Матвей Курилкин

Звезданутые на контракте

Герман Лежнев, черный археолог

— Слушай, Кусто, а ты офигеть какой крепкий, — задумчиво констатировал Герман, попинав большую, метров пятидесяти каменную призму.

Призма была когда-то частью муравьиного корабля. Может, разведчик-сеятель, а может что-то другое, по такому куску не определить, да и не разбирался Лежнев в видах их кораблей. Треугольник нашли на дне той самой ловушки, в которую угодил тихоход, после того, как Кусто слопал приманку. Он, собственно, и камешком был не против закусить, но решил рассказать о своей находке.

— Да, я гораздо крепче этого камня, — гордо ответил Кусто, — к тому же я еще давил на леску гравитационным полем, затрудняя ей сжатие. Но она все равно меня распилила бы. Очень, прочная на разрыв эта паутина! Я таких веществ и не встречал никогда. Удивительно, что хотя бы вибромеч с ней справился!

Герман вздохнул и вновь нежным взглядом прошелся по лезвию вибромеча. Удивительная штука, в самом деле. В последнее время над клинком как только не измывались, а он все как новенький! Вообще никаких следов. Меч ему очень полюбился. Выяснилось, что в космосе без хорошего холодного оружия — никуда. Кто бы мог подумать. «Да, пожалуй, надо как-то поаккуратнее с ним, — подумал Герман, — заменить-то нечем!»

— Получается, это все-таки не на тебя, Кусто, ловушка была. Пауки так именно муравьев ловили. Только мне вот непонятно, почему муравьи на такое ловились? Вот зачем им эта фиг знает из чего сделанная смесь? — Герман наклонился и перетер между пальцев горку сероватого песка, пропущенную ликсом.

— Это фактически готовый концентрат всего, что может понадобиться муравейнику, — отозвалась Тиана, — Любые детали и инструменты при минимальных затратах энергии — вот, что это такое.

— У них же конверторы были, — удивился Герман.

— Напомню, у них конверторы были устаревшей модели. Производили только органику. Да даже если и новой — что, по-твоему, конвертор из воздуха производит то, что производит? Ему нужен материал. И чем сильнее этот материал насыщен всяким полезным, тем лучше. В принципе они могли все то же самое добыть самостоятельно — на планете или в астероидных поясах. Но зачем, если тут вот оно, прямо готовое. Притом не забывай, что это все-таки муравейник. Королева разумна и вряд ли попалась бы в такую ловушку дважды, но она ведь не может уследить сразу за всем! А других высокоинтеллектуальных особей у нее было мало.

— Я, кажется, все, — сообщил Кусто. — Дальше идет уже обычный грунт, его не так интересно поглощать.

— Ну и забирай нас тогда, — велела Тиана, — У нас еще тот бункер не обследован. Но сначала самое главное — контракт.

— Какой контракт? — не понял Кусто, гостеприимно впуская двуногих.

— Контракт с Германом.

— О, вот это интересно! — удивился Лежнев, — Не думал, что наши отношения могут быть официально оформлены!

— У народа киннаров подобная форма взаимоотношений действительно не распространена, — кивнула Тиана, — У нас каждый индивид выполняет ту работу, для которой он наиболее пригоден, и получает за нее определенный набор благ, а также некоторое количество кредитов, которые он может потратить по своему усмотрению. Очень справедливая и простая система. Однако ты-то не являешься гражданином нашего государства, и поэтому я не могу требовать от тебя исполнения наших социальных обязательств. Собственно, даже если бы ты был гражданином, я бы все равно не могла, — немного смущенно добавила Тиана, — это не входит в мои компетенции. Я долго думала, как оформить твое присутствие на ликсе в качестве напарника, и решила, что необходимо создать свод правил, в которых перечисляются твои права и обязанности. И тут я вспомнила, что когда-то в древности подобные своды правил уже были в ходу! Очень жаль, что я ни разу не видела образец подобного контракта, но, думаю, восстановить мы его сможем. Как ты на это смотришь?

— Исключительно положительно, — покивал Герман. Он, наконец, сообразил, почему последние несколько часов спутница была так молчалива — пыталась придумать, как закрепить договоренности. — Всегда лучше договориться заранее, чтобы потом не возникало ненужных конфликтов. У нас контракты очень даже распространены. Только можно мне кое-что сначала уточнить? — осторожно спросил Лежнев, — У вас бывает так, что кто-нибудь отказывается выполнять свои обязательства перед обществом? Ну вот допустим тебе сказали, что ты больше всего подходишь для работы разведчиком. И тут вдруг раз — и ты понимаешь, что не хочешь быть разведчиком. Ты хочешь… ну не знаю, художником быть. Как тогда поступают?

— Что за глупости? — удивилась девушка. — Если тестирование показало, что ты будешь разведчиком, зачем становиться кем-то другим? Если это занятие наилучшим образом подходит под совокупность твоих личностных особенностей и способностей?

— Ну, скажем, хочется тебе, — без особой надежды попытался объяснить Герман. — Вот показало тестирование, что ты лучше всего проявишь себя как разведчик, а ты всю жизнь хотела пейзажи рисовать. Фантастические.

— Тестирование проводится намного раньше, чем ребенок начинает осознанно чего-то хотеть, — наставительно пояснила Тиана. Даже мне… в смысле мне, например, было около четырех лет, когда мне сказали, что в будущем я стану разведчиком. Нет, иногда происходят ошибки. Такое, к сожалению, случается, и индивид оказывается совсем неподходящим для выбранной изначально деятельности. Но тогда он просто становится солдатом. Это незавидная участь, и таких очень мало, но кто-то ведь должен быть и солдатом, правильно? Общество ведь не может состоять только исключительно из ценных членов, это невозможно.

— Ага, — ошеломленно кивнул Лежнев. — Очень правильно. Объявить тех, кто занимается защитой своего народа — малоценными членами общества, и скидывать туда самых негодных. Который раз удивляюсь, почему вас до сих пор не уничтожили? Но мы, пожалуй, отвлеклись от изначальной темы. Я еще хотел спросить, чем будет гарантироваться выполнение контракта.

— Как чем? — не поняла Тиана. — Как только мы придем к соглашению, мы объявим, что будем его придерживаться. И, соответственно, каждый будет следить за тем, чтобы соблюдать условия. Разве может быть иначе?

Герман снова озадаченно замолчал.

— Ну да, — согласился он. — Довольно логично.

Наивность напарницы его просто поражала. Как-то даже неловко было объяснять, что иногда мир вокруг не такой честный, как ты сам.

— Герман, я все-таки хочу уточнить, — спросила Тиана. — Мне показалось, что ты не согласен с организацией армии, принятой в нашем обществе. Почему?

— Ну… не знаю, как у вас, но если бы мне сказали, что я — отброс, годный только на то, чтобы сдохнуть, пока остальные, хорошие и ценные будут наслаждаться мирным трудом, я бы точно хорошо воевать не стал, — пожал плечами Герман, — Если и не повернул бы оружие против этих ценных, то уж точно постарался бы свалить подальше и складывать свою голову за них не захотел. И, думаю, я не один такой. У нас, знаешь ли, тоже были случаи, когда к своей армии начинали презрительно относиться. После этого очень скоро приходилось кормить чужую.

Лежнев покосился на недовольно поджавшую губы напарницу. Не нравится. И не согласна, похоже. А между тем, их-то свободные разведчики сильно ли престижнее тех же солдат?

Обсуждение контракта затянулось надолго. Ликс давно убрался из сломанной ловушки и перелетел поближе к бункеру, а Герман с Тианой все спорили по поводу пунктов. Изначально Лежнев не собирался особо упорствовать. Ну, в самом деле, какие у него могут быть требования? Однако таковые нашлись у Тианы, и некоторые из них Герману не понравились.

— Пункт про безоговорочное подчинение в нештатных ситуациях меня не устраивает, — увещевал Герман. — Точнее, меня вообще не устраивает пункт о безоговорочном подчинении. В каких бы то ни было ситуациях. С чего ты вообще его придумала?

— Ну как же! — возмутилась девушка. — Это же очевидно! Я — свободный разведчик и представитель цивилизации, которая ушла на многие тысячи лет вперед. Я знаю о космосе значительно больше, чем ты. Соответственно, мои решения основаны на большем количестве достоверных данных, и потому имеют больший приоритет.

— Ты знаешь не о космосе, а о его крохотном кусочке, в котором тысячи лет варятся всего две различные цивилизации, — покачал головой Герман. — С чего ты взяла, что твои знания можно экстраполировать на то, что происходит в другой галактике? — Лежнев чувствовал, что начинает заводиться, но изо всех сил сдерживался.

— Мы еще не знаем точно, другая ли это галактика! — в запале начала Тиана, — то, что ваши ученые как-то там по косвенным признакам подсчитали ее размеры, еще не значит, что они правы!

— Тем более! Ты даже не знаешь, где находишься — так с чего твои приказы должны быть приоритетными? И вообще, какие из моих решений в последнее время показались тебе ошибочными? Что такого я сделал, что ты хочешь лишить меня инициативы?!

— А кто чуть не умер после того, как активировал на себе ловушку местных жителей? Я ведь тебе говорила, чтобы не трогал!

— Мы же уже определились, что разобраться с находками необходимо!

В общем, так и не договорились. Решили, что контракт — штука серьезная, и его нужно составлять на свежую голову и в спокойной обстановке. Тиана предложила, а Герман с удовольствием согласился, потому что чувствовал — еще немного, и никакого контракта вообще не потребуется, потому что обе стороны постараются сделать все возможное, чтобы никогда больше не встречаться. Хорошего настроения не добавляло и отсутствие нормальной еды. Даже Тиана, за последнее время привыкшая к изыскам, смотрела на осточертевший стандартный салатик с плохо скрываемым негодованием.

— Пожалуй, сегодня уже слишком поздно идти в бункер, — буркнула девушка. Обед прошел в напряженном молчании, хотя «официально» никто не ссорился.

Герман охотно согласился — в таком настроении разбираться со всякими опасными штуками слишком рискованно. Обязательно кто-нибудь ошибется, и случится какая-нибудь пакость. Так что после обеда у каждого было свободное время. Герман провел его просто превосходно. Во-первых, наконец, выкупался в море без всяких соблазнительных дамочек, которые только манят, а сами даже не осознают, как издеваются над некоторыми спутниками, а потом сделал-таки нормальный ужин. Готовка каждый раз получалась все лучше и лучше. В этот раз Герман приготовил гуляш. Не тот, который венгерский, а тот, который в столовой. С картошечкой. Простое, в общем-то блюдо, но повозиться пришлось.

— Все-таки эти ваши конверторы — это чудо какое-то! — возясь у импровизированной плиты, хвалил Герман. — Даже жаль, что ты, брат, предпочитаешь совершенно другую пищу. Иногда мне прямо хочется тебя угостить.

— Мне тоже, — изобразил тяжелый вздох Кусто. — Ты так старательно готовишь, а потом вы с Тианой так хвалите, что я понимаю — результат совершенно отличается на вкус от изначальных ингредиентов. Это так сложно и интересно! Ведь это все те же составляющие, пусть и обработанные. Набор полезных элементов тот же самый, но почему-то от того, что ты сделал, вы получаете удовольствие, а от того, что запрограммировано в конверторе — только насыщаетесь. Но не переживай. Я сейчас набрал очень много материала, так что, когда начнется трансформация, я обязательно в числе прочего постараюсь вырастить себе язык с вкусовыми сосочками, как у вас. Тогда я смогу попробовать вашу пищу!

— Здорово, очень рад, — жалобно обрадовался Лежнев. Он представил себе объем блюд, которые ему потребуется готовить для ликса, и пожалел о том, что вообще завел этот разговор. Оставшееся до ужина время они с Кусто разбирали завалы информации на ноутбуке Германа. Ну, это только так называется. На самом деле смотрели мультики. Ликс был в полном восторге.

Неизвестно, чем занималась до ужина Тиана, но у разведчицы настроение тоже исправилось, так что ужин прошел в достаточно спокойной атмосфере. Девушка была молчалива и рассеяна, но уже не раздражена. Правда, хвалить приготовленное Германом блюдо, против обыкновения не стала. Лежнев было слегка обиделся, но потом Тиана, все так же глядя куда-то в пустоту, дважды положила себе добавки. Лежнев решил, что пюрешка-таки имеет успех, просто барышня слишком глубоко задумалась.

Утром, так и не определившись с контрактом, отправились в бункер. Всего после оценки фронта работ определили десять типов предметов, чье предназначение оставалось загадкой. Начать решили с уже опробованной Германом паутины-ловушки. После долгих споров пришли к выводу, что все-таки это когда-то было ручное оружие. Паутину одна такая ловушка могла выпустить восемь раз, после чего окончательно отказывалась работать. Видимо, нужно было перезаряжать, но как это сделать, оба исследователя так и не догадались.

— Может, это вообще одноразовая вещь? — спросила девушка. — Ну не может быть, чтобы мы не смогли определить, как это работает!

— Мне больше интересно, как предполагалось ее использовать! — проворчал Герман. Паутиной явно можно было выстреливать. По крайней мере один раз у него получилось. Все остальные попытки привели к тому, что связанным оказывался сам Лежнев. Несмотря на то, что скафандры они с Тианой предусмотрительно оставили надетыми, приятного все равно было мало.

— Эту штуку решительно невозможно ухватить так, чтобы направить в нужную сторону! — продолжал возмущаться парень, — Как ни поверни, все равно хоть краем, но самого задевает!

— Ты же видел, у них совершенно другие конечности, другая моторика… если честно, я вообще не уверена, что эта вещь предполагалась как именно «ручное» оружие, — рассудила разведчица. — Мне кажется, ее как-то крепили на теле, или даже на голове. Посмотри, если вот в эти отверстия просунуть педипальпы, то вот здесь они как раз ложатся на вот эти чувствительные области!

— А ведь верно! — обрадовался Герман. — А у меня даже двумя руками так растопыриться не получается. Приходится переворачивать… то есть как если бы я, чтобы выстрелить, поворачивал пистолет дулом к себе!

Паутинометателей на складе нашлось две сотни. Даже учитывая, что перезарядить их не получится, вполне приличный запас.

— Как ты собираешься ими пользоваться? — спросила Тиана, глядя как парень перетаскивает коробки ближе к выходу. — Хочешь соорудить переходник?

— Ну да, а как еще? Придумаем что-нибудь.

Разведчица недоверчиво покачала головой, но спорить не стала. Видимо решила — нравится человеку ерундой заниматься, ну и пусть занимается. Лишь бы не во вред.

— Только любые испытания в скафандре!

Герман покосился на разрезанную на несколько кусков металлическую полку — результат того единственного удачного выстрела, и горячо согласился.

— Да уж, если бы не скафандр, из меня сегодня можно было бы приготовить отличный гуляш. Думаю, кусочки были бы как раз подходящего размера.

Из динамика скафандра послышались подозрительные звуки.

— Эй, ты чего?

Тиана только рукой махнула и отключила динамик. Правда, через пару минут снова включила:

— Вот зачем это было говорить? Я теперь не смогу этот твой гуляш есть! А ведь так вкусно было!

Герман озадаченно хмыкнул. Он только теперь догадался, что за странные звуки издавала разведчица до того, как отключила динамик. С тошнотой боролась. «Вот ведь живое воображение у человека, — немного даже позавидовал парень, — всего-то ляпнул не подумав, а такая реакция!»

— Ну что, теперь займемся вот этими шариками? — Тиана внимательно разглядывала очередную открытую коробку, — смотри, тут какие-то выемки. Мне кажется, в них должны помещаться верхние лапы. Помнишь, на плакате на входе.

— Ну да, они же у них гибкие. Как раз удобно, — согласился Герман. — И вот здесь что-то нажимается. Только знаешь… мне кажется, это лучше проверять на воздухе. Да и все остальное — тоже.

— Есть предположение, что это может быть? — удивилась девушка.

— Если честно, похоже на гранату. У вас таких нет? Шарик со взрывчатым веществом внутри и поражающими элементами вокруг него. Выдергиваешь чеку, бросаешь, и через три-четыре секунды срабатывает заряд.

— Это для чего? — Тиана даже забрало шлема откинула. — Для ритуального самоубийства, что ли?

— Да с чего бы? — удивился Герман. — Взрыв-то не сильный. Типа в противника бросаешь, а сам укрываешься, или там на землю падаешь. Ну или, если заряд совсем небольшой, то можно просто подальше бросить.

— Вы, земляне, полностью неадекватны. Ручные бомбы, это надо же такое придумать! Нет, я согласна, что лучше на улицу выбраться… но я не верю, что во вселенной найдется еще один настолько ненормальный вид разумных!

— Между прочим, твоя медицинская аппаратура говорит, что ты тоже к этому виду принадлежишь, — буркнул Герман.

Пока перетащили содержимое бункера, обнаружили, что солнце уже клонится к вечеру. Герман с тоской посмотрел на оставшиеся неисследованными предметы.

— Как думаешь, за завтрашний день разберемся?

— Ох, хорошо бы хоть дня за три управиться, — устало вздохнула Тиана. — Слишком местные жители от нас отличаются! Это еще хорошо, что у нас с ними образ мыслей в целом похож, а то я бы вообще, наверное, не рискнула.

— Это да, — Лежнев на секунду задумался, а потом решил-таки поделиться опасениями, — Мы вот с тобой при проверке исходим из того, что использование каждой из этих вещей не должно было приводить к смерти пользователя. Даже те же гранаты, на которые ты так фыркаешь — да, опасная штука, но все равно предполагает выживание пользователя. А если, скажем, такое не предполагается?

— Это как? — удивилась девушка.

— Ну, скажем, если их философия предполагает, что умереть, забрав с собой врагов — это честный размен.

— Не может быть, — с ужасом посмотрела на напарника разведчица, — это же противоречит базовым инстинктам выживания! Нет, я поняла бы, если бы это были муравьи, у которых центр индивидуальности — это не отдельная особь, а весь муравейник. Тогда пожертвовать одной особью — это достаточно рациональное решение. Но эти-то существа явно не роевые. Индивидуалисты. А значит, подобное поведение исключено!

— Я сейчас опять, наверное, тебя шокирую, но у нас на земле есть один народ, чьи солдаты совсем недавно массово садились в управляемые бомбы в надежде нанести ущерб врагу. Сразу поясню — тогда у нас еще не было технической возможности строить достаточно развитые системы дистанционного управления.

Тиана надолго замолчала, после чего констатировала:

— Иногда мне страшно оттого, что мы все-таки одного вида. Это, выходит, мы тоже можем дойти до какого-нибудь подобного бреда?

— Как будто подсаживать каждому симбионта, который автоматически делает людей спокойными и покладистыми, а тем, кто с этим не согласен стирать память — это прямо образец нормальности, — фыркнул Герман. Тиана отвечать не стала, только обиженно сложила брови домиком.

— Все равно вы, земляне, странные.

Вечером, когда все уже разошлись по каютам, Герману не спалось. Парень был недоволен. Он вдруг обнаружил в себе страсть к путешествиям, к перемене мест. Хотелось снова в космос, хотелось увидеть глазами ликса гиперпространство, а приходится сидеть на планете-кладбище, и разбираться с вещами, чьи настоящие хозяева давно мертвы.

— Слушай, дружище. Выпусти, меня, что ли, на улицу, — попросил Лежнев, задрав голову к потолку.

— Зачем? — спросил Кусто.

— Да вот, не спится. А раз так, чего время терять, попробую разобраться хоть с чем-нибудь.

Ящики с трофеями пока так и оставались на пляже, заботливо обкопанные Германом — на всякий случай. Тащить их на ликса они с разведчицей опасались — мало ли, что. Лежнев дисциплинированно облачился в скафандр, и открыл ящик с шариками, о которых они говорили с Тианой. Он сам не мог объяснить, почему решил, что эти шарики — аналоги гранат. Помимо того, что это кажется логичным, сам вид этих шариков с выемками был каким-то угрожающим.

Герман осторожно ухватил один из шариков, отошел подальше от ящика. Подумал немного, и направился к Кусто.

— Слушай, дружище, а ты ведь умеешь отклонять от себя всякие вредные камни в космосе?

— Ну да, с помощью гравитационного когтя, — гордо ответил ликс. — Он у меня очень хорошо развит!

— Ага… Я тут подумал, если это в самом деле граната, может, ты сможешь отклонить их от меня? Я, конечно, окопчик выкопаю. Вот тут, на некотором отдалении, чтобы тебя не задело. Но просто на всякий случай, если в меня что-то такое полетит, сможешь защитить?

— Я попробую, — неуверенно ответил ликс. — Только Герман, мне кажется, Тиана не хотела бы, чтобы ты занимался исследованиями в одиночку.

— Да знаю, — вздохнул Герман. — Но, во-первых, она ничего такого пока не говорила, — о том, что девушке, скорее всего, просто в голову не пришло, что он может решиться на эксперименты один и в темноте, парень говорить не стал.

— Во-вторых, так будет даже безопаснее. Понимаешь, если это что-то взрывающееся, лучше будет это тестировать в одиночку. Мало ли, вдруг оно слишком сильно взрывается — так зачем рисковать сразу двоим?

— Может, лучше все-таки подождать утра? Или вообще не делать ничего с этими вещами, если они такие опасные.

Энтузиазм у Лежнева и без слов ликса как-то поутих уже. Собственная идея заняться исследованиями в одиночку уже не казалась хоть сколько-нибудь разумной. «Детство какое-то, ей богу! — сам себя убеждал парень, — Ведь только из чувства противоречия решил. За то, что девчонка тебя построить решила. Ну и что, так уж она неправа была? Между прочим, как ни крути — она капитан корабля. Естественно, она главная. Чем спорить, лучше бы вместе очертили круг обязанностей, да донес до нее, что вне ликса у меня опыта больше. Нет, начал спорить. Как ребенок, честное слово!»

Несмотря на разумные, в общем-то рассуждения, остановиться Герман уже не мог. Сам себе бы потом говорил, что тупо испугался. Так что спустя двадцать минут энергичной работы лопатой, — песок на пляже копался легко, так что окопчик получился достаточно быстро, — Лежнев внимательно рассматривал серо-черный шарик. Размер очень удобный для хватания — с крупное яблоко. В центре — полукруглая выемка. Действительно, похоже, что для гибких передних лап местных жителей. Внутри выемки одна круглая кнопка.

— Ну чо, попробуем. Вот будет тупо, если это что-нибудь вообще не военное! — с этими словами Герман вдавил кнопку, и, размахнувшись, бросил шарик подальше от себя.

Хлопок, удар, падение. Герман осторожно приоткрыл глаза и попытался пошевелиться. Первое получилось без проблем, а вот пошевелиться не удавалось. Кое-как извернувшись, испытатель смог рассмотреть, что весь скафандр залеплен какой-то клейкой массой. Руки и ноги склеились с туловищем, так что теперь Лежнев сам себе напоминал гигантскую неуклюжую гусеницу.

— Герман, ты живой? — осторожно спросил Кусто.

— Вроде да. Похоже, я был прав — это действительно граната. Нелетального действия. Только у нее явно какие-то проблемы с замедлителем. Или бросать надо дальше и сильнее. В общем, опять разбираться надо.

— Герман, мне все меньше кажется необходимым разбираться с наследием местных жителей, — жалобным голосом протянул Кусто. — Однажды ведь скафандр может тебя и не защитить.

— Это да, как-то неудачно у меня дело идет с их изделиями. Ты Тиану уже позвал?

— Нет, она сегодня отправилась в медицинскую капсулу. Я за нее немного переживаю, раньше она не пользовалась ей так часто. Хотя, судя по показаниям приборов, она полностью здорова.

— Хм. Вот и не зови пока. Не будем ее отвлекать.

На самом деле Герману просто до ужаса не хотелось предстать перед девушкой в таком беспомощном виде. Он представил себе, что она скажет, когда узнает, чем он занимался ночью. «Нет, определенно, нужно хотя бы привести скафандр в порядок!» — решил парень.

Принять решение было легко, а вот с воплощением в жизнь дело как-то сразу не задалось. Липкая дрянь успела затвердеть, да так крепко, что ему даже согнуться теперь было сложно. В какой позе упал, в такой и сидел теперь на дне своего окопчика. Если бы за спиной был не мокрый песок — еще и к стене бы прилепился наверняка. А так испытатель был совершенно свободен, вот только совсем не мобилен.

— Герман, может, все-таки позвать Тиану? — осведомился ликс спустя где-то час.

— А она еще в капсуле? — уточнил парень.

— Ага.

— Ну тогда не будем ее беспокоить.

Тиана ди Сонрэ, освободитель

Тиана проснулась с прекрасным настроением. Да, в последнее время гормональный баланс пошел в разнос. Точнее, ей так кажется. Капсула утверждает, что все в порядке, и выдает предупреждающие надписи, когда она пытается вручную уменьшать их концентрацию в крови, но почему тогда накануне она два часа пялилась на рассекающего по морю Германа? Эти брызги воды, стекающие по коже… какие-то странные, неестественные ощущения возникают даже при воспоминаниях об этой сценке. В общем, полежав в капсуле девушка немного успокоилась, привела мысли в порядок, и все же последовала рекомендациям и не стала ничего не трогать. Тиана решила, что сегодня они не станут разбираться с наследием погибших цивилизаций. «Предложу Герману и Кусто устроить выходной! Тоже хочу искупаться, а то в прошлый раз Кусто попал в ловушку, и я даже не успела вдоволь поплавать! Можно попросить напарника сделать еще этих шашлыков…»

Тиана неохотно призналась себе, что ей уже не так невыносимо хочется вернуться домой. Нет, она по-прежнему стремится добраться до родного пространства, но и сейчас тоже совсем неплохо. Хотя стремление найти дорогу домой уже не такое острое, чувство долга перевесило бы желание отдохнуть, если бы не обещание разобраться с артефактами, оставшимися от местных жителей. Разведчице было просто страшно. Наверняка почти все эти предметы — оружие. А оружие имеет свойство убивать, прежде всего тех, кто не умеет с ним обращаться. Да, их скафандры — отличная защита от почти любых неприятностей. Но в том-то и дело, что почти. Накануне Герман оказывался спеленатым режущей паутиной несколько раз, и Тиана чувствовала, что ее терпение на исходе. Это ведь больно, даже если поза удачная. Разведчица видела — всякий раз, готовясь использовать метатель паутины, напарник непроизвольно втягивал голову в плечи, прижимал локти к туловищу. В этом случае паутина стягивала его в позу эмбриона, что еще не так уж страшно. А ведь если поза будет неудачной, можно сломать кости. «Нет, нужно немного отдохнуть. Нельзя сказать, чтобы я устала физически, но наблюдать, как человек мучается — выше моих сил. И следующий предмет буду тестировать сама!»

Приняв такое решение, разведчица откинула крышку капсулы и бодро выскочила наружу.

— Как хорошо, что ты уже проснулась! — поприветствовал Кусто. — Мне кажется, Герман уже устал сидеть в одной позе!

Хорошее настроение стремительно начало портиться. В предчувствии неприятностей.

— Что случилось?

— Герман ночью решил разобраться с очередным предметом со склада, и это оказалась ручная бомба, как он и предполагал. Только не с осколками, а с каким-то обездвиживающим составом. Так что он всю ночь просидел в скафандре, не в силах из него выбраться. Тиана, ты почему рычишь?

Это последнее Кусто спросил, потому что разведчица действительно непроизвольно зарычала. Сама свой голос не узнала.

— Рассказывай, — девушка принялась спешно облачаться в скафандр — Как и что произошло.

Выслушав объяснения Кусто, Тиана всерьез задумалась. Не оставить ли все как есть еще хотя бы на сутки? Чтобы неповадно было! Германа нашла без труда. С первого взгляда и не поймешь, что что-то не так: сидит человек в яме, — зачем он ее выкопал?! — созерцает противоположную стенку.

— По диким степям забайкальяааа, где зоооолото моют в горааах… — зазвучала унылая песня из динамиков шлема, — Здрасьте. А мы тут плюшками балуемся.

— Он что, еще и ел что-то с планеты? — озадаченно уточнила у Кусто девушка.

— Да ничего я не ел, это присказка такая. Цитата из мультфильма, — Герман ответил сам.

Вытащить неподвижную тушку напарника из ямы оказалось не так-то просто. У Тианы сил не хватало, отчего она только сильнее разозлилась. Несмотря на то, что объяснение, для чего эта яма потребовалась, показалось ей вполне логичным. Довольно разумное решение — укрываться от возможных неприятностей в складках местности, а если их нет, построить самостоятельно. Только вот не помогло — липкая бомба взорвалась еще до того, как упала на землю. Кусто показал: снаряд сработал в верхней точке траектории, так что Герману его ухищрения никак не помогли. К тому же за ночь яма слегка осыпалась, так что горе-испытатель, получается, сам себя закопал.

— Кусто. А почему ты его когтем не вытащил?

— Побоялся закопать, — признался ликс, — С первого раза ведь можно было и не попасть. Все-таки Герман очень маленький. Я мог промахнуться, и засыпать его еще сильнее.

— Ага! А мне говорил, что от этой липкой дряни не смог защитить потому что она жидкая! — подал голос экспериментатор.

— Ну, и поэтому тоже, — слегка смутился Кусто. — Я просто сразу и не подумал, что осколки в любом случае будут очень маленькие, а потом говорить было поздно, ты уже все сделал.

— Я вас обоих ненавижу, — тихо призналась Тиана. — Просто ненавижу.

Вытащить Германа из ямы удалось, только использовав страховочный трос. Кусто приподнялся над пляжем, вытаскивая памятник идиотизма, после чего, раскачав «груз», закинул его внутрь себя. Тиана наблюдала за процедурой с мстительным удовольствием, и втайне надеялась, что у этого слишком самостоятельного варвара там, внутри скафандра, не выдержит вестибулярный аппарат и он получит хоть немного неприятных впечатлений. Зря надеялась. Герман только вопил от восторга, и делился впечатлениями. Он воспринял процедуру спасения как веселое развлечение.

Дальше были долгие и безуспешные попытки воздействовать на застывший реагент. Действительно безуспешные — ни одна кислота и ни один известный Тиане растворитель на эту пакость не подействовал. Сам скафандр уже понемногу начало разъедать, а стеклянистой массе — хоть бы что.

— По-моему, это тот же прозрачный материал, через который мы к Кусто пробивались, — предположил Герман. Сейчас, спустя несколько часов беспрерывных попыток, веселья у него в голосе, наконец, поубавилось.

— Остается только резать, — констатировала разведчица, — и отправилась за вибромечом.

— Не шевелись, — велела она, и осторожно надрезала ткань скафандра. Ковырять саму стеклянистую массу даже не пыталась.

— И захотел бы — не смог, — признался Герман. — И, если можно, побыстрее. Не стоит сильно осторожничать, я не против мелких царапин.

Тиана вспомнила, что парень с ночи недвижим. Ясно, почему он так торопится. Как еще с ума не сошел!

— Почему вы меня сразу не разбудили?!

— Сначала пытались что-то сделать сами, а потом Герман сказал, что не стоит тебя беспокоить, когда ты в медкапсуле.

«Это он, получается, обо мне так побеспокоился. Вместо того, чтобы просто не делать идиотских вещей!» — раздумывала Тиана, аккуратно распарывая скафандр. Жалко было до слез. Конечно, есть еще несколько запасных, но сейчас, в отрыве от родины, каждый из них — это серьезная ценность. Герман, тем временем, наконец-то выпал — как бабочка из кокона. Такой же помятый и беспомощный. Идти он явно не мог, но как только оказался на свободе, куда-то очень целеустремленно пополз, не отвечая на вопросы. Теперь он больше напоминал не бабочку, а червяка — настолько яростно он извивался. Тиане все эти заскоки окончательно осточертели, и она потребовала:

— Прекрати от меня уползать, не объяснив зачем!

— Да я сейчас тут лужу сделаю! — возопил напарник. И столько страдания было в этом возгласе, что вся ярость и возмущение у Тианы мгновенно угасли. Она даже помогла несчастному доползти до его комнаты, после чего он умоляющим голосом попросил ее выйти.

— Кусто, он что, не знает, что в скафандре есть система приема и утилизации отходов? — спросила девушка, оставшись перед закрытым входом в каюту напарника.

— Знает. Я ему говорил, когда он только начал жаловаться на неудобство. Но он отказался. Сказал — лучше потерпит, тем более до твоего пробуждения оставался всего час. Сказал, что уже вышел из того возраста, когда писаются в штаны.

Минут через десять Герман вышел из каюты. Медленно, осторожно, придерживаясь за стеночку. Вид у парня был одновременно виноватый и счастливый.

— Герман. Ты ведь понимаешь, насколько идиотскую ситуацию создал?

— Мне действительно не стоило заниматься этим одному, — кивнул парень. — Но нам нужно пересмотреть правила безопасности. Представь, что было бы, если бы мы испытывали эту штуку вдвоем. Как собирались.

Тиана набрала воздуха в грудь, чтобы выдать короткий спич о том, как безответственно поступил напарник, и какой опасности подверг себя, какая это серьезная потеря — невосполнимый сейчас скафандр. Но не сказала, потому что действительно представила. Он ведь действовал достаточно осторожно. По крайней мере разведчица не видела, какие еще меры безопасности они могли бы предпринять перед испытанием. Значит, если бы не его выходка, Тиана в момент взрыва, скорее всего, находилась бы рядом, в той же яме, которую Герман называет окопом. У девушки перед глазами встала картина, как они вдвоем лежат беспомощные, почти неспособные двигаться. Нет, чуть-чуть переползать с места-на место Герман мог, и даже шевелить пальцами на левой руке. Наверное, им удалось бы в конце концов выбраться. При некотором везении. Благо меч парень старается все время держать при себе. Но это был бы кошмар.

— И все равно это было безответственно. В этот раз твои действия действительно уберегли нас от еще боле серьезных неприятностей. Но это лишь дурное везение. В следующий раз все может сложиться гораздо хуже.

— Согласен, — покаянно вздохнул Герман.

— Решение непременно приспособить под свои нужды находки, вообще было ошибочным. Инструкция четко говорит, что любые находки должны быть доставлены для исследования на базу. Вот и нужно было действовать по инструкции.

— Угу. Проблема только в том, что база неизвестно где.

— Это никак не отменяет правила.

Тиана опять почувствовала, что злится. Герман на нее плохо влияет — раньше ей бы даже в голову не пришло действовать так безрассудно.

— У нас говорят: «Инструкции писаны кровью», — глубокомысленно заявил Герман. — Только мы все равно их всегда нарушаем.

— Потому что вы идиоты?

— И поэтому тоже. А еще — мир вокруг меняется быстрее, чем инструкции.

Тиана вспомнила, что один из главных пунктов правил свободного разведчика гласит: «Ни при каких условиях не допускать на ликса посторонних». В случае захвата пленного ограничить его свободу в пределах одного помещения. Да и вообще, с тех пор, как она прыгнула в аномалию, вся ее жизнь состоит из сплошного нарушения инструкций. Да и сам прыжок — это уже нарушение.

— И все равно, мы больше не станем ничего исследовать. Сейчас у нас нет необходимости в каких-то дополнительных средствах, так что риск превышает возможную выгоду. Если честно, мне просто страшно.

Тиана ждала, что напарник станет возражать, но Герман, на удивление, не стал спорить. По всей видимости последний случай заставил его исследовательский энтузиазм утихнуть.

— Согласен. Но переходник для метателя я сделаю. Интересное ведь оружие получается. И надо бы все-таки подумать, как использовать эти гранаты. Хотя экспериментировать дальше страшновато. Но полезная ведь вещь, согласись?

— Полезная, если ты собираешься воевать. А я воевать не собираюсь. Я не какой-то солдат, я разведчик.

— Угу. Скажи это муравьиной матке. Хочешь мира — готовься к войне, так у нас говорят.

— У меня складывается впечатление, что цель вашей цивилизации — жить вопреки логике. Абсурд без границ.

Весь день готовились к отлету. Тиана твердо решила, что дольше задерживаться на планете будет пустой тратой времени. Пока она здесь, дом ближе не становится. Правда, утренние планы устроить день отдыха девушка так и не оставила. Очень уж хотелось погреться под ласковым солнышком, поплавать в море. Правда, Герман почему-то отказался присоединиться. Сначала, когда она предложила, вроде бы готов был согласиться, но потом осекся и сказал, что ему нужно конструировать переходник для метателя. Тиана немного обиделась — во время полета будет сколько угодно времени, чтобы этим заняться, а вот моря уже не будет. У нее тоже есть дела — например, она собиралась все-таки составить контракт. Решила для начала составить список пунктов, и потом поставить Германа перед фактом. Если что, можно будет от некоторых отказаться или изменить — главное, чтобы было что обсуждать. Но своих планов на отдых менять не стала — последний день на планете хотела провести так, как планировала.

Плавать и бегать по песку нагишом оказалось очень приятно и весело, но немного страшно. Два дня назад, когда рядом был Герман, было спокойнее. Вот вроде бы точно известно, что никаких крупных животных в местном море не водится, но все равно порой на мгновение кажется, что из темных глубин всплывает какое-то чудовище. Герман все-таки вышел спустя пару часов, но, почему-то, когда Тиана, выйдя из воды, пошла к нему навстречу, развернулся и скрылся в ликсе. А она уже, откровенно говоря, начала надеяться на шашлык. Впрочем, совсем без вкусного она не осталась. Название нового блюда не запомнила, но вкус оценила. Так что отдых, несмотря на шероховатости, решила считать удавшимся.

Космос встретил радушно, привычно обнял сиянием звезд. В этот раз даже взлет с планеты нужно было проводить в сопряжении — слишком много обломков на орбите, ликсу необходим контроль и помощь. Несколько минут напряженного маневрирования, и вот они, наконец, в открытом пространстве. Ликсу, и ей заодно, оно кажется теплым и дружелюбным. Нет, на планете хорошо, но ее стихия — это пространство. Разгон перед прыжком — время, которое Тиана должна проводить в слиянии. Она успела соскучиться по этому ощущению. Что удивительно, Герман тоже не стал отказываться в этот раз. Даже среди ее соплеменников очень многие боятся и брезгуют этой процедурой, а напарнику почему-то понравилось. Он признался даже, что в последний раз во время слияния почувствовал, что может нарушить их движение в гиперпространстве. Удивительно! Ложное ощущение, возникающее у всех пилотов-новичков. Но не у пассажиров! Только со своим ликсом, с тем, на которого положено настраиваться долгие годы прежде, чем это ощущение возникнет. Все-таки удивительный он, этот варвар с затерянной на окраинах галактики планеты. Ломает все стереотипы.

Тиана успокоила парня. Что бы он там ни почувствовал, его желания не будут работать, пока Тиана находится в слиянии. А вот если Герман когда-нибудь войдет в сопряжение с Кусто самостоятельно, без нее… вот тогда да, что-то может получиться, хоть и не сразу. Однако девушка не ревновала и не опасалась. Пускай она еще мало знает этого варвара, она достаточно знает Кусто. Тихоходы вообще очень щепетильны в отношении своих пилотов. Он никогда не пойдет на предательство. Без ее прямого указания Кусто просто не станет входить в сопряжение с кем бы то ни было, кроме самой Тианы.

Все равно, такая выдающаяся чувствительность Германа просто поражает. Она и теперь ощущает отголоски его чувств. Любопытство, предвкушение, напряженное ожидание, немного злости на себя и непонятной природы раздражение. В какой-то момент Тиане показалось, что напарник недоволен ей, но нет. Что-то другое. Жаль, что нельзя узнать наверняка. Со злостью все понятно, Герман по-прежнему беспокоится о том случае с обездвиживающей гранатой. Правильно беспокоится — Тиана и сама еще не забыла эту историю. А вот природа раздражения совершенно непонятна. Причем сейчас разведчица вспомнила, что и раньше что-то такое чувствовалось, только слабее.

Теорию работы с большим экипжем им в академии давали не слишком подробно. Это для второго этапа обучения. Для тех свободных разведчиков, кто проявит достойные больших ликсов качества. Ну и, конечно, доживет до момента, когда ликс сможет значительно увеличить свои размеры, что случается не со всеми и не слишком часто. Так вот, одно правило она все-таки запомнила: в команде корабля должен быть благоприятный моральный климат. Желательно, чтобы все члены команды были собраны и спокойны. Герман этим критериям явно не соответствует. Да и просто неприятно, когда рядом человек, которому из-за чего-то некомфортно. Тем более, это раздражение все-таки с ней как-то связано. И спросить прямо не получится — нехорошо лезть в личное. Вообще-то по инструкции во время полета личного у команды быть не может, как и каких-то тайн, вот только Тиана не была уверена, что это правило применимо в их случае.

Расстояние до следующей системы в этот раз не такое уж далекое, так что Тиана не стала выходить из сопряжения на время движения в гипере. Как только ликс оказался в классическом пространстве, пришлось тут же развивать максимальное, до боли в костях, ускорение, сбрасывать скорость, уравнивая ее со средней скоростью объектов окружающего пространства.

Глаза. В первый момент, когда сознание еще не окончательно перестроилось с категорий гиперпространства, ей показалось, что ликса нащупывают тысячи и тысячи внимательных глаз. Реакция была мгновенная и резкая — замереть, затаиться от чужих взглядов, слиться с окружающей местностью и перестать выделяться чем бы то ни было.

Тиана ди Сонрэ, взрослая женщина

Выходить из гипера в незнакомой системе, тем более той, в которой может быть разумная жизнь, необходимо как можно дальше от центра. До звезды — примерно половина светового года, то есть на внутренней границе той области, в которой болтаются всякие обломки и осколки, отброшенные от центральной части системы силами планет, но не способные выбраться за границы действия гравитации звезды. Технофанатики обычно оставляли свои регистрирующие выход из гипера устройства значительно ближе к системе, так что такое расстояние считалось вполне безопасным. Тем более, зарегистрировать, подсчитать и отследить все обломки и куски льда, вращающиеся на таком расстоянии от системы не в силах даже технофанатики, так что обнаружения другими видами датчиков можно не опасаться.

Все это Тиана знала, понимала, что переживать по большому счету незачем, ведь ликс сам по себе крайне малозаметное существо. Но одно дело пробираться к совершенно знакомым и привычным технофанатикам, и совсем другое — оказаться в системе, заселенной неизвестной цивилизацией. Поневоле начнешь нервничать — а вдруг у них есть какие-то неизвестные системы обнаружения? Кто знает?

Все. Выдохнули. Остановились. Успокоились. Ликс медленно плывет в пустоте, изображая холодную и пустую глыбу метанового льда. Теперь нужно убедиться, что появление ликса никого не насторожило.

Около часа Тиана со всей возможной тщательностью прислушивалась к системе. Опытный разведчик хорошо может почувствовать признаки обнаружения. Это как музыка. В стройной и гармоничной мелодии планетной системы появляются тревожные нотки внимания, затем — грозные удары готовности, и, наконец, хищные взгляды ищеек. Впрочем, помимо инстинктивных ощущений, есть и объективные методы контроля — массовые старты с планет, резкие изменения траектории кораблей в космосе или развертывание в боевой порядок флотов. Впрочем, последнее актуально только во время боевых действий. Ничего из перечисленного разведчица не заметила. И тихоход своими чувствами эти ощущения подтверждал. Система была довольно густо населена. Вероятн, о здесь нашествие муравьиной царицы пережили с меньшими потерями, чем в предыдущей. Или, по крайней мере, просто пережили.

За то время, что разглядывала пространство, Тиана смогла определить, что разумные, населяющие систему, предпочитают пользоваться преимущественно техникой. Немного обидно, но ладно. Однако форма и размеры сооружений на орбитах двух обитаемых планет, а также конфигурация десятка всевозможных космических станций самого разного размера и форм вызывали недоумение. Слишком велико разнообразие.

Цивилизации, по крайней мере те, о которых знает Тиана, стремятся прежде всего к стандартизации. Что у технофанатиков, что у киннаров, есть хоть и достаточно большое, но вполне ограниченное количество типов станций и транспорта. Здесь же как будто карнавал. Местные жители будто стремятся каждое новое сооружение сделать как можно менее похожим на все остальные. Разведчица вспомнила то, что рассказывал Герман о своем родном мире. Там на одной планете разместились десятки разных народов. Пожалуй, это может послужить объяснением… но вряд ли. Девушка прикинула, сколько ресурсов требуется, чтобы впервые выйти в космос. Нет, все-таки это требует консолидации слишком большого количества сил. Даже у Германа откровенно враждующим государствам приходится порой объединяться, чтобы выполнить какую-то задачу. Местные жители ушли в освоении космоса гораздо дальше. Судя по всему, даже дальше, чем жители той уничтоженной муравейником планеты. «Если вдуматься, это больше похоже на место встречи нескольких цивилизаций, — решила Тиана, — Как будто эта система — точка, где по какой-то причине присутствуют разные народы, или даже разные виды, родина которых находится где-то далеко отсюда»

Вывод показался ей вполне логичным, но, наученная ошибкой с планетой Германа девушка не спешила принимать его на веру. Пожалуй, лучше набрать побольше данных, да и с напарником посоветоваться не помешает.

Помимо странного разнообразия девушка заметила еще одну яркую деталь. Большая часть фиксирующих датчиков и прочих наблюдательных устройств в системе настроены на распознавание природных объектов. Если проще — они очень внимательно отслеживают появление камней. И, кажется, Тиана догадывается почему. Здесь матка тоже успела побывать, и, судя по всему, местным жителям визит тоже не понравился. Отпор ей дали, но, похоже, с большим трудом, и теперь даже спустя тысячелетия очень опасаются повторного нападения. Впрочем, только отслеживанием новых муравейников местные не ограничиваются — сеть обнаружения достаточно густая и частая. Даже несмотря на некоторое несовершенство технологий, неопытному разведчику, пожалуй, не удалось бы избежать обнаружения. Но не Тиане. Девушка пока не обнаружила ничего такого, с чем не смогла бы справиться. Пожалуй, применив некоторые хитрости ей даже удалось бы незаметно сесть на планету. Только пока это не требуется. Пленный ведь не единственный способ узнать, что творится в системе. В прошлый раз она поторопилась, но теперь спешить точно не станет.

Тиана еще немного понаблюдала за системой, помогла ликсу настроиться на несколько самых постоянных каналов передачи данных, чтобы потом попытаться их расшифровать, и, наконец, вышла из сопряжения. Переждала короткий период дезориентации и принялась понемногу разминаться, делая наклоны и повороты. В очередной раз прикоснувшись ладонями к пальцам ног, услышала кашель Германа. Парень только вошел, уже одетый в свой дурацкий килт поверх стандартного комбинезона, и теперь судорожно стучал себя кулаком по груди, чтобы прокашляться.

— Мне кажется, ты простудился, — объявила девушка, не выпрямляясь. — Сегодня отправим тебя в медицинскую капсулу. Мог бы и сам догадаться — лучше вылечиться сразу и быстро, чем потом сутки валяться без дела!

— Нет-нет, все нормально, — слишком поспешно открестился напарник. — Я в полном порядке, просто слюной поперхнулся. Что-то есть хочется. Пойду, приготовлю что-нибудь. — И, не совсем понятно добавил: — Кто ж вам такую одежду-то сконструировал?

— Подожди немного, нужно сначала решить, что будем делать. А голод тебе только кажется — такое бывает после долгого нахождения в сопряжении, — поспешила успокоить парня Тиана, — Но это чисто психологическое — на самом деле в слиянии твое тело почти совсем не тратит энергии, так что уже скоро это пройдет. Но вообще — отдаю тебе должное. Для новичка ты показываешь просто фантастические результаты! Я чувствовала, что ты видишь систему вместе со мной! Никогда бы не подумала, что такое возможно с ненастроенным на тебя ликсом!

— Да не сказать бы, чтобы я что-то вот прям видел, — Герман, пока Тиана говорила поспешно уселся на выращенный тихоходом диван, — и еще меньше понял. Я только разобрал, что система живая, и там полно всякой техники, правильно?

— Правильно, — согласилась девушка, переключаясь на приседания, — Я же и говорю, ты удивительно чувствителен. Очень перспективная система — мне даже кажется, что здесь несколько разных видов живых существ, и они представляют разные цивилизации. Хотя утверждать наверняка не возьмусь. И, Герман, ты напрасно сел. Сразу после слияния лучше немного размяться, — видишь, как я! — поверь, после такого хорошее самочувствие вернется значительно быстрее. Я всегда занимаюсь зарядкой, если ситуация не экстренная, и, если слияние было не слишком долгим — в таком случае лучше наоборот, немного поспать.

— Угу, спасибо за информацию. В следующий раз обязательно, — покивал Герман, старательно отводя глаза.

«Странный он, — подумала Тиана, — Вроде бы раньше он наоборот, старался давать себе побольше физической нагрузки. Может, устал за последние дни? Еще этот кашель… Определенно, нужно проследить, чтобы он сходил в капсулу!»

Разведчица закончила зарядку и стала показывать Герману особенно заинтересовавшие ее детали увиденного в системе.

— И какой у нас план? — спросил парень. От него уже не так сильно разило нервозностью, которую она чувствовала даже сама, без всякого слияния. Последний вопрос и вовсе пролился бальзамом на душу. Все-таки он не оспаривает ее компетентность!

— Пока непонятно. Я думаю, нужно побыть здесь несколько дней. Сейчас Кусто собирает местные переговоры, возможно, получится подключиться к местной информационной сети. Тогда мы попробуем изучить язык аборигенов, узнать, о чем они общаются, и уже тогда решим, что делать дальше. Хотя я не очень надеюсь, что будет много толка, — вздохнула девушка, — Судя по всему, их уровень развития ниже, чем у нас. Сомневаюсь, что они знают что-то об аномалиях, подобных той, через которую я попала в это пространство. С другой стороны, если мои предположения о том, что здесь лишь форпост многовидовой цивилизации, подтвердятся… Ну, вдруг какие-нибудь из этих существ все-таки что-нибудь знают об аномалиях? Хотя бы просто их наличие в ближайших окрестностях. Кроме того, я бы хотела окончательно убедиться, что нахожусь не в своей галактике. Чтобы знать, от чего отталкиваться в поисках.

— Да и просто интересно, — протянул Герман, и Тиана была вынуждена согласиться.

Ну, в самом деле — еще одна незнакомая цивилизация. Столько нового! Как тут не полюбопытствовать? Да и потом, другого-то плана все равно нет. Не сидеть же сложа руки на какой-нибудь планете. Еще можно носиться по космосу наугад, но в этом еще меньше смысла.

Следующие несколько дней они с Германом активно учились, сознательно стараясь сосредоточиться именно на языке. Нет, напарник-то, как только получил доступ в местную информационную сеть, тут же попытался найти что-нибудь о том, как выглядят и что делают местные аборигены, но как назло, их изображений сходу найти не удалось. Так что решили сосредоточиться именно на изучении языка. Учились с полной отдачей, и прерывались лишь на отдых и «личное время», которое Герман потратил на переделку паутинного метателя. Оружие получилось довольно громоздкое — по крайней мере, даже ему самому приходилось держать его двумя руками. Проверить тоже толком не получилось — на ликсе особо стрельбы не устроишь, а в открытый космос Тиана запретила выходить категорически. Мало ли насколько чувствительная у местных жителей аппаратура? Кусто заметить трудно не просто так, а потому что он тщательно маскирует себя. С посторонними объектами он так не может.

Сама Тиана во время отдыха тоже не бездельничала. Во-первых, продолжала составлять контракт. Герман об этой идее, кажется, уже забыл, а вот самой разведчице было чуть ли не физически некомфортно, оттого что их отношения не оформлены хоть по каким-то правилам. Все время казалось, что Герман вот-вот отменит все их договоренности и заявит, что Тиана должна немедленно вернуть его на родную планету. Оставаться в одиночестве не хотелось до ужаса. Хотя Герман вроде бы не демонстрировал стремления уйти, порой она совершенно не могла понять его странных взглядов. То ли раздражение, то ли сожаление…

Все подобные размышления просто вымело у нее из головы, когда однажды утром она обнаружила у себя кровь. Если учесть полное отсутствие каких-то иных признаков возможной болезни, это ее очень напугало. Не хватало еще заболеть чем-то серьезным и не поддающимся лечению стандартной капсулой, будучи вдали от дома. Капсула подтвердила ее самые худшие предположения. Стройные ряды параметров глубокой диагностики приветливо светились зеленым светом. Капсула упорно демонстрировала пользователю, что он здоров настолько, насколько это вообще возможно и все параметры организма соответствуют идеалу за исключением легкого дефицита железа.

Тщетно надеясь на какой-то сбой, Тиана еще дважды провела диагностику, оба раза получив все тот же отвратительно-благодушный результат. А кровотечение, между тем, так и не прекратилось. С трудом сдерживая злые слезы, девушка выбралась из ставшей бесполезной капсулы. «Либо неисправна капсула, либо ей неизвестна эта болезнь. Капсула не может быть неисправна — она либо работает, либо нет, это сделано специально для безопасности, — рассуждала разведчица, — Получается, это какая-то неизвестная болезнь. Откуда она взялась?»

За кандидатом в нулевые пациенты далеко ходить не нужно. Герман, очевидно. Правда, со времени знакомства прошло уже больше сорока дней… Хотя Тиана слышала о таких болезнях, чей инкубационный период составляет годы. Правда, каждую из них капсула распознала бы задолго до проявления первых симптомов. С другой стороны — Герман ведь тоже в последнее время как-то слишком раздражен. Тиана не раз замечала приступы кашля у парня, и иногда какие-то слишком неуверенные, неуклюжие движения. Пару дней назад она уговорила напарника провериться в капсуле, и та тоже показала, что он здоров. Получается, у него другие симптомы? И когда он заразился? У себя на планете, или уже на той, откуда они улетели? Или, может, в муравейнике? Девушка никак не могла вспомнить, когда впервые заметила странные симптомы у напарника.

— Кусто, чем сейчас занят Герман? — спросила разведчица.

— Он отжимается и приседает при повышенной гравитации, — тут же ответил тихоход. — Тиана, ты чем-то расстроена?

— Позови, пожалуйста, Германа. Расскажу сразу и ему и тебе.

Обеспокоенный ликс, очевидно, поторопил приятеля, потому что к тому моменту, как разведчица оделась и вышла в «кают-компанию», как называл это помещение напарник, Герман уже был там.

— Что случилось? — Тиана, несмотря на отвратительное настроение, слегка успокоилась. От Германа сегодня веяло такой уверенностью, что даже ей стало немного спокойнее.

— Я подозреваю, что у нас на борту неизвестный нашей науке патоген. И мы с тобой оба заражены. Медкапсула не распознает эту болезнь — если ты не помнишь, я заставила тебя провериться, и она показала, что ты здоров. Сегодня я тоже легла на диагностику, и опять капсула показала, что мой организм работает штатно. А это не так!

Тиана видела, что Герман, сначала скептически отнесшийся к ее словам, когда она перешла к своему состоянию подобрался и сосредоточился. «Значит, переживает за меня, — с теплотой подумала девушка».

— Поэтому, пожалуйста, будь со мной предельно честен, хорошо? — продолжила разведчица. Скажи, ты знаешь о наличии у себя какой-нибудь болезни?

— Нет, — удивленно пожал плечами парень. — Более того, я чувствую себя совершенно здоровым. Я ведь говорил уже, что кашель — это не от болезни. Скорее, психологическое.

— Может быть, — поджала губы Тиана. — Ты ведь не обманываешь меня? Я была бы рада, если бы оказалось, что эта болезнь — земная. Тогда, по крайней мере, можно было бы надеяться, что ее умеют лечить у вас, на Земле!

— Да нет у меня ничего такого! — настойчиво повторил Герман. — Можешь сказать, что случилось?

— Подожди! — девушка даже руку подняла, чтобы остановить собеседника. — Сначала я спрошу, а потом объяснюсь, хорошо? Герман, я знаю, что твои традиции не подразумевают не только демонстрации своего тела, но и разговоров о нем, но сейчас дело слишком серьезное. Скажи, у тебя были кровотечения? Откуда угодно, из естественных отверстий.

— Ну, были, — недоуменно пожал плечами Герман. — Ты же сама знаешь. После того, как меня матка пожевала. Отовсюду текло!

— Нет, я не о том, — досадливо поморщилась девушка. — Уже после того, как ты вылечился?

— Нет, — покачал головой Герман. — А у тебя, что, кровотечение?

— Да. Уже несколько часов. Ночью проснулась, и обнаружила, — Тиана указала, откуда. У Германа отчего-то поднялись брови.

— Эмм… Так может, это… ну, как у вас там… праздники?

— Что? — Тиана удивленно посмотрела на напарника. Он что, сходит с ума? — Какие праздники?

— Ну, я не знаю, как оно… Красные дни календаря, гости из Краснодара… Месячные, короче.

— Я вообще не понимаю, о чем ты говоришь. Какие гости? С тобой точно все в порядке? Кусто, Герман что, находил еще какие-то грибы?

— Я ничего такого не видел, — признался тихоход. — И до сих пор Герман был адекватен.

— Да не сошел я с ума! Это эвфемеизмы, если я правильно помню значение этого слова. Так, все, забыли. Я вот что хочу спросить: Тиана, я правильно понимаю, что у тебя никогда раньше регулярных кровотечений не было?

— Регулярных? — разведчица начала подозревать ужасное. У них на Земле эта болезнь даже болезнью не считается — они воспринимают ее как естественный порядок вещей!

— Понятно, — обреченно кивнул Герман. — Эти ваши симбионты на самом деле еще более жуткая штука, чем я думал.

— Что? — удивилась девушка. — При чем здесь симбионты?

— Ну, я так понимаю, он же, пока был у тебя в голове, регулировал твой гормональный баланс? Ну вот, а теперь ты его убрала, и твое тело подчиняется обычным циклам.

— Каким еще циклам? — Тиана упорно не понимала, к чему ведет напарник, а он почему-то не хотел говорить нормальным, человеческим языком. Еще и краснеть начал.

— Слушай, я вспомнил! — обрадовался Герман. — У меня же на ноутбуке было! У меня как-то приятель себе через мой ноут подборку для своей дочурки скачивал, а я потом вроде бы забыл удалить… или все-таки удалил?

Напарник стремительно убежал к себе в каюту, вернулся с ноутбуком, и принялся что-то сосредоточенно искать.

— Да! Бинго! Слава богу, не удалял! Слушай, ты же русский выучила уже? — уточнил парень.

Тиана кивнула — она действительно посчитала необходимым вслед за Кусто обучиться языку Германа. Хотя бы для того, чтобы в следующий раз, когда он начнет бредить, понимать все, о чем он будет говорить, а не только то, что скажет на языке киннаров.

— Тогда вот, читай. Все очень доступно написано. Если будет что-то непонятно — спрашивай, но, если честно, я сам в этом всем слабо разбираюсь, — Тиана вдруг заметила, что лицо у Германа отчаянно покраснело, как будто он только что был на морозе и зашел в тепло.

Девушка послушно уложила на колени неудобное устройство и погрузилась в чтение.

Герман Лежнев, многодетный отец

«Какой кошмар, — уныло размышлял Герман, сидя в своей комнате. — Ты понимаешь, что втрескался в подростка? Да, у нее все выпуклости на месте, но она понятия не имеет… да ни о чем не имеет! Интересно, она хоть знает, откуда дети берутся? Да ну, откуда! Наверняка у них там какими-нибудь репликаторами пользуются!»

Лежневу в последнее время было неспокойно. А все из-за прекрасной разведчицы. «Вокруг столько всего интересного! — убеждал себя парень, — Звезды, туманности, цивилизации вон новые. А ты на девчонку пялишься, которая вообще об этой стороне жизни ничего не знает и явно знать не хочет». А девчонка как будто специально стремится вывести его из равновесия. То купаться бегает, то зарядка еще эта… Совершенно без комплексов. «Хотя теперь-то понятно, почему, — невесело хмыкнул Герман, — Ей походу не парень нужен, а папочка. А лучше — нормальная мамочка или подруга, чтобы все эти дела объяснила».

Себя в роле психолога и наставника Лежнев даже не рассматривал. Не обладает он должной деликатностью. Парень порадовался, что у него нашлась такая полезная книга — даже представлять, как он рассказывает обо всех нюансах взросления было страшно и неловко. Сколько там ей лет, Кусто говорил, пятьдесят? Рехнуться можно.

— Герман, а почему ты говоришь Тиане, что все в порядке? — вдруг спросил Кусто.

— В каком смысле «почему»? — удивился Лежнев. — Скорее всего, все с ней действительно в порядке. А раньше было по-другому из-за симбионта.

— Это я понял, — ответил тихоход, — я про то, что, когда она тебя спрашивает, ты говоришь, что у тебя все нормально, но это явно неправда. Ты же знаешь, что я чувствую ложь. Ты тогда сказал, что голоден, хотя на самом деле был сыт, и потом еще несколько раз лгал.

Герман, откровенно говоря, напрочь об этом забыл.

— Ох, как бы тебе объяснить, — тяжело вздохнул Лежнев, и порадовался, что Кусто, кажется, не стал об этом докладывать разведчице. Однако, похоже, тяжелых объяснений избежать не удастся. Придется-таки рассказывать о человеческих взаимоотношениях еще одному ребенку.

Спустя несколько минут мучительно-неловких объяснений, Кусто спросил:

— То есть ты злишься, потому что у тебя высокая концентрация половых гормонов в крови, и тебе это доставляет некоторый дискомфорт?

— Ну… да, можно и так сказать, — обреченно кивнул Герман.

— Тогда почему ты не пойдешь в капсулу и принудительно не уменьшишь их количество?

Герман несколько минут помолчал. Вообще идея на удивление здравая. Спокойствие ему бы сейчас не помешало. Только почему-то все в душе противилось этой идее.

— Знаешь, дружище, я понятия не имею, почему, но мне совершенно не хочется использовать капсулу таким образом. И не беспокойся, я как-нибудь справлюсь. Не в первый раз. Все-таки со мной действительно все нормально. Лучше расскажи, как вы, ликсы, размножаетесь? А то я как-то до сих пор стеснялся поинтересоваться.

— Ну, когда ликс хочет продолжить род, он прилетает в подходящее для этого место и выпускает свой генетический материал. Эти зародыши не совсем живые, и могут висеть в пустоте почти бесконечно. И они довольно прочные! Потом то подходящее место посетят другие ликсы. И вот, когда наберутся все возможные виды зародышей, они начинают притягиваться друг к другу так, чтобы собраться в полноценное существо. Но это существо еще не ликс, а только эмбрион. Эти эмбрионы направляются к ближайшему крупному небесному телу, и начинают питаться и расти, пока не наберут достаточно массы. Тогда они засыпают на какое-то время. Кажется, несколько тысяч лет, я не помню точно. За это время эмбрион ликса окончательно формируется и появляется уже настоящий тихоход. Такой, как я. Только маленький еще и почти неразумный.

— Ого… — Герман был очень удивлен. — Это что, получается, у вас не два пола, а много?

— Да. Но я предпочитаю причислять себя к мужскому полу, — признался Кусто. — Тем более, я ведь не был рожден естественным образом — меня вывели из генетического материала дикого ликса киннарские ученые. Я, знаешь ли, никогда не видел диких ликсов, и не пасся с ними на астероидных полях, потому и не могу полностью считать себя частью этого народа. Мне ближе киннары, и я считаю себя одним из них. А природные ликсы вообще не совсем разумны.

— Ну да, ты у нас, получается, как Маугли. Волк свободного племени, — задумчиво пробормотал Герман. Пришлось срочно рассказывать, кто такой Маугли, и обещать, что как только Тиана разберется со своими изменениями и отдаст ноутбук, он непременно покажет Кусто этот мультфильм.

