Наёмник «S» ранга. Том 4

Глава 1

Пришлось опять лететь в столицу. За последние несколько дней перелёты мне уже осточертели, но выбирать не приходится.

Андерсон выделил частный самолёт, на обшивке которого красовался герб императорского рода. Две бортпроводницы весь полёт пытались услужить мне, поднося напитки и закуски.

В Сан-Диего я прилетел под утро. На улице стояла осенняя погода. Мелкий дождь, ветер и тучи, закрывшие облака, скрыв город от солнца.

У меня было время подумать, представив весь разговор с Андерсоном и варианты действий. Если наша беседа с советником не будет плодотворной, а доказательства окажутся правдоподобны, то я лично поеду в Орлеонтан. Не один, нет… С Марвином и близнецами. Были мысли взять с собой Артурию, но я быстро откинул их. Она не разделит мои методы. Её мания справедливости и желания спасения могут обернуться провалом миссии. Слишком она добрая, моя карманная героиня-вампирша. Добрая… В отличие от меня.

Ярость и злоба никуда не ушли и теплились во мне, как пожар. Я сдерживал их, подавлял рвущуюся наружу вампирскую жажду убийств, но давалось непросто. Хотелось действовать, рваться вперёд и сметать всё на своём пути. Время сейчас играло против меня. Сколько продержатся Юнона и Куперы? Сколько у меня времени, перед тем, как они умрут или обратятся в оборотней? Именно эта неизвестность раздражала, подливая масло в огонь моей решимости и ненависти к тем, кто натравил псов.

Я убью виновных. Таково моё слово и моя воля. Каждого, кто повинен в произошедшем. Всех, кто хоть как-то причастен. И если произойдёт непоправимое, и Юна умрёт… То моё бессмертие покажется ублюдкам настоящим проклятьем. Никто из них не спасётся. Никто не уйдёт от Беррады.

Методы… Если во всём, и правда, виноват император Орлеонтана, то он горько пожалеет. Его империя исчезнет с лица земли, став некрополем и пепелищем.

Крепко сжав челюсть от рвущихся в голову мыслей кровавой расправы, взглянул в окно авто, который вёз меня к Андерсону. Водитель ждал возле приземлившегося самолёта, а потому времени мы не теряли.

Улицы столицы проносились перед глазами, неспящий народ брёл по тротуарам, автомобили рассекали по дорогам. Капли дождя падали на землю и стекали по стеклу окна.

Ход седана начал замедляться, и мы остановились у ворот огромного трёхэтажного поместья. Кирпичная кладка, классический аркадийский стиль, кованые стальные ворота и стены высотой трёх метров, за которыми виднелись кроны лысеющих деревьев.

Стоявшие на страже охранники подошли к водителю, проверили документы, после чего досмотрели машину и открыли ворота, пропустив нас внутрь.

— Мы на месте, мистер Купер, — бросил на меня взгляд водитель, остановив седан у особняка.

Не отвечая, я вышел наружу и, поправив тёмный деловой костюм-тройку, двинулся к дверям из красного дерева. На полпути из главного входа вышел усатый пожилой дворецкий во фраке и, бросив дежурную фразу приветствия, с поклоном попросил следовать за ним.

Странно, что Андерсон хочет встретиться именно здесь, а не в главном здании имперской канцелярии. Я думал, именно туда меня повезут, но ошибся. Впрочем, всё равно.

Внутреннее убранство особняка было из разряда «Дорого-Богато». Огромные картины в золотых рамах на стенах, пышные ковры, устилающие пол, благоухающие цветы в вазах, от которых хотелось чихать. Слуг здесь было уйма. За время, пока я шёл за дворецким, насчитал больше десяти. Каждый из них кланялся и уступал нам дорогу, отходя в сторону.

Привели меня в гостиную с горевшим камином, кожаными диванами и большим круглым столом из орехового дерева. Возле стен находились шкафы с книгами и рыцарские доспехи, а позади опять картины. Шёлковые шторы закрывали широкие окна, за ними шёл усиливающийся дождь.

— Господин желает напитки или перекус? — сухо осведомился дворецкий.

— Виски с колой, без колы, — бросил я, присаживаясь на диван.

Старик на секунду завис, но быстро смекнул и с поклоном удалился, оставив меня одного. Ожидаемо, что Андерсон заставит меня ждать. Наши отношения слишком уж натянуты, чтобы играть в друзей после всего.

Меньше чем через пять минут в моей руке находился стакан с тяжёлым дном, в котором плавали два куска льда и виски. Судя по запаху и вкусу, достойный, а не помои.

Осматривая гостиную и крутя головой, услышал, как со стороны коридора начали приближаться шаги. Обоняние сразу же уловило запах Андерсона. Вскоре он и явился собственной персоной. Под глазами мешки с синевой. Явно не спал после произошедшего.

— Ещё раз здравствуй, Райан, — без особых эмоций произнёс он и присел на диван напротив. Сейчас на нём не было тёмного плаща и формы работника имперской канцелярии. Простая белая рубаха, штаны и туфли. — Как прошёл полёт?

— К делу, Андерсон, — одним глотком опустошил я стакан и поставил его на небольшой чайный столик. — Не будем терять время на пустые разговоры.

Советник понимающе кивнул и вынул из кармана серебристое прямоугольное устройство. Положив его на столешницу, ткнул кнопку, и перед нами раскрылся голографический дисплей.

— Раз к делу, то к делу, — сухо начал он и заводил по голограмме пальцами, как ткач, открывая окна с данными. — Три года назад наша разведка в Орлеонтане доложила о прорыве их учёных. Как ты заметил по прошедшим событиям, мир стремится не только к технологическому развитию, но и генной инженерии. Проект «Homo Renatus» должен был стать нашим ответом…

Перед моими глазами появились фотографии операционной, учёных в белых халатах и оборотня, прикованного к металлическому столу.

—… Именно учёные Орлеонтана создали исходный код патогена, который нашим агентам удалось выкрасть. С него и начался проект, частью которого ты, Райан, являлся.

— Но вы пошли по иному пути, — добавил я.

— Верно, — кивнул он, бросив на меня взгляд. — У нас не получилось воссоздать результат врага, и мы решили развить проект иначе.

Фотографии сменились, и я увидел седого старика в круглых очках. На его плечах висел заляпанный халат, а лицо пересекал уродливый шрам.

— Его имя — Себастьян Шоу, — проговорил Андерсон. — Именно он создал исходный код и стал новатором своего времени, начав эпоху генной инженерии. Он наша второстепенная цель.

— Ближе к делу, — холодно посмотрел я на советника. — Мне нужны доказательства того, что за этим, и правда, стоит Орлеонтан.

Андерсон не стал юлить и выкладывал всё по существу. Фотографии сменялись сводками данных, различными видео и документами, подтверждающими, что за созданием тварей, действительно, стоит Орлеонтан. Как советник объяснил, в преддверии войны врагу было выгодно обезглавить военную машину империи. Тихомиров слишком ценен. Как стратег и как полководец. Агенты Андерсона только за последние месяцы предотвратили более десятка покушений. Не только от людей Орлеонтана, что проникали через границу в столицу, но и от местных. Два рода ушло в забвенье. Получив доказательства их причастности, император отдал приказ и всех вырезали под корень. Без шанса помилования. Обычно в подобных расправах щадили женщин и детей младше восемнадцати, но не в этот раз.

Самого Тихомирова накрыли, что называется, колпаком. Жизнь старика неустанно находилась в пределе видимости. Но своеволие и характер моего деда сыграли дурную шутку. Получив добро от императора, он сразу же сорвался в Бронс, не дав Андерсону всё подготовить. Как сказал советник, наше знакомство должно было состоятся на Зимнем Балу во дворце, но никак не раньше. Видимо, под каким-то предлогом меня хотели пригласить на данное мероприятие.

Теоретически, при таком раскладе, старик косвенно виноват в произошедшем. Но хоть моё нутро сейчас и кипело от ненависти, я понимал, что это притянуто за уши. Единственное за что его можно подтянуть, это за недальновидность в своём приезде. Неужели такой человек, как он, не подумал об этом? Эмоции застелили взор? Впрочем, а так ли я уверен в своих суждениях? Может, охрана была, но её вырезали, как овец. Помнится, на территории особняка было просто дохренище трупов, а значит, я думаю в верном направлении. Оборотней было слишком много, а их нападение — неожиданным.

Ладно, в любом случае, нам ещё предстоит разговор со стариком. Там всё и узнаю, как есть.

Я также лишний раз убедился, что Андерсон действительно не просто так протирает задницу на стуле советника. Во время звонка в госпитале, он сказал, что виновников в проникновении тварей ищут. И за время моего перелёта, он их нашёл. Сейчас, пока мы сидели и обсуждали, отряды Арканумов — коллег Пудинга вместе с агентами Молота Императора вырезали причастных. Ими оказались приграничные князьки, решившие усидеть на двух стульях.

Когда я услышал фамилии виновных, хотелось сорваться и утопить в крови каждого из них. Тяжёло было подавить этот порыв. Ох, как тяжело. Но я понимал, что сейчас нужно бить не по подчинённым, а руководителю. Обезглавить главного. Вырвать его сердце. Осушить его сраный труп!

— Райан, успокойся, — насторожено смотрел на меня советник, крепко сжимая челюсть.

Подавив вырвавшуюся наружу вампирскую ярость и частички кроваво-красного тумана, я выдохнул и кивнул.

Андерсон продолжил показывать доказательства и подкреплять их словами. И я чувствовал. Всем своим нутром ощущал, что в этот раз советник не врал. Всё указывало именно на то, что акция была произведена врагом Аркадии. Мой род… Они просто попали под раздачу. Эмоции и чувства старика, невидевшего внука с рождения. Ситуация с охраной и упущенным временем. Сильный противник в виде оборотней, которых никто не ожидал увидеть в империи. Всё совпало по дерьмовому сценарию и привело к имеющейся действительности.

— Теперь, когда я вижу, что ты всё понял, — кивнул советник и продолжил: — По добытым данным: слюна подопытных проекта «Romulus» вызывает промежуточное состояние у укушенного. Своеобразная кома. Сначала у человека начинает расти температура тела, которую невозможно сбить никакими препаратами, и его лихорадит. Следом наступает либо отмирание клеток, либо их изменение. Вирус, содержащийся в слюне, меняет геном укушенного. Из десяти тех, кто по нашим данным был укушен, выжило только двое. Они обратились.

— Они были неразумны? — задумчиво спросил я, на что Андерсон приподнял бровь.

— Да.

Я вздохнул. Дерьмо. Настоящее дерьмо. В Брилии, помимо героев, охотников и прочего людского сброда, нашими кровными врагами были оборотни. Вервольфы, волколаки, ликантропы. Мы называли их либо просто оборотнями, что им очень не нравилось. Либо Ликанами.

Проблема в том, что в Брилии, не все из псов были неразумны. Аналогию с вампиром сложно провести, но если у нас были ковены, то у них — стаи, возглавляемые альфой. Чистокровный Ликан, являющийся своеобразным прародителем стаи. Ещё большее наше различие в том, что мы могли делать себе подобных не только через кровь, но и через рождение. У Ликанов дела обстояли иначе. Только потомство от Чистокровного рождало разумного волка. Те же, кто был укушен, либо умирали, либо превращались в безумную тварь, подчиняющуюся вожаку. Обычное пушечное мясо, которое выступало ударной силой правящей стаи.

Говоря о проблеме и лекарстве, я знал, как можно было бы исцелить Юнону и остальных. Нужна кровь Чистокровного, очищенная Чистым Светом и пропущенная через вытяжку из трав Белогора, Кровавика, Северного Мха и Синей Розы. Получаемый отвар избавлял смертного от заражения и последующего обращения. Здесь же, оборотни выведены из пробирки.

Андерсон провёл манипуляции с дисплеем, и я увидел помещение лаборатории. Какое-то хранилище с разнообразными блоками, стеклянными шкафами и холодильниками. Приблизив кадр, он махнул рукой, и расширение увеличилось.

— Теперь поговорим о том, что для тебя важно.

О, как загнул. То, что для меня сейчас важно. Ну ты и змея, Андерсон.

— Как нам известно, Шоу создал антидот, но найти и добыть его — не удалось. Если он и существует, то должен находиться в этом помещении.

— Но вы в этом не уверены.

— Скажем так, — задумался он. — Мы не проверили правдивость информации. Агентов раскрыли.

Ну ещё бы. Разумеется, никогда не бывает так просто…

Выходит, что антидот есть, но где он и как выглядит — неизвестно. Только сам факт, и то не доказанный, что он, вообще, существует. Но по сути логики, лекарство должно быть. Как гарантия безопасности.

Вот только… Меня интересовало ещё кое-что. Так сказать, запасной вариант, который необходимо уточнить.

— Пациент ноль. Тот, с кого всё началось, вы нашли его?

Андерсон ответил не сразу. Сначала внимательно посмотрел в мои глаза, будто пытаясь прочитать в них что-то. Уверен, он сейчас внутренне скривился от того, что не может залезть ко мне в голову.

— Нет, не нашли, — произнёс он спустя несколько секунд и показал новый кадр. Стальную охраняемую дверь. — Вот здесь, по докладам агентов, самая охраняемая зона.

Вновь манипуляция, и кадр сменился записью хриплого голоса, шепчущего в микрофон и прерывающегося.

— Пятая запись… Нижний уровень лаборатории… Усиленная охрана объекта… Дальнейшее проникновение невозможно…

Мужской голос продолжал говорить обрывками фраз, но в какой-то момент прервался, а в динамике устройства прозвучал заглушённый звериный рёв. Мощный. Пробирающий до самых кишок.

Стоило только услышать его, как мои инстинкты взвились до предела, а вампирское нутро закипело, готовясь к бою.

Это оно… Это рёв Альфы. Выходит, пациент ноль есть, а раз так… То мне понадобится не только антидот, но и страховка, как альтернативный возможный вариант.

Но сработает ли? Что, если кровь этого Альфы окажется бесполезной? Да даже, если она подойдёт, то где мне взять травы? Аналоги? Помнится, ещё при попадании в этот мир, когда искал информацию в удивительном для себя интернете, то наткнулся на блог одного флориста. Там была фотография Кровавика…

— Есть фломастеры и лист бумаги? — не стал я медлить и задал вопрос, который выбил Андерсона из колеи.

Он удивился, судя по его взгляду и вздёрнутой брови, но быстро отдал приказ, и мне принесли нужное, не задавая вопросов. Не теряя времени, начал рисовать по памяти нужные растения. Советник молча наблюдал за мной, и я готов поклясться, что сейчас он думал: что этот пацан творит? Цветочки какие-то рисует. У него что, крыша поехала?

— Вот эти растения, — развернул к нему лист, как только всё было готово. — Знакомы тебе?

Советник нагнулся к столу и внимательно всмотрелся в рисунок, после чего подозвал к себе дворецкого и отдал приказ привезти какого-то Михаила Романовича. Через минут десять в гостиную вошёл сухонький старик в длинной серой рясе, которого спокойно можно признать за библиотекаря.

— Чем могу служить, господин? — ломаным голосом спросил он, с трудом поклонившись Андерсону.

— Михаил Романович, — уважительно обратился к нему советник и показал рисунок. — Вам знакомы данные растения?

Старик поправил большие круглые очки, прокряхтел и, поглаживая седую бороду, всмотрелся в рисунок.

— Да, господин, — дал он ответ, а я затаил дыхание. — Вот эти, — показал старик пальцем на Кровавик и Северный Мох. — Лизария Кровавая и Горный Мох. Первая растёт исключительно в южной части империи, а второй в северных горах. Редкие цветы… С остальными, всё сложнее, — он задумчиво пожевал губы. — Голубая роза считается символом одного из кланов империи Шидар и прорастает только там. А вот с последним… Люпус Адвентум. Этот цветок хоть и добавлен в книги, фигурируя в них, но достать его, практически, невозможно.

— Почему? — посмотрел я в глаза старику, стараясь не сорваться на рык. — Они исчезли?

— Нет… — запнулся тот, не понимая, как ко мне обращаться. — Уважаемый гость. Люпус Адвентум цветет в самом сердце королевства Розария.

— Южные Берега, — проговорил Андерсон и взглянул на меня. — Райан, Михаил Романович прав, этот цветок достать невозможно. Розария является одним из сильнейших королевств на Южных Берегах, которое слишком категорично к контрабанде. Даже, если император лично обратится к королю Ганахэду, — он криво хмыкнул. — То ничего не добьётся. Слишком много между нами крови.

Плевать мне и на местного королька, и на невозможность. Цветок существует, а значит его можно добыть. Неважно, какой ценой. Проблема лишь в том, что нужно всё успеть. С первыми двумя компонентами сложности не возникнет, раз они находятся в Аркадии. С третьим, я так понимаю, тоже.

Отправить на Южные Берега Пудинга? Как вариант. Он сейчас находился в гостинице и ожидал моего приказа, раз план сорвался. Но справится ли он? А если нет?

Сука… Как же всё сложно! Убить императора Орлеонтана, завалить Шоу, помочь Марвину убить Вальца, тусующегося в той империи, достать антидот и кровь Альфы, которая не факт, что подойдёт. Так ещё и цветы нужно добыть. Как всё это успеть⁈

Вдох-выдох. Спокойно, Беррада, не распаляйся. Значит, сначала Орлеонтан, а затем попытка излечения с помощью антидота. Если он не сработает, то план «Б». Кровь в любом случае нужно будет взять, а значит замочить Альфу.

— Ты что-то задумал, Райан? — спросил Андерсон, увидев, как я кивнул самому себе.

— Да, — посмотрел ему в глаза. — Ты хочешь голову императора Орлеонтана? Я принесу её тебе, Андерсон. Но у меня есть условия.

— Разумеется, — он кивнул, взгляд приобрёл стальной блеск, а рот растянулся в оскале. — Я слушаю тебя.

— Советую взять ручку и лист бумаги, — повторил я его оскал, показав вампирские клыки. — Список будет немаленьким.

Глава 2

Держа руки в карманах брюк, я стоял возле машины и ждал, пока прилетевший самолёт замедлит ход. Ветер, гуляя в волосах, развивал воротник расстёгнутого пальто. Под ботинками лужицы, ещё не высохшие после дождя. Да и сама погода в столице не особо менялась. Всё те же тучи, в глубине которых бил гром.

Самолёт остановился, и бортпроводницы открыли дверь, спуская трап. Выглянувшая девушка в синей форме стюардессы с чепчиком, увидела меня и кивнула в приветствии, после чего отошла в сторону.

Из проёма сначала показалась одна лысая голова, а затем и вторая, в точности похожая на первую. Ронни и Реджи, одетые в красный и зелёный спортивные костюмы, спустились с трапа, а вслед за ними вылез и седой старик. Военная форма цвета хаки, улыбка до ушей, большой баул за спиной.

— Жди здесь, — коротко отдал я приказ водителю и двинулся к ребятам.

Увидев меня, Марвин сразу же прибавил шаг и махнул рукой близнецам, попутно крикнув:

— Что встали, остолопы? Шагом марш за командиром!

Близнецы послушно пристроились позади старика, как два охранника-мордоворота. От их потерянного взгляда за прошедшие дни не осталось и следа. Он изменился на заинтересованный, о чём говорило то, как они оборачивались к самолёту.

— Привет, старик, — улыбнулся я и пожал руку Марвина. — Надеюсь, полёт прошёл хорошо?

— И тебе не хворать, Призрак, — внимательно глянул он на моё лицо. — Или лучше обращаться к тебе Райан Купер?

— Да как хочешь, — махнул я рукой и взглянул на парней. — Привет, ребят.

— Босс, — кивнули они синхронно и задали вопрос, от которого я хмыкнул: — Кого нужно убить?

Марвин на это только засопел, закинул сумку на плечо и произнёс:

— Вот! Слышал, да⁈ Я им неделями вталкивал науки, законы и прочую лабуду, они всё это впитывали, как губки! Но стоило сказать, что мы едем к Призраку, то сразу же оживились и начали задавать этот вопрос! Весь полёт, чтоб его!

— Законы интересны, — пожал плечами Ронни.

— Но убивать интереснее, — вторил Реджи.

Кстати, Марвин очень хорошо поработал над их языком и речью. Неужели в старике скрыт талант риторика и логопеда? Парни произносили слова и строили предложения без проблем, а не как раньше. Либо они реально уникумы и всё впитывали с бешеной скоростью.

Но стоит признать, мне импонировал их настрой. Убивать. Да, именно этим мы и будем заниматься в Орлеонтане. Прольётся слишком много крови, и мне не нужны те, кто в последний момент готов спасовать.

Андерсон, кстати, предвидел моё условие касательно этой троицы. Самолёт, на котором они прилетели, был отправлен заранее. Не заикнись я об этом, и он бы просто развернулся, а так время сэкономил. Неужели я настолько читаем, что советник просчитал подобный ход? Справедливости ради, угадал он только с Марвином и близнецами. В остальном же, я оставил у Андерсона неизгладимое впечатление. Список моих требований был обширен, нагл, бескомпромиссен и ужасающ для обычного аристократа. И речь сейчас не о круглой сумме с восемью нулями, а о другом.

Полный картбланш на операцию. Они с императором хотели, чтобы я стал клинком и убил Орлеонтанского ублюдка? Без проблем, но сделаем мы по-моему. Как я сказал Марвину по видео разговору, когда они садились в самолёт: старик, нам выдали лучшие пушки.

А, и да, Марвина и близнецов амнистировали. Это было одним из условий, которое, кстати, Андерсон тоже предвидел. Полное помилование и чистый лист. Старик теперь мог не скрываться дома и жить, как человек, а не крыса. Помню его вытянутое в полном удивлении лицо, когда сообщил ему об этом. Ух, как он заорал тогда на близнецов, чтобы те быстрее паковали вещи.

Уже сидя в машине, в которой близнецы разглядывали и залазили в каждый угол, изучая и мучая водителя вопросами, старик не удержался и сказал:

— Пацан, я не верю в добрые намерения и прочую лабуду для святош, — он подался вперёд. — Какова цена? Для парней понятно, тебе нужна их сила, и ты дашь им новый дом, где они смогут пригодиться. Но, а что касательно меня?

— Ты хочешь знать, почему я заморочился для твоей амнистии и зачем ты нужен?

— Да, — серьезно кивнул он. — Вариантов на уме немного, но те, что есть, звучат безумно.

— Всё просто Марвин, — оскалился я, показывая клыки, что более не скрывал. Дед слегка сбледнул, но не подал страху. — Мне нужен твой талант. Как ты когда-то мне сказал? Хм… Взрыв — это творческое мастерство! Так вроде бы? Так вот, мне нужно, чтобы ты кое-что взорвал.

— А поподробнее? — заёрзал он, обозначив улыбку. Уж что-что, а взрывать Марвин любил.

— Да мелочь, — пожал я плечами. — Нужно взорвать Орлеонтан.

Секунда осознания, и глаза Марвина начали расширяться, грозясь выпасть из орбит. Его нижняя губа задрожала, морщины на лбу собрались в гармонь. А я продолжил добивать его:

— Я понимаю, что взорвать весь континент будет… Кхм… Проблематично… Да и я не тот, что прежде… — тихо прошептал я.

— Это ты верно подметил, — кивнул он ошарашенно.

—… Но мне хватит и некоторых зданий столицы, Марвин.

Старик откинулся на спинку сиденья, неотрывно смотря на меня. Готов поспорить, что сейчас в его котелке варится поставленная задача и то, как бредово она звучит. Говоря начистоту, я хочу, чтобы Марвин помог мне стереть с лица земли стратегически важные здания столицы.

Меня можно было бы назвать безумцем и чудовищем, готовым пожертвовать миллионами, чтобы свершить месть и добиться результата. Ведь неизвестно, как много пострадавших будет в итоге. И да, я соглашусь с ними. Я — Чудовище. Но даже монстр в роде меня готов дать шанс. Когда начнётся пик операции и столица окажется в огне, Андерсон обещал мне, что осуществит операцию с эвакуацией людей. Как он это сделает меня мало волнует. Не успеет — его проблема. Когда оборотни пришли на порог в мой дом, они не церемонились с виновными и невиновными. Когда войска Орлеонтана начали стягиваться к границам, они не задумывались о том, что может быть ответ.

— И ты говоришь, что тебе выдали зелёный свет на всё, что понадобится? — провёл он рукой по лысине.

— Да, — кивнул я. — Любые доступные военные разработки. Взрывчатка, пушки, амуниция, технологии. Всё, что душа пожелает.

Марвин закусил губу, усердно раздумывая и отбивая пальцами нервный ритм по колену.

— Я составлю список. Раз ты хочешь, чтобы полыхнуло знатно, то и взрывчатка нужна особенная. Как я понимаю, мы идём налегке? Небольшая группа?

— Ага, учитывай это.

— Тогда нужно то, что можно собрать на коленке, — забормотал он и спросил: — Цель задания же не просто повзрывать?

— Конечно нет, — хмыкнул я. — Наша цель в том, чтобы заглянуть в гости к одному коронованному ублюдку.

И вот здесь Марвин был добит боеголовкой в темечко. У него перехватило дыхание, а улыбка растянулась до ушей.

— Как же долго я ждал этого! — воинственно прорычал он, на что близнецы недоуменно взглянули на него. — Наконец-то, мать его! О-о-о, да!

Мне на это оставалось лишь улыбаться и сдерживать теплюющуюся ярость. Да, время играло против меня, и вскоре с Юной и Куперами произойдёт непоправимое. Но я не мог действовать быстрее… По крайней мере… Главное, что первые шаги сделаны. А дальше война план покажет.

Во всяком случае, нас теперь четверо. Первородный вампир, близнецы-зэки с аномальной силой телекинеза, и полубезумный старик, готовый взорвать всё, что я захочу. Идеальная команда, которая ещё дополнится…И да, именно за этим мы сейчас и ехали на военную базу за городом, куда должны были доставить остальных членов группы ликвидации.

* * *

Мы зашли в небольшое помещение с серыми стенами. Протяжённый металлический стол и череда железных стульев. В углу стоял кулер с наполненной канистрой воды, сверху гудела вытяжка. Напротив стола висела интерактивная доска и крепёж с двумя пультами. Один от сплит-системы, а второй от проектора, висевшего над потолком у люминесцентной лампы.

В данном зале переговорной уже находилась высокая женщина в военной форме. На груди имперский герб, в руках стопка листов и отдельная папка с документацией. Увидев нашу компашку, она поднялась и, коротко кивнув, произнесла:

— Добрый день, господа. Прошу занять места за столом.

Сказано — сделано. Наша компания рассредоточилась за столом. Близнецы заинтересованно рассматривали женщину и на их лицах читались вопросы, которые те хотели задать, но Марвин одёргивал их.

Чай нам не предложили, как и плюшки, а потому довольствовались только водой из кулера, находясь в ожидании. Андерсон сказал, что остальные члены группы ликвидации должны вот-вот прибыть.

Дверь помещения открылась, и первого из вошедших, кого я увидел, был знакомый мне командир группы злодеев «Нулевой Азимут». Чёрная Маска собственной персоной в своём неизменном белоснежном костюме. Его появление удивило меня, но не то, чтобы уж сильно. Что-то подобное я и предполагал. Ведь, кого ещё отправлять в самоубийственную миссию? Конечно же тех, кого не жалко.

— Не знал, что с нами пойдёт ребёнок, — отчётливо хмыкнул он, посмотрев на меня. — Ты не ошибся с помещением, парень?

После его слов, близнецы нахмурились и начали медленно подниматься со своих стульев. Марвин покачал головой, а я улыбнулся и махнул парням:

— Не нужно. Этот увалень не хотел меня оскорбить.

— Хо-о-о… — протянул бандит и указал кивком на близнецов. — Твоя группа поддержки, шкет?

Моя улыбка стала шире, женщина в форме отчётливо занервничала, понимая, что ситуация выходит из-под контроля. Её наверняка заверили, что всё будет хорошо и нужно всего лишь провести инструктаж.

Клинок Света появился в моей руке мгновенно и буквально через миг я уже стоял напротив Чёрной Маски, держа лезвие у его горла.

— Твою же ж… — сипло выдавил он, напрягшись. — Как интересно.

— Забавно, что мы видимся впервые, когда я не надел маску.

— Призрак? — сделал он шаг назад. — Да ладно? Тебе сколько, лет двадцать⁈

Я отвёл клинок от его шеи и развеял его, хмыкнув.

— Почти угадал. Вижу и тебя загребли. Опять кого-то ограбил и нарвался?

— Нет, — пожал он плечами. — Предложили солидный куш, от которого грех отказываться.

Серьезно? Чисто ради денег? Как-то дешево Андерсон купил его. Хотя… Я же не знаю цену. Может там тоже восемь нулей? Но должен признать, что Чёрная Маска хоть и полный ублюдок, с которым нужно быть осторожным, он мог пригодится. Этот мудак очень хороший Малефик, а о его духе-защитнике целые байки ходят.

Видя, что ситуация улеглась, женщина выдохнула. Чёрная Маска занял своё место за столом и на этот раз в тишине начал просто осматриваться.

Не успел я вернуться на место, как вдруг замер и принюхался. Моё обоняние уловило до боли знакомый запах, владелица которого здесь уж точно не должна была оказаться.

— Да ты издеваешься, Андерсон? — прошептал я, и дверь открылась.

Облачённая в серебряные доспехи с мечом и щитом, Артурия вошла внутрь. На лице непроницаемая маска спокойствия, светлые волосы убраны в хвост и перевязаны красной лентой в цвет её глаз. Быстро пробежавшись по нашим лицам, героиня остановила свой взгляд на мне, победно улыбнувшись.

— Ты что здесь делаешь⁈ — прошипел я, подойдя к ней.

— Оп-па, — присвистнул Чёрная Маска. — Неполадки в раю.

— Пасть закрой! — в гневе зыркнул на него и выпустил вампирскую ауру, отчего мужик крякнул.

— Да я чё, — поднял он руки. — Я ничего.

Артурия спокойно положила руку на моё плечо и, не обращая внимание на зрителей, прошептала на ухо:

— Я ощущаю твою ярость, Райан. Чувствую её, будто она принадлежит мне. Ты правильно понял, это я попросила, чтобы меня определили в этот отряд.

— Зачем⁈ — сжал я кулаки. Меня бесила эта ситуация. Артурия была лишней в моём плане.

— Чтобы быть той, кто попытается тебя остановить, если ты решишь перейти грань.

— И ты уверена, что сможешь это сделать? — холодно осведомился я. — Ты чувствуешь мою ярость, Арутрия. И, действительно, думаешь, что у тебя что-то получится?

Не обращая внимание на людей и чувствуя их заинтересованные взгляды, я схватил героиню за горло, оторвав её от земли. Артурия в шоке и недоумении выпучила глаза и схватилась за мои руки латными перчатками, пытаясь сделать вдох.

— Нихера себе… — прошептал Чёрная Маска.

Злоба и ненависть, что теплились во мне, мгновенно вспыхнули. Мало мне было Черновых и проблем с ними, которые на себя взял Андерсон. Да, я дал добро советнику самому урегулировать конфликт и щёлкнуть по носу этих упырей. Хотя сам советник заверил меня, что его участие будет минимальным. О Черновых уже узнал мой дед, а значит им амба. Но мало мне было их, так теперь ещё и Орлеонтан поднасрал. Юнона и моя семья находятся на грани смерти, и спасти их могу только я. И сейчас, эта героиня, затычка в заднице и борец справедливости, смеет мне говорить о грани⁈ Я уже перешёл её, Артурия! Перешёл тогда, когда попробовал человеческую кровь в этом мире и оторвал Архангелу башку!

— Р-райан… — просипела она, в страхе смотря в мои пылающие кровавым светом глаза.

— Хватит, парень, — похлопал меня по плечу подошедший Марвин.

Я шумно выдохнул и разжал хватку. Артурия упала на колени передо мной и, держась за горло, начала кашлять, пытаясь отдышаться.

— Ну у тебя и рожа, Призрак! — заржал Чёрная Маска, а я только сейчас понял, что моё лицо изменилось, приняв суть вампира. — Даже лестно, что я не самый первый урод на деревне!

Скривившись на слова этого мудака, вернул себе прежнюю внешность и молча помог Артурии встать, подав руку. Она секунду колебалась, но приняла мой жест.

— Просто будь рядом, — сухо сказал я, смотря в её глаза.

— Буду, — кивнула она и криво улыбнулась, потирая горло.

Вспылил, признаю. В былые времени Брилии, я бы просто удавил её. Теперь же, пощадил. Тц-ц… Всё же людского во мне ещё много.

— А вот и последний, — сказала женщина, для которой всё происходящее было полным сюром.

Обернувшись и уже готовясь к чему-то из ряда вон выходящего, судя по первым двум напарникам, я на короткий миг захотел найти Андерсона и придушить его. Полный картбланш, да? Любые пушки и условия, да? Только вот помню я, как он улыбался, оставив за собой выбор тех, кто отправится со мной.

И уж кого я только не ожидал, так это любителя ботинок из крокодиловой кожи и красного ирокеза, идущего по коридору с хмурой миной.

— Вот это я понимаю, команда мечты! — засмеялся Чёрная Маска. — Псих, старик, два брата-акробата, героиня, красавчик, а теперь ещё и дуболом! И да, Призрак, — хмыкнул он. — Псих тут отнюдь не я, смекаешь?

Глава 3

— Почему именно они, Дерек?

Император отложил документ на стол и свёл руки в замок, посмотрев на сидящего напротив советника.

— Их кандидатуры в группу ликвидации были одобрены не только мной, Ваше Величество, но и идеально проработаны аналитиками, — начал отвечать Андерсон, будто по бумажке. — Чёрная Маска, он же Гектор Онкур: главарь бандитской группировки «Нулевой Азимут». Малефик S-ранга с редким классом защитного стража. Помимо этого, владеет связями в теневом мире Орлеонтана, куда не смогли проникнуть наши агенты. Пластичен в плане характера.

Андерсон, держа копию документов, которые были у государя на столе, заменил один лист бумаги на другой.

— Артурия Ричардс: героиня ЦАГ и Спектр империи. Эспер S-ранга класса физик. Её организм вырабатывает уникальные антитела, что позволяют ей игнорировать стихийное воздействие. Полная защита от элементальных атак. Справедлива, целеустремленна.

Шуршание бумаги, и очередной лист.

— Дуглас О’нил, он же Красная Акула. Физик S-ранга с невероятной физической силой. Если бы не подался в криминал, смог бы на этом поприще соперничать с Покровителем. Ударная сила отряда.

— Помню я про него, — кивнул император. — Его участие не приведёт к провалу?

— Всё учтено, Ваше Величество, — приподнялись уголки губ советника. — О’нил на коротком поводке. После поражения в бою с Райаном, он получил тяжёлые травмы. Нашим целителям удалось вытащить О’нила с того света. По полученным отчётам, его внутренние органы были превращены в труху. Вылечив его, мы вживили ему чип-бомбу, приняв на службу в силовое крыло СБ. С ним не будет проблем.

Император на все слова только кивал, принимая методы советника и не находя в них ничего плохо. Дуглас был частью криминала, который хоть и находился под рукой короны, но только частично. Язва и грязь, разъедающая империю изнутри. Теперь же, один из сильнейших её элементов послужит на благо Аркадии. Разумеется, как только он выполнит задание и вернётся… Если вернётся… То получит амнистию. И разумеется, если такое произойдёт, то за ним будут следить. Как, впрочем, и за женой Дугласа, которая в эту самую минуту отдавалась в руки какого-то молоденького наёмника.

— Расскажи мне про близнецов Крэй, — спокойно проговорил император. — Мальчишка сможет сдержать этих псов в узде?

— С этим очень интересно, Ваше Величество, — задумчиво отвечал Андерсон. — Они слушаются его беспрекословно. Запись разговора с точки сбора говорит именно об этом. Близнецы внимают каждому слову Райана, будто испытывают перед ним трепет и безмерное уважение. Подобное можно было бы списать на страх, но я считаю, что всему виной их рождение, и последствия взросления в Крематории. Они видели только силу. В любом её проявлении. Райан достаточно силён. Как Эспер и как проект «Homo Renatus». Наши аналитики до сих пор не могут определить грань его способностей, проводя теории за гранью стандартов.

— Он сильнее S-ранга? — приподнял бровь император.

— К чести будет сказано, государь, он был сильнее этого ранга ещё до своего… Странного перевоплощения. Скорее всего, именно за этой силой и пошли близнецы, приняв его за лидера, основываясь на своих понятиях и инстинктах. В мире сильных — правит сила.

— Если это так, то мировая система ранжирования более не так точна, как прежде.

Советник на это только кивнул. Он уже давно отправил приказ переработать новую систему под Аркадию и выдать результат. Райан — первый успешный продукт проекта, но за ним будут ещё. И хоть из-за недавнего события могло произойти непоправимое, все ошибки учтены, а безопасность усилена. Проект «Homo Renatus» будет жить. Тем более, что глава проекта уже предоставил ему списки подходящих кандидатур на вживление спящего патогена. Более десяти беременных аристократок, готовые на определённых условиях лечь на операционный стол. Идеальные гены для проекта.

«Но не столь идеальны, как Азалия Купер…» — внутренне скривился Андерсон.

В преддверии войны и нового мирового порядка после неё, миру могут понадобиться те, кто встанет на защиту короны. Неубиваемые солдаты, внушающие одним своим появлением ужас и страх врагу. У советника даже зрел план, как использовать Райана в будущем и какие последствия могут быть от подобного. Ведь новому поколению нужен тот, кто обучит их. Разумеется, вся информация будет подаваться и проверяться, а сам учитель не займётся внутренней деградацией нового поколения. Но до этого ещё далеко…

— Марвин Боггс, — продолжил советник. — Бывший агент АССО(Аркадийские Службы Специальных Операций). В 1995 году Боггсу вместе с отрядом «Дельта» была поручена миссия по очистке захваченной деревни вблизи западной границы с империи Шидар. Террористическая группировка «Солнце Свободы» захватила её и вырезала всех жителей. По стечению обстоятельств, Боггс получил психологическую травму, после чего был отправлен на лечение в психиатрическую лечебницу имени Александра Калинина. Как утверждает сам Боггс, лечением там и не пахло, а все одиннадцать лет его пичкали ЛСД. После побега из лечебницы, ушёл на вольные хлеба, став наёмником. Искренне считает, что за ним охотится весь мир, что было подтверждено в попытках покушений и нескольких попытках инсценированной смерти. Отличный пиротехник, механик и снайпер. Владеет навыками выживания в различной местности. По отзывам сослуживцев, Боггс целеустремлён и опасен.

Император со спокойным лицом слушал выжимку данных, после чего хмыкнул и спросил:

— Я так понимаю, мальчишка остался недоволен подбором команды?

— Не совсем так, Ваше Величество, — ответил Андерсон. — Марвина Боггса рекомендовал лично он. Они знакомы. Будучи наёмником с позывным «Призрак», Райан спас жизнь Боггсу.

— Что ж, — кивнул император и постучал пальцами по документам. — Дальше можешь не продолжать. Я ознакомлюсь детально с данными. Ты свободен, Дерек.

Советник поднялся из кресла, отдал воинское приветствие, ударив себя кулаком в грудь, и двинулся на выход.

— Постой, — донеслось ему в спину.

Андерсон остановился и повернулся к императору, с улыбкой читающему документ.

— Я так понимаю, мальчик в курсе, что помимо его группы есть и другие?

— Так точно, Ваше Величество, — подтвердил советник.

— Дженнифер Квинн, Рудольф Сорас, Сидольф Лессаж… — хмыкнул император. — Хорошее решение избавиться от мешающегося сброда, Дерек. Я доволен.

* * *

Радовало, что на этот раз обошлось без перелётов. Самолёт слишком заметный транспорт. Особенно тогда, когда два государства находятся на границе войны друг с другом. Воздушное пространство контролируют гораздо сильнее, нежели морское. Именно на торговом корабле мы сейчас и плыли в сторону берегов Орлеонтана. Забавно, но этот корабль принадлежал одному из князей, которого император велел казнить. Опасно, конечно, было, что нас потопят, и весь план операции отправится на дно океана. Но, как меня заверил Андерсон, всё учтено.

Верил я советнику? Ну, пятьдесят на пятьдесят. Скорее тут играло чувство моей паранойи, ведь ему самому выгодно, чтобы операция прошла успешно.

Стоя на палубе, я прислонился к стальному борту и всмотрелся в чистое ночное небо. Яркие звёзды освещали его, как и луна. Лёгкий ветер развевал тёмную военную униформу, а в лицо редко попадали брызги от волн.

Идиллия одним словом, которую портило лишь одно…

— Буэ… — перевешивался через борт бледный Дуглас. — Как же я ненавижу корабли…

Стоило нам зайти на борт, как Акулу скрутило. Морская болезнь штука страшная, но вампирам она не грозит. И, вообще, что это нахер за Акула, что страдает от морской болезни? Уморительно.

Кстати, у нас с ним произошёл мелкий конфликт при встрече. Вначале он попытался также указать моё место, как провернул Чёрная Маска. А уж когда Акула узнал, кто я такой, то, вообще, с катушек слетел. Чуть с кулаками не бросился, но его урезонила женщина в форме, проводившая инструктаж. Даже удивительно, что он её послушал. Что за времена, что за нравы…

План по своему началу был прост. Добраться до границы, где нас будут ждать друзья Чёрной Маски. Как оказалась, этот тип наследил не только в Аркадии, но и в других местах. Как он обмолвился, у него везде есть подвязки. Криминальные элементы Орлеонтана, а именно их люди, будут ждать нас в точке высадки, откуда доставят в укромное место. Там нужно будет подготовиться, после чего скооперироваться с другими группами. Да-да, таких отрядов, как наш, не один. Узнав об этом, я только хмыкнул и махнул рукой. Плевать мне, сколько народа стянул Андерсон, чтобы устранить императора Орлеонтана. Его голова моя. Нужно будет и я забью хер на план, возьму Марвина и близнецов, после чего уйду в самоловку партизанить.

Услышав очередное извержение пустого желудка Акулы, повернулся к океану и положил локти на борт.

Пудинг должен был уже добраться до империи Шидар, вылетев первым же рейсом. У него было не менее ответственное задание, которое я поручил. Добыть один из цветков, что может понадобиться для вытяжки и антидота. Голубая Роза. Символ рода Макрис, одного из древнейших в империи Шидар. Я навёл краткие справки об этих ребятах. Опасные, могущественные, имеющие большую власть и влияние. Хотелось бы договориться с ними по доброму и получить Голубую Розу в обмен на что-то. Да хоть на услугу в будущем. Но такое, вряд ли, возможно. Как правило, из-за большого возраста, имеет место появляться большая гордость. Именно поэтому я отправил только Пудинга. Нужно действовать тоньше и не привлекать внимания, если вдруг что-то пойдёт не по плану. Его задача попытаться украсть или как-то выменять цветок. Не получится, тогда поеду сам, но лучше, чтобы у него всё вышло. Не хотелось бы мне стать причиной войны ещё и между Аркадией с Шидар. Одно дело самому стать агрессором в подобном, а другое — убить самого агрессора.

Лизарию Кровавую и Горный Мох мне обещали предоставить при возвращении. Андерсон лично распорядился, а значит растения будут ждать меня. Оставался только Белагор, или же, как в этом мире его называли — Люпус Адвентум.

Контрабандисты славятся во всех империях, а их услугами не чураются пользоваться. Но не тогда, когда дело касалось Южных Берегов. Там с этими ребятами разговор короткий, а в королевстве Розария, где и растёт Белагор, ещё хуже. На них целые гонения объявляют и прибивают к столбам в назидание.

Был вариант найти какого-нибудь коллекционера, обладающего этим цветком, и решить вопрос уже с ним. И такой нашёлся. Но опять же, живёт этот мужик на Южных Берегах. По тем данным, что мне предоставили после инструктажа, этот коллекционер может пойти на сделку, если предложить ему нечто равноценное. Сокровище, ради которого он будет готов отдать другое сокровище. И у меня такое было. То, за что императоры и короли склоняли головы. Бессмертие. Именно этим даром я воспользуюсь, если не получится договориться о другой цене. Проблема только в том, что мне нужно будет либо ехать к нему лично, что очень проблематично. Либо же встретиться на нейтральной территории.

Забавно, но у меня промелькнула мысль о том, чтобы создать в этот мире свой ковен и возглавить его. Именно для того, чтобы поручать подчинённым подобные задания. Группы из трёх вампиров было бы достаточно, чтобы достать любой из нужных цветков. Проблема только в том, что их нужно обучать, направлять и помогать с контролем голода. Странно, что у Артурии не наблюдается такая проблема, хотя героиня нехотя поведала мне, что прибегает к донорской крови. Может дело в ней самой? На всю голову странная девушка с тараканами и моральными принципами. Как вариант. Раньше, в Брилии, мы подобный типаж редко обращали. В основном, почему-то, выбор касался только направленных на агрессию индивидуумов. Как бы это не звучало, их легче понять и легче контролировать. А с теми, кто спокоен и добр сердцем, всегда были проблемы.

— Почему не спишь? — подошла ко мне укутанная в плед Артурия.

— Да вот, думаю, — хмыкнул я, взглянув на звёзды.

Она привалилась к моему боку и посильнее укуталась в плед, будто ей холодно, что очень вряд ли.

— И о чём же?

— О том, что проще было бы создать небольшой отряд вампиров.

— Ты сейчас шутишь? — осторожно поинтересовалась она.

— Ничуть, — помотал я головой. — Будь у меня подобный отряд, то не понадобились бы вы. Я бы лично решил проблему с императором Орлеонтана и спасением дорогих мне людей.

— Если то, что я видела в твоих мыслях о вампирах правда, то это решение привело бы к катастрофе. Думаешь, смог бы обуздать обращённых?

— Артурия, — оскалил я клыки и взглянул ей в глаза. — Ты многого не знаешь и не понимаешь. Кого ты видишь перед собой?

— М-м, Райана Купера? — неуверенно спросила она.

— В этом и ошибка твоих суждений, — кивнул я. — И не только твоих.

— Я не понимаю, — нахмурилась девушка.

Я хмыкнул. Ещё бы ты понимала, Артурия. И да, я бы не только удержал новообращённых в узде, но и смог бы их направлять. Особенно сейчас, когда стал сильнее. Помнится, граф Бертольд очень хорошо умел воспитывать дерзких новообращённых. Правда делал это, в основном, словесно. А вот Валекор — наоборот. Он выбивал из них всю дурь, пока те чуть ли не подыхали. Зато помогало на отлично.

— Как думаешь, мы справимся? — тихо спросила героиня. — Я-я… Не думала, что когда-нибудь мне придётся участвовать в нечто подобном. Одно дело защищать людей, а другое — убить императора.

— Именно поэтому я считал, и до сих пор считаю, что твоё решение было глупостью, — покачал я головой. — Ты не готова, Артурия. Не твоё это.

— Сказал мальчишка, который младше меня на семь лет, — криво улыбнулась она. — Порой, Райан, ты говоришь такие слова, что мне кажется, будто тебе не девятнадцать лет, а все шестьдесят. И понимая, что ты бессмертен, я всё хотела спросить, но не решалась… Сколько же тебе на самом деле?

— Столько, сколько ты назвала, — пожал я плечами.

Артурия ещё несколько секунд смотрела на моё лицо, пытаясь на нём что-то разглядеть. Вздохнув, она отвернулась и вновь уставилась на океан, тихо пробормотав:

— Зато не придётся больше копать информацию…

Услышав позади себя приближающиеся шаги и учуяв знакомый запах, обернулся.

— Ого! — отчётливо хмыкнул Чёрная Маска. — Почувствовал?

— Почуял, — не соврал я и оскалился.

— Наверное, это потому что я трусы запасные не взял! — хохотнул этот тип. — Пришлось в старых ехать. — и указал пальцем себе за спину. — Там наш дед собрал какую-то вундервафлю. Тебя зовёт. Я бы на твоём месте пошёл и посмотрел, вдруг решит испытать? А я ещё пожить хочу.

Глава 4

— Выгружаемся, господа!

Капитан корабля лично вышел на палубу проводить нашу странную компанию. Два дня хода по морю, и вот мы у границ Орлеонтана. Рядом с кораблём тихо гудел катер, двигаясь на такой же скорости. Чёрная Маска спрыгнул на борт юркого судна первым и поздоровался с его командой. Затем Дуглас. После и мой отряд. Катер дал влево от корабля и совсем в другую сторону от столичного порта города Бритос, что являлся столицей Орлеонтана. Туда проникнуть в нынешнее время незамеченными не выйдет, по этой причине план «эвакуации-наоборот», как назвал её Чёрная маска, вступил в силу.

— Добро пожаловать на борт! — улыбнулся нам усатый седой мужик. Лицо бледное. Худой, длинный, в чёрном плаще и фуражке с козырьком. — Закуски и выпивка, всё что пожелаете, — указал он на закреплённый стол. — Двигаться два часа, так что расслабляйтесь.

— Мой брат Джейми, — Чёрная Маска обнял этого усача. — Всегда гостеприимен! Но на шею ему не садитесь, а то тык-тык, — поиграл он ножом-бабочкой.

Никто уже не воспринимал его слова всерьёз.

— Где у вас туалет? — спросила Артурия.

— Вниз по коридору, вторая дверь справа.

— Босс, есть будете? — спросил Реджи.

— Да, босс, будете?

— Сами ешьте, — ответил я, скинул свой баул и уселся на него задницей, уставив взгляд вперёд.

— Призрак, ты уверен? — присел ко мне старик Марвин. — Разбираться с Вальцем сейчас… Я понимаю, что тебе совсем некогда. Может, пусть эта сука подождёт? А разберёмся с Орлеонтаном, тогда и прихлопнем мразь, а?

— Когда разберёмся с Орлеонтаном, твой Вальц может забиться в такой дальний угол, что мы его уже не найдём, — взглянул я старику в глаза и снова уставился на освещаемый остров. Орлеонтан — островная империя. В Брилии была подобная и звалась Британия. Странно, что они так похожи, даже блядский туман сейчас витает в воздухе, от чего скорость нашего катера снизилась, хоть тот и шёл по приборам.

— Не знаю, что у тебя за яйца, но точно крепче обычных, — кивнул Марвин. — Тогда поступим так, если ты не против. Уберём одного Вальца. Всех тех, кто за ним стоит — нахер. Пошли они к чёрту.

— Согласен, — кивнул я.

— Ну вот и договорились, — улыбнулся старик, похлопал меня по плечу и поднялся. — Ладно, пойду пожру чё-нить, — и двинулся к близнецам.

Я же вынул ампулу с кровью. Откупорил пробку и осушил ту до дна. Лёгкое раздражение исчезло. Зябкое ощущение из-за утреннего тумана тоже. Но тревожные мысли не покидали. Как там Юнона? Самый главный жизненный вопрос. Наверное, человек на моём месте бы сказал, что я — придурок. Бросил её там одну, в ужасном состоянии. На грани жизни и смерти. Не глажу её рук, волос, не поддерживаю голосом.

Но я не человек. Мне не нужна мнимая надежда на чудо. Только сам. Всё сам. Я сам её спасу. Переверну к чертям этот мир и отыщу лекарство. И лучше этому миру прогнуться, ради желания одного вампира спасти свою возлюбленную. Иначе его ждёт плохой, печальный конец.

* * *

Катер пришвартовался у рыболовецких судов. На пристани уже было людно. Рыбаки собирались на ловлю. Туристов здесь не было — не сезон. Да и городок Плимут, куда мы прибыли, не был местом для развлекательных туров. Рыбная ловля и её переработка, а также строительство мелких судов — вот и вся деятельность города на двести тысяч граждан.

На улице уже было светло. Дождливое серое небо озарялось утренними сумерками, однако туман над морем даже не думал рассасываться. Загудели дизельные двигатели моторных катеров, рядом отплывали лёгкие лодки с рыбаками. Промышляли здесь и частники и фирмы. Ясное дело, что и объёмы разные. Помимо рыбаков прямо вдоль пристани располагались рыбные склады, на которых уже началась работа. Рабочих подвозили на мини-вэнах. А далее, за пирсом находился торговый рынок. Вот к нему мы и пошли.

— Райан, ты уверен в этом типе? — спросила Артурия, идя рядом. На голове болотного цвета панама, на плече коричневая сумка. Спортивный костюм, как и у остальных. Все мы переоделись перед выходом, мол приезжие покупатели моллюсков и крабов. Снова эти чёртовы крабы. Я, кстати, так их и не попробовал. В принципе плевать.

— У него нет иного выхода, — ответил я героине. — Предаст нас, и его жопу растянут на аркадийский флаг.

Артурия сглотнула:

— Понятно.

— Эй, шкет, кофе будешь? — спросил Марвин, когда мы вошли на рынок, и тот увидел киоск с кофейней.

— Не будем отставать от графика, — отрицательно помотал я головой.

— Да ладно тебе, парниш, — обернулся Чёрная маска. — Всё в пределах расчётной нормы, так ведь, Орус? — взглянул он на сопровождающего с катера.

— Так и есть. Десять минут нам погоды не сделают. — мужик в серой шапке-вязанке взглянул на часы. — Транспорт прибудет через двадцать минут. Нам нужно совершить две-три сделки по мелкому опту и можно отправляться.

— Слышал, парниш? — хмыкнул Чёрная маска, что был сейчас в золотистых очках и белой медицинской маске. Понятно, что называть меня Призраком прилюдно, было бы глупо, так что он выбрал странное обращение: парниш. — Так что не дрейфь и выпей кофейку.

Я хотел ответить ему что-нибудь эдакое колкое. Но потом забил. За два дня этот старый придурок реально оказался придурком. И старым. Да, Маске под шестьдесят. Для своих лет выглядит бодрячком. Сначала думал его поведение — это типа притворство, некий образ, но нет. Чёрная маска точно с дырой в башке.

