Лили Кэйт

Девушка из службы доставки

Любое копирование без ссылки на переводчиков и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Глава 1

Энди

— Мне нужна улыбающаяся пицца! — прокричал мой папа, известный всем в городе как папа Перетти, руководящий пиццерией — нашим маленьким семейным бизнесом. — Поехали, Анджела, не заставляй людей ждать. Выплюнь жвачку изо рта и принимайся за работу.

Я посмотрела на Анджелу, которая вместо ответа закатила глаза. Здесь, в пиццерии «Перетти», как всегда напряженная рабочая обстановка. Маленький семейный бизнес, и, к сожалению, я являюсь частью семьи.

Анджела тоже часть семьи — она моя двоюродная сестра, и мы с ней разработали свой собственный язык жестов, поэтому я прекрасно поняла, что она имела в виду, когда закатила глаза. С таким отцом, как Папа Перетти, это просто необходимо.

— Я могу доставить этот заказ, — сказала я, подняв руку вверх. — Ты готовишь, Андж.

Анджела выплюнула жвачку в мусорное ведро, вымыла руки и принялась за тесто:

— Улыбающаяся пицца? Да кто вообще заказывает улыбающуюся пиццу?

Папа Перетти упер руку в бок:

— Ну, например, парень, который хочет удивить свою возлюбленную, поэтому сделай ее романтичной.

Анджела приступила к работе, выкладывая на тесто колбасу, пепперони и базилик. Моя сестра невысокого роста, полноватая, с дерзким характером. Если кто-нибудь когда-нибудь решит создать ремейк на «Джерси Шор»[1], она будет первой в списке претендентов на главную роль.

Многие бы забеспокоились из-за ее оранжевой кожи, но я-то знаю, что она пшикается спреем для загара два раза в неделю, отсюда этот странный блеск. Теперь волосы или, если быть точной, гнездо. На ее волосах так много лака, что его хватит, чтобы спалить это место дотла, а на ощупь они вообще каменные.

— Готово, — сказала Анджела, протягивая улыбающуюся пиццу. Она посмотрела на меня, улыбнулась и подмигнула. — Энди, как думаешь, девчонка заведется от этого?

— Анджела, следи за языком, — произнёс мой папа. — Это семейный бизнес, и я не потерплю подобных разговоров.

Я совершенно не хотела слушать, как папа и Анджела спорят о том, можно ли произносить слово «завелась», поэтому взяла пиццу и быстро выбежала на улицу.

Затем вбила адрес, указанный в заказе, в навигатор, села в старенькую «Тойоту-Камри», которую папа десять лет назад отдал мне как машину для работы. Вообще, это мой личный автомобиль, но папа платит страховку и не устает напоминать, что в первую очередь это машина для работы. Машину я всегда оставляю в переулке за пиццерией, там ей ничто не угрожает.

Наша пиццерия расположена в старом, разрушающемся кирпичном здании в таком районе, где в среднем совершается три грабежа в неделю, но вся семья Перетти вовсе не напугана криминальной статистикой. Более того, это нас ни капельки не волнует, потому что мы практически каждую ночь оставляем пиццу на ступеньках пиццерии. Это наша маленькая страховка, и, похоже, грабителям такое нравится, ведь они нас ни разу не навестили.

Пока навигатор строил маршрут, я открыла коробку с пиццей и посмотрела на улыбающееся лицо в соусе маринара. Глаза из пепперони подмигивали мне; стыдно признаться, но именно это я вижу каждый день в течение последних нескольких месяцев.

Тем не менее, я подмигнула пицце в ответ.

Наконец прекрасная GPS-леди построила маршрут, и оказалось, что мне надо ехать в Лос-Фелиз, престижный квартал на окраине Лос-Анджелеса. Уже, наверное, в сотый раз я подумала о том, что надо бы сменить женский голос в навигаторе, говорящий с английским акцентом, на что-нибудь более приличное, но опять оставила все как есть. Моя мама умерла пару лет назад, а папа очень одинок, и я начала подозревать, что ему нравится этот причудливый, успокаивающий женский голос в навигаторе.

Я гнала как сумасшедшая. На сегодня это была моя последняя доставка, после нее я собиралась на шоу. Чем быстрее я доставлю эту пиццу, тем скорее окажусь в «Камеди Клаб».

Всю свою сознательную жизнь я мечтала стать комедианткой, леди-комик — звучит гламурно, не так ли? Что ж, позвольте вас заверить, это не так. Пока что я не возымела успеха у публики, а потому выступаю в захудалых барах, принимаю участие в ночных шоу и снимаюсь в фильмах, которые никогда не покажут на большом экране.

Через сорок минут я проехала через адскую бездну, известную как автомагистраль 405, и припарковалась у бордюра здания, координаты которого мне выдал GPS, затем решила перепроверить адрес… я проверила еще раз, потому что это точно какая-то ошибка.

Дом, рядом с которым я стояла, просто долбанный особняк. Да быть не может, чтобы кто-то в этом чертовом особняке решил заказать пиццу «Перетти». Мы делаем отличную пиццу, правда: моя семья делает пиццу с тех пор, как прадедушка Перетти приплыл из Сицилии. Но мы готовим ее как обычно, никакого дерьма, как в Санта-Монике, в нашу пиццу не попадает, а под дерьмом я подразумеваю всякие авокадо и листики салата.

Я взяла телефон и позвонила Анджеле.

— Эй, можешь продиктовать адрес доставки еще раз?

Она тут же отозвалась:

— Ты что, заблудилась?

— Да нет, я уже у дома, припарковалась.

— Так в чем тогда проблема?

— Дом просто гигантский. Я даже не знаю, где здесь звонок.

— Сделай одолжение: если дверь откроет горячий парень, возьми у него номерок для меня. — Она снова жевала жвачку, на заднем фоне я слышала, как папа кричал, чтобы она немедленно ее выплюнула. — Запомни, если даже он урод, но богат, я все равно возьму номерок.

— Скорее всего, он заказал пиццу, чтобы произвести впечатление на девушку. — Я окинула взглядом огромный дом. — А даже если нет, то я все равно увижу его первой.

Анджела начала что-то кричать, но я повесила трубку прежде, чем она закончила. Я взяла коробку с пиццей, открыла ее, чтобы проверить, все ли в порядке. Пицца пахла просто восхитительно, вот только улыбка немного съехала, теперь бедняга выглядел грустным. Я аккуратно сдвинула пепперони пальцем, чтобы улыбка вновь появилась на пицце.

— Вот так, — сказала я, чувствуя себя полной идиоткой. — Хороший мальчик.

Улыбающееся лицо на пицце молчало, но я знала, что парень меня прекрасно понял.

Глава 2

Энди

Пока я шла к дверям особняка по бесчисленным ступенькам, чувствовала себя как на сафари. Ну, возможно, это просто я такая. Хм, я, знаете ли, не самый крутой спортсмен в мире, но у меня есть на это оправдание: моя грудь съеживается, когда я делаю какие-нибудь упражнения.

У меня нормальная грудь, не то, чтобы большая, я не жалуюсь, но каждый раз, когда представляю, как моя грудь уменьшается, я плачу внутри. Это постепенный процесс, как, например, Гавайи, которые медленно исчезают в океане. В один прекрасный день они просто — пуф — и пропадут.

Лишь только из этих соображений я уверена, что упражнения нужно выполнять в спальне, ну, на крайняк, в гостиной. А под упражнениями я подразумеваю поднесение ложки мороженого ко рту. Вообще, в своем воображении я представляю, что в какой-нибудь параллельной вселенной, поднеся ложку ко рту, человек сжигает такое же количество калорий, как, например, после часового занятия на эллипсоидном тренажере.

Наконец я добралась до входной двери. Я уже было подняла руку, чтобы постучать в дверь, но, завидев тень в окне, немного помедлила. Это я, конечно, верно решила, потому что через секунду расслышала слова, хм, ну не то чтобы слова, а больше звуки… звуки удовольствия и… и стоны?

Я сразу же все поняла, когда мужской голос прокричал:

— Еще, детка, еще!

Признаюсь, мне стало немного любопытно посмотреть на парочку, которая не могла воздержаться до приезда пиццы и занялась сексом. Дело не в том, чтобы отказаться от секса из-за пиццы, но я бы, по крайней мере, потерпела минут двадцать, дождалась бы курьера и уже потом…

К сожалению, мое мнение здесь ничего не значило, и вообще, я оказалась в странной ситуации.

Постучать ли мне в дверь и прервать их невероятно громкую любовь?

Или оставить пиццу у дверей с инструкцией о том, как оплатить пиццу через PayPal?

Или, может, мне вообще просто взять и войти, положить пиццу на столик и поаплодировать их сексу?

Так много вариантов, но ни один из них не показался мне подходящим. Вместо того чтобы принять решение самостоятельно, я спустилась вниз на несколько ступенек и позвонила Анджеле, она подскажет, что делать. У нее всегда на все есть ответ, даже если он неправильный.

— Андж, мне нужна твоя помощь, — прошептала я в трубку. — Я стою у него под дверью.

— Супер, так постучи.

— Я не могу.

— С чего это вдруг? Это твоя работа, — Анджела тяжело и громко вздохнула. — Пицца, должно быть, уже остыла. Просто доставь ее и уезжай оттуда — мне не так уж сильно нужен его номерок.

— Нет, ты не понимаешь. Я не могу. Они там занимаются сексом. В гостиной. В которой окна от пола до потолка, и шторы не задернуты. Они делают это громко и… и креативно.

— Что ж, тогда не прерывай их, это плохо для бизнеса.

— Не думаю, что они скоро закончат.

— Скажи мне, он горяч?

— Я не смотрю, — я сделала паузу. — Я не смотрю.

— Каким сексом они занимаются?

— О чем ты вообще спрашиваешь? Ты сумасшедшая!

— Ха! Знаешь, как это? Когда у тебя давно не было секса? Тебе что, жалко? Они в костюмах? Готова поспорить, у них там есть плетка.

— Я не знаю, Андж, я лишь пытаюсь доставить им пиццу.

— Твой папа орет на меня, чтобы я немедленно повесила трубку. Если бы я была на твоем месте, я бы не мучилась там под дверью, а постучала бы и попросилась присоединиться.

— Нет, ты бы так не сделала!

— Ну конечно же нет, но я знала, что ты покраснеешь, представив это. Ну все, пока.

Она повесила трубку. Я пребывала все в той же растерянности, как и пять минут назад, и все еще не знала, что мне делать с пиццей, поэтому просто тихо села на ступеньки и стала ждать. Мои коленки захрустели как попкорн, и я побоялась, что эта парочка застукает меня на своих ступеньках — парализованную и с пиццей в руках. Страх паралича был так велик, что я подскочила и направилась к двери, чтобы таки доставить пиццу. Ведь это моя работа.

Мне повезло — секс сессия, похоже, подошла к концу. Смешно это или нет — не знаю. Однако я постаралась не слишком прислушиваться к звукам в доме.

Я подняла руку, чтобы постучать в дверь, пока эти возбужденные голубки не перешли ко второму раунду. Я немного сердилась и была крайне расстроена; эта доставка являлась напоминанием обо всех интересных вещах, которые я пропускала, и о сексе, конечно же, сексе, которого у меня давно не было. Вообще-то у меня складывалось впечатление, что если мужчина даже просто кашлянет в мою сторону, я уже буду на полпути к оргазму.

Я вытащила несколько листиков из волос, которые успели прицепиться, пока я сидела на ступеньках возле кустов, разгладила одежду, поправила смайлик на пицце и постучала в дверь. Теперь, когда стоны прекратились, дом казался тихим и мирным. Мне даже почудилось, что я слышу, как ухает сова в паре деревьев отсюда. Интересно, понравилось ли птицам шоу, происходящее в доме?

Я снова постучала, и прежде, чем я смогла убрать руку, дверь распахнулась, и я ввалилась внутрь. Дело в том, что я потеряла равновесие и буквально врезалась головой в полуобнаженного мужчину. Поэтому выставила вперед руку и уткнулась в голую мужскую грудь.

— Простите, — пробормотала я, делая шаг назад. Должно быть, мое лицо сейчас выглядело испуганным. — Я просто «дала пять» вашему соску и прошу прощения за это.

Это было не самой худшей частью.

Когда я сделала шаг назад, мои щеки запылали как ночник в темноте, потому что я вдруг поняла, что знаю мужчину, стоящего передо мной. Конечно, лично я его не знала, и мы не были коллегами. Тем не менее, я знала его, потому что он был на обложке нескольких журналов, которые валялись у меня в тумбочке.

Его звали Райан, и не просто там какой-нибудь Райан. Он Райан Пирс, звезда хоккея из команды «Миннесотские звезды». Молодой, привлекательный, недавно здесь поселился; хоккейная вселенная предсказывала ему большое будущее.

Кроме того, его лицо все время мелькало на обложках девичьих журналов. Он не красавчик, он горяч — супер секси шевелюра, темные глаза в тон цвету волос и улыбка, улыбка, которая в данный момент была адресована мне.

— Не нужно извиняться, — осторожно сказал он. — Я вовсе не возражаю. Простите, что напугал вас.

Затем я вновь совершила ошибку, посмотрев вниз. Еще одна волна ужаса и странного восхищения захлестнула меня, когда я выговорила:

— Где ваши штаны?

Большую часть своей жизни мне хочется, чтобы у меня был словарный фильтр, сейчас он бы мне ох, как пригодился. Но, к сожалению, у меня его нет — эту черту я унаследовала от Папы Перетти.

Он посмотрел вниз, вокруг его великолепных бедер было обернуто полотенце, от этого зрелища я утратила возможность думать. Я перескакивала от одной грязной мысли к другой и не могла собрать их в кучку. Честно, он, казалось, этого и ожидал.

Какой мужик вообще будет открывать дверь с полотенцем на бедрах? С его фигурой это был просто грех так поступить со мной. Я ведь и умереть могла. Точнее, я ведь не могла придумать причину, куда более подходящую под данную ситуацию.

— Простите, я только что вышел из душа. Это моя пицца?

— Улыбающаяся пицца с дополнительным сыром, — отрапортовала я. — Член подан, — почему я сказала это? Он улыбнулся моим словам, а мне захотелось провалиться сквозь землю. — Я имела в виду ужин, ужин подан. До свидания.

Я протянула ему пиццу, развернулась и стремглав понеслась по лестнице вниз. Я бежала вниз так, как будто от этого зависела моя жизнь. Только когда добралась до машины Папы Перетти, я поняла, что за пиццу он не рассчитался.

Вздохнув, я села в свою «Тойоту». Супер, я опоздала на шоу, должна своему папе деньги за пиццу и, кажется, целый час торчала на лестнице под кустом. Единственный плюс во всем этом — лицо Анджелы, когда я буду рассказывать ей эту историю.

Глава 3

Райан

Черт. Я стоял в полотенце, держал пиццу и чек, в то время как самая очаровательная девушка из службы доставки убегала от меня, не получив денег за пиццу. Я не мог ринуться вдогонку за ней, потому что… хм… на мне было полотенце и больше ничего.

— Рэй, где пицца? — прокричал брат из гостиной. — Мы проголодались, тащи свой зад сюда!

Повернувшись было к двери, я услышал, как от дома отъезжает машина, и оглянулся посмотреть. Эта машина просто не могла принадлежать ей. Да эту штуку вообще сложно назвать автомобилем; она больше походила на грохочущий трактор с проблемами в двигателе.

Конечно же, это не ее машина. Но девушка из службы доставки — судя по чеку, ее зовут Энди — сидела на месте водителя. «Тойота» издала глухой металлический звук, съехав с бордюра, и одновременно выпустив облако черного дыма, которое запросто могло кого-нибудь убить. Она съежилась за рулем, изо всех сил стараясь не смотреть в мою сторону, и выглядела так, будто увидела призрака.

Почесав голову, я зашел в дом, вообще не понимая, что только что произошло. Я знал лишь, что был в душе, а когда прозвучал звонок, быстро завернулся в полотенце и отправился открывать дверь, предполагая, что дома один. Я спустился вниз, ожидая увидеть обычного парня из службы доставки: пятнадцатилетнего прыщавого подростка, которому все равно — в полотенце я или в костюме, лишь бы ему накинули пару баксов для покупки очередной видеоигры.

Поэтому, когда увидел пиццу, то ничуть не удивился, ведь ее я заказывал.

А удивился я, увидев ее. Она — просто мечта любого мужчины, великолепная женщина. Большие зеленые глаза, мягкие улыбающиеся губы, роскошная фигура в ужасной фирменной майке красного цвета. Ещё и с пиццей в руках, и эта пицца — для меня.

Ей Богу, я люблю пиццу и красивых женщин, и на пороге были именно они. Должно быть, я сделал что-то правильное в жизни, чтобы заслужить такую красоту в один вечер.

Я не понимал одного — почему она так удивилась, увидев меня? Разве не это ее работа — доставлять пиццу? А это значит, что она не должна впадать в шок, когда кто-то открывает дверь, чтобы забрать заказ, ведь так? Конечно, на мне не было тонны одежды, но и член свой я ей не показывал — я ведь не животное какое-нибудь, и даже не нудист.

Она врезалась мне в грудь, и с этой самой секунды все стало чертовски странно, но девушка была просто восхитительна, потому вся эта ситуация казалась милой. Готов поспорить, если она снимет эту ужасную красную футболку, которую, вероятнее всего, ее босс заставляет носить всех сотрудников, она всех отправит в нокаут.

То, как ее ножки смотрелись в джинсах в обтяжку, то, как аппетитно выглядела ее попка, когда она наклонилась за пиццей, чтобы передать ее мне… позвольте сказать, я не жалел ни секунды, что проводил ее взглядом.

Однако мне было досадно, что я застыл на пороге как вкопанный после ее прикосновения. Сколько времени прошло с момента моего последнего секса? Неделя? Месяц?

Сколько бы там ни натикало, воздерживался я уже изрядно и вновь готов о ней думать. О, эта вкусная, такая желанная и манящая упаковка, и говорю я сейчас не о пицце.

Я мечтал, вспоминая раз за разом, как ее яркие розовые губки дрогнули, когда она обнаружила полотенце на моих бедрах. Как мне хотелось бы стереть эту ухмылку с лица поцелуем, затем нежно коснуться губами ее шеи, до тех пор, пока она не сможет устоять и пойдет со мной в дом. Я прислонился к дверному косяку, картинки в голове казались такими реальными.

Да ну ее, эту пиццу, я хочу девушку из службы доставки.

А это уже что-то да значит, потому что я чертовски люблю пиццу.

— Райан, тащи уже эту пиццу сюда! — вновь закричал мой братец. — Мы умираем с голоду.

С тех пор, как он заключил свой последний контракт, Лоуренс считал себя королем мира. Выдающийся спортивный агент, мой старший брат думал, что может орать на меня, как и раньше, когда мы оба были детьми. Обычно я принципиально отказываюсь делать то, что он мне говорит, но пицца — это исключение из правил. Я тоже голоден, и мое вспыхнувшее желание к девушке из службы доставки сделало меня еще ненасытнее. Мне кажется, я начинаю понимать людей, которые заедают стресс.

Я заедаю стресс, охренеть не встать. Я просто жалок.

Я зашел в гостиную и увидел двух полуголых людей — брата и его невесту. Прикрыв глаза рукой, проворчал им:

— Вот дерьмо, ребята! Что я вам говорил по поводу секса в гостиной, когда я дома? Я приехал всего на пару недель. Держите себя в руках!

Мой брат улыбнулся:

— Посмотри на мою невесту, братец: она — горячая штучка, и мы любим друг друга.

Мы то, мы это. За прошедшие полгода я и не припомню, чтобы мой брат говорил «Я». Лоуренс был большим, просто огромным, страшным волосатым хреном. На самом деле он не был волосатым — он гордится тем, что выглядит супер гладким и мягким — но и недостатки у него имеются.

А затем он встретил Лилию и стал меняться на глазах. Это даже мило. За последние пять минут я слишком много раз использовал слово «мило», в особенности пока думал про девушку из службы доставки, которой мысленно уже отдался.

Я говорю слово «мило» и заедаю стресс. Если я не займусь сексом на следующей неделе, то просто сдохну. Не шучу, это срочно.

Моему брату повезло. Их отношения работают просто потому, что Лилия — ангел, чистый и нежный. Она идеально подходит Лоуренсу. Я не знаю, как она совладала с его темпераментом, но, похоже, они справляются. Может, они трахаются слишком часто, потому он и не злится. Странные вещи иногда случаются в жизни.

Кроме того, Лилия просто великолепна — в платоническом смысле этого слова. Она не мой тип женщин, и это замечательно, потому как девушка именно то, что нужно моему брату.

— Вот, — сказал я и, протянув пиццу, сел на диван. Убедившись, что ребята наконец до конца оделись, я приподнялся за салфетками. — Не знал, что вы будете дома.

— Мы? Да мы живем здесь, — ответил Лоуренс. — Это мой дом.

— Прости, Рэй, — проворковала Лилия, улыбнувшись. — Мы не подумали, что ты можешь быть дома, иначе занялись бы этим в другом месте.

Я закатил глаза:

— Не сомневаюсь.

Лилия рассмеялась и, поглаживая по щеке своего будущего мужа, выглядела ничуть не смущенной. Просто отвратительно.

— Возможно, ты и прав.

Я взял кусок пиццы и откусил, покачав при этом головой. Единственное, что мне нравится в Лилии, так это то, что она никогда не извиняется за свои желания и за то, кто она есть. Вероятно, именно поэтому у нее получается ставить моего братца на место, когда он выходит из себя. Как я уже говорил, они просто идеально подходят друг другу.

И если Лилия захотела секса, она его получит, возьмет там, где ей приспичило, и не важно, дома я или нет.

— Мне кажется, вы немного напугали девушку из службы доставки, она бормотала невнятно и буквально навалилась на меня, когда я дверь открыл. А еще у нее были листья в волосах, и, судя по всему, она слышала ваш секс сет.

Лилия наморщила носик:

— О, нет, бедняжка.

— Бедняжка? — Лоуренс приподнял бровь, а затем наклонился, чтобы ущипнуть Лилию за попу. — Звуки, которые ты издаешь во время секса, нужно брать за образец. Да она, считай, стала свидетелем безупречного шоу.

— Лоуренс! — Лилия погладила его по голове с такой улыбкой на лице, которая бывает только после секса. — Прости Рэй, мы просто не привыкли, что в доме есть кто-то еще, но мы исправимся, я обещаю.

— Может быть, — сказал Лоуренс с таким лицом, как будто на самом деле не собирался ничего менять. — Я не думаю, что это необходимо.

Лилия посмотрела на него, и он замолчал. Как я и говорил, он делает все, как того хочет Лилия, в разумных пределах, конечно.

— А чего вы дома в такую рань? — я беззаботно посмотрел на своего брата. — С Джослин все хорошо?

Он взглянул на меня так, как будто знал, что я выуживаю информацию.

— Посмотрите-ка, кому стало вдруг интересно.

Я пожал плечами и откусил еще кусок пиццы. Ненавижу спрашивать о чем-то своего брата, но я здесь, в Лос-Анджелесе, в его доме, где царит секс, лишь потому, что Лоуренс сумел организовать мне встречу с секси агентом по имени Джослин Джонс.

Враги называют ее Стервозной блондинкой, а клиенты прозвали Ледяной королевой. Единственное, с чем согласны все, это то, что она холодна, безжалостна и чертовски умна. Она заинтересована заполучить меня в качестве клиента и думает, что сможет продать меня «Молниям Лос-Анджелеса» — команде, которая может заполучить кубок в течение пары лет. Такая возможность выпадает раз в жизни.

— Ты молод, — ответил уклончиво Лоуренс на мой вопрос, что не сулило ничего хорошего. — Она осторожна. У тебя пока еще нет репутации.

— Это хорошо, — сказал я. — И я вовсе не ребенок — мне двадцать шесть, просто я летаю над радаром.

— Вот именно это и беспокоит ее. Ты хороший игрок, умный, но ты до сей поры не попадал в поле зрения профи. «Миннесотские звезды» — хорошая команда с солидным тренером, уважаемыми капитанами, которые хорошо влияют на вас на всех.

— Хорошо, — пробурчал я. — И что с того?

— Что будет, когда она подбросит тебе контракт с «Молниями Лос-Анджелеса»? Ты продолжишь тусить с Коэном Джеймсом?

Я пожал плечами. Это мое личное дело, с кем я тусуюсь, и если захочу, то буду тусить с Коэном Джеймсом — голливудским хоккейным плейбоем. Коэн — частый гость в суде, бухает и принимает наркотики и, что еще хуже, он хороший игрок.

— Но он дерьмовый человек.

— Ты меня знаешь, я не такой.

— Я знаю, а она нет.

Я разочарованно вздохнул:

— Ну и как мне доказать ей, что я не законченный идиот?

— Проведи с ней немного времени, — посоветовал Лоуренс, улыбнувшись. — Все в твоих руках, мой братик-малыш. Я забронировал вам столик на следующей неделе и взял билеты на шоу. Веди себя хорошо. Если все пройдёт гладко, у тебя появится новый крутой агент.

— А мне она не нравится, — сказала Лилия. — У нее какие-то бешеные глаза.

— Неважно, нравится она ему или нет, — сказал Лоуренс, поглаживая ногу своей невесты. — Значение имеет лишь то, что они могут сотрудничать.

Лилия нахмурилась:

— Наверное.

— И это хорошо, детка. Если Райан подпишет с ней контракт на кругленькую сумму, он сможет купить себе чертов дом, и мы будем трахаться там, где нам заблагорассудится.

— Милый! — Лилия вновь замахнулась на него, но он обнял ее и поцеловал так сильно, что мне стало интересно: получится ли у него почувствовать, что она ела вчера на ланч.

Я встал, взял парочку кусков пиццы и пошел к дверям:

— На следующей неделе? Просто ужин с Джослин и шоу? И все будет в полном порядке?

Лоуренс кивнул, не прерывая при этом поцелуя. Мои мысли метались между девушкой из службы доставки и Джослин Джонс.

Глава 4

Энди

— Привет, ребята! Энди Перетти с вами. Спасибо всем, что пришли. — От яркого света прожекторов я зажмурилась. Ко мне повернулись три головы; посчитай их — три — все трое у барной стойки. Сам бар находился на Голливудском бульваре. Здесь было грязно, громко и темно, но это единственное место, в котором я могла опробовать свои новые шутки без критики от профессионалов.

— Извините, я немного опоздала, но у меня есть на то веская причина, уверяю.

Я ждала хоть какой-нибудь реакции, но никто не проронил ни звука, поэтому я продолжила.

Моя лучшая подруга, Лиза Шварц, приложив пальцы ко рту, громко свистнула, когда я собиралась начать:

— Да, детка! — Она была практически так же неизвестна среди комиков, как и я, что, несомненно, делает нас суперкомандой. — Ты просто секси!

Кроме Лизы в зале находился еще один здравомыслящий человек — бармен, которому я платила за возможность выступать здесь. И, по словам бармена, есть еще Крейзи Фил, который живет рядом с почтовым ящиком, где-то между бордюром и входной дверью. Он мой фанат номер один, конечно, не считая Лизы.

Через десять минут лампочка в задней части комнаты стала мигать, а это значит, что мое время было на исходе. Я завершила выступление своей любимой шуткой, помахала пустому залу и передала микрофон бармену, который к тому же был ведущим.

— Хорошая работа, Энди, — сказал бармен, мы звали его Рик. — Ты добьешься своего!

— Ты говоришь мне это каждую неделю.

— Ага, но если хочешь, я перестану.

Лиза, спасибо ей огромное, вскочила с места, подбежала ко мне и обняла так, как будто я только что выступила в самом «Доме Смеха».

— Ты чертовски прав, Рик! Очень скоро ты будешь платить ей, чтобы она выступила у тебя в баре.

Я закатила глаза. Оба они врали, но знали, как сделать так, чтобы я чувствовала себя комфортно, как гепард, готовый к прыжку.

Рик подал мне водку с содовой:

— Ребята, вы такие милые, но сдается мне, вы будете работать на своего папу до пенсии.

— Что ж, это не так уж и плохо, — сказала Лиза. — По крайней мере, у тебя всегда будет халявная пицца под рукой.

— И бесплатные шоу, — прибавила я, а потом не торопясь, в деталях рассказала про свои сегодняшние приключения. Я поведала Лизе все подробности секс сета, свидетелем которого стала, упустив лишь тот факт, что моя машина чуть не сломалась, когда я изо всех сил пыталась быстрее оттуда уехать.

Лиза смеялась от моего рассказа, хотя я все еще не сбросила на нее свою главную информационную бомбу. Не раскрыла личность загадочного мужчины за дверью.

— Поезжай туда завтра с новой пиццей, надень пальто и больше ничего. Посмотрим, окажет ли он тебе ту же услугу. У тебя давно не было секса, ты же не хочешь, чтобы твоя вагина покрылась пылью?

— Не пыльная у меня вагина.

— Нужно поддерживать там все в тонусе, иначе она станет морщинистой!

— Фу, ты просто отвратительна! Как бы то ни было, с такими как я, такие парни как он, не водятся.

— Что ты имеешь в виду? Никогда больше не говори таких глупостей. Ты великолепная, сногсшибательная красотка с чувством юмора и ты заслуживаешь быть с кем угодно. Ты, конечно же, сумасшедшая, но ведь и я точно такая же.

Самый смак в том, что она верила в то, что говорила, я могла прочесть это по ее глазам, вот именно за это я ее и люблю. Надо было предложить ей свою руку и сердце.

— Прости, — сказала она, подмигнув мне. — Я абсолютно не твой типаж.

— Что ж, даже если он вдруг решит рассмотреть предложение протереть пыль в моей вагине, у него уже есть девушка.

— Да, это бесит, — ее глаза вдруг загорелись. — Или… может, это была девушка на одну ночь? Тогда путь свободен! Ты, конечно, не мисс Спонтанность, когда дело касается мужчин, но было бы здорово. Если он предпочитает секс на одну ночь, прими предложение. А потом считай, что это твоя защита дипломной работы по сексу. Сделай так, чтобы он захотел еще раз.

— Лиза…

— Ладно, ладно, я лишь говорю, что он должен быть либо супербогатым, либо супергорячим, иначе, если бы я была на месте той дамы, я бы подождала пиццу. Нужно запастись энергий до.

— Он и то и другое: и богат, и супергоряч.

Она подняла бровь:

— Ты что-то мне недоговариваешь.

Я притянула ее ближе и перешла не шепот:

— Имя Райан Пирс говорит тебе о чем то?

— Не может быть!

— Да, да, я абсолютно уверена в этом.

— Насколько? — Лиза втянула воздух. — Дай-ка мне помечтать пару секунд.

— Лиза…

— Да погоди ты! Я мечтаю.

Я замолчала, давая ей возможность пофантазировать.

Наконец она вздохнула:

— Блин! Жаль, меня там не было. Я бы схватила его.

— Вот именно поэтому мой папа не захотел брать тебя на работу.

Лиза поморщилась:

— Угу, наверное. Так какой у тебя план?

— Что ты имеешь в виду? Какой еще план?

— Я спрашиваю, когда ты его снова увидишь?

— Я не планирую, — пожала я плечами. — Ну, может по телеку, а еще я собираю журналы, где он на обложке, ведь он вряд ли закажет пиццу в «Перетти пицца» после сегодняшнего. У меня возникло подозрение, что он знает, что я стала невольным свидетелем их шоу.

— Я разрываюсь между жалостью и завистью к тебе.

— Я тоже. Именно поэтому забыла взять у него деньги за пиццу и теперь должна своему папе.

— Так вернись! — глаза Лизы расширились. — Это твой шанс! Едь туда и попроси деньги, которые он должен тебе за пиццу.

— Нет, это унизительно!

— Тогда я сама это сделаю, предоставив ему выбрать одно из двух, — Лиза сделала шаг назад и приняла серьезное выражение лица. — Здравствуйте, мистер Пирс. Вам нужно выбрать одно из двух: либо вы возвращаете мне деньги за пиццу, либо приглашаете меня внутрь и трахаете на кухонном столе!

— Да, замечательно. Вперед, — я махнула рукой в сторону выхода. — А мне пора бежать, спасибо, что пришла, увидимся завтра вечером.

— Я все еще настаиваю на том, чтобы ты поехала к Райану за деньгами.

— Если бы я слушала все твои советы, я бы давно уже мотала срок в тюрьме.

— Тогда и я была бы с тобой в тюрьме.

— Именно поэтому мы с тобой лучшие подруги.

Глава 5

Энди

Я оставила машину на стоянке и поспешила в пиццерию «Перетти» как раз перед самым ее закрытием в два часа ночи. Я проскользнула через заднюю дверь за секунду до того, как уборщики закрыли дверь на ночь.

— Вот деньги, папа, — я старалась не встречаться взглядом с Анджелой, которая чистила кастрюлю в раковине и метала в меня молнии. — С последней доставки.

— Повезло тебе, — папа поднял на меня глаза, он сидел за столиком и подсчитывал чаевые за день, явно игнорируя деньги в моей руке. — Тебе попался честный клиент.

— О чем ты говоришь? — я спрятала скомканные купюры обратно в карман, пока папа не передумал. Я взяла их из своего секретного ящика, который спрятан в багажнике моей «Тойоты». Деньги я там держу на непредвиденный случай, такой как сегодня, например, когда горячий мужчина открывает дверь в одном полотенце и запускает в мой мозг фейерверки.

— Примерно час назад мне позвонил парень, который сказал, что заказывал улыбающуюся пиццу. Еще он сообщил, что доставка была очень профессиональна и своевременна, и пицца просто восхитительна, но вот загвоздка — он забыл за нее расплатиться. Поэтому он продиктовал данные своей карточки по телефону и оплатил счет.

— О, э-э-э… — я прочистила горло. — Очень мило с его стороны.

Папа поправил очки на носу, склонился над листом бумаги, на котором подсчитывал все продажи вручную. Он считал, что компьютеры — зло, которое в один прекрасный день восстанет и убьет всех нас. Парень, приходящий к нам из налоговой, придерживается другого мнения на этот счет. На прошлое Рождество мы с Анджелой скинулись и купили папе ноутбук, подключили его, показали, как пользоваться, и… теперь он использует его как подставку под ланч бокс.

Я развернулась, чтобы уйти:

— Это здорово. До завтра.

— Энди, подожди, — папа встал со стула, вздохнул, отсчитал несколько купюр и протянул их мне. — Это тебе.

— Что? — я смотрела на стопку двадцаток в своей руке: там их было, по меньшей мере, пять. Я, конечно, не особо сильна в математике, но вполне могла справиться с этой задачкой. — Чаевые в сто долларов?

— Видимо, твой друг очень щедр. Он оставил чаевые в двести долларов, но вторую половину я оставляю себе в качестве штрафа за то, что ты забыла забрать деньги, — папа скрестил руки на груди. Он выглядел мило, на его лице было немного морщинок и эти круглые очки, которые мог бы носить Санта, но сейчас он нахмурился и выглядел недовольным. — А еще потому, что ты на двадцать минут раньше сбежала с работы, чтобы успеть на свое шоу.

— Спасибо, папа! — мне было все равно, что он забрал себе вторую часть чаевых. Сто баксов я могла получить за вечер, но не за одну доставку. Я все еще смотрела на деньги, зажатые в руке, по пути к дверям. На эти деньги я могу купить кофе, много кофе.

— Энди! — окликнул меня папа. — Что ты сделала для него? Ты разделась? Я же просил тебя — не раздеваться перед клиентами.

— Папа, я никогда не раздеваюсь перед клиентами.

Я, конечно же, умолчала о том, что если бы Райан Пирс пригласил меня в дом, то это правило тут же изменилось бы — Лизина фантазия была приятной. Я умолчала и о том, что Райан был абсолютно голый под полотенцем, что, собственно, и послужило причиной моей оплошности.

Папа склонился ближе, подозрительно посмотрев на меня:

— Еще ни разу я не видал двухсотдолларовые чаевые всего за одну пиццу, а работаю уже довольно давно.

— Должно быть, улыбающаяся пицца понравилась его девушке.

Папа не выглядел убежденным, но все же сел обратно за стол и продолжил свои подсчеты. Короче говоря, если следовать правилам и не раздеваться, он задавал не слишком много вопросов.

Глава 6

Энди

— Как? — Волосы Анджелы были собраны в два хвостика, как ушки Микки Мауса, и, кажется, она набрызгалась блестящим лаком, поскольку, когда я наклонилась к ней ближе, вдохнула облачко блесток. — Еще одна улыбающаяся пицца? Это уже вторая за две недели.

С тех пор, как я врезалась в Райана Пирса, прошла неделя, и воспоминания все еще горячи, так же, как и неловкость от всей этой ситуации.

— Нужно убрать ее из меню.

— Согласна, слишком много единорожков, радуги и другого девчачьего дерьма, — пробормотала Анджела, затем до нее дошел смысл моих слов. — Ты что, думаешь — это Райан Пирс… снова? Твой папа взял трубку и не разобрал имени.

Я пожала плечами, вспоминая при этом звуки страсти, которые я практически прервала:

— Может быть, у него каждые несколько дней новая девушка, и это его обычная рутина.

— Надеюсь, — сказал папа. — Это хорошо для бизнеса; забрось еще хлебные палочки и содовую — как бонус, поняла? Все, что этот парень пожелает, он получит.

— Четко и ясно, — пробормотала Анджела.

— Видимо, моего папу можно купить за двухсотдолларовые чаевые, — вздохнула я и посмотрела на Анджелу извиняющимся взглядом. — Прости.

— Не извиняйся, просто мне жаль, что ты вляпалась во все это.

— Никуда я не вляпалась.

— Я хочу сказать лишь, что, если бы Райан Пирс хотел меня, я бы сама на него легла, — заявила Анджела. — Ужин подан.

Зазвонил телефон, я взяла трубку:

— Алло.

— Алло, это Энди? — мягкий мужской голос произнес мои имя, и мои яичники мгновенно взорвались. — Это Райан, я звонил насчет пиццы, я забыл спросить…

— Привет, Райан, — прервала я его так громко, чтобы всем было слышно. — Мы как раз отправили вашу пиццу в печь и собираемся положить вам хлебные палочки и содовую бонусом. Извините за задержку.

— Нет, не волнуйтесь…

Я не могла остановиться и снова его перебила:

— Как насчет дополнительного сыра? — и продолжила: — Я люблю пиццу с дополнительным сыром.

Не знаю, зачем это сказала, но, похоже, это сработало, потому что после минутного молчания он издал звук одобрения, поэтому я переспросила:

— Дополнительный сыр?

— Я дам тебе сто пачек пармезана.

— Три будет достаточно.

— Договорились, три.

Я повесила трубку и упала головой на стол. Я так и не поняла, зачем он звонил.

— Я задыхаюсь, — пожаловалась я Анджеле. — Не знаю, что со мной происходит.

Пока Анджела готовила пиццу, я продолжала ныть, стараясь изо всех сил уговорить ее забрать у меня эту доставку.

— Отвези пиццу сама, Энди, — скомандовал папа. — По какой-то причине ты ему понравилась. Ни один мужчина не оставил бы двухсотдолларовые чаевые, если бы что-то было не так.

«Возможно, Райан решил купить мое молчание», — подумала я про себя. В конце концов, он популярный. Его лицо постоянно мелькает в телике, в газетах… может быть, он не хочет, чтобы все узнали, как он трахался буквально на глазах у девушки из службы доставки? Опять-таки, не вижу в этом ничего такого, за что может быть стыдно, особенно, если учесть тот факт, что его партнерша громко стонала.

— Хорошо, папа, но на этот раз я заберу все чаевые себе.

— Мистер Перетти, — ответил он. — Ты на работе, Энди, веди себя профессионально.

— Хорошо, мистер Перетти.

— Это что, сарказм?

Я взяла у Анджелы пиццу и протопала к входной двери:

— Пока, пап, — сказала я. — Я никогда не использую сарказм.

— Энди! — слова папы долетели до меня прежде, чем я успела добежать до машины. — Это звучит гораздо серьезнее, чем сарказм!

Несмотря на то, что я противилась доставлять эту пиццу, где-то глубоко внутри бабочки в моем животе начали расправлять крылья. Не хотелось бы это признавать, но, тем не менее, я очень волновалась из-за того, что вновь увижу Райана. Хотя это даже смешно, ведь в нашу первую встречу он трахал какую-то девку.

Мой телефон зазвонил прежде, чем я успела завести двигатель в машине:

— Поторопись, Энди. Сегодня ты — единственная девушка из службы доставки, не болтайся без дела.

— Не возись.

— Это снова сарказм?

— Нет, — сказала я. — Просто правильнее сказать «не возись», чем «не болтайся без дела».

— Как бы там ни было правильнее, не делай этого, вот и все.

Без проблем. Сегодня у меня нет шоу, и я могу воспользоваться случаем и потратить заработанные деньги. Хотя, сегодня у меня очень даже может быть шоу, если у Райана будет второй акт его пьесы недельной давности.

Дороги в городе были свободны — либо это, либо мысли о Райане, открывающем дверь в одном лишь полотенце, отвлекали меня, и я не замечала ничего вокруг. Я очень быстро добралась до места, и, пока парковалась, мои девичьи части тела взрывались, как зерна попкорна.

Я посмотрелась в зеркало, чтобы проверить, как выгляжу. Отражение быстро вернуло меня к реальности. В моих фантазиях я была в другой одежде, не в фирменной майке «Перетти пиццы». Никто не может выглядеть неотразимо в футболке с логотипом пиццерии, в том числе и Анджела, а у нее такие буфера, которым позавидует даже журнал «Плейбой».

Возможно, на заднем сиденье найдется другая одежда. Обычно я храню там черную майку про запас, ведь она идеально подходит к любым джинсам, и ее можно надевать как на работу, так и на шоу. Практичная Энди. Я шарила по заднему сиденью одной рукой, пока парковала машину, все время мечтая о том, как Райан стянул бы с меня одежду, одну вещь за другой, пока... черт!

Машина двинулась вперед, сама.

Черт, черт, черт. Я так замечталась, что забыла поставить машину на ручник. Выбравшись из «Тойоты», я стала ее осматривать; к счастью, похоже, я лишь столкнулась с бордюром, а не вмазалась в черную «Феррари», которая стояла в трех футах от меня. Бампер отвалился, но это ерунда. Автомобиль старый, и вполне нормально, что он начинает разваливаться.

Я села обратно в машину и быстро надела черную футболку. Конечно, не Анджелина Джоли из «Расхитительницы гробниц», но это лучше, чем красное поло с воротником.

«Лучше», — подумала я, посмотревшись в зеркало.

Хотя не идеально.

По мере того, как мое настроение таяло на глазах, я мысленно спорила сама с собой: а не уехать ли мне в Мексику, чтобы больше не видеть Райана Пирса. Собственная жизнь внезапно показалась мне ужасно грустной. Я привезла улыбающуюся пиццу для самого известного хоккеиста в лиге, а сама сижу и счищаю соус с черной футболки.

Чем больше я думала об этом, тем сильнее мне нравилась такая идея. У меня была машина без переднего бампера, горячая пицца и четыре доллара шестьдесят восемь центов, валяющиеся в держателе для чашки. Я даже где-то слышала, что Мексика дешевле Лос-Анджелеса.

Я выбралась из машины с пиццей в руках, и тут случилось самое худшее.

Машина снова подалась вперед. Она стояла на ручнике, но, похоже, что-то случилось с тормозами. Машина просто поехала вперед, пока не врезалась в зад черной «Феррари».

Надо ехать в Мексику.

В игру вступила моя совесть, и я вздохнула, решив, что предложу оплатить любой ущерб и тогда уж точно буду в долгу у Райана Пирса — навсегда. Мне кажется, есть вещи в жизни и похуже. По пути к его дому я отчаянно надеялась, что Райан не занимается диким сексом со своей подружкой. Я могла принять тот факт, что он в принципе занимается сексом, а еще могла принести извинения за оставленную вмятину на «Феррари», но мне никак не удалось бы пережить и то и другое.

Глава 7

Энди

В доме Райана на этот раз было тихо — никаких криков, стонов, визгов и каких-либо других звуков. Я подняла руку, чтобы постучать, и прежде чем сделать это, моргнула несколько раз, едва ли веря своей удаче.

Этот спокойный момент тишины я решила использовать для того, чтобы подготовить свою речь.

«Привет, Райан, простите меня, но я мечтала о вас всю дорогу сюда. На самом деле, это комплимент. Вообще-то, я так увлеклась вами в своих мечтах, что врезалась в вашу машину. В любом случае, вот ваша пицца! Не волнуйтесь, я положила парочку хлебных палочек».

Дверь распахнулась на середине моей беседы с самой собой. Я вдруг поняла, что так и не постучала, и мне стало ужасно стыдно. Вместо отрепетированной речи я не могла выдавить из себя ни слова. Каким-то образом мой рот решил заговорить. Не могу это объяснить, но я сказала:

— Райан? — И протянула ему коробку. — Пицца.

— Энди? — Он поднял бровь ровно до ниспадающей со лба пряди. На месте голого торса и полотенца сейчас был серый свитер. Он выглядел таким мягким, что я чуть не протянула руку, чтобы потрогать его. Шерстяной свитер плавно переходил в пару фланелевых штанов и… боже мой. Вот и он, явно очерченный признак его мужественности. Я хотела его. Хотела его всего.

— Энди, ведь правильно? — снова спросил он, заглядывая в маленькую упаковку сверху. — Спасибо за пармезан.

Я подняла глаза, мое лицо было красным, как фирменная футболка «Перетти Пиццы». Кивнув, замолчала. Мне понадобилась вся сила воли, чтобы не смотреть на его личную «клюшку».

— Вот, возьмите, — он протянул мне пачку купюр. — Надеюсь, этого хватит.

Наличные деньги — просто супер, и это говорит о многом. Я люблю деньги, очень люблю, и уверена, что он вновь оставил большие чаевые, но больше чаевых я люблю эту штуку в его штанах. Ух ты!

— Надеюсь, пицца вам понравится, — сказала я, слишком поздно осознав, что разговариваю с его промежностью. Не без усилий я подняла глаза на его лицо и закашлялась. — Спасибо за заказ в «Перетти пицце». Увидимся в следующий раз.

Лицо Райана озарила дьявольски привлекательная улыбка, а губы выглядели такими мягкими, просто идеальными для поцелуев:

— Надеюсь. Пицца на прошлой неделе была просто фантастической.

Теперь мне надо было уходить. Он ждал, когда я уйду, но я почему-то осталась. Хуже того, у меня стало дергаться веко.

— Рада была снова видеть вас, — сказала я в надежде, что он не заметит моего дергающегося века. Мой мозг не имеет к этому никакого отношения, но каким-то образом мое лицо, точнее глаз, казалось, флиртовал с Райаном Пирсом. Райаном Пирсом. — Я подумала, что вы заказали пиццу только, чтобы увидеть меня.

Он запрокинул голову назад и рассмеялся, от его смеха я помимо воли тоже стала улыбаться. Затем парень прислонился к двери, и лишь мельком глянув на его живот, я поняла, что под свитером прячется пресс:

— Я надеялся, что пиццу доставите именно вы, и, если вам интересно, то имя я прочитал на чеке в прошлый раз.

— О, а я думала, что вы меня преследуете.

— К сожалению, я в этом не эксперт.

Я вспомнила о чеке, который выдала ему тогда, а также о чаевых:

— На прошлой неделе вы оставили большие чаевые, — напомнила я. — Ведь это я забыла взять с вас оплату. Вот, это лишнее, — я протянула ему деньги, как будто это что-то изменит или сгладит неловкость. — Возьмите, пожалуйста.

Он накрыл мои руки своей ладонью. От его прикосновения по моему телу пробежал ток. Ух! Это еще круче, чем стопка купюр в моих руках:

— Ты стоишь каждого пенни.

— О.

Его лицо скривилось:

— Господи, это прозвучало как-то… прости меня, Энди, я не имел в виду ничего такого.

Я отмахнулась:

— А почему улыбающаяся пицца? Это немного… необычно.

— Чтобы брата позлить, — ответил он. — Когда мы были детьми, мама всегда делала такую пиццу. Это дом моего брата, — добавил он. — Девушка, которая принимает заказы, была не очень-то в восторге от улыбающейся пиццы, поэтому я пообещал, что в следующий раз закажу обычную.

— О, это Анджела. Она считает, что улыбающаяся пицца — это девчачье дерьмо, как единорожки, сердечки и прочая хрень.

Вот теперь Райан действительно рассмеялся. Он поставил пиццу на столик прямо у входа, посмотрел на меня сверкающими от смеха глазами и спросил:

— А ты что думаешь по этому поводу?

— Я думала, что ты используешь пиццу как орудие, чтобы уложить девушку в постель. — Я пожала плечами. — Но, похоже, была не права.

— Почему ты так подумала?

Я подняла бровь:

— Без комментариев. И вообще, мне уже пора идти.

Я прошла уже половину ступенек, когда он окликнул меня:

— Эй, Энди, — позвал он, и я посмотрела на него через плечо. — Хочешь зайти внутрь и составить мне компанию в поедании пиццы?

— Я?

— Нет, не ты, другая Энди.

Я нахмурилась:

— Ты оставил мне чаевые наличкой, поэтому, если я войду внутрь, то это получается уже какая-то проституция.

— Я не пытался закадрить тебя. Просто считаю, что ты смешная, но если не хочешь, я поем один.

— О! — Я стояла на месте, пытаясь понять: хорошая это идея или очень-очень плохая. Я имею в виду — «смешная» — это же хорошо, ведь я хочу стать комиком. Но, в то же время, у меня такое чувство, как будто меня зафрендили в инсте.

Я все еще размышляла над его словами, когда за спиной Райана мелькнула фигура. Это женщина. В одной руке у нее была пачка документов, в другой — сумка. Ее волосы были просто великолепного каштанового оттенка, длинные, да к тому же волнистые. Интересно, это та самая девушка, с прошлого раза?

Она подняла глаза, посмотрела на меня и поздоровалась:

— Привет.

Лишившись дара речи, я просто смотрела на нее, в то время как она чмокнула Райана в щеку и пошла вниз по ступенькам. Ее идеальная попка была запакована в штаны для йоги, а мне нужно заниматься и заниматься, чтобы получить хотя бы жалкое подобие такой попы.

— Сегодня меня не будет, уезжаю из города, вернусь завтра вечером, — сказала она, обернувшись. — Веди себя хорошо!

Райан попрощался с ней. Он подождал, когда она выскочит за ворота, и да, она действительно исчезла за воротами, и только тогда Райан повернулся ко мне:

— Кажется, мы остановились на том, что ты зайдешь ко мне перекусить.

Я покачала головой:

— Слушай, Райан, ты классный, и мне кажется, что ты мне нравишься как человек, и именно поэтому я надеюсь, что ты поймешь, когда я скажу тебе, что… что я случайно врезалась в твою машину.

— Что?

— А что касается перекуса, мне кажется, лучше всего будет, если мы не будем этого делать, особенно если учесть тот факт, что твоя девушка только что уехала.

Я хотела ударить себя в лицо за то, что воспользовалась старым добрым трюком, чтобы разузнать, есть ли у Райана девушка, да еще и умудрилась признаться в процессе, что въехала в его машину. К счастью для меня, он пропустил часть про машину и сфокусировался на брюнетке.

Он, казалось, задумался:

— Это Лилия.

— Лилия, — пробормотала я. — Конечно.

— Невеста моего брата, — добавил он. — Это его дом. Я здесь всего на несколько недель.

Я хватала ртом воздух как рыбка Немо, выброшенная из воды. Затем сделала шаг назад, внезапно осознав, что я — худшая девушка из службы доставки. Я влезла в его личные дела, в которые не имею ни малейшего права соваться.

— Эй, ты куда? — Райан успел схватить меня за руку до того, как я полетела бы со ступенек. Пальцами он обхватил мое запястье, а мне казалось, я сгораю, сгораю от самого интенсивного сексуального огня, который только можно вообразить. — Объясни, что ты имела в виду, когда сказала про автомобильную аварию?

— Автомобильную аварию? — я прикинулась дурой. Он наклонился ко мне, и я увидела, как напряглись мышцы под одеждой. Это чертовски отвлекает. — Прости?

— С тобой все нормально? — В его глазах явно читалось беспокойство.

— Вот, — наконец выговорила, положила ему несколько десяток в ладонь и, развернувшись, пошла вниз по лестнице, затем оглянулась и добавила: — Я оставлю всю информацию по страховке на твоем лобовом стекле.

Райан смотрел мне вслед. Он выглядел сбитым с толку, и я не могла винить его за это. Ведь я ответственна за такое его состояние.

Как можно скорее написав название нашей страховой, я приклеила листок на лобовое стекло слегка помятого «Феррари», затем села в свою машину и быстро поехала прочь от дома Райана Пирса. Мексика, жди!

Прежде чем успела повернуть за угол, я увидела как Райан идет по направлению к «Феррари». В зеркало заднего вида я наблюдала, как он изучает оставленный мною трофей — бампер от моего автомобиля.

Глава 8

Райан

Эта женщина — просто ходячая катастрофа.

Будь я умным, позвонил бы в страховую и попросил их разобраться, выяснить, сколько будет стоить ремонт после того, как ее говномашина врезалась в мой «Феррари», но почему-то я не сделал этого. Ведь ясно, что у нее нет денег, и вообще, это я виноват в том, что она приехала сюда.

В любом случае, вмятина небольшая.

Плюс ко всему, это арендованная машина. Мой брат-идиот искал ее повсюду, наивно полагая, что я хочу именно «Феррари». А я не хотел. Не хочу. Машина заслужила эту вмятину.

Втащив бампер на обочину дороги, я стал спорить сам с собой: а не позвонить ли мне в «Перетти», чтобы сообщить о том, что у меня остался кусок машины Энди, но потом я передумал, ведь машина, скорее всего, служебная. Полагаю, я найду для бампера временное пристанище на заднем дворе у дома Лоуренса, до тех пор, пока снова не закажу пиццу. Нужно подождать пару дней, прежде чем звонить в «Перетти» снова, иначе это будет выглядеть странно.

Я накрыл бампер брезентом, чтобы с ним все было в порядке, и, зайдя в дом, захватил пиццу со столика и забросил ее прямиком в холодильник, даже не вдохнув аромат. Пиццу слопают, как только Лоуренс и Лилия вернутся домой, но мне все равно — я ведь совершенно не голоден.

Совсем недавно я плотно пообедал. На самом деле я хотел увидеть ее.

Энди.

Это имя ей подходит. Совершенно обычное имя, но немного дерзкое, немного упругое — совсем как ее грудь. Конечно, это не самая классная вещь, которую я мог бы сказать, но все же, это круто, когда девушка может заполнить грудью стремную красную майку поло, так, как это делает Энди, а сегодня в черной майке ее грудь была еще более заметна. Мне можно комментировать ее грудь — она просто фантастическая.

Кроме того, Энди смешная. Часто я вообще не мог понять, специально она так делала или нет, но это здорово. Я хотел узнать ее получше, не только ее грудь — ее лицо и ее саму тоже, просто не понимал, как это сделать. На данный момент все, что я мог придумать — это заказывать пиццу.

В городе я пробуду всего несколько недель, лишь до тех пор, пока не решу все дела с Ледяной Королевой, а долговременных отношений не ищу. Мне нужна девушка на одну ночь, может на две.

Энди казалась мне девушкой, у которой нет времени на всякое девчачье дерьмо. Вероятно, она посчитает одну ночь таким же дерьмом, и это вполне справедливо. Я не хотел никаких привязанностей, лишь фантастический секс с Энди, но в этот раз я почему-то не знал, как ее заполучить.

Не поймите меня неправильно, я бы обязательно удостоверился, что ночь была фантастической и для нее — я ведь не свинья. Просто у меня не было времени на отношения. В этом плане я всегда честен и открыт, поэтому вовсе не собирался просить у нее то, что она не захочет мне дать сама.

Но тем не менее… я начинал задаваться вопросом: а не грубо ли будет спросить женщину о готовности заняться сексом и получить несколько оргазмов? Я сделаю все, чтобы ее положительный ответ стоил того.

Загвоздка лишь в том, что у меня не хватило смелости попросить ее номер телефона, когда она стояла прямо передо мной. Хотя мне кажется, здесь дело вовсе не в смелости, ведь она отвлекла меня новостями о разбитой машине, а затем вообще пялилась на мою промежность, покраснела, и от этого мои мысли стали пошлыми.

Плюс ко всему, это покажется полным извращением, если я попрошу ее номер телефона, когда у нее в руках пицца. Наверняка, к ней пристают все, кому она развозит пиццу. С такой грудью и улыбкой, как у нее, мне хочется обнять ее и никогда не отпускать. Очевидно, кавалеры выстраиваются в очередь, чтобы сходить с ней на свидание.

Еще одно доказательство моей теории заключалось в том, что она уже один раз мне отказала. Я предложил ей войти внутрь и поесть пиццу; большинство девушек прямо на пороге расстались бы со своей одеждой, а она так быстро убегала, что оставила свой бампер на дороге.

Я не считал себя самовлюбленным индюком, но за мной как кролики бегают девочки, они сохнут по мне. А как же иначе — молодой хоккеист, отлично отыгравший сезон и собирающийся подписать контракт года. Я ничего не мог с этим поделать, это жизненный факт.

А я не хотел кролика. Я не получал никакого удовольствия от секса с кроликом, ну разве что пару раз поддавался на их очарование и формы. Мне нужна девушка с головой на плечах, хотя голова Энди слегка странновата, учитывая ее невероятную способность говорить всякую всячину напрямик, но я могу сказать, что она хорошая девочка.

Я расхаживал по кухне взад и вперед как сердитый подросток. Энди занимала все мои мысли, хотя я старался избавиться от них. Бросил взгляд на часы и вздрогнул.

