Антон Емельянов

Сергей Савинов

Последний кот

Пролог

Бо, через месяц после испытания демиургов

Бог Обмана и демиург стояли на границе Зифира, очередного мира, который оказался на пути циклопов и, возможно, скоро будет стерт в пыль бесконечной мощью камней изменения. Или выстоит, но не пожалеют ли об этом те, кому потом придется тут выживать?

— Скоро? — Бо старался не признаваться в этом даже самому себе, но последние недели его вымотали. Физически. А вот морально он, наоборот, словно ожил и помолодел на пару тысяч лет.

— Вамуш почти уничтожен, — Карик рядом был спокоен, а прикрытый повязкой глаз помогал видеть все, что было и будет.

Увы для демиурга, дар испытания с каждым днем охватывал все меньше миров, не замечая того, чего успела коснуться сила камней и их слуг. С другой стороны, именно эта слабость позволяла Карику понять, где именно в очередной раз появились циклопы, а потом отправить им навстречу тех, кто мог бы их остановить. Как же немного таких оказалось. Обычные боги, используя силы стихий, вполне могли окружить и отрезать от камня одного врага из внешнего мира, но если циклопов было хотя бы двое…

— Идут, — Бо медленно выдохнул.

Небо перед ними рассекла черная трещина. Словно молния, которая ударила вниз, но не исчезла через мгновение, а отпечаталась в пространстве. А потом через нее вырвались несколько серых рук, расширивших дыру. Еще мгновение, и показалась вытянутая остроконечная голова с сияющим красным взглядом.

Первый из чужаков. Серый великан, циклоп, убийца миров, зло из-за внешней границы, которое призвал Кот… Так шептались об этих существах, порождая все новые и новые глупые сплетни, вместо того чтобы искать способ с ними сражаться. Увы, после первых кровопролитных попыток остановить циклопов большинство богов предпочитали просто бежать, полагаясь на своего демиурга и его союзников.

Вот только смогут ли защитить все мироздание всего четверо разумных, даже если у них есть камни изменения? А их было именно четверо. Бо прекрасно помнил, как на следующий день после испытания к ним заглянула Сарана. Лже-Старуха каким-то образом смогла ускорить время, чтобы не ждать год до воскрешения сестры, и теперь они убегали. За границу внешних миров, туда, откуда приходили циклопы. Кот просил их подождать, помочь сдержать первый натиск чужаков, но Сарана даже слушать его не стала, просто помахала рукой и растворилась в воздухе.

А сам Кот? Помог отразить первую атаку, когда к ним заявилось почти два десятка циклопов, простился с сотней погибших в той бойне богов и исчез. Впрочем, Бо прекрасно понимал Кота. Тогда они рассчитывали, что дальше будет легче, что с мертвых циклопов они получат новые камни изменения, раздадут силы верным помощникам, чтобы те тоже смогли встать на защиту мироздания, вот только ничего не вышло. Серые гиганты были невероятно сильны, они использовали способности камней, но самих их внутри не было. И вот Кот тоже исчез, сказав, что попробует решить эту проблему.

Хорошо, что хоть его жена и дочь остались и сейчас прикрывают другой прорыв. Вчетвером было бы проще, но они должны будут справиться и так.

— Пора, — Карик повернулся к Бо.

Бог Обмана кивнул: действительно, что-то он подзадержался. Чем быстрее они закончат, тем больше времени будет на отдых. Вот только как же сложно выкинуть из головы то, что они уже потеряли. Семнадцать полностью уничтоженных миров, одиннадцать превращенных в ад, триста сорок один мертвый бог, и это не считая тех, что просто решили сбежать куда подальше в надежде, что проблемы с вторжениями решатся сами собой. Идиоты! Или, наоборот, хитрецы: хотят пересидеть самое жаркое время, пока они — Бо, Карик и остальные — не найдут решение, и уже потом вернуться на все готовое. И ведь такое могло бы сработать. С кем-то другим, но не с Бо — он точно не собирался никого прощать.

Не после того, через что он вынужден проходить! Мелькнула осторожная мысль, что, возможно, ему было бы лучше с Атоном, но так же быстро и пропала…

— Знак Басё! — Бо раскрутил энергию своей души. Не стихии, а именно свою личную, а потом с размаху загнал прямо в запечатанный рядом с сердцем камень изменения.

В тот же миг его старое тело распалось на крохотные частицы, которые принялись делиться со страшной скоростью, а через пару мгновений сложились в новую форму. Серая кожа, один глаз, окрашивающий мир в красную пелену… Стоящий внизу Карик взлетел, завис рядом с Бо и оценил высоту.

— Кажется, в этот раз ты смог стать на пару метров выше, чем раньше, — заметил он.

— Все равно ниже, чем эти сволочи, — Бо не мог говорить ртом, в новом теле пока никак не получалось создать еще и голосовые связки, но его разум был достаточно силен, чтобы обходиться без подобных костылей.

— Получилось открыть что-то еще? — Карик задал еще один важный вопрос.

Во время сражения с Мали каждый из них видел, как тот разгонял силу камней изменения, открывая постепенно новые ее воплощения. К сожалению, пока никому из них не удалось повторить этот успех. Вот и сейчас Бо покачал головой, а потом им стало не до болтовни. Из провала показался последний циклоп, их оказалось четверо, и сейчас каждый пылающий глаз смотрел на преградившую им путь парочку.

— Эй! Нет новых посланий от хозяина? — крикнул Карик.

Циклопы промолчали. Чужаки из внешних миров в отличие от Мали не только не несли в себе камни, но еще и не разговаривали: их интересовало только разрушение.

— Начали! — выдохнул Бо, а потом сотрясая землю, бросился вперед.

«Ты мне еще заплатишь за это, Кот! — прошептал он словно заклинание. Почему-то богу Обмана казалось, что это заслуга его старого знакомого, что именно ему из всей их семерки достался столь гадкий камень. — Словно это я всегда мечтал набить кому-то рожу! Победить не хитростью, а крепостью кулаков! И как ты только умудрился это провернуть⁈»

Прыжки закончили отбивать барабанный ритм по каменному предгорью — Бо в теле серого гиганта взвился в воздух, а потом всей массой врезался в первого циклопа. Он был меньше каждого из врагов на две головы, но скорость и ярость позволяли не обращать на это внимание. Бо вытянул подбородок, впиваясь в шею замершего на мгновение противника, рывок огромных челюстей — и половина глотки циклопа оказалась у него во рту. Получилось даже легко. Это Карик использовал знак толи, позволяющий усилить его ауру и замедлить врагов перед ним. Пусть они пока не стали сильнее, но опыт позволял чувствовать себя увереннее.

Бо выплюнул кусок чужой плоти, отбросил обмякшее тело в сторону и оглядел оставшихся врагов… Дальше будет сложнее, но они справятся! Потому что не сдадутся, потому что надо, потому что в отличие от некоторых они занимаются делом! А не то что Кот!

Кот

Я сидел и ел мясо. Почему-то хотелось икать — может быть, примета не врет, и кто-то обо мне вспоминает? Я невольно представил Майю с Кейси и улыбнулся. Мы связываемся почти каждый день: с другими не получается, слишком далеко я ушел, а вот семейные узы, кажется, работают на любом расстоянии.

— Здравствуйте, уважаемый, — к моему столу подошел незнакомый старик и замер в ожидании реакции.

— Есть информация? — просто спросил я. И тот мгновенно опустился на соседний стул.

Я провел в этом мире уже почти неделю, до этого посетил еще три, гоняясь за надеждой заполучить силу, что поможет защитить мироздание от гостей из внешних миров. Когда мы отразили первую атаку циклопов и поняли, что в них нет камней изменения, я понял, что их можно искать и в другом месте. Мы же создали не только новое настоящее, но и прошлое, а значит, как это сделал Мали, такие же камни могли найти и другие люди. Сколько их будет — десятки, сотни — тех, кто сможет сражаться с циклопами, а там и с другими чужаками? У меня не было ни малейших иллюзий, что враги оставят нас в покое и что их сила не будет расти.

И вот я проверил, что сила Карика не помогает найти обладателей камней изменения, и взялся за дело сам. Выпустил на охоту людей Тома, выдал награды теневым гильдиям, а потом отправился проверять самые жирные наводки. Первые три оказались пустышками. Если же и сейчас ничего не получится, то придется признать поражение и вернуться. Слишком много времени на ничто, при том, что его у нас и так слишком мало.

— Да, — старик тем временем вытер нос, моментально взмокший после холода улицы. — Вы искали необычных людей, и рядом действительно живет один.

— Если вы про парня с огненной аурой… — я, не глядя на собеседника, подхватил куриную ножку и впился в сочное, хоть и недожаренное мясо.

Уже не первый раз мне пытаются рассказать про одного из местечковых богов. И ведь я прямо же описывал хозяина этого мира, подчеркнув, что обладатели подобной силы мне не интересны.

— Нет-нет, — зачастил старик, и куриная ножка отправилась обратно в тарелку. Хотя какая это курица, учитывая, что в этом мире у каждой птицы по шесть лап и они предпочитают не летать, а ползать по деревьям. Словно ящерицы или сороконожки. — Я хотел рассказать о своем соседе. Он собирает камни крилла по горам, раньше жил, как все, но год назад изменился…

Старик рассказывал, а я думал о том, что поиск людей, резко сменивших свои интересы, причем успешно сменивших, оказался хорошей идеей. Вот и сейчас деревенский искатель начал интересоваться возможностями богов, откуда-то набрал денег на сотни книг. Старые друзья, не раз заходившие к нему с бутылкой крепкой элимной настойки, не смогли ничего выяснить. Борода, как его называли, не шел на контакт, а потом и вовсе начал избегать людей.

— Если это болезнь, то вся деревня будет вам благодарна. Борода нам хоть и не совсем свой, но и не чужой, — старик закончил свой рассказ и замер, словно кролик перед змеей. Если бы кролики ждали от змей морковку. Желательно целый воз свежей, сладкой морковки.

— Если вы из добрых побуждений, то и награда будет лишней. Зачем давать цену за то, что ее не имеет? — я видел мысли старика, но одно дело то, что творится в голове, и совсем другое то, какие решения мы в итоге примем. Герой — не тот, кто не боится, а тот, кто делает то, что должен, несмотря на страх.

— Я… Нам бы пригодились… А-а! — старик неожиданно решительно махнул рукой. — Вы правы, господин чужак. Не дело это, просить золото за помощь одному из нас. Если сможете помочь Бороде, то и довольно.

Старик принялся решительно подниматься. Я чувствовал смятение внутри него, как он ругает себя именами всех известных ему бесов, представляя, что скажут жена и односельчане, когда узнают, что он отказался от награды. И в то же время он верил, что поступил правильно.

— Стой, — я не использовал силу, но старик замер, словно парализованный. — Ты прав, золото будет лишним. Но вот небольшой артефакт, который будет согревать твою деревню холодными зимами, вам пригодится.

Я взял со стола деревянную ложку, а потом вложил в нее немного чистой стихии Жизни. Карик бы сделал лучше, но для подобной мелочи и моих сил было более чем достаточно.

— Воткнешь в центре деревни, она прорастет, через месяц вытянется в приличное дерево и будет охранять вас от любых природных бед, — дал я инструкции.

— Всегда? — выдохнул старик.

— Пока вы не предадите дерево, оно не предаст вас, — я добавил в артефакт немного Тьмы и Обмана. Одну для защиты, другой для того, чтобы отслеживать то, что происходит вокруг. — И можешь не бояться, силой у вас его никто не сможет забрать.

— Только если сами. Мы не предадим… — старик все понял, потом медленно протянул дрожащие руки, принимая мой дар.

А я открыл портал, считав координаты из его разума, и перешел сразу в нужное место. Слева были ворота той самой деревни. Чистые, аккуратные, было видно, что тут следили за своим домом. А справа возвышалась гора, та самая, на склоне которой жил Борода. Я подкинул себя вверх, чтобы было проще отследить все людские тропы и вычислить нужное место. Только это не понадобилось — почти сразу же я почувствовал силу чужого камня, а потом в мою сторону полетел кусок дерева.

Что такое полено против бога? Ничто — но чужой знак изменения оказался достаточно силен, чтобы сохранить свое влияние внутри деревянного снаряда. Тот пробил щит из Тьмы, словно его и не было, однако я был готов. Знак Гатс вылетел из меня вместе с дыханием, выбивая чужую силу из бревна и поглощая ее. А потом отбить его можно было хоть рукой. Или ничего не делать — деревяшка ударилась в меня и, неуклюже кувыркаясь, полетела вниз.

Я же весь погрузился в себя, изучая силу чужого камня. Какие в нем скрыты способности, чем он опасен и, главное, какие намерения вложил заметивший меня человек в эту атаку.

— Ты не хотел меня убить, — уже через мгновение я понял главное и тут же перенесся вниз, преграждая путь крупному мужику с действительно выдающейся бородой. Она была не особо длинной, но кудрявилась и торчала во все стороны, создавая ощущение, будто голова растет не на шее, а из кучи странного грязного мха.

Я ждал ответа, но его не было. Борода молчал, хотя я чувствовал, как его разум активно работает, прокручивая самые разные варианты развития ситуации. Что характерно, понять конкретные мысли у меня не получалось, несмотря на весь опыт. Словно мозги Бороды действовали по какому-то другому, неизвестному мне принципу. А еще… Я чувствовал не один разум, а два. Один тот самый активный, а второй пустой, словно у куклы. Я заметил движение в бороде, и оттуда на мгновение показался маленький пушистый зад. Похоже, у обладателя камня была ручная крыса — вот и ответ на загадку второго разума.

— Кто ты? Чего ты хочешь? — наконец, Борода заговорил. — Ты тоже не хочешь меня убивать.

Несмотря на яркость мыслей, его голос звучал почти механически. Именно то, о чем упоминал тот старик во время своего рассказа. Я отметил странность, на автомате попытался найти ей объяснение, и тут меня осенило. Не человек был главным! С учетом тысяч и тысяч миров это даже не удивительно. Разве так мал шанс, что ручная крыса найдет камень изменения, а тот не только раздвинет границы ее способностей, но и дарует разум?

— Да, я не буду тебя убивать, пока не буду, — мои стихии хлынули вперед словно потоки ветра, раздвигая бороду и открывая взору белую шерстку и красные глаза. Действительно крыса, упитанная и с шестью лапами, как и большинство созданий этого мира. — Давай сначала поговорим. Итак, ты не человек, но в то же время ты пытаешься быть им. Почему?

— Я помогаю Бороде. Он не очень умный, рад помощи. Рад, что можно просто делать, но не думать, — я коснулся разума крысы, и теперь мы могли говорить напрямую.

Так быстрее, а заодно сразу видно чужую ложь. Крыса не врала. Она действительно хотела помочь своему старому другу… Я видел мелькающие видения их прошлого. Молодой парень находит хвостатого друга, вытащив его из речного водоворота, подкармливает. Они вместе охотятся, крыса помогает найти потерянные запасы лесных грызунов. Парень начинает ходить в горы, чтобы помогать семье добывать крилл. Камень легкий, но высасывает силы, большинство старается держаться от него подальше, но последователи бога огня хорошо платят за добычу. Достаточно, чтобы переступить через страх и осторожность.

Крыса не хотела, но выдала эмоцию, что не одобряет такого подхода. Сама бы она никогда не стала так рисковать жизнью, но ради друга… С другой стороны, и тот старался не ради себя, а ради своей стаи. Прошло еще несколько лет. Человек и крыса хорошо справлялись, добычи даже стало достаточно, чтобы сделать ремонт в старом доме и купить дорогой еды, чтобы порадовать стариков-родителей. Но вместе с радостью пришло и горе. Ночью, позарившись на чужое богатство, пришли грабители: они вытащили все найденные камни, заперли дом со всеми обитателями, а потом подожгли…

Мои кулаки сжались — грустная история с грустным концом. Все было понятно, но я досмотрел воспоминания крысы до конца. Ее друг смог спастись, выбил дверь, когда та частично обгорела. Вытащил родителей, но было поздно. Они надышались дыма и больше не очнулись. Сам же человек повредился рассудком и, возможно, отправился бы вслед за ними, если бы за него не взялась его крыса. Она пищала по утрам, чтобы тот не забывал поесть, водила своего утратившего волю друга в горы на поиски крилла, кусала, если тот уж слишком погружался в себя. Не самая простая жизнь, но и в ней эти двое могли находить счастливые моменты. А однажды во время поисков в старом глубоком ущелье им попался особенный камень.

Я замедлил воспоминания и стал просматривать их гораздо внимательнее. Вот человек касается камня и отдергивает руку — жжется. Вот вслед за ним камня касается крыса, и тот растворяется, стоит только маленьким коготкам оказаться рядом. Я думал, что эта история не сможет меня удивить. Да, грустно, но опять же — бывает. Но крыса смогла. Она действительно получила силу. Силу, которую могла вкладывать в предметы так, чтобы те при ударе становились крепче стали, прочнее великих стихий. Я видел эту способность в деле, когда в меня метнули бревно — вышло неплохо. Вот только крысе хватало и ее старой силы, а энергию камня она начала вкладывать в своего друга. Надеялась, что это поможет ему излечиться, стать прежним.

Я видел, как шли годы. Человек сидел, глядя в пустоту, а крыса лежала на нем и делилась доставшимся ей даром, превращала грубую способность камня изменения в попытку восстановить разум своего друга. У нее не получилось. Я видел, человеку не стало лучше, но в то же время крыса сделала то, что не смогли Карик, я и все остальные — она смогла перевести силу своего камня на следующий уровень. Как Мали во время испытания. Именно тогда крыса обрела настоящее сознание и начала охоту за другими знаниями, что так удивила деревенских.

А потом пришел я. Злой, опасный — именно поэтому крыса не выдержала и сделала то, чего обычно избегала, применила свою силу для того, чтобы напасть. Очень интересно. Я продолжал размышлять над увиденным и параллельно скинул крысе и Бороде часть своих воспоминаний. Пусть узнают, зачем я их ищу, и успокоятся. Или, учитывая их миролюбивый нрав, наоборот, начнут лишь больше волноваться.

— И что же мне делать? — мои мысли невольно вырвались наружу. Все-таки я пришел сюда в поиске нового воина для защиты мироздания, а нашел… Человека без воли и крысу-пацифиста.

— Я буду сражаться, — неожиданно заговорил Борода. Не крыса на его плече, а сам человек. Я осторожно коснулся его мыслей и почувствовал, как спящий разум, оказавшись рядом сразу с двумя камнями изменения, начал просыпаться.

— Мы будем сражаться, — повторила белая крыса.

Мы еще касались друг друга, и я не стал прятать от них свои мысли. Действительно, теперь, зная этих двоих, я не сомневался, что они не отступят. И, наверно, на них даже можно будет положиться. Вот только продолжать поиск других обладателей камней изменения все равно не имеет смысла. Слишком долго. Я вернусь не с пустыми руками, но нам нужен новый план. И теперь у меня точно нет никаких других идей, кроме одной. Нам самим придется отправиться за границу Внешних миров. Защищаясь, не победить. И мы пойдем в атаку. Добудем новые камни, восстановим равновесие, а там… Там посмотрим, так уж ли этот новый мир отличается от того, что я изначально задумывал.

Я снова скинул свои планы человеку и крысе.

— В поход! Ломать кости! — Борода без проблем понял самое главное.

— И грызть глотки, — а крыса оказалась не такой уж и мирной, как я думал.

Глава 1

Убить

Младший наследник когда-то великого рода Хо шел по пустыне безымянного мира. Вернее, у мира было название, но парню не было до него никакого дела. Его вела только боль. Бесконечная боль, которую испытывала его хозяйка Сарика после наказания Старухи и которую он разделял с ней. Каждый день, каждую минуту, каждое мгновение.

«Откажись», — шептал внутренний голос.

«Откажись, — повторял он раз за разом. — Не станет ее, и мы снова будем свободны».

В Арико уже не осталось гордости, чтобы противостоять боли и шепоту в голове, но было что-то другое. Странное тепло при мысли о молодой девушке, которая не побоялась пойти против всего мира. И это тепло было важнее, чем честь, чем логика, чем вечность.

Арико шел, сам не зная куда. Его вела боль и плывущее сознание, в котором порой вспыхивали странные мысли. Но сегодня что-то изменилось. Стоило молодому человеку повернуть на восток, и боль немного отступала. Это уводило его от цели, но и отказать себе в легком дуновении забытого спокойствия он не мог. А потом у него на пути встал неприметный старик. Прямой как тростник, лысый и злой. В его глазах плясал огонь ненависти — Арико не спутал бы это чувство ни с чем другим, оно жило и в нем самом, но в то же время рядом со стариком не было боли.

— Зови меня Анот, — представился словно сотканный из ненависти незнакомец.

«Почти как имя бывшего демиурга», — подумал Арико, но благоразумно промолчал.

— Я пришел помочь тебе, слуга повелительницы Гнили. Ты же хочешь вернуть ту, что стала частью твоей судьбы? — голос старика звучал как писк комара. Бесконечно противно, но избавиться от него не было никакой возможности.

— Хочу, — на этот раз Арико знал, что говорить. А еще он понял, что этот старик на самом деле может ему помочь. Совсем не просто так, но после всей боли мира это не имело никакого значения.

— Здесь, — дряхлая рука с длинными желтыми ногтями коснулась лба парня, отмечая точку на карте мира, — ты сможешь ее возродить. Победи, убей всех на своем пути, и тебе хватит сил отменить проклятье Смерти.

— Почему вы помогаете мне? — спросил Арико. Не хотел, но не смог удержаться. Отсутствие боли пьянило его сильнее любого вина.

— Я — твой учитель. Или ты не знал, что у любого, кто может изменить мир, появляется наставник? Тот, чья мудрость поможет пройти по предначертанному пути…

Арико понял, что не верит ни слову странного старика, и в то же время он ни мгновения не сомневался, что все услышанное им — правда.

Когда мы с Бородой и его маленьким помощником вернулись в Каррию, все остальные уже тоже собрались. Я быстро осмотрел лица Карика, Бо, обнял Майю и Кейси — сразу стало очевидно, что не только я осознал, что пришло время что-то менять.

— И кто что придумал? — осторожно спросил я, опускаясь в одно из расставленных по кругу белых кресел.

Зал совета, где мы планировали собирать тех, кто найдет камни изменения, кто будет способен защищать мироздание, чтобы каждый из них сразу осознал себя не пешкой в чужих руках, а личностью. Чтобы боролся не по приказу, а потому что верит… Увы, эта идея так и осталась идеей, новые обладатели камней не спешили на наш зов, мой поиск тоже оказался не очень удачным — а вот зал остался.

— Сначала расскажи, кого ты привел, — Майя с интересом оглядела замершего рядом со мной Бороду. Да, о других моих планах она уже знала.

— Знакомьтесь, обладатель еще одного камня изменения и его человек, — я искреннее улыбнулся, оценивая реакцию остальных на личность нового союзника.

— Крыса? — Бо все понял и поморщился.

Карик и Майя сохранили каменные выражения лиц, в глазах Кейси мелькнул интерес.

— Может, забрать у него камень и отдать тому, кто сумеет выжать из него побольше? — бог Обмана добавил в разговор напряжения и накала. Словно давно искал повода и возможности бросить всем вызов.

— Бесполезно, ты же помнишь, что личный камень Мали исчез, стоило ему умереть, — возразил Карик. Эти двое спокойно обсуждали чужую судьбу, не обращая внимания на остальных. Кажется, последний месяц добавил им жесткости. Или жестокости.

— Один камень исчез! — Бо поднял палец. — И это говорит не о правиле, а только об одном-единственном случае. Надо больше статистики, а тут как раз случай удобный.

— Не один, — Карик не соглашался. — А циклопы? Они используют одну способность, и ни в одном не нашлось камня.

— И ты знаешь мое мнение об этой твоей теории! — разгорячился Бо. — Циклопы — не личности, они живут инстинктами! А какова вероятность того, что рядом с нами оказался целый мир удачливого зверья, которым достались камни с одинаковыми способностями? Нет, я уверен, что камень будет у их хозяина, а сами циклопы каким-то образом используют отражение его силы.

— Каменную пыль. Помните, мы потрошили их тела? — добавил я, на мгновение вступив в диалог.

— Вот, и Кот со мной согласен! — обрадовался Бо. — Убьем крысу.

— А вот тут я буду возражать, — я понял, что зря не дал этой парочке договорить. Было бы проще позволить им выпустить пар, а потом уже обсуждать дело. С другой стороны, я чувствовал возмущение крысы и Бороды… Надо успокоить их, пока никто не натворил глупостей.

— Жалеешь их? — Бо нахмурился. — А миллионы людей, которые мрут как мухи, когда миры сотрясают катаклизмы от наших сражений? Ты ведь не видел, что было, например, в том же Зифире? Меня зажали, пришлось бить на полную, и от столкнувшихся ударов треснула сама земная кора. По соседнему побережью прокатилась волна выше километра, три десятка городов словно языком слизнуло.

Я представил описанное. Аргументы Бо звучали более чем убедительно, вот только я все равно был не согласен, что жестокость мира развязывает нам руки и позволяет творить что душе угодно. Тем более не учитывая все детали.

— Давай начнем сначала, — я поймал взгляд бога Обмана. — Ты не знаешь, какой у Бороды камень изменения, ты не имеешь представления, насколько он его освоил, и в то же время ты предлагаешь рискнуть новым защитником, убить разумное существо, которое осознанно решило встать на нашу сторону, просто потому, что идет война и гибнут люди и боги? Хороший пример для остальных, кто еще думает, стоит ли к нам присоединяться.

— Ты выворачиваешь мои слова! — Бо не собирался сдаваться. — Я имел в виду…

— Тогда вернемся к моим вопросам, — я не планировал давать ему и шанса увести разговор в сторону. — Ты знаешь силу его камня?

— Нет! Но какая разница, будь там хоть создание миров, хоть сотворение черных дыр в заднице Атона! Что может обычный смертный, даже не человек, животное, сделать с такой силой⁈ Любой даже самый вшивый бог на его месте принесет больше пользы, в разы! А сколько это спасет жизней за неделю? За год?

— Значит, ты не знаешь силы камня Бороды, — я полностью проигнорировал всю эмоциональную часть речи Бо. Мы не обычные люди, чтобы позволять яркой картинке и эмоциям влиять на свои решения.

— Если говорить об эффективности использования, — задумчиво цокнула языком Кейси, — то стоило бы тогда обсудить и остальные камни. Например, у Бо знак превращения в бойца ближнего боя, но при этом опыта сражений у него с кошачий пупок. Может, тогда стоит отобрать у него камень изменения и отдать тому, у кого этого опыта побольше? Серьезный боец, который посвятил этому жизнь, и быстрее освоит полное тело циклопа, и использовать его будет куда разумнее. А то Карик рассказывал, как одного толстяка полбоя пинают и рвут на части, прежде чем он доберется до цели.

Речь Кейси заставила всех замолчать на пару секунд, зацепив каждого по-своему. Бо возмущенно открывал рот — было видно, что кое-кто существенно преувеличил его сложности в использовании камня. Карик и Майя наслаждались ситуацией, а вот я думал о сравнении с кошачьим пупком. А есть ли они у кошек? И если нет, как вообще Кейси подобное в голову пришло?

— Не будем прыгать из стороны в сторону, — вслух я остановил дочь, а потом вернулся к изначальному разговору. — Разберемся с тем, с чего начали. И тогда я повторю второй вопрос. Бо, ты знаешь, насколько Борода освоил свой камень?

— Не знаю. Но и это, и шутки твоей дочери, и любые умные речи не изменят правоты того, что я уже сказал! Или мне стоит перечислить имена всех тех, кто уже погиб, чтобы вы перестали думать, будто это просто цифры, песчинки на весах того или иного решения?

Бо скрестил руки на груди, Карик нахмурил брови и собрался сделать шаг вперед, защищая Кейси. Да и та сама не собиралась молчать, но я всех опередил.

— Он смог улучшить силу своего камня, открыть второй уровень, — просто сказал я. — И тогда, если следовать логике нашего дорогого пухлого друга, уже нам стоит отказаться от своих камней и передать их тому, кто уже доказал свою эффективность. Ради тех, чьи имена ты собрался перечислить. Замечу, что я даже предлагаю обойтись без таких резких мер, как убийства.

И снова повисла пауза, но на этот раз она была совершенно другая. Все смотрели на Бороду, на крысу, и я прямо-таки чувствовал, как каждый сравнивает их с собой. Пытается понять, почему у этой парочки получилось, а у них нет.

— Признаю, был неправ, — через пару секунд Бо склонил голову.

Плюсы споров с умными и уверенными в себе людьми — они умеют останавливаться и признавать ошибки. С той же Кейси я бы так прямо разговаривать не смог: она была умна, но вот веры в себя ей еще не хватало. И в итоге, сколько бы раз мы ни восстанавливали отношения, она бы не соглашалась со мной до последнего просто из принципа.

— Значит, второй уровень? Как? — Майя перешла к самому главному.

И тогда я попросил Бороду показать их историю еще раз. Открытие силы, использование ее ради друга, преображение.

— Очень интересно, — задумался Бо, досмотрев воспоминания до конца. — Значит, Кот, ты думаешь, что камням не хватает в нас благородства, чтобы раскрыться?

— Скорее просто цели, — покачал я головой. — Вспомните Мали — как он горел своей местью. А потом сравните с обычными циклопами — неудивительно, что кроме базового преобразования они ничего больше и не показывают.

— Как будто этого мало, — покачала головой Кейси.

— Но у нас есть цели! — а вот Бо продолжал копать. — Защитить мир — разве это недостаточно ярко и благородно?

Он усмехнулся, собрался было продолжить, но поймал мой взгляд и замолчал, махнув рукой.

— Вот и мне кажется, — заговорил я, — что спасение мира — это совсем не то, о чем мы думаем. На самом деле. Например, я переживал о том, что своим изменением обрек нас на смерть, и просто хотел все исправить. Бо, Карик, Кейси, если я ошибусь, поправьте, но мне кажется, что для вас на первом месте стоит просто поиск силы?

Три кивка, как я и ожидал. И отдельное спасибо Кейси, что не стала спорить. Оставалась Майя, и теперь она пристально смотрела мне прямо в глаза.

— Какой мне поставишь диагноз? — ее ноздри расширились. Верный признак насморка или гнева, но демиурги, увы, не болеют.

— Тебе все равно, — ответил я, не собираясь ничего утаивать. — Ты защищаешь семью, ты сражаешься, потому что можешь, но сам этот мир тебе не интересен. Ты веришь, что в случае неудачи мы просто уйдем, найдем себе новое место под новым солнцем. Возможно…

Я сбился, потому что не был до конца уверен в последней мысли.

— Договаривай, — Майя буравила меня взглядом. Да уж, и перед кем я собрался что-то скрывать?

— Возможно, — продолжил я, — ты бы даже хотела, чтобы мы проиграли, чтобы нашли новую родину, где начнем вместе с самого начала. И… — я задумался, примеряя на себя это будущее. — Если мы проиграем, то так и будет!

Глаза Майи расширились.

— Не ожидала, что ты готов принимать поражение.

Я вспомнил испытание, момент, когда увидел итоги созданного мной изменения. Тогда Майя тоже сказала, что для меня было важнее не проиграть, чем действительно изменить мир. Так вот я выучил этот урок! Я поделился этими мыслями с Майей, та несколько секунд смотрела мне прямо в глаза, а потом не выдержала и расхохоталась.

Как-то в один миг исчезло все напряжение.

— Умеешь же ты удивить, — ее руки обняли меня за шею, и она прижала меня к себе.

На этом выяснение отношений закончилось, и мы стали думать над тем, что делать дальше. Как использовать открытие крысы, как найти себе яркую цель в жизни, чтобы она раскрыла наши камни изменения.

— Подумай, что ты любишь, что у тебя получается лучше всего? — я смотрел на Карика, отслеживая его реакцию. Он предложил первым покопаться в нем, и я вызвался быть скальпелем мысли, как называла эту роль Майя. Остальные стояли рядом, готовые отразить то, что я или Карик не сумеем заметить сами. Обычно копаться в душе принято в одиночку или вдвоем, вот только… Первое точно не работает — уж слишком мы все любим себя, чтобы замечать то, что нам может не понравиться. Не мелочи, а что-то серьезное. Второе же — неплохо, но ведь чем больше глаз, тем лучше. Главное, решить вопрос с доверием, и Карик смог это сделать.

— Я не знаю, — ответил он на мой вопрос ровно так, как сделало бы большинство на его месте.

Но я не ждал слов, мне нужны были образы, ассоциации. То, что скрыто внутри, то, в чем наш демиург, возможно, и сам не готов признаться.

— Может быть, это связано со знанием? Все-таки я второй раз пытаюсь его получить, — он горько усмехнулся, вспоминая свое не самое удачное изменение.

И это оказалось очень ценной мыслью. Не слова про знания — это чушь, для Карика они только средство — но то, что за ними стояло. Он ведь не звал с собой на битвы обычных богов не потому, что не хотел ими рисковать: в тех же сражениях с Атоном это ни капли его не сдерживало. И потери союзников его не волновали: наоборот, он верил, что пролитая вместе кровь и победы свяжут их крепче любых традиций прошлого. А вот чего он на самом деле не хотел — так это чтобы все видели его слабость. Сравнивали то, что сделал он, с тем, что сделали другие. Например, я, из-за которого весь привычный мир перевернулся вверх тормашками.

— Знаешь, хочется дать тебе в морду, — честно сказал я.

— Как скальпель разума ты, похоже, не лучший специалист. Может, заменим тебя на Майю? — пошутил Карик.

— И она скажет тебе то же самое, — я скинул Карику то, что увидел и подумал о нем.

Демиург замолчал на очень долгую минуту, и я не торопил его. Чтобы двигаться дальше, нужно было, чтобы он принял эту информацию.

— Значит, ты думаешь, я завидую тебе? — даже Карик до последнего не хотел делать выводы, сворачивая на дорожку попроще.

— Да плевать на зависть, есть она или нет! — отмахнулся я. — Разве ты не понял? Твоя сильная сторона — это твои люди. Ты — лидер! Ты демиург, который ведет их в бой и помогает обычным богам стать сильнее. А из-за каких-то глупостей ты решил сбежать от этого. Ясное дело, что ты не продвинулся в познании своего камня, когда рядом только Бо. Из него восторженный последователь, как из меня…

Я не договорил, подбирая сравнение, а потом неожиданно понял, что и так получилась более чем правильная фраза.

— Значит, последователи? Вести богов в бой на защиту мироздания? — Карик медленно повторил мои слова, а потом у него на лице появилась улыбка.

— Камень уже перешел на новый уровень? — быстро спросил Бо.

— Нет, — Карик покачал головой. — Он просто чуть нагрелся, где-то рядом с сердцем. Но это значит, что я на правильном пути. Спасибо, Кот. И тебе спасибо… — он посмотрел на Бороду, молчаливо сидящего чуть в стороне от нас, и на крысу у него на плече. — Кстати, может, стоит дать тебе имя? Ты разумна, ты сильна, с ним тебе будет проще двигаться дальше.

Я почувствовал, как от крысы пришла волна радости. Что я говорил об умении Карика вести других? Вот он пришел в себя, лишь раз посмотрел на грызуна, задал один вопрос, и все — крыса была готова пищать от восторга и идти за своим новым лидером… Кажется, теперь уже я начинаю ревновать к успехам Карика. Я усмехнулся последней мысли.

— Майя, — попросил я. — Посмотришь нашу пушистую подругу, какое имя подойдет ее мыслям и разуму больше всего?

— А вдруг она хочет сама его выбрать? — Бо воспользовался возможностью поспорить.

Я посмотрел на крысу, та сверкала красными глазами в ответ. Кажется, понимаю — я коснулся ее мыслей и тут же ощутил отклик.

«Не хочу сама, — затараторила та. — Хочу, чтобы эта красивая женщина сказала, что у меня внутри».

Майя, которая, естественно, считала весь разговор, мило улыбнулась, а вот у меня появился вопрос:

«А почему ты общаешься мысленно, а не через Бороду, как в начале? Ленишься?»

«Нет, — снова зачастила крыса. — Просто он — это он, а я — это я. Если можно, чтобы мы говорили сами за себя, пусть так и будет!»

«Хорошая идея, — оценил я чужие мысли. — Тогда я научу тебя, как касаться твоей силой чужого разума, а дальше ты уже сама будешь стараться превращать ее в слова. Не всегда же я буду рядом».

«Спасибо! Я буду стараться», — закивала крыса.

«Она действительно будет стараться, — Майя включилась в разговор уже по-настоящему. — И, возможно, новая страсть поможет ей открыть третий уровень своего камня изменений. Кто бы знал, что среди нас именно она будет гореть желаниями ярче всех…»

«Ты придумала ей имя», — понял я.

«Не придумала, услышала у нее внутри», — сказала Майя.

— Ну что, вы узнали? — Бо нарушил тишину ожидания. — А то следующим скальпель разума должен пройтись по мне. И я, скажу без капли откровенности, прямо сгораю от нетерпения.

— Не будем заставлять тебя ждать, — Майя ответила совершенно серьезно. — А нашу новую подругу зовут Пламен.

Глава 2

Вкусно и полезно

— Бог Обмана, чего ты хочешь больше всего на свете? — я замер перед Бо, немного покачиваясь из стороны в сторону.

Толстяк так старательно играл жертву, которой все это совершенно не нужно, но которая идет на поводу у толпы, что я просто не мог ему не подыграть.

— Ты как змея, — Пламен коснулась моего разума и испортила такую шутку.

Они же всегда портятся, если намеки взять и проговорить вслух. А тут еще и сам Бо разрывается между желаниями нащупать путь и сделать так, чтобы у меня ничего не получилось.

— Не знаю, — он с вызовом смотрел мне в глаза.

Неудачно. Если за «не знаю» Карика стояли еще и образы, с которыми можно было работать, то у Бо была пустота. Неудивительно, все-таки эти двое доверяют мне на совершенно разном уровне. К счастью, мне есть чем расшевелить бога Обмана.

— Другой вопрос, — я невольно снова начал раскачиваться, буквально по паре миллиметров из стороны в сторону, но даже такие движения могут ввести в транс. Не обязательно твоего собеседника, но и самому настроиться на дело никогда не будет лишним. — Почему ты оставил Атона, почему выбрал присоединиться к нам?

— Он использует тех, кто рядом, с вами же — гораздо больше свободы, — на лице Бо появилась улыбка. Он явно сначала хотел ответить вторым «не знаю», но передумал.

— Мне кажется, вот мы и нашли решение, — я ответил на улыбку.

— Что? Так быстро? — Бо замер, обдумывая свои слова и пытаясь найти, где же в них скрывался ответ. — Ты считаешь, что мне нужна свобода?

— Я считаю, что тебе нужна возможность самому творить историю мира. Именно поэтому даже в паре с кем-то ты не мог раскрыться до конца. А теперь… — я бросил взгляд на Карика. — Мы же сможем выделить нашему толстяку отдельный сектор? От самой Каррии и до границ, открытых изменением?

— Это же тысячи, а то и миллионы миров, — Бо замер, обдумывая мои слова.

— И ты будешь отвечать за то, чтобы они уцелели, — я увидел, что Карик не против, и поэтому продолжал. — Набирай армии, сражайся один — все на твое усмотрение. Единственное, с чем тебе помогут, это с поиском точек прорыва, но и тут ты можешь попробовать отслеживать их самостоятельно.

Теперь уже Бо бросил взгляд на Карика — все-таки тот был демиургом и по факту делился своей властью.

— Атон не понимает, чему он бросил вызов, — наконец, сказал Бо, и стало понятно, что это «да». Он принял свой вызов, и он ему нравился.

Мне же нравилось, что бог Обмана не спешил. Четко обдумал все сложности, необходимость сражаться с циклопами без поддержки других обладателей камней — и понял, что справится. Действительно, те же обычные боги не смогли бы победить серых в одиночку, но поддержать Бо в трансформации — легко. Возможно, с ними будет даже удобнее, чем с Кариком, больше вариативность воздействия на врагов и реальность вокруг.

— Теперь я! — Кейси поняла, что с богом Обмана закончили, и сделала шаг вперед. — Задавай свои вопросы!

— А они мне не нужны. С тобой я и так достаточно общался, и теперь, когда мы узнали историю Пламен, могу сразу дать совет. А ты уже сама решай, слушать его или нет.

— Да не буду я спорить просто так, говори! — сразу же начала спорить Кейси, поняла это и вспыхнула.

— Как и Бо, ты получишь свой сектор мироздания и сама будешь решать, как там встречать врага.

— Думаешь, мне тоже не хватает свободы и ответственности? — нахмурилась Кейси.

— О, с первым у тебя точно все прекрасно, да и со вторым нет проблем. Но тебе не хватает твоих личных успехов, — я спокойно пожал плечами. — Не разделенных с кем-то, а только твоих, чтобы они стали частью тебя. И да, так бывает. Разные проблемы, но одинаковое решение.

Кейси задумчиво кивнула, а потом резко вскинула голову.

— Подожди! — ее глаза вспыхнули. — Я понимаю, что пути к цели могут сходиться и расходиться. Но почему в своих решениях ты совершенно не учитываешь, какие у кого способности? Может, Бо и будет нормально сражаться с его превращением, а я? У меня знак Аруф, перемещение! И как с ним одним я буду побеждать циклопов?

— Во-первых, ты не одна. Твой сектор — это не только те, кого надо защищать, но и твои ресурсы, те, кто могут сражаться рядом. Если ты сможешь их убедить, конечно, — я смотрел на Кейси, а она опять не спорила, а слушала. Даже сама идея своей части мироздания захватила ее настолько, что она забыла про обычные бунты. — Во-вторых, перемещение — это только первый уровень твоего камня изменения. Открывай скорее следующие, призывай на помощь других, пока это не случилось. Никто не говорит, что тебе должно быть просто, но тем ценнее будет в итоге победа.

Я ждал ответа, и Кейси кивнула. На этот раз уверенно и резко — она смогла представить, что будет делать, чего хочет добиться, и теперь ей не терпелось поскорее приняться за дело. Но мы еще не закончили.

— Что скажешь мне? — Майя смотрела на меня, склонив голову набок.

— С тобой все вообще просто, — я перестал раскачиваться и невольно отзеркалил ее. Вот не хочу, но, когда стараешься погрузиться в человека, все эти телодвижения словно сами вылезают наружу. Как доставшиеся от древних людей мурашки. Шерсти нет, а мы все равно пытаемся поставить ее дыбом.

— Не тяни, даже мне интересно! — Кейси запрыгала от нетерпения. И ведь уже не ребенок, сколько лет успела пожить, а рядом со мной нет-нет да отрывается и возвращается в детство. Впрочем, меня такое ни капли не смущает, только радует. И доверие, и то, что Кейси может становиться счастливее.

— У тебя есть Свет как стихия, — я вернулся к Майе и к делу. — У тебя есть свечение как эффект знака Ротс. И в этом вся проблема: ты смотришь на камень изменения как на продолжение твоей старой силы, новую ступень, которая принципиально не может выйти за уже известные тебе рамки.

— Интересная теория, — Майя задумалась. — То есть в моем случае, думаешь, дело не в цели?

— Нет, — я покачал головой. — Только в стопоре и границах, которые ты сама себе поставила. Забудь про них, и уже скоро камень изменения откроет тебе новые грани. Поэтому я бы хотел попросить тебя побыть в резерве и оказывать поддержку тем, кто ее попросит. Уверен, как бы успешно ни защищались Бо и Кейси, иногда врагов будет слишком много, и возможность вызвать подкрепления будет весьма кстати.

— Особенно, если эти подкрепления смогут открыть новые уровни своего камня, — Майя усмехнулась. — Хорошо, я приму эту роль, но теперь пришла твоя очередь. Как ты планируешь развивать свой камень, Кот? И почему ты считаешь, что сможешь сделать это только за границей внешних миров?

Я вздохнул, поймав четыре тяжелых взгляда. Только Пламен и Борода сидели как ни в чем ни бывало. Бывшему искателю происходящее пока было не особо интересно, а крыса уже знала о моих планах, да и еда от личного повара Карика, до которой она дорвалась, уж слишком ее увлекла.

— Я планировал рассказать это не столь резко, — я изобразил рычание для Майи.

— Плевать на манеры, — Бо снова начал хмуриться. — Ты снова хочешь сбежать⁈ Не считаешь, что нам хватит и одного дезертира?

Он сравнил меня со Старухой. Жестко. Кажется, у Бо ко мне много претензий — не только эта — и рано или поздно нам придется с ними разобраться. В лоб, от начала и до конца. Но не сейчас, пусть он прежде всего добудет свои первые победы… Они ему нужны не меньше, чем Кейси.

— Ты прекрасно знаешь, что, даже усилив камни изменения, мы не сможем защитить все мироздание, — я проигнорировал обвинения, сосредоточившись на деле. — Нам нужны новые помощники. Тут их нет, я искал, вы — я знаю — тоже шерстили все и всех, до кого могли дотянуться. Есть шанс, что, увидев пример Бороды, другие измененные тоже подтянутся, но я не хочу делать ставку только на шансы. Именно поэтому я отправлюсь за границу, проверю, что там и как, найду место, где можно добыть камней, и уже потом все вместе мы нанесем настоящий удар.

— Значит, идешь на разведку, — подвел итог моей речи Карик. — В принципе, не имею ничего против, но тогда не ты должен решать, когда возвращаться… Если это общее дело, то три дня, а потом мы опять соберемся, ты расскажешь, что узнал, мы посмотрим, как продвинулось развитие камней — и снова решим, что делать дальше.

— Три дня и корректировка планов, — я задумался. — Разумный срок и разумное условие. Я вернусь.

На мгновение мне показалось, что мы обсудили все, что хотели, но Майя еще не закончила.

— Почему один? — она буравила меня взглядом.

Могло показаться, что на самом деле это проявление недоверия, вот только все было совсем наоборот. Я не стал говорить это вслух, но главная цель Майи, которую она сама выбрала для себя — это защита семьи. И сейчас она не столько спорила, сколько пыталась меня прикрыть, заставить еще раз подумать о своем плане, учесть любые, даже мельчайшие, детали.

— Вы нужны здесь, — честно ответил я. — Без любого из вас защита мироздания рухнет. Я мог бы заменить кого-то, но здесь уже мои собственные заморочки. Поход во внешние миры нужен мне самому, чтобы развить свой камень.

— Спасать мир можно и тут, — хмыкнула Кейси.

— Ему нужно не просто спасать, — ответила за меня Майя. — Ему нужно поступать правильно, и, только увидев, что ждет нас за гранью, четко понимая, с чем придется столкнуться дальше, он сможет двигаться вперед.

Я кивнул, подтверждая слова жены. Я знаю ее, она знает меня. И если использовать этот опыт не для ударов в спину, а для поддержки — что может быть лучше?

— Тогда начинаем? — я вдохнул полной грудью, сбрасывая усталость и собираясь с силами.

— Я не закончила, — голос Майи заставил меня замереть. — Ты правильно сказал, что мы вчетвером нужны для защиты миров, но тогда возьми с собой Бороду и Пламен.

Она кивнула на наших новичков.

— Да, ты обещал, что мы будем грызть циклопов! — крыса обожралась настолько, что ее пузо надулось, как шарик, и это, как ни странно, добавило ей еще больше воинственности.

— Вообще, я думал, что сейчас вы останетесь с Майей, и она как мастер ментала посмотрит Бороду, а заодно поможет с остальными техниками, — я даже немного растерялся. — А уже когда мы пойдем во внешние миры все вместе, тогда и вы к нам присоединитесь.

— Нет, — Майя решительно покачала головой. — На начальном этапе им хватит и твоего опыта. А тебе, чтобы ты не лез в совсем уже безнадежные дела, нужны союзники.

— Чтобы сдерживать? — я нахмурился.

— Чтобы ты думал о них, а вместе с тем и о себе. А то ты порой сосредоточишься на деле и совсем забываешь, ради чего все это.

Я перевел взгляд на Пламен — крыса хотела отправиться со мной. Странное существо: она почему-то верила, что чем больше добрых дел мы сделаем, тем быстрее она вернет Бороду. Я перевел взгляд на Кейси — та была согласна с матерью. Карик? Бо? Я ждал возражений — их не было.

— Знаешь, Кот, — бог Обмана все-таки заговорил. — Я уже давно не твой учитель и не имею права давать советы — да и не хочу, если честно — но помощник тебе действительно нужен. Даже если этот помощник — крыса!

Он захохотал, довольный своей шуткой. А что, действительно неплохо получилось. Мои губы невольно расплылись в улыбке.

Граница мироздания. Почему-то при этих словах мне все время представляется сказочный лес: с одной стороны красивые зеленые деревья, с другой — высохшие черные уродцы. С границей между старым мирозданием и новым все было немного по-другому. Никакой четкой линии, она была везде, надо только вложить достаточно силы, пробить себе проход, и вот привычный мир больше тебя не держит.

Я взмахнул косой, почти как когда разрезал проход в изнанку — на этот раз нужно было только вонзить лезвие поглубже, навалиться посильнее. И вот в небе над Каррией появился черный разрез. Я видел, как внизу забегали боги и люди, уже знающие, что обычно после этого появляются циклопы. Вообще, я бы предпочел выбрать для перехода место поспокойнее, но Карик попросил меня немного встряхнуть тех, кто решил пересидеть изменение мира, и я не стал ему отказывать.

Трещина становилась все больше, и я уже собирался перейти на ту сторону, когда меня опередили.

— Я чую, там кто-то есть, — Пламен привычно сидела в лохмах Бороды, а тот висел рядом со мной на летающем камне. Я наполнил вырезанный из замка Карика булыжник стихией Тьмы, чтобы тот мог парить, нарушая законы гравитации, а Крыса добавила силу своего знака, чтобы уже самой управлять полетом.

— Я пока нет… — вглядываясь в трещину, я использовал все, что мне доступно. Стихии, камень изменения, обычные органы чувств.

И вот с опозданием в бесконечные две секунды я заметил движение. Черная тень какого-то существа с той стороны, которая примеривалась, чтобы воспользоваться так удачно появившимся проходом. Мелькнула мысль, обрадуется ли Карик, если я не просто попугаю его аристократов, но и выпущу к ним кого-то с той стороны. Впрочем, слишком многие могут пострадать просто так, и слишком мало мы знаем об обитателях внешних миров, чтобы так рисковать.

— Начали! — скомандовал я Пламен, а потом и сам рванул в центр разреза.

Одной рукой вперед, чтобы расширить открытый косой проход, а потом и второй, чтобы встретить кулаком лезущую навстречу тень. Я ожидал циклопа, но гость с той стороны оказался гораздо меньше. Похожий на паука, если бы у тех вместо лап были щупальца, он попытался облепить меня со всех сторон. Щупальца начали высасывать стихии из Щитов, давили не слабее, чем Карик бил с левой. Паук все поставил на атаку — то ли был слишком уверен в себе, то ли его жажда крови оказалась уж слишком сильна, что заставила забыть об осторожности.

— Никогда так не делай, — я воспользовался моментом, чтобы напомнить Пламен о важной истине, а потом уже третий мой удар пробил щит твари и отбросил ее назад. — За ней!

Я юркнул в пробитый пауком проход, запрыгнул на него в небе уже чужого мира, а потом со всего размаху вбил косу в пузо. Кулаки, чтобы разрывать дистанцию и управлять положением врага в пространстве, и холодное оружие, чтобы наносить раны.

— Я иду! — Пламен с Бородой и своим камнем вылетели из провала между мирами с секундным опозданием, а потом со всего размаху врезались в паука, отправляя его на землю. Неудачно, я не успел добить его, а теперь, несмотря на превращенное в лепешку тело, у него будет время восстановиться.

Я не стал ругаться, а просто скинул Пламен свои мысли. Крыса что-то пискнула в ответ, от волнения забыв о ментальной связи между нами. Но болтать нам было некогда. Я видел, что паук врезался в землю, раскидав о все стороны десятки толстенных деревьев, а потом начал собираться в единое целое. Надо было завершать то, что мы начали!

Я потратил почти секунду, чтобы выстроить линию атаки. Телепорт, чтобы сократить дистанцию, стихийный щит, чтобы показать пауку простую цель и заставить открыться… А потом я постараюсь снова зацепить его знаком Гатс и поглощением, уничтожая защиту и открывая для атак косой. Пора! Я открыл телепорт, наметив точку в десяти метрах над землей, стараясь не думать о том, сколько всего не учел даже в таком простом плане.

Сначала все пошло, как надо. Стихии привлекли внимание паука, и стоило мне показаться из портала, как его щупальца удлинились и снова окутали меня со всех сторон. Я использовал поглощение — камень изменения потеплел в груди, пробуждая свою силу, а потом жар сменился холодом. Так это обычно и ощущается: ледяная дыра внутри, которую хочется залить чем угодно. Я втянул воздух, высасывая энергию из щупалец, и те дрогнули. Всего мгновение, и им уже не хватало сил, чтобы удерживать меня.

Еще один вдох, и точно так же ослабели щупальца, окружившие Бороду и Пламен. Мелькнула мысль, что это существо точно слабее циклопов, с ними никогда не получалось справиться так быстро и просто. И тут паук заорал! Пронзительный визг вырвался из как будто неприспособленной для этого глотки, и до слуха тут же долетел шелест и хлюпанье тысяч маленьких лапок. Щупалец, на которых все новые и новые пауки спешили, чтобы разобраться с чужаком.

Кажется, я понял. Эти создания были слишком слабы, чтобы пробить проход к нам, поэтому мы и не видели их раньше. Но зато их было много. Очень много!

— Я и не знала, что крысы боятся пауков! — Пламен перебралась поближе ко мне.

— И крови нет! — присоединился к жалобам Борода.

Наше небольшое столкновение взбодрило его. И пусть пока мы так никого и не добили — обессиленный мной паук рухнул вниз под тяжестью опавших щупалец — но каждый из нас был полон энтузиазма. А у меня еще и появилась идея, как встретить эту армию пауко-амеб. Со всем уважением, конечно.

Глава 3

Стоянка

Значит, говорите, у них нет крови. На лице появилась недобрая ухмылка, и всего-то стоило вспомнить, как пауки реагировали на разные типы моих атак. На некоторые как обычно, на другие — с запозданием, словно не видели. У тех же циклопов таких проблем не было, но передо мной и не они. Да и вокруг не привычный мир, а что-то новое, созданное силой камней изменения.

Из-за деревьев рванула бесконечная лавина пауков, и я махнул косой. На этот раз я не использовал знак Гатс или какие-то другие привычные стихии. Тьма, Свет, Обман — они есть в каждом из нас, а в пауках не было крови. И именно она окружила нас, хлынув из пробитой мной изнанки. Сейчас проверим, верны ли мои догадки!

Щедрые взмахи влево-вправо. Моих способностей хватало, чтобы придать крови форму летящих в разные стороны человеческих тел, при этом мы сами, я и Борода с Пламен, тихо и незаметно провалились в соседний слой реальности. Плюх, кровь приняла нас с неохотой. Кейси бы смогла летать в подобном месте, мне же приходилось плавать. Но это совсем не страшно, если враги совсем тебя не видят, а все их внимание ушло на пожирание обманок.

Отлеживая реальность без разрушения границы, я мог видеть только силуэты врага. Смутно напоминающие пауков тени… Более чем достаточно: зависнув рядом с одной такой, я сделал мини-разрез, а потом резко втянул через него воздух, а вместе с ним и чужую силу. Гатс, знак разрушения, сработал, как и положено. Холод внутри, теплая струйка чужой энергии — я чувствовал, что враг ослабел и старается дернуться, чтобы вырваться на свободу. Как будто я не предусмотрел подобную реакцию.

Слишком ожидаемо, что враг попробует сбежать, а потому в этой схватке я действовал не так, как раньше. Сначала еле заметное поглощение, чтобы паук до последнего ничего не подозревал, и только, когда он попытался вырваться из зоны поражения, я активировал силу камня на всю доступную мне мощь. Горло обожгло, словно я на мгновение подавился куском слизи, а потом все кончилось. Холод утих, а тело паука в реальности рухнуло на землю, и в нем не осталось ни единой капли жизни.

Рука невольно скользнула в рот, чтобы проверить. К счастью, слизь мне только показалась, но ощущение было очень неприятное.

— Что дальше? — Пламен следила за моими действиями.

— Продолжаем охоту, — я принял решение.

Неприятные ощущения, честный бой и всякие мелочи сейчас не важны. Главное, я открыл способ охоты на пауков с силой камней изменения и теперь просто обязан проверить, что будет, если убить их достаточно много. Перейдет ли количество в качество. Если получится, то вот решение, как быстро стать сильнее, что мы так искали. Нет — буду двигаться дальше.

Я как раз добрался до очередной тени с той стороны. Паук обнял щупальцами что-то длинное, скорее всего, ветку дерева и затаился, ожидая подходящую жертву. Что ж, ему повезло — вот он я. Коса опять аккуратно прорезала еле заметную дыру в пространстве, паук без крови не смог ощутить дыхание настолько чуждой ему изнанки, и я снова незаметно атаковал. Ослабить, а потом нанести резкий финальный удар — минус два противника!

В животе булькнуло. И опять отличие от сражений с циклопами. Те были сильнее, опаснее — пожирание действовало на них с трудом, словно попытка засосать через трубочку расплавленный гудрон. Но в то же время проявления их энергии были стерильными. Я поглощал их, и они мгновенно становились частью моей силы. А вот высосанное из пауков бурлило, закручивало желудок и рвалось наружу.

Нет уж! Расставаться с тем, что уже стало моим, я не собираюсь!

После второго паука был третий, четвертый, десятый… Через пару часов счет шел уже на сотни, и местные обитатели начали волноваться. Они не казались социальными или разумными, но гуляющая вокруг смерть не смогла оставить равнодушными даже столь хладнокровных созданий. Или их будет правильнее назвать бескровными?

— Они начинают ползти в одну точку, — Пламен тоже обратила внимание на оживление с той стороны изнанки.

— Видишь там что-то? — я понимал, что подобная синхронная активность не может быть случайностью. В то же время информации, чтобы понять задумку пауков, катастрофически не хватало.

— Я — нет, — Пламен замахала сразу всеми тремя лапами с правого бока.

— А если открыть проход наружу? — подловив очередного паука, я заодно сделал еще один надрез в нужной точке.

Чутье крысы порой замечало то, что проходило мимо моего сознания, и было бы глупо это не использовать. Вот только я не учел, насколько настороже будут пауки… А еще для удара на большом расстоянии я использовал дополнительный слой изнанки, на этот раз Обмана. И пауки-амебы его почувствовали. В итоге вместе с Пламен к пробитой мной дыре скользнули сразу три твари, две пролетели мимо, словно кошки, промазавшие по добыче и делающие вид, что именно так изначально и задумывали. А вот еще один паук прямо-таки врезался одним из щупалец в сделанный мной разрез.

В уши тут же ударил бесконечный громкий писк. Тварь звала на помощь, продолжая удерживать взятый рубеж. Остальные пауки мгновенно сменили траектории движения, направляясь уже не в изначально намеченную точку, а к взявшему след собрату. Я словно почувствовал, что сейчас будет…

— Назад! — рявкнул я Пламен, но та только прорычала в ответ что-то неразборчивое.

Борода и крыса продолжали лететь к изначально выбранной цели, пользуясь тем, что пробравшееся к нам щупальце действовало наощупь. Счет шел на мгновения, но умирать из-за спешки все равно не лучшая идея. К счастью, человек и крыса это понимали. Борода вцепился в отросток паука-амебы, удерживая его в одном положении. И благодаря вложенной в него Пламен силе камня у него это получилось. Словно у героя какой-нибудь древней легенды. И это было еще не все. Я почувствовал, как теперь крыса собрала энергию внутри себя, направила в зубы, а потом одним резким рывком вгрызлась в конечность паука. И оборвала ее прямо на стыке реальностей.

Дырка в изнанку тут же затянулась, Пламен выплюнула добычу, а потом гордо посмотрела на меня.

— Разведка завершена. Я тоже ничего необычного не чувствую…

Она не договорила, когда с той стороны реальности раздался треск. Это не казалось, это мир на самом деле рвался на части, и по такой банальной причине. Пауки действительно собирались, и делали это не просто так. Когда несколько сотен тварей оказались в одной точке, границы их тел поплыли, почти как при использовании камня перемещения, а потом перед нами оказался самый настоящий циклоп. Изнанка смазывала детали, но этот силуэт было просто невозможно перепутать.

— Значит, они не отдельный вид, а общая форма для тварей попроще, — выдохнула Пламен.

— И понятно, почему они все одинаковые. Получается, они дважды искусственные создания: собирают себя из силы камня и сотен собратьев. Крысиный король на максималках, — кивнул я, продолжая изучать нового-старого противника.

Это было очень интересно. Не просто потому, что я впервые увидел что-то новое, а потому что мог понять, как работает сила внутри этих созданий. Так тело просто сливалось из паучьей плоти, а вот глаз — он собирался из тонких струек песка, которые вытягивались из распадающихся восьминогих тушек. Получается, он не просто выделялся цветом или рисунками знаков, он на самом деле был центром силы циклопа, и… Я почему представил ракушки, где вокруг случайно попавших внутрь песчинок нарастает жемчужина. Что если и у циклопа так же? Если достаточно долго погуляет и наберется сил, то и песок в нем успеет собраться в настоящий камень.

Идея с охотой пока себя не оправдала, но вот передо мной новый способ попробовать найти силу. Значит, следующих чужаков, что решат заглянуть в наши миры, мы постараемся не убить, а поймать. Устроим циклопью ферму — надо будет только продумать, как отслеживать в них зарождение камня.

— Знаешь, — голос Пламен отвлек меня от раздумий. — А твой толстый друг, который тоже превращается в гиганта, наверно, хорош?

— Бо? Почему? — мне стало интересно.

— Ну, тут нужно, минимум, сотню пауков, чтобы получить одного здоровяка, а твой Бо справляется один, — пояснила свою мысль Пламен, а я неожиданно расхохотался.

Это действительно было забавно. Толстяк все это время страдал из-за того, что не может догнать чужаков по понимаю знака превращения, а в итоге именно это недопонимание и помогало ему расти. Смог бы он добиться текущего размера, если бы знал, что и так впереди? И как же раскроется его знак после подобных усилий и успехов, когда он все же перейдет на следующий уровень?

И опять меня сбили с мысли. Циклоп снаружи все это время принюхивался, а потом одним резким движением пробил проход в нашу изнанку и неожиданно оказался рядом. Впрочем, ничего удивительного. Одноглазые гиганты изначально были куда умнее и шустрее пауков, и никакие стихии или хитрости против них не помогали.

— Я его встречу! — Пламен нырнула в шевелюру Бороды, вложила в него силу своего знака, и бывший искатель с диким ревом прыгнул навстречу циклопу.

Даже про сделанную для него летучую платформу забыл. Впрочем, она ему была и не нужна! Зачем — если он уже через мгновение оказался на шкуре циклопа и принялся разносить ее своими кулаками. Во все стороны летели брызги крови и растворенной в ней силы — выглядело внушительно, но, учитывая разницу размеров, это скорее напоминало укусы комара. Вот только Пламен не была комаром. Когда ее попытались прихлопнуть, она не умерла и не сбежала, а просто ускорилась и вбурилась в плоть циклопа. Тот пустил в ход пальцы, пытаясь ее выковырять, но и тут размеры играли против его. А еще не стоило забывать обо мне!

Перепрыгнув в изнанку Обмана, я подобрался поближе. Естественно, циклоп меня видел и даже мог достать. Если бы отвлекся от крысы. Но ему было не до этого, а я пока мог не обращать внимания на пролетающие мимо огромные кулаки, вместо этого сосредоточившись на поглощении чужой силы. Выходило отвратительно. Не потому, что тяжело, а потому что энергия циклопа казалась тухлой. Наверно, если бы до этого не было опыта с пауками, я бы не выдержал. Отступил, чтобы разобраться откуда такой привкус и стоит ли в это вляпываться. Но сейчас я знал, что поглощенная сила бывает разной. Знал и продолжал давить, несмотря ни на что.

— Получи, падаль! — уже откуда-то из-под кожи несся боевой клич Пламен.

— Раа-а-а-а-а! — циклоп не выдержал нашего напора и заревел.

Нет, я ошибся. Это была не боль или ярость, это был ответный боевой клич, и, отвечая на него, с той стороны изнанки начали собираться новые пауки. Я видел мельтешение сотен и сотен теней, а потом циклоп снова пробил изнанку, и все эти твари разом хлынули к нам… Я приготовился побегать, учитывая появление сопоставимых по размеру с нами противников, но у циклопа были на них другие планы.

Ему не нужна была армия пауков, он жаждал только растворенной в них пыли камней изменения. Я даже замер, чтобы во всех деталях рассмотреть еще один процесс поглощения. На этот раз новые тела не давали объема телу циклопа, но они точно добавили ему крепости. Снаружи то тут, то там появились костяные наросты, внутри — продвижение Пламен тоже замедлилось. И это было еще не все!

Я отслеживал мельчайшие движения энергии и поэтому не пропустил, как в сторону глаза циклопа рванули целые потоки силы камня. Кажется, на этот раз он выпустил ее внутри организма, и поэтому никаких песчаных вихрей снаружи.

— Назад! — рявкнул я крысе, и столько уверенности было в моем голосе, что на этот раз Пламен не сомневалась ни секунды.