— Тогда латте без сахара, — сказал я ему.

— Может и пару булочек? — достал он кошелёк. — Дядя Маска угощает.

Язык у него длинный, это точно.

— С булочками я как-нибудь сам разберусь.

— Зря, парниш, они тут объедение, — пожал тот плечами и обернулся к остальным. — Кто что будет? Давайте поживее только. Моя банковская карточка открыта всего две минуты. Потом маленький жадный лепрекон утащит её в недра пещеры кошелёчка.

Остальные переглянулись, не выкупив его юмора, но завтрак заказали.

— Братец, — обратился к Маске сопровождающий Орус. — Мы с Дугласом пройдёмся к рядам с моллюсками, оформим сделку.

Красная Акула был в спортивной куртке, натянутом тёмно-синем капюшоне. Палить свой ирокез было бы не к месту. К тому же, в отличие от меня, он не носил маску будучи наёмником в Аркадии, а значит мог быть узнан. Поэтому повязал шарф до самого носа. В принципе для октябрьской погоды в этом блядском Альбионе шарф не смотрелся, как нечто лишнее.

— Тогда мы бахнем кофейку и за крабами, — с ухмылкой ответил Маска своему коллеге.

Тот кивнул и отправился с Дугласом в другую сторону рынка.

Сделки, о которых они говорили, необходимы для нашей маскировки. Не то попадём во внимание как странно прибывшие лица. А так, пара слов о закупке в рестораны, пара сделок, и никаких подозрений со стороны охраны бухты.

— А неплохо, — закивал Марвин, сделав пару глотков местного эспрессо.

— Орлеонтан — родина чая, — начало было Артурия. — При этом взращивают чайные плантации на территории своих колоний вблизи южно-буддистского океана. Но кофе у них тоже качественный.

— А вы много знаете об Орлеонтане, прекрасная юная леди, — улыбнулся старый Ален Делон Марвин.

— Изучала перед отправкой, — пожала блондинка плечами, а после выбросила опустевший стакан из-под кофе в урну.

Я тоже допил и бросил туда свой.

— Идём.

Я направился между рыночных рядов с разнообразной рыбой и морской живностью. Крабы, лангустины, креветки, рапаны, моллюски, каракатицы, осьминоги, морские ежи, кальмары. Чего тут только не было. Чёрная маска, близнецы, Марвин и Артурия шли рядом.

— Морской рак! Краб! Креветка! Свежие! Ночной улов! На суп и океанский плов!

— Глубоководный кальмар! Пеленгас! Омар! Создай вкусовой пожар!

Продавцы заманивали покупателей, как умели. Кричалки хоть и забавные, но работали. Народ с улыбками подходил делать покупки. Чёрная маска также поддался местному маркетингу:

— Краб есть? А если найду? — усмехнулся он, подойдя к женщине за пятьдесят.

— Есть, милочек. Вам сколько?

— Тонну. Будет?

— Конечно, — кивнула та уже серьёзней. Не то, чтобы была как-то удивлена, ведь на рынке шла и оптовая торговля. — Вам ко скольки и куда? — взяла она телефон со столешницы. — Доставка в течении двух часов по Плимуту. За город, сами понимаете, немного дольше.

— Плимут, улица Брейкер, строение двенадцать, — назвал Маска адрес. — В ближайшее время. Размерчик вот такой, — указал он на одного из крабов, что различались по размерам.

Пока они договаривались о цене, к нам уже подошли Дуглас с Орусом. Провожатый улыбнулся, показав знак: «окей», мол теперь можно отправляться на перевалочную базу. Следы заметены, подозрения отведены.

Я окинул взглядом рынок ещё раз. У некоторых рядов за отдельную плату могли прямо на месте приготовить тебе и краба и лобстера и омара. Как-нибудь возьму Юну с Викой и приедем сюда. Наедимся же всякой всячины!

— Идём, Райан, — окликнула меня Артурия.

— Да…

* * *

Микроавтобус вёз нас в сторону соседнего города от Плимута. Нортхейм. Рудодобывающая промышленность, ювелирные изделия и фарфор. Три вещи, которыми славился этот город, соседствующий со столицей Бритос. Он находился так близко, что можно сказать являлся частью одной агломерации. Периферия мегаполиса. Здесь-то и находится наша, так называемая, база. Помимо нашего небольшого отряда на эту же базу прибудут ещё группы, задействованные в операции. Каким ходом прибыли они в Орлеонтан, чёрт его знает. Но факт есть факт. Все мы в одно время отправились из Аркадии.

— А ты люби-люби-люби, а потом обмани-обмани… Любовь нашу раздели, моё сердце с собой забери-забери, — Чёрная Маска пел на весь салон какую-то муть.

— Заткнись уже! — первым не выдержал Дуглас.

— Акулёныш, туру-ру-ру! Ты — малыш, туру-ру, — расхохотался Маска, уставившись на нашего качка.

— Ёбанный придурок, — вздохнул тот и отвернулся.

А Маска переключил в своей голове репертуар. Остальных, похоже, всё это забавляло. Мне же было похер. Артурия сидела рядом и спала, положив голову мне на плечо. Каким-то боком её ладонь оказалась на моих яйцах. Понимаю, что это случайность, но всё-таки я чувствовал некую неловкость, что ли. Особенно, когда она иногда сжимала пальцами мои причиндалы во сне. Что ей там снилось, хер что ли? Мне вот точно не до сна было.

— Приехали, господа, — объявил водила.

— Твою мать, ща обосрусь! Будьте друзьями, заберите мой чемодан! — крикнул маска и сорвался на выход, толкнув Оруса. — Так и знал, что не стоило есть те булочки!!!

Артурия раскрыла глаза, похлопала ресницами и резко убрала свою руку с моей промежности:

— Ой. Я… я уснула?

— Можно сказать и так, — кивнул я, поднявшись. Брюки оттопырены, так и пролез мимо неё, едва не зацепив стояком по щеке. Забрав сумку, вылез из автобуса.

Уже светло. Я взглянул на ручные часы с резиновым ремешком. Десять утра. Небо затянуто серыми тучами. Справа улица с редкими деревьями, у которых уже опали листья. Параллельно им тянулись трамвайные пути, совсем рядом с автомобильной дорогой. По бокам этой, довольной широкой улицы дома из крупного камня с высокими шпилями. Серые, хмурые, в стиле Британии. Вот тебе и Нордхейм. В нём я впервые, но от столицы Орлеонтана — Бритоса он мало чем отличался. В трафике гражданских автомобилей, большую часть которых имели чёрную и металлическую расцветку, проехали три двухэтажных автобуса красного цвета. Туристы. Заполнили сейчас второй этаж, что был открытым, и смотрели по сторонам, пока гид объяснял историческую ценность той или иной постройки.

— Никогда не думал, что окажусь здесь, — вдруг сказал Дуглас, встав у моего плеча. — Ещё в роли актёрской трупы. Ты, сто пудов тоже, да, Призрак?

— И не поспоришь. Нам бы что-нибудь попроще. Например прикинуться бандитами, — кивнул я, рассматривая улочку.

— Кстати, в маске ты был более разговорчив, — хмыкнул Акула.

— Время непростое, — ответил я сухо. — Пока не до веселья.

Он посмотрел на меня, тихо хмыкнул и, поправив сумку на плече, ушёл к Орусу.

— Райан, — вышла из автобуса Артурия. — Это… Прости, я уснула. А рука… я себя не контролировала…

Я взглянул на неё.

И она залилась красным цветом.

— Я даже не думала о таком… То есть о нас… То есть, думала, конечно, но не в автобусе… То есть, сейчас ведь не время, да?

— Займёмся миссией, Артурия. А об этом поговорим после.

— Х-хорошо, — кивнула она.

— Но мне понравилось, — хмыкнул я. — Идём.

И мы направились к Орусу. Тот завёл нас на территорию старого театра. Насколько я понял — частного, раз у ворот стояли парни, похожие на местных братков. Кепки-фуражки с козырьками по типу тех, что была у Джейми — капитана катера. Интересно то, что вопросы у местных властей эта группировка не вызывала, а значит все в доле.

Чёрную Маску приветствовали, как своего, да и нас всех тоже. Радушно, по-дружески. Моему звену выделили апартаменты на втором этаже. Тут было всё просто. Одна комната и с десяток кроватей, пять из которых заняли мы. Акула и Маска разместились на первом этаже. Туалет с умывальниками и душевой были на каждом этаже. По улице через квартал неплохая кофейня и круглосуточная закусочная. Не знаю нахера нам всё это рассказывал подчинённый Оруса, ведь уже сегодня вечером мы отправимся в Бритос. Всё что оставалось сделать в Нордхейме — встретить остальные группы, сверить тактические планы, понять: все ли на месте и никого не перехватили ли службы Орлеонтана, после чего всё и начнётся.

— Райан, подмога прибыла! — вошёл Марвин с близнецами в кубрик. В руке ещё горячий хот-дог и бутылка колы, что он подбросил мне.

Я, лёжа на кровати, даже не поворачиваясь, вытянул руку, поймав бутылку. Конечно, мог провернуть это с помощью телекинеза, но хотел использовать его в более серьёзный момент и удивить двух бритоголовых близнецов.

— И что? — взглянул я на Марвина.

— Да ничего, — пожал плечами старик и хмыкнул: — Но если не поторопимся, то пропустим избиение Чёрной Маски.

Глава 5

Ещё спускаясь со второго этажа по лестнице и держа курс в небольшой зал переговоров, где лидеры команд должны были скооперироваться, я услышал характерные звуки потасовки. Раздавались приглушённые стенами грохот и скрежет, да и мат стоял отборный.

Близнецы, не сговариваясь, вышли вперёд меня. Ронни отчётливо хрустнул шеей, а Реджи повёл плечами. Вокруг тел парней появились лёгкие всполохи тёмно-фиолетового тумана.

— Чую, парень, стоит тебе отдать приказ, и эти двое разберут здесь всё по камешкам, — хмыкнул Марвин, кивком головы указав на близнецов.

— Я и сам могу это сделать, — пожал я плечами в ответ. — Но незачем. Наша задача — скоординировать действия и завершить задание.

— Время, — вздохнул старик. — Да, я помню. И повторюсь: мне жаль, что так с тобой получилось.

Ещё на корабле я не стал скрывать от Марвина суть своих агрессивных порывов. Рассказал всё максимально сжато и по-факту. Так было правильно. Так было нужно… В первую очередь мне. Артурия тоже вкурсе, но владеет этой информацией не от меня. Марвин же другое дело. Мы с ним вместе выбирались из знатного дерьма, а значит ближе уже вряд ли станем.

— Спасибо, — поблагодарил его и толкнул деревянную дверь в зал.

Разруха и хаос. Вот, что я увидел, оказавшись внутри. Столы, стулья и кухонная утварь были разбиты и сломаны в хлам. Выцветшие гобелены валялись на потрескавшимся полу. Один из них накрывал собой решившего отдохнуть незнакомого мне мужика. Впрочем, на этом же полу валялось ещё шесть человек. Одна женщина, внешне похожая на магиню-проститутку, судя по чёрным порванным чулкам и подранному платью. И пять мужиков, в одном из которых я признал Оруса.

— Ох… Сука…

— Голова… Моя голова…

Эпицентром же этого хаоса был Чёрная Маска и среднего роста женщина, похожая на натуральную валькирию. Стоя напротив друг друга, они готовились ринуться в бой. За спиной Чёрной Маски возвышался огромный, как осадная башня, страж. Его мощная фигура была соткана из тёмного тумана и объята тяжелейшими, судя по виду, латами. В одной руке он держал монструозный моргенштерн, а в другой — башенный щит.

Стоп, что⁈

Герб. Сранный герб на щите, который держал страж-защитник, был мне знаком. И не просто знаком, а очень хорошо. Я уже видел его, и не единожды. Но не здесь, а в Брилии!

На чёрном, как сама смоль, щите, он ярко выделялся и будто вгрызался в память, освежая её. Форма павезы, рыцарский шлем с короной поверх неё. И двенадцать корон разной формы на самом фоне павезы.

— Герб Турс’Анбара? Но как?.. — не веря собственным глазам, прошептал я.

Спор и ругань Чёрной Маски с валькирией набирал обороты, и я с трудом оторвал взгляд от щита стража-защитника, посмотрев на эту боевую мамзель. Тёмно-коричневый панцирь, будто у средневекового воина, закрывал её торс. Подогнанный под аккуратные и даже женственные формы тела, он был выпуклым, что говорило о размерах достоинств этой амазонки. Наголенники, птеруга на бёдрах, нарукавники и тёмный меховой плащ на плечах. Её лицо не назовёшь эталоном красоты, но если судить лишь по меркам моделей. В этой женщине была иная красота. Дикая и необузданная. Рыжие, я бы даже сказал огненные, волосы, собраны с висков и заплетены в косы, укладываемые в пышную гриву.

— Красивая, — прогудел Рони.

— Сильная, — вторил Реджи.

— И пиздец опасная, — прошептал Марвин, осматривая разруху вокруг.

Женщина не применяла Покров и никак не задействовала силы, в отличии от Чёрной Маски, призвавшего стража-защитника. Но я видел, как всего на миг её глаза полыхнули красным пламенем.

—… Ещё хоть одно слово, и я за себя не ручаюсь, Дженнифер! — рычал Маска.

— Ты кого на понт брать вздумал, старик⁈ — ответила валькирия грудным голосом, отчего близнецы синхронно сглотнули.

Марвин сделал шаг ко мне и я видел, как старик слегка сбледнул.

— Твою мать, а я всё думаю, почему мне её лицо знакомым кажется… Это Дженнифер Квинн!

Я откусил ещё тёплый хот-дог и взглянул на него в непонимании. Мне это имя ни о чём не говорит, а за свою жизнь наёмника я услышал их множество. Она опасна? Хм, возможно, но не для меня. Да и в целом…

Похлопав его по плечу, успокаивая, сделал шаг в сторону двух спорящих. Близнецы порывались пойти за мной, но я махнул рукой и остановил их, дескать: не надо.

Ругань этих двоих набирала обороты всё сильнее. Защитник-страж Маски уплотнился и его тёмная дымчатая фигура приняла ещё больший угрожающий вид. Волосы женщины начали источать красные всполохи пламени, как и её броня.

— Господа, — жуя, нагло прервал я их ругань. — Если хотите выяснять отношения, то делайте это в другом месте.

Два разъярённых взгляда вмиг упёрлись в меня. И хоть под маской не видно было глаз старика, я больше чем уверен, что он сейчас в настоящей ярости.

— Ты ещё кто такой? — агрессивно спросила Дженнифер.

— Парниш, не вмешивайся! Это наши тёрки! Причём давнишние!

— Да мне в общем-то насрать, — спокойно пожал я плечами и откусил кусочек, распробовав горчицу и кетчуп. — Второй раз повторять не буду.

Женщина криво хмыкнула, а её лицо будто перекосило. Ну да, ну да, какой-то юнец смеет встревать в дела взрослых. Ха… Непривычно всё же быть в столь молодом теле. Даже спустя жалкие девятнадцать лет.

А вот Чёрная Маска наоборот, струхнул. Старик сделал шаг назад, что не укрылось от красноволосой и заставило её брови взлететь.

Позади меня раздался характерный хмык, и я сразу же почувствовал запах Акулы. Дуглас, похоже, тоже решил посмотреть на представление.

И пришёл не только он. Новый, незнакомый запах я ощутил вслед за ним, а его обладатель сейчас стоял сбоку от меня.

Порыв лёгкого ветра, я просто повёл плечами и невидимого идиота, который целился в мою шею кинжалом, оторвало от земли.

Бах!

Потолок жалобно заскрипел, посыпалась пыль с трехнувших досок.

— Кха… — невидимость распалась, и всем в зале предстал распластый на потолке мужик в одеждах Островских убийц. В подобном прикиде мы с Пудингом пробирались в порту, ища доказательства.

Кинжал с инструктированной драгоценными камнями рукоятью и вязью символом на клинке воткнулся у моего левого ботинка.

В комнате образовалась тишина. Близнецы в благоговейном трепете выдохнули, Марвин захлебнулся воздухом, Чёрная Маска сделал ещё один шаг назад и от него повеяло страхом, Джениффер ещё сильнее в удивлении подняла брови, а Дуглас опять хмыкнул.

Я лениво поднял голову к потолку, смотря в неудомённые зелёные глаза. Мужчина, судя по комплекции тела.

Усилие воли, и его тушу впечатывает в пол, как пушечный снаряд. По законам физики он бы не успел набрать подобную скорость полёта, но где физика, а где натуральная сила, которую впору называть магией?

После трёх подобных ударов, его кости жалобно затрещали, а изо рта впервые посыпались слова:

— Х-хватит… Прошу…

Улыбнувшись, я зажевал последний кусочек хот-дога и отпустил мужика, позволив ему пластом упасть на разрушенный пол.

— Кха… — поджал он руки под себя и попытался встать.

— Советую полежать, — безразлично взглянул на него, как на кусок мяса, которым он и являлся. — Вы его знаете? — посмотрел на Чёрную Маску и Дженнифер.

Они рассеянно кивнули. Что ж, значит я не ошибся, решив не убивать этого дегенерата.

— Ну, и кто ты у нас? — присел перед идиотом на корточки.

— Рудольф Сорас…

— Господин! — громогласно прокричали в коридоре и вскоре в зал вбежала ещё одна группа.

Ну, прям натуральные авантюристы из двадцать первого века. Военная форма и холодное оружие всех мастей. Кричал, кстати, какой-то хлыщ с длинными синими волосами и одетый в недомага в рясе.

Увидев, что я сижу перед его господином, пытающимся отдышаться, он в ярости навёл на меня кривой посох.

— Ронни, Реджи, — спокойно обратился я к близнецам. — Если этот тип дёрнется — убить.

Близнецы поняли меня… По-своему. Их тела объял тёмно-фиолетовый Покров, сделавший из них аналогию джинов. И вот, когда это случилось, пересрали все. И наши, и не наши. Дуглас в шоке взирал на этих чудовищ, впопыхах применив свой Покров. Дженнифер напряглась, а Чёрная Маска спрятался за духа-защитника.

Видеть лицо хлыща было забавно. Оно и понятно, не каждый день можно увидеть двух S-ранговых Менталов, сила которых синергична и идентична. Тут к гадалке не ходи и так понятно, что они в паре работают идеально. А значит, отдай я приказ, и они похоронят здесь всех. Включая здание, а может и город.

— Ты, я так понимаю, командир ещё одной группы? — вновь посмотрел на севшего на колени Рудольфа.

— Да, — кивнул он и снял капюшон, показав лицо мужчины лет сорока. Короткий ёжик тёмных волос, выразительные зелёные глаза и нос с горбинкой. Он чем-то напоминал мне горцев из Брилии. Забавный и интересный народ. Одним словом — воины. — Командир второй группы ликвидации. Рудольф Сорас.

— И зачем напал? — улыбнулся я.

— Проверял, — повторил он мою улыбку. — Пока добирались сюда, успел наслушаться историй о Призраке, который на самом деле является всего лишь мальчишкой. Профессиональный интерес.

— Призрак⁈

— Это Призрак?

— Реально… Сколько ему?

Зашушукались, зашуршали. Команда Сораса натурально охренела, поняв, кто именно отмудохал их командира. Хлыщ так, вообще, побледнел, как мел.

— Мне поступала информация, что ты не чистый Физик, но это… — крякнул Сорас и поднялся на ноги, отряхивая одежду. — Что-то с чем-то. Физик, Ментал Телекинеза… Ещё и Элементал с Клинком Света. Я ничего не забыл, Райан Купер?

Вот теперь и Дженнифер характерно сглотнула, поняв на кого быковать собиралась. Чёрная Маска заржал, а Дуглас развеял Покров вслед за близнецами и пробубнил: Долбанный шкет…

— Забавно, что ты столько обо мне знаешь, а я о тебе ничего не слышал, — хмыкнул я.

— Работа такая, — пожал он плечами, выдернул кинжал из пола и протянул руку. — Рад буду сотрудничать с тобой на благо империи.

Я не задумываясь пожал его предплечье, лишний раз убедившись, что не ошибся. Этот тип реально похож на горцев из Брилии. Те такие же… Прямые, как многовековые железные деревья. Упёртые и уважают только силу. Но не в её привычном понимании, а силу имени. Если твоё имя гремит и его поют даже горы, то эти парни отдадут тебе последнюю рубаху, как дань сильному. Ну, а если ты — слабак, думаю объяснять не нужно. Вот и этот, такой же. Проверил, убедился, принял за факт и сразу же стал союзником. И если честно, то такой подход мне нравится больше, чем сраные натянутые улыбочки.

— Раз с этим разобрались, — кивнул я и взглянул на бессознательные тела, валяющиеся на полу. — Приведите своих людей в порядок. Осталось дождаться последнего командира и можно начинать.

Два раза повторять не потребовалось — работа закипела. Оруса и остальных мужиков оттащили в комнаты, женщину подняла Дженнифер, сразу же дав мне понять, что она из её команды. Мебель заменили, поставили новый стол, а несколько человек метнулись на улицу за кофе и булочками.

Хм, а где остальные члены группы валькирии? Мужики явно принадлежали к бандосом Чёрной Маски, а тут только одна женщина и всё. Ну, две, если считать саму Дженнифер. Где-то уже носом роют информацию, или что? Впрочем, ладно, потом узнаю. А пока… Есть у меня один вопрос.

— Старик, — подошёл я к Чёрной Маске, вальяжно восседающим на стуле и закинувшим ноги на стол. — Твой страж-защитник, кто он?

— В смысле кто? — не совсем понял мужик и посмеялся. — Обычный дух, парниш.

— Призови его.

Чёрная Маска наклонил голову набок, внимательно смотря на меня сквозь прорези для глаз. Он пожал плечами, и за его спиной соткался массивный чёрный воин. Выше двух метров, тяжёлые латы, в которых особо не повоюешь. Но именно эти латы… Именно этот щит с гербом…

Под внимательные взгляды близнецов, Марвина, Маски и Дженнифер, я подошёл к духу и встал прямо перед ним. Он возвышался, как гора. Огромная, неприступная, готовая раздавить.

В его наглухо закрытом шлеме не было видно глаз. Лишь чернота, будто провалы в бездну. И тем не менее, я чувствовал на себе его взгляд. Страж наблюдал за мной, оценивал и словно всматривался.

Рискнуть или нет? А если окажусь прав, то… Что? Я не Малефик, а значит и подобные воины мне недоступны. И всё же, любопытство распирало меня, ведь когда-то, ещё будучи Беррадой, я уже встречал рыцарей Турс’Анбара. Достойнейшие из людей. Даже Артурия с её манией справедливости и желанием защитить, нелепо стояла в стороне на фоне этих ребят. И да, я был должен одному из них. Жизнь за Кровь. Кровь за Кровь.

Моё лицо преобразилось, являя суть вампира и вызывая у зрителей разнообразную реакцию. Но мне было на них насрать. Сейчас меня интересовал лишь этот дух, и вот от него реакции не было никакой.

— Парниш, ты что задумал? — напрягся Чёрная Маска.

— Всё нормально, — махнул я рукой и всмотрелся в прорези шлема, где должны быть глаза. А дальше, с моих уст сорвались слова на языке, который этот мир никогда ранее не слышал. — Mors Mirim Lucrum…

Да, рыцари Турс’Анбара являлись защитниками. Идеальными образцами добродетелей. Но среди них отчётливо проповедовалась идеология смерти. И сейчас я произнёс часть их лозунга, с которым они всегда шли в бой.

Во тьме глухого рыцарского шлема вспыхнули ярко золотые глазницы, отчего Чёрная Маска с матом свалился со стула.

— Что за херня⁈ — в шоке промямлил он. — Ты мне духа сломал⁈

— Никогда такого не видела… — прошептала Дженнифер.

— Во даёт, шкет… — вторил Марвин, находясь под впечатлением.

Я не слушал их и смотрел в глаза этого… существа. Странно и одновременно интересно то, что информации-то об этих духах, вообще, ноль. Помню, как пытался нарыть её не только в интернете, но и в базе наёмников Конторы. Люди этого мира просто знают, что эти духи подчиняются Малефикам. Но… А что дальше-то? Кто они?

—… Et sequemur eam, accipientes primum gradum, — проскрежетал металический и чужеродный голос, от которого у всех присутствующих подскочило сердце.

«Смерть — достойная награда. И мы последуем за ней, сделав первый шаг. — всплыли в голове слова Галахада, произнёсшего эту фразу полностью. Того самого рыцаря, который однажды укрыл меня от погони Архонтов и помог сбежать, повесив долг. — Так мы живём, Беррада.Таков наш путь…»

Рыцарь неожиданно для всех, отпустил булаву и щит, которые сразу же растаяли чёрным туманом. Он сжал кулаки и ударил ими себя крест-накрест по плечам.

Сказать, что я от этого поворота знатно охренел, не сказать ничего. Мало того, что он ответил мне, так ещё и приветствие своего ордена отдал.

— Это мир не перестаёт меня удивлять… — тихо прошептал я и на всё том же языке обратился к духу. — Как твоё имя?

— Магнус аор Робальд, — проскрежетал рыцарь.

Твою мать…

— Да кто-нибудь мне объяснит, что, вообще, здесь происходит⁈ — взвыл Чёрная Маска.

Хороший вопрос, старик. Очень хороший… Я бы и сам хотел знать, каким хером у тебя в подчинении находится дух самого магистра ордена Турс’Анбара.

Глава 6

— Может нужно было остаться? — спокойно спросил Марвин, поворачивая руль и заходя в поворот, как только светофор показал зелёный.

Я бросил на него ленивый взгляд и опять уставился на туманные улицы Нордхейма. Люди здесь одевались по своей моде, и сохраняли более традиционный средневековой стиль. Мужчины в пальто и фраках. Женщины в шубах, длинных платьях и меховых накидках. Чувствовал в этом месте нечто родное. Будто домой попал.

— Может и нужно было, — подпёр кулаком подбородок. — Но мне надоело слушать их галдёж и нерешительность. Командиры групп, а ведут себя, как идиоты.

— Сорас был согласен с твоим планом, — заметил Марвин.

Ну и что мне ответить ему? Пусть похожий на горца мужик и был согласен со мной, но к общему знаменателю мы все равно не пришли. Андерсон разработал сразу несколько планов для групп ликвидации, но подразумевали они либо игру в долгую, либо с наскока. Ни то, ни другое, мне не подходит. Партизанить я умею, и очень хорошо, но времени на это нет. Бить по уязвимым точкам, лишать врага преимущества на его же поле, заняться дестабилизацией внутренней системы управления, ликвидацией важных столпов машины империи. Я работал так. Я знаю, как это делать, благодаря науке Валекора. Но опять же… Время. Оно играет против меня и тянуть нельзя. Проблема в том, что убить императора с наскока, вышибив двери дворца, тоже не вариант. Слишком много условностей. Слишком много нюансов. В Аркадии, когда я встретил Марвина и близнецов с самолёта, мой план был собран на коленке. Да, дестабилизация внутренней системы. Удар по важным стратегическим точкам и артериям Орлеонтана. Иными словами, я хотел растянуть силы врага. Заставить его нервничать и совершать ошибки.

«Запомни, малец, избегание столкновения с большими силами свидетельствует не о трусости, а о мудрости, ибо принесение себя в жертву никогда и нигде не является преимуществом. И даже то, что мы бессмертны, не позволяет нам совершать подобных ошибок»

Да, Валекор был гением войны. Будь он на моём месте и император Орлеонтана уже бы валялся в зассаной канаве без башки. Но, я не Валекор. Да и не допустил бы тот подобного, будь реально здесь. Он всегда видел ситуацию иначе. Под другим углом. Порой, пары его слов, сказанных в нужном месте, хватало, чтобы противник уже проиграл.

Именно поэтому я думал. Планировал и раскладывал по полочкам всё, что можно использовать и по чему ударить. У меня на руках были стратегически важные объекты столицы и те, что находились за её пределами. Спасибо змее Андерсону, конечно же. И раз уж сложились два плюс два, то сейчас мы и направлялись в одно из таких мест. Точнее, нам — мне, близнецам, сидящим на задних сидениях, и Марвину нужно добраться до южного порта острова и отплыть на пароме. Наш путь лежал в Томирис. Город на соседнем острове, в котором процветала алюминиевая промышленность. Ехали мы, разумеется, не за алюминиевыми ложками, а за человеком, которого Марвин желает найти и убить.

Какой мне с этого толк? Да всё просто. В тандеме Марвин/Вальц, один был главным по взрывам, а другой специализировался на ядах. Суть же в том, что его опыт и знания заметили в Орлеонтане, куда он сбежал. Сейчас этот ублюдок, вместе с учёными, создает новые разновидности ядов, вирусов и прочей херни, убивающей людей. Забавно, что разобрался я в этом только тогда, когда вник в данные Андерсона. Вальц конкретно засветился и очень ценен. Его протекцией выступает один из влиятельных кланов Орлеонтана, именуемый — Гонт.

Отвернувшись, взглянул на Марвина и увидел, что тот находился в неком возбуждении. Пальцы стучали по рулю, глаза бегали, а спина прямая. Старик горел желанием поскорее добраться до предавшего его лучшего друга.

— Меня всё мучает вопрос, на который ты отвечать не хотел, — заговорил Марвин, чтобы хоть как-то отвлечься. — Что же случилось с духом Чёрной Маски? Я такое никогда ранее не видел. Что ты сделал, шкет?

— Сложно объяснить, старик, — вздохнул я и коротко бросил взгляд на близнецов. Те рубились в телефоны и играли в какие-то игры. — Может когда-нибудь расскажу. Но не сейчас.

— Это как-то связано с твоей… — запнулся он. — Необычностью?

— Частично, — хмыкнул я, дав уклончивый ответ.

— Понятно, — пожевал старик губы и врубил радио.

Я вновь упёр взгляд на улицы и задумался. После того, как мне удалось добиться слов и приветствия магистра ордена Турс’Анбара, начался настоящий хаос. Вопросами меня засыпали без остановок, но ответов никто не получил. Не только потому, что это информация не для каждого, но и потому что я сам не знал.

Призраки, Духи, Неупокоенные, Ходящие в сумраке, Выходцы с того света. У них множество имён, и за свою жизнь в Брилии я достаточно навидался такого, отчего волосы вставали дыбом. Единственное, что я, действительно, знал так это то, что они оставшиеся после смерти души. Те, кто не желая уйти за грань, своей силой воли остаются в мире, обреченные на вечное скитание. Причиной подобного может стать что угодно, начиная от нежелания покидать своих родных, до банальной мести обидчику. Помнится, граф Бертольд рассказывал мне об одном Призраке, который из-за своей злобы, ненависти и желания отомстить превратился в Скитальца. Чудовище, обретающее физическое воплощение и сеющее только смерть с разрушением. И какова же должна быть эта ненависть, чтобы в подобное существо превратился мальчишка-призрак семи лет? Умерев, он желал остаться со своими матерью и отцом, которых убили разбойники, разграбившие деревню. Обычный мальчишка с сильной волей… Ставший чудовищем из-за потери.

Из-за того, что обратился он в принадлежавшей моему тогдашнему ковену дальней деревне, которую они не сумели защитить, им и пришлось вмешаться. Шесть. Ровно шесть подобных деревень он опустошил, убивая всех и вся, как только разобрался с бандой головорезов.

Могли ли духи здешних Малефиков превращаться в такую тварь — неизвестно. Статистика и слухи Брилии к этому миру отнести можно, но с натяжкой. В любом случае, ответ Духа дал мне пищу для размышления и теперь в голове роилось столько теорий, что просто жуть.

Известно, что Малефики призывают своих духов-защитников благодаря энергии. Берётся она из их тел посредством специальных клеток, которые её накапливают. Но что это за энергия? Эфир? Нет, точно нет. Будь это он, я бы сразу почувствовал, ведь тоже обладаю подобными клетками. В Брилии основную энергию называли Маной. Общее название, что к вампирам не относилось. Мы использовали свою кровь. Наша кровь — наша магия. Она являлась энергией, катализатором, активатором. Её насыщенность и плотность определяла возможности вампира. И чем вампир старше, тем сильнее его кровь. Святоши, Герои и Архонты применяли энергию Чистого Света. По мифам Брилии, её людям даровали сами боги, но как по мне, это всё хрень. Богов не существует… Кхм… Так я думаю. Граф Бертольд на вопросы об их существовании всегда мрачнел и уходил от ответа. Люди же как раз использовали Ману. Синего окраса энергия, струящаяся по Брилии. Но здесь… Я не вижу её цвет. Может ли быть так, что на самом деле энергия берётся не из этого мира, а из другого? Что, если эсперы это своего рода проводники и заёмщики? Если это так, то и явление Магнуса аор Робальда можно объяснить. Дерзко, непонятно, и безумно, но может здешние эсперы используют энергию моего мира? Космос ещё не исследован, и будет забавно, если мой мир висит где-то неподалёку.

Т-а-а-к… Беррада, вдох-выдох, что-то тебя понесло. Самое то с такой теорией отправляться на местный канал «ТайныТВ».

— Красивый рассвет, — с улыбкой произнёс Марвин.

Отвлекшись от мыслей, я посмотрел на лобовое стекло и открывшийся глазам вид. Мы как раз проезжали горный серпантин. Туман частично развеялся из-за вышедшего солнца, осветившего своими лучами всё вокруг.

— Останови, — напряженно сказал я, не отрывая взгляд от вида.

Марвин пожал плечами и замедлил ход, остановив машину у заградительного забора.

Я резко открыл дверь и вышел наружу, сразу же почувствовав кожей влажный промерзлый воздух. Подойдя к заграждению, услышал за спиной звуки захлопнувшихся дверей — близнецы со стариком тоже вылезли насладиться.

Вот только я не разделял их настроения, продолжая напряжённо осматривать открывшийся вид горной долины. Высокие деревья устилали землю. Их кроны торчали из оврагов и пригорков. Высокая трава покрылась ночной изморосью, а на дальних горных хребтах виднелся снег. Вдоль долины тянулась змеевидная бурная река, уходящая за горизонт.

Именно через эту долину мы должны были проехать, чтобы добраться до нужного порта. И именно от её, я не мог отвести взгляд, с силой сжимая железное заграждение. Металл скрипел и гнулся под моими руками, а я ощущал, как сильно бьётся сердце.

— Парень, всё нормально? — подошёл ко мне Марвин.

— Да… — неуверенно ответил я.

Близнецы напряглись и заозирались вокруг, но не видя наличия врагов — расслабились.

Это невозможно… Нет-нет… Быть этого не может.

Перед глазами будто пелена образовалась, а воспоминания понесли меня в прошлое.

— Разве может быть что-то прекраснее? — с улыбкой проговорил граф Бертольд, одетый в бордовый фрак и такого же цвета плащ. Он полной грудью вдыхал воздух и смотрел на восходящее солнце. — Рассвет, Беррада, это начало жизни. Час пробуждения и нового начала.

— Но разве Солнце не наш враг, учитель? — глупо спросил я его тогда, будучи ещё ребёнком, пнув камень, улетевший в обрыв.

— Враг? — взглянул граф на меня ясными голубыми глазами. — Нет, ученик, Солнце нам не враг. Его лучи согревают не только смертных, даровав им начало нового дня и жизни. Оно также сияет и для бессмертных. В древних мифах, именно Солнце стало спасением Брилии. Вступив в войну с Тьмой, оно внесло равновесие, ставшее рождением каждого существа нашего мира.

— Слишком сложно, учитель… — протянул тогдашний я и почесал затылок. — Тьма, Солнце, Рассвет. Зачем мы здесь?

Граф по-отцовски улыбнулся и потрепал меня по волосам. Я надулся и попытался сбросить его тяжёлую ладонь, украшенную перстнями.

Убрав руку, учитель присел рядом со мной на колени и будто самый обычный человек, зачерпнул ладонью грязную землю. Он всегда был таким. Странным, сильным, мудрым.

— Именно здесь, Беррада, зародился наш род, — начал он медленно переворачивать руку. Земля посыпалась комьями. — Именно на этой земле, умирая от жажды, голода и опасных хищников, древнейшие поселенцы пытались построить свой новый дом. Они были обычными людьми…

— Людьми⁈ — в шоке вскинулся я, не контролируя показав клыки. — Смертными⁈ Кусками мяса⁈ Этим мусором, недостойным жизни⁈

— Тебе надо поменьше общаться с Валекором и Ламией, — хохотнул граф. — Да, они были людьми. Их земли погрязли в войне, от которой они бежали сюда, к берегам островов Тана. На их головы свалилось множество невзгод. Болезни, враги, хищники… Сама земля не принимала их, а Солнце несло лишь беды. Ведь именно с ним приходили те, кто не терпел новых соседей на своих землях.

Захваченный историей, как бывало не единожды, я с раскрытым ртом слушал учителя, внимая каждому слову. Он умел увлечь историей… Рассказать так, как ни у кого не получалось.

— А что было потом⁈ — в нетерпении спросил я, поморщившись от прохладного горного ветра.

— Потом… — вздохнул граф и с затаенной болью дал ответ: — Они совершили ошибку, совершив запретный ритуал их народа. Солнце стало для них врагом и знамением смерти… И поэтому, они обратились ко Тьме. Она изменила их, сделав сильнее. Взамен же, они отдали свою человечность. Голод и жажда смертной пищи более не были страшны им, но на их место пришло нечто иное. Иной голод, иная жажда. Лик их преобразился и явил собой ужасающий оскал, пробуждающий в живом существе только страх и ужас. Ночь стала их временем. Стала часом…

— Часом чего? — с вылупленными, как у филина, глазами, я смотрел на учителя.

— Часом, когда первые вампиры отомстили за боль и завоевали свой новый дом, — он со вздохом поднялся, выпрямился и окинул долину рукой. — Вся эта земля, Беррада, обагрена кровью и усыпана телами, давшими всходы новой жизни. И Солнце, которое наш род считает врагом, освещает их могилу в этой долине…

Тяжело задышав и чувствуя, как всё тело покрыл слой липкого пота, я отпустил сжатую и покорёженную перегородку.

— Ну что, насмотрелся? Едем уже! Паром скоро отходит! — Марвин сидел за рулём и поторапливал меня.

Не спеша, я подошёл к машине и обернулся к долине.

Перед глазами будто опять появились пелена и морок. Силуэт мелкого мальчишки с чёрными волосами и красными глазами, одетого в тёмные одежды. И статного мужчины в бордовом фраке и плаще, низ которого плыл от лёгкого ветра. Он с улыбкой трепал мальчишку по волосам, а тот нахохлился, как воробей, пытаясь сбросить ладонь.

Помотав головой, я залез в тачку, и Марвин дал газ в пол.

— Парень, ты весь бледный, будто призрака увидел, — как бы невзначай произнёс он. — Точно всё нормально?

— Не знаю, — покачал я головой.

— Ну, тебя понять можно, — пожал старик плечами. — Если ты раньше в долине Тана не бывал, то такая реакция понятна. Всё же, здесь очень кр… Ты чего?

— Как ты сказал называется это место? — мои глаза вспыхнули кровавым светом, а сердце совершило удар.

— Эм… Долина Тана. А что?

Глава 7

Безумие. Это просто безумие, иначе это никак не назвать. Наименование долины, сказанное Марвином, звучало для него обыденно и не имела никакого значения. Просто земля. Просто горы и деревья. Я же не мог осознать того, что мне открылось. Впервые за годы новой жизни, я чувствовал себя потерянным. Полная неуверенность, непонимание сути происходящего. Выглядело это так, будто мой разум вывернули наизнанку и теперь предстояло собрать его вновь в одно целое.

Брилия… Мой дом. Место, где я был рождён. Мой мир, в котором я сделал первый вдох, услышал собственное имя. И теперь, смотря на рассвет в долине, мне трудно осознать, что это никакой не новый мир.

«Совпадений не бывает» — так говорил Валекор. Совпадения придумали смертные, чтобы хоть как-то объяснить происходящее. Бессмертные же, мыслят иначе. Какова вероятность, что в другом мире могло существовать подобное место? И пусть даже, если такое возможно, то как у него может быть идентичное название? Острова Тана. Долина, прозванная в честь этой земли. Именно на острова прибыл мой народ будучи смертными. Обычными людьми, что отчаялись и применили запрещённое знание.

Хорошо… Допустим… Только допустим, что этот мир и есть Брилия. Но где тогда моя семья? Почему я ничего не слышал о вампирах, родившись здесь? Само название «Вампир» чуждо и незнакомо местным. Будто… Будто мой род ещё не появился. А вдруг я не прав? Вдруг вампиры, и правда, существовали, но саму память об их существовании стёрли? Что если я переродился в Брилии спустя десятки, а то и сотни тысяч лет?

— Марвин, — в смятении посмотрел я на старика.

— М-м? — повернулся он ко мне.

— Тебе знакомо слово: вампир?

Старик задумался на несколько секунд, размышляя.

— Нет, — помотал он головой. — Никогда не слышал. А что это?

— Да ничего особенного. Забудь.

Я вздохнул. Что и следовало доказать.

Получается, у меня всего три теории. Точнее… Их очень много, но рабочих и более разумных всего три. Связаны они не только с духом магистра ордена Турс’Анбара, который подчиняется Чёрной Маске, но и магией этого мира.

Первая и сама рабочая заключалась в том, что я в прошлом. Граф Бертольд заставлял меня очень много времени проводить в библиотеке замка. Ученье свет, а неученье — тьма. Так он говорил, когда я возмущался и не хотел читать книги. Но после произошедшего за столь короткий промежуток времени, да и благодаря памяти вампира, у меня будто перед глазами появился старый потрёпанный талмуд. Его кожаный переплёт давно истлел, а страницы буквально сыпались в руках, если обращаться с ним неосторожно. Но именно в нём я прочитал то, что тогда удивило меня и заставило сомневаться в разумности автора.

Древние. Так их называл Робаут Аль Казар из Бораиза, который написал ту книгу. Он был не только писателем, но и археологом, положившим всю свою долгую жизнь на поиски сокровищ и знаний древних. Из его слов, Древние жили в достигающих самих небес зданиях из слоновой кости и стекла, настолько прочного, что воссоздать его не удалось никому. Особенно мне тогда запомнилась его находка, которую он охарактеризовал, как «Зал Первых». Огромное сооружение, найденное под толщей земли и защищённое такой дверью, которую с трудом смогли пробурить четверо архимагов. Именно после подобной находки Робаут и обрёл свою репутацию, став известным человеком. Что именно было найденно описывалось смутно и расплывчато, словно Робауту запретили говорить и писать об этом. Но я отчётливо помню слова, звучавшие так:

«Моим глазам открылся зал, пол которого состоял из божественной стали. Она пела от каждого нашего шага, а стоило Лекару уронить молот, сталь издала звон тысячи голосов. Я видел лежащие на стеллажах сотни больших железных копий, концы которых заканчивались массивными отягощениями. Моргинар — наш целитель, предупредил меня, что почувствовал опасность и странное ощущение от этих копий. Его дар предчувствия опасности всегда выручал меня, потому я верил ему. Но что это за копья такие? Какой же силой и размером обладали древние, чтобы иметь возможность поднять и сражаться таким оружием? Или же это не оружие, а специальные гвозди? Это могло бы объяснить размер построек Древних… Но если это так, то почему их гвозди без шляпок на конце? Мне предстояло узнать ещё слишком многое, а пока нужно разобраться, что означала смазанная надпись на одном из этих копий-гвоздей.»

Не сказать, что я очень умён и являюсь гением мысли, но мозг будто сам подталкивал меня к тому, что речь шла о каком-то бункере, а уж, что за копья там хранились, догадаться вполне реально.

Вторая теория звучит ещё бредовее. Я в будущем Брилии, а вампиров не знали и не помнили из-за времени и вмешательства в историю. Нас просто вычеркнули из неё, оставив неизвестными. Бред в том, что в моём мире существовали не только вампиры, но и другие создания ночи. Те же оборотни, которых в Орлеонтане создали благодаря генной инженерии. А ведь были ещё Проклятые, Нежить и Арконы. Забавно, но именно последних Островитяне этого мира почему-то возводят в идолы и те являются их медийной культурой. В сети даже смешные картинки гуляют, наподобие: стань достойным гражданином, получи сотню социальных кредитов и кошка-жену. Именно зверолюдьми Арконы и являлись. И почему-то святошам и прочему сброду не нравилось именно приставка «зверо». Вот на них и охотились из-за этого.

Слишком много условностей. Ладно вычеркнуть вампиров. Но остальных? Такое практически невозможно. Только… Только если вообще всем память стереть. Но кто способен на подобное? Те самые боги, о которых не желал говорить граф Бертольд? Ха… Это уж вряд ли.

Ну и последняя теория, которая звучала ещё бредовее, чем первые две. Будущее и прошлое соприкасаются, являя нынешнее настоящее. Иначе я не могу объяснить то, как Чёрная Маска смог призвать магистра ордена Турс’Анбара. Будь это прошлое, то его дух-защитник ещё бы не родился. Будущее… Оно мне неизвестно, ведь меня прикончили, и как жил магистр ордена, я не знал.

Опять же, первая и вторая теория странны ещё тем, что здешняя магия иная. В Брилии Мана имела синий оттенок, а здесь энергия не чувствуется никаким образом. Она будто бесцветна и неосязаема. Но опять же, если вернуться к Героям, Архонтам и другим ублюдкам… Они владели Чистым Светом в идеале. Полная культивация и знания, нарощенные временем. А что здесь? Да, аристократы используют Чистый Свет, но делают это из рук вон плохо. Они будто дети, не осознающие мощь, которой обладают. Словно… Словно они находятся только в начале своего пути.

У меня сейчас голова лопнет. Слишком это всё безумно и невероятно. Но, почему-то, моя рациональная часть твердит, что если какая-то из теорий и верна, то первая. В мыслях всё чаще всплывают слова графа Бертольда о том, что люди, прибывшие на Острова Тана, бежали от войны. Находясь в отчаянии и терпя боль с невзгодами, они решились на ритуал и уничтожили врага, положив начало новому роду. Роду, который смертные Брилии боялись и ужасались от одного его названия.

Вампиры… Дети ночи. Приходящие на порог бессмертные.

А что, если те люди являлись гражданами Аркадии, выжившими после войны? Уже сейчас Уроборос смог разработать патоген, который создал Некурат и превратил ребёнка Азалии Купер в… Меня. Что если тот самый ритуал был ничем иным, как всеобщей прививкой? Бред… Да нет же… Полный бред.

— Сука… Как же сложно! — с силой схватился я за голову.

— Да не говори, — хмыкнул Марвин. — Жизнь, вообще, штука сложная.

— Не парьтесь, босс, — подал голос Ронни, играющий на телефоне в какую-то стрелялку. Судя по звукам. — У вас всё получится.

— Брат прав, — кивнул Реджи, не отстающий от своего брата и играющий с ним. — Выкинь уже свой револьвер и возьму снапу.

— Сам бери, — буркнул Ронни. — Дядя Марвин сказал, что револьвер — оружие мужиков.

Марвин заржал и ударил рукой по рулю.

— И чему ты их только учил? — со вздохом помотал я головой.

— Науке, — поднял старик палец. — И мужской мудрости.

Мы спустились с горы, здесь дорога вышла напрямую. До порта оставалось не так много, а значит скоро будем на месте. Может оно и к лучшему. Что-то с этими думами о Брилии, теориях и этом мире я совсем раскис. В действительности же… Да срать мне с высокой колокольни. Прошлое? Что ж, пусть так. Будущее? Тогда вдвойне можно забить. И то и то? Ха… Тут, вообще, лучше крови выпить и оторвать кому-нибудь голову, чем рассуждать.

Будь что будет. У меня ведь как всегда было. Решал проблемы по мере их поступления. Вот и сейчас нужно сделать также. Найти Вальца, убить его, а затем заняться императором Орлеонтана. Спасти Юнону и Куперов. Вот мои задачи. Вот, о чём сейчас нужно думать в первую очередь.

Собравшись с мыслями и выкинув из головы всё ненужное, хлопнул себя по щекам и посмотрел в лобовое стекло.

— Марвин, — нахмурился я. — Замедляй ход.

— А-а? Зачем? — не понял он.

Зато потом, когда тоже увидел то, что и я, сразу же всё понял.

— Бросайте свои телефоны, ребятня, — командирским тоном заговорил старик. — У нас, похоже, гости.

Гостями в количестве двух преграждающих дорогу машин оказалось десять человек. Семеро из них были одеты в военную форму Орлеонтана, а трое последних — в деловые костюмы разных цветов. Благодаря зрению вампира я смог разглядеть их внешность, приметив, что один из них — мужик лет тридцати, другой — старик, а третий совсем юнец. Для остального нужно было подъехать ближе.

Сказано — сделано. Мы остановились в десяти метрах от них, после чего покинули машину. Что примечательно, нас не держали на мушке, а все «гости» стояли перед нами. В деревьях и кустах никого не было. Либо же мои слух и обоняние начали подводить, что маловероятно.

— Здравствуйте, уважаемые, — широко улыбнулся Марвин, обращаясь в гостям. — Вы не могли бы убрать машины? Мы опаздываем.

Одетый в серый костюм светловолосый мужик, которому около тридцатника, со спокойным лицом посмотрел на меня и что-то шепнул седому старику. Тот в свою очередь поправил рукава тёмного костюма и кивнул. Один только светловолосый пацан, которому не дал бы больше восемнадцати, стоял и нервничал. Бойцы за их спинами не предпринимали никаких действий, ожидая приказа.

— Моё имя — Абрахам Гонт. Я один из старейшин клана Гонт и тот, кого глава послал встретить вас, — властно проговорил старик, взяв слово.

Марвин цыкнул и потянулся за револьвером на поясе. Близнецы приготовились к бою и сжали кулаки.

— Откуда вы прознали о нас, разумеется, вы не скажите, — хмыкнул я.

— Почему же? — пожал плечами старик. — Среди тех, кто пришёл с вами в нашу империю и решил убить нашего императора, есть предатель. Всё просто.

— Сурово и прямолинейно, — оскалился Марвин. — Только почему мы должны верить в этот бред?

— Закрой свой рот, ничтожество, — рыкнул мужик в сером. — Старейшина Абрахам никогда не врёт.

Я спокойно осмотрелся по сторонам, вдыхая влажный воздух.

— Что дальше? — взглянул в глаза старику. — Убьёте нас?

— Таков приказ, — приподнялись уголки его губ. — Но тебя, Райан Купер, нам приказано задержать живым.

— Даже так… — протянул я. — А кто приказал, не скажешь? Когда прикончу вас, хочу задать ему пару вопросов.

Старик не ответил и просто махнул рукой. Словно марионетки, семеро бойцов вышли вперёд и одновременно достали из карманов формы металлические шприцы, вколов содержимое себе в шеи.

— Не стоило вам приезжать в Орлеонтан, ничтожества, — высокомерно бросил мужик, огладив ежик светлых волос на голове.

Вслед за его словами, бойцы с вскриками попадали на асфальт. Близнецы за моей спиной активировали Покров и превратились в джинов. Марвин метнулся к тачке и вытащил свинку из багажника, расчехляя её и доставая ручной гранатомёт. Я же с интересом наблюдал за тем, как люди, вколовшие себе какую-то бурду, начинали меняться. Их одежда рвалась и опадала лоскутами, мышцы и кости выворачивались наизнанку, а кожа покрывалась шерстью.

Что ж… Теперь понятно, как именно в Аркадию проникло столько псов. Ведь прямо сейчас я наблюдал за тем, как семь человек единовременно утратили разум и превратились в чудовищ.

— Ненавижу, сука, собак, — выдал Марвин.

На этом чудеса не закончились. Обратившиеся оборотни собирались уже броситься на нас. Их пасти истекали слюнями, когти скоблили асфальт, а глаза горели звериным безумием. Но они стояли на месте. Стояли и не двигались.

— Мальчишку взять живым, — лающим голосом произнёс старик, а глаза всей тройки приняли вид волчьих. — Остальных — убить.

Оборотни с воем бросились на нас, и я, наконец, понял, кем являлись эти три мудака. Чистокровные Ликаны… Вот уж повезло.

Глава 8

События понеслись вскачь. Марвин разрядил первый снаряд в прыгнувшего на него оборотня и того буквально разорвало. Ошмётки плоти полетели во все стороны, волной взрыва старика отбросило на задницу.

— Ох, ебутся мишки, повезло-повезло! — задорно крикнул он и рывком поднялся на ноги.

Близнецы превратились в единый организм, начав аннигиляцию всего живого. Семь оборотней, а точнее уже шесть, слишком малая величина для этих ребят. Ронни махнул рукой и вырвал кусок асфальта, которым снёс сразу двух псов. Те со скулёжем унеслись в лес. Его брат сделал иначе, прибегнув к моей школе. Он просто повернул ладони и слегка вытянул руки, отчего сразу три пса взметнулись вверх.

— Ух, хорошо пошли! — заржал Марвин, видя, как три оборотня улетают в сторону гор, будто от пинка.

Я стоял и не двигался, как и троица обмудков. На лице мужика застыло выражение ярости, пацан перестал нервничать и со страхом смотрел на ошмётки убитого оборотня, а старик ухмылялся.

Никогда не бывает всё так просто. Это выражение можно определить ко всему в жизни. И к этой ситуации тоже. Семь оборотней слишком мало, но кто сказал, что их всего семь?

Моё обоняние и слух реально подвели. Почему — неизвестно, но это факт. Из-за деревьев и кустов начали вылезать ещё оборотни. Как тараканы, они высыпались из зелёного массива, несясь в нашу сторону.

— Старика сохранить, врагов — убить, — коротко отдал я приказ близнецам и сделал первый шаг.