Поднявшись на второй этаж в свою комнату, я начал подготовку к сегодняшнему вечеру со Стервозной Блондинкой. Мы пойдем в какой-то пафосный ресторан в Беверли Хиллз, затем на шоу в «Пантэйджес», чтобы «поболтать» и «узнать друг друга получше».

Я понятия не имел, какое ей вообще дело до моей личности — если я хорош на льду и в игре, значит, надо подписать со мной контракт, Лоуренс решил устроить все это, делая одолжение. Иногда я просто терпеть не мог своего братца, но в данной ситуации Лоуренс рискнул, и я собирался сделать все, что в моих силах, чтобы его не подвести.

Что ж, пора сгонять в душ, побриться и ехать на встречу.

Главное — постараться не думать об Энди. Хоть она и оставила временную вмятину на бампере моей машины, в моем сознании она отпечаталась навсегда.

Глава 9

Энди

Прошла неделя, от Райана Пирса не было никаких вестей. Мне кажется, конец всем отношениям приходит, если разбить человеку машину. Не то, чтобы у нас с Райаном были какие-то отношения. Точнее, никаких отношений у нас с ним не было и в помине.

Хотя, на этой неделе, когда я подменяла Анджелу на телефоне, мне показалось, что он звонил. Я тут же повесила трубку. Это было как-то по-детски, но все к лучшему. Наши страховые разберутся с проблемой даже без моего участия.

На самом деле, городу будет лучше, если я больше никогда не увижу и не услышу Райана Пирса. Я разбила машину, едва взглянув на его идеальный пресс, а если я увижу его голым, то весь Лос-Анджелес будет в огне. Больше никогда не встречаться — безопаснее для нас обоих.

Что касается других новостей — это была многообещающая неделя для меня как для комика! На большинстве вечеров публика хихикала от моих шуток. Я выступала в захудалых клубах в странных районах, и, возможно, даже хорошо, что у меня нет бампера на машине, но все равно, это уже успех.

Я даже снялась в фильме — малобюджетном, но за роль мне заплатили сто баксов, и еда была бесплатная. Я пошла туда в основном из-за еды.

— Энди, прекрати разговаривать со своим отражением! — прокричал папа под дверью ванной комнаты. — Для тебя есть заказ.

Я вовсе не разговаривала со своим отражением, а висела на телефоне со страховой, и папа тут как тут. Удивительно, но факт: они ничего не слышали об аварии между моим драндулетом и суперкутым «Феррари».

Я так надоела девушке из страховой звонками каждый день в течение недели, что она согласилась мониторить для меня сводку зарегистрированных случаев. Я вовсе не горю желанием платить за ремонт «Феррари», но пусть лучше на мне висит долг, чем об этом узнает папа.

— Я иду! — прокричала я в ответ, предупредив леди на другом конце провода, что перезвоню через минуту. — Одну секунду, я умываюсь!

Папа вздыхал и кричал на меня, что я нерационально использую рабочее время. Я кивнула своему отражению в зеркале на все крики папы, одновременно рассматривая свои бедра. Они должны были стать меньше, ведь я всю неделю парковала машину за квартал от пиццерии и бегала туда-сюда каждый раз, когда нужно было доставить заказ. Я пока еще не придумала, что сказать папе насчет отсутствующего бампера.

Папины шаги стали отдаляться, и я тут же перезвонила в страховую:

— Здравствуйте, Аманда. Это снова я… — остановилась на полуслове, так как Аманда из страховой перевела мой звонок еще на слове «Здравствуйте».

— Мэм, всю неделю я вам повторяю одно и то же. Я перезвоню вам, как только будут новости, — сказал Том. Том — это раздраженный оператор, с которым я так же разговаривала каждый день. Можно сказать, что мы с Томом были уже друзьями.

— Вы уверены? Вы ведь помните, что я вам говорила вчера…

— Я помню, Энди. Я, к сожалению, уже выучил наизусть ваше имя и номер. Я знаю, что в случае претензии не должен звонить мистеру Перетти, который указан в страховке как первое лицо для контакта. Могу ли я еще чем-нибудь вам помочь?

— Хорошо, да. Очень хорошо, — я кивнула сама себе. — Спасибо, Томми.

— Я — Том. Мы с вами не друзья, Энди. Я просто держу руку на пульсе по вашему вопросу.

— Понятно.

— До свидания, Энди.

— Пока, Том.

Папа вновь постучал в дверь:

— Мне все равно, что ты там делаешь, поторопись, Энди!

Я спрятала телефон в карман и вышла из ванной:

— Папа, мы это с тобой уже обсуждали. Когда я в ванной, ты должен оставить меня в покое.

Черные волосы на руках моего папы встали дыбом:

— Я бы так и поступил, не будь у тебя важного вызова. Пока ты не закончишь учебу, ты должна слушаться меня.

Я закатила глаза. Вот-вот начнется последний семестр. Этой зимой я закончу учиться на семестр раньше и получу диплом бухгалтера. Папа непрестанно напоминает мне о том, что, если я хочу участвовать в семейном бизнесе, жить дома и пытаться закрепиться как комик, мне нужно получить диплом. И лишь только, когда получу диплом, у меня появится шанс «попробовать себя в роли комика», с его благословения, разумеется. Если у меня не получится, то я смогу быть бухгалтером, у меня ведь будет диплом!

— Доставка, Энди! — Анджела спасла меня от разговора. — Тебе это понравится.

Я прошла мимо папы и, подойдя к стойке, оперлась на нее руками:

— Куда доставка?

— Лос-Фелиз.

Я замотала головой:

— Ой, нет. Нет, нет, нет.

Анджела надула щеки и передала мне пиццу. Улыбающуюся пиццу:

— Передавай привет своему новому поклоннику.

— Я приболела, — я покашляла. — Может, ты съездишь за меня?

Папа покачал головой:

— Райан попросил тебя. Наклей улыбку на свое красивое личико и доставь эту пиццу.

— У меня некрасивое личико, — застонала я. — Откуда ты знаешь, как его зовут?

— Тогда найди где-нибудь красивое, — ответил мистер Перетти. — Возьми лицо Анджелы. Его пицце нужна улыбка.

Папа перенял манеру Райана говорить «улыбка». Ранее, на этой неделе, когда Райан в течение нескольких дней не перезвонил, папа Перетти загнал меня в угол и спросил в лоб, что я натворила такого и чем обидела нашего клиента номер один. Я не соврала, просто… уклонилась от ответа.

— Мне пора, папа! — Я прислонилась к прилавку и попыталась вновь уговорить Анджелу. — Пожалуйста, пожалуйста, можешь доставить пиццу за меня один разок?

— Ты ведь знаешь, что я не доставляю пиццу. Плюс, еще три пиццы на подходе в духовке. Без обид, конечно, но если я тебя оставлю присмотреть за ними и достать их по готовности, то, боюсь, к моему возвращению здесь все сгорит.

— Возможно, ты права, но мы сможем получить страховку.

Она пожала плечами:

— Было бы неплохо. Поставь пиццу на порог, нажми на звонок и убегай. Скажи, что эта пицца бесплатная. Он оставил столько чаевых, что хватит на десять бесплатных пицц.

Я кивнула, рассудив, что она, возможно, и права:

— Да, хорошая идея. Я думаю, у меня получится.

— Но если они там снова занимаются сексом, не звони. Это реально все портит, — сказала Анджела на полном серьезе. — Звонок в дверь в такой момент будет сущим кошмаром.

— Мило. Твое воображение меня пугает.

— А если он вновь откроет дверь в одном полотенце, сделай фотку.

— Неа, это странно.

Анджела скептически на меня посмотрела:

— Ах да, и не вздумай прятаться в кустах перед его домом.

— Что же мне тогда делать? Вытащить телефон, сфотографировать его и крикнуть громко: «Попался!»

— Боже, тебя срочно нужно научить, как втихаря делать фотки!

— Я не какая-то там негодяйка! Мне не нужны такого рода способности.

— Да, да, ты не негодяйка, ты просто плохая девчонка, — Анджела всучила пиццу мне в руки. — Иди уже наконец, пока у твоего папы аневризма не появилась от злости.

Ворса, я вышла из пиццерии и начала свою полумильную прогулку до машины. С нетерпением посмотрела на пустое парковочное место у пиццерии и задумалась о том, стоит ли мне поговорить с Райаном о машине? Может быть, нам удастся заключить с ним сделку, договорившись о том, что я буду мыть туалеты и подметать листья у него в саду в течение трех следующих лет, чтобы отработать ущерб.

В жизни бывают вещи и похуже. Зато, возможно, мне удастся еще разок посмотреть на его пресс.

Луч надежды, ребята, луч надежды.

Глава 10

Энди

— Ты что делаешь? — спросил Райан, распахнув дверь дома своего брата.

Я склонилась над пиццей, задницей к дверям, и поправляла смайлик на пицце так, как это любит Райан. Я планировала позвонить в дверь и убежать от папиного звездного клиента, но он застал меня врасплох, и теперь я уже не смогла бы сбежать.

Записка, которую я написала, затрепетала на ветру, и мы оба тут же посмотрели на неё. Глаза Райана сверкнули любопытством, а я взмолилась, чтобы мимо пролетел орел и выхватил ее у меня из рук.

— Райан! — Я выпрямилась и сделала вид, что ничего не произошло. Не то, чтобы я считала, но уже в третий раз Райан открывал дверь и видел меня в странных позах. — Как дела?

Он прислонился к дверям, на этот раз на нем были выцветшие джинсы и свитер, застегнутый наполовину, на вид свитер казался очень мягким, с воротником стойкой, и выглядел он в нем чрезвычайно сексуально. Я чуть не раздавила пиццу, сделав шаг назад.

— Почему пицца на земле? — Он все еще смотрел на записку, лежащую на коробке, и когда вновь взглянул на меня, было видно по глазам, что он все понял. — Ты что, хотела позвонить в дверь и убежать?

— Не совсем так.

— Ты собиралась так сделать. — Райан подошел ближе, я почувствовала аромат его парфюма. — Почему?

От него пахло очень вкусно, как от кастрюльки, полной пирожных брауни, я поглубже вдохнула его запах.

— Я бы никогда не сделала ничего подобного.

— Ну конечно.

— Я лишь хотела положить пармезан в коробку, как ты и просил. Анджела забыла это сделать, а мы в «Перетти пицце» стараемся оказывать услуги по высшему разряду.

У него тут же заблестели глаза, как будто он чему-то ужасно удивился. От его улыбки во весь рот у меня внутри все затрепетало. Чувство от того, что я смогла вызвать на лице Райана Пирса улыбку, похоже на то, когда получаешь на Рождество сразу все подарки, о которых мечтала. Невероятно, он смотрел на меня так, как будто я была для него очень важным человеком, словно он желал со мной подружиться. Мне хотелось шутить, чтобы улыбка не сходила с его лица.

— Где я могу оставить отзыв? — спросил он. — Десять звезд по шкале от одного до пяти. Ты идеальна.

Я таяла изнутри как торт из сливок. Он стоял близко от меня, спрятав руки в карманы. Свитер меня звал, он просто кричал и хотел, чтобы я обвила руки вокруг Райана, положила голову ему на грудь, а он просто стоял бы и улыбался.

— Пустяки, — отмахнулась я, чувствуя, что мои щеки краснеют. — Я пойду, не хотела отвлекать тебя.

— Но я же еще не заплатил за пиццу.

— О, не стоит. Ты оставил слишком много чаевых в прошлый раз, поэтому эта пицца за мой счет, — я показала ему большим пальцем через плечо. — И все же, я поеду, не хотела мешать, я…

— Мешать чему? — Смеясь, Райан взял меня за руку. Его пальцы сжались вокруг моего запястья прежде, чем я успела сделать шаг. — Я просто ел, Энди. Я заказал эту пиццу лишь для того, чтобы поговорить с тобой. Ты ничему не мешаешь.

Это самая лучшая фраза для съема, которую я слышала за последний год, от нее у меня побежали мурашки по спине. Я буквально задрожала.

Райан выглядел слегка обеспокоенно, почувствовав мою дрожь, ведь была середина лета и мы в Лос-Анджелесе. Но, должно быть, он уже привык к моим странностям, потому что отпустил мою руку и вновь обратил внимание на пиццу.

Я поняла, что никакой орел не прилетит и не схватит эту злосчастную записку. Райан наклонился и взял ее. Я видела, что происходило, но было слишком поздно, я не успела его остановить, а когда потянулась к нему, чтобы забрать записку, он уже выпрямился и смотрел на меня, поэтому мне пришлось сделать вид, что я заправляю волосы за ухо.

— Что это?

Я вновь предприняла попытку выхватить из его рук записку.

— Не читай ее, пожалуйста.

— Но на ней написано мое имя. Ты ведь ее для меня написала.

Мне казалось, что его глаза сверкали по мере того, как он разворачивал записку.

Я вновь попыталась выхватить ее у него из рук, но парень увернулся, его атлетизм проявлялся даже в таких пустяках. Когда Райан уклонился, я не успела так быстро среагировать и отдернуть руку, потому ладонь продолжила движение и вместо записки внезапно оказалась на его животе. Под своими пальцами я чувствовала его пресс, и, черт возьми, это было прекрасно.

— Прости, — пробормотала я, отдернув руку так быстро, как будто меня обожгло. — Я лишь хотела…

— Это записка о разрыве отношений? — Брови Райана взлетели, а лицо озарила улыбка. — Энди Перетти, ты что, бросаешь меня?

— Нет. — Я уже смирилась с тем, что не смогу забрать у него записку, потому просто стояла и рассматривала свои пальцы. — Я вовсе не этого хотела.

— Но, Энди… — Райан улыбнулся суперсексуальной улыбкой, сделал шаг вперед, и его горячее дыхание окутало мои волосы, — как мы можем расстаться, если даже не начинали отношения?

— Ну, э-э-э… — Я шагнула назад. — Это действительно своего рода записка о разрыве отношений. Я бросаю тебя как… как твоя девушка из службы доставки.

Райан прочитал записку, на этот раз вслух:

— «Дорогой Райан, последние несколько недель были очень и очень веселыми, но не думаю, что мы можем и дальше видеться. Я прервала твой секс, разбила твою машину, а теперь позвонила в дверь и, как последний трус, убежала. Я — самая ужасная девушка из службы доставки. Пожалуйста, заказывай пиццу в другом месте. С уважением, Энди».

— Ненавижу указывать людям на что-либо, — пояснила я, как только он закончил читать, — но если бы ты тогда не открыл дверь в полотенце, ничего из вышеперечисленного не случилось бы.

— Как это вообще связано?

— Забудь.

Райан сделал шаг вперед:

— А что там насчет моей сексуальной жизни?

— В этот самый вечер! Ну, несколько недель назад. В самый первый раз, когда я привезла пиццу…

Он несколько раз моргнул:

— Это невозможно.

Я кашлянула:

— Эм, я уверена, что звуки, которые слышала, совершенно точно были не в моей голове. Если только… — я хлопнула себя рукой по губам. — Это был фильм, да?

Райан выглядел смущенным:

— Да о чем ты вообще говоришь?

— Секундочку, это не мог быть фильм, — я показала рукой на окна. — Я видела тени.

Он долго думал, потом наконец улыбнулся. Скорее ухмыльнулся, это не было похоже на улыбку, а затем вообще в голос расхохотался:

— Вот черт. Мне очень жаль.

— Не стоит.

— Это был не я. Это был мой брат со своей невестой.

— Лилия, — влезла я. — Мы с ней встречались.

— А, ну да. Что мне еще сказать? Они влюблены, и это их дом. Я здесь лишь ненадолго, по делам. Мне жаль, что тебе пришлось смотреть на это.

— Есть еще один вопрос, на который мне нужен ответ.

— Хорошо, валяй.

— Если это они занимались сексом, почему ты тоже был голым?

Он провел рукой по волосам:

— Я вовсе не был голым!

— Ну да, у тебя было полотенце вокруг моей талии.

— МОЕЙ талии, — повторил он, поймав меня на оговорочке по Фрейду. — Полотенце было обернуто вокруг моей талии.

— Ну да… — Я залилась краской. — И под ним у тебя ничего не было.

— Ты проверяла?

— Нет, но…

— Да все в порядке, я тоже проверял, — он подмигнул мне, и я забыла обо всем на свете. Затем Райан снова заговорил, и я стала его внимательно слушать. — И мне понравилось то, что я увидел.

Я сглотнула:

— Что же ты увидел?

— Тебя, Энди. Ты чертовски сексуальна.

Я зарделась. Взволновавшись до предела, я даже не пыталась что-либо отвечать, а просто перевела тему, как, впрочем, делала всегда:

— Вы не ответили на мой вопрос, мистер Пирс!

— Какой вопрос? — В темных глазах плясали огоньки, как будто в этой прекрасной голове роились чертовски грязные мысли. — Я отвлекся.

— Почему ты открыл дверь почти голым!

— Я был в душе и не думал, что ты так быстро привезешь пиццу. Я выскочил из душа и побежал вниз открывать дверь, ожидая увидеть прыщавого подростка.

Его честность вызвала у меня улыбку, но я снова сменила тему:

— Прости за машину.

— Не извиняйся. — Райан оттолкнулся от входной двери и сделал шаг ко мне. — Ее уже починили. У меня есть приятель, который сделал скидку.

— Я хочу заплатить за ремонт. Буду платить тебе чаевыми. Или, может быть, тебе нужно что-то: экономка, горничная, или кто-то в этом роде. Я могу отработать ремонт машины. Я учусь, потому с деньгами напряженка.

— Нет, не нужно ничего. — Райан снова посмотрел на записку. — Так ты согласна с тем, что все твои аргументы из записки для разрыва отношений — это полная хрень?

— Хрень, — я кивнула.

— Я не хочу других девушек из службы доставки, я хочу тебя, Энди Перетти.

Я кашлянула и вновь кивнула. Сейчас гораздо безопаснее молчать, ведь мой язык лишь только неудачи притягивает на мою задницу.

— Заходи на пиццу, — пригласил Райан. — Будет только пицца, я обещаю.

— Нет… я не могу. У меня еще несколько заказов.

— Я об этом позабочусь.

— Ты что, развезешь пиццы за меня?

— У меня другая идея. — Райан поднял бровь. — Я заплачу твоему отцу за все пиццы, которые ты должна будешь развезти этим вечером. Это сделает его счастливым?

Я наклонила голову на бок, пытаясь понять: пьяный он или нет. Он выглядел трезвым, от него не пахло спиртным, он не вел себя как пьяный, но нес полную чушь.

— Я не могу тебе это позволить.

— Я воспринимаю твой ответ как «да». — Райан взял меня за руку. — Зайдешь на кофе? Домработница моего брата дома, так что мы будем не одни. Обещаю, я не буду к тебе приставать. Я здесь не так давно, и мне нравится твоя компания.

Я покусывала нижнюю губу. Звучало заманчиво, очень заманчиво, но пока я еще не определилась — зайти или не зайти, я спросила:

— А как ты узнал, что я стою под дверью? Я ведь даже не стучала.

— Я ждал тебя.

— Меня? — пропищала я.

— Правда, Энди! Твои доставки самая насыщенная на события часть дня для меня.

Ну, вот тебе и раз. Я — размазня. Я даже не знаю, что значит насыщенная на события, но сам факт, что он ждал, когда я приеду, глядя на меня эти глазами, как у щеночка, не оставил мне выбора, я согласилась и как-то переборщила, ляпнув:

— Мне кажется, я люблю т… — слова слетели прежде, чем я успела прикусить свой чертов язык.

Брови Райана поднялись так высоко от удивления, что практически спрятались за волосами.

Я должна была хоть как-то исправить положение, потому, заикаясь, продолжила:

— Т-т-твой пресс, да, я люблю твой пресс, он мне очень нравится. — Это, конечно, не намного лучше признания в любви, но сегодня я уже облажалась несколько раз. Хватит. Нет смысла рыть себе яму еще глубже.

Тогда Райан сделал кое-что, чего я совсем от него не ожидала.

— Что ж, раз ты так думаешь, тогда вот. Надеюсь, это поможет тебе дать положительный ответ на мое приглашение.

Я смутилась, потому как Райан взялся за край свитера и приподнял ткань, обнажив живот. Хотя пресс показался не весь, но мне было достаточно — идеальный пресс, достойный поцелуев, каждый миллиметр бархатистой кожи.

— Что ты делаешь? — спросила я, не сводя глаз с его живота.

— Мы с моим прессом хотим пригласить тебя на кофе.

Тридцать секунд Райан держал свитер приподнятым. Не хочу признаваться, но в течение этих тридцати секунд я смотрела, смотрела, смотрела и смотрела бы еще, а когда он опустил свитер, я сглотнула и взглянула ему в глаза:

— Ты оголяешься перед всеми девушками из службы доставки? — спросила я, и это, к счастью, сняло возникшее между нами напряжение.

Райан рассмеялся так искренне, что его шоколадного цвета глаза буквально заплясали:

— Ты первая, Энди. Я сделаю все для того, чтобы провести с тобой пять минут. Я мог бы умолять тебя, но это как-то не совсем по-мужски.

Если бы кто-нибудь другой показал мне пресс и пригласил в гости на кофе, я бы обозвала его сумасшедшим ублюдком и тотчас убежала бы оттуда. Сейчас же глаза Райана светились жизнерадостностью, потому я набралась смелости и сказала «да». Я просто не могла по-другому. Я фыркнула:

— Ладно. Ты победил. Я люблю кофе.

— Рад, что нам удалось договориться, — сказал Райан, пропуская меня в дом, легонько при этом придерживая за спину. — Не знаю, как я выживу, если ты решишь порвать со мной.

— Зажуешь горе салатом?

Он нахмурился:

— Не шути так.

* * *

Я: Анджела, ты можешь меня прикрыть? У меня тут появились другие дела, и я не смогу вернуться к следующей доставке.

Анджела: Дай-ка угадаю. Что…

Я: Ты слишком часто смотришь шоу «Своя игра».

Анджела: Что... Пенис Райана?!

Я: Пожалуйста, прикрой?!

Анджела: Уже.

Я: Спасибо! Люблю и целую тебя миллион раз, xoxoxox<3<3<3<3

Анджела: Наслаждайся его хоккейной клюшкой.

Она прислала эмоджи с баклажаном. Понятно, что она подразумевала под баклажаном, поэтому я выключила экран, чтобы парень, не дай Бог, не увидел эти сообщения. Затолкав телефон в карман, я пошла за Райаном.

Он дал мне минутку закончить секстинг с Анджелой и ее баклажанами. Когда я подняла глаза от экрана телефона и улыбнулась, он закрыл за мной дверь.

Я прошла дальше по коридору мимо Райана, конечно же, не упустив возможности коснуться его свитера. От него безумно вкусно пахло — гелем для душа и пиццей, которая стояла на столике недалеко от него. Я еле сдержалась от обнюхивания, но это было бы уж совсем странно.

Я подняла голову, восхитившись сводчатыми потолками, от которых казалось, что ты попал в музей.

— Здорово здесь, — сказала я, но у меня самой создалось впечатление, что недостаточно оценила дом, это все равно, что назвать Лувр так себе музеем.

Райан пожал плечами, вовсе не впечатленный:

— Это все мой брат.

Коридор мерцал приборами из нержавеющей стали, мы шли плечом к плечу. Запах пиццы перебивал аромат цветов, что было совершенно непривычно, потому что наш дом всегда пах едой — моя сестра часто печет тортики, иногда пробует печь печенье. У нее это от мамы. Она всегда любила десерты.

— Здесь просто невероятно пахнет!

— Я долго пытался понять, откуда берется этот запах, и бросил всякие попытки это разузнать, но полагаю, всему виной чистящие средства, которые использует Марисса.

— А Марисса это…

— Экономка.

— Понятно. — Я показала пальцем на букет цветов на столике: — Красота.

— Да. — Райан посмотрел на цветы. — Понятия не имею, зачем она их сюда ставит каждый день, если брата и Лилии никогда нет дома, они все время в разъездах.

— Думаю, просто потому, что они симпатичные. — Я посмотрела вниз на свои ноги, задаваясь вопросом, могу ли вообще ходить в обуви, или же мне нужно ее снять и, прежде чем ступить на пол, искупать ноги в ладане.

Джинсы с рубашкой были здесь совершенно неуместными, несмотря на то, что Райан был в джинсах и свитере. Он выглядел как Зевс в выходной, в то время как я выглядела как… как девушка из службы доставки.

— Вина?

Райан указал мне в сторону кухни еще прежде, чем я успела ответить: да или нет. «Я здесь только на кусочек пиццы, и все», — мысленно напомнила я себе.

— Ты перешел на следующую ступень слишком быстро, — сказала я, улыбнувшись. — Что случилось с кофе?

Я решила, что здесь надо разуться и сняла кроссовки; оказавшись в носках, а затем стала думать нужно ли и их тоже снимать.

— Оставь носки, — посоветовал Райан, прочитав мои мысли. — Не думай так усиленно. Все правила, которые применимы к твоему дому, подходят и к этому. Теперь пойдем на кухню, и, пожалуйста, расслабься.

Черт, как же я люблю, когда мужчина командует, особенно, если этот мужчина в джинсах, которые ТАК облегают его фигуру, и… о, Боже. Я вновь посмотрела на задницу Райана, и он заметил это.

— Хочешь потрогать? — Райан не смотрел на меня, так как выбирал вино с верхней полки; он взял в руки старинную бутылку. — Будь моим гостем.

— Потрогать? — Я встала, подошла к нему и ткнула пальцем в бутылку.

— Вообще-то, я имел в виду свою задницу. — Он резко развернулся, заключив меня в объятия. Мы стояли, вроде как обнимаясь, но я не могла поднять на него глаза, потому что у меня не было ответа. — Я видел, что ты смотришь.

Я скрестила руки на груди, решив выглядеть уверенно, несмотря на то, что внутри меня всю трясло:

— А я видела, как ты изучаешь мои буфера. Ты посмотрел на мою грудь, я посмотрела на твою задницу. Я за равенство.

— Я тоже.

Райан поставил бутылку на стол, вытащил два бокала, но вино пока не разливал — еще не время. Вместо этого он аккуратно прикоснулся к моим бедрам и подтолкнул назад, до тех пор, пока я не наткнулась попой на столешницу.

У меня перехватило дыхание, и мир просто перестал существовать. Вот она я, Энди Перетти, стою в кухне Райана Пирса, и его руки находятся в опасной близости от моей вагины. Нет. Черт.

Он все еще не убрал ладони, а я наконец взяла себя в руки и хриплым голосом спросила:

— Что ты делаешь?

Его пальцы впились мне в кожу, нежное покалывание от ногтей заставило мой желудок закрутиться в узел.

— Если мы оба за равенство… — Райан сделал шаг назад, жестом руки показав мне оставаться на месте. Он посмотрел мне в глаза своими — темными, жгучими, убивающими мою силу воли. — Чтобы все было по-честному: ты изучила меня, я изучу тебя. Справедливость есть справедливость.

— Но…

— Энди, — голос Райана был таким низким, гортанным, а от одного его взгляда я горела.

На меня еще никто и никогда не смотрел так, как это делал Райан — оценивающе. Конечно же, его взгляд задержался на моей груди, но он так же смотрел на мое лицо, на кудряшки и, что самое главное, мне в глаза. Хотя мне и казалось, что всю эту речь про равноправие он завел лишь, чтобы подразнить меня, но когда он смотрел мне в глаза, в его взгляде не было и намека на смех.

Там явно читалось сильное желание, как будто он был голоден. В этот момент я взглянула через плечо на пиццу. Мой парус волнения немного сдулся.

— Хочешь кусочек?

Он стал выглядеть напуганным, как будто я его подловила на чем-то:

— Не пиццы.

Парус тут же вернулся:

— Интересно.

Его смех наполнился счастьем, улыбка отразилась в глазах. Эта его сторона более интимная, я ничего не могла с этим поделать — я чувствовала, как начинала трепетать, прямо как ночная бабочка возле пламени.

— Спасибо, что зашла. — Райан налил два бокала вина. — Здесь не так много развлечений, особенно когда никого не знаешь.

— А чем ты здесь занимаешься? Ты как-то упоминал бизнес?

Райан заколебался.

Я махнула рукой:

— Тебе не обязательно отвечать, я лезу не в свое дело.

— Вовсе нет. — Он поднес бокал вина ко рту, при этом нарочно задев мою руку. — Я здесь для переговоров с новым агентом. Мой брат всегда был моим агентом, и он замечательный, но сейчас, возможно, настало время для чего-то большего. Имя Джоселин Джонс тебе о чем-нибудь говорит?

Я медленно сделал вдох:

— Она большая. Ну, я имею в виду, что настало большое время.

— Надеюсь на это, — сказал он. — Мы встречались несколько раз, она хочет узнать меня, что бы это ни значило.

Я посмотрела на него:

— Ты знаешь, что это значит.

Его глаза сверкали, как будто он действительно не понимал ничего:

— Да?

Настала моя очередь сомневаться. Я, безусловно, не была фанатом хоккея — за исключением симпатичных игроков, конечно же, но даже я слышала про Джоселин. Всем известная Ледяная Королева/Стервозная Блондинка, а обличия она меняла в зависимости от того, нравится ей человек или нет. Кроме того, она была богата, сногсшибательно выглядела и встречалась с медийными персонами.

— Она встречалась с хоккеистами и раньше, — сказала я. — Ты не думал, что она просто подбивает к тебе клинья?

— Джоселин? — он наморщил лоб. — Нет. Мы уже обсуждали это, ну, не про нас конкретно, — парень прочистил горло. — Одно из условий подписания контракта — я не должен ни с кем встречаться.

— Прости, конечно, но это полный бред.

Он пожал плечами:

— Я понимаю ее. Рики Андерл подписал с ней контракт пару лет назад, влюбился и разорвал контракт в середине сезона, чтобы уехать в Южную Америку. А он подавал большие надежды.

— Но любовь отвлекла его.

— Думаю, да. Она на этом очень обожглась, поэтому теперь ее сильно волнует личная жизнь игроков, с которыми она собирается подписать контракт.

— Но у тебя ведь никого нет. В чем тогда проблема?

— Нет никаких проблем, просто это сложный карьерный путь. Она права, когда говорит, что мне надо сосредоточиться на игре, особенно на данном этапе моей карьеры.

— Я имею в виду, что хоть я и не люблю хоккей, но твое лицо везде мелькает, значит у тебя все в порядке.

— Ты не любишь хоккей?

— Я из Лос-Анджелеса! Я вижу снег только в подарочных шарах, которые продают перед Рождеством.

Райан рассмеялся:

— Ладно, сейчас я, так скажем, на перепутье, и моя карьера может пойти в любую сторону — вперед или назад. Если я сосредоточусь и преуспею — лишь небо предел. Или я могу все испоганить и уже завтра пойти работать в «Старбакс». Не… — он запнулся и продолжил: — Н-н-нее то чтобы с индустрией быстрого питания что-то не так.

— Не беспокойся. Я работаю в индустрии быстрого питания и никому не пожелаю такого. Для меня это все временно. Я учусь на бухгалтера.

Он удивился:

— Правда? Я был уверен, что ты занимаешься чем то… другим.

— Надеюсь, это был комплимент, потому что я вовсе не хочу быть бухгалтером, но мой отец был непреклонен и сказал, что я ничем другим не смогу заниматься, пока не получу диплом.

— Чем тебе нравится заниматься, Энди? — то, как он задал этот вопрос, говорило мне, что он нашел свою страсть и занимался любимым делом, и точно знал, о чем спрашивал. Когда он говорил о хоккее, у него горели глаза, акцент на слове «нравится» подчеркивал важность этого слова. — Если бы ты могла делать что угодно, что бы это было?

— Мне нравится смешить людей, — призналась я, удивляясь собственной честности. — Я работаю на папу, чтобы стать комиком.

— Теперь мне все ясно. У тебя все получится!

Я моргнула и посмотрела вниз, удивленная тем, насколько важны были для меня его слова поддержки. Всю жизнь все вокруг говорили мне, что я не смогу ничего добиться в индустрии развлечений, особенно в области, где доминируют мужчины.

Даже мой папа, который изо всех сил старался показать свою любовь ко мне, порой весьма странными способами, недвусмысленно пояснил, что я должна получить образование на всякий случай.

Я понимала его, потому училась, как он и сказал. Но в его словах присутствовал скрытый смысл: тебе не удастся преуспеть в том, что ты любишь делать, Энди, поэтому найди что-нибудь, что позволит тебе оплачивать счета.

— Эй, я понял, — произнес Райан. — Никто не должен зарабатывать деньги игрой в хоккей, но посмотри на меня. У меня получилось, а раз у меня получилось, то и у тебя получится.

— Но я не хочу играть в хоккей, — ответила я, улыбаясь. — Я хочу стать стендап комиком…

Он улыбнулся в ответ:

— Когда ты поняла, что это именно то, чем ты хочешь заниматься?

— Сложно объяснить. Мне кажется, я была рождена для этого. Я никогда не выбирала и не решала: быть комиком или не быть. Однажды я поняла, что мне это нравится, поэтому выбор был простым. Некоторое время это просто было во мне, и все вокруг говорили, что у меня талант.

Он кивнул, значит в курсе, что это такое:

— Я на всю жизнь запомнил момент, когда впервые встал на коньки. Это просто волшебство, магия — найти то, что любишь. Любишь непорочной, чистой любовью.

— Не знаю, насколько непорочна комедия, — сказала я, смеясь. — Но я поняла, что ты имеешь в виду. У вас подвешен язык, мистер Пирс.

— Это не единственное, в чем я хорош.

Я смотрела на него, пока тянулась к бокалу красного вина:

— В самом деле?

— Я имел в виду хоккейную клюшку.

— Конечно.

— На льду. — Райан сделал глоток из своего бокала, посмотрел на мой, который, по загадочному стечению обстоятельств, уже был наполовину пуст всего после пары маленьких глоточков, и подлил мне вина. — Ты так и не сказала, когда решила стать комиком.

— Когда мне было пять, мой дед умер, — начала я, постукивая пальцами по бокалу. — Я была достаточно взрослой, чтобы помнить, как сильно его любила, и достаточно взрослой, чтобы чувствовать боль от осознания того, что он больше никогда не вернется.

Райан взял меня за руку и сжал ее:

— Мне жаль.

Я кивнула:

— На похоронах мы все сидели за столом, и моя мама… это был первый раз, когда я видела, как она плачет, она буквально содрогалась от рыданий, она была такой грустной.

Райан водил пальцем по моей ладони:

— Энди, мне так жаль.

— Все в порядке, я помню тот день, как будто это было вчера. За столом после церемонии я пошутила, что дедушка гордился бы, что на его поминках есть хот-доги, и все засмеялись, даже мама.

Я медленно выдохнула воздух, который держала в себе, пока рассказывала, и была слегка шокирована тем, насколько больно вспоминать об этом, хотя прошло уже много лет. Прикосновение Райана помогло, и я продолжила:

— Я никогда не забуду звук ее смеха в тот день, а еще — свои чувства при виде собственной семьи, улыбающейся от моей шутки, когда ничто другое не могло заставить их улыбнуться.

Я замолчала, Райан крепче сжал мои руки.

— У тебя все получится, Энди, — сказал Райан. — Я тебя едва знаю, но чувствую, что у тебя все получится.

— Откуда ты знаешь?

— Ты слишком упрямая, чтобы сдаться, — сказал он, улыбаясь. — Я знаю, потому что сам такой же.

Я рассмеялась, но как-то грустно. Райан разбередил старые раны, и они все еще не перестали кровоточить:

— Я надолго забыла о своей мечте. Когда училась в школе, мне хорошо давалась математика, все мои учителя говорили мне стать аналитиком, бла, бла бла…

— Что случилось?

— Несколько лет назад умерла моя мама, и это было тяжело. Очень тяжело. Она была моим лучшим другом.

Внезапно Райан обнял меня, и я сглотнула ком в горле. Изо всех сил я постаралась не плакать — я уже достаточно слез выплакала, — но они все равно побежали, всего пара слезинок, которые оставили мокрый след на его рубашке.

Я отстранилась от него, вытерла рукой глаза и, всхлипнув, сказала:

— Ты только посмотри на меня. Бьюсь об заклад, ты и думать не мог, что сегодня на твоей кухне будет плакать девушка из службы доставки.

— Нет, — ответил он. — Откуда я мог знать, что мне так повезет?

— В любом случае, это моя история, — произнесла я, благодарная ему за то, что он отнесся к моим слезам спокойно. — После ее смерти я довольно надолго погрузилась в темноту. Я ненавидела это каждую секунду.

— Но ты смогла выбраться.

— Мне понадобилось некоторое время, но когда наконец начала вытягивать себя из мрака, дала сама себе обещание находить свет в любой тьме. С тех пор я стала учиться, а также выступать во всех барах и клубах, в которые могу попасть. Однако при всех моих усилиях, я смогла заработать дохлых десять долларов, так что, похоже, я буду бухгалтером.

— Эй. — Райан смахнул пропущенную мной слезу со щеки. — Не нужно так говорить. Я едва тебя знаю и говорю тебе, что ты сможешь, так что просто поверь мне. Я не вру, Энди. У тебя есть страсть, ты тяжело трудишься, чтобы добиться успеха, так продолжай в том же духе, и ты добьешься своего.

Улыбка, которую я натянула на лицо, была лишь маской, прикрывающей большой пузырь в моей душе, так что Райан никогда не узнает, как много значили для меня его слова поддержки.

— Я лишь попрошу тебя верить в себя, — посоветовал он, качая головой. — Потому что никто этого не сделает для тебя. Никто не возьмет за меня шайбу в руки и не прокатается по арене несколько часов в день, но я хотел и хочу этого сам, и знаю, что ты тоже этого хочешь. Быть уверенной в себе. Ты красивая, умная и смешная. У тебя все получится.

Когда мужчина, при том такой горячий как Райан, говорит такие вещи, девушка запросто может впасть в кому. Но я все же пересилила себя и сосредоточилась на его карих глазах и темных волосах, мягко ниспадающих на лоб.

— Спасибо, что сказал мне все это.

Он слегка отвернулся, как будто неуверенно, поэтому я потянулась к нему и положила руку на плечо. У него был просто сумасшедше твердый бицепс, но я проигнорировала это и сфокусировалась на его лице.

— Правда, — продолжила я. — Я не могу передать, насколько важны для меня твои слова.

— Хочешь перейти куда-нибудь в более комфортное место? — спросил Райан. — Где мы сможем продолжить наше общение?

— В кровать?

Он приподнял брови:

— Я собирался сказать «в гостиную», но я открыт для предложений.

Я покраснела:

— Гостиная подойдет.

Я оставила свой пустой бокал на столе — все же мне еще потом надо ехать домой — и пошла за ним по роскошно обставленному дому.

Гостиная уютно разместилась в крыле первого этажа с новой мебелью. В отличие от коридора и кухни, эта комната выглядела более приветливой, теплой и обжитой. В камине трещали дрова, хотя на улице температура едва ли упала до пятидесяти градусов[2].

Я показала на камин:

— Ты ведь понимаешь, что мы в Лос-Анджелесе, да?

— Он напоминает мне о доме, — Райан улыбнулся, и я вспомнила, что он сам не из солнечного города.

— Миннесота? — спросила я, как будто сама этого еще не знала. А ведь я знала — об этом написано в статье на постере над моей кроватью.

— Да, — ответил он. — Я живу там все время и играю за «Звезд Миннесоты».

— Почему ты решил переехать?

— Бюджет больше, больше шансов попасть в плей офф. Я не смогу играть всю свою жизнь, поэтому должен пользоваться всеми шансами, пока есть возможность.

— Если останешься играть здесь, будешь скучать по дому?

— Я не рассматриваю переезд сюда навсегда. — Он краем глаза посмотрел на меня. — Я, правда, очень люблю Миннесоту, даже если мне придется переехать оттуда, то лишь ненадолго.

— Понятно.

— Я всегда думал, что вернусь в Сити, когда… когда завершу карьеру. Нет ничего лучше катания на коньках по замерзшим озерам в зимние месяцы. Магия первого снега, первого льда сезона, — в его глазах появилась тоска, он прикусил губу, но продолжил: — И, конечно же, кое-что еще.

— Ты скучаешь по снегу?

— Я скучаю по дому, — ответил он. Мне грустно, и сердце сжимается от тоски по ДОМУ, ведь он так нежно и трепетно говорил о нем…

Да, у меня есть дом, папа, Анджела и сестры, но одна сестра живет в Нью-Йорке, вторая в Сан-Франциско, а младшая на семестр уехала учиться в Испанию. Вот она-то и любит выпечку, так что в последнее время, пока ее нет, наш дом не пахнет печеньем. Брат в колледже в Калифорнии, так что мы его почти не видим, разве что на Рождество.

Когда умерла мама, моя семья распалась на части. Дом больше не так важен, как раньше. Без мамы, держащей нас всех вместе, мы все, как семена одуванчика, разлетелись по миру. Да, мы все любили друг друга, но сейчас все было по-другому.

Я проглотила комок в горле, полагая, что лучше сменить тему. На краю стола лежала книга, перевернутая обложкой вниз, как будто ее кто-то только что читал. Я провела пальцем по обложке:

— Ты читаешь?

— Да, — ответил он. — Ты, кажется, удивлена. Я учился в колледже, хочешь верь, хочешь нет.

— Прости, я ничего такого не имела в виду. Я просто удивлена, что у тебя есть на это время, вот и все.

Райан рассмеялся:

— Прежде чем думать обо мне хорошо или плохо, я должен кое в чем признаться.

Его голос зазвучал серьезно, лицо стало каменным, напряженным, я наклонилась вперед и спросила:

— В чем?

Он отвернулся:

— Я никогда не читал «Унесенные ветром» или Хемингуэя.

Я притворилась жутко расстроенной:

— Не может быть!

— Да, — подтвердил он. — Если это проблема для тебя, можешь уходить, я пойму.

— Вот тебе вопрос на двадцать миллионов долларов, — произнесла я. — Ты сейчас читаешь эту книгу?

Я взяла книгу в руки. Это «Гарри Поттер», я читала ее ровно один миллион и еще девять раз.

Райан повернулся ко мне, лицо серьезное:

— Торжественно клянусь, что замышляю только шалость.

У меня отвисла челюсть; Боже правый, чтобы ее закрыть, нужно помогать руками.

— Ты выйдешь за меня?

— Да.

Я глотала воздух, потому что понятия не имела, как вести себя после того, как Райан Пирс принял мое шуточное предложение о женитьбе:

— Клево.

— Выберем дату?

— Райан… — Я неуклюже поерзала на месте. — Это была шутка.

— Знаю, но ты подкинула мне идею.

— О, это уже звучит ужасно.

— Лилия, невеста моего брата, ты видела ее, — начал объяснять он и, не дожидаясь моего ответа, продолжил: — у них свадьба через два месяца.

— Здорово, — кивнула я.

— Пойдем туда со мной.

— Что?

— Пойдем со мной на свадьбу как друг.

Я покачала головой:

— Мы только познакомились. Я ничего не понимаю.

— Да, мы только познакомились, но сейчас — идеальное время. Моя мать пригрозила, что найдет мне пару сама, если я не сделаю этого, а она обязательно выберет Челси Хеймлин, а вечер с Челси не переживет никто.

— Почему я?

— Потому что ты — совершенство, — произнес он, и мое сердце затрепетало. — Ты красивая, смешная и не питаешь иллюзий. Я приглашаю тебя пойти со мной на свадьбу как друга. Большинство девушек согласились бы, не раздумывая, в надежде, что это превратится во что-то большее.

— Но…

— Я знаю Ника Беннетта.

У меня вновь отвисла челюсть:

— Ты знаешь Ника Беннетта?

Ник Беннетт — легендарный агент по талантам, который работает в одном из крупнейших агентств Голливуда. Он взрастил множество комиков, известных всем и каждому. Если бы я увидела его лично, я бы умерла на месте.

— У моего брата большие связи, это ему необходимо по работе, — сообщил Райан. — Что скажешь, если я организую тебе встречу с Ником, а ты в обмен притворишься моей девушкой на один уикенд? Я не буду приставать, и так далее, лишь только если ты сама этого захочешь.

— О, прости, но я не могу.

— Почему нет?

— Да я ведь едва тебя знаю!

— Мы уже целую неделю обмениваемся пиццей и деньгами, — напомнил он, в его тоне явно слышалось беспокойство. — Мне кажется, что я знаю тебя лучше, чем своих друзей.

Я засмеялась, потому что в его глазах плясали огоньки, он улыбался во весь рот:

— Это нелепо. Не нужно устраивать мне встречу с Ником — ты не позволил мне заплатить за ремонт твоей машины, я тебе уже должна за это.

— Это значит «да»?

В раздумьях я приложила палец к губам.

— Вырвись из рутины всего на два дня, — сказал он. — Я все оплачу, сниму отдельный номер в гостинице, чтобы тебе не пришлось быть со мной в одной комнате. Давай же, Энди, соглашайся. Будет весело. Пожалуйста?

Я не знаю, какая земная сила заставила меня ответить «да», но уже спустя секунду я сообразила, что киваю.

— Подожди, — сказала я, вроде как передумав. — Свадьба через два месяца? Что, если к этому времени мы даже больше не поговорим? Много что может произойти с девушкой из службы доставки.

— Давай пустим эти два месяца на свидания, будем узнавать друг друга и проводить время вместе. Если к тому времени я все еще буду тебе нравиться, то ты пойдешь со мной на свадьбу. Если же нет, что ж, ничего страшного. Надеюсь, мы здорово повеселимся вместе.

— Свидания?

— Послушай, Энди, я буду честен. Я ведь уже упоминал про дела с Джоселин Джонс — если я хочу подписать с ней контракт, то должен держать свою личную жизнь в строжайшей чистоте. Никаких отношений, никаких официальных встреч на публику, никакой драмы. При первых признаках драмы Джоселин начинает вести себя как пугливая лошадь.

Я начала понимать, о чем он говорит:

— Я понимаю. Я — простой вариант. Встречаться со мной и тусоваться в качестве прикрытия, а потом, в решающий момент, мы просто пойдем каждый своей дорогой.

— Нет, — ответил он. — Ты — не простой вариант, ты — лучший вариант, потому что ты мне действительно нравишься, очень. Я могу разговаривать с тобой. Ты вообще знаешь, как сложно поддерживать беседу с хоккейной болельщицей, которую больше привлекают игроки, а не сама игра?

— Никогда не пробовала, — сухо буркнула я. — Хотя предполагаю, это сущая пытка.

Он улыбнулся:

— Послушай, я пойму, если ты откажешься. Я все равно организую тебе встречу с Ником. Я не хотел, чтобы это прозвучало как ультиматум, ведь ты заслуживаешь этой встречи.

— Райан…

— Я просто думал, что это будет здорово. Мама обрадуется, если я приду на свадьбу не один, Джоселин будет довольна, что у меня нет отношений, о которых бы все трепались, и самое главное, я буду счастлив, потому что буду проводить время с тобой.

Не думала, что сегодня такое со мной случится. Американские горки какие-то, но это имело смысл. Я не могла поверить, что он заинтересовался мной.

Мне нужно было точно знать, что ему нужна от меня только дружба, и ничего кроме дружбы. Я умела быть другом, а вот быть чьей-то девушкой сложнее.

Но потом у меня в голове промелькнули слова Лизы и Анджелы — Лиза сказала мне, что я никогда не рискую с парнями, и что моя вагина покрылась паутиной — и я решила: все! С меня довольно. Мне больше не нужна пыльная вагина, я хочу здорово провести время с Райаном Пирсом.

— Знаешь, что? Мне сейчас тоже не нужны отношения. Я скоро заканчиваю учебу, а потом мне нужно будет сосредоточиться на карьере. Полагаю, немного веселья мне не повредит.

— Просто веселье и никаких обязательств.

Я не уверена входил ли туда секс, буду ориентироваться по ситуации:

— Просто друзья? — уточнила я. — Мы не пара?

— Просто друзья. Я и с места не сдвинусь, если только ты первая меня не поцелуешь, — пообещал Райан и подмигнул мне. — Я не хочу все испортить.

— Хорошо, — согласилась я. — За одним лишь исключением: не нужно со мной встречаться и ходить на свидания. Это все просто усложнит. Давай просто гулять вместе и ходить в разные места как друзья. Я уже и так должна тебе за разбитую машину, поэтому если я пойду с тобой на свадьбу, то все делим по-честному, пойдет?

— Мы это и так уже сделали, детка. Но да, я согласен делить все честно.

Я встала и протянула ему руку.

Он удивил меня, принял мою руку и поднес к губам для поцелуя.

— Даже если мне нельзя ходить с тобой на свидания как с девушкой, Энди Перетти, я собираюсь на всю катушку использовать эти два месяца.

Несмотря на все мои старания, в животе предательски запорхали бабочки.

— О, Боже, вот это будет классное приключение.

— Это будет… — звонок моего телефона прервал Райана.

Я извинилась, открывая сообщение. Это от Лизы, срочно.

Лиза: Тащи свою задницу в Дом Смеха. Я только что забронировала последнее место, выступление ОПЛАЧИВАЕМОЕ!!! Торопись. Я умру, если в зале не будет знакомого лица, когда будет мой выход. Двадцать минут до начала.

Глава 11

Райан

Что-то не так.

Еще секунду назад я думал, что мы наконец вышли на финишную прямую, и вдруг… дерьмо. Она прочитала СМС, и выражение ее лица не предвещало ничего хорошего. Она вот-вот откажется от моего предложения, а я уже было размечтался, предвкушая, что Энди будет моей, пусть даже ненадолго и только понарошку.

Не нужно было мне приставать к ней с этой идиотской свадьбой. Я такой эгоист. И о чем, черт возьми, я думал, когда приплетал сюда Ника Беннетта? Неужели я такой придурок, который хвастается знакомством с видными людьми как клоун?

Дело в том… что ж, я не могу этого объяснить. Есть часть меня, которая хочет быть рядом с Энди больше всего на свете, и для этого вовсе не обязательно козырять знакомствами. Мне нужно доказать ей, что я не такой же мудак, как все те, с кем она привыкла проводить время, а судя по тому, как она реагирует на некоторые вещи, которые я делаю для нее, именно с мудаками она и общалась.

Я видел, насколько некомфортно она чувствовала себя на кухне, это меня слегка раздражало. Особенно то, что люди могут не увидеть настоящую Энди — умную, смешную, прекрасную девушку. Я уже знал, что она не заинтересована во всяком одноразовом перепихе, потому даже не собирался предлагать ей такой вариант.

Энди — не тупая фанатка. Если бы она была хоккейной фанаткой, охотящейся за игроками, я бы уже давно раздел ее и запустил бы руку ей в трусики, но это не тот случай. Меня это больше не интересует. Меня интересует Энди.

Нужно проводить с ней больше времени, чтобы показать ей это. Десяти странных минут, которые мы тратим на передачу пиццы, вовсе недостаточно, а теперь я, похоже, отобрал у себя и это. Судя по ее лицу, что-то явно произошло. Она смотрела на свой телефон так, как будто кто-то умер.

Или, может быть, она пришла в чувство и осознала мои намерения, что я вовсе не хотел быть ей другом, а хотел сделать ее своей, забрать себе кусочек настоящей Энди, который она показала — сильный, болезненный, покрытый печалью кусочек — и сделать так, чтобы она забыла все плохое. Я хотел приносить ей только добро, больше всего на свете мне хотелось слышать ее смех.

— Энди, все в порядке? — спросил я. Она выглядела просто потрясающе. Я постарался не сосредотачиваться на ее груди и смотреть ей в лицо, но это было чертовски сложно. Мне сложно. Я хотел ее — почему я не мог сосредоточиться на ее словах? Я кашлянул и спросил еще раз: — Что случилось?

— Ничего, — ответила она быстро. — Ничего ужасного, но мне нужно ехать.

— Что-то произошло? — Интересно, это из-за меня? — Я сказал что-то не то?

— Нет, нет, ничего такого, — она нахмурила брови. — Это СМС от подруги…

Боже, даже ее брови выглядели сексуально. Что, черт возьми, со мной происходило? Я случайно отключился, и теперь она говорила о чем-то другом.

— …забронировала время на сцене, а у нас это глупое обещание, — она смутилась. — Мы с Лизой дружим всю жизнь, мы дали обещание, что всегда будем присутствовать на выступлениях друг друга. Отстойно, когда ты совсем один, поэтому мы пообещали, чтобы такого с нами не произошло.

— Я не думаю, что это глупо.

— Не думаешь?

— Нет, я думаю, что это очень мило с твоей стороны. Ты хороший друг.

— Иногда быть хорошим другом отстойно, — она хитро взглянула на меня, и тут до меня дошло, что она намекало на то, что не хочет идти. — Я не хочу уходить, но Лиза уже забронировала время на сцене, и мне просто необходимо там быть. Соглашение, понимаешь?

Она встала и сделала несколько шагов, шатаясь.

— Тебе нельзя за руль, давай я отвезу тебя.

— Не глупи, это на другом конце города. Я выпила всего один бокал вина. Да и я могу вызвать «Убер».

— А я выпил лишь половину бокала, вешу более двухсот футов, а перед твоим приходом съел большой сэндвич, так что я трезв как стеклышко.

— Зачем ты это сделал?

— Сделал что?

— Съел большой сэндвич! Я ведь везла тебе пиццу!

— О, э-э-э…

— Шучу, — усмехнулась она. — Я вызову «Убер».

— Нет. — Я встал рядом с Энди и положил руку ей на плечо. Господи, у нее такая мягкая кожа. Я хотел трогать ее везде и, черт возьми, если нужно ехать через весь город в какой-нибудь захудалый клубец, чтобы заполучить ее, я готов. — Я хочу поехать туда с тобой.

— Это грязный, подземный комедийный клуб. Вероятнее всего, там будем мы, Лиза и Фил.

— Кто такой Фил?

— Бездомный парень, который живет возле почтового ящика.

Я широко улыбнулся:

— Супер, мне уже нравится это место.

— Правда?

— Мне нравятся необычные клубы.

Я не сказал ей, что в нормальных местах мне обычно тычут камерами в лицо и просят дать автограф. Не поймите меня неправильно, я люблю фанатов, но иногда мне нужно чуточку свободы.

— О, эти проблемы богатых и знаменитых, — Энди подмигнула мне, мои слова не подействовали, и она раскусила мое рыцарство. — Что ж, пожалуй, я принимаю твое предложение отвезти меня, но, — она ткнула в меня пальцем, — это не настоящее свидание.

— Это даже не фальшивое свидание, — согласился я, подняв руки вверх. — Я лишь подвезу тебя, как делают все добрые самаритяне.

Она рассмеялась, и я едва сдержал стон. Я мог хотеть переспать с ней больше, чем хотеть дышать, но должен был набраться терпения. Я чувствовал, когда девушка другая, особенная, не такая как все — по крайней мере, думал, что чувствую. Раньше со мной такого не случалось, чтобы от одной лишь улыбки сердце билось чаще.

— Тебе не обязательно допивать, — сказал я, когда она потянулась к своему бокалу.

Я не хотел брать на себя ответственность за то, что напоил ее на нашем первом полусвидании, даже если оно не настоящее. Более того, давать ей напиться — плохая идея.

Наш первый поцелуй — а она обязательно меня поцелует — я хотел, чтобы она его запомнила и захотела еще.

— О нет, обязательно, — девушка хлопнула меня по груди. — В баре, в который мы едем, подают всего два напитка. Обычно вместо выпивки я заказываю две диетических колы, так дешевле, поэтому выпью вино сейчас, и мы можем ехать. Плюс, у меня уже есть личный водитель.

Она перебирала пальцами на моей груди, я впитывал ее прикосновения.

— Ты готова? — спросил я хриплым голосом. Если бы мы еще пару минут побыли здесь, я бросил бы Энди на кровать и стащил ее дурацкую майку. Поэтому я взял девушку за руку. — Пойдем, а то мы никогда не выйдем отсюда.

Глава 12

Энди

— Мы на месте? — Райан быстро обошел «БМВ» брата и открыл мне дверь, а я только успела поднять руку к дверной ручке. Он помог мне выйти из машины, а я раз в пятидесятый извинилась за то, что его машина все еще в ремонте.

— Расслабься, — успокоил он. — Пустяки.

— Не нужно мне было брать тебя с собой. — Я прислонилась к машине и посмотрела на ветхое здание клуба. — Это место не подходит для Райана Пирса. Ты можешь ехать, я вызову «Убер». Плюс, я все еще буду доставлять тебе пиццы.

— Надеюсь на это. По городу ходят слухи, что я оставляю слишком большие чаевые. — Райан подвинул руку, и его ладонь оказалась на моей спине, такая дразнящая; майка задралась, и его пальцы касались голой кожи между ней и джинсами. — Пойдем занимать места, шоу начнется через три минуты.

Я переоделась из рабочей фирменной майки «Перетти» в черный топ и кожаную куртку, которые вытащила из машины. Я ничего не могла сделать с легким ароматом сырной пиццы, исходившим от моих рабочих джинсов, но выглядела вполне прилично, и могла смело идти в Дом Смеха. Немного туши на глазах, капелька блеска на губах, черт, да это же почти свидание.

Дом Смеха — это средненькое заведение. Здесь можно увидеть знаменитость только, когда они прогоняют новый материал перед выходом на большую сцену. Что ж, Дом Смеха все равно больше тех клубов, в которых мы с Лизой обычно выступаем.

Как я могла так говорить? Да очень просто: там внутри есть люди. Настоящие, живые люди, толпящиеся возле бара, ожидая своей очереди, чтобы попасть в клуб. Я часто приезжала сюда, чтобы посмотреть на своих одноклассников, которые вошли в индустрию смеха так же, как и я. Поэтому я знаю Брюса — вышибалу. Он здесь работает, в основном, за время на сцене, подрабатывая комиком, когда его бывшая жена забирает детей на выходные.