«Это хорошо еще, что ему книги пока читать не нравится», — подумал Лежнев. Он, к слову, пытался подсунуть Кусто что-то почитать, но ликс не слишком заинтересовался. Сказал, что для того, чтобы читать, нужно хорошо представлять описываемое в книгах, а он не слишком разбирается в планетной жизни. Совсем другое дело — мультфильмы, в них все очень наглядно. Хотя и там вопросов возникает много. Порой просмотр пятнадцатиминутной серии затягивается на пару часов, потому что приходится чуть ли не поминутно ставить на паузу и объяснять, что происходит. Причем иногда возникает ощущение, что Кусто понимает не совсем то, что Герман пытается объяснить. «Даже интересно, что за картина сложится у тихохода исходя из моих объяснений?»

На следующее утро долгий период ожидания закончился. И Герман и Тиана решили, что уже неплохо понимают язык местных жителей, благо материала для изучения оказалось предостаточно. По поводу вчерашней «болезни» Тиана только смущенно поблагодарила Лежнева за полезную книгу, и сказала, что у киннаров знаниями о таких подробностях физиологии обладают только медики. А потом не выдержала и разразилась раздраженной речью:

— У киннаров вопросами размножения занимаются специально предназначенные для этого женщины! Зачем эти мучения мне, свободному разведчику?! Это нерационально и ужасно неудобно!

Герман порадовался про себя, что напарница пока не заинтересовалась, как именно этот процесс происходит. Или в той книжке это описывалось? Впрочем, все эти смущающие вещи были почти тут же забыты. Тиана, наконец, посчитала, что язык изучен в достаточной степени, и можно уже посмотреть здешний интернет.

Исследовать местную сеть оказалось крайне увлекательно.

— Смотри, что я нашла! — гордо объявила Тиана за завтраком, развернув перед парнем местную доску объявлений. — Это что-то вроде торговой площадки, и одновременно набор разных разовых работ, которые требуется выполнить за плату. Смотри, например — нужно слетать в одну из дальних, как они называют, систем, и набрать образцов для какой-то местной компании. К слову, я не совсем поняла, чем эта компания занимается.

— Косметика, — коротко ответил Герман, прочитав объявление. — Стой… Межвидовая косметическая компания, предоставляющая широкий спектр линеек косметики почти для всех известных видов сообщества. Межвидовая… это что, получается, тут есть несколько разных видов? Тиана, ты просто умница! Это же офигеть как круто! — Герман хотел еще что-то сказать, но тут случайно ткнул в какой-то символ, и на экране появилась дополнительная информация.

— Ух ты! Смотри-смотри, у них тут и голограмма разместившего заказ! Или это так образцы выглядят, которые добывать нужно? Да нет, именно фото заказчика. Ну, наконец-то мы хоть узнаем, с кем имеем дело! Только не понятно, где тут лицо, а где — задница! Кусто, это часом не твой родственник?

— Нет, не мой. И вовсе даже не похоже. Ни капельки. Все у меня понятно где голова, а где задница!

— Да конечно не похож, — тут же исправился Лежнев, про себя подумав, что от кого-кого, а от ликса комплексов по поводу внешности точно не ожидал. — Не обижайся, ты дивно хорош и красив, особенно по цвету. Я просто пошутил, прости, если неудачно.

— Ладно, я не обижаюсь, — снисходительно простил неделикатного собеседника Кусто.

— Герман открыл еще один заказ, и увиденная там физиономия заказчика оказалась еще более впечатляющей, чем в «косметическом». В этот раз местный житель был похож на прямоходящую ящерицу с очень красивым, переливающимся разными цветами капюшоном.

— Ну офигеть… Это куда ж мы попали-то?

— А я знала! Знала, что здесь что-то не так! — наконец позволила себе обрадоваться разведчица. — Слишком разная техника! Не могло такого быть, чтобы у одного народа было столько разных видов кораблей! Да тут же невооруженным взглядом было видно, что их разные цивилизации делали! И язык… не удивительно, что его так легко учить — это же искусственный язык! Специально сконструированный, чтобы на нем общались разные виды!

— Ага! А кто мне потом говорил, что даже два разных разумных вида так близко друг от друга — это уже очень маловероятно, а уж несколько — это вовсе нонсенс?!

Тиана действительно за время изучения языка успела раскритиковать свою собственную теорию в пух и прах. И Герман поверил. Было досадно, что они уже столько времени в системе, а только сейчас узнают такие интересные подробности. Они принялись увлеченно перелистывать заказы и разглядывать тех, кто их разместил, каждый раз удивляясь и восторгаясь новым открытиям.

— Ладно, Герман, подожди. Хватит, а то мы так целый день просидим. У меня же сначала другая идея была, а я о ней тебе так и не рассказала. Вот тут есть другой заказ, смотри — разведка в системе ЮВА-35, что бы это ни значило. Как раз по нашему профилю. Есть даже несколько подзадач, каждая оплачивается отдельно. Посещение системы довольно дешево, но чем ближе удастся подобраться к интересующей заказчика планете, тем больше оплата. Я думаю, что мы могли бы выполнить это задание и таким образом вступить в контакт с местными жителями. Я сначала решила — если у них тут много свободных кораблей, неподконтрольных государству, значит мы вполне сможем затеряться среди местных жителей. А уж теперь, зная, что тут много разных видов… Даже если нам придется открыться, они должны отнестись к пришельцам дружелюбно. Ведь как-то же они между собой договариваются? Главное, начать выполнять подобные задания. Если нас будут воспринимать как своих, нам будет гораздо проще обратиться к местным со своими вопросами. И еще мы сможем не прятаться, а свободно передвигаться по их системам, как свои. Так будет намного проще, правда ведь?

— Да. Хорошая идея. Даже отличная. Осталось только понять, как взять заказ, — согласился Герман. Судя по тому, что он успел увидеть, людей в сообществе местных аборигенов не было. Однако один из видов на удивление походил на людей. Точнее, на киннаров — местные жители были намного красивее людей. Большие миндалевидные глаза самых неожиданных оттенков, чуть отдающие зеленым волосы. Гармоничные стройные фигуры и шикарные, мелодичные голоса. Просто идеал, разве что цвет кожи подкачал — чуть красноватая, как у индейцев. Впрочем, атлантам это даже шло. Атлантами местных людей уже успел обозвать Герман, потому что их собственное название было трудно произнести, и еще труднее запомнить. По всей видимости это было самоназвание на языке, который значительно отличался от того искусственного общего, которым здесь все пользуются.

— С этим я не разобралась, — вздохнула девушка.

— Зато я, кажется, разобрался. Правда, как это работает с доской объявлений не смотрел, но мы можем попробовать прямо сейчас. Смотри, вот этот их информаторий, — объяснял Герман, — Мы попали только в его бесплатную часть, причем, по-моему, нелегальным путем. То есть подключились втихаря, благодаря Кусто, без регистрации.

Герман, когда попытался разобраться, как ликс это проделал, был очень удивлен. Тихоход просто скопировал полностью сигналы, передаваемые одним из общественных терминалов информатория, так что в системе появился еще один терминал с тем же адресом. Даже дома, на Земле, такое бы не сработало. Там каждое устройство имеет уникальный адрес. Однако здесь почему-то ничего подобного нет, или же параметры уникальности проверяются каким-то недоступным Герману способом.

— Так вот, продолжу. Мы попали в бесплатную область. У платных защита получше, так что по факту учились мы на рекламе и прочей чешуе. Но вообще, как видишь, тут есть разные уровни доступа. Начиная от развлекательного контента, типа наших мультиков, которые мы с Кусто смотрим, программ обучения, и заканчивая всякими последними научными исследованиями. Каждый новый уровень доступа требует только денег. Однако заказы можно брать и с бесплатного аккаунта, нужно только зарегистрироваться официально. Насколько я понял, даже встречаться с заказчиком перед выполнением не обязательно, как, собственно, и по возвращении. Так что нам даже не придется светить своими физиономиями. По факту нам необходимо только назваться, обозначить себя. Хотя жаль, что у нас пока нет денег на платный аккаунт. Например, корпоративный уровень доступа, если я правильно понял, автоматически дает нам с тобой все необходимые документы. Надо сказать, очень удобно.

Они с Тианой оформили-таки бесплатный аккаунт — даже подтверждений никаких не потребовались. Назвались без всякой фантазии — Отряд Ликса.

— Ну что, берем то задание с разведкой? — уточнила Тиана.

— Подожди, — остановил Герман. — Мы ведь так и не знаем, что означает аббревиатура. Где мы собираемся искать эту ЮВА-35?

— Проклятье, об этом я не подумала! — расстроилась девушка.

Впрочем, отчаиваться не стали. Принялись долго и мучительно искать информацию об этой самой системе. Судя по всему, ЮВА-35 — это было что-то настолько известное у местных, что никаких дополнительных объяснений не требовалось. Однако в конце концов и Герман и Тиана пришли к крайне удивившему их выводу. ЮВА-35 — это та планета, с которой они только что прибыли. Ликсу пришлось подломить платный аккаунт путем копирования чьего-то личного терминала, чтобы это узнать. Герман этим фактом очень гордился — это именно он смог подобрать необходимые параметры для поиска подходящего устройства. Правда, аккаунт удалось скопировать только самый дешевый, и почти сразу они были вынуждены прекратить его использование, — видимо, владелец заметил несанкционированный доступ, — зато нужную информацию найти удалось. Путем копирования и просмотра исторического фильма, который так и назывался — ЮВА-35.

Историческая драма шла аж три часа, и довольно подробно описывала, как на заре времен в ЮВА-35 пришел злобный агрессор, затем добрался до той системы, в которой сейчас находились они с Тианой. Местные жители были более развиты, чем несчастные юванцы. О соседях своих местные уже знали, и вроде бы даже планировали первый контакт (или, скорее, колонизацию, как понял Герман), однако пришлось от дружеских визитов отказаться за отсутствием колонизируемых. Юванские пауки продержались против матки аж три месяца, и своей гибелью дали возможность подготовиться местным. Правда они тоже, несмотря на более высокий уровень развития, неизбежно были бы уничтожены, но тут больше помогло их знание ближайшей округи. Они знали о существовании еще трех разумных видов, вышедших в космос. Примерно того же уровня, что и сами. Дружить не дружили, да и контактов особо не имели. Не потому, что не интересно было, просто опасались. Но тут пришлось договариваться. И, что удивительно, получилось.

Муравьиная королева, конечно, неплохо порезвилась и здесь, и в других местах, но в результате была вынуждена отступить в неизвестные пределы. ЮВА-35 это уже не спасло — незадолго до ухода матка, возмущенная постоянными партизанскими действиями остатков пауков, столкнула два спутника планеты, да так, что большая часть осколков ушла к поверхности. В результате случился натуральный апокалипсис, любое возможное сопротивление было подавлено, но и матка своей цели не добилась. Из-за ошибки в расчетах планета оказалась недоступна для любых попыток на нее спуститься. Как для агрессора, так и для всех остальных. Тогда, несколько тысяч лет назад это никого особенно не расстроило — что может потребоваться в месте, где свирепствует ядерная зима, ничего живого не осталось, а вулканическая активность так высока, что порой до космоса достреливает?

Спустя время жизнь на ЮВА-35 более-менее наладилась. Оказалось, что и растительность кое-какая выжила, и в океанах кое-какие рыбки и водоросли сохранились. Но спуститься на планету по-прежнему нельзя. Точнее, можно, но для этого необходимо основательно почистить околопланетное пространство, а это дорого и долго. Но все равно хочется, так что объявление, заинтересовавшее Тиану появляется на доске объявлений очень часто. Причем оплата за успех вполне достойная.

Разумные виды, объединившиеся для отпора врагу, оценили преимущества сотрудничества. Особенно тот научный скачок, который совершил каждый из видов, получив в свое распоряжение чужие разработки. Так что последние несколько тысяч лет четыре расы живут пусть и не душа в душу, но довольно мирно. И даже приняли в свою «дружную семью» еще несколько цивилизаций, обнаруженных после трагических событий. Так что в целом местные к пришельцам настроены довольно мирно, только, конечно, не в случае, когда они летают на каменных метеоритах и высаживают многомилионный десант.

— Это что же получается, нам даже делать ничего не нужно? — разведчица удивленно посмотрела на Германа. — Тут сказано: съемка планеты под уровнем астероидного загрязнения — двести тысяч кредитов. И еще готовы купить образцы растительности или иные артефакты с планеты. Они оцениваются отдельно.

— Ага, — довольно кивнул Герман. Он был доволен. Образцов у них сколько угодно, да и записи с поверхности есть. Лежнев прямо-таки обожал такие моменты. Работа уже сделана просто так, и даже без всяких сложностей, и вдруг оказывается, что она кому-то нужна, и за нее готовы платить! — Слушай, а это в самом деле так сложно — спуститься на эту Юву?

— Как будто ты не видел! — гордо задрала нос Тиана. — Даже мы с Кусто с трудом справились. А на техническом корабле, по крайней мере без полноценного искусственного интеллекта, это вообще невозможно. Да я и насчет тех же технофанатиков сомневаюсь — так тоже далеко не каждый смог бы пробраться, не получив критических повреждений. Это уже от мастерства пилота зависит. И Герман, я хотела все-таки уточнить. Раз уж все важное мы обсудили. Что такое «косметика»? — вспомнила заинтересовавшую ее тему Тиана. — Судя по тому, что в моем языке этого слова нет, а в твоем — есть, у нас такое понятие просто отсутствует.

Герман снова почувствовал себя многодетным отцом. Многодетным — потому что Кусто вопросом тоже явно заинтересовался.

— Ну да, у вас такого нет, — вздохнул парень. — Это из-за наличия медицинских капсул, но не только. Понимаешь, представители менее развитых цивилизаций, чем ваша, не всегда могут убрать какие-то дефекты со своих тел. Ну там, морщины, шрамы, седина… Убрать не могут, а ведь красивыми-то перед своими соплеменниками предстать хочется. Вот тогда и используется косметика, которая отчасти лечит, а отчасти маскирует дефекты на теле. Но это еще не все, хотя, полагаю, второй аспект у вас тоже не пользуется популярностью. Иногда дефектов вроде бы нет, а все равно хочется выглядеть иначе. Например, собственное лицо кажется не слишком красивым — форма носа там не устраивает, или разрез глаз. Это все тоже можно визуально поправить с помощью косметики. А то и просто украсить. Оттенков там всяких поменять, губы накрасить, и все такое.

Тиана явно несколько секунд обдумывала новую для себя концепцию, а потом вынесла неожиданный для Германа вердикт:

— Хорошая идея. Даже странно, почему у нас не пользуется популярностью? У нас культ красивого тела… Хорошо бы попробовать.

— У вас, насколько я понял, культ не красивого тела, а культ совершенного тела. Если не ошибаюсь, — возразил Герман.

— Ну да. А разве есть разница?

— Конечно! — даже возмутился Лежнев. — Красота далеко не всегда идеальна. Порой неправильность, отсутствие симметрии и видимой гармонии наоборот делает человека более привлекательным. Впрочем, это уже тоже не совсем про красоту.

Герман Лежнев, аферист

С этим заданием получилось идеально. «Артефакты» после небольшого обсуждения решили временно придержать, а вот подробные записи спуска и облета вокруг планеты заказчику скинули, после чего он без всяких вопросов сообщил, что готов оплатить заказ, и нужен только счет. Между прочим, довольно приличная по местным меркам сумма. Заказчик был немного удивлен, когда удачливые исполнители отказались предоставить свой банковский счет и попросили открыть у себя на эту сумму кредит, но пошел навстречу столь удачливым исполнителям. Платный аккаунт самого высокого уровня в информатории стоил, например, всего тысячу кредитов. Между прочим, позволить себе такой обычный гражданин содружества не может по причине дороговизны. Впрочем, такие и предназначены не для личного пользования, а для всевозможных кампаний.

С аккаунта и решили начать. Заказчик без труда оплатил его получение. Сложности начались позже — когда выяснилось, что платный аккаунт можно приобрести только вместе с устройством доступа. То есть необходима доставка, причем осуществляется последняя максимум на орбиту одной из двух обитаемых планет, которая называется Базар. Да и то только для одной расы амфибий, для которых гравитация Базара оказалась слишком высока. Базаром планету тоже обозвал Герман, просто переведя название на русский — так ему было удобнее, а Тиана подхватила. Название идеально описывало суть — это специально выделенный хозяевами системы мир, на который позволено спускаться любым дружелюбно настроенным видам существ. Этакий буфер или торговая зона.

Герман предложил снова обратиться к заказчику съемок, но Тиана заверила, что за эти дни изучила систему слежения местных жителей до мелочей, и вполне может не только незаметно добраться до орбиты, но и спуститься на поверхность. Лежневу, который тоже имел возможность кое-как изучить местную систему защиты, она проходимой не казалась, однако разведчица с легкостью разбила его скептицизм. Всего сутки потребовалось девушке добраться до планеты, и даже сесть на нее. Правда, проделать это оказалось явно не так просто, как хотела показать разведчица. Парень не отказал себе в удовольствии понаблюдать за процессом из слияния, так что прекрасно чувствовал напряжение и сосредоточенность разведчицы. Удерживать внимание целые сутки, следя за каждым своим движением, и за окружением… Лежнев представлял себе опытного канатоходца, который в общем-то без труда удерживает равновесие, стоя на канате. Вот только какой из артистов сможет идти по канату целые сутки, ни разу не прервавшись на отдых?

«Гвозди бы делать из этих людей! — восхищался Герман, уже после того, как они утвердились на планете. — Я даже просто наблюдать устал, а она вон как ни в чем не бывало скачет!»

Скакать хотелось не только Тиане — гравитация на планете была ниже привычной вдвое, отчего тело наполняла непривычная легкость. Разведчица развила бурную деятельность. Дело в том, что после некоторого обсуждения они все же решили замаскироваться. Да, они выбрали довольно удобное место для доставки — заранее, еще до вылета, выкупили какое-то давно заброшенное добывающее предприятие. Полезные ископаемые тут истощились, да и вообще на Базаре местные предпочитают больше ничего не добывать; все необходимое сейчас берут в астероидных поясах. А вот здания остались, как и карьер, в котором ликс примостился как родной. Еще и закопался слегка. Так что доставку заказали прямо сюда. Место немного не типичное, но особых подозрений вызвать не должно. Мало ли почему удачливым разведчикам пришло в голову обосноваться именно здесь, вдали от центров деловой жизни? Зато дешево — карьер вместе со зданиями обошелся разведчикам даже дешевле, чем доступ в информаторий, ради которого они это все и затеяли.

Причиной же не совсем здорового энтузиазма Тианы послужил большой, — метр на метр, — контейнер, который хранил наиболее полный набор косметики для расы атлантов. И инициативу покупки, как ни странно, принадлежала именно Герману.

— Сама видишь, принять терминал для доступа в информаторий можно только лично, — объяснял ей Лежнев, — А мы с тобой, как видишь, не сильно похожи на местных жителей. Однако тебя вполне можно замаскировать под атлантов. Нужно только покрасить волосы и изменить оттенок кожи.

— А почему не тебя? — настороженно спросила тогда Тиана.

— Да ты сравни мою рожу и их! — хмыкнул парень. — Неприятно признавать, но, если поставить в ряд обезьяну, меня и вот этакое совершенство, я буду ближе к обезьяне, чем к атланту. Тем более нам и не надо всем с ними встречаться. Терминал-то твоим будет. А мы с Кусто на всякий случай подстрахуем.

Тиана долгим взглядом смерила Германа, — видимо в самом деле пыталась вообразить описанную картинку, — пожала плечами, и больше возражать не стала. Зато теперь девушка носилась со всякими тюбиками, пытаясь добиться идеального сходства с девушкой-атлантом. На взгляд Лежнева, все и так уже было идеально, но разведчице все время казалось, что можно еще что-нибудь улучшить. Если честно, парень почти не сомневался — ей просто нравится что-то пробовать, и видеть изменения. Тем более, что получалось очень мило. Герман видел ролики с результатами первых попыток пользоваться косметикой у девочек — так вот, ничего подобного Тиана, обладающая отличным вкусом, не делала. Очень милая стилизация. Если не приглядываться, так и не догадаешься, что под слоем косметики скрывается представитель совсем другого вида.

Сможет ли эта маскировка обмануть представителя самих атлантов, Герман проверять не стал бы, но для каких-нибудь тойдарианцев разница наверняка будет незаметна. Тем более на этой планете со слишком высоким содержанием хлора в атмосфере и слишком низким — кислорода. Те же атланты здесь если и появляются, то только в скафандрах. Вот и Тиана шлем снимать не станет.

Тойдарианцами Лежнев обозвал аборигенное население этой системы за схожесть с представителями этой расы из Звездных Войн. Правда, только схожесть. Крыльев у них, в отличие от тех, что в кино, нет, как и пузыря с летучим газом в животе, но в целом чудики очень похожие. Собственное название у них, конечно, тоже было, но Лежнев его предпочел не запоминать, раз есть такое сходство. К слову, заказчиками исследований в системе Юва были именно они, тойдарианцы. И доставлять терминал будут тоже они.

Разведчица, наконец, наигралась с косметикой и, явно с сожалением констатировала, что более похоже на атлантов сделать уже не сможет при всем старании. Так что добро на доставку терминала было дано, каждый из участников аферы занял свое место, и потянулось ожидание. Оно, впрочем, не продлилось и получаса — на полянке перед зданием опустилось какое-то летающее транспортное средство — что-то среднее между аэросанями и флаером из фантастических фильмов. От аэросаней, собственно, был только вентилятор, задающий скорость и направление движения, а вот в воздухе машина держалась, судя по всему, благодаря эффекту антигравитации, такому же, как у ликса.

Из машины бодро выбралась троица курьеров, которые шустро подошли к дверям здания, выбранного резиденцией, и принялись озираться в поисках звонка. Действовали тойдорианцы на удивление синхронно, отчего были похожи на каких-нибудь сурикатов. Тиана не стала дожидаться, когда они сообразят, что никакой системы сигнализации о прибытии здесь нет, открыла дверь и молча уставилась на курьера.

— Что, большей задницы выбрать не могли? — недовольно спросил доставщик. — Вы, атланты, вообще психи, вот что я скажу. Как вас таких в содружество пустили — вообще непонятно.

И потом, видимо, перешел на атлантский. Какой сервис! То ли уважение проявляют, то ли просто атланты плохо осваивают общий и курьеры об этом знают. Скорее последнее, раз уж он не опасаясь грубил на общем. В любом случае, ситуация напряженная. Потому что ни Герман, ни Тиана язык этих человекоподобных красавцев выучить не удосужились. Да и когда бы они успели?

Тиана явно запаниковала. Герман со своего места видел, что сначала она замерла от удивления, потом попыталась что-то сказать, осеклась… На этом месте Лежнев понял, что нужно действовать. Выглянул из-за спины девушки, и грозно спросил:

— Чем тебе не нравится это место? Природа вон какая красивая! Лишайники, мхи…

Курьер изменил оттенок с темно-зеленого на светло-зеленый и мелко-мелко затряс хоботком.

— Простите, господин, я и подумать не мог, что вы оскверните свой высокий разум знаниями общего языка! Я приношу свои извинения! Прошу, не нужно меня убивать! Это противоречит международным законам!

— Да нафиг ты сдался, убивать тебя еще! — отмахнулся Герман. И сразу же засомневался — правильно ли? Может, надо было скандал устроить? Репутация у господ атлантов тут явно неоднозначная. Вон как от проштрафившегося курьера напарники отодвинулись. Будто показать хотят, что не с ним, и вообще не имеют отношения к оскорблению. Вздорные, судя по всему, господа, и скорые на расправу эти атланты.

Поняв, что инцидент считается исчерпанным, тойдарианцы рассыпались в цветистых благодарностях, не забывая шустро распаковывать терминал. Открыли, запустили, ввели мастер-ключ, и все это не прекращая возносить хвалу терпимости и великодушию господ атлантов. Курьер поднес терминал к лицу Тианы, сделал фотографию сетчатки глаза.

— Вот и все, прекрасные господа! — радостно подытожил курьер. — Теперь позвольте пройти внутрь вашего здания, дабы вы в привычной атмосфере смогли передать образец своего днк в прибор.

— У нас еще нет своей системы жизнеобеспечения, — отмерла Тиана. Герман про себя облегченно выдохнул — испугался, что разведчица напрочь зависла. Хотя с чего бы? Девчонка просто растерялась поначалу в непривычной обстановке, а так-то кому как не ей действовать в стрессовых ситуациях! Про образец ДНК они уже знали, это было самое тонкое место в их плане по легализации в чужом обществе. Еще на орбите выяснили, что без этой процедуры терминалы доступа к информаторию просто не продаются. Такая вот у них сложная, многоуровневая защита. Хорошая и надежная защита, только не рассчитанная на ликсов, которые не только видят сигналы, с помощью которых передаются здесь сообщения, но и могут их достоверно имитировать.

Так вот, оставлять свои ДНК у местных Тиана с Германом посчитали пока излишним. Решили попытаться дать взятку, или еще как-то договориться. Основания думать, что это возможно, у разведчиков были — по крайней мере Герман смог найти где-то в сети упоминания о «левых» терминалах, да и взяточничество в обществе тойдорианцев очень активно осуждалось. А раз оно так активно осуждается, значит, очевидно, цветет при этом буйным цветом. Но теперь необходимость договариваться можно считать, отпала вовсе.

— Тогда мы можем пройти в ваш корабль, почитаемые господа! — бодро воскликнул курьер, оглядываясь по сторонам. Видимо в поисках того самого корабля.

— Корабль уже ушел на орбиту, — нашлась Тиана. Благо ликса было не видно — он прекрасно замаскировался в карьере.

Тойдорианец переглянулся с коллегами, о чем-то тревожно просвистел на своем, получил в ответ неуверенный свист, с ужасом покосился на дернувшуюся к нейродеструктору руку Тианы.

— Прекрасные господа, я думаю, в виде исключения и в качестве извинений за мое недостойное поведение в начале нашего визита, мы можем доверить этот последний этап регистрации провести вам самостоятельно. Вам достаточно внести каплю крови вот в это гнездо, и устройство будет полностью готово к использованию! А мы с коллегами, безусловно, подтвердим, что все это было проделано на наших глазах.

— Мне все равно, — отмахнулся Герман, и, «потеряв интерес» к курьерам ушел в здание. Тиана последовала за парнем.

Закрылись в доме, дождались, когда курьерский флаер улетит, и только тогда облегченно выдохнули.

— Вот палево галимое! — высказался Герман. — Едва вывернулись. И то еще не факт.

— А что такое галимое палево? — тут же прорезался голос Кусто в шлеме. Герман даже улыбнулся ностальгически. Давненько тихоход не вспоминал о своем любимом занятии — задавать глупые вопросы.

— Это вот как раз та ситуация, из которой мы сейчас с неизвестными последствиями выбрались, — объяснил Лежнев.

— Как думаешь, они не догадались, что мы не те, за кого себя выдаем? — жалобно спросила Тиана.

— Не знаю. Надо бы разузнать побольше об этих атлантах, чтобы хоть знать, кого изображаем. А то как выглядят представляем, и все. Как-то мы зациклились на внешности. Тебя вон вообще не отличить, я… тоже, наверное, для тех же тойдорианцев вполне похожу. И при этом не знаем, как себя вести. Стыдобища.

— Представляешь, этот язык… он показался мне очень знакомым. Слова, построение фраз… Ты разве не обратил внимание?

«Вот почему она так отреагировала! — сообразил Лежнев. — А ведь это все объясняет. Почему они так похожи. Только цвет кожи другой и волос. Ну так у нас на одной маленькой Земле и то, вон сколько разноцветных, что уж говорить о разных планетах! Это что, получается — родственники?»

— Я толком и не слышал, что он там говорил, — признался Герман. — Однако это многое объясняет… Интересно. Значит, скорее всего — это твои соплеменники, которые неведомым образом оказались в наших пределах.

— Мы ведь искали о них информацию, — напомнила разведчица, — Но в бесплатном сегменте про них почти ничего нет. Только то, что они совсем недавно присоединились к содружеству.

— Ладно, — подытожил Герман. — Давай уже перенесем эту штуку в Кусто, и узнаем, наконец, чего мы наворотили.

В качестве образцов ДНК использовали какое-то усредненное абстрактное нечто, которое разведчица сконструировала в медицинской капсуле. Была, оказывается, в ней и такая возможность. Лежнев в очередной раз поразился достижениям киннарской медицины. Правда, Тиана честно призналась, что столь специализированные воздействия — это прерогатива настоящих медиков, а результат ее трудов ничем не лучше результата каких-нибудь студентов-двоечников на лабораторной работе. То есть в целом по каким-то формальным признакам эта цепочка принадлежит живому существу, и даже человекообразному, но любой профессиональный генетик раскритикует ее творчество в пух и прах, и наверняка объяснит, что получившаяся химера будет по каким-нибудь причинам совершенно нежизнеспособна.

Герман счел, что им точного совпадения и не нужно. Конечно, было бы совсем идеально использовать настоящее ДНК, принадлежащее тем же атлантам… но где ж такое возьмешь? Напарники дружно решили, что проводить еще и операцию по изъятию такового будет слишком нагло. Тем более на планете все атланты тоже ходят исключительно в скафандрах и своим генетическим материалом направо и налево не разбрасываются. Хотя Герман почти не сомневался — если взять немного крови той же Тианы, терминал наверняка покажет принадлежность к атлантам. Если уж у них даже язык похож. Различия в цвете кожи и волос вряд ли настолько сильно отражены в ДНК, чтобы девушку приняли за представителя другого вида.

Изучение возможностей терминала заняло приличное количество времени, но усилия были вознаграждены отличным результатом. На корпоративном уровне полезной информации было значительно больше, чем на бесплатном. Удалось выяснить, почему с них не спрашивали никаких документов, и вообще не поинтересовались происхождением каких-то непонятно откуда взявшихся личностей. Дело в том, что эта система считалась открытой, свободного посещения для всех рас содружества. И она же использовалась как место первого контакта с новыми расами — правда, таковых уже давненько не встречали. Этакая свободная торгово-экономическая зона. Все документы, которые требовались от разумного — это оплаченный доступ в информаторий. Откуда ты взялся — никого не интересовало. Впрочем, местные власти были уверены, что способны отследить появление любого корабля в системе. Если бы ликса заметили, то непременно поинтересовались бы принадлежностью и целю визита, а раз разумные уже на планете, то и контроль прошли. О чем интересоваться?

Уточнили систему местных взаимоотношений, каковая оказалась довольно логичной. Хоть и несколько запутанной. Главное правило — любые межвидовые споры разрешаются специальной комиссией, состоящей из представителей конфликтующих сторон и еще двух произвольных видов. Для того, чтобы со всей возможной непредвзятостью можно было разобрать, кто прав, кто виноват и присудить соответствующие наказания и компенсации. Каждый вид по-прежнему живет по своим законам — в своих областях пространства. Но в нейтральных мирах, — таких, как тот, в котором сейчас находятся напарники, — действует свой закон, отдельный.

Узнали так же и об атлантах, которых столь неумело им пришлось изображать. Герман был вынужден констатировать — ошибок они наделали просто прорву. Оставалось только надеяться, что тойдорианцы все эти нестыковки спишут на собственное незнание чужих традиций. От их начальства, кстати, пришло письмо, в котором начальство незадачливых курьеров снова велеречиво и многословно извинялось, обещал скидку на дальнейшие покупки, а также щедрые дары, которые будут достойны великодушия и благородства господ атлантов.

«Определенно, репутация у этих атлантов тут по-настоящему жуткая», — решил Герман. Но вслух ничего не сказал, чтобы не расстраивать напарницу. Тиана не скрывала радости — это ведь ее народ. После более тщательного изучения языка стало очевидно — это он и есть, язык киннаров. Только немного изменившийся за несколько тысячелетий. Правда, гораздо меньше, чем, скажем, русский. Даже Герман, который не так давно и не в совершенстве изучил киннарский мог вполне сносно понимать, о чем говорят прекрасные атланты на редких записях, найденных в информатории. Парень сознательно не обсуждал с Тианой, что она собирается в связи с этим делать. Просто опасался, что разведчица решит присоединиться к родственникам и останется с ними. «Пусть сама решит, как к ним относиться, — думал Лежнев. — Судя по тому, что мы тут раскопали — народ не слишком приятный. Может, ей тоже не понравится?»

Тиана ди Сонрэ, наемник

Новая цивилизация была удивительна. Тиана с большим трудом вникала в подробности взаимоотношений разумных существ разных видов. У них, у киннаров, устройство общества разительно отличается. Там, у себя дома, Тиана знала, что, когда и в каком количестве может получить. Понимала, чего не сможет получить никогда, потому что ей просто не положено по социальному статусу. Здесь же, такое ощущение, единственное ограничение — это наличие финансовых средств. Местные власти совсем не интересуются, какой твой социальный статус, насколько много пользы ты приносишь обществу. Важно только можешь ли ты заплатить. Конечно, у киннаров тоже есть деньги, но их область применения все равно ограничена. До сих пор свободному разведчику Тиане ди Сонрэ казалось, что это единственный возможный способ существования общества, что без направляющей руки государства оно непременно развалится из-за внутренних противоречий. У разных видов таких противоречий наверняка многократно больше, но ведь не разваливаются? Впрочем, полное отсутствие контроля ей все равно не нравится. Что будет, если деньги добыты нечестно?

После изучения развлекательных видео и книг содружества, девушка заметила, что идея незаконного обогащения в различных формах прямо-таки поглотила умы местных жителей. Если не грабеж — то мошенничество, если не мошенничество — то спекуляция. Здешние разумные существа, причем независимо от вида, мечтают обогатиться, и далеко не обязательно за счет созидательного труда и пользы, приносимой обществу. Главное — быстро. Как общество с такими стремлениями может существовать в течение продолжительного времени, не разваливаясь, разведчица решительно не понимала. А вот у Германа, похоже, никаких сложностей с встраиванием в действительность содружества не возникло. Тиана только диву давалась — варвар с отдаленной планетки, чувствовал себя здесь, как рыба в воде. С тех пор, как они приземлились на планете, Тиана сама себе представлялась бесполезным прицепом, который едва поспевает за деятельным и ловким варваром.

«Если подумать, у нас в летном интернате этот аспект разведки просто полностью игнорировался, — размышляла девушка, — Конечно, даже и представить смешно, чтобы киннар смог замаскироваться под технофанатика достаточно хорошо, чтобы свободно бродить по их планете. Хотя почему смешно?» — Тиану поразила собственная мысль. «Чем так уж сильно отличается ситуация с технофанатиками от той, в которой мы с Германом находимся сейчас? И ведь пока справляемся, несмотря на то, что оба, как выясняется, не являемся профессиональными разведчиками. Ну, Герману простительно, а вот мне? Что-то глубоко неправильно в моей системе подготовки. Как любит повторять Герман — неладно что-то в датском королевстве!»

Глядя, как напарник шустро разбирается с совершенно незнакомым техническим устройством, Тиана только завистливо вздыхала. Нет, когда она наблюдала, как и что делает варвар, все казалось очевидным. И она быстро схватывала суть его действий, понимала принцип работы и поиска информации. Парень, кажется, даже не замечал, что ей приходится учиться в процессе. Но она-то знала — если бы ей самой пришлось разбираться с терминалом, это заняло бы намного больше времени. Впрочем, это не единственный повод для недовольства собой. Бесило то, как позорно она впала в ступор, когда существа, которых Герман почему-то называет тойдорианцами, заговорили с ней на языке вида, под который она замаскировалась. Хорошо, что напарник вовремя вмешался, а то она уже готова была воспользоваться нейродеструктором.

Еще сильнее ее возмущал тот ужасный конфуз с «болезнью». Это надо так! Сама перепугалась, готова уже была обвинить напарника в злонамеренном заражении неизвестной инфекцией, успела впасть в уныние и, если уж быть откровенной с собой, готовилась уже умереть. Из-за какой-то ерунды, которая, как выясняется, настолько естественна для всех женщин, у которых нет симбионта, что об этом пишут книги для маленьких девочек! Тиана прочла книгу от корки до корки, и нашла для себя просто море новой информации. И не только о своем организме. Кое-какие странности в поведении Германа, о которых она раньше не спрашивала, тоже получили объяснение. Хотя тут Тиана наверняка не уверена — очень уж скрытен напарник в этих вопросах. Судя по тому, что она успела узнать о его культуре и социальных нормах землян — это нормально, но сильно неудобно.

Терминал оказался жутко полезной штукой. Во-первых, пользоваться им можно было на расстоянии. Как объяснил Герман — это лишь точка доступа, можно сказать, скважина, из которой черпают информацию. Корпоративного уровня — то есть самая глубокая. Но пить вовсе необязательно непосредственно из скважины — можно использовать гибкие шланги, передающие воду в любую точку. Такими шлангами служат специальные комплекты из браслета и очков, на которые выводится информация. Очень удобно, прямо перед глазами. И вполне можно пользоваться, даже находясь в скафандре, нужно только привыкнуть. Хотя Герман было задумался о том, чтобы попытаться интегрировать функцию очков прямо в скафандр, но быстро оставил эту затею — слишком долго разбираться, и не сильно нужно. Скорее Кусто научится полностью имитировать продвинутый терминал, а уж пересылать данные на скафандры он и так умеет.

Больше всего разведчицу интересовали те, кого Герман назвал атлантами. Не потому даже, что под них легче всего маскироваться. Тиана не сомневалась. Это точно ее родственники. Конечно, конвергентную эволюцию никто не отменял. Кстати, про этот принцип Тиана прочитала у Германа в ноутбуке. Им в интернате ничего подобного не преподавали. Да и нет на планетах киннаров давно ни конвергентной, ни какой-либо другой эволюции — все развитие подчинено четкому плану и не предполагает случайностей.

Так вот, можно было бы сомневаться и думать, что атланты просто похожи на киннаров или людей. Если бы не язык. Уже через пару часов прослушивания их разговоров, Тиана перестроилась и научилась понимать, что говорят. Да и сама чувствовала — говорить сможет без каких-то сложностей. Очень хотелось бы пообщаться с кем-нибудь из атлантов, но как это сделать, Тиана пока не представляла. И Герман, когда она спросила нет ли у него идей, не проявил особого энтузиазма. А напрасно. Если эти атланты — в самом деле родственники, значит, вполне возможно они имеют или имели какую-то связь с далекой родиной. Хоть какая-то ниточка домой, пусть и ненадежная.

— Лучше давай займемся продажей добычи с Ювы, — предложил напарник, устало отвалившись на спинку кресла. — И, пожалуй, надо бы перебраться поближе к городу. Тут, конечно, хорошо, безопасно, но мы так и будем здесь отшельниками сидеть. Если ты хочешь побольше разузнать об атлантах, нужно быть ближе к центру местной цивилизации. Сама видишь, они какие-то очень закрытые. Даже в сети ничего про них нет.

Действительно, об этом народе в информатории было до обидного мало. К содружеству они присоединились совсем недавно. Около ста лет назад. Участие в делах содружества с тех пор принимают большей частью чисто формальное, хотя и не отказываются меняться знаниями. Однако, в отличие от прочих рас, совсем не интересуются жизнью соседей, и о своей жизни рассказывать тоже не спешат. Общеизвестно, что атланты — крайне высокомерны. Все расы содружества считают себе не ровней, оскорбиться готовы от любого косого взгляда, а заглаживать оскорбления привыкли кровью. После нескольких инцидентов, когда из-за вздорного характера чуть не разразился вооруженный конфликт, члены содружества как-то научились с ними сосуществовать, но до сих пор не очень-то ладят.

До встречи с содружеством цивилизация развивалась как в направлении техническом, так в и работе с живыми организмами — генетики и биологии. И там и там результаты довольно скромные, однако их сочетание делает изделия атлантов вполне конкурентоспособными. Взять хотя бы их космические корабли, которые в основном представляют собой исполинские растения и поддерживают внутри комфортные условия без всяких усилий со стороны конструкторов. Для содружества — очень впечатляющие технологии, хотя, на взгляд Тианы, по сравнению с ликсами ничего серьезного. Правда, делиться с прочими видами именно технологией постройки таких кораблей атланты пока отказываются, но члены содружества не оставляют попыток купить, или иным способом раздобыть такой корабль.

Тиану это совпадение в направлении развития атлантов даже не удивило. «Можно считать доказанным, что это еще один осколок киннаров, — думала девушка, — Можно даже предположить, когда примерно они откололись. Герман считает, что намного позже, чем земляне, потому что атланты похожи на киннаров гораздо больше, чем земляне. Но он просто не знает нашей истории… так, как ее знаю я. Да и что бы там ни говорил и не думал напарник, внешне атланты отличаются от киннаров гораздо сильнее, чем люди. Пожалуй, я бы даже подумала о конвергентной эволюции, если бы не язык»

— Да, ты полностью прав, — проговорила Тиана и поймала удивленный взгляд Германа. Видимо слишком сильно погрузилась в свои мысли, и слишком долго не отвечала на вопрос. — Нужно перебираться в город, так мы ничего об этих атлантах не узнаем. А для этого нужны деньги. Как будем продавать трофеи?

— Вот я уже десять минут об этом и говорю, — немного обиженно ответил напарник, — У них тут, оказывается, есть аукцион, на который можно выставить добычу. Правда, не анонимный, но тут уж ничего не поделаешь. Да и в любом случае, анонимность эта была бы шита белыми нитками — полагаю, все заинтересованные лица уже знают, что кто-то смог прорваться за осколочный слой на Юву.

— Так чего же мы ждем? — обрадовалась девушка. — Давай, выставляй скорее.

— Так прав нет! — удивился Герман. — Ты же глава нашего предприятия, не я.

Разведчица с готовностью подошла к терминалу, но, не дойдя до экрана, притормозила.

— А я могу выдать эти права тебе? Что-то у меня есть подозрения, что ты справишься лучше. Для меня вся эта система денежных отношений кажется странной и нелогичной.

— В принципе можешь, — скривился Герман. — Но ты имей ввиду, что для меня она тоже кажется странной и нелогичной.

— И все равно ты лучше в ней разбираешься, — упрямо мотнула головой Тиана. Показывай.

Спихнуть на напарника вопросы, в которых она сама явно не разбирается, оказалось очень удобно. Да, Герману эта идея явно не пришлась по душе, но как же приятно, когда есть возможность не делать неприятное дело, а положиться на того, кто в этом лучше разбирается!

«Надо бы как-то его порадовать, — мысленно вздохнула девушка, — впервые вижу, чтобы ему так не нравилось что-то делать!» Несмотря на то, что торговлей на аукционе Герман заниматься не хотел, все прошло относительно благополучно. Даже очень удачно на взгляд Тианы, хотя напарник бурчал, что можно было и лучше.

Правда, результаты торгов они узнали только на следующий день, а вечером этого Тиана без предупреждения ворвалась в комнату Германа, застав парня за качанием пресса совмещенным с прослушиванием лекции по астронавигации. Даже забыла на секунду, зачем пришла — зрелище показалось очень привлекательным. Тем более в своей каюте он не стал пользоваться своим дурацким килтом. Взгляд невольно пробежался по всей фигуре, Тиана почувствовала, что краснеет, тряхнула головой.

— Представляешь, у нас персональный заказ. Некто Алвин желает нанять нас на разовое выполнение работы. Именно нас! Им нужно спуститься на Юву с исследовательской миссией. Только он желает непременно участвовать в экспедиции.

— И зачем нам такое? — удивился Герман. — Ты вроде бы говорила, что не стоит пока демонстрировать Кусто.

— А я уже все решила, — довольно улыбнулась разведчица. — Кусто придется временно изображать неразумного и общаться с нами только в отсутствие постороннего.

— Вот как, — криво ухмыльнулся Герман. — Отличный план. Так все-таки, зачем тебе так нужен этот пассажир?

— Как же! Я разве не упомянула? Это ведь атлант! Такой шанс что-то про них разузнать! И к тому же он предложил очень хорошую плату. Нам ведь нужны деньги, правда?

— Ну да, — кивнул Герман. — Деньги всегда нужны. И про атлантов этих разузнать не помешало бы. Только мне кажется, ты слишком спешишь. Во-первых, Кусто уникален не только тем, что разговаривает. Боюсь, мы спалимся по-глупому. Во-вторых, мне вообще кажется странным этот заказ. — Герман нацепил очки и явно пробежал глазами задание, что не могло занять много времени — там было всего несколько строчек. — Мы же смотрели базу выполненных заказов. Выглядит как-то нетипично. Ты же помнишь — там обычно очень подробно расписываются все права и обязанности, каждый пункт учитывается. Да хоть взять тот, который мы выполнили — ты помнишь, какая там была простыня? Мое мнение — это какая-то подстава. Я — против.

— Глупости, — отмахнулась Тиана. Она была слишком возбуждена и довольна, чтобы всерьез прислушиваться к словам Германа.

— Я все равно уже согласилась. Как он может нас подставить? Кстати, я закончила наш с тобой контракт! — вспомнила девушка. — Давай подпишем? Мы же давно хотели? Вот, смотри.

Тиана развернула перед напарником текст, состоящий из ста тридцати пяти пунктов.

— Я посмотрю, хорошо? Хочу сначала изучить поподробнее, — немного нервно улыбнулся Герман. — Ладно, значит, у нас новый заказ. Так как все-таки ты собираешься скрывать сущность Кусто?

— Все просто! — снова оживилась девушка. — Мы просто не станем пускать Алвина в слияние. Можно ведь избегать больших ускорений. Так что он и не узнает ничего. Кусто внешне ничем не напоминает живое, разумное существо, определить материал, из которого он сделан без специальных исследований местные жители не смогут, так что никакой опасности. Изнутри помещения тоже придется замаскировать — но, полагаю, с помощью Кусто мы быстро справимся.

— Ну да, — кивнул Герман. — Отличный план. Надежный, как швейцарские часы. — Он только что заказал переделку купленного дома под использование кислорододышащими существами. Да и в целом какой-то ремонт не помешает. Теперь вот выясняется, что проследить за подрядчиком не выйдет. Черт его знает, что они там наворотят без пригляда!

Разведчица уловила сарказм в словах напарника, но отмахнулась. Ему явно не слишком понравилась ее идея, что довольно сильно задевало. Так все удачно складывается! Не знали ведь как подобраться к этим атлантам, а тут такой подарок! Да и вообще — она такую классную идею придумала, а он тут критикует. И с чего бы? Вообще-то она — капитан корабля!

Между тем, получив принципиальное согласие, атлант не замедлил явиться. Тиане с Германом пришлось здорово постараться, чтобы успеть все подготовить, и то едва успели. В результате внутренности ликса стали напоминать, по словам Германа, горячечный бред Ханса Гигера. Кто такой Гигер, Тиана не знала, а напарник отказался отвечать — просто отмахнулся, как от чего-то неважного. Ей, честно говоря, тоже не понравилось. Не слишком аккуратно, непривычно, да еще и неудобно. Но чего не сделаешь, ради возможности найти дорогу домой!

Помимо маскировки Кусто, успели только решить, станут ли дальше изображать атлантов. И тут у них с Германом обошлось без споров — даже знай они язык в совершенстве, сейчас это было бы практически невозможно. Да и не нужно. Язык Тиана твердо намеревалась доучить, но за пару часов избавиться от акцента в любом случае не получится. Разведчица по праву гордилась фармакологией киннаров, позволяющей в несколько раз ускорить процесс запоминания, но в этом случае бессильна даже она. Так что косметику девушка с некоторым сожалением смыла — ее забавляло видеть в своем отражение практически чужое лицо. Герман же избавился от краски без колебаний. У него даже настроение явственно улучшилось, хотя девушка никак не могла сообразить, почему он вообще так расстроен! Ведь все так удачно складывается! Впрочем, хорошего настроения напарнику хватило ненадолго.

Герман Лежнев, подай-принеси

Нельзя сказать, что Герман был оскорблен поведением напарницы. Где-то в глубине души он понимал, что обижаться на Тиану глупо и неправильно. «Она не хотела тебя обидеть, — говорил себе парень, — В конце концов, это ведь ее ликс. Ты ходишь в скафандре, который она тебе одолжила, пользуешься мечом, которым она разрешила тебе пользоваться… да даже дышишь воздухом, которым она разрешила дышать. Так чего ты хочешь? Она имеет полное право требовать выполнения приказов. Ты находишься на ее корабле! И все-таки могла бы и посоветоваться прежде, чем соглашаться на это задание!»

Уговоры, откровенно говоря, не сильно помогали. Все это правда, но в любом случае слишком сильно било по самолюбию. Впрочем, это Герман перетерпел бы, да вот сама идея брать пассажира его откровенно раздражала. От заказа дурно пахло, Лежнев, что называется, задницей чуял, что они еще поимеют от него проблем. «Зачем она так торопится? — недоумевал парень. — Мы здесь новички. Еще ничего не знаем. Разумные тут явно не беззубые, судя по кино и книгам, блюдут свою выгоду и совершенно не стесняются облапошить и ограбить ближнего своего, представься такая возможность. Нам бы сидеть тише воды — ниже травы, пока не начнем хоть немного разбираться в местных раскладах, а она… эх…»

Знакомство с атлантом Алвином только подтвердило самые худшие подозрения парня. Внешне все было вроде бы благопристойно. По крайней мере, поначалу. Прибывший на арендованном флаере с водителем атлант проследил, как из машины выгружают какие-то коробки и зашагал к ликсу, который стоял на краю карьера и изображал из себя технический корабль. Тихоход, в отличие от Лежнева воспринял изменения как веселую игру, и теперь поминутно осведомлялся то у Тианы, то у Германа, достаточно ли он похож на корабль. Он как-то смог придать своей оболочке металлический блеск, и теперь выглядел очень респектабельно. Как он сам считал. «Похож на перевернутый вверх дном ночной горшок, — мрачно думал Герман. — Синенький. И ведь опять же — палево. До сих пор, все интересующиеся были уверены, что мы спустились на планету на каком-нибудь флаере, оставив корабль на орбите. Но нет. Нам срочно потребовался пассажир, и теперь любой местный будет знать, что у нас достаточно совершенные системы маскировки, чтобы просто игнорировать местные радары. Это хорошо еще, что на своей территории мы имеем право сажать корабль, хотя это и не принято!»

Здесь действительно было принято пользоваться космопортом. Просто потому, что посадить корабль обычно гораздо удобнее в предназначенном для этого месте или и вовсе оставить болтаться на орбите. Герман успел посмотреть местные видео — такие здоровенные корабли, как ликс, обычно оставляли в космосе. Да и строили, скорее всего, там же.

— Могу я видеть капитана Тиану ди Сонрэ? — голос пришельца, возможно из-за не самых совершенных динамиков скафандра, звучал не очень-то приветливо, но вообще он даже поклонился слегка. Вопрос Алвин задал на атлантском. Впрочем, с переводом проблем не возникло — оказывается, местный терминал предлагал и такие функции.

Ликс открыл вход, и на покрытие спрыгнула Тиана.

— Добрый день, господин Алвин, — поприветствовала гостя на общем девушка. — Вы напрасно так далеко оставили багаж. Я вижу, он довольно объемный.

— Почему вы оскверняете свои уста этой пародией на язык? — осведомился Алвин, все так же на атлантском.

— Наверное, потому что не являюсь атлантом и не знаю вашего языка, — голос у девушки слегка похолодел.

— У меня были другие сведения. И вы выглядите как атлант.

— Но это не так, — твердо ответила Тиана. — Мы с вами в самом деле немного похожи. Возможно, поэтому нас спутали те, кто уже имел удовольствие с нами познакомиться.

— Что ж, в таком случае планы меняются, — пожал плечами Алвин. Голос его похолодел еще на пару градусов. — Пусть ваши подчиненные занесут мой багаж на корабль, а я должен вернуться в город, чтобы обзавестись портативным переводчиком. В дальнем космосе нельзя использовать терминал для этих целей. Наш вылет откладывается на завтра.

— Герман, занеси багаж, — велела Тиана, и парень, скрипнув зубами, отправился выполнять приказание. Он был готов изображать хоть прислугу, хоть евнуха если потребуется, но почему-то не был уверен, что разведчица играет. «Знаешь, дружище, — сказал себе Лежнев. — Мне кажется, тебе мягко указывают на твой истинный статус и место в команде. Причем уже не в первый раз. С другой стороны, свалить сейчас будет просто свинством. Ты ведь себя уважать перестанешь, если сейчас психанешь и свалишь». Герман пока сам не мог сказать, всерьез он думает об уходе, или только от обиды… Но о том, что у него вполне достаточно денег, чтобы купить собственный корабль, он помнил.

Разумеется, багаж атланта он занес — Алвин тщательно проследил, чтобы ничего не забыли, и только потом уселся в арендованную машину и убрался. А Герман отправился с удвоенным упорством учить навигацию и тренироваться при повышенной силе тяжести. Последнее — чтобы выплеснуть дурную энергию и возмущение.

— Все равно это все не то, — буркнул про себя парень. — Была бы хоть груша, что ли.

— Герман, ты чем-то расстроен? — участливо поинтересовался Кусто.

— Не нравится мне этот Алвин, — буркнул Герман. Обсуждать с тихоходом свои обиды не хотелось, а ложь собеседник чувствует, но парень ведь и не соврал. — Даже имя дебильное.

— Мне тоже, — Кусто изобразил тяжелый вздох, — Зачем нам вообще этот пассажир? Если ему что-то нужно на той планете, мог бы просто сказать.

«Даже наивный ликс понимает, что здесь что-то не так», — досада все никак не проходила.

— Может, лучше поговорить с Тианой? — продолжал между тем Кусто, — Мне кажется, она опять слишком увлеклась. Я заметил, что ей стало трудно контролировать свои эмоции с тех пор, как она избавилась от симбионта. Ваш, человеческий разум слишком сильно зависит от внешних обстоятельств и от того, как работает ваше тело. Даже удивительно, как ты сам справляешься без этих симбионтов.

— Далеко не всегда справляюсь, — вынужден был признать Герман, — Хотя стараюсь, конечно. У Тианы, полагаю, тоже все со временем наладится. Я даже представить боюсь, как ей тяжко. Всю жизнь прожить с приглушенными эмоциями, и вдруг такая буря. А насчет поговорить… ну, попробуй, если хочешь. Я, как видишь, уже попытался. Да и бесполезно это. Ты не интересовался, чем грозит отказ от выполнения контракта без уважительных причин? Там такие штрафные санкции, что проще, действительно, все выполнить и успокоиться, чем разгребать последствия.

— Мне кажется, мы тоже не понравились этому Алвину, — Кусто все никак не мог успокоиться.

— Как будто это что-то меняет, — невесело хмыкнул Лежнев, — Общаться только с теми, кто тебе нравится — это роскошь, которую могут позволить себе только просветленные нищие. Полагаю, даже богам, если они существуют, приходится, порой, общаться с теми, кто им неприятен.

— Что, даже Богу Императору?

Герман расхохотался. И ведь не забыл же! Что он тогда наплел Кусто про Вархаммер?

— Дружище, Богу Императору тысячи лет приходится общаться с крайне неприятными демонами. Непрерывное сражение — это ведь тоже общение, правда? И это при том, что тело его давно мертво. Но вообще, ты ведь не веришь, что он существует на самом деле? Я же говорил, что это просто выдумка. Как те мультфильмы, которые мы смотрели.

— Знаю. Но эта история мне очень понравилась, — вздохнул Кусто.

Общение с ликсом после такого отвратительного дня стало глотком чистого воздуха, но пришлось прерваться — у Тианы появилась новая идея.

— Герман, я сейчас посмотрела на всю эту нашу маскировку отстраненно и непредвзято… выглядит как кустарная подделка, — решительно заявила девушка.

Лежнев и сам не переставал морщиться, когда взгляд натыкался на явно никакой функции не несущие куски металла, удерживаемые Кусто. Внутренняя обшивка смотрелась совершенно по-идиотски.

— А что ты хотела за пару часов? — спросил парень. Да, откровенная ерунда.

— Мне кажется, это совершенно не нужно, — мотнула головой Тиана. — Вот зачем нам что-то из себя изображать?

— Не что-то, а технический корабль. Мы же уже об этом говорили: мы не знаем местных, не знаем атлантов. Я считаю, что выкладывать о себе всю правду преждевременно. Не хочу сразу раскрывать все карты. Понимаешь, мы же новые здесь. Да, мы похожи на атлантов, но скоро до всех интересующихся дойдет, что мы с тобой по факту представители новой цивилизации. И я очень хочу, чтобы все местные были уверены, что эта цивилизация находится с ними на одном уровне развития. А еще лучше — ниже. В противном случае, боюсь, местные очень захотят узнать и перенять как можно больше новинок. А как можно их перенять? Только разобрав такой совершенный корабль. Правда, мы все равно уже выдали себя. Тем, что как-то оказались на Базаре, миновав все их следящие устройства, и тем, что смогли высадиться на Юву, что здесь считается невозможным.

— Согласна, — кивнула девушка. — Но раз уж мы уже себя выдали, зачем пытаться что-то изображать теперь? Меня тошнит от этих железок. Выглядит глупо и некрасиво. Я считаю, что их нужно убрать.

— Как знаешь, — махнул рукой Герман. — Давай убирать. Как говорится шей да пори — не будет пустой поры.

Тиана пару секунд пыталась осознать поговорку, но потом последовала за Германом.

— Герман, я не понимаю, почему ты видишь в атлантах врагов? Да и в других жителях содружества — тоже.

— Да при чем здесь враги?! — возмутился Лежнев. — Я вижу в них чужаков. Не знаю, как у вас, а на нашей варварской планете всегда считалось, что ограбить одинокого чужака — святое дело.

— Герман, я решил, что хочу почитать библию, — тут же вмешался Кусто. — Такая интересная религия!

— Тьфу, Кусто, да это просто присказка такая, — Лежнев уже не знал, плакать или смеяться. Не святое это дело! Но все равно все так всегда делают! — А сам подумал, что в библии про чужаков-то тоже ничего хорошего не пишут. Особенно в Ветхом завете.

— Короче, я это все к чему. Тиана, давай хотя бы не будем выдавать Кусто? Пусть он пока побудет неразумным, а? Ну не сложно ведь. И кают-компанию можно перегородить, чтобы пассажир не видел, как ты управляешь. Кусто, не сложно ведь? Вырастишь там еще одну стену, посередине. На время.

— Ладно, делай как он говорит, — недовольно поджала губы Тиана. — Раз уж ты такой осторожный. Но Герман, то, что у вас принято мыслить так преступно еще не значит, что все такие. Сам говоришь — незачем мерить других по себе!

— Ну, хоть так, — обрадовался Лежнев. — Я бы и рад был ошибиться. Ладно, пойду попробую как-то уплотнить багаж этого… заказчика.

Кусто, несмотря на несколько сотен тонн поглощенного концентрата всяких полезных веществ и строительных материалов, пока почему-то не собирался расти, так что уместить все привезенное Алвином оказалось непросто. А ведь еще придется как-то размещать самого пассажира! Небось потребует себе отдельную каюту, и Герман уже догадывался, где его придется поселить. С собой Герман взял только ноутбук — мало ли, вдруг понадобится?

Закончив с подготовкой к вылету, решил отдохнуть. Навигация все равно в голову не лезла, так что Герман просто просматривал сеть в попытках найти что-нибудь полезное. Преуспел в этом изрядно. Но больше всего, — удивительно, — его порадовала находка из бесплатной части информатория. Подробный прайслист с характеристиками кораблей, предлагаемых для свободной продажи. Правда, только гражданского назначения. Военные здесь можно купить только представителям государств содружества. Правда, ничего не мешает вооружать дополнительно гражданские суда, чем практически все активно пользуются — для защиты от пиратов. Те-то тоже летают, преимущественно на гражданских переделках. Кстати, отдельное приложение с доп оборудованием тут тоже было.

— Герман, зачем ты смотришь на другие корабли? — обеспокоенно спросил ликс.

— Чтобы знать, с чем нам, возможно, придется иметь дело, — честно ответил Лежнев. — Я почему-то не сомневаюсь, что мы обязательно влезем в какой-нибудь конфликт. И хорошо еще, если не с государством! Все-таки Тиана слишком активно принялась встраиваться в местное общество.

— Я пытался с ней поговорить, как ты и советовал, — печально сообщил ликс. — Но она совсем не хочет слушать.

Каталог оказался очень увлекательным, Герман изучал его до самого утра. До знакомства с Кусто парень посчитал бы эти прекрасные машины вершиной научных достижений. Особенно поражала обыденность. Когда-то компьютеры были одной из вершин технической мысли ученых, занимали комнату, и чтобы ими пользоваться, нужно было быть настоящим профессионалом. Спустя время, причем совсем небольшое, это уже банальнейшее устройство, которое есть у любого школьника, и любой школьник может им пользоваться. Здешними космическими кораблями любой школьник пользоваться не мог — для того, чтобы стать пилотом, нужно было получить права. Но сам процесс получения занимал совсем немного времени — только экзамен сдать. Как на водительские права на Земле, причем проходить обучение в автошколе не обязательно. И пилотировать не сильно труднее, чем автомобилем. Все сложности и расчеты спрятаны за автоматическими помощниками.

Утро встретил красными глазами и привычным дурным настроением — не выспался. А вот Тиана освещала кают-компанию довольной улыбкой.

— Ох, наш пассажир, кажется, решил увеличить количество багажа и просит помощи, — хмыкнула Тиана. — Герман, занесешь?

— И где мы все это сложим?! — ужаснулся парень. — Я вчера твою кладовку забил под завязку! Там, по-моему, Кусто пришлось в других местах ужаться, чтобы все влезло!

— Придется выделить ему одну из кают, — пожала плечами Тиана. — А мы с тобой пока поживем в моей. Я с интерната не жила вдвоем с кем-то в комнате. У меня там был сосед, мы прекрасно уживались!

Предложение можно было бы посчитать пикантным, если бы Герман не знал доподлинно — ничего фривольного Тиана даже в мыслях не держит. При этом, в связи с полным отсутствием комплексов у разведчицы, Герману предстоят серьезные испытания.

Что-то обсуждать было уже поздно — Кусто сообщил, что пассажир проявляет нетерпение и недоумение, почему его не встречают.

Лежнев натянул скафандр, опустил забрало, отключил внешние, да и внутренние динамики, и громко высказал все, что думает о ситуации в целом и об отвратительном Алвине, после чего включил звук и отправился изображать грузчика.

На улице ждал довольный до отвращения атлант, который еще покровительственно похлопал по плечу носильщика, и заявил через переводчик:

— Молодец, люблю исполнительных. Как отнесешь — вернись еще раз, проводишь меня в корабль.

— Пройди сам. Это не сложно. Сначала одной ногой шагаешь, потом другой, потом снова первой. Попробуй, у тебя получится. — И, не дожидаясь, когда Алвин сообразит, что ответить, схватил ящики и потащил к ликсу.

Алвин возражения сдержал — возможно, потому что Герман уже скрылся в корабле, и ему пришлось идти самому. Зато Тиана попеняла парню:

— Вот зачем ты сразу ссоришься? Нам ведь нужно наладить с ним отношения!

Герман промолчал. Лично ему налаживать отношения с этим высокомерным ублюдком было совсем не нужно, и уж тем более не хотелось. «Ну конечно, — думал парень, — как какой-то варвар с дикой планеты, так можно строить, пытаться морить голодом и не давать спать, а тут вон какое совершенство. С ним-то точно нужно по-хорошему!»

— Итак, где моя каюта? И где оборудование, которое я вчера привез? — Алвин внешне безразлично оглядывал убранство кают-компании, над которым все трое путешественников так аврально работали. Однако Герман заметил, что тот тщательно скрывает удивление. Через секунду дошло, и парень едва сдержался от того, чтобы выругаться вслух. Вчера же только читал характеристики местных кораблей. Управление гравитацией здесь уже освоили, но только вдали от массивных объектов! Искусственную гравитацию включали после того, как корабль окажется в открытом космосе! А Кусто внутри себя поддерживает привычные и для Тианы и для Германа 1g. Опять палево!