Они с Бородой пулей вылетели из пробитой раны, прыгнули на свой летающий камень, и я открыл им проход в изнанку Тьмы, куда потом сам перепрыгнул из Обмана. Вовремя! Знак в глазу циклопа изменился с Басё на Ротс, и пространство вокруг затопила бесконечная волна сжигающего все на своем пути света. Изнанка Крови вокруг циклопа просто выгорела, обращаясь в прах и ничто, ветер раскрутил серые хлопья, и одноглазый монстр стоял в них, наслаждаясь смертью всего живого, чего сумел коснуться. Всего, но не нас.

— Значит, Тьма, чтобы остановить Свет? — Пламен оценила мое решение.

Сияние камня Ротс затопило все вокруг, прорвалось в изнанку вслед за нами, но противоположная стихия, пусть даже она и была создана без камня изменения, держала удар. Замедляла силу циклопа, делала ее вялой, почти домашней — идеальное состояние для моего поглощения, чем я и воспользовался, вложившись в знак Гатс на полную. Сбор чужой энергии ускорился в десятки раз, холод в желудке сменился жаром, который разливался по всему телу. Я неожиданно почувствовал, как приближаюсь к границе первого уровня камня изменения и… Ничего.

Циклоп с разочарованным ревом сделал шаг назад, возвращаясь в реальность, а потом, не успели мы броситься следом, пробил пространство еще раз и растворился в белесом тумане неизвестной мне изнанки.

— Сбежал? — Пламен удивленно высунулась из шевелюры Бороды. — Ты так сильно ему врезал?

— Что-то другое, — я попытался еще раз прокрутить свои ощущения во время боя. — Да, мы удачно его подловили, но не больше. Я помню циклопов в наших мирах, они были способны на большее даже без открытия второго знака. А тут… Мне кажется, за мгновение до того, как он решил нас покинуть, я уловил зов. Словно вся его сила замерла, отвлекаясь на что-то гораздо более важное, чем такие букашки, как мы.

— Звучит обидно, — крыса спрыгнула на летающий камень, а потом, вытянув лапки во все стороны, растеклась по нему словно бесформенная белая шапка. — Но в целом хорошо. А то я что-то устала.

— И я.

Только сейчас, когда циклоп ушел, я осознал, как бушует внутри меня чужая сила. Ее было много, она была дикой, так и норовящей разрушить все, чего коснется, и сейчас, чтобы не допустить подобного, надо было заняться ее усвоением.

Я проложил тропу на пару десятков километров в сторону. Через три изнанки, чтобы, если кто-то и попробует нас найти, ему пришлось бы потратить на это время. А потом, вывалившись в обычный мир, мы занялись тем, что было нужно нашим телам. Крыса рухнула спать, не обращая никакого внимания на новый мир вокруг, да и я тоже отложил все на потом. Сейчас на первом месте была медитация, чтобы переработать и сделать своей всю накопленную силу. Звучит просто, но только звучит. Прежде всего потому, что я знал — с накопленной энергией надо разбираться. Но вот как именно, не имел ни малейшего понятия.

Очистка? Знать бы еще как. Я пропустил набранное через сито каждой из своих стихий и только сжег половину запасов энергии. Научиться использовать сразу в сыром виде? Еще пара экспериментов — и единственное, что делала сила, украденная у циклопа и пауков, так это пыталась меня уничтожить, стоило мне только выпустить ее наружу.

Я попробовал включить в дело свой камень изменения. Это казалось логичным следующим шагом, и опять ничего. Вернее, еще один отрицательный результат. Чужая энергия обволокла знак Гатс со всех сторон, и тот почти перестал меня слушаться. Пришлось потратить почти час на то, чтобы очистить его хотя бы с одного края, вернуть контроль и снова поглотить все, что выпустил наружу. Кажется, я вспотел — было бы очень умно свернуть не туда и вместо силы просто-напросто уничтожить свой камень изменения.

Похоже, работа по вдохновению и проверка спонтанных идей оказались не так хороши, как казалось на первый взгляд. Да, было бы хорошо сразу нащупать красивое и элегантное решение, но… Для начала будет лучше не рваться вперед, а опереться на чужой опыт. Не зря же я во все глаза наблюдал за тем, как пауки и циклоп работали со своими камнями. И я снова погрузился во внутренний мир, но на этот раз даже не пытался что-то сохранить или переработать под себя — я разрушал.

Сначала по чуть-чуть, отщипывая от своих запасов по крошечной щепотке силы. Потом все быстрее и быстрее — я захватывал целые горсти, охапки, перешел на квадратные метры. Мертвая сила чужих знаков и плоти осыпалась пеплом на землю, а вверх тянулась тоненькая песчаная струйка. Она не шла ни в какое сравнение с тем, из чего сложил свое тело циклоп. Точно была в сотни раз меньше второй волны, когда серый гигант открыл новый знак и стал сильнее, чем раньше. Но это было и не важно! Главное, я вырвался из тупика!

Мелкая каменная пыль неизвестных знаков изменения парила в воздухе, извивалась, послушная моей воле, словно дрессированная змея. Я слышал, как звенит воздух вокруг нее, я чувствовал, как крошечные осколки камней мечтают снова стать единым целым. И кто я такой, чтобы отказывать в такой прекрасной идее? Я приоткрылся, пуская их к своему знаку Гатс, спрятанному под сердцем, и в тот же миг несколько сотен песчинок вбуравились мне под кожу.

Было больно, чертовски больно, но я терпел и следил за тем, что будет дальше. На мгновение песчинки замерли на границе моего знака, словно наткнувшись на невидимую стену, а потом я коснулся одной из них. Холод, одиночество, опять желание стать единым целым, что я чувствовал раньше. Неожиданно я осознал, что передо мной не просто инстинкты, а что-то большее. И ведь можно было догадаться еще когда мы поняли, что для усиления камней важна идея, цель, ради которой ты живешь.

— Будешь моей? — я послал навстречу чужим эмоциям ментальную стрелу-приветствие, сотканную из моих мыслей и желаний. Посмотрим, ответят ли мне. И что именно…

Глава 4

Рыба покрупнее

— Есть тут кто? — я повторил вопрос и опять не получил ответа.

Кажется, желание увидеть разум даже в проявлениях силы завело меня в тупик. Так часто бывает — ищешь то, что хотел бы найти, а не то, для чего есть реальные предпосылки. И, если такое все же случилось и зазеркалье разума тебя затянуло, важно вовремя заметить ошибку и остановиться.

«Сюда!» — вместо сложных игр я просто усилил напор, и поток песчинок прорвал невидимый барьер вокруг камня изменения.

Собранный мной вихрь был больше знака Гатс раза в два, но это не помешало ему втянуться внутрь и исчезнуть без следа. Опять без усиления и прорыва. Вот только не может же быть так, что ты поглощаешь силу и не получаешь совсем ничего? Скорее всего, я просто не знаю, что с ней делать, и тогда почему бы опять не обратиться к чужому опыту?

Я бросил взгляд на сопящих Пламен и Бороду. Они выложились и устали настолько, что даже все новые впечатления оказались недостаточно сильны, чтобы оставить их на ногах. Пусть, в отличие от меня они пока всего лишь смертные, им нельзя по-другому. А вот я как бог, как тот, кто заварил всю эту кашу, уже не имею права так расслабляться. Уж точно не тогда, когда во мне еще есть силы, чтобы заниматься делами.

Я присел на корточки, поднял ветку, а потом тонкими линиями набросал на земле простенькую пентаграмму. Поднятие мертвецов, создание кадавров — суть у техники одна. Я вложил в рисунок стихию Тьмы, именно она идеально подходит для работы с немертвыми созданиями, и через пару мгновений комья земли и густые капли черной слизи слились в птичий силуэт. Крупный иссиня-черный ворон. Мне показалось, что в этом мире пауков подобное создание подойдет мне больше всего.

Птица нахохлилась, несколько раз подпрыгнула, проверяя работу подаренного ей тела, а потом склонила голову набок, глядя на меня бусинками маленьких черных глаз.

— Туда! На всей скорости!

Я указал птице на ближайшее дерево, и та, резко замахав крыльями, на полной скорости врезалась в него. Вложенных в кадавра стихий не хватило, чтобы сохранить форму, и ворон расплескался по стволу грязным черным пятном. Впрочем, немного энергии в нем все же осталось даже после экстренного торможения, и когда он стек вниз и собрался в одну кучу, то снова смог вернуть себе облик птицы.

— Кар! — на меня посмотрели очень и очень недовольно. Опять мне почудился разум там, где его не должно и не может быть.

— Это эксперимент. Чтобы понять, что именно добавит тебе новая сила, нам нужны были начальные контрольные результаты, — тем не менее я почему-то решил объяснить свою задумку птице.

Бессмысленная трата времени, но та почему-то замолчала и просто подошла ближе. Без команды. Впрочем, это безусловный рефлекс всех кадавров — держаться рядом со своим создателем. Я вытянул руку, и ворон тут же прыгнул еще ближе, подставляя под нее голову. Точно рефлекс. Я почувствовал, как сила внутри искусственной птицы тянется ко мне, словно собираясь вернуться, но мне нужно было совсем не это. Я остановил поток, а потом развернул его вспять, добавив тонкую струйку каменной пыли из своего знака.

У меня был запас, собранный из нескольких сотен пауков, и половину его я вложил в ворона. Наверно, в первый раз можно было и поменьше, чтобы не рисковать. Но я обещал Карику и остальным вернуться через три дня, так что нечего экономить и мелочиться. Каменная пыль собралась внутри ворона в один комок, а потом запульсировала, словно второе сердце. В тот же миг глаза птицы вспыхнули желтым и уставились на меня.

— Давай еще раз! — я снова указал на то же дерево.

Ворон каркнул, замолотил крыльями, разогнался и врезался в лесного гиганта, снова растекаясь по нему бесформенной лужей.

— Кар! — он опять собрался под деревом и посмотрел на меня как будто бы с возмущением.

— Третий уровень, — я же ни капли не смутился. — В первый раз мы проверили обычную форму, во второй раз добавили камень, теперь — попробуем выпустить силу из этой каменной крошки.

Ворон снова каркнул. Как будто идея со вторым промежуточным шагом показалась ему возмутительной.

— Если ты такой разумный, то, может, сам ее выпустишь? — предложил я вслух.

И снова ничего не случилось. Вот и мой личный эксперимент показал закономерный результат: ворон — просто кадавр из земли и стихии, не больше. И надо бы обуздать разыгравшееся воображение. Я перестал болтать, вместо этого захватив птицу под полный контроль. Коснуться каменной пыли, активировать внутри нее знак… Я остановился. А какой знак, собственно, я хотел использовать? Гатс, как у меня? Или Басё, как у пауков, из которых я и собрал каменную пыль?

Начнем с того, где меньше шансов на успех!

Знак Гатс — я напитал силой рисунок внутри каменного сердца, а потом мысленно добавил пару сантиметров к пугающей толщине сегодняшней черной полосы. Ладно, мы еще не закончили! Знак Басё — после всех неудач я бы не удивился, если бы и сейчас чего-то не учел, но нет. Он пронзил каменную пыль желтыми линиями, те вырвались из нее наружу, дополняя нити управления кадавра новыми отростками. Словно сосуды разом выпустили сотни и тысячи капилляров — а потом ворон взорвался, увеличиваясь в размере раз в двадцать.

Теперь он походил больше не на обычную птицу, а на птеродактиля, заглянувшего на огонек из глубины времен. Я постучал кулаком по голове ворона, по крылу — в ответ раздался глухой звук, словно передо мной скульптура из камня. Выглядело внушительно.

— Конечно, прирост в размере не как у Бо, — я оценил высоту своего помощника, — но точно больше пауков. Раза в четыре. Ну что, еще раз по дереву?

Я замолчал, ожидая ответа, но ворон больше не пытался походить на разумное создание и просто ждал конкретной команды.

— Вперед, — я указал пальцем на цель, и только тогда он сорвался с места.

Огромные крылья раскинулись на пару метров в каждую сторону и хлопнули только один раз. Этого оказалось достаточно, чтобы тело птицы вытянулось в одну линию, а потом пролетело сквозь дерево. Именно так! Потому что ворон-птеродактиль просто разнес его в щепки, не замедлившись при этом ни на мгновение.

— Что⁈ — Пламен подпрыгнула от раздавшегося грохота и треска. А вот Борода только бросил взгляд на меня, увидел, что я спокоен, и отвернулся дальше досыпать. Вот что значит здоровая психика и не менее здоровая расстановка приоритетов.

— Тренируемся, — успокоил я крысу, а потом создал еще одного ворона-кадавра, влив в него в десять раз меньше каменной пыли.

В итоге вторая птица после активации знака Басё почти не подросла, только обзавелась желтыми прожилками да возможностью разносить препятствия у себя на пути. Я довольно кивнул и сотворил еще трех мелких и двух средних воронов. Теперь надо проверить мою летучую армию в деле, а вот сам в это время отдохну. Сейчас можно: вороны проверят окрестности, соберут информацию, и я лично уже буду выдвигаться только в самые интересные места.

Стая из одной крупной, двух средних и четырех мелких птиц поднялась в воздух, а потом уверенно двинулась в ту сторону, откуда мы пришли. Я решил начать разведку с охоты на пауков — хотелось оценить силы новых помощников на их уровне, а по пути вороны заодно проверят и те места, что я просто перепрыгнул в изнанке во время отступления. Пламен проводила моих птенцов взглядом, потом собралась снова подремать, но в итоге не удержалась и попросила тоже последить за полетом.

Я был не против и спроецировал вид из глаз крупного ворона в образе иллюзии. В белом облаке было видно скользящий внизу лес, мелькнувшую чуть в стороне речку. Мелкая и быстрая, неудивительно, учитывая горную гряду к северу от нас… Пауков или других местных пока не было, но даже без них следить за открывающимися видами было интересно. А там, внизу, начали мелькать и первые тени. Борода, словно почувствовав начало самого интересного, повернулся в нашу сторону и, чуть прищурившись, тоже принялся всматриваться в транслируемую мной картинку.

— Сразу три паука! — Пламен азартно уставилась на наших недавних противников, которые с высоты казались такими безобидными.

Я отдал приказ, и малые вороны пошли вниз. Каждый выбрал свою цель — рывок, удар! Плоть пауков-амеб пошла волнами, щупальца удлинились и забили во все стороны, пытаясь добраться до впившихся в них птиц. Вот только пока ни у тех, ни у других не получалось добиться успеха. И тогда я отправил вниз средних воронов. Эти оказались гораздо эффективнее, их клювы прямо-таки разбирали пауков на части. Десять секунд, и пара восьминогих тварей расплылась слизью.

«Вверх их!» — я отдал новый приказ, и средние вороны ухватили оставшихся пауков и потянули их в небеса.

Посмотрим, как работают приемы из сражений птиц и змей. Увы, эта тактика оказалась не столь удачна. Паукам-амебам было все равно, где сражаться, есть ли вокруг поверхность или нет. А когда одного из них сбросили вниз, он, конечно, сначала растекся во все стороны, но потом опять собрался.

«Снова вверх! И теперь ты!» — я направил в бой главного ворона.

Средний тем временем подхватил восставшего паука, утащил его не слишком высоко, на уровень верхушек деревьев, а потом снова отпустил. И в этот момент ворон-птеродактиль, как раз набравший скорость, врезался в него и разнес на тысячи черных капель. Что ж, получается, размер и, главное, количество вложенной каменной пыли, имеют значение. Теперь бы проверить моих воронов на стаях побольше.

Я дождался, пока птицы добьют четвертую тварь, и приказал продолжать полет, параллельно начав думать над новой проблемой. Мне ведь надо не просто побеждать, а еще и становиться сильнее. Получится ли использовать искусственных созданий для добычи каменной пыли? Или их максимум — это летать по окрестностям и зачищать противников послабее? Впереди показалась крупная стая пауков, вроде той, на которую мы наткнулись сразу после перехода, и я довольно потер руки, планируя проверить на них несколько новых, как раз появившихся идей.

— Сто семьдесят три! — Пламен первой посчитала противников.

— Я бы столько не победил. А вороны? — Борода аж привстал, настолько ему стало интересно. А я отметил, что всего за полдня он как будто стал еще немного разумнее, чем раньше. Похоже, победы Пламен даже без всякого поглощения могут усиливать ее знак…

— Вороны победят, — уверенно ответил я.

Пауки же, словно намекая, что не стоит спешить с выводами, тут же одновременно задрали головы вверх. Интересно, в прошлый раз они не замечали воронов до самого последнего момента, а тут — раз, и уже следят, два, и больше тысячи щупалец синхронно взвились в воздух, словно поле травы перед грозой. Или инфузория-туфелька, дожидающаяся спешащий к ней вкусный питательный обед.

Было бы глупо такое проигнорировать, и я сменил тактику, отказавшись от атаки в лоб. В первый раз вороны пронеслись мимо, так и не снизившись до самой земли. Во второй — вперед вырвались мелкие, отвлекая на себя внимание, а потом, воспользовавшись крохотной, не больше секунды, задержкой, на землю рухнул первый, самый крупный ворон. Он продолжал махать крыльями, скользя брюхом по земле, стирая его и орошая все черной кровью и желтыми брызгами. Не очень чисто, но паукам досталось гораздо больше!

Тех, кто оказался у него на пути, просто разнесло в пыль. Тех, кого задело только крыльями, всего лишь разорвало на крупные куски. Тоже смертельно. Остальных раскидало в стороны, и на них набросились средние вороны, которых я до этого придерживал, чтобы, если пауки все-таки задержат первого, было кому его вытаскивать.

— Тридцать за раз! — Пламен была в восторге.

— Значит, еще пять повторов и двигаемся дальше, — я отозвал воронов и начал наводить их на новый заход.

В итоге, конечно, ровно сработать не получилось. Я и мазал, и захватывал меньше врагов за раз — потребовалось почти два десятка кругов, чтобы рядом не осталось ни одного паука. Но это все равно было гораздо быстрее, чем когда я занимался подобным собственными руками. Правда, сейчас я не тренировал свой знак и не собирал каменную пыль, но ведь и эксперимент еще не закончен.

Я усмехнулся и принялся раздавать новые приказы. Один малый ворон в компании с первым отправился дальше, а вот все остальные разлетелись по полю боя, получив от меня очень простое задание. Находить целые части пауков — именно поэтому я так радовался, когда во время пролета оставались те, кого не разрывало в клочья — а потом съедать их. По плану вороны должны были набить себе пузо на максимум, главное, чтобы потом не было перегруза, и они смогли летать, а потом принести все добытое ко мне. И уже тут я попробую поработать с мертвыми пауками. Если получится выжать из них хоть немного пыли камней изменения, то все точно было не зря.

Я оставил Пламен присматривать за первым и мелким, улетевшими дальше, а сам отправился встречать груженных пауками воронов. Те скинули пару кусков, что притащили в лапах, потом очистили желудки, и передо мной появилась уже приличная кучка. Отправив стаю за добавкой, я сосредоточился на знаке Гатс. Призвал холод внутри, ощутил чужую энергию — она уже угасала, но еще было за что уцепиться.

Поглощение

Холод внутри сменился тошнотой, но на этот раз я не просто поглощал энергию, а сразу перерабатывал. Лишнее — в пепел, полезное в виде каменной пыли — в знак под сердце. Получилось не очень много, где-то на маленького ворона, но это немного, если смотреть только на объемы добычи. По факту же я потратил буквально несколько секунд своего личного времени, а значит, можно будет совмещать. Такую вот воронью охоту и какие-то свои дела.

За следующие несколько часов я развернулся на полную. Добыча шла на расширение стаи, и та, разрастаясь, охватывала все новые и новые территории, убивая пауков и доставляя мне уцелевшие части их тел. Существенно добавила скорости процессу Пламен, тоже присоединившаяся к полетам и охоте вместе с Бородой. Я сначала думал, что от них будет польза только в сражениях, но крыса сумела меня удивить. Прибыв на место первого же побоища, она окутала всю собранную в кучу добычу силой своего камня, а потом, продолжая удерживать этот мясной ком, дотащила его до меня.

Первый день в новом мире приближался к концу. Солнце почти опустилось за горизонт, пауков поблизости становилось все меньше, а ничего нового так и не попадалось. Ни циклопов, ни кого бы то ни было еще. Я уже было решил, что оставлю пару часов на проверку ночных монстров в этом мире, и пора двигаться дальше, когда первый ворон подал сигнал, что заметил циклопов. Сразу несколько!

Я даже прервал ритуал поглощения и полностью сконцентрировался на картинке из его глаз. Горная гряда: я оценил расстояние — около двухсот километров к югу от нас. У ее подножия двигалось несколько вытянутых точек, по крайней мере, так они выглядели с высоты. Я приказал первому снизиться, и картинка резко стала прирастать деталями. Точки вытянулись, превратившись в циклопов, основание горы оказалось частью стены скрытого в ней поселения, а еще… Я неожиданно осознал, что циклопы не просто куда-то идут, они рассредоточивались, словно готовились к бою. Неужели заметили первого ворона? Да нет, вряд ли бы они стали поднимать из-за подобной мелочи столько шума. Я пересчитал: у подножия горы было уже три десятка циклопов, из них четверо выделялись костяными наростами и огромными, с их рост, мечами. Для кого же нужно подобное оружие?..

Неожиданно в уши вонзился скрежет. Долгий, тягучий, даже через ворона от него свело зубы, а саму птицу мотнуло в полете.

«Вверх!» — тут же сориентировался я.

И вовремя. Буквально в сотне метров от нас небо пронзила зеленая трещина. Очередной проход между мирами, вроде тех, через которые заглядывали к нам циклопы — только те дыры были черными… Эта же прямо-таки сочилась изумрудным ядом. Я видел, как вниз срываются длинные шипящие капли, сжигающие землю при падении и образующие идеально ровные кислотные пруды. А потом трещина смялась. Словно ее сжали сверху и снизу, узкий проход стал шире, и через мгновение из него вырвалась длинная мускулистая тень. Змея! Огромная летучая змея с одним глазом, в котором горел такой знакомый лично для меня символ.

Знак Гатс

Зеленый! Имеет ли это смысл? А то у всех глаза и знаки красные, у меня проскальзывают желтые нотки, а тут — зеленые… В этот момент циклопы внизу разразились громкими криками, и ворон почувствовал, как от них отчетливо пахнуло страхом.

Глава 5

Яд и пламя

— Что думаешь, как там дела у Кота? — Бо развалился в кресле, общаясь с Кариком через специально взятый для этого алтарь Жизни. Они только что закончили обсуждать новые точки вторжения, пожаловались друг другу на пассивность аристократов и слабость обычных богов. И вот пришло время для сплетен посерьезнее.

— Да какие там дела! — Карик махнул рукой. — Ты сам подумай, мы не в городе живем, где вышел за стены и сразу наткнулся на диких животных и орды врагов. Там множество новых миров, точно больше, чем в старом мироздании. Так каков шанс, что даже Кот наткнется на кого-то серьезного или узнает что-то полезное? Он просто стремится к нулю.

Бо был согласен с сутью сказанного Кариком, но ему было что возразить:

— И все же Кот — это Кот.

— Тут не поспоришь, — Карик подхватил бокал вина и разом осушил его до дна. Холодный и легкий, алкоголь помогал расслабиться. — Что ж, тогда проверим его удачу, хотя я все равно уверен, что через три… нет, уже два дня он вернется с пустыми руками и новыми теориями. И вот тогда ему придется согласиться с нашим планом, признать, что после подобного провала не он будет решать, как нам действовать дальше.

Змея с зеленым глазом и горящим в нем знаком Гатс зависла над циклопами. Она не спешила атаковать, наслаждаясь их страхом. Циклопы замерли, не решаясь ударить первыми. Я тоже просто наблюдал, ожидая увидеть новый уровень силы такого же, как и у меня самого, камня изменения. А потом все резко совалось с места, словно лопнула натянутая струна.

Пахнуло холодом, крылья первого ворона покрыла изморозь, а мелкий так и вовсе промерз насквозь и рухнул вниз бесформенной черной градиной. Циклопам пришлось легче: они были дальше, крупнее и сильнее. Вот только змея скользнула вниз. Четкие, резкие движения — она не летела, она плыла по воздуху. А рядом с ней все замерзало, хотя и не холод был самым страшным. Само пространство рядом с зеленым знаком Гатс лишалось силы.

— Ержа! Стро! — ворон спустился вслед за змеей, и до моего слуха долетели крики циклопов.

Жалко, что я не понимаю их язык, хотя общие для всех стихии должны были бы давно решить этот вопрос. Неужели новая часть мироздания настолько отличается от старой?..

— Держать строй! — снова заорал циклоп с мечом, и на этот раз я услышал всю фразу целиком.

Хорошо, значит, хотя бы общаться мы точно сможем. Не знаю, получится ли услышать, понять и договориться, но не все же сразу… А змея тем временем снизилась до самой земли, заложила вираж вокруг основания горы, а потом резко ускорилась, выбрав своей целью одного из крайних врагов. Кулаки невольно сжались. Ну же, покажите мне настоящую силу новых миров!

И циклопы показали. Оказавшийся ближе всех к краю мечник вскинул свой клинок, а потом из него хлынул все расширяющийся каменный поток. Пара мгновений, и змея врезалась в преграду, которая продолжала набирать массу. Может, я и зря недооценивал глазастых — на первый взгляд, они довольно уверенно остановили опасного противника. Немного обидно, что тот не сумел показать силу камня разрушения, но… Несмотря на окружившую змею массу камней, я чувствовал что сердце холода продолжает двигаться, а значит, и его хозяйка тоже. Зажавшая ее словно в тиски скала с каждым мгновением разрушалась все быстрее — громкий треск, и я почти пропустил, как черно-зеленая тень вырвалась наружу и обвила ближайшего циклопа будто удав.

На нее тут же набросились остальные, отрывая от тела куски плоти. Мечник отказался от камня и принялся просто рубить монстра, но змее было плевать. Ее кольца сжимались все сильнее, а главное, энергия ее знака с каждым мгновением погружалась все глубже в сердце жертвы. Все было как с проявлением камня — сначала тот еще мог сопротивляться, но потом почти мгновенно начал осыпаться пылью. И теперь то же самое происходило с живым существом. От циклопа начали падать куски плоти. Те, что покрупнее, прямо на лету превращались в пауков, но они были недостаточно сильны, чтобы даже просто находиться рядом со змеей.

Пауки лишались остатков защиты, замерзали, а потом кто разбивался хрустальными осколками, кто растекался грязными черными лужами. Кроме одного… Я обратил внимание, как знак в глазу очередного паука сменился с Басё на Аруф. Перемещение, как у Кейси — и действительно, паук растворился в пространстве, а потом появился на сотню метров ближе к городу и скале. Вот только уйти ему все равно не удалось. Змея моментально бросила тут же обмякшие остатки циклопа, после чего в один прыжок настигла беглеца. И на этот раз она не полагалась на ауру, а просто втянула в себя воздух. Простейшая форма знака Гатс, но это не делало ее даже чуточку безопаснее.

Шустрого паука просто заморозило в воздухе, затем с него сползла чернота, открывая обычное человеческое тело. Две руки, две ноги, бледная, почти белая кожа и такие же волосы — я не много успел рассмотреть, потому что через пару секунд дыхание змеи добралось и до человеческой сути… Ее сдуло, как и все остальное, а потом мне показалось, будто я услышал смачное причмокивание. Циклоп, орда пауков или человек — кем или чем бы ни было это существо, теперь оно окончательно умерло. А змея уже поворачивалась к остальным защитникам стены.

Вот только те явно не просто так пожертвовали своим товарищем, выигрывая себе дополнительные мгновения. Пока змея перекусывала, безоружные циклопы разбежались в стороны, а оставшиеся двое с мечами встали рядом друг с другом. Вспышка света и огня сплелись воедино, а потом окружили змею. Почти как недавно это делал камень, только теперь призванные циклопами силы не просто давили на монстра, но и растапливали лед у него в желудке.

У меня пока еще было много вопросов… Точно ли этого хватит, учитывая, что змея продолжала рваться вперед? Почему циклопы не использовали прием сразу, потратив время на камень и пожертвовав одним из своих? Откуда у них вообще столько разных способностей, и почему змея, у которой в арсенале всего лишь один прием, выглядит на порядок сильнее?

Я не успел продолжить, когда глаза сначала одного, а потом и второго циклопа вспыхнули желтым, и поток идущей от них энергии камней изменения стал гораздо гуще. Теперь змее пришлось значительно замедлиться. Но циклопы еще не закончили. Я увидел, как их тела начали осыпаться мертвыми пауками, затем в глазах на пару секунд мелькнули зеленые прожилки. Мелькнули и пропали без следа, но их хватило, чтобы атака циклопов не прошла даром. Змея яростно зашипела, когда ее кожа начала плавиться, и тут же во все стороны полыхнуло холодом, приглушая свет и огонь. Сила камней циклопов оказалась сметена, но и сама змея пострадала. Стала меньше, ее глаз потускнел…

Я замер, ожидая продолжения, но его не последовало. Циклопы сделали по шагу назад, а змея, снова не издавая ни звука, рванула в небеса и пробила себе проход обратно. Еще пара секунд, и зеленая трещина начала зарастать, а я поспешил отдать первому ворону приказ, чтобы тот улетал в сторону. А то и на нас обратят внимание, а мне бы хотелось сначала обдумать все увиденное. Или лучше обсудить. Потому что мысли внутри головы и когда они вырываются наружу и облекаются в конкретные слова — это две большие разницы. Первые — точно красивее, но зато во вторых будет гораздо проще заметить недостатки логики.

— Итак, — я начал разговор сам с собой. — Вот ответы как минимум на часть вопросов, что я искал. Почему ждали? Потому что нужно было время, чтобы перейти к следующему уровню силы камня изменения. И даже для циклопов это не просто. Поможет ли мне эта информация? Да, теперь будет смысл поработать с концентрацией энергии, и цвет глаз будет критерием оценки успеха. Вот только сразу новый вопрос. Почему у меня уже получается этот желтый цвет в тех же воронах? Откуда, если и камень еще не повышен, и разницы никакой я не ощущаю?

Я несколько минут крутил эту мысль в голове, но все ответы, что появились, были не больше чем перебором вероятностей. Я хмыкнул, невольно вспомнив, как рассказывал в свое время про это Кейси на примере снега. Как человеку, который никогда его не видел, догадаться о его цвете только по звучанию слова и вложенному смыслу? Он черный — возможно. В пользу этого говорят свистящие звуки, свойственные всяким гадам, которые как раз-таки темные создания. Синий? Тоже возможно, и тут все еще проще — оба слова начинаются с одной буквы. Желтый? Шансы опять же есть, но тут нужно постараться. Снег немного похож по звучанию на снек, то есть закуску. А что у нас относится к ним? Ясное дело, чипсы — вот и все виды желтых оттенков в деле. Белый? Тут пока ничего в голову не приходит, так что пока отбросим… В общем, перебор вариантов — дело чрезвычайно неблагодарное.

После мыслей о Кейси захотелось связаться со своими, но увы, через границу старого и нового мироздания даже семейная связь пока не всегда работала. Только если мы одновременно вызовем друг друга — так я один раз почувствовал отголоски мыслей Майи — но сейчас мои жена и дочь заняты спасением мира, и им не до меня. Я снова вернулся к анализу сражения циклопов и змеи. Что еще интересного там было?

Разум мгновенно подсветил картинку выпитого человека. Очень интересная информация. Значит, циклопы — это не только множество не имеющих личности пауков, у них есть и своеобразное сердце. Человек или кто-то похожий, благодаря кому эти создания становятся разумными. В то же время есть и дикие циклопы. Вроде тех, что заглядывают через границу внешних миров, или того крепыша, который родился во время сражения со мной. Кстати, он как раз исчез куда-то в направлении этой горной гряды…

Факты снова закончились, и мне пришлось приложить усилия, чтобы не перейти к пустым догадкам. Гораздо полезнее было бы прокрутить в памяти само сражение и поискать приемы использования камня изменения, которые я сумел бы пустить в дело сам. Практика могла подкинуть новой информации, чтобы двинуться дальше. И я уже почти погрузился с знак Гатс, засиявший желтым цветом посередине моего внутреннего мира, как сверху мелькнула черная точка.

Змея? Я невольно ожидал появления еще одного чужака, опасаясь и одновременно прикидывая самые разные, возможные и невозможные, варианты, как можно было бы его победить. Мне в одиночку сделать то, что не смогли три десятка циклопов. Увы, все мои надежды пошли прахом — сверху приближался не монстр, а всего лишь камень с Пламен и Бородой. Хотя, судя по их лицам, им тоже попалось что-то интересное. Так что, может, и хорошо, что сюда явилась не змея.

«Кот! — Пламен ударила мыслями, превратив их в самый настоящий крик. Определенно крыса становилась сильнее не по дням, а по часам. — Мы нашли…»

Ветер, качнув камень с крысой, унес в сторону продолжение фразы.

— Я хотел их убить! — попытался что-то объяснить обычным голосом Борода. — Но Пламен сказала…

И опять ветер.

«Они прятались!» — это снова крыса. И ветер, обрывающий фразы на самом интересном.

— Там был Бархус! Его глаза и кривые пальцы!

«А я говорю, что месть можно и отложить!»

Камень, наконец, опустился к земле, и неразлучные напарники с разгоряченными лицами застыли прямо напротив меня, уверенные, что мне все ясно. Как бы не так… Начинаю понимать, что однажды имела в виду Майя, когда рассказывала, как мои объяснения порой выглядят со стороны.

— А теперь сначала, — я спокойно смотрел на пышущую волнением парочку.

К счастью, мне не нужно тратить время на то, чтобы слушать длинные истории. Правильный вопрос, и в их головах формируются нужные мысли. О том, что видели и что подумали. И я могу поглотить их буквально за мгновение, все остальное время спуская уже на продумывание собственных шагов… Как оказалось, Пламен и Борода тоже нашли поселение местных. Заметили, пролетая сверху, а потом снизились, чтобы рассмотреть детали.

Я как вживую видел быстро приближающиеся землянки. Целая деревня, скрытая где-то в глубине, и лишь несколько отнорков, выходящих на поверхность то тут, то там. Кстати, я бы сам их, наверно, и пропустил. Ну, ямы и ямы. С высоты размеры теряются, и их вполне можно было бы принять за самовыражение колонии кротов. Пламен же сразу заметила несоответствия, а потом еще и учуяла запах двигающихся живых людей. Я видел несколько лиц, показавшихся из ям… И вот здесь уже мои знания оказались полезнее, чем опыт крысы. Та обратила внимание только на человеческие фигуры, Борода — на знакомое лицо, я же смог считать и расшифровать движения губ.

— Это не охотники… — первая фраза. Очень интересная, готов поспорить, что местные имели в виду циклопов. Вернее, тех, кто скрывается в их телах.

— Все равно, не рискуем и заваливаем проход! Давно пора было уходить на север! — это сказала вторая голова. Лысая, большая и очень уверенная в себе. Значит, местный главарь.

— Не может быть… — а это была третья и последняя фраза, которую я услышал. Ее произнес тот самый человек, которого узнал Борода. И в этих словах определенно был страх.

Я копнул воспоминания бывшего искателя немного глубже, чтобы понять, откуда вылез этот знакомец. И с ним было связано только одно воспоминание. Красное пламя, крики, злые холодные глаза и кажущиеся кривыми пальцы. Все из-за игры теней от факела и начинающегося пожара. Вот и стало понятно, почему эти двое так друг к другу относятся.

Чтобы не терять время, я поделился с Пламен и Бородой уже своими воспоминаниями. Тоже мысленно и быстро, чтобы теперь уже они узнали, что именно я увидел и какое решение принял.

— Хочешь нагнать подземных людей? — крыса все-таки не удержалась и переспросила. Ей еще было сложно и непривычно работать с большими объемами информации. — Я поняла. Они слабее, они расскажут нам, что тут и как. А потом уже решим, что делать с тем городом циклопов. И змеями. Не люблю змей.

Крыса изобразила дрожь, и ее шерстка встала дыбом.

— Согласен! Идем за Бархусом, — Борода не стал много болтать и только закивал.

Бывшему искателю были неинтересны детали моих планов: он просто вычленил главное, понял, что скоро доберется до старого врага, и это его полностью устроило. Да и меня тоже. От того, что некоторых справедливое возмездие настигнет даже в другом мире, на душе стало приятно и тепло.

Впрочем, спешить мы тоже не стали. Сначала я построил модель известной нам части мира, отметил на ней подземное поселение и север, куда, по словам подземных жителей, они планировали отступать. После уже Пламен добавила деталей — движения людей, пока ее нюх и слух еще могли их захватывать. Общие вектора совпадали, а значит, можно было выступать.

— Разберем завал и догоним? — спросила крыса, когда мы поднялись в воздух.

Чтобы открыть разрез через изнанку прямо в нужную точку, мне нужно было ее видеть. И набрать для этого пару километров высоты стало самым простым решением.

— Или ты просто откроешь проход сквозь него? — Пламен пришла в голову новая идея. Учитывая мой основной способ перемещения, очень разумно.

— Согласен, лучше побыстрее. Не стоит некоторым жить даже лишний день, — Борода тоже горел энтузиазмом, а я невольно подумал, что новая личность, которая в нем пробуждается, довольно кровожадна.

— Быстрее будет немного по-другому, — мой ответ заинтересовал сразу обоих моих спутников.

А потом я, наконец, наметил точку выхода и бросил нас вперед. На этот раз я использовал изнанку Света. Учитывая особенности местных жителей, Кровь была бы надежнее, чтобы нас точно не заметили, но сколько бы нам пришлось там бултыхаться. А так — раз, и мы на месте.

— Мы, кажется, промазали. Километра на два вперед, — Пламен огляделась по сторонам.

— Нет, мы точно там, где нужно, — я покачал головой, а потом создал косу.

Не ту, которой обычно сражался с равными противниками. На этот раз мне нужно было оружие другого типа. Я призвал Тьму, а потом щедро плеснул стихию перед собой, придавая ей форму огромного лезвия. Получилась почти сотня метров клубящегося дыма, которые я насадил на рукоятку из Света — раздался треск разрядов. Стихии были недовольны, но моя воля была сильнее и удерживала их на местах.

На этом подготовка закончилась. Я на мгновение замер, прислушиваясь к проявлениям жизни под землей — ничего — а потом размахнулся и нанес удар. Коса прошла через землю, песок, камни, рассекая их с одинаковой легкостью, и когда пыль осела, перед нами сияло чернотой новенькое ущелье.

— Я вижу следы их ходов! — Пламен сразу поняла, что именно я делал, и первой заметила коридоры, по которым хотели сбежать подземные жители.

— Тогда посмотри, были они тут или нет, — попросил я крысу, а потом перебросил ее вниз через изнанку.

Пламен осмотрелась на месте, и я поднял ее обратно, уже зная результат. Две сотни человек прошли тут буквально полчаса назад.

Глава 6

Верх и низ

Результат разведки был вполне ожидаем — я специально наносил проверочный удар там, где подземные жители уже точно должны были пройти. Во-первых, хотелось понять, с кем и чем мы столкнемся — и теперь я знал, что передо мной будут точно не обладатели стихий. Во-вторых же, я не был уверен в том, что туннели под землей будут идти прямо, так что этот надрез был необходим. Теперь я видел, куда они поворачивали, и мог внести корректировки перед следующим шагом.

Изнанка, коса, удар… Мы перенеслись на десять километров вперед и повторили все то же самое, в том числе и спуск Пламен вниз.

«Пусто! — мысли крысы долетели до меня даже раньше, чем она вернулась. — Они тут еще не проходили!»

— Вот и прекрасно, — я перекинул себя и Бороду вниз, прямо на край подземного хода. — Что ж, пора прогуляться навстречу нашим новым друзьям.

Между нами и прошлым разрезом было всего ничего, так что даже если тут где-то были развилки или отнорки, где могли бы попытаться укрыться подземные, уже скоро мы точно встретимся. Я мысленно потер руки, уже предвкушая скорые ответы. Новые детали новых миров. Это было интересно даже не потому, что без этого мы не выживем, а само по себе. Как же я соскучился по хорошим тайнам!

А теперь начнем! Я выпустил стихию Жизни, тонким слоем наполняя туннель перед собой. На сотни метров, на километр и дальше… Там я увидел несколько ведущих вниз ходов, расходящихся новой сеткой коридоров. Не знаю, кто тут устроил все это великолепие, но не страшно. Главное, я знаю, что беглецы миновали прошлое ущелье и не дошли до этого, а значит, им от меня не скрыться… Пламен водила носом, пытаясь тоже кого-то почуять. Борода просто грозно разминал кулаки — у него сейчас было меньше всего шансов помочь нам в поисках.

Я коснулся разума своих спутников, подбадривая и делясь силой.

— Тут что-то есть, — неожиданно бывший искатель сорвался с места и подошел к стене.

— Чисто, — я на всякий случай проверил все в том углу.

— Нет, есть, — Борода не говорил, а бормотал. — Движения воздуха неправильные. Так ведут себя горы, когда хотят заманить в ловушку.

На этот раз я просто промолчал. Если опыт искателя просыпается в Бороде, то и прекрасно. Если он еще и пользу принесет, тем более. А в том, что обычные знания могут оказаться полезнее любых, даже самых сильных стихий, я никогда и не сомневался.

— Тут! — Борода ткнул пальцем в самый обычный камень. — Он голоден. Он хотел бы забрать наши жизни.

Я все еще ничего не чувствовал, и считанные мысли Бороды не особо помогали. Слишком запутанные, слишком обрывистые — скорее инстинкты, чем что-то цельное.

— Если тут что-то и есть, то вряд ли это те, кого мы ищем, — Пламен тоже подошла к нужной стене. — Никаких следов, запахов. Рядом есть отблески проходивших мимо разумных. В этом году и раньше. Много раньше. А вот у этой стены — только затхлость и пустота.

Ожидание тайны внутри меня разгорелось еще сильнее. И то, что тайна перед нами была древней и зыбкой — казалось, в любой момент Борода пожмет плечами и скажет, будто почудилось — лишь добавляло дровишек.

— Что ж, если ты говоришь, что камень хочет перекусить, попробуем дать ему эту возможность, — я предложил перейти к делу. — Только обойдемся без настоящих жертвоприношений.

Следующие пару минут мы потратили на десятки самых разных предположений. Вложить стихии, энергию наших камней изменения, применить разные способности, использовать кровь, голую силу, попытаться пройти сквозь разные изнанки, телепортироваться и даже… Борода вытащил из кармана обгрызенный кусок хлеба и прижал его к камню — ничего не сработало. А потом нас отвлекли от поиска. Мы с Пламен одновременно повернулись и посмотрели в даль уходящего в тьму туннеля. Не знаю, что помогло крысе, а вот меня предупредили остатки выпущенной стихии Жизни. К нам кто-то приближался.

— Встретим гостей, — я сориентировался на положение чужаков в пространстве.

Даже на расстоянии я чувствовал исходящий от них страх, так что не стал терять время. Еще один прокол в изнанке, и мы вышли за спиной группы из десяти человек. Девять мужчин и одна девушка. Трое из них уже были мне знакомы по воспоминаниям крысы. Лысый главарь, тот, кто назвал нас «не охотниками», и старый знакомый Бороды. Пользуясь тем, что нас пока не заметили, я прикрыл себя Кровью, сделал шаг в сторону и пробежался взглядом по остальным. Вроде бы ничего особенного. Обычные люди, выделяются разве что небольшими золотистыми пластинами, закрепленными напротив сердца на толстых кожаных ремнях. Из оружия только стальные клинки на поясах — они их даже не вытащили, явно шли на разведку, в глубине души не рассчитывая никого встретить.

— И кто же вы такие? — я вернулся из изнанки и заговорил, произнося каждое слово громко и четко. Мне нужно было, чтобы каждый из чужаков услышал меня и мысленно ответил на вопрос.

Вышло неплохо. Обработать сразу десять потоков мыслей непросто, но у меня был опыт, а вместе с ним и возможность получить максимально цельную картину. Заполнить пустоты, которые нашлись в цепочках воспоминаний у каждого. Всего секунда, а я уже знал, что передо мной стоят так называемые свободные харии. Этот мир делился на три группы: властные люди, пустые рабы и те самые свободные харии, которые сбежали из городов, надеясь уйти от уготованной им необходимости проверять, кем же они станут.

Города — это места в скалах вроде того, где я видел сражение циклопов и змея. В них жила большая часть обитателей этого мира, и все их существование строилось на одном. Признании камня изменения, который когда-то в древности попал в недра их родины, а потом помог ей устоять перед чужаками, приходящими с небес. Когда наступал возраст, люди приходили к алтарю камня и приносили ему клятвы. Какие-то он принимал, даря свою силу, какие-то отвергал, забирая разум. Впрочем, силу все равно давал, так и появлялись те самые пауки, дикие, но забывшие свои личности. А охотники, те, кто сохранил разум, ими управляли, собирая из них гигантские тела.

Так я понял, что циклопы, которые нападали на наши миры, были дикими. Охотникам было не до собственной экспансии, им бы устоять перед соседями вроде той змеи, что порой заглядывали через дыры в небесах. Впрочем, были соседи и полезные: те, что за силу их знака делились пылью своих камней, открывая тем самым новые способности. Так, например, появились свет и огонь, которые очень помогали сдерживать ледяных пожирателей. Кто-то один вспомнил, что охотники мечтают когда-нибудь поглотить хоть немного страшной силы змей, чтобы стать по-настоящему могущественными и самим прийти в чужой мир. На охоту не за хариями или рабами, а за настоящей добычей, как и было завещано предками…

На этом поток полезных мыслей оборвался, сменившись паникой и страхом, когда харии обернулись и заметили наше появление.

— Мы! — голос лысого дрогнул, но он взял себя в руки и даже выхватил клинок из-за пояса. — Мы не дадимся вам живыми! Мы сделали свой выбор и лучше умрем!

Почти все были согласны со словами своего лидера. Кроме двоих. Одним был Бархус, что и не удивительно, если учесть, что он явился из нашего мира. А вторым — неприметный парень, медленно отступивший в центр строя за спины своих товарищей. И ведь как ловко это сделал, никто даже внимание на его маневр не обратил.

— В принципе, я уже узнал все, что хотел, — честно ответил я лысому. — Но у моего спутника, — я кивнул на Бороду, — есть долг смерти к одному из ваших. Он его заберет. А потом можете быть свободны.

— Я же говорил, не охотники, — снова зашептал один из хариев.

— Мы не отдаем своих, — лысый не двинулся с места, гордо вскинув подбородок.

Я внимательнее пробежался по его мыслям. Он действительно верил в сделанный когда-то выбор. Не боялся, как некоторые, стать рабом, а верил, что подобного в принципе не должно быть. Эта же вера побуждала его заботиться о своих и заступаться, как сейчас… Я вчитывался в чужие мысли и неожиданно заметил, что это получается совсем не так легко, как с Пламен или Бородой. А любая странность — это информация!

Я копнул еще глубже. Разная скорость считывания, передача эмоций и поглощение… Лысый вздрогнул, попав под этот напор, но я уже закончил, найдя самую заметную разницу. Пластины, которые харии носили на груди, были не только для красоты. Сами они верили, что подобный доспех защищает их от охотников, не давая силе камня Басё их заметить. И это работало: я видел картины из прошлого, как пауки и циклопы проходили мимо хариев, и сила изменения свободно протекала сквозь них.

Вроде бы просто интересный факт, не так важный лично для меня, но только на первый взгляд. Ведь если золотые нагрудники мешали и мне считывать мысли, то это могло означать только одно… У меня появилась идея, как можно использовать эту информацию, и сразу захотелось вернуться к тайному проходу, который до этого не хотел нам поддаваться. Но сначала надо было закончить здесь.

— Бархус, ты же из старого мира, значит, слышал обо мне. Неужели думаешь, что я уйду? — я внимательно посмотрел на грабителя, убившего семью Бороды.

В мыслях метались противоречивые чувства: страх — за себя, ненависть — к бывшему искателю, что не сдох, ко мне, что лезу не в свое дело, и надежда — он почему-то считал, что я справедлив. Последнее чувство начало поглощать все остальное. Он заставил себя поверить, что если доведет дело до конца, убьет Бороду, то я оставлю его в покое.

— Я наемник, мне заплатили, и я сделал свое дело, — Бархус постарался выглядеть гордо. — Кто я такой, чтобы отказывать богу?

А вот это было интересно. Я действительно видел воспоминания, как мелкий божок их мира, третий сын какого-то захудалого рода из ветки Хо нанимает банду Бархуса. Прийти, забрать все, прежде всего камни, и принести их. Камни — могло ли это быть тем, о чем я подумал?

— Значит, ты сделал то, что приказано, а тебя в ответ убили? — золотая пластина мешала считывать все мысли, и приходилось говорить, чтобы заставить чужой разум раскрыться.

— Не убили, — Бархус полыхнул ненавистью. — Этот мешок дерьма сказал, что не хочет, чтобы наши души могли его выдать. Поэтому он разрезал пространство и выкинул нас сюда. Остальных моих почти сразу сожрали пауки, а меня нашли харии. И теперь я один из них, потому что к черту богов! К черту все ваши силы!

Мне можно было бы возразить, что сила камня изменения, которую использовал тот мелкий Хо, совсем не божественная, но Бархусу на это плевать. А мне — плевать на него. Если честно, не скажу, что его судьба кажется мне несправедливой. А теперь пришло время поставить точку в этой истории.

— Борода, он твой, — я отошел в сторону, перестав перегораживать дорогу бывшему искателю, и поднял руку, останавливая лысого и его людей. — Смерть за смерть. Это честная цена, которую должен быть готов заплатить каждый свободный человек. Иначе чем он отличается от раба или охотника, которые меняют волю на служение? Не отрицаю их выбор, но и они, и вы должны быть готовы идти до конца.

Кажется, меня не все поняли. Вернее, не поняли слова, а вот суть — она окружала меня, выливаясь наружу через знак Гатс. Было странно использовать камень изменения наоборот, но это работало, и я чувствовал, что только что сделал очень важный шаг в его познании. Новая теория работала.

— Теперь ты умрешь! Ошибка будет исправлена! — Бархус расставил руки в стороны и словно медведь двинулся на Бороду.

Напарник Пламен был крупнее, но в убийце его семьи было больше дикой злости, больше готовности убивать. Хотя так казалось буквально пару секунд. Борода тоже сделал шаг вперед. Он не изображал крупного хищника, наоборот, его движения были резкими, осторожными, словно у бешеной крысы, которая забыла об осторожности, и все, что ее волнует, это только чужая кровь.

«Не помогай», — я почувствовал, как Пламен хочет поделиться силой камня со своим другом, но остановил ее.

Сейчас для Бороды была важна не победа, не смерть Бархуса. Ему нужно было уничтожить смерть внутри себя самого, разжечь в себе огонь нового смысла. И для этого он должен был все сделать сам. Тяжело? Да, но разум и свобода никогда не даются просто так.

Между Бородой и Бархусом оставалось меньше метра, когда бывший бандит резко нагнулся, подхватывая с земли горсть пыли, и бросил ее в глаза своему противнику. Борода на мгновение потерял Бархуса из виду, и тот сразу же прыгнул вперед, уходя от чужих рук и целясь в горло. Я оценил его задумку и желание победить. Он не бил, не хотел задушить врага, все его движения вели только к одному — открыть чужое горло и впиться в него зубами.

Вот только Борода успел это почувствовать, чуть-чуть повернул корпус, подставляя под удар плечо, а потом сам клацнул зубами. На камни подземного хода упало сразу несколько капель крови. Часть текла из плеча Бороды, другая — из оторванного уха Бархуса.

— Ах ты, выкормыш богов! — выругался бандит, а потом снова прыгнул вперед.

На этот раз ни он, ни Борода не рассчитывали победить быстро. И тот, и другой просто молотили пудовыми кулаками по чужим рукам, корпусу, голове. Я видел наливающиеся синяки, видел, как некоторые удары разрывают кожу, добавляя крови вокруг. А потом неожиданно кулак Бороды вспыхнул зеленым светом, и очередной удар не просто отбросил Бархуса, а рассек само пространство вокруг него. Еле заметная вспышка, и бывший наемник и убийца просто исчез.

— Где он? — Борода принялся озираться.

Его глаза все еще горели боем. Он не понял, что случилось с врагом, а еще он не понял, что произошло с ним самим. А вот я видел — мутной пелены в разуме стоящего передо мной человека больше не было. Говорят, месть сжигает прежде всего того, кто мстит, и это правда. Вот только порой, лишь сгорев и обрушив в пепел старую жизнь, можно восстать заново. И я рад, что Борода смог пройти этот путь.

— И каково это снова быть собой? — спросил я бывшего искателя.

Тот вздрогнул, потом растерянно поднял руки, посмотрел на тревожно замершую Пламен, а потом в уголках его глаз появились одинокие слезинки.

— Они погибли, все погибли. Сгорели. Я остался один, совсем один. Он их сжег, а я даже отомстить до конца не смог, — он снова говорил как здоровый человек. Почти…

Одна ошибка, и он мог снова закрыться, прячась от мира.

— Начнем с того, что не один, — ответил я. — Твой главный друг, тот, кто никогда не забывал о тебе и без кого бы ты никогда не вернулся, всегда был рядом.

Я кивнул на отвернувшую морду Пламен. Да, иногда нужно проговаривать очевидные вещи, и в этом нет ничего страшного. Лучше так, чем если из-за глупости, из-за страха поверить в другого и ошибиться, люди будут отказываться от тех, кто им на самом деле дороже всех на свете.

— Пламен, — голос Бороды хрипел. — Прости. Прости, что забыл. Но я все помню и буду помнить всегда. Спасибо, что помогла, что была рядом. А Бархус, ну и черт с ним, пусть живет!

— Вообще, он не сбежал, — вмешался я. — Это ты использовал силу камня и перекинул его в следующий внешний мир. Скорее всего, в мир зеленых змей, так что, учитывая почти сразу же ударившую оттуда волну смерти, твоя месть уже свершилась.

— Значит все? — глаза Бороды блеснули, и он с некоторым раздражением потер свое волосяное украшение. Кажется, недолго ему осталось. Как и прозвищу — я покопался в воспоминаниях и отыскал там его настоящее имя.

— С твой местью, Борука, все, — кивнул я. — А вот с силой — нет. Или тебе самому неинтересно, как ты переместил человека, да еще в зеленый мир? И это при том, что Пламен тебе в этом не помогала?

— Но я чувствовал силу камня, — бывший Борода прижал руку к груди.

Я тут же скользнул туда взглядом, и действительно, рядом с его сердцем темнел комок из множества песчинок. Получается, Пламен, которая все это время делилась с ним силой камня, в итоге передала Боруке его часть. А тот тем временем продолжал:

— Я чувствовал его, потом зачерпнул силу камня, хотел выплеснуть, но Бархус увернулся. Я тогда сдержался, но энергия сама вырвалась наружу, словно захватив с собой часть меня…

— Он вложил свою жизнь в этот удар, — неожиданно в разговор вмешался глава хариев, который до этого молча стоял в стороне. Странно, он что-то знал, а я не смог считать это в его мыслях. Похоже, порой эти пластины на сердце могут быть эффективнее, чем кажется на первый взгляд.

— Расскажи! — попросил Борука.

Глава 7

Корни

— Это все знают. У нас… — лысый вожак подземных людей понял, что мы не охотники, что сражение с прибившимся к ним чужаком было честным, и этого оказалось достаточным, чтобы его мнение о нас изменилось. — Если камень принимает тебя и ложится под сердцем, то понемногу пускает корни. И когда это происходит, можно брать из него не только чистую красную энергию, но и что-то большее. Вырывая его с корнями, охотники пробиваются на следующие уровни, но и платят за это частью себя. Тем, куда проросли корни, тем, что они унесут с собой.

Получается… Борода в своем случае заплатил за выкинутого в другой мир Бархуса своей болезнью. Интересная мысль, впрочем, довольно старая: любой яд в правильном месте и в правильной дозе может оказаться лекарством. Или способом открыть что-то новое… Не успел я додумать, как почувствовал движение энергии изменения. Это была Пламен, и на этот раз крыса не просто использовала силу камня, она захватила ее со всеми корнями и рванула изо всех сил!

— Ты охренела? — только и успел сказать я, когда глаза крысы полыхнули зеленым, а потом ее окутала чистая энергия сразу двух знаков. Басё, трансформации от набранных во время охоты на пауков каменной пыли. И Мистери, передачи силы — личного знака Пламен.

Крыса ничего не ответила, только собрала всю окутавшую ее энергию, а потом сбросила вниз, создавая чуть в стороне от нас еще одно ущелье. Я оценил получившийся провал — вышло не меньше, чем у меня. И пусть я использовал голые стихии, без концентрации и усиливающих Шагов, все равно. Надо признать, что Пламен, освоившая свой камень изменения совсем недавно, очень сильна.

— Чего ты хотела добиться? — я смотрел на крысу уже спокойнее.

Почему-то в момент сбора силы я почувствовал в ней какую-то странную решимость. Такая порой рождается в тех, кто отважился на смертельно-опасный подвиг. Или глупость. К счастью, Пламен просто проверяла себя, а мне нужно взять на заметку, что эмоции крыс отличаются от человеческих. Вот и сейчас: Пламен вроде была и открыта, и в то же время часть ее сознания словно существовала в другом мире.

Впрочем, еще оставался вариант, что у крысы просто не получилось задуманное… Я продолжал буравить ее взглядом — невозможность читать мысли вовсе не означала, что я не сумею получить ответы на свои вопросы.

— Хотела кое от чего избавиться, — наконец, вздохнула Пламен и отвела взгляд в сторону.

Я бы не отказался узнать детали, но крыса пока была не готова открывать душу. Да и время с местом сейчас не подходящие. А еще я был не совсем тем человеком, который был нужен Пламен. Борука тоже это понял, а потом быстро подошел к своей шестилапой подруге, рухнул перед ней на колени и прижал к груди.

— Спасибо, что помогла. Что спасла! Что была рядом! — быстро говорил он.

И каждое его слово разбивало повисшее в воздухе напряжение. Местные, которые после экспромта Пламен приготовились к бою не на жизнь, а на смерть, выдохнули. Понимаю их. Сначала наш полет, потом грохот ущелий, которыми я загнал их в угол, резкая встреча и отказ обычно спасавшей защиты. Потом исчезновение Бархуса, устроенный Пламен взрыв — подземные вроде бы и не видели агрессии, но не знали, чего ждать дальше. Я еще раз пробежался по мыслям лысого вожака, проверяя, не упустил ли чего важного и срочного, а потом принял решение.

— Спасибо за возможность помочь моим спутникам, — я еле заметно склонил голову, глядя на подземных. — Мы оставим вас, но…

Они расслабились и напряглись. Опять.

— Ловите, — я напитал один из множества лежащих вокруг камней стихией Обмана. — Если будет нужна помощь, и я буду рядом, то зовите, приду. Но, учтите, не бесплатно.

И снова теплые порывы сменились опасениями. Кажется, мне стоит говорить короче и без лишних интриг, если не планирую устроить подземным нервный срыв.

— Чего ты хочешь? — лысый вожак нарушил молчание. И я был рад, что ему хватило на это силы воли. Пусть и его люди видят, что он может говорить со мной на равных, и мне будет спокойнее, зная, что подземные смогут осознать пользу от наших договоренностей.

— Информации о вашем мире. Так уж получилось, что мы соседи, и нам, чтобы защититься от диких охотников, нужно знать, что они собой представляют. Мы, правда, надеемся устоять в открытом бою, но в любом случае ваш опыт окажется чрезвычайно ценен, — я не стал ничего скрывать, а заодно перешел на привычные термины этого мира. — Так что готовься через пару дней торговаться. Мы не много дадим за знания или помощь, но нам точно не нужна ваша свобода. Так что шанс на хорошую сделку будет.

Я говорил и, раз уж не врал ни единым словом, заодно транслировал свои эмоции лысому вожаку. Тот сначала вздрогнул, когда ощутил первое касание разума, но потом быстро понял, что к чему, и только внимательно прислушивался. К словам, к мыслям, что шли вместе с ними, к себе.

— Я услышал тебя, — он кивнул, а потом сжал руку с протянутым мной камнем. — Мы будем ждать твоих послов, а пока… — он сделал резкий жест стоящему у него за спиной парню. — Возьмите защитные пластины. Они скроют ваши сердца от охотников, и тогда вы, а не они, будете выбирать, когда сражаться.

Теперь пришла уже моя очередь принимать дар. С одной стороны, я уже и так умел прятаться от пауков, а использовать неизвестные артефакты не самое безопасное дело. С другой, почему бы не изучить их.

— Спасибо, — я сжал в руках три позолоченные пластины, заодно проверяя, получается ли вытянуть из них какую-то информацию.

Да, мой личный кусочек мироздания лишился демиурга в лице Зашам, я находился за границей всего привычного мира, но какие-то способности все равно были со мной. Я не мог получить информацию из ничего, призвать новые знания. Но вот соотнести артефакты с тем, что мне уже было известно — вполне. Итак, передо мной было не золото. Какой-то грубый местный металл, сверху — краска, просто для красоты… Нет, как символ связи с каким-то древним мифом. Что еще известно? Необходимость располагать рядом с сердцем? Обязательно. Размеры и форма? Тоже имеют значение, идеальным было бы подстроить под первый слой ауры камня изменения, что скрыт во мне или Пламен. Или под пыль, у которой был свой след, как в случае с бывшим Бородой.

— Держи, — я кинул Боруке его мини-доспех, на ходу подправляя его форму.

Потом призванная мной стихия Света ужарила пластину для Пламен, и я, наконец, принялся за себя. Если с другими мне приходилось полагаться на внешние проявления силы камня изменения, то в случае с собой я мог позволить себе практически связать кончики стали и всполохи энергии знака Гатс. Не время для экспериментов, но уж больно просто это было сделать, и мне требовались зрители, чтобы оценить эффект.

И они были поражены. Лысый с остальными подземными жителями следили за моими действиями, открыв рты. Сначала, когда я обрезал пластины для Пламен и Боруки, с возмущением, потом, когда пришла моя очередь, уже с противоположным чувством.

— Эти щиты, — голос лысого вожака дрогнул. — Раньше их носили наши друзья, но неделю назад охотники сумели зажать их, и пластины стали единственным, что от них осталось. Продавшие разум камню не могут видеть их. Только свободные или же те, кто несет под сердцем оригинал, а не жалкую пыль.

— Значит, и вы свободные, — один из спутников лысого вожака не выдержал и тоже подал голос. Кстати, это тот, который в самом начале вместе с Бархусом не был готов умирать ради этой самой свободы. Иронично, что именно он сейчас говорит о ней громче всех. Впрочем, интересны ли мне такие мелочи?

— Свободным среди нас можно было бы назвать только его, — я опять не стал ничего скрывать и указал на Боруку. — У нас же с Пламен целые камни.

Почему я так откровенен? Честные разговоры дают гораздо больше информации. Меньше воды, а главное, ты получаешь не только информацию о фактах, но еще и о чувствах. Что думают те, с кем ты общаешься… О тебе, о твоих поступках, о твоей силе. Если тебе не наплевать на них, то отказываться от подобной информации глупо.

И мой подход уже принес плоды. Так сначала я узнал, что среди охотников этого мира есть один с настоящим камнем. Лидер, который и поддерживает местные порядки. Охоту, жертвы, и все ради сомнительной эффективности способа защиты от змей. Возможно, когда-то вначале по-другому было и нельзя, но сейчас… Мне кажется, что власть, его власть — это единственное, что волнует главу охотников. Не буду, конечно, навешивать на него ярлыки, но на случай встречи не буду питать и лишних иллюзий.

Что же касается открытий, еще одно я сделал только что и теперь мог показать его всем. Рука скользнула по груди. Стихии на мгновение сделали мое тело прозрачным, продемонстрировав, как рядом с обычным сердцем бьется еще одно. Каменное. И вместе с ним синхронно сокращается и тонкий слой стали у меня на груди: то, что осталось от поглощенной и улучшенной золотой пластины.

— Это… — голос единственной девушки в отряде лысого дрогнул, а потом она продолжила, сказав то, чего я совсем не ожидал. — Очень красиво.

На мгновение я вспомнил Зашам. С этого же, с красоты, начался наш союз. Ящерица, наследник крови одного из бывших демиургов, хранитель моего мира. Она лишилась силы во время сражения с первым циклопом, ушла в грань, попыталась раствориться в ней, но… Вряд ли у нее получится. Пока я помню ее, она не сможет исчезнуть.

— Неужели ты настолько тонко чувствуешь камень, что смог соединить его и защиту? — в голосе лысого вожака, когда он уставился на меня, чувствовался подвох.

Я скользнул в его мысли. Еще недавно он мечтал поскорее уйти, разобраться в тишине со всем новым, принять решение, как жить дальше… Сейчас всего этого не было. Вместо этого он думал о силе, о том, что уже тысячи лет люди только вспоминали, как могли подобное раньше, но ни у кого не получалось повторить.

Я пристально посмотрел на лысого вожака, и он понял меня правильно.

— Это было давно, — его голос звучал низко и хрипло. — Когда только первые змеи начали ползать в наш мир за мясом. Тогда в небе раздался свист, а потом мы получили свой камень изменения. Его нашел первый охотник, который построил горные города и научил людей защищать свою жизнь и свободу. Именно их. Потомки охотника забыли про часть единого наследия, спасая только жизни. Свободой же пришлось заниматься самим тем, кому она осталась на самом деле важна.

— Я понимаю, — кивнул я. — Это история разделения на охотников и хариев.

— Это одна часть истории, — кивнул лысый. — Есть еще вторая. Мы, харии, считаем, что, отказавшись от свободы, наш народ лишился части силы камня. Первый мог чувствовать и управлять им, как ты. Его глаза сверкали изумрудами, ярче, чем у змей. А сейчас… Охотники могут вспыхнуть зеленым лишь на жалкие секунды и платят за это частью своей души!