— Привет, Энди. — Брюс притянул меня к себе и расцеловал в обе щеки, затем бросил взгляд на Райана. — Минутка сладкого смеха у Лизы, да? Вот это поворот. Я рад за нее.

— Не могу дождаться, когда увижу ее на сцене, — прошептала я. — Она будет писать кипятком, когда увидит толпу такого размера.

Рука Райана все еще была на моей спине, и мне это нравилось. Брюс, однако, всегда защищал своих коллег-комиков, поэтому попросил Райана показать удостоверение личности.

— Да ладно тебе, Брюс, — сказала я. — Он со мной. Успокойся.

— Все в порядке, — Райан с улыбкой протянул Брюсу свое удостоверение личности. — Я не против.

Я с подозрением посмотрела на Райана — он выглядел головокружительно позитивно настроенным. В этот момент я поняла, что его, вероятнее всего, никогда не просили показать удостоверение личности, потому что его и так все узнают. Для него это в новинку, и даже слегка странно.

Брюс, хмыкнув, пропустил нас.

— Милый парень, — пробормотал Райан и прижал меня к себе еще ближе, когда мы проходили через двери. — Твой друг?

— Да, он хороший. Просто присматривает за завсегдатаями, — я улыбнулась. — Я могу угостить тебя содовой? У меня нет с собой столько наличных, чтобы купить что-нибудь другое.

Райан открыл, было, рот, чтобы ответить мне, но я перебила его.

— Погоди! — я вытащила деньги за доставку из кармана. — У меня есть твои чаевые. Хочешь бокал вина? Давай сегодня оторвёмся по полной!

— Я буду пиво. Машина, — объяснил он в качестве оправдания. — И на следующей неделе мне нужно будет вернуться в Миннесоту для подготовки к сезону.

— Миннесота?

Он пожал плечами:

— Пока здесь контракт не заключен, я все еще играю за «Звезд». У меня обязательства перед командой.

Райана, похоже, что-то беспокоило, но я пока не поняла, что именно. Прежде чем я успела что-либо сделать, Райан уже заказал себе пиво, бокал вина для меня и расплатился наличкой. Потом он выбрал столик возле сцены и, выдвинув стул, указал мне на него, предлагая присесть.

Этот его джентльменский поступок был крайне опасен.

Я ведь могла и привыкнуть к этому, и вообще, это последняя вещь, о которой мне следовало думать, особенно после того, как я согласилась быть его девушкой на свадьбе брата. Ну, он, по сути, сказал мне, что единственная причина его хороших манер кроется в том, что он не собирается спать со мной.

К сожалению для меня, потому что я думала, что вся эта история с фальшивой девушкой выльется в роман на одну ночь, но это хотя бы значило немного больше. Посмотрим. Может быть, он вовсе не против и открыт для предложений.

— Почему мне кажется, что ты никогда раньше не была с мужчиной, который тебя заслуживает? — Райан склонился ко мне и прошептал на ухо. — Ты ведешь себя так, будто мне не стоило делать все это — открывать дверь, покупать напиток, возить по городу.

— Я просто… — я запнулась. — Я просто не привыкла к этому.

— В таком случае, ты все делала неправильно.

Я посмотрела на бокал вина, стоящий передо мной. Это просто рефлекс, а не потому, что мне хотелось, чтобы меня жалели. Мне просто нечего было ответить. Наверное именно поэтому я была все еще одинока: я не встретила человека, рядом с которым чувствовала бы себя хорошо, но все это было до Райана.

— Эй, — Райан протянул руку и приподнял мой подбородок. — Ты просто не знала этого раньше. Теперь знаешь. Энди, ты заслуживаешь такого парня, который бы открывал для тебя двери и покупал выпивку. Не соглашайся на встречи с идиотами, которые не могут делать такие простые вещи.

Я сглотнула комок и кивнула. Обычно я с сухими глазами мужественно переносила невзгоды, смеясь в лицо грусти, но что-то такое в Райане заставляло меня говорить, изливать душу и делиться историями. Что-то в нем было такое, от чего я чувствовала себя в безопасности.

— Это еще не все, — Райан приобнял меня за плечи и продолжил шепотом. — Ты заслуживаешь мужчину, который будет целовать тебя, пока ты не забудешь, как тебя зовут, который уложит тебя в кровать и удовлетворит все желания и мечты, а на утро принесет кофе в постель. Ты заслуживаешь всего этого, и даже больше.

— Спасибо, Райан, но тебе не обязательно все это говорить…

— Ничто из вышесказанного не повлияет на твое решение, — сказал он. — Только если ты сама не решишь. Я же просто сказал тебе правду.

Теперь мои глаза защипало, и, кажется, было опрометчиво с моей стороны соглашаться быть его девушкой на свадьбе брата. Если бы я не согласилась лишь на дружбу, то могла бы прямо сейчас поцеловать его, и уверена на сто процентов, что забыла бы свое имя, когда он поцелует меня в ответ. Иногда я ненавидела саму себя за здравомыслие.

— Очень мило с твоей стороны, — начала я, но он замотал головой.

— Я вижу сомнение в твоих глазах, и мне это не нравится. Ты можешь многое предложить этому миру, Энди, и все те, кто не видит этого — просто полные придурки, — он сделал паузу, глотнул пива, а затем слегка изменил тему: — Я вовсе не говорю, что я — идеальный мужчина для тебя, просто пытаюсь сказать тебе, что есть на свете мужчина, который будет относиться к тебе должным образом.

Я прочистила горло, все еще с большим недоверием, что ему вообще есть дело до меня. Он вовсе не обязан был говорить мне все это; особенно если учитывать тот факт, как другие особи женского пола, присутствовавшие в зале, на него смотрели. Он мог выбрать любую и еще до полуночи затащить ее в постель — включая меня, разумеется.

Темные, такие душевные глаза на контрасте с бдительностью и чувственностью, обаятельностью и одновременной глубиной. Взлохмаченные волосы подчеркивали загорелую кожу, мускулистые руки выделялись под свитером, таким мягким и нежным.

К сожалению, единственные его слова, на которых я заострила внимание, это, конечно же: «Я вовсе не говорю, что я идеальный мужчина для тебя».

— Шоу начинается, — Райан отстранился и перевел взгляд на сцену. — Твоя подружка уже на сцене?

Я покачала головой. Лизы нигде не было видно. К счастью, именно в этот момент подошел официант и поставил передо мной бокал вина. Я сделала глоток, откинувшись на спинку стула, и позволила вину подействовать, горячая волна окутала мою кожу, а я рассматривала зал.

Клуб был небольшим, но сегодня битком набит. У комика, который отменил свое выступление, имелась толпа поклонников, остальные артисты в списке были третьесортными. Я не про популярных комиков и актеров, а про актеров, которые снялись в фильме, сказав лишь одну реплику, узнаваемые лица, которым платят за выступление, а не наоборот. Это следующий шаг для Лизы, и я ей очень горжусь.

— Я думала, ты не успеешь! — раздался голос у меня над ухом. — Я уж было собиралась заказать пиццу прямо на сцену, чтобы ты приехала вовремя. Видишь, сколько людей в зале? Это все настоящие, живые люди! И все они пришли сюда, чтобы послушать меня! — Лиза практически пищала от восторга, изучая зал.

Я улыбнулась и чмокнула ее в щеку:

— Ты отлично справишься. О, и, Лиза, это — Райан.

Лиза выпрямилась как телефонный столб и посмотрела на Райана… просто смотрела, и смотрела, и смотрела. У нее немного приоткрылся рот, я протянула руку и закрыла его.

— Привет, — Райан протянул ей руку. — Энди очень, очень тепло о тебе отзывалась. Жду не дождусь начала шоу.

Лиза приняла рукопожатие, но сделала это как робот, без эмоций. Когда она, наконец, заговорила, то неотрывно смотрела на Райана, но, похоже, вопрос был ко мне:

— Ты его привела?

— Да, как я уже сказала, Райан — мой друг, — повторила я.

— Так вы друзья? — она повернулась ко мне лицом. — Я — твой друг, а он — парень, с которым ты хочешь переспать.

Брови Райана поползли вверх, но он никак не отреагировал на слова Лизы.

— Я этого не говорила, — сказала я. — Она просто опьянела от скорого выхода на сцену.

— Нет, — возразила Лиза. — Ты сама говорила, что хочешь…

— Ничего я не говорила, — прервала я ее, чувствуя, что краснею. — Лиза, успокойся. Райан здесь только потому, что мы выпили вина, а он достаточно трезв, чтобы сесть за руль, вот он и предложил подвезти меня.

— Ты пила вино. С Райаном. Пирсом… — она не успокоилась. — Хотя… нет, не так. Ты пила вино Райана Пирса.

Не могу сказать точно, была ли она ошеломлена от встречи со звездой, или была шокирована тем, что я ей ничего об этом не говорила — а это вовсе не моя вина, потому что это случилось совсем недавно, и у меня просто не было времени.

Я встала со стула, чувствуя невысказанный поток вопросов, которые будут категорически неуместными в присутствии Райана. У Лизы, как правило, начисто сносит фильтр, когда она удивлена, пьяна, устала, раздражена, сердита — у нее в принципе он отсутствует, и она говорит, что думает, но я пока не хочу показывать Райану ее жестокое правдорубство.

— Я скоро вернусь. Мне нужно… э-э-э, сделать что-нибудь, — я улыбнулась Райану и толкнула Лизу в спину за сцену, в туалет. — Лиза, хватит!

— Это же Райан Пирс, — выпалила она в ответ.

Она привела меня сюда, потому я промолчала.

— Я только что узнала, что ты пила вино у него дома? Ты выбила меня из колеи прямо перед моим выступлением, — сказала она, надувшись. — Ты опасна для моей карьеры.

— Почему это ты выбита из колеи?

— Потому что Райан Пирс в зале! С моей лучшей подругой!

— Я просто готовлю тебя. — Я погладила ее по плечу. — На здоровье.

— Готовишь к чему?

— К выходу на сцену, — я сделала паузу, смягчила тон и быстро ее обняла. — Прежде, чем ты соберешь мое грязное белье в кучку, дай мне объяснить все, потому как я сама, точно так же, как и ты, не ожидала, что он будет здесь. Он заказал пиццу, мы разговорились, выпили по бокалу вина, а потом…

— Ты переспала с клиентом? Что на это скажет твой папа!

— Что? Нет! — Кто-то внутри кабинки вздохнул, и я понизила голос: — Я собиралась сказать, что мы приехали сюда на шоу. Это было буквально пять минут назад. И не вздумай ничего говорить моему папе про секс с клиентом. Это неправда. Райан не хочет секса со мной.

— Бред.

— Что ты имеешь в виду?

— Он смотрит на тебя как на индейку в День благодарения. Он хочет тебя.

— Да ну, чепуха.

— Ты знаешь, что я права. Он смотрит на тебя с вожделением, и если ты будешь вести себя правильно, то тебе повезет.

— Неправда. Плюс ко всему, он все еще остается клиентом.

— Черт, вот это вечерок. Твой папа еще нанимает персонал? Я тоже хочу найти себе своего Райана Пирса.

— Ты отвлеклась, — я улыбнулась ей. Наконец Лизу расслабилась и улыбнулась мне в ответ. — Перестань зацикливаться на мне. Сегодня твой вечер. Это большой шаг для твоей карьеры.

— Может быть.

— Может быть? Серьезно! Они позвонили тебе, когда Люк Донахью отменил свое выступление. Люк Донахью! Он сказал одну фразу в фильме «Молодая семья» и сыграл маленькую роль в «Тэйкауте». Люди знают Люка. Ты прогрессируешь, Лиза. Наконец-то это происходит! Все эти годы тяжелой работы наконец окупаются!

Лиза покачала головой:

— Я не готова к этому. Я думала, что готова, но там столько людей — я не смогу! Я провалюсь с треском или вообще надую в штаны — это просто неизбежно.

— Будет все больше и больше людей, которые будут приходить смотреть на тебя. Так и должно быть. Будь уверена. Ты — бойкая. Пуленепробиваемая. Смешная, умная, милая, ну, где-то в глубине души, за всем твоим сарказмом.

Она засмеялась:

— Тебе придется глубоко копать, чтобы дойти до меня милой.

— Но я знаю, что это так, а Райан это просто одна из многих известных личностей — спортсменов, кинозвезд, политиков — и все они в ближайшем будущем будут смотреть, как ты выступаешь. Так что, давай, поднимайся и порви всех сегодня!

— Я в ужасе.

— Сделай вид, будто в зале только я, Фил и Брюс, — сказала я. — Мы навсегда останемся твоими фанатами номер один. Не забудь про нас, когда станешь звездой.

Она крепко обняла меня. Я почувствовала, как дрожат ее руки, когда она прикоснулась к моей спине, и как надтреснул ее голос, когда она сказала:

— Что бы я без тебя делала!

— Ну, ты бы никогда не встретилась с Райаном Пирсом. — С улыбкой я отстранилась. — И да, не за что.

— Лиза, ты следующая. До выхода шесть минут, — мужская голова просунулась в дверь туалета. — Заканчивай здесь и выходи.

— Брюс, кончай совать голову в женские туалеты, — посоветовала Лиза.

Женщина в кабинке снова вздохнула.

— Не знаю, кого ты пытаешься одурачить, Кристина, — обратилась Лиза к двери кабинки. — Я вижу твои туфли и знаю, что ты пытаешься подслушать. Вылезай, перед выходом на сцену мне нужна водка с содовой, пожалуйста.

Наша общая подруга, барменша из Дома Смеха кашлянула в кабинке и ответила:

— Иду.

Мы вышли из туалета, Лиза бросила на меня тревожный взгляд, прежде чем уйти за кулисы, где она будет ждать, когда ее вызовут на сцену.

— Все в порядке? — спросил Райан.

На столике стоял новый бокал вина, я с удовольствием взяла его:

— Все прекрасно. Она порвет всех.

— Я не сомневаюсь.

— Но даже в случае провала ты будешь свистеть, как будто она выиграла кубок Мировой серии, ты меня понял?

— Ты знаешь, что такое кубок Мировой серии? — спросил Райан, приподняв брови.

— А это важно?

Он откинул голову назад и расхохотался, звук его смеха окутался аплодисментами для комика, завершившего сет. Райан тоже захлопал, и мы оба заулыбались и закричали, когда ведущий взял микрофон и представил Лизу. Я встала с места, замахала руками и станцевала. Да, я странная. Прежде чем сесть, я исподтишка поглядела на Райана, чтобы оценить — смущен он или нет.

Вместо того чтобы сосредоточиться на ярких огнях, или смотреть на сцену, или обратить внимание на официантку, которая предлагала ему еще бокал пива, Райан смотрел на меня, и его глаза, казалось, сияли желанием. По всей видимости, ему понравился мой танец.

Вдыхая счастье, я села, взяла Райана за руку и мы вместе стали смотреть шоу.

Глава 13

Райан

Я идиот.

Друзья? Я сказал ей, что хочу с ней дружить?

Я никогда в своей жизни не видел никого более живого. Ее улыбка, смех, то, как она двигала бедрами, когда приветствовала подружку на сцене — все это просто сводило меня с ума.

Она была необходима мне, даже если всего на одну ночь.

Слушайте, я прекрасно знал, что я эгоист. Я жил в Миннесоте, она в Лос-Анджелесе, отношения на расстоянии не работают, особенно с нашими карьерами. Комики постоянно гастролируют, точно так же, как и хоккеисты.

Я должен был оставить ее в покое. Должен был сказать ей, что пойду на свадьбу брата с раздражающим податливым кроликом. Я обязан был перестать заказывать пиццу у ее отца, пока не заплыл жиром и не вылетел из команды.

Но я не мог сделать все это, ведь, как я уже сказал, я эгоист и я хотел ее.

Может быть, не сегодня, может быть, даже не завтра — я терпелив, но однажды это произойдет, я знал.

Я очень сильно хотел ее и уверен, она так же хотела меня. Если мне удастся показать Энди, каким должен быть идеальный секс, может быть, она забудет обо всех идиотах, которые были до меня.

Одна горячая ночь вместе стала бы победой для нас обоих, да?

Глава 14

Энди

— Ты выступила просто потрясающе! — я подхватила Лизу, как только она пришла на место нашей обычной встречи возле клуба. Мы схватили друг дружку за предплечья и сплясали наш девчачий танец, что-то наподобие «Кольца вокруг Рози». — Ты звезда, Лиза!

— Я до смерти боялась. — В темноте глаза Лизы светились как два прожектора, я чувствовала исходящую от нее нервозность, возбуждение, адреналин — все это витало в воздухе вокруг нее. — Я ненавидела это, но и любила одновременно. Черт, я не знаю, что со мной происходит. Я схожу с ума! Это просто потрясающе!

Тень скользнула к моему локтю.

— Сегодня ты напомнила мне, как сильно мне нравится ходить на комедийные шоу. — Райан обнял меня за плечи: само собой разумеющееся движение. Мило… я бы даже смогла привыкнуть к этому.

Прежде чем мой предатель-мозг навёл меня на опасные размышления — как, например, может ли действительно Райан Пирс наслаждаться компанией самой ужасной девушки из службы доставки — я снова погладила Лизу по плечу:

— Поздравляю! Шоу было потрясающим. Ты всех разнесла.

— Присоединяюсь, — Райан улыбнулся. — Когда твое следующее шоу?

— Что?

— Твое следующее шоу, — спросила я, похлопывая Райана по груди, сама не зная, почему нам так быстро стало комфортно рядом друг с другом. Я повернулась обратно к Лизе. — Так когда? Мы там будем— или, э-э-э, я имею в виду, я буду точно, и может быть, Райан тоже, если он, конечно, захочет прийти?

— Конечно, захочу, я же потому и спросил.

Лиза несколько раз открыла и закрыла рот:

— Хороший вопрос. Брюс, на этой неделе будут еще выступления?

Брюс пожал плечами:

— Не знаю, мне о таких вещах не сообщают.

Лиза никак не могла избавиться от дурацкой улыбочки на лице:

— Знаешь, Энди, когда в зале больше одного человека, ощущения совсем другие — по-хорошему другие. А еще они смеялись! Над всеми моими шутками! Ты вообще можешь в это поверить?

Она снова начала хохотать.

— Конечно же, могу! — ответила я. — Они полюбили тебя. Я удивлюсь, если они не позвонят тебе, чтобы пригласить на шоу на следующей неделе. Черт, я даже не удивлюсь, если они больше не пригласят Люка Донахью. Мне кажется, ты идеально его заменила и заменила навсегда.

— Ты думаешь? — в ее глазах появилась вспышка отчаянной неуверенности в себе — эти вещи никогда не покидают душу комика. — В любом случае, я не собираюсь думать об этом сейчас. Ребята, пошли за напитками в бар, вы хотите присоединиться?

Я бросила взгляд на Райана в ожидании его ответа.

— Завтра рано утром у меня встреча, я не могу остаться, — ответил он. — Но, Энди, если ты хочешь — оставайся, я вызову себе такси, а тебе оставлю свою машину, или наоборот.

— Я все понимаю, — кивнула Лиза. Она освободила меня от обязанностей лучшего друга шепотом: — Поезжай с ним. Спасибо, что приехали.

— Мы бы ни за что это не пропустили. — Я остановилась, прикрыв рот рукой в раздумьях — откуда же мы приехали. В надежде, что Райан ничего не заметил, я быстро продолжила: — Твое первое крупное шоу было очень удачным! Это нужно отмечать всю ночь напролет.

Лиза обняла меня еще раз, посмотрев понимающим взглядом, а затем исчезла в недрах бара.

Я повернулась к Райану. Он улыбался во весь рот.

— Где будет наша следующая остановка? — поинтересовался он, беря меня под локоть.

— Заткнись, — пробормотала я. — Мне казалось, что все это — фальшивка.

— А я не говорил, что буду притворяться, — ответил он. — Ведь я должен убедить тебя провести несколько дней — или, по крайней мере, несколько часов — с моей семьей. Ты не зря потратишь свое время, я об этом позабочусь.

— Ты прав, — ответила я. — Тогда я хочу воспользоваться поездкой домой.

— Без проблем, милая.

Глава 15

Энди

— Это не мой дом, и даже не твой. — Я посмотрела в окно после короткой поездки. Мы еще не въехали в Лос-Фелиз, но были и не в моем районе, а где-то между.

— Точно, но здесь самая лучшая кофейня в городе. — Райан взглянул на центральную консоль и на меня на пассажирском сиденье. — Хочешь капучино?

Я пристально посмотрела на него:

— Это что, еще одно фальшивое свидание?

Он вышел из машины, и на этот раз я дождалась, пока он откроет для меня дверь. Райан подал мне руку и повел к двери кафе.

— Мне они кажутся настоящими.

— Но я думала…

— Шутка. Твоя машина стоит возле моего дома, и я полагаю, сегодня ты хочешь вернуться домой на своей машине. Тебе, вероятно, нужно пару часов, чтобы прийти в норму. Поэтому я подумал, что чашка кофе тебе не повредит.

«Ну конечно», — подумала я про себя. В одном предложении он сказал, что заботится лишь о том, чтобы я доехала домой сегодня, и что это все — вовсе не настоящее свидание, и я, по всей видимости, идиотка, раз подумала о чем-то большем, чем попытка протрезвить меня.

Поэтому я повела себя, как сделала бы обычная я — Энди Перетти стайл — я вела неловкую беседу, пока нам не принесли чашки с кофе. К счастью для меня, потому что я наконец смогла занять руки, а не играть с ложкой и пакетиками с сахаром, лежащими на столе.

Сидеть за столиком напротив Райана Пирса — это сложно, очень сложно. Он ужасен в своей красоте, с милыми улыбочками и общей сногсшибательностью. Поэтому я продолжила играть с пакетиками сахара.

— Это лучший эспрессо, который я когда-либо пробовала! — похвалила я, потягивая пенистый, воздушный молочный капучино. Кафешка очень уютная, вдали от дороги, поэтому мы в заведении были одни, несмотря на два тридцать утра. Кажется, скоро нас прогонят, чтобы закрыться и подготовиться к утру.

В мыслях я все время возвращалась к тому, как Райан открывал для меня двери, аккуратно придерживая за спину, как его пальцы нежно касались кожи между майкой и джинсами. Он не убрал ладонь, даже когда официантка поздоровалась с ним по имени, и даже когда она указала на его «обычный» столик в углу. Он убрал руку лишь когда я стала снимать куртку и садиться за столик, тогда он сел напротив меня.

— Замри, у тебя пена прямо… — Райан протянул ко мне руку, коснулся пальцем моей губы. — Можно?

— Неловко.

Я стерла тыльной стороной ладони пену с верхней губы; еще не хватало, чтобы Райан сделал это.

Я взрослый человек и должна, черт возьми, контролировать, куда и как попадает еда, когда я ем.

Райан убрал руку, как будто расстроенный тем, что я сама стерла пену. Он потянулся к моей чашке:

— Можно?

— Хочешь сделать глоток? Да, пожалуйста. — Я посмотрела на его чашку. — Я бы попросила глоток твоего, но терпеть не могу черный кофе. Он похож на грязь.

Райан сделал глоток моего капучино и, когда отодвинул кружку ото рта, вся его верхняя губа была в пене.

Я засмеялась, нарушая тишину кафе. Официантка посмотрела в нашу сторону, нахмурившись, но Райан ее проигнорировал. Я села прямо и, полностью копируя движения Райана, спросила, поднеся палец к его губам:

— Можно?

Райан на мгновение замер, затем схватил меня за запястье:

— Ты можешь… — В его глазах плясали искорки. — Но давай так: руками пользоваться нельзя.

У меня резко пересохло во рту, и я тут же ляпнула самую тупую фразу, какая только могла прийти в голову:

— А чем мне нужно пользоваться?

— Ну, для начала — используй свое воображение.

Я прочистила горло, понимая, что только что чуть не утратила нить флирта с Райаном Пирсом. Он давал мне еще один шанс, и я не собиралась его профукать.

— Без рук, говоришь? — спросила я, изо всех сил стараясь звучать спокойно и соблазнительно, но не уверенная, что это работает. — Что ж, отсюда я не смогу дотянуться до тебя.

— Это можно легко исправить. — Он встал и показал на свободное место возле меня: — Можно?

— Конечно я могу подвинуться, садись.

Он сел, от его запаха у меня свело живот. Карие глаза таяли при встрече с моими, когда он наклонился и произнес:

— Теперь я близко, ты можешь дотянуться.

Капля пены уже исчезла, он провел языком по губам. Тем не менее, я знала, что он хочет, чтобы я поцеловала его — но ведь это неправильно, мы договорились быть только друзьями, никаких свиданий.

— Позволь дать тебе подсказку. — Райан наклонился ко мне, его губы оказались чрезвычайно близко от моих.

Я утонула в его губах, наклонившись ближе, еще ближе, как вдруг:

— Еще кофе? — громко спросила официантка.

Райан, надо отдать ему должное, выглядел спокойным, тогда как я была похожа на красный острый перец.

— Спасибо, не надо. — Я подвинула чашку ближе к официантке, затем повернулась к Райану. — Мне надо домой. Ты говорил, у тебя дела утром.

— Нет, — ответил Райан, вытащил кредитку из кошелька и протянул ее официантке. — Я просто хотел побыть с тобой наедине, вместо того, чтобы толкаться в переполненном баре и, перекрикивая музыку, пытаться поговорить о чем-нибудь.

— Ладно, но у меня завтра пары, — сказала я, стараясь изо всех сил скрыть свое удивление. — Я уже могу сесть за руль. Мне пора.

— Спасибо Диана, — резко бросил Райан официантке, которая, ничуть не смущаясь, стояла и слушала наш разговор. — Это все.

— Извини, — попросила я сразу же после ее ухода. — Мне кажется, я ей не нравлюсь.

— Просто она не привыкла видеть меня здесь с кем-то еще. Каждый раз, когда я остаюсь у Лоуренса, я предлагаю приехать сюда. А так как, помимо брата и его невесты, я здесь мало кого знаю, то чаще приезжаю сюда один.

— Извини.

— Нет, не извиняйся, мне нравится тишина, иногда хочется выйти из дома — это ведь не мой дом, и порой очень изнурительно чувствовать себя гостем. На самом деле, это здорово сидеть в углу, когда тебя никто не замечает. Диана дала мне почитать «Гарри Поттера», когда узнала, что я его не читал.

Мое сердце одновременно наполнилось теплом и сжалось при мысли о нем, сидящем здесь в одиночку, в уголке кафе с книжкой в руках, заменяющей людей. По какой-то причине, представив это, я загрустила и одновременно ощутила спокойствие.

— Готова?

Пока я здесь мечтала, Райан успел подписать чек, оставить двадцатку на столе и встать:

— Я могу отвезти тебя домой.

— Поедем к тебе, — сказала я, затем быстро уточнила: — Я имею в виду, к моей машине, которая стоит у твоего дома, точнее, у дома твоего брата. В общем, ты понял, о чем я.

— В доме есть еще одна гостевая спальня, если ты решишь остаться. — Ладонь Райана легла на мою талию. — Она к твоим услугам.

Его рука тем временем опускалась ниже и ниже, посылая мне противоречивые сигналы, ведь он говорил совсем другое. Его рот сказал, что я могу остаться у него как гость, однако рука почти забралась ко мне в трусики. У меня внутри все вспыхнуло, и я вдруг сама для себя поняла, что, если он продвинется дальше, я вовсе не буду против.

Когда мы пошли к выходу, Диана бросила на меня язвительный взгляд, и это вернуло меня к реальности. Я, Энди Перетти, борющийся за место под солнцем комик и девушка из службы доставки в одном лице, а он… он просто Райан.

— Все в порядке, я могу сесть за руль. Спасибо за предложение.

Райан остановился, пропуская меня вперед и придерживая дверь.

— Я знаю, что ты в состоянии сесть за руль, — он подмигнул мне, затем притянул ближе, его рука скользнула по моему бедру. — Но это был не вопрос.

Опять эти треклятые смешанные сигналы. Если он не прекратит, то я могу с легкостью оказаться… в его постели… без трусов.

Глава 16

Энди

— Где ты родилась, смешная? — спросил Райан, когда мы были на подъезде к его дому. — Или это пришло к тебе со временем?

— Смешная? — я улыбнулась. Большую часть дороги мы провели, болтая про индустрию комедии. Я так и не поняла, интересно это Райану или он просто пытался поддержать разговор, чтобы избежать неловкой тишины. — Быть смешной сложнее, чем ты думаешь.

— Охотно верю.

— Я написала тысячи тысяч слов, потратила тысячи часов на стендапы — все это лишь для того, чтобы за десять минут, проведенных на сцене, заставить смеяться в зале хотя бы одного человека.

— Хотел бы я посмотреть на твое выступление.

Я покачала головой:

— Я слишком застенчива.

— Ты же только что сказала, что тренировалась тысячи тысяч часов.

— Но это вовсе не значит, что после тысячи тысяч первого часа становится легче.

— Тогда это похоже на хоккей.

— Что ты имеешь в виду? — я нахмурилась. — Разве вы все на льду не используете эту палочку, чтобы толкать маленький черный кругляшок к цели?

— Ты что же, на самом деле думаешь, что хоккей — это толкание маленького черного кругляшка палочкой? — он заливисто рассмеялся. — Я думаю, что комик специально говорит смешные вещи, чтобы смешить людей.

— А это аргумент, — ответила я, улыбнувшись.

— Я тренировался сотни часов, катался на коньках несколько десятков лет, забивал шайбы, изучал стратегию и тактику — все это я делаю, сколько себя помню, а на льду во время игры нахожусь всего несколько минут. Особо разницы нет, забил я гол во время сокровенных минут на льду, или сделал голевую передачу, или вообще ничего.

— Хм, — я размышляла над его словами. — Раньше я никогда не думала об этом в таком ключе, но стендапы практически то же самое. В конце дня, стоя перед толпой людей, я либо блещу, либо полностью проваливаюсь, все происходит в течение нескольких минут, и результат не зависит от количества написанных мной слов при подготовке.

— Другим это все кажется легкотней, по крайней мере, до тех пор, пока они не попробовали сами.

— Вот именно!

Я никогда ни с кем не делилась своими мыслями касательно юмора, кроме Лизы, разумеется. Моим друзьям-бухгалтерам в универе или бизнес-ориентированному папе сложно меня понять. Часы подготовки и тяжелая работа, которая может ни к чему не привести, стресс от ожидания того самого момента и чистый адреналин, когда, наконец, приходит твоя очередь выступать.

Райан полностью понимал меня. Я чувствовала это по его словам и тому, как он говорит о хоккее. Мы, конечно, были из разных миров, но говорили на одном языке.

Мы приехали, Райан припарковал машину брата возле моей. Я заметила, что он поставил машину на значительном расстоянии. На тротуаре возле моего драндулета лежал оторванный бампер. Так мило: он накрыл его, как будто для того, чтобы бампер не замерз.

— О, — произнесла я. — Прости за это.

— Это наша новая дизайнерская статуя. Мне нравится.

— Боюсь, твой брат не оценит.

— Я убедил его не трогать это некоторое время, по крайней мере, пока не разберемся с тобой — точнее, с машиной.

— Спасибо, — ответила я и замолчала на несколько минут. Мы оба сидели и не двигались. — Сегодня был замечательный вечер.

— Ты точно не хочешь, чтобы я подвез тебя до дома? — Райан нахмурил брови. — Утром что-нибудь придумаем, я могу заехать за тобой до начала занятий.

— Нет, спасибо, я в порядке. Кофе помог, и прошло уже больше двух часов с моего последнего бокала. Спасибо за предложение, я ценю.

Райан наклонился, аккуратно и медленно начиная притягивать меня к себе, как будто давая мне возможность сказать «нет». Но я же не дура. Райан Пирс собирался поцеловать меня, и я позволю этому случиться.

Он не поцеловал меня, а нежно прижался губами к моей щеке и прошептал на ухо:

— Рано или поздно я увижу твой стендап. Запомни мои слова.

Я замерла:

— Хорошо, — наконец ответила я и вышла из машины, чтобы не ляпнуть что-нибудь глупое и не вытянуть губы для поцелуя, который мне не светит. — Доброй ночи!

— Энди…

— Созвонимся! — я уже почти дошла до машины, когда Райан окликнул меня. Я медленно продолжила идти, чтобы дать ему время снова позвать меня, если ему есть что сказать. Но он не воспользовался этим шансом.

Так что я села в свой драндулет и поехала домой, всю дорогу молясь. По пути к «Пиццерии Перетти» я анализировала сегодняшний вечер.

«Черт, — вдруг подумала я, открывая двери дома. — Я — фальшивая девушка Райана».

Еще несколько часов назад я думала, что это самое лучшее предложение на свете.

Но теперь была не уверена. Быть настолько близко к Райану и не иметь возможности прикоснуться к нему, это сравнимо с полным мороженого буфетом у тебя в комнате, но тебе говорят, что ты не можешь его есть, а только смотреть, ну и иногда пускать слюни. Райан Пирс — мой буфет с мороженым, и я чертовски сильно хотела его.

Глава 17

Райан

Я дал ей уйти. Я должен был позвать ее, прижаться губами к ее губам, так как она этого хочет. Я чувствовал это — электричество между нами. Если, конечно, не спятил, Энди хотела меня так же, как я ее. Я ошибочно предполагал, что она не желала никаких физических проявлений наших отношений.

Когда я наклонился к ней, у нее перехватило дыхание. Девушка дышала так, как будто хотела чего-то большего, а не простого «пока» и поездки домой. Я тоже хотел большего, но теперь было уже слишком поздно, она уже на полпути к дому, пока я тут сидел в ступоре.

Потому я просто вышел из машины и направился прямиком в душ — опять — позаботился о себе сам, прежде чем пойти спать. Завтра утром у меня ничего не было запланировано, но в обед мне предстояло общение с Ледяной Королевой. А обед уже скоро наступит, особенно, если я продолжу думать об Энди Перетти и ее фигурке.

Поддавшись желанию, я вытащил телефон из кармана и написал ей СМС. Простую СМС, но надеясь, что она поймет контекст.

Райан: В следующую субботу в Лос-Анджелесе предсезонная игра. Приходи посмотреть и ничего не планируй после.

Буквально через секунду мой телефон завибрировал, пришел ее ответ.

Энди: Это свидание?

Прежде чем ответить, я подождал несколько минут, но только потому, что не мог придумать, что ответить. Я знал одно — больше я не позволю ей вот так уйти. Если она согласится прийти на мою игру, если она придет и будет смотреть, как я играю, и позволит мне отвезти ее на ужин после игры, я сделаю все, все что в моих силах, чтобы привезти ее сюда. Одну. Голую.

Я решил не обдумывать это снова, поэтому быстро отправил ответ.

Райан: Да. Одежда не обязательна.

Глава 18

Энди

— Так ты сможешь достать нам билеты? — спросил Джио, прислонившись к стойке, пока Анджела рассматривала его. — Мы с Андж хотим пойти.

Прошло уже две недели со времени нашей договоренности с Райаном. Я собиралась пойти на его игру в субботу, но в самый последний момент папа заставил меня работать, а с папой никто не осмеливается спорить, особенно когда кто-то голоден.

Мы хотели встретиться с Райаном после матча, но он получил небольшую травму во время игры, и ему надо было позаботиться об этом. С тех пор мы обменивались сообщениями, и это было весело, очень весело.

Он слал мне жуткие шутки для моих стендапов, а я в ответ посылала ужасные хоккейные советы. Согласна, все это звучит глупо, но… это наша фишка.

— Я не могу, — ответила я Джио, мальчику-игрушке Анджелы на этой неделе. Он еще более оранжевый, чем Анджела, и мне кажется, использовал больше спрея для загара. У меня закружилась голова от их общего запаха. — Прости.

Джио нахмурился, затем зашел за стойку и крепко обнял Анджелу. Он наклонил ее так низко, что мне показалось, будто она сейчас коснется головой земли, а затем небрежно поцеловал:

— До встречи, детка. С меня ужин. Плевать на хоккей.

Анджела испустила стон удовольствия, когда Джио ушел:

— Ну, разве он не жеребец?

Я невнятно пробормотала что-то себе под нос. После Райана в полотенце, оранжеволицый кукольный Кен даже рядом не стоял.

— Так вы что, теперь пара?

— Пара? — Анджела улыбнулась. — Не знаю, как это называется, но он ночевал у меня прошлой ночью.

Я взвизгнула и ткнула ей пальцем в лицо:

— Так и знала! Ты весь день такая душка. Как только он назвал тебя деткой, я поняла, что у вас была ночь любви! Я думала, ты просто зависаешь с ним, но неужели все идет к серьезным отношениям?

Она прикусила губу и, прежде чем повернуться ко мне обратно, отправила пиццу в духовку:

— Он милый.

— Я так рада за тебя. — Я хлопнула по стойке. — Давай, иди отсюда. Иди в душ. Приготовься к свиданию.

— Но сегодня я должна быть с тобой до закрытия.

— Я справлюсь, — сказала я, махнув рукой. — Беги, наслаждайся. Юношеская любовь — такая драгоценная.

— Ты уверена, что справишься сама?

— Всего-то пара пицц. Без проблем! Папа будет готовить, а я развозить, если будет совсем запара. Не волнуйся.

— Ты — лучшая. — Анджела послала мне воздушный поцелуй и исчезла, оставив после себя облачко блесток с волос.

Я приготовила еще одну пиццу, затем вытащила телефон, чтобы написать СМС Лизе.

Я: Хочешь получить двадцать баксов плюс чаевые? Нужна твоя помощь сегодня!

Она тут же ответила.

Лиза: У меня есть два часа. Буду у тебя в пять.

Два часа спустя мы с Лизой приготовили и доставили шесть пицц. Я выдала ей двадцать баксов, еще тридцать она получила на чай. Все счастливы. Как только я помахала ей на прощание, подъехал папа, чтобы помочь все закрыть. Он вообще приходил в пиццерию когда захочет. Мне кажется, есть преимущества в том, что ты босс.

Я поздоровалась с папой, но нас прервал телефонный звонок. Папа Перетти снял трубку, послушал человека на той стороне линии, и его лицо напряглось. Я наблюдала за ним, протирая стойку.

— Двадцать? — спросил он слабым голосом. — Двадцать.

У меня напряглись плечи. Хотя я была не совсем уверена, но, кажется, догадывалась, кто там на другом конце провода.

— Нет, без проблем. Она приедет. — Папа повесил трубку и странно посмотрел на меня. — Нам нужно двадцать улыбающихся пицц.

— Папа, мы же собирались закрываться! — я попыталась сопротивляться, от всей души желая, чтобы Анджела выбрала любой другой вечер для встречи со своим новым парнем. — Я уже отпустила Анджелу, и мне никак не успеть все сделать одной.

— В таком случае, у тебя есть я, только я и ты, малыш.

Малыш? Голос папы звучал дружелюбно.

— Я начну с теста, ты займись начинкой.

Мы работали рядом в тишине, я и папа в процессе приготовления двадцати улыбающихся пицц для человека, который, вероятнее всего, сделал этот заказ лишь для того, чтобы привлечь мое внимание. Не могу решить, мило это или… или что-то еще.

Я уже согласилась пойти на свадьбу с Райаном, и, если в этом все дело, то я вообще не знала, зачем он позвонил к нам в пиццерию. Мне казалось, наши отношения переросли пиццу.

— Зачем кому-то вдруг понадобились двадцать пицц? — пробормотала я, когда мы заканчивали работу над двенадцатой.

— Я думал, ты мне скажешь. — Папа поднял бровь и с любопытством посмотрел на меня, пока я поправляла нос на десятой пицце. — Клиент назвал тебя по имени.

— Ты уверен? — У меня все свернулось внутри. Двадцать пицц — это вряд ли свидание. Либо это шутка, либо у него вечеринка.

— Ты что, встречаешься с нашим звездным клиентом, Энди?

Я резко подняла голову:

— Нет, конечно, нет. Я просто девушка из службы доставки.

— В штате есть и другие девушки, но никто из них не продал столько пицц одному человеку, и ни одну не называют по имени, как тебя.

— Что я могу сказать? — Я старалась не смотреть папе в глаза. — Я очаровательна.

Папа фыркнул:

— Ну да.

Я выложила глаза четырнадцатой пицце:

— Неужели в это сложно поверить?

— Энди, в тебе есть много чего — ты умная, нахальная, красивая, но вот очаровательная? — он покачал головой. — Я надеюсь, ты знаешь, что, в случае, если во время доставки он заставит тебя почувствовать себя неудобно, только скажи мне. Я все решу.

— Неудобно? — Я вспомнила, как мы с Райаном почти поцеловались в кофейне. Неудобно? Нет. Восхитительно? Волнующе? Согласна на большее? Да, да, да и да. Я старалась сдержать улыбку. — Нет, папа, ничего такого.

Папа прекратил работу и скрестил руки на груди:

— Тебе нравится этот парень.

— Нет! Папа, прекрати это.

— Ты уверена? Он не грубит тебе?

— Уверена. Ничего такого, — я сделала паузу. — Он вроде как друг.

Я чувствовала, как папа рассматривает меня, только родители так могут. Он дал мне время, чтобы самому понять, вру я или нет. Чтобы убедиться, что ничего не спрятано между строк, но я была так же смущена, как и он от всей этой ситуации, так что, к счастью, мне нечего скрывать.

— Что ж, если все действительно так, как ты говоришь, тогда поезжай. — Папа подтолкнул ко мне стопку готовых пицц, видимо решив, что верит мне достаточно. — Если он сделает тебе предложение, соглашайся, но это обойдется ему в сто пицц.

Я уперла руки в боки:

— Так что это получается, ты думаешь — я стою сто пицц?

— Тысячу?

Я закатила глаза:

— Поверить не могу, ты решил обменять меня на пиццу.

— Эй, ты нравишься ему, это ясно. — Он поднял руки вверх, как бы сдаваясь. — Признайся, ты была бы только за обмен!

Я взяла пиццы, забралась в машину и поехала. Мне не нужно было ничего говорить вслух. Я бы с радостью позволила папе выменять меня на сто пицц, если бы Райан согласился.

И даже не собиралась просить чаевые.

Глава 19

Энди

Я очень-очень осторожно припарковалась за машиной Райана, как только добралась до дома его брата. Я оставила около десяти футов пространства между машинами, хотя была не единственной на полосе. По крайней мере, рядом стояло десять машин, все роскошные, гораздо дороже моей.

Я тут же поняла, для чего Райану двадцать пицц. Он это сделал не для того, чтобы увидеть меня.

У него вечеринка.

Я взяла столько коробок, сколько могла унести за один раз, и пошла к входным дверям. По традиции, дверь распахнулась прежде, чем я успела постучать.

— Привет. — Дверь открыла брюнетка, которую я как-то раз уже видела во время одной из доставок — это была Лилия, если я правильно помнила ее имя. Красивая, пышущая здоровьем, спортивного телосложения, в облегающих штанах для йоги и топике с капюшоном. Ее внешний вид полностью соответствовал физиотерапевту, Райан как-то упоминал ее профессию. — Ты Энди?

Я приподняла брови:

— Я девушка из службы доставки, но да, меня зовут Энди.

Она подмигнула, затем вошла внутрь и жестом пригласила меня:

— Заходи в дом.

Я сделала шаг вперед и оказалась в доме, но изобразила, будто раньше никогда здесь не была:

— Красивый дом. — Я взглянула на брюнетку, она поморгала, затем рассмеялась. Она все знает.

— Правда? — Девушка огляделась вокруг. — Лоуренс отлично постарался. Я всего лишь въехала. Разувайся, и пойдем в гостиную.

— Мне нужно забрать остальную пиццу из машины. — Я кивнула в сторону машины. Заказ был на двадцать пицц, а здесь у меня около восьми, остальные ждали на переднем сиденье.

— Я помогу тебе. Ах да, я Лилия. — Она протянула руку и помогла поставить пиццу на столик, затем надела мужские сандалии на пару-тройку размеров больше и пошла в сторону моей машины. — Я невеста Лоуренса. Пойдем скорее за остальными коробками, пока пицца не остыла.

— Тебе вовсе не обязательно… — начала было я, но Лилия уже вышла на улицу, и в связи с этим я сделала вывод, что с ней лучше не спорить. Она мне понравилась.

Лилия говорила очень по-деловому и бегло, так называемым «не вздумай спорить со мной» тоном, который очень подходит ее работе физиотерапевта.

Я прямо видела, как она раздает указания своим пациентам, заставляя изгибаться и наклоняться неестественным образом. Внезапно я вспомнила, что это была она с женихом тогда, в мою первую доставку, и я тут же покраснела.

— У тебя такая красивая одежда, — сказала я, потому как заметила лейблы. — Не хочу, чтобы ты пропахла колбасой.

— Для этого есть стиральная машинка. — Лилия пошла впереди меня, взяла половину пицц из машины, я схватила вторую, и мы вместе направились обратно в дом. — Кстати, ты первая девушка, которую он когда-либо приглашал на покер.

— Что? Кто?

— Райан! — Она посмотрела на меня из-за коробок с пиццей. — Ведь ты здесь за этим, не так ли?

— Если бы я была приглашена, я бы не доставляла пиццу, — я рассмеялась. — Это как будто ты организуешь вечеринку и разносишь блюда гостям, но утверждаешь, что ты тоже гость. Не пойми меня неправильно, но мы в «Перетти Пицце» ценим бизнес.

Замечательно — теперь я разговаривала как робот. Я съежилась, когда закончила свою речь.

— Конечно же, ты приглашена. Мы уже поели. — Она улыбнулась. — Райан сказал, что ему нужно выкупить твой вечер, чтобы ты могла поиграть с нами. По всей видимости, твой папа пристально следит за всеми твоими доставками, да?

В желудке поднялось непонятное ощущение, я не смогла понять, льстит мне это или раздражает:

— Ты уверена?

— Ты ведь не расскажешь, что я раскрыла тебе все карты? — Она перехватила пиццу по-другому. — Полагаю, он пытался быть милым. Пожалуйста, не злись на него.

— О, нет, ни в коем случае. Я не злюсь.

— Хорошо, потому что он сам никогда не скажет тебе это, но я думаю, ему здесь одиноко. Ему придется задержаться здесь на неделю или две больше, чем он планировал — вся эта волокита с подписанием с новым агентом — легкий стресс для него. И еще, мне кажется, что ему нравится проводить с тобой время.

Мое сердце начало таять:

— Мне тоже нравится проводить с ним время, — тихо ответила я.

— Отлично! Я очень рада это слышать. — Девушка махнула мне рукой, чтобы я остановилась. — И еще одна вещь, которую ты должна знать. Он не похож на них, на других игроков. Он из Миннесоты и ведет себя соответственно.

— Как это?

— Ну… — Лилия приблизилась ко мне. — Сам он не скажет тебе об этом, но он хороший парень. Такой парень, который хочет завести семью, хочет детей, собаку, традицию семейных фотосъемок возле елки на рождество. Он, конечно, может сказать, что ему нужен лишь только секс на одну ночь или, к примеру, что кроме дружбы ему ничего не надо, или еще что-нибудь такое. Все это неправда. Просто будь осторожна, ладно?

— Осторожна? Мы просто друзья.

— Ладно, — ее голос зазвучал как-то неуверенно. — Я говорю тебе все это только потому, что он скоро станет моим шурином, и мне очень нравится этот парень. Я присматриваю за ним. Мы все присматриваем.

— Мы просто друзья, — повторилась я. — Обещаю.

Она посмотрела на пиццу, но мы уже подошли к двери, там она вновь остановилась на верхних ступенях и наклонилась ко мне:

— Я лишь хочу сказать, что ты первая девушка, которую он привел в дом за последнее время.

— Я девушка из службы доставки.

— Но ведь ты здесь.

Я колебалась:

— Лилия, прости, конечно, за мой вопрос, но почему он просто не попросил меня провести с ним время сегодня, вместо… этого, — я показала на коробки. — Он мог просто спросить.

Она посмотрела на пиццу и улыбнулась:

— Так и знала, что ты мне понравишься. И я просто счастлива, что Райан наконец нашел девушку с головой на плечах.

— Мы просто друзья.

— Скажи, он уже водил тебя в эту причудливую тихую кофейню? — спросила она и, видя мое удивление, продолжила: — Райан никогда никого туда не водил. Это его особое место или что-то типа того. Он убьет меня, если узнает, что я так сказала.

Я снова засмеялась:

— Это ничего не значит, мы просто хотели выпить кофе.

— Разувайся и останься хотя бы ненадолго. — Она полностью проигнорировала мои аргументы. — Мы все хотим тебя здесь видеть. Я живу здесь, потому приглашаю тебя войти.

— Я бы с удовольствием, но папа остался в пиццерии один.

Она подняла брови:

— Ты проверяла телефон?

— Нет, а что такое? — Я попыталась вытащить телефон из кармана джинс, но руки были заняты коробками, так что у меня ничего не вышло.

Лилия провела меня внутрь и показала, куда поставить коробки.

Я взяла телефон в руки и, конечно же, там было сообщение от папы.

Папа: Энди, это ты? Это твой папа.

Я: Папа, тебе не нужно подписываться, у меня же есть твой номер.

Телефон завибрировал прежде, чем я успела положить его в карман.

Папа: Мне только что позвонил очень милый молодой человек и попросил моего разрешения пригласить тебя на покер, а затем он оставил двести долларов чаевых. Ты пойдешь и сыграешь с ними в покер, ты поняла меня?

Я: Папа, ты что, продал меня за пиццу?

Папа: Не используй эти словечки в мой адрес!

Я: Но ведь это чистая правда!

Папа: Ни один из твоих парней ни разу не спрашивал у меня разрешения пригласить тебя на свидание.

Я: А что, если я не хочу идти?

Папа: Хочешь. Я еще ни разу не видел, чтобы ты с таким удовольствием бралась за доставку пиццы. И еще — его невестка будет там, она доктор.

Я посмотрела на Лилию:

— Ты что, разговаривала с моим папой по телефону?

Она кивнула:

— Райан позвонил, чтобы оставить чаевые, а затем спросил, сколько чаевых надо, чтобы выкупить тебе свободный вечер. Твой папа сказал ему парочку напутственных слов.

— Да, мой папа иногда бывает чрезмерно заботливым.

— Он просто любит тебя. — Лилия улыбнулась. — Райан попросил разрешения пригласить тебя на свидание — настоящее свидание — и сказал, что сегодня просто дружеский вечер. Затем я выхватила трубку, и мы мило побеседовали о физиотерапии, и он, наконец, согласился. Бедный твой папа думает, что я милая девушка, но, Господи, как же он ошибается.

Она подмигнула мне, и я рассмеялась, но не по-настоящему, потому что была сосредоточена на первой части предложения:

— Настоящее свидание? — тихо спросила я.

— Настоящее свидание, — повторила она. — Твой папа дал добро, с условием, что Райан заберет тебя и вернет обратно до полуночи завтра. И да, кстати, у тебя завтра свидание!

— Очень мило со стороны папы — планировать за меня мою личную жизнь, — несмотря на мой сдержанный ответ Лилии, часть меня задрожала от волнения перед завтрашним днем. У меня никогда не было парня, который пошел бы и спросил разрешения у папы, прежде чем начать встречаться со мной, я вообще молчу про парня, такого красивого и умного как Райан. — А напомни-ка мне, как ты оказалась к этому причастна?

— Я взяла трубку, когда твой папа попросил рекомендации.

Я чуть не рухнула:

— Мой папа попросил у Райана рекомендации?

— Это было мило! Поэтому я поручилась за Райана и сказала, что выхожу замуж за его брата, и что сегодня вечером буду рядом, если тебе понадобится помощь. Мне также пришлось назвать твоему папе свое имя, номер телефона и номер социального страхования.

— Что?!

— Шутка. Твой папа просто хотел убедиться, что с тобой все будет в порядке. — Лилия улыбнулась. — Конечно, могло показаться, что твой папа выменял тебя на доставку двадцати пицц и двухсотдолларовые чаевые, но это вовсе не так. Он любит тебя, это видно как на ладони.

У папы странные способы показывать свою заботу, но так как мамы рядом больше нет, он делал все, что в его силах. Вздохнув, я решила быть с ним милой, несмотря на то, что он вмешался в мою личную жизнь, как его собственная сицилийская бабуля.

Я: Папа, я здесь с Лилией. Она милая. Я останусь поиграть в покер и пообщаться. Через пару часов буду дома.

Папа: Комендантский час — два ночи.

Я: Я слишком взрослая для комендантского часа.

Папа: Ты живешь дома, там мои правила.

Я вздохнула и посмотрела на Лилию:

— У меня есть время до часу тридцати. Отнесем пиццу мальчикам?

— Мы уже поели, — она рассмеялась. — Давай оставим их на кухне, для полуночного перекуса. У хоккеистов они уйдут за пару минут.

Глава 20

Райан

Глаз не мог оторвать от этой чертовой двери.

Я слышал, как они разговаривали на кухне — Лилия и Энди — они смеялись, болтали и ходили туда-сюда, как будто меня здесь вообще не было, как будто я не сидел в кресле и не ждал ее прихода. Я уставился на дверь так, что пропустил пару козырей.

Но все это стоило того, потому что теперь она была здесь, стояла в дверях гостиной в красной майке и джинсах в обтяжку. Ее чертовски соблазнительная фигура как будто дразнила меня, издевалась надо мной, особенно грудь, которой явно было мало места в фирменной майке. Энди улыбалась мне, и, кажется, я мог прямо сейчас заработать аневризму.

Дыхание перехватило, и в этот момент я понял, что я — идиот. Сам сказал ей, что мы не должны, нет, даже не так, я потребовал, чтобы мы не встречались по-настоящему, что все это — лишь игра, а теперь едва ли могу вспомнить, как разговаривать, когда она в одной комнате со мной.

— Привет, — сказал я ей и улыбнулся, затем не без усилий заставил себя опустить глаза на стол и положить руку на карты. Кажется, это самая сложная вещь, которую я когда-либо делал в своей жизни. Мои глаза не хотели отрываться нее. Недостаточно просто играть вместе в покер, чтобы она продолжала заходить и выходить из моей жизни. Я хотел большего.

Это пугало меня. В конце концов, я только что забронировал билеты обратно в Миннесоту на послезавтра. Не нужно было звонить и заказывать пиццу, но мне необходимо было увидеть Энди перед отъездом. Я вернусь в Лос-Анджелес только на свадьбу брата.

Лоуренс и Лилия женятся в Сити, поэтому у меня было всего пара дней, чтобы убедиться, что Энди понимала, как я к ней отношусь, удостовериться, что она знает, что нужна мне рядом со мной на свадьбе Лоуренса. Или даже больше? Я хотел очень-очень ясно дать ей понять, что с дружбой я преувеличил. Я желал ее, хотел, чтобы она оказалась со мной в одной постели и как можно скорее.

Но, возможно, уже слишком поздно. Может быть, мы уже были друзьями.

— Присаживайся, — пригласил я ее с улыбкой на лице, и она нерешительно двинулась по комнате. — Знакомься: это Мо, Брэд, Дик — они агенты, Ники и Арчер — они играют за «Молний Лос-Анджелеса», — показал рукой на больших грубых парней с лохматыми прическами. Только агенты выглядят опрятно и одеты в костюмы. — Ты уже знакома с Лоуренсом и Лилией.

Энди кивнула им всем:

— Я Энди, — представилась она с застенчивой улыбкой. — Ваша девушка из службы доставки.

Из ее уст это прозвучало так мило, что все рассмеялись. Ее приняли в банду и сдали карты при следующей раздаче.

Ее глаза так тщательно сфокусировались на картах, что у меня создалось впечатление, что она даже не замечает моего присутствия. Наконец, когда настала очередь Брэда, и он стал рассматривать свои карты и ковырять в носу, я повернулся к ней и сказал:

— Спасибо, что пришла. Надеюсь, ты не против, что я заставил тебя сюда приехать.

Улыбка подняла уголки ее губ. Затем Энди повернулась и посмотрела на меня, ее глаза сине-зеленого цвета были похожи на воды средиземноморья. Я не мог перестать глядеть на нее, даже когда она начала говорить:

— Я рада быть здесь, прости, что не вышло приехать на твою игру — мне пришлось работать.

Я просмотрел свои карты, в миллионный раз думая о том, просто так она это произнесла или всерьез. Она уже звонила мне с извинениями, но мне все равно. Я просто волновался, что она чувствовала себя как в ловушке из-за того, что ей придется играть мою девушку, чтобы впечатлить мою мать на свадьбе брата. Это должно сработать, маме она точно понравится. Умная, милая, из большой семьи, помогает своему отцу — да она просто ангел!

— Мы можем поговорить? — спросил я, когда она спасовала. Я тоже сказал «пас», хотя были все шансы для флэша. — На кухне.

— Конечно, — ответила она немного удивленно.

Лилия улыбалась мне, когда мы выходили из комнаты, и мне осталось лишь гадать, о чем эти две женщины общались. Если Лилия скомпрометировала меня, или Энди чувствовала себя неловко в ее присутствии, я буду зол.

— Лилия просто замечательная, — произнесла Энди, как только мы вошли на кухню. — На самом деле очень здорово, наконец, встретиться с ней… э-э-э… лицом к лицу.

Теперь мне все было понятно: Энди застала моего братца занимающимся сексом со своей будущей женой, и, хотя мы все счастливы, что они любят друг друга, никто не хочет этого видеть. Неудивительно, что ей сегодня было немного неловко.

— Кстати, об этом, — сказал я. — Они вовсе не стесняются, поэтому тебе тоже не стоит об этом волноваться. К сожалению, я тоже видел больше, чем мне хотелось бы.