Что касается вопроса, Германа так и подмывало сказать: «У нас нет свободных кают», но Тиана успела первой:

— Мы покажем.

Алвин внимательно осмотрел не слишком просторное помещение, но от комментариев воздержался. А вот кладовка, аккуратно заставленная ящиками с оборудованием, его возмутила:

— Это никуда не годится! Как вы предполагаете, я буду им пользоваться? Тиана ди Сонрэ, мне нужно больше места!

— По договору мы должны доставить вас на планету ЮВА-35, в заданные координаты и оказать помощь в проведении исследований. После чего доставить обратно вас, оборудование, и, возможно, груз с планеты, — напомнил Герман, видя, что Тиана слегка растерялась, — О том, что вы собираетесь проводить какие-то исследования в полете, в договоре сказано не было.

Алвин Германа ответом не удостоил, только поднял бровь, глядя на разведчицу. «Дескать какого хрена у тебя подчиненные позволяют себе лезть в разговоры», — сообразил Герман.

— У нас недостаточно свободного места для того, чтобы разместить вас с комфортом. Корабль не грузовой, да и для перевозки пассажиров он не предназначен, — пояснила Тиана, как бы соглашаясь с напарником и одновременно оправдываясь. Герману опять стало неприятно. В целом желание быть вежливым понятно, вот только он почему-то сомневался, что этот атлант оценит вежливость. Невооруженным взглядом видно, что он тут всех считает низшими существами, и только Тиане согласен демонстрировать минимальное уважение, как капитану корабля.

— В договоре это не сказано, но подразумевалось. Я и предположить не мог, что на корабле таких размеров окажется так мало свободного места! Мне не знакома эта конструкция.

Кусто, по понятным причинам, ничего сказать сейчас не мог, но Лежневу показалось, что он прямо-таки чувствует возмущение тихохода. Тем более, на самом деле место вот-вот должно было появиться. Герман, правда, не знал, как быстро — что-то Кусто все никак не начнет увеличиваться.

— У него есть другие преимущества, — Тиана, кажется, тоже немного обиделась. — Если вам нужен комфорт, вы могли выбрать пассажирский лайнер. Однако сомневаюсь, что пассажирский лайнер сможет сесть на планету.

Герман едва сдержал улыбку. Едва ли пассажирский лайнер вообще рискнет приблизиться к ЮВЕ-35. После той катастрофы, которая уничтожила жизнь на планете, пространство системы оказалось тоже изрядно захламлено множеством астероидов самого разного размера и самых неожиданных траекторий. Безусловно, даже на тысячную долю не так густо, как орбита самой планеты, но судя по тому, что Лежнев успел узнать о технических характеристиках местных кораблей, далеко не каждый из них может защититься от внезапного удара камня размером двадцати, скажем, метров в диаметре. Просто потому, что для противометеоритной защиты такие размеры слишком велики, а противоастероидная может из-за своего несовершенства пропустить такой мелкий предмет.

— Справедливое замечание, — заметив, что Тиана недовольна, Алвин обворожительно улыбнулся, и морщинки на лице у девушки разгладились. — Что ж, тогда часть исследований придется проводить уже по возвращении. Ничего страшного. В таком случае мы можем отправляться, Тиана ди Сонрэ, — предложил пассажир.

Разведчица вежливо кивнула и направилась в рубку управления. Вообще-то со взлетом с планеты Кусто обычно и сам прекрасно справлялся, но для местных это был один из самых сложных маневров, который без участия пилота точно не выполнялся.

Алвин, как ни в чем не бывало, направился следом.

— Куда? — Возмутился Герман.

Пассажир покосился на него так, будто неожиданно заметил посреди кают-компании кучу дерьма.

— Это же не пассажирский корабль? Значит, я могу посмотреть за процедурой взлета, так ведь?

— Лучше побудьте здесь, — вздохнув предложила Тиана. — Я выведу картинку с камер на экран.

Заказчик неохотно уселся на диван, специально выращенный ликсом. Герман занял место напротив. Тиана скрылась за перегородкой — атлант с любопытством проследил, как зарастает проход, и перевел взгляд на землянина. Лежнев уставился на него в ответ.

Несколько минут просидели в молчании, потом пассажир соизволил обратить внимание на экран на потолке. Увиденное удивило его настолько, что он даже снизошел до общения:

— Как, мы уже в космосе? Я думал, мы еще даже не взлетели!

Герман хмыкнул. Ему было забавно — еще недавно он сам удивлялся, как тихо и незаметно происходит взлет ликса. Но то он — дикий землянин. А тут — атлант, представитель космической цивилизации, и тоже попал впросак. Забавно.

— Что это за материал?! — Алвин и не думал замолкать, и теперь ощупывал стену, — Похоже на кожу или мышечную ткань… Это ведь не искусственный материал? Продукт биолабораторий, я ведь правильно догадался?

— Это закрытая информация.

— Ах, ну да, откуда простому матросу знать такие подробности, — фыркнул заказчик. Герман мысленно поморщился. Детская подначка, но ведь все равно неприятно! Хорошо хоть Тиане надоело изображать пилота, и она вышла в кают-компанию, так что пассажир тут же переключился на нее:

— Скажите, Тиана ди Сонрэ, вам не кажется странным, что мы столь похожи? Дышим одним воздухом, привыкли к одинаковой силе тяжести… У меня складывается ощущение, что мы можем оказаться одним видом существ. Как вы смотрите на то, чтобы по возвращении сделать генетический анализ в нашей лаборатории? Возможно, ваш народ когда-то очень давно откололся от нашего, и теперь вы могли бы вернуться к родным корням!

Тиана весело рассмеялась:

— Кто знает, господин Алвин, возможно, это вы сможете вернуться к корням. Что касается генетического анализа — мы ведь можем и не откладывать. У меня есть медицинская капсула на борту, она может точно установить наше с вами родство. Не хотите ли воспользоваться?

— Медицинская капсула? — заинтересовался пассажир, — Да, это будет довольно любопытно!

Разведчица отвела Алвина в свою каюту. «Хотя это явно бессмысленно, — хмыкнул Герман глядя на интерьер жилища Тианы, предупредительно выведенный Кусто на экран, — судя по тому, как легкомысленно относится к наготе этот Алвин, они точно от одного корня пошли». На экране атлант, ничуть не смущаясь разделся и улегся в капсулу, крышка закрылась. Тиана выбрала программу исследований, и вернулась в рубку.

— Эх, досадно, что мы пока не можем разговаривать без переводчика. Столько всего хочется узнать, а теперь придется ждать, когда капсула закончит анализ! — посетовала девушка.

Герман кисло улыбнулся. Алвин в ликсе меньше часа, а Лежнев уже чувствовал себя здесь лишним. Невооруженным взглядом видно, как сильно интересен Тиане атлант. «Можно обманывать себя и говорить, что это прежде всего надежда найти путь домой, да и радость от встречи с собственным народом… Но давай честно, дружище. Ты в Тиану втрескался. Знал, что нельзя, а втрескался. Тиана же тебя даже как друга не воспринимает. Скорее, как забавную зверушку, дикого варвара».

Тиана ди Сонрэ, капитан

Ощущение, что она встретилась с кем-то из киннаров прямо-таки преследовало девушку. Пассажир чем-то напоминал ей одного из преподавателей интерната — эта немного покровительственная манера говорить, подчеркнутая вежливость, чувство собственного достоинства. Если не смотреть на более темную кожу, да непривычную одежду — не отличишь. Это мимолетное чувство узнавания делало общение с гостем невероятно комфортным. Тиана не могла оформить это словами, но вообще она просто переключилась на привычную до мелочей, комфортную модель поведения, которая за годы учебы в интернате въелась в подкорку, стала рефлекторной. Единственное, за чем приходилось следить — это инстинктивное доверие, которое вызывал собеседник. Не хотелось сболтнуть лишнего.

Невольно девушка сравнивала спутников. С Германом намного сложнее. Она до сих пор не может привыкнуть к его реакциям. Порой она воспринимает его слова как шутку, а потом выясняется, что он говорит серьезно, а иногда наоборот. Она совершенно не понимает его мотивов, и никогда не может предсказать, что Герман сделает в следующий момент. Да и собственная реакция на напарника ее порой пугает. Почему ей так нравится на него смотреть? Как он двигается, ходит, улыбается. Как плавает в море. Раньше думала это от долгого одиночества, что она просто соскучилась по человеческому обществу.

Но нет. При виде Алвина она чувствовала только интерес: откуда взялись эти атланты? Почему они так похожи на киннаров? Обычное научное любопытство. Никакого жара в теле, никакого прилива крови к щекам. Просто интересный персонаж, благодаря которому она может стать немного ближе к потерянному дому. Причем не слишком приятный — Тиана никогда не испытывала добрых чувств к преподавателям в интернате. И лицо у Германа гораздо красивее. Живое, подвижное. Спустя время Тиана поняла, что ей даже слияние не нужно, чтобы определять его настроение — и так все видно. За выражением лица Германа очень интересно наблюдать, особенно когда парень не знает, что она смотрит. Сейчас, например, он явно чем-то расстроен, а она все никак не спросит, что его так беспокоит.

Скорее всего, киннары и атланты действительно родственники. Медкапсула уже через час покажет, насколько близкие, но Тиана уже почти не сомневалась, что атланты — потомки колонистов самого начала космической эры киннаров. Это был первый исход с материнской планеты, случившийся около пятидесяти тысяч лет назад. Еще до того, как единый народ разделился на две ветви. Герои-первопроходцы уходили в никуда, в неизвестность, и практически без шансов на возвращение — тогда ее народ еще не подозревал о гиперпространстве, так что циклопические корабли-древа на досветовой скорости уходили в неизвестном направлении. На борту были тысячи взрослых киннаров. И еще десятки и сотни тысяч эмбрионов, которым предстояло стать первым поколением, взращённым на новых планетах.

Потом, позже, когда благодаря гиперпространству скорость космических путешествий увеличилась на порядки, большинство из этих экспедиций были найдены. Часть из них вернулась к киннарам, другие стали жертвой заблуждений технофанатиков, которые тоже были потомками таких колонистов, оказавшимися на очень неприветливой планете. Многих так и не нашли. Возможно, они погибли, или просто пока не встретились киннарам. Галактика огромна, и планет, подходящих для жизни в ней тоже очень много.

«Вот бы найти такой корабль-поколений! — размышляла Тиана. — Навереняка в нем сохранился весь путь, который он прошел! А ведь он мог сохраниться, это точно. Судя по всему, в отличие от предков Германа, предки пассажира не с нуля начинали. Если, конечно, я не ошибаюсь в предположениях»

Уже через полчаса предположения Тианы получили подтверждение. Не сто процентное, конечно, но то, что атланты и киннары принадлежат одному виду, капсула подтвердила. Напарник, услышав новость досадливо скривился, что немного обидело девушку. Он как будто не хочет, чтобы она нашла путь домой! Если вдуматься — какова вероятность найти в чужой галактике своих родственников? Даже представить сложно. А тут — вот они, и в отличие от Землян, кажется, не забыли своей истории. Эфемерная связь с домом постепенно начала обретать какие-то ощутимые формы — разве это не повод для радости? Герман же ничуть не обрадовался. Вместо этого, когда наниматель вернулся в кают-компанию, ушел в каюту.

«Ну и ладно! Я лучше попытаюсь разузнать побольше об атлантах! Может, узнаю что-нибудь еще интересное», — подумала Тиана, но быстро разочаровалась. Гость, казалось, специально игнорирует все вопросы, которые задает разведчица, вместо этого переводит разговор на другое, и вот уже сама девушка рассказывает что-то о киннарах. Тиана, конечно, тоже старалась избегать тем, связанных с расположением ее родины. Упомянула только, что она очень далеко отсюда, и даже сама разведчица не уверена, что сможет вернуться. О своих предположениях по поводу происхождения самих атлантов она тоже рассказала, но ее предположения не встретили особого энтузиазма со стороны собеседника.

— Все может быть, прекрасная Тиана ди Сонрэ, — слегка поклонился гость, — Мы, атланты, предпочитаем считать себя самостоятельным народом. Если мы и являемся потомками колонистов — разве это дает вам право первенства? Может быть, это мы сохранили традиции далекой родины, в то время как вы их давно утратили под влиянием внешних обстоятельств?

Тиане было совершенно наплевать, кто чьи традиции сохранил, поэтому она легко согласилась. Разведчицу больше интересовало, остались ли у атлантов какие-то сведения о том, откуда они взялись и каким способом добрались до мест нынешнего обиталища. Однако этими сведениями гость делиться не спешил. За разговором подошло время ухода в гиперпространство.

— Господин Алвин, пройдите, пожалуйста, в свою каюту, — прервала девушка пассажира, который что-то разглагольствовал по поводу величия расы атлантов. Если заменить «атлантов» на «киннаров», получится один в один речь их интернатского историка. Он, с небольшими вариациями повторял ее ученикам, подчеркивая каждое значительное достижение цивилизации. Порой сама лекция занимала меньше времени, чем эти восхваления, которые казались Тиане раньше вполне естественными, но после долгого общения с Германом и знакомства с его культурой почему-то выглядели слегка натужно и неестественно.

— Разве я не могу посмотреть на переход, из рубки? — полюбопытствовал наниматель.

— Нет, господин Алвин, наш гиперпространственный двигатель требует достаточно высокого ускорения во время перехода, — соврала Тиана. То есть не совсем соврала, ускорение действительно требуется. Просто Алвин его в любом случае не почувствовал бы. Не хотелось показывать пассажиру процедуру слияния, в этом она была с Германом согласна. Все-таки напарник прав — этот пассажир не «свой», незачем ему видеть особенности управления ликсом. — Оставаясь здесь, вы можете получить травмы, в то же время, оставаясь в специальном ложе, вам ничего не будет грозить.

Тиана и не помнила, когда ей доводилось прежде так вдохновенно врать. Наверное, еще в интернате, когда она описывала приемной комиссии, что во время гиперперехода видит лишь холодную пустоту — лишь бы ее не забраковали. «Что-то часто мне летный интернат вспоминаться стал», — вздохнула девушка. Пассажир неохотно согласился. Алвин попытался взять с Тианы обещание, что после перехода сможет вернуться в рубку, но девушка и тут не согласилась. Оставлять Кусто самостоятельно пробираться через астероидный хаос, скрывающий планету было бы совсем неразумно, так что девушка просто пообещала, что по выходе из гипера передаст на экран в каюте картинку снаружи, так что наниматель сможет удовлетворить свое любопытство.

Переход прошел привычно, система планеты ЮВА-35 ничуть не изменилась с последнего раза. Герман почему-то отказался входить в слияние, что вызвало досаду. С тех пор, как они с напарником добрались до системы содружества, общение с напарником свелось к минимуму, и Тиана вдруг сообразила, что соскучилась. Хотела хотя бы в слиянии ощутить близость, но он отказался.

Система ЮВА-35 встретила привычной мешаниной больших и малых камней, концентрация которых быстро увеличивалась по мере приближения к планете. Тиана, как и обещала вывела на экран картинку для пассажира и сосредоточилась на том, чтобы провести Кусто к поверхности. Как и в прошлый раз долго выбирала самый безопасный маршрут, а потом тихонько, крадучись, пробиралась к планете. В этот раз так филигранно не вышло — крупный астероид на большой скорости ударил куда-то в грудь. Разведчица видела его приближение, но уклониться никак не могла, потому что тогда неизбежно получила бы гораздо более серьезные повреждения. Отклонить сам астероид тоже не вышло — как раз в этот момент тихоход скользил между двумя особенно крупными камнями, и придерживал их гравитационным когтем, чтобы не столкнуться. В общем, разведчица благоразумно выбрала вариант, который грозил наименьшими повреждениями, но все равно было очень больно. Теперь придется лечить тихохода и ждать несколько дней, пока рана затянется. Вот досада! И ведь в прошлый раз и туда и обратно прошла филигранно, получив лишь несколько мелких царапин, на которые даже тщательно следящий за целостностью своей шкуры Кусто не обратил внимания.

Вот всегда у нее так. Как только рядом оказывается преподаватель, сразу начинает теряться и делать досадные ошибки, которых никогда бы не допустила в спокойном состоянии. Все-таки какой неприятный этот их пассажир! Как будто в самом деле в интернат вернулась!

Заказчик, правда, ничего и не заметил, в отличие от Германа — он уже и без слияния ухитрялся почуять, что творится с ликсом. Все-таки он прирожденный свободный разведчик. Жаль, что у него нет возможности получить своего ликса. Или, наоборот — хорошо. Без Германа будет грустно и одиноко. Последняя мысль, кажется, принадлежала не только ей, но и Кусто — вот опять-таки, крайне удивительно, что ликс за такое короткое время проникся таким доверием к новому человеку. За несколько лет интерната, и потом еще после выпуска Кусто не смог сдружиться ни с одним из пассажиров… Хотя и они относились к нему лишь как к средству передвижения, а не приятелю.

Дикая пляска, наконец, закончилась, и Тиана почувствовала, как побитое тело обнимает горячая, ласковая атмосфера планеты. Координаты, которые указал наниматель, вели на единственный оставшийся на планете континент. Тиана вспомнила фильм, который они с Германом смотрели, когда только оказались в системе содружества. Конечно, эту историю нельзя назвать документальной, но создатели старались сохранить историческую достоверность. Так вот, судя по этому фильму, когда-то на Юве было четыре континента. Красивые, покрытые зеленью, полные жизни. Теперь оставался только один, и по-настоящему живым его назвать было невозможно. Весь покрытый вулканами, из которых до сих пор вырывались огромные тонны гари и магмы, растекавшейся по поверхности, континент напоминал кровавую, незажившую рану на теле планеты. И эта рана грозила в любой момент похоронить едва оправившуюся от прошлого удара жизнь на островах. Стоит какому-нибудь вулкану взорваться особенно сильно, и начнется новая долгая зима. Впрочем, жителям планеты грозит еще и опасность с орбиты. Есть там еще довольно много крупных камней, падение которых добьет немногих оставшихся местных организмов. Все-таки хорошо, что они с Германом добили матку муравьев. Если бы она смогла использовать ее, Тиану, для рождения новых маток, содружеству бы не поздоровилось. Они бы справились с одной, двумя. Может быть даже с пятеркой королев, но не с несколькими десятками.

Разведчица опустилась на планету, и только тогда вышла из слияния. Как вскоре выяснилось — для того, чтобы оказаться в центре скандала. Позже она узнала, пассажир все-таки не пожелал лежать в своей каюте, а захотел посмотреть за работой Тианы, тем более особых перегрузок он так и не почувствовал. Поскольку на его вопросы отвечать было некому, а выход в кают-компанию сам почему-то перестал появляться, их наниматель не нашел ничего лучше, чем воспользоваться мощным станнером. Разведчица уже знала, что такое станнер — это оружие вроде ее нейродеструктора, только действующее намного слабее. Оно не влияет на память, зато периферической нервной системе достается изрядно. В результате живое существо просто на время парализует, а потом, если ему не оказать медицинскую помощь, жертва долго мучается.

Пассажир решил, что его не имеют права замуровывать и воспользовался станнером против «двери», которая отделяла каюту от остального пространства. Плоть ликса в этом месте достаточно тонкая, и, конечно, не имеет такой защиты от излучений, как внешняя поверхность, так что станнер сработал.

«Дверь» открылась, и довольный наниматель уже собрался выходить, но встретил Германа. Не будь эта посадка такой сложной, этой ситуации просто не случилось бы. Во-первых, их работодатель как будто специально подгадал момент, чтобы воспользоваться станнером. Как раз, когда Кусто получил болезненный удар астероидом в грудь. Так что какие-то мелкие неполадки в пассажирской зоне тихоход даже не почувствовал. Да и обратить внимание на то, что там творится ни ликс, ни Тиана не могли, слишком занятые маневрированием.

Творилось следующее: Герман, который в этот момент зачем-то вышел в кают-компанию, увидел неладное, а именно выходящего из каюты злого пассажира. Что ответил пассажир на просьбу вернуться на свое место Тиана так и не узнала. Герман повторил просьбу, но и это не помогло. Гость потянулся к станнеру.

Герман отреагировал быстро и резко, как он умеет — коротко ударил кулаком по лицу нанимателя, отчего тот влетел обратно в каюту и выронил станнер. Землянин подобрал выпавшее оружие, и добавил пассажиру еще и ногой. Все это Тиана узнала потом, восстановив события по записям Кусто, а когда она вышла из сопряжения, увидела окровавленного пассажира, лежащего на кровати в своей каюте, а над ним сжимающего кулаки Германа.

Что она могла подумать? Герман, который и до этого явно демонстрировал неприязнь к новому знакомому, стоит над ним со сжатыми кулаками, а пассажир лежит, скрючившись, на кровати и закрывает голову руками. Ясно же — землянин проявил свою варварскую натуру. Избивает в кровь беспомощного, руками и ногами. Забивает насмерть, не в силах удержать в узде свою звериную натуру. Готовится убить слабого, неспособного сопротивляться соперника, который, может, и не слишком приятный собеседник, но точно не заслуживает такого отношения.

— А ну оставь его в покое, ты, монстр! — закричала девушка, даже не успев одеться. — Прочь из его каюты! Варвар! Ты просто варвар, недостойный считаться цивилизованным человеком.

Герман опустил кулаки. Он хотел что-то сказать, но наткнулся на ее взгляд, который горел презрением и яростью, и молча вышел.

— Зайди в мою каюту, и больше не выходи оттуда до отдельного приказа! Ты под арестом! — потребовала Тиана, и Герман послушался.

— Правильно! — подал голос пассажир, — Тиана ди Сонрэ, я требую смерти вашего подчиненного. Он посмел напасть на меня, посмел меня ударить! Меня, представителя высшей расы! Какой-то белокожий ублюдок! Тиана ди Сонрэ, я требую разрешения на то, чтобы убить это ничтожество!

Девушка смотрела на размазывающего по лицу кровь «представителя высшей расы», и боролась с отвращением. Как бы мерзко не поступил Герман, этот пассажир сейчас выглядел не менее отвратительно. Белокожий ублюдок, значит? У нее, Тианы, тоже белая кожа.

— Оставайтесь в своей каюте. Я должна подумать, — ответила, а сама как сомнамбула отправилась восстанавливать события по записям.

Увидев, что произошло, девушка преисполнилась отвращения к самой себе. Вот так, не разобравшись, накричала на напарника, который действовал совершенно правильно. Возможно, слишком грубо… ну так у него и выбора не было! Он ведь не знал, что это нелетальное оружие! «Да какая разница, — сама себе сказала разведчица. — Даже если знал — какое право имеет этот мерзкий пассажир наставлять оружие! Любое! А если бы это было что-то другое? Если бы он повредил ликсу?»

Тиана резко вскочила и бросилась в свою каюту, где нашла Германа лежащим на кровати. Набрала в грудь воздуха, чтобы извиниться, но поняла, что не знает, как.

— Герман, я прошу прощения, что накричала на тебя не разобравшись. — Через силу начала девушка. — Ты больше не под арестом.

— Так точно! — Парень явно изобразил какую-то воинскую позу — вытянулся во весь рост и смотрит поверх ее головы. — Разрешите идти, госпожа капитан?

— Иди, — растерянно пробормотала Тиана, и проследила, как Герман, натянув скафандр, хватает заживляющую пену и выходит из ликса.

Обиделся. И правильно, конечно — она слишком поторопилась, накричала незаслуженно. Нужно было сначала разобраться. Но что теперь, бегать за ним? Нельзя, это подорвет ее авторитет. Так говорили наставники — подчиненный не должен видеть слабость командира, а она ведь, как ни крути, командир? Правильно ведь?

Герман Лежнев, послушный инструмент

«Как она бросилась его защищать?! — Герман полз по Ликсу в поисках места ранения, попутно покрывая пеной мелкие повреждения. В голове раз за разом прокручивалась та отвратительную сцена в кают-компании. — Как тигрица ребенка! Монстр, значит. Под арестом, значит. Приказ, значит»

Он еще не понял сначала. Хотел как-то объяснить, что произошло на самом деле. Потом взглянул в ее глаза. Стало очевидно — никаких объяснений не требуется. Этот Алвин будет хорошим в любом случае, что бы ни творил.

— Любовь зла, полюбишь и козла, — бормотал про себя парень. — Вот почему бабы вечно влюбляются во всяких мудаков? Может, это какой-то природный закон? Закон притяжения к мудаку.

«Давай откровенно. Герман Лежнев — это быдло с отсталой планеты. Да, она тебе благодарна за помощь с муравейником, но по факту за ровню себе она тебя никогда не воспринимала. А тут еще ты своими грязными лапищами покусился на святое».

Когда Тиана пришла «извиняться», эти злые мысли только подтвердились. Видимо все-таки разобралась, что произошло на самом деле, но еле выдавила из себя извинения. Нужно было, наверное, сделать вид, что все хорошо, но улыбаться и изображать, что ему вообще есть какое-то дело до извинений просто сил не было. Идея включить преданного служаку пришла неожиданно, но оказалась спасительной. Разведчица, кажется, даже обрадовалась, что не нужно больше изображать дружеское общение. И из-под ареста отпустила, так что Лежнев, не желая больше находиться поблизости от столь неприятных ему личностей, отправился латать несчастного пострадавшего ликса — он прекрасно видел момент столкновения. А эта идиотка пусть нянчится со своим разлюбезным Алвином.

Рана у Кусто оказалась внушительная — этакий кратер около метра глубиной и диаметром метров тридцать, из которого медленно-медленно сочится какая-то гелеобразная субстанция.

— Эк тебя покоцало, брат, — ужаснулся Герман, и принялся заливать повреждение пеной.

— Больно, — хныкающим голосом раздалось в наушниках. — Ничего серьезного вроде бы не повредило, хотя внутри тоже много разрывов из-за удара. Но гораздо обиднее, что этот вредный наниматель мне внутренние мышцы парализовал чем-то. Если бы я не отвлекся на удар, я бы все равно не открыл ему проход. В моем организме много дублирующих систем! Только они не включаются автоматически, а я отвлекся и сам не заметил, что что-то не так.

— Бывает, дружище. На будущее — следи за этим субъектом в оба глаза. Я здорово подозреваю, что он теперь никуда не денется — Тиана не даст, но доверия у меня к нему ни на грош. Так что смотри, чтобы каких-нибудь пакостей не устроил. Лезет везде, скотина пронырливая.

— У меня не два глаза, Герман, — снисходительно напомнил Кусто, — а много. И я могу вырастить еще сколько захочу. Подожди… а почему ты думаешь, что Алвин с нами надолго?

— Ну вот есть у меня такое подозрение, — уклончиво ответил Герман. Подробно объяснять, что Тиана влюбилась в нанимателя он не собирался. Это все-таки личное дело девчонки, а сплетником Лежнев себя не считал и становиться не собирался. Да и просто обсуждать эту тему было неприятно.

— Герман, а что такое низкородное быдло?

«Что ж ты внимательный какой! — мысленно возмутился парень. — Станнер он не заметил, а чего там болтал этот урод — за здрасьте»

— Это тавтология. Масло масляное. Быдло — это человек, занимающий низкое социальное положение. Тупой и неотесанный. И низкородный, как ты можешь догадаться — тоже человек, занимающий низкое социальное положение.

— А почему Алвин тебя так назвал?

— Блин, дружище, мы можем сменить тему? — возмутился Герман. — У меня как-то нет настроения сейчас об этом рассуждать. Алвин меня так назвал, потому что считает, что он выше меня по социальному положению. И про социальное положение я тебе как-нибудь потом расскажу, в свободное время, хорошо?

— Я хорошо знаю, что такое социальное положение! — гордо ответил тихоход. — Социальное положение — это ниша, которую занимает индивид в обществе в зависимости от приносимой им пользы. У нас с Тианой, например, очень достойный социальный уровень — двадцать второй.

— Прикольно, — удивился Герман. — А какой самый высокий?

— Первый. Но таких совсем немного у киннаров.

— А самый низкий?

— Двадцать четвертый. Так что мы с Тианой молодцы!

— Это да, я аж офигел, — фыркнул Герман. Не хотелось расстраивать приятеля — он-то действительно считал, что двадцать второй — это прям хороший уровень, особенно по сравнению с двадцать третьим и уж тем более двадцать четвертым.

Повреждение тем временем полностью покрылось пеной, и Герман неохотно спустился на землю. Гадский Алвин выбрал крайне паршивое место для посадки — чуть ли не самый центр материка. Что он тут собирался искать Лежнев не знал, но полагал, что это должно быть что-то ценное, потому что добровольно любоваться местными видами мог бы только горячий поклонник постапокалиптических пейзажей. Совсем неподалеку чадил черным дымом вулкан. По равнине, пустой и потрескавшейся от жара и сухости, то и дело проносился глухой рокот. Порывы ветра носили туда-сюда клубы песка вперемешку с пеплом. Повсюду разбросаны валуны разных размеров. Возможно, когда-то они и были частью строений, но если и так, то было это очень давно. Унылая, навевающая тоску и подспудную тревогу панорама. Ни капли воды, ни одной зеленой травинки.

Алвин бродил вокруг ликса в компании с разведчицей. Бодрый и полностью здоровый — за прозрачным забралом было прекрасно видно, что все следы воспитательной деятельности Германа на лице уже исчезли. Видимо, пока парень латал тихохода, Тиана уложила своего драгоценного соплеменника в капсулу. Атлант, кроме того, что осматривался, что-то старательно пеленговал каким-то прибором. По всей видимости, приземлились они в «заданном районе», но не точно там, где это требовалось. Герман с тоской подумал, что сейчас ему предстоит еще долгая прогулка в неприятной компании.

Подходить Лежнев не собирался, но прошмыгнуть мимо незамеченным не удалось. На него обратили внимание и подозвали поближе.

— Герман, нам нужно найти точное место и добраться до еще одного бункера, — сообщила Тиана. — Скорее всего понадобится лопата.

Лежнев молча развернулся и потопал за лопатой. Кто будет копать, он уже тоже догадался. Тупая рабочая сила — кто же еще. А бело-темные господин и госпожа пока будут вести умные беседы и строить друг другу глазки. «Ладно. На этот рейс ты подписался. Уйти сейчас — некрасиво, да и что уж там, некуда. Мелькала ведь мысль… да что уж теперь. Кто мог предположить, что так повернется?»

Идти пришлось не так уж далеко: Кусто приземлился довольно точно. Присмотревшись, Герман смог разглядеть какие-то следы разрушенных строений. Впрочем, с тем же успехом он мог и ошибаться — настолько эфемерными они были. Вроде бы вот здесь было что-то вроде фундамента, а может, это потеки лавы так застыли, кто знает? Ну судя по уверенности, с которой Алвин вертелся вокруг пятачка с навалами битого камня, что-то здесь все-таки было.

Наниматель повернулся к Тиане и явно что-то сказал — на отдельном канале, делиться своими великолепными мыслями с презренным варваром он не собирался. Тиана ответила, а потом из динамиков шлема раздалось:

— Герман, ты не мог бы попробовать копать, где он укажет? А мы с Алвином сходим за дополнительным оборудованием.

— Где? — односложно спросил Герман.

Ему показали. Он принялся копать. Лежнев в упор не понимал, зачем вообще этим занимается. Куда он точно не нанимался, так это в прислугу, а его сейчас заставляют именно прислуживать.

— Терпи, — говорил себе парень вслух, отключив связь, конечно. — Терпи и, главное, молчи. Ты уже все сказал, тебе уже все сказали, так и не стоит ничего зря сотрясать воздух. Нет, ну какие сволочи, а? И Тиана… вот, казалось бы, такая приятная девчонка, а стоило влюбиться в козла — и сама стала такая же. К чертям все.

Изображать экскаватор пришлось довольно долго. Притом, одной лопаты было явно маловато — в этой местности полезнее был бы заступ. В другой раз Герман бы проявил инициативу и изобразил бы что-нибудь такое. Может, еще и «изобретением» лебедки занялся, чтобы вытаскивать особо крупные валуны. Но объяснять что-то «господам» было отвратительно, так что Лежнев предпочел промучиться лишние несколько часов, благо тяжелый физический труд неплохо отвлекал от не менее тяжелых мыслей. Спустя какое-то время на забрале высветился сигнал вызова.

Устало вздохнув, Лежнев выпрямился — последний час он расчищал широкую площадку на дне довольно глубокой, — метров двух, — ямы. Уже были заметны очертания люка или просто крышки… в общем, это был проход в очередной бункер.

Неохотно включил связь, и сразу в шлеме зазвучал недовольный голос Тианы.

— Герман, ты зачем связь отключал?! Я уже двадцать минут пытаюсь до тебя достучаться! Что-то случилось?

— Все в порядке. Прошу прощения, что отключил связь. — ответил парень.

— А зачем отключал? — не отставала девушка.

— Хотел побыть в тишине.

На той стороне озадаченно замолчали.

— Пожалуйста, не отключай, пока мы находимся на планете…

— Хорошо, не буду, — прервал разведчицу Герман. Меньше всего ему сейчас хотелось выслушивать нотации. — Для чего нужно было со мной связываться?

— Я хотела сказать, что наш пассажир уже идет к тебе. Только я с вами не пойду, хорошо? Вы ведь не будете ссориться без меня?

— Не будем, — ровно ответил парень, в душе удивляясь, как это она решилась оставить своего драгоценного одного с таким жестоким убийцей как он, Герман.

Алвин появился минут через десять. Лежнев как раз успел немного передохнуть. Наниматель спустился на дно ямы, осмотрел вход и, протянув вибромеч рукоятью вперед, коротко велел:

— Вскрывай.

Лежнев, пожав плечами, принялся вскрывать, не обращая внимания на то, как Алвин шустро лезет наверх. Впрочем, к тому времени как Герман справился с люком, наниматель уже был снова внизу, вместе со здоровенным ящиком — одним из тех, которые Герман совсем недавно таскал.

Из ящика появилось нечто деревянно-металлическое, поблескивающее десятком-другим то ли глазок, то ли датчиков, о десяти ногах. Что это — живое существо или робот, Лежнев не разобрал, потому что многоножка пару секунд помигала лампочками и шустро стекла в открытый проем. «Вот как надо инопланетные нычки исследовать!» — с завистью подумал Герман. Алвин развернул экран, минут десять в него пялился — по всей видимости многоножка на этот монитор передавала то, что видела. Затем атлант скривился, немного постучал по клавиатуре, и еще через пару минут многоножка снова появилась из люка. Наниматель вытянул из… планшета, наверное, тонюсенькую невесомую ниточку — почти паутинку, и подцепил ее к многоножке, после чего снова отправил ее в подземелье.

«Ага, — сообразил Герман. — У них тоже связь этим странным материалом бьется. Приходится по проводам передавать». Провод, несмотря на тонкость и невесомость, по всей видимости, был довольно прочным. И длина его тоже внушала уважение — впрочем, чего удивительного при такой-то толщине? В свернутом состоянии такой проводок все равно будет занимать ничтожный объем.

На этот раз исследование подземелья прошло без сложностей, результатами осмотра Алвин удовлетворился.

— Спускайся вниз, человек, — велел наниматель. Герман послушался — трос у него был с собой. Да и любопытно посмотреть, что так понадобилось атлантам на этой богом забытой планете.

Шахта ничем не отличалась от уже виденной — тот же материал, те же выемки для лап, которые вполне можно использовать в качестве лестницы. Правда, в этот раз незачем — Герман спускается один, его вес трос выдержит.

Дожидаться «напарника» не стал, отправился по слегка наклонному кривому коридору дальше. Впрочем, Алвин его скоро догнал, и в первый зал они вышли вместе. Это подземелье явно превышало своими размерами тот бункер на острове. И сам зал значительно просторнее, и проходов-ответвлений в нем было больше. Только атланту большая часть проходов была неинтересна. По всей вероятности, многоножка уже изучила подземелье, и теперь наниматель знал, куда нужно идти. Герман послушно шел следом. Пробираться по переходу было по-прежнему неудобно, но минут через двадцать они вышли в еще один зал. На этот раз не сквозной. Чем-то это помещение неуловимо напоминало Герману библиотеку или архив. Только вместо книг на стеллажах были уложены паутинные клубочки. Много — очень много клубочков. Часть — обычные, белые. Другие отсвечивали металлом и диаметр нити был ощутимо больше.

Спустя несколько секунд до Германа дошло. Да ведь это и есть архив или библиотека. Эти белые клубочки, скорее всего, обычные книги. Узелковое письмо, как у индейцев майя. А те, похожие на тонкую струну скорее всего аналог магнитных лент или еще какой-то вариант записи изображения или звука. С ума сойти! Вот уж действительно, большой куш. Это вам не десяток разных видов непонятных хреновин — это целая сокровищница. Нужно только это все расшифровать. Хотя, скорее всего, с этим тоже проблем не будет. Если уж у атлантов есть координаты архива, значит и с чтением клубочков какие-то наметки имеются. Как минимум. А может, письменность паучков в содружестве давно расшифрована.

А дальше снова началась физическая работа. У Алвина с собой оказалось достаточно компактно сложенных емкостей, в которые они складывали «книги». Судя по всему, клубочки не боялись ни времени, ни физического воздействия, потому что складывали их очень компактно. Уминали в ящики не жалея, совершенно не опасаясь порвать или перепутать нити. Несмотря на старания, коробок набралось изрядно — около сотни. Алвин выбрался наверх, Герман цеплял коробки к тросу, моторчик вытягивал коробки. Вроде бы не сложная операция, но коробок было много, каждый подъем занимал с полминуты, так что Герман изрядно задолбался от монотонных действий.

— Все, цепляйся ты теперь, — раздалось в наушниках скафандра.

Герман хотел послушно уцепить скафандр за трос, но в последний момент передумал. Все конечности затекли от однообразных движений, так что Лежнев решил подниматься своим ходом, по стенке шахты. «Может, зря я так вызверился на этого Алвина? — подумал парень. — Ну да, он по умолчанию не может мне нравиться. Но я как-то ожидал чего-то более паршивого от этой совместной работки!» Как раз в этот момент парень пальцами наткнулся на какую-то явно инородную выпуклость. Пригляделся — к стене шахты прилеплено что-то полукруглое и явно металлическое. Отковырять не получилось, хотя эта штука явно недавно здесь появилась. Герман ведь тщательно осматривал стены во время спуска. Одну он еще мог как-то пропустить, но сейчас, глянув наверх, парень в инфракрасной подсветке шлема видел таких выпуклостей еще несколько. Получается, это Алвин оставил? А зачем?

Ответ себя ждать не заставил.

— Ой, забыл сказать, — раздалось в динамиках шлема. — Стены шахты заминированы. Ты там поосторожнее.

Лежнев себя дураком никогда не считал, но честно признавался себе — соображает он, порой, медленно. В данной ситуации осознал, что происходит парень тоже только после того, как начал действовать. Руки сами разжались, и Герман полетел вниз. Не так уж высоко он успел подняться — всего-то метров шесть. К тому же скафандр — во истину спасительная штука. При падении он затвердел в тех местах, где это необходимо, и спружинил там, где это нужно. И все равно дух вышибло. Герман пополз, отталкиваясь локтями от неровного, бугристого пола. «Только бы успеть!» Парень все еще не осознал в полной мере, до чего нужно успеть. И в этот момент раздалась гром, а глаза резанула вспышка.

Из шахты он все-таки успел выползти. Однако взрыв был так силен, что Лежнева, даже несмотря на то, что он лежал, приподняло над полом и швырнуло дальше по проходу. Когда все успокоилось, а перед глазами прояснилось, Герман первым делом грязно выругался. Зря вызверился, как же.

Правда, материться он быстро прекратил. Посчитал неконструктивным тратить время на бессмысленную ругань. Скафандр показывал, что критических повреждений он не получил — фактически, все ограничилось легким сотрясением мозга. Теперь следовало оценить, насколько плоха ситуация, в которой он оказался.

Завал получился шикарный — даже подойти близко к шахте было невозможно. Грунт и камни вперемежку с обломками покрытия шахты перегораживали коридор почти до потолка. Причем держались не слишком надежно — из-за того, что кишка прохода шла немного под уклон от шахты, вся многотонная масса земли и камней вот-вот могла сползти еще ниже. Даже находиться рядом с ней было страшно, не то что пытаться разобрать завал.

Герман поспешно отошел подальше. Нужно было решать, что делать. Пробираться через завал не только опасно, но и бесполезно. Там сейчас копать — не перекопать. На годы работы хватит. Можно подождать, когда Тиана с Кусто узнают о случившемся и начнут его откапывать. Вот только… парень уже не был уверен, что свободный разведчик Тиана ди Сонрэ не знала о том, что должно произойти еще до того, как случился взрыв. Почему она не пошла с ними исследовать подземелье? На нее это непохоже. В прошлый раз ведь очень интересовалась, а тут как отрезало. И никаких объяснений, почему ей больше не интересно.

Нет, скорее всего это бред. Не могла она так быстро измениться. Даже если предположить, что все ее дружеское расположение было просто игрой, за которой на самом деле пряталось презрение… «Черт, как неприятно так думать. Но дружище, вспомни милую Леночку — тоже ведь был уверен, что она тебя любит. Признайся, в женщинах ты разбираешься как свинья в апельсинах!» Так вот, даже если предположение окажется верным, она слишком добрая девочка, чтобы вот так хладнокровно тебя убивать. Высадить где-нибудь в обитаемых мирах — да, скорее всего. Но не так.

И тем не менее, полагаться на доброту Тианы Герман посчитал не конструктивным. Скорее всего, его будут искать. Скорее всего, с помощью ликса рано или поздно разберут завал. Но сидеть сложа руки Лежнев не собирался. Благо меч у него Алвин так и не забрал. То ли поленился, то ли забыл, то ли не считал важным. Главное — верный вибромеч у него с собой, на самодельной перевязи, которую Герман сделал и для нового скафандра. Значит, сдаваться рано.

Тиана ди Сонрэ, паникующая

С того момента, как на борт взошел этот треклятый атлант, все становилось только хуже. Герман разобиделся и отказывается толком разговаривать, Кусто какой-то слишком сосредоточенный, а сам виновник напряженности в команде ведет себя как ни в чем не бывало. Болтает практически непрерывно, изящно уходит от любых обсуждений его народа и его родины, но при этом сам пытается узнать как можно больше о Тиане, о ликсе, и о том, откуда они появились в пределах содружества. Девушка проболталась о том, что они с Германом принадлежат разным народам. Просто рассказывала что-то и упомянула «когда я нашла планету Германа». Самое неприятное — она не сразу осознала свою ошибку! Этот атлант так мастерски ведет диалог, что приходится все время следить за языком, и даже так она ухитрилась рассказать то, чего явно говорить не следовало.

После того неприятного просчета разведчица решила — хватит. Не можешь повернуть диалог в свою пользу — не разговаривай. Да и покровительственные разглагольствования атланта ей надоели до тошноты, хотя вначале казались даже милыми и будили ностальгические чувства. А еще ей не нравилось, как этот атлант все время старался оказаться поближе. То немного приобнимет, то погладит по плечу. Тиана не понимала, откуда такие нежности с почти незнакомым человеком, и они ее откровенно раздражали. И он все время отвлекал ее своими разговорами. Герману пришлось столько копать, а она не могла даже сменить его хоть на время, потому что атлант все время что-то спрашивал, да так вежливо, что отказаться отвечать было бы совсем неприлично.

Когда наниматель сообщил, что нужно принести какие-то инструменты, она даже обрадовалась. Проводила его к ликсу, и, почти нарушив правила этикета отказалась идти обратно. Отговорилась какими-то выдуманными делами, а на самом деле просто воспользовалась первым хоть немного благовидным предлогом, чтобы отдохнуть от этой навязчивой, непрерывной беседы, от которой уже мысли путались. Тиана только испытывала легкое сожаление, что не довелось побывать в очередном подземелье пауков, но даже любопытство не заставило девушку изменить решение. Она попросила Германа, не ссориться с этим несносным атлантом и с облегчением сняла скафандр, а вместе с ним связь. Впрочем, Кусто по-прежнему тщательно следил за обоими сталкерами, так что, если что-то произойдет, Тиана была уверена, ликс ее предупредит. Уставшая от общения с атлантом она решила вздремнуть.

— Тиана, в той стороне, куда ушли Герман и Алвин что-то взорвалось! — ворвался в ее размышления встревоженный голос тихохода.

— Что?! — девушка подскочила, как будто ее ложе вдруг превратилось в раскаленную сковородку, и одним движением вскочила в скафандр. Дождаться, пока биоткань обтечет ее было почти невозможно. Тиана натянула шлем и уперлась взглядом в иконки спутников. Значок Алвина светился зеленым, а Герман оставался серым, как и всегда, когда ломалась связь.

— Что случилось?! — рявкнула девушка в динамик, одновременно сигнализируя Кусто, чтобы подлетел поближе к раскопу.

— Все в порядке, я жив, — «обрадовал» ее наниматель.

— А Герман?!

— А, этот ваш дикарь. Нет, ему не повезло, госпожа Тиана. Полагаю, там даже искать нечего. Рвануло так, что и следов не останется. Оу, вы очень кстати появились. Меня немного контузило, к тому же перетаскивать добычу в одиночку слишком далеко.

— Где мой Герман! — закричала Тиана. Каждой фразой атлант будто вколачивал острую иглу ей в голову. Тиана почувствовала, что вот-вот скатится в истерику, и постаралась дышать так, как вычитала в какой-то случайно обнаруженной статье на ноутбуке у Германа.

— Не стоит так расстраиваться из-за какого-то варвара, — наставительно звучало в наушниках. — Вы же сами говорили, что подобрали его совсем недавно на какой-то варварской планете. К слову, вы знали, что в содружестве платят довольно серьезную премию тем, кто обнаружит неизвестную прежде цивилизацию? Так имейте ввиду, что премия, которую дает содружество покажется вам смешной по сравнению с тем, что можем предложить вам мы.

Кусто уже приземлился, и Тиана, не слушая болтовни мерзкого атланта выскочила наружу и уставилась на широкую воронку в том месте, где был раскоп.

— Как это произошло? — ледяным голосом спросила девушка.

— Мы выбирались из шахты. Вдоль ее стенок была взрывчатка. Я предупредил вашего варвара, чтобы он был осторожен. Но вы же знаете — эти дикари обычно понятия не имеют об осторожности и совершенно не могут осознать опасности, если ее не видят! Госпожа Тиана, не стоит так переживать! Вы же сами видели, что это отвратительное, грубое существо, лишенное хоть какого-то такта или почтения к высшим расам. Да, он немного похож на нас, но это совершенно не означает, что он нам ровня! Давайте скорее загрузим добычу, а потом я займусь дополнительными исследованиями.

Тиана молча отвернулась от атланта. Она не собиралась впадать в отчаяние. Не потому что ей было все равно, она просто не верила, что Германа мог погубить какой-то жалкий взрыв. Тот, кто остался жив, будучи пережеванным муравьиной королевой на такие мелкие неприятности и внимания не обратит. Она сама наверняка уже превратилась бы в переломанную груду костей и мяса, смешанную с землей. Но то она, а Германа подобная смерть точно не устроит. Он выберет что-то более эпичное — сам когда-то говорил. Шутил, конечно, но Тиана ему тогда поверила. А то, что связи нет — это просто экранирующий материал местных жителей.

Разведчица переключилась на канал тихохода.

— Кусто, ты сможешь расчистить проход когтем?

— Я попробую. Тиана, ты думаешь, Герман жив?

— Да. Я буду думать, что он жив, пока не увижу тело.

— Я тоже, — довольно согласился Кусто. — Шотландские воины так просто не сдаются.

— Он не шотландский, он русский. Помнишь, он говорил? А русские вообще не сдаются.

— Да, точно, — согласился Кусто. — Только почему тогда он носит юбку?

Прежде, чем вернуться в ликса, девушка переключила канал на атланта:

— Господин Алвин, вам лучше подняться на корабль. Здесь сейчас может быть опасно.

— Но как же добыча?! — возмутился наниматель. — Вы что, собираетесь искать тело? Это глупо и непродуктивно. У него и так отличная могила. Но это ваше дело, однако я не могу позволить, чтобы вы испортили все мои труды.

Тиане было совершенно наплевать на добычу, на инструменты, и на самого нанимателя. Однако спор с этим упертым атлантом мог затянуться, так что девушка лично перетаскала коробки с добычей внутрь Кусто, потом они с ликсом перелетели на прежнее место и высадили атланта вместе с теми приборами, которые он выбрал. Все это не заняло много времени, но девушке казалось, что каждая секунда для Германа может стать последней.

Как только атлант выгрузился, Кусто рванул обратно к заваленной шахте. Теперь можно было не изображать управление кораблем — со своего места наниматель никак не мог видеть, что происходит возле воронки, так что Тиана быстро воспользовавшись конвертором соорудила еще одну лопату, выскочила на поверхность, и стала помогать Кусто. Однако уже через полчаса стало ясно, что таким способом завал не раскопать. Вдвоем с Кусто они провозятся несколько недель — за это время Герман точно пропадет.

— Кусто, мы так и за десять дней не справимся. Герман там просто умрет от голода за это время, — подытожила Тиана. — Ты должен зарыться туда сам.

— А как же конспирация? Помнишь, Герман говорил — конспирация не имеет конца. Мы не можем сегодня прибегать к конспирации, а завтра пренебрегать ею.[1]

— И что? Для того, чтобы соблюсти эту конспирацию, мы должны оставить Германа умирать от голода? — Тиана даже в мыслях не допускала, что напарник может быть уже мертв.

— Сюда Алвин идет, — сказал Кусто. Тиана заранее приготовилась услышать какую-нибудь неуместную глупость, высказанную с пафосным видом. Однако в этот раз наниматель обманул ее ожидания.

— Как вы думаете, госпожа Тиана, не пора ли нам перекусить? — Атлант был бодр, весел и доволен жизнью. — Должен сказать, я не отказался бы оценить кухню родственного народа.

«А ведь хорошая идея!» — обрадовалась девушка, — Пусть он ест, я даже составлю ему компанию. Нужно только отвести его куда-нибудь подальше, чтобы не видел. А Кусто пока будет прогрызаться в шахту.

— Вы правы, господин Алвин! — улыбнулась девушка. — Как вы смотрите на то, чтобы устроить пикник на свежем воздухе? Погода просто прекрасная, вы не находите?

Атлант с сомнением обвел взглядом окружающий пейзаж. Как раз сейчас особенно густой клуб дыма вперемежку с вулканическим пеплом накрыл долинку. Назвать погоду прекрасной, мог бы только больной. Однако Тиана знала, с кем разговаривает. Отказаться от такого предложения — значит проявить неуважение. Разведчица не знала, сохранилась ли эта традиция у народа атлантов, но у киннаров приглашение разделить трапезу на природе — это, во-первых, знак высшего доверия, во-вторых — обещание дружбы. Правда, никому из киннаров не пришло бы в голову устраивать такой ритуал в столь негостеприимном месте, но кто станет обращать внимание на такие детали? Герман в свое время, сам того не зная, очень польстил Тиане этим своим шашлыком. Впрочем, ей к тому времени и не пришло бы в голову отказываться от дружбы с бывшим пленником.

— Кхм… но… да, конечно, я с удовольствием разделю с вами трапезу, — заторможено ответил атлант.

Местечко для пикника выбрали «уютное» до невозможности — в центре большого нагромождения камней. По сторонам ничего не видно, пробраться быстро — невозможно. Зато воняющего серой ветра почти не чувствуется и песком лицо не сечет.

Тиана понятия не имела, как долго ликс будет прогрызаться через завал, и поэтому собиралась занять нанимателя по полной. Чтобы даже мысли не возникло прервать трапезу раньше времени. Конвертор послушно наделал аж шесть порций стандартной смеси. Зачем мелочиться? Традиция не предполагает, что нужно обязательно съесть все, что стоит на столе, но разведчица подумала — почему бы ритуалу не измениться за последние тысячи лет? Если наниматель захочет отказаться, она без труда изобразит возмущение и обиду. Но даже большим количеством пищи она ограничиваться не стала. Вместо привычных столовых приборов быстренько изготовила в конверторе четыре гладких металлических палочки. Это разведчица вспомнила как мучилась с дурацкими палочками, когда напарник приготовил очень вкусное блюде «суши». Так неприятный атлант точно будет вынужден справляться несколько часов. Если откровенно девушка не была уверена, что Герман не шутил, когда рассказывал о том, что этими палочками целый народ ест все, и даже жидкую пищу. Как-то уж очень сложно, не бывает такого. Но для нанимателя будет в самый раз.

Расположились с «комфортом».

— Все, Кусто, начинай, — сказала Тиана и, отключив связь, открыла забрало. В шлем тут же ворвался резкий, химический запах, сухой горячий воздух мгновенно высушил глаза и кожу, так что захотелось лишний раз сморгнуть. Чего не сделаешь ради сохранения конспирации!

Неподдельное изумление сотрапезника по поводу столовых приборов, которыми предстояло пользоваться быстро сменилось раздражением. Герман только однажды показывал, как этими палочками пользуются, и Тиана опасалась, что атлант заметит: для девушки это не проще, чем для него. Но он был так сосредоточен в попытках удержать листик, что не обращал внимания ни на что.

— Я рад, что вы перестали переживать по поводу этого отброса, — атлант, наконец, смог закинуть в рот кусочек, и теперь незаметно тряс уставшими пальцами. — Совершенно очевидно — если они и имеют родство с истинным народом, то слишком далеко ушли от нас по пути регресса. А вот у ваших соплеменников, дорогая Тиана, есть еще шанс вернуться к настоящей цивилизации.

«Вот стоит закрыть глаза — и сразу кажется, что вернулась в интернат, — подумала девушка, — Только тогда приобщиться к цивилизации предстояло мне самой, а не всему народу киннаров. И почему раньше такие разговоры казались мне правильными и естественными?» Следующая мысль заставила ее вовсе замереть от ужаса. Это было очень непривычное чувство. Раньше она никогда ничего не боялась, а тут по спине мурашки побежали от внезапного осознания. «Это ведь могло быть и его рук дело. Это он мог устроить взрыв. Никто ведь не знает этих паучьих устройств, и принципа их действия. Откуда атланту знать, что шахта заминирована? Только если он сам установил мины. Но если он действительно замешан, почему скрывает? Он ведь явно не испытывает ни сожаления, ни вины. Он должен был похвастаться. Дескать, раз у меня не хватило духу наказать низшее существо, он сделал это сам. Если он лжет, то только потому, что и меня считает таким же недоатлантом. Значит, он может убить и меня. Потому что тоже считает низшим существом». Мысль о том, что она сидит напротив хладнокровного убийцы, готового в любой момент напасть, показалась слишком страшной. Тиана усилием воли отогнала эти размышления — слишком выбивают из колеи. Сначала нужно найти Германа. С атлантом можно разобраться потом.

Теперь разглагольствования нанимателя о том, как правильны и совершенны представители его народа, и что Тиана, это видно, хорошая девочка, но нуждается в нормальном воспитании и наставлении на путь истинный, вызывали только глухое раздражение. В другое время ее бы эта речь даже позабавила, но сейчас, когда Герман, может быть, лежит где-то раненый, одинокий, замурованный в древнем подземелье с трупами пауков, — разведчица почему-то не сомневалась, что они там есть, — слушать спесивого атланта было откровенно противно. Девушка прекрасно понимала, что нанимателю не за что любить Германа и даже переживать за него. Но от злорадства, с каким атлант говорил о, как он считал, погибшем, девушку откровенно коробило.

— Я вообще удивляюсь, почему вы никак не наказали этого негодяя за то, как он со мной обошелся. Настоящее варварство! Он ударил меня! Нанес мне травму! Если бы не ваша совершенная медицинская капсула, я бы до сих пор страдал от боли!

— Вы угрожали ему станнером. — Не выдержала Тиана. — Причем после того, как он попросил вас соблюдать обещание не выходить из каюты. Последствия от использования станнера намного болезненнее, чем простой удар по лицу.

— Да, но это другое, это же низшее существо! — искренне возмутился Алвин, — Он же не имел никакого права прикасаться ко мне. Да и какое может быть обещание по отношению к тому, кто не является частью народа атлантов?!

«А ведь это он мне давал обещание. Не Герману, — вспомнила Тиана. — Что-то я уже не уверена, что хочу и дальше знакомиться с родственным народом. Боюсь, они слишком сильно выродились за эти годы». Тиана изо всех сил игнорировала подленькую мыслишку, что киннары, встреть они еще разумные виды, вели бы себя точно также.

— Тиана! — неожиданно воскликнул атлант. — Что это?

Девушка отвлеклась от своих мыслей и взглянула на сотрапезника, который держал кусок мяса. Палочками. На отлете.

— Это синтезированное мясо, — ровно ответила девушка. Она уже догадывалась, что сейчас будет. «Надо же! Сама еще недавно стыдилась, что приходится его есть, а теперь даже внимания не обращаю!»

— «Свободный разведчик должен получать максимально разнообразное питание, дабы в совершенстве выполнять свои обязанности. Продукты животного происхождения — не исключение, несмотря на то, что просвещенным киннарам не следует злоупотреблять варварской пищей» — процитировала девушка объяснения наставников.

— Какой кошмар! Нет, определенно, у нас есть чем помочь заблудшим родственникам! Уж поверьте, у нас вас никто не станет заставлять питаться этой гадостью!

Тиана только пожала плечами. Она уже не считала поедание синтезированного мяса варварством. Вот настоящее, из настоящего животного… Нет, никогда. Слишком жалко животных. Но и осуждать тех, кто вынужден его есть за неимением конверторов не собиралась. Это не варварство.

«Кусто так и молчит. Интересно, как далеко он смог продвинуться? Я всего час отвлекаю этого атланта, а мне уже тошно».

Впрочем, сотрапезник тоже не демонстрировал особого удовольствия от пикника. После обнаружения в пище, — о ужас! — мяса, он явно продолжал сидеть за столиком только из вежливости. Разведчица не была уверена, но вроде бы он дал команду своему скафандру, чтобы он ввел ему какие-то препараты. Должно быть, чтобы подавить рвотный рефлекс.

— Должен заметить, госпожа Тиана, что свои дела на этой планете я уже закончил, — как бы между прочим обронил наниматель. — Как вы смотрите на то, чтобы возвращаться на Базар? Несмотря на приятное общество, сам антураж, откровенно говоря, не вызывает особого восторга. Мы могли бы продолжить наше знакомство в более приятной обстановке!

— Жаль, что наша беседа не компенсирует для вас мелкие неудобства, — сделала вид, что оскорбилась девушка. — Одну минуту, я выясню, как продвигается ремонт. Когда мы спускались, обшивка получила довольно значительные повреждения. Я запустила процедуру восстановления, но пока не знаю, близка ли она к завершению!

Девушка отвернулась и, закрыв забрало, вызвала тихохода.

— Кусто, ну что? Еще глубоко?

— Не знаю, — односложно ответил ликс. — Я пока углубился метров на тридцать. Тиана, я ведь стараюсь быть осторожным. Вдруг я случайно съем Германа?

Разведчица это и так знала, но в словах ликса ее кое-что насторожило. Она тут же вспомнила, что уже не впервые замечает странности… Ликс говорил как-то медленно, если не сказать заторможено, и девушка вдруг поняла — началось. Тихоход, набрав достаточное количество строительного материала начал впадать в спячку. Тиана с трудом сдержала неуместный, нервный смешок. Почему всегда все так не вовремя? Случись это чуть позже или чуть раньше, она была бы рада этому событию, а сейчас… Просто не до того.

— Кусто, у тебя что, начинается преобразование? — прямо спросила девушка.

— Так заметно, да? — обеспокоенно спросил ликс. — Прости, ничего не могу поделать. Ты же знаешь, когда трансформация начинается, с этим трудно бороться. А тут еще стресс, слишком много ярких впечатлений…

— Что? — удивилась девушка. — Какой стресс?

— Ну, это мне Герман рассказывал. Про процесс деторождения у людей. Что если много нервничать, роды могут начаться раньше. Вот я и подумал — наверное, у ликсов это тоже так происходит!

— Кусто, у тебя же не деторождение! — девушка почувствовала, что с трудом сдерживает смех. В такой момент! Даже в свое отсутствие напарник ухитряется шутить. — Но ты же потерпишь немного?

— Конечно! За кого ты меня принимаешь?! — возмутился тихоход. — Пока мы не найдем Германа, я точно не засну!

Тиана снова повернулась к атланту — он был явно не слишком доволен, что собеседница покинула его так надолго.

— Госпожа Тиана, о каком самовосстановлении вы говорили? Я думал, ремонтом занимался ваш рабочий, когда мы только приземлились!

«Внимательный какой», — с досадой подумала девушка.

— Да, тот материал, что Герман наносил на повреждение помогает ускорить процесс, — коротко ответила девушка. Она чувствовала — Алвин не отстанет. Очень уж его интересует все, что касается ликса. «Теперь он с этой темы не слезет, — вздохнула девушка. — Будет допрашивать, пока я не проговорюсь о чем-нибудь важном!»

Откуда-то из-за камней послышались странные звуки. Будто бы что-то осыпается. Обрадовавшись поводу хоть ненадолго прервать беседу, Тиана бросилась смотреть, что там происходит.

Герман Лежнев, крот-переросток

— Долбаные пауки, долбаные подземелья, долбаный Алвин! — Герман орал во все горло. Последний час — просто повторял эту фразу, а до того перепел все песни, что знает. Особенно Короля и Шута — очень уж атмосфера подходящая. А все из-за любопытства и желания исследовать подземные сооружения. «В прошлый раз ведь нашел что-то полезное, — думал Лежнев, — так и теперь наверняка получится!» Однако не нашел. Часть помещений была пуста, другие — завалены после землетрясений. И еще несколько полны пауков. Мертвых, понятное дело. Тысячи мертвых пауков разных размеров. Сначала было просто неприятно. Да и жаль паучков, что уж там. Вряд ли, будь они живыми, Герман мог с ними подружиться, но вот так, видеть древнее кладбище… Неприятно.

Потом на ум полезли всякие мысли. О том, что он тут один заперт с мертвыми пауками. Гигантский склеп, вот это что. Герман долго гнал от себя дурные фантазии, но в молчании это делать становилось все труднее. Тогда запел. Причем мрачноватые песенки КиШа про всякую нечисть и восставших мертвецов зашли, что называется, на ура. Клин клином вышибают. По крайней мере не так жутко, как если бы Герман начал петь какую-нибудь колыбельную.

Песни было хорошо петь, пока он просто ходил по мертвым залам. Потом понял, что ни другого выхода, ни чего-то полезного не найдет. Можно было бы отчаяться.

— Ничего, — пробормотал тогда Лежнев. — Я и не рассчитывал ничего полезного найти, так ведь? На самом деле это все херня. У меня есть мой верный меч-кладенец, а больше ничего не нужно. Если б нашел другой выход — можно было как-то попроще обойтись, но мы ведь простых путей не ищем, правильно? — Разговоры сам с собой тоже неплохо помогают, это Герман усвоил еще когда на матке оказался.

Вышел в тот, первый зал. Библиотечный. Размер у него был примерно такой же, как у прочих, но было и серьезное преимущество. Даже два. Во-первых, там были стеллажи — достаточно крепкие, несмотря на возраст. И эти стеллажи были высокие. Самое то для задуманного. Во-вторых, по порядку, но не по значению, в архиве не было трупов.

— Эх, жалко, пожрать ничего не взял, — громко сказал Герман, оглядев фронт работ. — Пожрать на могильнике — это же основа основ. Первое дело для нас, тупых варваров, пожрать на чужих могилах! Однако раз пир на костях отменяется, придется сразу начинать работать.