Вожак подземных замолчал. Я же считал с поверхности его разума то, что он не стал говорить. Те же охотники верили, что все было по-другому. Что сила оставила их из-за предательства хариев, что вместе с пылью камня изменения они утащили и часть его способностей. Они верили в это и искренне мечтали убить или захватить всех подземных не только чтобы создать из них новые тела циклопов, но и чтобы вернуть полную силу своего знака.

— Понимаю, — я ответил, а заодно вернул лысому все, что считал из его разума. Пусть запомнит, что нет смысла врать мне. Эффекта никакого, только время тратить.

Вот только я прочитал в нем не смущение, а радость.

— А я ведь спрятал эти мысли за золотой щит, — его глаза блеснули. — Ты понимаешь, чужак? Я лично спрятал мысли в самое сердце, прикрытое металлом, что создал еще первый охотник. А ты все равно смог их увидеть, ты же понимаешь, что это означает?

— О чем он? — Пламен с Борукой, наконец, отвлеклись друг от друга и оба уставились на меня.

Пожалуй, можно будет и сказать.

— Я понял это, когда нагрудники подземных спрятали от меня часть мыслей, — начал я. Заодно проговорю все вслух и еще раз проверю, не упускаю ли чего. — Если то, что защищает от силы камней, мешает читать мысли, то, получается, именно ее я и использую, чтобы проникать в чужой разум.

— Твой знак поглощает силу… — задумалась Пламен. — Значит, ты можешь с его же помощью поглощать и мысли? Как какой-нибудь пожиратель мозгов, не очень приятно.

— Лично я не заметил разницы между тем, как работал с сознанием раньше и после получения камня, — я пожал плечами. — Более того, после того как понял, что пластины мешают, я начал пытаться обходить и воздействие, и у меня получилось.

— Конечно! — на этот раз не выдержал лысый вожак. — Они защищают от красного знака, ты же погрузился в эту силу гораздо глубже.

— Я тоже так думаю, — кивнул я в ответ. — Единственное, что пока смущает в этой теории: я видел свои глаза, видел линии знака Гатс, когда призываю его — они красные. Не желтые, не зеленые, хотя некоторые создания, с которыми я делился силой, получали следующие цвета.

— Я, конечно, не специалист, — тихо вмешался Борука. Бывший Борода точно чувствовал себя не очень уверенно, но в то же время не сомневался, что должен поделиться ценной информацией. — Твои глаза, Кот. Ты разве не видишь, что когда используешь знак, то заодно обращаешься еще и к одной из своих стихий, и она окутывает тебя чем-то вроде защитной пленки? Это же важно?

Я чуть не расхохотался. Ответ был таким простым и очевидным.

— Да, это очень важно, — я не удержался и крепко обнял Боруку. Все-таки порой ничто не может так помочь, как незамутненный взгляд со стороны.

— Так в чем дело? — Пламен возмущенно замахала лапами. И опять использовала сразу три с одного бока, как она только после такого не падает?

— Я использовал стихию Обмана, — ответил я. — Сначала чтобы прикрыться в случае проблем с новой энергией, а потом уже на автомате. Обман подстраивался под изначально заданный образ с красными глазами, пленка была очень тонкой, незаметной. Она же на текущем уровне воздействия ни на что не влияла. Ни на что кроме цвета.

Я взял свои инстинкты под контроль, придержал Обман, а потом активировал знак Гатс, наполняя его силой воздух вокруг себя. В глазах стоящего напротив Боруки отразились зеленые линии. Да, моя сила успела перепрыгнуть сразу через две ступени, я мог использовать ее не только чтобы поглощать врагов, но и просто чтобы окружать себя, а еще… Я поглощал с помощью камня изменения чужие мысли. Собственно, так я и прокачал эту способность. Бегал по мирам, искал других носителей знаков изменения, прятал себя, копался в чужих мыслях… И все это с силой нового камня в новом его воплощении!

Получается, я не только стал сильнее, но и понял, как это в принципе делается. Я чуть не расхохотался — и ведь все так просто! Пламен использовала силу знака Мистери не так, как положено, и стала сильнее. Я окружал себя неправильным Гатсом и тоже стал сильнее. Вот и весь секрет — хочешь двигаться дальше, не повторяй то, что камень уже дал тебе. Ищи новое, и однажды новый цвет станет частью тебя.

Еще полчаса мы разбирались с Нихилом. Два очень важных вопроса: что такое сила камня и что их отряд будет делать дальше. Нихил, если что, это имя лысого вожака подземных. Учитывая, что мы в итоге договорились о долговременном сотрудничестве, пришлось запомнить. Потом они ушли в дальние подземелья, мы же снова остались втроем.

— И что дальше? — Пламен посмотрела на меня, возвращаясь по факту к тому же, о чем мы все это время и говорили. — Ты узнал, как развивать камни, собрал информацию об этом мире. Не всю, но много. Возвращаемся?

— Возвращаемся, но сначала нам все же придется прогуляться в пару мест, — я покачал головой.

— Стоит ли рисковать? Твои знания очень важны, без них могут разрушить много миров, — Борука, вернув память и мозги, оказался тем еще моралистом. Даже не знаю, как они в итоге с крысой-то сошлись в свое время.

— Ты прав, и поэтому мы поспешим, — ответил я. — Но в то же время нельзя метаться из стороны в сторону, так мы потратим только больше времени. Подумай, что будет после нашего возвращения — придется решать, что делать дальше. И чтобы принять это решение, нужна информация об охотниках, больше, чем нам рассказали те, кто считает их своими природными врагами. А еще нам нужна вся информация об этом мире, особенно та, к которой никто из местных не имеет доступа.

— Про охотников я поняла, — закивала Пламен. — Но что за тайны мира? Или ты про тот проход, который нашел Борука? Придумал, как его открыть?

— Точно, — я говорил и одновременно тащил нас через изнанку к нужному месту. Благо, когда никто не мешает, это совсем не сложно. — После всего, что мы узнали о камнях и своих ошибках, это кажется таким простым.

Глава 8

Наследие

Пламен и Борука вышли из изнанки вслед за мной и теперь молча пялились на странную скалу, за которой скрывалась тайна и в то же время совершенно ничего не было.

— Сначала я думал, что тут может быть просто изнанка неизвестной нам стихии. Помните, той белесой, в которой сбежал от нас получившийся из пауков циклоп? — я говорил и одновременно собирал энергию камня изменения. — Но потом мы столкнулись с подземными, те рассказали нам про камни, и я узнал о новой силе своего знака… Посмотрите еще раз на стену — что вы видите?

Холодный шар в желудке уже пытался превратить меня в кусок льда, но пока я не выпускал наружу ни кусочка этой силы.

— Стена как будто прячется. В тот раз ее было лучше видно, — Борука первым ответил на мой вопрос.

— Именно! — кивнул я. — Этот проход, чем бы он ни был, исчезает. И тогда вопрос: что же было тут раньше и чего не было потом, из-за чего он пропадает?

— Я понимаю, что воздействие должно быть связано с твоей силой, — задумалась Пламен. — Но в то же время… Ты пытался использовать на него энергию своего знака и в прошлый раз. Пытался изо всех сил, и ничего не получилось. Так в чем же дело?

— Правильный вопрос, который позволяет нам двигаться дальше, — я поднял палец. — В чем разница между тем, что я делал тогда и сделаю сейчас?

Я выпустил энергию знака Гатс наружу. Глаза полыхнули зеленым, а потом стена перед нами пропала, открывая черный провал и выпуская наружу волну тяжелого затхлого воздуха. Очень старого, который не видел мира уже несколько тысяч лет. Как просто вышло… Когда знаешь, как выглядит третья форма твоего знака, то просто берешь и используешь ее. А мир откликается, почувствовав ее мощь. Или не мир?..

Если по прошлым подземным ходам у меня еще были сомнения, кто их сотворил, обычные люди и время или же обладатели камней изменения, то теперь передо мной было точно творение одного из знаков. Эту силу я теперь не перепутаю ни с чем, и все в воздухе было наполнено ею.

— Держи проход, — почувствовав резкое движение, я быстро среагировал, еще раз наполнив границу между старым и новым подземельем зеленой силой знака Гатс.

— Окружить твою энергию моей и не давать двери закрыться, поняла, — Пламен быстро закивала.

Она тоже почувствовала, что сейчас едва не случилось, и была настроена предельно серьезно.

— Борука, прикрой ее, а я пройдусь, посмотрю, что тут дальше, — я отдал новый приказ.

Бородач тоже не стал спорить и только кивнул. Хорошо, что все всё понимают и могут сложить известные нам факты в одну картинку. Тысячи лет закрытый ход, море чужой энергии и двери, что попытались закрыться за нами, стоило отвлечься от них на крохотное мгновение. Готов поставить на кон букву «Т» в своем прозвище, что перед нами ловушка. Древняя, хитрая и… Не осталось ли тут того, на кого ее ставили?

Помня о том, какая стихия помогает прятаться в этом мире лучше всего, дальше я двинулся с помощью изнанки Крови. Шел не спеша — по-другому в этом кровавом измерении и не получалось — часто останавливался, открывая небольшие проколы в реальность и проверяя, не изменилось ли чего. За следующие полчаса я наткнулся на несколько каналов, подпитывающих ловушку, больше ничего не было. Разве что… Я неожиданно осознал, что все это время слышу странный звук. Просто он начался так тихо, а нарастал так медленно, что я почти упустил его из виду. Звук походил то ли на шуршание листьев друг о друга, то ли на легкий ветер, гуляющий по трещинам пещеры, то ли на шаги хищника, чьи предки миллионы лет эволюционировали, добиваясь подобного эффекта.

Я выпустил наружу волну стихии Света. Очень яркий во всех смыслах раздражитель для этой пещеры. Я ожидал, что если меня подкарауливает враг, то я либо замечу его, либо он просто не сможет не среагировать на столь неожиданное приветствие… Ничего не изменилось. Я сделал шаг вперед, и шуршание вернулось — все такое же тихое, незаметное, давящее на мозги и уверенность в себе. Теперь не было никаких сомнений, что оно не случайно. Что когда-то давно сработавшая ловушка уже занята, и меня ждет кто-то очень древний и злой.

Нужна ли мне эта тайна?.. Я чуть не остановился от неожиданно пришедшего в голову вопроса.

Неужели мне страшно?.. Новый вывод оказался еще более неожиданным.

Имею ли я право рисковать? Не права ли была Пламен, что сначала надо было рассказать остальным все, что я узнал? Я замедлился. Если бы рядом шли Майя или даже Бо, мне было бы спокойнее. Мысли казались одновременно очень правильными и разумными, и в то же время я четко понимал, что я, тот я, каким я стал к этому моменту, так не думаю. Это определенно была попытка повлиять на мой разум, но я никак не мог ее засечь. Все улики были косвенными.

Инстинкты прямо-таки кричали: разворачивайся и беги. Вот только я сейчас не был уверен, мое это или чужое. А следовать внушениям возможного врага — это последнее, что нужно для долгой и здоровой жизни. Я разогнал Шаги и начал пробовать разные стихии, проверяя все вокруг. Ничего. Было желание использовать знак Гатс, но я сдержался. Если враг рядом, если враг силен, то камень изменения, открывший дверь, до которой он не смог добраться — это более чем хороший козырь, который стоит придержать.

Неожиданно шуршание раздалось не спереди, а сзади. А потом стены вокруг меня исчезли. Оказывается, уже несколько сотен метров я шел по широченному залу, а за моей спиной, распахнув огромную красную пасть, расположилась огромная одноглазая змея. Явно родственница той, что я видел в небе несколько часов назад. Значит, она рассчитывала направить меня прямо к себе в желудок. Такую опасность перед собой я бы не пропустил, а вот позади, да поддавшись панике, если бы решил сбежать по уже якобы проверенному ходу… Лень, достойная уважения.

Я покинул изнанку Крови, вернувшись в реальность. Все равно меня видят, а в обычном пространстве мне будет проще двигаться, когда дойдет до драки. Вернее, если дойдет. А то змея-то обо мне ничего не знает, а я… Есть у меня пара догадок, которые можно пустить в ход.

— Приветствую повелительницу знака Гатс, — я вежливо склонил голову.

Первая догадка — что существо передо мной разумно. В пользу этого говорит то, что подобные же разумные создания есть среди обладателей знака Басё — раз, и то, что на нее потратили такую немалую ловушку, в которую даже через тысячи лет продолжает литься энергия — два.

— Вежливый человек… — голова змеи поднялась над землей, разрушая иллюзию еще и потолка пещеры.

Что ж, запишем ей в актив еще минимум два знака: первый связанный с камнем, второй — с ментальными техниками. Потому что я сейчас не слышу ее слов, они просто появляются у меня в голове.

— Вежливый. Человек, — я кивнул, соглашаясь с ее словами. Почему бы и нет? Можно было добавить что-то еще, но рано. Мне нужно больше информации, чтобы повернуть разговор в нужную сторону.

— Я думала, ваш мир наконец-то смог продвинуться дальше и родить воинов, достаточно сильных или глупых, чтобы бросить нам вызов. Но ты не похож на местного, твой запах другой. Или сверху все сильно изменилось, или…

Мысли змеи ударили мне в голову, попытавшись продавить щиты. Вышло вполне сносно. Для новичка, который привык быть сильнее всех вокруг. У меня же было больше и опыта, и мастерства, да и в силе я не отставал.

Впрочем, спешить и отбивать атаку слишком быстро я не стал. Наоборот, воспользовался моментом, чтобы разложить новости по полочкам. Значит, змею сюда спрятали, потому что когда-то в древности не могли победить. Вопросы… Знают ли об этом охотники? Учитывая запустение вокруг, скорее нет. Могли ли они справиться с этой змеюкой? Учитывая разницу, что я видел между разумными и неразумными циклопами, вряд ли. Они и с обычной-то змеей еле справились. А если учесть, что создатель ловушки настроил замок на силу камня изменения минимум зеленого уровня, значит, вот и граница. Не пробив которую, нечего сюда и соваться. Я же вроде как подхожу под условия, и можно было бы победить змею, забрав себе ее камень. Ведь разумный враг, которого засунули в подобную тюрьму, просто не может носить под сердцем обычную пыль, только полноценный знак.

Кажется, все очевидно, вот только было одно слово, которое переворачивало все эти выводы с ног на голову. Змея сказала «бросить нам вызов». Нам!

— Не получается? — я дождался, когда попытки змеи вскипятить мне мозги пойдут на спад, и ударил в ответ сам. Не сильно, но знак поглощения, вложенный в резкий разогнанный ментальный укол, заставил ее отшатнуться.

— Кто ты? — она шипела, и на этот раз звуки уже не прятались, подстраиваясь под мир.

— Это совсем не важно! — отмахнулся я. — Важно, зачем я пришел. Ради кого.

— Что? — змея растерялась.

— Ты ведь знаешь, где она? — продолжал я.

Иногда нет уверенности в том, что ты прав. Да ее просто не может быть, потому что информации, как обычно, не хватает. Но в голове поселяется теория, в которую веришь, а в голос приходит твердость, которая заставляет поверить окружающих. Уже в тебя. Заставить их признать, что ты имеешь право на то, чтобы обсуждать их тайны и принимать участие в их решении.

— Я… — змея сомневалась.

— У нас не так много времени, — я продолжал давить. — Я открыл проход к тебе, теперь твоя очередь показать мне дорогу дальше.

— Я не знаю, где точно поймали королеву, — наконец, сказала змея, и я понял, что все было не зря.

И поход в старый спрятанный туннель, и весь этот разговор, когда я до последнего не знал, за что именно борюсь. Теперь же все части головоломки встали на свои места. Королева, другие змеи вроде той, с которой мы так мило болтали. Вот кого поймали в ловушку когда-то в прошлом, вот ради кого дикие одноглазые твари продолжают лезть сюда и вот на кого уходит вся собираемая охотниками энергия, не давая им времени и возможности самим стать сильнее.

— Не знаешь — плевать! — я отмахнулся от слов змеи, словно мне самому неизвестно, как работает связь между членами семьи или самыми верными слугами. — Ты ее чувствуешь! Так что просто веди меня!

Я не успел еще до конца решить, чего на самом деле хочу, что буду делать, добравшись до королевы змей. Убить, чтобы поглотить силу и камень изменения — вот у нее-то он будет уже сто процентов. Или попробовать договориться. Учитывая плен и выпадение из жизни на столь долгий срок, у нас точно будут точки соприкосновения, чтобы нащупать общие интересы.

— Веди… Веди… Веди… — змея как заведенная повторяла мой приказ, под конец неожиданно перейдя на крик. — Если бы я могла! Мы — свита королевы. Нас держит не столько эта глупая ловушка, сколько аркан вокруг госпожи. Пока не выйдет она, не выйдем и мы. Иначе бы я сожрала тебя прямо на входе. Да, на входе, это было бы проще и разумнее всего.

Мы общались мысленно, так что я не столько слышал все эти слова, сколько видел их. Каждое по отдельности, с комком окружающих его эмоций. А еще в центре что-то отдельное. Волю змеи, которая пыталась бороться с тем, что мешало ей спастись, но не могла ничего поделать. Уж слишком сильно они были связаны.

Я склонил голову набок, наблюдая за борьбой. Чужое сознание, разделившееся почти на две равные части и забывшее обо мне. Может, помочь? Есть у меня одна очень опасная техника, которая как раз убирает лишнее из мозгов. Если у Боруки получилось, то почему бы и тут не попробовать?.. Я аккуратно, не привлекая внимание змеи, активировал свой знак Гатс, приглушил его силу, стараясь слиться с чужой энергией. Как то шуршание, которое вроде бы и окружало меня, и в то же время его было невозможно заметить.

Хорошие идеи стоят того, чтобы взять их на вооружение, а тут сразу две!

Поглощение

Мои глаза вспыхнули зеленым, руку свело судорогой, но все белые части сознания змеи оказались накрыты моим ударом. Знак Гатс поглощал чужую силу на первом уровне, на втором — эмоции и чувства, на третьем создавал ауру… Я объединил сейчас все три грани этой силы. Окутать аурой цепи в сознании змеи, подчинить их себе, а потом дернуть, вырывая с корнем… Змея закрутилась на месте, поднимая клубы каменной пыли. Ее хвост бил во все стороны, оставляя вмятины на камнях, зубы клацали, стирая в ничто все, чего касались. Мне тоже было непросто: вытащенная сила, словно яд, пыталась растворить меня, порвать цепи, а потом уничтожить.

Змея боролась с болью. Я боролся с тем, что из нее вытащил. Я был уверен, что справлюсь, поглощу эту силу и стану еще на шаг ближе к следующему уровню своего знака. Вот только я переоценил свои текущие возможности. Очень быстро пришло понимание, что энергия подобного уровня, особенно в таком количестве, пока мне не по зубам. И надо было или от нее избавляться, да так, чтобы скрытая в ней воля не отомстила мне между делом, или же…

Я оценил чужую силу, потом бросил взгляд на свой камень изменения — нет, рисковать всем я точно не собирался. Тогда мое внимание переключилось на остатки собранного каменного песка знака Басё. Он был чужой, я получил его довольно просто, и в случае неудачи будет не так жалко. Вся накопленная пыль вылетела из меня, и каменный смерч влился в вырванную из змеи энергию. Вот! Дело пошло, с помощью даже осколков камня я смог ее стабилизировать, подогнать под использованный знак, а потом с размаху засадил обратно в тело змеи.

В один миг все замерло, и грохот чешуи, камней, треск искр энергии — все сменилось тишиной. Было слышно разве что, как оседает поднявшаяся в воздух пыль да как поднимается и опускается змеиная грудь. Ее боль ушла, она выжила, осталось проверить, в силе ли запрет, с которым мы оба так шумно боролись. Я еще ничего не мог разглядеть, но все равно потянулся вперед одним лишь разумом. Неожиданно найти змею оказалось непросто, словно она разом стала гораздо меньше. Впрочем, учитывая, как мы подсократили ее сознание, все вполне ожидаемо…

— Как ты? — тихо спросил я. — Теперь ты можешь пойти со мной?

— Пойти? Пойти действительно могу! — ответила змея после небольшой паузы, а потом расхохоталась.

Я сначала думал, что это откат после долгого заточения, но к этому моменту пыль осела почти до конца, а тело змеи все не показывалось. Я начал что-то подозревать… Голос есть, а ее самой нет. Призванная стихия Света ударила вперед — не для атаки, а чтобы просто найти потерявшуюся змеюку. И та была на месте. Только уменьшилась раз в сто, а еще изменила форму.

Я не удержался и перенесся вплотную к змее, чтобы рассмотреть ее близи. Вырванная часть личности и влитая вместо нее энергия превращения знака Басё не прошли даром. Передо мной лежала девушка. Молодая, лысая и абсолютно голая. Она подняла голову — я невольно ожидал увидеть там, как и у змеи, один огромный глаз, но их было два. Два самых обычных человеческих глаза. Только зеленых и без зрачков, вместо которых крутился черный туман. В голове разом вспыхнули множество самых разных мыслей, но большинство из них не имело никакого смысла. Вопросы, что с них взять. А значит, нечего и планы менять.

— Вставай, — я протянул руку. — Раз ты можешь ходить и можешь выйти, то нам пора. Найди королеву, и мы закончим то, что начали.

Девушка пару мгновений еще сомневалась, а потом я прямо-таки почувствовал, что она пошла по моему пути. К черту вопросы, на которые нет ответов. Сначала надо заняться тем, что можно и нужно сделать, а подумать о том, как ты до такого дошел, можно и позже. Неожиданно раздался треск… Я быстро осмотрел энергическую структуру ловушки, и сразу стало очевидно, что без пленницы та пошла вразнос. Еще немного, и тут все рванет.

— Бегом! — я дернул девушку-змею за руку, и мы побежали в сторону выхода.

Я попробовал было ускориться через изнанку, но часть стихий отказывались принимать мою спутницу, а часть почему-то притягивали разряды из накопителей ловушки. В общем, я решил, что будет проще на своих двоих, и действительно — не отвлекаясь на изучение мира вокруг, мы добежали до прохода меньше, чем за две минуты.

Пламен и Борука оказались весьма удивлены, что я пришел не один, но из-за разрушений не стали тратить время на болтовню. Дальше мы рванули уже все вместе. До пробитого мной ущелья, потом на поверхность и повыше в небеса, чтобы не задело взрывной волной. Вовремя — остатки тайного подземелья рухнули, во все стороны ударило кольцо желтого знака Басё. Опасно. Я видел, как сотни пауков в соседнем лесу попали под него и обратились в пыль. К счастью, я и девушка-змея могли использовать знаки зеленого уровня и растворить ту часть взрывной волны, что шла прямо на нас.

— Фух! — Пламен выдохнула, увидев, как рассеялись последние хлопья желтой энергии. — Было близко. Кот, и кого ты вытащил? Только не говори, что спас принцессу от дракона!

Крыса считала это хорошей шуткой. А что, есть девушка, причем достаточно бледная, чтобы назвать ее принцессой, есть волна желтого пламени Басё, которое подошло бы огнедышащему ящеру. Вот только если смотреть с этой стороны, то я скорее спас дракона… Или сделал из дракона и принцессы чудище Франкенштейна и теперь рассчитываю на его верную службу. По крайней мере, пока мы не найдем королеву.

— Хорошие вопросы, — я улыбнулся Пламен. — Но чтобы я смог правильно на них ответить, давай для начала спросим… — я посмотрел на девушку-змею, которая растерянно крутила головой по сторонам. — Как тебя зовут?

Глава 9

Королева и Бо

Бог Обмана честно пытался следовать плану Кота, но только один день. К началу второго они с Кариком придумали небольшой переворот. А уже к вечеру Бо понял, что больше не собирается сидеть без дела. Возможно, причиной тому было прекращение вторжений из новых миров. Богу Обмана очень не хотелось думать о том, что это Кот добился подобного успеха, но факт был налицо. Раньше циклопы никогда не делали паузу между нападениями больше суток. Сейчас же установился новый рекорд, и Бо собирался лично выяснить, что происходит на той стороне.

— Отряды расставлены по всем мирам нашего сектора, — перед богом Обмана склонился Бас Хуго.

Бо про себя усмехнулся. Ведь именно он уничтожил прошлого главу этого клана, Черепа Хуго. Прибил, нарушив планы Хо, после чего те отказались от вассалов. А он, бог Обмана, подобрал растерявшую позиции семью, и теперь нет никого вернее ему, чем они. И главное, Хуго верят в любые его планы и делятся этой верой с другими. Вдвойне удобно.

— Тогда начинаем. Действуем, как договаривались. Я прячу свое присутствие, вы принимаете бой и тянете до последнего, выманивая циклопа посильнее. Уверен, в итоге мы обязательно достанем новый камень.

Бо еще раз озвучил свои официальные планы. Пусть Хуго разнесет их еще раз по всем своим длинным болтливым языком. Люди и боги слишком любят верить в подарки судьбы, чтобы заподозрить в такой простой задумке второе дно. А оно было. Лично Бо не верил, что случайный циклоп, или даже их командир, который сидит и ждет подходящего момента с той стороны и в наличии которого он убедил остальных, принесут ему достойную добычу.

В то же время бог Обмана верил, что ни одно вторжение не строится на грубой силе. Кто бы его ни начал, хитрый враг или дикий зверь, он должен был позаботиться о том, чтобы знать, куда лезет. Именно поэтому Бо потратил очень много времени не на изучение силы циклопов, а на поиски тех, кто мог бы им продаться. И вот ему удалось встать на след. Владин Хорес, тощий божок из какой-то младшей ветки клана Хо. Сначала он обратил на себя внимание наглым взглядом, потом историей перемещений, пересекающейся с последующими атаками циклопов, и наконец… В одном из его миров побывал Кот — кажется, случайность, но точно не для Бо, который не собирался недооценивать своего бывшего ученика.

И вот он отвлек внимание богов своего сектора, обеспечил прикрытие на случай если не успеет вовремя среагировать на новое вторжение, и теперь сосредоточился на Владине. Благо его удалось очень удачно разместить в одном отряде с богами из нового культа Смерти. После мира со Старухой нашлись те, кто принялся покорять ее алтари, но пока не достиг особого успеха. Зато подставился под все слабости, связанные со стихией, чья хозяйка решила сбежать из мироздания.

— Замрите, — используя силу переданных ему Кариком алтарей Жизни, Бо отдал приказ. Просто голосом, но богам Смерти, сделавшим ставку на новую силу, и этого хватило. Обездвиженное сознание и тело, то, что и должно было случиться. Именно так и заканчивается столкновение стихий-антагонистов, чистое бодание, у кого больше энергии, и Бо было совсем не сложно добиться этого преимущества.

— Кто здесь? — Владин вскочил на ноги, выпуская наружу стихию Хаоса. Обычную, слабую…

Бо не спешил показываться, наблюдая за своей жертвой. Порой неизвестность так давит, что люди и боги сами расскажут больше, чем можно было бы выведать у них под любой пыткой. А главное, они выделят то, о чем ты даже можешь не догадаться спросить. Неизвестность и обманутые ожидания — это прекрасная сила.

— Королева? Это вы? — Владин вытянул шею, а потом, не услышав ответа, оскалился и окутался коконом из энергии камня изменения.

Бо довольно хмыкнул. Этот вечер оказался даже интереснее, чем он ожидал.

Когда я спрашивал свою новую спутницу об имени, я не был уверен, что оно у нее есть. Как оказалось, зря. Лысая змеюка пробурчала длинный труднопроизносимый набор букв, который смогла понять только Пламен. Она же и сократила его до чего-то более понятного.

— Гадина? — переспросил я.

— Гасина, — поправила меня змеюка. Собственно, на этом наше знакомство и общение закончилось.

Следующие сутки мы с Пламен и Борукой посвятили тренировкам, а Гасина засела за медитации. Как оказалось, она действительно не знала, где ее королева. Но была уверена, что если потратит достаточно времени и настроится на этот мир, то обязательно почувствует.

— А дым из горы все еще идет? — уже под вечер следующего дня Пламен отвлеклась от попыток открыть новую силу своего камня и легла на спину, рассматривая вершину ближайшей вершины.

Той самой, где скрывалось поселение циклопов. Сразу после того, как мы бахнули убежище Гасины, там что-то задымилось. Я рассчитывал, что охотники быстро справятся с пожаром, но время шло, и ничего не менялось. Наоборот, дым даже как будто стал гуще.

— Когда я освободил нашу змеюку, то ее ловушка пошла вразнос и там все взорвалось. Возможно, с остальными ловушками-тюрьмами та же схема. Мы выбили одну, и теперь вся система готовится накрыться медным тазом, — я поделился своими опасениями.

— Значит, будет много змей, — грустно вздохнул Борука. Понимаю его, я их тоже не особо люблю.

В этот момент на лысине Гасины неожиданно проявились зеленые узоры. Сначала они выглядели как проступивший рисунок кровяных сосудов, но буквально через пару мгновений тонкие неуверенные линии сменились четкой картинкой. Знак Гатс. Кажется, Гасина что-то нашла.

Едва я об этом подумал, как ее глаза распахнулись. Тоже зеленые, даже без каких-либо черных водоворотов. На мгновение мне показалось, что девушка утратила себя, но тут зелень отступила в сторону, и она даже смогла заговорить.

— Получилось! — выдохнула Гасина, полностью отпуская энергию камня изменения. Ее рисунки на голове тут же сменили цвет сначала на желтый, потом на красный, а в итоге и вовсе исчезли. — Я почувствовала королеву. А она почувствовала меня. Почувствовала и позвала. Сказала, что время почти пришло.

В каждом слове Гасины сквозила гордость. Кажется, потеряв свое тело, она опасалась, что ее не примут, откажутся как от чужачки. Но нет. Королеве были нужны все слуги.

— Я рассказала ей про вас, про то, что вы освободили меня и ищите ее. Она попросила вас привести, — продолжила Гасина.

Я попробовал проверить ее мысли, точно ли в разговоре не обсуждалось что-то еще, например, встреча с использованием несовместимых с жизнью приемов гостеприимства. Увы, мысли Гасины были словно скрыты за прозрачной стеной. Я видел, что они есть, но не мог добраться. Возможно, если использовать знак Гатс на полную, у меня что-то и получилось бы, но тогда о мирном сотрудничестве не могло бы идти и речи. Ладно, еще успею, а пока…

«Будем готовиться к худшему», — мысленно предупредил я Боруку и Пламен, и мы начали собираться.

Змеюка тем временем указала направление к королеве, и я наложил его на карту известного нам мира. С учетом масштаба оказалось совсем не сложно рассчитать расстояние, а потом открыть проход через изнанку Света. Затем еще одна небольшая корректировка на месте, и вот мы зависли над скалой и бьющими в нее морскими волнами. Невольно вспомнился Арах, как я устраивал там тренировку для будущих следователей — только там скала была в десятки раз ниже. Тут же она словно подпирала само небо.

— На каком уровне копать? — я ждал новых уточнений от Гасины, но та лишь встревоженно пожала плечами.

— Королева перестала отвечать, наверно, что-то случилось… — бывшая змеюка сжимала кулаки, а от волнения у нее то проявлялась на голове красная татуировка, то пропадала без следа. — Кот! Ты должен помочь ей, если она в беде!

— И если не в беде, тоже помогу, — я не стал спорить.

Вместо этого я сменил стратегию поиска. Если раньше я опирался на тонкий луч зеленой энергии камня Гатс, не рассчитывая, что другие силы помогут с древними ловушками, то теперь, если на королеву на самом деле напали, то и стихии с камнями попроще тоже могут пойти в дело.

— Знак Басё, желтый уровень, множественные трансформации, — новый подход мгновенно принес пользу.

— Это охотники, они выследили королеву, когда темницы начали рушиться, и теперь пытаются убить. Останови их! Любой ценой! — голос Гасины дрожал.

К счастью, она не лезла под руку, не мешая рассчитывать точное место высадки с учетом бушующих внизу водоворотов стихий.

— Вообще, я понимаю охотников, — с другой стороны от меня стояла Пламен. — Они защищают свой мир, а твои сородичи…

— Когда-то просто пришли убедиться, что новый камень, подаривший силу нашим соседям, не станет слишком большой проблемой, — яростно ответила Гасина. — Кто же знал, что всего пара лет позволит первому охотнику так подготовиться. И сразу напасть, словно его кто-то выучил и накрутил. Но то было раньше, сейчас же… Если охотники сумеют удержать себя в руках, мы можем просто уйти. Вокруг множество других миров. Вы же видели дары их камней. Земля, огонь, воздух. Мы жили с ними в мире, местные тоже смогли с ними договориться — не вижу причин, чтобы вражда продолжалась только между нами.

— Им будет за что мстить… — Пламен не сдавалась.

— Нам тоже есть за что мстить! — Гасина больше не собиралась оправдываться. — И, если будет нужно, мы сотрем всю плоть с каменной шкуры знаков и их пыли! Но только если будет нужно.

Я на мгновение бросил на них взгляд. Все-таки интересные факты всплыли в процессе спора. В основном эмоции, но и они не появляются на пустом месте…

— Я нашел точку, готовимся к переходу и не забываем про защиту, — я потратил еще пару секунд, дождавшись, чтобы Гасина и Пламен точно меня услышали и поняли. Борука, который все это время ни на мгновение не прекращал подготовку к бою, смотрелся на их фоне гораздо взрослее и серьезнее.

Новый разрез в изнанке выкинул нас почти над самой поверхностью воды, а потом я нанес удар косой. Стихия Тьмы и свободное падение, которое позволило разогнать Шаги, дали нужный размер и замах, чтобы пробить ход до самого дна и немного ниже. Еще один прокол пространства, и мы очутились перед еще одним запечатанным входом.

— Она там, — выдохнула Гасина. — Королева ждет меня!

— Тогда не мешайся, — я подвинул девушку в сторону и выпустил зеленую энергию знака Гатс.

Пара мгновений, чтобы убедиться — моя сила работает, и до открытия прохода нужно просто немного подождать. Времени, правда, было не так много. Тонны разрезанной косой воды с гулом и клекотом летели обратно. Верхние гребни волн уже столкнулись, окатив нас брызгами, легкий откат и новый навал, который уже точно должен был погрести нас под собой. Сколько бы в такой болтанке мы добирались обратно?.. К счастью, времени я заложил с запасом на открытие прохода — за мгновение до падения воды он открылся, и мы юркнули внутрь, оставляя разъяренную стихию позади.

— Королева! — Гасина сразу же рванула вперед.

Я бы предпочел войти к лидеру змей первым, но если лысая девчонка по пути проверит и соберет все возможные ловушки — пусть. Заслужила. Мы с Пламен и Борукой рванули следом. Не обгоняли, но и сильно не отставали. Гасина действительно по пути смела пару желтых щитов из энергии Басё, скорее всего, наследие создателей ловушки. Потом ее немного опалил зеленый щит — вот этот уже наверняка ставила Королева.

Зеленый — значит, она пока еще на одном уровне со мной. Или была на нем, когда ставила эту ловушку… Я не собирался подбирать себе оправдания, чтобы расслабиться.

Коридоры, повороты, пара пустых залов, ходы, ведущие во все стороны — королева точно не сидела на месте и пыталась проверить на крепость свою темницу. Сильная, упорная и очень злая. Я мысленно составил себе портрет той, с кем мы уже скоро столкнемся, и все говорило о том, что разойтись миром будет очень сложно. Впрочем, учитывая возможную награду, я готов.

— Королева! — Гасина ускорилась еще больше.

Впереди мелькнул широкий проход, из которого отчетливо разило светом. Мы были почти на месте. Змеюка первая вырвалась на простор, мы сделали это с отставанием в доли секунды и чуть не врезались ей в спину.

— Не понимаю… — радость Гасины исчезла без следа. Остались только недоумение и отказ принимать реальность.

У меня тоже было много вопросов. Очень много. Наверно, по количеству кусков змеиного мяса, разбросанных повсюду. Королева, если тут все же была именно она, определенно нас не дождалась. Кто-то убил ее, разнес могучим ударом, который ничего не оставил ни от защиты обладательницы зеленого знака, ни от нее самой. И ведь это случилось буквально несколько минут назад… Тогда, когда на поверхности я засек чужие стихии — тут шло сражение.

— Осторожнее, убийца или убийцы еще могут быть здесь, — предупредил я.

Никто не собирался расслабляться, но такие слова никогда не бывают лишними. Тем более что мне нужно встрепенуть Гасину, предложить ей какую-то новую цель в жизни. И месть, пусть это не идеальный вариант, была точно лучше, чем апатия и отказ от всего.

— Да, нужно найти их… — Гасина действительно встрепенулась. Немного.

Я почувствовал, как энергия вырвалась из ее тела… Нет, не энергия, а какая-то упорядоченная структура из энергии знака Басё. Она поглощала всю разлитую в воздухе силу, а потом с тихим шипением тело Гасины смазалось в воздухе и сменилось ее змеиной ипостасью. Получилось очень интересно. Я думал, что лишил ее этой части личности навсегда, но нет. Змеюка желала силы, в ней было много энергии превращения, эманация лишь недавно уничтоженного тела королевы — и вот все это вполне логично сложилось в прорыв. Знак Басё Гасины шагнул на второй уровень, и это при том, что у нее не полноценный камень, а всего лишь пыль. Для желания и силы это оказалось совсем не преградой.

— Поздравляю, — махнул я девушке-змее. — Чувствуешь кого-то?

Сам я тоже продолжал искать сразу по всем доступным мне направлениям. Насыщение пространства стихиями, ментальное сканирование и щуп из зеленой энергии знака Гатс, самая чувствительная из моих способностей. Ей бы еще площадь охвата побольше, а то часа три придется тут сидеть, пока я всю пещеру им обшарю. И то никаких гарантий, если враг будет двигаться, перемещаясь из непроверенных частей пещеры в те, что я уже осмотрел.

— Я чувствую только боль! Камня королевы тоже нет, его забрали! — Гасина ответила мне после короткой паузы, а потом принялась биться в припадке. Хвост и могучее, состоящее из одних мышц тело крушило камни в стенах, полу и потолке. Пещера вокруг нас с заметной скоростью росла в размерах…

Я ждал, что Гасина выдохнется, но нет. Она продолжала, нанося раны самой себе, истекая кровью и получая от этого удовольствие. Какая же глупость! Но она даже не могла скрыть свои мысли. Плохая девочка огребает именно то, что заслужила. Не смогла спасти свою королеву и теперь умрет рядом с ней. В ярости, что всегда была частью и сутью их народа.

— Хватит! — рявкнул я.

И зачем, спрашивается, надрывался? Змеюка даже не попыталась сделать вид, будто собирается меня слушать. Что ей какой-то чужак, когда весь смысл ее жизни, единственная цель, которая помогала ей сохранить разум все эти тысячи лет, исчезла?

— Хватит! — повторил я.

И сейчас это были не только слова. Я повторил тот же прием, что и в прошлый раз. Воспользовавшись тем, что Гасина и не думает прикрывать мозги, я насытил их энергией знака Гатс, выделил те уголки мозга, что состояли из боли и жалости к себе. А потом дернул. Получилось, хоть и было сложнее, чем в прошлый раз. И больнее. Аж кровь из носа пошла.

— Хватит, — я опустился на корточки рядом с рухнувшим телом девушки.

Гасина снова лишилась облика змеи, и внутри нее царила пустота.

— Зачем это все? — безразлично спросила она. Ярость и желание закончить все снова начали оживать в ней.

— Чтобы отомстить, — а я опять взялся за формирование основы ее новой личности. Образы — скелет, желания — мясо, долгая и сложная работа, которая делается одновременно словами и в голове. — Твою королеву убили — убей тех, кто это сделал. Это будет справедливо. Твоего народа лишили королевы, он получил шанс на ее возвращение, и его втоптали в пыль — стань новой королевой. Разрушь все планы тому, кто совершил это преступление. Так ты уничтожишь не только его жизнь, но и его мечты.

Я следил за тем, как мои слова укладываются в чужой голове. Не укладывал их сам, подчиняя Гасину себе, превращая в живого кадавра без воли и мысли — нет. Я помогал ей найти смысл, который был бы близок ей самой, чтобы она жила, чтобы могла расти и стать силой в новом мире. Силой, с которой мы будем союзниками. Все-таки я же не паладин какой-нибудь, скрытый, чтобы спасать врагов и случайных встречных просто так.

Глава 10

Мастер

Цель, ради которой я обрабатывал змеюку, была довольно простой, а вот исполнение — наоборот. Месть — простейшее чувство, из которого я сделал первый якорь, когда в душе Гасины больше не было ничего. А вот потом, чтобы не получить в итоге бездумную маньячку, я добавил второй слой. В пустоте он бы не прижился, но вот как дополнение к мести — вполне. В итоге, по задумке, змеюка обретает смысл жизни, мстит, сжигая себя в этом пламени, а потом из пепла возрождается новая она. Ядро, которое за это время наберется сил и будет готово к новой самостоятельной жизни.

Моя схема спасения. Пустота — пепел — семя. Некоторые верят, что даже один из первых этапов можно миновать, остановившись только на созидании. И нет более страшной ошибки. Именно такие люди и боги чаще всего заканчивают с выпученными глазами и белесыми следами судорожно сжатых пальцев на горле.

— Отомстить? — пауза закончилась, Гасина вскинула голову и посмотрела на меня. Как и ожидалось, в своем нынешнем состоянии она смогла услышать только это. Пустота, она такая.

— Я помогу найти врага и стать сильнее, — я снова сказал почти правду, сделав акцент лишь на том, что было важно для Гасины. Осталось только закрепить, убрать лишние метания и сомнения! — Ученица, почему я не вижу и не слышу твоего почтения и радости от моего предложения?

— Простите, мастер, — Гасина рухнула на колени, транслируя во все стороны облегчение. Ее жизнь снова стала простой и понятной, а большего ей сейчас и не было нужно.

Хотя нет. Еще в ней жили сомнения, достаточно ли ее учитель силен, хватит ли мне воли выполнить обещанное. Что ж, придется показать то единственное, во что Гасина сейчас готова верить.

— Недостаточно быстро и почтительно, — зеленая молния Гатс сорвалась с рук в видимом спектре, и тело змеюки затрясло от ударов молнии.

— Простите, мастер! — снова закричала она, на этот раз без паузы и подсказок. Вот теперь мы точно закрыли все вопросы и недосказанности.

Пламен и Борука молча наблюдали за представлением, благоразумно оставаясь в стороне. Умные ребята — я следил за ними и видел, как каждый из них примеряет на себя успехи в познании знака изменения, сделанные Гасиной. И ни одной мысли, что я перегибаю палку — мне начинает нравиться наш отряд все больше и больше.

— Я буду искать следы убийц, вы же пока устройте тренировочные бои. Без членовредительства и крови, проверяйте только силы и способности, — я занял троицу делами, убедился, что меня правильно поняли, а потом сел в позу для медитации.

Для того, чтобы прочесать пещеру, она подходила лучше всего. Я действовал всеми доступными мне способностями, заодно обдумывая все, что увидел и почувствовал. Что было интересного? Змеи не воевали с другими соседними мирами — неплохо. Гасина, которая смогла открыть два знака на втором уровне при том, что у нее не было ни одного личного камня изменения — интересно. То, что один из этих знаков поместил в нее я — еще интереснее.

Мое внимание отвлеклось на тренировочную дуэль Гасины с Пламен и Борукой. Именно так — крыса и бывший искатель сражались только вместе, а еще… Раз за разом, прыжок за прыжком, Борука пытался не столько бить, сколько погрузиться в силу знака Басё. У него точно был план, я сосредоточился на бое еще внимательнее. Удар змеюки, Пламен взяла его на себя, а потом Борука подскочил к Гасине, замахнулся, захватив часть себя этим ударом. Кажется, из всех нас он научился лучше контролировать этот прием.

Я следил за ним и видел, какие именно части личности опутал знак Басё — Борука выбрал в качестве цели свою человеческую суть. Удар… Я помнил о своем приказе не доводить до крови, но не спешил вмешиваться, чувствуя подспудное желание бывшего искателя. Он действительно вырвал свою человеческую природу, но не превратил ее в энергию удара, а просто отпустил — внутри себя. В тот же миг, воспользовавшись моментом, его сознание залило тело знаком превращения. Глаза сверкнули желтым, Борука прорвался на следующий уровень, а потом его тело растворилось в пространстве, превращаясь в крупную, покрытую шрамами черную крысу.

И именно эта крыса уже нанесла удар. Гасина была в разы больше, но масса в столкновении силы камней изменения не так и важна. Борука даже в новом теле откинул Гасину, та в полете тоже изменилась, превращаясь в змею, но и ее бронированная чешуя не смогла остановить черного грызуна. Его зубы словно не замечали препятствий, разорвав одну из чешуек напротив сердца, а потом, в последний момент вспомнив о моем приказе, Борука отскочил назад. Вложенная им энергия Басё как раз тоже подошла к концу, и он снова обратился в человека. Пламен и Гасина, тоже отменившая трансформацию, смотрели на него во все глаза. Такого поворота тренировки никто не ожидал.

Кажется, сами они не знают, что делать дальше. Нужна помощь.

— Борука, молодец, — я на мгновение оторвался от поиска и несколько раз похлопал в ладоши. — Хороший прорыв. Гасина, надеюсь, ты гордишься, что вдохновляешь других своим примером, — вторая фраза досталась змее. Ей нужно было отыграть пропущенные удары, и немного правды в нужное время подошли для этого как нельзя лучше. — Пламен, а тебя поздравляю с настоящим другом.

Крыса тут же сделала вид, что не понимает, о чем я. Вот только зря, теперь я не сомневался, что именно она пыталась провернуть во время встречи с подземными. Что хотела вырвать из себя и что изменить. Борука вот тоже понял и показал путь. И теперь эти двое, пожалуй, смогут стать не только друзьями. Я улыбнулся, крыса покраснела, и это было видно даже через шерсть.

— Продолжайте тренировку, правила те же, — я помахал им рукой и вернулся к поиску.

Тут тоже было о чем подумать. Когда я искал следы королевы с поверхности, то заметил только энергию знака Басё, который в этом мире был своеобразной визитной карточкой охотников. Но именно теперь, когда я перекопал и изучил каждый квадратный миллиметр пространства рядом с мертвой главной змеюкой, нашел еще кое-что. Обычную стихию. След почти истаял, но я провел достаточно времени в этом мире, чтобы даже этого мне хватило. Тут определенно использовалась энергия алтарей Жизни, и это добавляло вариантов смерти королевы змей.

Знак Басё, стихия Жизни, знание о древней ловушке и возможность попасть внутрь — в ком все это могло бы собраться воедино? И это я не говорю о том, что неизвестный убийца смог расправиться с обладательницей зеленого знака Гатс за считанные минуты до нашего появления. Лично я… Да, я не уверен, что смог бы победить такого врага столь же быстро. Разве что мы бы уже сталкивались раньше, и я точно знал бы, куда и как буду бить. Еще один элемент в паззл того, что тут случилось, или это пошли уже пустые догадки?

Я снова сосредоточился на изучении следа стихии, оставленного неизвестным убийцей. Тот пытался развеяться, у него больше не было сил оставаться в этом мире, но кто же его отпустит. Я удерживал его знаком Гатс: умение поглощать стихии — это первое его проявление. Если немного растопить холод внутри и использовать камень не на полную, то как раз и получалось удерживать остаток чужой силы. Не поглощать и не давать сбежать. Я крутил перед собой отблеск чужого алтаря и пытался заметить в нем хоть что-то знакомое. Себе я врать не собирался и, увидев след из своего мира, теперь невольно подозревал в устроенном набеге своих старых знакомых. Бо, Карик… Каждому из них могло бы легко хватить сил и знаний, чтобы провернуть подобное. Не на том уровне, что я видел у них, когда уходил, но так и прошло целых два дня. Вечность для тех, кто умеет работать и не желает стоять на месте.

Пожалуй, пришла пора возвращаться. Я открыл глаза и поднялся на ноги, неожиданно заметив, что тренировка остановилось, и теперь вся троица, замерев на месте, смотрела на меня во все глаза.

— Что-то случилось? — я задумчиво склонил голову набок.

— Мастер, у вас глаза синие, — Гасина первой отмерла. — Пусть это сейчас и выглядит просто как необычный цвет радужки, но мы все видели. В начале на пару мгновений в них мелькнул знак Гатс! Получается, вы открыли его новый уровень?

Открыл, говорите? Я прокрутил в памяти все свои последние мысли, решения и поступки. Получается, знак изменился, когда я удерживал чужую стихию? Какая же мелочь порой может толкнуть нас за грань привычного. Или тут все же накопительный эффект? Я вспомнил, как работал с Гасиной, дважды выдергивая ее из состояния безумия. Тоже хорошая причина для прорыва.

И какую способность мне в итоге это дало?

Зал совета выглядел точно так же, как и в прошлый раз. Большой, красивый и все равно пустой… Кстати, благодаря мне с последней проблемой мы разбираемся все больше и больше. В прошлый раз я привел сюда Пламен, теперь к ней на равных правах присоединился Борука. Ну и Гасина, которая, впрочем, отказалась от отдельного места и пристроилась у меня за левым плечом, вызывая недовольные взгляды Майи. Я ей, конечно, все объяснил, но когда это мешало хоть одной женщине в мире воспользоваться поводом, чтобы презрительно фыркать и закатывать глаза. Даже лучшие из них порой не могут отказать себе в этом развлечении.

Майе стало интересно, чего это я улыбаюсь, я показал, и та снова фыркнула. Еще одно подтверждение моим выводам. И еще один фырк… Этот круговорот мог бы продолжаться бесконечно, но пора было переходить к делу. Карик, Бо, Кейси — все смотрели на меня и ждали рассказа о моем путешествии. Я не стал тянуть и скинул всем собравшимся мысленный пакет о своем посещении соседнего мира. Убрал свои подозрения об убийце королевы и последний прорыв в силе, но в остальном обошелся почти без сокращений.

Со мной Майя уже давно поделилась местными новостями, но сейчас то же самое официально сделал и Карик, и можно было переходить к обсуждению.

— Значит, ты открыл верный способ усиления камней изменения, — демиург вел собрание и он же поднял первую тему.

Я в ответ только показал зеленые глаза, на практике подтверждая свои успехи.

— Это интересно, — Карик задумался, а потом скинул еще пару воспоминаний. Уже своих, личных. — У меня были подобные догадки после появления Пламен, но вот претворить их в жизнь не хватало времени. Теперь же каждый из нас сможет в считанные дни догнать Кота. Думаю, потенциала на подобный рывок после всех сражений с циклопами нам точно хватит.

— Потом наберем последователей, — включилась Кейси. — Они сформируют сердца из пыли, тоже возьмут пару ступеней для своих камней, и тогда мы сможем прикрыть все границы!

— В свете последних событий разве это актуально? — Майя подняла бровь. — Если королева убита, остальные змеи из свиты скоро вырвутся наружу или умрут, и тогда… Диким змеям не будет смысла терроризировать мир охотников, те смогут взять под контроль своих диких собратьев, и все. Можно будет просто договориться о мире.

— Если только те змеи-слуги, выбравшись, не устроят всем после спячки кровавую баню. Кто знает, насколько они за все это время мозгами поехали? — задумалась Кейси.

— Насчет змей можно не волноваться, — ответил я. — Сразу после собрания мы с Гасиной прогуляемся по гробницам, сами выпустим их и проследим, чтобы древние змеи либо присягнули новой королеве, либо умерли. Так или иначе, они больше никому не помешают.

От Гасины ударила волна удивления, которая через пару секунд сменилась благодарностью, а потом снова удивлением. Последнее, что забавно, было вызвано не моим поступком, а тем, что змеюка сама от себя не ожидала такой бури эмоций.

— Тогда вопрос с развитием и атаками циклопов можно считать закрытым, — Карик на мгновение нахмурился, и я почувствовал, что он ожидал от моего возвращения не такого итога. А еще он был недоволен моим опять усилившимся влиянием, постоянные успехи наращивали мой авторитет, и демиурга это раздражало, заставляло чувствовать себя слабым.

Если бы он еще узнал, что я могу читать его мысли, был бы в еще большей ярости. Конечно, глубоко мне не копнуть, только на поверхности, но, учитывая, что раньше и такого не было, очень приятное развитие моей силы. И все благодаря Майе… В мыслях невольно прокрутилась наша встреча. Она первой перенеслась ко мне сразу после пересечения границы, а потом, не говоря ни слова, врезала энергией света. При этом никакого знака Ротс в ее глазах не было, и это оказалось даже удивительнее, чем такое теплое приветствие.

— Понял, что я сделала? — Майя проигнорировала шипение огромной змеи и усевшуюся на нее пару крыс. Гасина и Борука в миг атаки сразу же приняли боевые формы, и только мой мысленный приказ удержал их на месте. — И, как закончим, ты мне все расскажешь о своих открытиях!

— Хорошо, — я принял условия сделки, а потом попытался понять, что же именно показала мне Майя. — Ты использовала знак Ротс, но без визуального сопровождения.

Та кивнула, и я задумался, как это возможно. Знак и его форма были неотделимы друг от друга. Если Майя смогла разрушить эту связь, какие это открывает возможности?.. Нет, слишком сложно, я отмахнулся от первого самого очевидного и в то же время запутанного варианта. Гораздо проще было бы не разрывать эту связь, а спрятать визуальное сопровождение. Тут ведь даже не надо менять что-то на уровне камней изменения, достаточно будет только… Я нашел ответ!

— Ты просто прячешь глаза! — озвучил я, и Майя кивнула. Нам все было уже понятно, но я решил прояснить детали для своих помощников. Они и так увидели слишком много, пусть уж теперь знают, что именно им нужно будет скрывать от остальных. По крайней мере пока.

— Как? — выдохнула Пламен, не дождавшись, пока я сам продолжу.

— Легко, — начал я объяснять. — Смотри, на самом деле наши глаза не имеют цвета. Они прозрачные, иначе не смогли бы впитывать и отражать окружающий мир. Те же оттенки зрачков, что мы видим — это всего лишь преломление света, когда он проходит между внешним и внутренним слоем глаза. Плотность и насыщенность меланином определяют угол прохождения и, соответственно, цвет.

— Получается, Майя смогла их изменить? — спросила крыса.

— Да, — я кивнул, хотя в мыслях сразу же появилась еще одна идея, как можно было бы повлиять на результат. Но это уже точно без лишних глаз. — Знак Басё?

Я задал вопрос, возвращая разговор в изначальное русло, и Майя кивнула. Все было удивительно просто. Она собрала каменную пыль знака превращения во время сражения с циклопами, а потом использовала ее, чтобы немного изменить структуру глаза. Подстроить ее под вырывающуюся в данный момент силу. Не самая простая задача, требующая предельной концентрации, но в то же время и не самая сложная для тех, чье сознание и так разогнано постоянным погружением в стихии и силу камней.

Я тогда попробовал, и у меня получилось уже со второго раза, и сейчас на встрече с остальными я использовал синюю форму знака Гатс для проверки всех, кто собрался, и одновременно прятал ее проявления в своих глазах. Само воздействие так бы скрыть не получилось, но, как я узнал, более слабые формы знаков не замечают более сильные. И раз никто не обратил на меня внимание, получается, я пока впереди. Насколько и надолго ли? Не знаю, возможно, уже к концу встречи я так или иначе открою свой секрет, но пока я собирался сделать все, что возможно, чтобы убедиться. Есть ли тут убийца королевы, какие у него планы и с кем этот идиот успел связаться.

С самого начала собрания Бо чувствовал себя неуютно. Сначала глобальный успех Кота, который обрушил всю задуманную вместе с Кариком комбинацию по постановке его на место. Потом благосклонные советы по развитию знаков, как будто они сами не могли додуматься до всего этого. Впрочем, учитывая, что бог Обмана в свою очередь этим знанием делиться на стал, сейчас пришлось сидеть с каменным лицом и делать вид, что он поражен как новыми перспективами, так и чужой щедростью.

А потом еще Кот так пристально уставился на него и выпалил в лоб:

— Расскажи подробнее про твою операцию. Говоришь, ты спрятался и выставил обычных богов, чтобы заманить циклопов посильнее в наш мир… Но ведь на самом деле все было не совсем так?

Бо захотелось сначала выругаться, потом сделать вид, что да, именно такую одноуровневую комбинацию он и задумал. Вот только после вопросов Кота становилось очевидно, что такой, как он, точно хотел добиться и чего-то еще. Кажется, пришло время делиться и своими успехами. Но как много стоит рассказывать? Нет, не так… Сколько удастся скрыть, когда Кот смотрит тебе в глаза и хочет узнать все!

Глава 11

Королева и Карик

— Хотел найти предателей, — выдохнул Бо, решив открыть часть правды. — Тех, кто мог продаться чужакам.

— Чтобы самому продаться им подороже? — тут же добавила градуса в разговор Кейси. Умеет моя дочка найти слова и время, чтобы устроить разборки.

— Бо не продается, — ответил я сам за бога Обмана. — Он может выбирать себе господ на время, но только исходя из личной выгоды. А какая польза от того, чтобы отказаться от текущего статуса лидера мира?

— Да, — Бо кивнул, странно глядя сквозь меня. — Я не искал службы, но хотел узнать через агентов влияния, кого мы уже заинтересовали. Увы, безрезультатно.

Резко оборвав себя на полуслове, бог Обмана с ухмылкой обвел нас взглядом. Мол, и что вы теперь мне скажете? Обвините в очередной лжи? Как будто это что-то изменит.

— Не расскажешь? — я не спрашивал, нашел он что-нибудь или нет, я задавал вопрос сразу о главном.

Бо поморщился и покачал головой. Что ж, пойдем длинным путем. Я вывел перед всеми списки богов, участвовавших в недавних операциях. Учитывая, что благодаря синему знаку Гатс я уже смог увидеть часть ответа, подогнать под него факты было совсем не сложно.

— Что ты задумал? — Бо постарался сделать вид, будто мои поступки его совсем не интересуют.

— Хочу посмотреть, как ты искал, — ответил я, просматривая списки отрядов. — Лично я, подозревая шпиона, застал бы его врасплох, а потом под давлением расколол как гнилой орех.

— Догадки…

— Отряд из четырех последователей Смерти и… некий Владин Хорус, — я выделил одну из дозорных групп с именем, которое отражалось в мыслях Бо. — Карик, а наш бог Обмана случайно не одалживал у тебя несколько алтарей Жизни?

Карик покачал головой, на лицо Бо вернулась торжествующая улыбка, но я еще не закончил.

— Тогда, может, ты как демиург проверишь крупные передачи алтарей за последние три дня? — я задал новый вопрос.

— Было, — Карик на мгновение погрузился в глубины стихии Жизни. — Клан Крююс передавал на сутки почти сто алтарей неизвестному лицу. По договору, и уже получил их обратно.

Карик вслед за мной повернулся к Бо.

— Этим неизвестным мог быть кто угодно, — тот продолжал отрицать очевидное. Видимо, из принципа.

— Мы можем позвать Крююса, — я пожал плечами. — Тот вряд ли тебя видел, но в алтарях, которые он не откажется показать, будет твой след. И след миров, где ты был… Ты уверен, что нам стоит тратить на это время?

— Хорошо, у нас была сделка. Я получил алтари, потом вырубил тех смертников и по душам пообщался с Хорусом, — Бо продолжил разговор таким тоном, словно и не собирался ничего скрывать.

Кейси поморщилась, она еще не успела привыкнуть к подобной циничности. Я сам когда-то таким был, а сейчас… Не имею ничего против: если в итоге мы сможем договориться, сохранить мир и стать сильнее, то пусть внешняя обертка нашего союза будет и не очень красивой. Просто я всегда буду держать в уме скользкие порывы Бо, а тот — мое умение их замечать. Так что, когда дойдет до новых хитрых планов бога Обмана, я буду точно знать: дело серьезно, и ставки высоки, иначе бы толстяк не сорвался.

— Что ты узнал? — Карик буравил Бо тяжелым взглядом.

— Ему передавали каменную пыль, а он в ответ делился информацией. Не много, но чужакам для начала и это хлеб…

— Какая пыль? Какой знак? — Карик напрягся.

Он сильно, а я вот не очень. Меня больше волновало, почему демиург решил направить разговор именно в эту сторону. Так увлекся защитой и чужаками, что не видит других проблем, или он тоже замешан в приключениях Бо? В мыслях у него пока чисто, но я не настолько наивен, чтобы полагаться только на одну лишь новую, еще не проверенную способность.

— Знак Басё, превращения, — Бо поморщился. Не любил он доставшуюся ему силу. Или тут дело еще в чем-то?

— Если Басё, то тогда это циклопы. Охотники, с которыми сталкивался Кот, — Карик задумался. — Неприятно, конечно, что они так агрессивно начали общение с нами, но договориться мы сможем.

— Не будем спешить, — я покачал головой.

— Договариваться?

— Делать выводы. Так уж получилось, что я тоже слышал о Владине Хорусе, — тут я осторожно коснулся мыслей Боруки и попросил разрешения показать еще раз его историю. Тот напрягся, но кивнул. — Вы помните Бархуса, убийцу семьи нашего нового друга? Так вот он перед смертью рассказал, что именно Владин его нанял.

— Чтобы убить смертного? — выпалила Кейси.

— Чтобы собрать в его доме несколько подозрительных камней, — я сделал паузу, чтобы все осознали услышанное. — Да, теперь я уверен, что Владин и другие эмиссары чужаков, о которых мы пока не знаем, искали и собирали для своих новых хозяев именно камни изменения.

— Ну, конечно, — кивнула Майя. — Они у нас тоже есть… Если Пламен нашла один, и ты не просто так за ними гонялся. Это в других мирах все, что было можно, выгребли подчистую, а у нас еще полно мест, где покопаться. Надо срочно брать под контроль всю эту незаконную охоту за силой.

— Возьмем, — согласился я, передавая пару приказов своим следователям.

— Возьмем, — подтвердил Карик, тоже мысленно связавшись с парой верных аристократов.

— Но сначала опять же вернемся к Владину. Бо, ты ведь в процессе не мог не узнать эту интересную деталь. Расскажешь сразу, что получилось в итоге, ты нашел камни или же вышел на заказчика? Может быть, вышел и убил, чтобы не делиться прибылью и возможностью?

Я пристально смотрел на Бо. Сейчас, когда я узнал о его операции, о Владине, воспоминание о чужой стихии в темнице королевы змей прямо-таки кричало, что там был именно бог Обмана. Но я не собирался спешить.

— Ты был прав насчет Владина, — Бо ругался про себя, это добавляло веры его словам. — Камней у него не было, только песок Басё, но и за него он грозил мне смертью и обещал сдать всем. И новым хозяевам, и вам.

— Пришлось его убить, понимаю, — я сверлил Бо взглядом, пытаясь понять для себя, точно ли я знаю этого человека. То, что он представляет собой сейчас. Не выходит ли так, что я просто пытаюсь натянуть на него образ из воспоминаний? Словно детский костюм, который уже давно мал и из которого теперь торчат волосатые ноги и упитанное брюшко.

— Тем не менее, координаты своей королевы он мне сдал, — Бо долго думал, продолжать или снова поиграть в молчанку. Но, кажется, я все-таки его достал, раз за разом раскапывая его умолчания, и богу Обмана это надоело. Осталось узнать историю до конца…

— Ты убил ее? — я сам был готов задать этот вопрос, но меня опередила Майя.

Повезло. Потому что Бо сразу же покачал головой, а если бы я так ошибся, то дожать бога Обмана разом стало бы гораздо сложнее. Пока же просто чуть сменим тему:

— Я слышал про королеву змей, у охотников за главного мужчина, потомок первого из их рода. С кем же столкнулся ты?

— На вид обычные люди, — Бо поделился образом величественной женщины, встретившей его в глубине огромной скалы. — У них цивилизация строится вокруг камня изменения Мось, собственно, он как раз и отвечает за горы и их проявления. Они называют себя мосси, живут мирно, по крайней мере стараются. Ведут дела с соседями, в том числе и охотниками. К нам полезли, потому что их королева ощутила где-то в наших землях еще один камень с их знаком. Вот и вся история.

— Что ты попросил у них за помощь? — я не дал Бо закончить рассказ. Как будто хоть кто-то из собравшихся поверит, что он ушел бы из чужого мира без добычи.

— На целый камень бесплатно я не рассчитывал, — бог Обмана, кажется, окончательно смирился, что придется делиться всей информацией, и расслабился. — Так что решил просить пыль всех известных им знаков. Я подумал, что это могло бы оказаться хорошим подспорьем для развития, и после открытий Кота становится очевидно — я был прав. Вот только эта так называемая королева согласилась делиться исключительно пылью Басё!

— Которая тебе с твоим знаком просто не нужна, — ухмыльнулась Кейси. — И как они могли быть так жестоки?

— Если подходить формально, то они предлагали выбор: щепотка энергии камня или ведро превращения; но если читать между строк, то вариантов не было. Пришлось брать ведро, а то ко мне появилось слишком много вопросов.

Я только кивнул в ответ. Кажется, я понимаю, как так вышло. Мир охотников из-за постоянной войны со змеями оказался внизу пищевой цепочки. Они вроде бы торговали со своими соседями, но те с каждым годом все поднимали и поднимали цены, а циклопам просто нечего было им возразить. Так и сложилась ситуация, когда вроде бы равные знаки — а на мой личный взгляд, превращение так и пополезнее будет — оцениваются совершенно по-разному.

