминала Кейт. Парочки лихо отплясывали на танцполе, а гном повел нас к столу.

— Я бронировал, — он довольно заурчал. — И надеюсь, что ты, — он тоже решил не придерживаться формальностей, — Дарина, потанцуешь со мной.

— Не откажусь, — обозревала весь этот хаос, — но не уверена, что так умею.

Было очень шумно и тесно, но все же здесь прямо царила атмосфера веселья. В ресторане, куда пригласил де Лиев было совершенно по-другому.

— И что ты намерена делать? — перекрикивая гул, спросил Дэниэл.

— Для начала выпить, а там, как пойдет, — громко ответила ему.

Пока в даме не окажется грамм сто пятьдесят виски, она будет чувствовать себя скромницей. А вот потом…

Потом я весело проводила время вместе с близкими знакомыми Форбара. Де Римоута же, наоборот, сильно смущала моя коммуникабельность.

— Зачем ты его только позвала, — возмущался гном.

— Ну, — я взглянула на нашего сопровождающего. — как бы хорошо себя ни контролировал оборотень, алкоголь всегда найдет лазейку.

В чем-то я оказалась права. Волк притягивал взгляды местных девиц: красивый, мускулистый, а еще смущается как пятиклассник при виде глубоких декольте и вырезах, оголяющих стройные и не очень ноги. Одна из девушек расхрабрилась и пригласила Дэниэла на танец. Он с таким испуганным выражением лица воззрился на нас… в пору было ему телохранителей брать, а не мне.

— Дарина, а мы-то чего мнемся?! — воскликнул Борвасс и потянул за собой.

Эх… Говорила мне Маша, что не умею я расслабляться. Ошибалась. Умею, могу и практикую.

Через час я уже отбивалась от поклонников, и, как ни странно, от поклонниц. Барышням понравился мой диковатый и «опасный» внешний вид. Так что я долго объясняла, где можно найти наши украшения. Чувствую, послезавтра милые десаи побегут грабить магазинчик Брауна. Завтра вряд ли, утром они с дрожащими руками побегут за минералкой. Кстати, а такая здесь есть?

Вообще, было весело. Я с удовольствием проводила время, болтая с разными магами и не магами. Они, в отличие от аристократов, активно расспрашивали о том, каково это быть ведьмой, их не пугали мои манеры и отсутствие этикета, а еще пришли в восторг от моего наряда «а-ля готесса на свадьбе».

— Где же ты раньше пряталась? — подмигнула мне одна из подруг Форбара, пухленькая гномиха Эльвира с рыжей шевелюрой и такой же рыжей бородой. — Чего тебя де Эттвуд раньше не выводил? Сирота? Он тебя использует, да? — добавила она жалостливо.

Стараясь не пялиться и заодно подумав про эпиляцию, даже не ради прибыли, а моего внутреннего спокойствия, поспешно ответила.

— Нет, ты что. Робб такой рассудительный, родной. Я очень благодарна за возможность у него работать.

И это было правдой. За короткое время я добилась небывалого роста и помогла нескольким магам. Да моя самооценка до небес взлетела.

— Это что, — влез в наш разговор глава производства. — Ты бы видела глаза наших ящериц, когда Дарина им жалованье не выдала, а всем в цехах выдала.

— Даже так? — удивилась Эльвира. — А я все думала, отчего тебя в конторе недолюбливают.

Поразительная осведомленность. Пока я осмысливала невероятные познания во внутренней иерархии фабрики и сплетнях, а гном толкал ее в бок с широко открытыми глазами, она сама решила объясниться.

— Мы дружны с Юлианной, — потупила она взгляд. — Я не знала, что ей нельзя болтать. Надеюсь, ты ее не накажешь.

В целом, было не за что. Везде не любят тех, кто вносит изменения.

— А у Юлианны большой круг общения? — спросила гномиху. — Многие про меня в курсе?

Эльвира немного растерялась, но в этот момент к нам подсел уже очень веселый и довольный Дэниэл.

— А почему такие постные лица? — взглянул он на остальных. — Дарина, пошли танцевать?

Походу, волк оценил простые народные гуляния. А сколько возмущения-то было, когда я это предложила…

— Да так, — пожала плечами, — пытаюсь разговорить Эльвиру с Форбаром и высчитать скорость распространения информации по городу.

— Ты о чем? — не понял он мою мысль.

— Юля, ой, Юлианна много сплетничает?

— Аа, — протянул оборотень, — считай, что со скоростью птицы.

А вот здесь я загорелась. Надо же, какой талант не разглядела. Мне же только этого и не хватает. И не надо по паркам ходить, на всяких полоумных с собаками нарываться. Перепоручим это дело десае Эйлон. И ей хорошо, а мне и подавно.

Улыбнувшись и заверив гномов, что нашему секретарю ничего за это не будет, подошла к бару. За мной увязался и де Римоут.

— Ты что-то опять задумала? — прищурился он.

— Не задумала, а наметила маркетинговую стратегию, — пафосно объяснила я.

— Чего?

Все время забываю, что сорить американизмами и словечками из своего мира не стоит.

— Юльку повысим, — отрезала коротко, потому что почувствовала сбоку чей-то внимательный взгляд.

В таверне, в самом дальнем и темном углу сидел мой дневной кошмар и владелец несчастного шпица, словно шпион или бандит какой-то. Мамочки, а в парке показался таким приличным человеко-кем бы он там ни был.

Интересно, сколько он уже здесь сидит?

Мужчина поднялся со своего места и медленно побрел в мою сторону, обходя случайно мешавших посетителей.

— Дэниэл, будь другом, — ткнула я де Римоута, пока тот заказывал нам напитки.

— Я думал, мы уже подружились, — обиженно буркнул волк.

— Отлично, — засияла я, — тогда знай, что дружба всегда требует страшных и непосильных жертв.

— Это каких? — к его чести, он не попятился, но фраза ему явно не понравилась.

— Побудь моим ревнивым и не в меру ретивым женихом?

Он, бедненький, закашлялся и покраснел. Я еще с первых минут вечера поняла, что оборотень очень примечательный, но чересчур скромный с противоположным полом. Уж слишком отворачивался, когда видел мои или чужие коленки.

— Да зачем?

— Друзья не спрашивают, — поморщилась я и повернулась к незнакомцу из парка, изобразив удивление. — Ой, как неожиданно вас здесь увидеть?

Мне отчего-то казалось, что владелец затребует сатисфакции за свою собаку, а скандалить не хотелось. Рядом же такой прекрасный, добрый, галантный и вообще… Короче, не будет же он со мной ругаться, если увидит рядом жениха своего размера?

Мужчина поклонился мне и де Римоуту, а потом оба обменялись рукопожатиями.

Они что, знакомы?

— Дэниэл, — он чуть поклонился.

— Добрый вечер, Крис, — не очень радостно ответил мой коллега.

— Удивлен, что ты здесь гуляешь, — мрачно заметил незнакомец.

— Поверь, я тоже, — мой уже друг усмехнулся. — А тебя какая нелегкая занесла в это место?

Благородные десы по тавернам не гуляют. Они предпочитают изысканные рестораны с очень скучной публикой.

— Ты знаешь, всегда любил подобного рода заведения. Не представишь меня своей спутнице?

Я часто заморгала, пытаясь таким образом объяснить, что план отменяется, стратегическое отступление, откатываем, бекап, мать твою, но де Римоут понял все по-своему.

— Это, — он легонько подтолкнул меня. — Дарина де Артвуд. — а потом еле заметно скривился. — Моя невеста.

— Добрый вечер. — пропищала я, щипая Дэниэла.

Пантомима не его конек.

Глава 6. Лев, колдунья и охренеть сколько документов в шкафу

Даша Антонова

Утром я поднималась с видом зомби.

— Воды?! — пролепетала я, делая бесполезные движения к тумбочке на кровати.

Как там в московской истине говорится? Можешь идти — иди, хочешь забыть — забудь, не можешь идти— ползи. Только знай, что в конце пути тебя ждет очень злой начальник.

Графин, который оставляли слуги, был иссушен без стаканов еще несколько часов назад. Я его как бокал пользовала. По мутным воспоминаниям меня втащили, а потом катили словно бильярдный шар. Снимаю шляпу, этот шар вряд ли добровольно вкатился на второй этаж.

— Я за Катей, — по простонародному вещал фамильяр.

Да хоть за бабкой-Ежкой, главное, чтобы с пользой. И с пакетиком чая и горячим.

Через несколько минут ко мне вошла дочка де Эттвуда.

— Дарина, как ты себя чувствуешь? — она беспокойно присела и приложила ладонь к моему лбу. — Я так волновалась, в тебя словно демон вселился, и что это было?

Девушку было не узнать, она то причитала, то ругала меня за легкомысленное поведение. Душнила. Можно подумать, я так каждый день возвращаюсь. Вы лучше задайтесь вопросом, чем занимается ваш отец. Бегает, скрывается, прячется. Оно, когда понятно, вопросов не вызывает. Прям фибрами души ощущаю, что надо расследовать. Это во мне дух аудитора говорит.

Я откинулась на подушки со своим бледным лицом.

— Вода есть? — взглянула на нее.

Она заманчиво выставила впереди себя сосуд с вожделенной жидкостью.

— А ты объяснишь, что вчера было?

Вот вообще не хотелось. Остаток вечера я плохо помнила. Что там сказала Кейт про демона? С некоторых пор я думаю, тот не отзовется. Добавил меня в черный список после вчерашнего.

— Маркетинг, — вздохнула я, — а под конец вечера черный пиар.

— Это ты о чем? — недоумевала девушка.

— Нам надо на фабрику, — обвела глазами комнату, — и как можно быстрее.

Подозреваю, там расхлебывать с собачий хвост.

— Ты на себя посмотри, — вилял хвостом собакен. — Ты так похожа на жену того, кого воскресили.

— Франкенштейна? — удивилась его познаниям в кинематографе.

— Без понятия, с молниями в волосах.

— Едем, — в миг посерьезнела я, найдя в себе силы добрести до ванны.

Уже завтра изобрету полотна и патчи для лица — какое упущение в местной косметологии. Благородные аристократки просто рисовали себе маски, а вот городскому контингенту данная услуга была недоступна. Ничего, будет и у десай праздник на улице. Правда, я и в своей московской жизни не понимала, как кусочки ткани влияют на мою отекаемость. Дурой была. Любая барышня после бессонной ночи поверит в чудодейственное свойство. Главное, рассказывать, чтобы они хранили данное изделие в холодильнике. Там и аристократия подтянется.

После отмокания за мной вернулась Кейт.

— Ты уверена? Сегодня обещал прибыть наш главный, — с придыханием добавила она.

Но я-то как раз не сомневалось. Работы непочатый край.

* * *

— Слава единорожкам, все на месте, — благословила свое место.

С некоторых пор большинство сотрудников ахали при моем появлении, но молчали, просто провожая меня взглядами к кабинету начальства, все кроме Элайзы. Та зорко следила за каждым моим действием, втайне надеясь, что меня погонят. Но с каждый новым контрактом ее лицо мрачнело. Я не только привлекла несколько новых клиентов, но еще и собрала вокруг себя верную свору из благородных дес, а с сегодняшнего дня ее забросал письмами и десай Браун. Прибыль росла, а противная волчица никак не могла противостоять этому.

— Рано радуешься, Дарина, — бросила она. — Едва Кристофер узнает, что мы сдали помещения, и тебе не поздоровится.

В этом плане я совсем не переживала. Да филиал де Эттвуда за последний месяц еще ни разу не давал такой прибыли, а ведь его почти списали со счетов.

Закрывшись в кабинете главы филиала, шепнула Оррину.

— А ваш Страшила и правда прибудет сегодня?

— Он уже здесь, Даш. Давай спрячемся? — парень закатил глаза. — Ради этого все и затевалось. Ты сможешь вести себя почтительно?

По крайней мере, буду очень стараться. Робб так и не нашел в себе сил, чтобы написать в столицу пару строк обо мне. Конечно, было обидно, но я смирилась. В конце концов, моя главная миссия, помочь этому семейству и обрести сестру. Какое мне дело до их процветания? С другой стороны, де Эстейт и Вортингтон устали отбиваться от выгодных предложений, а ведь этих парней рассмотрела именно я. Городским обычным жителям плевать на родословную артефактора, те хотели решения проблем, а чеканщик тоже был на подъеме.

В моих силах задавить их начинания, у меня на руках именные патенты и контакты, но барышни ринулись в лавку, ориентируясь на знакомство со мной.

В голове что-то щелкало. Интуиция, третий глаз, чуйка. Все это не зря, мне понадобится их помощь. Хорошо бы знать зачем.

В этом воинственном настроении я распахнула шкаф в поисках бумаги.

— Да чем он такой страшный? — искала пергаменты, попутно расспрашивая брату и сестру. — Не убьет же никого?

— Да, никого, — она вроде бы кивала, но на самом деле приблизилась и просто втолкнула меня в шкаф.

Зашла сама, втащила Оррина, ну и Бали забежал следом. Так мы и стояли: я, де Эттвуды и фамильяр, жующий какую-то вкусняшку.

К счастью, силы и интеллект стали проходить в норму.

— Так, — спросила своих друзей по помещению. — Я правильно поняла? От напряжения и испуга вы втащили меня в шкаф, а я на это согласилась?

— Ну, да, — вздохнула молодежь.

Это даже интересно. Будь во мне хоть какая-то научная жилка, я бы расследовала столь поспешное решение.

— А чего мы испугались? — прошептала я, сохраняя таинственность обстановки.

Хочешь не хочешь, но правила игры надо соблюдать.

— Ты сама назвала его Страшила, Дарина, не помнишь? — ответил Оррин.

У меня в данный момент память как у рыбки — пять минут и новое просветление. Просто боюсь-боюсь, что узнаю позже. Мне бы поговорить с Дэниэлом, но тот, как назло, отпросился.

— Еще раз уточню, — поиграла ногтями по стенке. — То есть, он сейчас будет меня искать, гневаться и беситься, где та самая деса, сдавшая второй этаж магам, а я добровольно зашла в шкаф?

— Да, — Кейт и Оррин синхронно кивнули.

— А почему нам пришел в голову такой глупый преглупый план? — спросила обоих под звук открываемой снаружи двери.

— Мы не очень умные? — шепотом отозвалась оборотница.

Это многое объясняло. С детьми связалась, дурочка. Чего я еще ожидала?

В комнату вошел какой-то мужчина. Через щели его было трудно рассмотреть. На голове котелок, который носили большинство жителей Гроунвуда. Фигура рослая и атлетичная. Незнакомец мне кого-то напоминал, но жуткая головная боль, сушняк и чувство страха не давали вспомнить, кто же он такой. Ну, не дознаватель же?

— Приведите ко мне эту, — щелкнул пальцами мужчина, — помощницу и Робба.

Его грозный тон разносился не только по кабинету, по всему этажу.

— Конечно, — ответили Юлианна и Элайза, вошедшие вслед за ним.

Это я-то помощница? Скотина, ты неблагодарный. Да если бы меня здесь не было, ты бы уже банкротство объявлял на радость де Лиеву. И ведь мы не только превзошли сами себя по прибыли, за короткий срок фабрика обогнала показатели и других филиалов. И это еще не настал завтрашний день, когда Брауна станут атаковать фривольные девицы из кабаков, желая выкупить недорогие украшения.

Кибелир и Эйлон, проявлявшие почтение, разбежались в поисках меня. Я решила не выходить до последнего, нависая над скрючевшейся Кейт. Где-то в углу прятался наследник де Эттвуда, а на нем восседал Бали. В шкафу тесновато-то так-то.

— Я сейчас чихну, — тихонечко взмолился паренек.

— Вот не в тему вообще, — прошебуршала я.

Может, мне интересно, что владелец поведает Роббу. Но, к нашему сожалению, у Оррина огромные проблемы с терпением и сдерживанием, как и у всех молодых парней.

— Апчи! — раздалось из нашего укрытия.

Глава этой фирмы оглянулся, встал и подошел к нам.

— Кто здесь?! — распахнул он дверь, наблюдая за смешной картинкой. — Что за сардины в банке?

Я не удержалась, сравнение было неточным.

— Скорее, как огурцы в домашних заготовках. Сардины укладывают аккуратно, а мы сюда как попало вперлись.

Мне прям вспомнился час пик и метро в понедельник утром. Страшное событие, я вам скажу.

Передо мной стоял владелец шпица. Он фразу не оценил: еще больше нахмурился и отошел назад, давая дорогу.

— Выходите.

Сохраняя остатки гордого вида, я двинулась к выходу, ощущая, как за мной гуськом шагают младшие де Эттвуды.

— Дарина де Артвуд, невеста де Римоута, задержитесь! — насмешливо произнес де Ричмонд, — Вы-то куда? Прошу вас задержаться.

— Это он Страшила? — громким шепотом спросила я Кейт, следующую за мной.

— Да! — она болезненно скривилась, осознавая, что начальство мой вопрос расслышало отлично.

Все, шпион никогда не был так близок к провалу. Зачем нам плановые маневры, если у нас незапланированных навалом?

Когда мы остались наедине, мужчина встал вплотную. Прежде чем получить ворох обвинений, сразу открестилась, показывая на шкаф.

— Лучше не спрашивать, объяснить я все равно не смогу.

Почти уверена, что подобное желание у него возникало, но он смирился.

— Это вы та самая помощница?

— Вы чем-то недовольны? — нагло уселась в кресло, подзывая фамильяра. — Можно узнать, чем?

Лучшая защита, это нападение. Не знаю, известна ли подобная истина де Ричмонду. А еще жутко бесит, что я понятия не имею, чем закончилось наше вчерашнее второе знакомство. Знал ли он, что Даша Артвуд стала правой рукой на фабрике и вершит возмездие во имя прибыли и доходов?

— Главное, что я без собаки, — уселся напротив Кристофер.

Это точно. Я прям всеми фибрами души чувствовала напряжение в комнате, хоть ножом реж, да и Бали добавлял остроты.

— Я, наверное, пойду, хозяйка. Проверю, как там артефактор, — заскулила собака.

— Нет, — не хотела отпускать питомца.

Не пес, а предатель, хочет меня бросить под амбразуру корпоративной машины.

— Да! — твердо высказался Кристофер-Страшила.

Бали что-то проскулил, поджал хвост и добавил.

— Ты слышала. Нечего мне здесь делать.

Эх, ладно, потом разберемся с трусостью ротвейлера. Чую, мячик он получит только в следующей жизни.

— Вы хотели со мной поговорить? — начала я, вглядываясь в лицо оппонента.

Как раз в этот момент собакен выходил из кабинета и облизывал стекло. Он всегда так делал, потому не любил расставаться со мной, да и вину прочувствовал изрядно.

— Хотел, но скажите, он всегда так поступает? — удивился мужчина.

Я обернулась и вспомнила, как сотрудники подслушивали мой разговор с Роббом.

— Ага, его Элайза научила, — не отрывала взгляд от фамильяра. — Такая преданная сотрудница.

— Элайза?

— А что вас смущает? — сложила ногу на ногу, и подбородок рукой подперла, приготовившись слушать.

— Ммм, ничего, — хмыкнул Кристофер. — Хотел поговорить с вами о новых решениях.

О, это мы всегда за. Я блокнот с замечаниями исписала, но, думается мне, что этот гаден… великий начальник критике рад не будет.

— Повторюсь, — не меняла позы. — Вас что-то смущает?

Он, просто пыша гневом встал и заходил взад-вперед.

— Вы сдали второй этаж непонятно кому.

— Эй, — я разозлилась. — Не непонятно кому, а опальному артефактору, который закупает у нас металл и изделия, и шлифовщику, который не только пишет на гробовых досках, но по скидке работает с нами над нашими товарами.

— Украшениями и безделушками? — прокричал волк. — Де Ричмонды испокон веков создают оружие.

— Гномы с вами не согласятся, — закатила я глаза. — А безделушки отлично раскупаются. Вы отчеты-то видели?

— Конечно, видел. Вы же утроили прибыль. И даже перегнали с пяток филиалов. Я свое путешествие с вас начал, хотел узнать, где здесь собака зарыта.

Не собака, тут скорее закопали энтузиазм и творческое настроение. А лицо Кристофера добавляло желания вкопаться в землю словностраус. Это ему еще повезло, что я не из пугливых. Ну и еще, что я понятия не имела, как выглядит начальство, потому что весь офис скрылся непонятно в каком направлении. Как раз подозреваю, что, выйдя на улицу, обнаружу конечности коллег, зарытых в землях Гроунвуда.

— А что тогда вас не устраивает? — бросилась на свою защиту. Эта собака сутулая ставила под сомнение мои результаты. Да я в этом мире без году неделя, но столько магов привлекла. Нет бы радоваться новостям. — Денег мало?

— Нет, просто нас станут ассоциировать с десаями, — недовольно заворчал оборотень.

— А вас совсем не волнует, что большинство жителей страны как раз не имеют аристократический статус? — сощурила я глаза. — Благородные десы купят единожды оружие и забудут, даже при условиях войны, а вот купцы, рабочие и другие будут постоянно скупать товары народного потребления.

Да и качество, если честно признаться, у нас так себе. Но в этой нише-то никого не было.

Весь пыл с оборотня как рукой сняло. Предвижу, что об этой стороне вопроса он и не задумывался.

— Вы хотите сказать, что десаи вернуться к нам за покупками? — Хотя бы появилась заинтересованность в голосе.

Вот это новость. В Аридии экономику не проходят?

— Я хочу сказать, что они не только вернутся за покупками, но после купят еще больше, советуя нас своим знакомым.

— А как же оружие? — не сдавался он.

— Делайте, — я подняла руки, — но и не отрицайте прибыль от мелкого сбыта.

— В эту лавчонку Брауна? — поморщился Кристофер.

— Именно в нее, — уже уверенно говорила я. — Завтра, а может, и сегодня в магазин сбегутся молодые барышни, покупая украшения, которые вы вчера могли видеть на мне.

По лицу де Ричмонда пробежала судорога. Надо будет уточнить, как мой рекламный поход завершился? Ну не била же морду кастетом какой-нибудь троллихе? Так-то я очень мирная и милая.

— И все это придумали вы одна? — внезапно посерьезнел оборотень. — И новую линейку, и акционерство? — он взмахнул бумагами с подписями дес, знакомых мне из парка.

— Ага, — кивнула я. — А вы тут слюной брызжете.

— Чем? — не понял мужчина, а потом спохватился. — Ничем я не брызжу.

— Брызжете, брызжете, — я тихонечко удалялась к двери. — Может, хотите еще с кем-то поговорить?

— Только с вами и Роббом. Поверить не могу, что тот взял на работу безродную ведьму.

— Ой, вы тут не возгордитесь, — тут же отреагировала я. — Вас устраивает его работа? Он при должности?

Кристофер на миг задумался, но все-таки кивнул.

— Де Эттвуд мне не нравился поначалу, я думал, он слишком мягок. А теперь сомневаюсь. Все же вы его подчиненная?

— Вот и отлично, — взмахнула рукой. — А как же мои арендаторы? Она покрывают все расходы на выплату конторы?

— Они тоже на месте. Вдруг ваши решения однодневные, — мрачно заметил де Ричмонд.

Кажись, я выполнила условия контракта. Робб остался при должности, и фабрика почти спасена, даже Страшила это признает. Теперь можно уходить в свободное плавание со своей шаурмой, артефактами и поиском Даши.

— Тогда я увольняюсь, — оповестила главу компании. — Чем могла — помогла, на корабле — женщина к беде, в общем, вы сами знаете. Де Эттвуд, кстати, тоже будет очень рад.

И пока мужчина переваривал свершившееся, медленно двигалась на выход. Меня ждет мир волшебства, магии, а еще поиска сестры и пути назад. По мне, на фабрике я капитально постаралась. Никто бы не сделал больше.

— Дарина, стойте! — остановил меня Кристофер. — Отчего вы убегаете?

— Дес де Ричмонд, — развернулась к нему. — Здесь меня держали чисто родственные отношения. Уверена, что вы и Кейт, это дочка Робба, не дадите пойти всему прахом.

Вообще, было бы жаль прощаться. Я такие планы наметила. Дайте мне несколько дней, и Юлианна бы стала лицом компании с ее тягой к общению, но я точно уверилась, что не смогу сработаться с де Ричмондом. Тот слишком закостенелый в своих решениях, вон, как его возмутила торговля с десаями.

— Дарина, да подождите вы! — он обежал меня и перекрыл своей мощной фигурой дверь, отрывая пути к отступлению. — Я не хочу, чтобы вы уходили.

— Что? — я ошарашенно уставилась на него.

Мне казалось, что его жутко бесят мои идеи.

— Сотрудничество со мной может принести максимум удовольствия, — как-то не очень профессионально заговорил он.

— Это вы на что намекаете? — его тон меня совсем не пронял.

— Исключительно на высокий уровень жалованья, — сразу пообещал Кристофер. — Сколько вам платил де Эттвуд? Я удвою.

Я быстро сосчитала в уме, сколько получала, сколько мне нужно на частного сыщика, и сколько будет стоить услуга матерого медиума.

— И вы не орете на меня за нововведения, если несогласны! — успела ввернуть, пока не зашел начальник филиала.

— С чего бы мне? — он попятился и сложил руки на груди. — Я никогда не кричу.

Судя по знакомству и нынешнему общению утверждение не было похоже на правду.

— Пока вас не было, меня только ленивый не успел предупредить о вашем психозе, неадекватности и несогласию с моими поступками.

— Я?! — он не на шутку рассвирепел. — Я само спокойствие. Назовите имена.

Если перечислять всех, с кем успела познакомиться, то мы тут на полдня застрянем.

— А вы казнить их по очереди будете или всем скопом? — старалась подловить главу на его же гневе.

— Всем скопом, конечно, — подтвердил мои опасения де Ричмонд, а потом сразу спохватился. — Что? Да никого я казнить не буду.

— Поговорим в суде, — пропела я, надеясь на защиту юриспруденции в отношении коллег.

В Аридии все непросто. Стоит обратить внимание на законы. Пока, сталкиваясь с оными, я считала, что они пишутся только ради аристократов. То ли рабочий люд такой неактивный, то ли здесь жесткая монархия. Но ведь императора все любят.

— Дарина, вы ведете себя как… как…

— Как ведьма?

— Я не понимаю, о чем вы, — мой собеседник стиснул ладони в кулаки и уставился на дверь.

За ней как раз образовался мой наниматель, мой опекун и вообще один из тех, кто знал наверняка о моих безумствах.

— Вызывали? — очень осторожно спросил Робб де Эттвуд.

Я даже скривилась. Не секрет, что оборотень был слишком чересчур робок, но чтобы настолько.

— Да, — уселся в свое кресло Кристофер. — Присаживайтесь, — он глазами указал на два стула напротив него.

Пришлось задержаться.

— Вы чем-то недовольны, дес де Ричмонд? — заискивающе начал Робб.

— Отнюдь, — отрезал оборотень. — Наоборот, здесь принято столько необычных решений, которые можно использовать и в других местах. И как мне стало известно за этим стоит ваша дальняя родственница.

Робб скользнул взглядом по мне.

— Дарина — моя очень дальняя родственница. Но она очень помогла, — к чести начальника, он все-таки не стал принижать мои достижения.

— Я и сам это вижу, дес де Ричмонд. Меньше чем за месяц фабрика стала приносить доход. И не просто доход. Вы утроили свои показатели…

— Спасибо, — выдохнул несчастный.

— Поэтому, — начал глава фабрики. — Я хотел бы попросить у вас разрешения, попутешествовать с десой де Артвуд. Она показала себя ценным сотрудником, который быстро разбирается в делах. У нас несколько филиалов страдают от неумелого руководства.

— Что? — удивился Робб.

— Что? — вторила де Эттвуду я.

В мои планы подобное не входило. Я как раз собиралась объяснить благородным десам про удаленную занятость. Мне, вообще-то, сестру нужно искать.

— Я непонятно выразился? — усмехнулся Кристофер.

Де Эттвуд со страхом обернулся на меня. Надо думать, я не просто ведьма со страшным характером, я попаданка, не знающая, что меня ждет в этом мире, и совершенно незнакомая с порядками страны.

— Простите, дес де Ричмонд, но Даша…

— Кто? — перебил мужчина тут же заинтересовавшись моим именем.

— Даша, мы так зовем ее, по-домашнему, — быстро нашелся Робб, — она ведьма. Принудить ее я не имею права.

Не знаю, то ли это слава подобных мне, то ли потому что де Эттвуд немного меня побаивается, но он не стал отвечать за меня. И я этого не забуду.

— Вы что-то имеете против? — пришлось Кристоферу интересоваться и моим мнением.

— Пф, — я взорвалась. — Конечно, речь тогда не о простом жалованье, это во-первых. А во-вторых, я не планировала куда-то ехать. Меня здесь ожидают дела.

— Это какие, деса де Артвуд? — заинтересовался волк.

Ну, не рассказывать же ему о моем интересе, состояться как ресторатор? С другой стороны, а почему нет? Все-таки это важно. Гроунвуд погряз в делишках де Лиева, и пусть лев упивается своим собственным превосходством, я знала, что могу победить и его.

— Я ищу одну ведьму, ближайшую родственницу, а еще хочу утереть нос аристократу, который возомнил себя главным в городе.

— Вы про Лайона де Лиева? — изумился вдруг Кристофер.

— Ага, — обрадованно кивнула. — У нас и ужин был.

— Что было? — ужаснулся глава компании. — Вы вкушали пищу с моим врагом?

О, кажись, и у Страшилы какие-то неразделенные распри со львом.

— Ну, не сказала бы, что это звучит настолько официально…

— Все! — громыхнул де Ричмонд. — Дарина, едете со мной. Робб, вы за главного.

Не знаю, что на него нашло, но спорить не стала. Хочет быть начальником — пусть будет. У мужчин вообще на этом пунктик. Мне, главное, из города никуда не уезжать, осуществить задуманное и найти Машу, а там хоть трава не расти. Надо в командировку — поехали.

Через несколько минут под удивленные взгляды коллег мы покинули контору.

— А куда направляемся? — поинтересовалась у оборотня.

— Хочу поговорить с де Лиевом, — мрачно ответил де Ричмонд и резко остановился возле своего экипажа. — О чем была ваша беседа? Что он от вас хотел?

Я пожала плечами.

— Да ничего особенного, работу предлагал.

— А вы, — он сощурился, — стало быть, не согласились? Почему?

— А почему вы позволили ему обогнать вас здесь? — я ушла от ответа. — Вы же такой богатый, могущественный, властн… деспотичный.

— Из ваших уст это звучит как ругательство, — мужчина не скрыл ухмылки, подавая мне руку, чтобы я забралась в повозку.

Так оно и было. Я терпеть не могу тиранов и диктаторов. Люди должны работать в не напрягающей обстановке, а здесь каждый второй с придыханием жил в ожидании приезда Страшилы.

Не дождавшись от меня реакции, Кристофер продолжил:

— У меня нет времени на все. Наши фабрики расположены по всей Аридии, и не везде во главе стоят хорошие управленцы. Худшим был Робб, я и ехал сюда, чтобы попрощаться с ним.

— Зачем тогда вообще назначали? Он явно на этом посту не один год сидит.

Де Ричмонд хлопнул небольшой дверцей, что-то крикнул вознице и опять повернулся ко мне.

— Скажем так, до этой должности он занимал место Дэниэла и справлялся очень хорошо.

— В руководстве нужно быть жестким и сильным, — вздохнула я, — не всем это подходит. Зато они превосходные работники.

— Слишком мудрая мысль для молодой ведьмы. Откуда вы, деса де Артвуд?

Оппачки, а вот здесь моя легенда давала брешь. Умная, разумная Даша Антонова использовала мозг и опыт ради достижения финансовых целей, а вот про себя как-то забыла.

К этому моменту карета покатилась в неизвестном направлении. Под успокаивающий скрип колес я пыталась сообразить, как лучше себя вести.

— Разве это важно? — я вспомнила совет Бали вилять хвостом побольше, чем и занялась. Пришлось пару раз похлопать ресницами, ослепительно улыбнуться и потеребить волосы. — Из такой далекой деревушки, что вы ее названия и не знаете.

— А где работали раньше? Учились ли в академии? — мои жесты никак не подействовали на мужчину.

— Небольшой ресторанчик родителей, — я потупила взгляд. — Оттуда и научилась всему. А в академии не была, предпочитаю постигать все путем ошибок и испытаний. Как известно, здравый смысл, житейский опыт и грубая сила решают все.

Какое-то время Кристофер де Ричмонд осознавал сказанное. Я же безумно хотела узнать, что творится в его голове. С виду он спокоен и безмятежен, но после пяти минут знакомства я поняла, что маска хладнокровия быстро слетает с главы фабрики.

— А что хотите выяснить Лайона? — прервала неловкое молчание. — Вы в курсе, что он лишил возможности работать деса де Эстейта и десая Вортингтона?

Оборотень хмыкнул.

— Мне все равно, что с ними, но переманивать своих сотрудников я не позволю.

— Недавно вы моему появлению даже рады не были, — ехидно заметила я. Всего-то час прошел. — А Дэрион и Колтон, между прочим, не хило нам помогли. И еще и своей арендой покрывают жалованье всех сотрудников в конторе.

— Кроме вас, — тут же вставил Кристофер.

Ну, если учесть, как рьяно я выбивала прибавку, а точнее, меня уговаривали, то утверждение верное.

— Так что говорить будете? — не желала я сдаваться.

Взял же меня с собой, пускай тогда терпит поток вопросов.

— Хочу узнать его цель. Я пустил все на самотек, смирившись, что буду закрывать здесь предприятие, но вы вдохнули в него новую жизнь. С Лайоном нужно все обсудить.

— Вы хотите обозначить сферы влияния? — догадалась я. — Поняли, что на оружии здесь не заработаете?

— Именно, — дернул подбородком де Ричмонд. — Но вряд ли тот согласится.

Я уверена, что не согласится. Де Лиев больше не делал попыток к сближению, но я прекрасно понимала, что такой делец не оставит нас в свободном плавании. Он артефакторов подмял под себя, а я как бельмо на глазу. Еще немного, и Дэрион разработает стиральную машину, а еще я сделала большой заказ на различного рода кухонные принадлежности. Мне нужна вафельница, кофе-машина, тостер, гриль. Вряд ли де Эстейт будет делать их только под меня, точно пойдет патентовать данные изобретения.

— Вы должны знать, — склонила я голову на бок, — для меня делают очень много заказов. И я планирую открыть свои небольшие ммм… ресторанчики. Так что скоро на рынке всплывет очень много необычных артефактов.

— И, конечно, все ваши идеи, — устало выдохнул Кристофер.

— Ага, — закивала я. — Так что за Дэриона вставайте горой. В конце концов, это и ваши деньги тоже.

— Понять не могу, как вы все провернули, — взялся за голову мой начальник. — Правильно я понял? На мои финансы вы оформили заказ на изготовление изобретений от деса де Эстейта, а я это даже не заметил?

На чистом адреналине и желании освободиться. А вообще, читать записки, доклады и сообщения очень полезно. Не просто пробегаться взглядом, а изучать.

— Сама не знаю, — скромно отозвалась я.

Пока мы вели эту занимательную беседу, экипаж привез нас к дверям городского особняка. Первым вышел, естественно, Кристофер, и как настоящий джентльмен, помог мне выбраться из этого транспортного средства. За эти несколько недель в Гроунвуде я так и не привыкла к лошадям, каретам и постоянной качке. Сами животные еще ничего, большинство из них были красивыми и послушными, но некоторые экземпляры обладали свирепым и воинственным норовом, а вот медлительное раскачивание, пока колеса со скрипом движутся по вымощенным камнем улочкам…брррр. Меня укачивало, а неуемный характер и жажда к быстрой деятельности приводили в тоску. Столько времени теряешь, пока доберешься из пункта А в пункт Б. Изобрести бы здесь двигатель внутреннего сгорания. Но, к сожалению, как он устроен, я понятия не имела, даже больше, я смутно представляла, из чего состоит велосипед.

— Это дом Лайона, — указал де Ричмонд, осматривая высокое строение.

Совсем позабыв о том, что я, вообще-то, благородная деса, громко присвистнула. Ничего себе жилище. Это скорее мини-замок, а может, и не мини вовсе.

За кованым забором находилась красиво ухоженная лужайка с подстриженным газоном и аккуратными клумбами. А за ней расположилась эта мраморная махина с колоннами и скульптурами на фасаде. Все это великолепие занимало без малого две улицы. Интересно, а мы его хоть там найдем? А как он сам там не теряется? Путеводитель по имению есть?

— Вас впечатлило? — усмехнулся оборотень. — Уже жалеете, что не согласились на предложение о работе?

Жалею, что начальство у меня — тупой сноб и шовинист, но что поделать? Его, как первую любовь, не выбирают.

— Напоминаю, — ехидно отозвалась я, — что я пришла на вашу фабрику по просьбе доброго дядюшки. Кто же предает семью?

Видимо, я задела волка за живое. Он тут же присмирел, подтянулся и одернул края своего пиджака, не зная, куда деть руки. Бедолага, растерялся от моей невозмутимости, думал, что я благодарить начну и оправдываться. И не таких обламывали. Вон, внутри еще больший аристократ сидит.

— Идемте, деса де Артвуд. — Кристофер взял мою ладонь и положил себе на локоть. — Пора призвать этого проходимца к порядку.

Я спорить не стала. Признаюсь, меня жутко волновало, что же такого может сказать де Ричмонд де Лиеву. Мне кажется, что в столице у оборотня дом не хуже.

Он отворил резную калитку, провел меня до каменных ступеней и поднялся к самой двери. Лайон большой фантазией не обладал, так что звонком служил большой золотой лев с кольцом в зубах. Я себя ощущала словно в фильме ужасов в страшном доме. Вот мы зайдем, а внутри нас поджидают зловещие призраки и проклятые куклы. Зря я с собой Бали не взяла, тот хоть скулит громко.

Хорошо, что нынешний ужастик заканчивался не так тривиально. Нам просто никто не открывал.

— Наверное, его нет дома, — зашипела я. — Да и как он услышит это постукивание?

— Вы в некоторых вопросах такая необразованная, — отмахнулся Кристофер. — Это же заговоренный кнокер. Его в любом крыле слышно.

— А для красивых девушек образование не решает, — пробурчала я, засмущавшись.

Кому будет приятно, если его назовут почти дураком?

— А что решает? — вдруг заинтересовался волк.

— Как что? — на моем лице образовалась хищная улыбка. Попался, голубчик, в ловушку любопытства и колкостей. — Жених или муж, конечно. Вы в некоторых вопросах такой необразованный. — Передразнила его.

Мой язвительный ответ де Ричмонду не понравился.

— Вам ведьмам все шуточки шутить.

Ну не плакать же? С чего он так разозлился? Но расспросить о реакции не успела, дверь внезапно отворили, и я уставилась в чей-то живот. Большой, почти со всю меня, в жилете и с медными пуговицами. Но все равно в живот.

Пришлось попятиться, чтобы рассмотреть лицо вышедшего. Это был очень высокий человек (а может оборотень, я их еще не отличала) в два раза превосходивший меня по росту. На его фоне даже Кристофер выглядел миниатюрно, что уж говорить обо мне? Я для него блоха, еще немного и запрыгаю на месте.

Моего спутника грозный вид великана не смутил.

— Уилкинс, добрый день. Твой хозяин дома? — спросил де Ричмонд все больше мрачнея.

Настроение начальства портилось в геометрической прогрессии, и не я тому была причиной.

— Да, вам назначено? — с какой-то презрительной усмешкой проговорил махина.

— Нет, но сообщи обо мне и о десе де Артвуд, — оборотень указал на меня. — Уверен, он заинтересуется. Мы пока подождем в гостиной.

— Без его разрешения я не могу вас впустить, — мужчина перекрыл своей фигурой вход, но не тут-то было.

Кристофер уже успел прошмыгнуть и с силой втащил меня внутрь, пока Уилкинс неповоротливо разворачивался.

— Все ты можешь, — крикнул мой сопровождающий и уверенно прошел, будто зная, что и где находится.

Дворецкий, а я надеюсь, это был он, что-то проблеял, но дальше препираться не стал, лишь сверкнул глазами, пока поднимался по лестнице.

Ничего себе здесь слуги трудятся. Ему не двери надо открывать, а по городу неугомонных артефакторов кошмарить. Хотя… теперь мне многое становилось понятным. Видимо, поэтому большинство магов и не оспаривали гегемонию де Лиева. У аристократа такой образец полубегемота, полуслона в подчинении.

— И что это было? — воззрилась я на де Ричмонда. — Такое ощущение, что с этим… — я подняла руку вверх, — вы давно знакомы.

— Так и есть, — не стал отрицать Кристофер, наполняя себе бокал, взятый из бара. — Уилкинс одно время трудился на моей шахте. Он полукровка великанов, а мой знакомый Лайон сманил его к себе в услужение, а также половину клиентов, которые закупали на фабрике уголь.

— Ааа, — протянула я, — так я у вас не первая. Можно сказать, незакрытый гештальт.

— Что? — не понял оборотень. — Что за гештрал?

Объяснять популярную нынче в моем мире психологию не хотелось. Зато сколько всего я разузнала, поездка оказалась на редкость плодотворной. То-то начальник так брызгал слюной, услышав про льва. А я все удивлялась этому явлению. Ну, подумаешь, переманить пытались, так в бизнесе подобное часто происходит.

— Какие гости! — прервал нас Лайон, громким голосом давая понять, что он здесь.

Ни дать ни взять, король провинциального городишка. Если наше знакомство в Аридии затянется, подарю ему наряд из перьев и блесток. Это по крови он лев, то по фактам и по поведению настоящий павлин.

— Де Лиев, — в голосе Кристофера подобного энтузиазма не наблюдалось. — А где твой вездесущий змей Энтони?

— Взял выходной, — махнул ладошкой хозяин дома. — Я вижу, вы уже устроились с удобством.

Это он так намекнул на бокал в руках моего начальника.

— Мы не знали, как скоро ты покинешь родные комнаты, — уголки рта де Ричмонда поджались.

Если он подобным образом улыбается, то это больше похоже на боль в животе. Де Лиев словно ничего не замечал, спустился, прошелся и уселся в бархатное кресло, хотя нет, в какой-то момент его взгляд уперся в меня.

— Аааа, — протянул он. — Дарина де Артвуд, вы приехали, чтобы сообщить о своем согласии, и чтобы я выкупил ваш контракт у владельца фабрики?

Потрясающая самоуверенность. Мне бы так. А то я все страдаю от низкой самооценки.

