Роман Прокофьев

Одиссей

Пролог. История народа Кел. Эпоха древ и кругов

Когда Вечность пожрала солнце и на руинах истерзанного войнами Раскола Единства воцарилась Тьма, многие пришли в отчаяние. Без животворящего света растения и животные, разумные и неразумные обитатели дайсон-сферы были обречены на вымирание. В те времена многие в поисках спасения ушли в скрытые Домены, другие пытались сохранить жизнь под куполами искусственных светил, иные модифицировали свои тела, чтобы выжить в вечной темноте, а некоторые закопались к самым костям Единства, заселив глубинные горизонты. Утвердивший свою власть Небесный Трон равнодушно сиял в небесах, большинству его обитателей не было дела до тех, кто остался вовне.

Но эпоха Тьмы была недолгой, хоть и успела погубить множество жизней. Вскоре, подобно древним маякам, загорелись новые источники света — то взошли первые Ростки Игг-Древ, величайшего создания Творящей.

Единые — высшая форма человеческого Восхождения и они не подобны ни друг другу, ни, тем более людям. У них разные обличья и разные пути. Но Творящая была наиболее близка смертным обитателям Единства, и часто она появлялась среди них, бродя неузнанной и делясь секретами. Как и остальные Единые, она выбрала свой путь и терпеливо вела им тех, кто поверил ее словам. Во времена Раскола Творящая удалилась от ужасов войны, надолго исчезла, отчаявшись примирить стороны конфликта и многие посчитали это предательством и трусостью, но оказалось, что она предвидела будущее.

Именно Творящая создала Игг-Древа, новый источник жизни в покрытом мраком мире, а ее последователи разнесли священные Семена по всему Единству. Объединившись с Искуснейшим и Наблюдателем, заручившись помощью многих Истинных, они создали новый мир, мир обитаемых Кругов, мудро восстановив устройство дайсон-сферы.

То было время новой зари, позже названное Эпохой Кругов. Разрушенное, пребывающее в отчаяние Единство вновь начало расцветать. Под защитным светом молодых Древ были созданы новые союзы, остатки Кел и их потомки, сохранившие часть древних знаний, превратились в новые Народы, и даже Истинные бродили среди них, вновь обучая пути Восхождения юные племена. Новый мир, мир Кругов Жизни был варварским и любопытным: разумные вновь находили города Народа Кел, заново познавая их чудеса, а Великие Древа росли, с каждым циклом отвоевывая у тьмы все больше обитаемого пространства.

Но во Тьме скрывалась новая великая опасность.

Говорили, что золотое воинство Вечности уничтожило Тварей Извне, проникших в Единство во времена Раскола. Однако иные из них успели проникнуть глубоко, соединить свою нематериальную сущность с плотью живых обитателей Единства, породив чудовищный гибрид — Червей.

Первые, истинные Черви долго таились во Тьме. Эти странные существа унаследовали от Тварей Извне злобный нечеловеческий разум и невероятную псионическую мощь. Мудрые, бессмертные, обладающие множеством форм истинные Черви росли всю жизнь, достигая чудовищных размеров. Много циклов они набирали божественную мощь в темных, недоступных местах Единства и горе тем несчастным, кого достигал их неодолимый Зов…

Главной целью Червей было пожирание всего, что могло увеличить личную мощь. Таково было их темное Восхождение. Подобно Тварям Извне, они поглощали память и способности своих жертв, становясь все могущественнее, но в этом же заключалась их слабость — они всегда стремились пожрать друг друга. Некоторые из них достигали невероятных размеров и были способны поглотить целый город. Они набрали такую силу, что стали исподволь подтачивать древние жилы Единства. К счастью, истинных Червей всегда было немного и их количество уменьшалось, хотя мощь каждой отдельной особи только росла. Когда-то Восходящие знали их поименно, складывая о каждом из древних Червей множество легенд…

Творящая сталкивалась с Тварями Извне и познала их суть. Она сделала светоносные Древа щитом и мечом от всего, несущего их волю. Такова был ее замысел. И спустя тысячи циклов разумным стала ясна ее мудрость.

Когда свет молодых Древ достиг первых укрытий Червей, потомки Тварей Извне поняли, что божественное игг-сияние рано или поздно зальет все Единство, уничтожив столь любимую ими вечную тьму.

Хоть и не сразу, но снова началась война, шаг за шагом ставшая страшным бедствием. Старые Черви вывели жуткое роевое воинство из своей крови, исказили Травы и Минералы, соблазнили и подчинили многих отчаявшихся разумных, обзаведясь множеством слуг, чтобы погасить Древа. И поначалу им это удавалось — множество Кругов было уничтожено пришельцами из Тьмы, прежде чем разумные осознали настоящий масштаб угрозы.

Единству снова угрожало полное уничтожение, но на этот раз — изнутри. Гибриды Червей бесконтрольно роились в темных землях, парализуя сообщение между Кругами. Уничтожение Гнезд, Ульев и бесчисленных волн низших тварей не давали результата, потому что причиной всему были настоящие хозяева — чудовищные древние Черви, неустанно грызущие кости Единства.

Были принесены новые Клятвы. Творящая и Искуснейший, Наблюдатели и Истинные, потомки Кел и младшие Народы вновь объединились для отражения угрозы.

Тогда и была объявлена Великая Охота…

Глава 1

Ваша Слава повышена на 1

Сообщение интерфейса Восхождения всплыло в третий раз за последние сутки. Видимо, чем больше расходился слух о моем триумфальном возвращении, тем выше поднимался цифровой эквивалент известности. Вернее, даже не известности. Честь? Авторитет? Близко, но не то. Слава скорее обозначает морально-этическую ценность разумного существа на лестнице Восхождения.

Сейчас у меня тридцать пять единиц этого таинственного показателя. Белый Дьявол сказал, что когда их станет пятьдесят, я получу Титул «хейр», что означает «признанный» и смогу разблокировать новые возможности этой странной системы. Какие именно и как они нам помогут? Как обычно, советник предпочел загадочно промолчать.

Я с досадой стукнул кулаком по ребристой белой стене. Встал с откидной койки, прошелся по отсеку — наверное, в тридцатый раз за сегодня. Уже успел его измерить — шесть на двенадцать шагов, обшарпанное глухое помещение без окон, с двумя койками друг над другом и наглухо прикрепленными к полу небольшому металлическому столу и двум стульям. От предыдущих обитателей на стенах остались лишь многочисленные выцарапанные надписи и рисунки — большей частью, не совсем приличные. Что ж, это можно понять, публика сюда попадала соответствующая…

Я, черт побери, в каталажке фригольда. Как деликатно выразилась Вероника Максвелл, «на карантине»!

Встреча была радостной. Йурр, Травинка, изумленные фригольдеры, даже Толя Грохот примчался с поста помять мои косточки, но закончилось все неожиданно — меня сначала отвели на осмотр в медком, а потом под благовидным предлогом быстренько поместили в «изолятор».

«Сигурд, мы очень рады, что вы вернулись. Но нужно убедиться, что с вами все в порядке. Есть правила безопасности, которые мы соблюдаем».

Вероника Максвелл приветливо улыбалась, но глаза у нее были ледяными. И вооруженные Восходящие из копья Майкла, невзначай маячившие за ее спиной молчаливо намекали, что отвертеться от проверки не получится.

Честно говоря, я ожидал нечто подобное. У земной колонии должна быть служба безопасности — во враждебном окружении иначе не выжить. Считавший погибшим молодой колонист вернулся неизвестно откуда на винтокрыле, притащил с собой изгоя из Народа Теней, да еще и выглядит крайне странно…

Да, изменение моей внешности явно вызвало вопросы — я покидал фригольд атлетичным, но суховатым юношей, а вернулся заматеревшим молодым волком. «Бронза» Тела, даже слабая, это далеко не «дерево». Я как будто даже подрос немного, раздался в плечах и груди, мышцы стали тугими канатами, перевитыми проволокой вен, а на животе бугрились рельефные кубики. Конечно, далеко еще до Мрака, Майкла или того же крепыша Динамита, но во мне появилась настоящая, мужская стать, которую дают только годы, опыт и пройденные испытания — и это, конечно, не могло остаться незамеченным.

Травинка удивленно ойкнула уже на медосмотре, хотя ее внимание больше привлекли свежие шрамы. Особенно до конца не заживший здоровенный след от ожога под солнечным сплетением, куда Коготь-как-Серебро приложил свою раскаленную руку. Других отметин тоже хватало — последние недели я провел чрезвычайно активно. Синяки, кровоподтеки, ссадины, ожоги от крови Червей… в момент трудностей организм мобилизуется, я не обращал на них особого внимания, но человек опытный читает следы на теле, как открытую книгу. Тем более — Восходящие, чья внимательность к деталям превосходит человеческую…

Да что там говорить, даже моя физиономия претерпела некоторые метаморфозы. В дороге я особо не следил, не до того было, но в камере имелось небольшое зеркало, в котором я тщательно осмотрел свое лицо — и очень удивился!

Прежний Сигурд куда-то уходил. Сквозь обострившийся рисунок скул, обветренные, утратившие пухлость губы, через новую упрямую складку между бровей словно ястребиным немигающим взором смотрел кто-то другой, совершенно иной, взрослый и решительный, и дело было даже не в удлинившихся, чуть взлохмаченных волосах и густой русой щетине, почти превратившейся в бородку. Словно кто-то обтачивал мою физиономию как глыбу мрамора, из глубины которой неумолимо проступали новые черты. Это одновременно пугало и привлекало — потому что мне пришлось по нраву то, что я видел. Новый Сигурд был иным… но он гораздо больше подходил этому миру.

— Тело — отражение души Восходящего, — сказал Белый Дьявол, — Оно слабее и оно будет еще долго меняться ювейн. Пока ты не станешь тем, кем должен…

В общем, меня поместили в изолятор. Очень волновала судьба несчастной, ничего не помнящей Юки — ее появление вызвало едва не больший интерес, чем мое, однако девушку взяли в оборот еще быстрее. Я не удивился, если бы обнаружил ее в соседней камере. Но вариантов, по сути, было немного — не устраивать же мятеж прямо с порога? Я не собирался открывать свою суть Восходящего, а без этого не имело смысла бросать вызов заведенному порядку.

Одно было отлично — накормили нормальной едой и отвели в очиститель. Горячая вода — чудеснейшее изобретение человечества. Выглядел и, главное, пах я соответствующе и было настоящим кайфом привести себя в порядок после долгого путешествия. Правда, попутно забрали все личные вещи и даже криптор, взамен выдав единственный чистый комбинезон — под тем же предлогом дезинфекции и проверки безопасности. Зная об уровнях доступа проекта «Космо», теперь я не сомневался, что они обязательно заглянут в пространственное хранилище.

Ну и пусть смотрят. Все, что могло вызвать подозрения, давно находится в Руне. И, честно говоря, пользоваться ей даже удобнее, чем земным девайсом.

Первым, почти сразу же, меня навестил Майкл.

Раньше я не общался с ним — разные уровни, громадный афро был эрлом, знаменосцем фригольда, правой рукой Вероники. Майкл координировал действия боевых копий и пользовался огромным авторитетом среди колонистов. Громадный, как тауро, он вошел в мою камеру, слегка пригибаясь, чтобы не задеть дверную притолоку и я вновь поразился физической мощи этого человека. Настоящий великан! Пожалуй, габаритами с ним мог посоперничать только Толя Грохот, но там силушка природная, а у Майкла — явно приобретенная с помощью Рун. Еще не серебро, но Восходящий явно был очень близок к нему. Неужели я тоже могу стать таким или природная основа играет главную роль? Наверняка и до Восхождения афро был здоровенным мужиком.

Майкл, недовольно хмурясь (честно говоря, я вообще не видел, чтобы он улыбался), кивнул мне, присел на жалобно застонавший стул напротив. Затем сделал странное — активировал на себе какую-то Руну и почти минуту молча обшаривал взглядом камеру, будто сканируя каждый ее уголок. Затем, словно удовлетворившись осмотром, посмотрел на меня и пробасил:

— Можем говорить, Сигурд.

— Когда меня выпустят? — поинтересовался я первым делом.

— После небольшой проверки. Мы тут многое видели — людей, превращенных в Руны и людей, которым Руной придавали чужой облик, людей под контролем Рун и просто всяких шпионов, — пробасил Майкл доброжелательно, — Нам нужно убедиться, что ты — это действительно ты, а не, скажем, метаморф в твоей шкуре. Так что — рассказывай. Все. Во всех подробностях.

Ну что ж, я рассказал. Легенда была готова давно, и, честно говоря, героического в ней было немного. Наверное, оно и к лучшему — простой земной парень никак не смог бы пройти моим путем без способностей Восходящего и помощи Белого Дьявола.

Во время нападения Червей упал в трещину, ударился, потерял сознание. Очнулся где-то далеко, в незнакомом каньоне, рядом с погибшим от ран имаго. Парализующий яд, видимо, нейтрализовал амулет Травинки. Сколько времени прошло — неизвестно, куда меня утащили — тоже, вокс потерян, связи не было. Затем — бродил по каньонам, хотел выбраться на поверхность, спасался от Червей, пытался найти своих, но никого не обнаружил. Зато меня нашла группа изгоев…

Говорят, скромность украшает. Мне пришлось скрыть свои подвиги, представив все так, что изгои, во главе которых стоял Раздавленный Клык, взяли меня в плен и повели с собой вглубь Расколотых Земель — к таинственному Столпу Наблюдателя.

Майкл подробно расспросил меня об изгоях, особенно — о землянине по имени Дуглас Кирк. Как я понял, этот человек был хорошо ему знаком. Он был изгнан из фригольда несколько лет назад, успев попортить немало крови. Отлично — это придало правдоподобности моему рассказу.

Затем, у подножия Столпа мы попали в засаду племени Теней во главе с Восходящим Когтем-как-Серебро. Они перебили изгоев, а меня и Юки взяли как добычу, приведя в свое поселение. Далее даже не пришлось ничего не придумывать, описывая пребывание и пытки в септе Небесных Когтей. Единственное, я упомянул, что Юки полностью лишилась памяти после допроса, который проводила Видящая с помощью Рун. Видеть и знать, как именно и почему это произошло, я не мог, поэтому лишь пожимал плечами в ответ на расспросы знаменосца.

Ну а потом… еще проще. Узнав от Шона Макдональда, что я пилот, теневики снарядили экспедицию и открыли Портал, чтобы забрать винтокрыл и использовать его (с моей помощью), в своих целях. Но возле самой Пасти отряд попал в засаду невидимой растительной твари. Пока воины Теней дрались, мы с Юки ухитрились сбежать, Шону же повезло меньше… Мы добрались до винтокрыла и я быстро поднял его в воздух.

И вот, после всех злоключений, я здесь.

Конечно, в моей полуправде имелось множество неувязок. Например, почему теневики вернули мне снаряжение и криптор, в том числе хазак Лэндо и амулет Травинки, зачем в состав экспедиции включили потерявшую память Юки и многое другое, и меня имелись логичные объяснения, однако они не пригодились. Майкл слушал, пощипывал седые пряди в своей широкой бороде, задавал уточняющие вопросы — совсем не те, которых я ожидал, и неизвестно было, что варилось в его большом лысом котелке. Афро был немолод, провел в Единстве много лет и совсем не казался наивным простачком. Однако, если у него и возникли подозрения, Майкл ничем их не выдал. В завершение беседы он лишь хмыкнул:

— Выходит, тебя едва не сделали трэлем, сначала изгои, а потом Когти? Слыхал я истории и более фантастические…

— Выходит, так.

— Ладно, врешь ты или нет, посмотрит Вероника, — Майкл нахмурился, в упор глядя на меня, — Мне интересно другое… После возвращения рейда, в котором ты пропал, ко мне обратился твой командир Динамит. Он рассказал о вашем конфликте с младшим Кассиди…

Значит, Динамит все-таки решился поговорить со знаменосцем. Оно и понятно — если я считался погибшим, терять ему было уже нечего, руководство фригольда должно узнать о зреющем заговоре и предателе среди Восходящих! И Динамит доверял Майклу, но что именно он рассказал ему? Насколько я могу быть откровенен?

— Можешь говорить спокойно, Сигурд, — пробасил знаменосец, словно почуяв мои сомнения, — Динамит рассказал мне все. О твоих подозрений насчет ваала тоже. И еще… ты не можешь знать, но в вашем рейде погибло четыре человека, считая тебя. В том числе один Восходящий. Динамит считает, что люди Кассиди намеренно проспали нападение на лагерь…

— Скорее всего, так и было, сэр, — решился я. — В тот момент я был на посту, обходил периметр, а их слухач сидел в центре. Меня столкнул в трещину кто-то невидимый в самом начале нападения. И это был не Червь!

— Ты уверен? — грозно нахмурился Майкл, — Человек-невидимка?

— Абсолютно уверен. Невидимка или под Руной, я не знаю. Мне зажали рот, вырвали оружие, подтащили к краю и сбросили вниз. Меня хотели убить…

— Одно к одному, — мрачно произнес Майкл, вновь обведя камеру странным сканирующим взглядом, — Сигурд, большая просьба, не болтай об этом никому. Здесь чисто, но в других местах могут быть чужие глаза и уши, даже если кажется, что рядом никого нет. Я сам доложу риксу…

На этом наш разговор закончился, а мое заключение — нет.

С другой стороны, небольшая передышка была весьма кстати, потому что позволяла подкопить немного Звездной Крови. Я прилетел во фригольд с несчастными тридцатью каплями, потому что сил копить и ждать на «всякий случай» уже не оставалось, а тайм-аут дал восстановить еще десять, что позволяло несколько раз активировать серебряный Гипнотизм. Теоретически он должен был защитить меня на допросе от ментального давления рикса, но как оно повернется на самом деле — бог его знает…

Кроме того, я собрался с мыслями и еще раз проанализировал свои Навыки. Последний апгрейд Атрибутов открыл два совершенно новых — «Визуальное Исчисление» (Мышление) и «Концентрацию» (Предвиденье). Оба бронза, оба изначально с нулевым развитием, однако буквально за сутки «Исчисление» само поднялось до 2/10, что было неудивительно, учитывая его описание:

Визуальное Исчисление (бронза, 2/10) — позволяет визуально определять положение объектов в многомерных пространствах для верного расчета движения, траекторий, координат, а также для тактического анализа.

Ведущий Атрибут — Мышление.

Странное название предложила система — я бы обозначил этот навык как «верный глазомер», «глаз-алмаз» или нечто в таком же духе. Для любого пилота — просто необходимая, родная штука — умение верно ориентироваться в пространстве, «чувствовать» землю и точно вписать свой птичку в складки местности. Ничего удивительного, что мне дали именно такой Навык — и наверняка он очень быстро самостоятельно вырастет. Если, конечно, я продолжу летать на винтокрыле…

«Концентрация» же имела нулевой ранг и совсем иное предназначение:

«Концентрация» (бронза, 0/10) — навык фокусироваться, мысленно выделяя объекты внимания. Определяет скорость контроля окружающего пространства, эффективно усиливает большинство физических, ментальных и духовных атрибутов.

Ведущий Атрибут — Предвидение.

Странно, что Навык относился к ветке Духа, а не Разума. Описание тоже было мутным, однако голос провел небольшой ликбез, из которого я уяснил, что Концентрация — крайне важная и очень полезная способность, которую обязательно нужно развивать. Если я правильно понял, она влияла практически на все — от скорости манипуляции рунным интерфейсом до возможности заметить неуловимое движение более быстрого противника. Универсальное, многогранное усиление, особенно если научится им правильно владеть…

Мой список Навыков значительно расширился и выглядел теперь так:

Восходящий (бронза)

Стиль Железа (бронза, 0/10)

Аутотренинг (дерево, 8/10)

Суперслух (бронза, 0/10)

Рунное Мастерство (серебро, 0/10)

Любовное Искусство (дерево, 7/10)

Осознанный Сон (бронза, 1/10)

Универсальный Пилот (бронза, 3/10)

Резильентность (бронза, 0/10)

Ментальная чувствительность (бронза, 1/10)

Продвинутое Знание Единого Языка (бронза, 0/10)

Контроль Звездной Крови (бронза, 2/10)

Амбидекстрия (бронза, 0/10)

Рунная Артефакция (бронза, 1/10)

Знание Языка Кел (бронза, 0/10)

Контроль Звездной Крови (бронза, 2/10)

Концентрация (бронза, 0/10)

Визуальное Исчисление (бронза, 2/10)

Токсичная Иммунность (дерево, 0/10)

Навыки можно было разделить на две группы — родные, открытые с Атрибутами и приобретенные со «стороны». Странное дело, но некоторые развивались сами собой — как «Аутотренинг», медленно росший от медитаций или «Жизнестойкость», незаметно превратившаяся в непроизносимую «Резильентность». Порадовал «Универсальный Пилот», за короткий перелет до фригольда выросший аж до трех бронзовых звезд, но общий принцип развития Навыков, кажется, я уяснил. Родные, пробужденные при повышении Атрибутов охотно поднимались, как только система фиксировала нужный уровень владения ими — грубо говоря, тело «вспоминало», как управлять винтокрылом, а вот с «чужими» все обстояло иначе — они требовали конкретных усилий или вложения Рун. Причем в моем случае — по большей части бронзовых, которые уже достаточно сложно достать, ибо добыть бронзовую тварь — та еще работенка…

Ладно, посмотрим, что будет дальше. До ночи больше никто меня не побеспокоил, словно позволяя отдохнуть перед решительным испытанием. Заснул я на удивление легко и спал как ребенок.

А рано утром меня под конвоем двух вооруженных Восходящих из копья Майкла, проводили в крыло жилмодуля, где располагались лаборатории земных ученых и вежливо показали на дверь со странной надписью «А-монитор».

Внутри отсека — оборудование, похожее на медицинскую технику. Нечто вроде барокамеры со стеклянной полусферой на пьедестале в центре, а сверху, над ней — странная параболическая конструкция с нацеленным вниз штырем. Ничего подобного, несмотря на «Знание Земной Техники», я прежде не видел и мог только гадать о назначении этой штуковины. Вчера в медкоме я уже прошел дежурное обследование: рост, вес, давление, пульс, реакция, а также сдал пробу крови, прядь волос и кусочек ногтя на анализ. Но, вероятно, этого было недостаточно…

За консолями управления стоял старый знакомый — Матиас, он же Восходящий Минос, а помогала ему Анни Ри. Они приветливо заулыбались мне. Пока ученые настраивали свою аппаратуру, мне пришлось еще раз в подробностях пересказать историю своих приключений в Расколотых Землях и Тенях. Миноса интересовало все, в особенности Руны и Предметы, которые использовали Восходящие, а Анни тщательно расспрашивала о всех встреченных существах. После чего мне было предложено раздеться и лечь в стеклянную трубу барокамеры в центре. На вопрос, что это такое, Минос спокойно объяснил:

— Не волнуйся, это А-монитор. Мы сделаем несколько снимков в азур-диапазоне, чтобы посмотреть твой энергетический контур. Это не больно, ты вообще ничего не почувствуешь…

— А зачем это нужно? — я насторожился от незнакомых терминов.

— Ну, эта штука нечто вроде Азур-детектора в твоем браслете. Только более продвинутая. Один из немногих приборов, умеющих засекать А-энергию.

— А-энергию? — переспросил я, вспомнив синий огонек на экране криптора изредка вспыхивающий в разных местах. Минос в нашей первой беседе упоминал А-энергию и какие-то А-технологии, однако в подробности не вдавался, и для меня все это осталось набором непонятных слов.

— Да, А-энергию, ее еще называют Азур, — терпеливо пояснил Восходящий, — Как бы объяснить попроще… В общем, А-энергия, это как бы строительный материал вселенной, исходник, пронизывающий все сущее. На Земле мы только начали ее изучать, а вот Народ Кел овладел в совершенстве манипуляциями с ее структурой. Звездная Кровь создана на основе А-энергии, все Руны, Скрижали, Предметы — суть есть ее упорядоченные формы…

— А ко мне это какое имеет отношения?

— Люди не могут абсорбировать Звездную Кровь в ее обычной форме. Однако, когда она меняет, скажем так, «агрегатное состояние», — Минос поморщился от неточности термина, — как бы вновь превращаясь в неупорядоченную А-энергию, то это становится некоторым образом возможно. Например, Азур может попасть в организм человека вместе с пищей из мяса измененных существ, Травами, содержащими Звездную Кровь, растертыми Минералами, при воздействии некоторых Рун и Реликтов… А-монитор определит твой энергетический потенциал.

Меня пронзило очень нехорошее предчувствие. Это устройство могло показать наличие А-энергии, а значит — Звездной Крови в моем организме. Что, если по каким-то признакам Минос догадается, что я тайный Восходящий?!

— Не тревожься, ювейн! — зазвучал в голове голос Белого Дьявола, — Ваши примитивные механизмы не увидят Скрижаль и Руны. Он увидит, что в тебе есть Звездная Кровь, и поймет, что ты становишься диким Восходящим без гвоздя… Но разве не этого мы хотим?

— Чего ты ждешь, Сигурд? — спросил Минос, видя мои колебания, — Что-то не так?

Я молча залез внутрь прозрачного саркофага. Будь что будет… мои телесные изменения уже зафиксировали, хоть деликатно не подают вида, наша легенда должна сработать…

Скрининг действительно оказался безболезненным, хоть и неприятным. Наверху без предупреждения сверкнула ярчайшая ярко-синяя вспышка, на мгновение ослепившая меня. Перед глазами плавали радужные круги, а саркофаг со мной внутри пришел в движения, разворачиваясь таким образом, чтобы шпиль наверху смог «сфотографировать» мое тело с множества разных ракурсов. Видимо, все снимки составлялись в общую проекцию, которая должна была расставить все точки.

После двух десятков ослепительных вспышек мне разрешили вылезти из аппарата. Самое интересное, что Анни вышла из отсека, оставив внутри только Миноса, а у меня внезапно восстановилось две капли Звездной Крови. Выходило, эта штука косвенно разгоняла регенерацию и не была такой уж безвредной, как говорил Восходящий?

Ученый выглядел озадаченным. По характерным жестам я понял, что он листает видимые только ему экраны дополненной реальности, явно просматривая мои результаты. И они его… удивляют?

— Скажи, Сигурд, с тобой происходит что-то необычное? — вдруг спросил он напрямую, — Я имею в виду, с твоим организмом. Ничего странного не было? Ну там, например, вдруг прыгать стал на три метра в высоту… или костер взглядом разжигать? Сны странные не сняться, голоса наяву не чудятся?

— Есть немного. Я… как будто стал намного сильнее, — осторожно, подбирая каждое слово, ответил я, — И мышцы… очень быстро растут. Но ведь так не должно быть, Матиас?

— Так действует А-энергия, — озабоченно пробормотал Восходящий, — Она быстро изменяет структуру тканей. Я, честно говоря, первый раз вижу такой азур-слепок, центральное средоточие уже сформировано, даже видны зачатки каналов… Слушай, точно ничего необычного не замечал?

— Так, Матиас, — я пустил в голос немного холода, — Будьте добры объяснить, что, черт побери, со мной происходит?

— Ты где-то очень неплохо хлебнул Азур, Сигурд… Главное, не волнуйся, у тебя нет явных физиологических мутаций, просто произошло резкое укрепление организма, — успокаивающе поднял ладони Восходящий, — Ничего страшного, все Восходящие через это проходят. Разница в том, что у нас есть стигмат, который позволяет управлять изменениями, а у тебя его нет, поэтому процесс невозможно контролировать.

— И… что мне теперь делать?

— Повторяю, без паники. Пока я не вижу ничего страшного, — ответил Минос, — Ты молодой, здоровый парень, организм развивается по верному пути. Единственное, что тебе сейчас грозит — пробуждение аномальных способностей и, возможно, отсутствие контроля над ними… Это проблема, да. Решение есть, однако принимать его в одиночку я не могу.

— А кто может?

— Руководство фригольда, — удивленно ответил Минос, — Слушай, давай еще раз… Пожалуйста, тщательно вспомни, чем ты питался, что пил, где был, какими способами на тебя воздействовали, это может быть важно…

Я знал, что мне придется рассказать историю еще много раз и выучил ее назубок, смешав вымышленные обстоятельства с реальными подробностями. Наиболее вероятным местом получения Звездной Крови (по совету Белого Дьявола), был аванпост Наблюдателя, поэтому я сконцентрировался на описании необычных ощущений в его окрестностях, а также упомянул травяные пилюли, которыми нас кормил Раздавленный Клык — чтобы измученные пленники не отставали от неутомимого Восходящего. Врать Миносу, явно симпатизирующему мне, было противно, однако я собрал волю в кулак и еще раз рассказал о странных Травах и неизвестных Рунах, которые применяли Восходящие Народа Теней. Обычный человек не мог знать, что именно с ним случилось — вот и вернувшийся Сигурд не знал, подбрасывая ученому лишь намеки… Белый Дьявол был уверен, что история полностью правдоподобна — потому что никто из землян в точности не знал, что творится у аванпостов Наблюдателя.

После обследования на А-мониторе меня не освободили. Пришлось провести в «изоляторе» остаток дня и еще одну ночь. А на следующее утро — наконец-то, меня соизволила принять рикс фригольда, Вероника Максвелл.

Интерлюдия. Фригольд

Ежедневный утренний брифинг закончился. Получив задания, главы копий и руководители хозяйственных звеньев цепочкой потянулись наружу. Динамит задержался, не спеша уходить.

— Что с моим человеком, мэм? — спросил он угрюмо, — Когда его отпустят?

Вероника Максвелл откинулась на спинку своего сиденья, раздраженно помассировала пальцами веки. Посмотрела направо — на застывшего черной глыбой Майкла, налево — на дышащую ледяной красотой Говорящую-с-Травами. Динамит молча ждал ответа, напряженный и прищуренный, со злыми огоньками в глазах. Из коридора доносились громкие голоса.

— Не волнуйтесь, с ним все в порядке, — вздохнула рикс, — Мы как раз сейчас собирались обсудить этот вопрос… Идите, Дмитрий, я свяжусь с вами позже. Матиас, а вы останьтесь…

У руководителя колонии в ином мире множество забот — от обеспечения насущных потребностей населения и распределения ограниченных ресурсов до разрешения споров, судебных и военных вопросов. Много проблем, много факторов, много обстоятельств, и все нужно учитывать. Подобно дирижеру, он должен постоянно нажимать множество невидимых кнопок, чтобы мелодия жизни не превратилась в какофонию войны.

Веронику Максвелл многие недолюбливали — по разным причинам. Но все, кто ее хорошо знал, прекрасно понимали, что она талантливейший организатор. Эксперт-колонист, младший координатор проекта «Космо», Вероника отлично разбиралась в людях. Соблюдая баланс интересов, она находила каждому место, наиболее подходящее его талантам. Она не стеснялась делегировать полномочия тем, кто разбирался в тех или иных вопросах лучше, оставаясь при этом очень жестким руководителем. Поставив задачу, строго отслеживала ее выполнение, а при необходимости безжалостно наказывала виновных. Во времена Винсента Кассиди Вероника была его вторым знаменосцем и взяла на себя все административные функции, быстро став незаменимой опорой земной колонии.

Однако рикс — это не только талантливый администратор. Это законотворец, правитель и судья в одном лице, наиболее достойный из всех Восходящих фригольда. Нужно быть очень сильной личностью, дабы держать в узде коммуну из нескольких тысяч людей и надо иметь немало Славы, чтобы амбициозные Восходящие выполняли именно твои приказы. Пока ее харизмы хватало, но будущее ощущалась как черная туча, потому что уже набирало силу молодое, рожденное в Единстве поколение, внутри колонии роились странные настроения, а конституция, разработанная на основе земных законов, все больше становилась формальностью, заменяемая сводом неписаных правил…

— Вы свободны, Дмитрий! — слегка повысив тон, повторила она, потому что Динамит не спешил уходить.

— Я хотел сказать, что люди уже волнуются! — с нажимом произнес Восходящий, — Мэм, простите, но на каком основании Сигурда третий день мурыжат в каталажке?

— На таком, что он должен пройти проверку службой безопасности. Она почти закончена. Я же сказала, что сейчас мы все решим, — роняя слова, процедила Вероника, — Дмитрий, были случаи, когда мои решения были несправедливыми?

— При всем уважении — были, мэм! — отчеканил Динамит. Майкл раздосадовано крякнул, но командир копья продолжил:

— Прошу прислушаться к людям, мэм. И отнестись к нашему товарищу так, как он того заслуживает!

— Хорошо, я все учту, обещаю, — спокойно кивнула Вероника, — Можете быть уверены. Успокойте своих людей. Особенно Горохова, его даже отсюда слышно…

Когда Динамит вышел, она спросила:

— Люди действительно волнуются?

— Ну а ты как думаешь? — усмехнулся Трейв Уитли, — Парень поднял шум на весь фригольд, вернулся как герой, притащил нам винтокрыл и спасенную девчонку, а мы его сразу заперли в изолятор и никого даже словом перекинуться не пускаем. Ясное дело, что возникают вопросы…

— Понятно. Итак, насчет нашего Сигурда… — Вероника задумчиво побарабанила пальцами, взглянула на Майкла, — Я посмотрела запись и прочитала твой отчет. Но интересует твое личное мнение. Что ты скажешь?

— Ну, история фантастическая, — прогудел знаменосец, — Повезло там, повезло тут… Парень, конечно, где-то привирает, что-то недоговаривает… но в целом он действительно как-то выжил, побывал в Землях Теней и выбрался оттуда. В жизни порой такие чудеса случаются, что диву даешься. В целом я считаю, что он чист…

— Нет! — резко возразила Говорящая-с-Травами, — Он не мог выбраться сам! Это ложь! Ему кто-то помог… Освободил и отправил к нам, вместе с этой девчонкой…

— Ты осмотрела ее? — спросила Вероника.

— Да. Она изгой, это правда. Предательница своей септы, трэль, сменившая трех хозяев, — Говорящая-с-Травами презрительно изогнула губы, — Она из Серых Шипов, но не их крови, найденыш. Я прочла это по узорам на теле. И ее лишили памяти, причем совсем недавно! Зачем? Что такого могла знать трэль, что на нее потратили Руну?

— Да, она ничего не помнит, — задумчиво кивнула Вероника, — Даже свое имя. Хорошо постарались… Последнее воспоминание — как проснулась в винтокрыле. Меня тоже это настораживает. Думаешь, ее к нам специально заслали? Но кто? Тени? Септа Небесных Когтей? С какой целью?

— Не знаю. Но она не должна быть здесь, а он не должен выжить, — холодно процедила фламиника, — Кто-то в Тенях сделал так, чтобы они вернулись. Но не они сами. Я чую здесь чужую, сильную волю…

— Тогда получается, что теневики просто так взяли и подарили нам винтокрыл! — покачала головой Вероника. — Нет, тут что-то не сходится. Думаю, аппарат Сигурд угнал самостоятельно. Люди Теней не хотели отдавать нам «Грифон» даже за выкуп. Сколько раз мы с ними встречались, два?

— Три, — кивнул Майкл, — Да, я согласен. Если бы нас хотели обмануть и прислать шпиона, то придумали чего-нибудь попроще и правдоподобней. А так, история слишком странная, чтобы быть неправдой…

— Хорошо, ваше мнение я поняла, — кивнула Вероника, — Минос, каковы результаты твоих исследований?

— Ну, во-первых, мы обследовали его вещи, — сказал Восходящий, — Отчет ты видела… комбинезон весь в дырках, также на нем, не считая ихора Червей, обнаружена кровь четырех разных групп. Одна — его собственная, две других по галогруппам можно отнести к Народу Теней, четвертая же — очень странная. Она похожа на человеческую, но там тройная цепочка ДНК и крайне необычный состав. Я затрудняюсь сказать, какому существу оно принадлежит, в наших базах нет аналогов… Гипотетично: Руна-Существо неизвестной нам природы?

— А что говорит сам Сигурд?

— Он не знает. Впрочем, в его истории есть несколько временных лакун. Потеря сознания во время нападения Червей, потеря сознания возле базы Наблюдателя, потеря сознания в плену у Народа Тени. Вполне возможно, что он действительно не знает.

— Так, понятно. А что показало сканирование на твоем аппарате?

— О, результаты очень любопытные, — Минос движением пальцем переслал ей файлы, — Могу сказать одно, он не Руна, не зеркальная кукла, не одержимый фантомным духом, не метаморф. Посторонних сущностей, аномальных органов, симбионтов, выраженных А-печатей или внешних управляющих каналов тоже не обнаружено. Это человек, это наш Сигурд, но его неплохо так накачали А-энергией. Посмотри сама на снимки…

— Так, — произнесла Вероника чуть дрогнувшим голосом, — Значит, все-таки А-измененный? Насколько далеко все зашло?

— Судя по концентрации А-энергии, он где-то в промежутке «сильное дерево-слабая бронза», — сказал Минос, — В общем-то, даже физическое развитие соответствует, хоть у нас и нет эталона. Причем, что интересно, развитие идет по лекалу Восхождения, без отклонений. Я думаю, причина в телесном здоровье и врожденном зачатке средоточия, такое встречается где-то у десяти процентов колонистов. Аномальные способности он отрицает, но я бы, конечно, еще понаблюдал… При таком четком средоточии и выраженным каналам у Восходящих обычно не меньше десятка Навыков…

— Где и как это могло произойти?

— У меня опять нет конкретного ответа. Сигурд говорит, что поглощал измененную материю в виде пищи и пилюль, но она не могла дать такой результат. Если принять его рассказ за основу, то нечто подобное случилось возле Столпа Наблюдателя. Тот Восходящий ведь наверняка выполнял задание, суть которого нам неизвестна, и зачем-то взял с собой пленников. У нас есть неподтвержденная информация от Альфы, что продвинутые механоиды Наблюдателя используют оцифрованную матрицу человеческого сознания для изготовления управляющих ядер… Мы ни черта ни знаем об экзо-технологиях альфа-разумов, кроме того, что они используют А-энергию. И еще, с меньшей вероятностью, он мог быть изменен позднее, в септе Теней. Но к чему Небесным Когтям тратить на землянина Руны и Кровь?

— Так! А это что такое? — Вероника перелистнула невидимый файл, — Что за странные отметки?

— Похоже на остаточные следы действия Рун. На нем их применяли, совсем недавно и неоднократно. Сигурд говорил, что его пытали с помощью Рун… В докладе есть подробное описание манипуляций.

— Понятно. У тебя еще что-то есть?

— Да. В винтокрыле обнаружили вот это, — Минос положил на стол перед Вероникой прозрачный пакет, в котором виднелся кусок черной засохшей плети с огромными колючками, напоминающими скрюченные пальцы, — Органическое происхождение, похоже, что какая-то Трава… Осторожно, оно содержит очень сильный токсин. В наших каталогах не нашли…

— Мне! — произнесла Говорящая-с-Травами, протягивая руку. Пакет, воспарив, медленно переместился к ней, закружился в воздухе, демонстрируя страшноватое содержимое.

— Это черная Трава, — прошипела Восходящая, — Очень, очень опасная! Я ее знаю… Таится во Тьме, растет на больших могилах, оживляет мертвецов… Плохая Трава, злая! Есть места, где она опутывает все, туда нельзя ходить людям…

— Сигурд говорил, что сходное по описанию существо устроило на засаду неподалеку от винтокрыла, — произнесла Вероника, — Оно отвлекло Народ Теней и позволило пленникам сбежать. Такое возможно?

— Да, — неохотно признала Говорящая-с-Травами, — Кукольник имя этой Травы на вашем языке. Может поймать и убить даже Восходящего. Бронза опасна для группы, серебро способно пожрать целый отряд. Но я не слышала, чтобы она росла в Землях Теней. Ей нужна пища! Трупы, много трупов… Иногда ее сажают в определенных местах и тайно подкармливают, чтобы охранять скрытое… Это очередная ложь, чтобы запутать нас…

— Вот это ложь? — усмехнулась Вероника, посмотрев на засохший трофей, — Больше похоже на вещественное доказательство. Матиас, у тебя все?

— Да. Только хочу добавить, что пока азур-мутации Сигурда в пределах нормы. Но, возможно, процесс еще не закончился, и его организм будет продолжать меняться, — сказал Минос, — Не только тело, вероятно, что и разум. И дух. Нами толком не изучено, как действует А-энергия на обычных людей без стигмата. Но если вы помните, что случилось с Айши, то ситуация угрожающая. Он пока не дикий Восходящий, но…

— Может свихнуться, если рога или копыта вдруг вырастут, — пробасил Майкл.

— И Наблюдатель даст нам задание уничтожить его, если изменения станут представлять угрозу для окружающих, — кивнула Вероника. — Это мы уже проходили. Есть какой-то выход?

— Конечно. Пока все не зашло слишком далеко, нужно дать ему стигмат. Если парень станет Восходящим, он возьмет изменения своего организма под контроль и далее будет развиваться как стандартный Восходящий. Я предполагаю, кстати, что его ранг изначально будет выше, чем у обычных неофитов, — чуть улыбнулся Минос, — Эффект высокой базы, понимаете?

— Интересно, интересно, — прищурилась Вероника, — Значит, ты считаешь, что гвоздь поможет ему направить изменения в нужное русло?

— Мы никогда такого не делали, но предполагаю, что да, — ответил Минос, — Для науки это интереснейший эксперимент, а для Сигурда — единственная возможность нормального существования. Я полагаю, что мы должны дать парню шанс.

— И еще один момент, Вероника, — неожиданно заговорил Трейв Уитли, — Он притащил винтокрыл и он наш единственный пилот. Очень ценный актив! Сама понимаешь, как расширяются наши возможности с воздушным транспортом! Пилот с сертификатом нам просто необходим. Мы уже составили список…

Он переглянулся с Майклом и знаменосец решительно кивнул, слегка приложив громадным кулаком по дрогнувшей столешнице.

— У нас сейчас есть три гвоздя на обмен и еще два-три мы сможем купить на тинге, — задумчиво произнесла Вероника, — Да, это хороший вариант. Динамит уже рекомендовал парня как кандидата от своего копья. Винтокрыл зачтем как подвиг, людям это понравится.

— Справедливо, ведь один гвоздь Сигурд сдал сам, — напомнил Минос, — Вот он и заберет его.

— Вы думаете, что диким Восходящим не вставляли стигматы? — фыркнула Говорящая-с-Травами, — Многие Народы кормят своих детей мясом сильных зверей и носят в особые места, чтобы они выросли могучими Восходящими! В этом нет тайны, и я сама делала так. Но вы, безумцы, хотите дать гвоздь орудию чужой воли? Вырастить чужого зверя на погибель своего Народа? Вместо тех верных, достойных, что годами ждут их? Вместо молодых воинов, что рождены здесь и познали законы Единства? Да вы сошли с ума! Он не прожил здесь даже смены небесного знака!

— До тинга еще есть время, чтобы проверить его окончательно, — медленно проговорила Вероника, — А в этом сезоне у нас больше гвоздей, чем обычно. Никто не останется обиженным.

— Потому что больше потерь, — буркнул Майкл, — Гвоздь Гая возьмет его дочь Келли, это решено, мы давно условились об этом. Гвоздь Али — Беркут, без вариантов. Есть еще три места, а если Око будет щедрым на Монеты — то четыре. Я тоже за то, чтобы дать Звездному Флоту гвоздь. Парень нам нужен.

— Та-Кто-Закон рассудит, — произнесла Говорящая-с-Травами. Она скрестила руки на груди и обвела взглядом всех присутствующих, — Только предупреждаю: я не потерплю, если он продолжит преследовать мою дочь!

— Преследовать? — усмехнулся Трейв, — Мне показалось, что она была очень рада его возвращению.

— Она моя дочь! — холодно проговорила Говорящая-с-Травами, — Моя кровь и кровь моего мужа. Мне решать, как она будет жить.

— Я никогда не лезу в семейные дела, — сказала Вероника, — Но… Да, Травинка твоя дочь. Но она уже совершеннолетняя и вполне разумная девушка. И она живет в нашем фригольде, по законам нашего Народа. А у нас не принято принуждать свободного человека… в таком деле. Она может решать сама, с кем ей быть.

— Что могут решить юные и глупые? Что у них в голове? — на татуированном лице Говорящая-с-Травами появилась улыбка, от которой пробирала дрожь, — Вы знаете сами… Потребности Народа важнее, чем человеческие желания. Решают старшие, а младшие выполняют.

— Насколько я знаю, Сигурд и Травинка уже обменялись дарами, — осторожно кашлянул Минос, — Насколько я знаю, у ваших Народов это означает, что…

— Нет, я не позволю! — Восходящая резко встала, мгновенно став опасной, как лезвие клинка, — Моей дочери предначертана другая судьба!

— Со своими детьми ты вольна разбираться сама. Но хватит запугивать людей, — Вероника Максвелл цедила слова медленно и сухо, — Ты переходишь всякие границы! Я предупреждаю тебя, что если снова узнаю, что из-за твоей дочери Сигурду, или другому колонисту пытались причинить вред… словом или делом, Руной или Травами, я не буду долго искать виноватых!

— И что ты сделаешь? Изгонишь меня… рикс?! — ответила фламиника, издевательски выделив последнее слово, — Моих детей и моих людей тоже? Из дома, созданного нашими руками, в который тебя саму когда-то пригласили, как доброго гостя? О, Творящая, если бы это слышал мой муж…

Она повернулась, резким движением накинула капюшон и вышла, не дождавшись ответа.

— Итак, резюмируя, что у нас в сухом остатке? — произнесла Вероника, никак не отреагировав на демарш Говорящей-с-Травами, — История мутная, с нестыковками и белыми пятнами, но по крайней мере ее часть — правда. Дуглас Кирк, черная Трава, Шон Макдональд… Наш фригольдер вернулся измененным, поглотив немало Звездной Крови, но мы не знаем, как и где это произошло. Он точно побывал у Народа Теней и притащил с собой девчонку, которой предварительно зачистили память. Я ничего не упустила?

— Нет.

— Что ж, последнее слово за мной, — Вероника Максвелл с хрустом размяла пальцы, — Я посмотрю, что скрывает наш герой, и решу, чего он достоин — гвоздя или посоха. Приведите сюда Сигурда!

Глава 2

Пришли за мной утром — примерно через час после того, как прозвучал зуммер подъема: обычно в это время копья, получившие оперативные задания, уже отбывали из фригольда. Апгрейд Чуткого Уха оказался отнюдь не лишним, я различал шелест автодверей и шорох шагов, свидетельствующий о приближении конвоиров еще на подходе. Переборки жилмодуля обладали отличными звукопоглощающими свойствами, но для бронзового Суперслуха они не стали проблемой — я понял, что идут, и идут именно за мной.

Так и вышло.

Сопровождали меня всегда двое. Оба Восходящие из копья Майкла, но чаще я их видел в личной свите Вероники. Одни из тех людей, что обеспечивали внутреннюю безопасность фригольда. Я знал, что мужчина — Джейкоб, имя же светловолосой, стриженой под мальчика женщины — не выяснил, только позывной в Восхождении. «Фьюри». Ей совершенно не походило, потому что Фьюри за все время не произнесла ни слова, казалась замкнутой и холодной, как ледышка.

— Собирайся, Звездный Флот, — усмехнулся Джейкоб, — Тебя вызывают.

— Куда? — поинтересовался я, лениво вставая с койки.

— К риксу.

Нет ничего хуже, чем ждать. Нахлынуло неожиданное облегчение — наконец-то! Я ожидал этого вызова. Вероника Максвелл должна была лично допросить подозрительного возвращенца. У нее имелась Аура Доверия и, по словам Динамита, бронзовый Гипнотизм. С действием Ауры я сталкивался на первом «собеседовании», а Руну Гипнотизма недавно заполучил сам, и, в принципе, уже понимал, как работает эта способность. Ментальное усиление, с помощью которого можно влиять на сознание, заставляя выполнять твою волю, причем приказ говорить правду — далеко не самая опасная грань. В сочетании с Аурой Доверия вообще убойная штука. Солгать или скрыть что-нибудь вряд ли возможно… если ты сам не обладаешь более высоким по рангу, серебряным Гипнотизмом. Белый Дьявол был уверен, что под ним Вероника не пробьет нас, но имелся небольшой нюанс — Руну требовалось скрытно активировать.

Причем сделать это нужно было непосредственно перед допросом, ибо время действия — всего тридцать минут. Я не рисковал производить какие-то манипуляции с Рунами и Скрижалью в изоляторе, ибо наверняка находился под круглосуточным наблюдением. В присутствии других Восходящих это тоже было исключено, поэтому срочно требовалось выкручиваться.

Джейкоб и Фьюри явно повели меня в приемную лидеров фригольда — логично, Вероника заседала там большую часть времени. Маршрут был знакомым и я нарочито замешкался, когда мы проходили мимо очистителя.

— Что такое, Сигурд? — пробурчал Джейкоб.

— Надо бы зайти, командир, — я остановился, кивнул в сторону двери, характерно переступил с ноги на ногу, — Очень надо, понимаешь… Я быстро…

— Приперло, когда страшно? — хохотнул конвоир, — Давай, иди.

Отлично. Я вошел в очиститель, влетел в кабинку, включил поляризационное ограждение и максимально быстро выбрал на Скрижали нужную Руну. 38/418! Хотя действие пилюль, ускоряющих регенерацию Звездной Крови, закончилась сутки назад, удалось накопить почти полсотни капель, из которых сейчас ушло двенадцать. В зеркале на мгновение вспыхнули серебряные искры Звездной Крови в отражении моих зрачков, подтвердив, что решение скрытно активировать Руну было абсолютно правильным.

— Используй Истинный Взор, — прошелестел голос в голове, — Поверь, он не будет лишним…

Советы Белого Дьявола бывали жизненно важны, поэтому я послушно активировал вторую серебряную Руну. 26/418, мир вокруг слегка расплылся, и вновь обрел четкость, словно волшебное зрение настраивалось на правильный фокус. Изменение восприятия дали о себе знать, как только я покинул очиститель: оба ожидающих конвоира неожиданно расцветились аурами Предметов и эффектов Рун, невидимых обычным зрением.

Идя за ними и исподволь рассматривая, я обнаружил, что Джейкоб носит рунный нож, очень похожий на хазак, в скрытом кармане под анатомической кирасой «Варриора», а его глаза излучают слабое голубоватое сияние. У Фьюри вообще высвечивалось много Предметов, один из которых был вмонтирован в приклад укороченного «Суворова», а еще несколько светились заостренными цилиндрами в примкнутом магазине. Особые патроны, примерно каждый пятый? Кроме того, левая рука женщины тоже скрывала сюрприз — я не мог разобрать точно, но конечность оказалась бионической, под кожей предплечья таился смертоносный имплантат, напоминающий сложенный несколько раз зазубренный коготь. Почему он светился, подобно Предмету, я не понимал, однако было ясно — Восходящие не так просты, как кажутся, подготовлены и неплохо снаряжены. А Руна Истинного Взора, значит, позволяет видеть все, содержащее Звездную Кровь, причем одежда, доспехи или металл магазина не является преградой…

— Не только Предметы, — вновь напомнил о себе голос, — То, что скрыто от обычных глаз, и Печати, и Знаки, и следы Рун, и существ, которые невидимы в обычном мире…

Мы пришли. Джейкоб и Фьюри остались у входа, а Вероника ждала меня внутри, и она была одна, что навевало на мысль о полной конфиденциальности беседы. Значит, скорее всего, мы будем говорить не только обо мне, но и о Мраке и его планах. Ну что ж… давно пора расставить все точки.

Вероника Максвелл, как всегда, выглядела великолепно. Тщательно продуманный хаос рыжих кудрей, губы цвета розового персика, неброский, но эффектный макияж. Возможно, именно апгрейды Тела сохранили ее внешность — все Восходящие, которых я до сих пор видел, имели прекрасную физическую форму. Звездная Кровь играла голубоватыми искрами в зеленых глазах, лучилась в заостренном кристалле-Предмете на груди под золотым комбинезоном, алой аурой горела вокруг странного перстня на указательном пальце. Красивая женщина, но я ощущал себя так, словно захожу в клетку с голодной акулой.

Нет, Серебряная Восходящая была гораздо опаснее акулы. Не Майкл, не Минос, именно Вероника принимает окончательные решения, и от нашего разговора в прямом смысле зависит моя жизнь и благополучие…

— Доброе утро, Сигурд, — ослепительно улыбнулась она, — Присаживайтесь, пожалуйста. Как вы? Как ваше настроение?

— Не очень хорошее, мэм, — честно ответил я, — Хотелось бы поскорее закончить с карантином и вернутся к людям. Меня в чем-то подозревают?

— Таковы правила, мы обязаны тщательно проверять всех. А ваша история вызвала несколько вопросов, — проворковала Вероника, — Поэтому я и хочу лично побеседовать с вами… Куда вы смотрите, Сигурд?

Я уставился на ее раскрытую Скрижаль. Серебро — она отливала светлым, а не темным металлом, как у бронзовых Восходящих. И Рун в ней было много — три огромных круга заполнены на три четверти затейливыми значками. Вероника задумчиво водила пальцем в пустоте, выбирая один из трех выведенных наружу глифов.

— На вашу руку, мэм, — усмехнулся я, — Вы ведь собираетесь допросить меня с помощью Руны, верно?

— Верно, — не стала отпираться Вероника, — Поняли по жесту?

— Так точно, мэм. Насмотрелся. Меня уже допрашивали… и пытали таким способом.

— Сожалею, что вам пришлось через это пройти, — брови Вероники чуть сдвинулись, обозначая мечевидную складку на переносице, — В Единстве много дерьма, это совсем не наша старая Земля. Впрочем, вы и сами уже это поняли… Не волнуйтесь, я не собираюсь вас мучить. Но Руны применить придется, ведь я отвечаю за всех людей фригольда и должна убедиться, что вы говорите правду.

С ее пальчика соскользнула первая Руна, взорвавшись изумрудным сияющим пузырем. Он образовал пространство в пространстве, за пределами которого очертания предметов слегка расплылись, а звуки сменились мертвой тишиной. Мы с Вероникой здесь были только вдвоем, полностью отрезанные от внешнего мира призрачной, но вполне осязаемой границей.

— Сфера Тишины, — оповестил меня голос в голове, — Руна для тайных переговоров: никто не сможет подслушать вас…

Что ж, в мире, где есть способности вроде Чуткого Уха (и наверняка имеются более мощные), следовало ожидать подобных предосторожностей. Я не подал виду, что заметил изменения, а Вероника тем временем активировала вторую Руну, и ей, кажется, стала Аура Доверия.

— Я ничего не скрываю, мэм, — ответил я, — Что конкретно вас интересует?

Рикс, свободно откинувшись в кресле, снова улыбнулась мне. Я вдруг ощутил огромную симпатию к этой усталой женщине, положившей свою жизнь на алтарь человеческого блага. Она ведь действительно старается спасти людей, сберечь их жизни, выслушать и помочь каждому по мере возможностей… во чтобы превратился фригольд, не будь Вероники Максвелл? Рыжеволосая женщина вдруг показалась доброй и справедливой учительницей, которая выслушает и все поймет, любящей матерью, которой можно доверить любую тайну…

Да, именно так и работала Аура Доверия. Я поплыл почти мгновенно, совершенно непроизвольно поддаваясь внушению, и удержался лишь благодаря знанию, чего ожидать от Вероники. И еще, возможно, помогли новые Атрибуты в Разуме и Духе, а также навык Ментальной Чувствительности, который мгновенно определил чужое вмешательство.

— Расскажите мне вашу историю еще раз, Сигурд, — попросила Вероника мягко, — Можно кратко. В целом мне все понятно, но некоторые нюансы нужно прояснить…

На кончике пальца рикса задрожала новая Руна. Гипнотизм — я узнал глиф, лишь по цвету отличный от того, что хранился в моей Скрижали. Она наконец-то выбрала, я видел только сосредоточенное лицо Вероники — и вдруг почувствовал, что теряю ощущение реальности, проваливаюсь в ее пристальный, змеиный взгляд.

— Всего лишь бронзовый Гипнотизм, — сказал голос спокойно, — Ничего страшного, мы не уступим жалкому серебру с парой звезд в Ментальности! Я здесь, ювейн. Я помогу, если нужно…

Но лучше, если ты справишься сам. Это прозвучало между строк. Чего я добиваюсь? Нужно, чтобы Вероника убедилась, что моя история — правда, а значит, необходимо отвечать максимально близко к реальным событиям, делая вид, что она полностью контролирует допрос…

Постаравшись расслабится, я поплыл по волнам убаюкивающего транса, в который пыталась меня погрузить Восходящая. Странное состояние — ты как будто и в сознании, и одновременно спишь, с удивлением слыша свой монотонный голос со стороны.

Веронику не интересовало мое выживание в каньонах Расколотых Земель. Ее вопросы сначала касались подробностей случившегося возле аванпоста Наблюдателя. Тут мне не пришлось лгать — я честно поведал, как поднялся к самым вратам Сияющего Столпа, услышал странный звук и увидел экзо-стражей, а затем нас ослепила голубая вспышка, после которой все потеряли сознание и пришли в себя через несколько часов.

Она спрашивала, я отвечал. Некоторые вопросы повторялись, в разных формулировках. Врать было очень нелегко. Каждый раз приходилось будто всплывать из сонной глубины, вспоминая подробности заученной легенды. Гипнотизм работал, я очень хотел рассказать Веронике все, все правду, в том числе про Белого Дьявола — ведь это правильно, она поймет, поможет, сознание само находило тысячу доводов, почему я должен рассказать правду. То, что казалось немыслимым несколько минут назад, под Гипнотизмом превратилось в абсолютно логичное и единственно верное.

Правда. Только правда. Ничего кроме правды.

Меня спасала тонкая ниточка осознанности, в нужный момент разрывающая узы чужой воли. Я понимал, что происходит, знал, что ощущение — наведенное, сопротивлялся изо всех сил и Белый Дьявол стоял совсем рядом, как будто подпирая своим каменным плечом. Обратной стороной транса стало общее ментальное поле с Вероникой, и, благодаря Навыку «Ментальной Чувствительности» я эмпатически ощущал ее напор, ее недовольство, ее подозрительность, когда я начинал запинаться, выбиваясь из ритма монотонных вопросов-ответов. И отчасти благодаря этому получалось пройти по краю…

Еще Восходящую очень интересовали обстоятельства моего пребывания в плену у Народа Теней. Особенно — пытки и допросы, которым меня подвергали, воздействие Рун, а также, очень сильно, финальные договоренности с Видящей-сквозь-Тьму. Она выспрашивала каждую деталь, вцепившись в меня, как бульдог! Мы вступили на очень опасную территорию, потому что я не мог добавить в правду щепотку лжи, легенда была придумана с нуля и рассчитана на полное неведение землян о том, что могло произойти со мной в плену. И, надо отдать должное Веронике, она быстро определила слабое место и начала целенаправленно бить в него, безжалостно разрывая логические звенья моей истории.

— Как получилось, что тебе вернули все снаряжение?

— Я… поставил такое условие. Они хотели пилота. Я хотел назад свои вещи.

— И они вернули даже бронзовый Предмет? — усмехнулась Вероника.

— Он был дорог мне, как дары. Как подарок Травинки… Я рассказал Теням его историю и они… отдали мне амулет.

— Хорошо, допустим, — на лице Вероники не дрогнул ни один мускул, но благодаря нашей ментальной связи я понял, что прокололся — она не поверила мне. — Ты говорил, что Видящая-сквозь-Тьму лишила памяти Юки. Зачем она это сделала? Какой в этом смысл? Что такого знала эта Юки, что потребовалось стирать ее воспоминания?

— Я не знаю, мэм. Я знаю только, что ее много пытали. И знаю, что она утратила память…

— Хорошо, следующий вопрос. Зачем девушку-трэля, только что лишенную памяти, взяли в поход за винтокрылом?

— Не могу знать. Но Юки не представляла для Народа Теней ценности. Ее использовали… как средство разминирования… на опасных участках пути.

— Ты согласился сотрудничать с Народом Теней. Они завербовали тебя и приказали вернуться в наш фригольд?

— Никак нет, мэм. Я сбежал и выбрался сам…

Она мне не верила! Белый Дьявол беспокойно шевельнулся внутри, подавая тревожный сигнал. Боковое зрение уловило движение — один из пилонов над потолком, которые я всегда считал деталью интерьера, бесшумно раскрылся, выпуская многоствольную роботизированную турель. Я покрылся липким потом, узнав эту штуку: контрабордажный импульсный «Трезубец», способен во мгновение ока превратить отряд штурмовиков в груды дымящегося мяса. И маркер прицела сейчас мигает где-то в районе моего виска…

Вероника сверлила меня глазами. Она ощутила слабину и усилила напор.

— Отвечай, Сигурд! — приказала она, — От кого ты получаешь приказы? Ментал взял тебя под контроль? Каковы твои задачи? Какова функция Юки? Говори правду!

— Используй свой Гипнотизм, немедленно! — проговорил голос, — Иначе она поймет, что ты лжешь!

Я поймал взгляд Вероники и пространство между нами начало пульсировать от напряжения. В самом прямом смысле — от скрещенных взглядов исходили призрачные голубые волны, визуально видимые Истинные Взором. Рикс прервалась, словно наткнулась на каменную стену, а я транслировал свой посыл голосом, разумом, взглядом. Голос контролировал процесс и помогал мне, как поправляют ученика, выправляя неверную стойку, но основную работу делал я сам. Сам!

Я никем не завербован. Я не получал никаких приказов. Никто не взял меня под контроль.

— Я говорю правду, мэм.

— Ты говоришь правду, — завороженно повторила она, не отводя взгляда, — Хорошо, Сигурд…

— Слабое серебро, — с оттенком презрения прошептал голос, а я понял, что случилось. Мой Гипнотизм оказался сильнее, я (с помощью Белого Дьявола) только что убедил рикса в своей правдивости, причем Вероника, кажется, даже не поняла, что проиграла поединок. Или почувствовала что-то странное? Я не знал.

Ощущение ментального напряжения резко оборвалось. Турель исчезла так же бесшумно, как и появилась, и стало ясно, что самое страшное позади. Свободно откинувшись в кресле, рикс со вздохом начала массировать веки. На несколько мгновений в обострившихся чертах, проступивших морщинах, чуть подрагивающих пальцах проявился ее возраст — о, Вероника Максвелл явно разменяла шестой десяток…

— Однако вы крепкий орешек, Сигурд, — пробормотала она, — Давно я так не уставала… Ладно, вы меня убедили. Извините за напор, по-другому было нельзя. Вы в норме?

— Да, мэм, — подтвердил я, ощущая приятный звон в голове. — Только голова немного кружится…

— Думаю, не стоит вас больше мучить. Но есть еще кое-что, о чем я хотела бы поговорить… Просто поговорить.

— Догадываюсь, мэм, — кивнул я.

— Я узнала от Майкла о ваших проблемах с Марком Кассиди, — сказала Вероника, — Можете говорить свободно, Сигурд, мы под Руной Тишины. Я хотела бы получить подтверждение от вас лично. Расскажите, что вы слышали и видели. С самого начала.

Майкл доложил ей то, что стало ему известно от Динамита. Значит — практически все! Смысла в сохранении тайны больше не было, возможно даже, что с Марком и его шайкой уже разобрались — я же не знал, что произошло во фригольде за время моего отсутствия. Майкл говорил, что у Динамита был какой-то конфликт из-за моей пропажи, хотя, вероятнее всего, зачинщиком стал не сам командир, а Толя Грохот…

Ну что ж… Чувствуя себя ныряльщиком, прыгающим с края пропасти в бушующее, кишащее акулами море, я заново поведал о схватке на переправе. По просьбе Вероники дословно воспроизвел диалог Марка и Свирели. О Клятве и ваале, о своих подозрениях. Рассказал о предупреждении Марка и о драке в очистителе, и о Травинке тоже пришлось рассказать — хотя наши отношения с девушкой уже не были секретом. А потом — о финальном аккорде нашего противостояния, о том, как меня пытались убить, сбросив в пропасть на поживу Червям…

— Почему вы не рассказали этого раньше, Сигурд? — задала вопрос Вероника, — Ведь у вас была возможность.

— Я не был до конца уверен, что не ошибаюсь, — честно ответил я, — И не был уверен, что вы примите… справедливое решение.

— Понятно! — глаза рикса на мгновение вспыхнули гневом, но она тут же взяла себя в руки, — Вы с кем-то, кроме Динамита, делились этими сведениями, Сигурд? Это очень важно!

— Нет, мэм, — коротко ответил я.

— И вы никому не говорили о своих догадках? — настаивала Вероника, — Друзьям… девушке? Кто еще знает?

— Никто, мэм. Я же понимаю, что это очень опасная информация.

— Получается, что Марк Кассиди тоже не знает, что вы подозреваете его в нарушении Клятвы, — произнесла Вероника, — Он преследует вас только из-за сестры, правильно, Сигурд?

— Да, мэм. Других вариантов у меня нет. Мрак угрожал, что убьет меня, если я не оставлю Травинку в покое. Я не согласился. Дальнейшее вы уже знаете…

— Как раз это меня совершенно не удивляет, — медленно произнесла Вероника, — Благодарю за то что рассказали, хотя сделать это, конечно, нужно было раньше. У меня к вам огромная просьба — даже не просьба, а приказ! Я приказываю вам, Сигурд, временно забыть и молчать об этом. До моего особого распоряжения ни при каких обстоятельствах никому не давать даже малейшего намека. От того, насколько крепко вы умеете держать рот на замке, напрямую зависит ваша жизнь. Вам ясен приказ, Сигурд?

— Да, ясен, мэм, — кивнул я, пытаясь прийти в себя, — Но что вы предпримете? Марк опасен, он уже один раз едва не прикончил меня, и он не остановится!

— Я разберусь, — ледяным тоном произнесла Вероника, — Даже не сомневайтесь, что виновные понесут наказание. Но будет лучше, если вы послушаете меня. У нас сложная ситуация, Сигурд. Неприятная и опасная. Я уверена, что вы говорите правду, но не могу прямо сейчас обвинить Марка Кассиди, потому что прямых доказательств нет. Ваше слово против его, понимаете? Тут нужно действовать тоньше, аккуратнее.

— Мэм, но ведь вы можете под Руной допросить его бандитов, ту же Свирель, например. Доказательства можно найти!

— И что она может знать? — фыркнула Вероника, — Пешка, мелкая сошка. Кассиди не дурак и наверняка не рассказал ей ничего важного. Если я начну без причин трясти его бандитов, то только спугну крупную дичь… Извините, Сигурд, но вы знаете слишком мало, чтобы советовать мне. Можно сказать, видите лишь надводную часть айсберга. Не беспокойтесь, вопрос важный для фригольда, я предупреждена и приму соответствующие меры. Очень рассчитываю на вас, но пока лучше не привлекать внимания. Со своей стороны обещаю, что обеспечу вашу безопасность…

Я вздохнул. Динамит был прав, когда предупреждал меня! Вероника осторожничала — она не собиралась рубить головы, принимать срочные меры, изгонять Марка или хотя бы устроить над ним суд. И я уже догадывался, по какой причине. Рикс боится спугнуть заговорщиков, ведь если она бросит карты на стол, то они будут вынуждены действовать! А она не готова, у нее на руках пока нет козырей, кроме одного-единственного, по имени Сигурд… и, скорее всего, нет полной уверенности в победе.

И это — плохо…

— Хорошо, мэм. Я выполню приказ, — сказал я, — Но учтите, что я с ними церемонится больше не буду. Разберусь сам, если придется. Надеюсь на ваше понимание!

— Не придется. В идеале вы с Кассиди вообще больше не пересечетесь, — сказала Вероника задумчиво, — Разве что на тинге…

— А что будет со мной, мэм? Я могу вернуться в свое копье?

— Конечно. От лица всего фригольда благодарю вас за жизненно важную информацию и за спасенный винтокрыл. Вы естественно, получите максимальную премию, — улыбнулась Вероника, — И вы получаете новое назначение — будете первым пилотом нашего воздушного флота. На основе вашего старого копья мы сформируем специальную аэромобильную группу «Одиссей», которая будет выполнять особые задания. Подчиняться «Одиссей» будет лично мне. Кроме того, конфиденциально сообщаю, что вы включены в список кандидатов на стигмат! Поздравляю, Сигурд!

Она с торжественным видом протянула мне руку и я невольно удивился силе ее рукопожатия.

— Я буду Восходящим? — улыбнулся я.

— Не стоит звенеть об этом на каждом углу, но можете считать, что гвоздь уже ваш, — кивнула Вероника, — Решение принято. Вы получите его на тинге, после смены небесного Знака. До этого времени постарайтесь меня не разочаровать, Сигурд! Я очень рассчитываю на вас…

Я вышел от нее в смешанных чувствах, но зато полностью свободный. С одной стороны, решение проблемы с Марком опять откладывалось: как и предсказывал Динамит, рикс не собиралась начинать открытый конфликт только на основании моих слов, с другой стороны, я выдержал сложнейшую проверку, не раскрыл своих тайн и даже получил повышение! Гвоздь на тинге — это, конечно, морковка, призванная мотивировать меня выполнять приказы, однако все это отлично укладывалось в нужный расклад. Можно было выдохнуть и продолжать жить…

Джейкоб подмигнул и отдал шутливый легионный салют, Фьюри проводила долгим подозрительным взглядом.

