Алекс Бредвик

Войд. Захваченный дом

© Алекс Бредвик, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Начало

Глава 1

Тысячи лет человечество созерцало звёзды, мечтая оказаться среди них. Тысячи лет они указывали скрытые пути, помогали найти дорогу там, где её в принципе не существовало, помогали выбраться к нужному месту. Тысячи лет люди смотрели на их красоту, наполняясь духовным светом.

Я тоже часто смотрю по ночам на звёзды, переносясь в то время, когда был маленьким, когда сидел во дворе со своим отцом. Он рассказывал невероятные истории. От них было невозможно оторваться. Ведь он был там, был в этой пустоте, был рядом с огненными великанами, был на других планетах. Ему было что поведать, он видел много прекрасного.

Он видел полыхающих сверхгигантов разного отлива, от ослепительно белого до мутно-коричневого. Он видел самых маленьких тяжеловесов, ломающих своим существованием законы нормальной физики. Он видел тысячи и тысячи планет с миллионами форм жизни на них, самыми невероятными, самыми безумными и непредсказуемыми, оттого красивыми и притягательными.

Ему было что поведать, он видел много ужасного.

Он видел, как в темноте космоса разрываются на части огромные космические линкоры, вооружённые по последнему слову техники. Космическая пустота скрывает самых невероятных монстров вселенных, чёрные дыры, которым было плевать на все. Ведь только малую часть видно за счёт поглощаемых ими веществ… А большая часть скрывается в пустоте.

Он видел, как неведомые монстры на колонизируемых планетах разрывали на части верных своему делу солдат. Они были ужасны, смертельны и ведомы лишь одними своими инстинктами.

Он видел, как в огнях межгалактических войн сгорали целые планеты, как их стирали с потока мироздания звёздные разрушители. И всем было плевать, что там гибнут миллионы и миллионы живых и разумных существ, не говоря уже о неразумных.

– Таков мир, – с болью в голосе говорил мне последний раз отец, собирая свои вещи. – На что-то мы можем повлиять, но что-то выше наших возможностей…

– Но ты же обещал, что тот поход был последним! – орал я на него в истерике, так как понимал, что каждый военный поход может обернуться трагедией. – Ты говорил, что будешь навещать маму… Что в конечном итоге ляжешь там же, где и она… Ты не можешь сейчас уйти…

– Вот именно что сейчас, когда ты достиг необходимого для наших законов возраста, я могу и должен уйти, – выпрямился отец, ранее стоявший сгорбленным над маленькой сумкой с вещами, и подошёл ко мне, положив руку на плечо. – Сейчас я ухожу, чтобы защитить тебя, чтобы защитить нас всех. Помни об этом, ибо ты пойдёшь по моим стопам, как я пошёл по стопам своего отца, как пошли по его стопам мои братья. Таковы законы. Мы ничтожны перед ними, наше слово – тлен. Мы лишь третья ветвь нашего клана.

– Лучше бы мы были вообще вне клана… – тяжело бросил я. – Хотя можно уже говорить, что мы вне клана, мы же последние в нашей ветви… Грейссоны… Уже почти всех в могилу отправили. Чёртовы первородки…

– У стен есть уши, помни об этом, – похлопал меня по плечу отец, а после, взяв свою сумку, с гордостью ушёл из дома, оставляя его на меня.

И вот сейчас я смотрел на звёзды и думал, как там сейчас поживает мой отец. Мне было неведомо, что происходит через миллионы световых лет, мы находились в относительно спокойном секторе, где слово «война» уже почти забылось мирными жителями. Они об этом вспоминают, когда время от времени забирают пацанов в армию, чтобы обучить важнейшему для существования нашего клана ремеслу.

Но всем нам было неспокойно, население планеты за счёт общей мобилизации сократилось почти на двадцать процентов. Множество мужчин и женщин было мобилизовано и отправлено на фронт. Множество домов стояло теперь пустыми, множество полей оказались не ухожены, а урожаи потеряны.

Назревала катастрофа. Точнее она уже наступила.

На каждой заселённой людьми планете стояли телескопы, которые постоянно следили за ночными светилами. И в один момент произошло что-то такое, что заставило напрячься всех. Исчез целый галактический сектор, в несколько тысяч световых лет радиусом. Просто разом, словно от выключателя космических масштабов, погасли звёзды того сегмента вселенной.

Причину выясняют до сих пор.

Но важно было другое. Кланы кланами, но над галактикой властвовал Галактический совет, куда входили от каждого клана представители, давшие клятву быть независимыми от своих семей. Вот они и объявили всеобщую мобилизацию.

– Господин, – подошёл ко мне старый управляющий, глаза которого хоть и горели скрытым огнём, но выдавали вековую усталость, – вы опять сидите и смотрите на небеса?

– Да, Дьякон, смотрю и думаю, когда я сам там окажусь. Ведь я – последний представитель нашей ветви, призывать, кроме меня, больше некого. А основная ветвь мне так и не подобрала жену, чтобы дать толчок развитию моей семье. Уроды.

– Осторожнее со словами, – тяжело вздохнул управляющий, присаживаясь в соседнее уличное кресло. – У меня очень плохие известия. Хороших, увы, нет… Их несколько, сразу говорю.

– Ага, – как-то безучастно ответил я, уже привычный к «очень плохим новостям». – Что там? Опять требуют несколько мегатонн провизии? Несколько сотен тысяч человек? Если что, у нас уже практически нет мобилизационного резерва, ты сам должен это знать.

– Всё хуже, – вид управляющего был мрачнее, чем в самый печальный день его жизни. Его брови были сведены, глаза опущены, а лоб сморщен.

– Не томи уже, а, – протёр я лицо сухой рукой, отгоняя ночную дремоту. – Что такого критического произошло?

– Вас призывают в военный совет для принятия решения о вашей пригодности нести службу в качестве младшего офицера… – протер платком он свой вспотевший лоб, после чего продолжил: – Вот только вас посылают в кузню особой бригады… Думаю, вы сами понимаете куда…

– Чёрт, – я сжал со всей дури подлокотники своего кресла, а потом рывком поднялся и начал бродить по лужайке из стороны в сторону. – Там я точно сдохну. Слышал я про то адово место… Лучшие войска! Вечно на передовой! Вот только, где они сейчас? Где эта передовая?! Да что ж всё через задницу?..

– Это пришло письмом от Грейссонов, – поднялся с кресла старик и протянул мне раскрытый конверт. – Я взял на себя ответственность прочесть его, ваш отец доверял мне это. В общем… взгляните сами.

Сделав один глубокий вдох, я шумно выдохнул, после чего принял из рук управляющего конверт с письмом. Вытащив письмо, я отбросил конверт в сторону и начал с некоторой злостью вчитываться в строки письма от моего троюродного братца:

«Уважаемый Тиберий!

Хочу Вам без особой радости сообщить, что от имени Галактического совета мне, как главе основной ветви Грей, пришло письмо. Странно, что оно от них было на бумаге, но с учётом наличия на нашей планете транслокатора… Это возможно.

Что я хотел Вам поведать. Хоть и было запрещено моим отцом отправлять на фронт последних представителей побочных ветвей нашего клана, но я не он. Так что, так как Ваши земли самые простые в управлении, мною было принято решение отправить Вас в самое пекло. В Академию!

Далее без формальностей.

Не переживайте, Вы не единственный, кто покидает наш сектор. Адамс – из второй ветви, Юлианна – из четвертой ветви. Максимус! Даже мой сводный брат Максимус отправляются на фронт! Но они пойдут в качестве тыловых офицеров, а Юлианна – в качестве госпитального медика, благо ей её образование и навыки позволяют… А вот Вы пойдете самым что ни на есть боевым офицером! Пройдете через кузню лучших военных специалистов! Будете нести в будущем смерть врагам нашего рода!

В общем, брат мой! Я надеюсь, что Вы прославите наш род, как это сделал Ваш отец! Сейчас его отправили в пустотную область, там, по слухам, идут самые ожесточенные сражения. Но он жив, согласно последней сверке, что была два месяца назад по земному календарю. Он жив. И Вы будете жить, в Вас течёт его кровь! Кровь настоящего бойца, принесшего славу нашему клану!

Слава клану Грей!»

– Вот же тварь… – тяжело вздохнул я, скомкав письмо, после чего отправил его в пламя жаровни. – Ну и что делать будем? Я так просто хрен покину своё имение, он меня отсюда трупом если только вывезет!

– За вас уже всё решили, сэр. Сколь бы это печальным ни было, но я не думал, что переживу все три поколения вашей ветви, – склонил голову старик, а его слова у меня вызвали некое подозрение.

– Ты меня уже списываешь, что ли?! – чуть ли не заорал я на него, рыча на повышенных тонах. – Запомни, я тут один справляюсь со всем полгода! Даже с нехваткой людей тут мир и благополучие! А эти твари просто завидуют умениям моего отца, а также моим умениям, которые я перенял от него! Они просто завидуют! А ты им сейчас своими переживаниями сочувствуешь?!

– Господин, я просто неверно выразился, – склонил ещё ниже голову старик, говоря максимально жалобным тоном. – Я имел в виду, что не думал, что увижу, как сменяется три главы ветки Грейвойдов…

– Грейвойды… – с неким презрением я назвал свою фамилию, ибо она была как клеймо на лбу.

Почему Грейссоны, основанная ветка, дала нашей ветви фамилию Грейвойды, понять не сложно. Мы были пусты, точнее не так. У всех представителей кланов в той или иной мере развито энергетическое зерно, которое позволяет с помощью силы собственной мысли творить неведомое. Это достижение научного прогресса, существуют специальные устройства, позволяющие зерну проснуться…

Но у моего деда оно не проснулось, хотя он и был первородным когда-то. Потом оно так же не проснулось у моего отца, а после отца и у меня. Мы были пустотными, не-энергетиками. Мы не были способны передвигать с помощью силы мысли камни. Мы не были способны усиливать снаряды любого оружия… Для них, основной ветви, мы были грязным пятном, от которого надо было избавиться. И они избавились, не окуная собственные руки в кровь.

Сначала погиб мой дед, который воевал за какую-то пятнадцатую луну всеми забытого газового сверхгиганта возле погибающей звезды. Глупая война, которая нужна была только для престижа.

Потом умерла моя мама… Каким-то образом она начала быстро стареть, что было странным с учётом её возраста, ей было всего тридцать лет, а затем она умерла. Не думаю, что это совпадение, так что у меня где-то в голове появилась закладка, что нужно выяснить причину произошедшего. Пока мне это не удалось. И, видимо, не удастся.

А сейчас отец… Последняя сводка о живых членах клана приходила два месяца назад. В этой сводке говорилось, что отряд отца будет экстренно перенаправлен в Великую Пустоту, в исчезнувший сектор, так как там появилась странная активность. И после этого про него ничего не было слышно.

– Прочь с глаз моих, – бросил я управляющему, после чего устало упал в кресло.

– Только не совершайте глупых поступков, очень вас прошу… – несколько умоляюще протянул старик, после чего ушёл обратно в пока ещё мой дом.

– Хрен тебе, Дьякон, – прикрыл глаза я, натянув улыбку, полную наслаждения. – Вот когда вернусь, если вернусь… Я перережу основную ветвь целиком. А потом и их приспешников – вторую ветвь.

Снова уставившись на звёзды, я уже не мечтал. В моей голове начали плясать странные картинки возможных битв, как офицеры отправляют на смерть сотни солдат, как тех разрывают на части снаряды, как они превращаются в ничто…

Но злость уходила, я умел это контролировать, и её место занимала тревога. Что-то внутри меня верещало, говоря, что это дорога в один конец. Но я не слушал, старался отмахнуться от всего этого. И, видимо, не зря.

– Именем Галактического совета! – раздался громогласный мужской бас откуда-то со стороны основного входа в дом. – Тиберий Грейвойд! Согласно указу номер одна тысяча сто двадцать шесть вы призваны в Академию для прохождения дальнейшей службы и выполнения обязательств вашего клана по защите галактики! У вас есть десять минут, чтобы выйти и принять официальное заявление! В противном случае мы будем вынуждены забрать вас силой без возможности попрощаться с родственниками!

– Были бы они тут, – грустно усмехнулся я, а потом вяло поднялся с кресла.

Обойдя дом по периметру, я ещё раз осмотрел родовое гнездо, что мне приходилось оставить. Три этажа, множество комнат, десятки человек в прислуге, охрана… И они были истово верны нам, ибо мы заботились о земле. А первородные всё загубят к чертям…

– Вы – Тиберий? – спросил у меня коренастый мужик, который был на две головы выше меня, что несколько удивляло и изумляло.

Я даже ответить не смог, так как находился в определённом шоке. Я сам тоже был не маленький, да и сложен физически хорошо, отец не давал продыху… Но этот верзила переплюнул всех, кого я только видел. Он был семь или даже семь с половиной футов в высоту, в ширину – не менее трёх. Он был просто огромен!

– Ещё раз спрошу, вы – Тиберий? – несколько нахмурился верзила, с еле слышным хрустом сжав кулаки.

– Он самый… – всё ещё пребывая в некотором шоке, с интересом и негодованием рассматривал я стоящего передо мной человека. – А с кем имею честь говорить?

– Алекс Громов. Уроженец сектора Урусов. Ныне командир формируемой когорты Академии, – несколько расслабившись, но с непроницаемым лицом проговорил этот гигант, а потом улыбнулся и одной лапищей схватил меня за плечо и прижал к себе. – Да расслабься ты! Не кусаюсь я!

– Ага, – кивнул я. – Ты просто сразу откусываешь. Кстати, сразу на «ты»? Без соблюдения субординации?

– Имею право. Твой командир согласно директиве… Чёрт, номер забыл. Но не суть, – махнул он рукой. – Может, хоть на перекус позовешь? А то как-то невежливо гостя на пороге держать.

– Ну, тогда пройдём… – еле высвободился я из его объятий, а после пошёл в свой дом, а нежданный гость проследовал за мной. – Только не обессудь, у меня не было в планах кого-то встречать, и на стол не накрывали. Так что всё будет максимально скромно.

– Да-да… – кивнул гигант, следуя за мной. – А не хреновый такой домишко. Видимо, вас уважают, раз тут всё настолько вылизано.

– Ага, – с грустью сказал я, а потом спросил у гостя, когда мы уже оказались на кухне: – А почему ты за мной приехал лично? Обычно же гонцы прилетают за мобилизованными, а не командиры лично.

– У-у-у, брат, – рассмеялся гигант, садясь на деревянный стул, который затрещал под ним, но всё же выдержал его вес. – Ты ещё многого не знаешь, не столкнулся еще с законами нашей жизни. Узнаешь, давай сначала побеседуем, потом я уже отвечу на твой вопрос.

– Ну, давай побеседуем, – улыбнулся я, услышав смех этого человека.

Стол начал словно пополняться яствами сам по себе, мне не надо было отдавать команды прислуге, они сами накрывали. А я, между тем, никогда не осуждал их право выбора, оно никогда не подводило меня перед гостями, как и сейчас.

Беседа пошла как-то сама собой. Гигант рассказывал о своей очень далекой родине, о суровых битвах, которые там часто бывают, о невероятных монстрах, которые иногда нападают на мирные селения. У урусов всегда самые хорошие воины, с ними, если верить истории, никто и никогда не хотел сражаться, все их боялись. Благо они были мирными и не вылезали из своих секторов.

Сам Алекс был очень добродушным и весёлым человеком. На каждую жизненную ситуацию у него была шутка, а этих ситуаций в его жизни – пруд пруди. Он не стеснялся говорить что-то плохое о своём народе, он не боялся поливать грязью и моих людей, ну а я просто-напросто боялся ему перечить. Только безумец будет спорить с таким громилой.

– А что это за браслет на твоей руке? – заметил я в определённый момент серебряную пластину на его предплечье ближе к локтю.

– А ты – глазастый, как я посмотрю, – хищно улыбнулся Алекс. – Это хорошо. А про это потом узнаешь.

– Скажи, а то мы уже час тут болтаем обо всяком… – крутя вилку меж пальцев, посмотрел я на гостя. – Все же почему именно ты тут?

– По просьбе твоего отца.

Глава 2

Сборы оказались короткими, мне просто-напросто не позволили брать с собой много вещей. А зачем? Ведь там, в Академии, меня снабдят всем необходимым, всем самым нужным. В итоге я отправлялся в путь с одной сумкой, которая весила не более двух кило: еда на первое время, самый минимум одежды, клановый талисман, который достался мне от деда, да и пару древностей, в виде бумажных книжек.

Всегда любил запах свеженапечатанной книги, слушать как она трещит при первом раскрытии, погружаться в миры, что таят в себе её строки… Это великолепно! Но всё же мне Громов дал добро только на три книги, сказав в шутку, что мне и года не хватит, чтобы их прочесть.

Неужели там всё настолько хреново?

На космической взлётно-посадочной станции сейчас находился один-единственный корабль. Это был небольшой фрегат, внешне чем-то напоминающий гигантскую птицу. Хищный нос, словно острый клюв, слегка загнутые назад «крылья» на каждом борту. Вся его несколько угловатая конструкция показывала, что всё же это дело рук человека, но гениального, словно художника, ибо выглядел этот корабль просто великолепно.

– Нравится? – с усмешкой спросил Громов, стоя чуть позади меня. – Урусы сделали, способен почти вплотную к чёрной дыре подойти! Обшивка выдержит!

– А щиты? – приподнял я одну бровь, повернув голову в сторону моего сопровождающего. – Неужели нет энергетической активной защиты?

– Есть всё, не переживай, – ещё раз усмехнулся Алекс. – Пошли, что стоять на месте, нам ещё несколько земных суток лететь, а я не хочу потом получать нагоняй от старшего за то, что с опозданием явился.

Фрегат был рассчитан на ведение боевых действий, вблизи это стало особенно понятно. Почти с десяток различных стволов, направленных по фронтону космического корабля, несколько башен снизу и сверху – для активного противодействия противнику, атакующему с разных направлений, как минимум две закрытые шахты для систем залпового огня… У моего клана таких мощных фрегатов не было, что ещё раз подтверждало тот факт, что на урусов лучше не лезть, можно неплохо так обжечься.

Ещё одним фактором, подтверждающим, что это корабль для ведения боевых действий, оказалась начинка этого судна. Где-то в центре находился мощный искусственный интеллект, который следил в режиме реального времени за всеми параметрами птички. К нему меня, ясное дело, не пустили, на его постоянной страже хоть и никого не было, но искин и сам себя мог хорошо защитить, как минимум две ячейки для турелей я увидел на потолке у входа к нему.

Сама обстановка тоже была спартанской. Необходимый минимум был, но никаких излишеств. Особенно в маленькой каюте, что выделили для меня. Ячейка-кровать в стене, небольшой, также встроенный в стену шкаф для хранения личных вещей, пустой стол со стулом с явными следами нахождения на нем чего-то тяжёлого ранее, ну и, в принципе, всё. Также была одна дверь, которая вела в душевую, рассчитанную сразу на несколько комнат, ибо лишнего места на фрегате просто не было.

Когда я разместился, то первым делом сходил в душ, смыть с себя то, что должно остаться на планете. И как минимум напряжение. Я всё ещё был зол на своего дальнего родственника за то, что он отправил меня в Академию, но уже поздно что-то решать. Надо идти вперёд. Месть подождёт, не зря же её подают холодной.

После того, как я вышел и распределил свои вещи по комнате, также найдя встроенную в стену тумбочку, у меня было аж целых полчаса на то, чтобы отдохнуть. Надев самые простые вещи, что у меня были с собой, я просто мирно лежал на кровати и вчитывался в строки одного из самых любимых циклов, который рассказывал о бессмертных воинах, которые защищали планету Земля от неведомой ранее угрозы.

– Не спишь? – ко мне зашла белокурая девушка, ростом куда ниже Громова, но при этом отдалённо на него похожая: те же немного угловатые формы лица, хитрый прищур, острый носик и весьма стройная фигурка.

– Да нет, – лениво ответил я, убирая книгу на стоящий рядом стол. – Просто отдыхаю.

– Ну, раз просто отдыхаешь, пошли – я тебе покажу нашу птичку, – добродушно поманила меня за собой девушка, которая стояла, оперевшись на косяк дверного проема. – А то проваляешься все три дня тут, даже не узнаешь, где у нас тут харчевня.

Последнее девушка произнесла с лёгкой усмешкой. По ней было видно, что она – ветеран множества битв. Она была в белой майке, посаженной точно по её фигуре, в бесформенных штанах, которые удерживались тканевым ремнем, а на ногах самые обычные кроссовки. Через майку было отчетливо видно её пресс, руки ничем не закрыты, разглядеть сухие жилы на них тоже было не сложно. Девушка явно не чуралась ручного труда, да и в рукопашной сто процентов могла постоять за себя.

– Что завис? Понравилась? – рассмеялась звонко девушка, а потом с улыбкой посмотрела на меня. – Вставай, давай, будет у тебя ещё время взглядом поесть, не один раз с тобой летать будем.

– В каком смысле? – спросил я, лениво поднимаясь с койки, не рассчитав при этом свои габариты, из-за чего мощно ударился затылком о верхнее перекрытие спальной ячейки. – Твою ж… Агр…

– Хах, – ещё раз звонко рассмеялась девушка, после чего, еле сдерживая свой смех, продолжила говорить: – Ну это… Привыкнешь… Хах… А так… Раз ты сюда попал, то тут и продолжишь своё обучение, так сказать.

– Так что за обучение? Все говорят об Академии как о чём-то великом, как о кузнице великих воинов, но в итоге мы имеем только неподтвержденные ничем слухи.

– Попутно расскажу, пошли, – махнула рукой девушка, отлипнув от дверного перекрытия.

Я вышел следом за ней, она явно не торопилась, шла медленно и размеренно, играя своими бёдрами. Троллила меня, однозначно. Но в итоге я бы остался в дураках, так как за ней точно кто-то стоит, а ей просто скучно, вот и решила поиздеваться над новеньким. Я не дурак, но гормоны, чтоб их, обмануть не получится, ведь девушка уже перевела их в активную фазу.

– Тебя хоть как зовут-то? – спросил я, когда сравнялся с девушкой.

– Алиса, – улыбнулась она. – Но это не важно. Позывной – «Молния», а вот это уже более важно. Запомни его, как и все остальные позывные, что тебе будут называть мои, да и твои уже, в принципе, товарищи.

– Хорошо, – медленно кивнул я. – А тогда какой мне позывной взять? Могу я это сделать сейчас?

– Нет, не можешь, – спокойно ответила девушка. – Позывной тебе будет дарован в Академии, если выживешь после первых трёх месяцев.

– В смысле выживу? – нахмурился я. – Там что, своих учеников убивают?

– Почти, – тяжело вздохнула девушка, слегка покосившись на меня. – Поймёшь, я расскажу тебе это сегодня. Гром меня попросил ввести тебя в курс дела, сказал, что ты – сын какого-то очень знаменитого бойца. Или одного из основателей… Какая там у тебя фамилия, говоришь?

– Отец… – ещё сильнее нахмурился я. Много он от меня скрывал… – А фамилия у меня Грейвойд.

– Войд? – теперь пришла пора нахмуриться девушке. – Тогда понятно, почему за тобой прилетели лично мы… Таких совпадений не бывает… Странно…

– Что странного? – вздёрнул я одну бровь, смотря вопросительно на девушку.

– Пока мы исполняем свой долг, нам запрещено иметь детей. Категорически. Это уничтожает наш потенциал.

Только я хотел для себя сказать, что теперь понятно, почему у меня нет зерна, но тут же задумался. Дед воевал только за мой клан, но он уже был без зерна. Вот отец постоянно мотался по различным спецоперациям, на которых реально рисковал своей шкурой.

Если бы пустотелость начиналась от моего отца, то тогда бы стало понятно, что и как. Отец просто нарушил свою клятву, из-за чего наш род лишился способности влиять на мир своими мыслями. Но опять же, отец – второе поколение нашего рода, а всё началось с деда… Что-то тут не складывается.

– А можно на этом месте подробнее? – уточнил я у девушки после недолгих раздумий.

– Нет. Пока запрещено, – сказала, как отрезала, она, а потом добродушно продолжила: – А вот это наша харчевня, как я её называю. Наша столовая. Синтезаторы пищи тут готовят внешне бурду какую-то, но на вкус реально неплохо. И главное – сытно.

Зашли мы буквально на пять минут в эту столовую. Тут особо смотреть было не на что. Линия раздачи пищи, где к стене были прикручены три трубы, по которым люди вели подносы, в стенных отсеках стояла кухонная утварь по типу тарелок, ложек и кружек, а также торчали какие-то краны, видимо, по которым и подавалась та бурда.

Обстановка сама по себе тоже была спартанская, явно видно, что экипаж у корабля небольшой. Шесть столов по десять мест за каждым. Все столы и стулья были металлическими. Столы закреплены за пол, а стулья стояли в каких-то разрезах на полу, чтобы они могли лишь ограниченно двигаться взад-вперёд.

– Н-да, – цокнул я языком, – не густо. Никаких излишеств.

– А ты привык к излишествам? – усмехнулась девушка. – Из благородных, что ли?

– Третья ветвь клана Грей, – пожал я плечами, сказав это как нечто само собой разумеющееся. – А что в этом такого?

– Что ты такого натворил, что тебя отправили в Академию? – с каким-то не особо добрым выражением лица посмотрела на меня девушка, а после вообще опустила взгляд в пол. – Такого никогда не случалось… Надо будет у Грома уточнить…

– Гром. Ты уже не первый раз называешь этот позывной, – заметил я, даже примерно догадался, кто это может быть, но на всякий случай я решил уточнить у девушки. – Это же Алекс Громов?

– Да, мой брат по отцу, – кивнула девушка. – Но это уже не важно. Он мой командир, прошедший все пять лет обучения в Академии. Сейчас он находится на службе Академии, после так называемого выпуска его назначили командиром своей когорты. Вот он её и формирует, ища уникумов среди обычного населения. Вот только, каким ты боком к обычному населению относишься, я не пойму. У тебя же есть зерно… Наша система обучения и воспитания для тебя не подойдёт.

– У меня нет зерна, – не совсем добро усмехнулся я, сухо улыбнувшись. – От слова совсем. Не знаю, как так, но думаю, что ты мне дала пищу для размышлений и поисков. И давай не будем трогать эту тему. Мне она неприятна.

– Это… Кое-что объясняет… – задумалась девушка, а потом неожиданно врезала мне кулаком по плечу, что оказалось неожиданно болезненно, бодро и весело при этом проговорив: – А ну не кисни! У тебя вся жизнь впереди! Ещё целых пять мучительных лет в Академии! Ха-ха!

– И чему тут радоваться? – сухо спросил я у девушки, которая уже покидала пределы пищеблока.

– Это столько незабываемых приключений! Поверь мне! – повернулась она ко мне лицом, продолжая идти спиной вперёд. – Я уже третий год закончила, сейчас у нас время отдыха. Вот мы и собираем когорту для Грома.

– То-то тут немноголюдно сейчас… – подметил я, так как по пути мы не встретили ни одного человека. – Все отдыхают?

– Ага, все по своим родным системам разлетелись, только обслуживающий персонал остался, да я с Громом. У нас дом – эта птичка! – развела она руками, а потом запнулась и начала падать вниз.

Я уже было рванул к ней, чтобы подхватить, но, как выяснилось мгновением позже, ей моя помощь совершенно не нужна. Она словно акробат сделал переворот, не знаю точно, как этот приём называется, оперевшись во время падения на руки, а потом просто перекинув через себя ноги, встала на них.

– Этому обучают в Академии? – с толикой юмора и удивлением спросил я у девушки.

– Этому обучится твоё тело само. Поймёшь. Пошли дальше.

Дальше она меня провела через основные узлы и системы корабля. Медблок, рассчитанный на десятерых раненых, машинное отделение, где находились все важные узлы для управления тремя двигателями фрегата, десантное звено, в котором разместилось несколько машин типа «Аллигатор».

Насчёт последних, то эти машинки были названы не просто так в честь одного из хищников колыбели человечества. Они чувствовали себя во всех средах обитания точно так же, как и аллигатор чувствовал себя на земле и в воде. Вооружение у этих транспортных машин было минимальным, всё сосредоточено на скорости, защищенности и маневренности. Только в носовой части стояла пара гаусс-пулеметов, которые подчинялись, если верить рассказу Алисы, автоматической системе определения и ведения огня.

В рубку пилота меня не пустили, сказали, что пока рано туда соваться, могу только отвлечь и помешать пилоту, который по совместительству с когнитивным разумом управлял этим чудом техники. Зато меня пустили в отсек, что был чуть выше рубки пилота.

Стоило мне туда попасть, как для меня открылся невероятный вид космоса. Мы пока летели на субсветовой скорости, ожидая выхода на линию, где дозволены сверхсветовые скорости. Мир вокруг словно замер. Я видел неподвижные туманности, которые сквозь время и пространство отливали невероятными красками, я видел звезду, что согревала мою планету, которую пришлось так скоро и спешно покинуть. Но не видел родного для меня мира, тот остался где-то позади, из-за чего моя душа налилась печалью и лёгкой тревогой.

– Все тосковали, когда в первый раз оказывались в этом месте, – проследовала чуть дальше девушка, после чего нажала на стене на пару виртуальных кнопок. – И всем нам надо просто посидеть и подумать, успокоиться. Это помещение специально сделали по заказу Грома. Он любит иногда посидеть в тишине среди звёзд. Да и я тоже.

Пока она договаривала, из пола и стены появились маленький стол и пара мягких кресел, обитых натуральной кожей. Почему они были спрятаны, сложно не угадать, это как минимум рационально, ведь если попасть под обстрел, корабль может тряхануть так, что всё тут просто разлетится.

Стоило нам усесться в кресла, как к нам тут же подлетел бот, предлагая напитки на выбор. Никакой алкогольной продукции, только различные старомодные варианты кофейных напитков и несколько десятков сортов чая, в том числе и из диковинных для меня растений.

Я выбрал самый обыкновенный чёрный кофе, зерна которого были прямиком с планеты Земля. Хотелось попробовать что-то настолько самобытное, что говорило бы о нашей исторической родине.

Земля, умирающая планета, поддерживаемая искусственно уже не одно столетие. Наши предки умудрились чуть ли не уничтожить её, почти разорвали её на куски во время ядерного апокалипсиса. Благо у нас уже были тогда колонии на Луне и Марсе, а то так бы наш род и прервался на той планете.

А кофе сам оказался великолепным, с очень насыщенным вкусом. Не то что синтетический, который пили на нашей планете. Не прижились у нас растения, на которых росли зерна кофе, просто погибали.

– Смотрю, понравился напиток, – усмехнулась девушка, откинувшись в кресле, когда поставила уже пустую чашку на столик. – Тоже люблю заказывать именно кофе. На моей родине вообще его нигде и никогда не было.

– Расскажи про Академию. Что вообще от неё следует ожидать, почему там, если верить твоим словам, погибают ученики… Что в ней такого страшного?

– Страшного, по сути, в самой Академии и в её преподавателях нет ничего, – устроилась несколько получше в своём кресле девушка, после чего прикрыла глаза и начала рассказывать. – Обучение там разделено на два полугодия по пять месяцев. Между полугодиями предоставляют месяц отдыха, а он чертовски необходим, психика ломается напрочь, надо восстанавливать. Во время обучения три месяца выделяются для обучения в самой Академии, теоретические и практические занятия, а потом ещё два в качестве боеспособной единицы в каких-либо спецоперациях. На первом году обучения шанс сдохнуть есть только по собственной неосторожности. Ну, или если во время так называемой стажировки шальная пуля прилетит. Без ранений не обходился ещё никто. На первом году в основном будет знакомство с самыми простейшими элементами профессионального ведения боевых действий. Как действовать в составе групп, как выживать в обыкновенных условиях, ну и всё такое. Потом это всё будет проверяться на практике. Иногда будут отправлять на зачистку далёких районов от дикой фауны, смертельной для неподготовленного фермера… Ну и, в принципе, больше ничего. Второе полугодие первого года будет посложнее, там будут обучать ведению боевых действий с разумным противником. По нарастающей, короче. При всём этом есть маленький нюанс, он и является определяющим, получишь ли ты позывной или сдохнешь, пока будешь получать.

– Что за нюанс? – приподнял я одну бровь, что было больше привычкой, чем каким-то воздействием на собеседника своей мимикой. – Дело в браслете, который я видел у Грома?

– Браслет как следствие. Всё узнаешь, а пока отдыхай. И расскажи о себе, о своей истории… А то редко приходится общаться с кем-то новым, у нас ты первое пополнение за полгода.

– А почему так редко?

– Нас готовят для уничтожения Войда, – спокойно ответила девушка, а меня это несколько ужаснуло, по весьма понятным мне причинам.

Глава 3

Все эти несколько дней прошли относительно спокойно. Меня по большей части никто не трогал, я мог спокойно лежать и перечитывать книги. Помимо всего, как оказалось, в моей каюте был установлен галотелевизор, он был встроен в стену, так что я его сперва и не увидел.

Вообще, это только с виду казалось, что тут есть необходимый минимум, тут было вообще всё, чем можно было бы обычному человеку довольствоваться. Да даже игровая комната, в которой обслуживающий персонал и личный состав когорты могли спокойно отдыхать не только духовно, что и получилось у меня с Алисой, мы просто мило побеседовали, но и морально.

Там чего только не было! Настольные игры? Пожалуйста! Всякие симуляторы в виртуальной реальности? Пожалуйста! Да там даже бар был! И куча, просто огромная куча алкоголя. Вот там я пропадал часами, если честно… Никогда так здорово не отвлекался от дел мирских. Жаль, что народа было маловато, появлялось за раз там максимум человек пять, и то чаще всего это был либо Гром, либо Молния, либо несколько человек из обслуживающего персонала.

А вообще, я реально смог отдохнуть за эти три с небольшим дня, что для меня последнее время редкость. Отдыхать у меня получалось только по вечерам, на заднем дворе моего дома…

Единственная маленькая неприятность возникла во время моего сна. Как мне потом рассказали, я даже не почувствовал, как стенки корабля сотрясались от попадания снарядов противника. Но не это важно, без меня бы точно справились.

На исходе второго дня при вынужденном выходе из сверхсветового космического канала наш фрегат наткнулся на блуждающий отряд пиратов. Эти самонадеянные придурки подумали, что смогут быстренько разобраться с одним-единственным кораблем, растащить его на составные части, тем самым усилив себя, а что не нужно – продать за баснословные деньги на чёрном рынке.

Пересматривая видео с внешних камер, я сперва даже не видел, где именно находятся пиратские корабли, у этих уродов откуда-то появилась технология стелс, причём на всех пяти кораблях, что на нас накинулись. Но технология стелс означает лишь скрытие в видимом диапазоне, в то время как в том же инфракрасном свете пираты горели как новогодние елки. В общем, выследить их оказалось не так проблематично, но всё же мы первые в бой не вступали.

Когда пираты подлетели на критически близкое расстояние, то раздумья все сразу отпали. Сомнений в их целях просто не было, они хотели напасть, причём со спины, где у фрегата было минимальное вооружение. Но они просчитались.

Башенные орудия сразу развернулись в их сторону, а система залпового огня по правому борту выпустила рой мелких ракет, которые были связаны с системой прицеливания самого корабля. В первом же залпе было уничтожено два корабля противника, ещё один очень тяжело повреждён.

Точно не было понятно, из-за чего разорвало на куски первые два, да и это не было важно. В их боевой формации оставалось ещё три корабля, а это немалая сила. Так что, прежде чем они открыли огонь, система залпового огня по левому борту выпустила ещё один рой ракет, которым пришлось огибать наш корабль. Ну а дальше всё пошло по более или менее классическому сценарию.

Когда фрегат повернулся мордой в сторону противника, из всех пушек разом был открыт массированный огонь. С ходу ещё один корабль противника украсил пустоту огнём взрыва. Но в этот момент как раз и нам прилетели первые снаряды по защитной полусфере энергетического щита. Автоматика корабля не принимала в расчёт, что у противника тоже могут быть какие-либо ракеты или умные снаряды, так что и была применена лишь полусфера для защиты. Но тут автоматика дала сбой, пара умных снарядов всё же у пиратов имелась, что и сыграло с нами злую шутку.

– Повреждение левого двигателя! Внимание! Происходит перераспределение мощностей в автоматическом режиме! Ремонтные боты приступили к ликвидации пробоин! – начала верещать на мостике система корабля. – Примерное время полного восстановления двигателя – три часа двадцать восемь минут при наличии всех необходимых запасных частей!

– Вот же срань… – тяжело вздохнул Гром, глядя на трёхмерную голограмму своего фрегата. – У нас же есть все запасные части?

– Да, сэр, – кивнул один из операторов на мостике. – В данный момент наш комплект запасных частей составляет ровно сто процентов. Внутренние репликаторы готовы произвести ещё необходимые запасные части, если мы соберём останки от пиратских кораблей.

– После боя соберём, нечего добру в космосе просто так болтаться, – кивнул Гром. – А этот куда намылился?.. Бахните-ка по нему ЭМИ, пускай повисит в пустоте, а мы с Молнией туда проберёмся, может, парочку пленников сможем захватить.

– Но, сэр, там же может быть их около сотни! – возмутился помощник командира, у которого грудь была завешана медалями, что было несвойственно для человека столь юной наружности.

– Так ещё интереснее, – усмехнулся Гром, а после внезапно, буквально за пару секунд, облачился в боевой костюм, который я вообще нигде и никогда не видел.

Отмотав видео на эти самые пару секунд назад, я замедлил время воспроизведения видео и стал внимательно смотреть, откуда у него появилась эта броня. Ведь она же не могла появиться из ниоткуда!

Внимательно наблюдая за Громом, при этом ещё сильнее замедлив воспроизведение видео, я смог заметить, откуда начала появляться броня. Тот самый серебряный браслет, что покоился у Грома на предплечье. Он в одно мгновение засиял, а после броня словно начала раскладываться из этого браслета, покрывая всё тело воина слоем доспехов, которые по ходу принимали нужные очертания.

До меня доходили слухи, что ученые научились применять многомерности, чтобы огромные предметы можно было, например, перевозить в маленькой сумочке. Кто сможет угадать, что в этой многомерности будет покоиться ядерная бомба? Да никто. Вот и официально приостановили развитие этой технологии, но, похоже, в каких-то областях она активно применяется, и ни хрена ее не прикрывали.

Что было дальше, я уже узнал лично. На борту корабля оказались три пирата, точнее командир пиратской субмарины и два каких-то левых типа. Допрос особо много полезной информации не дал, так что двоих сразу выкинули за борт, так как содержать преступников не было смысла… Ну, это пираты, что о них сожалеть. А вот капитана корабля оставили, оказывается, на него была какая-то там особая директива, за которую полагалась награда.

Конечно, пришлось задержаться на несколько часов, так как сверхсветовую скорость этот корабль мог достигнуть только со всеми тремя движками, перейдя в нужный режим работы… Но после этого Гром ходил весь мрачный и бурчал, что из-за этих долбаных пиратов он точно получит нагоняй. Забавно было наблюдать, как такой здоровяк ходит туда-сюда и нервничает, ожидая люлей. Скорее он всем устроит по самое не балуйся, чем ему кто-то.

На третий день нашего полета я снова пересёкся с Молнией. У неё на лице красовался мелкий шрам, при этом он был свежий, а значит, получен вчера, другого варианта просто не было. Рассказав ей про свои наблюдения, про то, как я увидел преобразование браслета Грома, я сразу стал расспрашивать Алису о том, как это вообще происходит и почему так получилось.

– Сколько вопросов, – чуть ли не взвыла девушка, которая пребывала в медицинском блоке и как раз обрабатывала быстро заживающую ранку на лице. – Так, давай по порядку. Один вопрос – один ответ. Начинай.

– Откуда у Грома такая броня? – хотел я тут же спросить про то, есть ли у неё броня, но воздержался, так как она могла начать возмущаться. Девушки имеют тонкую натуру… Лучше иногда делать так, чтобы играть на их правилах, но в свою игру.

– Это… Эх… – тяжело вздохнула девушка, а потом зависла немного, смотря куда-то в пустоту перед собой. – Ладно. Гром разрешил тебе рассказать, сказал, что у тебя потенциал огромный и что ты как минимум до четвёртого года доживешь. Только тебя очень прошу, не распространяйся о полученных знаниях тут, на корабле, а то сразу вычислят, что мы рассказали тебе что-то, что ты должен узнать потом. Хорошо?

– Хорошо, – кивнул я и уселся на койку по соседству с койкой девушки, на месте моей дислокации тут же начали появляться сканирующие лучи.

– Внимание! Регистрация нового организма! – тут же начал вещать женский голос виртуального интеллекта медицинского блока. – Время первичного сканирования составляет пятнадцать минут, прошу не покидать область сканирования на протяжении этого времени.

– О, вот теперь у меня есть целых пятнадцать минут, чтобы слушать ответы на мои вопросы, – усмехнулся я, удобнее устраиваясь на койке. – Жду ответа.

– У Грома такая броня из Академии. Она выдаётся за успешное окончание первого года обучения, если это можно так назвать, – как-то тяжело проговаривала эти слова девушка, смотря в одну точку, видимую лишь ей. – Но особенность этой брони заключается в том, что каждый сам для себя выбирает, как она выглядит… А потом идёт очень долгий процесс её создания. Лично у меня она ещё не до конца создана, лицо не прикрыто, кисти рук не прикрыты… Зато имеется встроенный энергетический щит, который способен выдержать определённое количество попаданий по нему. Более рассказать не могу. Сам потом увидишь.

– А где ты хранишь эту броню? – с ходу задал я вопрос девушке, которая тут же вытащила из-под своей майки маленький кулон, отдалённо напоминавший какой-то цветок, а после она сразу же ответила:

– Тут. Это мой амулет от матери. Я его теперь не могу снять, он у меня вживлён в нервную систему. Как и браслет Грома. Это болезненное мероприятие… Каждый о нём вспоминает с болью и трепетом. Главное, чтобы эта вещь была очень близкой к тебе, иначе не получится завершить процесс привязки к твоему организму твоей будущей брони.

– Ага… – медленно кивнул я, а потом призадумался, ведь у меня была такая вещь, что мне досталась от дедушки. Медальон, который был похож на какую-то бесформенную кляксу, но на самом деле представлял собой туманность, из которой добыт металл для этого медальона. – А как вы смогли вдвоём уделать целый экипаж космического судна? Ведь там сто процентов помимо самих защитников были ещё и оборонительные системы…

– Хах, – усмехнулась девушка, закатив от удовольствия глаза. – Да, они пытались обороняться, но мы же из Академии, нас готовят для сражений со всеми, кто может попасться нам по пути. Ну и ещё пара моментов есть, о которых ты также узнаешь в Академии. Скажем… Мы уже не совсем люди, в том понятии, в котором привыкли называть наш вид. Мы сильнее, быстрее, более ловкие, более гибкие… Ну или вон, как Гром, он просто огромный… На самом деле он может без костюма поднять около пяти сотен кило, а с костюмом за несколько тонн. Больше он сам опасается поднимать.

– Генная инженерия? Использование различных химикатов? – тут же уточнил я, так как это возможно только в таком случае. Организм человека реально на такое не способен.

– И да, и нет… – с тяжестью воздохнула девушка, с какой-то грустной улыбкой посмотрев на меня. – На такое генная инженерия и химикаты не способны.

Выставив перед собой ладонь, она что-то сделала, из-за чего по ней начали пробегать электрические разряды. Похоже на воздействие зерна на окружающий нас мир, но это было не зерно, это было что-то другое… У неё нет зерна, она – простолюдинка, у них в принципе не может быть зерна. А если оно у них есть, значит, они уже не простолюдины, а претенденты, которые могут побороться за право вступления в клан.

– Это как? – с неким трепетом и страхом смотрел я на неё. – Это же невозможно без источника.

– Поверь мне, – тяжело вздохнула девушка, – сейчас наука на многое способна. Но приходится чем-то жертвовать. Поймёшь. Потом ты всё поймёшь.

– Так, и всё же… Расскажешь, как вы уделали пиратов на том корабле?

– Как-как, – усмехнулась девушка. – Просто убили многих, вот и всё. Кого смогли ранить без угрозы здоровью, взяли в плен, это те двое как раз. А вот командира корабля целенаправленно захватили. За них система Академии награду дает.

– А что, если… – хотел я задать следующий вопрос, но девушка тут же вскочила и повернулась ко мне лицом, на котором даже шрама почти не осталось.

– А что, если, спросишь уже потом, – скрестила она руки за спиной и мило улыбнулась. – У меня есть и другие обязанности на этом корабле, не могу тебя бесконечно развлекать. Так что давай, до встречи! И не покидай койки! Пускай система тебя сейчас отсканирует, потом данные передадутся в Академию, так тебе же проще будет после первого ранения, не будешь пятнадцать минут лежать и страдать, пока пройдёт первичное сканирование. У меня так пара знакомых на первом году обучения погибла. Просто кровью истекли.

– Ими что, не могли врачи заняться? – удивился я этому. – Это же как-то… Бесчеловечно…

– Нет. Просто врачи в тот день были нарасхват, на всех не хватило. Думали, они смогут прожить эти пятнадцать минут, но потом у них просто остановились сердца, – пожала девушка плечами. – Такое бывает, это жизнь. Ладно, лежи, отдыхай.

Когда автоматические двери медицинского блока закрылись, скрывая за собой силуэт девушки, я остался лежать тут в одиночестве в течение оставшихся десяти минут. Вроде это и не особо много времени, но тянутся они в одиночестве жуть как долго.

В конечном итоге я даже задремал, а когда проснулся, то меня ждала весьма интересная информация. Появилась трехмерная голограмма моего организма, в котором явно были какие-то отклонения. Как минимум было три сноски с восклицательными знаками в треугольнике красного цвета. Подписаны эти сноски были как «Требует особого внимания» и более ничего.

При попытке более точного изучения проблемы передо мной выскочило предупреждение, что я не зарегистрирован в основной системе Академии, при этом не обладаю минимально необходимым рангом для получения достоверной и полной информации. А то, что я являюсь аристократом, никого не… волнует.

Внимательно посмотрев, куда ведут предупреждающие сноски, понял одну чудесную вещь. Одна из них точно ведёт к тому месту, где в энергетическом спектре у человека находится зерно. А это было весьма странно. У обычного человека нет зерна, система бы ничего не выявила, а у меня, значит, оно есть и просто не функционирует, либо оно какое-то неправильное. Одно из двух, третьего не дано.

Поднявшись с койки, я последний раз во время этого полета направился в свою каюту. Ждать осталось около двенадцати часов до того момента, когда мы прибудем к месту назначения. Академия уже близко, настолько, что даже поджилки начинают слегка трястись.

Всё же все, кто хоть что-то слышал про Академию, слегка побаивались её. Но кто туда летит… Наверное, должен ужасаться, ведь там не жалеют людей, насколько я понял. Они там как материал, не расходный, иначе бы туда не набирали выборочно, по определённым критериям, а для ковки, выразимся так.

Но всё же людей там не жалели, ведь Академия не место для слабаков, там должны быть только сильнейшие и быстрейшие. Надеюсь, я смогу относиться к таким, иначе… Иначе я не смогу отомстить основной ветви клана, иначе я не смогу понять, что случилось с моей матерью, иначе я не смогу найти своего отца.