— Боюсь, что нет, — скорчила рожицу, — там скорее нажаловалась, проболталась, и мы приехали за возмездием.

Че теряться-то? От волка я не уйду, а номинальная должность мне не нужна. Я девушка талантливая — пробьюсь и без чьего-то пристального внимания и поощрения.

— Что? — выражение Лайона напомнило мне лицо детишек, попробовавших лимон в первый раз.

— Верная я, — крикнула ему, — аж душу рвет. — Еще на начальника взглянула для пущей убедительности. — Люблю — не могу, родную контору, а тут вы со своими соблазнами.

— Я не понимаю, — растерялся мужчина, отворачиваясь на меня и уставившись на Кристофера.

Тот, наоборот, расправил плечи и выпрямил спину. Вряд ли его воодушевили мои фразочки, но было видно, что оборотню приятно, если упоминать слово верность.

Надо будет запомнить и воспользоваться. Верность, верность, верность.

— Лайон, — громко начал де Ричмонд — Ты уже опередил меня в Гроунвуде. Давай забудем наши распри. Торгуй оружием, как и хотел, оставь мне безделушки и не пытайся переманить моих работников.

Лев, после заявленного, нахмурился, встал и подошел вплотную к оппоненту.

— Этого никто не может запретить. Посмотри, — он обвел рукой комнату. — Многие твои работники перебежали ко мне. Да я держу этот город. Правь в других, все равно твоя лавчонка не приносит прибыли.

— Это как посмотреть, — не соглашался с ним Крис. — С того дня больше никто не покинул контору.

— У тебя осталось три калеки, — презрительно фыркнул де Лиев.

— Но и они составят тебе достойную конкуренцию. И думать забудь о Дарине.

Я дернулась. Эээ, любезные, я же тут. Вот прям рядом с вами стою, а вы делаете вид, что меня не замечаете.

— Это вопрос времени, — поднял подбородок конкурент. — Деса де Артвуд новенькая в нашем городе, иначе давно бы поняла, что все твое предприятие катится под откос.

— Пусть так, — кивнул ему де Ричмонд, умалчивая о прибыли. — Но она работает на меня. К тому же ее держат родственные связи.

Лицо льва просияло.

— Деса де Артвуд, а вам известно, что ваш наниматель не так давно хотел убрать вашего дядюшку, был недоволен, как он ведет дела?

Я кашлянула.

— Еще бы, дес де Лиев, я и сама недовольна. На фабрике был полнейший произвол. Хорошо, что я там появилась.

И не соврала же. Де Эттвуд со своим мягким характером все это и допустил.

— То есть вас совершенно не волнует, что Кристофер чуть не уволили вашего опекуна? — насмешливо вопрошал лев. — Хотите занять его место?

— Простите, дес, — я фыркнула, — но всегда считала, что занимать должности надо по заслугам.

К достижениям Робба можно добавить его умение разгадывать кроссворды в газете.

Кристофер прошелся по комнате.

— Вижу, мы не договоримся.

— Этот город мой, Кристофер. — отвернулся от меня оборотень. — И, да, мне не договоримся. Будь готов, что я опережу тебя и в других местах, и тебе прекрасно известно из-за чего.

Мой начальник ничего не ответил, только заводил желваками. Даже интересно, какая кошка перебежала между ними, ведь явно они раньше сотрудничали, знают же о друг дружке.

Очень быстро попращавшись, мы покинули богато уставленное поместье и уселись в экипаж.

— И чего вы добились? — накинулась я на де Ричмонда.

— Не делайте поспешных выводов, деса де Артвуд, — наставительно проговорил оборотень. — Я добился того, о чем и не мечтал.

Так, это он меня так замолчать заставил? Или увел внимание в другую сторону? Тогда не на ту напал.

— Чего? — закричала я и затормошила мужчину.

Да, недостойно. Да, по-детски. Но я ненавижу оставаться в неведении.

— Между нами была клятва, не препятствовать друг другу, — откинулся на спинку оборотень, отбрасывая мои руки. — Когда-то давно мы были друзьями, но нас разделил один инцидент.

— И вы, конечно, о нем не расскажете, — расстроилась я.

— Нет, — сразу замотал головой Кристофер. — Это неважно. Зато теперь его слова развязывают мне… все, в общем, развязывают. И вам, кстати, тоже.

А вот подобное звучит хорошо. Плевать мне на их взаимоотношения, но меня жутко коробило, что Лайон загубил карьеру Вортингтона и де Эстейта, подмяв под себя рынок. В моем мире монополия карается по закону, а в этом они просто не пришли к правильным выводам.

— Правильно я понимаю, — хмыкнула я, — творю, что хочу?

— Вы очень верно рассудили, Дарина, — не скрыл своей улыбки аристократ. — Творите, что хотите, но если от моего имени, то согласовывайте со мной.

Вот знала же, что без подводных камней не обойдется.

— Какой же вы скучный, — заключила я.

Глава 7. Обидеть Дашу сможет каждый, не каждый сможет убежать

Даша Антонова

После знакомства со злым и ужасным владельцем фабрики поняла, что не так страшен черт, как его малюют. Пусть мне непонятно соперничество двух благородных оборотней, но оно играло мне на руку.

Услышав, что сам де Лиев предлагал мне сотрудничество, Кристофер выдал карт-бланш на все мои начинания. Но в целом, я искренне считала, что всем работникам я уже достаточно помогла. Де Эттвуд все-таки сохранил место, Эндрю не потерял работу, так как я не уличила его в нечистых на руку сделках, Дэниэлу было позволено набирать больше людей, а Линея с удовольствием подсчитывала денежки. Одна Элайза корчилась и бросала злобные взгляды, едва я проходила мимо.

Юлианну я обучала основам маркетинга, а точнее, она стала распространять по только известным ей каналам сплетни о нас. Ей же я поручила общение с газетчиками. В этом мире интернета нет, приходится выдавать информацию дедушкиными способами.

Кейт заменила десаю Эйлон, а также принимала клиентов артефактора. Оррин продолжал свою деятельность курьером.

Меня напрягало три вещи: я никак не продвинулась с поиском сестры, мои начинания в сфере общепита ушли на второй план, а еще и де Ричмонд явно задерживался. Да, он говорил что-то о командировке, но пока просто приходил в контору и пугал своим грозным видом несчастных сотрудников. Ему бы лицо попроще, и люди бы потянулись, или нелюди.

С Машей все было слишком непонятно. Нанимать сыщика я опасалась, сама здесь на птичьих правах, тот может и заложить меня перед местными чиновниками, а что происходит с иномирянами, если их забирают, никто не ведал. Зная сестру, она бы не сидела сложа руки, и тоже бы нашла себе верного мага, способного осуществить задумки из нашего мира.

— Как ты думаешь, — спросила я Бали. — Что бы первым изобрела Машка в Аридии?

— Понятия не имею, — собакен жевал кость. — Будь я на вашем месте, придумал бы жареное мясо.

— Его в каменном веке придумали, — отмахнулась я. — Не жалуйся. Тебе вообще худеть пора.

С некоторых пор большинство служащих Кристофера прониклись любовью к моему фамильяру и таскали тому различные вкусняшки. И как в него столько влезало? Но вообще, пес подал дельную мысль. Или она уже возникала у меня в голове?

На главной улице Гроунвуда было достаточно ресторанов, открывать еще один сродни безумию, погорю как ведьма на кострище. А вот летние веранды… с таким явлением жители Аридии были еще незнакомы. Но перед этим необходимо основательно изучить матчасть. Чем я и занялась в выбитый, между прочим, с огромным трудом выходной.

Я воцарилась на кухне де Эттвуда, согнав оттуда всю прислугу, и стала замешивать тесто. К сожалению, приготовление еды не мой конек. Я могу феерично прятать стратегически важные бумаги в самых неожиданных местах, обстоятельно рисовать прибыль так, что ее нет, четко лгать органам правопорядка, а сделать хинкали не могу.

Первая, а потом вторая, а потом и третья порции ушли в мусорку, но я не унывала. Четвертую можно было опускать в кастрюлю, выглядели не так неказисто.

В помещении стоял кромешный мучной ад. По стенам, по полу, по всем поверхностям я развела настоящий бардак. Вместе со мной экспериментировала и дочка де Эттвуда, которую тоже отпустили с работы. В ее глазах я была кумиром. Она старалась держаться поближе ко мне и всячески поддерживала в любых авантюрах. Пока мы с упоением пялились на плиту, молясь богам и мифическим животным, чтобы на этот раз нам удалось воссоздать рецепт, по комнате пронеслась металлическая плошка.

— Это что, конец света? — в кухню вошел Кристофер де Ричмонд, брезгливо обозревая наш внешний вид и булькающую кастрюлю. — Решили отравить Лайона?

— Нет, — беспечно ответила молодая оборотница, отходя к столу и кланяясь начальству. — Это Даша хинкали варит.

Мда, а видок-то у меня так себе. Черное домашнее платье, которым со мной поделилась девушка, можно было выбрасывать, на голове воронье гнездо и повязка. Хотя… я вот примерно так и представляла себе колдуний.

— И вам добрый день, — похлопала руками, вызывая облако мучной пыли. — С чем пришли? Неужто на фабрике погром и неразбериха?

Мужчина, смотревшийся до этого очень бравым и довольный тем, что застал меня в неприглядном виде, сразу помрачнел.

Оппачки, походу угадала.

— Не хотел прерывать вас в ваш выходной, но вижу, что у вас не настолько важные дела, — начал он.

— Нет, — отвернулась и с любопытством посмотрела на размякший плод моих трудов.

Твою налево, и их в помойку.

— Дарина, — настаивал волк, наблюдая, как я выливаю воду, а потом выбрасываю содержимое. — Там без вас настоящий бардак. А эти ваши начинания… Никто из сотрудников не знает, за что несет ответственность. Робб еще не разобрался в делах, а что именно делает Юлианна, я сам не понимаю.

— Нет, — не соглашалась я.

Мне бы побежать в контору вприпрыжку, но он сам виноват. Не настолько важными делами занимаюсь, видите ли.

— Хорошо, — наконец до него дошло, как следует со мной общаться. — Что вы хотите?

— Ха, — я развернулась, улыбнулась ему ласково, подмигнула Кейт и отряхнула руки. — С этого и надо было начинать.

Поправила галстук на шее у тирана, выпрямила его воротник и отошла на пару шагов назад.

— Ваши инвестиции в мой ресторанный интерес, — обозначила я.

— Куда? — сморщился Кристофер, будто вступил в зловонную кучу.

Эй, я так не играю. Это ему от меня нужно поклонение, послушание и выезд на фабрику, а мне и здесь хорошо. Хинкали, жаль, не варятся. Но я оптимист, сегодня блин комом, а завтра шедевр кулинарного искусства. Это я их еще с пхали не познакомила. Не потому, что зажала, но абсолютно не понимала, какой у них рецепт, то ли дело шашлыки.

— Деньги в кухню, — серьезно проговорила я.

Мне с его помощью мангалы отливать и шампуры. Даже странно, как мужчины в Аридии не додумались до подобного. Всегда считала, что первыми нанизали мясо на металлическую палку именно они.

— Вы же богатая женщина, — не премянул указать де Ричмонд.

Ему виднее, все-таки он платил мне зарплату. В отличие от многих, мне на свое дело не хватало.

— Согласны? — припечатала его к стенке в муке.

— Богиня Мира с вами, вы умеете убеждать, — согласился оборотень.

Тю, я даже не старалась. Просто знала, что это произойдет.

Робб де Эттвуд уже находился в конторе, Кейт злостью Кристофера не пронялась (не мне ее винить, я даже гордилась), Оррин уже там, так что я и пышаший негодованием глава предприятия поехали в одной карете.

— Вы уже знаете, что будете делать? — он сразу начал атаковать.

К его прискорбию, я знала, что что-то похожее произойдет, но не готовилась, надеясь, что в Аридии у людей другой менталитет. Я ошибалась.

— Да, — повернулась к главе предприятия. — Но когда я всех упокою, тьфу ты, успокою, отправимся на производство.

— Не важничайте, — щелкнул меня по носу владелец. — Это же ради вашего ресторана.

— И для вашего теперь, — не скрыла ехидной улыбки. — Вы же инвестор, но не переживайте, — панибратски похлопала его по плечу, — уверена, прибыль будет.

— Что вы задумали? — мрачно спросил Кристофер, переводя тему. — Как наведете порядок?

Бедненький, ему и невдомек, что я на таких вопросах собаку съела. Бухгалтер — должность многогранная. Ты в конторе и чтец, и жнец, и на дуде игрец.

— Р-регламенты, слышали о таком? — прорычала я и многозначительно поиграла бровями, уверенная в обратном.

— Нет, — как-то слабовато ответил Страшила.

Потрясающая необразованность. В моем мире это как красная тряпка для быка. Никто не верил в злополучные правила, но они работали.

Я стала объяснять, что же за чудо-юдо назвала. Если начнем писать, то это коснется всех, и офиса, и производства, и начальства. Самый последний разнорабочий и самый первый владелец должны уяснить, какую отвественность несут перед фирмой.

Учитывая мой опыт, без труда описала свои обязанности и Робба заодно, прекрасно зная, как мы оба должны себя вести.

— Стоит опросить остальных, — повернулась к начальству, с удовольствием подмечая недоумение. — Мнения могут не сойтись.

— А мне что делать? — опешил де Ричмонд, откидывая перо.

План ему изначально не понравился.

— Вы хоть немного мне доверяете? Все же без меня ваша фабрика бы разорилась, — я не скромничала и утверждала без обидняков.

— К чему ваши слова, деса де Артвуд? — поднял голову оборотень.

Ох, и смысла нет ему объяснять. Все равно он в жизни не признает мою правоту. Мы оба долго сидели над обязанностями работников и оба одновременно встали.

— Здесь, — Кристофер бросил мне лист, — то, что я от них ожидаю.

— Отлично, — я поймала бумагу и сунула ее в документы де Эттвуда. — Завтра изучу. Пока у нас только секретарь с пиарщиком проработаны.

— А вы как хотели, деса де Артвуд? — вопрощал глава предприятия.

Я бы хотела, чтобы тот не лез в эти дела, но ведь не случилось.

— Вы излишне строгий, — вырвалось у меня. — Можно же ходить с лицом попроще.

— Что? — не понял Кристофер. — Я? Я владелец всего этого.

Он обвел рукой помещение, а потом одернул полы своего идеального пиджака.

— Поверьте, здесь каждая блоха (эпитет сам залез мне в голову) об этом знает. Для чего вы это напоминаете? Попробуйте быть сердечнее.

— Я?

Это на глаз оборотня я была юной и наивной, а по факту, могла дать фору в этом мире многим. Чем тот меня удивит? Молодые специалисты не умеют работать, зато опытные умеют не работать. Я это знала не понаслышке.

— Просто попробуйте, — попросила я и подошла к двери. — Не должны же вас все бояться.

Подобным образом строил бизнес де Лиев, благодаря своему дворецкому, а вот если бы того не было, держались бы сотрудники за свое место?

— Так что там про инвестиции, — вдруг спросил Крис.

— Инвестиции? — я растерялась, одной ногой пребывая в раздумьях, чем еще озадачить Элайзу.

Очень мелочно будет прописать в ее обязанностях ухаживать за местным фикусом?

— Вы просите от меня инвестиций в ваше дело, — устало произнес он, — что вы имели в виду?

Эх, нет здесь компьютера с графическими программами.

— Думаю открыть ресторан, — произнесла, наблюдая за реакцией оборотня.

Он не проникся, помрачнел. А все из-за того, что Гроунвуд слыл курортным городишкой, и здесь таких мест было навалом.

— Подождите, — похлопала его. — Это не такой ресторан. Он рассчитан на рабочий люд и десаев. Кухня и столы будут под открытым небом. Повар станет готовить на специальной жаровне, а люди издалека почувствуют запах.

— Дарина, вы казались мне разумной, — прервал меня де Ричмонд.

— Вы просто не пробовали, — я обиженно топнула ногой. — Представляете, какие ароматы пойдут по улице, едва мой работник поставит мясо на вертел?

— Я ощущал, — досадливо поморщился мужчина. — Я вас за этим и застал практически.

— Это были хинкали, — закрыла лицо рукой. — Я пока сама не разобралась, как их готовить. Это не шашлыки.

— Что? — не понял мужчина. — Такое ощущение, что вы не из нашей страны. Сыпете непонятными словечками и воспитываете меня.

— Я про вас то же самое могу сказать, — просопела и почувствовала, как сердце забилось быстрее. Не зря говорили, что волк не дурак. Он явно что-то чувствовал. Я без местного образования с кучей новомодных идей и с повелительными нотками. Пару дней, и он догадается. — Считайте, что я из сказки.

— Вас оттуда выгнали? — не заржавело за ним.

Собака сутулая, в детских мечтах я была феей, исполняющей желания, сейчас же я демон, который сам желает умертвить жертву в кругу ада.

— Все! — выкинула ворох бумаг, лежащих передо мной. — Это регламент стряпчего, а вы, — ткнула пальцем в волка, — разбирайтесь как хотите.

И ушла, цокая каблуками.

За несколько недель я успела заработать на мечту. По счастью, аренда в Гроунвуде стоила намного меньше, чем моя зарплата и любое что-то подходящее в Москве. С таким курсом валют я еще подумаю, а надо ли возвращаться в обыденный мир без магии и надоедливого самца.

Кристофер за мной не вышел, видимо, собирал по полу разбросанные документы, а я решила, что мне стоит прогуляться на второй этаж. Точно знаю, что Дэрион и Колтон не бросят меня на произвол судьбы. Дождавшись, когда последний проводит плачущего деса, заказывающего надгробие, я приблизилась.

— Очередной памятник? — посмотрела на него.

— Да, милая, — мы очень быстро отбросили церемонии и стали общаться, как друзья. — Помимо вашей фабрики и камней, мое искусство больше никому не нужно.

— А я ушла от де Ричмондов, — посетовала я. — Так что будешь работать напрямую.

К сожалению, Колтон быстро просчитал, кто именно сдает ему помещения.

— Дарина, ты чудесная женщина, но…

— Не разглагольствуй, — прервала его начинания. — Я как раз думаю, что с этим делать.

— Хочешь основать что-то свое? — удивился десай.

— Именно, думаю, как можешь пригодиться ты.

Вряд ли Кристофер пристрелит лошадь под собой, а точнее, уволит Вортингона. Все-таки тот наносил герб и родовое имя на все изделия. С другой стороны, многие понимали, что маг верен мне, а не оборотню.

— Я маг по железу в десятом поколении, — добавил мужчина.

— И я тебя очень ценю, — похлопала его, а в голове стал зарождаться новый план. — Не переживай, — крикнула ему, — я еще калькулятор не запатентовала.

Это же какое полезное изобретение, да деса де Орденберг меня живьем сожрет, что я с ней не поделилась. Она-то до сих пор считала прибыль на старых счетах.

Дэрион по своему обыкновению отсутствовал. Я его не третировала. К дедлайнам его вещи превосходили все идеи, пока тот не встретился со мной. А я требовательный заказчик.

В плохом настроении пришлось вернуться домой. К тому же на меня налетела кухарка, отчитав за бардак. А я, как это ни странно, ничего не смогла съязвить, получила-то за дело, погнавшись за единорогом, тьфу ты, за волком позорным. А он… А он… Детище мое обидел, неразумной меня назвал. Как там в известном меме говорилось? Художника, в моем случае повариху, обидеть может каждый, не каждый сможет убежать.

Уныние и скорбь не сходили с лица, и из-за этого заволновались Бали и Кейт. Вкратце я описала ситуацию, отчего, не сговариваясь, мои собеседники прыснули и переглянулись.

— Иногда ты такая болонка, — пожурил меня фамильяр.

Мелкие породы он не очень-то уважал за нрав и визгливый лай. Хотя по мне, чья бы корова мычала. При агрессивно настроенной кошке он картинно прыгал в мои худые, словно соломинки, руки и активно подвывал.

— Эй, я не пойму, на чьей вы стороне? — громко возмутилась, переводя глаза с одного на второго собеседника. — Кристофер меня обидел вообще-то.

Кейт явно умилилась, но посочувствовала.

— Даш, — приблизилась молодая оборотница, усаживаясь рядом и гладя меня по руке, — ты постоянно забываешь, куда попала. В Аридии принято опекать женщин и отговаривать их от необдуманных поступков. А дес де Ричмонд наверняка в шоке пребывает от твоей деятельной натуры и то, что ты вся такая уверенная и… — девушка запнулась.

— Конченая, — услужливо подсказал пес.

Поверхнувшись, зло посмотрела на зубастого друга. Видимо, придется заняться его воспитанием.

— Ты когда таким ехидным стал? — поиграла бровями. — На диету решил сесть и в будке ночевать?

Судя по слюнявой морде, с угрозой я попала в цель. Погода в Гроунвуде портилась, и дожди с грозами становились все более частым явлением, возможно, по моей вине.

— Так что, — продолжила Кейт, не замечая нашей перепалки, — он удивился и прибежит извиняться.

— Я еще подумаю, — забурчала я и сложила руки на груди.

Обладая скверным и властным характером, наблюдая, как начальник на работе мямлит и не может приструнить окружающих, да что далеко ходить, тут и де Эттвуд примерно таким же отличился, мечтала прийти в контору, где все будет работать словно часы под умелым руководством тирана. Вселенная услышала мои мольбы. Мне не понравилось.

В следующий раз, когда что-нибудь загадаю, подробную спецификацию напишу с качественными характеристиками и с процентами. Ну, и если совсем глубоко покопаться, повела-то я себя как форменная дура. Куда делось все мое самообладание? Может, де Ричмонд в чем-то прав? Я неразумная?

В грустненьких мыслях заснула, пустив Бали в кровать. Меня мучили кошмары со мной, Машей и волками в главных ролях. Сестра звала к себе и просила помочь, а из ее рук выпускалось ядовитого зеленого цвета свечение. Я ворочалась, сминала подушку, и, наконец, больно упала на пол.

— Ауч, — прошептала тихо и обернулась.

Ротвейлер даже ухом не повел, защитник, мать его. Но, раз уж все равно не сплю, решила подняться и подобрать утреннюю газетенку.

Я загостилась в доме Робба. Он ни жестом, ни словом, не давал понять, что я как-то смущаю благородное семейство, но я хотела свободы и личной жизни. Да, здесь так не принято, но и с ведьмы небольшой спрос. Мы же чокнутые.

Запахнув халат, приладила буйные локоны и крадучись спустилась вниз по лестнице, стараясь никому не мешать. Выйдя на улицу, ощутила, как прохладный воздух обдал меня свежестью и городскими, не самыми приятными запахами. По улице, за кованым забором уже сновали повозки, скрипя колесами по каменным дорогам. Ходил рабочий и тушил фонари. Я нагнулась и подхватила ежедневную страницу из местного издательства. Заварю себе кофе и поищу несколько вариантов квартир. Непонятно, что меня ждет у Кристофера, но отдельное жилье точно нужно.

Пока я стояла на крыльце, к воротам подъехало ландо без опознавательных знаков. Это кого к нам принесло в такую рань? Робб ранние подъемы не любил и оттягивал это дело до последнего, часто перекусывая уже в самом экипаже. Детки его тоже жаворонками не слыли. Так что визит нежданный и однозначно странный, но зачем гадать, если можно пройти вперед и узнать для чего все это? Чем я и занялась.

Из повозки сначала показалась трость с золотым набалдашником, потом черный котелок, а когда мужчина поднял голову, узнала в нем виновника вчерашнего происшествия. Де Ричмонд поставил ноги на тротуар, открыл калитку и вальяжно зашел, совершенно не переживая, ждут его в этом доме или нет, а потом уперся в меня.

Вот совсем уперся, вплотную, ближе некуда.

— Деса де Артвуд, — чтобы не упасть, оборотень вцепился в мою талию.

Сильно, я каждый палец прочувствовала и покраснела.

— И вам не чихать, — похлопала наглеца по рукам, а потом отошла на пару шагов назад. — Чем обязаны такой честью?

Сомневаюсь, что он приехал ради меня, но с другой стороны, что еще могло заставить главу компании принестись к нам в это рассветное время? Кристофер немного растерялся от моего не дружелюбного тона.

— Простите, Дарина, — кашлянул он. — А вы всех гостей в подобном виде встречаете?

Могу понять его замешательство. На мне сорочка, черный атласный халат и сапоги, скорее всего, принадлежащие местному садовнику и доходившие мне до коленей. И забыла главное, на голове творилось форменное безобразие из непослушных кудряшек. Я напоминала черный мрачный готический одуван в дорогом белье.

— Гости дома сидят, только чужие в такую рань шастают, — перефразировала известное выражение и обмахнулась газеткой.

Несчастный сглотнул. Вот, что-что, а вызывать ступор я умею.

— Дарина, может, пройдем в дом? — Де Ричмонд обернулся вокруг и распахнул полы своего сюртука в попытках меня прикрыть. — Вдруг вас кто-то увидит?

— А? — махнула рукой, предлагая пойти за мной, и развернулась. — Вы же увидели. И что? Ничего же не случилось.

— Я бы так не сказал, — сдавленно проговорил спутник.

Стараясь не обращать внимания на его голос, храбро прошагала вперед. Понятно, что я тут в роли шута, и всех удивляю. Мне бы вести себя потише, поскромнее, но против этого восставала вся моя натура. Видимо, эта бестия (моя натура в смысле) хотела, чтобы нас спалили.

— Это гостиная, — пригласила оборотня и уселась на диван, а потом вспомнила об остальных приличиях. — Если хотите, могу кофе налить, приготовить, одеться, — забормотала в обратном порядке.

— Нет, — он меня остановил, — то есть да, то есть нет.

— Так, — я подняла ладонь. — Кофе? Или одеваться?

— Кофе, — опять же сдавленно прошептал мой посетитель.

Правильный выбор. Я пока одеваться буду, столько всего надумаю, что не позавидуешь. А вдруг Бали проснется? Он так-то тоже нашего начальника не жалует.

Я принеслась в гостиную через несколько минут, придерживая две маленькие кружечки.

— Это вам, — бросила об журнальный столик его порцию. — Так с чем пришли?

Церемонии — не мой конек, а судя по времени прибытия де Ричмонда, то и не его тоже. Нет бы позднего утра дождаться, приехал в самый неудобный момент. Все спят, а я домашнего полтергейста изображаю.

— Кхм, — он отпил крепкое эспрессо. — Я хотел извиниться.

— Чего? — закашлялась я, потому что он застал меня врасплох, а я тоже занималась дегустацией напитка. — Извиниться?

Я проглотила содержимое в один миг. Одна из причин, почему я так уверена в ресторанах, это то, что местные повара придерживаются мысли: чем меньше порция, тем вкуснее. То ли дело шашлыки. Там меньше полукилограмма не наложишь.

— Да, — мой собеседник постарался не обращать внимания на мое удивленное лицо и цветастый внешний вид. — Извиниться. Я, к сожалению, позже осознал, насколько для вас это важно.

Кофе в горле свернулось в комок и попросилось обратно. Что-то не верится мне в сознательность начальства. Часто они так делают, если им что-то нужно от подчиненных. Так что следующие мои действия были продиктованы нажитой подозрительностью и опытом.

— Давайте, — без энтузиазма в голосе подогнала Кристофера и откинулась на подушку. — Что там у вас?

— В смысле? — не понял мужчина и на всякий случай посмотрел в содержимое кружки. А потом еще и магией проверил, чтобы не сомневаться. — Что там у меня?

— Так у вас, не у меня, — подвинулась и возмутилась. — Как вы еще будете уговаривать ведьму сотрудничать с вами? Остается одно, отравить.

— В чем-то вы правы, деса де Артвуд, — фыркнул Крис и улыбнулся, словно мальчишка, совершивший какую-нибудь пакость. — Но я у вас дома. Как я могу вас отравить?

Ненавижу, когда все вокруг верно мыслят, а я нет. Лапы коротки, напиток готовила я. Вон, дес его допивает и смеется в маленькую кружечку.

— Положим, что не можете, — вздохнула. — А что от меня нужно?

Командировками меня в соседние села не пронять. Я еще пытаюсь сестру отыскать, так что вряд ли у оборотня есть хоть какие-то рычаги давления. Но я в очередной раз ошиблась.

— Даша, можно вас так называть? — попросил де Ричмонд.

— Да что уж там, — я с силой хлопнула его по спине. — Зовите как удобно.

— Хорошо, — оборотень взглянул на меня снизу вверх, опять подмечая незавершенность утреннего туалета. — Я бы хотел, чтобы вы стали моей помощницей, пока я не расправлюсь с десом де Лиевом. По общению с вами, я понял, что вы в состоянии бросить тому вызов.

— А поездки в другие города? — мои брови взметнулись вверх.

Не то чтобы я не хотела, но все-таки между мной и начальником пробежала если не кошка, то точно собака разногласий.

— Позже вы сами решите о формате нашего сотрудничества, — гордо поднял голову Крис. — А пока разговор идет только о Гроунвуде.

Ха, да тут и премия ни при чем, и жалованье.

— А инвестиции? — напомнила аристократу о его обещании. — Вы готовы поддержать мои начинания без ваших, этих…

— Чего, Даша? — с нажимом и каким-то скрытым умыслом начал де Ричмонд, старательно отводя глаз от голых коленок. — Чего?

— Без устрашений, — вспомнила я слово и погрозила пальцем перед лицом начальства.

— Как я обещал, Дарья, — оборотень почти смаковал мое имя, — без устрашения, скрытых смыслов и подводных камней. Я поддержу вас и выдам денег. Обо всем вы можете просить десу де Орденберг. Я ввел ее в курс дела.

Ни хрена…тьфу ты, ничего себе, девки пляшут. Никак он дал мне право залезать в казну фабрики? Пришлось подавить в себе восторг и желание понестись на улицу, где находилась канцелярия. Успею еще за монетками сходить.

— Отлично, а у вас есть хоть какой-нибудь план? — спросила и выгнула бровь, уставившись на де Ричмонда.

Не знаю, что там за развернутая пропасть между ним и Лайоном, но эта вражда точно с очень давних пор. Будет очень символично, если я закончу ее тем же ударом.

— Нет, но я надеялся, что вы сможете мне помочь, — оборотень вздохнул и откинулся на спинку.

Приняв извинения, а также вдоволь насладившись виноватым видом Кристофера, заверила, что окажу любую помощь. Мне и самой этот де Лиев в печенках сидел.

В голове не укладывается, что власть попустительствует его произволу. Без одобрения Лайона никто не мог завести свое собственное дело. Если магам и немагам удавалось договориться с ушлым проходимцем, то они платили незначительный процент от прибыли и поддерживали любые его сделки в городском совете. В общем, пышногривый аристократ слыл в Гроунвуде мафиози местного разлива.

Пока я раздумывала над бренностью бытия и составляла планы по рейдерскому захвату власти, мой гость засобирался домой. Вспомнил-таки о том, что в Аридии верх бескультурья являться к даме в ранний час.

— Значит, вы согласились, — волк с некоторым облегчением выдохнул и начал озираться, в поисках черного котелка и трости.

— Да, — кивнула я. — Согласилась, но впредь прошу вас сдерживать свои ммм… властные порывы. Очень обидно слышать подобные слова от мужчины.

Я подразумевала не только его выпад в сторону моих начинаний, а в целом его манеру общения. Он привык, что его служащие ходят на задних лапах, а я больше раздражалась. Работать я умела и без лишних напоминаний и криков, вот оправдываться за свои приказы терпеть не могла.

Кристофер закатил, а потом обратно откатил глаза. Напрягся, прям дернулся от усилий, едва заметно удлинив когти на руках, но смог остановить сие действие, за что ему хвала и почет. Все же избавиться от старых привычек непросто.

— Еще раз извините, я не хотел вас обидеть.

— Хорошо, — чуть улыбнулась и встала у выхода в ожидании, когда он приблизится к двери. — И давайте на «ты», я все же ваша подчиненная… пока.

Де Ричмонд удивился, точно не ожидал от меня подобных слов. Между нами не сложилось теплого общения, все больше споры, ругань и необходимость терпеть друг дружку, а я неожиданно проявила милосердие.

— Ведьма заключает мир? — сощурил свой взгляд благородный дес.

Не поверил своему счастью.

— Да, да, — уже устало ответила, — надо как-то привыкать и содействовать.

Он хмыкнул.

— Тогда и ты, Даша, зови меня просто Кристофер. — волк распахнул створку и чуть застыл. — Ты же теперь моя помощница, а не Робба.

И ушел, можно сказать, почти сбежал от меня. Я с открытым ртом наблюдала, как он садится в свой экипаж, стучит возничему и уносится вдаль.

Немного вздрогнув, подумала, интересно, а это считается повышением? Тогда моя карьера стремительно летит вверх. Месяц трудов на благо фабрики, а уже правая рука высшего начальства. Дарья Антонова, да ты могешь.

— Даш, — раздался хриплый мужской голос за спиной. — А ты чего так рано встала?

Я обернулась, чтобы поприветствовать хозяина дома. Де Эттвуд в домашнем халате и пижаме остановился перед лестницей и рассматривал мое немного виноватое лицо. Он хоть и скромный пугливый волк, но все-таки мой опекун, а я нарушила несколько правил этикета. Да что уж там, оскандалилась по полной. Если меня и Кристофера увидели соседи, то сплетен будет на целый год.

— Да так, — отмахнулась и подошла к нижней ступеньке, — за газетой ходила.

— В таком виде? — с подозрительной интонацией стал выспрашивать Робб.

Дался им мой внешний вид. Проживая в центре Москвы, не раз замечала плохо одетых, разбитных, с потекшей косметикой, девушек. И ничего, никаких разнузданных мыслей. Поживите возле ночных клубов и караоке, и не то увидите.

— Ага, пойду, объявления почитаю, — поплыла я, указывая на местный вестник, и радостно унеслась прочь.

День обещал быть насыщенным. Мне еще план по раскулачиванию придумать надо.

Глава 8. Голос, харизма и… пытки

Даша Антонова

Позабыв напрочь о визите Кристофера, потому что дел прибавилось не хило, я стала искать подходящие объявления об аренде городской квартиры. И уже вечером собиралась обойти все подходящие варианты.

Сообщив новость домашним, не встретила яростного сопротивления. Робб продолжал меня немного опасаться, так как больше не видел во мне спасительницу, зато рассмотрел конкурентку, и ревностно оберегал свою должность. Мне бы обидеться, но я его понимала: странная, амбициозная и умная. Даже в моем мире подобных женщин называют стервами. Оррин стал язвить и бросаться колкостями, которые я объясняла его скупым эмоциональным диапазоном. Скорее всего, он расстроился, все-таки я помогла их семье, но правильно высказать свои чувства не мог. Искренне опечалилась лишь одна Кейт, пообещав прогуляться со мной и выбрать достойное жилище. Там и уроки магии не за горами.

Придя на рабочее место меня быстро взял в оборот Дэниэл.

— Дарина, — почти зажал меня в углу, едва я вышла за дверь кабинета де Эттвуда и хотела навестить своих арендаторов, — Объяснись!

Мне бы больше контекста, так как я совсем не могла вспомнить, что натворила за последние дни. Точнее, что натворила, вспомнить могла, но вот за что меня осудил оборотень, не понимала.

Я помахала ладошками, показывая, по моему мнению, жест «больше-больше».

— Не понял, — растерялся мужчина.

— Чего это ты не понял? — тихо возмутилась. Подумаешь, я не мастер игры в «крокодил», — В чем объясняться-то? У меня настолько длинный послужной список, до утра простоим.

— А, — он отошел на шаг и взъерошил волосы на затылке, одновременно поглядывая на лестницу, — Почему Кристофер стал расспрашивать меня о своей невесте? Еще удивился, что я с тобой по тавернам хожу. А ты, оказывается, еще и ухаживания де Лиева приняла.

Вот здесь по порядку. Слухи, как правило, множатся, обрастают новыми подробностями и живут своей собственной жизнью.

— Во-первых, — выставила палец, задумавшись о маникюре, — по тавернам мы вместе ходили. Весело же было. — Де Римоут замялся, но все-таки кивнул. Та ночь останется в нашей памяти. Правда, в его останется, а в моей вряд ли. Ничего не помню, кроме начала, явно стоит повторить. — А во-вторых, это были не ухаживания, а стратегическое прощупывание.

— Какое прощупывание? — взвизгнул кадровик, всплескивая руками, — Если назвалась моей невестой, то хоть соответствуй. Почему тебя касался посторонний мужчина?

Пришлось его утихомиривать.

— Успокойся, ревнивец, — не без насмешки заметила я, — Лайон хотел переманить меня к себе, почувствовал, зараза, конкуренцию.

И с удовольствием наблюдала за реакцией названного жениха. Поначалу он побледнел, приоткрывая, а затем закрывая рот, потом побагровел, а чуть позже появились исключительные фиолетовые отливы.

— Этот мерзавец? — скупо высказался Дэниэл.

Эх, а я по его лицу надеялась на какое-то более витиеватое выражение. Мои матерные слова заканчивались, а аридийские я толком и не выучила.

— Он, он, мой хвостатый друг, — похлопала его по плечу, — не переживай. Попытка оказалась неудачной. Как раз разрабатываю план порабощ… ой, освобождения города от львиной диктатуры.

Если де Римоут ничего не понял, то виду не показал, только еще больше нахмурился и навис надо мной. В Гроунвуде у каждого мужчины какой-то комплекс неполноценности. Они своим грозным видом пытаются и даму покорить, и в работе не облажаться. Зигмунда Фрейда на них нет.

— Дэниэл, Дэниэл, Дэн, — пыталась достучаться до него, но, видимо, вселившийся зверь, а мне натурально стало казаться, что бес, меня не слушал.

По рукам резко стала расти шерсть, ногти превратились в когти, а глаза приобрели желтоватый оттенок. Мамочки, он так разозлился из-за де Лиева? Да пожалуйста, хотите, сами разбирайтесь. Уйду в сторону, сложу ручки на коленках и буду томно вздыхать.

К счастью, эволюция из человека в волка была прервана начальством, и, как всегда, в самый неудобный момент.

— Дэниэл, — послышался голос снизу, — отойди от Дарины! Она может пострадать!

Я с облегчением вздохнула, узнав в носителе де Ричмонда. Вот иногда он вовремя приходит. Волк нас как будто бы не услышал, но сдерживал дальнейшее обращение. Через секунду я услышала тихое поскуливание.

— Дарина, вниз! — скомандовал Кристофер и рукой отбросил своего кузена.

Я съехала по стенке и зажалась в углу, закрыв глаза и чувствуя, что вокруг меня идет ожесточенная борьба. Много раз, мне, идиотке, говорили, что доводить этих существ до белого каления не стоит, но я словно дитя малое, постоянно танцевала на острие ножа. Доигралась, дурочка. Хотя… в свою защиту могу сказать, что абсолютно не врубалась, отчего озверел де Римоут. Лайон для фабрики известная заноза, но настолько беситься… Там тоже какие-то личные мотивы попрятаны?

Через минуту или две, а для меня прошла целая вечность, начальник произнес.

— Все обошлось, поднимайтесь.

Я распахнула очи, переживая, что передо мной будет лежать бездыханное тело де Римоута. Но нет, он стоял в отдалении, опершись на противоположную стену, и пытался отдышаться. Под его глазамм я заметила разливавшийся голубоватомым цветом синяк.

Приняв руку Кристофера и поднявшись, осмотрелась вокруг, подмечая порванные рукава у обоих, а также смятые рубашки.

— Дорогой, — подняла ладошки, показывая, что сдаюсь, — давай, пока ты не усмиришь свой гнев, мы со свадьбой повременим. Не хочу нанимать дровосеков, — вспомнила известную сказку.

— Зачем дровосеков? — не понял мой спаситель, а Дэниэл обрадованно-вопросительно поглядел на меня.

Пришлось пояснять.

— Как зачем? Брюхо вспарывать, только так и поймем, отчего зверь взбесился, — непосредственно ответила, потянувшись за ручку двери и одновременно понимая, что подкинула обоим еще с десяток вопросов и тем для обсуждения.

— Я же еще жив, дорогая, — передразнил мой высокий голос де Римоут.

— Ничего не знаю, — обиженно процедила ледяным тоном, — вскрытие покажет.

С Дашей шутки плохи. Даша в безвыходном состоянии может и мешок голодных блох закидать оборотню в штаны. Вот прямо сейчас помышляет об этом. Кристофер, удостоверившись, что я в порядке, а у его кузена больше не просыпается желание убивать нерадивую невесту, решил удалиться.

— Давайте, я вас оставлю, — он галантно поклонился, сверкнул глазами в сторону Дэниэла и открыл дверь, немного задержавшись. — Даша, поторопитесь. Нам есть что обсудить.

— Хо-хорошо, — заикнулась я. — Пять минуточек.

Теперь у меня больше пиетета к начальству. Спас, не оставил в беде, усмирил нерадивого безумца. Не думаю, чтобы волк меня бы растерзал, но «покоцать» нежную кожу ведьмочки мог. Я хоть и скромная, но очень красивая, именно поэтому поправляю воображаемую корону раз в день. Если больше, то тщеславной назовут.

Когда я и так называемый жених остались наедине, де Римоут пуще прежнего набросился на меня.

— Уже Даша? И как так получилось? Да ты меня позоришь, — не дал мне выкрутиться и выставил руки возле моего лица.

Близко, почти интимно.

Я поморщилась и уперлась ладошками в широкие плечи мужчины, старательно того отпихивая. Жаль, гора настигла Магомеда и сдвигаться не желает.

— Дэн, давай не сейчас. Определенно в дебатах ты со мной не выиграешь, а второго твоего гневного перевоплощения я не переживу.

Если я хотела возмездия, то цель достигнута. Парни, в большинстве своем, народ нежный и трепетный, снисходительно называющий женщин слабым полом. Да если бы я хоть раз рассказала, какими меня эпитетами поливают заклятые подруги или дала себе волю и рассуждала вслух насчет свойств характера и внешности, то противоположная сторона бы убежала и расплакалась в подушки. Обидеть, задевая самые потаенные струнки души и одновременно надавливая на слабые стороны… о-о-о, на это способны только истинные леди. Ну и так, по мелочи, пощечину дать, руку сломать, яду насыпать. Выбирайте, что больше нравится.

Дэниэл, как пить дать, разозлился, но держал свою ипостась внутри организма, и на том спасибо.

— Не язви, тебе ничего не угрожало. Думаешь, я юнец недоразвитый? А насчет невесты, ты сама предложила.

— Хорошо, — яростно кивнула. — Я при Крисе почти что разорвала помолвку. Давай еще немного поднапряжемся, покраснеем, а после перестанем пускать пыль в глаза?