Оборотни огибали меня, будто волна прибоя и бежали к близнецам и Марвину. Их улетающие обратно покарёжанные туши и скулёж были для меня радостью и успокоением. Пусть их много, но они не подойдут к Марвину. Особенно после моего приказа, который стал для братьев спусковым крючком. Сила переполняла их тела. Трупы, земля с асфальтом и вырванные деревья поднимались в воздух. Да… Их много… Но никто из них не выживет.

Ухмылка старика стала шире. Он что-то шепнул, и вперёд вышел светловолосый мужик, двинувшись мне навстречу. С каждым шагом он преображался. Я отчётливо слышал хруст костей и рвущиеся набухающие мышцы. Он рос в размерах, увеличиваясь в высоту и ширину. Густой пепельный мех стремительно вырастал на его коже, рот вытянулся в волчьем оскале клыков, а на руках появились острые когти.

Эта туша, судя по виду, весила просто дохерище. Это нормальное явление. Чистокровные Ликаны больше и сильнее, чем обычное мясо. И в отличие от своих собратьев-рабов, они сохраняли рассудок, держа в узде звериные позывы. Разумеется, только в обычной обстановке, а не в момент боя. Уж там, они напрочь откидывали свою разумность, превращаясь в животных.

Этот ликан будто красовался. Он шёл медленно, размеренно и держа шаг, смотря мне в глаза. Он хотел внушить страх. Внушить ужас и показать мне, что не стоит рыпаться.

Видя, что результат нулевой, и я всё также иду к старику, он громогласно взвыл и прыгнул на меня, намереваясь навалиться сверху.

Открыть разум. Сконцентрироваться. Представить. Воплотить…

Я слегка развернул корпус, отвёл ногу назад и покрепче сжал правый кулак. Вампирская мощь заструилась по моим венам подобно огненной магме. Кроваво-красный туман вспыхнул вокруг руки, отчего брови старика дёрнулись. Он порывался что-то крикнуть, но было поздно.

БАХ!

Оглушительная ударная волна разошлась во все стороны в момент удара, опрокидывая с ног ближайших оборотней и заставляя всю битву на короткий миг стихнуть. Асфальт треснул на добрых три метра, разойдясь паутинкой.

С громким скулёжем тушу ликана снесло в машины, которые тот смял, как преграду, и полетел дальше. Он был жив. Не только благодаря регенерации, но и своим инстинктам. Я намерился убить его одним ударом, пробив грудь и сердце, но тварь быстро смекнула и сместила корпус в воздухе. Зато теперь у него вся верхняя левая часть болталась забавной плетью, а место, куда пришёлся удар, заметно облысело.

Вот, что делает чистая физическая мощь Первородного, сдобренная концентрированным ударом телекинеза.

Вытянувшуюся рожу старика и перепуганный взгляд мальца нужно было видеть. Дед явно не ожидал ничего подобного и сейчас пытался обмозговать. А иначе, как ещё объяснить то, что на меня ринулась толпа оборотней?

За долю мгновения моё лицо преобразилось, являя вампирскую суть и оскалив клыки. Глаза вспыхнули кроваво-красным светом, а вокруг тела образовался саван туманной силы Первородного.

Это мясо посмело мешать Первородному! Посмело мешать Берраде!

— Знайте своё место, псы!

Мощная телекинетическая ударная волна вырвалась из моего тела. Её мощь превратила ближайших оборотней в смятку из костей и мяса.

Филигранно, будто музыкант-виртуоз, я отделил сломанные кости от кровавого месива и сделал их своих оружием. Летающими кинжалами они левитировали по полю боя вокруг меня, неся смерть всем, кто приближался. Сейчас я не был у себя дома. Вокруг меня не было тех, кто остро нуждался в моей защите. И поэтому…

Моё лицо растянулось в зверином оскале, сила взбурлила потоком, а кости ускорили своё вращение. Я намеренно просто шёл вперёд, смотря прямо в глаза старика. Мои ноги утопали в льющейся крови, проходя сквозь мёртвые тела оборотней. Смрад крови и потрохов стоял тошнотворный, но он был прекрасен.

Я мог одним рывком настигнуть старика и обезглавить его, но меня мучило любопытство. Близнецы без труда держали волны оборотней, защищая Марвина. И пусть они не испытывали напряга, на помощь прийти мне не могли. Тупо не пробиться. Но это и не требовалось. Я хочу посмотреть, что будет дальше. Моё вампирское любопытство жаждет увидеть, каковы эти Чистокровные.

И они не подвели меня. Поняв, что дело пахнет жареным, старик начал обращаться, попутно толкая и крича на мальца. Тот пытался воспротивиться, но тоже превратился в ликана.

Позади них, на полной скорости, сюда ещё и побиток бежал. Вон как глаза горят, аж сердце радость берёт.

— Если это всё, на что способны нынешние Чистокровные Ликаны, — похрустел я шеей, смотря на псин. — То мне даже интересно, как вы ещё не сдохли.

Мои слова явно удивили старика. Он сбился с шага и перестал скалиться, по-иному посмотрев на меня.

— Давайте, — вызывающе помахал я рукой, стоя посреди трупов и ощущая вампирский азарт. — Нападайте сразу все! Всей толпой!

* * *

Марвин нервничал. Марвин недоумевал и охреневал от ситуации, куда они угодили. Хотя тут больше бы подошло выражение не «ситуация», а полная жопа! Его гранатомёт с пустым барабаном уже давно валялся где-то среди моря тел и трупов псин-переростков. Ух… Как же сильно Марвин не любил собак! И нет, это не потому что он был кошатником. А из-за того, что ещё в детстве, его очень сильно покусала целая свора дворовых псов. Очень долго тогда ещё юному Марвину Боггсу пришлось провести в больнице, находясь на лечении уколами.

Крутясь, как уж на сковородке, он напитывал Покров всё сильнее и сильнее, пытаясь удержать его от клыков безумных псов. Его револьвер, который Марвин молниеносно перезаряжал во время схватки, не знал промаха. Старик даже в какой-то момент пожалел, что не может сейчас вести бой где-нибудь издалека. Любимую снайперскую винтовку с забавным именем «Люсиль», названную в честь первой любви, в руки и полная жопа стала бы не такой уж и полной.

Радовало то, что старик был не один. Два оболтуса и лентяя, которых он обучал наукам современного мира на одном из райских островов, сейчас находились рядом с ним. Что-что, а в Ронни и Реджи он был уверен. Как бойцы и убийцы, они просто отменные.

— Вот дерьмо! — мигом упал Марвин в кровавую лужу и потроха, а над его головой пронесся огромный пласт земли. — Смотри куда целишься! Ещё раз так попадёшь, Реджи, и я тебя без телефона оставлю!

— Виноват, дядя Марвин! — громко ответил мужчина, хотя его голос из-за Покрова звучал слишком уж чужеродно.

Братья дрались рядом со стариком, сдерживая натиск полчищ тварей, которым не было конца и края. Выглядело это всё так, будто они попали в самый настоящий муравейник, потоптались по нему, а затем и обоссали на потеху. Слишком уж рьяно их атаковали и желали сожрать оборотни, вылезающие из лесного массива.

Перезарядив барабан, Марвин выстрелом снёс голову оборотня, пробившегося сквозь защиту близнецов. Мозги и осколки черепа снесло напрочь от мощности калибра. Пороховые газы вышли из ствола, смешиваясь с витающим запахом дерьма и крови.

Находясь на волоске от смерти, ну или от клыков и когтей, Марвин ни о чём не сожалел. Его жизнь бойца АССО, а потом и наёмника, слишком сильно меняет мышление и восприятие реальности. Хотя… На этом ещё могло сказаться то, что его одиннадцать лет пичкали ЛСД в психушке, куда он попал после того, как увидел последствия резни в одной из деревень во время задания. В любом случае, даже если бы старик знал, что их могло подобное ожидать, он бы все равно не дал по тормозам. Слишком уж сильно в его сердце теплится ненависть и злоба за предательство. Лучший друг и названый брат. Марвин редко кому доверял свою спину и таких людей мог пересчитать по пальцам. Вальц был одним из них…

— Р-р-а-а! — прыгнул на него оборотень, не обращающий внимание на рану от оторванной руки.

— Тц-ц, достали! — рыкнул Марвин, сделав два выстрела и успокоив тварь. — Не дайте псинам прорваться! Мне нужно десять секунд!

Близнецы хотели было уже в унисон крикнуть старику остановиться, ведь тот побежал прямо к машине, откуда прорывалась целая толпа. Вот только после всех проведённых на острове дней, они решили не делать подобного. А уж когда Марвин добрался до багажника их тачки, открыл его и достал оттуда полностью чёрный куб с таймером и парой кнопок…

— В кучу! В кучу их соберите! — прокричал Марвин, отстреливаясь и держа в руке кубик.

Близнецы выполнили приказ командира, своей силой заставляя псов сдвигаться с разных направлений в один поток. Это стоило многих усилий, пластов вырванного асфальта, ставшего вместе с землёй стенами. Они создали натуральный укреплённый форт!

— Кушать подано, ублюдки! — заржал окровавленный Марвин, тыкнул на кнопку и бросил куб в толпу перед близнецами.

Те в свою очередь смекнули, сместили землю и асфальт, укрепив позиции и закрыли собой старика.

От взрыва застонала и задрожала земля. Небеса будто заволокло огнём, а по укреплениям защиты пришёлся такой удар, что близнецы закричали от натуги. Всё вокруг было объято огнём, меняющего свой цвет с красного, на синий. Асфальт плавился и растекался, земля превращалась в магму и образовывала целые ручьи. Деревья и трава исчезли моментально, превратившись в пепел. Тоже самое случилось и с оборотнями. Сгорели все, и живые, и мёртвые.

— Ч-что это было, дядя Марвин? — в полном шоке и неверии спросил Ронни.

Он видел, как дядя Марвин создавал взрывные игрушки. Но такое… Такого Ронни не видел никогда.

— Да фигня, — фыркнул старик, улыбнувшись пересохшими губами. — Собрал из остатков, которые было жаль выкидывать.

Реджи уже было хотел сказать, что нужно бежать на помощь боссу. Но не успел он открыть рта, как стены их укрепления снесла массивная белоснежная туша огромного оборотня. В разы больше предыдущих. Один его вид заставил Марвина застонать и схватиться за голову, жалея о том, что он не взял больше взрывчатки!

— Р-р-кха… — с болью перевернулся весь избитый, израненный ликан.

Его правая рука и ноги были сломаны, срастаясь хрустом. Мех порван во множестве мест, из пасти вытекали целые ручьи крови, а одно ухо отсутствовало напрочь.

Близнецы с трудом активировали Покров вновь. Слишком сильно их потрепала последняя задумка дяди Марвина, а потому сил осталось слишком мало. Но они должны справиться… Так приказал босс!

Марвин в очередной раз перезарядил револьвер и навёл его на тушу оборотня, готовясь спустить весь барабан.

— Эй, мясо, ты куда это убежал? — донёсся до них смеющийся полубезумный голос.

В пролом защиты укреплений вошёл Райан, обмазанный кровью с ног до головы. Весь верх его одежды был изорван, оголяя мышцы пресса, груди и рук. Вокруг него вился кровавый туман, а в воздухе летали окровавленные кости. В одной руке он нёс оторванную голову ещё одного оборотня, и Марвину отчётливо показалось, что в глазах умершего зверя застыл настоящий ужас.

Марвин никогда не видел этого мальчишку таким. Даже будучи Призраком… От него не несло подобной кровожадностью и чем-то чужеродным. И сейчас, смотря на скалящееся лицо, которое принадлежало не юнцу, а какому-то чудовищу, он видел не Райана или Призрака. В полыхающих красно-кровавым светом глазах более не было ничего от мальчишки или старого доброго наёмника Призрака. Теперь в них появилось нечто другое… Голодное, кровожадное и ужасающее.

Марвин давно не испытывал страха, разучившись обращать на него внимание из-за своей жизни. Но здесь и сейчас, он ощущал, как тряслись его поджилки.

— Вставай, Ликан, — облизал Райан окровавленную ладонь и зажмурил глаза в блаженстве. — Поразвлекай меня ещё немного, перед тем, как умереть.

Глава 9

Тот же день…

Столица империи Орлеонтан… Город Бритос…

Поместье клана Гонт…

Стук каблуков эхом отражался от ступень мраморной лестницы. Факелы, закреплённые на стенах, как дань традиции, освещали темноту.

Одетая в серый строгий костюм светловолосая девушка спускалась вниз, держа в руке с идеальным маникюром, небольшую синюю папочку. С каждым шагом, спускаясь вниз, она все отчётливее слышала звериный рык и грохот, будто в самом конце пути её ждало разъяренное чудовище.

Лестница закончилась, и девушка двинулась по коридору, оказавшись перед широкими дверьми. Возле неё дежурило двое гладковыбритых и диковатых на вид бойца, вооруженных алебардами. На их плечах красовался герб клана Гонт, являющий собой белого скалящегося волка в профиль.

Увидев посетительницу, бойцы синхронно кивнули и открыли двери широкой залы. Зайдя внутрь, девушка пробежалась взглядом по спортивным снарядам, разнообразному железу и массивному рингу в центре.

Вдохнув полной грудью слегка затхлый запах сырости, смешивающийся с таким манящим мускусом самца, она гулко сглотнула и перевела взгляд на его обладателя.

Мощный Ликан, выше двух метров в высоту, и широкий в плечах, с остервенением и рьяной жестокостью избивал множество механизированных манекенов. Те, в свою очередь, пытались дать отпор оборотню, соблюдая внутреннюю программу.

Металл скрипел, ломался и разрывался от острых когтей, проходящих сквозь него, как через масло.

— Господин, — не смея повышать голос, произнесла девушка и сразу же склонила голову в почтении и безмерном уважении.

Она не видела, как Ликан обратил на неё взор, но всё её естество сжалось и задрожало. Звериная и необузданная аура легла на её плечи мощным прессом, заставляя ещё сильнее припадать ниц.

От каждого шага оборотня, отвлёкшегося от боя с манекенами и двинувшегося к девушке, подрагивал пол.

С трудом подавив страх и раболепие, посетительница подняла глаза, принявшие вид волчьих, и взглянула на Альфу своей стаи. Белоснежная густая шерсть, будто выпавший снег. Родимое серое пятно на груди, больше похожее на некий широкий галстук, тянущийся от шее и до живота. Мощный ворс не скрывал его крепких мышц, бугрящихся под кожей.

Сильнейший из Гонтов. Альфа стаи и её прародитель, показавший, что бытие обычным смертным было настоящей мукой. Именно он, Кристофер Гонт, ставший главой клана по пожеланию отца, являлся сокровищем и сильнейшим оружием.

Не выдерживая тяжёлый взгляд господина, девушка вновь опустила его в пол и вскоре услышала, как Альфа начал обращаться в человека. Его кости хрустели и ломались, мышцы рвались, а кожа и шерсть спадали лоскутами на пол тренировочного зала.

Теперь перед ней стоял абсолютно голый и не стесняющийся этого, красивый мужчина с выразительными и диковатыми чертами лица. Грива светлых волос спадала до его плеч, мощная грудь глубоко вздымалась, а всё тело покрывали капельки пота.

— Подними голову, Элеонор, — мужественным баритоном заговорил он. — Рассказывай, что случилось?

Девушка взяла себя в руки и, стараясь не смотреть на достоинство господина, выпрямилась. Но хоть она и пыталась держать себя в руках, румянец щёк и ярко выраженная похоть в глазах, выдавали её с головой.

— Ваш дядя, господин Абрахам, не выходит на связь, — начала она доклад. — Также мы не можем связаться с Гилбертом и Джошуа.

Брови Кристофера приподнялись в удивлении. Что значит не выходят на связь? Им было поручено простое задание: выйти на опережение отделившегося отряда неприятелей из Аркадии, и задержать мальчишку. Просто приказ, отданный не только службой безопасности империи, но и подкреплённым самим императорским указом. Райан Купер зачем-то нужен их государю, и Кристофер хотел очень узнать — зачем?

Раз его дядя, кузен и племянник, не выходят на связь, то они не справились. Но как? С ними были посланы шесть отрядов отборного мяса с выданном им сывороткой «Дыхание Фенрира».

Элеонор открыла принесённую папку и протянула её господину. Тот с задумчивым видом принял её и всмотрелся в данные разведки, посланной, как только связь прервалась. С каждой секундой, Альфа хмурился от прочитанного и ему не нравилось то, что он видел. Вытащив небольшое устройство, больше похожее на диктофон, он покрутил его в руках и нажал на красную кнопку корпуса.

— Если это всё, на что способны нынешние Чистокровные Ликаны, — раздался полный холода и силы юношеский голос из динамика устройства, изъятого в одной из разбитых машин. — То мне даже интересно, как вы ещё не сдохли.

Элеонор на подобные слова заскрежетала зубами, а её звериная суть на короткий миг вышла из под контроля. Глаза девушки приобрели янтарный оттенок, а радужка и зрачок изменились. Под её губами показались волчьи клыки.

Альфа и глава клана никак не отреагировал на порыв девушки. Она ещё слишком импульсивна, но очень талантлива. Пусть… Пусть звериное начало прорывается. Нельзя сдерживать свою суть, когда она того требует.

Больше всего Кристофера волновало то, что он услышал, нежели реакция подчинённой.

«Чистокровные Ликаны…» — пронеслась мысль в его голове, заставляя задуматься ещё сильнее.

Никто, кроме него, не выражался так в обращении к оборотнями своего клана. Да и сам Кристофер не совсем понимал, почему это название слышалось для него, будто родным. С самого детства, после того, как отец отвёл его в лабораторный комплекс, где юному Кристоферу сделали странный укол, он начал замечать за собой необычные порывы. Словно… Его внутренний зверь общался с ним на своём языке и подсказывал то, что казалось непонятным и необъяснимым. Именно Кристофер при разговоре с дядей, называл их клан Чистокровными Ликанами. Старику тогда понравилась эта фраза и он был рад, что является частью чего-то большего.

Но откуда? Откуда посторонний человек мог знать об этом?

Да и что странно… Стоило только Кристоферу услышать тот голос, как он ощутил, словно внутренний зверь встрепенулся. Инстинкты Альфа стаи обострились и впервые за несколько лет внушали ему, что опасность рядом. Она нависла над их стаей, как острейший клинок. Но кроме опасности были ещё: ненависть, злоба, нотки страха, и интереса.

Опустив глаза на папку, Кристофер вновь вчитался в доклад. Кровь, разорванные трупы, изломанные тела… Всё выглядело так, будто их клан перешёл дорогу настоящему хищнику, которого не нужно было трогать. Уйти с его дороги и оставить в покое… Но что стало с членами его стаи? Да и как три чистокровных, при поддержке мини-армии, не смогли одолеть четверых человек? Вот же, прямо сейчас у него на руках! Вот вся информация о братьях Крэй, Марвине Боггсе и мальчишке, который нужен их императору!

Даже при самом лучшем раскладе и помощи извне, они бы не смогли справиться. Сил, которые отправил Кристофер, хватило бы, чтобы захватить небольшой городок! Теперь же, эти силы разбухали на солнце в долине Тана, а члены его семьи исчезли!

— Свяжись с Габриэлем, — сухо сказал Альфа. — Скажи, что для него есть работа.

Элеонор отчётливо вздрогнула, и пересохшими от волнения губами, прошептала:

— Вы уверены, господин?

— Выполняй приказ, Элеонор, — обжёг он её взглядом.

Девушка побледнела, мигом поклонилась и убежала исполнять волю Альфы. Сам же Кристофер развернулся к изломанным манекенам, продолжая ощущать и концентрироваться на шепчущих инстинктах.

Какой бы не была опасность для клана, он её устранит. Найдёт того, кто посмел навредить его стае.

— Осталось ждать, — похрустел он шеей и двинулся к снарядам. — Пока Зверь Жеводана найдёт их.

* * *

Где-то на одном из Островов Тана…

Мерзкий скрежет заполнял собой просторное каменное рукотворное помещение, больше похожее на пещеру животного, нежели на жилище человека. В его центре танцевал горящий костёр, языками пламени порываясь к потолку. Вокруг самого костра в разных местах были разбросаны различные предметы в виде склянок, спального мешка из соломы и другой утвари.

~чирк-чирк~

Искры блеснули в темном углу пещеры, а вслед за ними в довольстве прищурились алые хищные глаза.

~чирк-чирк~

Скрежет был монотонным и услышь его заблудший в это место путник, то он бы казался ему настолько противным, что свело бы зубы.

~чирк-чирк~

Очередные вылетевшие искры растворились в темноте, а вслед за ними прозвучал характерный «Дилинь!».

Обладатель алых глаз издал утробный рык, нехотя поднялся с уютного пола пещеры и вышел на свет костра. Одетый в кожаные штаны из шкур животных, и из такого же материала накидке на плечах, он являл собой образ дикости и свирепости. Весь его мощный торс и руки покрывали разнообразные шрамы от когтей, клыков и следов прошедших битв.

Откинув одну из шкур, что лежала на полу пещеры, мужчина взял потрёпанное и поцарапанное устройство.

«Уважаемый Габриэль Гонт. Приказом главы вам велено явиться в поместье семьи.»

Мужчина отчётливо по-звериному хмыкнул и отбросил устройство обратно. Он потянулся, разминая мышцы, после чего пошёл на выход из пещеры, коротко бросив довольный взгляд на блеснувшие в свете костра стальные когти.

— Интересно, что же заставило младшего брата вспомнить о старшем? — вышел Габриэль из пещеры и оскалился. — Ну ничего… Скоро узнаю.

* * *

Свой первый паром мы пропустили. А всё потому что нас задержали эти мудаки, не давшие успеть вовремя. Эх, теперь ещё с ними разбираться.

— Давай открывай глаза, спящая красавица, — с ухмылкой похлопал я по щеке светловолосого мужика.

На того было жалко смотреть. Избитый, окровавленный, голозадый и с отрубленными руками. Он с трудом открыл янтарные глаза и с болью посмотрел на меня. Его бледное лицо приняло яростный вид, после чего он попытался выпрямиться и бросится в атаку.

— Тише-тише, — хохотнул я, смотря на его трепыхания. — А то и ноги придётся отрубить.

Когда до него дошло, мужик до крови закусил нижнюю губу.

— Ублюдок! Мразь! Мы тебя уничтожим! Тебя и всех тех, кто тебе дорог! Мы — клан Гонт, тварь! Мы не оставим от тебя даже упоминания!

— Закончил? — поскрёб я в ухе мизинцем. — Или есть, что ещё добавить?

Целые две минуты мужик сыпал в меня оскорблениями, ни разу не повторившись. Вот это я понимаю — талант! Я даже несколько фраз запомнил на будущее!

— Что такое? — оскалился я, видя, что он пытается обратиться, но ничего кроме пердежа не выходит. — Силёнок не хватает?

— Что ты сделал со мной⁈ — в шоке и страхе бросил он. — И где?..

— Остальные? — закончил за него. — Пацан вот там валяется, — указал рукой на Марвина и близнецов, у ног которых без сознания лежал связанный шкет. — Ну, а старик…

Лицо мужика посерело, его глаза в неверии уставились в мои. Готов поспорить, что сейчас у него вся жизнь пролетает этапами воспоминаний. А может он жалеет, что вызвался на это задание? Хм, очень вряд ли.

— Ты — покойник… — безумно улыбнулся он. — Ты ещё даже не осознал этого, но уже покойник… Господин найдёт тебя… Он всегда находит…

— Напугал ежа голой жопой, — фыркнул я и присел перед ним на корточки. — Да хорош тебе уже пытаться, ничего у тебя не выйдет.

Да, он опять пытался принять форму оборотня, но получался только пшик.

— Вот знаешь, анализируя прошлую битву и видя сейчас твои потуги, могу с уверенностью сказать, что нихера вы не Чистокровные Ликаны. Слабаки, да и только…

Он порывался ответить что-то едкое, но разумно промолчал.

—… Будь ты обучен и натаскан, то знал бы, что у вашего обращения есть предел. Сила не берётся из ничего, слышал об этом? У тебя, хех, банально села батарейка.

— Что тебе нужно? — обречённо, но не менее злобно спросил он. — Для чего этот разговор?

— Да мы из-за вас паром упустили, — указал ему рукой на ещё виднеющийся вдалеке транспорт. — Вот и захотелось мне поболтать. Узнать, так сказать, чем нынешние оборотни живут? Что едят? Как досуг проводят?

— Ты — безумец… — с ухмылкой покачал он головой. — Просто безумец…

Молниеносно выстрелив рукой, схватил захрипевшего мужика за горло. Он попытался брыкаться и большими глазами смотрел в мои, полностью безразличные и холодные.

— Ты даже не представляешь, насколько я безумен, — утробный рык вырвался из моей глотки, а ярость клокотала в груди. — Вы, псы сутулые, посмели напасть на мой дом. Прийти на порог и ранить тех, кто мне дорог, — вокруг меня начал проявляться кроваво-красный туман вампирской мощи. — Ты сыплешь мне кары от своего господина, но не понимаешь, что покойником отнюдь буду не я. Весь ваш род… Вся стая безмозглых псин, посмевших показать клыки на Первородного… Вы все сдохнете. Каждый из вас. Я оторвал голову тому старику слабосилку, упившись его кровью. Я выпотрошу тебя, как треску, и оставлю труп гнить на этом берегу. Ваших щенков я утоплю в крови, а старших стаи разорву на куски. А потом, когда от клана Гонт останется одно лишь воспоминание, я займусь вашим императором.

С каждой секундой моя хватка усиливалась. Мужик бледнел, серел и, не переставая, хрипел. Больше в его глаза не осталось гнева и необузданности. Только страх и ужас за свою жизнь, которую я держал в своей руке. Одно лишь движение, и он испустит дух.

Вытащив свободной рукой шприц, найденный среди лохмотьев старика, я покрутил его. Металл блестел в свете лучей солнца, а содержимое являло собой мутную серебристую жидкость.

— Знаешь, Гилберт, — вспомнил я его имя, вычитанное в бумажнике. — Этот мир до сих пор удивляет меня. Вы, смертные, смогли достичь таких высот… Я поражаюсь вами и восхищаюсь. Не всеми, но многими. Вы покорили небеса и звёзды. Создаёте здания, достигающие облаков. Но при всём вашем таланте, внутри вы ничем не отличаетесь от жителей Брилии. Такие же мелочные, желчные, гордые и заносчивые. Звучит с моей стороны, конечно, лицемерно, — я хмыкнул. — Но я не человек, а потому без разницы. Я ведь не хотел всего этого, Гилберт, — покачал головой, слушая хрипы мужика. — У меня был второй шанс. Я хотел прожить жизнь иначе. Стать… Человеком. А что в итоге? Вы, люди, отняли у меня это. Не лично ты, Гилберт… Но смертные. Вы не дали мне насладиться новой жизнью сполна, а теперь посмотри к чему это привело. Ты здесь и скоро сдохнешь. Просто стечение обстоятельств множества ошибок. Даже после нашей битвы… Благодаря вам, моя вампирская суть вновь взяла верх и возобладала. Я вспоминаю себя прошлого, Гилберт. Того, кем я был когда-то давно. И знаешь, что самое забавное?

Я отпустил его. Он упал на песок и попытался отдышаться.

— Самое забавное то, что в своём мире, я уничтожил не одну и не две стаи Ликанов. Вместе с моим ковеном мы истребляли вас пачками. Даже сейчас помню, — я улыбнулся воспоминаниям. — Тот жалкий скулёж Боратраса. А ведь члены его стаи были сильнее, чем вы. Гораздо сильнее, Гилберт.

— К-кто ты такой? — просипел мужик, смотря на меня, как на сумасшедшего.

Убрав шприц в карман, развёл руки в стороны и, как подобает настоящему аристократу, совершил поясной поклон со снятой воображаемой шляпой.

— Позволь представиться, — моё лицо изменилось на вампирское. — Беррада Годар фон Мортегар. Первородный Вампир и последний из рода Мортегар. Проклятье Исграмора, Алый Мясник, Выпивающий Суть, — я подошёл к телу трясущегося Гилберта, возвышаясь над ним и улыбаясь. — Но что самое важное… Я — палач вашего рода.

Глава 10

Поморщившись от затёкших мышц в ноющем теле, Джошуа открыл глаза. Мутным взглядом он сфокусировался на горящем огне и трёх фигурах людей. Хоть его голова и страдала сейчас от жуткой мигрени, а организм требовал воды, юноша смог сразу же опознать тех, кого видел. Именно их ему, его дяде и дедушке было приказано устранить.

«А-а?.. Г-где они?..» — с трудом заозирался Джошуа, чувствуя, что хоть тело и болит, но регенерация оборотня делает своё дело.

Попробовав освободить руки, он понял, что те крепко связаны. Как, в принципе, и ноги. Но даже так… Почему он не ощущал запаха своих родных? Где они? Что с ними⁈

Мальчишку пробрал страх, а его сердце застучало быстрее.

Ещё при отъезде на задание, Джошуа хотел остаться дома и заняться чтением. Он не хотел ехать по приказу главы, чтобы убить незнакомых людей. И тем более, не хотел захватывать одного из них, зная, чем это может кончится для бедолаги. Но Джошуа поехал. Приказ Альфы не обсуждается… Ведь за ним может последовать не только наказание, что является самой мелкой расправой при неповиновении, но и изгнание. Юнец не мог даже подумать о том, чтобы лишиться семьи и своей стаи. Любящий читать книги и постоянно пропадающий на учёбе или в библиотеке, он не готов к жизни одиночки.

Теперь же, раз они не справились с задачей, то Джошуа все равно ждёт наказание. Оно неизбежно, как самый настоящий рок. Но всё же, в своём сердце, мальчишка хотел знать, что произошло с его родными? После своего обращения, которое он так не любил, желая оставаться человеком, Джошуа ничего не помнил. В голове была пустота, а во рту всё ещё ощущался вкус крови.

— Очнулся? — он не заметил, как перед ним присел незнакомый старик. Его частично лысая голова блестела от пота в свете костра. — На, возьми.

Джошуа принял связанными руками слегка помятую алюминиевую кружку и сделал глоток воды. Организм сразу же отозвался, и живот заурчал.

— Благодарю, — старался он держать голос ровнее, попутно смочив пересохшие губы.

Ощутив на себе пристальный взгляд, Джошуа отчётливо вздрогнул и заметил, как на него внимательно смотрят двое мужчин. Выглядящие, как две капли воды, они являлись близнецами и пугали мальчишку. Он ощущал в них нечто, что видел только в своём господине и его старшем брате. Хотя… Джошуа мог признаться сам себе, что дядю Габриэля он боялся гораздо больше. Тот был самим олицетворением животной свирепости и дикости.

— Дам тебе совет, — тихо прошептал старик, странно смотря в глаза мальчишке. — Не дерзи ему и не показывай страха. Держи его в себе.

О чём говорит этот старикан? Кому он не должен дерзить и показывать страха? Почему от его слов, Джошуа наоборот начал бояться ещё сильнее?

Ответ на эти вопросы он получил достаточно скоро. Стоило только юнцу отдать пустую кружку, как он увидел выходящего из темноты человека. На плече тот нёс окровавленную тушу оленя и, на вскидку, Джошуа принял его за ровесника. Ему в глаза сразу же бросились тёмные волосы парня, его чёрная военная форма с берцами и кровавые глаза. Они полыхали в ночи сильнее, чем разведённый костёр.

Заметив, что Джошуа смотрит на него, Райан бросил тушу рядом с близнецами и двинулся к нему.

Присевший ранее на колени старик поднялся и, покачав головой, отошёл в сторону.

Хоть память Джошуа и находилась в полном раздрае, при приближении парня он вспомнил его и отчётливо сглотнул. Воспоминания в голове хлынули словно лавина, неся за собой картину настоящей бойни. Кровь… Тела… Смерть… И в центре всего, Райан Купер. Да, он вспомнил его имя, будто повторял его сотню раз.

— Перейду сразу к делу, — присел Райан перед ним на корточки, взглянув в глаза, отчего Джошуа вздрогнул и ощутил, как страх пробирается в самое сердце. — Ты жив только по двум причинам, — он показал два пальца. — Первая: в той бойне я видел твою нерешительность и нежелание сражения. Вторая: Марвин попросил меня повременить и всё обдумать. А теперь ответь мне на вопрос, Джошуа Гонт… Зачем мне оставлять тебя в живых?

Услышав сказанное, мальчишка вновь ощутил, как пересохло горло. Его спина начала покрываться холодным потом, а мысли понеслись вскачь.

Не показывать страх? И как он должен это сделать⁈

* * *

— А-а-а!!!

— Босс, нам прибить его? — спросил Реджи, сморщившийся от крика, продолжая разделывать оленя.

— А-а-а!!!

— Он меня раздражает, — беззлобно бросил Ронни, помогавший брату.

— А-а-а!!! Не убивайте!!! Пожалуйста!!!

Картина Репина «Приплыли». Устало массируя виски, я стоял перед хнычущим парнем, который явно являлся моим ровесником. Сопли и слёзы текли без остановки, он размазывал их ладонями и продолжал завывать, будто его режут. Марвин на это только вздохнул и даже не смотрел на меня.

— Я не хотел этого! Я же… Да я не убийца! Я книги люблю! Науку! А не вот это вот всё! А-а-а!!!

— А ну, хватит! — рыкнул я, но тот меня будто не слышал.

— Задание не выполнили! Проиграли врагам! Меня… Меня теперь из стаи изгонят! Я же теперь никому не нужен! Слабак! Ничтожество! У-а-а!!!

Парня просто пробило. При моём приближении он ещё держался и старался не показывать эмоций. Но после моих слов… Как плотину прорвало. И это Чистокровный Ликан? Чудовище, которого до усрачки боялись смертные моего мира? Монстр, на которого герои и святоши устраивали настоящую охоту и пытались искоренить из-за опасности?

Мне проще его убить. Просто избавиться и закончить то, что начал. Гонты умрут. Это не обсуждается и решено. И здесь дело не в том, что они тоже причастны к нападению на мою семью, ведь те самые бойцы являлись их людьми. Ну, это если верить кормящему падальщиков Гилберту, с которым у нас состоялся прекрасный разговор на берегу. Причина ещё в том, что они — Ликаны. Враги моего рода. Сама моя суть требует, чтобы я пришёл на порог к этой стае и вырезал каждого.

Да… Так было бы проще. Но этот плакса может ещё сыграть свою роль. По прошедшему бою и моим наблюдениям, он максимально не опасен. Ну, настолько, насколько может быть не опасен Ликан. Он не воин, а мямля и слабак. Его эмоции полностью правдивы и это не игра, какую он пытается здесь мне показать. Книжный червь… Да, это определение ему подходит гораздо лучше.

Роль же его проста. И именно из-за неё он дышит. Мне нужен Чистокровный Ликан. Точнее, его кровь, ведь она является одним из компонентов для противоядия, если лекарство из лаборатории не подействует. Проблема в том, что кровь должна быть свежей и только что добытой. Нельзя набрать её в контейнер и привезти домой. Только добыть с ещё живого Ликана и сразу же использовать.

Подобные мысли у меня мелькнули ещё во время боя на дороге. Но уже после того, как я оторвал голову старику. Тот, хех, даже не понял, как сдох. До сих пор помню удивление в его звериных глазах. Гилберт слишком проблемный и с ним был бы геморрой. Слишком неопределённая переменная. Его и правда, было проще убить. А вот с Джошуа… Он ещё должен пожить и помочь мне, хочет он того или нет. Тем более, я не исключал того факта, что он может быть полезен и в истреблении своей стаи. Информация и слабые точки. Вот, что мне нужно.

Рывком подняв тело парня за шкирняк, врезал ему звонкую пощёчину. Он заскулил и задрожал, как нашкодивший щенок.

— Я повторю свой вопрос, — продолжал я давить на него. — Зачем мне оставлять тебя в живых?

Мне нужно, чтобы он сам признал это. Ликан со сломанной волей — не Ликан. Я заставлю его принять тот факт, что он теперь инструмент. Жестоко? Вполне. Но он — враг. Враг моего рода и член стаи, которая стала причиной страданий моей семьи. Гуманизм придумали люди. Пощаду выдумали слабаки. Врага нужно убивать, или же использовать. Третьего не дано. Нельзя оставлять за спиной проигравшего, который впоследствии может ударить в спину. Только смерть является истинно верным шагом в таком решении. Только она может дать полную уверенность, что подставы не будет. И раз Джошуа ещё должен пожить, то мне остаётся сломать его. И хоть я понимал внутри себя, что мальчишка чисто физически и психологически не представлял для меня опасность, да и является по сути пострадавшей стороной, ведь собственная стая против воли отправила его на убийство… Но это понимание приходило от человечности. Тех остатков, которые ещё не сгорели в пламени жгучей ненависти и ярости.

— Ты мне омерзителен, — мои глаза вспыхнули, а парень заскулил. — Ни воли, ни силы. Ничтожество, не способное даже удержать свой мочевой пузырь.

Он и правда обделался. Жёлтое пятно растекалось по его ляжкам, пачкая штаны, которые ему любезно одолжил Марвин.

— Я-я… Не убивайте… — слёзы не переставая текли по его щекам.

Я ощущал, как Марвин хотел вмешаться. Старик порывался и хотел было дёрнуться. Он видел, что я перегибаю палку, но так нужно было. Для дела. Для моей семьи.

Но, о Великая Тьма, как же мне хотелось оторвать его сраную светловолосую башку. Моя суть буквально трубила и орала, что этого щенка нужно выпотрошить. Вырвать его сердце и раздавить. Освежевать его ещё живое тело и развесить кишки на ветвях деревьев, как гирлянды. В назидание. В честь мести не только за родных, но и тех, кто пострадал в Брилии.

Рыкнув, я отбросил мальчишку на землю и, тяжело дыша, сжимал кулаки. Моё лицо уже давно изменилось на вампирское, клыки трещали от натуги и сжатия, а в груди клокотала ярость. Её не успокоить убийством этого щенка. Её не погасить расправой над слабым. Только убийство Альфы поможет. Когда я вырву его ещё бьющееся сердце и осушу на его глазах… Только тогда, я хоть немного успокоюсь.

— Отныне и впредь, Джошуа Гонт, — кроваво-красный туман мелкими языками вырвался из моего тела. — Я твой Альфа и твой господин. Я стану твоим богом, и ты будешь служить, — с каждым моим словом от близнецов веяло уважением, от Марвина настороженностью, а от парня — ужасом. — Ты не смог принять решение в эту ночь, а потому я приму его за тебя. Ты, Джошуа Гонт, — я оскалил клыки. — Станешь не только спасением моей семьи, но и погибелью для своей… И уже потом, я решу, оставить тебе твою жизнь или нет.

* * *

Город Телфорд, при подъезде, встретил нас туманом и мелким дождём. Ничего необычного для Орлеонтана. Такая погода здесь стояла практически постоянно, а яркое солнце выходило слишком редко.

Первым местом назначения стал номер в отеле, принадлежавшего роду Годарт. Впрочем, им принадлежало не только это высокое и богатое здание, куда стекались многие аристократы и богачи, но и целая сеть подобных отелей.

Наш купленный у старого рыбака ржавый пикап остановился у дверей здания. Ряженые в дорогие одежды аристо сразу же обратили на нас внимание и на их лицах читалось пренебрежение. У швейцара на входе было примерное такое же выражение, которое сменилось лёгким шоком, стоило только Ронни и Реджи вылезти из кузова. Марвин вышел с водительского, а мы с бледным и трясущимся Джошуа с пассажирского.

— Смотри не покарябай, — криво хмыкнул Марвин, пошутив и бросив ключи от тачки парковщику.

— Эм… Конечно, сэр, — растерялся молодой парень, смотря на нашу рухлядь и сел за руль.

Пикап закряхтел, из выхлопной трубы повалил чёрный, как смоль, дым, а мы двинулись в отель.

Кто-то бы мог сказать, что заселяться сюда было большой ошибкой. Слишком много внимания на квадратный метр. Но лучшего и безопасного места сейчас не найти. Годарты слишком рьяно следят за своей репутацией, являясь мастодонтом в предложении услуг своей сети отелей. Их гвардия, считающаяся ещё и охраной объектов, может посоперничать с бойцами крепких и сильных кланов. Но самое важное то, что они являются нейтральным кланом, а их услуги распространяются не только в Орлеонтане. В Аркадии и других империях тоже есть их отели, а значит, если сюда придут наши «Друзья», то их смело пошлют нахер. Исключением конечно же может стать император Орлеонтана, но и он не посмеет устраивать самосуд в таком месте. Опять же, из-за слишком большого внимания.

— Приветствую вас в отеле «Гранд-Континенталь», — с улыбкой поздоровался с нами пожилой администратор за стойкой. Его коллеги также обслуживали других постояльцев. — Вы бронировали номер?

— Джошуа Гонт, — кивнул я и протянул кредитку. — Пятиместные апартаменты.

Администратор поправил очки, его пальцы застучали по клавиатуре. Спустя несколько секунду он кивнул и указал на терминал оплаты:

— Пятиместные апартаменты класса «бизнес». Прошу к оплате, сэр.

Приложив кредитку Джошуа, бумажник которого находился в моём кармане, я не сдержал улыбки.

Ну, что, время пошло. Транзакция оплаты незамеченной не пройдет, а значит скоро к нам явятся гости, с которыми я горю желанием поболтать.

Я убрал карту, как только терминал пикнул и выплюнул чек.

— Благодарю, что воспользовались услугами нашего отеля, — вновь улыбнулся администратор, передал ключ-карты и махнул рукой.

К нам быстро подошёл одетый с иголочки в красную форму молодой парень. Он ловко поднял лежавшие на ковре сумки, не обращая внимание на то, что те были в пятнах грязи.

— Прошу за мной, господа, — услужливо проговорил носильщик, и мы двинулись к лифту.

С каждым шагом Джошуа затравленно озирался по сторонам, Марвин расслабленно держал руки в карманах, близнецы увлеченно рассматривали архитектуру, а я крутил пальцами одну из ключ-карт.

Оказавшись в просторном и богато обставленном номере класс бизнес, оставил носильщику чаевые и собирался сразу же отправиться в душ. Купание в океане это, конечно, круто, но горячий душ не заменит.

Распаковывая сумку, услышал, как близнецы облюбовали диван, начали заказывать еду в номер и выбирать, что смотреть. Реджи настаивал на канале «Охота и Рыбалка», а Ронни на бойцовском «ОктагонТВ». Марвин не терял времени и начал начищать револьвер, попутно проводя и другие стволы в порядок. Джошуа сидел на кресле в углу и, поджимая колени к груди, всхлипывал. Если при нашем пути до отеля на него ещё кто-то и обращал внимание, а Марвин даже пытался поддержать, то сейчас все забили. Слабаков и слюнтяев никто не любит. Они вызывают только отторжение.

Вздохнув и прогнав лезущие в голову гневные мысли о парне, достал сменное бельё и пошёл в душ. Нужно расслабиться и подготовиться. Скоро нас ожидают посетители. Интересно, удастся ли поспать этой ночью?

Как оказалось, мне реально удалось урвать пару часов сна. На улице стояла ночь, ведь приехали мы вечером. Прервал мой сон, и не только мой, звонок на внутренний телефон отеля. Администратор вежливо извинился за беспокойство и оповестил, что некий Габриэль Гонт очень жаждет со мной пообщаться. Он также осведомился о том, стоит ли ему ответить, что посетитель отдыхает? Другими словами, администратор реально готовился послать Гонта нахер и ему нужно было лишь моё одобрение, ведь я могу и правда ждать посетителя.

— Будьте здесь, — спокойно сказал парням, выходя из комнаты и видя заспанные лица. — За парнем смотрите в оба.

Марвин кивнул и пошёл делать себе чай, а близнецы уселись по бокам от испугавшегося Джошуа. Тот, как мелкий щенок, со страхом крутил головой то на Ронни, то на Реджи, видя их хмурые лица.

— Тебе знаком некто Габриэль Гонт? — спросил я у парня, обуваясь.

Джошуа натурально побледнел, когда услышал, о ком именно я его спрашиваю. Его нижняя губа задрожала, из глаз вновь полились слёзы.

— Он здесь… — зашептал он. — Зверь Жеводана… Он здесь… Он убьёт меня… Всех убьёт… И вас тоже…

Близнецы на его слова улыбнулись, а Марвин хмыкнул и спросил у меня:

— Нам готовить место ещё под одного пленного?

— Пока что не надо, — пожал я плечами, завязав шнурки.

— Как знаешь, — прошёл старик рядом, глотнув чая с характерным хлюпом.

Я покинул номер, спустился на лифте в вестибюль отеля и двинулся к стойке администрации. Старик за стойкой заметил меня и лёгким кивком указал на вальяжно сидящего на диване диковатого мужика с грубыми чертами лица, массивной челюстью и бугрящимися под одеждой мышцами. Бежевый костюм с перчатками сидел на нём идеально, но отчётливо казалось, что тот доставлял ему дискомфорт. Отличало этого Гонта от других то, что он был с копной густых черных волос, стянутых за спиной в широкий хвост. Глаза не янтарные, как у всех членов его стаи, а алые. Даже кровавые… Прям, как у меня.

Он сидел ко мне полубоком, читая какой-то журнал, закинув ноги на столешницу. Прямо напротив него находилась парочка взрослых аристократов, и женщине явно не нравилось его поведение, о чём свидетельствовало её недовольное лицо.

Этот Гонт удивил меня. Немного, но удивил и заставил улыбнуться. Похоже, в этой стае слабаков действительно есть те, кто достойно может называться Чистокровным Ликаном. Габриэль слегка повёл носом и сфокусировал взгляд на мне. Я видел внутри его алых глаз свирепость и звериную суть, какой не обладал ни один Гонт, встреченный мною ранее.

Он был силён. Реально силён. Его аура зверя хоть и была приглушена, но чувствовалась отчётливо. И, признаюсь честно, этот мужик был сильнее всех, кого я видел до этого. Ранее это был Некурат, но с той тварью этот Ликан справился бы в два счёта.

Габриэль сложил журнал и безразлично бросил его на столик, после чего поднялся и направился ко мне. Я ожидал чего угодно. Боя, резни, угроз. Но вместо этого, первыми его словами были:

— Мой племянник жив?

— Жив, — хмыкнул я, не разрывая с ним зрительный контакт.

— Тогда пошли, — махнул он рукой. — Не люблю говорить на голодный желудок. Здесь есть ресторан-бар, где делают отменные стейки. Пожрём, выпьем, и поговорим.

Глава 11

Весь наш путь до ресторана-бара, Габриэль не проронил ни слова. Он просто шёл вперёд, расправив плечи и держась среди людей, как хищник. Народ слегка толпился у стойки хостеса, но при нашем появлении начал инстинктивно отходить в сторону.

Приятного вида женщина в строгом тёмном костюме с усталой улыбкой собиралась заговорить, но Габриэль не обратил на неё внимания и продолжил путь. Та, в свою очередь, от подобного растерялась.

— П–постойте! Вы куда⁈

— Выбирать себе стол, — не поворачиваясь, бросил он и махнул мне рукой: — Идём, Купер, я уже приглядел.

Забавно, но администрация ресторана-бара не начала возникать и возбуждать конфликт. К хостес подошёл какой-то пожилой мужик, выслушал её, судя по моему слуху, и отдал распоряжения.

— Разве это заведение не принадлежит Годартам? — сел я в кресло, напротив Габриэля.

— Принадлежит, — пожал он плечами. — Но и что с того? Волк не стоит среди овец, ожидая милости. Он берёт своё, и если пастухи захотят прогнать волка, — он хищно ухмыльнулся. — Пусть попробуют.

Кивнув, я хмыкнул и лишний раз убедился, что передо мной настоящий Чистокровный Ликан. Их дикая и необузданная суть говорит за них. Инстинкты, чувства, ощущения, внутренний голос. Это можно описать разными словами, но суть одна.

Сам ресторан, куда мы пришли, представлял собой достаточно цивильное место. Множество посадочных мест, являющиеся круглыми столами с белоснежными скатертями. Диванчики, кресла и стулья. Некоторые столы были огорожены специальными стенками с искусственными растениями. Потолок освещали множественные хрустальные лампы, а пол представлял собой тёмного цвета паркет. Официанты курсировали между столами, выполняя и записывая заказы людей, которых здесь было предостаточно.

К нам подошла молодая официантка и взяла заказ, который не заставил себя ждать и был приготовлен достаточно быстро.

— Стейк с кровью и настойка на коре дуба, — улыбнулся Габриэль и закинул кусочек мяса в рот, после чего опрокинул в себя рюмку. — Что может быть лучше?

— Так о чём ты хотел поговорить? — сразу перешёл я к делу, подцепив лист салата вилкой.

Гонт хмыкнул, а его алые глаза на миг блеснули звериным азартом охоты.

— Ты отличаешься от других, — размеренно начал он. — Запах, движения, манера речи. Та информация, которую мне предоставил клан, не передаёт и половины того, что я вижу сейчас. Рыбак видит рыбака издалека, слышал такую поговорку? То же самое можно сказать и про убийц. При первом взгляде, я понял, что ты такой же. Ты смотришь на людей, как на мясо. Ничтожеств и червей, не способных без помощи жопу себе подтереть, или добыть дичь в честной охоте.

— Не равняй меня по себе, волк, — я оскалился. — Ты ошибаешься, мы разные.

— Лишь частично, — кивнул он, признав мою правоту и переведя тему. — Я был на месте той бойни, проверил её вдоль и поперёк. Хорошая работа, достойная. Ты выпотрошил слабака Абрахама, сделав это с оттяжечкой. Твоя ярость, парень, — Габриэль внимательно посмотрел мне в глаза. — Она кипит в тебе. То, что я видел, нельзя назвать не иначе, как казнь. Скажу сразу: мне плевать, что ты убил старика и Гилберта. Они — ничтожества, кичащиеся своей силой и статусом клана. Сила достигается через пролитую кровь. Статус достигается через уважение. Эти двое были слабы для первого, и недостойны второго.

Взяв секундную паузу, Габриэль вновь закинул кусочек стейка в рот и с удовлетворением начал его жевать. Я же не торопился говорить и слушал. Пусть выкладывает всё, а уже потом решу, как действовать дальше. В любом случае, даже если в этом ресторане начнётся бойня, то разойтись на полную нам не дадут. Охрана и гвардия Годартов не спит.

— Меня послали, чтобы я нашёл тебя, убил тех, кто идёт с тобой, и предоставил твою тушку главе клана, — продолжил он говорить. — По-началу, я и правда собирался так сделать. Но ты пощадил моего племянника. Почему ты это сделал?

— Ты и правда думаешь, что я тебе всё выложу? — приподнял я бровь, поедая салат.

— Почему нет? — пожал Габриэль плечами, выпив ещё одну стопку и не поморщившись. — Я говорю с тобой, как с равным, уважая твой дух, ярость, и силу. К чему эти интриги и недоговорки?

Я засмеялся. Громко и заливисто. Габриэль на это нахмурился, люди обратили на нас внимание и зашептались о правилах приличия.

— Я сказал что-то смешное? — с нотками угрозы спросил он.

— Да нет, — положил я вилку и промокнул губы салфеткой. — Просто напомнил мне кое-что. Знаешь, а ведь ты прав, волк. К чёрту недоговорки и интриги.

— Вот и хорошо, — он протянул мне рюмку.

Я выпил и закусил, после чего, наплевав на этикет и прочую бурду, поставил локоть на стол.

— Твой племянник на данном этапе мне нужен. Именно поэтому он ещё жив.

— Думаешь, что он поможет тебе уничтожить клан? — покивал Габриэль. — Он мог бы, если бы знал достаточно. Джошуа не боец и не политик. Его любовь принадлежит книгам и наукам. Он может тебе рассказать, кто именно состоит в клане и какие-то условности, но эту информацию можно добыть и без него. Значит, причина ещё в чём-то?

— В моей семье и…

— Женщине, — закончил он за меня и хмыкнул. — Повторюсь, парень, я видел последствия твоей ярости. За родных могут убивать и мстить… Я делал это и проходил через подобное. И мне особенно знакома злоба, которая разрывает изнутри, когда на кону жизнь любимой женщины. Она умирает, так?

— Ты очень проницателен и умён для волка, — я провёл рукой по волосам и улыбнулся.

Меня вновь начинала охватывать ярость, стоило ему только заикнуться о Юне. В груди вскипел пожар, по венам потекла Вампирская мощь.

И он это почувствовал.

— О-о-о, да, — кивнул Габриэль. — Этот запах… Хочешь бойни, парень? А потянешь?

— А ты проверь, волк, — мои глаза вспыхнули, а из-под губ показались клыки. — Прояви вновь свою проницательность.

Кроваво-красный туман показался из моего тела. Мелкими всполохами он появился на плечах, руках и груди, опадая и растворяясь в воздухе.

Габриэль ухмыльнулся, выпил ещё рюмку и его глаза налились алым светом. Поверх костюма Ликана появилась лёгкая изморось, от которой веяло диким холодом. Настолько сильным, что по коже пробежал табун мурашек, а вода на столе превратилась в лёд.

Сидевшие за соседними столиками люди в страхе заозирались и обратили на нас внимание. На лицах читались недоумение, возмущение и испуг. Ведь как же так… Ресторан и отель рода Годарт! Статус и репутация!

— Что дальше, Райан? — впервые он назвал меня по имени. — Ты ведь чувствуешь, что наш бой станет катастрофой для этого отеля? Мы разнесём здесь всё, а пол увлажним кровью и трупами. Ты хочешь мести, рвёшься к ней. Твоя ярость пылает и ощущается настолько отчётливо, что меня пробирает дрожь и азарт охоты. Ты — достойная добыча. И я более чем уверен, что обо мне ты думаешь также. Ну так что, Райан? Какое решение ты примешь?