Бо как раз показал воспоминания с расценками. Камень, огонь и ветер шли почти по одной цене, пыль Басё — чуть ли не в сотню раз дешевле, знак Гатс, принадлежащий змеям, по идее, должен был оказаться в той же ловушке, но нет. В их мире просто не осталось тех, кто мог бы торговаться и делиться силой, так что цена на пыль поглощения даже выросла. Раза в два по сравнению с остальными… Бо спрашивал, есть ли рядом миры других знаков, но королева оказалась не настроена продолжать эту тему. Только бросила, что остальные соседи не слишком дружелюбны, поэтому они стараются не нарушать возникшее когда-то еще давно перемирие.

У меня оставался еще один вопрос, который можно было задать, а Бо тем временем заканчивал.

— В общем, про свой статус я рассказывать не стал. Тогда можно было бы попросить цену выше, но и опасность не договориться тоже возросла. А так…

— А так ты получил способ найти знак Мось, — я все-таки решил не молчать. С учетом количества тайн, что ему пришлось раскрыть, Бо точно заслужил немного восхищения во взглядах. — Они дали тебе технику поиска, рассчитывая, что ты не посмеешь оставить себе такую вещь. А ты, конечно, и не подумаешь ее возвращать.

— Ясное дело! — Бо расхохотался, но мгновенно замолчал, и его глаза недобро блеснули. — Но это именно моя добыча.

Я в этот момент думал о камне Гатс, который убийца забрал с тела королевы змей. Слишком много событий, чьих акторов и, главное, заказчиков мы пока не знаем. Как все было просто еще недавно — отбить атаки циклопов и выжить. На самом же деле все оказалось гораздо сложнее: чтобы уцелеть, нам придется не просто играть мускулами, а думать.

— Я правильно понимаю, что в свете случайно всплывших новостей от бога Обмана, — Кейси на этой фразе добавила в голос иронии, — спокойное и постепенное развитие нам не подходит?

— Мы начнем набор и обучение богов, — задумчиво ответила Майя, — но ты права, этого недостаточно.

— Нам нужно решение, которое сможет вытащить на свет всех наших врагов здесь и сейчас, — я озвучил главную проблему.

Как заставить показаться тех, кто не хочет показываться? Тех, чью силу мы даже не представляем? Разве что самим изобразить тех, кем мы не являемся. Я коротко озвучил свой план. Получил в ответ дружное мужское «сойдет», два тревожных взгляда от Майи с Кейси и море удивление от Пламен с Гасиной. Вот кто точно был в шоке от собрания лидеров свободного мира.

Мы закончили обсуждение деталей только через три часа, и я сразу же двинулся воплощать свой план в жизнь. Пламен и Борука остались с Бо помогать ему в поисках знаков камня и еще немного приглядывать со стороны. Бог Обмана знал эту парочку хуже остальных, а значит, и ввести их в заблуждение ему будет гораздо сложнее. И это не считая следователей Тома Пау, которых я подключил к проверке всего, что мы сегодня обсудили и что я увидел в мыслях Бо и… Карика. Да, что-то уж больно подозрительно резко демиург реагировал на некоторые вопросы, и будет совсем не лишним его проверить.

— Кот… — отказавшаяся от всех самостоятельных заданий Гасина тенью следовала за мной. До этого молча, но вот в итоге не выдержала. — Значит, мы сейчас идем освобождать моих сестер?

— Да, мы же так и решили, — я поддержал ее заход с очевидными вопросами. — Я предлагал тебе разделиться, но ты устроила скандал и отказалась оставлять меня одного.

— Я уже оставила прошлую королеву. Хватит, — Гасина тряхнула лысиной.

— Значит, я твоя королева? — я не удержался от шутки, но девушка только предельно серьезно кивнула в ответ. Вот уж точно, разные виды…

— А дальше? — она вернулась к обсуждению моего плана. — Ты сказал, что мы нападем на соседние миры.

— Этого от нас точно не ждут, — я улыбнулся. — Карик соберет ударные отряды из духов и богов. Покажем себя, прокачаем каменной пылью помощников прямо на полях сражений, а заодно тем, кто думает, что мы будем сидеть тише воды ниже травы, придется утереться.

Сам не знаю, почему последнее предположение так меня задело. Наверно, из-за рассказа Бо. С учетом дополнительных деталей моей новой рабочей теорией была политика. Миры с сильными камнями разбирались с конкурентами, превращали часть соседей в дикарей, чтобы задарма получать пыль их знаков, а сами использовали этот ресурс, чтобы быстрее развиваться и еще больше закреплять появившийся разрыв. И ведь нашей части мироздания была уготована та же участь. У меня нет прямых улик, но зато косвенных доказательств выше крыши. Например, стабильный поток диких циклопов. Почему они не лезли к остальным, почему именно к нам? Или взять желание держаться в тени и черными методами за бесценок захватить наши камни изменения, почему никто даже не подумал договориться?.. Появляются два вывода: или кто-то решил, что настолько выше всех остальных, или в новых мирах укоренилось право сильного, и чужие королевы даже не думают соблюдать хотя бы видимые приличия. Впрочем, одни домыслы никогда не убедили бы меня в недобрых замыслах наших соседей, если бы не история миров охотников и змей. Когда их стравили, уничтожили сильнейших, загнали в очень удобные лично для себя рамки, было бы очень наивно думать, что это случайность и что с нами бы поступили по-другому.

Впрочем, это только первый уровень плана. Показать себя, усилить обычных богов, заставить чужаков считаться…

— То есть мы заставим чужие миры открыть свои замыслы? — Гасина продолжала семенить за мной.

— Чужие миры, а еще парочку сильных и умных одиночек…

Я думал. Бо вроде бы пока отказался от резких движений. Карик? Возможно. Какие-то козни Атона? Лично — вряд ли, мои люди следят за ним издалека, и пока ему не удалось продвинуться в изучении камней изменений. А вот пристроиться к кому-то другому — вполне. Тем более что по отчетам старик с кем-то недавно встречался. Близко подобраться не удалось, но образцы почвы со следами чужих аур уже в лабораториях. Пара суток, и я точно буду знать, кто это был.

Кто в списке дальше? Старуха с сестрой? У них вроде бы не должно быть мотивации и возможностей для такой игры, но на всякий случай вычеркивать их не буду. Дальше — таинственный незнакомец, вмешавшийся в мое желание и отправивший нам подарок в виде Мали и семи первых камней. Очень может быть, особенно учитывая, что эта личность мне очень не нравится. Остаются интриги Хо, которые уж больно сильно заляпались в связях с другими мирами. Настоящие чужаки, которых я никогда раньше не видел и… Хватит гадать.

В любом случае, с кем бы нам ни пришлось столкнуться, вряд ли кто-то будет ожидать такого резкого изменения правил с нашей стороны. И дальше будем следить за реакцией. Нас поддержат — значит, наш главный враг на стороне изменения. У него нет власти, но он ее страстно жаждет, мечтая загрести жар нашими руками. Если же нас активно попробуют придавить, то главный противник подтвердит, что находится на стороне лидеров текущего миропорядка. Логично, если он выступит как его защитник.

В том или ином случае мы получим силу и информацию. Главное, не сдохнуть!

— Подожди! — я почти открыл проход в мир охотников, когда рядом полыхнул портал, и из него выскочил Карик. — Я сделал все, что нужно. Дальше армия соберется и без меня, а вот я сам составлю тебе компанию.

— Думаешь, не справлюсь? — я иронично поднял бровь.

— Не сомневаюсь в тебе, но, уверен, пора и мне взглянуть, что там за гранью… Увидеть те самые новые миры, которые должны нас то ли спасти, то ли уничтожить, — Карик устало махнул рукой и замер рядом.

Что ж, начало похода мне уже нравится! Я призвал энергию знака Гатс и принялся прокладывать нам проход. Вертикальный разрез, потом горизонтальный, дальше можно было бы расширить получившуюся дыру, но зачем? Я просто резко толкнул нас вперед и, получив по лицу болтающимися краями реальности, мы полетели вперед.

— Циклоп! — крикнул Карик, увидев, как на наше появление среагировал один из местных. Идеально, недаром я делал все так грязно.

Знак Гатс, четвертый синий уровень

Я окунулся в энергию камня Поглощения, глаза вспыхнули потусторонним синим цветом, тело накрыла аура, и я медленно опустился на серую одноглазую голову. Как забавно, на новой ступени своего камня я видел, как несовершенно это дикое создание… Энергия вырвалась наружу, просочилась через чужие щиты, а потом только и оставалось, что довести дело до конца. Я мог бы убить циклопа одним движением пальца, но теперь мне хотелось большего!

Глава 12

Доброе вторжение

Со стороны все выглядело, словно я катаюсь. Циклоп безучастно шагал вперед, я стоял у него на макушке, чуть позади с недоумением летели Карик и Гасина. Наконец, у меня получилось: я захватил все части сознания гиганта, связанные со знаком Басё. Было непросто, мой собственный камень под сердцем в процессе выделил столько холода, что на коже выступил иней, а дыхание замедлилось раза в два. Но ради дела и хорошего эксперимента можно и потерпеть.

Я дернул.

Как делал это уже не раз, но никогда раньше я не цеплял одним махом такой большой объем энергии. Если бы циклоп хотя бы шевельнулся или подумал о сопротивлении, ничего бы не получилось, но он уже полностью лишился воли, и огромный кусок чужой силы вырвался из плоти наружу. Часть красной вспышкой разлетелась во все стороны, часть осыпалась песчаной пылью знака Басё. Гигант, лишившись того, что давало ему форму и силу, покачнулся, а потом, распадаясь на сотни частей, рухнул на землю.

— Пауки… — пренебрежительно фыркнула Гасина, но поспешила.

— Это люди, — выдохнул Карик.

И действительно, у меня получилось. Я выдернул энергию знака Превращения, и без нее те, кто когда-то не смог принять и освоить силу камня изменения, снова стали собой. Интересно, как надолго… Я в последний момент вспомнил, что падать с высоты не очень безопасно для смертных, и подхватил их множественными разрывами в изнанке. Сто три разрыва на сто три человека, которых еще недавно все воспринимали только как диких зверей.

Мы втроем опустились вниз, и во все стороны хлынула зеленая волна стихии Жизни.

— Мертвых нет, — вынес вердикт Карик. — Мозговая деятельность тоже без нарушений.

В этот момент один из освобожденных мной людей открыл глаза и попытался подняться. Воспользовавшись моментом, когда его сознание по-настоящему проснулось, я скользнул внутрь и считал воспоминания. Родился, рос, мечтал покорить силу камня, отправился в гору на испытание и все… С момента, как камень его подчинил, в голове молодого человека ничего не было.

— Они похожи на меня, — Гасина подошла ко мне и замерла рядом.

— Потому что сила камня изменения лишила их части жизни? — спросил я.

— Нет, потому что они лысые, — Гасина тряхнула головой, словно отказываясь верить, что между ней и обычным человеком может быть еще хоть что-то общее кроме тела. А вот насчет лысины она была права: после моего поглощения и обратной трансформации на телах этих людей не было ни единого волоска. Словно земляные черви — откуда-то в памяти всплыл полузабытый образ.

— И что дальше? — вслед за змеюкой ко мне подошел и Карик. Он проверил все, что хотел, и утратил к местным всякий интерес.

— Думаю, можно ли использовать эту возможность для усиления нашего плана, — честно ответил я.

— Как? — Карик поморщился. — Эти люди слабы, в них нет стержня. Сейчас они соберутся и снова отправятся в гору, чтобы во второй раз лишиться себя и стать частью очередного безмозглого циклопа. Жалкая участь, которую не изменить. Или ты собираешься посвятить их спасению всю свою жизнь?

В голосе демиурга добавилось иронии.

— Я не настолько добр и глуп, чтобы так тратить время, — я тоже умел играть интонациями. — Впрочем, у любой долгой дороги всегда есть короткий вариант. Рискованный… Иногда уровень риска неотличим от смерти настолько, что люди даже не готовы его рассматривать. Но короткий вариант всегда есть.

— Что ты задумал? — глаза Карика сжались.

— Показать людям правду, дать этому пламени уничтожить их старые личности и предложить новым послужить мне.

— Безумец, — выдохнула Гасина.

Я только пожал плечами, а потом превратил знак Гатс в его третью форму, ауру, и накрыл всю сотню спасенных недавно людей.

«Ваша жизнь теперь принадлежит мне, но я не буду забирать вашу свободу. Просто смотрите… — с этого я начал свое ментальное послание, а потом вложил людям в головы все, что они забыли. Как прошли испытание, как стали пауками, как собрались в циклопа, уже давно потеряв даже крошки воспоминаний о том, кем они были. — Если среди вас будут те, кто готов отомстить, то подходите ко мне. Я лично дам вам пыль камня Басё, вы получите силу, о которой мечтали, но если вы сделаете этот выбор, то помните о цене. Цена за мою помощь — свобода и вечность. Я знаю, что вы уже один раз бездумно отказались от них, не совершите эту ошибку второй раз!»

«Знаешь… — мысленно заговорил со мной Карик. — Я вот не могу понять, ты их уговаривал или, наоборот, делал все, чтобы тебя послали?»

«Мне не нужны все, — честно ответил я. — Те, кто бездумно посеменят ко мне, сэкономив время на походе до горы — кому они нужны? Более того, я уверен, что они опять не смогут подчинить себе силу знака. А вот те, кто решатся даже после моей речи… Именно примут решение, переплавят себя в нем — это будет уже совсем другая история».

«Поэтому ты еще добавил туда стихию Тьмы?» — присоединилась к молчаливому разговору Гасина.

«Да, чтобы страх и давление силы закалили желание тех, кто достоин, и отсеяли тех, кто слишком слаб».

«Что-то мне подсказывает, что среди этих неудачников не найдется и одного, кто соответствовал бы твоим ожиданиям», — змеюка добавила в голос шипящих ноток.

«Зря ты не веришь в людей, на самом деле во многих из них горит огонь. Нужно просто дать им шанс…» — я не успел договорить, потому что первый из замерших передо мной бывших пустых рабов поднялся на ноги, зарычал и медленно пошел ко мне, разрывая мешающую ему Тьму.

— Не знаю, кто ты, бог или демон, но я готов принять твое предложение. Меня зовут Тутмос, — он склонил голову, а я, не говоря ни слова, направил в его тело часть из недавно собранной пыли Басё.

Несмотря на все мои речи про закалку, я не собирался рисковать, вливая порцию знака изменения за один раз. Лучше постепенно, чтобы я мог контролировать процесс — пусть лучше этот Тутмос станет слабым слугой, чем снова лишится себя. Мне кажется, так будет справедливее… Впрочем, опасения оказались напрасны. Храбрец спокойно выдержал весь процесс формирования второго сердца из камня и через мгновение с диким криком вскинул руку вверх. Его глаза полыхнули красным, а прямо в небо ударил поток чистой энергии Превращения. Интересный прием и хороший результат.

— Займи свое место, — я кивнул себе за спину.

Тутмос растерянно кивнул и поспешил встать рядом с недовольной Гасиной. А тем временем ко мне шли уже двое бывших пустых рабов. В каждого я вкладывал песчаную пыль Басё: в кого-то ее входило больше, формируя полноценное сердце, в кого-то меньше. Тогда приходилось вмешиваться, помогая удержать полученную силу, но все равно мы каждый раз доводили дело до конца. Каждый из тех двадцати двух человек, что переплавили себя и подошли ко мне, выжили, сохранили рассудок и стали сильнее.

— Ты же хотел не вмешиваться, — Карик с усмешкой проводил взглядом последнего из пополнения.

— Хотел, но порой так сложно отказать людям, которые рискнули всем, — я улыбнулся.

— Да, их действительно оказалось немало… — Карик задумался о чем-то своем.

Я же отпустил тех, кто так и не решился, передал новобранцев под командование Гасины и занялся расчетами перехода к одной из ее сестер. Дело это не быстрое, да и во второй раз внимания требовало не очень много, так что краем глаза я наблюдал, как змеюка управляется с новенькими… Я помнил ее изначальное презрительное к ним отношение, но я так же видел и какими глазами она смотрела на каждого, кто подходил ко мне. Возможно, не стоило ставить командиром ту, в чьих навыках и даже душевном спокойствии я не уверен, но уж больно мне хотелось дать шанс теперь еще и Гасине.

Если для людей испытанием была готовность принять новую цель и силу, то вот змеюке нужно было учиться верить в других. Иначе мои слова про королеву так и останутся только словами.

— Стройтесь… назовитесь… покажите энергию вашего камня… — Гасина ходила перед строем и смотрела на своих новых подопечных. Те смотрели на нее.

Прошло пять минут, натянуто, но все же слишком спокойно. Кажется, маловато эмоций для хорошего прорыва.

— Прежде чем продолжите, — когда Гасина закончила знакомство, я вмешался, — покажи им свою вторую форму…

Я не стал ничего объяснять. Впрочем, у этого приказа была и очевидная внешняя причина. Бывшие обитатели гор должны заранее узнать, к какой расе относится Гасина, осознать, что теперь они будут сражаться под командованием той, кого раньше считали вечным природным врагом своего мира. Что-то мне подсказывает, что не все смогут легко это принять, а все скандалы лучше устроить здесь и сейчас, чем в бою, когда любое промедление и разборки будут стоить гораздо дороже.

Гасина кивнула, выпустила энергию Басё почти так же, как просила недавно наших новеньких. В глаза бросилось, что бьющее из руки пламя знака Превращения получилось у нее гораздо чище. Пламя потухло, медленно растворившись в воздухе, а вслед за ним растаяла и фигура Гасины, вместо которой подняла голову огромная змея. Вот только у этой было два глаза! В одном горел знак Басё, в другом Гатс! Очень интересно.

До меня донеслось задумчивое хмыканье Карика, а потом наши новенькие, наконец, осознали, кого увидели.

— Это же Забо-но-ферси! — выкрикнул один из них.

— Глаза два, но я никогда не забуду это смрадное дыхание, эту пасть, в которой исчезли мои родные! — вот второй крикун, на мой взгляд, перегибал, очень маловероятно, что именно Гасина съела его семью.

— Убьем ее! — третий собрал в себя все витавшие в воздухе ожидания.

Предсказуемо. Но мне нужны были не слова, а поступки.

И вот последний крикун начал обращаться: энергия знака Басё вырвалась у него из рук. Я опасался, что все закончится превращением в паука, но, несмотря на гнев, человек не потерял себя. Очень хорошо! Пламя камня изменения сползло с его кистей вниз, покрывая руки до локтей — и все. Руки-лапы с огромными когтями мелькнули в воздухе, и убийца змей прыгнул вперед. Быстрее обычного смертного, но все же медленнее меня и даже Гасины. Та лениво повернула голову, а потом клацнула зубами, готовясь разорвать наглеца на две части.

— Не сметь! — крик Тутмоса разорвал воздух.

Он тоже окунулся в свое каменное сердце, изменил руки и, превратив их в длинные щупальца-хлысты, сбил своего незадачливого товарища прямо перед сжавшимися зубами. Я видел, что Гасина могла дотянуться до прыгуна, но почувствовала мое желание и дала новеньким шанс.

— Что ты творишь⁈ — обладатель лап вскочил на ноги и собрался броситься уже на Тутмоса. Кажется, до него так и не дошло, что ему только что спасли жизнь. Все-таки готовность гореть, обретать цель и жить ради нее вовсе не означает наличие мозгов. Эх, а насколько проще мог бы стать мир, будь это взаимосвязано.

— Я спас тебя! — Тутмос орал в ответ, не забывая оплетать чужие лапищи и блокировать их. — Как ты рассчитывал победить? Или ты хотел просто сдохнуть? Так для этого вовсе не нужно было гнаться за каменным сердцем! Ты только скажи, и я сам оторву тебе голову! Прямо со всеми твоими тупыми потрохами! Надо же, увидел врага из прошлого! Неужели не понял, что все изменилось? Что все старые истории, которые нам втирали с детства — это обман! И если бы не господин Кот, то мы бы так и жили пустыми тенями, забыв имена и свой род! Так ты отблагодарил его за возвращенную честь? Или это твой дар собратьям, с которыми ты собирался сражаться рядом? Ты подумал, что, напав на своих и сдохнув, ты бы подставил нас⁈ Каша-хурум!

Тутмос закончил орать, немного успокоился и отпустил своего задиристого товарища, которого успел немного придушить в процессе. Я ждал продолжения. Крикун откашлялся, поднялся на ноги, потом задрал руки, покрывшиеся шерстью и шипами, пошевелил когтями-лезвиями… А потом рухнул на колени.

— Прошу прощения, господин Кот! Я понял урок, который вы нам преподали. Я больше не трону своих и буду всегда верить, что вы знаете, что делать.

Я читал его мысли, это человек действительно не сомневался в том, что говорил. Можно было бы просто принять его слова, но мне захотелось довести дело до конца. Опять риск, но как будто в любой другой момент он может исчезнуть…

— Как тебя зовут? — я видел имя, но хотел, чтобы человек сам его назвал.

— Я… — тот на мгновение задумался, а потом бросил взгляд в небо, где сияла полная Луна. — Мое старое имя больше не имеет значения, зовите меня Бадру.

— Что ж, пусть будет так, — я кивнул, а потом посмотрел на Тутмоса. — Убей его. Бадру заслужил право на имя благодаря тому, что одумался. Теперь его память останется в мире. Но вот право на жизнь после того, как поднял руку на своего, у него больше нет. Бадру, на колени.

Я не использовал никаких способностей, но человек тут же выполнил приказ. В его глазах горела решимость, немного фанатичная, но в начале пути, возможно, только такая и бывает… Тутмосу потребовалось на мгновение больше, он решительно дернул плечом, выхватил появившийся в воздухе меч из стихии Обмана, а потом яростно двинулся вперед. Взмах, меч блеснул в лунном свете, а потом обрушился вниз.

Кажется, кто-то из людей до последнего верил, что я остановлю этих двоих. Раздался крик, когда отрубленная голова покатилась по земле. Тутмос обессиленно оперся на меч. Теперь уже все понимали, что чуда не будет, что все закончилось. И только мы с Кариком молчали. Я — потому что продолжал насыщать убийцу и убитого каменной пылью Басё, а демиург — потому что следил за моими движениями.

— Не знаю, решился бы я поступить так со своими подданными, — наконец, сказал он, одновременно выдыхая.

— Это потому, что ты веришь в богов меньше, чем я людей, — я улыбнулся в ответ.

Остальные еще не видели, что случилось — только мы как обладатели целых камней изменения — но знаки Басё в этой парочке стали сиять ярче, чем прежде.

— Бадру, поднимись, — просто сказал я, и аура, способность второго уровня камня Превращения, собрала воедино разрубленное тело.

Недавний мертвец стоял на месте, растерянно таращил глаза и быстро-быстро открывал и закрывал рот, словно пытаясь надышаться на будущее.

— Я же умер… — выдохнул он.

— Ты назвал себя Бадру в честь полной Луны, красивый образ для нового рождения, — ответил я. — Вот только нельзя родиться заново, не отказавшись до конца от старого себя. Пришлось тебе помочь. Бадру-скандалист, который не ценит оказанное ему добро, сегодня на самом деле умер, Бадру-храбрец, который готов бросить вызов даже богам, который держит слово даже ценой жизни, сегодня родился. Поздравляю тебя, и служи мне, как и обещал. Кстати, не хочешь попробовать использовать силу своего сердца еще раз?

Бадру непонимающе замер, но потом поспешил выполнить мою просьбу. Аура Басё снова окутала его тело, то поплыло, и он превратился. На этот раз не только руки, но и весь целиком — перед нами стоял маленький, ростом чуть выше человека одноглазый циклоп. Почти как Бо в первые часы работы со своим камнем… Вот только Бо всю жизнь был богом, у него имелся целый камень изменения, а этот человек добился того же с одной пылью внутри только за счет воли. Действительно вызывает уважение.

«А если бы он умер?» — Гасина не выдержала и задала вопрос, который мучил ее все это время. Понимаю, сейчас она примеряет ситуацию на себя и думает, не поставлю ли я ее так же на грань жизни и смерти.

«Поставлю, — я честно ответил на так и не заданный вопрос, и по чешуе змеюки пробежала дрожь. — Но точно не просто так, не ради прихоти или жажды силы. Только если увижу, что ты попала в тупик, но у тебя есть шанс из него вырваться. И так будет, пока я верю в тебя».

«Вера — какое опасное слово», — Гасина изобразила истеричный смех, а я вернулся обратно к людям.

— Теперь ты, Тутмос, — я посмотрел на лидера бывших пустых рабов, который чувствовал, как и в нем что-то изменилось, но пока не мог понять, что именно. — Покажи нам свое новое Превращение. Ты выполнил свой долг, защищал своих, но был верен и слову. Камень внутри тебя, я вижу, признал твои волю и огонь, покажи, какую силу он тебе подарил.

Мои слова помогли Тутмосу успокоиться, он снова призвал пламя Басё, а потом скрылся из виду, поглощенный вспышкой изменения и волной поднявшейся пыли. Превращение Бадру точно прошло потише… Я присмотрелся, первым заметив принятую Тутмосом форму, и расплылся в улыбке. Да, пожалуй, именно так все и должно было случиться!

Глава 13

Доброе вторжение 2

— Это же змея! — выдохнул кто-то из людей, когда пыль от превращения Тутмоса опала, придавленная стихией Тьмы. Я решил не ждать и немного ускорить процесс.

— Какой милый малыш, — Гасина подползла поближе, оценивая результат. — Почти как настоящий гама-ямори. Маленький воин, который впервые открыл боевую форму.

— Что ж, думаю, можно официально признать, что у нас больше общего, чем может показаться, — я переключил внимание с формы Тутмоса на то, что за ней стоит. — Пауки, охотники, змеи — все это только внешняя оболочка, которая выражают вашу силу, не больше. Рассчитываю, что в будущем вы перестанете утыкаться в традиции и начнете сами исследовать свои возможности. Развивать доступные вам силы, не ориентируюсь на тех, кто кажется вам идеалом, а искать то, что подходит именно вам. Возможно, именно в этом бою.

Тутмос, который не смог долго удерживать превращение и снова стал человеком, не удержался и покраснел. Понял, что я указал на его слабость, преклонение перед силой змей. И правильно, пусть знает и борется. Только так он сможет не остановиться и двигаться все дальше и дальше.

— Так же я хочу провести первые назначения в своем небольшом отряде, — продолжил я. — Гасина, за открытие формы с двумя глазами, которые позволяют тебе использовать сразу два знака, назначаю тебя командиром отряда из твоих сестер.

Змеюка тоже превратилась в человека и быстро склонила голову. Довольная, правильно поняла, что только что сделала первый шаг на пути к титулу королевы.

— Тутмос, за защиту своих и выдающиеся успехи в развитии силы своего сердца, назначаю тебя командиром отряда людей, — продолжил я, и человек поспешил последовать примеру змеи. — Как разбить их на отряды, когда вас станет больше, решишь сам. Но главой первой боевой группы прошу назначить Бадру. Как сильнейшего после тебя и как того, кто точно сможет зажечь тех, кого ты ему доверишь.

Вот и Бадру опустился на колено. Не ожидал я такого быстрого развития от новеньких, с другой стороны, они столько жили, растворившись в силе камней, и теперь, обретя волю, им только и нужны было, что направить ее в правильное русло.

— Возвращайтесь к тренировке, — кивнул я Тутмосу. — Теперь ты за главного.

Тот сжал челюсти и прижал руку к груди, подтверждая получение приказа. Гасина только хмыкнула, понимая, почему я так поступил. Да, было бы странно раздать должности, а потом сделать вид, что ничего и не было, вернувшись к старой схеме. Ничего, она была готова подождать.

Карик молчал, размышляя о чем-то своем.

За пару часов Гасина вымотала наших новобранцев до предела, я же вычислил координаты всех сестер змеюки. Можно было бы сработать и по частям, но кто знает, не пойдет ли вся система вразнос после пары освобождений, и будет лучше, если мы сможем быстро перемещаться во все нужные нам точки.

— Пора, — я поднялся на ноги, прогоняя ледяную энергию камня Гатс по телу и разминая мышцы.

— Наконец-то, — Карик тоже поспешил вскочить. Он единственный из всех нас, кто не занимался делом, и поэтому тяжелее остальных переживал ожидание.

Бросив взгляд на скинутые мной координаты, он открыл проход, и мы всей толпой перенеслись к первой ловушке. Надо отдать должное Карику, в отличие от меня он смог создать точку выхода буквально в метре от цели — очень хорошая концентрация. Я кивнул демиургу и тут же принялся за вскрытие замка. Знак Гатс, зеленый уровень энергии… Процесс пошел, и я решил ускорить его, нарастив воплощение камня изменения до синего. Проход в ловушку просто снесло, словно взрывом. Кажется, кто бы ни создавал это место, подобного уровня силы он не ожидал. Хорошо, если я прав, то это окажется полезным козырем в будущих схватках.

Я сделал несколько шагов вперед, а потом еще раз ударил потоком Поглощения. Максимум доступной мне энергии и простейшая форма — я высосал всю силу созданной первым охотником ловушки. Процесс занял секунд десять, после которых мне на ладонь упала горсть пыли камня Гатс, а где-то в глубине скалы раздался рев змеюки, осознающей две новости. Во-первых, ловушка исчезла и ее зажало в горной породе, а во-вторых, она свободна.

Рев приблизился, служанка королевы пробивала себе проход, собираясь проверить, кто же нарушил ее покой. Еще больше грохота и рева, и вот огромная змея с одним глазом вылетела из скалы перед нами. Где-то ее шкура была повреждена и сочилась кровью, но внутри царила эйфория и готовность убить любого, кто посмеет покуситься на ее свободу. Хорошие принципы, мне нравятся.

— Гасина, разберись со своим первым солдатом, — я сделал шаг в сторону, и в тот же миг вверх выстрелила сжатая пружина огромного тела.

Наша змеюка сразу поняла, что я не буду делать за нее ее работу, так что мысленно давно готовилась к этому моменту. Даже успела разок перегореть и снова собраться с силами. И вот рывок, две змеи столкнулись… Я ожидал серьезной драки, но Гасина смогла меня удивить. Ее тело словно прошло сквозь плоть противницы, оплело, а потом они обе рухнули на землю. При этом двуглазая змея оказалась сверху, надавливая на свою противницу и массой тела и силой знака Гатс.

— Господин, помогите ей прийти в себя, — Гасина поняла, что победила и попросила меня о помощи.

— Зачем тебе я? Попробуй сама, — я и не подумал шевелиться, а вот совет, чтобы направить мысли в нужную сторону, можно было и дать. — Зря что ли у тебя два глаза? Используй силу одного, чтобы придержать ее, а вторым — действуй. Или боишься, что не хватит концентрации?

— Хватит! — рявкнула Гасина и сменила хватку.

Если до этого она больше полагалась на свою привычную силу знака Гатс, то теперь попробовала удержать бывшую сестру знаком Басё. И тот прекрасно справился с этой задачей. Да, было грязнее. Раньше новая змеюка даже дергаться не решалась, а тут начала извиваться, но вот вырваться из захвата противницы все равно не смогла.

«Вот здесь еще… — я же мысленно следил, как Гасина насыщала разум пленницы энергией Поглощения. Ей не хватало опыта и глубины зрения, но я был рядом, чтобы подстраховать. — Теперь все».

Гасина замерла на мгновение, словно вспоминая, как это было с ней самой, а потом дернула. Воспоминания пленницы, ее боль и ненависть, которые пожрали все остальное, покинули тело. Осталась только крохотная искорка настоящей служанки королевы змей, и теперь без вечного давления она смогла расправить крылья, осознать, что с ней было, что случилось и… переродиться. Нет, она не захотела. Увидела то, что стало с их миром, смерть королевы и просто отказалась жить.

«Кот…» — Гасина тоже это поняла и попросила меня о помощи.

Сейчас она столкнулась с тем, с чем действительно не могла справиться сама. С одной стороны, бывает — из тех же людей, почти восемь десятков тоже предпочли сдаться. С другой, не начинать же спасение змей с неудачи. Тем более, что Гасине все-таки не хватило сил довести очищение своей бывшей подруги до конца. Она очистила разум, но боль хранится не только там.

Все это время, пока я подстраховывал Гасину, моя энергия тоже наполняла тело второй змеюки. На этот раз я действовал не наугад, как в прошлый раз. Зная, что форма змеи — это просто воплощение знака Басё — я просто искал его энергию в теле пленницы и поглощал… Для начала просто подчиняя своей ауре, а потом, когда собрал все до последней капли — дернул. В тот же миг новенькая превратилась в еще одну лысую девушку и рухнула вниз. Гасина успела трансформироваться и подхватить ее у самой земли, а потом с благодарностью посмотрела на меня.

— Спасибо, что спасли Мьюку, господин Кот. Я знала ее с детства, мы вместе готовились, чтобы стать свитой королевы. Я верю, что, когда она осознает себя, вспомнит, не только, как все потеряла, но еще и кем была, она обязательно разбудить в себе огонь.

— Второй шанс, — я внимательно смотрел на Гасину, проверяя, правильно ли она поняла, что случилось. — Это не моя жалость, не мой подарок ей. То, что я сделал — это ответ на твою просьбу. Не больше. Пока ты ценна, пока вес того, что ты делаешь, превышает вес твоих просьб, я буду идти тебе навстречу. Не переступи грань.

Гасина вздрогнула, но быстро кивнула. Она все поняла правильно, и мои слова, и почти не скрытую в них угрозу.

— Что же касается твоей знакомой, — я кивнул на девушку в руках змеюки. — Еще ничего не кончено. Второй шанс — это не панацея, она либо все-таки примет новый путь, либо…

— Вы убьете ее, — Гасина покорно склонила голову.

— Вообще, я планировал просто отпустить ее жить мирной жизнью, — признался я. За кого меня принимают? И когда я давал для этого поводы?

— Или так, — Гасина не стала спорить, а Карик не удержался и хмыкнул в голос.

Тутмос и остальные стояли и растерянно наблюдали за происходящим. Впрочем, я ощущал в них еще одно чувство — сожаление, что им так и не удалось попробовать себя в драке. Ничего, время еще придет… Я насытил окутывающую их ауру этим чувством. А сейчас просто не ваш бой, имейте силу уступить драку тем, кому она нужнее.

Мьюка тем временем открыла глаза. Увидела Гасину и не узнала — дернулась в сторону, как от чужачки. Страх, плохое первое чувство, я бы предпочел гнев или спокойствие, последнее, впрочем, идеальный вариант.

— Тихо! — Гасина и не подумала отпускать Мьюку.

— Отпусти меня, грязная… — та не нашла подходящего слова.

Я ждал реакции Гасины, все-таки мы сейчас боремся не столько за новую змеюку, сколько за нее. За ее будущее.

— Тихо, я сказала, — на этот раз голос Гасины прозвучал жестче и злее.

— Кто ты? Где я? — Мьюка сжалась в комочек. Страх, безволие, есть ли у нее хоть крохотный шанс? Или я, как Бо не верит в людей, просто не могу поверить в народ змей? Стала же эта трусиха когда-то одной из свиты королевы. Может, я просто пока не вижу ее потенциал?

— Это не важно! — Гасина отмахнулась от вопросов старой знакомой, и я неожиданно осознал, кого она мне напоминает. Вот ведь змеюка, копирует меня! — Запоминай! Прошлая ты погибла! Тебя нет! Сможешь отказаться от плена, от прошлой королевы и принять новую — будешь жить, принося славу нашему народу. Нет — так и останешься частью истории.

— Лучше умереть с честью! — выплюнула Мьюка, и я впервые увидел в ее глазах огонь. Ну хоть что-то смогло его пробудить, кажется, шанс есть.

— Нет чести в смерти, если нет тех, в чьих сердцах она будет жить. Кто твой народ, Мьюка, кому ты хочешь пожертвовать силу своей души?

— Я…

— Молчи! Дикие змеи за тысячи лет без Королевы лишились разума и деградируют в силе! Ты сможешь, умерев, исправить их судьбу? Сможешь спасти остальных сестер по свите, которые тоже тонут или уже утонули в мраке безумия?

— Я… — на этот раз голос Мьюки звучал растерянно.

— Ты! Сейчас тебе придется сделать выбор, готова ты жить или сбежишь на тот свет, как серая тень! И если выберешь жизнь, то будь добра, постарайся изо всех сил, чтобы пройти мое испытание. Испытание новой королевы!

— Ты… — Мьюка явно не отличалась многословностью. Опять выдала звук и замолчала: впрочем, в умении сначала думать, а потом говорить точно нет ничего плохого.

— Постарайся не умереть, — выдала последнее пожелание Гасина, а потом отбросила Мьюку от себя.

Та успела уже прийти в себя и приземлилась точно на ноги. Очень вовремя, как раз чтобы встретить ударившийся по ней поток энергии сразу двух знаков, Басё и Гатс. И если силу родного камня изменения Мьюка еще могла поглотить и подчинить, то со второй у нее не было и шанса. На что рассчитывает Гасина? Или на кого? Я поймал ее просящий взгляд. Что ж, если уж я ввязался в это дело, дойдем до конца — в любом случае все будет зависеть от Мьюки.

Я добавил в поток атакующих энергий тонкий ручеек каменной пыли знака Басё. Вместе с ним у новой змеюки появился шанс расправиться и со вторым знаком.

«Не слишком ли сильно ты им подыгрываешь? — Карик заметил мой поступок и принял за лишнюю мягкость. — На словах ты грозен, а на деле слишком мягок. Боги, да и все остальные такое чувствуют. Пройдет совсем немного времени, и они сядут тебе на шею. Или решат, что ты недостаточно силен, чтобы стоять выше них».

«Сила моих подданных — это моя сила. Чтобы сделать сильнее себя, я готов делать сильнее и их, — в ответ на истину Карика я поделился своей. — И я не щедр просто так. Гасина повысила ставки, замахнулась на что-то большее, чем просто лишившаяся сил и разума сестра, жалкая тень настоящей воительницы из свиты королевы. Она рискнула и за счет этого получила право на помощь. Нет, я не добр, я всего лишь справедлив».

Карик хмыкнул. Странная эмоция, когда мы будто не можем определиться, удивлены мы или испуганы чем-то новым и необычным.

«А справедливо ли будет лишить эту Мьюку ее старой личности? Вы ведь стираете ее, создаете новую, но будет ли эта новая змея продолжением старой?» — у Карика появились новые вопросы. Хорошие. Стихия Истины внутри меня после того, как он их озвучил, заволновалась и зашлась самой настоящей бурей.

«Может, и не справедливо… — я не стал спорить с фактами. — Но обрати внимание, ни я, ни Гасина мы никого не заставляем».

«Честно ставите перед выбором, или меняйся или умри?»

«Честнее было бы молча убить? Выбор — это всегда лучше, чем его отсутствие. Мы даем силу, мы даем цель, мы оговариваем условия сделки. Дальше человек может их принять или нет».

«И тогда они не получат силу камня и будут брошены одни в опасном мире, в котором про них уже все забыли?» — Карик напомнил об восьмидесяти бывших пустых рабах, что я отпустил.

Странный разговор. Не верю, что Карик не понимает причины и цели моих поступков, но чего он тогда хочет добиться?

«Именно так все и будет, — я опять не стал спорить с очевидным. — Я помогаю и делюсь силой только со своими, стараться ради чужих, просто так, из какого-то странного принципа? Возможно, ты ошибся Котом».

Карик ничего не ответил, только кивнул, словно обещая подумать над моими словами. Стихия Истины внутри меня начала успокаиваться, а Мьюка… Поток знаков Басё и Гатс уже начал стирать в кровь ее кожу, когда глаза девушки вспыхнули красным. Одно каменное сердце, два знака, слившиеся на его поверхности. Что ж, кажется, Гасине повезло, и она не ошиблась в своей старой подруге. Она смогла!

Карик, несколько часов назад

Наконец совет, на котором Кот повел себя как еще большая заноса, чем раньше, подошел к концу. Главный виновник устроенного бардака поспешил побыстрее сбежать, но за ним никто особо не гнался. Карику больше хотелось поговорить с Кейси, а то в последние месяца они как будто отдалились друг от друга, и он искренне не понимал, что происходит. Вот и опять дочь Кота лишь замахала руками, рассказывая о своих планах на набор и обучение армии, да убежала, не дожидаясь его ответа.

— Бросили тебя? — Карик не сразу заметил замершего в дверях Бо.

— Возможно, услышала что-то о наших планах и не одобряет, — Карик пожал плечами, не выдавая настоящие чувства. Выговариваться перед богом Обмана… Такими глупостями он точно не собирался заниматься.

— Интересно, Кот тоже не одобрит? — Бо проскрежетал ногтем по краю двери. Противно. — Тебе не показалось, что он нашел способ частично покопаться в наших мыслях? Я рассматривал вариант и с чем-то более серьезном, когда он вывел меня на разговор о каменном мире, но… Яркие эмоции в конце, гнев, жадность, и он не смог ничего за ними заметить.

— В этот раз, — Карик не удержался от ответного укола.

— Так что ты думаешь о его реакции? — Бо вернулся к тому, с чего начал.

— Думаю, что ему плевать. Мы — союзники, не ближний круг. Если попробуем ударить и не сможем, он только посмеется и скажет, чтобы в следующий раз лучше старались.

— И этот его снисходительный тон порой так раздражает, — Бо поморщился.

— Мне кажется, что в последнее время он становится жестче, холоднее, — признался Карик. — Недостаточно, чтобы кардинально изменить свой подход, но все же.

— Тогда, пока он не стал совсем уж тираном, как насчет того, чтобы покопаться в его секретах? — Бо оторвался от двери и медленно поплыл к Карику. — Я ведь тоже заметил эти изменения, и они опасны. В том числе и для баланса стихий внутри него. В этом мы похожи, у меня тоже есть не только Обман, но и Истина, и эта дамочка очень капризна. Если создать ситуацию, чтобы Кот нарушил с ней связь, можно будет воспользоваться моментом и покопаться у него в голове.

— Хочешь, чтобы я устроил подходящие условия для каприза? — Карик задумался.

— А я подготовлю все в башне, — Бо неожиданно усмехнулся. — Мои новые помощники будут контролировать меня с камнями изменения, и в них они хороши. Но вот в стихиях они совершенно не разбираются.

Усмешка на лице бога Обмана превратилась в настоящую улыбку. Кривую, но очень искреннюю.

Глава 14

Доброе вторжение 3

— Поздравляю с победой, — я с улыбкой смотрел на Гасину и Мьюку.

Обе бывшие змеюки сверкали разноцветными глазами и потными лысинами. Да, этот прорыв дался им непросто, но… Я искреннее рад, что у них получилось. Я, вообще, всегда рад, когда кто-то находит себе настолько достойную цель, чтобы та дала ему силы изменить свою жизнь и сделать рывок вперед.

— Как вам удалось справиться? — Карик все-таки не удержал каменное лицо. Он ведь тоже чувствовал, что в начале шансы Мьюки были совсем не высоки.

— Она… — новая змеюка смутилась, но потом уверенно посмотрела на Гасину, — предложила мне посмотреть, как станет королевой. Я не поверила… Тогда она предложила посмотреть, как провалится, и я не смогла удержаться. Даже дала слово, что постараюсь, и она, конечно, вывернула за него меня наизнанку. Такое чувство, что целого места не осталось…

Мьюка оглядела себя, поняла, что все это время стояла голой и тут окуталась энергией камня Превращения. Часть ее кожи сменилась чешуйками и сложилась в рисунок одежды. Они были толще кожи, выделяясь на ее поверхности, словно настоящая броня или… Чешуйки сгладились и появился новый образ — платье. Длинное зеленое блестящее, которое бы подошло для вечернего королевского приема и в то же время совершенно не мешало двигаться.

— Простите, — Мьюка неожиданно поклонилась мне. — Гасина сказала, что многому учится у вас и что, если бы вы захотели, легко могли бы стать нашей королевой. Поэтому можно я тоже буду использовать ваш опыт. Простите, что уже начала без спроса, но это так удобно.

Я сначала даже не понял, о чем она, сбившись на очередное сравнение с королевой. Но потом взгляд на ее платье, на мою броню, а вместе с ними пришло и осознание. Мой собственный доспех весьма подстерся в последние дни, я привычно латал его прямо в боях, только использовал при этом не старые стихии, а знак Превращения. И вот кусочек за кусочком камень Басё полностью заменил собой всю старую защиту… Я пошевелил плечом — и действительно, ни капли не мешало. На этот фоне артефактный доспех Карика, позаимствованный откуда-то из сокровищницы демиургов, смотрелся массивно и неуклюже.

Тот как раз тоже все понял, на мгновение замер, оценивая ситуацию, а потом резко пошевелил плечом, избавляясь от брони. Та скрылась где-то в изнанке, а Карик замер в простой нетельной рубашке.

— Поделишься со старым врагом каменной пылью? — посмотрел он на меня.

— Конечно, — после преображения отряда Тутмоса и даже Мьюки у меня ее было еще более чем достаточно.

Из ладони вырвался вихрь, подхватив с собой тысячи песчинок, которое плавно перелетели к Карику, а потом растворились у него в груди. Я мог бы помочь демиургу усвоить их меньше чем за минуту, но он не просил о помощи… А мой подход, он не работает без готовности меняться.

— Кажется, процесс прошел, — через десять минут Карик распахнул свой единственный глаз.

Потом помедлил и снял повязку со второго. На месте пустой глазницы, зияющей чернотой после испытания теперь клубилась энергия знака Басё. Еще немного, и она сложилась в шар, принявший форму глаза. Пара волн камня Толи, собственного камня Карика, и оба знака пришла в равновесие. Восстановленный глаз теперь ничем не отличался от настоящего, разве что только рисунками, что теперь затихали у них в глубине.

— Да, а теперь еще доспех… — Карик щелкнул пальцами, и аура вокруг него сложилась в копию его старой пластинчатой брони. Очень точную копию, я бы даже не смог их отличить, если бы не видел замену своими глазами. И в то же время движения демиурга стали немного легче, возможно, на тысячные доли процента, но для существа, что может жить вечно, что сражалось, сколько себя помнит, даже такой прогресс — это успех. А уж какой сюрприз будет ждать врагов, которые привыкли к старым пределам Карика.

Я усмехнулся.

— Поздравляю с победой, — я снова повторил фразу, ставшую уже в какой-то мере ритуальной.

— Поздравляем с победой! — отряд Тутмоса в один голос повторили за мной, видимо, тоже заметив, как удачно слова подходят моменту.

Карик стоял с каменным лицом, но я-то чувствовал — он доволен.

— Поздравляю с победой, — Гасина еле заметно склонила голову. — Ваше желание идти своим путем вызывает уважение.

Вот теперь Карик даже растерялся. Еще держал лицо, но был на грани.

— Поздравляю, — повторила Мьюка. — Я согласна с сестрой. Вы сами осознали и выбрали себе путь — я как никто другой знаю, насколько это тяжело. И насколько велика эта победа!

Карик отвернулся. Хотелось пошутить, что две змеюки смогли сделать то, что не удалось всем богам мира — смутили нашего демиурга — но не стал. И правда, не стоит преуменьшать победу Карика. А любые шутки над чужими успехами именно это и делают. Несерьезность проблемы, несерьезность успеха — в итоге человек не верит, что сделал что-то стоящее и легко отказывается от того, что на самом деле выделяло его из толпы шутников.

— Двигаемся дальше… — я прервал паузу, и в тот же миг Карик открыл следующий проход.

За следующие шесть часов мы вытащили еще девять сестер Гасины. Двое из них так же смогли открыть сразу два глаза, еще шестеро застряли на полпути, но, главное, вырвались из пучины безумия. И только последняя из них оказалась поражена так сильно, что смогла вернуться, но только полностью лишившись силы. Она стала человеком, но не сохранила и крупицы камня изменения и более того, не могла усвоить и песчинки того, что передавали ей другие.

— Сорбо, главное, ты с нами! Знак еще вернется, возможно, ему нужно лишь время. Или тебе самой судьбой уготована другая сила, — Мьюка как могла поддерживала новенькую, как ни странно, именно у нее это получалось лучше всего. Всего несколько слов, и недавняя пленница уже не выглядела потерянной и даже что-то отвечала, почти нормальным голосом. И только я видел внутри нее пустоту, до сих пор занимающую большую часть ее личности. Даже не представляю, как с таким грузом Сорбо смогла стать человеком, но пустота была в ней, была ее частью и не собиралась отступать…

«Она… — Гасина почувствовала мои сомнения и попыталась объяснить, что происходит. — Раньше она была первой среди нас, Сорбо А-Кани, старшая сестра королевы Акани. Она признала силу младшей, она стала вернейшей из ее слуг, и теперь пытается принять, что лишилась всего. Сестры, королевы…»

Я был не согласен с такой оценкой. В тех, кто переживают потерю, нет пустоты. Так может показаться, но на самом деле такие люди полны либо пламени будущего, которое жаждут изменить, либо холода прошлого, в которое не могут отпустить. А пустота… Это страх настоящего. И весь мой опыт говорит, что она не возникает просто так. Что-то нечисто тут с этой красивой историей сестер королев, но… Возможно эти скелеты тысячелетней давности мне очень скоро и пригодятся.

— Идем дальше! — я принял решение, а Карик как раз открыл последний портал.

Я первым скользнул в изнанку Света, ведущую к последней ловушке из прошлого. Вслед за мной двинулась Гасина. До этого они всегда были вместе с Мьюкой, но начиная с третьей ловушки нам пришлось оставлять змей возле проходов, чтобы кто-то стабилизировал систему и не дал ей развалиться. По плану у предыдущего прохода должна была бы остаться Сорбо, но без камня она ничего не могла сделать, так что пришлось Мьюке задержаться для усиления…

— Последняя, — Гасина прикрыла щитом точку выхода у древней ловушки, превращаясь в змею.

Вовремя. Почти в тот же миг со всех сторон нас атаковали. Я и Карик, как раз показавшийся вслед за нами, смогли бы выдержать внезапную атаку десятка циклопов. Но их тут были сотни. Защита из огромного змеиного тела, воплотившего в себе знак Басё оказалась как нельзя кстати.

— Все-таки не зря ты готовил отряд прикрытия, — Карик призвал знак Толи и своей аурой усилил защиту Гасины. Его камень изменения был не так хорош в сражениях один на один, но вот в том, чтобы помочь другим выжать из себя максимум, ему не было равных.

Вот и сейчас они с Гасиной уверенно держали натиск циклопов, давая мне возможность осмотреться. Всегда лучше видеть картину целиком и знать, куда ты бьешь, а не просто махать кулаками во все стороны. Мой взгляд скользил, отмечая детали. Дверь в ловушку, у которой мы вышли, оказалась в довольно старом обвалившемся ущелье. Рядом проходила молодая горная гряда, в которой без труда угадывались очертания города охотников. Вот как они вычислили это место. Знали об одной из ловушек — не могли открыть, но знали. А когда система пошла вразнос, поняли, что рано или поздно мы окажемся тут и подготовились к встрече.

Оставалась только пара вопросов. Можно ли будет с охотниками договориться, или придется убирать их всех? И… как так вышло, что мы пришли именно сюда, в место, где нас ждали, под конец, случайность это или же кто-то постарался?..

— Тутмос, выводи своих вперед! — я отдал первый приказ. — Задача — держать удар и поглощать как можно больше энергии Басё, что наши враги так щедро вкладывают в каждую атаку. Свои превращения пока не использовать!

На моих губах заиграла злая усмешка. Кто бы не начал эту партию, посмотрим, будет ли он готов к тому, что я начну разрушать не чужие жизни, а их представления о том, как устроен этот мир.

— Гасина, — новый приказ. — Открывай ловушку. Одна. И так же одна вытаскивай свою последнюю сестру. Чем быстрее справишься и сможешь позвать сюда остальных, тем ближе будешь к своему титулу.

— Одна? — змея заволновалась.

— А в чем проблема? Зеленый знак Гатс ты точно покажешь, так что с дверью проблем не будет. Вытащить сестру из безумия? Так после Мьюки я тебе уже и не помогал? Так что хватит тратить мое время!

— Есть! — Гасина еще много чего могла сказать, но я не просто говорил, я вбивал свои мысли ей в голове, заставляя реагировать каждой частью ее сознания на каждое мое слово. Больно, затратно для мозгов слушающего, но зато помогает очень быстро осознать, что же тебе пытаются сказать. И, главное, весь барьер из эмоций, этики и привычек остается в стороне.

Змеюка сверкнула, превращаясь в человека, прямо на ходу насытила замок ловушки и, не потеряв ни мгновения, скрылась где-то в глубине. Я же специально призвал в этот момент немного Тьмы, чтобы приглушить вспышки камней изменения и подсветить процесс перехода. Первый удар по охотникам — пусть увидят, что змея превращается в человека.

— Господин, Кот! Мы не справляемся! — до меня долетел крик Тутмоса. После исчезновения Гасины напор на них усилился, и бывшие пустые рабы запаниковали. Впрочем, их телам действительно не хватало проводимости, чтобы поглотить всю нацеленную на них мощь.

— Хватит ныть! Все вы можете! — вслух я отмахнулся от глупой просьбы.

Про себя же перекинул через изнанку и вложил в отряд Тутмоса остатки пыли Басё. Попуская через нее чужие атаки, им будет проще сделать их частью себя. В начале — надолго моих запасов не хватит — а там пусть учатся сами. Надеюсь, мой крик и неожиданный успех, который они припишут своей уверенности, помогут им и дальше. А еще… Я попросил Карика поддержать их своей аурой. С нашей защитой я справлюсь сам, а вот для второго удара по охотникам мне нужен успех Тутмоса.

— А-а-а-а-а! — глава бывших рабов заорал поддерживая себя, и их знаки Басё засверкали призрачным желтым светом. Учитывая, что большинство охотников не продвинулось дальше красного, уже впечатляюще. Кто-то из них даже сбился и пропустил часть атак — пожалуй, засчитаю это за второй удар.

Неожиданно одна из атак охотников оказалась особенно сильна. Я заметил, откуда она прилетела, троица охотников рухнула без сил, а один их крупный собрат потряс кулаком. Понятно, вырвал силы и души из собратьев, чтобы врезать посильнее. И ведь сумел… Защита Бадру, как раз оказавшегося на острие атаки, не выдержала, аура Карика смягчила удар, не позволил разнести тело на части, но от огромной дыры в груди все равно не уберегла.

— Держать знаки! — крик Тутмоса удержал его воинов в строю, но было видно, что смерть товарища их подкосила. Еще бы, они сами не атаковали, и теперь невольно представляли, что рано или поздно точно так же доберутся и до них самих. То, что охотникам самим приходится платить жизнью, за пробивающие щиты удары, сейчас казалось совсем не важным.

Счет сменился на два-один, но любое поражение — это еще и возможность стать сильнее. Моя сила синего знака Гатс закончила окутывать тело Бадру, не везет же ему… Или, наоборот, везет? Скоро узнаем. Сила Поглощения насытила мертвое тело, не давая ему распасться, не давая ускользнуть разуму.

«Борись», — я послал в каменное сердце самую главную мысль.

Не ответа. Возможно, иногда и я могу ошибаться. Не всегда же побеждать.

«Борись!» — сдаваться так быстро я не собирался.

Каменное сердце не реагировала. Сила целых трех знаков бурлила в нем. Басё, Гатс, Толи — но смерть все равно была сильнее. Бесит!

«Борись! — кажется, я принимаю ситуацию слишком близко. Одна смерть, тем более рядового воина, это даже не поражение, так локальный успех противника. Надо уметь принимать такое и двигаться дальше. — Борись! Борись! Борись, тварь!»

Я не хотел принимать такую реальность… Меня ничто не связывало с Бадру. Да, я уже дважды спасал его, но… Разве то, что мы кому-то помогли, связывает нас? Один умный француз считал, что да. Но сколько времени прошло с тех пор, как он записал эту мысль? Для меня — пара веков. Для истории — целая вечность. Разве это не повод одной истине уйти и смениться другой?

Не согласен!

«Не хочешь проигрывать? — Карик почувствовал мое бешенство. — Понимаю. Сам сходил с ума на войне, когда мои боги умирали, а я не мог ничего сделать. Представляешь, я — демиург, а не мог ничего сделать. Хотелось выть, но было нельзя… Ты же и сам знаешь, надо двигаться дальше. Поддашься эмоциям, и крохотное поражение, которое ничего не значит, превратиться в поражение настоящее».

Карик был прав. Абсолютно и категорически. Если не собраться, мы можем потерять не только Бару, но и, вообще, проиграть. Я сам всегда ненавидел эмоции, но сегодня… Все последние разы, когда я дергал судьбы за усы, у меня получалось. Я слишком давно не проигрывал, и вот удар по разуму, который хотел устроить другим, настиг меня самого. Поверил, что в новом измененном мире можно победить даже смерть. Как наивно…

«Кот!!!» — до меня долетел мысленный крик Тутмоса.

Бывшие пустые рабы. Они еще не привыкли быть сильными, быть собой. Они почувствовали, что моей поддержки больше нет рядом, и растерялись. Еще один мощный удар со стороны охотников. На этот раз повезло, он шел недалеко от Карика, и тот смог его обить, но больше везти не будет…

«Кот… — до меня долетел новый крик. Теперь Гасина. — У меня не получается… У Виширы словно высосали всю энергию, в ней, вообще, ничего нет. Я не могу зажечь ее душу!»

Еще одна. Я думал, что хотя бы змеюка сможет справится сама, но и ей нужна помощь. Я не имею права жалеть о мертвых и думать о потерях. Только идти вперед… Вот только, если не оглядываться назад, не перестану ли я быть собой? Я невольно представил живую машину, которой наплевать на все, кроме цели. Живой камень, истинное воплощение новых знаков, на которых теперь стоит мироздание. Какая ирония судьбы…

Неужели, на этот раз выхода на самом деле нет?

Ауни Аурутум, первый охотник сорок седьмого поколения, смотрел как внизу копошатся враги. Жалкие, они не понимали, на чью власть покусились. Пусть им и повезло найти гробницы древних и даже обчистить их, унося тела давно почивших змей — пусть! Песок знака Гатс стоит дорого, но не дороже власти над целым миром. Именно благодаря этой власти у Ауни были союзники, они узнали о планах врага, предупредили и даже продали новую технику, которая сделала его еще сильнее. Да, за нее придется расплачиваться больше сотни лет, но раз пустые рабы рождаются не для того, чтобы охотники могли следовать пути предков?

— Еще! — Ауни усмехнулся глядя, как в нему на цепях ведут еще трех диких гигантов.

Слабаки и глупцы. Они не смогли принять силу камня, потеряли разум, но все равно пытались даже без него стать сильнее, разорвать держащие их оковы… Бесполезно! У каждого в этом мире свое место, никто не сможет подняться выше, чем заложено при рождении. Одни будут пищей, он же, первый охотник, будет вершить их судьбу.

Трех диких зафиксировали, подчинив часть их плоти знаком Басё. Непросто управлять чужим камнем или даже песком, но у Ауни достаточно слуг.

— Знак смерти Томр! — первый охотник активировал крупицу подаренной ему силы.

Песок неизвестного ранее камня разгорелся черной паутиной, окутавшей сердца Ауни, а потом распался на части. Плата за силу. Вот только прелесть чужого знака была в том, что его можно было кормить. Вырванные из тел диких охотников души с протяжным воем втянулись в тело первого охотника, а потом распались на новые песчинки. Один к трем — хороший размен. Одна песчинка, чтобы запустить технику, две в личные запасы, чтобы стать сильнее, и одна, чтобы атаковать чужаков — никто не должен догадаться раньше времени, что Ауни нашел способ приумножать чужую силу.

Глава 15

Доброе вторжение 4

Выхода не было. Тутмос паниковал, Гасина тоже. А я никак не мог собрать второе сердце для Бадру, чтобы вернуть его к жизни. Или я не тем занимаюсь? Зачем два сердца, если хватит и одного! Зачем использовать каменный заменитель, если и настоящее должно справиться не хуже! Моя аура еще раз окутала Бадру, но теперь я загонял энергию и песок внутри него прямо в остатки обычного сердца. От него почти ничего не осталось, но восстановить плоть и кровь совсем не сложно. Душа была на месте, я чувствовал ее огонь, для завершения картины не хватало какой-то малости, и новое сердце, созданное мною на основе божественных алтарей, как раз ею и стало.

— Если он не сдохнет в ближайшие минуты, значит, все работает, и остальным тогда тоже можно улучшить сердце. Теперь вы будете жить, пока в вас горит огонь и есть хоть крохи энергии, — я подбодрил воинов Тутмоса, и те ответили неуверенными криками.

В этот момент Бадру открыл глаза и поднялся. В крики бывших рабов добавилось искренности.

— Спасибо, — он посмотрел на меня и поклонился.

А потом резко прыгнул вверх, трансформируясь в небольшого коренастого охотника и принимая на себя новый усиленный выстрел. Чужая холодная энергия врезалась в тело, даже крохотные ее частицы остановили сердце и почти выжгли все крупицы камня изменения в Бадру, но не до конца… И этой малости хватило его новому телу, чтобы вернуться! Прямо на лету он затянул новую дыру в груди, а потом, еле заметно покачнувшись, приземлился на колено.

Кажется, окружившие нас охотники что-то закричали.

Тутмос воинственно заревел, подхватывая волну, а потом взмыл вверх, принимая на змеиное тело десятки и сотни атак. Кажется, он пока не придумал форму получше, но все равно решил пойти на перерождение следующим. Впрочем, энергии и камней в его теле было уже достаточно. Я лишь немного подтолкнул процесс, направив сердца бывшего раба друг к другу, и те начали сливаться. Плоть и камень, они словно были созданы друг для друга и вместе становились непреодолимым препятствием для охотников. Даже пропущенные атаки лишь впитывались в чешую Тутмоса, а тот в ответ наращивал массу.

Неодолимый живой щит. Лишь усиленный удар неизвестной энергии смог отбросить его назад, заставив потратить почти половину запасов, чтобы его переварить. Будь тут только этот новенький охотник, возможно, нас бы и ждали проблемы — нечем было бы восстанавливать раны после его атак. Но остальные гиганты тоже были на месте. Они активно работали, пытаясь пробить защиту бывших рабов, на самом деле лишь делясь с нами ресурсами и энергией для новых перерождений.

— Меняйтесь! Все должны расти! — я напомнил Тутмосу его роль.

Он не герой, который всегда будет работать за других, он лидер, который должен помочь всем своим воинам стать сильнее, чтобы вместе, именно вместе, они смогли двигаться дальше.

«Кажется, я поняла, — отозвалась Гасина, с которой я поделился последними мыслями и воспоминаниями. А через минуту пришло еще одно сообщение: — Новое сердце перезапустило душу Виширы, спасибо, Кот. Скоро мы придем к тебе».

«Собери всех, и приходите вместе, — я напомнил об остальных змеях и том, что срочная помощь сейчас не требуется. — Мы потом не станем тут задерживаться, так что настраивай своих на небольшое путешествие».

В ответ пришла мысль-подтверждение, наполненная волнами интереса и предвкушения. Да, Гасина и остальные ведь успели засидеться на месте… Неожиданно раздался гудящий звук рога, и враг сменил тактику. Кажется, ему надоело, что ни старые, ни новые атаки издалека нас не берут, и глава охотников отправил почти сотню гигантов в ближний бой. И ведь даже успел подвести всю эту толпу к нам поближе почти незаметно.

— Идеально, — на моих губах мелькнула улыбка, и теперь я сам вышел вперед.

— Только не говори, что… — вздохнул Карик, а потом только махнул рукой.

— Именно! — я вгляделся в несущуюся к нам ораву.

Охотники оказались осторожнее, чем я думал. Из всей сотни гигантов разумными были лишь трое, они и гнали перед собой диких собратьев — что ж, так даже лучше. Я раскрутил вокруг себя синюю энергию знака Гатс, а потом прыгнул вперед. Изнанка Крови скрыла мое появление на жалкие секунды, но и этого хватило, чтобы я успел окутать силой ближайших врагов, и те начали рассыпаться на части. Странное зрелище: тающие гиганты и сыплющиеся с высоты люди.

«Карик…» — я мысленно попросил о помощи.

Можно было бы и самому заняться новой порцией бывших рабов, но так я рисковал не успеть добраться до всех. К счастью, демиург был не против поучаствовать, и вспышки изнанки начали выхватывать из полета приходящих в себя бывших пустых рабов. А уже Тутмос взялся за их вербовку. Удобно. Я продолжил бег, освобождая все больше и больше охотников, вспышки переносов за спиной уже начали слепить, когда все неожиданно закончилось. От толпы серых гигантов не осталось и следа меньше чем за минуту, и только трое погонщиков растерянно замерли, не зная, что делать дальше.

— Надеюсь, вы не ждете особого отношения? — я улыбнулся им, и энергия знака Гатс окутала последние тела.

Еще пара сотен бывших рабов и троица сохранивших разум. Они пытались удержать знак Басё и боевую форму, но я даже не заметил их жалких потуг. Поставил метки, чтобы не перепутать с теми, кто действовал не по своей воле, и затем отправил вслед за остальными. Потом проверю, какой они сделали выбор.

Закончив с битвой, я подпрыгнул повыше и развернулся прямо в полете, чтобы окинуть взглядом поле боя. С нашей стороны теперь копошилась целая куча бывших рабов. Я слышал, как Тутмос раз за разом вводит их в курс дела, как предлагает сделать выбор. Сколько их? Почти семь тысяч человек, семь тысяч комков недоумения и детского любопытства. Неожиданно к ним добавилось еще десять комков холодной ярости — это через портал пришла Гасина со своими сестрами. Пока они были в своих человеческих телах, но стоит только дать им знак, и они примут форму гигантских змей…

Впрочем, и без этого охотники решили, что с нами нечего связываться. Раздался еще один рев рога, а потом остатки бывших повелителей этого мира ринулись со всех ног к ближайшим горам. Только один на мгновение задержался — тот самый крупный вожак — а потом, высосав силы сразу из десятка слуг, запустил в меня серым шариком неизвестной стихии. Самым крупным в его исполнении. Кажется, вот и повод проверить, чем же это охотники умудрялись так опасно нас атаковать.