— Зачем? — в очередной раз опешил коллега.

Зачем? Серьезно? Эх, с такими дураками каши не сваришь. Пришлось постучать по своему лбу, по его-то темечку чревато.

— В смысле? Войдем обиженные, в цвете лица, так сказать, и будем дуться друг на друга. Мне этот спектакль уже ни к чему, а ты можешь спокойно все валить на меня.

В Аридии репутация много значила, но десе Антоновой было наплевать. Я почти уверовала, что рано или поздно вернусь в свой мир.

— А как же положение? Да тебя потом никто замуж не возьмет, — пригрозил мне серый хвост.

Я хмыкнула. В этой области даже в Москве были пробелы. Кто в здравом уме согласится завести дома кудрявую ехидну с замашками императрицы?

— Ты забываешь, — ткнула его пальцем в грудь. — Я ведьма. Мы берем что хотим. — и подумав, добавила. — Замуж не хотим, ресторан хотим, и вообще, у меня встреча с начальством. Так ты согласен? Я же тебя об этом временно просила…от родственника твоего скрывалась. Да и… — мазнула этим же пальцем и коснулась носа «жениха», — все равно у нас бы ничего не получилось, как сказали бы классики.

Де Римоут на мгновение задумался и одобрять мое решение не спешил.

— Знаешь, Дарина, — начал он, — неделю назад я бы с тобой согласился. А теперь, — оборотень растерянно потер затылок. — Ты так оригинально решаешь проблемы, воюешь с моим врагом (и он туда же), умная, находчивая… а что язык, как помело, так это исправимо.

Последнее можно было не упоминать. Мой интеллект — достояние народа и семьи. С характером не повезло, это да. С другой стороны, все родственники намекали на общую черту. Наша семейка испокон веков слыла парией: за словом в карман не полезем, чинопочитания не испытываем, традиции отрицаем.

— Э-э-э, — остановила поток связанной мысли, — давай вот без угроз.

Теперь пришла очередь Дэниэла ухмыляться.

— Нет, до-ро-га-я, — прокатил на своем языке, — я немного подумал и решил не отказываться. Сама назвалась, сама и выпутывайся.

Мамочки, он меня натурально в жены записывает? У кадровика крыша прохудилась и разъехалась в разные стороны? В какой руке держать лопату, если волчара окончательно охренел?

Сдержав в себе воинственный порыв, вдарить кулаком по наглой морде, я застыла. Всегда успею решить свои проблемы мордобоем, настоящие леди действуют немного тоньше.

Он весь такой согласный, пока не столкнулся с истинной стороной моего распрекрасного характера. Ни один москвич не выдержал, да что там говорить, у меня в поклонниках и дагестанец затесался. Сбежал, сверкая пятками. А почему? Потому что никто не любит самодостаточных и язвительных женщин, способных залезть в твое нутро, дотронуться до самых потаенных частей тела, да так, чтобы ощущать при моем появлении порывы к трусливому побегу.

Что же могло случиться?

Ха, я-то активно пользовалась чисто девичьим умением взорвать мозг, образно ухватившись за горло, утянуть пищевод и сжать кадык, пряча его где-то в поджелудочной, а потом, вместе с потрохами и содержимым желудка вытащить чужие глубинные страхи и комплексы, но…

Это уже ужасы какие-то пошли. В целом, я барышня веселая, смешливая и легкая на подъем. Мечта любого.

— Все, Дэниэл, — я топнула ногой, — Если это было обольщение, то ты провалился по всем статьям.

— Это почему же? — волк абсолютно не понимал своей ошибки, уверенный в том, что на меня взыграют его животные феромоны.

Ну, или его должность. Что здесь, вообще, девиц привлекает?

— Меня надо брать ужасами и неотвратимой победой, — обескуражила своего коллегу. — Да и к начальнику пора бежать, — вздохнула, наблюдая, как мой почти женишок мрачнеет с каждой секундой.

— Ой, иди, — махнул он рукой и даже отворил створку словно истинный джентльмен.

Стоило ли говорить, что именно сегодня у меня взыгралась паранойя? С одной стороны, всегда приятно, если у тебя есть верный поклонник, с другой, сильно настораживает, когда он перевоплощается в преследователя.

Я короткими перебежками достигла кабинета Кристофера. Большинство работников фабрики больше не реагировали на меня, будто я чужачка. Наоборот, Юлианна приветливо помахала мне одной рукой, одетая с иголочки. С некоторых пор ее сильно заботил внешний вид и как она общается. Конечно, мы же предложили ей рекламировать нас и вести переговоры с другими аристократичными десами, вкладывающих деньги в компанию. Акционерное общество процветало. Пожалуй, пришло время найти толкового и идейного дизайнера-ювелира. Рядом с ней меня поприветствовали и Линея с Эндрю. Главным образом потому что я от них отстала. Да и десе де Ольденберг куда удобнее работать, если не высчитываешь копеечки, лишь бы заплатить сотрудникам, а смело бравировать на деревянных счетах и выписывать чеки всем желающим. Не принимала меня только Элайза, угрюмо выглядывающая из-под стопки с документами. Казалось, что теперь смысл ее жизни заключался в том, чтобы подловить меня на чем-нибудь постыдном. Я даже удивлялась, отчего у нее ничего не получается. При хорошем освещении я позорюсь несколько раз на дню.

— Даша, — обратился ко мне по имени де Ричмонд, когда я вкатилась в кабинет. Вот он в мои минуты постыдной славы был частым свидетелем. — Тебя только за смертью посылать. Чем ты довела своего, — он выполнил глазами полный оборот, — жениха?

— Да так, — скромно потупила взгляд. — У вас у всех какая-то неправильная реакция на льва. Что он тебе только сделал?

Я спросила и не надеялась на ответ, но уловка уже закинута. Если хотят одолеть местного мафиози, придется делиться информацией.

— Это неважно, — припечатал оборотень, но через пару секунд решил пояснить. — Мы вместе учились в академии, а в детстве дружили: я, Лайон и Дэниэл. После дороги разошлись.

Вот где собака зарыта. Мутная история из детства. Чую, не обошлось без большой любви и женского предательства. Мужчинки на подобное только так и реагируют. То ли дело барышни: не отомстила бывшему и разлучнице, не сделала им какую-нибудь пакость, считай, день бесполезно прошел.

— Так, ты что-то придумала? — вперил в меня свой внимательный взгляд волчище.

А я, вместо того, чтобы вдумчиво излагать свой план, залюбовалась синими как лед глазами, метающими молнии. Хорошо, что не в меня. Люблю мужчин, увлеченных делом.

— Да, — вздрогнула, отбрасывая весь налипший романтический флер. Это на меня так спасение из лап де Римоута действует, я надеюсь. — Будем брать врага его же оружием.

— Не понял, — склонился над столом Кристофер, укладывая подбородок на ладони. — Каким именно?

Я, недолго думая, рассказала намеченный план. Де Лиев подмял под себя город, но пока он выступал в роли властного и не терпящего возражений чиновника и бизнесмена, тоже нажил кучу врагов. Пускай никчемных, не способных к ответу, но все же тех, кто был недоволен его политикой. В большинстве своем это были лавочники, кто не желал делиться грабительским процентом. Они с трудом выживали, продавали последнее, а потом уходили в обычные ремесленники, продолжая трудиться на производствах, принадлежащих оборотню-льву и его помощнику-нагу. Трудно противиться натиску менталиста, способного прочесть твои мысли. Он же наперед знает, как поступит тот или иной волшебник.

Мне же повезло. С помощью Кейт, я разобралась в собственной магии. Осознанно использовать ее еще не могла, зато превосходно рушила планы де Лиева. В голове у ведьм сущий хаос и беспредел. Если у большинства жителей Аридии мысли разгонялись из точки А в точку Б, образовывая прямую дорогу, то в моем сознании царил МКАД, ну или АД, смотря кому как больше нравится.

— Найдем тех, кого лишил должности и работы мерзавец, примем к себе и будем развивать деятельность, — бесхитростно сообщила я. — Рано или поздно это выльется в открытую конфронтацию.

— А в чем смысл? — продолжал допытываться де Ричмонд.

— В гневе все делают ошибки, — вздохнула, вспоминая свои глобальные промахи. — Почти уверена, что твой, — никак не могла подобрать подходящее слово, — соперник обвинит во всем меня и попытается устранить.

Кристофер, до этого сохраняющий спокойствие, резко напрягся.

— Нет, это не подходит! — стукнул по столу мужчина.

— Да почему? — пришла моя очередь разъяриться.

Идеальный же план.

— Даша, ты совсем дурная или притворяешься? — теперь я вообще не понимала его неожиданного всплеска эмоций. — Это же опасно! По большей части для тебя.

— Ну да, — завороженно кивнула, наблюдая как переплетение венок забилось на кистях моего начальника. — Опасно для жизни. В первую очередь для его собственной. Ты слишком плохо знаешь меня.

Чего-чего, я ушлого и наглого Лайона я не боялась. Подобные ему только в глазах слабых страшные и ужасные, а на деле «один раз — не ловелас».

— Ой, если мы такие гордые, — закачала головой, держа в тонусе свои активно двигающиеся брови, — тогда сам план продумывай. Обидеть художника может каждый. — и демонстративно обиделась, как психологи завещали.

Сам, скотина такая, помощи просил и обесценил. Я для чего по городу бродила и униженных выискивала? Несколько часов работы коту под хвост.

— Ладно, — импульсивный владелец фабрики встал, да так, что за ним кресло упало. — План хорош… в чем-то… Я согласен. Но… — упрямец не стал договаривать и с выжиданием уставился на меня.

— Что «но»? — пошла навстречу и спросила очевидный вопрос.

Кристофер обошел рабочее место, приблизился ко мне и опустился ниже, чтобы его лицо было на уровне моего.

— На время действия нашего уговора о шашнях с моим кузеном можешь забыть. Все должно остаться в тайне между нами. Если согласна, то помолвка разрывается, а я беру за тебя ответственность, предварительно поговорив с де Эттвудом. Мне все равно, как это будет выглядеть. Если печешься за свою репутацию, то обещаю, после победы, — он хмыкнул, — выдам тебя замуж за достойного деса, равного твоему положению.

О, так быстро моя судьба еще не решалась. Десять минут назад один из волков почти взял замуж, через пять минут второй из волков отказал, если так дело пойдет, то моя карьера даже без постельных сцен стремительно повысится.

— Да без проблем, — вытянула руку, подавив в себе порыв плюнуть на ладонь. — Сделай одолжение, расскажи все Дэниэлу сам.

Мне бы задуматься, на кой такие жертвы, но решила сохранять молчание. Убила, так сказать, двух зайцев одним выстрелом. И от поклонника лишнего отвязалась и убедила оборотня согласиться с моими доводами.

— Хорошо, — недоверчиво проговорил Кристофер. Растерялся… Это он от счастья… наверное. — Но я не закончил.

Моя ладошка так и застыла в воздухе. Чую какой-то подвох в настороженном тоне мужчины.

— Выкладывай, что уж там, — пробурчала я, смущаясь от его близости.

Нет, все-таки попаданка Даша, как пить дать, влезла в какую-то странную историю.

— Мне необходимо тебя защищать, ты сама это понимаешь. — Уставился на меня волчара. — Ты же понимаешь? — добавил озабоченно.

— Понимаю, — завороженно кивнула я.

Но ничего не понимала. Зачем меня защищать? Во-первых, у меня есть Бали, всем своим видом показывающий, что от врагов полетят клочки по закоулочкам. А о том, что он пес тонкой душевной организации им знать не обязательно. Во-вторых, де Лиев, как и большинство мужчин, считали себя всесильными и властными, пока им в одно нежное место не зарядили. Благородные десы от упоминаний конечностей бы смутились, но я кхм-кхм… тертый калач. Вдарю, мало не покажется. Весь налет деспотии слетит. Меня бы на баррикады. Чапаев бы нервно курил в сторонке. А в-третьих, мозги плавились, как мороженое на солнце, потому что де Ричмонд сидел уж слишком близко со своими чувственными губами, родинкой возле глаз и обеспокоенным взглядом.

Что я там говорила? В-третьих? В-третьих так в-третьих. И черт бы с ним. Вечно забываю, какой же впечатляющий мужчина сидит подле меня.

— Хочу завтра объявить в городском вестнике, что ты моя невеста. — Донеслось откуда-то издалека.

Ага, невеста. Продолжала кивать в такт его фразам, убаюканная глухим и томным голосом. Наделила же природа своей щедростью. У меня из достоинств кудрявость и умение крестиком вышивать. А у него… У него еще и голос замечательный.

И встрепенулась…

Что?

Мать твою, что?

Опять?

— У вас фетиш какой-то? — праведно возмутилась я. — На ведьм? Или это соревнование?

Подумать только, а я обрадовалась, что избавилась от Дэниэла. Да если рассматривать проблему, то предыдущий жених меньшее из зол. Хотя бы не будет третировать, пользуясь должностью и положением.

— Ты не согласна? — опешил Крис. — Сама же предложила.

— Так я не брак тебе предложила, — отодвинулась от него, переживая за собственный рассудок. — Дубина, — но окончание фразы, он, к счастью, не расслышал.

— Даша, ты же умная женщина. — Де Ричмонд встал и стал ходить по кабинету туда-сюда. Мне оставалось только следить за его нервными передвижениями. По зрачкам и не догадаться вовсе, на работе я или на теннисном матче. — Как я могу постоянно находиться рядом, какие у меня могут быть причины?

— Дружба? Интерес? А про понятие «рабочая жена» ты когда-нибудь слышал?

— Какая жена? — не понял начальник.

А я прижала голову. Нет, для Аридии явление будет чересчур скандальным. Гипотетические они, вон, с девочкой чуть дольше на лавочке посидели и уже свадьба.

— Вот совсем никаких вариантов? — заискивающе улыбнулась я. — Как же вы тогда ухаживаете? А если тебе дама не понравится, все равно жениться надо?

— Нет, почему? — он всплеснул руками, но скоро опомнился. — Так, я не об этом. — Кристофер замотал головой. — Вечно ты с темы сбиваешь. Иногда думаю, откуда ты такая прискакала, явно не из нашего мира.

Я прямо притихла. Знал бы оборотень, насколько приблизился к правде, но он, слава всем местным богам, не заметил ничего подозрительного, продолжил вещать. Мужчины, что с них взять? Они под своим надменным носом ничего важного и не рассмотрят.

— Я что, так много прошу? Если хочешь, донесу до Дэниэла всю неловкость нашей ситуации. Уверен, он простит тебе непозволительное поведение.

— Да не надо, — как-то вяло отнекивалась я. — В целом, там похожий случай.

— Похожий случай? — вцепился в мои слова хвостатый. — Похожий случай? У вас что? Фиктивная помолвка? Для чего?

Ну не рассказывать же де Ричмонду, что я жутко испугалась его появлению в баре? Я вообще считала, что если не соврать — история интересной не получится.

— Эта тайна умрет со мной, — прижала руку к сердцу. — Или с де Римоутом. Но насчет него я не уверена. Иногда думаешь, что знаешь человека, а он трепло бесхребетное. Будешь его пытать, так и передай.

— Приму к сведению твои слова, Дарина. Так что с твоим статусом невесты. Ты согласна?

Голосом, харизмой и возможными пытками своего кузена он почти убедил меня, что выхода нет.

— Наверно, — я затянула гласные, — вот только…

— Что? — тут же помрачнел мужчина.

Он был достаточно знаком со мной, чтобы подозревать худшее.

— Я выбиваюсь из понятия — подходящая партия, — как-то грустненько сообщила я, — утром решила переезжать от де Эттвудов, квартиру себе ищу. Как же ты потом, бедненький, репутацию обелять будешь?

Но волк меня удивил. Даже не так. Он меня охренел, другого слова я подобрать не могу. Кристофер обрадовался, расплылся в счастливой улыбке, взметнул своей великолепной шевелюрой и сообщил:

— Наоборот, это же замечательно. Переезжай ко мне. Нас никто не осудит.

Святой единорожковый бог с рогами и копытами, я, вообще-то, на другую реакцию рассчитывала. Как минимум, что он прижмет пальцы к переносице, глубоко вздохнет и запричитает, насколько я падшая женщина.

А вот нет, не падшая. Сама вижу, что лыба с лица не сходит.

— Вот прям никто? — я уточнила со здоровым скептицизмом.

— Ты же невеста оборотня. И сама ведьма, — де Ричмонд не особенно переживал за мои романтические чувства. — Все к подобному привыкли. У нас все быстро происходит.

Ну, прямо разбег от ненависти до той же ненавистной женитьбы. Ему в Россию на первый канал надо. У нас такое любят. Ага-ага.

— Может, все-таки рассмотрим отдельный вариант проживания? — я решила без боя не сдаваться.

Репутация репутацией, а мужчина в трусах на босу ногу меня на свершения не вдохновит. Или вдохновит? Сколько я уже в Аридии мотыляюсь? Месяц, полтора? А все без томного поклонника. Непорядок.

— Нет, — он прямо посмотрел на меня. — Не спорь. Во-первых, Лайон еще сто раз подумает, прежде чем на тебя нападать. А во-вторых, будешь под присмотром. У меня мало опыта с колдуньями. До сих пор в шоке от твоих вывертов.

Мне бы признаться, что я сама иногда от себя не ожидаю, что в их мире я как пятое колесо в телеге. Но не могу, темная душа, здоровое желание быть свободной и расчетливый профессионализм просто кричали об обратном. Сдаст, собака сутулая, местным дознавателям, и не подавится.

— Ладно, — смирилась с происходящим.

Кристофер не Робб, будет твердо настаивать на своем, не отступится и почует подвох. Будем надеяться, что его интерес основан на моих рабочих навыках и умении разыгрывать комедию с девяти до восемнадцати часов, а после он будет отпускать меня на все четыре стороны.

— Удивлен, что ты так быстро согласилась.

— Ты же бы не отстал, да? — ехидно улыбнулась ему.

Пусть задумается, а не был ли это мой коварный план заиметь удобную квартиру в центре города без арендной платы. Как стало известно, колдуньи народ ушлый и жадный, прямо как я.

Он, к его чести, не растерялся. Также расплылся в ухмылке и подмигнул.

— Не отстал. Никогда ни с кем не жил. Даже интересно, что из этого получится.

Эх, мое милое дитя лета. Обычно из этого получаются дети и разбросанные носки по всем горизонтальным поверхностям. Но мы же не такие… Мы же коллеги.

В общем, мы условились, и я решила больше не вдаваться в эту тему. Иначе моя больная фантазия вполне себе может разыграться в сторону замужества, пары-тройки ребятишек и известного женского счастья.

День шел своим чередом, я работала, просматривала бумаги и периодически поглядывала на кабинет начальства. Рядышком со мной прикорнул Бали, вдоволь нагулявшись с Юлианной. Из недовольного и жалостливого секретаря она превратилась в стерву-пиарщицу с модным костюмом, ярким макияжем и неожиданной любовью к моему фамильяру. Он отвечал ей взаимностью, даже не смог выбрать, у чьих ног сегодня будет валяться, следя за передвижениями сотрудников. К счастью, в моих карманах запряталась булочка, так что пока в его глазах выигрывала я, как более запасливая хозяйка.

Мирную тишину нарушил громкий возглас Дэниэла. Он пять минут назад пошел с докладом к кузену. Раскрылась дверь, и оттуда выскочил взъерошенный оборотень с сумасшедшим выражением лица.

— Ты же мой брат! — крикнул он Ричмонду, а потом повернулся ко мне и запыхтел.

И не только он повернулся. Весь небольшой офис закрутил головами, а со второго этажа слишком уж быстро прискакал любопытный де Эстейт, услышав, как кто-то у нас ругается.

— Что? Довольна? Нашла кого-то получше?

Я охнула, покраснела и смешалась. До слез смешалась, потому что считала обвинение несправедливым. На язык просились оправдания, ругань и не очень приличные выражения, но я все-таки сдержала порыв. Сама виновата в этом. Глупая была, не подумала, что могу понравится Дэниэлу. Была уверена, что по большей части его раздражаю.

— Дэниэл, стой! — Вышел из комнаты Кристофер. — Ты ничего не понял.

— Все я понял! — взбесился волк и перевел взгляд с меня на главу завода. — Сговорились. Чем я хуже? — он дернулся ко мне, не обращая внимания на толпу коллег. — Не такой богатый?

— Да дело не в этом, — я сделала шаг назад и всплеснула руками. — Чего ты так взбесился? У тебя же чувства только сегодня проснулись.

— Только сегодня? — тут же вступил в беседу де Ричмонд и шумно вдохнул воздух.

Жеваный крот!

Что-то дело предпринимало дурной оборот. Стало очень похоже на мою школьную ситуацию, когда я одновременно гуляла с тремя мальчишками, и они все в парке случайно встретились и подрались. А я… а я не стала никого выбирать, дала деру с прогулки и месяц в парк не заходила, скрывалась.

Де Римоут отвечать на вопросы не стал, собрал вещи, гневно заозирался по сторонам, демонстративно игнорируя меня, и скрылся на лестнице, больно толкнув артефактора. Но тот сам виноват, нечего в проходе стоять и уши развешивать.

За ним побежал Кристофер, явно желая еще раз объяснить упрямцу, что это не свадьбы ради. У нас план по захвату власти в городе.

— М-да, Дарина, — первым пришел в себя Эндрю де Автон, когда молчание продлилось дольше пяти минут. — Не знал, насколько ты популярная женщина. За несколько дней главу компании окрутила. Даром, что ли, ведьма.

Элайза и Линея поджали губы. Но о чем думали благородные дамы, я была осведомлена. У них все на лице написано.

Глава 9. Прекрасная девочка Даша, что по соседству живет

Кристофер де Ричмонд

Со дня знакомства с деятельной ведьмой никак не отделаюсь от мысли, что едва догоняю уезжающую повозку. Я совсем не понимал, как мыслит девушка, чем живет и что ей интересно.

За короткий месяц она, не имея опыта, подняла показатели фабрики в несколько раз. Организовала акционерное общество из скучающих дам и сменила направление нашей деятельности с оружия на всякого рода безделушки. Как я сам не догадался? Видел же, что в Гроунвуде оружейная промышленность не в чести, ввиду множества конкурентов. А бедовая ведьма поняла. Мало того, разобралась в тонкостях, привлекла сторонних специалистов и разоряет меня своим баснословным жалованьем.

И я не могу ей не платить. Прибыли просто рвут все цифры. Теперь моя известная фамилия красуется на кружках, кулончиках, других ювелирных изделиях скорее напоминающих средства обороны, а также на серебряных ложечках для младенцев. Некоторое количество магов, специализирующихся на изготовлении украшений, изъявили желание покинуть гильдию, выйти из-под влияния моего врага и трудиться во благо предприятия. А все почему? Потому что Даша пообещала им чуть больший процент и свободу в творчестве.

Кто же знал, что в сумасшедшей голове с каштановыми кудрями зарылись настолько великолепные идеи?

Поначалу я воспринимал ее как ставленницу Робба де Эттвуда, трусливо прикрывающего свои ошибки за спиной нахальной колдуньи. Но с каждым днем понимал, все больше и больше, насколько ошибался. Она действительно осознавала весь тот хаос, который приносила в контору. Сделала из скучающего противного секретаря вполне себе уверенную дамочку, способную разнести последние слухи о наших новинках. Разглядела в робкой дочери Робба потенциал, чтобы принять ее на пустующее место, и оборвала все беспорядки на производстве. Форбар ей только песни не пел, а остальные служащие, не берем в счет Элайзу ввиду моих близких с ней отношений, прониклись искренней симпатией. Кибелир отчаянно ревновала, легкомысленно посчитав, что нас может связывать что-то большее, чем мимолетный роман.

Я не сразу распознал в де Артвуд потенциал, но когда со всем разобрался, пожелал, чтобы она осталась. Позвал с собой на инспекцию в другие предприятия, позабыв о том, что она знатная дама. Если брать ее в оборот, рабочая связь становится скандальной как для меня, так и для нее. Она и не в курсе, как я рвал волосы на себе из-за ее помолвки с кузеном. Он-то не дурак, быстро осознает мой интерес к Дарине.

К счастью, общий враг нас сблизил. Лайон напряг ведьму с самого начала. Он не промах, тоже рассмотрел в колдунье прямого конкурента и попытался сманить на свою сторону.

Я же уверился в своих ощущениях. Определенно, Дарина — самородок. С ней я горы сверну. Оттого и пытаюсь завлечь все больше, предлагая фиктивную помолвку. Ей и невдомек, что фиктивная она только временно. Я всерьез рассматриваю мысль, чтобы сделать Дашу своей женой.

— Как тебе? — мы вместе обозревали мою городскую квартиру в Гроунвуде.

Она пришла не одна, прихватив своего фамильяра Бали. На него, вспоминая свои приключения в парке, мой питомец по имени Пушок посматривал с недовольством и злобным рычанием, но из тряпочного домика не вылезал, побаивался массивного пса.

— Пойдет, — пожала плечами ведунья. А я прямо ощущал, как та смущается. Все-таки, чтобы она не говорила, но с мужчинами еще не жила. Стеснялась, а на щеках проявился легкий румянец. — А где моя спальня?

— Идем, покажу, — поманил за собой и распахнул дверь.

Нашему взору открылась скромная комнатка с широкой кроватью, зеркалом, большим шкафом и выходом во внутренний дворик.

— Вау, — завороженно промычала Дарина, игнорируя свежие цветы, которые я предварительно поставил в вазе, и почти побежала на выход. — Ты не говорил, что у тебя своя территория. Я бы быстрее согласилась.

Ну-у-у, если бы я знал, то сообщил бы ей об этом сразу же.

— Бали, а ты что скажешь? — ведьма повернулась к своему питомцу.

Тот не сводил взгляда с моего шпица. Гипнотизировал его просто.

— Если не придется будить тебя для выгула, уже хорошо, — пес от Пушка не отворачивался. — Тебя же пушкой не добудиться.

— Это да, — как-то помрачнела чародейка и взглянула в мою сторону. — С этим могут возникнуть проблемы.

— О чем ты? — я совершенно не понял смены настроения.

— Раньше меня будила Кейт, а теперь… — Де Артвуд развела руками. — Ты меня уволишь. Я просто не приспособлена вставать по утрам. У меня, знаешь ли, в эти часы одолевает желание убить кого-то и прикопать на месте, — она с вызовом уставилась на благоухающую клумбу. — Вон, и двор имеется.

— Вот давай без угроз, — улыбнулся ей, стараясь разрядить обстановку. — Так что? Подходит жилище?

Колдунья еще раз осмотрелась вокруг.

— Да, — тон ее был вялым, словно она не хотела соглашаться. — Но надо еще гнев де Эттвуда пережить. — И как будто копируя его, продолжила. — Это же непорядок. Воспитанница должна жить в доме опекуна.

Я подошел поближе к ней, в тайне радуясь, что моя квартира ей понравилась. Это было заметно по ее заинтересованности.

— Его я беру на себя. Мне он не откажет.

— О, — ее глаза вспыхнули смешинками. — В этом можешь не сомневаться.

А я и не сомневался… До этого момента.

Я ушел, оставил девушку одну наедине с ее фамильяром. И до кучи подкинул к ним питомца. Пора этой парочке помириться.

После купания в фонтане, в зубах у злобной собаки, Пушок вел себя жалобно и неуверенно. Понадеявшись на дружественное настроение Дарины, решил, что она поможет двум альфа-самцам найти общий язык. А еще, как ни странно, ведьма ни разу не задалась вопросом, отчего у меня завелся настолько своеобразный любимец.

Честь ей и хвала за это. Иногда она вела себя по-взрослому, не касалась личностных границ, нутром ощущая, что вопросы будут чересчур интимными и вызывать во мне гнев и ярость.

Пока двое гостей обживались, поспешил на встречу с Роббом. Де Артвуд сказала, что тот только спит и видит, как сплавить ее с рук. С одной стороны, его мотивы понятны. Поди разберись, что делать со знатной чародейкой с вредным характером, а с другой… Она же настоящее сокровище!

Через минут двадцать достиг калитки его особняка. Во дворе меня встретил старший сын по имени Оррин, озабоченно всматриваясь вдаль.

— Здравствуйте, дес де Ричмонд, — он с пиететом и поклоном поприветствовал меня.

— Привет, — немного поморщился. Из-за длительного общения с Дашей все эти аристократичные жесты немного напрягали. Девушка им не следовала. Одинаково вела себя как с Колтоном Вортингтоном, так и с наследником известного рода — де Эстейтом. Было похоже, что ей плевать на титулы и правила. — А чего ты здесь ждешь?

В связи со своим положением мог обращаться к нему на «ты».

— Да наша ведьма где-то потерялась. Хотела сегодня квартиры посмотреть, но сильно задерживается. — Парень почесал подбородок. — Вы к отцу? Он дома. Давайте я его позову.

— Буду премного благодарен, — коснулся своего котелка и подхватил трость.

Почему-то подумал, что юноша не будет рад известию о моем совместном проживании с упомянутой девицей.

Мы оба двинулись к двери, а я нехотя подмечал раскуроченные кусты с розами и собачьи следы на земле. Наверняка это Бали зарыл здесь что-то вкусное по его разумению.

Робб обрадовался моему появлению, но то и дело посматривал в сторону окон. Тоже волновался из-за исчезновения колдуньи.

Злодейка, интриганка, маленькая мерзавка. Кинула меня объяснятся с ее родственниками.

После всех необходимых приветствий и расшаркиваний мы устроились в уютной гостиной.

— Робб, извините за столь поздний визит, — начал я.

— Вы же де Ричмонд, — развел руками оборотень. — Заняты, я все понимаю. Но Даши нет, она еще не вернулась. — И в очередной раз посмотрел на дверь.

Все надеялся, что та распахнется, и в нее ввалится девушка.

— Поэтому и пришел, — выдохнул и завел трудный разговор. — Я предложил вашей воспитаннице жить вместе со мной.

— Но как же? — растерялся дородный мужчина. За несколько секунд на его залысинах образовались капельки пота. — Она же… Она же…

— Поверьте, — остановил его борьбу с самим собой. Он никак не мог собраться, чтобы обвинить меня в непотребном поведении, хотя имел все права. — Предложение более чем пристойное. Я позвал ее замуж. Не сразу, конечно, но в будущем. Она дала свое согласие.

Де Эттвуд неожиданно застыл, будто кто-то неизвестный наложил на него чары стазиса.

— Дарина? — бровь поползла вверх, забираясь куда-то под редкие волосенки. — Дала согласие?

— Да, — кивнул. — А что вас смущает?

Оборотень не ответил. Собрался, снова замолчал, а я испугался, что уже немолодого деса схватит апоплексический удар.

— Наша? — протер лицо платочком. — Даша?

— Ваша Даша, — устало повторил за ним.

Да что такое-то? Что его смутило?

И настала неразбериха. Робб громко захохотал, хлопая себя по коленям. На тревожные звуки прибежали его домашние, включая детей и прислугу. Неслись со всех ног, собираясь в комнате.

— Представляете, — он хихикал словно школьник, обращаясь ко всем. — Наша Даша будет жить с Кристофером де Ричмондом. Они помолвились.

Слуги, одетые в белоснежные передники, улыбались и, надеюсь, мне показалось, возблагодарили богиню Миру. Кейт и Оррин откровенно смеялись… до слез. Просто покатывались и сложились вдвое.

— Ладно, — оборвал всеобщее помутнение хозяин дома, но свидетелей не прогнал. — Что значит, в будущем? Вы воспользуетесь девушкой и бросите?

Еще не отойдя от шока от их первой реакции, не сразу понял, что произнес де Эттвуд.

— Что? — посмотрел на него в забытье. — Да. Нет. — Крутил головой во все стороны. — Нет, конечно. Она выгодная невеста. — И здесь я не лукавил, сам знал, насколько дорого обходятся ее услуги. — Просто сама об этом не знает.

Непонятно откуда вывернулась Кейт.

— Как это, не знает? — она с праведным гневом двинулась на меня. — Как можно заключить в таком случае помолвку?

А вот и дражайшая подруга и по совместительству совесть ведьмы. Не говорить же им о наших планах? Секрет, который знает больше двух человек, уже не секрет. Пришлось импровизировать.

— Спросите свою поверенную. Это она не воспринимает меня всерьез, — можно сказать, что я трусливо перевел недовольство десы на саму Дарину.

Некрасиво, согласен, но чародейка быстрее придумает оправдание. А я во лжи не мастак.

— Спрошу, не сомневайтесь, — грозно вспыхнула молодая де Эттвуд.

Я лишь вздохнул, сжимая в руках трость.

— Если вас не затруднит, соберите ее вещи. Она не потерялась, — обратился к парню, — она у меня дома.

— Так бы сразу и сказали, — насупился Оррин.

Не могу утверждать, что беседа прошла именно так, как я рассчитывал. Слишком уж напрягала реакция домашних на отсутствие Даши. Чем она насолила мужчинам? Кейт, в отличие от остальных, искренне переживала за подругу. Но там и женская солидарность подключилась.

Чтобы окончательно не пожалеть о принятом решении, быстро попрощался со всеми, организовал доставку вещей ведьмы и отбыл в неизвестном никому направлении. Даже мне неизвестном.

Жутко захотелось напиться в одиночестве, обдумывая свои поступки. Вдруг я делаю большую ошибку? Возничий, к счастью, страдал похожим недугом, поругался с женой и очень не хотел отправляться домой, оттого молниеносно сообразил, на какую именно улицу в Гроунвуде меня следует везти. Пока карета ехала, я уставился в окно, наблюдая сменяющийся пейзаж.

Да Артвуд. Девушка никак не выходила из мыслей. Нет, даже после хохота Робба я не отказался бы от нее. Пусть она сумасшедшая, сумасбродная, чокнутая, в конце концов, но хотя бы деятельная, не в пример тому же де Эттвуду. Я бы дано уволил оборотня, но все же именно тот отыскал колдунью. Пусть живет и работает, пока Дарина не осознает, что ее лучшая партия — это я. У меня большие планы по развитию, мне нужен верный соратник, на чье плечо смогу опереться. Жена с предприимчивой жилкой вписывалась в это определение как нельзя лучше.

В окне мелькнуло знакомое лицо. Пришлось постучать по стенке кареты, чтобы конюх остановил где следует. Поверить не мог, что мой кузен найдется в столь злачном и не очень притязательном месте. Сидя перед витриной, потягивал алкогольный напиток, хмурился и смотрел в никуда, еще не понимая, насколько хорошо его мрачную недовольную морду освещает городской фонарь. Кстати, именно в этом месте, я и встретил его вместе с ведьмой, гномом и другими их сомнительными друзьями.

Никогда бы в жизни не запятнал себя подобным посещением, но рестораны в тот день закрылись, а я хотел хлеба и зрелищ. Больше, конечно, хлеба, и не пожалел. Чуть ближе познакомился с девушкой, которая ранее, сидя в фонтане, отчитывала меня о недостойном поведении. Обиделась за неучтивый тон и всячески защищалась от нападок. Вспомнил еще, как та бережно доставала лягушку из-под подола, укладывая хладнокровное животное на землю. Ей-богу, долбанутая.

Дэниэл тоскливо вглядывался в стекло. Возле него стояла початая бутылка виски, а на фоне бесновался народ, танцующий под фальшивые ритмы местной джиги. Пришлось зайти и подойти поближе, чтобы родственник меня заметил.

— Разве это подходящее место для аристократа? — ткнул его в очевидный факт, игнорируя пискливые визги скрипки.

Как раз орки организовали хоровод с разноцветными салфетками и лихо отплясывали на свободных метрах таверны.

— Отстань, Крис, — мотнул головой волк. — Я напиваюсь.

— Хоть причину назови, — уложил трость и котелок рядом, усаживаясь на высоком барном стуле, попутно указывая подавальщице, чтобы и мне принесла стакан.

— А у меня их нет? — разъярился кузен. — Совсем? Разве столичный хлыщ не увел у меня девушку?

Я был бы готов согласится с его замечанием, если бы Даша не отрицала подобное. С ее слов, между ней и Дэном ничего не было, фиктивная помолвка, похожая на нашу, вот и все.

— Она же… — дернул подбородком, — играла. Вы же не по-настоящему.

— А вы? — уставился мужчина. — По-настоящему?

Правдивого ответа у меня не было. Дарина считала, что нет. Мы притворяемся перед Лайоном и его прихвостнем, чтобы оба основательно подумали насчет нападения на девушку. Я же считал иначе.

Да, это не любовь. Расчет. Но все пойдет на благо всей семье. Рано или поздно, де Римоут станет в Гроунвуде главой, должен же он размышлять наперед и не обращать внимание на женщин.

Хотел ли я ее присвоить? Хотел. Воспитать, одолеть, покорить? Непременно. Чем сложнее добыча, тем больше чувств она вызывает. А де Артвуд точно была сложной.

— Тебе какая разница, — скинул еще и перчатки. — Забудь о ведьме. Тебя должно интересовать только дело.

Брат меня не слушал, отметил про себя только то, что посчитал важным.

— Ты мне ответил. У вас по-настоящему? Или как у меня?

Признаваться как на духу не хотелось.

— По-настоящему. Дашу я не отпущу. И думать о ней не смей.

Де Римоут усмехнулся.

— Прямо как после академии. Может, де Лиев не так уж не прав насчет тебя?

Подобных слов от кузена точно не ожидал. Ему более чем известно, как все именно происходило.

— Дэниэл, в тебе говорит алкоголь, — хлопнул его по спине и сделал глоток из своего бокала, который подала служанка.

— Э-э, нет, дорогой брат, — отнекивался волк. — Просто я, наконец, увидел твое истинное лицо. Ты ни перед чем не остановишься, ради своей цели. И девушку привлек, потому что она единственная, кто бросил вызов твоему врагу.

— Это не так! — возразил ему.

— Так, так, я сам это вижу. — Дэн уставился в окно. — Но знай, с ней у тебя ничего не получится. Дарина — не твоя любовница Элайза, и боги упаси, не Женевьева. Прознает про твое прошлое, про твою борьбу против Лайона, вмиг оставит тебя с носом. И уже не я буду сидеть здесь, а ты.

— Посмотрим, — не смог не ответить на его выпад.

— Хах, уверен, — печально усмехнулся кузен.

Разговор с братом никак не складывался. Он в ярости и скорби о каких-то там чувствах жалел себя и винил меня во всех своих бедах, игнорируя факт того, что девушка-то им ничуть не интересовалась. Мне бы подыграть ему, пожаловаться на судьбу-злодейку, да только он сам во всем виноват.

Что ему мешало взять Дарину в оборот? Заставить выйти замуж, пока помолвка действовала? Побоялся или постеснялся? Неважно, зато теперь я пользовался положением.

Плевать на упоминание бывшей зазнобы, ему больше чем другим известно, насколько та оказалась на редкость алчной и жаждущей славы барышней, играющей на чувствах нескольких юнцов.

Каждый из нас пожимал плоды того опыта. Я использовал дам ради удовольствия, Лайон с помощью них, обладая тогда скромными доходами, приблизился к власти и богатству, а Дэниэл… тот сторонился девушек, пока в его жизнь не ворвалась яркая и красочная де Артвуд.

— Идем, — предложил свою руку, видя, что он слишком пьян. — Отвезу тебя домой.

— Не надо, — огрызнулся брат. — Сам разберусь, без твоего рвения.

— Ты на ногах еле стоишь, — не премянул добавить, осмотрев де Римоута.

Он и правда, с трудом сохранял вертикальное положение. Вот-вот слетит с барной стойки, расположившейся возле окна, растянется на полу и завоет волчим голосом.

Все же семью стоит беречь, даже если та самая помощь отрицает.

— Я справлюсь, — еле ворочая языком отозвался Дэн.

— Нет уж, — толкнул его в бок и потянул за собой.

Но он словно того и ждал. Напрягся, откинул стул и сбил меня, падая в направлении к другим отдыхающим.

— Драка! — с упоением воскликнул один из орков, выходя из стройной цепочки танцующих, бросая цветной платок и хватаясь за колченогую табуретку. — Наших бьют! — И со всей присущей дуростью опустил орудие на голову какого-то обывателя.

И зря это сделал, так как мужчина тоже был не лыком шит. Корчась от боли и срывая с себя ожерелье из обломков, перевоплотился в небольшого по меркам оборотней медведя.

Может, он и был мал для своих сородичей, но крушил все вокруг изрядно. Отставать от него не стал. Обуяла странная неконтролируемая ярость из-за поведения кузена. Я к нему с уважением и доброжелательностью, а тот…

В общем, в таверне стало чересчур шумно, суетливо, а вскоре из окна полетела первая жертва, разбивая крепким лбом стекло и вываливаясь на улицу.

Беснующаяся толпа застыла, так как в хорошей драке в злачном месте существовало одно правило — не вызывать подозрение стражей правопорядка. А те как раз прогуливались мимо.

— Это недоразумение, это недоразумение, — поднялся пострадавший гном, отряхнул чуть грязные коленки и выставил руки. Бочком, бочком, но продвинулся-таки к привязанным лошадям, попутно утирая кровь с темечка.

Стражи, не дураки, заглянули в образовавшуюся щель, но все присутствующие усиленно начали делать вид, что они не душат в захвате соперника, а радуются встрече. Натирали захваченные шевелюры кулаками, поправляли одежды и, якобы, обнимались крепко-крепко со всеми присущими эмоциями.

Оба воина переглянулись, пожали плечами, явно не желая вдаваться в подробности, а потом, со скучающим видом прошли мимо. Им и самим не нужны эти оказии. Бумажной работы добавится.

Драка тем временем возобновилась. Теперь уже я налетал на Дэниэла, который успел превратиться в волка. Кусал его, драл когтями и двигал к выходу. Определенно своей цели я достигну. Надо будет, посажу на цепь возле многоквартирного дома, но де Римоут из таверны уйдет. Рабочий день еще никто не отменял.

К счастью, от жестокой расправы и еще большей порчи одежды меня спас тот самый орк, который с воодушевлением крошил табуретки о головы посетителей. Он не был изобретателен, так что Дэниэл пострадал тупым ударом от деревянного достижения местных мебельщиков.

Осел, зрачки потемнели, и мужчина потерял сознание на моих руках.

— Не благодари, хвостатый. Я болел за тебя. — Зеленое нечто унеслось прочь в самый эпицентр смертоносного смерча.

Или не очень смертоносного, но очень глазоподбивающего и зубовыдирающего.

Пока торнадо не смело и меня, подхватил кузена, перебросил его через плечо и выдвинулся на улицу. Мимо как раз пронеслась пони с всадником, хотелось сказать, что без головы, но она присутствовала, заляпанная кровью на лбу.