Я неотрывно смотрел в глаза Ликана и видел в них готовность к бою. Он действительно был готов драться здесь и сейчас. Выпустить всю мощь и столкнуться лоб в лоб. Я понимал, что от нашей стычки, разлетится не только ресторан, но и отель. В этом Ликан прав…

Заметив краем глаза, что к нам направляется группа из трёх вооруженных бойцов и пожилого администратора, которого я видел ранее, перевёл на них взгляд.

— Господа, в нашем ресторане не при… — начал было он.

— Виски, — рыкнул, перебив его. — Две бутылки. Самого лучшего, что у вас есть. Ему, — ткнул в Габриэля пальцем, на что он хмыкнул. — Две бутылки наливки на коре дуба. И закуски нам. Мясо, овощи на гриле и фрукты.

Администратор возмущённо набрал в грудь воздух, бойцы напряглись и приготовились. Одетые в форму с гербом Годартов, от них веяло эсперами А-ранга. Слабаки, да и только.

— Уважаемый, — посмотрел Габриэль на админа. — Ты слышал пожелания клиента. Так почему ты ещё здесь?

Скривившись, пожилой мужик махнул бойцам и ушёл, попутно сказав: Скоро вам принесут ваш заказ.

Расслабив плечи, отпустил вырвавшуюся вампирскую мощь. Габриэль сделал тоже самое, отсалютовав мне последней рюмкой и опустошив её:

— Верное решение.

— Оно временное.

— Разумеется, — кивнул он. — Иначе я бы разочаровался.

Заказ нам принесли. Не весь, ведь закуски нужно было ещё приготовить, но фрукты и бутылки алкоголя поставили на стол. Администратор и официанты принесли извинения клиентам, которые были недовольны нашим поведением. Готов поспорить, что члены рода Годартов уже прознали о случившимся. Интересно, что будет дальше?

Забавно, но этот Ликан заставил меня вновь вспомнить Брилию. Может именно поэтому я не сорвался до конца и не начал бойню? А может это из-за того, что он напомнил мне о друге, который стоял под другую сторону баррикад? В вечной войне между вампирами и оборотнями, длившейся с незапамятных времен, редко случались союзы. Обычно это происходило при вступлении третьей стороны. Так было у меня… Я тогда отправился в южные королевства, чтобы вырезать ещё молодую стаю Ликанов. Её нашёл Валекор, а поручили почему-то мне… Но да ладно. Я их нашёл, но не всех. Большая часть уже была убита святошами и выжили только сын главы стаи с несколькими щенками и женщинами. Глупо я тогда, конечно, поступил. Но святош я ненавидел больше, чем псов. А уж когда они ринулись меня убивать, то и не думал особо. Именно тогда, стоя посреди трупов и крови, я повстречал Люциуса… Он, хех, будучи ещё неопытным Ликаном, разорвал двух героев!

Проклятье Исграмора, Алый Мясник Беррада, Выпивающий Суть… В тот день я впервые пощадил Ликана. Ослабленного, раненного, но готового убивать за своих родных, которые со страхом жались друг к другу и боялись меня. Люциус наступил на звериную гордость и попросил лишь об одном. Пощадить оставшуюся стаю, но забрать его жизнь.

Я взялся за бутылку и нагло приложился к горлышку, услышав при этом одобряющий свист Габриэля.

С характерным «Кхех», поставил пузырь на стол, занюхал лимончик и съел его, взглянув на мужика.

Вдвойне забавно, что сидевший передо мной Ликан очень похож на Люциуса. Мы редко виделись из-за наших различий и войны видов, но при каждой встрече устраивали знатные попойки. Тот был такой же… Прямолинейный, опасный, улыбающийся опасности в лицо и готовый на всё, ради своих. Так у меня впервые появился друг Ликан, которого я не хотел убивать. Просто отказывался, идя против своей сути. Ух… Сколько же я выслушал от графа Бертольда и Валекора, но остался непреклонен. Учителя понимали мой характер, а потому оставили всё, как есть. Так и получилось… Первородный защищал Ликана от ковена, а тот, в свою очередь, защищал меня от других стай. Наверное, именно с Люциуса и начались мои ошибки, которые в итоге привели к смерти. Доверчивый стал, чтоб его.

— Кровь, — произнёс я, вновь выпив. — Моих родных укусили посланные вашим императором оборотни и мне нужна кровь твоего племянника, чтобы сделать противоядие.

Габриэль замер, так и не донеся рюмку до губ. Он медленно поставил её на стол и странно посмотрел на меня.

— То, о чём ты говоришь — невозможно. Есть только одно противоядие от заражения, оно хранится в исследовательской базе «Дзета-Б».

А вот и первые плоды разговора. Значит, противоядие действительно есть, и где оно хранится мне только что сказали. Габриэль, конечно, мог соврать, но если я правильно понял его характер, который в точности похож на характер Люциуса… То нет, он не врёт.

— Спасибо за информацию.

— Да не за что, — пожал он плечами и спросил: — Накатим?

— А давай, — хмыкнул я.

Мы чокнулись и выпили. Габриэль накинулся на ещё один стейк, который ему принесла слегка напуганная официантка, а я продолжал кушать яблочки.

— Ты мог бы взять кровь Джошуа, и отпустить его.

— Нужна свежая, — поморщился я, ощущая лёгкое опьянение. Организм вампира обладал мощным метаболизмом, и мне надо было выпить ещё флаконов десять, чтобы почувствовать грань. — По-иному, никак не получится.

Габриэль задумчиво нарезал мясо кусочками, размышляя.

— Спрашивай уже давай, — поднял он глаза от тарелки. — Вижу, что тебя мучает любопытство.

— Дерзишь, Габриэль, — показал я клыки.

— Хороший оскал, — хмыкнул он. — Я почти испугался.

Мы вновь накатили. Алкоголь стремительно улетал, стол наполнялся всё большей едой и бутылками.

— Зачем Джошуа, вообще, взяли в ту авантюру?— закинул я кусочек банана и разжевал. — Он не боец, я это сразу понял.

Габриэль скривился, как от зубной боли. Вилка погнулась в его руке, с которых он, кстати, так и не снял перчатки.

— Не думаю, что тебе интересна вся кухня клана Гонт, — обмакнул он мясо в соус. — Но если коротко, то Джошуа — бельмо на глазу у главы. Слабый, малодушный, позорящий имя рода.

— Но ты защищаешь его, — указал на него рюмкой и выпил. — Я вижу, что парень тебе небезразличен.

— Он сын… — нехотя начал отвечать Габриэль.

И тут я понял. Слишком уж он кривился и сжимал вилку.

— Так вот, почему ты заговорил про женщину и мою ярость, — протянул я с ухмылкой. — Больная мозоль?

— Дерзишь, парень, — повторил он мои ранние слова, улыбнувшись. — Но да, ты прав.

— Пока что, он мне нужен, — покрутил я яблоко на шпажке, — А потому будет жить.

— Это уже не особо имеет значение для клана. Джошуа изгнан и теперь сам по себе. Если не ты его убьёшь, так клан. Парень не жилец.

— И тем не менее, ты продолжаешь его опекать, иначе не спрашивал бы за него. Хотя… Сам Джошуа боится тебя до усрачки. Зверь Жеводана… Хорошее прозвище. Звучит.

Габриэль криво хмыкнул, глотнул настойки и произнёс:

— Я не горжусь тем, что делал, но и не стыжусь этого. Но да, мы с ним почти не общались. Я — инструмент клана, не более и жить на территории семьи не могу.

И почему мне кажется, что дело тут связано с матерью пацана? Какая-то мутная история, которую Габриэль рассказывать не хочет. Да и нужно ли оно мне? Сейчас мы сидим, общаемся и выпиваем, а завтра будем охотиться друг на друга. И стоит признать, что не начали мы делать этого в ресторане не из-за Годартов, а… Да чёрт… Из-за Люциуса это. Напомнил мне этот мужик о друге, вот и сижу на жопе ровно. Пусть… Война продолжится, а пока можно сделать паузу. Но уж чего-чего, а закинуть удочку я обязан, а значит пора задавать вопрос!

— Если клан тебе так поднасрал, как я догадываюсь, — он внимательно глянул в мои глаза. — То почему ты ещё с ними? Забрал бы пацана и свалил.

— Куда? — наклонил он голову набок. — Империя Шидар закрыта для меня. Слишком много крови я попортил тамошним ублюдкам. Южные Берега были бы хорошим вариантом, но это если бы я отправился в одиночку. Острова тоже не подойдут, почему — не спрашивай. Про Аркадию ты и сам понимаешь. Остаётся только Орлеонтан, но тут клан и империя.

— А в чём проблема убить главу клана и занять его место? — пожал я плечами.

— Довольно глупый вопрос, не находишь? — ответил он вопросом на вопрос. — На то есть свои причины.

И ты мне их, разумеется, не скажешь. Хитрожопый Ликан. Но так даже веселее!

— Признаюсь честно, — поставил я локти на стол и положил подбородок на ладони. — Я хотел, и хочу, истребить Гонтов под чистую. На то, как ты выразился, есть свои причины. Ваш клан перестанет существовать, — Габриэль хмыкнул, будто я пошутил. — Но…

— Что «Но»? — выпил он наливку.

— Я готов, — нехотя выдавил из себя. — Пощадить тебя и парня. Сделать исключение.

— Да ты само благородство, — хохотнул мужик. — И в чём же причина? Неужели из-за того, что мы выпили и поговорили? Если так, то не поверю.

— Скажу так: ты мне напомнил о друге, и я готов отпустить вас двоих. В дань уважения его имени.

Кто-то бы сказал, что я поступаю глупо. Передо мной сидел враг. Опасный, готовый убивать и проливать кровь. Мы с Габриэлем — враги не только из-за разногласий возникших с его кланом, но из-за наших видов. Я — вампир. Сама моя суть требует убивать оборотней и истреблять их стаи. Но однажды я поступил так, как считал правильным. Пощадил раненого и ослабевшего Ликана, ставшего мне настоящим другом. Понятное дело, что Габриэль это не мой друг, но из-за его мотивов, слов и напоминании о Люциусе, я готов уступить. Оставить им двоим жизнь и отпустить на четыре стороны, распрощавшись таким способом с давним другом, с которым преломлял хлеб.

— Жаль, парень, что мы по разные стороны баррикад, — ухмыльнулся Габриэль, но в следующий миг его глаза приобрели стальной блеск. — Но я не могу согласиться. Кровь между нами неизбежна.

— Что ж, — кивнул я, принимая его решение и поднимая стопку. — Тогда выпьем, а завтра начнём охоту. И пусть выживет сильнейший.

Ликан улыбнулся. По-хищному, но сделал это добродушно. Он поднял свою стопку, мы чокнулись и выпили.

Да… Этой ночью мы зароем топор войны, а завтра — прольётся кровь.

Глава 12

Парни моё возвращение в номер приняли с самыми разнообразными эмоциями. И если близнецы был в лёгком шоке от моей подпитой рожи, а Джошуа находился в полной прострации, то Марвин вооружился револьвером. Кстати, именно он и открыл дверь.

— У меня прям дежавю, — криво улыбнулся я.

В лицо мне упиралось дуло револьвера, а сам старик спокойно держал в руке кружку горячего чая, исходящего паром. Малинового, судя по запаху.

— Я так понимаю, переговоры пошли по интересному сценарию, — ухмыльнулся старик, одетый в майку и семейники в горошек. — Сколько ты выпил? От тебя сифонит за милю.

— Бутылок… — начал отвечать я, а мужики на слово «бутылок» уже удивились. — Шесть… Может восемь.

Закрыв дверь и пройдя мимо Марвина, плюхнулся на кресло перед Джошуа и растёкся. Нехотя скинул с себя обувь.

— А ты интересный малый, Джошуа, — обратился я к парню. — Боишься Зверя Жеводана, и не знаешь, что он тебя опекает и беспокоится за жизнь.

Мои слова вызвали эффект взорвавшейся бомбы. Близнецы в синхронном недоумении переглянулись, Марвин хлюпнул чаем и пробормотал: Во… Дела…

— А-а? Ч-что?.. Беспокоится?.. — парня заклинило. Он тупо уставился на меня пустым взглядом. — Н-но почему?

— Это ты мне расскажи, — вздохнул я и обратился к Реджи. — Принеси попить, пожалуйста. В горле пересохло.

Повторять два раза не требовалось и вскоре рядом со мной, на столе, находился графин с водой и стакан. Налив себе, сделал три больших глотка и начал пить медленно.

— Ух, живём…

— Не понимаю… — продолжал тупить светловолосый. — Я же ему никто!

— Дам подсказку, — хмыкнул я. — Твоя мама.

Парень замер, скуксился и приуныл. Странная реакция, и она мне не нравилась. У меня хоть в голове лёгкие вертолёты сейчас, но думать ещё могу. По разговору с Габриэлем было ясно, что свой клан он не особо и любит. Служит — да. Выполняет поручения главы — тоже да. Но никакой любви, идеи, стремления я не увидел. Вывод какой? Да простой! Его что-то удерживает. Что может удерживать такого, как Габриэль, который по-характеру в точности похож на Люциуса? Близкий человек. Развиваем мысль… Передо мной сидит пацан, ради которого не началась натуральная резня. Ставлю голову на отсечение, узнай Габриэль, что племяш мёртв, и произошёл бы иной сценарий, нежели попойка. Срать он хотел на Годартов, их репутацию, и прочий бред. Мне, в целом, тоже, но не суть.

Выходит что? А выходит, что у Гонтов есть рычаги давления на мощного Чистокровного Ликана. Тех его представителей, которых я видел до этого, воспринимать всерьез вообще не стоило. Габриэль же иная переменная. Наш с ним бой будет… Как там в том мультике? Ах, да! Он будет легендарным! Но что, если я смогу исключить его из уравнения? Для этого мне нужно раздобыть тот самый рычаг. Это не Джошуа, раз глава клана так легко его отпустил на задание. Выходит…

— Я уже давно её не видел, — начал мямлить парень. — Мне было запрещено входить в женское крыло, а на общих обедах она не появлялась. Отец говорил, что она больна, но я не верю ему…

Что и следовало доказать. А теперь, самое важное! Нужно ли оно мне? С одной стороны — да. Найдя и вытащив мать парня, попутно вырезав попадающихся на пути Ликанов, я смогу сам диктовать условия Габриэлю. Он любит эту женщину, уж я сразу это понял. Проблема только в том, что он будет крутиться под ногами, пока женщина не окажется у меня в руках. М-да… С другой же стороны, я дал ему выбор и он его сделал. Я имею полное право, одобренное совестью, убить его. Но, сука, мне не хочется этого делать. Я же и Люциусу такой выбор давал, а потом он удивил меня своим ходом жертвенности.

— Каков план? — присел Марвин. — Ты же не просто так у парня за мать спросил?

— Есть у меня одна идея, как убить двух волков одним ударом, — хмыкнул я, попивая воду и поглаживая кожаную обивку кресла. — Но нужно будет действовать быстро.

— У меня не так много взрывчатки, — пожевал Марвин губами. — На две-три операции хватит, и всё.

— Вы в любом случае со мной не пойдёте, — озвучил я решение, принятое ещё в ресторане. — Ваша задача убить Вальца.

Брови Марвина взлетели в недоумении, а я достал из кармана телефон и с кряхтением открыл карту.

— Вот здесь, — тыкнул в зону построек, находившихся на границе города. — Лаборатория и твой недруг.

— Откуда ты узнал? — в шоке выдал старик, а братья закивали с ним в согласии.

— Откуда-откуда, пьяный Ликан сказал, — буркнул я, отправляя геолокацию на телефон Марвина и осушая второй стакан воды.

Да… Габриэль, действительно, инструмент клана и не особо его любит. А раз уж у нас выдался откровенный разговор, то он мне охотно сдал местонахождение Вальца, попутно сказав: можешь оторвать этому ублюдку башку, я только порадуюсь.

Видать бывший друг Марвина перешёл дорогу этому Ликану, ведь стоило мне заикнуться, как он сразу же сдал, где тот находится.

— Раз мы пойдём устранять Вальца, — в предвкушении заговорил Марвин, облизнув пересохшие от волнения губы. — Что будешь делать ты?

— Всё просто, — пожал я плечами. — Не люблю долгих прелюдий и интриг, а потому полезу в волчье логово, — тыкнул пальцем в Джошуа. — И он мне поможет.

— Звучит, как форменное самоубийство, босс, — подал голос Ронни, а его брат покивал.

— Э-это безумие… Безумие… — схватился Джошуа за голову, поняв, что он в заднице.

— Парень, ты уверен? — обеспокоенно спросил Марвин. — Сдюжишь?

Я пожал плечами. Ну, а что мне им ещё ответить? Я не желаю тратить драгоценное время на поиск и ловлю всех Ликанов, убивая их по одиночке. Юна и Куперы сейчас на грани, а значит нужно торопиться. Ударить в самое сердце стаи. Прийти на порог, как делают настоящие вампиры. Обезглавить стаю и разорвать на куски всех, кто причастен к клану Гонт.

— Времени мало, а значит и вариантов выбора тоже, — проговорил я спокойно. — И либо я справлюсь, либо сдохну. Ваша же задача в ином. И да, Марвин, мне нужна будет взрывчатка.

* * *

Всё началось вечером следующего дня. Сдав ключи, получил от администратора отеля визитку с именем Генрих Годарт и номером телефона. Как мне объяснил пожилой админ, после нашей вчерашней с Габриэлем попойки, в отель прибыл поверенный рода. Он не собирался нарушать наш покой, что-то требовать и угрожать расправой. Он просто оставил визитку и сказал: Господин желает пообщаться с Райаном Купером, который нарушил правила отеля.

Проще говоря, мне, хех, дали несколько дней на то, чтобы я сам связался с Годартами и извинился. Ну и забавно было видеть лицо админа, когда я посмотрел прямо на камеры вестибюля и демонстративно порвал визитку.

— Если вашему господину нужно со мной связаться, пусть делает это сам, — кивнул администратору и, развернувшись пошёл на выход из отеля, попутно бросив: — Всего хорошего.

Марвин с близнецами уехали ещё четыре часа назад. Им предстоял путь в другой конец города, который займёт немало времени из-за пробок.

Держа сумку, где находилась взрывчатка, вышел из отеля вместе с Джошуа. Парень не спал всё то время, пока у него было. Из-за этого под глазами мальца образовались круги, одежда измялась, а кожа приобрела бледный оттенок. Перенервничал. Ну, ничего, бывает. То ли ещё будет!

Такси — обычное явление не только в Аркадии, но и других империях. Как говаривал один наёмник, с которым мне доводилось пересекаться: Призрак, таксисты и проститутки, это самые лучшие разведчики! Ни одни спецы так не владеют добычей информации, как эти ребята!

Именно такси я и вызвал, которое должно было отвезти нас в аэропорт. Там короткий перелёт до столицы, а затем опять такси, но уже до границы квартала клана Гонт.

Перелёт особо ничем не запомнился. Нас досмотрели, включая сумки, пропущенные через специальные сканеры. Я не переживал о том, что взрывчатку могут спалить. Марвин — проверенный временем профессионал и заверил, что ни один сканер не распознает его игрушки. Так и случилось. Мы спокойно прошли контроль, сели в самолёт. При наборе высоты нас, конечно, потрясло. Но оно и понятно, из-за таких туч! Судя по прогнозу погоды, в столице сейчас дождь.

Джошуа весь путь просил меня остановиться, повернуть назад и даже убить его. Узнав о том, что он изгнан из клана, парень сломался. Из него вытащили стержень и он потерял весь смысл жизни. Я мог бы и не брать его с собой, но он — моя страховка от одного хитрожопого Ликана, с которым мы вчера выдули весь бар ресторана. Пока парень при мне, Габриэль не рискнёт действовать в открытую. А уж, что случится при приезде — неизвестно.

Погода, и правда, испоганилась. Стоило нам покинуть терминал аэропорта, и мы попали под шквальный ливень. В небе ревела гроза и громыхал гром. Люди спешили залезть в транспорт и раскрывали зонты, чтобы спрятаться от дождя. Одна женщина, держа в руке мелкую собачку, вопила на своего мужа, что тот сломал колесо чемодана.

Со мной, кстати, на связь пытались выйти члены нашей группы ликвидации. Артурия написывала по-типу: Почему на связь не выходишь? Я не совсем понял, зачем она это делала, ведь мы ей и остальным всё объяснили. Как закончим, сразу назад. Если не ошибаюсь с конкретным временем, а я не ошибаюсь, то они должны быть уже в столице. Но к их помощи в вопросе с Гонтами, я не буду прибегать. Чёрная Маска может и согласился бы помочь за деньги, Красная Акула точно откажется, а вот Артурия побежит. Но она не нужна мне здесь. То, что я собирался сделать, вызовет у неё полный разрыв шаблона и шок. Методы, да… Она не примет мои методы.

— Идём, наша машина, — махнул я Джошуа рукой и двинулся к такси.

— Здравствуйте! — с улыбкой поздоровался с нами мужик в фуражке и плаще. — Погодка сегодня шепчет, да?

— Ага, шикарная, — хмыкнул я, закрывая дверь и укладывая сумку на колени. — К кварталу клана Гонт, пожалуйста.

Водитель бросил странный взгляд на зеркало заднего вида салона, после чего посмотрел на Джошуа и кивнул. Двигатель машины заработал, и мы медленно начали набирать скорость, покидая аэропорт.

Из-за того, что прилетели ближе к ночи, оценить город не было возможности. Ранее я не бывал в столице империи Орлеонтан, выполняя заказы в других городах и островах. Просто так ездить сюда мне было впадлу, а потому и полюбоваться местными достопримечательностями не успел.

В целом, то, что я видел, выглядело, как обычный город. Высокие здания, монолиты, магазины, кафе, хорошие дороги. Фонари освещали улицы, по которым ходило множество разношёрстного народа. Ливнёвки на дорогах работали отлично, а потому и луж от дождя не набиралось.

Здания постепенно сменялись парками, а затем и огороженными строениями. Это значило, что мы въезжали в вотчину клановых кварталов. Именно аристократы любили огораживать свои владения стенами, дабы всякая чернь не мешалась и не попадалась на глаза. Ну, это я так думал во всяком случае.

Как только граница неизвестного мне клана закончилась, водитель начал замедлять ход.

Капли дождя нещадно били по машине и стекали по стёклам. Но даже так, я видел и понимал, что нас ждали. Слишком тихо. Слишком веяло напряжением.

— Спасибо, — протянул водителю пару купюр местных денег и открыл дверь: — Идём, парень, мы приехали.

Джошуа со страхом вылез, сразу же оказавшись под дождём и промокнув. Фонари квартала горели ярким светом, возле кованых стальных ворот находилась будка КПП, возле которой тусовались двое гвардейцев с гербами клана Гонт. При нашем появлении и движении, один из них потянулся к рации и передал информацию. О чём он говорил я не слышал из-за дождя, но догадаться несложно.

Интересно то, что другой боец потянулся уже к поясу, из которого торчал край шприца, но напарник остановил его руку.

С каждым нашим шагом на территории Гонтов, напряжение росло. Я обострил инстинкты на полную, но они работали с перебоями. Дождь слишком сильно мешал. Слух не работал, как и запахи. Только шестое чувство опасности и зрение.

Джошуа бледнел и трясся всё сильнее, озираясь по-сторонам. Парень боялся и его страх ощущался достаточно отчётливо.

Уже практически дойдя до ворот и гвардии бойцов, стоявших на страже КПП, ворот и стен, за которыми виднелось огромное поместье, я моргнул и в следующий миг отрубили ближайшие фонари. Остались только те, что подсвечивали стены поместья и его территорию.

А дальше началось…

Прозвучал мощный волчий вой, в котором звучали десятки голосов. Он был со всех сторон, а мы с Джошуа будто находились в самом центре.

— А-а-а!!! — схватился парень за голову и присел на колени, задрожав ещё сильнее. — Нас убьют! Убьют!

— Может и убьют, — кивнул я с улыбкой, скидывая сумку на мокрый асфальт. — Но я пока не собираюсь умирать.

Во тьме зданий квартала блеснули десятки голодных глаз, а несколько их обладателей бросились прямо на нас. Ну, как бросились, так и зависли в воздухе, превратившись в куски кровавого месива.

Джошуа закричал в неистовом ужасе. Один из оборотней, что ринулся на него, практически достал. Я специально пропустил одного с его стороны. И это станет либо моей ошибкой, либо я окажусь прав… Прав насчёт него.

Пасть воняющего мокрой псиной оборотня почти достигла парня, а его когти вот-вот должны были коснуться светлой черепушки.

Мне в спину ударил порыв холодного ветра, дождь на короткий миг превратился в кристаллы льда, и вслед за этим прозвучал полный боли скулёж. Изломанная туша оборотня улетела обратно в подворотню, а в слабом свете я увидел алые глаза, полные злобы. Рядом с Джошуа, возвышаясь, стоял Габриэль. На нём более не было цивильного делового костюма, его заменили кожаные штаны и шкура на плечах. Руки мужика не скрывали перчатки, а потому я смог увидеть стальные когти, заменившие ему ногти.

— Я уже думал, что ты не придёшь, — хмыкнул я, слегка повернув голову.

— Ты хорошо придумал, взяв с собой пацана, — со сталью в голосе ответил Габриэль, несмотря на перепуганного парня. — Знал, что я не дам ему умереть и вывел меня из боя. Подлый, но хороший ход. И ты меня не разочаровал, — он хищно оскалился. — Мы и правда похожи.

— Ну, раз ты здесь, то я пошёл, — пожал плечами и подхватил сумку. Оборотни начали выходить из тени. Их было просто дохерище. — У тебя хватит забот.

На то и был расчёт. Притащить Джошуа и вывезти Габриэля из боя на время. Зря он проговорился, что парня выперли из клана и стаи. Он теперь враг, а безумным псам без разницы кого жрать. Пока он выведет парня, пока доставит в безопасное место… В общем, я прошёл по лезвию, но риск принёс плоды.

Я чувствовал спиной тяжёлый взгляд Габриэля. Он порывался остановить меня, но это значило, что Джошуа умрёт. И раз я поступил таким образом, то не так уж и важен для меня пацан оказался. Что ж… В этих мыслях он будет не до конца прав, но частично. Всё же я могу захватить кого-то другого из Гонтов и использовать его.

Кстати о них… Как только я вновь двинулся к воротам, два бойца сразу же вкололи себе сыворотку и начали обращаться. Другие оборотни ринулись из темноты на меня и на Джошуа, а за стальными коваными воротами показались лица встречающей делегации в размере…

— Как же вас дохерище, — оскалился я и открыл сумку, достав взрывчатку.

Крепко сжав в руке прямоугольное устройство цвета хаки, быстро нажал на последовательность кнопок, как показал Марвин, и со всей дури бросил в ворота. Таймер на взрывчатке был минимален, а потому спустя несколько секунд произошёл до одури мощный взрыв.

Тьму квартала озарила яркая вспышка, ворота и стены просто разнесло в труху. Двух гвардейцев, которые только обратились, уничтожило мгновенно в потоках вырвавшегося огня. Короткий участок, являющийся подъездной зоной, просто перестал существовать. Асфальт и земля от взрыва разлетелись кусками.

Я стоял под дождём, слушал ошалелый вой оборотней и смотрел на последствия взрыва, за пламенем которого виднелось поместье. Вскоре из языков пламени показались первые мощные фигуры белоснежных Ликанов. Кроваво-красный туман вырвался из моего тела, лицо изменилось. За спиной слышались крики умирающих оборотней, которых убивал занятой Габриэль.

— Ну что, Беррада, — оскалил я клыки, взглянув в свете пламени на количество псин. — Пора тряхнуть стариной!

Глава 13

Только в кино и видеоиграх главные злодеи выходят с героем один на один, а остальная банда недруга стоит в стороне и не вмешивается. В реальности же всё совсем по-другому. Толпа на одного — нормальное явление. В бою нет места чести. В нём нет жалости, великодушия и слабости. Либо ты, либо тебя. Таков непреложный закон, когда на кону стоит жизнь.

Не знаю зачем, но поначалу я даже считал, скольких оборотней убил. Они рвались ко мне, желали разорвать, а их количество было похоже на дождь, тяжёлыми каплями падающий с небес.

Вой умирающих и пытающихся заливать раны псов был повсюду. Они вопили, они скулили. Их тела, покрытые густым мокрым мехом, обладали поражающей способностью к регенерации и выдерживанию боли. Обычные пули с трудом бы взяли их, а колющее оружие подавно. Но у меня не было ни того, ни другого. Только голая мощь Первородного Вампира. Или, как бы сказал Эдвард, только хардкор!

— Р-ра-а-а!!! — утробно рычала мразь, которую я с лёгкостью держал за пасть.

Когти оборотня полосовали мою кожу, разрывали мышцы. Но что такое жалкие ноготочки вшивой собаки, в сравнении с регенерацией Первородного⁈

С полным безразличием, я одним движением разорвал пасть твари двумя руками. К моим ногам упал бездыханный труп, присоединившись к остальным.

Каждый шаг давался с трудом. Не знаю, скольких Гонты обратили, но оборотней было просто дохерище. Они пёрли со всех сторон, будто огромная лавина. Хорошо, что часть тварей сосредоточили внимание на Габриэле и Джошуа. Судя по вспышкам и скулежу, Ликан отрывался вовсю. Забавно, но даже сейчас я ощущал его взгляд на себе.

Оторвав мешающиеся лохмотья, в которые превратился верх одежды, смахнул с лица кровь. И да, кровь была повсюду. Она вытекала из тел оборотней, убитых самыми разными способами. Проткнутые, сломанные, разорванные… Их кровь смешивалась с упавшими на землю каплями дождя, превращаясь в багровую реку.

— Ну наконец-то, — оскалил я окровавленные клыки, которые ни единожды пускал в ход.

Со стороны поместья, у главного входа в которое стоял какой-то высокий блондинистый хлыщ, в мою сторону бежало сразу четверо Ликанов. Три самца и одна самка, судя по окрасу и габаритам.

Держа вокруг себя поле телекинеза и не отпуская левитирующие сломанные столбы, кости и металл машин, позволил одному оборотню прорваться сквозь мою оборону. Тот с радостным воем сразу же прыгнул. Классика. Ну, как прыгнул, так и упал на землю. Он даже не успел осознать, что именно сбило его, а я уже находился на его спине и воткнул клыки в шею.

Кровь… У них она на вкус, как переспелое яблоко с запахом бензина. Отвратительно, но терпимо. В любом случае, кровь есть кровь!

Осушив оборотня и подпитавшись, лёгким движением оторвал его башку и бросил в толпу, попутно прибив ещё одного.

Интересно, как скоро спецслужбы столицы будут здесь и вмешаются? Впрочем, без разницы. Моя задача уничтожить здесь всё и убить каждого Ликана. И если они будут мешаться…

Мой оскал стал ещё шире, четверка Ликанов издали синхронный вой и вот-вот должны были столкнуться со мной.

На короткий миг прикрыв глаза, я вслушался в себя.

— Граф Бертольд, Валекор, — тихо прошептал я, чувствуя наполняющую тело мощь, готовую вырваться в мир. — Я вновь выхожу на охоту, как вы учили меня.

С бешенной скоростью в моей голове начали проноситься воспоминания. Из прошлой жизни, где от рук Ликанов погибли братья и сёстры ковена. Их тела, которые мы хоронили в специальном погребальном склепе. Их боль… Всё, что я видел на их лицах и чувствовал. Они погибли, исполняя долг перед ковеном. Защитили то, что были обязаны защитить. Следом… Следом появился особняк Куперов… Моя семья… Моя Юна… Окровавленная, напуганная. Её полный страха взгляд и слова, которые предназначались мне.

Я открыл глаза. Полыхающие кровавым светом, они были полны ненависти и злобы ко всему живому. Ярость горела внутри меня неугасающим пожаром, распаляясь всё сильнее и сильнее. Кровь кипела, будто магма вулкана, а сердце мерно и неостановимо отбивало ритм.

Кровавый туман втянулся в тело и словно исчез, что лишь раззадорило Ликанов. Они подумали, что я ослаб. Вот только, стоило мне сделать первый шаг… И десяток оборотней за зоной телекинеза сплющило, как от пресса.

Молниеносным рывком, оставляя позади себя только вспаханный асфальт, хлопок ветра и всполохи остатков кровавой дымки, я приблизился к обескураженным таким поворотом Ликанам.

БАХ!

Первого из них, самку с слегка сероватым окрасом, просто превратило в фарш. Удар кулака, нанесённый с концентраций телекинеза и собранной мощью Первородного превратил её в месиво из костей и мяса. Она и понять не успела, как умерла и пушечным снарядом снесла близлежащее здание.

— Мало… — чужеродным голосом прошептал я, смотря на покрытый кровью и потрохами кулак. — Мне мало… Ещё… — посмотрел на отпрыгнувших Ликанов, попутно отпуская зону обороны и позволяя оборотням прорваться ко мне. — Больше крови! Больше резни! ДАЙТЕ МНЕ БОЛЬШЕ!

Безумный рёв вырвался из моей глотки, подхваченный грохотом молнии и грома. Он был настолько громкий, что даже вой десятков оборотней не мог его заглушить. Рёв, ознаменовавший конец клану Гонт.

* * *

— Будь здесь! И не смей никуда бежать! Понял меня⁈ — рыкнул окровавленный Габриэль.

Трясясь от страха и холода, Джошуа лежал на крыше какого-то супермаркета. Мальчишка настолько потерял реальность с происходящим, что просто поджал под себя колени, обхватил их, и ни на что не реагировал. Разум не выдержал… Слишком много убийств, крови и смертей. Настоящий ад… Вот, что пережил Джошуа за столь короткий миг.

Поняв, что внятного ответа не добиться, Габриэль сокрушенно покачал головой и собирался оставить парня здесь. Вряд ли он по-своей воли решится обратиться и сбежать в облике Ликана. Джошуа терпеть не мог свою звериную суть и боялся её. И раз уж крыша супермаркета была заперта, то и деваться мальцу некуда. Потом, когда Габриэль разберётся с Купером, он вернётся за ним.

Если вернётся…

Только мужчина обернулся и собирался спрыгнуть с крыши на землю, как замер. До его чуткого слуха донёсся полный ненависти, ярости и неистовства рёв. За свою жизнь, Габриэль сражался со многими, и ещё многих убил… Но он никогда не слышал подобного рёва, пробирающего до самых кишок. Безумие… Вот, что угадывалось в нём очень отчётливо.

Сердце Ликана защемило. Не из-за членов клана, которых Габриэль никогда не считал своими. И разумеется не из-за ничтожного мяса, что его клан использовал направо и налево, выкупая заключённых тюрем сотнями. Он боялся за женщину, которая должна находиться в особняке. По тем немногим данным, которые Габриэль смог получить, она находилась в подвале поместья, в отдельном крыле.

Сможет ли до неё добраться Купер, если он не успеет? Хороший вопрос, ведь Габриэль не только сражался со многими, он ещё и видел достаточно сильных людей мира сего. Тех, кто правил и отдавал приказы, имея за плечами настоящую мощь.

Сорвавшись вниз, Ликан на полной скорости, с которой мог соперничать разве что спорткар, побежал к кварталу Гонт.

Первая встреча с Райаном казалась Габриэлю бредом. Приказ, который отдал Кристофер был будто насмешкой над ним. Зверь Жеводана… Тот, кто мог претендовать на место Альфы… И ему нужно было выследить какого-то пацана? Угрозу клану? Смех, да и только.

Так Габриэль считал, пока не увидел Райана. Ещё тогда, в вестибюле, он ощутил от парня просто поражающую жажду убийств. Мощь, настолько опасная и имеющая отчётливый запах крови. Тягучая, алая, похожая на магму вулкана по своей природе. Она бурлила в парне, отчего у Габриэля в тот день чуть брови на лоб не полезли.

Откуда⁈ Откуда у пацана в столь раннем возрасте такая сила⁈ Почему от него пахло, как от матёрого мясника, убившего если не десятки, то сотни и тысячи⁈

Мужчина двигался всё быстрее, буквально пролетая по дорогам и слыша разозлённые крики водителей. Недоумевающие гражданские, которых не смущали дождь и ночь, провожали его самыми разными взглядами.

В тот вечер, в отеле, Габриэль встретил того, кто был на него похож. Убийца, линчеватель, мясник… Что было бы, реши Габриэль напасть, вместо переговоров? Мужчина понимал ответ, хотя он и казался ему безумным. Все те запугивания и колкие перебранки. Они оба понимали, что стоит кому-то перейти грань и начнётся натуральная резня. Райана не смущало то, что могли погибнуть люди. Его не страшила угроза со стороны Годартов за разрушение отеля. Он не боялся… И поэтому Габриэль его уважал. Не только за силу, но и за дух.

Практически добравшись до квартала, мужчина услышал множество сирен и мигалок. Спецслужбы столицы вот-вот должны быть на месте самой натуральной бойни. И пусть дело происходило в клановом квартале, законы империи позволяли вторгаться в него, если того требовала ситуация.

Занимательно то, что Габриэль видел, как в квартал Гонтов вторглись отряды других родов и кланов. Коршуны, которые решили ухватиться за ситуацию и свергнуть один из сильнейших кланов империи. Один такой был на пути Габриэля, а потому он не церемонился и вырезал каждого, показав, почему его называют Зверем Жеводана!

Весь запад столицы оживился. Всё больше полицейских, гвардии императора и военных стекались к кварталу кланов Гонт, Ричард, Гамельтейн и Хорестер. Началась натуральная резня, в которой основным противников стали вырвавшиеся из под контроля оборотни.

Пробившись сквозь развернувшийся ад, устроенный одним человеком, Габриэль ворвался на территорию поместья. Ну или того, что от него осталось. Половина верхнего этажа здания отсутствовала напрочь. Земля перепахана, деревья вырваны. И трупы… Огромное количество трупов. Сваленные повсюду, они представляли собой последствия ужасающей бойни и резни. И в центре неё стоял полностью окровавленный с ног до головы Райан.

— Значит, успел всё-таки, — холодным голосом произнёс парень, не поворачивая головы к Габриэлю.

— Кха… У-убей его! У-у-убей!!! — с трудом хрипел окровавленный Кристофер, которого Купер держал за горло.

От былого Альфы стаи не осталось ничего прежнего. Обе ноги оторваны по колени, левая рука висела изорванной плетью, а правая отсутствовала по плечо. Множественные колотые и резаные раны с ушибами. У Кристофера даже скальп был снят, словно Купер лично занялся его скальпированием, что недалеко от правды.

— И это Альфа? Чудовище, которое люди боятся? Монстр ночи, приходящих с полной луной? — в полном презрении скривился Райан. — Я ожидал большего, а ты оказался ничтожеством.

Габриэль только и успел моргнуть, как услышал хруст и сиплый вскрик. К ногам Купера упало безжизненное тело главы клана, а в руке он держал ещё бьющееся сердце, которое поднял вверх и подставил рот. Лёгкое сжатие и сердце лопнуло, а алые потоки устремились к губам парня. Он с блаженством и упоением выпивал их, и Габриэль слышал отчётливые звуки глотков.

Отбросив кусок плоти, Райан вытер тыльной стороной ладони губы. Вот только крови на нём было столь много, что результата это не принесло.

— Я чувствую в этом доме биение жизни оставшихся Ликанов, — словно насмехаясь, с улыбкой произнёс парень.

Он сделал шаг, затем второй, после чего остановился и его улыбка стала шире. Вместе с порывом холодного ветра, его путь преградил полностью собранный и готовый биться Габриэль.

— Ты убил Альфу, — начал было мужчина. — И тех, кто его поддерживал. В поместье остались только старики, дети и женщины. Уходи, Райан, и я не стану тебя преследовать.

— Ошибаешься, Габриэль, — глаза Беррады вспыхнули голодом и безумием. — В поместье остались ЛИКАНЫ! Те, кто натравил псов на мой дом! Те, кто виновен в мучениях моей семьи! — парень сделал шаг, а его жажда убийства вырвалась и тела, ударив по мужчине. — НИКТО ИЗ НИХ НЕ УЙДЕТ ЖИВЫМ!

Сорвавшись с места, Беррада за долю мгновения оказался перед Габриэлем. Удар его сжатого кулака был молниеносен, но мужчина успел среагировать и уклониться. Огонь полыхающего поместья, которое с трудом тушил идущих дождь, покачнулся от волны ветра.

Рыкнув и поняв, что разговоры бесполезны, мужчина вступил в схватку. Его морозная аура, вырвавшаяся из тела, замораживала всё вокруг себя. Тела покрывались коркой льда, кровь превращалась в хрустящее стекло, а языки пламени застывали. Словно две противоборствующие стихии, они теснили друг друга. Никто из них не уступал противнику в скорости, силе, реакции и ловкости. От каждого соприкосновения их ударов дрожала земля, воздух вибрировал, а капли дождя разлетались.

Пролетающие над кварталом вертолёты вели репортаж и в реальной времени показывали картины настоящей бойни, в центре которой сражались две тени. Светло-синяя, больше похожая на лёд, и кроваво-красная, как тягучая кровь.

— С места событий!..

— Квартал клана Гонт подвергся нападению!..

— Вы это видите⁈ Видите⁈ Вот это да… Стоп, это что⁈

Оператор камеры и репортёр с широкими от удивления глазами смотрели на то, как вокруг сражающихся поднимались куски льда, тел и земли. Они медленно закручивались в водовороте, и вскоре один из сражающихся остановился. Он резко выкинул в сторону своего врага руку и вся эта масса устремилась к нему. Тот в свою очередь резко замер, ударил кулаком в землю и вокруг него образовался купол непробиваемого льда, остановившего атаку.

Полный разочарования и ярости рык достиг тех, кто вёл репортаж, и атаковавший сорвался алым рывком к сфере, начав её избивать. Его кулаки размазывались и словно двоились, но лёд держался… Пока не вспух острейшими иглами льда. Со скоростью пули они вонзились в окровавленного парня, откидывая его на добрый десяток метров.

Сфера льда испарилась снежинками, вмиг заморозившими ближайшие капли дождя. И только снег исчез, как все свидетели битвы увидели вышедшего из него монстра. Выше трёх метров в высоту, густая шерсть цвета вороного крыла, мощные мышцы, как перетянутые канаты. Это было чудовище из мифов и легенд, которыми родители пугали своих детей. Его когти отдавали блеском металла в свете горящего поместья, алые глаза выражали лишь свирепость и звериную мощь, а волчью пасть усеивали острые клыки.

Зверь Жеводана… Чистокровный Ликан… Опаснейший из Ликанов. Габриэль обратился и сейчас сдерживал свою животную натуру, смотря на поднимающегося мальчишку. Тот, словно зомби, покачивался и еле стоял на ногах. Он устал, ослаб из-за боя, и потерял множество сил.

— Довольно, Райан! — рыкнул Габриэль, едва сдерживаясь. Как бы не казалась эта ситуация со стороны, но Ликан понимал ярость и желание мести парня, ведь он сам был таким.

— Довольно? — слабо улыбнулся юнец, вытащив из себя последнюю ледяную иглу. — Кто ты такой, чтобы приказывать мне? Никто, ни в этом мире, ни в прошлом, — удивил он Габриэля. — НЕ СМЕЕТ МНЕ ПРИКАЗЫВАТЬ!

С трудом и болью, парень поднял правую руку ко рту. Его глаза горели ещё большим безумием и яростью, которая полыхала в нём, подобно жерлу вулкана.

* * *

— Беррада, сегодня у тебя будет очень важный урок. Сконцентрируйся, соберись и слушай внимательно, — стоя посреди боевой площадки, граф Бертольд держал руки за спиной и смотрел на меня.

— Опять лекции? — заканючил я. — Не хочу… Не хочу!

— Это будет не лекция, — покачал головой граф и улыбнулся. — Ну, не совсем она. Сегодня, ты узнаешь один из секретов нашего рода.

Я воодушевился! Секрет⁈ Какой ещё секрет⁈

— Я весь в внимании, учитель!

— Начать стоит с основ, — заговорил граф и, видя моё скукожившееся лицо, вздохнул. — Ладно, ограничимся простыми словами. Наша кровь, Беррада. Она не только даёт нам силу и позволяет даровать бессмертие. Она же — наш сдерживающий фактор.

— М-м? — почесал я затылок. — Какой ещё фактор?

— Сдерживающий, — спокойно пояснил учитель. — В минуту опасности и угрозе жизни, Первородный может снять этот стопор. Такое доступно только первым из нас. Дар и секрет, содержавшийся в нашей крови. Твои предки владели им, как владеешь и ты. Эта сила спит внутри тебя, Беррада. Опасная, сжигающая всё на своём пути мощь Первородного Вампира. Но её цена, Беррада… Слишком высока.

Воспоминание о графе Бертольде и нашем уроке выцвело и потухло. Оно пронеслось перед глазами, как быстро идущее кино, исчезнув внутри памяти.

У всего есть своя цена. И у силы, она, порой, слишком огромна. Здесь и сейчас, почти достигнув своей цели, я готов был заплатить её. Я понимал, что меня ждёт адский откат и настоящая мука, но процесс запущен и назад пути нет. Только идти вперёд, терпя боль и страдания…

Клыки пробили кожу руки, и тягучая кровь потекла по горлу, направляясь в желудок. Никто не понимал, как работает механизм подобной активации дара Первородного. Граф Бертольд потратил на это не один век жизни, но выяснить толком ничего не смог. Дар был и это необъяснимо. Дар Первородного. Дар крови, передающийся из поколения в поколение, и усиливающийся со временем.

Стоило только крови оказаться в желудке, и меня скрутила дикая боль. Я упал на колени, уперевшись руками в землю. Внутри меня разгорался самый настоящий пожар, разрастающийся и разрывающий каждую клетку тела. Кровь вскипела, да так, что я не смог сдержать вопль:

— А-А-А!!!

Кроваво-красный туман вырвался из меня неудержимым ревущим потоком. Он стекал на землю, но не растворялся, а пожирал трупы и кровь, оставляя после себя лишь безжизненную землю.

Я чувствовал, как рвались набухающие мышцы. Ощущал, как трещали изменяющиеся кости. Кожа разрывалась и вновь старалась, меняя свой цвет на бледно-серый. Грудная клетка уплотнилась и её будто усилил костный каркас, на локтевом сгибе вырвались острые костяные шипы. Моё лицо менялось, становясь обликом настоящего чудовища и монстра. Ботинки порвались, ведь ноги приняли вид лап. Ткань штанов затрещала, но выдержала и стала подобием шорт. А боль… Боль всё нарастала, практически дойдя до пика. Я кричал, вопил и орал, и всё это происходило за считанные мгновения.

— Ч-что это такое⁈

— Твою мать…

— Ты снимаешь⁈ Снимай!

Мои чувства и инстинкты скакнули до предела возможностей, позволяя услышать не только звук винтов вертолётов, сирены машин и выстрелы вдалеке, сопровождаемые рёвом оборотней, но и голоса репортёров. Дождь более не был помехой и запахи я ощущал отчётливо, как в ясный день.

Сила… Невероятная сила Первородного переполняла меня, смывая все стопоры. Не было более усталости. Не было сдерживающих факторов человечности. Только голод, мощь, и желание утопить всё в крови. Месть… Я жажду лишь мести!

Поднявшись на ноги, вдохнул воздух полной грудью и посмотрел в удивлённые глаза Габриэля. Он изменился. Он опасен. Но он лишь Ликан.

Кровь, поглощённая туманом, стекалась ко мне. Она превращалась в нити и собиралась в кровавые истекающие сферы над головой.

— Кровь За Кровь, Габриэль, — мой голос эхом отразился отовсюду, сферы в один миг превратились в кровавые копья, а за спиной раскрылись два перепончатых крыла с костяным наростом на сгибе. — И сегодня, землю обагрит кровь ЛИКАНОВ!

Глава 14

— Не понял, — в недоумении нахмурился Чёрная Маска, находясь на балконе с сигаретой в руках и видя вспыхнувшее зарево огня. — Это ещё что за хрень?

Сделав затяжку никотина, мужчина стряхнул пепел и вновь всмотрелся в огонь. Судя по тому, что сюда ещё никто не ворвался из их группы, члены которой находились в квартире, то переживать особо не о чем. Так он думал, пока рядом с ним сам по себе не возник его страж-защитник. Своевольный дух, которому Чёрная Маска дал чуточку свободы и позволял вот так появляться в реальности.

— А ты чего вылез? — приподнял мужчина бровь, взглянув на своего стража.

Сотканная из самой тьмы фигура рыцаря, как обычно, сохраняла молчание. Для Чёрной Маски было удивительным, что пацан смог вытащить из духа какие-то слова, хоть те и были на незнакомом языке. Обычно же, болтал именно Чёрная Маска, даже радуясь, что его собеседник молчалив. Так было… До этого момента.

— Потомок Мортегар… Или Первый из них?.. — прозвучал потусторонний голос рыцаря, говорящего на непонятном языке и не отрывающего свой взор от зарева огней. — Да… Эта аура… Эта сила… Он ещё птенец, только расправивший крылья и отправившийся в свой первый полёт…

— Что ты там балякаешь? — поморщился Чёрная Маска и сделал затяжку. — Ничего непонятно.

Дух-защитник не ответил. Он истаял чёрным туманом, медленно исчезая и продолжая смотреть в огненное зарево. И если бы Чёрная Маска мог видеть его лицо, то заметил бы, как рыцарь улыбнулся.

* * *

Сидя на диване с кружкой свежезаваренного кофе, Артурия листала каналы телевизора, морща носик от проникающего в квартиру табачного запаха.

Опять этот курильщик на балконе… Сколько уже можно смолить? Вторая пачка за день, а он всё курит и курит! Да и бог с ним, пусть портит своё здоровье, но ведь из-за этого страдают и другие! Артурия не выносила табачный запах!

Девушка сделала глоток, в очередной раз переключила канал и замерла. Она быстро прибавила звук, начав смотреть новостную программу столицы Орлеонтана.

—… Мы находимся рядом с эпицентром событий! — кричал бледный и подкопчённый репортёр. — В западном квартале кланов происходит настоящая бойня! Вооруженные силы армии империи, вместе со спецслужбами, и при поддержке других родов и кланов, пытаются нейтрализовать угрозу! Чудовища! Настоящие монстры, похожие на огромных волков, атакуют всех без разбора!

Громыхнуло. Репортёр вскрикнул, оператор камеры чуть не выронил аппаратуру, но удержал её и поднял. Зазвучал грохот выстрелов, криков людей и боевые кличи.

У Артурии защемило сердце. Героиня даже подалась с дивана и встала, забыв про кофе. Её чувство справедливости вопило, что нужно помочь. Она видела, как бежали и кричали гражданские. Как сражались защитники, пытаясь сдержать волны тварей. Это не её империя и не её дом. И не ей говорить о добродетелях, ведь она приехала сюда, чтобы убить императора Орлеонтана, попутно желая уберечь одного мальчишку. Но всё же… Как же тяжело ей было смотреть на натуральную бойню.

— О боги… Ч-что это?.. — проблеял помятый репортёр, с бледным лицом смотря куда-то вдаль, а не в камеру.

Картинка начала меняться, а оператор навёл фокус туда, куда смотрел напарник.

Там, среди пламени и льда, сражались два существа, которым не было названий в этом мире. Смертные не были готовы принять их. Они не понимали всей сути и угрозы со стороны, а потому были слепы. Два существа. Два идеала эволюции и достижений учёных.

Их рёв внушал ужас и трепет, а сила, с которой они сражались — поражала воображение.

Артурия выронила кружку. Кофе расплескалось на дорогом ковре, растекаясь пятном. В полном шоке она смотрела на сражение чудовищ из мифов и легенд, где-то на задворках разума поражаясь смелости оператора и репортёра. Подойти столь близко… Это не только опасно для жизни, но и храбро.

— Р-р-а!!! — завыл огромный чёрный волк, похожий на человека.

Тело его источало из себя невероятную ауру зимы и вьюги. Лёд стал его защитой и нападением. Чёрный густой мех был покрыт корками крови и белыми снежинками, словно тот вышел из бурана. Его стальные когти поблёскивали в свете пожаров, отражаясь бликами. Поверх когтей, он вырастил ещё слой, но только уже ледяных,

Стоило только Артурии увидеть его противника, как она вздрогнула, а во рту пересохло. Её суть новорождённого вампира сжалась в трепете и поклонении. Прямо здесь и сейчас, девушка испытала неимоверное желание упасть на колени и прикоснуться к величию того, кто стал её господином и прародителем.

С полным безразличием, тот спокойно шёл в сторону воющего Ликана. Тень его крыльев падала на бушующее пламя, мышцы бугрились под кожей и казались идеальными, будто у выдолбленной в камне скульптуры настоящего виртуоза. На его ужасающем, но пробуждающим у Артурии истому внизу живота, лице, читалось лишь высокомерие и презрение к противнику. Своими кровавыми глазами, горящими, как два полыхающих костра, он смотрел на Ликана и видел никчёмную шавку. Пса, посмевшего бросить вызов Первородному.

Беррада не взмахивал руками. Не рычал и не кричал. Он просто шёл вперёд, подобно ледоколу, проходящему сквозь преграды льда. Артурия видела, как с каждым его шагом, к нему стекались ручьи крови умерших. Их тела содрогались и превращались в иссушенных мумий. Крови было столь много, что вскоре вокруг Первородного появился сначала один летающий багровый шар, а затем второй и третий… Их становилось всё больше и больше.

— Т-ты снимаешь?.. — бледный репортёр медленно повернул голову к оператору, вынужденно оторвав взгляд от немыслимого.

Ведущий новостей с непередаваемыми эмоциями комментировал происходящее на экране, но Артурия не слушала его и смотрела только на сражение.