Я вытянул руку, формируя перед собой подушку из спрессованной синей энергии знака Гатс, чтобы замедлить и остановить чужую атаку. Вот только та почему-то не замедлялась…

Бог Обмана обернулся, глядя, как за его спиной закрывается сплошной пеленой Истины каменная стена. Карик выполнил свою задачу: заставил стихию и Кота потерять связь. Всего на пару мгновений, не до конца — случайный бог или дух, даже стой он у стен башни Истины, ничего бы не заметил. Но Бо и сам владел этой стихией, он знал, чего ждать, и поэтому смог войти внутрь.

— Наверх, — он коснулся стены и тихо попросил.

Прошло время, когда ему нужно было бегать между этажами на своих двоих, сражаться с монстрами и стражами, проходить испытания. Теперь достаточно показать себя. Башня не знала, что в ней есть чужак, башня видела в нем свою стихию, башня покорно выполнила просьбу. В мгновение ока Бо перенесся на верхний этаж, туда, где обычно находились покои Королей, вот только в башне Истины пока еще не завелось своего. Тут вообще было пустовато, но это и хорошо!

Бог Обмана сказал Карику, будто рассчитывает найти тут секреты Кота. Вот только ему было плевать на такие мелочи. Сам Карик учитывал возможность, что Бо просто захочет переподчинить себе одну из парных стихий, но… И это было совершенно не интересно богу Обмана. Он пришел сюда за тем, что было гораздо ценнее и полезнее, он хотел узнать то, что, возможно, пока не знал и сам Кот — его судьбу!

Бог Обмана давно замечал странности, связанные со своим бывшим учеником. Сколько раз тот выходил против тех, кто был несоизмеримо сильнее, и вопреки всему побеждал. Сила? Мозги? Да, у него было и то, и другое, но разве их может всегда хватать? Взять то же противостояние с Атоном. На стороне бывшего демиурга было понимание правил мироздания, он использовал опыт и знания, он поставил себе на службу весь мир и его законы, а Кот все равно победил. Почему так?

«Господин Бо, вы еще долго?» — от мыслей Бога обмана отвлек голос Пламен. Крыса и человек, приставленные к нему, остались у входа в башню и ждали, пока он соберет вещи. Для них оказалось совсем не сложно поверить, что это место силы принадлежит ему. Тем более что Бо смог попасть внутрь так тихо, а эти двое совсем ничего не понимали в стихиях. Но как же раздражают даже одни их голоса!

«Еще полчаса! — Бо не собирался спешить. — У нас важная миссия, надо подготовиться».

Он оборвал связь, а потом прижал руку к груди. Несколько секунд ничего не происходило, но потом ребра разошлись в стороны, и Бо аккуратно вытащил из-под сердца один из трех лежащих там камней изменения. Все время после испытания остальные словно играли друг с другом в поддавки, болтая о доверии и пытаясь нащупать условия, которые могли бы устроить каждого. Как наивно идти против природы и законов мира, которые прямо говорят, чем кончаются любые союзы… Смерть, война, предательство — если итог известен, то чего тянуть?

Именно поэтому уже давно бог Обмана заглянул в Грань, нашел там медленно восстанавливающуюся Зашам и добил, забрав ее камень Движения. Хороший знак, совершенно не такой бесящий, как изначально доставшийся ему Басё. Камень Земли бог Обмана тоже добыл в первый же день после возвращения из новых миров. Добыл, но не стал никому рассказывать, и именно потому, что он мудро следовал правилам мира, даже потратив сейчас одно из своих сокровищ, он все равно мог оставаться на шаг впереди всех остальных.

— Естественно, избавляться мы будем от тебя, — с поджатыми губами Бо оглядел лежащий на ладони камень Басё, а потом без всякой жалости бросил его на пол.

Булыжник, который отпечатал на нем самую глупую из возможных способностей, поскакал по плитам башни, а вокруг него одна за другой вспыхивали линии нарисованной Бо пентаграммы. Рисунок для поиска информации, башня Истины, чтобы связать поиск с Котом и не оставить своих следов, камень Басё — жертва… Очень дорогая, которая может показаться чем-то невероятным для целых миров, но Бо был готов заплатить и больше. Только бы понять.

— Ты звал меня? — над треснувшим камнем сгустились тени, и в них проступила чья-то расплывающаяся фигура. — Хочешь подарить мне свою жизнь и душу? Благодарный маленький бог…

— Твои слова, — Бо с трудом сохранил спокойствие. Незнакомец говорил про подарки и благодарности, и это могло означать только одно. — Это же ты подарил нам первые камни изменения?

У него получилось!

— Верно. Вы освободили меня, вы сделали меня королем бесконечного мира. Иногда я бываю благодарен.

— Несмотря на все величие, раз ты откликнулся на зов, то ответишь на часть моих вопросов.

— Так как ты уничтожил мой подарок, то да, я отвечу. Обидное, опрометчивое решение, но связь дара и того, кто его принес — часть этого мира. Даже мне нужно следовать правилам.

— А есть те, кому не нужно? — быстро уточнил Бо.

Неизвестное существо расхохоталось:

— А ты, кажется, начал понимать. Все верно, иногда рождаются те, кому самой судьбой предначертано нарушать законы. Мы живем по правилам, порой сами их пишем, но все равно вынуждены следовать выбитым на камнях самого мироздания истинам. Но есть те, кто отличаются. Рядом с ними мир становится гибким, они могут разрушать то, что не под силу больше никому. Уничтожить демиурга, поменять законы, создать новую силу… Понимаешь?

— Кот — другой?

Существо не стало отвечать прямо:

— Разве это важно? Даже у других ресурс конечен. Кот создал целый новый мир, каким бы великим нарушителем законов он ни был, это подошло к концу. Все. Он стал обычным, и пока не появится новый, такой же, как он, все мироздание будет моим.

— Ты врешь, — Бо больше не боялся незнакомца. — Будь все так, как ты сказал, мы бы не получили твоих подарков. Но ты их прислал, постарался встроить другого в свою систему, в свои правила. Чтобы если он и начнет их ломать, то не слишком быстро.

— Как неуважительно…

— Я не просто так все это говорю, — Бо сжал зубы. — Я хочу, чтобы ты понял — я могу быть полезным. Очень.

Существо задумалось.

— Нужен ли ты мне? Новая сила бесконечна… Думаешь, цвета и воплощения камней так уж и важны? — чужой голос давил, вбивая Бо в землю. — Это всего лишь подсказки для грудничков. Цвет — это отражение скорости энергии, не больше. Первые слабейшие ступени, которые может заметить ваш глаз. Знаешь, сколько существует миров, где это уже поняли? Где энергия знаков бесцветна и разгоняется до пределов, которые вам будет сложно даже осознать?

— И тем не менее, ты со мной говоришь, — Бо стоял на своем. — Ты понимаешь, что только я смогу сделать так, что он никогда больше тебе не помешает. Что бы он ни придумал. А еще… Мы ведь знакомы.

Бог Обмана только сейчас осознал, что лишь тот, кто знал Кота лично, мог бы настолько уважать его силу. И неизвестное существо не обмануло его ожидание. Сначала всю тень, в которой он явился, заняла огромная белая улыбка, а потом масштаб резко изменился, и перед Бо появился он…

— Очень похож, — бог Обмана кивнул, а потом поспешно опустился на одно колено и склонил голову.

Столкновение с лидером охотников закончилось очень неожиданно. Я попытался поймать его энергию, а это оказался знак смерти. Томр, я услышал его название, когда чужая сила ломала и осушала синюю энергию знака Гатс. Красная уничтожала синюю, словно и не было между ними разницы в несколько ступеней. Неожиданно смерть оказалась очень близко ко мне, и я был совсем не уверен, что кто-то сможет удержать меня на грани и помочь объединить сердца, чтобы справиться с этой напастью. В алтари старых миров веры и вовсе не было. Пришлось экспериментировать. К счастью, опыт сражения со смертью пусть и в виде стихии у меня был.

Превращение Басё… Из-за циклопов Бо всегда считал этот знак глупым и слабым, но почему бы не использовать его силу на другом камне.

Превращение поглощения…

Я использовал опыт, полученный во время слияния сердец, чтобы объединить силу знаков. Изменить Поглощение и придать ему черты стихии Жизни, которая так хорошо справляется со Смертью… Не сработало. Само объединение знаков прошло, но вот эффекта не было. Уже две трети запаса каменного песка и энергии сгорели в огне чужой атаки.

Ну, конечно! Чуть не треснул себя по лбу — и чего я полез к стихии Жизни, наверно, просто забегался. Ведь даже раньше Смерть лучше всего останавливала, прежде всего, сама Смерть. И я снова окунулся в силу знаков. Чистое Превращение — чтобы обратить остатки песка Басё в полное подобие летящей в меня силы и замедлить ее. Оказалось, что это не так и сложно. Первое превращение, конечно, подзатянулось, но вот дальше все пошло по накатанной. Смерть остановила смерть, я создал точную копию чужой атаки, но вот чтобы управлять ею, этого было еще недостаточно.

Превращение поглощения…

Я повторил слияние знаков. Теперь, когда точно было известно, что мне противостоит, это было даже легко. Поглощение сначала переварило мою собственную энергию знака Томр, а потом принялась и за чужую. Несколько секунд, и я освоил чужую атаку, растворив ее без следа, а мне на руку спланировало несколько десятков песчинок смерти. Я смотрел на свою добычу — очень интересно… Причем важна была сейчас совсем не новая энергия или ее знак. Главное, враг использовал гораздо меньше смертей и силы, чем в итоге получил я сам. Выходит, мои измененные знаки точно так же могут обращаться в кусочки любого другого камня.

И ведь я уже видел это однажды, мы все видели, но не поняли! Сколько же это всего меняет!

Я осторожно прижал руку к груди и коснулся сердца, рядом с которым расположился ледяной камень Гатс. Рядом с ним хранился песок других знаков, каждый по отдельности… Но если это не имеет значения? Я слил все воедино, и ничего страшного не случилось. Камень остался камнем. Желание, вложенная в знак воля, и он сменил форму и пылающие на его гранях линии. Как просто! Еще несколько изменений: я по очереди придал камню формы всех знаков, что мне были известны, и он легко их принял. Басё, Гаст, Толи, новенький Томр — кажется, этот мир только что отступил от меня на пару шагов, раздвигая границы возможного.

— Кот! — снизу раздался крик Карика. — Давай возвращайся! Твои новые воины хотят видеть своего лидера!

— Иду! — я мгновенно перенесся вниз.

Глава 16

Доброе вторжение 5

Когда я спустился, Тутмос и Бадру уже успели разбить наше пополнение на две части. Те, кто не нашел в себе огня двигаться дальше, отшатнулись назад, все трое бывших охотников были в их числе. Почему-то я так и думал. Мысль мелькнула, и я забыл о тех, кто больше не имел значения. Теперь все мое внимание было сосредоточено на тысяче бывших рабов, что остались на месте. Они дрожали от страха, от волнения, но в то же время смотрели на меня с такой надеждой, что невольно становилось неловко.

«Кажется, они не понимают, что ты просто отправишь их на очередную бесконечную войну», — мысленно усмехнулся Карик.

«Разве мы когда-то воевали хоть с кем-то больше пары лет?» — парировал я.

Иногда люди обретают новую силу или знание и оказываются перед выбором. Сохранить полученное только для себя или же поделиться со всеми вокруг. Обычно побеждает первое желание — все же оно несет выгоду, оно обещает стабильность и безопасность, но… Только при одной обязательной вводной! Если ты планируешь остановиться и жить дальше в мире и покое. Если же веришь, будто ты лишь в начале пути, если хочешь двигаться дальше, то тогда для тебя остается только второй вариант. Поделиться силой, сделать ее общей, чтобы возвыситься мог лишь тот, кто на самом деле сделает новый шаг, а не осторожные чемпионы по топтанию на месте.

Я еще раз обвел взглядом свое войско, а потом тихо попросил Карика:

— Помоги мне своей аурой.

На самом деле я сейчас мог бы и сам активировать знак Толи, да и у Поглощения даже на желтом цвете открывался эффект ауры, но… Я хотел поделиться новыми знаниями еще и с Кариком. И пусть это лучше обойдется без эффекта подарка, снисхождения и идущего в комплекте чувства долга. Между нами и так немало противоречий и возможностей для того, чтобы стать не только соперниками, но врагами. Лично я точно не буду добавлять новые.

— Готово, — Карик с сомнением посмотрел на меня.

Я вернул ему взгляд, а потом аурой коснулся всех, кто выбрал вариант присоединиться к нам. У меня было достаточно пыли Басё с разобранных циклопов, и теперь я делился ей. Даже малой части ее хватило, чтобы каждый сумел сформировать каменное сердце. Тем, кто уже показал себя в этом бою, я помог объединить это сердце с обычным, ну а нашим лидерам досталась максимальная ступень известной мне силы. Тутмос, Бадру, Гасина и Мьюка — сначала они не поняли, что случилось, но я показал, как знаки меняют форму внутри них. Как привычная им энергия превращается в новую. Правда, вылезло ограничение: не получалось освоить то, чего они еще не видели, но это была такая мелочь. Скоро мы двинемся дальше, и арсенал доступных знаков будет только расти.

— Невероятно, — выдохнул Карик, а потом смазался в воздухе, используя Перемещение. Еще мгновение, и его окутала зеленая аура Поглощения. — Как ты догадался? Только не говори, что просто осенило.

— Вспомнил Мали, — я рассказал, как двигались мои мысли. — Мы ведь в тот раз решили, что он использует все знаки разом, потому что у него были наши камни. И в то же время я сражался с ним, я слышал, как бьется его сердце. Одно сердце… Тогда как он использовал другие знаки? Я подумал, и в голову пришел только один-единственный вариант.

Карик кивнул в ответ, он всегда все очень быстро понимал.

Обновленная армия шуршала. Именно такое ощущение создавалось от движения сотен воинов, пробующих знаки Превращения. Остальные формы камней изменения тоже применялись, но именно эти создавали больше всего шума. Я успел увидеть циклопов-охотников разной степени доработки, кто-то пробовал превратиться в змей, мелькнуло несколько големов… Видимо, образы воинов из каменного мира, куда мы как раз и направляемся.

Я ждал, чем в итоге закончится этот хаос. Он ведь всегда заканчивается, принимая самую желанную на текущий момент форму.

— Стройсь! — над рядами бывших рабов прогремел голос Тутмоса.

— Стройсь! — повторили за ним Бадру и другие командиры отрядов, взявшие под свою руку всех новеньких.

Нашу армию окутала новая волна Превращений, а потом передо мной встали неожиданно ровные ряды. Словно поддерживая введенную мной иерархию, простые бойцы стояли со скрытыми серым туманом безымянными лицами, сержанты вроде Бадру или Мьюки спрятались уже за цветными масками, отражающими их текущий уровень силы, а командиры — пусть их и было всего двое — создали себе шлемы со зверинами ликами. Хотя кого я обманываю, это определенно были кошачьи морды.

— И обязательно было делать именно так? — спросил я у Тутмоса и Гасины.

— Обязательно, — подтвердил бывший пустой раб.

— Теперь мои сестры и его воины, — Гасина серьезно кивнула, — будут еще больше стремиться стать сильнее.

После такого мне только и оставалось, что принять их решимость.

— Выступаем к следующему миру! — я окинул взглядом стоящие передо мной колонны. Бывшие пленники, бывшие рабы, для которых я стал символом изменения. Символом силы, того, что как раньше уже не будет. Что ж, поддержу их желания. — Приготовьтесь сражаться! Приготовьтесь стать сильнее или умереть! Мы не остановимся, пока не сокрушим всех, кто посмеет встать на нашем пути!

Мои новые воины знали про риски, и им было приятно, что я не стал ничего скрывать. Так им было проще поверить во все остальное… Я выждал очередную волну криков, дал каждому принять новую судьбу, а потом под растерянными взглядами тысяч других рабов, тех, кто отказался или просто не смог зажечь свою душу, мы открыли портал и прошли в соседний мир.

Одна пустынная серая равнина сменилась другой. На первый взгляд, как будто ничего не изменилось, но через пару секунд рядом начали вспыхивать и другие порталы. Армия нашей части мироздания собиралась в поход. Первыми нестройной толпой во главе с Кейси показались боги. Я видел штандарты высоких аристократических семей, видел стражников и обычных авантюристов из дальних миров. Их было около пяти тысяч, и в то же время во всей этой толпе не оказалось никого из лидеров бывшей аристократии. Они и раньше не особо благоволили Карику, а сейчас, похоже, и вовсе решили пойти против нынешнего демиурга. И всех нас.

— Ты знал? — я бросил взгляд на довольного Карика.

— Конечно, — кивнул тот. — И сам проверил, и твои следователи собрали материалы, и Бо со своими рассказами о предателях навел на мысль. Как оказалось, наши соседи прислали гонцов к каждой большой семье, предложили пыль своих знаков — не мелочь вроде Басё, как они сказали, а достойные камни изменения… По банке пыли на каждый род и по коробке документации с советами по использованию.

Тут мы оба не удержались и хмыкнули. В свете последних открытий такое самомнение выглядело не больше чем глупость.

— И что, все согласились? — спросил я.

— До последнего. Решили, что ухватили создателя за бороду, заполучили камни, начали готовить целые отряды на тот случай, когда я решу прийти их наказывать.

— А ты?

— А я не приду. Вместо этого я попросил Кейси собрать перспективных юнцов из младших ветвей каждого рода. Когда все только начиналось, я просто надеялся, что ты поможешь мне вытащить их на гораздо более высокий уровень, чем то, на что расщедрились наши соседи. Через полгода, может, через год… Ты справился всего за день, но тем приятнее будет побыстрее устроить сюрприз этим старым пердунам. Представляю их рожи, когда молодое мясо, которое они ни во что не ставили, вернется и подомнет их под себя.

— Возможно, все опять случится даже быстрее, чем ты думаешь. Что-то мне подсказывает: местные предпочтут сначала бросить в бой тех, кого не жалко.

Карик задумался над моими словами и снова расхохотался. Потом он хотел было что-то сказать, но тут начали открываться новые проходы. Я перенесся к Кейси, быстро поздравил ее с успешным завершением миссии и отправился встречать остальные отряды. Духи Кровавых полей тоже пришли без своих лидеров. Короли, как обычно, решили отсидеться, но Кафра и Асука и без них прекрасно справлялись со всеми верными нам обитателями башен. Хороший из этой парочки дуумвират получился, Огонь и Смерть, черный и красные цвета, ставшие символами потустороннего мира. Кстати, в их рядах появилось и несколько теней из Вечных равнин. После исчезновения Петровича на испытании те затаились, не спеша показываться на территории богов, но… Нашлись те, кто оказался готов попробовать что-то новое.

Пожалуй, можно будет провернуть с ними то же, что задумал устроить с аристократами Карик, а до этого — шпионы вроде тех, на кого вышел Бо. Они давали силу и знания тем, кто по их плану мог бы сменить нынешних лидеров. И я точно так же подготовлю новую главную тень… Надо будет только выбрать кого-то достойного.

— Спасибо, — я перенесся и обнял Майю, которая и привела потустороннюю часть нашего воинства. Асука и Кафра могли управлять духами в битве, но вот открыть проход за границу мироздания способен был только обладатель камня изменения. — Кажется, их немало собралось.

— Было больше, но я решила выдержать равное количество с богами. Для того, чтобы не закладывать бомбу противоречий под будущие победы. Так что тут только лучшие.

— Прекрасное решение, — искренне поблагодарил я.

Давно прошли те времена, когда нам важно было только победить. Теперь нам надо было победить и сделать это так, чтобы создать тот вариант будущего, который нам нравился. И вот мы собрали почти одиннадцать тысяч существ, каждое из которых способно уничтожить целый мир. Некоторые не сразу, но точно смогли бы… И сегодня все они в едином строю двинутся в бой.

Оставалось дождаться только одного. Бо что-то задерживался. А вместе с ним и Пламен с Борукой… Я попытался было связаться с этой парочкой, но тут они и сами открыли проход…

— Бо закрылся в какой-то башне и не выходит, — тут же доложила крыса. — Мы его ждали, а потом нас придавило к земле какой-то странной энергией, и он исчез. Может быть, спрятался.

Значит, бог Обмана все это время сидел где-то в Кровавых полях и даже не думал искать тот камень изменения… Конечно, сейчас ценность полного знака камня очень сильно упала, но Бо ведь об этом не знал! И тогда что же такое ценное могло бы заставить его изменить планы? Точно не посулы простых чужаков, на которые клюнули аристократы Карика. Разве что нашего бога Обмана взял за шкирку кто-то посерьезнее…

— Мы думаем, что его утащила с собой та странная сила, — добавил Борука.

— Хорошо, что вернулись и рассказали, — кивнул я. — Это может быть очень важно.

— Вообще, мы не собирались, — крыса немного растерянно крутила головой по сторонам, пытаясь понять, что это за новые бойцы собрались вокруг нас. — Но нас нашел твой следователь. Том Пиу-Пиу вроде его зовут.

— Том Пау.

— Точно, — крыса ни капли не смутилась. — Он говорит, что выполнил твое задание. Бросил клич среди свободных миров, и вот несколько сотен вольных охотников, что не хотят служить богам, но готовы попробовать поработать с тобой, просят разрешения присоединиться к твоей армии. Если ты позволишь, то у меня есть координаты, и я открою проход.

— Конечно, мы будем рады помощи каждого, кто захочет защитить свои миры, — я ответил так, чтобы мои слова услышал и запомнил каждый из собравшихся.

Пламен кивнула, а потом призвала камень Превращения и пронзила его силой пространство перед нами. Используя свои новые способности, я немного подправил появившийся разрез, чтобы проход между мирами появился не в небе, а прямо рядом с нами. И первыми из него вышли девяносто девять моих черных следователей во главе с Томом Пау и его новой подругой. Учитывая, как на них смотрят остальные, свой титул заместителя Аласа Фыри получила не за красивые глаза.

Вслед за ними шла шумная толпа жителей Араха, во главе которой выделялись знакомые фигуры. Котята. Еще несколько сотен богов и смертных, показавших вслед за ними, я никогда раньше не видел, но моя аура сразу же зацепилась за несколько сердец, рядом с которыми горели камни изменения. Вот, значит, те, кого я искал и так и не смог найти. Запишу им в плюсы умение прятаться и готовность рисковать. Ведь могли же остаться дома, считая себя избранными — пусть и очень ненадолго — но нет, все равно собрались и отправились на зов, который Том по моей просьбе распространил по всем диким и свободным мирам.

— Я рад вас видеть. Вы знали, что я позвал вас на войну, войну с теми, кто управляет силой камней изменения. Считайте, что каждому из вас в ближайшее время надо будет выйти и победить по сотне циклопов. Каждому! Если вы представили, то сейчас должны понимать уровень наших врагов.

Я ожидал возмущения, но его не было. Те, кто пришли, на самом деле понимали, что их ждет, и были готовы ко всему. Вот кто возмутился и начал роптать, так это боги Карика… Впрочем, понимаю, в отличие от остальных они уже сражались с чужаками и лучше всех понимали, насколько те же циклопы сильны и насколько невероятно звучат мои слова.

— Нас ждут сложные битвы, но я привел вас не на убой, и поэтому прямо сейчас каждый из вас, тех, в ком оказалось достаточно воли, получит от меня силу!

Я не собирался долго болтать. Слов не должно быть много. Если ты не считаешь своих последователей безмолвным скотом, то слова лишь задают направление, а чтобы начать движение, ты должен сам что-то сделать. Повести людей в бой в первых рядах или открыть перед ними свои арсенал и сокровищницу. Я начал со второго.

Килограммы собранного после сражения с охотниками песка знака Басё взмыли в воздух, а потом впитались в тела каждого бога или смертного, что стояли передо мной.

— Это не на время. Это теперь ваша сила. Навсегда или пока вы сможете ее защищать, тут уж зависит от вас, — я говорил и показывал следующие ступени, которые каждый из собравшихся сможет взять в предстоящих боях.

Как заменить каменное сердце обычным, как использовать знаки, создавая любой из них из одного и того же камня изменения. И перед глазами каждого был пример бывших пустых рабов, которые уже прошли этот путь. Безымянные, на один уровень с которыми я поставил всех новичков. Цветные и кошачьи маски командиров. Простая и понятная иерархия. Огромная и притягательная своей близостью сила.

Оставалось только направить ее в нужную мне сторону.

— И вот мы прошли в мир наших врагов, — Кейси начала совет, на который мы позвали командиров всех отрядов.

Том Пау и Пламен, которым я доверил всех свободных новичков, чувствовали себя немного скованно. Кафра и Асука были чуть увереннее, но все равно, только сейчас открыв силу камней изменения, они понимали, что еще многого не знают. И только изначальные члены совета вели себя как ни в чем не бывало.

— Но что дальше? Что-то, несмотря на всю собранную нами армию, никто не спешит выходить нам навстречу, — закончила свою речь Кейси.

Кстати, она снова сидела рядом с Кариком. Не знаю, из-за чего у них был разлад до этого, но сейчас все наладилось. Хотя догадаться о причинах размолвки несложно… Учитывая, как неуверенно чувствовал себя демиург в последнее время, находиться с ним рядом было совсем не просто. А сейчас, осознав, что мы не застряли на месте, и начав новую игру за власть, он смог вернуть былую твердость. Люди и боги, которые знают, чего хотят, которые не сомневаются в своих силах — с ними всегда и приятнее, и интереснее.

— Изначально я думала, что мы используем камень, который достанет Бо, в качестве приманки, — поддержала обсуждение Майя. — Вот только он пропал… Мы, конечно, теперь сможем сами в любой момент повторить подобную приманку, но лично я сомневаюсь, что она кого-то заинтересует. Уж точно не настолько, чтобы изменить свои планы и рискнуть властью.

— Правильно, — кивнул я. — И поэтому мы будем использовать силу, которая неподвластна местным хитрецам.

Я раскрутил на ладони стихию Смерти, Кафра поняла мою задумку и вложила в получившийся поток силу истинной башни… Вышло достаточно мощно, чтобы перетащить один из алтарей в этот мир, а потом с размаху воткнуть его в землю.

— Ты хочешь… — поняла все Майя.

— Как единственный и полноправный владелец абсолютно всех алтарей мира Камня, — мой голос прогрохотал, разносясь на сотни километров во все стороны, — я отказываюсь от столь бесполезной добычи и начинаю процесс Уничтожения.

У меня уже было достаточно алтарей для активации разрушения мира. Мелочь, которую легко мог бы остановить любой обладатель камня изменения, придя сюда и надавав мне по шее… Если бы я был обычным наглым богом, если бы за мной не стояла армия. А так кое-кому теперь придется показаться.

— Что за отвратительная низкая сила! — из-под земли донесся ответный громовой рев, а потом скалы разошлись в стороны, открывая широченную дорогу, ведущую откуда-то из глубин этого мира.

Глава 17

Злое вторжение

Около километра шириной… Появившаяся дорога была вся заполнена марширующими големами. Обычные гранитные, редкие стальные и небольшое количество редких алебастрово-белых каменных гигантов. Они шли разбираться с нами, а над ними парил каменный шар… Он выскочил из той же дыры в земле, но прямо в полете набрал массы и теперь занимал собой полнеба. Огромный, массивный, летучий, прямо посреди него трещины сходились в огромную пасть, которая продолжала кривиться и выплевывать новые слова:

— Наглость… Дурное воспитание… Грязь… Стоило сразу стереть с лица земли… Месть… Вечные муки…

— Мы тебя не очень хорошо понимаем! — крикнула в ответ Кейси. — Впрочем, общий посыл мы все равно уловили, старушка Луна!

Королева каменного мира не оценила новое прозвище и выдала новый крик. На этот раз она уже прекратила расти, и слова получились более осмысленными.

— Вперед! Уничтожить чужаков! — помимо рта на огромной каменной морде появились и глаза. Яркого фиолетового цвета. — Сегодня вы умрете, а следом за вами умрут и ваши миры!

Пасть Луны снова распахнулась, но на этот раз не для слов. Она превратилась в огромный портал, и из него хлынули союзники каменных. Отряд из нескольких сотен охотников, почти тысяча отборно-родовитых аристократов из Каррии — мы с Кариком оказались правы на все сто, когда предсказали их выбор и судьбу — а еще… Из портала выскользнули две серые тени и замерли рядом с Луной. Эти две фигуры и физиономии я тоже знал и после знака Томр не сомневался в скорой встрече.

— Сарана и Карана, — я смотрел на Старуху и ее сестру, думая о том, как причудливо порой судьба сталкивает старых знакомых.

— Пора начинать, — Карик стоял рядом со мной и тоже смотрел на эту парочку.

— У меня будет просьба… — начал я.

— Опять хочешь, чтобы я сделал какую-то глупость, которая и тебе самому под силу? — Карик нахмурился.

— Мне действительно под силу повести наше войско в бой, — я пожал плечами. — Вот только из нас всех именно ты воевал и командовал армиями больше других. Ты знаешь, на что мы все сейчас способны и как лучше развивать эту силу, так что подберешь для сражения наилучший рисунок. А я… принесу больше пользы на передовой. Кому-то ведь надо будет в начале перемолоть побольше големов, чтобы набрать новой пыли…

— Да, пока остальные не дорастут до твоего уровня, — задумчиво кивнул Карик. — Но ты же понимаешь, что фиолетовые глаза Луны — это символ ее силы. Она стоит выше, чем ты.

— Я постараюсь сделать что возможно, — я улыбнулся. — Но ты меня прикрывай, если что.

— Вот так всегда — все хотят, чтобы их прикрывали. Нет чтобы молча умереть ради общего дела, — Карик хмыкнул, а потом мы оба расплылись в улыбках.

Через мгновение где-то на краю зрения у меня появилась карта местности. Я коснулся чужой энергии — все верно, это было воплощение ауры Карика. Тот взялся за дело, и сейчас все командиры, а то даже и обычные рядовые начнут получать приказы. На моей карте появилась линия, отмечающая вектор атаки, рядом несколько уровней целей, которые мне нужно будет достичь.

Значит, план минимум, чтобы Карик смог перевести битву на следующий этап — это тысяча големов. Именно столько мне нужно развеять, обратить в каменную пыль, чтобы остальные получили достаточно ресурсов для роста и перехода к атаке… Сотню охотников я уничтожил за минуту, тысяча големов, получается, займет около десяти. Звучит даже не страшно, если не думать о Луне. С другой стороны, у королевы этого мира только голая мощь, у меня же будут возможности всех известных нам камней.

Знак Аруф

Я расплылся в воздухе и переместился прямо в первые ряды големов. Посмотрим, на что я способен в серьезной битве. В моем положении, наверно, стоило бы воспользоваться фактором внезапности и врезать сразу по куче врагов побольше, но… Мне нужен был не локальный успех, а выполнение задания. Хотя бы по нижней границе.

Знаки Мистери, Мось и Гатс

Я использовал способность камня изменений Пламен, передав часть своей силы ничего не понимающему врагу, и одновременно силу самого голема. До этого я уже видел песчинки знака местной королевы и, оказавшись вплотную к ее слугам, легко повторил их. В итоге мое настоящее тело окуталось камнем, а незадачливый голем, переполненный мощью вложенной в него заемной энергии, получил удар в грудь и полетел спиной вперед. Он раскидывал своих собратьев, бьющая из него энергия Поглощения разрушала попавшиеся на пути тела и обращала их в песок. Правда, его незаметно переправить к своим не получится, но Карик ведь и не ставил мне такой задачи.

Не успел я подумать об этой проблеме, как рядом с мной в ряды големов врезалась одна из змей Гасины. Словно длинный чешуйчатый танк она принимала на себя все атаки, а прикативший на ней отряд черных следователей бросился собирать мою добычу. Я бы сказал, что это не самое разумное использование моих подчиненных, если бы не увидел, что те не столько подбирают песок, сколько пользуются моментом, чтобы спрятаться, уйти под землю или в изнанку, и раствориться в рядах врагов. А тут рядом в толпу врезалась еще одна змея. На этой приехали уже обычные боги, и на небольшую недостачу в наших рядах никто не обратил внимание.

Знаки Мистери и Гатс

Продолжая играть одного из големов, я передал силу еще одной каменюке и снова запустил ее в собратьев. На этот раз я разбил начавший складываться ударный кулак, которым местные планировали разобраться с моими змеями. Бахнуло неслабо, големов раскидало во все стороны, а я начал движение в сторону. Именно в этой части армии королевы Камня становилось слишком опасно. Чтобы выполнить задачу, разумнее было переместиться, и Карик тоже это понял. У меня на карте появились отметки новой атаки змей, которые будут собирать мою добычу, но вместе с тем и наши враги поняли, что надо переходить к способностям посерьезнее.

Я запустил еще одного голема-камикадзе, доводя счет своей добычи почти до двухсот противников. Змеи с богами снова успешно начали сбор, и в этот момент Луна-королева атаковала. Глаза блеснули фиолетовым знаком Мось, а потом камни вокруг ударной группы взорвались и окружили ту непроницаемым куском скалы. До меня долетел один из маленьких осколков проявления этой силы, и ни один щит не смог его остановить. Пришлось ловить руками. Я попытался раздавить камень — ничего. Поглощение, атаки стихиями, даже новая энергия Смерти, которая, казалось, была готова разрушить все вокруг себя — ничто не работало. И как-то сразу стало понятно, что тем, кто попал в каменную ловушку, из нее не выбраться. Точно не самим! Теперь Луна могла либо сжать их и уничтожить, либо взять в плен…

И сколько людей и богов мы потеряем, прежде чем наберемся силы, чтобы противостоять подобной мощи? Очень хотелось что-то сделать, но идей не было.

«Кот, вытащи их! — мне в голову врезался приказ Карика. Как будто только без него я и не двигался с места. — Там Кейси. Она отвечала за сбор и решила лично повести наших в бой…»

Он не договорил, когда в моей голове вспыхнул план. Вероятно, иногда нам действительно не хватает не возможностей и сил, а чего-то гораздо проще. Победить, сделать то, что должно — любой ценой.

Знак Мистери, знак Мистери, знак Мистери…

Я на какое-то время перестал скрываться, вкладывая свою силу во всех големов рядом с собой без какого-либо разбора и раскидывая их во все стороны. Естественно, после такого Луна и не подумала бросать свою добычу, но я и не рассчитывал на такой простой успех. На этом этапе я ждал только, чтобы она меня заметила, осознала врага и хорошенько запомнила, кто устроит ей то, что будет дальше… Еще одного голема я не стал толкать. Ухватил, напитал силой, вложив не только энергию, но и немного собственного песка знака Томр для усиления эффекта, а потом запустил прямо в Луну. Мелочь, но теперь это была очень сильная мелочь, которая вцепилась в свою королеву и, сходя с ума от боли, принялась рвать ей лицо. Каменное, огромное и очень крепкое… Но полные сил руки голема раскидывали во все стороны целые тонны камня, и Луна не стерпела.

— Да как ты смеешь! — ее глаза снова полыхнули фиолетовым знаком Мось, сила камня изменения прокатилась по ее поверхности, снося обезумевшего слугу и выравнивая все нанесенные им раны. Она могла и выдержать, но я не зря показался. Она видела меня, видела, как ее достал тот, кого она считала не значимее насекомого, и эта обида заставила ее действовать.

Все прошло четко, быстро, без какого-либо шанса для моего невольного помощника, но и Луна допустила ошибку. Как и ожидалось, она привыкла полагаться на силу, ей не хватило контроля, чтобы одновременно справляться с обезумевшим големом и удерживать каменную ловушку. Та, конечно, не потеряла форму, не лишилась вложенной энергии, но утратила возможность реагировать на изменение обстановки. И в тот же миг мощнейшая совместная атака с нашей стороны пробила в камне проход. Кейси, Мьюка и остальные тут же выскочили наружу, не забыв заодно и собранную до этого добычу.

Бой продолжался.

— Ваша судьба все равно предопределена! — Луна разобралась с помехами и теперь, наплевав на потерю пленников, попыталась добраться до меня.

Больно. Камни, в которых я маскировался под голема, чуть не раздробили мне кости, но в последний момент я успел отбросить их от себя. Вот и все, время маскировки прошло, но четверть задания уже выполнена. Наверно, дальше будет проще… Аха-ха-ха! Я раскрутил вокруг себя спираль знака Поглощения. Уничтожать врагов, собирать их пыль, защищать свою жизнь. Неожиданно неплохо помогли переходы в изнанку. Луна была сильнее, ее големов было целое море, они даже реагировали на мои перемещения, ни на мгновение не теряя из виду, но вот попасть уже не успевали. Изнанка и знак Ротс — что может быть полезнее.

Неожиданно стихия Тьмы, которую я использовал для полета в изнанке и одновременно для защиты, начала твердеть. Враг сделал следующий ход: рядом со мной появилась группа аристократов из нашего мира. Я даже узнал главу рода Хо, который был уже совсем не рад, что пошел под руку Луны, но теперь не мог ничего поделать.

— Давно хотел тебя убить, Кот, — кажется, он нашел что-то хорошее в необходимости выполнять приказы новой хозяйки. — Сколько ты зла и боли принес в наш мир… И теперь все, что мне нужно сделать — это задержать тебя.

Вокруг меня закрутился Обман, легко разрушая атаку лорда Хо, но тот был готов. Неожиданно рядом с ним появился образ великой башни Хаоса, и давление выросло в разы.

— Ты думал, что мы идиоты, которые готовы променять свободу на крупицу чужой силы, но нет, — старик хрипел, однако продолжал давить, вкладывая в удар силу башни, мощь всех членов своего рода и… что-то еще. — Мы взяли силу знака изменения каменного мира, чтобы пойти своим путем. Неужели ты не видишь, что именно скоро уничтожит тебя?

И вот теперь я понял. Лорд Хо действительно старый идиот. Кто бы ни продал ему идею использовать камень изменения для усиления башни своей стихии, он провернул гениальную аферу. Идеально потоптался на чужих комплексах и запудрил мозги.

— Ты взял силу знака Мось и башни хаоса, чтобы получить неплохой результат, но… — мне пришлось принять на себя новую атаку аристократов. Если бы увернулся, то по мне врезала бы Луна, которая только этого и ждала, а это было гораздо хуже.

— Ты только и можешь, что защищаться, но все равно пытаешься болтать! — аристократы усилили натиск.

— Вы так и не поняли свою ошибку. Вы взяли лучшее от двух путей, объединили их и даже получили хороший результат, но почему-то совсем не подумали, что делать дальше. Как вы будете развивать эту силу, если великая башня хаоса — это уже вершина? И тогда ваша объединенная сила — это ловушка, тупик, цепи, которые вы сами на себя навесили.

— Ты врешь! Башня хаоса — это только начало. Думаешь, я не чувствую…

Лорд Хо погрузился в самые глубины своей силы, и поток бьющей по мне стихии вырос в разы. В этом консервативном подходе, нежелании уходить от корней, давших силу его роду, была даже какая-то прелесть… Хо распахнул глаза, ожидая увидеть изумление или лучше даже гнев, но я только помахал ему рукой, а потом его башня развалилась на части.

— Что? — старик так до конца ничего и не понял.

— Ты решил усилить свою башню, поверив в мои слова, что это невозможно. Иронично, да? Ты силен и вложил в этот поиск всего себя, и тогда на твой зов откликнулась единственная сущность, которая могла предложить тебе путь дальше, которая похожа на твою стихию, но в то же время является и ее врагом. Хаос изначальный…

Я поднял голову в небо, глядя, как на мгновение в этот мир заглянуло творение Петровича. Луна почти сразу же затянула получившуюся в ткани мироздания дыру, но она успела показать себя. На короткое мгновение все стихии вокруг взбунтовались, и одним ударом я уничтожил всех пришедших по мою голову аристократов. Хо, Крююсы, Шабы, Болезы — старые главы семей закончили свой путь, но сами роды будут жить. Их молодые наследники сейчас сражаются в рядах армии Карика, они собирают силу, которая вернет им величие, поможет сохранить старые фамилии и продолжить их путь. Сделать то, на что у стариков не хватило воли. Встать на путь почти с самого начала, но не угаснуть.

Бой продолжался.

Вместе с аристократами я зацепил еще целую сотню големов, и мой счет подрос до полутысячи. Половина от плана, мне оставалось продержаться еще совсем немного. Это даже перестало казаться шуткой… Я опять ушел в изнанку, но почти сразу был вынужден вывалиться обратно. Прием с привлечением изначального хаоса оказался чуть разрушительнее, чем я думал, и теперь на других планах было просто невозможно находиться. Теперь мне придется меньше бегать и больше сражаться.

Майя смотрела на носящегося среди тысяч врагов Кота и невольно напрягалась каждый раз, когда чужие атаки проходили слишком близко к нему. Она давно не участвовала в таких массовых сражениях. Та же война Карика и Атона прошла почти незаметно для нее, но это вовсе не значило, что у нее не хватит сил или умений, чтобы помочь остальным.

Третья змеиная группа отправилась за добычей, и одновременно Майя во главе отряда из духов и теней выдвинулась к будущей точке выхода. С очень простой задачей — стоять до конца и прикрыть вывоз новой каменной пыли. Ожидать, что новый заход пройдет без проблем, было бы глупо, и Карик знал это. И он, и Майя понимали: чем дальше, тем сложнее. Кота будут загонять в угол, и точно так же им придется прикладывать все больше усилий, чтобы извлекать пользу из его добычи.

Уже скоро потери превысят любую прибыль, но пока этого не случилось, они будут продолжать. Это единственный путь, чтобы не только сегодня победить, но и подготовиться к новым битвам.

— Все получили новую каменную пыль? — голос Майи окутал ее отряд.

Пока ресурсы для объединения сердец доставались лишь сильнейшим бойцам армии. А еще отрядам прикрытия вроде тех, каким командовала она сама. Если враг будет становиться сильнее, то и они тоже! Майя окутала свечением знака Ротс каждого воина из своего отряда и проследила, чтобы средоточия духов и каменные сердца объединились. Получилось. Теперь отряд будет лучше защищен и, возможно, сумеет удивить земляных до того, как те поймут, что обычные атаки их не берут.

А если Луна решит послать кого-то посильнее, то для этого вперед как раз идет она, Майя.

— Давно не виделись… — серая тень преградила им дорогу, стоило отряду отделиться от основной массы войск. Враги оказались умнее и ударили на опережение.

— Продолжайте движение, с этими я разберусь, — Майя отдала приказ и окружила светом камня изменения стоящую перед ней парочку.

Старуха и ее сестра… Майя не была уверена, что те будут сражаться всерьез. Наоборот, ей казалось, что с ними будет проще договориться, чем с кем бы то ни было еще. Но повелительницы Смерти точно так не считали. Старуха врезала по ней потоком энергии знака Томр, а Сарана попыталась прорвать кольцо из света и уничтожить отряд духов. Недостаточно быстро.

Майя использовала тот самый прием, что показал ей Кот. Тот, которым он остановил знак смерти в мире охотников. Удобно, когда не надо тратить время на раздумья — можно успеть гораздо больше. С другой стороны, тот же Кот научил Майю: иногда, остановившись, можно понять, что тебе и не нужно никуда спешить. Еще удобнее.

Девушка вытянула вперед ладонь, на которую приземлились выжатые из чужой атаки песчинки знака Томр, потом сжала их в кулак, собирая то ли в сердце, то ли просто в небольшой камень, а потом запустила обратно. Снаряд из камня смерти пролетел сквозь защиту Сараны, словно той и не было. Первая часть задумки сработала идеально: эти две оказались не готовы, что кто-то сможет использовать их разработку, и система свой-чужой просто не сработала.

— На что ты рассчитывала⁈ — Саране пришлось остановиться и развернуться, чтобы остановить атаку Майи. Камень остановился и преданно замер в ее ладони будто влитой. — Да, ты выиграла пару секунд, но наша сила никогда не причинит нам вред!

— Именно поэтому я добавила туда небольшой сюрприз, — Майя пожала плечами. — Вы же помните про знак Басё, который, как оказалось, чудесно умеет менять суть любого другого знака? Вот я и подумала: а что, если запустить изменение, но сделать так, чтобы оно прошло не сразу? Например, когда моя атака просочится сквозь твою защиту и только потом взорвется…

Глава 18

Злое вторжение 2

Сарана опустила взгляд, как раз чтобы увидеть поплывший комок смерти у себя в руке. Еще мгновение назад это была такая знакомая и родная энергия, а вот она превратилась в знак поглощения и резко взорвалась, слизывая с лица кожу и даже часть костей.

— Вот теперь ты похожа на настоящую Смерть, — Майя рассмеялась.

Половины черепа Сараны как не бывало, а на второй остались только немного мяса и зеленый огонек безумного глаза с рисунком знака Томр. Девушка не понимала, чего сейчас в ней больше, силы или боли. Крик вырвался сам из глубины ее души.

«Ненавижу! Хочу, чтобы все умерли!» — мысль билась вместе с сердцем, поглощая и подменяя его.

В мыслях прокручивались события последнего года. Она выжила, спасла сестру, изменила прошлое и настоящее и теперь была уверена, что они вырвались из вечного колеса войны с демиургом. Кажется, почти месяц они путешествовали по мирам и были счастливы, но… Потом их обнаружили. Не было Карика, не было Кота, но нашлись местные хозяева жизни, которые решили, что гости из других миров должны либо служить им, либо сдохнуть. И тогда Сарана впервые поняла, что ничего не изменилось. Не в тот момент, когда королева с телом булыжника зажала их в угол и отрезала от стихий и камня Ментала, а когда ее сестра использовала силу нового знака.

Как оказалось, Старуха никогда не верила, что их оставят в покое. Обидно! И пока Сарана пыталась убежать от прошлого, та готовилась к будущему. Новый камень, тем не менее, оказался полезен. Он вызвал интерес, и они заключили сделку: сестры делились знаком смерти, и их принимали в семью королев соседних миров без лишних условий. Сарана чувствовала, что Старуха согласилась на эти условия только ради нее. Сама же она предпочла бы взять свое силой, но готова была сдерживать себя.

Сарану раздражало, что ее план завел их в неприятности, а Старуха, которая пошла против него, их вытащила. Но она готова была с этим смириться. Пусть, главное, что проблемы решились, а теперь все снова шло, как она хотела. Они опять пробовали жить обычной жизнью. Не обращали внимание на то, куда шли камни смерти, закрывали глаза на растущее пренебрежение королев, которые, кажется, каждый месяц готовы были забывать все больше и больше своих обещаний.

Сарана верила, что это пройдет, надо только подождать, но ее планы опять были нарушены. Проклятые любители подраться из старых миров пошли войной на своих соседей.

— Они опять думают только о разрушении! — Сарана ходила по их небольшому домику из стороны в сторону.

— Они защищают свое, — Старуха была спокойна. — Так поступают хищники, так поступают травоядные, так всю свою историю вели себя боги и люди. Неужели ты думала, что сейчас все изменится? Тот же Кот, хоть и рассчитывал, что поиск нового придержит кипящую в нашей крови жажду уничтожения, никогда не питал иллюзий, какой будет цена. Вечная война.

— Но ведь вокруг бесконечные миры! Зачем она?

— Я же сказала, для защиты. Новые пространства уменьшают цену победы, можно не сражаться до конца, до уничтожения… Но мира не будет.

— Даже если все согласятся, что он нужен?

— Только если все согласятся. Если же мы решим забыть об оружии, а кто-то нет… Рано или поздно даже самый слабый из воинственных богов придет к нам и возьмет все, что захочет. А наши головы прибьет на стену как пример глупости и наивности.

— Ты никогда не верила, что у нас получится?

— Не верила, — Старуха не собиралась врать. — Но ради тебя, даже не веря, я готова была попробовать.

— А теперь? — слова сестры только злили Сарану. Раз ничего не вышло, значит, просто кое-кто плохо пытался!

— А теперь нам придется сражаться, — ответила Старуха. — Можно вернуться к старым знакомым, уверена, они не откажутся от нашей помощи, а заодно поделятся своими секретами. Ты же слышала уже, что они устроили в мире охотников?

— Только то, что трое разгромили всю их армию, — Сарана принципиально старалась не изучать новости о чужих успехах. Слишком они ее раздражали.

— Двое. Там были только Кот и Карик, остальные местные. Увы, что это устроили именно они, пока непонятно, но уже скоро у нас будет возможность увидеть все своими глазами.

— Уйдем? Если Кот и Карик уничтожат королев, им станет не до нас. И мы спокойно продолжим старую жизнь.

— Ты забыла? Если мы пойдем этим путем, то уже скоро нам придется бежать не от лучших воинов мироздания, а от третьесортных божков какого-нибудь заштатного мира.

— Тогда… — Саране так не хотелось, чтобы сестра оказалась права. Нужен был новый план, который принадлежал бы только ей. — Может, мы сразу начнем искать свой путь? Не присоединяться к твоим бывшим врагам, — она специально выбрала именно это слово, — а бросить им вызов!

Саране показалась очень красивой мысль предложить сестре именно то, чего та всегда и хотела. Но направить ее при этом против всего старого мира, против той части жизни, что та прожила без нее. Эгоистично? Саране было плевать.

— Сразиться и в бою стать сильнее? — Старуха задумалась. — Это возможно, но это и очень рискованный вариант. Учти, жалеть нас никто не будет, и тебе стоит сразу смириться с тем, что королевы не победят. Мы пойдем в бой, мы тоже проиграем, мы стерпим все раны и все обиды, что нам нанесут, но будем стоять до последнего, цепляясь за жизнь. Так будет. И, пройдя этот путь, мы попробуем обрести новую силу. Ты уверена, что сможешь?

Сарана тогда согласилась со Старухой, но не поверила ей. Пусть сестра еще ни разу не ошибалась, ей так хотелось, чтобы мир повернулся к ней лицом… Она как никто другой была этого достойна, она особенная, она так этого жаждала! Но мир не повернулся! Наоборот, лишил ее лица. Растоптал ее гордость. Только сейчас Сарана по-настоящему осознала, что имела в виду Старуха, говоря о ранах и обидах… Они проиграют, даже если выживут. Более того, если выживут, они не смогут мстить, потому что тогда их просто убьют. Жизнь! Ее жизнь была важнее всего на свете!

Ненависть в сердце Сараны отступила. Майя, решимость которой она чувствовала благодаря камню Ментала, уже готова была ее добить, но заметила эти изменения и опустила руки.

— Хорошая девочка, — жена Кота подлетела к Саране и потрепала ее по голове. Так хотелось ответить, выплеснуть боль и раздражение, но Сарана знала, что это проверка. Не сдержишься — умрешь. Все как говорила сестра. Как же раздражает такой мир и такая жизнь.

А еще эта мерзкая ухмылка на губах Майи! Как бы хотелось стереть ее вместе с половиной черепа. Как у нее самой… Сарана не заметила, как последняя мысль захватила ее — она так привыкла отдаваться на волю своим желаниям, верить, что они важнее всего. Правая рука пошла вверх, чтобы выплеснуть силу изменения, но ее враг оказался быстрее. Еще одна волна знака Гатс, и Сарана полностью лишилась сил. Энергии не было, ее забрала Майя. Эмоций тоже не было, их Сарана выжгла сама, раз за разом прокручивая в голове мысли о провале. В ней ничего не осталось.

Сарана уже не видела, как ее тело закувыркалось и полетело вниз, чтобы разбиться об острые камни. Не слышала, как Майя подлетела к Старухе, и они без лишних споров и криков обменялись спокойными, холодными фразами.

— Понимаешь?

— Понимаю. И знала, что так и будет, как только ты встала перед нами. Ты — как Кот, он не оставляет за спиной врагов. А Сарана — она не могла смириться с потерей мечты, а ты не могла не заметить, как это превращается в яд в ее сердце.

— Воскресишь ее?

— Да. Башня еще за мной, с прошлого раза как раз год прошел.

— Тогда в следующий раз не забудь воспитать ее. Понимаю, ты потеряла сестру и, когда нашла, готова была одарить чем угодно. Но к чему это привело? Наивная — она считала, что мир должен быть таким, как хотелось именно ей. Эгоистичная — то же самое она думала и о людях вокруг, в том числе о тебе. Она делала вид, будто слушает нас, но в глубине души ни мгновения не сомневалась, что должно быть либо по ее, либо никак. Впрочем, ты уже один раз получила ножом в спину, когда пошла против ее желаний перед испытанием.

— И все же она меня любит… Не любила бы, не воскресила.

— Она любит свое представление о сестре, не тебя. Не позволяй чувствам тебя обмануть.

— Ты уверена?

— Это ты уверена, что я права. Иначе бы не отпустила ее в это сражение, не дала столкнуться со мной. Ты знаешь, что я читаю людские души даже лучше Кота, и хотела узнать мое мнение. Ты его узнала, дальше думай сама.

Старуха кивнула, и Майя позволила ей открыть проход к башне Смерти. Этот бой подошел к концу.

Я слышал через Майю ее разговор со Старухой, и было грустно. За нее, за повелительницу Смерти, которая так отвыкла от людей рядом с собой, что дала вернувшейся сестре превратиться в чудовище. Милое, похожее на ребенка, который не понимает, что такое хорошо и что такое плохо, который еще не научился думать о ком-то кроме себя — но все равно чудовище. Возможно, сестры еще не поняли, но Майя дала им шанс… Растоптала Сарану, заставила ту саму выжечь старые чувства, и теперь в этой пустоте могло родиться что-то новое. Если одна захочет, если другая поможет…

— Хватит бегать от меня, жалкий божок! — Луна смогла выбить меня за пределы войска големов и теперь, перепахивая тонны земли, гоняла из стороны в сторону. Не так уж и опасно. Если не останавливаться и сосредоточиться только на знаке Перемещения Аруф, то в процессе можно даже подумать о том, что творилось вокруг.

— Божок? Как неуважительно по отношению к тому, кто уничтожил пятьсот сорок семь твоих слуг! — показалось, что Луна начала терять интерес, и я решил поддержать разговор.

— Думаешь, это много? Твоя сила все равно ничто на моем фоне, — Луна снова сосредоточила на мне все свое внимание. Кстати, кажется, она не просто так меня гоняет, а формирует какой-то рисунок… Впрочем, было бы странно, веди она себя как дикий зверь, живущий только по воле инстинктов.

Я постарался уйти подальше от перепаханной Луной поверхности, но кусок пространства передо мной просто-напросто пропал. Меня словно силой запихнуло в портал, а потом выкинуло в миллиметрах от поверхности, впечатав в нее. Словно ногой пнули — столкновение и новая аномалия прямо подо мной опять отправили тело в полет. Голова начала кружиться от следующих один за другим рывков. Будь у меня послабее разум или вестибулярный аппарат, мог бы и поплыть. Луна явно готовилась поставить точку в нашей гонке, когда я выпустил ауру Поглощения, а потом насытил сломанное пространство вокруг себя знаком Мистери.

Если Луна его перекромсала, то я теперь восстанавливал. Выходило не быстро, теперь я мог передвигаться максимум шагом, но, главное, мой кувыркающийся полет закончился, и я смог прийти в себя.

— В любом случае теперь тебе не уйти от драки, — Луна как будто ни капли не расстроилась. Впрочем, а чего ей? Со своим фиолетовым знаком изменения она ни на мгновение не сомневалась в победе. — Твоя миссия провалена, а ты сам скоро умрешь. Чувствуешь, как отчаяние просыпается внутри тебя?

Если фокус с пространством в ее исполнении оказался удачным, то вот попытка сломить мою волю выглядела просто жалко. Пожалуй, даже Кейси со всем ее ребячеством смогла бы подобрать слова и момент получше. Может быть, показать пример? Тем более что Том Пау уже секунд десять сигнализирует о готовности начинать.

— Знаешь, меня удивляет, что ты до сих пор считаешь, будто моя задача не выполнена, — я смотрел прямо в огромные фиолетовые провалы глаз.

— Ты пытался сделать больше и не смог, — Луна была уверена в себе.

— Мне надо было уничтожить тысячу твоих големов, — я спокойно назвал цифру.

Луна вспыхнула — сначала удовольствием от того, что разгадала мой план, а потом от раздражения, не понимая, зачем я начал все это рассказывать.

— Видишь, ты сам признаешь провал.

— Я просто напомнил, что всего один бог из нашей армии уничтожил полтысячи твоих слуг. Слабоваты они оказались.

— Ты не один бог! Ты — один из лидеров вашего мира, думаешь, я ничего не знаю о тебе, Проклятый Кот?

Я стоял в той же позе. Со стороны могло показаться, что Луна раз за разом отбивает мои аргументы и даже лидирует в нашем споре, но это было не так. Нельзя просто обрушить какой-то особый мощный аргумент на человека, рассчитывая, что тот его раздавит. Возможно, сотни лет назад, когда в слово верили, как в истину, такое могло бы случиться… Сейчас же мир изменился, в чем-то стал развращеннее, но сильнее. Даже обычные люди привыкли уворачиваться от слов: что бы вы ни сказали, какой бы бесспорной правдой это ни было, их мозги будут защищаться, находя любые оправдания, почему это ложь или не имеет значения. С таким подходом стало сложнее кого-то в чем-то убедить, но гораздо проще уничтожить. Вот и сейчас я сначала давал Луне возможность отвечать, создавая фон для будущего удара, а когда пришло время, сделал знак Тому Пау и его следователям, которые пробрались за спину противникам еще во время первой змеиной высадки.

Тут же ряды воинов Луны сотрясли три десятка взрывов. Это были не атаки и не техники. Десять минут назад каждый из следователей по моему приказу затаился и начал собирать пыль изменения с разрушаемых големов. Что-то вроде сердца, но только не внутри себя, а снаружи. Следователи не сражались, они только скрывались и понемногу тянули энергию из пространства вокруг. В итоге благодаря им под моим контролем оказалось несколько мощнейших источников изменения, которые всего-то и оставалось что пустить вразнос, когда рядом соберется побольше противников, а Луна на что-нибудь отвлечется. Например, на меня.

— Неужели тебя обманули, о мудрейшая королева? — когда взрывы разнесли еще под тысячу големов, я снова заговорил с Луной. На этот пришлось пустить в ход Ментал, чтобы она услышала меня в общем гвалте, но так было даже лучше.

Я сразу почувствовал смятение. Как недавняя уверенность сменяется раздражением, гневом на наглого выскочку, а потом… Следом пришли страх и неуверенность. Если чужак, который казался столь слабым, сумел нанести такой опасный удар, то почему бы у него не оказаться еще козырю? На этот раз против самой Луны? Она больше не казалась себе солнцем, до которого никому не добраться.

— Ты пыталась уничтожить меня всей своей мощью, но в итоге это я уничтожил тысячу твоих слуг, — я бил по ее неуверенности. Каждым словом. — Пришел, встретил твои атаки, даже рассказал, что собираюсь сделать, но ты все равно не смогла меня остановить…

Луна с ее фиолетовыми глазами была несравнимо сильнее меня на поле сражения, но здесь и сейчас в столкновении силы воли именно я был впереди, а она походила на огромного нашкодившего щенка, сжавшегося в комочек. Некоторые боятся, что человек из этого состояния вернется обратно в гнев, но это невозможно. С нормальной психикой — это движение в одну сторону. Это из гнева можно попасть либо в состояние опустошенности, либо действия. Поддавшись же одному из путей, остановиться и изменить направление почти нереально.

— Это всего лишь големы… Ты все равно слабее! — Луна пыталась убедить саму себя.

— Подойди ко мне и ты все поймешь, — я предложил своему врагу то, что ей сейчас хотелось больше всего на свете, чтобы пошедший вразнос мир снова стал понятным. Перейди я к бою или продолжи давление, она начала бы сопротивляться просто на одних инстинктах, но сейчас… Ее желания и моя воля совпали, и ничто не могло их остановить.

Я вытянул руку вверх, а огромный каменный шар плавно спланировал вниз и прижался к ней. Луна была растеряна, Луна ждала ответов, Луна гнала страх и сама запрещала себе думать о том, что я могу принести вред… Изначально я планировал не рисковать и воспользоваться этим моментом для атаки, но после того, как Майя не испугалась помочь Старухе, мне тоже хотелось выжать из ситуации максимум. Тем более что я сейчас чувствовал в Луне не одну цельную личность, а несколько. Раньше они сплетались в одну, сжатые волей долга, привычек и своего представления о том, как все должно быть. Теперь эта связь исчезла.

Так я видел внутри королевы еще и обычную девочку, которую забрали из семьи за силу дара и воспитали как будущую властительницу. Из нее выжгли все части прошлой личности, вбили верность королевскому роду и правилам, которым нужно следовать. Та девочка почти стерлась, но все же не умерла до конца, и я сейчас мог бы, как с Гасиной, сжечь все остальное и помочь ей вернуться, но… Я не верил в нее. Идеалистка, которая однажды не смогла сохранить себя — что она смогла бы принести миру, получив второй шанс? Еще и с силой фиолетовых глаз? Боюсь, получилась бы только вторая худшая версия сестры Старухи, готовая на все ради исполнения детских желаний и не думающая о том, насколько это реально и чего будет стоить всем остальным. Нет! Я не выпущу это в мир.

Хорошо со стороны мечтать о том, чтобы спасти всех, но в реальности постоянно приходится делать выбор. Учитывая будущее, оценивая свои силы, беря ответственность за каждое принятое и не принятое решение. Прощай…

Глава 19

Злое вторжение 3

«Прощай…» — я коснулся части сознания маленькой девочки, и то угасло. Покой, она была ему рада… Оказывается, сама королева удерживала этот осколок личности и иногда любила насладиться мучениями былой себя.

«Исчезни!» — личность королевы тоже окуталась аурой и знаком Поглощения, а потом вспыхнула. Я не стал ее вытаскивать или очищать, а просто уничтожил. Смесь из слабостей и злости получила то, что заслужила.

«Привет…» — я смотрел на то, что осталось.

Когда исчезла девочка, вместе с ней ушли боль и ненависть. Королева унесла с собой пренебрежение к другим и жестокость. Неожиданно после этого в сознании Луны оказалось много чего другого. Любознательность — она не просто была талантлива, она любила силу и постоянно искала новые ее грани, именно так ее глаза дошли до фиолетового уровня и появилась техника изломанного пространства.

«Привет…» — сознание Луны смотрело на меня, и в нем больше не было слабостей. Я чувствовал, что если соберусь копаться в нем дальше, то теперь мне для этого понадобятся все мои силы.

«Чего ты хочешь?» — я должен был понять, враги мы или нет. Кого я создал, примерив на себя роль настоящего бога и судьи, решая, кому жить, а кому умереть.

«Я хочу увидеть весь мир… Узнать все его тайны! Только меня что-то держит!» — новая личность королевы недовольно дернула невидимым плечом.

А я увидел, что до этого разобрался не со всей личностью королевы. Огромное тело Луны, воплощение камня изменения Мось, невольно связывало ее судьбу с этим миром, с родом, который украл ее жизнь. В принципе, и это решаемо, вот только одному мне теперь было не справиться.

«Если хочешь, я могу взять тебя с собой. Но тогда тебе придется отказаться от твоей силы», — честно предупредил я.

«Но как без силы я смогу путешествовать и что-то узнать?» — Луна верила мне, но ей хотелось еще и понимать, почему все будет именно так.

«Ты откажешься от старого камня, но мы разрушим его и соберем тебе из него новое сердце. Возможно, оно будет слабее, но в то же время оно станет принадлежать только тебе одной. Готова попробовать?»

«Да!» — Луна не сомневалась ни мгновения.

Я неожиданно понял, что она мне нравится. Не мечтающая о мести девчонка, не жестокая холодная королева, а теплый комок, который жаждет нового. Теперь я хотел помочь ей не только, чтобы победить, а ради нее самой.

«Тогда помоги мне…»

Я снова выпустил ауру знака Гатс, наполняя тело Луны, и та открыла мне путь. Более того, я показал ей, как менять тип энергии, и она тут же освоила этот прием, наполняя огромную каменную глыбу своего тела еще и собственной энергией Поглощения. Мы справились за считанные секунды, а потом я дернул. Вырывая и сжигая силу королевы дотла, а потом возвращая получившийся песок ее новому «я», чтобы та сформировала из него новое сердце.

Огромный каменный шар, висевший передо мной, мигнул несколько раз и исчез. Вместо него в воздухе появилась девушка с розовыми волосами и рухнула вниз. Я подлетел, ловя ее потерявшее сознание тело и окружил со всех сторон, ограждая от мира и помогая довести процесс до конца.

— У меня есть сердце, и я живая, — Луна распахнула красные глаза с горящим в них знаком изменения.

— Ты можешь больше, — просто сказал я, и та кивнула.

В тот же миг ее глаза и волосы сменили цвет на соломенно-желтый, она смогла провести свое сердце еще на один уровень. Ее тело горело, и холод от моего ледяного знака Гатс неожиданно оказался очень кстати.

— Ты борешься? — спросил я.

— Я борюсь! — ответила Луна, и снова поменяла цвет. На зеленый. А ее тело все еще продолжало гореть.

Из портала рядом со мной вышла Майя, оценила девушку без одежды, свернувшуюся у меня в руках, а потом улыбнулась. Она даже не читала наши мысли, но уже все поняла. Как я верил в Майю, так и она верила в меня.

— Карик будет расстроен, — неожиданно сказала она, одновременно касаясь меня и Луны, помогая направить идущие в ней процессы изменения в нужную сторону. — Он провел такую операцию. Ты и следователи добыли песок, его отряды вывезли его, все войско целиком прошло трансформацию и… Королева-враг пропала, а ее армия, оставшись без командования, разбежалась. Возможно, еще и Кейси не стоило ржать, что ты опять все испортил, но наш демиург сейчас в ярости.