Хорошо, что кучер никуда не делся, терпеливо ждал около входа и даже не выказал любопытства. Знал, видимо, чем заканчиваются ночные попойки на темной улице. А Даша, дурная ведьма, еще забегаловку хочет открыть. Шиш ей с маслом, я каждый день подобное не вывезу.

Время тянулось бесконечно. Для начала я закинул Дэниэла в его квартиру и распорядился домоправительнице, чтобы утром, та первым делом вызвала целителя. Мало ли, орчище ему последние мозги выбил. Наскоро набросал ему записку, что у него один выходной, а потом жду на работу, невзирая на состояние и головную боль. И напомнил еще, что, вообще-то, мы семья, а ей не раскидываются, в особенности, когда дело касается прекрасных, но хитрых дев. Оба плавали, оба проходили. И с чувством выполненного долга влез в личный экипаж с желанием оказаться в собственном доме.

А едва ввалившись в Гроунвудские покои, не удержался, чтобы не проверить ведьму. Интересно же, как она провела вечер.

Дарина, к моему возвращению, беспробудно спала, устроившись между огромным телом ее фамильяра и удерживая рукой малюсенького шпица. Видимо, мой расчет был оправдан. Закрыв непримиримых врагов на одной территории, те не нашли иного пути — помирились. Разузнаю потом, что к чему. Жаль, что с Лайоном у нас подобного не получалось. Былая крепкая дружба утеряна, а все из-за одной изворотливой мерзавки.

Приняв душ, ходя на цыпочках по собственному дому, уселся на кухне и достал из закромов початую бутылку виски. Попойки с братом у меня не получилось, ему, видите ли, подраться приспичило.

— Знаешь, не хочется выступать в роли сварливой жены, — раздался ехидный голосок. — Но где ты был?

Я развернулся, оглядев девушку с ног до головы. Заспанная, с непослушными кудряшками напоминала сейчас эльфа-домовика, в которого попала молния.

— А ты волновалась? — использовал заклинание, чтобы зажечь свет.

Де Артвуд странная донельзя. У нее не хватало знаний в магической науке, но все это компенсировалось ее предприимчивой жилкой и детской непосредственностью.

— Хочется не в одежде спать, — намекнула на свой неухоженный вид и дневную одежду.

С запозданием вспомнил, что ее вещи, заботливо уложенные Кейт, так и остались лежать в карете.

— Прости, — искренне покаялся и сделал глоток. — С рассветом все принесут. А пока… не хочешь одолжить у меня рубашку?

Предложи я подобное местной благородной десе, та бы в ярости избила меня зонтиком или сумочкой, расплакалась, оскорбленная недостойной просьбой, и таки бы заставила жениться на ней, а ведьма нет, зажмурилась, вдохнула и тоже потянулась за бокалом.

— Во-первых, дорогой сожитель, рубашку я одолжу. — Подала хрусталь мне.

Превозмогая удивление от ее сговорчивости, молча налил содержимое бутылки. Пора перестать поддергивать бровями и прикусывать язык. Да, девочки крепкий алкоголь не пьют, но это явно не про Дашу. Она его как конь лакает.

— Во-вторых, — ведьма не закончила, уселась напротив меня и стукнула бокалами, вслушиваясь в тонкий звук. — В одиночестве заливаются только алкоголики. Матерые.

— А в-третьих? — уже завороженно вслушивался в ее речи. Было жутко интересно, что она отмочит и на этот раз.

На лицо колдуньи набежала праведная тень.

— А в-третьих, если не выполнил поручение, — так она намекала на плохо выполненную работу курьером. — принеси мне хотя бы цветы. Я же девочка. — Округлила глаза, став напоминать олененка, и сделала еще один глубокий глоток. — А если сильно накосячил, не забудь прихватить бутылку, что мы там пьем? — с любопытством взглянула на надпись. — Не забудь прихватить бутылку эльфийского виски, потому что я та еще девочка.

В этом я не сомневался. Что-что, а выбор жены оказался даже чересчур удачным. Правда, фиктивная невеста об этом еще не знает.

— Принял к сведению, — немного закашлялся, подавляя шок от всего увиденного и услышанного.

Кто мог знать, что за симпатичной мордашкой скрывается сумасшедшая бедовая ведьма? Хотя я знал, про ведьм чего только не болтают.

— А что не поделили? — спросила Дарина.

— В смысле? — немного растерялся, с трудом перенимая ее манеру прыгать с темы на тему.

— Кристофер, ты себя в зеркало видел? — моя новая соседка усмехнулась. — Глаз подбит, губа кровоточит, руки в ссадинах, сбиты. Это же Дэниэл? — девушка немного помрачнела, но я всеми фибрами души чувствовал, что виноватой себя не считает.

— Ты очень проницательна, — заметил я.

— А раны обработал? У вас вообще принято раны обрабатывать? — затараторила колдунья и вдруг замолчала, будто испугалась сказанного.

Иногда возникает ощущение, что она не от мира сего. Элементарщины не знает. Пургу несет, но смотрится так органично, естественно.

— Я же волк, — пришла моя очередь улыбаться. — До завтра заживет.

— А у твоего кузена? — она красиво изогнула бровь.

Почему так интересуется его здоровьем? Обо мне словно и не беспокоится. Я ошибаюсь в своих наблюдениях, или их что-то связывает?

— Не уверен, — мотнул головой, вспоминая орочий крушащий удар.

— Ладно, — отмахнулась Даша и потянулась ко мне, трогая за косточки на кулаке. — Не могу смотреть, есть у тебя аптечка?

— Е-есть, — голос предательски подвел.

Не ожидал, что она быстро откликнется на мои мысли. Может, она менталист? Это бы многое объяснило в ее прозорливости. С другой стороны, все утверждали, что де Артвуд поздний цветок — магия едва проклюнулась.

— Пойдем, промоем, — она дунула на руку, а я застыл он теплого и интимного жеста.

Пожалуй, стоит быстрее прояснить ей насчет моих планов. Долго я не продержусь.

Глава 10. Проклятый старый маг, или Как обучить глупую ведьму

Даша Антонова

После фееричного возвращения Кристофера в родные пенаты проснулась с головной болью. А все потому, что я очень долго не могла заснуть в незнакомом месте, потом переживала за пропащего, но очень ответственного оборотня, а под утро Пушок и Бали устроили догонялки на кровати, где я развалилась.

— Цыц, собаки, — накрылась подушкой, но перебежки только участились. — Пушок, ты вообще что у меня забыл? Иди к хозяину.

Шпиц наклонил голову в бок, высунул язык и как-то непонимающе уставился сначала на меня, а потом уже на моего фамильяра, подал визгливый голос и… Я совсем запамятовала, что не все животные в этом мире умеют разговаривать.

— Он сказал, что ты теплая, и не храпишь как раненый лось, — пояснил Бали тявканье щенка.

Не могу его осуждать, судя по звукам, доносящимся из соседней спальни, там одновременно взрыв, пожар и экзорцизм. Де Ричмонд духов бессонницы отгоняет. Все ко мне переместились.

— А говорил, что ранняя пташка, — пожала я плечами, накинула халат и устремилась в сторону душевой.

Как хорошо, что в этом мире у них нет профилактических отключений магии на три недели. Горячая вода имелась и в избытке. Странно, что до электричества они не додумались, а волшебство пропитало все существование. Как тогда обычные люди справляются? На артефакты же не у всех есть деньги.

В общем, уже через полчаса, я не очень бодрая, но вполне себе красивая, расположилась на кухне и лазила по шкафчикам мужчины. Чем я только не занималась в Гроунвуде, но кашу из топора еще не варила.

И не буду, мои кулинарные способности на этапе изготовления хинкали провалились.

Отыскав полутвердый хлеб, небольшие овощи, по запаху и виду напоминающие помидоры, и мягкий сыр, наслаждалась ощущением еды на языке. Ммм, божественно.

Пару бокалов виски ночью даром не прошли. Как известно, выпил один стакан, а очнулся, когда сожрал всю еду, забытую в духовке. Мне бы еще кофе. Без него день не начнется.

— О, ты уже встала, — в комнату зашел полностью одетый и совсем не помятый Крис.

И не скажешь, что вчера подрался с братом, вернулся с разорванной рубашкой, синевой на лице и подбитой окровавленной губой. Остается позавидовать скорой регенерации и лучезарному настроению. Мои-то опухшие синяки под глазами сходить не собирались, основательно обосновались на новом месте и только увеличивают свои позиции, плавно перетекая на щеки.

— Да, — подвинула к нему тарелку с бутербродами, — угощайся.

— Спасибо, — он не спешил приниматься за еду, но, кажется, единорожковый бог услышал мои молитвы. Оборотень насыпал в большую турку черный порошок, поджег жаровню магией и поставил посуду на огонь. — Ты, наверно, кофе хочешь?

— Нет, что ты, — дух противоречия не желал просто отблагодарить де Ричмонда. Я же ведьма, женщина, мы без боя хорошие слова не говорим. Привыкнет еще, разбалуется. — Но, так уж и быть, не откажусь.

Мужчина хмыкнул, отвернулся и продолжил помешивать содержимое.

— А какие у тебя планы на день? — поинтересовался он.

Это он очень удачно спросил. Застряв в квартире с двумя беснующимися собаками и не желая влезать в их давний спор, полет мысли начался с «какой козел — волк», «почему оборотни не оборотни, а скотины», а закончился «чем бы я занялась на следующий день».

— Хочу предложить Дэриону и Колтону прогуляться по городу, — мечтательно закрыла глаза, вдыхая терпкий аромат напитка.

Крис как раз снял турку с огня и разливал кофе по маленьким фарфоровым чашечкам. Эстет.

— А стоит ли напоминать, что это ты говоришь своему начальнику в рабочий вторник? — нахмурился де Ричмонд.

— А стоит напоминать начальнику, что у меня наметан план, как лишить Лайона власти, и первым пунктом там стоит «отыскать еще опальных магов-ремесленников»? — парировала я.

Кристофер запнулся, закашлялся, совершенно позабыв, что у меня чинопочитание словно ненужный орган атрофировалось.

— Хорошо, при чем тогда де Эстейт и Вортингтон? Ты всегда можешь поехать со мной.

— Эй, — я натурально обомлела. Он, правда, не понимает? — Слышал поговорку «рыбак рыбака видит издалека»? — и сама же отмахнулась. — Да, ты же из этих, ну, этих, — щелкала пальцами, чтобы вспомнить походящее слово. — Нежных, короче.

— Каких? — возмутился мой сожитель.

Говорю же, атрофировалось. Забыла, как называют себя надменные, богатые тугодумы с древними фамилиями и вздернутым носом. Они рыбаков-то никогда не видели.

— Крис, ты не обижайся, но ты всех только отпугнешь, — похлопала его по плечу. — А Дэрион и Колтон, наверняка в курсе, к кому стоит обратиться. Вместе отправимся на фабрику. Ты лучше наше акционерное общество изучи. А то там за главную сплошные леди с расплавленными мозгами, вместо бизнес-плана цветочки мне нарисовали.

Это я вспомнила, как аристократки прислали эскизы и свои предложения по поводу продвижения ювелирной коллекции. Мама дорогая, лучше бы я этого не видела.

— Бизнес-чего? — переспросил руководитель всего предприятия.

И тут я поняла, что мое согласие на проживание рядом было поспешным. Я же спалюсь, как дети за гаражами, прогуливавшие уроки. Быстро, с треском и неминуемым позором.

— Вот и посмотришь, — многообещающе захлопала ресничками. — Должен же кто-то умный вести вперед отчаянную команду энтузиасток.

В общем, под жесткое бурчание недовольного оборотня мы позавтракали, что нам всевышние силы послали, попили кофе и отправились на работу.

Кристофер сохранял молчание на протяжении всего пути, о чем-то усиленно думал. Видимо, тоже заразился всеобщим помутнением, ну, или хотел-таки взглянуть на нарисованный от руки план к безбедному существованию от скучающих жен местной элиты. Про то, что там в основном изображения валюты в глазах гипотетического схематичного человечка, упоминать не стала. Пусть прочувствует то же, что и я. Это как в первая драка — никогда не знаешь, чем закончится сие действие.

Едва я оказалась на фабрике, тут же побежала наперегонки с Бали на второй этаж, радостно оповещать своих подельников о незапланированных для них выходном дне, а еще, что обоим от меня не отвертеться. Де Ричмонд попыток остановить меня не делал, растворился еще в дверях и смирился с происходящим. Для мужа, кстати, отличный результат.

— Дэрион, Колтон, — я еле дышала, когда осилила последний пролет.

Фитнес мне никогда не давался.

Ребята к этому моменту наглаживали широкую пасть ротвейлера, а Вортингтон ему даже брюшко почесал.

— Дело есть на миллион, — и упала на удобный диван, заботливо выставленный для клиентов. — Дайте только передохнуть.

— Ты, Даша, вела бы более здоровый образ жизни, — отметил, про себя я звала его могильщик, — Один этаж и столько соплей.

— От сопли слышу, — подала свой слабый голосок и обиженно засопела.

Забыл, бедолага, как я его из своей норы вытаскивала, полуголого и с похмельем.

Де Эстейт, как всегда, одетый в рубашку и жилетку со странными инструментами, натянул свои очечки и произнес.

— А дело то в чем? Неужели богатый клиент нашелся?

Сразу видно, прошаренный маг. Даже расстраивать страшно.

— Лучше, — я просияла. — Хочу основать свою гильдию, униженных и оскорбленных.

— Ты, конечно, Дарина, ведьма причудливая, — вздохнул Колтон, — но в таких вещах я не участвую. Что за униженные и оскорбленные? Я всем доволен.

— Это пока, — затараторила я, но быстро опомнилась. Плохой из меня маркетолог. Идея не продается. — Точнее, сейчас, а до этого что было? Уныние, скорбь, ненависть к происходящему и одному конкретному льву.

— А ты что предлагаешь? — тут же заинтересовался более молодой Дэрион, ощутил, так сказать, куда ветер дует. — Уныние, скорбь и ненависть от одного конкретного льва?

Бинго! Всегда знала, что за молодежью будущее!

И привстав, и отдохнув, начала вещать со своей мыслью.

— Вы же наверняка знакомы с другими магами и магиссами, кто не подчинился Лайону? Мы уже вполне конкурируем с ним, пусть и не в его основных областях, но теперь он ни слова не скажет про ювелирку, ведь в городском совете заседают мужья моих акционерок. Вас всего двое, а сколького мы добились, — развела руками. — А если будут еще?

— Они могут испугаться, — спустил меня с небес на землю Вортингтон. — Мне и де Эстейту было нечего терять.

— Да нет, я согласен с Дашей, — высказался артефактор. — Я же мог и не заниматься наукой, просто вести разгульный образ жизни. В чем-то она права. Я уже могу назвать несколько имен, а учитывая ее интерес в ресторанной сфере, мы вполне сломим де Лиева.

— Или он нас, — пессимистично проговорил Колтон. — Если примемся за подобное дело, де Лиев, как пить дать, перестанет смотреть сквозь пальцы за деятельностью колдуньи. А вдруг он ее… — мужчина не стал договаривать, но красочно изобразил удушение и мое потом умертвление.

Так-то мог еще и закапывание. Люблю, когда дело доводят до логического конца. Но не стала прояснять, что примерно этого эффекта и добиваюсь. Мальчики, как я упоминала, народ хрупкий, нежный и очень заботливый.

— Ой, прекрати ныть и тоже назови пять имен, — настаивала на своей точке зрения. — А лучше обувайтесь, одевайтесь и пошли гулять по Гроунвуду. У меня новый телохранитель и жених в одном лице. Лайон еще сто раз задумается.

— Кто? — первый отозвался Дэрион.

— Кто? — покраснел Вортингтон.

Уставились в ожидании оба, а Бали, поднявшись с лап, мохнатый предатель, завел странную песенку на знакомый мотив:

— Любовь нечаянно нагрянет, когда волков совсем не ждешь. И каждым вечером вдруг видишь, как удивительно хорош, Кристофер де Ричмо-о-о-нд.

Под общее обомление и переваривание новости, которую я хотела преподнести менее восторженно, десы замолчали.

— Не в рифму, — нехорошо зыркнула на фамильяра, взглядом обещая отсутствие корма и прогулок на пару месяцев.

— А, пофиг, — он прямо почуял, чем могу нанести ответочку, — Пушка объем, у него хозяин добрый, в скверике погуляю.

С переездом открылись новые проблемы, я теряла власть над питомцем, а тот за одну ночь обнаглел. С другой стороны, все равно же рассказывать пришлось. А Бали это с какой-то извращенной изюминкой сделал.

— Благая Мира, чем же ты его покорила? — похлопал меня отошедший от шока Колтон, намекая на оборотня.

— Пф, — тряхнула волосами, — я милая шатенка с кудряшками. Все покупаются.

И ведь не вру. В большинстве своем крупные локоны создают невероятную нейронную связь: кудрявый-добрый-ангелочек. К счастью, у окружавших меня личностей быстро создавался иммунитет.

— Ладно, Даш, — смирился Дэрион. — За тобой, хоть на край света, только благоверного своего предупреди. Не хочу, чтобы меня ночью стая волков преследовала.

А вот здесь я считала иначе. Идешь на дело колдовское, всегда стоит определиться о рисках и своем положении.

Тянуть мы долго не стали и вышли-таки на промышленные улочки Гроунвуда. От фабрики до центра путь не самый близкий, но вполне себе преодолимый пешком. Парни обещали тыкать пальцем в предполагаемую жертву, когда хоть кого-то заметят. Но пока наше путешествие было тщетным.

— Такое ощущение, что все отсюда уехали в поисках лучшей жизни, — удрученно заметила я.

— Оно тебя не обманывает. — Подтвердил мои опасения Вортингтон. — Здесь не принято воевать с городским советом, которым управляет Лайон, так что да… Большинство разъехались.

— Так-то оно так, но не все, — просиял неожиданно де Эстейт и поздоровался с неухоженной тролльчихой. — Карла, как твои дела?

Мы подошли, как оказалось, к столовой. Суровой такой, в лучших традициях советского воспитания, с подносами, заказанными на нашем производстве жестяными кружками и с публикой не самого благородного толка.

— Здоровее бывали, — огрызнулась зеленая женщина и смачно сплюнула на улицу. — Что забыл в наших краях, Дэрион? Никак покушать зашел?

Я как раз наблюдала, как в приоткрытой створке служка усиленно натирает стекло в синих перчатках, пользуясь явно продукцией местной химической промышленности, а потом в этих же перчатках накладывает еду тем, кто подошел к стойке.

Гигиена, мать ее.

— Нет, спасибо, Карла, — отмахнулся артефактор и ткнул меня в плечо. — Даша, познакомься. Это десая Карла Обрамотис, она очень даже подходит под твое описание униженных и оскорбленных.

Барсучий случай, надо не забыть зашить активному аристократу рот, иначе он меня до тюрьмы доведет.

— Каких-каких? — грозно набычилась Обрамотис, изрядно меня напугав, а Бали вообще отпрыгнул на пару метров. — Кто здесь меня оскорбляет и унижает?

Да по ее комплекции я бы никому не советовала поступать подобным образом. Чую, она и де Ричмонда в тряпочку закатает и выжмет.

— Десая Обрамотис, — больно наступила на ногу де Эстейта, игнорируя его громкий вопль, — простите моего друга, он неправильно выразился.

— А что я не так ск…м…з…мм… — обиженно просипел в ладошку Колтона Дэрион.

К счастью, гравировщик почувствовал, что дело пахнет керосином и бросился затыкать нерадивого юнца.

— Че хотела? — тролльчиха подбоченилась.

— Меня зовут Даша, и как я поняла из, — обернулась на еще борящихся между собой соратников, — из мычания Дэриона, вы одна из тех, кто пострадал от произвола деса де Лиева.

Карла подтверждать слова не стала, либо стала, но повторный плевок, растекшийся по брусчатке, говорил об обратном.

— Я бы хотела предложить вам сделку, — премиленько улыбнулась, а мои шестеренки в голове усиленно закрутились.

Да ее заведение для моих блюд подходит как нельзя лучше. И атмосфера подходящая. Кто крутит шаурму там, где люди счастливы? Нет уж, эти ларьки должны стоять на народной улочке, подтверждая тщетность бытия.

— Какую? — в глазах тролльчихи тоже шестеренки закрутились, преимущественно с обозначением валюты.

— С меня артефакты, новые рецепты и пиар-кампания, в смысле растрезвоним по всему городу о новых блюдах, а с вас уборка, всегда вежливый персонал и готовность обучаться новому. Прибыль пополам. Идет?

Что-то прикинув в уме, зеленая грузная женщина согласилась.

— Идет, покушать-то зайдете? Дела обсудим, — вытерла жирные руки о цветастый передник, а потом пригладила волосы.

— Простите, но нет, — и, кстати, я расстроилась. В местную кухню не верила, но хотелось осмотреться. — Мы ищем и других предпринимателей, которые не сходятся в точке зрения с главой совета, но завтра я лично вас посещу, — пообещала я.

Придется основательно обосноваться на кухне Кристофера поздним вечером. Странно будет, если я оплошаю при первой своей готовке новомодного блюда.

— Хорошо, зайдите тогда через два дома. Там живет бывший преподаватель академии Семи стихий. Говорят, старик из ума выжил, зато льва терпеть не может.

Вот это я называю говорящей рекомендацией.

Уже без столкновения, попрощавшись с хозяйкой столовой, чуть ли не вприпрыжку побежала в указанном направлении.

— Даша, стой, — меня обогнал де Эстейт и выставил руки, так что его ни обойти, ни оттолкнуть. — Давай к Бертраму де Одинсону не пойдем? Карла ведь не врала, когда говорила про его сумасшествие.

— Почему? — недоумевала я. — Чем он здесь на жизнь зарабатывает? Про тебя тоже так говорили. Да и про меня чего уже только не болтают.

Стараниями Элайзы по городу поползли слухи о моей легкодоступности. Меня они особенно не волновали, меня и более красочными эпитетами обзывали, но несчастный де Эттвуд бледнел.

— Ну, он реально чокнулся. Сейчас живет за счет бывшего состояния и пенсии, а до этого слыл у нас учителем на дому.

Теперь я еще больше загорелась. У меня так-то магия бьет через край, с этим же надо что-то делать? Кейт мне помогла, спасибо ей за это, но наставник нужен, надоело просыпаться с наэлектризованной прической и мокрым пятном возле кровати, за чье появление мой питомец отказывался брать ответственность, сваливал на дар погодницы.

— Дэрион, не переживай, — шлепнула парня по подбородку. — Раз он не ремесленник, то интересует меня чисто в научных целях.

— Чему он там тебя научит, — картинно приложил ко лбу ладонь мой собеседник и откинул голову. — Давай, я лучше сам.

Нет уж. После опыта общения с молодыми аристократами, я уверилась, что помощь они предлагают исключительно ради поползновения к девушке. Артефактор пока за этим не замечался, но пробежала шальная мысль, что я ему нравлюсь. А что? Такая же дурн… тьфу ты, склонная к авантюризму и взрывам.

Третий жених в мое плотное расписание просто не поместится.

— Колтон, а ты что думаешь? — повернулась ко второму мужчине.

Но, он, умудренной житейской мудростью «чем бы женщина ни тешилась, только не мешай», махнул на меня рукой.

— Я, пожалуй, пройдусь дальше, пока ты будешь покорять Бертрама, и сам тебе повстанческий отряд организую.

Ммм, видимо, проникся духом свободомыслия и революции. Однозначно, закончу с Лайоном, пойду во власть. Умею воодушевлять народ.

— Тогда я тоже не пойду, — топнул ногой де Эстейт. — Я его с академии помню.

— И как? — я прямо воспрянула духом.

Дэрион, похоже, тоже умеет воодушевлять. Вместе пойдем.

Если парнишка недоволен, может, де Одинсон просто ворчливый и требовательный препод? Так, мне-то и нужно. В Гроунвуде меня побаиваются и не могут дать отпор, повезло с воинственным характером. Кто же знал, что поселюсь в городе неженок и слабаков?

— А я Кристоферу расскажу, — гавкнул тихо Бали, прочитав мои самодовольные мысли.

— Попробуй, — передразнила его тон, — к ветеринару отведу.

— Намек понят, — и пес послушно присел на задних лапах.

Ясно-понятно, какой последний козырь у меня остался в рукаве.

— Нет, — пропустил мимо ушей мою перепалку с фамильяром Дэрион. — У него методики были странные и рецепты. Каждый раз спасали его от взрывов.

— И это говоришь мне ты?! — уперла руки в боки, копируя недавно встретившуюся нам тролльчиху. — Я так-то устала рабочих вызывать, чтобы они крышу залатали.

— А что поделать, Даша, что поделать? — истерически поддергивался артефактор. — Я его ученик.

Как минимум изучить матчасть и все формулы, но здешние волшебники с подобным термином не знакомы. Да и кто любит, когда указывают на явные недоработки. Негоже творческих личностей обижать.

В общем, оставшись в одиночестве и помахав кулаком трусливым проходимцам, постучалась в указанную дверь. Хорошо хоть фамильяр со мной.

Тот успел поведать о своей философии, дескать не стоит впадать в уныние из-за моих поступков. Почему, спросите вы? Потому что есть еще шесть грехов, которые он не распробовал. Стоит и его образованием заняться. Умение говорить и читать для собаки ни к чему хорошему не привело.

— Кто-о та-а-ам? — раздался старческий голос, чем-то напоминающий интонацию Бабы-яги из советских фильмов.

— Меня зовут Дарина де Артвуд, — храбро поведала я под звуки распахивающихся защелок.

— А зачем пришли, благородная деса? — на меня уставилась половина лица седого мага с пронзительными синими глазами.

Вторая половина пряталась за створкой и цепочкой на двери.

— Птичка на хвосте принесла, что вы на дому обучаете, — дрогнула губой и изобразила слезливые глазки.

Все же любят прекрасных и сломленных барышень?

— Птичка тебе не говорила, что я злой, страшный и непокоренный? Учеников не беру! — Бертрам, оказалось, не любил этих самых барышень, изменился в лице, посерел и голос также вместе с ним.

Стал глубоким, сильным и очень громким.

Не на ту напал. В Аридии у знакомых мне мужчин пунктик на властности и деспотии… пока меня не встретили.

— Я птичке шею сломала, — хмыкнула, сложила руки на груди и силой ударила носом ботинка. — Открывайте, я буду лучшим вашим учеником.

А что? Наглости мне не занимать, таланта тоже. А то что манер нет? Так они в моем случае и не появятся. У меня просто бешеная харизма. Все затмевает.

— Проходите, — услышала издалека дзыньканье цепи и вошла внутрь, оглядываясь по сторонам.

Старик успел отбежать в комнату в отдалении и звал за собой.

— Давай, Бали, сам говорил, что будешь меня защищать, — настраивала трусливого пса. — Иди вперед.

— Сам говорил, сам и отрекусь, — ротвейлер осел в коридоре и не желал двигаться с места.

Он только со шпицами храбрый, а на деле песик с тонкими струнками души, которые я когда-нибудь оборву, перекрыв кислород.

В общем, пришлось плестись одной, рассматривая стены. Не знаю, отчего так напрягался Дэрион, но на них висело множество изображений студентов. Видимо, кто-то все-таки ценил преподавательские старания де Одинсона.

— Дарина, говорите? — маг восседал на кресле, одетый в короткую мантию.

А под ней, простите, ничего не было. Ну, а я и не присматривалась. Меня же предупредили, что тот чудаковатый.

— Зовите меня Дашей, — кивнула ему и без приглашения уселась напротив, утонув в мягкой софе.

Она меня сожрала, если можно так выразиться.

— А зачем обучение? — Волшебник тряхнул седой бородой. — Меня здесь все побаиваются, говорят, что я чокнутый. Нужен вам такой учитель?

— Ох, нужен, — попыталась выбраться из подушек. — Дар пришел поздно, так что я вообще ничего не умею, даже элементарного. А то, что все побаиваются, у меня примерно похожая проблема.

— Хорошо, — Бертрам сложил ладошки и о чем-то задумался. — А какие у вас дары?

— Погодница я, — смогла-таки вылезти из ловушки и восседала на едва ощутимой жердочке. — Про второй ничего не знаю, но я ведьма, фамильяр там… — неопределенно указала рукой. — Лежит.

— Угу, — маг опять ушел в себя. — Погодница — это хорошо, это близко. Я вот проклятийник и артефактор.

Не знаю, что там близко, но он мне уже страшно нравился. Люблю неординарных личностей. Хотя бы замуж не позовет, просто песня.

— Так что? — повернулась к странному мужчине. — Возьметесь?

— Возьмусь, если вы, правда, такая талантливая, как говорите. Или привираете? — он перегнулся через свое кресло и приблизился к моему лицу.

А я…

Я всегда считала, если не приврешь, истории не расскажешь. С налоговой хорошо работает и с аудиторами.

— Невероятно, — не моргнула, пока тот пытливо меня изучал.

— Эх, ладно, — он подал мне руку. — Жду вас каждый день с рассветом. В неделю один золотой, а в конце месяца премия. Сделаю из честной колдуньи нечестную чародейку.

А мне только это и надо было.

Радостная и счастливая я подскоками передвигалась по улице Гроунвуда, в поисках Колтона и Дэриона.

У меня будет учитель. Не простой, а самый настоящий маг с малюсенькими тараканчиками. Его любовь к свободной одежде понимала. В Аридии всех дам засунули в корсеты и продыху им не давали, ссылаясь на местную моду и репутацию, да что далеко заходить, в моем мире лифчик снял — тоже счастье. А каблуки…

Горячие стоны удовольствия громче всего звучат не в пылу страсти, а когда девушка наконец-то снимает туфли после долго пути по брусчатке и колотому асфальту, отрывает посеревшие от пыли пластыри и выкидывает бесполезные силиконовые стельки, обещающие легкий шаг. Их производители врут и не краснеют.

Так что с видом Бертрама я смирилась. Он меньшее из зол.

Мальчишки, хотя они ни разу не мальчишки, поджидали меня в знакомом мне некогда баре. Именно здесь я имела честь быть представленной Кристоферу де Ричмонду и назвалась невестой Дэниэла. Знала бы к чему приведет, никогда бы не предложила.

Оглянувшись на огромную дыру в стеклянной витрине, явно пробитую чей-то неспокойной головой, зашла внутрь, и на меня набросилась гномиха Эльвира, крепко сжав в объятиях.

— Чур, я первая, я первая в твою гильдию, но, пожалуйста, поменяй название.

Та самая, поведывавшая мне о талантах Юлианны к сплетням и новостям.

Удивляясь от столь горячего приема, не отстранилась, но при каждом новом ее вздохе, собравшиеся мужчины и женщины громко кричали и выпивали стопку чего-то крепкого.

— Даш, мы всех нашли, — выплыл из толпы Вортингтон и обвел рукой присутствующих. — Они все готовы работать на тебя и противостоять де Лиеву.

Вот это скорость выполнения задачи. Знала бы, я бы Колтона себе в помощники назначила.

— Замечательно, — ошарашенно уставилась на количество желающих. — А не могли бы вы оставить, — взглядом искала пергамент, но услужливый и разумный де Эстейт его сам подал. — Записаться, указать свое имя, вид деятельности и способ, как вас разыскать?

Маги всех форм, рас и обличий заулюлюкали и бросились к желанному листку, а я уселась на барный стул. По сравнению со всем населением их было немного, но даже эта кучка вполне себе способна создать конкуренцию вездесущему льву.

А вечером, порядком утомившись, возвращалась в новую квартиру под скулеж фамильяра. День прошел плодотворно и насыщенно.

— Даша, я устал, хочу на ручки.

Критически осмотрев массу питомца, поняла, что тушу ротвейлера на руках не вывезу. Кто бы меня на ручки взял? Так-то я девушка легкая, робкая и мечтающая о сильной мужской руке. Вот чтобы если у меня проблема, эта самая гипотетическая рука взяла и смахнула проблему куда-то подальше, в мусорку. А никого рядом нет, я совсем одна, грустная и печальная.

Зайдя домой, почуяла ненавязчивый запах еды, вкусный, домашний. На лицо тут же набежала тень. Мне же завтра с рассветом к де Одинсону идти, к тролльчихе Карле и еще кракозябры других униженных и оскорбленных разбирать.

— Дарина, это ты? — из глубины дома выглянул Кристофер, одетый в домашнее и забавный передник. — Как все прошло? Есть хочешь? Попробовал приготовить твои хинкали и, кажется, у меня получилось. Пушок не жалуется.

Судя по виду шпица, после соседства с Бали он больше ни на что жаловаться не будет.

А есть я хотела, да и желудок об этом упрямо сообщал, слюноотделение повысилось, в глазах застыли счастливые слезы. Закрученная по жо…тьфу ты, по локти в событиях этого мира, я постоянно забывала о себе, перестала нормально существовать, дышать и думать, напоминая себе хомяка в бесконечном крутящемся колесе.

Какой там поиск сестры? Я даже питаться нормально не могу. Уверена, если одеть тот самый комплект, в чем я заявилась в особняк к Роббу после перемещения, он будет на мне висеть.

— Даш, ты чего? — Де Ричмонд немного испугался слезливой реакции. — Говорю же, они не так плохи.

— Спасибо, — улыбнулась ему и уселась на ближайшую горизонтальную поверхность, мысленно возблагодарив, что у меня очень заботливый и внимательный сосед. — Хочу, буду, знаю, что ты повар от бога.

— Так, — оборотень не поверил моей быстрой сговорчивости. — Рассказывай, что у тебя произошло, выглядишь очень подозрительно.

Ну, я и рассказала, попутно моя руки, вдыхая ароматы кухни и убирая назад волосы, чтобы те не мешались. Кристофер не перебивал, молча подал мне тарелки и терпеливо ждал оценки своих стараний. Обрадовать меня хотел.

— Блин, кажись, это тебе надо рестораны открывать, — похвалила его за воспроизведенный рецепт. — А напишешь мне потом, что и как делал? Мне надо, — широко зевнула, — завтра Карле все рассказать.

— Напишу, — мужчина усмехнулся. — Вижу, ты хорошо сегодня поработала.

— Ага, — сложила ладошки и улеглась на них лбом от усталости. — Мне с рассветом надо встать, у меня обучение.

А вот здесь он меня удивил, совершенно не поддержав.

— Дарина, он тебе не нужен. Бертрам слывет жестким преподавателем, не терпящим возражений. Он упертый, несговорчивый и чокнутый. Знаешь, сколько от него учеников сбежало?

Ммм, и это говорит мне де Ричмонд?

— Да, да, — дремала за столом. — Он сильный и властный, совсем как ты.

— Я? — Волк искренне возмутился. — Я очень даже понимающий.

Ну, после вкусной еды я что хочешь тебе подтвержу, но это будет неправдой.

Глава 11. Светлое будущее растет из темного прошлого

Кристофер де Ричмонд

Ведьма поутру унеслась прочь, чтобы успеть на первое занятие со своим новоявленным педагогом. Я не особенно поддержал ее в этом начинании, но раз уж она решила… То вряд ли у меня бы получилось ее остановить. Она как гроза, устроишься рядом с громоотводом, тебя-то и треснет.

Жутко хотелось допросить Робба о семье Дарины. Отчего разумная ведьма вдруг осталась без образования и не знает простейших вещей? Зато отлично разбирается в ведении производства и бухгалтерии. Кто ее родители, обрекшие на такое непонятное сосуществование? Чем они себя оправдали за поведение дочери? В Аридии, наоборот, принято развивать особенности отпрысков, чтобы они вливались в будущий бизнес. Если, как говорит де Артвуд, мама с папой держали ресторан, то странно, что не отдали родную кровь на обучение. Стеснялись, что она ведьма? Так все оголтелые предубеждения даже до крайних провинций добежали. В каком угрюмом краю она росла?

Нет, определенно побеседую с де Эттвудом и стребую с него правду. Что-то в Даше слишком много непонятного и плохо стыкующегося.

Я отправился в офис, желая встретиться с начальником филиала, но меня почти сразу поймала Элайза.

— Крис, — она вползла в кабинет и закрыла за собой дверь. — У нас никак не получается с тобой поговорить.

— Почему? — я нахмурился, вставая из-за стола. — По работе ты вроде бы все выяснила.

— Это по работе, — оборотница провела рукой по шелковистым длинным волосам и напряглась, заметив мое недоуменное выражение. — Ты хочешь меня прогнать? Только не говори, что слухи правдивы, и ты правда собираешься жениться на этой выскочке.

Вот оно что. Элайза, когда я приезжал в Гроунвуд, по большей части меня радовала. А что? Красивая, умная и целеустремленная. Старательно докладывала о промахах Робба, подмечала, если кто-то ворует, да и ночи с ней были наполнены страстью и вдохновением. Она ничего не требовала взамен, исполняла задуманное и никогда со мной не ночевала. Но это было тогда, пока де Эттвуд не привез в город свою вездесущую племянницу.

— Они не врут, — подал ей кресло и отпрянул при попытке сблизится. — Даша уже со мной живет и согласилась выйти замуж.

О том, что помолвка фиктивна, волчице знать совершенно не нужно.

— Ты и эта безродная дрянь, — возмутилась девушка. — Ты хоть понимаешь, с кем решил связать свою жизнь? А как же я? Чем я хуже нее?

Как минимум не умеешь бороться с препятствиями и излишне навязчиво себя ведешь.

В отличие от Элайзы, как бы я ни подступался к Даше, получил искреннюю улыбку лишь вчера, когда ведьма буквально вползла от усталости и с трудом добрела до дивана в прихожей. Той и невдомек было, что ради нее я затерроризировал Кейт, вызнавая неудачный рецепт, и с десятой попытки смог сделать что-то более-менее перевариваемое. Дарина обрадовалась, была готова меня расцеловать и даже немного расплакалась от увиденного. Сердце дрогнуло от нежности и удивления. Я и забыл, как приятно радовать любимую женщину. А она ведь правда устала, трудилась и сбилась с ног в попытках решить именно мою проблему, пусть ей и самой не нравился де Лиев.

— Элайза, я не буду объяснять причин. Это лишнее, — отошел от девушки и снова занял свое место. — У тебя остались деловые вопросы?

— Считай, что я все поняла, Крис, — оборотница встала и отряхнулась. — Потом не приходи ко мне зализывать раны. У этой Даши не один ты на примете, твой кузен тоже ее недавно невестой называл, но она тебя выбрала. Как думаешь, почему? — намекала на мое положение и богатство.

Кибелир не знала, о чем говорит. Если судить по фактам, то везде виноват только я. Сам доступно объяснил кузену насчет колдуньи, сам позвал ее к себе домой и сам страдаю от ее бешеной харизмы, не зная, как себя вести.

Даша-то ни о чем и никому не врала. Сразу обозначила границы.

Проводив десу де Кибелир, последовал совету ведьмы и вчитывался в устав акционерного общества, игнорируя рисуночки и легкомысленные завитушки. Чуть позже, вместе с помощницей еще предстояло разобрать письмена ремесленников, решивших противостоять Лайону. Тех собралось, на мое удивление, немало.

Состояние, даже учитывая небрежность дам, росло. Теперь Гроунвуд был одним из самых богатейших филиалов. Кто же знал, что мою фамилию вознесут не древние орудия предков и стойкость мастерства, а изготовление кружечек, рюшечек и других дорогостоящих булавок? Пора подумывать о том, чтобы местное производство снабжало не только этот город, но и всю страну. Судя по цифрам, мы вполне могли обогнать и столичных ювелиров. Что они могут предложить? Скучные колье с бриллиантами и изумрудами для самых обеспеченных особ? Фабрика де Ричмондов, наоборот, ориентировалась на среднестатистического покупателя, вкладываясь и добывая доступное для всех серебро. Ремесленников, торговцев, служащих куда больше, чем изысканных богатейших снобов, а себестоимость изготовления браслета, напоминавшего гвоздь, слишком незначительная.

К тому же Дарина заметила, как хорошо работают сплетни, и привлекла на должность самого общительного человека в городе. Без Юлианны мышь не проскачет, пока ее вид не обсудят ее кумушки. Я бы в жизнь об этом не додумался.

Нет, конечно, у нас была реклама, написанная в газетах, но сарафанное радио, как называла его де Артвуд, работало еще лучше.

Достаточно изучив положение дел, я захлопнул папку с бумагами и потянулся к выходу. У меня была договоренность с ведьмой о встрече, после того как она представит свои идеи какой-то там воинственно настроенной тролльчихе Карле. Знай мой отец, кто теперь становится партнером компании, в гробу бы перевернулся, но все же я не стремился отказывать Даше в ее начинаниях. Во-первых, все-таки она там главная, а мое имя почти не фигурировало. Во-вторых, ее деньги — ее жалованье и в-третьих, мой займ, выданный колдунье под проценты, даже учитывая, что она сама настаивала на подобном условии, отдавался в срок.

Время идет вперед, все переменчиво и зыбко. Из-за стычек на границах гномы активировались и создавали собственные гильдии на изготовление оружия. Где оборотни, а где гномы в искусстве владения кузнечным ремеслом? Если де Артвуд уверена, что будущее за странными палатками с сытной едой, доступной каждому, то кто я такой, чтобы ее останавливать?

Выйдя из собственного кабинета, не мог не заметить хмурой ухмылки кузена, восседавшего в углу. Даже после драки в таверне и полученного выходного, он не нашел в себе силы, признать, что Дарина нисколько им не интересовалась. Зато свалил всю обиду на мою несчастную спину. Что же, мне не привыкать? Примерно таким же образом я потерял друга в лице Лайона, но колдунья-то не Женевьева. Не будет одновременно крутить романы с несколькими мужчинами. Да она при слове «свадьба», «жених», «невеста» нервически смеется и усиленно потеет, думая, что никто не замечает сего факта.

Игнорируя тяжелые вздохи Дэниэла и, даже оборачиваться на нее не стал, Элайзы, покинул фабрику и влез в собственный экипаж, намереваясь прогуляться с де Артвуд, обсудить нынешнее положение дел и потихоньку давать ей понять, что союз неизбежен. Это почти как дичь загонять: осторожно приближаться и накидывать силки.

Через долгие двадцать минут мы достигли невзрачной столовой. Из ее дверей выходила сиявшая улыбкой Дарина, черный огромный пес, а рядом с ними возвышалась мужеподобная хозяйка заведения.

— А вот и наш благодетель. — Ассистентка только обрадовалась моему появлению. — Дес де Ричмонд, познакомьтесь. Это Карла.