— И это всё? — вздрогнула она от трепета, услышав голос Первородного. — Всё, на что ты способен, Габриэль? Я ожидал бой! Я желал его! ТАК ДАЙ МНЕ НАСТОЯЩИЙ БОЙ!

Последние слова он буквально проревел, а кровавые шары вокруг него вспухли. За короткий миг те начали меняться и превратились в заострённые круглые диски. Доля мгновения, и они раскрутились до безумных скоростей, после чего последовал лишь кивок.

Десятки острейших дисков полетели в цель, разрезая всё на своём пути. Они не замечали преград в виде стали и бетона. Они разрывали тела попавших под раздачу оборотней и людей. Одно прикосновение, и любое живое существо теряло либо конечность, либо жизнь.

Ликан взвыл. Его ледяные когти вспыхнули светло-синей мощью, а вокруг тела образовалась натуральная вьюга. Он сорвался в рывке, оставляя позади себя порыв ветра и шлейф снега. С необычайной скоростью и ловкостью, он всё быстрее набирал скорость и избегал несущих смерть кровавых дисков. Но те, от которых ему удалось уклониться, не улетали дальше, а наоборот — возвращались. Будто по указке кукловода, они резко меняли направление и неслись к своей цели, превращаясь в рой жалящих ос.

Габриэль ревел, рычал, а его броня с трудом выдерживала мощь Первородного Вампира. Казалось, что обычная кровь не способна на такое, но не тогда, когда она под властью Беррады. Его прозвища… Его имена… Он получил их не просто так и каждое несло за собой целую историю. Так и сейчас, Выпивающий Суть проявил себя в полной мере.

Один из дисков пробил ледяную броню Ликана, распоров плечо до кости. Он взвыл. Кровь окропила разрушенный асфальт, а на лице Первородного впервые появилась улыбка. Торжествующая, безумная, голодная.

Габриэль практически добрался до него. Весь их бой, начиная с поместья, он всеми силами пытался оттянуть Райана подальше. Увести его в город, чтобы позволить выжившим клана бежать. Он понимал, что подобный ход принесёт множество жертв среди гражданских, но был готов заплатить такую цену. Женщина, которая ждала его в поместье… Важнее кого бы то ни было.

Он пытался достучаться до разума парня. Просил его остановиться и прекратить. Но после того, как он превратился… В монстра, то слова были излишни. Райан больше не слышал их и шёл лишь вперёд, неся смерть и разрушение всему живому. Люди стали для него кровавым ресурсом, а трупы — инструментом. Габриэль видел, как полыхали ненависть и ярость в глазах юнца, ставшего чудовищем. Но ещё в них была боль… Боль, которая была знакома мужчине не по наслышке. Выбор… У Райана просто не было выбора, а потому он отбросил все сомнения и сделал шаг. Кровавый и несущий разрушение шаг.

Оказавшись в зоне удара, Габриэль взмахнул когтями и вступил в рукопашную схватку. Его движение были молниеносны, а удары точны. Он целился в самые уязвимые точки, какие только смог определить за время боя с парнем. Лёд… Его верная стихия Элементала была с ним в этом бою и помогала. Защищала, позволяла атаковать и замедлять противника. Во всяком случае, так казалось Габриэлю, ведь кожа парня покрывалась инеем и коркой льда, пока тот плавно уклонялся. Его движения вызвали у мужчины удивление и уважение. Кто бы ни обучал мальчишку, сделал он свою работу на совесть. Там, где неуклюжий и неопытный противник сделал бы два шага, Райан делал один. На каждый удар Габриэля он отвечал своим, всё сильнее и сильнее наращивая скорость боя. Их тела уже давно размазались светло-синей и кроваво-красными вихрями.

И всё же, Ликан оказался быстрее. На долю мгновения, но быстрее. Его ледяные когти коснулись живота противника. Беррада зарычал, кровь бурным потоком брызнула на землю, а края раны сразу же приморозились. Какой бы ни была регенерация Первородного, но когти Ликана, сдобренные льдом, не дали тканям зарасти.

Улучив короткий момент триумфа и преимущества, Габриэль начал атаковать с удвоенным напором. Он рычал, его клыки истекали волчьей слюной, а глаза горели желанием поскорее закончить этот бой. Слишком сильно он задержался здесь, и время играло против него.

Правая рука Ликана вспыхнула мощью льда. Асфальт и близлежащие объекты в виде машин, тел и кусков зданий, обратились в лёд. Из его рта вырвались клубы пара от тяжёлого дыхания.

БАХ!

Сверкнула светло-синяя вспышка, полыхающий в зданиях огонь мгновенно исчез, находящиеся неподалёку люди ощутили порывы леденящего воздуха. Не убеги вовремя храбрые оператор и репортёр местного канала, то превратились бы в ледяные скульптуры.

Габриэль тяжело дышал. Его грудь вздымалась, как кузнечные меха, а права рука отдавала пульсирующей болью. Регенерация оборотня работала вовсю, и вскоре мужчина почувствовал и услышал отчетливый хруст.

Удар был настолько ошеломляющим, что ледяная броня просто не выдержала. Куски льда разметало повсюду, а её остатки опадали с чёрной шерсти мелкими хлопьями снега.

Он не моргая смотрел прямо перед собой, видя огромную борозду от ударной волны, покорёженные замёрзшие автомобили и фонарные столбы с вывесками. Его взгляд не отрывался от Райана, полёт которого закончился пробитием БТР-а военных. Мальчишка был жив, судя по его вздымающейся груди, но ранен. Правое крыло сломано и повисло на изгибе, а левое порвано в клочья. Именно ими он защитился в последний момент, закрыв себя не только кровавым щитом, но и крыльями. Вся правая сторона тела покрыта ледяной коркой, кровь сочилась из раны на животе, а также мелкими ручейками вытекала из рта парня.

Габриэль понимал, что нужно добить противника. Убить его и закончить начатое, после чего спасти свою женщину, забрать Джошуа, и бежать. Его звериная суть твердила, что так правильно. Так нужно. И пусть мужчина сделал шаг, затем второй, а его когти вновь покрылись льдом, он остановился. Не из-за того, что передумал убивать парня, хоть и желал его пощадить. Отнюдь, он остановился из-за ступора, когда увидел, что тот начинал приходить в себя и медленно выбираться из броневика.

— Х-хороший удар, — оскалил Райан окровавленные клыки. — Моя очередь?

Выбравшись окончательно, он одним движением сорвал с себя ледяную корку. Его крылья с мерзким хрустом срослись, а рана на животе медленно, но уверенно, затягивалась.

«Да кто он такой?..» — в очередной раз за бой, спросил сам у себя удивлённый Габриэль.

Он подобного удара не живут. Все, с кем сражался мужчина и кому не посчастливилось ощутить на себе подобную мощь, умирали! А он — жив! И не только жив, но и готов сражаться!

— Как говорил мой учитель, — провёл парень рукой по животу, затем посмотрел на окровавленную когтистую ладонь и поморщился. — Ты был взвешен, ты был измерен и был признан никуда не годным. А теперь, довольно этих игр…

Лицо Райана озарил довольный и кровожадный оскал, а затем из его тела вырвался бурный поток кровавого тумана. Он был плотнее и гораздо насыщеннее, чем прежде.

Габриэль сделал шаг назад. Не из-за страха, а из-за инстинктов, которые твердили ему, что нужно бежать! Бежать без оглядки и прятаться!

Убийственная аура, внушающая непередаваемый трепет всему живому охватила Ликана. Он ощутил себя, будто его зажали в стальных тисках и медленно, со вкусом, начинали давить.

Беррада расправил крылья. Да с такой силой, что комья пыли, куски асфальта и тела умерших, раскидало в стороны. Один взмах, от которого завыл воздух, и Первородный оторвался от земли.

Габриэль ожидал всё, что угодно. Рывка, очередные кровавые копья или диски. Но чего уж он точно не ожидал, так это появления в руке парня сияющего клинка. Его свет озарил тьму ночи и заставил Ликана прищурить глаза. Слишком ярко…

Даже сквозь прищуренный взгляд, мужчина видел, как плавилась и истекала кровью рука Райана, удерживающая клинок. Свет словно обжигал его, но мальчишка не морщился и держал меч уверенной твёрдой хваткой.

Из-за яркого света, Ликан упустил возможность для уклонения. Слишком сильно его дезориентировал свет клинка, а потому не смог избежать взмаха крыльев и быстрейшего рывка.

Схватив крепкой хваткой шею мужчина, Беррада рыкнул и взметнулся ввысь. Его крылья набирали будоражащую скорость, которая только могла сниться покойному герою Архангелу.

Они летели всё выше и выше. Габриэль пытался вырваться. Он рвал когтями, раздирал кожу и мышцы Первородного, но тот будто и не замечал ран, крепко удерживая его одной рукой, а клинок — другой.

Дождь не мешал его полёту в густые тучи, где царили молния и гром. И добравшись до них, оказавшись в самом эпицентре первородной стихии, он спокойно взглянул в глаза Ликана.

— Переживи это, Габриэль.

Он разжал хватку, и Ликан с громогласным воем, сопровождаемым молниями, полетел камнем вниз. Мужчина махал лапами, его шерсть давно промокла от дождя, а раны всё ещё кровоточили. Какой бы регенерацией не обладал оборотень, выдержать подобное падение очень и очень тяжело. Слишком большая высота.

Грохот от его падения был слышен на другом конце города. Здание, в которое он влетел, осыпалось и рухнуло, а сам Габриэль вылетел на дорогу, образовав широкий кратер. Каждая кость в его теле была сломана и срасталась с непередаваемой болью. Кожа и мышцы порвались во многих местах, образовав тяжёлые раны. Множество органов порваны в труху, а одно лёгкое пробили рёбра. Повезло, что сердце и мозг уцелели, а значит мужчина ещё будет жить… Так он думал, пока рассеянным и мутным взглядом не посмотрел в небо.

В его сторону, с грохотом молний за спиной, на полной скорости летел его противник. Первородный, с которым он вышел на бой и вот-вот мог проиграть. Первородный, в глазах которого не было пощады и слабости. Только ненависть, боль, и ярость. Первородный, удерживающий в руке клинок света, который начал терять своё сияние и окрашиваться в цвет крови…

Глава 15

Стоя над поверженным Ликаном, потерявшим сознание, я чувствовал и слышал, как бьётся его сердце. Слабо, с перебоями, но бьётся. Он был жив, хоть и еле дышал.

Поставив ногу на его с трудом вздымающуюся грудь, приставил к мохнатой шее изменившийся клинок. В голове крутилось очень много вопросов, как и почему Клинок Света превратился вот в… это. Лезвие потемнело и с его конца капала густая алая кровь. Гарда исказилась, приняв вид остроконечных шипов, а рукоять более не чувствовалась обжигающей и приносящей боль. Она была шершавой, приятной на ощупь и идеальной для моей руки.

Ладно… Некогда думать об этом, займусь позже. Сейчас нужно завершить начатое и добить Ликанов. Всех до единого. Тем более, что у меня осталось слишком мало времени. Дар скоро закончит своё действие, и меня ждут потрясающие ощущения отката, с непередаваемой болью от ран. Это сейчас, высвободив свою мощь практически на полную, я ещё стою на ногах и не обращаю внимание. Стоит только дару отрубиться и всё. Амба.

Я поднял клинок. Его лезвие вспыхнуло кровавым светом, а сам меч будто начал просить меня утолить его жажду. Очень интересно…

Лезвие уже практически коснулось горла Габриэля, как вдруг до меня донеслись звуки бега. Нечеловеческие.

— Хо… — с хищной ухмылкой протянул я, повернув голову и увидев мелкого подпалённого и грязного Ликана, бегущего в мою сторону.

Белая шерсть, янтарные глаза и тёмное пятно на левом плече в виде погон. Я сразу же узнал его, ведь мы однажды уже сталкивались друг с другом.

Рыкнув, Ликан прыгнул на меня и попытался сбить с ног, но я просто сделал шаг назад и он пролетел вперёд, чиркнув когтями воздух.

Дальнейшее стало для меня забавной ситуацией, ведь Джошуа, а это был именно он, встал между мной и бессознательным Габриэлем. Пацан скалил клыки, рычал, скоблил землю когтями и всем видом показывал, что будет биться. Странная, забавная, и несвойственная этому парню храбрость.

— Тем лучше для меня, — озвучил я свою мысль. — Не придётся искать тебя по всему городу.

— Б-беги… И-идиот… — пробулькал пришедший в себя Ликан, мутным взглядом посмотрев на защищающего парня.

Джошуа рыкнул, ну или тявкнул, а следом из его пасти послышались слова, от которых мы с Габриэлем затаили дыхание:

— Стая… Клан… Все погибли…

Он говорил рвано, больше лая, чем выдавая слова. Видать парню тяжело удаётся контролировать свою форму Ликана. Но что он сказал? Стаю убили? Всех что ли? Это… Это как это? А я⁈

Одним рывком я оказался рядом с ним и схватил за шею, оторвав от земли. Парень заскулил и начал дёргаться.

— Ну-ка повтори, — мой голос был похож на скрип стекла.

— Д-другие р-рода… Убили всех… Я-я… Тела…

Услышав то, что сказал парень, Габриэль будто и вовсе про свои раны забыл. Заворочался и попытался встать на ноги. Он дрожал, еле-еле двигался, но неумолимо поднимался. Я же спокойно смотрел на него, ощущая дикое желание разорвать этих двоих на куски. Если Джошуа сказал правду, а я чувствую по его сердцебиению, что так оно и есть, то… Остались только эти двое.

Перед глазами, словно в насмешку, появилось ухмыляющееся лицо рыжеволосого парня двадцати пяти лет. Веснушчатый, со шрамом над левой бровью и смеющимся, но в то же время тяжёлым, взглядом.

Помотав головой и ощущая, что отходняк уже близко, прогнал воспоминание, забормотав сам с собой:

— Хочешь, чтобы я пощадил их, Люциус? Зачем? Я дал им выбор… Нет-нет… Они его сделали…

Клинок растаял и превратился в кровавый туман, втянувшийся в руку. Силы начали покидать меня. Дыхание сбилось, сердце учащённо застучало, а каждая клетка тела начала отдаваться пульсирующей болью. Я вот-вот вырублюсь…

— С-сука… — слабо протянул я, смотря на этих двоих. — В-вот дерьмо…

Ноги подкосились, из рта вырвался шмат грязной и отдающий гнилью крови. Меня рвало, крутило, а из глотки звучали крики адской боли. Кожа вновь начала рваться, как и мышцы. Они возвращались в привычную форму, вместе с хрустящими костями. Крылья втягивались в спину, отчего было ощущение, будто в меня забивали осиновый кол. Про лицо и говорить нечего. Каждый его сантиметр пылал и бугрился от пульсирующей крови, принимая физиономию Райана Купера.

Моё нынешнее состояние стало похоже, словно заядлый наркоман добрался до охереть какого мощного препарата, обдолбался им, пролетел все стадии, и дошёл до последней. Стадии овоща.

Я тупо распластался тюленем на земле в порванных штанах. Окровавленный, грязный, и, кажется, обмочившийся. Хотя… Нет, казуса не произошло.

Так мы и смотрели друг на друга. Подбитый Ликан, принявший облик уставшего и пережившего армагеддон мужчины. Пацан, сидевший белоснежной жопой на куске асфальта. Ну и я, пластом валяющийся, пускающий кровавые слюни и смотрящий на их обоих. Вокруг тела, разрушения, лёд, горящие здания. С неба капал дождь, сопровождаемый молниями.

Самое хреновое, что им раз плюнуть добить меня. Я даже пошевелиться сам не могу, а каждая попытка приносит невыносимые страдания.

— Н-ну? Чито даэльше? — язык заплетался.

— Ты и сам знаешь, парень, — поморщившись от боли, Габриэль поднялся на ноги, покачнувшись.

Что и следовало ожидать. Сука, а ведь мне не хватило так мало времени. Слишком долго возился с Габриэлем, поддавшись вампирскому азарту, как только обращённый. Нелепость, глупость и тупизм. Впрочем, чего ещё ожидать от Первородного, который прожил всего пятьсот лет? Ума нихера, а силы дохера.

Габриэль подошёл к моему валяющемуся телу. Я потерял его из виду, но отчётливо почувствовал холодный воздух за спиной. Джошуа на всё происходящее смотрел ошалелыми глазами потерянного щенка.

— Не так быстро, мужик, — прозвучал за спиной голос, который я не ожидал услышать. И уж тем более не хотел видеть его обладателя сейчас.

Сверкнуло алым и светло-синим, а затем Габриэль отпрыгнул к Джошуа и заслонил его собой. Ну а я, увидел ботинки из крокодиловой кожи и почувствовал дешевый парфюм.

— Ну, и чего разлёгся, шкет? — сухо спросил Акула.

— Даэ так… Полэжать зохатэл… — язык меня всё ещё не слушался, а во рту, как кошки насрали. — Чэго прыпёрса?

— Она настояла, — нехотя ответил Акула и вслед за его словами, мне на глаза попалась ножка в латном сапоге.

Ну, писец. И эта здесь. Лучше бы Габриэль меня и правда добил, чем вот это вот всё. Хотя… Это во мне говорит отходняк и апатия. Хочется язвить, портить кому-нибудь нервы, а ещё чизбургер. Двойной. И кока-колу, но не зеро, а классическую.

— Лара?.. — прозвучал полный недоумения и шока голос Габриэля.

— М-мама?.. — вторил Джошуа.

Чего-чего? Какая ещё Лара? Какая мама?

— Слыэш, Акуола, — прокряхтел я, валяясь пузом на земле. — Перыверны миня.

— А-а? А сам не можешь что ли?

Не услышав от меня ответа, кроме возмущённого сопения, мужик выполнил просьбу. Но вместо того, чтобы перевернуть, поднял с земли и перекинул мою руку через шею. Сказать, что у меня от подобного звёзды в глазах образовались, ничего не сказать. Тело просто разрывало, а кожа казалась тонким пергаментом.

Тем не менее, я выдержал и не издал ничего, кроме шипения сквозь сжатые зубы.

Та, о ком говорил Ликан, была на руках у Чёрной Маски. Женщина, блондинка, как и все из клана Гонт. Одетая то ли в ночнушку, то ли в пижаму. Симпатичное лицо с тонкими женственными чертами. Она находилась в отключке, спокойно сопя.

— Ну и дыла… — я чувствовал, как сознание затухает, а вместо звёзд перед глазами появилась опять улыбающаяся рыжая рожа. — Мы в расчёте… Люциус…

* * *

Если утром плохо, значит вечером погуляли хорошо. Если утром хорошо, то вечером погуляли плохо. Помнится, Валекор сказал это. Или Ламия? Хм, забыл. Но да хрен с ним. Главное то, что я не пил, а ощущения при пробуждении были такими, что хотелось выть.

Во рту полная сухость, кожу тянуло, как и каждую мышцу. Кости трещали, словно стекло. В голове безостановочный звон, а перед глазами вертолёты и флэшбеки, которые хотелось бы забыть.

С трудом повернув голову, осознал, что нахожусь в небольшой комнате на удобной кроватке. За приоткрытым окном светило солнце, пели птицы и слышались звуки улицы. Кто-то заботливо укрыл меня тёплым одеялом. Откинув его, увидел, что весь обмотан бинтами, как мумия. Они были пропитаны какой-то жидкостью и окрашены в тёмно-зелёный цвет.

Сосредоточившись на запахах и звуке, услышал за дверью комнаты разговоры и унюхал вкус выпечки. Хм, пирог. Мясо и капуста. Хочу… Но ещё хочу воды.

Вода оказалась в графине на столике у кровати. Налить её я, разумеется, не мог. Не только из-за того, что бинты плотно прилегали к телу и не давали пошевелиться, но и из-за боли.

Сосредоточившись, моргнул раз, затем второй. Влага заманчиво поблёскивала от лучей солнца, проникающих в комнату.

Открыть разум. Сконцентрироваться. Представить. Воплотить.

Дребезжа и покачиваясь, графин оторвался от столика и поплыл по воздуху ко мне.

— Ах, сука! — выругался я.

Адская боль прострелила голову, графин упал на пол, расплескав всю воду.

Голоса за дверью стихли, послышались шаги и вскоре дверь комнаты открылась. Внутрь заглянула целая делегация лиц. Артурия в футболке и шортах, Чёрная Маска в пижаме с котиками, Акула в чёрных штанах в белую полосочку и испачканной майке. Но больше всего меня удивили ещё двое индивидов. Один из них скромно улыбнулся и кивнул, а другой смотрел на меня, как на… Да хрен пойми, как он смотрел. Но ничем враждебным там не пахло.

— Очнулся, значит, — хмыкнул Габриэль, где-то потерявший свои кожаные штаны и шкуру. Теперь он щеголял в тёмном халате, являя миру волосатую грудь. — Это хорошо.

Артурия без слов подбежала, нахмурилась, подняла графин и поставила его, а затем коснулась холодной ладошкой моего лба.

— Живой… — облегчённо выдохнула она.

— Жаль, что не сдох, — пожал плечами Акула, спокойно жуя кусок пирога и игнорируя осуждающие взгляды остальных.

— Парниш, ну ты и устроил! — заржал Чёрная Маска, заходя в комнату и останавливаясь у окна. — Вся столица до сих пор на ушах!

До сих пор? Так… Не понял.

— Сколько я был в отрубе?

— Три дня, — ответила Артурия и криво улыбнулась. — Мы думали, что ты не очнёшься. Ты всё время бредил, звал на охоту какого-то графа Бертольда, Валекора и Люциуса. А ещё убегал от двойного чизбургера и просил помощи у кока-колы…

— Вот, кого нужно благодарить, — толкнул Габриэль светловолосого парня в спину.

Джошуа кхекнул, от подачи мужика сделал два шага вперёд и взглянул на меня.

Благодарить? За что?

Видя моё недоуменное лицо, Артурия улыбнулась и пояснила:

— Джошуа обладает способностями Целителя А-ранга. Он всё время находился возле тебя и помогал стабилизировать состояние. Сам понимаешь, почему мы не прибегли к помощи посторонних, а он предложил помочь.

— С чего такое благородство? — поморщился я. Ликаны они и в Африке Ликаны.

Причина отыскалась довольно быстро. За спиной Габриэля, показалась светловолосая женщина в переднике. В руке она держала кружку горячего чая, исходящего паром и вкусно пахнущего травами.

— Здравствуйте, Райан, — слегка наклонила она голову и обозначила улыбку. — Наверное, это вас я должна благодарить за своё спасение?

У меня было, что ей сказать, хотя по моей охреневающей роже и так всё было понятно. Но я не успел сказать и слова, как пиликнул телефон на тумбочке. Я попытался рыпнуться к нему, но зашипел от боли. Джошуа уже было дёрнулся ко мне, но остановился. Артурия же взяла телефон и прочитала сообщение, попутно нахмурившись:

— Райан, это от Марвина… У них проблемы.

Глава 16

Чувствовать себя ослабевшим и бесполезным то ещё ощущение. Откат оказался гораздо сильнее, чем я предполагал. Мне не впервой приходилось использовать Дар Крови или же, как его ещё называли в моём ковене — «Наследие». В моей жизни, в Брилии, было множество ситуаций, когда смерть дышала в спину. Облавы героев, святош и охотников. Погони Архонтов и их приспешников. Битвы с Ликанами и другими созданиями ночи. Боёв было великое множество, и Наследие ни раз выручало меня. Признаться честно, я не хотел его использовать до поры. Слишком необъяснимая и невообразимая сила на короткий миг, позволяющая Первородному достигнуть условного предела. Фишка в том, что этот предел мог расширяться. Чем сильнее вампир, тем сильнее дремлющее в нём Наследие. Высшая форма — лишь малая часть доступного, повышающая физические и открывающая часть уникальных способностей вампира.

Проще говоря — я надорвал пупок и прыгнул на следующий уровень, будучи не готовым к этому. Тело… Как бы ни звучало, но это человеческое тело. Да, в нём течет моя кровь и заперта моя душа. Но это тело произвёл на свет не вампир, а человек. Оно слабо, ничтожно и не может выдержать всей моей силы. Даже её малая доля, которую можно примерно определить в процентов двадцать, чуть не убила меня. Хорошо, что у этого Дара был тот самый стопор, про который говорил граф Бертольд. И пусть он снимался, но оставался и не позволил мне двинуть кони. Как же забавно было бы… Ха… Умереть от собственной силы.

Тем не менее, я ожидал, что откат будет проще. Не такой болезненный и жёсткий. Меня до сих пор мутило, крутило и рвало при каждом чихе. Кожа была бледной и под ней отчётливо виднелись синие вены.

Всё-таки, я — идиот. Это клинический диагноз, который я поставил сам себе. Не, ну а что? Самоиронию никто не отменял и факт оставался фактом. Поддался эмоциям, как новообращённый, и чуть не подох. Долбанный вампирский азарт и моя натура. Меня прям подмывало узнать, на что способен Габриэль и может ли он дать мне достойный бой. Ребячество и идиотизм. Моя задача была иной, и я успешно всё просрал. Какие-то мудаки убили оставшихся Гонтов, не дав мне завершить начатое. Можно было бы сказать им спасибо, но у меня из-за отката настолько испоганился характер, что я бы скорее кинулся на них и начал посылать матом до сотого колена родни.

Кстати о характере…

— Вот, держи, — словно боясь обжечься, Артурия медленно поставила передо мной небольшой красный контейнер. — Люди Чёрной Маски помогли достать.

— Люди Чёрной Маски, — забурчал я, как старый дед, и поправил плед на коленях. — Ещё бы они не достали. Я бы тогда их сожрал!

Артурия устало вздохнула и отошла чуть подальше, встав за моей спиной и прислонившись к подоконнику балконного окна.

Истинно говорят, что солнечные ванны полезны для здоровья. Людского, разумеется, но мне они тоже не повредят. Сидя на балконе в удобном кресле, которое сюда притащил Акула после моей угрозы оторвать ему кусок жопы, я с кайфом довольствовался лучами солнца. Согревающее и ласкающее… Ох, хорошо…

Прокряхтев и поморщившись, слегка подался вбок и открыл контейнер, вытащив из него один пакет крови. Ещё три валялись внутри и охлаждались.

Без заморочек со стаканом и прочим, оторвал зубами колпачок и сделал глоток. Вторая положительная. Слегка повышен гемоглобин, но не страшно. А это ещё что?..

— Не понял, — посмотрел на пакет, а затем обернулся недовольным взглядом к Артурии. — Ты мне что, кровь курильщика принесла⁈ Какого хера⁈

Девушка опустила глаза в пол и опять вздохнула. За те два дня, как я пришёл в сознание, она уже успела намучиться и хлебнуть мерзкого и недовольного Беррады. Но что-что, но она ни разу не высказала мне ничего, аккуратно помогая и выполняя все прихоти.

— Смогли добыть только эту, — ответила Артурия.

— Сраные червяки, — сжал я пакет и кровь расплескалась из пакета по руке. — Надо было их лучше сожрать. Одного в назидание, и они бы притащили мне идеального донора! Мудаки, слабаки, ничтожества! У-ъ-у, сука!

Как только прошла очередная вспышка праведного Беррадовского гнева и недовольства, вновь присосался к пакету с кровью. Опустошив остатки первого пакета, взялся за остальные. Они таяли так быстро, будто в них было не больше глотка. До ушей только и успевал доноситься хлюпающий звук и шуршание пакета.

Голод… Он настолько яростно вгрызался и отчётливо давал о себе знать, что только добавляло масло в огонь моего бурчания и недовольства. Организму нужно восполнить запасы потраченного в бою, и у вампиров идеальным средством для этого есть только одно. Вот и приходилось моим напарникам суетиться, после того, как я чуть не кинулся на Чёрную Маску. Его долбанные шуточки доконали меня и у старика прибавилось седин, стоило ему только увидеть мои клыки, капающую с них слюну, и дикий взгляд.

Внизу, на улице, стоял шум. Сигналы машин, крики зазывал и просто людской гам. Хоть в столице Орлеонтана и случилась та ещё резня, город не переставал жить и дышать. По телеканалам безостановочно мусолили тему бойни, показывая сводки. Местные блогеры приглашали к себе знаменитых теоретиков заговоров и те делились своими мыслями. Абсурд даже дошёл до того, что некоторые считали, будто на столицу напали инопланетяне.

Поведя носом, унюхал доносящийся из квартиры приятный запах.

— Лара блинчики делает? — коршуном посмотрел я на Артурию.

— Да, — кивнула она.

— Чего мы тогда тут стоим⁈ — забурчал я. — Быстрее в хату! Я хочу блинов! Десять… Нет, пятнадцать блинов! С мясом! А ещё с вареньем… Клубничным!

Девушка улыбнулась и помогла мне подняться. Сам я стоять не мог, шатаясь и падая на пол. Медленно, подбирая шаг, она повела сгорбившегося меня в квартиру и отконвоировала до кухонного стола.

Запах усилился в разы. Живот, даже после крови, зарычал раненным зверем, а во рту образовалась слюна.

Словно вышедший на охоту хищник, я пристально следил за каждым движением светловолосой женщины в испачканном мукой переднике. Она порхала на кухне, творя магию. Шкварчала сковорода, исходила паром готовая стопка блинчиков, а на кухонном гарнитуре закипал электрический чайник.

Лара заметила мой взгляд, улыбнулась и продолжила колдовать женскую магию кухни. Артурия присела рядом, положила кулачок под подбородок и с завистью смотрела на женщину. Героиня, хех, не умела готовить. Попыталась она вчера мне стейк с кровью сделать, а в итоге Ларе пришлось её выручать.

— Вот, прошу, Райан, — по-хозяйки поставила она передо мной тарелку с блинами, вареньем. Была ещё одна тарелочка поменьше, на которой тоже лежали блины, но свёрнутые и исходящие запахом мяса. — Чай сейчас будет готов.

Нисколько не смущаясь, накинулся на жратву, как в последний раз. Нахер этикет и правила. Беррада хочет жрать, а это значит, что он будет жрать, как он хочет!

Артурия с умилением и улыбкой смотрела, как я уминаю блины за обе щеки. Руки работали без остановки, и пришлось одну из них освободить, как только на столе оказался горячий чёрный чай с лимоном.

— Ре-ом-шено, ом-ом… — с набитым ртом заговорил я, посмотрев на довольную собой женщину. — Вы… Ом-ом… Прошли отбор.

Лара и Артурия переглянулись, а я хлюпнул чаем. Действительно, решено. Женщина, которую я собирался либо освободить, либо убить, когда превратился в чудовище, будет жить. За эти дни она стала нашим поваром и наколдовала столько вкусной жратвы, что у меня теперь рука не поднимется её прикончить. Позор… Меня в конечном итоге победили блины.

Дверь прихожей открылась и в квартиру зашли Джошуа с Акулой. Их запах я почувствовал ещё в коридоре лестничного пролёта, как услышал и спор о каких-то Джаггернаутах и Механоидах. Если не ошибаюсь, это персонажи одной популярной карточной онлайн игры. Неужели этот любитель ирокеза, ботинок из крокодиловой кожи и дешевого парфюма играет в игрушки? Пф-ф… Тоже мне наёмник S-ранга!

Одетый в красный спортивный костюм, Дуглас поставил пакеты с едой на кухонной гарнитур. Джошуа же в футболке и штанах, подошёл к маме и обнял её. Пацан старался каждый миг быть рядом с ней и не отходить далеко. Ну прям клещ, чтоб его!

— Садитесь за стол, — потрепала она мальчишку по голове с улыбкой и взглянула на Акулу. — Спасибо.

— Да пустое, — пожал тот плечами и сел напротив меня. Джошуа рядом с ним.

Вскоре перед ними тоже оказались блины с чаем.

— Чё пялишься? Ом-ом… — посмотрел я в глаза Акулы, безостановочно жуя.

— Да не пойму, куда в тебя столько влезает? — хмыкнул он, смотря на тарелки передо мной. — Жрёшь за десятерых, а такой дрищ.

— У-ъ-у, сука… — запыхтел я, сжимая блинчик с вареньем. — Подожди у меня… Поправлюсь, встану на ноги, и оторву тебе жопу.

— Дважды повторенная шутка уже не так смешна, — пожал он плечами и начал поедать блины.

Я оскалился и хлюпнул чаем, сказав:

— А что сказал, что это шутка?

Воцарилось молчание, в течении которого все наслаждались готовкой Лары. Интересная она, кстати, женщина. Ликан, судя по запаху, но слабый. Оно и неудивительно, что Джошуа вышел таким… Ну, никаким. Как Ликан он не дотягивал даже до середнячка. А вот целитель он был моё почтение. Парень в этом плане очень одарён, хоть и является А-рангом. Хотя… Я думаю, что это фикция. Он уже вполне может на S-ранг претендовать, ведь не каждый сможет в течении трёх дней, без перерывов, поддерживать свои способности на максимум. Но лучше вернуться к Ларе. В этой, казалось бы, улыбчивой и обаятельной женщине крылась иная сила, нежели физическая. И речь идёт именно о женской силе. Все возникшие споры, потасовки и дебаты в нашей команде после её появления, урегулировались на мировую. Особенно тогда, когда Габриэль чуть не подрался с Акулой. Ирокез решил пошутить над пацаном и Ликан сказал ему заткнуться, а дальше пошло всё по понятному сценарию. Лара успокоила обоих, напоила чаем, накормила, а затем поставила пузырь и теперь Габриэль с Акулой, как они выразились в своём пьянстве — отличные товарищи и лучшие друзья.

Опасная женщина… Коварная.

Кстати говоря, Габриэль и Чёрная Маска отправились за Марвином и близнецами. Что именно случилось у близнецов и старика — неизвестно. После того смс от них ни слуху, ни духу. Я звонил, но абонент не абонент. И такая ситуация не только с телефоном Марвина, но и близнецами. Надеюсь, что у них там всё нормально, ведь я сейчас не боец и вытащить их из передряги не смогу.

Хорошо, что Ликан знает не только место, куда они отправились, но и идеально разбирается в местности. Я был уверен на все сто процентов, и ещё немного сверху, что он уже взял их след. Обоняние Ликанов сильнее, чем у вампиров. Те, не побоюсь своих слов, могут почуять запах добычи за многие мили и гнать её до изнеможения. Ух и настрадались мы в своё время с Зигмаром, новообращённым вампиром и бывшим мелким князьком, пытаясь сбежать от одной стаи Ликанов. Безбашенные и очень, сука, сильные… Я тогда ещё только лопух собирал и в поле редко выходил, чтобы выполнить просьбы графа Бертольда. Ну он, конечно же, называл эти походы — тренировкой. Мы с Зигмаром еле ноги унесли, стянув псов на территорию Нежити. Те боялись туда заходить и отпустили нас. Вот только потом пришлось ещё побегать от Безголовых Гончих, но это уже другая история…

В общем и целом, я был уверен, что Габриэль их найдёт и приведёт в целости и сохранности. Разумеется, если они ещё живы. А если не живы, то я поправлюсь, найду, кто их убил, и убью уже его. Простая математика. Добавляло уверенности ещё то, что с Ликаном отправился Чёрная Маска. Если первый разбирался в местности и был здесь, как рыба в воде, то второй обладал связями и обещал помогать по мере возможностей.

Из-за моей слабости и всех этих поисков, ликвидация императора Орлеонтана начала сдвигаться. Дата приближалась, а мы нихера не готовы. Не знаю, как там у остальных групп, ведь на связь со мной никто не выходил. Но Акула заверил меня, что они тоже в городе и готовы. Ждут нужного часа и отмашки. А теперь вопрос… Как Андерсон планирует эвакуировать часть населения, если столица сейчас гудит, как улей после моего пассажа?

Почувствовав вибрацию телефона и услышав мелодию звонка, вытер руки о бумажное полотенце и, под заинтересованные взгляды всех собравшихся, посмотрел на незнакомый номер, после чего снял трубку:

— Алло?

— Райан Купер? — сухо поинтересовались на том конце провода.

— Он самый, — кивнул я и взглянул на Артурию, увидев в её глазах вопрос.

— Вы перешли дорогу многим влиятельным людям. Этот звонок — свидетельство нашего первого шага. Отныне, вы враг Совета Кланов.

Трубку повесили, я почесал затылок и убрал телефон в карман.

— Кто звонил?

— Да хрен какой-то, — хмыкнул я и посмотрел на Лару. — А можно ещё блинчиков?

— Конечно! — кивнула она с улыбкой и взяла мою тарелку со стола.

Видя, что у сидящих за столом на лице читался вопрос, хотел было уже рассказать о звонившем и его словах, как вдруг нахмурился.

— А вот это… Хреново.

Не нравятся мне что-то те, кто только что вышел из лифта. Слишком уж сильно от них несло запахом смерти и крови…

Глава 17

— У нас гости, — серьезно взглянул я на Акулу.

Тот отреагировал мгновенно. Отбросив блинчик, он подскочил с места и двинулся ко входной двери квартиры. Артурия побежала в свою комнату и вышла оттуда с мечом и щитом наперевес. Вместе с её прикидом в виде коротких синих шорт и белой майке, подчёркивающей грудь, выглядело это сюрреалистично. Прям как персонаж из мультиков Островитян.

— Спрячьтесь пока, — спокойно произнёс я, и Джошуа с Ларой ушли в дальнюю комнату. — Ох, сука… Как же всё болит.

С кряхтением поднявшись и на удивление ловко поймав брошенную мне Акулой трость, которую купили день назад и которая находилась в коридоре, медленно двинулся к двери. Звуки шагов в квартирном коридоре становились отчётливее и приближались. Запах смерти и крови усиливался, и только спустя короткое время я понял, что доносился он не от всех гостей, которые пришли в количестве четырёх человек, а от одного. Удивительно то, что встретить подобных людей крайне редкое явление, даже в моей жизни наёмника S-ранга. Для того, чтобы появился такой запах, который может почувствовать либо очень сильный эмпат, либо некто вроде вампира или других созданий ночи, нужно убить просто дохерище народа. Буквально искупаться в крови.

Дверной звонок издал мерзкий писк, после чего заиграла прерывающаяся помехами мелодия.

— Райан, может не надо? — с нотками беспокойства сказала Артурия, оставленная за спиной.

Я махнул рукой, тростью отогнал недовольного таким жестом Дугласа, и подошёл к двери, открывая её нараспашку.

Не ошибся. В коридоре пролёта квартир и правда было четыре человека. Три мордоворота, больше похожих на вчерашних бандосов в белоснежных костюмах, и обычный на первый взгляд мужик. Чёрный костюм с такого же цвета галстуком, сидел на нём идеально, и, судя по запаху, его ткань была покрыта какой-то странной смесью химикатов. Внешне это никак не выделялось, но я удивлённо приподнял правую бровь. Да ладно? Я только слышал о таких костюмах, которыми славились ателье рода Медичей. Пуленепробиваемые и очень прочные, они не теряли своей элегантности и не стесняли движений, имея вид обычной ткани. Дорогая и очень статусная вещь…

Если отбросить прикид, то передо мной стоял простой человек. Нос с небольшой горбинкой, уставшие карие глаза. Его чёрные волосы достигали воротника чёрной рубашки, короткая борода подстрижена.

Именно от него пахло смертью и кровью. Да настолько сконцентрировано, что я на короткий миг усомнился, что это действительно человек.

— Чем обязан? — не обращал я внимание на мордоворотов и смотрел только в глаза мужика.

Не отвечая на вопрос, он потянулся к внутреннему карману пиджака. За моей спиной повеяло проявлением силы Акулы и Артурии, что не укрылось от мужика. Он бросил усталый взгляд за моё плечо, никак не отреагировал на готовых биться соратников, и достал слегка помятую бумажку.

— От Габриэля, — сухо произнёс он.

Сдержав удивление, взял протянутый лист бумаги и развернул. По мере прочтения, я всё чаще поднимал глаза на этого типа. Не нравился он мне. Не с точки зрения человека, или гастрономического вампирского интереса, а с опасности. Я сейчас не боец, и если этот тип решит начать бойню, то дело может стать худо. Не хочется признавать, но я не уверен, что у Артурии и Дугласа хватит сил, чтобы остановить этого обычного и невзрачного человека. Кем бы он ни был, моя вампирская суть ощущала его внутренне удерживаемую силу. Чернота… Полная и беспросветная чернота, похожая на бесконечно глубокую бездну.

— Почему я должен верить этой бумажке? — дочитав до конца, помахал я листком, опираясь на трость. — Звонка от Габриэля не было и подтвердить он не сможет.

Мужик, которого судя по листу звали Джоном, кивнул и вновь потянулся к карману. На этот раз он достал не очередной лист, а небольшой круглый диск из позолоченного металла. Стоп! Нет, это реальное золото!

На диске была аккуратной резьбой нарисована женщина в тунике и повязкой на глазах. В одной руке она удерживала старинные двухчашечные весы, а в другой — меч.

Положив большой палец на край диска, мужик раскрыл его и показал мне. Ниша представляла собой практически пустое пространство, если не считать круга поделённого перегородкой. Одна его часть была пустая, а на другой отчётливо виднелся кровавый отпечаток.

— Твою мать… Это же вексель… — ошарашенно прошептал Дуглас за моей спиной.

Сегодня прям день странностей и чудес. И ладно бы этот мужик в необычном костюме от Медичей, так ещё и кровавый вексель. Мне доводилось работать с этой штукой. Клятва на крови. Двухсторонняя. Нарушишь её и всё, амба. Тебе не подадут еды, не дадут кров и не помогут. Это круче, чем бумажные договоры среди элиты и прочего сброда. Среди наёмников уж точно.

Я отошёл в сторону, пропуская гостей в квартиру. Артурия опустила меч и щит, а Дуглас в полном охреневании проводил взглядом прошедшего перед ним Джона. Не знаю, кто этот человек и откуда у него подобный запах и такая сила, но вексель священен для наёмников. Это знак доверия и вотума, которые не нарушить. Тем более, что на показанном Джоном векселе отчётливо чувствовался запах Габриэля. Это его вексель.

Троица провожатых в белых костюмах сразу же рассредоточились по квартире и начали всё облазить, проверяя комнаты. Один из них зашёл туда, где прятались Джошуа и Лара, отчего послышался женский крик. Женщина и парень выбежали, а затем Лара замерла в ступоре.

— Д-джон?.. — в неверии прошептала она, а из глаз потекли слёзы.

Сорвавшись с места, Лара подбежала к нему и крепко обняла, всхлипывая. Сам же Джон отреагировал сдержанно и обнял женщину в ответ. Забавно было видеть лицо Джошуа. Тот будто призрака увидел и был бледный, как мел. Парень находился в глубоком впечатлении и шоке.

Мы с Дугласом и Артурией переглянулись. Поняв, что опасности нет, девушка пошла относить своё оружие в комнату, Акула двинулся доедать блины, а я почесал затылок.

Так, ну и? В письме, которое передал Джон, чёрным по белому написано, что сейчас Габриэль не может выйти на связь. Причина, разумеется, отсутствовала. Может глушилки или ещё что? Странно, но ладно. В этом же письме он написал, что Джон здесь для защиты Лары и Джошуа. Ликан был признателен, что наша компашка освободила Лару, но лишняя линия обороны не помешает. Особенно после того, как он откуда-то узнал, что на меня открыл охоту некий Совет Кланов. Больше всего мне понравилась подпись в конце, а именно:

«До меня дошла информация, что у Куперов сейчас сложный период. Да, я после нашего боя начал узнавать о тебе больше и не стыжусь этого, пацан. За мою лояльность ты можешь не переживать, но советую тебе приглядеться к Джону. Он — одинокий Волк без стаи. Не оборотень, как ты, наверное, уже понял, а человек. Многие рода и кланы пытались перетянуть его к себе, и ещё больше их полегло, когда они получили его отказ и решили отомстить за оскорбление их гордости. Джон — человек упрямый, целеустремленный и обладающей несгибаемой силой воли. Я не верю, что у тебя получится перетянуть его в себе, а уж в том, что ты это попробуешь, я уверен. Но если у тебя получится… То твоя стая станет ещё сильнее, парень. В общем — дерзай.»

Собственно вот и всё. Посыл слов Габриэля более, чем понятен. Но ему это зачем? Хочет внедрить своего человека ко мне или что? Непонятно, но очень интересно.

Поедая блины, Дуглас с интересом смотрел на спокойно беседующих Джона и Лару. У женщины будто второе дыхание открылось, как только она увидела этого человека. Судя по её реакции, они знакомы и уже давно.

— Прошу за стол, — довольно громко произнёс я, указывая рукой. — Познакомимся обстоятельно и поговорим.

— Ох, что это я! — быстро взяла себя в руки Лара и побежала к плите. — Джон, садись за стол! Сейчас я чай тебе налью! Блинчики будешь? С клубничным вареньем, твои любимые!

На застывшем маской спокойствия лице мужика не дрогнул ни один мускул. Он спокойно кивнул, присел за стол и, не говоря ни слова, дождался, пока Лара всё сделает.

— Благодарю, — кивнул он и аккуратно начал есть, соблюдая этикет.

В отличии от него, мы с Акулой пожирали блины, как животные. Джона это не смущало никаким образом.

— Меня зовут Райан Купер, — заговорил я, отпив чай.

— Я знаю, — вновь кивнул Джон и перевёл взгляд на Дугласа. — Наёмник S-ранга Красная Акула. Физик с ярко выраженным проявлением Покрова. Некоторое время назад находился под патронажем Конторы Наёмников, но перешёл работать в СБА(Служба Безопасности Аркадии) по рекомендации советника Дерека Андерсона. Женат, детей нет. Имеет склонность к компьютерным играм, виски и сигарам. После неудачного убийства Наёмника под позывным «Призрак», — перевёл он взгляд карих глаз на меня. — Получил тяжёлые травмы. Раздробленные кости правой руки, коленный сустав левой ноги, множественные повреждения органов. Прошёл через засекреченный проект кибертизации солдат, получив после ранения новое лёгкое, вместо утраченного, а также усиленный костный каркас.

С каждым его словом Акула хмурился, сжимал кулаки и челюсть. Дугласу не нравилось то, что какой-то хрен с горы о нём столько знал, а вот я в полной удивлении и ещё большей заинтересованности смотрел на Джона.

Артурия вышла из комнаты, попутно поправляя волосы, и взгляд Джона сразу же переместился на неё.

— Анна вар дер Трастамар, — спокойно проговорил он, и девушка застыла, как вкопанная. — Дочь графа Негреда вар дер Трастамар. Опального дворянина империи Шидар, бежавшего в империю Аркадия и получившего защиту короны за секретные сведения, касающиеся проекта «Паслён». Закончила Имперскую Академию, после чего по собственному желанию вошла в ряды Центральной Ассоциации Героев, где получила второе имя и стала зваться «Артурия». Одна из тех, кто не распоряжался властью героя себе во благо и пыталась искренне помогать людям. Дважды награждена орденом славы и трижды — медалью за заслуги. Пятая женщина империи Аркадия, которая удостоилась чести награждения Чёрным Крестом. Получила задание задержать Призрака после бойни в Нью-Тейко. После него начала тесное сотрудничество с Райаном Купером. Не замужем, детей нет. По показаниям врачей, никаких болезней, включая хронические. Старые переломы исчезли, как и развивающаяся неоперабельная и неизлечимая опухоль мозга.

В квартире образовалась тишина. Дуглас с хмурой рожей пил чай и смотрел в стенку, Лара с Джошуа переводили глаза на каждого на кухне, Артурия опустила глаза в пол и сжимала кулаки, а я — смотрел на неё немигающим взглядом.

Опухоль, значит? Неоперабельная и неизлечимая, значит? Очень интересно. И ладно бы только это, но и остальная информация, сказанная откуда-то её знающим Джоном, была довольно… Да к чёрту, это просто пиздец. А ведь сама Артурия ни слухом, ни духом не обмолвилась. Разумеется я проверял её, после того, как обратил. Но того, что сказал сидящий за столом тип, не было в полученных данных. Про Дугласа, вообще, отдельная песня. Я, конечно, догадывался, что Андерсон его как-то купил или ещё что, но чтобы так?

— Забавно, — холодно хмыкнул я, на что Артурия вздрогнула и подняла глаза.

Ого, а сколько же в её взгляде страха, мольбы и отчаяния. Поняла, что после такого ей не отвертеться от вопросов и моё к ней доверие теперь пошатнулось. Пусть она обращенная, часть моей семьи, но с семьи и спрос больше.

— Райан Купер, — взялся за меня Джон, глотнув чай.

И вот здесь я понял, что пора его останавливать.

— Скажешь ещё что-нибудь, и я оторву тебе ноги, — оскалился, показав вампирские клыки.

Джошуа, помня прошедшие события, хрюкнул и подался назад. На Джона мои слова и угроза не произвели никакого впечатления. Он пожал плечами и спокойно ответил:

— Как будет угодно. Как видите, Райан, я знаю вас больше, чем вы сами. Знакомство излишне, хотя для дальнейшего сотрудничества и защиты Лары и Джошуа, вы должны обо мне знать определённую информа…

Джон не договорил и вскочил с места. Стул рухнул на плиточный пол, все собравшиеся на кухне напряглись, а сам мужик достал Glock 26 — 9×19mm Parabellum, и выстрелил в сторону открытой двери балкона.

От выстрела Лара закрыла уши и присела на колени, Джошуа попытался закрыть её собой, а Дуглас и Артурия уже подались ко мне.

— Кгха… — вывалился из невидимости какой-то хрен в чёрных одеждах убийц и красной маске с прорезями для глаз и тонкой линией у рта.

Держась за живот, он упал на пол возле двери балкона и вскоре испустил дух. За его спиной торчала рукоять короткого клинка, а на самой одежде крепились ремни с кучей снаряги. Метательные ножи, похожие на гранаты круглые устройства, и иглы.

Из только что стрелявшего ствола исходил лёгкий пороховой дым. Джон убрал пистолет обратно, спокойно поднял стул и присел обратно за стол, собирая на себе недоуменные взгляды. Троица мордоворотов, которые судя по всему всё ещё проверяли комнаты на жучки и прочую муть, вывалились и сразу же поняли, в чём дело. Ловко и не задавая вопросов, они взяли труп и начали вытаскивать его из квартиры.

— Вы почувствовали его раньше, ведь так? — спокойно спросил Джон, намазывая варенье на блины и не смотря на меня.

Я хмыкнул и забарабанил пальцами по столу. Он прав, я и правда почувствовал этого лезущего на балкон мудака ещё пару минут назад. Со стороны улицы запах конечно не столь устойчив, но никто не исключал звуки. И уж то, что незадачливый убийца слегка споткнулся на нижнем этаже, я услышал отчётливо, а затем и обоняние напряг.

— Мне было интересно посмотреть, на что вы способны, — развёл я руки в стороны. — Просто любопытство.

— Которым вы руководствуетесь не только в жизни, но и в бою, — кивнул Джон, чем ввёл в непонимание всех слушателей. — Вам ведь ничего не мешало убить Габриэля в прошлом бою, затратив на это меньше сил и времени. Ваш потенциал трудно оценить, но он превосходил силы обращённой формы Габриэля, — непонимание слушателей сменилось удивлением и шоком. У Джошуа и Лары уж точно. — Вы сказали, что оторвёте мне ноги и эта угроза понятна. Но я всё же хотел бы задать вопрос.

— И что это за вопрос? — я улыбнулся. Беру свои слова назад. Этот мужик мне не то, что не нравится. Он меня бесит. Но не стоит отрицать, что если он будет работать на меня, то окажется нереально полезен.

— Сколько вам на самом деле лет?

Вновь тишина, и только удивленно сдавленный хрип Дугласа, которого этот вопрос очень сильно удивил. Артурия напряглась, будто пружина и воинственно смотрела на Джона. Она-то знала, что со мной действительно что-то не так, особенно после её инициации. Лара с Джошуа переглянулись и посмотрели на меня.

— Забавный и странный вопрос, — прищурил я взгляд. — Он с чем-то связан?

Джон ответил не сразу. Он впервые за время разговора обозначил улыбку. Вот только от меня не укрылось, как на короткий миг в глубине его глаз показалось тёмно-зелёное пламя. Пламя, которое я уже видел в Брилии и узнаю из тысячи других. Холодное, проникающее в саму душу и поглощающее её. В моёй прошлой жизни им обладали только те, кто предпочитал бурную жизнь уединению в монолитных склепах.

— С простым любопытством, — сказал Джон.

Время будто замерло, и я увидел, как лицо мужика всего на долю секунды исказилось призрачным ужасающим ликом оскалившегося черепа. Три… Шесть… Двенадцать наростов, опоясывающих его голову в виде короны. Пламя внутри глаз Джона усилилось и вспыхнуло, а мне в лицо дунуло дыханием смерти и отчаяния.

Я ошибся. Уже дважды. Первый раз, когда решил, что он — обычный человек. И второй, когда впустил его сюда, пригласив войти. Таким, как он, нужно приглашение, ведь сами они не могут зайти в дом живых… И теперь передо мной сидел тот, кто в Брилии вёл войска мёртвых в бой. Представитель тех, кого святоши ненавидели даже больше, чем остальных созданий ночи. И раз у него на голове двенадцать отростков, то это либо Архилич, либо…

— Трижды воскресший…

Глава 18

На следующий день…

Столица империи Орлеонтан… Загородное поместье правящего рода клана Беркли…

— Вот, господин, полученные данные разведки.

Сделав глоток бурбона, сухой и седовласый старик взял папку со стола, которую положил вошедший в кабинет слуга, и вчитался.

— Твои прогнозы? — сухо спросил он, не отрывая глаз от данных.

— Сомнительные, господин, — заложил слуга руки за спину. — Райан Купер до сих пор остаётся неизвестной переменной. Полученные данные вызывают сомнения в действительности. Мальчишка слишком силён для своего возраста, даже если учесть участие его матери Азалии Купер в эксперименте Уробороса. Благодаря связям с Плеядой удалось выяснить и его карьерный взлёт наёмника…

— Начал убивать с одиннадцати… Первое задание на устранение… — бормотал старик.