А для этого придётся терпеть и превозмогать. Я больше чем уверен, что меня будут ненавидеть многие, кто туда попал, так как они – чернь, обычные простолюдины, а я – член одного из самых могущественных кланов! Хоть я и из побочной ветви.

– Ну что? – в динамиках моей каюты раздался бас капитана этого корабля, из-за чего я подскочил, в очередной раз чуть не проломив своей головой перегородку над койко-местом. – Готов увидеть во всей красе твоё будущее место жительства на пять лет?

– Да к чёрту вас, – прошипел я, перенося ноги с койки на пол, приложив ладонь к месту удара. – К такому точно я был не готов…

Глава 4

В итоге мы опоздали на четырнадцать часов. Точнее не так, а как выразился Гром: «На четырнадцать, мать его, часов! Треклятые пираты!» Ну, в общем, как-то так. А вообще ещё на подлёте меня терзали смутные сомнения, а туда ли мы летим.

Когда в динамиках объявили о подлёте, то я впопыхах собрал все вещи, которые за эти три с небольшим дня успел разложить, после чего вышел на смотровую палубу. Вид был, на самом деле, так себе. С расстояния в несколько сотен тысяч километров казалось, что мы летим в сторону какой-то старой и заброшенной космической станции. Море мусора вокруг, разбитые космические корабли, даже пару раз попадались люди, закованные в герметичную броню, которые не подавали признаков жизни.

Это реально нагоняло какую-то жуть, как минимум на душе становилось мрачно и как-то неспокойно. Обычно в цивилизованных местах нет такой разрухи, но тут… Тут был просто ад. Возникло ощущение, что тут недавно отгремела битва нереальных масштабов, из-за чего всё вокруг просто не успели убрать.

– Думаешь, что опять они напали? – едва слышно спросила Алиса у Грома, который тоже находился в данном помещении.

– Как минимум, стоит уточнить у Макса… Слишком это всё странно выглядит. Уже шестой или седьмой раз за последний год… – тяжело вздохнул Гром. – Он ведь так всех новичков изведёт.

– Тоже так думаю, – кивнул девушка. – Хреновая у него тактика, очень хреновая. Стоп. Это же Волна… Ах, они – уроды! Она была мне как сестра!

– Молния, – несколько странно, аж слух резануло, назвал Гром свою сестру, но я не подал виду, что слушаю их. Нечего привлекать к себе внимание. – Потом разберёшься с ними. Сейчас наберись терпения, у тебя ещё два года впереди, чтобы ты сама смогла делать что угодно. А пока просто терпи и жди…

– Угу-м, – угрюмо и со скрытой угрозой ответила девушка, после чего быстро, демонстративно топая, покинула палубу.

Я же стоял и молчал. Вообще не хотелось говорить. Тут мертвецов уже более тысячи человек. Как минимум крейсер разворотили… И то бы трупов было меньше, так как на крейсерах очень многие спаслись бы на капсулах… А тут словно просто выкидывали людей в открытый космос. Просто иначе никак так не получится…

– Зелёный, – повернулся ко мне полубоком Гром, буквально пронзая меня своим взглядом. – Запомни эту картину. Серьёзно тебе говорю. Ибо вот это результат нашей сплоченной обороны, нашего умения воевать. Это не противники, это все наши. Просто врага… Согласно сводке было раз в пятнадцать больше.

– Хм-м… – нахмурился я ещё больше, так как не особо охотно верил в слова своего будущего командира… Но всё же кивнул, чтобы лишний раз не провоцировать конфликт. Мне это сейчас нужно меньше всего. Буду вести себя тихо и стараться ни во что не ввязываться, по мере возможности, конечно.

По мере приближения к космической станции, внутри которой и находилась Академия, я всё больше понимал, насколько она огромна. Если сравнивать с размерами планеты… То точно можно сказать, что размером она с Титан, один из спутников Сатурна в родной для человечества системе. Эта станция была поистине громадная! Вот он, гигантизм! Человечество всё время хотело в чём-то себя увековечить, сделать так, чтобы нас запомнили. Вот по таким проектам это отчётливо видно.

– Смотрю, ты уже прибываешь в определённом восторге, – усмехнулся Гром, после чего развернулся и направился к выходу из помещения. – Через пятнадцать минут жду около стыковочного отсека. Сопровожу тебя до регистрационного отдела.

– А дальше? – приподнял вопросительно я одну бровь, повернувшись лицом к уходящему громиле.

– А дальше тебе всё объяснят. Первые два года мы с тобой почти не будем пересекаться, – пожал плечами Гром. – Такова жизнь.

– Такова жизнь, – посмаковал я эти слова в своих устах, а после снова развернулся в сторону огромного панорамного окна. – У них это семейное, что ли?

Станция становилась всё больше, уже были видны первые ячейки для швартовки больших и малых кораблей, подсвеченные взлётно-посадочные полосы… Всё только с виду выглядело захламленным, но на самом деле тут всё было очень и очень хорошо организовано.

Самое большое впечатление у меня оставило это место, когда мы пролетели внутрь. Нас встречало более сотни человек! Все были в боевой экипировке, с оружием неизвестного мне вида, калибра и происхождения наперевес. Все они ждали своего командира, и, мне кажется, они последние сутки были в напряжении, так как их командир задерживался. Но даже, несмотря на такую задержку, они его встречали.

Почему я понял, что они – его подчиненные? Когда я заходил на этот фрегат, обратил внимание на эмблему, что красовалась на его крыльях. У этих бойцов на броне, точнее на её нагрудном элементе, был такой же знак. Символ когорты, можно сказать, что знамя на груди.

– Вольно, – кивнул своим бойцам Гром, когда мы покинули пределы космической птицы. – Токсин, я же просил не выстраивать тут всех, вообще не просил встречать нас.

– А мы не только ради вас, – усмехнулся единственный человек без шлема, голову которого венчала лысина, – тут есть ещё люди, на которых пришла посмотреть вся наша когорта. Например, на этого зелёного, за которого замолвил словечко наш старый командир.

– В смысле старый командир? – удивился я. – Мой отец был командиром этой когорты? Почему ты сразу не сказал?

– Воу-воу! Полегче! – выставил ладони вперёд лысый. – Он был хорошим товарищем твоему отцу, твой отец всегда держался независимо от всех, не был ни в одной когорте, хотя всё время лез в самое пекло. Отличный он мужик, однако… Жаль, что связь с отрядом потеряна. Великая пустота сигналы хреново пропускает.

– Ты это, – с небольшим усилием положил Гром свою ладонь на плечо Токсину, из-за чего тот аж немного прогнулся. Ну и силища в нём, однако, что аж человек в экзоскелете не смог сдержать лёгкого удара. – Давай тише. Парню и так не особо пришлось, а будет ещё хуже. Ты хотя бы его моральный дух не подрывай.

– А я его не подрываю, – усмехнулся Токсин. – Последний сеанс связи был буквально вчера, потери есть, но только санитарные. Из двадцати человек пятнадцать ещё в строю, что несомненно радует. Кстати, а когда мы туда полетим?

– Когда все наши бойцы официально закончат Академию, – без единой усмешки сказал Гром, скрестив руки на груди. – Не раньше, не позже.

– Через два года получается? – слегка нахмурился мужик, а потом резко просветлел. – А это не так долго! Можно еще наших цепных псов поднатаскать!

– Пять лет, – с лёгкой усмешкой сказал Гром, уперев левую руку в бок, а правой, будто он сказал что-то не особо значительное, почесал за затылком.

– Сколько? – удивился лысый, а бойцы позади него начали мотать головами и о чём-то тихо шептаться. – Отставить разговоры! Не маленькие дети! Воспринимайте информацию как есть!

– Пять лет, – уже без каких-либо ухмылок на лице сказал Гром. – Ты сам знаешь, кто за этого парня попросил. Мы его из такого гадюшника вытащили, что у него тут, на самом-то деле, шансов выжить побольше будет. А ты что удивляешься? Твой управляющий тебе каждый день подсыпал определённого вида порошок, который через пару-тройку лет тебя бы до паралича довёл.

– В смысле? – медленно, пребывая в откровенном шоке, спросил я. – В смысле?! Он же мне последний год почти полностью заменил отца! Ну не может же быть такого! Зачем ему так поступать! Ему мой дед жизнь спас!

– Все продаются, парень, все продаются, – похлопал меня по спине Гром. – Такова жизнь. Тут ничего не поделаешь. Ладно, всем разойтись! Завтра тренировочный бой! Взвод Техника против взвода Лешего!

– А я смогу на него посмотреть? – всё ещё находясь в некотором шоке, несколько отстранённо спросил я у Грома, в голове продумывая новую цепочку взаимосвязей между главой основной ветви клана и моим управляющим.

– Зачем? – усмехнулся Гром. – Ты всё равно пока не сможешь вытворять то, что они могут. У тебя не те силы, не та скорость… В общем, тело у тебя пока не развито, как и твой ум. Так что нет. Завтра у тебя будут вступительные испытания. Там ничего сложного, пробежать десять километров с нагрузкой, марш-бросок так называемый, потом стрельба из этого же оружия, тут будет оцениваться ещё то, как ты к оружию относился, а потом спарринг с первогодком. Тут… Тут тебе главное продержаться минуту, ибо между вами уже будет разница, как между небом и землёй.

Я лишь покивал. Значит, всё же тут не всё так просто, как казалось на первый взгляд. Хорошо иногда, когда зерно не развито, когда им не можешь управлять. Но в остальных случаях хреново. От меня хотели избавиться, это уже точно.

Пока мы договаривали, когорта Грома дружными строями разошлась в шести направлениях. Кто куда пошёл, я так и не понял, ибо тут не было никаких указателей, что где находится. Мы же с Громом, после того как он перекинулся парой слов с Алисой, направились в регистрационный отдел.

Пока мы шли, я видел несколько мастерских, где академики и выпускники сами себе создавали оружие. Кого тут только не было: с виду колхозники, строители, просто какие-то проходимцы, а пользуются высокоточной техникой, для работы на которой требуются годы и годы обучения. Это начинало смущать ещё больше, ибо это был какой-то сюрреализм.

– Не воспринимай сейчас ничего серьёзно, – шёл чуть впереди Гром. – По крайней мере до того момента, пока тебя не отправят на испытания. Тебя могут травить, пытаться ущемлять твои права, издеваться всячески, ибо ты такой молодец, прилетел в последний день, когда регистрация завершена, но тебя почему-то пропустили. Вопросы будут. Не борзей, веди себя спокойно, старайся не вляпаться в какоенибудь дерьмо.

– А если не получится избежать конфликта? – сравнялся я с моим провожатым, словив на себе его вдумчивый взгляд. – Что, если люди будут специально идти на конфликт, чтобы избавиться от лишнего конкурента.

– Ну, во-первых, это глупо, – усмехнулся Гром. – Все, кто сюда прилетел, гарантированно, если пройдут входные испытания, поступят. Хотя да, могут из чистой зависти тебя избить, например, чтобы ты не смог добежать. Но опять же, старайся таких ситуаций избегать, я тебе после регистрации буду пока не помощник. Вот пройдёшь первые три месяца, полетаю с тобой, потренирую лично.

– А так разве можно?

– Всё можно, главное, чтобы ты выжил.

Выжил, не умер, главное, чтобы остался жив. Насколько тут зверски идут уроки, что люди говорят о выживании? Конечно, чтобы спасти свою шкуру, будешь принудительно обучаться многому, ибо это будет просто необходимо, но всё же… Тут натаскивают реально каких-то зверей, если вечно где-то рядом маячит смерть.

Когда мы пришли в регистрационный отдел, это такое полукольцевое помещение, в котором установлено по меньшему кругу множество окошек регистрации, сразу проследовали к единственному работающему. В данный момент работало только одно, позади которого сидела тучная женщина, не лишенная своеобразной красоты, с ненавистью смотрящая на нас обоих.

– Алекс, твою налево! – взревела женщина, когда мы подошли к окошку и сели на два стула возле него. – Я тебе сейчас голову к чертям откушу! Ты какого хрена так задержался, а, медвежатник поганый?!

– Марьян, – нежно, словно с любимой и любящей женщиной, которую он готов носить на руках, словно младенца, так, как разговаривают только с самыми близкими людьми, – ласточка моя, успокойся, пожалуйста. Понимаю, задержались, всякое в жизни бывает, зато мы одну назойливую букашку привезли, которая терроризировала соседний сектор. Думаю, ты будешь довольна.

– Вот умеешь ты хорошими новостями всё сгладить, – теперь уже нежно промурлыкала женщина, а потом, словно далёкий раскат грома, несколько угрожающе сказала: – Если ещё раз более чем на пять часов задержишься, я обещаю тебе протез какой-нибудь части тела ставить придётся!

– Хорошо-хорошо, – выставил ладони перед собой Гром, изобразил на лице глупую ухмылку, после чего поднялся и начал пятиться назад. – Всё, оставляю вас одних. Наслаждайтесь обществом друг друга.

– Засранец, – весело усмехнулась женщина, помотав головой, а потом, словно с какой-то теплотой, посмотрела на меня. – Так, мил человек, кто такой, откуда прибыли, какова цель прибытия. Последнее можешь не называть, просто пункт в электронной анкете такой. Давай, рассказывай.

– Тиберий Грейвойд, прибыл из сектора два-шесть-девять-сигма-один-два-альфа, не считая пропавшего отца, последний носитель своей фамилии, – положив голову щекой на кулак, начал я отвечать на вопросы.

– Ага… Так и пометим, мания величия… – цокнула языком женщина. – Обычно такие помирают быстрее всего, но чаще всего вон, как Алекс, командирами становятся хорошими. Главное, чтобы от людей не шарахался. Так, дальше…

А дальше пошёл ворох вопросов на тему моей родни, моих увлечений, где и чему обучался, что умею и так далее. Это заняло по меньшей мере около часа, если честно, мы вдвоём начали зевать, причём первый раз зевнули одновременно, из-за чего оба громко и звонко посмеялись. Вот что-то было в этой женщине, что-то притягивало.

– Извините, – после опроса, когда меня попросили проследовать в специальное устройство, чтобы снять мерки, рост, вес, я решил уточнить один момент у женщины, – возможно, я могу поплатиться головой за такой вопрос, но на моей родине нет привычки лукавить, а если что-то хочется спросить, то спрашивают. За спрос не наказывают, как говорится.

– Ну, спрашивай, – улыбнулась женщина, а по её глазам я понял, что она уже подозревает, какой вопрос я ей задам.

– А вас так из-за чего? – я показал руками вокруг себя круг большего радиуса, чем я сам. – Извиняюсь, что так завуалированно спрашиваю.

– Ха-ха-ха-ха, – рассмеялась звонко девушка. – Да ничего, иногда грубее спрашивали. Это из-за ранения. Рядом с головным мозгом пуля прошла, что-то нарушив в его функционировании и в работе моего метаболизма. Вроде сейчас всё нормализовалось, год работы ученых и… И я начинаю худеть! Но это процесс не быстрый. Много времени ещё пройдёт… Эх… А я так снова хочу полетать среди звёзд, снова хочу стрелять и убивать… В общем, ты понял, хах, давай, вставай, будем на тебя комплекты формы готовить.

– Даже на завтра? – усмехнулся я, встав в устройство, после чего растопырил руки в разные стороны.

– В основном на завтра, – ещё раз усмехнулась женщина, после чего по моему телу забегало множество красных точек, с точностью до миллиметра снимая с меня мерки. – Всё, жди, сейчас за тобой подойдут. Завтра посмотрим, на что ты способен.

– Хорошо, – кивнул я и вышел из каморки, усевшись на одном из множества диванчиков, стоявших по внешнему кругу кольца.

Ждал я не особо долго, где-то минут пятнадцать, пока ко мне не подошел служащий Академии. Он был в серой форме с высоким и твёрдым воротником, головного убора у него не было, а на груди красовалась десятиконечная звезда с двумя клинками посреди неё.

Уточнив у меня, я ли это, он пригласил проследовать за ним. Вежливость из него так и пёрла, что было для меня несколько непривычно, ведь обычные люди ведут себя более вульгарно.

Он проводил меня до блока, где проживали все поступающие. Стоило мне войти, сразу ощутил на себе множество взглядов, как любопытных, так и не очень, откровенно злых и кощунственных. Он меня проводил до самой комнаты, сунув в руки брошюру, после чего резко удалился.

Кинув свою сумку на кровать, я уселся на металлический стул, что стоял возле стола, выполненного в таком же минималистическом стиле, как и всё вокруг. Раскрыв брошюрку, я сразу стал изучать её. В ней была краткая инструкция, куда мы попали и что нам делать. Было короткое расписание вступительных испытаний, после чего, без каких-либо торжественных построений и поздравлений, что мы зачислены, ну и тому подобное, на следующие сутки после испытаний сразу начинаются занятия. Благо, что первую неделю чисто теория без практики, лишь утренняя зарядка.

Положив лист бумаги на стол, я подошёл к кровати, снял с неё сумку, положив на пол, а сам улёгся. Обувь я оставил ещё на входе, так что в комнате было относительно чисто, до меня никто не наследил, так, только пыль местами лежала, но убрать её дело не долгое. Но сперва немного подумать, а потом заниматься всем остальным.

Глава 5

Как и ожидалось, подлости со стороны «старичков» начались почти сразу, как я тут появился. По местному времени я прибыл буквально перед обедом, где-то часа в два по земному, а тут искусственную смену дня и ночи привязали к Земле. Когда старший нашего сброда объявил построение на обед, кто-то из парней, живущих по соседству, врезал мне чем-то увесистым, но не твёрдым, после чего как-то молниеносно скрылся. Я упал, поэтому и не видел, куда убежал тот урод, который так поступил, но одно ясно – вот оно, чувство зависти. Они тут проторчали фиг пойми сколько в ожидании испытаний, а я прибыл в последний день и, бум, допущен к испытаниям.

– Уроды… – прорычал я себе под нос, когда поднялся на ноги, после этого попытался найти себе место в строю.

Ростом я был всегда не маленьким, но тут были люди и повыше меня. Когда я шёл мимо кривой шеренги, взглядом высматривая место, в котором бы я поместился, мне пару раз ставили подножки. Я замечал эти подколки, так что просто перешагивал их, всматриваясь в лица тех, кто это делал.

Первым оказался урус, такой же, как и Гром. Большие скулы, квадратная челюсть, голубые глаза, хоть и не особо большого размера, нос картошкой, волосы светло-русые. Запомнить его рожу не трудно, всего урусов в нашем строю я насчитал троих, а у этого у единственного голубые глаза, у остальных карие.

Вторым оказался кригаец, косоглазый хрен, лицо которого похоже на лица стоящих по соседству дружков. Единственное, что в нём было примечательно, это его надменный взгляд. Либо был главой шпаны, либо с детства вёл себя так, чтобы его мнили старшим.

В строю так же были и девушки, большая часть из которых смотрела на меня с нескрываемой злостью, в глазах был виден яд, который они источали. Но некоторые, по большей части те, которые были пониже, смотрели больше с интересом, чем со злостью. Кто-то же мог додуматься, что я не просто какая-то деревенщина, ну не бывает такого, чтобы простой деревенский тип прилетел в последний день.

– Где, чёрт его за ногу, второй новенький?! – взревел старший, вопя на весь наш жилой блок.

Военные тонкости. Мы стояли около десяти минут, ждали, пока какой-то деревенский простофиля, а иначе я его из-за взъерошенной прически, неопрятного внешнего вида, дешевых вещей назвать не могу.

– Ной, твою дивизию, что тебя так задержало?! – подошёл вплотную к этому пареньку старший, еле сдержавшись, чтобы не схватить того за воротник.

– Да я вот только-только зашёл сюда! – с явным деревенским акцентом начал объясняться парнишка. – У меня ключ-карта не считывалась, чтобы я мог в комнату попасть! А вещи свои я не мог оставить, могли забрать! А я тут никому не доверяю! Поэтому вещи сначала, жрать потом!

– Слышали?! – со злой ухмылкой, пятясь назад, обратился сразу ко всем старший. – Вещи важнее еды! Едим на десять минут меньше! Кто не успеет, знаете, кто в этом виноват!

– Тварь…

– Урод…

– Вот скотина… – еле слышно стало доноситься со всех частей строя, и лишь я понимал, что он так специально стравливает всех новичков между собой, чтобы они могли проверить сами себя на прочность.

– Тихо! – снова он крикнул, а потом повернулся лицом в ту сторону, куда встал тот парнишка. – А для тебя это будет урок! Уважай остальных! Але-во! Агом! Арш!

Я тихо усмехнулся, услышав, как он командует. Явно ещё сам только первогодка или что-то типа такого. Опыта мало, голос не особо уверенный во время отдачи команд. Вот аристократам с этим проще, они рождены для того, чтобы руководить другими. А этот… Этот подсознательно переживал, что его не будут слушать. Ну да ладно, посмотрим, как оно всё повернётся.

Сам приём пищи прошёл без происшествий, как и путь до него. Все старались как можно быстрее добраться до столовой, где очень и очень быстро побежали по линии раздачи пищи. Тут, кстати, давали нормальную еду, не ту бурду непонятную, как на фрегате, а абсолютно привычную пищу. Хоть временами и синтетическую, но всё же это лучше – синтетическая пища сделана из натуральных веществ, а та бурда – фиг пойми из чего.

Самое интересное началось после того, как мы вернулись с обеда. Покушать, точнее в той ситуации пожрать успели все, так что все ушли сытыми, но не все довольными. Некоторым приходилось буквально давиться едой, чтобы успеть наесться. В чём причина такой давки, ведь еще ужин будет, я не понимал. Жрали, словно это их последний раз.

Возможно, я чего-то не знал, ну и бес с ним, потом разберёмся.

А теперь о самом интересном. Меня решили не трогать в самом начале, решили оставить на десерт, я ведь толком ни в чём не провинился, а вот парнишка, Пой… Ной… Не помню, вот он провинился перед всеми. И решили ему устроить тёмную.

Как ни странно, но не нашли ничего лучше, как начать издеваться над парнем в туалете. С точки зрения безопасности отморозков, что собрались толпой и начали гнобить парня, было весьма логично, ведь можно у двери туалета поставить караульного, который бы следил за ситуацией снаружи, а остальные могли бы спокойно отрываться, делая что угодно. Вот только они не учли того факта, что, кроме них, ещё кто-то будет в уборной. А там был я, занимался не самым красноречивым делом, зато полезным для организма.

– Слышь, недомерок, – послышался звук удара чего-то тяжелого о соседнюю дверцу, – а ты не понимаешь, где оказался? Не понимаешь, что тут есть свои законы? Что тут есть свои старшие? Есть свои, скажем так, управляющие? Не думал, что кого-то из них можешь подставить? Голодным оставить? А?

– Не-не, мужик, давай не будем, а? – начал тот, видимо, махать руками, потому что его опять долбанули спиной о кабинку.

Раздражает.

– Что не будем? – усмехнулся первый. – Не будем другим мешать? Я на это согласен. Но ты уже помешал, нормально пожрать не дал, а ты только первые пару часов тут. А это большой косяк. Очень большой косяк. Как исправляться будешь?

– Не знаю, – видимо, потерялся парнишка, а потом из его груди вырвался сдавленный звук. Похоже, по животу прилетело.

– А теперь я спрошу ещё раз, – уже рыча, спросил тот, что «общался» с недавно прибывшим. – Как. Будешь. Исправляться?

– Не знаю! – более громко ответил тот, из-за чего следующий удар оказался более звонким, чем предыдущий, по морде зарядили, а это тут, если верить информации из брошюрки просто так не оставят.

– Ты тупой или как? – взревел первый, замахнувшись ещё раз, судя по звукам и писку, издаваемым Ноем.

– Альф, успокойся! – раздался женский голос, что меня несколько удивило. Дверью, похоже, ошиблась. – Нам и так уже за твой первый удар может влететь, он за свою шкуру будет переживать, я тебе гарантирую.

– Не будет, хе-хе, точно не будет, хе-хе, – начал как-то мерзко посмеиваться первый, Альф, схватив за шиворот пацана. – Ведь если этот урод проболтается, то он точно не жилец. Одного так уже увезли, концы никто найти не может. А он так тихо и мирно спал.

– Интересная история, – вышел я из своей кабинки, похлопав в ладоши. – Только запомни на будущее, фуфел, что прежде чем кому-то устраивать тёмную, нужно убедиться, что тут никого нет.

– Чего-о?! – отпустил Альф парня, а потом, видимо, не ожидал от меня такого, оказался положенным на лопатки.

– Того, – жёстко начал говорить я, сев коленом на грудь этого дурака, а потом обратился к девчуле, что уже металась в поисках чего-нибудь, чтобы сбить меня со своего… Хрен знает, кто он ей. – Во-первых, ты тут не пуп земли. Во-вторых, когда кого-то припугиваешь, смотри, чтобы информация не оказалась вредна самому тебе. В-третьих, кто тебе вообще дал право распоряжаться чьими-то жизнями? В-четвертых, если твоя девушка сделает ещё хоть шаг, я тебе пережму пару точек, и у тебя откажут ноги. Делаю два предупреждения.

Но моим предупреждениям не вняли. Девушка, видимо, чего-то найдя, попыталась это вытащить из шкафа, из-за чего что-то жутко гремело. Хреновые из них страшилки, раз они тёмную по-тихому сделать не могут.

– Раз, – сказал спокойно я, после чего умело нажал на нервное сплетение чуть выше колена, из-за чего парень аж завопил:

– Сто-о-о-ой, он не шутит! Стой!

– Хороший мальчик. А теперь, чтобы ты понял, если я ещё раз узнаю, что ты кому-то что-то сделал, я тебе лично глаза на жопу натяну. Ты понял?

– Угу, – отведя глаза, налившиеся слезами, в сторону, очень тихо ответил парень, из-за чего я ещё, на этот раз чуть сильнее, но лишь на одно мгновение, нажал на эту же точку.

– Я не расслышал, – весьма спокойно, словно с нашкодившим ребенком говорил я.

– Хорошо-хорошо, чёрт… – ответил он уже громче, ну а мне этого было достаточно.

– Смотри, я запомнил твою рожу, нос картошкой, у тебя она уж о-о-очень примечательная, – усмехнулся я, а потом поманил девушку пальчиком к себе. – А теперь забирай своего увальня, и чтобы я вас тут не видел. Особенно тебя в мужском туалете.

Девушка закивала, по её глазам сразу стало понятно, что она перепугалась за этого идиота. Ну и пусть, пускай боятся. Так будет проще ими манипулировать. Главное, чтобы это в большую беду не переросло… А ведь оно может, словам таких мерзавцев верить нельзя. Эх, зря отпустил, надо было ещё над ним поиздеваться.

– С-спасибо, – неожиданно раздался голос паренька, которого недавно прессинговали, а я аж чуть от страха не подскочил, так как совершенно забыл о его существовании.

– Твою ты налево, тень, блин, счастливчик хренов… – вырвался из меня поток не совсем связанных слов, но зато я успокоился. – Тебе хоть колокольчик на шею вешай… Не за что… Всё, иди отсюда, тебя пока никто не тронет.

– Ага, – кивнул парниша. – А тебя как зовут-то?

– Зачем тебе это? – посмотрел я на него через плечо, уже покидая данное помещение.

– Ну, мы с тобой сейчас будем для них… Белой вороной! Точно. Белыми воронами мы для них будем, – улыбнулся парнишка и протянул ко мне свою мозолистую руку. – Я – Ной! Сын Троя! Я представился! Теперь твоя очередь!

– Боги… – тяжело вздохнул я, после чего повернулся к нему лицом и мрачненько так назвался сам. – Тиберий Грей-войд. Сын Дарама Грейвойда. Внук Мадестаса Грейвойда. Приятно познакомиться.

На лице парнишки сначала блеснуло удовольствие, что он завёл своего первого «друга» на этой враждебной и не понятной для него «земле», а потом до него начало доходить. Видимо, дело привычки, потому как он от меня отшатнулся и вытянулся в струнку, боясь проронить какое-либо слово.

– Прошу прощения, сэр! – очень чётко, без той придури, что в нём была до этого, начал говорить Ной. – Я не хотел оскорбить вас свой назойливостью, сэр! Разрешите мне идти, сэр?

– Да успокойся ты, – более мягко сказал я, стукнув его по плечу ладонью. – То, что я из аристократов, не делает меня каким-то особенным. Хотя нет, кое-что есть во мне особенного. Я – обычный человек, так что не надо меня бояться, я тоже всё привык делать руками.

– Т-точно? – неуверенно и с истовым страхом в глазах спросил у меня парень, слегка расслабившись.

– Точно, расслабься, говорю, счастливчик, – усмехнулся я. – Не каждый день простолюдин может на равных с аристократом разговаривать. Хах. Аж самому непривычно…

Последние слова я сказал как-то отрешённо, осознавая, что всё, что связывало меня с домом, с моей аристократичностью, осталось где-то позади. Конечно, аристократа из меня просто так не выбить, как из Альфа – идиота или из Ноя – деревенщину, но всё же процесс пошёл. Точнее я сам его пытаюсь запустить, но, видимо… Хреново получается, всё ещё чувствую отрешенность от всего и всех, непривычно мне быть среди простолюдинов.

Засунув руки в карманы, я прошёл в свою комнату, ловя на себе недружелюбные взгляды. Люди тут хоть и простолюдины, но всё же не идиоты. Чаще всего из этих самых простолюдинов появляются ученые, тактики, генералы… Им потом присваивают аристократский чин, который может передаваться только по одной линии, да и то там есть какие-то свои ограничения, но всё же. Даже простолюдины далеко не дураки, временами бывают умнее аристократии.

Войдя в комнату, я обнаружил на кровати форму, которую мне уже пошили. Даже удивила скорость, с какой сделали её, ибо даже… Ладно, не надо вспоминать про прошлое, не следует старые камни ворошить.

Форма была самой обыкновенной, тканевой, цвета хаки. Идеальный лесной камуфляж, как в старые времена. Это сейчас у всех военных во всех кланах своя форма одежды, со своими приколами, да и то, уже почти никто не ходит в тканевой форме. Раньше она надевалась под броню, точнее броня надевалась на ткань, но сейчас времена другие, сейчас броня сама по себе может менять цвет под местность, если встроена функция хамелеон. Основная ветвь Греев не стесняла в средствах свою личную гвардию, натаскивали их неплохо, броня у них тоже была по последнему слову техники.

Быстро переодевшись, я подошёл к шкафу, в котором и разместил свою старую одежду. На дверце шкафа было замаскировано фрагментированное зеркало. Нужно просто нажать на сенсор, и часть элементов дверцы переворачивались и образовывали зеркало в полный рост. Удобно, в случае чего зеркало не разбить.

Покрасовавшись, а заодно удостоверившись, что форма сидит как надо и нигде не морщинится, я закрыл дверцу шкафа, на которой автоматически спряталось зеркало, вышел в центр комнаты и стал разминаться, чтобы проверить эластичность и удобность формы. На шпагат я садиться не умел, но это мне не мешало хорошенько потянуться.

Итог, в общем, такой. Форма сидит просто идеально! Где надо, там она прорезинена, тянется великолепно, где надо, она дополнительно укреплена тканью. Нигде не пережимала, нигде не натирала. Вот только не понятно, где обувь под эту форму.

– Стоп… А это что за? – приоткрыл я снова дверцу шкафа, чтобы начать переодеваться.

В шкафу неприметно стояла пара ботинок, очень похожих на что-то среднее между берцами и кроссовками. Могу чем угодно поклясться, что там раньше их не было. Ну, либо я – слепой идиот, не заметил их с самого начала. Ну что поделать, раз они есть, значит, тоже надо примерить.

– Хм… Удобно… Не жмут… Сидят как влитые… – выпрямился я, немного походил и покрутил стопами. – Даже как-то не верится, что так, лишь один раз проведя точные замеры, смогли снять с меня мерки…

– Становись, уроды! – заорал знакомый голос старшего, из-за чего я усмехнулся.

Опять в его голосе чувствовалась неуверенность, опять я прекрасно осознавал, что парень молодой и очень неопытный. Просто он не привык командовать теми, кто ему равен по статусу. А вот если бы перед ним была толпа сломленных аристократов… Он бы, скорее всего, оторвался бы на них.

Сначала из комнаты я выскочил в спешке, думая, что все уже стоят, ведь у военных так принято, но меня жутко разочаровало то, что я увидел. Все очень вальяжно покидали свои комнаты, все еле-еле плелись, кто-то откровенно и громко возмущался. Они строились, не потому что приказали, а потому что так надо, не очень-то, но надо.

Когда строй был полностью сформирован, «командир» походил туда-сюда, хмыкнул, увидев меня единственного по форме, а после вызвал к себе того самого уруса, у которого нос картошкой и глаза голубые. Альф. И я уже прекрасно понимал, что тут происходит.

Морда его была избита до неузнаваемости, сам он прихрамывал на левую ногу, но зато, пока он шёл в сторону командира, осмотрел на меня взглядом победителя. Вот же скот поганый, только дай им волю, они начнут доказывать свою индивидуальность и важность, любыми способами пытаясь подмять под себя нового человека.

– Престус Альф! – попытался вытянуться симулянт перед командиром, после чего наигранно зашипел и слегка согнулся, схватившись за живот рукой. – По вашему приказу…

Последние слова он словно выдавил из себя, словно ему дико больно. Что-то мне кажется, что тут не всё чисто… Ну почему кажется, вон, видно, что родственники эти двое… Ладно, будь, что будет… Только… Вот как я сразу не заметил, что эти двое почти на одно лицо?!

Чёртова форма… Люди в ней реально по-другому выглядят, серьезнее, что ли.

– А теперь говорите, кто вас так избил! – отдал приказ наш «командир», вытянувшись по стойке смирно, а после, чуть громче, добавил. – И спешу напомнить, что за рукоприкладство на вступительном этапе полагается запрещение поступления в нашу Академию! Если иначе не расценит действия наш комитет по правонарушениям. Так кто вас избил?

– Вот он, – словно обиженная собачка, поджавшая хвост, показал на меня пальцем этот урод, а я окончательно понял, почему он так спокойно строил из себя тут старшего. – Он меня избил!

Вот же он тварь… И как ему только совесть дала это сделать?

Глава 6

Первая мысль, которая возникла у меня в голове: «Они – идиоты». Вторая мысль: «Зачем им всё это?» Ну а третью я не успел додумать, так как меня вызвали и поставили перед строем, начав прилюдно поливать таким отборным говном, что аж противно было просто слушать эту мерзость. Как меня только не называли: отброс общества, зазнавшийся простофиля, ничего не понимающий дурак, идиот… Ну и так далее, хорошо, что я очень многое пропускал мимо ушей и просто смотрел на Альфа.

Сначала он стоял довольный собой, мол, совершил геройский поступок, конечно, он пытался все это скрыть за маской «болезненности», но актёр из него очень хреновый. Потом он начал бегать в разные стороны глазами, пытаясь хоть как-то скрыться от моего взгляда, потом вообще отвернулся и уткнулся лицом в пол, пытаясь вообще не обращать внимание.

– …и в итоге, за совершенное этим… Недоразумением! Я буду ходатайствовать о его отстранении от поступления! – закончил свою десятиминутную речь, которую «командир», по всей видимости, тренировал часами перед зеркалом, после чего быстро сказал: – Всем разойтись!

– Всем стоять! – грозно и злобно крикнул я, зная, как правильно влиять на толпу.

– Что?! – возмутился этот недовоенный, приблизившись ко мне почти вплотную. – Да как ты смеешь?! А вы чего все встали?! Я сказал разойтись!

– А. Я. Сказал, – специально, выделяя каждое слово, каждое местоимение, печатал я, буквально давя своим голосом на окружающих. – Всем. Стоять! А ты вообще заткнись. Тебя назначили не решать наши судьбы, а просто водить нас в указанные места. Так изволь исполнять свои обязанности и не выходить за их рамки.

– Да как ты!.. – хотел было что-то он сказать, но запнулся, встретившись с моим взглядом.

– Согласно законам, принятым Советом галактики, я требую немедленного разбирательства случившегося. Это раз! – начал выдвигать я свои требования перед всей толпой. – Второе! Согласно установленным правилам, каждое правонарушение должно фиксироваться протоколом, который мы оба обязаны подписать, если в состоянии, конечно. Такого протокола не было! А отказ от подписи в протоколе – это заведомо признание правонарушения. Третье! Я не слепой, видел, что тут все утыкано камерами, кроме личных комнат. Сейчас любую камеру проверь и можно будет доказать, что мы встречались с твоим братом только в мужском туалете, в который он, прошу заметить, завёл какую-то блудницу. Вышли мы оттуда оба без следов побоев. Четвёртое! Вон там стоят офицеры, которые нас слышат, которые смеялись над тобой, пока ты свою речь выдвигал, они тебе докажут, что я прав. А теперь все свободны.

Недовоенный однозначно растерялся, не был готов он к тому, что ему кто-то вообще слово поперёк скажет. Ибо никогда не руководил, не знает малейших принципов психологического давления на толпу. Я и сам не мастак, если честно, всегда пытался по-хорошему договаривать, а тут произошло так. Хорошо, что парень реально неопытным оказался, потерялся, когда я его немного осадил.

К нашему «старшему» сразу подошли офицеры, которые прибыли по чьему-то вызову, так как на них были значки дежурных или что-то типа того, после чего взяли под ручки обоих и куда-то повели. Ну а я только спокойно вздохнул. Сами дураки, раз решили играть там, где играть не стоит.

Вернувшись в свою комнату, я закрылся от всех бед подальше и даже не выходил на построение на ужин. Точнее вышел один раз, чтобы сказать, что неважно себя чувствую, что аппетита нет, ну и так далее, после чего закрылся в своей комнате окончательно.

Разобрав свою сумку, я достал оттуда заранее припасённые запасы еды. Зачем мне ходить на ужин, если есть то, что приготовил я сам? Вот тут реально я сам готовил, никогда не был чужд этого. Не испортилось. Контейнеры многократного продления свежести – хорошая штука, всё словно было приготовлено пару часов назад.

Ну а дальше я занимался своими делами. Играл, ученые придумали хорошую штуку, надеваешь на висок присоску, она проецирует перед тобой шлем, где ты зрительно выбираешь то, что нужно, а потом происходит полное погружение. Штука дорогая, да и работает непосредственно с мозгом, так что навыки в голову вживаются как родные.

Играл я, конечно же, в шутер, а во что можно было играть перед проведением зачётов по стрельбе? За сутки организм я свой подготовить к физическим нагрузкам не смогу, а вот в стрельбе поднатаскаться получится.

Запустил я даже не игру, а курс стрельб, основанный на крайне реалистичном шутере. Хоть я уже не первый раз упражнялся, ведь навыки стрельбы всегда пригодятся. Всё началось, как всегда, с самого элементарного – с общего устройства оружия. Ствол, ствольная коробка, накладки, прицелы, рукоятки… Сборка – разборка. Это было не особо мне интересно, проходили, так что я просто пропустил этот момент, сразу приступив к следующему.

Первое – практика в стрельбе из пистолета. Сначала мишень на десяти метрах, чтобы понять, как вообще стрелять и целиться, вроде мелочь, а ведь всякое может быть, потом на двадцати пяти метрах, потом на пятидесяти. Никаких целеуказателей, никаких лазерных прицелов, всё своими ручками, как и подобает.

Дальше шла примерно такая же практика с полуавтоматическим и автоматическим оружием. Только сначала минимальное расстояние было двадцать пять метров, потом сразу сто, потом двести. Вот на двух сотнях метров у меня уже были проблемы с меткостью, система программы-игры выдавала средний результат, хотя до этого, на меньших дистанциях, был хороший или превосходный результат.

Перезапустив раз двадцать одно и то же испытание, я буквально перегорел. Ну не получалось у меня метко стрелять, почему – хрен его знает, просто не получалось, видимо, что-то с работой мозга было не так для такого уровня меткости.

Дальше шла стрельба по движущимся мишеням, тут проблем особых не возникло, ведь главное в таком испытании просто попасть, лишить боеспособности боевую единицу. Ну а дальше шло куда интереснее. Наступала сама «игра».

Сначала шла отработка тактических действий в тройке, тут больше оценивалось умение реагировать в различных ситуациях, верно оценивать все ходы противника, разрабатывать меры и противомеры, продвигаться вперёд в стратегии. За несколько лет я уже наизусть выучил все ходы ботов в этой симуляции, так что для меня всё оказалось весьма и весьма просто.

Вот дальше шли военные действия с применением различных средств поражения противника. Как-то раз ситуация настолько накалилась, что было применено ядерное оружие. Голова после того раза очень сильно болела, ведь даже симуляция ядерного взрыва… Это не шутки, мозгу сложно пережить спокойно такое.

Но в этот раз всё прошло достаточно гладко, на моё удивление. Нас было двадцать три человека, типа неполного взвода, который только что вышел из окружения. Нам была поставлена задача удерживать дорогу. Такое мне попалось впервые, но тут всё же был один нюанс… Дорогу мы должны были удерживать пешие против различной техники, вплоть до гравитанков!

Вот тут мне пришлось хорошенько попотеть! Меня система определила как обычного пехотинца, просто автомат с небольшим обвесом: простой прицел типа точки с недолговременной функцией подсветки в инфракрасном диапазоне, подствольный гранатомёт с общим боезапасом на поясе в пять гранат плюс одна дымовая, ну и лазерный целеуказатель, либо, как его тут называют, «Целик» или «ЦЛК».

Прибыли мы на заранее укреплённую позицию, тут стояли две противотанковые пушки кинетического типа, две лазерные зенитные установки и шесть укрепленных пулеметных точек. Три пулемета были плазменными, что могли хорошо танк повредить, три были кинетическими. В общем, весьма неплохая точка для удержания обороны, но не более, долго всё равно тут протянуть невозможно.

Меня за пулемёты не пустили, предоставив мне возможность героически подохнуть в маневренной группе. Хотя тут, с какой стороны посмотреть, если танк шмальнет в пулемёты, то там никого живого точно не останется.

– Твою ма… – начал орать наш старший, как у него снесло голову одним-единственным выстрелом, а потом позади нас начал стрекотать пулемет.

Сразу посекло ещё троих, и из оставшихся двадцати трёх бойцов нас осталось всего девятнадцать. Сердце сразу начало колотиться как бешеное, адреналин подскочил. И ведь это не симуляция, это реально сейчас с моим телом, так как мозг воспринимает всё вокруг как действительность.

Я в составе тройки маневренной группы сразу метнулся в ближайшие кусты и начал с ботами скрытно приближаться к противнику. При этом нас ещё защищало то, что дорога по эту сторону находилась относительно выше земли, из-за чего мы также были защищены от шальных пуль.

– Какого хрена?! – начал громким шёпотом высказывать своё недовольство бот, что был слева от меня. – Разведка же докладывала, что они примерно в десяти минутах от нас! Какого рожна они напали на нас через три минуты?!

– Разведка тоже может ошибаться и не всегда всё видит, – философски заметил второй бот, потом рукой подал знак, чтобы мы пригнулись, а потом быстро метнулись в ближайшую впадину.

Там, откуда мы пришли, творился какой-то ад. Взрывы, вопли, мат, обрывки команд. Мой виртуальный профиль показывал, что от отряда и приданного нам вооружения мало что осталось, так как нападение было неожиданным, а оружие не подготовлено к бою. Но и противник тоже лишился уже трёх танков, плюс два были сейчас сильно повреждены. Пехоты покосили тоже человек с пятьдесят, что в принципе, по законам войны, весьма плохо для нападающих, соотношение три к одному не сработало.

– Приготовились… – еле слышно начал говорить «философ», – мы у них в тылу… По моей команде выскакиваем, разряжаем магазины, стреляем из подствольников по технике, потом обратно сюда, на перезарядку!

Не дожидаясь команды, я сразу засунул одну гранату в подствольник, проверил наличие боеприпасов в автомате, удивило то, что были заряжены бронебойные с зажигательным эффектом. Стоит такому пробить броню пехотинца, как пулю разрывало на куски, из-за чего мог вспыхнуть настоящий пожар. Жестокий боеприпас, но ужас в сердца вселял хорошо, помню, как рассказывали ветераны у меня на планете про это.

– Пошли! – крикнул философ, и мы разом выскочили из впадины, резко оказываясь на дороге.

Нас не ждали, более того, противник уже победно заходил на тот участок, где мы должны были держать оборону. Наши боты с моей стороны сделали на самом деле невероятное, они уничтожили пять танков, три бронемашины, целую кучу пехотинцев… И там ещё кто-то оставался в живых, вёл огонь из зенитки! Но как-то уже редко и вяло, был однозначно ранен.

Нажав на спусковой крючок, я снова ощутил прилив адреналина, внимание сразу сосредоточилось на целях, а рефлексы были готовы спасти мою шкуру в любой момент. Казалось, что одна пуля вылетает раз в секунду, и это при том, что я зажал спусковой крючок, установив флажок ведения огня на режим автоматической стрельбы.

Пули летели фиг пойми куда, в этом я сам был виноват, но троих я точно смог зацепить. Истошные вопли начали издаваться из их глоток, а из щелей брони начал выходить лёгкий дымок. Смесь начала гореть, сжигая ботов. Хреновая участь, даже смотреть на это не хотелось. Но магазин ещё не был пуст, а противников впереди было достаточно много, так что надо было продолжать стрелять.

Выдав ещё две длинные очереди, я заметил, как башня одного из бронетранспортеров начала поворачиваться в нашу сторону. Это сулило нам огромными неприятностями, если не полной задницей. Так что, не особо-то и сомневаясь в своих действиях, я быстро прицелился и дал залп из подствольника примерно в то место, где должен был находиться генератор у этой херни. И я попал!

Гравитационный двигатель моментально вышел из строя, и бронетранспортёр как камень рухнул на землю, перестав функционировать. Я моментально перезарядился, один патрон оставался в самом стволе, так что мне повезло.

– В укрытие! – крикнул философ, но я его не послушал.

Присев на одно колено, я начал подстреливать всех, кто выходил из дымящийся машины. А людей там было не мало, они явно хотели сделать так, чтобы погибли не все в замесе, кто-то должен был потом ещё воевать. Но не повезло. Азарт полностью захватил меня, я уже даже перестал считать убитых, но…

– Чёрт… – открыл я глаза посреди ночи, когда меня выкинуло из программы из-за того, что меня убили.

Полежав несколько минут, вспоминая тот момент, когда меня что-то пробило насквозь, я было хотел ещё раз залезть в этот симулятор, но здравый смысл твердил, что главная мышца просто не выдержит пережитого стресса ещё раз. Такие устройства вообще хотят запретить, ведь уже не редкость, что люди реально умирают после смертей в виртуальном мире, ибо просто не выдерживает сердце.

Закрыв глаза, я попытался уснуть, но пережитый стресс просто не давал это сделать. Нужно было как-то отвлечься, а что является лучшим для разгрузки мозга? Верно, как говорил мой отец, нагрузка для тела! Поэтому пойду в тренажёр-ку, потаскаю немного чего-нибудь не слишком тяжёлого, дам тонус мышцам.