С этими словами Герман, хекнув, взобрался на первую полку стеллажа, подтянулся, и ухватился за следующую.

— Спасибо, мертвые пауки, что так качественно делали свою мебель. Будь здесь что-то из Икеи, уже одна труха осталась бы! А так ничего, даже мой вес без труда держит!

Когда они с Алвином грабили местную сокровищницу знаний, никуда лазать не требовалось. Та деревянно-металлическая многоножка прекрасно справилась с доставкой «предметов культуры» с верхотуры. Теперь вот Лежневу пришлось оценить крепость местных полочек. Лестниц никаких предусмотрено не было — пауки, похоже, и без них прекрасно передвигались по вертикальным поверхностям.

— Ну, вот мы и у цели, — удовлетворенно вздохнул Герман, добравшись до самой вершины. До закругленного потолка оставалось метра полтора. — А теперь приступаем к вандализму. Первое дело для нас, тупых варваров, заняться вандализмом! Хотя не… если первое дело — пожрать на могилах, значит, вандализм — второе.

Герман, поднатужившись, вонзил меч в потолок. Еще раз, и еще. Этот металл, он тоже плохо поддавался вибромечу. Но все-таки лучше, намного лучше, чем тот прозрачный материал, через который им пришлось пробираться, вытаскивая Кусто из ловушки.

Ударить в потолок, навалиться. Еще раз, и еще. Глаза краем замечают какие-то движения, тени. Герман не обращает внимание. Что особо переживать? Понятное дело, нервы расшатаны. Атмосфера гнетущая. Само собой, будет казаться всякое.

— И вообще, чего ты так зациклился на своих соплях? — спрашивал себя Герман. — Ты, мать твою, звездопроходец! Первый землянин, достигший звезд! Ты, мать твою, видел такое, что людям и не снилось… Атакующие корабли, пылающие над Орионом… Лучи Си, разрезающие мрак у ворот Тангейзера… А вот умирать пока не время.

Неровный металлический круг был, наконец, прорезан, и выпал внутрь зала, попав прямо по макушке. Голове-то ничего, она в шлеме, но Герман едва не рухнул вниз, потом все-таки восстановил равновесие. Попытался связаться с Кусто или Тианой — глухо. По спине пробежала волна мурашек. Металл паучий экранирует связь, это они выяснили еще в прошлый раз. Но сейчас он высунул голову в образовавшееся углубление. Вроде бы ничто не должно препятствовать сигналу.

— Плевать. Все равно вылезу. И способ свалить с планеты найду. На крайний случай, переберусь как-нибудь на острова. Там хоть зелено и рыбка есть. Сейчас главное вылезти.

Парень немного подышал глубоко, чтобы успокоиться и справиться со страхом, потом продолжил:

— Итак. Высота зала — тридцать метров. А высота шахты была — пятьдесят. Но там еще проход шел под уклон. Значит, накинем еще десяток. Итого, получается, надо прокопать тридцать метров. Фигня полная, до обеда справимся.

Вообще-то, металлический каркас был не просто землей засыпан — сверху его укрывал еще изрядный слой какого-то цемента или бетона. Но для вибромеча особой разницы не было, так что Герман быстро справился с бетонной пробкой, и дальше уже спокойно резал слежавшуюся как камень землю и сбрасывал ее вниз. Кстати, анализатор скафандра показал, что «земля» наполовину состоит из песка, а наполовину — из того же металла, который составлял каркас бункера.

— Вот и объяснение, почему ты до них не дозваниваешься, — в очередной раз успокоил себя Лежнев.

Когда пришлось забраться внутрь раскопа самому, стало потяжелее — иногда встречались камни, и даже крупные. Первый раз, когда такое встретилось, Герман едва не получил булыжником по кумполу.

— Опять-таки, вряд ли эта хрень проломила бы шлем, но вот сбросить меня вниз вполне смогла бы, — пробормотал Лежнев после того, как опасность миновала. — Надо как-то поосторожнее, что ли! Ты же не хочешь сдохнуть в какой-то дыре в земле как какой-то крот-переросток, на горелом материке мертвой планеты за сотни световых лет от родины? Нет уж. Эта галактика еще ляжет к твоим ногам! Она будет стонать под твоей пятой, рыдая кровавыми слезами… Куда-то меня не туда занесло с мотивацией, однако.

Время осмысленных разговоров прошло где-то через пару часов, когда Герман выбился из сил. Тогда он принялся изобретательно ругаться. Но и на это сил надолго не хватило. Осталось только монотонно и безыскусно материться, потому что молчать Герман не мог. Слишком страшно. Да, мертвые пауки остались где-то там, внизу. Зато здесь была темнота, тишина, тонны земли со всех сторон и клаустрофобия.

Время от времени Лежнев смотрел вниз. Конца прорытого хода в красноватой подсветке скафандра было уже не видно. Меч все так же как масло резал слежавшуюся землю, не особо разбирая, камень это или песок, но даже просто держать его, задрав руки, становилось все тяжелее. Да и упираться спиной и ногами в стенки прохода тоже было уже не так удобно, как в самом начале. Первое время Герман отказывался от отдыха, потому что лень было спускаться вниз, в склеп, а потом еще и подниматься обратно наверх. Сейчас он уже не был уверен, что ему вообще удастся спуститься. Стоит чуть-чуть расслабить ноги, и он свалится вниз, не удержится. Скафандр, может и спасет от тяжелых повреждений. А может и нет. Если сначала Лежнев самонадеянно готовился копать отвесно, по самой короткой траектории, то уже через несколько минут понял, что так точно свалится. Пришлось сделать небольшой уклон, и с каждым метром парень все сильнее опасался, что его придется еще увеличить. А вместе с ним и длину хода, который нужно будет выкопать.

— Все! — обещал себе парень после очередной партии земли, ссыпавшейся вниз. — Еще чуть проковыряюсь, и выкопаю себе полочку. Буду отдыхать, а потом так и пойду спокойно, лесенкой. Прокопался на пару метров — ступенька. Можно отдохнуть…

Он представлял себе, как ляжет на эту «полочку». Как сильно она будет напоминать могилку. Как страшно ему будет лежать вот так, в полной темноте и тишине. И прокапывался еще чуть-чуть наверх. Сдохнуть от изнеможения казалось не так страшно, как остаться в этой могиле.

Когда меч вдруг во время очередного замаха как-то неожиданно легко провалился вверх, Герман даже не сразу сообразил, что что-то не так. Покачал, как обычно из стороны в сторону, и вдруг на голову и плечи посыпалось. Камни, земля, песок… Растопырив ноги и руки, изо всех сил вжимаясь спиной в стенку, Лежнев терпел, зажмурившись. А когда по голове перестало колотить, открыл глаза, и увидел высоко над головой маленький пятачок красновато-пепельного неба.

Сделать это последнее усилие, чтобы выбраться было едва ли не сложнее, чем все, что было до того. С появлением этого, на самом деле довольно унылого кусочка неба, куда-то исчезла клаустрофобия, сидеть в раскопе, растопырившись, стало вполне удобно, и только опасность свалиться вниз побуждала все-таки карабкаться по стенам шахты. Меч Герман кое-как запихнул в перевязь — рукоять едва удалось выдрать из пальцев. Левой рукой. Правая вдруг наотрез отказалась действовать, как положено.

С трудом выбравшись из ямы, Лежнев с минуту отдыхал на спине и глядя в омерзительно-красноватое небо.

— Герман! Ура! Ты живой! Ты где?! — раздался в наушниках голос Кусто.

— Не дождетесь, — ответил Герман. — Не знаю, где. Сейчас посмотрю.

Со стоном поднявшись на ноги парень поковылял к невысокой каменной гряде, кольцом огибавшей крохотную долинку. Долинка ему была не нужна, а вот осмотреться с вершины гряды было бы очень кстати.

— Герман! — раздалось в наушниках женским голосом.

Лежнев как раз с таким трудом добравшись до верха выпрямился, и только теперь увидел Тиану. Она, по всей видимости, тоже спешила именно сюда. В самом центре долинки было аккуратно расстелено кипенно-белое покрывало, на котором стояли тарелки с салатом, и стаканы с напитками.

— Пикничок! — Тупо констатировал парень. Нет, вроде бы надо было обидеться. Он тут с риском для жизни выбирался из-под завалов, а Тиана в это время спокойно трапезничает с уродом, который ему эти завалы и организовал. Вот только после активной медитации в могильнике и кротовьей норе, особых эмоций Герман больше не испытывал. Просто не было сил. Злость на Алвина да, никуда не делась, хотя тоже изрядно притупилась. К тому же Лежнев прекрасно понимал — избить его Тиана просто не позволит. И плевать ей на подозрения напарника. Это ведь только подозрения, прямо-то Алвин так ничего и не сказал. Доказательств у него нет. Влюбленная разведчица небось и на доказательства бы внимания не обратила. Да и не сильно она переживала по поводу «погибшего» напарника, так что вступать сейчас в конфликт будет глупо и неконструктивно.

— Пикничок… — повторил Герман и решительно направился к «поляне». Толком спуститься с гряды у него не вышло, он споткнулся, упал, и несколько метров прокатился по острым камням. Наплевать — от серьезных повреждений спас скафандр, а мелких синяков у него и без того было достаточно.

Алвин при виде приближающегося с решительным видом «покойника» отскочил от покрывала подальше и принял какое-то подобие оборонительной стойки. Герман эту позу проигнорировал. Откинул забрало (ну и вонища! Вот что романтика делает — даже такое амбре не отпугивает!) и шумно выхлебал два литра тонизирующего напитка прямо из кувшина.

— Во дебил, — отдышавшись пробормотал Лежнев. — Опять ведь забыл, что в скафе поилка есть!

Справедливости ради, три десятка метров до поверхности оказались настолько сложным испытанием, что под конец Герман вообще ничего толком не видел, что уж говорить об иконке «Обезвоживание» и предложении попить водички. Однако помимо воды, которая, как оказалось, не так уж и нужна была, на скатерти стояла большая миска с питательным салатиком, так что Герман прямо руками принялся забрасывать в рот куски, отдавая предпочтение мясу.

— Животное! — презрительно процедил Алвин.

— Да-да, — отмахнулся парень, с набитым ртом. — Я — оно и есть, самое натуральное. И если ты, мразь, не заткнешься, я тебе зубы в глотку вколочу, никакой скафандр не поможет.

Заткнулся. То ли правда испугался, то ли посчитал ниже своего достоинства продолжать перебранку. Герман тоже не стал развивать конфликт дальше. Общаться с этими… личностями ему не хотелось, так что он продолжил есть. Вроде бы Тиана пыталась что-то тоже спросить, и кричать на нее Лежнев не стал, но, похоже, промелькнуло у него во взгляде, что он не слишком расположен к общению в данный момент. Так что насытился парень в тишине, а после направился к Кусто — карта в скафандре показывала, что он переместился на место бывшей шахты.

Раскоп поражал своей глубиной и диаметром. Герман понял, что мог бы и не заморачиваться с эпическим преодолением.

— Ну, значит, все-таки искали, — пробормотал в полголоса парень. — Это утешает, а то я успел уже совсем разочароваться в соседях по галактике!

Говорить ни с кем не хотелось. Руки так и чесались начистить морду Алвину. Герман прекрасно понимал, что тот взрыв — это не случайность. Хотя, нужны доказательства. Он пообещал себе, что обязательно спросит у Кусто, как посмотреть записи со скафандра. Очень хотелось сравнить, как выглядела шахта, во время спуска и во время подъема. Герман практически не сомневался — когда он спускался мин не было. Вот только что делать с этими доказательствами, когда он их найдет, тоже вопрос. Тиана, он был уверен, найдет объяснение, почему это случилось. В крайнем случае согласится с тем, что Алвин имел право на месть. Влюбленная девчонка готова простить и объяснить любую подлость, так что стоит ли вообще заводить речь о попытке убийства, Лежнев решить не мог.

— Герман, чем тебе помочь? Давай я провожу тебя в капсулу.

— Я спать!

Сурово насупившись и не глядя по сторонам Герман прошел в каюту и рухнул на кровать.

Долгий сон помог немного прийти в себя. Когда парень очнулся, они уже были в космосе. Это значит, что Тиана, скорее всего, в сопряжении, Кусто тоже занят. Опустил забрало — накануне даже скафандр не снял, настолько вымотался морально и физически. На свежую голову разобраться в функции записи/воспроизведения оказалось совсем несложно. Герман быстро просмотрел вчерашние приключения. На моменте спуска и подъема из шахты остановился отдельно. Даже не удивился, подтвердив свои подозрения. Мины установил именно Алвин — больше просто некому. Вот только даже он сам мог придумать десяток более-менее правдоподобных объяснений появления этих мин. Скорее менее, чем более, но все равно. Доказывать и демонстрировать что-то Тиане в любом случае не стоит.

«Ну и что теперь, мстить этому уроду? — задумался Герман. — Если этот взрыв — результат гипертрофированного самомнения атланта, то однозначно нет. Еще руки марать об это мелкое недоразумение. Тем более Тиана не позволит. Вон как в прошлый раз защищать бросилась. А пакостить исподтишка уже самому противно. Мне с этими „господами“ уже точно не по пути. А Тиана сама виновата, что выбрала такую задницу в возлюбленные. Никто не заставлял. Но это если он просто мстил».

Сидеть просто так на кровати не получалось — слишком животрепещущую тему обдумывал. Выходя в кают-компанию ожидал увидеть там Алвина, но, с некоторым облегчением заметил, что в помещении пусто. Дверь в его бывшую каюту тоже была заперта. Уселся посмотреть на их полет — экран в рубке перед пилотским креслом так и продолжал демонстрировать окружающий космос. Через метеоритный пояс они уже перебрались — космос был чист и безопасен для Ликса. Теперь явно разгонялись перед уходом в гиперпространство.

«С другой стороны — а что, если этот Алвин не просто так тут шустрит? — мысли снова перескочили, — Если вдуматься, они тут не сильно круты по сравнению с Тианой. Через метеоритный поток пробраться не могут, а девчонка — за здорово живешь! Да и вообще, очень заметна разница в качестве материалов и общей оснащенности»

Вдруг изображение сфокусировалось на какой-то точке немного в стороне. Точка будто прыгнула навстречу, увеличив тот квадрат, и Герман обнаружил, что рассматривает небольшую флотилию из шести больших, хищных кораблей. Они, по всей вероятности, уже некоторое время находились где-то за границами системы, и теперь облетали ее по краю. Очень узнаваемые кораблики — не зря Герман столько изучал местные флоты. Дерево вперемежку с металлом. Производство атлантов. Любопытно, что им тут могло понадобиться? Случайно появились, да? Даже не смешно. Решили проследить за работой коллеги? Ну, может быть. Только следить что, обязательно вшестером? Герман бросил взгляд на размерную сетку. Ну да, немаленькие кораблики. Пять штук вдвое больше Кусто, шестой — вчетверо. Это, вроде бы, авианосец. Сколько там у него внутри истребителей Лежнев не помнил, но мог сказать с уверенностью — на разведку или последить за кем-то такой компанией не летают.

Тиана ди Сонрэ, преступник

Герман нашелся — как она была счастлива! Живой, здоровый, и, почему-то очень-очень злой. Но это ладно, главное — живой. Но все равно непонятно, почему он отказывается разговаривать, почему он так хмур и так старательно ее игнорирует. Нет, она, конечно, поняла, что слишком поторопилась брать этот заказ. Из-за этого атланта столько проблем. Еще надо разобраться, случайно ли произошел этот взрыв в шахте! Что-то в прошлый раз они с Германом не нашли там никаких мин! Еще и Кусто сейчас ни о чем не спросишь. То ли из-за стресса, то ли из-за того, что материал набрал слишком качественный, тихоход начал быстро впадать в спячку. Даже слишком быстро — она рассчитывала, что процесс роста начнется у него по меньшей мере через месяц. Уже очень скоро Кусто станет намного больше. И просторнее изнутри, что не может не радовать.

Конечно, с атлантом придется расстаться. Первая эйфория от встречи с родственниками прошла, и Тиана теперь здорово сомневалась, что с этим ответвлением ее народа вообще стоит иметь какие-то дела. По крайней мере тот единственный его представитель, с которым она успела пообщаться, не вызывал вообще никаких добрых чувств. Хотя на самом деле поведение его крайне напоминало обычное для киннаров. Это она сама изменилась. Разведчицу даже немного пугало, насколько сильно. Раньше такое казалось естественным и нормальным.

Наниматель, дождавшись, когда ее напарник скроется в ликсе, начал активно возмущаться.

— Госпожа Тиана, вы видели, как это ничтожество со мной разговаривало? С высшим существом! Да эта пародия на настоящего атланта должна мне ноги целовать за то, что ему позволено дышать одним со мной воздухом!

— Господин Алвин, я думаю, нам пора лететь, — сказала Тиана. — Мы ведь выполнили то, что нам необходимо?

Вообще-то она поступила на грани приличий. На грани оскорбления. Все-таки это она пригласила атланта совместно полюбоваться природой за трапезой. Прерывать трапезу вот так, без положенных заверений в дружбе и расположении, оставив еду на тарелках… Впрочем, еды-то почти не осталось. Герман постарался.

— Вот как, — лицо у нанимателя вытянулось от возмущения, в глазах проскользнула злоба. — Что ж, думаю, я закончил. Можем отправляться. — И двинулся к тихоходу. Однако заметив, что оборудование так и осталось на месте, растерянно поинтересовался:

— Госпожа Тиана, а кто погрузит приборы?

— Вы, — пожала плечами девушка, и продолжила путь, не обращая внимания на тяжелые вздохи и жалобное ворчание атланта. Необходимость самому заносить технику оскорбила нанимателя сильнее, чем пренебрежение его обществом.

«Мы, вообще-то, не в носильщики нанимались, — Зло подумала девушка, — Пусть сам свое оборудование заносит!»

Кусто уже ощутимо замедлился. Управлять ликсом в таком состоянии не сложнее, чем когда он бодр, но не рекомендуется. Реакция ведь у тихохода тоже замедленная. Опираться приходится только на собственную внимательность и собственные силы. Разведчица чувствовала — Кусто изо всех сил пытается оттянуть момент, когда его разум окончательно угаснет. «Ничего-ничего, маленький, — мысленно подбодрила она тихохода, — Последнее усилие. Сейчас проберемся через астероидный пояс, а там я сама справлюсь, ты же знаешь!»

Полностью неспособен к контакту Кусто станет только в самом конце преобразования, когда начнется физическая перестройка. Зато всего через три-четыре дня он станет намного больше и просторнее. И быстрее, конечно же. Девушке одновременно было и радостно, и тревожно. Если она не ошибается, преобразование начнется, когда они уже будут на Базаре. «Но я могу и ошибаться. Он ведь начал впадать в спячку намного раньше, чем я рассчитывала. Вдруг и преобразование начнется гораздо быстрее?» Тогда им придется пережидать перестройку в открытом космосе, снаружи ликса. Очень неприятная перспектива.

Пробраться через метеоритный пояс, вопреки опасениям, в этот раз удалось без происшествий. Тиана мысленно выдохнула, когда они, наконец, выбрались на относительный простор. И тут же поспешила выйти из сопряжения, потому что неспокойный заказчик опять позволил себе самоуправство!

Как только перед глазами прояснилось после резкой смены картинки, девушка решительно облачилась в скафандр и поспешила на склад. Этот негодяй опять с помощью своего станнера выбрался из каюты. Но если в прошлый раз атланту непременно хотелось увидеть процесс управления ликсом, то теперь он даже не заглянул в рубку. Сразу направился на склад, куда ему во время полета тоже никто не разрешал заходить.

— А, госпожа Тиана ди Сонрэ. Быстро вы справились астероидным поясом, — слегка нервно пробормотал наниматель. — Я думал, это займет больше времени.

Атлант стоял возле одного из своих приборов и что-то там настраивал.

— Вам запрещено во время полета выходить из своей каюты!

— Я имею право ходить там, где захочу, и тогда, когда захочу, — спокойно отчеканил заказчик.

— Вы находитесь на моем корабле.

— Как же ты меня достала! — атлант скучающе скривился. — Я старался быть добрым, но ты сама все испортила. Если бы ты была немного поумней, ты бы сама показала мне, как управлять кораблем, но ты нам не нужна. Если даже ты можешь управлять им, значит, кто угодно сможет. Мы просто разрежем твой корабль на кусочки, и сами во всем разберемся, — и он лениво достал станнер.

Раздался звонкий хлопок, как будто ловишь насекомое двумя руками. Это ликс схлопнул пол с потолком в том месте, где только что стоял Алвин. Тихоход опоздал буквально на долю секунды. Тиана даже не сразу поняла, что случилось. Кусто пришлось действовать в очень стесненных обстоятельствах, чтобы не задеть ни груз, ни саму Тиану. Совсем филигранно не получилось — девушку отбросило в сторону, она хотела машинально выругаться, но только невнятно простонала. По лицу разливалось неприятное онемение. «Станнер! — все-таки сообразила разведчица, — Он успел нажать на спуск». Если бы Кусто не впадал в спячку, такого бы точно не случилось, а теперь… Хорошо, что девушка была в скафандре. Он защитил от большей части воздействия, но забрало было откинуто, и лицо все-таки задело.

Неприятные ощущения лишь оттеняли отвратительное душевное состояние. Это было ужасно. Тиане доводилось убивать. Наверное. За свою карьеру свободного разведчика ей не раз приходилось сталкиваться с технофанатиками. Воевать. Ведь не все же их корабли управлялись дистанционно или с помощью умных машин. Но то было другое. Во время космического боя ты не видишь умирающих, не видишь убитых. Тиана, зачастую, даже разбитых и мертвых кораблей противника не успевала увидеть — они взрывались в яркой вспышке, и от них оставался только яркий свет и пыль. Всегда можно было сказать: в этом корабле не было разумных существ. И никогда не узнать, правдиво ли это предположение.

Атлант получил то, что заслужил, Тиана была в этом уверена. Теперь, хоть он так и не признался, девушка не сомневалась — это он пытался убить Германа. Он хотел убить ее, забрать ее ликса. Но будь у разведчицы выбор, она предпочла бы его не убивать. Обездвижить, погрузить в сон, вышвырнуть на планете, или даже в открытый космос, но не вот так. И никого кроме себя не обвинишь в произошедшем.

Кусто уже почти спит. С нанимателем он разобрался рефлекторно. Почувствовал прямую угрозу пилоту, и машинально ее устранил. Тихоход, Тиана была уверена, и не вспомнит, что произошло. И хорошо. В любом случае, он действовал правильно — так, как его учили. Чуть-чуть задержался, будучи в сонном состоянии, а так сработал отлично.

Тиана с трудом поднялась на ноги и побрела к капсуле. Как бы тошно и мерзко ей ни было от произошедшего, помирать из-за этого девушка не собиралась. Скинула скафандр и осторожно ощупала лицо. Боли пока не было, но ощущения странные — будто прикасаешься к искусственной кукле, подогретой изнутри. Глаза сохнут и не двигаются, отчего даже идти тяжело. В обычной жизни не замечаешь всех этих взглядов, которые бросаешь на секунду под ноги и вокруг. Кажется, что смотришь только вперед, а на самом деле это не так. Хорошо хоть веки остались открыты — иначе пришлось бы вообще на ощупь пробираться. Все, чего хотелось Тиане — это поставить медицинскую капсулу на искусственный сон, и лечь в нее хотя бы часов на десять. А лучше на сутки. Казалось, если немного поспать, это мерзкое ощущение непременно отдалится, забудется.

«Этот негодяй собирался забрать у меня Кусто, — девушка скрипнула бы зубами от злости, да пока не могла, — Но вряд ли он всерьез рассчитывал, что я стану показывать ему, как управлять кораблем. У него должны быть помощники. Наверняка нас сейчас ищут. Вряд ли смогут — Кусто прячется гораздо лучше, чем ищут местные. Но исключать нельзя. Не время спать!»

Тем не менее, капсуле пришлось поработать, восстанавливая чувствительность. Был момент, когда девушка чуть не изменила своему решению оставаться в сознании — боль во время восстановления чувствительности была так сильна, что по щекам непрерывным потоком текли слезы. Тиана решила, что этот их станнер — гораздо менее гуманное оружие по сравнению с привычными нейродеструкторами. Легкая головная боль по сравнению с этой пыткой — ерунда. Все же перетерпела. Справилась. Из капсулы выбралась уже здоровым человеком. Заглянула в свою каюту — Герман, измотанный после взрыва, продолжал спать. Лежал, запрокинув голову, бледный, с темными кругами под глазами. Даже во сне напряженный и злой. Разведчица напомнила себе, что парня нужно отправить в капсулу, когда проснется. Вспомнила, что видела в показаниях его скафандра несколько красных строчек. Вряд ли что-то серьезное, но зачем зря мучиться? Будить не стала, пусть отоспится. Да и просто не хотелось ему в глаза смотреть. Это ведь ее просчет.

«Если быть честной сама с собой — ты плохой капитан, — безжалостно говорила себе разведчица. — Ты всех подставила просто потому, что поторопилась и не подготовилась. Увидела „своих“, и обо всем забыла. С каких пор они тебе свои? Ты бы еще технофанатиков своими посчитала! Ну а что — вид-то тот же! Накричала на Германа, который сразу понял, что за индивид этот Алвин… Кусто стал убийцей! Из-за тебя!»

Жгучий стыд и чувство вины не способствуют душевному равновесию, так что девушка постаралась от них отстраниться. Скоро уходить в гипер — не нужно, чтобы тихоход почувствовал состояние своего пилота.

Разведчица уже сомневалась, так ли необходимо непременно добраться до Базара. Можно ведь и потерпеть неудобство. Трансформация у Кусто будет длиться около тридцати часов — это время они с Германом вполне могут провести и в открытом космосе. Да, тяжело, неудобно и неприятно. Еще неизвестно, как отреагирует Герман. До сих пор он не демонстрировал агорафобии, но и в открытом космосе он бывал не слишком долго. Вдруг у него начнется паника? Подсознательные страхи так просто не успокоишь, и медицинский модуль скафандра может не справиться. Было бы идеально переждать сложный момент на Земле. Там безопасно, там их никто не найдет. Вот только Земля дальше, чем Базар. Они могут и не успеть до нее добраться прежде, чем начнется преобразование. Лишние два дня пути. Что будет, если трансформация настигнет Кусто прямо в гипере, Тиана понятия не имела. Но вряд ли что-то хорошее.

От идеи остаться в открытом космосе тоже пришлось отказаться. Подозрения о засаде подтвердились. Далеко, на краю системы, Тиана разглядела несколько вражеских кораблей, которые активно сканировали пространство. «Это они нас ищут, — подумала девушка, — Наверное, наниматель должен был отправить им сигнал. Ну, пусть ищут». Однако выходить в открытый космос рядом со столь настойчивыми ищейками было бы безрассудно. Ликса они не найдут, а вот их с Германом… Всякое может случиться. Нет, придется все-таки лететь на Базар.

Слияние прошло как всегда, чувства тихохода накатили волной, сделав космос дружелюбным и ярким. Только помощи в ориентировании больше нет. Кусто уже практически спит, обращать внимание на окружающее уже не может. Вообще-то это свинство так поступать с тихоходом. Перед процедурой роста принято оставлять ликсов в покое, чтобы они могли спокойно пережить сложный период. «Потерпи, маленький, — мысленно попросила Тиана. — Вот прилетим на ту планету — и отдохнешь».

Сейчас, во время слияния, переживания по поводу смерти заказчика как-то отступили — спокойствие и сонное состояние Кусто передались и пилоту. Тиане стало любопытно, и она решила немного похулиганить. «Мы ведь все равно летим в ту сторону. Так почему бы не изучить эти корабли получше, раз по дороге?» Обнаружения она не опасалась. Впрочем, и рассматривать корабли слишком долго не стала. Просто пролетела в непосредственной близости, внимательно разглядывая детали, и надеясь увидеть механизмы в движении. Но корабли просто висели в пространстве, и лишь ощупывали систему всеми радарами. Было довольно забавно наблюдать за их бесплотными попытками, оставаясь полностью невидимыми. Разведчица даже засомневалась немного. Может, стоит на них напасть? Все-таки это почти наверняка товарищи атланта. А, значит, враги. Даже будучи в сопряжении та мысль больно царапнула сознание: практически родственники, кусочек родины — и враги.

Нападать не стала. Не из-за сомнений. Просто их все-таки достаточно много, а ликс уже совсем сонный. Сам управлять ее единственным оружием — гравитационным когтем — он не сможет, а Тиана не очень хороша в его использовании. Это ведь не рука, и даже не физическая конечность. Нет, при необходимости справится, но лучше не рисковать. Тем более, Тиана и так не уверена в необходимости таких действий. Неожиданно девушка подумала, что было бы неплохо посоветоваться с Германом. Он наверняка высказал бы какие-то соображения, и, даже если бы она не была с ними согласна, принять решение было бы проще. «Хотя, помнится, он был очень против того, чтобы брать каких бы то ни было пассажиров, — напомнила себе девушка, — прислушалась ты к его советам?»

Отвечать даже мысленно не стала. Теперь их положение намного хуже, чем было до отлета. Тогда, только прибыв в систему содружества, они были просто неизвестными невидимками, которые явились ниоткуда. Теперь… Заказ в информатории был оформлен атлантом. И закрыть его тоже может только заказчик. Или его представитель. Или пожаловаться на неисполнение условий? «Интересно, как быстро нам придется бежать с Базара? — думала разведчица, — Как скоро его хватятся те, кто остался ждать меня в системе? Наверняка, как только поймут, что попытка захватить корабль сорвалась, тут же вернутся и отправят жалобу. И стану я пиратом!»

«Конечно, если предоставить записи, обвинения будут с нас сняты, — думала Тиана, — но тогда возможности Кусто будут раскрыты. В значительной степени. Как это отразится на дальнейшем пребывании в содружестве, можно только гадать. А послушала бы Германа, ничего бы этого не было!»

Оставался, правда, вопрос — так ли нужно это содружество ей, Тиане? Уже очевидно, что ни одна из негуманоидных рас, его населяющих, ничего не знает ни о киннарах, ни о технофанатиках. С атлантами же отношения испорчены качественно и надолго. Теперь, если от них удастся что-то узнать, то явно не мирным путем. «Может, я зря побоялась рисковать? Может, нужно было лететь сразу на Землю и там переждать рост Кусто, гораздо безопаснее получилось бы!» Бессмысленное рассуждение. Тиана, тряхнула головой, прогоняя дурацкие мысли. Менять что-то было уже поздно в любом случае.

Герман Лежнев, стряпчий

Нападения так и не случилось — Кусто ушел в гипер, корабли атлантов остались ждать жертву. «Ну-ну, долго ждать придется», — хмыкнул про себя Герман. Можно было бы облегчено вздохнуть, но расслабляться рано. За них взялись, и взялись всерьез. Если раньше еще можно было думать, что все козни атланта — это личное, то теперь можно не сомневаться: именно Кусто и Тиана главный объект недоброго интереса атлантов, и стесняться в средствах они не собираются. «Поэтому на обиды ты просто не имеешь права, дружище, — сказал себе Герман. — Девчонку ничего хорошего не ждет, если они своего добьются. Надо уже как-то открывать ей глаза на то, что происходит, хоть и не хочется!»

Остро захотелось зайти в свою бывшую каюту, достать оттуда мерзкого атланта, еще пару раз двинуть по роже и потребовать-таки рассказать, что эта сволочь замышляет. «Нет уж, так радикально мы действовать не станем, — убеждал себя Герман. — Просто поговорим с Тианой. Она девочка умная, и со своими эмоциями справится. Тем более, Алвин уже очень сильно подставился. Ладно с попыткой меня взорвать, но вот эти кораблики атлантов, которые там явно не просто так появились, это точно не просто так!»

До выхода из гипера оставалось еще прилично времени, но Герман сидеть сложа руки больше не собирался. Решительно направился в трюм. Очень ему хотелось разобраться, что это за приборы такие везет с собой атлант. При поиске бункера он обошелся одной многоножкой. Еще какую-то приблуду Лежнев видел стоящей поодаль от ликса, после того как выбрался из ямищи. А остальное что? Не пригодилось? «Это враг, и оставлять его электронику без осмотра просто глупо, — решил Лежнев. — Ты как не айтишник и не русский! Увидел непонятный прибор, и вместо того, чтобы в ней поковыряться, испуганно прячешь руки за спину!»

Он подозревал, что Тиана, находясь в сопряжении с ликсом прекрасно видит, чем занимается «глупый варвар», но особых переживаний по этому поводу не испытывал. «Уж после того, как меня попытались прикончить, имею право слегка напакостить. Пусть спасибо скажет, что я его вообще не убил!»

Исследования показали очень интересный результат, который целиком подтвердил предположения Германа. Воспользоваться ни одним из приборов он не смог — те требовали авторизации, но разобраться с назначением это не помешало. Это были пространственный маяк, причем в рабочем состоянии, и гиперпередатчик. Последним, как знал Лежнев, воспользоваться можно было только на планете, а вот маячок работал в любом месте.

«Понятно теперь, на что они рассчитывали, — торжествующе улыбнулся парень, — Думали, мы сами сообщим, где нас встречать. А то, что ликс без разрешения никаких сигналов не посылает, и плевать ему на всякие инородные маяки, атланты знать, конечно же не могли. Интересно, почему Кусто ничего не рассказал хозяйке о работающем жучке? Решил, что так и надо?»

Больше делать было нечего, и оставшееся время до выхода из гипера Герман провел в кают-компании, чтобы не пропустить, когда появится Тиана. Девчонка в этот раз почему-то до самой посадки оставалась в сопряжении, что немного сбивало с толку — обычно она выходила из слияния, как только Кусто оказывался в обычном пространстве.

— Тиана, можешь называть меня дикарем и варваром, но это уже перебор. Алвин скорее всего вызвал корабли, когда мы были на Юве, и всю дорогу пытался передавать наши координаты — у нас в грузовом отсеке работающий маяк! Я уже не говорю о том, что он меня пытался грохнуть! Можешь посмотреть на записи моего скафандра — когда мы спускались взрывных зарядов не было! — выпалил Герман.

— Я уже знаю, — печально сказала Тиана. — Герман, я его убила. Точнее, Кусто убил, но это моя вина. Прости меня, я нас всех подвела. И прости, что назвала тебя дикарем. Я на самом деле так не думаю.

Герман завис.

— Кусто? — заторможено повторил он. — Убил?

— Да, — подал голос Кусто. Тоже заторможено, — Мне пришлось его утилизировать, потому что он угрожал Тиане. Я не могу допустить такого в отношении своего пилота.

— А если я буду ей угрожать? — Герман вспомнил, что мелькали у него такие мысли еще тогда, когда он был пленником, и он тяжело сглотнул ставшую тягучей слюну. — Меня тоже того… утилизируешь?

— Ты не будешь угрожать Тиане, — просто ответил Кусто.

— Ага, — ошарашенно протянул Герман. — Не буду, это точно.

— Не потому что будешь бояться, что я тебя утилизирую, — пояснил тихоход. — Просто ты такой человек. Не станешь нападать первым. Я это сразу распознал.

— Ага, — тупо повторил Герман. Что-то более умное он сейчас выдать никак не мог — слишком резко поменялась картина мира. Покладистый и добрый, даже немного наивный Кусто, и вдруг «утилизировал». Не убил даже, а так… будто мусор смахнул. Кусто, который вот так вот без особых рефлексий давит врагов, и тут же сообщает, что Герман никогда не будет делать что-то просто потому, что не станет…

— Подождите… Но тогда получается, что у нас проблемы! — дошло вдруг до Лежнева. — Это ж теперь все атланты… да и в содружестве как отреагируют, непонятно…

— Да, — всхлипнула Тиана, и вдруг расплакалась. — Я такая дура! Я вообще не должна была брать этот заказ! Ты ведь мне говорил! А теперь Кусто вот-вот заснет, и мы застряли на этом дурацком Базаре совсем беззащитные! Я вообще сюда возвращаться не хотела, но больше мы бы никуда не успели.

— Ага, — в третий раз брякнул Герман. — Конечно, Кусто вот-вот заснет. Совершенно логично. Кусто, а чего ты вдруг поспать-то решил?

— Так трансформация же начинается, — жалобно сообщил тихоход. — Это не Тиана, это я вас всех подвел. Ничего не могу с собой поделать, она начинается и все тут!

— Так, спокойно! — Герман чувствовал, что у него уже голова начинает пухнуть от обилия новостей. — Никто никого не подвел. Я, знаете ли, тоже в последние дни не образец здравомыслия показывал. Могу и я повиниться, если хотите. Напридумывал себе невесть что — думал, вы меня выгонять собираетесь, потому что ты, Кусто, со мной не разговариваешь, а Тиана низвела до уровня бессловесной прислуги. И даже в какой-то момент подозревал, что вы и после взрыва без меня улетите. — Разведчица зарыдала еще горше, и Герман не удержался, подсел к ней поближе и принялся гладить по голове.

— Ну хорош, я ж не для того это сказал. Нам бы это, подумать спокойно и решить, что будем делать.

— Я хотела сейчас бежать в эту службу, которая занимается наемниками. Помнишь, ты еще перед отлетом настоял, чтобы мы в нее вступили? Товарищество исполнителей работ. Только я боюсь, что атланты на нас все равно нападут. Плевать им на то, что решит содружество.

— Не, не плевать, — не согласился Герман. — Иначе они бы по-другому себя вели. Не пугайся, я думаю, они не станут на планете на нас нападать. Вот где-то еще подловить определенно попытаются, но не смогут ведь, правда? Так что ты права, нужно срочно сообщить в товарищество, пока они первые не сообразили. Тут ведь кто первый пожалуется, тот и прав. Все, хватит нюни распускать. Потом поплачем, вместе, а сейчас некогда.

— Герман, ты ведь больше не обижаешься? — спросила Тиана.

— Да ну что за глупости? Как я могу на вас обижаться?!

Время действительно поджимало, и как бы Герману не хотелось поговорить еще с друзьями, по которым ужасно соскучился, он двинул к зданию базы — разбираться в том, как отправить жалобу и готовить подтверждающие материалы. Хотя и морщился внутренне — юрист из него тот еще. Правда, оказалось, что процедура подачи жалобы у Товарищества отработана. Нашлась в информатории форма, в которой просто нужно было заполнить обязательные поля. Справился быстро, буквально минут за пятнадцать, и на адрес Товарищества отправилось заявление о том, что недавно вступившая в организацию компания столкнулась сначала с провокациями, а потом и с прямым нападением, в результате чего команда была вынуждена защищаться, отчего контракт был сорван по причине смерти заказчика.

Удовлетворенно выдохнув, Лежнев вдруг обратил внимание, что Тианы в здании так и нет. Нашел, правда быстро, и виновато выругался.

— Ну чего ты сама таскаешь!

— Не хочу, чтобы ты думал, что я низвела тебя до уровня прислуги, — доложила Тиана.

— Да я вовсе не то имел ввиду… а, хрен с ним, — махнул рукой Герман и присоединился к разгрузочным работам.

Он совсем забыл, что и барахло атлантов, и добычу из Кусто желательно выгрузить, раз уж он вот-вот начнет преобразование. Было немного неловко — Тиана расстроенная, ликс, судя по всему — тоже, а у него улыбка поневоле на лицо лезет. «Все-таки приятно, когда в своих самых паршивых ожиданиях обманываешься. И вряд ли Тиана так уж дорожила этим Алвином. Видно же, что больше переживает о том, что ей пришлось участвовать в убийстве, и о проблемах, которые это повлекло, а не о том, что лишилась его общества! Вообще-то тебе бы тоже посерьезнее быть!» Впрочем, серьезность их положения Герман вполне осознавал, просто теперь смотрел в будущее с некоторым оптимизмом. Если уж их компания все-таки не распалась, значит, справятся. С любыми проблемами.

Покончить с разгрузкой удалось быстро — всего через полчаса весь груз был перетаскан в здание, а Кусто начал шустро погружаться вглубь карьера.

— Слушай, нам ведь, наверное, придется в город съездить, — предположил Лежнев. — Ну там, в суд, или как у них это называется. Как тут Кусто один-то будет?

— Ничего ему не угрожает, — вздохнула Тиана. — Ликс, находящийся в стадии трансформации — это самое защищенное живое существо, которое я знаю. По крайней мере у киннаров нет такого оружия, которое смогло бы ему навредить. И у технофанатиков тоже. К тому же его не так просто найти. Он во всех сканерах выглядит как камень.

— Ну, будем тогда считать, что хотя бы с этой стороны опасности можно не ждать, — обрадовался Лежнев.

— Герман, а ты не знаешь, у нас не осталось где-нибудь того вкусного блюда, похожего на кашу с кусочками мяса? — вдруг спросила Тиана. — Я тут подумала: конвертера у нас нет, а есть уже сейчас немного хочется.

— Вот черт. Слушай, эти ваши высокие технологии как-то прямо расхолаживают! — Герману было даже неловко за то, что о еде подумала первой разведчица. Уж кому, как не ему о таких вещах первым вспоминать! — Про еду-то я и не подумал.

— И где ее найти — непонятно, — вздохнула девушка. — Здесь кроме атлантов всего одна раса кислорододышащая и со сходным метаболизмом. Помнишь, ты их еще василисками назвал? Только я все равно не уверена, что мы сможем есть их пищу.

— А в самом деле, — обрадовался Лежнев. Он, конечно, по-настоящему паниковать не собирался — уж три дня можно и поголодать, ничего страшного не случится. Но не хотелось. — Закажем доставку, проверим скафандрами. Если ядовито — просто не станем есть.

Парень собирался немедленно этим полезным делом заняться — у самого в животе тоже начало подводить. Причем, что самое смешное, пока Тиана про еду не вспомнила, никаких проблем не наблюдалось, а тут сразу почувствовал, что в желудок что-то забрасывал в последний раз на Юве, и не сказать, чтобы сильно наелся. Но не успел. Пришло срочное сообщение о том, что Тиану ди Сонрэ, главу корпорации, требуют явиться в администрацию Товарищества.

— Ну что ж теперь, значит едем, — пожал плечами Лежнев. — Заинтересовались они нашим делом, получается. Не переживай, у нас позиции — железные. Даже хорошо, что они так быстро отреагировали.

Сам он такой уверенности не испытывал, но нужно же было как-то подбодрить девушку!

Такси явилось довольно быстро. Они погрузились в машину, которой управлял, конечно, тойдорианец, и принялись активно обсуждать предстоящее разбирательство. Правда, ничего дельного ни Герман ни Тиана предложить не могли, и общее решение было — действовать по ситуации. Герман даже пожалел, что потратили время на эту пустое обсуждение — только сами себя напугали, да еще упустили возможность полюбоваться местными видами — пока спорили, машина уже высадила их возле большого здания. Небоскреб выбивался из окружения своим строгим видом и отсутствием рекламных вывесок. Огромное, на сотню этажей, здание из стекла и металла мрачно нависало над окружающим пространством. Это при том, что Герман с Тианой тоже не на земле стоит — флаер высадил их аж на пятнадцатом уровне. Земля находится где-то далеко внизу, и это тоже добавляет нервозности. Тротуары ничем не огорожены — кажется, стоит сделать неверный шаг и полетишь вниз. Немного полюбовавшись, решительно вошли, и сразу же направились к скучающему за столом возле входа охраннику.

— Здравствуйте, мы по поводу срыва контракта по вине заказчика, отряд Ликса, — заявила Тиана.

— Чего? Какого контракта? Какого ликса? — вылупился на посетителя скучающий тойдорианец, но потом спохватился: — А, к наемникам? Тогда вам на тридцатый этаж, вон лифты, — тойдорианец даже рукой махнуть поленился, так указал, хоботком. Только теперь Герман обратил внимание на огромную панель посреди коридора, на которой были указаны десятки учреждений с номерами этажей, на которых они располагаются. Поняв, что товарищество занимает не все здание, а лишь один этаж, парень изрядно расслабился. Всесильная организация в его глазах резко потеряла в авторитете.

Лифт прокатил парочку наверх, в такой же холл, где они уперлась в унылую непрозрачную дверь с надписью, указывающей, что охранник не обманул. Эта дверь, в отличие от входной, открываться самостоятельно не захотела. Пришлось искать звонок.

— Чего надо? — раздался недовольный голос из динамика над дверью.

— Заявить о неисполнении контракта по вине заказчика, отряд Ликса, — снова сказала Тиана.

— Тиана ди Сонрэ из вас кто? — уточнили из-за двери.

— Я, — растерянно ответила девушка.

— Ну вот ты и проходи. А второй пусть подождет, — велели из-за двери.

— Эй, что за дела?! — возмутился Герман. — Это и моя компания тоже! — ему ужасно не хотелось оставлять девушку. Да и Тиана явно не стремилась остаться в одиночестве.

— Жалоба подавалась от лица Тианы ди Сонрэ, главы отряда Ликса. Пропуск, соответственно, выдан на имя Тианы ди Сонрэ, скучно объяснил динамик над дверью. Подавали бы коллективную жалобу — пропуск был бы на весь коллектив. Чего непонятного? У нас тут не проходной двор! Натопаете еще…

Герман с Тианой беспомощно переглянулись.

— Ну, ты идешь, Тиана ди Сонрэ, или отменяю жалобу? — поторопили из-за двери.

— Иду, — решительно кивнула девушка, и шагнула в приоткрывшуюся дверь.

— Эй! Если вы тут ее обидите, я приду и все тут разнесу, ясно?! — Герман тоже просунулся следом, пока дверь опять не защелкнулась.

— Ой, да иди ты уже, — как оказалось, говорил с ним такой же точно охранник, как и на первом этаже. — Новичок что ли? Где это видано, чтобы товарищество обижало своих членов! Правила не изучат, законов не знают, слухов не соберут даже, а в пустотники лезут!

— Долго хоть ждать-то? — немного успокоился Герман. Никаких атлантов он в обозримом пространстве не обнаружил, и это его немного успокоило. Да и в целом охранник выглядел крайне скучающим и совсем не злонамеренным.

— А это уж как разбирательство пойдет, — хмыкнул охранник. — Может, за час управятся, а может и сутки потребуются. Так что давай, вали уже. Нечего тебе тут делать.

— Тиана, я тогда пока сниму на всякий случай гостиницу, и поищу нам поесть, — сообщил Лежнев по внутренней связи. — Далеко уходить не буду, если что — зови. И не поднимай забрало скафандра, мало ли?

— Не беспокойся, Герман. Я думаю, все будет хорошо, — напряженным голосом ответила девушка.

Лежнев, тяжело вздохнув, спустился обратно на пятнадцатый уровень и вышел на улицу. Он в самом деле решил для начала арендовать какое-нибудь жилье — просто на всякий случай. Да и прогуляться не помешает, раз уж с Тианой его не пустили.

Город впечатлял. Герман как будто попал в какую-то навороченную игрушку в стиле киберпанк. Неоновые вывески с рекламой, ярко выделяющиеся на фоне темно-зеленого вечернего неба, футуристические здания, эстакады и тротуары на разных уровнях, дикая грязь на поверхности и островки сероватой лишайниковой «зелени» на крышах высоко над землей. Разве что вместо киборгов все это великолепие заполняют всевозможные инопланетяне. Некоторые — довольно экзотичные.

Отель, который он нашел с помощью информатория, находился совсем недалеко. Пришлось спуститься на третий от поверхности уровень, да пройти метров триста в сторону. Отельчик был дешев, но оснащен вполне совершенной системой поддержания искусственного климата в каждом номере, так что селиться здесь могли любые из известных в содружестве существ, даже атланты. А что подходит атланту — сойдет и Герману. Вот разве что комфортом номера похвастаться не могли, но Лежнев как-то и отвык уже в последнее время от комфорта — ему и в крохотной каюте ликса было нормально, пока его оттуда не выперли. К тому же жить в этом отеле Герман не собирался. По крайней мере — долго, а переночевать, если Тиана задержится, сойдет. При гостинице даже был живой администратор. И даже вполне человеческого вида и пропорций. Принадлежал он к расе двоякодышащих амфибий с самоназванием на языке, который в воздушной среде использоваться не мог, так что Лежнев ничтоже сумняшеся обозвал их для себя чужими. Ну а как еще назвать существ с серо-фиолетовой кожей, плоским носом с ноздрями, которые открываются только при выдохе, с жабрами, плоским безгубым ртом и в явно не технически сделанной маске — чтобы глаза не сохли. На картинках он таких видел, но тут даже вздрогнул от неожиданности — так страшно оно смотрелось. И даже непонятно, мальчик оно или девочка. И есть ли у них мальчики и девочки?

— У вас забронировано? — безэмоционально спросило существо на общем. Рот у него при этом шевелился как-то не в такт издаваемым звукам, отчего казалось, что это и вовсе кукла. Жутковатое, в общем, существо, но Лежневу понравилось. Экзотика!

Номер брони вполне удовлетворил администратора.

— Направо по коридору, комната номер 12КА, — таким же скрипучим голосом прокомментировал служащий. — За попытку выйти в планетную атмосферу без защитных средств администрация ответственности не несет. За попытку открыть внешнюю дверь шлюза при открытой внутренней, штраф в размере стоимости ремонта установки искусственного климата.

— Угу, — кивнул Герман, — буду иметь ввиду. Послушай…те. Я тут новичок, традиций ваших не знаю. У вас есть обычай оставлять небольшое вознаграждение сверх оплаты персоналу гостиницы?

— Нет. — ответило существо. Герман пожал плечами и уже собрался проследовать в номер, когда существо продолжило: — Но мне нравится такой обычай.

Лежнев хмыкнул и отправил на появившийся терминал оплаты десять процентов от стоимости номера.

— Должен заметить, что режим атмосферной установки «для атлантов» прежде не тестировался в нашей гостинице по причине отсутствия гостей оной расы. Рекомендую прежде, чем снимать скафандр воспользоваться анализатором атмосферы, если он у вас есть. Так же должен заметить, что жидкая вода, подающаяся в кранах, содержит значительное количество серной кислоты и местных микроорганизмов. Концентрация соответствует нормам безопасности содружества, но эти нормы еще не успели смениться с момента присоединения атлантов.

— Ага, — сглотнул Герман. — Спасибо за информацию.

Он как раз собирался умыться.

Тиана ди Сонрэ, жалобщик

Меньше всего Тиане хотелось остаться одной наедине с бюрократами, и вот это произошло. Герман, напоследок высказав несколько угроз, исчез за дверью, а на Тиану требовательно уставился коротышка-тойдорианец.

— Ну? — спросил охранник. Или секретарь, было не совсем понятно.

— Что ну? — не поняла разведчица.

— По какому вопросу обращаемся? — в мимике существ, принадлежащих иному виду разобраться трудно, но тут никаких сложностей не возникло. Служащий смотрел на нее как на умственно отсталую.

— В заявлении же все написано, — удивленно пробормотала Тиана.

— И чо? Кто его читал-то твое заявление? Первый раз, что ли обращаешься? Заявка поступила, робот ее обработал, тебя вызвали. А читать каждое заявление — это никакого народа не хватит. Это надо целый штат содержать. Ты с чего, думаешь, товарищество живет? С ваших же взносов! Вот ты много платишь?

Тиана что-то такое вспомнила — сколько-то там Герман заплатил, когда они вступали. Сущую ерунду вроде бы.

— Нет, не много.

— Ну вот. И поэтому же не смей возмущаться тому, что тебя только сейчас позвали на разбирательство. Сколько ждала, дней сорок? Это еще по-божески. Просто очередь большая.

— Я недолго ждала, — перебила Тиана. — Жалобу отправили всего несколько часов назад.

— Чо, серьезно что ли? Это чего ты такое сделала, что тебе такой приоритет дали? Заказчика убила?

— Вы же сказали, что не читали жалобу! — удивилась Тиана. Охранник резко прекратил смеяться.

— Что, в самом деле убили заказчика? Так, ладно. Тогда пошли по стандартной процедуре. К какому виду принадлежишь?

Это они с Германом продумали заранее. Притворяться атлантом она больше не хотела. Иначе проблема станет внутренним делом, а как они относятся к чужакам, разведчица уже поняла.

— Киннар, — коротко ответила девушка.

— Не знаю такой, — качнул головой тойдорианец.

— Мы еще не вступили в содружество. Я — разведчик. Решила присмотреться, примкнула к товариществу исполнителей, приняла заказ от родственного вида. Заказ сорвался по причине смерти заказчика.

Администратор явно заинтересовался.

— Родственный вид — это атланты? Вот задница, еще одних атлантов нам не хватало!

— Я нормальная! И киннары нормальные, — вторую фразу девушка проговорила уже не так уверенно.

— Номер заказа скинь, нормальная, — буркнул тойдорианец. — Получив номер, проверил заказ.

— Так, очередная попытка приземлиться на Юву. Заказчики — атланты. Охренеть. Получается, на Юву попыталась спуститься. Что, корабль угробила вместе с заказчиком, а сама на спаскапсуле убралась?

Тиану так и подмывало согласиться. По всей вероятности, это был не первый подобный случай, потому что тойдорианец явно не сомневался, что услышит утвердительный ответ.

— Нет, на планету мы спустились в заданных координатах. Заказчик вскрыл бункер, который требовалось, и забрал оттуда добычу, после чего попытался убить моего напарника, выдав происходящее за несчастный случай. Я об этом в тот момент не знала, тем более что покушение не удалось. Мы взлетели с планеты, после чего заказчик нарушил условия нахождения на корабле, а когда я потребовала вернуться в каюту, сообщил, что собирается захватить корабль и выстрелил в меня из станнера. Система защиты корабля среагировала, и заказчик был убит.

По мере того, как Тиана рассказывала, хоботок тойдорианца все сильнее раздувался, а когда она закончила, выдал длинный свистящий сип.

— Вот это нихрена себе! И чего, свои слова доказать можешь?!

— Все время выполнения заказа велись записи, я могу их предоставить. Только не полностью. Я вырезала все куски, связанные с кораблем и его системами защиты.

— Ну, это понятно, — отмахнулся тойдорианец. — У всех свои тайны. А чего вы там с планеты забрали у тебя осталось?

— Осталось.

— Вот нихрена себе! — повторился тойдорианец. — Слууушай… Тебя как звать-то? Так, Тиана ди Сонрэ. Атланты, как и мы двуполые, и ты у нас, получается, самка. Да хрен с ним, не важно. Короче, под протокол. Тиана ди Сонрэ, вы приглашаетесь в кабинет 10КА для предварительного разбирательства по делу о срыве заказа 355671.

Тойдорианец, который для того чтобы высказать эту фразу принял торжественный вид, снова сгорбился на своем сидении, и уточнил:

— Кислородной ведь атмосферой дышишь, правильно?

Получив подтверждение, продолжил:

— Ну вот, щас я Шипящую вызову, тебе с ней удобнее общаться будет, без скафандра. Нет, ну охренеть просто!

Шипящая оказалась крупной, полутора метров прямоходящей ящерицей с шикарным разноцветным кожистым капюшоном вокруг головы. Герман этот вид называл василисками. Холодный, немигающий взгляд желтых глаз встретил Тиану как только она вошла в комнату 10КА, и так и провожал ее, пока она не уселась на табурет напротив. Впрочем, Тиана тоже с интересом рассматривала представителя нового для себя разумного вида. Василиска, хоть они и прямоходящие и двуногие, с киннаром не спутать даже издалека. Форма тела, постановка нижних и верхних лап — все отличалось слишком сильно. Тем не менее, василиска показалась Тиане очень красивой. Стройное, стремительное тело, украшенное сине-фиолетовым кожаным нарядом под цвет капюшона, Пока Тиана шла к табурету ящерица несколько раз гибко изогнулась, будто специально демонстрируя свою грацию. Тиана искренне восхитилась.

— Значит, ты — разведчик новой расы. Присматриваешься, не присоединиться ли к содружеству? — спросила вместо приветствия ящерица. Тиана ждала, что на общем она будет говорить с шипящим акцентом — с таким-то имечком, но ничего подобного. Наверное, потому что василиски стали одними из первых членов содружества, и язык разрабатывался с учетом особенностей их гортани, так, чтобы им тоже было относительно удобно на нем общаться.

— Вряд ли, — честно ответила девушка, — Наша цивилизация слишком далеко отсюда, чтобы это имело какой-то смысл. В ваших краях я оказалась случайно, и не планирую надолго задерживаться.

— И, тем не менее, ты здесь. И уже успела поцапаться с атлантами, — Шипящая раскрыла капюшон. Наверное, это могло бы выглядеть угрожающе, но Тиане страшно не было — она с удовольствием любовалась узором.

— Ты мне нравишься, — неожиданно сказала василиск.

— Чем же?

— Не боишься меня. Любуешься. Но в транс не впадаешь. Мы, василиски, эмпаты. Наши далекие предки так заманивали добычу. Показывали будущей добыче капюшон, которым так приятно любоваться. Когда жертва спохватывалась, бежать уже было поздно. Ты любуешься, но разума не теряешь. И еще ты не ждешь от меня нападения. Мы — хищники. Едим мясо. Я слышала, атланты мяса не едят. Считают это негуманным. Ты тоже разделяешь их мнение?

— Разделяю, — кивнула Тиана. — Но тех, кто ест мясо не осуждаю.

— Интересно, — ящерица снова изогнулась. — Получается, вы киннары, не так безапелляционно отказываете другим в собственном мнении, как это делают атланты?

— За всех киннаров не скажу, — Тиана заметила, что ей вдруг очень захотелось рассказать, почему она думает не так, как остальные киннары, и что на ее родине-то как раз таких взглядов не поймут. Такая жажда откровенного разговора была удивительна. Или, скорее, подозрительна. Девушка решила отвечать лаконично.

— У вас что, развито управление ментальными силами? — По лицу или морде Шипящей понять было нельзя, но Тиане показалось, что она слегка обескуражена.

— Не очень, — вздохнула девушка. — Но применение этих сил против разумного, который не обвиняется в каких-то нарушениях, все равно считается преступлением.

— В содружестве — тоже, — Василиска, наконец, зашипела, и Тиана поняла, что ящерица так смеется. — Ну прости-прости, больше не буду. Не думала, что ты заметишь. Очень уж интересно узнать побольше о новичке.

— Много узнала? — насупилась Тиана.

— Только то, что ты скрытная. Ладно, давай смотреть, что там у вас с атлантами случилось.

Тиана повторила рассказ, а потом и запись со скафандра перекинула сначала на свой терминал информатория, а оттуда — Шипящей.

Шипящая о чем-то надолго задумалась, что-то уточнила в информатории. Тиана обратила внимание, что коготки у ящерицы подкрашены ярко-красным. Смотрелось очень симпатично.

— Все, контракт закрыт, — вдруг сообщила Шипящая. — Оплату я тебе скинула. Если другие атланты будут подходить с претензиями — шли их к нам.

— Что, и все? — удивилась Тиана.

— Ну да, а что ты еще хотела? Компенсацию? Ну так прости, это тогда в межвидовую комиссию. Товарищество считает, что свою работу ты выполнила четко и в срок. Наниматель, в нарушение контракта совершил на тебя нападение, за что был в порядке самообороны убит. Ты была в своем праве. Сегодня пришлем флаер, он заберет груз. Побудет у нас до тех пор, пока не появятся представители заказчика. Появятся — передадим.

— Нет, я просто думала, разбирательство будет, — удивилась Тиана. — Суд какой-нибудь.

— Мы не суд. Бюрократией не занимаемся, — отрезала Шипящая. — Если сразу видно, кто виноват — зачем тратить время и ресурсы на бессмысленные процедуры?

— Все равно странно, — призналась девушка. — Я тут новичок, заступиться за меня некому, а атланты давно и силу свою уже продемонстрировали…

— Ох, Тиана ди Сонрэ. Разведчик ты, может, и неплохой. Даже, наверное, хороший — что-то я не слышала, чтобы в пространстве содружества появлялись корабли неизвестной конструкции, да и к информаторию ты как-то подключиться смогла в обход официальных процедур. Но если киннары все-таки решат вступить в сообщество, передай им, чтобы посла отправили поопытнее. Первое — ты представитель новой цивилизации. Хорошо развитой цивилизации, раз смогла сесть на Юву и взлететь с нее. Да и то, что ты нашу очень совершенную систему обнаружения нагло проигнорировала об этом просто кричит. Уж явно вы стоите на более высокой ступени развития, чем члены содружества. Значит, обижать вас может оказаться себе дороже. Намного лучше дружить. Далее. Атланты эти всех достали уже. Ведут себя как будто все остальные — жалкие черви. Делиться технологиями добровольно не желают, хотя сами охотно тащат все, до чего руки дотянутся. Если бы не альтернативные способы добычи технологий, давно бы турнули их из сообщества, а то и завоевали. А так приходится терпеть. Руководство содружества уверено, что мирное сосуществование гораздо более выгодно, чем военные конфликты. В результате атлантов стараются открыто не трогать, и оттого такие вот щелчки им по носу вдвойне приятны.

— Худой мир лучше доброй войны, — вспомнила Тиана изречение напарника.

— Вот-вот, хорошая фраза. У вас, значит, это тоже понимают. Ну и последнее — ты по заказу атлантов, судя по всему, вывезла техническую библиотеку жителей несчастной Ювы. Они, конечно, уже тогда отставали от большинства обитателей содружества, но всегда можно найти какие-нибудь интересные технические решения. Тут недавно на торговую площадку выложили несколько артефактов… хотя, кому я говорю. Ты и выложила скорее всего. Так вот, если удастся повторить материалы, которые в этих артефактах используются, содружество получит очень хороший толчок к дальнейшему прогрессу. И твоя техническая библиотека в этом очень поможет. Мы ее, конечно, атлантам передадим, но неужели ты думаешь, что перед этим не скопируем? Кстати, эти напыщенные уроды знаниями делиться явно не собирались! Ладно, теперь перейдем к важному. Как ты смотришь на то, чтобы представить свой вид в содружестве официально?

Тиана растерялась. Очень не хватало Германа — разведчица была уверена, что он в этом разбирается гораздо лучше, и подобные решения принимать лучше, посоветовавшись с ним. Особенно после недавнего провала с заказом. Шипящая, видя, что девушка колеблется, продолжила:

— Вот смотри. Ты с атлантами поцапалась. Нет, официально они тебе сделать ничего не могут — решение товарищества есть, и оно полностью легитимно, оспорить его не получится. Доказательства ты предоставила неопровержимые. Ты, вообще-то, еще и компенсацию можешь требовать, только это уже не к нам, а в комиссию по межвидовым спорам. Если что — советую с этим пока подождать. А вот с официальным представлением содружеству лучше не затягивать. Потому что кроме официальных способов напакостить есть, как ты, наверное, догадываешься, неофициальные. И одно дело, если атланты соберутся решать свои дела в обход содружества с неизвестными и никому не нужными по большому счету наемниками, а совсем другое — с официальным представителем новой цивилизации, которая готова рассмотреть вступление в содружество. Разницу чувствуешь? Понимаю, что тебе с таким-то кораблем-невидимкой бояться нечего, но зачем лишние проблемы, если их можно избежать?

— Звучит логично, — согласилась Тиана. «Тем более, что корабля-то у меня пока нет — трансформируется он!» — Но я должна посоветоваться с напарником. Это не займет много времени.

Шипящая улыбнулась, и приглашающе махнула когтистой ладошкой.

— Герман! — позвала разведчица, закрыв забрало. — Мне нужен совет! Ты не занят?

— До пятницы я совершенно свободен, — ответил напарник одной из своих присказок.

Голос у него был почему-то запаленный, как будто он куда-то бежит, но вроде бы вполне спокойный. Рассказ о результатах расследования и предложении Шипящей много времени не занял. Герман удивленно хмыкнул и задумался.