А напротив входа, прислонившись к стеночке, меня кое-кто ожидал, и в груди потеплело при виде тонкой фигурки в голубом комбинезоне. Не знаю, кто ее предупредил, но Травинка крайне ответственно относилась к своей работе, и то, что она сбежала из медкома, чтобы встретиться со мной, говорило о многом.

Девушка радостно улыбнулась, шагнула навстречу. И я желал ответить взаимностью, но вдруг остановился, внимательно ее разглядывая.

Истинный Взор еще действовал.

И то, что я увидел, мне не понравилось…

Глава 3

С самой Травинкой — все нормально. Девушка была хороша даже в рабочей униформе, с убранными волосами и почти без макияжа — юная красота не нуждается в подчеркивании, и мне очень хотелось ее обнять ее, однако…

Над левым плечом Травинки висело небольшое, с мизинчик, крылатое существо. Призрачное, просвечивающее насквозь, как изящная стеклянная игрушка, окруженная голубоватым сиянием. Я поразился — создание имело подобную человеческой фигурку, четыре трепещущих стрекозиных крыла и даже лицо… На моих глазах оно неуловимо сменило позицию, перепорхнув над головой Травинки. Крылатый эльф, маленькая фея, как будто вынырнувшая из древних земных преданий!

— Осторожнее, ювейн! — загремел голос Белого Дьявола, — Не выдай себя! Без Истинного Взора ты бы не увидел эту Руну!

Как будто дождавшись его комментария, интерфейс Восхождения замкнул миньона Травинки замысловатым фреймом.

Пикси

Руна-Существо

Ранг: серебро

Содержит Звездную Кровь

Руна, да еще серебро! Вот это сюрприз — причем ее явно никто не видит, кроме меня. Я с трудом собрался, пытаясь держать странное Существо в поле зрения, но не выдать себя ни движением, ни взглядом.

— Сигурд, здравствуй… — улыбнулась Травинка, — Что с тобой? Что-то не так?

Она недоуменно распахнула свои удивительные, нефритово-зеленые глаза, и я решительно шагнул к ней, сгреб, крепко прижал к себе, и закружил, слегка приподнимая над поверхностью пола. Сзади многозначительно кашлянул Джейкоб, как бы намекая, что мы выбрали не лучшее место для проявлений чувств, но мне было плевать — пусть завидуют! Травинка показалась удивительно легкой — или я стал сильнее?

— Нет, все отлично! Просто не могу поверить, что наконец-то на свободе…

— Все, тебя выпустили из карантина? — обрадовалась девушка, — Пусти меня. Пойдем…

Взяв меня за руку, она решительно повела куда-то по коридору. Крылатая кроха бесшумно следовала за нами, как приклеенная, не отдаляясь от Травинки более чем на полметра, и мне стоило большого труда не обращать на нее внимания. Что это за дрянь вообще?

— Незримый соглядатай. Хитрая тварь, может проникнуть в любую щелку, — проворчал Белый Дьявол, — Подсмотреть, подслушать, сделать пакость… Яподозревал, а теперь мы знаем, что у врага есть глаза и уши…

Значит, Руна-Существо? Интересно… Но кто хозяин этой Руны? Ни охранники Вероники, ни сама Травинка явно не подозревали о присутствии невидимой шпионки. Значит, Мрак или Говорящая-с-Травами? Скорее всего, именно Говорящая — у нее по рангу могут быть тайные серебряные Руны, и единственная, кому важно присматривать за непослушной дочуркой…

Это многое объясняло! Меры безопасности, которые предпринимали Майкл и Вероника, а также факт, что каждый мой шаг (или, скорее каждый шаг Травинки), становился известен ее матери. Все наши свидания и то, что на них происходило — скорее всего, тоже. Знает ли сама Травинка о установленной за ней слежке? Вряд ли, иначе вела бы себя совершенно по-другому. И ведь не скажешь никак, не выдав себя…

— Ой, все так возмущались, что тебя закрыли в изоляторе! — улыбаясь, болтала по дороге Травинка, — Особенно ваш Толя Грохот! Чуть мятеж не поднял, Майкл его еле успокоил…

Я улыбнулся — этого стоило ожидать, десант своих не бросает. Приятно было, что во фригольде есть люди, небезразличные к моей судьбе. Которые горой встанут за меня, если понадобится. То, что меня мариновали в каталажке, никому не добавляло приятных эмоций, однако я понимал, что это необходимо, и все ведь кончилось хорошо…

— И так долго держали, я уже начала опасаться, что с тобой что-то не так, — продолжала Травинка, — Что они с тобой там делали три дня?

— Да так. Допрашивали в основном, — коротко ответил я, — И проверяли на всяких приборах.

— Проверили? — осторожно спросила Травинка, — Все хорошо?

— Ты умеешь хранить тайны?

— Ну, наверное, не очень умею, — невинно прощебетала Травинка, — Очень страшная тайна?

— Со мной все отлично, — приблизив губы к маленькому, чуть заостренному ушку, шепнул я. — И рикс сказала, что на большом тинге мне дадут гвоздь.

— О-о! Правда? Поздравляю, Сигурд! — изумилась, а затем обрадовалась Травинка — Это реально круто! Я была уверена, что ты станешь Восходящим, но думала, что через сезон, когда освоишься здесь… А ты заслужил стигмат сразу! Может, даже мама немного растает…

— Как она, кстати? — невзначай поинтересовался я.

— Ох, лучше не спрашивай! Я поругалась с ней после твоего возвращения. Очень серьезно! — взглянула на меня Травинка, — Я даже… ушла из нашего отсека, мне выделили кровать в общей спальне… уже третий день там живу. Там, конечно, совсем мало место и не так удобно, как дома, но…

— Это из-за меня? — вздохнул я, — Жаль…

— Не только из-за тебя! Я уже взрослая и хочу жить своей жизнью, а не по ее указке, — с возмущением произнесла Травинка. — Хочу сама выбирать, с кем мне быть и что делать! Когда ты вернулся… я поняла — нужно что-то менять, иначе так и буду всю жизнь делать, как она говорит.

Мне совершенно не хотелось вставать между фламиникой фригольда и ее дочерью, но события разворачивались так, что мое возвращение послужило катализатором давно тлеющего конфликта. Травинка повзрослела и стремилась выйти из-под контроля своей авторитарной матери — и при этом она еще не подозревала, какую судьбу ей готовят. В любом случае, я не собирался в присутствии невидимых ушей Говорящей-с-Травами откровенничать, поэтому решил сменить тему:

— Куда мы идем?

— Уже пришли. Подожди здесь, пожалуйста… — Травинка исчезла за ничем ни примечательной автодверью, и через минуту вышла, держа в руках знакомую переноску, в которой ворочался мой йурр. Кыш вцепился лапками в отверстия, недовольно свистел и смотрел на меня с таким видом, что сразу стало ясно — стоит его выпустить, и он покажет никчемному хозяину, где раки зимуют…

— Значит, это ты его приютила? — удивился я, — Я думал, он у Анни, в биолаборатории…

— Нет, твой друг у меня жил все это время, — улыбнулась Травинка. — Я забрала его у Анни, ну, как память, что ли. О тебе…

— Он сбежать не пробовал?

— Дважды пытался. Но я поставила на нем рунную метку, от меня так просто не сбежишь. Да, малыш? — девушка склонилась над переноской и йурр неожиданно отозвался согласным урчанием, — Имей в виду, Сигурд…

— Спасибо, что позаботилась о нем. Ты не знаешь, где можно забрать остальные мои вещи?

— Знаю. У Наива, на складе в хозблоке, — улыбнулась Травинка, — Мне, кстати, вчера уже кое-что отдали…

Она активировала свой криптор и вытащила цепочку со знакомым амулетом. Живой Лист, тот самый Предмет, что девушка подарила мне перед нашей последней встречей!

— Ой, такой скандал был, когда мама узнала, что я его тебе отдала. Ты не представляешь. «Это же бронзовый Предмет, подарок отца, а теперь он сгинет в пустошах! Как ты посмела обменяться с ним дарами!»

Она передразнила тон Говорящей-с-Травами и я невольно улыбнулся. И сказал, отведя ее протянутую руку:

— Если он так важен для твоей семьи, ты можешь забрать его назад.

Травинка остановилась и замерла. Пристально посмотрела на меня со странной миной, ресницы девушки внезапно задрожали — и стало ясно, что я сморозил какую-то невероятную глупость.

— Ты хочешь вернуть мой дар? — ее голос дрогнул.

— Подожди, я просто не совсем понимаю… Он что-то особенное значит?

— Я хочу, чтобы ты взял его, Сигурд. Пожалуйста… Я не знаю, что будет дальше… когда мы сможем встретиться следующий раз… но Лист будет с тобой, ты увидишь его — и вспомнишь меня…

— Тогда и ты возьми мой подарок, Травинка. Пусть он напоминает тебе обо мне.

— Какой красивый… — глаза девушки изумленно расширились. — Это Хладноцвет? Настоящий?!

— Да. Говорят, он содержит Звездную Кровь.

Травинка со странным, но приятным выражением смотрела на меня. Она убрала сияющий цветок в свой браслет, вдруг обвила мою шею руками, улыбнулась и сказала непонятное:

— Вот мы и обменялись дарами…

Я вспомнил. Этот жест явно означал для нее что-то особенное. Скорее всего, местная традиция, ведь Травинка — все-таки полукровка, которая рождена здесь, в Единстве…

— Мы с тобой обменялись дарами со Звездной Кровью, Сигурд, — тихо произнесла Травинка, — Это древний обычай Народов Круга. Когда мужчина приходит с таким даром, он предлагает женщине стать его. Если женщина принимает дар и отвечает своим, так она говорит «да». Это означает, что они избрали друг друга. Что они могут любить друг друга, и никто не вправе упрекать их… На Земле нет похожего обычая… это похоже и на помолвку, и на обещание хранить верность, и на признание в любви… Ты не знал?

— И, когда кто-то предлагает вернуть дар, это означает, что он хочет расстаться? — переспросил я, — Прости, я не знал, Травинка. Я не хочу возвращать твой дар. И надеюсь, что ты не вернешь мой…

— А как же та девушка, которую ты привез с собой? — спросила Травинка, — Ей ты не преподносил даров?

Она лукаво улыбнулась, но я ощутил неожиданный укол ревности. Да, глупо было предполагать, что возвращение с Юки не вызовет вопросов, тем более, если замарашку из Народа Теней отмыть и приодеть, то она становилась вполне миловидной девушкой. Я смотрел на Травинку и отчетливо видел в ней ту же кровь Аммос — белоснежную кожу, высокие скулы, гордый разрез глаз и откровенно любовался своей избранницей. Когда она злилась или ревновала, то становилась еще красивее.

— Юки? Будь спокойна на этот счет, — усмехнулся я, — Между нами ничего не было и не могло быть. Я просто ее вытащил, девчонке здорово досталось…

— Да, я вчера осматривала, на ней живого места нет! — вздохнула Травинка, — Судя по следам, пытали до полусмерти, потом излечивали Рунами, и все заново… Не представляю, как такое можно выдержать. Вообще не удивлена, что она потеряла память…

— Ты не знаешь, что с ней сейчас?

— Пока твоя Юки находится у нас, в медкоме. Ей нужно адаптироваться, можешь навестить.

— Обязательно приду, ей нужна помощь, — кивнул я, — Если, конечно, из-за этого ты не заберешь свой дар. Спасибо за него, он дважды спас мне жизнь в теневых землях.

— Правда? Расскажешь, как будет время? Я заметила, что Предмет пустой. Обратись к Трейву, он зарядит его снова. Трейв умеет обращаться с Предметами…

Отлично. Значит, хорошо знакомый технарь Трейв Уитли — и есть рунный мастер-артефактор земного фригольда? Можно было догадаться — и его действительно стоит навестить.

— Хорошо. Знаешь, в теневых землях, я иногда думал, что… не выживу. Потом видел твой подарок, и вспоминал о тебе. И это придавало мне сил, чтобы вернуться.

Засмеявшись, Травинка надела мне на шею амулет и положила руки на плечи. Ее теплые пальцы гладили мою шею, ласково взъерошивали волосы. Призрачная Пикси по-прежнему шныряла между нами, дважды приблизившись так, что я едва удерживался, чтобы не отмахнуться от нее, как от назойливой мухи.

— Я так рада, что ты вернулся. Я так соскучилась, Сигурд….

Несколько минут мы жадно целовались — прямо в пустом коридоре фригольда, благо рядом никого не было — кроме порхающей вокруг призрачной дряни. Но поцелуи Травинки оказались такими жаркими и обещающими, что на несколько мгновений я даже позабыл о соглядатае. Наконец, со недовольным вздохом отлипнув от меня, девушка произнесла:

— Прости, мне пора бежать. Увидимся вечером!

Попрощавшись с ней, я пошел в свою старую спальню. Автодверь узнала мой ДНК-слепок, послушно отъехала в сторону. Я не ожидал, что внутри будет кто-то из нашего копья — днем обычно все фригольдеры работали, и спальня пустовала, однако там оказался Янь.

Товарищ был очень рад меня увидеть, вот только, чтобы по-братски обнять его, потребовалась помощь — левую ногу ниже колена Яню заменял примитивный пластиковый протез. Он с трудом передвигался, возле койки стояла пара костылей, азио, очевидно, находился на реабилитации.

— Да, в том рейде и лишился ноги, — бесхитростно объяснил он, — Когда они полезли в лагерь, бронзовый, сука, Червь, отхватил, как ножницами. Я даже сперва ничего не понял на адреналине, но потом чуть кровью не истек. Спасибо парням, залечили Рунами, вытащили…

— А что медкомы говорят? Ходить… будешь? — осторожно спросил я.

— Да что говорят, нужно ставить бионику, — поморщился Янь, — И даже Схема во фригольде есть, но компонентов для изготовления, Трейв сказал, не хватает пока… Будут искать, нужно пару-тройку капсул разобрать или выкупить. А пока так…

— А медицинских капсул в медкоме разве нет? — удивился я, — Вроде видел там два «Асклепия»…

— Там диагностическая и регенерационная, без функции биоскульптора — такие только в Альфе есть. Там всего полно, говорят, — мечтательно проговорил азио, — Можно новую родную ногу отрастить… Слушай, раз ты пригнал винтокрыл, может, соберется экспедиция в Альфу, а?

Он смотрел с надеждой, но я мог только пожать плечами: это зависело не от меня. Видеть покалеченного товарища было очень больно: как же так, почему именно ему так не повезло?! Янь был, наверное, самым безобидным из нашего копья, и меньше всего достойным такой участи. Его вывели из состава копья, временно, было понятно, что прыгать по горам в ближайшее время он не сможет. И сможет ли вообще — большой вопрос…

Моя койка пустовала — вещи сдали на склад. Но рядом появилась новое обжитое место, и Янь усмехнулся:

— А это наш новенький сюда переехал, поближе к ребятам. Помнишь, тот кудрявый латино, Грай? Динамит по твоей же рекомендации взял, когда ты пропал.

Грая, я, конечно, помнил. Парень, которого Мрак выгнал из своего копья за то, что он отказался добивать умирающего тауро. После того, как выбыли Янь и я, в группе Динамита осталось всего пять человек, и копью, конечно, требовалось пополнение. Командир вспомнил про наш разговор и мою рекомендацию, приятно. Значит, Грай… Забавные фортеля порой выдает судьба.

Затем я отправился на склад, где недовольный Наив снова выдал мне вещи. Я тщательно проверил содержимое криптора — к счастью, все оказалось на месте, получил новый комплект постельных принадлежностей и заново обустроился на своем месте.

Дома. Наконец-то я дома. Лежал на койке и просто наслаждался блаженным ничего-не-деланьем. Не нужно было вздрагивать от каждого шороха, опасаться, что из каньона вылезет Червь и постоянно держать в готовности оружие… Выпущенный на свободу Кыш, устроив экспресс-проверку в моих вещах, сидел на моей груди, урчал и умывал лапками мордочку, вопросительно поглядывая на меня глазами-бусинками.

Я знал, что он спрашивает — где Семя, хозяин? Давай уже посадим его где-нибудь, хватит ждать! Но время светоносного Семечка еще не пришло…

Итак, что мы имеем? Я вернулся и прошел проверку, это хорошо. Мне скоро дадут стигмат — надо решать, что с ним делать. С одной стороны — он легализует меня как Восходящего, с другой — Белый Дьявол опасался, что в процессе установки гвоздя наша тайна может быть раскрыта. Как быть?

— Я думал об этом и нашел простой ответ, ювейн, — проговорил Белый Дьявол, — Гвозди ставят в Храме Вечности, погружая избранных в Саркофаги Бесконечного Сна. Но зачем нам пользоваться их жалкими костылями, когда мы можем пройти вратами Вечности сами?

Я не понял его, и голос терпеливо пояснил:

— Саркофаг — это всего лишь устройство для входа в Вечность. Врата могут вести в разные места… Помнишь, что рассказывала твоя Восходящая? При инициации ты попадаешь в специально созданное преддверие чертогов Вечности, где определят твои начальные Атрибуты, где ты можешь встретить других Восходящих твоего Народа, чьи души были помещены в Вечность… Для нас опасна именно инициация в Храме, потому что ты уже Восходящий, ювейн. Ты не поймешь, но так устроен вход в Храме лишь для тех, кто впервые пришел в Вечность. Для тех, кто никогда не имел там ни имени, ни отражений… Сами Кел входят в Вечность как хозяева, а не гости. И мы войдем их вратами…

Я все еще не понимал, и он продолжил:

— Мы войдем их вратами, из Домена Азимандии, из ее Саркофага. Вступим в миры Кел и пройдем их тропами. И тогда в Храме, когда придет время получать стигмат, у нас уже будет имя и отражение. Инициация не нужна тем, кто ходит дорогами Вечности. Мы минуем чертоги новых Восходящих, и никто не посмеет остановить нас! Ты пока не понимаешь, о чем я говорю, ювейн. Прошу, доверься мне…

Но я все прекрасно понял. Новые Восходящие обязаны пройти некую «регистрацию» в Вечности в процессе имплантации стигмата. И получить Скрижаль, Атлас и Атрибуты. Белый Дьявол предлагал сделать это заблаговременно, пройдя путем, предназначенных для самих Кел. Тогда, если переводить его слова с пафосного на человеческий, необходимость инициации в Храме отпадала — мы уже имели «пропуск». Самое забавное, что это вполне могло сработать — потому что с его Звездной Кровью я рассматривался системой Восхождения как полноправный представитель Народа Кел. Ну что ж, я бы не отказался взглянуть на Вечность!

Но для этого нам нужно было опять посетить Домен и одолеть его стражу… Нелегкое испытание, но все-таки хотя бы план действий стал понятен. Похоже, придется опять вызывать Азимандию…

И последняя, самая неприятная проблема. Марк и Говорящая-с-Травами. Заговор во фригольде. Вероника теперь знает и «принимает меры», но мне тоже необходимо быть настороже. Нужно действовать, и действовать первым, иначе я опять рискую пропустить удар! Необходимо выяснить, где Мрак, где его люди, что они замышляют… Из головы не выходила невидимая пикси, шпионящая за Травинкой… Как от нее избавится? Я не могу постоянно использовать Истинный Взор, нужно какое-то решение, потому что любовные отношения под присмотром материнского ока в прямом смысле — вообще не вариант.

Говорящая-с-Травами.

Исток проблем именно в ней. И пока он не разрешен, спокойной жизни не бывать.

Во мне крепло решение откровенно поговорить с матерью Травинки. Расставить все точки в наших отношениях. Выяснить, чего хочет серебряная Восходящая. Возможно, мы сможем договориться. Ведь мне есть что ей предложить.

Например, вернуть домой ее мужа.

Мои размышления нарушило возвращение нашего копья с дневного выхода. Меня опять затискали, словно проверяя, настоящий ли Сигурд вернулся из пустошей. Некоторые видели меня впервые после возвращения и сразу отметили физические изменения.

— А ты закабанел слегка, я смотрю, — заметил Динамит невзначай, — В плену хорошо кормили?

— Звездная Кровь в Сигурде есть, — уверенно сказал Лэндо, — Мой Народ знать, иногда бывать такое. Восходящий мой кано будет быть, так вижу! Надо гвоздь давать, пока его Кровь спать… нет, не спать, как правильно быть, кано?

— Пробуждаться, — ответил я, — Пока Звездная Кровь не пробудилась…

— Да, так! — Принц расцвел улыбкой, — Я говорить с рикс об этом, как видеть ее.

— Звездный Флот! А я ведь, япона-мать, говорил этим ушлепкам, что рано тебя хоронить! — весело орал Толя Грохот, — Где наша не пропадала! Все, короче! Командир, сарынь на кичку! В кабак, на!

И мы пошли в «Виски». Все вместе, даже многострадальный Динамит, хоть это было и не в его правилах.

И оккупировали там стол в уютном закуточке. И Витольд, хозяин заведения, неожиданно выставил нам громадный, тяжелый, полупрозрачный шейкер, в котором переливалась серо-серебристая, похожая на ртуть субстанция. Он мастерски открыл крышку, и от нее повалил белый, тут же рассеивающийся дым.

«Звездная Кровь», фирменный коктейль бара. Дорогущий — как два выхода нашего копья. Поговаривали, что на местных Травах, которые содержат Звездную Кровь.

— От заведения! — подмигнул Витольд. Дружески хлопнул меня по плечу и ушел за свою стойку.

— Халява, в рот компот, — пробормотал Грохот, плотоядно облизнувшись, — Братва, налетай, подешевело! Давай, Звездный Флот, за возвращение! За десант!

На вкус «Звездная Кровь» оказалась обжигающе-холодной, щекочущей ледяным привкусом ментола рецепторы, а потом взрывающейся внутри бегущим по венам жаром. Градус немаленький, но я даже не мог сообразить, на основе каких алкогольных напитков создан этот коктейль. Джин, густой ликер, травяная настойка? Черт его знает, да и какая разница?

А потом, как и обещала, пришла Травинка. В облегающем изящную фигуру черном комбинезоне, с распущенными, блестящими волосами и серебряными пылинками на щеках. Она скромно села рядом, но так, что сразу было понятно — с кем она, и завистливые мужские взгляды стали лучшей наградой. Руна Истинного Взора больше не работала, и я не знал, сопровождает ли девушку невидимая кроха-шпион, однако подозревал, что у серебряного Руны-Существа тоже должна быть некая перезарядка. В любом случае было ясно, что говорить что-то секретное больше не стоит, даже находясь наедине…

Я рассказал свою историю, теперь не опасаясь налажать и приукрасить, а скорее наоборот. Я был среди своих, и они слушали, спрашивали, хлопали в ладони и изумленно крутили головами. Особенно понравились эпизоды с Сияющем Столпом и драка с кукольником возле винтокрыла. Плен и пытки в септе Небесных Когтей, а также история Юки вызывали всеобщее негодование. Грохот даже пообещал, что «натянет задницу на уши этому Когтю», если начальство не будет дрейфить и возьмет с собой на тинг земной десант, на…

А потом рассказывали они. О том, каким тяжелым вышел тот рейд в Расколотые Земли — двое убитых (один из них Али, молодой Восходящий из копья Серены), двое пропавших без вести (я и Мигель), и больше десятка получивших различные травмы. На своих ногах во фригольд вернулась половина отряда, причем Мрак, Свирель и Рэнди тоже были ранены. Свирель, правда, отхватила исключительно от своих, за то, что проспала ночное нападение Червей. Рассказали о том, как Грохот и Динамит вступили в открытый конфликт с людьми Марка: командир был уверен, что меня специально подставили, и только обилие раненых и железная рука Серены остановили грядущее кровопролитие. Нужно было идти по следу отступивших Червей, был шанс отбить пропавших, которых они уволокли в свое Гнездо, а не устраивать разборки. Рассказали, как Грохот хотел запустить по моему следу чудом выжившего в кровавой кутерьме йурра, и как его едва отговорили от этой безумной затеи…

Остальное я уже знал и так — Гнездо нашли и выжгли. Но никакой награды не получили, а почему — Лэндо высказал очень интересную (и неожиданно близкую к истине) версию:

— Тебя спасать от Червей чужой Восходящий! — заявил юный принц, — Он убить тех Червей, что украсть тебя…

— Какой еще чужой Восходящий, на? — удивился Грохот.

— Не знать, какой! Но он спасти Сигурд, а потом убить Мать в Гнезде и забрать нашу награду! — убежденно сказал Лэндо, — Он там быть, когда мы поджигать! Чужой. Сильный. Я думать, он золото быть.

— С чего ты так решил?

— Фрост видеть на своей Руне, как гаснуть жизни внутри Гнезда! Он говорить всем!

— Фрост действительно что-то странное Биолокацией засек, — неохотно подтвердил Динамит, — Может, конечно, почудилось, быстро все произошло. Но Гнездо, походу, прямо перед нами зачистили, мы добили остатки… Но кто — неизвестно. После того, как внутрь запулили зажигательные, там никто не мог выжить…

— Тысяча градусов, на! — подтвердил Грохот.

— Восходящий уходить. Предмет, Перенос, Руна — есть способы! — настаивал Лэндо, — И он же спасать Сигурд! Я так думать!

— Надеюсь, мы познакомимся с этим чудесным Восходящим, — усмехнулся Динамит, — Я золота в жизни не видел…

— Мама говорила, они есть, возле Древа, — осторожно вставила Травинка, — Иногда приходят на большой тинг…

Девушка ничего не ела и не пила, и больше молчала, тихонько поглаживая мою руку и иногда прикасаясь теплыми губами к щеке. Она была слегка напряжена, но больше не скрывала наши отношения от людей, и это внушало надежду. А я… я в этот вечер получил порцию своей славы, сполна искупив трехдневный «карантин».

К нашей компании подходили люди, знакомые, полузнакомые и совсем незнакомые, жали мне руку, хлопали по плечу, спрашивали что-то, а я что-то отвечал. Многие хотели со мной выпить, но если бы это свершилось, то новый пилот фригольда уже спал бы на коленях у Травинки. Совершенно неожиданно я стал звездой дня — пилот, сбежавший от Теней и пригнавший винтокрыл, и Витольд, наверное, мог потирать руки, подсчитывая вечернюю выручку. Презентованная «Звездная Кровь» точно окупилась. Я был немного поражен дружелюбием и интересом, которые проявляли люди, каждый старался как-то выразить симпатию или похвалить меня.

— А ты становишься популярен, Сигурд, — хохотнул слегка захмелевший Динамит, — Будь Восходящим, нагреб бы Славы… Травинка, держи его обеими руками, а то уведут.

Но взгляд его был тревожным. Как бы между делом командир уточнил, говорил ли я с Вероникой «о том деле», и когда узнал, что «вопрос решается», помрачнел еще больше. Когда я рассказал, что нас собираются переформатировать в особую аэромобильную группу, Динамит усмехнулся и сказал, что не ждет от этого назначения ничего хорошего. Попутно выяснилось, что копье Мрака еще два дня назад (почти сразу после моего триумфального возвращения), было отправлено в долгую, недельную экспедицию куда-то в горы, где нашлись следы бродячего прайда гигантопитеков. У меня (да и не только у меня) создалось впечатление, что их отослали специально — как будто Вероника заранее знала исход нашей беседы…

Мы сидели очень долго и душевно, но всему приходит конец, и народ начал постепенно расходиться. Сперва исчез Динамит, потом Инь и Лэндо под руки повели Яня в спальню, потом Грохот едва не затеял драку с каким-то несчастным, но, к счастью, был вовремя остановлен и тоже отправлен отдыхать.

А потом ушел и я — вместе со своей Травинкой.

— Прогуляемся перед сном, Сигурд? — невзначай предложила девушка, — Помнишь наше место? Сегодня хорошая ночь…

Глава 4

Ночь и правда выдалась прекрасная, особенно после будоражащей «Звездной Крови». Жадно вдыхая ночную прохладу, я наслаждался безопасностью и спокойствием фригольда. Ради этого стоило вернуться! Мы медленно шли вдоль «цветка» жилмодулей по знакомой круговой дорожке, в фиолетовом небе мерцали огоньки далеких Кругов, и даже синяя игла диска аккреции не казалась зловещей. Романтика! Я обнимал теплую талию Травинки, девушка льнула ко мне, и в голову лезли нескучные мысли — как у любого мужчины от близости красивой женщины.

— Пойдем на наше место, — предложила Травинка, склонив голову мне на плечо, — Помнишь его?

По дороге, помимо того, чем обычно занимаются влюбленные, мы болтали: Травинка рассказывала о том, что происходило за время моего отсутствия, а я осторожно выспрашивал ее, тщательно подбирая слова. Среди прочего речь зашла о ее отце:

— Папа? Да, я его помню, конечно. Мне было двенадцать, когда он пропал.

— Каким он был? — спросил я.

— Отец… ну, знаешь, он был очень сильным. И надежным, как скала… — задумчиво произнесла Травинка, словно вспоминая, — Все его очень уважали. Даже боялись! Он ведь стал первым серебром во фригольде, а может, и среди всех земных Восходящих!

По ее тону чувствовалось, что девушка очень гордится отцом. Ну что ж, причины у нее действительно имелись, Винсент Кассиди был легендой, основателем колонии и создателем Народа Земли. О нем здесь говорили с уважительным придыханием: «Вот Винс бы…», «При Кассиди такого не было…» Но у стариков всегда трава зеленее, а мне требовалось понять, каким человеком он был.

— Еще помню, у нас был ритуал, — хихикнула Травинка, — Когда отец возвращался, он обязательно привозил подарок, либо мне, либо Марку. Но не простой, а связанный с Восхождением. Содержащий Звездную Кровь. Траву, Ядро, Реликт, иногда Предмет. Как Живой Лист или Полог Ночи. Мы ждали, загадывали, что будет…

— А какой он был человек? Какой у него был характер?

Травника задумалась и ответила не сразу.

— Ну, нас он любил…. Это я точно помню. Ты сейчас спросил… и я вдруг поняла, что видела его редко. Отец ведь постоянно пропадал в рейдах, походах, экспедициях. Он возвращался во фригольд, отдыхал пару недель — и снова отправлялся куда-то. Он мало уделял времени семье… но я его не осуждаю, он был риксом! У него всегда было много забот…

— А кто же управлял фригольдом в его отсутствие?

— Ну, знаменосцы… Эйрик и Вероника, мама тоже помогала… — ответила с легким недоумением Травинка, — Почему ты спрашиваешь, Сигурд?

— Я просто подумал, если бы твой отец вернулся, он бы был не против… наших встреч? Как ты думаешь?

— Я бы его уговорила! — уверенно сказала Травинка, — Я бы ему все объяснила, и он был понял. И знаешь, может, он смог бы убедить маму. Отец был единственным, кого она уважала.

— То есть она сейчас никого не уважает?

— Мама… считает что нас несправедливо обидели, — лоб Травинки прорезала легкая морщинка, ей было явно неприятно говорить об этом, — Понимаешь, Сигурд, она ведь не с Земли. У нее другая… психология. В Единстве имеет значение Слава и личная сила, имеет значение кровь, а мама здесь самая сильная из Восходящих. Если бы мы жили по законам Народов Круга, все было бы по-другому… Но я не хочу говорить об этом! Не хочу думать об этом, Сигурд! Я хочу думать о тебе и обо мне. Сегодня только наша ночь… Ой, кажется, дождь… Ты тоже чувствуешь?

Да, она не ошиблась. Зашумел ветер, мне на лицо упало несколько круглых капель — вот-вот должен был начаться дождь, короткий, но проливной, как всегда в Единстве. Мы находились недалеко от загонов, вокруг которых складировали штабеля сухой травы, и не сговариваясь, побежали к ним.

В большом крытом загоне ночью держали тауро. Длинный, теряющийся в сумерках ряд стойл с яслями для корма, внутри дремали огромные рогатые животные, а над ними — второй ярус, где сушились охапки сена. Снаружи уже хлынул проливной дождь, громко забарабанил на крыше, и глазастая Травинка кивнула в сторону приставной лестницы, ведущей на сенник:

— Ура! Там никого нет, раз лестница внизу…

Я залез наверх и помог забраться ей. Тут было тепло и уютно, приятный аромат свежескошенной травы заглушал резкий запах животных. На балках сушились связки диковинных трав, сам помост был тонким, но вполне мог выдержать двоих. Судя по некоторым деталям, сенник часто использовался не по назначению. Уединится во фригольде — не так просто, отдельные отсеки дают только семьям, остальные живут в общих спальнях, поэтому все укромные уголки частенько использовали влюбленные для своих свиданий.

— Втащи лестницу наверх, — тихо попросила Травинка, — Это значит, что тут занято…

Я выполнил, отрезая путь отступления. Травинка уютно устроилась в груде сена, надевая на ушко золотой ободок коффа. Покров Тишины окутал нас, гася все звуки снаружи, даже гул дождя стал почти незаметным, фоновым. Но спасет ли это от Руны-соглядатая? Я очень надеялся, что невидимая шпионка сейчас на «перезарядке»…

— А ты, значит, часто здесь бываешь? — прошептал я, подползая к ней.

— Дурак! Девчонки рассказали, — стукнула меня девушка, — С кем мне здесь бывать, кроме тебя, Сигурд?

Она завозилась, устраиваясь в моих объятиях и задумчиво прошептала, глядя снизу вверх:

— Знаешь, ты так изменился. Даже лицо, выражение другое, смотришь по-другому… И тело тоже, совсем другое. Ты тот же и другой, одновременно. Что случилось с тобой, Сигурд?

— Минос сказал, что я поглотил Звездную Кровь. И она изменила меня. Поэтому мне дадут гвоздь, чтобы управлять изменениями.

— Да, я уже поняла это, — кивнула Травинка, — Такое бывает… Но все равно, это удивительно. Мне кажется, у тебя даже волосы темнеют… Хотя может, просто света мало.

— Тебе не нравится?

— Нет, наоборот, — призналась девушка чуть смущенно, — Мне очень нравится, ты стал таким сильным… Как настоящий Восходящий!

— А ты самая красивая Восходящая на свете, — сказал я, жадно целуя ее, — И самая желанная… Я думаю о тебе днем и ночью. О твоих губах, твоих руках, твоих объятиях… Иногда кажется, что с ума схожу.

— Я тоже… — призналась девушка, отвечая на мои поцелуи, — Это взаимно, Сигурд… Я тоже думаю о тебе, даже в грезах… И наяву, еще сильнее… Я медком, я читала книги… я понимаю, что это гормоны, химия организма… но это же так… так…хорошо! Я хочу… быть с тобой, Сигурд…

Нас тянуло друг к другу с неудержимой силой. Поцелуи становились все горячее, взаимные ласки все настойчивее. Пальцы Травинки поглаживали мои руки и плечи, а затем забрались мне под майку, решительно стаскивая ее с плеч. Я осторожно расстегнул молнию ее комбинезона, под которым не было ничего, кроме гладкой, шелковистой, ослепительно белой кожи. Девушка затрепетала под моими прикосновениями, учащенно дыша и нетерпеливо кусая губы. Я с наших первых встреч заметил, что у внешне скромной Травинки пылкий темперамент: когда мы оставались наедине, она удивляла своей страстью и чувственностью.

— Подожди, Сигурд… — прошептала она, — Не торопись… пожалуйста… я… у меня ведь до тебя никого не было… А у тебя… было много девушек?

— В этом мире ты у меня первая, — сказал я чистую правду и такой ответ полностью устроил Травинку.

Мы тонули друг в друге, мы ласкали друг друга все откровеннее, и мне стало абсолютно плевать и на Белого Дьявола, и на невидимую пикси, которая, вполне возможно, сейчас шпионила за нами. В этом мире существовала только Травинка, ее шелковистые волосы, прохладная упругость ее нежной кожи и нетерпеливая страстность губ… Все шло так, как должно, и крепость уже была готова открыть свои ворота, когда резкий толчок сотряс помост, на котором мы лежали!

— Что… это? — Травинка напряглась, уперлась ладошками мне в грудь, прислушиваясь. Снизу донеслось грозное фырканье, а затем еще один мощный удар заставил покачнуться наше убежище! Животным как будто не понравились наши утехи и одно из них пришло в ярость. Еще один удар! Одна из опор, удерживающих второй ярус сенника над стойлами, с хрустом переломилась, пол под нами резко накренился — и, вцепившись друг в друга, вместе с грудами сена мы с Травинкой неудержимо поехали вниз!

К счастью, высота была небольшой, а приземляться пришлось на груду сена, которая амортизировала падение. Вскочив, я увидел перед собой морду здоровенного тауро, бьющего копытом, и приготовился к драке, однако Травинка меня опередила — выпрямившись, мгновенно вызывала Скрижаль, впечатав зеленую Руну в озверевшего рогача.

Тауро моментально успокоился, зафыркал, жалобно замычал — этих флегматичных животных вообще очень трудно было разозлить. Я загораживал девушку, однако Травинка отодвинула мою руку и бесстрашно приложила ладонь к покрытой шрамами морде животного. Новая Руна вспыхнула на ее пальцах.

— Успокойся и скажи мне… — ласково проворковала девушка, удерживая одну руку на лбу животного, а второй пытаясь застегнуть свой комбинезон, — Что тебя так взволновало, малыш? Неужели мы?

Несколько секунд Травинка как будто чутко прислушивалась — Руны действительно позволяли ей понимать животное? А затем повернулась ко мне:

— Он не сам по себе пришел в ярость, Сигурд! Ему кто-то помог… и я, кажется, даже знаю кто!

Она внезапно внимательно огляделась, будто пытаясь отыскать что-то невидимое, и я понял, что ищет девушка. Работай сейчас Истинный Взор, я бы, наверное, увидел тоже, но открывать свою Скрижаль и использовать Руны при Травинке было крайне рискованно. Впрочем, у моей подруги, как оказалось, есть свои методы.

Снова вспыхнула Скрижаль. Травинка ловко тасовала свои Руны — она выкинула в воздух что-то вроде небольшого семечка, и активировала на нем рунный глиф. Семечко взорвалось облаком светящейся пыльцы, от которой оглушительно чихнул тауро, но кроме этого — оседающие пылинки облепили невидимую крылатую фигурку, порхающую над нами! Говорящая все-таки использовала свою Руну и ухитрилась сорвать первый интим своей дочери — мне показалось, что игрушечное личико Пикси преисполнено ехидства.

— Сильви! — звонко выкрикнула Травинка, — Ах ты… ах ты маленькая дрянь! Я тебя поймаю и посажу в бутылку!

В гневе она вновь стала удивительно хороша — настоящая гордая дочь Говорящей-с-Травами, а раскрытая Скрижаль и кружащие вокруг нее Руны добавляли впечатления. Пикси, оставляя за собой след из пыльцы, поспешила ретироваться подальше, улизнув в какую-то щель — и правильно, с Травинкой-на-Ветру сейчас лучше было не связываться!

— Ты видел, Сигурд? — повернулась она ко мне, бурно дышащая, с развевающимися волосами и сверкающими от злости глазами, — Как она посмела шпионить за нами?! Ну, я им покажу!

— Сюда идут, Травинка, — предупредил я, прислушиваясь, — Нам лучше уйти…

Конфуз, прервавший наше свидание, вызвал немало шума. Невдалеке уже мелькали лучи фонарей — кто-то шел к загону, чтобы узнать, что произошло. К счастью, дождь уже закончился, и мы с девушкой быстро выбрались через черный вход и побежали к фригольду, стараясь остаться незамеченными. О продолжении свидания не было и речи — Травинка просто пылала от злости, да и меня неожиданное фиаско выбило из колеи. Хорошо еще, что Белый Дьявол мудро молчал, предоставляя возможность хоть немного побыть нормальным человеком.

— Что это было, Травинка?

— Это Сильви! Руна моей мамы. Шпионка! — возмущенно выдохнула Травинка, — Это она подстроила, специально разозлила тауро, чтобы нам помешать!

— Руна-Существо? — уточнил я, — Ты знаешь, как ее нейтрализовать?

— Сильви — это ерунда. Но… Мама не даст нам быть вместе, Сигурд, — вдруг всхлипнула Травинка. — Я ее знаю…

— Успокойся! Не переживай, у нас еще будет время, — попытался я ее успокоить, взял лицо в ладони. — Я все устрою, обещаю.

— Правда? — слезы Травинки, готовые прорваться, просохли, она улыбнулась, — Я тоже не собираюсь сдаваться, не думай! Я знаю, что нужно сделать… я ей покажу…

Тогда я еще подумал, что Травинка говорит так на эмоциях, но уже очень совсем скоро оказалось, что моя возлюбленная была абсолютно серьезна.

С утра, как обычно, наше копье собралось на площади в ожидании нового задания. Динамит ушел на «оперативку», а ребята перешучивались, вспоминая вчерашний вечер. Досталось и мне:

— Я слышал, кто-то вчера сеновал в загоне проломил, — усмехнулся Инь, — Не видел кто, Сигурд? Ты вроде поздно вернулся.

— Тот-Кто-Сражается говорить: любовь проломить любые преграды!

— Проломить, японская матрена, это еще постараться надо! — прогудел Грохот, — Хорошо поработал кто-то. Качественно!

— Многие старались, ни у кого не получилось…

— Ну так, йопта. Десант не посрамил, на!

— Да вообще никого не посрамил. Но скотоводы ругаются — говорят, аккуратнее летать нужно, особенно по ночам.

Усмехаясь, я отмалчивался — откровенничать об отношениях с Травинкой вообще не входило в мои планы, хотя некоторые мужчины в этом отношении хуже кружка кройки и шитья. За вчерашний вечер моя Слава незаметно выросла еще на два деления и достигла 37/50, но чем я был этому обязан — теплой встречей в «Виски» или ночными приключениями с Травинкой (тоже своего рода авторитет среди мужского населения фригольда) — бог весть. Интересно, изменилась Слава Травинки? Но как мне спросить, не вызывая подозрения? К сожалению, я пока даже не успел приобрести новый вокс, чтобы связаться с ней…

Вскоре появился Динамит — и он объявил, что нам предписано прибыть на посадочную площадку винтокрыла для проведения инструктажа. Как я и думал, нас решили использовать по назначению максимально быстро. И скорее всего, раз конкретной задачи не поставлено, будем знакомить экипаж с техникой…

Посадочная площадка — громко сказано. «Грифон», хищно опустив морду, стоял на том же месте, куда я посадил (а кто еще переставит?), однако люди Трейва уже успели обнести место модульным ограждением и выставить пост охраны. Я сразу обратил внимание, что винтокрыл сверкает: помыли и почистили, подновили окраску и сняли с крыльев пустые ракетные барабаны. Возле него и сейчас копошилось несколько людей, одним из которых был вездесущий Трейв Уитли.

— Приветствую, — пожал он нам руки, — Знакомься, Сигурд, это Пан. Это Марта Уильямс. А это Мирко. Теперь они часть вашей команды, будут обслуживать винтокрыл на земле, как технические специалисты, подготавливать к вылету, ремонтировать, перезаряжать… У них уже есть вопросы, пообщайся, пожалуйста. Вероника сейчас подойдет…

Ого! Это действительно было очень важно. Пан — уже пожилой, крепкий моно, оказался мастером на все руки, специалистом-механиком, ранее работающим с широким спектром техники, а вот Марта, худощавая женщина неопределенного возраста имела очень ценную специализацию — «инженер-специалист авиационного и радиоэлектронного оборудования». Правда, до появления винтокрыла она десять лет трудилась на линиях репликатора, потому что применения ее талантам во фригольде не нашлось, и «малость заржавела», по ее собственному признанию, но мануалы, имевшиеся в наличии, должны были восстановить квалификацию. Ну а Мирко — судя по всему, совсем молодой паренек на подхвате. Подай-принеси, подержи ключи…

Я без всяких усилий «вспомнил», просто всплыло, что в Звездном Флоте у технического персонала была целая иерархия сертификатов и категорий, с разными допусками и строго регламентированными видами работ, но здесь, естественно, все это не имело смысла. Хорошо, что вообще нашелся хоть кто-то, соображающий в летательных аппаратах. Земная военная техника считалась сверхнадежной, долговечной и имеющий огромный запас прочности, однако техническое обслуживание никто не отменял.

Я пообщался с новоприобретенными техниками, отвечая на их вопросы и задавая свои. Сработаемся — ребята, кажется, вполне толковые. За время моего отсутствия Марта уже смогла получить технические допуски у когитора, протестировать и отрегулировать блоки авионики, а Пан разобрался с системами вооружения, устранил пару мелких неисправностей с помощью ремонтного «паука» и полностью заменил кассеты гаусс-турелей. Теперь у «Грифона» были острые клыки, которыми можно огрызнуться от любого врага!

— Мы готовы подвесить и ракетные установки, ждем только твоего мнения, — сказал Трейв Уитли.

— Серьезно? — удивился я, — У нас есть «Ведьмы»?

— Родных «Ведьм» в сборе нету, и даже Схемы нет, но мы давно уже настроили производство термической или кумулятивной боевой части для переносных ракетометов типа «Пилум», — терпеливо объяснил Трейв, — Как ты, наверное, знаешь, боевая часть унифицированная, что для «Пилума», что для «Ведьмы» она одинаковая, разные только пусковые и корпус, но он модульный. На «Грифоне» два подвесных шестизарядных барабана, мы их сняли, посмотрели, совместим с «Пилумами» без проблем. Но вопрос — как поведет себя винтокрыл с одним импеллером при полной боевой нагрузке и полном экипаже на борту? Я вообще удивлен, что ты его поднял в воздух и проделал такой путь…

Теперь объяснять пришлось мне — о технической возможности полета с одной турбиной и связанными с этим проблемами. К сожалению, изготовить новый тилтротор во фригольде было невозможно — слишком сложная штука, их и на Земле выпускала единственная корпорация. Однако сам второй винт изготовить оказалось вполне реально! Трейв обещал сделать его с помощью точнейшей трехмерной модели, снятой с существующего и восстановить управляющую магистраль. Запитать оба импеллера можно было от одного тилтротора, значительно увеличив нагрузку, однако это — вполне рабочий, даже не теоретический вариант, который снимет большинство проблем. Я был готов летать и на одном винте, но — недалеко и недолго, а вот если задумка Трейва осуществится — радиус действия и возможности винтокрыла значительно расширятся!

Пока мы общались, а ребята из моего копья изучали винтокрыл внутри и снаружи, подошла Вероника. И не одна, а в сопровождении нескольких людей. Собрав нас у борта «Грифона», она объявила:

— Как вы уже, наверное, знаете, ваше копье переформировано в особую аэромобильную группу «Одиссей. С техниками уже познакомились? Ваша, боевая часть команды будет выполнять специальные задания и подчиняться непосредственно мне. Довольствие, экипировка и награды — по высшему разряду. Командиром группы остается Дмитрий Воронин, первым пилотом — Сигурд Морозов. Кроме того, мы приняли решение усилить вашу команду еще двумя Восходящими. Знакомьтесь, Лилия ван дер Саар.

Из-за спины Вероники четким шагом выступила знакомая фигура в хорошо подогнанной экипировке, со стрелковым визором на лбу и укороченным «Суворовым» наперевес. Короткие, «под мальчика», светлые волосы, холодные голубые глаза, тонкие губы.

Фьюри! Рикс решила придать нам свою телохранительницу, бронзовую Восходящую. Крайне неожиданный ход! Или, скорее, очень продуманный — Фьюри будет ее глазами и ушами в нашей спаянной группе, инструментом контроля — и ведь не поспоришь, она сильна, наверняка не уступает Динамиту… Я краем глаза заметил, что командир слегка помрачнел от таких новостей, а Вероника продолжала, и говорила не менее интересные вещи:

— Как некоторые из вас знают, Лилия из Колонии Альфа. Она ранее уже летала на этом винтокрыле, поэтому будет выполнять роль штурмана, и, при необходимости, дубль-пилота. Сигурд, я прошу вас дать все допуски.

— Мэм, без пилотского сертификата это невозможно, — покрутил я головой, осмысливая услышанное, — Когитор просто заблокирует цепь управления.

— Я есть в базах когитора, — спокойно возразила Фьюри, — Как стрелок-оператор.

Лилия ван дер Саар… Я вспомнил слова Шона в Черной Пасти:

… двое Восходящих, Лилия и ван Саар. Его убили люди Теней, а Лилию выкупила ваша Вероника. Не встречал ее в Небе?

— Первый пилот «Одиссея» носил ту же фамилию, — медленно произнес я, — Он был твоим мужем?

— Йеп! — Фьюри слегка помрачнела, губы сжались в тонкую ниточку, — Он немного научил меня управлять винтокрылом.

— Поэтому, Сигурд, в ваших же интересах помочь Лилии восстановить навыки, — сказала Вероника, — У каждого пилота должен быть напарник. Уверена, вы сработаетесь.

Я не был в этом уверен — ледышка Фьюри мне совсем не импонировала. Выправка кадрового солдата, холодный подозрительный взгляд, некая машинальная скупость движений — при некоторой фантазии Лилию ван дер Саар можно было принять за синтетика высшего грейда с позитронной матрицей вместо мозга. Я не успел сформулировать четко причину возникшей антипатии, потому что Вероника совсем ошарашила, объявив имя второго Восходящего из списка нашего пополнения.

— Из-за ранения у вас недавно выбыл медик, а это создает большой риск и снижает эффективность. Поэтому в состав «Одиссея» также включена Адель Кассиди, Восходящая ранга «дерево», специализирующаяся на медицине. Все ее знают, я полагаю, — чуть улыбнулась Вероника, задержав на мне взгляд, — Адель присоединится к вам позже, после того, как сдаст дела в медкоме… Надеюсь, девочки хорошо впишутся в ваш крепкий мужской коллектив. Вопросы есть?

Мне сначала показалось, что я ослышался. Адель Кассиди! Мало кто во фригольде использовал земное имя Травинки, поэтому оно прозвучало как-то дико, но потом я понял и осознал — в наш отряд включена именно она. Но почему, черт побери?! Это не могло быть случайным совпадением, особенно после вчерашнего.

— Есть вопрос, мэм! — снова заговорил я, — Можно узнать, почему именно Тра… Адель получила это назначение? Она ведь далеко не самый опытный медком во фригольде… и вообще не имеет боевого опыта.

— Можно. Адель — доброволец. Она сама попросилась в вашу команду, и, учитывая обстоятельства, я приняла решение удовлетворить ее просьбу, — Вероника, когда улыбалась, напоминала лису, только что удачно отведавшую кусочек сыра, — Что до опыта, его все равно придется где-то получить. А что, вы чем-то недовольны? Мне казалось, эта новость вас обрадует.

Вот так вот! Значит, Травинка не шутила, когда сказала, что всем покажет. Чтобы вырваться из-под маминого крыла, она решила записаться в наше копье — и, скорее всего, это произошло сегодня ранним утром. Мне, конечно, было приятно, что девушка будет рядом, что она проявила характер, смелость и дерзость, чтобы сохранить наши отношения, но в то же самое время я хотел, чтобы она оставалась во фригольде и в безопасности ждала меня. Снаружи, черт побери, совсем не райский сад, боевые группы постоянно несли потери!

— Ваш рикс играет людьми, как фигурами в сферах, — после долгого молчания ожил голос в моей голове, — Вы ее фигура и она сделала ход, начала атаку. Замысел очевиден: она подальше отослала сына, и отнимает дочь, чтобы мать начала действовать раньше времени, слабая и не готовая… И одновременно ваш рикс делает твою Восходящую твоим же щитом, ювейн. Я готов отдать ей должное, это прекрасный ход!

— Каковы будут наши задачи? — спросил Динамит. Командир держался невозмутимо, но я достаточно хорошо успел его узнать, чтобы понимать — все происходящее Динамиту не очень-то по вкусу.

— Разные, — Вероника неопределенно пожала плечами, — Главное преимущество винтокрыла — скорость и мобильность, поэтому, думаю, ваша группа в первую очередь будет использоваться там, где от фригольда требуется немедленная реакция.

— Но теперь время хода другого игрока. Он может прийти в ярость и атаковать, чтобы разрушить чужой замысел, но попадет в расставленную ловушку. Может уклониться от боя, пожертвовав фигуру и продолжая копить силы. Может выставить новую фигуру из запаса, создав угрозу в другом месте… Опасная, о, опасная игра…

— Группа быстрого реагирования?

— По ситуации, Дмитрий, — опять уклонилась от ответа Вероника, — Могу только сказать, что расцениваю вашу вновь созданную команду как некую элиту, ценный ресурс, который мы не будем использовать по пустякам. Я не обещаю легкой работы, но будьте уверены, что будем вас беречь.

— И что ты предлагаешь? — мысленно спросил я у Белого Дьявола.

— Слабость этих игроков, и одного, и второго, очевидна. Они не знают о существовании третьего — того, кто может перевернуть их сферы. Будь готов, ювейн. Будь готов!

— Мэм, я хотел бы предупредить, что при выборе целей вы должны учитывать некоторые моменты, — сказал я, — Во-первых, необходимо составить подробную карту запретных мест Круга, и не приближаться к ним: это чревато гибелью винтокрыла. Во-вторых, то же самое относится к аванпостам Наблюдателя и объектам древней инфраструктуры Единства. И в-третьих, я отказываюсь брать на борт груз, если в нем содержатся компоненты Червей. Предметы, снаряжение, оружие, имеющее такое же происхождение, запрещены или должны быть упакованы в экстрамерность. Иначе мы рискуем получить еще один небесный меч в бок!

— Защитная каэдометрика Наблюдателя, верно, — кивнула Вероника, — А насчет Червей мы не знали, откуда информация?

Она озадаченно взглянула на Фьюри, но та осталась безучастна.

— От Шона Макдональда. А от кого он узнал — не спрашивайте…

— Хорошо, мы составим такую карту, — кивнул Трейв, — Матиас и Том сегодня же займутся. Можно привлечь еще Говорящую-с-Травами…

— Обязательно привлеките, это в ее интересах, раз в экипаже будет ее дочь, — хищно улыбнулась Вероника, — А сейчас, если вы не против, я бы хотела совершить пробный полет. Небольшой, просто осмотрим окрестности фригольда, а ваша группа пусть осваивается на борту. Это реально устроить, Сигурд?

Что ж, ничего невероятного я не видел. Значит, рикс решила немного полетать, и посмотреть на меня, так сказать, «в деле»? Устроим.

Я оживил «Грифон» и вновь поднял его в воздух. Мы сделали несколько кругов над фригольдом, а потом с высоты осмотрели близлежащие горы и тропу, ведущую в Южный Пост. Я действовал очень аккуратно — с десятью людьми на борту, среди которых были такие здоровяки как Лохмач и Грохот, аппарат вел себя немного по-другому. Одновременно выяснилось, что Фьюри, занявшая соседний ложемент, действительно есть в базе когитора, но с заблокированной возможностью ручного управления — ей была доступна лишь часть летных функций при обязательной поддержке автопилота. Этакий стажер-практикант, а вовсе не полноценный второй пилот — ни поднять в воздух, ни посадить, ни взять на себя управление автоматика ей не разрешала — для этого требовалось подтверждение сертифицированного пилота. Но зато она отлично знала интерфейсы связи, навигации, наблюдения и, самое главное, боевых систем винтокрыла.

В общем, инструктаж, освоение новой технической части, полетная подготовка, получение снаряжения и прочее, прочее, прочее заняли почти весь световой день, и честно говоря, изрядно утомили. Многовато хлопот для одного дня. Счастлив был только Толя Грохот — он радовался, как ребенок, хорошо еще, что не выкинул никого в десантный люк. Остальные пока осматривались, а Лохмач недоверчиво обнюхивал и даже пробовал на вкус «железную птицу». В конце мы все были без задних ног, сил хватило только доползти до спальни. Я очень хотел по душам поговорить с Динамитом и еще больше — с Травинкой, но не срослось — девушка была занята в медкоме до поздней ночи, а командир обладал суперспособностью внезапно исчезать с радаров.

Ну и ладно. Вероника ничего не сказала про новые задания, и я рассчитывал, что у нас будет как минимум несколько дней, чтобы окончательно привыкнуть к матчасти, сработаться, думал, что успею завтра купить новое снаряжение, вокс и зарядить амулет Травинки у Трейва, а также опять встретиться с самой девушкой, но жизнь распорядилась по-другому.

Рано утром, скорее даже поздней ночью, меня разбудил резкий вспыхнувший свет. На пороге стоял посыльный Вероники, за ним зевал Динамит, поспешно натягивающий на себя экипировку.

— Группа «Одиссей», подъем, собираемся на выход! Тревога.

Глава 5

Тревога не была общей — фригольд спал, подняли только нашу группу.

Инструктаж проводила Вероника прямо на складе выдачи снаряжения — он работал круглосуточно, хотя дежурный интендант был вовсе не рад внештатному визиту. Срочные выходы боевых групп случались но были, по большому счету, не слишком частым явлением. Возможно, с созданием нашей группы кое для кого они станут обыденностью.

— Итак! Час назад мы зафиксировали падение капсул с «Хельги». Несколько аварийных сигналов, все в одном и том же районе. Грузовые или спасательные модули — неизвестно. Ваша задача — найти капсулы, забрать колонистов и ценный груз.

— Какой район падения, мэм? — прищурился Динамит.

— Вот здесь и здесь, — Вероника развернула перед нами голографическую карту, — Добавляйте координаты.

Место падение находилось внутри Круга. Если представить Древо центром, а наш фригольд — крайней южной точкой, то капсулы упали на северо-западе от нас, в глубине Моря Трав. Около семисот километров по прямой от фригольда — не так уж и далеко для воздушного транспорта.

— За сколько сможете добраться туда, Сигурд?

Я прикинул, одновременно лихорадочно застегивая ремешки казенного «Скаута». С полным экипажем, на одном импеллере — придется соблюдать осторожность, скорость будет снижена, плюс поправка на горный рельеф при вылете…

— Примерно через три часа, мэм. Плюс-минус.

— Отлично! Рейдовой группе потребовалось бы несколько дней… — сказала Вероника, — Шансы, что вы доберетесь туда первыми, очень высоки. Это важно, потому что эту часть Моря Трав контролируют бродячие табуны тавров. Надеюсь, понимаете, что случится с новыми колонистами, если они попадут в их лапы? Поэтому вы должны быть первыми! При этом соблюдайте крайнюю осторожность, Око показывает три активных задания в этой области. Помимо сокращения поголовья тавров, Подземные Холмы и Бродячий Огнезуб. Не ввязывайтесь в драку, быстро забирайте груз, хватайте людей — и домой!

— Что насчет капсул, мэм? Резать? — осведомился Динамит.

— Действуйте по обстоятельствам. По возможности заберите все ценное, но ваша главная задача — вытащить людей… Мисс Кассиди!

— Прибыла по вашему приказанию, мэм… — запыхавшаяся Травинка стояла на пороге. В пятнистой «Андромеде», с убранными под берет волосами она выглядела довольно экзотично — остроскулый большеглазый олененок.

— Больше не опаздывайте. Набор медкома захватили, надеюсь? — осведомилась Вероника. — Люди, возможно, еще не отошли от криосна, им может понадобиться помощь…

— Да, мэм. — Травинка взмахнула серебристым кейсом с чашей и змеей, — Все, как полагается!

— Сигурд… вам обязательно брать с собой вашего питомца? — рикс покосилась на йурра, который оседлал мой загривок, — Он не перегрызет на винтокрыле какой-нибудь важный провод?

— Не перегрызет, мэм. Он везде вместе со мной.

— Черт с вами, под вашу ответственность. Ну, чего вы ждете? Брифинг закончен, вперед!

Мы быстро погрузились в «Грифон». Было еще темно, хотя золотой силуэт Игг-Древа уже слегка рассеивал сумерки — там, в далеком центре Круга уже наступило утро.

Первое боевое задание! Ребята пристегнулись сзади, забив «кубрик» винтокрыла, Фьюри заняла соседний ложемент, и, синхронизировавшись с когитором, проложила курс. Нам предстояло пересечь изрядный кусок горный цепи, а затем — выйти в Море Трав, которое, судя по карте, занимало почти всю западную половину Круга, постепенно переходя в теневые области. Место падения капсул находилось в ничейных землях, которые считались охотничьими угодьями Народа Трав, но по факту их населяли табуны диких быколюдей — тавров, периодически терроризирующие набегами все окрестные племена.

— Все готовы? Взлет!

Мы оторвались от земли (в пассажирском отсеке охнула Травинка), упруго взмыли в воздух, сразу набирая высоту. Рельеф гор, окружающих фригольд, был достаточно сложным, много коварных перепадов высот, однако навигационная система работала идеально, подстраховывая действия пилота. Горные склоны, белесые в полосах тумана, нависали с трех сторон. Я знал, что вскоре смогу ориентироваться тут с закрытыми глазами, изучив все воздушные тропки между горными исполинами, научусь нырять в ущелья и пролетать под нависающими скальными карнизами — нужно просто немного практики. Кыш, как настоящий второй пилот, наблюдал за всем этим из своей переноски на подлокотнике, встав столбиком и удивленно посвистывая.

Десять минут полета — и внизу мелькнуло парящее озеро с водопадами, то самое, где я подслушал разговор Мрака и Свирели, а за ним — черты заградительного вала Южного Поста, границы владений фригольда. Цепочка огней пунктиром мерцала на ее гребне, а следом, за полосой каменистых предгорий уже виднелось бескрайнее, волнующееся под ветрами Море Трав. Удивительно красивое зрелище открылось с высоты: по нему стремительно катилась волна света, растущий ореол золотого свечения Игг-Древа, а мы летели навстречу рассвету, и подобного нельзя было представить на Земле — другой, совершенно другой, удивительный мир…

Справа возвышался трехрогий горный исполин, одинокая вершина, на сотню миль отступившая от основной гряды — отличный ориентир. Я различил внизу правильный квадрат огороженной территории, свет огней в строениях, окружающие их возделанные поля — и понял, что мы только что миновали знаменитую ферму Эйрика, второе земное поселение нашего Круга. До нее — полчаса лета, будем знать…

Винтокрыл вышел на прямой курс и набрал крейсерскую скорость над Морем Трав. Можно было включить автопилот и отдать управление когитору, но мне доставляло удовольствие самому рулить «Грифоном». Пока мы шли хорошо, несмотря на загрузку экипажом, каких-либо сложностей в управлении не возникало. Рейдовая модификация «Грифона» позволяла взять на борт полноценную алу бойцов, и даже на единственном импеллере машина тянула нормально. Ребята сзади вполне адаптировались к полету и перешучивались, до меня долетал негромкий разговор:

… давно бродить там. Никто не мочь убить. Старое серебро!

— Твои помогут, если что?

— Народ Трав тоже видеть след в небе и уже посылать людей. Я так думать!

— Твой Народ друзья, но это приграничье. Кто быстрее, тот и прав. Кто хапнет первым, тот в пирогах. А если там грузовой модуль упал?

— Поэтому десант в деле, на!

Травинка помалкивала. Я очень хотел пообщаться с ней, но в приватной обстановке. Все-таки первое задание — не место для выяснения отношений. Главное, чтобы все прошло гладко — тавры, как рассказывали во фригольде, бывали крайне опасны. Являясь плодом странной эволюции или генетического эксперимента Кел, быколюди пребывали в каменном веке, по уровню разумности находясь где-то между животными и людьми. Они не были Народом, признанным Наблюдателем и не имели своих Восходящих, но частенько обретали «дикую силу», напитываясь Звездной Кровью из материальных источников. Народ Трав издревле враждовал с многочисленными племенами тавров, и из слов Лэндо у меня создалось впечатление, что тавры чуть ли не воплощение зла, только и мечтающие разорвать на части любого двуногого.

Короче — агрессивные и опасные дикари, полулюди на четырех копытах. Будем надеяться, что нам не придется столкнуться!

Динамит неожиданно появился в пилотской кабине и, спросив разрешения, начал беседовать с Фьюри. Его, как командира подразделения, интересовали Руны, которыми обладала бронзовая Восходящая — важно понимать, на что способен каждый член команды. Однако ответы Лилии ван дер Саар оказались неожиданными:

— У меня почти нет Рун, — неохотно сказала она, — Их всего две. Обе не боевые и не мои. «Сухой Рацион» и «Укрепление Кожи». Их нужно вернуть риксу…

— Всего две? — поразился Динамит.

— Я… утратила свои Руны, — ледяным тоном ответила Лилия, — В плену.

Ей явно не хотелось говорить об этом. Что ж, я мог понять — больно было даже представлять, что делали с Восходящей в застенках Народа Теней, чтобы вынудить отдать свои Руны. Возможно, тот ошейник, что Белый Дьявол нахлобучил на Когтя, когда-то сидел и на ее горле. Значит, у нее отобрали все Руны? Ценность Фьюри в моих глазах стремительно снижалась — чего стоит бронзовый Восходящий с пустой Скрижалью?

— Хорошо, а навыки?

А вот с Навыками у Фьюри был полный порядок. Она в совершенстве владела рукопашным боем, умела использовать холодное оружие, прекрасно стреляла — практически из всего земного ассортимента и умела бесшумно передвигаться. Кроме того, у Восходящий имелось несколько экзотических Навыков, явно имплантированных с помощью Рун — «Знание Единого Языка», «Боевая Акробатика», «Свертываемость Крови» и «Прыгучесть». У меня сложилось впечатление, что женщина прошла курс боевой подготовки, но не обычного легионера, а телохранителя или разведчика-диверсанта. В предыдущей команде — экспедиции Колонии Альфа, она выполняла не только функции штурмана, но и обеспечивала безопасность миссии. К сожалению, она не справилась, но было совершенно очевидно, что в нашем копье Фьюри — наиболее подготовленная боевая единица, за исключением, быть может, Толи Грохота.

Интересным было другое — Фьюри врала, вернее — многого не договаривала. Она ничего не сказала про свою бионику, про дремлющий в ней боевой коготь, про заряженные Звездной Кровью Предметы в своей экипировке, которые я увидел с помощью Истинного Взора. Вполне вероятно, что и про навыки рассказала не до конца — проверить ее правдивость было невозможно. К сожалению, поделиться этой информацией с командиром, не выдав себя, сейчас было практически нереально.

Травинка тоже кратко рассказала о своем арсенале. Большую часть ее Рун я уже знал — Набор Травницы, Полог Тишины, Зеленый Лист, Бурный Рост, Солнечный Луч, Заживление, Регенерация, Умиротворение, Ментальная Связь, Живые Травы, Поиск Растений, но были и интересные открытия — оказывается, у девушки тоже имелась Руна-Хранилище, а также парочка очень интересных Рун-Предметов, подаренных отцом. Например, Кольцо Неуязвимости или Пояс Трех Ветров. Но Рун с боевым применением у моей возлюбленной не имелось — ее готовили совсем для другого.

Тем временем мы приближались к цели. Тень винтокрыла маленьким пятном скользила по бесконечному зеленому морю, изредка перемежаемому узкими нитями рек и островами древесных рощ, кроны которых были похожи на тучные облака. Больше всего Море Трав напоминало даже не степь, саванну или прерии, а огромный луг, где растения вдруг увеличились в десятки раз. Пеленгатор фиксировал в гуще трав множество жизненных форм, больших и малых, и дважды мы, кажется, видели внизу двигающиеся вереницей отряды всадников. Скорее всего это были охотничьи группы Народа Трав, чей племенной союз — интерфейс Восхождения перевел его на глобиш странным термином «эль», контролировал эти громадные территории.

Подключившись к ретранслятору винтокрыла, Фьюри раз за разом повторяла в эфир на всех диапазонах:

— Внимание! Говорит поисково-спасательная группа! Сообщение для колонистов с ковчега «Хельга»! Оставайтесь возле спасательной капсулы, сохраняйте спокойствие и ожидайте нашего прибытия! При признаках опасности забаррикадируйтесь внутри капсулы и ожидайте!

Вокс-сеть сюда, конечно, не дотягивалась, и ответить нам люди не могли, но если они нашли вокс в своем наборе, то он все равно примет входящее сообщение. Приемники есть и в самих капсулах, так что шанс быть услышанными у нас был. Главное, чтобы немного повезло…

— Приближаемся. Есть устойчивый сигнал аварийного маячка, дистанция двенадцать миль, — сообщила Фьюри. — Второй сигнал дальше, до него около пятидесяти миль. Все равно повезло, близко упали…

Я был с ней согласен — и видел координаты на экране навигатора. Мы уже подходили к первой отметке, когда штурман вдруг сообщила:

— Множественные жизненные формы вокруг сигнала! Фиксирую три… нет, пять, большого размера!

— Сука! — выругался Динамит сквозь зубы, вцепившись в подлокотники ложементов и вместе с нами вглядываясь вниз, — Голиафы!