— О, нет, ты все не так понял. — Энди нервно провела рукой по шее, затем подняла свои прекрасные глаза и посмотрела прямиком в мои. — Почему ты просто не позвонил мне и не пригласил прийти?

На заднем плане я увидел стопки пицц, и у меня скрутило живот:

— Боже, прости меня, Энди. Я не подумал о том, сколько времени и сил понадобится для приготовления стольких пицц, я просто подумал… что ж, я не думал вообще. Я хотел тебя увидеть и пытался быть милым. Я провалился, и мне жаль.

— Нет-нет, это мило, — она подошла ко мне ближе. — Но тебе вовсе не обязательно быть милым. Мне нравится быть с тобой, и мы согласились сделать все это, чтобы узнать друг друга получше. В противном случае, нам не стоит идти на свадьбу вместе. Я имею в виду, что мы не можем просто так поехать в дом твоих родителей, а ты не знаешь, к примеру, люблю я кофе или нет — все сразу нас раскусят. Если мы решили притворяться и ходить на свидания, которые вовсе не свидания, то только лишь для того, чтобы узнать друг друга.

— Я знаю, что ты любишь кофе, — ответил я и подмигнул ей. — Что еще ты любишь?

Она рассмеялось:

— Я хочу сказать лишь, что думала, мы будем ходить куда-то вместе, когда я сама соглашусь. Ты можешь изрядно сэкономить — тебе не нужно заказывать пиццу или оставлять чаевые, или еще что-либо. Мы друзья.

— Друзья, — повторил я. — Ну да.

Мы долго смотрели друг на друга в тишине, я использовал это время в основном на уговоры самого себя. «Не будь тряпкой, — говорил я сам себе. — Скажи ей, что ты чувствуешь, идиот».

— Энди, — произнес я, наконец собравшись с силами.

Именно в эту секунду Лилия зашла на кухню.

Я любил Лилию как сестру, но сейчас я хотел вытолкнуть ее в коридор. Руки сжались в кулаки, когда она взяла кусочек пиццы, откусила, повернулась к нам и спросила:

— Как дела, ребята?

Я закатил глаза, когда она посмотрела на меня всепонимающим взглядом, и мне стало интересно, что Энди ей про нас сказала о том, что мы пробуем быть друзьями. Может быть, Лилия специально мешала нам стать парой? Она ведь должна была понять, когда я вышел из комнаты один и позвал с собой Энди, что мы хотим побыть наедине, так зачем она сюда приперлась?

Я наконец должен был поцеловать Энди и целовать ее до тех пор, пока она не забудет об этой дурацкой идее дружбы. Должен был показать ей, что передумал, что мне нужно нечто большее, нежели дружба.

Необходимо было показать ей, что я меняю чертовы правила.

Что я хотел ее.

Хотел прямо сейчас.

Глава 21

Энди

— Я пас. — Я покачала головой. — Дерьмовые карты, Ники. Спасибо за ничего.

— Давно пора. — Райан подмигнул мне, и я тут же вспомнила тот момент, когда мы были наедине на кухне час назад. — Ты весь вечер забираешь все деньги.

Я рассмеялась, но мне все еще было жутко интересно, что же он хотел сказать на кухне, пока мы были одни. Может быть, именно то, что я так отчаянно хотела услышать. Но Лилия, да благословит ее Бог, помешала, и с тех пор нам с Райаном больше не удалось улизнуть ото всех.

Я, конечно же, девушка из службы доставки, но я прекрасно умела держать себя во время игры в покер, и не щадила никого. У меня было больше всех жетонов, и я не планировала проигрывать.

Лилия сидела, прижавшись к Лоуренсу, в то время как агенты и хоккеисты сидели, развалившись, кое-кто с бутылками пива в руках.

— Слышала, у вас, ребята, скоро свадьба? — сказала я Лилии и Лоуренсу. — Как долго вы вместе?

— Почти три года, — ответила Лилия. — Ты можешь в это поверить? Мы познакомились, живя в двух разных штатах. Некоторое время жили раздельно, пока занимались карьерами, но были вместе мысленно.

— Да, пока я наконец не надел тебе кольцо на палец, сказав, что не стерплю больше ни одной ночи порознь. — Лоуренс подмигнул Лилии. Несмотря на то, что Райан охарактеризовал своего брата как полного придурка, всегда, когда Лилия рядом, Лоуренс — большой плюшевый медведь. Он посмотрел на меня. — Слышал, ты тоже будешь на свадьбе?

Лилия удивленно подняла глаза. Похоже, до нее новости еще не дошли.

Я взглянула на Райана, неуверенная до конца, посвятил ли он всех в наш план, или же он держал все в тайне.

— Возможно, — ответила я.

Лилия с любопытством посмотрела на Райана:

— Правда?

— Правда. — Он выдержал ее взгляд, затем посмотрел обратно на карты. — Мой ход?

— Будет здорово, если ты придешь, — сказал Лоуренс. — Ты раньше бывала в Миннесоте?

Я покачала головой:

— У меня не было необходимости туда ехать.

— Прекрасно, — сказал Лоуренс, и я не смогла различить, сарказм это или нет. — Тебе понадобится неделя, чтобы отойти от культурного шока по возвращении в Лос-Анджелес — у наших родителей ферма.

— Звучит здорово, — согласилась я.

— Ну, хватит болтовни про свадьбу, — прервал Райан. — Возьмите карты в руки и сосредоточьтесь.

Я посмотрела на свои карты в раздумьях, расстроился Райан или нет. Он вел себя нормально, улыбался и смеялся, трогал меня за ногу снова и снова, так было сложно сказать. Я прогнала эту мысль, фокусируясь на игре, которая закончилась большим кушем.

Спустя несколько раундов я стала еще богаче. Лилия больше не играла, она положила голову на колени к Лоуренсу и закрыла глаза.

Я больше не пыталась выиграть, но дух соперничества все еще бурлил во мне. Работа в «Перетти Пицце» дала мне великолепное подспорье в карточных играх. Папа научил меня играть в покер, когда я была совсем крохой. Когда заказов не было, мы коротали время за игрой в карты, и папа никогда мне не поддавался.

Многие вечера за играми заканчивались для меня отсутствием чаевых, но я, в конце концов, научилась играть, и папа больше не хотел со мной связываться, ведь он любит выигрывать.

В отличие от папы, хоккеисты неплохо играли. Они играли хорошо, от этого игра была только интереснее.

— Детка, давай-ка я отнесу тебя в кровать. У тебя с утра встреча. — Лоуренс наклонился и поцеловал Лилию в щеку. — И если мы не уйдем прямо сейчас, у меня не хватит денег на нашу свадьбу в следующем месяце, потому что Энди просто сметает все со стола.

Я засмеялась, взяла стопку жетонов и придвинула их к Лоуренсу:

— Вот, я не хочу, чтобы вы стали бездомными.

— О, да он пошутил. — Лилия улыбнулась и подвинула жетоны обратно. — Но мне действительно пора спать. Спокойной ночи всем. Ведите себя хорошо.

Краем глаза я уловила движение — это Лилия, Лоуренс и Райан обменялись взглядами, которые я никак не смогла классифицировать.

— Я прослежу, — сказал Райан. — Спокойной ночи.

Мо тоже поднялся с места:

— Здорово было поиграть со всеми вами, за исключением тебя, Энди. Играть с тобой — просто катастрофа. Я, пожалуй, поеду, пока не проиграл последние деньги на такси.

Я придвинула к нему жетоны, но он лишь пожал мне руку:

— Ты выиграла их, честно и справедливо, — сказал он. — Но больше мы тебя не позовем, прости.

— Энди сегодня может гулять до половины второго, — сказала Лилия перед уходом, остальные тоже встали со своих мест и пошли вслед за Лоуренсом. — Райан, лучше верни ее домой вовремя, чтобы ее отец не внес наш адрес в черный список «Перетти Пиццы». У них чертовски вкусная пицца.

Дверь закрылась, и мы остались одни.

— Получается, в нашем распоряжении еще целый час, — наконец нарушил молчание Райан, его глаза мерцали в темноте.

Я моргнула:

— Да.

— Чем бы заняться в этот час?

Я стала рассматривать уютную комнату, каждой клеточкой своего тела ощущая комфорт:

— Как насчет того, чтобы рассказать, что же ты собирался сообщить мне, когда мы были на кухне одни? Прежде, чем Лилия нам помешала?

Послышались шаги, это Лилия и Лоуренс поднимались по лестнице. Он подождал, пока стихнут шаги, затем пристально посмотрел на меня, от его взгляда мое сердце застучало быстрее:

— Тебе не нужно идти со мной на свадьбу, — сказал он. — У меня было время подумать об этом, и… это просто глупо. Я слишком многого от тебя хочу.

— О. — Я вовсе не ожидала такого ответа. Конечно же, мне следовало бы догадаться, что рано или поздно парень поймет, что это ужасная идея — привести на свадьбу меня, странную девушку из службы доставки. — Что ж, тогда я не пойду, это вовсе не…

— Я не это имел в виду. — У него была такая гримаса на лице, как будто его тошнило от собственных слов. — Я лишь хотел сказать, что не хочу, чтобы ты чувствовала давление с моей стороны. Я вовсе не заставляю тебя делать это. Мне будет дерьмово на свадьбе, если ты будешь чувствовать себя как в ловушке.

— Это лишь небольшая услуга с моей стороны. Я чувствую себя дерьмово за помятый зад твоей машины.

— Да ну, ремонт стоил всего-то пару баксов, — ответил Райан. — Это ничто для меня. Я ведь прошу от тебя большего.

Пару баксов явно значили разную сумму денег для меня и для Райана. Пара баксов для починки машины Райана было для него ничем, но если бы мне пришлось платить за ремонт, то я бы работала сверхурочно в течение месяца, чтобы расплатиться с ним.

— Энди, ты хочешь пойти со мной на свадьбу? — спросил он. — Забудь про одолжение, забудь обо всем. Ты мне нравишься. Я думаю, будет очень здорово, если мы пойдем вместе, я все оплачу. Если бы ты согласилась пойти со мной на свадьбу как на свидание, я был бы очень рад.

— Как на свидание?

— Энди, — теперь его голос звучал хрипло.

Я наклонилась к нему, затаив дыхание, ждала, что же он скажет, но слов не последовало. Медленно, но верно, он приближался ко мне, его губы были очень близко, пока наконец не слились в поцелуе с моими губами.

Как только наши губы встретились, весь воздух как будто выкачали из комнаты, мне стало жарко, внутри вспыхнуло желание, и страсть растекалась по моим венам.

— Я не хочу быть твоим другом, Энди.

Я не могла сейчас думать, не могла говорить. Я знала лишь то, что хотела его так же, как он хотел меня. Пальцами я впилась ему в волосы, притянув его к себе. Мне нравилось это ощущение.

Райан застонал и прижал меня еще ближе. Властно и быстро, и как только он посадил меня к себе на колени, я почувствовала его под собой. Он стоял как хоккейная клюшка. Я, конечно, девушка из службы доставки, но он был тем, у кого посылка.

Он впился ногтями мне в бедра, и я перестала думать, просто погрузилась в ощущения. Потихоньку он стал двигаться подо мной, и когда мы вновь слились в поцелуе, миллиметр за миллиметром стал прикасаться к моей коже. Мои мысли унесли меня далеко, темные, пошлые мысли. Желание все нарастало, и я позволила себе полностью отдаться ощущениям — пока внезапно не отстранилась. Я не могла это сделать.

Я почти дошла до оргазма, а мы еще даже не разделись! Этого со мной не случалось со времен старшей школы. Задыхаясь, я слезла с Райана. Я не могла сделать это. Это стыдно. Ну, то есть, это весело, но — не так, не с Райаном Пирсом.

— Что случилось? — его голос как дорога, мог сейчас привести меня куда угодно. — Пойдем со мной в кровать.

— Мне нужно ехать домой, — сказала я, сжавшись внутри от своих собственных слов. — Комендантский час.

Звук, который сорвался с его губ — просто животный инстинкт лишь потому, что ему придется остановиться.

— Я знаю, — произнесла я, а потом, просто потому, что это было единственное логическое решение, которое пришло мне в голову, села обратно к нему на колени и начала медленно двигаться. В жопу комендантский час, мне двадцать три года, и если я хочу секса с Райаном Пирсом, я его получу. — Не останавливайся.

— Энди, нет, я должен отвезти тебя…

Я догадывалась, что он хотел сказать «домой», но у него не вышло, потому что я положила руку на его выпирающий член, и он потерял мысль.

Язык Райана вернулся в мой рот, он целовал меня страстно — лизал, кусал, сосал — он был просто Богом поцелуев. Клянусь, я готова была кончить, хотя мы оба все еще в одежде.

Ладонью Райан провел по моим джинсам, нащупывая, лаская меня через толстую ткань. Даже это невинное движение послало молнии сквозь все мое тело, но этого было недостаточно для нас обоих.

— Снимай этих ублюдков, — сказал он, и я почти уверена, что он имел в виду мои джинсы. — Сейчас же.

Я подняла руки и помогла ему с пуговицами. Мы не тратили время на раздевания, лишь стянули джинсы до бедер. Теперь его рука находилась близко, очень близко, и лишь это имело значение. Он почти отправил меня в космос на ракете, лишь поднеся ладонь к моим кружевным трусикам, все еще охраняющими мою больше не пыльную вагину.

— Ты такая влажная, — сказал он. — Черт. Дерьмо. Фак.

— Красочно, — оценила я его словарный запас. — Не смей останавливаться, Пирс.

Он засмеялся мне в шею, затем стал нежно покусывать кожу. Я удивилась бы, если завтра на этом месте не будет засоса, но вновь схватила его за волосы и придвинула к шее.

Райан легонько всосал нежную кожу на шее, пробежался по ней языком, пока пальцами теребил край моих трусиков. Я удовлетворенно извивалась, в нетерпении продолжения. Его пальцы все еще играли с краем кружева на моих трусиках, пока один из них резко не опустился ниже, и тогда я так сильно вдохнула, что, кажется, могла сломать ребро.

Стон, вырвавшийся из моего горла, был похож на крик рыси или лошади, или… кого-либо еще — я просто не могла думать, мне было все равно. Его палец дразнил меня, не давая мне того, что мне было так необходимо. В глазах Райана искрились игривые огоньки.

— Перестань дразнить меня, Пирс, — предупредила я и резко сдвинула бедра.

Он тихо рассмеялся:

— Назови меня по имени.

— Пирс.

— Райан. — И, как будто в наказание, он убрал палец, и я была готова почти расплакаться. Он смотрел мне в глаза, отчего мои внутренности превращались в лаву. — Скажи мое имя.

Я терпела изо всех сил, но даже мое легендарное — в семье Перетти — упрямство, сломалось:

— Пожалуйста, Райан, — прошептала я. — Ты нужен мне.

— Еще не время, — пробормотал он в ответ, но прежде чем я успела возразить, отодвинул трусики и скользнул пальцами внутрь меня, от удовольствия я закрыла глаза. Внутрь, наружу, внутрь, наружу — этот экстаз наслаждения вел меня к пику.

— Давай, Энди, кончай.

Я сделала, как он сказал, его имя соскользнуло с моих губ, пока я была на пике — самой длинной, самой высокой, самой широкой волны удовольствия, которую когда-либо ощущала в своей жизни. Волна поглотила меня всю без остатка, поглотила каждую мою мысль, разбила разум во тьму. Тремор не прекращался, пока я не кончила, затем опустилась к Райану на грудь, обхватив руками за шею.

Он обнял меня и поддержал за спину, пальцами нежно лаская талию. Я могла лежать так все время, его мягкое дыхание щекотало мою шею, я находилась в этом положении до тех пор, пока не вспомнила одну ужасную вещь — что я единственная получила удовлетворение.

— О, Боже мой, — произнесла я. — Я такая эгоистка, дай я…

Он схватил меня за запястье, когда я протянула руку к его штанам:

— Нет, — сказал он. — Тебе нужно ехать. Держу пари, твой папа ждет тебя, я не хочу быть в ответе за твое опоздание.

— Я взрослая.

— А я уважаю твоего папу, — ответил он. — Сделай это для меня.

— Но… — Я надула губы и потянула к нему руки. — Это же нечестно! Я хочу, чтобы ты почувствовал себя так же потрясающе, как я.

— Со мной все в порядке, — ответил он. — Хотя и не могу обещать, что не надеюсь на то, что мы вскоре сделаем это снова.

— В этой фразе слишком много негатива.

— Это все Миннесота, — сказал Райан. — Позволь мне спросить прямо: мне понравилось трогать и чувствовать тебя, Энди, но я хочу большего. Что ты делаешь завтра вечером?

— У меня шоу.

— Завтра мальчишник у моего брата. Мы хотим совместить его с девичником Лилии. Пойдем с нами. Нашей команде нужно больше людей — братья не успеют добраться до города.

— Прости, я бы очень хотела пойти, но не смогу, — ответила я, едва улыбнувшись. — Я не могу пропустить шоу, я уже пообещала.

— Выступишь позже. Мне, правда, очень нужно увидеть тебя завтра.

— Ты ведь знаешь, что это такое, — сказала я с извиняющимся лицом. — Так вот, это то же самое, что и хоккей — если у тебя игра, ты ведь не можешь ее пропустить, так ведь?

— Нет, не могу.

— Ну вот, это то же самое, за исключением лишь, что мне не придется гоняться за маленьким кружочком на коньках.

— Когда ты так выражаешься, хоккей кажется пустой тратой времени.

Я пожала плечами:

— Мне же придется стоять на сцене, притворяясь полной дурой, в надежде, что в зале кто-нибудь засмеется. Так что, я даже не знаю, кто из нас двоих вытянул короткую спичку.

Покачав головой, он рассмеялся и встал с дивана:

— Могу я теперь отвезти тебя домой? Уже поздно.

— Нет, спасибо. Моя машина здесь, утром у меня занятия, потом доставка, а вечером шоу. Может, встретимся на выходных, если ты будешь свободен?

Он выглядел разочарованным, но затем, похоже, смог взять себя в руки, потому что кивнул:

— Хорошо, я позвоню тебе завтра.

Я посмотрела на часы. Если поторопиться и проскочить через все светофоры, то, возможно, я даже могла успеть домой вовремя. Но, прежде чем уйти, я притянула Райана к себе, нежно поцеловала в губы и сказала:

— Спасибо за вечер. Я здорово повеселилась, такого со мной давно не было.

— Тебе нужно больше, особенно со мной, завтра вечером. Лилия хочет, чтобы ты пришла.

— Я позвоню тебе, как только закончится шоу. Это лучшее, что я могу предложить. — Я сделала несколько шагов назад. — Обещаю, если бы был какой-то шанс не пойти на шоу, я бы не пошла. Прости.

Райан промолчал, поднял руку и помахал мне в ответ.

Больше нечего было сказать, однако всю дорогу домой я думала о выражении его лица, когда садилась в машину. Я почти уверена, что он хотел бы, чтобы я осталась.

Я взяла в руку телефон, раздумывая, кому бы позвонить: Анджеле или Лизе; выбрав Лизу, я нажала на кнопку вызова:

— Эй, привет, — сказала она. — Что случилось? У тебя все в порядке?

Она явно спала, я ее разбудила и только в этот момент поняла, насколько сейчас поздно. Но в то же время я осознала, что, возможно, хочу сохранить этот момент личным, только между мной и Райаном, по крайней мере, сейчас:

— Прости, телефон случайно тебя набрал, — произнесла я. — Спокойной ночи, Лиза.

— И ты разбудила меня для этого?

— Прости, возвращайся ко сну.

— Коза.

— Я тоже тебя люблю.

Глава 22

Энди

Когда я открыла дверь нашего маленького дома на почти восточной стороне Лос-Анджелеса, папа ждал меня, сидя за кухонным столом. На кухне, которая с момента смерти мамы не поменялась ни на йоту, витал едва ощутимый запах соуса «Маринара».

Запах свидетельствовал о том, что папе не очень-то хотелось готовить сегодня. Пиво, стоящее перед ним, говорило о том, что он провел весь вечер в ожидании. Я съежилась, но пути назад не было.

— Он тебе нравится? — спросил папа Перетти, поглядывая на свою полупустую бутылку пива.

— Кто? — конечно, это не ответ на вопрос, но лучшего ответа я не смогла придумать.

Он посмотрел на меня так, как будто я несла полнейшую чепуху, и я вздрогнула:

— Мальчик, Энди, я про мальчика, который звонил сюда сегодня. Он тебе нравится?

— Он милый, — ответила я. — Дает хорошие чаевые.

— Я вообще-то не это имел в виду.

— Я не знаю, пап, еще рано о таком говорить.

— Иногда ты просто знаешь это и все.

Я помнила ощущение губ Райана на своих губах, как его пальцы сжимали мои бедра, взгляд его шоколадных глаз, помнила, как звучит мое имя из его уст. Я сменила тему:

— Если бы ты мог вернуться в прошлое и влюбиться в маму заново, зная при этом, что ее в скором времени не станет, ты бы сделал это?

На пару секунд он закрыл глаза.

— Прости. — Я села за стол и сжала папину руку. — Забудь, что я сказала.

Мы с папой как-то не особо часто вели душевные разговоры, да мы вообще мало разговаривали, за исключением лишь переговоров по поводу доставки пиццы.

— Забудь, что я сказала, — повторила я. — Я знаю, ты не любишь говорить об этом.

— О ней, — наконец заговорил он. — Я всегда готов поговорить о ней.

Я склонила голову, тоска окутала комнату. Боль вернулась в мое сердце, сильнее, чем раньше. Папа еще не понял, как без нее жить, по крайней мере, счастливо. Я не уверена что кто-то из нас когда-либо вообще сможет жить счастливо.

— Я бы все повторил, — сказал он. — Тысячу раз, миллион раз.

— Но эта душевная боль…

— Это признак того, что я хотя бы одну вещь сделал в жизни правильно. — У папы густые брови, он нахмурился, лицо наполнилось болью, смешанной с радостью, когда он посмотрел на меня. — Твоя мама была лучшим, что когда-либо случалось в моей жизни, без нее я бы никогда не узнал, что значит любить.

— Но…

— Нет никаких но, — перебил он. — Точка. Я любил ее, все еще люблю. Она — лучшая часть меня, даже если ее здесь нет физически. Она все еще здесь, Энди.

Я замерла, теряясь в мыслях, размышляя над тем, как мы вообще пришли к этой теме. Я не была влюблена в Райана; я едва ли его знала. Мы вообще только познакомились:

— Райан пригласил меня пойти с ним на свадьбу брата, попросил как друга. Это что-то вроде свидания, но… все сложно.

Папа покрутил в руках бутылку пива, затем взглянул на меня:

— А вы друзья?

— Думаю, да.

— Он хорошо к тебе относится?

— Я его почти не знаю.

— Ты хочешь пойти с ним?

Я замолчала, раздумывая, взвешивая все за и против и, наконец, кивнула:

— Но я не могу ответить на вопрос «почему» хочу. Было бы намного проще не идти вообще.

— Иди.

— Что?

Улыбка подняла вверх уголки губ папы, и, впервые после похорон мамы, я увидела слезы в его глазах:

— Иди. Давай представим с тобой самый худший сценарий — ты ужасно проведешь время и просто вернешься домой, к семье, к учебе, работе, да?

— Думаю, да.

— Я тебе когда-нибудь рассказывал, как познакомился с мамой?

— Нет, — естественно, я врала, ведь он поведал мне эту историю много раз, но мне нравилось слушать, как он рассказывает ее вновь и вновь.

— Было Рождество, и мы оба закупались подарками для дорогих нам людей. У меня тогда была девушка, у нее был парень, а на полке остался единственный диск The Beach Boys.

— The Beach Boys?

— Смешной случай, — сказал он. — Просто у нас обоих ужасный вкус на подарки.

— И что же было дальше?

— Естественно, я позволил ей забрать его, — сказал папа, улыбнувшись. — Я же джентльмен.

— Ага.

— Ну ладно, она мне понравилась и я хотел понравиться ей.

— Но ведь вы оба встречались с другими людьми.

— Верно, конечно же, ничего не случилось. Мы разошлись каждый своей дорогой, пока через год не встретились вновь в канун Рождества. На этот раз мы искали подарки сами себе.

— Два ужасных разрыва?

— Да, с разницей в несколько дней. Я все еще не знал ее имени, когда пригласил тем самым вечером на ужин. Через шесть месяцев мы обручились.

Тепло разлилось по моей груди, и одновременно сердце сжало в тиски. Мой папа такой разный — он может обижаться, может быть невыносимым — но он всегда любил маму больше жизни. Я видела это, мои сестры видели это, и именно поэтому никто из нас до сих пор не вышел замуж. Мы еще не нашли такую любовь.

— Причина, по которой я рассказываю тебе это вновь — да, я знаю, что ты солгала. Я рассказывал тебе ее сотни раз.

Я рассмеялась:

— Мне просто нравится слушать эту историю.

— А мне нравится рассказывать. Это как будто снова оживляет ее.

— Мне так жаль, папа. — Я заключила его в объятия. — Я не знаю, что еще сказать.

Я почувствовала, как он сглотнул комок в горле. Из всех ночей я никак не ожидала, что именно эта ночь со звездным клиентом станет причиной нашего первого настоящего разговора с папой спустя столько времени.

— Тебе не нужно ничего говорить. — Он отстранился и сделал глоток пива. — Я лишь пытаюсь сказать, что иногда в жизни появляются шансы и нужно ими пользоваться. Хватайся за шанс и беги, потому что ты никогда не узнаешь, куда тебя этот шанс приведет, пока не попробуешь.

Я улыбнулась папе, и так мы просидели до тех пор, пока он допивал свое пиво. Он встал из-за стола первым, выбросил пустую бутылку в мусорку, я тоже встала и потянула майку.

— Когда свадьба?

— Двадцатого, через пару недель.

— Значит, у тебя будет вся неделя выходных. Анджела прикроет, и я позвоню твоей подруге Лизе. Она хорошо справляется.

— Она ужасно справляется.

— Не волнуйся за это, — ответил он с улыбкой. — Спокойной ночи, Энди.

— Спокойной ночи, папа.

Этой ночью я была слишком взволнованна, чтобы спать — из-за ночи с Райаном, а еще предстоящей поездки, и, может быть, только лишь в теории из-за возможности чего-то большего.

Глава 23

Энди

Я жутко не выспалась. Проснулась рано, слишком взволнованная для того, чтобы нежиться в кровати, поэтому решила поработать над новым материалом. Было только семь утра, а я уже придумала новый бит, который собиралась испытать сегодня вечером.

В процессе нанесения тонального крема на синяки под глазами я вспомнила, что пропущу сегодняшний мальчишник/девичник и почувствовала легкий укол сожаления. Не могу же я из-за этого так расстраиваться, в конце концов, я иду с Райаном Пирсом на свадьбу, а ведь это намного интереснее, чем ночь, проведенная в баре.

Чем больше я думала об этом, тем выше были мои надежды, и чем выше мои надежды, тем легче было мне забыть, что все это — уловка. Я должна изображать из себя поддельную девушку Райана, чтобы спасти его от необходимости идти туда с девушкой, которую выберет для него мама. Даже несмотря на то, что он представляет это как настоящее свидание, на самом деле он имеет в виду, что мы лишь друзья. Мы оба изъяснялись предельно просто, что, возможно — вероятно — между нами не может быть ничего большего, кроме дружбы.

Если взглянуть на все это с позитивной стороны, то после прошлой ночи у меня просто не осталось сомнений, что он хочет меня так же, как я хочу его — мы оба чувствуем постоянное физическое влечение.

Возможно, это значит, что мы просто будем хорошо и весело проводить время, с качественным сексом, а после свадьбы все это закончится, и никаких обязательств. Люди ведь постоянно так делают, да? Не я, разумеется, но Райан уж точно делал это сотни раз.

Вот для чего нужны девчонки фанатки, если, конечно, я не ошибаюсь. Возможно, я не очень хорошо знакома с хоккеем, но знаю, что это такое: девушки ходят как собачки за игроками команды, лишь для того, чтобы попасть к ним в кровать. Пока я красилась тушью, мне пришла на ум идея: вероятно, он думает, что я не хочу такого, что я не такая, и если я опровергну его предположения, то он будет заинтересован в том, чтобы пересмотреть нашу сделку и включить в договор секс.

Если он умеет пользоваться своей клюшкой в штанах так же, как и пальцами, я с удовольствием встану в очередь за таким угощением. Плюс ко всему, это несправедливо, что он отправил меня домой, а сам не получил удовлетворения — теперь я ему вроде как должна. Я вытащила телефон из сумки, намереваясь позвонить ему и расставить все точки над «и» прямо сейчас.

Но как только я нажала на клавишу вызова, тут же сбросила. «Нет, — сказала я сама себе, — это не тема для разговора в семь тридцать утра в понедельник, наверное, это лучше всего обсудить лично, в любом случае… ну или может, мы сначала займемся сексом, а потом поговорим об этом». Я обеими руками за игнорирование проблем, пока их еще можно игнорировать.

Ведь если мы оба будем получать наслаждение от секса, то это уже не проблема, ведь так? Как правильно сказал мой папа: самый худший сценарий развития событий — я просто вернусь домой из Миннесоты и вернусь к своей рутинной жизни в Лос-Анджелесе. Без боли и проблем.

И мне даже не важно, заключит Райан договор с новым агентом или нет. Я вижу это так — даже, если он не уедет отсюда навсегда, и я его никогда не увижу… ну или увижу, когда буду доставлять пиццу, и тогда, предположительно, мы будем разговаривать о мелочах, таких как погода, например. Может быть. Если же он не получит контракт и не переедет сюда, что ж, тогда мы будем в тысяче миль друг от друга.

У меня зазвонил телефон, вернув меня в реальность. Я в ужасе посмотрела на экран и увидела имя Райана. Черт. Он обнаружил непринятый вызов от меня. Может, мне удастся притвориться, что телефон в кармане сам случайно его набрал, пока я ехала на занятия.

Кстати, о занятиях — я уже опаздывала. Первая пара по экономике, и туда нельзя опаздывать. Я схватила рюкзак, надела первые попавшиеся джинсы, натянула обувь и черную футболку. Это моя униформа — я хожу так в универ, затем выступаю в клубах, и мне лишь нужно сменить одну черную футболку на другую и слегка подкрасить глаза.

Я перепрыгнула через две ступеньки:

— Увидимся вечером, пап!

— Энди, есть… — прокричал мне папа вслед, но я уже выбежала из дома.

Конечно, нехорошо так делать, но если что-то срочное, то он напишет СМС. Я опаздывала, поэтому собиралась пойти пешком, так как на поиски места на парковке ушла бы туча времени — проще пешком.

Телефон зазвонил вновь, когда я уже почти дошла до тротуара — снова Райан. Черт. Мой палец парил над кнопкой «принять вызов». Объяснения ложного вызова не займут много времени, но в то же время я уже жутко опаздывала.

Я нажала на «отклонить вызов».

Каким-то образом я услышала голос Райана:

— Серьезно? Игнорируешь меня?

Посмотрев на телефон еще раз, я повернула голову. Телефон больше не звонил, поэтому я вновь завертела головой по сторонам и наконец увидела его. Вот он — стоял во всей красе в сексуальной футболке. В его руках — которые доставляли мне наслаждение вчера — два кофе.

— Что, черт возьми, ты здесь делаешь? — спросила я. Затем поднесла руку ко рту, и стукнула себя по губам. — Прости, я имела в виду, что привело тебя сюда в это прекрасное утро?

— Ты не брала трубку.

— Так быстро ты сюда бы не доехал. — Я подняла руки вверх, поняв, что он шутит. — Очень смешно. Я действительно опаздываю на занятия. Я честно хотела написать СМС уже оттуда.

— Садись. — Он отодвинулся в сторону и показал на машину позади себя. Это уже третий автомобиль, не «БМВ» и не «Феррари». Даже предполагать не хотела, где он взял эту машину, но, вероятнее всего, мне нужно держаться подальше от движущихся автомобилей, с моим-то послужным списком.

— О, спасибо. Я собиралась пройтись пешком. Это недалеко.

Он улыбнулся:

— Я привез тебе кофе.

— Что?! Ты ездил по городу в час пик, чтобы привезти мне чашку кофе?

— Ты доставила мне кучу пицц, и я подумал, что теперь моя очередь.

— Но… — я сдалась. — Ты сумасшедший.

— Я хотел увидеть тебя, — сказал он. — Ты опаздываешь на занятия. Садись в машину, я подвезу тебя к крыльцу, парковка в это время там забита.

— Ну, если ты уверен.

— Если я проведу с тобой хотя бы пять минут, этого того стоит.

— Кто превратил тебя в Ромео? — Я сдалась и пошла к машине. Улыбнулась, чтобы дать понять, что это всего лишь шутка, затем взяла у него кофе.

Райан поцеловал меня в щеку, когда я взяла кофе, сладкий аромат эспрессо, дымящаяся пенка — запах сводил меня с ума.

Я уже знала этот запах, и подняла на него глаза:

— Этот кофе из твоей любимой кофейни?

— Скажи мне, что это не твой любимый кофе тоже. — Он открыл для меня дверь и помог сесть, как будто я какая-то важная персона, а затем поцеловал в лоб, прежде чем закрыть дверцу. — Держи руки и ноги в машине, это будет дикая поездка.

Я думала, он шутит, но едва он сел за руль, действительно началась дикая поездка. Как только он рванул с места, я поняла, что он не шутил. Райан вел себя как сумасшедший маньяк за рулем, но это даже хорошо, ведь он не только довез меня вовремя, но доставил даже на семь минут раньше.

Я почувствовала, что мои волосы растрепались, когда в шоке повернулась к нему:

— Вот это поездка.

— Я тренировался, — сказал он с усмешкой. — Я слышал, что движение здесь затруднено.

Я рассмеялась. Райан был таким смешным, добрым и умным. Я вдруг вспомнила слова папы, которые он сказал мне вчера, поэтому повернулась к Райану лицом и сказала:

— Эй, мне нужно поговорить с тобой.

— Конечно. — Он изо всех сил попытался скрыть, но было видно, что он расстроен. — Я знал, Энди, что ты передумаешь, не волнуйся. Миннесота далеко. Я встретил тебя, и если ты не хочешь ехать, я полностью тебя понимаю. Это было…

Я накрыла его руку своей ладонью и сжимала все сильнее и сильнее, пока он, наконец, не перестал говорить:

— Ты все не так понял. — Я поставила кофе в подстаканник, а затем сделала то, что сейчас показалось самым правильным на свете. Я обвила его шею рукой и притянула к себе для поцелуя — глубокого, долгого поцелуя, от которого в моей груди начало расти нечто большее, нежели похоть. Когда я отстранилась, подождала, пока он откроет глаза. — Это все, чего я хотела.

Райан удивленно моргнул:

— Это значительно лучше того, на что я надеялся.

— Есть еще одна вещь, но она не плохая, — быстро добавила я, пока он снова не расстроился. Мне не нравилось его лицо, когда он расстроен, это разрушает его светящееся, красивое лицо, которое я полюбила. — Я считаю, что нам нужно заниматься сексом.

— Что?

— Сексом. Заниматься сексом.

— Я услышал, — ответил он, проведя рукой по лбу. — Ты имеешь в виду… прямо сейчас?

Я посмотрела на студентов, бегущих мимо нашей машины, и покраснела:

— Нет, конечно, нет! Я говорю о нашем соглашении.

— Соглашении? — он оказался немного растерян, и я не могла сказать, что обвиняла его.

— Ты просил меня поехать с тобой в Миннесоту как друга, чтобы избавить тебя от выбора твоей мамы.

— Да, — ответил он.

— А я хочу добавить поправку к этому соглашению.

— Поправку?

— Давай будем друзьями, которые занимаются сексом. Я не хочу ехать с тобой в Миннесоту как друг, я хочу поехать как… друг, но c дополнительными опциями.

Он поднял брови:

— Должен признать, это удивительное развитие отношений.

У меня заполыхало лицо:

— Если ты не хочешь, то не надо! Я лишь подумала, что после прошлой ночи, может быть…

Он наклонился ко мне так близко, что я замолчала:

— После вчерашней ночи как ты вообще могла подумать, что я буду возражать против твоей поправки? Я больше всего на свете хочу уложить тебя в кровати… — Он отстранился, но его рука сжимала мое бедро, все сильнее и сильнее и поднималась все выше и выше. — Я хочу лишь целовать тебя, ласкать, пробовать тебя и никуда не торопиться.

Мои внутренности почти воспламенились, и если я вскоре не вышла бы из этой машины, то кончила бы прямо в одежде, и это будет вовсе не круто, кончить на стоянке.

— Так значит это «да»?

Вспышка в его глазах заставила меня нервничать:

— Энди, ты просто великолепна. Ты знаешь, что я хочу тебя. — Его рука скользнула под мою майку, пальцы нежно коснулись живота. — Но ты мне слишком нравишься, поэтому я не могу тебе врать.

— Я не прошу о большем, — произнесла я, чувствуя жало отрицания. Я попыталась отвлечь его. — Я лишь добровольно заявляю, что мы должны заниматься сексом. Если ты не хочешь, просто скажи «нет». Это не так уж важно, честно.

— Я не знаю, заключит ли новый агент со мной контракт. Джослин еще не решила, поэтому все зависло. Сейчас я просто не могу заводить серьезные отношения.

— Я это понимаю, но мне тоже не нужны серьезные отношения.

— Я знаю, ты говоришь так, потому что…

— Послушай, — прервала я его. — Мне нужно бежать на пару, я уже взрослая женщина. Я сама зарабатываю, делаю, что хочу и сплю, с кем хочу. Если ты не хочешь делать этого вместе со мной, все нормально. Я лишь предположила, основываясь на прошлой ночи, что мы могли бы здорово проводить время, и если ты не заинтересован в этом, просто скажи «нет». Я взрослая девочка, переживу.

— Я заинтересован…

— Подожди секундочку, — снова перебила я. — Я знаю, что тебе не нужна девушка, и если я говорю тебе, что не собираюсь встречаться с тобой как с парнем, то я действительно имею это в виду. Это взаимозависимое соглашение, понял?

— Понял, — он кивнул. — Просто ради уточнения, вне зависимости от того, останусь ли я в Лос-Анджелесе, мы не соглашаемся на нечто большее, нежели просто классно проведенное вместе время и немножко шалостей?

— Именно. Мы классно проведем время до свадьбы, затем я спокойно вернусь в Лос-Анджелес и сосредоточусь на учебе и своих выступлениях, а ты сосредоточишься на хоккее. Никакого давления.

— Никакого давления.

Я протянула руку, спустя пару секунд он протянул свою и, в конце концов, улыбнулся. Прежде чем мы успели пожать руки, он заколебался:

— Ну, что еще? Только не говори, что ты пас.

— Я совсем забыл причину, которая привела меня сегодня утром к твоему порогу.

— Разве ты приехал не для того, чтобы привезти мне кофе?

— Да, и это тоже, но… я приехал сказать, что завтра улетаю в Миннесоту. И да, я понимаю, что сейчас не самое подходящее время, но когда я встретил тебя, то забыл про все на свете. Мне нужно вернуться к предсезонным тренировкам.

— О.

— Я хочу снова тебя увидеть, — сказал он. — Ты уверена, что не сможешь сегодня вырваться на вечеринку?

— Я позвоню тебе после шоу. Это лучшее, что я могу сделать, прости.

Он покачал головой:

— Я понимаю, я просто… — Райан посмотрел вниз, в штанах явно был очерчен член, который рвался наружу. — Видишь, что ты со мной делаешь? Мне очень нужно увидеть тебя сегодня — или, еще лучше, прогуляй пары. Осталось всего двадцать четыре часа до моего отъезда. Не считая сегодня, я, вероятнее всего, увижу тебя лишь на свадьбе.

— Дерьмо! — я посмотрела на часы. — Я снова опоздала!

Я резко распахнула дверь, махнула на прощание и побежала в универ. Мой мозг не думал. Лишь возле дверей я поняла… я поняла, что, вероятно, с моей стороны было очень грубо оставлять его там, в машине вот так, и это после того, как он столько ехал ко мне. Я побежала назад к автомобилю, стукнула в окошко и жестом попросила опустить стекло.

Райан сделал, как я попросила, и я просунула голову в салон.

— Прости, что побежала, — сказала я, затем кивнула на штаны. — Думай об этом, ладно? Мы найдем время. Обещаю.

— Надеюсь или я просто заберу тебя с собой завтра.

— Это похищение.

— Беги на пару, пока я не похитил тебя прямо сейчас.

Я рассмеялась, затем помчалась к входу и махнула у двери.

Вошла в аудиторию, на пять минут опоздав, и получила убийственный взгляд от профессора.

Стоило того.

Глава 24

Райан

Эта девушка заставала меня врасплох чаще, чем кто-либо другой в стране. Да что там в стране, на планете, даже нет, во всей чертовой вселенной.

Прошлой ночью, когда Энди уехала, я поднялся наверх, чтобы принять холодный душ. Это не сработало. Даже после того, как я позаботился о себе. Дважды.

Сегодня утром ситуация повторилась. Вновь холодный душ, а затем завтрак в полной растерянности, на котором оба — Лилия и Лоуренс — велели мне перестать вести себя как придурок, а я думал лишь о том, как хочу ее увидеть. Мне было плевать на то, что придется ехать через весь город; единственное средство для моего исцеления — ее улыбка, изгиб губ и горящие глаза, когда она встретила меня у машины.

Я даже не торговался, когда она предложила обновить наше соглашение, да и что я мог сказать? Возможно, у меня просто волшебные пальцы. Я уверен, что ее рот и губы тоже волшебные. И я, конечно же, намерен это выяснить в ближайшем будущем.

И вот теперь я оказался в пробке, а перед глазами видел лишь ее улыбку.

«Друзья с дополнительными опциями, — подумал я про себя. — Хм, а мне нравится, как это звучит».

Кроме части «друзья». Я не хотел, чтобы она была моим другом; я хотел ее всю без остатка. Я властный и быть с ней лишь частично, временно — не сработало бы для меня.

В итоге у меня было время до свадьбы, чтобы доказать это ей.

Пожалуй, стоило начать сегодня.

Энди не сможет прийти на вечеринку, потому что будет выступать, что ж, тогда я приведу вечеринку к ней.

— Лоуренс, — сказал я в блютуз-гарнитуру Лилии — она дала мне сегодня свою машину, так как моя все еще была помята, но я не скажу об этом Энди. — Как насчет того, чтобы отметить праздник в комедийном клубе?

— Что?

— Поверьте мне, вы не разочаруетесь.

Глава 25

Энди

Я стояла за кулисами и катастрофически нервничала.

Ведь я слышала людей, реальных, живых людей, которые сидели в зале.

Что-то было не так. На моих шоу обычно не бывает людей.

— Что, черт возьми, там происходит? — спросила я у Лизы. — Какая-то группа туристов заблудилась и очутилась здесь?

Бармен Рик позвонил за кулисы:

— Энди, ты готова к выходу? Сегодня у тебя полный зал.

— Почему, Рик? — я повернулась в сторону барной стойки и взмахнула руками. — Почему сегодня полный зал? Я никого не звала. Ты ведь тоже никого не звала, да, Лиза?

— Нет, — ответила она. — Почему ты так нервничаешь? Ты ведь хотела аудиторию. Это означает, что ты успешна. Кто знает? Может быть, какой-то агент услышал о тебе и пришел посмотреть на тебя в деле.

— Может быть, так оно и есть! Это все ты. Точно, в Доме Смеха ты была на высоте, и, вероятно, все они пришли посмотреть на тебя вновь. Вход бесплатный, а им просто нужно качественное шоу. Боже, Лиза! Почему ты так хороша? Я не могу справиться с таким давлением.

— Конечно же, можешь, — успокоила она. — Я слышала твои выступления. Сколько раз я говорила тебе, что твои шутки прекрасны? Тебе лишь нужно привлечь внимание правильного человека, и это будет прорыв! Я гарантирую.

— Но сегодня я не буду показывать свой обычный набор! — захныкала я. — Прошлой ночью я не могла заснуть и написала совершенно новый материал. Он вообще не протестирован ни на ком, я даже не испробовала его на Анджеле!

Она вздрогнула:

— А ты можешь выдать свой обычный материал?

— Я думаю, новый лучше старого. Просто сейчас он немного сыроват, и обычно я стараюсь тестировать все свои шутки на Анджеле, она смеется от души, а затем говорит, в каком месте шутка звучала глуповато.

— Выходи немедленно, Энди, — потребовал Рик. — Я серьезно. В баре сейчас большинство постоянных клиентов, и если ты провалишься на сцене, заставив их всех уйти, больше не будешь показывать свое шоу на этой сцене.

Я упала на диван:

— Все, сдаюсь. Я не смогу.

Лиза села рядом со мной и сильно ударила по ноге:

— Выходи на сцену. Он просто пошутил, ведь так, Рик?

Ответа не последовало, но он стоял всего в двух шагах от нее, так что, определенно, все слышал.

— Рик, ты придурок, скажи Энди, что просто пошутил, — повторила Лиза. — Иначе мы больше никогда не придем в твой бар с выступлениями.

— Я и так даю вам бесплатные напитки, — проворчал он. — Конечно же, я шучу, Энди. Ты же знаешь, что для тебя всегда найдется здесь место. Просто отправляйся на сцену и сделай так, как умеешь.

Я разревелась. Я просто не смогла сдержаться и заключила Рика в объятия:

— Спасибо тебе, приятель.

Рик отлепил меня от себя; мы вовсе не из таких, кто любит ути-пути, но последние недели были слишком богатыми на эмоции. Чего только стоил мой утренний разговор с Райаном по поводу секса, затем новости о том, что он уезжает, и мое нескончаемое желание его всего, мои бедные гормоны просто не вытерпели и выплеснулись на футболку Рика в виде слез.

— Ты можешь… починить ее? — спросил Рик у Лизы. — Пожалуйста.

— Я пойду первая, — сказала Лиза и вложила мне в руку салфетку и тушь. — Но клянусь тебе, женщина, если тебя не будет здесь, когда я закончу свое выступление, я все равно найду тебя. Поняла?

Я улыбнулась, смахнула слезы и помахала тушью у нее перед носом:

— Я в порядке. Наверное, мне просто нужно было вылить все эти слезы на Рика. Теперь мне гораздо лучше. Пойди и порви их всех, тигрица.

Лиза посмотрела на меня наполовину нежным, наполовину убийственным взглядом, прежде чем ступить на сцену. Пока я поправляла макияж, слышала, как она там дает жару. Из-за этого у меня внутри началась битва — я была очень рада, что у нее все получалось, но все же ощутила дополнительное давление, ведь если я пойду туда после нее и провалюсь, это будет вдвойне хуже, особенно после такого успеха.

Десять Лизиных минут на сцене прошли слишком быстро.

Хотя на сцене каждая минута кажется годом. Десятиминутный сет на сцене — это как выиграть в лотерею в шоубизе; это уже большое дело — может быть, это не кажется таким уж большим делом в маленьком баре Рика, но на сценах посолиднее, если комик стоит на сцене больше пяти минут — он уже победил.

Поэтому, когда Лиза передала мне микрофон, я ступила на сцену, натянула на лицо улыбку и постаралась не смотреть на слепящие глаза прожекторы. Мне это не удалось, и виски тут же сковала головная боль. Я учащенно заморгала, взяла себя в руки и представилась:

— Всем привет, я Энди Перетти и…

Я перестала говорить, потому что свист и звуки приветствия стали слишком громкими. Даже микрофон не помог заглушить их. Вау, это было приветствие гораздо громче аплодисментов, которыми наградили Лизу после бита.

Я нахмурилась, все еще ослепленная светом прожекторов, попыталась разглядеть сидящую в зале публику:

— Ого, вот это да, я еще ничего не сделала. Вы, ребята, просто суперзрители.

Я улыбнулась, чем заработала еще больше свиста и одобрительных выкриков. Единственное объяснение всему этому — они все было пьяны. В эту секунду я заметила тонкую белую ткань, которая упала с чьей-то головы и коснулась пола — это же фата. Все ясно, значит, в зале проходил девичник.

Кривые стулья стояли вокруг липких от выпивки столов, и Рик ходил между ними. Он не привык к такому количеству гостей, потому задел голову одного подносом. Наблюдая за тем, как он неуклюже подает напитки, до меня пока не дошел смысл происходящего, но затем я услышала голос.

Голос Райана:

— Мы любим тебя, Энди!

В эту самую секунду все встало на свои места. Я начала привыкать к свету и уже могла различить темные пятна, это тела людей… людей, которых я знала. Лилия, девушка с фатой. Лоуренс сидел рядом с ней с пальцами во рту — это он свистел. Райан рядом с братом, кроме них там была еще пара парней с татуировками на руках и слегка помятыми лицами профессиональных игроков в хоккей. У одного из них не было зуба.

— Черт возьми, — выдохнула я.

— Давай, — сказала Лиза позади меня. — Мне плевать, даже если это сама королева Англии. Покажи свой бит!

Я глубоко вдохнула, слова Лизы вибрировали в моей голове. Затем сосредоточила свой взгляд на Райане и кивнула ему, тогда как мое сердце начало очень странно биться, как будто оно было счастливо… счастливо видеть его. Вероятнее всего, Райан привел всю вечеринку сюда в шутку, комический эпизод для них всех — пойти в захудалый клуб, но для меня это что-то значит — даже если он здесь лишь ради секса. Эта мысль дала мне силы продолжать и сделать все возможное.

Как выяснилось, вся моя программа довольно приличная. Я, конечно же, не показала свой максимум, потому что была слишком занята смешиванием нового и старого материала прямо на ходу. Но, тем не менее, это выступление не было самым худшим. Когда в конце комнаты вспыхнула красная лампочка, извещая об окончании моих десяти минут, я свернула выступление последней шуткой и послала в зал воздушный поцелуй.

— Я Энди Перетти. Спасибо, что пришли сегодня. — Затем подняла микрофон вверх. — И мои поздравления Лилии и Лоуренсу. Всем стакан за мой счет!

Рик выскочил на сцену, когда я поворачивала голову к Лизе. Это моя своеобразная привычка — смотреть на Лизу после выступления. Мы всегда показываем друг другу палец вверх или палец вниз, по-честному оценивая друг друга, мы одновременно резки и добры. Если я провалилась, она скажет мне об этом. Если я справилась великолепно, она тоже скажет.

Судя по двум пальцам вверх и ее улыбке во весь рот — я справилась великолепно.

Слава Богу! Я уже было собралась сойти со сцены, как вдруг сзади меня кто-то обнял. От Райана пахло пряностями, свежевыбритая щека прижалась к моей шее:

— Это было потрясающе, — сказал он. — Мне понравилось все, каждая секунда твоего выступления. Нам всем понравилось.

— Райан, тебе не стоило всего этого для меня делать — менять планы, приводить всех сюда… — Я повернулась к нему лицом, его руки с легкостью скользнули чуть ниже моей талии. — Это уже слишком.

— Я хотел, чтобы ты присутствовала на вечеринке. У тебя не получалось, потому я и привел вечеринку к тебе, — объяснил он, улыбнувшись. — Всем понравилось. Они не могут остановиться, только и говорят, что о твоем выступлении. Один из друзей-агентов Лоуренса хочет твою карточку.

— Карточку?

— Визитную карточку.

— Я, ох…

— Не волнуйся, — успокоил он. — Я позабочусь об этом и дам ему твои координаты, если ты, конечно, не против.

— Конечно же, не против, — сказала Лиза, стоявшая за моей спиной. Ее глаза широко распахнулись от удивления, но она взяла себя в руки и протянула Райану ладонь. — Привет, я Лиза.

— Ты тоже офигенно выступила, — похвалил Райан. — Но я, все же, должен указать тебе на тот факт, что мы уже виделись на днях, и я уже восхищался твоей работой.

Она убрала руку:

— Точно. Прости. Автопилот.

Райан приобнял ее одной рукой, и она посмотрела на меня через плечо, как будто не знала, что с этим делать и как реагировать. Я не смогла сдержать смех. Эта ночь уже и так была достойна записи.

В этот момент я ясно поняла, что никогда не смогу просто дружить с Райаном.

Нежность, наполняющая мое сердце, была слишком велика лишь для знакомого. Это пугало меня, но я помнила слова папы — лучше влюбиться, и плевать на все — и все мои заботы и опасения отпустили меня. Я позволила себе полностью погрузиться в момент, и когда Райан решил поцеловать меня в губы, не стала сопротивляться. А поцеловала его в ответ, не обращая внимания на свист и крики толпы. Когда он наконец завершил поцелуй, мы оба еле дышали.

— Ты поедешь дальше с нами? — прошептал Райан мне на ухо. — Ты нужна мне сегодня — после.

Он крепче прижал меня к себе, и я почувствовала, насколько нужна ему. Я провела пальцем по его джинсам.

— Я очень тебе нужна.

— Детка, ты даже не знаешь, насколько.

Я взяла его за руку:

— У вас, ребята, есть уже планы, куда двигаться дальше? Если нет, здесь рядом есть отличное мексиканское местечко.

— У них есть пиво?

— Да, и даже механический бык.

Он кивнул и улыбнулся:

— Веди.

Глава 26

Энди

Если на Марсе есть жизнь, то я уверена, что ребята, живущие там, слышали мои крики.

Механический бык был еще злее, чем он на мой двадцать первый день рождения. Но все же не стоит забывать о том, что я была моложе, более гибкой и пьянее, чем сейчас. Я едва могла усидеть на этом быке.

Мои джинсы сползли слишком низко, и я была уверена, что розовое кружевное нижнее белье уже изрядно торчало. Майка, слава Богу, облегала тело достаточно плотно, и я еще не показала все свои прелести честной компании. И это чудо, если учесть количество дерганий и потряхиваний.

Однако когда я наконец свалилась с быка, то поняла, что все эти мотания стоили того. Райан подбежал помочь. В его глазах плясали искорки, когда он протянул руку и помог мне подняться на ноги, а затем крепко прижал к себе:

— Ты побила Боксера! — восхитился он. — Черт, если бы я знал, насколько ты хороша верхом на быке, я уже давно пригласил бы тебя на ферму.

— Ферму? — У меня слегка закружилась голова после катания на быке. — Ах да, Миннесота. А я ведь никогда не была на ферме.

— Ты никогда не была на ферме? — это спросил Боксер. По словам Лилии, Дэнни Боксер — самый большой и самый вредный парень в лиге. Он играет за Лос-Анджелес. А еще он чертовски забавный. — Ты никогда не была на ферме?!

Я посмотрела на руки Боксера, они все были покрыты татуировками. Это его я заметила со сцены — у него не было зуба, зато красовался шрам над бровью. Я спросила у него, заработал ли он этот шрам во время игры в хоккей, но он лишь фыркнул, а я не знала, как это интерпретировать.

— Ну прости, — сказала я ему. — Я с восточной стороны Лос-Анджелеса, там, куда бы ты ни пошел, везде 7-11[3]. Самая настоящая ферма, которую я видела, была, когда мой брат пытался выращивать орегано.

Боксер фыркнул:

— Орегано, ну конечно. Парень-подросток и орегано? Это точно было не орегано.

Не знаю, почему я не думала об этом раньше, но, похоже, Боксер был прав. Папа как-то чересчур быстро избавился от растения, но я была слишком маленькой, чтобы что-то понять:

— Я бы и не подумала! Полагаешь, мой брат выращивал травку?

— А ты милая, — сказал Боксер, в то время как Райан сжимал мою руку все крепче. Затем покачал головой и все повторял: «Она никогда не была на ферме», до тех пор, пока, наконец, Райан не оттолкнул его.

— Я никогда не делал, — произнес Райан. — Давай сыграем.

— Я никогда не делал — что? — Боксер выглядел сбитым с толку. Вероятно, он был не самым умным парнем. — Я был на ферме.

Райан очень терпеливо говорил с ним, что восхищало:

— Подними пять пальцев вверх, — проинструктировал он Боксера. — Мы начнем по кругу. Все должны сказать что-то, чего они никогда не делали, а если ты делал это, то загибаешь палец. Тот, кто первым загнет все пальцы, должен выпить.

Закончив инструктаж, Райан поставил всех в круг — Боксер, я, Лоуренс, Лилия и парочка других ребят — затем показал пальцем на меня, предлагая начать игру.

— Я никогда в жизни не была на ферме, — начала я.

Все загнули пальцы.

— Если бы я не выходила замуж за него, — пожаловалась Лилия, толкая Лоуренса вбок, — я бы не загибала палец. Проклятая ферма Пирсов.

— Я никогда в жизни не доставлял пиццу, — выпалил Райан.

Я загнула палец и посмотрела на него:

— Это нечестно!

— В эту игру можно играть даже вдвоем, — ответил он, улыбнувшись. — Ты посмеялась надо мной, я лишь ответил тебе, милая.

— Я никогда в жизни не был обручен, — сказал Томми. Томми играл в одной команде с Райаном и, судя по всему, он капитан команды. Он высокий, красивый и самый ответственный из всей компании. Вероятно, это потому, что он был трезвым водителем, который после всех развезет по домам. — Давайте, Лилия и Лоуренс, загибайте пальцы.

Они оба загнули пальцы, лишь три пальца осталось. Я украдкой посмотрела на Райана и с удивлением обнаружила, что он внимательно следил за мной, загну я палец или нет. Мой палец остался наверху, так же, как и его. Краски сгущались.

— Ну что ж, если мы здесь атакуем друг друга, ладно, — сказал Лоуренс и загнул палец. Он вроде как шутил, но, похоже, был слегка раздражен. Видимо, пива ему на сегодня было уже достаточно, поэтому вместо пива ему стали подсовывать воду. — Полагаю, сейчас моя очередь.