Покинув пределы свой комнаты, я сразу направился в нужном направлении. Тут всё было сделано наглядно. Ряд комнат, в конце которых находятся уборные, душевые, два одинаковых тренажёрных зала, комната отдыха, она же игровая комната… В общем, сложно потеряться, как в казарме, только койки стенами разделены и у каждого более-менее приличные условия для существования.

Войдя в ближайшую тренажёрку, я сразу закрылся изнутри. Во-первых, это даст мне побыть в одиночестве, спокойно поразмыслить, во-вторых, сюда не сунутся всякие бараны, которые попытаются мне что-то сделать. А ведь могут, особенно после сегодняшнего, я как минимум одного врага себе нажил, а это не есть хорошо. Но при этом… Я, блин, минимум действий для этого предпринял! Просто защитил себя и того паренька, Ноя.

Во мне снова начала бурлить злость, так что я не стал тягать вес, а просто начал лупить грушу. Методично, стараясь отработать каждое нанесение удара так, как меня этому обучали. Дыхание ровное, глаза прямо, левой рукой прикрывая голову. Кто-то скажет, что это контактный вид спорта, а я скажу, что это жизнь. Если не умеешь постоять за себя, то проще вообще не жить, иначе всегда будешь перед кем-то пресмыкаться.

Удар, ещё удар! Двоечка! Теперь коленом! Правой – в висок! Левой – в подбородок, снова правой, только в челюсть и сразу же локтем. А теперь с разворота пяткой – в горло!

И так раз за разом, я отрабатывал различные удары, выводя из своего организма литры жидкости. Почему литры? Потому что за час, после такой тренировки я смог выпить около полутора литров воды, но и то до конца не утолил жажду, просто в животе больше не помещалось.

Вот бы учёные придумали какую-нибудь энергетическую батарейку для организма человека, после применения которой самому организму ничего бы не было, просто опустошалась сама батарейка. Тогда человек был бы способен на многое. А сейчас…

Сейчас мы обходимся только тем, что сами создаём для удобства. Руками рыть землю очень глубоко мы не можем, у нас для этого созданы огромные буры, которые хоть до чрева планеты, до её ядра достать смогут. Мы не можем летать, у нас для этого есть самолёты и космолёты. Мы не можем свободно без всего находиться в космосе, у нас для этого есть скафандры! И хоть этого уже должно быть достаточно, но у человека в инстинктах заложено развитие, нас в этом ничего не остановит. Мы соревнуемся друг с другом, чтобы показать, кто сильнее, мы создаем новые устройства, чтобы в соревнованиях друг с другом было проще показывать, кто сильнее, мы создаем новые средства для создания новых устройств… И это бесконечный путь развития и совершенствования.

Человек способен на многое, просто он ещё не всего достиг. Лишь время нам необходимо да материалы. Мы же когда-то научились выживать, делая что-то невероятное из говна и палок. Научились. Учимся до сих пор.

Но это уже лирика… А пока надо спать, завтра сложный день, а я оставил для своего сна всего шесть часов… Подъёмы тут ранние, если на земные часы переводить, то в шесть утра. А я ненавижу просыпаться так рано… Кажется, завтра может кто-то пострадать, если будет что-то на меня наговаривать.

Буду стараться держать себя в руках… Если получится.

Глава 7

Проснулся я, как и ожидалось, не выспавшимся. Мало того, ночью кто-то ко мне долбился, но я не стал на это реагировать, просто продолжал лежать на кровати. Я не трус, но лишние проблемы мне тоже были не нужны. Ну и хорошо, что не встал, кстати, через пять минут людям надоело, и они ушли. Значит, не больно-то им я и нужен был.

Утром, что меня удивило, даже не было зарядки. Да, был общий подъём, по громкой связи нас всех разбудили, было построение, на котором всех обрадовали, что утренней зарядки не будет, а потом всех распустили умываться, одеваться. Только сразу дали знать, чтобы мы одевались не в свою одежду, в которой приехали, а в военную, которую для нас пошили тут.

Ну, сказано, сделано. Одевшись и быстренько умывшись, я снова завалился на кровать и вздремнул в течение часа или около того. Потом по громкой снова объявили построение, теперь – на завтрак.

Но вот пожрать нормально нам не дали, точнее дали, даже времени для этого отвели достаточно, а вот объём пищи, который нам предоставили… Он был минимальным. Оно и логично, ведь если мы переедим, то просто не сможем нормально добежать, скрутит живот или еще что-нибудь приключится, я не особо в медицине, но, в общем, это помешает нам добежать до конца.

Потом с нами провели краткое занятие, рассказывали про требования безопасности, про то, что во время бега оружие категорически запрещается заряжать, направлять в сторону людей, искусственных сооружений и прочих объектов. В общем, как обычно я с отцом у себя на родине проводил инструктажи перед какими-либо учения с тренерами, а они уже с бойцами, которые на этих учениях присутствовали.

Потом нас всех, что меня удивило, отвели в медицинский блок. Он реально был маленьким для такой огромной космической станции, всего тридцать с небольшим коек, только более технически оснащенным, чем на фрегате Грома.

Я сразу обозначил, что пойду самым последним, так как данные сканирования моего организма у них уже должны быть. Наш провожатый, кстати, это был другой парень и, судя по другим знакам отличия на плечах, курсом постарше. Ну, значит, всё же разобрались в ситуации, что именно произошло. А вот его брат, Альф, всё ещё тут, значит, его решили оставить. Интересненько.

– Тиберий Грейвойд! – прозвучало в одной из «приёмных», где находился врач и устройство для сканирования организма, распознавания проблем в организме и, уже после всего этого, его оперативного излечения, либо поддержания жизнеспособности организма.

Зайдя туда, я на мгновение завис. Передо мной стояла женщина, точь-в-точь похожая на Молнию. Была в этой женщине пара отличий, у неё глаза были изумрудные, скулы не такие широкие, да и сама она выглядела несколько старше.

– С кем-то меня перепутали? – без единой усмешки, даже без улыбки на лице сказала женщина, сохраняя серьёзное выражение лица.

– Вы очень похожи… – начал я было говорить, но она меня тут же оборвала:

– На Молнию? – несколько недовольно посмотрела на меня женщина, а потом тяжело вздохнула, когда я кивнул в ответ на её вопрос. – Ты уже не первый мне это пытаешься сказать. Да, мы с ней похожи, да, не исключаю, что у нас могли быть общие дальние родственники, да, я тоже урус, но, пожалуйста, не надо мне об этом говорить, я уже очень устала за два последних года.

– Но она тут уже три года, – заметил я, а потом сразу и подметил этот факт.

– Она тут три года? – хмыкнула женщина. – Она тут третий год. И первое полугодие никто толком не знал о нашей схожести. А потом, как только это стало очевидно, все стали об этом трындеть без умолку. Бесят… Так что у меня правило, раз ты сюда зашёл, значит, будешь приписан именно к этому устройству и ко мне, как к врачу и оператору этого устройства.

– Так что за правило-то? – уточнил я у нее, когда она зависла на пару мгновений.

– Подожди… – нахмурилась она, смотря в только ей видимый монитор. – Тут у прошлого пациента оказалось скрытое хроническое заболевание сердца… Нужно его отстранить от поступления и отправить домой. Высокая вероятность, что он за пять лет просто откинется у нас из-за этого…

После этих слов врач сразу же встала и покинула кабинет, бросив мне указание, чтобы я не выходил и ждал её. Я пожал плечами и уселся на стул, на который мог сесть и раньше, но до последнего думал, что меня пригласят снова на это устройство.

Удивительно то, что всё-таки врачи решили сейчас, перед испытаниями, проводить обследования, а не уже когда что-то произошло. Видимо, просто они раньше не теряли людей из-за ранений, либо врач находился для экстренной операции, либо человек просто бы смог прожить. Случай с потоком Алисы, видимо, стал тяжелым уроком для всех, и они решили пересмотреть свои правила. А может, ещё что-то было, я знать этого не могу.

Я даже успел задремать, пока ожидал врача. Прошло минут десять как минимум, пока она возилась с тем, чтобы подать нужные бумажки. По крайней мере, я это понял из того ворчания, что она издавала, когда вернулась обратно в это помещение.

– Всё, ложись… – вздохнула сдержанно женщина, после чего села за своё рабочее место, нажала на пару кнопок, потом пару раз нажала на виртуальном сенсоре у себя на предплечье. – Обувь только сними, остальное можешь не трогать.

– Хорошо, – несколько замедленно ответил я, а после усадил свою пятую точку на устройство, снял обувку, а потом и улёгся.

На фрегате, который меня сюда привёз, топчан был не такой удобный, он был более дубовым, более твёрдым… А тут же я словно лёг в облако, иными словами это не назвать. Просто приятно было валяться на нём и всё тут. Я даже закрыл глаза и стал представлять, что лечу где-то по небу какой-то забытой всеми райской планеты.

– Тебя уже исследовали? – задумчиво спросила женщина, не поворачиваясь в мою сторону, а потом, не дождавшись моего ответа, сразу продолжила говорить: – Оно и проще. Значит, можно приступить сразу к углублённому обследованию проблем, лишнее время сэкономим.

– А мне говорили, что просто исследовать будут, минут пятнадцать это займёт, – несколько негодуя, сказал я, а потом чуть удобнее улегся, сложил руки замком у себя на животе и улыбнулся. – Ну, я не против, тут уютно.

– Хах, ну да, – впервые за время нашего общения женщина улыбнулась. Я этого лично не видел, но судя по интонации её слов, было понятно, что она улыбается. Оно и хорошо, всегда надо со своим лечащим врачом поддерживать хорошие отношения, лечить будет не просто из-за того, что надо, а из-за того, что врачу этого будет хотеться.

Минут пять я еще просто так лежал, точнее наслаждался. Даже кровать была не такой мягкой и воздушной, что была установлена и прикручена к полу, космическая станция же, вдруг отрубится модуль создания искусственной гравитации.

– В общем, так, – начала достаточно медленно перечислять врач, чтобы я мог расслышать и понять каждое её слово, а я же, со своей стороны, не перебивал её и внимательно слушал. – У тебя есть три аномалии в твоём организме. Как посмотрела через системные сообщения, ты уже и сам пытался залезть и посмотреть, что это за проблемы. Но система не пустила. Объясняю, это для того, чтобы ты не разводил в отношении себя лишней паники. Теперь о самих аномалиях. Все они связаны с зерном, у тебя оно нестандартное для аристократа, а также с сильным и слабыми каналами. Они все из одного разряда, все три аномалии можно считать одной общей. В чём суть? Обычно зерна пытаются влиять на наш мир, на то, что мы видим своими глазами. Ну там на камни, машины, огонь, воду… Ну или что можем осязать, воздух, например. У тебя же… У тебя зерно иного типа, это уже не первая аномалия зерна в системе, но у кого она была до этого, я не могу посмотреть. Зато есть подробная схема развития зерна… Интересно… Но об этом потом. Дальше о проблеме. Так как тебя неправильно пытались обучать, ну если вообще обучали, твое зерно не развивалось, из-за чего так и осталось крошечным и аномально слабым для аристократа твоего возраста. Если верить справке, то зерно твоё должно управлять не тем, что создано в пространстве, а самим пространством. Тут вроде бы одно и то же, но суть несколько иная… Как бы тебе это объяснить…

– Если растянуть ткань и положить на неё объекты, – начал уже говорить я, вспоминая старый-старый эксперимент, – самый тяжёлый при этом разместив в центре натянутой ткани, то остальные, полегче, будут вращаться вокруг тяжелого. Все аристократы с помощью зёрен могут управлять этими объектами, в частности самым тяжёлым, а вот моё зерно, по идее, должно влиять на саму эту ткань…

– Примерно так, – кивнула женщина. – Интересно ты перемолол под себя простенькую модель взаимодействия крупных объектов в космосе. Да, ты можешь складывать эту, как ты выразился, ткань, как тебе угодно, при этом обходя воздействие на объекты на этой ткани. Просто будешь игнорировать их… Это сложно объяснить на пальцах. Грубо говоря, ты сможешь сворачивать пространство вокруг себя, не влияя на объекты в этом пространстве. Для них ничего не будет меняться, они могут даже не заметить твоего воздействия, ибо оно будет на несколько ином уровне… М-да.

– Ладно, – поднялся я с кресла и начал обуваться. – Всё равно это мне сейчас никак не поможет, что толку об этом разглагольствовать. Меня, наверное, и так все заждались.

– Скажу напоследок вот что, – повернулась ко мне лицом женщина, а её взгляд был хмурым и предельно сосредоточенным. – Тот, кто тебя записал в списки на поступление, явно рассчитывал, что ты сможешь тут себя развивать, раскрыть свой источник. И сразу скажу, чтобы ты не перебивал, это не твой отец, у него нет такого уровня доступа, а его источник вообще был мёртв, окончательно.

– А откуда вы знаете про моего отца? – удивился я, когда она упомянула о нем.

– Ну, то, что ты не первый простолюдин, как вы привыкли называть не аристократов, это система дала знать сразу. А вот то, что это твой отец… Скажем так, я знала его, очень хорошо знала, – нежно улыбнулась женщина, после чего сразу сделала выражение лица. – Да и звание у него на текущий момент не такое, чтобы он в саму систему вносил какие-то даже пометки. Просто умершее зерно не даст ему дальше двигаться по карьерной лестнице. Даже «простолюдин», у которого зерно спящее, продвигается до самых вершин, так как тут его пробуждают, в той или иной степени.

– Как у Алисы, прошу прощения, что снова о ней, пробудили силу управления электричеством… – задумчиво сказал я, после чего сам себе кивнул. – Спасибо, дали пищу для размышлений. Даже стало интересно, что за человек сделал так, чтобы основная ветвь подумала, что специально сюда меня отправляет.

– Тут я тебе уже не подсказчик, – хмыкнула женщина, а потом снова отвернулась. – Все, иди, у вас уже через час старт марш-броска.

Кивнув на прощание, я вышел из кабинета своего врача, уже так можно называть её, она сама подтвердила. Строй уже лениво формировался, люди явно нервничали перед забегом, поэтому сейчас, что меня где-то внутри обрадовало, на меня никто особо не обратил внимания.

Как оказалось, я был не самым последним, были ещё две девушки, которым понадобилось мелкое операционное вмешательство. Они не рассказывали какое, ну а остальные не пытались вникнуть, это их личное, могут не распространяться.

Как только девушки заняли свои места в строю, мы выдвинулись в тренировочный комплекс, который можно было перестраивать как душе угодно. Модульная система постройки – удобная штука, можно взять и спокойно заменить все модули. Вот тут это и происходит каждый раз, если верить справке. Чтобы бойцы каждый раз могли оказаться в различных условиях, тут за несколько суток могут изменить тренировочную площадку до неузнаваемости. Была пустыня – стал океан, а потом, ещё через неделю, тропический лес. Ну и так далее.

Сейчас перед нами была тайга, несколько странная, временами среди всего этого появлялись пустынные участки, но всё же это была тайга. А тайга известна своими буреломами после сильных ураганов… А тут не то что ураган прошёлся, тут словно Армагеддон полноценный был.

Где-то что-то горело, где-то ревели дикие звери… Если тут надо будет совершить марш-бросок, то это задница… Огромная задница! Тут даже заплутать проще простого, а если заплутаешь, то можно нарваться на какого-нибудь мишку, например, а вот он уже и разорвёт нас на кусочки…

– В общем, так, – начал говорит наш провожатый, а за его спиной появилась трёхмерная карта местности в миниатюре, где красным пунктиром был обозначен маршрут, что, в принципе, он потом и сам сказал. – Позади меня воссоздано тренировочное поле. Угроз для вашей жизни нет и не будет, если вы будете придерживаться обозначенного маршрута. Общая протяженность забега составляет девять километров восемьсот двадцать шесть метров. Если кто-то покинет обозначенный маршрут, то вас могут ждать неприятности, тут уже будет оцениваться ваша возможность выживать в дикой природе и взаимодействовать с ней. За это вам будут начисляться бонусные очки, которые учитываются при подсчёте результата. Нужно уложиться в один час. Времени для прохождения достаточно. Но, на всякий случай, чтобы избежать лишних вопросов, повторюсь, можно заработать дополнительные баллы, из-за чего время может играть минимальную роль в общем результате. Всем всё понятно?

– Разрешите вопрос! – подняла руку одна из самых низких девушек с миловидным личиком и волосами почти по пояс.

– Спрашивайте, – кивнул наш провожатый.

– Есть вероятность погибнуть в данном испытании? – спросила ровным и недёрганым голосом девушка, сделав шаг вперёд, а после того, как закончила озвучивать свой вопрос, встала обратно в строй.

– Да, – кивнул парень, а в строю сразу начали выражать какое-то недовольство.

Подождав несколько мгновений, провожатый громко и чётко попросил всех заткнуться, но вежливо, в рамках приличия, или как там у военных, Устава! После этого он начал рассказывать про нюансы данной трассы, где и как сворачивать, причём рассказывал настолько дословно, что только дурак смог бы потом заблудиться. Нужно просто запомнить основные ориентиры, а между ними двигаться по прямой.

– Повторять я этого не буду, – несколько устало, потерев свои виски, сказал парнишка. – Времени до вашего старта осталось совсем немного, так что сейчас пройдём в оружейную комнату, где вам дадут автоматы с пятью полностью снаряжёнными магазинами. Один магазин примкнёте к автомату, остальные разместите в своей форме, для этого карманы специальные есть. Так же вам временно выдадут браслеты, по которым мы сможем отслеживать ваше местоположение с точностью до метра, а также основные жизненные показатели. Их нельзя снимать ни в коем случае! От этого может зависеть ваша жизнь! Даже если существует угроза умереть, сотрудники Академии с помощью вычисления параметров браслета, информации с камер, смогут оказать вам неотложную помощь! А теперь… Нале-во! Шагом… Марш!

Все пребывали в ауте, только единицы осознавали, что всё не так просто, как казалось, меня же Гром и Молния предупреждали изначально, что тут можно подохнуть. Ну, предупреждён, значит, вооружен. Немногие, как и я, сохраняли спокойствие, большая часть нервничала, а это им явно на руку не сыграет.

В оружейке нам дали весьма старенькие модели автоматов. А именно «БАОон 11», если дословно расшифровывать, то боевое автоматическое оружие общего назначения. Универсальная штука. За счёт складывающегося как телескоп ствола и складного-раскладного приклада из автомата можно было сделать пистолет-пулемёт при необходимости. Только износ был ужасный у всего этого, так что применялась такая игрушка крайне редко.

Потом нам, как и обещали, раздали магазины, снаряжённые целиком, а там было по двадцать два патрона, потом нацепили на руки специальные браслеты. Они были маленькими, еле чувствовались на руке, так что даже не мешали. И вот только когда мы вышли на линию старта, которая вела в густой лес, меня начал охватывать мандраж.

– А может, ну его? – с толикой истерики в голосе сказал какой-то парнишка, но ему никто ответить не успел, так как прозвучал крик провожатого:

– Марш!

Глава 8

– Марш! – отдалось где-то в глубине меня, из-за чего лёгкий холодок пробежал по спине.

Разношёрстная толпа сразу ломанулась вперёд, я же не стал спешить, так как на таких дистанциях важна не скорость, а то, сколько ты сможешь продержаться. Бегал пару раз с отцом, знаем, что это такое. Вот только я такие дистанции ненавижу… Они очень коварны. Времени вроде достаточно, но всё равно нужно держать определённую скорость, чуть выше той, что на марафонах… А это всё равно выжигает организм.

Первый, наверное, километр пробежал я совершенно спокойно, а потом началась какая-то хрень. Некоторые из тех, кто убежал вперёд, заблудились, начали стрелять, пугать всех вокруг, пугать самих себя… Даже видел, как дрон, вооружённый тяжелым пулеметом, ринулся кому-то на помощь. А это значит, что либо кто-то уже серьёзно пострадал, либо ему угрожает большая опасность. И это за первые пять минут бега. Индивидуумы, блин…

И этот первый километр оказался самым лёгким, так как простирался по лесной хорошо вытоптанной тропе. Дальше же начался бурелом. Перелезать через все упавшие деревья, прогибаться под теми, через которые невозможно было перелезть… Тратилось очень много сил. Но мало того, что это тратило силы, так ещё и хорошо так сбивало дыхание, из-за чего организм получал меньше кислорода и, как следствие, быстрее уставал.

Но это было не самое хреновое. Постоянно меня терзало чувство, что кто-то рядом есть. Это же лес, тут какая-нибудь хрень может скрываться за любым деревом, за любым кустом, за любой ямкой… Хотя говорили, что если придерживаться маршрута, то ничего с нами не произойдёт, всё равно инстинкты самосохранения твердили обратное. Что-то будет!

– Твою ж!.. – вскрикнул я, когда из-за очередного куста вышло тело, у которого рука свисала плетью и целиком была пропитана кровью.

– Там был… – прохрипел парнишка, после чего его начало перекашивать.

Я молниеносно подскочил к нему, подхватив за здоровую руку, после чего усадил возле дерева. Судя по тому, что рукав сырой и продолжает намокать, то можно сразу сказать, что рана открытая, а значит, надо как-то остановить кровь.

Сейчас бы по-хорошему, проявить максимальный эгоизм и просто бросить этого парня тут… Но я просто так не могу это сделать. Всегда и в любой ситуации нужно оставаться человеком. А человек человека бросить не может, каким бы он ни был. А тем более, я этого парня вообще не знаю, а если я ему помогу… То он мне должен будет! Ха! Везде пролезает корысть.

Оторвав окровавленный рукав от формы парня, что оказалось не совсем лёгкой задачей, ткань хорошо и очень качественно прошита, я нашёл рану, из которой кровь лилась сплошной струей. Повредил он себе каким-то образом вену, большую вену. Не так страшно, как артерию, но тоже может привести к смерти. В любом случае, как сказано в любых методичках, нужно пережать выше раны, чтобы остановить поток крови, поступающей от сердца.

Рана была в нижней части предплечья, анатомически примерно в нескольких сантиметрах от локтя. Значит, перетянуть руку можно примерно на середине бицепса, самое то. Оборачиваем пару раз, два конца узлом, тянем посильнее, смотрим, чтобы кровь остановилась, и чтобы парень мордой не кривил особо…

Вот теперь можно и завязать. Еще один узел, бумажки нет, чтобы время обозначить… Но ничего, теперь не сдохнет хоть. Вот только он хоть и дышит, но сил явно потерял не мало, а значит, его надо тащить. Может, попробовать у него выработать адреналин?

Вздохнув полной грудью, я дослал патрон из магазина в автомат, упёр его дулом в дерево, стал держать его только за рукоятку, сняв заранее с предохранителя, а свободной рукой начал колотить по лицу этого неудавшегося охотника. Но он был вообще каким-то непробиваемым.

Так, вроде приходит в себя… Ещё пара хлёстких ударов, разомкнул губы, ещё удар, открыл глаза, посмотрел на меня… Выстрел!

– Ты как? – с лёгкой усмешкой на губах спросил я у парня, глаза которого были как блюдца, если не больше.

– Жив вроде… – даже с признаками своего голоса выговорил он, медленно и тяжело дыша, хотя по его вене на шее было прекрасно видно, как быстро колотится его сердце.

– Ну, раз жив, тогда давай вставай, – закинул я снова автомат за спину, поставив его на предохранитель, а потом протянул ему правую руку, а левой был готов подхватить его, чтобы помочь. – Держи, помогу.

Он хотел было протянуть мне больную руку, но я вовремя его остановил, после чего схватил за здоровую и помог ему встать на ноги. Выглядел он откровенно паршиво, но вот мой выстрел всё же помог прийти ему в чувства. Дышит, всё прекрасно осознает, двигаться может. Уже хорошо.

– Давай за мной, – махнул я ему, после чего лёгкой трусцой побежал в сторону ориентира, который уже маячил впереди в поле зрения.

Хоть парень и «ожил», ему было откровенно погано, его мотало из стороны в сторону, он еле перелезал через препятствия, хорошо, что старался не беспокоить поврежденную руку, а я тем временем задавался одним достаточно важным вопросом. Где, чтоб их всех бездна поглотила, обещанная помощь, ведь он на грани смерти!

– Если что будет происходить, если тебе вдруг будет хреново, – приостановился я, чтобы дождаться раненого около второго из семи ориентиров, просто нереально огромного дерева, самого большого в этой тайге, сразу говори. Если ты тут подохнешь, это никому пользы точно не принесёт. Особенно твоей родне.

– Я – сирота, – прохрипел сквозь одышку парнишка, после чего, не дожидаясь моего старта, направился в сторону следующего ориентира, который было достаточно хорошо видно, так как впереди был сплошной лесоповал.

В этом и заключалась вся трудность отрезка. Лесная тропа тут когда-то была, но её полностью перегородили сотни упавших деревьев. Это было настоящее прохождение испытания… Не понимаю, как тут уложиться за час, так как на преодоление всего трёх километров у меня ушло уже двадцать с лишним минут…

Но мы бежали, периодически меняясь местами, так было просто проще морально. То он бежал впереди, то я, так мы «цеплялись» друг за друга, вели друг друга к цели. Если я был первым, то сначала залезал на дерево, потом подавал руку раненому, и, с моей помощью, на поваленное дерево забирался уже он. Через некоторые можно было просто перешагнуть, но таких, как назло, было очень и очень мало. Даже представить сложно, где могли вырастать такие гиганты…

Самое противное во всём этом забеге было то, что всё это время нещадно палило солнце. Оно просто сжигало нас, заставляло обливаться ручьями пота… Просто неимоверно хотелось пить, но нельзя. Фляга была с собой, но при таких испытаниях, при таких круговертях для организма, при таком напряжении можно смело схватить заворот кишок или что-то подобное. А с этим уже не побегаешь, да и вообще умереть можно… Как-то тут очень много причин, чтобы умереть.

– Ты как? – спросил я у парнишки, остановившись возле выгоревшего флага, который развевался высоко на флагштоке.

– Пойдёт… – ответил он, прикрывая от усталости глаза. – Спать хочу… Жрать хочу… Пить хочу… Хотя и понимаю, что надо бежать… Куда кстати дальше? Я больше не помню…

– К первой пустыне, – ответил я, а после сверился с местностью и картой, которую попытался запомнить. – Нам надо в сторону вон того холма, за ним уже будет видна пустыня… Потом надо будет эту пустыню огибать по дуге в правую сторону, там, возле первого упавшего дерева, бежать строго перпендикулярно… Там будет вторая пустыня, а вот её придётся пересечь.

– Ни хрена не понимаю… В ушах шумит… – начал по чуть-чуть оседать парень, прислонившись к стволу упавшего гигантского дерева спиной. – Надо чуть-чуть поспать…

– Вот же чёрт, – выругался я очень громко, после чего взял снова в руки автомат и выпустил целую очередь в потолок, из-за чего парень сразу же подпрыгнул. – Какой, к черту, спать?! Сдохнуть хочешь?! Тебе спать сейчас вообще нельзя! Ты и так на каких-то стимуляторах похоже, раз вообще на ногах держишься.

– Ага… – стоял почти по стойке смирно мой «напарник». – Прилетел робот, что-то вколол мне. У меня отцепился туман от разума… Дальше помню, ты выстрелил. Мы бежали… Помню огромное дерево… И снова ты выстрелил. Много раз выстрелил. Сейчас.

– Всё верно, – помотал я головой в разные стороны, про себя осуждая тех кретинов, которые просто так заставляют нас рисковать собой. Конечно, это испытание на прочность… Но не до такой же степени! Тут многие вообще были не подготовлены для этого! Уроды. – Побежали.

Махнув рукой, я направился в сторону холма, который тоже считался ориентиром. Сейчас было бежать куда проще, перед нами лесная поляна, так что видно на пару километров вперед. Этот участок маршрута был сложен тем, что тут трава росла примерно мне по грудь, иногда даже по шею, из-за чего пробираться через нее было несколько затруднительно. Но мы были не первые, так что нам было легче, кто-то уже протоптал тут тропинку, примяв собой эту траву-переросток.

Изливаясь ещё большим потом, мы взобрались на холм, с которого и была видна небольшая пустыня. Всего километр диаметром, но всё же, хорошо, что её не надо пересекать, просто обогнуть…

Добежав до пустыни, я поймал себя на мысли, что это всё уж очень нереалистично, просто не бывает таких планет, где среди тайги есть огромные поляны с огромной травой, а потом ещё и пустыни. Но это сейчас не главное, всё же это так построили для нашего испытания…

– О, труп змеи, – спокойно, но с дикой одышкой сказал раненый, провожая взглядом то место, где лежало обозначенное им животное. – А вот ещё один труп, а вон ещё…

И это было максимально странным, так как наш провожатый говорил, что на самом маршруте всё будет спокойно, если с него не сворачивать… Вот только если кто-то свернул и разворошил целый змеиный клубок, из-за чего те приползли сюда, то да, такое возможно, а это осложняет задачу.

– Приготовь… – хотел я сказать «оружие», но понял, что он не сможет одной рукой управиться сейчас с автоматом, из-за чего и стрелять-то не сможет. – Чёрт…

– Что приготовить? – сразу уточнил он у меня с каким-то странным спокойствием. Видимо, стимулятор начал действовать на максимуме, пытаясь не только притупить боль, но и восприятие действительности у него. Страшная штука, на поле боя реально может пригодиться.

– Ничего, – вздохнул я, перетаскивая автомат из-за спины себе в руки. – Просто держись рядом и в случае опасности сразу сваливай. Но не в пустыню. Понял.

– Ага, – кивнул он, показав большой палец здоровой рукой, а я лишь тяжело вздохнул.

Пройдено две трети пути, прошло примерно сорок или сорок пять минут. Понятно одно, что мы начинаем сильно замедляться, а это не сулит ничего нам хорошего. Надо уложиться, иначе вернусь я ни с чем, а это позор роду будет… Тогда меня точно прикончат, причём на обоснованных претензиях.

Нельзя этого допустить! Надо бежать! И тянуть этого придурка за собой! Чтоб его… Ну вот на кой чёрт он появился именно в тот момент, когда я пробегал мимо? Ну не мог он появиться чуть позже? Тогда бы я о нём вообще не знал и спокойно бы себе бежал, не зная беспокойства.

Добежав до упавшего дерева, я решил передохнуть, но мне не дали этого сделать. Пустыня словно ожила, а моё шестое чувство начало колоть сознание, говоря прямым текстом, что нужно сваливать, причём настолько быстро, насколько это возможно.

Пропустив вперёд раненого и толкнув его для ускорения рукой, я побежал за ним следом, постоянно оглядываясь за спину. У какого-то народа это считается плохой приметой… Но именно это мне сейчас и спасло шкуру.

Песок в одном месте буквально взорвался, высвобождая из своих недр какую-то помесь скорпиона и паука. У него было восемь глаз, восемь лап, весь он был мохнатый, но при этом жало у него находилось не позади тела, не в брюшке, а над головой, в кончике хвоста, как у скорпиона.

Остановившись на мгновение, я развернулся и присел на колено, дав мелкую очередь по морде твари. Смог зацепить её всего одной пулей, остальные из-за сильно дрожащих рук ушли в молоко, промазал. Но и этой одной пули оказалось достаточно, чтобы сбить прицел твари, из-за чего паутина, вылетевшая из ее «хвоста», упала в паре метров от меня.

Паукообразный скорпион, ну или наоборот, завопил от боли и злости. Позади, за песчаной дюной я заметил ещё несколько песчаных взрывов, так что, особо долго больше не раздумывая, я поднялся на ноги и дал такого стрекача, какого только был способен в таком состоянии. Во время бега я закинул себе автомат за спину, чтобы можно было активно работать руками, а когда догнал раненого, то схватил его за руку и просто потянул за собой.

Читал когда-то истории, что люди из-за страха, какой бы этот страх ни был, могли творить невероятные вещи. Была история, что как-то раз женщина со страху смогла приподнять автомобиль, который весил больше тонны. Этот автомобиль придавил её сына, но из-за того, что она не понимала, что делает, ей удалось спасти жизнь своему чаду. Слышал истории, как люди, увидев облако отравляющих веществ, перепрыгивали через заборы метра три в высоту. Это казалось чем-то невероятным… Но это было на самом деле.

Вот сейчас и я так же, находясь вроде бы на пределе своих возможностей, жаждущий упасть без сил, чтобы хоть чуть-чуть привести свой организм в норму, бежал с такой скоростью, какой может позавидовать самый быстрый атлет всех планет. У нашего тела есть скрытые возможности, о которых мы не знаем, которые мозг активно подавляет в обычной жизни, но которым позволяет раскрыться в экстренных ситуациях…

– А-а-а-ар! – кричал и рычал я, буквально уже плюясь кровью, но останавливаться не собирался. Будто бы каждое мгновение у меня над головой пролетали какие-то белые сгустки, очень похожие на липкую скомканную паутину, что каждый раз подстрекало выработку адреналина, гормона «бей или беги».

Как я пробежал сквозь вторую пустыню, даже не заметил, как и не замечал того, что мой напарник буквально уже весь залеплен этой паутиной. Только из-за того, что я его ещё продолжал тянуть, он способен был двигаться, но, если бы я остановился, его сразу же обволокла эта мерзость, и он бы просто упал.

Бежал я, даже основываясь не на логике, а на инстинктах. Где-то спереди была слышна стрельба, кто-то вляпался в неприятности, но и самого меня застала не меньшая проблема. Надо бежать, иначе паутина, иначе те твари… Иначе смерть! Нет, рано, ещё рано! Надо найти отца! Надо разобраться с кланом!

– Гра-а-а-а! – взревел я, переступая финишную черту, дотаскивая за собой тело, которое уже было настолько бледным, что даже было странно, что он вообще двигался.

– Чёрт вас за ногу! – сразу взревела санитарный инструктор, которая должна была обеспечить первую помощь всем пострадавшим. – Какого вы не сообщили про этого раненого?! Его только чудо спасло! Бегом его в медицинский блок! И где его браслет?! Он должен быть закреплен так, чтобы не отцепился случайно!

Тут же несколько бойцов подбежали к моему подопечному, которого я привёл к финишу, после чего я улыбнулся, прошёл несколько шагов и буквально рухнул на лавку, так как был просто не в силах стоять. Болело всё, абсолютно всё. Последнюю пару километров я бежал, невзирая ни на что. Я даже не помню, как бежал последние метров пятьсот, они просто выпали из моей памяти.

Ко мне тоже подбежала какая-то девушка, что-то у меня спрашивала, что-то кому-то потом говорила. Я лишь лежал и смотрел на неё. Я сам не понимал, как тут оказался, а от меня еще что-то хотят… Больно… Где-то меня укололи… Не могу понять где…

– Да чёрт! – хлестнула меня по лицу девушка, крича буквально мне в глаза, из-за чего я словно вернулся в этот мир. – Сколько я пальцев показываю?!

– Три… – прохрипел я нечеловеческим голосом, а потом несколько раз моргнул и сел на скамейку. – Дайте попить.

– Воды! – крикнула кому-то она, после чего в её руке спустя пару мгновений оказалась фляга, полная живительной жидкости.

Я её схватил и жадно впился, поглощая всё содержимое, буквально за несколько десятков секунд залив целый литр воды в себя. Но мне было мало, хотелось ещё, ведь отдал я сейчас куда больше жидкости. Но мне больше не дали, рано, можно неплохо так завернуться от этого, потом мог сильно болеть живот, он просто бы не справился.

Вокруг суета, те, кто смог добежать первыми, уже спокойно стояли на ногах и ходили туда-сюда, постоянно общаясь друг с другом. Я не пытался ни с кем даже заговорить, но больше не ловил на себе взгляды, полные злости, лишь не понимающие, а временами даже заинтересованные.

– Последний финишировал! – кто-то крикнул возле финиша. – Погибших нет! Критических пятеро! Отстранённых за попытку покушения на других поступающих десять! Осталось всего пятьдесят один испытуемый!

– Следующее испытание стрельба по движущимся мишеням начнётся через двадцать минут! – объявили в динамики. – Это время вам дано, чтобы прийти в себя и добраться до места прохождения испытания! Пришедшие первыми, будут стрелять последними! Прибежавшие последними будут стрелять первыми!

– Подстава или наказание? – буркнул я себе под нос и улыбнулся, так как это было чертовски подло и справедливо одновременно.

Глава 9

Стрельбы прошли… Гладко. Много кто не попал по мишеням, много кто не сбил необходимый минимум. Но всё же стрельбы прошли без каких-либо происшествий. Пускали нас по одному, каждый раз несколько меняя условия для ведения стрельб, чтобы вышедший не мог в достоверности подсказать, в какой момент, что и где вылезет.

Но никаких результатов так и не объявляли, тянули. Ведь даже раненые, которых оперативно поставили на ноги, даже тот, которого я тянул, принимали участие в стрельбах. Тот парнишка с порезанной веной всё ещё имел бледноватый вид, но чувствовал себя бодро и ощущал себя весьма здоровым, по крайней мере он сам так сказал, когда мы с ним пересеклись.

Сам же я несколько сплоховал на стрельбах, руки сильно тряслись от усталости, сложно было прицелиться, так что я поразил не все, а около шестидесяти процентов мишеней. А это мало, очень и очень мало. По крайней мере для меня, думал, будет ближе к восьмидесяти. Но хорошо, что минимальный порог это сорок процентов, так что я его преодолел однозначно.

В чем была ещё интересная подстава в этом этапе испытаний: нам можно было пользоваться только теми боеприпасами, которые у нас остались после забега. У меня ещё оставались четыре полных магазина, что оказалось вполне достаточно, но двое прибежали совершенно пустые, так что не сбили ни одной мишени. А это тоже было своеобразным «испытанием», боеприпасы на миссию будут давать только один раз, а дальше крутись, как хочешь, враг может напасть в любой момент.

Потом начались спарринги. Как для них формировались списки, я не ведал, но мой бой, как и ещё несколько других, поставили в самом конце, что меня неимоверно радовало, я мог спокойно отдохнуть перед мордобоем. Ну и заодно наслаждаться боями других.

Перед самими спаррингами нас попросили сдать оружие и магазины с оставшимися боеприпасами. Ну как попросили, приказали и снова отправили в комнату для хранения оружия. Эта процедура затянулась надолго, так как военные пересчитывали каждый оставшийся боеприпас, потом помечали это в виртуальной базе данных. Ну, хоть не на листочках, и на том спасибо.

Устроившись на мягком диванчике, я уставился в один из четырёх мониторов. Почему четыре? Всё весьма логично. Четыре арены для рукопашных боёв, четыре камеры, четыре спарринга. Противников у нас было, что удивительно, тоже четверо, а это огромная самоуверенность руководителей этих испытаний. Либо тут есть очередной подвох…

Что касательно противников, то мои сомнения в сторону подвоха сдвинулись ещё сильнее, перерастая в логические умозаключения. Два парня и две девушки. Парни… Один из них был явно легкоатлетом, не такой широкий, но жилистый, гибкий и ловкий. Второй был почти таким же, как и Гром. Ну как почти, это большая ошибка, называть его так… Скорее, он ступил на тот путь, который избрал для себя Гром. Он был большим, точно на полголовы выше меня и где-то два с половиной фута в ширину, рельеф мышц спокойно проглядывался через спортивную футболку… В общем, он был мощным, очень мощным. Но Гром бы его уделал.

Две девушки, в принципе, были примерно одинаковые, даже похожи. Они были сестрами, только цвет волос у них различался. Одна была пепельная, вторая золотистоволосая. Обе были в обтягивающих топах и шортах, на ногах кроссовки. В их фигурках идеальным было всё, с головы до пят, за все их приятные округлости взгляд цеплялся сам по себе. Лица же их были ангельскими, просто никак иначе я их не мог назвать. Миловидные маленькие носики, изумрудные немного раскосые глаза, идеальная дуга тоненьких бровей, чёткий овал лица и немного заострённый подбородок, а ещё немного пухлые губки…

Девушки моего потока, когда увидели своих будущих соперниц, сразу начали что-то обсуждать и плеваться ядом. Я лишь усмехнулся, наблюдая за этим, я был далек от этих козней, так как возле меня редко появлялись дамы моего круга общения. Очень редко, что даже печалило. Аристократы могут быть в паре только с аристократом, таковы законы, чтоб их… Но это если только официально, но никто не воспрещал иметь интриги на стороне. Хе-хе.

Ну не об этом сейчас. Первые претенденты выходили на арены, дамы с дамами, мужчины с мужчинами, причём соперников подбирали так, чтобы они были примерно похожи по всем физическим параметрам. Секундой позже под всеми экранами появились голографические списки со всеми участниками. Так как женщин было мало, то даже мужчин, если их комплекция позволяла, выставляли против сестёр. И это меня оскорбило, как и некоторых других, кто также стал соперником женщин. А вот для остальных мы стали поводом для насмешек.

– Ха, смотри, Карл, тут мужиков против баб поставили, ха-ха-ха-ха! – заржал как конь один придурок, который аж подбежал к спискам и начал тыкать в голограмму пальцем. – Не могут они на равных с мужиками сражаться, ха-ха-ха-ха!

– Ну да, – ехидно заговорила одна мадам, у которой прям на лице было написано «Я – стерва», – просто кто-то и способен только на женщин руку поднимать, слабаки и неудачники!

– О, смотрите! – ткнул пальцем в моё имя тот придурок, что ржал как конь. – Новенький тоже против бабы драться будет! Ха! Видимо, настолько слаб, что приехал в последний день из-за своей слабости, чтобы не переживать и не превозмогать все данные нам испытания, а сейчас его с девочкой поставили драться, так как с мужиком не может! Ха-ха-ха-ха!

– Иди сюда, и я тебе покажу, как могу спокойно всем мужикам тут морду набить, – злобным голосом гаркнул я на этого идиота, поднявшись с дивана, сжав демонстративно для этого кулаки. – Или боишься? Я же вроде слабак.

– О, песик гавкать начал, – поднялся, видимо, дружок придурка, который тут же встал возле него и так же сжал кулаки. – Ну, давай, песик, иди сюда, посмотрим, как ты дерешься.

– На ринге увидишь, – усмехнулся я злобно. – А то смотри, как там мадамы дерутся. Может, они и посильнее парней будут, не забывай, что тут не просто какой-то институт, а Академия, где обучают настоящих бойцов.

– Понятно всё с тобой, – махнул на меня рукой второй, после чего усадил свою задницу обратно на диван. – Так и скажи, что боишься. Что слабак.

Я не стал отвечать, и так после первой фразы сам себя кретином обозвал, что вообще на это как-то отреагировал. Можно было просто промолчать и пройти испытание. Эх, сам виноват… Будем дальше привлекать к себе как можно меньше внимания, ну или вообще не привлекать, чтобы жилось спокойнее.

– Бой! – прозвучало в динамиках, когда первые претенденты на поступление вышли на арены.

Дамы с дамами, мужики с мужиками. Но я не смотрел во все четыре экрана, как это делали остальные, я смотрел только в один, в тот самый, где сейчас сражалась Буря, девушка с пепельными волосами. И она была реально как буря.

Все её удары были быстрыми и резкими. Девушка двигалась очень быстро, временами даже её силуэт размазывался, что для обычного человека было совершенно нереально. Человек просто не может двигаться с такими скоростями, вот не может и всё тут. А она двигается.

Но и соперница ей попалась не самая глупая. Если на первой арене блондинка, Прилив, уже выкинула свою соперницу за пределы арены, что считается поражением, то тут, против Бури, девушка ещё держалась. Приглядевшись, я понял, что это та самая, что спрашивала перед началом забега про возможность умереть. Видимо, она серьёзно отнеслась к словам провожатого, так что сейчас даже не старалась атаковать, а была в глухой обороне и очень внимательно следила за всеми движениями пепельной.

Но девушка с моего потока просто не успевала. Она – молодец – отбивала восемь из десяти ударов, но при этом её руки и ноги сильно страдали. А Буря как раз-таки начала действовать так, чтобы её соперница не смогла поднять своих рук, просто сушила ей их, постоянно ударяя в одни и те же места.

За временем я не следил, не до этого было, следил за тем, как бьёт и как целится Буря. В основном она использовала самые простые удары, без каких-либо подковырок, прямой удар, боковой, иногда пыталась ударить в прыжке… Ногами она била по минимуму. Возьмём на заметку, значит, в случае контратаки будем бить ей в ноги, раз она ими плохо умеет пользоваться…

– Время! – раздался голос в динамиках, но это не остановило Бурю.

Стоило сопернице на радостях опустить руки, как Буря тут же молниеносно подлетела к ней и раскрытыми ладонями на огромной скорости врезала ей между грудей, отправляя ту в полёт. Короткий вскрик бедняги, падение на пол, попытка подняться и ещё один очень громкий вскрик. Похоже, сломаны рёбра. Вот за что она так с ней?

– Запомни, даже если схватка закончилась, противник может сделать подлость напоследок, – надменно сказала она несколько грубоватым, я бы даже сказал прокуренным голосом, – будет тебе уроком.

В нашем зале стояла тишина. Это было самое зрелищное завершение изо всех боев. Двое из четырех смогли достоять до конца, это уже хороший показатель. А ещё пятьдесят два человека впереди, в том числе и те, которые были ранены… А это двенадцать заходов перед моим, ведь я в последнем. Хоть будет время для изучения противника.

Второй заход оказался не таким скоротечным, девушки тактику не сменили, что сыграло с ними злую шутку. Какой-то ловкач просто свернул руку своему сопернику, но тот не сдавался, поднялся на ноги, крича, как дикий зверь, от боли, а тяжеловес… Он просто поднял за глотку своего соперника обеими руками и сжимал её. А после просто бросил почти задохнувшегося противника за пределы арены. Вот с ним точно нужно сражаться либо такому же тяжеловесу, каких у нас нет, либо ловкачу, который мог бы спокойно уклоняться от всех атак этого гиганта, он ведь медленный и неповоротливый.

Во втором заходе на ногах остались трое из четверых, значит, пятеро уже прошли последнее испытание, а трое нет. Это хорошо, наверное. Вот только после двух раундов боёв объявили десятиминутный перерыв, чтобы наши соперники отдохнули и подкрепились чем-то.

Ко всем четверым подошли служащие Академии, дали им какие-то то ли стержни, то ли шприцы, которые эта четверка приложила каждый к своему амулету… И тут усталость с них просто как рукой сняло. Я даже не понял, почему и как это произошло.

– Вы это видели? – подал голос где-то справа Альф. – Они на допинге, я вам точно говорю! Это нечестно!

– А как бы они тогда со всеми сражаться могли бы, а? – спросил у него кто-то. – Не гони пургу, им можно, им и так столько морд за сегодня бить придётся… Я бы точно устал уже на втором.

– Да ты бы и на первом сдох, жиробас, – заржал кто-то незнакомый мне, а следом послышался хлёсткий удар. Видимо «жиробас» не выдержал и кому-то отвесил подзатыльник или пощёчину. – Ах, ты ж урод!

А дальше в той какофонии звуков я ничего не смог разобрать. Они начали орать друг на друга, кто-то им поддакивать, кто-то подсвистывать, в общем, как стая собак, которые не могут поделить один кусок мяса. Пускай грызутся, сами себе дорогу в Академию перекрывают.