Да, не требовалось быть знатоком фауны Единства, чтобы узнать этих созданий. Удивительно напоминающие земных диплодоков, гигантские длинношеие монстры виднелись издалека. Целый выводок, две взрослых особи и три — поменьше, детеныши всего лишь с «Микадо» размером. Вызывающе яркая окраска, огромный костяной гребень и устрашающие двойные шипы на хвосте делали их похожими на смесь брахиозавра со стегозавром — так, по крайней мере утверждала энциклопедия Анни. И сигнал нашей капсулы мигал где-то совсем рядом с этими травоядными исполинами, что вряд ли было случайностью!

Я снизился и сделал круг, чтобы разобраться в происходящем. Услышав приближающийся винтокрыл, голиафы воинственно затрубили, вытягивая шеи и топорща острые гребни, молодежь прибилась к родителям, как будто пытаясь уйти под их защиту.

— Они принять нас за Небесный Змей! — сказал Лэндо, хищно щурясь, — Он нападать с неба на их детей! Они хотеть драться!

— Я нашла капсулу, — сообщила Фьюри, выделяя черный объект в траве, увеличивая и выводя его на панель визуального обзора. Это действительно была торпеда спасательного модуля, точно такая же как моя, только лежащая на боку и с явными следами вмятин — будто семейка голиафов вдоволь поиграла ей в футбол.

— Где колонист? Убежал? — спросил Динамит, — Ищите поблизости сигналы схожей сигнатуры!

— Ничего нет, командир…

— Нет, есть. Капсула закрыта, — вновь заговорила Фьюри, — Она непроницаема для пеленгатора, человек может быть внутри!

— Может, жив… — на скулах Динамита набухли желваки, — Только что делать с этими…

В ответ Фьюри запустила прицельно-навигационный комплекс. Под крыльями «Грифона» шевельнулись гаусс-турели, алые маркеры скрестились на одном из голиафов, пытаясь отыскать уязвимое место.

— Нет, не убьем, калибр маловат, — покачал головой командир, — Только раздраконим, они вообще озвереют, растопчут тут все…

Я был с ним полностью согласен. Такую тушу даже наши гаусс-пушки не распотрошат, учитывая защитный панцирь и крепость костей этих чудовищ. Были бы ракеты — можно попробовать, без них — дохлый номер. Тяжелое вооружение могли заменить боевые Руны, но я знал, что даже команды Восходящих стараются обходить стороной стаи голиафов — гиганты славились свирепым нравом и невероятной живучестью. Да и взять с них особенно нечего, к чему ссорится?

— Мой Народ знать их. Я тоже знать! — вновь подал голос Лэндо, — Я взять Поющий Лук и вызывать Речной Конь. Я стрелять, они бежать за мной. Вы идти забирать свой человек!

— Отманить их отсюда? — взглянул на него Динамит, — А что, вариант… Справишься?

— Я мужчина и охотник быть! — гордо выпрямился Лэндо, — Как у вас говорить — нет проблем!

Так и поступили. Я высадил Лэндо в полутора милях, и вновь увидел, как принц-Восходящий применяет свои Руны. На этот раз, кроме лука и призрачных щитов, он вызвал серебряную Руну-Существо, подарок своего отца. О нем я пока только слышал — и надо сказать, оказался удивлен. Речной Конь выглядел скорее как сказочный единорог, чем напоминал земную лошадь, но все-таки сходство было несомненным. Серая, мышиная масть, серебряная грива, длинный хвост — он появился, окруженный брызгами воды, скорее призрачный, чем реальный — и служащий неопровержимым доказательством земного происхождения цивилизации Кел. Ибо в нашем Круге не было лошадей, а эта Руна-Существо, так на них похожая, откуда-то взялась, и, возможно, была столь же древней, как само Единство…

Оседлав рунного скакуна (принц хвалился, что Речной Конь может скакать даже по поверхности воды), Лэндо лихо свистнул и исчез в зеленых зарослях. Он явно чувствовал себя тут рыба в воде, а мы снова взмыли в воздух — чтобы подстраховать его, и одновременно при успехе не терять ни минуты…

Получилось! С высоты было прекрасно видно, как абориген кружится вокруг семьи голиафов, выбирая позицию, как прицеливается и спускает тетиву. Поющая Стрела, усиленная Руной Стихии, оставила морозную кляксу на шее самого большого чудовища, и отец семейства раздраженно затрубил, поворачиваясь в сторону угрозы. Потребовалось три выстрела, чтобы все голиафы двинулись за противником, который продолжал дразнить их, близкий и одновременно недосягаемый. Речной Конь давал Лэндо огромное преимущество в скорости, и вскоре ревущие исполины скрылись из вида, отманиваемые принцем все дальше и дальше.

Терять времени было нельзя, и мы сели — прямо на вытоптанную площадку возле капсулы, благо псевдоупоры «Грифона» позволяли посадку почти на любую поверхность. Копье тут же высыпало из винтокрыла, внутри остался только я, готовый ко взлету.

Видно и слышно было, как они занимают круговую оборону, быстро осматривают капсулу, стучатся в нее, а потом вскрывают — с помощью виброключа. В действиях Динамита, Иня и Грохота чувствовался опыт — видно было, что подобную работу они проделываю не впервые.

Внутри действительно был человек! Землянин, живой, хоть и изрядно помятый. Через несколько минут его под руки ввели на борт, бледного и трясущегося, как осиновый лист. Крупный мужчина лет сорока, судя по коже, волосам и чертам лица — латино. Серый комбинезон — значит, ранг «колонист», рядовой рабочий или служащий, не обладающий редкой ценной специализацией. Меня уже просветили, что «серых» — примерно семьдесят процентов всех упавших с «Хельги» землян. За ними по градации шли синие комбинезоны, «специалисты», обладающие квалифицированными знаниями и навыками в определенных областях, а еще четыре с хвостом процента составляли золотые комбинезоны — «лидеры» и «эксперты», специально подготовленные организаторы, кураторы и администраторы больших человеческих сообществ. Поговаривали, что есть еще одна градация — черный комбинезон, «координаторы», которые осуществляют общее руководство проектом «Космо», однако никого из этой загадочный касты ни я, ни мои знакомые пока не встречали.

— Сигурд, Травинка, займитесь им! — приказал Динамит, — Мы обдерем капсулу, пока есть время…

— Как вы себя чувствуете? Болит где-нибудь? — спрашивала девушка землянина, но тот только тряс головой и заикался:

— Я… я… вы… вы… я…

— Ясно, он в шоке, — кивнула Травинка. На ее пальцах сверкнула Руна — я уже знал, что это Умиротворение, и мужик обмяк в кресле, расплылся, прекратил дрожать. Его кожа вновь приобретала нормальный цвет. Я помог стащить с него верхнюю часть комбинезона, но ничего, кроме ссадин и ушибов не обнаружилось. Повезло, крупно повезло — голиафы могли оставить от незваного гостя мокрое пятно.

— Лучше стало? Можешь говорить? — спросил я землянина. Хорошо представлял его шок — другая планета, древо, огромные чудовища вокруг, и мы — похожие на землян, и одновременно не похожие, взять того же Лохмача…

— М…могу, — с трудом выговорил он.

— Как тебя зовут, помнишь?

— Имя… — лоб мужчины прорезала морщина раздумья — он действительно пытался вспомнить, — Нет. Не помню… Ничего не помню!

— Спокойно, это последствия криостазиса. Память должна восстановиться, — мягко произнесла Травинка, — Сейчас вы в безопасности, скоро мы отвезем вас к другим людям, во фригольд.

— К… куда?

— Во фригольд. Так называется наше поселение, земная колония, — терпеливо пояснила девушка.

— А это… кто?! — землянин выставил палец, показывая на Кыша, который забрался на мое плечо и с крайне скептической миной изучал нашего гостя.

— Это Кыш. Он йурр, — усмехнулся я.

— Значит это… не Земля? — мужчина покосился в проем опущенной рампы, откуда лился золотистый свет Игг-Древа.

— Это не Земля, — покачал головой я, — Этот мир называется Единство.

— Единство, — повторил мужчина. — Что это значит? Это другая планета? Что это… за дерево?

Я вновь вспомнил себя и свои первые вопросы. Понял, как сложно объяснить то, что сейчас столь очевидно мне, Травинке, другим людям и как долог и несвоевременен будет этот разговор. И ответил:

— Когда прибудем во фригольд, тебе все объяснят. Как ты догадался забраться в капсулу? Услышал наше сообщение?

Он что-то говорил, но я уже не обращал внимания, потому что почувствовал мелкую, почти незаметную вибрацию, пронзающую землю упоры винтокрыла. А затем услышал вдалеке стук, как будто сотни копыт слитно бьют в землю, и шорох, с которым множество всадников раздвигают на ходу буйную растительность Моря Трав. Секундой спустя к новым, опасным звукам присоединился голос Лэндо.

— Тавры! — кричал принц, словно пытаясь предупредить нас, — Тавры!

Глава 6

— Травинка, пристегни его и пристегивайся сама!

— Но…

— Быстрее!

Не дожидаясь команды Динамита, я сразу же прыгнул в ложемент и запустил импеллер. Мы должны быть готовы к взлету в любую секунду! Гул турбины перебила резкая дробь выстрелов — ребята снаружи начали стрелять, и это означало, что противник уже на подходе. И почти одновременно высветилось новое задание:

Задание Наблюдателя Единства!

Восходящий! В отмеченной области встречаются разумные существа, представляющие опасность для Народов Единства. Их поголовье необходимо сократить. В зачет задания считаются только половозрелые и проявляющие признаки агрессии особи следующих видов: дикий тавр, дикий измененный тавр, альфа-тавр.

Награда: Слава

Награда: Звездная Монета

Награда: Руна (качество: бронза)

Видимо, об этом задании и упоминала Вероника! Значит, в отличии от других Восходящих, рикс могла «видеть» их дистанционно? Или она просто ориентировалась на донесения побывавших в этом районе Восходящих? Крайне интересно, однако размышлять было некогда — тавры приближались! Экраны кругового обзора показывали, как наша группа быстро отступает к винтокрылу. Лохмач и Грай тащили что-то тяжелое, Динамит, Инь, Фьюри и Грохот прикрывали их, огрызаясь короткими очередями «Суворовых». Тавров я пока не наблюдал, но прекрасно слышал — топот, фырканье, протяжные горловые звуки, похожие на смесь рычания и мычания. К ним прибавился новый, короткий, резкий свист, и стало ясно, что стрелять здесь умеют не только земляне!

Мои товарищи, шумно дыша, забегали внутрь, у раскрытой аппарели остались лишь Динамит и Грохот. Толя, в экзоскелете с расправленными конечностями похожий на огромного паука, медленно отступал назад, матерясь и поливая невидимого врага из шестиствольного гаусс-пулемета. Фьюри скользнула на соседний ложемент, активировала прицельный комплекс, но турели «Грифона», закрепленные под крыльями, в такой позиции не имели возможности обстрела.

— Взлет? — хрипло спросила она, но подниматься в воздух было рано, мы не могли бросить внизу Лэндо!

Я наконец-то увидел своего побратима. Принц вырвался из волн травы, пригибающейся под напором созданного вращением импеллера ветра. Он несся во весь опор, вцепившись в серебряную гриву своего волшебного Существа, а за ним, отставая буквально на десять шагов, с ревом гнались здоровенные быкотавры. Я впервые встречал этих существ, так сказать, в живом виде — и, честно говоря, был совсем не обрадован знакомством. Они дышали дикой, звериной свирепостью разъяренного стада, готового все снести на своем пути!

Лэндо летел серебряным вихрем, и в двух шагах от винтокрыла так резко деактивировал Руну, что с грохотом врезался в аппарель, кубарем покатился по опущенному трапу. Грохот тут же схватил его за шиворот и потащил внутрь, а Динамит заорал:

— Взлетаем! Сигурд, быстрее!

Да куда уж быстрее! Не обращая внимания, что по обшивке «Грифона» застучали стрелы, а одна клюнула прямо в пилотское остекление, я плавно оторвал винтокрыл от поверхности земли. Заднюю аппарель в нарушение всех инструкций пришлось закрывать на ходу и несколько стрел умудрились влететь в проем, со звоном расщепляясь об переборки.

Успели! Мы стремительно поднимались, выходя из зоны обстрела. Ревущие тавры превратились в небольшие фигурки внизу. Они закружились бешеным хороводом на том месте, откуда только что взлетел винтокрыл. Судя по всему, дикари не испытывали никакого почтения к летательному аппарату, продолжая посылать в нашу сторону стрелы и дротики, но уже без всякого результата. Свирепые твари — хорошо, что все на борту, что все живы… Судя по долетавшим репликам, мы легко отделались: Лэндо стонал, ударившись при падении, матерился Грохот — его зацепило стрелой, но ничего серьезного, царапина. Травинка уже помогала им. Я даже не представлял, что сейчас ощущает наш новичок, только что вылезший из капсулы. В моем случае все начиналось несколько… спокойнее.

— Молодец, Сигурд! — сзади возник Динамит, войдя в пилотское отделение. Лицо командира под обрезом шлема было странным, серо-свинцовым и застывшим, как у мертвеца, но я уже знал, что так выглядит эффект Каменной Кожи, одной из его бронзовых Рун, — Сколько их там, можете сказать?

— В радиусе пеленгатора — около полусотни, — ответил я, — Пятьдесят два, если точно…

— Целый табун. Обнаглели в конец, твари!

— Задание, — сказала Фьюри, — Видишь?

— Бронза, о да, — облизнулся Динамит, — Врезать бы по ним с воздуха… Сможем, Сигурд?

— Без проблем, командир, — ответил я, разворачивая винтокрыл, — Фьюри, уходим на боевой. Огонь с двухсот. Следи за расходом боеприпасов.

Тавры кучковались внизу, возле раскуроченной капсулы. Прицельные системы давали отличное приближение, и я наконец-то хорошенько разглядел врагов. Бочкообразное бычье туловище, массивный мохнатый торс, увенчанная рогами звериная башка. Мужские и женские особи отличались ярко выраженными половыми признаками. На некоторых были заметны перевязи из шкур, а вооружены тавры были громадными сучковатыми дубинами, короткими луками и дротиками — с каменными, судя по всему, наконечниками. Свирепая помесь человека и тауро, причем от последнего — гораздо больше! Какому извращенному разуму пришло в голову сотворить такое?

— Иные племена были специально созданы Кел, чтобы младшие народы не расслаблялись в сытом мире. Без внешней угрозы нет испытаний, без испытаний невозможно Восхождение, — неожиданно ответил голос, — Таких существ много, особенно в старых Доменах…

Они не опасались заходящего на них винтокрыла — и совершенно зря! Две сверкающих очереди наискось прорезали табун, сразу превратив несколько быколюдей в груды окровавленного, бьющегося в агонии мяса. Две гаусс-турели, входящие в штатное вооружение «Грифона» — страшная штука, особенно если цель не слишком защищена. Ферримагнитные заостренные стержни, которые штамповали во фригольде вместо родных титановых игл, насквозь пробивали тавров, оставляя дыры размером с кулак, отрывая конечности и снося головы. То, что турели с легким стрекотом, почти бесшумно выплевывали заряды, оказалось нам на руку — тавры сначала даже не поняли, что их убивает, и мы вволю покуражились, пока они не разделились на несколько мелких стаек, брызнувших в разные стороны.

— Первый магазин пуст, — сообщила Фьюри, — Осталось пять.

— Преследуем, командир? — спросил я, вновь разворачивая «Грифон». Безжалостный расстрел тавров с воздуха не казался привлекательным занятием, но Руна есть Руна. Тем более бронзовая — лакомый кусочек. Вот только кому засчитают задание после выполнения?

Оно, как я уже понял, было совместным — послание Наблюдателя получали все Восходящие, входящие в эту область. Подобно заданию на зачистку личинок в Расколотых Землях, количество особей не указывалось, важным было снижении популяции до некоего безопасного предела. Выделенная область, где это можно сделать, казалась огромной — черт его знает, сколько вообще тавров надо перестрелять, чтобы достигнуть цели…

— За каждым гоняться не будем, — Динамит тоже это сообразил, — Будет время, постреляем на обратном пути. Сначала дело, у нас еще одна капсула!

Вторая капсула упала в пятидесяти километрах от первой, неподалеку от узкого ручья. Она стояла нетронутой, гермостворка была распахнута, вокруг — чисто. Однако человека не оказалось ни внутри, ни снаружи. Криптор тоже отсутствовал, но возле капсулы нашлось множество следов копыт, совсем свежие лепешки дерьма, обрывки синего комбинезона — и пятна крови на траве!

Абсолютно очевидно, что тавры побывали здесь первыми. Наш следопыт Лохмач указал даже, в каком направлении они ушли, захватив пленника — и случилось это совсем недавно, не более часа назад. Табун, скорее всего, был другим, не тем, который напал на Лэндо — потому что следы вели в противоположном направлении.

— Лэндо, как думаешь, человек еще живой?

— Может да, может нет. Если женщина быть — скорее быть живой, — ответил принц, — Если нет, мертвый находить!

— Они не могли уйти далеко, попробуем догнать, — принял решение Динамит, — Сигурд, летим!

Выследить тавров оказалось очень просто — табун вздымал хорошо заметное с высоты облако пыли. По нему мы и сориентировались — и вскоре увидели размытое пятно на поверхности Море Трав, за которым оставался отчетливый след. Скрытые в густой растительности тавры двигались компактной группой, почти не растягиваясь, и когда мы снизились, настигая их, табун распался на отдельные фигурки, которые, как оказалось, находились в строгом иерархическом порядке.

— Впереди альфа, Звездную Кровь иметь, — сообщил Лэндо, жадно наблюдая сквозь остекление за скачущим табуном, — Его убивать первым! Затем — тех больших измененных, которые скакать за ним. Тогда они не понимать, куда скакать, что делать, быть разбегаться…

— Ага, ясно, — кивнул Динамит, — Главное, не зацепить нашего. Сигурд, Фьюри, видите его?

Фьюри выделила и увеличила пойманное изображение: на плече одного из быкотавров, следующих вторым порядком, виднелось полуобнаженное человеческое тело. Кажется, женское, но уверенности в этом не было. На наших глазах тавр на ходу перекинул пленника соседу, а тот, пронеся немного — швырнул следующему, словно играя в некую игру. Человек не подавал признаков жизни, и это было понятно — что могло остаться от него после получаса такого развлечения?

— Он живой вообще?

— Живой быть. Немногие выдерживать! Мертвый быть — выкинуть.

Во мне начинал подниматься праведный гнев — эти жестокие твари не заслуживали снисхождения! Динамит скрипнул зубами, а лицо Фьюри закаменело. Алый маркер прицела выделил здоровенного черного бычару, скачущего во главе табуна. Альфа-тавр, содержит Звездную Кровь — явный вожак, он даже визуально отличался от остальных, огромный, гипертрофированно мускулистый, с замысловато скрученными рогами. Его-то мы и срезали первым, заставив споткнуться и закувыркаться в галопе. Альфа умер не сразу, он пытался подняться, но Фьюри уделила ему особенное внимание, буквально изрешетив великана. А затем та же судьба настигла других — не давая им не единого шанса, я держал «Грифон» в фарватере убегающей стаи, а Фьюри хладнокровно расстреливала их, сперва тщательно выцеливая немногочисленных измененных тавров, а затем — всех остальных. Не так-то это просто — удерживать огромный винтокрыл с одним импеллером на сверхмалой высоте и сверхмалой скорости в ручном режиме, но я справился, хоть и вспотел немного. Звездная Кровь не помогла им спастись, земное оружие торжествовало победу.

— Это всего лишь дерево, не обольщайся, — лениво прокомментировал голос, — Ваши примитивные стрелы из металла опасны только для мусорных тварей. И в этом нет чести…

Сафари закончилось быстро — табун распался на несколько групп, бестолково мечущихся вокруг погибших сородичей. Некоторые, сообразив что их убивает, пускались прочь, но большинство умирали, покрыв траву множеством бьющихся в агонии тел. Настоящая мясорубка, лютое побоище — даже хорошо, что мы не сумели разглядеть его во всех подробностях. Нашей главной задачей было не повредить пленному человеку — в этой безумной давке его вполне могли прикончить окончательно. Но Фьюри действовала умело, очередями разделяя стадо и отгоняя тавра, несущего землянина, от остальных, пока он не оказался в одиночестве, не помчался сломя голову сквозь заросли.

— Сигурд, снижайся и разблокируй десантный люк! — приказал Динамит, — Можешь держаться прямо над ним? Отлично! Толя, твой выход!

Расплескивая ветром траву, мы приклеились за уходящим тавром, а затем Грохот, бесстрашно свесившись в десантный люк, сделал ювелирную работу — аккуратно подстрелил вражину. Тавр рухнул, забился на земле, где-то рядом с ним замерло неподвижное человеческое тело.

Мы снова приземлились, с шорохом сминая травяной ковер. Ребята выскочили наружу и через минуту вернулись с добычей на медицинских носилках.

Окровавленное тело в лохмотьях голубого комбинезона все-таки оказалось женским. Может, даже молодым и красивым — сейчас это было невозможно определить. Оно сломанной, избитой куклой замерло на полу отсека — одна рука явно выгнута под неестественным углом, кожа покрыта синяками и кровоподтеками, волосы превратились в кровавый колтун — в процессе своих игрищ твари едва не оскальпировали несчастную. Нашего новичка, кажется, вырвало — ну что ж, я мог его понять, сам едва сдерживался, чтобы не отвести взгляд.

— Травинка, что с ней?

— Еще дышит. Отойдите в стороны! — огрызнулась девушка, склонившись над пострадавшей, — Не мешайте!

Я видел, что ее руки, с лихорадочной быстротой открывающие медицинский кейс, слегка дрожат — Травинка волновалась. И это можно понять, состояние землянки (специалиста, судя по цвету комбинезона), было критическим.

— Лэндо, можешь собрать Звездную Кровь? — тихо попросил Динамит принца, и тот кивнул, нырнул в открытую аппарель. Там снова замерцал силуэт Речного Коня — абориген с шелестом умчался в родные травы. Ну да, альфа уничтожен, табун рассеян, недобитки сбежали, можно особо не опасаться повторного нападения.

Я снял пилотский шлем и вытер лоб рукавом — был мокрым, как мышь, из-за всей этой бешеной круговерти. Фьюри повернула голову и чуть заметно кивнула, слегка улыбнувшись — она в полной мере оценила мои пилотажные навыки. Я неожиданно заметил — по высветившемуся алому ободу вокруг зрачка, что ее правый глаз — тоже бионика, причем далеко не простая. Стреляла она, по крайней мере, великолепно, мы потратили три кассеты из шести имеющихся, и парсер прицельного комплекса показывал 87 % попаданий.

Травинка тем временем совершала свои медицинские манипуляции. Она срезала окровавленные остатки комбинезона, что-то вкалывала пострадавшей, ощупывала, перевязывала. Лицо девушки было мрачно-сосредоточенным, с ее пальцев срывались светящиеся Руны, впитываясь зеленым свечением в неподвижное тело. Грай и Инь помогали, подавая инструменты, а Лохмач и Грохот заняли позицию снаружи винтокрыла, наблюдая за окрестностями.

— Будет жить? — спросил Динамит без особой надежды через некоторое время.

— Не знаю, — буркнула Травинка, устало опуская окровавленные по локоть руки и накрывая тело, — Множественные переломы, обширные поверхностные раны, большая потеря крови, подозреваю также повреждение внутренних органов и внутреннее кровотечение… Я оказала первую помощь, стабилизировала ее, но не знаю, сможем ли довезти живой до фригольда! Срочно нужен стационарный медком, диагностическая капсула, несколько операций…

— Принял. Три часа пути выдержит?

— Не знаю. Не уверена…

Лэндо, к счастью, обернулся быстро — мы не слишком удалились от места побоища. Чуть забрызганный темной кровью, он выглядел несколько подавленным. Когда мы уже поднимались в воздух, я с удивлением услышал, как он повторил слова, совсем недавно сказанные Белым Дьяволом:

— В такой охоте нет чести…

Грохот что-то возразил ему, и принц выдал очередную сентенцию в своем репертуаре:

— Тот-Кто-Сражается говорить: не один Восходящий не знать, где начинаться и чем кончится его испытание, но он выходить из него иным, чем входить. Потому что в этом и быть Восхождение. Где испытание тут? В убийстве того, кто не может защититься, нет Славы…

Если поразмышлять, в этом заключался глубокий смысл. Белый Дьявол сказал, что некоторые агрессивные существа, подобные тавром, были созданы Народом Кел как раздражитель для младших народов — это косвенно означало, что Кел проводили некий глобальный эксперимент, помещая человеческие группы с примитивной материальной культурой, в замкнутую среду, где люди вынуждены сражаться за выживание. Самым эффективным оружием в Единстве были Руны… И Звездная Кровь. Получалось, что таким образом Кел пытались выращивать и прогрессировать Восходящих через смертельно опасные испытания — но для чего именно?

— Те, кто выбирает легкий путь, никогда не поднимаются высоко! — ответил голос, — Без смерти нет жизни! Разве ты еще не понял, ювейн? Новый Единый не появится в озерной трясине, он может выйти только из кипящего огненного горнила испытаний! У Кел когда-то была сила, дремлющая в недрах звезд и вся Звездная Кровь этого мира. Но они утратили возможность пройти до конца по лестнице Восхождения, потому что выбрали покой и вечную жизнь…

Мы шли обратным курсом — Фьюри проложила новый, кратчайший, я выжимал из «Грифона» максимальную скорость. К сожалению, меньше трех часов на возвращение не получалось и оставалось только надеяться, что травмированная землянка выдержит дорогу. Ее осторожно положили на койку-трансформер, закрепив ремнями, и Травинка сидела рядом, контролируя состояние. Краем уха я слышал разговоры экипажа: Грай и Грохот вводили потрясенного новичка в курс местных дел, немного посмеиваясь над ним, Динамит и Лэндо обсуждали добычу. Последнее, конечно, было гораздо интереснее:

— Сколько собрал?

— Восемь капель Крови быть и пять Рун взять, — с достоинством отвечал Лэндо, — Две Руны пустые. Две Руны Развития. Одна Руна Звериной Мощи. Все дерево быть.

— Мощь с альфы выпала? — уточнил Динамит, — Негусто. Но дареному коню, то бишь тавру, в зубы не смотрят.

— Мне не нужна быть эта Руна, — ответил принц, — Ты взять ее?

— Звериную Мощь? Не отказался бы, мне в тему, хоть и дерево, — кивнул командир, — Ладно, тогда так сделаем… Руну-Умение я забираю. Развитие — одна Руна тебе, другая Травинке, вам как раз по рангу будет. А пустые, как всегда, Трейву сдадим. Может, сделает чего интересного наконец-то…

— Так быть, — с обычным спокойным достоинством подтвердил Лэндо. Фьюри и Травинка не отреагировали — они были новыми членами копья и пока не знали, по каким правилам происходит распределение добытых Рун. Насколько я убедился за несколько выходов — Динамит старался никого не обижать, предпочитая усиливать команду, но всегда оставлял за собой последнее слово. Мне это импонировало, но увы, как тайному Восходящему, претендовать было пока не на что.

Однако, как оказалось, дележ Рун не был закончен.

— А что с заданием? — спросил Динамит, — Кому засчитали?

Ответом ему была тишина. Я вдруг понял, что иконка задания в Атласе погасла, исчезла — это означало, что оно выполнено, и меня пробил холодный пот — что, если Наблюдатель зачел его мне, как пилоту, управляющему оружием убийства? Но спустя несколько секунд откликнулась Фьюри:

— Мне. Я же стреляла.

— Хорошо, — Динамит снова вошел в пилотскую, — Что там есть в награду?

— Одна Слава. Одна Звездная Монета. И бронза на выбор. Свойство, Умение, Заклинание, Предмет, Навык, Существо, — неохотно ответила Восходящая.

— Ого, расщедрился Наблюдатель сегодня… Смотри, как в нашем копье принято, Лилия. Слава — само собой, твоя. Звездная Монета — фригольду, отдашь Веронике. А Руна наша, берет тот, кому нужнее.

— Разве Руны, добытые в рейде, распределяет не фригольд? — холодно осведомилась Фьюри, — Я отдам Руну риксу, пусть она решает.

— Руны идут фригольду, если мы выполняем задание, которое Наблюдатель дал риксу! — пояснил Динамит спокойно, но очень твердо, — Если бы Вероника поручила нам истреблять тавров, другое дело. Но нет, это задание мы выполнили сами, параллельно основному. Поэтому бронзовая Руна принадлежит нашему копью, а не Веронике. Такие у нас здесь правила, ясно?

— Это неправильно и рикс должна узнать об этом, — ответила Фьюри, — Но ты командир группы, и я выполню твой приказ… Какую Руну выбирать в награду?

— Подождите с дележом, — вдруг вмешался я, — Что это такое справа? Видите?

Справа по курсу, почти на пределе видимости над желто-зеленой поверхностью Моря Трав появился странный объект — сначала я принял его за деталь ландшафта, однако по мере приближения стало ясно, что объект двигается, издалека похожий на огромную черную скалу. Явно живое существо, притом — громадных размеров, гораздо больше крупных голиафов…

— М-мать! — пригляделся Динамит, — Вот и вам и серебро, знакомьтесь!

И почти одновременно с его словами передо мной распустился фрейм нового задания Наблюдателя…

Глава 7

Задание Наблюдателя Единства!

Восходящий! Найдите и ликвидируйте старого огнезуба, представляющего большую опасность для Народов Единства.

Награда: Слава

Награда: 10 Звездных Монет

Награда: Руна (качество: серебро)

Серебряное задание! По рангу оно равно разорению Гнезда Червей, но там были сотни тварей, а здесь — единственное существо. Означало ли это, что старый огнезуб стоит их всех вместе взятых? Старое серебро — оно ведь может быть близко к золоту…

— Никогда его не видел, — пробормотал Динамит, — Сигурд, можешь немного приблизиться?

Мне и самому было интересно поближе взглянуть на эту тварь. За нашими ложементами сгрудилось все копье, жадно вглядываясь сквозь купол пилотского остекления, покрытый голографическими проекциями. В десантном отделении тоже были иллюминаторы, но маленькие и неудобные, а поглазеть на легендарную, как оказалось, тварь, хотели все.

Грубое нарушение техники безопасности! Я закрывал глаза, что Динамит периодически покидает свое место, но дурной пример оказался заразителен. При резком маневре людей запросто можно покалечить, а на борту за их безопасность отвечаю я — и потому рявкнул на весь салон через динамики:

— Экипажу немедленно занять свои места и пристегнуться!

— Э, Сигурд, ты чего, озверел?

— Дмитрий, в полете, на воздушном судне командую я! — ответил я, сам удивившись металлическим ноткам, прорезавшимся в голосе, — Занять места и пристегнуться!

Экипаж, недовольно ворча, расползся по сиденьям. Я приказал Фьюри вывести изображение с наших обзорных камер на голографический экран в салоне, чтобы они могли спокойно видеть то же самое, что наблюдали мы.

«Грифон» быстро шел на сближение, делая небольшой крюк. Вскоре прицельный комплекс захватил существо, высветил и приблизил его отдельным изображением. Настоящее чудовище!

Старый Огнезуб напоминал хищного динозавра, вроде тирекса, но гораздо более массивного. Он возвышался над поверхностью Моря Трав, как великан, переходящий вброд реку, черная махина размером с пятиэтажный дом — наверное, самое крупное существо, виденное мною в Единстве! Тропосы и голиафы пасовали перед этим монстром, покрытым угольно-черной чешуей с багровыми, как будто отсвечивающими лавой прожилками. В каждом движении огнезуба ощущалась скрытая опасность — несомненно, это был хищник, патрулирующий свои владения! И впечатление он произвел не только на меня:

— Здоровенная сволочь, на!

— Что это за штука у него под нижней челюстью? Которая светится?

— Огненный мешок быть. Мой отец рассказывать, он плевать огонь!

— Почему его до сих пор никто не прикончил?

— Старое серебро! Многие хотеть, никто не смочь… Много лет здесь жить, опытный быть, все видеть, все знать. Сигурд, осторожнее быть!

Словно услышав принца, чудовище заревело — гулкий, громоподобный звук, на изрядном расстоянии всколыхнувший поверхность Моря Трав. На его спине встопорщился мембранный гребень — алый, как языки пламени. А затем Огнезуб внезапно изменил направление движения и явно ускорился, переходя на тяжелый, сотрясающий землю бег. «Грифон» летел параллельным курсом, но расстояние между нами неожиданно стало быстро сокращаться. Гигант явно нас заметил — а затем, раскрыв пасть, внезапно выдохнул огненно-рыжий сгусток огня!

— Держитесь!

Я бросил винтокрыл в сторону быстрее, чем запищали системы предупреждения. Маневренность аппарата с одним импеллером оставляла желать лучшего, о противоракетном вираже даже речь не шла, поэтому действовать стоило с упреждением. В десантном отделении загремел, перекатываясь, незакрепленный груз. Если бы парой минут раньше не заставил экипаж пристегнуться, любопытных расшвыряло бы по отсеку, беспощадно втемяшивая в перегородки.

Старый Огнезуб был в нескольких километрах, но выпущенный им огненный заряд преодолел это расстояние за полминуты, да еще и странно закручивался в нашу сторону, как самонаводящаяся ракета! К счастью, я ускорился и набрал высоту заранее, и пламенный болид — размером не меньше «Грифона», черт побери, ушел в небесное молоко в нескольких сотнях метров за кормой. Гул, свист, длинный шлейф дыма, нас догнал мощный порыв ветра, заставивший затрястись корпус винтокрыла.

— Ни хрена себе огнеметная система! — выдохнул Грохот.

— Давай-ка подальше от него, Сигурд! — торопливо велел Динамит, — Настоящий дракон, слава богу, что этот крокодил без крыльев…

Я был с ним полностью согласен и уже делал все необходимое. Связываться с этой бронированной махиной, да еще и извергающей огонь на немаленьком расстоянии сейчас было совершенно лишним. Стало более-менее понятно, почему большинство охотников не добились успеха — чтобы завалить такого монстра, нужно иметь крайне серьезные аргументы, к нему так просто даже не приблизишься…

— Достойный противник для Восходящего, — прозвучал в голове голос Белого Дьявола, — Это существо содержит много Звездной Крови и хорошие Руны. Теперь мы знаем, куда сходить на охоту, ювейн…

Это прозвучало как насмешка — с нашими-то скромными возможностями и статусом «слабой бронзы»! Да и не испытывал я горячего желания участвовать в охоте на такое чудище — чтобы выходить против него, нужно самому быть как минимум серебром. Возможно, тут могла помочь Азимандия со своими Рунами, но и она вряд ли будет в восторге от спарринга с этим гигантом!

Мы стремительно отдалялись, продолжая набирать высоту, и Старый Огнезуб, неутомимо бегущий следом, скоро превратился в черную точку среди бескрайнего желто-зеленого Моря Трав, а потом вовсе исчез. Каких только тварей тут не встретишь! Меня очень интересовал вопрос — если сегодня мы чудом вытащили двух людей, которые безусловно погибли бы в первые сутки, каков вообще процент выживаемости колонистов, падающих с «Хельги»? Или им просто не повезло упасть в очень опасном районе? Но, судя по местам, где я уже побывал, безопасных областей в Единстве не существовало — везде скрывался какой-то подвох, даже мой островок на озере на третью ночь навестил найтволк!

Размышляя, я пришел к выводу, что Вероника послала именно нас на эту миссию, потому что риск гибели колонистов был очень высок. Обычная рейдовая группа не успела бы добраться и спасти людей, но сейчас под рукой оказался скоростной «Грифон». Из этого следовало, что и остальные задания, скорее всего, окажутся подобными — винтокрыл будут бросать в места, где необходима немедленная реакция фригольда. И оптимизма этот вывод не добавлял — вряд ли там нас будут ждать с распростертыми объятиями.

Выведя «Грифон» на нужный эшелон и установив курс, я немного расслабился. Оставалось только слегка подруливать, чтобы избежать столкновения со стайками полярий. Их здесь было полно, похожих на золотистые пылинки, медленно кружащие в воздушных потоках. Хотя корпус «Грифона» экранирован, крупные особи с их электрическим разрядом могли представлять опасность. Небо было безоблачным и чистым, идеальные полетные метеоусловия, внизу медленно проплывало бескрайнее травяное море. Судя по картам в навигаторе, оно занимало почти всю южную, юго-западную и западную часть Круга, простираясь до теневых земель — огромная площадь!

Когда мы поднялись повыше, справа стала видна яркая золотая звезда, похожая на маленькое солнце, только встающее над поверхностью земли — Пылающий Рог, одно из Малых Древ нашего Круга. Возле него обитали племена сородичей Лэндо, наши главные союзники в этом мире. На фоне исполинского Игг-Древа, на тысячи километров раскинувшего ветви, оно казалось микроскопическим саженцем, хоть и было посажено сотни циклов назад. Интересно, как выглядит молодое Древо? Я бы не отказался взглянуть — понять, что может вырасти из Семени, хранившейся в моей Руне… До сих пор не было понимания, что с ним делать, как использовать этот козырь, чтобы выполнить золотое задание Наблюдателя и одновременно не раскрыть свою сущность. Ясно было одно — это будет гораздо проще сделать, когда я получу статус Восходящего в Храме Вечности. Если я его получу…

Тем временем на борту опять разгорелся спор из-за бронзовой Руны. Народ решал, что именно выбрать, и я с любопытством прислушивался к их рассуждениям:

— Сразу убираем Свойство или Навык. Они бронзовые и не факт, что подойдут мне или Фьюри. С Умением тоже непонятно. Может, конечно, выпасть джек-пот, но я бы не стал рисковать, — говорил Динамит, — Предмет, Заклинание, Существо? Лэндо, что ты думаешь?

— Я не брать Руну. Я забрать Звездную Кровь, Руна быть ваша. Так справедливо быть!

— Да я понял, что ты не претендуешь! Что посоветуешь выбрать?

— Предмет золотая середина быть. Когда не знать что брать, брать Предмет! Так говорить наши старые Восходящие.

— А я бы выбрала Заклинание, — робко вмешалась Травинка, — Бронзовое Заклинание может быть очень неплохим…

— Тут Море Трав, Заклинание может быть связано с растениями, — кивнул Динамит, — Интересный вариант, особенно если ты возьмешь Руну. Но я все-таки склоняюсь к Предмету. Лэндо прав, Предмет универсален, больше шансов, что выпадет что-нибудь полезное для нашей группы.

— Не лечи, командир, я сам доктор, — пробасил Толя Грохот. — Четыре Восходящих в группе плюс винтокрыл, японская мама! К гадалке не ходи, нас теперь будут в самую задницу бросать. Элита, на!

— Знаю. Это ты к чему, Толя?

— А к тому, япона мама, что нам нужно усиление личного состава! Какой Предмет, на? Вы и так ими увешались, а толку? Короче, Существо надо брать, командир!

Лохмач что-то неразборчиво рыкнул, и Динамит, судя по тону, усмехнулся:

— Лохмач тоже за Существо. Я вот что думаю, камрады! Толя-то дело говорит. Руны-Существа есть только у Лэндо, и мы используем их почти на каждом выходе. Нужно разнообразить команду, раз нам так повезло с заданием…

Фьюри спокойно кивнула, услышав о выборе. Пока ее помощь в управлении не требовалась, и я отпустил Восходящую к команде, откуда вскоре донеслись новые интересные подробности:

— Черноклювый острокрыл. Птица-скаут, может наблюдать с высоты, может передавать сообщения как посыльный. Шесть часов действие, двенадцать капель… Бронзоворогий тауро. Хм… ездовое животное с боевыми функциями, может таранить противника на ходу…

— Знать такое Существо! У наших Восходящих такие быть! Они нести всадник, сражаться хорошо, колоть рогами и бить копытами!

— Колоть рогами… Так, а третье Существо, Фьюри?

— Хех, луговой прыгун, — Восходящая не сдержала усмешки, — Мелкий зверек-сборщик. Может собирать и приносить хозяину мелкие трофеи, в том числе Руны и Звездную Кровь.

— М-да, полный треш выпал. Надо было брать Предмет…

— Что выбирать, командир?

— Прыгун нам ни к чему, уже йурр есть, передерутся еще. Тауро тоже, мы на «Грифоне» отважно скачем в бой… А вот птица-разведчик, очень-очень интересно. Фьюри, наблюдение с высоты транслируется через «Глаза Птицы»?

— Так точно, — после паузы ответила Восходящая, — Хозяин Руны смотрит глазами птицы.

— Тогда выбирай острокрыла! — принял решение Динами, — Эта Руна для разведки местности будет получше дрона.

— Принято. Кому передавать Руну?

— А никому, — удивил меня Динамит, — Ты же стреляла? Вот себе и оставляй. У нас Рун богато, есть куда тратить Звездную Кровь, а ты пустая. Теперь будешь при деле. Все ясно?

— Да, — коротко ответила Фьюри, а потом негромко добавила, — Спасибо.

Мне решение командира показалось крайне удачным. Динамит был неглуп, быстро соображал и не так просто стал лидером боевой группы. Вот и сейчас он распорядился имуществом крайне эффективно — во-первых, подбодрил Фьюри, дав ей понять, что она теперь полноправная часть команды, во-вторых, никого не обделив при этом, а в-третьих — действительно, из всех четырех Восходящих лишь она простаивала, не имея возможности использовать свой потенциал. Теперь и Фьюри есть куда тратить Звездную Кровь… Вот только у меня из головы не выходили ее имплантаты и Предметы.

Остальных трофеев мы взяли негусто — ребята забрали самое ценное: электронные блоки и матрицы когиторов с обеих капсул. Конечно, колонии пригодилось бы вообще все, включая корпус из драгоценной пластали, однако возможности разобрать и вытащить спасательные модули у нас не было. Ребята говорили, что в некоторых случаях за капсулами отправляли экспедиции, но все сошлись во мнении, что из этого района вытаскивать запчасти слишком рискованно и Вероника на это не пойдет.

Еще были крипторы с Наборами Колониста — один на руке живого новичка, второй, принадлежащий пострадавшей, Травинка передала Динамиту. Вскрывать и смотреть их содержимое не то чтобы воспрещалось, но негласно считалось не совсем красивым — это единственное имущество, принадлежащее колонистам, их стартовый капитал. Выяснилось, правда, что у «серых комбинезонов» Набор Колониста попроще, в нем нет ни оружия, ни продвинутых Схем, чисто набор для выживания и инструменты. Тип-один, как выразился Динамит. Был еще тип-два, покруче, ну а тип-три, как у меня, вообще считался максимальным бонусом для специалиста. Типы с пятого по восьмой включали военные грузы и колонизационные модули, но они прибывали исключительно с экспертами. Обычно вместе с ними с «Хельги» падали и грузовые модули, содержащие вообще все что угодно — от наборов семян земных культур до Репликаторов, синтетиков и боевой техники в сборе. Такие грузы были наиболее лакомой добычей для фригольдеров, и порой из-за них разгорались нешуточные конфликты с аборигенами, тоже быстро почуявшими полезность даров неба…

Забавно было послушать разговоры с новичком. Он, понятное дело, был в полном шоке и задавал совершенно глупые вопросы. Неужели я был таким же? Ничего, привыкнет, освоится. С виду Луис Ортега (табличка с именем была на комбинезоне), казался крепким, здоровым мужчиной — пригодится в нашем фригольде.

Неприятности начались на последнем отрезке пути. Раненой девушке становилось все хуже, Травинка делала что могла, но вскоре стало ясно, что мы имеем все шансы не довезти пострадавшую живой.

— У нее останавливается сердце, — сообщила Травинка, — Она умирает!

— Есть какие-то варианты?

— Нет! Уже ничего не помогает! — ответила Травинка, кусая губы, — Я не ничем не могу ей помочь… Нужен медком, капсула, искусственная кровь, или исцеляющие Руны, которых у меня нет!

— Сколько до фригольда, Сигурд? Мы можем лететь быстрее?!

— Около полутора часов, — ответил я, — Скорость максимальная, у нас один импеллер и перегруз людей на борту…

— Понятно. Ближе только ферма Эйрика, — процедил Динамит, — Ей там смогут помочь?

— Да! Давайте сядем там, пожалуйста! — быстро заговорила Травинка, — Дядя Эйрик ведь забрал одну из капсул, когда уходил, и его Венди — очень квалифицированный медком. Это хоть какие-то шансы…

До знаменитой фермы мы могли добраться в течение двадцати минут. Фьюри рассчитала курс, и вскоре в зеленом море появился правильный квадрат возделанной земли, окруженной аккуратными полями. Я хорошенько разглядел его, пока мы заходили на посадку — защитный периметр, башни, ворота, а внутри большой прямоугольный дом, построенный из желтых блоков лиора. На огороженной территории — десяток зданий поменьше, зеленеющие кроны деревьев, огороды, загоны с животными… Поселение казалось совсем небольшим, но каким-то продуманным и тщательно ухоженным. Даже с высоты чувствовалось — у этого места есть хозяин. Не простой, а именно Хозяин, с большой буквы, рукастый и трудолюбивый, которому есть дело до каждой мелочи в своих владениях.

Я многое слышал о Эйрике, основателе этого ранчо. Кто-то говорил о нем, чуть ли не лопаясь от гордости, а кто-то отпускал циничные шуточки насчет его многочисленного семейства и любви к животным. Достоверно известно было одно — Эйрик был одним из первых колонистов, товарищем Винсента, Майкла, Гая Флоу, одним из тех атлантов, на чьих плечах и поднялся земной фригольд. Что ж, пришла пора посмотреть на него воочию…

Глава 8

Я приземлил винтокрыл в указанном месте — неподалеку от большого дома, возле навесов с кое-какой земной техникой. Мягкая посадка — даже не дрогнув, «Клюван» замер, вонзив когти псевдоупоров в зеленый дерн. Экипаж начал отстегиваться, а Фьюри негромко спросила:

— Сколько часов налета, Сигварт?

— На «Грифоне»? Не помню, но вряд ли много. Я универсал, всего два года назад окончил академию, — честно ответил я, снимая пилотский шлем, — А что?

— Вряд ли меньше трехсот, — задумчиво пробормотала Восходящая. В ответ я пожал плечами — черт его знает, но триста часов налета именно на этом типе винтокрыла — из области фантастики. Однако Навык «Универсальный Полет» за сегодня резко прибавил три бронзовых звезды, достигнув 6/10, что косвенно подтверждало ее правоту. Учится так быстро никто не сможет, значит, это восстанавливаются дремлющие навыки…

Нас уже встречали — и среди нескольких мужчин и женщин выделялся рыжебородый широкоплечий великан. Наверное, встань рядом наш знаменосец Майкл, они бы оказались одного роста. Массивный, как гранитный утес, он смотрел с хитроватым прищуром, улыбчивые морщинки лучиками разбегались от уголков глаз — такие бывают у людей, много и часто смеющихся, и лучи угасающего Игг-Древа играли в огненно-рыжем нимбе седеющих волос.

Конечно, это оказался Эйрик — другого такого не было, и мне даже не потребовалась подсказка Восхождения, чтобы узнать его. Серебряный Восходящий, Мастер Зверей, бывший знаменосец фригольда, муж семи жен и отец двадцати детей, своих и чужих, как болтали злые языки. За глаза, естественно — сложно было представить человека, посмевшего сказать Эйрику это в лицо.

Эйрик тепло обнял Травинку, пожал руку Динамиту и приглашающим жестом указал в сторону дома всем остальным. Сопровождающие его люди подхватили носилки с умирающей землянкой и быстро потащили куда-то, Травинка побежала рядом, что-то взволнованно рассказывая высокой белокурой женщине — тоже Восходящей, но бронзового ранга. Мы же, гремя снаряжением, отправились в дом. Ребята, за исключением новичка, уже не раз бывали здесь, а вот я с любопытством оглядывался по сторонам.

Уютное местечко. Золотистая стерня скошенных полей, соломенные крыши амбаров, деревянные изгороди, зеленеющие огороды… Долетало далекое мычание тауро, ветерок доносил запах свежего навоза. Легко можно было представить, что мы на Земле, в аутентичном экопоселении, имитирующим древнее ранчо. Из образа выбивались только фиолетовые в желтую полоску дыни на грядках и грозди жемчужных ягод на кустах. Мой йурр беспокойно шебуршился и требовательно свистел в своей переноске, требуя свободы — запахи явно пришлись ему по вкусу…

Главный дом фермы был одноэтажным, сложенным из золотистых блоков инопланетного лиора. Без окон, с единственным входом, он походил на длинный корабль, поставленный килем вверх. Фасад украшали цветущие лианы, на покатой, крытой дерном кровле зеленела трава с разноцветными звездочками цветов. Внутри же оказалось неожиданно уютно, все было выполнено из янтарного, светлого дерева и любовно обустроено женскими руками. Пахло свежим, только что испеченным хлебом, и готовящейся на огне едой — древний запах жилья, от которого у меня непроизвольно потекли слюнки.

Динамит ушел с Эйриком вглубь дома, а нас отвели в боковую комнату, которая предназначалась для гостей. Длинные лавки вдоль стен, почти вся мебель — деревянная, массивная, явно изготовленная вручную. Домотканые покрывала с геометрическим орнаментом, одеяла из пушистых выделанных шкур, кованые замысловатые светильники… Никакого сравнения с реплицированным однообразием «Неба»! Там, конечно, тоже попадались вещи ручной работы, но не в таком количестве. Неужели поселенцы Эйрика действительно сделали все это сами? Но какой же это труд и какой для этого нужен навык! Здесь все так отличалось от утилитарной обстановки земной колонии, что я ощущал себя то ли посетителем музейной VR-локации с тщательно воссозданным антуражем, то ли человеком, попавшим в иную историческую реальность…

— Располагайтесь, — сказала сопровождавшая нас молоденькая рыжеволосая девчушка, — Мы ждем вас на ужин, сестры будут рады!

Удивительное дело. Никто не требовал сдать оружие, фригольдерам здесь явно доверяли, но Грохот и Инь показали, что его, как и тяжелую экипировку, можно оставить в отдельной комнатке, примыкающей к гостевой. Неподалеку нашлись и удобства — к счастью, вполне земные, хоть и изрядно пожившие. Люди Эйрика отнюдь не брезговали технологиями — электричество, свет, вода тут имелись в достатке. Пока мы приводили себя в порядок, в комнату раз десять заглянули любопытные дети и подростки. Их любимцем неожиданно оказался Толя Грохот, который покружил на плечах визжащую детвору. Судя по взаимному удовольствию, проделывали они это не в первый раз, «дядя Толя» явно пользовался здесь популярностью. Да и вообще: атмосфера была такой, словно мы пришли в гости к дальним родственникам. Наши парни выглядели довольными и расслабленными, только я, новичок, да и еще Фьюри держались несколько настороже.

— Здесь все попроще, чем у нас, — пояснил Грохот небрежно, — Эйрик мужик что надо! Но с ним лучше не шутить, на!

— Людей насквозь видит, да, — усмехнулся Инь, — И дочки у него — огонь!

— Смотри не заглядывайся, Юко мозги вправит…

Вскоре вернулись Динамит и Травинка.

— Жива… Стабилизировали в капсуле, сделали переливание… — устало ответила Травинка на вопросы, — В сознание не приходила. Нужна операция, и возможно, не одна. Придется пока оставить ее у Эйрика.

— Ничего, фригольд компенсирует, не впервой, — ответил Динамит, — Хорошо, что вообще довезли… Я связался с Вероникой через местный ретранслятор. В общем слушай мою команду: ночуем тут, возвращаемся во фригольд завтра. Скоро стемнеет, опасно в темноте через горы лететь, да, Сигурд? Я так Веронике и сказал.

Я послушно кивнул, хотя ночной полет не представлял особой сложности. Но если Динамит подмигивает, значит, так тому и быть. Тем более я и так сегодня больше девяти часов провел за штурвалом, и, честно говоря, немного устал. Больше психологически, чем физически, но все равно… И очень хотел есть, раздраконенный манящими ароматами стряпни.

Ужины на ферме Эйрика проходили в просторном зале с камином и вторым светом, украшенным массивными деревянными столбами, расписными блюдами и головами трофейных чудовищ на стенах. За длинными столами, расставленными подковой, могла пировать дружина викингов, и помещение уже было наполнено людьми Эйрика. Старые и молодые, они мало чем отличались от обитателей колонии, разве что привычкой повсюду таскать с собой оружие: многие, не заморачиваясь, оставляли «Суворовы» в пирамиде у входа или вешали перевязи на резные столбы.

Сам хозяин сидел во главе стола, в окружении своих домочадцев, нам отвели почетное место по правую руку от него, Травинку хотели было усадить рядом с Эйриком, однако девушка предпочла сесть около меня, легонько прикасаясь плечом. Поймав мой взгляд, она незаметно нащупала мою руку под столом и устало улыбнулась. Первый рейд за пределы фригольда оказался нелегким испытанием — к счастью, дочь Говорящей-с-Травами его с честью выдержала.

Еду подавали в здоровенных закопченных котлах и на огромных сковородах-жаровнях, рассчитанных на целую компанию. Раз-два, и стол наполнился разнообразной снедью. Распоряжалась громогласная и энергичная женщина, Травинка шепнула мне на ухо, что это — Сюгретта, одна из жен хозяина ранчо. Густая ароматная похлебка, мясо, овощи, зелень, свежий, еще горячий хлеб, — я попробовал кусочек того, кусочек этого, и ощутил как рецепторы кричат голосом Толи Грохота — «наваливай еще, братка!» Вся еда была натуральной и невероятно вкусной. Какой-то домашней, что ли? Во фригольде кормили сытно, но не так. Сразу чувствуется, когда повар обожает свою работу и подходит к делу с изобретательностью и любовью.

Сюгретта, несомненно, являлась местной достопримечательностью. Яркая, как солнце и порывистая, как ураган, она была под стать Эйрику. Высокая, крепко сбитая, с золотистым венцом заплетенных волос и властным взглядом серых глаз, эта женщина невольно притягивала взгляд. И она, конечно, не являлась человеком, хотя разительно отличалась от виденных мною аборигенов. Иная форма челюсти, ушной раковины, разреза глаз четко говорили, что Сюгретта рождена в Единстве. Ее Народ — нордийцы, прозванный так землянами за сходство с древними скандинавскими племенами, обитал далеко на севере нашего Круга, населяя побережье и острова. Люди Островов, Народ Моря — так называли их остальные.

Особенность нордийцах состояла не только в широкой кости, крепком сложении и богатырском здоровье. Этот Народ не ведал страха и легко впадал в неистовство, поэтому Людей Моря предпочитали обходить стороной и не задирать. Говорили, что из них выходят лучшие воина Круга, и чуть ли не Единства. В драке нордийцы превращались в бешеных берсерков, укротить ярость было которых почти невозможно. Во фригольде болтали, что таковы же они и в любви, но из всех землян подтвердить это, наверное, мог лишь Эйрик.

Я понял, почему Грай когда-то восхищенно закатывал глаза, говоря о нордийках — для любителей крупных женщин фигура Сюгретты, наверное, казалось идеалом красоты. Нет, она не была пышкой, но на ее выдающиеся формы, что спереди, что сзади запросто можно было разместить кружку с пивом, не пролив ни капли. И при этом Сюгретта легко поднимала тяжеленные котлы, и, наверное, при желании могла тумаком опрокинуть взбесившегося тауро. Если таковы женщины нордийцев, то каковы их мужчины?

— Кел сотворили много младших Народов, — неожиданно проснулся Белый Дьявол, — Этих я знаю, они происходят от древней расы, созданной для войны. Да, они смешались с другими Народами и уже не так могучи, как раньше, но их кровь по-прежнему вскипает из-за печатей Кел…

Искусственно созданные люди-солдаты, не знающие страха? Целая раса? Это немного не укладывалось в голове, хоть мне и рассказывали о невероятных биотехнологиях древних создателей Единства. Когда Белый Дьявол говорил о Народах Теней и Трав, он упоминал Эррос и Аммос, древние ветви Народа Кел, здесь же — просто «младшие»… Что ж, некая разница действительно существовала — если в Лэндо, Говорящей-с-Травами, и даже Травинке чувствовалось нечто… эльфийское, что ли, связывающее с Азимандией Визу Аран узами дальнего генетического родства, то Сюгретта была целиком и полностью «местная», как Песчанка или Лохмач. В них, наоборот, чувствовалась варварская, необузданная мощь расы, еще не изъеденной ржавчиной цивилизованности.

И дочери Сюгретты с Эйриком пошли в нее, заметные с первого взгляда — золотоволосые, крутобедрые, пышущие здоровьем! С ними смешались и другие девушки, имеющие явное фамильное сходство с Эйриком, целый скучающий цветник от двенадцати до двадцати лет. Причем почти все — на загляденье, просто кровь с молоком. Эмми, Молли, Томби, Дженни, Мэйси, Сэппи, Роззи… я сразу запутался. Еще разнося еду, они начали лукаво переглядываться и всячески заигрывать с ребятами из нашего копья, ну а те просто слюни пускали — особенно Грай и Инь. Популярностью пользовался и Лэндо — прямой, как будто проглотивший кол принц держался, ел, пил и говорил с привычным торжественным достоинством, и не обращал особого внимания на девушек, чем, казалось, еще больше провоцировал их. Пара любопытных взглядов досталась и мне, однако сидевшая рядом Травинка так демонстративно положила мне голову на плечо, что все вопросы сразу отпали.

— Кано, пробовать это, — Лэндо налил мне из большого кувшина янтарной, чуть пенящейся густой жидкости, — Это быть моос! Мой Народ варить его из пыльцы сильных Трав, что собирают луговые жужжни. Этот моос быть похож на настоящий, он веселить дух!

— Медовуха что надо, на, — выдохнул Толя, завладев кувшином и ничтоже сумняшеся опрокидывая остатки прямо в глотку, — Как в сухую землю!

Напиток действительно отдавал медом и незнакомыми травами. Резкое, но приятное послевкусие. По-видимому, он был слабоалкогольным, но совершенно не пьянил, оставляя голову ясной, поэтому его с удовольствием пили и мужчины, и женщины. Даже Травинка выпила немного, и на ее бледных щеках заиграл румянец. Девушка полушепотом рассказывала, кто есть кто — и вскоре я знал, что миниатюрная азио, сидящая слева от Эйрика — Шизуки, шатенка с длинными вьющимися волосами — Людмила, и это тоже жены Эйрика, белокурая медком Венди — его старшая дочь, у которой уже есть свои дети, а Ярослав и Рэй — сыновья… Счесть всех детей Эйрика от разных жен было трудно, большое семейство хозяина насчитывало более двадцати человек. Такая полигамия казалась сущей дикостью, но, странное дело, при взгляде на Эйрика, его довольных женщин и цветущее потомство все вопросы отпадали. Здесь это казалось естественным, как закат или рассвет, как общий семейный ужин, на который мы случайно попали. Вообще все население фермы, как мне показалось, состояло из полутора десятков семей с детьми, ядром которых был род Эйрика. Этакий клан, крепко спаянный дружескими и родственными узами. Такое сообщество может возникнуть только при одном условии — если у него есть сильный лидер.

Ужиная, я исподволь наблюдал за Эйриком. Огромный, рыжебородый, он ел, пил, много смеялся, чем-то напоминающий сытого льва в окружении своего прайда. Странное ощущение, но спокойная, мощная харизма Эйрика пронизывала все вокруг, создавая некий дух, атмосферу этого места. Сильный человек, настоящая соль земли — наверное, такие же мастодонты осваивали Марс и Титан, а еще раньше — древние земные континенты. И единственное серебро здесь — остальные Восходящие на ферме были бронзой или деревом, но зато их много — я насчитал двадцать двух за столами, в том числе две жены и шестеро из детей Эйрика, а ведь наверняка кто-то охранял ранчо или находился в походе. На сотню людей из которых треть — несовершеннолетние, это очень крутая пропорция. Интересно, как они добывают свои стигматы? Статус Восходящих отображал: Народ: Земля, ферма Эйрика, сам хозяин носил гордый титул рикса, а значит — был ровней Веронике, несмотря на несопоставимые масштабы поселений. Если в одном Народе могут быть несколько риксов, получается, есть Титулы и выше?

— Есть, ювейн. Народ — это вся раса, в которой может быть много разных племен, а у каждого племени должен быть свой вождь. Не знаю как сейчас, но в древние времена рождались Восходящие, которые вели за собой весь Народ. Не знаю, как этот Титул будет звучать на вашем примитивном языке, но на наречии Кел он означает «повелевающий кровью».

После его слов еще один кусочек мозаики со щелчком встал на место. Я вдруг понял, к какому роду принадлежала Говорящая-с-Травами и почему Народ Теней так ценил ее кровь. «Повелевающий», значит… Не просто дочь рикса Каменных Луков, а сакральный потомок полубожествененного владыки, что повелевал Народом и городом, разрушенным Вечностью тысячи циклов назад… Игра судьбы — в моей голове занозой сидел тот, чья кровь текла в жилах Травинки!

— О нет, мой Титул был иным, юный Восходящий. Совсем иным и много выше, но ты еще не поймешь. Ешь, пей, наслаждайся — это хорошее место. Оно похоже на один старый Домен… я не удивлюсь, если хозяин когда-то побывал там. Он сильное серебро и далеко не так прост, как кажется…

Признаться, я был немного удивлен. После Говорящей-с-Травами Эйрик был вторым Восходящим, о котором Белый Дьявол отозвался без привычного высокомерного презрения. И да, я был согласен — под маской здоровяка-скотовода скрывался очень непростой человек! Благодаря навыку Суперслуха до меня легко долетал разговор со главы стола:

— Значит, встретили старика Огнезуба? — улыбчиво прищурившись, спрашивал Эйрик у Динамита, сидящего ближе всего к нему, — Ну и как он поживает?

— Очень хотел нам рассказать, но мы не стали ждать, торопились домой, — отвечал командир, — Проводил нас с салютом!

— Значит, понравились ему, — понимающе усмехнулся хозяин, — Так он ленивый, больше спит, чем охотится. Повезло вам наткнуться!

— А на кого он охотится? Чем вообще питается, это ж сколько нужно корма этакой махине?

— В Море Трав он охотится на старых голиафов, — густой бас Эйрик звучал медленно, с уверенной тяжестью знающего цену словам человека, — Тех, что идут умирать к Костям. Мелочью тоже не брезгует, но вообще его любимая еда — камнееды и сталь-жуки из предгорий. Старик в основном обитает там, там у него и лежки, и домашняя пещера…

— Не опасаешься, что может зайти в гости?

— Ко мне? Он не придет, — с непоколебимой уверенностью ответил Эйрик, — Зачем? Он меня знает, а я знаю его. Нам нечего делить.

— Ну, как нечего. А Звездную Кровь и Руны? Представляешь, сколько можно взять с такой твари?

— Тот, кто хочет забрать у серебра его Руны, должен быть готов расстаться со своими, — хозяин ранчо повел могучими плечами, обнимая одной рукой Сюгретту, а другой — Шизуки, — Жадность не идет под руку с мудростью, друг мой. Все знают, что нас лучше не беспокоить.

— Значит, у вас все спокойно?

— Звери умнее людей, — Эйрик вновь широко улыбнулся, — Тавров я давно отучил, разве что шальной зверь под ваалом… Ну и люди, да. Люди иногда заходят.

— Значит, изгои пошаливают? — правильно понял намек Динамит, — Наши?

— Всякие. Недавно хотели украсть моих тауро на свободном выпасе, — усмехнулся Эйрик, — Почти получилось даже. Но далеко не ушли, мои звери быстрее бегают. Одного мы взяли живым. Болтал, сейчас в Шторме их много собралось. И есть там Восходящий Кнут, чуть ли не серебро, сколотил большую банду. Не слышали у вас о таком?

— Я не слышал… — глубокомысленно протянул Динамит, — Наверное, Вероника в курсе.

— Может да, может нет, — снова пожал плечами Эйрик, — Она взрослая девочка, должна следить за новостями. Но сдается мне, хорошо, что у вас появился винтокрыл…

Я почувствовал, что наелся и замер в блаженной сытой истоме, слушая гул чужих голосов. Дочери Эйрика вовсю флиртовали с нашими парнями, Грохот обсуждал модели штурмовых кидо с Беном, мужем Венди, Фьюри что-то тихо говорила новичку-Луису. Люди постепенно покидали столовую, расходясь по своим делам, но многие оставались, продолжая беседовать.

— Пойдем, прогуляемся, Сигурд? — рука Травинки ласково скользнула по моей шее, — Я так полюбила наши ночные прогулки…

Что ж, я тоже любил наши ночные прогулки и сопутствующие им занятия. Попробовал встать из-за стола — и вдруг понял, что с трудом удерживаю равновесие. Голова была абсолютно ясной, ни капли хмеля, а вот ноги слушались неохотно. Моос оказался очень коварен!

Расхохотавшись, Травинка подхватила меня, и обнявшись, мы нетвердой походкой попытались улизнуть из зала.

— Вы куда, дочка? — неожиданно окликнул зоркий Эйрик, не покидая своего места.

— Подышать, дядя Эйрик, — улыбнулась девушка, — Покажу Сигурду вашу ферму, он здесь первый раз… Хорошо?

— Только за ограду не выходите, — предупредил хозяин, — Я выпускаю на ночь зверей, вас они не знают…

Глава 9

Мы вышли из теплого, дышащего уютом и гудящего голосами дома, пошли по широкой тропинке вдоль обвитых лианами амбаров, за которыми темнел силуэт винтокрыла. Во фригольде, наверное, уже наступила ночь, но здесь темно-золотое сияние Игг-Древо еще не угасло, смешиваясь с синим светом Небесного Трона и даря разноцветные, волшебные сумерки. Травинка обнимала меня, наши пальцы были сплетены, хотя помощи я уже не нуждался — в ноги возвращалась прежняя прыть.

— Я здесь все знаю, много раз была в гостях, — щебетала Травинка, — У дяди Эйрика много всего интересного… смотри, вот здесь они держат птиц.

Мы прошли вдоль птичников, где я увидел множество обычных, земных кур, уток и индюков. Они выклевали рассыпанное в пыли зерно, чинно сидели на жердочках и совершенно не обращали внимания, что вместо солнца на горизонте угасает золотое Древо. Рядом обитали жирные додо, а в соседнем вольере расхаживали красивейшие, покрытые белоснежным пухом птицы, похожие на маленькие ходячие облака.

— Это шелковые птицы, Сигурд, — улыбнулась девушка, — Не видел раньше? Да, у нас во фригольде их нет. Редкие и очень полезные — с них получают готовый материал для ткани, очень хороший. Видел платье Шизуки? Правда, красивое?

Да, я уже заметил необычный материал в одежде некоторых людей Эйрика — струящийся, блестящий, действительно похожий на разноцветный шелк. Видимо, эти создания тоже были генно-модифицированным наследием Кел, биологической текстильной фабрикой.

— Есть еще прядильщики, но уже спят, наверное… — добавила Травинка, перегибаясь через ограду и пытаясь заглянуть внутрь, — Ты хочешь что-то спросить, Сигурд? Я же чувствую, говори!

— Ты даже не предупредила меня, что хочешь записаться в наше копье, — со вздохом произнес я, — Почему не посоветовалась?

— Я не очень… хотела, — призналась девушка, — Я решила вчера ночью. Понимаешь, Сигурд… мама не даст нам жизни. Не даст нам быть вместе. Когда я увидела ее Руну… ту шпионку Сильви, помнишь?

— А эта Руна сейчас не может подслушивать нас? — перебил я, тревожно оглядываясь.

— Нет, она не может так далеко и надолго покидать хозяина… Так вот, Сигурд, тогда я поняла, что мама не остановится, и разговаривать бесполезно. Она будет нас разлучать, будет пытаться извести тебя, опять что-нибудь придумает… А я выбрала тебя и хочу быть с тобой. Значит, нужно действовать! Я всю ночь не спала, думала, с самого утра написала в вокс мисс Максвелл, а потом пошла и записалась в вашу группу! Конечно, мама устроит жуткий скандал! Но мне плевать. Зато мы с тобой будем вместе хотя бы в рейдах. Здесь она до нас не дотянется… И навредить тебе не сможет, ты будешь рядом, под моим присмотром, а я все ее штучки знаю!

Что-то подобное я и предполагал. Травинка поступила импульсивно, потому что считала, что только такой шаг сможет сохранить наши отношения. И без колебаний принесла в жертву привычный образ жизни, спокойствие фригольда и карьеру медкома — потому что хотела быть со мной! Это, конечно, очень льстило, и я только приветствовал такое желание, однако какой ценой? Ведь боевые экспедиции — это очень опасно, да и мамаша моей возлюбленной вряд ли смирится с капризами дочери…

— А ты не боишься, что она все равно не захочет оставить нас в покое?

— Ей придется смириться, Сигурд! — глаза Травинки неожиданно полыхнули гневом, — Это моя, это наша жизнь! Когда мама поймет, что мы вместе, что я теперь не только ее дочь, но и твоя женщина, ей придется принять мой выбор!