Мы все терпеливо ждали, пока он рассматривал каждого из нас, его глаза кружили туда-сюда в поисках жертвы. Просмотрев всех один раз, он не выдал ничего, затем вновь взглянул на меня, потом перевел взгляд на Райана, затем снова на меня. Его глаза расширились, как бы озарившись идеей, и я знала, что он собирался сказать, еще до того, как Лоуренс открыл рот.

Райан, похоже, тоже понял это и среагировал первым:

— Да ладно тебе, оставь Энди в…

Но Лоуренс лишь улыбнулся, а затем выдал:

— Я никогда в жизни не влюблялся в девушку из службы доставки.

Все замолчали. Вокруг нас все орали и свистели, когда новый всадник садился на быка. За нашим столиком все смотрели то на меня, то на Райана. Почему? Я была не совсем уверена. Очевидно же, что он не влюблен в меня. Мы ведь только познакомились. Мне будет все равно, если его палец останется не загнутым. Да мне вообще все равно.

«Черт возьми, мне не все равно», — думала я в тот момент, когда рука Райана дернулась. Его палец двинулся так, как будто он собирался его загнуть. И сделать это он собирался лишь для того, чтобы избежать неловкой ситуации и спасти меня. Я решила, что мне не нужен палец, загнутый из жалости, поэтому я вступила:

— Ну, все мы прекрасно понимаем, что мои пальцы не сдвинутся с места, — сказала я и вежливо улыбнулась Лоуренсу. — У моего папы в штате есть просто фантастические девушки, но я не по этой части.

Смешки за столом помогли немного разрядить обстановку, но, конечно же, неловкость осталась. Райан все еще мысленно метал кинжалы в брата. Лоуренс не обращал на это ни малейшего внимания, но Лилия все видела. Одними губами она сказала: «Мне жаль» и попыталась поймать своего жениха за руку:

— Пойдем-ка, приятель, — позвала она. — Кажется, тебе нужно прилечь.

Он попробовал схватиться за нее, но промахнулся и вместо руки схватил Лилию за грудь.

— Отлично, — сказала она. — Кто-то распустил руки. Вот, попей воды.

— Мы все еще играем, — сообщил Райан, сжав зубы. — Никто не в обиде.

— Райан, пожалуйста, забудь об этом, — пробормотала я. Мы сидели достаточно близко, чтобы другие не услышали нас, но поскольку все смотрели только на нас, мои слова можно было прочитать по губам. — Это его мальчишник. Он имеет полное право злоупотреблять своим положением. Забудь об этом. Оставь свой палец. Боксер ты не против продолжить?

— Я никогда в жизни не влюблялся в девушку из службы доставки, — фыркнул Боксер. — Мне нравится.

Райан повернулся к Боксеру:

— Ты издеваешься, Боксер?

— Райан… — Я накрыла рукой руку Райана, но это лишь привело его в движение.

Он загнул палец. Вообще, он загнул все пальцы, кроме среднего. Затем он повернулся ко мне, и я кое-что заметила в его глазах — похоть, тоска, желание, что бы это ни было, это привлекло нас к друг другу, — а под всем этим я увидела что-то большее. Это была не любовь, слишком рано для этого, но, возможно, это дружба.

Мне не удалось дольше анализировать, что же там таилось в этих прекрасных карих глазах, потому что Райан наклонился ко мне, я уловила запах мятной жвачки, затем положил руку мне на затылок и поцеловал меня. Он целовал меня перед всеми жарко, страстно, так, что Лилия вздохнула.

Когда Райан отстранился, у него на лице была самодовольная улыбка, он осмотрел всех за столом. После чего обнял меня за плечи, прижал к себе и ухмыльнулся:

— Кто хочет продолжить игру? У меня еще остались один или два пальца.

Лилия выдохнула:

— Меня никогда в жизни так не целовали! Черт. Пошли, Лоуренс. Мы едем домой. Ты должен протрезветь и поцеловать меня так же.

— Как «так»? — Лоуренс смотрел куда-то между мной и Райаном и не мог сосредоточиться на чем-то одном.

— Ты права. — Райан встал и потянул меня за собой. Его рука скользнула по моей попе и аккуратно сжала ее. — Уже пора по домам. Томми, ты можешь отвезти ребят домой? Мы доберемся сами.

Глава 27

Райан

— Я бы никогда не осмелился зайти в это место один. — Я опрокинул в себя еще один тако и помолился, как бы мой желудок завтра не взбунтовался. — Как тебе это?

Энди засмеялась, от звука ее смеха я помимо воли улыбнулся.

— Мой папа всегда был большим гурманом в еде, ну, прежде чем это стало модно. Я знаю, что «Перетти» не кажется таким уж фантастическим местом — это не так, на самом деле — но папа уделяет большое внимание еде. Он много лет работал над соусом для пиццы, пока не вышло идеально.

— Мой брат рекомендовал пиццерию твоего отца, — сообщил я. — Вот, как я ее выбрал. Согласно Лоуренсу, это жемчужина в мире пиццы Лос-Анджелеса.

— Мы получаем продукты от местных поставщиков, — довольно сказала Энди. — У нас есть постоянные клиенты. Наша пиццерия не так уж знаменита, но мы всегда стараемся, чтобы наши клиенты были довольны тем, что мы доставляем. Мой папа может быть в какой-то мере тупым и может казаться слишком эмоциональным — ему нравится играть вспыльчивого итальянца — но на самом деле он очень милый. Ему не все равно. Он делает это от души.

Слушать, как она говорила о своей семье — одновременно увлекательно и душераздирающе. То, с какой любовью Энди рассказывала о папе, показывало ее любовь и связь с семьей. Хотя она мало об этом рассказывала, но я чувствовал, что девушка очень скучает по своей маме. Черт, это так несправедливо, что она потеряла кого-то важного.

Моя собственная семья была очень дружной, хотя мой брат иногда бывает полным придурком. У меня просто великолепные родители, настоящие, и я даже представить себе не мог потерю мамы, как это произошло с Энди. Когда мой брат не пьяный мудак, он тоже может быть порядочным — этот вечер не в счет. Я все еще злился на него за то, что он сделал сегодня со мной и Энди.

К счастью, она нормально на все отреагировала. После того, как мы загрузили Лоуренса и остальных в машину Томми и отправили всех домой, я предложил Энди сходить перекусить куда-нибудь. Она хорошо ориентировалась в этом районе, поэтому позвала пойти поесть тако.

Я люблю тако, но даже представить себе не мог, что мне понравится тако из тележки. Правда, я не шучу — прямо на улице за тележкой стоял небольшого роста человечек и переворачивал на гриле мясо и другие штуки, напоминающие еду. И если бы мне пришлось угадывать, как подхватить сальмонеллу, я бы предположил, что достаточно лишь вдохнуть аромат масла, на котором все это жарилось.

Но Энди настаивала, что тако здесь великолепный, она всегда приходит сюда после шоу, и еще ни разу ей не было плохо. Откусив один кусочек от тако, я понял, что пропал.

— Если завтра я заболею, — сказал я Энди, глотая наивкуснейший тако, — то это стоило того, ну… почти.

Она снова рассмеялась и украла один тако у меня из коробочки. Я наклонился, чтобы откусить кусочек, но она в самый последний момент переместила тако и положила его себе в рот… весь. Я взял ее за талию, нежно провел рукой по ее прекрасным бедрам, пока она дразнила меня своими губами.

Эта девушка была просто раем. На вкус она как рай, от нее пахло раем, и вообще, она походила на ангела… я не мог представить, что будет, когда мы наконец претворим в жизнь поправку Энди в наш договор. Электричество между нами было жарче шипящей кастрюли с маслом, стоящей на тележке с тако.

— А ты хороша, — пробормотал я, не желая убирать губы от ее губ. — Я бы сразился с тобой за тот тако, но, похоже, ты обменяла его на то, что мне больше по душе.

Энди улыбнулась, затем отстранилась и, подмигнув мне, вновь откусила мой тако:

— Ага! Ты попался!

Я схватил ее, она громко закричала на всю улицу. Но мне было наплевать, слишком весело, чтобы о чем-то беспокоиться. Энди попыталась убежать от меня, но я удержал ее за талию, перекинул через плечо и откусил тако, нежно пробежавшись пальцами по грудной клетке.

Энди извивалась и выкрикивала разные ругательства, пока я нес ее как пожарный — на плече. Она мало весила; я почти уверен, что некоторые буррито тяжелее ее. Вся эта ситуация унесла мои мысли в спальню.

Я воображал, как сжимаю ее бедра, скольжу пальцами по ее нежной коже, как кладу ее на диван, на барную стойку, на… черт, да куда угодно. Она настолько легкая, что я мог нести ее, придерживая лишь одной рукой.

От этих мыслей мои боксеры пошли по швам, а я все еще нес Энди на плече. Она перестала извиваться и теперь просто уперлась локтем мне в спину и, вероятнее всего, надула губки.

— Эй, — сказала девушка, когда мы уже прошли полквартала, и хлопнула меня по голове. — Хочешь кусочек моего тако?

Я замер на месте:

— Что ты сказала?

— У меня еще остался один, — рассмеялась она. — Хочешь? Я уже наелась.

Мне нужно было немедленно увидеть ее улыбку, даже больше, чем дышать. Стремление держать ее, прижимать к себе и целовать все нарастало. Я перекинул Энди с плеча себе на руки, посмотрел на нее, на ее лице мелькнуло удивление.

Она держала наполовину съеденный тако двумя руками, пока я качал ее на Голливудском бульваре среди бомжей, туристов и ночных торговцев. Меня не волновало, кто видел нас. Пусть папарацци. Пусть Джослин смотрит.

Я не мог просто дружить с этой девушкой. Я не смеялся так, не веселился так — веселился! — с тех пор, как мне было пять лет и мы с братьями стреляли по мишеням. Быть друзьями — не вариант. Я нуждался в большем.

Только я собрался сообщить об этом Энди, как она обняла меня за шею и поцеловала очень нежно и сладко. Такого поцелуя у меня еще никогда в жизни не было. Это мед, намазанный на зефир, просто верх сладости, я не мог справиться с этим. Я до боли хотел ее, так сильно хотел, что у меня вырвался стон.

— Милая, может, мы отправимся куда-нибудь еще? Безлюдное место будет предпочтительней.

В ее глазах горело, нет, тлело желание:

— Пожалуйста.

Я вытащил телефон, не осмеливаясь отпускать Энди на землю, не хотел, чтобы этот момент заканчивался. Нажал на кнопку «Вызвать Убер». Экран показал, что машина прибудет через три минуты. Три гребаные минуты — боже, я не мог столько ждать… но, мне кажется, придется, потому что она выскользнула из моих объятий.

— Секунду, — сказала она. — Через сколько приедет Убер?

Я ответил ей, что через пару минут, и затем смотрел, как она побежала обратно к тележке с тако. Энди помахала несколькими долларами перед носом у продавца, купила еще тако и вернулась ко мне. Я ничего не сказал ей, потому что мне нравилось — на самом деле нравилось, — что она может есть тогда, когда захочет. Несмотря на то, что она весила вполовину меньше меня, она съела такую же порцию тако. Я был впечатлен.

— Это не мне, — объяснила девушка, глядя мне прямо в лицо.

Очевидно, мне не удалось скрыть удивление.

Энди подбежала к почтовому ящику перед клубом:

— Вот, держи, — произнесла она и протянула тако бомжу, жившему возле этого почтового ящика. — Хорошей тебе ночи, Фил.

— Отличное шоу, — ответил тот. — Твой парень — просто загляденье.

— Спокойной ночи, Фил, — прокричала она в ответ. — Не суй нос в чужие дела!

Я притворился, будто не слышал их разговора.

Однако Энди вновь все прочла по моему лицу:

— Не обращай внимания, — сказала она. — Он несет чепуху. Думает, что все про всех знает.

— Это так мило с твоей стороны, — похвалил я. — Похоже, вы хорошо ладите друг с другом.

Она помахала ему рукой:

— Он — мой самый большой фанат. Это меньшее, что я могу для него сделать.

— Так значит, он мой конкурент? Что мне нужно сделать, чтобы стать твоим фанатом номер один?

Энди наклонилась ко мне ближе, подмигнула и сказала:

— Возьми меня к себе сегодня. Остальное я расскажу тебе уже на месте.

Мне кажется, я умер и попал в рай. Девушка была просто бомбой, веселая и не боялась говорить, чего хочет — черт возьми, сегодня утром она сделала поправку в нашем соглашении, утверждая что ей нужен секс. Если я прямо сейчас не позову ее замуж, какой-нибудь мудак это сделает за меня, и он будет счастливчиком.

— Почему ты не замужем? — выпалил я.

Лилия сожрала бы меня заживо, если я сделал бы Энди предложение прямо сейчас. Она не потерпит, если кто-то посягнет на ее свадебные планы. Кроме того, еще же слишком рано для этого… да?

— О, — ответила Энди с огоньком в глазах. — Если я начну рассказывать, это займет всю ночь.

— Вранье.

— Райан…

Тон, которым она произнесла мое имя, заставил меня посмотреть ей прямо в глаза и ждать, когда девушка найдет правильные слова. Я протянул руку и дотронулся до ее щеки. Кожа была очень-очень мягкой, и я провел пальцем по ее губам:

— Да?

— Тебе не стоило делать этого, когда мы были в баре. Я серьезно, я сама могу справиться с ударами и правильно реагировать на шутки. Тебе не нужно было так отвечать на слова Лоуренса.

— А ему не стоило быть таким мудаком.

— Он просто веселился, — сказала девушка. — Вообще, вокруг меня много всяких мудаков. Я привыкла к этому. Большинство комиков — прекрасные, удивительные, замечательные люди, но есть парочка…

— В каждой профессии, — перебил я ее. — Есть замечательные хоккеисты, а потом они внезапно становятся…

— Кретинами, — закончила она предложение за меня, и мы улыбнулись друг другу.

— Вот именно.

— Что ж, — сказала Энди. — Мне кажется, я задолжала тебе спасибо, но просто знай, я вовсе не ждала, что ты поступишь так. Я могу сама постоять за себя.

— Это ничего мне не стоило, — ответил я. — Я вовсе не против показывать всем вокруг, как я к тебе отношусь.

— Но любовь… — она так тихо произнесла это слово, с почтением, как будто мы находились в церкви. — Для этого еще слишком рано. И когда я… э-э-э… сегодня утром, когда мы с тобой говорили…

— Когда ты просила секса, ты это имеешь в виду? — сказал я и подмигнул ей. — Да, я прекрасно все помню.

Энди покраснела, но кивнула. Она не соврала — эта девушка легко справлялась с ударами и подколками.

— Я говорила об этом честно. Я ничего не жду от тебя в ответ, и ты не должен ждать ничего от меня. Мы просто веселимся. — Энди мельком улыбнулась, но улыбка не горела в глазах. — Я хочу, чтобы ты ясно это понял.

— Конечно, — ответил я. — Веселье и больше ничего.

— Итак… — она колебалась. — Насчет веселья… где же Убер?

Глава 28

Энди

— Это странно? — спросила я у Райана, пока мы тихо прокрадывались через гостиную дома его брата, как два подростка. — Может, мы найдем другое место?

— Предлагаешь свой дом? — Райан нахмурил брови. Я уже рассказывала ему, что делю ванную с папой.

— Ха, принято.

Несмотря на то, что мой папа по странным причинам одобрял мои отношения с Райаном, это вовсе не означало, что он стал бы приветствовать Райана с распростертыми объятиями в нашем доме в три тридцать утра, особенно с запахом быка и тако.

— Это же мой дом вдали от дома. — Райан зашёл в помещение, открыв мне обзор на уютную универсальную комнату со всем необходимым для жизни.

Гостевой дом стоял прямо за домом Лоуренса и Лилии, но его едва ли можно было назвать маленьким. На самом деле, он был даже лучше девяноста процентов жилых домов города. Небольшая кухня виднелась из гостиной, кофеварка заняла свое место на стойке, в центре стола стояла ваза со свежими фруктами.

— Иногда я остаюсь спать в главном доме, если мы проводим вечер вместе, и мне не очень хочется тащиться сюда, в гостевой дом, ну и еще потому, что Лилия прекрасно готовит.

Я рассмеялась:

— Это все меняет. Жаль, что дом простаивает без жильцов практически все время.

Райан взял меня за руку и подтолкнул в спину к чистой, роскошно обставленной современной спальне, в которой идеально сочетались роскошь и минимализм.

— Этот дом был частью соглашения, когда Лоуренс решил сюда переехать.

— Соглашения?

— Да, с родителями. — Он усмехнулся. — У меня замечательные родители, и они нас всех очень любят, возможно, даже слишком. Они не разрешали Лоуренсу переезжать, пока он не сможет позволить себе жилье с гостевым домом для них, куда они смогут приезжать и оставаться так долго, как сами того захотят.

— Не бывает на свете такого, чтобы родители любили ребенка слишком сильно. Мне кажется, это очень мило.

— Да, — ответил Райан, замедлив темп, когда мы вошли в спальню. — Я тоже так думаю. В любом случае, мои родители еще ни разу его не использовали, они предпочитают оставаться в главном доме. Но кто знает? Мама надеется, что Лоуренс и Лилия скоро переделают гостевую комнату в детскую… поэтому мне кажется, она просто хочет быть уверена, что ей будет куда приехать к своим внукам.

— Никакого давления.

Райан засмеялся:

— Лилия обычно сама говорит о детях, так что ее эта тема нисколько не смущает. Мама дала им свое благословение после их третьей встречи, на которой Лилия сказала, что у нее есть две сестры, и она тоже хочет, по крайней мере, троих детей. Моя мама очень любит детей.

Я покачала головой и улыбнулась, позволив Райану подвести себя к кровати. Мы сели на край.

— Они отлично подходят друг другу, — сказала я. — Мне нравится смотреть на них вместе. Это прелестно, но, не знаю, когда вижу их, меня не тошнит от ванили, исходящей от некоторых других пар. Ты понимаешь, о чем я?

Он кивнул:

— Да, она отлично ему подходит. Ему очень повезло, что они встретились.

— Для идеальной пары необходимо двое, — произнесла я. — Ей тоже повезло.

— Как-то странно, но, я думаю, ты права, — неохотно ответил Райан. — Но я все еще злюсь на Лоуренса, поэтому не чувствую себя таким же щедрым на комплименты, как ты.

— Тебе нужно забыть об этом! — я игриво облизнула губы, положив при этом руку ему на грудь. Она была твердой и крепкой; удары сердца ощущались под рубашкой. — Может быть, мне удастся отвлечь тебя?

Райан упал на спину от моего нежного прикосновения, как будто в моих руках скрывалась сила Халка, и произнес:

— Соврати меня.

Я перекинула ногу и села на него сверху. Райан был в джинсах и рубашке, верхняя пуговица расстегнута, и выглядел при этом очень сексуально. Я медленно начала расстегивать остальные пуговицы.

Покончив с ними, сняла с него рубашку и на пару секунд замерла в восхищении:

— Нравится? — спросил он, поддразнивая.

— Заткнись! Я пожираю тебя глазами.

Его шоколадного цвета глаза сверкали от улыбки, а волосы были растрёпаны. Очаровательное зрелище.

— Да на здоровье, наслаждайся, но прежде дай-ка я кое-что сделаю.

Это кое-что оказалось приятным сюрпризом.

Ногтями он впился в мою кожу и потянул к себе. Спиной я уперлась ему в колени, а под собой почувствовала всего его. Поза была катастрофически эротичной, хотя мы оба все еще оставались в джинсах. Я сильно сжала его руки, с моих губ слетел стон, когда я уселась поудобнее, так, что мы идеально подошли друг другу, но этого была недостаточно.

— Ты нужна мне, — сказал Райан. — Я больше не могу ждать, Энди.

— Хорошо, я закончила с пожиранием глазами. Снимай штаны.

— Твое желание для меня — закон.

Я положила руку ему на грудь и толкнула на спину:

— С другой стороны, в этот раз ты должен меня дождаться.

Райан закрыл глаза, когда я схватилась за пуговицу на его джинсах и расстегнула ее, и в этот момент мне очень захотелось прикоснуться к нему. На нем были черные боксеры, и я положила руку на его эрегированный член. Теперь наступила очередь Райана стонать, он вцепился в подушку и закричал в нее:

— Черт!

— Черт хорошо или черт плохо?

— Черт, не смей останавливаться детка. Раздевайся.

— Но я не закончила…

— Я не спрашиваю, закончила ты или нет. — Я и глазом не успела моргнуть, как он сел, завел мои руки за спину, аккуратно при этом поддерживая. — Я попросил тебя раздеться. Пожалуйста, я хочу увидеть тебя… всю.

Я тяжело задышала, еще никогда в жизни не чувствовала себя такой живой. Райан одновременно командовал, доминировал, а потом в одну секунду снова становился игривым. Я вдруг отчетливо поняла для себя, что, по всей видимости, еще не познала хороший секс… пока что.

На смену этой мысли пришла другая — а что, если никому не удастся сделать со мной то же, что сделал Райан? У него просто волшебные пальцы, еще ни один мужчина не ласкал меня так. Мне кажется, после Райана будет просто нереально встречаться с кем-то другим.

Ну вот, опять, я ведь еще не переспала с ним. Мне стоит просто сосредоточиться на нем и задвинуть все остальные мысли подальше. Он смотрел на меня как лев, наблюдающий за своей добычей, и если я не сделала бы так, как он хочет, то он просто разорвал бы мою одежду в клочья.

Я высвободила руки и сняла майку через голову. На мне был простой черный бюстгальтер — я не ожидала, что пойду куда-нибудь сегодня вечером, потому оделась как обычно.

Райан, да благословит Бог его душу, не выказал никакого интереса к бюстгальтеру. Уже через секунду тот отправился на пол к майке, а губы Райана оставили нежный поцелуй на моей ключице. Горячо и нежно он двигался к моей груди, оставляя дорожку из поцелуев, затем нежно коснулся моих сосков.

Я была в огне. Лишь одно прикосновение его губ к моей коже могло довести меня до оргазма, но я сдержалась. На этот раз я собиралась кончить вместе с ним. Тут он зажал губами мой сосок, и я забыла обо всем на свете. Он продолжил наступление, и мое желание лишь нарастало.

Райан протянул мне руку, схватил и нежно придвинул к своей груди. Затем осторожно положил меня на спину, чтобы рассмотреть. Настала его очередь возиться с моими джинсами. Я не винила его — эти джинсы у меня еще со старшей школы, и они слишком сильно облегали мою талию.

— Черт, — сказал он, поднимая руки вверх. — Проклятые джинсы!

Я помогла ему, расстегнула пуговицы и направила его руки, чтобы он смог снять с меня джинсы. Все, что меня в тот момент волновало, это руки Райана. Он нежно пробежался по моей ноге лишь кончиками пальцев, отчего меня охватила дрожь.

— Райан… — произнесла я, но на этом все, потому что в эту самую секунду он коснулся моих бедер.

На мне остались только трусики. Розовые с кружевом, я всегда надевала что-то веселое на свои выступления. Их я носила на удачу, как напоминание, что могу быть веселой и кокетливой, как только захочу. И теперь, в этот самый момент, они были идеальным символом кокетства.

Одним пальцем Райан провел по тонкой ткани трусиков и проследил за моей реакцией, это уже слишком. Ощущения были просто потрясающими, и я пролепетала что-то невразумительное.

— Тебе нравится? — спросил он хриплым, полным похоти голосом. — Я только начал, детка…

Затем он наклонился и поцеловал меня в место рядом со своим пальцем, и я начала гореть. Лава. Я была просто лавой.

К счастью, Райан остановился, дав мне небольшую передышку.

— Ты готова принять меня, — произнес Райан с восторгом.

— Пока нет, — пробормотала я. — Ляг.

Он не послушал, его палец прижался сильнее, и вот он снова наклонился, чтобы поцеловать меня там, но на этот раз я была готова и, пользуясь моментом, толкнула его на спину. Мне было ужасно жаль расставаться с его прекрасными пальчиками, но я сделала это быстро, чтобы он не успел ничего предпринять.

Теперь существовали только я, немного кружева и Райан в боксерах. В первый раз я чувствовала его под собой без толстой ткани джинс, и это было прекрасно. Я закрыла глаза, пристраиваясь, и тут он поймал меня за талию.

— И что же ты делаешь? — пробубнил Райан. — Я еще не закончил с тобой.

Теперь мы находились где-то между игривой борьбой и страстным сексом, и мне это нравилось. Мне на самом деле понравилось, особенно когда он вновь начал нежно выводить круги вокруг моего сладкого местечка. Мои глаза оставались закрытыми, и потерялась на секунду, поэтому стала двигаться, но остановилась, понимая, что от этого могу кончить. Затем привстала немного, чтобы остыть.

Он сжал мое запястье, но этого было недостаточно, чтобы остановить меня, потому что я уже стянула его боксеры. Член свободно выпрыгнул, как чертик из табакерки, и от такой аналогии я мысленно рассмеялась. Еще пару секунд я наслаждалась зрелищем, а потом крепко сжала его губами, и Райан задержал дыхание от неожиданности.

Он, было, начал спорить и даже пытался дотянуться до меня, но оставил все попытки, когда я задвигалась.

— Вот черт, — прошептал он. — Это просто великолепно.

Я скрыла улыбку. Никогда и думать не мечтала о том, что встречу Райана Пирса живьем, не говоря уже о том, что окажусь в его постели. Моя жизнь могла бы сложиться гораздо хуже.

Судя по его стонам и пальцам, схватившим меня за волосы, все, что я сейчас с ним делала — правильно.

— Стой, — сказал он, нарушая ритм. Он был на грани, я видела это по его глазам. — Ляг.

— Но…

— Ложись, — повторил он снова. — Пожалуйста.

Трудно спорить с такой просьбой, потому я легла на спину. Каким-то волшебным образом белье с меня исчезло, Райан навис сверху, нежно касаясь моей спины, его грудь прижалась к моей груди, наша кожа стала скользкой от жара и жажды. Как будто из воздуха появился презерватив, он раскатал его по члену, и уже в следующую секунду Райан нежно проник в меня.

— Ты дразнишь, — задохнулась я. — дразнишь.

Он вошел глубже, обнял меня за спину, затем за попу и наконец крепко притянул к себе за бедра. Он едва вошёл, но он уже наполнил меня. Его пальцы присоединились к вечеринке, они кружили и терли, привнося неведомые ощущения в мой разум.

Наконец я больше не смогла терпеть и резко потянула его на себя, хватая за бедра. Мы посидели так пару секунд, оба в шоке от того, насколько приятными были ощущения. Еще никогда в жизни я не чувствовала себя такой целой, такой возбужденной, и мне хотелось большего.

Могу сказать, что Райан чувствовал то же самое. Секунду спустя он начал двигаться. Мне было недостаточно, я хотела все, что он мог мне дать, и чувствовала, что тоже ему нужна.

Я двигалась вместе с ним, выгибая бедра и прижимаясь губами к его шее. Он целовал меня, но я едва могла думать, едва могла чувствовать, было лишь одно ощущение — как будто мы на горках, которые вот-вот слетят с рельсов.

— Ты просто невероятна, — бормотал он. — Спасибо Господу за поправку в нашем договоре.

Я согласно шептала в ответ, одновременно впиваясь ногтями в кожу, и слышала биение его сердца. Наши губы были как единое целое.

И вот, когда я уже готова перейти черту, он оттолкнул меня назад, практически выйдя из меня. Райан колебался, его взгляд сосредоточился на мне.

Мы остановились, но я хотела его, он все еще держал меня за волосы, момент казался испорчен, но вдруг Райан резко вошел, начав двигаться с невероятной скоростью, и мы оба улетели в космос на ракете из бутылки с газировкой.

Его имя слетело с моих губ, когда мы оба кончили, и в эту секунду я узнала, что значит видеть звезды. Эти маленькие мерцающие точечки перед глазами.

Мы все еще продолжали плавать и переводить дыхание, пока звездочки не пропали. Пресыщенная, я упала на него. Я полностью выбилась из сил, пребывая в пьяном блаженстве после секса, когда просто невозможно говорить.

Райан гладил меня по волосам, шептал на ухо нежные слова и лишь кончиками пальцев водил по спине, пока я, наконец, не пришла в себя. Первым делом я посмотрела на него, улыбнулась и поцеловала в губы.

— Вау! Это было…

Я позволила ему закончить фразу за меня:

— За пределами этого мира? — продолжил он, сонно убирая волосы с моего лица.

Мы оба засыпали, но никто никуда не спешил. Я положила голову ему на грудь, и он крепко прижал меня к себе. Я устала, но была совершенно счастлива и решила, что хочу всегда такой секс. Это потрясающе.

Со всеми моими бывшими — слава Богу, их было не так много, но все же больше одного — секс был своего рода нежным, мы занимались им, чтобы убить время, если хотя бы минимально нравились друг другу. Секс был не по любви, не было страсти или даже похоти.

Я понятия не имею, что случилось, когда я встретила Райана, но с ним это была не ваниль, секс не был скучным. Мне хотелось больше.

— Фантастично, — добавила я. — И весело.

— Давай снова это сделаем. Одного раза мало.

Я прижалась к нему:

— Хорошо, что теперь мы можем делать это столько раз, сколько захочется.

— Это очень хорошо.

Он нежно провел рукой по моей голой спине, эта нежность контрастировала с той страстью, которая бушевала между нами всего пару мгновений назад. Сегодня мне впервые захотелось обниматься, но поскольку мы были друзьями с дополнительными опциями, то ситуация немного осложнилась. Обнимашки входят в дополнительные опции? Они необходимы? Или запрещены?

— Итак, — начала я с любопытством. — Что теперь?

— Теперь? — Райан посмотрел на меня с озорством в глазах. — Боже, Энди, ты ненасытна.

Я почувствовала, как мои щеки покраснели:

— Я имела в виду… что теперь будем делать? Можно ли нам обниматься? Должна ли я ехать домой? Эти друзья с дополнительными опциями шли без инструкций.

Он отвернулся и захохотал. Успокоившись немного, повернулся ко мне:

— Вот правда, другой такой нет на земле.

— Прекрасно, можно тогда я приму душ? — Я улыбалась, радуясь, что секс не изменил легкость нашего общения. Во всяком случае, теперь все выглядело намного проще. Нам обоим больше не нужно было притворяться, что хочется еще.

Райан неторопливо провел рукой по моей ноге, посмотрел на мои сиськи, а затем улыбнулся и сказал:

— Полотенца в ванной, но сначала иди сюда.

— Куда?

Его ответ — поцелуй, дух захватывающий поцелуй, мне даже кажется, что он собрался на второй круг. Но как только его руки коснулись моего живота и чуть ниже, он закончил поцелуй и хлопнул меня по животу.

— Душ там. — Я в растерянности посмотрела на него, а он вопросительно поднял брови. — Что-то не так?

— Ты и сам знаешь, что делаешь со мной, — ответила я, шлепая в ванную. — И я ожидаю, что ты выполнишь свое обещание, приятель!

Я зашла в ванную и в отражении увидела его улыбку — улыбку и по-настоящему сексуальную прическу. На самом деле, я гордилась этим диким родео — я тоже выглядела как маньяк с взъерошенными волосами.

Я быстро сфотографировалась и отправила свою новую прическу Лизе. Мне было просто необходимо разделить этот момент с кем-то, и она это обязательно оценила бы.

Две секунды спустя мой телефон завибрировал. Это Лиза, она прислала мне пять смайлов в виде баклажанов. До меня не совсем дошел смысл, но я знала, что это давало мне право отправить ей в ответ смайлик с какашкой.

А затем палец вверх.

Наконец я забралась в душ, намылилась наверняка дорогущим мылом, которое стояло на бортике ванной, и вымыла волосы восхитительно пахнущим шампунем. Выбравшись из ванны, я чувствовала себя совершенно другой женщиной. На этот раз, посмотревшись в зеркало, я увидела улыбающееся, счастливое свежее лицо без макияжа. Секс сотворил чудеса с моей кожей.

Разве только… это что-то большее, чем секс. Теперь я боялась предстоящей свадьбы Лоуренса и Лилии. Я была очень взволнована тем, что меня туда вообще пригласили, и теперь не хотела, чтобы этот день наступал. Как только свадьба пройдет, у Райана больше не останется причин видеться со мной. Я не хотела об этом думать. Просто отказывалась.

Вместо этого я вышла из заполненной паром ванны в спальню, где, по крайней мере, сейчас, мои мечты стали реальностью.

Глава 29

Райан

Я готов был заснуть. Энди так долго торчала в ванной, что я даже хотел постучать, намереваясь убедиться, что она вообще жива, но когда я приложил ухо к двери, услышал, как она напевает.

Чертовски мило.

Она напевала в душе, и звучала счастливой, поэтому я решил не беспокоить ее и вернулся в постель. Просто лежал и ждал, когда она выйдет из душа и ляжет рядом со мной.

Энди вымотала меня. Я переспал с большим количеством девушек — у хоккеистов в этом плане нет проблем с выбором — но все они и близко не были похожи на Энди, умную, чертовски сексуальную и доставляющую такое удовлетворение. Я попался — она такое вытворяла своим ротиком и бедрами. Не говоря о том, что мне нравилось с ней разговаривать и до, и после секса.

Неожиданно я понял, почему Лоуренс резко бросил все свои гулянки, когда встретил Лилию. Если она приносит Лоуренсу хотя бы чуточку того кайфа, который доставила мне Энди, что ж, черт возьми, я тоже покончу со всеми своими гулянками.

Хотя по многим причинам это был наш не вариант. Мы оба хотели наслаждаться друг другом как можно дольше, но в один прекрасный день наши отношения затухнут, и это вовсе не шутка.

Если я подпишу здесь контракт, Джоселин будет держать мои яйца в тисках, особенно первый год работы в команде «Молнии». И я не смогу выйти сухим из воды. А если я не подпишу здесь контракт, что ж, тогда есть хоть какая-то надежда на продолжение нашего маленького соглашения. Две тысячи миль наверняка вгонят клин между друзьями с дополнительными опциями и соглашением, и не в лучшей степени.

Я провел рукой по лбу, пребывая в раздумьях, когда стоит рассказать об этом Энди. Но стоило ей войти в комнату, при виде нее, обернутой в мое пушистое полотенце, все логичные и нелогичные мысли вылетели из головы.

Я был уверен, что под ним она голенькая. Энди оставила всю одежду у кровати и отправилась в ванную только в носочках. Теперь она была даже без них, а еще смыла макияж, и, черт возьми, прекрасна даже без него.

— У тебя случайно не найдется футболки? — спросила Энди, застенчиво улыбаясь. — Разве только мне не пора. Я действительно не знаю правил, до этого мне никогда не приходилось быть другом с дополнительными опциями.

У меня перехватило дыхание. Уйти сейчас? Когда я наконец вновь обрел речь, то пробормотал что-то, что не имело никакого смысла.

— Что? — спросила она. — Это вообще по-английски?

Я думал, что полностью измотан — это был длинный день с утренней тренировкой, а от сексуального напряжения сломался бы и менее сильный человек. И, наконец, долгожданный секс вечером и куча наслаждения, но как-то так вышло, что я был снова готов для нее.

Я встал с кровати, одеяло упало с меня, и в эту секунду она посмотрела на гигантский знак того, что я готов ко второму раунду.

Энди зажала рот рукой и захохотала:

— Полагаю, это значит, что меня пока не выгоняют?

К счастью, презервативы были под рукой, я раскатал один, одновременно наблюдая за ее реакцией, искал на ее лице хоть какое-то подтверждение того, что она не хочет повтора.

Но все наоборот — Энди позволила полотенцу упасть на пол.

Я был прав, под полотенцем она оказалась голой.

— Ты прекрасна! — сказал я. — Чаще всего я не сыплю комплиментами, и слезливые девушки обычно от этого тают, но сейчас я сказал это от души. Просто говорил то, что чувствую. — Ты нужна мне.

Ее «да» больше походило на стон, и я уже знал, что она готова для меня, прежде чем коснулся ее. Когда мои пальцы нащупали тепло между ее ног, Энди резко вздохнула. На этот раз никакой прелюдии, никаких игр — это срочно.

Я поднял Энди на руки и завел ее ноги себе за спину. Мы двигались навстречу друг другу, и спиной она ударялась о стену сильнее, чем я предполагал:

— Прости, детка, я сделал тебе больно?

Ее глаза горели от желания, и она покачала головой, прижимая меня к себе еще сильнее. Я поймал ее голову как раз вовремя, чтобы не дать ей удариться о стену, ее мягкие и влажные волосы скользнули между моих пальцев.

— Я думала о тебе в душе, — прошептала она. — На самом деле мечтала.

Чертовски горячо! Я опустил ее бедра, закрыв глаза и смакуя момент воссоединения. На этот раз существовало только желание, оголенное желание, и я не сдерживался. Я хотел, чтобы Энди была моей, только моей, и эта мысль ужасала, поэтому я ускорился, двигаясь сильнее, быстрее. Ее стоны становились дикими и еще более громкими с каждой секундой.

Я не мог больше держаться — она была на пределе. Энди покусывала мое плечо, когда мы мчались к финишу, и когда мы доберемся до него — я взорвусь. Мы одновременно остановились и буквально повисли у стены, я крепко держал Энди, мягкие облачка ее дыхания возле моей шеи посылали дрожь по всему моему телу.

Когда я наконец отпустил ее, она улыбалась.

— Боже, ты ненасытная, — сказал я и провел рукой по волосам. — Тебе было хорошо, детка?

Она шикнула и спросила в ответ:

— А ты как думаешь?

Я рассмеялся и обнял ее крепче, мне нравилось, как ее кожа касается моей. Я никогда не был любителем обнимашек — это слишком быстро приводит к привязанности, но Энди — другое дело. С ней все было просто идеально.

— Я пойду в душ, — сказал я, возможно, слишком резко, как будто дал понять, что мне нужно побыть одному. — Чувствуй себя как дома, забирайся в кровать, соверши набег на холодильник, все что угодно.

— Все в порядке? — она беспокойно нахмурила брови.

Энди все же уловила резкость в моем голосе. Черт. Я нежно и лениво поцеловал ее, намереваясь дать понять, что все в порядке.

— Просто кое-кому нужен небольшой перерыв, вот и все. Я не такой энергичный, как ты, — объяснил я по дороге в душ. Остановился в дверях. — И, Энди?

Она уже забралась в постель и удивленно подняла на меня глаза:

— Да?

— Я буду думать о тебе.

Ее лицо покраснело, но это вовсе не смутило ее:

— Дай-ка я напомню тебе, что это не мне нужен перерыв, мистер Пирс.

Я отвернулся, не зная, что сказать.

Во второй или в третий, или даже в четвертый раз за день Энди Перетти заставила меня потерять дар речи.

Глава 30

Энди

Меня разбудил поцелуй в щеку.

— Милая, — нежно прошептал мне на ухо Райан. — Мне нужно идти. Ты, если хочешь, можешь еще поспать.

Я по привычке накрыла голову подушкой. Я студентка университета, и сопротивляться утру это нормально.

— Детка, меньше чем через час у меня самолет, мне, правда, пора бежать.

Срочность в голосе Райана заставила меня вылезти из-под подушки. Единственная эмоция, которую я могла выразить на своем лице, это поднять бровь:

— Почему?

Он рассмеялся, хотя я сейчас не пыталась шутить. Просто я вовсе не утренний человек. По-видимому, я особенно не утренний человек после ночи — и утра — шалунишек в кровати.

Не помогло даже то, что мы до рассвета успели еще раз, а это новый рекорд для меня. Оказывается, я любила устанавливать новые рекорды, просто после мне не нравилось возвращаться в рутину.

— Нет… — пробормотала я. — Останься.

Еще никогда в жизни я не чувствовала себя такой измотанной. У меня было ощущение, будто меня придавили кирпичами — большим, красивым мешком с кирпичами пресса, принадлежавшем Райану Пирсу.

— Детка…

— О, самолет! — до меня, наконец, дошло. Сегодня он улетал в Миннесоту, а я задерживала его. — Прости меня. Я забыла!

Я помахала простынями, что не очень-то помогло. Мои ноги запутались, простыни перекрутились, и, в конце концов, я упала с кровати на пол в странной позе.

— Прости, я просто не утренний человек.

— Мне следовало догадаться, — сказал Райан, приблизившись, чтобы поднять меня. Поставив меня на пол, он поцеловал меня в лоб:

— Я, правда, не планировал, чтобы все было вот так, и я очень-очень-очень хочу остаться.

— Все в порядке, мы же друзья с дополнительными опциями. — Я встала на носочки, чтобы поцеловать его в ответ. — Завтрак не обязателен.

— Завтрак требуется, однако.

Вот я стояла перед ним с волосами, которые, вероятнее всего, наэлектризовались, а он выглядел так, будто прямо сейчас готов давать интервью. Если я не ошибалась, то он снова принял душ — волосы ниспадали на лоб. Он в джинсах и свитере, которые делали его похожим на гибрид модели Ральфа Лорена и хоккеиста Райана Пирса.

В ужасе я посмотрела вниз. По всей видимости, я так и не надела майку Райана, хотя, если бы даже и надела, она бы все равно оказалась на полу вместе с остальной одеждой. Вначале я поискала свое нижнее белье, надела трусики, затем продолжила поиски лифчика.

Через мгновение подняла взгляд и увидела, что мой лифчик висит у Райана на запястье.

— Это ищешь? — спросил он. — Приди и возьми.

— Я думала, тебе нужно срочно убегать.

— Да, все верно, я собирался сказать тебе, чтобы ты не спешила, но потом ты наклонилась, и я отвлекся. Не вини меня.

— Моя машина! — воскликнула я. — Она на парковке на Голливудском бульваре.

— Не переживай, — сказал он. — Боксер подвезет тебя, чтобы ты могла забрать машину.

— Боксер?

— Большой парень, без зуба…

— Я помню его, — ответила я. — Но почему он повезет меня к моей машине?

— Я позвонил ему, и попросил его поднять задницу и приехать подвезти тебя, потому что я не хочу, чтобы ты платила за «Убер», тогда как вчера моя задница привезла твою задницу сюда.

— Моя задница вовсе не возражала, — сказала я, пожав плечами. — Уговор есть уговор. Я могу поехать на «Убере».

— Боксер уже ждет снаружи. Просто оставь ключи на столике, когда будешь готова, Лоуренс сам закроет…

— Я готова, — возразила я, хотя сама еще не надела вторую штанину. — Ну, или почти готова.

— Я просто оставлю тебе ключи…

— Нет, не нужно, все в порядке! — честно говоря, мне просто не хотелось, чтобы Райан доверял мне ключи от дома, даже на короткий промежуток времени. Слишком многое могло пойти не так — я могла потерять их, сломать что-нибудь в доме, вдруг решить, что его кровать и душ мне нравятся больше, чем в собственном доме, и остаться здесь навсегда… — Пойдем.

Он кашлянул и указал взглядом на мою футболку.

Я посмотрела на себя и поняла, что вдела руку не туда. Сняла футболку и надела заново, полностью игнорируя тот факт, что мои волосы были похожи на гнездо вороны, и вышла из комнаты. Райан запер дверь, на подъездной площадке стоял большой внедорожник — я предположила, что это машина Боксера.

— Он заберет нас обоих?

— Нет, я поеду на другой машине, за мной скоро приедут.

— Уверен, что не хочешь поехать с Боксером? Клянусь, я могу добраться до машины сама.

— Все в порядке. Правда. Хотел бы я побыть с тобой подольше… имею в виду, ты можешь поехать со мной в аэропорт, если хочешь, но я подумал, что у тебя есть свои дела утром.

— Верно, — подтвердила я, хотя на самом деле у меня не было дел с утра. Слишком сложно было признаться в обратном. Хотя у меня и не предвиделось пар до трех дня, мне все еще нужно было отчитаться на работе в пиццерии. — Что ж, хорошего тебе полета.

— Энди… — он сделал паузу. — Этой ночью я здорово провел время.

— Я тоже.

Он взял меня за руку и рассматривал ее так, как будто там написано какое-то тайное послание. Видимо, он ничего не нашел, потому вздохнул и перевел взгляд прямо на меня:

— Ты же идешь на свадьбу, да? Без сомнений?

— Конечно, — ответила я. — Это мой долг за твой «Феррари».

Сначала Райан казался как будто встревоженным, затем до него дошло, что это была шутка, потому как он улыбнулся:

— Неважно, по какой причине ты пойдешь со мной туда, я на все согласен.

Между нами повисла тишина, мы оба решали в этот момент для себя, есть ли еще что сказать — по крайней мере, я-то уж точно раздумывала над этим. Нужно ли мне сказать, что я буду скучать? Это будет чистой правдой, но я не уверена, что подобное входит в наше соглашение.

— Я буду скучать по тебе, — произнес Райан. — Надеюсь, ты не против, что я это говорю.

Я выдохнула:

— Я тоже буду по тебе скучать. Ну, после прошлой ночи… я совершенно точно буду по тебе скучать. Позволь еще добавить, что я и понятия раньше не имела, что мне этого не хватало.

По нему было видно, что он гордится собой, и я была вынужден признать, что не без оснований.

Я наблюдала за его взглядом, пока он изучал мое лицо, смотрел на губы, затем открыл рот, чтобы сказать что-то еще.

— Не волнуйся, — сказала я прежде, чем он напомнил бы мне, что мы просто друзья. — Я не привязалась к тебе, нет, я лишь хотела сказать, что мы хорошо провели время.

— Просто друзья? — Райан хмурился и сжимал мою руку все сильнее и сильнее, так, что на том месте моя кожа покраснела.

— Энди, я…

Я задержалась в ожидании его слов, но, что бы это ни было, ему, похоже, сложно было подобрать слова, поэтому он молчал.

Позади я услышала гудок, повернулась и увидела, как к бордюру подъехал черный «Порше». За рулем сидела стройная блондинка, великолепная, как ледяная королева. Мне показалось, что одежда, в которую она была одета, стоила дороже, чем я платила за месяц аренды. И кажется девушка злилась.

— О, прости, — сказала я, смутившись. — Так это… твоя поездка?

— Энди, нет, — ответил Райан. — Ничего подобного. Это агент, с которым я надеюсь подписать контракт, и злится она лишь потому, что мы опаздываем в аэропорт. Но это не твоя вина, а целиком и полностью моя. Я позвонил ей в последнюю минуту, чтобы иметь возможность отправить Боксера с тобой.

— Она поедет с тобой в Миннесоту?

— Да, у нас сегодня встреча с моим тренером. После этого она сразу же вернется обратно. И, если тебе интересно, то между нами ничего нет, никогда не было и не будет.

— Я что, так отчаянно выгляжу?

— Вовсе нет, — ответил Райан? нервно поглядывая за мое плечо. — Просто я не хочу, чтобы ты думала или беспокоилась, потому что мы…

— Друзья с дополнительными опциями, — закончила я за него. — Я понимаю и ценю это. Ладно, хорошего тебе полета и наслаждайся. Надеюсь, ты выжмешь максимум из всего этого.

— Максимум?

— Миннесота, Лос-Анджелес, «Звезды», «Молнии» и все прочее из твоего маленького мира хоккея, в котором я не разбираюсь. Надеюсь, у тебя все получится.

— Мой маленький хоккейный мир, — повторил он за мной. — Я буду скучать по тебе. Звони мне хотя бы иногда.

А затем наклонился, поцеловал меня в щеку и ушел.

Я смотрела, как он садится в машину. Его потенциальный агент тронулась с места с визгом шин. Кажется, она злилась на меня, на него, на весь мир. Черт. Эта женщина была такой стройной, что, должно быть, когда чихала, чувствовала весь свой позвоночник.

— Эй, Энди, ты готова ехать? — позвал меня Боксер из машины. — Пирс сказал, чтобы я отвез тебя к твоей машине, но есть небольшая проблема: я не знаю, где твоя машина.

«Большой, милый Боксер», — думала я, пока шла к машине, чтобы рассказать, куда ехать. Когда мы выехали на дорогу с ужасными пробками, я не могла не думать о том, что из всех людей в Лос-Анджелесе Райан Пирс выбрал меня, чтобы скучать.

Мы, возможно, никогда не сможем создать что-то постоянное, но, по крайней мере, теперь я могла наслаждаться теми мгновениями, которые мы провели вместе.

Глава 31

Энди

Мой телефон зазвонил прежде, чем мы успели выехать на шоссе, которое бы привело нас на Голливудский бульвар, к моей машине, к Филу. Я посмотрела вниз, сердце бешено колотилось, а в голове роились сумасшедшие мысли.

За секунду до того, как я посмотрела на экран телефона, я подумала — вдруг это Райан звонит, чтобы сказать, что он передумал и хочет остаться здесь еще ненадолго. «Друзья, — пробормотала я себе под нос. — Мы просто друзья».

— Друзья? — Боксер оглянулся назад. — Мы друзья?

— Конечно, — сказала я Боксеру, а затем ответила на звонок. — Алло?

— Алло, — повторил за мной совершенно растерянный Боксер.

Человек на том конце телефона прочистил горло:

— Привет, могу я поговорить с Энди?

— Это Энди, — сказала я, Боксер оглянулся, и наконец до него дошло, что я разговариваю по телефону. — С кем я говорю?

— Это Ник Беннетт, — прозвучал ответ. — Я друг семьи Пирс.

— О, — ответила я. — Вы ищете Райана? Его здесь нет.

Он рассмеялся, у него мягкий смех:

— Райан не сказал тебе, что я буду звонить, да?

— Э-э-э…

— Что ж, позволь мне тебе объяснить, — продолжил Ник. — Я агент и представляю таких звезд, как Эндрю Флемминг, Адам Томсон, Лилия Монтенаполеоне и…

— Я знаю, кто вы такой, — перебила его я, ведь как только он назвал имя, я узнала его. Но по какой-то причине не смогла сопоставить одно с другим и подумала, что он ищет Райана. — Я отправляла вам хедшоты около трех лет назад.

— Да, я помню, — сказал он. — Но тогда ты была слишком молода. Двадцать?

— У вас хорошая память, — ответила я, стараясь сохранять спокойствие. Ник Беннетт — лучший из лучших — за последний год с его помощью три комика поставили свое собственное шоу. Подписать контракт с Ником — это как золотой билет Вилли Вонки в мир комедии. — Теперь я повзрослела, набралась опыта.

«Боже, что за хрень я несу», — подумала я и уже было начала биться головой о переднее сиденье, как он засмеялся:

— Я внимательно следил за твоей карьерой, и могу сказать, что за это время у тебя накопилось хорошее портфолио.

— Я старалась, — ответила я. — Извините, вы упомянули что это Райан попросил вас позвонить мне? Вам не стоило…

— Нет, ты все не так поняла, — перебил меня Ник. — Райан вовсе не просил меня звонить тебе. Я попросил у него твой номер телефона, когда узнал, что вы встречаетесь.

— О, ну, мы не встречаемся.

— Ну да, — ответил он, вовсе не убежденный моими словами. — Лоуренс — один из моих лучших друзей. Я был на его мальчишнике той ночью и не знал, что планы поменяются, и мы поедем на шоу.

— Я тоже не знала, что все придут.

— К счастью для меня, это было лучшее шоу, которое я видел за весь прошлый месяц.

— Вы шутите.

— На протяжении всего шоу я просил у Райана твой номер телефона, но он отказывался его давать, пока не спросит тебя.

— Вы обманываете меня, да?

— Прости, что?

— Это ведь Райан все устроил? Вы ведь не оказываете ему услугу, позвонив мне?

— Нет, абсолютно нет. Райан вообще не хотел давать мне твой номер.

— О.

— Теперь, когда мы наконец все прояснили, Энди, я должен сказать, что мне понравились твои шутки. И звоню я потому, что у меня есть к тебе одно предложение. Как скоро ты сможешь быть в студии «Сити»?

— Через час.

— Тогда увидимся. Тебе прислать адрес офиса сообщением?

— Я не… — я посмотрела в зеркало на копну растрепанных после секса волос, собираясь сказать ему, что не готова к встрече, не готова к карьере, не готова к давлению.

И вдруг поняла… что никогда не буду готова.

— Какие-то проблемы?

Это мог быть мой единственный шанс встретиться с Ником Беннеттом. Поэтому я выпрямила спину, немного наклонила подбородок, улыбаясь своему отражению, и ответила:

— Нет, никаких проблем. Увидимся через час.

Как только я нажала отбой, мне пришло сообщение. От Райана.

Райан: Прости, я забыл сказать тебе — и, надеюсь, ты не против — я дал твой номер телефона Нику Беннетту. Он был занозой в моей заднице с тех пор, как услышал твое шоу в тот вечер на мальчишнике. Если ты не хочешь, чтобы он тебе звонил — только скажи. Я все сделаю.

Я: Я только что говорила с ним по телефону.

Райан: И?

Я: Ты точно не заставлял его позвонить мне? Если соврешь, я все равно узнаю, и тогда тебе не поздоровится.

Райан: Честно. Он сам попросил твой номер.

Я: Поклянись!

Райан: Клянусь своей жизнью.

Я: Ладно, я сейчас еду с ним на встречу.

Райан: Удачливый ублюдок. Если он приударит за тобой, я расстроюсь.

Я: Ревнуешь?

Райан: Я бы не назвал это ревностью.

Я: А как бы ты это назвал?

Райан: Властностью.

Я: Это одно и то же.

Райан: Мне все равно, как это называется, правда в том, что я хочу снова тебя увидеть. Могу я забронировать для тебя билеты на самолет на свадьбу?

Я: Тебе не стоит платить за меня. Я сама забронирую. Платы за машину и, возможно, за встречу с Ником достаточно.

Райан: Чушь. Через несколько минут я перешлю тебе подтверждение о бронировании. Сможешь задержаться на два дня? Я знаю, тебе нужно будет вернуться на работу.

Я: Я выбила у босса немного выходных.

Райан: Это будет слишком, если я снова скажу тебе, что скучаю по тебе?

Я: Нет… я тоже скучаю.

Райан: Удачи тебе с Ником сегодня, но она тебе не нужна. Если он не подпишет с тобой контракт, то он просто идиот.

Райан: Я прохожу контроль, нужно будет выключить телефон. Позвонишь мне после встречи?

Я: Хорошего полета!

В последнюю секунду поймала себя на том, что пишу ему «Люблю тебя», даже не задумываясь об этом, но не потому, что это что-то там значит. Просто я все время пишу это Лизе и она тоже — даже если она по привычке заворачивает эти слова в пачку ругательств.

Лиза: Не может быть! Удачи! Люблю тебя, сучка!!! Ты отлично справишься. Позвони мне после — завтрак, кровать сегодня.

Глава 32

Энди

— И? Как все прошло? — голос Лизы разорвал динамик. — Я вся на иголках.

Я только что вышла из офиса агентства, все еще под впечатлением от встречи с Ником Беннеттом. Мне удалось приручить копну волос на голове, да и в принципе повезло, что в комедийном бизнесе лояльно относятся к внешнему виду. Черная майка с джинсами и каблуки, которые нашлись на заднем сиденье моей машины, идеально подошли.

— Он попросил меня показать свой пятиминутный бит, — ответила я, едва дыша. — Мне кажется, у меня все получилось. Он еще не предложил мне контракт, но, похоже, заинтересован в этом. Сейчас Ник занят поиском новых талантов для шоу.

— Как, например, «Комик-одиночка».

— Да, но совершенно новое издание «Нетфликс», — ответила я. — Они уже завершили набор парней, теперь им нужно несколько девушек. Он собирается звонить тебе!

— Черт, ты шутишь!

— Ему понравилось наше шоу!

— Дерьмо.

— Прекрати ругаться! Это же здорово!

— Черт.

— Ты все еще ругаешься, Лиза. Скажи что-нибудь другое.

— Сука, я не знаю, что сказать!

— Ладно, хорошо, по крайней мере, ты меня слышишь. — Я подошла к машине, открыла дверь и села внутрь. — Какие планы на сегодня?

— В девять у меня.

— Мне нужно работать.

— Хорошо, тогда я закажу пиццу, — пригрозила она. — И заставлю тебя приехать к девяти.

— Лиза, мне и вправду нужно будет работать.

— А вот Райан, когда заказывал пиццу, получал и тебя в придачу!

— В тот раз он заказал двадцать пицц.

Она выдохнула:

— Ладно, приезжай, как закончишь. Я буду тебя ждать, но не могу гарантировать, что для тебя останется вино.

— Я прихвачу с собой бутылку.

— Хорошая девочка, — сказала она. — Пока.

Тронувшись со стоянки, я боролась с собой — позвонить Райану или нет. Мне и вправду показалось, что все прошло удачно. Ник Беннетт слушал, недвусмысленно давая понять, что у нас с Лизой есть потенциал, и предложил показать наш материал перед продюсерами.

Даже если они решат не брать нас в шоу, он думал, что у нас обеих есть потенциал в совместных выступлениях в большом местном театре. Меня немного потряхивало от возбуждения, и как-то так само собой получилось, что я набрала номер Райана.

Он ответил тихим голосом:

— Мы вот-вот взлетим, — прошептал он. — Как все прошло?

— Успешно! — крикнула я в ответ. Водитель рядом стоящей машины повернулся ко мне в недоумении, и я поняла, что в моей машине выбиты стекла. — Успешно, — повторила я уже тише. — По крайней мере, я так думаю. На самом деле еще рано о чем-то говорить.

— Я ни минуту не сомневался, — произнес он, и на заднем плане я услышала, как стюардесса просит его отключить телефон.

— Я кладу трубку, — сказала я. — Я просто… просто хотела поделиться с тобой хорошими новостями.

— Я очень рад, что ты позвонила. Поздравляю еще раз.

— Райан, — на этот раз более резкий женский голос врезался мне в ухо. Готова поспорить, это был голос ледяной королевы, которая забирала Райана из дома. — Ты что, не слышишь стюардессу? Мы взлетаем!

— Мне пора, — сказал мне Райан. — Созвонимся позже.