Тролльчиха ее энтузиазма не разделяла. Высокая, пухлая и по народному простая.

— Здарова, серый. Значится, мы коллеги теперь.

Я оглянулся на ведьму в поисках хоть какой-то поддержки. Она серьезно?

Нет, не так. ОНА СЕРЬЕЗНО?

На что Даша скорчила смешную рожицу и изобразила глаза несчастного потерянного олененка. В ее случае беспроигрышный вариант, так как я не нашел способов противостоять ее томному взгляду.

— Добрый день, Карла, — вздохнул немного удрученно. — Рад нашему знакомству. Вы простите, но у меня и у десы де Артвуд осталось совсем немного времени, но я обязательно навещу вас на неделе, — горячо пообещал хозяйке и с силой утянул колдунью за собой.

— Пока, Карла, — она успела помахать рукой тролльчихе и, восседая на скамейке в карете, с вызовом спросила, — И что это было? А вдруг она обидится?

— Не обидится, — мне было абсолютно плевать на мнение не самой приятной женщины в городе. — Хотел предложить тебе отдых. Как ты на это смотришь?

После вчерашнего пришел к выводу, что девушка забывает о своих потребностях и предпочтениях, оттого и сильно растрогалась, обнаружив приготовленный ужин. Теперь весь план по ее соблазнению строился на выведенном умозаключении.

— О, — Дарина выставила большой палец. — Определенно положительно. А куда пойдем?

— В парк, — пожал плечами.

В Гроунвуде небольшой выбор мест для свиданий. Городской парк, театр и несколько изысканных ресторанов, где барышня наверняка погрузится в профессиональную атмосферу, достанет клочок пергамента и начнет вести заметки, чтобы такого внести в свою собственную кухню.

Пока мы ехали, успели еще обсудить и будущих работников гильдии, пересмеиваясь между собой насчет их вида деятельности. Фонарщики, актеры, попрошайки — кого только не было в списке. Но, как ни странно, Де Артвуд на раз придумывала им настоящие должности. Фонарщик становился осветителем на фабрике. Девушка заметила, что рабочим неудобно ковать, когда вокруг сплошная темень. Актер будет стоять возле открытых лавочек и привлекать народ в будущие заведения, а вот попрошайкам она отвела должность шпионов. Пусть продолжают свою деятельность, но зорко подмечают все происходящее вокруг них.

— Я к тебе такому не привыкла, — высказалась она вдруг, подавая мне ладонь и выбираясь из экипажа. — Вежливый, заболивый, обходительный. Это точно ты? У тебя, случайно, нет брата-близнеца?

— Случайно, нет, — я усмехнулся. — Но привыкай, мы же теперь жених и невеста. — Завидев ее довольно настороженное лицо, добавил. — В глазах остальных.

— А, ну ладно тогда, — взмахнула она рукой, словно откидывая подозрительность, и выпустила фамильяра на пробежку.

В делах я не успел подумать о Пушке, которому бы подобная прогулка тоже понравилась.

Мы мило переговаривались, и я старался узнать девушку получше. Она любила полевые цветы, музыку и суету, но не любила обыденность, столичные предубеждения и глупость.

Жаль, что огороженная высокими кустарниками территория принадлежала не нам одним. Еще издалека я увидел, как по дорожке навстречу бредут вездесущий Лайон де Лиев и его помощник Энтони де Руан.

Даша, казалось, ничего вокруг не замечала, но ощутила мое напряжение и смену настроения.

— Почему ты нахмурился? Я что-то не так сказала? — она вперилась взглядом в ту же сторону, куда всматривался я. — А, зло не дремлет, — усмехнулась ведьма. — У зла империя разваливается. — И схватила меня за ладонь, переплетая пальцы.

Почувствовав теплые прикосновения, немного опешил. Если так дальше пойдет, я буду максимально пользоваться случаем и везде натыкаться на льва с его ручным нагом. Забудется, заврется, заиграется в жениха и невесту, а там и свадьба состоится. Сама оглянуться не успеет, как будет окольцована.

Наше столкновение с бывшим другом было неизбежным и сильно напоминало встречу двух лихих злодеев из детективных романов, которые я иногда почитывал, давая вечно работающему мозгу небольшой отдых. Мы медленно приближались, сверлили друг друга глазами и про себя продумывали способы умерщвления противника. Стоило бы предупредить Дарину, что Лайон средненький менталист, но что-то мне подсказывало, что она уже в курсе. Встречались-то мы не в первый раз.

— Даша, а ты умеешь ставить ментальные щиты? — спросил на всякий случай.

Иначе вся наше конспирация пойдет в ту самую яму, которую в данный момент старательно выкапывал Бали, игнорируя запрет на подобные действия в парке.

— У меня магия лучше, — она нисколько не растерялась, но вот на лице застыло нечитаемое выражение.

Странное такое, ехидное. Понятия не имею, о чем та думает и, пожалуй, не хочу.

Де Лиев при виде де Артвуд вздрогнул, чуть скривился, но все же смог изобразить фальшивую улыбку.

— Кристофер, Дарина, рад вас видеть, — он подал ладонь для рукопожатия, явно приметив переплетенные конечности между нами. — Смотрю, тандем еще благоухает.

На виду у всех мы не вели себя как драчливое быдло в тавернах. Наоборот, источали приязнь и радушие. Аристократы действуют тоньше и умнее, чередом уловок и приманок, подставляют врага.

Я принял руку и ощутил его мощь и силу, как ментальную, так и физическую.

— Я тоже рад встрече, Лайон. — Не остался в стороне и хрустнул его пальцами.

— А вы, Дарина, еще не передумали? — оборотень с насмешкой пошевелил костяшками и обратился к девушке. — Не хотите сменить место работы? Мое предложение неизменно.

— Ну что вы, Лайон, — ее улыбка больше напоминала оскал. — А как же Энтони? Лишите друга места? Стоит предупредить, ему придется подвинуться. Я змей терпеть не могу.

— И не сс-зря, — наг вообще не старался изобразить притворное дружелюбие. — Мы ведьм на обед съедаем. Бесполезный же народец, визгов много, а толку нет.

— Естественно, — за де Артвуд не заржавело. У нее в целом способность на различного рода словесные экспрессии. — В голод, в кризис и гадюка ужом вертится.

И где она их только набралась?

Лицо мужчины помрачнело. Я быстро почувствовал, что он не удержится от очередного оскорбления. Подобного я стерпеть не смогу и таки докачусь до уровня посетителей бара, из которого совсем недавно вытягивал кузена.

— Аккуратней, де Руан, — подтянул колдунью к себе поближе. — Ты разговариваешь с моей невестой.

Лев и наг нисколько не удивились услышанной новости, будто знали обо всем заранее.

— Так вас можно поздравить, будущая деса де Ричмонд? А как же дес де Римоут? Сменили Дэниэла как ненужную перчатку? — Он вежливо приподнял котелок, опустился чуть ниже и стал ждать, чем же ответит Дарина.

А она, как пить дать, разозлилась. Ее вообще все матримониальные обычаи бесили.

Я было дернулся возразить, но не успел…

— Почему же? Я как ваш приспешник поступаю, — она громко клацнула зубами перед самым его носом, заставляя противника отскочить. — Ем оборотней на обед. Все мечтаю кошачью породу попробовать.

Своего она добилась. Де Лиев явно насторожился, но смог унять отрицательные эмоции. Дурная голова, с ним же так нельзя. Неужели она не понимает всей опасности?

— Тогда приглашаю… кхм… на обед. Должны же мы отметить столь радостное событие? — он вздернул подбородком, повернувшись ко мне. — Я угощаю, даже не спорь.

— Конечно, — кивнул ему и подал локоть фиктивной невесте, уже жалея о содеянном.

Чтобы не перекрывать дорогу, мы разделились на две группы. Впереди шел Лайон и Энтони, а мы с небольшим отставанием ступали за ними.

— Бали, за мной, — скомандовала девушка фамильяру. — Нас кормить будут.

Пес тут же отвлекся от обнюхивания стволов и легкой поступью потрусил, догоняя тихо беседовавших магов. Что-что, а еду ротвейлер уважал, чтил и заглатывал в огромных количествах. Видимо, случится маленькая месть от бедовой ведьмы. Лично я еще ни разу не видел, чтобы собака наелась.

Пользуясь моментом, мне все-таки захотелось немного встряхнуть свою спутницу.

— Даша, что ты творишь? Надо ли напоминать, насколько он опасен? Не вызывай в нем неприязнь.

— Крис, мы же обо всем уже договорились, — она вздохнула, будто устала доказывать очевидное. — Во-первых, он меня уже недолюбливает, а во-вторых, ты задолбал. Умерь свои эмоциональные качели. Я девочка взрослая и защитить себя смогу.

Она? Сможет? Да она колдует один день.

— Ты моя невеста, я должен…

— Нет, — де Артвуд упрямо ткнула меня пальцем в грудь. — Это ты мой жених. Это ты должен. Я не прошу тебя о многом, всего лишь слепо в меня верить.

Ну и как ей отказать после подобных слов?

Через несколько минут мы уже входили в весьма известный и пафосный ресторан, принадлежащий Лайону. Все-таки есть преимущество в прогулках по центру города, все подходящие места находятся поблизости. Но все же я не так представлял свое первое свидание с ведьмой. Хотел ее впечатлить, забыть о проблемах и провести время с удовольствием. А теперь придется играть, следить за мыслями и всячески оберегать Дарину от поспешных обидных для противника восклицаний. За ней не задержится.

Де Лиев подал знак служащему и уверенным шагом повел нас в отдельную кабинку.

— Деса ведьма, — перед де Дашей выпрыгнул молодой взъерошенный официант, перекрывая тщедушной фигурой путь. — К нам с собаками нельзя.

— А это не собака, — фыркнула она, — а разумный фамильяр. А если сюда разумным зверям нельзя, то как вы оборотней пускаете? — окончательно обезоружила юношу.

— Эм… эм… — не привыкший к нахальству колдуний, он едва дышал и оглядывался на хозяина.

Все надеялся, что он выручит и объяснит ведьме, как именно себя ведут в подобных местах.

— Эрик, Дарина — моя дорогая гостья, — издалека воскликнул Лайон, начиная меня раздражать наигранным дружелюбием. Дорогая, видите ли. — Конечно, впусти и собаку.

— Я не собака! — громко возмутился Бали. — Вы что, не слышали? Я разумный фамильяр.

— Прошу меня извинить, — аристократ сразу покаялся и что-то зашептал бледнеющему парнишке. — Сейчас вам принесут наши лучшие блюда.

— Ага, — махнул головой пес, разбрызгивая слюну. — На стол мне положите. Слышали? Я разумный.

Но тут уже вступилась колдунья, осадив бесстыдника.

— Бали, не борзей. Ты хоть и разумный, но такой… берегов не видящий. — Досадливо сморщилась от поведения магического животного.

Она уселась напротив де Лиева, дожидаясь, когда я подвину ей стул.

Первое время беседа не клеилась и напоминала партию в бридж. Все мы молчали и обозревали друг друга, в попытке догадаться, какие у кого козыри в рукаве. Рядом сновал робкий официант, расставляя тарелки с заказанной едой и бокалы с напитками.

— Может, перестанем ломать комедию? Здесь нас никто не подслушает. — Сдался первым оборотень-лев.

— Черт, — де Артвуд сразу выставила локоть на стол и положила голову на ладонь. — А как хорошо все начиналось.

Проигнорировав ее вызывающий жест, хозяин ресторана произнес:

— Я знаю, чего вы хотите добиться, мне донесли о создающейся гильдии.

— Ты очень быстро все узнал, — заметил я, откидываясь на спинку стула и устраиваясь поудобнее. — Расторопные у тебя шпионы.

— Мы без-с дела не сидим, — влез в беседу Энтони, наматывая на приборы спагетти.

— Да, и я хочу решить вопрос полюбовно, прийти к компромису. — де Лиев уставился прямо на меня. — Благодаря вашим невероятным усилиям, вы смогли добиться каких-никаких, но слабеньких результатов.

Я бы поспорил. С некоторых пор его место в городском совете заметно пошатнулось, потому что несколько жен чиновников занялись предпринимательством и инвестируют деньги в мою компанию. Их мужья не дураки, не хотят терять деньги, которые их супруги щедро вложили в странноватого вида ювелирные изделия. Оттого поддержка льва уменьшилась. Повеяло ветром перемен и сменой политической обстановки. Ему-то невдомек, что сам совет меня никак не интересует. Пусть творит там, что хочет.

— И что ты предлагаешь? — сузил взгляд и коснулся ведьмы.

По ней видно, что она безумно желает возразить и проораться. Ее заслуги явно недооценили.

— Производство украшений вы оставляете мне, как и оружие, а сами занимаетесь своими безделушками, и что вы там еще напридумывали. Я не буду лезть в ваши ниши, и мы сможем спокойно сосуществовать в Гроунвуде.

— Да щас, — взбунтовалась Дарина. — Ты столько магов до черты бедности довел и шантажировал, чтобы мы так просто согласились?

Аристократ и глазом не моргнул.

— Кристофер, я понимаю, деса де Артвуд твоя невеста, — он отбросил вилку. — Но разве она имеет право говорить от лица компании? Насколько я знаю, фабрика принадлежит тебе единолично.

Все верно, но я рассуждал точно так же, как и Даша, правда, больше со стороны финансовой рациональности. Если соглашусь, через время мы опять начнем бодаться за сферы влияния.

— Лайон, Даша — моя невеста, — перехватил ее руку. — Конечно, она имеет право на личное мнение, которое полностью совпадает с моим.

— Так значит, — мужчина напрягся и тяжело вздохнул. — Сильная у вас любовь. Очень похожа на твои отношения с Женевьевой.

Я с трудом сохранил спокойствие. Его, в целом, пока сохранишь, все нервные клетки растеряешь. Ему ли не знать, как сложилась ситуация на самом деле, но он решил вывалить всю грязь на голову моей спутницы.

— С кем? — не поняла де Артвуд и с любопытством повернулась ко мне.

— О, я вижу, он умолчал о досадном инциденте. — де Лиев усмехнулся. — Вы расспросите, Дарина, расспросите наедине. Возможно, поменяете свое мнение и захотите работать на меня.

— Сильно сомневаюсь, — девушка отмахнулась. — Все что было до нашей связи меня не сильно интересует, а вот ваши рейдерские замашки мне не нравятся.

— Посмотрим, как вы потом запоете, деса де Артвуд. — И кивнул своему помощнику. — Пойдем, не будем мешать влюбленным наслаждаться вкусным ужином. Подозреваю, им предстоит нелегкий разговор.

Я же подозревал, что придушу де Лиева сегодня ночью в темном переулке.

Даша растерянно оглянулась на меня и явно ждала хоть каких-то объяснений. Но, едва Лайон и Энтони покинули здание, она не бросилась с вопросами, не накинулась на меня с упреками, а просто проговорила:

— Предлагаю отправляться домой, а там поведаешь, — распахнула глаза и рассмеялась, — свою страшную историю.

Постоянно удивляет меня странным поведением, но, может, оттого и так притягательна? Будь на ее месте любая другая женщина, уже бы требовала ответов и подробных описаний предыдущих отношений.

— Да, пожалуй, — согласился с ней и подал руку. — Фамильяра не забудь.

— Точно, — ведьма хлопнула себя по голове и критически взглянула на едва дышащего от обжорства пса. Де Лиев в глазах Бали вознесся до небес, смог-таки заполнить бездонный желудок собаки. — Бали, ты идти-то можешь?

— Бросьте меня, — урчал фамильяр, но вспомнил одну житейскую мудрость. — Хотя нет, на войне своих не бросают. Идите… А меня несите.

Лично я бы оставил зверя, пусть сам со своей проблемой справляется, но де Артвуд так проникновенно на меня посмотрела, что я, забывшись, взвалил ротвейлера через плечо. Был просто околдован ее ведьминскими очами и не вспомнил о заклинании левитации, пер тушу, но в отместку за его наглое поведение, часто задевал дверные косяки.

— Не дрова тащишь! — верещал Бали, обслюнявив мой новый пиджак, но на его возгласы ни я, ни Дарина внимания не обращали.

Заслужил.

На выходе нас догнал официант.

— Вы почти ничего не съели, может, вам с собой завернуть? У нас очень вкусная кухня, повар расстроится.

— Заворачивайте, — пролаял пес, продолжая распоряжаться нами как личными слугами, — Девушке в руки передайте, она понесет.

— Ну ты и проглот, — рассердилась де Артвуд. — Ты же наелся.

— Это пока, а что через час будет, неизвестно. Да и как там Пушок поживает? Его без обеда никак нельзя оставлять.

— Ну раз Пушок, — она нахмурилась и приняла коробки с едой, заботливо завернутые молодым юношей.

Мы вышли на улицу. К счастью, я успел предупредить своего конюха, чтобы далеко не отъезжал и следил за нашими передвижениями. Проделать весь путь до городской квартиры с огроменной собакой на руках я вполне себе мог, но подобного желания не испытывал. Костюм теперь только на выброс сгодится.

На протяжении дороги мы молчали. Я все прогонял в голове, как доходчиво донести до Даши информацию о Женевьеве, а она, чувствуя мое настроение, не лезла в душу, зато по необъяснимой причине положила свою ладонь на мою. Сейчас она могла не притворяться, мы одни, не надо строить из себя влюбленную пару. Значит, чем-то хотела меня поддержать или успокоить.

— Да, — она устало откинулась на кухонном диване примерно через полчаса. — День был не из легких.

— Как твое обучение? — спросил девушку.

Бали, как верный новый друг Пушка, побежал вместе со шпицем делить добычу и закапывать остатки во внутреннем дворе дома.

— Занятно, — она ухмыльнулась и щелкнула пальцами, погасив свет. — Теперь не ты один у нас в роли ночника.

— Полезное умение, — не смог скрыть улыбки, заново зажигая огни. — А что-то посущественнее будет?

— Могу существенно приложить молнией, — она радостно закивала, — но давай после выведывания твоего секрета. Вдруг там и правда что-то мрачное и злое.

— Тогда мне полезнее молчать, — я все оттягивал момент с признанием.

— Ой, Кристофер, не дури. У меня богатый опыт в пытках и истязаниях.

— Откуда? — притворно ужаснулся.

И она что-то забурчала себе под нос про «поживи с сестрой-ровесницей».

— Так, хватит мне зубы заговаривать. — Она встала и уселась поближе ко мне. — Слышал поговорку: ввязался в драку, борись — бить, так бей, чтоб не очнулся. Порази меня своей подноготной.

— Что-то мне подсказывает, Даш, что поговорка не совсем про этот случай.

— Ничего, за уши все можно притянуть. Или все-таки пытки? — над ее головой засобирались небольшие внезапные тучки.

— Хорошо, хорошо, — решил-таки сохранить себе мебель, ну и жизнь… пока. — Еще во времена обучения в академии, я, Дэниэл и Лайон крепко дружили. Были неразлучны, постоянно влипая во всякие авантюры.

— Как и все студенты, — де Артвуд сложила руки на коленях.

— Там же училась девушка по имени Женевьева, которая, как оказалась, нравилась всем троим. Оттого мы заключили что-то вроде соглашения, что никто из нас не будет оказывать ей знаки внимания, но…

— Дай угадаю, она выбрала тебя, — перебила меня колдунья.

— Ошиблась, — отрицательно замотал головой. — Из нас троих она выбрала де Лиева. Он был куда богаче, знатнее, да и его ипостась намного сильнее моей. Я и Дэниэл смирились, но нет-нет, но бросали завистливые взгляды, в девушку я был безумно влюблен. Через некоторое время я покинул столицу и приехал в Гроунвуд вместе с кузеном, не хотел мешать счастью друга, но смотреть на их счастливые лица было тошно. Казалось, что у них все хорошо, они успели объявить о помолвке, но она неожиданно приехала ко мне.

— Зачем? — Даша вскинула брови.

— Плакала, рыдала, сообщила, что это семья заставила ее согласиться на неприятное замужество, а на самом деле ее интересовал только я.

— И ты..

— Прошу тебя, не осуждай, — я виновато опустил голову, — я был молод и глуп, не распознал в мерзавке алчных мыслей. Между нами ничего не было, но какое-то время мы разыгрывали пару. Точнее, она разыгрывала, а я-то был уверен, что все по-настоящему. Готовился ехать в столицу и объяснятся со львом, но не успел.

— А что за алчные мысли? — ведьма быстро уловила главную суть.

— Оказалось, что ее родственники были нашими конкурентами. Стерва, живя у меня и якобы помогая в делах, сливала им всю информацию. Да так, что мы чуть было не разорились. Как же тогда метался в ярости мой отец, — я прикрыл глаза, вспоминая хлесткие обвинения родителя. — Думал, что растерзает.

— И Лайон в это не поверил? Он же менталист.

— Как бы он смог? — я растерянно развел руками. — Перед поездкой я написал ему подробное письмо с объяснениями, и только потом обнаружил ее игру. А Женевьевы и след простыл, только она еще успела отыскать себе любовника, хотя отказывала мне в близости и завести потомство. Лайон выслушать меня не захотел, возненавидел, а что до его дара… Он среднего уровня, я умолял его в записках прочитать мои мысли, но ответа ни разу не получил.

— Вот же пронырливая тварь, — ужаснулась Дарина. — Ребенка наверняка тебе приписывают.

— Верно, — я грустно кивнул. — Лайон меня не простил, а Дэниэл обижается за мерзавку. Она и к нему обратиться успела, сказала, что я бросил ее беременную. Любовник ее укатил, променяв на новую пассию, семья не пожелала принимать опозорившуюся девицу, а я всячески отказался с ней хоть как-то взаимодействовать. Сейчас она живет в предместьях столицы, влачит довольно жалкое для нее существование. На скромную жизнь хватает, но прежних богатств уже нет.

— Понятно, — де Артвуд нахмурилась, и мое сердце сделало полный оборот. — Я только одного не понимаю, а что в истории-то такого страшного? Я-то отчего должна была напрячься?

Глава 12. В борьбе без правил побеждает беспредел

Даша Антонова

Фи, и это все? Я-то ожидала по меньшей мере труп в гостиной, ну, или на худой конец заварушку в стиле американских вестернов с поруганной честью и парочкой любовниц, а тут… даже роман любовный не напишешь, так… на лестничную клетку за сплетней вышла.

— Понятно, — я нахмурилась, потирая лоб. — Я только одного не понимаю, а что в истории-то такого страшного? Я-то отчего должна была напрячься?

— В смысле? — ошалел мой сосед. — Тебя нисколько не смущает моя отрицательная репутация? А если я тебе лгу? Лайон ведь не верит в правдивость моих слов. И Дэниэл тоже…

Судя по всему, больше всего его расстраивала именно реакция родственника.

— А почему меня должна пугать твоя репутация? — и сразу добавила, завидев его настырное лицо. — Про помолвку помню, но я же ведьма. Мне только ленивый не сообщил, как вы их недолюбливаете.

— Не недолюбливаем, — Кристофер вздохнул. — А осторожничаем. Колдуньям все сходит с рук, им их даже умывать не надо.

— Ой, давай вот без зависти. Тирания обиженных не дремлет, — но сама задумалась.

Если все, что он рассказал правда, то как же ему, бедненькому, тяжело живется. Это не в моем мире, как пяткой почесать — ребенка своего бросить. В Аридии все куда сложнее.

— В общем, я тебе все объяснил, — печально закончил де Ричмонд. — Если ты все же напряглась и осуждаешь меня, то я готов смириться с твоим уходом. Заставлять помогать не буду.

— Потому что ты был обманут и доверился одной пронырливой женщине? — скептически выгнула бровь.

Мамочки, так-то он опять в похожей ситуации. Сама не святая, этим и живу.

— Ты всегда можешь пойти к Дэниэлу, но он будет утверждать обратное. — Крис настаивал на своем несовершенстве. — Что я ее обманул и воспользовался.

— Все кем-то пользуются, — невесело продолжила его мысль. Я была ничуть не лучше противной Женевьевы. Согласилась на сделку, не поведав про себя. Но как это сделать? Он мне в жизни не поверит, у него у самого замашки тиранские. Нет, кроме семейки де Эттвудов, мне некому доверять. — Нет, я не сбегу, за это не переживай.

— А если они начнут настаивать, приведут свои неоспоримые аргументы?

— Они есть? — немного насторожилась.

Если быть совсем честной, то идея связываться, пусть и фиктивными отношениями с обманщиком и лжецом, меня не прельщала. Но, клянусь, де Ричмонд не создавал подобного впечатления. Наоборот, я чаще радовалась его обществу. Не всегда… В первую встречу оборотень меня знатно выбесил.

— Нет, только то самое письмо, но и его может быть достаточно.

А вот это вряд ли. Сколько ссор я застала у своих подруг из-за несчастной переписки в телефоне, когда парень сообщение от доставщика пиццы прочитал и его же и не понял. В этом плане мужики глупые. Проверять сообщения надо не с левыми парнями, а с конкретными дорогими подруженьками и сестрами. Вот где полет мысли, грязные фантазии и невероятные подробности. А лучше вообще ничего в чужих письмах не читать — седина не всем к лицу.

— Расслабься, Кристофер, — сама не ожидала от себя, но дернулась в сторону волка, едва не упав со стула. — Меня такая записулька заботить не будет.

Мне ли не знать, как плохо поданная новость сработает без контекста?

Он успел меня подхватить, спасая несчастную ведьму от падения на холодный пол и, скорее всего, от болезненного удара. Прижал к себе и застыл, внимательно вглядываясь в мои глаза.

— Никак не могу понять, Даша, — голос его неожиданно стал хриплым. — Как ты такая уродилась? Иногда мне кажется, что я тебя не заслужил.

А вечер определенно переставал быть томным. Да и неловкости практически не было… почти.

— Язвой, колдуньей и со всяческими заскоками?

— Умной, сообразительной ведьмой, и да, со всяческими заскоками, — он подтвердил, перефразировав мою сбившуюся речь.

Стало очень жарко. У меня что ни день, так борьба со своим внутренним я. Поутру я хочу убивать и калечить, в обед работать и созидать, а к вечеру странное влечение проснулось. Биоритмы, у вас механизм сбоит?

— Кристофер, у меня просьба… — не договорила, сама испугалась внезапно возникшего желания.

— Ты что-то хотела? — До этого думала, что ближе стоять мы не можем, но оборотень нарушал законы физики, продолжая меня удерживать.

— Эм, нет. — Опомнилась и замотала головой.

Все-таки струсила, колдунья пугливая, а могла бы сейчас в углу с красавчиком позажиматься.

Зато он отлично все понял и принял инициативу на себя. Выпрямился, подтянул вплотную и провел пальцем по моему подбородку, после зарылся в волосы, а второй рукой коснулся талии.

Мы наклонились, не оставляя между нами ни одного свободного миллиметра и… поцеловались. Так жадно и жарко, что показалось, будто у меня пульс остановился. Напряженность меня быстро оставила, и я полностью обмякла в уверенных ладонях.

Не так я представляла поцелуй за миг до его свершения, совсем не так. Считала, что весь такой из себя правильный и немного растерянный Крис будет робко пробовать меня на вкус и проверять дозволенность. А тут до потемнения в глазах, до ощущения сердцебиения в кончиках пальцев. Сминал, играл моим языком, чувствуя свою безнаказанность, ну и что там говорить, мое явное согласие.

— Матерь божья, а я думал, что это вы притихли? — раздался откуда-то снизу писклявый голосок. — А щенята будут?

Собака сутулая, весь момент романтический испортил.

Отпрянув от мужчины, я поправила сбившиеся волосы и недовольно взглянула на пса.

— Сейчас что угодно будет, но больше связно с кастрацией, умертвлением и моим конченым характером, — пригрозила верному фамильяру.

— А я тебя, как никогда, поддерживаю, — кивнул рядом сидящий де Ричмонд, пряча взгляд в фарфоровой сахарнице.

Либо сладкого захотел, либо в песке мечтал засыпаться. Первое, я, пожалуй, не против повторить. Зато Бали, оказалось, совсем не растерялся.

— Было бы о чем волноваться, ну не будет щенят и не будет. Чего кричать-то?

Чего кричать? Чего кричать? Я, конечно, не музыкант, но в бубен настучать сумею.

— Дорогой друг, надо ли тебе напоминать, что довольствие и хорошее расположение твоего духа и тела зависит от вот этих вот добрых людей? — Обвела нашу несостоявшуюся пару рукой. — А мы, к сожалению, ни разу не в настроении.

— Намек понят, — склонил голову собакен и засеменил от миски обратно в комнату.

Вину, скотина, не признал, просто решил самоустраниться. Но мгновение-то уже было упущено. Я жалела о содеянном, а что чувствовал Кристофер, понятия не имела.

— Дарина, — он как-то по-другому взглянул на меня. Без желания, без влюбленности, без вдохновения. — Все в порядке?

— Да, — махнула рукой и постаралась выбросить произошедшее из головы. Мало ли в моей жизни поцелуев было? Считать не буду, а то если количество называть, местные жители меня гулящей девкой назовут. — Я спать.

И твердо отправилась в свою комнату, а пока никто не видел, коснулась указательным пальцем губ. Сама себе врала и не краснела. Никуда ничего не делось, до сих пор чувствую прикосновения оборотня.

Предварительно выпихнув всех псов с кровати, я добрела до душа, смывая с себя прошедший день. Он принес мне многое: уроки магии, надежного партнера и, внезапно, откровения Кристофера. Как бы ни старался де Лиев, но вместо ссоры он только нас сблизил. Узнав получше волка, я всецело ему доверилась и не помысливала, что тот может лгать. Зачем ему? Обелить себя? С точки зрения Аридии, история и так звучала чудовищно. С точки зрения Дарьи Антоновой, я видала и похуже.

Москва слезам не верит, она ими умывается.

Была ли я готова на подобный шаг? Раскрыться и признаться в своем положении? Пока он погружался в свои воспоминания, я все больше задумывалась, насколько завралась перед всеми. Пусть я для этого мира странненькая и неугомонная, но все же большинство жителей относились ко мне с непонятной любовью, включая господина начальника. Перестав на меня рычать, Крис открылся с неожиданной стороны — ранимой и очень чувствительной.

Прознав про мою ложь, он окончательно зароется в свою раковину, но…

Я до сих пор не верила в его способность к пониманию.

Святой единорог, это что? Меня к нему влечет? После вечернего происшествия домыслы казались лишними, но чем черт не шутит. Сама себе жаловалась на нехватку внимания.

Через некоторое время я заснула, а утро меня порядком ошарашило.

* * *

Все началось спокойно. Мы успели вместе позавтракать, корчась от моих кулинарных экспериментов. На ближайшие часы я наметила работу в конторе, после обеда встречусь с дорогим преподавателем, а к вечеру собиралась заехать к тролльчихе.

Кристофер делал вид, что вчера ничего не было. И бровью не повел при моем появлении, а я была очень благодарна за это. До сих пор не решила, что делать с нашими непонятными взаимоотношениями.

Это в своем мире я без проблем могла бы пофлиртовать с интересным мужчиной, а вот здесь все было наоборот. Лишнее внимание воспринималось, как свершенное действие, а мы уже фиктивно помолвлены. Там и до свадьбы недалеко, а я к подобным жестам не готова.

Зато на фабрике меня неожиданно взбодрили.

— Дарина, ты видела? — влетела с утренней газетой взъерошенная Юлианна, откинула высокий зонт и стала тыкать мне под нос печатное издание.

— Что? — прижала голову, отстраняясь от ее рук.

Ну, не любитель я читать периодическую литературу. Я по юридическим формулировкам.

— Посмотри, — она досадливо завертела головой. — Деса де Сокрей обругала наши украшения.

— В смысле? — я напряглась, припоминая жену издателя.

Барышня к тому же входила в злосчастное акционерное общество. С чего бы ей топить свое же успешное предприятие? Никак без вездесущего льва не обошлось?

— В коромысле, Даша, — Юлианна вертела заметкой в разные стороны. — Тебе надо с ней побеседовать, иначе у нас будут неприятности.

— Какие? — насмешливо уставилась на девушку.

Я не сомневалась, что это проделки де Руана и де Лиева. Видимо, оборотни прижали несчастную чету и заставили выдать подобное сообщение.

— Репутация, Дарина, как ты не понимаешь? — она всплеснула руками. — Его газета крупнейшая в городе. А если они продолжат в таком же духе? Да мы пропадем и обанкротимся.

Десая Эйлон в чем-то была права. Вестник получали все жители и слепо следовали написанной в нем информации. Надо где-то отметку поставить про создание оппозиционной формы СМИ, но это когда еще будет…

Даже гордость берет, что я подобный информационный алмаз на входной стойке фабрики отыскала.

— Уговорила, шальная, — взмахнула волосами и подозвала с собой Бали. — Отправлюсь к этой де Сокрей, ты, главное, Кристоферу ничего не говори. Не будем лишний раз волновать начальство.

Не заметила, что нас подслушивала неприятная особа.

— Оу, уже Кристоферу, — уселась рядом сияющая Элайза. — Смотрю на тебя, де Артвуд, и думаю, может, дес де Ричмонд наконец-то увидит твою сущность и перестанет следовать идиотским советам.

Газету брюнетка тоже почитывала и прямо заходилась от восторга.

— У тебя есть что-то по делу? — насупившись, спросила барышню, радующуюся моему внезапному провалу. — Или ты только яд сцедить? Тогда тебе не ко мне, поднимись на этаж повыше, Дэрион как раз опыты над змеями ставит.

Это не факт, конечно, но артефактор всегда найдет куда применить ценный реактив.

— Что? — она опешила от моей не самой вежливой реакции. — Ведьма, ты совсем рехнулась, забылась, с кем разговариваешь? — и поиграла длинными взращенными когтями по поверхности моего стола.

Я бы и рада вступить с ней в перепалку, возможно, не только в словесную, но хотелось быстрее разобраться с насущной проблемой.

— Со стервой, брошенной любовницей и не самым квалифицированным специалистом? — кинула бумаги на столешницу, где красной жирной чертой подчеркивала двусмысленности в договоре. — Лучше исправь, пока никто не увидел.

И, захлопнув челюсть несостоявшейся соперницы, вышла наружу.

Божечки-кошечки, сама не поверила, что повела себя настолько нахально. У меня руки дрожат, и сердцебиение где-то в гортани вибрирует. Де Кибелир так-то преспокойно могла меня приструнить, обратившись во вторую ипостась, но в помещении с этим не спешила. Удариться в обличье волка об острый угол мебели никому не понравится, это вам не мизинчиком стукнуться, а довела я ее изрядно. Сплю и вижу раздутые от возмущения волчьи ноздри.

Фамильяр теперь передвигался не один, за ним, как хвостик, следовал Пушок на коротеньких лапках. Бали все утро исправно докладывал, что шпиц обиделся на наши без него путешествия, и, дрогнув от эмоций, Кристофер сжалился над рыжим бедолагой и повесил питомца на меня. Как показала практика, короткий путь к сердцу женщины лежит не через объятия, цветы и дорогостоящие цацки, а через навешенные на нее обязанности. Кажется, мое обольщение пошло неправильной дорогой.

Пока я раздумывала, каким образом мы достигнем дома де Сокрей, на улицу выскочил Оррин. Я давно с ним не общалась, и хотя мы часто виделись в конторе, побеседовать времени не было.

— Даша, привет, — он поздоровался, теребя подол пиджака, и застыл на месте. — Слышала новости?

— Из газет? — я нервно прикусила нижнюю губу. По его выражению на лице сообразила, что он про те самые, неприятные. — Тогда не добавляй драматизма. Как раз пытаюсь все исправить.

— Я могу тебе помочь? — парень участливо уставился в мою сторону.

Если учитывать наши предыдущие отношения, то выглядело все малость подозрительно, но у меня и выбора-то не осталось.

— Не знаю, — протянула. — Не хочу пользоваться экипажем Кристофера. Вдруг он попытается меня остановить.

А то, что начальство попытается, я не сомневалась. Крис из тех, кто любит все контролировать. Точно навяжется в попутчики и доверительного разговора с двуличной дамочкой у меня не получится.

— Давай я тебя отвезу? — предложил Оррин. — Только адрес скажи.

И без задней мысли я назвала локацию.

Де Эттвуды больше не бедствовали и за свое положение не боялись. Меня в богато украшенной карете подвезли к дому аристократки.

— Тебя подождать? — спросил юноша, обозревая украшенный барельефами особняк.

Чутье, интуиция или еще что-то мне подсказывало, что я задержусь.

— Нет, Оррин, — вяло улыбнулась. — Отправляйся обратно и постарайся воздержаться с сообщением, где меня искать.

— Почему, Даш? — недоумевал молодой маг.

— Потому что, — наставительно выставила указательный палец. — Как правило, мужчины мешают содержательным женским сплетням, а у меня допрос будет в самом разгаре.

— Понял, — он серьезно кивнул.

Правильно говорила моя мама, наблюдая за вечными ссорами между сестричками. Разъедемся и начнем нормально общаться. Вот съехала я из их дома, и что… Не узнать юного оборотня, вежливый, обходительный, на помощь пришел. Однозначно, все портит бытовуха и мой неугомонный характер.

Вздохнув несколько раз, я постучалась. Меня встретил низкого роста дворецкий, выслушал мою просьбу и пригласил войти, а сам отправился на поиски хозяйки дома. Она не заставила себя долго ждать и быстро спустилась вниз по лестнице.

— Деса да Артвуд, не ожидала вас.

— Так, я и без предупреждения, — нисколько не смущаясь, вытянула ноги, сидя на обитой бархатом кушетке, и осматривала помещение. — Хотела прояснить несколько деталей.

Специально для подобных целей, читайте, что для устрашения, прихватила с собой газетную вырезку с ее колонкой. Цитировать буду, а может, рвать и метать. Я пока не определилась.

Вокруг сновали псы, обнюхивая мебель и прикидывая, что в богато обставленной гостиной можно пометить. Еще перед входом я договорилась с серьезно настроенным Бали, ну, и если это вообще возможно, с Пушком, что оба будут себя вести прилично и без эксцессов. Приму к сведению, что переговоры с псиными мордами не ведут. У них, как у щенков, внимания на пять минут. Слава богам, что в помещении мячика не оказалось.

— Я распоряжусь о чае, — деса приложила ладонь ко лбу. — И кормом для ваших собак.

Молодец, внимательная.

Шпиц к этому времени встал на передние лапы и поднял обе задние. В чем-чем, а в родословной Пушка я больше не сомневалась. Правильные экземпляры этой породы квадратные, как собачник со стажем говорю. Одну лапу он поднять не может, обязательно увяжется вторая. Мой рыжий друг, ходя на двух первых, окропил паркет своим присутствием, продолжая бродить возле широченного черного рояля. Своеобразный манифест получился. С помпой… с запахом, отлично рисуя мое отношение к записулькам аристократки. Вот глядишь на него, дурак дураком, а нет, со своим собственным мстительным мышлением. Почти художник.

— Спасибо, — улыбнулась ей, пряча немного пристыженный взгляд, но мое сердце отнюдь не смягчилось.

Предательница, испугалась напора де Лиева, а я же предупреждала… Нет, не так, Я ПРЕДУПРЕЖДАЛА!

Вскоре слуги внесли напитки и наполнили миски моих питомцев, посматривая на лужу около ножки музыкального инструмента. Пушок, кстати, делал вид, что он абсолютно ни при чем.

— Объяснитесь, — затребовала я, когда нас оставили наедине. — Вас никто не принуждал участвовать. Для чего вы подобное написали?

Я не сторонник витиеватых фраз и выражений. Люблю правду-матку и выдавать в лоб свои подозрения. На интригах погорю, зато совесть легкая. У меня как у вождя: «Пора сказать решительно и бесповоротно, что с врагами нужно биться, а не соглашаться». — разговор короткий.

— Вы неправильно поняли, — хозяйка дома плаксиво поддернула нижней губой. — Это всего лишь замечания.

— А если я свою газету открою? — сложила ногу на ногу и попивала поданный чай под хруст челюстей питомцев. — Правильно поймете мои замечания насчет некомпетентности супруга?

— Дарина! — возмутилась жена издателя.

Падла, конкуренции испугалась.

— Сокрей! — запамятовала ее имя.

— Вам легко рассуждать, — запричитала она. — Вы под покровительством де Ричмонда, а кто защитит моего супруга?

— Обратились бы ко мне, — отреагировала на ее выпад, но почувствовала странное ощущение, будто ноги перестали слушаться. Отсидела на мягких подушках, наверно. — Вас бы Кристофер защитил.

— Ой ли, — деса де Сокрей не сдавалась. — Всем известно, что оборотень лишь проездом в Гроунвуде, а нам здесь еще жить.

— Но вы же могли подумать о последствиях, — сетовала и одновременно боролась с одновременно возникшей сонливостью. — Никто вас не принуждал!

Мало того, я активно продвигала идеи насчет равноправия в делах. Даешь смерть монополистам и так далее. Юлианна по этой части расстаралась.

— А я не подумала! Ясно! — выкрикнула женщина. — Если бы я знала, в жизни бы не согласилась. Остальным хорошо живется, если что-то случится, у них есть деньги и связи, а у нас… — она потерянно развела руками. — Только доход от издания.

— Вообще-то, — предположила я, — вы, как истинная домохозяйка, вполне могли выпустить свой личный вестник. Да в городе женщин больше. Они бы вас читали, а не новости вашего супруга. От газеты ничего не осталось, кроме новостей.

Меня распирала ярость, а еще неожиданно накатила невероятная усталость. Да и с фамильяром творилось что-то неправильное. Откушав приличное количество, он посмотрел на меня, подошел поближе и улегся у моих ног, громко захрапев. Примерно так же поступил и шпиц, отодвинув лапой миски. Уселся на массивной фигуре ротвейлера, выбрал удобное место и тоже прикрыл темные глазки.

— Деса де Арвуд, вам легко рассуждать, обладая твердым характером, а я существо подневольное, послушное.

— О чем вы говорите? — не поняла я, с трудом поднимая на нее взор.

Веки слипались, и все сложнее становилось бороться со сном.

Стоп! Дело явно нечистое. Никак мне в чай снотворное добавили.

— Простите, Дарина, — покаялась деса и помахала мне тонкой ручкой.

Вот же стерва. Очнусь и молнией ее припечатаю, даром, что ли, училась.

Глава 13. В плен попала — не бузи! Принимай удар судьбы

Даша Антонова

Пробуждение было из неприятных. Кому понравится лежать на сырой земле в темном и влажном подвале? В Аридии про нефрологов не слышали, а значит, плохо понимают, что я сделаю с почками де Сокрей, если мои собственные почки отморозятся.