— А ты знаешь, почему она против? Чего она хочет для тебя? — я терзался желанием поговорить с Травинкой о ее происхождении и матримониальных планах Говорящей-с-Травами, но нас запросто могли подслушивать, да и проговорится о том, чего я знать не мог, было легко.

— Хочет, чтобы мне принес дары сильный Восходящий! — фыркнула Травинка, — Наверное, как минимум знаменосец или рикс… Но меня она спросить забыла! Мне не нужен никакой рикс!

— Может, когда я получу стигмат, она изменит свое мнение?

— Не знаю, Сигурд. Ты, наверное, жалеешь, что со мной все так сложно? — спросила Травинка с сожалением, — Во фригольде полно девушек красивее меня, ты мог выбрать любую другую…

— Ни капли не жалею, — ответил я чистую правду, — И во фригольде я не видел никого красивее тебя.

— Спасибо. А как тебе дочери Эйрика? Твои друзья, по-моему, глаз с них не сводят, — хихикнула Травинка, — Может, скоро у дяди Эйрика появится новый зять? Ему всегда нужны работники…

— Симпатичные, но не совсем в моем вкусе… — ответил я, — Эй, это что… голиаф?

За обширными птичками открывался огромный зеленый загон со скотным двором, примыкающий прямо к внешней изгороди и занимающий (я успел заметить это с высоты), добрую треть территории фермы. Там содержались тауро — сотни голов, люди Эйрика разводили и продавали их под седло и на мясо, самые известные скотоводы Моря Трав — я слышал, что даже соплеменники Лэндо порой приезжают сюда за животными.

Но помимо тауро посреди загона ворочалась длинношеяя туша молодого голиафа, мирно жующего зеленые ветки из огромной груды. Неужели Эйрик умудрился приручить такого монстра?

— Ой, это еще цветочки, — отмахнулась Травинка, — Я слышала, дядя их разводить хочет, для караванщиков. Как вот этих цезарей…

За большим загоном с тауро и голиафом находились следующие, поменьше. Там содержали несколько десятков разноцветных птиц, внешне немного напоминающих огромных страусов. Нелетающие, но покрытые ярким оперением, они обладали кривыми, острыми как сабли клювами и впечатляющими когтистыми лапами. Синие, зеленые, огненно-алые, с разноцветными хохолками, луговые цезари были очень красивы. Я заметил подобие упряжи на изгороди, и удивленно поднял брови, а Травинка пояснила:

— Да, их тренируют под седло. Ты не знал? Цезари очень быстрые, почти как кархи, но не такие драчливые. Народ Трав часто приручает их… А вот тут аккуратнее, Сигурд. Пожалуйста, не подходи близко, это может быть опасно…

За высокой проволочной сеткой разгуливали кархи — хищные пернатые ящеры, которых иногда использовали как ездовых животных. В нашем фригольде не более десятка Восходящих имели таких «коней» — даже обученные кархи отличались агрессивностью и легко могли нанести непоправимый вред незнакомому человеку.

— А это кто?

В следующем загоне было беспорядочно разбросано множество каменных валунов, некоторые казались изрядно… погрызенными? Рядом с ними рыжим металлом блестели панцири существ, больше всего похожих на гигантских, с крупную собаку размером насекомых. Некоторые замерли в траве, как мертвые, другие копошились возле камней. Существа казались медленными и неопасными, как большие неповоротливые жуки, но огромные зазубренные жвала внушали уважение.

— Сталь-жуки, — ответила Травинка, — Водятся далеко отсюда, в предгорьях, там их много. Грызут камень, перерабатывая его в металл на своем панцире. Потом он с них отпадает, типа линьки, можно собирать и использовать. В кузницах или Репликаторах. Говорят, за большой цикл каждый дает больше ста килограммов…

Еще одно чудо биоинженерии. Видимо, Эйрик, пользуясь своими Навыками и Рунами, по-полной использовал местных животных для обеспечения фермы материалами и продуктами. Осматривая все это обширное хозяйство я ощутил большое уважение к тому, кто сумел все это организовать.

— Кто же ухаживает за всем этим хозяйством?

— Ну, у Эйрика много рабочих рук. Лентяи здесь не приживаются. Кроме того, он держит трэлей. Они живут вон там… — Травинка махнула рукой куда-то в сумерки.

— Трэлей? Людей?! — неприятно поразился я.

— Ну да. Преступников, захваченных изгоев, дикарей, которые нападали на ферму, — кивнула девушка, — У нас такое не принято, но у Эйрика другие порядки. Он считает, что они должны отработать свои преступления.

То, что тут в порядке вещей рабство, как в Народе Теней, неприятно удивило меня. У каждого благолепия есть своя темная сторона, однако Травинка, кажется, не видела в этом ничего ужасного. Обратив внимание на мою реакцию, она даже попыталась оправдаться:

— Это же не на всю жизнь. Самых достойных, работящих освобождают, они даже могут присоединиться к поселению, когда искупят вину. Это лучше, чем убивать всех, разве не так, Сигурд?

Я не был готов с ней спорить. Да, Единство жестокий мир, и более примитивный, чем Земля, но это не значит, что земляне должны полностью принимать его законы. Мне пришлось побывать в шкуре трэля и ничего подобного я никому не желал. Во фригольде преступников просто изгоняли, не делая собственностью, и наверное, это было меньшим злом…

Идя вдоль скотного двора, вольеров с животными, амбаров и выгулов, мы неожиданно добрались до ворот. Над ними темнели ажурные силуэты дозорных башен — несколько таких вышек охраняли периметр фермы, а наверху, как я предполагал, сидел часовой с гаусс-пулеметом или «Ведьмой», и, скорее всего, с чем-то вроде Чуткого Уха и Ночного Зрения. Обманчивая пасторальность тщательно охранялась — просто так не войдешь и не выйдешь… Минутой спустя мои мысли подтвердились — Травинка вдруг схватила меня за руку и негромко произнесла, совсем другим тоном:

— Стой, Сигурд! Не двигайся, пожалуйста.

Из теней возле ворот выскользнул длинный хищный силуэт. Кошачья грация движений, отростки рудиментарных крыльев, тусклая зеленая чешуя. Тигрекс, причем огромный, гораздо больше того, что мы встретили на вершине Великана. И не простой — бронзовая тварь, содержащая Звездную Кровь!

— Спокойно, это страж, — чуть слышно прошептала Травинка, прижимаясь ко мне, — Он не должен нас тронуть…

Тигрекс остановился в нескольких шагах от нас, изучая незваных гостей щелками желтых рептильных глаз. Я знал, что этому зверю достаточно секунды, чтобы в прыжке снести нам головы и приготовился вызвать Скрижаль — черт его знает, насколько выдрессированны звери Эйрика и не забрели ли мы, случаем, в неподходящее место?

Тварь оскалилась, приподнимая спинной гребень. Шваркнула лапой дорожку, будто обозная черту — и развернулась, бесшумно уйдя в сторону ворот. Травинка облегченно выдохнула:

— Фух! Дядя, конечно, контролирует своих зверей, но давай лучше пойдем назад, ладно?

— И много у него таких стражей? — полюбопытствовал я.

— Много. Две пары тигрексов, мегапаук, тетранадон, говорят, даже граги есть, но я сама не видела, — вздохнула Травинка, — Хотя, наверное, это Руна, граги так просто не приручишь… Давай сменим тему, пожалуйста. Как тебе здесь?

— Здесь… очень уютно, — осторожно ответил я, — Но я не понимаю, откуда у Эйрика столько жен?

— Ну, он рикс, сильный Восходящий и красивый мужчина, — хихикнула Травинка, беря меня под руку, — Еще болтают, что у него есть Слово Любви и никто не может перед ним устоять.

— Во фригольде не принято множенство… А у местных Народов это считается обычным делом?

— У разных Народов разные законы, — задумчиво протянула девушка, — Я читала, что на Земле полигамные браки тоже не были редкостью. У племен нашего Круга по-разному, но в основном, если мужчина может любить и содержать нескольких жен — он может их взять. А у Народов Теней и Народа Морей жены иногда берут несколько мужей…

— А как ты к этому относишься?

— Нормально отношусь, если все довольны, — пожала плечами Травинка, — А почему ты спрашиваешь? Имей в виду, я очень ревнивая и никаких других жен не потерплю!

Она звонко рассмеялась, вставая на цыпочки, чтобы я смог ее поцеловать. То, что дочь Говорящей-с-Травами была собственницей, стало понятно и раньше, по ее расспросам о моем прошлом и других девушках. Собственно, я считал это абсолютно нормальным — как и свое право быть единственным возлюбленным у девушки. Некоторое время мы подтверждали взаимную симпатию общепринятым в таких случаях способом, но затем я решил продолжить осторожные расспросы:

— Эйрик ведь раньше жил во фригольде и был знаменосцем твоего отца, верно? Почему он ушел?

— Мне тогда было всего девять лет, Сигурд, — словно оправдываясь, произнесла девушка, — Я мало что понимала… Знаешь, когда пропал отец, фригольд должен был получить нового рикса. По законам Восхождения это тот, чья Слава выше, но законы Земли иные, и они говорят, что люди должны выбирать себе вождя. Понимаешь?

— Да, — кивнул я.

— Новым риксом должна была стать моя мама, — сказала Травинка, — Ее Слава выше всех, потому что она рождена в Единстве! Но люди фригольда не могли принять ее, мама — чужая им по крови. И она не могла ездить на тинг, потому что Народ Теней… считает ее предательницей. И она всегда была фламиникой… Поэтому она не могла стать риксом, все это понимали. Неподходящая кандидатура. Были еще знаменосцы, Эйрик и Вероника. После… смерти вождя обычно именно знаменосец становится новым риксом. Слава Эйрика была выше, но Вероника сказала — пусть люди скажут свое слово. Таков закон Земли. Наша конституция.

— И на выборах люди не поддержали Эйрика? Но почему?

— Потому что он хотел сделать все иначе. Он не скрывал этого, все знали. Жить как принято здесь, у Народов Круга, брать много жен, держать трэлей… Эйрика люди очень уважали, но еще больше — завидовали. Ты видишь сам, у него многое выходит лучше, чем у других, а таких не любят. И люди не захотели ничего менять. Им нравилось, что фригольд дает им быть одинаковыми, слабыми. Что они как будто еще живут на Земле… Мисс Максвелл обещала им это.

— Это ведь слова твоей мамы?

— Да. Ой, я и правду заговорила, как она, — Травинка прикрыла ладонью рот, — Я думаю по-другому, Сигурд. Мне нравится наш фригольд! Просто рассказываю, как говорила мне она и Марк…

— Значит, люди выбрали Веронику?

— Да. Эйрик не стал спорить. Он решил отделиться и уйти. Создать новое место, где все будет, как он хочет. И он… его создал.

— Да, я вижу, — кивнул я, — А почему твоя мама не ушла с ним?

— Мама? С Эйриком? — ужаснулась Травинка, широко распахивая глаза, — Зачем, Сигурд? Нас никто не прогонял из нашего дома!

— Разве желания твоей мамы не совпадают с намерениями Эйрика? Ты говорила, что она тоже хочет жить по законам Единства, а не законам Земли.

— Два огнезуба не уживутся в одной пещере, — ответила Травинка, — Мама никогда не подчинилась бы Эйрику, а Эйрик не стал бы терпеть ее. Она слушала только отца! Знаешь, она до сих пор иногда зовет его по ночам, во сне…

— Думаешь, до сих ждет что он вдруг вернется? — рискнул я.

— Не знаю. Но она всегда говорила нам, что отец не умер. Что он воспользовался тайной Руной и ушел, в Портал или Домен. Но мама сильно изменилась, Сигурд, — в голосе Травинке прозвучала печальная нотка, — Мне кажется, что она считает, что может мною распоряжаться, как пожелает. Как будто я орудие… а не человек! Я не хочу об этом говорить, Сигурд, мне неприятно. Давай лучше займемся чем-нибудь… более интересным.

Тем временем, болтая, мы вернулись туда, откуда пришли — к дому Эйрика. Не сговариваясь, мы с Травинкой повернули за амбары, где сиротливо стоял винтокрыл. Я открыл пилотскую дверь, вырубил вспыхнувшее дежурное освещение, и девушка скользнула мне на колени, прямо на пилотский ложемент. Он, конечно, был совсем не приспособлен для подобных развлечений, однако нам было все равно — и некоторое время мы самозабвенно целовались, пока снаружи, совсем близко, не раздались громкие голоса.

Я чертыхнулся, Травинка вздрогнула, однако пришли не про нашу душу — просто люди зачем-то высыпали из дома Эйрика на улицу, громко переговариваясь, и указывая в темное небо.

— Смотри, — завороженно произнесла девушка, — Смотри, Сигурд!

Я уже видел — сквозь верхнюю полусферу пилотского остекления. Видел далекие следы падающих звездочек, серебристыми метеорами перечеркнувшие небосвод. Одна, вторая, третья… пять? Или восемь?! Вдалеке вспыхивали новые, почти незаметные, и означать это могло только одно.

«Хельга» над Кругом.

Падение вчерашних капсул не было случайностью.

Началась новая волна.

Глава 10

Мне уже рассказывали, что «Хельга» ведет себя странно. Судя по наблюдениям, ковчег, не выходя на связь и не отвечая на вызовы, двигался по повторяющейся траектории над несколькими Кругами, произвольно сбрасывая спасательные и грузовые модули. Точное количество определить было невозможно, но по выкладкам Миноса получалось, что лишь в нашем Круге за большой цикл происходило около сотни падений. Только зафиксированных — сколько капсул падало за пределами Круга, в теневых и темных землях, не мог сказать никто. Выбросы случались в разных местах и в разное время, периодичность выявить не удалось, как и отследить саму «Хельгу» — вероятно, корабль выходил из «гост»-режима только в момент сброса.

Однако кое-какие закономерности колонисты все-таки заметили. Одной из них была «волна» — последовательный сброс нескольких десятков модулей. Обычно они приземлялись (плохой термин, но иного не придумали) друг за другом, этаким длинным хвостом, иногда растягивающимся на сотни километров. Такие «волны», по сути, кормили землян, обеспечивая их техникой, материалами и новыми поселенцами. После выпадения первой группы капсул и появилось земное поселение в нашем Круге, которое позднее превратилось во фригольд.

В общем, метеоры в ночном небе говорили — у нас теперь будет много работы. И кое-кто скоро пожалеет, что стал пилотом аэромобильной группы «Одиссей»…

Вылетать прямо сейчас не имело смысла — у нас не было точных координат мест падения. Их могла определить только мощная ретрансляционная аппаратура фригольда, засекающая аварийные вокс-маяки капсул. Поиск ночью, в незнакомом районе — сущее безумие. Тем не менее Эйрик немедленно начал готовить свою группу для рейда с самого утра — он тоже рассчитывал поживиться. Впрочем, улов обещал быть настолько богатым, что всем должно хватить — даже по визуальным наблюдениям, «Хельга» сбросила не меньше двадцати объектов. Местность, куда падали метеоры, находилась на условном северо-востоке от нас, в противоположной владениям диких тавров стороне — это тоже было Море Трав, но постепенно уходящее к Древнему Лесу. Где-то там же находилась Стрела, через которую я с копьем Мрака переместился от своих озерных краев, но никто не мог сказать сейчас, насколько далеко уходила область падения модулей.

Места были относительно безопасными, исключая привычных хищников травяного моря. Они считались владением Народа Трав, но сородичи Лэндо появлялись там редко, только загоняя крупного зверя или выполняя задания Наблюдателя, и между нашими племенами давным-давно был заключен договор о свободном проходе и беспрепятственном сборе небесных даров. Словом — почти идеальный вариант, не очень далеко от фригольда, мало конкурентов, и у людей высокий шанс выживания. Тигрексов, кархов и голиафов никто не отменял, кому-то может не повезти, но все-таки это гораздо лучше, чем свалиться где-нибудь в полосе теней или зоне обитания враждебных аборигенов… Ребята, которым не повезло, рассказывали такие истории, что кровь в жилах стыла…

Само собой, что в обстановке внезапного ажиотажа наши с Травинкой амурные приключения закончились, так и не успев толком начаться. Переночевав у Эйрика (шесть часов сна — большое дело перед предстоящей работой) мы рано утром вылетели во фригольд, и уже по дороге заметили небольшой караван, отъезжающий от Южного Поста.

Далеко впереди, разрезая Море Трав подобно морской глади, летела тройка легких ховеров, за ними, как флагман маленькой эскадры, двигался колесный бронированный «Каракурт», два грузовых глайдера и целая стайка багги. Это не считая вереницы всадников на тауро, следующих за земной техникой. Пока мы спали, Вероника уже отправила поисковую экспедицию — и она была самой большой из всех виденных мною! На первый взгляд, даже в рейд на Червей в Расколотые Земли отправили вдвое меньше — это косвенно говорило о важности мероприятия.

Я, конечно, слегка похулиганил — снизившись до предельно малой, прошел над караваном, приветственно качая тилтвингом: разглядел фигурки на броне «Каракурта» и Восходящих, поднимающих руки с седел черных тауро. Чьи там команды: Айс, Фрост, Серена? Это что, сам Майкл во главе отряде?!

Конечно, никто не собирался давать простаивать такому ценному имуществу, как винтокрыл. Во фригольде царила лихорадочная активность, а Вероника ждала нас на посадочной площадке.

— Про волну уже все знаете, время терять не будем, — сразу взяла она быка за рога, — Потом отоспитесь, отчеты тоже потом, сейчас нужно поработать на благо колонии! Вот координаты мест падения. Некоторые сигнатуры размыты, локализация примерная. Вот Травы и капсулы для Восходящих. Наша экспедиция уже выдвинулась с Южного Поста, но вы гораздо быстрее. Нужно застолбить самое ценное, пока другие желающие не появились…

— Нам начинать с самых дальних точек, мэм? — спросил Динамит, внимательно изучая карту.

— Нет. В первую очередь собираем людей и ищем грузовые модули, размечаем их координаты, выставляем охрану. Ликвидируйте угрозу для колонистов, если она возникнет. Ну, не первый раз, сами все знаете! Скоординируйтесь с Майклом, он в курсе, что дальше делать.

— Что насчет Эйрика? Его люди тоже выехали туда.

— Знаю, я сама поделилась с ним координатами, — прищурилась Вероника, — Он заберет несколько ближайших точек, ничего страшного. Никакой дележки, расходимся полюбовно, как всегда… Но вы же понимаете, что мы должны успеть забрать самое вкусное?

— Да, мэм! — ухмыльнулся Динамит.

— Отлично. Вы что-то хотите сказать, Сигурд?

— Да, мэм. Хочу доложить, что необходимо как можно быстрее установить второй импеллер. «Грифон» летает в аварийном режиме! Скорость низкая, маневренность минимальна, нагрузка сильно ограничена. В случае экстренной ситуации я не могу гарантировать безопасность аппарата и экипажа!

Я говорил уверенно, с нажимом — потому что эксплуатация винтокрыла в таком состоянии действительна была рискованной, а Вероника казалась полной решимости выжать из нас все соки. По идее, на одном импеллере вообще нельзя совершать штатные полеты — максимум, дотянуть до базы и встать на ремонт. Да, мы летали, и могли делать это и дальше, у земной техники высочайший запас надежности, но первый же вылет продемонстрировал, что в ситуации, когда потребуется маневренность и скорость, я мало что смогу сделать. Если Вероника хочет рисковать «Грифоном» и «Одиссеем» — это будет ее решение, а не мое.

— Я все понимаю, эта задача в числе первоочередных, — спокойно ответила Вероника, — Но это время, а пока вас заменить некем! Обещаю, как только закончим с этой волной, мы поставим «Грифон» на ремонт и сделаем все возможное, чтобы решить технические проблемы. Вы же не отказываетесь совершить этот вылет, Сигурд?

— Не отказываюсь, мэм, — мрачно кивнул я.

— Вот и чудесно! Еще одно. Мисс Кассиди! Экспедиция будет сложной и займет как минимум неделю. Вы выдержите? Честно говоря, ваша родительница требуется вас вернуть в медком, в ультимативной форме.

— Мэм, я отказываюсь возвращаться. Я остаюсь в копье! — губы Травинки превратились в тонкую линию, — Конечно, я выдержу. Тут я нужнее: новым колонистам может потребоваться медицинская помощь…

— Тоже верно. Благодарю за сознательность, — кивнула Вероника, выпрямилась и оглядела нас, — Это все, «Одиссей»! С Богом, он с нами!

Мы пробыли на земле ровно столько времени, сколько техникам потребовалось для перезарядки гаусс-турелей и принятия на борт уже собранных припасов. Новый полет — через скалистые вершины, предгорья и зеленое травяное море. На этот раз Фьюри проложила другой курс — кратчайший к району падения, поэтому мы разминулись как с Майклом, так и с людьми Эйрика.

— Смотри, Сигурд, нам нужно пройти вот таким маршрутом… Посмотреть сверху для начала, что к чему. Если будет грузовой модуль, то сразу садимся, проверяем. Понял?

— А люди?

— С ними по ситуации решим. Пока главная задача — найти грузовые капсулы. Понял?

Я внимательно изучал карту с отметками. Выходило, что район падения представлял собой вытянутый овал в северной оконечности Моря Трав, шириной пятьдесят и длиной более трехсот миль, заходящий на территорию так называемого Древнего Леса — огромного лесного массива, занимающего условный «запад» Круга. Там обитали многочисленные племена Людей Леса, Людей Камня, а чуть южнее — Людей Реки, с которыми довелось свести знакомство в самом начале. Примерно в той же стороне находился алый круг запретной зоны — той самой, где была сбита моя капсула. Но до нее — приличное расстояние, поэтому полет должен быть безопасным. И достаточно коротким — всего четыреста восемьдесят километров, согласно навигационному парсеру. Экспедиция из фригольда, если постарается, будет там уже к ночи: по плоской степи земная техника развивает неплохую скорость. Тауро же в привычной стихии, славятся неутомимостью и способны пройти в разы больше, чем земные лошади, а если всадники взяли подменных животных (а они наверняка взяли, как иначе), то тоже подоспеют достаточно скоро, особенно если не будут останавливаться на ночевку…

Первую капсулу мы нашли быстро. Координаты оказались верны — торпеда аккуратно приземлилась в травяном море, прекрасно видимая сверху. Но человека возле нее не было, как и около следующей, упавшей парой километров правее. И вскоре мы поняли, почему — как только в зоне видимости появилась третья отметка — и яркое оранжевое пятно гигантского парашюта возле него, прекрасно заметное с высоты.

Грузовая капсула — я мгновенно узнал ее. Четыре опорных пилона, скрепляющий квадратный контейнер, сам по себе являющийся огромной ценностью в Единстве. Дело даже не в том, что он состоит из невоспроизводимой пластали. Основную часть модуля занимает мегакриптор — экстрамерное хранилище, способное вместить сотни кубометров и десятки тонн груза либо крупный, технически сложный объект. Например, новенький винтокрыл. Или «Тарантул». Или универсальный промышленный Репликатор. Поэтому мягкость посадки или сохранность внешней оболочки не играет никакой роли для таких модулей — пока цел криптор, грузу в пространственной складке не холодно и не жарко. Это первый вариант заполнения. Второй — шесть ячеек под переносные крипторы поменьше, обычно применяется для сборного груза одной спецификации…

Откуда я знал это? Не знаю — просто всплыло в памяти, и все! При виде этой штуковины и людей, уже обступивших ее и явно извлекающих содержимое. Я узнал их — яркое оперение луговых цезарей в кожаной сбруе и знакомое земное снаряжение невозможно ни с чем перепутать. Спустя мгновение Фьюри озвучила наблюдения:

— Эйрик, сэр! Его группа, восемь человек плюс два колониста.

— Вот сукин сын, — удивленно-восхищенно произнес Динамит, — Как он успел первым?!

Это и самом деле было удивительно. Да, от фермы чуть ближе до места падения, да, мы потеряли пару часов на дорогу туда-обратно во фригольд, но все равно получалось, что люди Эйрика преодолели почти четыреста километров за три-четыре часа. У меня в голове не укладывалось, как такое вообще возможно?!

— Цезари сами по себе очень быстрые, — осторожно произнесла Травинка, — А еще у дяди Эйрика есть Руна Неутомимости и Руна Быстрого Бега.

— А еще, может, и Короткая Дорога имеется, — задумчиво процедил Динамит, — Дайте-ка связь с ними мне на вокс, если можно!

Через пару минут он усмехнулся:

— Расслабьтесь. Эйрик сказал — дальше не пойдет, севернее все наше. Сигурд, летим дальше, работаем по плану!

— Значит, что-то нормальное нашел, на! — прокомментировал Грохот, — Эх!

— Не страшно. Вероника сказала — полюбовно. Свои люди, сочтемся…

Три первых точки на карте превратились в алые перечеркнутые кресты. Но оставалось еще более трех десятков сигналов, чьи координаты предстояло проверить. И буквально через десять минут полета внизу мелькнул первый улов — капсула, почти незаметная в траве. Мы сделали круг над ней — и увидели фигурку, отчаянно машущую нам руками.

Молоденькая девчонка. Короткие темные волосы, лицо как у испуганного зверька, трясущиеся губы. «Эмилия Браун» на нашивке серого комбинезона. Она была в полном шоке — забыла забрать личный криптор из-под сиденья, отвечала невпопад, а потом просто разрыдалась. Травинка вколола ей что-то успокоительное и девушка вроде затихла.

Со второй и третьей капсулой ситуация повторилась. Мы приняли на борт двух мужчин, оба тоже техники, невредимые, но очень удивленные. Масса стандартных вопросов. Кто вы? Где я? Это Земля? Нет? А что тогда? Почему я ничего не помню? Что это чертово золотое дерево на горизонте и где звезды?

И так далее. Мне особо некогда было следить, что там с ними происходит — посадка, взлет, контроль высоты, Динамит торопил к следующим точкам. Фьюри продолжила транслировать записанное вокс-послание во всех диапазонах. Майкл и его люди появятся только через несколько часов, а пока мы должны сделать максимальный объем работы…

У четвертой спасательной капсулы никого не оказалось — человек исчез, возможно, стал добычей хищников, но скорее всего — самонадеянно отправился в сторону высокого столба дыма на горизонте — кто-то из новичков, подобно мне в первые часы после падения, додумался развести сигнальный костер. Решение, на самом деле, не слишком разумное — помимо возможного пожара, дым мог привлечь не только спасателей, но и тех, кого не стоило привлекать. В любом случае — столб дыма становился центром притяжения, и мы, естественно, полетели туда.

Все оказалось интереснее. Почти рядом, в радиусе пары километров упало несколько капсул и там уже собралась группа колонистов. Семеро людей — вернее, шестеро и синтетик, сгрудились вокруг огромного кострища, отстреливаясь из ручного оружия от кого-то невидимого в высокой траве. Сделав над ними круг (люди зачем-то начали выпускать сигнальные ракеты), Фьюри наконец-то обнаружила противника — нескольких молодых кархов, пытавшихся атаковать землян. Птицеящеры представляли серьезную опасность, и мы прошли на бреющем, с воздуха хорошо проредив стаю. Две твари — минус, остальные тут же разбежались. Сообразительные сволочи, в отличии от тех же тавров!

После посадки оказалось, что один из землян ранен, ему требовалась немедленная помощь. Травинка оказала ее прямо на месте. Динамит и остальные ребята, покинув винтокрыл, некоторое время разговаривали с новичками. Четверо мужчин и две женщины. Четыре серых, синий и золотой комбинезон — один из мужиков оказался колонистом ранга «эксперт»! Редкая птица, но ничего удивительного — в большой волне, как правило, присутствовали один-два эксперта. Именно им в пару придавались синтетики-телохранители, лучшие наборы, и чаще всего — грузовые модули. Это было хорошо известно, потому что в колонии уже работало больше десятка «золотых». К слову, и Трейв, и Матиас-Минос, и даже встреченный мною Шон Макдональд тоже были «экспертами», а вот мифических «координаторов» проекта «Космо» пока не видел никто.

Я не слышал, о чем говорил Динамит с новыми колонистами — мы с Фьюри не покидали кабины винтокрыла. Командир не был новичком, уже участвовал в подобных операциях, да и методика была отработана — каждый из нас когда-то был на месте этих ребят, некоторые — совсем недавно.

— Выгружаемся, на! — сообщил Грохот уже собранным нами колонистам, — Здесь будет временный лагерь. Точка сбора, на!

Правильное решение — «Клюван» и так нес полный экипаж, увеличивать нагрузку было опасно. Динамит выбрал хорошее место для лагеря — почти в центре района сброса капсул, вместе людям будет безопаснее, им остается только дождаться нашу экспедицию, пока мы собираем остальных.

По итогам переговоров с «золотым» появилась замечательная новость — еще один грузовой модуль находился совсем рядом. Мы без труда обнаружили его, брат-близнец того, что уже экспроприировала команда Эйрика, только севший не очень удачно — два пилона подломились и он косо вошел в землю при падении.

Первый улов! Всем было интересно, что окажется внутри — ведь каждый такой модуль, как лотерейный билет, открывающий вход в пещеру Алладина. Да, это не Руны и Звездная Кровь, но земные технологии — единственное преимущество нашего Народа в Единстве…

— Оружия нету, на! — обиженно прогудел Грохот, на лице которого было написано некоторое разочарование. Ни для кого не было секретом, что Анатолий мечтает обзавестись штурмовым кидо — как полагается настоящему десантнику «Медведей». Но не судьба!

— Шесть крипторов, — доложил Динамит, — Два набора для постройки жилмодуля, мобильный медком, мобильный репликатор, набор редкоземельных сплавов, набор оборудования для добычи углеводородного сырья…

— Для чего?

— Для добычи углеводородов. Нефти, газа, я хрен его знает еще чего! — рявкнул Динамит, — Короче, Инь и Грай остаются тут до прихода Майкла, охранять груз и развлекать эту толпу! Мы летим дальше!

К вечеру больше половины мест падения была закрыта. Мы конкретно вымотались, но сделали огромную работу. К всеобщей радости, нашелся третий грузовой модуль, на этот раз прибывший без «эксперта», но содержащий не менее ценный груз — огромный набор семян для выращивания земных сельскохозяйственных культур (зерновых, бобовых, кормовых, масличных), удобрений и инструментов, полевой универсальный комбайн (в крупноузловом виде), а также два неактивных синтетика соответствующей квалификации. Крипторы с материалами сразу загрузили в «Грифон»: они представляли собой огромные, тяжеленные серебристые чемоданы на колесиках, транспортабельный вариант, разработанный специально для «Космо». Конечно, они вмещали гораздо меньше, чем промышленные, но тоже могли упаковать в римановы пространственные складки десятки кубометров и тонны полезного груза.

Помимо него, в общей сложности мы нашли двадцать семь спасательных капсул и двадцать четыре колониста. Элизабет Нуан, Андре Кроу, Илья Сухарин, Кантаро Мишима, Зоэ Блэйн, Лоррейн Монтлуг, Роберто Кольман, Людвиг Лассен… имена, лица и голоса непрерывным потоком мелькали передо мной, особо не задерживаясь в памяти. Вчера они были гражданами Земли, а сейчас попали в совершенно иной мир, который только предстояло познать. Было ли мне их жаль? Не очень — в проект «Космо» набирали исключительно добровольцев, а это означало, что когда-то все эти люди мечтали осваивать новую экзопланету. Ну, вот и представилась возможность испытать романтику инопланетного фронтира!

Несколько человек получили травмы различной тяжести, двое пропали (существовала вероятность, что они еще найдутся), а один, к сожалению, стопроцентно погиб, растерзанный прямо у выходного люка капсулы — мы даже не нашли тела, только кровавые ошметки. Это очень походило на работу тигрекса. Лохмач и Лэндо прошли по следу, но не нашли ни тела, ни хищника. Однако первая смерть означала, что в район начали стягиваться опасные хищники, привлеченные необычной активностью и запахом свежей добычи. К ночи ситуация могла осложниться, требовалось обеспечить безопасность людей и Динамит принял абсолютно верное, на мой взгляд, решение — прекратить поиск, сосредоточится на сборе и координации колонистов. Нам оставалось отработать примерно треть района падений — наиболее сложную, уходящую в лесостепи местность, где Древний Лес уже наступал на Море Трав, но сделать это засветло не получалось при всем желании. Я уже понял, что спать сегодня мне вряд ли придется…

Мы начали организовывать стоянку, а ближе к ночи подошел и Майкл — и уже под светом Небесного Трона развернулся настоящий палаточный лагерь, а фригольдеры и Восходящие перемешались с колонистами в новеньких комбинезонах. К счастью, организация всей этой растерянной толпы с массой вопросов не входила в круг наших задач — тут были и Майкл, и Минос с его людьми, и даже Трейв, ради такого случая покинувший «Небо». Боевое прикрытие обеспечивали копья Серены, Адаманта, Угрюмого и Фроста, одни из сильнейших боевых групп нашего фригольда. Судя по составу и полной боевой выкладке, земляне всерьез собирались повоевать за упавшие с небес дары богини Хельги.

И следующий день показал, что воевать придется.

Глава 11

Неприятности начались с утра — из разведки не вернулась двойка наших ховеров. Майкл послал их в необследованный район ночью, когда стало ясно, что мы не успеваем собрать всех колонистов. От точки, где связь оборвалась, до нашего лагеря было около ста километров — как раз та северная треть условного овала падения капсул, где еще мерцали алые маркеры не отработанных сигналов.

Могло произойти все что угодно — от нападения хищников Моря Трав до появления конкурентов из чащи Древнего Леса. Настораживало то, что разведчики были опытными людьми, хоть и без стигматов, на шустрых ховербайках, способных развивать высокую скорость в травяной равнине, и исчезли оба, одновременно…

Поэтому с самого утра (мне все-таки удалось чуть-чуть покемарить прямо в ложементе), нашу группу послали на поиски.

— Сигурд, ты нормально себя чувствуешь? — озабоченно спросил Динамит.

— Плохо выгляжу, что ли? — широко зевнул я, поглощая горячий сублимат,

— Ага, не особенно. У нас шкурный интерес, чтобы пилот был в форме, — усмехнулся командир, — Можешь лететь?

За двое суток мы спали максимум часов семь, причем не снимая снаряжения и, конечно, все выглядели помятыми. Регламент Звездного Флота в части отдыха между вылетами, естественно, летел к черту, а ведь он был написан кровью, так что опасения Динамита имели под собой почву. Но наши ребята не ныли, а значит, и мне не стоило. Все понимали, что выбора нет — никто не сделает за нас работу.

— А что, у меня есть выбор? — озвучил я эту мысль.

— Дайте Сигурду таблетки, — вдруг сказала Травинка, — Розовую и голубую.

— Они же только для Восходящих, — удивился Динамит, — Это не опасно?

— Да, но он все равно уже изменен Звездной Кровью, хуже не будет, — ответила девушка, — Капля в море — так говорили на Земле, да? Должно подействовать…

— Что это? — спросил я, увидев на узкой девичьей ладони два шарика — знаменитые травяные пилюли Говорящей-с-Травами, хотя примерно представлял, что именно мне предлагают. В запасах Раздавленного Клыка имелись подобные таблеточки, хоть сработанные явно погрубее. Они втрое увеличивали регенерацию Звездной Крови, а эти, значит, имеют другой эффект?

— Это таблетки из сильных Трав, — терпеливо объяснила Травинка, — Розовая — вроде как психостимулятор, только лучше, без побочных эффектов. Голубая — обострит чувства, приведет в тонус и еще от нее раны быстро заживают…

Ей тоже пришлось поработать почти сутки напролет, но девушка держалась неплохо, сказывался опыт авралов во фригольде. Другие медики в отряде имелись, но специализированный медком-Восходящий с исцеляющими Рунами — совсем другое дело. Травинка была нарасхват, она всю ночь возилась с травмированными и испуганными колонистами, успокаивая, оказывая первую помощь. Честно говоря, я был горд за нее — дочь Говорящей-с-Травами оказалась не слабым звеном, а бесценным приобретением нашего копья.

В отличие от противных капсул Раздавленного Клыка, таблетки Говорящей имели приятный ментоловый вкус. Лакомство! Буквально через несколько минут я ощутил, как тает сонливость и апатия, в уставшее тело вновь возвращается энергия. Да еще какая — я внезапно почувствовал себя огурцом, захотелось выпрыгнуть из винтокрыла и пару раз пробежаться вокруг лагеря от избытка сил. Зрение, слух и обоняние тоже внезапно обострились, вернулась ясность мыслей, однако самое интересное заключалось в том, что каждая из таблеток мгновенно восполнила несколько единиц Звездной Крови. Розовая — шесть, а голубая — аж десять! Кроме того, они разгоняли общую регенерацию Крови в два раза. Стало понятно, зачем наши Восходящие грызут их каждый день в походах — очень полезная штука!

51/418 на моем индикаторе Восхождения. Мало, но во фригольде я скрывал свои Руны и рассчитывал вскоре все-таки заполнить шкалу. А там и повторный визит в Домен Азимандии не за горами…

Но сначала — работа!

Эти места называли Тающими Рощами. Древний Лес уже виднелся на горизонте неприступной сине-зеленой крепостью, вздымая кудрявые башни древесных исполинов, однако здесь пока еще властвовало Море Трав, захлестывая зелеными волнами рощи странных деревьев, которые сверху походили на перевернутые облака. Снежно-белые и почти невесомые, их кроны сплетающимися гирляндами трепыхались на ветру, подобно огромным длинным водорослям. Рощи действительно таяли — отрываясь, покрытые пушистыми ворсинками листья спокойно парили в воздухе, медленно извиваясь. Одно из заброшенных чудес биоинженерии Единства — деревья представляли собой маленькую фабрику по производству вакуумных нанотрубок, содержащих летучее соединение. Тающие Рощи оккупировали целые стаи полярий, золотистыми огоньками мерцающие в листве, отчего зрелище было завораживающим — такого никогда не увидишь на Земле.

Сначала мы увидели одну из необследованных капсул. Пустая — люк распахнут, жизненных форм вокруг не обнаружено, поэтому садиться не стали — видимо, колонист ушел в неизвестном направлении. А затем, буквально через несколько минут нашли один из пропавших ховербайков. Заметить его, укрытый травой, помогла жидкая струйка черного дыма, парящая над зарослями. Мы сделали круг, но людей рядом визуально не наблюдалось, детектор выдавал только мелкую живность — и Динамит приказал садиться.

Легкий ховербайк — обычный двухместный «Ямато» в камуфляжной раскраске жирно чадил, опрокинутый на бок. Носовая часть корпуса, где под кожухом располагались «мозги» аппарата, была размозжена, зияла огромной черной дырой с оплавленными краями. Повреждение выглядело фатальным — но что могло его нанести? Ясно было одно — на наш ховер напали, это дело чьей-то злой воли, поэтому Динамит мгновенно рассредоточил бойцов, на всякий взяв место крушения под охрану. Я не покидал «Грифон», но видел и слышал все, что они говорили.

— Ховер Холли, ласточка на крыле…

— Может, огненная Руна? Типа Огненной Сферы, как у Летиции?

— Да какая, к бениной маме, Руна? Это след от плазмы, командир!

— Не кипиши, Толя! Откуда здесь плазма?

— А хрен его знает, откуда! Но мне рассказывать не надо, я таких дырок много видел, на!

Ребята быстро обшарили окрестности и в полусотне шагов непревзойденный следопыт Лохмач обнаружил тело разведчика. Вскоре его притащили на винтокрыл…

Да, это была Холли, позывной «Ласточка» — женщина лет тридцати пяти из копья Серены. Я пару раз сталкивался с ней в предыдущем рейде, но не особо запомнил, а сейчас бы и вовсе не узнал — лицо было залито кровью из обширной раны на голове. Удар тупым предметом или падение с ховербайка на полном ходу? Но убило Холли не это — на теле имелось несколько кровавых пятен, которые безошибочно свидетельствовали о пулевых ранениях.

Ховер подбили, скаута застрелили из земного оружия — скорее всего, «Суворова». Неважно, в какой последовательности это произошло. Затем ее, видимо, оттащили к дереву, там обшарили и бросили, не удосужившись даже спрятать тело. Все ценное — оружие, криптор, снаряжение забрали, оставив мертвую в одном расстегнутом комбинезоне. И сделать это могли только люди, умеющие владеть земным оружием!

— Фьюри, мне нужна твоя птичка, — Динамит мрачнел на глазах, — Они не могли уйти далеко…

Я впервые увидел наше вчерашнее приобретение — Руну-Существо, бронзового Острокрыла, которого отдали моей напарнице. Птица оказалась размером с крупную чайку, но совершенно отличалась от земных аналогов — ломаными очертаниями крыльев, которые в полете действительно напоминали заостренный треугольник. Она взмыла вверх и почти мгновенно исчезла в вышине. Я понял задумку командира — он хотел провести разведку, не привлекая внимания возможного противника. Винтокрыл не заметить невозможно, а вот следить за каждой птицей никто не будет. Интересно, какова зона действия такой Руны? Или она ограничена только временем активации? По идее, Острокрыл может и сотню-другую километров осмотреть за несколько часов…

Мы пока не взлетали. Ребята, помогая друг другу, торопливо проверяли экипировку и готовили оружие. Ни следа веселья на лицах — ясно было, что шутки кончились. Фьюри, вновь заняв соседний ложемент, как будто медитировала, закрыв глаза. Я знал, что она сейчас в контакте со своим Существом, может мысленно командовать и смотреть глазами птицы. Как это было возможно, черт его знает, но я уже отучился удивляться здешним чудесам. Наконец Восходящая заговорила, по-прежнему не поднимая век:

— Вижу! Люди. Трое. Двое — верхом на тауро, третий… пешком, идет за ними.

— Так, очень интересно, — оживился Динамит, — Можешь разглядеть подробнее? Кто они?

— Пробую снизиться. Двое вроде местные, похожи на бродяг… Третий… на веревке… синий комбинезон.

— Значит, не Вэй, — сделал вывод Динамит, упомянув второго пропавшего скаута, — Новенький? Колонист?

— Похоже…

— Суки, хватают людей, значит, — пробормотал командир, — Ладно, смотри дальше! Вряд ли их только двое…

— Приняла. Лечу дальше… — Фьюри надолго замолчала, затем быстро, взволнованно заговорила, — Нашла! Вижу грузовой модуль около рощи тающих деревьев. Возле него — люди. Много людей!

— Сколько?

— Не меньше тридцати, сложно сосчитать с высоты, они все время двигаются… Часть, возможно, пленники.

— Ого! Можешь подлететь поближе и посмотреть, кто такие, чем вооружены, что делают?

— Снижаюсь. Вижу… Что-то вроде лагеря. Люди разные, похожи на изгоев. Есть животные. Часть пленники, сидят в траве… вероятно, связаны. Вижу наш ховер…. Кажется, они разгружают капсулу.

— Дьявольщина! — выругался Динамит, — А что в ней?!

— Не могу сказать. Сейчас попробую еще снизиться и посмотреть…

Фьюри замолчала, затем вдруг резко вздрогнула и наконец-то открыла глаза.

— Все, командир. Контакт прервался… Руна на перезарядке.

— Заметили, суки, внимательные какие… — тихо проговорил Динамит, а на его широком лице появилась странная, еще не виденная мной гримаса едва сдерживаемой злости, — Значит, изгои? Землян среди них много? Восходящие есть? Как далеко они находятся?

— Примерно пятнадцать человек, Восходящих не определила. С высоты не разобрала, кто они, одеты в разное. Большинство, кажется, аборигены. Расстояние сложно оценить, думаю, где-то около тридцати-сорока километров. Примерный курс проложить смогу, ориентир — роща тающих деревьев в форме буквы L.

— Хорошо. Дайте мне связь…

Наш бортовой ретранслятор вполне добивал до второй мобильной станции, развернутой в лагере. Несколько минут Динамит общался с Майклом по субвокальному каналу, беззвучно шевеля губами, затем повернулся к нам:

— Значит, так… Наши уже выдвигаются сюда, но пока доберутся, эти твари уже успеют свалить с грузом и нашими людьми. Майкл говорит, чтобы мы на рожон не лезли, но попробовали отпугнуть их, отбить груз и пленников. Что думаете?

— Накрыть их с воздуха! — прогудел Грохот, — Мы на «Грифоне», если это местные, должны разбежаться, на…

— А если там быть Восходящий? — прямо спросил Лэндо.

— Мы тоже не лыком шиты, — ответил Динамит, — Ладно, приказ есть приказ. Все на борту? Сигурд, готовься ко взлету!

Фьюри проложила маршрут, но я немного видоизменил его, сделал небольшой крюк, чтобы зайти с неожиданной стороны. Впереди появилась длинная роща тающих деревьев — прямо за ней, в нескольких сотнях метрах, согласно донесению Фьюри и находилась вражеская стоянка. Адреналин забурлил в крови, но голова оставалась холодной. У идеи Динамита имелся резон, любой, переживший боевой заход винтокрыла, подтвердит, что с непривычки ничего не стоит испачкать штаны. Люди внизу вряд ли что-то смогут сделать «Грифону», на скорости проходящем над ними, меня беспокоили только Восходящие и неизвестные Руны. Но если они и есть, вряд ли успеют правильно среагировать…

— Сначала предупредительный огонь или сразу на поражение, командир? — Фьюри активировала боевой комплекс, алые маркеры прицелов вспыхнули на лобовом остеклении.

— Какой, к хренам, предупредительный… Они убили Холли. Так что чикаться с ними не будем. Стреляй по готовности!

Я максимально снизился, чтобы сделать противнику сюрприз и облегчить стрелку работу. Пушистые листья тающих деревьев мелькали совсем близко, а затем мы выскочили из-за рощи, я увидел накренившийся, стоящий на четырех пилонах грузовой модуль, а рядом — почему-то не обнаружил суетящихся, разбегающихся в панике людей. Вернее, люди были, но…

Наши ухищрения оказались бесполезными. Не знаю, был ли у врагов слухач, заранее предупредивший о приближении винтокрыла, или им помогла другая Руна, но факт оставался фактом — они прекрасно знали, с какой стороны и когда именно мы появимся.

И ждали нас.

Ждали, замаскировавшись в траве, заранее подготовив огневые позиции и отогнав животных в безопасное место. Заходя на боевой, я увидел расцветающие вспышки выстрелов внизу, а мгновением спустя услышал барабанную дробь звенящих ударов и ощутил вибрацию корпуса от многочисленных попаданий. А затем на земле сверкнуло голубым, раздался свист и резкое шипение! Винтокрыл вздрогнул, в салон дохнуло паленым металлом. В нас попали, и попали хорошо, смачно!

— Держитесь!

Я резко увел «Грифон» с траектории, почти положив машину на бок. Мужики заорали, взвизгнула Травинка — надеюсь, что никто не забыл пристегнуть ремни! В вертолетном режиме такие фортеля были противопоказаны, но выбора не оставалось, нужно было сбить противнику прицел! Одновременно отстрелил голографических фантомов, и, кажется, не зря — один из них распустился огненными клубами от попадания неведомой Руны. Ничего себе горячая встреча! Пятым чувством, пилотским чутьем я понял — нужно немедленно уходить, из зверя мы превратились в добычу! По атакующему на скорости винтокрылу достаточно сложно попасть: то, что произошло, означало только одно — там, внизу, есть кто-то, прекрасно знающий повадки такого серьезного зверя, как «Клюван»!

Противник использовал земное оружие! И если у «Суворова» почти не было шансов пробить металлокомпозитную обшивку, то плазменные импульсы представляли серьезную опасность! Удачное попадание, например, в тилтротор, импеллер или пилотское остекление, вполне могло оказаться фатальным. Штурмовой модификации «Грифона» на такие штучки наплевать, но у нас-то рейдовая, да и еще и управляется, как беременная утка!

Несколько томительных секунд я боролся с машиной, пытаясь выйти из зоны обстрела в крутом вираже. В интерфейсе дополненной реальности мигали алые иконки, когитор докладывал о повреждениях, но самое главное — мы не падали, мы еще летели. Если стреляли из «Копья», то перезарядка энергетической ячейки — восемнадцать секунд, за это время мы будем уже очень далеко. А попасть на дистанции — совсем не то же самое, что влепить в упор, в силуэт заходящего прямо на тебя винтокрыла…

— Что, дьявол побери, происходит? Нас, что, сбивают?!

— Походу, из импульсника рубанули! Горим, на…

Да, я тоже видел черные клубы дыма, остающиеся за машиной. Раскаленная плазма жадно глодала фюзеляж, однако система пожаротушения уже работала, пробоина не представляла угрозы для живучести. Сзади наконец-то мелькнул еще один голубой импульс, но, как и ожидалось, стрелок промахнулся, как минимум метров на двадцать. Роща, капсула и засада изгоев — если, конечно, это были изгои, остались далеко позади — и возвращаться туда, подставляясь еще раз, не имело никакого смысла.

— Сигурд, что с «Грифоном»? Мы падаем? Дотянем до лагеря?

— Сохраняйте спокойствие! — ответил я, хотя самому это давалось нелегко, — Все системы в порядке, пожар на борту ликвидируется. До лагеря, думаю, дотянем, а там надо посмотреть…

Облегченные вздохи и радостные возгласы, паника прекратилась. Экипажу на борту хуже всего — они доверили свои жизни мне и никак не могут повлиять на происходящее, даже трансляция с обзорных камер.

— Что вообще произошло?

— Они нас ждали, сэр, — доложила Фьюри, от волнения перейдя на официоз, — Замаскировались и внезапно обстреляли. Кинетика, плазма, рунные эффекты. У них там минимум трое Восходящих!

— Почему ты не стреляла?!

— Я не могла! Они прикрывались колонистами. Сделали из них живой щит. Можно посмотреть, когитор вел запись.

— Сукины дети! — выругался Динамит, — Да как так-то?! Ни хрена себе дикари!

— Подловили, суки! — мрачно бросил Грохот, — Командир, это не просто, на! Там кто-то грамотный, из наших…

И я был полностью согласен с Анатолием. Устроить такую встречу мог только человек, имеющий профессиональные навыки земного военного. Среди изгоев имелся землянин, хладнокровный и опасный, готовый убивать без лишних сантиментов.

Встал вопрос, что делать дальше? Грохот предлагал высадить все копье в паре километров и начать «давить» противника, не дожидаясь Майкла и остальных фригольдеров, а нас с Травинкой послать за подкреплением, однако Динамит сразу отказался от этой идеи. Уязвленному десанту хотелось доброй драки, но противника было в три раза больше, и, как оказалось, они были хорошо вооружены и неплохо подготовлены. Запросто могли поджарить наших парней до подхода основных сил!

Я, правда, крепко подозревал, что командир вовсе не осторожничал, а получил от Майкла и Вероники вполне четкие инструкции насчет допустимой степени риска. Как ни крути, но в нашем копье имелись вип-персоны: Лэндо, сын союзного вождя и Травинка, дочь Говорящей-с-Травами, родителям которых будет сложно вернуть детей под хрустящей корочкой. Да, никто не давал им поблажек — во фригольде такое не было принято, однако ж в самую задницу нас все равно не бросали. Динамит вообще пользовался репутацией благоразумного командира и никогда не лез вперед батьки в пекло, хотя никто не мог упрекнуть, что он плохо выполняет поставленные задачи. В общем, он ожидаемо связался с Майклом, и после доклада приказал немедленно возвращаться в лагерь.

— Ничего страшного, — пропыхтел он в оправдание, — Никуда они не денутся с таким грузом, все равно догоним и достанем говнюков! Ишь ты, нахватали трэлей…

Часть наших боевых групп уже выступила, но темнокожий знаменосец дожидался нас. Глянув на оплавленную дыру в брюхе винтокрыла и множество вмятин на бортах, он тут же холодно отмел все Толины идеи с помощью «Грифона» высадить десант под носом у врага. Единственной птичкой рисковать не собирались. Наоборот, убедившись, что полетные характеристики не пострадали, меня тут же напрягли переброской первой партии спасенных людей в «Небо». Динамита и парней Майкл забрал в свое распоряжение, Травинку оставили в лагере с Трейвом, а винтокрыл тут же набили грузом и ничего не понимающими новенькими колонистами.

Так что следующие шесть часов я лишился удовольствия наблюдать за происходящим. Перерыва, впрочем, тоже не было: в «Небе» на борт загрузилось копье седого крепыша Крика — наверное, самое многочисленное и тяжеловооруженное подразделение из всех, что я пока видел.

Их я повез в лагерь, а затем — дальше, и уже к вечеру мой «Грифон» приземлился неподалеку от места утреннего обстрела. Противостояние закончилось, не успев начаться — к приходу основных сил землян изгои благополучно удалились, забрав пленников, трофеи и содержимое грузового модуля. По самым скромным подсчетам, помимо нашего разведчика, они захватили семерых колонистов с «Хельги» и успели обчистить их капсулы, так что добыча стоила любого риска. Наверное, уйди банда обычным путем, фригольдеры обязательно попробовали бы догнать врагов и освободить пленников. Такие вещи здесь с рук не спускали, однако все дело было в том, что ушли враги также дерзко, как и действовали.

Они отступили через Портал.

Его овал нагло мерцал в сотне метров от разграбленного грузового модуля. По всей видимости, еще работал — без улучшений Руны такой проход в обе стороны действует сутки. Однако наши Восходящие отчего-то не спешили в него заходить…

Глава 12

Конечно, демонстративно оставленный Портал намекал на западню. Лезть туда напропалую могло быть смертельно опасно!

Тем не менее, кровь из носа нужно было узнать, куда он ведет — ведь мы так и не поняли, с кем именно столкнулись, кто убил Холли, похитил второго скаута и увел из-под носа у фригольда треть добычи. Вероника рвала и метала! Наше копье было единственными людьми, кто их видел, но не записи с камер винтокрыла, не описания Фьюри ситуацию не прояснили.

Противники не принадлежали к известным Народам и действительно были похожи на изгоев. Однако они действовали очень умело, были хорошо вооружены, и, самое главное, их было много! Не меньше двадцати человек, включая нескольких Восходящих — а это означало, что кто-то сбил из солянки бродяг настоящую банду, организованную и опасную. Шайки появлялись и раньше, но до того, чтобы открыто и нагло бросить вызов фригольду, никогда не доходило.

Ситуация осложнялась тем, что технические средства наблюдения, типа беспилотников или дронов-разведчиков не могли помочь, связь по ту сторону Портала не действовала и устройства теряли управление. Фригольдеры давным-давно выяснили, что проникнуть внутрь и разведать обстановку могли Руны-Существа.

Когда я узнал об этом, сразу появилась идея использовать моего Экзо-Шейда. Пройти боевое крещение, так сказать. Но куда там! Сделать это незаметно не представлялось возможным — Портал круглосуточно охраняли, да и я, мягко говоря, не сидел на месте. Пилот и винтокрыл — слишком важный актив, чтобы давать ему простаивать.

Так что пришлось узнавать новости от друзей и из видео, снятых разведчиками «по ту сторону». Наша экспедиция потеряла там трех Существ — боевую гончую Серены, говорящую птицу Ноя и бронзового голема Адаманта. Последний прожил достаточно, чтобы дать знать — противник действительно ожидал погони. Восходящие изгоев установили за Порталом особые Руны — мощную «огненную защиту», как выразилась Травинка, рассказавшая мне об этом. На ум сразу пришла та призрачная Восходящая в склепе Белого Дьявола, кидающая пламенные столпы в непрошенных гостей. Возможно, там использовали нечто подобное, только рангом поменьше — потому что ближе к ночи наши Восходящие все-таки смогли обезвредить ловушки и проникнуть внутрь. Занималась этим группа Крика — специально снаряженные ребята в штурмовых кидо с силовыми щитами, а прикрывали их Серена и Минос с серьезными Предметами.

К счастью, обошлось без человеческих жертв. Засады вообще не было — изгои давно ушли, воспользовавшись запасом во времени. Портал привел в полуразрушенный зал, чьи волнообразные своды, изящные колонны и шестиугольные орнаментированные плиты несли почерк Народа Кел. Единственный вход был взорван и завален, но имелись длинные окна, в которые открывался удивительный вид. Далеко-далеко внизу синел лес, а рядом, выдаваясь из него подобно клыкам, высились обглоданные, опутанные растительностью скелеты древних зданий. Зал с Порталом находился на большой высоте, на вершине огромного башни в разрушенном, захваченном лесом городе, развалины которого простирались во все стороны, насколько хватало глаз…

Кадры, снятые Криком и Сереной мгновенно напомнили инопланетный гиперполис в лесу, увиденный мною в первые дни. Тот самый, над чьими серебряными шпилями парил Белый Дьявол в одном видении, и горящий, охваченный пламенем небесных воинов Вечности — в другом. Конечно, все города эпохи Кел схожи неуловимым стилем архитектуры, однако в данном случае я не ошибся.

Наши Восходящие, хоть никогда и не были здесь, по Атласу и положению Игг-Древа на горизонте сразу поняли, куда привел Портал. Это был Шторм — так теперь почему-то назывались эти руины, тот самый город, над которым когда-то властвовал мой голос. И он тоже понял и узнал, и сказал мне:

— О да, это место, где я и мой народ принял последний бой. Печально видеть, что осталось от великого города, когда-то бывшего сердцем октагона… Смотри, ювейн, смотри внимательно — то же самое псы Вечности сделают со всем, что дорого тебе, если узнают нашу тайну!

Изгои открыли Портал в очень хитром месте. До земли — далеко, а небоскребы Кел не имели привычных нам пронизывающих все здание лестниц. Из скупых объяснений разведчиков стало понятно, что перемещение между этажами были организовано с помощью рунных кругов — нечто подобное я видел в Домене Визу Аран. Некоторые действовали, некоторые нет — точный маршрут знали только изгои, и они, конечно, оставили защитные Руны или взорвали пути отхода, стремясь максимально усложнить преследование. Что ж, им это удалось — через несколько часов наши Восходящие пришли к выводу, что быстро разобрать завалы и найти безопасный путь вниз не получится. Время тем временем неумолимо тикало, Портал работал всего сутки — и те, кто оставался за ним, рисковали быть отрезанными от основной группы. Встал нелегкий выбор — либо оставлять часть наших копий там и продолжать операцию, либо отступить и вернуться уже подготовленными.

Майкл выбрал второе. Руины, в которых растворились изгои, занимали гигантскую площадь, противник их знал, а мы — нет, боевые копья не имели необходимых припасов и снаряжения для длительной экспедиции. Место считалось опасным и неизученным, оно было запретной зоной для Народов Круга — ничего удивительного, что беглецы решили обосноваться именно здесь. Местные аборигены в один голос утверждали, что ходить туда нельзя — древние развалины несли печать некоего зла, даже свое название они получили по аномальному явлению, с которым, впрочем, пока ничего не было ясно.

— Сигурд, помнишь, на нашем первом свидании ты спрашивал меня об этом месте? — напомнила Травинка, пересказывая мне новости, — Твоя капсула упала недалеко оттуда… Так вот, я ведь расспросила маму, как обещала.

Я и забыл, что когда-то просил девушку об этом. Травинка выполнила обещание и, действительно, рассказала немало интересного:

— Она сказала, что это очень плохое место. Давным-давно, тысячи и тысячи циклов назад, там находился город, который был столицей нашего Круга. Там жили потомки Кел — из тех, что считали Единство своим домом. Мама говорит, городом правил небесный Восходящий, изгнанный Вечностью, и там он копил мрачную силу, чтобы отомстить. Он ожесточил сердца и заразил весь Народ своей гордыней. Лишенные имен, проклятые Едиными, иная мерзость стекалась туда со всего Единства, и город стал рассадником зла, гнойной раной, которую пришлось прижечь раскаленным железом. Воители Вечности пришли с Небесного Трона и за один страшный день город перестал быть. Большинство его жителей погибли, но некоторые успели сбежать. Мама говорит, что многие племена нашего Круга — жалкие осколки того некогда могучего и великого Народа…

— А что случилось с владыкой города? — поинтересовался я, слыша, как внутри хохочет Белый Дьявол.

— Я не знаю, — лоб девушки прорезала тонкая морщинка, — Наверное, его тоже уничтожили… Но я не закончила, Сигурд. Оружие Вечности рвало ткань реальности и времени, отчего эхо той битвы навсегда отпечаталось там. Говорят, в руинах до сих пор бродят боевые Существа, не утихают Руна-Шторма, а разъяренные духи погибших готовы растерзать любого живого. Поэтому местные не ходят туда даже охотится, хотя там много существ со Звездной Кровью…

— Вечность сделала все, чтобы оболгать побежденных, — прокомментировал голос ее рассказ, — Враги должны быть чудовищами, так легче объяснить, почему их нужно убивать. Они поступали так всегда, переписывая историю и сами себя убеждая в истинности своих фантазий. Ложь и лицемерие главные титулы обитателей Небесного Трона!

Легенда была любопытной, особенно интерпретация Белого Дьявола в глазах людей. Он, конечно, говорил иное, выставляя себя героем и мучеником, а Вечность — лицемерными врагами. Однако мои глаза и уши не обманывали — и темные легенды, окружавшие моего визави, и жестокие верования Народа Теней, и жутковатый кумир в святилище Видящей-сквозь-Тьму намекали, что у преданий есть основа. Истина, конечно, лежала где-то посередине, однако мне сейчас было не до философских размышлений — навалилось так много всего, что не продохнуть.

В общем, к утру мы вывели из-за Портала людей, а к следующему полудню рунный проход благополучно погас. Я этого не видел — был занят переброской грузов и людей во фригольд, которая в общей сложности заняла двое суток. На обратном пути пришлось еще раз заглянуть на ферму Эйрика — состояние ранее спасенной нами землянки стабилизировалось, ее можно было забирать во фригольд. Пока осуществлялись транспортировочные и погрузочные мероприятия, у меня выдались свободные полчаса и я вылез наружу подышать воздухом и немного выгулять йурра. Кыш сопровождал меня как привязанный, уже внимания никто не обращал, однако ему периодически требовалось побегать в травке, половить вкусных насекомых и сделать другие важные дела. И, пока я сидел на упоре винтокрыла, а Кыш изучал местную флору, к нам совершенно неожиданно подошел рыжебородый хозяин фермы. Эйрик был один, и я было решил, что есть какой-то рабочий вопрос или он, подобно многим, просто хочет осмотреть «Грифон», однако нет — с первого же фразы стало ясно, что меня ждет очень любопытный разговор:

— Значит, ты и есть тот парень с йурром, в которого втюрилась Травинка? — спросил Эйрик, глядя на меня сверху вниз. Первый раз рикс соседей обратился ко мне напрямую, и, странное дело, я не ощутил ни робости, ни досады. Наверное, причиной тому была харизма рыжебородого великана — он стоял, говорил и усмехался подобно добродушному утесу.

— Не знаю, — пожал я плечами, — Лучше у нее спросить, наверное.

— А мне и спрашивать ничего не надо, я-то знаю. Вы же светитесь прямо, когда рядом, — прогудел рикс, — Да, молодость дело такое, приятно посмотреть… Сигурд, верно?

— Верно.

— Сигурд, Сигурд… — он несколько раз с явным удовольствием произнес мое имя, — Хорошее имя, сильное. Позывной для Восхождения уже придумал?

— Я пока не Восходящий, — осторожно ответил я.

— Но Звездная Кровь в тебе уже есть, верно? — понимающе усмехнулся Эйрик, — Не говори ничего, так иногда бывает, я-то знаю. Покажешь своего зверька?

Он протянул широкую, как лопата, ладонь и тихонько произнес, обращаясь не ко мне:

— Иди сюда, малыш…

Мой Кыш не особенно-то любил людей и редко шел на руки к кому-то, помимо меня и иногда — Травинки. Тем удивительнее было, когда он послушно вынырнул из травы, обнюхал пальцы Эйрика, а затем взобрался на ладонь Восходящего и замер там неподвижным столбиком. Рыжебородый великан осторожно поднес его к лицу, внимательнейшим образом разглядывая, а затем тихонечко присвистнул — йурр неожиданно ответил ему тем же! Я даже ощутил нечто вроде ревности: до этого Кыш обращал подобное внимание только на меня.

— Забавный, — произнес Эйрик, осторожно поглаживая загривок йурра указательным пальцем, — Сначала я подумал, что это чья-то Руна, но нет… Как ты его приручил, Сигурд? Что в тебе есть такого, что удерживает его возле тебя?

— Не знаю. Он сам решил отправиться со мной в путь, и теперь следует повсюду.

— Это-то и странно. Йурры рождены, чтобы сажать и выращивать, я-то знаю. Они никогда не покидают свои плантации и защищают их до последнего. Мощнейший инстинкт! Я впервые вижу, чтобы йурр так привязался к человеку. Выходит, ты его огород, Сигурд?

— Выходит, — подтвердил я, чувствуя, что хожу по краю глубокой, бездонной пропасти. Хозяин фермы был Мастером Зверей, и он мгновенно понял, что между мной и зверьком существует необычная связь. Пара лишних слов — и он догадается, что у меня есть нечто скрытое, что привязывает йурра. А дальше — бог знает, что может быть…

— Я чую за этим какую-то странную тайну, — прищурился Эйрик, — Не хочешь со мной ей поделиться?

— Если поделится с кем-то тайной, она перестанет ею быть, — медленно произнес я, — Тогда зачем хранить ее вообще?

— Слова мужчины. Один Сигурд из земных легенд победил дракона, — одобрил Эйрик, — Он был героем, а у героя, как водится, должна быть тайна. У тебя она тоже есть — это хорошо. Иди к хозяину, Кыш…

Йурр послушно слетел вниз с его ладони и пушистой молнией метнулся мне на шею. Я ощутил, что зверек дрожит — общение с Мастером Зверей явно привело его в состояние нервного возбуждения.

— Ты не просил, но я дам один совет, — продолжил Эйрик, — Травинка ведь девушка не простая. Она милая девочка, да, но дочь Говорящей-с-Травами. А та серебро, фламиника, та шея, которая много лет вертела головой фригольда. И она вряд ли рада, что у избранника ее дочери даже нет гвоздя. Верно? Впрочем, можешь не отвечать, я знаю, что верно…

Я предпочел помолчать, чтобы понять, куда он ведет — впрочем, комментарии от меня и не требовались.

— Так вот, Сигурд. Чтобы завоевать принцессу, нужно сразиться с драконом. И хоть ты далеко не прост, этот дракон сожрет тебя. А если ты каким-то чудом победишь его, то принцесса отвернется от тебя. Хреновый расклад, я-то знаю.

— Каков же есть выход? — буркнул я, чувствуя себя полным дураком.

— Дракон ведь становится врагом, когда герой хочет забрать его сокровище, верно? Может, стоит попробовать выкупить его? Договориться? Может, у героя есть что-то, за что дракон будет согласен расстаться со своим сокровищем? Тогда, может быть, не понадобится и драться…

Я вдруг понял, что этот разговор далеко не пустая болтовня. Эйрик, вполне возможно, сейчас выступал как миротворец или посредник Говорящей-с-Травами. Возможно, именно она говорила со мной через него, предлагая сделку. Он был знаменосцем Кассиди, он много лет знал мать Травинки, и, вполне возможно, сохранил с ней дружеские отношения. Или вообще, чем черт не шутит, принадлежал к той самой партии стариков, поддерживающих ее, а вовсе не Веронику.

— И каков же должен быть этот выкуп? — улыбнулся я в ответ, принимая правила игры.

— Драконы любят золото, Сигурд, — широко усмехнулся Эйрик, — Они никогда от него не откажутся. Я знаю, что на тинге тебе дадут гвоздь. Так что, чтобы получить принцессу, герою придется совершить золотой Подвиг.

— Золотой? — искренне удивился я, — Но ведь это невозможно. Я слышал, что золото — верная смерть. Что, если нет?

— Я сказал, что любят драконы, — Эйрик тяжело вздохнул, — А если нет, дракон сожрет героя. Рано или поздно.

Я прищурился, осмысливая услышанное. Если все правильно понял, то Говорящая-с-Травами была готова отдать мне Травинку — за золото, Предмет или Руну. То есть она вполне осознанно посылала меня на смерть, потому что обычному Восходящему не под силу выполнить задание такого ранга. Рассчитано на влюбленного юного дурака? Вполне возможно…

— Если есть цена, то значит, возможен и торг? — спросил я.

— Драконы не торгуются, я-то знаю, — ответил Эйрик, — Или сокровище не стоит золота? Как ты считаешь?

— Считаю, что дракону не стоит назначать цену за то, чего у него нет! — ответил я, резко вставая, — Сокровище ему уже не принадлежит. Оно вообще не принадлежит никому, кроме себя. А насчет сожрет… Ну, пусть попробует. Один раз твой дракон уже подавился.

— Ты зря вскипаешь, — предупредил рикс, внимательно глядя на меня, — Травинка мне не чужая, она дочь моего друга. Я ей добра желаю, да и ты парень, вижу, неплохой. Первая любовь, она самая сильная, я-то знаю… Я ведь к чему все это. Если вдруг не сложится у вас во фригольде, мало ли что, всякое бывает… То у меня вы всегда найдете защиту и кров. Понял?