— Пока, — ответила я и тут же услышала гудки.

Я сосредоточилась на дороге домой, но мыслями была далеко. В одну секунду находилась на вершине мира, в восторге от открывающихся возможностей, мы с Лизой путешествуем по разным местам… Если перспективы Ника серьезны, это может изменить нашу жизнь.

Но, с другой стороны, Райан улетал от меня с красивой женщиной рядом. Я доверяла ему и знала, что он мне не соврал, но… мы были лишь друзьями с дополнительными опциями. Мы не были парой, не женаты — да мы были никем друг другу.

Даже если он и пообещал, что между ним и его потенциальным агентом ничего не будет, кто знает, что может случиться, ведь я находилась за тысячу миль от него, а она рядом. Да даже если и не с ней, там наверняка найдется другая девушка.

Часть моего сердца трепетала от счастья, а вторая болела. К сожалению, ни с тем, ни с другим я ничего не могла сделать.

Лишь время покажет.

Проблема заключалась в том, что я была нетерпелива, и мне совсем не хотелось ждать.

Глава 33

Энди

— Энди, в третий раз прошу, принесешь ты мне наконец этот долбаный… — Папа высунул голову из кухонного шкафчика и запнулся на середине предложения. — Энди?

Я сидела на барной стойке и смотрела на огонь в духовке, не обращая ни малейшего внимания на клиентов. Я лишь смутно слышала, что папа просит принести ему что-то для починки крана.

— Все в порядке? — спросил он слегка грубым голосом и, обойдя стойку, сел рядом со мной. — О чем ты думаешь?

— Ни о чем. — Я изо всех сил старалась слушать, что он говорит. Мы с папой вообще не умели говорить о чувствах. Предпочитали кричать и спорить друг с другом, пока проблема не будет решена или не рассосется сама собой. — Прости, я просто отвлеклась.

— Это точно. Я несколько раз просил тебя подать отвертку.

— Где отвертка? Прости, просто мало спала прошлой ночью.

Я говорила правду, но не только это являлось причиной моего торможения. Адреналин после утренней встречи и острых ощущений прошлой ночи ослаб. Райан был далеко, а я ждала новостей от Ника. Эта странная неопределенность загнала меня в какую-то депрессию, что ли, и я не могла решить даже для себя — воодушевлена я или грущу, счастлива или подавлена, уставшая или во всеоружии. Так или иначе, я не могла отнести своё состояние ни к одному вышеперечисленному, потому и плавала в тумане неопределенности.

— Мне знакомо это, что бы это ни было, — сказал папа. — Со мной тоже такое было. Тебя что-то беспокоит.

— Да, дела комедийные, — ответила я. — Не тревожься об этом. Я не допущу, чтобы это как-то повлияло на мои занятия.

— Ты что, думаешь, меня только это волнует? Лишь твои дурацкие оценки?

— Дурацкие оценки? — Я повернулась к нему лицом. — Если я получу В+, ты всегда реагируешь так, как будто это конец света!

— Никто не должен получать В+ в классе по искусству, Энди. Просто нарисуй что-нибудь на листе и сдай это учителю.

— Это был не такой уж простой класс по искусству, — пробормотала я. — Я не очень-то сильна в рисовании.

— Но не в комедии, хотя это тоже искусство.

Я нахмурилась:

— Откуда ты знаешь?

Папа посмотрел на свои ногти. Они были чистыми, но он все равно продолжил ковырять их:

— Я просто знаю.

Папа никогда не ходил на мои выступления и никогда не поддерживал мое желание стать комиком. Он по-прежнему хотел, чтобы я стала бухгалтером — стабильная работа, стабильная оплата, стабильное все.

— Так, чего я не знаю?

— Ты знаешь эту штуку с видео? — Он посмотрел на меня, его щеки слегка покраснели. — Туб или что там.

— Ютуб?

— Без разницы. Туда они засовывают видео с тобой?

Я наконец начала понимать:

— Ты видел мое выступление на Ютубе?

— У Рика есть канал, и у него там есть все твои выступления. Твоя сестра как-то показала мне.

— Я убью ее, — сказала, я сжав зубы. — Я думала, ты не знаешь, как пользоваться интернетом.

— Я и не умею, — ответил он. — Но мне нужно нажать лишь на одну кнопку на маленькой штучке закладок, и все просто открывается. Магия.

— Магия, — пробормотала я в ответ. — Значит, ты видел одно мое выступление?

— Одно? — он покачал головой и улыбнулся мне. — Нет, я видел все твои выступления, детка.

У меня отвисла челюсть:

— Но… я думала… — я даже не смогла закончить предложение. — А как же бухгалтерский учет?

— Я просто хотел, чтобы ты получила образование, пока ты молода. Я не ходил в колледж и хочу, чтобы у тебя была такая возможность. Чтобы ты могла выйти из нашего ресторанного бизнеса, если ты, конечно, захочешь.

— Папа, я люблю здесь работать. «Перетти пицца» великолепна и…

Он махнул рукой:

— Я не жалею о том, как прожил жизнь, но хочу, чтобы у тебя были все возможности этого мира, какие только пожелаешь. Я думал, ты слишком мала, чтобы решать, нужно тебе идти в университет после школы или нет, поэтому сам решил за тебя.

— Да, я знаю.

— У тебя есть талант, детка.

— К бухгалтерскому учету?

Он посмотрел мне в глаза, и я вдруг поняла, что его глаза в точности как мои — ярко зеленые на солнце и чуть темнее под звездами:

— У тебя все получится в комедийном бизнесе, милая. Ты талантливая, веселая и умная, не сыплешь этим тупым юморком.

Я не знала, какие критерии у «тупого юморка», но была рада, что папа считал, что у меня такого нет:

— Ого, я и понятия не имела…

— В этом году ты получишь диплом, и я думаю… — он пожал плечами и перевел взгляд на столешницу. — Пришло время мне быть честным с тобой. Я хочу, чтобы ты следовала за своей мечтой. Вначале получи диплом, как я попросил, а затем иди за мечтой. Ты молода, и у тебя есть талант. Если кто-то и может зарабатывать на жизнь мечтой, то это ты.

— Папа…

— Какими бы ни были новости, заставившие тебя грустить — плохими или хорошими, мне все равно, — ты преуспеешь в этом, Энди, и хочу, чтобы ты знала, я всегда рядом.

У меня защипало глаза. Как я уже говорила, мы вовсе не эмоциональная семья. И опять-таки, мы никогда не разговаривали так, даже на похоронах мамы:

— Это очень много для меня значит, папа.

Я наклонилась и обняла его. Он обнял меня в ответ, и мне показалось, стал моргать немного быстрее обычного. Дважды я видела, как мой папа плачет — когда мама заболела и когда умерла. Ненавижу больше всего на свете видеть его слезы.

— Может быть, ты как-нибудь придешь посмотреть на меня вживую? Я бы хотела этого.

— Я тоже.

На пару секунд мы оба замерли, ведь это была неизведанная для нас территория, новый уровень, так сказать. Понятно, что ни я, ни папа не знали, как с этим жить дальше.

— Еще что-нибудь случилось? — папа поморщился, как будто не уверен, действительно ли он хочет знать. — Хочешь еще поговорить?

Я покачала головой, но лишь взглянув на него, внезапно рассказала обо всех событиях сегодняшнего дня. Я рассказала ему про встречу с Ником, про утро с Райаном — ну, только ту часть, где он уезжает, а не про наслаждение прошлой ночи. В основном, я просто упоминала, что он полетел домой.

— Он улетел, и я не знаю, что чувствую по этому поводу.

— Чувствуй так, как тебе хочется, детка. Сердце хочет того, чего оно хочет, даже если разум говорит, что это глупо.

Мы сидели в тишине, и я обдумывала его слова. Чем больше я думала о Райане, тем больше осознавала, что мое сердце хочет быть рядом с ним. Мое сердце, моя душа, мое тело — все три части меня согласны в одном: Энди Перетти гораздо счастливее, когда она рядом с Райаном Пирсом.

Зазвонил телефон, нарушая тишину. Папа взял трубку:

— Алло?

Человек на другом конце провода начал что-то говорить, и папа повернулся и посмотрел на меня:

— Ага, ага, ага, ага.

Я моргнула, пытаясь понять выражение его лица. Но у меня ничего не вышло.

— Ага, ага. — Он еще пару раз кивнул. — Улыбающаяся пицца?

Мое сердце начало биться быстрее.

— Так пицца все-таки не нужна? — спросил он у человека на другом конце провода. — Хорошо, я пришлю ее.

— Кто это был? — спросила я, стараясь сохранять спокойствие. Райана даже нет в штате, это просто не мог быть он.

Конечно же, я оказалась права.

— Это была Лиза. Она скучает по тебе.

Я постаралась не показывать свое разочарование:

— А.

— Еще она упомянула, что у тебя был трудный день, — сказал папа и посмотрел на меня. — Еще она сказала, что у нее есть бутылка вина с твоим именем на ней, и что было бы здорово, если бы ты смогла привезти с собой пиццу.

— Я уже говорила днем, что приеду к ней, когда закончу с работой. Прости, папа, она просто заноза…

— Едь, — сказал он, прежде чем я успела закончить фразу. — Анджела приедет с минуты на минуту, мы справимся с заказами.

— Но…

Он подошел к кассовому аппарату и, вытащив сто долларов, передал мне:

— Вот твои чаевые. Ты можешь взять с собой пиццу, которую я приготовил случайно.

— Ты уверен?

— Едь.

— Я тоже боюсь ее, — ответила я с улыбкой, и папа рассмеялся в ответ. — Спасибо.

— Люблю тебя, детка, — сказал он.

— Я тоже люблю тебя, папа.

Он вручил мне пиццу, и я пошла к машине. Я начала снова парковаться возле входа, хотя у машины все еще не хватало пары деталей. Либо папа не заметил, либо ему было все равно.

Когда я села в машину и вбила в GPS Лизин адрес, меня накрыла волна спокойствия. У меня была семья. И суперские друзья. Сегодня случился небольшой прорыв, который приблизит меня к моей мечте. А прошлой ночью я переспала с Райаном Пирсом.

Жизнь совершенно точно могла быть значительно хуже.

Глава 34

Энди

— Тебе, правда, не стоило выдергивать меня с работы так рано, — сказала я, как только Лиза открыла мне дверь. По дороге к ней я купила бутылку вина, сейчас она лежала на коробке с пиццей. — Это, конечно, очень мило с твоей стороны, но я бы, так или иначе, приехала, но немного позже.

— В тот момент я была эгоисткой. — Она потянулась за вином, затем распахнула дверь, пропуская меня внутрь. — У меня закончилось вино, и ты пообещала привезти бутылку.

Мы оба знали, что она врет, но такая уж Лиза. Она самый верный друг, о котором любая девочка может лишь мечтать; она может ругаться как матрос, но я знаю, что она поддержит меня в любой ситуации, так же, как и я ее. Так оно всегда было, и так оно всегда будет. Я крепко обняла ее, чтобы показать ей еще раз, как сильно ценю ее.

На входе я сняла обувь, поскольку была хорошо знакома с ее домом — это крошечное место, которое она снимает напополам, но ее соседа практически никогда нет дома. Ее сосед — наш общий друг-комик, и мы обе думаем, что он гей. Пока это не доказанный факт.

— Дерек ушел. Хэмптонс. Мне кажется, он нашел там себе друга, но это не точно. Давай садись. Рассказывай.

Я совершенно спокойно реагировала на смену темы. Мы дружили уже очень давно, и я привыкла даже к изменениям интонации в ее голосе.

— Не думаю, что у меня много новостей.

— Как насчет того, чтобы начать с ответа на вот такой вопрос: Какого хрена тебе звонил Николас Беннетт?

Я вздрогнула:

— Он видел наше шоу?!

— Знаю. — Лиза положила руку себе на бедро. — И узнала я это от него. Он звонил мне сразу после тебя!

— Он тебя тоже пригласил приехать?

Неожиданно она начала визжать: вау, я думала, никогда не услышу от Лизы таких звуков. Она ненавидела девчачий писк, но сейчас как будто спародировала Джастина Бибера:

— Да. Завтра. По этому поводу мы сегодня напьемся.

Я посмотрела на бокал на столе:

— Ты, похоже, уже начала.

— Шутка. Сегодня я не пила ничего кроме виски, а он не в счет. — Я, было, начала спорить, но Лиза отмахнулась. — Итак, двигаемся дальше, потому что я больше не могу говорить о Нике. Расскажи мне про Райана.

— Райана…

— Пирса.

— Знаю я, про какого Райана ты спрашиваешь, — ответила я. — Просто пытаюсь сообразить, что тебе рассказать.

— Вы целовались?

Я промолчала, поэтому она тяжело вздохнула.

— Эм, мы переспали.

Лиза бросила в меня подушкой, явно не зная, что сказать.

— Я же прислала тебе фото волос!

— Я думала, ты просто кривляешься! Ты никогда не спишь с парнями так быстро.

— О, не переживай… мы вовсе не спали. — Теперь я улыбалась. — Это было просто потрясающе.

Она упала кровать:

— Ты просто богиня. Райан Пирс. Райан Пирс.

— Он обычный парень, — сказала я, вспоминая наши с ним встречи, как он перебирал мои волосы, как ласкал кожу. — И я сама себя ненавижу за то, что сейчас скажу, но…

— Он тебе нравится.

Я кивнула:

— Очень.

— Так ты пойдешь с ним на ту свадьбу, да?

— Да, как друг… с дополнительными опциями.

— И когда она?

— Меньше чем через месяц.

— И до этого времени ты не увидишь его? Как это вообще работает? Обычно я не встречаюсь с парнями, я просто… все обычно заканчивается после первого свидания. Итак, какие условия? Он должен звонить тебе или ты будешь звонить ему?

Я пожала плечами:

— Мы пока пытаемся понять, что да как. Я не хочу на него давить. Я вошла в это соглашение, не раздумывая, зная, что оно от меня никуда не денется.

— Не говори соглашение, это слишком формально звучит.

— Предлагая это соглашение я, вроде как, требовала секса.

— Кто ты такая? — спросила Лиза, забыв про бокал в руке. — Это я обычно по безответственным связям на одну ночь. Ты ответственная девушка, которая встречается с парнем семь лет, а потом берет перерыв на три года.

— Это было всего раз, я тогда еще в школе училась, и наши отношения едва ли можно было бы назвать серьезными. Да он даже не позвал меня на выпускной бал!

— Верно, это потому, что он кретин.

Я оставила ее комментарий без внимания, просто сидела и обнимала подушку, которую она бросила в меня:

— Прошлая ночь не показалась мне безответственной. Она была просто божественной, лучшей на свете.

— О. Мой. Бог.

— Что?

— Ты что, влюбилась?

Я тяжело сглотнула. Ведь думала о том же самом, но никак не могла признаться самой себе. Потомуто утверждение казалось полным сумасшествием:

— Не может быть. Еще слишком рано для этого. Ведь мы всего несколько недель назад познакомились и первый раз переспали прошлой ночью.

— А второй? — теперь Лиза пыталась подловить меня.

— Ну, может быть, и третий, — сказала я. — И, как я и говорила прежде, это было потрясающе.

— Мне нужно переварить это.

— Да, наверное.

— Что будет дальше? — спросила Лиза. — Ты просто должна оставаться вольной птицей до свадьбы?

Зазвонил мой телефон, прервав наш разговор. Я посмотрела на экран. Райан:

— Одну минуту.

Она глянула на экран и подмигнула мне:

— Я хочу послушать, что он скажет. Пожалуйста, включи громкую связь. Умоляю.

Я закатила глаза, но все же сделала так, как она хотела, и нажала на кнопку, включив громкую связь:

— Алло?

— Я забронировал для тебя билеты, подтверждение скоро придет тебе на почту, милая. Мы увидимся ровно через месяц, ни минутой позже.

— Хорошо, — ответила я, пытаясь успокоить вырывающееся из груди сердце. — Буду ждать с нетерпением.

— Волнуешься?

— Да, — призналась я.

— Я тоже, — сказал он. — Я соскучился.

На заднем плане я услышала, как женский голос зовет Райана по имени все громче и громче, пока наконец я не выдержала:

— Мне кажется, тебя зовут.

— Я же сказал, что сейчас вернусь, — произнес он, вероятно отодвинув телефон от уха. — Прости, у меня была встреча с тренером и Джоселин, и мы решили немного выпить.

— Я думала, что она сразу же полетит обратно, — сказала я и только после того, как произнесла это, поняла, что, должно быть, прозвучало так, будто я ревную — а я вовсе не ревновала. Мне, определенно, было все равно, что она там с ним, а я нет, поэтому я быстро добавила, чтобы хоть как-то исправить ситуацию: — Но раз она осталась, значит все прошло успешно?

— Великолепно! — ответил Райан, его голос был полон радости и счастья. — Мы пока не будем завершать контракт, ну, до свадьбы, но очень похоже на то, что в следующем году я буду играть за «Молний».

— Это замечательные новости, — ответила я, и мое сердце на пару секунд сжалось от счастья лишь от мысли, что он будет здесь, в одном городе со мной. — Я рада за тебя.

Джоселин вновь позвала его, и Райан понизил голос практически до шепота:

— Прости, мне нужно идти. У Джоселин скоро самолет, и она хочет, чтобы я подвез ее.

— Хорошо, что ж, еще раз спасибо за билеты. Тебе вовсе не обязательно было покупать их.

— Ты нужна мне здесь, — сказал он, но прозвучало это как-то отстраненно. — Позвони мне завтра, ладно? Спокойной ночи, Перетти.

— Спокойной.

Прежде чем я успела спросить, в какой именно сфере жизни Райана Пирса нужна я, он повесил трубку. Вероятно, Райан просто оговорился, я постаралась отогнать все эти мысли.

Но мысли крутились и не желали уходить. Может быть, Райану нужно было, чтобы я прикрывала его спину от его собственной мамы, или ему просто нужны отношения без обязательств. А может, он нуждался в компании, пока он не заведет здесь настоящих друзей. Какой бы желанной он не заставил меня чувствовать себя этим утром — и ночью, — я не могла избавиться от мысли, что все это лишь временно.

Я собрала всю свою волю в кулак и посмотрела на Лизу. Она смотрела на меня добрым, полным нежности взглядом:

— Ты влюбилась в него.

Я бросила телефон на кровать и откинулась на подушки:

— Проклятье!

Глава 35

Райан

— Ты влюбился в нее, да? — спросила Джоселин по дороге в аэропорт. — Как ее зовут?

— Энди, — ответил я, не успев вовремя прикусить язык. Я ничего не смог с собой поделать, она занимала все мои мысли. Целыми днями я думал только о ней — даже до того, как мы занялись фееричным сексом.

А после вообще готов был сделать ей предложение лишь за то, что она не звонила мне как ненормальная по сто раз на дню. Даже за рулем я не мог перестать думать о девушке, которая заставляла меня смеяться, выглядела чертовски сексуально даже в дурацкой красной униформе пиццерии, о девушке, которая в десять раз умнее меня и могла лишь одним прикосновением довести до предела.

Лишь от мысли, что она сейчас могла бы быть рядом со мной, я снова возбудился.

— Ты обещал мне, что не будешь заводить отношения.

Холодный, резкий тон Джоселин вернул меня к реальности. Меня как будто окунули в ванную со льдом.

— А я и не завел.

— Но ты спал с ней.

— Почему тебя это беспокоит? — я чертовски разозлился и со всей силы сжал руль, чтобы не взорваться. Если бы я не уважал работу Джоселин, как агента, прямо сейчас просто вызвал бы ей такси и попросил выйти из машины. Но, к сожалению, мое воспитание на Среднем Западе привило мне некоторые манеры, и, к еще большому сожалению, манеры не включают в себя высаживание женщин посреди дороги. — Кого волнует, что я спал с ней? Секс не равен отношениям.

— Возможно, если бы речь шла о девушке на одну ночь, но ты звонил ей. Я не глухая. — Джоселин тоже злилась, а это не очень хорошо для наших рабочих дел. — Утром, когда я спросила тебя, что за девушка вышла с тобой из твоего дома, ты ответил — никто.

— И именно это я и имел в виду, тебе не стоит беспокоиться из-за нее.

— Но она тебе не безразлична, а это заставляет меня беспокоиться. Я не могу назвать тебе точное число хоккеистов, с которыми я подписала контракт, и которые отвлекались на зов члена в первый год крутой карьеры. В таких случаях мы все выглядели полными идиотами, и я вовсе не планирую повторять это с тобой.

— Спасибо за заботу, но я могу контролировать свой член.

— В самом деле? Потому что мне кажется, что он уже живет своей жизнью.

— Чего, черт возьми, ты хочешь, Джоселин? Почему это так важно?

Она повернулась ко мне лицом:

— Ты обещал, что не будешь заводить отношений. По умолчанию это значит, что все должно сводиться лишь к девушкам на одну ночь. Без обязательств. Мне плевать, скольких девушек-заек ты трахнешь, но меня волнует, когда дело касается одной и той же девушки. Если ты сейчас с пеной у рта пытаешься оправдаться, то есть много чертовых условностей, которые мы сейчас же можем разорвать, Пирс! Разберись с этим дерьмом!

Не хотелось признавать этого, но она была права. Мне было ненавистно, что эта штука, это чертово соглашение, и любое другое тупое решение, которое я принял в отношении Энди, превратилось во что-то большее. Меня бесил тот факт, что это уже влияет на мою карьеру, а я даже еще сезон не начал! И что еще более важно, я ненавидел себя за то, что влюбляюсь в нее.

Было не подходящее время и место, и… все не то. Мы в миллионе миль друг от друга, и для наших карьер наступил важный момент. Все в этой ситуации было неправильно, но, тем не менее, я ничего не мог с собой поделать. За всем этим скрывалось много больше, чем я согласен признавать, но Джоселин указала мне на это.

— Мы заключили с ней соглашение, — сказал я Джоселин. Я говорю ей правду — ну, часть правды. — Мы просто трахаемся. И все. Понятно? Разумеется, нас кое-что связывает, но я не люблю ее. Нам обоим это не нужно.

— И как долго это будет продолжаться?

Я внимательно посмотрел на нее:

— До свадьбы Лоуренса и Лилии. По крайней мере, так все началось. Мы были друзьями, и я попросил ее помочь мне. Мама пытается сосватать мне девушек, с которыми я учился в школе. Но они не для меня. Я не хочу их. Так что, мне проще привести на свадьбу поддельную девушку, лишь бы мама успокоилась.

— Хорошо.

— Ты заговорила по-другому.

— Вовсе нет, — ответила она, когда я затормозил возле терминала «Сан Кантри». — Если у всего этого есть дата окончания, то я довольна. Потому что дата подписания контракта — через неделю после свадьбы Лоуренса.

Я знал, куда она клонит, прежде чем она произнесла эти слова вслух. Заезжая на бордюр, я постарался не сломать бампер. Что я вообще творил: секунду назад я пообещал Джоселин что-то, что на самом деле сам не смогу сделать, ведь если после свадьбы Энди захочет большего, я дам ей это без промедления.

По спине пробежал холодок, пока я обдумывал варианты развития событий. Энди может просто с головой погрузиться в работу, особенно если Ник Беннетт подпишет с ней контракт, тогда ей не будет дела ни до свадьбы, ни до мужчин.

На самом деле, никто не знает, появится она на свадьбе или нет. Я немного расслабился, думая, что шансы практически равны нулю, что Энди нужно что-то большее, чем парочка дополнительных оргазмов, тогда я чист перед Джоселин.

— Мой ассистент забронирует тебе билеты через несколько дней после свадьбы. — Джоселин хлопнула дверцей, наклонилась к открытому окошку и, холодно улыбнувшись, добавила: — Мы заключим сделку, если ты приедешь в мой офис, не состоя в отношениях с какой-либо девушкой. Если же ты прилетишь по уши влюбленный, сделки не будет, и ты вернешься в Миннесоту. В любом случае, ты, черт возьми, ее не получишь. Все ясно? Есть только один правильный вариант, Пирс.

Я улыбнулся, она, должно быть, приняла мою улыбку за согласие, потому как протянула руку в окно и потрепала меня по щеке.

— Увидимся с тобой и твоей подружкой на свадьбе.

Как только она ушла, я дал волю чувствам и психанул. Со всей силы ударил по рулю, практически разочаровавшись в том, что у меня нет никакого выбора. Я подпишу контракт с Ледяной Королевой, и она захочет, чтобы я порвал с Энди. А если не подпишу с ней контракт, то останусь в Миннесоте еще на год. Мне нравился этот штат, нравилась команда, но между мной и Энди будет больше двух тысяч миль.

Но вот загвоздка, я ведь даже не знал, нужен ли я Энди. Она сама предложила секс без обязательств. Возможно, Ник Беннетт сделает из нее суперзвезду, и она просто забудет обо мне. Ведь у нее есть талант к чему угодно на свете.

Если бы я играл по правилам, я бы не влюбился.

Но я нарушил правила и теперь хотел большего.

Глава 36

Энди

Мой телефон ожил, как только самолет коснулся посадочной полосы. Нервы на пределе, сердце колотилось как сумасшедшее, пальцы дрожали. Я даже не могла прочитать СМС, пришедшую на телефон, не выронив его из рук.

К счастью, это всего лишь Лиза. Она вновь прислала мне эти дурацкие смайлы в виде баклажанов, аж восемь штук на этот раз, а я все не понимала их смысл. Неужели они и вправду похожи на пенис? Я послала ей в ответ нахмуренное лицо, а она сердечки и поцелуйчики, которые, как я понимаю, означали «удачи в Миннесоте».

Мы с ней хорошо понимали друг друга, поэтому могли общаться смайликами, и все будет понятно. Это довольно-таки удобно, и намного веселее, чем писать слова.

Прежде чем я успела встать с места, мой телефон зазвонил:

— Мне нравятся твои смайлы, — протараторила в трубку Лиза, — но я все же подумала, что тебе захочется поболтать, пока идешь.

— Никуда я не иду, я все еще в самолете.

— Что ж, тебя возле выхода ждет огромный член, и я знаю, что ты из-за этого нервничаешь.

— Лиза! — я осмотрелась по сторонам. Старичок возле меня явно слышал слова «огромный» и «член», потому как смотрел на меня очень странно. — Ш-ш-ш. Ты позоришь меня, даже находясь на расстоянии в две тысячи миль.

— Что ж, я здесь, чтобы отвлечь тебя, и, готова поспорить, это работает! Ты ведь больше не нервничаешь?

— Не из-за Райана, — ответила я и поймала взгляд старичка, явно с интересом изучавшего мою грудь. — Возможно, немного нервничаю из-за того, что мне нужно выйти из самолета.

— Зачем из-за этого нервничать? В течение месяца Райан звонил тебе каждый день.

— Это ничего не значит.

— Бред. Да он тащится от тебя!

— Может, он просто хотел убедиться, что я прилечу к нему, и мы знатно повеселимся.

— А вот если бы он ни разу тебе не позвонил за этот месяц, ты бы все равно захотела с ним повеселиться? В конце концов, вы оба твердите, что вы друзья с дополнительными опциями, а это, собственно, предполагает, что он вовсе не обязан был тебе звонить.

Несколько секунд я раздумывала над ее словами:

— Полагаю, ты права.

— Не обманывай себя. Ты бы все равно переспала с ним.

— Может быть, — ответила я, пытаясь защититься. — Ты не можешь знать наверняка.

— Да ладно тебе. Возможно, ты бы попыталась сопротивляться, но в итоге не смогла бы. Все это свадебное дерьмо и любовь витает в воздухе, мистер Очаровательный покупает тебе билеты на самолет через всю страну, чтобы только провести с тобой время — ты бы сдалась в ту же секунду, как только он положил руку на твои трусики.

Я хотела было опровергнуть ее слова, но, похоже, она была права, поэтому оставила ее слова без внимания.

— Тебе не обязательно говорить мне, что я права. Я настаиваю на том, что он не обязан был тебе звонить. Мужчина не станет звонить своему партнеру по потрахушкам один, а то и два раза в день. Мужчина звонит раз, два в день девушке, о которой он не может перестать думать.

— Но…

— Не нервничай. Просто иди и хорошо проведи время. Вероятнее всего, ты сейчас ломаешь голову над тем, как все пройдет, что будет дальше, но я настоятельно рекомендую тебе освободить разум от всех мыслей. Полный дзен…

— Тогда о чем же мне думать?

— О его члене! О сексе! Но в первую очередь о том, что ты идешь на свадьбу с Райаном Пирсом! Мне все равно, что ты выберешь из списка. Просто перестань беспокоиться о том, что ты не можешь контролировать. Не стоит думать о будущем, ведь вы, ребята, сами придумали это соглашение, которое никакого будущего не предполагает.

Наконец, проход начал пустеть, люди постепенно выходили из самолета, тогда и я встала со своего места:

— Да, ты права.

— Я знаю, что это непросто, — сказала она, уже гораздо мягче. — Вы оба что-то чувствуете друг к другу, со стороны это видно.

— Ты права.

— Да?! Ну конечно же, я права. Ты только-только подписала контракт на съемки пилотного проекта! Телевидение! Если выгорит, ты будешь везде ездить.

— Ты тоже, — сказала я с улыбкой, радуясь еще свежим новостями.

Нам сообщили об этом только вчера, и сегодня мы подписали контракты. Ник Беннетт обеспечил нам места в съемках пилотного проекта с девушками-комиками. Пока четкого плана не было, но это в сто раз лучше всего того, что у нас было раньше.

— По крайней мере, я знаю, что мы с тобой вместе будем путешествовать.

— В яблочко! — рассмеялась она. — Я надену на тебя наручники прежде, чем они успеют нас разделить, но для тебя это еще не все. У тебя выпуск на носу. Ты получишь диплом. А еще у тебя есть работа и любящая семья. Мы начнем вместе снимать квартиру, и я, наконец, избавлюсь от Деррика.

— Ты права! — согласилась я. Жизнь действительно была не такой уж плохой. — Но я все еще нервничаю.

Она вздохнула:

— Что на тебе надето?

Я посмотрела на себя. Все.

— Все, — ответила я. — Райан сказал мне быть готовой ко всему. В Миннесоте непредсказуемая погода.

Лиза вновь вздохнула:

— Ты ведь знаешь, что сейчас август, да?

— Да.

— Полагаю, сейчас уже слишком поздно. Давай. Иди. Вешай трубку и иди к Райану.

— Боже, ну ты и заноза.

— Зато честная.

— Пока, — сказала я, и мой телефон завибрировал, сообщая, что пришло СМС.

Это от него.

Райан: Я здесь.

От этих двух маленьких слов я была готова упасть назад на сиденье, даже если это означало, что дедуля рядом со мной получит возможность заглянуть мне под майку. Я очень хотела его увидеть, но в то же время не готова.

Плюс ко всему, мне было ужасно жарко — в буквальном смысле. Поскольку я не совсем знала, что надеть в самолет — Райан несколько раз предупреждал меня, что погода в Миннесоте непредсказуемая — я надела на себя все.

Будучи калифорнийской девчонкой, я знала лишь два вида погоды — солнце и еще больше солнца. Поэтому, чтобы сразится с так называемой «непредсказуемой» погодой Миннесоты, я подготовилась и надела футболку, кардиган, куртку от дождя, сапоги до колена на джинсы в обтяжку и в завершении образа — пару перчаток, которые затолкала в карман. Судя по нарядам других пассажиров, я слегка переборщила со слоями одежды. Женщины в большинстве были одеты в шорты или в платья.

Черт, нужно было проверить прогноз погоды перед вылетом, но у меня было мало времени после подписания контракта, а в сумке не осталось места. Поэтому я надела все на себя и теперь, кажется, умру от перегрева.

Людей в проходе становилось все меньше.

— Вы с Северного Полюса? — спросил меня старик, нахмурив пушистые брови, а я съежилась от количества волос, торчащих у него из носа. — Вам только ездовых собак не хватает.

— Очень смешно, — пробормотала я в ответ.

— Вы прекрасно выглядите, — продолжил он. — Но, держу пари, без одежды будет куда лучше. Должен признаться, я слышал вашу беседу с подружкой и…

— До свиданья, — сказала я, буквально врезавшись в толпу людей, и наконец сошла с самолета. Я бежала по терминалу и тащила за собой чемодан. От жары и тяжести тяжело дышала. Было ощущение, словно я находилась в парной.

У меня не было терпения выслушивать нового старого друга. Хватит с меня потрясений. Чего только стоила вся эта поездка в другой штат к парню, которого я едва знала.

Конечно же, я болтала с Райаном по телефону, болтала столько, сколько никогда и ни с кем не болтала. Кажется, мы знали друг друга уже сто лет, хотя в глобальном смысле были все еще мало знакомы, но чувства сильны.

Я все еще бежала и, слишком поздно осознав, что надо бы остановиться, буквально ввалилась в зону ожидания. Мне хотелось всех растолкать и идти нормально, может быть, сходить в уборную, чтобы заново нанести макияж, побрызгаться духами, да и вообще соскрести с себя запах самолета, но у меня не было на все это никаких шансов, потому как врезалась в чьи-то объятия.

Эти объятия были мне знакомы, руки сильные, мускулистые и красиво обтянуты белой рубашкой. Прекрасные руки прикреплены к не менее прекрасному торсу, грудь такая твердая, что при столкновении у меня перехватило дыхание.

На ногах поношенные джинсы, образ подобран как из каталога, и, конечно же, все эти прекрасные части тела принадлежали Райана Пирсу.

— Ты наверняка так спешишь, чтобы кое-кого увидеть, — сказал он, и стоило мне лишь взглянуть в его шоколадные глаза, как все внутри все перевернулось. — И, надеюсь, этот кто-то — я.

— Да. Определенно, да, — ответила я.

У него заблестели глаза, и буквально через секунду он подхватил меня на руки с сумкой на глазах у всех пассажиров и сотрудников авиакомпании. Я услышала, как одна женщина вздохнула, а мужчина начал свистеть, да так громко, что моя барабанная перепонка едва выдержала.

Поцелуй был таким же фантастическим, как я помню, если не лучше. После месяца разлуки желания скопилось еще больше, и, как мне кажется, один из нас, или даже мы оба сгорели бы, лишь на секунду оставшись наедине.

— Привет, — прошептал он мне в шею, возвращая меня на землю.

— Привет, — ответила я.

— Пойдем отсюда, — он схватил меня за руку и потянул к выходу. — Пожалуйста.

Я кивнула и молча пошла за ним.

Райан вел меня за руку через весь аэропорт, и, должна признать, я чувствовала себя королевой. Райан Пирс не только приехал встретить меня, он показал меня всему миру, и ей-Богу — я хотела его еще сильнее.

Если после свадьбы мы расстанемся — мое сердце будет разбито.

Часть меня хотела играть по правилам и не подпускать никого к сердцу, только физический контакт, ничего больше.

Но другая часть, малюсенькая часть моего сердца, которую вытянул из тьмы папа своими советами — эта моя часть была довольна.

Ведь, несмотря на все мои усилия оставаться отстраненной, я влюблялась в Райана Пирса.

Глава 37

Райан

Она была еще красивее, чем я помню. Несмотря на странный наряд, Энди — самый красивый человек во всем аэропорту. Сквозь толпу мы пробирались к машине, которую я бросил прямо возле входа, в надежде на лояльность службы безопасности в обеденное время.

Я задержал дыхание, когда мы проходили через двери на улицу.

— Где ты припарковался? — спросила она, оглядывая парковку.

— Здесь. — Я показал ей на грузовик, моргающий аварийкой прямо перед нами.

— Но… — Энди нахмурилась и прикусила губу, просто восхитительно! Мне так хотелось наклониться и покусать ее губу вместо нее, но она была слишком занята и смотрела на человека из службы охраны аэропорта, который уже шёл к моей машине.

— Все вопросы потом, — сказал я. — Садись в машину.

Она рассмеялась, и я понял, что ей понравилась идея бегства от охранника. Мы съехали с бордюра вовремя, охранник удивленно на нас посмотрел, почесал живот, затем махнул рукой и пошел в здание аэропорта.

— Тебе не стоило так парковаться! — Энди повернулась ко мне, ее лицо горело. — Мог бы просто подождать меня на улице, без риска получить штраф! О чем ты только думал?

— А я не собирался парковаться там. — На несколько секунд я отвел глаза от дороги, чтобы взглянуть на нее. — Ты написала мне СМС, что самолет уже сел, а он прилетел немного раньше, поэтому я бросил машину у входа, чтобы встретить тебя возле терминала.

Она моргнула, затем перевела взгляд на окно:

— Тебе не стоило делать этого.

Я положил руку ей на бедро. Я собирался сделать в эти выходные так, чтобы они прошли хорошо, даже если Энди решила, что секса больше не будет. Может, она уже встретила кого-нибудь или, возможно, передумала. Несмотря на все это, я уже решил для себя, что сделаю все, чтобы ей понравилось в моем родном штате.

— Как ты? — спросил я, изо всех стараясь звучать уверенно.

— Мы же разговаривали с тобой вчера вечером. С тех пор ничего не изменилось. — Девушка озорно улыбнулась, неловкость исчезла, напряжение спало, и мы вновь стали теми двумя людьми, которых свела пицца. — Полет прошел нормально, лишь за исключением озабоченного старика, который пытался заглянуть мне под майку. И да, Лиза передавала тебе привет.

— О, и ей тоже, — ответил я, пытаясь отвлечь себя от мыслей про озабоченного старика. — Если у тебя есть имя того пассажира, я был бы рад нанести ему «дружеский» визит.

— Расслабься! — сказала Энди, рассмеявшись. — Ему лет восемьдесят.

Я выругался себе под нос, но все же отступил. Стоило припасти это чувство до выхода на лед.

— Так значит, это Миннесота? — Энди показала рукой на зеленый пейзаж за окном, пока мы ехали по пригороду к дому моих родителей. — Я думала, будет холоднее.

— Так вот почему ты одета в э-э-э… в то, что одета?

Она посмотрела на свой несочетающийся наряд. На любой другой девушке подобный наряд смотрелся бы как на герое мультфильма, Энди же выглядела как супермодель. На ней была кожаная куртка, джинсы в обтяжку, подчеркивающие ее прекрасные ножки, и сапоги до колена, и все это в середине лета!

— Под непредсказуемой погодой я имел в виду дождь, который может начаться ни с того ни с сего. Снег тоже бывает, но зимой. Нужно было пояснить тебе.

Сегодня светило солнце, такое яркое, искрящееся, оно вышло как будто специально для Энди, чтобы показать всю красоту пригорода Миннесоты. Мы проехали мимо огромной арены, где проводим наши домашние игры, затем мимо «Святого Павла» и выехали на дорогу И-94, которая ведет в соседний штат.

— Ты что, живешь в Висконсине? — спросила она, указав на знак.

— Конечно нет, я же не предатель.

— Не хотела тебя обидеть.

— Да нет, все в порядке, просто мы никогда не шутим по поводу границ штата, — ответил я с улыбкой. — Моя семья живет у границы.

— Понятно. Какой у нас план на сегодня?

— Мама с Лилией отправились на шопинг или что-то в этом роде. Именно поэтому я могу показать тебе свою комнату…

— Ты зря не тратишь время, да?

— Вижу, что наши мысли совпадают.

Энди слегка покачала головой, но и не стала отрицать. Секунду спустя она взяла меня за руку и переплела пальцы с моими.

Я крепко сжал ее руку, чтобы показать, что мне это нравится. Ногой втопил педаль газа в пол, чтобы доставить нас домой как можно быстрее.

Ехать осталось совсем недалеко, но я не мог больше ждать. Сидя с ней так близко, я улавливал пьянящий запах все еще влажных волос, она собрала их в пучок, сексуальный до дрожи.

Уже через десять минут мы подъехали к дому, мой новый рекорд. Я быстро провел Энди по дому и показал все. Дом был пустой, это практически чудо, если учесть, что нас пятеро братьев.

Все приехали, чтобы посмотреть, как Лоуренс себя окольцовывает. Он второй по старшинству, немного испорченный, но мы все очень за него рады. Но больше всего меня радовал тот факт, что дома никого не было, и я спокойно мог отвести Энди в свою спальню.

— У меня квартира в Миннесоте, но мама хотела, чтобы мы все приехали на выходные и собрались сегодня за ужином.

— Но ведь сейчас только… — Энди посмотрела на часы. — Три часа дня, во сколько вы обычно ужинаете?

— Детка. — Я крепко обнял ее. — Ужин в семь — это вообще не проблема. Проблема в том, что я не хочу торопиться, ведь у меня есть кое-какие планы на тебя.

У нее слегка порозовели щеки:

— О, — тихо произнесла она.

Я наклонился, нежно поднимая ее подбородок вверх, и сделал то, что так сильно хотел все эти недели — крепко прижался губами к ее губам в медленном, долгом поцелуе, наслаждаясь каждой секундой.

Мы оба не торопились; до ужина еще куча времени, в доме никого не было, и она, наконец, рядом, в моем полном распоряжении.

У Энди, похоже, были свои планы относительно скорости протекания событий, потому как она начала крепче целовать меня, затем прижала мою голову к своей, а еще через секунду уже стояла без куртки, играя моими волосами. Я собирался постричься перед свадьбой, но сейчас был даже рад, что не сделал этого. Мне нравилось это ощущение ее пальцев в моих волосах.

— Тише-тише, детка, у нас еще куча времени, — успокоил я ее. — Мы все сделаем правильно.

— Позже мы сделаем все правильно, но не сейчас, — сказала она с искорками в глазах. — У меня не было секса целый месяц и…

Ее глаза внезапно расширились, и она уставилась на меня, в то время как мои руки скользили по ее коже под майкой.

— Я ничего такого не имела в виду, — быстро проговорила Энди. — Если у тебя был секс, ну или неважно — мы ведь просто друзья. У меня просто не было возможности, наверное, слишком много времени отнимают занятия, ну и…

— Энди. — Я погладил ее по волосам. — У меня тоже никого не было. Все это время я хотел только тебя и до сих пор хочу, мне не нужен никто другой.

— Райан. — Она смотрела на меня сквозь ресницы. — Мне тоже не нужен никто другой. Мне кажется…

— Что?

Девушка покачала головой и вместо того, чтобы продолжить начатую фразу, улыбнулась и произнесла:

— Не важно. Так на чем мы остановились?

Я уже было хотел потребовать продолжения фразы, у меня вообще создалось впечатление, что те же слова вертелись на кончике моего собственного языка, но когда ее рука опустилась на мои штаны, все мысли исчезли.

— Черт, — пробормотал я. — Ты нужна мне, детка, прямо сейчас.

— Значит, правильно мы сделаем позже, ты тоже мне нужен.

Ее грудь поднималась и опускалась под майкой, она манила меня, я так скучал по ее сиськам. Отчаянно скучал.

Уже через секунду я аккуратно положил ее на свою школьную кровать. Если бы я тогда знал, что в моей кровати окажется такая горячая девушка, как Энди, никогда бы не покинул эту кровать.

В старшей школе я был скромным игроком запаса. Шмотки, девочки, деньги, все это появилось гораздо позже, уже в колледже. Знай я тогда, что Энди будет в моей постели, мой подростковый мозг просто взорвался бы.

Энди лежала на кровати, ее волосы волнами струились по моей подушке. Пока мы ехали в машине, она расплела их, и я благодарил за это Бога, потому что сейчас она выглядела просто сногсшибательно.

Я тоже залез на кровать, удерживая собственный вес одной рукой, а второй нежно проводя по ее трусикам. Сквозь ткань я чувствовал, что она уже готова для меня; ощущал ее запах, и мне чертовски хотелось прикоснуться к ней.

Стон, сорвавшийся с ее губ, когда я проник к ней в трусики, послал волну желания по моим венам. Я аккуратно опустился на Энди, едва касаясь ее кожи, просто чтобы почувствовать, как наши обнаженные тела касаются друг друга.

Энди притянула меня ближе, двигая бедрами сильнее, встречая мои пальцы. Судя по ее стонам, она была уже близка к финишу. И продолжала поднимать бёдра все выше и выше.

— Детка… — начал, было, я, но затем почувствовал, как она сжалась вокруг моих пальцев.

Я проглотил конец фразы, чтобы посмотреть, как волна наслаждения окутала ее. Энди потянулась ко мне, пальцами впиваясь мне в спину, затем схватила меня за волосы, за…

Внезапно все прошло, потому что мы оба одновременно осознали, что кто-то идет.

Послышались шаги.

Прямо за дверью моей комнаты.

Дверная ручка пришла в движение, и дверь распахнулась.

— Нет, — пробормотала Энди, ныряя под одеяло. — О, нет.

Лоуренс зашел в комнату как ни в чем не бывало. Все его внимание было сосредоточено на экране смартфона, пока я укрывал Энди одеялом.

— Придурок! — заорал я на него. — Выйди!

— Черт! — Энди накрыла голову одеялом, а я зачем-то накинул сверху подушки. Не знаю, для чего я это сделал. Просто пытался защитить ее от своего братца-придурка.

— Господи, Райан! — Лоуренс прикрыл глаза рукой и попятился обратно к двери, затем вышел из комнаты так же быстро, как зашел. — Ты что, не мог потерпеть до вечера?

— А тебя стучать не учили?

Я поднялся с кровати и мельком посмотрел на себя в зеркало. Натянул джинсы, лицо было красным, волосы в полном беспорядке. На спине, вероятнее всего, остались царапины, но мне было все равно. Убедившись, что Энди под одеялом, я открыл дверь, оставив лишь маленькую щелочку:

— И что, скажи на милость, ты делаешь? Мы разве не договорились еще в гребаном пятом классе, что в двери надо стучать?

— Я пришел лишь для того, чтобы поздороваться с твоей подружкой, — ответил Лоуренс. — Я кричал, но вы, похоже, не услышали.

— Конечно, мы не услышали. Мы были заняты.

— Теперь я понял.

Я провел рукой по лицу. Меня вся эта ситуация не очень-то волновала, но Энди, кажется, почувствовала себя униженной. Для любой другой девушки это было бы пустяком, но не для Энди, ведь она полная противоположность «заек».

Лоуренс улыбнулся и поднял большой палец вверх.

— Пожалуй, оставлю вас наедине, чтобы закончить начатое.

— Проваливай.

Я захлопнул дверь и повернулся к Энди. Она сидела в кровати, прижимая одеяло к груди. Судя по всему, она здорово старалась показать мне, что ей все равно.

— Прости меня, — сказал я. — Я должен был подумать…

— Это была нелепая случайность, — перебила она и махнула рукой. Ее беззаботный ответ полностью опровергал красное пятно на груди. — Не переживай на этот счет.

— Я должен был запереть дверь.

— Я же сказала, не переживай из-за этого. — Она пожала плечами. — Я взрослая девочка. И если говорю, что я в порядке, то действительно в порядке. Единственная проблема, которую я вижу во всей этой ситуации, это то, что ты снова заставил меня чувствовать себя превосходно, а сам не успел дойти до финиша.

— Господи, как так получилось, что ты все еще не замужем? Я могу жениться на тебе прямо завтра, — в моих словах была доля шутки, но Энди, кажется, восприняла мои слова всерьез. — Расслабься. Это была шутка.

— Знаю. Давай-ка закрывай дверь, снимай штаны и иди ко мне.

— Касательно предложения о замужестве, — произнес я, нежно дотрагиваясь до ее щеки. — Может, я и не шучу.

Она прижала палец к моим губам:

— Звучит неплохо.

Я прочистил горло. Мы зашли на опасную территорию.

— Я шучу, расслабься, — сказала она.

— Я тоже, — ответил я, снижая градус напряжения в комнате. — На самом деле, мы можем подождать, сегодня у нас куча времени.

— Серьезно? — она отпустила одеяло, позволяя ему упасть с плеч, обнажив грудь в фиолетовом бюстгальтере. Одна бретелька спала с плеча. — Ты уверен?

Я потянулся к бретельке и вернул ее на место. Но это все была лишь уловка, Энди схватила меня за пояс джинсов, и я мгновенно возбудился.

— Ты хитрюга! — восхитился я.

— Я думала, он не будет так реагировать, — объяснила она, кивая на мой член. — Так что ты там говорил по поводу возвращения в кровать?

— Как я могу сопротивляться такому предложению?

Энди легла на спину и растеклась подо мной как самое желанное на свете блюдо, я медленно последовал за ней, как вдруг она подняла палец вверх и погрозила им перед самым моим носом.

Я запаниковал:

— Что случилось? Все в порядке?

— Закрой, наконец, эту дурацкую дверь, Пирс.

Я не смог сдержать смех. Но мне не стоило этому удивляться, одна она во всем мире могла заставить меня столько смеяться. Я быстро закрыл дверь на ключ и вернулся к ней в постель.

— Мне так этого не хватало, — сказала она и потянула меня к себе. Уложив меня на спину, она стала покрывать мое тело поцелуями, начиная от ключицы и медленно, дразняще спускалась вниз. Легким движением руки Энди расстегнула мои штаны, и уже через секунду мой член оказался на свободе.

Я резко втянул воздух и закрыл глаза, когда она взяла мой член в рот:

— Энди, детка…

— Я дома! — снизу раздался пронзительный голос. — Есть кто? Райан, это твоя машина снаружи? Ты встретил подружку?

— Черт возьми! — я прикусил губу. — Только не сейчас!

— Кто… — пробормотала Энди, затем замолкла, потому что голос снизу не утихал.

— Лоуренс, это ты шумишь? — кричала мама из коридора. — Ты же знаешь, что я не люблю, когда в этом доме чертыхаются. Твой брат уже вернулся с подружкой? Не хочу, чтобы ее первым впечатлением о доме стали сквернословящие мальчишки.

Я покачал головой, Энди медленно села:

— Мне так жаль.

У Энди был такой взгляд на лице, что-то среднее между разочарованием и весельем. Затем до нас донёсся звук шагов, и мы со скоростью света начали одеваться.

Когда в дверь постучали, я тут же распахнул ее, ведь все подушки были уже возвращены в кровать, а Энди одета, ей лишь не хватало одного носка, ну и волосы были в полном беспорядке.

— Лоуренс, почему ты в комнате… — мама начала говорить прежде, чем осознала, что это вовсе не Лоуренс. Она замолкла на полуслове и рассматривала нас двоих, в ее глазах плескалось замешательство, затем осознание, затем вернулся материнский взгляд, как будто кричащий: «Я знаю, чем вы здесь занимались, прежде чем я пришла».

Нужно отдать должное Энди — она даже не вздрогнула от очередного вторжения.

— Здравствуйте, миссис Пирс. — Она протянула маме руку, вежливо при этом улыбаясь. — Мы как раз собирались переодеться к ужину. К сожалению, у меня еще не было возможности привести волосы в порядок после сна в самолете.

Боже, благослови Энди, Боже, благослови мою маму. Они обе просто чемпионки наивысшего разряда, это ж надо так уметь полностью игнорировать ситуацию. Мама улыбнулась и, не обратив внимания на протянутую руку Энди, заключила ее в фирменное объятие Пирсов.

— Как же здорово, что ты приехала, — сказала мама, все еще обнимая Энди. — Ты прекрасна. Еще одна девушка в доме — еще одна женщина! Ты знаешь, как долго я ждала этого момента? Лилия была настоящей находкой, а теперь появилась ты. Мои мечты сбываются!

— Я тоже рада быть здесь. Огромное вам спасибо за приглашение. — Энди слегка наклонила голову и улыбнулась. — У вас очень красивый дом.

— Спасибо, давай-ка я тебе все здесь покажу! — Мама вырастила пятерых парней, и прекрасно поняла, чем мы здесь занимались. А ещё стало совершенно ясно, что она не хочет, чтобы это повторилось до ужина. — Пойдем со мной, дорогая.

— О, Райан мне все уже показал, — сказала Энди. — Спасибо большое. Но я бы хотела поправить прическу.

Я понял, что теперь моя очередь говорить, но не знал, что сказать, потому просто стоял с идиотским выражением на лице. Думаю, я заслужил перерыв, ведь мама пришла совершенно не вовремя.

— О, Райан никогда не был хорош в экскурсиях по дому, кроме его собственной спальни, конечно, — последняя ремарка выдалась особенно острой. — Пойдем, милая, я покажу тебе кухню. Ты когда-нибудь пробовала лефсе[4]? Папа Райана — норвежец и…

— Мам, — начал, было, я. — Оставь ее.

— Это лишь гостеприимство, — ответила она слегка резко. — Ты хотя бы предложил бедной девушке что-нибудь попить? Что ты хочешь, милая — воды, чая, кофе? Она, вероятно, голодна, Райан. Она ведь провела в самолете четыре часа. Да ты только посмотри на нее! Она худышка, и ей нужна еда.

— Я пойду вниз и помогу с ужином, — сказала Энди, давая мне понять, что все в порядке. — Увидимся… позже.

Я кивнул, и они обе ушли.

По всей видимости, все сегодня решили зайти ко мне в комнату и поздороваться. Я вздохнул и провел рукой по волосам. Не поймите меня неправильно, я был очень рад, что Энди довольна и счастлива, и да, что моя семья хорошо приняла ее, я просто не знал, что мне делать сейчас, здесь, в одиночестве, с членом, который хочет Энди.

Глава 38

Энди

Они жили в доме из сказки.

Миссис Пирс, невероятно красивая мама, повела меня по коридору, увешанному фотографиями ее сыновей на разных этапах хоккейной карьеры. Она все рассказывала и рассказывала о том, через сколько сложностей им пришлось пройти за все эти годы, но я могла думать лишь о том, что это место — настоящий дом.

Признаю, здесь быть не так-то просто — не из-за Лоуренса, который ворвался в комнату, пока Райан делал невероятные вещи своими пальцами, и не из-за того, что его мать практически застукала нас за непристойными вещами, а потому что она здесь. Миссис Пирс, мама, самая материнская мама, какую я только видела на свете, за исключением лишь своей собственной.

Я скучала по своей маме. Тосковала по ее запаху корицы и ванили. Пока папа занимался раскруткой бизнеса, мама пекла все на свете. Может быть, все дело было в нежном аромате шоколадных чипсов, доносившемся с кухни, или в ее нежном, слегка затянувшемся объятии, в которое она заключила меня прежде, чем узнала мое имя; да, собственно, что бы это ни было, она напомнила мне о том, какая была моя жизнь до смерти мамы.

Вдобавок ко всему, у них солнечный дом, солнце светило из больших панорамных окон, заливая пол, стены и потолок. Часть обстановки в доме напоминала Викторианский стиль, в то время как другая его часть обставлена в современном стиле. Создавалось впечатление, что они делали перепланировку всякий раз, когда в доме появлялся новый член семьи.

Хотя Райан и мельком показал мне дом, я не упустила огромное количество картин, которые висели повсюду, или вазочки с конфетами и печеньем, которые стояли на каждом столике. Если мой нос меня не обманул, то запах кофе доносился оттуда же, откуда и запах выпечки. Все вместе — набор тепла и уюта.

— Очень здорово, что ты приехала, — сказала миссис Пирс, закатывая рукава. — Райан без конца о тебе говорит с самого момента возвращения.

— Правда?

Она подмигнула мне:

— Знаю, он может слегка… не знаю, сопротивляться идее свиданий, но, милая, кажется, ты его завлекла.

— О, ну, я не могу этого знать. Мы еще слишком мало друг друга знаем.

— Милая, я знаю, что права, — она рассмеялась и похлопала меня по руке. — И мне понятно, почему.

— О, — снова повторила я, не найдя более подходящих слов. Я вовсе не ожидала такого теплого приема от мамы Райана, в особенности после того, как она практически застукала нас в постели, и это после пяти минут моего пребывания в их доме. — Спасибо. Спасибо вам большое еще раз, что позволили мне остановиться в вашем доме. Я могла бы снять номер в гостинице или…

— Любая девушка Райана — семья, — сказала она, не дав мне договорить. — Чувствуй себя как дома. Можешь подать мне ложки?

Должно быть, я слишком долго стояла в смятении, потому как она указала мне на ящик с приборами и повторила просьбу. Я подала ей ложки, она бодро их перехватила и положила на полотенце.

— Если хочешь, можешь пойти к Райану наверх, — сказала миссис Пирс мягко. — Я вовсе не хотела силком тащить тебя на кухню, я лишь подумала… У меня никогда не было дочери, а Лилия слишком занята, чтобы мне помогать, это и понятно, ведь у нее же свадьба.

— Я с удовольствием помогу. Правда.

— Может быть, ты хочешь научиться делать лефсе? Было бы здорово научить тебя. Мальчишки всякий раз бросают готовку, не доведя до конца, и начинают бороться друг с другом и бросаться ингредиентами.

Внезапно меня охватил океан эмоций, и я едва сдержала слезы; я не пекла с самой смерти мамы. Хотя, технически, делать лефсе — не значит печь, но все же это довольно близко.

— Здорово, мне бы хотелось научиться, — сказала я. — Моя мама была пекарем.

— О? — она так нежно это произнесла, как будто не хотела ранить мои чувства. — А она…

— Умерла, — я прочистила горло. — Она умерла несколько лет назад.

— Энди… — Женщина покачала головой, ее глаза наполнились состраданием, разбивая мое сердце напополам. — Нам вовсе не обязательно делать это сейчас. Почему бы тебе не найти Райана?

— Нет, — пробормотала я. — Я действительно очень хочу научиться.

Внезапно она обняла меня, и объятие затянулось, это меня удивило. Как только миссис Пирс разжала объятия, она тут же перешла к делу и попросила меня достать сахар, муку, кастрюли и сковородки.

Время прошло очень быстро, и это было потрясающе. Не могу сказать, что в конце я стала мастером по приготовлению лефсе — но я же итальянка, без норвежских примесей — ко времени подачи ужина мое лицо горело от жара плиты, пальцы были сплошь усеяны сахаром с мукой, а сердце полно радости.