— Да лежи ты смирно! Ой, Тиана, это я не тебе. Знаешь, звучит очень логично. В целом мы с тобой в самом деле слегка облажались, сразу рванув всякие задания выполнять. Как будто, блин, нам денег надо! И это моя вина. Так что эта Шипящая тут прямо очень в тему все сказала. Соглашайся. Только уточни, на кой черт это нужно самой Шипящей? Очень меня настораживает, когда кто-то дает добрые советы из чистого альтруизма. Но соглашайся в любом случае — нам это действительно очень в тему сейчас. Ты когда освободишься?

— Пока не знаю. Но думаю, обсуждение займет еще какое-то время!

— Очень хорошо! — почему-то обрадовался Герман. — А то я прямо сейчас тебя встретить не смогу.

— Герман, у тебя что, какие-то трудности?

— Как ты красиво завуалировала фразу «опять вляпался», — хмыкнул напарник. — Но нет, все нормально, не переживай. Стандартные происшествия с туристом в незнакомом городе, ничего необычного. Как освобожусь — маякну!

— Герман, а про то, что мы с тобой из разных цивилизаций говорить можно?

— На твое усмотрение, — отмахнулся Лежнев. — Главное, координаты Земли им не передавай, пожалуйста.

На этом обсуждение и закончилось. Тиана вернулась к Шипящей.

— Что, тоже сказал соглашаться? — понимающе хмыкнула ящерица. — Ну вот и отлично. Тогда я сообщу в совет, думаю, там с торжественным приемом в честь появления новой расы затягивать не станут. Такое событие должно быть освещено как можно шире и пафоснее, сама понимаешь! Ну и принято у нас так.

— Скажи, Шипящая, а почему ты решила мне помочь? — Тиана все-таки решила последовать совету Германа и выяснить мотивы василиски.

— Хах! Да ты знаешь, насколько укрепится положение Товарищества, если мы познакомим содружество с новым видом?! Мы — организация достаточно молодая, а тут такое достижение! Это еще не говоря о личной премии от совета, на которую я очень рассчитываю! Поэтому давай-ка мы обсудим еще и протокол предстоящей встречи. Если я сразу же передам твои предпочтения, это будет смотреться намного эффектнее. Да и тебе меньше головной боли.

Тиана сначала не очень-то поняла, о каких предпочтениях идет речь, а потом мысленно взвыла. Шипящая начала расспрашивать ее об особенностях этикета киннаров. Как у них принято здороваться, как друг к другу обращаться, какие почести оказывать послам, и уместны ли договаривающимся сторонам вручать друг другу подарки, как принято оформлять договор документально… В общем, все то, в чем Тиана откровенно плавала.

— Ты пойми, это все необходимо, — объясняла разведчице Шипящая. — Можешь не ждать, что все будет именно так, как принято у вас. Но как минимум исключить те вещи, которые будут тебя оскорблять совет обязан. А по возможности и в целом сделать тебе приятно. Тебе должно быть комфортно, и членам содружества — тоже. Это же первый контакт!

Тиана прекрасно все понимала. Проблема была только в том, что она понятия не имела, как все эти процедуры проходят у киннаров. Да и откуда? Внешней дипломатии у ее народа уже очень давно не существует — не с кем. Ходили какие-то слухи, будто иногда на самом высшем уровне проходят встречи с технофанатиками, но ни о том, как они проходят, ни о том, что на них обсуждается, девушка не имела ни малейшего понятия. Как-то не у киннаров широко освещать такие вещи. Да и вообще торжественные встречи практикуются очень редко. Даже при выпуске из интерната никаких торжеств не было — свежеиспеченных свободных разведчиков просто поздравили и произнесли вдохновляющую речь о том, как они должны послужить на благо всего народа киннаров. И отпустили в первый полет. Ситуация казалась безвыходной, тем более Тиане от волнения напрочь отказала фантазия.

Девушка сама себе крайне не нравилась. Впервые в жизни пожалела, что не умеет толком врать. Мямлила что-то на вопросы, пыталась хоть как-то замаскировать свою полную некомпетентность, но получилось ли, она так и не смогла понять. Самое главное, Шипящая вроде бы оказалась ее неумелой импровизацией вполне довольна.

— Очень хорошо! — подытожила василиска. — Думаю, совет будет доволен. Полагаю, с приемом они затягивать не станут — такое событие! Оно, конечно, требует подготовки, но, поскольку никаких сверхсложных ритуалов у вас явно не используется, стандартная процедура почти не изменится. Я уже передала сообщение в совет, и их секретарь уже ответил, что сейчас все стоят на ушах. Думаю, уже послезавтра прием состоится, но это только мои домыслы. Тебе наверняка придет приглашение через информаторий, да и в место постоянной дислокации привезут, оформленное на физическом носителе по всем правилам. Так что готовься, полагаю за завтрашний день вполне можно исправиться. Кстати, могу посоветовать отличный межвидовой салон красоты — у меня сестричка по гнезду им владеет. Отрицательных отзывов вообще нет! Проблем с нашими кредитами у тебя точно нет, но обещаю дополнительную скидку. А вот с нарядами не помогу — это тебе придется самой, извини. Но, полагаю, квартал Всеобщей дружбы и торговли может удовлетворить самый взыскательный вкус. Там уж точно найдешь, что выбрать.

— Я ведь могу присутствовать на приеме со своим напарником? — уточнила девушка.

— Ах да, у вас ведь, судя по всему равноправие, если не патриархат… хотя нет, был бы патриархат — я бы сейчас с самцом разговаривала. Конечно, можешь. Даже обязана.

Тиана подумала, что все еще не так плохо, и возможно ей удастся не опозорить свой народ перед целым содружеством.

Герман Лежнев, космический турист

Делать в гостиничном номере было нечего. Душ, на который так надеялся Герман, отменился. Снимая чудо-одежду, выданную в свое время Тианой, Лежнев каждый раз удивлялся — кожа чистая и свежая до скрипа. И все равно, чисто психологически, не хватало хорошенько помыться под водой. Да и с головой было несколько сложнее. Умывание в ликсе вообще было устроено не слишком удобно. Когда требовалось умыться, Кусто просто выращивал в себе ту же самую полость, которая использовалась для отправления естественных надобностей, и наполнял ее какой-то странной взвесью. Достаточно было постоять неподвижно пару минут, и чистота была обеспечена, а вот удовольствия от этой процедуры не было никакого. И вот, наконец, настоящий душ — и такой облом. Парень не поленился, проверил воду с помощью анализатора скафандра. Выводы его не порадовали. Нет, пользоваться такой водой нельзя, даже для мытья. Не смертельно, конечно, но радости никакой. Других развлечений в номере, естественно, не было. Атмосфера в помещении, и та далека от идеальной. Жить можно, дышать можно, но в скафандре, пожалуй, комфортнее. Лежнев из любопытства потрогал кровать — вполне мягкая, из какого-то материала, похожего на резину. Сидеть здесь было бы слишком скучно, тем более там, за стенами, целый инопланетный город, который сам себя не посмотрит.

Парень еще раз проверил Тиану. Судя по отметке на карте, девушка так и сидит в здании товарищества. Пульс чуть повышенный, дыхание ровное — нервничает, но ничего плохого не происходит.

— Ну и нечего здесь сидеть, — подытожил Лежнев. Он некоторое время раздумывал, не поискать ли местных достопримечательностей, но в конце концов решил, что осмотр всяких туристических мест требует времени. Решил пройтись так, в ближайшей округе.

Тротуары на третьем уровне были пустынны. Герман, впрочем, уже обратил внимание, что здесь не принято прогуливаться на своих двоих. Ни на третьем, ни на пятнадцатом, куда они высадились с Тианой пешеходов не было.

Вообще, главное правило туризма в незнакомых городах Лежнев знал. Держаться лучше людных мест, в темные закоулки ходить только при большой необходимости. Так что он решил для начала подняться повыше. И шел-то знакомой дорогой, точно так же, как спускался! Почти. Уже поднявшись на четвертый уровень уловил какое-то неясное движение в переулочке, мимо которого проходил, и остановился посмотреть. Тут-то его и попытались ограбить.

Попытка ограбления была обставлена донельзя топорно — как в бразильских фавелах. Впереди, в переулке зажглись фары, к Герману стремительно приблизился… летающий мотоцикл, наверное. Или скутер. Со скутера спрыгнул мелкий тойдорианец, и наставив на Германа какое-то оружие потребовал раздеваться.

Лежнев, откровенно говоря, сплоховал. Он так привык, что скафандр киннаров защищает практически от всего, что даже не подумал испугаться. Вместо этого он схватил за вооруженную руку мелкого грабителя и подтянул к себе, другой рукой заодно двинув по дурной башке. Легонько, чтобы не убить. Герман рассудил, что они тут, привыкшие к низкой гравитации, вряд ли обладают слишком крепкими костями, так что недолго и убить по случайности.

Тойдорианец послушно обвис. Его товарищ заверещал что-то на своем, тойдорианском, и тоже наставил на Лежнева оружие. Герман чуть приподнял бездыханного грабителя, — прикрыться чтобы, — подскочил к скутеристу и левой рукой схватил его за вооруженную руку. Отпустил первого, и освободившейся рукой привел скутериста в такое же состояние, как приятеля. Потом подумал, поднял пистолет, навел его на глухую стену здания через дорогу, и нажал на спуск — благо у тойдорианцев тоже нормальные пятипалые конечности, и оружие они предпочитают делать такое же, как люди. Яркая вспышка, от которой он даже ослеп на несколько секунд, а когда проморгался, получил возможность полюбоваться большим оплавленным отверстием в глухой стене напротив. Через дыру было видно какой-то склад или автоматический завод — по крайней мере, никакого влияния на снующие туда-сюда механизмы появление лишнего отверстия не оказало. Края дыры малиново светились и медленно оплывали.

— И чего, эти идиоты собирались вот из этой гаубицы стрелять рядом с собой? — запоздало ужаснулся Герман. Уверенность в том, что его чудо-скафандр помог бы такое пережить, здорово пошатнулась. Стоило кому-то из тойдорианцев выстрелить рядом с собой, и был бы труп. Точнее — три трупа, потому что Герман-то стрелял в дальнюю стену, метров за пятьдесят. А эти идиоты в упор почти хотели. — Типа камикадзе что ли?

Оставаться рядом с местом преступления не хотелось. Лежнев быстро сложил грабителей на скутер, прицепил его к тросу, вытянутому из скафандра, и побежал куда-подальше, только уповая на то, что видеонаблюдения в этом глухом месте не установлено. Скутер с пленниками болтался сзади в нескольких сантиметрах от пола, как шарик на веревочке. Мысль самому опробовать транспортное средство даже в голову не пришла, несмотря на то, что размеры у скутера были вполне приличные, не тойдорианские. Герман просто посчитал, что разбираться с незнакомым средством передвижения лучше в более спокойной обстановке. Правда, далеко убегать не стал — просто добрался кое-как до следующего тихого переулочка, и с некоторым трудом подвел драндулет к тротуару.

— Герман! — ожил неожиданно динамик скафандра. — Мне нужен совет! Ты не занят?

— До пятницы я совершенно свободен, — брякнул Лежнев.

Новости, которые сообщила напарница, ему понравились. Все-таки в содружестве они не для того, чтобы тихонько встроиться в местное общество. Оценить, как тут все устроено, уже удалось. Судя по всему, местные к пришельцам относятся вполне благожелательно. За случай с заказчиком наказания явно не последует — иначе Тиана не спрашивала бы сейчас насчет приема. Вот и славно, заодно хоть немного прикроют себе задницы от возможной мести атлантов. «Всяко загнобить каких-то неизвестных никому наемников будет проще, чем представителей нового вида, официально представленных в содружестве, — решил Лежнев. — Надо бы как-то подготовиться, что ли. Только сначала с этими долбоклюями разобраться надо. Только вот что с ними делать?» — Парень задумчиво попинал одного из пленных, рассчитывая, что тот, наконец, очнется.

— Вы чего, самоубийцы? Вы на кой черт с собой эти гаубицы взяли? — поинтересовался он у зашевелившегося грабителя.

Тойдорианец очнулся, приоткрыл глаз, вгляделся в лицо за забралом скафандра, и обреченно завыл. Да так громко, что второй тоже очнулся.

— Ты чего орешь, обмылок?! — завопил тот, который только очнулся. С того места, где он лежал, лица Лежнева видно не было.

— Это атлант! Нам крышка!

Второй тоже завыл.

— Как будто чихуахуа воет! — буркнул Герман. — Эй, успокойтесь, идиоты. Не буду я вас убивать. И я не атлант, я другого вида. Похож просто. Повторю вопрос: вы зачем меня грабить собрались с этой штукой? Этак и самому помереть можно, если рядом с собой выстрелить!

— Да не собирались мы стрелять! Это вообще шахтерский размягчитель, его только в космосе используют. Для размягчения породы и последующего отделения особо ценных включений! Где я, по-твоему, нормальное ружье возьму? Его только пустотникам продать могут, а мы планетники! Планетникам нельзя! Точнее, можно, но если с ним поймают — штраф большой будет. Да и не надо было до сих пор! Кто знал, что ты не испугаешься? — возмутился тойдорианец. — Мы вообще думали, ты из чужих, только скафандр какой-то не такой. Чужие всегда предпочитают сдать ценности, а потом уже мстить, если найдут. Только нас хрен найдешь, мы типа эти, невидимки. Исчезаем так, что хрен кто потом отыщет. Вот ты зачем бродишь по нижним уровням в одиночестве, атлант?! Только честных существ в заблуждение вводишь!

Герман нервно рассмеялся. Честные существа, надо же! Колени запоздало дрожали — едва-едва со смертью разошелся! И исключительно по собственной глупости. А еще непонятно, что делать с грабителями. Не убивать же, в самом деле! А разбираться с местными органами правопорядка, если таковые есть, лень.

— А вы, вообще, кто по жизни? — поинтересовался Лежнев. Само как-то выскочило.

— В смысле «по жизни»? — не понял тойдорианец. — Когда как, типа. По утрам и днем — грузчики в порту. А по вечерам — всяко бывает.

— Что-то вы больно мелкие для грузчиков, — удивился парень.

— Так мы ж не руками таскаем! — тойдорианцы от его замечания удивились еще сильнее. — В экзоскелетах. Ты, не-атлант, совсем дикий, похоже. Откуда только взялся? Вроде не было ж новых никого в содружестве?

— Не, про новеньких уж услышали бы как-нибудь, — пожал плечами второй. — Странно это… — он подозрительно покосился на Лежнева. — Еще и скафандр незнакомой конструкции! Возмутительное поведение! Имей ввиду, мы будем жаловаться!

— Блин, и чего с вами делать-то? — Герман возмущение мелких бандитов пропустил мимо ушей. Отпускать просто так тоже не хотелось. Если бы им удалось его раздеть, он бы тут и помер. Это чужим такая атмосфера хоть и не сильно приятна, но вполне терпима. Многие и так без скафандров ходят.

— А ты чего, службу порядка не вызвал еще? — загорелись надеждой глазенки тойдорианцев.

— Я понятия не имею, что за служба порядка такая. Говорю же, я на вашей планете впервые. Ну, колитесь, как ее вызывать!

— Эй, эй, хорош! Не надо службу порядка! Давай лучше мы это, откупимся как-нибудь? И жаловаться не будем, что ты честных людей обманываешь, честно!

— Да кому вы жаловаться собрались, придурки? — фыркнул Герман. А потом ему в голову закралась ужасная мысль: — Или у вас тут грабеж официально узаконен?

— Ничего у нас не узаконено, — насупился тот тойдорианец, который угрожал.

— Точно? Ни лицензий никаких, ничего?

— Лицензия на грабеж? Ты откуда прилетел-то?

«Фух, ну слава богам… А то я бы подумал, что в Анк-Морпорк попал»

— Знаю я один город, в котором такое возможно, — буркнул Герман, чтобы уж совсем идиотом не выглядеть. «Нет, ну все-таки надо как-то поосторожнее, что ли. Особенно на приеме с местной верхушкой, если меня тоже позовут. А то подам какую-нибудь идею…»

— Ладно, проехали. Не знаю я, что с вами делать. Отпущу, пожалуй. Попадетесь еще раз — прибью, имейте ввиду, — вздохнул Герман. — И транспортное средство свое забирайте, а вот пушки ваши не отдам. Таким дебилам они только во вред!

Парню уже надоело стоять с двумя поверженными карликами под ногами, как какому-нибудь Голиафу с двумя уродливыми Давидами. Так что он, подобрав на всякий случай и второй шахтерский пистолет, пошел к выходу из переулка.

— Точно не атлант, — раздалось из-за спины. — Даже не убил.

— Ага, и службу порядка вызывать не стал! — второй тоже был явно удивлен такой снисходительностью.

Дальше Герман не слушал — вывернул на главную улицу и собрался все же продолжить путь, но тут из-за спины послышалось знакомое жужжание. Оглянувшись, он увидел горе-грабителей, которые неторопливо плюхали за ним на своем скутере.

— Слушай, не-атлант, — начал водитель, притормозив возле пешехода. — Тебе может, помощь какая нужна? Мы много чего можем! Мы в этом городе вообще того, всех значимых разумных знаем, достать можем много чего…

Лежнев изрядно удивился. Да что там, офонарел до последней степени.

— С чего вы вдруг прониклись желанием мне услужить? — подозрительно уточнил он, не останавливаясь. — Вам-то это на кой черт сдалось?

— Ну, мы подумали, ты тут на Базаре явно новичок. И вообще в содружестве, — осторожно начал водитель. Второй грабитель у него из-за спины активно закивал. — Значит, помощь тебе потребуется. А ты нам потом за нее отплатишь как-нибудь. Ты — сразу видно, адекватный разумный. Без дурацких загонов, типа за обиду надо всех убить, как у атлантов. Мы явно можем быть друг другу полезны. Взаимовыгодное сотрудничество, вот!

— А ничего, что вы меня только что грабануть пытались? — Лежнев все никак не мог избавиться от ощущения нереальности происходящего.

— Да все нормально! — в один голос замотали хоботками тойдорианцы. — Обычная ситуация! Хотели малость ограбить, не получилось. Бывает. Ошиблись. Обычное дело.

— Ага. И я должен спокойно с вами взаимодействовать зная, что вы меня убить хотели?

— Не, ну ты чего, ты такие вещи-то не говори! — возмутился тот, что сидел на пассажирском сиденье. — Мы разумных не убиваем! Говорю же, мы думали ты — чужой. А они нашей атмосферой вполне нормально дышат. Забрали бы скафандр, продали кому-нибудь… и ему ничего бы не было. Они, чужие, все которые на территориях содружества, застрахованы. Все бы неприятности ему компенсировались страховой компанией. И всем хорошо, всем выгодно! Мы вообще-то так и обходились раньше. У нас один знакомый этого вида был, мы с ним три раза эту схему проворачивали. Отлично работала! Только потом ему так стоимость страховки взвинтили, что он решил соскочить, дурак. Все равно же в плюсе оставался! Ну мы и подумали, что можно же заранее не договариваться, даже выгоднее получится… и вот на тебя нарвались.

— Вас зовут-то как? — вздохнул Лежнев. Было очевидно, что так просто от этих незадачливых аферистов не отвяжешься. Тойдорианцы назвались, но Лежнев даже не попытался запомнить. Слишком долго и сложно, много шипящих и, возможно, трубных — парень не знал, как назвать звуки, которые издаются хоботком.

— Я это не выговорю, — честно сказал Герман. — Будете Чип и Дейл.

— Это кто ж такие? — подозрительно спросил Чип.

— Это у меня на родине такие герои, которые всегда спешат на помощь. Прям как вы.

— Да, мы такие, — гордо подбоченился Чип. Дейл тоже как-то приосанился. Сарказм они явно не восприняли. — Тогда можно. Тебя-то как называть, неатлант?

— Герман выговорить не сможете? — уточнил Лежнев.

— Герра…

— Сойдет. Герра, так Герра. Так вот, дорогие Чип и Дейл. Я пока в самом деле не знаю, чем вы сможете мне помочь. Разве что информацией.

— Что хочешь знать? — Тут же заинтересовался Дейл.

«Ох, вот это вы мне вряд ли расскажете, — вздохнул Лежнев. — Даже в информатории ничего не нашел, что, кстати, странно!»

— Как вы поняли, я в содружестве впервые. Не только я, еще напарница моя. И нам вскоре предстоит официальная встреча с властями. А я, откровенно говоря, понятия не имею, как тут эта процедура знакомства проходит. Так что буду благодарен за любую информацию. Но только морально. — Последнее уточнил специально. Ему было бы не жалко заплатить немного тойдорианцам, но ведь помани деньгами — и они придумают, даже если понятия не имеют, о чем говорят. Лишь бы заработать.

— Ну ты задал задачку, — вздохнул Чип. — Последний раз такое с атлантами было. И тогда, говорят, какой-то скандал был. Чем-то они там оскорбились… ну их вообще много чего оскорбляет, очень они обидчивые. Но вообще ничего необычного. Все наряжаются красиво, произносят торжественные речи, едят всякую еду, разговаривают… ну там, пытаются прощупать друг друга — как оно вообще, можно сотрудничать? Хотя ерунда все это. Никто еще не отказался. Хотя нет, слышал я об одном виде, которые отказались.

— И чего? — заинтересовался Герман. Они так и шлепали вместе с тойдорианцами по тротуару — он пешком, они на своем драндулете.

— Да ничего, — пожал плечами Дейл. — Улетели и в ту систему больше не заходили. Там те разумные всего в одной системе жили, наши втихаря их изучили, поняли, что ничего полезного с них поиметь нельзя, и оставили в покое. Пусть в своем соку варятся, раз такие дураки.

— Угу… ладно, к моему вопросу вернемся, — задумчиво протянул Лежнев. — То есть это все выглядит как обычный прием, я правильно понимаю?

— Не знаю, что для тебя «обычный прием», — пожал плечами Чип. — Встреча с представителями новой цивилизации — это событие торжественное до невозможности. Настоящий праздник. Это ж новые знания, новый скачок в развитии, новые возможности торговать и обогащаться.

— Значит, наряжаться надо, — тяжко вздохнул парень.

— Обязательно, — категорично мотнул хоботком Дейл. — А у тебя что, нет торжественного наряда?

— Нет конечно, откуда? Мы так-то просто разведчики. Как-то не планировали встречу аж с целым содружеством!

— Так мы тебе поможем! — обрадовались грабители. — Вообще не проблема! Только это в приличный квартал надо. В наших рабочих комбинезонах не пойдешь. Пустят, конечно, но коситься будут. Ты это, где остановился? Мы щас к себе на свалку съездим, переоденемся, и сразу к тебе. Нарядим так, что все местные поразятся!

Герман машинально назвал адрес отеля, и забавная парочка, резко ускорившись, исчезла на нижних уровнях.

— Стоп! — Лежнев даже остановился. — На свалку они поедут наряжаться?!

Уточнить было уже не у кого. Да и прогулку пора было завершать — появилась Тиана, и сообщила, что дела в Товариществе закончила, и ей не терпится поделиться новостями. Герман с сожалением вздохнул — впереди, метрах в пятистах, сверкало что-то особенно яркое, и ему было любопытно посмотреть, что это. С другой стороны узнать результаты переговоров было еще интереснее, так что он вызвал такси, которое и вернуло парня к зданию Товарищества. Однако Тиану он там не нашел.

— Ой, прости, нужно было сразу сказать, — повинилась девушка. Голос у нее был какой-то странный. — Сейчас подъеду!

Гадать о том, куда она успела уехать не пришлось — девушка выскочила из флаера буквально через пару минут.

— Ну как тебе?

Герман хотел переспросить, что «как», но бросил взгляд на Тиану, и испуганно отскочил. Сквозь забрало на него смотрело совершенно чужое лицо.

Тиана ди Сонрэ, красотка

Улица за то время, что она провела в Товариществе ничуть не изменилась, но Тиане она теперь казалась гораздо привлекательнее. «Все-таки хорошо, что мы решили сразу с этой неприятной ситуацией разобраться», — сказала себе разведчица. — «Сейчас бы сидели с Германом на базе и ждали, что случится первым — явятся ли нам мстить атланты, захочет ли местная полиция нас арестовать, или все-таки Кусто очнется первым!» Вздохнув полной грудью, девушка прочитала адрес, который ей дала Шипящая. Совсем недалеко — можно даже не вызывать такси. Даже уровень тот же — пятнадцатый. «Схожу, — решила девушка. — Герман там чем-то занят, но судя по показаниям скафандра, ничего плохого с ним не происходит. Тоже гуляет, наверное. Вот и будет ему сюрприз!»

Мрачное административное здание осталось далеко за спиной, а разведчица так и не вызвала такси. Шла по тротуару, любовалась хлорно-зеленым небом и оранжевым солнцем, разглядывала чужую архитектуру, яркие неоновые вывески всех форм и размеров. Город казался красивым и величественным — все эти громады из стекла и металла ничуть не подавляли, хотя и вызывали стойкие ассоциации с технофанатиками, от которых никогда нельзя ждать чего-то хорошего. Даже пожалела на секунду, что не позвала Германа — вдвоем гулять было бы намного интереснее. Правда, прогулка очень быстро закончилась — «Мультивидовой салон красоты» сиял вывеской и притягивал взгляд, так что Тиана решила больше не расстраиваться. С Германом они погуляют после. Тем более под вывеской более мелкими буквами было написано: «Хочешь изменений к лучшему — начни с себя!».

Конфликт с целой расой, убийство разумного существа, трансформация ликса, которая началась в самый неприятный момент… Тиана определенно хотела изменений к лучшему. «Вот и незачем ждать!» — подумала девушка и смело шагнула в здание.

Ее визиту в салоне очень обрадовались. Комната с кислородной атмосферой не пустовала — мастер как раз священнодействовал над еще одной василиской, так что пришлось подождать, но ее заверили, что совсем скоро подойдет ее очередь, выдали какой-то журнал, напечатанный на пластике — там были красочные фотографии дам, которые уже подверглись процедуре. Тиану необходимость подождать совсем не расстроила. Ей было интересно наблюдать через прозрачные двери, как работают мастера, интересно рассматривать журнал. Правда, ни в журнале, ни в комнатах, никого похожего на киннаров не было, но все равно было ужасно увлекательно. Когда довольная василиска вышла, разведчица чуть тоже не сбежала. Внезапно поняла, что сейчас окажется во власти вон той когтистой и клыкастой дамы с оранжево-красным капюшоном, и почувствовала себя, как перед последним экзаменом в интернате. Ее тогда чуть не отчислили в солдаты.

Однако бежать, как и тогда, было поздно, и Тиана решительно прошла в шлюз, дождалась, когда сменится атмосфера, и вышла в комнату.

— Такие как ты ко мне еще не приходили, — в голосе ящерицы сквозило удовлетворение, готовность к новым вызовам и любопытство. — Да и вообще мало видела женщин атлантов. Что хочешь?

— Я не атлант, — скрупулезно поправила девушка. — Хотя они мне и родственники. У меня скоро прием, потому что я представитель цивилизации, которая еще не встречалась с содружеством. И мне нужно к нему подготовиться.

— О! — обрадовалась мастер. — Интересные новости! Да ты не бойся, — ящерица заметила, что клиентке не по себе, — Усаживайся в кресло, будем экспериментировать. Не беспокойся, у меня хороший вкус. Будешь красивая!

Следующий час пролетел как одно мгновение. Было очень интересно, очень страшно, и очень волнующе. Тиана разглядывала себя в зеркале и не узнавала. Волосы стали гораздо короче. С боков — вообще выбриты, так что посередине головы ото лба к затылку шел гребень ярко-красных у корней волос. Цвет был не одинаковый — ближе к кончикам он становился желтым. Тиане очень понравился этот переход. Однако волосами изменения не закончились. Изменился цвет глаз. Раньше они были фиолетовыми, а теперь, после того как василиска что-то закапала, зрачки стали неоново-голубыми. Мастер обещала, что в сумраке они будут еще и светиться. Кожа лица тоже изменила оттенок — скулы ярко выделились, щеки получили теплый, рыжий румянец. Узнать прежнюю Тиану было решительно невозможно. Но девушке нравилось новое лицо. Возможно, оно стало более хищным, но василиски так покорили Тиану своей яркой расцветкой, излучающей уверенность и радость жизни, что ей захотелось быть на них похожими.

— Ну как? Королева красоты! Теперь любой самец упадет к твоим ногам и будет умолять, чтобы ты с ним спарилась! — мастер была своей работой довольна. — Не против, если я добавлю твое изображение в каталог?

Тиана вежливо поблагодарила мастера, расплатилась и вышла из салона, едва не забыв надеть скафандр. Последняя фраза напрочь выбила ее из колеи. «В каком смысле „спарилась“? — с ужасом думала девушка. — Это вот как древние киннары делали, до появления симбионтов и инкубаторов?!» Дальше мысли не шли, так и крутились на одной фразе. «Нет, так не пойдет, — сказала себе новоявленная королева красоты, — Если не прекратить, я так с тротуара рухну! Все, больше даже думать об этом не буду. Интересно, а Герману понравится, как меня разукрасили?» Последнюю мысль тоже пришлось усилием воли отбросить.

Герман уже ждал ее все там же, возле небоскреба, в котором располагалось Товарищество.

— Ну как тебе? — с замиранием сердца спросила девушка.

Герман почему-то отскочил на пару шагов, потом всмотрелся в ее лицо через забрало скафандра, и как-то неуверенно уточнил:

— Тиана?

— Ага, — кивнула девушка. — Ты что, правда меня не узнал? Это я в салон красоты ходила, представляешь?! Мне сказали, что на прием лучше идти заранее, и украсить себя.

— Ты стала похожа на ящерицу! — оторопело сказал напарник.

— Вот-вот! Меня украшала мастер-василиск. Они такие красивые вживую! Мне хотелось быть на них похожей. Правда красиво получилось?

Герман еще раз посмотрел на ее лицо.

— Да, очень… ярко. Красиво. Только я тебя не сразу узнал.

— Я сама себя в зеркале не сразу узнала! — похвасталась Тиана. — Но нам еще нужно купить красивые костюмы!

— Ага, я тоже такое мнение слышал, — кивнул Лежнев. — И даже вроде бы нашел проводников, если они еще не сбежали. Поехали в отель, они должны там с нами встретимся.

Донельзя заинтригованная, Тиана последовала за напарником. Оказывается, пока ее ждал, он успел снять номер в отеле, который Тиане показался очень уютным и домашним. Он выглядел совершенно так же, как ее комната в интернате, разве что кровать только одна. В остальном — один в один, и даже водой пользоваться нельзя. Правда, в интернате, когда ее все-таки включали, она была без неприятных примесей. Наивная курсантка, помнится, как-то задумалась — а почему так? Зачем включать воду по расписанию? Случилось это далеко не на первом году обучения, поэтому она долго не решалась задать вопрос преподавателям — знала уже, что за дурацкие вопросы могут наказать. Но любопытство все-таки пересилило, и преподаватель объяснил, что это сделано специально. Чтобы курсанты привыкали к тяготам и лишениям и одновременно учились быть дисциплинированными. Когда она рассказала о том случае Герману он ругался, и почему-то называл ее преподавателей «макаренками хреновыми». А потом извинялся перед Макаренко, кто бы это ни был.

Обещанные напарником проводники явились всего через несколько минут после того, как они с Германом вошли в номер. Встречать их пришлось уже возле отеля, потому что проводников не пустили даже в вестибюль. Приехали они на каком-то летающем грузовичке самого потрепанного вида, и сейчас упорно вытаскивали что-то из объемистого багажника.

— Это чего? — ошеломленно спросил напарник, рассматривая какой-то непонятный, явно технический предмет, который два тойдорианца с трудом пытались отцепить от своего средства передвижения.

— Ускоритель! Кварковый! — радостно доложил один из тойдорианцев. — Бери, атлант, не пожалеешь! Мы знаем, что новичкам всегда интересна техника содружества. Это производства минотавров, у них ускорители лучше всех. В свое время все военные в содружестве от восторга писались, когда минотавры раскрыли секрет производства этой штуки. Плазменные снаряды стабилизирует и разгоняет, благодаря чему пушки можно использовать не только на малых дистанциях, и не только в космосе! Отдадим по себестоимости!

— Блин, да нам, вроде и не надо… — как-то растерянно ответил напарник. Тиана заметила, что он колеблется. Видно было, что этот непонятный ускоритель ему почему-то очень понравился. И проводники расстроились, поникли.

— Давай выкупим, — предложила девушка. — Вдруг для чего-нибудь пригодится?

— Да зачем он нам-то может понадобиться?

Признаваться, что ей просто жалко стало расстроенных продавцов, да и самого Германа, Тиана не стала — чтобы не обидеть. Впрочем, Герману объяснения не потребовалось. Тем более, что денег у них после выполнения заказов оказалось достаточно, девать их, по большому счету, все равно некуда, да и тойдорианцы цену запросили небольшую. Это Герман пояснил — он успел быстро просмотреть предложения на рынке.

— Он хоть не краденый? — подозрительно уточнил он.

— Нет, что ты! — возмутился тот, который представился Дейлом. — Совершенно легальный, с нашей свалки. Мы его выкупили по цене металлолома.

Герман замысловато выругался. Он как раз перевел деньги за эту непонятную загогулину.

— В смысле «со свалки»?! То есть вы мне сломанную хрень продали?

— Да ты чего, атлант! — возмутился Чип. — Мы честные существа! Работает он, как хочешь проверяй! Или, хочешь, приходи к нам на свалку, мы тебе продемонстрируем. У нас и пушка есть работающая. Мы тебе и ее продадим, если понравится. Просто сюда тащить не стали, потому что она большая.

Герман вызвал грузовое такси, чтобы перевезти купленную вещь к ним на базу, потом начал выяснять, что это за свалка такая, и оказалось, что тойдорианцы вообще-то на ней живут и работают — сортируют всевозможный мусор. То, что удается починить — выкупают, а потом продают.

— Так что ты не думай, атлант, мы существа приличные. И твое недоверие нас обижает.

— Ага, и ограбить меня тоже честно пытались, — пробурчал Герман. — И хватит называть меня атлантом! Ты бы хоть по цвету нас сравнил! Те — темно-красные, а я вон светло-розовый.

— Да я вообще таких цветов не отличаю, — махнул рукой Дейл. — Это у вас глаза под всякие цвета заточены, а у меня их два — черный и белый. Только оттенки разные. Вот пока ты не сказал, я и не знал, что вы как-то по цвету отличаетесь!

«Вот тут почему город такой однотонно-фиолетовый! — сообразила Тиана, — Хотя вывески разноцветные. Зелененькие есть, и красненькие… Хотя это чтобы других жителей содружества привлечь, наверное».

— Все равно не называй меня атлантом, — буркнул парень. — Не то оскорблюсь.

— Так как тебя называть-то?

— Землянином зови, — велел Герман. — Или русским.

— Земеря… не, лучше рюске. Это я хоть выговорить могу!

Тиана уже пожалела, что подвигла Германа на покупку ускорителя. Пока напарник спорил с проводниками, она успела указать прибывшим грузчикам, что нужно забирать и куда везти, потом, еще чуть погодя, стала деликатно подталкивать спорщиков к их грузовичку. Увлеченные дискуссией они так и уселись в машину. Герман продолжал что-то обсуждать с жителями свалки. Что-то совсем не связанное с главным. Где-то там ждут магазины! С нарядами! Она никогда в жизни не бывала в магазинах, в которых продаются наряды. Ее социальный статус просто не подразумевает возможности потратить заработанные кредиты в таких местах — для этого нужно быть не ди Сонрэ, а хотя бы га Сонрэ. Это еще целых девять уровней вверх! Даже капитаны больших пассажирских ликсов имеют приставку «ка» к родовому имени, то есть им тоже доступна только стандартная форма. И вот, у нее появилась не только возможность, а прямо-таки необходимость нарядиться, а приходится слушать, как Герман обсуждает какие-то свалки и металлолом. Девушка сама не заметила, как начала подпрыгивать от нетерпения и совсем потеряла нить разговора. Очнулась только когда Герман начал повышать голос:

— Да не надо мне больше железяк! Ни пушки, ни двигатели, ни другие предметы, ясно? Ин-фор-мация! Пока нас интересует только она.

— Да ты скажи, какая информация тебе нужна, Герра! А то ты ведь не говоришь! — возмутился Дейл.

— Карты. Любые, мать его, карты космического пространства. Желательно с указанием всяческих аномалий. Те, что можно достать через информаторий я уже скопировал — кстати, пришлось заплатить гораздо больше, чем за эту вашу хреновину железную. Но нужно больше. Вы, блин, понимаете, что мы заблудились?!

— Герман, мы разве не должны об этом молчать? — посчитала необходимым вмешаться девушка.

— Черт! Вот сволочи, заболтали!

— Да мы не скажем никому! Это ж вообще супер! Герра, ты не говори только об этом на приеме! А мы потом будем у тебя в представительстве работать! Каааааайф! Вот свезло-то нам! Счастливый билет вытянули! — Чип от избытка чувств принялся обниматься с Дейлом.

— Мы вас так уважаем, рюске, это вообще! — Дейл вывернулся из объятий приятеля. — Так уважаем, это страсть просто! Явиться в содружество, заявить, что новая цивилизация, а цивилизации-то и нет! Это просто… Мы точно с вами, даже не сомневайтесь. Мы прям за вас теперь!

— Скажите, уважаемые Чип и Дейл, а почему вы так хотите быть за нас? Мы же чужаки! — Тиане стали удивительны такие проявления чувств.

— Да просто все, — отмахнулся Чип, — У нас общество клановое. Если ты одиночка — ты никому нафиг не сдался. Вот как мы. Пока наша корпорация была жива — мы с Дейлом, хоть и не в доминантах ходили, но в целом, нормально все было. Обучились здесь, на Базаре, на инженеров. Между прочим, межвидовой институт, не просто так! Одно из самых престижных заведений в содружестве! А тут бац — извержение вулкана. Там у нас, на родной планете. И все. Верхушку корпорации, всех доминантов так первым залпом и накрыло, вместе с корпоративной казной. А без корпорации мы кому нужны? Только грузчиками и удалось устроиться. Ну и вот на свалку — и то, на свалке мы вообще зарплаты не получаем. Только что самим зарабатывать изредка удается, да жить есть где. Безрадостное, бесперспективное существование! Как же нам повезло, что мы решили грабануть Герру!

Тиане стало еще более жалко несчастную парочку. С одной стороны. А с другой — она не впервые услышала упоминание, что Германа пытались ограбить. И только сейчас эта информация дошла до сознания. Историю рассказал напарник — явно коротко и с купюрами, а она в который раз удивилась его сдержанности. И этого человека она называла дикарем и варваром! Поставив себя на его место, разведчица так и не смогла сказать, как бы себя повела. Но точно не стала бы с ними дружески общаться — а Герман уже, кажется, и не воспринимает всерьез, что его могли убить. Пусть даже ненамеренно.

Грузовичок наконец остановился на большой парковке — наполовину заполненной. Среди изящных и блестящих флаеров он смотрелся довольно чужеродно.

— Все, дальше лучше пешком, — сообщил Дейл. — Здесь можно и на флаере, но это если флаер классом повыше. К нам и придраться могут.

— А за одежду нас не остановят? — задумчиво спросил напарник. — Вон тут все какие нафуфыренные!

Скафандры действительно встречались в пешеходной зоне довольно редко. В основном тут бродили представители тех рас, которые спокойно себя чувствуют в атмосфере Базара — те же тойдорианцы, минотавры, и субтильные птицеобразные гасторнисы. Последние, правда, предпочитали передвигаться в крохотных летучих колясках. Как пояснили тойдорианцы — внутри колясок поддерживалась комфортная для этих птиц гравитация — на Базаре к земле тянуло с ускорением в половину от привычного Тиане и Герману, а для гасторнисов это было слишком тяжело.

— Не остановят, — беспечно ответил Чип. — У вас видно, что скафандры жутко дорогие и высокотехнологичные. Да еще незнакомой конструкции — явно новье какое-то, последний писк моды. У нас с Дейлом, конечно, попроще, но тоже вполне прилично. Мы ж специально переодеваться ездили. И скафандры самые приличные надели, и под ними тоже парадно-выходная одежда. Так что нормально все будет, как сопровождающие мы вполне органично здесь смотримся.

— А вы, кстати, зачем скафандры-то нацепили? — спросил Герман.

— Ну как же? Вы наверняка будете себе костюмы покупать в салонах с кислородной атмосферой. А мы там как будем находиться?

— И куда пойдем? — спросила Тиана. Она уже сверилась с тем адресом, который дала ей Шипящая, и совсем не удивилась, что Чип и Дейл привели их в то же место. Только квартал Всеобщей дружбы и торговли — он оказался довольно большим. И куда конкретно здесь идти еще нужно было разобраться.

Тиана ди Сонрэ, пилот-истребитель

Идти пришлось на самый верх. Проводники с нескрываемым сожалением сообщили, что с пятого по пятнадцатый уровни находится все самое интересное. Еще ниже развлечение для тех, у кого вкусы совсем специфические.

— Принцип простой, — пояснял Дейл. — Чем ниже, тем дешевле, чем выше, тем дороже. Самое веселье, понятное дело, на нижних уровнях. Тот, который прямо на земле, лучше стороной обходить, это да. Там, понимаете, всякая запрещенка, от которой разумные существа превращаются в гниль. Мы туда не пойдем, я вас уверяю, вам там будет неинтересно. Видно же, что вы нормальные существа, без болезней мозга. Да и проблем поиметь легче легкого. С другой стороны, и там тоже есть свои интересные особенности. Например, бои без правил между представителями разных рас. Есть — в скафандрах, или даже в специально разработанных доспехах, а есть и совсем без правил. Это когда обоих бойцов выпускают в одну атмосферу без защиты, и они должны победить до того, как умрут от удушья. Очень впечатляющее зрелище, мы с Чипом однажды туда попали… случайно. В качестве бойцов.

— Ну-ка ну-ка? — Заинтересовался Герман. Он только что показал Тиане на шикарный парящий в воздухе фонтан из воды пополам с каким-то подкрашенным дымом. Девушка смотрела, раскрыв рот. Выглядело фантасмагорически — глаз не оторвать.

— Да нечего рассказывать, — махнул из стороны в сторону хоботом Чип. Тиана уже запомнила — это у них такой сигнал негативной эмоции. Получается, поморщился таким образом. — Задолжали там одним, и вот они так с нас долг стребовали. Потому что денег-то у нас не было. Короче, Дейл с тех пор ходит с искусственной гортанью, а у меня глаз не настоящий. Хотя противника мы таки добили… Короче, не люблю я это вспоминать.

— Как по мне, наверху делать вообще нечего. — Снова подхватил эстафету Дейл. — Там все дорого, пафосно, всякие, знаете, богатенькие и знаменитенькие, пьют всякую дорогую бодягу, общаются так, будто собираются победить в конкурсе хороших манер. Короче, скука смертная, и за это еще отдашь столько, сколько нормальное существо даже грабежом не заработает. Ну и одежда там соответственная — пафосная, очень дорогая, очень красивая. Как по мне — бессмысленный китч и трата денег, но нам все-таки туда идти и придется. Потому что на прием по случаю представления новой цивилизации являться в чем-то более простом будет неправильно. Всякие доминанты тогда вас просто воспринимать серьезно не станут.

— А там разве есть магазины для атлантов? — спросила разведчица. — Нам же не подойдут наряды других видов.

— Нет, — качнул головой Чип. Заметно было, что быть экскурсоводом ему очень нравится. Да обоим нравится. Коротышки даже приосанились и задрали хоботки, что выглядело донельзя забавно. — Магазинов для атлантов там нет, потому что атланты сидят в своей резервации, ходят в своей одежде, едят свою еду, дышат своей атмосферой… ну и так далее. В общем, в городе они если и появляются, то либо по официальным поводам, либо по каким-то совсем уже непонятным делам. Говорят, у них обширные связи с городским дном, но что конкретно они там делают, мы не знаем. У нас как раз связи не такие обширные, мы только слухи собирать можем. Так вот, к нашей теме, — поспешил вернуться тойдорианец к интересовавшей разведчицу проблеме, — Нам готовое платье и не нужно. Мы пойдем к портному. Причем портной будет непременно нашего вида, потому что всем известно: тойдорианцы — лучшие портные. Вот ему вы выскажете свои предпочтения в одежде, а уж он быстро сконструирует подходящие костюмы.

Тиана опять запаниковала:

— У меня нет никаких предпочтений! Я не знаю, как положено одеваться на торжественные приемы! Я даже не смогу ничего предложить портному! — Нельзя сказать, что это была катастрофа. Просто стало очень обидно, что нарядиться не получится. Девушка была уверена, что как бы она ни оделась, встреча состоится, и договориться о чем-нибудь с содружеством удастся в любом случае. Просто очень хотелось красиво одеться, а тут такое разочарование.

— Не переживай, — поддержал ее Герман, — Я, как раз, довольно неплохо представляю, как должны проходить всякие балы и приемы. Так что примерно описать, что нужно, смогу. Можешь не сомневаться.

Тиана немного успокоилась. Видела, в ноутбуке у напарника, что его сопланетники действительно одеваются очень красиво и разнообразно. Да что там далеко ходить, даже сам Герман не чужд моды. Уж насколько удобен киннарский стандартный комбинезон, а он все равно предпочитает дополнительно надевать юбку. Интересно, он и в этот раз себе что-то такое организует? От сердца отлегло, и Тиана, больше не сомневаясь, снова прислушалась к рассказу проводников:

— Вот, слушай своего самца, он плохого не посоветует, — наставительно велел Дейл. — В общем, дорога нам одна — на третий уровень. Там как раз все самое дорогое. Слышал я про один магазин с тканями — там даже король кентавров, говорят, закупался. В самый раз будет. К слову, я все забываю спросить: на какую сумму рассчитывать? А то я тут размышляю обо всем самом-самом, а может, зря?

Герман назвал сумму, на которую они могут рассчитывать. Примерно половину от того, что они получили за оба заказа. Тиана почему-то думала, что тойдорианцы ахнут от услышанного, но те и не думали удивляться. — Должно хватить, — после короткого раздумья сказал Чип. — Пожалуй, даже экономить не придется. Только вы это, постарайтесь насчет цен сами не разговаривать. У нас принято торговаться, и принято брать больше с инопланетников. Так что мы там сами разберемся.

Тиане было безумно интересно рассматривать город. Красочный, яркий, светящийся. Конечно, всю эту красоту даже сравнивать смешно с тем, что она видит в слиянии с ликсом, но то ведь совсем другое дело! Этот пейзаж она видит сама, своими глазами. Очень необычно и увлекательно. Она думала интереснее быть уже не может, но когда вошла в ателье, на время даже потеряла ориентацию, настолько много там было всего, разных цветов, разных размеров, разного вида. Было множество готовых платьев для разных видов существ. Очень ярких, очень красивых, невероятно разнообразных. Они были надеты на манекены, так что можно было очень живо представить, как какой-нибудь рогатый и клыкастый минотавр важно вышагивает в темно-красной тоге, подпоясанной бирюзовым поясом, а голова его покрыта изящной шляпой оранжевого цвета со специальными фиолетовыми наконечниками на рогах.

— Говорите, все в черно-белом видите? — почему-то очень мрачно спросил у тойдорианцев Герман.

— Ну, не совсем. Скорее черно-бело-зеленом, — пояснил Чип. — Но оттенки цветов мы прекрасно различаем, ты не думай! Это очень известный модельер, его работы известны по всему содружеству! Все самые прогрессивные звезды одеваются у него!

— Я так и подумал, — напарник хмурился, как будто ему говорили что-то плохое. — Что самые прогрессивные. У нас тоже такие есть, и одеваться предпочитают у подобных мастеров.

Навстречу гостям сначала вышла скромно одетая тойдорианка, в одежде которой было использовано всего четыре цвета, но когда выяснилось, что посетители — настоящие пришельцы, представители новой цивилизации, тут же исчезла и явилась уже вместе с владельцем мастерской. Судя по тому, как стушевались их проводники, личность это была в самом деле уважаемая.

— Светлого неба вам над головой, уважаемые посетители! — с достоинством мотнул хоботком пожилой, это было заметно даже чужакам, мастер. — Моя помощница сказала, что вы впервые в содружестве, и вам просто необходимо произвести впечатление на делегацию встречающих. Без ложной скромности скажу: вы обратились в самое подходящее место! Благодаря моим нарядам вас непременно запомнят!

— Да, такое трудно будет забыть, — согласился Герман. Тиана не выдержала — отключила внешние динамики и спросила:

— Герман, что-то не так? Тебе что-то не понравилось здесь?

— Да нет, все хорошо, — улыбнулся ей через забрало Лежнев. — Справимся, думаю.

Дальше пришлось динамики включить, потому что их уже настойчиво приглашали в помещение с кислородной атмосферой. Тиана задумалась, как же будет проходить прием, если там предполагается присутствие нескольких видов, приспособленных для разных условий жизни, но тут же эти мысли пришлось отложить на потом, потому что шустрый старик просто засыпал их с Германом тысячей вопросов. Для начала нужно было выбрать фасон одежды. Девушка всерьез растерялась. Портной настойчиво задавал какие-то вопросы, но она не понимала даже половины, потому что он сыпал специфическими терминами, перевода для которых она не знала. И подозревала, что аналогов в языке киннаров и вовсе нет. Сообразив, что требует от клиентов слишком многого, модельер предложил для начала выбрать из похожего. И предложил полистать каталог с моделями. Здесь Тиана, по выражению Германа, залипла. Глаза разбегались — ей нравилось все. Причем, почему-то больше всего привлекали наряды пернатых гасторнисов. Пышные, развевающиеся, по выражению Германа напоминающие гибрид кремового торта и кружевной занавески. Девушка совершенно не представляла, как такое будет выглядеть на ней, но общий вид ее очень привлекал. Портной никаких сложностей в различии физиологии не видел. С помощью специальной интеллектуальной программы он тут же сконструировал и сам наряд, и картину, как в этом будет выглядеть Тиана.

— Ну как тебе? — слегка неуверенно спросила девушка напарника. Это определенно было красиво, но что-то было не так. Только Тиана никак не могла понять, что. Вроде бы по отдельности все детали образа были очень красивы, но в общую картину не складывались. Герман ответить не успел — портной тут же предложил еще десяток вариантов на выбор — один другого краше и ярче.

— Нет, уважаемый мастер, — прервал излияния тойдорианца Герман. — Так дело не пойдет. Давайте я попробую описать, как я вижу наряд моей подруги, а уж вы попытаетесь воспроизвести исходя из моего описания.

И описал. И даже нарисовал тут же, на экране переданного мастером устройства. Тиана и не знала, что напарник так хорошо рисует. Это не был настоящий портрет, скорее эскиз, но даже так было видно, что его наряд много лучше, чем то, что смогла придумать она сама. Это было длинное, до самого пола платье с высоким горлом, радикально красного цвета. Сверху оно должно было довольно плотно облегать торс, а заканчивалось длинной, до пола, юбкой.

— Спина будет при этом открыта. Вот примерно досюда, — Герман так же быстро набросал рисунок еще и с противоположной стороны. Ткань должна быть легкой и скользкой, струящейся. Есть у вас такие?

Мастер долго разглядывал рисунок, но Тиана уже не сомневалась. Даже если портному не понравится, она будет настаивать на этом варианте. Потому что ей как раз очень понравилось. И здорово сочеталось с ее новой прической и образом. Впрочем, мастер тоже возражать не стал. Всего за несколько минут пробный вариант был готов — Тиана даже смогла его примерить. В большом зеркале отражалась стремительная, хищная и очень опасная женщина — девушка себя такой никогда не представляла, но ей нравилось. Даже снимать наряд не захотелось, однако выяснилось, что это лишь пробный вариант, в котором мастер нашел множество изъянов. Их еще требовалось исправлять, но теперь пришел черед Германа описывать свои фантазии. Он почему-то снова уставился на Тиану.

— Красный ирокез, да? — задумчиво пробормотал парень. — А что, может подойти.

Девушка почему-то ждала, что в наряде напарника тоже будет юбка, но ошиблась. Герман попросил сделать ему штаны из грубой ткани, которую описал очень подробно, вплоть до количества карманов. Но не только.

— Еще мне нужна куртка из грубой кожи, — парень покосился на Тиану и уточнил, — искусственной, конечно же. — Он еще пару минут объяснял детали, и даже опять порисовал немного. Получилась тяжелая плотная куртка с косым воротом, застегивающаяся на зубастую металлическую застежку. Портному эта деталь очень понравилась — он использовал слова «винтаж» и «ретро». Видимо, что-то такое давным-давно существовало и в содружестве, да было плотно забыто.

Полной готовности нарядов пришлось подождать, но скучно не было. Пожилой портной очень мило развлекал гостей, причем не забывал и о проводниках, чем Чип и Дейл, кажется, очень гордились. Финальная примерка привела Тиану в полный восторг. Платье стало по-настоящему удобным. Привычно, как киннарский комбинезон облегало верхнюю часть тела, и очень красиво струилось внизу, Герман стоял рядом в своем черном наряде, почему-то напоминающем доспех. Строгий вид его одежды подчеркивал и оттенял яркость ее платья и прически. Правда, напарник все равно остался недоволен:

— Тебе еще нужны туфли и украшения, а мне — ботинки. Для полноты образа. И, пожалуй, постричься не помешает.

— Хочешь сделать такую же прическу, как у меня? — заинтересовалась девушка.

— Нет, тогда будет похоже на уставную прическу. К тому же мне ирокез не идет, я в юности пробовал. Хаер бы, но его еще растить и растить… Под Сида Вишеза что ли сделать? Уважаемый мастер, вы не знаете, где можно обувью обзавестись?

Выяснилось, что обувью мастер тоже занимается, так что пожелания Германа были быстро учтены и еще быстрее выполнились. Туфли, которые сделал мастер сидели на ноге вполне удобно, но все-таки были не так хороши, как обувь производства киннаров, которая гибко подстраивалась под ногу, защищала от внешних повреждений, при необходимости становилась твердой — и все это без прямого управления оператором. «Однако один вечер можно и потерпеть ради красоты» — решила девушка и с некоторым сожалением принялась переодеваться в привычный удобный скафандр. Да и вообще поняла, что из мастерской уходить не хочется — слишком много всего интересного еще можно было увидеть. Но пришлось.

— Ну что, теперь, наконец, в кабак? — спросил довольный Дейл. — Нужно же отпраздновать наше знакомство?

— О, у вас тоже есть эта традиция? — удивился Герман. — Пить за знакомство я имею ввиду.

— Эта традиция у всех разумных видов есть, — отмахнулся Чип. — Даже у василисков, которые живут на почти безводной планете и в своем рационе жидких веществ не приемлют.

Тиана подумала, что с некоторой натяжкой это работает и для киннаров, и задумалась было, почему так, но тут Герман резко остановился и выругался:

— Вот черт! Нарвались все-таки!

Тиана проследила за его взглядом, и испуганно ахнула. Прямо к ним, расталкивая прогуливающихся по тротуару существ, целеустремленно двигалась компания из шести атлантов. Пока еще далеко, но это явно ненадолго.

— Что делать?! — растерялась девушка.

— Это ваши враги, да? — в отличие от них с Германом тойдорианцы, кажется, совершенно не растерялись. — Так давайте уйдем! У нас машина…

Тиана подумала еще секунду и поняла, что до приема точно не хочет общаться с дальними родственниками. И Герман, видимо, тоже, потому что он ухватил ее за локоть и потащил вслед за проводниками, которые уже шустро ввинтились в довольно-таки оживленное движение, и теперь ловко лавировали между прогуливающимися. Разведчица к таким толпам не привыкла, и непременно бы увязла, но Герман цепко держал ее за руку, и в нужных местах подправлял.

— Главное не бежать, — на ходу объяснял он. — А то подумают, что убегаем. Я не про атлантов — они-то пофигу, что подумают. Просто убегающих обычно стремятся остановить, из вредности или там думают, что преступники какие-нибудь. А так просто спешим очень сильно, ничего необычного. Герман оказался прав — оглянувшись девушка уже не увидела атлантов. Они как раз, расталкивая беспечных отдыхающих, в конце концов устроили пробку где-то там, позади, и теперь безнадежно отстали.

— Пожалуй, украшения мы тебе закажем через информаторий, — предложил напарник, и Тиана без раздумий согласилась. Ну их, такие прогулки. Вот уж не думала, что их так легко найти в городе! Лучше до завтра посидеть на базе. Это, конечно, не Кусто, но она хоть немного защищена — все легче обороняться в случае чего.

До стоянки добрались без происшествий, и Тиана с облегчением плюхнулась на сиденье.

— Все, поехали. Нагулялись, — вздохнул Герман. — Придется нам без кабаков обойтись.

Чип послушно поднял машину в воздух, и, развернувшись, направился в сторону окраин.

— А может, нужно было вызвать здешнюю полицию? Как она называется, служба порядка?

— Ага. И чего они сделают? Арестуют злых атлантов только потому, что они вам не понравились? — хмыкнул Дейл. — Наши порядочники — те еще ленивые задницы. «Вот когда убьют, тогда и приходите!»

— О, прямо как у нас, — почему-то обрадовался Герман. Тиана озадачилась — странная фраза. Или это какое-то устойчивое выражение?

Грузовичок тойдорианцев спокойно двигался в потоке транспорта, который по мере удаления от центра становился все более редким. Тиана с интересом наблюдала, как Чип управляет флаером — ей-то до сих пор доводилось пилотировать техническую машину лишь однажды, еще когда училась в летном интернате. Это не входило в обязательную программу, да и в факультатив — тоже, просто кто-то из старших, уже прошедших первый этап обучения притащил из разведки целый, неповрежденный истребитель. Да еще пилотируемый, а не автоматический. Вот курсантам и дали возможность попрактиковаться на машине врага. Тиана возможностью воспользовалась, и ей даже понравилось. Экзотика! Хотя по сравнению с ликсом пилотирование технического истребителя ощущалось, как будто пытаешься бежать, когда у тебя вместо ног деревянные костыли. «Нужно тоже купить какую-нибудь машину, и потренироваться, — подумала девушка, — как говорит Герман — знания за плечами не носить». Руки так и чесались попробовать самой. Как всякий пилот, Тиана с трудом переносила, что за управлением транспортным средством сидит кто-то другой, а не она сама. Тем более, судя по тому, что она видела, управление было совсем не сложным — машина послушно отзывалась на движение штурвала, плавно ускоряясь, когда тойдорианец давил пальцем на какой-то рычажок, и так же плавно замедляясь, когда он тянул его на себя.

Из задумчивости ее вывел Дейл, который вдруг возмущенно заверещал:

— Вы чего творите, клещи хоботковые! — и флаер начал резко снижать скорость.

Тиана только теперь обратила внимание, что вокруг как-то слишком много чужих машин. Точнее, пять… нет, шесть, еще один снизу. Берут их грузовичок в коробочку…

— Что происходит? — взволнованно спросила девушка.

— Грабят нас! — тойдорианец пыхтел возмущенно, то и дело раздувая хоботок. — Сволочи!

— Так вызывай службу порядка?

— Уже вызвал, а толку? Они, может, через час только появятся, когда бандитов след простынет… Да что они творят, сволочи?! Убить нас хотят? — это те флаеры, что были сверху, начали прижиматься совсем уже интимно, будто пытаясь спихнуть машину с неба.

— Так гони! — возмутилась девушка. — Вон же просвет! — Она едва сдержалась, от того, чтобы самой дернуть штурвал в нужную сторону.

— Я инженер, а не гонщик! — плаксиво закричал Чип, бросая рычаги и закрывая глаза ладошками, — Мы сейчас умрем!

Тиане умирать совсем не хотелось. Тойдорианец явно не собирался ничего делать для дальнейшего спасения, и только подвывал от ужаса — ему с заднего сиденья, еще более противным голосом вторил Дейл, а Герман страшно ругался на водителя, в надежде что тот придет в себя. Грабители, между тем, и не думали останавливаться, поджимая бедное такси все сильнее.

— А, чтоб тебя! — закричала девушка и одним движением перекинула паникующего тойдорианца на заднее сиденье.

Дальше разведчица действовала не думая. Перескочила на место Чипа, и ухватившись за штурвал, вдавила кнопку ускорения. Проводник сзади испуганно верещал о том, что не хочет умирать, что-то ободряющее кричал Герман, но девушка на это даже внимания не обратила. Неповоротливый флаер довольно резко прыгнул вперед, ввинчиваясь в крохотное окошко между двумя соседними нападающими. Тиана резко крутанула штурвал вбок и вверх, но тут же сообразила, что ошиблась. Слишком медленно грузовик набирает высоту. Растерявшиеся было преследователи рванули следом, и уже быстро догоняли — у них машины явно мощнее.

— Ты что делаешь?! — орет Чип. Он как-то даже успокоился немного, как только его сместили с водительского сиденья.

— Пытаюсь не дать нас окружить, — цедит сквозь зубы девушка. — А на что похоже?

— Похоже, что если нас не убьют они, это сделаешь ты сама! Это же флаер а не истребитель!

Разведчица все это время пыталась уйти от нападающих, но маневры, которые по задумке должны сбить с толку и сбросить погоню, флаер исполнял плавно и солидно, как и положено приличному транспортному средству, не предназначенному для воздушных боев. Скорость они к этому времени набрали высокую. Под машиной проносились серовато-бурые поля и леса из гигантских лишайников, время от времени перемежающиеся какими-то сооружениями. Бросив взгляд на навигатор, Тиана обнаружила, что они достаточно сильно отклонились от маршрута — до базы оставалось еще километров четыреста — почти столько же, сколько было, когда вылетали из города. Чип и Дейл сзади так и продолжали верещать, отвлекая от попыток разобраться с машиной. Сквозь невнятное бормотание иногда прорывалась критика тианиного стиля управления.

— Сами бы и вели, раз такие умные! — рявкнула девушка. Ей было до безумия страшно на этой чуть ли не игрушечной машинке, которая, кажется, может развалиться от обычного пинка.

В очередной раз обманув преследователей неожиданным маневром, девушка вырвалась на пару сотен метров вперед, получив небольшую передышку и возможность бросить взгляд на приборы. Глаза зацепились за кнопку с надписью «автоматическая стабилизация». Увидев, куда тянется рука захватчицы, Чип завизжал вовсе уже обреченно.

— Мы это не тестировали!

А вот Тиане результат понравился — машина стала вести себя гораздо более послушно. И разгоняться стала намного быстрее. Правда, все равно недостаточно. Постепенно воздушные пираты полностью отыграли полученное было преимущество, и опять начали планомерно поджимать жертву со всех сторон.

— Да как тут ускориться?! — в раздражении закричала девушка, чувствуя, что в этот раз зажали совсем плотно.

— Никак! Быстрее — невозможно!

— Врешь! — рявкнула Тиана. Она как раз сообразила, что делать.

Короткое движение штурвалом и флаер вдруг повернувшись дном вверх, начинает с дикой скоростью разгоняться. Правда, вниз. К земле. К собственному притяжению планеты добавилась тяга флаера, и он начал падать гораздо быстрее, чем просто отпущенный камень.

— Ааааааа, — Чип с Дейлом визжат так громко, что заглушают даже надрывный шум двигателей. Герман на соседнем сиденье тоже орет, но почему-то разведчице кажется, что от восторга, а не от страха.