– Тоже неинтересно, что там у них происходит? – подошёл ко мне тот самый парниша, который был ранен и которого я дотянул до финиша. – Меня, кстати, Макс зовут, забыл представиться. Но, как мне раньше сказали, имена скоро для нас ничего не будут значить. А ещё… Огромное спасибо!

– Для меня будут имена значить и после, – пожал я плечами и даже поднялся, чтобы пожать руку простолюдину. – Тиберий Грейвойд. Аристократ, как можно понять.

– Да про тебя уже тут все знают, – усмехнулся Макс, почесав затылок. – Даже удивительно, что ты с нами тут общаешься, обычно аристократы носом вертят от простолюдинов.

– Ты из города? – вздохнул я, плюхаясь обратно на диван. – Просто речь у тебя четкая, внятная… И слышно, что ты кто-то из наших, наша речь, наш говор.

– Да, – улыбнулся тот, – я городской, из столицы вашего клана. Все слышали про вас и про вашу планету, то, что на ней процветание, невзирая на её аграрный характер и минимум городов. У вас была утопия. И всё это ваша заслуга и вашего отца.

– Спасибо, – улыбнулся я. – Не ожидал тут увидеть кого-то из своих краев. Особенно средча по происхождению… Не ошибся же, помесей в твоей линии не было?

– Нет, где-то пять поколений только средчи в роду, – уселся он возле меня, не спрашивая на то разрешения… Я сначала хотел ему высказать за это, но потом вспомнил, что мы на равных условиях, так что просто ещё раз тяжело вздохнул.

– Вот и славно, буду тебя считать своим далёким родственником, – улыбнулся я сам себе, ведь, по сути, этот вот до недавних пор незнакомец был ко мне в разы доброжелательнее, чем вся моя родня, кроме отца, конечно.

– О, а так разве можно? – удивился городской. – Я думал только особенные могут удостоиться такой чести.

– Считай, что тебе повезло, – усмехнулся я. – Счастливчик, которому повезло напугать меня в нужный момент, из-за чего твоя жизнь оказалась в сохранности. И ещё более крупный счастливчик, так как смог прожить всё это время, пока мы бежали.

– Я, кажется, знаю, какое себе возьму прозвище, когда поступлю, – озарилось лицо парня счастливой улыбкой, а я был рад, что помог ему тогда. Хоть один человек будет на моей стороне. Ну и ещё Ной, но он где-то потерялся, после старта марш-броска я его так и не видел.

– Ну, вот и славно, – улыбнулся я в ответ ему. – А тебя кто ранил-то хоть? Просто такой порез, который был у тебя…

Мог сделать только человек. Плюс у тебя не было браслета, когда мы бежали.

– Это и был человек, – нахмурился Макс. – Только его уже отправили отсюда, заведя дело против него. Его будет ждать тюрьма в любом случае. А кто он… Это не важно. Уже не важно.

– Интриги за спиной, – усмехнулся я. – Как я тебя понимаю.

Дальше я, молча, продолжал наблюдать за боями. Самыми интересными всё равно оказались самые первые бои. Противник был быстрым и сильным, этого никак не исключить, но вся четверка точно никогда профессионально не занималась никакими прикладными видами спорта. Удары были слишком простыми, хоть и быстрыми, а у этого большого очень сильными, не умели они и обманывать… В общем, если постараться, то можно и на лопатки будет уложить.

И в какой-то момент мне стало скучно. Я даже прозевал момент, когда ушёл и вернулся Макс, которому удалось выстоять против самого сильного и неповоротливого соперника, да и я чуть не прозевал тот момент, когда мне надо было выдвигаться в комнату ожидания поединка, чтобы самому в нужное время выйти на арену.

В самой комнате был всего один стул и динамик в стене, больше ничего. Да этого и достаточно, чтобы постигнуть Дзен, то есть успокоиться перед боем, собраться с мыслями и подумать о тактике. Но я не стал этого делать, не стал просто сидеть, я начал разминаться, разогревать мышцы, которые после забега начали сильно дубеть, а это чревато – дубовые мышцы очень сильно снизят скорость и ловкость, а мне они сейчас, ой, как понадобятся. Буря сильна и быстра, а это хреновое сочетание для противника, у неё получилось как-то раз вырубить одного мужика из моего потока с одного удара.

Наклоны, растяжки, лёгкие подпрыгивания – всё для того, чтобы мышцы снова привести в тонус. Но они, падлы такие, вообще не слушались, были словно камень, а это паршивенько. Если я такой выйду на арену, то могу и проиграть, что будет для меня позорно.

– Соберись! – сам себе говорил я, быстро вращая руками в плечевом суставе. – Ты сможешь! У тебя всё получится!

– Бой откладывается на десять минут! – объявил динамик, а я даже как-то обрадовался.

Всё же противники тоже люди, им тоже нужно отдыхать и подзаряжаться… Вот только противно, что Буря против меня будет полна энергией, а значит, почти свежа. Значит, сначала будем её изматывать, а потом, когда она немного устанет, начнем контратаковать.

Так и поступим.

– Последние поединки! – объявили динамики во всех помещениях. – Претендентам выйти на арену!

– Удачи мне, – громко выдохнул я, после чего уверенной походкой покинул комнату ожидания.

Глава 10

– Хм-м… – нахмурилась девушка, когда я поднялся на арену. – Отправляю запрос на разграничение второго уровня по скорости…

– В каком смысле? – нахмурился так же и я, так как ни черта не понял, что она сейчас сказала. – Ты – андроид, что ли, не человек? Какие к черту разграничения…

– Человек… – напряжение с лица Бури не уходило, даже больше, она напрягалась всё больше и больше, но в итоге на её лице появилось разочарование. – Вот чёрт… Не одобрили… Ну и хрен с ними, выкручусь как-нибудь.

– Ты о чём? – с жёстким требованием в голосе спросил я.

– О тебе, – вздохнула она и встала в простенькую боевую стойку. – Анализ твоих характеристик привёл к заключению, что ты несколько отличаешься от всех моих противников… Как минимум твоё телосложение… Ты явно занимался раньше чем-то, из-за чего определённые группы мышц, которые помогают в драке, у тебя развиты лучше, чем остальные… А это наталкивает на мысли, что ты будешь применять все свои знания.

– Интересно, – слегка усмехнулся я и тоже встал в простую стойку, обманем восприятие противника.

Дальше потянулось тягостное ожидание. Казалось, что те секунды, что разделяли нас от начала боя, длились вечность.

Моё сердце бешено колотилось, выбивая ритмы какой-то дико быстрой песни, руки мелко дрожали, но тут не понятно из-за напряжения или из-за лёгкого страха. Она явно сверхчеловек, как и мои родственники. Только если у них зерно, то у неё что-то, что развило тело до нечеловеческих показателей… Либо до предельных для человека показателей.

– Бой! – раздался громкий голос в динамиках, после чего я стал очень и очень внимательно следить за каждым шагом девушки.

Первый шаг! Она сделала первый шаг правой ногой, отведя его чуть в сторону. Второй шаг! Второй шаг ушёл в другую сторону, а это может значить, что она хочет запутать моё восприятие и мою внимательность, будет атаковать с любой стороны… Но как же она быстра. Только мысль и рефлексы быстрее!

– Агр! – после шести очень и очень быстрых шагов в разные стороны девушка оказалась по левую руку от меня и начала замахиваться левой рукой, чтобы нанести мне очень мощный удар в грудь.

Я сделал лёгкий шаг назад, слегка отклонив туловище в правую сторону, её кулак пролетел мимо, а сама она не смогла вовремя остановиться, из-за чего по инерции её туловище тоже продолжило движение вперёд. Потеря времени, потеря шанса с её стороны… Надо бить!

– Гра! – резко вскрикнул я, также ударяя левой рукой, метя ей в плечо.

Но и меня постигла неудача. Левой рукой она не могла отбить мой удар, а вот правую специально оставила около корпуса, так что открытой ладонью просто отбила мой кулак. Но тут она тоже просчиталась, а я себя мог сильно подставить. Если бы она схватила мою руку… То технически я бы уже проиграл.

Оттолкнув меня от себя, она сама сделала полшага назад, а после резко пошла в наступление. Быстрыми ударами она попыталась пробиться через мою защиту, но у неё получилось только слегка отбить мне предплечья, слишком она была предсказуемой и простой в атаке.

Неожиданный разворот вокруг своей оси, причём такой быстрый, что словно её силуэт на мгновение размазался перед моими глазами. Удар! Я не смог компенсировать его, уклониться от него. Смог только напрячь мышцы, что прикрывали рёбра, чтобы она их не сломала… Но этого оказалось мало.

– Чёрт… – прошипел я, сильно хмурясь.

Что-то хрустнуло, я не был уверен, что был перелом, могло просто показаться, но тут мне резко захотелось кашлять, и я просто не мог сдержаться, начал отчего-то задыхаться. И я начал кашлять, а с кашлем у меня из глотки начала вырываться кровь…

– Нельзя… Останавливаться… – сам себе тихо проговорил я, а потом сразу встал в защитную стойку, блокируя резкий выпад девушки, стараясь несколько при этом от него уклониться, а вот противница метила мне прямиком в челюсть.

Она зацепила лишь краешком, слегка повредила кожу, чуть-чуть её содрав. Но уже прошла пора, когда можно было действовать осторожно, она что-то сломала мне, либо просто отбила лёгкое… Удар!

Я перевел энергию уклонения в очень резкий и быстрый удар головой точно ей в переносицу. Девушка вскрикнула, схватилась за нос, посмотрела на меня с неким удивлением, так как ожидала, что она обойдётся без травм… А я лишь ехидно, хоть и болезненно улыбнулся, глядя ей точно в глаза.

– Убью, – прорычала девушка, с хрустом вставляя нос себе на место, из-за чего меня аж передёрнуло.

И вот тут начался реальный ад. Я просто не успевал. Она била меня с такой скоростью, что все её бои на арене до этого показались лишь тенью того, что происходило сейчас. Я встал в глухую защиту, даже не пытался что-то предпринять в ответ. Она била руками и ногами, била во все места. Удары были не особо сильными, но они попадали очень и очень часто в одни и те же места, а значит, Буря хотя бы примерно знала, как надо драться…

Короткая заминка, она делает полный вдох… Это мой шанс! Не особо долго думая, я со всей силы ударил впереди стоящей ногой, с которой только можно было нанести удар на короткой дистанции. Пнул голень её передней ноги, чуть-чуть выводя её из равновесия. Она пошатнулась, а я не остановился. Тут же раскрытыми ладонями толкнул её в плечи, из-за чего она качнулась ещё сильнее, а уже после нанес ещё один удар ногой, только на этот раз коленом позади находящейся ноги, попадая точно ей в живот.

Она схватила ртом воздух, попал я ей чуть выше живота, в одно из самых уязвимых у человека мест. Солнечное сплетение. У неё выбило весь воздух из лёгких и перехватило дыхание. Её надменность и самоуверенность сыграли с ней злую шутку, она раскрылась и даже со своей скоростью не успела мне ничего противопоставить.

Тут же я захотел нанести ещё один удар, но снова закашлял, снова из меня, из моих лёгких вышла кровь… И я упал на одно колено. Голова стала резко тяжёлой, перед глазами начали бегать странные красные и белые пятна, а ещё жутко тошнило…

– Хах… Что… Голова… Тяжёлая? – с какой-то злой ухмылкой сказала она, всё ещё пытаясь отдышаться, а я медленно дотронулся до своей головы.

Кровь. Твою ж налево… Я даже не понял, когда мне прилетел удар по голове, лишь почувствовал его последствия… Что-то мне совсем хреново… В ушах звенит… Нельзя падать, надо встать… Время ещё не вышло.

– Дава-а-а-ай! – крикнул я сам себе, резко поднимаясь на ноги, из-за чего в голову стрельнуло ещё сильнее, и я чуть не рухнул на пол, но всё же смог удержать равновесие.

Ещё один удар, и я точно уйду в нокаут. Ещё один удар, и я проиграю. Ещё один удар, и меня отправят домой, а там меня точно ждёт смерть… Нельзя… Нельзя падать… Нужно стоять… Отходить от неё, чтобы увеличить дистанцию… Тянуть время… Шаг… Ещё один шаг назад… Ещё шаг… Чёрт!..

Из-за того, что голова сильно кружилась, я не смог устоять на ногах, рухнув на пятую точку. Девушка уже шла ко мне, шла с явным намерением меня добить, доказать свою силу, своё превосходство. Но она уже это сделала, всем было понятно, что она сильнее и быстрее каждого из нас, кто с ней дрался… Так что она просто хочет потешить свое эго, самой себе доказать, что она сильнее нас.

– Время! – раздалось в динамиках, из-за чего я расслабился и улёгся на пол, растянув на своем лице несколько счастливую улыбку.

Вот теперь можно было и отключиться… Я ведь смог достоять до самого конца, при этом даже смог пару раз ответить…

Вот теперь можно, чтобы сон накрыл меня с головой. Хе-хе-хе… Это победа… Что?!

– Слышь, утырок, – подошла ко мне эта дьяволица с ангельской внешностью. – Я тебе свой нос не прощу, ты меня понял?

– Буря! Прекрати немедленно! – начал кто-то кричать по ту сторону динамиков, но девушке на это явно было наплевать. – Иначе к тебе будут применены штрафные санкции! Первое предупреждение!

– Всё же честно, – усмехнулся я, никак не реагируя на то, что она схватила меня за шиворот. – А то, что ты – обиженка ходящая… Которая пытается самоутвердиться за счёт тех, кто слабее… То это сугубо твои личные проблемы…

– Буря! Второе предупреждение! – разрывались от крика динамики. – Последнее, и ты будешь отправлена на прилюдное наказание за нарушение Устава Академии! Ты и так уже заработала сегодня себе две недели без дополнительной энергоподпитки! Хочешь, чтобы тебя вообще на пару месяцев оставили без неё?

– Повезло тебе, утырок, – отпустила она меня, убрав колено с моего живота, вот только дышать от этого легче не стало. – Не хочется тормозить своё развитие… После выпуска сдохнуть из-за этого можно. Пустота никого не щадит. Запомни это. И я никого щадить не буду.

Пустота? Она о чём?.. О том месте, куда отправился мой отец?.. Боги… Почему всё стало красным… Где, чёрт их за ногу, медики? Почему я не могу шевелиться… Боги, моя голова сейчас взорвётся… О, становится легче… Тошнота отступает… А перед глазами всё… Мер…

* * *

Что-то пищит… Что-то мешает мне лежать… Вырубите эту пищалку… Боги, и так голова раскалывается… Дайте поспать…

– Приходит в себя, – спокойный женский голос раздался где-то рядом, но он был слышен словно через какую-то мембрану, слышен отдалённо. – Ещё немного адреналина, у него чуть сердце не остановилось, пульс опять снижается…

– Подтверждаю запрос. Ввожу двести кубиков адреналина… – механизированный голос раздавался уже совсем близко и так резал слух, что хотелось отмахнуться, прибить источник как назойливую муху, но у меня не получалось, тела словно не было. – Результат положительный! Пульс стабилизируется. Продолжаю восстановление с пятого по седьмые рёбра, а также повреждённого осколками лёгкого.

– Вслух необязательно проговаривать всю операцию, – уже более близко послышался голос женщины, в котором я узнал голос врача. – Да, не думала, что на этих испытаниях такие отмороженные первогодки попадутся… Ты как там, живой, вижу глаза под веками двигаться начали.

– Да… – еле-еле слышно ответил я, а потом попытался приподняться.

– Лежи, дурак, – что-то очень лёгкое легло мне на плечи, но даже этого хватило, чтобы прижать меня к воздушной койке. – У тебя повреждено левое лёгкое и сломано три ребра со смещением осколков… Которые и вызвали внутреннее кровотечение. В общем, мы твоё состояние стабилизировали, аппаратура сейчас твои раны латает. Это займёт примерно часа два, если не больше, там сложные повреждения.

– А как же… Списки… Поступил? Приняли? – я раскрыл глаза, которыми совершенно ничего не видел, всё до сих пор плавало, а голова была чугунной.

– Поступил ты, не переживай, хах… Я думала вам, аристократам, плевать на такие мелочи, – с лёгкой укоризной, но и с юмором сказала врач, после чего куда-то отошла, звонко постукивая своими каблучками.

– Не плевать… Меня бы… Убили… – сказал я ей это, хотя потом сразу задумался, а надо было ли это говорить.

– Даже так, ну тогда поздравляю! – усмехнулась женщина. – По рассчитанному рейтингу ты – третий в списке, а первая пятерка имеет одинаковые привилегии… Потом поймёшь какие, они мелочные, но приятные.

– Хорошо… Это хорошо… – чуть более уверенным голосом ответил я, а в глазах потихоньку начало проясняться. – А я умирал?

– Ну так, немного, – усмехнулась женщина. – А что? Ты что-то слышал.

– Ну, как вы приказали машине ввести мне ещё адреналин, – попытался улыбнуться я, не знаю, получилось ли.

– А, ты про это, – забавно хмыкнула она, – то было уже после. Тебе очень повезло, кстати, что ты не рухнул в обморок ещё во время боя. Крепкий ты мужик, хотя таковым не выглядишь.

– Внешность обманчива, – усмехнулся я, но пожалел об этом, так как это отдалось болью в лёгком. – Чёрт…

– Ладно, лежи, отдыхай, – повернулась ко мне лицом врач. – А я пойду, осмотрю нос твоей жертвы, ты ей, похоже, его сломал со смещением. Восстановить не проблема, но всё же… Совпадение забавное, что вы оба у меня, что ты, что она…

– Пустите её сюда? – уже без усмешек спросил я, прикрыв при этом глаза.

– Нет, зачем мне тут труп? – попыталась пошутить женщина, но я даже не улыбнулся, так как боялся побеспокоить своё лёгкое. – Не оценил. Ладно, я пойду… Через пару часов надо будет выбирать, что будет установлено тебе в качестве амулета или браслета… Есть такая вещь? Могу сходить и взять, если ты не против.

– Есть… – кивнул я медленно, потом снова раскрыл глаза. – В сумке, что в шкафу в комнате… Там на дне амулет, старый такой, потертый…

– Даже не спрашиваешь зачем? – слегка нахмурилась женщина, смотря очень пристально на меня. – Не простой ты парень, явно в чём-то осведомлён. Хорошо. Могу тебе его установить сразу после окончания восстановления, если ты не против.

– Совсем не против, – опять медленно улыбнулся я.

Женщина кивнула и вышла из помещения. Сразу за дверью послышались возмущения, немного мата в исполнении, судя по голосу, Бури. А она та ещё стерва, даже врачу хамит, доказывая, что она права, а врач не прав. Опасно это, врачу-то хамить, может вообще отказаться от предоставления лечения… Но эта женщина оказалась доброй, она что-то поколдовала, Буря вскрикнула, а потом, немного побурчав, сказала: «Спасибо, подойду позже», – и куда-то ушла.

Следом ушла и женщина, судя по стуку её каблучков. Ну а я остался один, пытался понять принцип действия данного агрегата… Но никак не мог этого сделать. У него не было никаких манипуляторов, только ко мне было подключено несколько проводков, а также что-то типа катетера, видимо, как раз для лёгкого ввода адреналина и физиологического раствора.

Снова задремав, я пропустил тот момент, когда женщина вернулась и стала возиться с моим амулетом у меня на столе. Она как-то его дорабатывала, но я не мог понять, как. Точнее, примерно понимал, она создавала порт для подключения или вживления… Вот только почему-то страшно от этого становилось. Прицепив к себе эту штуку, я точно не смогу с ней расстаться никогда, а это… Напрягает.

– А если её кто-то попытается сдёрнуть с меня? Ну, или звенья цепи лопнут? – спросил я у неё уже своим нормальным голосом, что меня неимоверно обрадовало.

– Такого не произойдёт в силу определенных обстоятельств, – не поворачиваясь ответила она. – Лежи, пять минут ещё лечиться тебе надо, не закончилось восстановление лёгкого.

– А в силу каких обстоятельств? – решил я подробнее узнать у неё, но она сначала долго молчала, а потом несколько недовольно ответила:

– Врачебная тайна, не буду говорить и всё тут. Не положено знать тебе это.

Я пожал плечами, что уже было не больно, но всё же неприятно делать. Вся левая сторона жутко чесалась, оно и понятно, быстрый процесс регенерации тканей всегда сопровождается этим побочным эффектом, но ничего, ещё пара минут, и всё будет закончено…

– Процесс восстановления организма завершён! – внезапно объявила машина. – Новых аномалий в организме не обнаружено. Осуществить первичную подготовку бойца к подключению?

– Да, начинай подготовку, – кивнула зачем-то женщина машине, после чего повернулась ко мне лицом и с серьёзным видом спросила: – Ты куда будешь надевать это ожерелье? На шею или на руку? Советую на шею, меньше мешаться будет.

– Ну, раз советуете, тогда на шею, – пожал я плечами. – А это как-то влияет?

– Только удобство, – снова отвернулась женщина, – поворачивайся на живот. И приготовься, сейчас будет несколько больно…

– Хорошо, – пару раз кивнул я и перевернулся так, как просила женщина, а потом, когда она подошла и положила руки мне на шею, я завопил так, словно меня резали на части.

Обнаружен новый пользователь системы! Происходит регистрация! Пожалуйста, дождитесь окончания процедуры регистрации! Происходит оцифровка вашего организма!

– Че-е-е-е-ерт! – орал я, пока моё сознание словно не выключили, точнее не переместили в другое место.

Глава 11

Сначала была абсолютная тьма, потом она постепенно начала заполняться белыми точками, словно звёздами. Но чем больше точек вокруг становилось, тем было ярче, тем сильнее тёмное ничто превращалось в белое ничто.

Происходит процесс сканирования скелета подключаемого человека! Происходит оценка математической модели скелета человека!..

Ожидайте!

Когда формирование абсолютно белого ничто закончилось, перед моими глазами, если я сейчас смотрел ими, начал потихоньку проявляться скелет. Сначала появлялись его нечёткие очертания, основные кости, в виде позвоночника, черепа, ключицы… Потом пошла детализация. Стали проявляться рёбра, череп переставал походить на одну большую костяшку, стало видно отдельные его фрагменты… Стали проявляться плечи, предплечья, кисти со всеми пальцами… От таза словно начали отрастать кости бедра, потом голени и затем стопы. Всё выглядело нереально, неестественно, мне казалось, что у меня глюки.

Процесс сканирования скелета завершён! Математическая модель скелета определена!

Прочность костей – 1-й уровень из пяти.

Повышение прочности костей вызовет увеличение общей массы организма, но при этом повысит их устойчивость перед

различного рода воздействиями, уменьшит риск перелома при большем давлении и прочее.

Эластичность костей – 2-й уровень из пяти.

Повышение эластичности костей происходит за счёт обогащения их органическими веществами, что позволит избегать переломов с большей вероятностью. Внимание! Повышение эластичности костей больше, чем на один уровень по сравнению с прочностью костей не рекомендуется!

Сначала я не понял, что вообще передо мной возникло… Словно я оказался в игре, но при этом чётко осознавал, что это мой, чёрт его дери, скелет! Получается, что просто меня взяли и оцифровали? Просто из меня делают персонажа компьютерной игры? Или что? Хотя… Стоп! Ведь не просто же так Буря быстро двигалась…

Происходит процесс сканирования органов организма! Происходит оценка математической модели органов организма!..

Ожидайте!

Сейчас, рядом со скелетом, стала появляться почти такая же голограмма… Ну как почти такая же… Стали проявляться все мои внутренние органы. Сначала появился мозг, что не удивительно, потом пошёл процесс формирования спинного мозга, от которого медленно в разные стороны начали прорастать какие-то каналы… Нервные каналы… Как только они сформировались целиком, полностью образовав моё тело, всё слегка потускнело.

Начало формироваться сердце, которое билось в реальном времени. От сердца так же поползли аорты и вены, от аорт потом поползли артерии, а от них уже капилляры… Они также почти целиком обволокли всё моё тело, лишь в некоторых местах были видны мелкие пробелы, которые слабо обеспечивались кровью, например, руки, которые у меня были вечно холодными.

Вся система кровоснабжения также словно ушла на второй план, начали проявляться одновременно лёгкие, кишечник, глаза, печень… В общем все остальные органы. Выглядело это настолько завораживающе, никогда раньше не видел, как я выгляжу изнутри… А потом снова заговорил голос.

Процесс сканирования органов организма завершён! Математическая модель органов определена!

Внимание! Для экономии пространства все подменю были скрыты в связи с большим количеством отдельных функций и свойств организма. Показаны отдельные и ключевые улучшения организма, которые помогут в выживании в трудной обстановке.

Пищеварение – 2-й уровень из пяти.

Улучшение пищеварения позволит вам лучше противостоять токсинам, которые попали к вам в организм, также увеличит количество получаемой энергии из пищи.

Кровоснабжение – 1-й уровень из пяти (общий уровень, в комплекс входят три улучшения).

Улучшение кровоснабжения позволит вам лучше переносить полезные вещества между клетками организма, что в свою очередь повысит их потенциал и скорость регенерации тканей.

Нервная система – 1-й уровень из пяти (общий уровень, в комплекс входят три улучшения).

Улучшение нервной системы позволит с большей скоростью обрабатывать поступающую информацию, увеличит скорость реакции, общий отклик организма на внешние раздражители.

Зрительная система – 3-й уровень из пяти.

Улучшение зрительной системы позволит вам замечать более мелкие детали на отдалённых расстояниях.

Улучшения мозга – 2-й уровень из пяти (общий уровень, в комплекс входят несколько улучшений). Список скрыт. Улучшение мозга станет доступно позже (необходим более высокий уровень доступа).

Улучшения лёгких – 1-й уровень из пяти (общий уровень, в комплекс входят три улучшения).

Дальше я просто посмотреть не успел, так как начался процесс оцифровки моих мышц. Что могу сказать, выглядит не так плохо, как я себе представлял, да имеется жирок, но что поделать, все мы не без греха! Зато какие жилы, как хорошо устроено телосложение… Эх, душа не нарадуется.

Зато вот цифровые показатели меня совершенно не порадовали. Из всех самым большим у меня был показатель эластичности мышц – второй уровень из пяти, остальное – твёрдая единичка. А я думал, что хотя бы тут у меня будут сугубо третьи уровни… Эх, разочарование! Ну да ладно, посмотрим, что будет дальше.

А дальше пошло что-то странное. Все три голограммы слились в одну, несколько потускнели… И внутри меня появилось оно. Зерно. Оно было похоже на маленький водоворот, тёмный, всепоглощающий… Оно было словно пусто в самом центре, вечно голодно, хотело всё больше и больше… А от этой пустоты расходились каналы. Один широкий канал вёл точно в мозг, после чего распределялся на множество мелких, словно подключаясь к каждому отдельному участку тела. Затем шло множество маленьких каналов. Большая часть этих мелких каналов шла в руки, точнее, там была их самая большая концентрация, остальные были равномерно распределены по всему телу.

Внимание! Определение типа зерна завершено! Тип зерна – пустотный. Профиль – управление тканью мироздания в обход находящейся в пространстве материи.

Развитие зерна – нулевой уровень из пяти… Возможно дальнейшее развитие. Внимание! Улучшение зерна станет доступно позже (необходим более высокий уровень доступа).

Развитие зерна откроет доступ к некоторым скрытым способностям. У каждого типа зерна есть свои определенные способности.

Развитие большого канала – нулевой уровень из пяти… Возможно дальнейшее развитие. Улучшение большого канала станет доступно позже (необходим более высокий уровень доступа).

Развитие большого канала обеспечит больший контроль над способностями, что позволит их применять и контролировать на больших расстояниях. В меньшей степени увеличивает мощь способностей. В большей степени увеличивает правильность формы применяемых способностей. Улучшение большого канала необходимо для способностей, действующих сугубо на организм.

Развитие малых каналов – нулевой уровень из пяти… Возможно дальнейшее развитие. Улучшение малых каналов станет доступно позже (необходим более высокий уровень доступа).

Развитие малых каналов увеличит общую мощь создаваемых способностей, а также циркуляцию энергии по организму. Повысит общую устойчивость к ментальным и энергетическим способностям, применяемым против организма.

А вот это я и хотел увидеть… Мой источник. Всё-таки пустота, врач тогда не ошиблась. Именно из-за этого я и не могу воздействовать на реальный мир, меня неправильно изначально наставляли… Мне нужно было концентрироваться не на материи, а на самом пространстве… Хоть и повторяюсь, а всё же лучше это в своём мозге как следует закрепить, чтобы запомнилось навсегда.

Внимание! Происходит общая оценка организма! Происходит генерация позывного внутри системы Академии…

Внимание! Позывной «Пустота» не может быть применим к организму с мужскими половыми признаками, так как это считается унизительным… Происходит поиск наиболее подходящего позывного с применением старых языков…

Поздравляем! Вам присвоен позывной «Войд» в связи с вашей предрасположенностью управлять пространством или, как говорилось в мифологии разных народностей древности – пустотой.

Общая оценка организма при первом сканировании… Выше среднего (редкий результат)! При должном развитии вы сможете перейти через грани вашего тела, став тем, кого называют сверхчеловек. Но придётся постараться.

Такое ощущение, что эту характеристику писал какой-то человек. Просто несколько глупо и пафосно звучит… Ну да ладно, что есть, то есть… А теперь главный вопрос: как вернуться назад? И почему на фоне стал появляться крик? Это мой крик? Голос похож на мой… Стоп… Это, похоже, ещё не все…

Поздравляем! За счет ваших исключительных способностей, вашей смекалки и сообразительности, а также самоотверженности, система даёт вам возможность повысить уровень любой составной части организма. Выбирайте с умом! Дальнейшее повышение уровней организма станет доступно только за счёт получаемой энергии.

Думать я даже не хотел, я уже знал, что нужно улучшить. Скелет, прочность костей… Не хочу, чтобы мне вот так спокойно ломали кости, как Буря. Это было слишком… Легко для неё и слишком опасно для меня. Решено. Прочность костей.

Происходит улучшение прочности костей… Подождите.

И тут на фоне всего крик стал в разы сильнее, он чуть ли не переходил на фальцет, настолько высоким он был. Даже сомнений больше нет, что этот крик мой… Ибо стоило начать костям улучшаться, как тональность крика усилилась. Неужели так каждый раз придётся делать? Это же ужас какой-то… А если это переживать самостоятельно?

Улучшение прочности костей завершено!

Внимание! Для дальнейших улучшений потребуется энергия, преобразуемая в аденозинтрифосфат. Основной источник энергии – пища. Но при этом, благодаря вживленному в ваш организм коммутатору-конденсатору, у вас есть внешний источник энергии, который может быть подзаряжен и иными способами.

Текущий энергетический запас организма – 100 граммов аденозинтрифосфата.

Текущий энергетический запас внешнего накопителя (конденсатора) – 0 килоджоулей. Максимальный объем конденсатора – 25 килоджоулей. Увеличение объема хранилища энергии будет производиться при повышении в звании и должности, а также при определённых личных достижениях.

Внимание! Для повышения 1-го уровня любой оцифрованной части организма требуется 500 граммов аденозинтрифосфата (в дальнейшем для простоты чтения – АТФ). Чтобы получить данное количество энергетического вещества, необходимо около 50 килоджоулей.

Окончание сеанса. Следующий сеанс будет доступен не ранее, чем через 30 суток. Более частое использование подключения организма напрямую к системе Академии может навредить вам. Для возможности более часто подключаться к системе напрямую, необходимо улучшать мозг.

Потом всё снова начало тухнуть. Сначала пропали голограммы, затем абсолютно белое ничто покрылось тёмными точками, а потом они начали разрастаться, постепенно затмевая собой всё пространство вокруг. Но меня не вернуло обратно в реальный мир… Нет… Передо мной висело два прикрытых глаза, точнее едва открытые щели…

Со стороны, сложно было бы понять, что это глаза, но я инстинктивно понимал, что это они и есть. Они были направлены на меня и очень лениво приоткрылись. Я чувствовал скрытую угрозу в них, чувствовал, что пару ответов на волнующие меня вопросы я смогу получить, изучив эти глаза…

– Приходи… Мы ждём! – раздалось сразу отовсюду миллионами различных голосов, начиная от очень звонких женских и заканчивая мощным мужским басом.

В реальный мир меня выкинуло как-то неожиданно. Дыхание моё было прерывистым, шумным, словно я только что закончил бежать огромную дистанцию. Сердце бешено колотилось, а я был полон какого-то страха… Даже отчаяния. Всё моё тело было мокрым и липким от пота, но самое главное, я не понимал, почему всё так.

– В следующий раз я тебя буду привязывать к койке, – с ошалевшими глазами «обрадовала» меня мой лечащий врач, которая выглядела очень уставшей, если не переутомленной. – Ты у меня первый попался такой громкий и буйный… Впервые…

– А что было-то? – с удивлением я похлопал глазами, а после осмотрелся вокруг. – Вроде всё цело, ничего нигде не сломано…

– Ага… Ты бы себя переломал, если бы я тебя держать не стала. А потом бы ещё и вырвал из своей шеи коннектор… – тяжело вздохнула женщина и уселась на свой стул. – В общем, система тебя хотела сначала отвергнуть из-за твоего аномального источника. А из-за этого… Повредился бы твой мозг, твой спинной мозг, ты бы стал инвалидом и… Умственно отсталым, если не аутистом.

– Весело, – усмехнулся я, приподнимаясь на локтях. – А так… В принципе, как всё прошло?

– В принципе, – нахмурилась женщина. – В принципе ты чуть не умер. Дважды. Первый раз, когда система начала тебя отвергать, второй раз, когда ты выбрал себе бонусное улучшение. Тот объём энергии, что начал преобразовывать твои кости, начал сильно давить на твоё сердце. Его немного… Разорвало. Мощное кровоизлияние, остановка… Ты был мёртв пять минут, тебя спасло только подключение к медицинскому оборудованию.

Дослушав её рассказ, я сразу же в панике расстегнул свой китель, потом приподнял футболку и не обнаружил ничего, чтобы могло говорить об оперативном вмешательстве. Я похлопал глазами, смотря на это, потом взглянул на врача, потом снова на ту область, где находится сердце…

– А как мне восстановили сердце, если у меня нет тут никаких шрамов? – удивленно спросил я, а потом до меня дошло осознание того, что я был мёртв. – Стоп. Как это умер?

– Шрама нет, так как устройство действует примерно так же, как и зёрна твоих родственников. Оно сразу же начало оперировать твоё сердце, восстанавливать непосредственно в твоей груди… Ну а мёртв ты был реально. Когда нет дыхания и нет сердцебиения, а того и другого у тебя не было, человек считается клинически мёртвым, если эти функции организма не удалось восстановить. Нам удалось, так что радуйся.

– Ага… – кивнул я. – А почему так вообще вышло, что я умер?

– Улучшай систему кровообращения в следующий раз. И так делай, пока не повысишь её до максимально доступного для тебя сейчас значения. Сам себя лучше чувствовать начнёшь. И улучшения организма будешь проще переносить. Особенно такие крупные, как изменение молекулярной плотности костной ткани…

– Даже так, – отрешённо усмехнулся я, а потом начал медленно сползать с медицинской койки. – В общем, вы мне жизнь ещё пару раз спасли, как я понял. А я даже вашего имени не знаю… Как-то глупо, как мне кажется, не знать имени своей спасительницы.

– Валерия, – улыбнулась она. – Потом как-нибудь отблагодаришь. У меня ещё один человек с твоего потока.

– А сколько нас всего поступило-то? – решил спросить я у нее напоследок, перед тем, как должен был выйти.

– Не знаю… – вздохнула Валерия. – Всё, иди, дай мне отдохнуть, и так ты у меня сил очень много отнял…

– Хорошо, – кивнул я, – спасибо ещё раз.

Поймав на себе несколько злобный взгляд врача, я поспешно покинул её кабинет, после чего сразу столкнулся с толпой моих… Одногруппников? Или как мы теперь будем называться. Что-то как-то я пропустил этот момент, находясь в этом заведении.

– Ты живой? – спросил у меня Макс, который стоял самый первый возле моей двери. Позади него стоял Ной, три девушки и ещё пятеро парней. Все они с неким благоговением смотрели на меня, словно на какого-то мифического героя.

– Живой… А что такое? – спросил я у них, несколько нахмурившись.

– Да просто ты орал так… Словно тебя пытали. А потом в один момент затих, – ответил на этот раз какой-то блондин, стоявший возле Ноя.

– А-а-а, – протянул я, а потом махнул рукой. – Да всё нормально, живой. Вы-то как? Прошли регистрацию?

– Нет ещё… – помотал головой в разные стороны Макс. – Как-то не хочется… После такого.

– Вы ничего сами не почувствуете, – положил я руку на плечо названому дальнему родственнику. – Обещаю. Кричать будете не вы… А только ваше тело. Сами вы увидите очень интересные вещи.

– На хрен такие интересные вещи… – бросил чернявый парнишка, которого я вообще раньше не видел, либо просто не замечал. – Я сваливаю…

– Не выпустят, – хмыкнула низенькая брюнетка. – Я уже пыталась… Если прошёл испытания, то ты тут навсегда. Смирись с этим и просто жди… своей участи.

Я отошёл от них и уселся на диване, ожидая, когда всё это закончится и когда нас отведут обратно в наши комнаты. А пока есть время подумать, особенно над тем, что мне ранее сказала Алиса… Ведь она говорила, что на первом году обучения два человека погибли из-за того, что они не прошли первичный анализ организма медицинским оборудованием… А сейчас нас к системе подключают с помощью медицинского оборудования. Что-то тут не стыкуется.

Пока я пытался понять, где она меня обманула, из первого кабинета раздались крики. Кричала девушка, причем звонко и очень сильно. Хотелось заткнуть чем-то уши. Потом начал орать какой-то парень, затем ещё один, затем опять добавился крик девушки… А потом я просто не мог понять, кто и сколько человек кричат.

Но одно стало понятно. Подключение к системе… Это адские муки для организма. Это неестественно для него, вот люди и кричат. Точнее орут от боли. Надеюсь, они не чувствуют этого так же, как не чувствовал я… Иначе я представить себе не могу, через какие муки они проходят.

Глава 12

– А ну быстрее, каракатицы! Это вам не дом родной! Вы сюда приехали учиться воевать, а не вола гонять! – орал на нас инструктор по физической подготовке, когда мы пробегали уже двадцатый километр по кругу.

Первая неделя прошла… несколько скучно, у нас были в основном теоретические занятия, на которых нам рассказывали об устройстве оружия, гранат, самых элементарных тактик. Нам даже не надо было вести конспекты, всё запоминали каким-то образом наши амулеты, наши коннекторы. В них была встроена маленькая аналитическая и запоминающая программа, которая подкреплялась ограниченным виртуальным интеллектом.

Когда на занятии я задал весьма закономерный вопрос, в стиле: «А почему нельзя было сразу закачать все данные в наши устройства?», то мне инструктор по тактике ответил, что я ни хрена не понимаю и что мне учиться и учиться. Возможно, в чём-то он прав… Всё же это мы видим своими глазами, то, что нам показывают преподаватели, а потом мы уже будем применять свои знания, а не знания умной побрякушки в деле.

И вот… Наши дела настали. Сегодня первое занятие второй недели, а мы уже при полной выкладке бегаем тридцать кругов. А не добежали ещё и двадцатый… Это кабальные условия для существования: некоторые просто сдохли ещё на первой десятке, так что мы их сейчас тащили, в том числе и я.

Я тянул за собой Лаки, то бишь Макса, которому достался такой псевдоним. Импульс, парнишка лет двадцати на вид, тащил сразу двух девчонок: Морок и Видение. Как потом они нам рассказывали, система определила их фенотип очень схожим, поэтому и позывные такие достались. Но у некоторых… Это вообще фигня какая-то полнейшая. Бурый аист, Красный шрам, хотя этот ещё вроде нормальный, Плебей… В общем, я не понял, как система даёт прозвища, да и понимать не хочу, меня моё вполне устраивает – Войд.

– Ещё десять кругов! – крикнул инструктор, «обрадовав» нас, когда мы добежали ещё один круг, а потом для скорости добавил. – Каждые пять минут опоздания на финиш плюс один дополнительный круг!

– Твою ты… – кто-то тихо выругался, но этого хватило, чтобы инструктор, который по своей сути имел фенотип какого-то разведчика, его услышал.

– За разговоры в строю плюс один круг! За оскорбление кого-либо плюс ещё один круг! Давайте, малыши, бегаем, бегаем!

Хотелось убить того, кто это сказал, ибо мы уже все были на пределе своих сил, но, по сути, первый год обучения – закалка характера. Нас просто по максимуму сталкивают друг с другом, чтобы мы грызлись и сами себя подставляли. А потом за это наказания, наказания и ещё раз наказания. Тут никого и никогда не исключали, зачем выпускать в свет уже улучшенного бойца, который со временем сможет до предела улучшить свое тело? Незачем. Зато вот напрягают тут по максимуму.

Первый день в перерывах между занятиями мы все друг с другом собачились, орали друг на друга, кто-то даже кому-то морду полез бить… В общем, всё как всегда, тогда мы до двенадцати ночи рыбачили. Это старики вспомнили «игру» такой древности, что можно с ума сойти. Где-то старший нашего курса нашёл тридцать грифов, именно столько нас осталось после испытаний, всучил каждому… А потом мы стояли, слегка согнув колени, держа грифы за самый край… Для мышц это был ад. Но могли стоять не все два часа после отбоя, а всего лишь пятнадцать минут… Если бы девушки их спокойно удерживали. А то у некоторых изначально мышцы развиты на ноль, они не смогли и пяти минут удержать… Лично у меня на двоечку, я ещё нормально держался.

– Ещё семь кругов! – крикнул инструктор, выводя меня из своих собственных мыслей. – Молодцы! Держим темп! Отстаём всего на шесть минут, а это всего плюс два круга! За первые пять минут один круг и за то, что на вторые пять минут залезли – ещё один круг.

Видимо, опытный мужик решил спасти наши шкуры, сразу пояснив, за что нам плюс два круга. Но мне не хотелось их пробегать, так что я совсем чуть-чуть ускорился, прям на самую кроху, но этого должно было хватить, чтобы мы уложились. Благо перед глазами был мини-интерфейс, который показывал моё сердцебиение, давление, насыщенность крови кислородом, ну и скорость. А ещё постоянно моё тело сканировалось, ибо иногда слева появлялся силуэт всего тела целиком, в котором мышцы показывались красным оттенком. Они уже перенапряжены…

Всё бы ничего, но данная пробежка должна была окончиться, а после неё сразу начаться занятие по стрельбам. И мы должны были успеть получить боеприпасы, а для этого уложиться во время пробежки… И это ещё с расчетом на то, что мы вообще отдыхать не будем и сразу пойдём за боеприпасами. Уроды…

А вот если мы не успеем получить боеприпасы, то ночью нас опять что-то будет ждать. Что именно, я даже не представляю, да и представлять не хочу, так как хочу успеть и сегодня спокойно отоспаться… И тут я иногда задумываюсь, а не лучше бы мне было просто сдохнуть от интриг моего родственника из основной ветви?..

– Три круга! – крикнул инструктор. – Отставание всего на минуту! Молодец, Войд! Остальных за собой тянешь! Смотри только не сдохни от этого!

Хотелось что-нибудь ответить, но я просто стиснул зубы и продолжил бежать. Ног я уже не чувствовал, просто сплошное пламя было в бёдрах и в голенях… Ноги просто переставлялись сами по себе, потому что могли только это и делать. Мы бежали не из-за того, что ногами толкались, а из-за того, что просто подставляли ноги под падающее вперёд тело.

– Чёрт! – крикнул кто-то, когда первая девушка не выдержала и рухнула в обморок. – Минус один!

– Нет у вас минусов! – злобно крикнул инструктор. – У вас все в строю! Она лишь временно потеряла дееспособность! Раненых всегда с поля боя надо вытаскивать! Каждый круг без неё будет не засчитан!

– Да вашу ж… – хотелось добавить ещё кое-что, но я не стал, и так нам дали кредит доверия, не добавляя круги.

Лаки вроде в себя немного пришёл, может сам бежать, а вот то, что никто девушку поднимать не хочет, это меня дико бесило. Меня мой отец всегда воспитывал так, что товарищам, какие бы они ни были, надо сначала помочь, чтобы потом, если надо, можно было дать по морде. Ну, это если «товарищ» этого заслужил. А тут… Тут девушка совершенно не виновата, что рухнула, просто так получилось.

Еле-еле подойдя к ней, я взял её за руку и ногу и попытался положить её к себе на плечи, но сил просто поднимать её не было. С первой попытки мне не удалось этого сделать, но, когда я попытался во второй раз, мне помогли Буйвол и Вайпер. Один должен был в итоге стать страшной громадиной, а второй – ассасином, скрытным и смертоносным убийцей… Но в итоге они помогли мне положить девушку на плечи, хотя Буйвол мог спокойно закинуть её себе и вообще почти не почувствовать разницы.

– Чего встали?! – злобно я огрызнулся на этих двоих. – Побежали! Я за вами зацеплюсь, мне так проще…

– Как знаешь, – пожал плечами Буйвол, после чего начал переставлять ноги в направлении финиша, за ним сразу в такой же манере побежал и Вайпер.

Бежал я с мыслями, что ненавижу всех, кто впереди. Мне было противно, что я нахожусь среди таких моральных уродов… Тянули за собой сильно уставших, тех, кто не приспособлен к длительному бегу, только из причин личной выгоды. А как кто-то рухнул, так сразу «Минус один». Твари.

Во рту уже давно всё пересохло, лёгкие просто горели, в левом боку сильно кололо. Я думал, что сам рухну в любое мгновение, меня уже даже не тошнило, а выворачивало наизнанку… Но неожиданный крик инструктора дал мне понять, что всё, испытание окончено.

– Финиш! – крикнул инструктор, но я не остановился. – Стой, кому говорят! Остановите его! Быстро! Снимите с него девчонку и остановите его!

Сначала стало как-то легче, а потом я неожиданно оказался на мягком прорезиненном покрытии. Ну, как неожиданно, все слова инструктора я слышал отчётливо, просто уже не понимал, где нахожусь. Основываясь на моих органах чувств, автоматика интерфейса построила для меня маршрут, которого я и придерживался. А глазами я уже не видел… Просто всё потемнело.

Первые рожи я увидел после того, как меня крепко так похлестали по морде. При этом бил сам инструктор, ибо остальные почему-то этого не захотели делать. Всё тело болело, ныло, горело. Меня выворачивало наизнанку, очень хотелось пить, нет, хотелось просто дышать, и я никак не мог надышаться.

– Кислородное голодание, – хмыкнул себе под нос инструктор. – Но это неудивительно… Вижу, что лёгкие ещё не так хорошо развиты для бега на такие расстояния с таким грузом… Можно будет компенсировать со временем, но пока ты будешь страдать от этого. Но тебе проще… У тебя общий фон самый высокий в твоём потоке. Человеческого потолка быстрее достигнешь.

– Что? – прохрипел я, а потом снова начал жадно хватать воздух ртом.