Я схватилась за голову и охнула. Во мне больно пульсировали отголоски сонного зелья, которым напоили нашу компанию. Это же надо быть такой дурой, чтобы без лишних вопросов принять чай из рук врага? Подвело самомнение и идиотизм. Нет бы отправиться к десе с оборотнем. Не сомневаюсь, что он ловушку еще на этапе прочтения отзыва распознал. А еще очень напрягает, что за короткое время, и вообще, у такой душки как я, количество этих самых врагов только увеличивается.

Ладно, что стенать на судьбу? Сама оступилась. Придется смириться и попытаться выбраться.

Я огляделась по сторонам и прикусила губу, очень стараясь не унывать. Да, схватили, да, куда-то забросили, но дело-то явно попахивает львиным духом. Прямо чую, что где-то рядом благородная фамилия витает. И как меня угораздило попасть в этот звериный замес? Хотя знаю, во всем виноват Кристофер и Женевьева, ну и де Лиев, конечно.

Вокруг была сплошная темнота, можно глаз выколоть. Все мои попытки воспользоваться одним-единственным уроком магии, зажечь свет или вызвать молнию терпели крах. Что-то не давало выпустить волшебство. Видимо, злоумышленник позаботился о своей безопасности и развесил по подземелью артефакты.

По каменной кладке стекала вода, гулко капая и создавая бесящий нервы звук. Кап, кап, кап. Такими темпами я в луже утоплюсь, приближу, так сказать, неизбежное. Из-за влаги мое платье изрядно намокло.

Отодвинувшись от воды, потерла руки и подумывала об избавлении от одежды. Спасибо и на том, что не связали, уверившись в собственном превосходстве. Мне было холодно, обидно, а еще обуяла невероятная злость. Вот же кошка драная! Если это, действительно, Лайон, то при встрече хвост зверю с такой силой накручу, мало не покажется.

— Бали, — шепнула в воздух, надеясь, что пес где-то рядом. — Ты здесь?

По скулежу с противоположной стороны поняла, что фамильяр недалеко.

— Нас отравили, хозяйка, — жалобно выговаривал ротвейлер.

Умник, надо же, а я не заметила.

— Сама догадалась, — буркнула и попыталась подняться. Не тут-то было. Пока надо мной еще витали звезды и модное всенародное явление под названием вертолет. Из-за бессилия не могла не подковырнуть друга. — У тебя нюх для чего дан? Или ты его используешь исключительно для поиска корма?

Сделаю заметку, что необходимый предмет-то он по запаху найдет, а вот качество не определит.

— Прости, Даша, прости, — Бали завыл и ему завторил голосок пописклявее.

О, и Пушок с нами. Хорошо, хоть мелкого доходягу искать не надо.

— Ладно, отставить панику, — проговорила я и, опираясь на стену, встала.

Общее состояние оставляло желать лучшего, головокружение не исчезло, тело ломит, и я дрожу словно лист на осеннем ветру. Но врожденное упрямство, ярость и непонятно откуда взявшаяся храбрость подпитывали изнутри.

Я же сама добивалась подлянок ото льва. Сглупила, что не продумала вторую часть плана. Точнее, продумала, роль защитника отдавалась де Ричмонду. Но облажалась я сама, на высокомерии и слепой вере в свой бесконечный интеллект. Вызвать неудовольствие аристократа у меня получилось, и он сделал свой ход, вполне успешный, между прочим. Теперь моя очередь.

Лайон умный, но женщин недооценивает, как и его помощник де Руан. Я даже считала, что наг опаснее будет. Пусть они полагают, что ведьма неопасна, но сопротивления-то от меня не ожидают.

Медленно брела на лай собак. Рядом с ними я точно почувствую себя лучше, и, вполне возможно, согреюсь.

К счастью, закрыли нас в темной комнатушке и идти было несколько шагов. Плюхнувшись возле них, ощутила, что оба питомца в ошейниках и на цепи. Странно, что их сковали, а на меня плюнули. Где-то внутри даже неприятно зацарапало. Не берут меня в расчет как противника, ох, не берут.

Пушка я усадила себе на колени и облокотилась на Бали. Стало значительнее теплее и уютнее.

— И что теперь? — проникновенно начал фамильяр.

Паршивец дрожал от страха.

— Ну, — погладила шпица и зарылась пальцами в длинной шерсти, — будем ждать предложений. Они нас не убили, значит, мы им нужны.

— А если они захотят подавить твою волю? — проницательно заметил ротвейлер, а лежащий на мне доходяга визгливо тявкнул.

— Что ты имеешь в виду? — не совсем поняла его умозаключение.

— Даш, не будь дурой. — В кои-то веки в псе проснулся разум. — Мы понятия не имеем, где находимся, не знаем, сколько часов здесь провели. А если мы в другой городе? Вряд ли противная деса спрятала бы нас в собственном подвале. Я голодный, в конце концов.

М-да, я-то как раз об этом и не помышляла. Бали прав. Мы могли находиться где угодно, а де Лиев мог сюда и не приходить неделями. Кто его знает, как я себя поведу, если мое пленение затянется?

— В любом случае, — хмыкнула я. — Пока нам ничего большего не остается.

Я прикрыла глаза, вздохнула и настроилась на долгое ожидание. Но, то ли удача была на моей стороне, то ли пленитель нетерпеливый малый. Где-то за стеной послышались звуки.

Дверь темницы, противно лязгнув по ушам, отворилась.

Естественно, это был де Лиев. Я бы сильно удивилась, если бы моим тайным маньяком оказался кто-то другой.

— Дарина, — он вошел внутрь, тяжело шагая и явно нервничая, и помахал факелом, освещая путь перед собой. — Вы пришли в себя?

— Не туда светишь, ондатра лысая, — крикнула с противоположного края подземелья.

Темная фигура меня бесила, но его доброжелательный голос подкупал. Конечно, бросаться вперед с криком «Выпусти, я все прощу» пока не стремилась. Прежде чем коварные планы плести, надо вызнать, что на сердце у гипотетического врага.

Мужчина развернулся, и я заметила, что он пришел один. А это он явно зря.

Боже, царя храни, ему-то и невдомек, что я без магии жила как-то двадцать пять лет, а с кулаками и уверенным пинком по нежному месту с подросткового возраста не расстаюсь.

У всех жителей Аридии насчет ведьм сложилось двойственное впечатление. Все посчитали их взбалмошными, чудными, но опирающимися исключительно на свое волшебство. Да сильные, да могущественные, но без даров бесполезные, а благородные десы и вовсе с беззаветной тягой к общественным приличиям. Ошибка новичка! У меня точка опоры была иной. В моем мире даже девочки после школы дерутся. Так и вижу, как Маша по глупости что-то там наморосила, а я за нее разбираться иду.

— Дарина, вы как всегда в своем репертуаре, — Лайон постарался сохранить свой аристократический лоск и вежливость.

Не на ту напал! Подумаешь, мое похищение заказал… так это издержки производства.

— Шутите? — выгнула бровь, удерживая на коленях внезапно расхрабрившегося и рычавшего Пушка.

Что интересно, храбрился шпиц исключительно в чьих-нибудь руках или на поводке.

— Сейчас, к сожалению, нет, — печально вздохнул оборотень. — Я ожидал, что вы будете менее говорливой.

— Где я, Лайон? — перестала ломать комедию. — На что ты надеешься?

Он нисколько не опешил, наоборот, в темноте мелькнула белозубая улыбка.

— Люблю твой деловой тон, Да-ша, — лев передразнил интонацию Кристофера. — Любишь ты к сути сразу приступать. Я надеюсь, что ты выслушаешь мое предложение, и оставшись без вариантов, согласишься. В конце концов, выбора у тебя нет, а это возможность выйти отсюда живой. Поверь, я тоже в этом заинтересован.

Мама мне когда-то рассказывала, что у каждого человека есть своя личная сильная сторона. Обычно это талант и склонность к чему-либо. Чего мы только не перепробовали в процессе поиска моих улучшенных навыков, но все было тщетно. Рисовать и петь я не умела, аналитический склад ума страдал на одну ногу, от вида крови меня подташнивало, а сердобольностью я не отличалась, про готовку упоминать не будем, мне еще рестораны открывать. Зато я была, как бы она сказала, без царя в голове. А если очень вежливо, то превосходным тактиком.

Он рта не успел раскрыть, как я представила оглушительный лай Бали, его шок и мою руку на его шее. Но, стоит помнить, что он-то в льва перевоплощается, а у меня из изюминок только обзывательства.

— Где я? — хмуро повторила вопрос.

— Мы в соседнем городе, — он заозирался по сторонам. — Это тоже мой дом, но я здесь редко бываю.

Ох, самоуверенный тип. Значит, если здесь есть прислуга, то ее капец, как мало. Запомним.

— И что же тебе надо?

— Все просто, — Лайон хмыкнул, поморщился от своей же скромной обстановки в подвале. Между прочим, сам посадил, сам и терпи. Стянув с себя сюртук, он расстелил его на земляном полу и устроился напротив. — Хочу доставить Крису столько же неприятностей, сколько он доставил мне. Ты его возлюбленная и будущая невеста, а значит, его слабое место.

Я аж подпрыгнула. Конфликт изначально был построен на романтических ожиданиях, стоило догадаться, что в роли невесты я буду более уязвимой. Чую, потом и волку от меня прилетит.

— Убить ты меня не хочешь, — загнула палец. — Была бы необходимость, не требовалось бы меня пленять.

Я во все глаза следила за его реакцией. Лев кивнул и выставил вперед подбородок.

— Ты успела потрепать мои нервы со своими нововведениями, но… — он махнул рукой. — С места в совете меня куда сложнее сдвинуть. Хотя, — губы мужчины дернулись. — Ты молодец, зашла с неожиданной стороны. Я позже и сам подумаю, как унять беснующихся жен заседателей.

— А цель? — недоумевала. — Цель-то какая?

Ну, положим, он меня держит взаперти, так фабрика все равно продолжает работать. Когда-нибудь де Ричмонд перестанет меня искать, де Эттвуд, возможно, даже обрадуется моему исчезновению, но Кейт и Юлианна, понабравшись знаний, не дадут утихнуть моим порывам. Да и Крис порядком извещен о планах.

— Какая ты неугомонная, — противный оборотень щелкнул пальцами и пояснил. — Захочешь жить, выйдешь за меня замуж. Будешь трудиться на благо моих, — он подчеркнул, — фабрик. На благо моих контор.

Все! Это финиш! Я окончательно ошалела. В жизни не была так популярна.

В мое плотное расписание из поклонников Лайон не вписывается. Кристофер, Дэниэл, что-то подсказывает, что и Дэрион, питают ко мне нежные чувства. Мне бы хоть с одним разобраться, куда льва впихивать?

Пора привыкнуть, что если ты приятная добрая девушка, то на тебя положат глаз не самые приятные и добрые люди. А могут и еще что похлеще положить. Пример недалеко сидит.

У меня фантазия обычно работает на совесть, но сегодня де Лиев меня переиграл и уничтожил. Замуж, тоже мне. В этом мире странный фетиш на матримониальные мероприятия.

— Ну, допустим, — подавила в себе протяжный стон. — А в чем смысл?

— Что же ты такая непонятливая, Дарина, — обескуражено ответил мужчина. — Крис забрал мою невесту, а я заберу его.

Да вы, батенька, перегрелись. На его месте я бы меня придушила бы. Тела нет, следов нет, и на нервы никто не действует. Нет, ну зачем такие крайние меры? Жену кормить надо, выслушивать ее мысли, исполнять желания. Или он думает, я в страхе буду изображать американскую домохозяйку пятидесятых? Народная мудрость гласит, что после свадьбы все комплименты из разряда «какая ты загадочная и необычная» превращаются в «не позорь меня на людях, ведьма».

— А время на подумать есть? — вопросительно взглянула на оборотня. — У меня же не каждый день жизнь настолько лихо меняется.

— До вечера, милая Дарина, — Лайон храбро пододвинулся к моему лицу и повторил то же самое громче и ближе. — До вечера. Приду со жрецом из храма, и нас обвенчают.

— Или упокоят, — пессимистично добавил Бали.

Де Лиев скривился Во-первых, в мой отказ он не верил. Хотя изрядно устав в качестве приманки, помощницы, начальницы, швеи, жреца и на дуде игреца, закралась шальная мысль об отдыхе. Мир волшебный, красочный, вполне возможно, останусь в роли привидения. Отдохну наконец-таки. Правда, отдыхать-то от слова «отдых», а не от слова «ох, черт, ножик в печень, никто не вечен». А во-вторых, видимо, не все так хорошо у него в конторе, раз ему супруга как кризисный менеджер понадобилась.

— Я все сказал, — оборотень поднялся с насиженного места и подхватил пиджак.

Опять затворил мою темницу и оставил в полной темноте. Пес сутулый, мог бы мне хотя бы подстилку какую предложить. Восседать на холодном полу надоело.

Попадется мне деса де Сокрей и ее муженек. Будут исключительно пальцами ног кляузы строчить, потому что руки я им переломаю.

— Ты бы о спасении думала, — фыркнул ротвейлер. — Или смирилась с ролью послушной женушки?

— Нет, — буркнула и действительно размышляла над ситуацией. — Но мы-то в плену.

— И что? — не сдавался фамильяр. — Угрожай ему. Тебя почему в Москве никто замуж не брал?

— Почему? — изумленно поглядела на собаку.

Не то чтобы я с ним парней обсуждала, но иногда можно и прислушаться.

— Ты всех своих избранников деспотическим грубым характером подавила.

Так это в Москве, а в Гроунвуде мужчины с тягой к мазохистским удовольствиям проживают.

— Нет, это не пройдет, — замотала головой.

Либо я доверюсь Кристоферу, и он каким-то чудом меня спасет… Либо попытаюсь выбраться сама.

Я не из тех, кто сидит сложа руки, но выхода не видела. Попробую набраться сил и справиться с проблемами по мере их поступления.

Не будет же де Лиев ответ из меня клещами вытаскивать в присутствии постороннего священнослужителя? Они наверняка клятву какую дают, всем помогают. Если ничего не получится, всегда успею стать вдовой. Как показала практика, я бытовой инвалид, и изготовление ядов под видом грузинской кухни дается мне без особого труда.

Минуты бесконечно тянулись и превращались в такие же бесконечные часы. Сколько я просидела в заточении, не имела никакого понятия, но послушалась советам внутренних часов. В каком бы мандраже ни была от скорой свадьбы, но спать я хотела больше. Если человек на ответственной должности, пятилетку за четыре года проходит, то, соответственно, плохо высыпается. Ура, социализму и сезонной депрессии.

Но интуиция не дремала. Обычно во сне я напоминаю мертвого фараона, лежу на спине, скрестив руки, не двигаюсь и не издаю никаких звуков. Прислонившись к теплому телу Бали, который тоже недолго ломался и принял-таки объятия Морфея, всхрапнула с такой силой, что вмиг приободрилась. И Пушка с фамильяром заодно приободрила.

— Эй, ты чего, кого женят? — еще досматривал сон мой пушистый друг.

— Пока никого, — притихла я, услышав, как издалека раздаются знакомые шаги. — Жених идет.

— Ой, дурак, — как-то сочувствующе прошептал ротвейлер.

На дальнейшие беседы времени не осталось. Вошел сияющий де Лиев, а за ним семенил небольшого роста пузатый мужчина в длинном белом балахоне.

— Дарина, милая, — любезно начал мой будущий бывший муж. — Надеюсь, ты приняла правильное решение.

— Лайон, милый, — в тон ему улыбнулась и поднялась с места, отряхнув коленки, — я все больше прихожу к выводу, что на этой свадьбе и драка будет приятней.

— Дес де Лиев, невеста не согласна? — возмутился жрец. — Мы договаривались о другом.

— А по антуражу не видно, что я не особенно в восторге? — искренне восхитилась отсутствием мозгов у священнослужителя. — Или в Гроунвуде есть обычай — похищать девушку? — завидев их лица с открытыми ртами, добавила, отчаянно замахав руками. — Что вы, что вы, я не осуждаю, но можно было цивилизованней как-то. Золота мне там посулить, власти.

— Даша, помолчи! — огрызнулся на меня лев и повернулся к жрецу. — Позвольте мне сказать, — он на несколько мгновений застыл, но потом затараторил, — девушка против, но ее семья сама приказала отвести ее подальше. Видите ли, она ведьма, и выбрала себе в спутники неподходящую пару.

— А-а-а, — понимающе протянул мужчина и похлопал себя по мантии, — но позвольте мне сказать, что следовало бы пригласить хоть кого-то из ее рода, чтобы подтвердить ваши слова.

Что? Жреца вообще не смущает, что у меня собаки прикованы, а я нижний этаж застудила?

— Слышите вы, оба, — с нажимом и явной злостью в голосе заверещала. — Позвольте мне сказать, что если бы я могла колдовать, я бы себя молнией долбанула.

— Она шутит, — оскалился лев. — Приступайте, если хотите, конечно, возглавить наш храм в городе.

Вот де Лиев вроде и скотина, но все у него схвачено. Что за оборотень такой, не поругать, не похвалить как следует?

— Возьмите благоверную за руки, — попросил жрец и вжал голову.

Ему одновременно было стыдно, что его покупают, но и отказаться от предложения тот был не в силах.

— Даша! — Лайон попер на меня, сверля бешеными глазами. Схватил за запястья и подтянул к себе. — Бессмысленно спорить, ты отсюда уйдешь либо мертвой, либо замужней.

— Кот слепой, — забилась у него в руках, — да я лучше утоплюсь.

— Не выводи меня, — в его выражении блеснуло что-то нехорошее. — В своей проявленной магии ограничена только ты, а я быстро обращусь в животную ипостась. И поверь, умереть от зубов льва гораздо страшнее, чем утопиться.

Святые единорожки, он ведь не врет. Неужели совсем нет никакого выхода? Да я же мира не увидела, дела свои не решила, сестру не отыскала. А как на все это отреагирует Кристиан? Вряд ли проклятый лев даст мне объясниться с де Ричмондом, выдаст свою правду, что я предала и нашла условия выгоднее. У волка и без того проблем с недоверием и самооценкой хватает.

Меня обуяла непередаваемая злость. Воздух вокруг накалился и мешал дышать, будто пыль поднялась с полу.

— Она точно колдовать не может? — запричитал священнослужитель, отбежав подальше от нашей пары. — По-моему, у нее получается.

Что? Что у меня получается?

Мы оба, не сговариваясь, повернулись к жрецу. Он стоял, почесывая голову, на него остервенело лаяли мои защитники, а вокруг застыли камни, поднятые с земли.

— Ты вызвала ветер? — ошалел де Лиев. — Здесь же артефакты.

Какой ветер, если они не двигаются? Меня перещелкнуло. Еще с Кейт мы изучали скрытые дары. Один ты получаешь практически сразу при рождении, а второй, как талант, обретаешь позже, его принято скрывать. Не знаю, как это точно называется, но сейчас я силой мысли контролировала маленькие валуны, щедро разбросанные по темнице.

Да я, мать его, телекинезнер, телепатер… А, пофиг, потом разберемся.

Оборотня, как и меня когда-то, подвела излишняя самоуверенность. На погоду-то он заговорил, а на вот это великолепие не подумал. Только я тоже не подумала, что тянуть кота за неизбежное не стоит. Все-таки я человек, а он в царя зверей превращается.

Лайон одичал. Зарычал со всей дури на меня, озарился волшебным светом и предстал в качестве крупного хищника, явно предпочитающего мясо с кровью. Ведьма никогда не была так близка к провалу.

— Нас отпусти, нас! — взвизгнул Бали, пока я пятилась к противоположной стене.

— Да я же не знаю, как это работает! — крикнула ему и прикрыла лицо ладонью, отчаянно пожелав, чтобы цепи, удерживающие фамильяра и Пушка, скатились свободно на пол.

Лев, не теряя времени, готовился к прыжку, но за хвост его прикусил внезапно освободившийся Пушок, а ротвейлер прыгнул кошачьему на спину и с жадностью вгрызался в короткий мех.

Лайон в своем зверином обличье быстро догадался, кто приносит ему столько неприятных ощущений. Одним взмахом хвоста он скинул с себя несчастного шпица и нокаутировал рыжего доходягу о ближайшую стену.

Я бы уже бросилась проверять, жив питомец моего начальника или нет, но оборотень не давал мне прохода. Чую, поздно соглашаться на его условия, у него уже на зубах предчувствие добычи.

В это же время в противоположном углу вопил вне себя жрец.

— Выпустите меня! Выпустите! Об этом мы не договаривались!

Ага, сейчас. Идя на темное дело, следует помнить, что и до тебя очередь может дойти. Де Лиев свидетелей в плен не берет. Он на них либо женится, либо…

Бали, как ни странно, подавил в себе все свои трусливые начала. Так-то он и к Лайону негатива не питал, все же золотоволосый смог его вкусно накормить, был богат и знатен, а хозяйка могла бы и одуматься. Но после нашего пленения все очарование аристократа слетело в один миг.

Ротвейлер абсолютно не боялся быть растерзанным хищником, а так как упорные тренировки по сбиванию противника с толку на площадке для выгула и знание основных правил игры в прятки не прошли даром, практически всегда уходил от удара. Аж гордость взыграла.

— Нам бы ключи? — вопросительно поглядела на священнослужителя, пока клубок, состоящих из двух тел с визгами перекатывался то в одну, то в другую сторону. — Они у вас?

— Откуда? — мужчина растерянно похлопал себя по карманам и осел, съезжая по стене. — Великий Гелиос, зачем я только согласился.

— Это да, — проговорила задумчиво.

Недолго мой пес будет за нос водить бешеного кота. А если при обороте ключи были у него, где их теперь искать? Ну, не в желудке же?

Хотя… Чем черт не шутит?

К сожалению, и от фамильяра ушла удача. Он устал, а льву все было нипочем. Порядочно загнав пса, он клацнул мощной челюстью над его носом. Этого я стерпеть не могла.

Прожив всю жизнь в Москве, выработала высокий уровень стрессоустойчивости. Возможно, именно по этой причине мой скрытый дар долго спал. Но дрянной котище меня вывел. Никто, повторяю, никто не смеет пугать Бали без моего разрешения! Я сама этим почти не промышляю. В квартире жить и лужи подтирать? Оно мне надо?

Я подошла сзади и потянула за хвост зарвавшуюся кошку. Ощутила внутри себя всплеск магии и догадалась, что опять владею умением поднимать все предметы. Не разобравшись окончательно, как этим управлять, просто пожелала…

И обстановка в темнице все больше стала походить на какой-то комедийный боевик. Не умеют колдуньи в духе фатализма с обидчиками разбираться. Это больше сюр, приправленный английским юмором.

Я махала пальцем из стороны в сторону, а тело моего противника побрасывалось вверх, ударялось справа от меня, потом вверх, потом ударялось слева от меня.

Дес де Лиев потерял сознание, растерял остатки величия и рыжим комом перемещался по моей указке.

— Даша, остановись, — мысленно прошептал пес. — Ты же его убьешь.

— А кто против-то будет?

— Вполне возможно, уголовный кодекс? — хмыкнул фамильяр.

— Здесь такого нет, — вздохнула удрученно.

Вообще был, но назывался по-другому. Вечно все мои начинания букву закона нарушают.

— Нам выбраться надо, — напомнил Бали. — Не будем же мы здесь ему брюхо вспарывать? — Я второй рукой откинула дверь клетки. Это должным образом произвело на собаку впечатление. — Вопрос с повестки снят, развлекайся.

Но мне перехотелось. Все же я не была кровожадной и жадной до расправы. Так, легкая маленькая экзекуция с сильным сотрясением и парой сломанных ребер. Сам виноват, будь мы в более человеческих условиях, я бы его только один раз приложила.

Когда я успокоилась и устроила де Лиева на полу, настала тревожащая душу тишина. Все замолчали, включая напуганного до смерти жреца. Тот вообще встать не мог на ноги, пытался облокотиться и приподняться, но дрожь в конечностях подводила. Он-то считал, что на радостное событие едет, влюбленных вместе соединить.

Я подошла поближе, но еще опасалась когтей. К счастью, буквально через минуту его окружил волшебный свет и перед нашими глазами предстал человек.

— Бали, проверь как Пушок, — скомандовала псу, а сама кинулась проверять самочувствие Лайона.

Внутреннего перфекциониста во мне не искоренить. Если работать, так до лучшего результата, если бить, то пока противник окончательно рассудок не потеряет. Вот для чего?

— Он жив? — подал голос из угла трусливый мужичонка.

Я проверила пульс.

— Вроде бы.

— Деса ведьма, — священнослужитель прямо-таки взмолился. — Я совершенно ни при чем, отпустите, пожалуйста. Да если бы я знал, что вы настолько замуж не хотите…

Я фыркнула. Подозреваю, что будущие браки, где хоть одна сторона не согласна, он точно не благословит.

— Отпущу. Но поможете мне его вынести, — пихнула ногой обессиленного де Лиева. — Бали, как там шпиц?

— Жив, — пролаял фамильяр. — Я его в зубах донесу.

Хотя бы одна хорошая новость.

— Что же, — засучила рукава и приподняла ноги аристократа, кивнув жрецу. — Хватайте за руки, не оставлять же его здесь.

Но тот не успел и с места сдвинуться, как послышались оглушительный топот, шум и крики с верхнего этажа. Через мгновение в подвале оказалось несколько человек, держащих всякий разный садовый инструментарий.

— Даша, ты в порядке? — из толпы вышел обеспокоенный де Ричмонд и удивленно на меня посмотрел.

А я прямо представила, как выгляжу. Взъерошенная, мокрая, рядом с бездыханным телом, и его ботинки в моих руках. Пришлось отбросить груз подальше.

— Это не я! — завопила во все горло. — Он сам виноват!

Глава 14. От судьбы не уйдешь, а от мужа сбежать можно

Кристофер де Ричмонд

Целый день я провел в раздумьях над поведением Даши. После поцелуя она внезапно отстранилась, а утром всячески делала вид, что ничего не произошло. А оно ведь произошло! И это не обычное событие, а из ряда вон выходящее. Как бы припереть чертовку к стенке и затребовать с нее ответ? Ну, не верю я, что ей все равно. Я чувствовал, что нравлюсь ей, что не безразличен, что она с удовольствием реагирует на мои прикосновения и ласку. Мне бы поговорить с ней, но, как назло, дела на фабрике только росли, а еще пребыла корреспонденция из столицы. Акционеры требовали моего присутствия, потому что я достаточно задержался в Гроунвуде, и пора было ехать обратно. Вот только понятия не имел, как прихватить с собой ведьму.

Подозревал, что если предложу Дарине в лоб не фиктивное, а настоящее замужество, она заржет мне в лицо и подавится гречкой, которую жевала за завтраком. От подобной картины усмехнулся, но глубоко внутри становилось обидно.

Нет, пока у нас все хорошо, и надо бы постараться ее не спугнуть. Мой интерес к девушке уже давно перерос деловой. Она мне искренне нравилась хотя бы тем, что абсолютно меня не боялась. Не преклонялась, как сотрудники, не лебезила и не льстила, как Элайза, ей совершенно ничего не было нужно. А мне было…

С некоторых пор я плохо представлял день, не приправленный ее ехидством и чудаковатым чувством юмора.

От раздумий меня оторвал Дэниэл.

— Ты де Артвуд не видел? — не здороваясь, спросил он, врываясь в кабинет. — У нас проблемы.

Кузен с силой хлопнул об стол свернутой газетой. Де Римоут был несколько озадачен и крайне зол.

Ничего ему не ответив, я пробежался по страницам, и глазам своим не поверил. Главная сплетница в городе, а по совместительству еще и участница Дашиного начинания в ювелирном деле, хаяла и высмеивала изделия из серебра. Между прочим, эта самая сплетница немало денег вложила в их создание.

— Ничего не понимаю, — недоуменно уставился на брата. — Деса де Сокрей одна из первых, кто решился участвовать в авантюре колдуньи. — Дарина об этом знает?

— Вот именно, — мрачно кивнул Дэниэл. — Я нигде не могу ее найти, а по углам шушукаются Юлианна, Кейт и Элайза. Подозрительно, не находишь?

— Мда, — я почесал затылок. Нахожу, но работницы, скорее всего, побаиваются моей реакции. Меня, в целом, не сильно обескуражил отзыв. Чего только Лайон не выдумывал в попытке запятнать мою репутацию, а в том, что это его рук дело, я не сомневался, но ведьма вполне могла расстроиться. — Она наверняка на втором этаже. Спроси Дэриона или Колтона, — Попросил оборотня, а сам вышел из кабинета.

Обстановка в конторе была несколько напряженной, и я всеми фибрами души ощущал, что Эйлон, де Кибелир и молодая де Эттвуд пытаются спрятаться от моего гневного взгляда. Очень напоминало мою службу на границах страны, когда в сырой палатке при зажженном свете тараканы скрывались по углам. Юлианна влезла в нишу между двумя шкафами и делала вид, что протирает пыль, Элайза уронила бумаги и залезла под столешницу, якобы их собирая, а Кейт поставила впереди себя огромное зеленое растение в кадке.

Что происходит-то? Я же не самодур какой-то, вызывать искренний страх у подчиненных.

— Я вас вижу, — сообщил девушкам об их провале.

Сливаться с местностью у них получалось плохо. В этой науке, как… Надо уметь оставаться незаметным. Женщинам это неподвластно. Платья бы, что ли, поскромнее одели, не такие яркие, помаду стерли, а то смотришь, а из цветка на тебя бордовые губы Кейт пялятся.

— Мне кто-нибудь объяснит, отчего жена газетчика разбушевалась?

— Мы думали, вы уже в курсе, — нехотя выскользнула Эйлон, поправляя прическу. — Но не переживайте, Даша со всем разберется.

— Это как? — скептически выгнул бровь.

Меня сильно напрягало, что де Артвуд нагрузила себя таким количеством обязанностей. Был Робб, которому по долгу службы было написано разбираться с трудностями, Элайза, которой следовало затребовать доказательства или заставить написать опровержение. В конце концов, у Дарины был я. Почему она не пошла ко мне?

— Что непонятного, дес де Ричмонд? — усмехнулась де Кибелир, поднявшись с пола. — Облажалась Дарина, полностью. Доверилась легкой ветреной и безмозглой курице, в которой верности ноль. — Что-то подсказывало, что девушка одновременно говорит и про Сокрей, и про Дашу, и про себя. — Пора и вам признать, что ведьма не всесильна. Если так дело пойдет и дальше, то газетчики нас могут своими претензиями задавить, и вы разоритесь.

— Следи за словами, — возмутилась де Эттвуд. — По крайней мере, ты здесь еще работаешь, а не на улице милостыню просишь. Да без Даши мы бы уже давно закрылись.

— Ой, ладно, — отмахнулась от Кейт Элайза. — Только бы твой отец и искал работу, по его же душу начальство приехало.

— Да я тебе сейчас все усы оторву, нахалка, — взвизгнула когда-то давно робкая дочка Робба.

Определенно, общение с Дашей не пошло ей на пользу.

К счастью, девушку перехватил сидящий рядом Эндрю де Автон. Он с удовольствием развлекался над их перепалкой, и будучи дамским угодником, а значит, умудренным в вопросах конфликтов у женского пола, был начеку.

— Если решите подраться, то подождите до вечера, — он прямо-таки сиял от радости. — Я тотализатор организую. Линея, запишешь? — обратился к казначею.

Чтобы ссора не переросла ни во что посерьезнее легких оскорблений, я оборвал всех приказом:

— МОЛЧАТЬ! — Жест рука-лицо как нельзя кстати подходил под всю ситуацию. Складывалось впечатление, что у девушек окончательно поехала крыша, или, и вправду, де Артвуд с энтузиазмом взялась влиять на сознание моих подчиненных, превращая их в свирепых, голодных и яростных оборотниц. — Вы, видимо, забыли, что я здесь нахожусь? Или в порядке вещей, что благородные аристократки будут морду другу другу драть?

В наступившей тишине послышало угрюмое ворчание десы де Орденберг.

— Вечно он все веселье портит.

Прежде чем я успел ответить на заявление Линеи, с лестницы сбежал Дэниэл в компании Вортингтона и де Эстейта.

— Дес де Ричмонд, — чуть запыхавшись стал вещать артефактор. — А мы Дарину с самого утра не видели. Но она к нам и не собиралась. У нее занятия с магом были назначены, ее и Карла ждет.

— Слышал, Крис? — хмыкнул кузен, скрестив руки на груди. — Наверное, стоит поехать на ее поиски. Сомневаюсь, что ее и Бертрам видел. Она бы не высидела, не предпринимая попыток все исправить.

— Да не надо ее искать! — воскликнула Юлианна и встала между мной и мужчинами. — Даша же сказала, что все решит. Вы ей не доверяете?

Непоколебимая вера девушки в ведьму меня радовала. Всем известно, что своим повышением десая Эйлон обязана колдунье, и поэтому боготворит де Артвуд, но вот дальнейшая брошенная фраза брата расстроила.

— Она-то решит, но, боюсь, от десы де Сокрей может ничего не остаться. Если все закончится мордобоем, то репутацию твоей фабрики мы по кусочкам не соберем. Газеты от нас и мокрого места не оставят.

Я отмахнулся.

Нет. Это невозможно. Даша — разумная девушка, умная, ходы наперед просчитывает. Точно нет. Она же деса, хоть и простят меня боги, ведьма. С другой стороны, вспомнилось, как она льва чуть ли не за хвост тянула, явно напрашиваясь на неприятности и подначивая соперника к решительным действиям.

— А я же говорила, — ехидно ввернула Элайза, пройдясь мимо нас и покачивая широкими бедрами. — Вы сами подумайте, сколько проблем она теперь может принести? А если она не остановится? А если обидит десу де Сокрей? Представляю, что завтра напишут в новостях.

Она мечтательно уставилась в потолок. Де Кибелир была крайне довольна произошедшим. Упивалась нашей растерянностью и пыталась раскрыть всем глаза на несостоятельность колдуньи.

— Заткнись, Элайза! — синхронным стройным хором ответили все присутствующие.

Во-первых, оборотница успела изрядно всем досадить язвительными замечаниями, а во-вторых, все стали переживать за исчезнувшую девушку.

Складывалось впечатление, что сотрудникам стыдно. Они все водрузили на колдунью большое количество дел, постоянно обращались к ней за советами и просили помощи. Если смириться с очевидными фактами, то де Артвуд работала у меня на износ, а еще как-то умудрилась отыскать себе учителя и планировать свержение царя зверей с его постамента. Ей нужен отпуск. Как найду ее, так и заставлю. Желательно, чтобы это было путешествие… свадебное…

— Юлианна, ты знаешь, куда она поехала? — взглянул на нашего бывшего секретаря.

— Да, — она замотала головой, напоминая детскую игрушку болванчика. — К жене газетчика. Ой! — Эйлон хлопнула себя по губам.

— Что? — я с трудом удержался от удара в стену.

— Она просила вам не говорить, — Юлианна все же продолжила сдавать подругу как на духу. — А время тянуть просила, чтобы вы сильно не разозлились. Вы же не разозлились?

— Спасибо, — узнал необходимое и остановил поток болтовни. — Хранить секреты ты абсолютно не умеешь, но как сотрудница — молодец. Я почти не разозлился. Найду Дашу, премию тебе объявлю.

Девушка разулыбалась и потянулась вперед, уже готовая кинуться мне на шею.

— Эй, — возмутился Эндрю. — А кого еще надо сдать, чтобы мне премию объявили?

Я проигнорировал его слова и жестом подозвал с собой Дэниэла.

— Поедешь со мной, или обида мешает? — спросил мужчину, пока мы спускались к входу.

Де Римоут промычал себе под нос что-то нечленораздельное.

— Поеду, вдруг она в опасности? Раз ты за своей невестой не следишь.

Можно подумать, он за ней усиленно смотрел. Да он ее до смерти напугал, когда обернулся.

Перед дверями конторы со скучающим видом прогуливался еще один отпрыск Робба. Начальник филиала по своему обыкновению отсутствовал, но я не обратил на это никакого внимания. Проблемы были куда серьезнее.

— Оррин, — подозвал парня поближе. — Даша давно покинула здание?

Если он работает курьером, то наверняка видел, как ведьма поспешила по своим делам. Юноша остановился, пнул камушек и застыл, раздумывая над ответом.

— Я ее не видел, — он отвернулся, но его сильно выдавал виноватый вид.

— Точно? — насторожился Дэниэл.

Именно из-за записок кузена я когда-то решился приехать сюда, чтобы проверить работу филиала. Тот забрасывал меня сообщениями о некомпетентности его отца, про долги компании, про постоянные прогулы. Сейчас де Римоут ни на йоту не поверил парню. Наоборот, он, как и я, считал, что Оррин прекрасно осведомлен, где именно находится Дарина.

— Оррин, тебя Даша подговорила? — догадался я. — Быстро говори, это в ее интересах.

— Нет, я, правда, с ней еще не встречался, — дернулся юный де Эттвуд и попробовал ретироваться. — Я внутрь пойду, мне надо письма еще доставить.

— А ну, стоять! — выкрикнул разозленный брат и схватил парня за ворот рубашки. — Я по твоим глазам вижу, что ты врешь. Небось сам ее отвозил. Она к десе де Сокрей поехала? Давно?

— Простите, простите, — испугался Оррин и закрыл лицо ладонями. — Но она очень просила молчать. Как же я ведьму выдам? А если она проклянет?

— Поверь, — теперь и я всячески поддерживал Дэниэла. — В эту минуту мы гораздо опаснее. Когда она уехала?

— Да часа три назад, дес де Ричмонд, — залепетал юноша. — Что-то про допрос говорила.

Я и брат переглянулись. Боги, очень надеюсь, что она в своей мести не очень разойдется. И по большей части благословения я просил не у высших сил, а у несносного характера колдуньи.

— Сразу к де Сокрей, — спросил меня Дэниэл. — Или еще до ее учителя магии прогуляемся?

— Сразу, — я вскочил на подножку и приказал кучеру следовать по указанному адресу. — Даша слов на ветер не бросает. Если решила учинить допрос, то так оно и произойдет, — я с трудом усиживал на одном месте.

Мне казалось, что лошади специально не торопятся, что на улице все нас задерживают, а конюх не старается привезти нас быстрее.

Мимо проносились дома, а мой кузен сохранял возмутительное спокойствие.

— Чего ты суетишься? — не выдержал он. — Настолько боишься потерять филиал?

Если бы. Больше всего я переживал за несносную ведьму. Она и в пяти соснах найдет себе опасное приключение. С другой стороны, мои тревоги были не очень обоснованы. Что ей и вправду может сделать жена газетчика? Забросать словами? Так, у де Артвуд не заржавеет. Он по части выдумывать реплики обставила всех наших журналистов.

— Нет, — я отмахнулся от брата. — Какое-то смутное ощущение, что все неспроста. Ты же и сам не отрицаешь, что это уловка де Лиева.

— Не отрицаю, — он согласился. — Но ваш план понять не могу. Чего вы хотите добиться? Дарина уже извела льва, рано или поздно он возьмется по ее душу. Зачем ты подставляешь девушку?

Де Римоут искренне нервничал по поводу Даши, и это раздражало, но я подавлял собственнические мысли. Она ни разу не дала повода не доверять ей. Наоборот, с каждым днем я все больше уверялся в своем выборе невесты. Она и Пушка не пинала по углам, не в пример моим содержанкам, подружилась с питомцем и почти довела песика до ожирения, скармливая ему вкусняшки.

— Ммм, — задумался. Наверное, пришло время поведать кузену о рассуждениях колдуньи. — Во-первых, мы решили привлечь на работу свободных десов. Многие из них страдали из-за поведения Лайона. Теперь у них будет дело и заработок.

— Это все отлично, — согласился Дэниэл, — но такими темпами он все быстрее решит покончить с твоей суженой. — Последние слова он коверкал, до сих пор злясь, что я увел у него ведьму.

— Во-вторых, чего-то такого мы и ожидали, — нехотя признался. — Он будет рассержен и сделает ошибку.

— И нападет? — ошалел кузен. — Ты на это согласился? Он же не кот пушистый, Кристофер! — разозлился мужчина. — Боги, как ты только пошел на подобное? Хоть понимаешь, в какой опасности она окажется?

Я-то понимал и тоже противился плану де Артвуд, но она смогла убедить меня.

— Дэниэл, — оборвал брата. — Ты забываешь, что она ведьма. — Сам несколько раз размышлял о характере Дарины и пришел к некоторым выводам, которые тут же выдал своему собеседнику. — Она не обычная деса, которых все оберегают и к которым все привыкли. Благая Мира, она даже среди своих товарок выделяется. Даша сильная и смелая, умная и прозорливая, и будет очень беситься, если ее запереть в четырех стенах и приставить охранников.

— Да ты влюблен, — охнул де Римоут.

Я не стал отрицать. Не так давно сам бы не поверил в произошедшее, но нет, колдунья накрепко вцепилась в мою душу. Жаль, что она пока ничего похожего не испытывала. Но я не унывал. В любом случае был рад узнать, что мое сердце до конца не отвердело. Что в Аридии проживают не только меркантильные твари, подобные Женевьеве.

— Влюблен, — кивнул ему и отвернулся.

Ненавидел выворачивать свои чувства наружу.

Экипаж остановился, и разговор прекратился сам собой. Мы оба вышли, подошли к особняку и, не сговариваясь, одновременно потянулись к дверному замку. Открыла нам сама деса де Сокрей, одетая в вечернее платье и с, неожиданно, серебряным колье, продаваемым в коллекции.

— Ой, — она зарделась и отошла назад. — А я гостей не ждала.

— Простите, деса, — на сегодня учтивым заделался мой двоюродный брат, а я клокотал от гнева. — Но нам очень надо поговорить.

— Я тоже приношу свои извинения, — женщина нахмурилась. — Но я занята, — и с усердием попыталась захлопнуть створку перед нашими носами.

Но, видимо, влияние де Артвуд распространяется в геометрической прогрессии. Будь никто с ней не знаком, даже под пытками, мы бы послушно отошли и призвали бы стражников. А сейчас я подставил ногу, не давая двери закрыться, а де Римоут оттолкнул хозяйку дома.

— Все-таки мы настаиваем. Вы же не хотите обвинений на вашу фамилию. Жаль будет отсылать записки редакторам в вашу, — он выделил, — газету, когда вас и вашего супруга обвинят в похищении невесты богатого и знаменитого деса.

— О-обвинят? — заикнулась де Сокрей.