Такого от жертвы преследователи все же не ожидали. Флаер чиркнул боком по одному из бандитов, причем очень удачно — попал как раз в силовую установку, и противник резко потеряв в скорости вышел из погони. Остальные, разозленные неудачами, тоже бросились вниз. Рисковать никто не стал, догоняли за счет фронтальных двигателей. Тиана злобно улыбнулась. Она не знала характеристик своей машины, не знала характеристик преследователей, но общий принцип работы гравитационных двигателей был ей известен.

Если сначала пираты здорово отстали, то уже через несколько секунд, когда маршевые ускорители вышли на полную мощность, расстояние стало ощутимо сокращаться. До земли, правда, тоже оставалось все меньше. На пяти сотнях метров тойдорианцы одновременно охрипли. На трехстах начали шепотом читать какую-то мантру, глядя через прозрачный потолок на неумолимо приближающиеся лишайники. Мантра оказалась короткой — на сотне метров оба замолкли и закрыли глаза руками.

Тиана, которая и сама последние секунды как безумная вслух проговаривала расстояние до земли, резко крутанула штурвалом, так что флаер оказался под углом градусов пятнадцать к земле, и изо всех сил потянула ручку на себя, одновременно давая максимальную тягу на маршевый двигатель. Все равно немного не рассчитала — флаер, несмотря на все усилия тянуло вниз, он слегка чиркнул днищем по земле, а потом пробил носом лишайники, благо они оказались гораздо менее прочными, чем дерево. Преследователи среагировали еще хуже. Три из пяти оставшихся так и остались на земле, еще один явно ухитрился-таки повредить себе что-то важное, когда прорывался через лишайники. У последнего инстинкт преследователя разум застил в меньшей степени, чем у прочих. Он отвернул от земли еще раньше, и вышел из маневра совсем без повреждений. Однако преследовать оказавшуюся слишком непредсказуемой добычу в одиночку он не стал, и предпочел оставить жертву в покое.

— Это было мощно, — похвалил Герман. — Я чуть не… а может и не чуть… хорошо, что мы в скафандрах! Тиана, ты действительно великолепный пилот, вот что я тебе скажу!

— Убийца ты, а не пилот! — донеслось сзади. — Такую машину угробила!

Грузовик действительно разгонялся еле-еле, да и высоту так и не набрал. На приборной панели что-то печально мигало белым, очевидно сигнализируя, что с машиной что-то сильно не так. Тиана изо всех сил сдавила штурвал, будто пытаясь помочь раненой машине, но, конечно, ничего не получалось. Они летели в нужную сторону, оставалось не так уж долго, но грузовик все сильнее замедлялся, одновременно снижаясь. Странный гул, поначалу едва слышный, все усиливался — машина явно была на последнем издыхании.

— Я уже поминальную молитву прочитал, — флегматично и очень заторможено сообщил Дейл, который до этого был какой-то слишком тихий. — С богами почти встретился. Я хочу выпить. — По удивительному совпадению тойдорианцы пили почти тот же алкоголь, что и люди. Только люди предпочитали этиловый спирт, а тойдорианцы — метиловый. Впрочем, Тиана об этом не задумывалась.

До бывшей фермы они так и не добрались. В какой-то момент, когда Тиане приходилось уже лавировать между лишайниками, потому что над ними флаер подняться уже не мог, натужный вой вдруг сменился коротким хрустом, несчастный грузовик плюхнулся на землю с трехметровой высоты и повалился на бок.

— Где там эта ваша охранная служба? — запоздало вспомнила Тиана. Пострадали в происшествии только тойдорианцы, потому что ремней в их машине предусмотрено не было. Людей защитили скафандры. Но и Чип с Дейлом на несерьезные ушибы внимания не обратили — убивались по безвременно почившему флаеру.

— Я вызвал, — буркнул Дейл. — Сразу, как только все началось. Приедут, наверное. Часа через полтора. Они на выезды титульного вида всегда так реагируют, сволочи. А что, международного скандала не будет — так чего суетиться?

— Мы же с тобой ехали? — удивилась девушка.

— А они об этом знают?! Думаешь, у меня было время чтобы расписывать? Отправил тревожное сообщение и все.

Через так и не разбитое лобовое стекло Тиана увидела, как на полянке приземляется тот единственный не пострадавший флаер нападавших.

Герман Лежнев, доктор

Новый облик Тианы Герману не понравился. Нет, если смотреть отстраненно — вышло действительно красиво и необычно. Вот только это была не Тиана! Этот новый образ совершенно не складывался в голове с уже более-менее знакомой девчонкой. Он ей не шел. Там, где вокруг были разумные еще не так заметно — Тиана, видимо рефлекторно держала осанку, да и походка у нее менялась, по всей видимости на ту, которая принята у свободных разведчиков. Однако стоило ей немного расслабиться, и становилось совершенно очевидно, что это не ее облик. Чужой. В самом деле будто на ящерицу стала похожа. И глаза еще эти ненастоящие, светящиеся. «Вот зачем было глаза-то менять?! — мысленно возмущался Лежнев. — Чем ей свои-то не нравились, фиолетовые? Такой цвет шикарный!»

Тиану расстраивать не стал. Девчонка так радовалась своему преображению, что высказывать свои претензии было бы преступлением. Тем более получилось-то на самом деле красиво, это просто ему не нравится. Выбор нарядов к предстоящему сабантую ожиданий не оправдал. Все получилось очень миленько. Тиана так и не купила кошмарные попугайские рюши, и согласилась на то, что по мнению Германа больше подходило к ее нынешней прическе. Эффектная дама получилась! На какой-нибудь красной дорожке на Земле заткнула бы за пояс всех признанных див. Да он и сам слегка похулиганил. Ну а что? Кто в содружестве знает, что косуха и джинсы совсем не для официальных приемов? Решил тряхнуть стариной — с панковатой юности подобного не надевал, и не потому что разлюбил такую одежду. Просто решил, что взрослый мужик в косухе, если он не на мотоцикле и не музыкант, смотрится нелепо, как застрявший в теле взрослого подросток. Здесь, на Базаре, он бы, наверное, никого не смутил, даже явившись на прием нагишом — мало ли какие традиции у этого нового вида?

В общем, у портного было забавно и даже весело. Особенно когда тойдорианцы принялись торговаться. Между прочим, Чип и Дейл не обманули — они в торговле в самом деле оказались мастера. Цена в результате оказалась почти втрое меньше названной изначально. С учетом того, что эта самая первоначальная сумма приближалась к тому потолку, который называл тойдорианцам парень, экономия получилась ощутимая. Правда, пришлось еще дать согласие на использование их с Тианой образов в рекламных целях. Потом, после приема, конечно же. Так что портной явно оказался еще и в плюсе — Чип потом объяснил, что атланты, несмотря на дурную репутацию, считаются в содружестве очень совершенными внешне существами, так что их с Тианой фотографии должны привлечь посетителей других видов.

Потом, после того как они покинули мастерскую, дела пошли не очень. От атлантов ждать ничего хорошего точно не стоило, и они благоразумно решили сбежать. Погоня на флаерах… Герман одновременно гордился Тианой, и переживал, потому что от него самого никакого толка не было. Удрать от стольких преследователей на незнакомом, старом, еще и самодельном, похоже, грузовике дорогого стоит. Правда, способ, который выбрала Тиана был очень сомнительный. Лежнев в какой-то момент почти перестал сомневаться, что они впилятся в поверхность планеты со всей возможной скоростью, и на этом их история точно закончится — от падения с такой высоты никакие скафандры не спасут. Самообладание девчонки, и ее мастерство просто поражали. То, что она вытворяла на ликсе смотрелось естественно — все-таки ее этому долго учили. Но ведь технические машины для разведчицы совершенно незнакомы! Да, управление здесь достаточно простое, даже он сам бы, наверное, справился. Смог бы довести машину из пункта А в пункт Б. Но тут был прямо-таки высший пилотаж, и Герман очень сомневался, что смог бы продемонстрировать такую лихость. Скорее просто расколотил бы грузовик сразу, да и все. Жаль, что чудес не бывает, и машина таки рухнула, не долетев до базы всего несколько километров.

Герман еще не успел прийти в себя, как рядом плавно опустился последний недобитый флаер атлантов. Оттуда грациозно выбрались три атланта.

— Чтоб я еще раз вышел из дома без меча… — пробормотал парень.

— Я тоже нейродеструктор не взяла. В правилах же написано, что любое оружие на улицах города запрещено, — напомнила Тиана.

— Ага. Тогда не знаешь, что это болтается у них на поясах? Выглядит прямо-таки настоящим оружием.

— Их за это непременно оштрафуют, — кислым голосом добавил с заднего сиденья ушибленный Чип. — Только им плевать, они богатые. Хоть каждый день могут штрафы платить!

Несчастный подбитый флаер лежал на боку, а Герман, соответственно, на Тиане. Теперь, видя приближающуюся опасность, парень попытался как-то распутаться с разведчицей и вылезти из машины, чтобы встретить неприятеля лицом к лицу. Дверь, та, что оказалась наверху, заклинила и никак не хотела открываться, а атланты неумолимо приближались — через лобовое стекло их было прекрасно видно.

— Хотя какое стекло… — пробормотал Герман, после того как попытался пинком выдавить его наружу. — Нормальное бы давно в крошево рассыпалось. Вот нахрена такие прочные материалы ставить там, где это не надо?!

— Нормальный материал! — проскрипел Дейл. — Что оно по-твоему, от любого толчка должно было… — и замолк. Как и возившийся там же Чип.

Герман, отвлекшийся было от наблюдения за врагом, снова обратил на атлантов внимание — те деловито обрабатывали грузовик из станнеров.

— Вот суки… Тиана, ты не помнишь, это лобовое стекло снаружи прозрачное?

— Нет, зеркальное, — ответила девушка.

— Тогда лучше пока не высовываться. Сюрприз будет.

Атланты закончили изображать из себя фашистов с огнеметами, и принялись вырезать прямо в крыше грузовичка проход. Судя по яркой точке, неспешно ползущей по поверхности металла, проем должен был появиться всего через пару минут.

— Тиана, вот чисто теоретически, если я попробую их побить, ты как, опять будешь говорить, что я дикий варвар и все такое? — спросил Лежнев, переключившись на внутреннюю связь.

Разведчица к этому моменту уже приняла вертикальное положение, и теперь жалась к сиденьям и Герману, не желая испытывать на прочность скафандр.

— Я же уже извинилась! — обиделась девушка. — Ну хочешь, еще раз повторю: ты тогда был совершенно прав, и очень жаль, что я тебя остановила! Может быть, тогда не пришлось бы Кусто его убивать.

— Ну, тогда… Деус Вулт! — заорал Герман и одновременно пнул почти вырезанную атлантами «дверь». Пинок получился что надо, несмотря на то, что размахнуться в тесном салоне было негде. Видно, злость помогла, и момент был подобран удачно — вырезанный кусок уже и так едва держался. Прямоугольник вылетел наружу, по дороге кого-то задев, а следом за ним вылетел сам Герман. Скафандр заранее, даже сквозь преграду показал положение нападающих. Первого Герман снес одним ударом — только ноги вскинулись. Второй, и так ушибленный дверью, пока опасности не представлял, и Лежнев его оставил, бросившись к последнему, который так и стоял с какой-то штукой в руках — видимо тем самым резаком.

Атлант среагировать не успел, так что Лежнев быстро обезоружил противника и уложил его на землю подсечкой.

— Пожалуйста, прекратите! Мы хотели вам помочь! Не нужно нас бить!

— Охренеть наглость! — Герман от удивления в самом деле прекратил бить нападающего и оглянулся на Тиану. Девушка как раз оседлала того, пропущенного им нападавшего, и пыталась выдрать у него из рук станнер. — Напали вшестером на наш грузовик, чтобы помочь?

Откровенно говоря, Лежнев никаких объяснений слушать не хотел. Вот зачем ему это вранье? Однако бить поверженного уже противника было как-то брезгливо, а что с ними делать еще парень не придумал.

— Это не ваш флаер! Этот флаер принадлежит двум мелким бандитам! Мы действительно искали с вами встречи, но увидев, что вас уводят грабители, решили, что вы попали в беду и попытались отбить!

— Обработав станнерами?! — Герман ни на грош не поверил атланту. Врет, как дышит. Однако версия была подготовленная — хотя бы тот факт, что атланты откуда-то знали, чем промышляют его новые знакомые, вызывал уважение их информированностью. А ведь служба порядка содружества явно к Чипу и Дейлу никаких претензий не имеет!

— Мы не могли действовать избирательно! Станнер — не смертельное оружие, мы бы устранили потом его воздействие. Но как оказалось, это и не нужно — ведь ваши скафандры защищают от воздействия? Так за что же вы на нас нападаете?

«Охренеть. Теперь уже это мы на них нападаем!» — Герман глянул на напарницу — она уже отошла от «своего противника», и даже через забрало скафандра было видно, как ей неловко. «Вон, Тиана уже и уши развесила!»

Стало очевидно, что дальше драться точно не получится, даже если Герман вдруг захотел бы продолжать, так что он тоже встал с атланта. Резак, правда, возвращать не спешил, и заметил, что Тиана тоже не стремится возвращать отобранный-таки станнер. Два атланта, стараясь не делать резких движений поднялись на ноги. Третий, тот, которому Лежнев засветил по выходу из флаера, так и остался лежать. Стараясь не выпускать тех, что в сознании из вида, Герман подошел к лежащему. Скафандр выглядел целым, да и сам атлант вроде бы дышал.

— Живой! — успокоил парень Тиану. — Просто вырубился. Нечего такие анатомические шлемы делать потому что! Была бы сфера просторная, остался бы в сознании.

«Но вообще, надо как-то поосторожнее что ли. Боксер из меня тот еще, но они здесь явно к такому не приспособлены», — подумал Герман. Он на какое-то мгновение всерьез испугался, что прикончил атланта. Вздохнув, он взвалил бессознательное тело на плечо, и потащил его к флаеру атлантов, потом вернулся за тойдорианцами.

— Блин, коротышки, таскать вас становится дурной традицией, — сокрушенно пробормотал парень. Тойдорианцы пока были в сознании, и смотрели на парня печальными, обреченными глазами.

— Ничего-ничего, станнер — штука не смертельная, — успокоил их Герман. — Откачаем как-нибудь.

Атланты, уже вернувшие себе частично привычный гонор, увидев ношу Лежнева тут же принялись убеждать его оставить жертв станнера:

— Не стоит их тащить! Мы уже вызвали подмогу, очень скоро они приедут и добьют это быдло. Даже если власти содружества узнают, это будет считаться лишь мелким правонарушением. За ними не стоит никаких корпораций, эти существа и так почти не существуют официально.

— Уже стоит, — неожиданно сурово ответила Тиана. — Эти существа работают в нашем представительстве и являются полноправными членами нашей группы.

Кажется, атланты хотели возразить, но голос у девушки был настолько угрожающий, к тому же она так красноречиво помахивала станнером, что они предпочли промолчать.

— Уместимся как-нибудь, — пробормотал Герман скорее для себя. В отличие от тойдорианского грузового, атлантский флаер был не очень-то просторным. Как обычная земная легковушка. У Германа, наверное, единственного из присутствующих был опыт перевозки большого количества людей в легковом автомобиле, так что он и взялся руководить дальнейшей погрузкой. Тот атлант, что до сих пор так и не пришел в сознание, был усажен в середину, они с Тианой подперли его по бокам, усадив на колени недвижимые тушки Чипа и Дейла, ну а оставшиеся на ногах атланты уселись впереди, под бдительным оком пассажиров.

— До нашей базы совсем недолго лететь, — вежливо предложила Тиана. — Думаю, гораздо удобнее будет продолжить разговор там.

— Мы могли бы дождаться помощи. Так было бы гораздо комфортнее, — все же попытался настоять атлант, но Герман будто случайно дернул станнером (он тоже себе подобрал), и атлант молча поднял флаер в воздух. Куда лететь подсказывать не пришлось — атлантам, как оказалось, прекрасно известно, где обосновался объект их интереса.

Сначала в дом занесли пострадавших. Тойдорианцев, правда, пришлось упаковать в их скафандры, благо выйдя от портного они так и не переоделись, только шлемы поснимали. А вот с атланта, наоборот, шлем сняли. Герман полез в информаторий, смотреть, как можно помочь тойдорианцу, пострадавшему от станнера. На удивление, информации нашел быстро и много. Распространенная оказалась проблема. Самый очевидный вариант, — вызвать медиков, — Лежнев пока решил придержать. Тут бы с атлантами разобраться, а уж потом скорую вызывать. Тем более научная мысль тойдорианцев уже дошла до автоматических аптечек самого разного назначения и производства разных компаний. Экономить не стал — выбрал самую дорогую и навороченную. Навороченность проявлялась прежде всего в самостоятельности. Этот производитель требовал наименьшего количества ручных настроек, что было очень на руку. В физиологи и анатомии тойдорианцев Герман, понятно, не разбирался совсем. Заказал сразу две. Цены, правда, кусались — отдать пришлось почти столько же, сколько портному, что уже ощутимо ударило по бюджету.

«Вот так-то, были бы деньги, а потратить всегда найдется куда!» — посокрушался Лежнев. Еще совсем недавно ведь казалось, что кредиты содружества ему вовсе не нужны.

— А вы не собираетесь оказать помощь нашему соплеменнику?! — капризно спросил один из атлантов, снимая шлем. Второй последовал примеру, и оказался девчонкой.

— Ага, сейчас помогу, — пообещал Герман, и направился к лежащему на диванчике пожилому атланту.

— Вы разве обладаете медицинскими познаниями? — спросила девчонка.

— Еще как! — похвастался парень, и отвесил бессознательному две звонких пощечины. Атланты рванулись ему помешать, но пострадавший уже завозился и начал проявлять признаки жизни.

— Ну вот, а вы сомневались!

Тиана, тоже изрядно впечатленная методами лечения Германа дипломатично предложила:

— Если мы разденем его полностью, можно будет воспользоваться одним из наших скафандров. В них есть встроенные аптечки.

— Не стоит! — вмешался чудесно оживленный. — Со мной уже все в порядке! Я только не помню, что произошло.

— Говорю же, я отличный медик! — Лежнев с трудом сдерживался, чтобы не заржать. Хотя вряд ли этот старик застеснялся, скорее просто не захотел тратить время.

— Ну хорошо, — сказала Тиана, — раз срочные проблемы решены, позволю себе спросить: Чем обязаны визитом?

Голос у девушки был настороженный, что Германа только порадовало. Он всерьез опасался, что она поверит этой байке про благородную спасательную миссию от злых Чипа и Дейла.

— Мы хотели бы урегулировать конфликт, произошедший по вине нашего соплеменника, — мягко объяснил один из визитеров.

Урегулировать Герман был не против, и Тиана тоже.

Атлант, пошатнувшись, поднялся, и обошел комнату по кругу.

— Это ведь работа местных карликов? Таких же, как эти, — поинтересовался седовласый атлант. По человеческим меркам ему можно было дать лет шестьдесят пять. Герман уже знакомый с продолжительностью жизни киннаров предположил бы, что ему лет триста. Очень уж красноречивая сеточка морщин вокруг глаз. Правда, неизвестно еще, смогли ли родственники киннаров так же увеличить себе продолжительность жизни.

— Да, — кивнула разведчица. — Тойдорианцев.

— Не боитесь, что что-нибудь сломается, госпожа ди Сонрэ? Я слышал, устройства производства их цивилизации бывают порой недостаточно надежны.

— У меня не было случая проверить, — пожала плечами разведчица. — Да и выбора. Разве что оборудовать здание силами команды. Но у нас нет здесь своего производства.

— Вот как? В таком случае, вы могли бы обратиться к нам. Наши системы жизнеобеспечения намного надежнее, поскольку построена не на химических, а на биологических принципах. К тому же им не требуется такое частое обслуживание.

— Я слышала, что атланты не продают свои технологии на сторону.

— Это действительно так, но неужели вы думаете, что для соплеменника мы бы пожалели такой малости? Прочим видам содружества большинство наших изделий просто не нужны, потому что они работают в условиях, подходящих для атлантов. Перенастроить ту же систему обеспечения на производства, например, метановой атмосферы, как у тех же чужих, просто невозможно. Нужно сконструировать новую. В этом и достоинство наших технологий — они просто бесполезны для иных видов.

Герман скорее назвал бы это недостатком, а не преимуществом, но промолчал. Опять эта снисходительная благожелательность. «Если Тиана снова решит с ними сотрудничать, устрою какой-нибудь безобразный скандал, как последняя истеричка! Чмошники высокомерные». Хотелось вывести улыбающихся атлантов из себя, сказать что-нибудь неприличное или и вовсе оскорбительное, но парень сдерживался. «Вражда с целой расой нам точно не нужна, так что если есть шанс разойтись миром, этим шансом нужно воспользоваться!»

— Если желаете, госпожа Тиана, мы можем переделать ваше убежище по нашим технологиям. Поверьте, это добавит ему надежности. Это — опасный мир, здесь множество чужаков, которые, порой, промышляют грабежом и пиратством. Я не слишком понимаю, почему вы так трепетно относитесь к тем отбросам, что лежат сейчас в своих скафандрах, но даже если не они, однажды кто-то другой может попытаться напасть и на вас. Не хотелось бы, чтобы наш соплеменник подвергся нападению! Мало того, что это просто неприятно, так еще и на репутацию повлияет. Среди местных мы, атланты, славимся как существа, которые не позволяют себя обидеть.

— Я подумаю, — Герман уже знал напарницу достаточно, чтобы не сомневаться — просто не хочет отказывать прямо. Ну вот и славненько. — И вы напрасно переживаете за свою репутацию. Я не атлант, и что бы со мной ни происходило, ваша репутация не пострадает.

Лежнев вдруг почувствовал, что ему скучно до тошноты. Атланты несут чушь, плетут словесные кружева. Как будто время тянут. Только для чего? Подводят к какой-то мысли? Очень удачно в этот момент пришел вызов на терминал — привезли заказанные аптечки. Герман обрадовался и, закрыв забрало, потащил несчастных тойдорианцев наружу — лечить. Слава богу, Тиана поняла его взгляд правильно — в динамиках забрала сразу же зазвучали голоса «гостей», так что можно было не опасаться, что он пропустит что-то важное.

Посетители тоже обрадовались, что мрачный варвар вышел — наконец перешли к делу:

— Ну хорошо. Оставим пока эту тему. Вы, наверное, догадываетесь, госпожа Тиана ди Сонрэ, для чего мы нанесли визит? Как только мы узнали, что первая встреча с представителем потерянной когда-то родины привела к ужасному недоразумению, было решено сразу же разобраться в ситуации и попытаться исправить дурное впечатление, которое могло у вас сложиться. Представлю себя и своих спутников.

— Катис и Малант, главный архитектор внешних контактов, — слегка поклонился старик. Скорее кивнул.

— Анла ю Мар, моя помощница, — настала очередь кивать до сих пор молчавшей красивой даме справа от Катиса.

— Танай ю Мар, мой второй помощник, — последний гость белозубо улыбнулся и кивнул, слегка встряхнув зеленоватой гривой волос.

— Надо же, — хмыкнула девушка, и явно для Германа пояснила: — Третий ранг и два пятых, и все для того, чтобы договориться с какой-то свободной разведчицей двадцать второго ранга!

«И как она определила? — задумался Лежнев. — Только когда они представились. Это чего, получается, приставка что ли?» Ему вспомнился алфавит киннаров, в котором «и» была третьей буквой, а «ю», соответственно — пятой. «А Алвин, кстати, так и не представился полным именем. Вот интересно, какая у него приставка к родовому имени? — подумал Герман. — Забавно, вот уж не думал, что эта „ди“ у Тианы показывает статус!»

— Мне понятно ваше удивление, — голос Катиса стал снисходительным. — Тем не менее, мы считаем, что в нашем обществе вам можно будет присвоить более высокий статус. Для нашей цивилизации вы сможете стать более полезной, чем в статусе свободного разведчика!

«Ну, тут спорно», — покачал головой Герман. Он как раз прилаживал на лица тойдорианцев аптечки, периодически сверяясь с инструкцией. В то, что Тиану можно соблазнить высоким статусом он теперь сомневался. «Вот предложи мне кто сейчас место менеджера в Гугле вместо того, чтобы слоняться по вселенной практически бомжом — так рассмеялся бы и нафиг послал! Сдается мне, Тиана тоже так думает!»

Между тем тойдорианцы уже начали подавать признаки жизни. Точнее — моргать. «Хорошо все-таки, что эта дрянь дыхание не угнетает, — удовлетворенно вздохнул Герман, — и сердцебиение… или что там у тойдорианцев кровь гоняет. Впрочем, тогда эта штука и не считалась бы „гуманным“ оружием».

— Тут вот в инструкции сказано, что вас теперь надо оставить в покое. И что через несколько часов вы, вроде как должны в себя прийти, — сообщил он вяло моргающим тойдорианцам. — Вы как, полежите тут? Я вас вон в ту сарайку оттащу, — он кивнул головой на отдельно стоящее строение. Чип и Дейл согласно заморгали.

Тиана ди Сонрэ, отщепенка

«Надо же, — мысленно смеялась девушка. — Третий ранг и два пятых, и все для того, чтобы договориться с какой-то свободной разведчицей!» Тиана была немного удивлена. После общения с покойным нанимателем, у нее сложилось впечатление, что система именования у колонистов не сохранилась. «Вот ты и заслужила честь лично поговорить с представителем класса архитекторов! — с грустной иронией сказала себе девушка, — Кто бы мог подумать, что это случится в сотнях тысяч световых лет от родины!»

Приставка к родовому имени у Киннаров ставилась в соответствии с уровнем ценности индивида для общества. По алфавиту. В редких случаях ее можно было изменить, но Тиана, например, к этому не особо стремилась. Если она станет вместо Тианы ди Сонрэ Тианой ти Сонрэ, ей придется перестать быть свободным разведчиком. А она не хотела.

Катис и Малант тем временем продолжал рассказывать о том, что поведение покойного нанимателя они решительным образом осуждают, и что они непременно должны как-то урегулировать возникший конфликт. Тиана слушала краем уха, а сама думала: «Вот интересно, откуда он знает, что мы принадлежим к одному народу? О своих выводах я говорила только Герману и Алвину. Но Герман вряд ли в последнее время имел беседы с атлантом. Но мог передать Алвин до того, как был поглощен ликсом. Значит, вы все знали еще тогда. Он ведь не зря тогда, на Юве, столько возился со своими приборами. И потом, когда мы уже были в космосе, тоже».

— Так что мы считаем себя обязанными как-то компенсировать неудобства, которые принес вам наш негодный соплеменник. Но и от вас, в свою очередь, ждем, что вы пойдете навстречу дальним родственникам. У нас еще сохранились записи о том, что когда-то мы тоже были белокожими и беловолосыми как вы, Тиана ди Сонрэ.

— Конечно, — кивнула Тиана, — Я была весьма обескуражена таким поведением нанимателя. Мне показалось, он вел себя недостойно, но я боялась, что такая манера поведения ныне характерна для всех атлантов, и потому не стремилась разрешить недоразумение.

«Не говорить же им, что я ни на секунду им не верю? — решила девушка, — Пусть лучше думают, что им удалось меня обмануть!»

— Скажи, Тиана, — с некоторым любопытством вдруг спросила Анла ю Мар. Причем явно не по плану, разведчица заметила, как Катис недоуменно покосился на помощницу. — Это нынче так модно украшать себя на далекой родине?

— Нет. На далекой родине принято любоваться естественной красотой, — честно ответила Тиана. — Мне понравилось, как украшают друг друга василиски, и я решила попробовать так же.

Интерес Анлы мгновенно угас, да и у остальных посетителей губы на секунду брезгливо скривились. «Да ладно! — мысленно хмыкнула девушка. — Если бы я сказала, что это модно на родине, ты бы побежала делать так же? А глупые василиски ничего хорошего придумать не могут?» Почему-то было очень обидно. Не за себя, а за народ, который она могла бы считать своим. Это что получается, красиво может быть только то, что принято у атлантов или, на худой конец, у киннаров? Если же что-то сделано иными существами, это по умолчанию уродство?

Катис еще раз недовольно покосился на помощницу, и хотел продолжить, но тут встрепенулся напарник. Он вернулся некоторое время назад — видимо уже помог Чипу и Дейлу.

— У нас гости, — сказал парень.

— Ну вот и все, — поднялся на ноги пожилой атлант. — Это прибыли мои подчиненные.

— Да нет, это к нам, — отмахнулся напарник. Тиана взглянула на терминал. «Точно! Приглашение же!» — вспомнила девушка.

— Подождите, пожалуйста, это важный визит, — улыбнулась она атлантам, и только потом сообразила, что сказала. «Это — важный визит, а они, значит, просто так. Теперь мы с ними точно не договоримся», — вздохнула девушка. И сама удивилась тому, как обрадовалась этому выводу. «Как быстро у меня поменялось отношение к тем, кого сначала восприняла как родственников! — мысленно вздохнула девушка. — И дело тут не в недоброй памяти Алвине. Они все неприятные».

В дом, тем временем вошла целая делегация из разных представителей населения содружества. Здесь, конечно, были не все виды. Только тойдорианец, минотавр, василиск и мохнатый медведь Алма. Последние себя так называли, в память о своей планете. Четыре вида, которые и образовали изначально содружество.

— Рады приветствовать вас, киннары! — сказал тот самый мохнатый медведь. — Мы пришли, чтобы позвать вас на торжественную церемонию знакомства с содружеством. Придете?

— А как же! — фыркнул Герман. — Мы ж для этого и прилетели, чтоб с содружеством познакомиться.

Тиане, может, тоже было бы смешно — очень уж не сочеталась манера речи медведя со словом «торжественный». Её так немногочисленные приятели звали на редкие вечеринки в интернате. Игривое настроение портил вид атланта — его перекосило так сильно, будто он случайно съел целиком кислую ягоду хиза с одной из планет киннаров. Сразу вспомнилось, как он сказал это свое «вот и всё». Как будто неприятный разговор закончился, и больше не нужно быть вежливым с врагом.

— Ну и хорошо тогда! Завтра на закате. Вот приглашения! — и медведь передал две, подумать только, бумажных карточки, ярко раскрашенных. С ума сойти, какая древность. Если бы не подсказка скафандра, Тиана бы и не догадалась, что это за материал. Она про такое только читала.

К тому времени, как делегация приглашающих ушла, Катис уже взял себя в руки, и улыбался вполне благожелательно. Только побледневшее лицо выдавало его недовольство.

— Как вы смотрите на то, чтобы попробовать еще раз наладить сотрудничество, госпожа Тиана ди Сонрэ? Давайте начнем все заново? Атлантам было бы очень интересно прикоснуться к своей далекой родине. Даже если вы не сможете возвратиться домой. Ведь вы сами, ваш корабль, все это — частицы народа, породившего нас. Да и вам должно быть по меньшей мере любопытно с одной стороны, а с другой — кто, как не родственники могут дать вам новую родину здесь, вдали от дома?

«Как говорил Герман? — мрачно вспоминала Тиана. — Совсем не палятся. И ведь один раз только упомянула при Алвине, что не знаю, смогу ли вернуться!»

— Вы правы, господин Катис. Но как вы видите наше сотрудничество и взаимное узнавание друг друга? Я буду откровенна — первая попытка контакта с атлантами меня откровенно напугала. И я заранее прошу прощения, но теперь я невольно чувствую опасение.

— Мы все понимаем, — по-доброму улыбнулся архитектор. — Вы ведь знаете, Тиана, что совместная плодотворная работа объединяет. Наша внешность изменилась, но мы не забыли привычек предков. Как и киннары, я вижу. Любовь к познанию нового — это главная черта наших народов. Мы стремимся узнать как можно больше об окружающем мире. Я бы хотел предложить вам поучаствовать в поистине значимой миссии. Вам, как великой путешественнице и разведчице, она будет особенно интересна. Несколько десятков лет назад наши исследователи натолкнулись в глубинах космоса на объект… или явление, которому мы не можем дать объяснений. Пока не можем. Совсем недавно была завершена подготовка к очередной экспедиции. Как вы смотрите на то, чтобы в ней поучаствовать на своем корабле? Я предполагаю, что ваши возможности, возможности вашего корабля, могут значительно добавить нам шансов на успех. В любом случае участие в этой экспедиции может в значительной мере поднять ваш статус среди нашего народа. Статус и репутацию. Вы сможете примкнуть к атлантам на правах полноправного члена нашего общества. Сможете посещать даже наши планеты, и если захотите, пригласите погостить своего спутника. Разве это не стоит того, чтобы перебороть инстинктивное недоверие, которое каким-то образом распространилось с одного отщепенца на целую цивилизацию?

Когда Катис начал вещать о репутации, о только возможном допуске на планете, девушка хотела отказаться. Опять они пытаются заставить ее делать что-то просто чтобы они стали ко мне лучше относиться! Но потом… «Объект или явление, которому у них нет объяснений… Аномалия? Может такое быть? Вдруг это такая же аномалия, как та, что привела меня сюда? Обратный путь? Не важно. Что мне с этой аномалии? Я ведь даже не знаю, куда она ведет. В прошлый раз мне повезло оказаться в населенных местах, но что если в этот раз она приведет меня, скажем, в межгалактическую пустоту? И с чего я взяла, что этот неизвестный объект вообще существует? Больше похоже на то, что меня просто пытаются заманить в ловушку. В очередной раз!»

— Мой корабль сейчас ремонтируется, — сказала девушка. — Он получил повреждения во время посадки на Юву. Боюсь, я не смогу принять участие в экспедиции.

— О, мы вас не торопим! — закачал головой Катис. — Ее вполне можно отложить на некоторое время! Но может быть вам нужна какая-то помощь в ремонте? Финансами или специалистами. Наши инженеры будут счастливы помочь дальнему родственнику!

— Это очень интересное предложение, и наше участие может действительно оказаться полезным, — вдруг вмешался Герман, который до того в разговоре никакого участия не принимал. — Но что с этого будем иметь мы? Если отбросить смешные разговоры о присоединении к «дружной семье» атлантов почти по-настоящему? Что-то, что имеет материальную ценность?

Катис посмотрел на Тиану. Его взгляд говорил: «Твоя комнатная собачка вдруг заговорила. Это вообще нормально? Ты так это и оставишь?»

— Мой напарник, как вы знаете, принадлежит другой культуре, и нормы вежливости у них отличаются от наших, — проговорила Тиана, наблюдая за тем, какими удовлетворенными становятся выражения лиц у собеседников. — Однако принципиально он прав. Я не уверена, что действительно хочу, как вы выразились «поднимать статус и репутацию среди вашего народа». Поэтому давайте пока остановимся на модели отношений, принятой в содружестве. Сотрудничество должно нести выгоды всем сторонам. Я предлагаю уникальные возможности моего корабля. Что за это можете предложить вы?

Забавно было наблюдать, как удовлетворение на лице Катиса сменяется с трудом сдерживаемой яростью. «Да уж… если бы не приглашение от содружества, нас с Германом сейчас уже убивали бы», — подумала Тиана. Она вдруг почувствовала, что ей донельзя приятно видеть бессильную ярость на лицах граждан аж третьего и четвертого социального уровня. Небожители, по сравнению с ней. И ничего не могут сделать. Злорадство — не очень хорошее чувство, но Тиана ничего не могла с этим поделать.

— Хорошо, — отчетливо скрипнув зубами проговорил Катис, — Если у нас «деловые» отношения, пусть так и будет. Это ваш выбор. Если разумный решил стать отщепенцем — кто мы такие, чтобы ему мешать? Я так понимаю, деньги вас не интересуют?

— Нас интересуют карты, — снова взял слово Герман. — Те, что есть возможность достать в содружестве, у нас уже есть. Однако, я ни за что не поверю, что вы передали содружеству все, что знаете сами.

— Что ж, это приемлемо, — кивнул Катис. — Мы передадим наши карты после завершения исследований.

— Перед отлетом, — поправил напарник. — Не после завершения исследований, а перед отлетом. Мало ли, что случится во время работы. Мы ведь не собираемся проводить эту сделку через Товарищество, которое гарантирует оплату заказа даже в случае накладок?

Тиана была на сто процентов уверена, что атланты с гневом откажутся. Но нет, снова скрипнув зубами, Катис согласился. «Они могли согласиться только в одном случае, — поняла вдруг Тиана. — Если не рассчитывают, что мы с этих исследований вернемся. Согласны потерпеть нашу наглость сейчас, и даже передадут карты, потому что будут уверены, что мы не сможем ими воспользоваться!»

— Хорошо, тогда договорились, — подытожил Герман.

— Сообщите нам, как только будет завершен ремонт. А сейчас мы уходим, — поднялся атлант. — И да, мы бы хотели получить добычу с Ювы. Вам ведь, насколько мне известно, перевели оплату за эту работу.

— Мы передали добычу в Товрищество, — пожала плечами Тиана. — в соответствии с процедурой при конфликтах. Они уверяли, что добыча будет вам передана.

Атланты молча развернулись и ушли. «Никогда не видела, чтобы мой соплеменник был в такой ярости», — подумала девушка. Сама она чувствовала только опустошение и печаль. Причем не оттого, что те, кто мог бы стать для нее своими, оказались такими неприятными личностями. Просто это предложение… она прекрасно понимала, что откажется. Потому что в противном случае Герман просто не захочет дальше с ней путешествовать, и будет прав. Это ведь ловушка. Почти наверняка ловушка — слишком многое в поведении гостей на это указывало. Просто глупо соглашаться.

— Надо будет хорошенько подготовиться прежде, чем совать башку в голову тигра, — озабоченно произнес Герман.

— Что? — не поняла Тиана, а потом сообразила: — Ты что, серьезно собираешься согласиться?

— Конечно! — возмутился напарник. — Мы же уже пообещали! Да и плата, как по мне хорошая. Ты же хотела их карты!

— Но это ведь обман! — возмутилась девушка. — Они просто надеются выманить нас с планеты и захватить Кусто. Думают, что он просто корабль и надеются, что смогут его повторить.

— Ну да, — кивнул Герман. — Почти наверняка. Но вдруг там действительно эта аномалия? Ты ведь про нее подумала, когда этот высокомерный старик заговорил про непонятное явление? Если мы на них плюнем, ты потом будешь все время думать «а что, если они все-таки нас не обманывали», правда ведь? И потом, вдруг они в самом деле устроили ловушку в таком вот необычном месте?

— Ты прав, я действительно переживаю о такой возможности. Но это разве повод, как ты выразился, «совать голову в пасть тигра»?

— У нас же есть Кусто, — пожал плечами напарник. — Если что, вывернемся как-нибудь. Не хочу, чтоб ты сожалела об упущенных возможностях. И потом, карты ведь. Если они передадут нам свои карты, это ведь в любом случае хорошо?

Тиана осторожно подошла к Герману и неуклюже попыталась его обнять. Телесные контакты подобного рода не приветствуются в среде киннаров, но ей вдруг очень захотелось. Видела где-то у Германа в ноутбуке, и вот, появилось такое желание. Герман замер ненадолго, потом осторожно положил ей руки на плечи. Это было очень приятно.

Весь следующий день прошел под знаком подготовки к приему. Участвовали даже оклемавшиеся тойдорианцы. Недолго, правда — только под самый конец. А так, сразу после того, как пришли в себя, коротышки усвистали на свою свалку, вызвав такси, и вернулись уже на очередном произведении своего сумрачного конструкторского гения. И не просто так, а с подарком, который вручали с очень торжественным видом.

— Вот! Это в благодарность, что вы нас там не бросили. Мы бы и так ее вам продали, но теперь хотим подарить бесплатно, потому что вы сразу видно, очень хорошие доминанты.

— Ага. И от хороших отношений нам будет пользы больше, чем от деловых, — добавил Дейл. — Мы же стая теперь, правда?

Разведчица пока не очень понимала, какие обязанности на себя накладывает, но своей наивной прагматичностью тойдорианцы ей импонировали. Поэтому она согласилась. «Герман говорил — мы в ответе за тех, кого приручили. Но нам же не сложно будет помочь им деньгами и в самом деле организовать какую-нибудь корпорацию перед отлетом, к которой они будут принадлежать», — подумала девушка. Свои мысли озвучила вслух, чтобы тойдорианцы знали, на что рассчитывать, и, кажется, Чип и Дейл были вполне довольны перспективами, хотя и расстроились немного, что «доминанты» надолго задерживаться не собираются.

— Ладно, может, еще передумаете, — оптимистично заверил Дейл. — Мы про подарок-то.

Он протянул Герману странную ажурную металлическую конструкцию диаметром полметра.

— Вот. Это, типа, карта. Вы ж хотели.

На карту конструкция была совсем непохожа. Даже после того, как Дейл щелкнул каким-то рычажком, и конструкция с шуршанием развернулась в сферу диаметром пару метров.

— Она очень древняя, — пояснил Дейл. — Мы ее нашли вообще случайно, когда один старый корабль разбирали. Не наш, минотаврский. Его на свалку сгрузили после того, как сами же минотавры нашли в космосе — он был пустой совсем и дрейфовал где-то в межзвездном пространстве. И нашли его случайно совершенно — мы это в сопроводительной документации прочитали.

— А это карта чего? — спросил Герман, обходя по кругу странную конструкцию. — И чего она в металле?

— Это минотавры так раньше заморачивались, в досодружественную эпоху еще. У них электроника плохо гиперпространство переживала, вот они и приспособились. Даже исследователи прямо в процессе картографирования, вот такие хреновины делали. Тут, наверное, и пояснения какие-то есть, но мы не знаем, как их читать правильно. У них на кораблях таких аппаратов много было. Мы так-то не уверены, что это что-то по-настоящему ценное. Но и не совсем ерунда. Чип как-то из любопытства пытался посмотреть что-то подобное в информатории, но никаких совпадений не нашел.

— Угу, — кивнул напарник. — Ну, спасибо тогда. Тиана, мы с тобой прям обрастаем всякими редкими картами, да?

Разведчица согласилась и долго благодарила тойдорианцев, которым явно безумно нравилось, когда их хвалят. Хотелось повозиться со странной металлической картой, хоть немного ее изучить, но нужно было готовиться к приему. Это тоже было увлекательно.

Тиана была по-настоящему рада веселью. Так интересно! Особенно ей понравилась очередная примерка платья. Герман, оказывается, успел заказать для нее украшения из каких-то камней, которые были огранены особым образом и очень ярко блестели. Ни в содружестве, ни у киннаров таким способом украшать себя было не принято, так что Тиана догадалась, что это земная традиция. Еще решили заучить значимые должности содружества — чтобы знать к кому как обращаться, и долго хохотали над особенно забавными названиями. Тиана давно так не веселилась. «Как же хорошо, что Герман больше не злится, — думала Тиана. — Когда он все время молчал и только исполнял указания было совершенно невыносимо!» Единственное, что тревожило — это отсутствие ликса. «Скорее бы он проснулся! Ему бы тоже любопытно было посмотреть прием».

Чип с Дейлом в один голос утверждали, что являться на прием следует точно ко времени, так что последние полчаса, после того, как все уже было готово, Тиана просидела как на иголках. Наконец шикарный флаер опустился на площадку перед зданием бывшего завода, и они с Германом поспешили к машине.

Такси привело их центральную, историческую часть города. В прошлый раз они немного не добрались до нее, когда ходили за одеждой, а теперь вот довелось. Здесь не было уровней и высотной застройки, отчего казалось, что они находятся в горной долине. Повсюду вокруг стены высоток, сверкающие разноцветными огнями. Там как пчелы снуют флаеры, совсем крохотные с большого расстояния, а здесь тишина. Но не темнота. Дворец содружества должен был потеряться на фоне окружающей многоэтажной красоты, но этого, почему-то не происходило. «Должно быть, из-за того, что дворец — близко, а город как будто в отдалении», — поняла Тиана.

Встречали тем же составом — вчерашние приглашающие уже ждали приземления такси на площадке. Герман, придерживая меч, — она долго возмущалась вчера, зачем он прилаживает его к костюму, но парень был непреклонен, — вышел первым, и подал ей руку. Тиана, аккуратно придерживаясь, вышла следом.

— А что это у тебя на боку? — тут же поинтересовался мохнатый медведь.

— Это меч, — гордо констатировал Герман. — Оружие такое.

— Ого! Это у вас так принято — являться на праздник с оружием?

— Ага, традиция такая, — покивал головой Герман. — Понимаю, что за это положен штраф, но у нас считается неуважением к себе и хозяевам, если гость без оружия. Но ты не переживай, я его оставлю где покажете.

— Люблю традиции! — покивал медведь. — Сразу понятно, что вы вид воинственный.

— А то ж! — согласился напарник. — Зато не подлый. Видишь, я его даже не скрываю.

— Тоже верно! — забулькал медведь.

— Хватит, Кром! Твое любопытство и бесцеремонность переходят все рамки, — подергал за штанину товарища тойдорианец.

— А то ты сам не понял еще, что этим киннарам особо не надо церемоний?! — хмыкнул медведь. — Белый клык вон сразу сказала, что они хоть похожи на атлантов, но ими не являются вообще. Особенно вот этот воин.

— Я — Белозубая, хватит коверкать мое имя! — зашипела василиск. — И перестань изображать из себя идиота. Самочка нервничает.

— Все, хватит, — подал голос минотавр. — Не то так и простоим здесь всю церемонию.

— Герман, я совсем ничего не понимаю, — пожаловалась Тиана, отключив внешние динамики на скафандре. — Почему все ведут себя так, будто давно знакомы?

— Да я сам в шоке, — ответил напарник. — Но согласись, так как-то спокойнее, чем если бы от нас потребовали с кислыми рожами вышагивать и кланяться?

— А выглядит так, будто ты совсем не удивлен, и только этого и ждал! — обвинила девушка.

— Да я просто стараюсь соответствовать. Ну в смысле, раз они так по-свойски общаются, то зачем чего-то изображать? Значит, принято у них тут так. Я подумал — у всех, наверное, и традиции разные, и ритуалы. Все всё равно соблюдать не получится. Вот они и стараются поменьше накручивать.

Звучало довольно логично, но Тиане все равно было неуютно.

Герман Лежнев, дипломат

Легкое ощущение нереальности происходящего не покидало Лежнева с тех пор, как им привезли приглашение. К виду приглашающих претензий не было. Обычные разумные, нарядные, выглядят солидно. А вот само приветствие… когда этот амбал, мохнатый медведь Анлы заговорил как сосед с лестничной площадки, приглашающий пивка попить в честь окончания ремонта, Герман чуть не завис. Парень был уверен, что единственное, чего они с Тианой совсем не могут себе позволить, это выглядеть растерянными, поэтому ляпнул в ответ в том же стиле. Удивительно, но медведю вроде понравилось, да и остальные обескураженными не выглядели. Тогда-то Герман и решил, что изображать ничего больше не будет. В конце концов, они с Тианой интересны содружеству больше, чем оно им. Кусто проснется, и можно будет совершенно спокойно убраться куда-нибудь подальше, так зачем пыжиться зря?

Герман подумал, что это довольно приятное ощущение, когда не нужно сильно заботиться о том, как ты выглядишь для окружающих. Атланты вот, несмотря на все свое демонстративное пренебрежение остальными видами, очень боятся потерять лицо, это заметно. И много ли это им принесло? В содружестве их боятся, но уж точно не уважают. Лежнев и сам окончательно потерял уважение к этому виду. Эта уверенность, что Тиана должна просто мечтать к ним присоединиться… Да и с интригами все как-то слишком неуклюже. Нападение, — а Герман был на сто процентов уверен, что на них именно нападали, — провалилось. Ладно, бывает. Но они ведь так и остались искренне уверены, что имеют дело с полными идиотами! Ну кто может всерьез рассчитывать, что после всего происшедшего собеседник может поверить в их добрые намерения? «Совместная работа объединяет, ага, — хмыкнул Герман. — Такое ощущение, что у них просто крыша поехала на почве этого идиотского социального уровня, и они действительно уверены, что приставка к фамилии указывает на наличие или отсутствие мозгов!»

Помещения с кислородной атмосферой занимали целое крыло немаленького здания. Через шлюз с ними прошла только Белозубая.

— Скафандры можете оставить в комнате, и свою огромную железку — тоже.

— Чего так пренебрежительно? — возмутился Герман. — Эта железка мне жизнь не раз спасала!

— И от этого не перестала быть железкой. Я же вижу, что тебя не оскорбляет такое отношение, киннар, — хмыкнула Белозубая. — Иначе сказала бы по-другому.

— Такое ощущение, что вы тут все настроение читаете, как открытую книгу, — буркнул Герман.

— Эмоции. Мы, василиски, неплохо читаем эмоции живых существ. Вам, например, любопытно, забавно, и немного весело. Приятные чувства, рядом с вами удобно находиться. Правда, ты, Тиана ди Сонрэ, еще и переживаешь. Не нужно. Те, кто давно находятся в содружестве, уже поняли, что мы слишком разные, чтобы соответствовать ожиданиям друг друга, поэтому терпение и снисходительность к чужим ошибкам, вольным или невольным, считается в этих местах добродетелью.

— Воу, как неожиданно серьезно, — буркнул Герман. — А переодеваться мы прямо так, при тебе будем?

— А что, у тебя какое-то табу? — уточнила ящерица. — Стыд хорош для представителей одного вида, потому что он завязан на сексуальное влечение. Или ты испытываешь ко мне сексуальное влечение?

— Прости, но нет. Ты очень красивая, но и все.

— Повезло тебе тогда, — зашипела ящерица. «Смеется, точно же! — сообразил Лежнев». — По сравнению с нашими самцами ты недостаточно ловок или силен, чтобы убежать или отбиться после спаривания.

— Это в смысле… а да, понял, — покивал Герман.

— Да-да, мы живем на суровой планете, а потомкам требуются ресурсы для роста. Наши инстинкты сильны, поэтому самцам требуется быть очень ловкими. Тебя это не шокирует и не вызывает отвращения — мне кажется, ты легко освоишься в содружестве. А вот Тиана даже ничего не поняла.

Герман взглянул на хлопающую глазами разведчицу, и чуть не засмеялся — такой у нее был недоумевающий вид.

— Тиана, самки их вида после спаривания убивают самцов, чтобы накормить потомство. Или чтобы было что есть самой, пока приходится заботиться о мелких. Вот Белозубая и шутит, — пояснил Герман для девушки.

— Такое ощущение, что вы с разных планет, — констатировала шипящая, глядя на замершую Тиану. — Совершенно разные реакции!

«Вот блин, спалились!» — с досадой подумал Лежнев. И тут же попытался задавить эту мысль, но Белозубая уже отреагировала:

— Ооо, как интересно! Я что, оказалась права?

— Не понимаю, о чем ты, — Герман представил у себя в голове обезьянку с тарелками, в надежде, что хоть так сможет отогнать непрошенную гостью из своих мозгов. И Тиана, кажется, занялась чем-то подобным, потому что Белозубая удивленно зашипела:

— Удивительно пластичный вид! Всего пара минут общения, а мне уже труднее вас читать! Вы ведь родственники атлантов? Почему они так не могут?

— Дураки потому что!

Герман решил, что все равно не дождется проявления такта от Белозубой, и, отвернувшись от Тианы, чтобы не смущаться, принялся раздеваться. Белозубая стала обходить вокруг.

— Это копулятивные органы? Забавно, как сильно распространен этот механизм в природе! Скажи, Тиана ди Сонрэ, ваши самцы тоже гордятся своими копулятивными органами, и утверждают свое главенство друг над другом в зависимости от размеров?

— У нас уже давно отказались от природного способа размножения, — слегка раздраженно ответила разведчица. — Считается, что он дает слишком много ошибок. Детей обычно воспроизводят в специальных инкубаторах.

— Ого! — удивилась василиск. — Это же получается, что вы все чокнутые? Передай тем, кто это придумал, что мы давно отказались от такой модели. Как ты понимаешь, только получив разум, мы тоже попытались пойти против задумки природы. Ничем хорошим такие эксперименты не заканчиваются. Если не откажетесь — рано или поздно просто выродитесь и уничтожите сами себя. Слишком глубокое вмешательство в базовые инстинкты никогда до добра не доводит! Лишать себя радостей жизни — дурная идея.

Герман подумал, что очень согласен с Белозубой. Он уже застегивал куртку, и теперь разглядывал себя в зеркало на стене. «Хорош!» — решил парень. Нравилась ему эта одежда. Косуха, хотя и совсем новая, надежно и тяжело обнимала плечи, даря иррациональное чувство защищенности. Вот забавно — киннарский скафандр и удобнее, и защищает в тысячи раз лучше, чем простая куртка, а все равно ощущение как будто домой вернулся именно сейчас. И, главное, штаны! Нормальные просторные штаны, прочные и удобные. И можно не бояться оконфузиться.

Тут рядом с ним встала Тиана, в своем красном платье, и Герман залюбовался. Девушка была очень, очень красива, и немного озабоченное выражение лица только добавляло шарма. Через яркую прическу и чужие голубые глаза выглянуло вдруг знакомое лицо, по которому Лежнев уже успел здорово соскучиться.

— Ты очень красивая! И не злись. Видишь же, что Белозубая специально выводит нас из себя, в надежде побольше узнать.

— И не скрываю этого, — добавила василиск. — Но ведь и вам лишняя скрытность только вредит. Мы ведь здесь для того, чтобы узнать друг о друге побольше. Но теперь моя очередь переодеваться.

Шипящая выскользнула из скафандра и принялась облачаться праздничную одежду. Она тоже напоминала доспех из кожи, прикрывая самые уязвимые места металлическими вставками, но оставляя свободными передние и задние конечности.

— А вы тоже воинственный вид? — спросила Тиана.

— А как же? Агрессивность — главное требования для развития. Мы еще не встречали миролюбивых травоядных в космосе. Только хищники достаточно целеустремленные, чтобы стремиться к экспансии. У травоядных другой склад характера, они могут довольствоваться тем, что есть.

— Ха! Скажи это саранче! — фыркнул Герман. — Есть у нас такое насекомое, которое посевы уничтожает. Если бы у них был разум, полагаю, всю вселенную бы уже заселили.

— Непременно хочу узнать о саранче. И о любых других животных, о которых ты захочешь рассказать. Биосфера родной планеты во многом определяет характер разумных, ее населяющих. Есть даже такой раздел в психологии видов, изучающий это влияние.

«Точно! Психолог же! — догадался Герман. — Вот она кого мне напоминает. Такая же бесцеремонная и циничная».

— Нам пора идти, — а то остальные гости возмутятся долгой задержкой, — напомнила Белозубая. — Даже атланты уже прибыли.

Герман всё гадал, как же они без скафандров будут находиться в одном помещении с прочими видами. Решение оказалось изящным, простым и довольно банальным. Ну, относительно. Лежнев подобное как-то видел дома на концерте, во время пандемии. Каждый из гостей находился в прозрачном шаре комфортного для существа диаметра. Только в отличие от земных, эти шары могли объединяться с теми, в которых была такая же атмосфера, и мягко пружинили и проминались при соприкосновении с теми, в которых воздух отличался. Десятки гостей фланировали по залу, прозрачные и едва заметные, лишь слегка поблескивая в свете ламп.

— Красиво! — прошептала Тиана, прижимаясь к его плечу. — На одной из наших планет есть похожее природное явление. Только там эти пузыри все время лопаются.

Тихонько играла музыка — Герману она казалась знакомой, будто бы он слышал такую на Земле. Потом вспомнил — очень похоже играли забавные инопланетяне в кантине Мос-Эйсли в Звездных войнах. Не та же самая мелодия, конечно же, но в удивительно похожем стиле.

— Ну, а что еще должно играть на вечеринке у инопланетян, — хмыкнул парень.

Музыка стихла, на небольшом возвышении в центре зала появился тойдорианец, одетый в серый, металлически поблескивающий костюм.

— Товарищи по содружеству! Сегодня мы встречаем редких гостей. Не думал, что такое случится за время жизни моего поколения. Казалось, все ближайшие окрестности на много сотен световых лет вокруг уже изучены, и никого нового мы еще долго не встретим. Но вот, они здесь, прилетели сами, да еще так, что вся наша хваленая система обнаружения ничего не заметила! Признаю, когда сведения о появлении представителей новой цивилизации в пределах содружества только появились, у нас случился небольшой переполох. Некоторым господам, с полной уверенностью утверждавшим, что ни один искусственный объект, появившийся на форпосте не будет не замечен, пришлось пережить крайне неприятные минуты. Однако это не в укор нашим гостям — уважаемые киннары повели себя на диво деликатно. Так что, госпожа Тиана ди Сонрэ, и господин Герра Леже, мы будем крайне благодарны, если вы укажете нам, как можно улучшить нашу систему слежения. Все-таки мы ждем здесь не только друзей, но и страшных врагов, которые уже однажды чуть не уничтожили несколько разумных видов. Если бы мы не объединились, полагаю, им бы удалось это черное дело.

Герман почему-то был уверен, что отвечать не требуется, но тойдорианец замолчал, и все стали посматривать на них с Тианой.

— Мы только разведчики, но не ученые, — сказала Тиана. — Но я постараюсь рассказать о принципах действия некоторых приборов, которые могли бы помочь. Думаю, вашим ученым этого хватит, чтобы понять направление исследований. И я хотела бы уточнить насчет врагов. На пути сюда мы нашли муравейник. Он был уже почти мертв, и мы с другом смогли окончательно его уничтожить.

Сообщение произвело эффект разорвавшейся бомбы, как бы банально это ни звучало. Весь зал сначала замер и затих, а потом поднялся удивленный гул, который все нарастал, пока Тиана не продолжила.

— Я могу передать записи сражения со своей стороны и со стороны Германа.

Они еще накануне договорились, что расскажут. Во-первых, чтобы слегка приподнять свой авторитет среди аборигенов, а во-вторых — заметно было, что несмотря на прошедшее время здесь, в содружестве, до сих пор опасаются возвращения давнего врага. Серьезно опасаются, и тратят много ресурсов на то, чтобы защититься от того, чего больше не существует. Впрочем, защита — это всегда хорошо.

Реакция на сообщение оказалась более бурной, чем ожидалось. Намного! Доказательства потребовали сразу же, а когда Тиана передала нарезку видео через терминал, все присутствующие на время забыли о гостях, просматривая ролики.

— Ну вы, киннары, монстры! — подошел к ним какой-то мохнатый медведь. Не тот, что приносил приглашение. — Самочка — превосходный пилот, я даже представить не мог, что разумный может так управлять кораблем, а ты вообще зверь. Ясно теперь, что эта штука, с которой ты пришел, у тебя не просто так. Мое уважение!

В общем, само присутствие гостей после новости об уничтожении старинного врага как-то даже померкло немного. Пару раз кто-то подошел с требованиями раскрыть координаты муравейника, но такие умники были посланы далеко и надолго. И дело даже не в том, что «самим нужно» — не так уж и нужно, на самом деле. Просто в муравейнике слишком много надписей на киннарском. Вряд ли в содружестве станут разбираться, откуда и как так получилось, что атланты пользуются тем же алфавитом, что и страшные муравьи. Устраивать войну в содружестве было бы плохим ответом на гостеприимство. Хотя атлантов бы не помешало немного окоротить.

Ажиотаж постепенно утих, и гости вернулись, так сказать, к программе праздника. Герман вчера написал целую речь для Тианы, которую она с успехом продекламировала. Ничего сверхъестественного. «Очень рада, что встретила братьев по разуму, народ киннаров будет счастлив познакомиться с содружеством», и прочие подобные благоглупости. Впрочем, слушателям в основном понравилось, особенно фраза про братьев по разуму, она здесь была новой.

Официальная часть закончилась, и все присутствующие начали фланировать по залу. Конечно, каждому было интересно познакомиться с новичками, но и друг о друге не забывали, так что очереди не возникло. А потом Герман обратил внимание, что по краям зала стоят столы с яствами. У кислорододышащих выбор был не слишком большой — только стол для атлантов и василисков. Вот к последнему Герман и начал невзначай продвигаться, прихватив предварительно со стола атлантов пару сосудов с какими-то напитками. Тиана, которая немного отстала, заболтавшись с какой-то важной минотаврихой, догнала напарника уже практически у стола.

— Герман, ты что, хочешь пробовать чужую пищу?

— Ну да, — покивал Лежнев. — Видишь, там написано, что не является ядом для атлантов? Значит, и для нас должно сойти.

— Все равно как-то странно. Мы даже не знаем, из чего эти блюда сделаны!

— О, так в этом самый смак! — улыбнулся Лежнев. — Если знать, то я наверняка это есть не стану, а так есть шанс попробовать.

На самом деле, ему просто до одури хотелось мяса. Накануне они все-таки заказали еды. Чтобы не рисковать, выбирали пищу, подходящую для атлантов. Правда, купить что-то такое удалось только с помощью Чипа и Дейла, на черном рынке. Не потому, что атлантская еда запрещена, просто они живут на планете изолированной общиной, и своими продуктами питания не торгуют. А покупать пришлось рационы, добытые какими-то то ли пиратами, то ли мародерами с погибшего атлантского корабля. Рационы продавались по бросовым ценам, и представляли собой невнятное месиво из травы и овощей. Тиана съела не без удовольствия, а Герман готов был уже на стенку лезть, так ему хотелось мяса.

Кухня василисков его в этом плане удовлетворила полностью. Они, похоже, вообще не принимали иной пищи, кроме животного происхождения. Хотя поначалу Лежнев этого не понял. Он постоял возле исходящего ароматным паром блюда, наполненного, как ему представлялось рисом с кусочками мяса. Пахло очень вкусно, и он решился.

— О, да ты, смотрю, гурман! — сзади к ним с Тианой подошла Белозубая. — Рада, что тебе нравится наша пища. Личинки песчаных шершней дивно хороши, не правда ли? И мясо взрослых особей лишь оттеняет их тонкий вкус!

Если бы Герман не был занят заливанием пожара во рту, он бы, может, как-то отреагировал, но после того удара, который получили его несчастные вкусовые рецепторы, никакой брезгливости в нем уже не осталось. Парень решительно не понимал, о каких оттенках вкуса говорила Белозубая. Что вообще можно почувствовать, если блюдо настолько острое?! И ладно это была бы острота перца. Нет, это было что-то среднее между острым перцем, самым ядреным хреном, который только можно было попробовать, и горчицей.

— Мне как будто доской по затылку заехали, — пожаловался он собеседницам, как только смог говорить. — Наверное, это вкусно, но я, пожалуй, недостаточно хорош, чтобы этот вкус оценить!

Так и пришлось ходить голодным. Если не считать этой неприятности, то вечеринка, на взгляд Германа, вполне удалась. Тиана немного поболтала с представителями ученой братии, пообещав рассказать, что знает, о системах обнаружения (она потом призналась Герману, что на начальном этапе обучения им кое-что рассказывали об их принципах работы, и надеялась, что ее куцые знания окажутся для местных полезны), и даже обещала подарить нейродеструктор. Местные были в восторге — получить действующий образец неизвестного ранее оружия, да еще с возможностью наладить его производство. Та плесень, что испускает волны, подавляющие мозговую активность и стирающие память ведь вполне может и размножиться, если потребуется. Разведчица, правда, настоятельно рекомендовала заниматься разведением исключительно на космических станциях, чтобы не допустить ее бесконтрольного распространения. Ученые заверили, что правила безопасности они знают не хуже нее, и обращаться со всякими опасными веществами тоже умеют. Взамен получили еще несколько карт. И просто так, и с непонятными местной науке объектами и явлениями. Надежды найти среди них что-то интересное было мало, но даже просто расширить собственные знания об окружающем космосе было неплохо.

Девушка очень расстраивалась, что не может поделиться медицинским оборудованием. Точнее, она могла бы выдать образцы действующих материалов медицинской капсулы, но они заточены только на людей, и полезными могли бы оказаться только для атлантов, а те не особо стремились к общению.