— Да, господин, — кивнул слуга. — Позволите предположение?

— Излагай.

— Доподлинно известно, что прошлый глава рода Куперов имел тесные связи с аристократией империи Шидар, а именно с родом Эретайн. После женитьбы Азалии Купер, в девичестве Тихомировой, она вместе с прошлым главой посетила род Эрейтан.

— То, к чему ты ведешь речь, выдумка и слухи, — вздохнул старик, поморщившись от затёкших коленей. Слишком долго он проводил времени в кресле кабинета, разбирая дела. — У мирового сообщества аристократов не нашлось доказательств касательно Эретайнов.

— И всё же, господин, — продолжал слуга стоять на своём, отчего старик нахмурился. — Прошу прощения, я позволил себе лишнего, — мигом склонился мужчина.

— Поэтому ты ещё жив, что можешь держать грань своей дерзости и являешься полезным. Говори уже.

— Моё предположение, что странная и необъяснимая сила Райана Купера, вкупе с его опытом и наёмнической деятельности в столь раннем возрасте, может быть связана со слухами об «Асурах». Подобное объясняется не только прибытием прошлого главы рода Куперов, вместе с беременной Азалией Купер, но и совпадением с бурлением масс. Именно после той даты Эретайнов обвинили в ереси и богопротивных ритуалах.

Старик отложил бумаги и вновь глотнул бурбон. После того, что произошло в столице и всех трений, нужно было найти козла отпущения. Не просто род, который бы понёс ответственность за погибель Гонтов и тех, кто попал под руку, но и желательно чужеземца. И раз уж получилось, что по всем данным именно Райан Купер напал на белых волков, то этим нужно пользоваться. Уже сейчас Беркли получали первые дивиденды от молниеносного захвата активов и части предприятий Гонтов, занимающихся ранее текстильной промышленностью. Проблема только в том, что государь и Совет Кланов не дураки. Пусть старик и являлся членом президиума совета, он не являлся прикасаемым, как и остальная часть их круга по интересам. Если выяснится, что Беркли и несколько других родов в тайне помогли оборотням вырваться в город, после чего убивали гражданских, то дело примет скверный оборот. Да и тем более, самого главу клана Беркли не погладят по голове, если выяснится, что именно его наследник добил последних белых волков в горящем поместье. Нужен козёл отпущения и его уже нашли. Осталось только сделать так, чтобы совет сконцентрировал своё внимание на проблеме и желал её устранить. Подойдёт всё, что угодно. Призыв к долгу перед родиной и захватчиком. Долги, угрозы и шантаж, благо у Беркли есть, чем давить на оппонентов.

И всё же… Парень тоже не промах. Уже сейчас Совет Кланов правящей элиты знал, что в Орлеонтан прибыло четыре группы ликвидации, задачей которых устранить действующего императора. И пусть один из командиров этой группы являлся предателем, поделившимся всей доступной информацией, службы безопасности рыли носом землю безрезультатно. Причина же в этом проста… С ними просто не делились информацией. Зачем отдавать рычаг давления и возможность, если можно попытаться захапать больше жара? Надо только оказаться в нужном месте и в нужное время. Правящий род Беркли…

Первый шаг был сделан и по всем правилам, Райан Купер теперь является целью. Тот самый звонок стал спусковым крючком и теперь за парнем будет охотиться каждая собака, ведь награда за его голову потрясала всяческое воображение. Лишь одно условие было у нанимателей, а именно у Совета Кланов, парень должен быть живым. Беркли используют его… Со временем, когда столица начнёт кипеть. И конечно же они не забудут тех, кто стоял рядом с ними, сменяя власть.

М-да… И всё же после слов слуги, в голове главы клана появились смутные сомнения. Полный бред конечно же, но а вдруг сказанное окажется правдой? Вот же вся информация о мальчишке, но она и правда не соответствует действительности. Его не обучали, как убийцу или военного. Он не проходил усиленные курсы подготовки бойцов. Простой мальчишка из рода, который его в грош не ставил. Так откуда у него принятие крови и убийств, как само собой разумеющееся? Дети-убийцы не новость в их мире, а потому возраст не является ключевым фактором. Множество орденов убийц, а также кланов использовали детей, но они обучали их годами. Вкладывались в них и слепливали из пластичной детской психики настоящих монстров. Это занимало ни год, и ни два, так откуда? Ответ один и то звучащий на грани фантастики — род Эретайн, одних из сильнейших и старейших Малефиков, и их ритуал «Асуры». Ритуал, который по слухам извращал само понятие религии. Богопротивная ересь, ломающая все доктрины и устои. Ведь… Целью этого ритуала являлось изменение души, что доступно только богам. Умирающие и находящиеся в критическом состоянии ветераны боевых действий могли ещё послужить своей империи и властителям. Их тела погибали, но навыки, опыт, весь накопленный за тяжёлую боевую жизнь путь. Им нужно было дать новое тело и ритуал позволял совершить подобное.

— Можешь идти, — отбросил мысли старик и посмотрел на своего слугу. — Я ознакомлюсь с бумаги подробнее и выдам новые инструкции.

— Господин, — поклонился мужчина и покинул кабинет.

Оставшись в одиночестве, глава Беркли вытащил из стола гербовую бумагу и взялся за дорогую перьевую ручку.

— Если малец и правда является Асурой, то подтвердить это может только один человек…

* * *

— Апчхи… Да чтоб тебя! Апчхи! — чихнул я и поморщился от отдающей во всём теле боли. — Кто меня там вспоминает?

Восстановление шло своим чередом, а после того, как подключился Джон, пошло ещё быстрее. Стоило мужику узнать проблему, он достал телефон и набрал номер, после чего его мордовороты принесли сразу три контейнера крови. И какой! Самой отборной и редкой четвёртой отрицательной! От одного её вкуса моё тело задрожало в нетерпении, а пакеты стремительно кончались и отправлялись в урну.

Как раз допивая один из них, я прошёл мимо дивана, где с закрытыми глазами в спокойной, но собранной, позе, сидел Джон. Его руки лежали на коленях, спина прямая, а под веками вращались глазные яблоки.

Вот тоже ещё одна проблема, которую неизвестно как решать. После появления Ликанов и оборотней, я всё больше склонялся к своей теории, что этот мир это Брилия, но в зачаточном состоянии. Другими словами — это прошлое. Тот самый мир, который должен неизвестным мне способом измениться до того, что я знал раньше. Хотелось бы конечно понять, каким образом я оказался в прошлом и почему, но не знал кому задавать такие вопросы. Графа Бертольда нет, как и Валекора. Мне тупо даже посоветоваться не с кем, попутно не раскрывая того, кто я есть на самом деле. Но ладно бы только это, каким образом я, вообще, оказался в прошлом? Должен был умереть, а тут бах, и добро пожаловать. Странно, непонятно, но очень интересно.

Ещё и этот… Долбанный Трижды Воскресший. В Брилии я о них только книги читал, но не верил, что такое вообще возможно. Если существо умирает, то оно умирает. Без права возвращения и воскрешения. Тоже самое понятие относилось к Нежити, но с определённым условием. Воскреснуть они могли лишь дважды. С чем это связано — неизвестно, но факт есть факт. Восставшего мертвеца нужно убивать два раза, и никак не меньше. Такое определение касалось и Высшей Нежити, но обходило вот таких, как Джон. Существа смерти, которым удалось обмануть или договориться со своей госпожой, и воскреснуть в третий раз, становились поистине ужасающими монстрами. С каждым убийством Нежити, они и так росли в силе, но Трижды Воскресший это что-то с чем-то. Пять. Ровно столько понадобилось Первородных Вампиров в пике их силы, чтобы одолеть одного Трижды Воскресшего. Случилось это, когда Архилич Карестос решил устроить Мёртвый Крестовый Поход на живых. И так уж получилось, что их путь пролегал по нашим землям. Стоит ли говорить, что мой ковен не стал терпеть подобного и вначале бросил предъяву, а затем и начал войну?

Теперь же в меньше метра от меня, сидел живой представитель самой редкой и чудовищно сильной Нежити. Больше не было сомнений, почему я ощутил его внутреннюю мощь, как бездонную бездну. Он… Ха… По факту Джон сам являлся этой бездной. Даже представлять не хочу, насколько именно он силён и что может вытворять, но было странно осознавать, что я не самое опасное и сильное существо в этом мире. Слишком уж моё вампирское ЧСВ подпрыгнуло после стольких побед и слабых противников. Сойдись я с Джоном в смертельной схватке, то он меня просто размажет и не почешется. Да я ему даже нормального боя не дам! Особенно в этом теле и сейчас, когда не достиг своего пика могущества.

Лениво повернув голову к коридору квартиры и двери, увидел, что Артурия, Дуглас и Лара с Джошуа собирались на выход. За продуктами, в магазин за первым необходимым, одеждой для парня, которую тот порвал непреднамеренно обратившись в ванной, и новым смесителем для душа. Мордовороты Джона ушли вместе с ними.

Только дверь квартиры закрылась, замок щёлкнул три оборота, и Джон открыл глаза. Он уставился на меня немигающим взглядом и слегка протянул руку, указывая на кресло перед собой:

— Теперь мы можем поговорить без свидетелей.

Я приподнял бровь. Поговорить? Без свидетелей? Что ему мешало просто сказать мне об этом и уйти в другую комнату ото всех?

— Интересно девки пляшут, — хмыкнул я и упал в кресло, радуясь, что боль уже не столь явная и могу передвигаться без костыля. — И о чём же?

— О том, что тебя мучает, потомок Мортегар, — обозначил Джон улыбку, а я застыл и затаил дыхание. — Удивлён, что я знаю тебя и твой род?

— Есть такое, — отмер я, подобравшись и на всякий случай приготовившись бежать. Драться с ним будет самой тупой идеей, а поэтому только побег и верное отступление.

— Время линейно, юный Мортегар,— взял он паузу, внимательно меня разглядывая. Стоило ему щёлкнуть пальцами и перед нами появилась, прямо в воздухе, тёмно-зелёная нить из пламени. — Будущее, прошлое, настоящее. Для времени нет разницы, ведь по сути своей оно представляет единую линию событий. Всё идёт своим чередом, и даже твоё появление в нынешнее время не является аномалией. Так должно было быть. Так случилось.

— И каким промежутком является нынешнее время? — облизнул я вмиг пересохшие губы, ловя момент и охреневая, что всё оказалось так просто.

— А важно ли это? — безразлично пожал плечами Джон. — События идут согласно своей очереди. Люди развиваются, как и их технологии, что неумолимо ведёт их к падению. Я вижу твои сомнения, но ты уже понял, что твоё рождение произошло спустя множество лет и событий этого мира. И всё же, ты не до конца уверен.

— Один из моих людей, который сейчас на задании, — начал я говорить. — Он — Малефик и владеет духом-защитником. И не простым, а магистром ордена Турс’Анбара. Разве это возможно, если мы в прошлом и события ещё не случились?

— Для того, чтобы ответить на твой вопрос, позволь я задам свой, — кивнул Джон. — Что такое смерть?

— Остановка жизнедеятельности организма, наступающая в результате необратимого прекращения физиологических процессов в клетках и тканях, — как по учебнику ответил я. — В моём понимании, тело умирает, а душа растворяется в…

— В круговороте Маны, Энергии Смерти, Бездны, и многих других, — приподнялись уголки его губ. — Ты верно мыслишь, но что случается с теми, кто решил отринуть смерть и не уйти в круговорот?

И вот здесь я заглох. Сам вопрос Джона казался бредом сумасшедшего, ведь каждый в Брилии знал, что если ты подыхаешь, то растворяешься в потоках энергии мира, и всё. Ты просто перестаёшь существовать во всех смыслах. Стоп! Погодите-ка… Но ведь я умер, но жив. Меня замочили сраные герои, но я не растворился в потоках энергии.

— Перерождение? — криво хмыкнул я, озвучив сюрреалистичный бред, доказательством которого являюсь. — Карма и всё такое?

— Карма — часть религии, верования и выбранного пути жизни, — покачал головой Джон. — И перерождение не является точным определением того, что ты понял. Из-за линейности времени, те, кто отринул смерть и решил остаться, став заблудшим, могут взаимодействовать с его линией. Духи-защитники людей тому доказательство. Все они воины. Те, кто прошёл по грани между жизнью и смертью, вырывая своё существование в бою. Среди призываемых духов нет землепашцев, кузнецов или дворецких. Только воины.

— Все они души погибших в будущем? — ошарашенно выдал я, на что Джон слегка поморщился. — То есть, погибших в последующих событиях.

— Да, — кивнул он, а я провёл рукой по волосам, пытаясь уложить это в голове. — На грани, борясь за свою жизнь, они своей волей и духом смогли удержаться от распада. Ты слышал о призраках? — увидел он мой кивок. — Эти души остаются в мире, не желая уходить за грань, но те, кто её перешёл и удержался от распада, могут появляться в разных временных событиях. Для этого им нужен проводник. Тот, кто даст энергию, которую им неоткуда черпать, раз они отрезаны от потоков. Симбиоз в чистом виде. Люди поддерживают их волю и существование, а те в свою очередь дают им защиту и оберегают.

Я откинулся на спинку кресла и внимательно смотрел в спокойные глаза Джона. В них была не только ранее увиденная усталость, но и смертельный холод. Этот чел… Трижды Воскресший, будто бы видел не одну реальность мира, а сразу несколько, либо же он тупо абстрагировался и его взгляд стекленел.

— Ты спрашивал сколько мне лет, — подбирая слова и идя на риск, произнёс я. Опасно и неизвестно, чего ожидать, но пока он делится информацией, нужно действовать. Другого шанса может не представится. — Я родился в 978 году эпохи Сахар. На момент смерти мне было пятьсот лет.

— Значит, ты воспитанник Бертольда? — обозначил он улыбку, а я ощутил ком в горле.

Идиот… О, Великая Тьма, похоже я отупел на донорской крови. Почему я вообще решил, что Джон является частью… Настоящего? Да, пусть будет так. Одно только его упоминание о Мортегар уже должно было навести меня на мысль, что он знает о моём роде. А потом и его слова о линейности времени, событиях и прочем. Почему я решил, что являюсь единственным в своём роде уникумом, оказавшимся в прошлом Брилии? Он же Нежить! Самая натуральная Нежить, причём Трижды Воскресший! А кто, как не его братия, лучше всего разбирается в смысле смерти и прочей лабуде⁈

— Да, — медленно кивнул я, ожидая чего угодно и ещё сильнее напрягшись.

Вдруг между ним и графом Бертольдом были тёрки? Если так, то мужик может из чистого принципа меня замочить. Так сказать за обиду в прош… То есть в будущем. Твою мать, как же сложно!

— Расслабься, Мортегар, — спокойно произнёс Джон. — Я хоть и не чувствую твоего страха, но намерения более чем понятны. Я тебе не враг, запомни это. Во всяком случае… Пока мы на одной стороне.

— Обнадёживающе, — криво улыбнулся я. — Могу я спросить о том же?

— Такому, как я, сложно сказать точную дату рождения и возраст, — задумался Джон. — Но чтобы тебе было проще понять, я был одним из генералов Танатоса в эпоху Вечной Ночи.

Сказать, что я после его слов ощутил, как засосало под ложечкой, ничего не сказать.

— Я читал о тех событиях, — медленно проговорил я. — У Короля Мёртвых было четыре генерала. Зевран, Малекит, Бахрам и Тарсонис. Души каждого из них олицетворяли камни на кольцах Короля, — запнулся я, видя, что Джон улыбнулся. — Что?

— Их было пять, юный Мортегар, — ответил Джон, удивив меня. — Именно последним я являлся. Зевран — аметист, пожирающий души. Малекит — рубин, ваятель плоти. Бахрам — сапфир, ходящий во тьме. Тарсонис — изумруд, голос Короля. И пятый камень, с кольцом которого Король носил на груди. Аластор — малахит, дыхание сражений.

— Это… Интересная информация, — только и мог я сказать.

— Время, юный Мортегар, — вновь прикрыл глаза Джон, после чего громыхнуло и дверь слетела с петель. Я аж вздрогнул от неожиданности. Из-за разговора я полностью отбросил концентрацию на чувствах и проворонил очередных гостей. — Думаю, это по твою душу.

И он был прав, стоило только пыли хоть немного осесть, а мне подорваться с места, как я увидел вбежавших внутрь квартиры бойцов в чёрной униформе с бронежилетами, шлемами на головах, и пушками наперевес, прицелы которых упирались в меня.

— Всем лечь на землю! Именем императора, вы арестованы!

Глава 19

Штурмовой взвод со знаками отличий императорской гвардии Орлеонтана держал меня на мушке. Точнее четыре человека. Остальная его часть заняла квартирный коридор за дверью и оцепила весь этаж. Двадцать пять рыл, не считая тех, кого я почувствовал этажом ниже и на улице. С моим слухом, на который я успешно забил из-за беседы с Джоном, легко было понять, что на улице творился хаос. Дом брали в оцепление, в воздухе пролетело несколько вертолётов, судя по шуму винтов.

— Помочь не желаешь? — держа руки поднятыми и не торопясь опускаться на колени, спросил я у Джона.

В теле до сих пор ощущалась боль от отката. Я смогу убить двоих-троих, попутно выпив их кровь. Но а дальше? Телекинез работал со сбоями и вызывал дикую мигрень, так что он мне сейчас не поможет. Были мысли о моей команде, но из-за оцепления, вряд ли они что-то смогут сделать. Всё же в гвардию императора не берут идиотов и слабаков. Не удивлюсь, если где-нибудь внизу пасётся командир с S-рангом. Вариантов оставалось ровно два: Клинок Света, который из-за своего нового вида таковым не являлся, и Джон.

— Хм, — призадумался Джон, ну или сделал вид. Приказы людей опуститься на землю и их стволы он напрочь игнорировал. — Помогу, при условии, что ты мне поведаешь правду.

— На землю я сказал! — двинулись вперёд бойцы, держа нас на мушке.

— Какую ещё правду⁈ — огрызнулся я.

— Правду о том, откуда в твоих руках Жаждущий Крови, — приподнялись уголки губ Джона.

О чём он говорил, я, разумеется, нихера не понял. Были только догадки и то, бредовые. И раз уж выбора не было, то пришлось плыть по течению:

— Без проблем! Только давай уже сваливать отсюда!

Неподчинение требованию бойцов привело к закономерному итогу. Началась пальба. Загрохотали дула штурмовых винтовок, в квартире образовался стойкий запах пороха. Гильзы начали падать на дорогой паркет.

Я уже приготовился ощутить боль, ведь тело до сих пор не вернуло прежнюю устойчивость. Но пули не достигли цели. Взмахнув рукой, Джон просто остановил их и поднялся с места. Благодарю чуткому вампирскому зрению я заметил, как его движение оставляло за собой нечто вроде астральной проекции. Вот вроде бы он поднялся на ноги, но его контур расплылся и словно призрак медленно тянулся за ним с дивана. Выглядело это ошеломляюще и дико даже для меня. Впервые в своей новой и прошлой жизнях я видел настолько сильную Нежить.

Только спустя секунду я понял, что это не Джон двигался медленно и расплывчато. Это само время замерло по воле Трижды Рождённого. Гильзы замерли в воздухе, как и огонь в стволах бойцов.

Моё тело не окаменело, как у наших гостей, но слушалось неохотно и с трудом подчинялось команде опустить руки.

Оставляя позади себя остаточный призрачный шлейф, Джон спокойный шагом, будто не замечая остановки времени, двинулся к бойцам гвардии. Он остановился перед ними, повернувшись ко мне спиной. А следом… Прозвучало лишь одно слово:

— Умрите.

Дыхание смерти обдало моё лицо. Во рту словно образовался спёртый вкус гноя и грязи, а до ушей донёсся вой умерших солдат. Их тела всё также стояли неподвижно, но крики агонии заполнили всю квартиру. Джон убил… Не только этих четверых, но и всех тех из взвода, кто находился в здании. Одним только словом.

Ощущая себя, будто тону в киселе, я смог отойти с линии огня ранее выпущенных пуль и в следующий миг время вернуло свой ход. Произошло это настолько быстро, что у меня на короткую долю секунды выбило воздух из груди. Инерция движений понесла меня вперёд и упёрся руками в спинку дивана, останавливаясь.

Пули за моей спиной продолжили свой путь и вскоре я услышал, как треснул висящий на стене телевизор, а также синхронное падение тел.

— Похвально, — кивнул Джон, смотря на меня. — Ты смог сдвинуться.

Я чувствовал себя не в своей тарелке. Словно мощный перегруз словил и сейчас лоб покрылся испариной, дыхание сбивалось, а желудок ухнул вниз.

— Ч-что это было, чёрт возьми? — пытался я нормально вздохнуть.

— Приказ, — спокойно ответил Джон, отчего вопросов только прибавилось, и кивнул в сторону дверного проёма. — Идём, юный Мортегар.

Он меланхолично переступил трупы и двинулся вперёд. Погодя ещё пару секунд и поборов одышку, быстро метнулся в комнату Артурии, забрал её щит с мечом, и пошёл вслед за ним. Джон разумно выбрал путь не в сторону лифта, который могли обесточить, а в сторону лестницы. Он всё также шёл неспешно, словно всем своим видом показывая, что мир может подождать, а за его спиной оставался лёгкий призрачный шлейф в виде проекции.

— Чэстерфилд, твою мать! Что у вас там происходит⁈ — раздался суровый голос в рации одного из трупов. — Доложить обстановку!

Джон скосил взгляд на устройство и продолжил спуск.

На лестнице нам попадались ещё трупы бойцов, и несколько из них были без балаклав. Только шлемы, надёжно закреплённые на голове ремнями. Благодаря этому, я смог увидеть их лица и в некотором извращённом уважении посмотреть на спокойного Джона. Сложно объяснить словами, что именно я видел, но если по простому, то бледные трупы с чёрными провалами глаз и раскрытыми ртами в ужасающем крике. Они не были мумиями, как можно было подумать по-первой. Нет, это люди не умерли, а ведь именно так я подумал ранее. Их сердца бились, хоть и медленно, а кровь бежала по венам. Вот только запах… От них чувствовался отчётливый запах пустоты и смерти.

— Душа, — заинтересованно произнёс я. — Ты уничтожил их души?

— Поглотил, — кивнул он и ошарашил меня. — Уничтожить душу не в моих силах.

Та-а-к… Сделать зарубку в памяти потом расспросить его подробнее об этом. Причина моего интересна проста — душа. В библиотеке замка ковена было множество книг, но самые-самые из них находились в закрытом крыле графа Бертольда. Туда он меня, разумеется, не пускал. Да он вообще никого туда не пускал, кроме своей кузины Ламии, и то она заходила только вместе с ним. Ещё тогда, будучи мальчишкой-сиротой, я желал найти способ воскресить своих родных. Не знал я тогда то, что если вампир умер, то умер, а потому всеми способами пытался найти то, что могло бы помочь. Глупая мечта ребёнка, который желал увидеть лицо своих отца и матери. У графа Бертольда была книга, по обмолвкам пьяного Валекора, которая могла дать мне ответы. Вот только за все прожитые в Брилии века я так и не смог до неё добраться… Теперь же, спустя столько лет, мне просто хотелось знать ответ. Выполнить эдакий гештальт и успокоиться.

— Твой рассказ о душах и грани, — не удержался я, раз обстановка позволяла. — Он относится только к смертным?

Джон сбился с шага и взглянул на меня вспыхнувшими на короткий миг глазами.

— Их не вернуть, юный Мортегар, — ответил он замогильным голосом. — То, что мертво, должно оставаться мёртвым. И одно лишь то, что люди смогли призывать души погибших воинов, уже нарушение закона круговорота. Ты же интересуешься невозможным.

— Ты не ответил, — стоял я на своём, понимая, что он темнит. — Если умер вампир, сможет ли он остаться за гранью?

— Глупо задавать вопрос, на который ты и так знаешь ответ, — поверх его лица показался призрачный череп с короной наростов. — Ведь ты сейчас здесь, а не за гранью.

Я застыл, как вкопанный и крепко сжал перила лестницы. Все те маленькие пазлы короткого с Джоном разговора и моих ранних догадок сложились в единую картину, а в голове щёлкнуло озарением.

Что я вообще помню о своей смерти? Воспоминание того дня, как выцветшее полотно, иссохшее и рвущееся от одного прикосновения. Помню сумерки, заходящее солнце, дыхание леса и звук бегущего ручья. Помню слова той, с кем должен был встретиться, как это происходило десятки раз. Её доспехи, клинок, сияющий светом, и героев, вышедших из-под полога, который скрывал их от моих чувств. Дальше был бой… Она проткнула моё сердце клинком, и произнесла слова, которые ранили сильнее, чем свет и сталь.

«Гори в аду, тварь!»

Последний мой вздох и вслед за ним я открыл глаза, увидев свет ламп и услышав голоса акушерок, а также врачей, пытающихся спасти умирающую Азалию Купер.

И вроде одно лишь это должно вызывать множество вопросов. Как переродился? Почему вообще получилось, ведь моя душа должна была раствориться в круговороте энергии? Что за хрень произошла? Сколько бы ни пытался, ответа не было. Тупо догадки и какой-то бред. Проще было отпустить и принять то, что я получил второй шанс. Прожить человеком. Стать им. В итоге получилось то, что происходит сейчас. И нет, я не жалуюсь и понимаю, что в большинстве проблем виноват сам. Но теперь, после знакомства и разговора с Джоном, меня мучил ещё один вопрос: А что было после моей смерти и до моего рождения здесь?

— Ты начал задавать правильные вопросы, юный Мортегар, — впервые ухмыльнулся Джон, лишний раз подтвердивший, что читает мои мысли. — И нет, я не читаю твои мысли, юноша.

— Как-то не верится, — криво улыбнулся я, хотя и не ощущал, что кто-то пытается залезть в мой мозг. Но что я вообще знаю о Трижды Рождённых и их силах? Н-и-х-е-ра не знаю.

— То, что происходит. То, что должно произойти или уже произошло, — с бессменным спокойствием проговорил он. — Разговор случился, или должен случиться. Понимание пришло, или должно прийти. Думай, юный Мортегар. Ищущий да обрящет. — сделал он паузу и продолжил: — Мне нравится твоё рвение к пониманию сути, а потому у тебя есть минута, пока мы не прошли остальной путь. Задай свой вопрос, юноша, но помни, что он может быть только один и пока мы не дойдём до конца лестницы. Я отвечу на него без утайки и путаницы.

Я задумался и крепко. Спросить хотелось очень многое. Начиная от того, насколько силён Джон и смог ли он одолеть знакомого нам обоим графа. Есть ли способ вернуть моих родных, даже если это невозможно. Что такое «Приказ» и как он смог подчинить себе время? Как одним словом убил стольких людей, поглотив их души? Как он стал Трижды Рождённым? Сука! Голова просто пухла от возможных вариантов! Не хотелось продешевить, а время утекало сквозь пальцы. Как назло, Джон ускорил шаг и конец лестницы неумолимо приближался. Мы уже были на третьем этаже, и с каждым прошедшим трупов становилось больше.

— Душа, находящаяся за гранью, — решился я, хоть и вопрос был максимально бредовый. Вот только ответ на него мог помочь мне определить цель в дальнейшем поиске, если моя догадка окажется верна. — Есть ли способ вытянуть её и привязать к ребёнку в утробе матери?

— Есть, — кивнул Джон.

У меня пересохли губы, а в голове творился настоящий сумбур.

— Как?.. Как это сделать?..

— Это уже второй вопрос, юноша, — нахмурился Джон.

Второй этаж и начало пролёта первого. Время уходило…

— Этот вопрос исходит из первого, — попытался я вывернуться и выдавить из него ответ.

— Бертольд воспитал достойного представителя своего рода, — приподнялись уголки его губ. — Хитрость — одна из главных черт вампиров. Пусть так, юный Мортергар, — обернулся он ко мне, смотря прямо в душу. — Выживи, закончи начатое, узнай подробнее о родственных узах, и найди мудрейшего из зверей. Тогда ты получишь ответ.

— И всё⁈ — возмущённо выдал я.

— Хитрость не только удел вампиров, — улыбка Джона стала чуть шире, словно он насмехался над моими потугами. — Я указал тебе путь, юный Мортегар, и отныне разговор об этом более не будет меня интересовать.

Джон отвернулся и продолжил спуск, всем своим видом говоря, что более из него не вытянуть ни слова. Мне оставалось только зубами скрежетать и в бессилии сжимать кулаки, как новообращённый вампир. Будь за мной сила, то я мог бы заставить его сказать правду, но увы и ах. Придётся делать то, что даже спустя столько лет давалось со скрипом. Придётся подключать мозги и думать.

Мы спустились и прошли по уютному холлу, который сейчас представлял собой свалку трупов. Шесть бойцов императорской гвардии валялись на полу. Консьержка подъезда, старушка в белом платочке, сидя на стуле, лежала лицом в газете. Судя по запаху, я не чувствовал от неё той пустоты и смерти, как от умерших бойцов, а значит она жива. Находилась без сознания, но жива.

Покинув подъезд и выйдя на улицу, мы оказались под прицелом не только штурмовых винтовок, но и пушек пригнанных откуда-то БТР-ов. Вертолёт пролетел над нашими головами и скрылся за зданиями.

— Внимание, говорит командир третьего штурмового звена его величества! Сдавайтесь, и к вам применятся законы международной конвенции!

Джон уже было сделал шаг, и я почувствовал, как время вновь начинает замирать. Но в этот же момент сквозь оцепление прорвался мощный чёрный внедорожник. Сминая на своём пути кричащих бойцов, он резво подъехал и пассажирская дверь распахнулась.

— Сюда! Быстрее! — крикнула Артурия.

Два раза повторять не требовалось, и мы резво прыгнули в тачку. Вояки открыли огонь, но пули не могли пробить бронированное стекло и корпус машины. Откуда они вообще её взяли? Кстати говоря, за рулём сидел Дуглас, который сразу же вдавил педаль в пол, стоило нам оказаться внутри.

— Дави на газ! — рыкнула девушка, с кивком благодарности принимая у меня своё оружие.

— Не ори на меня, баба психованная! И так знаю, что делать! — орал в ответ Дуглас, снося всё на своём пути и вызволяя нас из оцепления.

— Где вы тачку такую достали⁈ — не нашёл я ничего лучше, чем спросить именно это.

— Нам… Помогли, — отвела глаза Артурия и резко взглянула назад. — За нами погоня!

— Да ладно⁈ — едко сказал Дуглас. — А я уже думал, что мне показалось!

Не мудрено, что за нами ринулись все, кто только мог. Вертолёты вели нас сверху, полицейские машины, выныривающие казалось бы отовсюду, следовали по земле с несколькими машинами гвардии империи. Люди, шедшие по тротуарам в шоке оборачивались на всё происходящее, а водители сигналили и старались укрыться от несущегося внедорожника, протаранившего ярко зелёную легковушку.

— Слышь, шкет! — обернулся ко мне Дуглас, виртуозно пытаясь уйти от погони. — Хватит штаны просиживать! Жахни по ним своим телекинезом!

— Ага, было бы всё так просто! — огрызнулся я.

Не говоря ни слова, Джон зачем-то провёл запястьем по клинку Артурии. Капли крови окрасили часть лезвия, упали на сиденье и одежду.

— Пей, юный Мортегар, — посмотрел он мне в глаза, протягивая запястье, с которого странного медленно текла кровь.

У Артурии при виде крови Джона заалели губы, а глаза расширились, как у заядлого наркомана. Она неотрывно смотрела на его запястье и отчётливо сглатывала слюну. Я находился в похожем состоянии, ощущая неимоверный запах. Он казался мне самым вкусным. Будто амброзией, которая вскружит голову и ударит похлеще самой ядрённой водяры.

Голод с остервенением вгрызся в сознание и противиться ему было невозможно. Не сейчас, когда тело слабо, переживая откат.

— З-зачем? — с трудом проговорил я, оторвав взгляд от крови и посмотрев в глаза Джона.

Он был спокоен, собран, а ведь его вид говорил о том, что происходящее сущий пустяк.

— То, что должно случиться. Что произодёт или уже произошло. Пей, Первый и Последний… — как всегда загадками ответил он.

С каждым произнесенным словом Джона, голод захватывал меня всё сильнее и сильнее. И когда не осталось воли сдерживаться, я впился клыками в его запястье.

—… Ты вкусил кровь двух из пяти детей ночи, пробудив Жаждущий Крови. Кровь собрата, кровь клятвенного врага. Теперь пришёл черёд крови того, кто стоит на пороге жизни и смерти.

Смысл им сказанного остался для меня туманным и незначимым. Вкус его крови вымыл любую осмысленность и самообладание, оставив только животную жажду и ничего более.

Большими глотками его кровь падала в мой желудок, и тело реагировало на неё. Бегущая по венам мощь вампира начала закипать, будто магма. В груди вспыхнул пожар, тлеющий огонь которого остался после боя с Габриэлем. И не просто вспыхнул, а с такой силой, что начал обжигать меня самого. Сердце стучало бешеным ритмом, остатки человеческого разума твердили, что хватит! Нужно прекратить! Но мне хотелось ещё! Больше! Больше такой невероятной крови, вкус которой невозможно описать словами и не передать эмоциями!

—… догоняют! Сука! — услышал я остатки фразы Дугласа, зашедшего в резкий поворот.

Я ощущал, как тело после отката восстановилось полностью. Просто исцелилось, будто и не было никакой боли, а сила переполняла меня. Нет… не сила… МОЩЬ!

Оторвавшись от крови Джона и увидев, что тот был бледнее обычного и тяжело дышал, я облизнул губы. Почти облизнул… Артурия резко подалась вперёд и присосалась к ним, как путник нашедший оазис в пустыне. С остервенелой жадностью она пыталась собрать языком и губами каждую оставленную каплю, урча от удовольствия. Реакция моего организма, пылающего не только мощью, но и пробудившего обострившиеся вампирские инстинкты, была закономерна.

— Нашли время сосаться! — кричал кусок мяса за рулём.

Мы не слушали его и словно отринули весь мир. Особенно забавляло то, что между нами полулёжа сидел бледный и тяжёло дышавший Джон, но того вообще не парило происходящее.

— Райан, твою мать! — вновь подал голос Дуглас, когда рядом с нами взорвался снаряд, разворотивший угол магазина и несколько машин.

— Р-р-а! Раздражаешь, мясо! — рыкнул я и разорвал поцелуй, после чего с одного удара выбил бронированное стекло и вылез половиной тела наружу.

Чувство всемогущества охватило меня с головой. Настолько яркое, объёмное… Оно растворяло любые краски мира и всякие стопоры.

Я вытянул раскрытую ладонь к следующим за нами машинам, не обращая внимание на то, что в меня попало несколько пуль из винтовок.

Не было концентрации и открытия разума, как прежде. Одно только неудержимое желание выплеснуть в этот жалкий мир горящую в груди силу. Дать волю тому самому пожару!

Дуглас ещё что-то кричал, Артурия пришедшая в себя пыталась засунуть меня обратно, но а я — просто сжал ладонь.

И мир содрогнулся.

Глава 20

— Сэр, проезд на трассу Гансбурга перекрыт! Восьмая дивизия заняла позиции!

Командир третьего звена имперской армии поморщился. Крепко держась за поручни, он смотрел на дорогу через бронированное стекло транспортника. Чёрный гражданский автомобиль без номеров, который, как оказалось, был укреплён по спецзаказу, доступному только аристократам, всеми силами пытался уйти в отрыв. Он сносил дорожные знаки, таранил транспорт граждан империи и гнал во весь опор.

— Свяжись с вертушками, — сухо проговорил командир. — Нужно знать, сколько они ещё смогут вести нарушителей.

Молодой сержант, сынок привинциального опального аристократишки, кивнул и начал выполнять приказ, выходя на связь.

Погоня набирала обороты. Зазвучали выстрелы, полетели снаряды гранатометов. За военные действия в городе по головке, конечно, не погладят, но преступника нужно задержать. Да и к тому же, грань доступного и реализуемого вооружения не перейдена.

Гражданские прятались за машинами, в зданиях, и просто разбегались, пытаясь убежать от возможного попадания и желая спасти свою жизнь.

— Командир, смотрите! — отвлёк мужчину водитель и тот поднял взгляд с винтовки на дорогу.

По-началу в голове командира пронеслись мысли, что вылезший из окна машины парень лёгкая мишень. Подстрелить такого проще простого и, судя по выстрелам, парни уже взяли его в цель. И только спустя секунды осознания он понял, что парень каким-то образом выбил бронированное стекло! За время своей службы ему доводилось ни раз работать с подобным транспортом, как пытающийся оторваться внедорожник, и он знал, что те делались на совесть. Нужна недюжинная сила, чтобы выломать стеклопакет, который в смятом виде пролетел прямо у них под носом.

Адам Уэллс, а именно так звали повидавшего много дерьма командира, уже подносил рацию ко рту и хотел отдать приказ. И в этот же миг их цель, судя по описанию внешности, вытянула раскрытую ладонь и сжала её.

Прозвучал треск, похожий на то, словно кто-то разбил тысячи стёкол и начал топтаться по ним. Он проникал в разум командира и преследователей, нарастая и превращаясь в звук, который невозможно сравнить в этом мира ни с чем. Глухой, тяжёлый и нарастающий, будто волны прилива.

«Ч-что это?..» — подумал командир, хватаясь за голову.

Звук нарастал, становился пронзительным. Он менял свою чистоту, превращаясь в один длинный писк, от которого у большинства людей пошла кровь из ушей. Лишь водитель, будучи один из сильнейших А-ранговых бойцов отряда, вовремя активирующий Покров, хоть как-то держался и вёл машину. Но даже ему пришлось не сладко. Его руки вцепились в руль, челюсть сжата до предела, а лицо побледнело, как мел.

Не всем так повезло, как их транспорту. Несколько машин полиции вырулили с дороги и врезались в гражданские автомобили, либо же в стены зданий и фонарные столбы. Поднялась шумиха, крики и раздались взрывы от аварии.

С неимоверным трудом, ощущая, текущую с ушей кровь, длинной дорожкой перетекающей на шею, Адам мутным взглядом посмотрел на внедорожник. Их лобовое стекло было затонировано и укреплено защитой, но даже так, Адаму казалось, что прямо на него смотрит их цель. Кроваво-красные глаза словно впивались в его душу и видели её насквозь, что лишь усилило давление звука и заставило командира закричать.

Пытающийся прийти в себя водитель, управляющий машиной на одних отточенных до автоматизма движениях, внутри себя обрадовался, что атака закончилась. Их цель ударила чем-то серьёзным, чего он раньше не видел, но ему хватило сил и покрова пережить подобное.

Так он думал… Пока не почувствовал, как автомобиль начало вести. И это были отнюдь не неполадки или поломка. Земля… Сама земная твердь содрогнулась и начала вздыматься.

Асфальт потрескался, поднимаясь большими кусками. Не успевшие среагировать водители, пережившие звуковую атаку, врезались в них. Металл скрипел, ломался и трещал, после чего изредко звучал взрыв.

— Выруливай, твою мать! — кричал Адам, пытающийся достучаться до водителя.

Командир всем своим нутром ощущал, что происходило что-то из разряда вон выходящее. Натуральный армагеддон, который разрушал улицу и южную часть города. Из-за сдвига земли, здания начали обрушаться, поднимая целые тучи пыли и становясь склепами для тех, кто не успел сбежать. Полный боли и страха крики людей звучали отовсюду и даже сквозь броню командир слышал их отчётливо, сжимая челюсть и автомат. Чудовище… Какое чудовище способно на такое в городе? Скольких убила его атака? Десятки? Сотни? Тварь!

Словно в насмешку над военными и той немногой полицией, которая ещё продолжала погоню, парень ловко выбрался наружу и залез на крышу внедорожника. Тот петлял, набирал скорость и пытался оторваться, и по всем законам парень должен был слететь с крыши, разбившись. Но тот стоял, будто не замечая потоков ветра и гладкого покрытия крыши.

Его чёрные штаны и белую футболку с несколькими пятнами крови трепал ветер, развивая тёмные волосы, а на лице не читалось ничего, кроме полного спокойствия.

Адам своими глазами видел, как лицо парня преобразилось. Этот лик не мог принадлежать человеку, а скорее чудовищу, которым матери пугают своих детей. Острые клыки показались из-под губ расширяющегося рта. Уши вытянулись, как у летучей мыши, нос слегка впал, оставив два дыхательных отверстия, а глаза вспыхнули горящим костром.

— Огонь! Убить его! — кричал Адам в рацию сквозь звон в ушах.

Все кто мог стрелять, начали поливать свинцом и ракетами парня. Он стал первоочередной целью. Даже вертушки, на которых сидели снайперы, отрабатывали по полной.

Вот только результата это не принесло. Все снаряды и пули так и не достигли цели, зависнув в паре метров от него. Он погрузились словно в кисель, но не падали на землю, а следовали за уезжающим внедорожником, что выглядело просто дико и невозможно.

Лицо парня исказила ухмылка пренебрежения и презрения, а его глаза вновь смотрели только на Адама. У подобного взгляда командир третьего звена ощутил, как ухнуло сердце, а лоб начал покрываться испариной.

Плотный кровавый туман вырвался бурным потоком из тела этого мальца, а вслед за ним прозвучал новый звон. Он не был похож на тяжёлый гул, перерастающий в пронзительный писк, какой был ранее. Нет… Этот звук можно было сравнить с монотонными ударами в барабан.

~Бам-Бам~

Стоявшие у тротуаров машины начали подниматься в воздух, как и фонарные столбы с дорожными знаками.

~Бам-Бам~

Крики людей звучали всё отчётливее, а выстрелы продолжали громыхать.

~Бам-Бам~

Ветер начал собираться вокруг внедорожника, закручиваясь в вихрь. Куски металла, вырванные комья земли и асфальта, машины, стекла и даже кричащие люди, пытающийся спастись…

— Святые боги… — в полном шоке от увиденного, проблеял водитель.

Огромный вихрь, центром которого был скрывшийся внутри него внедорожник, поглощал всё на своём пути. Его сила стала настолько велика, что отрывала куски задний, оставляя лишь их половины и нижние этажи.

~Бам-Бам~

Один из вертолётов не справился с управлением, подлетев слишком близко к вихрю. Его металлический корпус смяло в одно мгновение, добавив ещё больше металла в общую массу.

~Бам-Бам~ ~Бам-Бам~ ~Бам-Бам~

Барабан бил всё сильнее и сильнее, буквально оглушая преследователей, не сдающихся и пытающихся догнать преступника. Таков приказ их императора… Такова его воля и они обязаны её исполнить. Но разве можно сражаться со стихией? Как противостоять вот… Этому⁈ Разве можно обладать такой силой⁈

Заметив краем глаза пронёсшуюся точку справа, Адам повернул голову и увидел, как их резко опередил имперский рэйдер. Быстрая машинка, как раз подходящая для погони и преследования в городе. Вслед за ним, на очередной обгон, пробежали двое человек в тёмно-синих костюмах, больше похожих на средневековую броню.

— Это братья Фишер! Командир, это они! — кричал молодой сержант, державшийся за голову.

С трудом и болью в ушах, Адам улыбнулся. Два S-ранговых бойца из корпуса «Самерхэд»… Уж они должны справиться. И пусть за провал операции задержания и захвата Адама ждал выговор. Главное устранить того, кто сотворил подобный вихрь, перерастающий в смерч.

Но чего Адам не видел, так это пятерых А-ранговых бойцов корпуса, часть из которых летела на специальном военном шлюпе, преследующем наглецов, и ещё двух их коллег S-ранга, стремительно летящих по воздуху и маневрирующих в вихре.

Братья Фишер, добравшись до начала вихря и обогнав рэйдер, одним прыжком скрылись в эпицентре и вслед за этих, Адама заметил, как внутри вихря начали мельтешить огни. Тёмно-синий и кроваво-красный, они были похожи на мелкий всполохи танцующего пламени.

Командир внутренне ликовал. Операция пусть и не без потерь среди гражданского населения и разрушения части города, пройдёт успешно! Они смогут захватить нарушителей и главную цель!

Улыбка Адама стала чуть шире, но сразу же погасла. Словно пробка из бутылки шампанского, один из братьев вылетел из бури и его плавно поймал рэйдер. Лобовое стекло машины треснуло и прогнулось вперёд, а лежавший без сознания S-ранговый боец застрял в нём и распластался на капоте.

Сквозь дыру в вихре, которая стремительно зарастала, побледневший командир увидел, как их цель всё же стояла на крыше внедорожника и крепко держала за горло второго брата Фишер. Левая рука S-рангового бойца корпуса была оторвана по локоть, а большая часть брони, истекающая кровью, просто раскурочена.

Но большим шоком для Адама стало не то, что двух братьев каким-то образом одолели, что уже невероятно. А то, что произошло дальше… Вслед за ударами барабана.

~Бам-Бам~

Красный туман вокруг парня усилился и до едва слышавшего командира будто донесся рёв этой силы.

Крепко схватив второй рукой голову бойца корпуса, юнец отвёл её в бок и впился клыками в горло своей жертвы. Самым ужасающим и заставляющим Адама поседеть, стало то, что он своими глазами увидел, как ручейки текущей по брони крови, втягивались обратно!

— К-как же так?.. — не верил командир собственным глазам.

Разве можно одолеть двух S-ранговых бойцов, находящихся на вершине силы, так просто? Сколько они сражались? Жалкую минуту? В такое невозможно поверить, как и осознать.

Как только кровь полностью вернулась обратно в тело брата Фишер, юноша разочарованно рыкнул и оторвал его голову, даже не заметив крепкого металла брони. Ещё несколько секунд он смотрел на лицо, закрытое забралом шлема, и бросил прямо в мчащийся имперский рэйдер. Оторванная голова упала ровно на бессознательное тело второго брата и из-за потоков ветра, улетела дальше, попав точно в лобовое стекло автомобиля Адама. Сзади сидевший сержант вскрикнул, а водитель заматерился.

Словно заворожённый, мужчина смотрел на неё раскрытыми в шоке глазами и даже не сразу осознал, что из неё не вытекает кровь…

— Сэр, с-смотрите! — крикнул водитель и командир отвлекся от головы.

Стоявший на крыше внедорожника парень всмотрелся в небо и в следующий миг его лицо озарила хищная ухмылка. Туман вокруг его тела всколыхнулся и начал растекаться в вихре, окрашивая его в кровавый цвет. Сила ревела и оглушала своим грохотом… Либо же это кричал испугавшийся до чёртиков сержант, который уже множество раз пожалел, что вообще пошёл на службу в армию.

— Поворачивай! Быстрее! — истошно закричал командир, как только увидел, что их цель медленно начала вытягивать руки в стороны. Сила вихря била в такт с нарастающим звуком барабана и пульсирующим кровавым туманом.

Не смея оспаривать приказ, водитель резво повернул вправо, выруливая и набирая скорость.

Почувствовав, как земля вновь содрогнулась, Адам резко повернулся назад, всмотрелся в заднее стекло и проглотил вставший в горле ком.

— Гони! Быстрее, мать твою! — орал он со всей силы, чувствуя нарастающий в душе ужас, ведь прямо за ними, сметая всё на своём пути, гнался натуральный кровавый вихрь.

Да… Командир третьего звена много повидал за свою жизнь. Но ещё ни разу он не сталкивался с тем, когда охотник сам превращался в жертву.

* * *

Столица империи Аркадия…

Находясь в новой лаборатории Уробороса, которая на этой раз базировалась не под штабом ЦАГ, а в более удалённом от людей месте, советник императора Дерек Андерсон выслушал очередной доклад главного учёного проекта «Homo Renatus».

— Мы стабилизировали цепочки ДНК, — поправил очки старичок в халате. — Прошлый провальный опыт помог нам избежать ошибок и вот… Результат.

Андерсон подошёл к операционному столу, на котором лежал черноволосый мужчина. При первом взгляде ему не дашь больше тридцати пяти — сорока, а по физической форме и все тридцать. Могучий и высокий мужчина, с мускулистым телосложением. Левая и правая стороны лица укрыты короткими волосами чёрного цвета, плавно переходящими в хищного вида бороду. Волевое лицо с острыми чертами, на котором над левым глазам виднелся небольшой неровный шрам.

— Когда он очнётся? — сухо осведомился Андерсон.

— С этим проблемы, господин советник, — понурил плечи учёный. — После удачного вживления патогена, пациент не проявляет никаких стандартных признаков мозговой активности.

— Вы создали овощ и называете это успехом? — с угрозой в голосе спросил советник.

— С вашего позволения, — прокашлялся учёный. — Я бы хотел провести ещё один эксперимент. Для этого мне нужен доступ к засекреченным архивам библиотеки его императорского величества.

Андерсон приподнял бровь, смотря на старика. От советника не укрылось с каким трудом этот человек скрывал своё желание поскорее получить согласие. Но что ему нужно в секретных архивах библиотеки? За одно лишь её упоминания люди бесследно исчезали, а тут такое желание и даже скрытое требование. Мужчина уже хотел было применить свои силы и залезть в мысли старикашки, но с отвращением отбросил эту идею. Один раз он уже попытался и увидел такой хаос, что с трудом удалось прийти в себя. Нет… Этот человек нужен, но будь воля Андерсона, он бы отдал приказ прикопать его где-нибудь в канаве.

— Какого рода информация тебе нужна?

— Да пустяки, господин советник, — улыбнулся учёный жёлтыми зубами. — Всего лишь доклады и сводки о трудах одного из родов империи Шидар, за которыми следили спецслужбы пятнадцать лет назад. Род Эретайн, господин советник.

«Похоже, от старика действительно нужно избавляться. Слишком много он знает. Но сначала пусть доделает работу, принесёт пользу, а потом отправлю его к чистильщикам. Пусть эти безумцы потрошат его мозги, после чего утилизируют.»

Советник кивнул сам себе и проговорил:

— Ты получишь всю доступную информацию. И на этот раз, я жду настоящий результат.

Глава 21

Тем же вечером…

Штаб Имперского Корпуса «Самерхэд»…

Крепко сжимая единственную уцелевшую руку брата, Дэвид Фишер ощущал пустоту и пожирающую изнутри потерю. Родной брат, с которым они прошли через множество невзгод, начиная от жизни в трущобах, будучи сиротами, и заканчивая отбором в Корпус и выполнением, порой, убийственных заданий. Дэвид помнил лицо брата и его слова, когда при отправке на очередное задание, смеялся над смертью. Два S-ранговых эспера Физика. Мировая элита, с которыми считались многие люди и ещё больше уважало. Они выбирались из такого дерьма, что у многих бы сдали нервы на их месте. И вот, в этот день, удача была не на их стороне. А ведь начиналось всё обыденно. Поступил сигнал помочь гвардии империи при задержании преступника, которому приписали гриф «Опасен». Обычная рутина и ничего более. Дэвид ещё посмеялся, видя на голографическом экране шлюпа лицо парня, которому не дашь больше двадцати. Мальчишка… Ха… Что он мог против их группы захвата, которую возглавляла майор Захарова? Будучи слабым эспером всего лишь Б-ранга, она вела их группу в бой и они не видели поражений.

Раздался звук шагов по плитке отдельной комнаты лазарета, выделенной под морг. Шутка судьбы, но брат Дэвида был всего лишь пятым, кто попал сюда за этот год.

— Поступила новая информация, — проговорила эффектная брюнетка в военной форме, ранее управлявшая имперским рэйдером. — Ты нужен мне наверху. В общем зале для брифинга.

— Я не верю, что он умер, Лиса, — тихим шепотом ответил высокий гладко выбритый мужчина, сжимающий руку брата и назвавший командира по сокращённому имени. Среди остальных членов Корпуса она называлась Лариса Захарова, но для своих просто Лиса. — Всё это похоже на дурной сон.

Женщина вздохнула, подошла к своему сослуживцу. Её глазам предстал обезображенный высушенный труп в раскуроченных доспехах. Голова его была филигранно пришита медиками, дабы можно было с почестями похоронить героя. Жаль, что руку не нашли… После того хаоса, случившегося в жилых кварталах южного района, сложно было сейчас что-то найти. Специальные службы неустанно разбирали завалы и пытались найти тех немногих выживших, которым повезло, а ремонтные бригады принимались за работу.

Она обняла его без слов. Дэвид не шелохнулся, но спустя секунду положил поверх рук Лисы свою ладонь. Мало кто знал, что эти двое близки, ведь их отношения протекали сугубо секретно и в неформальной обстановке. Но сейчас Лариса понимала, что ей, как никогда, нужно поддержать любимого человека.

— Он погиб за империю и при исполнении долга, — покрепче сжала она его, будто боялась потерять. — Такова наша жизнь, Дэвид. Мы сами выбрали её.

Она хотела успокоить его, пытаясь подобрать нужные слова, хоть и могла сама себе признать, что никогда не умела этого делать. В жизни солдата слишком часто приходится мириться потерями, обрастать коркой безразличия, защищающий разум и сердце от боли. Привязанность… Самое страшное, что может быть в жизни тех, кто постоянно ходит по лезвию ножа. Но без неё и жизнь не обрастает красками. Обоюдоострый клинок, с которым нужно либо смириться, либо отвергнуть.

Сказанное Лисой возымело противоположный эффект, нежели то, чего она желала. Её слова о долге задели мужчину за живое. Разве мало он отдал долгов? Разве мало пролил крови врагов империи и императора в частности? Сколько он ещё должен потерять, прежде чем всё это закончится? Может быть жизнь, как его брат⁈ Дэвид хотел рвать и метать. Хотел выместить злобу и ярость, теплящуюся в душе и грозящуюся вспыхнуть пожаром. И мужчину радовало то, что есть тот, кому можно отомстить за брата. Ублюдку, который до сих пор коптил небо и улыбался его потери!