– Ничего, потом разберёшься во всём. Пока на вот эту таблеточку, – начал он мне засовывать в рот какой-то белый шарик с горошину размером. – Раскуси и просто дыши. Таблетка обогатит кислородом воздух, отдышаться сможешь нормально.

Я сделал, как он и сказал… И в итоге реально стало проще, не сразу, конечно, но со временем я пришёл в себя окончательно, по крайней мере, тело слушалось более-менее, можно было идти.

– Мы опаздываем? – спросил я сразу, как поднялся на ноги.

– Пока нет, – ответил мне Пульсар, который Ной. – Но ещё немного и точно опоздаем.

– Тогда не хрен стоять… – махнул я рукой им. – Пошли, чего встали, живой я… А если не успеем, то потом опять ночью хренью какой-то страдать будем. Оно вам надо?

– У меня так показатель физической силы на единичку, в общем, вырос, – пожал плечами парень, позывного которого я не знал и знать не хотел, даже не прочитал, когда его вывела перед глазами система. – Так что я не против.

И тут начался срач, иначе это просто назвать нельзя. Идти нам было относительно недалеко, всего каких-то метров пятьсот… Но даже на их преодоление нужно было время, которое у нас утекало. А мы сейчас без нашего старшего, нас оставили на произвол судьбы… Что странно, даже в обычной армии не оставляют солдат без старшого, а тут…

– Чёрт! Время! – крикнул Лаки и самым первым помчался к комнате хранения оружия тренировочного комплекса. – Вы как хотите, а я ещё хочу пострелять! Плевать, что руки автомат еле удержат, я хочу пострелять!

– И я! – поддержала его Мгла, после чего, ковыляя, последовала за ним.

Ну и я увязался следом. Пускай и не дружным строем, но всё же в итоге трое смогли за собой повести остальных. Почти в нужное время, опоздали мы всего на пару минут, прибыли в оружейку, где спешно получили боеприпасы. Оружие было уже при нас, так что мы спокойно его снарядили, как и магазины, после чего под присмотром старшего направились на стрельбище.

Там всё прошло… Хреново. Но именно хренового результата от нас и ожидали. Это были не зачётные стрельбы, а для проверки, как мы сможем стрелять после очень большой нагрузки на организм. В итоге, самым метким оказался Стрелок, блондинистый Гафро, чем он несколько выделялся со своей тёмной кожей. Он смог поразить аж двадцать процентов мишеней! Я всего тринадцать поразил, где-то в серёдке оказался.

Ну а после были опять теоретические занятия, только на этот раз, что нас удивило – по истории. Начали вообще с самого далекого, с момента становления человечества и появления письменности. Планировалось, что мы пройдем весь необходимый курс истории примерно за год. Зачем нам нужна история? Затем, чтобы мы знали, кто мы, откуда мы и зачем мы защищаем то, что должны защищать. Память предков у нас в крови, тут и решили её пробудить. Мы должны защищать нашу Родину, наши планеты и наше наследие.

После обеда за весьма хороший результат в беге нам дали отдохнуть. При этом не по своим комнатам отдыхать нас оставили, а направили в реабилитационный центр Академии. И там позволили выбрать одну из трёх процедур: гидромассаж, массаж в специальных устройствах и массаж профессиональной массажисткой. Ну, или массажистом, кому как повезёт.

Я выбрал последнее. Ибо никто, кроме человека, не сможем нормально прочувствовать, на какие мышцы надо давить, а на какие лучше не стоит. А машина… Она хоть и проведет анализ, но всё равно не сможет где-то нормально что-то промять, где-то наоборот лишнего сделает…

– Про тебя сегодня много кто судачит, – с лёгкой улыбкой говорила женщина лет сорока на вид, пока я лежал кверху задом. – Говорят, ты поступил как настоящий джентльмен, не бросил даму в беде.

– Я просто сделал так, как надо, – чуть ли не засыпая от растекающегося по телу удовольствия, ответил я, а потом неожиданно проснулся, когда она начала мне массировать голени. – А-а-а-ай!

– О, кажется, ты себе повредил мышцы… – несколько задумчиво сказала женщина. – У тебя они долго восстанавливаться будут после такой пробежки… Сейчас… Пару мазей возьму, полегче будет, они во время массажа впитаются и ускорят регенерацию мышечных волокон. И несколько даже позволят им увеличиться.

– Угу… – кивнул я, снова пребывая в нирване, ибо она переключилась с голеней на задние части бёдер, которые не так сильно болели, как передние, так что я снова провалился в удовольствие.

А потом начался буквально ад. Она не берегла мои ноги, она их массировала так, что мне казалось, словно она вырывает у меня мышцы из ног. Боль была невыносимая, хотя для боли время ещё не настало, оно должно было настать завтра, когда мышцы бы начали дубеть…

– Ну, вот и всё… – весело усмехнулась женщина. – Теперь переворачивайся на спину, буду массировать тебе спереди ноги.

Я лишь тяжело вздохнул и аккуратно перевернулся. И снова для моих ног начался ад. Я хотел её остановить руками, но она заблаговременно их чем-то заблокировала, а ноги зафиксировала, так что я просто лежал и шипел от боли. Лучше бы на гидромассаж согласился… Надеюсь, оно того стоило.

Покинули мы реабилитационный центр ближе к ужину. Нам дали время привести себя в порядок, умыться и помыться, а после снова всех построили и направили на долгожданный вкусный ужин. Кстати, не знаю почему, но ужин в Академии был реально отменным. Каждый раз разные блюда, при этом их готовили машины лишь от части, многое готовили и люди, специально нанятый персонал.

Сегодня, например, были тушеные овощи с ножками какой-то птицы с ближайшей планеты. Овощи были вкусными, чувствовалось, что до этого их ни разу не морозили, а мясо птицы нежное, аж таяло во рту…

Но всё хорошее когда-то заканчивается, так и закончился ужин, после которого началось свободное время. Я по большей части любил сидеть в комнате отдыха и играть с кем-нибудь в шахматы. Хорошая старая тактическая игра, а с появлением у нас виртуальных помощников, она стала ещё более захватывающей. А если это шахматы на четверых, то вообще просто невероятно! Таких игр у меня никогда не было.

– Становись! – раздалось в динамики, а мы с парнями и девушками как-то грустно вздохнули, но ничего не сказали. Военные распорядки для первогодок всегда самые жесткие. Отдыхать можно только чуть-чуть, после этого проверка, все ли на месте, хотя свалить из нашего блока просто нельзя было, нас закрывали снаружи, а потом всё, спать.

– Астус Войд! – в конце зачитывания списка из тридцати позывных назвал мое текущее звание и опять мой позывной наш старший, который сам имел позывной Спидстер. – Ко мне! Остальные, разойдись!

Меня смутило это, но я всё же подошёл, приложил руку к головному убору, как это и положено, начал представляться, но тут он меня остановил и что-то быстро приложил к моему амулету, который был похож на какую-то кляксу.

– Добро вознаграждается, – тихо сказал он, а потом убрал стеклянный с виду стержень обратно себе в карман. – Руководство Академии, курирующее первогодков, решило тебя немного ободрить.

Текущий энергетический запас внешнего накопителя (конденсатора) – 10 килоджоулей. Внимание! Вы можете перевести доступную энергию конденсатора в АТФ, но есть большой риск потерять её через определенное количество времени в связи с вашей физиологией. Энергию в конденсаторе можно хранить бесконечно долго.

Текущий энергетический запас организма – 80 граммов АТФ. Часть массы АТФ потеряна из-за интенсивных физических нагрузок.

– А так можно? – удивленно спросил я.

– Так нужно, – кивнул Спидстер, а потом усмехнулся. – Теперь иди, отдыхай. Завтра ощутишь на себе всю боль после пробежки.

Глава 13

– Так, товарищи, – ходил перед нами инструктор по тактике боя, скрестив руки за спиной, – сегодня будем отрабатывать боевое слаживание в составе малой маневренной группы. Кто мне скажет, сколько человек включает в себя малая манёвренная группа в современном бое? Слушаю, Мгла.

– Три человека, сэр! – ответила девушка, опустив ранее поднятую руку.

– Всё верно, молодец, – кивнул инструктор, стоявший в ожидании окончания ответа, а после снова начал перед нами всеми бродить. – Три человека – универсальная тактическая боевая единица. Почему тройка? Тройка более живуча, чем двойка, и более боеспособна. Один гарантированно всегда носит с собой большой медицинский пакет, в котором есть миниатюрная установка для ускоренного восстановления на поле боя. Ну, это мы вам уже рассказывали. Даже если кого-то одного ранят, второй будет оказывать помощь, а третий будет продолжать вести стрельбу. Сегодня вам предоставляется возможность самостоятельно сформировать свои тройки, а там мы уже будем смотреть, подходите вы друг другу или нет. Это достаточно важный момент. Разойдись! Через пять минут по тройкам становись! Старший впереди, двое остальных в колонну позади!

Сразу наши дружные две шеренги разошлись и потихоньку начали формировать нужные тройки. Даже не стоило сомневаться, что все будут стараться липнуть к тем, с кем более-менее нормально общаются. Но в некоторых случаях были загвоздки, иногда люди общались вчетвером или даже впятером, так что им лишних нужно было куда-то девать. Пятеркам проще, там просто появится двойка, к которой примкнёт какой-нибудь такой же лишний, но вот четверкам… Тут будет обида затаиваться на остальных, бросили и предали.

Сам же я даже не сомневался, что ко мне подойдут Лаки и Пульсар. Они сразу обозначили свою позицию, что будут только со мной в тройке, ибо они меня знают, знают, что я не подведу. Хотел ко мне навязаться ещё Стрелок, но он был Пульсаром послан подальше, в другую тройку.

– Ну что, мы нормально-то и не познакомились, – улыбнулся Лаки и протянул руку Пульсару. – Я – Макс, хотя, как говорят, сейчас это не важно. А ты, как я понимаю, Ной?

– Ага, Ной, – кивнул тот и пожал руку в ответ. – А откуда ты знаешь?

– Да про то, как твою задницу спас Войд, в последние сутки все только и болтали, – улыбнулся Лаки. – Ну да ничего. Будем теперь нормально знакомы! Надеюсь, у нас сложатся нормальные отношения!

– Ага, я тоже надеюсь, – кивнул Пульсар, который был словно в какой-то прострации, ну а я просто вздохнул и кивнул обоим, скрестив руки на груди.

Всё равно никак не привыкну к тому, что общаюсь с простолюдинами так часто. Да, на своей планете я даже часто с ними работал под палящем светом нашей звезды, но не сутками же напролёт, так что меня такая теснота общения с ними несколько напрягает. Но дело времени, человек тварь такая, что ко всему привыкает, к этому я тоже привыкну как-нибудь.

Кстати, вчера старший под конец дня посмеялся над тем, что у меня будут жутко болеть мышцы. И он оказался прав. Они не просто болят, они разрываются от каждого движения! И при этом не хотят слушаться. Не представляю, что бы было, если бы мне вчера не делали массаж… Да тут, наверное, все так себя ощущают, так что сегодня будет веселое тактическое занятие.

– Становись! – крикнул инструктор по тактике боя, после чего все начали суетиться, становясь в тройки и двойки.

Я взглянул по сторонам. Полностью сформированных троек оказалось шесть штук, значит, двенадцать человек не смогли составить себе компанию. Так же стояло четыре двойки и оставшиеся четыре человека стояли по одиночке.

– Я же сказал становиться по тройкам! – довольно серьёзно и с некоторой агрессией сказал инструктор, после чего жестами начал самостоятельно расставлять бойцов в тройки.

Никто даже не хотел пытаться ослушаться, все просто, молча, выполняли поставленные задачи и команды. А зачем пытаться перечить, если в конечном итоге только себе хуже можно сделать? Вот и слушаются, стиснув зубы в обиде. Им не хотелось формировать тройки между собой… Это их проблемы, значит, будут перечить друг другу, мешать, не сработаются.

– Все сформировались, молодцы, – хлопнул в ладони инструктор. – В разных местах нашего пункта проведения занятия, сразу говорю, это будут тропики с помесью тайги, будут разбросаны пять флагов. Соответственно, одна команда – один флаг. Пять, скажем так, победителей, пять проигравших. Каждая тройка сама за себя. Вопросы по этой части?

– А как нам сражаться друг против друга? – подняла руку Морок.

– Это уже в следующей части вводной, – некоторое время посмотрел на нас инструктор, после чего снова начал бродить и рассказывать, что нам делать дальше. – Сейчас вы проследуете в специальный отсек, где вам дадут импульсное оружие, а также специальные датчики, которые будут имитировать боль в том месте, куда попадёт посланный винтовкой импульс. Боль реальная, так что будете орать как потерпевшие, подставите своих товарищей, выдав многим своё местоположение. Так же каждый из вас получит по две импульсные гранаты, эффект тот же. Каждой тройке будет дана имитация миниатюрного медицинского оборудования. Она будет анализировать характер повреждения, а после снимать эффект. Сражаться дальше сможете. На поле боя вас разбросают с помощью транслокаторов так, что первые минут пять друг с другом не пересечетесь. Карты у вас не будет, будете искать всё вслепую. Вводная окончена. А теперь напра-а-во! В хранилище шагом марш!

Ну, мы и пошли, терзаемые собственными мыслями. Сегодня хоть и не реальные боевые действия, никто не погибнет, но всё же… Если боль будет реальной или хотя бы близкой к реальной, то это страшновато. Никто не хочет на собственной шкуре ощущать боль от пулевого ранения…

Сами импульсники оказались очень простыми на вид. Никаких магазинов, лишь их имитация – зарядная катушка, которая заряжает батарею, способную сделать двадцать выстрелов импульсами, а потом её снова надо заряжать. Сами же датчики… Они были распиханы в облегчённую версию брони, которая часто красовалась на бойцах обычных военных формирований аристократии. Шлем с тонкой полоской укреплённого прозрачного пластика, нагрудник, полностью закрывающий туловище, наплечники, броня для рук, ног, ботинки…

В общем, реально такую броню сложно пробить с первого выстрела, думаю, тут будет так же.

– Броня МК-один, – начал говорить снова инструктор, – облегчённый вариант, чтобы вы пока просто понимали, как в ней не особо удобно бегать. Практика через два с половиной месяца у вас будет в следующей модификации этой брони, МК-два. Она по весу такая же, как и эта, но более удобная в носке и не ограничивает маневренность. У этой же есть встроенный слабенький экзоскелет, сможете ворошить камни побольше без особых усилий. Винтовки ИМП-двадцать. Расшифровывать думаю не надо, тут и так всё понятно. Это двадцатизарядная импульсная винтовка, хороша для поражения воздушных малогабаритных целей, выводит электронику из строя полностью у боевого Хели.

– А что такое Хели? – поднял руку Пульсар, из-за чего мне стало несколько стыдно за своего товарища.

– Хели… Хах, думал, знаете. Воздушное транспортное или боевое средство, оснащённое двумя или более реактивными вертикальными тягами. Может зависать в воздухе. Перемещение за счёт изменения направления воздействия тяги, иначе говоря, за счёт вращения самих двигателей. Что-то типа стареньких вертолетов, которые были популярны на заре тысячелетия. Но сегодня обойдёмся без них. Первые три занятия вы проведёте в упрощённых условиях, без наличия противника над головой. А дальше… Ну, это дальше. Снаряжаемся до конца. Сегодня тактическое занятие на весь день. Обеда не будет, иногда такое бывает, привыкайте.

После этих слов инструктор как-то молниеносно скрылся. Даже как-то обидно стало, что пожрать не дадут. Мало того, что организм тут от физических нагрузок даже по утрам в шоке, так ещё и подпитки не дают… Конечно, это понятно, что нас так по чуть-чуть приучают к реальным боевым действиям, но всё же. Жрать-то хочется… Хорошо, что завтрак был час назад, ещё можно потерпеть, но вот ужин только через двенадцать часов…

Возмущались почти все. Если я возмущался мысленно, то примерно половина возмущалась вслух. Они негодовали, что потеряют свой обед, законный и заработанный тяжёлыми тренировками. Я лишь усмехнулся.

Минут через десять, когда все были полностью экипированы, нас послали в помещение с транслокатором. В чём плюс таких устройств? Они могли переместить нас куда угодно. В чём минус? В том месте тоже должен быть транслокатор, чтобы туда можно было переместиться, так что… Если куда-то в иное место попасть надо, то ножками-ножками.

Перемещались мы сразу тройками, заходя по очереди в один-единственный рабочий транслокатор. Он сразу перенастраивался на нужную точку выхода, так что задержка между перемещениями была минимальна. Моя тройка в очереди оказалась пятой, так что и на поле будущего боя мы оказались пятыми.

Свежий воздух, пение птиц, треск шатающихся деревьев. Оказались мы почти мгновенно посреди странного леса, где с хвойных деревьев свисали лианы, а внизу росли огромные папоротники. Все планеты обычно пытаются терраформировать по земному типу, так что такой смеси ни на одной планете не встретишь.

– Значит, так… – сказал я и осмотрелся по сторонам. – Куда идти – хрен пойми, но точно не на восток. Вижу, там картина продолжения леса визуализирована, значит, лучше идти к центру, на запад. Если по пути найдём флаг, то нужно будет сразу его схватить и удерживать.

– А куда нам с этим флагом на выход-то идти? – нахмурился Лаки, вертя своей винтовкой по сторонам. – А то про выход нам что-то ничего не рассказали.

– Тоже верно… Видимо, надо будет удерживать флаг до тех пор, пока остальные тройки либо не погибнут, либо не захватят флаги, – пожал я плечами, начав заряжать батарею своей винтовки. – Всем зарядить оружие и, Лаки, не крути не заряженным, толку от этого не много.

– Ой, – вжался он немного и тут же начал крутить рукоять, вырабатывая нужный заряд.

Направились в центр «леса» мы, не особо спеша, часто смотрели по сторонам и реагировали на малейший звук. Если пораскинуть мозгами, то нас раскидали просто по разным сторонам круглой арены. Нам оставалось найти пять флагов и кому-то «пережить» эту встречу, а кому-то «погибнуть», пав в сражении. Интересный, однако, подход.

Первые звуки битвы до нас донеслись минут через пятнадцать после нашего выдвижения. Понять, что это именно битва, было не сложно – отдельные фрагменты мата легко распознать среди остального крика. Ну и сам крик боли – кого-то точно подстрелили.

Для ещё большей запутанности тут были сумерки, причём они не сменялись ночью, так что это особенно напрягало. Чувство неестественности преследовало нас всех, дополнительно отвлекая. Но потом уже было не до мыслей, Пульсар смог краем глаза заметить активно бегущую куда-то группу, маршрут которой пересекался с нашим.

– Врассыпную… – сразу крикнул я и ринулся налево, прячась за упавшим метрах в тридцати деревом. Дальше мы говорили по заранее настроенному чисто под нас каналу, так что могли общаться и на расстоянии. – Лаки, подготовь одну гранату, Пульсар, после броска сразу открывай огонь по самому последнему из них, он явно их лидер, так как отдаёт им постоянно приказы. Я буду на подхвате и следить за обстановкой. Постараюсь подстрелить самого первого. Лаки! Готов?

– Готов… – почти шепотом ответил он. – Чеку сейчас или потом?

– Я скажу. Сейчас просто жди… – ответил я ему и чуть-чуть приподнялся, чтобы следить за группой, которая шла точно в нашу засаду.

Почему они шли по нашему пути, я мог только догадываться, видимо, тут удобная звериная тропа, по которой можно было спокойно идти в центр, а они шли по каким-то дебрям. Но это лишь неважные догадки. Они сами себя подставили, когда начали так громко шуметь. При этом идут как-то расслаблено… Видимо, ещё не поняли, что это занятие не шутки, а боль они испытают реальную.

– Чеку, через секунду бросай! – отдал я команду, а потом увидел белый цилиндр, летящий ровно в ноги другой тройки.

– Граната! – сразу отозвался парень, который шёл впереди, но я не дал ему далеко убежать, тут же сделав выстрел ему по ногам.

– Давай! – крикнул я по радиоканалу, после чего в пятидесяти метрах от меня вылез Пульсар и начал лупить по последнему из своего импульсника.

Бил он почти всё мимо, враг тоже ведь был не дурак, сразу ломанулся в стороны, стоило прозвучать команде одного из бойцов. Но первый точно скрыться не успел, я ему попал в голень, и он уже заваливается, второй упёрся ему в спину, как дурак, побежавший следом, а третьей просто не дают даже на мгновение приостановиться, Пульсар просто подавляет её огнем.

Взрыв! Буквально одно мгновение, синяя волна электрического импульса накрыла поле боя, дикие вопли двух «убитых» накрыли его, и осталась лишь последняя, которой удалось скрыться за деревом по ту сторону звериной тропы. Она может уйти через кусты, но пока у неё паника и взбудораженное воображение, она никуда не пойдёт, так что есть шанс просто застать её врасплох.

– Лаки… Она с твоей стороны, медленно иди к ней, старайся не попадаться ей на глаза. Как только сможешь выстрелить – стреляй и не думай. Она последняя осталась. Двоих других накрыли.

– Хорошо, – ответил он мне, и я увидел, как кусты по ту сторону тропинки зашевелились, хотя мгновение назад там никого не было видно.

– Пульсар… Иди с другой стороны, попробуй выманить её из укрытия, – начал я отдавать несколько рисковый приказ. – Как только она поднимет свою морду из-за дерева, тут же прыгай в укрытие. Главное – не дай ей уйти.

– Хорошо… – ответил он мне по каналу, а потом начал кричать ей в ответ: – Эй, иди сюда! Я тут! Я всех твоих один порешал! Ха! Неудачники! Не можете втроём одного подстрелить!

Я уже не следил за действиями своих союзников, а уселся за своим деревом и начал внимательно всматриваться в окрестности. Звуки боя могли привлечь внимание нежданных гостей, так что нельзя было расслабляться. Они могли прийти с этой стороны, более вероятно, по крайней мере, мне так казалось.

Женский вскрик, звук упавшего тела. Дело сделано. Я осторожно выпрыгнул из-за дерева и подошел к «трупам», которые были сейчас просто парализованы и ничего не могли сделать.

– Забирайте гранаты и медицинское устройство, – поймал я на себе недовольные взгляды товарищей. – Они не тяжёлые и не мешаются. Пускай их будет в отряде два. Они уже погибли, а мертвецам оружие и припасы не нужны. А вот нам помочь могут, так что берите. Я пока посмотрю по сторонам, чтобы сюрпризов не было.

Но сюрпризов так и не было, зато были слышны звуки ещё нескольких боев. Сложно понять, кто остался, а кто нет, так как нет никакого счётчика, и никак не обозначают «гибель» очередной тройки. Зато мы более-менее спокойно смогли продолжить свой путь в сторону центра арены.

По пути нам больше никто не попался. Мы видели, как по ту сторону смоделированной речушки проходит тройка мужиков, но не стали привлекать их внимание. Лучше пробираться тихо, в тенях, а сражаться так, чтобы преимущество было всегда на нашей стороне.

Шли мы не вплотную, я шёл впереди, просматривая всю территорию впереди. Лаки шёл где-то слева, проверяя каждый куст, чтобы нас не ждали сюрпризы, Пульсар так же, только с другой стороны. В данном случае я выполнял функцию приманки, если вдруг кто засел, чтобы они на меня среагировали, а мои уже их накрыли.

– Флаг, – осторожно сказал я по радиоканалу, давая рукой знак, чтобы мы остановились. – Повысить бдительность, могут быть засады. Я пойду, заберу флаг, потом вернусь. Как вернусь, обсудим дальнейшие действия.

Дождавшись, когда бойцы займут более выгодные для ведения огня позиции, я медленно выдвинулся в сторону флага. Он стоял один среди лесной поляны, которая спокойно простреливалась со всех сторон, всё на ней отчетливо было видно. Передвигался я, присев, чтобы уменьшить размер своего силуэта и, соответственно, вероятность попасть по мне.

Но ничего не произошло. Просто ничего. Я подошёл к флагштоку, сорвал с него флаг, быстро вернулся назад, откуда пришёл, примотал флаг к своей руке, и мы отступили с поляны. Я даже как-то разочаровался, так как ожидал совершенно другого. Думал, придётся сражаться… А тут просто тишина. Может, нам и повезло, но всё же ожидал я другого.

– Что делаем дальше? – наконец раздался звук в радиоканале нашей тройки. – Уже почти на километр отошли, если верить системе.

– Идём туда, откуда пришли. Там занимаем оборону и просто ждём… Ну а там, как повезёт. Может, и не нарвёмся ни на что.

Глава 14

Ночь наступила как-то неожиданно. В голове было понимание, что всё это лишь иллюзия, лишь проекция того, что может происходить, но нервы моментально взвинтились до предела. Как и напряжение. Мы же стали идти более кучно, чтобы не пропасть в этой темноте по одиночке. Причём инициатива на этот раз была не моя, предложил Лаки, начитавшись каких-то там электронных книг.

Спорить мне с ним не хотелось, при том что пока мы шли, я смог объединить все наши интерфейсы в одну сеть. Как это у меня получилось, я сам не понял, просто мысленно продолжал управлять меню, что всплыло сбоку от моего поля зрения, так что следить за пространством я не переставал.

Сами же наши амулеты и браслеты, или как их назвала врач – коннекторы-конденсаторы, могли обнаруживать поблизости такие же устройства. Как я в это меню забрел, я не запомнил, но запомнил сам факт, что так можно делать. Сразу после нашего объединения в одну общую подсеть, появилась мини-карта, которая детализировалась за счёт наложения изображений от трех источников: я, Лаки и Пульсар.

Но темнота не так напрягала, как зловещая тишина. Она больше всего давила на перевозбужденный разум, а потаённые мысли всплывали сами по себе. Иногда хотелось просто бежать, иногда хотелось плюнуть на всё и остаться на месте, устроив себе что-то типа скрытого лагеря или стоянки. Хотелось многого, но не идти вперёд, продолжая сохранять самообладание. Вот его, как мне казалось, нам всем троим сейчас жутко не хватало.

– Да чёрт… – тихо прорычал Ной, сказав это со снятым шлемом. – Долго нам еще идти?

– Если верить ранее проложенному нами маршруту… – сверился я, открыв карту местности, которая сложилась из того, что я видел ранее. – То примерно ещё два с половиной километра. При нашем темпе… где-то час. И шлем на голову верни, если не хочешь моментально свалиться.

– Может, ускоримся немного? – шепотом по радиоканалу сказал Лаки, а его голос почему-то продублировался сначала в ушах, а потом и в голове.

– Выключи радейку, – сказал я ему, сам заранее выключив её у себя.

– Зачем? – удивился он, а я снова услышал его в двух местах одновременно.

– Выключи, тебе говорят! – прорычал я мысленно, специальная направляя мысли для него. – Я сейчас с тобой без радио общаюсь, просто как бы направляю мысли тебе.

– Ого! – вот теперь я его слышал только в своей голове, а судя по удивленной морде Пульсара, он был в шоке от того, что я сейчас говорил. – А я реально могу говорить с тобой мыслями?

– Да… – несколько разочарованно ответил я, после чего помотал головой. – А ты чего уставился?! Я тебе сказал шлем на голову вернуть! Какого хрена ты ещё без него идёшь?!

– Он мне макушку натирает, – жалобно сказал Пульсар, погладив свою шевелюру. – Уже болит… Он мне маловат немного.

– Боги… – вслух не нарочно сказал я, после чего продолжил мысленно. – Ты хоть не говори напрямую своим ртом… Противник может услышать, если слушает. Я бы вот пристально слушал тишину, если бы был в засаде. Так что, направляй нам свои мысли.

– Вот так? – уточнил он у меня уже на мыслеканале.

– Да так, – кивнул я, ответив ему так же. – Теперь идем и все смотрим по сторонам. Будет противник, сразу думайте об этом, подозреваю, система пометит то место, где он находился последний раз… И ни единого слова вслух не говорить! В колено буду стрелять тому, кто хоть что-то скажет! А потом лечить! А потом снова стрелять!

– Так ты же противников только привлечёшь… – несколько обиженно, что ли, ответил мне Лаки. – Что? Что ты мне кулак показываешь? А… Понял… Больше не забиваю канал…

– Верная мысль, – снова кивнул я. – Канал используем только в крайнем случае. Если просто думаете, как ты сейчас, Ной, твою ты налево, то думайте не для всех, а чисто для себя. Замкнитесь.

– Я – Пульсар! – тут же прозвучало замечание от носителя данного позывного.

– Да мне пофиг! Ной короче, чем Пульсар, – осадил я его. – Всё. Тишина. Не мешаем друг другу теряться в собственных мыслях.

И мои мысли снова стали только моими. Странное это ощущение, когда общаешься с кем-то посредством мыслей, но, как я понимаю, тут приёмно-передающие устройства – это наши амулеты, вживлённые в нас. Даже был в этом уверен. И, по всей видимости, это не последний секрет, про который мы сейчас узнали. У нас гарантированно должны быть занятия на тему, как обращаться с этими хреновинами. Но всё же лучше и самому изучать в любое свободное время.

Несколько раз за время нашего движения назад мы слышали подозрительное шуршание в кустах. Не знаю, были ли тут какие-то хищники, но, чёрт, всё равно воображение штука такая, что в темноте и тишине готово представить себе что угодно, чтобы оправдать какие-то зарытые в глубины сознания и подсознания страхи.

Лично я пару раз специально останавливал отряд, чтобы лучше вслушаться. Даже оружие взял наизготовку, расчехлив его, чтобы была возможность «перезарядить». Конечно, его свечение нас сразу выдавало, но лучше быть готовым к бою, чем пасть смертью храбрых, даже если эта смерть будет лишь имитацией настоящей.

– Смотреть в оба, – передал я по мыслеканалу, когда взгляд зацепился за несколько сломанных веток метрах в пяти от нас. – Тут явно кто-то шёл. Будьте готовы сразу же рассыпаться. И следите за картой с компасом, чтобы не подстрелить своих.

Ответом мне была тишина, но я был уверен, что меня эти двое услышали. Кстати, было поразительно, как они себя ведут рядом со мной. То ли пытаются показать, насколько они – хорошие военные, либо просто выслуживаются предо мной, как перед аристократом. Второе было больше похоже на правду, так как эти двое, когда были не рядом со мной, вели себя и говорили совершенно иначе. Аж приятно, что я так на них влияю, может, порядочными людьми со временем станут. А это уже какая-то заслуга в жизни.

– Стойте, – раздалось несколько встревоженная команда от Пульсара. – Тут следы… Кто-то точно шёл… Ведут к нашему порталу…

– Транслокатору, – воздохнул я как-то громко. – Не существует порталов, есть транслокаторы, запомни это. А вообще, молодец… Значит, моя паранойя не случайно играет…

Пошли мы ещё медленнее. До нужной нам точки оставалось около пяти сотен метров, что не так много при обычном темпе, но с нашей скоростью улитки… Мы могли идти ещё минут десять. Но как говорил мой дед: «Лучше перебдеть, чем недобздеть, целее будешь». И тут я с ним был солидарен, на засаду по невнимательности и спешке не хочется нарваться, а тут шансы высоки, особенно при том, что какой-то отряд точно пробрался вперёд.

Через какое-то время я начал слышать, как бьётся моё сердце. Такое себе удовольствие, если честно, но интуиция просто орала, что лучше не спешить, что надо идти как можно медленнее, аккуратно переставляя ноги, внимательно смотря, куда наступаешь. Иначе можно здорово пожалеть.

– Да какого фига мы тогда вернулись?! – услышал я примерно за сто метров до планируемой точки возвращения девчачий голос.

Ответом ей было что-то неразборчивое, так как говорили значительно тише. А я лишь спокойно вздохнул, так как моя интуиция, ну или паранойя, тут с какой стороны посмотреть, меня не подвела. Короткими жестами, которые мы для себя утвердили, я отдал приказ своим на рассредоточение. Мыслеканал забивать не стал, так как внимательно слушал тех, кто был впереди.

– Не поняла, ты меня дурой назвал?! – послышался визг второй девушки, а я же хищно улыбнулся.

Они спорят друг с другом, не следят за обстановкой. Мы их не видим ещё, но было прекрасно понятно, что они не готовы к встрече с противником. Шансы на это хоть и малы, но они есть, так что лучше быть готовым к встрече всегда.

Когда мы тут оказались в первый раз, я не обратил внимание на то, что транслокатор установлен среди небольшой лесной поляны. Платформа с расщепляющим кругом стояла аккурат среди зелени травы, и лишь через пяток метров начинали прорастать кустарники и деревья. Мы оставались под защитой зелёных исполинов и кустарников, а враг был у нас на ладони.

Втроём мы не могли полноценно окружить их, нам это и не требовалось, так что мы их просто взяли в полукруг. Одну сторону мы специально оставили им, чтобы они могли отступить, но там тупик, бежать им в случае чего будет больше некуда.

– Готовим гранаты… – передал я послание по мыслеканалу, после чего сам достал из специального кармана импульсную гранату.

Тут же система отобразила её характеристики, краткие, только возле гранаты, но ранее я их не замечал. Радиус гарантированного электромагнитного поражения такой гранаты составлял четыре с половиной метра по открытой местности. Любое препятствие толще десяти сантиметров полностью и гарантированно гасило импульс, а если тоньше, то ослабляло соизмеримо толщине и плотности материала. Время максимальной задержки три с половиной секунды, после чего, если выпустить гранату из рук, та моментально взорвется. Интересно, однако.

– Ну, так что? – раздалось в мыслеканале. – Гранаты готовы, какие наши следующие действия? Бросаем?

– Активируем, ждем две секунды, бросаем и тут же на землю! – скомандовал я, а после сразу начал отдавать другую команду. – По моей команде… Давайте!

Гранату можно было активировать старым добрым выдергиванием чеки. Что я и сделал. После этого отсчитал две секунды… Бросок… Земля… Лишь бы сработало… Лишь бы сработало!..

Импульс!

– А-а-а-а! – троегласное вскрикивание тут же раздалось и заполнило всю округу, разгоняя ночную тишину.

Вскочив на ноги, я тут же устремился к транслокационному сооружению, на котором лежали и корчились от боли пострадавшие. Сами виноваты, что так громко кричали, теперь они пали жертвами своей собственной беспечности. Отличный опыт на будущее, как для нас, так и для них.

Оказавшись рядом с тройкой ещё «живых» противников, я тут же дал три залпа из своей винтовки. Все три почти вплотную, и все три в головы. Теперь их просто отправило спать, надеюсь, ибо они больше не шевелились. Ну а я успокоился, теперь я даже не переживал насчёт того, что на нас кто-то нарвётся или мы на кого-то.

– Готово? – спросил вслух у меня Ной, снова сняв с себя шлем, держа его левой рукой, а винтовку он забросил себе на плечо, как какой-то герой войны, лишь слегка придерживая её правой рукой.

– Готово, – кивнул я и сам снял с себя шлем.

Два моих напарника начали о чем-то тихо переговариваться, я просто дышал свежим воздухом, а не пропущенным через фильтры шлема. А потом в мою голову закралась очень подлая идейка, которую я тут же реализовал, кинув со всей дури шлем в Ноя, который стоял более беспечно, чем Макс. Второй хотя бы оружие держал наготове и шлем с себя не снял.

– Кха!.. – попытался схватить воздух ртом Пульсар, после чего рухнул на колени, выронил винтовку и шлем из рук, обхватив ими свой живот. Странно, что так сильно его приложило, думал, броня погасит удар.

– Лаки, опусти оружие, – тяжело вздохнул я. – Я его просто решил проучить за то, что он слишком сильно расслабился. То, что мы смогли положить два отряда, ещё не говорит о том, что все отряды уже тоже лежат типа мертвыми. Есть ещё как минимум пять отрядов из расчета, что четыре захватили флаг, без учёта нас, а один ещё ищёт, у кого его можно отнять. И один из этих отрядов может прийти сюда в любой момент.

– Но ты же сам… – еле дыша говорил Пульсар. – Чёрт… Да что так больно-то… Ты же сам расслабился!..

– Был бы я расслаблен, ты бы заметил, как я замахиваюсь для броска, – слегка усмехнулся я. – А так, я был хоть немного собран и готов действовать, а ты полностью расслабился и не ожидал удара с какой-либо стороны. Считай, ты – труп.

– К чёрту такую учебу… – ещё пару раз тяжело вздохнул Пульсар, после чего подобрал свою винтовку и один из шлемов.

Подобранный шлем он аккуратно бросил мне, видимо, опасаясь, что я ещё что-то натворю. Пойманный шлем я сразу положил возле себя, всё же любил я дышать свежим воздухом, а не обработанным с помощью фильтров. Ной же сразу нацепил свой шлем на голову и стал бродить туда-сюда по платформе, вцепившись в свою винтовку как в любимую девушку.

Через какое-то время и я снова надел на себя шлем. Не стоило просто так подставлять себя, а как показала практика, броня от одного или двух выстрелов всё же спасает. Точнее имитирует это, так как никаких повреждений физических всё же не наносит наше вооружение.

Но ничего в конечном итоге больше не произошло, неожиданно «включился» день, а круг транслокатора бледно загорелся, показывая, что готов принять в свои объятия партию воинов. Ну, я и ступил, следом за мной и мои товарищи. Нас сразу перенесло обратно в основное помещение с транслокаторами, только на этот раз мы вышли из другого круга, не через тот, в который заходили.

– Мы – первые? – удивился я, закидывая винтовку себе за спину, а потом обнаружил, что флаг, ранее сорванный для прохождения испытания, исчез с моей руки. – Эм-м, а где флаг?

– Вернулся на то место, откуда вы его забрали, – улыбнулся инструктор. – А так, да, вы первые. И вы мне больше всего понравились. Скорее всего, я именно вашу тройку порекомендую оставить такой, какая она есть, без лишнего межевания. Молодцы. Всем троим присуждаю бонусное очко!

Внимание! К вам применено малое поощрение! Вы получили одно очко Академии! При получении ещё девяти очков, вам будет доступно одно бесплатное улучшение организма в системе Академии!

Так держать!

– Войд, – обратился ко мне лично инструктор. – Так как ты являлся лидером данного отряда, при этом смог единственный воспользоваться системой взаимосвязи между боевыми единицами… Академия! Запрашиваю разрешение на формирование новой боевой группы в составе астуса Войда, он же будет лидером отряда, астуса Пульсара и астуса Лаки!

Повисла несколько гнетущая тишина, которую нарушили пришедшие из транслокатора наши одногодки. Если честно, я совершенно не ожидал такого исхода событий, не думал, что нас прям так сразу захотят объединить в тройку. Вот только зачем… Гром и Молния действуют и дуэтом неплохо. А я так вообще хотел быть один.

– Эх… – развёл руками инструктор. – Как бы вы мне сильно ни нравились, но администраторы системы не разрешили из вас формировать сейчас тройку. Не уверены в ваших способностях. А вот лично я убедился в том, что вы можете достаточно хорошо воевать. Ну да ладно, там знатоки сидят, хах, им виднее… Ну а так, я вам награду дал, так что в обиде не будете. Теперь надо ещё другим дать…

Я лишь пожал плечами и повёл своих туда, где мы получали всё это барахло. Его нужно было сдать туда, где его помоют, почистят, покрасят, если надо, а потом выставят назад. Извалялись мы в грязи знатно, так что и снаряжение сейчас такое же.

Да и самим помыться надо.

Оставшихся однокурсников, думаю, нас так можно называть, мы ждали примерно около часа, может, чуть меньше. Всё это время я сидел поодаль от остальных и слушал, что они рассказывают. В основном они пытались увековечить себя любимых, рассказывая, как метко они стреляли и сколько своих же они повалили. В общем, ничего удивительного.

Когда пришли последние, а это оказались те, которых мы подстрелили ещё в самом начале, и когда они сдали свое снаряжение, нас построили по тройкам, после чего большую часть перемешали. Остались неизменными только две тройки: моя и Стрелка, что меня даже не удивило. Как я понял, этого паренька обучал дед или отец, которые имели опыт ведения боевых действий. Это ему только в плюс.

– Послезавтра новое занятие, цель та же, условия несколько иные, – начал говорить нам «на прощание» инструктор. – Кто отличился, те молодцы, хвалю, вы свою награду получили. Кто не отличился, у вас ещё будет повод это сделать, поощрения можно заработать не только на моих занятиях. Но у меня получают чаще всего, ибо я добрый. Немного. Всё, до послезавтра. Успехов завтра на занятиях по рукопашному бою.

Всё это время нас стоял и ждал наш провожатый, он нас забрал и отвёл на ужин, а после и в место нашего обитания. Если завтра рукопашная, то это хороший повод отработать удары сейчас, заодно и понаблюдать за тем, как другие будут колотить груши.

Глава 15

Занятия по рукопашному бою прошли не так, как я ожидал. Это были… Занятия. Никаких спаррингов, никаких тренировочных боёв, просто отработка нанесения ударов, стоек, техники дыхания, как правильно анализировать противника во время рукопашной… В общем, получилось интересное теоретическо-практическое занятие, мне даже понравилось.

Но, чем дольше я тут находился, тем больше у меня было сомнений насчёт репутации Академии. Говорили тут ад, что тут невозможно находиться, что нет личного времени и всё такое… Да, занятия тут сложные, интересные, требуют работы не только физической, но и умственной. А ещё тут нас банально проверяют на прочность, выдержим мы или нет все эти испытания. Но ничего особо смертельного пока не было… За исключением вступительных, там реально было как-то стрёмно.

Но особо опасного ничего такого не было, от слова совсем. Если были стрельбы, то нам категорически запрещалось заряжать оружие где-либо, кроме стрельбища. Если были какие-то тактические занятия, где мы отрабатывали определённые маршруты-задания в составе малых групп по три человека, средних групп по девять человек и в составе большой маневренной группы всем нашим личным составом, то использовались импульсные винтовки и гранаты. Ничего смертельного и опасного.

Своё старание из-за сомнений я не снижал, а сами сомнения оставались там, где никто не мог про них ничего узнать, но, скорее всего, это были специальные байки и слухи, посланные в массы, чтобы отсеивать тех, кто сомневается. И ведь работает, даже я опасался сюда лететь, но в итоге не жалею. Мне не скучно, по крайней мере, и нет рядом тех, кто хочет меня прикончить. А вот старику я точно всё припомню… Надо будет при возможности вернуться домой и устроить ему допрос с пристрастием.

После двух недель практических занятий снова началась череда теоретических. Темы те же, просто продолжали нас просвещать. Виды космических кораблей: фрегат, эсминец, крейсер и линкор, так же редкие дредноуты, титаны размером с планету и персоналом в несколько сотен тысяч человек. Иной раз население отдельных колоний меньше, чем на этих космических монстрах.

А ещё рассказывали про другие космические разумные расы. Саму галактику Млечный Путь мы ещё даже толком не изучили, зато умудрились повоевать с другой расой. И не раз. Всего за человечеством находится примерно шесть процентов территорий нашей галактики, и ей управляет Галактический совет. Смешно, с учётом того, что есть цивилизация, которая умудряется удержать за собой около сорока процентов всех звёздных систем.

Но самый главный наш минус – это, если смотреть со стороны, кланы. Межклановые дрязги всегда замедляли наше развитие, а Галактический совет почему-то этому не препятствовал. Всего было двенадцать кланов различной силы, все они были названы в честь цветов на одном из старинных земных языков. Основных, у которых было больше всего земли, было шесть: Греи, то есть мой клан; Реды – урусы, к которым лучше не соваться, мирные и добрые, всегда готовые торговать, но медведя лучше не дразнить; Блек – никогда не знал, склоняется ли у Гафро основное название клана, да и знать не хочу; Йеллоу – очень многочисленный народ, очень плодовитый, на земле населяли в основном Азию, сейчас их именуют кригайцами; Вайты – помесь всех народностей, а ещё у них в основном все ученые, очень хорошо у них развита наука, за это их даже не трогают; Пурплы – сейчас их народ именуют Лотосами, тоже весьма плодовитый народ и очень высокодуховный, населяли огромный полуостров на юге Евразии на Земле.

Мы маленькая и ещё не особо развитая цивилизация, но уже столкнулись со страшной угрозой – пустотой. Вроде бы что тут такого, пустота она везде, в пустоте лежит всё наше пространство, вся материя, но тут особая пустота… Она пожирает материю, тушит звёзды, оставляя от них только едва заметные блеклые трупы, она замораживает планеты. И мы толком не знаем, почему так происходит. Либо какая-то космическая цивилизация просто уничтожает наши звёздные системы, истребляя нас как вид, либо это какая-то аномалия. Но мне ближе первое, так как туда отправился сражаться мой отец.

А вообще… Самые интересные занятия были только впереди – на старших курсах. Сейчас нам рассказывали всё только вкратце, чтобы мы понимали принцип действия и могли хоть что-то сделать или предложить. Принципы использования радиосвязи, почему в некоторых случаях она лучше, а в некоторых хуже, принципы использования проводной и оптоволоконной связи, связи на основе квантовой запутанности… Просто всё вкратце, чтобы знали.

Например, радиосвязь удобнее использовать на поле боя между командиром и его взводом. Если каждому бойцу впихивать квантовую систему приёма-передачи данных, то наша цивилизация просто разорится, у нас даже нет такого объёма ресурсов. А ещё малых переносных квантовых приёмо-передающих устройств просто пока не существует. Если в пехоте используется такая штука, то только в штабе для оперативной связи с командованием, либо между батальонами, но не меньше. А ещё такая связь должна использоваться обязательно на любом космическом корабле. Неважно где он оказался, связь всё равно будет, а это несомненный плюс.

Что, как мне кажется, хорошо, я не был явным лидером в нашем потоке, пытался не проявлять себя. Зачем быть выскочкой, если можно показать себя хорошо в другом месте, на том же поле боя, если уж нам будет суждено на него попасть. В рейтинге нашего потока я был третьим по количеству поощрений по итогу первого месяца. Больше меня набрали поощрений две девушки: Сирена и Игла. На последних тактических занятиях они весьма хорошо спелись, нашли общий язык и хорошо дополняли друг друга. Как сказал инструктор: «В бою эти две барышни друг друга никогда не бросят, хоть они и стервы… Вот пример боевого товарищества, учитесь!»

– Отличный показатель! – хлопнул меня по спине Стрелок, хотел бы я знать его реальное имя, так как человек сам по себе он был хороший. – Даже меня обогнал! А я думал, что не уступлю этим двум.

– Да я даже как-то и сам не рассчитывал, что оно так получится – слегка улыбнулся я, пожав плечами. – А у тебя какое место среди нас? А то я немного задремал на подведении итогов…

– Да тут все дремали, – заржал Стрелок. – Я тоже… А так, я пятый, точнее четвертый или пятый, поделили место с твоим Лаки. Даже удивлён был этим. Сколько у тебя поощрений?

– Пять, а что? – приподнял я бровь.

– У меня четыре, у Лаки, значит, тоже. У остальных по два или три, всё, что запомнил, а места они занимали по баллам, которые зарабатывали на занятиях.

– Ну, я не вникал, – снова пожал я плечами. – Слушай, а не хочешь поиграть в шахматы? А то что-то все забросили это дело, сначала было с кем, а сейчас уже редко кого могу увидеть.

– Да, в принципе, отчего бы и нет, – улыбнулся Стрелок. – Всё же как никак я с дедом частенько играл… Пошли?