К лефсе я помогла приготовить пюре с маслом, хрустящую спаржу и нежные зерна сладкой кукурузы. Процесс готовки оказался намного приятнее, чем я ожидала.

За время готовки Райан несколько раз приходил меня проверить. Вначале часто, как будто волновался, что его мама насильно держала меня на кухне. Но когда я убедила его, что помогаю добровольно и с удовольствием наслаждаюсь моментом, он взял пиво из холодильника и пошел к Лоуренсу в гараж, где по телику показывали легкую атлетику.

— Я не хотела так надолго тебя занимать, чтобы ты готовила со мной весь репетиционный обед, — сказала миссис Пирс. — Надеюсь, я не слишком наглым образом украла тебя у Райана. Знаю, как только ты убежишь в душ, он тут же прибежит ко мне с обвинениями, ну, или улучит любой другой момент наедине.

— Я поговорю с ним, — сказала я, рассмеявшись. — К тому же, я не очень-то разбираюсь в спорте или что там у них идет по телевизору. Готовка куда более приятное занятие.

— Правда? — в ее глазах лучилась благодарность, от этого мне почему-то очень захотелось вновь ее обнять.

— Абсолютная правда, — ответила я и улыбнулась. Как бы странно это ни прозвучало, я хотела быть частью этой семьи, я едва всех их знала, но что-то подсказывало мне, что я принадлежала этому месту. — Если вы не возражаете, я бы хотела быстро сбегать наверх и переодеться. Кажется, я с ног до головы в муке.

— Все в порядке?

— Даже лучше.

Я не могла рассказать ей, что на самом деле все не совсем нормально. Честно говоря, с каждой ступенькой наверх мое настроение ухудшалось. Как только я поднялась в комнату Райана, мое сердце начало бешено колотиться, и я поняла, что теперь все далеко не в порядке.

Я хотела броситься на кровать, но понимала, что не хочу, чтобы мука была повсюду, и мне, вероятно, не стоит быть настолько драматичной. Я задумалась о том, могу ли позволить этой дурацкой игре продолжаться. Стоило ли мне продолжать изображать девушку Райана? Ведь мне казалось, что в конце я пострадаю и, возможно, буду не единственной.

Глава 39

Энди

Раздевшись, я вдруг поняла, что сил идти в душ совсем нет.

Поэтому рухнула лицом в кровать, маленькое облачко муки окутало меня, но мне было все равно, не было сил даже думать о беспорядке. Простыни можно постирать, а вот мою душу никаким магическим способом не излечить, и это беспокоит меня. После этих выходных мы станем друг другу ничем не обязанными, и это отстой.

— Эй, детка, — позвал Райан с порога. — Все в порядке?

— Да, — пробормотала я в подушку. — Все отлично.

Он беззвучно прошел по комнате и сел ко мне на кровать, затем положил руку на спину:

— Что случилось?

— Ничего.

— Вот не надо мне говорить «ничего». Мы друзья, Энди, а друзья так не делают.

Еще пару секунд я лежала и не двигалась в надежде, что подушка меня проглотит. Если исчезла бы прямо сейчас, это решило бы многие мои проблемы. Но я начала думать о том, что он только что сказал, и это слово — друг — давило на меня, пока я наконец не перевернулась.

Райан смотрел на меня сверху вниз, и от этого взгляда у меня перехватило дыхание, и я почти забыла все, что хотела сказать. Его глаза цвета молочного шоколада излучали тепло и нежность. Когда я перевернулась, он не убрал свою руку, и теперь она лежала внизу моего живота.

Это послало заряд по моему телу, и я была готова принять его. Я хотела было притянуть Райана к себе и поцеловать, но была слишком расстроена для секса.

— Друзья, — повторила я.

Его пальцы чуть крепче впились мне в живот. Это чертовски соблазнительно и жутко отвлекало, но я подавила желание притянуть его к себе.

— Я думал, мы договорились…

— Знаю я, о чем мы договорились, — перебила его я. — Это была моя дурацкая идея.

— Изначально все придумал я, ты лишь внесла правки относительно секса, и я не жалуюсь.

— Конечно же, ты не жалуешься! Ты и не должен. Все вот это вот предполагалось быть легким и простым. Фантастический секс, никаких обязательств — другие же делают так, почему же мы не можем?

— Энди, что тебя беспокоит?

Он внимательно смотрел на меня, пока я обдумывала ответ.

Наконец я показала на его дом из сказки, на тепло, уют, на то, как внизу копошатся члены его семьи в преддверии свадьбы:

— Мне здесь не место, я притворяюсь.

— Я попросил тебя об этом.

— Мы ведь лжем твоей маме! — мой голос стал несколько истеричным. — А она просто прекрасная, великолепная женщина!

— Да, за исключением того факта, что она практически застукала нас, если бы ворвалась в комнату без стука, а так — да, она классная, — попытался пошутить Райан. Но я не отреагировала, и он замолчал. — Раньше у меня были девушки, и у братьев они тоже были, но все эти отношения развалились. Через пару месяцев я могу сказать ей, что мы расстались, и все. Она переживет.

Каждое его слово отзывалось болью в моей груди:

— Она научила меня делать лефсе, а это семейная традиция. Она позволила мне помочь ей приготовить ужин для всей семьи — для семьи, где я никто. Возможно, лет через десять она будет смотреть на фотографии с этой свадьбы и думать, зачем она столько времени потратила на меня и…

— Энди, — Райан прервал поток моих мыслей. — Пожалуйста, ты преувеличиваешь.

— Нет.

— Ты здесь как мой друг. Ты мне небезразлична. Хочешь примерить на себя ярлык «девушка»? Но ведь это ничего не изменит, этот ярлык ничего не изменит. Это по-прежнему будем ты и я, проводящие время вместе, как последние несколько месяцев. Нам вовсе не обязательно переставать быть друзьями после этих выходных.

— Друзья, — вновь повторила я. — Конечно.

— Ты взрослая, я взрослый. Пока мы счастливы вместе и никому не причиняем вреда, то и проблем нет.

— Я не счастлива.

— Что?

Я прикрыла рот рукой. Мне вовсе не хотелось это говорить, ведь я была не уверена, что это правда. Слова вылетели сами собой, и вот теперь Райан смотрел на меня, а в его глазах плескались тысяча и один вопрос.

Минуту я молчала, чтобы собрать мысли в кучу, затем села, и его рука плавно сползла с меня. Я решила быть честной:

— Я сказала, что несчастлива.

— Что именно тебе не нравится?

— Я не хочу всем врать.

— Тогда не ври.

— Что? — теперь, похоже, настала моя очередь удивляться. — По-моему уже слегка поздно для правды. Я не хочу испортить праздник Лоуренса и Лилии.

— Тогда не ври им.

Я покачала головой:

— Я не понимаю.

— Пойдешь завтра со мной на их свадьбу как моя девушка.

Я прищурилась:

— Я уже твоя поддельная девушка, в этом-то и проблема.

— Я же не сказал «поддельная». Я сказал «девушка».

Я снова моргнула:

— Ты сейчас все это говоришь, чтобы успокоить меня? А потом бросишь меня через два дня? Но ведь это же то же самое.

— Похоже, я не совсем ясно выразился. — Райан встал с кровати, подошел к двери и закрыл ее, закрыл на ключ, и когда повернулся ко мне, его глаза буквально пылали от напряженности. — Я хочу, чтобы ты была моей девушкой. Вот и все. Единственной. Только моей. Никаких расставаний, никаких притворств. Будь моей, Энди.

— Райан… — Мое сердце стучало как сумасшедшее, но я все же не могла надеяться, что это правда. — Ты серьезно?

— Послушай, я не хотел никаких отношений, так же, как и ты. Правда. Сейчас решается вопрос о моей карьере, и я не хочу все просрать, твоя карьера тоже на подъеме. Мы живем в разных концах страны. Время нашей встречи чертовски неподходящее, но я не могу отпустить тебя.

— Я хочу быть твоей девушкой, — прошептала я. — Я так скучала по тебе, как ни по кому другому на свете, когда ты был здесь, а я там.

В его глазах вспыхнула искра, и он подошёл ко мне через комнату так быстро, что я не успела понять, что происходит. Вот он уже лег на кровать, положил руку мне под ноги, а вторую засунул под майку.

— Скажи это еще раз, — пробормотал он мне в шею. — Скажи мне, что согласна быть моей.

— Да, Райан, я люблю тебя.

Он не ответил мне, что тоже любит, да это было и не нужно. Вместо этого аккуратно расстегнул пуговицу на моих джинсах. Уже второй раз за сегодня я осталась без штанов, а его снова были на нем.

— Нет, — твердо сказала я. — Если ты снял с меня штаны, снимай и свои тоже.

— Тебе не придется повторять это дважды, — ответил он с задором в глазах. — Я больше не вытерплю и секунды.

— Ты уверен, что сейчас подходящее время? — Я хватанула ртом воздух, помогая снять ему джинсы, и кивнула на дверь. — Внизу много народу, и ужин через десять минут.

— Я говорил тебе, что не хочу торопиться, но больше просто не могу ждать. Ты нужна мне прямо сейчас. Чуть позже я сделаю все правильно. Медленно, нежно, так, как скажешь и как захочешь, но не сейчас…

— Сейчас, — перебила его я в нетерпении, — нет времени на медленно и нежно.

Он согласился и бросил джинсы на пол. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, пока не разожглось дикое желание высвободить сексуальную напряженность, которая существовала с того самого утра, когда мы расстались несколько недель назад.

Я потянулась к Райану, но он толкнул меня обратно на кровать. Я и моргнуть не успела, как он натянул презерватив, ему потребовалась лишь секунда, чтобы понять, что я уже готова принять его.

Он вошел в меня, затем медленно и громко выдохнул:

— Детка, ты совершенство.

Я подняла бедра, встречая его толчки, мне не хватало сил говорить что-либо. Он поддержал меня за затылок, притянув для жаркого и страстного поцелуя, и мы начали двигаться вместе.

Я держалась за его спину, ногти впились в кожу. Его дыхание спуталось с моим, невозможно было сказать, где я, а где он — мы были единым целым. Еще никогда в жизни я не чувствовала такого огня. Внизу живота нарастали крошечные волны удовольствия, они все росли и росли.

Крик слетел с моих губ, когда я добралась до верха блаженства, продолжая держаться за Райана, ожидая, когда он ко мне присоединится, чтобы вместе катапультироваться с самых крутых скал. Райан зарычал и крепко прижался губами к моей шее, тогда я дала себе волю и насладилась оргазмом. Вместе мы взорвались, позволяя дрожи унести нас в блаженство.

— Вот это да, — сказала я, хлопнув себя по лбу. — Это было просто великолепно.

— Да, я тоже собирался это сказать, — прошептал он мне на ухо, затем нежно и долго поцеловал. — Но я забыл.

Я ничего не соображала, поэтому не была уверена, о чем он сейчас говорил. Я закрыла глаза и погрузилась в ощущения:

— Все в порядке, мне нравится, как все получилось.

Он подождал, пока я открою глаза:

— Вообще-то, я вспомнил, — Райан положил руку мне на щеку, нежно провел пальцем по моим губам, а затем хриплым голосом пробормотал: — Я люблю тебя, Энди.

Я, было, открыла рот, чтобы ответить ему, притянув его к себе, когда нас прервали уже в третий раз за сегодня:

— Ужин! — позвала миссис Пирс. — Идемте есть, дети!

— Все поймут, что мы занимались сексом, — сказала я и заискивающе улыбнулась. — Они решат, что мы зависимы.

Райана совершенно не испугало мое предположение, он прижался к моей шее и взял меня за руку.

— Какая разница? В конце концов, мы же пара.

Я улыбнулась так широко, что, казалось, щеки треснут. Хотела бы я провести с ним весь день, валяясь в постели.

Но, к сожалению, это было просто невозможно.

— Райан, Энди в душе? — спросила миссис Пирс, кажется, прямо под дверью. — Спускайся и поприветствуй своих братьев! Ужин начнется через пять минут, с вами или без вас.

Я покачала головой «нет», пока Райан вставал с меня.

— Сейчас спущусь, — крикнул он в ответ. — Энди просто… он посмотрел на меня в замешательстве.

— Переодеваюсь? — прошептала я.

— …переодевается, — закончил он фразу, затем, понизив голос, сказал мне: — Я идиот.

Я разделась догола и пошла в ванную. Хорошо, что у меня с собой была куча нижнего белья и коктейльное платье, которое будет уместно для любого случая. В рекордные сроки я приняла душ, буквально впрыгнула в платье, накинула на плечи свитер, сделала пучок и вышла из ванной.

— Черт, — выдохнул Райан, поправляя рубашку. — Ты выглядишь просто великолепно. Нам нужно почаще заниматься сексом.

— Хочешь сказать, что обычно я плохо выгляжу?

Райан округлил глаза:

— Нет, нет, я лишь только хотел сказать…

Я прервала его бормотание поцелуем в губы:

— Это была просто шутка. Пары ведь часто так делают. Готов поужинать?

Он взял меня за руку, и мы вместе стали спускаться по лестнице.

Внизу нас ждала куча Пирсов.

— Андерсон, это моя девушка, — улыбнулся Райан, представляя меня самому высокому из братьев Пирс. Он выглядел старше, отличался от всех, как будто пытался всем дать понять, что вместо хоккея у него есть дела поважнее. — Познакомься с Энди. Она приехала из Лос-Анджелеса.

Я улыбнулась и подала руку Андерсону.

Моя девушка. Я прокручивала эту фразу раз за разом, пока Райан представлял меня всей своей семье. Слова были просто музыкой для моих ушей, и мне казалось, что счастливее, чем в этот момент, я быть просто не могла.

Глава 40

Энди

— Энди приготовила спаржу, — сообщила миссис Пирс, передавая тарелку по кругу. — За такую спаржу можно и умереть. Бек, попробуй, тебе она точно понравится.

Бек, средний брат, сморщил нос:

— Я не люблю все зеленое, ты же знаешь, мам. Без обид, Энди.

— На самом деле, в ней нет ничего особенного, — сказала я. — Этому рецепту научила меня моя мама.

— Я попробую, — сказал Андерсон и улыбнулся мне. — Хотя я до сих пор не могу поверить, что моя мама заставила тебя работать на кухне, прежде чем ты успела нормально разместиться.

Миссис Пирс нахмурилась:

— Мы здорово провели время на кухне. Да, Энди?

— Да! Было весело. — Я положила себе немного спаржи и передала тарелку Райану. — Еще ни разу в жизни я не готовила лефсе.

— Мама что, заплатила тебе, чтобы ты это сказала? — спросил самый младший из братьев, Броди. У него было дерзкое выражение лица, и я представляла, каково ему было расти самым младшим из пяти братьев. Вероятно, дерзости он научился еще в самом раннем детстве. — Однажды мама заплатила мне, чтобы я сказал папе, что…

— Так, ну, хватит, — перебила его миссис Пирс. — За столом такое не обсуждают.

Мистер Пирс — высокий, статный джентльмен; похоже, он много трудился, чтобы привести мальчишек в хоккей. У него был небольшой шрам над бровью, темные с проседью волосы, и он казался строгим, но искорки в глазах слегка смягчали эту строгость.

Он наклонился к жене и спросил:

— Что ты мне не рассказала, милая?

Миссис Пирс покраснела:

— Попробуй спаржу, Дэниел.

Райан передал тарелку Броди, а он, в свою очередь, передал ее папе, и, к счастью, тему наконец оставили. Воспользовавшись моментом, Райан положил руку мне на бедро и легонько его сжал. Рядом с нами сидели Лоуренс и Лилия. Родители находились на разных концах стола, а остальные братья в хаотичном порядке между ними.

— Энди, расскажи нам что-нибудь о себе. — Мистер Пирс сложил руки на столе, игнорируя дымящуюся еду на своей тарелке. — Мы очень рады, что ты смогла приехать на свадьбу. Надеюсь, ты не слишком возражаешь, что репетиционный ужин проходит в такой неформальной обстановке.

— Да, мы предпочитаем скромность, — ответила вместо меня Лилия, ее глаза сияли от счастья. — Мои родители приедут прямо перед церемонией. Они должны были быть сегодня к ужину, но их рейс отменили, и они смогут вылететь только утром.

— Свадьба планируется маленькая, — сказал Лоуренс. — Мы хотим, чтобы все было просто.

— В основном, мы просто хотим пожениться, — Лилия поцеловала Лоуренса в щеку. — Будет только семья и близкие друзья.

— Друзья, — Лоуренс сделал акцент на этом слове. — Райан, ты никогда не упоминал, как давно вы встречаетесь с Энди?

Райана сильнее сжал мое бедро:

— Достаточно давно.

— Расскажи, как вы познакомились! — прощебетала миссис Пирс.

— Хорошо, — я немного запнулась. — Райан позвонил в «Перетти»…

— У ее отца пиццерия в Лос-Анджелесе, — вступил Райан. — Лучшая в городе.

— Это я рассказал Райану про эту пиццерию, — сказал Лоуренс с ухмылкой. — И ей тоже.

Лилия посмотрела на Лоуренса, нахмурив брови. По всей видимости, алкоголь проявил в нем натуру конченого идиота. Он, конечно, пока не сказал ничего ужасного, но, похоже, был на грани. А мы все как будто танцевали вокруг него, как вокруг динамита, в надежде, что он не взорвется.

— Я доставляла пиццу и случайно врезалась в его машину, — сказала я. — Райан повел себя как истинный джентльмен, но я все равно чувствовала себя ужасно.

— Мы обменялись страховыми данными и номерами телефонов, несмотря на то, что там была всего лишь царапина, — добавил Райан, разумеется, опустив тот факт, что у моей машины отвалился бампер. — Еще несколько раз мы виделись, когда я или Лоуренс, или Лилия заказывали пиццу в «Перетти» и…

— И Райан удивил меня на моем выступлении в день вечеринки Лоуренса и Лилии — я не думала, что все они придут на мое шоу.

— И ты там просто порвала зал! — Лилия захлопала в ладоши. — Это было лучшее выступление из всех, что я видела.

Я покраснела. Лилия, конечно, преувеличивала мои заслуги, но все же я до сих пор поражалась тому, с какой легкость они изменили планы и приехали ко мне на шоу:

— Очень здорово, что они тогда все приехали на выступление.

Лоуренс фыркнул, Лилия ударила его локтем в бок:

— Что? — Лоуренс смотрел прямо в стол. — А потом Энди осталась на ночь, и все остальное уже мелочи.

— Ты выступаешь в комедийном шоу? — спросил мистер Пирс, проигнорировав слова Лоуренса. — Мог я тебя видеть где-то? В программах по телику или в «Нетфликс»?

Я покачала головой:

— Наверное, нет. Большую часть времени я выступала в местных клубах, но на следующей неделе у меня прослушивание в очень большое шоу.

— На следующей неделе? — Райан повернулся ко мне. — Что-то новое?

— Да, мне позвонил Ник, когда я садилась на самолет сюда, — ответила я извиняющимся тоном. — Прости, совсем забыла тебе об этом сказать.

— Поздравляю! — сказал Райан, и на секунду на его лице мелькнуло удивление. — Это просто потрясающе! Хотя я и говорил тебе, что это рано или поздно случится, так что ты не должна удивляться.

И вот он вновь заулыбался, полностью счастливый за меня, а я наклонилась, чтобы он меня обнял.

— Энди, это замечательно, — сказала миссис Пирс. — Скажешь нам, когда у тебя будет следующее шоу. Если Райан подпишет контракт с «Молниями», у нас будет уже два повода приехать в Лос-Анджелес.

Она подмигнула мне, мистер Пирс согласно кивнул, и, слава Богу, остальная часть ужина прошла в бессмысленной болтовне, чередующейся с попытками Лилии заменить вино Лоуренса на воду.

В десять часов ужин закончился. Почти все остались дома, за исключением Андерсона, который обитал неподалеку. Лоуренс жил в Лос-Анджелесе, поэтому тоже застрял здесь.

Лилия помогла своему жениху доплестись до спальни, а я предложила помочь убрать со стола.

— Конечно, милая, было бы замечательно, — сказала миссис Пирс. — Только если Райан не против.

— Я тоже помогу, — ответил он. — Что мне делать?

— Вынеси это на улицу. — Миссис Пирс показала на раскладные стулья, которые они внесли в дом, чтобы всех разместить за столом. — А мы с Энди займемся делами на кухне.

Мы принялись за работу, тогда как все остальные разместились у костра. До нас донесся запах зефира, жарящегося на костре, и это было просто великолепно. Вечер был просто волшебным.

— Иди и ты к костру, — сказала миссис Пирс, когда мы закончили носить посуду в раковину. — Райан, похоже, застрял там. Он обожает «Смоурс»[5].

Я поблагодарила ее за прекрасный ужин, помыла руки и пошла к выходу. Мы смогли пережить пару неловких моментов во время ужина, теперь, наконец, можно было расслабиться. Следующие несколько дней нам с Райаном нужно было лишь наслаждаться прекрасной летней погодой и праздновать свадьбу со всеми.

Все просто.

Я уже было открыла дверь, но что-то остановило меня. С улицы слышались смех и легкая болтовня, но было еще что-то, кто-то разговаривал наверху, похоже, в комнате Райана. Два голоса спорили друг с другом, но я не могла расслышать, кто именно там находится.

Я решила все же пойти на улицу, но в голову вдруг пришла одна мысль: «Что, если Лоуренс ругается с Райаном? Или того хуже — с Лилией?»

— Эй? — позвала я, но меня никто не услышал, ну или просто не ответил.

Я поднялась еще на пару ступенек.

Только собралась позвать еще раз, но вдруг поняла, кто там разговаривает. Совершенно точно один из голосов принадлежал Лоуренсу, а второй — Райану, и они о чем-то спорили, о ком-то — обо мне. Они спорили обо мне, ну конечно.

— …обязательно было вести себя за ужином как последний придурок? — спросил Райан. — Ты же все прекрасно знаешь. И более того, она тебе ничего плохого не сделала.

— Мне ничего, верно, — протянул Лоуренс. — Зачем ты вообще пригласил на мою свадьбу свою «зайку»?

— Она моя девушка, придурок.

— Серьезно? А что же произошло с твоим маленьким соглашением с Блонди?

По моей спине пробежал холодок. Я точно знала, что Лоуренс имел в виду агента. Еще пару секунд я вслушивалась, но Райан так и не ответил.

— Дверь не открывается? — спросила мама Райана, появляясь из кухни с подносом в руках. — Будь добра, прихвати с собой поднос с грибами, а я еще схожу за лимонадом.

— Да, конечно, — пробормотала я, стараясь скрыть растерянность. Вообще, это было к лучшему, что я не услышу продолжение разговора, он ведь предназначался не для моих ушей.

Я толкнула дверь ногой и вышла с подносом на улицу.

— Эй, Перетти! Садись, — позвал меня Броди. — Где Райан?

— Наверное, все еще внутри.

— Ты любишь зефир?

— Я никогда не жарила зефир на костре, — призналась я. — В Лос-Анджелесе запрещено жечь костры, а в детстве у нас не было мангала.

Вся семья Пирс как будто замерла:

— Ты никогда не пробовала «Смоурс»?

Несмотря на то, что мои нервы были накалены до предела, я все же улыбнулась:

— Что ж, думаю, пришло время это изменить.

Спустя десять минут я съела две подгоревшие зефирки и растаявший шоколадный батончик. Как только я попробовала свой первый зефир и принялась насаживать на палку второй, пришел Райан.

Он казался каким-то растерянным. Волосы растрепались, футболка сбилась:

— Вот ты где, — сказал он мне, и вместо того, чтобы сесть рядом, взял меня за руку. — Мы можем уйти? Хочу показать тебе кое-что.

Ребята вздохнули, а Броди вообще обозвал Райана старпером, обломщиком и разрушителем веселья, но Райан не был настроен реагировать на это.

— Увидимся завтра, — попрощался он со всеми сразу, притягивая меня к себе. — Простите за вторжение.

— Ничего страшного, — сказала я, спотыкаясь. — Я все равно тебя искала. Все в порядке?

— Да, — процедил парень сквозь зубы.

— Почему-то мне так не кажется.

Его плечи напряглись, затем расслабились. Когда Райан повернулся ко мне, на лице играла улыбка, натянутая, но все же улыбка:

— Лоуренс — заноза в заднице. Кажется, мне нужно дать ему время и не трогать его до свадьбы.

— Семья, — сказала я.

— О да, — пробормотал он. — Я, правда, хочу побыть с тобой наедине. Не против, если я покажу тебе одно из своих любимых мест? Уверен, тебе понравится.

— Показывай! — Я взяла его за руку, и мы пошли к большому сараю, который, наверняка, служил дополнительным гаражом.

Райан повел меня к старому грузовику, и прежде чем сесть внутрь, крепко сжал мою руку:

— Я говорил правду, Энди. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты была моей.

— Я знаю. — Я сжала его руку в ответ. — Я тоже говорила правду.

Глава 41

Райан

Мы лежали и смотрели на звезды, и это было прекрасно.

Я, Энди и звездное небо, так близко, что, кажется, его можно коснуться рукой.

Если бы только я мог остановить этот момент навсегда, я бы сделал это не задумываясь.

Этот день был бы великолепным, если бы Лоуренсу не взбрело в голову надавить мне на больное. До сегодняшнего дня ему не было дела до того, с кем я встречаюсь, с кем сплю, с кем провожу время. А теперь, накануне собственной свадьбы, ему вдруг стало не все равно, и он решил влезть в мою личную жизнь.

Что ж, мне тоже было что сказать по этому поводу.

При помощи кулаков.

К счастью, Лилия вошла прежде, чем я успел его ударить. Не думаю, что в принципе смог бы ударить его, в конце концов, он мой брат, он женится и он был пьян, но на одну секунду я вышел из себя и рад, что Лилия вовремя остановила меня.

— Звезды просто великолепны, — прошептала Энди, и я почувствовал ее дыхание на своей щеке. — Они совсем другие здесь, не такие, как в Лос-Анджелесе.

Я еще крепче прижал ее к себе. Обычно, когда я закипаю от злости, мне нужно побыть одному, но не сегодня. Сегодня мне ужасно хотелось, чтобы она была рядом. Мы сели в пикап и ехали до тех пор, пока не осталось фонарей, и вечернюю тишину нарушали только кваканье лягушек и стрекот кузнечиков.

Я подготовился к этому заранее, и теперь рад, что продумал все наперед. Пока ждал посадки самолета, на котором прилетела Энди, я забросил в кузов пикапа чистые матрасы и новые простыни. Мы с братьями обычно брали пикап и ехали в кинотеатр под открытым небом.

Но кинотеатр не подходил для сегодняшних планов — там слишком много народу. Вместо этого, я отвез ее сюда, в тишину ночи, к реке. Раньше я никого сюда не привозил.

Вокруг было темно, не видно ни одного фонаря, только мы и звезды. Запах речки вперемешку с вечерним бризом, на коже Энди отражались звезды.

Как я уже говорил — идеально.

Мы лежали и минут тридцать смотрели в небо, не проронив ни слова, лишь вдыхая свежесть воздуха и запах друг друга. От Энди пахло персиками и солнечным светом, и чем ближе она была ко мне, тем меньше я хотел ее отпускать.

— Райан?

— Да?

— Я должна кое-что спросить.

— Спрашивай, конечно.

— У тебя… — она запнулась, чтобы прочистить горло. — У тебя что-то было с Джоселин?

Я напрягся. Возможно, она слышала Лоуренса. Он громко говорил, когда мы были у меня в комнате, и вероятно, Энди из кухни услышала обрывки нашего разговора и не так поняла.

— Я вовсе не ревную, ничего подобного. Мне просто интересно, — быстро добавила она. — Она великолепная женщина, красивая и эффектная, и вы много времени проводите вместе. Наверное… мне просто интересно, ты с ней расстался или не встречался вовсе, или может, я мешаю вашим отношениям и наступаю ей на пятки.

— О, детка, — я с облегчением поцеловал ее в лоб. — Нет, между нами ничего нет и не было. Только бизнес, — уточнил я, ведь я вовсе не собирался ей врать. Я расскажу ей все, что она захочет, мне нечего скрывать. — Клянусь, между нами не было ничего, даже намека.

— Ладно.

— Поверь мне, ты самая великолепная женщина из всех, кого я встречал.

Она захихикала так, будто я шутил, но это было не так. Джоселин расфуфыренная, ухоженная женщина с подтянутыми мышцами и железной хваткой. В ней не было мягкости Энди, света в глазах, как у Энди, и причудливого, беззаботного отношения к жизни. Джоселин — женщина для бизнеса, а Энди — женщина, с которой я хотел провести всю свою жизнь.

Я подумал — не рассказать ли ей о нашем тупом соглашении с Джоселин, но решил ничего не говорить. Я согласился на это прежде, чем понял, насколько Энди важна для меня.

Теперь, когда Энди была моей девушкой, решение было просто как мир. Джоселин будет на свадьбе, и я планировал поговорить с ней — я откажусь от ее услуг.

Останусь в Миннесоте еще на год и буду играть за «Звезд».

Вообще-то, я планировал попросить Энди остаться подольше — на месяц или даже больше, минимум до начала занятий в университете. Но за ужином она буквально сбросила на меня новостную бомбу о пилотном прослушивании.

Надеюсь, она не заметила разочарования в моих глазах после своих слов, я действительно радовался за нее, но теперь, как последний эгоист хотел, чтобы она осталась здесь, со мной… навсегда.

Я повернулся к Энди, ее рука лежала на моем бедре. Я поцеловал ее в лоб, прекрасно зная, к чему это приведет, и мне это нравилось. Затем перекатился на нее, переложил руку, чтобы притянуть ее ближе, себе, нежно провел ладонью по спине и поиграл с краем трусиков, как вдруг…

Она захрапела.

Милый, легкий храп, как у щенка.

Я внимательно посмотрел на нее и понял, что она, вне всяких сомнений, спала, о чем свидетельствовали закрытые глаза и спокойное, размеренное дыхание.

Притянув к себе, я крепко обнял Энди и накрыл одеялом. Звезды мерцали над нами, а позади нас светила луна.

До моей встречи с Энди мир никогда не был настолько прекрасным.

Теперь пути назад не было.

Глава 42

Энди

Ленивые, теплые лучики солнца нежно щекотали мою кожу. Запах лета вытащил меня из полудремы. Я зевнула, сладко потянулась и натянула на нос одеяло, все еще борясь с необходимостью открывать глаза.

Затем перекатилась на бок, но прежде чем уснуть заново, почувствовала, как что-то касается моего лица… что-то нежное, как дуновение ветра. Я поднесла руку к щеке и осторожно коснулась ее, пальцы нащупали что-то мягкое.

Хм… кажется, это… лист!

— Черт! — Резко села и с трудом попыталась сообразить, где я. Не в своей спальне, как подумала сразу, а в кузове грузовика! Посмотрев по сторонам, я заметила, что рядом спит Райан, и замерла.

С закрытыми глазами он выглядел еще милее, аж сердце щемило от нежности. Завитки волос немного прикрыли его лоб, и я протянула руку, чтобы смахнуть их. Из-за чего его губы тут же изогнулись в сонной улыбке.

— Райан, — прошептала я, оглядываясь в поисках телефона. — Кажется, нам нужно ехать.

— М-м-м… — простонал он и повернулся ко мне попой. — Спи.

Я даже не могла вспомнить, как вчера заснула. Мы болтали и обнимались, звезды мерцали над головой. Все казалось сплошным удовольствием, в его руках я чувствовала себя в полной безопасности.

— Райан. — Я не оставляла попыток его разбудить. Наконец нащупав телефон, я сказала: — Уже девять! Во сколько мы должны быть в церкви?

— В церкви?

— Свадьба. Твой брат, Лоуренс, женится на Лилии.

— Лилия… — Райан распахнул глаза. — Черт!

— Так во сколько нужно быть в церкви?

— В десять!

— Еще полно времени, — сказала я, сама не веря своим словам, но у него было такое выражение лица, как будто ему приснился жуткий кошмар. — Поехали.

Мы, как два балбеса из комедийной группы «Три балбеса» попытались все быстро собрать. Райан сел, я случайно ударила его локтем в щеку, он забыл окликнуть меня, прежде чем бросить подушку, и та врезалась мне в живот.

Наконец, мы сели в кабину и, смеясь, помчались по шоссе, обгоняя неторопливых жителей Миннесоты.

К половине десятого мы уже добрались до дома Пирсов, галопом взбежали по лестнице в комнату Райана и пошли в душ. Ещё через десять минут мы уже одевались. Одевания на скорость стали уже почти традицией этой комнаты. Не то, чтобы мы практиковались в этом вопросе, но, похоже, это у нас получалось как-то само собой.

Я стала натягивать платье через голову, но слишком поздно поняла, что забыла расстегнуть молнию и застряла:

— О, нет!

Райан промолчал. Через щелку в платье я увидела, что он стоял рядом и смотрел на мои трусики танго, точнее, на ту малую часть тела, которую они прикрывают.

— Боже мой!

— Как насчет чуточки помощи?

— Неа, — ответил он, покусывая губу. — Все и так замечательно.

— Ну перестань!

— Во сколько там, ты говорила, нужно быть в церкви? В десять?

— Я не говорила ничего. Ты сказал в десять.

Он нахмурил брови:

— Тогда мы можем опоздать.

— Нет, не можем, это свадьба твоего брата.

— Он придурок.

— А ты шафер на свадьбе.

— Как-то сейчас я не очень хочу быть шафером. — Райан сделал пару шагов и очень пошло посмотрел на мои трусики. — Я чувствую…

— Я вижу, что ты чувствуешь, — сказала я, пристально всматриваясь в его увеличившиеся боксеры. — Но я застряла в этом дурацком платье, и нам уже пора.

— Только один поцелуй, и все. — Райан встал на колени, нежно обхватил меня за бедра и притянул к себе. Осторожно и трепетно он провел пальцами по моим трусикам, и я, несмотря на сковавшее меня платье, резко выдохнула.

— Время, — пробормотал он. — Вчера мы успели все.

Я собрала все свои силы, чтобы выдать что-то похожее на «нет».

— Хорошо, тогда я оставлю тебя вот с этим…

Губами он нежно прижался к верхней границе кружева, и я вздрогнула. Это всего лишь легкое прикосновение, но в нем было столько эротики, что я захотела продолжения. Напрягшись, протянула руки сквозь платье, а затем, нащупав его волосы, прижала голову Райана к себе.

— Всегда пожалуйста. — Он рассмеялся, и его теплое дыхание окутало мою кожу. Оставив еще один поцелуй на моих трусиках, он нежно провел пальцами по моему клитору. На его губах заиграла дерзкая усмешка. — Ты хотела, чтобы я помог тебе надеть платье? Вот ты и в платье.

Я посмотрела на себя, и действительно, платье почти идеально сидело на мне. Я хмыкнула:

— Что ж, спасибо.

Райан рассмеялся еще громче, прижал меня к себе и откинул мокрые волосы с моего лица:

— Позволь-ка мне тебе напомнить, что это ты сказала, что нет времени на веселье.

Я опустила руку и схватила его за член. От удивления он вскрикнул:

— В эту игру могут играть двое, — поддразнила его я.

Когда я скрылась в ванной, чтобы сделать что-то наподобие прически, он застонал, а когда вышла, стоял прямо напротив двери и смотрел.

Увидев меня, он моргнул один раз, затем еще один, затем его рука медленно потянулась к горлу, словно он намеревался поправить невидимый галстук:

— Энди… ты выглядишь просто чертовски прекрасно!

Его голос звучал тихо, почти неуверенно, я в смущении опустила глаза. Никто и никогда не делал мне комплименты вот так… так искренне. Конечно же, я видела подобное в фильмах и у счастливых пар, как, например, мои родители, но сама никогда не была в подобной ситуации.

Райан нежно поцеловал меня, взял за руку и спросил:

— Готова идти?

Я сжала его ладонь, кивнула, и мы вышли из дома. Церковь была всего в паре миль от дома, и мы опоздали всего на четыре минуты.

— Я думала, мы вас сегодня уже не увидим, — сказала миссис Пирс, выходя нам навстречу. Фотограф делал настройки за ее спиной. — Вы хорошо провели вчерашний вечер? Выглядите отдохнувшими.

Райан прижал меня к себе:

— Да, я возил Энди к реке.

— К реке? Ты никогда никого не возил к реке.

Удивление на ее лице глубоко впечаталось в мою память, и внезапно я поймала себя на мысли, что все это происходило на самом деле. Мы больше не играли в игры, больше не притворялись. У нас теперь было что-то настоящее, живое и захватывающее.

— Это и вправду особенное место, — согласилась я. Райан положил руку мне на спину, давая понять, что полностью согласен со мной. Я прочистила горло, мне было слегка неловко от того, что миссис Пирс это видит. — Как дела у Лоуренса и Лилии?

— На самом деле, Лоуренс попросил прислать тебя, как только вы приедете.

— Чего он хочет? — Райан крепче прижал меня к себе. — Я схожу.

Миссис Пирс протянула руку и положила ее на запястье Райана:

— Вообще-то, он хочет видеть Энди, а не тебя.

Райан замер:

— Зачем?

— Он не сказал.

— Я пойду с тобой, — заявил Райан и повернулся ко мне. — Посмотрим, что он…

— Нет, Энди пойдет одна, а ты пока помоги со стульями, — твердо ответила миссис Пирс.

— Но…

— Все в порядке, — сказала я и улыбнулась. — Я скоро вернусь.

Райан молчал пару секунд, затем понял, что спорить с мамой бесполезно, и согласился:

— Ладно, я буду ждать тебя здесь… со стульями. Приходи скорее или я сам приду за тобой.

Церковь была просто великолепна, солнечные лучи, пробиваясь сквозь витиеватые витражи, оставляли на стенах и на полу миллионы солнечных зайчиков. Я шла по красной дорожке прямиком к алтарю, куда направила меня миссис Пирс.

— Энди, — Лоуренс увидел меня прежде, чем я успела дойти до него. — Я хотел поговорить с тобой.

— Церковь просто восхитительная, — сказала я, и он отвел меня в сторонку, чтобы мужчины в костюмах, толпящиеся вокруг Лоуренса, не мешали нам говорить. — Жду не дождусь увидеть Лилию в платье.

Мы дошли до последнего ряда и сели на скамейку.

— Мне нужно извиниться перед тобой.

Я покачала головой:

— Нет, ты вовсе не должен.

— Я перебрал с алкоголем и уверен, мой брат уже успел тебе сообщить, что в таком состоянии я превращаюсь в мудака.

— Тебе, правда, не стоит…

— Не нужно выгораживать меня, — перебил Лоуренс. — Я облажался и могу это признать. Мне очень жаль за все те слова, которые сказал вчера за ужином.

— Все в порядке. Проехали.

У них с Райаном были похожие глаза, и смотреть в глаза Лоуренсу было как-то странно.

— Я не понимал, насколько у вас двоих все серьезно.

— Ну, не так, чтобы прям очень, — я попыталась объяснить. — Для нас самих все это в новинку. Ты не мог знать. Это была честная ошибка.

— Ты и правда ему нравишься, Энди. Я еще ни разу не видел, чтобы он так вел себя с девушками.

— Мне он тоже очень нравится.

— Знаю, и именно поэтому прошу прощения, — он улыбнулся, и в этой его улыбке я увидела то обаяние и привлекательность, которое видит Лилия. — Я просто стараюсь не быть мудаком, но снова и снова все порчу. Я просто хочу сказать: что ж, добро пожаловать в семью.

Я сглотнула комок в горле:

— Тебе вовсе не обязательно было извиняться, но… спасибо.

Лоуренс раскрыл руки, слегка нерешительно, и я рассмеялась:

— Друзья? Пожалуйста? Лилия убьет меня, если узнает, что я не извинился перед тобой. Ты ей тоже очень нравишься.

Я приняла его объятия и, отстранившись, улыбнулась:

— Так вот, какова истинная причина, да? Чтобы Лилия была счастлива?

На секунду он съёжился, затем по тону моего голоса и по улыбке понял, что я дразню его.

— А ты хороша, — Лоуренс погрозил мне пальцем. — Знаешь, как в поговорке говорится: Счастливая жена, счастливая жизнь! А теперь давай-ка пойдем и женим меня на самой прекрасной женщине на земле!

Я смотрела Лоуренсу вслед, как он возвращается к своим друзьям в костюмах, как пожимал им руки, и не заметила, что Райан сел рядом и взял мою руку в свою.

— Все в порядке?

— Все прекрасно, — ответила я и поцеловала Райана в щеку. — А Лоуренс не так уж и плох.

Райан удивился:

— Он что, извинился?

— Похоже теперь мы друзья.

— Не думал я, что он может так.

— Давай, поднимайся! — я игриво шлепнула его по заднице. — Будь самым лучшим в мире шафером!

— А потом… — Райан наклонился и шепнул мне в ухо: — Я заставлю тебя испытать феерию.

Я задрожала, когда он ушел, несмотря на солнечный день кожа покрылась мурашками.

Когда свадебный колокол зазвонил, я встала вместе с остальными гостями. Был просто замечательный день! Райан помахал мне от алтаря, и мое сердце пропустило пару ударов от мысли, что, похоже, я нашла то, о чем говорил мне папа.

Глава 43

Райан

— Могу я пригласить тебя на танец? — прошептал я на ухо Энди и нежно провел рукой по ее обнаженной спине.

Она вздрогнула от неожиданности и чуть не выронила тарелку с мини хот-догами. О, они очень вкусные, я сам съел не меньше десяти!

Спустя секунду она повернулась ко мне с широко раскрытыми от удивления глазами, в руке у нее был все тот же мини хот-дог.

— Танец?

Я не смог сдержать смех, она даже не успела прожевать:

— Ты голодна?

Она проглотила хот-дог:

— Они очень вкусные! Я просто обязана убедить папу начать продавать такие хот-доги у нас!

— Так что насчет танца? Ты так и не ответила.

У нее потемнели глаза:

— Танец?

Я протянул ей руку и стоял так, пока она ставила тарелку на стол и вытирала руки салфеткой. Наконец она приняла мою руку, и мы отправились на танцпол. Как только Энди прижалась ко мне, мое сердце забилось так, будто я собирался прямо сейчас сыграть за кубок Стэнли.

Но я все еще не добрался до финала, в этом-то и кралась причина, по которой я рассчитывал перейти в другую команду. Лос-Анджелес проводил ротацию, и у них ожидалось большое пополнение. Я хотел стать одним из тех, кто будет в этом пополнении — по крайней мере, хотел, пока не встретил Энди.

— Где ты научился танцевать? — спросила она, прислонившись к моей груди.

Я чуть крепче прижал ее к себе:

— На выпускном вечере.

Мы медленно кружились, едва передвигая ноги. Не то чтобы я был особо опытным танцором, я лишь старался не стоять на месте и в то же время не двигаться слишком быстро. Есть не так много способов испортить медленный танец.

Вдыхая нежный аромат ее шампуня, невозможно было держать ритм, но я ничего не мог с собой поделать. Ее руки, такие маленькие по сравнению с моими, сжимали мои плечи чуть сильнее, чем нужно. Она прерывисто дышала, как будто была очень взволнованна, а когда смотрела на меня, мне казалось, что я последний человек на земле, и видит она лишь меня.

Вне всяких сомнений, я счастливчик.

— О чем думаешь? — пробормотала она. — Ты кажешься таким серьезным.

Я улыбнулся:

— Я пытался сосредоточиться.

— На чем?

— На том, как ты выглядишь.

— О.

— Ты выглядишь великолепно.

— Ты тоже, — сказала Энди и, обняв меня за шею, прошептала: — Поцелуй меня, красавчик.

Легко. Я крепко прижал ее к себе и пробежался пальцами по ее обнаженной спине. Конечно, я бы с удовольствием схватил ее за задницу, но мои родители были в зале и я знал, что Энди станет неловко.

Затем медленно наклонился и поцеловал ее в губы. На вкус они оказались как клубника со сливками с легкими нотками шампанского. Мы растворились в поцелуе до конца песни. И еще немного дольше, захватывая перерыв между песнями. Затем началась следующая песня, кажется, в исполнении Канье Уэста, и мы, отстранившись друг от друга, продолжили наш медленный танец.

Энди слегка застонала, но мне оказалось этого достаточно и тут же захотелось затащить ее в ближайший туалет. С тех пор, как мне стукнуло четырнадцать, у меня не было неконтролируемых стояков. Мой четырнадцатый год жизни выдался тяжелым. У меня была очень сексуальная училка биологии, которая к тому же курила, но то, что происходило со мной теперь — еще хуже. В миллион раз хуже, ведь учительницу биологии я не мог вот так целовать и обнимать.

— Энди, — прошептал я ей на ухо и нежно поцеловал в шею. Я никогда не понимал смысла фразы «хочу тебя съесть» — мне она всегда казалось странно людоедской — но в это мгновение я действительно хотел ее съесть, она так вкусно пахла. — Я хочу отвезти тебя домой, или в машину, или… сама скажи куда. Я тебя хочу.

Она щелкнула языком и так эротично меня поцеловала, что я забыл о присутствии родителей и захотел тут же уложить Энди на стол, чтобы съесть ее вместо десерта.

— Тебе придется подождать, — сказала она с легкой издевкой и хихикнула. — Мне нравится эта игра.

Я крепко обхватил ее за бедра и притянул к себе. Вокруг нас кружились пары, но нам было все равно, и я дал ей почувствовать свою эрекцию.

— Это не игра, детка.

На ее лице вспыхнуло желание, в глазах заплясали огоньки:

— Ух ты, — прошептала она. — Это…

— Ага, — ответил я. — Нам срочно нужно убраться отсюда. Здесь становится небезопасно.

— Но…

— Ты не понимаешь. Ты мне нужна. Очень.

— Но куда мы пойдем?

Я прижал ее к себе и страстно поцеловал. Этот простой вопрос — самая сексуальная вещь, которую она могла сказать. Нам очень срочно нужно было уйти, кажется, я мог не сдержаться и овладеть ей прямо у всех на глазах. Мне было жарко, вокруг одна лишь страсть.

— Пойдем со мной, я знаю одно местечко…

— Можно пригласить тебя на танец? — ледяной голос врезался в наш мирок. — Рада, наконец, познакомиться с тобой. Энди, не так ли?

Джоселин. Черт бы ее побрал, именно сейчас, вот стерва. Без обид, дамы и господа, но мой член готов был просто лопнуть. Но Джоселин знала, что делала, я видел это по ее глазам.

Она была довольна собой. Монстр. Неужели она не знала о таком понятии, как синие шары? Но, конечно же, здесь скрывалось нечто большее. На этот раз дело было не в моем члене, дело в Энди. Точнее, даже не в ней, а в том, что она нужна мне. Я хотел ее, черт возьми, как же я хотел увести ее отсюда, подальше от всех, с этой свадьбы, но больше всего подальше от Джоселин.

— Да, конечно, — сказала Энди, но ее глаза, излучающие похоть, кажется, почти выдали ее. Она кивнула, вероятно, для того, чтобы переключиться и сделала шаг назад, — Вы… вы, должно быть, Джоселин.

— Да, это я. — ответила она так, как будто все обязаны знать, кто она такая. — Спасибо, Энди, я скоро верну его тебе.

— Мы как раз собирались уходить, — сказал я Джоселин и посмотрел на нее просто убийственным взглядом, но в то же время держал Энди за руку, чтобы она не ушла. — Прости, но я потанцую с тобой в другой раз.

— Все в порядке, правда, — сказала Энди с легкой улыбкой. — Я, эм… пойду перекусить.

Я попытался обойти Джоселин, чтобы снова взять Энди за руку.

— Подожди.

— Мне правда кажется, что сейчас самое время потанцевать со мной, — позвала меня Джоселин. — Куда бы вы ни собирались, это ведь может подождать минуту?

Музыка сменилась, и я буквально прорычал в ответ:

— Нет. Ни одной минуты.

Джоселин внимательно посмотрела на мою ширинку:

— В самом деле?

Я готов был взорваться от злости и сексуального напряжения. Мне стоило больших усилий держать рот на замке и не послать Джоселин далеко подальше с ее мелкими уловками.

— Правда, Райан, все в порядке, — заверила меня Энди. — Я как раз собиралась поздравить молодоженов. Я буду у бара.

Я хотел было поспорить, но она нахмурила брови и махнула мне рукой, чтобы я шел к Джоселин. Энди просто чемпионка, я бы не смог так спокойно реагировать, если бы ее пригласил на танец какой-нибудь мужик. Я бы просто вмазал ему по морде и только потом начал бы задавать вопросы. Именно поэтому Энди была лучше меня.

— Какого черта? — я повернулся к Джоселин. — Тебе, блядь, приспичило поговорить со мной прямо сейчас?

Она легонько положила руки мне на плечи. Ее длинные, тонкие пальцы казались ледяными щупальцами. Я неохотно обнял ее за талию — так, чтобы это не расценивалось как что-то неприличное, но все же не было настоящим объятием. Я чувствовал себя семиклассником, который не умеет танцевать.

— Язык, — сказала она. — Когда мы подпишем контракт, лучше бы ты научился его держать за зубами или как минимум контролировать. А пока контракт не подписан, я должна бегать и убирать за тобой — прости за мой французский — гребаный мусор.

— Я был занят.

— Я видела, чем ты был занят. Это, в общем-то, очевидно.

Я сжал зубы:

— Зачем ты приехала сюда?

Я прекрасно знал, почему она здесь. Они с Лоуренсом были друзьями, и именно благодаря их дружбе мне удалось встретиться с ней.

— Не задавай идиотских вопросов, ты знаешь, что мы с Лоуренсом друзья. Видишь ли, похоже, когда ты начинаешь думать членом, у тебя отсыхает мозг.

— Тогда почему ты не общаешься с Лоуренсом и Лилией?

— Я поздравила их. У меня самолет через пару часов, и я хотела попрощаться.

— Пока, — сказал я и отвернулся от нее.

Она впилась ногтями мне в плечи:

— Ты ведь бросишь ее сегодня?

Я обернулся к ней и застыл. Я хотел поговорить с ней сегодня про Энди, но не здесь. Я не мог устроить сцену посреди свадьбы брата, в конце концов, я его шафер и буду последним идиотом, если испоганю вечер дракой с его коллегой и другом.

Поэтому промолчал.

— Я принимаю твое молчание за хороший знак. — Она наклонилась ко мне и потрепала по щеке. — Хороший мальчик.

Я схватил ее за запястье:

— Не трогай меня, Джоселин.

У нее заблестели глаза. Она прекрасно знала, что добилась своего, ведь не зря же была лучшим агентом. Она проницательна, умна, красива — но в то же время — настоящий головорез. Джоселин чуяла слабости своих, так сказать, подопечных, за версту и не стеснялась использовать их против нас.

— Могу лишь вообразить, насколько ты сегодня возбужден, что так хочешь напоследок затащить ее в постель, и я тебя прекрасно понимаю, веришь или нет…

— Не смей говорить так об Энди. — Я сильнее сжал ее запястье. Кажется, чем сильнее я бесился, тем больше она веселилась. — Она моя девушка.

У Джоселин вспыхнули глаза:

— Вижу я, какая она тебе девушка.

— Я не собираюсь обсуждать это здесь.

Наконец, я заметил, что она начала злиться:

— На следующей неделе по прилету в мой офис лучше тебе быть холостяком, мистер Пирс. Это ясно?

— Это еще почему?

— Мы это обсуждали. — Она выдернула руку и поправила платье. — Таковы мои условия. Если хочешь попытать удачу в большой лиге, то должен согласиться с ними. Я предлагаю тебе такой шанс, который выпадает лишь раз в жизни. Если обманешь меня, я тебя уничтожу.

Я посмотрел ей вслед, все мое тело онемело.

Она могла меня уничтожить.

Джоселин не церемонилась и не играла по правилам, и я уверен, что всегда получала свое.

Она хотела все контролировать, но в этот раз я не собирался играть по ее правилам.

Глава 44

Энди

Я изо всех сил старалась не ревновать.

Джоселин выглядела просто великолепно в своем черном платье, такая утонченная, успешная, и к тому же профессионал своего дела. У нее очень гладкая кожа, она пахла успехом, деньгами, и все это Райан смог бы заполучить за секунду, если бы захотел.

Не в первый раз я задумалась, что же такого он во мне нашел, когда вокруг него вились такие женщины, как Джоселин. Я слопала уже второй хот-дог и даже не поняла, что съела его, потому что смотрела на вазу, в которой отражались Райан и Джоселин.

Они едва двигались под музыку, Райан был чем-то взбешен. Интересно, что такого она ему сказала? Что могло его так расстроить? У них были отношения раньше или сейчас они находились в почти отношениях?

Райан отрицал это, и я ему верила, но вот она наверняка сказала что-то, что его вывело из себя, а он не похож на того, кто психует и злится по пустякам.

Так что же, черт возьми, происходило?

Я проглотила еще один хот-дог и решила запить его шампанским, быстро притворившись занятой, потому что в отражении вазы увидела, что они больше не танцуют. Точнее это и танцем-то не назовешь, они просто стояли и глазами метали молнии друг в друга.

Райан поднял голову, в поисках чего-то или кого-то — меня, наверное, — а я постаралась не смотреть в его сторону и попыталась сосредоточиться на выборе десерта. Мне совсем не хотелось бы, чтобы он застал меня за слежкой через вазу. Нужно было, чтобы он думал, что я выше всего этого и мне все равно, что я лишь наслаждаюсь большим, блестящим кексом.

Я как раз выбрала себе розовый кекс с малюсенькой фотографией Лоуренса и Лилии на нем, как вдруг почувствовала, что меня кто-то тронул за плечо и, положив кекс обратно на тарелку, обернулась.

— Ты всего лишь кукла, ты ведь знаешь? — сказала мне Джоселин со странным выражением на лице. Она вроде улыбалась, но улыбка казалось какой-то болезненной, высокомерной. Я никак не отреагировала на ее слова, поэтому она продолжила: — Ты не сможешь выдержать строгие общественные обязанности Райана.

— Что? — Я сделала еще один глоток шампанского, кажется, лишь для того, чтобы успокоить нервы. — Какие еще общественные обязанности?

— Играть тут и выдавать себя за его девушку.

От ее слов у меня онемела спина, но я постаралась это скрыть, мило улыбнулась и сказала:

— О, мы не играем. Все по-настоящему. Это в новинку для нас обоих, но все по-настоящему.

— Ага, рассказывай. — Она посмотрела мне за спину и сморщила нос от кексов. — У тебя просто талант играть влюбленную в него девушку.

— Я люблю его, — черт, как это вообще могло сорваться с моих губ? Да, это была чистая правда, но я вовсе не собиралась говорить об этом вслух едва знакомому человеку, да еще в начале наших с Райаном отношений, тем более, если этот человек — Джоселин. — У нас все по-настоящему, мисс…

— Джоселин, — ее голос стал похож на колкие льдинки, от него у меня по спине побежали мурашки. — И ты поэтому это делаешь? Потому что любишь его?

— Делаю что? — Кажется, я совсем потеряла нить разговора, но она, похоже, была только рада этому. — Я понятия не имею, о чем вы говорите.

Она хмыкнула и покачала головой. Сейчас мне одинаково хотелось понять, что же она пыталась мне сказать, и в то же время мне было глубоко плевать. Хотя, если бы я ударила ее по лицу, она, вероятно, высказала бы все напрямую. Но, опять таки, я вовсе не агрессивная девушка. Я разбираюсь со всем — конфликтами, грустью, счастьем — с юмором. Хотя, по правде сказать, в данной ситуации мне было вовсе не смешно.

— У Райана Пирса сейчас выпал шанс на миллион — подписать контракт со мной, — сказала Джоселин. — Я собираюсь обеспечить ему место в «Лос-Анджелес Лайтнинг», и в ближайшие несколько лет он выиграет кубок Стэнли. Он молодой и талантливый, у него есть все шансы стать основным игроком, хоть чего-то добиться в своей карьере.

— Я знаю, что он талантлив, — ответила я. — Я с ним встречаюсь.

— Ну, конечно же, ты встречаешься с ним, — сказала она успокаивающим тоном. — Но, по всей видимости, он не сказал тебе об условиях нашего соглашения.

Я промолчала и, похоже, ей и не нужно было большего.

— На следующей неделе он должен прилететь ко мне подписывать контракт, и он должен быть холостяком.

— Нет, мы не…

— Ты думаешь, что вы встречаетесь, но на самом деле ваши отношения смогут продлиться не больше недели. — Судя по холодному взгляду голубых глаз Джоселин, она просто смеялась надо мной. Она была ужасна, ей нравилось видеть, что я пребывала в замешательстве, и она получала удовольствие от того, что ее слова причиняли мне боль. — Так что, если ты действительно любишь его, отпусти без выяснения отношений.

— Нет, так не пойдет. Почему так важно, чтобы мы не встречались?

Она наклонилась очень близко и яростно выплюнула мне в лицо:

— Ты ведь видела, как он только что разговаривал со мной? У него на тебя стояк, и вдруг внезапно у него не нашлось ни минуты, чтобы поговорить со своим агентом, которая в скором времени собирается дать ему все, открыть перед ним все двери, подарить уникальный шанс. Я не работаю с игроками, у которых ум, член и сердце где-то в другом месте, а не на площадке. Если игрок подписывает со мной контракт, то он должен сосредоточиться на своей карьере, и точка.

— Но я не отвлекающий раздражитель, я поддерживаю карьеру Райана, я хочу, чтобы он стал успешным.

— Да, но ровно до тех пор, пока тебе не приспичит замуж, пока не захочется завести семью, а потом ему нужно будет…

— У многих игроков есть семья и дети. И в любом случае вы даже не знаете, чего я хочу, чего мы хотим вместе.