— Райан Купер, — сквозь сжатые зубы прорычал он. — Ты умрешь… И тогда мой брат сможет спать спокойно.

Крепко сжав иссохшую ладонь брата, Дэвид отпустил её и последовал вместе с Лисой в сторону лифта. Группа «Альфа», как их называло начальство, уже собралась в зале для брифингов.

— Итак, все в сборе, — прошла Захарова вдоль дубового овального стола, за которым сидела её группа. Дэвид занял одно из двух пустующих мест во главе, старательно игнорируя тяжёлые взгляды остальных. — По наводке анонимных источников, наша цель в данный момент базируется в одном из загородных поместий Торговой Коалиции…

* * *

Мне всё это не нравилось. Иными словами описать то, что сейчас в гостинной охренеть какого богатого особняка, я видел перед собой всех командиров отрядов ликвидации, и что немаловажно, одну особу, про которую уже успел забыть. Одетая в откровенно сексапильное платье, на одной из кресел сидела черноволосая Грейс Тарфорд. Та самая женщина из казино, которая впоследствии прокатила меня из отеля, когда мы с Пудингом забрали его названную сестрицу. Держа в руке бокал с вином и играясь с ним, покачивая по кругу, она с улыбкой смотрела в мои глаза хищным взглядом победительницы. Вопросы о том, где Артурия и Дуглас взяли внедорожник, отпали сами собой, но вместо них появились новые.

— Рада видеть тебя в добром здравии, Райан, — с придыханием проговорила Грейс, на что Артурия прищурила взгляд и взглянула на меня с нескрываемой ревностью.

Остальные командиры групп переглянулись в непонимании, откуда мы можем быть знакомы. Оно и неудивительно, где род Куперов и Тарфорды? Это как сравнить дворового кота и породистого. Небо и земля, даже с учётом того, что Куперы отнюдь не являлись слабаками или нищими. Просто так сложилась иерархия аристократии, в котором род, во многом благодаря Брэдли, спускался на низкие позиции.

— Грейс, — кивнул я и улыбнулся. — А ты всё хорошеешь.

Женщина скрыла за глотком вина удовлетворенную ухмылку и поправила волосы.

— Я так понимаю, что теперь должен тебе за помощь, — подался я вперёд. — Но ответь, что ты тут делаешь?

Она удивилась, сбитая с толку моим вопросом, а затем звонко рассмеялась.

— Госпожа является одним из членов Торговой Коалиции, — сухо проговорил стоявший позади Грейс широкий мужик в чёрном костюме-тройке.

— Ну-ну, Алонсо, я и сама могу ответить, — улыбнулась Грейс.

— Прошу прощения, госпожа, — кивнул бугай и замолк, сведя губы в тонкую линию и недовольно смотря на меня.

— Ну и шуму ты наделал, парень, — ухмыльнулся Рудольф Сорас. Судя по мужику, его раны от встречи с потолком и полом успешно зажили.

— Жаль меня там не было, — скривилась валькирия Дженнифер.

Сидевший слева от меня молчаливый напомаженный черноволосый хлыщ, больше похожий на вышедшего погулять аристократа, молча покивал. Я видел его впервые, но уже знал его имя, как одного из командиров групп. Его вызывающий вид и скрываемое ко всем здесь находившимся пренебрежение чувствовалось за версту. Так и хотелось дать ему морду. Хотя это желание скорее побочный эффект от крови Джона.

Кстати, мой донор и по-совместительству мощная Нежить, сейчас отлёживался в гостевых покоях. Ему было откровенно хреново и довезли мы его еле-еле. Он тяжело дышал, потел, сипел и вот-вот мог откинуться. Его сердце то билось, то останавливалось и могло заглохнуть в любой момент, если бы по интересному стечению обстоятельств, у Грейс не оказался карманный Малефик. Вон он кстати, у дверей стоит. Старик из разряда обычных. Тех самых, которые вечно жалуются на молодёжь, занимают очередь в аптеках и кладут вставную челюсть в стакан с водой у кровати. Встретишь такого на улице и пройдёшь мимо. Но нет, этот старичок хоть и дышал на ладан, с лёгкостью стабилизировал состояние Джона, когда я вывалил тело мужика из машины и звал Малефика. Лица встречающей делегации в тот момент надо было видеть. Ведь как это? Лечит же Целитель, а не Малефик. Вот только Целитель бы гарантированно добил Джона, ну либо же сдох сам от вырвавшейся силы смерти.

Радовало, что мы успели, и Джон не скопытился. Умереть трижды, воскреснуть, и подохнуть от такого пустяка. Я бы обиделся, честное слово. И в связи с этим возникал вопрос… Зачем он это сделал, раз знал, к чему может привести? Неужели он каким-то образом знал, что выживет? Или же рискнул? Если первый вариант, то можно предположить дикий бред, будто Джон уже прожил это временное событие. Либо же он был готов сдохнуть, но дать мне испить свою кровь. Но это звучит ещё бредовее, чем первое предположение. Я хоть и прямолинейный дуболом, привыкший решать проблемы с позиции силы, но даже мне хватает мозгов додумать, что Джон ведёт свою игру. Что-то этот дохляк задумал и провернул фокус с кровью не просто так. Да ещё и слова его, сказанные в машине. Я смутно их помню, ведь тогда меня конкретно накрыл голод, но там что-то было про кровь двух из пяти. Крови собрата, кровь клятвенного врага… А теперь ещё и кровь того, кто стоит на грани жизни и смерти.

Покончив с приветствиями и любезностями, попутно получив приглашение на поздний ужин, меня конвоировали в гостевую комнату, которая находилась подозрительно близко с хозяйской спальней… Как объяснила Грейс, здесь нам ничего не угрожает и мы можем восполнить силы, после чего придётся покинуть дом её рода. Дав нам убежище она сильно рисковала, ведь, если моя память не изменяет, Торговая Коалиция считается нейтральной группой лиц, занимающихся, как ни странно, торговлей. Если власти Орлеонтана прочухают, что мы здесь, то Грейс ждут большие проблемы. Я бы даже сказал — очень большие.

Уже находясь в шикарных апартаментах с огромной кроватью, мягким белым ковром и всеми удобствами, я открыл двери веранды и вышел на свежий воздух. Тёмное время суток опустилось на землю, звёзды сияли на чистом небе, как и полная луна.

Меня всё так же не отпускали слова Джона и не только они. Если подумать, то в Брилии существовало пять народов тьмы. Ковены Вампиров, Стаи Ликанов, Склепы Нежити, Пустоши Проклятых и Храмы Арконов. Именно о них говорил Джон? Кровь собрата… Я не помню, что убивал вампира… Точнее, убивал, но именно им он не являлся в полной мере. Тот самый Некурат из метро, кровь которого позволила мне достичь новой грани своей силы. Все Некурат — Вампиры, но не все Вампиры — Некурат. В этом есть логика, да и граф Бертольд говорил, что Некурат не более чем животные, хоть и являются нашей извращённой роднёй.

Можно ли считать, что тот Некурат был моим собратом? С натяжкой, но да. Это значит, что Джон говорил про него. Та-а-к… Клятвенный враг. Здесь всё просто, им оказался Альфа стаи Гонтов, сердце которого я вырвал и испил. Итого два. Джон стал третьим, и я уже сейчас ощущаю, как мощь струится по моим жилам. Тот удар, нанесённый по нашим преследователям. Телекинез ужасающая сила и я продемонстрировал её во всей красе, но эпилогом стала отнюдь не она.

Открыть разум. Сконцентрироваться. Представить. Воплотить.

На вытянутой руке из показавшего на коже кровавого тумана в одно мгновение соткался длинный нож, больше похожий на кинжал. Вытянутая хищная рукоять заканчивалась острым когтем-штыком, пульсирующим от силы. Тёмное лезвие, будто сделанное из чёрного металла, и мелкие алые прожилки, бегущие вдоль него.

Я ловко подкинул его, поймал и закрутил на ладони.

— Идеальный баланс, — хмыкнул я. — Как и прежде…

Именно этот кинжал стал первым, что мне удалось соткать из своей силы ещё в прошлой жизни. Те уроки графа Бертольда я запомню ещё надолго, уж слишком рьяно учитель пытался вбить в мою голову науку. Интересно то, что у каждого Вампира сила индивидуальна, а значит к ней нужен особый подход. Эксперименты, пробы и ошибки. Так было со многими моими собратьями из ковена, но, что странно, не со мной. Граф словно знал, чему именно нужно меня обучать и вёл по проторенной дорожке… Эх, со всеми этими линиями времени и событиями, паранойя так и просится в пляс. Уже грешным делом начинаю думать, что учитель всё знал и готовил меня…

Без особого труда я сделал так, чтобы кинжал завис в воздухе и лёгким усилием создал из тумана ещё пять. Они левитировали и могли изменить свою форму по моему желанию. Хочешь копьё? Пожалуйста. Меч? Без проблем. Нужно лишь знать, что именно ты желаешь воплотить. Именно поэтому и надо представлять образ в голове.

Развеяв кинжалы, я задумчиво облокотился спиной на перегородку веранды и со вздохом активировал силу рода Куперов. Тот самый меч из Чистого Света, который нещадно обжигал мою душу и плоть, возник в руке. Правда теперь от прошлого Клинка Света ничего не осталось. Теперь это был прямой меч, а не слегка изогнутый в лезвии, как ранее. Его гарду украшали остроконечные шипы, шершавая рукоять идеально лежала в ладони и отдавала теплом, а с лезвия на пол веранды стекали редкие капли густой крови. Этот клинок будто дышал и я ощущал его, как биение собственного сердца, что уже будоражило сознание и заставляло крепко задуматься.

Жаждущий Крови… Хорошее название для клинка. И я более чем уверен, что именно о нём говорил Джон. У меня же, хех, по сути больше ничего и нет. Но как он, вообще, появился? Как так получилось, что Клинок Света превратился вот в это? Безумие, да и только… Но ещё более безумно то, что я ощущаю этот клинок, словно прошёл с ним не одну битву. Такое сложно объяснить словами и проще сравнить с винтовкой солдата. Казалось бы, что она обычная и таких, как эта винтовка — дохера. Но нет, именно эта винтовка для солдата особенна и является его продолжением.

— Что-то меня потянуло на философию и бред… — вздохнул я, поморщившись.

В любом случае, мне ещё предстоял разговор с отдыхающей в стенах этого поместья Нежитью. Джон знает, что это за клинок и раз он ему интересен, то ответит на мои вопросы, которых с каждым днём, а то и часом, становилось всё больше. Пока что нет смысла забивать себе голову и параноить, а то недалек момент, когда кукуха окончательно поедет.

В дверь тихо постучали и открыли, после чего внутрь вошла задумчивая Артурия.

Бросив взгляд на меч в моей руке, она на короткий миг поражённо застыла, но потом взяла себя в руки и посмотрела мне в глаза.

— Райан, я оповестила командиров групп, как ты и сказал.

— Молодец, — кивнул я, покрутив клинок в руке. — Значит, осталось ждать недолго.

— Не проще нам уехать? — сделала она шаг вперёд. — Хватит проливать кровь. И так много людей погибло за эти дни…

— Нет, Артурия, — покачал я головой, серьезно проговорив: — Нарыв нужно вскрывать сразу же. Готовься и оповести Дугласа.

Девушка поджала губы и ушла, а я посмотрел на луну. Что ж, дело сделано и осталось за малым. Те брошенные вызывающие слова старика из Гонтов, сказанные на дороге перед его смертью. Он говорил о предателе среди тех, кто прибыл устранить императора. И раз уж вся наша компания собралась в одном месте, то почему бы и не узнать, кто именно стучит на стороне? Да, я таким образом подставляю Грейс, но постараюсь сделать так, чтобы женщина не пострадала, как и её репутация. Мы просто встретим гостей в трёх разных местах, каждое из которых знает только один командир. В том, что предатель именно кто-то из подчинённых я отмёл сразу. Всю связь осуществляется именно через командирский состав, в действиях безопасности и секретности. Придётся правда разделиться, но и в бой вступать сразу же необязательно. Первым делом разведка, а бой потом.

Развеяв клинок, я зашёл внутрь комнаты и подошёл к круглому столу у окна, на которым зачем-то оставили бутылку вина. Да и необычного, а с достойным сроком выдержки. Я уже было взял её в руку, когда услышал щелчок дверного замка.

— Пришла взмывать с меня долги за помощь? — нагло хмыкнул я, повернувшись.

Одетая в чёрный пеньюар-халат, Грейс зашла в комнату и, молча закрыв дверь, повернула замок.

— Верно, Райан, — улыбнулась она. — И я получу свою награду сполна.

Медленно, словно желая подстегнуть моё воображение, она начала развязывать поясок. Мягкая ткань скользнула по плечам и телу, а затем упала на пол. Грейс предстала передо мной в белоснежном корсете, кружевном нижнем белье и белыми чулками с подвязками.

Лёгкой грациозной походкой она направилась ко мне. От её тела исходил будоражащий запах духов и похоти, разгорающейся в глазах всё сильнее и сильнее.

Я ухмыльнулся и начал снимать футболку, но Грейс остановила меня и, наклонившись к уху, томно прошептала:

— Не лишай меня удовольствия, мальчик.

С этими словами она сама начала меня раздевать. Медленно и со вкусом, будто играясь и довольствуясь тем, что теперь дорвалась до сладкого, так желаемого ею всё это время. Закончив с одеждой и оставив меня в одних трусах, Грейс закусила нижнюю и начала опускаться на колени, попутно впиваясь в мой торс ногтями, и отдёргивая резинку трусов.

Разве мог я отказать женщине в помощи и прогнать её, даже осознавая, что в любом момент может начаться очередная заварушка? Такое поведение не подобает настоящим джентльменам, а Вампирам тем более. Именно поэтому я улыбнулся, прикрыл глаза и опустил правую ладонь на шелковистые волосы женщины, получая удовольствие.

И ведь не просто так на столе оказалась бутылка вина…

Глава 22

Лунный свет мягко освещал комнату, отбрасывая длинные тени на пышные занавеси. Лёжа рядом со мной, Грейс улучила момент, чтобы задать вопрос, который, видимо, давно не давал ей покоя.

— Знаешь, Райан, — произнесла она, нежно поглаживая мою руку, — Уже в первую встречу ты показался мне странным. Другие мальчики, — улыбнулась она. — От них я не почувствовала то, что ощутила от тебя в тот вечер в казино. Ты юн и кажешься беззаботным, но и в то же время таким далёким и загадочным. Ты действительно такой, или это просто маска?

Я усмехнулся.

— Мы все носим какие-то маски, Грейс. Всё зависит от обстоятельств.

Она задумчиво улыбнулась.

— Понимаю. У всех свои секреты и причины скрывать их.

Я оставил её слова без комментариев и просто прижал к себе, как вдруг оглушительный взрыв у ворот поместья раздался по округе. Следом разъярённый рёв двигателей.

— Что происходит⁈ — в испуге приподнялась Грейс.

— Нападение. Снова, — ответил я, встав с кровати и подав ей халат.

Подняв с пола футболку с несколькими пятнами крови, почувствовал, как Грейс коснулась моей руки.

— Открой шкаф, — кивнула она с улыбкой на приставленный к стене шкаф.

За окном началась заварушка и зазвучали выстрелы. Похоже, что охрана Грейс взялась за нарушителей спокойствия госпожи. Хотя странно, почему начальник бойцов Тарфордов ещё не прибежал.

Я последовал её совету, распахнул двери шкафа и удивлённо приподнял бровь. Десяток разномастных костюмов висел в вакуумных пакетах, и каждый из них, судя по виду и цифрам на вешалках, был моего размера.

— А ты знаешь, как нужно радовать мужчину, — ухмыльнулся я.

Надев брюки, накинул чёрную шёлковую рубашку и подошёл к окну. Стоило только отодвинуть занавеску, как я уловил блеск снайперского прицела. Последовала едва заметная вспышка. Уголок моих губ иронически поднялся. В следующее мгновение вращающаяся пуля пронзила стекло, направляясь мне в глаз. Время словно растянулось. Однако для меня это было лишь ещё одной насмешкой судьбы. Самоуверенно и без особого напряжения я остановил пулю прямо перед своим глазным яблоком, использовав телекинез.

Грейс остолбенела, глядя на меня и пулю, зависшую в воздухе. Её удивление меня мало интересовало. Пуля упала на ковёр, я же медленно застёгивал чёрную шёлковую рубашку.

Пока я скучающе продевал пуговицы рукавов, Грейс смотрела на меня с глазами, полными удивления и лёгкого испуга.

— Что это сейчас было?.. Пуля⁈

— Не время для вопросов, женщина, — я прервал её с ноткой надменности в голосе. — Кто бы это ни был, они прибыли раньше, чем я их ожидал. Даже удивительно, что так быстро сработали.

Быстро двинувшись к двери спальни, я скорым темпом вышел в коридор и, используя всю силу голоса, крикнул:

— Артурия! Дуглас! Подъём!

В главный зал из своей спальни уже спешил Красная Акула. Его особенная любовь к дешёвому парфюму всегда выдавала его приближение. Глядя на его крокодиловые туфли и джинсы, я не мог не ухмыльнуться. Похоже он при параде.

Следом за ним выскочила Артурия. Моя ручная героиня была в одной белой пижаме. В левой руке щит, в правой — меч.

— Райан, на нас снова напали⁈

— А ты как думаешь? — хмыкнул я. — Один ноль в пользу Орлеонтанцев. Благодаря им весь план пошёл в задницу.

В главном зале собрались и другие команды по устранению, а точнее — ликвидации императора Орлеонтана. И все, как один уставились на меня.

Я внимательно осмотрел их лица, стараясь не задерживать взгляд на командирах. Кто-то из них предатель, но кто именно? Вся канитель должна была начаться позже. Я всё рассчитал и распланировал. Невозможно было передать информацию, настолько быстро снарядится, прибыть, и найти наше местоположение. К тому же, благодаря тому, что всех командиров расселили в одном крыле, ближе к хозяйскому, мой слух работал на полную катушку. Даже во время секса с Грейс, хотя её стоны и глушили меня знатно. А значит что? Либо предатель не стал действовать, либо сделал это так, что я упустил, ведь коммуникаторы и прочую электронику изъяла охрана Грейс по моей просьбе, объяснив это мерами предосторожности.

— Дуглас, — обратился я к Акуле и указал на южное крыло особняка. — Твоя сторона там. Не пропусти никого. Будем обороняться.

Он задумчиво прохрипел, но спорить не стал, лишь пригладил ирокез:

— Не сомневайся, мимо меня никто не пройдёт.

Я кивнул и перевёл взгляд на героиню:

— Артурия, займёшься западной частью. Если кто-то попытается проскочить — убей. Ты поняла?

Она поджала губы, глаза блеснули серьёзностью:

— Поняла, — и поспешила занять позицию, щеголяя в пижаме.

Посмотрев на другие команды, я продолжил:

— Все остальные, удержите восточную часть и северную. Особняк большой, так что если хотим выжить — придётся работать сообща.

Хлыщ, что всё время молчал, внезапно подал голос:

— А ты чем будешь заниматься, Купер?

Остальные также посмотрели на меня с тем же вопросом.

Уголок моих губ приподнялся, я уставился на него, глядя прямо в глаза, не моргая:

— Я? — мой голос прозвучал с насмешкой, — Пойду посмотрю, кто пришёл в гости без приглашения, а дальше видно будет.

Молчун кивнул. Больше ни от кого вопросов не последовало.

— Все всё поняли? Вопросы есть? Вопросов нет. Тогда по позициям, — произнёс я и направился к центральным дверям особняка…

* * *

С естественной надменностью, присущей Вампирскому роду, Райан медленно и уверенно подошёл к массивным двойным дверям особняка и решительно их распахнул. Падавший свет полной луны придал ему ещё больше благородства и исключительного величия, контрастируя с его чёрной шёлковой рубашкой, идеально сидящими чёрными брюками и блестящими туфлями. Его образ юноши был утончённым, но в то же время грозным. Опасным. Непредвещавшим ничего хорошего. Этой ночью Райан был прекрасен, как орудие смерти.

Едва он покинул стены особняка и вышел прямо на стриженную лужайку, десятки стволов с коллиматорными прицелами тут же направились на него. Но вместо положенного страха или сомнения, его юное красивое лицо выразило лишь лёгкое недоумение, сменившееся напониманием и насмешкой. Он остановился, подняв одну из бровей, улыбнулся:

— Вы не похожи на бойцов регулярной армии, — произнёс он с иронией, взгляд его блестящих глаз скользил по вооружённым бойцам, что медленно окружали и его и особняк, — Чем обязан такому визиту?

Пауза, в которой никто из бойцов не рискнул сказать и слова, наполнила атмосферу напряжённым ожиданием. Райан же продолжал улыбаться.

— Если вы и дальше будете молчать, мы каши не сварим. Вы устали, я устал, может домой пойдёте?

За его спиной раздались выстрелы. Начался штурм особняка. Но группы должны справиться. Иначе, если не справятся, то не видать им головы императора. Да и, по сути, для Райана они станут всего лишь лишним грузом и, похоже, все участники ликвидации осознавали это, когда Купер раздавал команды. Не выполнят настолько простую задачу — как удержание позиции, то будут не нужны в исполнении убийства императора. А значит — никаких выплат и обещанных договорённостей с Дереком Андерсоном.

В этот момент из группы окруживших Райана спецназовцев вышел высокий мужчина в тёмно-синей броне, больше похожей на средневековые латы — на нём ярко сиял Покров Физиков, принявший вид льва. Воздух нагревался и плыл волнами вокруг него от силы. Сам воин внушал своим видом голую мощь. Плечи его были широки, а походка уверенной, даже агрессивной. Дэвид Фишер выглядел не так молодо, но в его глазах горело пламя жажды боя и желание отомстить. Он остановился напротив Райана, и их взгляды столкнулись в немом противостоянии.

— Купер, — произнёс S-ранговый воин с глубоким оттенком ненависти в голосе, — Ты убил моего брата в прошлом бою. Я пришёл забрать у тебя то, что ты у меня отнял.

Райан с неподдельным удивлением посмотрел на него. И спустя секунду узнал.

— Твоего брата? Я не помню каждого, кто пытался меня убить. Однако, — его голос стал холодным. — Какая ирония. Именно я здесь за местью. Орлеонтанцы напали на мою семью. И я не остановлюсь, пока не уничтожу каждого, кто стоит за этим. Будь это твой брат или же твой император.

Фишер на мгновение остолбенел, пытаясь понять, к чему ведёт Райан. Нападение на его семью? Подобное норма в нынешних реалиях, ведь вот-вот должна была разразиться война. Убийство ключевых фигур противоборствующего государства перед вторжением нормальная практика. Часто используемая. Но Дэвид читал информацию о роде Куперов. Они никак не могли повлиять на исход вторжения. Так о чём говорит мальчишка? Желание справедливости вступило в борьбу со жгучей местью, и мужчина крепко сжал челюсть, решившись.

Слишком многие умерли. Не только военные, но и гражданские. Пусть этого юнца ведёт месть, которую Дэвид понимал, но его нужно уничтожить. Покончить с ним здесь и сейчас. Так нужно. Так разумно и правильно.

— Мне не ведомы детали о том нападении, — мужчина сжал кулаки и сделал шаг. — Но ты принёс слишком много горя землям Орлеонтана, и с этим пора заканчивать. Знай, что тебя ждут достойные почести. Сражайся!

Дэвид в мгновения усилил доспех и сократил с Райаном дистанцию. В прошлый раз ни он, ни его брат не были готовы к столкновению с этим монстром, но теперь Дэвид серьёзен. Никакой слабости, никакой недооценки. Полная концентрация и максимальная сила! Он бросился на Райана с сильнейшим ударом. Таким можно было снести напрочь многоэтажное здание, разворотить танк, пробить пробоину в авианосце. Но…

Райан остановил этот могучий, сокрушительный удар одной выставленной ладонью. Раздался хлопок чудовищной силы. Пара спецназовцев сдуло с лужайки порывом ветра. Остальные с криками удержались за траву и землю.

Взгляд Фишера был обескуражен.

Что это? С чем он столкнулся? Разве можно пережить подобное в прямом столкновении⁈

Райан вздохнул и ударил его в живот. Вновь раздался хлопок, но не столь разрушающий, как раньше. Скорее он был похож на молниеносный свист.

— Кгха… — Дэвид сложился пополам. Воздух выбило из его груди, а всё тело прострелило. Он даже не сразу понял, что этот удар оторвал его массивную тушу от земли, но не отправил в полёт.

Второй удар, но на этот раз не кулаком, а натуральной пощёчиной. Ладонь рассекла воздух…

БАХ!

… И S-ранговый орлеонтанец буквально головой вошёл в землю!

Встав перед ним, Райан смотрел на него сверху вниз, демонстрируя полное спокойствие и хладнокровие. Он не собирался насмехаться над противником, хотя Вампирская суть и азарт твердили, что врага нужно унизить. Показать ему, насколько он был не прав, перейдя дорогу Первородному!

Он вытащил Дэвида за шкирку из земли и всмотрелся в его перепачканное лицо. Мужчина, находясь под оглушением, мотал головой и пытался прийти в себя.

— Кто бы не послал тебя сюда, он знал, что ты встретишь свою смерть. Точно также он поступил с вами тогда, когда погиб твой брат. Они знали, что я разделался со всеми предыдущими их попытками меня убить, но все равно сделали так. Ты оказался использован, незнакомец, — всё это Беррада произнёс серьёзно и без насмешек. — Но я хочу положить конец всему этому.

Дэвид с помутнённым взглядом после тяжёлой затрещины едва успел заметить поданный от солдат знак и понял, что всё готово. Его грязные губы растянулись в оскале безумца:

— Ты ошибаешься, парень… На встречу со смертью отправлюсь не я, а ты! — он отбросил Райана ударом.

Беррада прикрылся руками от внезапного удара и проскользил пару метров по траве назад. Ткань рубашки порвалась, кожу обожгло, но для вампира это было, как дробью по слону. Именно в этот момент солдаты, что ранее стояли вокруг с оружием, раскрыли чемоданы, из которых выдвинулись металлические консоли. В мгновение ока они активировали устройства, и между консолями сформировалась сверкающая плазменная клетка, окружив Райана со всех сторон.

Беррада ухмыльнулся.

— Клетка? Вы серьёзно? — он закатал порванный рукав шёлковой рубашки и попробовал просунуть руку сквозь плазменную преграду. В момент контакта, воздух заполнился запахом горящей плоти, а рука юноши буквально сгорела до костей и осыпалась пеплом до локтя.

Фишер, что с замиранием сердца и абсолютным сомнением наблюдал всё это, посмотрел на Райана тяжёлым взглядом решимости.

— Ничего личного, парень. Я обещаю тебе, что разберусь и узнаю правду касательно нападения на твою семью. Те, кто всё это начал — понесут ответ, — глухо произнёс он. А затем махнул рукой: — Сиэль! Арчер! Пора!

— Любопытно… — прошептал Райан, глядя на обугленный локоть, но при этом целый рукав рубашки. Он попробовал использовать телекинетические способности, чтобы нарушить работу консолей, удерживающих плазменную клетку. Его глаза вспыхнули кроваво-красным светом, и он напряг силы своего разума, стремясь раскачать или сдвинуть консоли. Однако несмотря на все усилия, ничего не произошло. Клетка оставалась непроницаемой, а консоли неподвижными.

Вышедшая из тени деревьев рыжеволосая женщина ухмыльнулась:

— Что такое, мальчик? Не можешь использовать свои трюки⁈ Ты ведь считал себя непобедимым, да⁈ Как же приятно видеть, как ты теперь бессилен. Ничтожество… Теперь ты за всё ответишь!

— Довольно, Сиэль, — сухо оборвал Фишер её.

Пока эта женщина сливала своё дерьмо, юный вампир опустил взгляд на руку. Медленно, но костный каркас стал нарастать, а значит, вампирская регенерация работала.

— Похоже, вы не всё предусмотрели, — произнёс Райан с ухмылкой и показал Дэвиду свою практически отросшую заново руку…

Тот нахмурился и заподозрил неладное.

По бокам клетки приближались два эспера S-ранга. Оба малефика. Они призвали двух огромных рыцарей и направили прямо к Райану.

— Убить! — произнёс рыжий бородач Арчер.

— Отруби ему голову! — прорычала Сиэль.

Два металлических колосса в ярко горящих доспехах с большими двуручными мечами медленно подошли к клетке, готовясь нанести удар. От обоих исходили ярко-оранжевый и тёмно-зелёный туманы сил. Впервые Купер видел настолько огромных призванных марионеток.

— Забавно, — улыбнулся он и призвал алый меч. — Надеюсь, это не все ваши сюрпризы.

Эсперы с опаской переглянулись. Фишер же прокричал сквозь зубы:

— Бейте!

— Лучше бегите, — усмехнулся Беррада.

Но никто не послушал.

Огромные рыцари взмахнули мечами и ударили сквозь плазму клетки. Первый огромный тесак Райан блокировал кровавым мечом, а вот второй двуручник остановил уже рукой, поймав за лезвие.

— Какая досада… Выходит, размер всё-таки не имеет значение? Значит, Эдвард оказался прав.

Райан отбросил два огромных меча, а в следующий миг сформировал в руке из своей силы кровавый кинжал. Он, действительно, понял как выбраться из клетки. Судя по тому, что его рубашка осталась цела, стоило лишь обернуться одеждой и выскочить наружу. Однако, он не стал доказывать данную гипотезу и решил не рисковать лишний раз, ведь ему нельзя умирать. Слишком многое сейчас на его плечах. Оторвав рукав, он в два оборота обернул кинжал и с невообразимой силой метнул его в консоль. Снаряд в шёлке пролетел через плазму и с грохотом влетел в консоль, взорвав ту. Вся округа утонула в яркой вспышке.

Прошло секунд двадцать, когда Дэвид стал приходить в себя. Посмотрел в сторону — все солдаты, как и Сиэль с Арчером, мертвы. На лице женщины так и застыла маска страха и злобы. Внезапно на его грудь наступила чья-то нога в лакированной туфле.

— Сдвинешься — умрёшь, — холодно произнёс Райан.

— Кто ты… Н-нет… Ч-что ты такое?.. — прокряхтел Фишер.

— Ходячее возмездие, — ответил тот и нагнулся к лицу мужчины. — Знаешь, за всё время своего существования, — уколола оговорка разум Дэвида, но он не зацепился за неё. — Я встречал множество людей. Злых, добрых, справедливых, ужасных, властолюбцев, безумцев, тиранов… Ещё больше из них я убил. Но мне всегда импонировали те, у кого есть хоть какой-то кодекс чести. Так называемая рыцарская добродетель. У меня, кстати, — хмыкнул Беррада. — Есть одна представительница этого вида людей.

Дэвид попытался пошевелиться, но тело отдавало адской боль, и он смог только хрипеть.

— Мне понравилась твоя решимость. Самоотверженность и то, что даже врага ты можешь уважать. — голос Беррады был серьёзен. — Эти качества дорого стоят. Даже очень дорого. Понимаешь, как обстоят дела… Я могу перевернуть вашу империю вверх дном. Могу подчинить и тебя и твоего императора. Я могу управлять каждым в Орлеонтане. А Могу устроить вам сущий ад наяву, наслав чуму страшнее, которой вы не видели. Некурат, слышал о таком? Хотя… От куда тебе может быть известно… Однако, вы можете этого избежать. Хотя, знаешь, как твоё имя?

— Дэвид… — сглотнул тот. — Дэвид Фишер…

— Дэвид, — сухо произнёс Райан, кивнув. — Я не желал смерти твоему брату. Вспомни, ведь это вы напали на меня, а не я на вас. В любом случае, он отдал жизнь за то, во что верил. Твой поступок и месть мне понятны. Но, откровенно говоря, они невыполнимы. Как думаешь, твой брат хотел бы, чтобы ты сейчас отдал жизнь за память о нём? Хотел бы он, чтобы из-за его смерти ты страдал?

Дэвид молчал. Он не находил слов для ответа. То, что говорил этот парень казалось полным безумием. Уничтожить империю? Многие пытались, но Орлеонтан существовал тогда, существует и сейчас. Скажи Райан об этом в Совете Кланов и его бы засмеяли.

— Спрошу иначе, — серьёзным тоном продолжал Райан. — Будь на твоём месте твой брат, был бы ты доволен тем, что он умрёт ради невыполнимой мести?

— Конечно нет! — прорычал тот и бессильно сжал кулаки.

— Видишь. Поэтому уверен, твой брат пожелал бы, чтобы ты ни за что не связывался со мной. Но уже поздно, — улыбнулся Беррада, словно змей-искуситель. — Однако, некоторые ошибки ещё можно исправить.

— К чему ты ведёшь… — не совсем понимал Фишер.

— Месть неизбежна, Дэвид. Я исполню её, и улицы Орлеонтана обагрит кровь. Но меня вчеталило то, что внутри тебя. Такие качества… — вдохнул Беррада полной грудью, будто смакуя запах. — Потерять столь примечательного бойца будет расточительством, а потому, здесь и сейчас, под светом луны и звёзд, я даю тебе выбор. Бесславная смерть, либо помощь.

— Помощь? О-о чём ты?.. — прохрипел мужчина.

Вместо ответа Беррада слегка вытянул правую руку. На его левой ладони, на указательном пальце, вытянулся устрашающий коготь, заставивший Фишера гулко сглотнуть.

«Ч-что это такое? К-кто он?..» — пронеслась мысль в голове Дэвида.

Медленно, словно соблюдая церемонию, Беррада разрезал вену и на землю упали первые капли драгоценной крови Первородного Вампира. В былые времена Брилии, магистры гильдии Алхимиков за подобное кощунство бились бы в припадках, ведь столь дорогой ингредиент стоил баснословных денег.

— Сделай выбор, Дэвид, — спокойно произнёс Беррада. — Выпить мою кровь и обрести силу, власть, уважение и влияние на мир. Ты станешь тем, кто сможет уберечь Орлеонтан от погибели. Либо же отринь мой дар и умри.

Фишер сомневался. Всё происходящее выглядело сюрреалистичным бредом сумасшедшего. Выпить кровь, чтобы получить силу? Такое невозможно… Но, если подумать… Откуда у юнца такая мощь? Как на него не подействовала Плазменная Плеть? Откуда такая регенерация и подобные способности?

— Пожалуй, я подтолкну тебя к решению, — улыбнулся Вампир, и мужчина посмотрел в его полыхающие глаза, горящие в темноте, как два костра. — Не обещаю, что всё получится, но я могу дать тебе надежду… Твой брат, ты же хочешь его вернуть?

Стоило только Дэвиду осознать сказанное, как его сердце учащенно забилось. Он может вернуть брата? Как⁈ Этот парень бог что ли⁈ На такое не способен никто!

Но Райан был прав. Надежда… Именно она сыграла свою роль в последний момент, когда мужчина собирался отказаться. Именно надежда заставляет людей совершать самые безумные поступки и держаться за жизнь.

— Я-я… Согласен…

— Чудно, — оскалился Беррада, поднеся руку на уровень рта мужчины.

Первая капля… Вторая… Дэвид сделал глоток, а затем следующий. Он ощущал, как вязкая и странная на вкус кровь текла по его горлу в желудок. Он чувствовал, как внутри разгорался неведомый пожар, от которого хотелось кричать. И Дэвид не сдержался. Мощный животный рык раздался из его глотки, разорвав тишину ночи, а из тела вырвался тёмно-синий Покров, постепенно окрашивающийся в кровавый.

— Встань, Дэвид Фишер, — отошёл Беррада на два шага назад.

Мужчина с трудом и болью, которые на удивление быстро проходили, встал на колено, а не выпрямился полностью.

Слова на первый миг застряли в его горле, но решимость и новое ощущение, пришедшие вместе с кровью юноши, вымыли все сомнения.

— Господин… — произнёс он. — Могу я ли я попросить об услуге?

— Не теряешь времени? — ухмыльнулся Беррада. — Я дал слово, а значит попытаюсь вернуть тебе брата.

— Нет, — помотал головой Дэвид, не поднимая её. — Я хотел попросить об ином. Моё имя… Я ощущаю, что оно теперь чужое для меня.

— Хм, хочешь выбрать новое? — почесал затылок юнец и пожал плечами. — Почему бы и нет? И как отныне тебя звать?

— В честь прозвища, которое придумал мой брат, — поднял мужчина голову и показал, как изменились черты его лица после превращения. Они заострились, став более хищными, а в его полыхающих кроваво-красных глазах, отчётливо виднелась синяя радужка.

Подобное заставило Берраду отшатнуться и откровенно удивиться. У него перехватило дыхание, а сердце пропустило удар, стоило только мужчине назвать новое имя:

— Отныне и впредь, господин, меня зовут — Валекор.

Глава 23

Эта ночь ещё не закончилась. По крайней мере, не для членов совета кланов. Их было четверо, и расположились они в особняке главы клана Беркли. Просторный зал со стенами, покрытыми узорчатыми обоями тёмно-зелёного оттенка. Тут и портреты предыдущих глав и старые дорогостоящие картины. Под потолком висели роскошные люстры с кристаллическими подвесками, мягко освещавшие пространство комнаты. Однако среди классической старины заметны были и современные элементы убранства: угловые диваны из кожи, ультрасовременная аудиосистема, встроенная по периметру в стены, и несколько жидкокристаллических экранов, демонстрировавших в данный момент видео сражения Райана и группы «Альфа» под командованием Дэвида Фишера.

В центре комнаты стоял массивный деревянный стол на высоких ножках, вокруг которого были расставлены высокие кожаные кресла. За столом, собственно, и восседали четверо членов совета. С одной стороны сидела старая женщина. Антуанетта Брукс. Её глаза, хоть и утратили былую яркость и женскую привлекательность, теперь излучали власть и ум. Густые седые волосы были аккуратно уложены в строгую причёску. На ней был чёрный пиджак и брюки. Не смотря на свою лёгкую полноту, она всё ещё носила подобный костюм, не желая мириться со старостью.

Слева от неё сидел худой старик с редкой седой шевелюрой и аккуратно подстриженной бородкой. Аллен Родгард. Его бежевый костюм в полоску был идеально подогнан и отражал его консервативные вкусы аристократии Орлеонтана.

Рядом с ним располагался более молодой мужчина с густыми чёрными усами в сером костюме с расстёгнутым пиджаком. Его тёмные глаза внимательно следили за видео на экране. Леон Урлих.

Во главе же стола восседал глава рода Беркли — Саймон Беркли. Суровый старик с кучей морщин и крупной родинкой у бритого подбородка. Он, и вовсе, был без пиджака, так как находился в своём доме, но ради формальности надел чёрные брюки и тёмно-бордовую шёлковую рубашку.

Когда видео завершилось после яркой вспышки, старик Аллен Родгард поднял кружку с ещё тёплым чаем:

— Мы потратили весомые средства на эту операцию, Саймон, — начал он, промокая свои тонкие губы чаем, прежде чем продолжить. — И такой исход. Если бы ты послушал меня…

Молодой Леон, проведя пальцами по усам, также был недоволен:

— Этот парень… Райан Купер. Он сильнее, чем мы думали. И я предупреждал вас об этом.

Старуха слегка нахмурилась.

— Недооценка врага — часто приводит к краху. Нам нужно менять стратегию. Мальчишка не прост. Его способности… — она задумалась. — Не похожи на других эсперов.

Старик Аллен кивнул:

— Именно. Мы больше не можем допускать ошибок. — он с явно недовольным выражением лица уставился на Беркли. — Ты действительно думал, что одной группы будет достаточно для ликвидации Купера? Неужели ты так недооцениваешь его? Сколько можно обжигаться, Саймон.

Беркли, не сразу нашедший слов, ответил с нотками раздражения в голосе:

— Моя цель была минимизировать внимание к нашим действиям. Служба безопасности императора уже дышит мне в затылок после инцидента с родом Гонтов. Если бы мы подключили больше сил и напали на Райана, они бы заметили и вмешались.

Мужчина с усами вздохнул.

— Прости, Саймон, но я согласен с Алленом. Мы не можем рисковать из-за твоих опасений. Мальчишка Купер — угроза не только для тебя, но и всех нас. А ты… ты просто пытаешься избежать личной ответственности перед императором.

Пожилая Антуанетта, посмотрев на Беркли, произнесла с глубокой серьезностью:

— Беркли, пойми, если мы не уничтожим этого мальчишку и император заполучит его живым, то он выудит из него всю информацию. И вся элита узнает, что именно наш Совет уничтожил род Гонтов, а не Райан Купер. Мы станем главными виновниками. Ты же не этого желаешь, верно?

Беркли уставился на стол, его лицо стало пепельно-серым от осознания всей серьёзности ситуации.

— Я понимаю это. Но вы и сами видели, как на мелкого психопата не подействовала ловушка. Его способности не подавляются стандартными способами. Весь отдел аналитики в полном ступоре и пытается понять, кто он вообще такой. Физик или же Элементал, каким считается род Куперов. Пока все их отчёты выглядят, как настоящий бред.

На что молодой Леон ответил:

— Пусть юнец и необычен, но с ним нужно разобраться. Подключить больше сил. Пусть ищейки императора докладывают — плевать. Главное — сохранить секреты нашего Совета. Уверен, вы понимаете что будет, если нас раскроют. — он посмотрел каждому старику в глаза. — Мы потеряем всё, что нажили за долгие годы. Абсолютно.

— Или, возможно, наступил момент, когда мы возьмём на себя ответственность и устраним нашего императора, — отпил чай старик Аллен.

Остальные участники разговора на мгновение замерли, обменялись удивлёнными взглядами. Беркли, с пронзительным взглядом, возразил:

— Мы Пока, — выделил он это слово. — не готовы к такому радикальному шагу, Аллен.

Тот усмехнулся:

— Триста лет мы «не готовы», Саймон. Начинаю думать, что эта «готовность» и не придёт вовсе. Может, это наш шанс? Твой крот сообщил, что Райан со своей группой недоумков прибыл с целью ликвидировать императора. Почему бы не помочь ему? Сделаем, как и прежде. Решим проблему чужими руками.

В зале повисла напряжённая тишина. Старуха Антуанетта внимательно всматривалась в старика Аллена, словно пытаясь разгадать его истинные намерения. Но тщетно.

Тишину нарушил молодой Леон:

— Идея заманчивая, но нельзя забывать: Райан — Аркадиец. Можем ли мы доверять ему? Думаю, что нет. Ведь он может вести и свою игру. Заключать союз с ним — рискованное дело.

Старуха кивнула:

— Согласна. Мальчик неуправляем. Разъярённому зверю плевать, кому грызть глотку. Но мы можем использовать его. Что если… мы направим его? Откроем двери императорского дворца для него в самый подходящий момент. Когда император не будет готов к атаке, и сам Райан не догадается, что мы направляем его против нашего врага.

В комнате почувствовалось напряжение. Это предложение звучало как идеальный план, но также и как крайне опасная авантюра. Если что-то пойдёт не так, последствия могут быть катастрофическими.

Беркли, как негласный лидер совета, сверлил глазами каждого из присутствующих, затем сухо произнёс, озвучивая решение:

— Что ж, вижу вы уже всё решили. Раз так, то давайте приведём зверя на хозяйский пир…

* * *

Ночной воздух был приятно прохладным. Валекор и я проходили мимо безжизненных тел поверженных солдат, разбросанных по всему двору. Я старался украдкой всматриваться в его лицо, не вызывая вопросов у новообращённого. После произошедшего в голове творился дикий сумбур. Валекор… Тот самый Валекор. Мой учитель, наставник… Тот, кто всегда смеялся в лицо опасности, и готов был рвать на куски любого, кто шёл против нашего ковена. Именно он обучал меня искусству боя и сопровождал в большинстве заданий, выданных графом Бертольдом, как часть обучения. Да что тут говорить, мать твою! Ведь это Валекор спас меня, тогда ещё зелёного юнца, от первых встреченных мною Ликанов. Мне до сих пор было сложно поверить, что рядом со мной шёл мой наставник. Слова Джона о том, что время линейно и все события должны произойти, звучали теперь не архаичным бредом сумасшедшего, а настоящей правдой. Дэвид Фишер… Обычный человек, хоть и являющийся S-ранговым эспером, на самом деле и есть мой наставник. И пусть происходящее для него является в данный момент настоящим, но для меня, знающего будущее, всё выглядит теперь иначе. Словно вся ситуация с моей смертью, перерождением и новой жизнью приобретала новые краски.

Самое дикое во всей этой ситуации было то, что именно я обратил Дэвида. Именно из-за меня он изменился, став Валекором и взяв это имя. А ведь, если вспомнить… Если напрячь память… Мой учитель никогда не говорил о своих родителях, а тема обращения людей в себе подобных вызывала у него странные чувства. Выходит… Валекор не был Первородным? Получается так, и вопрос о том, откуда у него была ужасающая сила, сам себя исчерпывал. Я до сих пор не знаю, сколько именно лет прошло с нынешней реальности до той, когда я был рождён Беррадой. Сотни, тысячи… За это время Валекор успел стать настоящим чудовищем в плане силы. Это объясняет… Да…

Вдруг Валекор замер, выбив меня из мыслей. Я уловил его взгляд, направленный в сторону растущего сада, и тут же понял причину: кто-то бежал.

— Кто-то пытается убежать с территории поместья, — повёл он носом, принюхиваясь, и тихо сказал, с ожиданием посмотрев мне в глаза.

Без малейшего колебания, я приказал:

— Поймай и приведи ко мне. Этот сбежавший может знать больше, чем нам хотелось бы.

Валекор кивнул и размытой тенью бросился в погоню. Пусть они с Артурией оба S-ранговые эсперы в былом прошлом людей, но у моего нового союзника адаптация происходила с поразительной скоростью. Уже сейчас, сорвавшись в погоню, он не только полностью контролировал своё тело, но и вампирскую силу, оставившую после него лишь бордовый шлейф. Что ж… Ещё одна галочка в моим догадкам насчёт учителя. Которого я же и обратил. Твою мать… Как теперь с этой мыслью жить то?

Я отправился обратно в особняк. Стоило пройти внутрь, как расслышал многочисленные голоса из гостиной. Прошёл через парадный вход, и вся группа ликвидации из нескольких команд стихла. Вокруг витал коктейль эмоций. Напряжение, облегчение, усталость.

Рыжая воительница Дженнифер стояла со своими бойцами возле окна. Чуть поодаль, недалеко от камина, Акула и Артурия. Рядом с диваном группа бойцов, что служили ассасину Рудольфу Соросу, а позади них молчун со своими парнями. Многих потрепало, и беглым взглядом я понял, что нескольких членов отряда не хватает. Погибли?

— Вижу, не все справились, — произнёс я сухим тоном.

Рыжая воительница, с лёгкостью закинула свой массивный молот на плечо и уверенно произнесла:

— Не знаю, как у других, но северная часть особняка удержана, — подмигнула она, а в её голосе появилась лёгкая игривость.

Артурия, с запачканным в крови лицом, ответила сразу же за ней, будто не желая отставать:

— Западный тоже… Господин. — добавила она последнее с некоторой задержкой. Её глаза остановились на мне на долю секунды дольше, чем было необходимо.

Дуглас только хмыкнул.

Молчун тоже высказался:

— Наша сторона удержана. Двоих потеряли. Кстати, — он посмотрел по сторонам и произнёс: — Где Сорос? Не вижу его среди нас.

Один из солдат ассасина, выглядевший заметно встревоженным, сказал:

— О-он удрал…

— Серьёзно? — удивилась рыжая. — Никогда бы не подумала, что Сорос на такое способен, — пробормотала она. — Всегда думала, что у него железные яйца, а оказалось…

— Предательство в наших рядах — последнее, чего я ожидал, — сказал сурово Акула.

— С ним нужно будет разобраться, и жёстко, — процедил сквозь зубы молчун.

Я же улыбнулся, чем заставил многих приподнять брови в недоумении.

— Что смешного, Райан? — спросил Дуглас, не сдержавший своего любопытства.

— Думаю, Сорос ушёл не так далеко, как хотел бы.

И в этот момент главные двери особняка распахнулись. В гостиную вошёл спокойный Валекор, таща за собой измученного, бессознательного Сороса. В крови, одежда порвана. Все присутствующие в комнате на мгновение оцепенели, но больше их удивило не поимка сбежавшего ассасина, а появление бывшего Дэвида Фишера в качестве ловца за беглецом.

— Какого чёрта здесь делает Орлеонтанец⁈ — возмутился молчун.

Что-то он разговорился в последнее время.

Остальные также взглянули на меня с явным вопросом.

Я посмотрел в глаза молчуну и с холодным спокойствием ответил:

— Теперь он в моей команде. Зовите его Валекор. В его лояльности можете не сомневаться. А если кто-то решит что-то предъявить моему новому подчинённому с позиции силы, обещаю, вмешиваться не стану. Но сначала подумайте дважды.

Желающих почему-то не нашлось. Особенно тогда, когда Валекор хмыкнул и показал клыки. У меня аж мурашки по спине побежали, стоило увидеть этот оскал. Такой знакомый и родственный, словно улыбка отца, которую не видел больше года. Именно с такой улыбкой он тогда смотрел на стаю Ликанов и хлопал бледного меня по плечу, со смехом проговаривания: Ты посмотри, Беррада! Сколько псин, и все наши! Ух… Развлечёмся!

Вытянувшись в полный рост, и расправляя мощные плечи, Валекор оглядел сначала толпу приветственным взглядом, а затем обратился ко мне:

— Что будем делать с ним, господин? Может выбить из него информацию? — предложил он, указывая на избитого Сороса.

Я кивнул:

— Хорошо, но давай не здесь. Этот дом уже увидел достаточно крови.

Уголок его рта приподнялся в лёгкой ухмылке, и он ответил:

— Когда я поймал его в саду, мне попался один старый колодец. Думаю, это будет отличное место для… разговора.

— Занимайся, — кивнул я.

И Валекор скрылся с телом Сороса в тени.

— Райан, — обратилась ко мне рыжая. — Каков наш следующий ход? Наше местонахождение раскрыто. Мы потеряли элемент неожиданности.

— Да, — признал я очевидное. — Нас вычислили раньше, чем мы рассчитывали. Теперь придётся менять стратегию. Нам нужен новый план, давайте обсудим.

В этот момент Джон показался на лестнице второго этажа. Тяжёлые синяки под глазами. Его чёрные волосы были слегка взъерошены, а на щеках проступала отросшая щетина.

— Собственно, — прохрипел он. — Я здесь именно ради этого обсуждения, Райан. Давай отойдём в барную комнату? Там превосходный бурбон… если, конечно, госпожа Грейс не возражает.

Та стояла уже минуты две как в коридоре. Выйдя на свет гостиной, Грейс с практически пустой бутылкой коньяка, была явно пьяной. Ну, не мне её винить. Только что её особняк превратился в решето. Да и вообще, дела принимают всё более скверный оборот. Её голос прозвучал равнодушно, но с ухмылкой:

— Да кому какое дело до этого бурбона? Я не против.

Ко всеобщему удивлению, она всё ближе подходила ко мне, а затем, без лишних предисловий, смело, нагло, но в тоже время нежно, поцеловала меня. На мгновение повисла глухая тишина, все присутствующие офигели. Наши губы едва коснулись друг друга, но этого было достаточно, чтобы распалить в обоих жар. Грейс улыбнулась мне:

— Райан, не задерживайся. Буду ждать тебя в спальне, — и сделав глоток коньяка прямо из бутылки, покинула гостиную.

Я ненароком взглянул на Артурию и заметил, как её глаза на мгновение потемнели, а пальцы с силой сжали рукоять меча. Ого… вот это ревность. Даже забавно.

* * *

В полумраке барной комнаты Джон взял бокал с бурбоном и, глубоко вдохнув аромат напитка, медленно сказал:

— Произошло то, что было предрешено, — он остановился, наслаждаясь вкусом выпивки, а затем продолжил: — Это лишь один из этапов нашего пути. Не стоит расслабляться, Райан. Перед нами ещё много работы.

Я кивнул, понимая, что Джон имеет в виду не только дела в Орлеонтане. Но пусть он и сказал подобные слова, зацепиться за оговорку мне удалось.

— Нашего пути?

Джон улыбнулся. Хотя улыбкой это было назвать сложно. Скорее уголки его губ просто приподнялись, но с его нынешним общим состоянием это казалось оскалом мертвеца.

— На линии времени легко заблудиться, а в его вероятностях и событиях можно забрести туда, откуда не выбраться. Наша встреча была предрешена, как и сегодняшняя ночь. Твой путь, Мортегар, пересекается с судьбами многих. Ещё больше из этих судеб будут потеряны в грядущих событиях.

— И какова твоя роль? — облокотился я на стойку и взял бокал с апельсиновым соком.

— Советник, помощник, голос разума, направляющий по пути, — перечислил он. — У меня много ролей, юный Мортегар. Но какую бы я из них не выбрал, все дороги ведут к тебе. Я не могу тебе открыть всего, ведь существуют законы времени, которые никто нарушить не в силах. Но могу сказать, что ты идёшь в верном направлении. Кровь троих из пяти детей ночи. Наставник, учитель, мастер, друг, соратник… Ты нашёл его, а значит обрёл опору.

— Ты знал, что за нами будет гнаться Валекор в тот день? — удивлённо спросил я.

— Не разбивши яиц, не сделаешь яичницы, — сделал он глоток бурбона. — Смерть брата, понимание, что командование использовало его. Противник, которого он не смог одолеть. В тот день, Валекор был Дэвидом Фишером. В эту ночь, Дэвид Фишер умер, и родился Валекор. Но знай, что дав ему надежду, ты обрёг его на страдания. У тебя было два учителя, а не три. Поступив опрометчиво, ты дал обещание, которое не сможешь исполнить.