– Пошли, – кивнул я, поднимаясь с мягкого диванчика.

* * *

– Звено-два, я – Крыша, – говорил командир нашей группы по радиоканалу, так как система просто не дала всех разом объединить в мыслеканал, выдавая ошибку «засорение канала», – доложите обстановку.

– Крыша, я – Звено-один, наблюдаю колонну.

Я сейчас молчал, мой позывной был Звено-два. Нас использовали как хорошую засадную группу, Звено-один сейчас вело наблюдение с выгодной высоты, а Звено-три осуществляло общее руководство и было готово в случае чего помочь нам огнём.

Сейчас было очень интересное тактическое занятие. Впервые мы воевали не друг против друга, а как целый взвод. Этот взвод поделили на три части: первая – мы, разведгруппа, которая способна навязать противнику схватку и временно его приостановить; вторая – группа удара, состояла аж из пяти троек сразу, они должны были ввязаться в конфликт не позднее пяти минут после того, как мы на неприятеля напали, а ближе их не подводили, так как могли нас раскрыть; третья группа – группа командования, там главным был Стрелок и те две лучшие девчонки, они составляли первую тройку, вторая тройка обеспечивала их охрану и, в случае необходимости, была готова тоже вступить в бой.

Нашим противником являлись андроиды, внешне их очень сложно отличить от людей, но по факту это машины. Оружие у них было такое же, как и у нас, импульсные винтовки.

Броня на нас, как обычно – комплект МК-один. Нашему отряду из трёх троек единственным дали МК-один-плюс, он был оснащён маскировочным комплектом и генератором преломляющего поля. Противник нас мог заметить, только если бы подошёл ближе чем на два метра.

Сейчас мы должны были уничтожить колонну, которая перевозит по обычной аграрной планете боеприпасы. Рассчитав их маршрут, наша тройка заняла укрытие возле предполагаемого места прохождения колонны. Наша задача – уничтожить головной транспорт, а также навязать схватку противнику. Группе разведки дали в придачу одну однозарядную мощную импульсную винтовку, что-то типа крупнокалиберного бронебойного ружья. Мы должны были наблюдать за противником, пересылать данные группе командования, которым было удобнее всё анализировать, а также в случае начала схватки уничтожить замыкающую технику.

– Звено-два, я – Крыша, приготовиться к бою, в бой вступать на своё усмотрение, как понял меня?

– Крыша, я – Звено-два, – очень тихо отвечал я ему, так как противника уже буквально слышал, точнее слышал, как работают гравитационные движки его техники, – понял тебя, приготовиться к бою, в бой вступаю на своё усмотрение.

Я слегка высунулся из-за тех густых кустов, за которыми мы прятались. Свою тройку я контролировал с помощью мыслеканала, за прошедший месяц мы научились весьма неплохо им пользоваться, так что не мешали друг другу. Они были готовы действовать по моей команде в любой момент, но, если говорить откровенно, в этой операции мы – смертники.

– Крыша, я – Звено-один, насчитал около двадцати двух единиц техники и свыше ста единиц противника… – несколько промедлил командир разведывательной тройки. – Если завяжется бой, то про Звено-два можно будет забыть.

– Иди в задницу, Лайт, – недовольно брызнул я по радиоканалу. – Не подохнем мы, и не в такой заднице были, против трёх троек как-то же сражались разом, хоть и сами тогда полегли, но и всех с собой унесли. А тут всего сотня неразумных андроидов, которые действуют по определённым алгоритмам.

– У них когнитивное мышление, – послышался голос Крыши, – так что они весьма разумны, может, даже более разумны, чем мы. Но нечего на канале ругаться, от кого, а вот от тебя, Войд, я этого не ожидал вообще.

Я промолчал. Почему-то мне не нравилось, когда меня заранее списывали со счетов. Да, мы можем сейчас тут полечь всей тройкой, да, может, Лайт сейчас переживал за нас, но меня это немного взбесило, вот я и не смог сдержаться… Надо будет научиться лучше контролировать свои эмоции.

– Циркулярно, – сказал я всем, даже ударной группе, по радиоканалу, – через десять секунд вступаю в бой.

Всё, противник очень близко, так что времени для ругани, размышлений, подколов и всего такого просто не осталось. Так как мы прослыли как лучшая засадная группа, надо показывать, что мы не промах в засадном деле. И сейчас наша излюбленная тактика – забросать гранатами и накрыть шквальным огнём, после чего быстро переместиться на резервные позиции и продолжить бой.

– Так, Лаки, Пульсар, – начал говорить я по радиоканалу. – Мы сейчас по две стороны дороги, Лаки, помни, ты один на той стороне, сильно не рискуй, увидишь, что на тебя идут, сразу меняй позицию. Пульсар, держись меня, не всегда смогу сконцентрироваться для команд, будет очень жарко, противника очень много. Готовы?

– Да, – хором оба ответили мысленно мне.

– Гранаты, – скомандовал я уже одной фразой, так как эти двое прекрасно знали, что надо делать.

Вытащить гранату из кармашка, выдернуть чеку, подержать две секунды и бросить. Всё просто. А потом главное пригнуться, чтобы импульсом не зацепило, а то один раз мы так Лаки чуть не потеряли, ему по ногам импульсом дало. Ладно, это всё мысли… Повторяем порядок, который только что прогнали в голове… Бросок!

– Контакт! – крикнул я в радиоканал, что должно было привести в движение ударную группу.

Взрыв! Звук падения чего-то тяжелого, топот десятков ног. Я высунулся, уже готовый вести огонь, увидел взглядом ближайшего противника и начал стрельбу, повалив первого противника выстрелом. Первый транспортер рухнул, гравитационный движок остановился, и колонна дальше никуда не пойдёт, только назад. Но и назад у них не получится отступить, если Звено-один не подведёт.

Гул! Громкий, даже оглушающий. Выстрел из однозарядного импульсника был на удивление очень мощным, моментально вырубил замыкающий транспортер. Теперь колонна зажата, мы обеспечили её уничтожение, ударная группа точно сможет спустить на землю оставшиеся транспортеры.

Но противник сосредоточил огонь на нас, так как мы были ближе. Лаки ранили в первое же мгновение боя, андроиды тоже были вооружены гранатами, так что нашего товарища просто накрыли. Но он был жив, отстреливался, хотя в мыслеканале чувствовалось напряжение, он явно старался не кричать, хотя эта боль адская.

– Ной! – передал я короткую мысль второму товарищу. – Две разом! В толпу и под транспортник!

– Е-е-есть! – протянул он с некоторым азартом, стреляя из винтовки буквально как из пулемета. Не зря его позывной Пульсар, может быстро действовать.

Две гранаты разом улетели в указанные точки. Два импульсных взрыва накрыли местность, ещё один транспортник приземлился на землю, ещё три андроида рухнули замертво.

Но нас жали, мы быстро сменили позицию, слегка отступив от колонны, но противника просто больше, и сейчас он не считался с потерями. Лаки окончательно накрыли, система показывала, что он выведен из строя, для нас можно считать, что мёртв.

Через минуту после начала схватки в бой вступили две другие тройки нашей группы, они смогли поразить с десяток целей, но тут же потеряли сами двух бойцов, по одному из каждой тройки. А потом их прижали к земле шквальным огнем. Они отстреливались, но очень вяло, просто сдерживали противника, не давали ему особо сильно передвигаться. Но и сами периодически страдали. То, что они залегли, не означает, что они в безопасности, просто по ним стало сложнее попасть.

– Чёрт! – вслух крикнул Пульсар, когда ему в грудь прилетел импульсный заряд.

Он тут же упал навзничь, но не отключился, был ещё в сознании и жутко орал. Значит, попали не в сердце, а просто в лёгкое. Но он уже точно не жилец. Надо было его либо лечить, либо…

– Кинь гранату! – очень напряженно передал он по мыслеканалу. – Всё равно в течение минуты меня типа убьёт… Имитация потери крови… А… Чёрт! Больно-то как!

Он сам выбрал второй вариант. Вытащив свою вторую гранату, я е бросил Ною. Она рухнула возле его туловища, так что он е сразу схватил и выдернул чеку, оставив зажатой ее в своей руке. Сам не сдастся и противника с собой заберёт. Нас этому научили урусы, хороший приём, если деваться некуда.

– Отступай, чтоб тебя! – гневно он крикнул, ну а я просто не мог отступить.

Я сейчас прятался за камнем, меня просто прижали огнём. Ещё немного, и меня тоже накроют. Либо бросят гранату, из-за которой я выскочу и тут же окажусь подстреленным, либо просто окружат. Сколько точно осталось этих уродцев, я не знал, но мы вывели из строя не меньше двух десятков боевых единиц противника. А это хороший результат.

Высунувшись на мгновение, я сделал несколько залпов, а потом ударил с приклада по подбежавшему вплотную роботу. Нам запретили так делать, так как вещь дорогостоящая, но у этого экземпляра что-то вышло из строя, ведь они не должны были вступать в ближний бой.

– А-а-а! – вскрикнул я, тут же прыгая за свой камень.

Меня подстрелили в левую руку, стрелять-то можно, я – правша, но одной рукой сейчас не повоюешь, слишком малы шансы, что успею сделать выстрел, когда высунусь. Теперь мне только ждать…

Взрыв! Граната, что удерживал Пульсар, взорвалась как раз в тот момент, когда в системе его обозначило так же, как и Лаки. Значит, просто разжал руку сам по себе, так как отключился. Это мой шанс пробежать ещё пару метров…

Выскочив из-за камня, я рванул в сторону оврага, нужно было преодолеть всего пяток метров, но мне не удалось. Стрелок противника прострелил мне колено, из-за чего я рухнул и буквально кубарем докатился до края оврага. Толкаясь одной ногой и подтягиваясь здоровой рукой, что было неудобно из-за винтовки, я все же нырнул в укрытие и просто ждал конца боя.

Дальше всё развязалось достаточно быстро. Когда подошла ударная группа, то большая часть андроидов тут же рухнула, так как они не выставили никакого охранения, а их быстро расстреляли. Ронять транспортники не пришлось, их обозначили как захваченные, а это ещё даже лучше. Вооружения на них не было, а нам это значительно упрощало задачу. В реальном бою сто процентов бы шла пара бронетранспортеров с мелкокалиберной пушкой.

Операция «Зелёный конвой» выполнена!

Вас ожидает награда по возвращению в Академию.

А вот этого, наверное, не ожидал никто.

Глава 16

Когда мы вернулись назад и сдали всё имущество, то какое-то время нам дали просто поболтать. Чем мы и занялись. Все делились своими впечатлениями, кто-то, как я со своей тройкой, обсуждали тактику и ошибки, которые допустили, кто-то просто хвастался, какой он молодец. В принципе, всё как всегда.

По итогам было выяснено, что андроидов против нас было выставлено сто двадцать единиц, в четыре раза больше, чем нас, при этом мы штурмовали их, хоть и неожиданно, но всё же. Удивительно, что нам удалось победить. Среди наших потерь оказалось десять условно погибших, среди которых Лаки и Пульсар, а также шесть раненых, в числе которых оказался я. Но наши «смерти» и «ранения» были ожидаемы, тут с самого начала было понятно, что нас сметут.

– И всё же, – вышел из некоторой задумчивости Стрелок, который решил побеседовать именно с нами, – думаю, надо было в засаду ставить две тройки. Одну тройку на одну сторону дороги, вторую на другую. А то получилось, что у нас три тройки вообще не оказались задействованными.

– Я тебе это говорил с самого начала, – вздохнул я, – можно было в нашей группе убрать группу командования, она оказалась бесполезной, почти вся полегла и сами толком никого не подстрелили, а функционала практического никакого не выполняли. Даже мешались. Лишнее и ненужное звено управления. Лучше бы разведывательная тройка напрямую нам передавала информацию, было бы выгоднее.

– А группу командования превратить во вторую засадную группу… – хмыкнул Стрелок, а после кивнул. – Тоже верно. Вот только эти выскочки точно возмущаться будут такому варианту.

– Их проблемы, – сморщил я свой лоб. – Для нас главное – выполнить задачу, а вот как её выполнять, тут уже как командование решит, то есть вы втроем лучшие.

После произнесения последнего слова я усмехнулся. По сути, хорошим тактиком среди нас был Стрелок. Девушки действовали в основном ситуативно и могли думать только за себя. Да, они подбрасывали идеи ему, но в основном он единолично принимал решения. Да и судя по его слегка сморщившемуся лицу понятно, что он примерно такого же мнения.

– Думаю, лучше бы ты был вместо этих двух вместе взятых, – потёр он свой лоб, разглаживая следы от морщин. – Бойцы они хорошие, но эти их: «А я бы вот так поступила», «Нет, я бы сделала вот так» – бесят. Они только за себя думать могут.

– Я хочу научиться воевать, – улыбнулся я. – Командовать… Командую я всю свою жизнь, ты же знаешь кто я. Сейчас просто хочу побыть на передовой, а то случится так, что надо самому пострелять, а не выйдет нормально, подведу всех. Так что нет, спасибо за предложение, но я откажусь.

– Иногда решения принимаем не мы, решения принимают за нас.

Философ, блин. Я лишь помотал головой в разные стороны, когда он произнес эту фразу. По сути, если скажут командовать, то придётся командовать. Может, с тактической точки зрения это хорошо, можно будет правильно распределить бойцов, так как думать будет не один, а двое, но всё же лично с моей точки зрения это хреново. Стрелять хочу, хочу научиться убивать.

Ещё минут десять я простоял в абсолютном одиночестве. Нормально со мной смог начать общаться только Стрелок, временами подходила за советом Мгла, а также Лайт. Ну и соответственно моя тройка. Остальные меня так и продолжали избегать, иногда шепча за спиной всякое непонятное.

Я просто уже не обращал на это внимание. Я учил теорию, учился стрелять, даже на занятиях по рукопашному бою я узнавал что-то новое для себя. Они же… Кто-то на лекциях откровенно спал, после чего получал штрафные баллы, кто-то явно филонил, думая, что всё это шутки, что тут помереть нереально… А кто-то пытался просто идти за лидером, делать всё как он, выглядеть как он… Это касательно нескольких девушек, некоторые друг друга копируют, даже общаться стараются в похожей манере.

В основном я никак не мог назвать наш взвод, только сбродом. Они вызывали у меня глубокое презрение, ничего более. Они поплатятся за то, что так легкомысленно ко всему относятся.

– Становись! – прервал мой поток мыслей инструктор по тактике, который до сих пор не назвал своего позывного.

Несколько вяло, всё ещё продолжая общаться, наш взвод построился по тройкам, впереди лидер, позади него в колонну его подчиненные. За месяц смогли сформироваться пять троек, пятнадцать человек уже уверенно воевали плечом к плечу, остальные так и не смогли ни с кем нормально сработаться.

– Вы хоть и не первые, кто справился с этим заданием, но всё же я приятно удивлён, – начал рассказывать инструктор, снова скрестив руки за спиной, мерно шагая перед нашим строем в разные стороны. – Последний раз это задание с первого раза проходили два года назад, потерь у них было меньше, но и курс весьма выдающийся, но вы тоже молодцы.

Потом он нам начал рассказывать и указывать на основные наши недостатки, которые можно было бы избежать. Первое, это то, о чём мы говорили со Стрелком – нерациональное распределение личного состава. Второе – слишком далеко держали ударную группу, из-за чего погиб почти целиком мой отряд и трое из шести в других тройках моей группы. Ну там определённые тонкости, что кто-то специально промахивался, кто-то специально отставал, чтобы подставить товарища, ну и ещё кое-какие замечания по мелочи.

– Вы уже тут месяц, а до сих пор не можете понять одну простую истину, – остановился инструктор на месте и начал весьма твёрдо говорить. – У человечества полно врагов, у человечества много изъянов вроде ненужной аристократии, которая между собой воюет, но так сложились наши устои, я тут ничего не поделаю, у человечества много противников за пределами нашей зоны влияния. А вы, из вас делают элиту, на вас тратят нереальное количество денег, чтобы превратить вас в универсальных военных.

На короткое мгновение инструктор задержал на мне взгляд и чуть-чуть нахмурился. Он явно знает, что я не хочу командовать, даже, видимо, оттягивает этот момент, смотря на других моих однокурсников… Но всё же, думаю, участи оказаться на вершине командования мне не избежать.

– Если вам скажут убить тихо, вы должны будете убить тихо. Если вам скажут идти и уничтожить целый квартал революционеров, вы должны будете взять и уничтожить целый квартал революционеров. Если вам скажут весть батальон на поле боя, вы должны будете вести батальон на поле боя. Если вам скажут принять командование дредноутом, чёрт вас дери, вы должны будете принять командование дредноутом! – опять на короткое мгновение прервался инструктор. – И вы будете обязаны справиться! Ведь вас обучают воевать! Вас обучают, как правильно думать на войне! Но вы, как это показывает практика, старательно не хотите обучаться! Вы хотите делать что угодно, но не стрелять, не хотите прикрывать своих товарищей, не хотите их лечить, когда их ещё можно спасти и когда ваши лишние телодвижения будут только мешать остальным! Вы не хотите думать! Вы так через два месяца просто подохнете на реальной практике! Да, Рейвен.

– В смысле, на реальной практике? – уточнила девушка, встав обратно в строй после того, как спросила.

– Надо читать то, что вам раздавали в день вашего поступления, – тяжело вздохнул инструктор. – Реальная практика, это не вот этот цирк, который мы тут с вами устраиваем. Да сложно, да временами больно. Но не смертельно. Реальная практика – сражение на поле боя. У нас есть двадцать шесть миров, за которые мы сейчас воюем с нашими соседями. Плюс у нас есть сектор, который куда-то пропал. Точнее он есть, даже все планеты на месте, но он потух, внезапно, а ещё там появились какие-то жуткие твари, которые обычных солдат расщепляют на атомы за пару секунд. Только такие, как вы, могут сражаться с ними. После пятого года обучения. И то, для этого нужен своя отдельная когорта. Либо батальон, по сути, одно и то же, но объединение бойцов… Скажем так, нашего происхождения, называют когортой.

Дальше он нам долго объяснял что-то, читал мораль. Примерно час времени мы стояли и выслушивали, что никто, кроме нас, не сможет спасти свою задницу в последний момент. Просто так, на блюдечке, нам никто ничего не принесет, именно из-за этого мы должны сейчас стараться, чтобы потом легче было воевать.

– Как говорил один легендарный полководец далёкого прошлого, – сделал инструктор важный вид, немного вздернув подбородок, – тяжело в учении, легко в бою. Но хватит морали, теперь о хорошем!

Потом он начал вызывать всех подряд к себе. Всем что-то говорил, в чём-то хвалил, а за что-то лично отчитывал. Но в итоге все получали свою поощрения. Никто ими так не распылялся, кроме инструктора по тактике, даже было непонятно, почему он так себя ведёт.

– Астус Лаки! – назвал он позывной моего товарища. – Ко мне!

Тот хлопнул меня по плечу, прося по-военному меня подвинуться, после чего проследовал к инструктору. Тот его только хвалил и лишь один раз его отчитал. Отчитал он его за то, что не отступил сразу, как только бросил гранаты, тем самым подставив себя и подорвав боеспособность нашей тройки. Но в итоге дал ему целых три поощрения, из-за чего в общей сумме у него уже было шесть.

– Астус Пульсар! – назвал он позывной второго моего товарища. – Ко мне!

Тот вышел гордо, выпячивая свою грудь. За месяц он сильно поменялся, даже его деревенские привычки стали уходить на второй план. Он прям проникся духом того, что тут происходит. Когда он подошёл и доложил о своем прибытии, его самого первого повернули лицом к строю.

– Кругом! – скомандовал инструктор, а Ной сразу же выполнил его команду, аж сияя от счастья. – Вот, сегодня он – наш герой! Сегодня он единственный показал, как надо думать и как надо сражаться. Он в точности выполнял команды своего командира, он не побоялся остаться один среди кучи врагов лишь с одной гранатой в руки, отдавая свою жизнь, забирая с собой ещё нескольких противников. Кто-то так уже делал, но вы тогда просто делали это чисто, чтобы отомстить за себя. А тут он делал для того, чтобы прикрыть товарища, весьма способного товарища. Смирно!

Все сразу вытянулись по струнке, а я почему-то улыбался. Мне было приятно, что именно моего товарища, из моей тройки, так торжественно, для нас торжественно, награждают.

– За проявление высокой самоотверженности, за укрепление товарищества, за отличные показатели в боевой подготовке, астусу Пульсару объявляю четыре поощрения!

У меня от этого чуть глаза на лоб не полезли. Теперь у него тоже было шесть поощрений в общей сумме, оставалось всего четыре до бесплатного улучшения организма… А это хороший стимул, чтобы показывать себя с лучшей стороны. Ведь чем мы сильнее, тем проще всё это переносить.

Дальше вызвали Стрелка и двух девушек из его тройки. Девушек прилюдно отчитали, сказали, что, кроме своих пятых точек, они больше ни о чём думать не могут. Потом сняли с них узы командования, сняли по одному поощрению, что удивило всех, так как инструктор это делал в первый раз, а потом поставил их, обиженных, обратно в строй.

– Это было последнее занятие, где вы отрабатывали свои действия тройками, – снова начал говорить инструктор, оставив возле себя Стрелка. – Через неделю начнутся занятия по отработке действий в двойках. Буду смотреть, кто из вас будет хорошим дуэтом, а кто нет.

По строю пошли какие-то недовольные разговоры, а я лишь усмехнулся. Это было весьма ожидаемо, с учётом того, что я видел своими глазами. Гром и Молния воевали в дуэте, скорее всего, у Молнии как раз была сейчас эта самая реальная практика, а Гром был её наставником в этом деле.

– В связи с этим я принял решение сформировать среди вашего курса новую группу командования! Новую наполовину. Астус Войд! Ко мне!

– Чёрт, – очень тихо ругнулся я, после чего направился с недовольной мордой к инструктору. – Астус Войд по вашему приказу прибыл!

– Оба, кругом! Стрелок и Войд, два самых смекалистых парня среди всего вашего курса, – продолжил говорить он, повернув меня и Стрелка лицом к строю. – Теперь они будут принимать решения во время подобных операций. Стрелок показал себя с лучшей стороны, но всё же есть в выбранной им и только им тактике пара изъянов, с Войдом они это уже обсудили, я слышал.

Мы вдвоём даже удивились, переглянулись, а потом посмотрели на инструктора. Конечно, нечего было удивляться, ведь он такой же уроженец Академии, как и мы, но всё же мы говорили достаточно тихо, причем стояли далеко от инструктора… Хорош мужик.

– Этим двоим за их непревзойдённый талант руководить личным составом разрешено расширить хранилище энергии до сорока килоджоулей с их полным заполнением! Также обоим объявляю по три поощрения! – объявил он перед всем строем, а потом положил нам руки на плечи и начал говорить только нам: – Сегодня можете сходить в медицинский отсек, там вам всё сделают. Заодно сделаете себе улучшение организма. Посоветовал бы улучшить мозг… В особенности кору головного мозга, скорость обработки информации вам нужна, от этого не только скорость принятия решения зависит, но и ваша реакция… А так, сами решайте.

Потом он нас поставил в строй и отпустил всех на обед. Сегодня был первый день, когда у нас был свободные часы от занятий. Впервые после обеда нас не погнали куда-то, а дали свободно отдохнуть и расслабиться. А то ни выходных, ни проходных нам не давали, круглосуточно занятия и ещё раз занятия.

Я же со Стрелком принял решение наведаться в медицинский отдел. Чего оттягивать приятный момент, можно сразу воспользоваться полученным бонусом. Вот только был один момент… У меня было в запасе десять килоджоулей энергии, их придётся сначала перевести в АТФ, а он может за время процедуры потеряться, расщепиться…

– Пришёл-таки, – улыбнулась Валерия, когда я зашёл к ней в кабинет. – Сегодня Сток мне рассказал, что дал вам право расширить хранилища.

– Инструктора зовут Сток? – удивился я, так как впервые слышал либо его имя, либо его позывной.

– Позывной. Имя давно забыто, не нужно оно ему, он так сам говорит, – пожала плечами женщина. – Ложись, сейчас всё сделаем.

– Извините, – решил я поинтересоваться раньше, чем лег на койку. – У меня уже есть десять килоджоулей, мне их сейчас надо переводить в АТФ?

– Не обязательно, – помотала отрицательно головой женщина. – Если ты хочешь прямо сейчас сделать улучшение, срок подошёл, то могу сразу перевести нужное количество в АТФ, а ты уже с помощью внутреннего интерфейса сделаешь улучшение организма.

– Переведём сразу в АТФ, – кивнул я и улёгся осторожно на медицинскую койку.

– Достань свой амулет и просто закрой глаза, – сказала женщина железным тоном, буквально приказывая мне сделать это.

Подключение к системе Академии!

Подключение прошло успешно!

Внимание! Происходит расширение внешнего накопителя энергии! Текущее максимальное значение накопителя энергии 25 килоджоулей! Получено разрешение на увеличение до 40 килоджоулей! Процесс расширения начался! Ожидайте!

25… 26… 27…

Пока я лежал, то задумался. Сток посоветовал нам улучшить мозг, но при этом у нас улучшение мозга в данный момент было заблокировано. Тогда, как мне кажется, лучше сейчас заняться улучшением своего кровоснабжения. Во-первых, это даст мне возможность быстрее в будущем регенерировать, во-вторых, это позволит мне выдерживать такие мощные улучшения, как улучшение скелета или мышц, а то в прошлый раз как-то всё плохо обошлось, как я понял…

40!

Увеличение внешнего накопителя закончено!

Текущий энергетический запас внешнего накопителя (конденсатора) – 10 килоджоулей.

Максимальный объем конденсатора – 40 килоджоулей.

Внимание! Вам доступно формирование необходимого количества АТФ для дальнейшего развития организма! Для развития организма необходимо переключиться на внутреннее системное управление! При согласии вас автоматически переведёт на внутреннее системное управление! Произвести формирование АТФ и перевод на внутреннее системное управление?

– Конечно, – усмехнулся я, а перед глазами всё начало медленно тухнуть. – У-у-у, кажется… Тошнит…

Внимание! Происходит перевод на внутреннее системное управление! Пожалуйста, подождите!

Глава 17

– Запускаю программу развития организма, – прозвучал голос Валерии, когда я раскрыл глаза в своём «внутреннем мире». – Не удивляйся, когда услышишь мой голос. Это заранее сделанная запись, подключённая вместе с твоим нырянием «вовнутрь».

Ныряние «вовнутрь»? Интересное название для погружения в себя, чтобы разум не испытывал всего того страдания, что испытывает тело во время изменений. Ну, по сути, так оно и есть, мой разум просто заставили нырнуть глубоко в себя, поставив барьер на все внешние источники.

– Смотри, – через какое-то время продолжила врач. – Согласно схеме развития организма с таким же типом зерна, как у тебя, за первый год обучения тебе нужно будет провести минимум десять улучшений, а это очень и очень много… На моей памяти было только девять, это был тот человек, что тебя сюда привез – Гром. Он был просто феноменальным бойцом на своём курсе… Тебе надо стать лучше.

– Ну, зашибись, – хотел бы я скривить своё лицо, но тут у меня просто не было лица, так что я продолжил говорить. – И как же мне так хорошо себя проявить, чтобы сделать десять улучшений?

– Ответ на запрос, – голос Валерии стал несколько механизированным, скорее всего, в запись был включен виртуальный интеллект, который мог обрабатывать некоторые запросы. – Чтобы сделать десять улучшений организма, в какой-то момент придётся сделать их сразу два, что может быть смертельно для человека. В дальнейшем программа записи будет реагировать на все ваши действия и давать заранее подготовленные ответы или подсказки.

Перед глазами снова появились четыре голограммы, характеризующие мой организм. Никаких изменений он не претерпел, за исключением мышц, уровень плотности мышц изображался со знаком плюс. Меня это немного смутило, так что я на всякий случай раскрыл справку.

Уровень плотности мышц – 1+ уровень из пяти. Происходит естественное увеличение плотности мышечной ткани за счёт постоянных физических нагрузок.

– Согласно схеме развития твоего пустотного зерна, ты должен эластичность мышц развить до третьего уровня, а плотность мышц до четвертого, это в будущем поможет тебе выдерживать мощь твоего зерна, – пояснила врач, когда я раскрыл справку про мышцы. – По-хорошему, ты можешь ускорить процесс самостоятельно, это тебе будет плюсом, и как минимум два улучшения ты точно сможешь закрыть таким образом. Для этого тебе нужно будет разработать программу, по которой ты сможешь развивать абсолютно все группы мышц. Обратись к Скале, он тебе с этим поможет. Я ему передам, чтобы в течение этой недели подошел к тебе.

Сформировано задание по развитию мышечных тканей! Срок – 11 месяцев.

Улучшение плотности мышц – требуемый для дальнейшего развития уровень 4.

Улучшение эластичности мышцы – требуемый для дальнейшего развития уровень 3.

При сохранении текущих нагрузок на организм, для достижения поставленных целей рекомендуется в дальнейшем улучшать эластичность тканей. Плотность мышц за отведенный срок будет развита гарантированно до 3-го уровня.

Хотел кивнуть, но кивнуть просто было нечем. Но мой посыл, видимо, программа поняла и самостоятельно отдалила визуализацию моей мышечной ткани, что на самом деле выглядело несколько жутковато, если так подумать. Потом приблизились мои органы. Если бы я был особо восприимчив для этого, как моя троюродная сестрица Юлианна, которая, на удивление, на врача пошла учиться, то уже бы отключился, но мне же было просто интересно.

– В данный момент в приоритете тебе необходимо развить именно сердце до максимально возможного уровня, – продолжила пояснять программа голосом Валерии. – Это даст тебе базу для дальнейших улучшений, повысит немного твою стрессоустойчивость, а также очень сильно снизит шанс остановки сердца при сильном испуге. Ну и соответственно ты сможешь развиваться на аппаратуре не такой многофункциональной и продвинутой, как академическая. В том же фрегате сможешь развиваться, подключившись к встроенной системе погружения. Но это, если соблюдать рекомендации по времени ожидания между развитием. Также улучшение сердца позволит сократить этот интервал, но тогда тебе надо будет обязательно улучшать свой организм только в Академии. Если ты сделаешь два улучшения за один месяц, то тебе придется отдыхать около двух месяцев, чтобы улучшить организм на фрегате.

Ну, в принципе, всё понятно. Хочу чаще или самостоятельно улучшаться, надо «прокачивать» своё сердце, чтобы оно ненароком не разорвалось на кусочки. Интересно, однако.

– Система советует комплексные улучшения делать планомерно, возьмём в пример то же кровоснабжение, – продолжила свои пояснения Валерия. – Если ты улучшишь сердце, то система будет рекомендовать тебе улучшить свертываемость крови и кровопроводящие каналы, они же аорты, артерии, вены, капилляры. За достижение общего уровня улучшения идёт определённый комплексный бонус, который воздействует не на улучшаемую систему, а на сопутствующие. Например, за достижение второго уровня кровоснабжения в целом у тебя улучшится обогащение кислородом мышц и органов процентов на пять, что повысит их производительность. Разница будет не большая, но лучше потратить девяносто пять АТФ, чем сто, когда организму необходимо побывать в экстремальных условиях. Но это всё потом. Сейчас – сердце. Запомни это. Его до максимального уровня, до пятого.

Сформировано задание по развитию сердца! Срок – 3 месяца!

Улучшение сердца – требуемый для дальнейшего развития уровень 5. В настоящий момент рекомендуется провести улучшение во время текущего сеанса, чтобы успеть в планируемый период провести все улучшения.

Ага… Если так посчитать, то в худшем случае мне необходимо провести семь улучшений, при том что сейчас плотность мышц до второго уровня поднимется естественным путем. А Валерия говорила, что мне необходимо провести десять улучшений организма. Куда остальные три улучшения мне девать?

Словно считав мои мысли, все вкладки улучшений сердца закрылись, а перед моим взором открылась вкладка улучшения зрения. Рекомендуемый уровень зрения пятый. Даже думать не хочу почему, а Валерия не спешит мне особо это объяснять, но, вообще, думаю, понятно зачем.

Скорее всего, если я буду воздействовать на само пространство, то мне надо подготовить глаза для того, чтобы я эти изменения мог увидеть. Но потом всё же Валерия начала говорить, поясняя, для чего мне нужно улучшать мои глаза.

– На улучшение зрения, согласно схеме, тут чуть ли не первостепенный приоритет стоит, но после сердца, это я тебе как врач говорю, – очень жёстким тоном высказалась она, после чего опять спокойно продолжила: – Пятый уровень глаз, это просто идеальное зрение. Ты будешь одинаково видеть на любом расстоянии, хоть предмет будет лежать непосредственно на твоём глазу, хоть за несколько километров. При достаточной реакции и скорости обработки данных ты со своим зрением сможешь увидеть движение хорошо замаскированных бойцов в километре, такие случаи уже были. При этом улучшение глаз до пятого уровня позволит тебе в дальнейшем подготовить глаза для последующих улучшений, например, зрение в инфракрасном диапазоне. Но пока для тебя это только мечты, станет доступно на третьем году обучения.

Сформировано задание по развитию зрительной системы! Срок – 6 месяцев!

Улучшение зрительной системы – требуемый для дальнейшего развития уровень 5. Примечание от создателя схемы развития: в пустоте много чёрных дыр, их надо уметь видеть. Иначе как ты сможешь управлять пустотой?

– Ты видела примечание? – поинтересовался я у виртуального интеллекта, который общался со мной голосом Валерии.

– Я ограничена в ответах на вопросы, – механический голос ответил мне. – Задавай правильные вопросы, которые бы касались только развития организма.

– Чёрт… – слегка раздосадовал меня ответ виртуального интеллекта.

Прочитав ещё раз эти строки, оставленные под улучшением зрения, я понял, что у кого-то были планы на человека, способного к управлению пустотой. Во всей системе Академии я зарегистрирован первым с носителем такого зерна, что меня несколько смущало. Может, это паранойя, но в голове возникли мысли, что пропажа зерен у деда и моего отца… Это не случайность, а попытка выведения нужного зерна… А я лишь удачный эксперимент. Бред, конечно, но откидывать я этот бред не буду… Надо будет узнать подробнее.

Улучшение зрения – это ещё два улучшения, оно у меня и так на третьем уровне… Значит, осталось одно, и, кажется, я представляю какое. Сто процентов будет связано с костями!

– Бинго! – не выдержал я и сказал, когда визуализация органов ушла на второй план, а перед глазами появился мой скелет.

– Последнее улучшение будет касаться плотности твоих костей, чтобы они смогли выдержать будущую мощь твоих мышц, – продолжила врач свои пояснения. – То, что ты ранее в это вложился, молодец, верное было решение, хотя оно сделано не своевременно. Можно было позже. Для развития тебе необходимо укрепить кости до третьего уровня. Сделаешь это, когда плотность мышц достигнет третьего уровня. Не рекомендуется развивать плотность мышц более чем на один уровень выше, чем уровень плотности костей.

Сформировано задание по развитию прочности костей! Срок – 11 месяцев!

Улучшение плотности костей – требуемый для дальнейшего развития уровень 3.

– В общем, всё, вот все твои улучшения, которые необходимо сделать на данный момент. Некоторые ты можешь закрыть самостоятельно, но при этом крайне тебе советую, развиваться именно так, как тебе порекомендует Скала, иначе можешь запороть свое развитие.

– Это как-то связано с разграничением по скорости? – уточнил я у Валерии. – Просто, проверяя все пункты улучшения, слова «скорость» я ещё ни разу не встретил, но при этом Буря, с которой я сражался на арене, запрашивала какое-то разграничение по скорости второго уровня… Это что вообще такое?

– На твой первый вопрос ответ – да. Это связано с разграничением по скорости, – визуализация моего скелета отдалилась и перед глазами появилась снова визуализация моей мышечной ткани. – Разграничение по скорости или по мощи выбирается на третьем уровне улучшения мышц. Они определяют типаж твоего телосложения. Всего у нас есть три основных типажа: скоростной, силовой, гимнастический. Каждый хорош сам по себе. В подробности влезать не буду, должен сам понимать. Тебе же нужен скоростной типаж, тебе надо будет очень быстро двигаться, и, соответственно, в будущем делать упор на развитие твоей реакции. Само разграничение по скорости определяется уровнем, превышающим или равным третьему. Третий уровень скоростного развития мышц соответствует первому уровню разграничения по скорости. Четвертый уровень мышц соответствует второму уровню разграничения по скорости.

– А какой уровень по скорости был у Бури? – почему-то мне стало интересно, с кем на самом деле я сражался.

– Третий, максимальный, – снова не совсем своим, а механическим голосом ответил виртуальный интеллект Валерии, отвечая на мой вопрос.

Если она на первом уровне так быстро била и двигалась, боюсь даже представить, что может сделать человек, достигший пятого уровня развития плотности мышц по скоростному варианту… А эластичность мышц, как я понимаю, необходима для того, чтобы во время движения мои мышцы просто не рвали сами себя.

– Если есть ещё какие-то вопросы перед началом запуска какого-либо улучшения, задавай сейчас, потом тебя просто выкинет из твоего восприятия системы улучшения организма, – пояснила уже своим голосом Валерия.

– Хм… – задумался я, внимательно смотря на все нужные мне улучшения. – Нет, вопросов к программе нет. Можно приступать к улучшению сердца.

Улучшение сердца требует подтверждения запроса. Вы уверены, что хотите приступить к улучшению сердца?

– Да, уверен.

Происходит улучшение сердца… Подождите.

Внезапно всё вокруг начало блекнуть, потом снова загораться, потом снова блекнуть. Иногда бесконечная белизна существовала дольше, чем потускневшая серость. Это казалось несколько странным, я словно начинал впадать в бессознательное состояние, но потом снова возвращался в мир. И так по кругу. Паника начала накатывать сама собой, заполняя меня целиком. По ощущениям, я словно умирал и снова возрождался…

Улучшение сердца завершено!

Риск сердечного приступа снизился в два раза! Риск внезапной остановки сердца снизился в два раза! Прочность сердечных мышц повышена, шанс разрыва сердца снижен в два раза!

Время между сеансами улучшений организма сокращено до трех недель и трех дней.

Внимание! Система Академии предостерегает вас от проведения сеансов улучшения организма чаще чем раз в месяц. Ускоренное улучшение организма может привести к спонтанным мутациям.

Окончание сеанса.

И снова как в первый раз. И снова я раскрыл глаза и был весь в холодном поту. Валерия спокойно сидела и что-то читала на видимом только ей дисплее. Я же пока старался не шевелиться – сердце колотилось как бешеное, видимо, всё же что-то происходило.

– Всё было хорошо? – несколько запыханным голосом спросил я у врача, чуть-чуть повернув голову в её сторону.

– В пределах нормы, – кивнула женщина. – Так со всеми бывает. У тебя паническая атака, так как организм пытался таким образом подстраховаться от прямого вмешательства на сердце. Но в итоге всё прошло хорошо. Теперь у тебя будет более стабильная работа сердца. Можешь идти.

– А разрешите вопрос? – сел я на койку, протерев потное лицо руками.

– Тебе виртуальный интеллект давал возможность вопросы задавать, – с недовольным лицом повернулся ко мне она. – Почему не задавал?

– ВИ не смог ответить на этот вопрос, – посмотрел я ей ровно в глаза, а она при этом нахмурилась, а после расслаблено откинулась на спинку стула.

– Я этого ожидала, спрашивай, – кивнула она.

– В сноске к улучшению зрения стояло примечание определённое, дословно я его не скажу, не запомнил, но звучит примерно так: «В пустоте есть чёрные дыры, их надо уметь видеть, иначе как управлять пустотой», – с некоторой озадаченностью на лице вспомнил я эти слова. – Не знаете, зачем это сказано, зачем мне видеть чёрные дыры, и кто вообще сделал это примечание?

– Знала бы, – вздохнула женщина, – уже бы сказала. Нет, не знаю, кто сделал это примечание, не знаю скрытый смысл сказанного, но да, я его тоже вижу. Скорее всего, тот, кто это разработал, имеет некоторое отношение к инциденту, прозванному Великой Пустотой. Скорее всего, долго искали кандидата, который сможет управлять пустотой. И, соответственно, видеть её так, как не можем видеть её мы. Пустота… Это сама сетка мироздания, в ней лежит всё. А чёрная дыра – это очень сильное искривление этого самого мироздания, которое обычным глазом просто так увидеть невозможно, только когда это искажение сталкивается с материей.

– Теперь я ещё больше уверен, что моя теория не бред, – прошептал я себе под нос, после чего встал с койки и пошёл в сторону выхода. – Спасибо, теперь есть ещё темы для дум…

– Я могу быть не права, так как это тоже мои догадки, – усмехнулась женщина. – Ладно, иди. Прими душ, а то мокрый, словно тебя в чан с водой окунули.

– Это да, – усмехнулся я, выходя через дверь, а потом снова, только более задумчиво произнес, когда дверь закрылась: – Это да…

Оставалось сделать ещё девять улучшений за достаточно короткий период времени. При этом придётся делать два за раз в какой-то момент, когда будет возможно. Боюсь ли я? Конечно, боюсь, ведь каждый раз из-за изменений мой организм сильно страдал, фактически умирал…

– О, ты тоже всё? – вышел из своего кабинета Стрелок, который внешне стал чуточку больше. – Что у себя улучшил?

– Сердце, – нахмурился я слегка, более подробно осматривая его. – А ты, смотрю, решил мышцы развивать?

– Ага, – кивнул он. – Мне мой врач посоветовал схему, которая называется позиционный тактик. Обычно это полевые командиры, которые сами за себя могут постоять. Они мало мобильны, но при этом в отличной тяжелой броне и с огромными пушками! Прям, как я люблю. А у тебя какой примерный путь развития?

– Индивидуальный, – с некоторой задумчивостью ответил я, осматривая свои руки. – Под моё зерно тоже разработана схема развития… Названия я не спросил, но судя по тому, что мне нужно улучшить за первый год обучения тут, я буду похож на диверсанта, быстрого и молниеносного, который во время битв сможет быстро ворваться в строй к противнику, устроить разнос, а потом так же быстро отступить.

– Для разведок ещё твоя схема хороша, – кивнул Стрелок. – Эх, жаль, из нас сформировали двойку, если верить твоим словам, то ты был бы отличным разведчиком.

– А сейчас что, хреновый? – с усмешкой спросил я.

– Ну как тебе сказать, – немного посмеялся Стрелок, после чего хлопнул меня по спине. – Ладно, пошли к нашим, а то свободное время теряем.

– Ага, – кивнул я. – Пойду позанимаюсь, растяжкой, например.

– Ты – баба, чтобы растяжкой заниматься? – снова слегка посмеялся мой новый напарник.

– Нет, – сказал я уже без улыбки. – Так надо по схеме развития.

Глава 18

– Сегодня у нас будет несколько отличное от остальных занятие, – расхаживал перед нами Сток, как обычно, в своей манере. – Действовать вы будете, как ранее было установлено, парами, но при этом вам будет необходимо сражаться не с собой, а выживать. Вопросы?

– В каком смысле выживать? – сделал шаг из строя Стрелок, а после того, как озвучил свой вопрос, вернулся назад.

– В прямом, – как-то странно усмехнулся инструктор, после чего опять начал расхаживать из стороны в сторону. – Сейчас вас пятнадцать групп, всего у нас есть двадцать помещений с симуляциями различных сред обитания. У старших курсов сегодня началась так называемая реальная практика, так что помещения будут просто простаивать. Плюс, согласно программе, вы должны понимать, как действовать в тот момент, когда вы остались одни, у вас нет связи с базой, а из припасов только то, что вам выдали. Сразу говорю, вспоминайте краткие практические занятия по выживанию, что с вами проводила инструктор Лива, сегодня вам эти знания пригодятся. Ещё вопросы?

– Что именно нам будут выдавать и куда именно нас отправят? – уже сделал шаг вперёд я, задавая свои два вопроса в одном. Мне казалось, что это немаловажный момент.

– Из снаряжения вам будут выданы автоматы, с которыми вы проходили испытания, полный боекомплект к нему, аптечка индивидуальная на каждого, индивидуальный суточный рацион питания на каждого, облегченный комплект брони модели РК-двадцать-два, ножи, фонари, одна лопатка на двоих, один медицинский прибор на двоих… Если сломаете, я вас лично прикончу, из-за активных военных действий их временно в Академию не поставляют. Вроде всё, если не ошибаюсь, но мог что-то не назвать. Обстановка у каждой пары будет индивидуальная, но условия относительно одинаковые. Кому-то повезёт больше, кому-то меньше. Цель – продержаться трое суток самостоятельно, после чего с вами свяжутся, и вам надо будет выйти из локации по названным ориентирам.

– В чём заключается опасность данного задания? – вышла Мгла, которая почти каждое занятие что-либо спрашивала.

– Впервые на ваших занятиях будет присутствовать непосредственная угроза жизни – дикие животные, – опять как-то странно усмехнулся инструктор, а я из-за этого несколько напрягся, вспоминая тех тварей, что гнались за мной и Максом на испытании. – Они опасны, но для двоих не смертельны, при этом РК-22 сможет выдержать их натиск, но недолго, но она не покрывает всё тело. Можно помереть от потери крови. Будут животные по типу волков, рысей… Могут попадаться не особо ядовитые насекомые и членистоногие. Яд у них парализующий. Ещё вопросы?

Больше никто не хотел задавать вопросов. Все очень сильно напряглись. Некоторые вообще не подозревали, что такие занятия когда-нибудь наступят, но вот оно, время пришло. Теперь надо было проявить себя, показать, чему мы научились, хотя подходил к концу только второй месяц нашего тут обучения.

Позже нас отвели в пункт выдачи припасов, и мы начали потихоньку экипироваться. У многих был какой-то подавленный вид, несколько растерянный. Вот тут была реальная угроза помереть, но не такая значительная, как в реальных боевых действиях. Морально нас к этому готовили, с самого начала рассказывали, что тут не такие методы обучения, как в остальных военных учебных заведениях. Нас тут учат жить войной, а не просто быть военными. Нас не учат маршировать, Уставу нас обучают только в необходимом для нас минимуме. Зато учат драться, стрелять, убивать, выживать, укрепляют наши тела и разум.

– Кто медицинский прибор возьмёт? – подошел ко мне Стрелок, когда уже почти подошла наша очередь на получение всего необходимого снаряжения и обмундирования.

– Давай я, – пожал я плечами. – Всё равно я менее массивный, чем ты, более скрытный, смогу сберечь. А ты…

– Часто рвусь напролом, – усмехнулся Стрелок. – Да-да, я это уже от тебя десяток раз слышал. Но мы хоть тактику на основе этого хорошую отработали.

– Ну да, – улыбнулся я, – для всех неожиданно, когда на них выпираешься ты, рыча как какой-то дикий зверь, с двумя винтовками в руках, а я тихо и спокойно обрабатываю их из укрытия гранатами. Вот только часто после этого тебя на ноги ставить надо.

– Ну это дело такое, – пожал плечами стрелок. – Кто-то же должен отвлекать внимание.

– Можно внимание и не привлекать, – постучал я его по плечу, после чего направился в пункт выдачи.