— Понял, — после некоторого раздумья кивнул я. Бог его знает, к чему Эйрик затеял этот разговор. То ли озвучивал от лица Говорящей, что мы можем попробовать договориться, то ли пытался переманить меня на свою ферму, но во всяком случае прозрачно намекнул, что мы можем рассчитывать на его поддержку в случае проблем. И только ли отеческие чувства к Травинке были причиной?

— Я сказал, а ты услышал, Сигурд, — усмехнулся Эйрик в завершение, — Бывай!

Работа тем временем кипела — помимо груза и людей, экспедиция полностью разобрала все капсулы, используя мегакрипторы, а то, что в них не влезло — погрузив на глайдеры. Колония получила множество ценных Схем, материалов и специалистов — причем две трети спасенных оказались мужчинами, что в нашей демографической ситуации было очень ценно. Как я уже заметил, женская доля населения преобладала — просто потому, что мужчины гибли гораздо чаще. Хотя в боевых группах были и девушки, шелуха эмансипированной Земли облетала очень быстро: подавляющая часть слабого пола постоянно находилась в безопасности фригольда и занималась древними женскими делами. Так что пополнение было весьма кстати.

Трейв потирал руки, весь в работе, а в нашей спальне новички заняли все свободные койки. Недолго я был последним колонистом с «Хельги» — прошло чуть-чуть времени, и вот уже фокус внимания сместился на множество других вновь прибывших. Вероника активно распределяла их, несколько крепких парней сразу пополнили боевые группы, но большинство ушли на бытовые, хозяйственные и строительные работы. Интересной оказалась судьба «золотого комбинезона» — эксперт оказался шишкой в области добычи полезных ископаемых, координатором горнорудного комбината на Земле. У нас остро стоял вопрос сырья для Репликаторов, особенно редкоземельных металлов и некоторых руд, потому что геологическое строение коры Единства коренным образом отличалось от земного. Добыча шла хаотично и фрагментарно, хотя окрестные горы были настоящей сокровищницей. Геологи и шахтеры имелись, а вот человека, способного организовать и адаптировать земные технологии под местные особенности как раз очень не хватало. В общем, «золотого», сразу взяли в оборот, и, зная Веронику, я ему не очень завидовал.

Ну а нашему копью, после того, как основная часть работы была закончена, наконец-то дали законные выходные. Винтокрыл поставили на ремонт — Трейв клялся и божился, что они заменят второй импеллер в кратчайшие сроки, благо нужные материалы в прямом смысле упали с неба. Это было хорошо — первые полеты и первые столкновения показали, что аппарат обязан быть в порядке.

Первый день я (и не только) тупо отсыпался. Несмотря на волшебные таблеточки, несколько суток напряженной работы здорово вымотали. Да и ребята не отставали. Нам щедро отсыпали бонусных баллов сразу за два выхода — Вероника не обманула, а мне вдобавок начислили премию в десять тысяч за возвращение винтокрыла. Осталось придумать, куда потратить все это богатство, хотя определенные соображения у меня, конечно, имелись.

Меж тем по взбудораженному фригольду ходили упорные слухи о будущей экспедиции в Шторм. Ясное дело, что пощечину, которую влепили изгои, убив одного из фригольдеров и захватив второго в плен, прощать никто не собирался. У Вероники прошло большое совещание, после которого Динамит шепнул мне:

— Слышал, копья Марка и Ассоль ушли в Шторм на разведку? Болтают, скоро будет большая операция — все туда пойдем, будем брать за задницу этих говнюков…

Руины города находились в полутора тысячах километров. Очень далеко, но большую часть пути можно было срезать через Стрелу — тот самый телепорт, которым когда-то провели меня люди Марка. Земли за ней формально принадлежали Народу Реки, но фактически они не появлялись там — так как вся местность вокруг города считалась запретной зоной. По этой причине туда нельзя было перебросить людей на «Грифоне» — предположительно, Наблюдатель закрыл этот район для воздушных полетов, об этом красноречиво свидетельствовала авария моей капсулы. Рисковать и проверять, так ли это, вряд ли стоило.

Я помнил, что говорила Юки — шайка Раздавленного Клыка вышла именно из Шторма, отколовшись от более крупной банды, который руководил некий Кнут, или Владыка Кнута — не было уверенности, что я правильно перевел с Единого. Вполне возможно, что именно он — тот таинственный Восходящий, превративший бродяг в боевой отряд?

На этот вопрос могла бы ответить Юки, но увы, я собственноручно обрезал эту ниточку. Зато бывшая трэль была здорова и выглядела вполне довольной — пару раз я видел ее во фригольде, где девушке дали какую-то хозяйственную работу. Пусть лучше проживет новую, более счастливую жизнь…

К счастью, имелся еще и пленник, недавно захваченный Эйриком. Его подробнейшим образом выпотрошили, узнав все, что можно об обитателях Шторма. Я не знал точно, что именно он рассказал Майклу и Веронике, однако именно после допроса копья Марка и Ассоль отправились в путь. Рикс, надо сказать, свято блюла свои обещания — я ни разу ни столкнулся с братом Травинки после возвращения. Все было устроено так, что он был в рейдах, когда наше копье отдыхало, и наоборот. Однако, особенно после разговора с Эйриком, стало ясно, что вопрос не решен, и рано или поздно нам придется столкнуться лицом к лицу. Если, конечно, не получится «договориться с драконом…»

Но пока меня одолевали другие мысли, связанные со Штормом и бандой изгоев. Оставался один пока не задействованный источник информации. Руна-Сага, взятая с тела павшего Восходящего. Раздавленный Клык, возможно, был близок к Кнуту, который вызывал смутное, неосознанное беспокойство. Такие Руны показывали историю из прошлого, заставляя пережить ее чужими глазами — и обычно такое видение открывало какую-то тайну ее обладателя. Кажется, пришло время ее узнать…

Глава 13

Активация Руны-Саги требовала уединения и некоторого времени. Второе было у меня в достатке, а вот с первым возникали трудности. Во фригольде имелись глаза и уши, невидимые Руны-шпионы и бог весть еще что. Однако, вспомнив удачный опыт с Руной Истинного Взора, я решил воспользоваться самым интимным из доступных мне мест — очистителем. Стандартный трехрежимный цикл — излучение, вибрация, вода даст минимум пятнадцать минут покоя, да и вряд ли кто-то обратит внимание, если я задержусь там подольше. Личная гигиена — дело святое, а если за мной подглядывают даже в душе, то тогда пиши пропало… Но вряд ли — Марка и его присных в колонии нет, а невидимое внимание Говорящей направлено скорее на дочь, чем на ее ухажера.

Зная Веронику, тянуть не стоило — нас запросто могли поднять посреди ночи и послать в очередную задницу. Честно говоря, мне отчасти стала понятна легкая грусть Динамита — создание группы «Одиссей» принесло гораздо больше проблем, чем приятностей. На спокойную жизнь можно не рассчитывать, да и когда она у меня была, эта спокойная жизнь?

В общем, первым же свободным вечером я улизнул в очиститель, и, убедившись, что все нормально, активировал Руну.

Сага лишь мгновение мерцала на кончиках пальцев. Затем она погасла, развернувшись ярким трехмерным видением. Окружающий мир потух, перестал существовать, со всех сторон хлынули незнакомые звуки, ароматы, тактильные ощущения — как будто меня перенесло в другое время и место.

Полное погружение! Пахло мускусом, человеческим потом, алкоголем и едой — причем не сказать, чтобы свежей. Ныла старая рана в плече, тянула сытая тяжесть в животе, зудела немытая голова — не слишком приятные ощущения, однако хозяину тела они, видимо, были привычными.

Полутемное помещение… альков, комната? Очертаний не разглядеть — слишком мало света дают угли в треногой жаровне, установленной возле импровизированного ложа, на котором, опершись о стену, лениво полулежал тот, чьими глазами я видел.

Видел… вот только телом управлял не я. Его хозяин, сыто рыгнув, отбросил в сторону опустевший мех, запустил руку в огромную, перевитую бусинами бороду, машинально перебирая их, как четки. Вторая рука покоилась под грудой шкур рядом, властно сжимая и поглаживая спрятавшуюся там теплую женскую плоть.

В проеме, косо занавешенном лохматой шкурой, мелькнуло человеческое лицо. Он заглянул, что-то сказал, резко, отрывисто, и тот, в чьем теле я находился, слегка напрягся. А затем ответил — тоже отрывисто, гортанно. На Едином, но я не разобрал, что именно. Лицо исчезло.

Мой «подопечный» отбросил меховое покрывало и звонко шлепнул по белым ягодицам калачиком свернувшейся женщины. Худенькая, обнаженная — я с огромным удивлением узнал в девушке Юки, выскользнула из-под груды шкур. Кинув испуганный взгляд исподлобья, она быстро начала облачаться в странную одежду, похожую на множество грязноватых бинтов, ту самую, что я когда-то велел выкинуть. Ошейник, много синяков, лицо испуганного зверька — вот, что я успел разглядеть, пока «мой» взгляд жадно ощупывал ее тело. Одевшись, она приняла позу покорности, и человек, приподнявшись, деловито пристегнул цепочку к проушине ее ошейника. Затем она начала помогать ему облачаться в подобие брони, состоящей из двух металлических кругов на груди и спине, застегивая крючки и затягивая всякие ремешки.

Значит, Клык и Юки… Выходит, Сага показывает мне историю из совсем недавного прошлого. Любопытно…

Они вышли из душной, вонючей комнаты. Человек шел чуть спереди, грузный и неторопливый, Юки в полушаге сзади, так, чтобы цепь всегда была чуть провисшей — как следующая рядом с хозяином хорошо обученная собака.

Если сначала у меня были сомнения, то после прохода по длинной анфиладе залов я убедился — несомненно, это Шторм. Здание было древним и неплохо сохранившимся — под грязью и свисающими отовсюду побегами синего плюща стены и полы поблескивали металлом. Рисунок стыков образовывал неуловимый узор, похожий на гексагональную чешую. В огромные окна хорошо узнаваемой формы — что-то вроде волнистого, сужающегося кверху листа виднелся темнеющий лес и множество опутанных растительностью полуразрушенных шпилей. Я сосредоточился, пытаясь запомнить пейзаж — он мог быть важным ориентиром при поиске логова изгоев — ведь мы, скорее всего, находились прямо в нем. По другую руку от окон располагались входы в залы и комнаты, подобные тем, из которой мы вышли. Они явно были обжитыми — иные занавешены шкурами, в других горели огни костров и примитивных очагов, вокруг которых сидели человеческие силуэты. Дикари на осколках былого величия — величественный полуразрушенный дворец контрастировал с существами, вновь заселившими его. Мужчины, женщины, мне показалось, что я увидел даже детские фигуры, но это могло быть ошибкой — Раздавленный Клык не особенно глазел по сторонам. Тем не менее вывод я сделал — даже на первый взгляд становилось понятно, что это не логово небольшой шайки разбойников. Похоже, мы недооценивали количество изгоев — больше всего увиденное походило на обиталище варварского племени.

Очень, очень интересно…

Лабиринт темных, заваленным мусором коридоров закончился в одном из залов — хорошо освещенном помещении, явно использовавшимся изгоями как штаб-квартира. Сейчас оно было заполнено людьми — крепкие мужчины, трое или четверо выглядели землянами — я даже узнал высохшее желтое лицо и выгоревший оборванный «Скаут» покойного Кирка Дугласа.

Неожиданно внутри царил порядок. Несколько составленных вместе реплицированных столов, лавки и импровизированные стулья из нарезанных древесных кругов. Над столом мерцала абсолютно земная голограмма с картой местности, а стоящий спиной ко мне человек в ребристом черном комбинезоне (бета-снаряжение, дефицитная «Анаконда» или вообще «Снейк», черт возьми!), что-то объяснял собравшимся, водя по ней пальцем. Мое появление прервало брифинг, человек оглянулся — и я мгновенно оценил его.

Восходящий.

Статус зашифрован знаками вопроса. Скорее всего тот самый Кнут, больше некому!

Он не выглядел внушительным. Невысокий и щуплый, особенно на фоне массивного Клыка, однако из повадок стало ясно — это и есть их главный. Движения скупые, ни одного лишнего жеста. По позе, походке, повороту голову, взгляду стало мгновенно ясно — передо мной человек, умеющий убивать.

Хуже же всего были его глаза. Скверные, очень — этот тип не просто умел, он любил убивать. Когда предрасположенность и мастерство в таком деле сходятся — это рождает опасное сочетание, с обладателем которого лучше не вставать по разные стороны баррикад…

Из всех дикарей и негодяев он был самым опасным, хотя на первый взгляд это невозможно было определить. И даже здоровенный Клык, бронзовый Восходящий, явно признавал его лидерство — медленно склонил голову, а Юки согнулась, как рыболовный крючок.

Я на мгновение задумался, откуда вообще он взялся? Не здесь, в Круге — понятно, что вариантов могло быть множество, а на проекте «Космо»? Разве не должен был проект отсеивать подобных людей еще на стадии отбора?

— Грязекопы?

— Грязекопы, — подтвердил Кнут, — Тридцать-сорок хвостов. Сидят там третий день, значит, раскопали что-то интересное. Здесь их лагерь… Оса и ее люди зайдут с этой стороны, в здание. Тимати нужно быть тут. И чтобы ни звука! Я с остальными и Клыком буду отвлекать. Главное, не зацепите нас…

Палец землянина скользил по голограмме, отмечая маркерами нужные точки и рисуя знакомые стрелочки — и я поразился сходству с земными брифингами перед заданиями. Совсем не так представлял себе военный совет изгоев — здесь же было видно, что они действовали по заранее продуманному плану.

— Что, если у них есть слухачи?

— Испортим погоду, пусть послушают…

— Оружие уже привезли?

По щелчку пальцев Кнута в помещение вкатили длинный серебристый ящик. Мегакриптор — точно такой же, как мы извлекали из грузовых модулей!

Внутри оказалось оружие. Земное, человеческое. Главарь изгоев извлек десять «Суворовых» — новеньких, блестящие, как будто только из Репликатора, и поблескивающую серебристым металлом тяжелую импульсную винтовку. Плавные обводы выдавали модификацию — «Копье», не обычная «Игла»! Что, в принципе, я и подозревал — плазменный заряд «Иглы», хоть и трехкратно быстрый, ничего не сделал бы винтокрылу, а вот «Копье» штука посерьезнее. Может и легкобронированную цель прожечь, и бойцу в кидо задницу поджарить…

— Наш друг не подвел, — прогудел Клык, — Что понадобится ему от нас взамен?

— Узнаешь, когда придет время. Сейчас нужно разобраться с хвостатыми. Все поняли, что делать, когда мы их заговорим?

Изгои разбирали земное оружие, вполне привычно пристегивая магазины, из чего я сделал вывод, что люди в отряде Кнута имели навыки обращения с «Суворовым», несмотря на дикарский вид. Ну что ж, не уравнение Балабанова, Лэндо и Песчанка тоже умели пользоваться самой массовой штурмовой винтовкой Земли. А вот «Копьем» сразу завладел землянин-азио, тенью следующий за Кнутом. Странный тип — кошачья пластика движений, гладко зачесанные волосы, непроницаемое выражение потомка самураев на смуглом лице. Телохранитель, что ли? За все время он не проронил ни слова, на его лице не дрогнул ни один мускул, а вокруг всегда было пустое пространство, будто люди невольно сторонились его. Помимо азио и Кирка Дугласа, среди изгоев присутствовал еще один землянин — бритый наголо чернокожий афро. Молодой, мой ровесник — интересно, как он стал изгоем? Остальные — явные аборигены, солянка разных Народов, причем сразу не понять, каких именно. Были и соплеменники Лэндо, и теневики, и похожие на Песчанку…

Восходящих же, считая Клыка и Кнута, оказалось всего четверо. Или уже четверо?! Немало для банды разбойников. Черная Оса — плосколицая, коренастая аборигенка с тучей черных косичек, явно из Народа Камня. И еще один, уродливый старик с длинными волосами, собранными в конский хвост, крючковатым носом и злым лицом прирожденного садиста. Я долго не мог понять, к какому племени он принадлежит, но потом разглядел перепонки между пальцами — и все стало ясно. Некоторых, включая Клыка, сопровождали трэли, получившие холодное оружие. Я не удивился, увидев в руках Юки знакомый короткий лук.

Все происходящее очень напоминали наши сборы перед рейдом, поэтому я почти не удивился, когда отряд изгоев, экипировавшись, начал покидать здание. Наружу вел импровизированный мост — длинный и толстенный древесный ствол, будто случайно облокотившийся на разбитый оконный проем.

Внизу ждали оседланные тауро. Игг-Древо гасло, Клык все время смотрел куда-то не туда, в сгущавшейся полутьме сложно было точно определить численность изгоев — не меньше пятнадцати, но не больше двадцати человек. Перекинувшись несколькими фразами, они двинулись куда-то — сначала по длинной, опутанной древесными корнями улице, между клыков замшелых руин, затем по длинной, круто эстакаде, невероятно похожей на кольцевой маршрут для монорельса. Никаким монорельсом, она, конечно, не являлась — и транспорт, и архитектура и сам жизненный уклад древней цивилизации этого города был также чужд и далек от земного, как античные полисы от городов-муравейников двадцать четвертого века… К сожалению, толком разглядеть окрестности я не смог — быстро смеркалось, все тонуло в тенях, отбрасываемых высокими деревьями. Однако грандиозность сломанных шпилей, не уступающих земным небоскребам, все равно поражало воображение.

Изгои двигались очень осторожно. Несколько раз останавливались и меняли маршрут. Я видел странное, необъяснимое свечение на улицах впереди и жутковатые звуки, от которых мороз бежал по коже. Дважды в руинах намечалось какое-то движение, но Восходящие, видимо, хорошо изучили местность и избегали опасностей. Я видел Руны, которые вспыхивали в темноте, но не мог понять их предназначение…

Дальше они спрятали животных и двинулись пешком. Произошло то, что предсказывал Кнут — неожиданно испортилась погода, ливень вперемешку с громом и молниями начал полосовать сумерки. Видимо, это была маскирующая Руны — потому что даже слухачу сложно было бы выловить в шуме дождя шорох людей, осторожно пробирающихся по руинам. Изгои разделились на три группы, с Кнутом из Восходящих остался только Клык и еще четверо.

Вскоре из темноты показались руины огромного, когда-то величественного здания. Его стены и перекрытия не выдержали удара, обрушились внутрь, напоминая сейчас что-то вроде метеоритного кратера. Около здания был разбит лагерь. Глазами Клыка я увидел огни, необычные кожаные шатры и странные механические агрегаты, напоминающие примитивные повозки. Но не земные, не человеческие.

Не скрываясь, Кнут и сопровождающие его люди пошли прямо к лагерю. Там наметилось смутное движение, какой-то писк, шорох, а затем навстречу вышли трое.

Они производили странное впечатление. Гуманоиды, но не люди. Болезненно худые, какие-то изломанные, что ли? Снаряжение выглядело как архаичные скафандры — кожа, куски древней брони, какие-то провода и шланги… Шлемы — полностью скрывающие лицо, с наглазниками или непрозрачными забралами, с подобием самодельных респираторов. Подобных фриков я еще не видел, и был очень удивлен — ребята, в чей лагерь заглянули изгои, выглядели сумасшедшими исследователями подземелий. А может, ими и являлись.

Один из них, высокий и болезненно тощий, был Восходящим. Двое других — нет, но были вооружены механическими штуками, которые напоминали земные короткоствольные винтовки с примкнутыми зазубренными лезвиями.

— Кто будет говорить? — громко спросил Кнут, остановившись в двух шагах. Он говорил на Едином, и Восходящий странных пришельцев ответил писклявым, неожиданно высоким голосом:

— Я говорить с тобой. Чего ты хотеть здесь?

— Это я хочу вас спросить — что вы тут делаете? — ухмыльнулся Кнут.

— Мы искать здесь старые вещи, — ответил изломанный, — Мы быть диггеры. Ты не иметь глаз?

— То, что вы грязекопы, я вижу, — усмехнулся изгой, — Вопрос в том, что вы роетесь в моих руинах! В моем городе. И не спрашивали на это разрешения.

— Это не есть твой город, — качнул головой высокий, — Он старый быть, он всех, кто решить прийти сюда. Кто ты есть? Чего ты хотеть?

— Мы бедные изгнанники, мы давно живем здесь, — сказал Кнут, — И у нас есть скромная просьба. Если вы роетесь в наших руинах, отдайте нам половину того, что нашли или найдете. Тогда можете копать дальше спокойно… Я даже готов дать вам Клятву.

Тот, что стоял справа, возмущенно зашипел. Левый нервно поигрывал оружием, у палаток в лагере началось какое-то движение — другие пришельцы выползали наружу. Но Восходящий диггеров — я не был уверен в правильности подобранного термина, не двигался:

— Клятву? — переспросил он еще более пискляво, — Кто ты есть? Ты не рикс. Ты изгой…

— Я вежливо прошу всего лишь половину, — Кнут примирительно наклонил голову.

— Нет. Радуйся, что мы дать тебе уйти…

Я не понял, как это произошло, как вожак изгоев подал сигнал — или он с самого начала разыгрывал спектакль. Но в следующий миг слева сверкнула голубая вспышка — и плазменный импульс «Копья» превратил Восходящего диггеров в пылающий факел! Снайперский выстрел, работа мастера! Броня, снаряжение, Руны не спасли — раскаленная плазма просто испарила верхнюю часть туловища, а огонь довершил остальное.

Дохнуло жаром! Из руки Кнута выхлестнуло невидимое лезвие и тот грязекоп, что стоял справа, распался на две окровавленных половинки. А левого с размаху ударил огромным Каменным Топором, выхваченным из Руны, Раздавленный Клык. Тело грязекопа пролетело, наверное, метров двадцать, прежде чем коснуться земли.

Хаос! Воздух наполнили дробные очереди. Изгои, укрывшиеся в соседних руинах, мгновенно опустошили лагерь, расстреливая его с двух сторон. Пули насквозь прошивали палатки, голубые вспышки плазмы с шипением превращала их взрывающиеся огненные шары. Существа, похожие на уродливых людей, выбегали, тут же попадали под прицельный огонь и падали. Сопротивление мало кто оказывал — возможно, я просто не видел картину целиком, потому что Клык действовал в гуще схватки, а я видел все только его глазами — сумасшедшую, кровавую, мечущуюся бойню.

Вот он размозжил голову раненому грязекопу, ползущему на четвереньках. Вот, кровожадно хохоча, бросил Руну, развернувшуюся огненным смерчем, в черное нутро одного из шатров. Вот схватил Раскаленной Рукой одного из пытающихся сопротивляться врагов, поднял его над землей, горящего, орущего — и со всей мощи переломил об колено!

Бойня. Кругом трупы, кровь, огонь! Другие изгои спускались с занятых высот, тоже врывались в лагерь, помогая расправиться с уцелевшими. Дезорганизованные, лишенные лидерства диггеры уже не могли оказать сопротивления. Нужно было признать, что Кнут четко спланировал операцию и расставил людей, разгромив вдвое превосходящий по численности отряд противника. Причем, кажется, без единой потери…

Тяжелых добили, уцелевших — четверых раненых пленников, беспощадно пиная, согнали в центр, поставив на колени, и Клык собственноручно сковал их тяжелыми цепями. В процессе я хорошо разглядел побежденных. Несомненно, люди, но еще не виданной мною породы. Полностью лысые и мертвенно-бледные, с крохотными носами и огромными черными глазами, их лица вообще не походили на человеческие! На руках — серые когти! Круглые розовые уши-локаторы — и хвосты! Я наконец-то заметил отрубленный розовый хвост, валяющийся в грязи — и такой же у одного из полураздетых пленников. Ничего себе — больше всего эти диггеры походили на какой-то разумный гибрид людей и крыс. Или чего-то, более всего напоминающего крысу! Человеческого в них, конечно, было больше, но при виде всего этого я все равно содрогнулся от отвращения. Это что, и есть один из младших Народов, путем генетических экспериментов созданный Кел?

Черт возьми. Среди них, кажется, были и женщины.

Наскоро обшарив пленников, Кнут в сопровождении Клыка и Черной Осы пошли следом за Кнутом ко входу в разрушенное здание. Там стояли какие-то странные механические агрегаты, с помощью которых люди-крысы (я решил, что все-таки буду использовать термин «диггеры»), подкопались под разрушенное здание. Результатом их труда стала черная дыра с рваными краями, удивительно напоминающая ту, через которую я пробрался в гробницу Белого Дьявола.

Ход обрывался подобием маленькой пещеры. Из толщи расчищенных осколков выдавалось нечто странное — гладкое, золотое, имеющее правильную форму. И оно было большим — грязекопы раскопали лишь часть этой штуки! Когда Клык подошел поближе, я разглядел поблескивающий металл, покрытый странным завивающимся рисунком. Очень тонкая работа! Узор напоминал гравировку на доспехах виденных мною воителей Вечности, однако находка грязекопов была гигантской и скорее выглядела как грань огромного золотой стрелы, выпущенного из исполинского небесного лука и сокрушившего здание, оставшись под его обломками.

С другой стороны обнаружился гладкий изгиб-утолщение золотой штуки и нечто вроде темно-зеленого, малахитового стекла, срощенного с металлом без всякого перехода. Эта штука чем-то напоминала обтекаемый кокпит флаинга, и удивительное дело, выглядела невредимой, хотя наверняка пролежала под руинами тысячи циклов…

— Что это за штука? — спросил Кнут, осторожно обходя находку, — Кто-нибудь знает?

Черная Оса яростно замотала головой, а вот Раздавленный Клык неожиданно прогудел, двигаясь к выходу:

— Не трогай. Плохое. Это — оттуда!

Он ткнул пальцем в поддерживаемый балками свод пещеры, где уже должен был разгораться диск аккреции и веско добавил:

— Это часть небесной птицы!

И я вдруг вспомнил. То, первое видение, показанное мне Белым Дьяволом в гробнице. Просверленное молниями небо, призрачные клинки, падающие на город, языки синего пламени — выше серебристых шпилей и пикирующие на них золотые серповидные силуэты, напоминающие инопланетные боевые флаинги!

Небесные Ястребы. Золотые птицы Вечности.

И сдается мне, грязекопы откопали крыло одной из них…

Глава 14

Видение прервалось столь же резко, как и началось. Я не узнал, что ответил Кнут, что стало причиной похода Клыка, Кирка и Юки в Раздавленные Земли — вновь осознал себя в ребристой кабинке очистителя. Судя по времени, просмотр Руны занял всего пару минут, хотя мне показалось, что я провел внутри «трансляции» как минимум несколько часов. Каким образом возникло временное сжатие и почему Белый Дьявол предупреждал меня о том, что для активации Руны нужно время и место — загадка… По идее ее можно было спокойно посмотреть под одеялом вместо сновидений.

— Потому что это короткая Сага, ювейн! Есть и длинные, где ты можешь прожить чужие месяцы — за часы, а годы — за дни, и никто не знает, какая тебе выпала, — пояснил голос с плохо скрытым раздражением, — Руны-Саги возникают, когда Восходящему известен секрет, который не должен уйти из мира. Чтобы рассказать иные истории, требуется много времени…

Он не пояснил, но стало ясно, что Руны-Саги появляются в момент смерти Восходящего — подобно Рунам-Навыкам. Вероятно, этим процессом управляли вездесущие техниты Наблюдателя — кто иначе решал, какую тайну нельзя уносить в могилу? А смысл-то предельно ясен — продолжить важную цепочку, как-то связанную со странными целями альфа-разума…

Сама же Сага вызывала очень четкие ассоциации. Невероятно похоже на включение VR-нейротренинга, смоделированного на основе скана воспоминаний — ты находишься в чужом теле, смотришь его глазами и воспринимаешь его органами чувств, при этом оставаясь наблюдателем. На Земле таким образом тренировали некоторых специалистов, но я знал, что существуют и нелегальные нейрограммы, позволяющие пережить наслаждение, боль или смерть другого человека. Сага оказалась продвинутым подобием нейрограммы, упакованной с помощью Звездной Крови в самораспаковывающийся контейнер-Руну. Я не удивился бы, узнав, что используется нейронное сканирование мозга для фиксации воспоминаний.

На Земле эта технология отсутствовала в свободном доступе, так как несла высокий риск разрушения нейронных связей, но несколько корпораций, в основном военных, все равно активно использовали и нейрограммы, и оцифрованные субличности. Создатели Рун же каким-то образом снимали кино без всякого внешнего оборудования, видимо, используя стигмат и невероятные возможности Звездной Крови. Возможно, в моем мертвом теле (я не удержался и три раза сплюнул за левое плечо), тоже найдется очень интересная Руна-Сага…

Ночью я долго не мог заснуть, обдумывая увиденное.

Первый вывод — главарь изгоев любопытная персона, нужно бы навести о нем справки. Непонятно, кто он, откуда он взялся, как сумел подмять под себя бандитов. Не может быть, чтобы человек с такими способностями остался незамеченным — должны быть следы, он не из воздуха возник в нашем Круге. Может быть, был похожий изгнанник из фригольда, надо расспросить стариков… Но самое главное — откуда у него земное оружие в таком количестве?

Вариант первый — Кнуту посчастливилось наткнуться (из области фантастики) или прибыть вместе (что намного вероятнее) с грузовой капсулой, где имелся дефицитный оружейный мегакриптор. И тогда, возможно, сам он золотой комбинезон. Эксперт в весьма нехорошем ремесле. Мастерство не пропьешь, и если человек на Земле что-то представлял, он и в Единстве займет достойное место. Грамотно спланированный и осуществленный налет на лагерь грязекопов впечатлял, да и захват наших капсул вышел без сучка и задоринки. Это означало, что экспедиция в Шторм может быть далеко не так проста, как предполагают наши лидеры — потому что Кнут, идя на конфронтацию с фригольдом, обязан был предусмотреть такой вариант.

И второй вариант — что Кнута кто-то просто подкармливает оружием, используя изгоев в своих целях. При этом этот «кто-то» находится в нашей колонии — другого источника земного оружия поблизости нет. И он имеет доступ к арсеналу… Для чего нужна банда вооруженных изгоев этому теоретическому кукловоду? Зачем, кроме как для грязной работенки или оказания давления на фригольд в решающий момент? Например, поддержки внезапного мятежа… или отвлечения внимания на его время? А разве не это происходит прямо сейчас?!

Я напряженно думал и волей-неволей выходило, что изгои могли быть полезны только «партии» Говорящей-с-Травами. Она знала о падении капсул и навела их. Она каким-то образом снабжает их оружием. Она сделала свой ход… и Кнут не просто так оставил ясный след — Портал, намекая, где его искать.

Это приглашение. Нам готовят встречу. Догадывается ли об этом Вероника и Майкл?

Теперь по найденной в развалинах золотой птице Вечности. Ясно, что смыслом Саги была именно она — значит, это очень важная вещь, а не просто тысячелетний металлолом. И Кнут завладел этой штукой — причем относительно недавно. Как он сможет ей распорядиться? Что такое вообще этот Небесный Ястреб — аналог боевого флаинга, продвинутый летательный аппарат Народа Кел?

— И да, и нет, ювейн, — сказал Белый Дьявол, — В первую очередь это Руна. Золотая Руна-Предмет.

— Руна? Да еще и золотая?! — я невероятно удивился, — Но где тогда ее хозяин? Почему не забрал?

— Подумай, ювейн. Что произойдет с твоей Руной-Предметом, если ты долго не забираешь ее обратно в Скрижаль?

— Ничего, — ответил я с легким недоумением, — Она останется Предметом…

— Верно. А другой Восходящий сможет воспользоваться этим Предметом, если найдет его?

Я вновь задумался. Если смотреть в суть вещей, Руна-Предмет это просто Предмет, преобразованный в Звездную Кровь и упакованный в Руну. Любой артефакт, по сути, можно сделать Руной — Белый Дьявол намекал на это. И если Навык, Умение, Заклинание не имеют материального воплощения, то Предмет или Существо как раз-таки имеют. Я давал Юки Эликсир Антияда, значит и другие Руны в виде материализованных Предметов можно передавать и использовать. Вспомнилось также, как он резко предостерег, когда я хотел забрать Руну-клинок Лэндо, потерянный в бою с дрейками. И еще… Руна Живых Цепей, у нее точно имелся хозяин в Вечности! Значит…

— Опять верно, — с усмешкой заметил Белый Дьявол, — Если хозяин больше не контролирует свой Предмет, он может потерять Руну. Когда Ястреб сбили, отражение погибло, связь с Руной прервалась. Хозяин теперь не знает, где его Предмет. Он в Вечности, а Предмет в Единстве. Он ничей, потерян…

Я не понимал, почему хозяин Руны, если он остался жив, не стал искать Небесный Ястреб. Ведь золотая Руна — это величайшая ценность даже для Народа Кел!

— Когда псы Вечности атаковали Эстэ, они выпустили много Небесных Ястребов. И немало их осталось там навсегда, потому что я сражался, пока была Звездная Кровь! — с мрачным удовлетворением ответил голос, — Золотые Руны были ценой, за которую они покупали победу. Этот Ястреб тоже был повержен. Хозяин Руны мог погибнуть в той битве. Мог решить, что Руна разрушена. Мог просто не захотеть искать ее. Для Преображающих это не более чем расходник…

— Значит, Кнут заполучил золотую Руну? — ужаснулся я.

— Не совсем так, ты опять не понимаешь, — с досадой вздохнул голос, — Небесный Ястреб… этот Предмет не работает сам по себе. Его нужно надеть. Он как латы, как броня, как доспех. Внутри должен быть Кел, но не обязательно сам хозяин Руны. Скорее всего, нео, одно из отражений его слуг. Чтобы активировать Предмет, превратив в свою Руну, нужно достать его изнутри, а это непросто. Но даже если Восходящий заполучит Небесного Ястреба, вряд ли он сможет ее использовать. Для этого он должен быть истинным Кел по крови…

Доспех? Любопытная концепция, но не новая — я вновь вспомнил летающие кидо, новейшую альфа-разработку Звездного Флота, похожие на серебряные и золотые крылатые доспехи. Вдруг нахлынуло удивительное ощущение стремительного полета и упругих крыльев за спиной — неужели мне приходилось управлять такой штукой? Небесный Ястреб был в десять раз больше обычного кидо, но если принять, что это просто огромный экзоскелет-трансформер, то все сходилось. И, к сожалению, то, что Кнут — землянин, играло сейчас против нас.

Потому что земляне — и есть предтечи истинных Кел.

— На что способен Небесный Ястреб? — спросил я, предчувствуя самое худшее.

— На многое, ювейн. Это золото, оно несокрушимо для вашего оружия. Ястреб может разрушить город, может убить тысячи людей, может даже долететь до Вечности, если понадобится.

С момента записи Саги прошло не больше одного-двух месяцев… это означало, что у Кнута было время, чтобы окончательно раскопать Ястреба. Черт возьми! Будущая экспедиция в Шторм и так выглядела рискованной, а если у главаря изгоев появится золотая Руна и он научится ей пользоваться — то вообще смертельно опасной!

На утро я сразу пошел к Трейву.

Левая рука Вероники, второй знаменосец фригольда Трейв Уитли мог смело позировать для плакатов «честность и надежность» — именно такое впечатление он производил. Мошенники всех мастей, без сомнений, дорого бы отдали за подобную фактуру. Вообще он пользовался большим уважением, хотя отвечал за все производство, строительство, технику и так далее, целиком и полностью мирные сферы. И даже в Восхождении избрал навык «рунного мастера» — творец, созидатель, а не разрушитель. Трейв без всякого удивления принял у меня амулет Травинки — Живой Лист, задумчиво повертел цепочку на кончиках пальцев.

— Хорошая штучка, помню даже, где Винс раздобыл его, — усмехнулся он, — Конечно, я снова заряжу его. Это стоит три капли Звездной Крови, но ты у нас на особом счету. Так что для тебя, Сигурд — бесплатно.

В его глазах на мгновение сверкнули серебряные искорки, потухший, мутный камень вспыхнул, вновь обретая янтарную глубину. Трейв не знал, что я вижу звездные капли, впитывающиеся в Предмет — и, в принципе, мог повторить операцию сам, но тогда сложно было бы объяснить, кто перезарядил талисман. Принимая подарок Травинки обратно, я осторожно спросил:

— Мистер Уитли, у меня из головы не выходит нападение изгоев. Откуда у них может быть земное оружие? Например, «Копье»? Это же серьезная штука!

— Да, это интересный вопрос, — признал Трейв, — Я думаю, они распотрошили оружейный мегакриптор в транспортной капсуле. Может, даже в той самой, что мы упустили.

— Но это же редкость, как я слышал.

— Относительная. При волне одна-две оружейки стабильно попадаются, — улыбнулся Трейв, — Ну еще как вариант изгои могли купить его у торговцев или просто ограбить караван, такое тоже не редкость. А к торговцам оружие могло попасть откуда угодно, капсулы с «Хельги» часто падают вне зоны нашего доступа и становятся добычей аборигенов. Мы, конечно, выкупаем по мере сил все что можно, но…

Он широко развел руками, обозначая бессилие.

— А происхождение оружия можно как-то определить, если мы его захватим? — упорствовал я.

— Ну, при необходимости — можно просканировать радиометку, — удивленно ответил Трейв, — Она имеется на всех репликах. Там есть номер Репликатора, Схемы, дата выпуска, партия и так далее… Тебе зачем, Сигурд?

— Ну, так, — пожал я плечами, — Часть изгоев ведь земляне. Может, им здесь старые друзья помогают. Информацией, оружием…

— Невозможно. У нас все учтено, — тон Трейва стал жестким, — Есть, конечно, всякие деятели, но по оружию — исключено. Выбрось из головы эту ерунду, Сигурд.

Зря я спросил — мои соображения почему-то напрягли знаменосца. Видимо, борьба с деятелями черного рынка была его больной мозолью. Я поспешно сменил тему:

— Насчет Репликаторов, сэр. Я ведь отдал Схему «Мангуса», помните? По ней еще не начали ничего производить?

— А, уже напели! — понимающе улыбнулся Трейв, — Да, мы сделали шесть пробных репликаций. Пока без шлемов, комбинезон плюс плащ-хамелеон. Что, тоже хочется?

Мне действительно еще вчера рассказал Динамит, что новая полуброня из комплекта «Мангус» была замечена на людях Ассоли и Мрака, ушедших в Шторм. Стало немного обидно — не для того я сдавал на склад фригольда ценные Схемы, чтобы усиливать врага. Поэтому, собственно, и пришел к Трейву — в свободной продаже «Мангусы» отсутствовали.

— Хочется, сэр, — признался я, — Я все понимаю, но может, можно как-то получить парочку комплектов для нашего копья? В личное пользование. Я готов все оплатить, конечно!

Трейв нахмурился и, видимо, хотел мне отказать, но потом что-то вспомнил:

— Вообще вся бета-экипировка идет на склад и выдается только под боевые выходы, — неожиданно смягчился он, — Но учитывая, что ваше копье — группа быстрого реагирования и на особом счету, думаю, два комплекта из второй партии мы вам выделим.

Он что-то пометил у себя в виртуальном вокс-меню и добавил:

— Через пару дней можешь забрать прямо на складе, отложат для тебя. Оплатишь там же, три двести за оба «Мангуса». Устраивает?

— Спасибо, мистер Уитли! — поблагодарил я, хотя цена неприятно удивила. Впрочем, неважно, я мог себе позволить побаловать себя и ребят хорошей экипировкой — куда же еще тратить эти чертовы репликационные баллы.

— Да заканчивай ты с этим мистером, как в первый день. Просто Трейв… Что-то еще хотел, Сигурд?

— Да, Трейв… Мне сказали, что вы умеете делать Руны, — произнес я как бы нерешительно, — Просто хотел поинтересоваться. Я видел Руны-Порталы у Народа Теней и у изгоев тоже… Они открывают их в свои поселения, когда нужно. Как так вышло, что таких Рун нет у нас?

— Хм, ты же пока не Восходящий, — хмыкнул Трейв, — Вряд ли поймешь, там свои нюансы. Впрочем, если интересно… В целом мы давно разобрались с принципом изготовления Рун. Но сложность в том, что их разные виды требуют разные компоненты. Как бы разную основу, понимаешь? Для создания Рун-Порталов нужны Знаки Пути. Мы пока не нашли способа их изготавливать.

— А Восходящие других Народов… не могут подсказать? — медленно спросил я, чувствуя, как внутри смеется Белый Дьявол.

— Понимаешь, не все так просто. Рунные мастера — особая каста среди Восходящих, — подмигнул мне Трейв, — И они не делятся секретами мастерства с чужаками.

— Скажи этому жалкому недоучке, что ему нужно создать Камень Пути, — немного издевательски посоветовал голос, — Это проще простого — надо найти любой измененный Минерал и сделать из него артефакт c помощью Руны Запечатления и Руны Путеводной Звезды. Это и будет простейший Камень Пути, любой глупец способен догадаться! Далее из Камня Пути с помощью рунного мастерства можно создать Знаки Пути. Каждый Знак будет ориентиром для Портала и будет вести к родительскому Камню Пути… Но вашему Народу даже этого не нужно — в старых развалинах Кел должны быть рунные круги Переноса, они уже сделаны из путевого камня. Пусть просто использует их… тогда Порталы будут открываться к старым руинам…

Хм, все так просто? Но как пересказать это Трейву? Наморщив лоб, словно вспоминая, я произнес:

— Трейв, знаете, когда Люди Теней вели нас через Порталы, Шон сказал, что Порталы открываются только у специальных путевых камней. Эти камни, они как маяк, если я правильно понял. Может, это и есть ваши Знаки? Извините, если что-то путаю, я не Восходящий и действительно в этом ничего не понимаю…

— Камни Пути, да, — задумчиво кивнул Трейв, — Есть такая теория. Мы исследовали их, но без всякого толку. Как выглядели те, что ты видел?

— Как старые рунные круги Кел, — соврал я.

— Хм, какие именно? Как символы перемещения? — знаменосец потер лоб, — Интересная мысль, нужно будет попробовать…

Он отнесся к моим словам без особого энтузиазма — ну что ж, не стоило настаивать. Может, неловкие намеки упали в нужную почву и через какое-то время фригольд Небо обзаведется собственными Порталами для быстрого возвращения домой. А может, и нет.

Этим же вечером я встретился с человеком, через которого доставал «Фокс» и кое-какое снаряжение. Заказав у него пару новых ботинок и кое-что по мелочи, недоступное на официальном ресурсе, невзначай поинтересовался насчет оружия. Прошлый раз ушлый делец мне резко отказал, но с тех ситуация немного изменилась. Тогда я был новичком, от которого неизвестно чего ждать, а сейчас — уважаемым человеком, пилотом, женихом Травинки, да и вообще — обращался не в первый раз. Набив цену для начала, мне сообщили, что без проблем можно достать кинетический «Дефендер» или гаусс-игольник, а если нужно — и новенький, муха не сидела, «Суворов». Дорого — тысяча баллов, но сам факт… Насчет импульсного оружия мой собеседник заупрямился, оно действительно было в дефиците, но в конце концов буркнул, что если надо и дам хорошую цену, можно выкупить кое-у-кого «Янтарь». Такая пушка была у Динамита, наручный, самый слабенький вариант в импульсной линейке, хотя когда командир палил из него, мало не казалось никому. В общем, я предпочел ему уже знакомую мне кинетику — «Дефендер», входящий в защитный набор каждого колониста. Хотя стоп, не в каждый — серым комбинезонам полагался только нож…

Вывод же был очень простым. Слова Трейва о невозможности утечки оружия из фригольда — ерунда. Либо он искренне заблуждается, либо… о втором варианте мне даже не хотелось думать, потому что позитивный, дружелюбный Трейв Уитли мне импонировал.

Выходные пролетали быстро. Винтокрыл действительно ремонтировали, латая поврежденный корпус и устанавливая новый импеллер. Трейв сдержал обещание — матово-черный, тяжелый винт был изготовлен с помощью трехмерного копирования простых конструкций из штатного материала и по виду не отличался от второго, земного производства. Я с нетерпением ожидал, когда техники закончат работу, чтобы проверить его в деле.

Травинка тоже отдыхала после рейда, а вечером второго дня была хмурая и не в настроении.

— Знаешь у меня был жуткий скандал с мамой, — призналась она мне на прогулке, — Мы больше не разговариваем даже. Я теперь боюсь…

— Чего боишься? — спросил я.

— Ну, так… — неопределенно повела она плечом, — Ты зарядил мой амулет?

— Да, сегодня у Трейва.

— Носи, пожалуйста, не снимая, — попросила она, — Знаешь, дома хорошо, но я уже хочу в новый рейд!

— Понравилось?

— Просто там я чувствую себя свободной. А здесь… не могу расслабиться, все время думаю, что за нами шпионят…

Ночью она прислала мне вокс-сообщение:

«Я придумала. Пойдешь завтра со мной травы собирать? Захвати пустую бутылку.»

Конечно, я был готов идти собирать с ней ягоды, травы, да вообще что угодно — ведь в конце сообщения стоял добрый десяток сердечек вперемешку со смайликами поцелуев.

Глава 15

После обеда третьего дня выходных, когда Игг-Древо уже начало тускнеть, я взял свободный багги и мы поехали на плоскогорье — в сторону обрыва, смотрящего на Расколотые Земли. Скалистые пустоши, перемежаемые альпийскими лугами, стайки пасущихся тауро, редкие древесные рощи, свернувшиеся причудливыми валунами спящие камнееды… Именно здесь я пробирался с раненым Лэндо на закорках, в день, когда на фригольд обрушился ваал. Тогда было не до красоты этих мест, но сейчас ничего не мешало насладиться ей.

Закрытое с трех сторон горами плато непосредственно примыкало к колонии, считаясь его территорией, но днем людей здесь почти не было. Травинка уверенно направляла меня — кажется, она заранее наметила маршрут.

— Вот тут оставь машину, Сигурд, — сказала девушка, показав на приметные валуны, — Дальше пойдем пешком, там не проедешь… Ты захватил, что я просила?

Я кивнул, и она улыбнулась:

— Мне нужно набрать немного трав, поможешь?

Я выпустил йурра, а тот был счастлив исследовать новую местность и половить вкусных насекомых. Мы же рука об руку, по пояс в траве пошли сквозь луг к недалекой роще паутинных пальм, приютившихся у самых скал.

— Ты ведь знаешь, что растения Единства — настоящие чудеса биотехнологий? — рассказывала Травинка, — На Земле таких никогда не было. Ученые считают, что они созданы специально, как маленькие фабрики фармакологических препаратов…

— Ани говорила мне, но не вдавалась в подробности, — ответил я.

— В тот день, когда мы с тобой впервые увиделись, я здесь учила детей узнавать Травы, — улыбнулась девушка, — Хочешь небольшой урок Трав, Сигурд?

— Не откажусь.

— Вот, смотри. Это сонная трава, — Травинка указала на высокое, тонкое темно-зеленое растение с белоснежными пушистыми соцветиями, — Красивая, да? Но не стоит нюхать ее цветы или жевать листья — можно запросто уснуть на пару часов. Отвар из ее стеблей и корней — снотворное в чистом виде, биологически безопасное, если не перебарщивать, конечно…

— О! — удивился я, — А мы какие-то определенные Травы ищем?

— Ага. Вообще мне нужен коронный лист, липкий орех и кое-что еще, — лукаво усмехнулась Травинка, — Я тебе покажу. Смотри, какие красивые цветы! Это голубые пыльники… Чудесные, правда?

Я собрал для нее большой букет из полевых цветов, немного похожих на огромные земные васильки. Аромат от них исходил умопомрачительный и девушка довольно улыбнулась. Сама же она внимательно оглядывалась, и наконец, обнаружила искомое в гуще трав — крупный одинокий стебель с вычурными листами, смахивающими на пятизубую корону. Изумрудно-зеленое, с серебристыми прожилками растение выглядело царственно и даже росло наособицу, выделяясь среди остальных трав подобно королю в толпе пажей.

— Смотри и запоминай, Сигурд. Это коронный лист, — произнесла девушка, осторожно извлекая его из земли, — Он же рикс-корень. Духотрава, так говорят местные. На его основе делают все вытяжки и пилюли, духовный чай, который ты пьешь по утрам… Его много растет здесь, поищи, пожалуйста…

— И не забудь оставить несколько листьев себе, — вдруг ожил голос, — Восходящая права, это сильная трава. Она связывает тело и дух. Нам с тобой пригодится…

Совместными усилиями мы быстро нашли еще несколько штук поблизости. Я поинтересовался, зачем Травинке Травы и она охотно объяснила:

— Я же поссорилась с мамой, Сигурд. Не хочу зависеть от нее. Сама сделаю себе и нашим ребятам таблетки…

— Ты умеешь?

— Конечно. Я ей часто помогала и знаю много рецептов. Почему, думаешь, мой брат такой сильный? — лукаво усмехнулась девушка, — Но мы можем повторить…

Вскоре мы вышли к широкому, но мелкому ручью, текущему со стороны скалистых круч. Травинка сняла обувь и пошла прямо по его течению, вдоль густых кустов, усеянных длинными гроздями лилово-черных ягод, упакованных в полупрозрачные стручки. Девушка срывала и бросала их в торбу на бедре, которую извлекла из своей Скрижали — Руна-Предмет, Набор Травницы. Ягоды падали на дно емкости с глухим стуком, как будто пересыпали гальку.

— Это и есть камнеягоды? — спросил я, осторожно следуя за спутницей.

— Да. Очень полезная Трава. Ее плоды — природный антибиотик широчайшего спектра, причем гораздо более мощный, чем земные препараты. Что интересно, содержание в одной ягоде соответствует допустимой дневной норме на взрослого человека. Все дозировано, Сигурд! А вот это, — обернувшись, Травинка потрясла стручком-гроздью, — Аналог блистера длительного хранения, понимаешь? Есть еще жемчужные ягоды, они супервитамины. Содержат даже те вещества, что естественным путем не вырабатываются. Мама говорила… что такие Травы помогли пережить людям Тьму.

— Тьму?

— Время от пропажи солнца до первых Игг-Древ, — объяснила Травинка, — Это сказка, конечно, но я в нее верю…

Ручей, становясь все уже, привел нас к скальным выступам, нависающим над головой. Тут, среди горных паутинных пальм, на каменные карнизы карабкался плющ, с усиков которого свисали странные, похожие на маленькие каштаны плоды. По просьбе Травинки я сорвал несколько штук и девушка тут же вскрыла один из них, продемонстрировав мне заполненную густой коричневой массой сердцевину.

— Липкий орех, — прищурилась она. — Нет, лучше не трогай, потом только с кожей оторвешь! Это природный суперклей, Сигурд. Самое то, когда нужно что-то закупорить наглухо…

Травинка неожиданно заговорщически подмигнула мне, и я понял, что именно она хочет закупорить. Недаром же просила взять пустую бутылку, да еще вокс-сообщением, чтобы никто не мог подслушать.

— Сейчас покажу еще кое-что интересное, — улыбнулась она, — Мы почти пришли…

В центре пальмовой (хотя горными пальмами эти деревья с желто-фиолетовой кроной называл явно большой фантазер) рощи возвышалось странное древо, больше всего похожее на огромный ананас. Чешуйчатый бочкообразный ствол закачивался зонтиком сине-зеленых листьев, под которыми на манер кокосовых орехов виднелись гроздья алых, очень привлекательных на вид плодов. Оживившийся Кыш ловкой белкой взмыл на верхушку и неожиданно притащил нам один из них — похожий на огромное, золотисто-румяное яблоко.

— Кыш! — засмеялась Травинка, но приняла подарок, а потом лукаво, очень лукаво взглянула на меня, — Знаешь, что это такое, Сигурд?

— Первый раз вижу, — признался я, — Выглядит съедобно.

— Это адамово яблоко, — сказала Травинка. — Этот плод… ну он, понимаешь… В общем, из него делают любовный напиток.

— Афродизиак? — усмехнулся я.

— Да, вроде того, — кивнула девушка, — У местных племен даже есть обычай, но я не буду тебе рассказывать… Хочешь попробовать? Это безопасно. Почти…

— Только после тебя.

Травинка засмеялась и вонзила свои белые зубки в сочную мякоть, после чего протянула мне плод. На вкус он напоминал смесь манго и персика, чересчур сладкий и истекающий густым оранжевым соком.

— Урок Трав закончен, Сигурд. Каким уроком ответишь мне ты? — она положила мне руки на плечи, — Может, уроком Поцелуев?

— Боюсь, ты уже выучила его полностью, — улыбаясь, я принял ее игру, — Следующий в программе — урок Любви…

Травинка рассмеялась — зазвенели серебряные колокольчики, а потом, взяв меня за руку, девушка настойчиво потянула за собой:

— Пойдем…

Она привела меня к истоку ручья — узкий поток исчезал в каменной стене, разломанной вертикальной трещиной. Повернувшись боком, Травинка скользнула туда, исчезла в прохладной темноте, поманила за собой:

— Залезай сюда, Сигурд…

Я с трудом протиснулся внутрь и оказался в маленьком замкнутом гроте, уже освещенном факелом из светокамня. Из скалы, обдавая прохладой, бил ключ, на камнях виднелись какие-то доски, высохшие венки и прочие следы старых детских игр.

— Мы прятались тут детьми, — чуть смущенно сказала Травинка, рассыпая собранные мною голубые цветы за камни. Несколько штук она уронила и я едва не наступил на них, — Сигурд, подойти поближе, я хочу кое-что тебе сказать. Еще ближе…

Я послушно приобнял девушку и она, обжигая ухо дыханием, едва слышно прошептала:

— Заслони… спиной… вход…

То, что у нее на уме, понять было нетрудно. Я плотно прижался к щели, полностью перекрывая ее, а Травинка, резко шагнув назад, открыла свою Скрижаль и активировала какую-то Руну!

Соцветия «случайно» оброненных цветов вдруг взорвались облаками светящейся пыльцы, мгновенно заполнившей всю пещерку. Такое уже было — на ферме, когда мы свалились с сенника, и тут произошло то же самое — в гуще мерцающей пыли материализовалась маленькая фигурка, трепещущая прозрачными крылышками.

Шпионка-Пикси!

Я не сомневался, что Говорящая продолжает отслеживать каждый шаг своей дочери во фригольде, и почти сразу понял, зачем Травинка заманила меня сюда. Руна-соглядатай не могла не последовать за нами, а тут была ловушка — выбраться некуда!

В руке Травинки появился сачок — таким ловят насекомых, и девушка азартно взмахнула им, охотясь за ускользающей Руной. Однако поймать Пикси оказалось непросто — неуловимо быстро перемещаясь, маленькая шпионка металась в гроте в поисках выхода. Все попытки моей возлюбленной оказались тщетны — Пикси была гораздо быстрее и легко избегала плена.

Травинке нужно было помочь, да и сам я давно мечтал покончить со шпионкой, не дающей нам побыть наедине! Пользуясь тем, что девушка повернулась ко мне спиной, я молниеносно открыл свою Скрижаль и вывел наружу одну из своих Рун — наверное, единственную полезную в такой дурацкой ситуации.

Призрачная Рука! Белый Дьявол разъяснял мне, как правильно пользоваться этой Руной, когда мы обсуждали способы избавиться от шпионки. Для всех, не обладающих особым зрением, призрачная рука-манипулятор оставалось невидимой. А значит, ни Травинка, ни Пикси не могли обнаружить ее присутствие. Сделав резкое хватательное движение, я поймал невидимыми пальцами крылатую дрянь, заставив ее оставаться на месте на мгновение дольше обычного — и сачок Травинки накрыл цель.

Отлично!

— Бутылку, Сигурд, быстрее! — закричала Травинка. Она не без сопротивления пропихнула Пикси в подставленное мною бутылку — и тут же ловко закупорила ее половинкой липкого ореха. Клейкое содержимое облепило горлышко, не оставив даже малейшей щелки.

— Все, мы ее поймали! — Травинка торжествующе потрясла запечатанным сосудом. Внутри, в облаке пыльцы светился маленький силуэт Пикси. Руна-шпионка металась в разные стороны, как пойманная стрекоза, натыкалась на стеклянные стенки и бессильно билась в них, и, кажется, отчаянно чихала. Что ж, я мог ее понять — от пыльцы ужасно чесался нос и першило горло. Осторожно взяв у девушки бутылку, я внимательно пригляделся. Действительно, маленькая феечка, очертания туловища девичьи, даже что-то, напоминающее одежду. Кажется, она погрозила мне крошечным кулачком!

— А она не вылезет отсюда? — спросил я, — Я думал, она что-то вроде призрака…

— Нет, просто невидимка. Такие существа не могут проходить сквозь материальные преграды. Будь хоть маленькая щель, Сильви бы вылезла. А так — будет сидеть здесь, пока время действия Руны не кончится! Апп-чхи! — вдруг звонко чихнула девушка и тут же сконфузилась, — Ой. Пойдем на свежий воздух, Сигурд, здесь дышать невозможно…

Снаружи она вновь завладела бутылкой и, подбежав к ручью, осторожно погрузила ее в воду. Накренившись, сосуд поплыл по ленивому, медленному течению. Разбиться о камни земному изделию не грозило, а ниже ручей заканчивался небольшим озером во впадине плато, так что Пикси предстоял увлекательный круиз.

— Счастливого плавания, Сильви! — помахала ручкой Травинка, — Больше не смей за нами шпионить, поняла?

Она счастливо улыбнулась и обняв меня, объявила:

— Все, теперь нам никто не помешает!

Под кожей бегали мурашки от ее близости. Наверное, подействовало адамово яблоко, а может, просто химия организма, но Травинка вдруг показалась такой красивой и невероятно притягательной, ее полуоткрытые нежные губы — такими зовущими, что я не удержался и начал целовать ее. Девушка замерла, словно прислушиваясь к своим ощущениям, а потом стала отвечать — да с такой страстью, что мы долго не могли оторваться друг от друга и пришли в себя, только уперевшись в колючий ствол адамова дерева.

— Подожди… — учащенно дыша, Травинка уперлась мне ладошками в грудь, — Давай найдем местечко получше…

Среди скал, на самом окраине рощи нашлась уютная полянка, с трех сторон окруженная густыми зарослями, а с четвертой — выходящая на скалистый обрыв, за которым простиралась желтая сетка Расколотых Земель. У меня, как у опытного рейдера, в крипторе нашлась плотная подстилка с пушистым покрывалом, девушка осторожно опустилась на него рядом со мной и вдруг воскликнула:

— Посмотри, как красиво, Сигурд!

Вид открывался и правда потрясающий, очень романтичный — под лучами угасающего Игг-Древа Расколотые Земли приобрели непередаваемый, невиданный на Земле пейзаж. Медленно надвигались тени, шаг за шагом отодвигая световой круг и все выше поднимались сияние, окрашивая рефракционную дымку всеми оттенками золота.

Волшебное зрелище.

Повинуясь внезапному порыву, я вдруг произнес:

Это было давно, это было давно

В королевстве у края земли

Там я девушку знал, я ее называл

Именем Аннабель Ли

Я любил, был любим, мы любили вдвоем

Только этим мы жить и могли…

Ресницы Травинки восхищенно дрогнули, она замерла, и чувствуя, что на верном пути, я продолжил, сам не понимая, откуда берутся слова:

Я ребенком там был и ребенок она

В королевстве у края земли

Но любили любовью, что больше любви

Я и Аннабель Ли

Серафимы крылатые с выси небес

Не завидовать нам не могли…

Здесь, под сенью золотого Игг-Древа, на фоне открывающейся панорамы Расколотых Земель стихотворные строки обрели новый смысл. Магия поэзии прошла сквозь тысячи и миллионы лет, поразив нас — ведь и я, и Травинка сейчас понимали — это же мы, это про нас…

— Как красиво, Сигурд, — завороженно произнесла Травинка, — А что дальше? Или это конец?

— Я не помню, — признался я, — Можно посмотреть, в базе вокса есть, наверное…

— Не надо, — прошептала девушка, — Иди ко мне…

Умом я понимал, что здесь и сейчас, наверное, произойдет то, чего мы так долго ждали, но ум — плохой советчик в любовных делах. Я с нарастающей страстью целовал Травинку, не в силах поверить, что сейчас она станет моей — и девушка отвечала мне тем же, больше не опасаясь, что кто-то снова помешает нам. Мы сплелись в объятиях, нетерпеливо пытаясь добраться друг до друга, соприкоснутся наконец жаждущими телами, и со смехом помогали друг другу избавиться от ненужной одежды.

Обнаженная Травинка поразила созревшей женственностью своей фигуры. С белокожего, стройного, гибкого тела девушки можно было смело ваять скульптуры античных богинь. Было в ней что-то хрупкое, эльфийское, нечеловечески изящное — как в Азимандии, но оно вызывало восхищение и трепет, а не страх. Идеальная, от тонких щиколоток до кончика чуть заостренного ушка. Ни малейшего изъяна, как вообще может существовать на свете подобное совершенство? Жадно лаская эту юную богиню и получая ответные ласки, я снова ощутил, что тону, теряю контроль, растворяюсь в ее затуманенных страстью глазах, упругой гладкой коже, горячих и жадных губах. Я желал ее со страшной силой, и чувствовал, что Травинка жаждет меня не меньше.

— Я горю, Сигурд, — прошептала она, на мгновение оторвавшись от моих губ, — Когда ты… я просто сгораю…

Вот так, среди душистых трав, под сенью горных пальм Единства мы стали одним целым — абсолютно естественно, как миллиарды мужчин и женщин до нас. И было это настолько невыносимо приятно, морально и физически, что стоило всех дней пути, испытаний, ожиданий и мук. Трепещущие тела стали нашим общим камертоном, а вздохи и стоны — музыкой, и на некоторое время вселенная вокруг погасла. Мы, я и Травинка были ею, центром мира, и ничего больше не имело значения.

Когда все кончилось, глядя в пронизанное золотыми лучами Древа небо Единство и обнимая прильнувшую, уже полностью мою женщину, я понял, что переживаю сейчас лучшие мгновения из тех, что были у меня в этом мире.

— Вообще это немного странное занятие, — отдышавшись, заявила Травинка, — Я представляла себе все не так…

— А как? — удивился я.

— Не знаю, более возвышенно, что ли, — задумчиво улыбнулась девушка, — Девчонки такое рассказывают! Но это не значит, что мне не понравилось. Есть в этом занятии своя прелесть… Очень приятно, но, чтобы войти во вкус, мне нужны еще уроки любви. Как с поцелуями…

— А тебе… было не больно? — смущенно поинтересовался я.

— Нет, — хихикнула Травинка, — Почему… а, поняла. Понимаешь, Сигурд, я ведь только наполовину землянка. А у девушек Единства физиологически есть некоторые… отличия. Ты, наверное, сам уже знаешь. Форма черепа, строение челюсти, зубов, ну и кое-что еще… В общем, если мои предки по маме генетически идут от людей Земли, то они немножечко… эээ… подальше ушли от обезьян. Ты только не обижайся, пожалуйста?

Я не обижался. Наоборот, очень хотел дать подружке «войти во вкус», чем мы и занимались следующие пару часов, смеясь, изучая, познавая, наслаждаясь друг другом. Не знаю, афродизиак тому виной или долгое воздержание, но я был готов любить Травинку без всяких перерывов. Белый Дьявол, деликатно отвернувшись, ушел куда-то глубоко-глубоко, и умный Кыш не казал носу из травы, бдительно охраняя нас от древожуков. И даже вселенная, гладившая нашу кожу последними лучами Игг-Древа, шептала, что это хорошо.

— Знаешь, Сигурд… — мечтательно пробормотала Травинка, устроившись на моей груди и обхватив руками и ногами, — Я очень-очень рада, что у нас все с тобой… случилось. Сейчас я чувствую, что ты и правда мой, по-настоящему…

Милые глупости, которые горячим шепотом шепчут друг другу влюбленные — это хорошо, но после много раундового любовного поединка мое сознание как будто очистилось, став холодным и отстраненным. Лениво поглаживая шелковистое плечо девушки, я ощущал себя капитаном на мостике звездолета, перед обзорным экраном с необъятной глубиной космоса и тысячами колючих звезд. Ветер трепал черные вперемешку с серебристыми пряди Травинки, щекоча мне грудь, а мысли в голову лезли совершенно другие.

Что же мне делать? Заговор, как зловонный нарыв, продолжал пухнуть во фригольде, а Вероника выжидала, видимо, ожидая ответного хода противника, чтобы покончить с ним раз и навсегда. События, которые завертятся внезапно, могут полностью изменить мою жизнь — и жизнь доверчиво прильнувшей ко мне девушки.

Если хорошо подумать, то чего добивалась Говорящая-с-Травами? Очевидно, что она хотела вернуть потерянную власть, снова стать той шеей, которая управляет головой фригольда. Сама не могла — земляне никогда не признали бы чужую Восходящую своим вождем, а вот Марк, похожий на молодого Кассиди, перспективный и амбициозный, был идеальным вариантом «для трона». Травинке, видимо, отводилась роль разменной монеты в династическом союзе с Тенями, которые должны были поддержать нового рикса. Интересная схема, однако существовало несколько серьезных препятствий. Марк пока еще бронза, и никто не рассматривает его как будущего вождя. Если Вероники вдруг не станет, ее место займет знаменосец Майкл, следующий кандидат скорее всего Трейв, за ними есть Адамант, Серена, Крик, Минос — много харизматичных Восходящих из числа землян-ветеранов. И Марк Кассиди тут далеко не единственный претендент, хотя он, безусловно, пользуется симпатией молодого крыла Восходящих. Ассоль, Фрост, Угрюмый, Уэнтвуд точно скрестят за него пальцы. Еще несколько копий, включая наше, условно нейтральны — хотя я был уверен, что в случае какой-то заварухи ребята поддержат законную власть. Получается, посередине, хотя многие земляне-старики, тот же Адамант и Крик явно благожелательны к сыну Винсента просто по старой памяти. Но чтобы стать вождем этого явно недостаточно, и Марк, и Говорящая-с-Травами, наверное, понимают это гораздо лучше меня.

Что же они должны сделать, чтобы добиться цели?

Во-первых, это логически необходимо, Марк должен стать сильнее. Намного сильнее остальных, он должен взять серебряный ранг, а значит, ему нужна Звездная Кровь и Руны. И сын Говорящей жаден до них, я убедился в этом на собственном опыте. Он избавился от Гая Флоу, чтобы развязать себе руки — и сейчас никто не может сказать, где пропадает копье Марка во время своих выходов и что именно они там делают.

Во-вторых, Марк должен набрать Славу. Много Славы — так, чтобы встать в один ряд со старыми Восходящими. Самый простой способ — это получать ее через задания Наблюдателя, но тут он ограничен теми, что выдает Вероника, а она наверняка держит конкурентов на голодном пайке. А способ посложнее — совершить что-то героическое, прославится, стать знаменитостью, причем лучше — не только среди землян. Марку нужен Подвиг — золотой подвиг, такой, что сразу поставит его в один ряд со старыми Восходящими, а то и впереди них. И неудачные стычки с новеньким пилотом — это, конечно, совсем не то, что поддержит его авторитет…

— Ты рассуждаешь верно, ювейн, но ты опять думаешь как землянин! — насмешливо фыркнул голос, — А твой враг думает, как Восходящий, рожденный в Единстве! Чтобы вырасти над теми, кто выше тебя, можно просто сделать их всех на голову короче!

Убить? Устранить всех, кто стоит между титулом рикса и Марком? Всех, кто сильнее, всех, у кого больше Славы? Да, я даже не рассматривал такую версию — потому что тогда пришлось бы перебить уйму народу, включая лучших людей фригольда — того же Майкла, Серену, Миноса, а также всех, кто их поддержит, в том числе Динамита. И, черт побери, даже меня! Перспектива бойни, нарисованная Белым Дьяволом, выглядела вдвойне мрачнее, потому что мой визави обычно не ошибался в таких вещах.

— Я говорю, что лучше решить дело одной смертью, — прошептал голос, — Если хочешь избежать многих смертей, если хочешь жить сам и любить дальше эту юную Восходящую — убей его первым, а еще лучше — убей его мать. Если хочешь, я сделаю это за тебя…

Кыш неожиданно пискнул в травах неподалеку. Как-то подавленно, испуганно. Я встрепенулся, но Травинка, замершая на моей груди, даже не шевельнулась.

— Травинка? Травинка!

Она спала. Дышала ровно, спокойно, веки трепетали, но совершенно не желала реагировать ни на голос, ни на мои руки, настойчиво тормошившие девушку. Внезапный сон этот, как и вскрик Кыша, был совершенно неестественным! Я встревоженно приподнялся, подхватывая свой комбинезон и готовясь пустить в ход оружие или Руны — потому что Суперслух донес шорох легких, почти неслышных шагов.

Глава 16

Тот, кто шел к нам сквозь послушно пригибающиеся травы, даже не думал торопиться, словно давая время подготовиться. Я успел натянуть комбинезон и прикрыть покрывалом Травинку, прежде чем увидел знакомый силуэт в мантии с надвинутым капюшоном на фоне догорающего заката.