Еще был не очень простой разговор с проницательной Белозубой. Дождавшись, когда они останутся одни, ящерица без обиняков заявила:

— Я знаю, что вы принадлежите разным народам. Это видно по поведению, по реакциям, да просто заметно.

— Ну хорошо, — Герман понял, что отрицать очевидное было бы странным.

— А еще я знаю, что ты принадлежишь более примитивной цивилизации, чем Тиана ди Сонрэ.

— Ну и что?

— Почему бы твоей цивилизации тоже не присоединиться к содружеству?

— Ага, — покивал Лежнев. — Чтобы вы нас завоевали и уничтожили? Нет уж, спасибо!

— С чего ты взял? — опешила Белозубая.

— Знаешь, я вот пообщался с Тианой. На вас посмотрел. И что-то мне подсказывает, что вы все действуете и живете по тому же принципу, что и мы. Все одинаковые. Закон простой: кто сильный, тот и прав. Равноправное партнерство хорошо только с теми, кто примерно на одном с тобой уровне. Так что сдается мне, ничего хорошего из этой идеи точно не выйдет.

— Нет, ну в целом ты рассуждаешь логично, — согласилась Белозубая. — Так оно и есть в большинстве случаев. Но ты замечал хоть раз, чтобы у нас такое происходило? Какое-нибудь угнетение более слабых народов? Те же тойдорианцы хоть и были изначально инициаторами создания Содружества, на самом деле уже тогда были слабейшими из всех четырех видов основателей. И ничего, подтянулись, сейчас у нас у всех примерно одинаковый уровень. Ты подумай, понаблюдай. То, что вы отстаете по уровню еще не значит, что вы окажетесь бесполезны. Новые идеи, новое искусство, новые разумные со своим непохожим на других взглядом на мир… содружеству это пошло бы на пользу. Да и вам тоже.

Герман обещал, но всерьез такую возможность даже не рассматривал. «Нет уж, я надеюсь, наши там сами разберутся, без всяких помощников. Не хочу, чтобы мы как индейцы в резервациях оказались! Те, кто выживут». Но было приятно, что его не попытались просто купить. Почему-то ждал, что Шипящая предложит продать координаты планеты и не думать о том, чем там все закончится. Однако той, видимо, такое и в голову не пришло, что было очень приятно. Вообще эта ящерица ему одновременно нравилась и вызывала опасение. Она, похоже, успела догадаться и о том, что он с Тианой случайно, и о том, что сама Тиана не имеет связи с родиной. Однако почему-то делиться этими подозрениями ни с кем больше не стала. «Видно, единство в содружестве тоже достаточно условное, и все предпочитают иметь свои секретики, — решил Лежнев. — Хотя бы карты те же взять… общедоступные мы все скачали, но, оказывается, у каждого вида есть и свои, которые они в общий доступ не выкладывают. И даже не скрывают этого особо».

Закончилась вечеринка тем, что для новой цивилизации выделили этаж в «Доме представительств», который со временем предстояло заполнить, собственно, представителями. Что именно они там должны будут делать Герман представлял смутно, и не сильно стремился разобраться, по понятным причинам. Некому там будет работать, в этом представительстве — так зачем заморачиваться?

А уже после того, как прием закончился, и они с Тианой узнали по-настоящему радостную новость. Кусто, наконец, проснулся.

— Слава Богу-Императору! — заорал динамик, как только Герман нацепил шлем. — Герман, Тиана! Я думал, вас захватили! Куда же вы пропали?! Я так старался побыстрее трансформироваться, просыпаюсь — а вас нет! И скафандры пусты! Разве можно так пугать! Да если бы у меня было сердце, я бы, наверное, умер от его разрыва! Герман, ну скажи что-нибудь! Где Тиана?! Почему на нашей базе находятся два каких-то странных типа, еще и ведут себя как хозяева?! Они зачем-то переделали систему жизнеобеспечения, и теперь в одном крыле местная атмосфера!

— Да ты мне слова вставить не даешь! — Герман и сам был рад до невозможности. — Тиана одевается, сейчас появится. Дружище, ты бы знал, как мы тут по тебе соскучились!

Тиана, наконец, тоже надела шлем, и на какое-то время Кусто переключился на нее, чтобы сообщить о том, как нехорошо бросать бедное, несчастное существо в неведении совсем одного, без всякой надежды что-то выяснить. В общем, по его словам выходило, что более безответственных и безалаберных существ просто не может существовать, и он вот-вот готов обидеться, если ему срочно не объяснят, что случилось, и почему он проснулся в одиночестве. Пришлось объяснять, а еще радовать тем фактом, что в самом скором времени им предстоит сунуться в ловушку. Последнее Кусто не сильно заинтересовало — он был самонадеянно уверен, что сможет справиться с любыми угрозами от местных жителей, как бы они ни изощрялись.

Уже в машине на пути домой Тиана, обхватив Германа призналась:

— Это было самое сложное время с тех пор, как меня забрали у матери. Даже не знаю, как мне удалось это пережить!

— А мне вот интересно, насколько удалось увеличиться Кусто? — протянул Лежнев.

Герман Лежнев, сибарит

Герман вместе с Тианой разглядывали выкопавшегося из карьера ликса.

— Ну что? Как я вам? Правда, красивый? — обеспокоенно спрашивал Кусто, но ответа не было. Просто ни у кого не было слов, чтобы описать свой восторг. Герман уже как-то привык к прежним размерам приятеля, и он не казался ему слишком большим. Но то было раньше, а теперь… Скафандр подсказывал, что тихоход вырос аж в два с половиной раза. Тысяча метров. Ровно, тютелька в тютельку.

— Вот это ты, брат, вымахал! — наконец-то отмер Герман. — Как будто на стероидах!

— Это все заслуга качественного исходного материала, — объяснил Кусто. — Неорганическую часть я набрал на Юве, а органическая была очень хороша на твоей Земле. Там такой вкусный ил… Тиана, а ты почему молчишь?

— Я тобой горжусь! — ответила Тиана. — Ты очень красивый!

— А еще я теперь гораздо маневреннее, надо только выяснить насколько. И я отрастил себе еще два гравитационных когтя! Герман, Тиана, пойдемте же скорее внутрь! Я там столько всего переделал! Надеюсь, вам понравится!

Герман и сам уже подрагивал от нетерпения, как и Тиана, так что они поспешили в гостеприимно распахнувшийся зев прохода.

Изменения были заметны сразу же. Если раньше, только войдя в ликса, Герман сразу оказывался в кают-компании, то теперь пришлось пройти по коридору, который вывел в еще один широкий проход.

— Кают-компанию и рубку я так и оставил в самом центре, чтобы еще увеличить степень защиты пилота, — объяснял Кусто. — Теперь Тиана сможет выжить, даже если меня совсем убьют.

— Да типун тебе на язык, — ругнулся Герман. — Никто никого не убьет. Это чего такое надо сделать, чтобы тебя травмировать?

— Ракеты и лазеры технофанатиков для меня по-прежнему опасны. Правда, на их истребители я теперь мог бы и вовсе не обращать внимания. Им просто нечем будет меня всерьез ранить.

— Технофанатиков здесь нет, — успокоился Герман. Он сам удивился, откуда вдруг такие суеверия. Наверное, предстоящий визит в ловушку атлантов заставляет нервничать.

— А теперь смотрите, какие у нас каюты! — Кусто прямо-таки нетерпелось похвастаться.

Перед ними с Тианой открылся сфинктер, за которым обнаружилось очень просторное помещение. Герман приготовился хвалить приятеля, но тот снова начал частить:

— Герман, помнишь, ты рассказывал про душ? Я сделал! Смотри скорее!

Вот теперь Лежнев и сам рванул к открывшейся нише. Душа ему не хватало по-настоящему. Очень, очень сильно. Душ оказался совсем небольшой, но когда Лежнев туда вошел, вода тонкими струйками полилась сразу отовсюду — и с потолка, и со стен, и даже снизу, с пола. Теплая.

— Ай-ай, дружище, ты чего?! Я ж не разделся! — парень теперь разрывался между двумя желаниями — продолжить осмотр, или плюнуть на все, и помыться по-настоящему.

— А я тебя сейчас теплым обдую! — Вода течь прекратила, зато задул теплый воздух. Даже горячеватый, на взгляд Германа, зато неприкрытая скафандром голова высохла почти мгновенно.

«А чего я до сих пор в скафандре-то?» — подумал Герман.

— Тиана, мне ведь можно себе эту каюту взять? — спросил Лежнев.

— Конечно, о чем ты спрашиваешь! — возмутилась девушка. — Это твоя каюта и есть, просто увеличенная. Разве не видишь?

Герман, если откровенно, ничего знакомого из старой каюты не наблюдал, потому что помещение было девственно пустым, но уточнять не стал. Но потом кроме душа обнаружилось еще одно помещение — кухня. И в ней заботливо были складированы те немудреные принадлежности, которые Герман в свое время изготовил.

— Офигеть! Как ты их сохранил! Я и забыл совсем, думал, заново придется делать! — обрадовался Лежнев. Он уже предвкушал праздничный ужин. С мясом!

— Ну уж такой-то небольшой объем я могу проконтролировать при изменении, — даже обиделся Кусто. — Неужели ты думал, что я, не спросив тебя, испортил бы твои вещи!

Лежнев почувствовал, что у него защипало в глазах. Еще несколько дней назад он был уверен, что пришла пора прощаться и с ликсом и с Тианой, а тут такое. «Когда я успел к ним так привязаться? — подумал парень. — Ладно, нравится тебе Тиана, но ты ведь и Кусто воспринимаешь как младшего братишку!»

Экскурсия между тем продолжилась. Пришла очередь каюты Тианы, которая от Германовой отличалась только отсутствием кухни и появившимся отдельным помещением, в котором теперь стояла медицинская капсула.

— Тиана, я тебе тоже сделал душ. Подумал, раз Герману нравится, может, и ты оценишь?

— Спасибо, Кусто! — обрадовалась девушка. Она была удивительно молчалива, но Герман чувствовал — просто не находит слов от радости. И от того, что снова дома. Он и сам поймал себя на том же ощущении. Как будто домой вернулся. «Но у Тианы это, должно быть, проявляется гораздо сильнее», — решил парень.

Кают-компания расширилась, а вот рубка осталась почти прежней. Кусто только сделал «стены» более толстыми, а не как раньше, когда они только решили оделить их от основного помещения.

— А еще у меня теперь есть язык! — вдруг похвастался Кусто. В стене кают-компании открылась ниша, и оттуда вылез он. Язык, в смысле. Всем, кроме размеров, он был похож на человеческий, но был больше раз в десять. Язык подвигался туда-сюда, и втянулся обратно. — Там есть вкусовые рецепторы, он чувствительный, и я теперь смогу пробовать твои, Герман, блюда!

Лежнев от этого представления пришел в крайне задумчивое состояние. Он как-то уже привык к тому, что находится внутри живого существа, и перестал воспринимать то, что его окружает, как часть плоти этого существа. И вот стена вдруг раздвигается, и из нее высовывается язык.

— Таких отборных, отменнейших глюков у меня не было даже после грибочков из муравейника, — признался Лежнев. — А самое странное, что это, походу, не глюки. «Черт, и ведь какой здоровенный он его отрастил. Это мне чего теперь, в промышленных масштабах готовить?!»

— А еще у меня сюрприз, — сообщил Кусто. — Точнее, у нас с Тианой, для тебя, Герман. Тиана, расскажешь?

— Лучше ты, — улыбнулась девушка. — Я ведь только разрешила, а так не очень представляю, о чем идет речь.

— Помнишь, Герман, ты мне рассказывал про бассейн и баню?

— Да ладно! — опешил Лежнев. — Да вы шутите!

Оказалось, не шутят. Кусто действительно устроил настоящий бассейн, пусть и небольшой совсем, круглый, метров десяти в диаметре. А рядом было помещение, которое он определил, как баню.

— Вы туда положите больших камней, которые я стану нагревать, — пояснил тихоход. — Можно и без них, но так не интересно, это получится не баня, а я сам. Так что вот.

— Дружище… Тиана… я даже не знаю, что сказать, — признался Лежнев. Он чувствовал себя именинником. И еще был очень смущен. За что ему такие почести?

— Я хочу, чтобы тебе было здесь уютно, — сказала Тиана. Видимо догадалась, о чем думает напарник. — Я просто представила себе, как мы с Кусто останемся одни, и мне стало очень грустно.

Герману остро захотелось расцеловать подругу, и он не смог удержаться. Правда, в последний момент все-таки чуть отклонился, и намеренно промазал мимо губ. Так, уголком самым задел. Судя по тому, что Тиана покраснела еще больше, но не пыталась вырваться, а, наоборот, прижалась покрепче, острого отторжения процедура не вызвала.

— А что вы делаете? — полюбопытствовал тихоход.

«Вот ты зараза любознательная!» — подумал Герман.

— Мы обнимаемся, — ответила Тиана. — Это так приятно! Хотя у нас почему-то не принято.

— А меня обнять?

— Я тебя даже поцелую, если захочешь, — пообещал Герман. — Хотя мужчина с мужчиной не целуются.

— А почему? — тут же заинтересовался Кусто.

— Ну вот не принято у нас, — не стал вдаваться в подробности Лежнев.

— Тогда лучше не надо. Пусть меня лучше Тиана поцелует.

— А я не умею, — призналась девушка.

Германа так и подмывало предложить поучиться, но он тупо побоялся. Как мальчишка, в самом деле. Впрочем, попереживать по поводу своей нерешительности не получилось, потому что посмотреть еще было на что, и Кусто жаждал этим похвастаться. Кроме кают для Германа и Тианы появились еще несколько не таких роскошных, но вполне приличных.

— Так что мы сможем брать пассажиров, если что, — подытожил тихоход. — Только не очень много.

— Нет уж, — покачала головой девушка, зябко передернувшись. — В ближайшее время меня пассажиры не интересуют! Одного хватило. Лучше покажи, что у нас с грузовым отсеком.

Трюм Лежнева не сильно заинтересовал. Он как-то слабо себе представлял, где, и, главное, зачем они смогут набрать столько полезного и нужного, чтобы заполнить эту гигантскую полость. Потом ликс еще долго принимал похвалы и поздравления. Он явно был очень доволен произведенным эффектом. Герман, вообще-то тоже был очень доволен. Такого комфорта он даже представить не мог, и ненадолго почувствовал себя барином.

— А еще у меня осталось около пятидесяти тонн ненужной массы, — подытожил Кусто. — Даже не знаю, что с ней делать. И выбросить жалко, и носить с собой почти бесполезно. Все запасные полости заполнены, а эта вроде бы лишняя…

— Странно, — не понял Лежнев, — я думал, ты можешь слопать все, что угодно и сколько угодно.

— Герман, я не про исходное вещество говорю, — пояснил Кусто. — Я про свою плоть. Я же не просто так увеличивался, у меня был план. И я его полностью выполнил, а эта масса осталась. Снова поглотить я ее не могу. Точнее, могу, но пользы от того никакой не будет, я просто переработаю ее в энергию, так же, как если бы питался стандартной пищей. А она гораздо ценнее. У нее остались какие-то рефлексы, она может так же, как и я сам, в каких-то пределах управлять гравитацией, да и защитными свойствами обладает…

— Подожди… — удивился парень. — Ты что, хочешь сказать, что ты отпочковал еще одного ликса?

— Нет, ты что! Я слишком сложное существо, чтобы размножаться почкованием! Это просто плоть, у которой присутствует набор базовых рефлексов и реакций. Я же рассказывал тебе, как мы размножаемся!

— Просто плоть, значит, — задумался Герман. — А я вот тут подумал… если ты какой-нибудь небольшой технический корабль этой плотью покроешь, это как, можно использовать?

Как всегда, когда в голове начинала брезжить какая-нибудь бредовая мысль, тем не менее, казавшаяся дивно удачной, Герман говорил тихо и медленно.

— Ну, если в сочетании с техникой… так можно очень сильно улучшить защиту, незначительно увеличить скорость, значительно — маневренность, и очень сильно — скрытность. А еще упростить систему жизнедеятельности. По крайней мере, воздух вырабатывать будет больше не нужно. Но, Герман, это все равно будет гораздо менее совершенный корабль, чем я!

— В этом я не сомневаюсь, дружище, — радостно закивал Лежнев. — Ты — недостижимый идеал. Даже среди ликсов ты точно самый лучший в галактике!

— Я такой! Так ты не хочешь забрать эту плоть и улететь на техническом корабле от нас с Тианой? — подозрительно спросил Кусто. Герман мельком взглянул на девушку, и увидел, как она старательно отводит глаза.

— Да ну, вы чего, с ума сошли? Куда я от вас денусь! Я просто давно думал, что соваться в ловушку на тебе — это как-то слишком очевидно. Даже хотел как-нибудь замаскировать технический корабль под тебя, только не мог представить, как. А теперь все сходится! Как ты думаешь, Тиана?

— Я не очень понимаю, что ты хочешь сделать, — пробормотала девушка. После того, как Герман пообещал никуда от них не уходить, она успокоилась, и одновременно насторожилась.

— О какой ловушке ты говоришь? — почти одновременно спросил Кусто.

«Точно, мы ж ему так и не рассказали о договоре с атлантами!» — вспомнил Герман, и в нескольких словах описал ситуацию.

— Теперь понимаешь, для чего мне корабль? Атланты пока тебя не видели… Кстати, ты бы закопался обратно, для конспирации. Так вот, у нас еще целый день на то, чтобы сделать корабль, который будет выглядеть как ты раньше… ну, может чуть поменьше. И я думаю, можно будет атлантам сказать, что корабль — это ты и есть. И полететь на нем туда, куда они нас там приглашают. Так что если это все-таки ловушка, то в нее попадешь не ты, а корабль, который не сильно жалко.

— Герман, но у нас же нет настолько совершенного автопилота! — напомнила Тиана. — И у местных, если и есть, то мы о нем не знаем. Как же ты собираешься обмануть атлантов?

— Так я на нем и полечу! — радостно сообщил Герман. — Давно мечтал попробовать себя в роли пилота!

— Что?! Это исключено! Герман, ты что, сошел с ума? Кусто же тебе сказал — это только его плоть, она неразумна! Этот корабль, который будет ею покрыт, во много раз хуже, чем настоящий ликс! Они просто уничтожат тебя!

— Так я ж не один полечу! — удивился Лежнев. — Вы полетите со мной… точнее, за мной. С разницей, скажем, в полчаса. Тихонько выйдете из гипера по тем координатам, что укажут атланты, и, если что, меня спасете. Уж уничтожать напрочь они меня точно не будут, ясно же, что им Кусто нужен одним куском, а не распыленным на ошметки. Так что продержусь как-нибудь, заставлю ловушку сработать, а вы потом вдарите. Если же вдруг окажется, что атланты в кои-то веки захотели поступить честно, то мы уж как-нибудь придумаем, почему разделились. А то и правду скажем! Понимаете, мне вот не нравится эта игра. Я просто опасаюсь, что это будет игра в «мы знаем, что вы знаете». Ну, в смысле, вдруг эти атланты только корчат из себя спесивых идиотов, которые ни во что не ставят любого, кто принадлежит их виду? Вдруг они знают, что мы ждем ловушку, но у них там какой-то совсем уже запредельный сюрприз, и все наши возможности учтены? В конце концов, Алвин явно успел передать многое своим друзьям, вряд ли они совсем ничего не знают о наших возможностях. Да и мы сегодня со всеми интересующимися в содружестве поделились видео, как вы с Тианой мастерски разносите матку муравьев.

— Герман, я против! — очень серьезно сказала Тиана. — Я считаю, что ты ведешь себя, как тот самый камикадзе, о которых мне рассказывал. Ты собираешься пожертвовать жизнью, чтобы вскрыть эту ловушку. Если мы их так опасаемся, лучше просто откажемся с ними сотрудничать!

Вообще-то Герман в целом был с Тианой согласен. Рисковать ради пусть и очень нужной, но карты — глупо. Тем более вот так. Однако были еще две причины, которые просто толкали парня на эту авантюру. Во-первых, корабль. Лежневу до звона в ушах, до дрожи в коленях хотелось свой корабль. Вот просто хотелось — и все, без каких-то причин. И он даже мог его себе позволить, только обижать приятеля не хотелось. А тут такой повод. Не просто так он обзаводится игрушкой, а со смыслом. «Да в любом случае, как может не пригодиться еще один корабль? Даже если он будет хуже, чем Кусто? Это ведь еще одна степень свободы! Запасной вариант! А если Кусто снова в спячку впадет?!»

Вторую причину Лежнев не озвучивал даже в мыслях. Если бы ему кто-то ее назвал, то и вовсе стал бы отрицать, причем вполне искренне. А причина была глупая и детская до невозможности. Хотелось выглядеть полезным и нужным перед Тианой. Не героем — Герман вполне осознавал, что на героя он не тянет. Но пофорсить своими подвигами перед симпатичной девчонкой хотелось. «Главное, чтобы как тогда, в детстве не получилось», — мрачно подумал парень. Он вспомнил тот случай, когда, рисуясь перед одноклассницей, лихо спрыгнул со второго этажа школы. И даже не сломал себе ничего, вот только делать перекат на усеянном битыми бутылками асфальте явно не стоило. Мать потом очень ругалась, выковыривая пинцетом из спины стеклянное крошево.

Тиану он все-таки уговорил, осталось в кратчайшие сроки найти где-то хоть какой-нибудь корабль, причем, желательно, так, чтобы об этом не узнали атланты.

— Блин, это просто танталовы муки какие-то! — неосторожно вслух пожаловался Герман, когда вспомнил о сауне, душе, и о вкуснейших мясных блюдах, которые он мог бы приготовить.

— Какие муки? — тут же отреагировал Кусто. Пришлось объяснять. Кажется, Кусто это сравнение очень польстило.

Тойдорианцев Герман после возвращения еще не видел — они с Тианой сразу отправились общаться с тихоходом. Коротышки нашлись в своем крыле, которое они успели для себя выделить, воспользовавшись неосторожно данным перед отъездом разрешением Тианы. Геман почему-то думал, что они оборудуют для себя одну-две комнаты, но Чип и Дейл мелочиться не стали, забрали себе сразу все крыло.

— Слушайте, дорогие товарищи. Мне нужно купить корабль, причем так, чтобы об этом не узнали атланты. Есть совет?!

Тойдорианцы продолжали вопросительно смотреть.

— Мне нужно что-то быстрое, небольшое. Главное — быстрое, — объяснял мусорщикам парень. — Но оно должно быть достаточно надежным, понимаете?

— Ага, и вооруженным как военный крейсер? — хмыкнул Чип. — Ты просишь взаимоисключающих вещей! Хорошо защищенный корабль просто не может разгоняться достаточно быстро. Потому что у него большая масса! Что тут непонятного? А какой-нибудь курьер разобьют из любой ерунды. Понимаешь?

— Я не сказал защищенное! — возмутился Герман. — Я сказал — надежное! Чтобы не ломалось от каждой ерунды, чтобы при резком ускорении ничего не отваливалось и все такое. Или там, если посадка довольно жесткая. Такое — можно?

— А ведь есть одна штука, — вскинул хоботок Дейл. — Чип, помнишь…

Коротышки посмотрели друг на друга с каким-то мистическим восторгом, и дружно кивнули, будто только что о чем-то договорились.

— Герра! Я думаю, тебе нужно непременно посетить нашу свалку.

Лежнев печально вздохнул. Он подспудно боялся именно этого предложения.

Свалка находилась на самой окраине, даже за ней — таксист явно демонстрировал нежелание лететь в эти неприветливые места, но открыто, конечно, не протестовал. Тем более за ту сумму, которую заплатил Лежнев. Конечно же здесь и близко не было великолепия центра города. Пока они летели над промзоной. Герман с любопытством смотрел вниз, хотя ничего привлекательного, откровенно говоря, не видел. Бесконечные унылые ряды ангаров, сараев, мастерских, одинакового серого цвета, будто покрытых пылью.

— Вот и мы здесь обоснуемся, если с кораблем выгорит, — мечтательно задрал хоботок к небу Чип. — У нас тут будет свой ангар, очень большой и оборудованный! А в ангаре маленькие комнатки, чтобы и жить прямо здесь. Герра, мы тебе обязательно выделим жилище. Будешь тут жить?

— Вряд ли, — Лежнев с сомнением покачал головой. — Мне больше в космосе нравится, — и деликатно добавил: — Но гостить буду обязательно.

— Это да, вы, пустотники, все больны космосом. Настоящей красоты не понимаете, — понимающе покачал головой Дейл.

Промзона закончилась, и под флаером потянулось огромное поле, заваленное всевозможным металлическим хламом. Начиная от каких-то совсем мелких агрегатов, которые Герман определил, как бытовые приборы вроде микроволновок или холодильников, и заканчивая остовами кораблей. Такси медленно опустилось, водитель дождался, когда пассажиры выйдут, и очень быстро рванул ввысь.

— Пойдем, — махнул рукой Чип. — Пусть летит. Обратно все равно своим ходом будем добираться.

Еще десять минут их с Тианой, которая, конечно, тоже захотела посмотреть на обиталище коротышек, вели какими-то тропками, проложенными между мусорных куч… забавно, но тойдорианцы явно на своей территории поддерживали какое-то подобие порядка. По крайней мере дорожки были довольно аккуратно и даже не без претензии на художественный вкус выложены обломками пластика и металла.

— Смотри, какой красивый узор — указала Тиана.

— Это Дейл у нас выкладывал, — гордо похвалил товарища Чип. — Он любит, чтобы было красиво.

Герман присмотрелся и удивленно хмыкнул. Когда-то давным-давно, в прошлой жизни, ему в электричке попался женский журнал, в котором подробно описывался узор Ирландская цепочка. Сейчас на дорожке был выложен именно он, разве что с небольшими изменениями. Так, удивляясь разнообразию и бестолковости информации, которая хранится в его голове, Лежнев чуть не пропустил, когда ему показали его будущее приобретение.

Тиана ди Сонрэ, инструктор

— Это что за уродец? — деликатно спросил Герман, увидев странную конструкцию, похожую на длинную, метров двухсот длиной, толстую трубу с небольшой нашлепкой в конце.

Тиана мысленно подивилась мягкости напарника. На ее взгляд, это вообще нельзя было назвать космическим кораблем, даже уродливым. Конструкция выглядела нелепо — так же, как и описание, предложенное Германом. И теперь, глядя на «птичку», которую во всю нахваливали тойдорианцы, эта идея стала нравиться разведчице еще меньше.

— Это не уродец! — возмутился Чип. — Это лучший гоночник во всей вселенной!

— Вот только гонки-то отменили! — возразил Дейл. — Нет больше гонок, и мы эту чудо-калошу пристроить никуда не можем уже два года, разве не так? А все ты! Мы обязательно выиграем, получим кучу денег… я сразу говорил, что затея гиблая!

Чип резко успокоился, даже как-то стушевался.

— Кто же знал, что они введут этот дурацкий запрет?! Это был шанс решить разом все наши проблемы!

— Так себе шанс! — отрезал Дейл, — Сколько там в последний раз финишировало? Пятнадцать человек из ста?

— Ну да, смертность высокая! Но кого это волнует? Уж мы-то точно до финиша добрались бы, с таким-то кораблем! Да и отменили не из-за этого. Тогда просто среди зрителей было многовато жертв. Так надо просто не пускать к трассе никого, вот и все!

— И в чем тогда смысл мероприятия? — Спор, похоже, повторялся далеко не впервые, и обе стороны отлично знали свои аргументы. И могли продолжать в таком духе чуть ли не бесконечно.

— Вы мне лучше объясните — это чего, просто двигатель от военного крейсера, что ли? — прервал тойдорианцев напарник.

Тиана сначала удивилась таким познаниям, а потом вспомнила, что Герман довольно много времени посвятил изучению местной техники по каталогам.

— Ну да, комфорта тут никакого, — Чип снова бросился защищать свое детище. — Системы жизнеобеспечения тоже нет. Система компенсации ускорения… есть, правда работает только в продольной оси. Но рубка управления вполне нормальная — вон, видишь тот конус? Мы ее быстро под твои размеры переделаем! Это отличный корабль! Самый лучший гонщик из всех! Поверь, мы знали, что делаем!

— Да это ж тупо ракета с управлением! — возмутился напарник.

— Неправда, — обиделся Чип. — Двигатель стандартный, на принципе гравитационных колебаний. Откуда ты только вспомнил про реактивное старье?! Кстати, да, немного похоже… Но это полноценный корабль! Да, управлять им придется в скафандре. Но зато, он в самом деле очень быстрый! И ему почти наплевать на столкновения! Он даже может выжить после падения на планету! Пилот, конечно, не выживет, но сам корабль останется способен к передвижению! А еще, он очень маневренный. Перегрузки, конечно, довольно высокие, систему ограничения я намеренно ставить не стал, потому что она бы отняла у него половину его преимуществ!

Тиана прекрасно поняла, почему Герман обхватил голову. Чисто теоретически этот управляемый снаряд действительно по всем параметрам совпадал с его запросами. «Ну вот и славно! — подумала девушка. — Сейчас он, наконец, откажется от своей дурацкой затеи, и мы вернемся на Кусто. Лучше бы приготовил что-нибудь вкусное, чем тратить время на эту опасную ерунду!»

Но Герман от затеи отказываться не спешил. Сначала расспросил приятелей про гонки, о которых они упоминали. Чип и Дейл охотно рассказали: это, оказывается, была раньше такая ежегодная забава в содружестве. Просуществовала аж пятьдесят лет — очень приличное время, — пока не была закрыта из-за слишком большого количества жертв. Смысл гонок был в том, чтобы облететь всё содружество за как можно более короткое время. Точнее, не все. Трасса была проложена по столичным системам. Участники должны были посетить каждую, и в каждой необходимо было пройти сложную трассу на досветовых скоростях. В локальных гонках в каждой системе могли участвовать «местные» гонщики, но настоящими победителями считались только те, кто прошел всю трассу целиком. Участвовать могли любые корабли — не удивительно, что в гонках участвовали самоделки.

Прикрыли эту забаву после того, как одна из таких самоделок на полной скорости воткнулась в столичный город столичной планеты чужих. Поскольку город находится по большей части под водой, разрушения оказались намного меньше, чем могли бы… но все равно, около двадцати тысяч жителей столицы погибли в той катастрофе. Да и город пришлось частично отстраивать. А самое паршивое, счет предъявить тоже было некому. Конструктор, владелец и пилот в едином лице погиб вместе со своим кораблем в пламени взрыва.

И вот теперь Герман вознамерился стать счастливым обладателем одной из таких самоделок. Правда, оба продавца в один голос убеждали, что корабль достаточно надежен. Да, не удобный, не слишком безопасный… точнее, совсем не безопасный. Но подвести пилота не должен. Тиана ушам поверить не могла — в конце концов Герман согласился на покупку. И велел тут же начинать переоборудование корабля под его размеры, благо работы там было не так уж много.

— А насчет вооружения? — уточнил напарник, ревниво наблюдая, как тойдорианцы спешно переоборудуют рубку управления. Тойдорианцы только покачали хоботками

— Что, вообще никак?

Тойдорианцы отвели глаза и печально склонили головы.

— Прости, Герра. Никак. По крайней мере — быстро. Тебе ведь надо именно быстро. Оружия в открытой продаже нет. Тут надо хорошие знакомства. У нас, вроде бы, есть какие-то контакты, но там еще не известно, будут ли с нами вообще говорить. И в любом случае — не быстро.

— Вы ж компенсатор мне продали от какой-то пушки. И говорили, что у вас и остальные части есть?

— Герра, ты вообще представляешь себе размер этой пушки?! — возмутился Чип. — Да она в длину половина от корабля! Как ты думаешь, мы ее сюда приладим?!

Тиана мысленно согласилась. Она могла себе представить, как это будет выглядеть, но совершенно не хотела увидеть результат своих фантазий вживую. И Герман, вроде бы, тоже понял, что настаивать на срочной установке будет глупо.

— Что, за сутки ничего нельзя достать? — задумчиво спросил Лежнев.

— Вообще никак.

У Чипа как раз в этот момент с диким грохотом что-то взорвалось. И это вряд ли планировалось — тойдорианца подбросило метров на десять, после чего он плюхнулся на бетонную площадку. Звук, с которым тело механика встретилось с бетоном, чем-то напоминал шлепок, который издает плохо надутый мяч, с большой высоты падая на мрамор. Когда такое произошло впервые, Тиана думала — все. Не выживет. Однако оказалось, что тойдорианца таким не проймешь. Работают они в скафандрах с высокой степенью защиты, а к ударным нагрузкам их тела в принципе неплохо приспособлены. Вот и в этот раз Чип, с руганью поднялся и полез исправлять ошибку.

— Слушайте, — у Германа опять знакомо загорелись глаза. — А может, вы мне сами пушку сделаете? Обычную, пороховую? Трубу покрепче взять, да и все! По факту только наделать снарядов, да и все. Мне ведь не нужно что-то высокотехнологичное. Так, чисто символически, просто чтобы не совсем беззащитным оставаться.

Тойдорианцы с готовностью бросились исполнять пожелание «заказчика». Тиана смотрела, и удивлялась. Неужели не понимают?!

— Герман! Это же полный бред! Ты что, не понимаешь, что боевые системы с отдачей не просто так никогда не применяются в космосе! Ваша земная наука уже точно должна знать закон равенства действия и противодействия! Ты просто не сможешь управлять кораблем, который будет стрелять из такого оружия!

— Да ладно! — возмутился Герман. — Плазменные заряды же вон тоже ускорителем разгоняются. Значит, и отдача тоже есть. Ничего же, получается как-то!

— Чип, Дейл, ну хоть вы ему скажите! — возмутилась девушка. Сгусток плазмы весит… да почти ничего не весит в сравнении с куском металла!

— Да ладно, — отмахнулся Дейл. — Мы ему поставим по продольной оси, он будет только прямо стрелять. Отдача будет компенсироваться тягой двигателей. Нормально получится. Пару раз выстрелить точно получится, если что.

— Вот! — кивнул на «эксперта» парень, — Профессионал говорит, что все нормально.

Тиана отчаянно выругалась. «Он совершенно безумен. Земляне — совершенно безумны. Сесть в сляпанный на коленке корабль, который ни разу не испытывался. Установить на него перед этим пушку, которая стреляет массивными снарядами. Без расчетов, без всяких предварительных испытаний. И он еще собирается всю эту конструкцию покрыть плотью ликса, что тоже на самом деле риск».

Все было так хорошо, так прекрасно. Красивый наряд, прием, на котором она чувствовала себя в центре внимания, как настоящая дама верхних уровней социальной полезности, потом проснулся Кусто. А потом Герман ее поцеловал. Прикоснулся губами к самому уголку губ — странное, нереальное ощущение. Даже голова закружилась от удовольствия — так неожиданно приятно было чувствовать прикосновение его губ. Хотелось, чтобы этот момент никогда не кончался. И вот, не дав ей прийти в себя, не дав справиться с бурей эмоций, он сообщает, что ему нужен отдельный корабль. Все рухнуло. Он хочет их бросить! Объяснение, для чего ему понадобился корабль с трудом пробилось сквозь черную пелену. И тогда стало еще страшнее. Он не хочет улетать, он собирается погибнуть! «Да зачем мне вообще эти карты! — думала Тиана. — Плевать. Наверняка есть способ найти дорогу домой и без таких жертв. А если нет, я и без возвращения домой обойдусь». В этот момент ее непоколебимая уверенность в необходимости вернуться к народу киннаров впервые дала трещину. Но Германа было уже не остановить. Она уже видела у него такое выражение лица. Бесшабашность, уверенность в своей правоте, и какое-то детское желание рискнуть, испытать себя и все, что находится вокруг. Иногда Тиане казалось, что ее напарник не до конца верит в реальность окружающего мира.

«Дурак, какой же дурак! Там, у себя на Земле, он был гораздо осторожнее. Я же видела. А сейчас он будто бы совсем потерял инстинкт самосохранения». И все равно, где-то на самом краю сознания девушка понимала, что он все делает правильно. Потом, когда улягутся эмоции, она будет жалеть об этом. Знать, что не использовала все возможности для возвращения. Это будет грызть ее годами. И Герман это тоже понимает. Поэтому и решился на риск. Разведчица вдруг вспомнила тот смешной контракт, который она сочиняла всего несколько дней назад. Даже передала его Герману. Интересно, он хотя бы заглядывал в него? Девушка была уверена теперь, что он с ним никогда не согласится. Он будет подчиняться ее решениям в тех вопросах, в которых она разбирается лучше. Потому что это разумно. Но ограничивать себя какими-то правилами… сейчас она бы и сама не стала его подписывать. Глупая была попытка. Она хотела задать дружбе алгоритм, как какой-нибудь ярый технофанатик, которые всю жизнь стремятся окружить себя машинами, и сами почти превратились в них.

Пушку доморощенные конструкторы, вопреки логике и здравому смыслу все-таки установили. Теперь прямо из центра кабины пилота торчало хищное жерло. Герман еще и рецепт взрывчатой смеси попытался вспомнить, но услужливые тойдорианцы предложили свою, которая даже не будет бояться вакуума. Окислитель в ней присутствует в виде сухих включений, так что воздух ему не требуется. Даже какую-то систему подачи снарядов придумали, так что стрелку не придется вставать с пилотского кресла чтобы ее зарядить после каждого выстрела. И Герман этому факту радовался! То есть изначально он даже на такое не рассчитывал. Тиана молчала — удивляться уже просто сил не было.

— Ну все, готово! — устало выдохнул Чип, глядя как напарник прикручивает последнюю панель на место. За последние три часа корабль краше не стал. Разведчица искренне надеялась, что после приживления плоти ликса он станет хоть немного краше.

— Довезете Тиану до нашей базы? — поинтересовался Герман. За корабль он с тойдорианцами расплатился, и по их довольному виду, достаточно щедро. — А я пока эту птичку к базе перегоню.

После чего отключил внешние динамики, и спросил Кусто:

— Дружище, глянь, пожалуйста, там поблизости и над нами никаких атлантов нет?

— Я с ним полечу, — сказала Тиана тойдорианцам. — Герман, я с тобой.

— Эммм… — напарник явно подбирал слова, чтобы отказаться.

— Если ты настолько опасаешься, что даже меня с собой не возьмешь, то может, не стоит вообще эту затею воплощать в жизнь?

— Так я не за корабль… просто я же еще ни разу ничего не пилотировал. Управление вроде простое, я ж много про это читал в последнее время, но все-таки в первый раз.

— Вот я тебе и помогу, если ты растеряешься, — отрезала разведчица.

Герман не нашелся с возражениями, только пробурчал, что ему теперь будет еще страшнее, и он станет только сильнее нервничать. Но Тиана на это бурчание внимания не обратила, и первой заскочила в кабину. Кресло пилота, экраны обзора, штурвал, и торчащий прямо в рубку затвор и заряжающее устройство. «Ничего лишнего», как сказал Чип.

— Тут второго кресла нет, — сообщил Герман очевидное. — Давай, может, все-таки на такси?

— Ничего, я постою. Мы же не будем настоящие гонки устраивать?

— Да тут бы хоть взлететь, — едва слышно пробормотал Герман, но потом сразу поправился: — В смысле нет, конечно. Сейчас тихонечко и осторожненько… в общем, нормально все будет.

Управление, на взгляд Тианы, здесь действительно было очень простое. Два режима двигателя — для атмосферных полетов и для космического пространства. Штурвал, переключатель для системы компенсации ускорения. Еще автоматический навигатор и кнопка перехода в гиперпространство. С полетами тоже все относительно понятно. В общем, даже ребенок справится — если лететь медленно и спокойно. А вот участвовать в бою без тренировки Тиана бы никому не посоветовала, потому что в отличие от ликса, тут никто не предупредит тебя, что следующий маневр может раздавить тебе кости в крошево ускорением. Да и автоматического ограничения тоже нет — тойдорианцы сознательно не стали ее устанавливать. «Гоночная машина, а автоматика слишком паникерская. Малейших синяков не допускает!» — гордо сообщил Дейл, который, оказывается, ни разу в жизни не сидел в пилотском кресле.

— Так, ну чего, двигатель на старт, атмосферный режим, — бормотал Герман. — Ну что… «он сказал поехали, и махнул рукой».

С этими словами Герман осторожно потянул на себя штурвал. Тиану резко, — так что еле устояла, вдавило в пол, а потом потянуло назад. Девушка изо всех сил вцепилась в спинку, но ускорение почти сразу сменило направление, и ее, наоборот, в эту спинку вдавило.

— Вааау! — напарник, кажется, был в полном восторге. — Это ж просто супер! Блин, мы, кажись, мимо пролетели, сейчас развернемся.

Тиану потащило в сторону. Бросив взгляд на экраны, девушка поняла: вместо того, чтобы развернуться, они делают уже второй круг.

— Блин, как-то все быстро… — озадаченно пробормотал напарник. — Приноровиться надо.

Ему все же удалось вернуться на нужный курс, и еще через минуту корабль начал приземляться. Тиана чуть согнула колени, готовясь к удару, но Герман, кажется, уже разобрался. Корабль встал возле здания базы почти ювелирно, даже тряхнуло не сильно.

— Класс! Тиана, видела, как я? — несмотря на то, что голос у Германа был веселый, руки дрожали. «Да у тебя самой руки дрожат, — подумала девушка. — Этот корабль слишком быстрый для начинающего! Даже Кусто не позволяет себе носиться с такой скоростью в атмосфере! Вот тебе и проследила, чтобы у Германа все получилось! Инструктор, называется!»

— Герман. Ты точно уверен, что нам это действительно нужно?

— Как никогда! — радостно сообщил напарник, и, пошатнувшись, вылез из кресла.

Процедуру «модификации» кораблей с помощью плоти ликса Тиане прежде наблюдать не доводилось. Она только слышала, что это возможно, да и в целом плоть ликсов учеными киннаров довольно востребована. Есть на родине даже специальные тихоходы, которых непрерывно откармливают, а полученную плоть используют для нужд промышленности. Тиане всегда было безумно жалко этих калек. Они не страдают, потому что при выведении их мозгу не дают развиться, но все равно, такое использование гордых космических странников казалось девушке слишком жестоким. Теперь вот появилась возможность понаблюдать за процедурой лично.

Кусто вылез из своего убежища на дне карьера, и погрузил корабль в трюм. К кораблю потянулись нити, будто бы оплетая его в кокон. Открытыми оставались буквально несколько мест — датчики, двигатели, и жерло пушки.

— А ведь похоже! — обрадовался напарник. — Поменьше, конечно, но в целом, скажи — похоже? — обрадовался Герман.

— И вовсе нет, — тут же обиделся Кусто. — Я гораздо красивее!

— Ну, это само собой. Я про то, как это смотрится для глупых атлантов, которые не могут оценить твою выдающуюся красоту, — пояснил Герман.

Тиана чуть-чуть успокоилась. Неуклюжая, уродливая техническая машина спряталась под слоями темно-синей плоти, и теперь выглядела гораздо надежнее. «Ну что атланты смогут противопоставить? — успокаивала себя девушка. — Его теперь и обнаружить будет гораздо сложнее, и повредить — тоже. А мы с Кусто подстрахуем, и как только они что-то сделают, сразу же их остановим!»

Герман Лежнев, любитель бесплатного сыра

Страшно было до неприличия. Герман сто раз проклял свою идею с кораблем и с попыткой вывести атлантов на чистую воду, не рискуя ликсом. Потому что потряхивало уже сейчас, когда он сидел за штурвалом своего корабля, и должен был поднять его в воздух. Если бы не Тиана за спиной, он бы, наверное, нескоро решился взлететь. А так пришлось изображать невозмутимость и спокойствие, что было особенно непросто после того, как он взлетел. Хотя какой там взлетел! Стоило чуть тронуть штурвал, и как будто пинка под зад получил, так лихо взмыл в воздух чудо-агрегат производства Чипа и Дейла. Потом полегче стало… хотя, когда он вместо того, чтобы развернуться, накрутил аж три круга, Герман думал, со стыда провалится, прямо сквозь пол кабины. Каково пришлось Тиане, для которой даже кресла в кабине не нашлось, Лежнев не хотел даже думать. Хорошо, что девчонка вовремя среагировала и уцепилась за кресло, не то еще упала бы, вообще позор был бы.

Чем дальше продвигалась подготовка к предстоящей афере, тем сильнее Герман в ней сомневался. Идея, как и раньше, казалась идиотской, а теперь окончательно теряла привлекательность. Милая сумасшедшинка как-то сама собой преобразовывалась в тупость и упрямство, но Лежнев уже не мог остановиться. Что называется, «закусил удила». Теперь уже не так важны были все причины, которые подвигли его выдвинуть эту идею. Герман больше не мог отказаться просто потому, что не мог и все тут.

После того, как Кусто усовершенствовал его птичку, Лежнев всерьез задумался, как ему назвать получившийся корабль. Хотелось чего-нибудь пафосного типа «Коготь Ворона» или «Ностромо», но ассоциации упорно выдавали Герману банальное и немного обидное «Дятел». Может, из-за того, что после модификации от Кусто машина окончательна стала похожа на клюв этой птицы, может потому, что Герман невольно переносил на корабль отношение к своему плану. Ну, в смысле, только последний дятел мог придумать такой идиотизм и упрямо и методично претворять его в жизнь.

— Ладно, пусть так и будет, — во всеуслышание произнес Лежнев, окончательно разочаровавшись в попытках придумать что-нибудь другое. — Нарекаю тебя именем Дятел, и надеюсь, ты будешь такой же упорный, как эта птица, и такой же равнодушный к потрясениям, которые ты встретишь на своем пути. Ну и да, будешь так же хранить своего пилота, как ты хранишь свой мозг несмотря на многочисленные удары.

От корабля, естественно, ответа он не дождался, а вот Кусто не замедлил поинтересоваться:

— Герман, почему ты дал кораблю имя? Он же не живой и не разумный!

— А у нас так принято, что корабли получают имена, — пояснил Лежнев. — Только обычно они более пафосные, а у меня сегодня что-то фантазия отказала.

— А кто такой Дятел? — спросил Кусто.

Герман объяснил, и даже мультфильм показал про Вуди. Кусто, кажется, впечатлился.

— Все, сейчас точно пойду готовить нормальную еду! — гордо изрек Герман, но тут же был остановлен Тианой, которая, похоже, окончательно утратила веру в здравый смысл напарника.

— Герман, а потренироваться летать ты не хочешь? Или ты считаешь, что уже достаточно хорошо умеешь пилотировать?

— Хочу, — кивнул Лежнев. — Даже очень. Но еще больше я хочу есть. Я уже давно голодный, а когда голодный я соображаю плохо.

Мысль о том, что времени у них совсем немного и лучше бы потратить его на непрерывные тренировки не могла перебить дикого желания наконец-то нормально пожрать. Правда, выдумывать что-то новенькое Герман посчитал совсем уже нерациональным, так что приготовить решил то, что уже отработал. «Борщ» и «плов» на второе. Пока возился на кухне отвлекся, и пропустил момент, когда Тиана встретила прибывших тойдорианцев и заставила-таки их установить второе кресло рядом с пилотским. Оказывается, девчонка твердо вознамерилась проконтролировать обучение пилота непосредственно из кабины. Возражения Тиана проигнорировала и срезала напарника одной фразой:

— При мне ты будешь хоть немного осторожнее. Я уже поняла, что ты совершенно не бережешь свою жизнь, поэтому будем заниматься вместе.

«Ничего, сейчас Кусто заревнует и устроит скандал», — подумал Герман, и тут же мысленно выругался, потому что Кусто ревновать не захотел:

— А я буду вас страховать, и, если вы разобьетесь, помогу спастись.

Обед получился превосходным. Как раньше, когда они только встретились. Тиана поедала полюбившийся ей борщ так, что за ушами трещало, едва выкраивая время, чтобы выдать очередной совет по поводу управления кораблем. Кусто, к слову, таки вытребовал для себя по одной порции того и другого — Герману пришлось вылить наполненную тарелку на услужливо высунутый из стены язык, и потом еще раз — плов.

— Странные ощущения, — признался тихоход. — Совершенно не такие, как когда я насыщаюсь традиционным способом. Но мне нравится. Кажется, я теперь лучше понимаю значение слова «вкусно». А можно мне еще тарелку плова?

В отличие от своего пилота, тихоходу суп понравился меньше второго. Герман со вздохом высыпал вторую порцию и порадовался, что добавка еще есть. «Однако прогнозы по поводу того, что готовить придется значительно больше, понемногу начинают сбываться», — печально подумал парень.

— Эх, а обмыть-то! Обмыть-то забыли! — вспомнил Герман. Почему-то показалось очень важным соблюсти эту традицию, так что едва прожевав последнюю ложку, он бросился заказывать что-нибудь подходящее в информатории.

— Что такое «обмыть»? — Лежнев думал, что первым этот вопрос задаст тихоход, но Тиана его опередила. Он объяснил, и собеседники, кажется, даже не слишком удивились такой странной традиции.

— Я тоже хочу, чтобы меня обмыли! — Кусто, конечно, не мог остаться в стороне.

— Ты ж не новый! — засомневался Герман.

— Как это? Я же только что трансформировался! И еще не летал после этого. Меня надо непременно обмыть.

В общем, Герман заказал три стеклянных бутылки этилового спирта с водой. За неимением шампанского указал, что смесь должна быть газирована углекислотой. Потом подумал, и заказал еще парочку метилового — для тойдорианцев. Вообще-то у тойдорианцев на основе метилового спирта были разные напитки, но поскольку он в них совсем не разбирался, пришлось импровизировать.

Церемония прошла очень торжественно и одновременно весело. Тойдорианцы смотрели во все глаза, и, кажется, тоже активно запоминали ритуал, в расчете потом непременно распространить его среди своих. Сначала Герман, поднявшись на флаере тойдорианцев к самому носу Дятла, расколотил о торчащее из него жерло пушки свою бутылку, потом Тиана повторила то же самое с Кусто. Ей для этого никуда подниматься не потребовалось, тихоход просто слегка зарылся в грунт, чтобы хозяйке было удобнее. Пока Герман рассказывал тойдорианцам подробности о традиции, свидетелями которой они стали, Тиана успела не только надуть кислородный пузырь, но и разлить по стаканчикам «шампанское». Как себе, так и оставшимся на воздухе Чипу и Дейлу. Лежнев посмотрел на двухсотграммовые бокалы, доверху заполненные шипящей пузырящейся жидкостью.

— Так, забыл сказать! — судорожно начал импровизировать парень. Не хотелось портить момент и объяснять, что девушка слегка погорячилась с количеством. — Сейчас каждый берет свой стакан, и торжественно отливает из него прямо на землю большую часть. Оставляем не больше четверти, понятно? Это жертва духам.

— Да, про духов забывать нельзя, — очень серьезно закивали тойдорианцы. — Когда духи злятся — это просто беда!

Так что все отлили из стаканов лишнее, и остались у них вполне вменяемые пятьдесят грамм, на донышке. Герман с сомнением посмотрел на Тиану. «Ох, как бы не споить ребенка… с непривычки-то! Хотя ладно, скафандр если что просигнализирует».

Скафандр, к слову, и так уже успел сообщить, что в стакане слабый яд и настойчиво не рекомендовал принимать его внутрь.

— Герман, а это нормально? — забеспокоилась Тиана.

— Ну, вообще да, не очень, — согласился Герман. — Но ты же видишь, яд слабый. Только ты заранее приготовься, что это невкусно. Просто традиция такая. У нас, правда, есть и более вкусные напитки на основе этилового спирта, но в целом и они без него лучше, чем с ним. В принципе ты можешь даже и не пить. Отдашь духам, думаю, они только обрадуются.

— Я попробую немного, — решила девушка, и пригубила напиток. Герман замахнул свою порцию, тойдорианцы — тоже. Тиана скривилась так, что Лежневу ее жалко стало. Он и сам понял, что погорячился с газировкой. Откровенный перебор. Более мерзкого вкуса ему чувствовать не доводилось. А вот тойдорианцам явно понравилось.

— Вот это нихрена себе! — восхищенно завопил Дейл. — Как ты говорил этот напиток называется, шампанское? Ты не против, если мы оформим патент?

— Да оформляйте, — отмахнулся Лежнев. — Можете даже производство наладить, что вам мешает? А что, прямо вкусно?

— Отвратительно! — ответил Чип. — Но по мозгам дает так, что обычным винам и не снилось. Это точно будут покупать!

Герман только плечами пожал. За тойдорианцев он не переживал. Если уж у них столько разных видов алкоголя, да еще и разной крепости, вплоть до шестидесяти процентов, то от еще одной придумки точно не сопьются.

— Герман, вы действительно это пьете? — ошеломленно спросила девушка, немного отдышавшись.

— Если окажемся на Земле, я тебя угощу настоящим шампанским, — пообещал Лежнев. — Оно вполне вкусное. А это — водка, да еще и газированная. Она никому не кажется вкусной, но ее все равно многие любят. Я как-то рассказывал, кажется.

— Да, я помню. Герман, традиция точно не против, если я это вылью? Я кажется не хочу это допивать.

«Вот и славненько, — решил Лежнев. — А то не хватало еще чтобы ей понравилось! И настоящего шампанского я ей давать не буду, зря сказал. Нам, в целом, и без этого весело. Вот газировки бы…» Лежнев понял, что ужасно соскучился по коле и тархуну.

Раньше Герман очень тщательно соблюдал принцип «выпил — за руль не садись». Не пришлось нарушать его и теперь. Этот яд, в отличие от того, что содержалось в грибах с муравейника, скафандр распознал, и уже ввел в кровь антидот, так что даже небольшое опьянение от крохотной дозы алкоголя уже стремительно улетучивалось.

— Только постарайся не так резко, как в первый раз, — попросила Тиана, когда они уселись в креслах. — Мне кажется в атмосфере не стоит так гонять.

«Если бы еще в первый раз я это специально делал!» — мысленно хмыкнул Лежнев, и крайне осторожно потянул штурвал. В этот раз получалось гораздо увереннее. Дятел взлетел в воздух и начал целеустремленно карабкаться в зенит. Лежнев знал, что внизу, всего в километре под ним, так же плавно поднимается Кусто, но на мониторах ликс никак не отображался.

И вот они в космосе. Справа — внизу серо-зеленый диск Базара, впереди и над головой огромное небо, заполненное звездами. Герман с трудом боролся с восторгом. Все же самому управлять полетом — это совсем не то же самое, что быть пассажиром. «Хотя в слиянии, пожалуй, все равно круче», — подумал Лежнев.

— Так, а теперь давай выясним примерно ускорение, которое твой Дятел может выдать, — предложила Тиана, когда они вышли за пределы атмосферы и отлетели немного от планеты. Подъем занял довольно много времени, хотя Герман чувствовал, что птичка может гораздо быстрее. Он плавно потянул за штурвал, потом еще сильнее… система компенсации пока справлялась — его немного вдавило в спинку, но ничего страшного не произошло.

— Действительно быстрая машина, — удивилась разведчица. — Это уже двадцатая часть ускорения, которое может выдать Кусто, не убив пилота!

— Тогда еще прибавим? — предложил Лежнев.

— Давай, — слегка неуверенно предложила Тиана, и Герман втопил.

Вот теперь его проняло. Кости даже немного хрустнули, сиденье жалобно заскрипело. Герман глянул на экраны. Базар, оставшийся позади, уменьшался на глазах. Это был настоящий восторг.

— Здорово, правда? — спросил он Тиану. — Кусто, ты насколько быстрее можешь?

— Всего в десять раз! — похвалил тихоход.

— Действительно, быстрая машина, — снова удивилась Тиана. — Местные, пожалуй, даже помедленнее будут! А теперь попробуй маневрировать. Только осторожно.

Герман попробовал. Сначала осторожно, потом чуть резче… Ему нравилось все сильнее и сильнее. Базар был уже слишком далеко, чтобы видеть свое движение, но даже так скорость чувствовалась. Герман задумался. Он ведь не в слиянии с ликсом, который намного чувствительнее любых приборов, и в самом деле ощущает изменение своего положения относительно небесных тел. Мониторы показывают одно и то же, но все равно Лежнев точно знает, что сейчас несется дикой скоростью.

— Слушай, а почему я чувствую скорость? Если посмотреть на экране, мы просто висим в пространстве. Звезды-то слишком далеко, чтобы как-то менять положение относительно них.

— У тебя понемногу развивается ментальная чувствительность, — огорошила девушка. — Я тоже чувствую. Это хорошая способность.

— Нихрена себе… — удивился Лежнев. — У меня-то откуда? Я ж не киннар.

— Но вид-то у нас один! — напомнила девушка. — У людей эти способности еще слабые. Ты вот шипящую вспомни! А инициировалась эта способность у тебя в слиянии с ликсом. Я всегда говорила, что ты очень талантливый! Далеко не всякому слияние помогает!

Лежнев с удовольствием обсудил бы эту особенность еще, но вмешался Кусто:

— Тиана, Герман, вас там вызывают. Через информаторий. Будете отвечать?

— Выводи на забрала, — насторожилась Тиана.

Это ожидаемо оказался благообразный Катис и Малант — Лежнев вдруг сообразил, кого ему напоминает эта приятная физиономия. Сейчас, когда с лица сошли синяки под глазами, которыми обеспечил его Герман, это стало особенно заметно. Шив Палпатин, он же Дарт Сидиус. Не брат близнец, но похож. Прежде всего выражением лица. «Хотя Катису до того гения далеко, — мысленно хмыкнул Лежнев. Мельче плавает. Правда и мы с Тианой на совет джедаев не тянем».

— Тиана ди Сонрэ, мы узнали, что вы взлетели с планеты. — Лицо у Катиса было обеспокоенное. — Неужели вы решили нарушить наши договоренности?

«Интересно, они это из информатория выяснили, или смогли отследить Дятла?» — задумался Герман. Перед взлетом он дисциплинированно отправил в местные регистрирующие органы запрос на взлет — чистая формальность для тех, кто отправляется не с космодрома, но и скрывать им особо было нечего. Ну, кроме того, что взлетают два корабля вместо одного.

Тиана с надеждой взглянула на Германа, но тот отрицательно мотнул головой. Он уже не мог остановиться.

— Мы закончили ремонт, и сейчас я тестирую корабль, — тяжело вздохнув, ответила девушка. — Наши договоренности остаются в силе.

— Прекрасные новости! — лицо атланта разгладилось. — Когда вы будете готовы к отправлению?

— Скажи ему, что через день, ладно? — попросил Лежнев. Не то чтобы он оттягивал дело, просто сегодняшний денёк получился опять ну очень длинным. Сначала прием, после приема они узнали, что Кусто проснулся… в общем, в эту ночь никто так и не спал.

Атланту не слишком понравилась задержка, но ничего сделать он не мог.

— Скажите, Катис и Малант, вы замышляете против меня? — вдруг спросила Тиана. — Этот предстоящий поход — ловушка?

Герман сообразил, почему девушка задала этот вопрос. Если сейчас атлант солжет, Кусто это почувствует.

— Ваш вопрос мне крайне неприятен, — ответил атлант. — Ваше недоверие оскорбительно, но я вас прощаю, потому что мой соплеменник своими действиями вызвал это недоверие. Ответить я могу только одно: все мои действия направлены исключительно на пользу народу атлантов. Вы можете стать частью этого народа. Выводы можете сделать сами.

«Ага. А ловушка ли поход, он так и не ответил. Да и насчет пользы для атлантов… Кто знает, какую пользу он видит для Тианы?»

— Он не солгал, — сказал Кусто.

— Я уже поняла, — вздохнула Тиана. — Если бы он прямо заявил, что это ловушка… Герман, хоть ты и хочешь зачем-то в нее сунуться, я бы настояла на своем. Просто отказалась бы тебя страховать. А теперь… Но ведь он так и не сказал прямо!

«В том-то и проблема, — вслух Лежнев отвечать не стал. — Нужно, чтобы ты была уверена. А то ведь никогда не успокоишься. Хотя по мне — все очевидно: этот атлант просто скользкая скотина, и прекрасно понял, что ты умеешь распознавать ложь!»

— Все, давай уже возвращаться на планету, а то мы сейчас прямо здесь уснем, — предложил он разведчице.

Отдых пошел на пользу. Герман смог, наконец, воспользоваться душем, отчего был в полном восторге, и уже предвкушал баню и бассейн. Но не сейчас — совсем уж расслабляться перед попыткой сунуть голову в ловушку не хотелось, да и были еще дела. А вот Тиана наоборот, по мере приближения часа отлета нервничала все сильнее.

— Герман, ты, главное, не пытайся с ними воевать. Если поймешь, что не можешь сопротивляться — потерпи совсем немножечко. Даже если они успеют тебя пленить до нашего с Кусто появления, мы тебя все равно вызволим! Лежнев обещал.

Катис и Малант снова появился ранним утром.

— Тиана ди Сонрэ, основной состав нашей экспедиции ждет вас на орбите, — сообщил он. — Там же мы и передадим вам предоплату и конечные координаты.

— Я уже взлетаю, — ответил Герман. Накануне он несколько часов разбирался, как настроить переадресацию, а также приладить скин с лицом и голосом Тианы, и заслуженно гордился своим творчеством. Если с переадресацией все было достаточно просто, то подменить свое изображение и голос другими оказалось нетривиальной задачей. Местные почему-то до сих пор не додумались до такой шутки, с их-то возможностями. Даже на Земле уже во всю балуются такими вещами, а тут такая косность. Но справился, и даже предложил похмельным Чипу и Дейлу после их отлета запатентовать технологию. Правда, не был уверен, что тойдорианцы запомнят — они как начали квасить обмывание корабля, так до сих пор еще не протрезвели. Сначала нужно было отпраздновать продажу своего первого корабля, потом — первый патент на новый напиток, потом нужно было залить горе от скорого отлета «доминантов», как они обзывали Германа и Тиану… Впрочем, кажется, на этом они решили-таки остановиться. Кроме того, Тиана оформила сотрудничество с Чипом и Дейлом официально, так что теперь те действительно являются служащими представительства киннаров в содружестве. С правом распоряжаться финансами компании. Известие об этом чуть не вызвало рецидив празднования, но тойдорианцы уже, кажется, просто не могли больше пить. Так что обошлось.

— Вы возвращайтесь все же, — слегка смущаясь попросил Дейл. — Вы классные доминанты. Чего вам в этом космосе? Сами же сказали, что дорогу домой не знаете. Так и зачем это надо вам? Планета у нас вон какая хорошая. А хотите — накопите денег и авторитета, и выкупите у наших планету с кислородом! У нас есть одна, только тойдорианцам она не нужна. На нее давно василиски облизываются, и атланты вон тоже… но этим-то точно ничего не достанется. А для василисков там воды слишком много, они ее не любят, поэтому дорого платить не хотят. Так что вам бы в самый раз было. Прикиньте, целая планета! Будете там главными, заселите ее потомками…

— Нас двое всего, — хмыкнул Герман. — Как мы ее потомками-то заселим?

— Ой, да ладно, дурное дело нехитрое. Тем более, ты-то, рюске, явно свою планету не потерял. Мы ж не слепые… Привезешь еще рюске. Гарем себе сделаешь… Гарем — это классно.

Лежнев скосил глаза на Тиану — девчонка была совершенно невозмутима, только слегка недоуменно посматривала на коротышек. «А, ну она же не знает, что такое гарем, — сообразил Герман».

Дятел вырвался, наконец, из атмосферы, и Лежнев повернул к точке сбора. Тиана с Кусто взлетели заранее, чтобы даже случайно не попасться никому на глаза, и теперь ждали там, где-то поблизости от кораблей атлантов, оставаясь невидимкой. Больше всего Лежнев опасался, что у атлантов есть детальное изображение ликса, и они заметят разницу. Прежде всего — в размерах. Дятел ведь примерно вдвое уступает Кусто до трансформации. Впрочем, уже накануне стало очевидно — никто ничего не узнает, бояться нечего. На приборах содружества чужие корабли выглядят как большие точки, почти одной формы.