— Не только обвинят, — я подавил в себе полуоборот, опять бросив взгляд на злополучные украшения, и хрустнул дверной ручкой. — Еще и заберут в лечебницу, потому что родственники пропавшей со всяческими жестокими ухищрениями будут вытаскивать полезные сведения.

— Вы, вы, вы не п-посмеете, — совсем уж неуверенно замычала барышня.

— Посмотрим, — я прошел внутрь и заметил, как в гостиной восседает супруг де Сокрей.

Он меня заметил, но в лице почти не поменялся.

— Боги, дес де Ричмонд, мы вас не ждали? — он встал и бросился к нам. — Что-то случилось?

Я принюхивался ко всем запахам. У супругов точно был романтический ужин с томящимся на очаге ягненком и красным вином, но и давнишнее присутствие Дарины ощущалось.

— Где моя невеста, де Сокрей? — повернулся вновь к паре заговорщиков. — Она была здесь.

— Я не понимаю, дес де Ричмонд, о чем вы говорите, — твердым тоном ответил газетчик. — У нас не было никаких гостей.

— Подожди, Крис, — остановил меня Дэниэл и вкрадчиво обратился к мужчине. — А что за повод? — он указал рукой на накрытый стол. — Свечи, вино, у вас годовщина?

— Ой, вам ли не знать, — недовольно всплеснул руками де Сокрей и мельком взглянул на свою жену. Деса отчего-то побледнела. — Моя жена с таким трудом выбила деньги из вашей конторы, сама написала отзыв по поводу украшений и едва оправилась от удара. Прав был дес де Лиев, у вас не компания, а какой-то мошеннический заговор, с помощью которого вы обманываете честных предпринимателей.

— Какие деньги? Какой обман? — я непонимающе уставился на женщину. — Они только открылись. Еще не все распродано, чтобы делить прибыль, но и убытков не было.

— И странно, что ваша супруга для недовольной одела изделие наших ювелиров. — отметил внимательный кузен.

Свои слова я мог подтвердить финансовыми отчетами, о чем и сообщил недоверчивому главе семейства.

— Милая, о чем они говорят? — изумился владелец типографии. — Ты же сама объясняла, что вернула вложенное.

Он, наконец-то, заметил висящее на шее колье и повернулся в сторону столовой. Складывалось впечатление, что они праздновали свой выход из акционерного общества.

Деса де Сокрей, видимо, почуяла, что дело пахнет жареным, щелкнула пальцами, погасила свет и вывернулась из рук моего брата.

В темноте, столкнувшись друг с другом, мы не сразу сообразили зажечь светильники. Хитрая барышня успела выбежать из дома, но в отличие от той же Даши, предпочитала длинные платья и туфли на высоких каблуках. Марафон не пробежит, так что, еще не достигнув ворот, была поймана и сломлена двумя телами.

— Объяснитесь! — взревел я, подхватив мерзавку за локоть. — Куда вы дели Дарину?

Жители, прогуливавшиеся мимо, посматривали на нас с явным неодобрением. Завтра точно по Гроунвуду пойдут сплетни о моем нападении на горожанку.

Дама захныкала и надула полные губы.

— Я-а не хотела, меня заста-а-авили, — ее слезы медленно переходили в истерику. Она складывала локти, прическа растрепалась, а с ресниц потекла тушь. — О-он сказал, что тогда мой му-уж разорится, и все имущество о-отберут.

— Дорогая, да что ты имеешь в виду, наконец? — продолжал недоумевать дес де Сокрей, но предпочитал наблюдать за нами издалека. Струсил, видя двух доведенных до бешенства оборотней. — Кто меня разорит? Мы единственная газета в Гроунвуде. Кто тебя напугал? Что за деньги ты получила?

— Кто? — я тряс ее как тряпичную куклу, плюя на общественное мнение. — Где Даша, где? Говори, пока я тебя не прибил!

— Я, ик, — она всхлипывала и утирала распухший нос, размазывая по щекам косметику, — не хотела. Выбо-ора не-е бы-ыло.

Деса де Сокрей несла полную ахинею, но ситуацию никак не проясняла.

— Да, успокойся, ты, — в последний раз тряхнул женщину и поставил ее на ноги. — Не убью же тебя.

— Эй, — разозлился супруг, подав несмелый голос. — Вы угрожаете моей жене!

Поздновато он решил храбрость проявить.

— Зато она расправилась с невестой деса де Ричмонда, — участливо пояснил Дэниэл. — И деньги получила, предполагаю, что от де Лиева.

— Милая, он правду говорит? — вмиг ошалел газетчик. — Мы же не преступники. — А потом опомнился, вспомнив о своем благотворителе. — Лайон является главой совета, для чего ему ваша невеста?

— Это уже другой вопрос, де Сокрей, но очевидно, что ваша жена руку приложила. — Увещевал его кузен. — Невиновные сбежать не пытаются.

А я, как заведенный выбивал ответы из истерички.

— Где она? — Закипал я. — Где?

— Ее за-абрали, — рыдала деса. — Я-а на-апоила их чаем со снотворным.

— Кто? — вцепился в нее словно клешнями.

— Подручные деса де Лиева, — в последний раз всхлипнула женщина. — Я не знаю куда.

Час от часу не легче. Мало того что де Артвуд в лапах моего врага, так еще и в бессознательном состоянии.

Я отпустил мошенницу и растерянно поглядел на Дэниэла. Нам обоим было понятно, что, даже если Лайон забрал Дарину к себе в поместье, может пройти и год, прежде чем отыщем след ведьмы.

— Дорогая, как же ты могла? — подавил в себе испуг газетчик, подошел и наклонился к жене.

Она с благодарностью уцепилась за шею своего спутника.

— Я этого так просто не оставлю, — пригрозил обоим и вышел за ворота, с силой хлопнув коваными створками.

Пусть готовятся к длительному разбирательству и приходу дознавателей, но пока у меня были проблемы куда сложнее. Лайон ведь мог и убить мою невесту, а я, дурак, послушался ее плана, отпустил, расслабился. Де Артвуд так верила в меня, а я ее подвел.

— И что теперь? — де Римоут не стал злословить на мой счет. — Навестим льва в его обители? Думаешь, тот признается?

— Сомневаюсь, — рыкнул на брата, — но если с ее головы хотя бы волос упадет, то он лишится и хвоста, и жизни.

Дав выход эмоциям, согнул балки на воротах де Сокрей. Жутко хотелось придушить газетчика, его жену, а де Лиеву я подбирал участь пострашнее.

Римоут подозвал кучера и отдал приказ двигаться к поместью оборотня. Я с трудом дышал и снял с себя галстук. Ярость поднималась изнутри, и боги, я едва терпел, чтобы самому не обратиться в волка и не обогнать экипаж.

До поместья де Лиева мы добрались быстро. Возничий понял, что нужно гнать во весь опор, мое мрачное выражение лица придавало ему старательности, а громкий голос не оставлял сомнений, что спорить не стоит.

Дэниэл, сидя в карете, скрестил руки на груди.

— Успокойся, Крис, — увещевал меня кузен. — Если явишься к Лайону в таком виде, он тебя и на порог не пустит.

— На порог мне не надо, — обнажил свои клыки. — Лишь бы вытянуть мерзавца в открытое пространство.

— И чего ты добьешься? — не унимался брат. — Если Даша у него, никогда не узнаешь, где ее прячут.

Слова де Римоута имели смысл. Как не было прискорбно признавать, но хищная кошка была нужна живой, но как же я хотел со злорадным удовольствием вцепиться в его мясистую шею.

Остановившись перед домом, я несколько раз вздохнул, пытаясь успокоить эмоции. В данный момент они мне плохо поддавались.

Дэниэл постучался, и, как принято у высокородных особ, дверь нам знакомый распахнул дворецкий.

— Хозяин здесь? — Я первым подался, заставляя отойти его чуть назад.

— Нет, — мой бывший сотрудник попытался упираться, но я из-за обуреваемых чувств смог оттолкнуть его в сторону.

— Значит, вызови его! — приказал, а сам принюхивался в поисках де Артвуд, но запах ведьмы нигде не чувствовался.

В целом, его могло и не быть. Фамильный особняк де Лиевов был огромным, с потайными ходами и коридорами. Да и других входов достаточно. Мало ли где могли прятать мою невесту.

— Если я кого-то и вызову, так это дознавателей, — не сдался слуга, передразнивая меня. — Это непозволительно.

— Непозволительно игнорировать гостей, — заметил позади кузен. — А Энтони присутствует? — Мой брат подмигнул мне.

Наг де Руан всегда был в курсе дел начальства. Слыл правой рукой и едва ли не был опаснее самого Лайона.

— Дес Энтони на заднем дворе, — сквозь зубы промычал дворецкий. — Я могу позвать его.

— Спасибо, но мы сами, — хищно улыбнулся де Римоут и потянул меня за собой, а как только мы отошли подальше, начал увещевать. — Кристофер, у нас никаких доказательств, а Лайон подмял под себя весь город. Не надо бросаться на его лакеев и звереть в присутствии аристократа.

— Тебе легко говорить, — я оглянулся на оборотня, но тут же пожалел о своих словах.

В гневе позабыл, как мы спорили за внимание колдуньи. Он обиженно нахмурился.

— Думаешь, я за нее не переживаю? — возмутился Дэниэл, — Или только у тебя есть чувства к Даше?

Отвечать ему не стал. Одновременно взыграли ревность и противное ощущение вины.

Обогнув угол, мы оба увидели змея, который шептался со слугами. Видимо, дворецкий успел отдать распоряжение, что его разыскивает де Ричмонд и де Римоут. Хитрец взглянул в нашу сторону, что-то ответил лакею и отправил того восвояси.

— Чем могу помочь? — Энтони хотел казаться беспечным, но выходило из рук вон плохо.

Странное поведение для помощника. Я знал его еще задолго до службы на де Лиева. Он был скрытным, хитрым и наглым, а сейчас волновался, не заботясь о произведенном впечатлении.

— Где Дарина, де Руан? — спросил мужчину в лоб.

Некогда было вести допрос. Она отсутствовала более пять часов, и я основательно начал переживать за жизнь девушки.

— Понятия не имею, — змей прошелся вперед, нисколько не тушуясь. — Вам следует покинуть территорию. Вам здесь не рады, а дес Лайон отдал четкое распоряжение — выгонять непрошеных посетителей.

Теперь становилось понятно, что именно он шепнул на ушко слугам. По выложенной плитке на аккуратных тропинках подбегали охранники с оружием наперевес и со сплетенными сетями заклинаний, явно намереваясь с силой вытолкать нас за ворота.

— Чего-то подобного я и ожидал, — усмехнулся кузен. — Что ты, что Лайон, сразу зубы показываете.

— Его здесь нет, — злостно реагировал я и мысленно признавался в своем бессилии.

Как бы я ни хотел, но с двумя десятками стражников мы вдвоем не справимся. Нас попросту сметут и доставят в кутузку. Заметив мои метания, Энтони обрадованно проговорил:

— Давайте не будем ссориться, дес де Ричмонд, — он подал руку для рукопожатия. — Никому не нужны скандалы.

Я фыркнул, не желая прикасаться к злоумышленнику. Вернусь на квартиру, выпишу своих подчиненных и, если будет необходимость, разрушу дом де Лиева, пока фундамент не треснет в огненной воронке.

— Я настаиваю, — затряс ладонью змей и подался вперед.

Отдернуть пальцы не успел, но почувствовал, как в мою руку скользнула свернутая бумага. Я изумленно воззрился на мага, но он ни единым жестом не давал понять, что произошло что-то необычное.

— Вы за все ответите, — яростно высказался Дэниэл, осматривая и верного подчиненного, и его небольшой отряд.

— Идем, — подтолкнул брата, пряча сверток в манжете. — Мы еще вернемся.

— Нисколько не сомневаюсь, — услужливо улыбнулся де Руан и щелкнул пальцами, отпуская охрану. — Но помните о последствиях.

Хитрый змееныш. Я еще не знал, что именно он накалякал, но он меня заткнул и выпроводил. Если это уловка, лично выпотрошу.

Снова устроившись в экипаже, под распахнутые глаза соратника достал наскоро написанную бумажонку.

«Крис, я не пылаю симпатиями к ведьме, и не скрываю этого, но Лайон решился на полное безумство. Я здесь ни при чем, и действую в его интересах. Он вбил себе в голову, что его проблемы решит женитьба на твоей невесте, да и отомстить мечтает. Он отвез ее в Крейл и уже прихватил с собой священнослужителя, если поторопитесь, сможете остановить обряд бракосочетания».

Ублюдок!

Я яростно стукнул в стену кареты.

Слава богам, у Лайона не хватило духу убить Дарину. Он тоже разглядел в ней выгодную для него коммерческую жилку.

Я передал записку Дэниэлу. Он молча прочитал, а потом хлопнул себя по лбу.

— И думать боюсь, что де Артвуд с ним сделает.

Стараясь не рычать, мысленно благодарил завистливого и испугавшегося за свое место нага, и одновременно пытался осознать происходящее. Поверить не могу, что де Лиев настолько наплевал на закон, приличия и здравый смысл. Ну, женится он на Даше, она же его первая в саду в поместье прикопает. А я, так уж и быть, помогу. Даже куст пообъемнее выберу.

— До Крейла путь неблизкий, — выговорил кузен. — Надо ехать к артефакторам, вдруг у кого порталы завалялись, а еще сообщить местным дознавателям о похищении. Записка вполне послужит доказательством.

— Вряд ли Энтони обрадуется, — заметил я, но с Дэниэлом согласился.

Вломиться на земли Лайона, как дать ему лишний повод набрасываться на меня. Что мне до деловой репутации де Руана? Надо раньше было думать, кому в услужение шел. Да и все дела, пока больной на голову лев будет пребывать в темнице, змей сможет вести самостоятельно. Если смотреть с этой стороны, то наг в выгодном положении.

Наверное, мы обошли все лавочки магов в поисках рубеллитов. Крейл — не самый популярный город для перемещения, там пастбища, фермы, много скота. Даже Дэрион де Эстейт развел руками, расстроившись, что ничем не может помочь. Но внезапно в мою контору приехал учитель де Артвуд Бертрам де Одинсон во всем своем плохо одетом великолепии. Сверкая худыми коленками словно у колченого воробья, в темно-синей бесформенной мантии и с одетой поверх внушительной жилеткой с невероятным количеством карманов, он тряс белоснежной бородой и проклинал ученицу.

— Я спрашиваю, где эта ваохова ведьма! — ругался он на Юлианну, грозно махая кулаком. — Я ей что, мальчик на побегушках? Еще никто на мои занятия не опаздывал.

— Многоуважаемый дес, — скукоживалась в комочек девушка. — Она пропала, мы ее сами ищем.

Отвлекшись на шум, я подошел к ним поближе и тихо пояснил мэтру академии, что де Артвуд похитили, а чтобы ее спасти, мы отправляемся в соседний городок.

— О как, тогда претензии позже ей выскажу. — Зачесал подбородок чудаковатый волшебник и зарылся в многочисленных карманах. — Кажется, у меня есть то, что вам поможет.

Он доставал живых птиц, протухшие яйца, камни всех цветов и размеров, монеты, механизмы. Сначала складировал все добро у меня в ладонях, а потом принялся вытряхивать содержимое на стойку под ошалевшие глаза сотрудников.

— Вот, вот он, — обрадовался, углядев алую расцветку кристалла. — Как раз туда на следующей неделе собирался за удобрениями.

Расспрашивать про цель поездки не стал, но в тон ему воскликнул, обрадовавшись найденному порталу.

— С вас тогда… — Старик меня остановил и принялся оглядываться, чтобы предложить обмен. Он ткнул крючковатым пальцем в притихшую Элайзу, — ее усы.

— Какие усы? — праведно возмутилась деса и кинулась осматривать безупречное лицо в зеркале.

— Дура, да не эти, а те, которые ты в ипостаси носишь, — закряхтел маг.

— Ничего я не дам! — Де Кибелир явно обиделась, скрестила руки на груди и отвернулась от присутствующих. — Сами свою ведьму ищите, и свои усы дергайте.

— Элайза, уволю ведь! — пригрозил стряпчей.

— И увольняйте! — оборотница не на шутку разъярилась. — Носитесь с Дариной, как с писаной торбой, все ее прихоти исполняете, во всем слушаетесь. Забыли, что у вас куда более верные работники были.

Она так брызгала слюной, так злилась, что вместо кожи на руках, у нее образовался мех, а красивое лицо исказилось волчьим оскалом.

Стоящий рядом Бертрам времени зря не тратил и дернул ее за выступающие вибриссы.

— И что ломалась? Я же тебе артефакт сделаю, — волшебник окончательно вогнал всех в ступор.

Видимо, это было последняя черта. Моя бывшая любовница превратилась в волчицу, скинула все со своего стола и убежала с лестницы, покидая контору. Испытывая неловкость, подал знак и послал за ней брата, чтобы он приглядел, извинился и пообещал девушке все, что она захочет. Сам же схватил вожделенный камень, активировал и пересек арку портала. Уже вечерело, и мне следовало сильно поторопиться.

С запиской вломился в местное управление, где меня встретил скучающий чиновник. Он, к моей вящей радости, делом проникся, собрал своих людей, а еще позвал всех, кто проявлял инициативу. В Крейле развлечений нет, а моя колдунья с навязанным замужеством вызвала у них интерес и море острых новых ощущений.

Складывалось впечатление, что мы живем не в цивилизованном мире, а на дворе царит жестокое беспросветное время, когда толпа людей запросто могла сжечь ведьму.

За мной по пятам следовали работники дознавательской службы, несколько стражей и большое количество зевак с вилами наперевес.

И какой же шок я испытал, после многоминутного хождения по закоулкам полузаброшенного особняка: Дарина, мокрая, дрожащая от холода, держится за ноги оглушенного льва, абсолютно его не боясь. В противоположном углу застыл и прижимался потерянный священнослужитель, а собаки оглушительно лаяли на незнакомцев.

Намного больше она испугалась, когда все забежали, а я выступил вперед. Она заметила меня, остановилась, раздумывая о чем-то. Конечности де Лиева выпали из ее рук, а девушка, опомнившись, откинула подальше и его ботинки.

— Это не я! — жалобно прокричала де Артвуд. — Она сам виноват!

В этом я не сомневался. Наоборот, сердце забилось настолько сильно, словно готовилось выпрыгнуть из моей грудной клетки.

Нашлась, свободна, не пострадала.

Я в два шага подошел к ней, обнял и зашептал бессвязную чепуху на ухо. Что больше ее не оставлю, что она будет со мной, что она в безопасности.

Даша чуть отстранилась.

— Так, это пусть Лайон боится, — она язвительно улыбнулась. — Я хоть и симпатичная, но дерусь до конца.

Глава 15. Любовь нечаянно нагрянет

Даша Антонова

Подумать только, какую же толпу привел за собой Кристофер. Забавно наблюдать, как люди разочарованно опускают вилы и грабли, надеясь на длительное представление. Может, мне здесь какой-никакой шоу-бизнес организовать? Кинотеатр изобрести? Но это потом, а сейчас…

Мы вышли на улицу, а оборотень вцепился в меня словно банный лист. Укутал в свой пиджак, крепко обнимал и, мне показалось, что вдыхал мой запах.

Псы, обрадованные встрече с хозяином, терлись и радостно виляли хвостами у его ног. Особенно Пушок. Малыш прямо требовал похвалы и косточки.

— Простите, деса ведьма, — оторвал нас от минутки нежностей местный дознаватель. — А как вам удалось оглушить огромного льва?

Допросить священнослужителя не получилось. Бедняга окончательно потерял разум. Видимо, не зря гласит старая народная мудрость, что воровать девушек плохо, а попадаться на этом еще хуже.

— Пф, — фыркнула, зарываясь посильнее в полы выданной одежды. — Я же городская сумасшедшая.

Признаваться в скрытом даре не торопилась. Внутреннее чутье подсказывало, что информация только для благодарных ушей, и тех, кому я доверяю. Вряд ли Лайон будет много болтать о том, как я его побила, а напуганный до ужаса жрец путался в показаниях и постоянно повторял, что уйдет в монастырь.

— Дес де Ричмонд, это не ответ, — возмутился чиновник, жалуясь на меня. — Мне же рапорт писать. Дес де Лиев не обычный похититель, он аристократ.

— Это точно, — хмыкнула я, — с голубой кровью. Правда, я ее немного попустила.

Зловредно добавила и затряслась от внезапной ярости. Скотина, наверняка отделается штрафом или грозным внушением. Зато репутация у него основательно порушилась, ведь помимо зевак и стражников за нашими спинами собрались еще и журналисты из газет. Жаль, не вижу из каких. Если приехал кто-то из Гроундвудского вестника, услужу и упомяну участие десы де Сокрей в преступлении. А что? Для писак радость. Какой сандал развернется? Ну, прелесть же.

— А мне ты позже расскажешь? — томно зашептал де Ричмонд, когда мы опять остались наедине.

Со стороны можно было подумать, что мы влюбленные. В целом, для наблюдателей ничего удивительного, учитывая нашу легенду и фиктивную помолвку.

Крис вел себя подозрительно. Не кричал, не бросался на меня с обвинительным «я же говорил».

— Расскажу, — совсем тихо буркнула, — но не здесь. Свидетелей многовато. А ты, — вскинула голову, — на кой позвал за собой орду крестьян? Ты же не монстра шел убивать.

— Смотря как, — он улыбнулся. — Я никогда ничего подобного не делал. Из-за тебя пришлось, — сжал меня покрепче. — Наверное, потому что раньше я был взрослым и ответственным.

— И скучным, — вставила не к месту.

Теперь я отчаянно смущалась и несла все что ни попадя.

Какая уж тут скука? У меня, между прочим, активная фаза типичного женского «взволновалась и тело предало» началась. Сказывался шок, что меня и здесь со свадьбой прокатили. Жених от чувств упал и в себя не приходит. Моя нездоровая психика хотела самоутвердиться. Все мысли о том, что волчара мне просто нравится, я отбрасывала.

Не выйдет из нашего союза ничего хорошего. Я ведьма, лгу ему постоянно, упертая. А он… у него своих тараканчиков стройных хор.

— Дарина, — Кристофер отстранился. — Завтра за нами приедет экипаж, а сегодня любезный Варгон, — ладонью показал на кивавшего мужчину рядом, — предложил нам переночевать в пустующем доме его брата.

— А почему не порталом? — удивилась я, уже привыкшая к роскошным аридийским средствам перемещения.

Это вам не в пробке стоять и матом на водителей ругаться.

— Милая, — де Ричмонд пальцами приподнял мой подбородок. — В Крейл никто не путешествует. Это глубокая провинция. Чудо, что у твоего наставника завалялся один камень, я мог не успеть.

— Ты мало бы пропустил, — у меня чуть-чуть сперлось дыхание от его неожиданного жеста. — Заставила бы Лайона жениться на священнике, которого он привел.

— Не говори мне про него. — На лицо моего собеседника опустилась тень. При любом упоминании о его сопернике оборотень злился, и проявлялся волчий оскал. — Едва держусь, чтобы не прибить мерзавца.

— Ладно, — погладила фиктивного жениха по щеке. — Согласна на что угодно, лишь бы мне стало тепло.

Кристофер сразу высушил мою одежду, но меня продолжала бить дрожь. Вполне возможно, что организм не выдержал всех впечатлений. Меня и усыпили, и похитили, и к серьезным отношениям принуждали. А с последним, оно как… романтику очень легко испортить, если оформить ее юридически. Да и де Лиев не старался, не ухаживал, все больше угрожал.

— Варгон, проводишь? — щелкнул пальцами начальник и подозвал псов.

— Конечно, дес, — сиял словно пятак хозяин дома.

В лице ведьмы, оборотня и парочки собак ему привалило щедрое звенящее счастье. Крис не поскупился несмотря на скромные условия.

Нас заселили в маленький домик с одной комнатой, кухней-прихожей и летним душем. Я была уставшая, но жутко хотела с себя смыть затхлый запах темницы. Поэтому осматриваться не стала и побежала мерзнуть под холодной водой. Но и здесь мой защитник преуспел — подогрел сверху бак, прислушиваясь к моим традиционным возносимым проклятиям на голову похитителя.

Когда я вышла, нас ожидала новая проблема: широкая, манящая к себе, кровать и камин напротив нее.

Постель была единственная во всем помещении.

Я, конечно, не ханжа, но…

— Что-то не так? — заметил мое волнение де Ричмонд.

Пока я отсутствовала, он выгулял собак, накормил их, расплатился с безумно любопытным Варгоном, и отогнал не в меру ретивого хозяина от душа. Слава единорожкам, неугомонный десай не успел за мной подсмотреть.

— Да что ты, — слабым голосом отозвалась и уселась на бархатное покрывало, задевая пятой и самой пострадавшей точкой непонятный артефакт.

Будто следуя какой-то романтической инструкции, в камине зажегся огонь, заскрипели поленья, загорелась единственна лампочка в комнатушке, придавая помещению интимную обстановку, и заиграла ненавязчивая музыка, чем-то напоминающая джаз.

А Варгон-то не дурак. Видимо, использовал свободное помещение в качестве увеличения популяции рабочих рук в Крейле. А что? Вариант действенный. Если когда-нибудь вернуть в свой мир, научу правительство, как рождаемость повышать. Что нам маткапитал и ипотека для молодых семей?

— Я здесь ни при чем, — сразу обозначил Кристофер, увидев, как под потолком разворачивается диско-шар.

Он поднял меня, вытянул покрывало и забрал с собой подушку и одно из одеял.

— Не понимаю, что ты делаешь, — ошарашенно уставилась в его сторону.

— Стелю, Даша, — сквозь зубы выговаривал мне оборотень, вытряхивая из покрывала крошки и сор. — Чтобы твоя девичья честь не пострадала.

— А-а-а, — я нехотя расплывалась в улыбке. В жизни никогда не признаюсь, что от ночевки в одной комнате моя девичья честь не только не страдала, но еще и очень хотела, но волк поступал словно истинный джентльмен, а я его, проходимца, об этом не просила.

— Крис, — я поморщилась. — Это не постель, а трахо… — так, позже над формулировкой поработаю, — в общем, я даже не замечу, если ты будешь рядом.

— Точно? — Он выгнул бровь. — Большинство барышень на утро призовут меня к ответу.

— Так, мне не требуется, — немного неловко пожала плечами. — Ты уже жениться готов.

Я ж в его честном имени не сомневалась. Ну, и Бали подсказал, что если не вернусь в Москву, у меня в Гроунвуде личная жизнь сложилась куда лучше. Здесь я вышла бы замуж, стала начальницей. Как минимум помог бы старый, добрый и донельзя проверенный шантаж.

Мы оба улеглись, старательно не касаясь друг друга.

— Поведаешь, как одолела де Лиева? — опять вспомнил волк.

Я хотела оттянуть интригу до последнего, но отчего-то еще больше скрываться от де Ричмонда не желала. Между нами дофигища недомолвок, но про свое иномирское происхождение я упоминать боялась.

— Представляешь, — уткнулась в подушку. — Просунулся скрытый дар. Он на меня наручи одел, думая, что я только погодница, а шок вызвал больше сил.

— И кто ты? — напрягся Крис, а я вспомнила, что сама не знаю, какими дарами он владеет.

— После тебя, — предложила оборотню начать первому.

За ним не заржавело.

— Даш, я стихийник. Мне подвластна вода, и, как большинству водников, лекарское дело.

— То есть, — в голове предстала картинка, когда я провалилась в фонтан, — Я могла лягушек уберечь?

— Нет, — он усмехнулся, — у тебя не было никаких шансов. Я в этот момент тебя и полюбил.

Я опять оцепенела.

Что сделал?

Полюбил?

Очешуительно.

Бородавкомыслительно.

— А я предметы в пространстве передвигаю, — голос был слабый и совершенно незаинтересованный.

И сразу стало плевать на все. На мои планы по захвату коммерческой власти, на поиск информации, как вернуться обратно. С моим непокорным, непривычным для местных широт характером меня кто-то полюбил.

Это не жест доброй воли. Не благодарность за чувства. Кристофер за несколько дней, ради меня усмирил свою личность. Да, он чуть не успел на спасение, но даже тогда я в нем не сомневалась. Просто аридийцы еще к решительным колдуньям не привыкли.

Я пододвинулась поближе, обрезая пространство между нами.

Он тоже.

Я еще раз приблизилась, но мечтала, чтобы волк сделал первый шаг.

Крис провел рукой под одеялом, гладя меня от бедра до шеи. Скотские мурашки вздрогнули и проявили себя.

— Даша, — я не узнала его голос. — Я не смогу остановиться.

— Иногда не надо, — ободрила его и закинула колено между его ног.

Приникла к груди, обняла, а потом…

Потом он подтянул меня к себе. Поцеловал, все больше закидывая меня на свое тело. Обеими руками зарылся в волосах, пока его язык играл с моим в незабываемую игру.

— Дарина, обратной дороги не будет, — нес какую-то чепуху, но я не слушала.

Тоже решила проявить инициативу. Залезла на него, выпрямилась и с остервенением принялась за его пуговицы. Внутри возрастал жар и нетерпение, потому что кругляшки мне плохо поддавались.

Приникла к широкой груди, кусала за шею и совершенно забылась в его объятиях. Вещи, как что-то скучное и ненужное, попадали с бортов кровати. Я вздыхала, ощущая близость, как он дразнил меня, но не переходил некую черту. Устав от всего, сама взяла все в свои руки.

Рывок.

Еще один.

И я с гордым видом расслаблялась, а потом вновь выпрямлялась на его атлетичной фигуре, до тех пор, пока силы меня не оставили, пока внутри не взорвалось странное чувство победы и расшатанных нервов.

* * *

Утром меня разбудил легкий поцелуй. Еще до конца не проснувшись, я попыталась отмахнуться от нежных жестов Кристофера, но вместо упругой кожи мужчины, нащупала мягкую мохнатую шерстку. Верю, что я и в постельных делах хороша, но не могла же довести мужика до обращения в оборотня? Кому понравится линька на одеяле?

Пришлось открывать глаза.

К сожалению, а может, и к счастью, возле меня выписывал круги голодный и визгливый Пушок, а вот его более размашистый друг отсутствовал, впрочем, как и сам де Ричмонд.

Слава единорожкам, что облизывал меня шпиц, а то в мыслях уже пронеслось парочку замечаний насчет слюней и странных поддергиваний.

Я проверила свое состояние. После одного дня в подземелье немного боялась, что простыну, но, видимо, ведьму не так просто заразить какой-нибудь болезнью.

За ночь не стыдилась. В жизни не была слепой, хотя и намеков часто не замечала. Чуть подозревала, что внимание Криса исходит не только ради прижучивания его соперника, но и я сама ему понравилась. Да и Аридия такой мир, где подержался за ручку, и, хоп, уже помолвлен. Кстати, надо выяснить, я, случайно, таким образом замуж не вышла?

Обернувшись по сторонам, услышала, как кто-то шагает по соседней комнатушке, а благодаря щели под дверью, до меня доносились запахи пережаренной яичницы.

Нет, я точно буду основательно думать насчет этого мужчины. Мне бы только сестру найти…

Отыскав одежду, быстро собралась, подхватив песика. Он радостно завилял хвостом и еще раз облизнул меня.

— Привет, — вышла и увидела как мой, а пока он точно мой, мужчина, умело орудует сковородкой на жаровне. — И почему-то покраснела.

Кристофер обернулся и расплылся в теплой улыбке.

— Я позаботился о завтраке, — указал на изрядно подгоревший плод его трудов. — А на улице уже стоит экипаж. Сколько тебе надо времени, чтобы собраться?

Волк подошел ко мне и ласково обнял, целуя в щеку. Он вчера не шутил, признаваясь в любви. Все его поступки говорили об этом. А я никак не могла справиться с возникшей неловкостью.

Не потому, что не хотела.

Мне надо было осознать, что между нами происходит. Вроде в этом мире я уже достаточно давно, но все было направлено на работу. Да и постоянная необходимость молчать о своем попадантстве меня угнетала. Как признаться? Ричмонд еле-еле справился с предательством его дорогой Женевьевы.

Нет, определенно таиться больше не стоит.

— Даша, все в порядке? — озабоченно переспросил оборотень, опускаясь чуть ниже, чтобы быть на одном уровне со мной.

Моя задумчивость его напрягла.

— Да, прости, — встряхнулась и глазами поискала Бали. — Можем хоть сейчас отправляться, но я очень хочу попробовать твой завтрак.

Я не лгала. Во-первых, желудок уже не жалобно ныл, а трезвонил на весь дом о своем истощении. А во-вторых, из ладоней де Ричмонда сейчас я даже яд приму.

Твою же мать, что с нами, женщинами, делает небольшое проявление заботы?

— Отлично, — просиял Крис и достал из закромов тарелки. — Бали, — подозвал к себе фамильяра, ты есть будешь?

Ротвейлер где-то из-под стола ответил громким хрустящим звуком.

— Ценю твою заботу, но я сам, — вгрызался он во что-то.

Я недоуменно воззрилась на мужчину, надеясь, что он объяснит. Де Ричмонд только плечами пожал.

— Кто же знал, что в вечно голодном псе замашки охотника. Он себе курицу стащил.

— Ага, — раздалось под нашими ногами. — И мой вам совет, смывайтесь быстрее, пока хозяин этого не обнаружил.

Два раза повторять не следовало. Я щедро делилась порцией с Пушком, под недовольный взгляд начальства. Он считал, что я разбаловала всех питомцев, а я мнила себя очень доброй и благосклонной колдуньей.

— Даш, — в конце завтрака Кристофер положил руку на мою ладонь. — Нам надо обсудить вчерашнее.

Я была согласна, но кто-же такие вопросы задает собеседнице, когда ее рот набит овощами?

— Ояуоаельно, — прошамкала я, в попытке заглотить все, что находилось у меня между зубами.

Леди из меня явно не получится. Может, средней паршивости, конечно.

— Не понял, — немного оторопел де Ричмонд, а я поспешила его успокоить, когда все прожевала.

— Крис, я от тебя никуда не денусь. Приедем и обсудим все, что наболело, — продолжала тянуть миг со своим признанием об иномирном происхождении. — Но мне интересно, а что будет с де Лиевом?

И волк нахмурился, явно не горя делиться подробностями.

— Мы могли бы дождаться дознавателей из Гроунвуда, — мрачно начал мужчина. — Но я боюсь, что мерзавец подкупит кого-то. Он поедет с нами, Дарина. Связанный, с кляпом, но в одной повозке.

Он ожидал, что я начну истерить и причитать насчет своего нежелания находиться на одной территории со своим обидчиком. Но у меня на этот счет были другие мысли. После общения с Лайоном до меня дошло, что лев, в общем-то, безобиден. Ему было плевать на коммерческие успехи семейства серых, иначе бы он преследовал Криса и в столице. Нет, у него старые счеты, касавшиеся именно женщины. Если бы они поговорили, если бы де Лиев больше бы разузнал о личности противной барышни, то дружба могла бы возродиться.

— Это хорошо, — потерла ладоши. — Проведете несколько часов наедине, выясните все противоречия.

— Какие противоречия? — вспыхнул де Ричмонд. — Он едва не сделал тебя своей женой. Мне не о чем с ним говорить. Он предстанет перед судом.

— И выкупит свою свободу, — не сдавалась я. — Крис, вам, правда, надо найти общий язык. Сомневаюсь, что я его действительно интересовала как возможная невеста.

Проигнорировав его взгляд, сложила посуду и уселась в повозку. Если смотреть сильно со стороны, то чем мы отличаемся от давнишних супругов? Мы уже успели поругаться, поспорить, но и примириться тоже.

Псы милостиво улеглись у ног плененного. Зайдя внутрь, я внезапно осознала, что де Лиев все понимает и запоминает, и может говорить, так что Бали пришлось долго уговаривать свою хозяйку не бояться, а с надменным выражением лица зайти внутрь.

Хрена ж себе, но трусливыми ролями мы поменялись. Злоумышленника я не то чтобы боялась, но не хотела, чтобы мое присутствие мешало долгожданному примирению.

— Останься, — попросил Крис, а ему, как известно, я отказать не могла.

Так, мы и поехали. Я, с двумя псами на шее, и Кристофер с явной просьбой узнать что-то значимое. Лайон, повязанный по рукам и ногам был не в счет. А в его желаниях больше сияло свечение адвокатов и двусмысленность в обвинении.

— Святая Мира, — возвестил оборотень, — в жизни бы не поверил, что мой противник падет от руки ведьмы.

— Я не сдаюсь, — ответил ему ле Лиев, которому никто не догадался одеть повязку на рот. — Это временное перемирие.

— На твоем месте я бы помалкивала, — похлопала льва по ногам.

В отличие от многих, мне было известно, с каким позором аристократ проиграл противостояние ведьме. С большим, если быть совсем честной.

Она давече только скрытый дар обрела, и даже не в курсе об этом.

Пока мы ехали, не оставляла попыток поднять хоть кого-то в воздухе. Замирала, сосредотачивалась, но магия не желала меня слушаться.

— Ты как будто укропа наелась, — отметил мой фамильяр.

— Тш, — толкнула тело ротвейлера под любопытный взгляд Кристофера. — Кто твое мнение спрашивает?

Нет, скрывать подробности я не собиралась, сама же объяснила ему одной фразой всю победу, но… я одновременно хотела выяснения наших непростых отношений.

Я же ничего не знаю о семье де Ричмонда. Вроде тот одинок, как упоминал Робб, но взглянем правде в глаза… Роль де Лиева в близости меня не сильно пугала. Я же барышня умудренная, толкну, задену, но выгрызу свое счастье, а если учитывать оборотничьих благородных родственников за пределами Гроунвуда, Крейла и других окрестностей? Вот прям честно, я же не образец для повествования.

Пока Кристофер не очнулся, ударилась в размышления над производством.

Плевать, справлюсь в очередной раз со своими чувствами, наконец, открою рестораны и точки быстрого питания. Аристократ не успеет и глазом моргнуть, как уразумеет, что обо всем позаботилась Дарина де Артвуд. Я привыкла к нему, забыла, что у нас охренительно далекие понятия насчет происхождения и образа жизни. Мы разные. Сможет Крис жить, учитывая, насколько я необычная?

Чем дальше думала, тем больше приходила к выводу, что отношения обречены. Де Ричмонд, как назло, завел со львом проникновенный разговор о Женевьеве. Мой начальник втолковывал льву, что барышня была чересчур меркантильной и злобной, преследовала свои цели, искала богатых наследников и играла на их искренних чувствах. Лайон не верил.

— Отнюдь, — отрицал волк и перечислил всю базу, нарытую на неугомонную девушку. С него станется, и он с противника наказания не потребует. Тут я возмущусь. Даже если де Лиев душка, за мои продрогшие от холода почки кто-то должен ответить.

Лайон ничем не проникся, но Кристофер, прежде чем передать угрюмого главе города и дознавателям Гроунвуда, всучил тому папку с делом пронырливой десы. Гордость он заткнул куда подальше и больше оборачивался на меня.

— Я тебя навещу, — пообещал льву и захлопнул дверцу нашей кареты, когда возничий довез двух людей до главной улицы города.

Слуга задерживаться не желал, ему еще предстоял недолгий путь до городской тюрьмы и сдача отчетов в городском совете.

В моих ногах застыли Пушок и Бали. Нет, оба знали, где общая квартира, но им было любопытно, чем же закончится наша беседа.

Кристофер, к счастью, пока не разглагольствовал, хотя я заметила, как он любит вещать в массы. Между нами уже не искры, откровенный пожар с рейтингом 18+ хлестал, но я пока избегала всяческих словесных обязательств. Для этого признаваться нужно, а я готова?

Предательское третье чувство, отвечавшее за благоразумие, а еще за животные инстинкты, рефлексы, внутреннюю психологию меня не слушалось. Оно в полосатых черно-белых рейтузах склонялось к темной стороне. Кстати, Пушок в это время показательно забрался на диван и жрал печенье из миски, пока благонравный хозяин не наложил ему корма.

— Даш, — вновь повернулся ко мне Крис, когда мы остались одни. — Нам, правда, надо обсудить вчерашнее.

Стоило поспорить. Это в их мире барышни страдают из-за неведения их молчаливого спутника. Мой очень даже говорил.

— Всегда успеем, — накинулась на него, будто и не было совместной ночи между нами.

Невзирая на голодных собак, уселась к нему на коленки, перекинула руку через плечо и зашептала скабрезности на ушко.

Я и вчера проявила инициативу, раздевая Кристофера и с трудом удерживаясь от напевания мотивов очень известной песни, но сегодня мне хотелось его покорить.

Медленно подталкивая мужчину к спальне, скидывала с себя вещи. Красиво, одну за другой, чтобы он успел задуматься, что же под ней скрывалось. Все испортил его вопрос, учитывая, что де Ричмонд прислонился к изголовью кровати.

— Даша, ты станешь моей женой?

Да чтоб тебя, я для чего вообще распинаюсь?

Понятно, отвлекающий маневр не удался. Весь флер романтизма улетучился из-за моей собственной нерешительности, и его внезапной внезапности.

Я отстранилась, уселась рядышком и часто-часто задышала. Видимо, накатывала несвойственная мне паническая атака.

— Даша, ты чего? — обомлел Кристофер, испугавшись за мое состояние. — Может, водички?

Старательно закивала, избегая встречаться с ним взглядом. Мужчина ринулся на кухню, а я с тоской уставилась в окно. Пожалуй, будет совсем нагло сигануть из него наружу, сбегая от обязательств. И не то чтобы я не хотела замуж, но…

Как объяснить оборотню, что я не из этого мира? Если в Гроунвуде найдется хоть один мыслитель, я радостно поделюсь с ним заработанным. Что сказать — «Привет, милый, но я ведьма из Москвы»? Сомневаюсь, что он обрадуется.

Пока я мрачно обдумывала ситуацию, Крис вернулся с наполненным стаканом. Молча вручил его, погасил свет, оставив прикроватную лампу, и потянулся к двери.

— Я все понял, Дарин, — невесело сообщил мне. — Давай не будем продолжать эту унизительную беседу.

И теперь стало стыдно мне. Он-то считал, что я к нему не прониклась, а я себя считала врушкой-норушкой, спрятавшейся от правосудия на самом видном месте.

Де Ричмонд вышел, понурив голову, а я вслушивалась, как он ходит по апартаментам. Он не шумел, чуть скрипели половицы под его весом, а вскоре все совсем затихло.