Говорящая-с-Травами.

Ну конечно, следовало ожидать! Пропажа шпионящей Руны встревожила Восходящую и она сама отправилась защищать честь своей дочери, только немного опоздала. Я встряхнулся, чувствуя веселую, злую дрожь — сам давно хотел этого разговора, вот не выпадало ни времени, ни возможности. Нельзя даже предположить, как отреагирует «дракон» на свою дочь в неглиже рядом со мной: сразу захочет убить или даст помучиться? Ясно было одно — ничего хорошего ждать не приходится, хотя голос тихо прошептал:

— Если бы она хотела напасть, ты был бы уже мертв, ювейн. А раз ты не спишь, она идет говорить с тобой.

Говорящая-с-Травами вышла на нашу полянку. Остановилась, взглянула на мирно спящую Травинку, затем медленно отбросила капюшон и уставилась на меня злыми зелеными глазами. Сейчас она не казалась красивой — опасной, как разъяренная кобра, готовая в любой момент нанести смертельный укус. Говорят, что нужно посмотреть на мать, чтобы понять, какой будет дочь через года. Травинка в гневе ужасно походила на Говорящую, но мне бы не хотелось, чтобы это сходство продолжало увеличиваться с возрастом…

— Значит, ты захотел забрать мою дочь, хотя даже не имеешь гвоздя, — произнесла она полным ледяного презрения тоном. — Я ведь тебя предупреждала…

— Предупреждала, — кивнул я, скрещивая руки на груди, — Но мне не нужен гвоздь и не требуется твое разрешение, Говорящая-с-Травами, чтобы любить, кого я хочу.

— Важно не то, чего ты хочешь, а то, что можешь, — непререкаемо отрезала Говорящая-с-Травами, — И то, что уже сделано! Вы уже обменялись дарами, а теперь скрепили дары близостью. И ты не откажешься от моей дочери по своей воле…

Она не спрашивала. Я чувствовал внутри Белого Дьявола — он смотрел на происходящее с презрительным равнодушием, как на трескотню макак в вольере зоопарка, когда на горизонте поднималось нечто зарево великой войны. Мой вселенец был недоволен, что эти разборки отнимают наше время и внимание. Дай я ему свободу — и он за десять секунд раздавил бы Говорящую, втоптав ее волю в траву вместе с ней самой. О да, он мог сделать это — но помимо того, что это грозило неминуемой смертью матери Травинки, я хотел сам довести это дело до конца. Он запросто наломает дров, а разгребать потом Сигурду. Но все-таки он помог мне — вспомнив, как Белый Дьявол стоял, смотрел, говорил с Когтем, Азимандией, Видящей, я невольно расправил плечи, пытаясь вернуть хоть частичку той харизмы и достоинства, что внушал всем окружающим мой вселенец. Чтобы он ответил Говорящей-с-Травами сейчас?

— Не откажусь. И ты не заставишь меня сделать это! — произнес я. — Не ты, не твой сын. Мы, я и твоя дочь, свободные люди. Просто прими выбор Травинки!

— Она юна и беспечна, — раздраженно ответила Говорящая-с-Травами, — Те, кто старше и мудрее, сделают лучший выбор. Детям должно повиноваться — они будут лишь благодарны сквозь годы. Ты не ровня моей дочери и никогда не будешь достоин ее. Ты — маленькая, случайная капля дерьма, которая может испортить шикарное блюдо. Но я этого не допущу.

— Оскорбляя меня, ты оскорбляешь свою дочь, — я слегка повысил голос, — Укороти свой язык, фламиника!

— За одни эти слова ты достоин смерти, — прошипела Говорящая-с-Травами, сверля меня взглядом, — И уже был бы мертв, если бы дочь простила мне это. Благодари ее за свою жизнь, глупый землянин…

— Я не боюсь твоих угроз, — усмехнулся я.

— Не боишься, о да! — презрительно усмехнулась она в ответ, — Я не чувствую твоего страха. А ведь тебе стоило бы бояться. Я легко могу сделать так, чтобы ты никогда не сможешь возлечь с женщиной. Могу сделать, что ты ослепнешь и сойдешь с ума. Могу превратить тебя в гнильца, от которого будет отваливаться зловонная плоть… О да, я могу многое, и если бы ты не был безнадежно глуп, то давно бы дрожал от страха.

— Ювейн, она не землянка, не к чему пустая болтовня! Она дочь Народа Теней! Она не будет уважать тебя, пока не покажешь свою силу. Отбрось правила, прояви свой дух, покажи ей, что с тобой нужно считаться!

Он мысленно показал мне, что надо сделать. Да, я бронза, а она серебро, но вряд ли Говорящая изучала Стиль Железа и закаляла свое Тело — ее сила совсем в других Атрибутах, Разуме и духе. И самое главное, она стоит в двух шагах и не ожидает ничего сверхъестественного от молодого землянина, которого даже не считает Восходящим. Она не подозревает, какую взрывную реакцию я могу продемонстрировать. И все равно это смертельно опасно, потому что может мгновенно превратиться в схватку двух Восходящих…

Однако Белый Дьявол прав — стоять и обтекать, слушая ее оскорбления, было наихудшим вариантом из всех. Поэтому я дал ему немного воли, впустил внутрь себя, позволив на мгновение направлять меня. Вселенец не контролировал мое тело — скорее, как на тренировке, мы были вдвоем, он помогал мне, страхуя каждое движение…

Рывок вперед! Короткий удар большим пальцем в точку на шее, которая на мгновение выключает любого, даже самого сильного человека. И в довершение — удар локтем в висок, опрокидывающий с ног!

Мой расчет оправдался. Восходящая не ожидала, что я рискну поднять на нее руку и была ошеломлена внезапным напором. Сминая ее сопротивление, я подтащил трепыхающееся тело к обрыву и навалился сверху, блокируя все движения, прижимая ее к камням и удерживая лишь голову над темной пропастью. Ледяной кинжал Лэндо засветился бледным морозным ореолом в моей руке.

Внизу, далеко внизу, темнели едва видные скальные уступы и острые скалы — неприступное предместье Расколотых Земель. Одно мое движение — и труп с перерезанной глоткой отправится в полет. Я вспомнил слова Белого Дьявола, что мы можем разрезать целый клубок проблем одним решительным ударом…

— Посмотри туда, жалкое серебро, — прошептал он моими устами, удерживая хазак в одном миллиметре от ее горла, — Говоришь, я должен бояться?! А тебе самой не страшно посмотреть в лицо смерти? Как думаешь, много оставят дрейки от твоего трупа к утру?

И я действительно был готов сделать это. Но стоит ли оно того? Ведь убийство рано или поздно вскроется, останки найдут, мне придется предстать перед судом. И главное — как я посмотрю в глаза Травинки, хладнокровно прикончив ее мать?

Ничего не отвечая, Говорящая вцепилась в скалу и начала медленно приподниматься. Первоначальный шок прошел, и я с ужасом понял, что она сильнее меня. Намного сильнее — и от смерти меня отделяет самая малость.

— Не двигайся, если хочешь жить! — предупредил я и услышал в ответ сдавленно-яростное:

— Отпусти меня… немедленно!

Периферийное зрение уловило движение, в следующий миг что-то ползующее обвило мое тело, мои руки и ноги могучим, необоримым захватом, блокировало запястье с ножом, неумолимо выкручивая хазак, а затем легко оторвало от поверхности земли. Наверное, я бы даже успел полоснуть ей по горлу, однако не собирался этого делать — ведь цель моей выходки была совсем иная. Нужно было лишь поставить на место эту высокомерную даму. Дать ей почувствовать, что не только она властна над чужими жизнями — но и ее может прерваться во мгновение ока, если я этого захочу. Требовалось пройти по грани — не открывая, что я тоже Восходящий, дать ей понять, что не собираюсь терпеть поток оскорблений.

Вот только получилось ли?

Она пустила в ход волшебство Трав — растительные плети, стремительно прорастая прямо из земли, вздернули в воздух и оплетали меня прочным, колючим коконом, не позволяя даже шевельнуться. Иные больно кололи незащищенную кожу головы и запястий, и я понял — стоит Говорящей захотеть, и они превратятся в ножи, которые проткнут меня насквозь.

— Как ты посмел поднять на меня руку, глупец?! — потирая ушибленный висок, Говорящая-с-Травами выпрямилась, уязвленная и невероятно опасная. Татуировки на ее лице меняли узор, двигались, как живые существа, а в руке распустилась серебряная Скрижаль. Я, дрожа от ярости и не собираясь уступать, вдруг понял, что сейчас момент истины. Либо мы прямо здесь сойдемся в смертельном поединке, в котором без помощи голоса у меня нет никаких шансов против серебряной Восходящей, либо…

— Благодари, что не перерезал тебе горло за оскорбления, — прохрипел я из скручивающейся травяной клетки.

— Ты говоришь, как настоящий Восходящий, — удивленно произнесла она, — Я и поступлю с тобой, как с Восходящим, глупый землянин!

Пространство вокруг нее вдруг вспучилось плащом искажения, материализовавшимся в призрачную змею. Подобная огромной анаконде, она любовно обвивала Восходящую, поднимая узкую, плоскую голову над ее правым плечом. Что это? Что это вообще за хрень? При ее виде невольно вспоминались чудовищные призрачные тени, встававшие за плечами воителей Вечности, которые пленили моего вселенца. Мгновением спустя он подтвердил это:

— Это Аспект. Пробужденная сущность, воплощение самого Восходящего. Те Восходящие, кто пробудил свой Аспект, гораздо могущественнее, ведь у них есть помощник…

Говорящая-с-Травами шевельнула ладонью — и послушный кокон трав развернулся, вынося меня над обрывом. Теперь я повис над пропастью, удерживаемый лишь цепкими плетями растений. Покинув хозяйку, змея-Аспект поползла ко мне, обвила несколькими кольцами — и ее касания были совсем не призрачными!

— А теперь говори, если сам не хочешь стать пищей дрейков, — жестко приказала фламиника, — Я знаю, что ты лжешь. Я знаю, что ты не мог выжить в Землях Теней. Кто помог тебе? Кто твой хозяин?

— Тот же, кто держал нож у твоего горла, — усмехнулся я, — Клянусь, ты знаешь его имя!

— Я ведь могу сделать из твоего черепа горшок для своих Трав, — палец фламиники шевельнулся, и Аспект скрутил меня так, что я взвыл от боли. Казалось, Говорящая-с-Травами решила выдавить из меня внутренности, и лишь голос сухо рассмеялся:

— Она здесь за другим, ювейн. Подумай, зачем она пришла именно сейчас. Зачем усыпила Травинку, но не усыпила тебя. Она приняла решение — и действует, не становись заложником ее игры! Терпи, Восходящий! Это всего лишь тело, это всего лишь боль….. Не бойся, она не станет убивать тебя. В ее глазах страх…

Белый Дьявол был прав, взгляд Говорящей-с-Травами изменился. Там больше не было презрения, на мгновение она узрела во мне тень той сущности, что ужасала даже тысячелетнюю Азимандию Визу-Аран. И потеряла уверенность, даже вызвала свой Аспекта на помощь — ведь фламиника не могла не понимать, что несколько секунд назад она была в полной моей власти. Я легко мог убить ее, но не стал.

— Можешь даже убить, если хочешь, — прохрипел я, — От Травинки я все равно не отступлюсь!

Растительные плети небрежно метнули меня на землю. Прокатившись несколько метров, я снова поднялся на ноги, готовясь к новой атаке — но ее не последовало.

Говорящая неподвижно застыла над своей спящей дочерью, пытливо изучая ее безмятежное лицо. На меня она больше не обращала внимания, ее Травы, Аспект и Скрижаль исчезли. Чертов голос вновь оказался прав, она вовсе не собиралась меня убивать — возможно, из-за Травинки, а может, по другой причине…

— Подойди ко мне, Сигурд, — она впервые обратилась ко мне по имени.

— Надеюсь, наш семейный скандал закончен? — я остановился напротив, готовый к любому развитию событий, — Или продолжим бить посуду?

— Иногда кувшин нужно ударить, чтобы понять, из какого материала он сделан — она перевела взгляд на меня, — Ты звучишь как металл. Значит, готов убивать и умирать, но не отступишься?

— Да, так и есть.

— Что ж, теперь я понимаю свою дочь, — Говорящая даже слегка улыбнулась, пристально глядя мне в глаза и я изумился внезапной метаморфозе. Злоба и презрение исчезло без следа, в них появился отблеск оценивающего интереса, — Интересно, каким Восходящим ты станешь?

— Узнаешь, если мы доживем, — я вытер кровь с разбитых губ.

— Но Травинка тебе все равно не ровня. Ни по статусу, ни по крови, — задумчиво проговорила фламиника, и я вдруг понял, что мы перешли из стадии отрицания в стадию торга. Оставалось слегка ее дожать…

— Да, я не рикс. И пока даже не Восходящий, — спокойно кивнул я, — Но я скоро стану им. Чего тебе надо, чтобы оставить нас в покое?

— Если ты хочешь получить Травинку, ты должен стать ей ровней, — произнесла Говорящая-с-Травами, — На меньшее я не согласна.

— Объясни, что ты имеешь в виду?

— Докажи, что достоин. Стань Восходящим, соверши Подвиг и получи Славу, чтобы занять достойное место в нашем Народе! — жестко сказала фламиника, — Добудь и принеси мне золотой Предмет или Руну как доказательство. И тогда я сама вложу руку свой дочери в твою.

— Мне уже говорили про золото, — кивнул я, вспомнив разговор с Эйриком, — У меня есть встречное предложение. Как насчет твоего мужа?

— Что? — глаза Говорящей-с-Травами сузились.

— Твой муж пропал много лет назад. Болтают, что он до сих пор жив, застрял в каком-то Портале, — терпеливо пояснил я, — Если я найду и верну его, мы будем в расчете?

— Мой муж действительно жив, есть способы определить это, — проговорила Говорящая-с-Травами, — Кто наболтал тебе о нем? Травинка? Иди кто-то еще?

— Неважно. Так что ты скажешь?

— Скажу, чтобы ты оставил эту мысль, — ответила Говорящая-с-Травами, — Да, я знаю, в какой Домен он мог войти. Но оттуда не возвращаются, это верная смерть. А может, что-то похуже смерти…

— А посылать за золотом — легкая прогулка? — возмутился я, — Так каков будет твой ответ? Да или нет?

— Как пожелаешь, — красивые губы моей собеседницы издевательски искривились, — Мой муж вошел в Серебряный Замок, можешь поискать его там. Но я бы посоветовала найти Подвиг полегче…

— Договорились, — кивнул я, — Готова принести Клятву перед Наблюдателем?

— Какую Клятву?! — искренне поразилась Говорящая-с-Травами.

— Клятву, в которой обещаешь отдать мне Травинку и не больше не чинить препятствий, если я верну тебе мужа, либо выполню золотой Подвиг и принесу в подтверждение золотую Руну или Предмет.

— Поговорим о Клятвах, когда ты станешь настоящим Восходящим, — холодно сказала фламиника, — Если ты им станешь… Пока же я забираю свою дочь.

— Что?! — на этот раз поразился я, — Куда?!

— Туда, где ты до нее не доберешься. Так будет лучше для всех, — изрекла Говорящая-с-Травами назидательно, — И не дергайся…

В момент, когда до меня дошло, что лучшим решением было все-таки перерезать ей глотку и сбросить тело на поживу дрейкам, растительные плети вновь оплели мое тело, полностью лишив подвижности. Мгновением раньше я мог бы пустить в ход «Пылающие Руки», активировать Скрижаль и выпустить Шейда, выпустить Белого Дьявола, наконец, однако сейчас было уже поздно!

Легко подхватив Травинку на руки, Говорящая-с-Травами использовала Руну и провалилась в призрачную сферу, тут же растаявшую в воздухе. Их фигуры исчезли, будто и не существовали вовсе, развеялись легкой дымкой, оставив после себя только эхо последних слов Восходящей:

— Помни о нашем договоре, Сигурд…

Глава 17

Так и забрали мою Травинку.

Все мы сильны задним умом — легко рассуждать, что можно было бы сделать, когда все уже произошло. Мне осталось смятое покрывало, оставленные сандалии и сумка с собранными Травами, незамеченная Говорящей. Кыш, вынырнув из зарослей, сделал пару кругов вокруг нашей стоянки и несколько раз недоуменно свистнул, будто удивляясь внезапной пропаже девушки. Хоть он был цел и невредим — Аспект Восходящей выглядел тварью, обожающей мелких зверьков.

Когда шок миновал, я сообразил, что это был не Портал и не эффект Переноса — на них я уже насмотрелся. Нет, больше всего действие последней Руны напоминало перемещение в Домен — потому что сквозь пелену искаженного пространства я даже разглядел нечто вроде бесконечного цветущего луга.

Неужели у нее тоже есть пропуск? Руна-Ключ? Но в какой Домен, насколько он безопасен, и почему я раньше ничего не слышал об этом ни от Травинки, ни от других фригольдеров? Неужели фламиника долго скрывала такой козырь в рукаве?

— Мы с тобой побывали в серебряном Домене, ювейн, — сказал Белый Дьявол, — Но существуют и другие, рангом пониже. Их неисчислимое множество, как пузырьков в мыльной пене, которой ты умываешься по утрам. Есть древние, как сами кости Единства, а есть новорожденные Домены, только проросшие из Зерна. И все они разные. Иные давно заброшены, а другие кипят жизнью, многие предназначены для испытаний, а некоторые хранят забытые сокровища. Есть места, открытые для всех путешественников, а есть тайные Домены, которые младшие используют как свои скрытые базы…

Я не понимал, о чем он говорит, и голос продолжил:

— Домен-Зерно — это Руна, зародыш малого Домена, камень в пустоте, иногда выпадающий как особая награда. Получив его, Восходящий становится владельцем своего пространственного королевства, которое можно менять по собственному усмотрению. Зерно прорастает, развивается, повышает ранг — как наша Скрижаль, и владелец может управлять им, создавать Ключи и раздавать их своим друзьям. Я видел огромные страны и сильные Народы, обитающие в таких Доменах…

Речь, вероятно, шла о создании и развитии собственной экстрамерности. На Земле научились сгибать пространственные складки для создания хранилищ-крипторов, но искусство Кел продвинулось намного, намного дальше! Они умели строить огромные, непредставимые суб-пространства, где можно было создавать любые условия, да еще играючи упаковали их в миниатюрные Руны. Уровень технологий, требуемый для создания такой экстрамерности и поддержки там условий, необходимых для человеческой жизнедеятельности, конечно, впечатлял, однако это был совсем не тот вопрос, который сейчас волновал меня. Черт с ними, с этими Доменами! Куда утащила Говорящая Травинку? Когда ее вернет? Как она вообще посмела покуситься на свободу дочери (между прочим, гражданина земной колонии и полноправного члена боевого копья)? Неужели думает, что может остаться безнаказанной?!

Я не собирался спускать все это на тормозах, несмотря на наш разговор. Но, к сожалению, все оказалось очень плохо…

Ребята нашего копья отреагировали совсем по-разному.

— Ведьма и есть! — убежденно высказался Толя Грохот. По каким-то причинам он недолюбливал Говорящую-с-Травами, при этом откровенно опасался ее, — Я же предупреждал, на!

— Значит, говоришь, исчезли и все, с концами? — проговорил Динамит, явно что-то обдумывая, — Говорящая и раньше пропадала, иногда на пару дней, бывало, что и на неделю, раз — и нет ее. А потом появляется, как ниоткуда, через Посты не проходила, часовые ее не видели… Давно ходят слухи, что у нее свои тайные тропы. Выходит, дорожка в Домен?

Он вопросительно обвел взглядом притихшую команду (мы совещались в спальне), но ни у кого не нашлось ответа.

— Звездец! Надо идти сразу к Веронике, пусть берет ее за жабры, — мрачно высказался Инь.

— Если Говорящая-с-Травами вообще вернется во фригольд, — заметил Динамит.

— А куда она денется, на, с подводной лодки! Думай, командир! — бросил Грохот, — Девчонку надо вытаскивать! Десант своих не бросает!

А вот у Лэндо на этот счет оказалось другое мнение:

— Тот-Кто-Сражается говорить: младшие слушать старших. По законам Единства Говорящая есть мать и фламиника. Травинка есть дочь и ювейн. Я тоже не хотеть ехать жить в Народ Земли. Но мой рикс приказать — и я быть тут. Зато Народ Трав быть друг Народа Земли… и я быть ваш друг, когда вернусь домой.

Он неожиданно приобнял меня за плечи сильной, жилистой рукой и сказал с нотками теплоты:

— Не тревожиться, кано! Она возвращаться к тебе, я видеть так. Тот-Кто-Сражается всегда дать испытания, но мы должны радоваться им, потому что испытания делать нас сильнее! Я помогать тебе, кано.

— И все равно, это полная хрень, — встряхнулся Динамит, — Получается, любого человека, да еще из боевого копья, можно вот так забрать? На Земле это называется похищение… Тут изгнанием дело пахнет! В общем, Сигурд, идем к риксу, пусть разруливает.

Увы, но Вероника Максвелл ничем не смогла нам помочь. Она как будто была озабочена совсем другими, более глобальными вопросами, перед лицом которых похищение Травинки выглядело сущей мелочью.

«Это, конечно, безобразие. Я прекрасно понимаю ваши чувства, но прошу вас проявить терпение, Сигурд. Я постараюсь все решить, как только мы найдем Говорящую-с-Травами. Помните, что все виновные будут наказаны…»

Она опять запретила нам поднимать шум. Я прекрасно понимал, почему Вероника избрала такую стратегию. Она не дала хода преступлению Мрака, а теперь не стремилась обострить конфликт с Говорящей-с-Травами, хотя подобные выходки, несомненно, подтачивали ее власть. Дело тут было совсем не в слабости или нерешительности нашего рикса, а в том, что рикс опасалась преждевременного раскола во фригольде, который обрушит все ее планы. А вот в чем они заключались и почему Вероника просила дождаться тинга — можно было только догадываться.

Но мне, конечно, от этого легче не становилось.

В общем, исчезновение Травинки осталось почти незамеченным. Большинство колонистов даже не обратили внимания на инцидент — мало ли какое задание получила юная Восходящая? И, конечно, никто не собирался из-за этого отменять нашу работу. Долгие выходные закончились, винтокрыл с двумя импеллерами стоял на площадке, готовый к взлету. Первые дни я с Фьюри просто облетывал его, испытывая новый винт во всевозможных режимах, а ребята дежурили на разных постах или выходили на охоту. Надо сказать, люди Трейва качественно выполнили свою работу, «Грифон» вновь стал полноценным летательным аппаратом, мог развивать нормальную скорость и маневрировать без риска потерять равновесие. Отличная машинка! Хотя тяговооруженность на одном тилтроторе оставляла желать лучшего, все-таки это совсем не тот инвалид, который я пригнал из теневых земель. Даже с полной нагрузкой и подвешенными ракетными барабанами, винтокрыл спокойно прошел все тесты когитора и поддерживал необходимый набор функций.

Попутно я понемногу начал обучать Фьюри. Она уже умела управлять винтокрылом в полетном режиме и даже могла поднимать его в воздух, но самая сложные часть пилотирования — это маневрирование, и, конечно, посадка. Когтистые псевдоупоры «Грифона» позволяли садиться на любой тип поверхности, но процесс требовал отточенного глазомера и навыка. У меня он имелся изначально, но полностью раскрылся уже здесь: Навыки «Универсальный Пилот» и «Визуальное Исчисление» за время полетов незаметно росли, не собираясь останавливаться. Сейчас каждый из них составлял восемь бронзовых звезд — видимо, система Восхождения постепенно «опознавала» мой реальный класс, но предел, судя по темпу набора звезд, еще не был достигнут. Каков же он на самом деле? Когда мы летали, я порой ловил удивленные взгляды Фьюри — видимо, летное мастерство было не совсем обычным для молодого, только что окончившего академию универсального пилота. Ей самой подобное давалось с огромным трудом, хотя и с реакцией, и с глазомером у женщины все было в порядке. Но для того, чтобы стать настоящим пилотом, требуются не дни, а месяцы практики, десятки часов налета, и конечно, Лилия ван дер Саар не могла меня заменить в ближайшей перспективе.

А еще понемногу возвращалась память.

Я разговаривал со многим колонистами по этому поводу. Криогенная амнезия проходила по-разному — у кого-то память восстанавливалась быстро, за неделю-другую, но большинство полностью вспоминали прошлую жизнь через три-четыре, иногда шесть месяцев. Я не стал исключением, и уже мог вспомнить лицо матери, голос отца, имена своих товарищей по интернату и прозвища преподавателей в академии Звездного Флота. Пока фрагментарно, но с каждым днем всплывало все больше отчетливых деталей.

Однако меня не оставляло странное чувство, словно это чужие, искусственные образы. Они происходили, я их помнил, но не было некоего ощущения духовного сродства. Как будто это происходило не со мной, а с кем-то, просмотревшим нейрограмму про детство и юность Сигурда Морозова в режиме ускоренной перемотки. А вот сам он, это кто-то, был подобен закрытому черному ящику. Ловя эмоции и смыслы прошлого, я мучительно пытался добраться до того, что внутри — но там была только непроглядная, засасывающая глубина. Очень необычное ощущение, которое можно было объяснить пока еще не восстановившимися функциями мозга. Оставалось надеяться, что со временем это пройдет…

Особо заморачиваться этими проблемами было некогда. Во фригольде активно шла подготовка к большой экспедиции в Шторм. Я не мог этого не заметить, потому что ежедневно перебрасывал людей и грузы между Стрелой, фригольдом и фермой Эйрика. Видел крипторы с оружием и боеприпасами, земную технику, подготавливаемую к рейду, и вьючные тюки с запасами, которые собирали для долгого похода. Вернулось из разведки копье Ассоль, а затем и копье Мрака — нас снова искусно развели, организовав трехдневное дежурство на Южном Посту, а вот Говорящая-с-Травами так и не объявилась во фригольде, отчего уже поползли нехорошие слухи.

Она исчезала и раньше, часто без объяснения причин, однако накануне ответственных больших рейдов — никогда. И всегда согласовывала свои отлучки с руководством колонии, а сейчас никто, ни рикс, ни знаменосцы, не могли сказать, когда она вернется.

И вернется ли вообще.

От этой неизвестности было хреново на душе. Все изменилось в моей жизни, как будто повернули выключатель и мир потерял половину радостных красок. Я выполнял свою работу, ходил, ел, пил, разговаривал, но делал все это на автомате, как запрограммированный синтетик. Вкус еды или улыбки девушек больше не приносили радости, казались чем-то не имеющим никакого значения. Каждый день и каждую ночь я видел ее лицо, думал о ней, мучительно ломал голову, как быть, что делать… Травинка, оказывается, успела прирасти к моей душе, и я был уверен, что девушка сейчас страдает не меньше.

Я не собирался прощать и оставлять возлюбленную матери на растерзание. Выход имелся даже в ближайшей перспективе — нужно было накопить Звездную Кровь для нового вызова Азимандии, заставить ее переместиться в Домен и обезвредить кристалл-стражей, а затем освободить отца Травинки. Если Говорящая-с-Травами объявится, а она рано или поздно обязана вернуться, то ее будет ждать серьезный сюрприз. А если нет, я сам отыщу ее и Винсент Кассиди поможет в этом!

Все это нужно было увязать с посещением Вечности и получением мною гвоздя, чтобы не вызвать подозрений. Сложная задача, но вполне реализуемая, если действовать постепенно.

Самое главное — Звездная Кровь! Белый Дьявол твердил это, как мантру, и наконец-то я стал понимать, что он прав — именно на этой таинственной субстанции завязано все в Единстве. Восходящий может быть сколь угодно силен, но он беспомощен, как котенок, если исчерпал свою Звездную Кровь. Поэтому мне нужно было сосредоточиться на восполнении и накоплении этого ресурса.

Пропажа Травинки дала необходимый стимул и я полностью изменил свой образ жизни. Теперь вставал засветло, за два часа до зуммера подъема и уходил на плато, где после активной получасовой пробежки отрабатывал Стиль Железа под руководством Белого Дьявола. Потом — медитация в укромной пещерке, первый нар, разогревавший тело и восстанавливающий лишнюю капельку Звездной Крови. Слежки можно было не опасаться, пока Говорящая отсутствовала во фригольде. Процедура повторялась вечером в очистителе, отчего я приобрел репутацию чистюли, но ускорение регенерации было важнее, чем пересуды за спиной. Странное дело, но пяти-шести часов сна вполне хватало организму, чтобы полностью восстановиться. Тело как будто радовалось физическим нагрузкам, самочувствие и бодрость даже повысились, хотя я больше не употреблял волшебные таблетки.

Им вскоре нашелся заменитель. Белый Дьявол сдержал свое обещание. Оставленная сумка Травинка оказалась хорошим подспорьем — внутри я нашел необходимые ингредиенты для приготовления простейшего эликсира на Травах. Под руководством голоса я тайно измельчил, вскипятил и отстоял отвар, содержащий несколько местных растений и размолотые в пыль остатки забракованных Рунным Конструктором сущностных ядер. На вкус он вышел мерзко-горьким, как самая противная микстура, зато сразу разогнал восстановление Звездной Крови почти вдвое. Время действия пришлось проверять на себе — в итоге вышло, что небольшой глоток утром и вечером обеспечит круглосуточной подзарядкой не хуже таблеток фламиники. Правда, мой организм реагировал на эту дрянь не очень хорошо — пришлось побегать в очиститель, пока я подбирал дозировку. Белый Дьявол презрительно назвал наш результат «мусором», однако он работал — а большего и не требовалось.

Так прошла еще неделя. Наша группа успела сделать два вылета на задания. Один простой, в южные предгорья, где решила поселиться колония скальных дрейков, смекнувшая, что плантации и пастбища поселенцев-фермеров, за Южным Постом — отличная кормовая база. Они таскали пасущихся коз, пытались атаковать людей, а пару дней назад едва не сцапали ребенка. Среди них заметили парочку наглых тварей со Звездной Кровью, а добраться до недоступных гнездовий было невозможно. Мы решили вопрос радикально, за пару часов, просто расстреляв причудливые скальные карнизы, где обосновались эти существа. Экологи и гуманисты Земли пришли бы в ужас от такого варварского злодеяния, но тут, в Единстве, это были просто опасные кровожадные твари, которые запросто могли унести и сожрать ребенка. Эффективность «Пилумов», установленных вместо родных «Ведьм» в ракетные барабаны, оказалась выше всяких похвал — камень горел и дробился, срываясь вниз ревущими лавинами. Дрейки были истреблены, угроза — ликвидирована, но вот Звездную Кровь и Руны мы не получили, содержащие их особи погибли, заваленные слоем обломков. Лэндо мрачно хмурился — ему была не по душе такая бесславная охота, но Динамит, наоборот, был весел и доволен — задание выполнено быстро и безопасно, а методы — дело второе.

А вот следующее задание оказалось сложнее и гораздо опаснее.

Как я и подозревал, у Вероники имелось некое Око Наблюдателя. Что это, Предмет, Навык или Руна, оставалось загадкой, однако Око было исключительной привилегией вождей и позволяло дистанционно получать важные задания альфа-разума. На этот раз мисс Максвелл углядела сквозь него безумного Небесного Змея, совершавшего спонтанные нападения по всему Морю Трав и опасно приблизившемуся к нашим границам. Вообще эти существа, обитавшие в верхних слоях атмосферы Единства, редко показывались людям на глаза — огромные, величественные крылатые создания, гордо парящие над облаками. Они занимали высшую ступень пищевой цепочки, охотясь на гигантов вроде детенышей голиафа и вообще не обращали внимания на всякую мелочь вроде нас. Любопытный молодняк еще спускался за облака, иногда появляясь в пределах фригольда, а старые особи оставались полупрозрачными тенями, изредка проплывавшими в небесах.

Однако с этим небесным змеем все было иначе. Он попал под действие ваала и начал атаковать всех подряд, включая собственных сородичей и стал целью бронзового задания Наблюдателя. А учитывая его природу и скорость, найти и догнать такое существо мог только летающий охотник. Собственно, никакого выбора у Вероники не было — после того, как Небесный Змей атаковал земной караван на пути к Стреле, убив одного и тяжело ранив двоих колонистов, «Одиссей» послали «обеспечивать безопасность воздушного пространства». Рикс не ставила задачу уничтожить обезумевшую тварь, нас бы вполне устроило, если бы Змей просто убрался подальше, однако же, как всегда, все вышло совсем по-другому…

Мы добросовестно патрулировали небо над Морем Трав по маршруту следования наших отрядов к перевалочному лагерю у Стрелы, когда система Восхождения тренькнула, выдавая новое задание:

Восходящий! Найдите и уничтожьте безумного небесного змея, представляющего опасность для Народов Единства.

Награда: Слава

Награда: Звездная Монета

Награда: Руна (качество: бронза)

Дьявольщина! Это означало, что противник близко. Фьюри встрепенулась, Динамит злобно чертыхнулся — никто из нас не мечтал об этой встрече. Но деваться было некуда, и я развернул винтокрыл к сигналу, зафиксированному сенсорами.

Тварь шла прямо к нам, и шла быстро, держась над облаками. Сомнений в ее намерениях не осталось, когда мы увидели гибкий силуэт, косо ринувшийся на нас сверху. Он сложил полупрозрачные крылья, камнем падая вниз — и действительно напоминал длинного змея удивительного, нежно-голубого, отлично сливавшегося с небом цвета.

Будь атака внезапной, у нас, наверное, не было шансов. Но я ее ждал, и мгновенно бросил «Грифон» в сторону, положив послушный аппарат «на бок». Успел заметить клыкастую драконью пасть и длиннющее, ленточно-плоское туловище, увенчанное несколькими рядами колючих гребней, пронесшееся в двадцати метрах от нас.

В следующий миг застрекотали гаусс-турели — Фьюри недаром ела свой хлеб. Она не промахнулась — отдалявшийся Небесный Змей болезненно изогнулся от попаданий и издал звук, похожий на яростный длинный свист. Он стремительно уходил ниже, и я развернул винтокрыл, готовясь дать ракетный залп вслед, однако чудовищная летающая тварь не собиралась сдаваться. С невероятной ловкостью он тоже развернулся, свивая длинное тело множеством колец и расправил огромные прозрачные крылья, на несколько секунд зависнув в воздухе. В этот момент Небесный Змей походил на исполинского, крылатого морского конька — и представлял собой отличную, зафиксированную цель.

— Фьюри, пуск! — приказал я, но штурман медлила, продолжая управлять турелями, и я сам, откинув большим пальцем скобу предохранителя, утопил клавишу ракетного пуска. Из-под крыльев «Грифона» рванулись крутящиеся дымные струи — а навстречу им прянула голубая ветвистая молния, через мгновение ударившая в корпус винтокрыла.

Бронзовая тварь! Следовало ожидать, что у нее есть особые сюрпризы! Мы ослепли и оглохли, все внешние датчики отключились, вырубился когитор, погасли голографические приборные панели. Винтокрыл был прекрасно экранирован от удара молнии, но все-таки это рейдовая, а не штурмовая модификация, полностью защищенная от ЭМИ, поэтому ответный удар чудовища пробил защиту. На несколько мгновений «Грифон» потерял управление, продолжая инерционное движение, но затем я раздавил аварийный колпак, полностью отключая автоматику, переводя управление в механический, ручной режим — и подхватил падающий аппарат. Нас спасло многократное дублирование систем и мой навык, позволяющий управлять винтокрылом без поддержки электроники и когитора. Экипаж даже не успел испугаться, хотя мы были на волосок от смерти…

— Сигурд, что происходит?!

— В нас попали, непонятно, что ли? Все уже под контролем, — выдохнул я, вцепившись в управляющие стики и чувствуя дрожь аппарата, как свою, — Нужно поменять предохранители внешнего контура…

Как я думал, после замены элементов, разорвавших цепь во избежание повреждения чувствительного позитронного процессора, когитор «очнулся», протестировал систему и восстановил все управляющие и навигационные функции. Корпус «Грифона» был цел, хоть и разогрелся до экстремальных значений, а вот большую часть внешних датчиков снесло к чертям. Больно, но не смертельно — потому что поединок с такой тварью мог окончиться гораздо печальнее.

— Где эта тварь?!

Мы, несомненно, тоже попали. И попали хорошо — останки Небесного Змея дымились на земле, разбросанные на изрядном расстоянии друг от друга. Перед одновременным залпом кумулятивных и термобарических «Пилумов» не устояла даже усиленная Звездной Кровью плоть, наглядно доказывая превосходство земного оружия. Правда, бронза — не самая высокая ступень Восхождения, как не уставал повторять мне Белый Дьявол…

«Грифон» аккуратно сел неподалеку от дымящихся кругов. Копье тут же покинуло борт по опущенной рампе, я тоже вышел наружу — осмотреть корпус винтокрыла. Молния, которая изрыгнула летающая тварь, по мощности превосходила иные ЭМИ-заряды, раз смогла вырубить хорошо защищенные системы.

Особо страшного в месте попадания не обнаружилось. Немного обгорела обшивка, частично расплавились датчики внешнего обвеса. Ничего критичного — люди Трейва справятся с заменой за пару дней, если найдутся запчасти, а учитывая модульность и унификацию всего спектра земного вооружения, то должны найтись…

Ребята же тем временем разбрелись по полю, внимательно осматривая останки Небесного Змея. Я знал, что они ищут — во-первых, Звездную Кровь и Руны, а во-вторых сущностное ядро. У бронзовых существ оно ценилось, и уже прекрасно понимал, почему. Судя по обрадованным возгласам Динамита и Лэндо, они уже обнаружили искомое и обсуждали добычу. Парни не знали, что я их слышу — расстояние было изрядным, но я их прекрасно разбирал слова благодаря Навыку Суперслуха.

— Ты забирать Кровь… Что там по Рунам быть? — жадно спросил Лэндо.

— Три бронзовых. Развитие, Повышение и Умение. Руна Глаза Небесного Змея! — сообщил командир, — По описанию — суперзрение, дает возможность видеть в нескольких спектрах… интересно, нужно разбираться…

— О! Глаз Змея, я слышать… Хорошо быть, — задумчиво пробормотал Лэндо, — Давай так быть. Я брать Руну Повышения. Оно лучше Развития быть, но ты взять Звездную Кровь. Я делать свое дерево бронзой…

— Тебе Повышение, а мне Развитие, годится, — легко согласился Динамит, — А Глаз Змея кому? Фьюри отдадим?

— Фьюри брать Руну прошлый раз, — Лэндо вдруг взглянул в мою сторону, — Нет, плохо быть… Давай Глаз Змея отдать Сигурд. Он заслужить!

— Сигурду? — удивился Динамит, — Но ведь он пока не Восходящий…

— Отдашь, когда Сигурд получить гвоздь, — объяснил принц, — Чтобы он не пустой быть… Пока хранить в своей Скрижали.

— Слушай, хорошая идея. Для пилота такая Руна отлично подойдет, — усмехнулся Динамит, — Тем более он ходит как в воду опущенный…

— Травинка, — проронил Лэндо и командир кивнул в ответ, тоже взглянув в мою сторону:

— Ладно, пойдем, порадуем…

Я был благодарен Лэндо за его слова. Абориген, даром что местный варвар, вообще оказался человечнее многих землян и больше других поддерживал меня в эти сложные дни. Словами, молчанием, жестом — он все прекрасно понимал и помогал мне чем мог, ничего не требуя взамен. Может оттого, что были ровесниками, а может, просто по причине сходства характеров мы здорово сдружились с Лэндо — сейчас я бы без всяких сомнений доверил ему свою спину. Дикари Единства только с виду казались такими — а если разобраться и присмотреться, то их культура во многом была совершеннее и мудрее земной.

— Завалили дракона, на! — похвастался Грохот, с трудом притащив к месту посадки уцелевшую оторванную голову, — Пойдет на чучело!

Я с сомнением покачал головой, рассматривая сложное, как будто состоящее из множества тончайших и очень прочных шестиугольных стеклянных пластин крыло. Небесный Змей вообще не походил на дракона, несмотря на сопоставимые размеры. Скорее он напоминал мифического коатля, такое же длинное змеевидное туловище, огромные крылья. Окровавленные останки не внушали, но при жизни Змей действительно был красив, покрытый голубой чешуей стремительный крылатый гигант.

— Этих существ когда-то вывели, чтобы убивать летающих маток Червей, — с ноткой печали сообщил голос, — Они воздушный дозор, один из многих, охраняющих Круги Жизни. Жаль, что этот стал безумен…

— Молодец, Сигурд! — подошел ко мне Динамит, — И ты, Фьюри, тоже… Отличная работа! Винтокрыл сила, конечно! Восемь капель Крови, три бронзовых Руны… может нам открыть на них сезон охоты, а? Как думаете?

— Наблюдатель запрещать убивать Небесных Змеев! — резко возразил ему Лэндо, — Наши Восходящие знать. Это быть Позор!

— Да? — удивился Динамит, — Ладно, это все лирика… Кому Наблюдатель задание засчитал? Фьюри, у тебя?

Моя напарница на мгновение напряглась, словно изучая интерфейс Восхождения, а затем с некоторой растерянностью сообщила:

— Нет, у меня чисто.

Динами с удивлением и сомнением смотрел на нее, но я знал, что Лилия не врала. Потому что тоже проверил и с ужасом увидел сияющие строки:

Восходящий Сигурд!

Ваша Слава повышена на 3.

Вы получаете 1 Звездную Монету.

Выберите любую Руну (бронза): Руна-Свойство, Руна-Предмет, Руна-Умение, Руна-Навык, Руна-существо, Руна-Заклинание, Руна-Портал, Руна-Домен, Руна-Сага

Глава 18

Наблюдатель отдал награду мне! И понятно, почему — ведь именно я нанес фатальный урон Небесному Змею, выпустив ракеты. Да, неудачно вышло, но и медлить в тот момент я не имел права, чудовище плюнуло молнией всего мгновением позже.

Надо же так нелепо спалиться! Отвернувшись, чтобы скрыть замешательство, я начал лихорадочно перебирать варианты оправданий. Что сказать, какой у нас расклад?

Награду получает Восходящий, внесший наибольший вклад в выполнение задания. Динамит и Лэндо вообще не участвовали, значит Наблюдатель должен был отдать награду Фьюри, которая стреляла из гаусс-турелей. Она не получила ничего, а задание все равно выполнено, выходит был еще один Восходящий, которого определила и выбрала неумолимая система?

Я.

— Успокойся, ювейн, — с легкой насмешкой посоветовал голос, — Для них ты не Восходящий. Подумай, что случается с заданием, если вместо Восходящего цель уничтожил обычный человек?

Я лихорадочно напряг мозги. Если цель ликвидирована, то задание закрывается, исчезает, это понятно. В Расколотых Землях личинок не засчитывали Восходящим, если их убивали обычные люди. Но у нас-то Фьюри тоже стреляла по змею, а значит, участвовала в выполнении! Разве при таком раскладе награда не должна уйти ей?

— Думай дальше. Если Восходящий лишь ранил добычу, но убил ее другой, кому Наблюдатель отдаст награду?

До меня наконец-то дошло. Да, Наблюдатель засчитывает задание тому, кто внес наибольший вклад в его выполнение. А если это сделал человек, не имеющий Скрижали, соответственно, задание просто «сгорает» и альфа-разум экономит наградные Руны. Если подумать, это хорошо стыкуется с концепцией Восхождения — иначе Восходящие окружали бы себя отрядами вооруженных слуг, делающих всю грязную работу. Но нет, важен процент личного участия, взвешенный невидимыми весами Наблюдателя, и если он мал — шиш тебе, а не вознаграждение. Эту систему, конечно, тоже можно обманывать, и наверняка местные Восходящие за тысячи циклов уже нашли способы, но сейчас, если предположить, что я — обычный человек, задание не должно быть засчитано никому из наших Восходящих…

Тем временем Динамит допрашивал Фьюри:

— Точно не у тебя? Посмотри повнимательнее!

— Да говорю же — ничего нет! — почти выкрикнула Лилия, — Я не вру, астра фатида!

Динамит, недоверчиво прищурившись, изучал закаменевшее лицо моей напарницы. Он ей не доверял — наверное, потому что второй пилот была креатурой Вероники в его копье. Но предположить, что она решила зажилить Руны для себя — тоже глупо…

— Ничего не понимаю! Как так?! Ты же стреляла.

— Да, но, ракеты выпустила не я.

— А кто?

— Сигурд. Он среагировал быстрее…

Динамит вопросительно взглянул в мою сторону:

— Сигурд?

— Да, я стрелял, — я решил вести себя как ни в чем ни бывало, — Нельзя было ждать. А что такое, командир?

— Да ничего! Поздравляю, мы просрали бронзу, — выругался Динамит, неверующе качая головой, — Ну как так-то, а?

— Сигурд не знать, командир, — вступился за меня Лэндо, — Он не быть виноват!

— А что произошло-то? — вживаясь в роль ничего не понимающего дурачка, я потребовал объяснений.

— Кано, когда ты убивать существо по заданию Наблюдателя, Восходящие не получать награду, не получать Монеты, Славу… Плохо быть… Но ты не знать.

— А если и знал бы, что ему, ждать пока нас сожрут, на?! — пробасил Грохот, — Пошли бы вы на хрен со своим Восхождением, а! Молодец, Звездный Флот! Все правильно сделал!

— Ладно, все нормально, — встряхнулся Динамит, — Сигурд, следующий раз, если возникнет такая ситуация, постарайся, чтобы Фьюри стреляла. Или кто-то из нас. Станешь Восходящим, поймешь…

— Хорошо, командир! — мне было противно лгать боевым товарищам, но выбора не оставалось. Ладно, еще сочтемся…

Этот вылет оказался финальным. По возвращении во фригольд нам было предписано с утра получить боевое снаряжение и, с одной из последних партий отправляться к Стреле в Море Трав. Винтокрыл оставался в колонии — никто не собирался рисковать ценным аппаратом, проверяя радиус запретной зоны Наблюдателя, а вот наши смертные тушки — видимо, совсем другое дело. Впрочем, жаловаться было глупо — в поход выступили почти все боевые копья. Во фригольде не осталось Восходящих — за исключением знаменосца Трейва Уитли, который временно принял командование. Вероника Максвелл лично возглавила рейд, что было ей совершенно не свойственно. Ребята из моего копья по пальцам одной руки могли припомнить случаи, когда она покидала колонию, если не считать ежегодные посещения тинга. Значит, в Шторме нас ждало что-то экстраординарное — впрочем, и масштабы задействованных сил намекали.

Нам, кстати, выдали два «Мангуса», как и обещали. Даже без шлема — отличный комплект, явно предназначенный для разведчика-диверсанта. Бета-снаряжение для профессиональных военных — плотный серый комбинезон, вообще не сковывающий движения, предоставлял на порядок лучший класс защиты чем «Скаут» или «Варриор», и при этом был гораздо удобнее. Тонкие гибкие утолщения в уязвимых местах заполнены «жидкой броней» — особым составом, в момент ударного воздействия приобретающим прочность композита. Климатизатор позволял носить его сутками не снимая, синтетические мышцы увеличивали мускульное усилие — можно прыгать как кузнечик и поднимать тяжести, а встроенный комплекс медпомощи контролировали основные функции организма, при нужде самостоятельно впрыскивая антидот, анестетик или регенератор. В дополнение шел маскировочной плащ-хамелеон из наноткани — конечно, слабое подобие «Плаща-Призрака», но земные технологии тоже кое-чего стоили! Можно пройти в паре шагов и не заметить бойца, прикорнувшего у валуна или слившегося с древесным стволом.

Так как договорился с Трейвом и оплатил «Мангусы» я, один комплект, естественно был моим. Второй предназначался Травинке, но волей обстоятельств ушел на общак, и ребята, после недолгого совещания решили отдать его Лэндо — второму Восходящему и ценному члену нашей группы. Принц, даром что абориген, мгновенно прочувствовал все преимущества земного снаряжения и ходил довольный, периодически испытывая на нас мышечное усиление.

В общем, крутая броня. В остальном снарядили нас стандартно, разве что Толе отвесили вдвое больше боеприпасов для гаусс-пулемета, да выдали каждому по паре гранат с электронными взрывателями. Термическая и осколочная начинка, судя по маркировке, еще земные реплики из запасов «Хельги».

Ранним утром наша группа покинула фригольд и уже к полудню была у Стрелы. Огромный треугольник врат Кел остался точно таким же, а вот земной лагерь возле него опустел — большая часть отряда уже ушла на ту сторону. Походные палатки сворачивались, груженые глайдеры и навьюченные тауро проходили под каменной аркой — и исчезали, чтобы возникнуть в семистах километрах юго-западнее. Никто так и не разобрался в механизме этой техномагии Народа Кел — Стрелы работали всегда и были привычной деталью Круга для местных жителей. Я рассчитывал, что поедем с ветерком, на глайдере, однако все они были забиты грузом, пришлось опять оседлать здоровенных косматых тауро — и вперед!

Вновь иные запахи, вкусы, ветра! Вместо щекочущего ноздри пряного аромата бескрайнего Моря Трав — влажная тенистая прохлада, каменистые осыпи, замощенная площадка на горном выступе и сине-зеленый океан лесов внизу — совсем недалеко отсюда, в какой-то сотне-другой миль когда-то упала моя капсула. Белые шапки гор, где находился наш фригольд — далеко на горизонте…

Я вновь видел места, которые проходил с копьем Мрака. За неширокой, но весьма полноводной Бурной начинались запретные земли, территория Людей Реки, однако на этот раз, спустившись с горной Стрелы, наш рейд не переходил речное русло, двигаясь по другому берегу.

С удивлением я понял, что под копытами тауро — дорога. Широкая, как земной хайвей, вымощенная знакомыми шестиугольными плитами. Конечно, состояние оставляло желать лучшего — кое-где покрытие полностью скрыла земля, в других местах оно было вспучено древесными корнями или разбито, но факт оставался фактом — от Стрелы к руинам запретного города вела дорога. Идеально прямая, режущая неровности местности, как острый нож — кусок ноздреватого сыра. Передвигаться по ней было гораздо удобнее, чем пробираться по густому инопланетному лесу, синевшему с двух сторон и иногда смыкавшему ветви над головой.

Наш караван растянулся на пару миль. Самый большой рейд, который я пока видел. В колонии насчитывалось шестнадцать боевых групп, здесь присутствовали двенадцать из них плюс вспомогательный персонал: водители, техники, погонщики тауро. Полторы сотни опытных мужчин и женщин, в том числе три десятка Восходящих — цвет земного фригольда. Два «Каракурта», шесть глайдеров, четыре ховера — почти вся рейдовая техника «Неба», вооружение и экипировка бойцов явно опустошила арсеналы. Люди Адаманта, Крика и Серены щеголяли в легионных «Гардианах», с «Иглами» и «Копьями», имелись и мобильные ракетометы, и несколько кидо, на которые с завистью косился наш Толян. В общем, упакован рейд был по полной программе. Наша группа, несмотря на новенькую броню и миоэлектрический экзоскелет Грохота, даже немного потерялась на общем фоне — тут были ребята и покруче.

По разговорам, которые вели мои друзья, да и общему настроению было ясно — фригольдеры считают, что у изгоев нет никаких шансов. Многие серьезно опасались, что они разбегутся при нашем приближении, другие утверждали, что просто откупятся пленниками, чтобы не доводить до боя. Возможно, именно на это и рассчитывала Вероника — мне рассказали, что последний раз, когда полновесный рейд выступал из фригольда, как раз кончился переговорами с Народом Теней, в результате которого в колонию вернулась Фьюри и другие пленники-земляне.

Еще вспоминали большую карательную экспедицию, когда один из кланов Народа Леса неожиданно захватил рейдовое копье землян. Тогда наглецов покарали достойно — земное оружие вкупе с Восходящими не оставили аборигенам никаких шансов, большая часть пленных была освобождена, и на следующем тинге Народ Леса заключил прочный мир, признав за нами право прохода.

Так было раньше, но как будет сейчас? Все уверены в победе, однако я вспоминал пронизывающий взгляд Кнута — и на душе становилось нехорошо. У вожака изгоев меньше людей, но он знает землян как облупленных, а значит, возможны сюрпризы… Белый Дьявол тоже хранил молчание, предоставляя мне разбираться самому.

Большая часть фригольдеров оседлало тауро — у Эйрика накануне специально закупили полсотни смирных, обученных под седло зверей. Наше копье тоже — у меня с этим не возникло никаких проблем. Во-первых, я уже ездил на них, в-вторых, все хлопоты о животных взял на себя наш новичок Грай, очень обрадованный возможностью наконец-то быть полезным. На вечерней стоянке это пригодилось.

Иглы разрушенного города были отлично видны еще от Стрелы, но все-таки они находились примерно в сотне километров северо-западнее, поэтому добраться за один переход туда никак не получалось. Наши разведчики — вроде бы часть людей Мрака и Фроста, уже находились там, намечая безопасный маршрут и пытаясь отыскать логово изгоев, но соединиться с ними рейд должен был только на следующий день. Лагерь для ночевки мы разбили в странном месте — древняя дорога тут расширялась, образуя обширный боковой карман. В его центре виднелись огрызки циклопических колонн, полукольцом окружавшие руины чего-то вроде круглого постамента. При их виде очнулся Белый Дьявол:

— Малая Стрела, рунный камень Переноса. Он разрушен, но знаки могли сохранить силу… Мы должны осмотреть их, ювейн…

После ужина я подошел к развалинам. Их уже облюбовала группа Миноса — мне кивнула рыжеволосая Милли с тонкой кисточкой в руке, тут же разгребал и сортировал обломки хмурый Ключ — второй рунник фригольда. Сам доктор наук Матиас Амин, вновь перевоплотившийся из земного ученого в настоящего Восходящего-мага, пожал мне руку и дружелюбно улыбнулся:

— Привет, Сигурд. Что, интересно, что это было? Мы тоже вот пытаемся понять…

Развалины представляли собой остатки большого круглого постамента, расколотого на несколько частей. Его сокрушил удар неимоверной силы, заодно вздыбивший часть дорожного покрытия и неровно срезавший колонны. На сломе засыпавших все вокруг обломках поблескивал серебряный лиор — чудесный материал Народа Кел, который не так-то просто уничтожить…

— Это построили древние Кел? — спросил я, осторожно поднимаясь на разбитый круг, — Сколько этому лет?

— Сложно сказать, — улыбнулся Минос, — Многим руинам Кел более десяти тысяч циклов, если считать по-местному, но именно эти, как мы предполагаем, гораздо моложе. От тысячи до двух, да, Ключ?

— Радиоуглеродный анализ покажет, — пробормотал его помощник, — Но сохранилось хорошо, я думаю, гораздо меньше…

— Значит, местные должны помнить, — я посмотрел в сторону отчетливых на фоне золотого заката зазубренных руин инопланетного гиперполиса, — Это же огромный город был…

— Местные не особо хотят рассказывать об этих местах, у них это что-то вроде табу. Место обитания зла…

— Зла? — удивился я.

— Ну да. Этот город проклят, им завладели злые силы. Поэтому его разрушили. А так да, ты прав, похоже что это было крупнейшие в нашем Круге поселение Народа Кел, — мечтательно прищурился Минос, тоже глядя в сторону развалин, — Настоящий кладезь секретов. Очень жаль, что местные активно препятствуют его изучению…

— Понятно? А что это такое, вы уже поняли? Похоже на сцену…

— Нет. Видишь знаки? — Минос показал на линии рунного рисунка, до сих пор видневшиеся на поверхности камней, — Похоже, что это путевые руны. Кел использовали их для мгновенного перемещения — что-то вроде транслокационной сети, понимаешь?

Я прекрасно понимал, хоть и не подавал виду. Белый Дьявол шептал мне в ухо, под закрытыми веками колонны стояли целыми, серебряно-сияющими, с капителями в виде призрачных языков пламени и молний, а на огромном круге светился Звездной Кровь сложный знак Переноса.

— Ого! И она до сих пор работает?

— Нет, конечно, все давно мертво. Но тут хорошо сохранился символ… мы пытаемся его восстановить, это еще один ключик к пониманию кел-технологий, — объяснил Минос, — Кстати, это что у тебя? «Мангус», с мышечным усилителем, верно? Поможешь соединить камни? Бери вот этот…

С моей помощью они подтащили и зафиксировали несколько больших осколков, стараясь вновь сложить расколотый рунный узор. Скорее всего, Минос хотел сфотографировать знак во всех подробностях. Но стоило нам на две трети закончить работу, как состыкованные линии вдруг бледно замерцали, источая нежно-голубое сияние. Это длилось всего мгновение, затем они снова погасли, стали просто бороздками на мертвых камнях.

— Ого! — Минос склонился нам ними, — Выходит, тут еще есть Звездная Кровь?

Из его раскрывшейся Скрижали выпорхнула Руна. Она упала на расколотый круг, напитав его светом, а затем рука Восходящего вызывала что-то вроде фрагментарного, мигающего интерфейса, немного похожего на Скрижаль Восхождения, но иного, наполненного рунными символами Кел.

— Что там, доктор Матиас? — нетерпеливо спросила Милли.

— Терпение, милая. Этот знак, судя по всему, можно восстановить, — пробормотал Минос, — Есть сигналы рунного контура, но фрагментарные… Давайте сложим рисунок полностью!

К сожалению, сделать этого не удалось. Разбитый на множество больших и малых кусков символ упорно не складывался в окончательную мозаику, лишь дразня редкими вспышками голубоватого сияния. Требовалось найти все фрагменты, в том числе самые мелкие, а это было нелегко. Я прекрасно видел, где ошибка и, наверное, смог бы полностью собрать этот паззл, но не хотел привлекать лишнего внимания, да и времени это потребовало бы изрядно… Наконец Минос утомился и сказал:

— Ладно, сейчас не время для экспериментов, а жаль… Идите спать, завтра будет трудный день.

Вернувшись, я узнал, что спать пока рано: Сигурд Морозов назначен на первое трехчасовое дежурство. Лагерь был разбит в месте, считавшемся относительно безопасным, да и первая смена самая приятная — отдежурил, и можно полноценно дрыхнуть до утра, так что еще повезло. Помимо меня, часовых еще шестеро, в том числе двое Восходящих, да и участок территории попался приятный: на обочине древней дороге наблюдать за лесной чащей…

Дежурство проходило спокойно. Я поглядывал в сторону руин — Минос долго возился там в одиночестве, но в конце концов тоже сдался и ушел спать. Жутковатые звуки, которые мой Суперслух доносил со всех окрестностей, давно уже не пугали, а вот далекое эхо автоматной очереди где-то в пределах Шторма, очень насторожило. Но согласно легенде я не мог это слышать, а вот штатный часовой-слухач — обязан, поэтому не стал суетиться, выполняя чужую работу. Наоборот, спрятавшись от любопытных глаз и завернувшись в плащ-хамелеон, решил воспользоваться случаем и забрать награду Наблюдателя. Вероятность попасть на глаза другому Восходящему — минимальна, все спят, а те, кто дежурит со мной, вне визуального обзора, на другом конце лагеря.

Бронзовая Руна… Выбирать, собственно, было просто: Свойство, Умение и Навык — сразу отметаем, Портал и Домен — тоже, зачем мне сейчас врата в лишние приключения? Предмет — по опыту, может оказаться бесполезным. По некоторому размышлению — убираем и Сагу. Предыдущая показала местоположение Небесного Ястреба, прекрасно, однако все это — работа на перспективу, а мне сейчас стоит стать сильнее, чтобы разобраться с текущими проблемами. Нужно то, что работает быстро и дает стопроцентный результат.

Существо или Заклинание? Я склонялся к Существу, однако голос неожиданно посоветовал второй вариант:

— Задание на небесного зверя и выполнено в небе… Велик шанс, что Заклинание будет связано со стихией воздуха, а ведь ты тоже часто летаешь, ювейн…

Решено. Заклинание сильнее Умения или Навыка, хоть и требует больше Звездной Крови. Еще раз осмотревшись, я быстро выбрал награду и замер, осматривая результат рулетки Наблюдателя:

Руна Облачная Молния

Руна-Заклинание

Качество: бронза

Активация: 12 капель Звездной Крови

Создает разряд небесной молнии, попадающий в указанное место

Время действия: 2 секунды

Время перезарядки: 1 минута

Руна Медленное Падение

Руна-Заклинание

Качество: бронза

Активация: 12 капель Звездной Крови

Уменьшает скорость падения объекта фокусировки

Время действия: 30 секунд

Время перезарядки: 10 минут

Руна Стена Ветра

Руна-Заклинание

Качество: бронза

Активация: 12 капель Звездной Крови

Создает в указанном направление неподвижную область воздушных завихрений

Время действия: 10 минут

Время перезарядки: 3 часа

Белый Дьявол оказался прав — все Заклинания были воздушными! Как по классике — атакующее, защитное и странное. Хотя перспективы спамить молниями или окружать себя воздушным щитом казались заманчивыми, именно Медленное Падение выглядело наиболее перспективно. Мутное описание — черт знает, на сколько уменьшается скорость падения, будет ли «объект наложения» парить, как перышко либо просто падать немного медленнее, однако для меня любой расклад — необходимая штука! Потому что я, черт побери, пилот, и провожу в воздухе больше времени, чем на земле. И даже если такое Заклинание выиграет несколько секунд, это может стать решающим преимуществом — а если его можно накладывать не только на живых существ, но и, скажем, на винтокрыл — так это вообще лотерейный билетик с невероятным бонусом!

В общем, я выбрал Руну Медленное Падение и Белый Дьявол даже не сказал никакой саркастической гадости — значит, точно не прогадал. Хотя и молнии, черт побери, выглядели вкусно…

Через три часа меня сменил хмурый зевающий мужик — кажется, из новичков, недавно свалившихся с «Хельги». По пути в палатку я заглянул к развалинам — было интересно, насколько далеко продвинулся Восходящий — и неожиданно увидел практически собранный рунный символ. Но он кое-где ошибся — стоило поменять местами несколько мелких фрагментов, вместо «усов» создавая ассиметричные «рога», и дополнить рисунок парой кусочков, которым ученый из-за первоначальной ошибки так и не нашел места в мозаике. Я осторожно сделал нужные поправки и вздрогнул — рунный символ налился ровным, светящимся сиянием. Легким касанием я погасил его, вновь нарушив узор, но уже понял главное — Знак Переноса восстановлен и готов к работе.

— Ювейн! — загремел голос Белого Дьявола, — Тот-Кто-Невидим с нами, а значит, сегодня не время для сна! Пусть мой город сейчас лежит в руинах, но кто знал его лучше меня? Вступи на Знак и я проведу тебя старыми дорогами истинных Восходящих! Мы должны проверить место падения Небесного Ястреба и забрать Руну, если она еще там. Или ты думаешь, что Наблюдатель дал нам Сагу случайно?

Он предлагал мне отправиться в проклятые инопланетные руины, кишащие загадочными опасностями и изгоями, причем одному, без всякой поддержки? Прошлый Сигурд покрутил бы пальцем у виска — неизвестная точка назначения, ночное отсутствие могут заметить, неясно, сколько это займет времени и получится ли вернуться тем же путем, и тысяча других аргументов против. Но у Сигурда нынешнего иные вещи стояли на кону: блеск золотой Руны, затуманенные счастьем глаза Травинки, азартное предвкушение неведомого испытания…

Я мысленно спросил — чтобы сделал на моем месте сам Белый Дьявол? Что бы сделал даже юный Восходящий Лэндо Солнечное Крыло, выпади ему такая возможность?

И, осознав ответ, вновь сдвинул мозаику Знака Переноса и шагнул в его холодное сияние.

Глава 19

На мгновение меня поглотила тьма, которую нарушало лишь слабое мерцание призрачных знаков Кел, будто сошедших с разрушенных колонн. Они интуитивно приближались и отдалялись — мыслью, взглядом, жестом, менялись местами, образуя странный хоровод. Большинство рун были тусклы, неактивны, но некоторые ярко светились, а если на мгновение сконцентрировать внимание — распускались сложной многомерной конструкцией.

— Это путевые знаки, ювейн, — прошептал голос, — Те, что еще несут свет, означают места, куда мы можем попасть.

Я уже понял, что это аналог управляющего интерфейса, где отмечены доступные станции древнего транслокационной сети. Таковых имелось всего три — к счастью, благодаря Навыку Языка Кел странные символы складывались в понятные надписи:

Башня Изобилия

Сфера Небесной Энергии

Великий Архив Снов

— То место, куда упал Ястреб, раньше называлось Купол Вознесения, — снова прошептал Белый Дьявол, — Ближе всего к нему находится Архив Снов. Не медли, ювейн, если хочешь вернуться до рассвета!

Оказывается, мой визави уже разобрался в ориентирах и определил маршрут. Раз уж полез в эту кроличью нору, лучшим вариантом было следовать его советам — и я послушно нажал нужную руну. Мысленно, конечно — принципы управления, стилистика и цветовая гамма этой виртуальной конструкции очень напоминала Скрижаль Восходящего.

Линии рунного знака под ногами на мгновение засветились в темноте — и я понял, что уже нахожусь в другом месте. Перенос успешно состоялся. Густой сумрак скрывал очертания огромного полуразрушенного зала, пустого и гулкого, как заброшенная станция монорельса. Набросив капюшон, я быстро скользнул в тень, осматриваясь, прислушиваясь и принюхиваясь.

На первый взгляд — чисто! Кроме рунного круга — близнеца восстановленного Миносом, и луж на полу, повсюду виднелись необычные остроконечные конструкции. Сквозь громадные дыры в стенах внутрь заглядывал синий глаз Вечности. Странное, очень странное место! Убедившись, что непосредственной опасности нет, я быстро активировал необходимые Руны: Плащ Призрака, Ночное Зрение и Биолокация. Приключение началось с 208 каплями Звездной Крови — после этого осталось 193/418, а настырный голос напомнил, чтобы я держал наготове Истинный Взор…

После применения Рун мир предстал совсем иным. Я вздрогнул, оглядевшись: Великий Архив Снов представлял собой здание необычной формы, с волнообразными стенами, по спирали закручивающимся вверх, будто внутренняя полость огромной раковины. Все видимое пространство занимали остатки конструкций, напоминающие остроконечные кристаллы, когда-то в строгом порядке установленных в специальные ячейки. Их тут были сотни, если не тысячи: треснутых, вырванных из гнезд, разбитых на куски, превращенных в мелкое крошево. В стенах зияло множество отверстий с оплавленными краями, будто здание усердно протыкали насквозь раскаленным клинком. Жуткое запустение — неведомая сила сокрушила и разметала все внутри…

— Много Звездной Крови было потрачено, чтобы создать это место… В этих киирах когда-то хранились сны, мечты и грезы, — промолвил голос, и мне почудилась в его тоне тень сожаления, — Загадочные, добрые, вдохновляющие или любовные видения, все они приходили отсюда…

— Сны? Но кто посылал их? — удивился я. Если Кел могли управлять снами, используя и посылая их по своему разумению, их могущество имело множество скрытых граней.

— Мастера Снов, могучие Восходящие, и Хранительница Архива, золотая Королева Снов. Они достигли в этом искусстве совершенства, могли творить и посылать любые сновидения, и бывало, что весь город видел один и тот же сон…

На мгновение я посмотрел его глазами: бесконечные ряды стройных, янтарно-медовых кристаллов, пронизанных золотыми лучами игг-света и прекрасную среброволосую деву в одеянии Кел, медленно парящую над ними.

Видение было совершенно неземным, однако в нем Архив Снов показался произведением искусства, и тем печальнее выглядела картина разрушений. Я осторожно пробирался мимо, стараясь не хрустеть на вездесущих осколках — и видел голубое сияние Звездной Крови в иных, почти невредимых кристаллах, но Белый Дьявол предупредил:

— Мы могли бы извлечь оттуда Звездную Кровь, будь наша Артефакторика серебряной. Пока не думай об этом, у нас мало времени…

Биолокация не находила тут живых существ, но это не означало, что Архив был пуст. Мое сознание вдруг кольнула болезненная игла. Что-то извне коснулось ментальным щупальцем, и вслед за первым посыпались следующие, еще более неприятные удары! Я остановился, лихорадочно оглядываясь — и вдруг увидел странные, похожие на кляксы призрачные тени, медленно поднимающиеся над кристаллическими руинами.

Они тянули ко мне невидимые руки, пытаясь ворваться в голову, и в висках уже глухо пульсировала боль, а чужой ужас властно лез дальше, смешивая мои собственные мысли. Атака была столь сильна, что на мгновение я ощутил себя на грани, на краю пропасти, готовый превратиться в охваченное ужасом безумное существо, бегущее прочь, не разбирая пути! Удержаться помогла, наверное, лишь воля моего вселенца, незримо поддерживающая меня.

— Это кошмары! — подстегнул голос Белого Дьявола, — Беги, ювейн! Быстрее, вот сюда!