Стрелок последовал за мной, сделав слегка обиженный вид. Он сам прекрасно понимал, что можно и не лезть на рожон, что можно спокойно разделаться с противником, не привлекая лишнего внимания. И на этом занятии по выживанию я буду требовать этого от Стрелка. Мне на хрен не надо просто так помирать из-за каких-то геройских замашек.

Как и было обговорено, медицинский комплект достался мне. На самом деле он выглядел несколько причудливо. Во-первых, это был дрон, который управлялся либо с помощью наших коммутаторов, либо с помощью пульта управления, что входил в его комплект. Во-вторых, к дрону шла сумка, в которой было множество различных медикаментов, веществ, запрещённых к употреблению в мирной жизни, но без которых нельзя иногда на поле боя, а также пятикилограммовый запас органических веществ в порошковом состоянии, из которых дрон мог с помощью клеток пострадавшего быстро залатать рану. Жутковато, если пытаться представить, откуда эти органические вещества вообще взялись.

Комплект РК-22 при опознании системой расшифровался как «Разведывательный комплект двадцать второй модификации». Он был реально облегчённым, у него не было в составе маленького генератора преломляющего поля и такого же по размерам генератора отклоняющего поля. Просто они сейчас нам были не нужны. Скрываться нам не от кого, вот и нет преломляющего поля, да и стрелять по нам никто не будет. А так, почти полное покрытие тела защитными элементами из лёгких композитных материалов, в основном углеродное волокно повышенной прочности. Изгибы рук и ног оставались открытыми, чтобы обеспечить свободу движений.

– Хрена себе ножик! – в некотором восхищении выразился Стрелок, держа в руках немалый такой тесак сантиметров тридцать пять в длину. – Да это целый клинок! Было бы лезвие шире, можно было бы назвать мачете.

– Ну да, не маленький, – взял я в руки свой ножик с ножнами под него, после чего прицепил ножны на пояс позади, так, чтобы рукоятка была ближе к правой руке, а после убрал туда оружие, несколько раз вставив и вытащив его. – Вроде лёгкий и удобный. Я в общем-то всё.

– Я тоже, – кивнул мне напарник. – Тогда пошли в зону ожидания?

– Да, пошли, – кивнул я ему, а после последовал за ним.

Вышли мы через другую дверь, не через которую вошли. Тут уже все стояли экипированные и о чём-то тихо общались. У всех были поднятые защитные элементы для лиц, или как мы их назвали – забрало, хотя это было не забрало, название было иное, но не особо произносимое. Тут уже стояли Лаки и Пульсар, которых объединили в одну команду, две девчонки, что раньше были лучшими по итогам первого месяца, тоже были в одной команде, а дальше я не особо вникал. Точнее даже не пытался за кого-то зацепиться взглядом.

Ждали мы остальных ещё примерно пятнадцать минут. Когда все тридцать человек собрались в зоне ожидания, нас сразу попросили пройти в помещение с транслокаторами. На этот раз горели почти все, не горели только пять штук из двадцати. Теперь понятно, почему их столько – двадцать помещений и двадцать транслокаторов под них. Но при этом их можно было перенастроить на работу с одним помещением.

– Повторюсь ещё раз, – на этот раз не ходил из стороны в сторону Сток, а просто стоял перед нами, рассматривая нас с лёгким прищуром. – Вам надо продержаться трое суток. Еды у вас на одни сутки, можете растянуть, но тем самым вы ослабите свой организм, но протянете, а можете рискнуть и съесть всё за первый день, потом искать пропитание придётся самостоятельно. Тут решать только вам. От себя лишь добавлю – удачи. Что бы с вами ни приключилось, мы будем за вами следить. Но можем не успеть, так что не подставляйте друг друга и действуйте с осторожностью. Теперь все к своим транслокаторам, над каждым будет выведен позывной лидера пары.

Лидером в нашей паре был Стрелок, что многих удивило, так как все знали, что я – аристократ. Но на самом деле всё мы решали вместе. У меня был опыт управления людьми, того обучали профессиональные военные, так что оба спокойно принимали нужные решения, советуясь друг с другом.

Позывной Стрелка появился над третьим транслокатором, из-за чего мы двинулись к нему. Встав в круг, мы стали ожидать, когда все также займут свои места и подготовятся к переносу. По лицам некоторых особенно безмятежных ранее парней и девчонок было видно, что они переживают, так как не особо старались ранее… Но теперь это только их проблемы, остальные за уши их больше тянуть не будут.

– И ещё раз, – с лёгким переживанием в голосе сказал Сток. – Удачи вам. Она вам пригодится. Старт!

Поднялся белый столп, который полностью преградил нам весь обзор, а потом плавно исчез, открыв нашему взору густые тропики. Что сразу стало для обоих некой неприятностью – жара. Жара была просто неимоверной, через несколько минут с нас уже начал течь пот, так что вопрос с водой мог стать очень остро.

– Ты уже на сколько развит физически? – повернулся ко мне с недовольной мордой Стрелок, с какой-то опаской осматривая меня.

– Плотность мышц уже до второго уровня смог развить, эластичность тоже на втором. А что? – приподнял я одну бровь, не понимая, к чему этот был вопрос.

– Да так… – сильно выдохнул он носом. – Придётся лазить по деревьям, мне так кажется. Но это потом. Сейчас нам надо решить, как поступить дальше. Твои предложения?

– Создать временный лагерь, а для этого нужно найти хорошее место в тени, чтобы оно было естественно защищено от солнечных лучей большую часть дня, – осмотрелся я вокруг. – Только боюсь, что тут нормального лагеря у нас не получится, так как постоянно нас будет заедать местная живность в виде представителей рода кровососов…

– Насчёт второго с тобой соглашусь, – так же, как и я, повертелся он. – Но вопрос решаем, можно просто не снимать броню. Да, спать будет неудобно, но лучше так, чем страдать от зуда или отравления. Насчёт лагеря… Лучше не в тени, лучше на солнечном месте. Будет жарче, но меньше вероятность, что какая-нибудь тварь к нам приползёт. Мне так кажется…

– Ну, всякая гадость ползучая не особо солнечный свет любит, – кивнул я. – Так что давай попробуем соорудить лагерь на свету.

Осмотрев ещё раз округу, мы оба пришли к выводу, что тут делать нам нечего, нет ни одного нормального места, где бы мы могли временно размеситься. На теоретических занятиях нам инструктор говорила, что если нам чисто выжить, то нужно оставаться на одном месте. Если есть опасность помереть, оставаясь на одном месте, то нужно двигаться, постоянно перемещаться, путая свои следы. У нас был первый вариант, так как противника тут не было, была только дикая природа.

Передвигаться по тропикам, даже по таким более-менее открытым, где есть протоптанные зверьём дорожки, не самое большое удовольствие. Как минимум из-за жары и влажности. Было просто сложно дышать, из-за чего особо быстро двигаться не получалось. Также мы постоянно потели, из-за чего запас воды за первые три часа наших брожений был исчерпан наполовину.

– Предлагаю разбить лагерь возле ручейка, – с одышкой в голосе сказал я, постоянно вертя головой из стороны в стороны, чтобы не нарваться на дикую живность. – Оттуда можно будет воду набирать и кипятить, хоть в наших флягах… А то мы так от обезвоживания быстрее сдохнем.

– Забыл про мыслеканал? – усмехнулся Стрелок в моей голове. – Бывает, я тоже часто про него забываю. А так, мысль здравая, но тогда будет сложнее с солнечным светом, рядом с водой всегда много растительности.

– Хрен с этим светом и с насекомыми! – возмущённо высказался я в мыслеканале. – Нам выжить надо, а не нежиться. Для выживания нужна вода, плюс, к воде точно потянутся местные представители фауны, пить-то тоже хотят. Сможем найти себе дополнительное пропитание.

Спорить он со мной не стал, просто кивнул, и мы пошли дальше. На ручеёк мы наткнулись спустя ещё где-то час брожения. Измотались мы окончательно, так что приняли решение по очереди освежиться в его ледяной воде. Один на охране, второй купается без брони в ручье.

Дальше мы стали собирать для себя шалаш. С учётом бурно растущей вокруг растительности, в особенности странного растения, которое просто представляло собой огромный, примерно сантиметров шестьдесят в длину, лист, соорудить шалаш оказалось не проблемой. Там мы сложили самое тяжёлое и ценное оборудование, из таких же листьев соорудили две лежанки.

Позже мы приготовили место для разведения костра, обложив его палками и обкопав по кругу. Пожар нам тут не нужен был, так что мы решили себя заранее обезопасить. Ну а потом начали смотреть, что у нас входит в индивидуальный рацион питания.

– Одни консервы… – с досадой в голосе сказал Стрелок, разложив свой комплект. – Тушеное мясо, тушеные овощи, при этом законсервированные, печенье… О, спички есть. С костром проблем не будет.

– Будут с ним проблемы, – воздохнул я, после сделав очень маленький глоток из фляги. – Тут нет сухих веток, сложно будет разжечь. А ещё могут быть проблемы с водой… Нам нужно чем-то воду фильтровать.

– Есть уголь, – поднял он из своего комплекта две плашки таблеток с углём. – Фильтр сделаю. Так что не переживай на этот счёт. Да и насчёт костра тоже. Таблетки для розжига есть, а там просто будем подбрасывать в костёр ветки, чтобы он не тух.

– А теперь из наблюдений, – уселся я на одну из лежанок. – Зверья днём тут почти нет, видел несколько странных тварей, которые спали в тени, но в основном все днём прячутся. Значит, стоит ждать напасти ночью. Предлагаю ночью дежурить по очереди. По два часа. Два часа спать, два часа дежурить. В это время есть возможность углубленно изучить систему, чтобы не заскучать.

– О-о-о, – протянул с лёгкой улыбкой на устах напарник. – Поверь, ночью точно скучать не будем. Тихо точно не будет. А пока давай пожрём… И воды наберём. А то так скоро внимание привлекать будем урчанием животов.

С ним я был полностью солидарен, так что быстро перекусили одной банкой консервов на двоих, пока ещё нужно было экономить, а после я отправился с одной полностью пустой литровой флягой набирать воду. Стрелок же решил развести костёр.

Полную флягу я набрал быстро, а когда вернулся, кучка веток среди камней уже начала слегка дымить. Видимо, гореть они не хотели из-за влаги внутри, а дымила таблетка. Но древесина даже мокрая может гореть, хоть и хреново, что, несомненно, хорошо.

После того, как мы убедились, что костёр нормально разгорелся, быстро отфильтровали воду и соорудили что-то типа вертела, за который подвесили флягу с отфильтрованной водой. Может, от грязи мы ее отчистили, но вот с животом крутиться как-то потом не особо хочется, так что лучше вскипятить. А пока вода кипела, мы перекусили ещё разок.

– Темнеет, – сказал я, когда вышел из нашего шалаша. – Думаю, можно начинать дежурить. Уже не так жарко, вероятно, можно уснуть.

– Тоже верно, – кивнул Стрелок, который сидел возле костра, подбрасывая туда палочки. – Давай я первый тут посижу, а ты пойди вздремни. Часы я нашел как вывести перед глазами, так что, разбужу через пару часиков. А там уж и про часы тебе расскажу. Главное, нож держи рядом.

– А автомат? – нахмурился я.

– Если хочешь быстрее сдохнуть, можешь ночью пострелять, – усмехнулся он. – Лучше ночью не шуметь лишний раз, внимание к себе не привлекать. Я точно не могу знать, кто обитает в этих тропиках. Так что… Будем действовать тихо. Стрелять будем днём, мало кто днём высунется из своих убежищ, особенно на шум.

– Резонно, – пожал я плечами, залезая в шалаш, а после сказал напоследок. – Разбудишь.

Поставив автомат около выхода из нашего шалаша, я свалился на «койку». В броне лежать было совершенно неудобно, но что поделать. Хочешь жить, умей терпеть. Но в сон все же я смог провалиться, усталость свое взяла.

Глава 19

Стрелок разбудил меня, как и обещал, через два часа. Мое состояние… В общем, никак не изменилось, только усталость частично ушла. За пределами шалаша уже было несколько темновато, сумерки ещё больше сгущались, но окончательно ночь так и не принесли. Но вот стало в разы прохладнее, что несомненно радовало.

– Было что-то интересное? – выперся я их нашего жилища, после чего потянулся, разгоняя кровь по немного отёкшим мышцам.

– Мелкое зверье начало просыпаться, чаще насекомые летать, к огню особо никто сейчас не суётся, – смотря на языки пламени среди маленького круга камней, быстро сказал он мне. – Если долго сидеть, начнёшь мёрзнуть, ночь будет очень холодной и тёмной.

– Мелкие полезли, говоришь, – нахмурился я. – Значит, они решили раньше хищников всё собрать и вернуться в свои норы. А хищники позже повылезают голодными и будут искать, чего пожрать. Хреново.

– Может, и не повылезают, – пожал он плечами, после чего сразу поднялся на ноги. – Я вообще не понимаю этот «лес»… Много раз в различных лесах на своей планете был с друзьями, да и так, просто в походах… Там можно было примерно понять природу. Но тут я её совсем не понимаю. Что-то тут не так.

– Она же искусственная, – улыбнулся я, усаживаясь на то же место, где ранее сидел Стрелок. – Вот и не понимаешь её, тут несколько по-иному всё сделано.

– Не в этом дело, – тяжело вздохнул я. – Словно чего-то не хватает и с чем-то переборщили… Вот понять-то я это понимаю, но в конкретику пока не могу вникнуть, странно всё слишком.

– Как по мне, то самые обычные тропики, – пожал я плечами. – Но тут я не спец, только в передачах видел, чаще со своими в полях работал от скуки. Одному в доме противно сидеть.

– Странный ты аристократ, – усмехнулся Стрелок. – Чудеса творить не можешь, с людьми в поле работаешь, с нами спокойно общаешься, несмотря на все презрение к тебе… Может, ты и не аристократ вовсе?

– Аристократ, не переживай, могу доказать более чем десятью методами, – усмехнулся я. – Да мне тоже не особо привычно общаться с другими простолюдинами, с других планет. Если ты не заметил, на некоторых я вообще смотреть не хочу, не то чтобы общаться. А тут… Ты, например, ведешь себя хотя бы прилично, если тебя попросить со мной пройти в свет, в качестве той же прислуги, ты, возможно, согласишься, чтобы увидеть, какая хрень там происходит. А другие бы себя повели как пупы земли, а при проявлении силы, аристократской силы, первые бы упали на коленки и взмолились бы о прощении.

– Ага, есть тут такие, с гнильцой, – кивнул Стрелок. – Ладно, потом поговорим. В системных настройках найди время, там сможешь вывести на главный интерфейс так, чтобы тебе было удобно. И не засыпай. Что-то тут есть… Вот чувствую, что что-то тут не так.

– Хорошо, – кивнул я, а после этого Стрелок скрылся в нашем зелёном жилище.

Первые минут двадцать я лазал по системным настройкам. Как и ожидалось, большая часть из них была скрыта из-за моего низкого ранга или звания, не знаю, как тут это точно называется. Зато нашел её краткое описание, теперь хоть смогу запомнить, кто как расшифровывается.

Престус – кандидат на поступление в Академию. Никаких отличительных знаков не имеет и иметь не может, нет такого права. Присваивается всем автоматически, кто изволил попробовать поступить в Академию.

Астус – первогодка, если быть кратким. Знак отличия как у рядового – пустой отличительный шеврон. Присваивается всем автоматически, кто смог поступить в Академию и проходит обучение на первом или втором году обучения.

Остус – может присвоиться первогодке, но уже в крайних случаях, чаще всего присваивается обучаемым в Академии на втором году обучения. Знак отличия – маленький плюсик на чёрном шевроне, во время боевых действий может принять командование отделением обычных солдат. Присваивается звание тем, кто показал отличные результаты во время обучения, как в теории, так и на всех практиках, при этом должно быть проведено не менее семи улучшений организма. Мне ещё надо пять, Стрелку, наверное, шесть.

Цестус (прям как старенькое оружие) – присваивается за проявление доблести на реальной подготовке, а также при наличии звания остус. На шевроне обозначается двумя плюсами в круге на чёрном фоне. Как оно присваивается, не особо расписано, а мне не хватает ранга, чтобы раскрыть полное описание. Видимо, чтобы не смотрел так высоко и так далеко. Реалисты, блин. Написано, что можно получить во время обучения в Академии, но чаще всего это звание получали уже за её пределами, после окончания.

Дальше пошли легусы – что-то наподобие легатов из старой могущественной империи на планете Земля. Сначала шли прелегусы, младшие, простые и старшие. На шевронах соответственно тонкие галочки, одна у младшего и по увеличению на один с ростом каждого звания.

После прелегусов шли просто легусы, также младшие, простые и старшие. Эти, как я понял, были что-то типа командиров мелких соединений, либо частей. Могли быть командирами фрегатов, но не более. Старшие могли вставать на командование крейсера. Шеврон был таким же, как и у прелегусов, только по контуру самого шеврона был круг.

Про старшие чины я почитать просто не успел, наступила ночь, а звуки движения стали всё чаще доноситься до нашей стоянки. Глазами сейчас было сложно что-то уловить, вообще было ни черта не видно, а из-за какофонии звуков сложно было что-то услышать.

Пели ночные птицы, дрались, сталкиваясь, между собой мелкие и ловкие хищники, носилась туда-сюда крупная, но при этом подвижная дичь, за которой гонялись такие же крупные хищники. Несколько раз на поляну выскакивали странные мелкие твари, которые походили одновременно на белку и на лису, странная, в общем, помесь. Эти были несколько бесстрашные, если сравнивать с другой живностью, даже любознательные, но стоило хоть чуть-чуть двинуться в их сторону, как они тут же уносились прочь в темноту.

На этих тварей я не реагировал, только шугал подальше, когда уже очень напрягал их странноватый безумный взгляд. А вот мошкара тут действительно мучила. Её тут было настолько много, что даже отмахиваться было бесполезно, только больше тепла создавал, чем привлекал ещё больше внимания роёв насекомых. Благо, тепло костра многих отпугивало, но были и настырные.

Я лишь тяжело вздохнул, с ними бороться бессмысленно. Ножиком их не порубишь, из автомата не постреляешь. Да и вообще лучше из автомата не стрелять, только в крайнем случае. Надеюсь, этот крайний случай не настанет.

Где-то вдали кто-то очень громко проревел, можно было бы сказать прорычал, но тут именно утробный рёв, яростный и очень жёсткий. Кто-то нашёл или убил свою добычу, решил это обозначить на все тропики, которые на пару мгновений сразу затихли.

Сразу начала играть паранойя. Тишина стояла мёртвая, словно ничего не происходило, а вокруг нас образовался вакуум. Даже насекомые, твари такие, перестали жужжать, из-за чего по спине прошёлся холодок. Казалось, эта ревущая тварь где-то близко, где-то очень близко.

Секунд десять висела звенящая тишина. Нервы были на пределе, даже уже становилось слышно, как начинает биться сердце, но как только тишина закончилась, что-то очень громко ударило, будто кто-то вырвал дерево и бросил его в другое ещё более большое дерево, а после всё разом ожило.

Сотни и сотни тварей начали мчаться прочь от источника шума, десятки различных хищников и жертв в одном огромном потоке неслись по нашему лагерю, стараясь перебраться через бурный ручей на другую сторону, где, как им казалось, будет безопаснее. Но это поганое чувство, которое интуиция называется, говорило об обратном. Всё будет только хуже, причём для нас.

Вырвав несколько кустов, ровно на костёр прилетела туша какого-то парнокопытного. Это была крупная зверюга, я бы даже сказал, что она без боя не сдалась. В те моменты, пока ещё было светло, пока горел костёр, я увидел несколько огромных и глубоких порезов. Словно кто-то целые куски плоти вырвал из буйвола.

С противным шипением костер моментально потух, а воздух наполнился мерзким запахом палёной шерсти. Вот теперь сомнений быть не может, тварь тут, она не могла просто так на удачу кинуть тварь на наш костёр. Огонь нервировал монстра, сильно нервировал, из-за этого он его потушил таким образом.

– Стрело-о-о-ок! – протянул я звонкими мыслями в мыслеканале, который до сих пор работал между нами. – Вставай, чёрт тебя дери! Вставай и хватай свой автомат!

– Что такое? – лениво раздалось у меня в голове, но ответом ему послужил стрёкот выстрелов.

Тварь вышла из кустов. Она была огромной, раза в два выше меня. Пасть её была усеяна кривыми клыками, которые были все в крови последней жертвы, было три пары рук и одна пара ног. Пальцы твари украшали острые, как лезвия, когти, а шкура казалась вообще какой-то непробиваемой. Все пять патронов, что я выпустил в спешке, просто увязли в первых слоях кожи и шерсти. Глаза твари после такого ещё сильнее налились кровью, стали ещё более безумными. Их можно было различить, так как они аж светились краснотой изнутри.

Анализ цели… Расстановка приоритетов… Опасность цели – смертельная! Рекомендация – бежать.

Система прям точно выразила мои намерения, но просто так я бежать не мог, из нашего жилища до сих пор не выбрался Стрелок, по непонятным мне причинам. Надо было отвлекать тварь… Даже есть идея, как ей можно навредить.

Два светящихся глаза были просто отличной мишенью, самое то, чтобы стрелять в них. Они были не самыми маленькими, светились в темноте, а ещё располагались весьма удобно. Вот только был один существенный минус – тварь начала двигаться.

Схватив какой-то вырванный ствол дерева, монстр очень и очень быстро ударил в то место, где я был мгновением ранее. Быстрый перекат спас мне жизнь, не постеснюсь я этой фразы, после чего короткой очередью дал гиганту по морде. Он лишь прищурился, прикрылся огромной лапой, что как само собой разумеющееся выдавило из меня улыбку. Слегка испуганный рык, лёгкий болезненный вопль. Вот оно, слабое место твари – её морда, её глаза. Но теперь надо стрелять только туда.

– Это что такое, на хрен? – выскочил из шалаша Стрелок, когда монстр неожиданно снёс его часть.

– Смерть! – без шуток крикнул я.

Тварь опустила руку, набрала полные лёгкие воздуха, а потом начала реветь. Её не остановила даже целая очередь, выпущенная в морду, ей словно было побоку. Ревела она громко, настолько, что я почувствовал лёгкий холодок на шее, тянущийся из правого уха. Хана ему, даже звуковые фильтры шлема не смогли спасти слух от такого яростного вопля.

– Я оглох! – раздался панический голос напарника у меня в голове, пока тот, тем временем, сидел на коленях и держал ладони возле ушей.

Он снял шлем, похоже, чтобы было удобнее спать, но всё же сейчас был без шлема и не был готов к такому повороту событий. Я ещё что-то слышал, всё же частично фильтры смогли заглушить крик, но даже в шлеме мой слух пострадал… Стрелок точно оглох.

– Хватай медицинское имущество и беги! – бросил я ему мысленно, после чего сделал ещё одну прицельную очередь по морде твари.

На этот раз я попал, жаль, что полностью опустошил магазин. Один глаз монстра лопнул как надувной шарик, забрызгав даже меня жидкостью. Я еле сдержался, чтобы меня не вырвало. Нос ничто не защищало от запахов, а он был просто ужасен.

– Беги, твою дивизию! – крикнул я ещё раз мысленно, после чего до Стрелка наконец дошло, и он почти моментально, дико вереща, свалил куда-то в сторону от твари, которая тут же на огромной скорости ломанулась за ним.

Пока я стоял на месте, тварь не особо активничала, она вообще не реагировала на моё присутствие, а потом била по тем местам, где я стоял и стрелял до этого. Если я не совершал выстрелов, то и не был заметен для твари. Видимо, у неё какое-то особенное зрение, из-за чего она нас плохо видит, но вот слышит просто шикарно. А это значит, что если не двигаться и не стрелять, то тварь не будет реагировать. Бинго! Вот только сейчас Стрелок бежит, а тварь, снося даже огромные исполины, мчится за ним.

Я рванул следом, так как иного выхода у меня просто не было. Забить на всю эту ситуацию и просто убежать я не мог, не такой человек. Мне вверили жизнь Стрелка, а сейчас она висит на волоске. От одного удара твари можно спокойно сдохнуть, она может разрывать и рвать на куски, так что, в любом случае, я что-то должен сделать.

Жаль, нет гранат… Они бы сейчас очень пригодились.

И всё же спасибо монстру, что он такой большой. Включив тактический фонарик на шлеме, я спокойно бежал по огромной тропе, что оставляла после себя эта махина. Она шла как бульдозер, снося всё подряд, ей было плевать, она почувствовала жертву и мчалась за ней.

– Чёрт! – чуть ли не визжал Стрелок у меня в голове. – Он меня догоняет!

– Включи фонарик! – в моей голове моментально блеснула идея, которая могла на короткое мгновение спасти жизнь парню.

– Зачем?! – тут же возмутился он, не переставая кричать от страха. – Я так только себя выдам!

– Он боится света! – ещё сильнее мысленно надавил я на Стрелка. – Включи фонарик и резко посвети монстру в глаз!

Метрах в ста впереди загорелся тонкий луч света, после чего одним мигом осветил всю правую часть леса, выдав притаившихся в темноте животных, затем осветив огромный силуэт твари. Та снова заорала, громко и яростно, тут же прикрыв верхней парой рук свою морду. Она боялась света. И чем больше попадало на неё света, тем сильнее она его боялась. Это был наш шанс.

Я так же, как и Стрелок, провернул наконечник фонарика, концентрируя свет в узком конусе, после чего осветил огромную и шипастую спину твари. Мне оставалось буквально десять метров до неё, и если бы я не осветил, то точно бы врезался в них.

Тут же, куда падал свет, тушка твари начинала дымиться. Я, не думая, тут же перезарядился, так как ещё не успел заменить опустошенный магазин, после чего тут же всадил целиком весь новый магазин в спину твари. Ответ себя долго ждать не заставил. Меня молниеносно что-то снесло, и я пролетел несколько метров, впечатавшись боком в древесный исполин.

Что-то хрустнуло, я даже не понял, что именно, то ли мои рёбра, то ли доспех, то ли все вместе взятое. Но зато было кое-что хорошее. Твари было не просто больно, у неё потекла ручьем кровь. Она тоже светилась, отдавала легким багрово-красным оттенком, а значит, что при попадании света на кожу она теряет свои защитные свойства.

Фантастика, блин, какая-то.

– Стреляй ей в морду, пока светишь… – еле-еле мысленно выдавил я из себя, пытаясь подняться на ноги. Дышать было очень сложно, хотя я и укреплял кости, всё равно мне казалось, что мне эта тварь что-то сломала.

– Живой, – с облегчением подумал Стрелок, который пару раз сменил позицию из-за того, что монстр активно бил туда, где стоял мой напарник, но при этом оставался целым и невредимым.

Раздалась короткая очередь, тварь ещё раз громко взревела. Но на этот раз это был рёв не ярости, а рёв боли и страха. Она поняла, что может умереть, и, видимо, была не совсем глупа. Буквально после следующей очереди выстрелов тварь развернулась спиной к моему напарнику и помчалась от него прочь, также разрушая всё то, что ей попадалось на её пути.

В ушах начинало всё сильнее шуметь, словно волны прибоя превращались в маленькие цунами. Дышать становилось всё сложнее и сложнее, а голова начинала страшно кружиться. Всё же мне что-то сделали с рёбрами, видимо, опять сломали.

В какой-то момент меня положили на спину, я дышал часто и очень быстро, просто не мог глубоко вздохнуть, было больно. В глаза ударил синий и не очень яркий пучок света, который распался сеткой, сканирующей мой организм.

– Целостность скелета в норме, – тут же раздался механизированный голос, а за ним стрельба. Кто-то попытался напасть на меня, но поднятая в воздух пыль дала знать, что хищник оказался скошен длинной очередью напарника.

Если это не кости, то что тогда?

– Обнаружено повреждение правого лёгкого. Обнаружено внутреннее кровоизлияние в лёгкое. Приступаю к восстановлению, – отчитался механический аппарат. – Ошибка. Необходимо убрать препятствие. Невозможно начать восстановительные процессы.

– Чёрт! – выругался Стрелок, после чего начал стаскивать с меня доспех, отстегивая его так быстро, как только можно.

Стоило моей груди освободиться, как тут же её что-то пронзило. Хотелось крикнуть, но сил просто не было. А затем боль моментально пропала, а то место, где меня проткнуло, начало заливаться приятным теплом.

Раздалась ещё одна очередь, ещё одна тварь рухнула на землю, осыпая меня чёрными клочками. Видимо, хищники решили, что раз меня тварь так отшвырнула, то меня это должно было убить, вот и хотят полакомиться моей тушкой. Вот только мой напарник активно защищал меня, правда я не понимал, как он может на них так быстро реагировать, если у него нет слуха?

– Восстановление завершено! – обрадовало меня медицинское оборудование, а я смог вздохнуть полной грудью и улыбнуться во все свои тридцать два здоровых зуба.

– Живой? – раздалось у меня в голове.

– Ага, – так же мысленно ответил я.

– Ну тогда вставай и помогай отстреливаться… Тут этих тварей как собак нерезаных!

Глава 20

Тварей, что на нас напали, оказалось не так много. Примерно пять минут мелкими очередями мы отстреливали отдельных особей, особо наглых, стараясь экономить боеприпасы. У каждого ведь был только один полный боезапас – пять магазинов, а этого может оказаться маловато. Но в итоге после смерти особо крупной особи остальные просто убежали.

Остатки ночи прошли достаточно спокойно. Вернувшись в лагерь, как и планировалось, мы спали по два часа и по два часа сидели и караулили. Самое противное, что пришлось снова разжигать костер… Но у нас было чем и уже хорошо. Благодаря той твари, с которой нам пришлось сражаться, мы были обеспечены достаточным количеством мяса, так что свои сухие пайки мы уминали вперемешку с мясом, вкус которого напоминал какую-то помесь свинины и курицы. Но самое приятное – у нас был запас соли благодаря суточным рационам питания. Прелесть!

– Ну что, какой план действий? – выперся из восстановленного, но слегка перекошенного жилища Стрелок, протирая свои зенки. – Уже светло, так что никакое зверье нас точно трогать не будет…

– Нужно что-то делать с этой тварью… – сидел я возле костра, крутя на вертеле очередную порцию мяса. – Что-то мне подсказывает, что её не должно было быть тут. Тварь в темноте вообще не восприимчива к пулям. А они у нас, между прочим, бронебойные, должны прошивать до пятнадцати миллиметров композитной брони!

– Надо выманить тварь на свет, всё просто, – улыбнулся Стрелок, уперев руки в боки, а потом опустил их. – Но на самом деле ни хрена не просто. Думаю, тварь не настолько тупая, чтобы днём выходить из своего логова. И, скорее всего, ты прав. Что-то тут не так. Тварь чересчур смертельна… Мы чудом выжили. Если бы ты не понял, что свет – это её уязвимость, нас бы она порвала на части.

Дальше мы занялись весьма обыденными делами: умылись, как следует перекусили, проверили все свои пожитки, которые, слава богам, оказались целы. Дальше мы сверились по времени. Светлый день начинался примерно в шесть утра по времени Академии, а темнело примерно ближе к десяти вечера. Сейчас было восемь утра, так что времени у нас было ещё вагон.

Взяв инициативу на себя, я двинулся в сторону логова твари. Стрелок пошёл сразу следом за мной. Мы двигались в напряжении, так как всё же это были дикие тропики, ядовитые твари тут могли скрываться, где угодно. Автоматы мы спрятали за спину, держали наготове ножи.

Один раз нам они всё-таки пригодились. Огромная… Нет, даже просто гигантская змея неожиданно напала на нас, свалившись с дерева. Сказать, что мы чуть не наделали непотребств, это ничего не сказать. Но благо тварюга оказалась не ядовитой, а просто сильной. Она с такой силой сжала ноги Стрелка, что у него на голени треснул элемент брони. Ноги целы. Вроде.

– Да не надо, я тебе говорю! – продолжая тыкать ножиком в мёртвую тушку пятиметровой зелёно-белой змеи, сверлил меня злобным взглядом напарник. – Целы мои ноги, целы. Двигать могу. Дай, душу отведу… А то думал, что сердце в пятки уйдёт.

– Ну-ну, – усмехнулся я, осматривая «коридор», который после себя оставил тот гигант, унося ноги прочь от нас. – Вот мне интересно, как он смог подойти к нам, ничего не сломав, в смысле деревья, кусты там всякие… А стоило ему получить от нас, как ломая всё, к чему только можно было прикоснуться, он помчался прочь.

– Ты бы тоже бежал без оглядки и снося всё и всех, если бы тебе грозила смерть, – уныло усмехнулся Стрелок. – Вот я чувствовал это. Мчался, вообще не оглядываясь. Знаешь, как страшно было?

– Представляю, – медленно кивнул я, вспоминая морду твари и её красные зловещие глаза. – Ладно, всё, хватит рассиживаться. Сдохла змея, пошли.

– Угу, – недовольно буркнул Стрелок, поднявшись на ноги.

Я снова пошёл первым. На этот раз мы смотрели не только по сторонам, но и над головой. Хоть часть деревьев и рухнула от столкновения с тварью, всё же ветви других гигантов были огромны. Они даже сейчас застилали огромный кусок неба, несмотря на тонкую полосу ровно над нами. Зверью было где спрятаться и где организовать засаду на ничего неподозревающую жертву.

Путь до огромной пещеры, около входа в которую как раз и заканчивался весь хаос, утроенный монстром, занял примерно часа два. Шли мы не то чтобы медленно… Но где-то километров пять точно преодолели. Сама пещера была явно рукотворной, но давным-давно заброшенной. Зачем и почему она тут, останется загадкой проектировщиков данной местности… Но в итоге пещера высотой в двадцать три фута. Не хило, почти четыре моих роста.

– Думаешь, эта хрень на ножках тут? – нахмурившись, спросил Стрелок, вытаскивая из-за спины свой автомат. – Если тут, то можно начинать выманивать.

– Она сейчас точно не выйдет, – остановил я Стрелка. – А одного фонарика мало, чтобы ей нанести существенный ущерб. Нужно что-то более яркое и более естественное. Может, десяток костров тут приготовим?

– Ты с ума сошёл?! – тут же взбух напарник. – Мы тебе откуда столько розжига возьмём?! У нас нет столько!

– А нам много и не надо, – улыбнулся я. – Времени у нас полно, можем всего одну таблеточку использовать, а остальные разжигать уже от пламени горящего костра.

– В принципе можно… Тогда резонно сейчас разделиться. Этот процесс явно займёт много времени, так что… Давай я схожу до стоянки, возьму розжиг, а потом вернусь.

– Или всё же лучше с фонариками? – нахмурился я, смотря вслед уходящему напарнику. – Хотя он бы не тушил с такой яростью наш костер. Аж целую тушу зверя какого-то для этого использовал.

Дальше началась подготовка. Надо было собрать огромное количество веток, сложить их кучками, очистить всё пространство вокруг, чтобы стихия не разбушевалась… А потом меня просто озарило. Можно же просто всё тут обложить полукругом, подготовить несколько веток для метания, чтобы закинуть их в пещеру… Но это больше геморроя… Зато время пролетит.

Сначала я просто расчистил периметр перед пещерой, не спуская с неё глаз. Паранойя всё же играла со мной злую шутку, из-за чего каждый раз, когда я поворачивался спиной ко входу в логово монстра, мне казалось, что он следит за мной. Временами воображение даже дорисовывало два злобных глаза где-то в далекой темноте пещеры… Но стоило пару раз моргнуть, как всё исчезало.

После того, как всё стало достаточно чисто, я начал таскать поваленные бревна. Они не были лёгкими, так что приходилось надрываться. Даже дерево толщиной с две мои руки было уже тяжко тащить, были и толще… В итоге мне начал помогать Стрелок, который вернулся из нашего лагеря. Судя по его недовольной морде и новым каким-то жидким следам на броне, его опять кто-то пытался съесть.

Часа два или три ушло на то, чтобы разложить достаточное количество поваленных деревьев перед пещерой. Потом пришла пора веток, надо же было, чтобы что-то разгорелось, ствол просто так гореть не начнет. Так что, поверх стволов и рядом с ними красовалось огромное количество веток, которым предстояло стать катализаторами большого пламени.

Когда мы закончили, то уже перевалило за полдень, даже уже было ближе к вечеру. Недолго думая, мы решили вернуться к нашей стоянке, нужно было поддерживать огонь, который уже почти затух, ну и просто надо было перекусить. Чем мы и занялись.

В шесть часов по академическим часам мы снова вернулись к пещере. Можно уже было зажигать, так как начинало смеркаться. Пока разгорится, пока весь круг пламени начнёт полыхать… Времени очень много пройдёт, а вот толстые бревна так быстро точно не прогорят.

Но в итоге по совету Стрелка мы решили подождать. Если темнеет тут в десять после полудня, а по расчетам разгорится всё наше творчество часа за два, то можно зажигать где-то в восемь. А пока мы ждали, то просто болтали ни о чём. Иногда же можно.

– Поджигай, – с какой-то маниакальной улыбкой сказал Стрелок, стоя по ту сторону деревянного, а потом огненного вала.

– Ты уверен, что хочешь быть по ту сторону? – скептически я смотрел на всю эту затею, не особо понимая задумки Стрелка. – Есть шанс, что ты просто оттуда не успеешь свалить и тварь тебя разорвёт на куски. Двумя лапами будет прикрываться, четырьмя рвать тебя на куски.

– Хрень всё, – махнул рукой Стрелок. – Ночью смог убежать и сейчас убегу. При этом я же знаю, что это за тварь, какие у неё габариты и как она передвигается.

– Вот только ты не знаешь, где она может прятаться, – тяжело вздохнул я. – Вот не хочется потом твои останки собирать, если ты там подохнешь. Вот вообще не хочется…

– Да, блин, – на психе сорвался на меня Стрелок. – Инструкторы сказали, что в испытаниях нет ничего особо опасного! Умереть можно, если только вообще запустить или дать себе умереть! Ну или самому стрельнуться!

– Вот только сейчас ты делаешь всё ровно так, чтобы сдохнуть, – покрутил я головой, тяжело при этом вздохнув. – Хрен с тобой. Иди, подыхай. Тебе мало было змеи, которая тебе защиту повредила, хочешь оказаться на моём месте. Спешу напомнить, что эта тварь меня чуть не прикончила. Если бы ты не успел, я бы сдох.

– Ну не сдох же, – усмехнулся Стрелок. – Ладно. Ждём, пока разгорится, а там посмотрим, что будет, то будет. Может, и не попрусь. Ближе к десяти решим. А пока… Ждём.

И мы ждали. Я сидел со стороны джунглей, что нагоняло некоторой жути, Стрелок – со стороны пещеры и чувствовал себя совершенно прекрасно. Это, если судить по его внешнему виду. Ему переживать, по сути, пока не из-за чего, тварь не вылезет до наступления темноты, а темнота не наступит, так как тут горит костер.

По сути, правильно, что надо тварь выманивать, иначе она там и останется сидеть, думая, что ещё продолжается день. А если она ещё и обладает зачатками разума, то точно не полезет на огонь, который для неё губителен. Значит… Вся наша затея просто зря. И фонариками было бы проще.

Жар от огня ближе к закату был уже неимоверный, мне пришлось отойти на добрый десяток метров, чтобы не чувствовать всего того, что исходило от пламени. Но тьма над нами начала сгущаться, начали появляться первые звери, которым было интересно, что происходит, а нервы всё сильнее натягивались как струна.

– Ну так что делать-то будем? – спросил я по мыслеканалу у Стрелка, который, судя по данным системы, всё ещё был где-то вне пещеры. – Уже почти наступило время.

– Я пошёл, – бодро и весело ответил Стрелок, что меня сильно насторожило.

Я выхватил свой автомат и стал ждать. Время тянулось неумолимо медленно, даже катастрофически. На интерфейсе отображалось, что Стрелок отходит всё дальше и идёт более осторожно. В какой-то момент я смог вывести маленькое изображение того, что он видел.

– Я на что согласился сейчас? – с некоторой озабоченностью спросил напарник, а в его голосе чувствовалась некая тревога, причём было непонятно, то ли это из-за монстра, то ли это из-за того, что он необдуманно кликнул «принять».

– Скажем так, – усмехнулся я, – ты ведёшь прямую трансляцию для единственного зрителя. Это хорошо, на самом деле… Особенно с точки зрения разведки. Ты можешь что-то не заметить, а вторые глаза на это внимание могут обратить. Интересные технологии.

– Напрягают такие технологии, – пришибленно подметил Стрелок, после чего даже в мыслях перестал со мной общаться.

– Вот знаешь, – спустя минуты две у меня нервы начали сдавать, и я решил немного снизить градус напряжения. – Мне всё время было интересно, почему каждый раз нам попадается какой-то лес? В первый раз бежали через какой-то хвойный лес вперемешку с чем-то, сейчас в лесу, по тройкам, когда в первый раз занимались, опять же в лесу… Ну почему нельзя в чистом поле или в заброшенном городе?

– Лес… В чистом поле всё видно, навыки не проверишь, – начал медленно отвечать мне Стрелок, остановившись на одном месте, – а в лесу… Вон даже змея, блин, мне на голени элемент брони повредила, тут всё куда интереснее. Лес более опасное место, в нём и потеряться можно… Всё… Вижу движение…

Я присмотрелся. Очень лениво двигался какой-то «камень». Он словно был живой, что очень напрягало. Одна большая серая куча, которая мелко вибрировала и перемещалась в пространстве. А потом среди этой кучи появились два красных глаза, словно они смотрели изнутри этого камня.

– Беги, – настойчиво сказал я напарнику. – Это что-то типа восстановительного кокона. И хрен знает, как такое возможно… Но беги. Тварь без единой царапины будет, я уверен, полная сил… Тебя просто сомнёт в мгновение. Беги!

Спорить со мной он не стал, так как «камень» местами начал расширяться. Развернувшись, Стрелок сразу рванул в сторону выхода, но он не успел преодолеть даже десяти метров, как позади раздался дикий рёв, а самого Стрелка, судя по брызгам, неплохо так обдало какой-то дрянью.

Бежал он, выкладываясь на полную, сразу включив фонарик. Ему удалось глубоко забраться в пещеру, примерно он смог преодолеть километр, благо она была почти прямой таких размеров. Но всё равно, даже смотря через его глаза, я чувствовал, как тварь дышит ему в затылок.

– Чёрт! – раздался крик из пещеры, а «трансляция» внезапно оборвалась.

Что-то произошло, сигнатура перестала перемещаться на тактической карте, а это хреново. Тварь схватила его, либо он просто рухнул и его прижало чем-то. Но он ещё жив, так что надо что-то делать…

Вздохнув полной грудью, я включил тактический фонарик у себя на шлеме, а после сделал пару шагов назад, чтобы взять разгон, и прыгнул через огненный ад, что вырывался из объятого пламенем дерева. Запахло палёным, запах не совсем приятный, значит, где-то что-то опалилось, скорее всего, волосы… Но не важно.

Двести метров. Всего двести метров разделяли меня и болтающийся из стороны в стороны пучок света, который создавал фонарик на шлеме моего товарища. Хоть фонарики у нас были и хорошие, но они не добивали на такое расстояние, на сотню метров да, но не на две сотни. Ещё ближе!

Рванув ещё раз вперёд, я старался ни обо что не запнуться. Это лишнее промедление, лишний тормоз и увеличение шанса подохнуть у Стрелка. Раздался крик, крик боли, крик агонии, крик страха. Послышался хруст, трещали защитные элементы брони из углеродного волокна, сжимаемые давлением, что создавали лапы твари. Я уже был близко, уже видел очертания твари и напарника, что был у неё в руках, видел далекие отблески огненного взгляда…

Была не была. Остановившись меньше чем за секунду, я сразу рухнул на правое колено. Мне так было просто удобнее всего стрелять. Узкий луч света светил ровно в морду твари, но мне нужна была сейчас не морда, мне нужны были её лапы, которыми она убивала Стрелка. Чуть-чуть опустив голову и направив свет на левые четыре лапы монстра, я выдал длинную очередь.

Тварь взревела, одну лапу, по которой прошлась цепь кровавых всполохов, тут же спрятала за спину. Рефлекс твари помог моему товарищу освободиться. Освободившейся одной рукой он выхватил ножик, посветил фонарем на огромные пальцы и рубанул по ним, отрезая их от руки нашего противника.

Рухнув на землю, он попытался встать, но тут же его нога, именно та, на которой змея сломала броню, подкосилась, и он, вскрикнув, рухнул на землю. Сломана, повреждена. Нужно что-то делать, пока его просто не раздавили… Но что…

Системная директива! Обнаружен крайне высокий риск здоровью! Получен приказ немедленно отступать к транслокатору для того, чтобы покинуть зону испытаний.

Немедленно покиньте зону испытаний!

– Да хрен тебе! – стиснул я зубы, подбираясь ещё ближе к твари, наведя луч точно в центр её груди. – Сдохни-и-и!

Крепко удерживая автомат, я полностью за пару секунд с пятидесяти метров разрядил магазин. Много пуль ушло в «молоко», но из груди твари активно потекла кровь. Противник немного попятился, прикрыв грудь руками, а потом её глаза ещё сильнее налились краснотой…

– Гра-а-а-а-а! – завопила тварь и резким рывком устремилась ко мне, преодолевая в одном прыжке почти двадцать метров.

Сердце ушло в пятки, но некая отстранённость от всего, кроме происходящего, дала возможность молниеносно собраться и рвануть в сторону выхода. Стрелок остался жив, уже хорошо… Надеюсь, план с костром сработает… Главное – добежать!

Глава 21

Стук сердца, удары подошвы сапог, крик твари за спиной и горящий впереди костер. Сейчас кроме этого ничего больше не существовало, я просто мчался вперед, мчался, несмотря ни на что. Я всем нутром чувствовал, как тварь догоняла меня, как она уже дышала мне в затылок… И лишь чудо меня спасало, что она меня до сих пор не схватила.

Пламя! Оно было так далеко, но светило настолько ярко, что уже обжигало шерсть и кожу твари. И она замедлялась, ревела от боли, но в то же время её раздирала жгучая ярость, ведь какая-то мелкая блоха бросила ей вызов, решила ранить и убежать.

– Дава-а-а-ай! – кричал я больше сам себе, чтобы морально надавить на свою собственную психику, чтобы тело могло выложиться на все сто.

Активировано активное поглощение АТФ! Возможности организма на 5 секунд повышены в три раза!

Я резко почувствовал, как каждый мой толчок становится всё сильнее и сильнее, как я за одно движение преодолеваю более пяти метров. Вот оно, пламя, так близко, но ещё так далеко. Тварь бушует, она тоже ускорилась, решила нагнать меня раньше, но сейчас я был куда быстрее, я был быстрее ветра!

Прыжок!

Короткая задержка дыхание, инстинктивное прикрытие глаз, прижал скрещенными руками к груди автомат… Пламя! Оно жгло, одно короткое мгновение, даже не успел обжечься, но я почувствовал всю ту мощь, что вырывалась из горящего дерева, я почувствовал, насколько нестерпимая сила оттуда изливается.