Мне было грустно. Вода от чувства вины не спасала, зато меня одолевали воспоминания, как Кристофер встретил меня, уставшую, с ужином, как предложил фиктивную помолвку, а потом не выпускал из вида, как противился моему плану и крепко обнимал после чудесного избавления от свадьбы со львом. Будучи воспитанной матерью-одиночкой, мне глубоко вбили осознание, что мужчины — это не навечно. Что они легко приходят и уходят, и всегда стоит полагаться на свои силы. Но, святой единорожка, как же иногда было приятно просто побыть девочкой. И ведь я могла.

Крис, при всем его деспотизме и стремлении оберегать, меня не неволил, доверился, прислушался и дал набивать собственные шишки. Даже сидя в подвале, я знала, что он за мной придет. Пусть он немного не успел, но и я не лыком шита.

Я решилась.

Внутри свербил страх, заставляя сердце биться быстрее, но он был скорее волнительным, а не тревожным.

На цыпочках подкралась к его комнате. Внутреннее чутье подсказывало, что он не спит, а обдумывает свои слова, и я не ошиблась.

Темнота скрывала его лицо, но он заметил мое появление.

Застыв на входе, я зябко поежилась.

— Крис, — вздохнула и на всякий случай ущипнула себя за руку, — прежде чем я дам тебе ответ, ты должен кое-что обо мне узнать.

Уголок одеяла зазывающе откинулся. Мне очень хотелось прикоснуться к нему, лечь рядом и чувствовать тепло его тела, но я твердо стояла, прекрасно понимая, что если сейчас промолчу, больше подобного разговора не возникнет. Выяснилось, что иногда я чрезвычайно труслива.

— Я не из этого мира, — быстро затараторила, выплескивая важную информацию. — Меня призвали Оррин и Кейт, чтобы спасти должность отца. Хотели заключить контракт с ведьмой, а им попалась я. Я и о магии-то до появления здесь не знала. И Бали никакой не фамильяр, он жил со мной и неожиданно заговорил, оказавшись в Гроунвуде. А еще у меня есть сестра-близняшка, и я очень хочу ее найти. Мы провалились к вам вместе, значит, она тоже стала колдуньей.

Перевела дыхание и сглотнула, ожидая, что он что-нибудь скажет.

Но он, собака сутулая, молчал, заставляя меня молиться их богам. Приподнялся на подушке, еще раз откинул одеяло и похлопал рядом.

— Иди сюда, — предложил мне.

А мне большего и не требовалось. Я в два шага достигла его постели, упала возле него и жадно поцеловала.

— Не из этого мира, говоришь? — Де Ричмонд поймал мой подбородок и долго не отпускал. — Впрочем, я догадывался.

— И что думаешь? — испуганно зарылась в его плечо, вырываясь из лап волка и боясь самого худшего.

— Что верховодить в наших отношениях буду я, Даш, — он усмехнулся и потянулся ко мне. — Расскажи все с самого начала.

Я и рассказала, ничего не утаивая. Про мое появление и погодный дар, про умения руководить командой, про то, откуда черпаю идеи, про смешную и краткую помолвку с Дэниэлом, даже в подробностях про телекинез, который пока не освоила.

— Сестру твою мы найдем, — он улыбнулся, проводя ладонью по моей спине. — Но…

— Что? — сразу насупилась, вечно подозревая худшее.

— Даш, мое мнение о тебе не изменилось. Наоборот, теперь я просто требую, чтобы ты стала моей женой. Тем более что пока ты свободна, ты в опасности.

Похоже, что буря окончилась, так и не начавшись. Оборотень внимательно меня слушал, не перебивал, лишь иногда его эмоции выдавали хрустящие костяшки пальцев. Скорее всего, мой контракт с Роббом исполнен, его же не уволили, и он будет сидеть на своей должности дальше.

Крис злился, но все равно благодарил начальника филиала за внезапно подаренную хамовитую невесту.

— Конечно, да, — прикусила губу, немного постеснявшись.

Непривычно мне кипятком исходиться от радости.

— Отлично, — он стинул меня в объятиях. — Времени на все — неделя, дольше я не выдержу.

— Хоть завтра, — отмахнулась, потому что меня никогда не волновали формальности.

Глава 16. Когда все хорошо, но задумываешься об обратном

Даша Антонова

Утро было наполнено каким-то давно забытым ощущением счастья. Любому дураку ясно, что раз я согласилась на свадьбу, значит, моя жизнь навсегда будет привязана к Аридии, но не волшебная страна на меня повлияла. Кристофер отыскал-таки ключ к моему сердцу.

Собираясь в контору, я что-то напевала, пока мой благоверный выгуливал теперь уже общих питомцев.

— Даша, не спеши, — де Ричмонд прижался к моей спине. — Успеем еще выехать.

— О, уже и послабления для невесты пошли? — ехидно ответила я, наблюдая за нами в зеркале.

Мы оба смотрелись просто чудесно, как самая настоящая влюбленная пара. Хотя что уж там. Мы влюбленной парой и были.

— Возможно, — оборотень поддержал мой игривый тон. — Но я не об этом.

— Ладно, — я безвольно опустила плечи и развернулась. — Выкладывай.

Учитывая, как он улыбался, я была уверена, что речь пойдет не о плохих новостях.

Мужчина отошел и начал рыться в своих сумках, которые за время затянувшейся командировки не удосужился распаковать.

— Да где оно? — задавался вопросом, немного нахмурившись. — А, вот, нашел.

Кристофер положил на кровать небольшую резную шкатулку. Я уселась рядом и недоуменно на него посмотрела. Если он полагает, что меня можно цацками одарить, и я впечатлюсь, то это странно.

— Вообще-то, я и сама тебе кольцо преподнести могла бы, — проговорила удивленно, поглядывая, как он раскладывает украшения. — Дай мне один день, я только к Форбару метнусь.

— Иногда забывая, что ты очень мало знаешь, про наши обычаи, — расхохотался будущий супруг. — Диву даюсь, что продержалась так долго. Это артефакты, они фамильные и очень редкие.

Не обратив внимания на его насмешки, провела пальцем по одному из ювелирных изделий.

А вот это уже было интересно. Я достаточно повидала множество магических изобретений, благо сама вдохновляла Дэриона, но они всегда были с бытовым назначением. О том, что браслеты и кольца тоже могут нести в себе волшебные силы, не сомневалась, но и никогда не задумывалась.

— А для чего? — присмотрелась к большому золотому браслету с тонкой линией из драгоценных камней.

Крис вмиг посерьезнел.

— Знаешь, Даш, — он взял украшение и нежно одел на мою руку. — Я в жизни никогда так не боялся, когда ты пропала. Пойми меня правильно, но я спать спокойно не смогу, если не буду знать, где ты находишься.

О, вот и паранойя подъехала. Но, что поразительно, против я не была.

Покрутив кистью туда-сюда, с детским восторгом отметила, как ювелирное чудо стало невидимым.

— То есть оно будет мою геолокацию показывать? — защебетала я. — А как ты это почувствуешь? А как это работает? Снять я его могу? Кто-то другой его увидит?

Если Дарья Антонова и была сильна в офисных предприятиях, то в искусстве артефакторики не блистала.

Де Ричмонд терпеливо пояснял:

— Оно тем и редкое, что никто не сможет отыскать на твоем теле маячок, а мне достаточно одного заклинания, чтобы узнать, где ты находишься. Геолокация, кстати, это что?

— А, не бери в голову. — отмахнулась я. Успею еще проинформировать его о знаниях моего мира. — Снять-то его как?

Потрясла ладонью.

Видимо, следующая фраза не должна была мне понравиться, потому что на лицо суженого набежала тень.

— Даш, прости, но…

Вздохнул еще подозрительно.

— Что? — я прищурила глаза.

— Снять ты его не сможешь… теперь… он еще роль помолвочного наруча выполняет. Так что если ты думала отвертеться от свадьбы, то пока я не соглашусь, не выйдет.

Ах, ты, волк прозорливый. Испугался, что я за ночь передумаю? Правда, если вспомнить последнее приключение, то браслетик мне бы, ой как, пригодился. Да и честно сказать, окажись Кристофер в Москве в похожей ситуации, я бы на него тоже детские часы с датчиком навешала.

— Ладно, — выговорила сквозь зубы и призналась. — Не стану злиться, я бы сделала так же.

Де Ричмонд просиял. Полагал, что я начну вопить и спорить, а я как-то быстро согласилась.

— А мне такой полагается? — задала очевидный вопрос. — Несправедливо будет, если я от помолвки отвертеться не могу, а тебя за неделю озарение накроет.

Бали все утро предостерегал жениха о последствиях скорой женитьбы. Нет, к главе фабрики он проникся, и даже больше, чем требовалось. Оттого искренне за него переживал, сдавая Крису все мои прегрешения.

— Конечно, — он наклонился и поцеловал меня. — Закажи его у де Эстейта, разрешаю наделить его любыми свойствами.

Это он зря предложил, я же изделие и от измен заговорю. То лапы будет ломить, то хвост отваливаться начнет.

Продолжая пикироваться, мы наконец-то добрались до конторы. Там меня встречали как настоящего героя, но меня насторожило, что два сотрудника отсутствовали. Куда-то делась Элайза, а еще пропал и Дэниэл. А ведь мне было известно, что он сыграл не последнюю роль в моем спасении.

— Я не хочу это обсуждать, — вспыхнул начальник прогульщиков.

Но когда меня хоть что-то останавливало? Используя шантаж и пытки, а на деле пробовала свои силы в телекинезе и развела невероятный бардак в кабинете, вытянула из Кристофера данные.

Мой дорогой учитель Бертрам обидел несчастную отвергнутую барышню, и она яростно ускакала прочь на своих четырех конечностях. Де Ричмонд же не полный зверь? Послал за ней брата, чтобы передать с ним извинения за доставленные неудобства, а Дэниэл не только их передал, так еще и всю ночь ее успокаивал… физически… очень интимно.

В общем, их пока в отпуск отправили. Пусть определятся со своими отношениями.

Слава всем местным богам, я больше не испытывала чувства вины перед де Римоутом, нет-нет, но переживала, что своим поведением оскорбила будущего родственника. С этого дня он вряд ли будет вспоминать обо мне, находясь в объятиях аристократичной брюнетки, а противная Кибелир, возможно, подобреет, ей полезно яд сцеживать не только в мой адрес.

Из-за ненависти ко мне она допускала множество ошибок в документах, которые я исправно и скрупулезно находила. А критику гордая волчица воспринимала плохо.

Следующие несколько дней прошли в относительном затишье.

Кристофер отметил про себя мою загруженность и распределил обязанности среди коллег.

После свадьбы я и он собирались в столицу, чем привели в восторг всю фабрику, а в особенности гномов и мою недавно основанную гильдию уже не униженных и оскорбленных, а вполне себе гордых и трудолюбивых магов. Дела владелец планировал передать в руки Дэниэла, а вот Робба ждала скорая отставка.

Старый оборотень словно что-то почувствовал в воздухе, в атмосфере так и веяло переменами. Оставив записку Крису и детям, отбыл в никому неизвестном направлении, сказавшись больным. Де Эттвуд в целом вел себя очень странно на протяжении всего срока моего пребывания в Гроунвуде — как только начались первые успехи, вместо того, чтобы заменить ведьму и показывать себя с лучшей стороны, он самоустранился и был редким гостем в конторе.

Естественно, и его отпрыски понимали, к чему все идет, но смирились с происходящим. В конце концов, Кейт прекрасно освоилась в роли секретаря, принимая помощб Юлианны, а Оррин продолжил трудиться посыльным. Они не бедствовали, а это главное.

Плен и мне пошел на пользу. Если я мечтала об отдыхе, я отдыхала или переключалась на собственные планы. Наскоро сколоченные повозки с вертелами уже колесили по городу, а летняя веранда строилась под присмотром Вортингтона. Он, кстати, и продавцов набрал, следуя моему вкусу: больших, бородатых и нагленьких.

И грузинскую кухню мы с Карлой запустили очень даже успешно. По большей части Гроунвуд облюбовали перевертыши со звериными ипостасями, предпочитающие мясо с кровью. И нет для них ничего заманчивее, чем этот душистых запах, доносившийся с дымящегося мангала. Плакали рестораторы Лайона, у них красиво, богато и утонченно, а у нас вкусно и сытно.

Карла на радостях и свадьбу нам решила устроить в столовой. В ней проснулся дар советсткого массовика-затейника. Учитывая ее характер, властный вид и обидчивую натуру, спорить побоялась. Де Ричмонд тоже не осмелился, но я заметила, как у него задергались глаза.

А что я могла сделать? Это он аристократ до мозга костей, а у меня впечатляющее пролетариатское прошлое.

За день перед торжественным событием Бертрам и я сидели на холме, организовав своеобразный пикничок. Вид открывался великолепный: вдалеке возвышались горы, укрытые снежной шапкой, а на равнине цвели полевые цветы. Мы долго практиковались, и я, наконец-то, догадалась, как именно направлять свою силу, чтобы перемещать предметы, да и с погодой стало получше. Самое замечательное, что в округе почти никого не было, и никто бы от моих не всегда удачных попыток не пострадал.

Где-то поблизости носились Бали и Пушок, ошалевшие от счастья. Мы же их за черту города ни разу не выводили.

— Значит, Дарина, — вздыхал мой наставник, предложивший сделать паузу, — замуж выходишь?

Новость его больше обескуражила, он боялся, что лишится ученицы и достатка. На обучение я не скупилась и была очень щедрой.

— Да, дес, — кивнула, срывая и покручивая стебель растения, похожего на клевер. — Хорошие мужики на дороге не валяются.

Я очень надеялась, что Бертрам поедет вслед за мной. Кристофер проблемы в этом не видел, в столице я могла выбрать учителя на любой вкус, но я уже прикипела к волшебнику в мантии на босу ногу, его чудаковатым манерам, а еще меня подкупало его умение доставать из карманов жилетки леденцы. Правда, иногда он доставал и что-то похлеще, но в его годы простительно.

— Ага, — фыркнул пожилой преподаватель, в кои-то веки одевший на себя штаны. — Обычно они на кушетках валяются, пока жена на работе.

— Это где же вы видели подобное? — заинтересовалась я.

Не припомню я явного матриархата в Аридии, Карла в счет не идет.

— Пф, колдунья, а я на что? — взмахнул он своей бородой.

Рассмеяться я не успела. Внезапно в долине, где мы расположились, раздался громкий протяжный взрыв. С насиженных мест взлетела стая диких птиц, чирикающих и поджидающих крошки. Псы, испугавшись, подбежали к нам, а с одной горы посыпались камни.

— Что это там? — приложила ладонь к глазам.

— Ты же в кузнечной сфере работаешь? — уставился на меня Бертрам. — Не догадываешься?

— Там добывают руду? — ошалела я.

Теорию я-то знала, а с практикой подкачала. Меня в шахты не водили, тем более что де Ричмонд владел ими не здесь, а в других окрестностях.

— Именно, — пояснил де Одинсон. — Это рудники твоего похитителя Лайона. Сам в шоке, что они работают.

А вот это было занимательно. Де Лиев не избежал наказания и ожидал суда городского совета. Временно всем заправлял наг, но и его деятельность ограничили. Шахты должны были оставаться пустыми, да и людей не видно, иначе бы мы заметили повозки и рабочих. Нет, там явно что-то твориться, и это подозрительно. Если у меня паранойя, она не значит, что там не происходит что-то стремное.

— Только не говори, что ты решила спуститься? — прищурился маг. — Кто бы там ни был, он может быть опасен.

— Да? — спросила с явной издевкой. — И что он сделает великому волшебнику и одаренной погоднице с телекинезом?

— Одаренной необученной погоднице с телекинезом, — скривился преподаватель. — Ты много на себя не бери, колдуешь без году неделю.

— Ну, — законючила я. — Да что нам сделается?

Как-то не верилось, что нам заготовили ловушку. И кто это мог быть? Все враги повержены, а я по доброте душевной еще и льву помогу, мародера в сеть затолкаю и принесу на его крыльцо. Лайон, шкура такая, мою щедрость должен оценить, после всего, что между нами было.

— Демоны с тобой, — кивнул Бертрам и прикрыл один глаз. — Но…

Я застыла. Когда мэтр что-то хотел, то весьма умело торговался. Не преподаватель, а бизнесмен, ей-богу.

— Ты заметила, что я согласился на что-то странное и почти не задавал вопросов?

— Да… — медленно мотнула головой.

— Должна будешь мне то же самое. — Де Одинсон поднялся с места, хлопнул меня по плечу и, посвистывая, ушел вперед, словно он и не старик вовсе.

Чую, мне это еще аукнется.

Бали нас не поддержал. Он, вообще, считал, что мое любопытство должно наказываться по какому-нибудь суровому закону.

— На кой тебя туда несет? — ворчал он, заботливо помогая Пушку перебираться сквозь высокую траву. — Нормально же сидели. Нет, потащимся к месту взрыва. Тебя плен ничему не научил?

— Ты пойми, — разводила я руками, едва поспевая за наставником. — Если я ничего не делаю, то начинанию сходить с ума.

— Ага, начинаешь, — пес съязвил и, прежде чем я успела ответить или дать заслуженный подзатыльник, убежал подальше, где я бы его не достала.

А чему, собственно, меня плен должен научить? Что не надо к посторонним личностям без приглашения являться? Ну тогда да, мысль дошла до адресата.

Путь не занял долгого времени. За каких-то добрых полчаса, в течение которых собаки покрывали меня сложными, трехэтажными и непереводимыми матами на своем зверином языке, а я изрядно вспотела, мы достигли входа в пещеру. Больше вспышек не наблюдалось, а по ощущениям само место казалось пустым.

Впереди маячил вход в пещеру. Сразу видно, что здесь добыча еще не шла. Обычно рабочие укрепляют стену, создают ровную дорогу для вывоза телег с рудой, но ничего подобного не было.

— Посмотрела, налюбовалась? Драпаем отсюда? — взмолился фамильяр, принюхиваясь к земле.

— Что разгавкались, трусишки? — обернулся на них Бертрам. — Умный в гору не пойдет.

— А как он тогда поступит? — мои брови образовали дугу.

Столько тащиться, чтобы на последнем рывке сбежать? На нюх четвероного друга не полагалась, он снотворное в корме не распознал.

— Дарина, — как-то обреченно вздохнул старик. — Иногда ты такая… — слава богам, что «какая» я, он недоговорил. Я ж возбуждена до предела. У меня, конечно, есть уважение к старшим, но, вполне возможно, сорвусь и градом его приложу. — Умный запустит заклинание, чтобы уточнить, есть там внутри кто-то или нет.

Наше занятие явно не окончилось. Мало уметь применять силу, нужно еще и правильные сети магии плести. Де Одинсон увлеченно рассказывал, как это происходит, а я внимательно слушала и пыталась повторить.

Смахнув с руки колдовство, долго всматривалась, ожидая хоть чего-то. Искры улетели внутрь, посветили немножко и быстро потухли.

— Ну, — забурчала я, — прочитала я ваши заклинания, ничего не работает.

— Какая ведьма, такие и заклинания, — отозвался Бертрам.

Засучив рукава, он метнул голубоватой магией в темное пространство. Вспышка была куда ярче, и, видимо, ему прилетел ответ. Достойный такой, с изюминкой.

Вместо благородного морского цвета вернулось алое плетение, другой формы и размера. Оно отбросило преподавателя на несколько метров и исчезло в воздухе. Зато я отлично рассмотрела, что у де Одинсона под балахоном. Хорошо хоть он штаны нацепил.

Испугавшись, я подбежала к старику.

— А это что может значить? — помогла ему приподняться.

— Что Бали был прав, и драпать отсюда надо как можно скорее.

Жаль, что в голосовании на здравый смысл, мнение пса мы не учли.

— Не торопитесь, — услышала очень знакомый голос со спины. — Никто больше отсюда не уйдет.

Ни хрена ж себе, когда я успела на груди предателя пригреть?

Надежда умирает последней. Не могла я поверить, что мой «недовызыватель», напортачивший с призывом ведьмы, и по совместительству брат лучшей в этом мире подруги может оказаться злоумышленником.

— Это почему? — развернулась к нему недоверчиво.

Оррин, а это был именно он, стоял не один. Вокруг него собралось несколько мужчин бандитской наружности. Они противно ухмылялись и поигрывали бугристыми мышцами. Про таких еще говорят, что морда кирпича просит.

— Дарина, без резких движений, — шепнул мне на ухо Бертрам. — Они все оборотни. Волки.

Я и без его слов догадалась. В Гроунвуде куда ни плюнь, в животное какое попадешь. Почему мир несправедлив, и вместо безобидных тварей, типа улиток, котяток и бабочек, город населяли сплошные хищники?

— Да-ри-на, — сквозь зубы процедил парнишка. — Как же ты мне надоела за эти несколько месяцев. Не вздумай с погодой магичить, иначе пострадает твой фамильяр и чокнутый старикашка.

— Позвольте! — воскликнул де Одинсон. — Ничего я не чокнутый, я просто творчески подхожу к обучению.

— Вот и обучите свою воспитанницу, чтобы она думала, прежде чем в бой бросаться. Жить же хотите?

— Жить хочу, — согласился мой наставник и вызвал мое полное недоумение и чуточку разочарования.

Из нас кто великий волшебник? Он или я? Сдадимся без боя? Всухую проиграем банде головорезов под предводительством какого-то недоросля?

— Вяжите их, — Оррин кивком головы показал на меня и мага. — А на собак намордники оденьте.

Абсолютно ничего не понимая, послушно выставила впереди руки, терпеливо дожидаясь, когда их перевяжут. Сопротивляться было не в моих интересах. Во-первых, любопытно выяснить, а что за лихие мысли бродят в черепушке юноши, во-вторых, кто еще в его планы вовлечен, ну, и, конечно, а в чем, собственно, суть его претензий ко мне. После прошлого происшествия у меня возник странный иммунитет к потрясениям. Напугали ежа голым задом. Я замужество в темнице избежала, а пять злобных лиц с тягой к насилию и саботажу точно переживу. Еще посмотрим, у кого тяга больше.

Меня толкнули, а псов отвели подальше. Судя по всему, местное опг артефакты, блокирующие силу ведьмы, не раздобыло. Приходилось как-то выкручиваться — накинуть на питомцев железные ошейники с шипами внутрь, царапающие их шеи при каждом движении. Не брошу же я Бали и Пушка на месть этим проходимцам?

— Идите, — тянули они нас к пещере.

— Оррин, а можно объяснения получить? — выкринула погромче. — Зачем тебе все это нужно?

— Там и узнаешь, — сверкнул глазами паренек.

Не зря он мне сразу не понравился. Но я бы в жизни не подумала, что у него мозги имелись и душонка темная. Так, дурачок местный, развлекал меня периодически.

Шли мы недолго, а наследник де Эттвуда освещал нам путь. Он часто оборачивался и контролировал процессию, боялся, что я не выдержу и кинусь устраивать заварушку в фирменном стиле.

Про мозги я поторопилась. Кто же колдунью с даром к молниям в тесном, темном помещении закрывает, я же и взорвать все могу к чертовой матери. Но я не спешила.

Сам коридор был непримечательным. Его прорыли, но под рабочие нужды не использовали. Неожиданно я посмотрела наверх и обомлела.

Мы были не в пещере, это какая-то расщелина с пробитым входом, а на каменных необработанных стенах виднелись прожилки руды, ловившие отблески магических огней.

Внезапно я врезалась в тело одного из охранников. Наша компания остановилась перед резким поворотом. Свернув и пройдя несколько метров, обнаружился вечно отсутствующий Робб де Эттвуд.

Брехло старое, а написал, что заболел.

Вот в этом уголке их укрытия явно побывали рудокопы. За фигурой начальника филиала можно было заметить несколько ящиков с ценной породой, повсюду были разбросаны инструменты, а сам он облокотился к одной из деревянных балок, подпиравших своды для безопасности.

— Какие у нас гости, — он приветливо встретил нас и развел руками. — Жаль, что в таких обстоятельствах.

— В таких, это в каких? — прищурилась я.

Святой дух, вот что им стоить объяснить все по порядку? Хотят обворовать де Лиева? Моя внутренняя сущность будет восставать, но я могу и отвернуться. Никто не без греха.

— Даша, ведьма, попаданка, — перечислял мои регалии де Эттвуд, сдавая меня с потрохами своей братие и Бертраму. — Я даже немного рад, что все так сложилось.

Любят они время тянуть.

— Да сколько же можно?! — я психанула и не выдержала.

Из-за ярости, клокотавшей во мне, над головами всех присутствующих образовались тучи. Терпение никогда не было для меня добродетелью.

— Хозяйка, — заскулил Бали, напоминая о благоразумии.

Тварина-Оррин натянул его поводок посильнее, чтобы собаке стало больно, едва у меня прорезался голос.

Опомнившись, уняла эмоции, но злость никуда уходить не желала. Мне бы добраться до ушлепка, мои ладошки будут здорово смотреться на его шее.

— Можно без излишнего пафоса, сентиментальных прелюдий и экивоков пояснить, что за хрень здесь происходит? — примирительно проговорила я, но в конце фразы все равно сорвалась на крик. — Я же замедленная бомба с электрическим разрядом. Либо все месте под завалами погибнем, либо я получу ответы на свои вопросы.

Я, вообще, не врубаюсь, с чего они решили, что сила на их стороне?

— Мы же и не знали, что ты поблизости окажешься! — выкрикнул Оррин.

Но я на его возглас не обернулась. Ошалела от де Эттвуда, почуявшего власть, которой он никогда не обладал. А как хорошо скрывался.

— Видишь ли, Даша, — он приблизился ко мне. — Я просил своих детей помочь в деле. Не так давно, но до твоего появления я выкупил участок земли у де Лиева, все мечтал, что отыщу здесь рубеллиты.

— Вы с врагом сговорились, что ли? — изумилась я.

Час от часу не легче. Да Робб оказывается коммерческий шпион во всей красе. Уселся на теплом доходном месте, а сам все Лайону сдавал, конь педальный.

— Не совсем, — расплылся в улыбке мой опекун. — Да, у нас были договоренности, я, правда, собирался пошатнуть де Ричмонда, покорившись заверениям льва. Он ведь и Гроунвудом никогда не интересовался, рано или поздно закрыл бы предприятия. Я лишь хотел ускорить процесс. Но едва зашел в эту шахту, осознал, что лев роет не там.

Не могу его судить. В пещере ни освещения, ни магии не было, а я заметила руду, сверкавшую от магических огней. Ее было так много, что никто не сомневался — это явно богатое месторождение.

— И я начал думать, — продолжал де Эттвуд, очень довольный собой. — как столкнуть двух мужчин бок о бок. Поделился с сыном своими трудностями, а ему за день до этого Кейт рассказала о сделке с ведьмами. Ты успела познакомиться с нашими порядками, осведомлена, что ведьм недолюбливают. Меня озарило. Женщина. Но такая, чтобы всем понравилась. Не скромная, не льстивая, а себе на уме. Я рассчитывал, что ты все испортишь. Колдуньи не умеют вести предприятия. Вы бешеные, острые и дурные. В конце концов, Кристофер все бы продал де Лиеву, а я перекупил бы его фабрику за бесценок.

Просчитался он. Вместо ехидной товарки по дару ему достался бухгалтер с Земли. Кто же знал, что молодые люди с заклятием напортачат?

— То есть у тебя весь план на ведьме строился? А если бы я была уродливой? Неухоженной? — недоумевала я.

— Даша, — мотнул головой мой бывший начальник. — Очень видно, что и в чародейках ты ничего не смыслишь. Еще ни одна из них не была откровенно страшной или просто некрасивой. Вот то, что ты дурой не была, меня удивило.

Ой, иди в пень. Вот тут я бы поспорила, это Маша поступила в известный технический ВУЗ, а я так… сбоку припека.

— В общем, ты все испортила. Пришлось мне Лайона надоумить тебя похитить. Видишь ли, я тоже обладаю ментальным даром, но он сильнее развит. Лев ничего и не понял, взял к себе в голову, что ты спасешь его от бед. Начали его донимать чиновники из городского совета.

То-то я поражалась его недальновидностью. Тот же де Ричмонд за меня бы впрягся, а оказалось, что все это было внушением, но силы де Эттвуда меня напугали. Понятия не имею, как это работает, но я включила привычный механизм с бегающей в полосатых колготках ведьмой. Из всей его восхволяющейся себялюбивой речи радовало, что милашка Кейт ни о чем и не помышляла. Это Робб и его сынок задумали переворот во власти. И, признаться честно, скорее всего, у них бы все получилось, не появись я, собственной персоной. Это в Аридии волшебницы не многозадачные, привыкшие к — одна беда, один способ решения, а в Москве женщины и автомобиль на мкаде на скаку остановят и в горящую квартиру войдут. Про бизнес, детей и хобби умалчивала.

— Все, — оборвала его довольные рассуждения, — мне слушать надоело. Как вы узнали, что я здесь?

— Чистая случайность, — выпрыгнул из ниоткуда его сын.

Он больше не держал Бали и Пушка, зато был изрядно покусан верными собакенами.

— Как мы вас увидели на холме, там и придумали весь план. Только идиотка отправится в одиночестве на какой-то пустырь.

— Это ты, конечно, зря, — мотнула головой.

Ни Робб, ни Оррин не отличались тактическим мышлением. Я все диву даюсь, что настолько долго продержались со своими захватническими инсинуациями. Тот же де Лиев хотя бы в темнице амулетов ради меня навешал, а эти деятели с голыми руками вздумали на меня идти. Ну, не глупцы ли?

Правильно, что я не делилась информацией о втором скрытом даре. Молчала, думала, что все худшее еще не закончено. А де Одинсон вот ничему не удивлялся.

Первым делом я мысленно освободила его, расслабляя веревки, чтобы старый волшебник помогал. Я правильно рассуждала о том, что никто не сможет дать нормальный отпор сумасшедшему магу и его воспитаннице. Наши шаги невозможно предугадать, слишком уж креативные личности уродились. А еще на руке позвякивал невидимый помолвочный браслет, заботливо нацепленный де Ричмондом. Его мой наставник наконец-таки заметил, бросаясь воздушным заклинанием в парней, удерживающих собак.

— Нас же раздели и обыскивали, где ты его прятала? — воскликнул он.

— Коммерческая тайна, — возвестила я, укладывая его соперников. — Всегда хотела воспользоваться.

— Что ты творишь? — завопил от страха начальник филиала, не ожидавший подвоха от древнего старика и девицы. — Когда ты научилась? Что это?

— Сюрприз, — развела ладошки в сторону. — Я же не газеты читала с кроссвордами, а образованием занималась.

Не могла не ткнуть его в собственные ошибки. Правда, и сама была хороша: силы у меня замечательные, могущественные и редкие, вот только де Эттвуды тоже не лыком шиты. Они, конечно, не во льва превращаются, но в небольшую зубастую стаю зверей вполне.

— Дура! Да я тебя… — зарычал на меня Оррин, обращаясь в серое чудовище и подавая пример всем остальным.

Мда, этого я не учла. Вечно из головы что-то важное вылетает.

Его волк был худым, с рыжими подпалинами, он скалился и обнажал клыки. Отец его был черного окраса, грузнее, но куда крупнее своих братьев, или кем они там друг другу приходились.

— Эх, Дарина, — почесал свой затылок Бертрам, оказавшись в окружении недружелюбных особей, — надо было их сразу валить, а не языком чесать. Они же не собаки, за мячиком не побегут.

Волки, словно сговорившись, окружали нас и заставляли пятиться к стене. В них бросался заклинаниями де Одинсон, не давая подходить совсем близко, а я выжидала, жутко тревожась, что завалю шахту неумелыми действиями. Как показала практика, мало иметь воинственные планы на своего врага, надо хоть какую-то стратегию разработать.

Внезапно из-за спины выбежал Пушок и яростно залаял на противников. Не знаю, способны ли они понимать псов во второй ипостаси, но стая, мягко говоря, прифигела. Рыжее маленькое недоразумение тявкало и готовилось к прыжку. Я прикрыла глаза не в силах на это смотреть, благо еще была способна отбросить питомца в сторону. Самопожертвованием потом займемся, когда иных вариантов не останется. Не шпиц, а камикадзе какой-то.

Бали тоже подал голос, но его визгливые звуки я не признала, вместо лая, испуганного фамильяра, раздался абсолютно незнакомый рык, вызвавший легкий камнепад, и звучал он не рядом.

Вдалеке замаячил еще один зверь, а за ним еще несколько. По повадкам, по шагу, а может, это ведьминская чуйка проснулась, я вдруг поняла, что это Кристофер, Дэниэл и их сподручные, кого они успели позвать.

— Божечки-кошечки, — закричала на всю шахту, — а артефакт-то сработал!

От радости случайно призвала гром с молниями, осветившими лица и пасти всех присутствующих. А гулкое эхо, как назло, очень долго блуждало по коридорам горы.

Все притихли, боясь двинуться с места, но первым не выдержал Бертрам.

— Дарина, не ори так, — вцепился в меня маг. — Кто в пещере вопит? Видишь?

И словно бабка-провидица нашептала: с потолка упал приличного размера камень. С меня примерно… а за ним посыпалось все остальное.

— Беги, дурная, — толкнул меня де Одинсон. — Беги, пока всех не завалило.

Подняв с пола Пушка, потрусила вперед, часто оглядываясь и проверяя ротвейлера. Вражеская стая больше не пыталась на нас напасть. Они находились как раз под сводом, откуда началось обрушение. Они заметались, путались под ногами и, наконец, засеменили за мной.

Сейчас около меня было безопаснее всего, я кое-как контролировала обвал силой мысли, удерживала потолок и заливалась соленым потом, не привыкшая к подобным нагрузкам, это не льва по углам метать, здесь сосредоточиться нужно, но покинув помещение и повернув за поворот, не выдержала напора, да и устала страшно. К счастью, обошлось без жертв, в самый критичный момент выбежал Робб, замыкающий волчью процессию.

Больше никто не разбирал, враг он, друг, любовник или кто угодно. Все торопились добраться до выхода, пока прорытый ход окончательно не развалился.

— Я слишком стар для этого дерь… — не успел договорить преподаватель, оказавшись на свежем воздухе.

Его перебил уже перевоплатившийся де Римоут, подававший всем руку, пока его кузен занимался разборками с неудачливым подчиненным и его сынком.

— Здесь дамы, дес де Одинсон, — укоризненно заметил он, — не продолжайте.

— Дарина, — не расстроился мэтр. — На свадьбу, так и быть, приду, а потом у меня отдых от тебя… скажем, на пару месяцев.

— Нечестно, — обидевшись, фыркнула я. — Виноват во всем он, — ткнула пальцем в повязанных бандитов, — а отдых от меня.

Почему-то боялась смотреть на Криса. Он тоже пока никак не проявлял внимания. Разрулил все проблемы, объяснился с вызванными дознавателями, дал показания вместо меня, передал псов на поруки Дэниэла и отправил Бертрама на телеге с сеном к дому.

Нашел недалеко домик крестьянина и заплатил сколько нужно. Экипажей-то на всех не хватало. Старик не обиделся, воткнул соломинку в зубы на манер сигары, свесил худые ножки и засвистел, удаляясь все дальше. И когда де Ричмонд все успел?

А потом мы остались наедине, и из прекрасного спасителя мой оборотень в один момент превратился в страшную, бородавчатую, сексистскую жабу.

— Так, Дарина, — выдохнул он. Уже вечерело. Вокруг романтично стрекотали сверчки и пищали комары, эти противные насекомые и в Аридии кого хочешь достанут. — Я очень хочу тебе доверять и не привязывать к себе, но… как это понимать? Тебя ни на минуту нельзя оставить.

Оборотень обвел руками пространство.

— Издержки производства? — залепетала я. Как бы я не оправдывалась, он все равно будет недоволен и продолжать ругаться. Чего зря воздух сотрясать? — Если передумаешь жениться, я тебя пойму.

Пойму, поймаю и прикопаю где-нибудь, возможно, под этой горой.

— Нет уж, — рассмеялся он, крепко меня обнимая. — От этого ты точно не отвертишься.

Не сказать, что признание было очень сентиментальным, но заметно облегчило мою душу. Как хорошо, когда тебя просто так любят со всеми твоими заскоками и проблемами. Правда, если совсем честно, все проблемы у меня из-за него.

— А я и не собиралась.

Глава 17. Как долго может длиться счастье?

Даша Антонова

Мое чудесное ощущение эйфории не прекращалось около месяца, да и потом лишь едва притупилось. Все началось со свадьбы.

— Ты еще не передумала? — Кристофер нервничал на-амного больше невесты.

А ведь это мне положено волноваться и переживать. Пришлось собираться вместе в одной комнате, теснясь и толкая друг друга. Жених, видите ли, вбил себе в голову, что суженая сбежит, пропадет, ее могут похитить, или она еще чем-то важным озаботится. Не могу осуждать его за это, потому что до последнего момента, пока мне ваяли прическу и застегивали платье, я перечитывала послания от нанятого дознавателя на пенсии. Тот взялся за поиск Маши. Ну, и отвлекалась на поцелуи, объятия и вытаращенные глаза помощниц, что взялись за мой наряд.

— Нет, навеки, помнишь? — покрутила у его лица фамильным браслетом, подумывая, а не покрутить пальцем у виска.

Даже с привязанным артефактом я его плохо успокаивала. Досталась же трудоголику такая же жена.

Свадьба на удивление прошла без эксцессов, если не учитывать, что от нее сильно разило ароматом столовой, но и за это я была благодарна, навевало легкую меланхолию о студенческих временах.

А еще случилось несколько драк между орками и троллями, правда, серьезными конфликтами их стычки не назвать, они так справлялись с переизбытком чувств — своеобразная медитация, но с кровью.

На нашем торжестве гулял весь город, включая все гильдии, все сословия и всех участников совета, кроме де Лиева и де Сокреев, конечно. Эта святая троица отправилась в Гроунвудскую тюрьму, ожидать скорого приговора. Позже к ним присоединились и мужчины из рода де Эттвудов.

Как водится у попаданок, я ввела еще одну традицию — бросание букета. Его поймал ошарашенный де Римоут, обнимавшийся все мероприятие с подобревшей Элайзой. Оборотница не без труда, не без гримасы, но принесла мне свои извинения за обвинения и подколки, а я милостиво их приняла.

Естественно, в конце вечера все переместились в бар, где Форбар и другие гномы всячески пытались подпоить жениха и возносили в нашу честь тосты. Но я знала, какой подарок преподнесу уставшему новоявленному супругу в конце мероприятия.

Потащив за собой де Ричмонда, приветливо улыбаясь присутствующим, шепнула ему на ушко, что за углом нас ждет карета, а дорогая Кейт сняла для нас дом и забрала собак.

Она, кстати, неплохо держалась, хотя и до сих пор пребывала в шоке от предательства своей семьи. Утешать ее бросился Дэрион, и, возможно, вскоре в Гроунвуде настанет черед свадеб.

— Ты не шутишь? — бедолага тут же сбросил шейный платок, мешавший ему нормально дышать. — Да я весь день об этом мечтаю.

— Эй, — захихикала я, — я думала, что ты весь день мечтал назвать меня женой.

— Я тебя еще утром охомутал, — поддержал мой игривый тон Крис и подхватил повыше. — А теперь цели поменялись.

А я не сопротивлялась. Мне очень нравилось находиться на ручках, а самое главное — наедине. Кажется, мы и возничего в пути смутили.

Через несколько недель, в столице

Я сидела в нашем доме и просматривала бухгалтерию. Крис не дурак, осознал, как унять энергичную супругу со склонносмтью к приключениям, засадил ее за счетные книги, да и собственные предприятия разрастались. Даже тролльчиха Карла стала не десаей, владевшей одной захудалой столовой, а главой известного общепита. Ну и пусть, что к нам благородные лица не заходили, зато деньги лились рекой.

Единственное, что меня омрачало, это отсутствие вестей от Маши. Бывший дознаватель ее так и не нашел, зато прибыв в крупный город, я догадалась, что она где-то здесь или поблизости. В Гроунвуде вампиров не водилось, а здесь их было в избытке. И все они днем перемещались исключительно в модных очках-авиаторах. Наверное, мне повезло попасть в лапы к оборотням, а она окрутила какое-то клыкастое семейство.

В патентном бюро нам отказывались называть владельца документов, но Кристофер не терял надежды, а я очень в него верила.

— Даша, Даша! — услышала, как зовет меня муж, крича на первом этаже. — Спустись, пожалуйста.

Я насторожилась. Мне показалось, что его голос был очень взволнованный.

Что опять могло случиться? Не могли же Робб с Оррином сбежать из тюрьмы, или льву амнистию объявили? Но все мои домыслы не шли ни в какое сравнение с ошеломительной реальностью.

Еще на лестнице я увидела свои кудряшки, свое лицо и свою фигуру. Они, конечно, были не мои, но если долго не встречаться с сестрой-близняшкой, и не такая чушь в голову придет.

Едва не кувыркнувшись, упала прямо в ее руки, сминая любую неловкость. Сначала мы смеялись, тон стал пискливым и звонким, и мы не могли произнести ничего вразумительного, потом начали плакать, потом опять хохотать и утирать друг другу слезы.

Она была с мужчиной, который не знал, как вести себя в подобной ситуации. Он растерянно смотрел на де Ричмонда и взглядом искал помощи. Добрый оборотень выручил собрата по несчастью, потому что сам ошалел от нашего поведения. Мы еще ни одной фразы не сказали, а платья можно было высушивать. Крис увел Эйдена в свой кабинет, оставляя сестричек наедине… почти.

— Даш, привет, отлично выглядишь, только нос чего такой красный? — промяукал мне гигантский полосатый кот как ни в чем не бывало. — А блохастый где? Сто лет его не видел.

Конец.

Content

Татьяна Антоник
Оборотни и документооборот,
и Даша

Глава 1. Попаданство и что с этим делать?

Глава 2. Апокалипсис на производстве

Глава 3. Лев, змей и собака в придачу

Глава 4. Арендатор арендатору рознь

Глава 5. Маркетинг в баре и Страшила властный

Глава 6. Лев, колдунья и охренеть сколько документов в шкафу

Глава 7. Обидеть Дашу сможет каждый, не каждый сможет убежать

Глава 8. Голос, харизма и… пытки

Глава 9. Прекрасная девочка Даша, что по соседству живет

Глава 10. Проклятый старый маг, или Как обучить глупую ведьму

Глава 11. Светлое будущее растет из темного прошлого

Глава 12. В борьбе без правил побеждает беспредел

Глава 13. В плен попала — не бузи! Принимай удар судьбы

Глава 14. От судьбы не уйдешь, а от мужа сбежать можно

Глава 15. Любовь нечаянно нагрянет

Глава 16. Когда все хорошо, но задумываешься об обратном

Глава 17. Как долго может длиться счастье?