В несколько прыжков я преодолел расстояние, отделявшие меня от ближайшей прорехи в стене Архива Снов. Свечение за спиной становилось ярче, а призрачный хор, долбящий в голову сонмом ужасных голосов — сильнее! Поворачиваться и оглядываться, что там происходит сзади — совершенно не тянуло. Активировав Воздушный Прыжок, я взлетел на оплавленный край дыры, выглянул наружу — и отшатнулся: поверхность земли была не менее чем в десяти метрах внизу!

— Медленное Падение, ювейн! Быстрее!

Новая Руна сверкнула и я решительно прыгнул в пустоту — потому что оставаться в населенном призрачными созданиями Архиве было гораздо страшнее. И вместо стремительного падения я ощутил, что плавно спускаюсь вниз, как будто поддерживаемый надежным куполом парашюта. Никакой опасности не представлял такой прыжок — через несколько секунд мои ноги коснулись твердой поверхности. Волшебная, чудесная Руна!

Призраки Архива Снов уже озарили потусторонним светом «окна», и я длинными прыжками бросился прочь, уходя подальше от этого кишащего кошмарами места. Темные руины, пронизанные древесными корнями, казались безопасным укрытием! Бьющие в виски псионические иглы постепенно ослабли, а затем — исчезли вообще, и я снизил темп бегства, остановился в тени огромного здания, похожего на пробитый прорехами парус. Нужно было унять панику и отдышаться, Архив уже скрылся из вида…

— Что это было? Что это за чертовы голоса?

— Тени старой битвы, ювейн. Думаю, моя Хранительница выпустила кошмаров, чтобы остановить захватчиков, и уцелевшие до сих пор охраняют это место… У нас с тобой нет оружия, чтобы убивать их, а для противостояния разумов ты слишком слаб. Если будем возвращаться этим же путем, тебе придется уступить мне тело…

Снаружи, под светом Небесного Трона руины выглядели пугающе — выщербленные скелеты зданий разной формы — иные походили на иглы со спиральной насечкой, высотой не уступающие мегабашням земных городов-муравейников, другие напоминали повернутые в профиль паруса или острые разветвляющиеся шпили. Объединяло их одно — страшные следы когда-то бушевавшей здесь битвы. Многие строения были полностью обращены в руины, уже скрытые растительностью, но те, что уцелели, высились иссеченными памятниками павшего величия.

Пугающая и унылая картина — особенно если вспомнить, каким я видел этот город глазами Белого Дьявола с парящей платформы — апофеозом мощи, наполненным жизнью и светом, золотым и серебряным, стеклянным и зеркальным. А сейчас это было темное кладбище…

— Эстэ, Эстэ… этот город звался Надежда, — прошептал Белый Дьявол, — Я думал, что мы сможем воспрянуть здесь вновь. Но Вечность решила иначе…

— Почему Вечность начала эту войну?

— Потому что ее обитатели жалкие трусливые твари, которые всегда хотели лишь одного — выжить любой ценой. Они предали все, до чего дотянулись. Они осквернили путь Восхождения и извратили его великую цель, желая лишь одного — любой ценой спасти свою власть и могущество, сохранить свой жалкий мирок! Я и мои Братья знали их, помнили многое о том, что они предпочли бы забыть. Некогда мы выступили против них и только предательство спасло Вечность от нашего гнева! О, они помнят, хорошо помнят Тысячу Братьев! Мы их враги, мы должны быть уничтожены, как дурная трава, которую вырывают с корнем. Поэтому они пришли в Эстэ, город, где собрались потомки Аммос и Эррос, считавшие Единство своим домом…

— Тогда почему они не убили тебя?

Белый Дьявол ответил не сразу.

— Ты не поймешь, ювейн… Когда знамя Тысячи упало, мы жаждали объятий смерти, нашей старой подруги, чтобы за ее гранью встретиться вновь. Но Вечность разгадала наш план. Ее Хранители не желают, чтобы Тысяча вновь стала едина, ведь тогда им… точно не устоять. Но это история, которую ты пока не готов услышать…

Пожалуй, сейчас действительно было не время для долгих историй. В развалинах не царила ночная тишина, наоборот, мой Суперслух улавливал множество странных звуков. Вой ветра и треск деревьев, шорох камней и отдаленное ворчание чего-то, очень напоминающего гром. Между зданий вдалеке вспыхивали странные отсветы, похожие на вспышки бьющих молний — как будто там бушевала буря. Но очень странная — локальная, абсолютно независимая от погоды, ибо небо было чистым и безоблачным. Искусственное явление, очень похожее на действие Рун, и спустя мгновение голос подтвердил мою догадку:

— Похоже, там до сих пор бродит Бесконечный Шторм… Это эффект золотой Руны-Заклинания. Наверное, Шторма запустили, чтобы со временем стереть с лица земли мой город… или просто забыли о них, вернувшись в свою жалкую Вечность.

Скорее всего, руины и получили свое название по этому явлению. Со стороны Бесконечный Шторм выглядел внушительно — я хорошо рассмотрел клубящуюся тучу, когда забрался на дорожную эстакаду. Пронизанная молниями, отбрасывая в стороны вьюны небольших смерчей, буря двигалась, окруженная пылью и поднятыми в воздух обломками. Проходя мимо скелетов зданий, она заставляла их стонать под ударами ветра, бомбардируя множеством больших и малых камней. Невероятная мощь стихии чувствовалась даже на расстоянии — приближаться к Шторму явно не стоило.

— Могут быть и другие сюрпризы, оставленные здесь Вечностью. Не останавливайся, у нас мало времени, ювейн! — торопил меня голос.

Он указывал мне путь — дальше по длинной, вздымающейся эстакаде — той же самой, что пробиралась банда изгоев. Вероятно, эта странная дорога когда-то пронизывала весь город, будучи кольцевой магистралью, но для какого вида транспорта предназначалась эта гладкая, как лед, прекрасно сохранившаяся поверхность, оставалось только гадать. Во многих местах ее разрывали трещины или широкие разломы, но я без труда преодолевал их, даже не используя Руну Воздушного Прыжка — хватало мышечного усиления «Мангуса». Плащ Призрака работал, со стороны, наверное, меня можно было заметить только по шороху шагов и звукам приземления после прыжков, однако гул ветра и ворчание проходящего Шторма предоставляла неплохую маскировку. Вряд ли даже слухач разберет в этой какофонии что-то определенное…

Первые сигналы живых я засек спустя полчаса. Биолокация выделила сине-зеленую точку, ползущую наперерез, и я тут же остановился, замер у высокой балюстрады, стараясь даже не дышать. Через несколько секунд из-под эстакады, бдительно качая сегментарными усиками, выползло кошмарное многоногое существо, в котором я с огромным удивлением определил фуражира Червей! Он был поменьше, чем те инсектоиды, что встречались в Расколотых Землях, с серо-коричневым, а не черным панцирем, но несомненно, принадлежал к тому же виду!

Я приготовился к бою, но тварь спокойно пересекла мост метрах в двадцати от меня и скрылась, выйдя из зоны Биолокации. Повезло, не заметила — или просто следовала намеченным маршрутом. Но Черви, откуда здесь Черви, ведь Шторм — это глубокое подбрюшье нашего Круга? Неужели какая-то матка сумела пробраться и вывести здесь потомство?! И почему тогда бездействует Наблюдатель, где задания для Восходящих?

— Скорее всего, они пробираются по глубинным тропам, — ответил голос, — В Эстэ был выход на нижние Горизонты, к костям Единства, где когда-то проходили артерии Единства. Путь был закрыт, но битва взломала все печати…

Выпрямившись, я осторожно проследил взглядом за уходящей тварью, благо Ночное Зрение позволяло различить серый силуэт, скользящий по развалинам. И буквально сразу убедился в том, что утверждение Белого Дьявола о «сюрпризах» — не пустые слова. Спустившись с опоры эстакады, фуражир ушел недалеко — на подозрительно свободном участке древней улицы вдруг вспыхнула голубоватая сфера, похожая на огромный мыльный пузырь, мгновенно раздувшийся до десяти метров в диаметре. Из его середины беззвучно прянула сверкающая плеть энергии, подхватившая инсектоида и взметнувшая его в воздух. Треск, негромкий хлопок — и в воздухе остались только перья серого пепла, да и те тут же втянуло невидимое жерло «пузыря». Все, был Червь — и нет Червя, и даже его следов нет!

— Пустотная Ловушка, — спокойно прокомментировал голос, — Используй Истинный Взор, чтобы не угодить в западню!

Руна Истинного Взора была дорогой и действовала недолго, поэтому приберегалась, но раз тут можно наткнуться на невидимую мину, она необходима для выживания! Я активировал Руну и тут же обнаружил, как расцветился ночной мир — Шторм окутал пылающий лиловый флер, в окружающих зданиях кое-где появились голубоватые огни, означающие присутствие Звездной Крови, а штука, которую Белый Дьявол назвал Пустотной Ловушкой, выглядела как отливающая тревожным багрянцем полупрозрачная сфера, подвешенная в воздухе. Она была не единственной — подобную «мину» я заметил в полукилометре далее, а затем еще одну — медленно дрейфующую в небе. М-да… Оставалось только гадать, что означают светящиеся алые точки, во множестве разбросанные по руинам — проверять на практике это не стоило.

Дальше я двигался медленнее и осторожнее, присматриваясь к каждому подозрительному объекту. К счастью, голос не обманул — и расстояние от Архива Снов до Купола Вознесения действительно было вполне преодолимым. По факту я с определенной точки повторил маршрут изгоев — и вскоре увидел знакомые по Саге развалины.

Черт его знает, что представлял собой этот Купол во времена расцвета города, но со стороны он выглядел огромным кратером с кольцевым бруствером из опаленных, сплавленных взрывом обломков. И внутри были люди — мой слух улавливал фырканье тауро, треск костра и шорох шагов на расстоянии нескольких сотен метров. Я различил даже разговор на Едином — но с таким причудливым акцентом, что понять сказанное было невозможно.

Я вдвое увеличил осторожность и изменил маршрут, стараясь двигаться бесшумно. Слышу я, значит — можно услышать и меня, особенно если среди них есть Восходящий. Судя по звукам, людей было немного, трое-пятеро, и расположились они прямо в старом лагере диггеров. Взобравшись на каменный вал и осторожно выглядывая между обломков, я наконец-то разглядел лохмотья сожженных шатров и остовы странных механизмов, а среди них, в уютном тупичке — обустроенную человеческую стоянку. Двое людей спали, завернувшись в шкуры, один грелся у маленького, бездымного костра. Четвертый явно был в дозоре, Биолокация тоже засекла его — обходил развалины в полусотне метров левее. Больше никого, и они вели себя спокойно — значит, мое приближение осталось незамеченным…

Хорошо, что я пришел сюда глубокой ночью… Я внимательно присмотрелся и понял, что один из спящих — Восходящий. Сам он, и часть его вещей отливали голубым ореолом Звездной Крови. Остальные — обычные люди, мужчины, изгои, причем один из них, тот, что сторожил лагерь — молодой вооруженный трэль. Землянин из свежей партии захваченных пленников? Нет — явный абориген, судя по шевелюре и цвету кожи… От сердца отлегло — убивать ни в чем ни повинного колониста совершенно не хотелось. А вот то, что придется пройти через этих изгоев, чтобы добраться до Небесного Ястреба, погребенного в развалинах, не подлежало сомнению. Кто они, если не дозор Кнута, поставленный охранять ценное имущество? Значит, Руна еще внутри и я смогу до нее добраться…

Драться с ними врукопашную было глупо, учитывая численное преимущество и Восходящего неизвестного ранга. Но вот то, что половина врагов спала, не ожидая нападения, несомненно, предоставляло мне огромную фору. Кажется, пришла пора выгулять Экзо-Шейда!

Я немного понаблюдал, изучая маршрут часового. Медлить не стоило, эффект Плаща Призрака уже подходил к концу. Когда изгой в очередной раз максимально удалился, я открыл Скрижаль и впервые выбрал эту Руну. Минус сорок восемь капель… у меня осталось 118/418 — вылазка уже сожрала половину тщательно оберегаемого запаса.

Серебряная Руна материализовалась, мгновенно обретая форму. В одном шаге появилось Существо, от вида которого невольно пробирала дрожь. Отдаленно Шейд напоминал антропоморфного гуманоида, но лишь тем, что более-менее совпадал по габаритам и имел четыре конечности. В остальном — плавные, изящные обводы как будто принадлежали инопланетному механизму, стилизованному под хищное насекомое. Тело из белого зирдина с прожилками золотого лиора, сверкающие когти богомола, безглазая треугольная голова. В форме Шейда проскальзывало что-то женское, обтекаемое — и в то же время он (она?) явственно источал смертельную опасность!

— Как им управлять? — спохватился я.

— Просто отдай команду, голосом или мысленно, — ответил Белый Дьявол, — Но ничего не упусти, он в точности выполнит приказ…

Я сконцентрировался, в упор глядя в золотую маску ассасина Наблюдателя и стараясь нащупать управляющую нить к тому, что заменяло ему разум. На мгновение ощутил его — холодную, ждущую, безэмоциональную, как позитронная матрица когитора и прошептал:

— Быстро и максимально бесшумно убей всех людей в лагере справа от нас. Сначала — часового, затем всех остальных, кто там находится. После окончания скройся и жди моих команд…

Экзо-Шейд ожил. Он двигался как настоящий ассасин, тайный воин Наблюдателя — с плавной, неуловимой грацией. Совершенный боевой механизм, каждая деталь которого дышала технологиями древними и настолько превосходящими земные, что они казались магией. По блестящему телу пробежала фасеточная рябь, превращая Шейда в призрака — а затем смутный силуэт ринулся в указанном направлении.

Я замер. Через несколько секунд Суперслух уловил сдавленный всхлип в той стороне, где находился трэль-часовой, затем — легкий шорох падающего тела. Изгой, сидящий у костра, встрепенулся, стряхивая дрему, но было поздно, Экзо-Шейд уже ворвался в лагерь. Истинный Взор все-таки позволял увидеть размытый призрачный силуэт, двигающийся столь быстро, что я не успевал различить его движения.

Взмах боевого когтя — и встающий человек лишился головы. Возвратным движением Шейд хотел пригвоздить к земле спящего Восходящего, но случилось нежданное — странная вспышка блокировала удар Существа. Изгой остался невредимым, он проснулся, вскочил — стремительные выпады моей Руны не причиняли ему вреда, лишь высекая искры об невидимый доспех, окруживший Восходящего. Видимо, сработало нечто вроде моего Торка! Второй человек тоже пробудился, откатился в сторону, хватаясь за лежащий рядом «Суворов» — и ночную тишину разорвал треск очереди!

Плохо, очень плохо! Меня затрясло от адреналина — все пошло не по плану, они успели поднять тревогу, и все из-за проклятого Восходящего! Биолокация не засекала поблизости больше никого, однако ее радиус ограничен, звуки могут разлетаться далеко, а если у них есть связь… то у меня совсем мало времени!

Я вступил в бой быстрее, чем все это успело сложиться в голове осознанной картинкой. Прыгнул вниз, на ходу открывая хранилище, метнул тарн в стреляющего человека. Нас разделяло не более двадцати метров и тяжелый иллиумовый коготь вошел ему точно под левую лопатку, пробив насквозь. Изгой рухнул навзничь, издав сдавленный вопль, а Шейд тем временем танцевал с его другом-Восходящим, продолжая осыпать ударами с разных сторон. Черт его знает, что это за защита и сколько она действует, нужно было продолжать, пока противник не опомнился и не пустил в ход свои Руны!

Я уже видел детали — лицо и руки врага покрывал отчетливый рисунок, напоминающий крупную зеркальную чешую. В памяти всплыл первый поединок Восходящих: Гай Флоу, то, как Алый Поток не пробил защиту воина Народа Реки — сейчас в ход было пущено нечто подобное!

Двигаясь так, чтобы все время находиться у врага за спиной, я быстрыми жестами достал из своей Скрижали две Руны, готовясь к атаке. Тем временем Восходящий все-таки отбросил Шейда, с гневным возгласом активировав Заклинание, больше всего похожее на мощный электрический разряд. Ассасина Наблюдателя эта Руна отшвырнула шагов на десять, на мгновение парализовав движения и противник безошибочно повернулся ко мне, видимо, рассчитывая сначала покончить с более слабым врагом. Тот самый изгой-Восходящий из речного племени, что я видел в Саге — с хвостом тускло-серых волос и злым лицом, сейчас покрытым зеркальной чешуей. Немолод — и наверняка опытен, недаром его не затащил даже серебряный Шейд! В руке врага горела открытая Скрижаль, а другая уже нацеливала в меня новую Руну жестом Восходящего, который, увидев единожды, нельзя ни с чем спутать.

Но я был готов и ударил быстрее.

Руна Ядовитого Побега взорвалась у него под ногами, опутывая десятками отравленных плетей, заключая в колючий кокон, и пусть они не могли причинить ему вред, но сделали главное — лишили подвижности. В следующий миг его окутали клубы серо-зеленого дыма — в дело вступила Руна Ядовитого Дыхания. Абсолютной защиты не бывает, даже под покровом Чешуи Восходящий должен дышать, смотреть, слышать — а сейчас ему во все уязвимые места полез распыленный в воздухе яд Червей.

Противник издал вопль боли. Ядовитый Побег парализовал его движения, не давая выйти из отравленных клубов. Он отчаянно сопротивлялся, пытаясь выбраться из растительной клетки, выпустил еще один разряд, взорвавшийся в десятке шагов слева. Но я тоже не спал и постоянно двигался, а может, жгучий яд частично ослепил его. Экзо-Шейд, восстановившись от шока, налетел снова, в отравленном облаке смешались два силуэта, куски колючих побегов и кровавые брызги. Через полминуты Руна Ядовитого Дыхания рассеялась, но победитель уже был определен — вражеский Восходящий, безжалостно нашинкованный на несколько частей, лежал у ног застывшего бело-золотого Существа. Он был полностью и безусловно мертв, а над его телом сияли голубые иконки трофейных Рун.

Четыре трупа и пятна крови повсюду. Только что они были ходили, говорили, думали, а сейчас мое решение погасило их миры и все их звезды. И, странное дело, я не ощущал ни тошноты, ни раскаяния, ни жалости, ничего, кроме облегчения и удовлетворения победой. Мне уже случалось убивать в бою, но все равно это… было странно.

— Быстрее, ювейн! — хлестнул злой голос Белого Дьявола, — Бери его Кровь и иди к Ястребу, у нас мало времени!

Получено 68 капель Звездной Крови. Общее количество 162/486

Получена Руна Развития

Получена Руна Развития

Получена Руна Дуговой Искры

Получена Руна Мастер Пловец

Получена Руна Диалекта Народа Реки

Получен Обломок Скрижали Восходящего

Рассматривать трофеи и обыскивать мертвецов было не время — я и без напоминаний знал, что мы наделали слишком много шума. Выдернув тарн из трупа, быстро пошел ко входу в раскоп, стараясь не наступать в кровь. Небесный Ястреб, скрытый под грудой развалин, ждал меня там — а значит, вся эта авантюра была не напрасна.

Черная дыра, вырытая диггерами, выглядела зловещим близнецом той, что привела меня в склеп Белого Дьявола. Возможно, именно крысолюди и проделали тот тоннель, что впоследствии привел их в ловушку. Истинный Взор неожиданно высветил кольцо алого свечения на стенах и полу в нескольких шагах от входа, и голос резко предупредил:

— Стой! Здесь рунная защита!

В голову тут же пришла сфера, испепелившая Червя, но вселенец пояснил:

— Нет, это не Заклинание Вечности! Жалкая огненная или молниевая ловушка бронзового ранга. Ее нужно снять.

— Как? — мне вспомнился рассказ Травинки о ловушках, которые изгои расставили за Порталом — вероятно, мы имели дело с одной из их разновидностей. Возможно, это тоже была Руна — но такие мне еще не попадались.

— Они реагируют на движение существ из плоти и крови, ювейн. Можешь снять ее своим телом, но я бы сначала попробовал использовать чужие, — Белый Дьявол продемонстрировал фирменный язвительный сарказм, — И отойди подальше, если не хочешь обжечься…

Экзо-Шейд по моему приказу подтащил обезглавленного мертвеца и швырнул его в проход. Спустя мгновение из дыры с громким шипением вырвался фонтан синего-рыжего пламени. Настоящий выдох дракона — меня, стоявшего в нескольких шагах, обдало волной жара, а у входа появился длинный язык копоти. Ничего себе жалкая рунная защита — такой заряд запросто уничтожит целую группу неосторожных исследователей, особенно в замкнутом пространстве!

И дополнительная иллюминация, черт побери! Почти физически чувствуя, как тикают секунды, я вновь взглянул в дымящееся нутро тоннеля, но на этот раз послал впереди Шейда. Нельзя было исключать новых сюрпризов — однако, к счастью, огненная защита оказалась единственной ловушкой. Когда Существо беспрепятственно вернулось, я осторожно полез вниз, мимо обугленного до костей трупа, мимо тлеющих деревянных опор — в наполненную горячим дымом пещеру. Как и помнилось по Саге, всего тридцать-сорок шагов, а дальше — глухая темнота. Где-то тут, в груде обломков Клык и увидел крыло золотой птицы Вечности…

Я осторожно вытащил из хранилища заранее приготовленный кусок светокамня. Бледное сияние озарило раскоп, кучи раскиданных обломков и грубо укрепленные лесинами из копейника своды, но… на месте Небесного Ястреба было пусто. Ничего, кроме груды камней — будто все, что мне привиделось в Саге, было нелепым лживым сном!

Как же так?! Ощущая жестокое разочарования, я несколько раз обошел пещеру и внимательно осмотрел стены, особенно то место, где должен был находиться артефакт. Ястреб был совсем немаленьким — и геометрия раскопа сильно изменилась, он расширился за счет новой полости, засыпанной рухнувшими сверху камнями. Истинный Взор не находил никаких следов Звездной Крови, и все это могло означать только одно: кто-то уже извлек отсюда Небесный Ястреб, обратив его в золотую Руну.

И это по-настоящему плохая новость, потому что кандидатов совсем немного.

Я дернулся одновременно с предупреждением Белого Дьявола.

Суперслух уловил звук торопливых шагов и человеческие голоса.

И они явно приближались.

Глава 20

Как им удалось так быстро добраться сюда?! Да, мы наделали немало шума, однако я рассчитывал, что есть по меньшей мере полчаса-час в запасе. Неужели кто-то еще из врагов был неподалеку? И что вообще охраняла тут четверка изгоев, если Небесный Ястреб уже в чьей-то Скрижали?

В голову приходило только одно объяснение — это засада! Они ловили кого-то, кто мог знать, где находится Ястреб и обязательно вернется сюда. Возможно, друзей убитых диггеров, а может — Раздавленного Клыка, если он сбежал против воли Кнута… но пришел и попался в ловушку я!

Нужно немедленно выбираться. Враги были уже близко: на локаторе Биолокации появилась россыпь зеленых точек, некоторые из них двигались аномально быстро. Три, пять, восемь?! Они уже вошли в пределы лагеря диггеров, а значит сбежать тем же путем я не успевал. Бой же с целой группой вооруженных людей, среди которых наверняка есть Восходящие мне не вывезти даже при поддержке Шейда и Белого Дьявола!

— Побеждает тот, кто выбирает место и время удара, — гневно прошипел голос, — Они думают, что захлопнули ловушку… Уходить нужно другим путем! Разве ты не видишь слабое место, ювейн?

Я вновь посмотрел туда, где должен был находиться Небесный Ястреб. Когда артефакт извлекли из груды обломков, в пещере появилась новая большая полость, частично засыпанная каменным крошевом, обрушившимся сверху. Но ее свод образовывали крупные обломки здания, в щелях между которыми виднелись просветы. В них проникал голубой отсвет Небесного Трона, а это означало, что до свободы — всего один слой!

Приняв решение, я приказал Экзо-Шейду немедленно двигаться наружу и вступить в бой со всеми, кто попытается проникнуть в раскоп. Руна-Существо должна отвлечь противника, а я тем временем открыл Скрижаль и активировал единственное ударное Заклинание, что у меня было — Руну Алого Потока!

Усиленная энергетическая нить шесть секунд яростно сверлила место стыка крупных обломков. Конечно, я рисковал вообще обрушить свод, но лучше попробовать все, если уж так вышло! Когда действие Заклинания кончилось, стало видно, что между дымящимися камнями зияет узкая щель. Изо всех сил напрягая свои и синтетические мышцы «Мангуса» (пятикратное усиление — не шутка), я расшевелил обломки, раздвигая их в стороны и с трудом протиснулся в горячий обугленный лаз. На мгновение показалось, что сейчас застряну — ни туда и не сюда, но тело с болью и хрустом подчинилось, и через несколько секунд я со стоном выбрался на свободу. Нас с пришельцами теперь разделял холм развалин, образованный падением Небесного Ястреба. Биолокация показывала суматошное движение зеленых точек возле входа: Шейд уже давал жару, один вражеский сигнал мигнул и погас, но особо надеяться на него не стоило — первая схватка показала, что в открытом бою против Восходящих даже серебряное Существо не так смертоносно, как я рассчитывал. Да, Шейд в конце концов прикончил двух изгоев и бронзового Восходящего, но сделал это с моей помощью…

— Никогда нельзя предсказать, какие Руны есть у твоего врага, каждый бой с другим Восходящим опасен! Не будь Чешуи, все они бы тихо умерли… Спускайся и быстро беги направо, ювейн! Этот Купол Вознесения прежде был окружен парком и фонтанами, тут имелся малый акведук, ведущий в Канал Трех Молний…

Я мог отслеживать врагов с помощью Биолокации, значит, нельзя было исключать, что подобные Руны имеются и у них. Действие Плаща-Призрака кончилось, Руна ушла на перезарядку, можно было рассчитывать только на плащ-хамелеон «Мангуса», но он не маскировал в движении — значит, необходимо уходить как можно дальше, как можно быстрее и так, чтобы не попадаться на глаза. Шейд дал мне немного времени, нужно попробовать оторваться…

Треск автоматных очередей и вспышки с противоположной стороны руин! Зеленые точки двигались хаотично, но больше не гасли —

Развалины окружали густые заросли — видимо, останки того самого «парка». Я продирался в них, следуя указаниям Белого Дьявола, пока не оказался у руин, практически стертых с лица земли. Внутри кольца камней тускло блестела пленка черной, дурно пахнущей воды — нечто вроде заиленного озерца.

— Чего ты ждешь? Ныряй и ищи сток акведука! — приказал голос, — На поверхности они легко догонят тебя…

Я на мгновение заколебался — мысль о том, что придется погрузиться в эту неприятную глубину, казалась кощунственной. Там могло скрываться все что угодно — от старых останков до омерзительных обитателей, но в этот момент в моей Скрижали вспыхнула серебряная Руна Экзо-Шейда, а надпись проинформировала:

Экзо-Шейд уничтожен.

Руна-Существо повреждена.

Для повторной активации восстановите Руну (6 капель Звездной Крови).

Это означало, что преследователи сейчас войдут пещеру, найдут мой лаз и через несколько минут будут здесь. Это придало необходимый импульс — я активировал «Подводное Дыхание» — и решительно шагнул вперед!

И сразу погрузился с головой. Черная, непроницаемая, булькающая бездна объяла со всех сторон — и, слыша гулкие удары сердца, отдающиеся в ушах, ничего не видя вокруг, я вдруг остро осознал, в какую авантюру ввязался. Уходить в темную жижу, не зная вообще, что ждет на дне было подобно смерти — глупой, нелепой и отвратительной!

— Восходящий познает смерть, проходит рядом с ней, слышит ее голос и чувствует дыхание. Иначе нельзя закалить свой дух — в этом и заключается Восхождение!

Я бы предпочел обойтись без подобных испытаний, но выбора никто не представил! С трудом сгруппировавшись, я перевернулся в толще воды, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь. Вокруг царила темно-зеленая муть — «Ночное Зрение» и «Истинный Взор» немного компенсировали прелести ночного купания, но все равно я различал лишь смутные очертания объектов. Белый Дьявол на мгновение вновь дал картинку — и стало ясно, что водоем представлял собой накопитель некоей системы водоснабжения, от которого разбегались трубы подземных акведуков. Выход в одну из них находился здесь, на дне — и, кажется я уже видел его — черную дыру с рваными краями, окруженную бахромой водорослей. Поднырнув поближе, я схватился за остатки крепления поворотного люка, заглядывая туда.

Запас воздуха уже подходил к концу. Хоть я и активировал «Подводное Дыхание», организм сигнализировал о нехватке кислорода — судорожно хотелось вдохнуть, но я не понимал, как это сделать! Как черт побери, работает эта Руна?! Нахлынуло ощущение безраздельной паники, наверное, знакомое всем утопающим, но меня спас голос Белого Дьявола:

— Не позволяй страху управлять собой, Восходящий! Дыши!

Я приоткрыл рот, мысленно готовясь захлебнуться ледяной жидкостью, но… этого не произошло. Не веря, попробовал вдохнуть поглубже — и у меня получилось! Черт его знает, как действовала эта Руна, но я мог спокойно дышать, словно во рту образовалась невидимая перепонка, задерживающая жидкость и извлекающая из нее нужный организму кислород.

Невероятное ощущение! Раздвигая руками щекочущую бахрому растительных наростов, я направил тело в устье древнего водовода. Вокруг опять мгновенно сгустилась тьма и пришлось двигаться на ощупь, надеясь что ствол акведука не завален где-нибудь впереди. Или не стал логовом хищной твари со Звездной Кровью… Помня о возможном преследовании, я пытался ускориться, но выходило плохо: «Мангус» все-таки не вторая кожа.

— Очень медленно, ювейн! Используй Навык, который мы забрали с Восходящего, — снизошел голос через пару минут моих мучений, — Умение плавать так же важно, как умение летать!

А вот это было хорошей идеей! Ничто не мешало открыть Скрижаль под водой и выбрать новую Руну:

Руна Мастер Пловец

Вид: Руна-Навык

Качество: бронза

Активация: 12 капель Звездной Крови (безвозвратно)

При активации обучает навыку Мастер-Пловец в водной стихии. После активации Руна исчезает.

Время действия: одноразовая

Требования: Атрибут Тела не менее 8

Хорошо, что требования к Навыку были не высоки. Двенадцать капель Звездной Крови — жаль, конечно, но выбраться из этой передряги — куда важнее. Я превратил Руну-Навык в Навык, и после эйфорической дрожи понял, как нужно правильно двигаться под водой. Как и с другими искусственно имплантированными Навыками, это было подобно воспоминанию о когда-то освоенной технике. Я знал — как и мышцы тоже охотно вспоминали, подстраиваясь под нейронные сигналы. Оказывается, нужно вот так волнообразно изгибаться, двигая при этом ногами подобно сложенному хвостовому плавнику, а руки вообще лучше вытянуть вперед, увеличивая обтекаемость…. Странная техника Народа Реки — я был уверен, что она не совпадает ни с одним из земных плавательных стилей, тем не менее оказалась очень эффективна — мое тело, окруженное вихрем пузырьков, стремительно ввинчивалось в недра подводного тоннеля.

Когда же он, черт побери, кончится? Я плыл и плыл, а ничего вокруг не менялось, лишь изредка стенки из-за осклизлых наростов сужались так, что приходилось изворачиваться, чтобы продвинуться дальше.

Но наконец впереди появилось светлое пятно, а затем я вырвался из норы во что-то широкое, большое, и гораздо лучше освещенное — сквозь мутную пленку сверху расплывалась синяя клякса аккреционного диска Вечности.

— Это Канал Трех Молний, — сообщил голос, — Не вздумай всплывать, мы еще недостаточно удалились…

Он снова показал мне яркое, залитое игг-светом и сверкающими водяными брызгами воспоминание, где под витыми арками золотых мостов голубел канал, подобно широкому проспекту разрезающий город. По поверхности скользили длинные крылатые гондолы, а в прозрачной глубине виднелся повторяющийся мозаичный орнамент, действительно напоминающий три молнии. Радостное и светлое видение, совсем непохожее на то, что я видел сейчас перед собой…

— Держись левой стороны и смотри на стены, ювейн. Когда увидишь пятый по счету акведук — мы почти у цели.

— У какой цели?

— Увидишь. Ты ведь хочешь вернуться?

Вернуться я хотел и потому упрямо плыл в серо-зеленой водяной толще, следуя его указаниям. Первая дыра входа в сточный акведук, вторая — все они как две капли походили на ту, через которую я проник в канал. Успокаивало одно — похоже, получилось оторваться, вряд ли кто-нибудь из преследователей способен повторить или отследить мой подводный маршрут…

Вскоре фортуна повернулась ко мне лицом. Истинный Взор неожиданно засек голубоватую звездочку, сияющую на дне прямо по курсу. Я подплыл к ней и увидел почерневший, наполовину заиленный череп, между глаз которого сияла капля Звездной Крови. Когда-то погибший Восходящий?! Но почему его Звездная Кровь еще цела и не развеялась? Памятуя, что произошло в склепе, когда я коснулся очень похожей искры в склепе моего вселенца, совершенно не торопился ее забрать, но голос неожиданно подбодрил:

— Один из тех, кто получил венец взамен стигмата… Последнюю каплю удерживает моя молния. Забирай его Кровь, ювейн.

Я протянул руку — всего одна капля! И ничего больше. Но сияние погасло и стало видно, что его источал металлический символ, похожий на зигзаг строенной молнии. Я уже видел такой знак здесь, он много где повторялся, и теперь — в форме загадочного имплантата над переносицей, неведомым способом срощенного прямо с костью. Подобный третий глаз был у Азимандии — серебряная капля, а у скованного скелета Белого Дьявола на черепе сияла сложная золотая вязь, больше похожая на корону.

— Это подкожный венец, дар первородных Кел, — прошептал голос, — Из капли моей истинной Крови. Я даровал его верным, чтобы избавить их от оков Вечности…

Ничего себе! Значит, от стигмата можно каким-то образом освободиться? Или заменить аналогом? У меня сразу возникла масса вопросов, но голос безжалостно отмахнулся:

— Еще не время, ты не поймешь. Плыви, ювейн, если хочешь вернуться до рассвета! Плыви быстрее!

Находка оказалась не единственной — между вторым и четвертым акведуком я обнаружил еще троих мертвецов. Страшноватые останки давно тлели под илом, но их Звездная Кровь пережила тысячи циклов после падения Эстэ. Наверное, если тщательно исследовать канал, на дне обнаружилось бы немало интересного, однако я действительно еще рассчитывал, как это смешно не звучало, вернуться в лагерь…

На подходе к пятому акведуку начались проблемы. Меня неожиданно атаковала целая стая зубастых змееглавов, словно решив отомстить за когда-то выловленного в озере сородича. Только эти твари были гораздо крупнее, настоящие барракуды, и наверное, запросто могли обглодать даже тауро!

Стоило поблагодарить судьбу, что с начала вылазки меня оберегает предусмотрительно надетый Торк. Тем не менее — змееглавы потратили две драгоценные активации артефакта, прежде чем я догадался пустить в ход Руну Дуговой Искры. Меня защищал Экзопокров, а вот для хищных рыбообразных вспышка молнии оказалась фатальной. Бронзовое Заклинание убило всех сразу — и, к моему удивлению, несколько наиболее крупных особей содержали Звездную Кровь. Слабое дерево… они подарили мне еще пять капель, три мусорных Руны-нулевки, а также деревянную Руну Уменьшения. Хорошо, что особые способности животные приобретают только с бронзового ранга, иначе не получилось бы так легко отделаться…

120/483 было на индикаторе Звездной Крови, когда я наконец-то заплыл в пятый по счету акведук. Такой же дерьмовый тоннель, как и тот, из которого я выплыл, только в несколько раз короче. Моему счастью не было предела, когда наконец-то получилось вынырнуть — в абсолютно темном, не имеющим никаких источников света помещении. Осторожно высунувшись из воды, я внимательно осмотрелся — серые тени многочисленных выходов, змеи древесных корней, оплетающие груды обломков. Тишина и ничего живого.

— Знак Переноса должен быть в дальнем конце, — прошелестел голос, — Поторопись, Восходящий…

В конце анфилады разрушенных залов и вправду нашелся круглый подиум с рунным символом. Он замерцал, стоило коснуться его поверхности, но точка назначения была единственной и безымянной. Я уже понял, что рунные знаки Кел бывают двух видов — тот, что переместил нас в город, выполнял роль станции монорельса, а этот — внутреннего лифта комплекса зданий.

И вел он в очень, очень, очень странное место.

— Что это, черт побери? — спросил я после переноса, с любопытством оглядываясь, — Зачем мы здесь?

— Затем, что отсюда куда ближе до места, куда ты стремишься, — ответил Белый Дьявол, — А место… прежде у него было много имен. Когда-то это… был мой дом.

Глава 21

Дом? Как здесь можно жить?

Это место, наверное, находилось на вершине одного из высочайших зданий города. Вокруг гуляли ветра — крыша отсутствовала, стены зияли проломами, открытая площадка обрывалась черной бездной всего в нескольких шагах от рунного круга. Я не боялся высоты, но при взгляде вниз под ложечкой слегка похолодело — ночные развалины темнели далеко-далеко, а синий глаз Вечности здесь казался гораздо ближе Несколько птиц вспорхнули, напуганные моим появлением — да, только крылатые сейчас могли сюда добраться.

Я осторожно сошел со знака Переноса. Повсюду — разруха… Но Истинный Взор видел под слоем грязи и обломков линии какого-то рисунка. Белый Дьявол повторил свой фокус с воспоминаниями — и на мгновение я увидел это место прежним — огромным, пронизанным светом Древа круглым залом под ажурным куполом. Сложная, гармоничная, замысловато сплетённая конструкция из серебряного лиора — как вычурный наконечник, венчающий древко башни. На полу сиял рунный орнамент, а стены украшали странные барельефы в виде неподвижных лиц. Отсюда открывался захватывающий дух вид на Древо и прекрасный город внизу…

Это место имело какую-то ритуальную важность для моего вселенца. И очень странно, что Вечность не превратила эту башню в прах, в груду обломков, как многие другие здания города.

— О, они хотели бы, — прошептал голос с некоторым злорадством, — Но даже псы Вечности боятся бросить вызов Наблюдателю… Посмотри в центр, ювейн!

Я посмотрел — и увидел, что видимый Истинным Взором рисунок сходится в центре к чему-то более яркому. Она… эта светящаяся штука была окружена голубоватой дымкой, которая, если присмотреться внимательнее, состояла из мириадов мерцающих точек. Маленькая звездная туманность… завороженный этим зрелищем, я сделал несколько шагов и наконец-то разглядел среди обломков серо-голубую, как будто перламутровую полусферу, выступающую из пола. Эта штука своей формой и цветом невероятно напоминала тот эль-целестус, который я отнес в Столп Сияния по заданию Наблюдателя. Неужели…

— Да, это одно из множества его очей, сквозь которые он наблюдает за Единством, — подтвердил мою догадку голос, — Похожее, только малое, есть у рикса твоего Народа, ювейн. А это Око… когда-то принадлежало мне.

Я с любопытством смотрел на сияющую полусферу (сияла она, понятно, только под Руной Истинного Взора, посторонний наблюдатель вряд ли разглядел бы что-то важное в груде камней). Значит, это и есть тот артефакт, через который главы Народов видят задания Наблюдателя так сказать, удаленно? Интересно, какой функционал у этой штуковины? Возможно, рикс может самостоятельно связаться с Наблюдателем или получает от него тайные приказы? И вообще, если даже воины Вечности, живущие в черной дыре и обладающие просто невероятным могуществом, не посмели тронуть Око — какое же место в иерархии здешних сил занимает сам Наблюдатель? Минос считал, что Наблюдатель — сеть альфа-разумов, управляемых из Вечности, но судя по всему, это было далеко не так просто…

— Он не служит Вечности и никогда ей не служил, — прошипел голос, отвечая на невысказанный вопрос, — Вечность была лишь следствием, а не причиной. Но ты не поймешь, ювейн, ты знаешь слишком мало! Сначала ты должен услышать историю о Том-Кто-Искусен, а для нее еще не настало время…

— Зачем ты привел меня сюда? — мысленно спросил я, — У нас мало времени…

— Око еще зрит, — прошептал голос, — Дай мне прикоснуться к нему, я должен удостовериться…

— В чем? — я шагнул назад.

— Дай мне прикоснуться к нему и ты поймешь, ювейн, — суть Белого Дьявола расправляла крылья внутри. Нет, он не пытался перехватить управление моим телом, скорее просил дать воспользоваться им, как на наших совместных тренировках. Оно ему нужно было, как проводник, как инструмент, чтобы добраться до чего-то… Я не знал, что последует за этим и благоразумная интуиция вопила «ну его к черту!», однако желание вселенца было настолько жгучим, что стало ясно — здесь скрывается нечто важное. Отказывать ему после того, как я вообще согласился на эту ночную авантюру, было непоследовательно — да и выбраться из города без помощи Белого Дьявола нереально, поэтому я уступил, с любопытством наблюдая, как мое тело делает несколько шагов вперед, присаживается на колени и осторожно, очень осторожно касается кончиками пальцев Ока.

Артефакт неожиданно отреагировал.

Он с резким щелчком отделился от поверхности пола, взмыл в воздух и тихо загудел. Белый Дьявол отпрянул, но было поздно: в глубине Ока вспыхнула сложная переплетенная структура, а затем меня озарил луч голубого света.

Я вновь ощутил прикосновение чужого разума. Как тогда, в пирамидионе Столпа Сияния! Кто-то бесконечно далекий и бесконечно могущественный взглянул сквозь Око на мелкую букашку в непредставимо огромном мире. Он как будто видел насквозь, через все глубины моей памяти, видел меня, видел Белого Дьявола — и сознание захлебывалось ужасом от невозможности объять и понять его. Перед внутренним взором вдруг вспыхнула череда ярких, совершенно неземных картин:

Космос и звезды. Настоящие, яркие, мерцающие в глубокой черноте. А где-то внизу — уходящая в бесконечность поверхность объекта, который невозможно охватить взглядом. Броня, покрытая рельефным фрактальным рисунком, складывающимся в какие-то огромные знаки, каждая линия которых высотой превышала горную цепь. Взгляд скользил дальше — и я узрел пропасть в этой броне, язву с разбегающимися трещинами, вывороченную дыру — будто рану, пробитую в доспехе кинетическим зарядом неимоверной мощи. В глубине дыры горели недобрые оранжевые и алые огни, а у ее краев медленно кружились десятки летающих объектов, напоминающих вычурные золотые короны. Стиль Кел — очень похоже выглядело плетение Небесного Трона, увиденное в сияние диска аккреции. Через мгновение я понял, что это огромные летающие цитадели, размером равные земным мегаполисам, а каждый изогнутый зубец «короны» — бастион, вмещающий тысячи защитников. Это означало, что дыра — невероятно велика, тысячи и тысячи километров, а окружающие ее трещины подобны исполинским каньонам.

Тем временем черноту космоса разорвала яркая вспышка. Синяя пасть — другого слова подобрать я не мог, дохнула таким экзистенциальным ужасом, что я едва не потерял сознание от увиденного там, внутри, за гранью нашей реальности. К счастью, это длилось всего мгновение, однако, помимо жути, пасть оставила после себя целый рой пришельцев, выглядевших провалами тьмы даже на фоне черноты космоса. Как только они появились, фрактальные узоры на поверхности огромного объекта вспыхнули зелеными и синими линиями, а золотые цитадели-короны окутала полупрозрачная голубая пелена. Они начали быстро подниматься над разрывом в броне, образуя некое кольцеобразное построение над брешью и явно стремясь встретить пришельцев еще на подходе.

Вспыхнули голубые и алые лучи, прянувшие в темные сферы. Они разносили их на куски, на брызги раскаленной плазмы, и с запозданием я осознал что наблюдаю за космическим сражением непредставимого, титанического масштаба. Золотые цитадели явно стремились не пропустить пришельцев к дыре, а те, наоборот, пытались прорвать их строй, используя нечто вроде мощнейшего гравитационного оружия. Несколько ближайших «корон» рассыпались золотыми искрами, медленно падающими в бездну. Космос расцвел сотнями вспышек, разноцветных энергетических лучей, скрестившихся подобно шпагам фехтовальщикам, множеством полупрозрачных рунных знаков, беспрестанно вспыхивавших зарниц, сверкающих импульсов, протуберанцев, пылающих стрел и многого другого, чему я не мог подобрать объяснения. Ясно было одно — в ход была пущена поистине космическая мощь.

Темные сферы были гораздо крупнее золотых цитаделей — я с трудом мог представить их истинный размер, но речь шла об объектах планетарного масштаба, однако последние как-то ухитрялись держать их расстоянии, концентрируя свою поражающую мощь. В этом им помогали рунные фракталы на поверхности, создававшие нечто вроде мерцающей завесы. В ней то и дело появлялись прорехи, сквозь которые прорывались окутанные облаком искр пришельцы. Большинство сфер горело, таяло, рассыпалось на куски, но некоторые достигали поверхности объекта и сияющие фракталы в этом месте начинали стремительно темнеть. Многие золотые цитадели тоже падали вниз, испачканные расползающимися черными кляксами из странной, гротескно меняющейся субстанции, но места выбывших в оборонительном кольце тут же занимали новые и новые летающие крепости, поднимающиеся из титанического пролома. В его туманной глубине вдруг появилась искорка, разгорающаяся с каждой секундой — серебристая, горящая, быстрая! Она стремительно вырвалась наружу, как выпущенная из лука стрела — и первая же черная сфера на ее пути взорвалась тучей огненно-черных брызг. Искорка устремилась к остальным пришельцам, безжалостно пронзая их одного за другим — и вдруг я осознал, что это не искра вовсе — а нестерпимо сияющее Звездной Кровью существо. Исполинское, невероятно могущественное, и формой удивительно напоминающее библейского ангела. Мне показалось, я рассмотрел крылья, человеческое лицо и даже нечто вроде меча в руке, хотя все это могло быть игрой разума — искра двигалась чрезвычайно быстро, мелькая в самой гуще грандиозного сражения.

Как мне показалось, крылатый воин сыграл в нем главную роль. Ни фракталы, ни золотые цитадели, ни рунные завесы — а именно горящее Звездной Кровью создание остановило натиск черных сфер. Они в какой-то момент вдруг кончились, превратившись в тучи тающих огненными искрами обломков в пустоте, а золотые цитадели, вновь разомкнувшись, сосредоточили огонь на районах приземления пришельцев, выжигая огромные черные кляксы, возникшие на поверхности защищаемого объекта. Ни одна сфера не прорвалась в пролом, хотя они ухитрились неплохо нагадить поблизости, но и цена была велика — множество защитных фракталов погасли, золотые цитадели тоже понесли немалые потери.

Медленно, медленно видение погасло — вместе с давящим вниманием Наблюдателя. Его Око, тихо гудя, вновь опустилось в свою ячейку. Внезапный сеанс связи закончился.

— Что это было?

— Ты узрел битву у Бреши, ювейн, — медленно и торжественно произнес Белый Дьявол, — Ты узрел Тварей Извне, дрейф-цитадели Истинных и Того-Кто-Сражается. Это было очень давно, еще до того, как Вечность призвала их снова. Я… был там.

— Ты был там? — поразился я.

Голос медлил очень долго, словно раздумывая, как облечь свои мысли в слова. Затем произнес:

— Я там был… После того, как поднялся по лестнице Возвышения, но до того, как был рожден в числе тысячи моих братьев и сестер. Я стоял вместе с Истинными и говорил с Защитником так, как говорю с тобой сейчас.

— И зачем Наблюдатель… показал все это?

— Око узнало меня. Но меня больше нет в числе Восходящих, моя Кровь в тебе, а моего Народа больше не существует, — ответил Белый Дьявол, — Это Око больше не принадлежит мне. Но здесь осталось еще кое-что мое…

Глядя за его странными действиями, я понял, что мой вселенец использует Контроль Звездной Крови и Артефакторику одновременно. На его пальцах появились светящиеся звездочки, упавшие на пыльные раздробленные камни. Наша Звездная Кровь — он извлекал ее и закачивал… куда? Зачем?!

Глядя чужими глазами на Око, я видел, что она является частью рунного узора, когда-то покрывавшего все внутреннее пространство этого места. Сложный металлический орнамент, как будто вплавленный в поверхность пола. Видимо, подобно конструкциону Азимандии, он был каким-то артефактом — правда, серьезно поврежденным ударами по башне. Но теперь Белый Дьявол видел все изъяны этого рисунка и устранял их, капля за каплей вливая в него Звездную Кровь. Каждая из них далась нам потом и кровью — и только понимание, что он все равно не остановится, заставляло сдерживаться от гневных упреков. Вновь пришла подлая мысль, что вселенец привел меня сюда, чтобы воспользоваться мною, как инструментом, и сейчас опять сделает что-то необратимое с моим телом. Не просто же так он пытается восстановить этот узор!

В сущности, так оно и произошло. Когда наш запас Звездной Крови сократился на тридцать шесть капель, линии артефактной мозаики наконец-то сомкнулись. Они загорелись ровно и ясно, подобно восстановленному знаку Переноса, и мой визави быстрым движением вызвал новый рунный интерфейс. Вероятно, он использовался для управления этим… механизмом? Артефактом? Устройством?

Я не знал. Мелькание странных рунных символов — и сияние от линий вдруг начало подниматься вверх, скручиваясь звездной туманностью. Несколько мгновений — и орнамент истаял, как жидкий металл, сгустившись передо мной единой золотой Руной!

Универсальная Руна

Вид: Руна-Свойство

Качество: золото

Может быть преобразована в любую руну равного качества

Золото! Белый Дьявол несколько мгновений смотрел на нее, а потом резким движением разбил на множество серебряных Рун, поменьше. Артефакторика и Рунное Искусство сразу же прыгнули на две звезды, а серебряные символы медленно закружились передо мной. Ровно десять штук… Как и прародительница, они были Универсальными, и это означало, что мой визави только что сломал золотую Руну, разделив ее на десять серебряных.

Он коснулся одной, а затем второй, превращая их в Руны Развития. А затем, открыв Атрибуты, вложил первое серебро в Ментальность, разом заполнив до предела бронзовую шкалу. Передо мной вспыхнула череда сообщений о получении новых Навыков, Атрибут налился светлым металлом и разветвился, дав три новых серебряных побега — Мистика, Псионика, Энергия.

В Энергию Белый Дьявол и вложил вторую Руну Развития. Затем коснулся третьей, обратив ее Руной Звездной Крови — и тут же активировал, пролив на себя сияющий дождь.

Это было… очень приятно. Лучше, чем с женщиной. Лучше, чем побеждая врага в тяжелом бою. Я чувствовал себя кувшином, в который наливают новое вино. Обновленным, полным сил, сильным и свежим, заново рожденным, будто только что вышел из животворящей морской волны. Знал, что сейчас мои зрачки горят расплавленным серебром, а тело испускает голубое сияние — то самое, что индикаторы браслеты определяют как А-излучение…

Ваш запас Звездной Крови полностью восстановлен. Текущее количество 453/453

Вы открыли серебряный Атрибут.

Вы можете пробудить свой Аспект.

Линии орнамента погасли, от него остались лишь пустые, раскрошившиеся глубокие борозды. Наполняющий их металл исчез, и я наконец-то понял, зачем мы приходили сюда. Белый Дьявол оставил тут тайник, защитив его Оком Наблюдателя от полного разрушения, схрон, который мог найти и активировать только он.

— Да, когда-то я скрыл в камнях часть своей силы, защитив узор от разрушения Оком Наблюдателя. Это мой дар тебе, ювейн… Но не торопись использовать Руны, а Аспект еще нужно пробудить и выдержать испытание… — предупредил Белый Дьявол.

Он небрежным движением смел семь Универсальных Рун в нашу Скрижаль, а затем освободил меня еще от шести капель, «починив» поврежденную Руну Экзо-Шейда, а затем открыл Осколок Скрижали с тела побежденного Восходящего и присоединил его к нашей Скрижали. Плюс четыре слота — и четыре новых Руны.

Руна-Свойство Повышения (бронза)

Руна-Заклинание Огненной Защиты (бронза)

Руна-Заклинание Зеркальной Чешуи (серебро)

Руна-Предмет Легионный Рацион (дерево)

Руна-Предмет Змеиный Нож (бронза)

Среди добычи была даже серебряная Руна — та самая, что спасла речного Восходящего от Шейда. Великолепная добыча, гораздо лучше тех защитных Рун, что имелись у меня. Судя по описанию, Чешуя не уступала Экзопокрову, который давал мой Торк, но в отличии от него, не имела лимита зарядов. Что ж, понятно — и то, и то имело серебряный ранг…

Остальное — тоже совсем неплохой улов. Змеиный Нож был боевым Предметом с эффектом мгновенного отравления, Легионный Рацион — запас провизии на сутки, не даст умереть с голода, Огненная Защита — та самая ловушка, что ставили Восходящие противника на пути отступления, а Руна Повышения позволяла повысить до ранга бронзы любую из деревянных Рун. Стоило подумать, куда ее использовать — кандидатов на такое улучшение у меня было несколько.

Затем Белый Дьявол коснулся рунного круга и что-то сделал с его интерфейсом парой неуловимых движений. Я не понял, как, но теперь там появились знакомые руны «Сфера Небесной Энергии», «Великий Архив Снов», «Башня Изобилия», а помимо них — новый знак, переведенный как «Дорога Стрелы». Совершенно очевидно, что он означал восстановленный мною знак Переноса.

— Мы не зря потратили эту ночь, — голос вернул мне власть над телом, — Благодарю тебя за возможность вновь взглянуть в прошлое, ювейн…

И я был благодарен ему за новые силы. Что ж, пора было возвращаться, пока мы не натворили еще что-нибудь похуже.

Я появился на знаке, закутанный в плащ из наноткани, надеясь лишь на то, что меня не встретит частокол стволов или любопытный Минос. Было бы очень трудно объяснить, как Сигурд восстановил рунный знак, зачем туда полез и что он там делал несколько часов.

Но обошлось. Никого вокруг! И тишина — наш лагерь, кажется, спал крепким предутренним сном. Светало — над горизонтом уже прорисовался золотой силуэт Игг-Древа.

Неужели фортуна и впрямь защитила меня своим крылом? Оглядевшись, я осторожно вернул знак Переноса в прежний, нерабочий вид, и спустился с каменного круга, стараясь производить как можно меньше шума.

И тут же столкнулся с одним из часовых. Мужик деловито застегивал штаны, видимо, сделав все положенные дела в тени каменных руин. Я, наверное, напугал его не меньше, возникнув из ниоткуда. Он мгновенно вскинул «Суворов», практически уперев его мне в грудь и заревел:

— Стой, стрелять буду! Кто такой?!

— Тихо ты! Я свой, Сигурд! — я откинул капюшон, — Пилот, астра фатида!

Часовой — это был один из бойцов Адаманта, подозрительно вгляделся мне в лицо.

— Сигурд? Откуда ты здесь взялся?

— Да отлить тоже хотел, — я соврал первое, что пришло в голову, — Ты чего на людей бросаешься?

— А почему я тебя не заметил?

— Потому что Мангус, — я приподнял полу своего плаща, — Плащ из наноткани, слышал?

— А, вот что… — недоверчиво протянул мужик, — Черт, странно… Ладно, вали спать, Сигурд. И давай аккуратнее, я тебе чуть пулю не влепил!

— А отлить-то можно? — насмешливо поинтересовался я.

— В другом месте отольешь!

В палатке недовольно запищал оставленный в одиночестве йурр. Все вокруг спокойно спали. Очень хотелось изучить Аспект и связанные с ним новые возможности, но привлекать внимание не стоило. Подумав, я сделал выбор в пользу сна, хоть до подъема оставался всего час. Завтра, все говорило об этом, нас ждал трудный день.

Глава 22

Мы покинули лагерь ранним утром.

Никто не заметил моего исчезновения, никто не задавал лишних вопросов — за общей походной суетой никому не было дела до Сигурда Морозова. Все прошло невероятно гладко, и при свете дня ночные испытания казались дурным сновидением — неужели это действительно происходило со мной? Расскажешь такое, не поверят. Несмотря на бессонную ночь, я чувствовал себя прекрасно — ехал, уверенно держась на широкой спине тауро, разговаривал с товарищами, с любопытством рассматривал окрестности.

Город — Эстэ, Надежда, как называл его мой вселенец, приближался с каждым шагом и после полудня мы уже пересекли его границы. Тонкие шпили стали огромными, нависающими над головой зданиями непривычной формы, первые ярусы которых были полностью скрыты сине-зелеными зарослями. Природа властно брала свое, деревья прорастали сквозь камень, опутывая узловатыми корнями мостовые, лианы и плющи упорно карабкались вверх по этажам, на бывших площадях блестели мшистые озера. И все равно руины подавляли своей грандиозностью. Даже разрушенные, подобные выщербленным скалам или раздавленным свечным огаркам, они дышали древним величием. Мы, технологически развитые земляне, дети мега-городов, покорители Марса и Титана, создатели Мира-Кольца и Звездного Флота, чувствовали себя дикарями в тени великой цивилизации, сотворившей этот город. И очень сложно было представить, что они были схожи с нами: неземное изящество, плавные обводы и невозможные в привычной архитектуре формы больше подходили инопланетянам, чем людям.

— Плохое место быть, кано! — высказался Лэндо, во взгляде которого сквозило странное отвращение, — Мой Народ не любить! Здесь жить плохие Кел… нет, не плохие… Как правильно сказать, кано?

— Злые? — предположил я.

— Злые… да и нет быть. Сломанные, вот правильно быть! — наконец подобрал слово принц, — Они быть сломаны! Испорчены. Мой Народ говорить, один из тысячи демонов быть их риксом…

— Тысячи демонов? — я заинтересовался, слишком сильно это перекликалось с Тысячью Братьев, которых постоянно упоминал мой вселенец.

— О, эта старая история быть, кано, — улыбнулся Лэндо, — Такие Восходящие рассказывать детям у костра. Тысяча демонов хотеть захватить тысячу Кругов…

— А откуда она взялась, эта тысяча демонов?

— Мой Народ знать, быть война Единых. Тот, чье имя все забыть, разделить себя на тысячу демонов, чтобы другие не найти и не победить его. Демоны принять облик Восходящих, но смерть не брать их. Они хитры быть, никто не знать, демон или сильный Восходящий быть. Они воевать с Небесным Троном. Они проиграть и погибнуть, кано. Здесь — их место…

— А тот, который забыт — кто это и что он сделал? Это тоже один из Единых?

— Он призвать Тварей Извне, — сурово изрек Лэндо, поджав губы, — И за это больше не быть. Таково наказание быть! Никто не знать, никто не говорить о нем. Он — Тот, кого все забыть!

— Глупые дети Аммос и Эррос хорошо выучили урок, — презрительно произнес Белый Дьявол, — Мои братья и сестры были героями, а их нарекли демонами. Они сражались за Единство — а их назвали злом. Рабы Вечности должны оставаться рабами, а для этого правду и ложь можно поменять местами…

Тем не менее рассказ Лэндо проливал свет на биографию моего голоса! О войне Единых я уже слышал от него самого, но вот тема с разделением одного из забытых божеств на тысячу сущностей — нечто новое! И Белый Дьявол одна из них, что частично объясняет его «высшую» даже по меркам Кел природу? Я не понимал, в чем тут дело и как это в принципе вообще возможно, а виновник торжества ответил лишь:

— Я… не могу ответить, ювейн. Ты не поймешь… Тот-Кто-Забыт лишен имени и всех атрибутов, все, что о нем известно, стерто из нашей вселенной и это не пустые слова. Его не существует более, как и памяти о нем. Тысяча Братьев была, а то, что до них — уничтожено, его более нет, как будто не было никогда. Это одна из граней Великих Рун, что были пущены в ход в той войне.

Я не совсем понимал, как можно физически уничтожить память и имя, ведь сохранились же легенды о тысяче демонов, и Народе Кел, и многое другое, но голос лишь печально вздохнул:

— Ты не поймешь.

Ладно. После вчерашней ночи, окупившей все неприятности, совсем не хотелось верить в мрачные сказки. Хотя легенды, окружавшие Белого Дьявола, были очень темны, что это меняет в моей жизни? То, что он не пай-мальчик, а неприятная полудемоническая сущность с замашками убийцы-садиста я уже понял и так. Он использовал меня — а мне оставалось использовать его и надеяться, что когда-нибудь совместное проживание закончится. В конце концов, мы почти притерлись друг к другу, и будь он настоящим злым демоном, имел уже сотню возможностей захватить мое тело. Но нет, Белый Дьявол держал слово и соблюдал некий собственный кодекс чести, что внушало мне некоторую надежду на будущее…

Как я понял, наши разведчики уже наметили маршрут, которым следовал рейд. И все равно — длинная колонна, втянувшаяся в городские джунгли, выглядела очень уязвимой. В любом сохранившемся здании могли засесть враги, и наша техника, да и сама большая группа людей представляли собой идеальную цель. Однако разделяться, идти другой дорогой или осматривать руины самостоятельно нам строго-настрого запретили — видимо, опасаясь рунных ловушек, оставленных Вечностью. Этим занимались специально обученные люди из копий Адаманта и Миноса и я очень надеялся, что они имеют необходимые Руны или Предметы, чтобы избежать неприятных сюрпризов.

А вот мне стоило хорошо подумать над текущим тактическим раскладом. В городе находилась многочисленная банда изгоев, среди которых было несколько Восходящих, но они вряд ли представляли серьезную угрозу для такого большого рейда, как наш. Прямого столкновения они не выдержат, разве что могут поиграть в прятки среди хорошо знакомых им развалин. Но существовал еще один неизвестный фактор, способный переломить все — золотая Руна Небесного Ястреба, которую наверняка взял главарь изгоев. Если он сможет ей воспользоваться — будет плохо, очень плохо, потому что земное оружие бессильно перед золотом Вечности. У нас имелось несколько серебряных Восходящих, но основная масса — бронза и дерево, и у фригольдеров нет в распоряжении золотых Рун. Наверное, нет… Я пытался осторожно расспрашивать и выходило, что даже серебряные Руны имелись далеко не у каждого. У Лэндо были — наследство Народа Трав, а вот командиру нашего копья не так повезло — в его Скрижали сияла только бронза. Оставалось надеяться, что Вероника Максвелл знает, что делает…

Но был и еще один неучтенный фактор, но на этот раз — в нашу пользу.

Я, тайный Восходящий.

Вчера Белый Дьявол открыл мне первое серебро, а в Скрижали ждали своего часа еще семь серебряных Универсальных Рун, которые потенциально могли превратиться во что угодно. Царский подарок он преподнес, ничего не скажешь — сейчас я, наверное, обогнал на пути Восхождения большинство земных коллег, в том числе и тех, что годами владели стигматом. Я аккуратно изучил Навыки, которые открылись в процессе заполнения Ментальности:

Закрытый Разум(бронза, 1/10) — позволял закрывать свой разум от ментального воздействия.

Ментальная Эмпатия (бронза, 1/10) — безошибочно определяла чужие эмоции на ментальном уровне.

Мыслеформы (бронза, 1/10) — способность создавать и использовать простейшие мыслеформы (что это?)

Ментальный Барьер (бронза, 1/10) — кое-что посерьезнее Закрытого Разума, Ментальная Броня позволяла предотвращать прямые ментальные атаки.

Резонанс (бронза, 1/10) — интересный Навык, с помощью которого можно было войти в ментальный резонанс с другим человеком, полностью читая его эмоции и одновременно делясь своими.

Гипнотизм (бронза, 1/10) — слабый аналог серебряной Руны Гипнотизма. Введение в гипнотический транс с целью допроса или внушения своей воли.

Определение лжи (бронза, 1/10) — видимо, этот бронзовый Навык вместе с Гипнотизмом использовала Вероника на допросах. Позволял определить ложь на ментальном уровне — но только при условии, что допрашиваемый слабее или не обладает защитными способностями. Короче, бесполезен против других менталов…

Внушение (бронза, 1/10) — первая условно «атакующая» способность этой ветки. Позволяла внушать свою волю путем прямого вербального контакта, но только более слабым или загипнотизированным существам.

Самое же интересное произошло, когда Атрибут достиг серебра. Все Навыки слились в единый, серебряный, который теперь назывался Ментальное Искусство. В нем сияла одна звезда, а перечисленные выше способности стали как бы суб-навыками, включенными в его ветку. Как объяснил Белый Дьявол, это пятый великий навык Народа Кел, и именно для его открытия (и восстановления Звездной Крови), он и “прокачал” мою Ментальность. Ментальное Искусство использовалось как для бытового общения, так и для управления многими кел-механизмами, а многие надписи Народа можно было прочесть, только используя мыслеформы. Подчиненные Навыки же теперь можно было развивать как отдельно, бронзовыми звездами, так и все вместе, вкладывая серебро в Ментальное Искусство: в этом случае все десять суб-навыков одновременно поднимали ранг на единицу. Меня глодали смутные сомнения, что по подобному принципу объединяются способности остальных Атрибутов, а Рунное Искусство, например, является объединяющим Навыком для одного из Атрибутов ветки Разума. Просто я не вижу его суб-навыки, потому что не открыл Атрибуты — Белый Дьявол пошел через черный ход и привил его мне задним числом.

В общем, целый спектр интереснейших ментальных способностей, которые требовали немедленного освоения! И приятный бонус в виде кратного увеличения регенерации Звездной Крови, которая зависела от атрибутов «духовной» ветки — теперь она составляла около двух с половиной капель в час и 66 капель в сутки. Невероятная, фантастическая прибавка! Теперь весь мой немаленький запас Звездной Крови мог восстановиться за неделю. Цифры казались огромными, но Белый Дьявол насмешливо заметил, что на высоких рангах Восходящие тратят и восстанавливают тысячи капель в день, так что я в самом начале пути…

Семь свободных Рун — это семь серебряных или семьдесят бронзовых звезд, и потенциально я мог раскрыть в серебро еще несколько Атрибутов (и получить кучу новых Навыков), но благоразумие останавливало. Следовало все обдумать и использовать свалившееся с неба богатство с умом. Я отлично понимал, что мой голос не просто так усиливает меня — и в один прекрасный момент как бы не пришлось за все дары расплачиваться сторицей…

Помимо двух золотых Рун и порядочного набора прочих, а также новых Атрибутов и полного запаса Звездной Крови, я теперь обладал и Аспектом, который выглядел в интерфейсе Восхождения так:

Аспект: неизвестно.

Требуется пробуждение.

Итак, что такое Аспект?

Я видел страшноватых призраков, окружавших воителей Вечности в видении Белого Дьявола, видел призрачный лик Азимандии и змею Говорящей-с-Травами, и все это были Аспекты. Некая пробужденная сущность, принимающая наиболее отражающий суть Восходящего облик, способная материализоваться, и, видимо, полностью управляемая им. Нечто вроде фамилиара или Руны-Существа?

— Аспект это грань твоей натуры и отражение твоей сути Восходящего. Часть твоей мощи, принимающая зримый облик. Это пробужденная из Звездной Крови сущность, которая действует по твоей воле. Давным-давно они были даны Восходящим как слуги, как воины, как мечи или стрелы…

— Каков был твой Аспект? — спросил я.

— Ты видел его, ювейн.

Я вдруг вспомнил его — сияющего полубога, парящего на летающей платформе над городом и понял, почему знак строенной молнии повторялся во многих связанных с Белым Дьяволом символах. Это и был, вероятно, Аспект моего визави — венец из бьющих в разные стороны молний. Красиво, без сомнения, а вот каков будет мой? К сожалению, узнать это прямо сейчас было невозможно — требовалось пройти некое испытание, связанное с пробуждением Аспекта, и центр рейда фригольда для этого не совсем подходящее место.

Зато я ухитрился провести небольшой анализ полученных трофеев. Зеркальная Чешуя была улучшена Рунами Усиления и Рунами Изменения и являлась великолепным приобретением. Неизвестно, с каких серебряных существ Народ Реки получал такие Заклинания, но убить подобную тварь наверняка было сложной задачей — помимо защиты, Чешуя обладала еще отражающими способностями. Правда, срабатывающими далеко не со стопроцентной вероятностью, как выяснилось из описания.

Огненная Защита — бронза без усилений, Змеиный Нож тоже, а вот Легионный Рацион апгрейжен полностью, двумя Изменениями и Уменьшением. Всего две капли Звездной Крови на вызов Предмета — видимо, изгой частенько им пользовался. Кроме того, у меня теперь имелись две бронзовых Руны Развития, но вкладывать их я пока не торопился — они могли пригодиться при имплантации какого-нибудь сложного Навыка.