— Непохоже, что это исследовательская экспедиция, — мрачно констатировала Тиана в наушниках. — У них все корабли — боевые. Научные экспедиции так не делают. Герман, может, они передадут нам сейчас оплату, и мы улетим?

Соблазн был велик, но Лежнев, как известно, уже уперся.

— Нет уж. Мне уже просто интересно, как они собираются нас ловить. Да и потом — вдруг там, куда мы летим, все же есть что-нибудь интересное?

Уже закончив говорить, Герман сообразил, что это и есть главная причина. Ему просто дико любопытно, как именно его будут ловить. Накануне Катис и Малант принялся было настаивать на том, чтобы на корабле Тианы присутствовали атланты. Девушка наотрез отказалась, даже не скрывая недоверия. Атлант перестал настаивать. На удивление легко.

Лежнев направил корабль к скоплению машин атлантов — они собрались довольно плотной группой. Судя по показаниям приборов, расстояние между соседними кораблями было совсем крохотное — не более двух-трех километров. Практически вплотную.

— Тиана ди Сонрэ, подведите корабль ближе. Мы должны все выйти из гиперпространства в одной точке. Система, в которую мы отправляемся, довольно опасна — шаг в сторону, и можно попасть в серьезные неприятности.

Герман послушно подлетел поближе, едва не снеся к чертям кого-то, кто находился с краю. Не специально, конечно. Просто такие маленькие расстояния для него пока были слишком сложными.

— Тиана, ваше мастерство пилота мы уже успели оценить в полной мере, — тут же передал Катис. — Пожалуйста, не нужно пугать моих людей — они не так профессиональны.

— Хорошо, не буду, — буркнул Герман. Ему в самом деле было стыдно. Не перед атлантами, конечно — перед Тианой. Она-то точно поняла, что он это не специально.

Дождавшись, когда построение установится, Катис передал направление и величину ускорения.

— Переход в гиперпространство осуществляем одновременно. Координаты точки перехода передаю. Повторю: мы должны выйти из гиперпространства одновременно и в одной точке, поэтому и уйти туда должны одновременно. Тиана ди Сонрэ, это очень важно, поскольку в системе назначения безопасно только в очень ограниченной области пространства. Сейчас стартуем тоже одновременно. Начинаю отсчет.

— Подождите, Катис, вы кое-что забыли, — напомнил Герман. — Мы договорились о предоплате моего участия.

— Ах да, — в презрении, сочащемся из голоса Катиса можно было бы утопить средних размеров кита. — Я отправил вам пакет данных.

Герман быстро просмотрел полученное — это действительно были звездные карты. Возможно, не достоверные, но проверить ныне не получилось. Катис все-таки завершил свой отсчет, и корабли начали постепенно разгоняться.

— Тиана, что-то меня пугает эта их уверенность, что мы должны обязательно быть вместе, — сказал Герман. — Давай ты вообще за пределами системы из гипера выскользнешь? Чтобы не рисковать. А то вдруг он не обманывает?

— Нет! Ни за что! И я не буду ждать полчаса, как мы договорились изначально. Я пойду по вашему следу сразу же, как только в гиперпространство уйдете вы. Кусто уже посмотрел координаты перехода — это обычная система. Я не вижу никаких причин, почему корабли должны находиться так близко друг к другу.

С каждой секундой ощущение, что он напрасно настоял на этой аванитюре, крепло все сильнее. Герман уже занес руку над кнопкой отключения двигателей — этого будет достаточно, чтобы мгновенно отстать от постоянно ускоряющихся атлантов, когда Тиана вдруг закричала:

— Герман, они отправили к тебе какие-то зонды… это не зонды! Это гарпуны! Они привязали тебя привязывают!

Он все-таки отключил свои двигатели, что было сразу замечено:

— Не нужно делать глупостей, Тиана ди Сонрэ. Если вы сейчас начнете сопротивляться, то просто убьете себя. Успокойтесь, если бы мы хотели вас убить, вместо гарпунов использовали бы мины.

— Герман, он прав! Если ты начнешь тормозить или разворачиваться, тебя просто разорвет! Я…

Договорить девушка не успела, потому что они уже ушли в гипер.

Поняв, что говорить больше не с кем, Лежнев от души выругался. Все. Теперь следующие сутки, — столько должен был длиться переход, — он полностью беспомощен и не может ничего изменить. Двигатель больше не работает, да и нет смысла его включать. В гиперпространстве нет движения как такового. В нем вообще ничего нет, даже, в каком-то смысле его самого.

Лежнев отстегнулся от кресла, собираясь начать метаться по кабине, но тут же взлетел к потолку.

— Вот же дебил! — выругался парень. Забыл совсем, что искусственной гравитации-то в корабле нет. Оттолкнувшись от потолка приземлился на пол, и быстро включил присоски на ботинках.

— Ладно. Ничего страшного не произошло, — сам себе сказал парень. — Ну загарпунили тебя. Что с того? Интересно, кстати, зачем? Как выйдем из гипера, я буквально за минуту вырвусь… или им и нужна эта минута?

Метаться в по кабине как тигр в клетке — не самое продуктивное занятие, но просто сидеть Герман не мог. В голове возникали тысячи планов, что он будет делать сразу после того, как выйдет из гипера, но все они были бессмысленны, потому что он не знал, что его ждет. Тиана, он был уверен, придет и спасет. Про нее атланты точно не знают. Хорошо, что они хоть не стали соваться в ловушку на Кусто. Хотя… ему-то эти гарпуны точно не повредили бы.

— Стоп! — Лежнев и в самом деле прекратил мерить шагами пол. — А почему я планирую только выход из гипера? — его взгляд остановился на люке, ведущем наружу.

Вообще-то Герман знал, что в содружестве считается смертельно опасным выходить за пределы корабля, будучи в гиперпространстве. Даже не смертельно опасным — гибельным. Любой житель содружества знает — разумный, оказавшийся вне корабля, находящегося в гиперпространстве, бесследно исчезает. Потому что гипер — это ничто, и если вокруг тебя нет хотя бы кусочка привычного пространства, ограниченного стенами, ты и сам превращаешься в то самое ничто. Таешь, как кусок сахара в горячем чае.

— Только я-то знаю, что жители содружества ошибаются. И что гипер — это вовсе не ничто. Я сам прекрасно видел… что-то. И Тиана ни разу не упоминала, что находиться снаружи ликса в гиперпространстве нельзя. Так кому верить? И потом, можно же просто заглянуть. Если будет паршиво, не полезу, да и все! Рискованно и глупо? Да фиг там. Что-то эти атланты какие-то слишком уверенные были, вот что я скажу. А значит, у них там какой-то ну очень аргументный аргумент. И тащиться на заклание как бычок на веревочке будет еще глупее, — успокоил себя Лежнев. И тут же двинулся открыл люк — чтобы не передумать.

Неясные шепотки появились к голове сразу, как только между люком и корпусом появилась крохотная щелочка. А потом и игра света и теней, цветов, звуков, запахов. Герман изо всех сил зажмурился, и потряс головой.

— Это будет сложно, — сказал себе парень. — Но ты справишься.

Сейчас, когда он был один, без огромного и доброго сознания ликса, обнимающего и защищающего его собственный крохотный разум, гиперпространство было страшным.

— Тебе это только кажется, сказал себе Лежнев. Тебе это только кажется, а на самом деле оно вовсе не страшное и не желает тебе зла. Кусто же это место кажется дружелюбным?

Напрасно он вспомнил о Кусто. Ассоциации сразу привели к любимому тихоходом Богу-Императору, а от него прыгнули к демонам варпа, отчего голоса в голове и яркое великолепие причудливых картин вокруг стало еще более агрессивным и одновременно зовущим. В какой-то момент Лежнев вдруг обнаружил себя стоящим на самом краю открытого люка. Руки были раскинуты в стороны, будто он собирается обнять вселенную.

— Не-не-не, — закричал Лежнев в полный голос. — Нет, ребятки, со мной такое не работает. Я слишком приземленная тварь, чтобы шагать в вечность.

На секунду мелькнула мысль шагнуть обратно и захлопнуть дверь, но Герман отчетливо понял — если он так сделает, он никогда больше эту дверь снова не откроет. Никогда не решится снова взглянуть в гиперпространство, даже будучи в слиянии с Кусто.

— Нет уж, друг любезный! — сам себе заорал парень. — Заднюю давать поздно!

И он, пристегнув страховочный трос, решительно шагнул наружу. Цепляясь когтями на локтях и коленях, пополз по обшивке. Видеть то, что находилось впереди, толком не получалось, поверхность корабля тоже терялась в какой-то дымке. Расстояния менялись ежесекундно. Вот все вроде бы нормально, и вдруг ладони, упирающиеся в обшивку, оказываются так далеко, что их с трудом можно различить. Это очень мешает. Кажется, стоит оттолкнуться, отпихнуть от себя раздражающий якорь, и тогда можно будет вообще перестать думать о таких глупостях, как расстояние и время.

Герман попробовал петь — сколько раз ведь спасало, помогало заглушить галлюцинации и страхи, но все строчки вылетели из головы, и сосредоточиться, чтобы их вспомнить, не выходило. Если он начинал вспоминать слова, то забывал, что нужно переставлять руки и ноги. В конце концов удалось зацепиться за короткий куплет Летова:

— Мёртвые не тлеют, не горят, не болеют, не болят…

И снова, то же двустишие по кругу раз за разом. Это помогало выгнать из головы лишние голоса и образы, и одновременно не настолько отвлекало, чтобы забывать о цели.

Первый гарпун вскоре нашелся. Через сотню или две повторений — примерно так. Чем именно атланты зацепились за обшивку, Герман определить не смог бы. Тонкий, но очень прочный трос уходил глубоко под нее. Да он и не собирался его выковыривать. Меч был с ним — сам не думал, что любимое оружие может понадобиться в этом деле, и даже хотел оставить на ликсе, чтобы не потерять ненароком, но потом Тиана сама вручила ему полюбившуюся железяку, и он не стал отказываться. Теперь вот пригодилось.

Герман рискнул поднять голову, чтобы посмотреть, куда уходит трос. Боялся ужасно, но любопытство победило — очень уж хотелось посмотреть, как будет выглядеть корабль атлантов в гипере. Посмотрел. Корабля не было. Трос как будто растворялся почти сразу над обшивкой — может, даже рукой можно было дотянуться до места, где он становится бледным и прозрачным. При этом он оставался туго натянутым.

— А вот интересно, если за него ухватиться, и полезть, я тоже растворюсь? Или рано или поздно доберусь до корабля атлантов? Впрочем, я еще не рехнулся настолько, чтобы попробовать. Точно не рехнулся! — прикрикнул на себя Лежнев, и достал меч. Чудо-оружие справилось со стропой так же легко, как с любым другим материалом. Герману даже показалось, что он услышал короткое треньканье, что, конечно же, было лишь галлюцинацией. Чего-чего, а атмосферы в гиперпространстве точно нет, так что и звука он услышать не мог. Он же не тихоход.

— Ну что, полезли дальше? Мертвые не тлеют, мертвые не горят…

Тиана ди Сонрэ, диверсант

Когда Германа загарпунили, Тиана не стала ни переживать, ни расстраиваться. Для паники тоже не было места. Она просто разозлилась. На себя, на Германа, но больше всего — на атлантов, всех скопом, и особенно тех, кто сейчас тащил ее друга неизвестно куда.

Короткое усилие, и она ушла в гипер вслед за канувшей туда группой кораблей. Задержка составила всего несколько секунд. Теперь оставалось только ждать.

Тот, кто управляет ликсом в гипере, не должен отвлекаться. Путешествие на тихоходе предполагает сосредоточенность на цели — как самого тихохода, так и его пилота. Для свободных пилотов это не составляет сложности. Как и для Тианы. Раньше. С тех пор, как она сама провела операцию по удалению симбионта, спокойствия и сосредоточенности достичь стало сложнее. Мысли о Германе было очень трудно отбросить. В какой-то момент, когда ей показалось, что она уже успокоилась, она вдруг увидела его воочию. Как наяву. Он почему-то гулял по обшивке Дятла, пел про мертвых, и размахивал мечом. Нет, вообще-то выходка вполне в духе Германа, но Тиана доподлинно знала, что это галлюцинация. Говорят, гипер может показать то, о чем страстно думаешь. Это место вообще податливо на чужие желания.

Девушка понаблюдала какое-то время за странной сценой, а потом спохватилась и поспешно вышла из сопряжения. Не хватало еще нарушить их путь и выскользнуть где-нибудь не в расчетном месте. Она и так слишком рискует — как ни печально, именно технические средства позволяют более точно выбирать координаты выхода. Можно было бы посчитать это решающим преимуществом, но у киннарского устройства было свое, еще более впечатляющее. При ее способе перехода вообще не обязательно было знать точные координаты. И, соответственно, можно было не опасаться ошибки. А то слышала она как-то о кораблях технофанатиков, которые высказывали прямо в короне звезд, или оказывались спаяны с какой-нибудь малой планетой в единое целое.

— Тиана, ты тоже видела Германа? — вдруг спросил Кусто. — Как он поет и срезает тросы, которыми его привязали атланты.

«Так вот, что он делал!» — вспыхнуло в мыслях.

— Подожди… — девушка только сейчас сообразила, что сказал Кусто. — Что значит — тоже. Ты что, его видел? Именно видел?

— Ну да. Мне кажется, это потому что ты очень хотела его найти. На какое-то мгновение нам это почти удалось — мы оказались почти в том месте гипера, где и сам Герман. Удивительно, я никогда бы не подумал, что это возможно. А еще я бы никогда не подумал, что человек может находиться в открытом гиперпространстве без защиты ликса!

— Нам это показалось, — отрезала девушка. — Просто показалось.

Она тоже была уверена, что человек не может находиться в гиперпространстве без защиты тихохода. «Или он решил отрезать стропы, пока летит… Нет, это бред. Он любит делать глупости, но все же не настолько!»

Оставшееся время до выхода девушка провела в медкапсуле, во сне. Решила, что в противном случае она просто изведет себя, и к моменту, когда потребуется драться, она будет сонная и дерганая. Проснулась на удивление спокойной, за полчаса до выхода, и сразу вошла в сопряжение.

Гипер поблек, на его месте проявилось традиционное пространство, и Тиана сразу же начала изо всех сил всматриваться и вслушиваться. Активное движение неподалеку, в десятке световых минут привлекло внимание — Тиана направилась туда на предельном ускорении, еще не разобравшись, что происходит.

Тихоход очень быстр в обычном пространстве, но даже такое небольшое расстояние требует времени, которое разведчица потратила в попытках разобраться, что именно там происходит. А там было нечто странное. Сначала она, да и Кусто подумал, что события разворачиваются возле малой планеты. Небольших размеров сферическое тело, раз в десять меньше спутника планеты Германа, вокруг которого суетятся корабли атлантов. Довольно много — разведчица даже считать не стала. Через мгновение девушка поняла, что это вовсе не планета. Это искусственное сооружение… если можно так назвать исполинское растение, выращенное заботливыми генетиками. Растение было живым и двигалось. Тиана, да и Кусто тоже не могли толком понять, что там происходит, но суета была явно нездоровая. Что-то там происходило, и разведчица не сомневалась, что причина переполоха — Герман.

«А ведь это я могла быть сейчас там, — подумала девушка. — Эта придумка с гарпунами вполне могла сработать и на Кусто. Я бы просто растерялась и не успела сбросить привязь, и тогда от всей моей маскировки не было бы ровным счетом никакого толка. Герман был прав, когда предлагал себя в качестве наживки. Теперь у меня есть свобода маневра, чтобы ему помочь, оставаясь незамеченной. Только пусть он останется в живых!»

По мере приближения было заметно все больше деталей разворачивающегося представления, но Тиана все еще не видела дятла. Кусто ощущал поблизости свою часть, но разглядеть ее не мог.

«Это не сплошное растение, — сообразила девушка. — Это корни… или ветки. Гигантский шар из сплетенных веток и корней, вот, что это такое. И Герман где-то там, внутри. Поэтому я и не могу его увидеть».

Она уже прошла почти половину пути, когда Кусто, наконец, смог поймать сигнал скафандра напарника.

— Ну! Подходи по одному, сволочи! — кричал кому-то напарник. — Суки! По одному, а не помногу сразу! Я ж так не успеваю!

— Герман, я здесь! Я скоро буду!

Напарник ответил не сразу. Судя по взрыву ругани, ему в этот момент было не до того. Однако через несколько секунд он все-таки продолжил:

— Это очень хорошо, потому что эти сволочи все-таки загнали меня в какое-то хтоническое перекати-поле, и теперь я тут, кажись, заблудился! — радостно сообщил Герман, — И они пытаются меня поймать, и это перекати поле — тоже. А самое паршивое, у них есть все шансы — я вообще не понимаю, почему они еще этого не сделали.

— Я сейчас тебя найду и попробую к тебе прорваться.

— Лучше не торопись, — тут же ответил Герман. — Мы с тобой как-то не подумали, что у нас особо нет оружия, которое могло бы разнести к чертям собачьим эту здоровенную хрень. Я здесь как в лабиринте, я уже говорил? В общем, она еще и живая, и тоже пытается меня ловить. Тут полно каких-то корней… Короче, мне кажется, Кусто здесь будет тесно.

Тут он был прав, Тиана и сама видела. Лезть в «перекати-поле», как назвал его Герман, было бы опрометчиво. Но и оставить все как есть нельзя. Тиана подкралась поближе. Корабли атлантов вились снаружи, вылетая из одних проходов, и тут же ныряя в другие явно пытаясь окружить беглеца. Разведчица плыла уже над самой поверхностью, но ее по-прежнему не замечали.

— Герман, я сейчас начну к тебе прорываться, — сказала Тиана и направилась к той точке поверхности, которая была ближе всего к метке Германа. — У Кусто теперь три гравитационных когтя, и они гораздо длиннее. Я смогу прорваться через внешний слой корней!

— Только осторожнее! — обеспокоенно крикнул напарник. — Только не подставляйся, прошу тебя! И начинай только когда я скажу, хорошо?

Тиана наблюдала, как Герман начал куда-то стремительно двигаться, потом повернул, еще раз, и еще… «Да ведь он действительно заблудился! Он-то не видит карту!»

— Герман, я сбросила тебе примерную схему, насколько я сама ее вижу!

— О, спасибо, очень кстати! А то я тут ползаю, как крыса в лабиринте!

Теперь его движения стали более осмысленными. Пару раз Герман просто проломился через корневые перегородки, в тонких местах, и уже ощутимо приблизился к краю.

— Все, начинай! — попросил напарник. — Я, кажется, уже близко.

Тиана еще немного приблизилась к станции, остановившись прямо напротив корабля напарника, и, зацепив когтем первый корень, разорвала его. Затем следующий, и еще один. Из разорванных корней в пустоту вырывались столбы быстро остывающего воздуха, к прорыву начали слетаться корабли атлантов. Ее до сих пор не замечали, и летели к месту прорыва как мотыльки на огонь. Однако их становилось все больше. Причем не только снаружи, но и изнутри — она видела, что Герман мечется по проходам, порой рискуя застрять в особенно узких, но вокруг собирается все больше и больше кораблей, и ему все сложнее избегать окружения.

Тиане и самой приходилось все сложнее. Особенно когда из-за внешних, толстых корней, вдруг выметнулись сотни внутренних ветвей и протянулись на десятки километров вовне от улья. Тиана едва успела уклониться, попутно разорвав пару стрекал, но на этом атака не закончилась. Ветви начали хаотично метаться, ежесекундно меняя свою траекторию, некоторые еще и выпускали с концов ракеты и другие снаряды. Разведчица металась, как уж на сковородке, уклоняясь и раздирая те из ветвей, от которых нельзя было увернуться. Даже удалившись за пределы действия ветвей, пришлось петлять, потому что плотность огня была слишком высока. К тому же вокруг собирались корабли атлантов, и для них этот хаос летящего металла явно хаосом не казался. Они четко знали, какая из ветвей выстрелит и куда.

Бросив взгляд внутрь станции, девушка поняла, что и у Германа дела не очень. Сейчас он был даже дальше от внешнего края улья, чем когда начинал свой прорыв.

«И как теперь быть?» — подумала девушка. Положение было еще хуже, чем когда она прилетела. Метка Германа больше не приближалась к оболочке перекати-поля. Попытка прорыва явно провалилась. Напарника почти зажали, но в последний момент, когда с двух сторон сплошного коридора его окружили группы кораблей, он успел пробить стену корней и перескочил в другое место, после чего вновь вернулся почти к самому центру исполинской конструкции. И теперь девушка не представляла, как ему помочь. Еще и сама снова чуть не попала в ловушку.

— Тиана, ты как?

— У меня не получилось прорваться, — сказала Тиана и так уже очевидное.

— Ага, это я уже понял. Ты подавай иногда голос, — сказал напарник. — А то я не знаю, что с тобой и переживаю.

— Меня пытались ловить какие-то ветки!

— А это стандартная защита, она автоматически сработала. Тут и внутри такой гадости полно. Всё, они, вроде, меня хорошо так потеряли. В смысле я сижу тут уже пару минут, а на меня никто не вышел, и не нападает. Скажешь, если ко мне какие-нибудь корабли приближаться начнут, ладно?

— Конечно, скажу!

— Так, Тиана, я тут подумал… ты пока не шуми, ладно? — снова проявился Герман. — Я тут языка захватил и слушаю переговоры. У них эта гребаная звезда смерти в режим параноидальной обороны перешла, потому что восприняла твои шалости как нападение извне. Нет, в целом-то она все правильно восприняла, но атланты уверены, что это ошибка и все дело в моих фантастических возможностях. Так вот, мне кажется, тебе сейчас не нужно сюда соваться. Думается, могут подловить даже несмотря на то, что не видят. Знаешь, я прям восхищаюсь этой штукой! Куда мощнее муравейника будет, да и масштабнее, что уж там.

— А как же ты?! — забеспокоилась девушка.

— Я пока затихарился, — бодро отрапортовал Лежнев. — Они меня тоже так-то особо не видят, благодаря покрытию из кожи Кусто. Так что, если не дергаюсь, меня не видят. Я тут на каком-то то ли складе, то ли ангаре запасном, и здесь особо никого нет. Найдут, конечно, и очень скоро, но сколько-то времени выдохнуть и подумать у нас есть. Я уже думал, не бросить ли Дятла. До слез, конечно, жалко, но он большой, а я маленький… только все равно найдут и завалят. Прикинь, их тут как тех пчел. Улей, блин, какой-то. Они похоже эту хрень готовили специально, чтобы продемонстрировать свое превосходство перед остальным содружеством. Ультимативное оружие, все такое… а самое паршивое, реактора, в который героический Люк Скайвокер запустит свою судьбоносную ракету тут просто нет. Оно, блин, само живет, хотя энергии лопает как Кусто плов. И до управляющего центра тоже не добраться…

Тиана почувствовала, что начала унывать. Она ощупывала станцию всеми органами чувств, пытаясь разглядеть ее как можно подробнее — вдруг появится мысль, как вызволить напарника. И такая стратегия имела успех. Во время очередного облета она заметила-таки пусть не слабое место, но шанс для напарника.

— Герман! Тут есть очень широкая полость, которая находится довольно близко к внешнему слою корней. Даже я смогу чувствовать себя в ней свободно, и она проходит почти через всю станцию. Я передала тебе карту, видишь? Это совсем рядом с тобой.

— Это не полость, они тут просто не до конца все построили, — после недолгого молчания сказал напарник. — Или вырастили, не знаю. Фигня в том, что слой корней там очень широкий с внешней стороны, видишь ведь! Ты его долго разбирать будешь, тем более теперь, когда у них защита в параноидальный режим перешла. Да и мне до этого пузыря добраться будет непросто… хотя другого варианта все равно нет. В общем, Тиана, я предлагаю дать им немного успокоиться. Меня… точнее, тебя они ищут внутри, но похоже я уж очень хорошее местечко нашел. Тут реально хрен найдешь.

— Надо дождаться, когда они успокоятся!

— Вот и я о том, — согласился напарник. — Они меня все равно внутри ищут. Вот пусть и ищут. Перекати-поле сейчас успокоят немного, тогда и будем решать. А я пока тут пешком, наверное, прогуляюсь. Есть у меня идея, как облегчить будущий прорыв.

— Герман, что ты задумал?! — насторожилась Тиана.

— Понимаешь, у них тут автоматики много. Точнее, не автоматики, а сама станция вроде как почти живая. Рефлексы у нее, по крайней мере, есть. А ресурсы не бесконечные. И она, эта штука, автоматически перераспределяет энергию на те участки, где этой энергии требуется больше. И мне тут подсказывают, что процесс не мгновенный. Короче, я думаю, что надо мне устроить небольшой тарарам где-нибудь подальше. Тут через сектор есть большой такой корабль… и, говорят, очень древний. Музей, что ли… Он аж четыре километра в длину, больше, чем Кусто сейчас! Короче, я хочу его взорвать к хренам, у него-то как раз реактор есть. И он еще работает. Используется как дополнительное питание всей этой конструкции. Вот, а как взорву, там на ликвидацию последствий должны все ресурсы направить. Ну а мы тогда попробуем под шумок выбраться.

— Герман, как ты взорвешь корабль? — не поняла Тиана.

— Ой, дурное дело не хитрое. Разберу несколько снарядов, прикручу систему подрыва, вот тебе и бомба. Главное, положить ее куда надо. Ну и оказаться подальше, когда рванет.

Спрашивать, опасно ли это, Тиана не стала — и так знала. Очень хотелось спросить, что они будут делать, если у Германа не получится. Но от этого девушка тоже удержалась. Нет у них запасного плана. Однако сидеть сложа руки и ждать, когда Герман исполнит свою задумку разведчица не собиралась. Если подумать, отвлечь ресурсы станции от них можно ведь разными способами. Так зачем полагаться исключительно на задумку Германа? Идея, пришедшая ей в голову, была настолько простой, что она удивилась, почему раньше не догадалась. Система почти пуста — здесь всего две планеты, кроме улья. Но планеты ей и не нужны, а вот астероидов, если постараться, можно набрать довольно много за короткое время.

— Герман, подожди. Тебе не нужно ничего взрывать! — сказала девушка. — Я просто запущу в сторону перекати-поля несколько астероидов. Пусть она остается в режиме защиты, ей все равно придется тратить ресурсы на защиту от них.

— Хорошая идея, — после короткого молчания согласился напарник. — Только я все равно им корабль взорву, чтобы уж наверняка. Давно я вандализмом не занимался, а ты же знаешь, нам, варварам, первое дело какой-нибудь музей взорвать!

— Герман, если из-за твоего любопытства и желания посмотреть музей, мы не сможем тебя оттуда вытащить, я тебя сама убью! — сказала Тиана. — Еще не знаю, как я это сделаю, но я тебя оттуда все равно вытащу, и убью!

— Да при чем здесь любопытство, — вяло запротестовал напарник. — Ладно, если я облажаюсь, то можешь убивать. Даже возражать не стану. Просто понимаешь, это вроде как тот корабль, на котором они притащились в эту галактику. То есть там, вроде как, должен был маршрут сохраниться…

«Да плевать мне на маршрут!» — хотелось закричать девушке, но она промолчала, потому что уже достаточно знала Германа. Он уже не передумает.

Следующие несколько часов разведчица занималась тем, что ловила камни разных размеров и запускала их к улью с максимальной скоростью. Издалека — за пределами обнаружения датчиков атлантов. Траекторию и расстояние с помощью Кусто рассчитать было совсем не сложно, так что камни должны были ударить почти одновременно, и все — с противоположной стороны от той полости, через которую она надеялась вытащить напарника. Труднее всего было не отвлекаться каждые пять минут, чтобы посмотреть, как там дела у Германа. Особенно когда приходилось удалиться за пределы действия передатчика скафандра. Каждый раз в таких случаях она предупреждала его и просила быть особенно осторожным, как будто то, что она за ним приглядывает, как-то помогает беспокойному землянину не быть обнаруженным!

Хотелось переспрашивать, что именно он сейчас делает, каждые несколько минут, но она сама прекрасно понимала, что только будет его отвлекать своими переживаниями. Как только Герман будет готов — обязательно скажет. Вот только почему так долго?

— Тиана, когда там твои камешки прилетят? — наконец спросил напарник.

— Первый — через девяносто минут. Остальные десять с небольшим интервалом, — сказала Тиана. — атланты их пока не видят, они еще слишком далеко.

— Вот и отлично, — обрадовался напарник. — Я тогда на час будильник поставлю. Чтобы они твои камни не посбивали.

Герман Лежнев, крыса в лабиринте

Когда Герман, уже не совсем уверенный, что он — это он, ввалился в кабину Дятла, механические часы, отсчитывающие время для тех, кто передвигается сквозь гиперпространство показывали, что он провел снаружи десять часов. Спасительное четверостишие из Гражданской Обороны успело за это время настолько въесться в мозг, что даже когда люк отрезал его от чуждых образов и голосов, продолжало крутиться в голове, перебивая мысли. С чувством выполненного долга Герман завалился спать, выставив будильник на десять минут до выхода из гипера. Но даже во сне его преследовала строчка про мертвых. Возможно, именно поэтому он не смог сразу сориентироваться и понять, почему по выходу из гипера его корабль начал выписывать дикие кульюиты. Уже потом выяснилось, что ползая по обшивке он пропустил целых два троса, так что задумка атлантов почти удалась.

Они вышли в обычное пространство очень близко к ловушке. Каких-то сто тысяч километров. Всего через несколько секунд его поводыри начали резко замедляться. А вот Герман на команду Катиса начинать торможение не отреагировал, за что и поплатился. Те два троса, которые он не нашел, были прикреплены к правому борту. В результате его и еще два корабля атлантов закрутило вокруг центра масс, и в мешанину корней, закрывающую звезды, они влетели невнятной кучей.

Трудно действовать адекватно, когда внезапно все начинает мелькать перед глазами со скоростью калейдоскопа, а в динамиках шлема невнятные вопли, перемежающиеся с приказами и требованиями. Герман попытался было разобраться, что происходит, но через секунду понял, что это бесполезно, и просто врубил двигатель. Резко дернуло, в динамиках заверещали еще более злобно, на секунду показалось, что корабль освободился, а потом его бросило вперед да так, что он чуть не оторвал телом ремни. Зато движение прекратилось — Герман обнаружил, что перед ним какой-то широкий проход — как раз Дятлу пролететь, еще и по сторонам место останется. Вот только Дятел не висит в воздухе, а застрял в стене, которая представляет собой переплетение крупных и мелких ветвей.

Экраны заднего обзора показали, что корма у него беззащитно торчит в такой же проем, и вокруг нее уже собираются корабли атлантов. Так что Герман снова включил двигатели и как пробка выскочил из ловушки. Чудом уклонившись от встречи с противоположной стеной, Лежнев рванул, как ему показалось, к выходу. Но не тут-то было. Коридор оказался извилист, постоянно разветвлялся. Лежнев раз за разом выбирал наугад, при этом прекрасно понимая, что понятия не имеет, где находится и куда летит. Однако остановиться было никак нельзя, потому что стоило замедлиться, и его находили атланты. Из некоторых коридоров приходилось улепетывать особенно быстро, потому что там и стены были живыми — мало того, что сами начинали понемногу сжиматься, так еще и выстреливали в его сторону ветвями.

Тиана появилась в эфире более чем вовремя — он уже подумывал, не пора ли принимать последний и решительный. Девчонка оперативно скинула ему схему, да еще и с яркой точкой его положения на ней, так что он перестал тыкаться как слепой котенок, и сам себя повысил до статуса лабораторной крысы. Однако попытка прорыва, о которой они наскоро договорились с разведчицей, с треском провалилась. Герману пришлось снова уходить, при этом его несколько раз чуть не зажали снующие тут и там корабли атлантов. Один раз пришлось совсем солоно — зажали с двух сторон, да так, что мимо не проскользнешь. До этого Лежнев пользовался преимуществами ликсового покрытия — если встречал неприятеля, просто ускорялся и тупо расталкивал встречные корабли. Ему от этого ничего не было, а вот атланты страдали гораздо серьезнее. Ругань в эфире стояла такая, что Герману прямо стыдно стало — такие просвещенные, утонченные существа, и такие конструкции. Пусть и на атлантском, но ровно тот же набор, что и на всех других известных языках, кроме киннарского — ругательства в основном завязаны на гениталии.

Этот одинокий истребитель совсем крохотных размеров Лежнев заметил случайно, причем — первым. Он завис в какой-то узкой щели, образованной корнями — Дятлу в такую точно не пробраться, а вот та птичка чувствовала себя там вполне комфортно. И Лежнева не видела — он вообще заметил, что Дятла атланты видят, только если специально ищут. И только в прямой видимости.

— А не взять ли мне языка? — подумал Лежнев, и подкрался к самому краю щели, перекрыв своей тушей выход. Вот теперь его заметили. Истребитель дернулся, наводя на него пушку, но стрелять не стал, потому что Герман предусмотрительно встал не бортом, а носом. Его пушка выглядела гораздо внушительнее.

Повисев так пару несколько секунд Лежнев сообразил, что ситуация какая-то патовая. Пилот истребителя ничего не делает, но наверняка уже вызвал подмогу. Карта, исправно передаваемая Тианой, правда, никакой дополнительной суеты не показывала, и парень решил рискнуть.

— Так, действуем быстро, потому что на раскачку времени нет, — сам себя подбодрил Герман, и отстегнулся от кресла. — На абордаж, крысы сухопутные!

Распахнул люк, прицепился страховочным тросом. Верный меч в руки. Короткий разбег, прыжок, и меч как в масло входит в обшивку вражеского кораблика. Одним движением описал неровный круг, толкнул его, сам сунулся следом. Думал, придется прыгать, но места в кабине на двоих не было. Пилот был в кресле, и совершенно не сопротивлялся — так и сидел, испуганно закрыв лицо.

«Это ж подарок просто!» — обрадовался Лежнев, вырезая источник информации из кресла.

Герман попетлял по коридорам, становившимися на взгляд все более заброшенными, и решил затихариться в совсем глухом месте. Здесь даже освещения не было! «Ну, вот сейчас-то ты мне все и расскажешь!» — Лежнев был очень доволен приобретением. Радость немного угасла, когда выяснилось, что пленный твердо уверен: его сейчас будут пытать жесточайшим образом вплоть до расчленения. Молоденький парнишка готовился принять мученическую смерть, отчего нервничал так сильно, что отвечать на вопросы не мог. Пара оплеух, — универсальное средство, Герман уже понял, что оно отлично помогает атлантам от разных болезней, — помогли ему немного прийти в себя. Запираться пилот не стал.

— Ив на Тим, значит, — покивал Лежнев, когда пилот представился. — А вот скажи мне, Ванечка, приставка «на» — она выше, чем ди, или ниже?

— Ниже, — печально пролепетал Ив, — На — это предпоследний уровень социальной значимости.

— Ясно-ясно. Военный, значит. Рядовой пилот?

— Да. А вот скажи мне, Джонни, вот эта крупная полость на моей схеме — она для чего?

Пленный постепенно разговорился, и помимо объяснений про полость рассказал еще массу полезного. Особенно Германа зацепила случайно оброненная фраза про древний корабль-музей, который сейчас используется для дополнительной подпитки всего этого великолепия, которое жрет энергию и материю как не в себя.

— Там реактор древний еще, таких сейчас не делают, — объяснял парнишка. «Вот ведь приятно с человеком поговорить! — радовался Лежнев. — Может, когда захочет! Почему только для этого нужно приставить ему к горлу меч?»

Про «приставить меч» — это фигурально выражаясь. На самом деле Ив прекрасно соловьем разливался и без всяких дополнительных стимулов.

— Что вы со мной сделаете? — вдруг спросил пленный. Герман как раз отвлекся от разговора — обкатывал пришедшую в голову мысль, и размышлял, как на эту идею отреагирует Тиана.

— В смысле? — не понял парень, но потом спохватился. — А, да ничего не сделаю. Будешь хорошо себя вести — отпущу, да и все.

Чуть не ляпнул «на все четыре стороны», но представил, как может отреагировать на это устойчивое выражение кто-то, кто не знает, что оно означает, и решил образность речи прикрутить временно.

— А можно с вами? Вы ведь в содружество полетите? Я хочу тоже в содружество. Я не хочу больше быть атлантом.

— Эммм… чего? — опешил Лежнев.

— Я хочу уйти из пределов моего народа, и обосноваться там, где они меня не найдут! — пафосно заявил Ив. — Если вы все равно решили меня не убивать, то заберите меня, пожалуйста!

— А с чего такое стремление к перемене мест, Ваня?

— Почему ты меня все время называешь разными именами? — слегка обиделся парнишка. — Мне надоело быть самым малоценным членом общества. Надоело, что меня все презирают, только оттого, что не смог стать кем-то, кроме военного! А я не хочу, чтобы меня все презирали! Меня поставили тебя караулить, потому что твой корабль можно засечь только визуально. Командир просто сказал — поставьте кого-нибудь, кого не жалко, на маловероятное направление, если вдруг объект окажется там, хоть успеет передать информацию. И отправили меня.

— Это не разные имена, а разные формы одного имени, — отмахнулся Лежнев. — И по поводу малоценности… а, ладно, кто я такой, чтоб тебя разубеждать? Только прости, Вано, но я тебе не доверяю. Мне проще тебя здесь оставить, чем тащить с собой и бояться, что ты начнешь шпионить в пользу атлантов, — честно сказал Герман. — Ты ж видишь, у нас с вами не складываются отношения.

— Вы меня только вывезите, а я уйду. Так что и шпионить против вас не смогу. А взамен я расскажу все, что знаю о системе обороны! Без моей помощи вам все равно не выбраться. Вы же видите, я много знаю про нашу станцию.

— Ок, покупаю, — брякнул Герман. И Ив стал еще более словоохотливым. План, который сформировался благодаря его откровениям Герман пересказал Тиане.

Вообще-то в какой-то момент он было решил, что слишком мудрит, и надумал совсем простое решение. Тем более, если у него есть добровольный помощник — пилот. Однако тот идею захватить какой-нибудь истребитель, и замаскировавшись под своего, спокойно улететь, забраковал сразу по двум причинам. Во-первых, с чужаком на борту, не обозначенном в штатном расписании (а в истребителе по штатному расписанию вообще не может быть пассажиров), ни один корабль просто не полетит, а то еще и отправит сигнал тревоги. Во-вторых, даже если удастся как-нибудь обойти это ограничение, остается еще маршрут или приказ, в соответствие с которым данный корабль находится в конкретном секторе станции. И если случилось какое-то отклонение, корабль, конечно же, тут же подает сигнал тревоги и отключает управление.

— Не, ну у вас, конечно, не жизнь — а паранойя. Не понимаю тогда, почему меня до сих пор не поймали.

— У тебя очень совершенная система маскировки, к тому же ты умудрился затеряться на станции. Она еще не достроена. И вообще, ты представляешь себе, сколько должно быть систем наблюдения, чтобы полностью покрыть такое огромное пространство? Это в принципе нереально!

— Ну… значит, идем в музей, — подытожил Лежнев. — И ты — со мной, потому что обездвижить тебя здесь достаточно надежно я не могу. Лучше на глазах будь. И поможешь мне сориентироваться, если кого-нибудь встретим.

— Пообещай, что не оставишь меня здесь, если тебе удастся сбежать, — Ив смотрел так серьезно, что Герману прямо не по себе стало. Чувствовалось, что парню все настолько осточертело, что он уже не видит особой разницы между «сбежать на свободу» и умереть.

— Обещаю. Если не сдохну, если ты не предашь — вытащу тебя в содружество. И даже устроиться помогу на первых порах.

Ив кивнул и решительно нахлобучил шлем. Герман решил, что ошибся в своем первом впечатлении о пленнике. Может, он и сплоховал при встрече… да только кто бы не струсил в той-то ситуации? Сопротивляться бесполезно, сбежать — тоже.

Лежнев быстро сконструировал взрывное устройство — по словам Ива взрыв возле реактора должен спровоцировать цепную реакцию, а сам реактор внутри корабля защищен довольно слабо. Но Герман все равно не пожалел взрывчатки, раскурочив целых шесть снарядов — столько, сколько влезло в рюкзак.

Искомый корабль, который Герман определил в качестве цели диверсии находился в соседнем проходе. Однако лететь туда на Дятле Лежнев не собирался. Обнаружат еще, а тут Дятел очень неплохо висит. Место не проходное, за полчаса ни одного корабля мимо не пролетело. Попасть на корабль, опять же, можно только из жилой части станции. А она, закономерно, находится внутри ветвей. Или корней — Герман так и не определил, как правильно их называть.

Решено было добираться своим ходом — сначала до ближайшего к кораблю прохода жилую часть, благо добираться не так далеко — всего километров пять. Ну а дальше пешком. Скафандр Ива не был оснащен двигателем, так что двигались на жесткой сцепке. Практически обнявшись.

— Блин, вот какого хрена у тебя какого-нибудь ранца нет? — ворчал Лежнев. — Давай ты хоть расскажешь, что там и как!

— Там даже поле искусственной гравитации включено, — пояснял Ив. — В самом музее, и вокруг — тоже. Но вообще эти места слишком далеко от обитаемой области, поэтому в основном здесь невесомость. Собственной массы станции не хватает, чтобы создать заметную гравитацию.

— Вот скажи мне, дорогой Ваня, нафига мне такие подробности? — поинтересовался Герман. Несмотря на старательно демонстрируемый пофигизм, он здорово нервничал. — Лучше бы рассказал, сколько там охраны, какие есть системы слежения и все такое.

— Откуда мне-то знать? — пожал плечами Ив. — Я и про музей-то случайно узнал. Таких, как я, туда все равно не пускают.

— Интересно, какого хрена у вас еще не случилось революции? — протянул Лежнев. — Хотя… кастовая система же! В Индии вон до сих пор толком от нее не избавились. Но в Индии-то военные на самом верху!

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — удивленно взглянул на собеседника атлант.

— Пытаюсь понять, как это возможно, что ваш общественный строй до сих пор не рухнул под напором внутренних противоречий, — честно ответил Лежнев. — Я понимаю — пропаганда там и все такое, но ты ж наверно не один такой недовольный.

— Потому что как только ты начинаешь высказывать недовольство — сразу исчезаешь. Вот как раз на этой станции, например, постоянно требуются новые строители. Потому что машины могут справиться не везде, а это растение, когда растет, довольно агрессивно. Строители постоянно заканчиваются. Есть и другие опасные места, где требуются рабочие руки.

— Ну, в принципе, тотальная слежка, и все такое… Короче, мне не нравится. У нас тоже не сахар, но уж лучше так.

— Мне тоже не нравится, — согласился пленник.

Скафандр донес Лежнева до указанного Ивом места. Простой металлический люк, вросший в дерево. Пока Герман возился с мечом, Ив набрал на неприметной клавиатуре код, и дверь плавно открылась. Атлант залез в шлюз первым, Герман последовал за ним и задраил дверь.

— Сейчас я мог бы вызвать помощь, и ты ничего не смог бы сделать, — заметил Ив. — Эти двери не откроются, пока не выровняется давление.

— Хрень сказал, — отмахнулся Герман. — Как будто не видел, как я этим мечом твой истребитель вскрыл!

— Не видел, — явно смутился пленник. — Я закрыл глаза и готовился к смерти. Думал, ты меня сейчас расстреляешь.

— Ну, теперь будешь знать, — хмыкнул Герман. Давление уже выровнялось, и дверь спокойно открылась. И за ней даже не ждала группа захвата.

— Скажи, а почему мы ловили какую-то Тиану ди Сонрэ, а здесь оказался ты? — поинтересовался Ив, пока Лежнев рассматривал внутренности корня. Здесь тоже сила тяжести отсутствовала, зато судя по показаниям скафандра, была вполне приличная атмосфера. Даже получше, чем в их доме на Базаре.

— Потому что я идиот, — признался Герман. — Решил все-таки проверить, вдруг атланты решили честно выполнить договор. Хотя все говорило за то, что это ловушка. Вот и попался.

— Тиана ди Сонрэ отправила тебя проверить, не ловушка ли это? — уточнил Ив.

— Да нет, она была против. Хотя я знаю, что она бы потом тоже переживала, что не проверила.

— Не понимаю, — пожал плечами атлант.

— Да куда тебе! — хмыкнул Лежнев. Обстановка внутри ствола ему неожиданно понравилась. Все такое теплое, деревянное… как будто в шкатулке, или в избе у дяди Максима. Уютно. Если бы еще не ждать все время, что из-за очередного поворота выскочат какие-нибудь штурмовики с бластерами.

— А, кстати, у вас кроме станнеров есть что-нибудь? — заинтересовался Герман.

— Лучевые пистолеты, пулевое оружие на принципе разгона снаряда электромагнитным полем, ручные плазмометы, гранаты различных систем…

— Охренеть вы воинственные!

Постепенно начала проявляться гравитация. До этого Герман перемещался, просто толкаясь когтями скафандра и ждал, когда его принесет к потолку или стенам, но постепенно его каждый раз стало прибивать к полу, а прыжки становились все короче. Привычным тяготение стало только когда проход уперся в двери музея.

— Ну открывай, — предложил Лежнев, оглядев тяжелые металлические створки.

— Ты не слушал? Как я их открою? Они ж закрыты.

— Ты говорил, это музей, — пожал плечами Лежнев. — Я думал, туда типа пройти можно. Заплатить там…

— Говорю же, мой социальный статус не предусматривает посещение музеев. — возмутился Ив.

— А, ну да, точно, — буркнул Лежне. — А если я открою, тревога поднимется?

— Понятия не имею.

— От тебя совершенно никакого толка!

С этими словами Герман достал меч, и четырьмя косыми разрезами вырезал проход. Легонько толкнул и толстенный кусок металла ввалился внутрь.

— Теперь быстрее, что ли. Где тут реактор? Что там насчет тревоги?

— Не знаю. Если она и включилась, то где-нибудь на пульте охраны.

Подспудно Лежнев ждал, что замигает свет, начнет противно выть сирена. Может, из потолка выдвинутся какие-нибудь турели. Ничего такого не произошло — металлические коридоры с редкими деревянными включениями были освещены белым светом, на корабле царила тишина. Они пробегали одно корабельное помещение за другим. Ив на ходу не забывал исполнять обязанности экскурсовода:

— Здесь все осталось так, как было, когда этот корабль еще летал. По легендам предки народа атлантов когда-то пришли на нем в эти пределы и уже с него расселились по тем системам, которые принадлежат нам сейчас. Но я в это не верю. Это было тысячи лет назад! Какой корабль сохранится с тех пор? Хотя таких реакторов атланты, например, больше не делают — технология утеряна.

— Что ж он какой длинный-то, — Лежнев успел запыхаться, но коридоры все не кончались. Обстановка странная. Корабль, который в принципе выглядел вполне действующим, зачем-то обставили всякими предметами, порой совершенно неподходящими к окружающей обстановке. Впрочем, может, они и подходили — читать поясняющие надписи было некогда. — Где уже этот реактор!

— В машинном отделении. Оно на нижней палубе. До лифтов уже почти дошли.

Лифты не работали, и как ни старался Ив, не реагировали на попытки их включить. И запасных лестниц почему-то не наблюдалось.

— А, хрен с ним, — махнул рукой Герман. — Вандал я или кто?

Очередная неровная дырка в дверях, шахта, в которой нашлись-таки ступени, только Герман предпочел воспользоваться тросом в своем скафандре. У Ива тоже нашлось что-то подобное.

На нулевом этаже освещение было совсем другое, красноватого цвета, что, видимо должно было сигнализировать, что посторонним здесь не место. Это Герман и так знал. Зато порадовали указатели, направляющие техников к разным механизмам. Нашлась и реакторная. Герман запихал сумку с взрывчаткой в понравившуюся нишу, установил взрыватель.

— И что, все? — уточнил Ив.

— Да фиг знает, — пожал плечами Герман. — Как-то все слишком просто оказалось. Ладно, пойдем.

Обратная дорога тоже прошла без происшествий. Герман косым взглядом мазнул по указателю «командная рубка».

— Слушай, а давай еще туда забежим?

— Ты что, спятил? — не понял Ив. — Хочешь погулять по заминированному кораблю?

— Да ладно, взрыв еще не скоро, — отмахнулся Герман. — А я, знаешь ли, карты коллекционирую. Этот кораблик, наверное, много где полетал!

— Точно спятил, — тяжело вздохнул пленник, но спорить не стал, потому что Герман уже бежал в сторону рубки.

Самое удивительное, приборы все еще сохраняли работоспособность. И путевую карту Герман, уже более-менее знакомый с техникой киннаров и атлантов нашел без труда. Даже смог ее скопировать.

— Ну все, вот теперь можно уходить, — пробормотал Лежнев.

— Ив на Тим, что вы здесь делаете? — голос, раздавшийся за дверями рубки, разом похоронил надежду, что поход в музей так и останется скучной прогулкой.

Слушать, что там отвечает пленник, оставшийся «на стреме», Герман не стал. Просто рванул прочь из командной рубки, и, не останавливаясь, двинул по лицу вопрошавшему, а потом и двум его сопровождающим. Все равно опоздал. Ив уже валялся на полу, оглушенный станнером. «И чего тогда спрашивал, раз все равно ответ слушать не стал?» — подивился Герман, взваливая на плечо тело пленника.

— Что ж ты тяжелый какой! Хорошо хоть до выхода пилить меньше, чем от машинного, — прокряхтел Лежнев, и двинулся к выходу, не дожидаясь, когда оглушенные им охранники придут в себя. Впрочем, так удачно, как на Базаре все равно не получилось, некоторые уже шевелились. «Надо было их станнером обработать, — подумал Лежнев, — Но тут ведь на воздух все скоро взлетит…»

Через пару секунд стало ясно, что тратить время на дополнительную обработку охраны и не стоило. Они сюда пришли не одни. Сколько их было неизвестно, но они распределились по кораблю, видимо в поисках нарушителей, так что больше чем по трое их Герман не встречал. При условии, что его скафандр защищал от излучения станнера, особой проблемы они не составили. Однако, видимо, такой массовый падеж охраны навел кого-то, кто может принимать решения, на мысль, что это не простые нарушители. Поэтому к тому моменту, когда Герман добежал до выхода, их уже ждала серьезная группа, вооруженная какими-то щитами, на которые станнер, который парень все-таки решился применить, тоже не действовал. Как только Лежнев высунулся из-за двери, в него полетели пули. Пробить скафандр они не могли, серьезных травм тоже не нанесли — ткань при ударе твердела не только в месте попадания, но и вокруг. Однако скорость снарядов была достаточная, чтобы после залпа Лежнева унесло назад вместе с висящей на плечах тушкой.

— Вот зачем ты мне нужен, скажи? — вопросил Лежнев, с трудом поднимаясь на ноги и снова взваливая тело на спину. Сгоряча попытался выскочить снова, и опять нарвался на залп.

— Сдавайся, Тиана ди Сонрэ! Иначе мы будем вынуждены применить летальное оружие! — закричали снаружи. — Твой корабль мы сможем найти сами.

«Ага… а это типа не летальное было!»

— Русские не сдаются! — рявкнул в ответ Лежнев швырнул в проем бесполезный станнер. А потом сдернул с пояса всю дорогу мешавшийся паутинный метатель собственного производства. — Вот как знал, что когда-нибудь пригодится!

Метатель сработал на ура. Три выстрела, высунув руку из-за угла, выглянуть, и тут же бегом вперед, мимо кучи стонущих атлантов, связанных между собой прочными металлическими нитями.

— Помощь вызывайте, идиоты, — на ходу рявкнул Герман. — Эта хрень будет сжиматься, пока вас не перепилит! И валите отсюда подальше, сейчас тут все рванет!

Вняли ли его предупреждению или нет, Лежнев выяснять не стал. Двинул прочь по знакомому коридору, радуясь, что каждый шаг становится чуточку легче.

— Тиана, ты не отслеживаешь, сколько примерно осталось до взрыва? — спросил Герман, переключившись на связь с девушкой.

— Двадцать минут! Герман, поторопись, пожалуйста! — в голосе девушки сквозила плохо скрываемая паника.

— Нормально, успеваем! — обрадовался Герман. — Черт, сглазил!

Это он заметил, что от одного из боковых коридоров к нему бегут аж два десятка солдат. И еще столько же дикими скачками несутся навстречу.

— Не, ну я так не играю. Это прямо засада какая-то, — пробормотал Лежнев. — Ох, не хотел я это делать…

Перед тем, как выйти из Дятла, парень навешал на себя вообще все оружие, какое смог добыть за время путешествия. Мало ли, что пригодится? Однако он надеялся, что шахтерский размягчитель в тесном помещении использовать все-таки не придется.

Вспышка резанула по глазам, даже несмотря на затемнение шлема. Оценить результат Герман не успел, да и приготовиться — тоже, потому что разницей давлений его мгновенно подхватило и вынесло из поврежденного корня наружу. Его, и всех солдат — тоже.

— Да чтоб я еще хоть раз из этой дряни стрелял! — возмутился парень. — Кто эту хрень вообще придумал-то!

Забавно, но больше трудностей не возникло — похоже, атланты всерьез рассчитывали, что им удастся заблокировать его внутри корня. Уже через пятнадцать минут Герман судорожно задраивал люк. Парень облегченно вздохнул, сдвинул забрало, чтобы стереть пот со лба, а потом корабль тряхнуло так сильно, что он не удержался на ногах и отлетел к противоположной стене.

Тиана ди Сонрэ, разрушитель

Даже спустя время Тиана, когда пыталась представить себе самую тяжелую ситуацию в жизни, она вспоминала эти полчаса. Она смотрела, как точка, обозначающая Германа, медленно, с остановками двигается по схеме станции. Видеть, что там происходит, девушка не могла, но ей хватало его коротких несвязных реплик, чтобы понять — напарнику приходится очень тяжело. Вот-вот его окружат и схватят… А неумолимый счетчик в верхнем углу бесстрастно отсчитывал время, которое осталось до взрыва. Вот это ощущение беспомощности, отсутствия любой возможности помочь, навсегда запомнилось девушке, и еще долго потом тревожило ночными кошмарами.

Герман вернулся на корабль — какое же это было счастье!

— Фух, ну, вроде все, — пробормотал парень, и тут, за минуту до того, как таймер должен был закончить отсчет, парень вдруг охнул, в динамиках послышался грохот.

Способ связи, использующийся в скафандрах, не ограничен скоростью света, поэтому яркую вспышку, расцветшую в глубине перекати-поля, Тиана увидела только через несколько секунд. Сердце замерло на целую минуту. Тиана просматривала показания скафандра напарника — он был жив, но без сознания, система показывала сотрясение мозга и небольшую кровопотерю. «Что там произошло?!»

Девушка наплевала на план, и рванула к той области на поверхности перекати-поля, которая закрывала гигантскую недостроенную полость. Как только она начала рвать ветви, перекрывающие проход, навстречу рванули стрекательные нити. В этот раз намного медленнее и в меньшем количестве, но девушка все равно чувствовала, что продвижение почти прекратилось. Постоянно приходилось отскакивать, уклоняться, и рвать стрекательные ветви, чтобы не позволить им себя захватить, отчего времени на расчистку прохода почти не оставалось. Наконец данные в строке состояния мигнули и поменялись, и сразу следом в динамиках раздался долгий стон.

— Блин, вот надо было мне пот с лица стереть! Ну как есть ведь дятел! — простонал Герман. — Тиана, ты зачем?! Рано же еще!

— Я думала, ты не придешь в себя, и не удержалась, — призналась девушка, и, бросив короткий взгляд на карту, обрадовалась — метка, обозначающая первый астероид, самый крупный, уже почти совместилась с перекати-полем.

— Так, а чего я-то бездельничаю? — напарник, кажется, окончательно пришел в себя. — Мне ж тоже пора!

Сюрприз удался — Тиана почувствовала это почти сразу. Защита стала совсем вялая и редкая, так что теперь она могла уже не обращать на нее внимания. Всего десять минут потребовалось, чтобы проделать достаточной ширины отверстие. Разведчица потратила еще немного времени, чтобы сделать проход совсем свободным, и осторожно пролетела в станцию. Изнутри полость выглядела очень внушительно. По-настоящему огромное пространство, в котором терялся даже раздобревший ликс. Девушка проскользнула к тому месту, где должен был появиться Герман, и принялась «прорубаться» навстречу. Судя по возмущенным воплям напарника, у него все шло не так гладко. Наконец, Тиана увидела изрядно побитого Дятла, который носился туда-сюда по узкому для нее коридору, и то расталкивал, то отстреливался от многочисленной мошкары, заполонившей пространство.

Тиана стала ловить их когтями, одного за другим, и просто сминала хрупкие кораблики, превращая их в беспомощную груду дерева и металла. Кажется, на помощь проигрывающим летели еще корабли, но Герман успел прорваться в проделанное ей отверстие, и влетел в гостеприимно распахнутый трюм. Дальше Тиана даже разбираться не стала. Всего через несколько секунд улей атлантов остался далеко позади.

— Тиана, подожди, хочу напоследок им от своего имени свое фи высказать, — Герман, видимо, понял, что девушка не собирается задерживаться в злосчастной системе.

— Герман! Что ты еще придумал?! — возмутилась девушка. — Мы и так им неплохо отомстили. Я даже подумать боюсь, сколько атлантов погибло!

— Да нет, я не в переносном смысле, — ответил Лежнев. — Правда, просто поругаюсь напоследок. Кусто, ты можешь сделать так, чтобы нас слышали все, а не только Палпатин? В смысле Катис, оговорился.

Тиана вышла из сопряжения, позволив Кусто самому настраиваться на нужные волны. Было очень любопытно, что такое хочет сказать атлантам Герман. Через несколько секунд Кусто бодро отрапортовал:

— Готово!

— Ага, тогда подключай меня. Кхм… В общем, народ атлантов! Те проблемы, с которыми вы столкнулись, произошли по вине ваших руководителей. Они, подло нарушив договор, попытались захватить и пленить Тиану ди Сонрэ. Разведчица с вашей далекой родины, она хотела лишь наладить контакты и подружиться, но ее дважды попытались обмануть и лишить корабля. Не жалуйтесь теперь, что нам пришлось применить силу, чтобы избежать плена. И вот еще что. Я слышал, что не всем из вас нравится жизнь, на которую вас обрекли правители. Этот совет — для вас. Всеми возможными способами бегите в содружество. Там нет деления на уровни социальной полезности. Каждый волен прикладывать все силы для того, чтобы добиться хорошей жизни для себя и своей семьи, и каждый будет получать то, что заслужил своим трудом и способностями, не оглядываясь на происхождение или результаты каких-то невнятных тестов. На этом прощаюсь. И да, Катис и Малант — тебе отдельный привет. Хочу порадовать — все это время ты ловил не Тиану ди Сонрэ, а меня, Германа Лежнева, на самодельном корабле содружества. Счастливо оставаться, привет! Все, Кусто, отключай связь.

— Герман, а почему ты сказал, что в содружестве не смотрят на происхождение и социальный статус? Ты же видел, что это не правда! — тут же спросил любопытный Кусто.

— Ну, во-первых, там все-таки это не так жестко проявляется, как у атлантов, — пояснил Герман. — А во-вторых, мне ведь и не нужно было говорить правду. Если честно, мне по большому счету наплевать, на всех атлантов скопом, и довольных, и недовольных. Просто знаешь… в содружестве к нам нормально отнеслись, по-человечески. А атланты явно планируют там всех под себя подмять — это перекати-поле ведь не просто так сделали. Прилетят на нем, и будут свое главенство устанавливать. Всех до уровня прислуги опустят. Так что я решил добавить им немного внутренних проблем.

— Ты очень коварный, Герман, — сообщил Кусто. — Настоящий Палпатин!

* * *

Тиана сидела в удобном, глубоком кресле, и задумчиво разглядывала сразу две карты. Одна — та, что им передали в качестве подарка тойдорианцы Чип и Дейл. Другая — та, что украл у атлантов Герман. Последние несколько дней они с напарником расшифровывали данные со всех добытых карт, накладывали их на известные области, сверяли… И вот сейчас, после долгого анализа, остались только эти две карты. По большей части на них были показаны совершенно разные области, но было и кое-что общее. Начало и конец пути. Корабль атлантов когда-то начал путь в этой галактике в одной интересной туманности на расстоянии десять тысяч световых лет от областей содружества. И туда же в свое время совершил свой последний прыжок древний корабль минотавров, после чего некому стало отслеживать его дальнейшие перемещения. Жители содружества нашли этот корабль совсем в другой стороне, спустя сотни лет, и, конечно, на нем уже не было экипажа. Даже тел не нашли. По данным содружества в туманность Змеи еще несколько раз с тех пор отправлялись исследовательские экспедиции, но ни одна из них не вернулась.

— Да чего тут раздумывать? — напарник сидел в кресле напротив, и откровенно скучал. — Ясно, что там чего-то такое есть. Ясно, что мы туда обязательно сунемся. Так чего ты переживаешь?

— Да, ты прав, — вздохнула девушка. — Просто… оттуда же никто не возвращался.

— Ну и что? Справимся как-нибудь, — беспечно махнул рукой Герман. — Атланты, сама видишь, появились именно там. Значит, точно какой-то проход куда-то там есть. Вот и проверим. Ты ж знаешь, мы осторожненько! Ну, Тиана, интересно же!

Девушка вспомнила последние дни. Знакомство с Ивом Тимом — он отказался от приставки к родовому имени. Тот еще сюрприз был, когда она прибежала встречать Германа, а он вышел из своего дятла с бесчувственным атлантом на руках, и, смущаясь, сообщил:

— А я тут вот, подобрал парнишку.

Вспомнила, как они летали к Герману на Землю, и как она познакомилась с дядей Максимом, который просил называть его Максом. Как он задумчиво покалывал ножом большой палец на заново отросшей ноге, удивляясь тому, что он шевелится. Как Герман уговаривал бывшего старика и его соседок перебраться в содружестве, как они помогали им устроиться в их доме на Базаре, как убеждал его принять Дятла. Как потом наседал на Чипа и Дейла, чтобы сделали ему что-нибудь вроде истребителя, вместо подаренного корабля.

«По большому счету, мне уже и не очень хочется возвращаться домой, — вдруг подумала девушка. — Но Герман прав. Интересно же!»

Примечания

1

Цитата из Черницкого А.М. Герман любит читать, а у дяди Максима интересные книги встречались.

Content

Матвей Курилкин
Звезданутые на контракте

Герман Лежнев, черный археолог

Тиана ди Сонрэ, освободитель

Тиана ди Сонрэ, взрослая женщина

Герман Лежнев, многодетный отец

Герман Лежнев, аферист

Тиана ди Сонрэ, наемник

Герман Лежнев, подай-принеси

Тиана ди Сонрэ, капитан

Герман Лежнев, послушный инструмент

Тиана ди Сонрэ, паникующая

Герман Лежнев, крот-переросток

Тиана ди Сонрэ, преступник

Герман Лежнев, стряпчий

Тиана ди Сонрэ, жалобщик

Герман Лежнев, космический турист

Тиана ди Сонрэ, красотка

Тиана ди Сонрэ, пилот-истребитель

Герман Лежнев, доктор

Тиана ди Сонрэ, отщепенка

Герман Лежнев, дипломат

Герман Лежнев, сибарит

Тиана ди Сонрэ, инструктор

Герман Лежнев, любитель бесплатного сыра

Тиана ди Сонрэ, диверсант

Герман Лежнев, крыса в лабиринте

Тиана ди Сонрэ, разрушитель

Примечания