— Ничего, — я отмахнулся. — Тут еще полно королев, с которыми он сможет сразиться.

Я смотрел на Луну, которая прошла уже две трансформации. Зеленые волосы сменились фиолетовыми, догнав изначальный уровень сердца, которое было у ее прошлой формы, но на этом девушка не остановилась. Последнее усилие, и ее глаза с волосами вспыхнули белым. Новая форма и воплощение камня изменения, с которыми мы еще даже не сталкивались.

Я замер, не зная, пойдет ли Луна дальше, но та уже добралась до своего предела.

— Я смогла, я стала лучше, чем она, — девушка слабо улыбнулась и опять потеряла сознание. А я понял, что часть старой королевы все-таки осталась в ней: она не столько искала новое, сколько пыталась превзойти себя же прошлую… Или это желание, забраться на самый верх любой иерархии, общее для всех разумных существ?

— Вот и все, — Майя тоже поняла, что создание нового сердца закончилось.

— Даже немного грустно, — признался я. — Мы победили, но именно наш бывший враг стал сильнее. А мы сами…

— У тебя волосы белые, — неожиданно улыбнулась моя жена.

— Что?

— Белые волосы и белые глаза. И не бойся, я тебя прикрыла. Я же не просто так пришла сюда, а чтобы помочь и тебе пройти трансформации вместе с ней. Ты не заметил, но этот рывок, эта победа дала силы вам обоим.

Майя еще не договорила, когда я осознал, что именно так все и было. Я тоже усилил свое сердце изменения, открывая его новые формы и силу. Этот бой действительно дал очень много, а, учитывая, что благодаря Майе я смог сохранить свои достижения в секрете, возможностей становилось даже больше. Надо было подумать, как их лучше всего использовать.

— Госпожа, миры камня и огня пали, чужая армия скоро будет у нас, — перед королевой знака воды склонился глава разведки.

Как все быстро перевернулось. Еще месяц назад они делили с другими королевами богатства новых миров, радовались глупцам, готовым раздавать секреты знаков изменения за пустые обещания, и что? Теперь чужаки сами пошли в атаку, и это не малые набеги, как было принято раньше. Сколько королевы поглощали силу мира охотников или готовили к той же судьбе змей? Веками! А эти чужаки просто идут, просто сражаются и просто уничтожают все на своем пути. Словно им плевать на риск! И словно само мироздание в ответ на такую наглость делает их только сильнее.

Королева Пучон махнула слуге, чтобы тот оставил ее, а потом коснулась стены тронного зала. На ней был изображен изначальный водопад Ку-мих, в котором когда-то в их мире появился первый камень изменения. Королева поделилась с рисунком энергией знака Пуро, и тот ожил. Вода хлынула со стены на пол, но не растекалась, а открыла проход в тайное пространство. Под тронным залом, под замком, который все соседние миры уже привыкли считать вечным, располагалась полная зелени равнина и почти пересохший ручеек, бывший когда-то полноводной рекой.

— Здесь мы когда-то получили силу, здесь я хочу обрести ее вновь. Великий король бесконечного мира, та, кто признает твою силу и власть, просит о помощи против тех, кто хочет разрушить твои законы! — Пучон опустилась на колени, выпуская всю свою силу без остатка.

Такова была суть ритуала — показать, что достойна. Так говорили ее учителя. Сама же она видела в ритуале и другой смысл: показать, что она открыта, довериться неизвестному королю, как дикие звери падают на спину, открывая живот и горло, признавая власть истинного вожака. Не самое приятное ощущение, но Пучон не видела другого способа выжить и победить.

— Ты звала меня… — воды старого ручья расступились, и из них выросла тень какого-то неизвестного существа. Слишком расплывчатая, чтобы разглядеть какие-то конкретные черты.

— Великий король…

— Я знаю, чего ты хочешь, и ты получишь помощь, — тень коснулась головы королевы, наполняя ее своей силой и уверенностью в том, что все будет именно так, как она и хотела. — Слуга, покажись.

Пучон вскинула голову, глядя, как из портала рядом с тенью выходит человек. Нет, это был бог, вроде тех, что населяли новые миры. Он выглядел не очень внушительно: невысокий, толстый, с глумливой усмешкой на губах, но его сила впечатляла. Пучон знала, как устроена иерархия силы на самом деле, и когда слуга тени выпустил энергию знака Басё, принимая форму жителя водного мира, она не увидела ни малейшего ее проявления. Она была бесцветной, и это означало только одно. Ей действительно ответил великий король, присланный им слуга очень силен, а у чужаков теперь не будет ни единого шанса на победу.

— Вы можете принять форму моего советника. Тогда ваше нахождение рядом не вызовет лишних вопросов и подозрений, — Пучон увидела кивок слуги короля и тут же коснулась воды в одном из своих верных слуг. Сегодня его верность будет испита до конца.

«Умри», — приказала она, и знак Пуро в чужом теле не смог отказать своей королеве. Настоящий советник исчез, расплывшись быстро высыхающей лужей, а его двойник спокойно занял освободившееся место.

Оно точно того стоит! Пучон сжала кулаки, а потом решительно открыла портал обратно во дворец.

Арико Хо, когда-то бывший младший наследник великого клана Каррии, потом слуга повелительницы Гнили, сейчас был просто ходячим комком боли и воли. О, воля закалялась в нем каждый шаг, что он заставлял себя сделать. Но сегодня в нем поселилась еще и надежда. Старик Анот, назвавшийся его учителем, не соврал, указав путь. Арико прошел странной тропой между мирами и добрался до неизвестной ему раньше башни в Кровавых полях.

Башня Истины, какая-то новая стихия… Хо было бы плевать на это открытие, если бы не неожиданный эффект: рядом с этой башней, когда он касался плещущей в ней стихии, его боль отступала. Он снова мог думать, и единственная мысль, которая тут же заполнила его от кончиков пальцев до заросшей за эти годы макушки — поскорее попасть внутрь и добраться до самой вершины. Арико был уверен, ответ ждет его там. Действительно, где как не в башне истины он узнает правду, которая спасет и его, и Сарику.

Он подошел к воротам, ни мгновения не сомневаясь в своем праве дойти до вершины, и огромные створки приветственно распахнулись. Внутри башни царила приятная прохлада, а еще там было не так много монстров. На своем пути вверх Арико встретил лишь несколько странных существ. Змеи, исступленно бросающиеся на него, словно убийства — это единственная их цель в жизни. Какие-то люди, которые, наоборот, безмолвно и безучастно смотрели на него тупыми глазами, пока Арико сносил им головы.

Потом молодому Хо встретилась загадочная девушка. Она считала, что Арико должен служить ей, но у него уже была госпожа. Сарика, ради которой он прошел через все эти муки. Как сказал тот старик, теперь, чтобы все это не потеряло смысл, он уже не мог отказаться от данной когда-то клятвы… Наглая девчонка со смутно знакомым лицом тоже лишилась головы. Последним же противником оказался каменный шар. Он что-то ревел и был очень силен, но иногда замирал, словно пытаясь создать сложные техники, на которые ему больше не хватало сил. Именно в такой момент Арико его и подловил, разбив точным ударом в слабую точку и открыв себе путь на последний этаж.

Странные противники, странная башня. К счастью, вершина у нее была именно такой, какой ей и положено быть. С троном и точкой, где связывались воедино все потоки чужой силы. И Арико неожиданно оказался перед выбором: занять трон, попробовав подчинить себе всю стихию, либо же коснуться узла силы и узнать, какой дар она сама готова ему дать.

«Выбери трон… — голос старика Анота зазвучал в голове Арико словно надоедливый комар. — Ты не достоин меньшего».

Вот только не стоило ему задевать гордость парня. Если до этого в нем жило только желание добраться до конца, то теперь в душе молодого Хо вспыхнуло и кое-что давно забытое. Все члены великих кланов знают, что стоят выше других. Появление Кота и Карика сломали некоторые старые правила, но Арико, несмотря на то что отличался от остальных аристократов, все равно оставался их частью. Он верил в свое призвание, и теперь, когда перед ним была возможность проверить, чего стоит его терпение и воля со стороны, он просто не мог отказаться.

«Я должен узнать!» — мысль заняла все сознание молодого Хо.

«Идиот! Слушай учителя!» — старик Анот ярился где-то вдали, и чем больше была его злость, тем меньше Арико обращал на него внимание. Его воля привыкла защищать парня, а старик из непонятного помощника окончательно превратился в помеху.

— Покажи мне… Покажи, чего я достоин! — Арико коснулся узла, в котором сходились сразу несколько линий стихии Истины, и в тот же миг его словно пронзило разрядом молнии.

— И кто это заглянул ко мне в гости? — знакомый голос проник в уши, выпуская наружу страшную силу. Новую, такой Хо раньше не видел.

— Кот? — Арико очень хотел встать, но его бросило на колени и прижало к земле.

— Было бы красиво соврать, — ответил голос, — но в этой башне говорить ложь так сложно. Нет, я не Кот. Ты мог бы и сам догадаться. Ты ведь видел отражения других существ, слепки личностей, которые были уничтожены настоящим Котом. Он принял решение, кому жить, а кому умереть, и стихия Истины как бесстрастный судья будет вечно хранить напоминания о тех, кем он пожертвовал.

— И ты?.. — Арико все понял.

— Я — это он. Тот он, каким Кот мог бы стать, если бы не взял на себя роль бога. Ты же согласен со мной, что ни смертным, ни бессмертным не положено кромсать чужие личности. Вижу, что согласен. Ты сам стал жертвой чужой жестокости, которую облекли в красивую обертку справедливого наказания. Так Кот стал еще хуже. Он даже не дает другим шанса выжить, вернуть все назад. Лепит из них одинаковых болванчиков по своему образу и подобию, не особо отличаясь от своих врагов.

— У меня есть шанс выжить? — Арико услышал в словах странного Кота самое главное. — Ты! Ты можешь мне помочь?

— Я мог бы забрать у тебя боль, — задумчиво сказал лже-Кот. — Это было бы в духе моего нынешнего «я», резать по– живому. Ты забудешь Сарику. Или лучше… Я уничтожу боль, но связь останется, и ты сможешь продолжить свои поиски уже с чистым сознанием. Так ведь будет проще?

— Так было бы проще, ты прав. И я бы в итоге сам спас Сарику… — Арико задумался. — Но я не хочу! Я так долго терпел эту боль, что не хочу отказываться даже от крохотной ее части. Хочу сохранить ее как часть себя и вместе с ней спасти мою госпожу. Я ведь чувствую, что ты еще не все сказал.

— Какой ты забавный. Чувствительный садомазохист с комплексом бога. Но это действительно ты. Здесь, в башне Истины, мы видим настоящих себя, а я могу помочь тебе раскрыть силу этой части себя.

— Что мне делать? — Арико еще стоял на коленях, но его взгляд горел.

— Держи, — Кот из башни вытянул руку, и из воздуха начала собираться политая кровью каменная пыль. — Это часть силы, которую собрало мое главное «я». Он побеждает врагов, пожирает их души, а вместе с ними и пыль камней изменения, которые стали их частью… Я поделюсь ею с тобой! Да, ты сможешь… Возьми эту пыль сотен камней и собери из нее себе новое сердце!

— И тогда?

— Тогда ты станешь слишком силен, чтобы старое проклятье повелительницы Смерти имело над тобой хоть какую-то власть. Оно разрушится, твоя связь с Сарикой выдернет ее обратно в этот мир, главное, не останавливайся.

— Я не остановлюсь, — Арико Хо кивнул и поднялся. Он больше не хотел стоять на коленях.

Поток песчаной пыли ударил ему в грудь, раздирая плоть и обращая ее в порошок, но воля парня, закалившаяся за все эти годы бесконечной боли, не обращала внимание на подобные мелочи. Она ловила песчинки, одну за другой, и собирала из них сердце. Сердце, состоящее из чистой энергии изменения, стихии Истины и воли обычного человека, когда-то бывшего богом.

Созданный башней Кот смотрел на свое творение и улыбался. Поврежденные души, начавшие наполнять башню, разрушали его связь с оригиналом, они же меняли и его, внося в него часть своей боли и ярости. Настоящий Кот забыл, что нельзя менять других, не меняясь самому. Что ж, он напомнит ему об этой истине, а пришедший во сне учитель, который помог осознать эту мудрость, поможет.

Где-то далеко сидящий в медитации Атон раскрыл глаза. Это была сложная партия, состоящая из обмана и разочарований, но он справился. Кот заплатит за то, что посмел встать у него на пути.

Глава 20

Злое вторжение 4

Мы зачистили уже несколько миров из союза королев, и вот пришел черед расправиться с обладателями знака воды. Некоторые в нашей армии уже стали забывать, ради чего мы все это начали, и просто наслаждались победами и растущей силой, но я помнил… Мы шли, чтобы заставить врагов действовать. Мы не знали где они, но были уверены, что такое наглое вторжение и демонстрация силы не останутся без ответа. И теперь я чувствовал. Не новым сердцем или разумом, а чем-то еще. Возможно, в дыхании мира или движении воздуха — чувствовал, что нас ждут. Не только королева воды, но и те, кто гораздо сильнее ее.

— Мне кажется, на нас обратили внимание… — Майя тоже ощутила эти изменения. Ее белые от новой силы волосы лежали на плечах, но и она, и я пока скрывали этот прорыв от остальных. — Не понимаю как, но чувствую…

— Думаю, что это форма белого цвета камня изменения, — ответил я. — Мы узнали фиолетовую — подчинение мира, но вот белую не получалось нащупать. Так почему бы это ощущение, которого нет больше ни у кого, не оказалось ее частью?

— Как всегда, выбираешь самое простое объяснение.

— Только потому, что оно чаще всего оказывается правильным, — я улыбнулся.

Карик тем временем строил войска, готовясь к бою. В последнем мире нам даже не пришлось ставить алтарь и грозить уничтожением — враги все понимали и заранее вышли к нам. Тут пока тоже обходились демонстрацией намерений. С одной стороны наша армия, с другой — подземные потоки, с помощью которых местная королева выплеснет свои войска. Пока они играли. Карик двигал свои полки, королева — потоки. Каждый пытался подобрать идеальную диспозицию для начала боя. И пока преимущество было на стороне демиурга. После прошлых двух побед он забыл про обиды, успех вернул уверенность, а глаза полководца обрели фиолетовый цвет.

Мы очень быстро становились сильнее. Почти все командиры отрядов добрались до зеленых знаков. Кейси была близка к следующему переходу, но ей нужно было сделать еще один шаг. То же самое и с Кафрой. Я чувствовал, что повелительница моей великой башни Смерти после этого боя завершит свой прорыв.

«И что потом?» — спросил я ее мысленно, потому что помимо силы чувствовал в ней еще и решимость.

«Заберу себе ее башню», — Кафра не стала ничего скрывать.

«Почему не пошла сразу после того боя? Даже с зеленым знаком ты бы могла попробовать ее победить», — мне хотелось понять.

«Я видела, что твоя жена ее отпустила, и знала почему. Вы решили дать ей вернуть сестру, было бы опрометчиво идти против твоего решения. А потом она уже восстановилась, и проще было дождаться следующего прорыва, чем рисковать», — в этом была вся Кафра. Как смерть, холодная, расчетливая и верная. Сколько людей в мире, а еще ни одному не удалось с ней расстаться.

«Вы готовы?» — следующими, кого я вызвал, были Гасина и Том Пау.

После боя в мире камня змеи и следователи неплохо сработались, и даже Карик старался привлекать их только вместе.

«Я открыла фиолетовый знак, — первой ответила Гасина. — Возможно, раз я стала сильнее тебя, Кот, нам стоит пересмотреть условия нашего союза?»

«Когда это случится, именно так мы и сделаем», — я ответил змеюке, коснувшись ее белым знаком Мистери. Немного энергии следующего уровня силы взбодрили ту словно ударом тока, и будущая королева невольно поморщилась.

«Так и знала, что ты не смог бы просидеть на одном уровне три таких битвы. Правда, я рассчитывала только на фиолетовый уровень, но… Чему я удивляюсь? Расскажу сестрам, им будет приятно, что наш лидер движется вперед».

«Только поэтому и показался тебе, — ответил я. — Вы, змеи, уважаете только силу. Не бить же вас по красивым моськам, лучше просто напомнить, что еще не время бунтовать».

«И про красоту тоже скажу. Сестры хоть и змеи, но теперь еще и немного люди, им и это будет приятно. Ты изменил нас, Кот! Имей это в виду, мы теперь не сможем просто вернуться к себе и пожирать соседние миры. Ты дал нам силу, так дай нам теперь и цель!»

«А теперь вы напоминаете не змей, а собак, которые готовы верно служить хозяину и для которых лучшая награда — это новое задание».

«Если ты думал оскорбить нас, то зря. Впрочем, ты бы так делать не стал. Проверяешь? Что ж… А так и есть, мы теперь твои верные псы, так что заботься о нас, Кот, и мы никогда не укусим твою руку, — Гасина помолчала пару мгновений, а потом неожиданно закончила: — И не одни мы такие!»

Я только кивнул в ответ. Эти новые миры принесли столько проблем. Враги, судьбы союзников и врагов… С последними-то ничего сложного — надо было просто убить, и все. А вот с союзниками труднее — я теперь действительно отвечал за них, и надо было придумать и найти место в мире не только для себя, но и для них. Конкретные судьбы, которые поплывут в фарватере принятого мной решения.

«Тутмос, — я вызвал последнего, с кем хотел поговорить после боя. — Как новенькая? Как вы все в целом?»

«Вчера провожали погибших», — ответил глава бывших рабов, и я невольно вздохнул.

В последнем бою двадцать человек из его отряда погибли окончательно. Им не помогли ни улучшенные сердца, ни подаренные на всякий случай алтари. Атака умирающей королевы просто стерла их с лица земли и… Мне было грустно, что это случилось, и одновременно радостно, что для остальных это не стало формальностью. Я чувствовал, что Тутмос грустит, провожает друзей и одновременно мечтает создать мир, где все это не будет напрасным. Еще одно ожидание, которое ложится на мою душу и прижимает к земле. Как же порой сложно не остановиться, а продолжать идти.

«Самир, Норс, Казар, Амон…» — я мог просто сказать, что помню имена погибших, но вместо этого перечислил каждого из них. В каждое имя я вкладывал те короткие воспоминания, что у меня успели накопиться о бывших рабах. Момент их пробуждения, выбор, оттенки вспыхнувшего пламени и такие простые мечты, которые все равно успели появиться даже за такую короткую жизнь, как у них.

«Спасибо. Спасибо, Кот! — голос Тутмоса дрогнул, и он поспешил перевести тему. — Ты спрашивал про новенькую, у нее все хорошо. Луна освоилась, помогает ребятам, в прошлом бою неплохо нас прикрыла».

«Она тренируется?» — очень важный вопрос. Я отправил бывшую королеву камня в отряд почти к обычным людям, и она прошла первое испытание — не стала отгораживаться, а приняла их как равных. Вторым же испытанием была проверка ее решимости: остановится ли она в своем развитии, довольствуясь тем, что уже получила от прошлого тела, или же двинется дальше. Мне нужно было не считать эти решения в ее душе — мы порой много думаем, но не делаем — а увидеть в реальности.

«Да… — ответил Тутмос, и я улыбнулся. — Вместе с Пламен и Борукой они все ночи пропадают на площадке. Иногда я не могу понять, они просто друзья или же у них появилась какая-то общая цель, спаявшая их в единое целое».

«А какая разница? — я махнул рукой. — Дружба — это ведь тоже в какой-то мере мечта. Мечта о том, что совсем другой человек понимает тебя как себя, что есть те, кто всегда прикроет спину. Пусть мечтают, пусть живут…»

Я не стал заканчивать мысль, Тутмос, кажется, ее так и не понял, а вот Майя крепко сжала меня за руку. Да, я вот так мечтать уже не могу. Логичное следствие из уравнения жизни и силы. Сначала ты растешь вместе с друзьями, потом кто-то начинает обгонять других, и все. Дружба возможна только между равными. Чем больше пропасть в силе, тем меньше от нее остается. Может сохраниться внешняя форма, но что будет внутри? Снисхождение, благотворительность, лицемерная попытка делать вид, что ничего не изменилось? Сила разводит людей — тот, кто заберется на вершину, кто становится богом, в итоге оказывается один.

— Карик или Бо могли бы стать твоими друзьями, — Майя решила продолжить этот когда-то начатый разговор. — Или кто-то из новеньких, кто рано или поздно поднимется на самый верх. И у тебя есть я, не забывай.

— Ты у меня точно есть, — пальцы скользнули по щеке Майи, — а вот все остальные… Ты же знаешь, я не верю в дружбу, когда нужно выбирать из ограниченного числа людей. Настоящие товарищи — это те, кто шел с тобой с самого низа. Кто боролся изо всех сил, чтобы не отстать, и ради себя, и ради тебя. И если такое случилось, вот за кого нужно держаться во что бы то ни стало. Мне с этим не повезло, этого уже не изменить.

Захотелось надавать себе по морде. Нашел время жалеть себя, но… Карик подал сигнал, и огромный рог, созданный с помощью знака камня, затрубил, пронзая этот мир. Маневры закончились, бой начался. Пришло время узнать, кто же на самом деле наши враги!

— Кот, отправляй своих змей на левый фланг! — в уши ворвался голос Карика.

Понимаю, почему он на взводе. Врагов оказалось очень много, гораздо больше, чем мы встречали во всех мирах до этого. В десятки раз! Кажется, все, кто ожидал или кому внушили, что мы придем по их душу, сегодня собрались здесь. Водный мир оказался очень удобным для объединения. Королева создавала все новые потоки в самых разных местах, а через них шли наши враги. Водные, выжившие каменные и огненные, остатки охотников, какие-то неизвестные мне раньше народы. Нас словно пытались измотать, заставить выложиться, прежде чем нанести финальный удар. И несмотря на получаемую в боях пыль, несмотря на прорывы в уровнях камней изменения, враг добивался своего. Люди, боги, духи — все выматывались, уставали, начинали совершать ошибки. И вот королева врагов решила двинуть в бой первый серьезный резерв. Змеи, две сотни диких змей из мира Гасины обрушились на левый фланг, заставив богов и Кейси отступить.

— Нам подчинить их или уничтожить? — я уже передал приказ Гасине и теперь готовил портал, чтобы за один заход перекинуть ее с сестрами в нужное место.

— Конечно, захватить! — рявкнул Карик. — Нам нужно показать, что мы можем делать их войска своими. Пусть нервничают, пусть совершают ошибки.

Как будто я сомневался, что демиург именно на такой исход и рассчитывает, но… За все желания нужно платить.

— Тогда учти: нам потребуется время! Прикрой, чтобы нам не мешали!

— Как будто я сомневался… — Карик словно повторил мои недавние мысли. Все же мы порой так похожи. — Нет, я ни мгновения не верил, что ты полезешь без прикрытия. Один — возможно, ты, чертов псих, порой считаешь себя бессмертным, но вот с другими — нет. Как же меня это тоже бесит, когда ты смотришь на остальных сверху вниз, считая, что им никогда не сравниться с тобой! Иди! Будет тебе прикрытие!

Губы сложились в улыбку. Карик с бою совершенно не следил за словами. Говорил все, что думает, и порой это бывает интересно. Грубо, но интересно. Вот, значит, как я могу выглядеть со стороны.

— Гасина, готовность пять секунд, — я предупредил змей, а потом начал формировать выходы к созданным в изнанке туннелям.

Сорок четыре штуки. Десять для змей, один для меня, остальные для следователей Тома Пау, что пойдут вместе с нами для прикрытия. Вспышка перемещения, и тут же каждый из проходов изнанки накрыла волна неизвестного мне знака изменения. Бесцветная волна — возможно, на своем старом уровне я бы ее даже не заметил, но белая аура знака Мистери, с помощью которой я передавал энергию в точку переноса, оказалась более чувствительной.

— Одиннадцать разных изнанок, и ты выжег их все, — я вышел в обычный мир с помощью камня Перемещения. Уничтоженные ходы в изнанке были лишь отвлекающим маневром. — Если бы мы действительно отправились столь очевидным путем, никто бы не сумел выжить.

Я проследил, что все остальные члены моего отряда так же высадятся перед вражескими змеями с помощью знака Перемещения. Все остались целы, а враг проявил себя и свою силу — кажется, этот раунд за нами. А нечего было действовать столь предсказуемо. Направить змей, рассчитать, что мы попытаемся их переподчинить, и ударить в момент перехода. Это было так очевидно, что даже немного обидно, что враг рассчитывал заманить нас в столь простую ловушку.

— Вы попались! — на голове главной из диких змей появилась скрытая черным туманом фигура.

— Скорее наоборот, — возразил я.

— Я и не рассчитывал на слишком быструю победу, — неизвестный враг пожал плечами. — Но надо же было хоть как-то обозначить, что тут не просто дикое зверье. А то пришли бы змейки без тебя, а мне нужна достойная добыча.

— Значит, хотел меня выманить?

— Хотел и сделал!

— Не будь сейчас сражения, это можно было бы считать достижением. А так — неужели ты думал, что я не вступлю в бой и останусь в стороне? Так что мы в любом случае встретились бы, но сейчас, пытаясь обойти меня, ты просто сделал мне подарок. Новые змейки, как ты сказал, для моей армии.

Кажется, словесная часть схватки осталась за мной, а враг обиделся и перешел от высокого стиля к обычному мордобою. В воздухе снова пахнуло тем неизвестным знаком изменения, что он до этого уже использовал, и в нашу сторону ударила невидимая, однако от этого ничуть не менее смертельная волна энергии. Опасно, но незнакомец, кажется, так и не понял, что я уже знаю, как с ней справиться.

Во время переноса я использовал знак Мистери для передачи своей силы в точку выхода и открытия прохода уже с той стороны. Маленький шлюз, через который в итоге прошло огромное количество энергии, и это не считая всего нашего отряда во плоти. Так же и с атакой бесцветного незнакомца — я принял ее на знак Мистери, потратил в разы меньше энергии, но развернул ее в нужную сторону. Даже в две. То, что мог освоить, я перевел в знак поглощения, направив на диких змей, а остальное без каких-либо изменений — прямо в скрытую туманом морду.

«Гасина, лови змей и уводи к нам, когда они будут раскрываться…» — предупредил я и тут же принял на знак Мистери еще одну атаку.

Кажется, мой враг слишком рассчитывал на свою силу и все никак не мог поверить, что я нашел способ с ней справляться. Он бил по мне три раза — перенаправляя его атаки, я освободил двадцать змей, почти пятую часть его отряда — и только после этого он остановился. Жаль, что самому ему никакого вреда нанести не получилось, но мы же только начали.

— Значит, ты уже дошел до белого камня изменения, — незнакомец давно поднялся в воздух, чтобы было удобнее атаковать, и теперь пользовался моментом, чтобы смотреть на меня сверху-вниз. — Быстро, очень быстро… Понимаю, почему тебя решили уничтожить — с твоим потенциалом ты уже скоро будешь представлять угрозу для него.

Очень хотелось спросить: для кого? Вот только мне же не ответят.

— Когда твой хозяин заключал с нами сделку, он не показался мне трусом, — сказал я, решив проверить прежде всего теорию о неизвестном хозяине Пигмалиона, которого мое желание невольно освободило из зоны испытания демиургов.

— Если бы вы знали свое место, вас бы никто не тронул. Но кто-то слишком горд, чтобы вовремя склонить спину! Ему, видите ли, надо обязательно стать самым сильным.

— Не обязательно самым… — разговор неожиданно стал интереснее, чем раньше. Не часто мои враги готовы говорить обо мне, а не о себе.

— Тогда чего ты хочешь? Ради чего рвешь жилы, ради чего стараешься, разрушая привычный порядок вокруг себя? — незнакомцу тоже было интересно. Словно старый друг, с которым давно не виделись, наконец-то раскрылся и решил поговорить по душам.

— Чтобы защитить тех, кто…

— Кто тебе дорог?

— Кто верит в меня!

Я тоже взлетел в воздух, и мы зависли друг напротив друга. Сейчас я, по большому счету, рискнул. Признался в том, что пришедшие со мной змеи и люди важны для меня, и я буду делать все, чтобы защитить их. Не самая привычная стратегия для миров королев, но незнакомец напротив, похоже, не такой уж и незнакомец… Он с самого начала делал ставку на то, чтобы достать меня через подчиненных. Так что пора заканчивать с играми и сразу переходить к следующему уровню противостояния.

«Почему ты так спешишь?» — я не видел чужих глаз, но все равно чувствовал этот вопрос.

«Потому что только в серьезном бою можно стать сильнее, — не отвечал я. — Потому что я знаю, что уже скоро мне потребуется в разы больше силы, чем у меня есть сейчас».

Мы продолжали висеть в воздухе, а потом враг медленно скользнул вперед. Он решил напасть и поэтому проиграл. Поражением для меня стало бы, если бы он отступил, если бы у меня не оказалось противника, в сражении с которым я получил бы шанс продвинуться вперед. Теперь же оставалось только сделать это и победить!

Незнакомец прямо в полете выхватил меч и рассек накрывшую пространство вокруг меня ауру. Знаки Мистери и концентрация силы не помогли, я в момент лишился части вариантов для маневра, а враг был уже рядом. Удар, взрыв… Он сам сжал и отпустил энергию атаки, чтобы я не смог перенаправить ее от себя. Ожидаемо, что он нашел решение, иначе бы не нападал — я сместился в сторону, а потом выпустил из руки вихрь песчинок камня изменения. Мой знак был слабее, но сами-то камни у всех нас одинаковые, и, пока их воплощение не превзошло форму, я буду этим пользоваться.

Песчинки сложились в деревянную рукоять и длинное вытянутое лезвие. Коса встретила новый удар меча, и нас обоих откинуло в стороны.

Глава 21

Злое вторжение 5

Взрыв от столкновения атак получился слабее, чем в первый раз. Часть чужой энергии впитали песчинки, из которых я собрал свою косу — впитали и оплавились. Пришлось на ходу менять их на новые, но это были такие мелочи. Главное, даже на текущем уровне я мог противостоять атакам врага, открывшего бесцветную энергию.

— Как же ты меня раздражаешь! — его удары сыпались на меня один за другим. — Почему ты не можешь просто сдохнуть!

— Почему же я тебя раздражаю? — я защищался.

Чуть в стороне от нас Карик поднял волну камня и повел на ней, словно корабли, часть отрядов на прорыв центра вражеского строя. Самоубийственная атака, как могло показаться со стороны, но на самом деле всей этой огромной массой земли и шумом демиург просто прикрывал выдвинувшиеся на флангах группы. Сложно сражаться, когда каждое твое действие раскрывается врагу в ту же секунду. Единственный способ обойти это правило, как ни странно, очень прост. Нужно обманывать не техники, а разум, чтобы враг просто не догадался посмотреть в нужную сторону.

— Твои помощники… — мой противник, увы, догадался. Он заметил группу Пламен и выставил на ее пути стену из уплотненной ауры.

И все! Просто ауры, но с силой прозрачного камня изменения ее оказалось достаточно, чтобы остановить две сотни богов, из которых минимум треть уже смогла достичь зеленого уровня энергии. Чужая сила поражала.

— Ты не хочешь отставать от других? Хочешь быть всегда первым или хотя бы одним из лучших? — собственная слабость неожиданно помогла найти ответ на свой же вопрос. Если я прав в своих догадках, и передо мной действительно Бо, то сегодня я стал чуть лучше понимать его.

— Мне не нужны причины, — тень передо мной отмахнулась, но, учитывая, что атаки временно прекратились, похоже, я попал в цель. — Я просто иду по своему пути. Приходится, видишь ли, становиться сильнее, чтобы мои враги смогли оставаться врагами. Некоторые боги легко отпускают былых соперников, вниз или вверх, и находят новых. Я же не такой — если я выбрал кого-то, то буду стараться за нас обоих, чтобы это противостояние сияло сквозь все время и пространство.

Я не мог знать наверняка, Бо передо мной или нет, врет он или действительно следует этой странной логике, но одно точно… Что-то общее есть между нами, потому ведь только недавно мы с Майей обсуждали эту же самую гонку. Правда, мы говорили о настоящих друзьях, которые стремятся за силой, чтобы их дружба продолжала иметь смысл. Но, возможно, с врагами не такая уж и большая разница?

— Не отвлекайся! — я сам перешел в атаку, и коса снова встретилась с мечом.

Омертвевший и лишившийся сил песок летел во все стороны после каждой моей атаки. Затратно, но зато враг полностью ушел в защиту. Я попробовал коснуться его разума, чтобы развернуть бой еще и на этом уровне. Не вышло.

— Ты будешь сражаться только там, где я силен! — враг захохотал, позволив себе ради этого даже отступить на шаг.

— Кот! — откуда снизу раздался крик Гасины.

— Сумел перекрыть нашу связь? — я понял, что не чувствую змеюку.

Враг продолжал хохотать.

— Те змеи! Я смогла подчинить только трех! — новый крик снизу, и через вспышки сталкивающихся меча и копья я разглядел множество лежащих без движения тел.

Дикие змеи, которые должны были по моим расчетам усилить нашу армию, просто умирали. Всего в трех удалось разбудить пламя нового желания и цели. То ли эти ползучие твари уже заморозили в себе все порывы души до единого, то ли…

— Это твоих рук дело? — я остановил удар, чтобы коса с мечом сплелись, на мгновение останавливая схватку.

— Конечно, — снова улыбка за серым туманом. — Думаешь, никто не обратил внимание на то, как вы создаете союзников из диких и рабов? Не попытался понять, как именно ты это делаешь? Пришлось потрудиться, но я позаботился о том, чтобы сегодня вы только потратили время.

— Мы получили трех новых воинов.

— Всего трех! А сколько на это ушло сил? Хотя признаю, что твоя змейка талантлива.

В этот момент враг закончил начатую еще первым взмахом меча серию ударов. Все это время он не только отражал мои атаки или проводил свои — он еще и разрушал пространство под нами. И вот созданный им круг замкнулся. Все мои стихии и камни словно разом перестали работать.

— Это конец, — враг стер туман вокруг своего лица. Да, это был он…

— Бо! — я начал проваливаться в хаос разрушенного пространства.

— Кот, — он верил, что победил, но все равно до последнего ждал от меня подвоха. — Знаешь, а я рад, что последним, кого ты увидишь в жизни, буду я.

— Может, тогда скажешь напоследок, ради кого ты всех нас предал? — осторожно спросил я.

Шансы были не очень велики, но попытаться стоило. Увы, Бо только напрягся.

— Ты что-то придумал? Рассчитываешь притворится слабым, чтобы выпытать мои секреты? Как?!! С твоим уровнем, с твоей скоростью разорвать этот круг просто невозможно! Моя аура крепче твоей, тебе не коснуться энергии мира!

— Все-таки иногда ты слишком много болтаешь, — сжатая в правой руке коса начала растворяться.

— Я не сказал тебе ничего больше того, что ты уже и так почувствовал! Я же видел, как твои камни и воля пытаются выбраться наружу, но ты просто слишком слаб!

— Я имел в виду твое упоминание скорости. Я давно подозревал, что именно она влияет на силу энергии изменения, но теперь буду знать это наверняка. Но что гораздо важнее — тебе, чтобы создать свои правила, чтобы лишить меня возможности выбраться, пришлось разрушить текущую версию мира. Разве ты сам не понимаешь, что это значит?

Вслед за косой начала распадаться каменной пылью и моя рука.

— Вот же ж дерьмо гамэрфа! — грязно выругался Бо.

Он действительно все понял. В тот же миг он махнул на меня рукой, развернулся и растворился в воздухе. Я же вышел из тени одной из новеньких змеюк, провожая взглядом продолжающую осыпаться фигуру своего каменного двойника. Все же пусть кое в чем я и обошел Бо, но в силе он точно был впереди. На время, забравшись в долги, но факт — я ничего не мог поделать с созданной им пространственной ловушкой.

— Ко-о-о-о-от! — почти в этот же момент барьер из ауры, окружавший поле боя, пробила незнакомая девушка лет двадцати с длинными белыми волосами, горящим взглядом и полыхающими энергией Мистери кулаками.

Вслед за ней появились Борука, котята и первый отряд свободных богов. Кажется, все встало на свои места.

— Пламен? — я подошел к девушке и, взяв ее за подбородок, чуть приподнял ее голову, глядя в пылающие белым пламенем глаза. — Ну ты даешь, за раз прыгнула сразу на две ступени!

— Я не могла позволить вас убить! Вы столько для нас сделали! — Пламен трясло от напряжения.

— А твое тело?

— Вообще, мне давно хотелось стать человеком.

— Я помню твои прошлые попытки. Тогда у тебя не получилось.

— Да, как будто барьер стоял. Но когда я ломала защиту этого гада, то заодно и его пробила. Было почти несложно, особенно когда я поняла. Вы ведь доверили мне Бо, я его упустила, и теперь вы чуть было не умерли из-за меня!

— Если кто-то тебя обманул, то это точно не твоя вина. Никогда не смей считать себя хуже, чем ты есть, из-за других людей. Особенно когда эти люди творят не самые добрые поступки!

Я потрепал Пламен по плечу, и та радостно заулыбалась. Интересно, а с ней мы друзья, раз она так готова в меня верить и защищать? Я не знал ответа, а тут еще и Гасина взлетела повыше, и у нее были свои вопросы.

— Кот! Как ты это сделал⁈ Сначала эта коса, а потом ты встретил удар прозрачного камня! И тогда он тебя убил, а ты на самом деле тут! Как? — удивительно, но змеюка как будто тоже волновалась за меня.

— Смотрите, — я сначала быстро показал, как использовал излишки каменной пыли для создания оружия, а потом перешел к объяснению развязки боя. — Я видел ловушку, которую создавал Бо. Он использовал наше сражение, чтобы довести ее до конца, я же — чтобы заменить свое настоящее тело камнем. Это почти несложно: наращиваешь его от рукояти меча, прячешь себя в получившейся скорлупе и переносишь в другое место.

Я не стал пока рассказывать все детали.

— Но почему Бо ничего не заметил?

— Он сам подсказал, как обойти его чувствительность. Признался, что не ожидал нашего успеха с захватом змей, и тогда же Том Пау начал собирать рядом с одной из них каменные сердца для замещения. Он создал из них мою копию, я же воспользовался моментом активации ловушки. Тогда на пару мгновений Бо было не до контроля поля боя.

Таков Бо. Он не полагается на чувства и ощущения, он создает схему сбора информации еще до сражения, и я поместил двойника именно туда, где концентрация его следящих техник и ауры была ниже всего.

— А почему он ушел? И, может, хватит болтать? Бой еще не закончился! — к нашей группе пробилась еще и Кейси со своим личным отрядом. Кстати, неплохие ребята вокруг нее собрались.

— Вообще, бой закончился, — я использовал знак Ротс, чтобы осветить поле боя, и действительно, отряды из других миров уходили вместе с Бо. А армия королевы воды уже понесла такие потери, что больше не могла сопротивляться.

— Ты обещал! Кусок тухлой воды, пусть все внутри тебя пересохнет и отвалится! — вот и королева появилась лично, проводив исчезающих союзников Бо яростным криком, но те не замедлились ни на мгновение.

Я подсветил знаком Ротс себя. Королева замолчала, а потом дрожащий и злой мысленный голос предложил остановить сражение и принять капитуляцию в ее замке.

— Кот, что происходит⁈ — рядом с нами открылись еще два прохода, из которых почти одновременно появились Карик и Майя. Громче, естественно, кричал наш демиург. — Что ты такого натворил, что бой закончился? Опять⁈

— Ты же сражался с Бо? — Майю больше интересовала другая часть схватки. — Это какой-то ваш план?

— Не план. Мы на самом деле сражались, — я покачал головой. — Но в процессе я понял кое-что важное, а потом показал ему. Как только он это осознал, то, собственно, сразу и ушел.

— Что-то связанное с силой? — спросила Кейси.

— Да, — я кивнул, а потом поднял ладонь, на которой крутились вихри энергии изменения. Прозрачные и невидимые.

Бой завершился час назад. Мы не сразу пошли за королевой, сначала важнее было проследить за тем, чтобы схватка действительно угасла, чтобы все дикие и рабы обрели свободу и разум, а еще… Я поделился деталями открытий, которые сделали мы с Бо. Чтобы не тратить время, говорил я об этом уже на совете, куда мы заодно пригласили и всех командиров отрядов.

— Смотрите, — я еще раз показал прозрачную энергию и рассказал предысторию столкновения с Бо. — А теперь к теории. Вы же знаете, что нужно для перехода на следующий уровень энергии изменения?

— Сила, — важно кивнула Кейси.

— И знание формы, которую она принимает, — добавил Карик. — Известные нам уровни: изменение мира, потом сознания, аура, воля и… Я еще не до конца освоил белый, но для меня это возможность подчинять себе мир. Что дальше? Просто отсутствие цвета или большая скорость энергии — этого не хватало?

— Я тоже искал этот ответ, что дальше. Но его не было, — ответил я. — Когда мы столкнулись с Бо, я чувствовал его силу, пытался понять… Вроде бы все было перед глазами, и ничего все равно не получалось. А потом он начал делать свою ловушку.

— Корежить и разрушать мир… — кивнул Карик, а потом его глаза вспыхнули. — Неужели это связано? Чтобы по полной использовать бесцветный камень, ему нужно разрушить то, что есть сейчас?

— Да, — подтвердил я. — Именно так я и подумал. Получается, что бесцветная форма — это продолжение белой, подчинение мира. Более глубокое, более мощное и грубое, и в то же время, кто бы ни дал Бо его силы, он загнал его в ловушку. Он стал сильнее нас, но в то же время и признал чужую власть над собой.

— И только там, где разрушал ее, мог проявить себя по полной, — задумалась Майя. — Похоже, Бо был в ярости. Не везет ему — к кому бы он ни пошел, все пытаются его нагнуть. Что Атон, что новый хозяин. И я ведь правильно понимаю, что до вашей схватки он этого не замечал?

— Пока не разрушил мир и не вычеркнул из него привычные законы. До этого хозяин крепко держал его на поводке.

— А как работает новая сила? Что ты чувствуешь? — Пламен воспользовалась повисшей паузой и спросила то, что волновало ее саму. Кстати, внешность после боя она так и оставила человеческую.

— Хороший вопрос, — кивнул я. — До этого я рассказал про внешнюю форму бесцветного знака, которая выражается в подчинении мира, но есть и внутренняя, то, как я сам его ощущаю.

— И это?.. — Пламен приоткрыла рот, а Майя еле заметно улыбнулась. Иногда наши новые союзники, которые еще совсем недавно были обычными смертными, ведут себя так непосредственно. И это подкупало.

— Я выпустил энергию сердца наружу и сам стал энергией, — ответил я. — Кстати, именно поэтому я смог поменять себя с каменным двойником. Обычные перемещения Бо перекрыл, а вот на уровне камней изменения — ему еще точно не хватает опыта.

— Круто! — Гасина решительно стукнула кулаком по столу. — Значит, вот какой у нас путь. Тело из плоти, сердце из энергии, а потом и все тело переходит на новый уровень.

— Вообще, я не уверен, что этот путь правильный, — честно признался я.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Майя.

— Я подсветил свое открытие в бою, чтобы Бо отступил, но сама идея… Мне не нравится мысль, что для движения вперед мне нужно прекратить быть собой. Это не должно быть единственным путем!

— А еще, — добавил Карик, — я еще не так хорошо разбираюсь в камнях изменения, но они четко следуют иерархии. Слабые поглощаются сильными. И тогда что будет, если обогнавший нас по развитию неизвестный враг повстречает нас через пару дней?

— Думаешь, он нас поглотит? — нахмурилась Кейси.

— Это могло бы оказаться его изначальным планом. Пожертвовать Бо, чтобы заманить нас всех в свои сети, — Кафра тоже была согласна с моей дочерью.

Кстати, она взяла фиолетовый уровень, но пока так и не собралась по душу Старухи, захватывать башню Смерти. Даже интересно, какое решение она в итоге примет…

— Тогда будем изучать эту версию развития, но в то же время продолжим искать и что-то свое, — решил я, вернувшись к более актуальным проблемам. — А пока… Предлагаю сходить в гости к королеве, а то она приглашала, ждет, нехорошо получается.

— Ты опять что-то задумал? — Майя почувствовала мой настрой.

— Не я задумал! — я поднял палец. — Вы ведь обратили внимание, как картинно и демонстративно Бо покинул поле боя? Он словно специально хотел вывести из себя королеву. Тогда я не обратил на это внимание, но сейчас… Если он понял, что попал в ловушку, если он, попробовав уже новую силу, догадался о ее слабости, то это точно не случайность!

— Думаешь, он специально толкнул ее на нашу сторону? Похоже на него, — согласился Карик.

— Тогда стоит поспешить, пока она не остыла, — Майя говорила и на ходу открывала портал в замок воды. — Если Бо рассчитывал, что она в ярости должна показать нам что-то важное, то чем быстрее мы это увидим, тем лучше.

— А то еще отойдет, — хмыкнула Кейси.

Я тоже кивнул и встал рядом с женой и дочерью. Через пару мгновений со своих мест поднялись и остальные. Для принятия капитуляции хватило бы и кого-то одного, но мы шли за оставленными Бо хлебными крошками, и в таком случае каждая пара глаз могла пригодиться.

«Том, давай тоже сюда!» — я ухватил через изнанку главу своих следователей и забросил его в проход вместе с нами. В конце концов, мы — любители, а он — профессионал. Я чувствовал, что мы подошли к грани какой-то очень важной тайны, и здесь надо было использовать все возможные ресурсы, какие у меня только есть.

Бо согнулся, яростно выдыхая воздух и борясь с навалившейся панической атакой. Опять Кот его подставил… Нет! Он сам принял решение, он сам рискнул и проиграл, недооценив новое воплощение старого знакомого. Кто бы знал, что его судьба настолько масштабна. То-то бы Атон удивился, если бы узнал, кого хотел сделать своей марионеткой…

Бо не выдержал, и судорожное дыхание превратилось в хриплый каркающий смех. Еще ничего не кончено. Он не проиграл, Кот отвлечет на себя внимание. Хороший враг — этот тот, кто может развлекать тебя хоть целую вечность.

Глава 22

План Бо

Королева встретила нас в тронном зале водного замка. Высокая, тощая и бледная она почему-то напомнила мне Снежную королеву из старой сказки. Эта тоже не любила тратить время зря. Только увидев, как мы выходим из порталов, она поднялась с трона, подошла к стене и попросила энергию своего камня открыть проход вниз. Странное место под стать хозяйке замка. Казалось, прямо у нас перед ногами разыгрался шторм, а под ним остановилось само время. В одиночку я бы, наверно, не решился полезть туда без подготовки, но с учетом того, что нас сюда привел Бо, можно было не терять время. То, что я знаю о боге Обмана, не позволяло сомневаться: если бы он и собрался меня убить, то только лично, только своими руками.

— Смотри, — стоило мне спуститься, как королева снова коснулась текущей по стенам воды, и та поднялась, складываясь в фигуры и странные висящие в воздухе узоры.

— Что это? — спросил я.

— Это наш враг и его сила. Эта пещера, в которой мой народ когда-то получил первый камень изменения, записывает все, что в ней происходит. Особенность знака Пуро, который за тысячи лет накопил достаточно сил и замечает даже то, что некоторые предпочли бы скрыть.

Фигуры, в которые собирались потоки воды, начали обрастать деталями. Королева… Бог обмана в качестве командира объединенной армии… И Карик! Третья фигура, которая подчинила королеву и представила ей Бо, до последнего была скрыта туманом, но капли воды смогли его размыть, и это лицо… Это точно был он.

— Это ведь не я, — выдохнул Карик.

И это тоже было правдой. То существо, которое мы видели, одновременно было нашим демиургом и не было им.

— Один в один, но глаза… В них мудрости на миллионы жизней, — изумленно проговорила Кейси.

— Эй, я тоже мудрый! — возмутился Карик, но я чувствовал, он рад. Рад, что никто даже на мгновение не усомнился в его верности нашему союзу. Особенно Кейси, которая стояла рядом и держала его за руку. Иногда такие вот мелочи могут быть важнее миллионов лет, слов и поступков.

Впрочем, меня заинтересовало и кое-что другое.

— Как работает вода? — я посмотрел на королеву, безмолвно слушающую нашу болтовню. — Со стороны кажется, что она замедляет течение энергии вокруг цели, я прав?

— Да.

— И во сколько раз пришлось замедлить туман вокруг того типа, чтобы открыть его лицо? — я указал на чужую версию Карика. Все вокруг замолчали и тоже посмотрели на королеву: конечно, ведь ее ответ поможет понять, насколько мы от него отстаем.

— Не знаю, — королева опять даже не пошевелилась. — Вода в этом месте замедляет все в два раза каждую секунду. С момента нашего разговора прошло более шести часов, дальше можете посчитать сами.

Я посчитал. Мы знали примерный уровень королевы, мы умели возводить в степень, и цифра получалась просто невероятная. Куда там скорости света!

— Это сложно даже представить, — Майя тряхнула головой. — Как с таким противником можно сражаться?

— Все верно, его мощь подавляет, — королева восхищенно закатила глаза. — Такова сила аватара.

— Аватара? — переспросил Карик.

— Изначально был тот, кто создал наш мир, — королева словно радовалась возможности нам все рассказать. Почему? Только из-за предательства Бо или ей нравилось растущее внутри нас отчаяние? — У него не было имени, его мощь и сила была выше нашего понимания, но с ней ему было неинтересно играть со своим детищем. И тогда он создал аватара, воплощение смертной части своей души. Бесконечно сильного и могущественного, но его в теории можно было победить и по задумке создателя это должно было подарить стимул для всех живых существ стремиться к вершинам и совершенству.

Я слушал этот рассказ и узнавал путь, которым прошли почти все из нас. Каждый ведь хотел что-то изменить и направить мир вперед, и ни у одного это так и не вышло. Ни у меня, ни у остальных, ни даже у создателя всего сущего. Может, мы все делаем что-то не то? Где ошибка, которая раз за разом приводит к тому, что мир остается прежним⁈

— То есть вон то существо — это аватар, ослабленная версия самого создателя? — Кейси нарушила повисшую паузу.

— Да, и его зовут Карик, — просто ответила королева. — Он был создан, чтобы править. Вы уже поняли, что его сила выходит за пределы вашего понимания. И моего тоже! Когда меня бросили, я злилась. Считала, что раскрыла чужой секрет, считала, что смогу отомстить, а на деле… Он с самого начала все знал. Специально показал себя, дал своему слуге наказать меня за дерзость, а потом моими руками указал вам на ваше место.

В глазах королевы мелькнуло торжество, она впервые с начала разговора нашла ответы на все вопросы, и теперь в ее душе царили мир и покой.

— Это называется фатализм, — громко объявил я. — Что характерно, еще на моей Земле на заре времен додумались до этой гадости. Считать, что судьба предопределена — кажется, легкая наивность. Но из нее следует вера в свое место, покорность и готовность придумать и принять даже самое безумное оправдание абсолютно любым глупостям тех, кого ты сам поставишь выше себя.

Королева стала злиться, и по стенам из воды побежали волны.

— Думаешь, тот Карик ничего не знал? — спросил наш демиург.

— Нет, конечно. Слишком сложный план, слишком ничтожный результат, чтобы кто-то разумный стал тратить на него время. А ты… — с моей руки сорвался поток энергии поглощения и ударил в королеву, сбивая ее гнев. — Запомни! Ты на самом деле сильна. Ты на самом деле смогла незаметно оценить силу самого аватара! Это не его желание, а твоя заслуга, понимаешь⁈

Я говорил и одновременно выкорчевывал из чужой души страх и сомнение. Имел ли я на это право? А плевать! Главное, всем в итоге стало лучше. Намечающаяся драка угасла, не начавшись, а сама королева порозовела и задумалась о будущем. Если следовать пути аватара, то ей оставалось только умереть, но если поверить мне и признать свои свободу и силу… Это было сложно, но волнующе.

Думаю, надо дать ей время. Я махнул рукой, предлагая всем выбираться из водного подземелья. Время быстрых нападений на другие миры прошло. Мы сделали то, что хотели. Узнали личность врага, узнали даже предел его силы, теперь нужно было только придумать, как с этим бороться. А еще отдохнуть.

— Кот… — когда мы вышли на балкон водного замка, Карик подошел к окну и с усмешкой обвел взглядом сотни бассейнов и термальных источников, раскинувшихся на его дальнем склоне. — А ты знал, что тут все будет именно так? Идеальное место, чтобы сделать паузу.

— Просто случайность. Давай хотя бы ты обойдись без фатализма, — я улыбнулся.

В замке камня воды действительно хотелось задержаться. И как же символично все выглядело. С одной стороны высоченных синих стен еще клубился дым от недавней бойни, а с другой… Были только мир, тишина и успокаивающие теплые пузырьки.

— Что думаешь об аватаре? — Майя сидела напротив меня в горячем источнике, между нами плавал столик с закусками, а идущий от воды туман прикрывал от посторонних глаз.

— Мне интересно, как его судьба повлияла на нашего Карика, — ответил я. — Насколько он был свободен на пути к своему текущему месту в мире или по-другому и быть не могло?

— Боишься и сам стать фаталистом, поверить, что все истории уже написаны, и мы просто отыгрываем когда-то давно утвержденные и согласованные роли? — Майя шутила и в то же время она боялась услышать от меня «да».

— Даже если и так, сейчас это принципиально ничего не меняет. Наш Карик не связан с тем. Тот Карик –аватар — сам по себе. Их личности определяются совершенно разными путями, что они прошли, и поиск общего и попытка выстроить аналогии лишь запутает нас. И тогда единственное ценное, что мы узнали сегодня — даже бывшие создатели всего сущего не могут ничего изменить.

— Опять судьба?

— Нет, просто способы, которыми мы пользоваться не будем. Понимаешь… — я попробовал объяснить. — Мы ведь уже защитили наши миры. Всё, соседи к нам больше не сунутся. Даже аватар постарается не трогать нас как можно дольше, чтобы мы тихо и мирно стали частью его мира, его истории… И так ли это плохо? Ради чего я завтра пойду дальше?

— Мы пойдем, — поправила Майя, не отрываясь от бокала с вином. — Так ради чего? Уверена, Кейси с Кариком сейчас говорят почти о том же. Нам всем нужна причина, для чего стараться, для чего рисковать жизнью.

— Думаешь, они смогут что-то придумать? — я сам не заметил, как в моем голосе проснулась такая детская искренняя надежда.

Майя расхохоталась:

— Возможно, но… Они молоды в душе, они не будут особо стараться, и знаешь почему? Вовсе не потому, что нашей дочери или демиургу плевать на будущее. Нет, просто они привыкли, что рядом есть ты, и ты умеешь находить эти цели лучше других. И так думают не только они… Не знаю, ощущаешь ли ты мысли наших воинов. Что старенькие, что новенькие — они сейчас не спят. Ждут. Ждут твоих слов. Ждут, чтобы поверить и чтобы мир вокруг снова стал таким простым.

Вроде бы и приятно, но в то же время и неправильно.

— Что думаешь о силе аватара? — Майя нарушила повисшую паузу. — Ты так уверенно заявил, что он нас не тронет, но… С такой разницей в возможностях я бы точно не удержалась.

— Если честно, мне кажется, что разница между нами не так уж и велика, — ответил я. — В водной комнате мы оценивали только скорость, и то… Где гарантии, что сила королевы влияла на защиту аватара без потерь? Чем тот сильнее, тем меньше воздействие и меньше разница в итоге. А еще! Мне кажется, что разница между нами определяется далеко не только скоростью. Что, если наша энергия просто находится в разном агрегатном состоянии? Как с той же водой. Сколько сил нужно, чтобы раздвинуть ее в стороны в твердом виде и сколько в жидком? Или поднять в газообразном или любом другом состоянии? Небо и земля.

— Это только догадки, — возразила Майя.

— Согласен, — кивнул я. — Но еще это и направление, в котором мне бы хотелось покопать.

— Появились идеи?

— Я пока не уверен. Помнишь, с чего все началось? — спросил я.

— Конечно, — на лице Майи появилась мечтательная улыбка. — Еще в будущем. Ты обманул весь мир, заставил считать себя злом, а мы просто жили. Ты, я, Кейси. Наверно, это был самый счастливый год…

Я тоже помнил каждую минуту, что мы тогда провели вместе.

— Именно! Я заставил всех объединиться против меня. Почему-то казалось, что это поможет все изменить. Людскую природу и божественную суть, но тогда не получилось.

— Тогда? То есть ты считаешь, что просто не дожал?

— У меня было две попытки, — я попробовал объяснить, как вижу свое воздействие на мир. Сразу все, целиком. — Во второй раз я постарался изменить систему, добавил новую силу и миры, но появление аватара разрушило задумку еще до того, как она была доведена до конца. Вот только… Будем честными, это лишь ускорило процесс, показало, что будет, когда найдется тот, у кого есть желание и возможности считать себя лучше других.

— Согласна. Когда мы стояли в круге изменения, это все казалось сказкой, а потом… Охотники, королевы, рабы. Счастья точно не стало больше.

— И поэтому я хочу вернуться к первой идее: изменить для начала не мир, а людей. Знаешь… — я не мог подобрать слова, чтобы объяснить, а потом почему-то вспомнил свою родину. — У меня на Земле была страна, которая решила прогнать всех аристократов, чтобы простые люди сами вершили свою судьбу.

— Страна, где все равны? — Майя усмехнулась. — Что может быть лучше, чтобы беспринципные воспользовались этим лозунгом и пролезли наверх. Сколько она продержалась, год?

— Почти сто лет, — ответил я под удивленным взглядом своей жены. — Мы, люди, иногда умеем мечтать и держаться за свои мечты.

— Три поколения, что смогли побороть свои инстинкты и природу ради идеи, ради будущего, это вызывает уважение, — от голоса Майи, мечтательно прикрывшей глаза, у меня побежали мурашки по спине. — Не знаю, смогла бы я так. И ладно бы весь мир изменился вместе со мной, но когда вокруг есть другие, что живут по старым правилам, что готовы рвать тех, кто решил, будто он уже не такой… Свои, чужие…

Майя махнула рукой.

— Ты правильно сказала: пока есть те, кто живет по-старому, перейти дальше будет сложно. Нужен большой скачок, один резкий глобальный переход, и только тогда будет шанс все изменить. Одного образа злодея-затворника для этого оказалось мало…

— Ты ведь и сейчас уже начал пробовать снова воплотить эту идею! — неожиданно осознала Майя. — Наше вторжение — это не просто разведка, это проверка реакции других миров на тот старый прием. И как тебе?

— Не понравилось. Слишком слабо, — честно ответил я. — Что наша реакция на аватара, что его слуг на нас. Да, и мы, и они смогли собраться, но кроме разрушения миров это ничего не принесло.

— И что? — Майя резко отодвинула плавающий столик и приблизилась ко мне. — В твоем старом мире не было ничего, что могло бы подсказать, куда двигаться? Одного человека, который спас сразу всех?

Глупый вопрос и в то же время очень умный. Очень опасный.

— Мне надо кое-что проверить, — я поцеловал Майю.

— Надолго уйдешь? — она сжала меня в объятиях, не желая отпускать.

— Возьму три дня, как в прошлый раз.

— Думаешь, это число приносит тебе удачу?

— Еще скажи, что это моя судьба, — я тяжело вздохнул. — Предупредишь остальных? Если они все равно ждут, то пара дней ничего не изменит.

— Тебе точно не надо составить компанию?

Майя разжала руки, отодвинулась и пристально уставилась на меня. Я смотрел на нее и очень хотел сказать «да», вот только… Если я доведу до конца свою задумку, она может стоить жизни любому кроме меня.

— Просто не прекращай ждать, что бы ни случилось, — попросил я.

— Собираешься рисковать жизнью, — Майя сначала неправильно все поняла, но потом вспомнила, с кем имеет дело. — Нет… Хочешь провести какой-то эксперимент? У тебя появились не только идеи, но план, как можно их проверить. Опасный.

— Как всегда.

— Если умрешь, можешь не возвращаться!

Я сжал кулаки. Только бы не потекли слезы, только бы не показать, как все на самом деле серьезно.

— Главное, помни: что бы ни случилось, мы всегда сможем быть вместе. Люблю! — я договорил и исчез.

Энергия воды внутри горячего источника была совсем не заметна, так что я открыл туннель и сбежал. Не самое храброе решение, но… Иначе, боюсь, от моей решимости уже скоро ничего бы не осталось, и я бы просто вернулся назад.

Слишком рано. Время Кота еще не вышло!

Мои перемещения так никто и не смог засечь, и через десять минут я открыл проход уже в другой мир. Мне нужен был замок королевы огня, с которой мы разобрались два дня назад. Я вышел в небе над еще дымящимися развалинами, а потом, приметив пятно тронного зала, аккуратно спланировал прямо на красно-черные, отлитые из застывшей магмы плиты.

Неприятно возвращаться. Особенно туда, где ты прошел как победитель и оставил после себя только боль и разрушение. Внутри что-то сжалось. И ради чего все это было? Я прогулялся вдоль стен королевского зала. На трон было плевать, а вот остальное — когда-то стены покрывали величественные картины, а теперь все стерлось. Пламя жалось в глубине камня и боялось показаться.

Я прижал к нему руку. Местное пламя утратило волю, но у меня было и свое.

Камень Гатс. Я выпустил энергию поглощения.

Камень Басё. Я изменил ее на огонь.

Пламя какое-то время собиралось вокруг моей ладони, а потом резко бросилось во все стороны, охватывая весь замок. На короткое время стены снова ожили, забытые рисунки начали двигаться. Огонь грел, освещал, а еще…

— Покажи мне путь! — попросил я, а потом повторил движение энергии изменения, что использовала королева воды.

У нее был зал своей стихии, и я подумал: а не было ли такого же у соседей? Вот только если вода замедляла движение энергии, помогая раскрыть ее секреты, то огонь должен был ускорять… Догадка? Глупая вера в баланс и единство стремлений? Да! Вот только разве не с этим я хочу бороться? И пока не достиг успеха — таким и будет мир вокруг.

Пламя разошлось в стороны, а вслед за ними и стены. В полу передо мной открылся проход, в котором, казалось, не было ничего кроме бесконечного огня. Вот только я уже видел такую же яму с водой, и войти в нее было совсем не сложно.

— Я иду с миром, — тихо предупредил я пламя, а потом шагнул вперед.

Было горячо, но я поглощал часть этого жара, другую часть и вовсе превращал в свою энергию. Огня становилось все больше и больше, хотелось сбежать, остановиться, но я знал, что смогу. Быстрее, еще быстрее! Я поглощал и обращал: уже не пламя, а чистая энергия клокотала внутри меня, а потом все разом кончилось.

Огонь исчез. Я просто стоял на нижних ступенях широкой лестницы, а передо мной открывался красивый подземный зал с текущей по стенам лавой. А еще тут были люди. Женщины и дети, почти два десятка обитателей замка королевы огня, смотревшие на меня огромными испуганными глазами.

Глава 23

План Атона

— Кто вы? — я обвел взглядом замершую вокруг меня толпу.

Они молчали, и только еле слышные шепотки и мысли летали среди всклокоченных рыжих волос обитательниц мира пламени.

— Это Кот!

— Кот-убийца! Пожиратель пламени и детей!

— Нам не сбежать, он сожрет еще и наши души!

— Кто вы? — повторил я свой вопрос. Может, им не хватает конкретики? — Как вы тут оказались?

Сработало. Моя ошибка: полез с экзистенциальными вопросами, когда у дам стресс.

— Нас спрятала королева, — затараторила одна из красноволосых. — Когда поняла, что замок будет уничтожен, она собрала всех детей в замке. Ну, и нас, служанок, кто оказался рядом, за компанию и заперла здесь. Сказала, чтобы мы становились сильнее, и тогда мы сможем открыть проход наружу и отомстить за нее.

— А теперь вы нас убьете? — маленькая девочка с коротким каре сделала шаг вперед.

Я смотрел на нее и думал, как же все сложно. Та же королева огня была сволочью. Бесконечно жадной и жестокой, которая выкачивала из соседних миров энергию и жизни. Ей было плевать на тысячи и миллионы смертей там, но в то же время в последние секунды жизни она думала не о власти, не о себе, а об этих детях. С другой стороны, может, зря я ее оправдываю, и это просто месть? Я выпустил наружу энергию камня Гатс, собирая крохи эмоций, мыслей и желаний, что остались в воздухе. От детей, от окружающих их служанок, от королевы, которая заперла их тут…

В голову начали втягиваться короткие бессмысленные импульсы, которые все вместе, впрочем, помогали понять общую картину. Радость от спасения и ужас заточения рядом с маленькими монстрами — это служанки. Страх и бесконечная решимость идти до конца, даже если для выживания и сохранения ресурсов придется пролить чужую кровь — это были милые девочки. Кто-то из них еще не решил, что делать дальше, но другая половина уже расписала очередность, в которой будет убивать остальных. И старшие, бесполезные служанки, шли первыми в списке. Мясные консервы, которые по своей милости и мудрости оставила им мать-королева… Я поморщился, а потом добрался до последнего, еле заметного, пласта информации.