Оставались еще деревянное Уменьшение и бронзовое Повышение. Белый Дьявол оказался прав, мусорные Руны набивались быстро, и почти все мое дерево уже было полностью усилено. Из кандидатов — бесполезные Эликсир Антияда и Перо Огнептицы. Пришлось пока оставить про запас или на обмен. А вот для Повышения диапазон применения был огромен — эта Руна могла превратить любой деревянный мусор в хорошую бронзовую Руну. Я долго ломал голову: по словам моего визави, при повышение Ледяного Вихря терялись все апгрейды Руны, в том числе стихийный, отличный Воздушный Прыжок тоже имел три улучшения, которые не хотелось терять. Может быть, Ночное Зрение? Но оно тоже расширено тремя звездами Изменений…

Белый Дьявол снисходительно наблюдал за моими метаниями, но в конце концов дал совет:

— Бронза всегда лучше дерева, ювейн, а сильная бронза почти равна серебру. Ты быстро перерастешь мусор, бери с собой в путь ту Руну, с которой пойдешь дальше…

Значит, поднимать в ранге следовало лучшую Руну — и я использовал Повышение на Ледяном Вихре. Черт с ней, со стихией Льда, хотя первый трофей, добытый из Хладноцвета, было жаль неимоверно. Но результат не разочаровал:

Руна Холодного Дыхания

Руна-Заклинание

Качество: бронза

Активация: 12 капель Звездной Крови

Создает мощный, замораживающий поток воздуха в указанном направлении

Время действия: 3 секунды

Время перезарядки: 1 минута

Если Холодное Дыхание хотя бы наполовину так же сильна, как способность, что использовал бронзовый дрейк в теплицах, то оно было гораздо эффективнее Вихря! А если его улучшить дополнительно, то… ой-ей-ей тому, кто попадет в ледяной конус! Только вот цена активации высока по сравнению с почти бесплатным деревом, но мой запас Звездной Крови позволял уже не задумываться над такими мелочами.

Продвижение было медленным, но спокойным и безопасным. Некоторые копья получали задания и уходили в руины, отделяясь от рейда, но нас пока бог миловал — то ли берегли, то ли не особо надеялись на нашу квалификацию. Ближе к вечеру один из Бесконечных Штормов прокатился неподалеку и предупрежденный разведчиками отряд замер, укрывшись за руинами. Страшноватое зрелище — темное, ползущее облако накрыло все впереди, вихревые столбы подняли тучу пыли, завывая на разные голоса в пустотах заброшенных зданий, земля и стены мелко вибрировали, а Шторм шел мимо, крушащий все на своем пути великан, заглушивший громовой поступью все звуки окружающего мира. Стихийная мощь этой Руны впечатляла — а если учесть, сколько времени эти Шторма бороздят развалины…

День миновал, а вот ночь выдалась крайне неспокойная.

Нас поднимали по тревоге трижды.

Первый раз в гости пришли несколько любопытных особей Червей. Сюрприза не вышло, часовые вовремя заметили опасность, тварей удалось быстро перестрелять. Получив отпор, они сбежали в развалины, оставив на окраинах лагеря несколько размочаленных трупов. Фуражиры, но другого вида, чем водился в Расколотых Землях, помельче и как будто побыстрее. Одного из наших серьезно покусали, еще двое получили ядовитые ожоги. Неприятно, но не более того — исцеляющие Руны привели их в порядок.

Но этим дело не закончилось. Большое скопление свежего мяса и стрельба привлекли ненужное внимание — и через час после визита Червей к лагерю вышло гораздо более опасное существо.

Лэндо назвал его «фэй-вэйд», Минос — «сторожевым рунным конструктом», Толя Грохот — «железным дровосеком, на». Скорее всего, это был автономный боевой механизм-убийца, бродящий на улицах города в поисках добычи. Я увидел его останки — и они неприятно походили на того робота с клинками, что застыл в склепе Белого Дьявола — такая же огромная ящерица из бело-золотого сплава, только разобранная на несколько частей Рунами наших Восходящих. Земное оружие не причинило ему особого вреда, бойцы Крика и Адаманта угомонили пришельца серебряными Рунами, да и то далеко не сразу. И, увы, не обошлось без жертв. Погиб часовой, ранения получили еще трое бойцов, в том числе сам Крик. Мы начали платить кровью — и, к сожалению, это был еще не конец.

После разгрома, учиненного рунным конструктом, до утра оставалось немного, но поспать не пришлось. Я вновь проснулся от криков и стрельбы, вскочил, вместе с остальными выбегая наружу — и успел увидеть, как «Каракурт» бьет длинными трассирующими очередями куда-то вверх, за пределы лагеря, в сторону ближайших зданий, а поднятые по тревоге фригольдеры поливают из всех стволов вдоль темного проспекта. Вокруг творился полный хаос! Несколько наших палаток горели, люди матерились, укрываясь за ящиками и мычащими тауро — а из темноты свистели ответные пули.

Наш лагерь обстреляли. Откуда-то из высоток, из обычного земного оружия — «Суворовых» и импульсного «Копья». Скорее всего, того же самого, что оставило дыру в брюхе моего винтокрыла. Ударили точечно и очень больно — двое убитых, с десяток раненых, причем некоторые — серьезно. Плазменный импульс не шутка, от него не спасает обычная полуброня!

Как дважды-два было ясно, чья эта работа. Наши штурмовые копья, конечно, мгновенно выдвинулись в район, откуда стреляли, пытаясь перехватить врагов, но ожидаемо нашли только ловушки и издевательские следы на камнях — изгои укусили и убежали. Искать их в ночных руинах — самоубийственная задача, поэтому нам приказали укрыться до утра в ближайших зданиях, что, учитывая количество имущества, транспорт и полсотни тауро в придачу, выглядело совсем не тривиальной задачей. Большего бардака я в жизни не видел, и честно говоря, в голове вертелось много эпитетов насчет организации нашего рейда! И не только у меня, судя по настроению фригольдеров. Еще не прошли первые сутки, а мы навсегда потеряли троих, и полтора десятка было ранено — почти каждый десятый! А что мешает изгоям и дальше откусывать слона маленькими кусочками, используя тактику «бей и беги»?

На утро, после совета командиров, который собрала Вероника, мрачный Динамит сообщил нам:

— В общем, действуем теперь так — впереди идут разведчики со слухачами, проверяют все, потом в чистую зону двигается остальной караван. Боковые охранения… А в целом, решено делать аванпост в подходящем месте, укрепляться, оттуда искать гнездо этих уродов и выкуривать их…

Инь печально присвистнул, а Грохот выразился более прямолинейно:

— Ни хрена себе, командир. Это работы на месяц, на!

— Если не больше, — добавил Лэндо, — Руины большие быть!

— А вы что думали, раз-два и в дамки? — неожиданно разозлился Динамит, — Здесь нахрапом не возьмешь! У нас уже три трупа. Знаешь как лучше их достать — предлагай!

Но предложений никто не выдвигал, и командир смягчился, сообщил:

— Ладно, не дрейфить. Говорят, Мрак вроде уже нашел базу этих уродов. Проверять ребята Фроста пошли…

Действительно, нас перестроили, организовав авангард и фланговые группы, каждую из которых снабдили специальными артефактами, Предметами или Рунами-Предметами, позволяющими определять ловушки. Движение стало гораздо более медленным, но зато и приблизиться к нам безнаказанно больше не получалось. Дважды по пути следования по передовым группам открывали огонь, однако каждый раз безрезультатно — к месту столкновения тут же выдвигался резерв, который определял и подавлял огневые точки врага тяжелым вооружением. Не знаю, пострадали ли изгои, но у нас за первую половину дня появилось еще двое легкораненых и один — травмированный. К счастью, земные медикаменты, Руны и Предметы быстро возвращали людей в строй, не сокращая нашу численность. Но настроение все равно было далеко не радужным, особенно после нескольких часов во фланговом охранении — в эти кошки-мышки можно было играть вечно, и преимущество тут отнюдь не на нашей стороне.

Однако ближе к вечеру вернулись копья Мрака и Фроста — я сам видел их, старые недруги прошли мимо, запыленные и взмыленные, а чертовка Свирель, обернувшись, еще и подразнила наше копье, высунув пирсингованный язычок. Они что-то доложили Веронике и Майклу, и спустя некоторое время по лагерю прокатилась новость.

Изгои хотели переговоров.

Они назначили место и время встречи, но согласны были говорить только с риксом и его приближенными. Предложение выглядело заманчиво — сила, как ни крути, все равно была на нашей стороне, так что, возможно, они надеялись откупиться частью пленников или предложить вариант, который устроит обе стороны. Смысл в этом имелся — ведь в первую очередь целью нашей операции было освобождение колонистов с «Хельги» и пленника-фригольдера. Лишь на первый взгляд цена (погибло уже трое наших людей) казалась высокой, но на самом деле это вселяло уверенность в каждого землянина, что Народ приложит все усилия для его спасения. На месте пленников мог оказаться каждый из нас, это следовало помнить.

Главарь изгоев ждал на закате древодня на большой площади, находящейся неподалеку. Ну как неподалеку — нашему рейду, учитывая скорость передвижения, нужно было не меньше пары часов, чтобы добраться, и выходило так, что отряд прибудет туда к закату. Нехорошее время, неизвестное место, невозможно проверить окрестности на наличие неприятных сюрпризов. А что, если это ловушка и там ждет засада? Однако Марк передал именно такие жесткие условия, изменить их было невозможно, и несколько групп выдвинулись туда — провести рекогносцировку и взять окрестности под наблюдение.

Когда мы вышли к точке назначения, мои подозрения выросли стократно. Во-первых, площадь была огромной — круг диаметром не меньше мили, в который сходились несколько широких проспектов. Раньше, наверное, это было место, имеющее культурное и историческое значение — виднелись останки постаментов и огрызки грандиозных статуй, некогда установленных по всему периметру. Обломки золотого и серебряного лиора были рассыпаны повсюду, словно изваяния с особым тщанием растоптали в крошево, не оставив ни малейшего целого фрагмента.

Во-вторых, площадь на изрядном расстоянии окружали десятки огромных высотных зданий, в каждом из которых при желании можно было устроить идеальную огневую позицию. И разведчикам проверить их все за пару часов нереально, тут дня не хватит, нужно прочесать несколько районов…

И в-третьих, очень вовремя на подходе нас накрыл ливень. Обычный для Единства — резкий, мощный, шумный, сбивающий с ног. Редкостью непогода не была, но я тут же вспомнил Руну-Сагу и точно такой же дождь, вызванный Кнутом для прикрытия его атаки на лагерь диггеров. Он глушил способности слухачей, за шумом стихии невозможно различить на расстоянии прочие звуки. Возможно, наши лидеры не знали об этой уловке, но никакой случайностью это быть не могло!

Смутные подозрения превратились в тревожный набат. Наш рейд явно шел в западню! Группа людей на открытой площади — идеальная мишень! Чтобы там ни думали командиры, я видел тактику Кнута в действии, и сейчас история, черт побери, могла повториться! Перестрелять нас всех, как грязекопов, у изгоев кишка тонка, но выманить и уничтожить лидеров фригольда, обезглавить рейд они вполне способны! Не этого ли добивается Мрак? Какого хрена Вероника вообще слушает его донесения?

Рассказывать все это Динамиту не имело смысла — что он сможет сделать? А время тикало, и с каждой секундой ситуация становилась необратимее. Отделившись от своей группы, я протолкался в голову отряда. Плевать на субординацию, я должен предупредить рикса об опасности, иначе вообще все может накрыться медным тазом!

Тем временем наш рейд разворачивался на окраине площади. Под прикрытием «Каракуртов» и бойцов в тяжелых «Гоплитах» все остальные занимали позиции за боевой техникой. На эталонную операцию это не походило, очень много суеты. Я поморщился — будь тут настоящий противник, нас бы за полчаса переработали в фарш. Фригольдеры все-таки не профессиональные солдаты, а сборная солянка из колонистов совершенно разных профессий. Группы Восходящих редко действуют вместе, нужным навыкам просто неоткуда взяться, хотя, как я слышал краем уха, Адамант и Серена устраивали такие тренировки для своих людей.

Я успел. Вероника в компании нескольких командиров что-то оживленно обсуждали, рассматривая площадь, их прикрывали бойцы в кидо, развернувшие зонтики барьерных щитов. Рикс была облачена в полное боевое снаряжение — офицерскую бирюзовую «Лорику» с титановыми вставками и полнофункциональным шлемом, и выглядела потрясающе даже в окружении элитных бойцов в «Гардианах» и тяжелых кибернетических доспехах. Жаль, что их у нас было совсем немного…

— Что такое, Сигурд?! — лицо Вероники белело в овале открытого забрала — Почему вы не со своей группой?

— Мэм, у меня важная информация! Мы можем поговорить? Это срочно!

— Проклятье, самое время, — прошипела Вероника, — Давайте быстро. Что там у вас?!

— Это только для ваших ушей, мэм! — настаивал я, — Сделайте «Сферу Тишины»! Помните тот наш разговор?

Надо сказать, что наш рикс, при всех ее недостатках, что-то, а решения принимать умела. Она остановила Адаманта и Майкла, которые явно собирались возмутиться моим дерзким вмешательством, сделала несколько шагов вперед и активировала Руну, окутав нас непроницаемым для чужих ушей покровом.

— У вас одна минута, Сигурд, — ледяным тоном заявила она, — Сегодня на счету каждая капля Звездной Крови! Надеюсь, это что-то действительно важное!

Моя моральная поддержка — Кыш, гордо оккупировавший плечо, испуганно пискнул и нырнул в свою переноску, почувствовав настроение рикса. Но меня этим было не смутить, я лишь на секунду задумался — как изложить мои соображения, чтобы Вероника ничего не заподозрила? Я ведь в ее глазах не военный эксперт, не опытный солдат, и даже не Восходящий — просто новый молодой пилот Звездного Флота, ставший невольным союзником против заговора Марка и его мамаши…

— Мэм, на площади нас ждет ловушка. Изгои устроили засаду где-то на верхних ярусах ближайших зданий и откроют огонь, как только вы окажетесь у них в прицеле. Дождь был прикрытием, чтобы наши слухачи не засекли их перемеще…

Вероника прервала меня гневным властным жестом:

— Откуда вы это знаете?

— Я уверен в этом, мэм! Марк ввел вас в заблуждение, заманил сюда, ему выгодно, чтобы вас и ваших сторонников перебили здесь! Возможно, он в сговоре с изгоями! Это же очевидная ловушка!

Вероятно, я говорил с таким яростным напором, что наши взгляды сцепились и едва не заискрили. Вероника явно сканировала меня, пыталась уловить мои мысли. Она же тоже ментал, причем гораздо более развитый, и не может не улавливать эмоции…

— Ого, в вас просыпается Звездная Кровь! — с профессиональным интересом процедила она, — Успокойтесь, Сигурд! Все под контролем. С чего вы решили, скажите пожалуйста, что командиры глупее вас? Засада — это первое, что пришло в голову. Мы с помощью Рун и Существ уже проверили окрестности — все чисто. Скажу вам больше, хоть и не должна — в двух зданиях уже находятся наши группы. Мы тоже держим площадь под прицелом и готовы к любому развитию событий. Если они рискнут напасть, мало не покажется!

— Мэм, у них могут быть Руны, которые станут для нас неожиданностью, — облизнул я пересохшие губы, — Это смертельно опасно! Может быть, вы…

— У нас тоже есть много всего, — холодно отрезала Вероника, не дав мне договорить, — Это все, Сигурд! Возвращайтесь к своей группе, выполняйте приказ!

Она сняла «Сферу Тишины», тем самым показывая, что разговор закончен. Отшила, короче, не приняв мое предупреждение всерьез. Скорее всего, посчитала чересчур встревоженным юнцом, я не Восходящий, слишком мало опыта и авторитета, чтобы рикс прислушалась к моим словам…

Возвращаясь к своим, я застал Фьюри в трансе — она с помощью рунной птицы как раз осматривала с воздуха окрестности. Таких Рун-разведчиков у нас было несколько, и, возможно, доводы Вероники не лишены оснований. Но тревожный набат в груди не унимался. Значит, площадь чиста и засады нет? Выходит, я сглупил и ошибся? Но зачем тогда Кнут навел ливень — ведь это явное средство скрыть активность его людей поблизости! Значит, изгои все-таки здесь? Но где — затаились, замаскировались, внезапно придут через Портал?

— Ты смотришь вперед, а нужно оглянуться, ювейн. Когда золото ударит по вашему войску, куда оно побежит?

Зловещий шепот Белого Дьявола заставил обернуться — туда, откуда мы пришли. За спинами рейда, разворачивающегося на предмостье площади, находился длинный широкий проспект, с двух сторон мшистые холмы разрушенных почти под корень зданий, там укрываться бессмысленно, а вот дальше взгляд уперся в огрызок массивной высотки. Неизвестно, что за оружие против нее использовали, но сейчас здание напоминало оплывшую свечу. Нижние ярусы покрывала зелень, верхние изрядно деформировались, но в середине виднелось множество сохранившихся оконных арок. Сейчас это бесполезная позиция, но если предположить, что атака Небесного Ястреба заставит рейд ломануться назад по проспекту (а отступать с площади больше некуда), то бегущие фригольдеры будут как на блюдечке у засевших там стрелков…

— Пошли туда шейда, ювейн, — посоветовал голос, — И сделай это немедленно, если хочешь спасти жизни. Ваш враг хитер, но не безрассуден…

— Сигурд! — громко окликнул Динамит, — Ты где, мать твою, шляешься?! Иди сюда, смотри, твоя позиция — вот здесь. Справа от Лэндо. Все понял?

Наша позиция находилась на правом фланге полукольца, который образовал рейд, за грядой здоровенных обломков в рост человека. Один из них был половиной головы разрушенной статуи — лицо с опущенными веками, но открытым «третьим глазом» над тонкой переносицей — огромным, миндалевидным, с плетением необычных, разбегающихся по вискам прожилок. «Подкожный венец» — вспомнил я странный термин, который употреблял Белый Дьявол. У Азимандии имелось нечто подобное, но не столь выраженное…

— Хороший знак, ювейн, — усмехнулся голос, — Они сокрушили площадь Тысячи Братьев, но так и не смогли избавиться от нас…

Справа прильнул к камням Лэндо Солнечное Крыло, достав из Скрижали рунный лук, слева в десятке шагов Толя Грохот, ворча, прилаживал между камней свой гаусс-пулемет. Вероника в сопровождении Майкла и двух бойцов из его копья прошла мимо, выходя за оцепление. Игг-Древо уже тускнело, кромка небес наливалась густым золотом — светлое время древодня подходило к концу. Я же с мучительной тревогой смотрел назад, обшаривая взглядом развалины — где можно укрыться, чтобы вызвать Шейда?

Нигде, черт побери! И если наши Восходящие мониторят обстановку — а они должны ее контролировать, то появление Руны-Существа может быть замечено. Существовала смутная надежда, что все обойдется, но интуиция говорила — нет. Изгои не просто так пригласили нас сюда.

Вероника тем временем добралась до центра площади — метров триста от нас, наверное, замерла в ожидании. И через минуту с противоположной стороны появилась другая фигура. Одна, без сопровождения. Невысокий, щуплый на вид человек в неприметном плаще с рваным краем упругим шагом обходил и перепрыгивал завалы. По его силуэту, неуловимой пластике движений и ежику седых волос я мгновенно узнал главаря изгоев из Руны-Саги.

Тот самый Кнут.

Он неторопливо подошел, остановился в нескольких шагах от рикса и его людей.

Переговоры начались.

Интерлюдия. Переговоры

Некоторое время они молчали, внимательно рассматривая друг друга.

— Ларссон, — нарушил тишину ровный голос Вероники, — Я думала, ты давно мертв.

— Как видишь, нет, Максвелл, — усмехнувшись, ответил глава изгоев, — Может, откроешь шлем? Посмотрим друг другу в глаза?

Забрало шлема с тихим жужжанием открыло бледное лицо Вероники. В ее глазах сверкали искорки Звездной Крови.

— А ты почти не постарела… Давай только без своих завораживающих штучек, — усмехнулся Кнут, не отводя взгляд, — Они действуют лишь на остолопов. Вроде тех, что собрались около тебя.

Майкл, возвышавшийся черной горой за правым плечом рикса, грозно пробасил:

— Ты поклялся не возвращаться в наш Круг, Ларссон. Только поэтому тебе оставили жизнь.

— Я клялся Кассиди, не тебе, чернозадый, — пожал плечами Восходящий, — Ты тогда за мулами дерьмо подбирал, если верно помню. А времена меняются. Я соскучился.

— Значит, это твоих рук дело, — произнесла Вероника, — Следовало давно догадаться по почерку… Ладно, чего ты хочешь?

— Я? — удивился главарь изгоев, — Вы приперлись в мой город, начали пальбу, а потом спрашиваете, чего я хочу?

— Не включай дурака, Ларссон! Ты обстрелял наш винтокрыл, украл колонистов, груз с Хельги, убил одного нашего разведчика и похитил второго. И еще спрашиваешь, почему мы здесь?! — спросила Вероника.

— Грузы и колонисты вам не принадлежали, мы просто успели первыми, — снова пожал плечами Кнут, — Ты же знаешь законы Единства, Максвелл. Ваш винтокрыл делал боевой заход, чтобы поджарить мне задницу — к слову, без всякого предупреждения. Да и сюда вы не цветочки пришли собирать — твой разведчик два дня назад напал и перерезал группу моих людей во сне. Кстати, что за тварь он выпустил?

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — процедила Вероника.

— Ну да, конечно! — криво усмехнулся Кнут, — Слушай, Максвелл, давай не будем держать друг друга за идиотов, ладно? Вы сунулись ко мне, получили по рогам. Сколько у вас уже трупов? Трое? Пятеро? Будет больше, я слов на ветер не бросаю.

— Ты изгой и не имеешь никаких прав. Законы Единства не для тебя, — со сдерживаемым гневом заговорила Вероника, — Ты бросил нам вызов, это была ошибка. Теперь слушай внимательно, Кнуд Ларссон, второй раз повторять я не буду! Ты немедленно отдашь нам пленников и груз, без всяких условий. Взамен сохранишь жизнь и сможешь убраться отсюда вместе с другими изгоями. Постарайся, чтобы я больше никогда о тебе не услышала. В противном случае, клянусь, я плазмой выжгу тебя и весь твой сброд из этих развалин, и плевать, скольких мы потеряем при этом. Ты меня знаешь!

— О да, я тебя знаю, — издевательски похлопал в ладоши Кнут, — Примерно такой щедрости я и ожидал от своего бывшего Народа… Но это ведь только начало, мы ведь пришли договариваться, а не ставить ультиматумы, верно? У меня есть встречное предложение.

— Говори.

— Ты и твои люди поднимают лапки кверху и складывают оружие, — ощерился лидер изгоев, — Оставляют припасы и технику, она нам пригодится. И немедленно убираются в свой любимый фригольд. Поверь мне на слово, Максвелл, это единственный способ сохранить много жизней. В том числе и твою собственную.

— Ты что, нам угрожаешь? — в голосе Вероники прозвучала ответная насмешка, — Серьезно?

— Я абсолютно серьезно А, знаешь, забыл еще одно. Маленькое дополнительное условие, Максвелл, — нагло прищурился Кнут, — Ты раздеваешься, ложишься вон на тот камешек, и я тебя по-быстрому трахну. Прямо тут, чтобы время не терять и чтобы все видели. Немножко поработаешь ради своих людей, окей?

Майкл угрожающе шагнул вперед, заслоняя Веронику.

— Я тебя сам сейчас трахну на камешке, Ларссон, — зловеще пообещал он.

— Я предпочитаю женщин, а не обезьян. Но ты можешь попробовать, чернозадый остолоп, — усмехнулся Кнут, даже не шелохнувшись, — Ну давай, если не боишься! Фионтар?

Он вытянул руку, открывая свою Скрижаль — большую, сияющую, серебряную. Мгновением позже возле рикса землян и ее людей расцвели рунные круги — они тоже были Восходящими.

— Стоп! — Вероника ледяным тоном остановила своего знаменосца, — Стоп, Майкл!

— Мамочка не разрешает, да? — рассмеялся Кнут.

— Интересно, на что ты рассчитываешь, Ларссон? — неожиданно спросила Вероника, закрывая забрало своего шлема, — Как надеешься выжить? Серьезно думаешь, что мы будем устраивать с тобой гладиаторские поединки?

— А зря! Кассиди бы согласился — и может, у него был бы шанс. Я знаю, на что рассчитываешь ты, Максвелл. Сотня людей, тридцать Восходящих за спиной, барьерный щит на поясе, снайперы на высотках, — пренебрежительно хмыкнул Кнут, — Считаешь, что я уже просто болтливый труп? Земная логика, но мы не на Земле, Максвелл! Знаешь, было очень полезно пожить вне фригольда последний десяток лет. Местные открыли мне глаза на кое-что важное…

— И на что же? — фыркнула Вероника.

— А то, что не важно, сколько за тобой людей, стволов, техники, — улыбаясь, ответил главарь изгоев, — Это все стадо, мясо, смазка для клинка. Важна только Звездная Кровь!

С этими словами он щелчком выбросил из Скрижали большой золотой глиф, тут же заключивший его в плащ призрачного, голубоватого сияния. Земляне, тоже державшие Руны наготове, мгновенно среагировали — их группу окутал полупрозрачный пузырь барьерного щита, а несколько мощных Заклинаний — «Ледяной Взор», «Громовая Волна», «Энергетическая Молния», «Растворение Костей» — с грохотом и треском ударили в фигуру Кнута.

Но не причинили ему никакого вреда. Потому что плащ жесткого света, окруживший его, неуловимо трансформировался, раздался в стороны, налился сверкающей броней, заключая Восходящего в скорлупу гигантского доспеха. Он мгновенно вдвое расширился и впятеро вырос, возвышаясь над группой землян настоящим золотым колоссом. У него были сложные очертания, подобные человеческим, пронзительное голубое око и два крыла, напоминающих раскаленные широкие клинки. На выпуклой груди нестерпимой синевой горел круг, перечеркнутый линией — такой же, что набирал силу в темнеющих небесах.

В следующий миг гигант ударил прямо в группу землян, и древние камни города задрожали, словно вспомнив гнев Вечности.

Глава 23

Я слышал и видел, как это было.

«Ларссон… Кнуд Ларссон… бывший знаменосец Кассиди…».

Легкий шепоток прокатился по рядам фригольдеров — старики узнали того, кто был известен мне как Кнут. Вероятно, в прошлом он был знаменитой личностью, хотя мне его имя ничего не говорило. Считался мертвым?

Переговоры длились всего несколько минут. Затем сверкнули Скрижали, запылали Руны, а на месте лидера изгоев выросла золотая крылатая фигура. На птицу Вечности из моих видений она походила лишь частично — видимо, Небесный Ястреб мог трансформироваться для наземного боя. У Звездного Флота были подобные бионические доспехи класса «альфа», вингеры… хотя какой к черту вингер, по размерам золотой колосс приближался к «Зевсу», самому большому механоиду землян!

Но кел-технологии превосходили земные как минимум на порядок.

Все произошло очень быстро. Руны, выпущенные Вероникой и ее Восходящими, бессильно угасли на золотой броне. В ответ Небесный Ястреб ударил крылом, кромка которого пылала раскаленным металлом — и пузырь барьерного щита с грохотом лопнул. Подобный силовой зонтик рассчитан на тридцать минут интенсивного обстрела, это какая же энергия пущена в ход?!

Густо брызнула каменная шрапнель, стоящую впереди фигуру в «Лорике» просто разрубило пополам, остальные упали, разбросанные в стороны. Эхо удара оказалось настолько мощным, что камень под нашими ногами дрогнул. Ястреб в упор выпустил из ока синий луч, добивая упавших и шагнул вперед, нанося новые стремительные удары. Подобно неумолимому прессу, он молотил, вколачивая во вздрагивающую землю всех наших переговорщиков, не обращая внимания на защитные Руны и Предметы — и у них не было ни малейшего шанса.

Я на мгновение прикрыл веки, не желая верить, не желая видеть это.

Самое страшное, то, чего я опасался — произошло! Только что на моих глазах безжалостно убили рикса и знаменосца нашего фригольда. О том, что они могли уцелеть после такого, даже речи не было. Разрубленные, горящие, еще пытающиеся ползти тела, кровавые ошметки на камнях…

— Сука! Огонь, на! — заорал Грохот, выпрямляясь во весь рост и гаусс-пулемет заработал, выплевывая поток свистящих игл. Приказа не было, словно старшие фригольдеры от неожиданности потеряли дар речи — и выстрелы Толи стали первым ответом нашего рейда. Кто-то же должен быть начать! Словно опомнившись, передовой «Каракурт» резво пополз вперед, второй начал разворачиваться, выплюнув из импульсной пушки плазменный заряд. Мимо! Следом очнулись бойцы в кидо, а затем все остальные — затрещали «Суворовы», зашипели импульсники, заработали гаусс-турели. В воздухе вспыхнули Руны — наши Восходящие ударили по Небесному Ястребу всем, что имелось в наличии в их Скрижалях. Вокс-канал наконец-то взорвался множеством яростных команд.

Огонь! Огонь! Огонь!

Высунувшись из-за камней, я тоже стрелял в золотого колосса, но мощнейший обстрел беспокоил Небесного Ястреба не больше, чем легкий дождик. Единственное, чего мы добились — он выставил перед собой одно крыло, превратив его в подобие огромного щита, об который бессильно разбивались огненные всплески. Затем повернул то, что напоминало голову в клювастом шлеме — и из прорези-ока ударил яркий синий луч, мгновенно разваливший приближающийся «Каракурт» на две горящих половинки.

А затем Ястреб пошел, побежал вперед, и наш сосредоточенный огонь не смог даже притормозить его рывок. Удар крыла — и боец в кибернетическом «Гоплите» отправился в полет, отброшенный метров на тридцать, следующий — и огромный голем, Руна-Существо, вызванное Адамантом, рассыпался грудой дымящихся камней. Наши Восходящие били в упор серебряными и бронзовыми Рунами, я прекрасно видел их эффекты, но Небесный Ястреб казался просто неуязвимым. В местах попаданий на золотой броне вспыхивали размытые пятна световых искажений — но не более того!

— Жалкая бронза и слабое серебро не повредит золоту Вечности, — презрительно фыркнул голос, — У вас нет оружия из твердого света или пространственных уничтожителей, чтобы пробить измененный иллиум его брони. Он прикончит всех, если мы не остановим его, ювейн!

Ожившая птица Вечности сходу проломила наш передовой рубеж, опрокинув бронированный глайдер. Одним движением смела со своего пути тяжеловооруженных бойцов Крика. Каждый удар крыла, каждая вспышка синего луча были смертельными, и фригольдеры в ужасе попятились. Оборона рассыпалась почти мгновенно — повезло, что наша группа оказалась не на острие основного удара…

Сердце, ускоряя свой бег, настойчиво застучало в груди, заглушая даже треск выстрелов и грохот разрывов. Как остановить эту смертоносную Руну, черт побери?! Я лихорадочно перебирал варианты — если против золота работает только золото, я могу применить Живые Цепи или выпустить Азимандию. Но как Цепи сработают против создания такого размера, полностью заключенного в золотой доспех? Свяжут его? Остановят?

— Наше золото тут бесполезно. Небесный Ястреб — лишь Руна, оболочка для Восходящего. Цепи не сокрушат ее броню. Они способны задержать, но не остановить его! Азимандия же трусливая тварь, а не воин. Она ничем нам не поможет, и ее серебряные Руны-Существа тоже. Но у нас есть способ покончить с ним, ювейн!

— Какой? Какой, черт побери?!

— Думай, ювейн! — загремел голос, — Кто сильнее золота Вечности?

Нашел же время для загадок — каждую секунду гибли люди! Испытывая дикую, бессильную ярость — на него, на себя, на то, что творилось вокруг, я напрягся, пытаясь сообразить. Сильнее золота — небо, а за ним уже идут Единые… Или есть что-то еще в этой дурацкой иерархии Восхождения?!

Концентрация. Применив этот Навык, я на мгновение очистил сознание от посторонних эмоций. И тут же понял, вспомнил — гудящее Око, прикосновение Его взгляда, слова моего вселенца:

— Он не служит Вечности и никогда ей не служил…

Наблюдатель! Он та сила, которая сильнее золота Вечности. Он тот закон, что обязаны соблюдать все без исключения обитатели этого мира. И даже Кел, создавшие эту систему — по какой-то странной причине вынуждены принимать ее правила, хоть и с некоторыми оговорками.

Наблюдатель закрыл для полетов этот район Единства. Кнут в шкуре Небесного Ястреба сражается на земле — просто потому, что это эффективнее, или есть другая причина? Скорее всего, он боится взлететь, ибо каэдометрика Наблюдателя не дремлет…

Полностью опровергая мои домыслы, Небесный Ястреб взмыл в воздух, на ходу трансформируясь в огромную золотую птицу. Невероятная гибкость конструкции и невозможная маневренность — он словно играл с нами, демонстрируя свою силу. На минуту оставил нас в покое, чтобы разобраться с теми группами, что засели в высотках возле площади и метко обстреливали оттуда плазмой — видимо, все-таки доставляя беспокойство. Внимательно провожая его взглядом, я увидел, как Ястреб проходит возле далекого здания, раскаленным крылом высекая искры из его края и сверля бойницы синим лучом. Взрывы, пламя, водопад горящих обломков, низвергающихся с высоты — я не завидовал тем ребятам, что сейчас внутри.

Но почему? Почему он может летать в запретной зоне? Потому что это Руна? Или у птиц Вечности другие отношения с Наблюдателем, им позволено нарушать запреты?

— Кел стоят выше, — напомнил голос, — Они могут странствовать между Вечностью и Единством, могут пересекать пустоту, им доступны места, недоступные младшим… Но некоторые правила едины для всех…

Некоторые правила? Какие? Высотность — нет, отметаем… Оставались… Черви? Наблюдатель сбивает аппараты, если они ассоциируются с Червями. Его незримые техниты отслеживают летающих самок Червей, не позволяя им проникнуть в Круги по массе признаков, из которых внешний вид — далеко не самый важный. Белый Дьявол говорил, что даже фрагменты Червей на борту винтокрыла вызовут агрессию, а ведь Наблюдателя нельзя назвать тупой системой. Значит, таким образом он страхуется от метаморфизма, рунной трансмогрификации и других ухищрений, к которым могут прибегнуть Восходящие, желающие протащить замаскированную матку Червей в Круг — и правила этой страховки неумолимы. У меня нет под рукой органического хитина, но имеется кое-что получше.

Их запах. Руна Феромонов!

— Правильно, ювейн. Плохой способ, но дозорные башни с мечами истинного света они уничтожили в первую очередь…

— Почему ты не сказал раньше?!

— Потому что ты сам должен находить верные решения. Действуй, пока еще не поздно! Или отдай мне тело, я сделаю все сам!

Вот уж нет!

Небесный Ястреб быстро вернулся, оставив на зданиях пылающие шрамы. Свистящая смерть! Он мог бы накрыть рейд с воздуха, но главарю изгоев словно доставляло удовольствие жечь и крушить фригольдеров на земле. Второй вездеход, кувыркаясь, пролетел мимо. С грохотом врезался в стену, со стоном рвущегося металла рухнул вниз. Из распахнувшихся люков с трудом выползал контуженный экипаж — а Ястреб добавил им прыти, добивая изуродованную машину своим синим лучом. Дьявол, дьявол, дьявол, его нужно немедленно остановить, иначе он просто перебьет нас всех!

В двух шагах от меня Лэндо стрелял из рунного лука, усиленные Стихией Льда стрелы серебристыми вспышками врезались в Ястреба, но без всякого толку. Я вдруг увидел Толю Грохота, с помощью Динамита прилаживающего на плечо длинную трубу ракетомета. Мгновение — и сверкающая искра, оставляя за собой дымную струю, рванулась к золотому гиганту, в упор врезалась в него!

— На тебе, сука! За десант!

Взрыв! Облако огня и дыма окутали Небесный Ястреб. Начинка «Пилума» явно была термической, однако никакого вреда противнику не нанесла — разве что заставила слегка покачнуться, теряя равновесие. Словно раззадоренный, Ястреб медленно обернулся к нам. В этот момент я очень хорошо разглядел его — громадная, сложная конструкция, в которой с неземной причудливостью стиля Кел переплелись птичьи и человеческие черты. Устрашающий птице-рыцарь в золотой броне, с синим символом Вечности на груди и пылающим оком. Можно было бы сказать, что он красив в своем смертоносном изяществе — будь мы в другом месте и наблюдая со стороны!

— В укрытие, Толя! Уходим! — заорал Динамит. Открыв Скрижаль, он отчаянно швырнул во врага свой топор, заряженный Громовым Разрывом, но бронзовые Руны сегодня были вне игры.

Ястреб ударил в ответ. На этот раз по нам — огромным золотым крылом, которое служило и щитом, и рассекающим мечом. Пылающая раскаленной синевой кромка пронеслась в каком-то полуметре от моего лица, в пыль разбивая громадные обломки статуй, с шипением разрезая неподатливый лиор древней мостовой. Удар был направлен в Динамита, но в последнюю секунду Лохмач выскочил из укрытия, бросился наперерез, оттолкнул командира из зоны поражения. Я не видел, уцелел ли он сам — кинетический эффект разбросал в стороны всех бойцов «Одиссея». Меня здорово приложило обо что-то, вышвырнуло за баррикаду обломков.

Головокружение. Металлический привкус крови во рту. Жалобный писк йурра, трепыхающегося в переноске… Каждая секунда стала длинной, как в замедленном видео. Ястреб возвышался совсем близко, ворочался в нескольких шагах. К счастью, хотя бы лучевое око временно исчерпало свой ресурс и он использовал самое простое, но смертоносное оружие — свои руки-крылья. На него бросалось, пытаясь свалить, сразу несколько Существ, выпущенных нашими Восходящими, но без всякого толка!

Ждать было нечего. Рядом никого, никто меня не видел, да и кто будет обращать внимания в том хаосе, что творился вокруг! Активировав Скрижаль, я выкинул наружу три Руны.

Плащ-Призрак, Феромоны, Живые Цепи.

Первая — сразу, чтобы исчезнуть для посторонних глаз, пока я отделен от остальных грудой обломков. Вторая — через секунду, запечатлеть на спине золотого колосса пахучую метку Червей. И третья — чтобы связать, остановить, дать друзьям шанс выбраться из этого ада! Да, есть возможность, что внимательные глаза запомнят эту Руну, но если ее не использовать, еще выше вероятность, что не останется вообще никаких глаз!

Получилось! Когтистые плети Живых Цепей, растянувшись, оплели торс и крылья Ястреба несколькими витками. Они мгновенно сковали его движения, золотой колосс замер, нелепо дергаясь — он больше не мог наносить удары. Мимо него проскользнул силуэт Лэндо на Речном Коне, за шиворот подхватившего Грая, широкая, в бело-голубую полоску спина Грохота в экзоскелете, на плечах сразу два обмякших тела… Конечно, мне не хотелось бросать друзей на произвол судьбы, но сейчас для меня, для них, для всех фригольдеров будет лучше, если я сделаю то, что задумал.

Нельзя было терять времени. Я активировал еще две Руны — Воздушный Прыжок и Медленное Падение.

276/441! Звездной Крови оставалось только на вызов золотой Восходящей, и я понял, зачем вселенец перед схваткой зарядил меня, не пожалев серебряной Руны. В бою такой интенсивности Кровь тратилась очень быстро, а ведь я еще не применил джентльменский набор — Истинный Взор, Биолокацию, Ночное Зрение и не использовал ни одной боевой Руны!

Длинный прыжок сразу вознес меня метров на шесть в высоту, и если бы не Медленное Падение, при приземлении запросто сломал бы ноги. Приземлившись на зеленую, покрытую растительностью крышу древнего здания, я оглянулся назад.

Земная техника на площади горела, вокруг виднелось много неподвижных тел. Небесный Ястреб яростно пытался разорвать Цепи — они светились раскаленным золотом, но упрямо не отпускали — хорошая, прекрасная Руна! А наш рейд, пользуясь моментом, беспорядочно отступал. Вернее сказать — драпал. Вокс-канал, в котором происходила координация, молчал. Полностью вырубился — как будто из строя вывели ретранслятор. Возможно, так оно и было — он, наверное, находился в штабном вездеходе Вероники, том самом, что несколько минут назад уничтожил Небесный Ястреб.

Как и сказал Кнут, просто толпа разбегающегося мяса. Самое печальное, что отступали они именно в том направлении, где Белый Дьявол предсказывал засаду. Несколько минут, один поворот — и войдут в зону поражения снайперов на высотке, если они там действительно есть.

Итак, нужно их нейтрализовать — с помощью Шейда, и заставить Кнута снова взлететь. Как это сделать? Я еще раз взглянул на горящие шрамы, которые Ястреб оставил на высотных зданиях, уничтожая засевшие там группы — и понял, как действовать дальше.

Вперед, каждая секунда на счету! Я помчался вдоль проспекта длинными прыжками, используя «Воздушный Прыжок» и «Медленное Падение». Каждый позволял взмыть в воздух метров на десять и преодолеть метров тридцать в длину. Кыш, больно вцепившийся в мои волосы, восторженно свистел в ухо — кажется, зверьку понравился аттракцион! Вот только не выдали бы меня звуки, издаваемые йурром, всяким внимательным ушам… Конечно, невидимку в Плаще-Призраке можно выявить и по следам и облачкам пыли в местах приземлений, но невидимку, прыгающего как огромный кузнечик — гораздо сложнее! Да и кому есть до него дело, когда следом бежит толпа прекрасно видимых целей! Земляне отступали беспорядочно, часть оседлала тауро, другие пытались взобраться на глайдеры, третьи просто бежали, подальше от скованной золотой птицы, которая могла в любой момент вновь обрушиться с небес.

Лучше бы мой голос ошибался, но он, как всегда, оказался прав. Стоило первому землянину на ховере пересечь невидимую черту — и в окнах того самого здания в тылу сверкнула синяя вспышка. Плазменный импульс «Копья», такой же, что прожег дыру в брюхе моего винтокрыла, с убийственной точностью врезался в корпус «Ямато». Попасть в скоростной аппарат на полном ходу непростая задача, но стрелок изгоев справился блестяще. Ховер мгновенно потерял равновесие, опрокинулся на бок, крутясь дымящейся юлой, обоих пилотов выбросило на дорогу — и по ним тут же ударили, добивая, длинные очереди «Суворовых».

Сзади, со стороны площади донесся пронзительный, непереносимый звон, колющей иглой пронзивший уши. Акустический шок для нежного Суперслуха — больно, черт побери! Как будто порвалась исполинская струна — и одновременно в моей Скрижали вспыхнула потускневшая золотая Руна.

Руна-Предмет Живые Цепи повреждена.

Для повторной активации восстановите Руну (30 капель Звездной Крови).

Это означало только одно — Небесный Ястреб освободился. Пересилил, разорвал Живые Цепи. Подтверждая это, вспыхнула зарница голубой вспышки, вновь прокатилось эхо удара, послышались человеческие крики.

Черт! Наш рейд оказался между молотом и наковальней. Спереди — Золотой Ястреб, а сзади — банда стрелков в высотке. И уйти особо некуда, с обеих сторон проспекта дикие, заросшие руины, которые даже не проверены на сюрпризы Вечности. Земляне уже начали заворачивать, прятаться в них, но все это означало полный, окончательный, бесповоротный разгром. Они сейчас рассеют нас, а потом выловят и перебьют поодиночке…

Сосредоточившись на скорости, я решил не оглядываться — все равно ничего не изменить! Прыжок, прыжок, еще один — каждый приближал меня к твердыне изгоев. Никогда не думал, что смогу двигаться так быстро. Уже близко, еще совсем чуть-чуть. Окна на высоте пятого, шестого и седьмого яруса расцветали огнями выстрелов, но меня интересовал только тот, откуда било плазменное «Копье». Нужно добраться до этого стрелка…

Последний Воздушный Прыжок вознес меня на наклонный козырек, из которого внутрь здания вел огромный пролом. Это третий ярус, мне нужно выше, и путь существует — изгои ведь как-то забрались туда! Руна Биолокации показывала, что в радиусе пятидесяти метров — чисто. Белый Дьявол помогал — под закрытыми веками здание высилось гордой башней, связанной горизонтальным колодцем и рунными «лифтами», и я видел их точное расположение, быстрым шагом проходя по темным, дышащим холодом коридорам. Направо, прямо… здесь!

Есть. Рунный знак сохранился. Им они и прошли.

Спустя мгновение рядом материализовался бело-золотой силуэт Шейда.

— Иди внутрь. Убей там всех, — приказал я. Когда Существо исчезло, мысленно досчитал до тридцати, активировал Торк — и шагнул следом. Было страшно, но нужно действовать, Шейду может потребоваться помощь…

Огромный разрушенный зал. Полумрак, ряды узорчатых колонн, груды слежавшихся обломков, множество окон в виде замысловатых замочных скважин…

И окровавленные трупы возле них — один, второй, третий. Еще два замерли в отдалении, подергиваясь в агонии, а мой Экзо-Шейд танцевал с шестым.

Тот самый странный молчаливый землянин-азио, которого я приметил еще в Руне-Саге. Это он, видимо, стрелял из установленного на треножнике импульсного «Копья». С невероятной ловкостью он голыми руками отражал или уворачивался от ударов лезвий ассасина Наблюдателя, успевая при этом наносить свои удары. Корпус Шейда уже дымился, запятнанный плазменным ожогом. Но и его противнику досталось — на комбинезоне виднелось несколько длинных разрезов, которые почему-то не кровоточили.

Я понял, что происходит, когда азио ладонью заблокировал лезвие Шейда, а клинок, вонзившийся в живот, не произвел на него никакого впечатления. Это не человек. Это синтетик. Боевой синтетик. И не простой «Майлз» — «Шиноби», специальная разработанная для спецопераций модель. Земной искусственный ассасин против ассасина Наблюдателя! И, наверное, за этим поединком было бы интересно понаблюдать, если бы у меня было время.

Я помог своему Существу, опутав противника Ядовитым Побегом. Шейд наносил синтетику стремительные, неразличимые глазом удары, ему даже удалось обезглавить противника, но у этих моделей позитронная матрица находилась не в бронированной черепной коробке, а в районе таза, поэтому «Шиноби» продолжал сражаться, отнимая у нас драгоценные секунды. Руна Дуговой Искры — голубые молнии оплели корпус, пронзая синтетика тысячью разрядов, и импровизированное ЭМИ сработало. «Шиноби» рухнул, нелепо дергаясь, и Шейд тут же добил его, расчленив корпус на несколько частей.

Великолепно! Биолокация показывала, что на других этажах еще находились враги, как минимум десять-двенадцать человек, и я послал свое Существо выше — зачистить их всех, если получится. А сам подошел к импульсной винтовке, закрепленной в оконном проеме.

Серьезная штука — серебристое «Копье» в тяжелой модификации, с дополнительным накопителем в прикладе, прицельным комплексом и концентратором плазмы, на стационарной раме, да еще со странным рунным орнаментом на стволе, явно нанесенным вручную. Из этого оружия, видимо, и пытались сбить мою птичку в Парящих Рощах…

Разбираться было особо некогда, но я знал, что умею пользоваться этой штукой. Приник к прицелу, активируя встроенный вычислитель, увидел в алой рамке силуэты людей. Присмотрелся…

И обнаружил нечто очень странное.

Впереди мелькающих, бегущих человеческих фигурок вспыхнул полупрозрачный зонтик силового щита. Он не мог помочь против Ястреба, но прекрасно блокировал стрельбу из «моего» здания — изгои с верхних этажей ведь продолжали вести огонь. Фригольдеры мгновенно начали стекаться под защиту барьера — выглядело это так, будто кто-то из наших Восходящих взял в руки командование и решил восстановить порядок. Кто же это? Я приблизил прицельную рамку, увеличивая масштаб — и узнал под полупрозрачным покровом мускулистую фигуру с гривой темных волос.

Мрак! Откуда он взялся? Я точно помнил, что не видел его на площади, в рядах тех, кто принял удар Ястреба — еще удивлялся, куда запропастилось копье злейшего недруга? Подумал, что они вошли в число тех групп, которые Вероника расположила в боковых зданиях… А теперь он выскочил, как черт из табакерки — и очень своевременно, надо сказать!

Но на что он рассчитывает, ведь Кнут все равно догонит и положит всех — Ястреб продолжал свирепствовать, неумолимо вытесняя фригольдеров с площади. Его отделяли от группы Мрака какие-то несчастные пятьсот метров…

Через несколько мгновений стало ясно, на что. Под барьерным щитом вспыхнул горящий овал открытого Портала. А еще секундой спустя из него вышла еще одна фигура.

Я узнал ее сразу — невозможно не узнать ту, которую издалека можно перепутать со своей возлюбленной. Мантия с откинутым капюшоном, знакомый поворот головы, длинные черные волосы, царственная грация Восходящей, блеск серебряной Скрижали.

Говорящая-с-Травами!

Глава 24

Пришла на помощь своему Народу как спасительница! Надо отдать должное — эффектно, время появления выбрано идеально. Она указала рукой на Портал и фригольдеры мгновенно устремились внутрь, один за другим, он стал точкой притяжения бегущих людей, а Мрак и его копье организовали полукольцо обороны, готовясь принять удар Небесного Ястреба.

Я скрипнул зубами, борясь с искушением пристрелить Мрака и его мамашу прямо сейчас — и разрубить тем самым гордиев узел наших противоречий. Пожалуй, я даже был готов это сделать — ведь весь этот кровавый спектакль разыгран как по нотам! Но зонтик барьерного щита надежно прикрывал их, раскрытый именно в мою сторону. Шансов пробить его из «Копья» — не было!

А Небесный Ястреб отчего-то не торопился, охотясь на отстающих и тех, кто решил укрыться в руинах по обе стороны дороги. Я неохотно убрал прицел с Марка, алая рамочка захватила золотого колосса. Еще раз приблизив цель, переместил перекрестие на голову гиганта, вычислитель рассчитал траекторию и упреждение. Обратный отсчет, подождать пока он повернется…. А теперь можно. Палец вдавил жесткую клавишу, заменяющую спусковой крючок — и «Копье» с шипением выплюнуло сгусток раскаленной плазмы.

Попадание! Ястреб дернулся, остановился, явно пытаясь определить источник стрельбы. Торопясь, я активировал ячейку накопителя и выстрелил снова. Второй импульс его слегка задел, и хотя плазма не причинила вреда, сделано было главное — я привлек его внимание.

Расчет заключался в том, что Кнут обязательно захочет посмотреть, кто же стреляет в него из засады, где, по идее, должны находиться только его люди. Предатель или враг? Мое появление нарушало его планы, а значит — он должен был попытаться нейтрализовать угрозу.

А добраться сюда можно было только по воздуху.

Небесный Ястреб свечой взмыл вверх. На ходу снова трансформировался в золотую птицу, сделал вираж над площадью, разворачиваясь и словно осматривая ее сверху — а затем ринулся ко мне!

Сработало.

Сколько времени нужно Наблюдателю, чтобы активировать свои каэдометрические Руны? Как долго они будут лететь сюда? Я не знал. Вселенец тоже молчал, а Небесному Ястребу потребовалось несколько секунд, чтобы преодолеть разделяющее нас расстояние.

Я успел отскочить назад, подальше от оконных проемов, когда золотое крыло с грохотом разрушило внешнюю стену, образовав длинный, пылающий по краям пролом. В него рванулся синий луч, с шипением разрезая колонны — а затем брешь взорвалась каменным градом, золотая птица Вечности ворвалась внутрь, сокрушая все вокруг.

Это было реально страшно! Кнут на ходу вновь трансформировался в птице-рыцаря, увидел трупы своих людей, безошибочно определил мое местонахождение — и бросился в атаку, попутно разнося к чертовой матери все подряд. Перекрытия дрожали, колонны лопались, в полу расползались огромные трещины от ударов, которые он наносил своими крыльями, пытаясь добраться до меня.

— Держись, ювейн! Держись!

Сейчас я был подобен мыши, которую пытается выцарапать из норы огромная и злющая кошка. Или выклевать птица — да какая, в конце концов разница! Повредить Небесному Ястребу я не мог, оставалось бежать, прыгать, перекатываться, пользуясь тем что я меньше, а он стеснен своими габаритами в замкнутом пространстве. Но все равно, золото есть золото, он просто разрушал все препятствия на своем пути! Синий луч ослепил, врезался во вспыхнувший Экзопокров, а последующий удар отшвырнул меня метров на двадцать, с размаху влепив в стену. Обычный человек был бы уже мертв, мне же следовало в очередной раз поблагодарить серебряный Торк.

Однако в подарке Азимандии оставался последний заряд. Рухнув вниз, я увидел его, с синим оком, угрожающе поднимающего раскаленное крыло, могучего и неуязвимого золотого Ястреба Вечности— а за его спиной, в огромном проломе — ослепительную, растущую изумрудно-зеленую точку.

Сработало!

Каэдометрическое лезвие Наблюдателя хорошо запечатлелось в памяти, когда пролетело мимо меня, хоть это длилось всего мгновение. Огромное, похожее на призрачный светящийся диск, состоящий из затейливого изумрудно-бирюзового плетения. Поставленный на ребро и размером в половину стадиона, этот диск разделал нашу высотку напополам, даже не заметив сопротивления. Кнут в последнюю секунду, кажется, пытался уйти с траектории удара, но Руна двигалась так стремительно, что у него не было ни малейшего шанса!

Контакт! Ястреба просто перерезало пополам, в точке контакта вспыхнуло синяя огненная сердцевина, окутанная волнами искаженного, физически видимого пространства, затем взорвавшаяся тучей огненно-дымных брызг! Мне показалось, что среди них мелькнуло человеческое тело, но присматриваться было абсолютно некогда — все вокруг начало рассыпаться, грозя похоронить под обломками! Между нами пролегла огненная пропасть — Руна проделала в здании огромный вертикальный разрез, практически разрубив его пополам. Перекрытия начали вставать дыбом, с грохотом обваливаясь вниз.

Нельзя было терять ни секунды! Пытаясь удержать равновесие на разъезжающихся под ногами плитах, я бросился в сторону пролома, а оказавшись на краю — нырнул в пустоту. Воздушный Прыжок, Медленное Падение — и оставалось надеяться, что меня не накроет обломками оседающей в туче пыли высотки.

Мелькнуло вечернее небо, глаз Вечности, длинные тени руин и искра Портала на проспекте. Затем — зеленый полог зарослей, который я проломил. Рядом с ужасающим грохотом рушилось здание, распадаясь на части, огромные блоки водопадами стекали по окрестным улицам, вздымая тучу густой пыли. Ее клубы, надвигаясь подобно волнам, окутали все вокруг пыльным саваном.

Прижимаясь лбом к холодным руинам, я неуверенно ощупывал свое тело, пытаясь восстановить дыхание с помощью тысячу раз проверенного аутотренинга. Руки, ноги, голова, вроде бы даже все целое. Удивительно… Пальцы наткнулись на дрожащее мохнатое тельце на загривке, и чудом выживший в этой кутерьме йурр больно укусил меня за ухо. Да, Кыш, не повезло тебе с хозяином…

Но зато Небесный Ястреб… уничтожен. Получилось. Мы это сделали. И даже ухитрились при этом выжить.

— Ты это сделал, ювейн, — торжественно произнес голос, практически впервые отпуская комплимент в мой адрес, — Испытание сделает тебя сильнее… Но теперь торопись — мы должны отыскать золотую Руну, пока Черви не пришли на запах!

Что?! Я не поверил услышанному — неужели после того, что я видел, после столкновения с каэдометрикой Наблюдателя Небесный Ястреб мог уцелеть? Как это вообще возможно?

— Руны всего лишь форма, разве ты еще не понял этого? Их можно повредить или сломать, перевести в другое состояние, но уничтожить — нельзя, потому что нельзя уничтожить Звездную Кровь. Золото Вечности здесь, и мы должны забрать его!

Вот так? Я взглянул в сторону окутанного пылью холма, в который превратилась разрубленная высотка. Если там и были изгои, недобитые моим Шейдом, они стопроцентно погибли. Открыв Скрижаль, я убедился, что моя Руна-Существо на месте — опять поврежденная, черт побери! И Звездной Крови оставалось не так много… всего 177/441 капли в наличии.

Что же делать теперь? С большей охотой, конечно, я бы вернулся к нашим, но если есть шанс как-то откопать под руинами золотую Руну, его нельзя упускать. Выходит, Наблюдатель не уничтожил Небесный Ястреб, а сломал его, вернув в Скрижаль Кнута, как это происходило с моими поврежденными в бою Рунами? Значит, нужно найти труп Кнута, забрать его Руны и Звездную Кровь? Было бы неплохо, но как это сделать? Он может быть глубоко погребен в толще обломков…

— Мы найдем, — прошептал голос, — Используй Истинный Взор, ювейн.

Я последовал его совету. Сквозь заросли вдалеке мерцал Портал, возле него высвечивались голубые точки Скрижалей Восходящих — не знаю, что думали фригольдеры о всем этом безумии, однако они вряд ли прекратили эвакуацию — слишком многое поставили на кон Говорящая и Мрак, чтобы отказываться от своего плана. К тому же откуда им знать, что случилось с Кнутом внутри здания, вернется Ястреб или нет? Я сильно подозревал, что они в сговоре с изгоями, слишком много деталей совпадало: слова лидера изгоев о таинственном друге, новенькое земное оружие, Мрак в роли спасителя и очень вовремя открытый Портал… все это не могло быть просто совпадением. Но сколько же людей и Восходящих они сегодня принесли в кровавую жертву?

Похоже, после смерти Майкла и Вероника я — единственный, кто может помешать их планам. От этой мысли хотелось глотать злые слезы и одновременно упрямо сжимались кулаки. Если все это действительно подстроено, они должны ответить по земным законам. Мне нужны доказательства. Мне нужны союзники. И мне нужна сила, чтобы отстоять правду. А сила в этом мире — это Звездная Кровь. Ну что ж… если она так важна, начнем с нее!

Продолжающая осыпаться гора руин, в которую превратилось рухнувшее здание, находилось совсем рядом. Я надвинул кислородную маску — в облаке пыли можно было задохнуться — и осторожно двинулся к развалинам.

Масштаб разрушений был совсем немаленьким. Отыскать среди этого хаоса человеческое тело — подобно поиску иголки в стоге сена. Истинный Взор ничего не находил в пыльных клубах, среди гор разрушенных шестиугольных блоков и обломков странных строительных конструкций Народа Кел, а вот Биолокация неожиданно высветила зеленую точку, мелькнувшую на краю восприятия. Живое! Но слишком быстрое для человека…

— Отродье Червей спешит на запах, — сообщил голос, — Иди за ними, и ты найдешь Руну…

Конечно, Феромоны же продолжали действовать! Значит, здесь вскоре будет полно Червей — но одновременно они послужат мне вместо ищеек. Главное — опередить тварей, но нужно держать наготове Семя…

Я длинными прыжками двинулся в направлении, указанном сигналом. И вскоре слух донес до меня звуки… схватки? Истинный Взор высветил впереди призрачную искру Скрижали, а Биолокацию — две зеленые точки живых существ. Одна из них вдруг погасла, а уцелевшая медленно, неуверенно двинулась в моем направлении.

Еще один прыжок в ту сторону. Я приземлился на груду обломков — и наконец-то разглядел: рассеченное на несколько частей, истекающее ядовитом ихором туловище Скаута Червей, а возле него — человеческую фигуру.

Кнут.

Не знаю, благодаря чуду, удаче, Рунам или хитрому плану, но факт оставался фактом: предводитель изгоев выжил. Почему Руна Наблюдателя не разрубила его пополам? Или… по той же причине, что и мою капсулу — Ястреб впятеро больше человека, и пилот находился в той части оболочки, которая не пострадала? Тем не менее, ему хорошо досталось: изорванный в клочья, окровавленный комбинезон, обожженное лицо, повисшая плетью рука… Под Истинным Взором я видел, что по телу Восходящего прокатываются странные зеленоватые разводы, будто пытающиеся исцелить его, а в уцелевшей руке светится длинное лезвие, похожее на язык призрачного света.

Слегка пошатываясь, Восходящий оглядывался, будто пытаясь отыскать кого-то в оседающих пыльных клубах. Ожидал новой атаки Червей?

— Выходи! — хрипло каркнул он, вновь удивив меня, — Хватит прятаться, я знаю… что ты здесь!

— Убей его, ювейн, — прошептал голос в моей голове, — Убей, пока он слаб и не нашел тебя!

У меня мелькнула мысль каким-то образом взять его живым, использовать Руну Гипнотизма, Дар Внушения — пленный главарь изгоев мог бы рассказать очень много интересного! Однако я тут же выбросил ее из головы — с серебряным Восходящим, которого не смогла заворожить куда более опытная Вероника, такие штучки бы не прошли. Белый Дьявол прав — его нужно убить, и сделать это немедленно!

Сначала ударь, потом подавай голос.

На мгновение привстав из-за камней, я без предупреждения метнул в хромающую фигуру тарн — и тут же прыгнул в сторону, невозможным для человека пятиметровым прыжком, в полете раскрывая Скрижаль и готовя ударные Руны. Тарн со звоном отлетел в сторону — невидимый, различимый лишь по дрожанию воздуха клинок Кнута отбил его, но я и не рассчитывал на успех, бросок был только отвлекающим маневром!

Ядовитый Побег! Ядовитое Дыхание! Уже знакомая связка Рун пошла в ход, обломки под ногами взбугрились колючими побегами, лишая врага подвижности, а отравленное облако вспухло желто-зеленым клубом, на мгновение скрывая его фигуру. Приземлившись, я восстановил равновесие — и ударил в зафиксированного на месте Кнута Руной Алого Потока!

Это должно было завершить наш поединок, но лидер изгоев, несмотря на шок, ранения и явный дефицит Звездной Крови, был гораздо опытнее и успел сделать ответный ход. Алый Поток превратил в пепел лишь пустой кокон Ядовитых Побегов — Кнут мгновение раньше использовал какую-то Руну и просто исчез, внезапно проявившись на куче обломков в двух шагах от меня!

Пользуясь неожиданностью, он ударил своим призрачным клинком, и одновременно выхватил из раскрытой Скрижали новую Руну. Было видно, что ему сложно драться, раненому, хромому и с одной рабочей рукой, но и такой он представлял смертельную опасность!

Уроки Стиля Железа не прошли даром — я переломился в поясе, уворачиваясь от невидимого лезвия (благодаря Истинному Взору видел его голубой силуэт), но от летевшей следом Руны увернуться не смог. Яркая вспышка, меня с нечеловеческой силой отшвырнуло в сторону — неизвестно, что использовал Кнут, но меня снова выручил лишь Экзопокров. Последний заряд — десять секунд неуязвимости, но противник отнял их у меня. Еще одна Руна — и шипящие электрический плети распластали мое тело по плоской стороне обломка, не давая даже шевельнуться. Наверное, лидер изгоев мог бы в этот момент убить меня, просто дождавшись, пока кончится эффект Торка, но его сгубило то же самое, от чего минуту назад отказался я.

Любопытство.

— Кто ты такой?! — выдохнул Кнут, приближаясь. Он поднял руку, извлекая из Скрижали Руну жестом Восходящего, — Это ты убил моих людей?! Отвечай, если не хоч…

Вопрос прервался криком боли. Имаго, мелкий, но быстрый Фуражир внезапно выскочив из пыльного тумана, вцепился в его конечность и мгновенно откусил ее пониже локтя. Брызгающая кровью культя с зажатым в ней призрачным клинком осталась у него в пасти. Кнут с душераздирающим воплем развернулся к нему, накрывая приготовленной для меня боевой Руной, но слишком поздно — мой тарн, удерживаемый Руной Призрачной Руки, с легкостью проткнул насквозь его тело. Этот финт я готовил уже несколько секунд, чтобы внезапно атаковать его с тыла, и появление Червя стало хорошим подспорьем.

Кнут рухнул, корчась и обливаясь кровью. Он все-таки убил Червя, однако удар в сплетение энергетических каналов, указанное Белым Дьяволом стал переломным моментом. В следующий миг еще один огромный Червь, появившись сзади, вцепился в него, а за ним последовали еще несколько, накрыв содрогающееся тело Восходящего. Жуткий хруст, вой, жадное чавканье! Они яростно терзали его, и выдержать этого, конечно, ни мог ни один человек.

Шипящие плети отпустили меня. Я тут же выхватил из хранилища подготовленное Семя — из пыльного тумана появлялось новые инсектоиды, запах Феромонов неумолимо притягивал их — и я прекрасно понимал, что будет тут твориться через несколько минут!

Ореол золотого света почти мгновенно убил шипящих тварей и отпугнул остальных. Не хотел я светить свое Семечко (в прямом и переносном смысле), но выбора не оставалось. Портал и фригольдеры находились с другой стороны холма развалин, они все равно увидят свечение и странные вспышки, но поймут ли, что тут произошло? Очень вряд ли, тем более скоро тут будет полно Червей, им самим придется оборонять Портал от случайных гостей…

Тело Кнута уже совершенно не походило на человеческое. Страшная смерть!

Расшвыряв тающие трупы инсектоидов (три капли Звездной Крови и мусорная Руна Развития в копилку), я выдернул тарн и быстро коснулся трупа, втягивая мерцающие над телом Руны.

Вы получаете 182 капли Звездной Крови

Вы получаете Руну Небесного Ястреба (золото) (повреждена)

Вы получаете Руну Развития (серебро)

Вы получаете Руну Выживания (бронза)

Вы получаете Обломок Скрижали Восходящего

Дело сделано! Теперь пора убираться подальше отсюда: Черви будут приходить на запах Феромонов, а я совершенно не желал повторить судьбу Кнута. Вот только нужно решить — куда идти? К Порталу, открытому Говорящей-с-Травами для спасения фригольдеров? Это казалось самым очевидным и легким вариантом, там земляне, там мои друзья, возможно, там Травинка… но странное дело, эта мысль отзывалась болью и горькой тоской. Что я смогу там сделать без поддержки Вероники и Майкла? А что смогут сделать Мрак и его мать? И все же — там мой дом в этом мире…

— Ты уверен, что это верный путь, ювейн? — спросил Белый Дьявол сурово, — Чего ты добьешься, пойдя по нему? Что ты сможешь изменить? Сможешь покарать виновных и забрать свою Восходящую?

Ничего. Ничего. Ничего. Он был прав…

— Что ты предлагаешь? — мысленно спросил я.

— Когда враг думает, что победил — он уже проиграл… Открывай врата в Домен и дай мне поговорить с нашей кел-леди. Сегодня ты посмотрел на Вечность, — мне почудилась легкая усмешка в его тоне, — Пора и Вечности посмотреть на тебя, ювейн.

Эпилог

Портал горел ровным фиолетовым огнем. Последние фригольдеры исчезали в его глубине. Одни тащили носилки с неподвижными телами, другие поспешно вели упирающихся тауро, третьи помогали раненым товарищам. Фламиника, застывшая у входа с раскрытой Скрижалью, накладывала на каждого пострадавшего исцеляющую Руну, внимательно смотрела в лицо, будто пытаясь отыскать кого-то среди прочих.

Полукольцо бойцов, окружавших подходы в Порталу, расступилось, из темноты появился Марк. Вышел из невидимости, тяжело дышащий, с всклокоченной гривой волос. От его снаряжения исходил едкий ядовитый запах, и Говорящая-с-Травами поморщилась, безошибочно опознав кровь Червей.

— Ты забрал их Кровь и Руны? — спросила она одними губами, незаметно указав в сторону площади.

— Нет, мать.

Она молча смотрела на него.

— Там пусто. Ничего нет. И… — чуть запнулся Восходящий.

— Говори.

— Тела рикса нет. Только разрубленная броня. Пустая.

Она молча смотрела на него и Мрак как будто становился ниже от этого взгляда.

— Ты проверил окрестности? — наконец процедила Говорящая-с-Травами, — Или ты опять позволил кому-то опередить тебя?!

— А он… не мог?

— Не знаю. Я больше не слышу его, — с досадой ответила Говорящая-с-Травами, — Ты должен немедленно осмотреть место крушения. Там… произошло что-то странное.

— Мать, там полно Червей. Они повсюду! Они как будто лезут сюда со всего города… — процедил Мрак, подозрительно вглядываясь в темноту, — Надо уходить, мать! Здесь оставаться слишком опасно!

— Звездная Кровь важнее.

— Мертвому она не пригодится, мать. У нас есть время. Эти твари не любят дневной свет. Мы будем оборонять Портал и вернемся с рассветом. Разберемся, что случилось. Заберем все, что оставили здесь.

Говорящая-с-Травами медленно кивнула. Она коснулась волос Мрака и произнесла:

— Пусть будет по-твоему… Мертвецам не нужны Руны, а все живые уже на той стороне. И они нуждаются в нас. Ведь это наш Народ, сын мой.

— Наш, — подтвердил Мрак, ухмыльнувшись, — Теперь он наш, мать.

Content

Роман Прокофьев
Одиссей

Пролог. История народа Кел. Эпоха древ и кругов

Глава 1

Интерлюдия. Фригольд

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Интерлюдия. Переговоры

Глава 23

Глава 24

Эпилог