— Мне плевать на то, чего ты или он хотите. Мне важна моя репутация, и я буду заботиться лишь о том, как сделать из Райана звезду. Если он тебе дорог, ты его отпустишь, и если он через неделю приедет ко мне в офис, и вы все еще будете в отношениях — и поверь мне, я узнаю об этом, — я не подпишу с ним контракт. Тогда он вернется в Миннесоту и продолжит играть за «Звезд», а ты все равно его потеряешь.

Я сглотнула, ненавидя ее за то, что она затронула больное место, единственную причину моего беспокойства. Как мы могли быть вместе, если его карьера будет здесь, а моя в Лос-Анджелесе?

— Будь я на твоем месте, если бы я не смогла заполучить мужчину, которого люблю, то хотела бы, чтобы он, по крайней мере, был счастлив и успешен. — Она вдруг наклонилась, взяла с тарелки мой кекс и откусила. Затем бросила остатки в мусорное ведро, отвернулась и пошла прочь. Напоследок обернулась и, натянуто улыбнувшись, произнесла: — Рада была поболтать, Энди. Пока.

Я злилась, руки дрожали так сильно, что я не могла есть. Краем глаза я видела, что Райан разговаривает с Лоуренсом. Он смотрел в мою сторону и видел, что Джоселин ушла, даже на таком большом расстоянии я почувствовала его бешенство. В отражении бокала я видела, как он шел через танцпол ко мне.

Я была не готова к разговору, мне нужна была минутка, чтобы подумать, успокоиться и переварить этот разговор. Поэтому я сделала вид, что не вижу Райана и аккуратненько проскользнула мимо танцующих пар в дамскую комнату, а он как раз подошел к столику с десертами.

Слегка приоткрыв дверь дамской комнаты, я проследила за тем, как он провел рукой по волосам и принялся осматриваться по сторонам, вероятно, в поисках меня. Мое сердце вдруг сжалось от тоски.

Райан целиком и полностью подходил мне. Он подходил мне, я подходила ему, но все это происходило в неподходящее время, и это разбивало мне сердце.

По моей щеке покатилась предательская слеза, я спряталась в туалете, захлопнула дверцу кабинки, опустила крышку унитаза, села сверху и дала волю рвущимся из груди рыданиям. Может быть, все же есть шанс, что все получится, ведь нет ничего невозможного. Но именно в этот момент все казалось невозможным.

Я хотела все и сразу — карьеру, Райана, хотела, чтобы у Райана сложилась собственная карьера.

Но все эти три вещи были несовместимы. Если он подпишет контракт с Джоселин — он меня бросит. Если он не подпишет контракт с Джоселин, то мы будем обречены на отношения на расстоянии. Я могла сюда переехать, но тогда как быть с моей карьерой? Как же моя семья, Лиза… ведь вся моя жизнь была там.

Когда, наконец, рыдания иссякли, и слезы перестали капать из глаз, у меня просто не осталось сил. Я устала от этого вечера, но, как минимум, пришла хоть к какому-то заключению.

На данном этапе отношений будет не так больно порвать с Райаном. Ведь официально мы были парой меньше суток. Я порву с ним сейчас и дам ему подписать контракт с Джоселин, и может быть в будущем, в далекой перспективе у нас все получится. По крайней мере, хотелось надеяться на это.

Ну, а пока я собиралась провести мой последний вечер здесь, с Райаном, и наслаждаться им полностью, а завтра уехать. Мой рейс рано утром, тогда я и планировала все сказать ему.

Выходя из кабинки, я вдруг подумала, поехала бы сюда вообще, если бы знала, что будет так тяжело прощаться?

Глава 45

Энди

Поездка до дома проходила в тишине. После того, как я собралась с мыслями в туалете и заново накрасила глаза тушью, а губы блеском, мы с Райаном пожелали молодоженам спокойной ночи и уехали.

Всю дорогу он держал меня за руку. Один раз я спросила, все ли у него в порядке, но он лишь ответил: «да». Интересно, что же там у них произошло с Джоселин, может, он пытался ее переубедить? Хотя, не важно — свое мнение она явно не поменяла.

У нас обоих не было настроения, поэтому я просто смотрела в окно на мелькающие в небе звезды.

Прошлой ночью звезды казались такими яркими, теплыми, обнадеживающими. Сегодня они выглядели как сосульки, пронизывающие черное небо, протыкая то, что всего пару часов назад было настоящим счастьем.

— Пойдешь в душ? — спросил Райан, когда мы вошли в его комнату. Он попытался снять галстук, но у него ничего не получилось. — Я пойду после тебя.

Я медленно подошла к нему и молча помогла снять галстук, затем пиджак и положила их на кровать. Он очень внимательно проследил за моими движениями через зеркало. Мне даже стало немного некомфортно, как будто он видел меня насквозь, заглядывал в самую душу.

Я улыбнулась и пошла в ванную.

В дверях обернулась, чтобы еще разок взглянуть на него. Он сидел на кровати, опустив голову на руки. У него было такое грустное лицо, что мое сердце в этот момент готово было вырваться из груди, ведь я знала, о чем он думает.

Я или игра.

Что ж, я не собиралась заставлять его делать выбор.

— Прости, — произнес он, когда заметил, что я на него смотрю. — Я расстроен не из-за тебя, это… Джоселин, она…

— Я знаю, — соврала я. — Все в порядке.

— Нет, не в порядке.

Я оперлась о дверной косяк двери ванной. Я не смогла дождаться утра.

— Я думаю, нам не стоит этого делать.

У него дернулась голова:

— Что? О чем ты говоришь?

— О нас. О тебе и обо мне.

— О чем, черт возьми, ты говоришь, Энди?

— Послушай, Райан, я ведь приехала сюда в шутку. Все это начиналось как шутка. Если бы я изначально не была такой ужасно неуклюжей доставщицей, всего бы этого вообще не было. Давай просто называть вещи своими именами: все это было лишь хорошо проведенным временем.

Он встал, глаза у него сверкнули, сейчас они были похожи не на подтаявший шоколад, как бывало, когда он счастлив или доволен, сейчас его взгляд был острым как бритва.

— Все вовсе не так. Я люблю тебя, Энди.

— Ты думаешь, что любишь меня. Все это не по-настоящему. Мы так долго притворялись.

— Ты любишь меня?

Я промолчала. Ну конечно же, я любила его, но не могла сказать ему об этом. Когда я посмотрела ему в глаза, у меня потяжелело в груди, как будто кто-то положил на меня камень:

— Это не важно, нам не суждено быть вместе. Это факт.

— Что она сказала тебе?

— Она?

— Джоселин. — Он подошел ко мне вплотную, — Что она тебе сказала?

— Ничего, — снова соврала я.

— Она тебе рассказала про сделку, так ведь? Что я должен бросить тебя, иначе она не подпишет со мной контракт? Что ж, я не собираюсь этого делать.

— Ничего такого она мне не говорила.

— Надо было сказать ей все сегодня. Просто не хотел устраивать сцену на свадьбе брата. — Он покачал головой. — Я просто идиот.

— Я тебе верю. — Райан не обратил внимания на мои слова и выглядел таким подавленным. Я протянула к нему руку и погладила его по щеке. — Но все равно это не изменит всего остального. Если ты дашь ей от ворот поворот, что будет? Ты будешь жить здесь, а я там.

— Останься.

— Я… — Мне нужна была секунда, чтобы переварить его слова. — Что?

— Останься здесь, со мной. Я отменю все договоренности с Джоселин — в любом случае, все это не важно. Мне хорошо здесь, я останусь играть за «Звезд». Останься со мной. Будем жить вместе в Миннесоте.

Я сглотнула, ведь мне нужно было сказать ему очень трудные слова:

— А как насчет меня, Райан? Что же будет с моими мечтами? Что будет с папой? Друзьями? Учебой? Карьерой? Ведь сейчас у меня есть реальный шанс превратить хобби в работу. Если я останусь, то мне придется отказаться от всего этого.

Его глаза напомнили две бездонные дыры:

— Я не могу просить тебя отказаться от всего этого.

— А я не могу просить тебя отказаться от хоккея ради меня.

— И куда это нас приведет?

Слезы жгли мне глаза, я пыталась их прогнать, моя душа рвалась на части, пока я шла к нему через комнату. Я нежно поцеловала его в губы, и мы растворились в моменте.

Поцелуй был нежным, полным всего того, что с нами никогда не произойдет. Полный воспоминаний, которых у нас не будет, отношений, которых у нас не будет, улыбок и смеха, которые мы никогда не разделим. Вместо нежности я чувствовала, как боль проникает в каждую клеточку моего тела. Мы так подходили друг другу, но время было таким неподходящим.

Когда я отстранилась, глаза Райана были все ещё закрыты, а губы сложены для поцелуя, как будто весь мир рухнет, если он откроет глаза. Иллюзия развеется, а на ее место придет болезненная правда реальности и увлечет за собой нас обоих.

Я встала на цыпочки и нежно поцеловала его в лоб.

Когда я закрыла за собой дверь ванной комнаты, из моих глаз сами собой начали литься слезы.

Пока я принимала душ, мои слезы превратились в рыдания, плечи задрожали, но я держалась, чтобы не разрыдаться вслух. Последнее, что нужно сейчас Райану — это услышать, что я плачу, нам обоим и так было трудно.

Когда дверь ванной комнаты открылась, глаза у меня все еще были закрыты, и я полностью сосредоточилась на теплых каплях воды, струившихся из душа по моим плечам. Я не заметила, что Райан в ванной, пока он не открыл дверь душевой кабинки.

И вот он был здесь, голый и великолепный. В его глаза цвета какао виднелась боль, а вьющиеся волосы так и просили, чтобы их погладили.

— Энди.

Одно слово, одно лишь слово, но мне этого оказалось достаточно. Я до конца открыла дверь душевой, и он зашел ко мне в душ под струи теплой воды. Ванная наполнилась клубами пара. Мои волосы были влажными от кондиционера, а тело окутано запахом сирени, кажется, его мама принесла этот гель для душа специально для меня.

— Позволь мне, — пробормотал он и повернул меня к себе так, что вода из душа полилась между моей спиной и его грудью. Он начал нежно массировать мою голову, равномерно распределяя кондиционер по волосам.

Затем его руки плавно перешли к шее, скользкой от геля для душа. Круговыми движениями он массировал мне плечи, помогая снять напряжение, накопившееся за день. Потом перешел к спине, ребрам и бедрам. Райан нежно водил пальцами повсюду, затем обнял меня за талию.

Я почувствовала его гладкий и твердый член, как он упирается мне в спину, вода все еще бежала между нами, и от нее становилось трудно дышать. Но в то же время казалось, будто чувства на пределе, и такого я никогда не ощущала.

Райан обнял меня еще крепче, положил руку мне на живот, затем спустился еще ниже к тому месту, где жар и желание пылали от его прикосновений.

Одним пальцем он начал гладить меня там, нежно, медленно. Я прикусила губу, чтобы не застонать. Райан прижался губами к моей шее и нежно посасывал кожу, затем осторожно повернул мою голову и поцеловал в губы.

Движения стали интенсивнее, он стал целовать меня сильнее, и я застонала. Другой рукой Райан держал меня за бедра, так что я оказалась крепко прижата к его груди. Я была уже на грани и сказала ему об этом.

Он пробормотал мое имя, но не отпустил, подталкивая к стене и, наконец, я оказалась в раю, прошептав его имя. Полностью расслабленная, я опустилась в его объятия.

Он обнял меня за талию одной рукой, а другой оперся на стену:

— Энди…

— М-м-м?

— Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала я в ответ. — Не останавливайся.

Я встала, прижалась ладонями к дверце душа, и Райан вошел в меня, вначале мучительно медленно, так что я почувствовала каждый его сантиметр.

Я выгнула спину, молча попросив его дать мне больше, дать мне все. Кажется, он понял мое желание, и начал двигаться быстрее и быстрее. Руками он сильно сжимал мои бедра, затем опустил одну руку и снова начал гладить меня там, не сбавляя при этом темп толчков.

Я больше не могла терпеть. Чувствовала, как приближается волна, она все ближе и ближе и я уже ничего не могла сделать, чтобы остановить ее. Мы были связаны, двигались в одном темпе, и как только он прошептал мое имя, я оказалась почти на грани.

Но у него были другие планы. Райан резко вышел из меня, я так хотела его, нуждалась в нем. Задыхаясь, я пробормотала:

— Что ты делаешь? Нельзя так останавливаться.

Он стоял рядом, такой чертовски сексуальный, мокрый, с искрами в глазах:

— Мне нужно видеть твое лицо.

Прежде чем я успела сообразить, он поднял меня и уперся руками в стену, чтобы удержать наш вес. Ногами я обхватила его за спину, стены душевой кабины задрожали, когда он ворвался в меня. Мы не обратили на это внимания, ведь были слишком заняты.

На этот раз Райан не остановился. Он толкнул нас к пику, и мы вдвоем одновременно упали в бездну. Я крепко сжала его плечи, с каждым новым толчком у меня заканчивались силы, а вода все продолжала литься на нас.

Очень долго мы смотрели друг на друга. Голые, настоящие. Между нами было все — любовь, страсть и желание. Еще, конечно, боль, разочарование и что-то еще, что-то большее… может быть, отчаяние?

— Дай-ка мне закончить то, что я начал, — произнес он, и я подумала, что он уже готов ко второму раунду.

Я уже почти сказала ему, что мне нужна еще минутка, чтобы передохнуть, но он потянулся к моим волосам и продолжил массировать, втирая кондиционер. Я закрыла глаза и позволила его пальцам творить свою магию, а затем повернулась и начала помогать ему. Пальцами провела по его прессу, он вздрогнул, когда я дотронулась до его бедер, в глазах ровно на секунду мелькнул дьявольский огонек, затем тут же погас.

Момент был слишком сладок для чего-то другого, мы могли лишь завернуться в полотенца и забраться вместе в кровать.

Райан крепко прижал меня к себе, я придвинулась еще ближе, мы оба оказались слишком вымотаны, чтобы надевать одежду. Если бы ночь не была такой горько-сладкой, уверена, мы бы снова и снова занимались сексом, пока солнце не усыпило бы нас.

Но сейчас это было слишком опасно. Заниматься сексом и узнавать друг друга еще лучше, укреплять отношения, которым не суждено быть. Вместо секса мы обнимались так, как будто весь мир рухнет, если ослабить объятия.

Я не помню, как уснула, но знаю, что в этот момент была у Райана в объятиях. И когда проснулась, он все еще обнимал меня.

У меня был ранний вылет. Его будильник зазвонил через пять минут после моего, и я тут же выключила его, пока Райан не проснулся.

Затем оделась, забрала свою одежду и пошла к выходу. На пороге обернулась, мне очень хотелось вернуться к нему в постель. Я подошла к кровати, но только на секунду, вдохнув мягкий аромат шампуня, и нежно поцеловала Райана в лоб.

Его веки задрожали, и мое сердце едва не остановилось.

Но он вновь заснул.

Я могла идти.

Я сбежала из дома, никого не встретив, и когда добралась до аэропорта, у меня остались силы лишь на то, чтобы написать Райану сообщение. Я пыталась одиннадцать раз пыталась набрать текст и все никак не могла решить окончательно, что отправлять, пока шасси самолета не оторвались от земли.

Прежде чем связь оборвалась, я нажала «отправить».

Никогда бы не подумала, что один заказ на пиццу может привести к тому, что мой мир рухнет. Я выключила экран телефона, закрыла глаза и взмолилась всем небесным силам, чтобы мой мир — который сейчас пребывал в полном хаосе — каким то образом смог найти способ прийти в себя.

Молитвы не помогали.

Ну, как минимум, не сию секунду.

Когда самолет приземлился в Лос-Анджелесе, я окончательно во всем запуталась.

Я написала папе, чтобы он забрал меня и ждала его, сидя на тротуаре под знаком «Солнечная страна».

Он лишь секунду смотрел на меня и тут же распахнул объятия:

— Все будет хорошо, милая. — Затем крепко прижал меня к себе. — Я обещаю.

Глава 46

Райан

Солнце слепило мне глаза, я повернулся, протянув руку, чтобы обнять Энди, но рука нащупала лишь кровать. Несколько секунд я водил рукой по постели, но все еще не мог открыть глаза. Может, она была в ванной?

Я не слышал плеска воды, вообще ничего не слышал, так что, наконец, открыл один глаз.

Сердце начало бешено колотиться, как только я увидел пустую кровать.

Я знал, что вчера завел будильник, поэтому сейчас не могло быть больше восьми часов. Обычно я слышал будильник, потому что рано утром вставал на тренировку, а если на нее опоздать, то будут проблемы. Старые привычки изменить трудно.

Я потянулся за телефоном, провозившись с ним пару секунд, и моргнул. Не может быть. Десять утра? Это значит, что я проспал на целых два часа больше. Два часа?

Я быстро встал с кровати, надел штаны и вышел из комнаты. Сбежал по лестнице вниз, где мама читала газету у камина, по гостиной разливался аромат кофе. Проигнорировав и маму, и кофе, я рванул к часам на плите. Они всегда шли правильно, мама за этим следила. Она даже иногда ждала двух или трех ночи, чтобы проверить, правильно ли ее часы перешли на зимнее или летнее время.

Десять-ноль-четыре. Мое сердце заледенело. У Энди самолет в десять.

Я побежал обратно в комнату, перепрыгивая через две ступеньки, игнорируя мамины призывы на завтрак. Когда почти добежал до комнаты, мне пришло сообщение. От нее.

Милый Райан!

Я люблю тебя.

Прощай.

С любовью,

твоя девушка из службы доставки.

Я выругался, и мама спросила, все ли у меня в порядке.

— Все в порядке, мам, — крикнул я ей в ответ, хотя ничего было не в порядке. Я был злой как черт — не на Энди, нет, на Джоселин. За то, что она все это начала, за то, что заставила Энди сбежать.

Энди бескорыстна, и я ни минуты не сомневался, что Джоселин сказала ей нечто такое, что заставило Энди сбежать от меня. Что-то такое, от чего Энди почувствовала себя виноватой в том, что станет помехой моему успеху. Энди поверила бы Джоселин, потому что она нежная и святая, с сердцем глубиной с Тихий океан.

Что ж, я не собирался позволять Джоселин разрушить лучшее, что когда-либо со мной случалось.

Я побросал вещи в рюкзак. Даже не знаю, сложил ли туда нужную одежду или бросил лишь пятьдесят пар боксеров и ни одной рубашки, мне было все равно.

Необходимо было уехать отсюда. Я проверил, на месте ли бумажник, карточка и права — эти вещи мне действительно понадобятся.

Эти вещи и Энди. За утро я понял, что Энди нужна мне так же сильно, как и моя рука. Может быть, возможно, я смог бы выжить без нее, но это было бы больно и чертовски ужасно. Конечно же, меня не радовала перспектива потерять ее навсегда, особенно, когда были другие варианты.

— Ты куда? — спросила мама, когда я спустился вниз. Она посмотрела на мой рюкзак и, не вставая с кресла, добавила: — Где Энди?

— В Лос-Анджелесе.

— Я думала, твой рейс на следующей неделе.

— Нет.

Она кивнула:

— Понятно. Тебя подвезти в аэропорт?

Я улыбнулся маме. Иногда мамы бывают как заноза в заднице — это просто жизненный факт — а иногда просто душки. Сегодня утром моя мама была лучшей на свете.

— Я бы, конечно, не отказался. Хотел сам сесть за руль, но…

— Давай я тебя отвезу. Папа говорит, что я вожу как маньяк.

— Ага.

Она улыбнулась:

— Это как раз отлично, по всей видимости, тебе нужно очень быстро добраться до аэропорта.

Моя мама самая лучшая мама на свете. Я обнял ее, и когда отпустил, она улыбнулась и подтолкнула меня к машине.

— Она любит тебя, Райан. — Мы сели в ее минивэн. Мама легко могла купить себе любую машину на свете, но, кажется, эта была у нее для ностальгии. — Ты все делаешь правильно, сын.

Я сглотнул и посмотрел в окно, затем сосредоточился на брони билетов на ближайший рейс. Этим утром я уже обнимал маму и, кажется, за один день эмоций было достаточно. Лучше приберечь их для Джоселин.

Когда мы приехали в аэропорт, я вышел из машины, но мама взяла меня за руку, и я обернулся к ней.

— Привези ее обратно. Она мне нравится.

— Мне тоже, — я поцеловал маму в щеку, — Спасибо… за все.

Я успел на самолет за минуту до вылета и когда приземлился в Лос-Анджелесе через четыре часа, казалось, выглядел как комок нервов.

Только что я был злой как черт и хотел сразу же поехать к Джоселин, но уже через минуту почувствовал себя немного неуверенно, размышляя о том, правильно ли я прочитал Энди. Может быть, ей действительно все равно, а я гнался за ней без всякой причины. Может быть, она просто слишком мила, чтобы сказать мне, что я ей не нужен.

Ненавижу это. Мне не нравилось чувствовать себя уязвимым. У меня есть татуировка на руке, шрам на лице, и я зарабатываю на жизнь хоккеем — все эти вещи должны были меня закалить.

Так как у меня лишь ручная кладь, мне не нужно было ждать багаж, и я вызвал «Убер», но не мог найти свободную машину, поэтому сел в первое попавшееся такси. Это был минивэн.

— Нужна будет дополнительная плата, — сказал водитель, — Это большая машина.

— Большие чаевые. — Я показал ему пачку денег. — Получишь, если очень быстро отвезешь меня по этому адресу.

Это офис Джоселин. Я написал ей сообщение, чтобы она немедленно встретилась со мной.

Джоселин через секунду ответила, что ждет меня в офисе. Ну конечно же, я должен был догадаться, что она будет работать в офисе в воскресенье, у нее уж наверняка нет собрания в церкви.

Таксист делал все возможное, чтобы доставить меня до места быстро, даже проехал дважды на красный свет. Я оставил ему хорошие чаевые и вышел из машины. Всю дорогу я думал лишь о том, что Энди тоже здесь, в этом городе, и мне нужно ее найти. К сожалению, она не отвечала на мои сообщения. Я не знал, может она потеряла телефон или ей грустно, она расстроена или зла. Неизвестность просто убивала.

Прежде чем зайти в офис Джоселин, я нашел номер телефона Лизы на каком-то комедийном сайте. Набрал номер, и, к счастью, она ответила:

— Эй, привет. Это Райан.

— О.

По голосу я не смог понять, в каком она настроении, и это взбесило меня еще больше.

— Ты знаешь, где сейчас Энди?

— Плачет в туалете?

— Издеваешься?

— Ну конечно, — вдруг появившаяся нежность в ее словах заставила меня задуматься: а вдруг Энди действительно плачет. — Она крутая. Она переживет все то, через что ты заставил ее пройти.

— Слушай, мне жаль. Она не так все поняла. Я здесь, и мне нужно увидеть ее.

— Ты в Лос-Анджелесе?

— Да, я сел на первый же рейс сюда.

— Нет, извини, я даже спрашивать ее не буду, потому что знаю, что она не хочет тебя видеть.

— Я знаю, что облажался. Ничего этого не должно было случиться, и я здесь, чтобы все исправить.

— Послушай, я лучшая подруга Энди, и мне приходится иметь дело со всеми последствиями ваших отношений. Я не позволю тебе сделать все еще хуже.

— Я скажу это лишь раз. Я люблю Энди. В эти выходные случилось недоразумение, и я приехал, чтобы все исправить. Мне правда кажется, что не ты должна решать, хочет она меня видеть или нет.

Лиза замолчала.

— Просто скажи мне, где она. Дома? На работе? Я обещаю, если после разговора она меня пошлет, я уйду и больше никогда не побеспокою ни тебя, ни ее.

— Обещаешь?

— Клянусь. Я хочу вернуть Энди, но если я ей не нужен… — я замолчал, не хотелось думать об этом.

— У нее шоу сегодня вечером, рано, в пять часов. Не беспокой ее до этого, после шоу ты сможешь найти ее в баре у Рика.

— Спасибо. — Я не мог скрыть облегчение. — Я твой должник.

— Если позволишь, я бы хотела дать тебе одну рекомендацию: разберись с недоразумением, прежде чем встретишься с ней. Потому что, если я увижу, что после встречи с тобой ей стало лишь хуже, то отрежу тебе яйца и скормлю их птицам.

Я сглотнул:

— Понятно.

— Отлично! — прощебетала Лиза. — Отличного тебе дня.

Лиза повесила трубку. Глядя на телефон, я слегка переживал за свою жизнь и жизнь моей будущей семьи. Но полагал, что она права и мне нужно раз и навсегда разобраться с этим недоразумением.

Глава 47

Райан

Джоселин ждала меня в своем кабинете. Ее глаза все так же излучали лед, а от взгляда мурашки побежали по коже в ту самую секунду, как я вошел в комнату. Я не понимал, отчего она всегда такая холодная, враждебно настроенная, но опять-таки, это меня не касалось.

Моя проблема сейчас — Энди, я должен был вернуть ее.

— Красивая свадьба, правда? — сказала она так, как будто вчера ничего не случилось. Она передвинула стопку бумаг с одной стороны стола на другую, ближе ко мне. — Ты пока можешь подписать это. Я, конечно, не ждала тебя сегодня, но все будет готово через пару минут.

Я подошел к столу и положил руку на контракт:

— Можешь не беспокоиться.

Она замерла и схватилась за контракт, пытаясь сдвинуть его ко мне, но я не отпустил руку и, наконец, выиграл и подтолкнул бумаги обратно к ней.

— Что?

— Мне все это больше не интересно.

— Я подняла бонус за подписание.

— Ты что, не слышишь, что я говорю? — повторил я. — Мне это больше не интересно.

— Мы пришли к соглашению, которое устраивает обе стороны. Много времени, денег, юридической поддержки и всего прочего ушло на то, чтобы сделать все это возможным.

— У нас было соглашение, которое подходило всем. Но теперь есть третья сторона — Энди. По всем статьям она проигрывает, а я не позволю этому случиться.

Джоселин спокойно моргала, как будто ее вовсе не удивили мои слова:

— Я предполагала, что ты придешь ко мне с этим, но мне кажется, я смогу помочь тебе увидеть во всем этом смысл. Энди вовсе не проигрывает. Отпустив ее, ты даешь ей шанс заняться своей карьерой.

— Не перевирай мои слова.

— У Энди есть талант комика. Я знаю, потому что смотрела ее видео. — Джоселин улыбнулась, ее самодовольная ухмылка доказывала, что она все продумала. — Если ты не подпишешь контракт, вернешься в команду «Звезд». Да, это классная команда, и да, я знаю, что ты отлично им подходишь, но как насчет Энди? Ей придется пожертвовать своей карьерой комика, чтобы быть с тобой. Этого ты хочешь?

— В Миннесоте тоже есть спрос на комиков.

Она вздохнула:

— Ты ведешь себя как ребенок.

Я промолчал. Я не хотел, чтобы Энди отказывалась от мечты ради меня, и она не хотела, чтобы я отказывался от мечты ради нее, и это правильно. К сожалению, наши успехи усложняли наше счастье как пары.

— Мне кажется, в таком случае вам придется попробовать отношения на расстоянии. — Джоселин пожала плечами. — Уверена, это работает для некоторых пар.

Я все еще молчал и злился, потому что не хотел отношений на расстоянии с Энди. Я хотел, чтобы она была в моей кровати, хотел обнимать ее каждую чертову ночь!

И тут до меня дошло.

Я покачал головой и сделал шаг назад. Теперь я понял, что она делает со мной то же самое, что и с Энди: вызывает чувство вины и заставляет думать, что все, чего я хочу в жизни — неправильно.

— Так вот, как ты это сделала, — сказал я. Такое чувство, будто солнце, наконец, вышло из-за туч после грозы, и я увидел дорогу, по которой нужно идти. Мой пункт назначения — дом, а дом там, где Энди. — Ты убедила ее, что быть со мной будет эгоистично с ее стороны.

— Мне не нужно было никого убеждать. Я лишь высказывала свои мысли и указала на очевидные вещи. Я хочу лучшего для тебя, Райан.

— Неправда. Тебя интересует лишь финансовая сторона вопроса. Ты не знаешь, что лучше для меня.

— Я знаю тебя, я смотрела…

— Да, да, да, ты смотрела все видео, как я играю в хоккей, как Энди выступает в стендапе, но это вовсе не означает, что ты знаешь меня. Прости, Джоселин, за все то, что понадобилось для подготовки контракта, но с меня хватит. Я ухожу. Это все. Можешь найти себе кого-то другого для своих игр.

— Это вовсе не игры.

— Хорошо. Называй это как хочешь, но просто знай, что с меня хватит.

— Кто будет твоим агентом?

— Я вернусь к Лоуренсу или найду кого-то другого. Это уже тебя не касается.

— Райан! — она резко встала из-за стола, и контракт разлетелся по кабинету. — Не выбрасывай свою жизнь к чертям.

В дверях я остановился и сказал:

— А я и не выбрасываю, — мой тон казался в какой-то степени даже нежным. Я больше не злился на нее, мне просто было грустно. Грустно от того, что она никогда не узнает, почему я делаю то, что делаю.

Я знал таких людей, всего пару недель назад, до тех пор, пока я не встретил Энди, у меня у самого были совсем другие приоритеты в жизни. Теперь дело обстояло иначе.

— Прощай, Джоселин.

— Ладно.

Ее ответ заставил меня обернуться.

— Ладно, что? Что ты говоришь?

— Я все равно подпишу с тобой контракт. — У нее задрожали руки. — Если у тебя с ней все настолько серьезно, сделаю для тебя исключение.

— Исключение?

— Игроки-одиночки лучше продаются. Рекламные возможности лучше. Девушки-фанатки и средства массовой информации обычно сходят с ума по молодым, сексуальным игрокам в хоккей, у которых светлое будущее и звездные возможности, но я смогу все решить. Молодой хоккеист, преданный лишь одной девушке — это должно сработать.

— Это моя жизнь, а не история для рекламы.

— Но мы можем превратить ситуацию в рекламу. Ты только выиграешь.

— Знаешь что? — я улыбнулся, на этот раз чувствуя себя совершенно свободным. От всего дерьма, от Голливуда, Джоселин и старого Райана Пирса, который ввязался во все это. — Я люблю играть. Я хочу просто играть в хоккей, вот и все. Но придет время, когда это станет невозможным, я стану старым и буду просто бесполезен на льду. И когда это случится, всему миру будет на меня плевать. Средствам массовой информации, НХЛ и даже тебе будет плевать.

Ее губы напоминали тонкую льдинку, она очень крепко сжала их.

— А ты знаешь, кто в этот момент будет рядом, если мне повезет? — Мое сердце начало биться быстрее, надеясь, что то, о чем я сейчас скажу, случится на самом деле. — Энди.

— Но…

— Прости, Джоселин. Мне все это не подходит.

На этот раз я уходил навсегда, в голове пульсировало от того, что я уходил от лучшей возможности в своей карьере. Голливудское солнце ударило мне в лицо, когда я вышел на улицу, но я чувствовал умиротворение. Наконец я знал, что должен делать. Я никогда не был святым, но в этот собирался сделать все правильно.

Я вызвал «Убер», сел и назвал адрес пиццерии «Перетти».

— У них вкусная пицца, — сказал водитель. — Обожаю их пиццу с сосисками.

— Еще бы! — ответил я и мысленно улыбнулся. — Поехали быстрее. Дам большие чаевые, если довезете меня туда за тридцать минут.

— Заказали пиццу и к приезду хотите слопать горяченького, а?

— Ага, что-то вроде того.

— Супер, чувак. Довезу тебя без проблем. Она будет ждать тебя, чувак. Я чувствую.

Не знаю, говорил ли он про пиццу или про девушку, но мне было нужно, чтобы последнее оказалось правдой.

Все остальное просто не вариант.

Глава 48

Энди

Я отказывалась верить в то, что прорыдала последние два часа.

После того, как папа привез меня домой утром, Анджела согласилась взять мою смену в пиццерии, а Лиза заскочила поддержать меня. После обеда мы пили коктейль «Мимоза»[6] и готовили новый материал для нашего пилотного прослушивания.

Новый материал — дерьмо, но все же это сработало, мне удалось отвлечься от него. Я не могла его ненавидеть, даже не могла взять себя в руки и наговорить гадостей про Райана Пирса. Он был небезразличен мне даже несмотря на то, что мы провели так мало времени вместе. С ним все было идеально, за исключением времени.

Лиза утверждала, что Райан должен был раньше разобраться с Белокурой Стервой, и я честно понимала ее логику, но также понимала, от чего он отталкивался. Он уже договорился с ней задолго до того, как я появилась в уравнении, и сложно винить Райана в том, что он хотел остаться человеком слова.

Я также принимала его желание следовать за мечтой. У меня тоже были мечты, и я не собиралась свернуть все, над чем работала всю жизнь. Мои яичники наверняка хотели бы все бросить и уехать жить в Миннесоту, чтобы завести детей с Райаном, но мозг не давал мне сделать этого.

У меня была здесь вся жизнь, мечты, желания. Если я хотела быть честна сама с собой и счастлива — по-настоящему счастлива — мне нужно пережить все до конца. Иначе какой мамой, женой, дочерью и подругой я буду?

— Вот. — Лиза закончила красить меня подводкой для глаз. Всего пару минут назад она прижимала к моим глазам замороженные ложки, чтобы избавиться от припухлостей после моих рыданий. — Выглядишь потрясно.

Я посмотрелась в зеркало — это какое-то волшебство. Лиза, благослови ее сердце, превратила меня в лису — смоки айс, соблазнительные красные губы, черная кружевная майка с глубоким декольте и пара новых черных джинс. Она тоже была одета во все черное, но с розовой помадой и блестками на глазах.

— Ты веришь, что это происходит на самом деле? — Она крепко сжала мои руки, чтобы подбодрить меня. У нее блестели глаза, точно так же, как блестки на веках. Она взвизгнула. — Мы с тобой, вместе, черт возьми, Энди, мы мечтали об этом дне столько лет!

Мое сердце забилось быстрее, это был первый знак того, что я приняла правильное решение вернуться в Лос-Анджелес. Я улыбнулась:

— Без тебя я бы не смогла. Ты… ты все для меня.

Она моргнула, и если не ошиблась, в ее глазах мелькнуло что-то странное:

— Мы команда. Ты и я, Энди. Мы сделали это вместе. И угадай-ка, кто будет среди зрителей?

Я застонала:

— Не хочу знать.

— На этот раз надо бы. — Лиза подмигнула, и от этого у меня запорхали бабочки в животе.

Она встретилась с Ником Беннеттом сразу после меня, и он посоветовал ей начать отрабатывать наш материал на живой аудитории. Это будет наш первый совместный стендап в виде дуэта, и все это происходило в реальности лишь потому, что Ник Беннетт использовал все свое волшебство, чтобы сделать мечты явью.

В баре была толпа, я чувствовала. Рик насвистывал себе под нос, когда забежал к нам за кулисы сообщить, что до начала осталось десять минут. А он никогда не свистит. Он ненавидит людей.

Но сегодня, по всей видимости, народ сделал ему кассу, раз он даже позвал своего сына разливать напитки. Впервые за все время Фил сидел не в первом ряду. Он жил здесь, но даже он не смог занять себе место получше.

— Агенты, другие комики, кастинг-директора, продюсеры, директора. — Лиза плюхнулась на диван. — Так вот, каково это, чувствовать предвкушение?

— Не сглазь! Мы еще не выступили, я не уволилась из пиццерии, и до тех пор, пока не уволюсь, не буду делать никаких выводов.

— Ферштэйн, — ответила она. — Тогда давай-ка вытащим свои задницы на сцену и сделаем это.

На мгновение мы взялись за руки, волнение переполняло нас по дороге к сцене. Рик крикнул, что пора начинать, Фил засвистел с последнего ряда, а в зале стоял гомон от предвкушения шоу.

Лиза отпустила мою руку, как только мы вышли на сцену, но прежде подмигнула, улыбнулась и сказала:

— Ты готова мечтать по-крупному?

Я не смогла сдержать смех. Я нервничала и волновалась, мне казалось, после сегодняшнего утра в постели с Райаном я уже не буду ничего чувствовать. Вдруг мне стало грустно и захотелось, чтобы он тоже был здесь и сидел рядом с Ником.

Я встряхнула головой, и мы вышли под свет софитов. Мысли о Райане исчезли, когда я увидела толпу. Лиза смеялась, улыбалась, махала всем, а я стояла столбом. Бар был полон людей, черт, как же их много. Мне сейчас было все равно, что на самом деле бар маленький — я никогда не выступала перед такой большой аудиторией. В баре просто яблоку было негде упасть. Люди стояли повсюду, все места были заняты.

Слава Богу, Лиза не растеряла своего остроумия и открыла шоу шуткой о том, что мы вместе первый раз и до этого не виделись, и эта шутка зашла хорошо. Я повернулась к ней лицом, все еще стараясь заставить ноги двигаться вперед. Вот так все и закончится. Я умру прямо здесь от боязни сцены, а Лизе придется тянуть шоу одной.

Вообще, я не планировала умереть вот так.

И вот я увидела его, и решила, что, наверное, мне не нужно пока прощаться с жизнью.

Эти взлохмаченные каштановые волосы, сказочные глаза, которые смогли бы растопить любое женское сердце в этом баре, этот мощный торс, созданный для того, чтобы играть, защищать, прижимать меня к себе под звездами. Райан Пирс.

У него в руках была стопка пицц — как минимум десять — и я узнала логотип на краю коробки: «Пиццерия Перетти». Он раздавал пиццу всем вокруг, все радовались горячей, вкусной пицце. Он даже дал целую пиццу Филу.

Мое сердце — точнее то, что от него осталось — разбилось на маленькие кусочки. Думаю, оно разбилось лишь для того, чтобы он собрал все кусочки вместе. Он посмотрел на меня, а я посмотрела на него и в этот момент готова была бросить все.

Но он кивнул мне в сторону Лизы. Я повернулась к ней и увидела, что она протянула мне микрофон и ждет. Я схватила его, скачок адреналина прогнал все страхи. Тоска по Райану сменилась преданностью Лизе — по крайней мере, сейчас — и я поклялась не подвести ее.

Я перекинула микрофон из одной руки в другую, и секундой позже улыбка вернулась на мое лицо. Затем прошла к краю сцены, и мы начали наш отрепетированный десятиминутный бит. Зал смеялся, даже хохотал — Фил, кажется, смахнул слезу. Я была на седьмом небе от счастья, даже на восьмом, если бы оно существовало, или даже на девятнадцатом, если бы получилось такое найти.

Рик мигнул нам красной лампочкой, я мельком увидела улыбку на его лице. У нас вышло, мы были круты. Потом передала микрофон Лизе, и она свернула стендап нашей коронной, отработанной шуткой. Зал покатился со смеху.

Во время выступления я видела Ника — он улыбался, а его улыбка сулила большие деньги — видела кастинг директора, который, как я знаю, работал на съемках больших блокбастеров, видела всех, но не замечала, потому что искала его — Райана.

— Спасибо, ребята, — сказала Лиза. — Наслаждайтесь пиццей, заказывайте в пиццерии «Перетти». Хорошего всем вечера!

Лиза потащила меня за кулисы, прежде чем я успела убежать к Райану. Я пошла за ней, но только потому, что она была на грани и чуть не расплакалась. Она прыгала, обнимала меня, но я ничего не могла с этим сделать. Я была в шоке.

— Ты справилась! — кричала она. — У нас все получится, Энди, я знаю! Ты вообще видела зал?

Мне наконец удалось обнять ее в ответ, а она — как питон, кажется, хотела задушить меня. Я расслабилась и работала над дыханием, но это не помогало. Мой воздух закончился как раз в тот момент, когда штора в гримерку открылась, и зашел Райан, один, с пиццей в руках.

Лиза, кажется, услышала, что я начала хватать ртом воздух и, отстранившись, спросила, в порядке ли я.

Я кивнула и она, проследив за моим взглядом, увидела Райана.

— О, — мягко сказала она. — Отлично, я пойду, поговорю с Ником. Я оставлю вас вдвоем чтобы… ну…

Она крепко сжала мои пальцы, улыбнулась еще раз и убежала.

Мы с Райаном остались вдвоем, и в воздухе повисло напряжение. Я одинаково хотела, чтобы он был рядом, и чтобы ушел. Если у нас не получится, то, увидев его, я лишь сильнее буду страдать от боли.

— Я принес тебе кое-что, — Райан первым нарушил молчание и подмигнул мне. Затем поднял коробку с пиццей выше. — Я вдруг понял, что ты доставила мне столько еды, что хватит на всю жизнь и, кажется, пришло время вернуть тебе услугу.

— «Перетти»? — я посмотрела на коробку. — Не понимаю.

Он поставил коробку на стол:

— Мне нужно было поговорить с твоим отцом.

— Что? — мое сердце начало биться быстрее. — Зачем?

— Еще слишком рано звать тебя замуж, Энди, но нам со стольким нужно разобраться. Я просто хотел, чтобы он знал о моих намерениях.

Я моргнула, теребя кружево на майке:

— Прости, но я ничего не понимаю…

— Я хочу встречаться с тобой, Энди. — Райан сделал шаг вперед и взял мои пальцы в свои руки — такие большие, теплые, способные на невероятные вещи. — Но я не хочу встречаться с тобой один раз. Не хочу встречаться понарошку или заставлять тебя играть в дурацкие игры. Я зарабатываю игрой в хоккей и хочу, чтобы у нас с тобой все было по-настоящему.

— Но твой агент…

— Она больше не мой агент. Сегодня утром я ходил к ней в офис, чтобы расставить все точки над «и». Она все равно хотела подписать со мной контракт, но я отказался.

— Почему? Райан, так нельзя! Ты же мечтал об этом, ты всю жизнь работал ради этого шанса. Может быть, я слишком резко поступила сегодня утром, когда сбежала. Мы сможем со всем разобраться, мы придумаем…

— Я не хочу придумывать, я хочу быть с тобой — по-настоящему, чтобы весь мир видел. Я просто хочу сейчас, чтобы ты сказала «да». Пожалуйста, скажи, что даешь мне шанс все сделать правильно.

Я не решалась ответить:

— Но…

— Мы позже выясним детали. Я хочу, чтобы у тебя сложилась карьера, у меня тоже все будет. У нас может быть квартира в Лос-Анджелесе и дом в Миннесоте — что угодно. Я сделаю все, чтобы быть с тобой, Энди. Все.

— Ты отказался подписать контракт с одним из лучших хоккейных агентов… ради меня.

— У меня все еще остается то, что я люблю — хоккей, и я буду играть в него и развивать карьеру. Это все, что мне нужно. Все остальное — это бонусы, лишь вишенка на торте. — Его длинные ресницы коснулись щек, когда он наклонился ко мне. — Ты не вишенка на торте, Энди. Ты целый торт. Без торта не бывает вишенки. Ты мне нужна.

Я расхохоталась:

— Я — торт? Кажется, это самая романтичная вещь, которую я когда-либо слышала.

— Господи, Энди, я лишь пытаюсь…

— Стоп, Райан, — я подняла руку и нежно провела по его щеке. Он выглядел подавленно, как будто весь его мир рухнул. — Я хочу быть твоим тортом.

— Энди Перетти. — Райан обнял меня за талию и крепко прижал к себе. — Слава Богу, что ты доставила мне ту пиццу.

— И разбила машину.

— И притворялась моей девушкой.

— И сбежала от тебя.

— И самое главное… — он сделал паузу, его губы были так близко от моих, — хорошо, что ты прямо сейчас сказала «да», потому что я не могу жить без тебя.

— Райан, хватит болтать.

Он моргнул и понял, что я имею в виду. Его глаза потемнели, он провел языком по губам, и мы одновременно бросились навстречу друг другу. Наши губы встретились, его руки скользнули по моей спине, и он поднял меня. Я обхватила его ногами за талию.

Он покачнулся от неожиданности, и мы оба потеряли равновесие, упав на диван. Я проскользнула рукой ему под рубашку, а он грациозно расстегнул мои новые джинсы.

Он едва не разорвал мои кружевные трусики, когда притянула к себе на колени, и я тут же ощутила под собой каждый сантиметр его прекрасного члена, выпирающего из штанов.

Я была готова, нас отделяли лишь два слоя одежды.

— Я скучала по тебе, — сказала я, совершенно не обращая внимания на все, что вокруг. — Я скучала по твоим поцелуям.

— Детка, мы в общественном месте. Нужно будет подождать…

— Общественном месте? — я махнула рукой. — У двери вообще-то есть замок.

Райан встал, сделал два шага к двери и столкнулся лицом к лицу с Риком, который как раз вышел за кулисы.

— Энди, — сказал Рик, — это было просто супер… — черт!

Райан стоял, слегка обалдевший, со стояком, тычущим практически Рику в лицо. Кажется, у него даже была расстегнута верхняя пуговица на штанах, а я сидела на диване вся такая готовая, с розовыми щеками.

— Господи, Энди, только не делайте этого на чертовом диване! — заорал Рик и захлопнул дверь, все еще продолжая орать: — Найдите себе комнату — желательно свою!

Райан, к моему большому удивлению, защелкнул замок на двери, а когда повернулся ко мне, в его глазах плясали чертики:

— Так что там мне нужно узнать про этот диван?

Эпилог

Энди

Восемь лет спустя.

Снаружи шёл пушистый снег, покрывая мир белым одеялом. Рождественские огни мигали вокруг камина в нашей спальне, на заднем фоне тихо играли рождественские мелодии. В гостиной нашего уютного дома с тремя спальнями, который находился всего в паре домов от дома родителей Райана, стояла елка с кучей подарков.

Однако единственные подарки, которые мне были нужны, я видела через окно. Райан катался на коньках с двумя нашими сорванцами. Трое мальчишек. Я положила руку на живот, скоро должен был появится еще малыш, а может быть, на этот раз это будет девочка.

Сегодняшний день был особенным по миллиону причин, не последней в списке стояла наша шестилетняя годовщина. Такер родился ровно через девять месяцев после нашей свадьбы; его сложно назвать малышом, зачатым в медовый месяц, скорее малышом, зачатым в первую брачную ночь.

Анджело родился примерно через полтора года после Такера. Моя двоюродная сестра Анджела хотела, чтобы в ее честь мы назвали дочь, но так как малыш номер два оказался мальчиком, то она настояла, чтобы ему дали имяАнджело. И лишь только потому что он был настоящим святым, Райан согласился.

С тех пор мы отчаянно пытались зачать третьего ребенка. Не потому что мы мало занимались сексом, это уж точно. Райан до сих пор был таким же горячим, как и пицца, которую я когда-то давно доставила ему, у нас просто не получалось.

Я была счастлива, что у меня есть мои мальчики, двое малышей и один большой, но чувствовала, что у нас должно быть трое детей, чтобы трое маленьких Пирсов бегали вокруг. Сморгнув слезы, я посмотрела на тест с двумя полосками и поняла, что скоро наша семья будет полной чашей.

Райан еще не знал — я сама узнала буквально тридцать секунд назад. И собиралась сказать ему сегодня вечером, налью ему бокал вина, а себе виноградный сок.

Я проглотила комок наворачивающихся слез — беременные гормоны уже начинали бушевать. Уже пару недель, как у меня задержка, но я хотела сделать тест, прежде чем сказать Райану. Мы так долго надеялись, что это уже начинало бесить.

Я положила обе руки на живот, и радость наполнила мое сердце. Этот маленький мальчик или девочка был счастливчиком, как и я, потому что Райан — самый замечательный партнер, самый любящий муж и лучший отец для наших детей, о котором я могла лишь мечтать.

Мэрайя Кэри пела на заднем фоне, и я улыбнулась, глядя как Райан водит шайбу по льду на нашем заднем дворе. Такер и Анджело наполовину бежали, наполовину скользили на коньках за ним. Они, может, и маленькие, но уже побеждали своего папу на льду, а это говорило о многом. В этом году Райан привел свою команду — «Звезд Миннесоты» — к кубку «Стэнли». Я была там, и мальчики тоже, это было волшебно.

Я увидела, как Такер на полной скорости падает на лед. Райан пропустил шайбу и поспешил поднять нашего мальчика на ноги. Анджело, как настоящий боец, скользил за шайбой, не обращая внимания на падение брата, и забил гол. Он бросил клюшку в воздух, как настоящий хоккеист, и только потом решил проверить, в порядке ли брат.

Внезапно у меня зазвонил телефон, и я отвлеклась от игры, чтобы ответить звонок:

— Привет, пап. Как дела?

— Я видел шоу, у тебя здорово вышло.

— Спасибо, пап, это все Лиза. — Я улыбнулась. — Мы хорошо повеселились.

Папа смотрел все мои шоу. Мы с Лизой являлись резидентами «Камеди Централа», она тоже была замужем, за членом команды Райана.

Мы до сих пор выступали парой, но сейчас, можно сказать, находились в отпуске, потому что Лиза была на девятом месяце беременности. Они с мужем ждали первого малыша. Летом мы собирались вернуться на сцену. И да, мне очень повезло, ведь у меня была и семья, и любимая карьера.

— Я завтра прилетаю. Пожалуйста, не забудь встретить меня в аэропорту. Я, кстати, полил твои цветы. Твой кактус сдох, но я не виноват.

— Спасибо, пап. — Он присматривал за нашей квартирой, которая находится над папиной пиццерией в Малибу. — В этом году здесь будет белое Рождество. Маме бы понравилось.

— Она гордилась бы тобой, детка. Ах да, у меня будут подарки для Такера и Анджело, и заодно привезу подарки от твоей сестры, поэтому возьми с собой Райана, чтобы он помог мне с багажом.

— Ты их разбалуешь.

— Черты возьми, конечно! — с гордостью ответил папа. — Увидимся завтра.

— Люблю тебя, пап.

Я повесила трубку и снова посмотрела в окно — мальчишки опять стали гоняли шайбу по льду. Им еще предстояло научиться грациозности. А вот Райана нигде не было видно.

— Вот ты где, — его хрипловатый голос наполнил нашу желтую спальню, а белое одеяло зашуршало, когда он перекатился по нему, словно Джеймс Бонд. — Боже, ты такая красивая, особенно когда позади тебя за окном идет снег.

— Ты так говоришь, потому что я голая.

— Недостаточно голая. — Он посмотрел на меня, на мой плоский живот, еще не выдающий того, что там растет ребенок. — Но я могу это исправить.

Я выглянула в окно, мальчики не видели нас, потому что на окне висел тюль. На мне был лишь черный бюстгальтер и трусики, я только вышла из душа. Ни капли макияжа, ни капли парфюма, волосы были все еще влажными, а Райан смотрел на меня так, будто я вот-вот выйду на красную дорожку. Это лишь одна из многих причин, почему я любила его.

Мельком я посмотрела на использованный тест, который бросила в корзину. Райан знал, как много для меня значит третий ребенок, поэтому с удовольствием использовал каждую свободную минутку для секса. Я вовсе не собиралась отказываться от его внимания и торопиться с новостями.

— Не волнуйся за них. — Райан был уже без майки и носков, а верхняя одежда, по всей видимости, осталась где-то между входной дверью и спальней. — Я сказал им, что они получат по горячему шоколаду, если доиграют до ста.

— А какой сейчас счет?

— Пять. У нас куча времени.

Я резко втянула воздух, когда Райан дотронулся до моей спины. Мы были вместе уже больше шести лет, но я все еще не могла насытиться им. Каждый раз, когда он входил в комнату, раздевал меня и творил свою магию, мне казалось, что меня разорвет на части от всепоглощающего экстаза.

— Не знаю, как это работает, но я люблю тебя больше с каждым днем, — прошептал Райан. — С годовщиной тебя, детка.

Легким движением руки он расстегнул мой лифчик, после улицы его руки были слегка холодными. Лифчик упал, а Райан начал ласкать мою грудь, затем сжимать и массировать соски. От контакта моего тёплого тела и его холодных рук по коже пробежала дрожь.

Затем Райан скользнул ниже, и я заерзала от удовольствия. Внезапно он прервал ласки, притянул меня к себе и прижал к своему оголенному торсу. Его джинсы только мешали, член уже рвался наружу, и я прошептала, чтобы он скорее снял их.

— Одну секунду, милая, дай мне насладиться моментом.

Райан нежно погладил меня по животу, как будто уже знал о том, что там малыш, будто чувствовал его. И долго держал руку на том месте.

Еще немного, и его пальцы скользнули мне в трусики, и через секунду он оказался внутри меня. Сначала Райан двигался нежно, его пальцы были будто созданы именно для этого.

— Ты ждала меня, милая.

Я молчала, желая насладиться каждой секундой. Наше время наедине с двумя мальчишками практически равнялось нулю, а с третьим на подходе этих мгновений станет еще меньше.

— Райан, — произнесла я во время короткой паузы после страстного поцелуя.

Я думала о том, что, может, стоит сообщить ему новости прямо сейчас, но не могла, потому что, кажется, уже и забыла. Он ласкал меня так, что все мысли вылетели из головы.

Волосы Райана, как всегда, были растрепаны, я погладила их, в ответ на это его глаза загорелись, а это означало, что у него на уме лишь одно — то же самое, что и у меня.

Я обняла его, когда он понёс меня в кровать, но по пути передумал и отправился на одеяло к камину. В мгновение ока мое белье исчезло, и затем Райан стал быстро раздеваться.

Затем лёг сверху и посмотрел на меня глазами, полными всего — желания, любви, преданности — я была готова взорваться, но он нет. Райан нежно осыпал поцелуями мою грудь, живот и немного дольше задержался между моих бедер.

Я была готова умолять, когда он, наконец, вошёл в меня. Ощущения были неописуемыми, мы смотрели друг другу в глаза, пытаясь сохранить момент.

Затем Райан начал медленно двигаться, я схватила его за плечи, и он нежно поцеловал меня в губы, из-за чего по телу побежали мурашки. С каждым новым поцелуем он начал двигаться быстрее и быстрее. К тому времени, когда мы уже не могли целоваться, казалось, что мы двигаемся так быстро, что дрожит весь дом. Духи упали с туалетного столика, и я резко подняла бедра вверх, чтобы Райан еще дальше вошел в меня, чтобы еще глубже почувствовать его.

— Милый, — я вдруг вспомнила про новости для него. Понятия не имею, почему вдруг подумала об этом, но я уже начала говорить, а значит, нужно было идти до конца. — Мне нужно сказать тебе кое-что.

Райан остановился, на его лице отразилась боль:

— Я сделал тебе больно?

— Нет. — Я положила руки ему на плечи, улыбнулась и произнесла: — Я беременна.

В его глазах как будто зажглись фейерверки:

— Я знаю, детка. Узнал это в ту же секунду, как вошел в комнату.

Он нежно погладил меня по щеке, затем нежно и долго поцеловал. Напряжение снова нарастало, в животе немного жгло, и я начала двигаться интенсивнее. Он крепко поцеловал меня, и мы оба стремительно приближались к краю.

Я распалась на миллион осколков от наслаждения, когда мы одновременно кончили. Момент был чудесным, чудеснее, чем все, что я знала до этого. Райан опустился на меня, вес его тела был приятной тяжестью. Затем он скатился с меня и лег спиной к камину, крепко обнимая меня.

— С годовщиной тебя, Энди. Я люблю тебя.

Мы лежали и держались за руки, нам было уютно, тепло и казалось, что этот миг никогда не кончится. Жизнь в этот момент была прекрасна.

А затем…

— Мама! — закричал Такер, и хлопнула входная дверь. — У меня сто один гол. Можно мне уже горячий шоколад?

Райан быстро встал на ноги и помог мне подняться:

— Я все сделаю. Иди, прими ванну, расслабься и готовься к ужину мечты.

— Я могу приготовить индейку чили…

— Нет. — Он обнял меня. — Прими ванну, расслабься и ложись в кровать — голая. Сегодня наша годовщина, и я планирую испортить тебя окончательно.

Я направилась в ванну и наблюдала, как мой муж натягивает одежду.

— Рай, а что, если мы закажем пиццу? Ну, как в старые добрые времена?

Он улыбнулся и осмотрел меня с головы до ног:

— Только если на этот раз ты будешь в полотенце, девушка из службы доставки.

Переводчик: Анастасия Калинюк

Примечания

1

Телесериал «Пляж» на канале MTV, реалити-шоу о жизни восьми молодых людей на пляже Нью-Джерси.

2

10 градусов Цельсия.

3

Seven-Eleven — круглосуточный магазин мини-маркет.

4

Разновидность норвежского хлеба.

5

Вид зефира, традиционное лакомство, которое готовят и едят у костра.

6

Коктейль с шампанским и апельсиновым соком.

Content

Лили Кэйт
Девушка из службы доставки

Глава 1 Энди

Глава 2 Энди

Глава 3 Райан

Глава 4 Энди

Глава 5 Энди

Глава 6 Энди

Глава 7 Энди

Глава 8 Райан

Глава 9 Энди

Глава 10 Энди

Глава 11 Райан

Глава 12 Энди

Глава 13 Райан

Глава 14 Энди

Глава 15 Энди

Глава 16 Энди

Глава 17 Райан

Глава 18 Энди

Глава 19 Энди

Глава 20 Райан

Глава 21 Энди

Глава 22 Энди

Глава 23 Энди

Глава 24 Райан

Глава 25 Энди

Глава 26 Энди

Глава 27 Райан

Глава 28 Энди

Глава 29 Райан

Глава 30 Энди

Глава 31 Энди

Глава 32 Энди

Глава 33 Энди

Глава 34 Энди

Глава 35 Райан

Глава 36 Энди

Глава 37 Райан

Глава 38 Энди

Глава 39 Энди

Глава 40 Энди

Глава 41 Райан

Глава 42 Энди

Глава 43 Райан

Глава 44 Энди

Глава 45 Энди

Глава 46 Райан

Глава 47 Райан

Глава 48 Энди

Эпилог Энди

Примечания