— Но его можешь исполнить ты, — прищурился я.

Джон молча крутил стакан с тяжёлым дном в руках и смотрел на напиток, кружащийся в нём волнами.

— При одном условии, юный Мортегар, — спустя десять секунд молчания проговорил он. — Ты дашь мне обещание, которое сдержишь. У твоего слова не будет времени давности. И ты не будешь пытаться избежать его исполнения.

— Звучит стрёмно, не находишь? Хочешь, чтобы я подписался под авантюру, которая может угрожать мне самому?

— Все нам приходится чем-то жертвовать, — пожал он плечами. — Я воскрешу брата Валекора. Дам ему новую жизнь, как ты обещал своему слуге. Но в обмен, Мортегар, — Джон резко поднял взгляд со стакана и посмотрел мне в глаза. Внутри его глаз полыхала тёмно-зелёная сила Бездны и Смерти. — Спустя сотни лет, ты пощадишь мальчика, которого, однажды, поцелует сама Смерть и наречёт Королём. Я выдвинул свои условия, юный Мортегар. Ты дал этой ночью выбор своему новому слуге, а теперь тебе его даю я.

Его лицо изменилось на маску черепа с наростами в виде короны, а в помещении начало холодать.

— Что ты выберешь? Лояльность и безмерное уважение своего учителя, который в последствии станет частью твоей жизни. Или же смерть от отчаяния.

— Ты и сам знаешь, — глухо ответил я, понимая в какую жопу сам себя загоняю.

Мальчик, которого поцелует Смерть и наречёт Королём. Сложить то, что передо мной Трижды Рождённый, который являлся генералом одного из самых ужасающих созданий Брилии, а также его слова, то картина складывалась сама собой.

— Знаю, — кивнул он и вернул себе прежний облик. — А потому хочу, чтобы ты знал. Своим решением ты уничтожишь множество судеб. Эпоха Вечной Ночи не просто так получила своё название, юный Мортегар. Но решение принято. Слова сказаны, а их вес ты ощутишь на своих плечах.

— Знаешь, Джон, ты на удивление раздражающий тип, — вздохнул я и отпил сок, стараясь унять дрожь в руках и понимая, что только что подписал сделку с дьяволом. Но как бы это не звучало, что мне до погибших спустя сотни лет? Плевать я хотел на их судьбы. Главное здесь и сейчас, и мне нужен Валекор.

— Лучшего комплимента я ещё не слышал, — кивнул Джон и дополнил: — Сегодняшняя ночь стала одной из переломных в существовании нашего мира. Обращение Валекора один из ключей. Другим станет согласие четырёх, к которому они пришли. Следом же идёт убийство императора. Это изменит многое, но не всё. Главная дорога всё ещё впереди.

Я прислушивался к его словам, понимая, что многие ответы еще предстоит найти. И путь к ним будет опасным и непредсказуемым.

Именно в этот момент в дверь постучали. Я чувствовал по запаху, кто это, и сказал:

— Проходи, Валекор.

Вампир открыл дверь и переступил порог. Запах крови и металла наполнил воздух, делая его тяжёлым.

Присев передо мной на одно колено, Валекор, словно статуя, созданная из теней и ночи, начал свой доклад:

— Господин, Сорас служил клану Беркли. Всё это время он был их человеком внутри Аркадии.

— Беркли, значит, — допил я сок одним глотком. — Надо бы узнать, кто это такие и с чем их едят.

Глава 24

Прошло полтора суток с момента, как я обратил Валекора. Вся наша компания, теперь уже общим коллективом, а не разобщённым, перебралась в предоставленной Грейс особняк вблизь дворца. На какие ухищрения она пошла оставалось для меня загадкой, но награду она получила сполна. Не только моё тело, хотя и ощущения были, словно я стал продажным жиголо, но и обещание, что наша встреча не последняя. Впрочем, мы оба понимали, что произойти могло всё, что угодно. Особенно тогда, когда вся столица начала потихоньку жужжать, как улей. Связано это с осенним балом дебютанток империи. Молодые благородные пигалицы выходили в свет, а их родители на этом торжестве заключали разнообразные союзы и договора. Проблема в том, что у подобного мероприятия и охрана должна быть соответствующая. И речь не только о Корпусе «Самерхэд», которые по словам Валекора, сто процентов будут присутствовать для усиления охраны дворца и периметра. Но и о самой гвардии. Нас банально мало для того, чтобы сорваться во дворец силой и убить императора. Оставался только ход хитростью, но и тут возникали проблемы. Мы — Аркадийцы. Сделать поддельные документы это одно, но родословную не подменить. Всё же это мероприятие рассчитано как раз таки на аристократов, которых камердинеры дворца и другие проверяющие знают если не в лицо, то по определенным маркерам точно.

У меня… Хех… была идея сойти за официанта или прислугу. Пробраться внутрь и устранить государя Орлеонтана. Но и здесь были препоны. Слуг проверяли, их отбирали и пробиться в их ряды, даже подставным, не представлялось возможным. Шпиона сразу же раскусят, задержат, и допросят с помощью Менталов. И это я ещё не говорю о плане отхода. Вот и получалось, что мы обдумывали план, мозговали его и прорабатывали варианты. Не только те, которые предлагали командиры групп, а именно Дженнифер и молчаливый Сидольф, но ещё и предоставленные Андерсоном. С Советником, кстати, связь также была установлена и первым делом я узнал о своих родных. Андерсон держал руку на пульсе, понимая, что жизнь моих близких гарантия лояльности. Умрут они, и я пойду в такой разнос, что страшно станет всем. Он заверил меня, что состояние Юноны и Куперов стабильное. Не больше, не меньше. Процессы обращения в оборотня начались, но их стараются стабилизировать профессиональные целители, которых отобрал лично Андерсон. Плохо то, что время продолжало утекать сквозь пальцы, а плана всё также не было. Стоило ли говорить, как меня это бесило? Куда ни кинь, всюду клин. Нам нужен был отвлекающий маневр. Сила, которая заставит гвардию и корпус отвлечься, потеряв бдительность. И если взрыв стратегических объектов, которым должен был заняться Марвин, взял на себя молчун Сидольф, то с прямым проникновением выходил полный швах. И это, кстати, тоже добавляло масло в огонь моего раздрожения. Старик с близнецами, Габриэлем и Чёрной Маской так и не вышли на связь. Мне приходилось буквально разрываться от того, чтобы броситься на их поиски, но и больше терять времени нельзя было. Опять чёртов выбор…

Единственное успокоение мне дал Джон, сказавший, что с ними всё хорошо. Их время ещё не пришло, а судьба предопределена. Опять загадки, но это было хоть какой-то соломинкой во всём происходящем хаосе.

—… И всё же, я предлагаю второй вариант, — стоял на своём Сидольф, споря с валькирией Дженнифер и остальными. — Подкупить слуг, пробраться во дворец и действовать согласно плану.

— Как ты их подкупишь, если все они прошедшие отбор люди⁈ — язвительно спросила Дженнифер. — Проще тогда уж за местного аристократа сойти! Взять в заложники членов правящей семьи, добиться подчинения и зайти на бал с фанфарами!

Я облокотился на спинку кресла, положил голову на ладонь, и задумчиво смотрел на собравшийся народ. Нас действительно мало, а уж после предательства одного из командиров, на которого, кстати, делалась большая ставка в проникновении во дворец, дела были не радужными.

— Ты до сих пор находишься в нерешительности, юный Мортегар, — подошёл к моему креслу Джон, державший в руке стакан с бурбоном. Он кажись вообще с бутылкой не расставался, после того, как отлежался. — Хотя и знаешь, что нужно делать.

— Это риск, и он определённо не стоит тех проблем, которые могут возникнуть, — тихо ответил я, нахмурившись.

— Так ли это? Или ты просто ошибочно веришь в то, что подобное может случиться?

Подняв голову с ладони, я внимательно посмотрел на Джона и спросил:

— Хватит говорить загадками, Трижды Рождённый, — поморщился мужчина от моих слов. А сам я более не сдерживал раздражения. — Говори, как есть, либо не отвлекай меня.

Джон вздохнул, сделал глоток, и обвёл взглядом просторную гостиную особняка рода Грин. Я мало о них знал, но Грейс заверила, что те находились у неё в неоплатном долгу и переживать не стоило. Сама она, кстати, покинула империю по моей просьбе. Не зачем ей быть здесь, когда начнётся заварушка и хаос. Всё же, она хорошая женщина, а я привык платить добром за добро.

— Прямой ответ не даст тебе возможность стать мудрее. Стать умнее и понять, что делать дальше, не совершая ошибок. Ты должен сам понять, как действовать. Но… Я твой советник. Помощник и тот, кто указывает путь, сопровождая, — сделал он глоток. — Почему Валекор проще воспринимает свою силу? Почему его адаптация прошла быстрее? В чём их отличия с Артурией? И самое главное: Почему ваша с Валекором связь крепче, чем с ней?

Думал я недолго и уже хотел было едко дать ответ, что он и сам знает. Всё же Валекор являлся моим учителем и одним из сильнейших Вампиров. Там… в будущем. Тем не менее, я прикусил язык и задумался. Джон не стал бы задавать такие вопросы не содержи они в себе второго дна. Эта чёртова Нежить умна и мудра, а значит на ерунду размениваться не станет, как и сотрясать воздух просто так.

Что ж… В любом случае, начать стоит с малого.

— Это связано с тем, что я и сам стал сильнее, — сказал я спустя десяток секунд.

Джон кивнул.

— Именно так. Ты обратил Артурию, находясь в самом начале своего пути. Ваша связь сильна, но не так крепка, как с Валекором. В чём может быть эта причина, помимо твоей личной силы?

— Кровь… — нахмурился я, понимая, куда он клонит. — Он отведал мою кровь, которая после всех происшествий стала другой?

— Наши поступки влияют на нас самих, — вновь кивнул он и сделал глоток бурбона. — Кровь собрата сделала тебя сильнее физически и позволила вернуть часть своих способностей. Позволила прорвать предел. Для Вампиров подобное считается нормальным явлением. Кровь делает вас сильнее. Это неоспоримый закон, как и то, что Нежить нужно убить два раза, — криво усмехнулся он своей шутке. Ну да, ну да, Трижды Рождённый ведь. — Но если взять лично тебя… Что могла тебе дать кровь, которую ты испил в прошедшие дни?

Думать и пользоваться мозгами не всегда было моей сильной стороной. Да, приходилось выкручиваться в интригах ковена, ведь иначе не выжить. Но слова Джона слишком уж сильно заставляли мой мозг напрягаться. Ещё чуть-чуть и из ушей пар пойдёт…

Видя мои потуги, он вздохнул и дал подсказку:

— Ликаны никогда не сражаются в одиночку. Габриэль, конечно, исключение, но все остальные предпочитают охотиться стаей. Один волк ведёт остальных. Разумный командует теми, кем руководят инстинкты.

Осознав сказанное, я подорвался с кресла, отчего разговоры мигом стихли и все удивлённо посмотрели на меня. Я же в свою очередь буравил Джона немигающим взглядом и охреневал.

— Забрав жизнь Альфы, я забрал и его силу? — пересохшими губами спросил я.

Если всё это правда, то сама концепция обучения вампиров лопалась, как мыльный пузырь. Нас обучали контролировать свои собственные способности, полученные либо после рождения, либо после обращения. Сама мысль о том, что с кровью поверженного врага мы получали его силы казалась сущим бредом. Граф Бертольд не рассказывал об этом, как и Валекор. Но что, если они специально это утаивали? Зачем, ведь так наш ковен мог стать сильнее? С другой стороны, если бы вампиры поняли, что подобным образом могут выйти за границы своих собственных сил, то началась бы натуральная охота за всеми. Такие прецеденты уже бывали, но они не переходили грань дозволенного. Баланс… Именно так всегда говорили мои учителя. Во всём должен быть баланс.

— Часть силы, юный Мортегар, — кивнул Джон, подтверждая мои мысли и заставляя выпасть в осадок. — Вижу, что ты догадался, как действовать дальше.

С этими словами он развернулся и собирался уйти, но я окликнул его и задал волнующий вопрос:

— Какую часть твоей силы я забрал?

— Ты узнаешь, — остановился он, но не повернулся. — Но не сейчас.

Вот же ж, су… Нежить хитрожопая. Как говорится: возбудим, и не дадим. Я же теперь измучаюсь в догадках и предположениях. А уж их количество, с учётом того, что ушедший в другую комнату бухать Джон, являлся генералом Короля Мёртвых, может быть целая куча.

Ладно, Беррада. Вдох-выдох. Ещё не время? Ну хорошо, я подожду.

— Райан, всё нормально? — подошла ко мне Артурия. — Ты какой-то… Взбудораженный.

— Кажется, я знаю, как нам пробраться во дворец, — хищно улыбнулся я, а слушавшие меня люди переглянулись. — И не только пробраться, но и удивить его императорское величество. Сидольф, — обратился к молчану. — Ты можешь связаться с Андерсоном и попросить его о содействии?

— Какого рода? — нахмурился он.

— Мне нужен список обслуживающего персонала дворца. Даже, если он будет не полным — сойдёт. Основное внимание удели тем, кто является одиноким человеком. Меньше волнения будет. Также мне понадобятся фамилии приглашённых на бал аристократов. Не верхушка, а низ. Бароны, виконты и вся такая шушера.

— Хм, — кивнул Сидольф, постучав указательным пальцем по подбородку. — Это сложно, но осуществимо. Придётся напрячь не только советника, но и сеть преступников, с которыми сотрудничает Чёрная Маска. Связь у меня с ними есть. В чём заключается твой план?

— Вы все узнаете позже, если получится, — поморщился я и оглядел собравшихся. — От вас требуется держать язык за зубами, работать и собрать мне всю информацию.

Развернувшись, я двинулся на выход из гостинной, но меня окликнули:

— Ты куда? — Артурия подалась следом. — Собрание же ещё не закончено.

— Нужно кое-что проверить, — повернул я голову и посмотрел в глаза девушки, отчего она сделала шаг назад. — Извини, но тебя взять с собой не смогу. Слишком… В общем, останься здесь.

Толкнув дверь, быстрым шагом пошёл по коридору, пока не взял в прихожей пальто и не покинул особняк, оказавшись на улице.

Ночь сменяла вечер, на улицу опустился непроглядный туман, а с неба моросил мелкий дождь.

— Курение — пагубная привычка, — хмыкнул я, взглянув на Валекора.

Прислонившись к колонне козырька крыльца, он спокойно потягивал папиросу, думая о чём-то своём.

— Я теперь бессмертный, — спокойно посмотрел он на тлеющую сигарету. — Так что вряд ли сигареты убьют меня, господин. Судя по вашему виду, для меня есть задание? Заранее приношу извинения, что отсутствовал на собрании. Не люблю споры и сборища.

— Я знаю, — кивнул я и только по удивлённому взгляду Валекора понял, что сболтнул лишнее. — Точнее, догадался. И да, ты прав, есть задание. Но не для тебя одного, а для нас. Ты служил в корпусе и может быть знаешь несколько притонов местной шушеры, которую никто не хватится?

— Хм, придётся взять машину, — нахмурился он. — Но да, такие имеются.

— Тогда поехали, — махнул я рукой, спускаясь с крыльца.

— Могу я узнать, что вы задумали и в чём заключается задание?

— Скоро сам всё увидишь.

Глава 25

— Дружище, да ты как-будто на войну собрался, — пошутил мужчина в полицейской форме, наблюдая за тем, как его напарник закрепляет бронежилет и берёт автомат. — Это же просто очередной вызов!

— Смейся-смейся, Гарри — пробурчал его напарник. — Это не тебя пару месяцев назад подстрелил обдолбанный нарик.

Пожав плечами и оставив в покое своего коллегу, мужчина лёгкой походкой двинулся к пятиэтажному дому, который явно нуждался в капитальном ремонте. Год постройки старый, а само здание видело лучшие времена. Отделка рассохлась и потрескалась, в некоторых окнах виднелись выбитые стёкла, а на стенах нарисованы художества вандалом, которых в этом неблагополучном районе пруд пруди. Будь его воля, он бы вообще в машине остался. Погода стояла отвратительная, отчего полицейский получше укутался в служебный бушлат.

Подойдя к старому подъездному крыльцу, бетон которого потрескался от времени и окружающих условий, мужчина поморщился от сильного запаха испражнений и перегара. Прямо на частично обломанных ступенях, сидел укутанный в потрёпанную куртку бездомный. Ровное дыхание и закрытые глаза говорили о том, что он спал, а пустая бутылка из под дешевой выпивки, подтверждала, что её владельца теперь только в вытрезвителе будить. Впрочем, двое полицейских прибыли сюда не для того, чтобы поднимать очередного алкоголика и отвозить его в вытрезвитель. Вызов поступил на этот адрес, а звонивший докладывал, что слышал крики и выстрелы. Ничего необычного для этого района. В некотором роде даже опасно, но полицейский не разделял опасений своего напарника и просто держал руку на кобуре с пистолетом. Пусть только местный контингент попробует рыпнуться или дернутся в сторону служителей порядка. Пуля хорошо прочищает голову, особенно от мозгов.

— Алан, ну ты там скоро? — поморщился Гарри и взглянул на напарника.

Тот всем своим видом был похож на готового к войне бойца. Суровый взгляд, крепко сжатая челюсть. Палец одной руки лежал на предохранителе, а вторая рука придерживала автомат.

— Пошли, закончим поскорее, — буркнул Алан и, не обращая внимание на бездомного, поднялся к двери подъезда.

Оказавшись внутри, полицейские начали делать короткие вдохи от витающего мерзкого запаха. В подобных домах не было системы мусоропровода, а сами жильцы, в большей части являющимися наркоманами, алкашами и нелицеприятным контингентом, складировали мусор на лестничных клетках. Полная антисанитария, вот что увидели полицейские, привыкшие к подобному. На лестничных пролётах валялись пустые бутылки, разнообразный пластик, использованные шприцы с обожёнными ложками и полиэтиленовыми пакетиками. Не обошлось и без выкуренных сигаретных бычков, которые сосчитать просто не представлялось возможным.

— Свиньи, — сплюнул Гарри, поморщившись.

— Власти сами доводят дальние районы до подобного, — спокойно возразил Алан, но увидев укоризненный взгляд напарник, добавил: — Но и люди также виноваты.

Более не говоря ни слова, они начали подниматься выше по лестнице, пробираясь на четвёрный этаж. Именно там, если верить звонившему, произошли выстрелы.

За дверьми квартир слышались крики, пьяная ругань и откровенный мат, который даже служивших полицейских заставил проникнутся. Кто бы это не ругался, он явно знал в этот толк.

Добравшись до нужного этажа, Алан первым делом переключил предохранитель и собрался. От взгляда мужчины не укрылось то, что она из дверей квартир приоткрыта.

— Кровь, — нахмурился его напарник и вытащил из кобуры служебный пистолет. — Готов? Заходим!

Оказавшись внутри, полицейские отработали выученные в академии навыки. Без слов, переговариваясь лишь знаками, они прошли коридор, пол которого был залит кровью.

— Твою мать… — прошептал Гарри.

Алан ёмко выругался, видя открывшуюся картину. Хоть они и были готовы к сопротивлению тех, кто мог остаться в квартире. Но, похоже, их ожиданиям не суждено сбыться.

Двухкомнатная квартира, являющаяся не более, чем бандитским притоном, судя по символике на стене зала, представляла собой натуральный филиал резни. Все стены были в крови, как и пол, на котором валялись разорванные трупы. Самое ужасное то, что все мертвецы были людьми, кроме одного тела…

Больше похожее на чудовище из фильмов ужасов, оно представляло собой деформированную смесь человека и летучей мыши. Вытянутое лицо обезображено кривыми клыками, выступающими из под губ. Ушные раковины искривлены и вытянуты. Один глаз человеческий, с широким зрачком, а другой белесый и словно выцветший. Сама кожа существа была бледно серого цвета, а частично порванная одежда свидетельствовала о том, что когда-то он был человеком.

— Дежурный, говорит пять-пятьдесят-третий, — коснулся Гарри рации на груди. — У нас групповое убийство. Свяжитесь с криминалистами и пусть пришлют судмедэксперта.

— Приняла, пять-пятьдесят-третий, — ответил ему приятный женский голос.

— Как думаешь, что это вообще такое? — указал Гарри пистолетом на труп непонятной твари. — Прям Джиперс-Криперс какой-то.

Присевший перед телом монстра Алан, коснулся дулом автомата лица чудовища, приподняв верхнюю губу.

— Похоже на мутацию, — задумчиво пробормотал он.

Уже собираясь пошутить, Гарри резко оборвал себя и вскинул пистолет, а его напарник подорвался с места и навёл ствол в сторону скрикнувшего шкафа. Дверь обветшалой мебели медленно открылась, и из неё вышел худой лысый мужчина в кожаной куртке.

— Стоять на месте! — рявкнул Алан и приготовился демонстративно выстрелить в потолок, обозначив намерения.

Мужчина, а им являлся выживший бандит, не отреагировал на приказ и вытянул худую руку в сторону полицейского.

— П-по-мо-ги-те… — хриплым голосом прошептал он, еле переставляя ноги.

Из-за тусклого освещения полицейские не сразу заметили, что одежда мужчины была покрыта кровью и порвана в нескольких местах.

Крепко сжав челюсть, Алан медленно начал давить на спусковой крючок, собираясь пристрелить беднягу. Роль в этом играл не только происходящий вокруг хаос, но ещё и столовый нож, который бандит сжимал во второй руке.

Неожиданно для полицейских, мужчина взвыл от боли, упал на колени, выронив оружие, и схватился за грудь.

— П-пожалуйста… П-помогите… — шептал он без остановки.

Мигом уловил момент, Гарри резко подался вперёд, удерживая бандита на мушке, и достал наручники. Пока тот на коленях, его нужно вязать!

Вот только далее произошло то, что в дальнейшем сыграло свою роль в подписании рапорта об увольнении по собственному желанию. Неожиданно для полицейских, бандит закашлялся кровью и неистово закричал, после чего его худое тело начало раздуваться.

БАХ!

Поток крови и внутренностей ударил в полицейских, перепачкав форму и доведя их до ужаса. Многое они повидали за годы службы, но уж точно не такого. Единственное, что осталось от бандита, куски ног с ботинками, и порванная кожанка, разлетевшаяся на части.

— Пиздец… — проблеял Гарри, дрожавшой рукой коснувший щеки, после чего посмотрел на окровавленную ладонь. — Просто пиздец…

Алан с трудом удерживал подрагивающий автомат, продолжая целиться в то место, где ранее находился бандит. Его глаза были расширены, как у наркомана, сердце учащённо стучало, а лицо было бледным, как мел.

— Ч-что это за хрень была? — выдавил он из себя.

Гарри шокированным взглядом посмотрел на него, но не ответил, а дальше в рации прозвучал встревоженный голос дежурной.

— Всем постам, три… Нет, четыре вызова! Перестрелки в районе Гринвич с пятой по восьмую улицу!!!

Только спустя пару секунд до двух напарников дошло, что сейчас они находились как раз в этот районе, а те самые улицы были неподалёку…

* * *

— Господин, позволено ли мне спросить, — обратился ко мне Валекор. — Зачем всё это?

Я же спокойно сидел на крыше одного из домов ущербного района, который держала банда со смешным названием «Острые Козырьки». Любители кепок, которые промышляли всем, начиная от продажи алкашки, и заканчива проституцией.

— А ты ещё не понял? — не оборачиваясь, ответил я вопросом на вопрос.

— То, что я увидел, — взял он паузу. — Вы учитесь? Именно поэтому вы спросили у меня про ближайшую банду, решив, что их смерть не станет тяготить вашу совесть?

— Бинго, — кивнул я. — Пусть к простым людям я не испытываю любовь, но и убивать их без надобности не в моих правилах. С этими отбросами, что сейчас копошатся и пытаются понять, в чём дело, другая история. Их не жаль. Они опухоль этого мира.

— Должен признать, что я понимаю ваши мотивы, но не разделяю их, — вздохнул Валекор.

— Хватит уже душнить, — поморщился и указал большим пальцем за спину. — Успех уже есть, а значит скоро закончим.

План был до невозможности прост. Нужно было проверить слова Джона, чем я и занялся в данный момент. Гринвич считался самым ублюдским, грязным и криминальным районом столицы. Столько мрази на квадратный метр даже для меня стало удивительным открытием. Нас, хех… Нас с Валекором даже грабануть пытались. И не один раз! А уж когда мы начали облавы по бандитским притоном, в которых я не стал тяготиться моралью, то улицы превратились в жужжащий улей!

Создать Некурат. Одна только эта мысль в моей прошлой жизни могла стоить головы. Скажи я об этом графу Бертольду или же Валекору, который сейчас с кислой миной стоял за моей спиной, то меня бы минимум посадили под замок, а максимум — четвертовали. Подобное нарушало все писаные и неписаные законы ковена, а наглецов, сотворивших Некурат, нещадно истребляли.

Но мне нужно было это сделать. И не просто создать Некурат, а сделать так, чтобы обращение было отложенным. Чтобы человек, обращённый мною в чудовище, повиновался моей воли, но оставался в своём обличии до определенного момента. В общем… Мне нужна была ходячая бомба замедленного действия. И не одна бомба, а несколько десятков.

— Р-р-а-а… — раздался из тёмного угла крыши хриплый рык.

— Ко мне, — тихо прошептал я и похлопал по краю крыши, на котором сидел.

Из темноты вышло существо, которое Некуратом назвать по-сути нельзя. Скорее получеловек-полувампир. Частично оставшиеся чёрные длинные волосы на голове были свидетельством, что когда-то оно являлось женщиной. Об этом говорила и объёмная грудь, оставшаяся после обращения, а также даже чем-то милое лицо. Кто-то бы назвал меня натуральным уродом, раз я сотворил подобное с этой женщиной. Но так сделали бы только те, кто не знал, что эта самая женщина при мне продавала наркотики двум мальчишкам, которым не дашь больше пятнадцати. Поймали мы её на горячем, а дальше я взялся за эксперименты, не обращая внимания на мольбы. Как бы это не звучало, но я знал, как сотворить Некурат. Знал, что для этого нужно делать, но не ведал, какую дозу нужно дать. Вся суть заключалась в том, что для обращения кровь вампира должна попасть в рот того, кого обращают. Эдакий ритуал. С Некрат всё иначе. Я насильно закачивал свою кровь в тела бандитов, наркоторговцев, сутинёров и ублюдков, которых встречал в этом районе. Процесс прост до безобразия. На надрезанном указательном пальце появляется вытянутый коготь, которым ты протыкаешь грудную клетку и сердце жертвы. Кровь попадает прямо в сердце, а дальше начинаются изменения. Переборщишь и человек… Хм… Взорвётся. Дашь слишком мало и будет вот, как с вот этой женщиной. Не полная трансформация.

Кстати о ней, она подошла ко мне, покорно уселась на корточки, царапнув когтями покрытие крыши и, урча, начала ластиться.

— Хорошая девочка, — погладил я её по макушке, отчего она утробно замурчала.

Странно, но я и правда мог контролировать Некурат. Со скрипом, действуя в основном на инстинктах, но мог. Правда голова потихоньку начинала гудеть и чем больше я контролировал тварей, тем сильнее нарастал звон в ушах.

— Если позволите выразиться, господин, то я считаю это существо омерзительным, — сухо произнёс Валекор, на что Некурат резко посмотрела на него и угрожающе зарычала.

— Ну-ну, он не хотел тебя обидеть, — успокаивающе погладил я по её голове. — Правда в твоих словах есть, Валекор. И пусть то, что я делаю вызывает омерзение, но ответь сам себе. Если бы на кону стояла судьба твоего брата, тело которого, кстати, так и не доставили, хотя ты говорил, что уже занялся этим вопросом… Но да ладно… Если бы на кону стояла его жизнь, ты бы не прибегнул к любым способам? Не пошёл бы на крайние меры, чтобы спасти его?

Он ответил не сразу, но его тяжёлый вздох был красноречивей любых слов.

— Я понял вас, господин. И да, тело моего брата скоро привезут в особняк.

— Чудно, — кивнул я, продолжая гладить Некурат по голове, и тихо прошептал: — У меня осталось слишком мало времени…

Глава 26

Сидя на крыше, под открытым небом, я наблюдал за далёкими огнями города. Воротник моего чёрного плаща слегка колыхался от прохладного ветра, приносившего с собой звуки подъезжающих машин. Из-под крыши доносились мягкие звуки скрипки и звон стаканов. Голоса, то смеющиеся, то ведущие серьёзные разговоры. Настоящая атмосфера роскоши и праздности.

Я особо не вслушивался, а думал о своём. Быть вампиром, быть существом, плавающим между жизнью и смертью. Живой, но никогда не умирающий. Вечная жизнь. Но в чем её смысл, если даже за тысячи лет некоторые так и не находят то, что ищут? Бессмертие… звучит как благословение для смертных, но для меня — это нечто иное. Вечное существование без явного смысла. Смотря на звёзды, я ухмыльнулся: Сколько из них уже умерло, но их свет всё ещё достигает нашей планеты? Находятся ли они в таком же промежуточном состоянии, как я? Это состояние неопределённости, вечной погони за чем-то неосязаемым. Почему я чувствую, что замкнут в своём собственном времени, пленённый вечностью, которая беспокойно тянется передо мной. Быть обречённым на бесконечные поиски, бесконечные вопросы и размышления — это ведь не то, что представляют себе люди, думая о бессмертии.

Многие стремятся к вечной жизни, не понимая, что именно смерть усиливает остроту каждого прожитого момента, делая каждую ошибку, каждый выбор значимыми. Наполняет их смыслом. Когда у тебя нет конца жизни, то и нет смысла во всех решениях и прожитых годах. Всё это становится бессмысленным. Так может быть смерть — это истинное благословение? Дар?

Опираясь на каменные ограждения купола, я глубоко вздохнул. Согласно моей гипотезе о линии времени, рассказанной Джоном, мои дни скоро будут сочтены. Моё существование, как Райана Купера, подойдёт к концу. Странно, что это осознание не принесло мне страха. Возможно, потому что я прожил две жизни, видел множество вещей, испытал многие страсти и боли?

Как, интересно, я умру? От руки врага? От собственных ошибок? Или, возможно, судьба уже приготовила для меня какой-то другой путь? Может быть, это произойдет сегодня, здесь?

Девичья рука мягко легла мне на плечо, и я почувствовал её тепло. Нежный голос Артурии прервал мои размышления:

— Райан, что бы ни беспокоило тебя, расскажи мне. Я чувствую из тебя исходящую тоску. Это пугает меня.

Я медленно повернулся к ней и встретился с её взглядом.

— Просто задумался о будущем, — мягко ответил ей, утонув в её глубоких, заботливых глазах.

Неожиданно, она приблизилась и слегка прикоснулась губами к моим. Это было нечто большее, чем просто поцелуй.

Чувствуя тепло её губ, я ответил, мягко проведя рукой по её золотистым волосам. Артурия расстегнула свой чёрный плащ, не разрывая поцелуй. Моё дыхание участилось, когда она медленно освобождала меня от моих брюк. Её руки были тёплыми, и создавали ток желания там, куда они касались. Я не мог сдержаться и хмыкнул:

— Ты думаешь, это подходящий момент?

Она посмотрела на меня с блеском в глазах и улыбнулась своей скромной, но завораживающей улыбкой.

— Это наша последняя ночь в Орлеонтане, Райан, — прошептала она. — В самом сердце столицы. Под нашими ногами сейчас весь высший свет империи. Нет лучшего момента…

Её слова заставили меня улыбнуться. Она была права. Этот момент был нашим. Она приблизилась и поцеловала меня, и я ответил на её страсть с такой же силой. Артурия села на меня сверху, целуя с жадностью мою шею. Я провёл пальцами по её белоснежным ягодицам, задирая юбку. Тогда Артурия опустила руку вниз и, обхватив мой готовый, прошептала:

— Можно…? Господин…

— Да, — тихо ответил я.

Сидя на мне, она приподнялась, оттянула чёрные трусики в сторону и направила рукой мой член к своему взмокшему девственному цветку, а затем плавно и медленно присела. Она закусила нежно губы, пытаясь сдержать стон. В глазах проступили слёзы от чувств. А затем обняла меня и накрыла своими губами мои…

* * *

Великолепный зал дворца императора Орлеонтана был местом, где величие, власть и роскошь соединялись в одно целое. Массивные колонны, высеченные из кремового мрамора, поддерживали многогранные своды, усыпанные золотыми узорами и инкрустированными драгоценными камнями. Шикарные объёмные люстры из золота и кристалла свисали со свода, искрясь тысячами огоньков, освещая зал мягким светом.

Полы, выложенные из чёрного и белого мрамора, были вычищены до зеркального блеска и отражали сейчас изысканные туфли и ботинки приглашённых гостей. Звуки оркестра медленно распространялись по залу, создавая атмосферу праздника.

Высший свет Орлеонтана пришёл в полном блеске. Дамы в изысканных платьях, обвешанные бриллиантами и жемчугом, а как вели себя… породисто, с аристократичной грацией. Их наряды, мастерски сшитые, создавали иллюзию облаков, окутывающих их фигуры. Мужчины во фраках и блистательных мундирах, со знаками своего достоинства и величия, обменивались последними новостями, вежливыми усмешками и деликатными шутками.

В воздухе стоял аромат дорогих духов, смешанный с нотками свежести из цветов, размещённых в вазах по всему периметру зала. Разговоры, смех, лёгкая игра струн и деликатное клокотание вина в бокалах создавали атмосферу мероприятия высшего света.

— Мадам Делакруа, ваше платье просто великолепно. Это новый кутюрье?

— А вы слышали, граф Арикейн привёз новое вино из своих виноградников? Оно, как говорят, превосходит даже лучшие сорта из Шидара.

— Милорд Гаррисон, неужели ваша новая лошадь быстрейшая во всем Орлеонтане? Планируете участвовать в гонках этой осенью?

— Вы только посмотрите на леди Вивьен! Её тиара просто завораживает! Говорят, она приобрела её на последнем аукционе в столице.

— Мне так нравится сегодняшний состав оркестра. Их последняя композиция была просто божественной. Вы знаете, кто её написал?

Император Орлеонтана — Карл XVII, несмотря на свой высокий статус, выделялся среди гостей современным стилем. Белоснежный мундир с аксельбантами и гербом на груди, строгие чёрные брюки с идеальными стрелками. Классические туфли, отполированные до блеска. Его прямые тёмные волосы, слегка подстриженные с боков, ниспадали на лоб, создавая небрежный, но в то же время стильный образ. Кожа лица была гладкой и безупречной, на нём не было и следа старения, хотя его возраст оставался загадкой для многих. Глаза насыщенного зелёного цвета постоянно сканировали зал, словно искали что-то или кого-то особенного среди гостей.

Смотря на празднество, лицо императора оставалось невозмутимым.

Советник — высокий седовласый мужчина по имени Лорелай, немного наклонился к императору, сказав:

— Ваше Величество, граф Вальдемар из Восточных земель прибыл на праздник. Его присутствие не было ожидаемым. А мотивы остаются неясными.

Карл слегка приподнял бровь в знак внимания, но не уделил этому известию особого значения.

Его сын — принц Эдриан, который стоял рядом, слыша разговор, обратился к нему:

— Отец, позвольте отойти, я увидел нескольких старых знакомых, с которыми хотел бы побеседовать.

Император кивнул и взглянул на графа Вальдемара, пытаясь разгадать, что привело того на бал.

Мадам Антуанетта Брукс, любящая строгость, сегодня также была в праздничном одеянии. Узорчатое чёрное платье и изысканные украшения. С грацией она двигалась через зал, словно корабль в океане празднества. Её жемчужное колье великолепно оттеняло её бледную кожу. Пара пожилых мужчин с интересом скользнули по её полноватой фигуре. Для своего возраста старуха Антуанетта выглядела свежо и даже привлекательно. Дойдя до одинокого мужчины, стоявшим в отдалении с бокалом вина в руке, она остановилась рядом и обыденно произнесла:

— Саймон, — поднесла свой бокал с блистающим шампанским ко рту. — Почему такое угрюмое лицо? Мы же на балу. Пора бы уже оставить заботы за порогом этого великолепного зала.

Саймон Беркли, не меняя хмурого выражения лица, посмотрел ей прямо в глаза.

— Антуанетта, — сделал он глоток красного сухого. — Не каждый может так легко забывать о бурях внешнего мира, находясь в этом, — чуть не выплюнул он слова, — вихре праздности. Но пусть будет по-твоему, постараюсь не омрачнять атмосферу.

Антуанетта улыбнулась в ответ, а затем приблизилась к уху Беркли и прошептала:

— Что с мальчишкой? Нашли его?

Старик Беркли вздохнул, отведя взгляд от танцующих пар.

— Как будто в воду канул. В том особняке нет ни единой улики, как и следов его ухода.

Старуха, задумавшись, предположила:

— Может быть, он решил затаиться на месяц-другой? Чтобы притупить всеобщее внимание. А затем нанести удар?

Беркли нахмурился.

— Если это так, то вряд ли мы успеем организовать наш план к зимней церемонии. Этот мальчишка может подпортить все наши дела.

— Кстати, не видел Родгарда и Урлиха? — смотрела Антуанетта по сторонам, вглядываясь в лица присутствующих аристократов.

— Может, опаздывают?

— На званный бал императора? — приподняла с иронией бровь старуха.

Их разговор прервал Лорд Филипп — ведущий сегодняшнего мероприятия, что подошёл к микрофону и произнес:

— Дамы и господа! Пришло время для первого танца нашего бала. Прошу тех из вас, кто желает принять участие, выбрать себе пару и остаться на танцполе. Остальные же, милости просим отойти за черту и насладиться зрелищем в качестве зрителей. Ждем вашего изысканного исполнения на этой великолепной площадке!

Часть аристократов отошла за обозначенные линии, образовав вокруг танцпола квадрат наблюдателей. Оставшиеся пары стояли в ожидании.

Музыканты, расположившиеся на высокой сценической площадке, начали настраивать свои инструменты, создавая всеобщее предвкушение. И вот. Первые ноты зазвучали мягко и взлетели в воздух, словно нежные бабочки. С ними, пары начали движение, плавно и грациозно вливаясь в ритм вальса. Танцующие закружились, их движения стали частью музыкальной композиции. Юбки дам изысканно развевались, ловя свет люстр, партнёры вели их с уверенностью и лёгкостью. Весь зал погрузился в атмосферу гармонии, уносящую всех присутствующих в другой мир — мир элегантности, страсти, искусства.

Беркли и Антуанетта стояли рядом, их старческие глаза были прикованы к кружившим парам на танцполе. Среди всего этого великолепия и красоты, ощущение времени для стариков будто остановилось, словно весь мир замер, а они остались наедине друг с другом.

Саймон с некоторым трудом сглотнул и повернулся к Антуанетте. Взгляд его старых чёрствых глаз стал мягче, он явно любовался ей.

— Антуанетта, — произнёс он с некоторой неуверенностью, — Я никогда не говорил тебе… но. Я всегда чувствовал к тебе особенное притяжение, больше, чем просто дружба или уважение.

Старуха медленно посмотрела на него, её глаза блеснули удивлением и грустью.

— Саймон, — ответила она тихо, — Никогда бы не подумала, что услышу это от тебя. Но могу сказать, что всегда чувствовала то же самое.

В воздухе зала, насыщенном ароматами дорогих духов и звуками вальса, витала осязаемая напряжённость между Беркли и Антуанеттой. Глаза старика, мудрые от прожитых лет и видевшие не одну войну и подковёрную интригу, были полны грусти и раздумий. Сглотнув от волнения, он мягко произнес:

— Какие же мы, оказывается, старые глупцы.

Антуанетта смотрела на него, не моргая, затем ответила с сожалением в голосе:

— Согласна. Но, кажется, наше время ушло, Саймон. Ты ведь и сам это понимаешь.

Слегка кивнув, Беркли с тяжестью в голосе признался:

— Каждую ночь я сожалел об этом. И буду сожалеть до конца своих дней.

Старуха смотрела на него с глубокой теплотой и пониманием и грустно ответила:

— Как и я, Саймон… как и я.

Старики направили взгляд к центру зала, не находя больше слов. Там, в самом сердце танцпола, среди пар, молодой мужчина и женщина двигались в такт вальсу. Их глаза сияли от некого, только им ведомого, предвкушения. С каждым шагом, с каждым вращением, казалось, что между ними протекает невидимая энергия. Всё вокруг было лишь размытым фоном для этой пары. Они чего-то ждали. Будто всё происходящее вокруг для них было лишь фарсом. И вот, композиция вальса достигла пика исполнения. Тогда эта танцующая пара услышала шёпот. Долгожданный. Приказной. Такой желанный. Голос Райана, прозвучавший где-то высоко, на крыше дворца, заполнил их разум, а сказанное затмило рассудок. Всего три слова, но сколько в них было власти…

— Обратитесь, мои слуги.

Сказочный мир празднества аристократов, казалось, замер. Время словно замедлило свой ход. Женщина прервала танец, её глаза застыли в восторге, глубоко в них мелькнула искра безумия. Мужчина уткнулся лицом в её плечо. И началось. Треснул костюм, сорвалось платье. Спины и грудные клетки пары затрещали, вызвав всеобщее волнение среди гостей.

— Что с ними⁈

— Остановите музыку!

Тела пары начали деформироваться, переходя из человеческой формы в нечто другое, нечто ужасное. Дикое.

Зал, только что поглощённый музыкой и танцами, теперь охватило напряжение. Тут и там среди толпы падали на пол аристократы, обращаясь в ужасных серокожих существ. Животный рёв раздавался по всему залу.

Те, кто остались людьми, инстинктивно отступили, прячась за столами и статуями. Зал, что ещё секунду назад был окутан праздностью, теперь наполнился хаосом и ужасом.

— Боги, что это за чудовища⁈

— Господи…

— Защищайте императора! Все к трону!

— Держитесь вместе! Не подпускайте их близко!

Вспыхнула истерика. Монстры с огромными крыльями и острыми клыками набросились на людей. Началась жатва. Сбор душ и жизней. Прозвучали крики. Прозвучала боль. Неистовая, переполненная страхом и безумием. Казалось, Некурат разрывают плоть каждого, кого достигли. Однако они уничтожали определённые цели, ровно по списку Райана.

Шум платьев, стук обуви, звон разбитой посуды, крики ужаса смешивались с рёвом чудовищ. Люди, недавно грациозно кружившиеся в вальсе, теперь утопали в крови. Многие бросались к выходу, но громадные двери оказались закрытыми. Лязг замка отголоском прошёлся по всему залу, усиливая чувство отчаяния. Однако не только внутри дворца шла бойня — за стенами замка тоже происходило нечто неведомое: взрывы, звуки стрельбы и рокот донеслись до гостей, запертых в зале.

Глаза старухи Антуанетты были большими, перепуганными, она посмотрела на старика Саймона и трепещущим голосом прошептала:

— Это его рук дело… Он здесь…

В глазах Беркли мелькнуло нечто странное.

— Прости, Антуанетта, — сказал он, внезапно вонзив столовый нож ей в грудь. Затем медленно наклонился к её уху, и с дрожью в голосе прошептал: — Он нашёл меня… Поверь, это лучшее, что я могу сделать для тебя… Видела бы ты что стало с Родгардом и Улрихом…

Глаза старухи, полные непонимания и обиды, встретились с его.

— Будь ты проклят… Саймон…

Падение Антуанетты на пол резануло сердце старика, но он не мог позволить себе сдаться эмоциям. Один из Некурат стоял прямо перед ним, как надзиратель. Не дрогнув, Беркли встретил этот взгляд, жаждающий плоти, и, с силой, исходящей из глубины души, сказал:

— Я выполнил первую часть приказа, господин. Теперь позвольте завершить начатое.

Некурат медленно отошёл в сторону, предоставляя старику дорогу. И тот, расстегнув пиджак, направился по центральному коридору зала дворца, мимо происходящей бойни. Беркли шёл через весь этот хаос с уверенностью человека, который наперёд знает свою судьбу. Все чудовища, встречаясь с ним на пути, отступали, уступая ему дорогу. Он был словно неприкасаемый и неуязвимый. Его же взгляд, полный решимости, был направлен на императора Карла, у трона которого оборонялись гвардейцы.

— За императора!

— Не позволим этим тварям пройти!

— Удерживайте линию! Не отступать! Защитите его величество!

Советник пытался убедить Карла бежать:

— Ваше величество, нам нужно уйти отсюда! Здесь слишком опасно!

Император, сидящий на своём величественном троне, посмотрел на советника, понимая, что выбраться живым из этого хаоса и безумия уже не удастся. А потому он тихо сказал:

— Лорелай, спаси жизнь моего сына.

— Отец… — Эдриан не желал мириться с такой судьбой.

— Выполняй, — сухо произнёс император и с отцовской любовью произнёс. — Принц Орлеонтана должен жить.

Советник кивнул и, с силой схватив за плечо наследника, скрылся из зала. Карл же взглянул на старика, что явно выделялся среди толпы и направлялся к нему по длинной ковровой дорожке, словно пришедший без приглашения Ангел Смерти. Саймон Беркли. Естественно, он знал, кто это такой. Выходит, это его рук дело?

Один из гвардейцев решительно преградил путь старику Беркли, собираясь остановить его. Но тот, без малейшего сомнения, оголил свои острые клыки и, словно дикий зверь, укусил гвардейца за шею, откусив кусок плоти. С фонтаном крови из шеи гвардеец упал, а старик, вытерев рот, продолжил идти к трону. Тройка гвардейцев собирались броситься ему навстречу, однако Карл всё понимал. Понимал, что происходящее не остановить. По этой причине отдал приказ:

— Пропустите его.

— Ваше величество…

И вот, когда ужас и расправа царили вокруг, казалось, что время замедлило свой бег для двух фигур. Император и Беркли, стоявший перед троном. Они вглядывались друг в друга, на миг забыв о кровопролитии.

— Это конец, ваше величество, все ваши приближённые, целая фракция — уничтожены, — торжественно заявил Беркли, указав на зал, где Некурат расправлялись с лояльными императору аристократами.

Император поднял бровь:

— Если бы я только мог предположить, что твоё мелкое змеиное гнездо… Совет Кланов… будет способно на такое, — он с отвращением выплюнул эти слова, — Растоптал бы вас давным-давно.

Беркли нахмурился:

— Так ты знал о нас?

Усмехнувшись, император ответил:

— Естественно. Ты настолько наивен, Беркли, раз думал, что все члены совета преданы только тебе. Старый маразматик.

Злобный блеск появился в глазах старика.

— Тогда позволь уточнить, кто же тогда был предателем?

Император рассмеялся, его смех звучал, как гром среди криков и стонов.

— Все, Беркли, — сказал он с ухмылкой. — Трое членов совета водили тебя за нос, как последнего простака. Все твои потуги лишь забавляли меня.

Беркли ухмыльнулся, теперь открыто:

— Поэтому я и убил их, Карл.

Император нахмурился, не ожидав такого ответа.

— Видишь ли, кое-кто открыл мне глаза. А теперь… Пора закончить этот бал.

Беркли резко двинулся вперёд. Почти мгновенно гвардейцы, верные своему государю, преградили ему путь. Но даже в численном превосходстве, они не были готовы к жестокости и мощи старика. Оголив острые клыки, он быстро приблизился к первому из них, вонзив их в его шею. Кровь брызнула на пол. Раздался вопль. Затем умер следующий. Не помогали ни способности S-ранга, ни Покров, ни сверх крепкая броня. Один за другим, гвардейцы становились жертвами жаждущего крови старика.

Император, смеясь от истерики сквозь зубы, больше не в силах сохранять спокойствие, прокричал:

— Значит, ты перешёл на сторону аркадийцев⁈ Ничтожество! Ты — позор своего рода, Беркли!

Старик ответил, и его голос звучал уверенно и грозно:

— Видимо, ты не знаешь настоящую историю совета кланов. Род Беркли из южного королевства Асилара, колонии Орлеонтана. Мои предки поклялись отомстить вам. И эта месть наконец свершится!

С мощным рывком он сбросил монарха с трона, прижав его лицом к холодному мраморному полу, и прорычал:

— Не рыпайся.

В этот момент хаос и агония в зале на миг остановились, пока не наступила тишина. Все Некурат, как по команде, прекратили нападения и замерли в мёртвой стойке.

— Что происходит⁈

— Они остановились⁈

— Спасите! Моя рука!

Плач, крики, мольбы о помощи раздавались по всему залу, тогда пронзительный крик Беркли разразился, как гром:

— Кто хочет жить — закройте рты! Кто посмеет сказать хоть слово — умрёт!

Зал замер. Его слова слышал каждый, даже кто был в агонии. Однако, послушали не все. Одна из дрожащих аристократок, с ужасом в глазах, тихо прошептала:

— Помогите…

В следующий миг один из Некурат в ярости отрубил ей голову. Люди инстинктивно завизжали, но не открывая ртов. Страх сковал их, и дворец опять погрузился в молчание.

Стояла гнетущая атмосфера. Воздух был насыщен тяжёлым запахом крови, внутренностей и страха. Люди стояли, не двигаясь, словно статуи. Их лица были покрыты слоем бледности, глаза расширились от ужаса. Некоторые из них беззвучно плакали, слёзы струились по щекам, смешиваясь с каплями пота. Дыхание многих было тяжёлым и рваным, они пытались подавить страх, животный инстинкт бежать.

Так прошло десять минут. Долгие, бесконечные десять минут.

Всеобщая тишина была нарушена резким скрипом огромных дверей дворца. Они открывались медленно, нарочито затянуто, и каждый сантиметр расширяющегося прохода держал в напряжении сотни аристократов. Все устремили свой взор на вход, не понимая, кто войдёт во дворец. Двери широко распахнулись, и в мраке коридора показался стройный силуэт.

Темноволосый юноша в чёрных одеждах ступил через порог уверенной походкой. Каждый его шаг был взвешенным, уверенным, и отдавался эхом в бесконечной тишине, превращаясь в громоподобную поступь. Этот юноша, казалось, был воплощением чего-то ужасного и одновременно прекрасного. Он был красив, но какой же опасностью от него веяло. Медленно и уверенно он приблизился к трону.

Старик Беркли, стоя на колене и не поднимая головы, чувствовал его приближение и, когда темноволосый остановился рядом, тот произнёс с глубоким почтением в голосе:

— Ваш приказ выполнен, мой господин.

Старик теперь имел право называть его господином, так как исполнил задачу.

Император Орлеонтана, прижатый к холодному каменному полу и почти задыхаясь от тяжести руки Беркли на своей шее, едва мог разглядеть лицо Райана. Тот был спокойным и безразличным, словно был свидетелем не кровавой драмы, а простого повседневного зрелища.

Райан посмотрел на Карла у своих ног. Его глаза сверкнули кровавым светом.

— Ты допустил ошибку, напав на моих близких и мой дом, — прозвучали его слова, словно грозовое эхо, разрывающее тишину.

Все аристократы в зале не могли отвести взгляд от этой сцены.

Император с трудом поднял голову, и слабым голосом прошептал:

— Всё на благо империи…

Райан раздавил его голову ботинком.

Раздался всеобщий вздох. Императора Орлеонтана убили… так просто. Что за ужасная смерть.

Беркли, словно тень, мгновенно поднял корону и вручил её Райану.

— Господин, прошу. Уверен, она будет вам в пору.

Зал был окутан молчанием. Сотни аристократов, с притаённым дыханием, следили за каждым движением Райана. Он же держал в руке корону империи Орлеонтана. Сверкающую драгоценными камнями. Символ власти и могущества. Но внезапно для всех, юноша бросил корону на пол, словно выкинув ненужную игрушку, и произнёс:

— Тот, кто завладеет ей, станет новым императором.

После чего, с искренним равнодушием, уселся на трон, словно этот жест был ему совершенно безразличен.

Корона на полу мерцала, как сокровище, отражая весь блеск и величие. Аристократы ненароком обратили на неё свои взгляды. И, как ни странно, у многих в глазах отразилась голодная жажда власти. Внезапно один из них, преодолевая свои опасения, рванулся к короне, но другой аристократ, что оказался быстрее и решительнее, оттолкнул его, пытаясь сам завладеть желанным атрибутом власти.

— Корона моя!

— Как ты смеешь⁈

— Кто и достоин стать императором, так это я!

В следующую секунду зал заполнился шумом и криками. А затем… разразилась совсем иная битва. Некурат стояли в стороне, не вмешиваясь. Старик Беркли улыбался. Беррада же, сидя на троне и наблюдая за разразившейся в зале бойней, произнёс с презрением в голосе:

— Насколько жалкое зрелище. Но разве можно винить в этом людей? Может быть, это просто их сущность, внутренняя слабость. Мир, в котором мы живем, формирует нас. Он награждает агрессию, жажду власти, эгоизм. Люди лишь отражают те страхи и желания, которые мир в них внушил. Они таковы, потому что живут в мире несовершенства и конфликтов. Как думаешь, Беркли?

— Власть — лишь иллюзия, мимолётная и обманчивая, мой господин. Я полностью согласен с вами. Поступки людей исходят от мира, что поощряет ложь, предательства и убийства. Хорошим людям в нашем мире место лишь на дне социальной иерархии. Но мразь взберётся на самую вершину.

— Похоже на истину. — Райан поднялся с трона, понимая, что битва аристократов затянется, а наблюдать подобное скучно, как битву жуков. — Идём, пора забрать то, что важнее этого… Ничтожного представления.

Наградите автора лайком и донатом: https://author.today/work/281991

Content

Наёмник «S» ранга. Том 4

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26