Возможно, раньше я бы не смог обработать столь тонкие проявления энергии, но когда я пробирался сквозь пламя, то стал немного быстрее… Я снова сосредоточился только на мыслях. Королева была в ярости, она жаждала мести и собрала тут детей, чтобы те стали ее воплощением. Но это было не все. Если бы это место не нашли, то за пару сотен лет внутри бы выросла единственная выжившая убийца, сумасшедшая и безумно сильная, которая должна была привести в исполнение когда-то давно вынесенный приговор. А если бы я пришел — она учитывала и такое… Тогда две девочки должны были попытаться стать моими слугами. Верно следовать за мной, защищать, становиться сильнее, чтобы однажды часть личности королевы, заложенная и растворенная в пламени их душ, смогла вернуться к жизни.

— Бесконечный страх смерти и жестокость, — тихо сказал я вслух, и окружившие меня люди вздрогнули.

Я сжег остатки королевы. Чем бы ни закончилась эта встреча, этому ее плану уже никогда не сбыться.

— Мы готовы служить тебе, верой и правдой, до конца, — на меня смотрела одна из зараженных и вылеченных девочек. И ведь она на самом деле верила в свои слова, королева огня специально выбрала такую, чтобы обмануть меня с помощью правды ее слов и мыслей.

— Только смерть и жестокость, — я покачал головой. — Вы слишком слабы, чтобы это изменить. Я? Я что-то могу, и поэтому вы будете жить. Бегите… И попробуйте на мгновение задуматься, чего хотите вы сами. Не что вам вбивали в головы всю вашу жизнь, а какое ваше личное самое сокровенное желание. Не простое, а самое главное, ради которого можно стереть ноги и руки в кровь разбить. Бегите и думайте! Пойдете ли вы по пути смерти и жестокости, который вам уготовили, или же в вас наберется достаточно силы воли, чтобы остановиться.

— Господин Кот, что вы имеете в виду? Вы столько всего наговорили, — одна из служанок растерянно уставилась на меня.

— Не самая умная, но самая добрая. И первая в списке на смерть, — после моих слов часть девочек, чьи мысли были раскрыты, вздрогнули. Служанка же ничего не поняла. — Если вы не увидели смысла в моих словах, ничего страшного. Значит, еще не время, просто бегите. Потом вспомните и подумаете над услышанным, когда станете мудрее. А пока…

— Просто бежать, я поняла, — служанка быстро закивала, а потом замахала руками тем, кого считала своими воспитанницами. — Быстро! Уходим! Наверх!

Я читал ее мысли, и в этот момент она была счастлива. Что все девочки будут спасены, что она сможет о них заботиться и дальше, что завет королевы не окажется забыт. Возможно, иногда неведение и глупость — это благо.

Я смотрел, как по лестнице уходят, возможно, мои будущие враги, но сейчас не мог поступить по-другому. Убить ради дела — да, но просто так, когда я еще даже не решил, что будет дальше — точно нет. Неожиданно одна из девочек остановилась, ее тусклый немигающий взгляд уставился на меня. Первая, как я назвал ее про себя — сильнейшая среди тех, кто оставался тут. В ее сердце, когда я читал отражение ее энергии, не было ни капли жалости, но сейчас она стояла и смотрела на меня, словно на что-то решаясь.

— Тебя зовут Кот? — спросила она.

— Да.

— Ты говоришь, что нам нужно делать то, чего мы сами хотим?

— Да.

— Чем ты тогда отличаешься от старой королевы? Она тоже была совсем не против, когда я убивала.

— Тем… — у меня на лице появилась грустная улыбка. Каких же монстров я сейчас отпускаю. — Я отличаюсь тем, что я верю. На самом деле вы способны на что-то большее, вот и все.

— Не убивать, а покорять страхом?

— Еще больше, — я не мог понять, серьезно ли она говорит или пытается шутить. Проверил мысли, вроде бы эта девочка на самом деле пыталась думать не так, как раньше. Интересный поворот. Гнев и сила привели ее к такой гордыне, что она не хотела верить, будто может с чем-то не справиться.

— Подчинять себе народы величием духа, как ты?

— Еще больше. Подумай, что будет еще сложнее? — мне стало интересно, к чему она придет. — Что, вообще, самое сложное?

— Не подчинять? Быть сильной, но не использовать силу, — девочка задумалась. — Знаешь, Кот, это звучит как глупость. Ты глуп?

Она неожиданно пришла в ярость, хоть и сдерживала себя. Это было так странно — видеть, как человек передо мной борется и… побеждает.

— Нет, ты не глуп, — девочка ответила сама. — Я подумаю над тем, что ты сказал.

— Как тебя зовут? — неожиданно мне стало интересно.

Мне было плевать на имена королев, попирающих миры и подчинивших себе камни изменения, которые еще недавно были намного сильнее, чем я сам… Но вот эта девочка меня заинтересовала. Она напоминала мне одну старую знакомую, но так ведь не должно быть? Она просто не могла родиться так рано.

— У меня нет имени, только номер, — ответила девочка, а потом с интересом уставилась на меня. — Может быть, ты его мне дашь?

— Медея, — тут же вырвалось из меня. Не хотел, но… Она была так похожа.

— Медея, — девочка словно пробовала имя на вкус. — Хорошо, мне нравится. Пусть это станет старшим именем для всех моих потомков. Ты же пришел из будущего, Кот? Вот, возможно, мы еще встретимся, и уже не ты меня, а мой потомок будет наставлять тебя на правильный путь!

Она захохотала и убежала, не веря в свои слова. А я стоял, раздавленный ими… Вот передо мной только что был пример того, что судьбу можно изменить, что можно стать человеком, даже если ты последний убийца, чья судьба лишь в крови и смертях, но… Глупое имя и глупые слова все испортили. Ведь если передо мной на самом деле стояла предок Медеи, то, получается, все это не чудо, не доказательство того, что все возможно. Просто судьба? Я сам сотворил ту, с кем должен столкнуться в будущем. И сколько раз уже подобное случалось раньше?

Внутри вспыхнула ярость, и я не пытался ее удержать. Она-то мне сейчас и была нужна.

Я пришел сюда, чтобы открыть секреты тайного зала огня, чтобы стать быстрее, но кроме пленниц тут ничего не было. Я проверил, просканировал каждый камень в кладке, каждую каплю пламени, пытающуюся скрыться от меня в толще стен. Что ж, иногда секреты и не нужны!

Подойдя к стене, я коснулся ее снова, вызывая пламя в проходе, а потом шагнул в него. Яркое, горячее, смертельно опасное — оно уже помогло мне почувствовать свою энергию и сделать ее быстрее, так почему бы не продолжить⁈ На этот раз я не собирался ничего отключать, наоборот, сливал всю лишнюю энергию обратно в систему защиты, чтобы та еще лучше пыталась меня достать. Сильнее натиск, сильнее я. Не тайное знание, но тоже способ стать сильнее. Мне было это нужно, чтобы двигаться дальше, чтобы довести до конца то, что я начал.

Я провел в потоках огня почти сутки. За это время бесцветная энергия каждого из камней стала намного быстрее, а потом случился прорыв. Если раньше мне приходилось разгонять энергию камней изменения, то теперь она просто была сразу в нужном месте. Все равно медленнее, чем это получалось у аватара, но теперь наш разрыв уже не казался таким невероятным. Еще час пришлось потратить на то, чтобы научиться управлять новой силой. Причем главная сложность была не в ней самой, а в моем разуме. Нужно было думать не так как раньше, чтобы подстроиться под изменения: забыть про движения, представлять сразу результат…

В тронном зале надо мной раздался грохот, а потом чья-то неизвестная энергия пробила проход прямо ко мне. Причем незнакомец не использовал огонь, только грубую силу. Мощную, резкую, холодную — ей было не место рядом с пламенем, но оно ничего не могло с ней поделать.

— И кто тут? — я не стал терять время и сразу ударил в ответ. По-новому! Энергия поглощения не летела от меня, она сразу возникла вокруг цели и даже внутри нее, а потом только и оставалось, что добавить немного хаоса в привычный для чужака баланс. Любой обладатель камней изменения после такого на время лишился бы возможности их использовать, но незнакомец… Только сплюнул кровью.

— И это все, на что способен великий Кот? — поприветствовал он меня, и я узнал этот голос.

— Арико Хо? — я точно не ожидал его здесь увидеть. А уж учитывая его странную силу, надо было срочно проверить одну догадку. — Неужели твой учитель настолько стар и глуп, что верит в победу надо мной?

— Учитель не может ошибаться, — ответил мой бывший товарищ по испытанию демиурга. Мы уже сражались друг против друга, но сейчас все было по-другому. Я не чувствовал ни желания отомстить за семью, ни желания выполнить приказ нового хозяина, нет… Лишь холодная уверенность, что только так и должно быть, и она просто уничтожала любое проявление моей силы.

Так не должно быть. Не бывает абсолютных способностей, но Арико, став учеником-героем Атона, одним своим существованием нарушал это правило. Он словно предлагал попытаться достать его, убить как можно быстрее — нестерпимое желание. И именно его яркость заставляла меня, наоборот, держаться настороже. Я и вовсе прекратил атаки, вместо этого направив все свои резервы на изучение чужой силы. Поглощение, попытка превращения, передача энергии всех доступных мне камней для проверки возможных реакций, ментальные атаки… Я использовал весь свой арсенал, и, кажется, начало наклевываться что-то интересное.

— Нападай! Нельзя ждать! Он почти все узнал! — за спиной младшего Хо раздался крик. Сарика.

Я слышал, что Старуха убила ее, но нет, повелительница Гнили смогла вернуться. Бледное лицо, черные круги под глазами — было видно, что ее тело пока далеко не на пике, да и ее способности сильно отставали от моих нынешних врагов. Обычная Гниль не смогла пробиться дальше Арико, легкое поглощение знака Гатс в воздухе растворяло ее без следа и шанса на успех.

— Ты же помнишь, мы должны просто следовать судьбе, чтобы победить, — Арико повернулся к своей спутнице, и в его глазах на мгновение мелькнуло что-то живое.

— Он знает! — Сарика полыхнула страхом.

Вот кому хотелось оказаться как можно дальше отсюда, но она все равно не уходила. Ради того, кто вернул ее с того света? Не думал, что повелительница Гнили может рисковать всем из какой-то благодарности. Или это тоже судьба, в которую они так верят? Я поймал обрывки мыслей и желаний, сложив из них картинку недавнего разговора. Атон и Арико, вернувший свою бывшую госпожу и любовь… Старый демиург привычно изображал лживые улыбки, но каждое его слово несло в себе отпечаток силы.

— Ты герой, чья судьба — убить Кота, и я вижу то, как это может случиться. Единственный вариант, которому будет помогать сама судьба. Три… Ее защита поможет тебе пережить три любые атаки, а потом он проиграет. Не знаю как, но стоит ему атаковать тебя три раза, и все. Иди, ты же знаешь, где его найти!

И Арико действительно знал. Он видел образы огня и замка, а тропы между мирами сами открывались перед ним, стоило только позвать. Его действительно вела судьба. Победить врага, уничтожить зло, которое превращает миры и семьи в пепел, а потом вернуться к Сарике. Он спас ее, она снова жива, и они снова будут вместе.

Я чувствовал, как Атон убедил Арико оставить Сарику дома и не брать с собой, но молодой Хо в итоге нарушил данное обещание. Он не хотел даже на время расставаться с той, что стала смыслом его жизни. Решение появилось мгновенно, но после маленькой Медеи мне еще больше, чем раньше, не хотелось идти на поводу у судьбы. Она привела Арико, чтобы тот победил или проиграл, но я хотел найти третий путь!

— Арико, — я отозвал энергию камней изменения. Я не хочу верить в судьбу, но, если ей нужны три атаки, будет надежнее до них не доводить. — Может, остановишься? Серьезно, ты хочешь убить меня просто потому, что кто-то сказал, будто так должно быть?

— Чем эта причина хуже других? — младший Хо следил за каждым моим движением.

— Тем, что она не твоя. Как она поможет тебе создать новую семью? — я кивнул на Сарику.

— Не смей угрожать ей! — Хо все понял по-своему.

— Или твоя старая семья, — я все равно продолжал. — Ты знал, что недавно ваш род лишился всех старейшин? Если вернешься, станешь главой. Возможно, за тобой сразу и не пойдут, но вокруг хватает неприятностей, чтобы ты сумел показать свои силу и мудрость.

— Он все еще считывает тебя! — Сарика снова закричала. Ей совсем не нравилось происходящее, понимаю. Вот только она сама еще не осознала до конца, какой, если судьба на самом деле существует, у меня единственный способ выпутаться из этой ситуации. Если Арико не остановится.

— Мне не нужен род, — парень покачал головой, но хотя бы прекратил говорить лозунгами. — Они отказались от меня, когда были нужны. Никто не пришел. И ты, Кот, тоже не пришел!

— Не знаю насчет рода, но меня ты ни разу не просил о помощи! Как бы я узнал?.. — я сказал это и понял, что вру. — Не так… Я слышал о том, что Старуха сделала с тобой, но не стал искать. Это был мой выбор, мое решение о том, что важнее, и до тебя дело так и не дошло. Но, если бы ты пришел сам, я бы не отказал в помощи. И ты знаешь это, иначе сейчас не стал бы меня даже слушать.

— Думаешь, я тогда соображал? — Арико горько усмехнулся.

Внутри меня все сжалось. Опять это ощущение неправильности. Мои решения, о последствиях которых я даже не думал. Они разрушали чужие судьбы… Но можно ли было поступить по-другому? Или попытки сделать мир лучше не стоят того, и цена всегда будет выше? Может быть, это мой урок, который мироздание пытается раз за разом вбить мне в голову.

— Мне жаль тебя, — честно ответил я. — Но каждый сам творит свою судьбу, и я не буду принимать на себя ответственность за тебя. Разве не ты сам отказался сражаться со мной вместе, не ты вступил в союз с Сарикой, не ты бросил вызов Старухе и проиграл? Она могла убить тебя, но дала шанс. Глупый, жестокий, но твой.

— Я не сомневался, что так и будет, — Арико расхохотался. — Вот он каков на самом деле великий Кот! Просто трус, который только и может говорить, что о мире или справедливости для всех, а когда доходит до конкретных людей, которые будут за это расплачиваться, он бежит в сторону. Трус! Слабак! Двуличная сволочь! Именно поэтому я пришел сюда, чтобы твои гнилые речи и слова больше не сломали никому жизнь!

Арико верил в то, что говорил. Он даже во многом был прав.

Глава 24

План Кота

— Я видел конец света, — я смотрел Арико в глаза. — Я видел, что будет, если ничего не изменится. Если мы не изменим. Все так или иначе умрут.

Правильные слова, вот только не здесь и не сейчас.

— Все умрут, это так, ведь мы — люди или боги — все смертны! — ответил молодой Хо. — Так будет ли это оправданием любым гнусностям, что творили злодеи во все времена? Я считаю, что нет!

Арико говорил и шел ко мне. В его правой руке был сжат меч, его окружала защита, которой было плевать на любые мои атаки, но… Я уже придумал, как с ней справиться, я знал, что могу победить, но в то же время не решался это сделать. Слова Арико разили гораздо лучше, чем холодная сталь или любые самые кровавые и жестокие способности. Используй он хоть каплю силы, и мне стало бы легче, но ее не было. Только слова, только правда.

— А я ведь видел твою башню Истины, Кот, — продолжал Арико. — Я видел, как внутри ходят исковерканные души тех, чью судьбу ты разрушил, превратив в отражения себя самого, решив, что имеешь право. И башня плачет… Такому, как ты, это не услышать, но я чувствовал. Она рыдает от того, как ты издеваешься над ней, как подчинил истину обману сам и делаешь то же самое с другими.

Арико остановился уже в шаге от меня, его меч уперся мне в грудь. Обычная сталь на первый взгляд, но я знал, чувствовал: если именно Арико проткнет мне сердце — это будет конец. Один шаг, одно движение… Стоило только признать свою вину, даже меньше, стоило не сказать «нет», и все было бы кончено. Иллюзия легкого решения, которое на самом деле гораздо тяжелее любого другого.

— А вот здесь ты прав, — я смотрел прямо в глаза Арико. — Я иногда творю страшные дела, которые сам не смог бы простить другим, но… Я не бегу от этой ответственности. Если ты или твой учитель думали, что я соглашусь умереть из чувства вины перед прошлым, отказавшись исправить это в будущем, то вы… Просто идиоты!

— Не смей! — зарычал Арико.

— Рано! — заорала повелительница Гнили. К чести девушки, у нее мозги сейчас работали лучше, чем у парня. — Три удара, он еще их не нанес!

— Неважно, — Арико пер напролом. — Он это чувствует, я это чувствую — ему не выжить после моего удара. Не сейчас, когда я — это оружие самой судьбы.

— Пожалуй, хватит, — я махнул рукой и сделал шаг назад. — Так и не смог понять все грани твоей силы, но одно точно. Раз твоя мощь так велика, то и ограничения будут не меньше.

— Хватит болтать! Умри! — Арико попытался достать меня, но я успел раньше.

Прав был Атон, когда говорил оставить Сарику дома. Старый хитрец точно понял, что в ней и скрывается способ обойти правила. Понял, но не говорил, чтобы не дать подсказку мне, если я прочитаю мысли молодого Хо. К счастью, до такого я могу додуматься и сам. Все это время я медленно и незаметно, слой за слоем, подчинял себе Сарику. И вот, когда я подал ей знак, она просто сделала шаг и снесла голову своему спасителю. Со спины, он не успел ни обернуться, ни защититься.

— Это нечестно, — глаза Арико обиженно расширились, а потом замерли. Очередной непобедимый герой пал из-за женщины. Почти Аттила!

— Это нечестно, — шептала Сарика, и в ее глазах зарождались нотки безумия, так похожие на те, что я когда-то видел в будущем.

Опять? Опять, даже уничтожив убийцу судьбы, я иду у нее на поводу? Мелькнула мысль, что у меня есть коса, Сарика беззащитна, и вот он способ оборвать нить предопределенности. Нет! Как я сказал, порой я творю ужасные дела, но только когда это мое решение, а не бегство от чужого. Тем более… Смерть Арико могла стать не концом, а началом.

— Мне еще потребуется твоя помощь, — я ослабил нити ментального контроля над повелительницей Гнили, но не стал убирать их полностью.

— Зачем? — кажется, Сарика удивилась.

— Ты же не думаешь, что вы единственные убийцы, которых Атону удалось привлечь, — я широко улыбнулся. — Я, знаешь ли, решил собрать их всех.

— Убийцы судьбы — это не игрушка! Тебе повезло один раз, но так не может продолжаться вечно! — голос Сарики сорвался.

— Почему ты так веришь в эти игрушки Атона? — я с интересом посмотрел на девушку. — Уж кто-кто, а ты должна была догадаться, на что они так похожи.

— Я… — Сарика задумалась.

— Да, ты. Я вот тоже чуть не совершил ошибку: поверил, что Атон так ловко подчинил себе силы самой судьбы. А потом просто вспомнил теней и их повелителя.

— Враг демиурга и смерти, который сводит на нет их силу, но в то же время любой обычный бог может его победить… Действительно, похоже. Вот только Арико не просто мог тебя убить, он еще и нашел тебя в мире, где ни разу не был. Как ты объяснишь это?

— Связь между силами, — я все еще не видел ничего невероятного, выходящего за уже известные рамки.

— Тогда… — Сарика все поняла. — Зная о том, что есть еще убийцы, ты будешь тянуть за ниточки связи, находить их, а я… Я буду твоим обычным богом, чтобы срубать им головы?

— Точно.

— Если все так просто, — Сарика вздрогнула, — зачем ты убил моего Арико⁈ Мог бы оставить его! Мне! Как награду!

Я на мгновение замер. Сейчас было бы проще всего рассказать о созданном Майей изменении, о том, что любого мертвеца теперь можно вернуть, стоит лишь захватить башни Жизни или Смерти. Я мог бы даже дать обещание попросить Карика или Кафру, если она разберется со Старухой, сделать для меня одолжение, но… Я слишком много менял личности людей и богов в последнее время и поэтому научился видеть подобные изменения в других.

— А ты уверена, что он все еще был твой? — спросил я. — Я ведь видел его мысли, от старого Арико там осталась только оболочка, чтобы соответствовать требованиям к герою, а внутри… Его выжгли и перекрутили, и то, что он, несмотря на это, смог не забыть тебя — это единственное настоящее, что в нем оставалось. Но и оно продержалось бы недолго.

— И все же он не забыл, — Сарика смотрела мне в глаза. — Должен был идти сражаться с тобой, но спасал меня. Его гнали и судьба, и Атон, а он не забыл, не бросил. Неужели ты не понимаешь?

Безумие, которое до этого еле заметно тлело в глазах Сарики, на мгновение угасло, а у меня по спине пробежали мурашки. Я ведь уже списал ее… Представил, как она поможет убить других героев, как это ее окончательно доломает и превратит в ту Сарику из будущего. И я уперся в два варианта: либо следовать предначертанному, либо убить. Хотя был и еще один.

— Ты веришь, что маленькой части его настоящего «я» хватит, чтобы победить все остальное, разгореться в пламя, и эта вера помогает тебе самой не сломаться, — я говорил и думал.

Змеи, рабы охотников, Сарана — я менял других людей. Со стороны, как сказал Арико, правил под себя, но на самом деле пытался убрать чужое и оставить их настоящих. И вот передо мной оказалась парочка, которая пыталась сделать то же самое. Сами с собой, без какой-либо чужой помощи, скорее вопреки тем, кто оказался рядом — и я чуть было не списал их. Не поверил, что такое возможно без меня. Гордыня? Наверное. Но и шанс, что люди способны на гораздо большее, чем мы от них ждем. Не когда-то в прошлом, герои и титаны, а здесь и сейчас, обычные мужчины и женщины.

— Я был не прав, — я еле заметно склонил голову. — Спасибо, что помогла увидеть.

Сарика растерянно замерла. Кажется, несмотря на весь огонь в ее словах, она не верила до конца, что сможет заставить меня отступить. Обычно без веры в успех победы не бывает, но будем считать, что ей повезло.

— И что дальше? — Сарика смотрела на меня.

— Как ты и предлагала. Сделка, — я протянул ей руку. — Ты поможешь мне убить еще немного героев, я верну тебе твоего Арико. Тем или иным способом.

— Тем или иным? — Сарика напряглась. Еще бы, формулировка получилась довольно спорная.

— Не могу рассказать тебе весь свой план. Более того, на определенном этапе мне придется от тебя избавиться, но в итоге я сдержу слово, — моя рука висела перед девушкой.

Неожиданно та решилась и крепко сжала ее.

— Кот, а когда ты последний раз давал кому-то слово? — на ее лице появилась улыбка, а я растерянно почесал голову. Прямо так, чтобы не просто сказать, а именно пообещать — действительно, очень давно я так не делал. Эх, на что только не пойдешь, чтобы захватить мир.

Тело Арико мы похоронили, а вот голову я оставил. Судьба, биология, магия — можно было называть это как угодно, главное, результат. Даже сейчас она работала, частично ограничивая мою силу. Чем я и воспользовался, проведя еще сутки в огненной ловушке с утяжелением. Получилось еще немного ускорить энергию камней изменения и, прежде всего, отточить до автоматизма привычки с ней работать.

Хорошая вышла тренировка, хоть и пришлось делать в ней перерывы. Периодически мне удавалось установить связь с одним из подготовленных Атоном героев, потом я открывал проход и пускал по его следу Сарику. Два раза она вернулась вся в крови, два раза обошлось без серьезных ран, один раз ее почти убили, и мне пришлось прыгать следом и помогать, но в итоге количество тел героев судьбы у меня в запасниках существенно подросло. И вот пришло время двигаться дальше.

— Запомнила все? — я закинул Сарику в изнанку Света и дождался, пока она прикроет себя колонией Гнили.

Неожиданная комбинация сил плюс уникальная стихия — были неплохие шансы, что мою спутницу до последнего никто не заметит.

— Помню, — вздохнула та. — Сижу, молчу, не подаю признаков жизни.

— И так до тех пор, пока?..

— Не услышу кодовое слово, — покорно повторила Сарика. И опять вздохнула.

Ничего страшного, пусть изображает жертву сколько угодно, главное, чтобы в самый ответственный момент не допустила ошибку. Хоть я и решил поверить в нее и младшего Хо, но… Немного волнительно на душе. Давно я не задумывал и не воплощал в жизнь ничего настолько масштабного.

Проход в изнанку Света закрылся, и я вытащил косу. Взмах, с лезвия сорвался поток энергии знака Гатс, рассекая пространство. Я с удивлением уставился на разрез, протянувшийся от земли до самого неба. Кажется, я даже не понимал до этого момента, насколько сильнее стал.

— Откройся, — неожиданно в голову пришла еще одна идея, и я, вложив в голос знак передачи силы Мистери, попросил пространство пропустить меня. Не ломился с помощью силы, а собирался взять принадлежащее мне по праву.

Несколько мгновений разрезанное пространство трепетало на ветру черными краями, расходясь в стороны и обращаясь в бахрому щупалец по краям.

— Откройся! — повторил я, выкладываясь по максимуму. Когда я понял, что у меня может получиться, останавливаться на полпути не было никакого желания.

Я по очереди пускал в ход энергию всех известных мне знаков и стихий, проход колебался, словно дверь, прогибающаяся под ударами кулаков, а потом… Я чуть не расхохотался. Если ты в своем праве, если ты знаешь, что твою просьбу просто не могут не выполнить, то к чему использовать силу? Иногда сила — это слабость.

— Откройся, — повторил я в третий раз, и края разрыва в пространстве начали светиться.

Этот свет очень быстро поглотил все черные щупальца, а потом и само пространство по краям прохода. Яркая вспышка скрыла происходящее от обычного взгляда, но я видел… Видел, как сотни самых разных энергий этого мира собираются в одну, а потом сливаются в огромные створки, и вот передо мной распахнулись самые настоящие ворота. Из одного края мироздания в другой. Я невольно представил, как было бы, если каждый проходил бы через такие ворота. Не через рваную черную щель в небе, словно вор по грязным закоулкам и трущобам, а по главной улице на самом деле прекрасного города.

Я прошел через ворота и вышел в новый мир, где мы еще не были. Передо мной стояли легионы похожих на деревья гигантов, укутанных паутиной. Они точно готовились к вторжению нашей армии, точно были готовы сражаться, неважно, за себя или за аватара, но… Распахнулись врата, которых они никогда не видели в своей жизни, а потом пришел я. И никто не решился напасть. Все просто стояли и смотрели. Права была Зашам, иногда красота — это действительно страшная сила.

— Кто ты? — снизу раздался чей-то удивленный голос.

— Кот, — ответил я, а потом рассек небо.

Откройся. Я не говорил, а просто попросил про себя, и ворота снова появились.

— Куда ты идешь? — еще один голос.

— Вперед… — кажется, если мироздание в итоге устоит, местным найдется что обсудить. Надеюсь, они придумают хороший смысл для моих слов.

На меня так никто и не решился напасть. Ни в этом мире, ни в следующем. В третьем, где мне встретились летающие живые вихри, все прошло не столь мирно. Тысячи существ слились в огромный торнадо и попытались стереть в пыль и меня, и ворота. Тут уже помогли мои тренировки в огненном проходе. Несмотря на то, что общая сила вихрей вышла за границы бесцветного уровня камней изменения, я смог спокойно поглотить и развеять ее.

Знак Гатс, чтобы унять убийственную ауру.

Знак Басё, чтобы трансформировать чужую силу в мою.

И снова Гатс, чтобы поглотить убийственные намерения живых вихрей. Дать им возможность измениться.

Теперь я не просто ощущал их, а видел. Как маленькие черные подгоревшие кусочки души. Собранная мной сила, словно вода под напором, выбивала их наружу, немного повреждая и все остальное, но… Это точно было лучше, чем перебить всех вокруг. Я охватывал врагов сразу целыми секторами, и буквально за минуту не осталось никого, кто еще хотел бы сражаться. Битва закончилась. Все резко замерли. Я ждал продолжения, оценивая результат своих трудов, вихри гудели о чем-то своем. Кажется, решали, а точно ли стоит рваться в бой до того, как я нападу сам.

«А Арико ты жалеть не стал», — откуда-то из глубины изнанки Света донесся голос повелительницы Гнили. Кажется, кое-кто не удержался и немного подглядел.

«Все из-за тебя… — я сначала решил пошутить, но потом оборвал сам себя и ответил серьезно. — Знаешь выражение „красные сапоги снимают только вместе с головой“? Хотя вряд ли. Его придумали в моем мире про тех, кто забрался слишком высоко… Таких людей нельзя было отстранить или посадить в тюрьму, они представляли угрозу одним фактом своего существования. Так и Арико. То, что я бился с ним на поражение, это не гнев или жестокость, это прежде всего признание его силы».

«Послушаешь тебя, так еще спасибо захочется сказать», — фыркнула Сарика, но было видно, что такого ответа она точно не ожидала.

Я успел пройти двенадцать миров, прежде чем меня встретили. Очередные ворота распахнулись передо мной, а с той стороны в воздухе парил Бо.

— Я ждал не тебя, — я замер напротив него. Бог Обмана не отвечал: даже он попал под впечатление от пропустивших меня ворот.

— Как ты смог их открыть?.. Впрочем, неважно! — он отмахнулся от собственных слов. — Ты пришел на чужую территорию, Кот! Ты пришел один! Как бы ты ни считал себя пупом мироздания, если тебе нечего будет предложить моему хозяину, то ты умрешь.

— Тебя только это попросили сказать? — уточнил я.

— Было еще кое-что, — Бо криво усмехнулся. — Хозяин передавал, что берет этот мир под свой полный контроль.

В тот же миг внутри моих ворот словно выключили свет, и они стали медленно растворяться под потоками шквального ветра. Казалось, весь мир вокруг сошел с ума. Буря, вырвавшиеся из-под земли скалы и потоки воды из моря — все это летело ко мне, чтобы уничтожить. В то же время мои знаки изменения потеряли контакт с окружающим пространством и превратились в бесполезные куски камня.

Все правильно, этот мир принадлежал аватару, и тот воспользовался своим правом первого. Вот только я не просто так сидел в огненной ловушке столько времени: к такой малости да после всех рассказов, чего именно стоит ждать, я точно был готов.

— Закрыл глаза? Не хочешь видеть свою смерть? — сквозь бурю донесся крик Бо. Кажется, он волнуется, что я сдался.

— Не бойся, еще ничего не кончено, — я улыбнулся. С закрытыми глазами было легче отключиться от мельтешения стихий вокруг и увидеть главное. Горящие знаки внутри сжимающейся вокруг меня ловушки.

Внешность отличалась, но суть была та же. Я не стал выпускать энергию изменения наружу, а сразу перенес ее из тела к одному из знаков. Быстрая атака, и тонны воды опали вниз, расплескиваясь новым морем.

— Как ты это сделал? — голос Бо дрогнул. О, он бы тоже не отказался выбраться из-под власти аватара.

— Позови его, — я покачал головой, показывая, что не собираюсь делиться секретами.

— Нет, сначала расскажи! — Бо повысил голос, и в тот же миг его скрутило от боли.

Воздушные вихри, что до этого пытались добраться до меня, перекинулись на него. В мгновение отключив его камни и стерев кожу до крови. Проклятье! Аватар реагировал слишком резко и быстро.

Глава 25

План Кота 2

— Прекращай, — я перекинулся на знак воздуха и стер его. Буря мгновенно утихла, и Бо вывалился наружу, тяжело дыша и плюясь кровью.

Жив? Вот и хорошо. И дело тут совсем не в том, что мне неожиданно стало жалко бога Обмана. Просто, убирая его, аватар фактически расчищал мне путь в свои главные помощники, ставя перед выбором: или соглашаться, или сражаться насмерть. Но еще было рано…

Вокруг нас продолжали крутиться знаки земли и огня, чуть задержавшегося к началу схватки, но как раз поднявшегося из недр этого мира. Чужая сила давила, и я пользовался каждым мгновением рядом с ней, чтобы понять ее, чтобы стать сильнее. Ясное дело, все свои силы и знаки я бы улучшить не смог, но мне и не нужны были все. Камень изменения Мистери, знак передачи силы — вот на что я сделал свою ставку, вот чью силу я прокачивал сквозь подчиненный только аватару мир. Раз за разом, все быстрее и быстрее!

— Ты меня звал? — фигура, окутанная туманом, появилась всего через минуту. Ставка на интерес ко мне сыграла, а бонусы в виде ускорившегося развития помогли подойти к встрече почти без потерь.

— Можешь убрать лишнее… Карик, — я не стеснялся выкладывать козыри. Аватар должен был знать, что я здесь не по ошибке.

— Узнал, значит, — туман ушел, открывая знакомое лицо.

— Королева воды записала твое появление, а потом слой за слоем сняла защиту, — я выдал очередной секрет.

Бо нахмурился, пытаясь понять, ради чего я так щедро делюсь информацией. Аватар же спокойно слушал: для него все шло именно так, как и должно было. Еще одно попадание. А я-то все думал, как бессмертное существо, которое всегда считало других ниже себя, могло испытывать к нам благодарность или опасения? Это было нелогично. И этого не было!

Итого я увидел интерес в виде самого появления аватара и безразличие в том, как он себя вел. С учетом внешности этого существа ответ просто напрашивался.

— Почему ты тратишь на нас время? — спросил я. — Из-за Карика?

— Да. Сейчас, когда время объединилось, моя копия из будущего должна стать моей частью. Для этого ему нужна сила, и ты хорошо помогаешь ему расти. Я благодарен тебе, — аватар говорил, но в его голосе не было эмоций. Возможно, он играл их, но во мне сейчас было столько энергии изменения, что я пропускал мимо все ненастоящее, даже не обращая на это внимание.

Вспомнилась Колыбель. Там тоже был Карик, готовый прийти в мир во всей мощи своей пробужденной силы — и как же все было просто. Я мог сбежать и ничего не решать. Сейчас бежать было некуда. Я смотрел на аватара и понимал: это существо либо увидит склонившиеся перед ним головы, либо уничтожит каждого, кто этого не сделает. Даже в бесконечно растущем мире не было места, где можно было от него укрыться.

— Я могу больше! — я гордо вскинул голову. — Мой текущий уровень — я взял его за два дня. Теперь, зная, куда и как идти, я смогу довести Карика до него же всего за час. Этого хватит?..

— Нужно больше, — аватар на мгновение раскрутил вокруг меня воздух.

Я даже не успел разглядеть знак, который он использовал. Видел, что он был, почувствовал, как меня сжало, а из горла вырвались потоки крови.

— Я понял, чего нужно добиться, — кивнул я.

— Сможешь? — аватар безучастно смотрел мне в глаза.

— За день!

— Если не справишься, умрешь, — Карик не угрожал, он выносил приговор.

— Он врет! — Бо не выдержал. Он чувствовал, что я не сдался, и от мысли, что я смогу победить, у него внутри все скручивалось. Кто же так не верит в своего хозяина… Аватар тоже остался недоволен, и новый водоворот подхватил на этот раз бога Обмана.

Теперь я увидел эту способность со стороны. Раньше мне казалось, что водоворот крутится с огромной скоростью, снося любые щиты, которые я пытался поставить, но на самом деле сила аватара больше походила на кисель. Она затягивала, поглощала, делала жертву частью себя.

— Хватит? — аватар отпустил Бо.

— Да, — тот был весь покрыт кровью, спина согнута в поклоне, бог Обмана был жалок и побит, но…

Я знал Бо. И даже имитация эмоции на уровне камней изменений не смогла меня убедить. На самом деле он был доволен! Вот же хитрый толстяк! Я чуть не присвистнул, осознав, что именно он провернул. Догадался, как я стал сильнее, и повторил этот путь. И заодно, как бы между делом, вернул мне должок за эту информацию — показал внешнее воплощение силы аватара.

— Рад, что ты стал прежним. Жалким, как тебе и положено, — я бросил долгий взгляд на бога Обмана. Из всех сказанных мной слов значение имела только первая половина.

— Как же ты меня раздражаешь! — Бо снова сплюнул кровью. — Ничего, мы еще посмотрим, кто нанесет смертельный удар.

Бог Обмана не остался в долгу. В его речи значение имела только вторая часть. Он действительно бросал мне вызов. Кто из нас сможет победить аватара, и все это прямо у него под носом. Действительно, вот теперь старый Бо вернулся.

Я на мгновение задумался, а что именно помогло ему обрести уверенность в себе и отбросить мелочные обиды… Но тут аватару надоели наши игры.

— Хватит, — он лениво поднял руку, и целые гирлянды из знаков изменения начали сжимать меня со всех сторон. Оковы на руках, ногах и шее. — Это чтобы ты не думал о глупостях. А теперь можешь идти. Сделай Карика сильнее и приводи сюда. Ровно через сутки. Я приду, и, если ты или он будете не готовы, не рассчитывай на пощаду.

Аватар растворился в воздухе. Бо задержался на мгновение, но потом его словно дернуло за шею, и он тоже исчез. Я снова остался один, на мне был рабский ошейник, до которого далеко даже цепям башен стихий, и в то же время я был очень доволен. Кажется, местный Карик так и не понял главного. Я приходил сюда, чтобы почувствовать его силу, чтобы получить ключ к ней, а он сам оставил мне ее кусочек. А где и для чего — это уже вторично. Если я не смогу ее подчинить, то это тем более не будет иметь никакого значения.

Я взмахнул косой, открывая проход. На этот раз не было никаких ворот — потому что я шел не между мирами. Мне нужна была изнанка, Сарика и наша добыча.

— Доставай головы! — крикнул я, как только оказался внутри. — Будем экспериментировать!

— Никакого у тебя уважения к героям, — Сарика вылезла из своего укрытия, удерживая за бороду одну из добытых нами черепушек.

Гасина сидела в горячем источнике. Рядом расположились Пламен, Борука, Тутмос и прибившиеся к их компании котята. Почти все они начали свой путь в разных мирах, лишь двое при рождении были людьми, но теперь каждый все равно предпочитал именно эту форму.

— А почему вы решили отказаться от тел из камня и тоже стали как все? — Гасина посмотрела на старшего из котят. — Из-за вашего создателя? Хотели походить на него?

— Чудесная штука, да? — немного невпопад ответил Первый, выпуская на ладони и закручивая в шарик энергию знака Басё. — Ты был камнем и — раз, стал человеком. А Кот смог сделать нас живыми еще до того, как обрел эту способность. Живыми, разумными, личностями… И, главное, он не просто нас такими сделал, он относился к нам словно мы всегда такими были.

— То есть ради него? — повторила Гасина.

— Нет, я же пытался объяснить, — Первый улыбнулся. — Кот принимал нас любыми, ему было плевать на форму, так что нам не было смысла меняться ради него.

— А чтобы он гордился?

— А как форма тела с этим связана? — улыбка стала шире.

— Тогда, может, ответишь сам? — Гасина поняла, что не может злиться. Улыбки котят каким-то образом разрушали любые проявления злости в ее душе. Особенно улыбка Первого, и ведь они вроде бы все почти одинаковые, но именно он…

— Конечно, я отвечу, — котенок разом стал серьезным. — Как только мы открыли и подчинили себе энергию превращения, а Кот показал, как с ее помощью стать человеком, мы сразу решили пойти по этому пути. Не ради уважения или силы, а чтобы… — он даже смутился. — Чтобы завести детей! Я хочу минимум троих! Остальные согласны и всего на пару, но я хочу большую семью! И теперь я могу это сделать, ты понимаешь?

Гасина почувствовала, как ее щеки краснеют. Наверно, из-за горячих источников.

— И уже выбрал себе пару? — спросила она.

— Конечно, — Первый смотрел прямо на нее.

— А она согласна?

— Когда закончится война, я обязательно спрошу, — голос котенка стал грустным. — Сейчас… Каждый из нас может умереть, и мне бы не хотелось, чтобы тяжесть потери меня мешала этому человеку.

— Думаешь, она будет грустить? — Гасина нахмурилась.

— Конечно, — быстро закивал Первый. — Она замечательная и добрая, она просто не сможет по-другому, поэтому я подожду.

— Вы такие милахи! — Пламен, которая все это время переводила взгляд с Гасины на Первого, не выдержала и полезла обниматься.

— Совсем же ребенок, — вздохнул про себя Борука. — Мелкая еще, ей бы в игры играть, а она… Лезет в самую гущу боя.

Кулаки мужчины сжались. Сколько раз за эти дни и месяцы он думал, что ему тут не место. Кто он, простой искатель из дикого мира? Ему давно пора было вернуться, не прыгать выше головы, но… Тут оставалась Пламен, и поэтому Борука не мог сдаться. Он исступленно тренировался по ночам, каждую минуту, когда оставался один. Чтобы не отстать, чтобы удержаться рядом, чтобы суметь защитить это маленькое солнце, которое, сама того не понимая, уже столько раз спасла ему жизнь.

В небе что-то полыхнуло, Тутмос приложил руку к сердцу, почувствовав укрепление связи с тем, кто вернул ему жизнь и свободу.

— Это Кот! Кот вернулся! — он выскочил из воды, а вслед за ним и все остальные.

Перерыв закончился. Возвращение лидера означало, что он принял решение, нашел для них путь, и теперь они снова смогут двигаться вперед. Вместе. Ради этого стоило рисковать жизнью хоть каждый день!

— Кафра? — Асуколус обернулась, почувствовав появление духа Смерти. Вот только сегодня та ощущалась совсем по-другому.

Фигура, закутанная в костяной плащ. Необычный аксессуар, словно из множества перемолотых костей, вот только дело было совсем не во внешности.

— Кафи-Доуро-Шоиниреми! — рявкнула Асуколус.

Она была духом Жизни, и это долгое время было для нее важнее, чем все остальное. Чем прошлое, чем сестра, из-за которой она и пошла по этой дорожке. Ведь это же так просто. Ты за Жизнь, ты — добро! А все, что против, что за Смерть — то Зло. И даже думать не нужно! А потом пришел Кот и все сломал. Рядом с Асуколус появилась Кафра, дух Смерти, соперница, бывший враг и… подруга. Они понимали друг друга, они могли смеяться над странностями Кота, они могли вместе сражаться, когда он звал их в бой. И вот с Кафрой что-то случилось.

— Я позову Кота, — Асуколус потянулась к связи между ними через общую башню Смерти, да, у нее теперь была и такая, но тут Кафра заговорила.

— Не надо, я почти в порядке, и он знает.

— Что ты натворила⁈

— Я стала Старухой, — от слов Кафры внутри Асуколус что-то дрогнуло. — Дала старой время вернуть сестру, а потом пришла и потребовала свой трон. Та рассмеялась и ушла без боя, отдала силу всей Смерти в мои руки. А я тогда все не могла понять: почему так легко? Почему она сдалась?

— С тобой точно все в порядке? Тебя трясет! — Асуколус сжала руку Кафры. Мысли о том, что старая подруга так сильно ее опередила, ушли на второй план.

— Это от злости, — та вырвала руку. — Я не поняла это сразу, но прошел час, и… Я осознала, что сила Смерти больше не имеет значения. Она все еще поражает, она заставит половину духов Кровавых равнин склониться передо мной, но… Они ведь уже и так склонились! А те, кто не захотят, просто пробудят в себе один из камней изменения и уйдут.

— То есть башня Смерти больше не имеет смысла? А как же воскрешение раз в год?..

— Единственное ценное, что осталось, и то у меня есть сомнения, что она вернет тех, кто родится в новую эпоху, кто не будет с ней связан. А если и сможет… Разве это правильно, что прошлые Старухи были сильнейшими, а мне достанется лишь тень былого? Нечестно!

— Думаешь, Кот знал об этом, когда давал тебе разрешение убить Старуху? — неожиданно пришло в голову Асуколус.

— Конечно, знал, — Кафра махнула рукой. — Он всегда знает, но позволяет нам самим набивать себе шишки. И зачем? Почему было просто не объяснить? Почему он просто не сказал, куда идти и что делать?

— Он еще скажет. Он обещал вернуться сегодня, — Асуколус говорила и думала над словами Кафры. Действительно, не проще ли следовать плану того, кто мудрее? Следовать, не совершать ошибок и быть счастливой.

Это звучало странно, но в то же время это было настолько правильно.

— У тебя глаза изменились, — Кафра заметила, как на лице подруги появилось мечтательное выражение.

— Просто подумала, что было бы так удобно обрести эту силу. Не старушечью или демиурочью… — Асуколус фыркнула. — А силу Кота. Чтобы самой понимать, кем быть, куда идти, не совершать ошибок. Или совершать, но всегда находить в себе силы, чтобы их исправить.

— Да, это было бы интересно. За такую силу я бы сразилась, — на губах Кафры появилась хищная улыбка.

Асуколус не успела ничего ответить. В небе полыхнуло, и через башни Смерти и Жизни до нее докатился отклик появления знакомой силы. Кот вернулся.

— Мы решили пожениться, — перед Майей стояли Карик и Кейси.

Их отношения из соревнования и спортивного интереса уже давно переросли во что-то большее. Но все равно Майе так сложно было поверить, что дочь уйдет от нее. Во время переноса во времени у Кейси были мужчины и другие дети, но связь между матерью и дочерью всегда находилась на первом месте. Майя знала, что куда бы Кейси ни уходила, она вернется. Но не сегодня. Три слова, и она поняла, что теперь ее дочь уйдет навсегда. Будет рядом, но в то же время и бесконечно далеко.

— Вы уверены, что не торопитесь? — Майе было так сложно отпустить. — Карик, это на самом деле ваше общее решение или просто спешка из-за появления твоей злобной копии?

— Аватар просто помог нам понять, что мы и так чувствовали, — демиург пожал плечами.

— Мама, все будет хорошо, — Кейси отпустила Карика и крепко обняла Майю. — Мы же все равно будем вместе. Рядом.

— Твоя связь с отцом ослабнет, он может не успеть тебя защитить, — вырвалось у Майи. Не стоило говорить Кейси о том, что за ней следили, но, к счастью, та совсем не обиделась. Только грустно улыбнулась.

— Если что, я знала, и от этого становилось тепло на душе даже в самые холодные дни, — она гладила Майю по голове. — А теперь у меня будет Карик. Я буду его огнем, а он — моим. Как вы с папой, разве не так все и должно быть? Движение вперед, как вы всегда и мечтали.

— Кот мечтал, я бы просто хотела сохранить то, что есть, — честно ответила Майя, у нее не было сил даже вытереть текущие по щекам слезы. — Но… Я все равно рада за вас. Мне грустно за себя, но за вас — очень рада. Вот только нужна ли вам теперь эта война?

— Мы должны защитить наших детей, чтобы никто даже не смел подумать навредить им. И если для этого надо будет убить хоть моего двойника, хоть Атона, хоть кого угодно еще, я это сделаю, — глаза Карика сверкали искренним гневом.

— Дети? Вы уже готовы? Или уже?..

— Пока только готовы, — Кейси улыбнулась. — Для всего остального ждем отца, чтобы тот рассказал про свой план, про наше будущее. Теперь мы знаем, куда идем, а он подскажет, как это лучше сделать… Он ведь Кот, он точно придумает.

— Точно, он Кот… — Майя задумалась, и в этот момент в воздухе полыхнуло. Сердца матери и дочери разом потеплели, когда они почувствовали возвращение своего мужа и отца.

— Вовремя, — Карик сверился с инстинктами демиурга. — Кот ушел ровно три дня назад, и вот он вернулся. С чем?

Для возвращения в мир водного камня я использовал обычный прорыв пространства. Не хотелось привлекать к себе слишком много внимания воротами и всем идущим в комплекте пафосом. Вот только несмотря на это меня все равно заметили, и буквально через минуту во внутреннем дворе замка начали собираться все наши командиры и оказавшиеся рядом бойцы. Что ж, тогда не буду и откладывать.

— Ну, что? — рядом со мной в воздухе появился Карик, а следом за ним Майя и Кейси. Я бросил быстрый взгляд на жену, что-то она выглядела встревоженной.

«Ничего срочного и действительно нового», — успокоила меня Майя, и я выдохнул. Хотя бы дома обошлось без сюрпризов, значит, можно продолжать. Большая игра начинается.

— Смотрите! — я протянул руку к шее и коснулся созданных аватаром знаков.

По мере того, как я подавал в них свою энергию, они сияли и становились видны для обычных богов и даже людей. Ошейник зашипел, недовольный вниманием, и попробовал ударить меня — чужая сила полыхнула, и даже на расстоянии ее мощь ужасала. Меня она так и вовсе должна была бросить на колени. Вот только не зря же я тренировался все это время.

Кулак сжался, встречая силу знаков своей. Вспышка, новая ударная волна, и когда все успокоилось, я показал сжатый в руке кусок сплетенных воедино знаков. Словно дохлая змея.

Глава 26

План Кота 3

— Что это? — Карик поморщился.

— Это сила аватара, — просто ответил я, и по замку пролетел слившийся воедино вздох. — За эти дни я успел добраться до него и попросил поделиться своими умениями. Чтобы научиться сражаться с ним… — на моем лице появилась кривая улыбка. — И он по доброте душевной согласился, дал мне этот рабский ошейник!

Я выдержал паузу, чтобы все, кто однажды вынужденно был рабом — а таких у нас оказалось немало — ощутили мои слова в полной мере.

— Ты подставился, чтобы изучить его силу? — Карик один из немногих сохранил спокойствие.

— Изучил и победил.

— Он мог это учесть, — Майя не разделяла общего энтузиазма. — Я ведь правильно понимаю, что теперь ты хочешь бросить ему вызов? По-настоящему? Так вот второй раз он точно не станет идти на полумеры. Он убьет тебя!

Как же она сейчас права… Но ответил я совсем другое.

— Или я уничтожу его! — крикнул я, и все собравшиеся разразились ответными возгласами. А я продолжал. — Я обещал вернуться и рассказать, что мы будем делать дальше, так теперь я точно это знаю…

— Что? — Майя напряглась еще больше.

— Мы уничтожим аватара и создадим мир, о котором каждый из нас мечтает!

— Кот! — Майя пыталась меня остановить, но было поздно.

Мои слова услышали. Кто-то растерянно переглянулся, но большинство просто-напросто взорвались радостным ревом. Он взлетел до небес, отгораживая меня от всех остальных надежнее, чем любые стены или способности. А потом я открыл ворота: огромные золотые створки разделили крепость мира воды пополам. С одной стороны стояли мы, с другой даже отсюда было видно повисшего в воздухе аватара. Как мы и договаривались, он пришел и ждал выполнения обещания.

И одна только окружающая его воля подавляла. Все резко замолчали…

— Вперед, — я махнул рукой и медленно поплыл через проход.

— Что ты творишь⁈ — первой рядом оказалась Майя. Она была в бешенстве от того, что я устроил, но в то же время не собиралась оставлять меня одного.

— Что ты творишь⁈ — повторил Карик, запоздавший буквально на пару мгновений.

Я обернулся. Кейси осталась со своими воинами, готовясь к намечающемуся сражению. Как она думала… Все равно хорошее решение, и убийственные взгляды, что долетают до меня, несмотря на разделяющее нас расстояние, ничего не меняют.

— Простите, сейчас не могу рассказать всего. Чтобы аватар согласился, ему будут нужны ваши искренние реакции, — быстро поделился я с Майей и Кариком. — Просто помните, у меня есть план. Мы можем победить.

— И все? — Карик замедлил полет.

— Для тебя — когда придет время, не теряйся. Делай то, что должен, — ответил я ему.

— А мне что скажешь? — Майя все еще не могла определиться, в бешенстве она или нет.

— Как обычно. Помни, что я люблю тебя. Что бы ни случилось…

Вот были сделаны и еще два крохотных шага, которые приведут к схождению лавины. Хотелось остановиться, закрыть глаза и на миг замереть, погружаясь в себя. Вот только это была бы слабость, страх организма перед тем, что ему придется сделать. Не люблю бояться! Люблю верить… В тех, кто рядом, кто идет за мной. Я не оборачивался, но чувствовал каждого из тысяч богов, духов и обычных смертных. Они готовы поставить на кон свою жизнь, вот только на этот раз, чтобы победить, им надо будет пожертвовать чем-то гораздо большим.

И если они справятся… Я оборвал сам себя. Время жалеть и думать прошло, надо было действовать.

— Привет, создатель, — я помахал рукой аватару, который скучающим взглядом следил за появлением моей армии.

— Это имя — часть меня, но я уже не часть его, — он покачал головой. — Зови меня аватар или Карик, мне все равно. А лучше никак не зови. Просто покажи, чего ты добился. Чего добилась моя копия под твоим руководством.

Карик бросил на меня удивленный взгляд.

— Упс, — я широко улыбнулся. — Я решил, что не буду выполнять твои указания.

— Решил умереть? — аватар взмахнул рукой, сжимая меня со всех сторон, но его сила развеялась без следа. Кажется, он такого не ожидал.

Наши увидели обмен ударами, но не обратили особого внимания. Мол, что такого. Один врезал, другой мужественно устоял — какой разговор без правильного мордобоя? Но вот аватар-то понимал, что случилось. Он взял мир вокруг меня под контроль, чтобы приказать мне умереть, а я отказался и перехватил нити управления. Невозможно? Один бог против олицетворения самого создателя? Так вот он факт, пусть теперь живет с ним.

Как? А вот это уже совсем другая история.

— Предлагаю решить дело без смертей, — я смотрел в лицо аватару. Сейчас, после того как я выжил, он оказался на развилке. Повторить удар, привлекая внимание к своей слабости, уйти, делая мою силу частью истории, или все же выслушать.

— Это невозможно, — он остался.

— Устроим игру, испытание. Наши воины — пешки, которые сойдутся друг с другом в смертельной гонке. Их верность и сила станут тем, что поможет или не поможет дойти до финиша. Чьи игроки в итоге победят, тот получит все.

— Все?

— Ты — Карика и мой уход из твоих миров. Я — своего друга и уже твое затворничество.

— Думаешь, я доверю свое будущее бесполезному мусору? — аватар обвел рукой сначала стоящее за мной войско, а потом и показавшихся из-за его спины союзников. Тоже тысячи воинов, и Бо в том числе. Бог Обмана щурился, оценивая диспозицию и пытаясь понять, что же он пропустил.

— Если ты планируешь победить, то разве это имеет значение? Неужели ты сомневаешься, что кто-то сможет устоять перед твоей властью?

Я должен был выглядеть так, словно готов броситься в бездну. Как тот, кто почти лишился надежды и хватается за соломинку. В то же время я не мог показать и слабость: я не сдамся просто так, и моей силы достаточно, чтобы доставить проблемы кому угодно. Я — ядовитая змея, которую просто так не раздавить, а лучше разойтись каждый своей дорогой…

Очень сложная комбинация чувств, но вроде бы у меня получилось.

— Почему игра? — аватар смотрел на меня.

— Ты управляешь миром, его правилами — без игры, поле которой мы просто выдернем из привычного пространства, я заранее проиграю. Если же пусть на время, пусть в одной крохотной локации мы создадим что-то новое, то я получу свой шанс, — я говорил и убеждал себя в том, что это выход. Аватар слушал, оценивал и верил, что вот он мой план.

«Что за игра?» — Майя не выдержала.

«Что за обещание? Не помню, когда я соглашался быть ставкой?» — и Карик тоже.

«Игра на выживание, все подробности потом, так надо, — быстро ответил я сразу всем. — Что же касается ставок… Этот аватар-каннибал хочет сожрать Карика, как только тот станет сильнее, вот я и использую его желания, чтобы втянуть в эту авантюру».

«Почему игра?» — Майя не сдавалась.

«Сожрать? Я тебе что, пирожок?» — Карик тоже не собирался молчать.

«Я сказал правду: аватар управляет миром. Игра даст шанс обойти его правила, — ответил я. Снова всем. — Карик, и ты не пирожочек! Ты — наш троянский конь!»

«Ты серьезно веришь, что аватар будет следовать договору, если проиграет? — Майя хотела понять. — Нет ведь ничего выше него? Что сможет заставить его следовать слову?»

«Конь? — Карик задумался, а потом мысленно повернулся к моей жене. — У Кота есть план…»

«Для которого, как ты сказал, мы не должны ничего знать…» — закончила Майя.

Несколько долгих секунд я ждал продолжения и новых вопросов, но их не было. Мне поверили, в меня поверили. Даже после того, как я притащил их сюда, так ничего и не сказав. Определенно, этот мир в его нынешнем виде должен быть разрушен. Эти люди и боги достойны лучшего!

— Почему ты готов поверить мне? — аватар нарушил молчание и повторил последний вопрос Майи. Иронично.

— Король стоит выше всех, но еще выше — его слово, — ответил я одной древней мудростью.

Так было на Земле. Абсолютные монархи прошлого могли менять законы, могли менять жизни как простых крестьян, так и самых могущественных аристократов. Они были выше любых правил, но… Чтобы их ближний круг не бунтовал, чтобы у них были гарантии безопасности, существовал негласный договор. Слово короля или тирана было нерушимо. Если он сам его дал, то не нарушал никогда, и на этом стоял мир.

Я не прятал эти воспоминания, аватар легко увидел их на поверхности моего сознания, и ему понравилось.

— Значит, игра, — он задумался. — Гонка, в которой твои и мои слуги смогут сразиться, чтобы показать свои силу и верность. Прежде всего, верность… Ты же на этом делаешь акцент? Так почему я должен верить, что ты не подготовил участников со своей стороны?

— Проверь, — я пожал плечами. — Я знал, что убедить тебя будет непросто, и поэтому никто ничего не знает. Это будет честный бой, относительно честный…

Аватар расхохотался, а потом махнул рукой, предлагая мне рассказать правила.

— Я назвал это испытанием сорока островов, — начал я, повысив голос так, чтобы меня слышал даже самый дальний и слабый боец в каждой из армий.

Одновременно я попросил окружающий нас мир о помощи. Почти как с воротами, только на этот раз мне нужна была не дырка в пространстве. Мгновение мироздание словно раздумывало, а потом земля под нами треснула. Огромные ущелья отрезали несколько квадратных километров горного плато от остального мира. Еще несколько разломов, и они разбились на несколько десятков островов, часть из которых мгновенно покрылась зеленью, другие остались голыми, и еще несколько вспыхнули от блеснувшей из разломов лавы. Последний штрих — ущелья, разделившие острова, затрещали, а потом за считанные секунды наполнились водой.

Море, сорок островов и мокрый туман, поднимающийся от столкновения воды с лавой и заполняющий небо над ними. Пространство для будущей игры было готово. Аватар хмыкнул — он оценил, что я опять смог обойти созданные им правила и напрямую изменить мир вокруг. Он еще больше уверился в необходимости меня уничтожить, и это было прекрасно. Карик как демиург, которому тоже уже доводилось создавать миры, просто кивнул. Майя, оценив отсылку, сначала улыбнулась, а потом нахмурилась. Кейси присвистнула, а Бо широко раскрыл глаза. В отличие от всех с нашей стороны он точно понимал, насколько невероятно было то, что я провернул.

— А теперь правила, — подождав, пока все успокоятся, я продолжил. — Все присутствующие здесь разумные могут принять участие в испытании. Для этого вам нужно собрать команду — минимум из двух, максимум их десяти разумных — и назвать имя своего лидера, то есть меня или аватара. Мы перенесем вас на один из островов. С каждой стороны может отправиться максимум сорок команд. Чтобы пройти дальше, вам нужно или уничтожить соперника, которого отправят на один остров с вами, или же продержаться пять минут. Второе на случай если враги окажутся слишком трусливы и будут долго думать, сомневаться, и вы останетесь без пары.

— Итак, мы отправили по сорок команд, они сразились, что дальше? — аватар поторопил меня.

— Важно, что не мы отправляем команды, они должны собраться сами. Это ведь, прежде всего, испытание свободы воли. Они сами выбирают, с кем идти в этот бой, сами решают, какое имя назвать, за кого из нас отправиться в этот поход, — уточнил я, и аватар расплылся в улыбке. Увидел первое слабое место… Хорошо! Я продолжил объяснять правила. — А потом, после победы, откроется путь на следующий остров. Предыдущие исчезнут, заставляя вас снова сражаться. Команды одного лидера против другого. Если же чьих-то команд станет больше, то остальные получат выбор. Пойти дальше вместе или же свернуть и помочь соседям. То есть каждый раз будет выбор: оказаться ближе к личной победе или же увеличить шансы на победу своего лидера.

— Про наши ставки мы уже говорили, а что получат участники? — спросил аватар.

— А это решим мы, — я снова улыбнулся. — Моя ставка: если в итоге до последнего острова дойдет твоя команда, то я отдам ей всю свою силу. Вот все, что я собрал и что умею — до капли!

Над обеими армиями пролетел удивленный вздох.

— А что достанется твоей команде, если она победит? — аватар склонил голову набок.

— Моей команде приз должен назначить ты, — я продолжал улыбаться, — в этом суть испытания.

— Что угодно? Даже смерть? — после слов аватара над всеми пролетел еще один вздох.

— Даже смерть, — кивнул я.

— Что ж, тогда не вижу смысла думать дальше, — аватар пожал плечами. — Если кто-то выберет Кота и дойдет до конца, то я убью его и всю его команду.

— Награды объявлены, ставки сделаны, — я подвел черту до того, как на меня обрушилось мысленное цунами криков моих генералов. Карик и Майя на этот раз промолчали, хотя тяжелое непонимание с их стороны давило не меньше.

— Я хочу кое-что добавить, — аватар поднял вверх указательный палец. — В целом мне нравятся условия, и я готов сыграть в эту игру. Вот только ты в начале много говорил о верности, и сорок островов действительно ее проверят на прочность, но я хочу больше. Хочу добавить в правила возможность влиять на участников.

— Точно не во время сражения, — я добавил условие со своей стороны. — Острова — это зона, где нас и нашей силы не должно быть. Это гарантия честных поединков.

— Пусть так, — согласился аватар. — Тогда все убеждения только до выбора стороны и во время перехода между островами. И еще, ты ведь не будешь против, если мы разрешим любой команде в любой момент сменить сторону?

— Не больше трех раз за испытание, — снова добавил я от себя.

Пока аватар не запросил ничего, что я не был готов уступить. Причем гораздо неприятнее были моменты, которые он не проговаривал вслух, а просто оставил за собой. Но мне нужна была эта игра!

Улыбайся, Кот! Улыбайся, черт тебя дери!

— Вот и договорились, — аватар тоже сиял улыбкой. — Тогда начинаем… На счет пять.

— Один, два… — я начал отсчет.

«Это самые глупые правила, которые только возможны!» — Карик все-таки не выдержал и поделился своим мнением.

«По-другому он бы не согласился, — вздохнул я. — А так… У нас неплохие шансы, как бы это ни выглядело».

— Три, четыре… — вслух я продолжал отсчет.

«Ты же понимаешь, с чего он начнет? А ведь это я — ставка, меня хотят сожрать!» — Карик начал повышать тон.

«Твоя судьба не зависит от этой игры. Была бы она или нет, планы аватара на тебя ни капли бы не изменились. А что касается первого хода… Да, я знаю, что будет».

«И все равно веришь?» — Карик успокоился.

«Все равно».

— Пять, — я закончил отсчет.

И сражение сорока островов началось.

Когда Кот сказал «пять», это слово отразилось в небесах, а потом с огромной скоростью командиры отрядов аватара начали переноситься на остров.

— За Кота! — говорил то один из них, то другой.

Пламен сначала вздрогнула от радости, решив, что у них есть союзники с той стороны, но потом поняла, что все гораздо проще. Враг стремился занять их места, и половина уже была за ним.

— Быстрее! — крик Гасины взорвал воздух.

— Вместе? — выпалил Тутмос.

— Нет! Каждый создает свой отряд! Нам нужно больше дорог, больше шансов! — Кейси, дочь Кота, оставшаяся вместе с войском, первая поборола растерянность и успокоила остальных.

— За Кота! — Гасина в образе королевы змей повела своих сестер в бой.

— За Кота! — Тутмос ударил кулаком по щиту Бадру, отряд лучших воинов из мира охотников шел в последний бой.

— За Кота! — Майя покачала головой протянувшему ей руку Карику и одна сделала шаг вперед.

— За Кота! За эту сволочь! — выдохнул Карик, подхватывая Кейси и восьмерку собравшихся вокруг нее лучших бойцов высоких домов Каррии.

— За Кота! — котята прибились к отряду Тома Пау и успели захватить одно из последних свободных мест.

— За Кота… — Пламен обменялась взглядом с замершим рядом Борукой и еще парой свободных богов, что держались вместе с ними. Увы, времени собирать целый десяток не было…

— Почему мы не переносимся? — Борука огляделся по сторонам. Они как стояли на своей позиции, так и продолжали стоять. Та же проблема была и у отряда духов, крутящих головами чуть в стороне от них.

— Место, — выдохнула Пламен. — Подставные отряды аватара заняли все наши места. Их больше нет! А эти… Они ведь после первого же острова просто сменят сторону и все!

— Может, это и хорошо? — Борука выглядел растерянным, но у него словно камень с души свалился.

Идти на смертельную битву ради веры в то, что аватар создателя сдержит слово? За свою недолгую жизнь бывший искатель видел слишком много тех, кто нарушал любые обещания. Тяжело или с милой улыбкой ничего не понимающего ребенка… Это было неважно, главное, что держащих слово до конца были единицы. И что-то Боруке совсем не верилось, что этот холодный как рыба аватар окажется одним из них. Вот в том, что он попытается убить отряд победителей, если это будет кто-то с их стороны, мужчина не сомневался ни секунды.

И зачем в таких условиях лезть в кроличью нору?

— Уже ничего не изменить, — он убеждал и Пламен, и самого себя.

— Нет! — рявкнула девушка. Ее сила взвилась вверх, до самых небес, а потом рухнула вниз, на мгновение покрывая ее кожу белой пушистой шерсткой. — Мы можем все изменить! Неужели ты не понял? За аватара!

Глава 27

Сорок островов

Пламен расхохоталась, в тот же миг ее подхватила чужая сила и перекинула на один из островов. Небольшой, всего около сотни метров в диаметре. Девушка видела, как рядом с ней появляются остальные — ее отряд, записанный сюда во имя аватара. Напротив них же собирался похожий на ожившую нефть народ, якобы выбравший Кота.

— Твои бойцы оказались находчивыми, — аватар оценил отряды с нашей стороны, которые сообразили занять места, воспользовавшись его именем. Пламен, Кафра, еще несколько командиров…

— Ты не выглядишь расстроенным, — я окинул взглядом своего соперника.

— А чего мне расстраиваться? — тот хохотнул. — В любом случае моих уже больше — это раз. А два — знаешь ли, для того, чтобы предать, порой сложнее всего сделать именно первый шаг. Дальше гораздо проще. Вот и посмотрим, кто в итоге дойдет до конца.

— Посмотрим! — кивнул я.

Пламен оглядела поле боя. Нефтяные бойцы оказались сильны. Впитывали почти любые атаки, а потом разряжали полученную энергию изменения в виде потоков пламени. Очень горячих. Если бы не Борука, догадавшийся рубить нефтяных на части, когда их тела перегружены и находятся в максимально твердой форме — наверно, Пламен уже бы поджарили. До толстой горелой корочки. Но и так на грязной зеленой траве остались лежать два тела. Цена за то, чтобы пройти дальше.

— За Кота! — после победы Пламен первым делом сменила сторону, и в тот же миг появился мост.

Хрустальная нить, соединившая их остров с соседним. Зона испытания запрещала полеты, и новое препятствие нужно было пересекать на своих двоих.

— Осторожно! — один из бойцов первым встал на нить и тут же свалился в воду. — Она высасывает энергию изменения!

Пламен тоже попробовала сделать шаг. Действительно, хрустальный мост-нить высасывал силы — получалось, чтобы перебраться на соседний остров, им нужно было балансировать без использования каких-либо способностей.

— И вода… — упавший боец вылез с прибрежного мелководья. — Она тоже высасывает силы.

— Значит, если упасть на глубине — умрешь, — Борука сжал кулаки. Это безумное испытание стало еще безумнее. О чем только думал Кот, когда все это начинал? Или часть антуража — это уже не его рук дело?

— Смотрите! — боец с мелководья заметил, как покрывающий все туман на мгновение отступил в сторону.

Пламен обернулась и увидела, как с соседнего острова дальше идут их враги. Две объединившиеся команды аватара. Причем их мост был не какой-то глупой нитью, а нормальной широкой дорожкой.

— Как такое может быть⁈ — Борука следил за так похожими на людей противниками, и у него перед глазами прокручивались возможные варианты будущего.

Враги будут на новом острове первыми. Их же отряд, даже если они смогут справиться с нитью, подойдет к полю боя без сил, в меньшинстве, в уязвимом положении. У них не будет ни единой возможности победить! Тот же Кот всегда говорил о том, чтобы они думали, оценивали, старались принимать разумные решения. И что сейчас было самым разумным?

— Нам надо остановиться, — бывший искатель сгорал со стыда, говоря это, но в то же время не видел других вариантов. Сдаваться или умереть.

— Это неправильно, — Пламен растерянно переводила взгляд с Боруки на отряд врагов.

Те тоже заметили их и начали что-то со смехом кричать.

В этот момент остров задрожал и начал уходить под воду. Бывший искатель ошибся: варианта сдаться на самом деле не существовало. Альтернатива была немного другой: предать или умереть.

— Вода! — уже побывавший на мелководье боец подскочил к мосту. — Надо уходить!

— Я… — Пламен как лидер отряда должна была сделать выбор.

— Если не скажешь ты, это сделаю я, — мокрый бог вытащил меч. — Решение же прямо перед нами, — он махнул в сторону врагов. — Принимай сторону аватара, и мы выживем!

Вода поднялась уже сантиметров на десять и скрыла все низины острова.

— Будешь молчать, я просто убью тебя и сам скажу все, что нужно, — бог с безумными от страха глазами сделал шаг вперед. — Как вы все можете еще сомневаться⁈ Кот сошел с ума, когда пошел против аватара! Вы видите его силу, у нас нет ни шанса, пора признать очевидное.

— Ты же говорил с ним, когда ступил на мост? — поняла все Пламен. — Говорил и принял его сторону.

— Нет другой стороны, есть только жизнь и смерть. Все! — мокрый бог начал наполнять клинок энергией знака Басё. — Если ты слишком глупа, чтобы это принять — просто умри! Одна! Не надо тянуть нас за собой!

Меч указал на Пламен, и из него вырвалась волна энергии изменения. Не такая, как обычно. В эту словно добавилось черное пламя, разрушающее сам мир вокруг себя. Судя по всему, аватар решил усилить переметнувшегося к нему бога.

— Это ты умрешь! — Борука отбросил все сомнения и попытался достать предателя, но неожиданно черное пламя заблокировала сама Пламен.

— Нет! — ее глаза горели белым. От осознания своей цели и решимости девушка смогла прорваться на следующий уровень и остановить сразу две атаки. И удар Боруки, и даже удар мокрого бога, принявшего силу аватара. — Разве вы не поняли⁈

Голос девушки дрожал, а палец указывал на растворившуюся после черной атаки землю.

— Еще раз! — Пламен не просила, а приказывала. — Бей по мосту! Если у тебя появилась сила аватара, то мы ей же и сотрем его морок!

— Он заберет ее, если я предам! — выдохнул мокрый.

— Не на острове, — усмехнулась Пламен. — Тут мы сами по себе, забыл? Так что давай! Жги!

Мокрый бог вздрогнул, словно сбрасывая наваждение, а потом, расхохотавшись, снова собрал силу и ударил по нити перед ними. Как Пламен и думала, она была изменена аватаром, и теперь этот морок слетал. Черное пламя бежало по нити, и она превращалась в полноценный мост. И значит, они смогут пройти дальше.

— Вперед! — крикнула Пламен.

— Врежь еще и по ним! — Борука ухватил мокрого бога за плечо.

Чужая сила, которая могла нарушать правила, была еще с ними. Мокрый быстро закивал, снова собрался и ударил по соседнему мосту, когда их будущие противники были прямо на середине. Щиты прикрыли воинов аватара, и те остались невредимы, но вот про сам мост они даже не подумали. Не знали, почему он так важен! Черный огонь зацепился за хрусталь моста, юркнул внутрь него, а потом… Широкое, крепкое полотно превратилось в нить. Воины аватара рухнули в море, под небеса взлетели полные боли крики и тут же затихли. Соленая вода очень быстро высосала из них силы, а потом быстро и неотвратимо утянула на дно.

— Мы победили! Опять! — с середины моста донесся крик Пламен. — Жди нас, Кот, мы идем!

Борука ухватил мокрого и поспешил заскочить на хрустальную дорожку. Никто не знал, сколько она простоит, и лучше было поспешить. Удивительно, но они все еще были живы, они побеждали и шли вперед. Это было безумно страшно и приятно. Возможно, они действительно смогут бросить вызов самому аватару? Эта мысль показалась Боруке такой новой и неожиданной.

«Только не сразу, — успокоил он сам себя. — Так как на следующем мосту не будет врагов, нам придется подождать там пять минут, пока откроется путь дальше…»

— Кажется, у него связки отказали, — Карик оценивающе посмотрел на зажатого у него в руке воина с зеленой чешуйчатой кожей. — Так орал всю дорогу, просил пощады, а тут замолчал.

— Ты просто ему шею сломал, — заметила Кейси. — Тебе не кажется, что ты стал сильнее?

Карик на мгновение задумался, окинул внимательным взглядом свой внутренний мир, но не заметил ничего нового.

— Наверно, показалось, — он бросил безжизненное тело на землю.

Уже было можно. Они уничтожили врагов на первом острове, подловили противников на переходе, но убили не всех. Карик специально захватил одного, чтобы придержать его до нового этапа. Разумная предосторожность, чтобы одним движением получить себе в зачет победу и не ждать пять минут до появления нового моста. Скорость была очень важна. И чтобы первым дойти до центра, и чтобы встречать новых врагов. С хрустальными мостами и ядовитой водой позиция тех, кто шел впереди, оказывалась намного сильнее.

Римус Хо, один из адъютантов Кейси, вскочил на новый мост, высматривая возможные опасности.

— Пока чисто, — он обернулся, балансируя на тонкой нити. Для аристократа, который с детства занимался своим телом, не было проблемой удерживать равновесие даже без энергии и стихий.

Карик и Кейси, которые посвятили жизни войне, превратив свои тела в настоящее живое оружие, тоже легко справлялись с мостом-нитью. Вот только если бы это было единственной проблемой…

«И снова здравствуй, часть…» — стоило Карику ступить на мост, как голос аватара появился у него в голове.

«Не интересно», — демиург отмахнулся от душеспасительных речей, сосредоточившись только на движении.

«Жизнь твоей женщины и неинтересна?» — аватар усмехнулся, заметив, как вздрогнула душа Карика.

«Она не принадлежит тебе», — возразил Карик.

«Пока… — аватар не видел смысла спешить. — Но все меняется. Скоро она окажется в моих руках и… начинай думать, готов ли ты отдать всего себя за нее? Или это просто игра?»

Дорога закончилась, разговор — нет.

— Рассредоточиться по острову! — рявкнул Карик, осматривая голую черную скалу, на которую они вышли. — Ищите следы моста! Как только он появится, мы должны быть готовы или встретить врага, или идти дальше!

— Какой ты грозный, — Кейси улыбнулась, но ее лицо было серьезным.

Очень серьезным. Карик неожиданно понял, что аватар во время перехода разговаривал не только с ним. Остальным тоже приходилось слушать его голос, угрозы и обещания.

— Первый! — в уши ударил голос Тома Пау, и старший котенок выскочил из песка, где сидел в засаде.

Сила, энергия, стихии — это, конечно, хорошо, но кто их сейчас не заметит и не отследит еще за сто метров. А вот обычная яма и камни, которые словно родные были готовы спрятать котенка, это совсем другое дело. Уникальная и очень полезная особенность того, кто когда-то и был рожден из горы, хоть и в другом мире.

Первый был готов атаковать, но, как оказалось, перед старшим следователем стояли свои. Отряд духов во главе с Кафрой и Асуколус.

— Объединяемся и идем дальше? — котенок был рад подкреплению, вот только старший следователь почему-то был напряжен и готов к бою.

Неожиданно Первый понял, в чем тут дело. Раз духи смогли прийти к их острову, а сталкиваться тут должны были только те, кто играет за разные стороны — получается, они приняли сторону аватара?

— Они не за нас, — сказал то же самое вслух Том. — И никогда не были!

— Вообще, мы приняли сторону аватара только чтобы попасть в игру, — Кафра говорила неспешно, и в сердце Первого начала просыпаться надежда. Все это просто ошибка… — Но потом случилось кое-что неприятное. Мы победили, вернулись на сторону Кота, а нормальный мост превратился с нить. Мелочь, правда? Вот только мы, духи, редко ходим на своих двоих, а тут нужно было балансировать, чтобы выжить. Никто из нас просто не смог бы пройти дальше… Мы попытались, из принципа, но падали в воду, раз за разом. И сил становилось все меньше и меньше! А потом с нами заговорил аватар. Знаешь, что он сказал?

Первый покачал головой.

— Он сказал, что мы можем не верить в службу ему, но он не против снова принять нас на свою сторону. Чтобы мы выжили. Мы так и сделали, и мост снова стал дорожкой. Никто из нас не умер просто так, и теперь…

— Теперь они предлагают либо сменить сторону нам, либо сражаться, — закончил Том Пау.

— Но почему сражаться? — не понимал Первый. — Плевать на стороны. Если им нужно это, чтобы выжить, пусть остаются с аватаром. Пройдем каждый сам по себе.

— Аватар предупредил нас. Если мы не выявим победителя за полчаса, то остров начнет тонуть, — Кафра смотрела на Первого, и ее взгляд был холоден. Как смерть. — В итоге мы либо договоримся, либо умрем.

— Ну… — Первый посмотрел на Тома. — Мы могли бы сменить сторону. А потом обратно.

— Нам в любом случае делать переход перед последним островом, — вздохнул следователь. — А наши дамы уже решили, что по нитям ходить не будут. Так что, рано или поздно, нам придется сразиться.

— Дело не только в нитях, — подняла указательный палец Асуколус. — В отличие от вас мы не хотим глупо умирать, слепо следуя чужим правилам. Разве вы не слышали, что сказал Кот? Он сказал, что победитель со стороны аватара получит его силу. Всю, целиком! Неужели непонятно⁈ Он и хотел, чтобы кто-то прошел по этому пути и сохранил его наследие, не дал ему уплыть к шестеркам врага!

Пара темных следователей переглянулись. В словах духа Жизни был смысл: их господин всегда любил сложные планы.

— Единственное! — Первый выдохнул, и его голос загремел над островом. — Единственное, что Кот никогда не принимал и не прощал — это предательство!

— Поэтому он сражается плечом к плечу со старыми врагами? Кариком? Мной? Или вспомни бога Обмана, сколько ему давали шансов? — Кафра презрительно скривилась.

— Ты путаешь, — на лице первого котенка мелькнула улыбка. — Кот верит, что люди и боги могут измениться. И он готов принимать тех, кто стал другим. Те же, кто просто предал и остался прежним — эти заслуживают лишь презрения.

— Да кто ты такой, чтобы говорить за него? — рявкнула Асуколус.

Том Пау с удивлением смотрел на своего напарника. Обычно милый, улыбающийся и добродушный котенок сейчас смотрел на всех серьезным и даже злым взглядом.

— Я — это я, но еще немного и он, — он пожал плечами. — Если вы выбрали свой путь — пусть так. Но не надо пытаться спрятать за красивыми словами желание спасти жизни и получить силу.

— А пусть и так, — Кафра устало махнула рукой. — Кажется, мы смотрим на этот мир по-разному, а коли так — разве не для того нам дана сила, чтобы выяснить, кто прав?

Том Пау хмыкнул. Заявить, что сила — это способ решения споров, и гордиться таким выводом… Эти духи были странными. Другими… Не такими, как они, и поэтому старший следователь просто не знал, как с ними договориться. У него была надежда на котят, но те лишь очень быстро пришли к тому же выводу. Надо драться. Иногда только сила может сохранить за тобой право идти дальше…

— Я ждал этого момента, — аватар следил за каждым из участников турнира, но сейчас почти всеми частями сознания вернулся в основное тело. Ему хотелось насладиться реакцией Кота на то, как его верные союзники и воины будут убивать друг друга. Увидеть осознание того, что его хитрый план рушится, что есть вещи, которые были и будут всегда. Жажда жизни, жажда силы. И их творец! Одна главная и неповторимая постоянная — он сам, аватар создателя.

— Они справятся, — Кот просто висел в воздухе и ждал.

Аватар приглядывал за ним, проверяя, когда же соперник вступит в игру, когда попытается исправить созданные им дополнения для мира испытания, но Кот словно ничего не замечал. Следил, ждал, иногда тревожно замирал — и все равно ничего не делал. Словно ему было на самом деле важно, какие решения примут эти готовые умирать за него букашки.

А внизу тем временем началось сражение. Над островом полыхнул силуэт огромной серой башни, а потом прямо из нее во все стороны стала расползаться паутина из костей. Стихия — не энергия изменения, но ее было так много, что даже сила камней не могла ее остановить. Прошло меньше минуты, и отряд котят с черными следователями оказался в костяных ловушках.

— Пришло время прощаться, — Кафра сжала одну из них.

Тело младшего следователя сломало в сотне мест сразу, но из него не вытекло ни капли крови. Кости впитали все в себя.

— Теперь твоя очередь, — она остановилась перед следующим коконом. — Тебя ведь зовут Аласа, девушка Тома Пау, правой руки и третьего глаза нашего Кота. Как же мне нравилось, когда он завел вас, своих следователей. Вами было удобно пугать молодых духов, вот только репутация и сила — это порой совершенно разные вещи.

Аватар уставился на Кота. Сейчас должна была умереть та, кого он знал. Не рядовой безымянный воин, а живой человек.

— Ломайся! — губы аватара скривились.

— Умри, — Кафра сжала кулак, и ничего не случилось.

Аватар попытался понять, что же произошло, и поэтому не сразу заметил текущую из уголка рта Кота кровь.

— Мы же не можем вмешиваться в то, что происходит на острове? — бывший создатель с интересом смотрел на своего противника. Лично он уже попытался, но общее слово пока держало, позволяя расшатывать правила лишь по чуть-чуть.

— Я не вмешивался в события на острове, — Кот поднял взгляд на аватара. — Но истоки силы некоторых участников лежат за их пределами, там я и ударил. Я не так много могу в рамках правил и наших договоренностей, но если у меня будет хоть крохотная возможность спасти тех, кто сражается за меня — я сделаю все, что возможно.

Аватар расхохотался. Его противник оказался все же таким слабым. А он ведь почти начал его уважать.

— Нее-е-е-е-ет! — где-то внизу заорала от ярости Кафра. Сила Смерти, над чьей слабостью она столько шутила, но к которой все равно уже успела привыкнуть, исчезла. Башня великой стихии не отзывалась, словно… Ее разрушили?

Глава 28

Сорок островов 2

Кафра не понимала, как можно было разрушить великую башню стихии, но это случилось. А значит…

— Убей их, быстрее! — рявкнула она Асуколус. Плевать на потери: если они выполнят то, что задумали, то обретут гораздо больше, чем потеряли.

— Я не могу, — растерянно обернулась к ней красноволосая повелительница Жизни. — Моя башня. Ее тоже кто-то уничтожил!

Карик готовился к новому бою. Время перехода уже на пятый по счету остров почти пришло. До финала оставалось только два. Еще немного и… Неожиданно Карик осознал, что его связь со стихией демиурга пропала. Остались только камни изменения.

— Это… — несколько мгновений ушло на то, чтобы расшифровать ощущения и осознать, что за ними стояло. — Кот! Не знаю, как и зачем ты это сделал, но… Ты! За! Это! Ответишь!

Майя шла по полю боя, за нею бежали три десятка объединившихся богов из армии аватара. Две королевы, один живой меч — командиры были на бесцветном уровне изменения, их мощь поражала, знаки камней были новыми и очень опасными…

— Бесите, — девушка погрузилась в свой первый и самый привычный знак Ротс.

Свечение окружило ее, потом усилилось еще больше. Еще… Оно затопило весь остров, цвета пропали, словно мир раскрасился в черно-белый, а потом исчезли и контуры предметов. Словно потрудился огромный ластик, стирающий кусочек жизни.

— Недостаточно! — королева знака страха прорвалась вперед.

— Ты ответишь за смерть моих воинов! — королева знака ужаса встала рядом с ней.

В обычной жизни они терпеть друг друга не могли, но здесь, в армии аватара, им пришлось стать союзниками. Впрочем, даже без этого они бы объединились, чтобы уничтожить столь опасного врага.

— Вижу ее! — Арапу, оживший камень меча, появился рядом с королевами.

На его стали появились трещины, но, главное, его чутье врага смогло зацепить опасную чужачку. Королевы переглянулись, собрали всю доступную им силу, а потом единой волной выпустили ее наружу. Страх и ужас — атака, разрывающая не тело, но саму душу.

— Исчезла, — оживший меч расслабился, и действительно свет вокруг них начал затухать. — Может, и не зря я с вами объединился. Один этот бой позволил мне столько понять и стать намного сильнее.

— Может, сражаться за аватара не так и плохо, — королева ужаса не опускала щиты. Никогда.

Вот только сегодня этого оказалось недостаточно. Неожиданно из воздуха появилась тонкая бледная рука, ухватила за рукоять оживший меч, а потом быстрым движением отсекла шеи обеим королевам.

— Ну, Кот… — Майя переломила закричавший от страха клинок о колено. Минус последний враг на этом острове. — Ну, ты и устроил.

Девушка тяжело дышала. Прямо в начале боя она ощутила, как перестала отзываться большая часть ее алтарей, относящихся к великим башням Смерти и Жизни. Непривычная слабость, но в то же время именно она позволила Майе сосредоточиться на главном своем оружии — разуме. Обмануть глаза светом и, пока чужаки посильнее боролись с силой камня, добраться до их мозгов. Удивительно, но даже на своем уровне они верили, будто килограмм пыли ментала сможет прикрыть их от чего угодно. Наивные!

Майя подменила свой образ светом для королев, и те просто списали это на ее камень. А дальше, один на один, добраться до ожившего меча было и вовсе несложно. Бывшее оружие, в глубине души он хотел и был готов подчиняться. Майя даже ощутила радость, когда сталь впилась в шеи королев. Но вот того, что в итоге избавятся и от него, меч точно не ожидал. Так бывает — мечты начинаются одинаково, а вот конец у каждой из них только свой.

Аватар смотрел на своего соперника. Кот…

Бывший создатель не верил в судьбу, но…

Однажды он уже проиграл. Воин, обычный смертный, смог собрать печать из всех существующих знаков и заточить его внутри. Аватар не сдался. Он сумел превратить свою тюрьму в центр испытания для будущих демиургов и в итоге выбраться. Но все равно это были тысячелетия потраченного зря времени. А еще сил и знаний. Первым делом, когда аватар освободился, он постарался найти врага, но тот уже мирно умер своей собственной смертью. Разочарование! И одновременно радость. Он снова был сильнее всех, некому было бросить вызов его мощи.

Однако внутри аватара зияла незаживающая рана сомнений. Не ошибся ли он, не появится ли новый враг, который сможет с ним справиться? Именно из-за этого — вовсе не только чтобы подготовить Карика к поглощению — он попытался удержать своих спасителей в старых мирах. Было в них что-то неприятное. Готовность менять правила, которая претила самой природе аватара. И он оказался прав. Вот один из них, Кот, бросил ему вызов. При этом смог стать достаточно силен, чтобы ему, аватару, пришлось пойти у него на поводу.

И это было не все! Аватар смирился с новыми правилами, подточил их под себя и устроил своему врагу ловушку. Атака на девчонку-подопечную и жену — так, чтобы Кот все видел, но не мог ничего поделать. Вот только его враг смог!.. Аватар удивленно замер. Он ведь давал себе обещание, что больше никогда и никого не назовет врагом. И вот нарушил слово. Этот Кот, как же он его раздражал!

— Пока внизу ничего интересного не происходит, может, расскажешь, что именно ты сделал? — аватар смерил врага взглядом, пытаясь понять, ошибся он или тот действительно достоин этого прозвища.

— Просто так?

Кот бесил. В нем не было ни капли приличествующего его положению преклонения перед аватаром.

— Чего ты хочешь? — аватар решил узнать ответ не чтобы выполнить чужую просьбу, а чтобы лучше понять Кота.

— Немного власти, — тот улыбнулся. — Один раз для одного отряда изменить правила. Ты ведь наверняка еще кучу ловушек подготовил, а у меня не так много сюрпризов, чтобы спасать друзей.

— Только одно и для одного отряда? — аватар усмехнулся. Все же иногда даже Кот понимал свое место и не просил больше, чем заслуживал. — А давай!

Аватар был готов сказать «да» еще и потому, что уже давно провел черту. Если ситуация пересечет ее — плевать на все соглашения и договоренности. А одним словом больше или меньше — какая разница!

— Тогда вот мой секрет…

Кот показал ускоренную нарезку событий из мира духов. Вот еще неделю назад он заглядывает в башни Жизни и Смерти. В одной его ждет на разговор Карик, и он совсем не удивлен появлением союзника. В другой пусто, и, кажется, Кот просто ходит и зовет повелительницу Смерти, но нет. Аватар заметил движения камней изменений. Аруф? Знак перемещения?

— Дочка поделилась, — гордо заметил Кот. — Дала изучить свой камень, и я наделал из него целую гору песка, а потом аккуратно смешал с пылью верхних этажей каждой из башен.

— Камень перемещения? — аватар задумался, а потом смерил взглядом своего врага. — Неужели тебе хватило силы, чтобы с его помощью перенести башни великих стихий друг к другу и уничтожить?

— Я на многое готов ради своих близких и ради победы, — Кот важно поднял указательный палец. — Но я все же не Герострат.

— Кто?

— Был в моем мире один парень. Давно. Он очень хотел прославиться, вот только талантов не хватало, но, мне кажется, на него наговаривают… Все же ему хватило мозгов додуматься до очень разрушительной, однако совершенно новой для своего времени вещи. Он решил вписать свое имя в историю не созданием, а разрушением. Пришел к храму Артемиды Эфесской и сжег его дотла. Так исчезло одно из чудес света, зато родилась яркая, но злая философия. Кто-то может считать это торжеством разума над материей, основой будущего течения протестантов, но я… Я считаю, что он просто варвар, которому плевать на других. Отсутствие эмпатии — это вовсе не повод для гордости.

— Много болтаешь, — аватар поморщился. Почему-то история Кота была ему неприятна. Как тот сказал, торжество разума — не повод для гордости? Бессмыслица же. — Так что в итоге сделал ты?

— Я не стал переносить башни, — ответил Кот и смущенно пожал плечами. — Если честно, мне на это даже не хватило бы сил. Но зато моего текущего уровня изменения и количества оставленного песка Аруф оказалось более чем достаточно для создания устойчивой связи.

— Ты просто связал башни? — понял все аватар. — И они сами заблокировали силу друг друга. Действительно несложно. Что ж, если это мы обсудили, может, заодно расскажешь, как у тебя получилось сдержать мою силу? Тоже ведь применил какую-то хитрость?

Кот не отвечал.

Аватар думал. Хотелось пообещать что угодно, разрешить менять правила хоть для каждой команды, хоть сразу объявить Кота победителем — но ведь стоит это сказать, и сразу станет очевидно, что никакой честной сделки в итоге не будет.

— Хочешь, повторим ставку, и ты все же ответишь на мой вопрос? — аватар надеялся, что Кот станет торговаться, но тот молчал.

С другой стороны, это тоже была информация. Значит, его сила совсем не абсолютна. Значит, Кот уверен, стоит ему, аватару, узнать его секрет, и все будет кончено. Наивный, у него нет будущего в любом случае!

Я смотрел, как заканчиваются битвы на оставшихся островах, и на последний один за другим ступают отряды победителей. Злой Карик с полной энтузиазма Кейси и пятью аристократами. Отряд Тома Пау и котят — после победы над лишившимися сил духами в них как будто стало меньше света. Майя, все такая же одинокая и настороженная. Еще были в строю группы Пламен, Гасины, уверенно сражался отряд Тутмоса, но… Мало было выжить, надо было прийти в числе первых, а они потеряли на пустых островах целых десять минут.

Со стороны аватара было тоже только три группы, но вот богов и воинов в каждой из них оказалось существенно больше. Во главе одной из них стоял Бо. Бог Обмана щурился от летящей в лицо мелкой водяной пыли и был полон энтузиазма. Второй отряд аватара вел неизвестный король в серой броне и с мертвыми белыми глазами. Во главе третьего же стоял Дарт Проксимо, сын старого знакомого из внешних миров. Я не ждал от весьма средней команды ничего особенного, но они уверенно шли по дистанции, а потом… Прямо перед последним островом объединились с группой аватара и сменили сторону. Без лишней болтовни, без торга — раз, и готово, словно все давно уже оговорено.

— Первый сюрприз, — аватар загнул длинный палец с идеально ровным, но чуть желтоватым от старости ногтем.

— Соблазнил их? — посмотрел я на него.

— Еще на первом мосту, но мы договорились не спешить объявлять наши отношения. Хотел удивить тебя, — аватар был очень доволен собой. Впрочем, всего один… Нет, два переметнувшихся отряда — в принципе, это гораздо меньше, чем я боялся.

— Что ж, тем честнее будет последний бой. Три на три, — я оценил соотношение сил.

— Или нет, — аватар сделал неопределенное движение пальцами. Он определенно был доволен сложившейся ситуацией.

Отряды еще стояли друг напротив друга, так и не начав бой, когда прозвучал звонкий женский голос.

— За аватара!

Майя вздохнула — она и не ожидала, что будет просто.

— Кейси? — она смотрела в глаза дочери. — Почему?

— Потому что Кот опять плевать хотел на нас. Для него всегда на первом месте только одно: его планы, — и она показала выдержку из ментального послания. Разговор Кота и аватара. — Видишь, он признался, что украл силу башни Жизни. Сделал это за спиной Карика и меня. Он был готов рисковать нашими жизнями! Так вот я не хочу, чтобы после такого он победил! Сколько уже раз он пытался испортить мир? Хватит!

Майя увидела в этом коротком послании совсем другое, но… В Кейси сейчас говорила обида, и она не готова была никого слушать.

— Порой проще сразиться со своей семьей, чем признать, что ты не важнее всех на свете? — Майе не оставалось ничего другого, кроме как усилить разрыв. Сомнения в такой момент могут стоить слишком дорого, пусть лучше Кейси сражается на полную и точно не пострадает из-за какой-нибудь глупости.

Майя заметила задумчивый взгляд Карика.

«Почему?» — мысленно спросила она. В отличие от дочери этому для смены стороны точно нужны были причины посерьезнее.

«Он обещал не трогать мою семью, — просто ответил Карик. — Как бы ни закончился этот бой, Кейси будет жить. И даже сейчас ни один из бойцов аватара не посмеет ее тронуть».

«А мы посмеем? — Майя грустно усмехнулась. — Впрочем, если не я, то остальные — вполне, и ты принял сторону, чтобы защищать семью. Похвально, но разумно ли? Веришь аватару?»

«Если не будет Кота, не будет тех, кто бросит ему вызов, то зачем спешить… — Карик пожал плечами. — Он дарит мне десять тысяч лет и только потом он поглотит меня. И то, если только к тому времени в этом будет необходимость».

«Значит, не будет Кота…» — Майя вздохнула. Она с самого начала этого глупого испытания чувствовала, что все закончится совсем непросто, и вот… На что Кот рассчитывал, давая аватару копаться в мозгах своих союзников? Неужели он верил, что кто-то сможет противостоять его власти, отказаться от исполнения любого желания?

«Все еще не передумала?» — голос аватара ворвался в мысли Майи.

Под конец испытания тот сумел взломать еще один слой правил и теперь мог говорить с участниками даже на острове.

«Нет!»

«Подумай… Ты уже знаешь выбор дочери и можешь представить, чем все закончится. Неужели остался хоть один вариант, который тебя устроит? Просто прими мою сторону, и все будут жить. Да, Коту придется отказаться от силы, но разве семья — это обязательно что-то великое? Неужели ты не сможешь найти счастье в обычных рассветах и закатах?»

Голос аватара усыплял разум, подчинял себе. Были важны даже не сами слова, хотя он и выуживал их словно из самой глубины души, а стоящая за ними власть и сила. Им хотелось подчиняться, но… Неожиданно прямо во время контакта Майя почувствовала в мыслях аватара знакомый след. Кот? Осознание ударило ее как молния. Вот зачем ему было нужно испытание! Не из-за глупой веры в следование правилам, нет — ему нужно было находиться рядом со своим врагом. Купаться в его силе, чтобы…

Майя оградила свой разум сильнейшим из доступных ей щитов. Она почти перестала видеть, она точно не могла теперь сражаться, но это было и не важно. Главное, чтобы аватар не смог пробиться к ней в голову. Чтобы не увидел то, что увидела она. Чтобы не догадался о том, о чем догадалась она.

Том Пау растерянно переводил взгляд из стороны в сторону. За время работы на Кота он видел очень многое, он привык к самым черным и грязным проявлениям человеческих характеров, но финал испытания стал ударом и для него. Сначала Карик с Кейси предали их, а потом Майя рухнула на колени и замерла без движения.

— Кажется, остались только вы, — вперед выступил бог Обмана.

Его тучное тело колыхалось в такт его движениям, а голос обволакивал, словно приторная сладкая вата.

— Примите аватара, и здесь даже никто не умрет. Сражение будет не нужно, мы все на одной стороне, мы все будет победителями, иначе… Вы же трупы. Проиграете — и мы убьем вас. Победите — если вы забыли, напомню про приз с вашей стороны. Смерть.

— Я отказываюсь, — первым ответил котенок.

Первым — Первый. Том усмехнулся иронии ситуации, а потом и недовольно скривившимся губам Бо. Как только котенок принял свое решение, его сила тут же прорвалась на новый уровень. Бесцветная энергия изменения окружила тело и горела в полных уверенности в себе глазах.

— Я отказываюсь, — повторил за ним Том.

Решение, которое разом поставило его против сотни собравшихся на острове сильнейших бойцов мироздания. Их сила и воля сжала его со всех сторон, а потом, словно кусок угля под давлением земной тверди, превратила в алмаз. Старший следователь тоже прорвался, его вспыхнувшая сила окружила тело и раздвинула чужие ауры. Не потому, что он стал сильнее. Нет, они были всего лишь равны, но сейчас было достаточно и этого.

— Я отказываюсь…

Вслед за Томом приняли решение и остальные члены отряда. Аласа, следователи, котята. Каждый вставал против всех и… Не каждый выдерживал этот напор, не каждый был готов сделать шаг дальше. Двое следователей, хорошие ребята с чистыми сердцами, рухнули на землю изломанными куклами, но зато остальные… Были готовы продолжать.

— Драка так драка, — ответил на это Бо, и огромный меч рассек остров на две части.

Глава 29

Смерть

Последний остров раскрасили вспышки. Стихии, энергия, сталь, даже воля — любые проявления силы шли в ход ради победы. Я чувствовал, как гаснут жизни… Очередной парнишка Хо лишился головы. Кейси получила шрам во всю щеку. Карик пронзил сердце увлекшемуся атакой котенку. Том Пау прорвался к богу Обмана, но тот и не думал вступать в бой. За него один за другим умирали воины Карика, а Бо просто ждал момента, чтобы закончить все одним ударом. И ведь дождется же… Не может Тому везти вечно.

— Как вкусно… — парящий рядом со мной аватар мечтательно облизнулся. — Знаешь, я раньше просто собирал силу и не понимал красоту подобных моментов, когда за тебя отдают жизнь. Но это прекрасно. Я все равно убью тебя, Кот, но за это открытие я тебе благодарен. Пожалуй, моему мирозданию нужно будет добавить побольше крови.

Аватар расхохотался, следя за выражением моего лица. Умен, заметил мою слабость — желание изменить мир — и бил именно в нее. К счастью, мне сейчас было плевать на любые игры. Почти все мое внимание было сосредоточено на бое внизу. На тех решениях, что сейчас принимал каждый из моих друзей и близких. А также на моей игре — я должен был довести до конца то, что начал!

В этот момент меч Бо пронзил грудь Тома Пау. На мгновение бой остановился, моих сторонников осталось всего ничего. Первый и второй котята, четверо следователей… И все, даже меньше, чем я ожидал. Сердце сжалось от боли. Снизу долетел пронзительный крик — Аласа бросилась мстить за своего любимого, и это стоило жизни и ей. Если до этого она уверенно сдерживала скупые, но резкие и очень сильные удары Карика, то теперь он воспользовался ее растерянностью и снес девушке голову.

— Пять негритят судейство учинили, засудили одного, осталось их четыре… Эта же песенка крутится у тебя в голове? — аватар продолжал наслаждаться ситуацией.

Так казалось со стороны. На самом деле он пытался проникнуть ко мне в голову, но пока не мог пробиться дальше внешнего слоя защиты, и это его бесило.

— Совсем не эта, — ответил я. — Тем более их не четверо.

Отряд Тома пусть и ценой его жизни продержался десять минут, и еще две группы смогли добраться до острова. Пламен и Гасина. Они влетели каждая по своему хрустальному мосту и замерли, с ужасом глядя на итоги сражения.

— За аватара! — королева змей сомневалась меньше секунды, прежде чем приняла решение и сменила сторону.

Пламен молчала, она не сдалась, даже не думала об этом. Но как же их было мало, тех, кто еще был готов сражаться с аватаром.

— Хочешь к ним? — мой враг воспользовался моментом и копнул мои мысли чуть глубже, чем раньше.

— Очень, — я восстановил защиту.

— Но нельзя, таковы правила, ведь так? — аватар уже не сдерживался и смеялся в голос. — Что ж, отмотаем твою песенку немного назад. Семь негритят дрова рубили вместе…

Бо, услышав слова аватара, сменил образ меча в правой руке на топор и неспешно двинулся к Пламен. Борука попытался встать у него на пути, но остановить бога Обмана, уже поймавшего ритм и динамику боя, без раскачки было совсем не просто. Одно движение, и бывшего искателя откинуло в сторону. Как же быстро!

— Убей ее! — закричал аватар, но, к его удивлению, верный слуга не спешил выполнять приказ.

— Почему⁈ — Бо смотрел на девушку, замершую перед ним слова мышка. Ее волосы и шерстка стояли дыбом, она очень боялась, но при этом не делала и шага назад. — Ты же всего лишь животное! Почему ты не убегаешь⁈ Почему не сдаешься⁈ Или это всего лишь из-за того, что Кот искромсал твою личность? Так ведь нет, в отличие от тех, кто его предал, ты всегда была только собой! Отвечай мне!

— Он — мой друг, — от слов Пламен у меня сжалось сердце. — Я друзей не предаю.

— Твою мать! — Бо грязно выругался, а потом вскинул голову вверх. — Я еще об этом пожалею, но я вот не предаю… врагов. За Кота!

Бог Обмана сменил команду, а вместе с ним невольно переметнулись и несколько десятков приписанных к нему воинов аватара, которые не понимали, что теперь им делать… И опять мурашки по всему телу. Как это странно бывает: вы соперничаете с кем-то годами, кажется, что ради победы способны на любую подлость. Иногда вы встречаетесь, общаетесь, убеждаясь все больше, что в вас нет ни капли общего, но… Потом приходит понимание, что именно этот враг знает и понимает вас по-настоящему, он лучше многих друзей может оценить и ваши победы, и поражения. Вы осознаете это, грустно улыбаетесь, а потом продолжаете враждовать точно так же, как и раньше. Потому что хороший враг, как сочная специя, придает вкус нашей жизни.

— Мы могли закончить все так просто, — Карик грустно вздохнул и направил меч на Бо.

— Мы все еще можем это сделать, — бог Обмана оттолкнул Пламен к себе за спину и повернулся к демиургу, поманив его пальцем. — Тебе всего лишь нужно вернуться. Или тебе…

Он перевел взгляд на Гасину, но королева змей лишь закусила нижнюю губу и покачала головой.

— Ради чего? — змеюка пожала плечами. — Я, конечно, почти поверила в Кота, но именно здесь поняла, что ему нечего нам предложить. Он рассказывает про друзей, но посылает вас на убой. Он играет роль врага, но кто он такой по сравнению с аватаром? Вот в ком величие, вот единственный, за кем стоит идти.

— Ты не понимаешь, — Пламен отвечала и помогала в то же время подняться трясущему головой Боруке. — Только друзей и можно послать в такой бой, когда на кону смерть и судьба мира. Только их! Потому что кому еще можно доверить что-то настолько важное?

Я слушал этот разговор. Каждое слово отражалось эхом в моей голове и затухало где-то в глубине сознания, становясь частью меня. Действительно, когда как не на самом краю говорить и осознавать то, что действительно важно. Борука, который все испытание сомневался, вон тоже понял. И почему Пламен пошла сюда, почему не сдалась и, главное, почему тянула его за собой… Вроде бы мелочь, но теперь бывший искатель мог улыбаться в лицо смерти.

— Нечего ответить? Бывает, — Бо среагировал на молчание Гасины. — Что же касается Кота как врага, тут тоже все просто. Есть аватар, и он силен, — бог Обмана поднял руку выше головы, изображая уровень отражения создателя. — Идешь против такого в бой и понимаешь, насколько сложно будет победить. А Кот… Он может быть тут или тут, — рука Бо опустилась на уровень глаз, потом груди. — Это совсем не важно, потому что с ним ты думаешь не о силе. Она как будто становится даже не важна. Ты просто знаешь, что он не сдастся, что бы ни случилось, что будет сражаться до последнего, что будет интересно. А еще он всегда удивляет… — на лице бога Обмана появилась усмешка. — Кажется, что уже все, а он умудряется находить новые пути, и ты сначала бесишься, а потом просто ждешь. А что же еще выкинет эта хитрая сволочь, которой так и хочется свернуть шею.

Речь Бо прозвучала совсем не громко, но бой вокруг него окончательно остановился. Словно все разом замолчали и задумались, а показал ли я уже ту самую бесячью неожиданность или еще нет.

— А ведь ты хотел, чтобы я поверил тебе… — аватар задумчиво повернулся ко мне. — Чтобы считал тебя наивным дураком, который не верит в победу и ищет спасения в глупом споре.

Он смотрел на меня, а я про себя ругался на Бо. Действительно, хороший враг, который умеет подставить как никто другой. Я пожал плечами. Внизу по хрустальным мостам бежали новые пополнения. Два отряда аватара и команды бывших рабов под руководством Тутмоса и Бадру. Я смотрел вниз и ждал. Что скажут эти…

— Интересно? — аватар понял, что я не отвечу, и проследил за моим взглядом. — Если что, я уже ввел их в курс дела и…

— За аватара! — Тутмос на ходу сменил сторону.

Как оказалось, даже на мосту он и остальные рабы копили энергию и с ходу ударили по моим немногим союзникам. Последние котята оказались сметены волной знака Ротс. Свет, чтобы убивать — как это подло выглядит каждый раз. Привычно, даже обыденно, но привыкнуть никак не получается.

— Почему? — я смотрел вниз.

Почему все мои новые союзники так легко сменили сторону? Не все! Внизу снова бросилась в бой Пламен — но все остальные… Я ведь убрал из их душ зло, боль, отчаяние. Там были только мечты, только будущее. Им оставалось лишь пройти этот путь, а они выбрали вернуться назад. В мир аватара, где осталось все что, что разрушало их раньше. Неужели они не понимают?

— Расскажи мне, что ты задумал, а я расскажу, почему тебя все предали, — вкрадчивый голос аватара ударил в уши. Его сила окутала меня со всех сторон, и в чем-то это помогало, все страхи и обиды разом становились не важны.

А еще я сам осознал, что случилось. Почему Гасина, Тутмос, Бадру и остальные так легко сменили сторону. Я хотел научить их мечтать и жить ради этой мечты. Ради прекрасного будущего и самих себя. Вот только я был слишком наивен. В их мечтах не было будущего и чего-то уникального. Стоило мне сбросить оковы, как они с радостью окунулись в то единственное, что казалось им идеалом. Силу, власть — любой ценой — то, что и олицетворял аватар создателя, то, что было сутью сотворенного им мира. Они не могли не вернуться к нему, потому что никогда и не переставали быть его частью.

Ошибка. Мечтать тоже нужно учить.

— Кот! — снизу долетел крик бога Обмана. — Что бы ты ни задумал! Действуй! Проклятье! Не заставляй меня жалеть об этой глупости больше, чем я уже жалею!

Я видел, как Бо пробился к лежащей без сознания Майе, как рядом собрались двое последних черных следователей. Боруку пронзили, когда их отряд тоже прорывался в эту сторону. Бывший искатель из последних сил ухватил Пламен, а потом закинул ее к своим. Чтобы жила. Хотя бы еще немного!

— Ради чего вы сражаетесь? Вам же никогда не победить! — Карик вел всех сторонников аватара в бой и стоял во главе их строя. Сильный, величественный и одновременно полностью опустошенный.

Он еще не понимал, но решение продаться аватару пусть и ради благой цели в тот же миг открыло тому путь к своей копии. И что-то мне подсказывало, что придерживаться заключенного договора аватар не собирался… Карик рухнул на одно колено. Кейси потребовалось всего мгновение, чтобы осознать, что происходит.

— Меняй сторону! — рявкнула она.

— Два перехода потратили по пути для скорости. Еще один тут, больше нет, — Карик сплюнул кровью.

— Убей его! — аватар на мгновение отвлекся от попытки окучить мой разум и заорал вниз. — Убей, стань главой отряда, и твои попытки менять сторону обновятся. Иначе… Вслед за ним я поглощу и всех вас!

— Убей… — Карик поднял взгляд на Кейси, рука попыталась подняться, чтобы коснуться ее, но сил почти не было. — Главное, живи. Живи любой ценой!

— Я не хочу так жить! Не хочу любой ценой! — на глазах Кейси появились слезы.

— А я… Я, кажется, впервые на самом деле понял, чего хотел Кот. О чем мы должны были на самом деле мечтать, — Карик все-таки поднял руку и коснулся Кейси.

Через это касание его сила, плоть от плоти сила аватара, покинула тело демиурга и через дочь коснулась меня. Последний штрих, который ускорил и позволил добиться нужного результата прямо здесь и сейчас.

— Раз они не хотят, тогда скажу я. Убейте их! — аватар собрался поставить точку.

— Нет! — крик вырвался из меня. И я столько сдерживал внутри себя боль и ярость, что они просто снесли пустые острова и разметали всех, кто собрался на центральном.

— О, ты проснулся? — аватар спокойно повернулся в мою сторону. — Красиво устроил, воспользовался тем, что внизу в рамках испытания их силы ограничены.

Он пытался понять, как я стал сильнее, и любые другие оправдания ему совсем не нравились.

— Ты правда в это веришь? — я склонил голову набок. — Разве ты не понял, что я на самом деле прорвался дальше? Дальше, чем ты.

— Неправда! — сила аватара сложилась в меч и ударила мне в грудь.

Никакого эффекта.

— Умри! Умри-умри-умри! — он был уже уверен, что победил. Все изменилось слишком резко, и аватар сорвался.

Атака за атакой били в меня, и каждая из них становилась только слабее.

— Что со мной? — он еще не понял.

— Приходит конец твоей эпохе, — я пока еще не собирался раскрывать свои тайны.

А внизу, глядя на своего растерянного повелителя, один отряд за другим начали менять стороны.

— За Кота! — быстрее всех оказались какие-то незнакомые мне королевы. Плоть от плоти аватара, они как никто другие умели держать нос по ветру.

— За Кота! — Гасина и Тутмос переметнулись обратно так же легко, как и туда. Все они так ничего и не поняли.

— За Кота, — неуверенно сказал Карик, и у него тоже вышло. Да, старые правила больше не имели никакого значения.

— Я победил, — когда последний из отрядов предал аватара, я повернулся к нему, глядя на искаженное от страха лицо.

Он больше не пытался атаковать: слишком много сил разом покинули его, а вместе с ними и уверенность. Аватар даже попытался открыть проход и сбежать, но кто же ему позволит… Впрочем, я дал ему пару секунд, чтобы эту панику не пропустил ни один из разумных, что сейчас следили за нами.

— Ты не мог победить! Таковы правила! Я всегда был и буду сильнее! — аватар словно надеялся, что слова могут что-то изменить.

— Кажется, ты начинаешь понимать, — я немного склонился к нему. — Старых правил больше нет. Миры больше не принадлежат тебе, и ты после этого больше не аватар…

— Но как? Это невозможно! — аватар сорвался на крик.

— Ты теперь просто один из нас! — закончил я свою мысль, и сотни богов под нами разом выдохнули.

Сотни богов тут и миллиарды и триллионы по всем другим мирам! То, ради чего я начал это испытание, то, чего добивался, стоя рядом с аватаром и спуская ему все его подлости. Мне нужно было окунуться в его силу, понять ее, сделать частью себя и повторить, чтобы через нее коснуться всех миров. И что были, и что только должны появиться. Такова была мощь отражения создателя, и такие же возможности пусть на короткое время обрел и я. А когда я смог показать наше сражение всем разумным всех миров, тогда я и позволил аватару напасть на себя. Напасть и проиграть!

Еще один небольшой секрет, который помог сдержать первые удары, а потом… По мере того, как боги и смертные видели слабость аватара, его сила и контроль над мирами испарялись. Я не поднялся выше, а вот мой враг — разом рухнул на мой уровень. Я победил.

Только мне нужна была не только победа.

Карик не понимал до конца, как принял сторону аватара. Понятно, что ради Кейси он был готов на все, но поверить этому уроду… Демиург сжал кулаки, а потом выдохнул. Иногда хорошо, что рядом есть один безумный Кот, которому плевать даже на законы мироздания. Карик ждал, что тот сейчас добьет аватара или просто спустится к ним, но тот продолжал висеть в воздухе.

— Мы тебя ждем! — голос Кейси дрогнул. Она что-то заподозрила.

— Он смог? — лежащая на земле Майя открыла глаза.

Два слова, но Карик сразу все понял. Жена Кота в отличие от него обо всем догадалась и потеряла сознание не просто так. Все силы ушли на то, чтобы скрыть правду от аватара. А он ведь чуть не убил ее. Если бы не Бо!

Бог Обмана все еще не восстановил дыхание. Толстяк опирался на свой подросший в размерах меч и неподвижно смотрел вверх. Словно ждал финального акта величественной пьесы. Последняя речь главного героя… Карик тоже вскинул голову.

— Мне не нравится этот мир, — голос Кота, висящего в небесах, звучал непривычно сильно. Словно странное эхо отражало его разом от тысяч углов невидимой комнаты.

— Что он задумал? — Кейси обернулась к Карику.

— Слушай, — только и смог сказать демиург. Он попробовал взлететь или открыть портал, но остров даже после завершения испытания был окружен невидимой непробиваемой пленкой.

— Я победил, — Кот продолжал, — но если все оставить как есть, то ничего не изменится. Я просто займу место аватара, его сила уже собирается вокруг и внутри меня. И дальше, боюсь, уже скоро между нами почти не будет разницы.

Парящий рядом аватар хрипло расхохотался, но никто даже не обернулся в его сторону.

— Поэтому я не допущу такого конца! — Кот стал говорить еще громче. — Я отказываюсь от силы!

Аватар попытался что-то возразить — наверно, крикнуть, что это невозможно — но он больше не мог сделать так, чтобы его услышали.

— Я отказываюсь от силы аватара! — на все миры звучал только голос Кота. — И я так же отказываюсь от своей силы!

Карик вздрогнул, когда рядом с Котом появилось два сияющих шара. Один теплый и манящий — сила власти. Другой холодный и скользкий — сила, которая разрушает правила. Демиург не мог знать этого наверняка, но одного взгляда на эти сияющие сгустки оказалось достаточно, чтобы знание появилось само.

— Эта сила растворится в мире. Она будет хранить равновесие! Если где-то станет больше одного, то тут же появится и другое! Ищите ее! Не бойтесь просить о помощи! И мечтайте, сами — теперь можно!

Карику показалось, что Кот хотел продолжить, но в этот момент шары отпущенной им на свободу силы растворились в воздухе. А вместе с ними и он сам.

— Это же… — Кейси выдохнула. — Это не может быть концом⁈ Неужели это все, что он смог придумать?

— Он отдал все без остатка, это была его мечта, — рядом навзрыд разревелась Пламен.

— Пожертвовал собой ради всех. Он один раз случайно это сказал и с тех пор, похоже, не мог выкинуть эту глупость из головы… — из глаз Майи текли слезы.

— Значит, все просто закончилось? — Карик не узнал, кто именно это прошипел.

— Стал частью самого мироздания? — Бо задумчиво кусал губы. — Использовал меня, чтобы так красиво уйти! И что мне теперь делать?

Тысячи человек сейчас говорили одновременно, пытаясь осознать, что будет дальше. И тут в небесах раздался смех.

— Глупцы! — аватар воспрял и вскинул голову. — И ваш Кот — глупец! Неужели он думал, что я не смогу вернуть то, что он отпустил⁈ Ничего не изменилось. Просто он умер, а скоро придет и ваш черед…

«Когда придет время, не теряйся. Делай то, что должен», — Карик как вживую услышал голос Кота. То, что он сказал ему перед этим глупым испытанием.

Делай, что должен. Демиург вытащил меч, их взгляды с аватаром столкнулись, а потом Карик неожиданно ощутил вокруг себя непривычную холодную силу.

«Когда власти станет слишком много, появится она. Сила Кота…» — он снова слышал его голос, и непроходимая стена между ним и аватаром исчезла.

— Ты не посмеешь… — тот попытался что-то сказать, но Карик не собирался его слушать. Раз Кот начал, он доведет дело до конца. Убьет аватара, даст родиться новому миру, а там — будь что будет. Возможно, даже он однажды научится мечтать.

Меч взлетел и опустился. Голова с таким похожим на Карика лицом отделилась от тела и полетела вниз.

Эпилог

Бо

В небе над бывшими сорока островами Карик прикончил аватара. Бог Обмана на мгновение задумался, что это тоже часть плана. Чтобы отражение создателя погибло окончательно и бесповоротно… Впрочем, это сейчас было совсем не важно. Единственным, что подчинило себе все мысли Бо, был вопрос: что делать дальше? Без его врага, в мире, где все старое разом потеряло смысл. Разве что…

Взгляд бога Обмана скользнул вперед и остановился на белобрысой девчонке, сидящей возле мертвого тела. Как там их, Борука и Пламен? Бо помнил, что мертвый человек с этим зверенышем были близки. И вот ее цена за новый мир. Все-таки Кот не смог, как это часто удавалось ему раньше, обойтись без жертв. Сколько сегодня погибло? Взгляд бога Обмана пробежался по телам. Следователи и их командир, Том Пау — неприятный тип, но иногда с ним было интересно соревноваться. Его девушка, которая тоже подавала надежды. Котята — все четверо — наглые, так похожие на своего создателя…

Бесят! Бо пришел в ярость, а потом неожиданно задумался, а не начать ли ему жизнь в новом мире с того, что он никогда не делал раньше. Не то чтобы его зацепили слова Кота или чтобы он мечтал о чем-то подобном. Но теперь эта мысль совсем не вызывала в нем отвращения, и она была настоящей. Не частью плана или попыткой начать игру. Просто желание и картинка из будущего: как бы красиво это могло закончиться.

Бо вздохнул, а потом медленно подошел к рыдающей девчонке.

— Зверек, — протянул он ей руку. — Меня зовут Бо. Я был другом Кота, и он перед тем, как ушел, попросил меня о тебе позаботиться.

— Правда? — огромные фиолетовые глаза распахнулись.

— Правда, — Бо соврал легко и искренне. Так, как он делал тысячи раз до этого. Вот только, возможно, впервые за очень долгое время он врал не ради себя. Очень странное чувство.

Действительно новый чудный мир.

Карик, неделю спустя

— Его так и не нашли? — Кейси стояла перед ним и смотрела прямо в глаза. Карик смотрел в ответ, и в зрачках его жены отражались он и тысячи водопадов.

Они решили остаться в водном мире хотя бы на время. Не хотелось возвращаться в Каррию. После всего, что случилось, аристократы, борьба за алтари и влияние казались такими ничтожными.

— Мы пустили клич по всем мирам. Мы искали и Кота лично, и его силу… Если бы это была его очередная шутка, то мы бы заметили. Если бога еще и можно спрятать, то вот его источник — никак. Все, что влияет на внешние миры, оставляет след.

— Значит, он на самом деле умер, — Кейси выдохнула, а потом разрыдалась. До этого она заставляла себя верить, что все еще можно исправить, что он появится. Улыбнется глупо, помашет рукой, а потом расскажет, зачем заставил ее так волноваться.

— Ты справишься? — Карик волновался и за жену, и за их сына, который теперь медленно рос у нее внутри. До исчезновения Кота у них даже говорить на эту тему не получалось, а тут… Все разом изменилось, и новые мечты крутились в мыслях, складываясь в самые причудливые узоры.

— Я справлюсь! — Кейси вытерла глаза и крепко обняла мужа. Им обоим разом стало легче.

— Как Майя? — через пять минут, когда они, наконец, смогли отпустить друг друга, Карик задал новый вопрос.

— Ушла, все так же молча, — Кейси покачала головой. — Я пыталась с ней поговорить. И Бо пытался, и остальные. Она только грустно улыбалась, а потом сказала, что ей нужно побыть одной.

— Иногда время лечит…

— Дадим ей немного, но потом я ее обязательно найду. И ей придется вернуться! А то, ишь, собралась увильнуть от обязанностей бабушки, — на мгновение на губах Кейси мелькнула улыбка.

Майя

Все эти дни Майя запрещала себе думать. Стоило хоть на мгновение отпустить тормоза, и сознание просто уплывало. Боль, жалость, обида… Огромная черная рана потери на душе, которая ширилась день ото дня и не могла затянуться. Всего за пару бессонных ночей Майя чуть не лишилась себя, а потом в голове неожиданно прозвучали его слова.

«Просто верь, что я тебя люблю. Что бы ни случилось!»

Сколько раз он это говорил? Много, и один раз был точно перед самым испытанием. Когда Майя это поняла, она ушла от всех и, убедившись, что рядом никого нет, перенеслась в одно полузабытое место. Вернее, в этом времени его еще даже не было. Точка в пустоте, где когда-то в будущем они с Котом создадут свой личный мир Зла, где будут счастливы, где пообещают любить друг друга всегда.

Майя шагнула через проход, но вокруг была только пустота. Надежда, которая было подняла голову, начала угасать. Иногда слова «я люблю тебя» — это просто слова. Но иногда…

— Я люблю тебя… — сказала Майя в пустоту, и перед ней начала проступать черная масляная пленка.

Защита, которую когда-то помогала ставить и она сама. Девушка протянула руку, прося о проходе, и тот появился. Серебристо-черные врата в тысячи раз больше ее роста распахнулись, Майя скользнула внутрь и сощурилась от неожиданности. В их старом мире Тьмы ярко светило солнце, тут была жизнь… С высоты парящих облаков Майя видела внизу маленькие домики и большие города. Самые разные — кто-то жил вместе, кто-то хотел остаться один.

Девушка присмотрелась. По горному склону прямо под ней бежала знакомая фигура — Борука. Бывший искатель снова жил в горах, так похожих на его родные. У него на плече сидела белая крыса. Но ведь Пламен еще жива? Майя сощурилась, чтобы разглядеть все, и Борука неожиданно посмотрел в ответ и помахал рукой. Он узнал ее и понял, что ее смутило.

— Это на память, — он погладил сидящего на плече зверька. — А Пламен… Пусть живет своей жизнью, пусть будет счастлива. А мы… Рано или поздно мы ведь встретимся, и я буду этого ждать.

Он улыбнулся и вернулся к охоте. Майя тряхнула головой, решив не отвлекать искателя, и медленно полетела в сторону черной башни. Она знала, он должен быть там. Не решилась спросить об этом прямо, хотя могла. Но верила!

Внизу встречались знакомые и незнакомые лица. Какие-то боги, которые когда-то сражались за них с Котом. Кажется, мелькнул кто-то еще из Колыбели. А вот она заметила Тома Пау — они сидели вместе с Аласой у домика на берегу моря и радостно махали Майе рукой. Котята — все четверо — играли в мяч рядом с городом. Они тоже заметили ее и что-то закричали. Майя снизилась.

— Он ждет! — радостно заорал Первый.

Сердце Майи забилось быстрее. Все еще могло превратиться в страшный сон, но здесь и сейчас она верила в счастливый конец. Она почти не заметила, как пролетела город, защиту башни, первые этажи… Она сразу спешила на верхнюю площадку, туда, где Кот обычно жил, когда они были вместе.

Окно. Снаружи было быстрее. Она пробежала прямо по каменной стене, а потом ворвалась внутрь.

— Привет, — это действительно был он. Такой живой и знакомый. — Прости. Не мог предупредить, не мог объяснить. Но я знал! Ты обязательно поймешь и вернешься!

— Молчи! — Майя с разгона обняла его и впилась в губы. — Потом я тебя обязательно убью, а пока… Просто молчи!

Кот

Прошел целый день, прежде чем мы смогли остыть и забыть про эту неделю страха. Пока были друг без друга и не знали, получится ли увидеться вновь.

— А теперь расскажи, как ты все-таки победил демиурга? — Майя сидела на краю балкона в мягком пушистом халате и наслаждалась закатом.

Наш личный загробный мир, как называла его она. Я же пока не определился с названием. Просто место, где я спрятал свою силу и смог дать вторую жизнь героям из обычного мира. Дом для нас всех. Спокойная гавань для тех, кто пока устал мечтать. Впрочем, уверен, рано или поздно это желание еще проснется, и тогда кто-то догадается спросить, а можно ли вернуться. И пусть не сразу, чтобы слухи не поползли слишком быстро, я собирался открыть двери.

— Это было на удивление просто… — вслух я принялся рассказывать Майе о героях судьбы Атона, Сарике и ее рыцаре, которые теперь смогли быть вместе. — Я разобрался, что эта сила, сталкиваясь с моей, не просто уничтожает ее, а фактически создает точку, где это должно случиться. Разрушение судьбы.

— И ты ловил атаки аватара в эти точки, — Майя не понимала моей любви к красивым названиям. И это после ее собственного «загробного мира». Все же даже лучшие из нас не идеальны.

— Именно. Поймал, заставил паниковать, а потом, встроив наш поединок в саму ткань мироздания, показал это всем-всем-всем. И в ту же секунду участь аватара была решена, он перестал быть повелителем мира, а больше он ничего и не умел.

— Не жалеешь о тех, кто умер в тот день ради тебя?

— Очень, — я не сомневался в ответе.

И пусть я смог вернуть их к жизни, но… Те решения, те поступки — каждый из оставшихся со мной в тот день был достоин большего. Я ведь тогда еще сомневался. Очень непросто уйти, заплатить собой за… мечту. Но котята, Том, Борука, Пламен, Бо, Майя — те, кто погиб и кто остался, помогли сделать это легко.

Простой ведь выбор. Жить ради таких, как Тутмос или Гасина, или уйти ради Пламен и Тома, ради того, чтобы Карик и Бо смогли увидеть другую часть себя и полюбить ее. Так странно получилось. Карик — отец, Бо — наставник. Кто знает, куда теперь двинется этот мир? Но одно точно: теперь люди по ту сторону купола из тьмы смогут мечтать не только о власти и силе.

А я… Буду счастлив тут, буду собирать достойных, когда придет их время. А еще… Однажды ведь и я могу решить снова прогуляться.

— Кот… — тихий голос Майи вернул меня к реальности. — А почему ты решил, что должен именно исчезнуть? Дело ведь не только в отпущенных силах. Тем более что большую часть из них ты сохранил и собрал тут, чтобы скрыть это место. Невероятно, конечно…

— Мой лучший обман, — я улыбнулся. — Помнишь, в тот раз, когда мы скрылись в этом мире в прошлый раз, я тоже пытался изменить людей? Думал, общий враг поможет им стать лучше, но не сработало. Одни собирались вечность со мной бороться, другие — возрождать…

— И ты решил исчезнуть, чтобы они ощутили свободу. Собрать всю силу мира и отпустить. Только ты мог додуматься до подобной глупости.

— И вовсе не глупость, — я улыбнулся в ответ на улыбку Майи. — Просто не придумал лучшего примера, чтобы они увидели — возможно все. А еще чтобы знали, что эта сила теперь ничья, и любой может получить ее. Ты знаешь, что вчера в Каррии бывший глава стражи Горн решил подмять под себя город, пока все ушли? И все сработало: концентрация власти нарушила равновесие, и свободная сила разрушения быстро нашла того, кто пошел наводить порядок. Легкий хаос, голова Горна на воротах и мощные землетрясения в мирах, где у него были алтари. Вышло довольно разрушительно, но в итоге весть об этом мгновенно разлетелась по мирам. И теперь каждый будет помнить: возьмешь слишком много, лишишь людей возможности мечтать, и все — появится новый Кот.

— Уверена, никому не нужно такого под боком.

— Умным нет. И теперь в их мирах сидевшие по домам боги медленно, но верно учатся смотреть вверх. Они ищут желания в своем сердце, еще немного, и они отправятся каждый в свой путь. Тысячи, миллионы и миллиарды тех, кто верит во что-то хорошее и хочет сделать мир лучше. Они, конечно, наломают дров, но в то же время зажгут и сердца тех, кого встретят по пути. Не знаю, получится в итоге или нет, но я хочу верить, что однажды не единицы на общем фоне, а весь мир двинется куда-то вперед. К чему-то настолько великому и прекрасному, о чем мы, старики, выросшие на законах аватара, пока даже и подумать не можем.

— Сам ты старик! — Майя прижалась ко мне и укусила за ухо. По-доброму, а в уголке ее глаз мелькнула слезинка. Она ведь тоже умела мечтать. Хоть пока и по-старому.

Конец.

Это действительно конец 18 книги и заодно 3 сюжетной арки. Приключения Кота в эпоху богов подошли к концу. Он запустил создание новой эры, и никто не знает, какой она в итоге будет. Мы же со своей стороны только надеемся, что люди никогда не разучатся мечтать, не забудут, как велик и прекрасен может быть мир, в котором мы все живем. Пусть будет так!

Content

Антон Емельянов
Сергей Савинов
Последний кот

Пролог

Глава 1 Убить

Глава 2 Вкусно и полезно

Глава 3 Стоянка

Глава 4 Рыба покрупнее

Глава 5 Яд и пламя

Глава 6 Верх и низ

Глава 7 Корни

Глава 8 Наследие

Глава 9 Королева и Бо

Глава 10 Мастер

Глава 11 Королева и Карик

Глава 12 Доброе вторжение

Глава 13 Доброе вторжение 2

Глава 14 Доброе вторжение 3

Глава 15 Доброе вторжение 4

Глава 16 Доброе вторжение 5

Глава 17 Злое вторжение

Глава 18 Злое вторжение 2

Глава 19 Злое вторжение 3

Глава 20 Злое вторжение 4

Глава 21 Злое вторжение 5

Глава 22 План Бо

Глава 23 План Атона

Глава 24 План Кота

Глава 25 План Кота 2

Глава 26 План Кота 3

Глава 27 Сорок островов

Глава 28 Сорок островов 2

Глава 29 Смерть

Эпилог