Но тварь не остановилась. Это меня удивило больше всего. Земля дрожала от её топота, пламя вибрировало, когда тварь ставила ногу на землю. Было реально страшно. Монстра переклинило, и его сейчас ничто не остановит. Даже огонь, который для него является злейшим врагом.

Активное поглощение АТФ завершено! Внимание! Ваш организм истощен! Запас АТФ равен нулю! В связи с экстремальностью ситуации и постоянными выбросами в организм адреналина, примерное время до потери сознания две минуты.

В голове словно сам по себе сработал таймер. Осознание, что я могу сдохнуть из-за потери сознания, ещё более взбодрило меня. Мелкая дрожь в руках успокоилась, лишние мысли словно сами по себе улетучились, а время начало сворачиваться в спираль, словно замедляя свой ход. Конечно, всё это восприятие действительности моим мозгом… Но всё даётся нам не просто так.

Удар! Сотни веток и несколько брёвен разлетелись во все стороны, продолжая гореть. Это могло вызвать мощный лесной пожар, но сейчас было всё равно. Тварь в десяти метрах, она вся горит, с неё сползают пласты шерсти, но она, даже не обращая внимания на дикую боль, изливаясь кровью, продолжает идти ко мне.

Молниеносно я проверил, сколько у меня осталось боезапаса. Два магазина, один при этом почти пустой. Почти тридцать патронов, что крайне мало против такого гиганта. Так же быстро вставив назад магазин, я дал короткую очередь по ногам твари, которая тут же рухнула на колени. Это её замедлит, но ненадолго, у твари шесть лап, которыми она будет пользоваться не только для атак.

Как я и предугадал, четыре лапы-руки монстр использовал для передвижения. Встав на них, как на ходули, тварь попёрлась ко мне, неумело, шатаясь, рыча уже не так громко… Но взгляд был более чем полон ярости. Он просто сжигал…

Сил становилось всё меньше, адреналин начинал отпускать меня, перед глазами тьма начала сгущаться. Но я волей заставлял себя держать глаза открытыми, даже еле передвигая руками, я смог перезарядиться, с пятой попытки попав магазином в автомат. Но…

Тварь была очень близко.

* * *

Открыв глаза, я очутился в уже родном медицинском блоке. Но сперва я этого не понял, меня даже охватила паника, а сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Но потом я успокоился. Я помню, как тварь заносила надо мной одну свою лапу, помню, как я перед потерей сознания рывком встал и упёр ей автомат в глаз… А потом тьма.

Сейчас рядом со мной никого не было, медицинский кабинет, либо в данном случае – палата пустовала. Я был совершенно один. Сначала даже начал думать, что это такой «загробный мир», в котором я совершенно один, но нет, болевые ощущения во всём теле говорили об обратном – я живой.

– Фух, ха-ха… Аха-ха-ха! – начал смеяться я, не контролируя это. Было больно. Болели лёгкие, болели мышцы груди, болели мышцы рук, которые я прижал к своей груди, но больше всего болели ноги. Они полыхали огнем, словно их жгли прямо сейчас.

Успокоившись, я ещё минут десять точно лежал с туповатой улыбкой на лице. Я был жив, а это великое счастье. Просто банальное ощущение того, что ты жив, реально может сделать человека счастливым. А люди не понимают, какое это счастье… Ведь ещё столько нужно сделать, столько совершить.

Осторожно набрав полную грудь воздуха, я так же медленно выдохнул и снова прикрыл глаза. Из-за такой боли в ногах я точно пойти никуда не смогу, но если не двигаться… То со временем боль уходит, можно попробовать уснуть.

– Живой? – услышал я голос Грома, что меня несколько удивило. – Слышал, ты нарвался на большого теневика… Злостная тварюга, с такой вы точно не должны были встретиться.

– А ты тут как оказался? – ещё больше удивился я, когда увидел говорящего, так как сначала подумал, что мне показалось. – И откуда знаешь про противника? Его ведь теневик зовут?

– Большой теневик, да, – кивнул огромный урус. – А знаю откуда? Меня вызвали, чтобы твою задницу вытащить. То, что вы выжили в первую ночь, это огромное везение. Вам очень повезло, что вы смогли угадать, какая слабость у этой твари.

– А почему вызвали именно тебя? – нахмурился я. – Почему не кого-то из личного состава Академии? Те же инструкторы, например? Они же должны быть достаточно сильными.

– Нет, – помотал головой Гром. – Тут дело не в силе. В любом случае я сильнее. Тут вот в чём дело… Им просто не дали сунуться к вам, так как при появлении большого теневика тут же началось разбирательство, откуда эта тварь вообще появилась.

– И нас бросили подыхать?! – возмутился я тут же. – Это же… Вообще нелогично! Ну вот вообще! Мы там свою жопу рвали, пытались тварь угомонить, могли вообще сдохнуть… А они всех отстранили из-за разбирательств. Да какого хрена вообще происходит в этой Академии?

– Успокойся, – довольно жёстким тоном сказал Гром. – Эти правила установили не они. В Академии, помимо личного состава, также есть специальный следственный комитет, который сразу всех и отстранил. Вмешаться они не могли из-за какого-то там указа Галактического совета. Странно всё это выглядит, но мы тут были бессильны. Вас они тоже не смогли вытащить, даже дронов не пускали, чтобы вас спасти. Академия вызвала меня и ещё нескольких выпускников… Я успел самый первый. И то, что я увидел, меня сильно удивило.

– А что ты увидел? – нахмурился я, смотря в глаза Грому. – Что я сейчас подохну?

– Что-то типа того, – усмехнулся он. – Увидел, что ты не прост, ой, как не прост. Большого теневика не убить в голову, мозг восстановится ночью, в темноте. Но так его можно надолго отрубить, ввести в состояние анабиоза. И ты сделал это, просто каким-то образом смог вынести фрагмент мозга твари из её черепушки. Но это не самое интересное… Ты ноги свои видел?

– Не-а, – отрицательно помотал я головой. – А что с ними не так?

– Скажи… Ты ведь мышцы в скорость развивать хочешь, так? – с лёгкой задумчивостью спросил у меня Гром, сначала посмотрев на меня, а потом отведя свой взгляд в сторону.

– Ну да, у меня так прописано в наставлении… Или как там этот путеводитель по улучшениям организма называется? Нужно улучшить мышцы до четвертого уровня по скоростному варианту.

– Если у тебя ноги не атрофируются, – усмехнулся Гром, – то у тебя будет третий уровень развития плотности мышц, первый уровень разграничений по скоростному варианту. Ты как смог подпитку АТФ активировать? Этому учат только на втором году обучения тут.

– Оно как-то само, – пожал я плечами, а потом поморщился от боли. – Просто очень сильно хотел удрать от этой твари. Вот и выскочило, что активировано что-то там с АТФ. Зато как я летел! Ты бы видел это!

– Представляю, – как-то грустно ответил гигант. – Вот что тебе скажу. Не пытайся его больше активировать на полную, как ты это сделал сейчас. И не делай этого больше до того момента, пока вас этому не будут обучать. Игра с резервами организма опасная штука. Если переборщить, то можно сдохнуть.

– А я на полную активировал? – приподнял я одну бровь, не совсем понимая, о чём он вообще говорит.

– Почти, судя по отчёту твоего персонального знака. Ты его задействовал на восемьдесят три процента. Ещё бы немного, и ты бы сам себя просто сжёг. И я не шучу, твой организм бы не выдержал. Такой приём используют, когда выхода просто нет, чтобы прикрыть своих товарищей, жизнь которых ещё может быть спасена.

– Я понял, – медленно сказал я, а потом так же медленно кивнул. – А сколько я был в отключке? Сутки, двое?

– Три часа с того момента, как я тебя нашёл, – усмехнулся Гром. – Ладно, отдыхай, тебе пару дней восстанавливаться, как раз все твои однокурсники должны вернуться. А там и обучение сможете продолжить спокойно… Наверное. Ладно, я пойду… А то подготовку к заданию важному сорвали. Времени и так в обрез, а тебя я не мог бросить, отец твой просил.

– Отец… – нахмурился я, уставившись на свои ноги.

Гром вышел как-то бесшумно, я даже не заметил этого. Так что я снова был в полном одиночестве, но на этот раз был нагружен мрачными мыслями. Не укладывалось в голове, что просто так взяли и отстранили весь личный состав Академии от исполнения своих прямых обязанностей. Не могли так поступить, это прямая угроза жизни и здоровью обучаемых…

Я сжал кулаки. Мне было очень неприятно, что всё начало происходить в такой колее. Догадка у меня была сейчас всего одна – клан. Только мой троюродный братец мог так подсуетиться, запросить помощи у своего деда, который сидит в Галактическом совете, чтобы произошла такая ситуация. Я вот только одного не понимаю, на кой чёрт ему это всё сдалось… Да, у моего брата есть определённые замашки по поводу «правильности». Он считает меня неправильным аристократом, я слишком много общаюсь со своими подчинёнными, не умею «творить» с помощью зерна, не посещаю их званые ужины, так как прекрасно понял, что я могу там сдохнуть от отравления… Как и любой член клана, в принципе. Но всё же, это не повод устраивать вмешательство в процесс обучения.

У Галактического совета было влияние на специальный следственный комитет, только они могли напрямую ему указывать, что и как делать. Просто в голове не укладывается, что такое вообще могло произойти без их подачки. Если тварь смертельно опасная, значит, кто-то её специально засунул именно к нам, точнее, именно ко мне. А это могло подставить также кого угодно, помимо меня…

– Этим уродам просто плевать на обычных людей, – с какой-то грустной усмешкой сказал я самому себе, разжав кулаки. – Если они захотят чего-то добиться, значит, они этого будут добиваться.

Нужны были радикальные изменения. Кланы начинают вгонять в стагнацию нашу цивилизацию, ещё несколько поколений таких аристократов, таких ограничений внутри нашей цивилизации… И нам просто будет крышка. Галактический совет, каким бы он плохим или хорошим ни был – лишь временная мера. Он не способен удовлетворить все потребности враждующих кланов, а значит, надо их вырезать. Просто уничтожить все эти чёртовы кланы, чтобы их проклятье больше не висело над мирами человечества.

Откинувшись на койке и немного поёрзав, я снова попытался закрыть глаза и подремать. Но какая-то мелкая мигающая точка, которая отчётливо была видна в темноте, но находилась где-то на краю моего восприятия, просто нервировала. Я пытался всячески на неё не обращать внимания, но в итоге психанул.

– Да что это за хрень-то такая?! – крикнул я из-за нарастающего психа.

Мысленно надавив на эту точку, перед глазами открылось странное уведомление. Очень странное. Оно вроде было как сообщение, но при этом представлено в виде системного уведомления. Текст тоже был несколько… Интригующим.

За победу над тварью, которая под силу не каждому выпускнику, вы заработали три бесплатных улучшения организма на выбор и одно предусмотренное системой (оно будет применено в подходящий для этого момент).

Примечание: такой твари ты не должен был встретить. Заключение может быть только одно. Хотят твоей смерти. Кто? Только тебе дано знать этот ответ, ты не такой, как все тут, ты – первый учащийся тут аристократ. Теперь за каждым твоим шагом будет следить ССК, он просто не даст тебе спокойно жить. При этом он как-то в этом замешан. То, что я сделал для тебя, мой последний подарок. Передашь Грому спасибо от меня, что спас тебе жизнь. Я пока жив, не переживай. Ты должен понимать, кто это тебе адресовал, ты же не совсем дурак. Со временем ты многое узнаешь, в том числе, как эта информация дошла до меня. Скажу так, я вижу очень много, но недостаточно.

У меня даже не было сомнений, кто мог оставить такое примечание. Отец. Только он мог меня спокойно называть дураком, при этом приговаривать, что не совсем же, кроха мозгов есть. Вот сейчас мне это крохой мозгов и предстояло поработать. Тут явно вмешался мой братец из основной ветви. При этом это точно его задумка, специальный следственный комитет точно на его стороне, точнее на стороне Галактического совета, в котором восседает наш общий родственник.

Дед моего троюродного брата… Брат моего деда. Он не лучше своего внука, даже чем-то хуже. Если меня можно было назвать дальним родственником главе клана, что хоть как-то объясняет пренебрежительное отношение ко мне, то дед текущего главы… Он отправил родного брата на верную смерть.

Весь мой клан гнилой. Все кланы гнилые, ни один не стоит того, чтобы за них бороться. Вот что надо сделать… Но сначала надо окончить эту чёртову Академию, доказать всему миру, что я чего-то стою. Не зря мой отец передал мне это загадочное сообщение. Он точно что-то знает, что не знаем все мы. И загадка кроется где-то в пустоте.

– А ты чего такой мрачный? – завалился ко мне осторожно Стрелок, который буквально сиял от счастья, пока не увидел мою морду. – Что-то случилось?

– Да перенапрягся я немного, – сделал я наигранно грустный вид. – Ходить пока не могу. Зато вон, перепали бонусы огромные, три бесплатных улучшения… Правда напрягает это немного.

– Ого! Тебе три? – восхитился и снова засиял Стрелок. – А мне два, но тоже не плохо! А ты крут! Получается… Что нам всё-таки удалось ту зверюгу одолеть.

– В каком-то смысле, – тяжело вздохнул я. – Тут очень запутанная ситуация произошла. Ты же видел сообщение системы о том, что нам надо бежать? Его должны были отправить в первый же день, но оно пришло только тогда, когда мы нарвались на тварь во второй раз. Словно что-то не дало нам это сообщение отправить…

– Думаешь, кто-то вмешался? – нахмурился Стрелок, улыбка которого тут же исчезла. – Странно звучит, конечно, ведь никто не должен встревать в процесс обучения…

– Как оказалось, может, – пожал я плечами, а сам про себя подумал, что нечего ему пока про Грома знать. – Но всё же мы уделали эту зверюгу.

– Ну, как мы… – усмехнулся Стрелок. – Там пришёл какой-то огромный дядя и вырвал ей сердце. Тогда система сообщила, что опаснейший враг повержен. Ну а потом этот гигант вытащил и нас. Мне вон кость уже восстановили, а с тобой что не так?

– Применил активацию АТФ как-то, – вздохнул я. – Переборщил причём с этим. Сейчас ноги вообще никакие, слишком много энергии туда ушло… Мышцы в шоке.

– Ясно всё с тобой, – улыбнулся Стрелок. – Я пойду, а то мне вообще запретили палату покидать, а я до тебя добрался. Если что, мы друг друга не видели.

– Хорошо, – тихо посмеялся я, а когда напарник покинул меня, сразу закрыл глаза и почти моментально отрубился.

Глава 22

Встать на ноги у меня получилось только на третьи сутки, а ходить на четвёртые. Как сказала Валерия, у меня просто оказались повреждены почти все мышцы, из-за чего пошёл мощный воспалительный процесс. С помощью аппаратуры вмешались в восстановление, но из-за использования АТФ воспаление возвращалось снова и снова.

Но главное то, что у меня имелось в запасе достаточное количество «модернизаций» своего организма. Отец как-то смог мне передать весточку, в которой «позаботился» о своём сыне. На самом деле я рад, очень даже рад. Это примечание я оставил как письмо себе на память, сохранив в виде текстовой копии. Хоть что-то будет мне говорить о том, что не всё потеряно.

Когда я вернулся обратно в строй, на меня все смотрели, как на врага народа, если не хуже. Некоторые даже, не стесняясь, высказывали мне своё презрение, а Стрелок только молча стоял и наблюдал за этим, даже не пытаясь вмешаться. Этого я от него совершенно не ожидал, я ему, чёрт его дери, жизнь спас, а он не может в мою защиту пару слов сказать.

Но зато он начал отлично спеваться с Лайтом, всё дальше отстраняясь от меня. С Лаки и Пульсаром я часто не пересекался, просто не получалось, так что мой круг общения в последние недели стал очень и очень маленьким. Буквально – никаким. Я полностью обособился от общества.

Зато моя успеваемость сразу поползла вверх. Так как не было отвлекающих факторов, я полностью сосредоточился на собственном развитии, смог, наконец, нормально встретиться со Скалой, который дал мне не краткую инструкцию, а подробный план тренировок на целый год! Вот это я понимаю профессиональный подход к делу.

Всё свелось к тому, что мне нужно было делать упражнения на скорость и на количество, а не на массу. Если силовики должны были тягать гантели под сотню кило, то мне требовалось около семидесяти, но при этом делать это реально рывками, как можно больше раз, чтобы развивать в мышцах привычку взрывного действия, а не постепенного. Ну и при этом бесконечные растяжки, чтобы в мышцах не застаивалась кровь, чтобы она постепенно растекалась по всему телу.

Под конец второго месяца пребывания в этом заведении я смог достигнуть определённых показателей. Эластичность мышц достигла третьего уровня, плотность мышц стала переходить на третий уровень, при этом появилась пометка, что началось развитие мышц по скоростному типажу. Это несомненно радовало.

Но были и не особо радостные новости. Чем больше я ходил и слушал, тем больше понимал, что меня просто-напросто хотят скурить. Одно из правил Академии – запрет на очень близкие отношения между представителями обучаемых Академии. Ко мне стали подсылать девушек, вот прямо, не стесняясь. Они просто приходили ко мне, с несколько глупым видом заигрывали со мной, но когда сталкивались с моей несколько злобной и показывающей все отвращение миной на лице, то сразу превращались в самих себя – змей, которым надо было только укусить. Не влезала в это дело только одна девушка, которая любила задавать множество вопросов ещё с самого начала нашего тут пребывания. Вот она, единственная из всех, была мне хоть как-то симпатична. Низенькая, с миловидным личиком, не особо фигуристая, но при этом было приятно на неё смотреть, ничего лишнего. И всегда несколько строгий вид и обособленное от всех существование. Она сейчас мне чем-то напоминала самого себя.

Но мы друг к другу даже не приближались, так, наблюдали со стороны. Ведь не только она ловила на себе мои взгляды, я тоже частенько замечал, что она с некоторым любопытством следит за мной. Это была некая игра у нас, в которой победитель пока не был определён. А мне и этого хватало, хоть какое-то развлечение относительно всего происходящего.

Когда снова открылась возможность развивать свой организм, то я без оглядки развил своё сердце. На этот раз даже никаких спонтанных «отключений» с моей стороны не было, что даже несколько удивило Валерию. Обычно такая устойчивость, с её слов, вырабатывалась при четвертом развитии сердца, а у меня появилась на третьем.

– Ты сейчас мои слова не воспринимай всерьёз, – с лёгкой улыбкой на лице сказала она, не без интереса рассматривая меня, словно разглядев во мне что-то новое. – Но мне всё больше кажется, что ты результат какого-то очень долгого эксперимента.

– Да мне самому так иногда кажется, – нахмурился я, услышав её слова. – Ведь не просто так у меня единственного сейчас пустотный тип зерна, который, блин, обыкновенными способами развить никак невозможно.

– Да и не только это может указывать на то, что ты – цель и результат какого-то эксперимента, – пропала тут же улыбка с лица, но зато появился какой-то азарт в глазах. – Твоя устойчивость к изменениям растёт в геометрической прогрессии. Уже сейчас система оценивает твою потенциальную способность к улучшениям организма… Раз в три с половиной недели, это если без рисков. А рисками уже можешь раз в две с половиной недели. И это очень странно. Такими темпами… Ты после пятого года обучения сможешь развить свой потенциал на максимум, что не смогут остальные. Ну и это очень сильно зависит от того, как ты себя будешь показывать.

– Вроде хорошо себя показываю, – усмехнулся я, вставая с медицинской койки. – Думаю, что просто так мне бы столько улучшений разом не капнуло.

– Тебе просто повезло не умереть, – тяжело вздохнула Валерия, отвернувшись снова от меня. – Не активируй никогда резервы АТФ, пока этому не обучишься. Это очень тонкая наука, многие даже после выпуска это плохо контролируют… Тебя чудом спасло то, что просто сработал естественный тормоз в твоём мозгу, хотя ты его почти сломал.

– Это как? – приподнял я одну бровь, хотя и смотрел ей в спину.

– Всему тебя обучат, – впервые рассерженно отреагировала на меня женщина. – Всё, иди, ко мне сейчас должен ещё пятикурсник подойти, а у него какой-то незакрытый гештальт на аристократов. Иди…

– Хорошо, – вздохнул я и, пожав плечами, вышел из медицинского кабинета.

Когда я покинул кабинет, то первое, что бросилось в глаза, как все стремительно изменяются. Многие развивались именно физически, чтобы лучше справляться на заданиях, но это им дорого стоило. Из множества медицинских кабинетов доносился ор, болезненный и нестерпимый. Улучшения неподготовленным давались тяжелее всего, а кто-то по нескольку раз умирал, судя по рассказам, но чудо-техника спасала всем жизнь.

Наблюдая за всем этим, невольно задаешься вопросом: «Оно того стоит?», так как всё это граничит с каким-то безумием. Люди добровольно меняют своё тело, чтобы сражаться непонятно зачем и непонятно почему. Они сами пришли сюда, ведь сюда поступают исключительно добровольцы, только я тут как белая ворона – исключение из исключительного правила.

И всё же, наблюдать за тем, как все становятся более ловкими, более сильными, более зоркими… Было несколько подавляюще. Я ровным счётом менялся только из-за того, что очень сильно наваливался на своё развитие. Да, мне повезло, что у меня природой заложена хорошая эластичность, из-за чего я сейчас могу спокойно садиться на все виды шпагатов без особого дискомфорта… Но вот физическое развитие у меня словно встало.

Рельеф мышц у меня был всегда, я старался своё тело поддерживать в приятном для женского глаза состоянии, но всё же я не был каким-то атлетом, спортсменом… Просто был способен трудиться в поле, если это нужно было, но и то не особо часто, только чтобы поддержать свой народ.

Интересно, как там сейчас на моей планете? Вроде сейчас как раз первые культуры должны взойти… Эх, не увидеть мне на этот раз золотых полей рядом с прозрачными реками. А это было весьма завораживающее зрелище…

Чем дольше я тут находился в обществе прямолинейных и немного наглых простолюдинов, тем всё больше понимал обычную аристократию. Большая часть людей просто наглое быдло, которым надо всего лишь удовлетворить своё стадное чувство, найти какого-нибудь человека, чтобы сделать его целью насмешек, и всё, их жизнь удалась, большего счастья им не надо. Ненавижу.

Также я стал чаще замечать, что мне специально начали мешать заниматься в тренажёрном зале. Те гантели и тренажеры, что я использовал, словно специально занимали ровно в тот момент, когда я шёл к ним, чтобы сделать ещё один подход упражнений. Пару раз я даже из-за таких мелких «подстав» не успел до отбоя завершить свои занятия, из-за чего вся программа развития могла пойти крахом.

Мои претензии к нашему старшему словно улетали в пустоту, да и тот в очередной раз поменялся, это был пятикурсник, которому было на многих из нас плевать. Значит, придётся разбираться со всем самому.

Но что самое интересное, с радаров пропали Лаки и Пульсар, окончательно. Они хоть и показывали к моей персоне полный нейтралитет, но всё же не хотели вмешиваться в мои дрязги с остальными, что совершались с молчаливого согласия Стрелка.

А вот последний с каждым днем меня всё больше и больше удивлял. Сначала он просто не общался со мной прилюдно, это ещё можно было понять, репутация и прочие мальчишеские закидоны… Но вот как-то раз на практическом занятии он меня просто подставил, причём подставил так хорошо, что я это очень надолго запомнил.

– Враг на двенадцать часов, – сказал я ему по мыслеканалу в тот самый случай, который ему очень дорого встанет. – Занимаю позицию…

Мы снова воевали друг против друга, все снова в одной локации, только на этот раз это был город, что удивило нас всех. Город словно был покинут минуту назад, брошенные коляски, сумки, заполненные витрины магазинов, открытые в некоторые квартиры двери… Некоторые даже мародерить начали, особенно девушки, когда дорвались до магазинов с платьями и не только… Особенно, если это было что-то кружевное и еще лучше описывающее женские фигурки.

Как раз одну из таких пар девушек мы встретили на выходе из торгового центра. Они шли и мило общались друг с другом, убрав свои импульсные винтовки за спину, толкая впереди себя тележки, полные различных вещей. Зачем это им, если они всё равно не смогут это носить, я не понимал, зато они стали идеальной мишенью для меня.

Но меня напрягло сначала то, как спокойно и вульгарно эти девушки шли, буквально показывая всем, что вот они тут, в такой доступности… А ещё молчал мыслеканал. Я с помощью системы и графического отображения местонахождения Стрелка знал, что он в соседней комнате, что он контролирует вход в здание, но всё же на кой-то чёрт меня дернуло развернуться.

Буквально через две секунды в комнату влетела граната. Если бы я стоял спиной, то моей реакции не хватило бы спрятаться от неё. Но перевёрнутая заранее односпальная кровать дала мне возможность спрятаться и остаться «живым». При этом Стрелок даже не двигался, упорно продолжая смотреть за теми двумя девушками. Ну он просто не мог не услышать, как сработала импульсная граната, плюс ещё показатели моего организма сигналили о том, что я вступил в бой.

– Стрелок, чтоб тебя! – буквально давил я своими мыслями в наш с ним канал. – Меня прижали! Почему они вообще смогли войти?!

Ответом мне была звенящая тишина, и еще одна граната. Я снова пригнулся за кроватью, что в реальных-то условиях меня вряд ли спасло, но тут электромагнитный импульс, который хреново проходит через разные поверхности, так что… Мне повезло.

Использовав бок перевернутой кровати как упор, я положил на неё винтовку и стал ждать, когда в дверном проеме появится первый противник. И долго ждать не пришлось. Он появился почти сразу, при этом заходил с наведённым в мою сторону оружием, целя точно туда, где стоял я. Но он не мог знать, что я точно нахожусь в этой точке, так что тут просто сыграла опять моя реакция.

Три выстрела потребовались на то, чтобы отправить спать достаточно большую тушу противника. Это был какой-то Гафро, который явно развивался по пути силы. Мышцы его и спасли сейчас, что в реальности тоже может повлиять удачно. Но в конечном итоге контрольный в голову отправил его спать. Первый был готов.

Второго я так и не дождался, зато хорошо сработали именно те девчонки, которых Стрелок тоже видел из своего окна, но ничего не сделал. Те смогли почти бесшумно подобраться к окнам и закинуть гранату именно в моё окно, а это было не так сложно – я был на втором этаже. Так что… Тут моей реакции просто не хватило, из-за чего меня моментально вырубило.

А вот Стрелок, судя по тому, что инструктор Сток назвал его позывной как одного из «выживших», просто свалил, и ему ничего за это не было. Просто он поступил как предатель, я даже не понимал почему. Я и не хотел понимать, так что не стесняясь поднял руку, когда у нас у всех спросили, имеются ли какие вопросы.

– Слушаю, Войд, – кивнул Сток, увидев мою руку.

– Как у вас расценивается предательство во время выполнения боевого задания? – без каких-либо эмоций, несколько скосив взгляд в ту сторону, в которой стоял Стрелок, спросил я у инструктора.

– Карается смертельной казнью, – без преуменьшений ответил инструктор, и, поймав мой взгляд, а потом, посмотрев на Стрелка, легонько усмехнулся. – А что вы под этим имели в виду?

– Просто стало интересно, а также хотелось просветить тут по этому поводу всех остальных, – сделал я невинный вид и вернулся обратно в строй.

На мне тут же сконцентрировалось множество злобных взглядов. Я сейчас, по сути, ничего и никому не сказал, просто задал правильный вопрос, на который услышал интересующий меня ответ и увидел нужную реакцию. Сток некоторое время постоял, рассматривая нас всех, слегка улыбаясь, а потом спокойно сказал:

– Заданный вопрос посеял во мне сомнения, так что ближайший месяц ваша группа не получит ни одного бонуса от меня, пока я не разберусь в происходящем, – с несколько строгим, неожиданно для всех, видом сказал Сток. – Если будет выявлен факт предательства своего товарища даже во время занятий, то такого человека будет ждать трибунал. У нас действуют законы военного времени тут, не забывайте об этом.

Потом нас всех распустили, отправив с нашим старшим обратно в жилой блок, так как это было опять занятие на весь день, а мы «выбрались» из зоны раньше, чем наступил ужин. Меня явно начинали ненавидеть, что могло перерасти в откровенный конфликт, а мне только это и надо было, чем меньше людей, тем меньше источников проблем.

– Добился, чего хотел? – спросила у меня Мираж, скривив недовольную морду. – Теперь одного из нас из-за тебя могут посадить.

– Мои руки чисты, – поднял я обе ладони вверх перед ней, специально улыбаясь ей прямо в лицо. – Я ничего не делал, только спросил, так что, если что-то подобное произошло, то в этом только вы и виноваты.

– А то ты не знаешь, что произошло, – выразила она своё «фи», развернувшись и деловито уйдя в сторону остальной компании девушек.

Конечно, я знаю, что произошло, меня решили сделать изгоем, потому что я – аристократ, а они – чернь. Своих подчиненных на родной мне планете я называл людьми, многих знал по именам и не боялся с ними общаться на «ты». А эти… Это обычная чернь, которая хочет показать своё превосходство над аристократом.

Приложив два пальца ко лбу, я как бы передал «привет» всей толпе девушек, что смотрели на меня с недовольным видом. Я лишь позабавился всему этому. Этого стоило ожидать, я даже знал, что рано или поздно обычные крестьяне решат объединиться, чтобы показать кому-то и зачем-то, что они лучше меня. Вот только они всё больше и больше показывают свою безграмотность.

Вздохнув полной грудью, я ушёл в свою комнату, в которой уже по привычке хотел переодеться и отправиться на тренировку, но меня ждал крупный облом. Стоило мне включить свет, как я обнаружил сидящую на моей кровати весьма аппетитную мадам с хищным взглядом и ладной фигуркой. Она была привлекательной, но не мой типаж, мне не нравилась помесь Гафро с урусами. Одета она была во всё чёрное, даже в чёрный плащ, и волосы у неё были покрашены угольно чёрной краской.

– Тиберий Грейвойд? – спросила она у меня, поднимаясь с моей кровати. – У меня есть к вам пара вопросов.

– У меня тоже, – медленно кивнул я, закрывая за собой дверь. – Первый, кто вы такая? Второй, какого хрена вы забыли в моей комнате?!

Глава 23

– А вы знали, что грубость не к лицу молодому аристократу? – с лёгкой усмешкой на лице сказала девушка, убирая одну руку в карман своей куртки, снова усаживаясь на кровать.

– А вы знали, что вваливаться в личное пространство по законам нашей Республики запрещено? – возмутился я тут же в ответ и напрягся, когда заметил её движения. – Руки, так, чтобы я их видел.

– Хорошо-хорошо, молодой Грейвойд, – усмехнулась девушка, вытаскивая руку из кармана, а после кладя какую-то непонятную штуку на стол.

Эта «штука» сразу раскрылась и начала меня сканировать, иначе синие световые лучи я не мог описать. Потом этот предмет цилиндрической формы закрылся, немного пожужжал, а потом выдал, что я – это я.

– Ну вот и славно, формальность соблюдена, – с неким спокойствием вздохнула девушка, убирая сканер в карман. – Я – Элизабет Вайтссон, как можно понять, представитель основной ветви клана Вайт. Так же я – уполномоченный представитель ССК по делу неавторизованного использования против вас существа под названием теневик.

– И что вы от меня хотите? – напрягся я ещё сильнее, так как прекрасно знал, что ССК действует по указке Галактического совета, а в Галактическом совете есть дед моего троюродного брата, который все это и затеял.

– Лично ССК от вас ничего не хочет, – усмехнулась девушка и откинулась на стенку, рядом с которой стояла кровать. – А вот мне стало очень интересно, как именно вы тут оказались, причём единственный за всю историю аристократ, почему никого из руководства это не смутило?.. Ну и кто действовал по чьей-то указке, явно пытаясь вас убить?

– А лично вам какое дело до всего этого? – тяжело вздохнул я, взял стул, развернул его спинкой к девушке и уселся перед ней, сложив руки на спинку, а голову положив на сложенные руки. – Если ССК нет никакого дела до моей персоны, странно звучит, но ладно, то почему именно вы суётесь в это?

– Я не хочу допустить государственного переворота и революции, – сняв маску доброжелательности, девушка моментально стала максимально серьёзной и сосредоточенной. – Я надеюсь на ваше благоразумие, что вы никому не скажете о нашей беседе и это останется только между нами. Мне нужно слово аристократа, ваша клятва о неразглашении всего, что будет сказано и воспроизведено сейчас.

– А если я откажусь дать слово аристократа, – уже улыбнулся я, смотря на серьёзную девушку, – то, что тогда?

– Тогда я ничего не смогу сделать, чтобы спасти вам жизнь.

Повисла тишина. Она явно что-то знала, но требовала от меня соблюдения условий конфиденциальности. По сути, это её право, как и право любого аристократа в нашей империи, каждый может требовать это, записывая разговор на что-то. Главное – на этот разговор наложить уникальный отпечаток разговаривающих, что сейчас, как я понял, этот предмет и сделал.

– Ладно, – вздохнул я и прикрыл глаза, – клянусь, что всё, что будет сказано и показано здесь во время нашего разговора, останется только между нами, и никакие третьи лица не узнают содержание и даже темы нашего общения.

– Вот и славно, – расслабилась девушка. – На самом деле, мне так же нужна ваша помощь. Как минимум вы – очень ценный объект для исследований, особенно если учитывать, какой у вас тип зерна. Ну и как ценный источник информации в рамках моего личного расследования.

– А откуда вы знаете о моём зерне? – нахмурился я.

– Прошу прощения, отвечу вопросом на вопрос, но как думаете, кто создал почти всё оборудование для данного заведения? – улыбнулась девушка.

– Понял, – кивнул я. – А ещё давайте внесём немного ясности. Я – Тиберий Грейвойд, как ты уже сказала, когда я вошёл. Просто с моей стороны было невежливо не представиться, при том что вы официально представились, хотя вы и знаете, кто я такой. Правила вежливости всё-таки, ну вы в курсе. И сейчас начну рассказывать по порядку всё то, что знаю. Во-первых, попал я сюда не по собственной воле, а по указке Галактического совета, там хоть и не числилось никаких имен, но глава нашего клана отправил именно меня, так как я был для него как бельмо на глазу.

– Да, это был чей-то очень тонкий расчёт, – кивнула девушка. – Но могу вам с достоверностью сказать, что Галактический совет к этому запросу не имеет никакого отношения. Его кто-то очень и очень мастерски подделал, даже смог взять нужные генетические слепки всех членов совета, чтобы приложить их к этому запросу. А это… Мог сделать только великий программист, каких нет ни в одном клане на данный момент.

– О как, – нахмурился я ещё сильнее. – Во-вторых, когда меня сюда уже везли, мне открыли тайну, меня постепенно убивали через моего управляющего. В мою еду этот старый гад постоянно добавлял какой-то слабо действующий яд, который имел свойство накапливаться. Так что, по сути, меня спасли, отправив сюда.

– Не исключено, – кивнула девушка. – Но опять же, учитывая тип вашего зерна, у меня в голове пока другие подозрения по этому поводу. Вас могут использовать в будущем с целью устранения действующей власти, что в данных реалиях пока крайне невыгодно. Кто именно за этим стоит, я вам тоже не скажу… Тут всё очень запутано. Слушаю вас дальше.

– В-третьих, та тварь… – закрыл я глаза, воспоминая те болевые ощущения, что у меня остались после «победы» над ней. – Её там точно не должно было быть, не просто же так сюда прислали ССК. И тут мне кажется, что в этом замешан мой троюродный брат, он же действующий глава клана Грей. Но не думаю, что он как-то хочет поспособствовать государственному перевороту, тут он наоборот помог бы его предотвратить, если судить по вашей логике, когда бы я умер.

– Ну да, – кивнула Элизабет. – Тут вы правы, вы пока в рамках моего расследования обозначены как «инструмент». По вашему делу и вашему существованию есть ещё одна странность. Ваша схема развития в системе Академии. Её каким-то образом оставили без привязки по времени и с учётом всех тонкостей развития вашего зерна, при том что в истории вы первый человек с таким даром. Конечно, это звучит крайне глупо, но это могли сделать вы из будущего, каким-то образом взломав систему Академии.

– Да ну, – улыбнулся я, еле сдерживая свой смех, который хотел вырваться наружу. – Это же бред какой-то. Нет таких технологий, чтобы можно было перемещаться во времени. Ну это просто нереально.

– Технологий нет, тут вы правы, – медленно кивнула девушка. – Но есть ваш тип зерна, что вносит свои прерогативы в дело по использованию вас как оружия для государственного переворота. Возможно, вы и инструмент, и исполнитель… Но тут уже нужно исследование, нужны манипуляции с вашим зерном. Но оно не развито, что тормозит расследование на года… Но я готова ждать, обычно заговорщики – очень терпеливые люди, они могут тянуть исполнение своего плана годами, чтобы найти подходящий момент.

– Если немного вникнуть… – опять нахмурился я. – То вы хотите сказать, что мой пустотный тип зерна позволит влиять не только на пространство, но и на время? Но это же просто невозможно.

– Пространство и время – это две части неделимого целого, – дёрнула бровями девушка, что для меня было несколько непонятным жестом. – Так что моя теория, что вы из будущего – заговорщик, а вы из настоящего времени – инструмент, не лишена логики. Но… Пока на этом хватит. Сегодня я тут, чтобы просто удовлетворить своё любопытство и снять для себя ваш слепок. Думаю, наблюдая за вами, мы откроем много нового для всего человечества.

– Вы так думаете? – усмехнулся я.

– Я в этом уверена, – кивнула девушка и встала с моей кровати, вытаскивая из своей сумочки какой-то напольный мини-транслокатор.

– Теперь понимаю, как вы сюда попали, – усмехнулся я. – Вот только пока вы не исчезли, мой загадочный следователь, может, хоть что-то сделаете в рамках расследования дела по поводу таинственного появления теневика во время испытания?

– Тут у меня нет полномочий, – пожала плечами девушка. – Могу вас держать в курсе, ведь мне самой не нравится, что даже ССК это дело тормозит, причём нарочно, что, скорее всего, как его члена, заставит меня начать проводить внутреннее расследование… Но сейчас у меня нет нужной для вас информации. Тут всё происходит с указки Галактического совета, по крайней мере, расследование. Виновник в появлении этой твари уже задержан, отправлен в тюремный мир для отбытия там своего срока.

– Целый тюремный мир, ого, – удивился я. – Думал, этот проект забросили на стадии его задумки. Случайно он не в секторе клана Блек?

– Именно там, – кивнула девушка. – Ладно, я пойду. Буду вас иногда навещать, из-за чего не пугайтесь при моих появлениях. Вы – крайне интересный объект исследования, а ещё потенциально опаснейший человек во всей вселенной. Может, вы из будущего и стали причиной возникновения Великой пустоты.

– А что в этой Великой пустоте? – успел спросить я у девушки, пока она не исчезла в свете переносящего её и самого себя транслокатора.

– Несколько звёзд заменили равные по массе черные дыры.

Бесшумная вспышка света, и словно девушки тут раньше и не было. Только запах её духов, напоминающий аромат букета каких-то трав, давал знать, что тут кто-то мог быть. И всё же… Значит, я не просто так существую, если верить ей, значит, меня специально создали. Вот только зачем? Чтобы свергнуть совет и установить чью-нибудь диктатуру? Так это будет странностью. Большой странностью. Хотя я и не рад текущему положению вещей, но революция во время затяжной войны всегда плохо сказывается на государстве, даже земная история была тому свидетелем множество раз.

Из моих мыслей меня вывел стук в дверь. Впервые за всё это время кто-то решил зайти в гости, и мне это особо не нравилось. Даже не особо, а совершенно не нравилось. Поставив стул на место, я бегло осмотрел свою комнату, чтобы она выглядела прилично, после чего подошёл к двери в моё временное убежище от внешнего мира и открыл в него дверь.

– Привет, – неловко сказала Мгла, та самая девушка что чаще всего задавала вопросы на занятиях.

– И тебя решили на этот раз подослать ко мне? – тяжело вздохнул я, а после отодвинулся, чтобы она могла пройти. – Ну, проходи, гостем моим самым первым будешь.

– Почему вы думаете, что меня к вам подослали? – удивилась девушка, несколько неловко проходя в мои апартаменты, а потом тихо усмехнулась. – Всё, как у всех.

– Иначе быть и не может, строили однообразно и не особо заморачиваясь, предоставив минимум необходимых удобств, – закрыл я за ней дверь. – Присаживайся, чего встала посреди комнаты.

– Угу, – кивнула девушка и осторожно села на стул. – А вы даже свою комнату никак не украшаете, остальные себе всего всякого понаставили, чтобы чаще вспоминать о доме. А вы прям как спартанец из древности.

– Не вижу необходимости в этом, – улыбнулся я, усаживаясь на свою кровать. – Мне так нравится жить, я так забываю о тех людях, которые меня всегда ненавидели и пытались убить. Так что тебя привело сюда?

– Хотела рассказать о себе, – несколько смутилась и покраснела девушка. – Просто… Я – одна из жительниц вашего мира, в котором царил мир и уют, в котором никто не знал горечи, кроме как когда приходилось отдавать наших братьев и отцов на войну. Я и прибыла сюда раньше вас, и для меня было огромным удивлением увидеть вас здесь.

– Всякое в жизни бывает, – улыбнулся я. – И аристократы могут попадать в сложные жизненные ситуации. А ты, кстати, из какого города? Точно не со столичного, какой-нибудь Суэл или Мароу?

– Мароу, – тепло улыбнулась девушка. – А вы как смогли понять?

– По лицу, – усмехнулся я. – В этих двух городах крепко засели корни кригайцев, а у тебя немного раскосые глаза, сложно было это не понять. Хотя твоя внешность в основном наша, сердчев.

– А вы хорошо знаете свой народ, – как-то тепло улыбнулась девушка. – Говорят же о вашей семье правду, что вы всегда старались поддерживать мир и уют на планете. Все были в достатке, все были счастливы… Но я не об этом хотела вам сказать.

– А о чём же? – улыбнулся я, осознавая, что тут есть хоть немного знакомые, хотя бы косвенно, мне люди.

– Жена вашего дедушки была троюродной сестрой моей прабабушки, – как-то виновато посмотрела на меня она. – Это может подтвердить любая генетическая экспертиза. Я знаю, что это звучит несколько дико, так как считалось, что жена вашего деда была аристократкой… Но он смог как-то подменить документы, с кем-то договориться, чтобы её зарегистрировали как дальнего родственника какого-то там мало известного клана… В общем, как-то так.

– Сейчас любая генетическая экспертиза не сможет доказать, что мы с тобой в каком-то там родстве, – пожал я плечами. – Уже очень много поколений для этого прошло. А так, я очень рад, если это окажется правдой. Ты будешь первым родственником, не считая моего отца, который не желает мне смерти. Вот только почему ты все время вела себя так строго и не показывала своего происхождения?

– Я стеснялась… – опять покраснела она, а мгновением позже, хоть на ней и сохранялся румянец, она словно расцвела. – Но я сейчас очень рада, что смогла это рассказать, и ещё больше рада, что вы не отвергли моих слов! Спасибо вам огромное.

– Тебе, – поправил я её, легко улыбаясь, чувствуя какое-то внутреннее тепло внутри себя. – Мы сейчас в равных условиях. Хоть я и аристократ, но я также и ученик этой Академии, такой же, как и ты. Так что можешь не стесняться называть меня на «ты». И ещё раз спасибо, что рассказала, мне приятно осознавать, что тут не все настроены против меня.

– А я очень рада, что смогла вас поддержать! – мило улыбнулась Мгла. – А то вы последние дни ходили очень хмурым, а я запомнила вас как несколько положительную персону. Вы ведь всегда по новостям улыбались и охотно общались со всеми своими подчиненными. Я могу идти?

– Я тебя не держу, – пожал я плечами. – Рад был пообщаться, серьёзно. Надеюсь, у нас это войдёт в некую традицию. А то… Крыша, и правда, начинает вскипать от одиночества, без общения вообще никак нельзя.

– Тогда я буду к вам приходить каждый день, если вы не против, – сказала она, поднимаясь со стула. – И да, чтобы вы знали, кто у нас подстрекатель против вас… Стрелок, и правда, попросил меня с вами переспать. Даже не пытался как-то это завуалированно сказать. Просто подошёл и прямо заявил, причём в грубой форме, что я должна с вами… Ну вы поняли.

– Хм-м… – улыбнулся я слегка, так как понял, кто в основном затеял всю эту игру. – От Стрелка я этого не ожидал. Странно, что он всегда старался показывать ко мне свою лояльность, а тут вот так себя начал вести. Спасибо, что рассказала, очень тебе благодарен.

– Вы много сделали для нашей семьи, – снова улыбнулась девушка. – Так что… Я просто обязана помогать вам, я считаю это своим личным долгом. И не пытайтесь меня убедить в обратном, вы – хороший человек, я это знаю, а они этого не понимают и ведут себя как уроды.

– Спасибо ещё раз огромное, – мне реально было очень приятно, так как она была искренна со мной в этом разговоре. – И ещё раз повторяю, говори со мной на «ты», мы с тобой в равных условиях, и сейчас я никакой не аристократ, я – учащийся Академии, астус Войд.

– Хорошо, Войд, – кивнула она. – Я пошла.

Покинув мою комнату, она оставила где-то внутри меня приятный осадок. У неё была очень приятная глазу внешность. Немного раскосые глаза идеально сочетались с немного, вот совсем чуть-чуть пухленькими щёчками. Маленький с лёгкой впадиной носик очень гармонично смотрелся, а нежные губки, которые даже расслабленные словно слегка улыбались, просто завораживали. На её фигуру я даже не особо смотрел, так как мне достаточно было её лица и изумрудных с лёгким отблеском янтаря глаз.

– Эх, – откинулся на кровати я, сняв предварительно обувь. – Всё же бывают иногда хорошие моменты в жизни, и вот он один из них… Хорошо, что сегодня по занятиям отдых, можно просто поваляться.

– Становись! – мгновением позже раздалось из-за двери, разрушив все мои планы по спокойному времяпровождению.

Глава 24

Время хоть и было вечернее, но все выходили из комнат и мест проведения своего отдыха с непониманием на лицах. Да и я тоже не совсем понимал, зачем нас сейчас строят, но быстро пробежавшись в мыслях о том, что знаю, пришёл к выводу, что всему виной может быть Стрелок. Видимо, этот морально недоделанный человек решил, что его план удался, о чём в несколько искажённой форме рассказал старшему…

Кто-то стоял потным, по вздутым венам было понятно, что занимались в тренажерных залах, кто-то стоял с книжкой в руках, развивая до построения свой мозг, кто-то вообще был просто сонливым, так как занятия с каждым днём становятся всё сложнее и сложнее… Но при этом интереснее. И лишь по одному Стрелку было понятно, что тот наигрывает удивление.

Поймав своим взглядом взгляд бывшего напарника, после случая с подставой нас разделили, и мы единственные были одиночками, я взглянул на него с укоризной, а Стрелок сразу стал смотреть в сторону. Мелкая и тонкая психология, но тут примерно становится понятно, что всё же он – организатор всего происходящего.

– Астус Войд! – несколько жёстко и с лёгкой злобой выкрикнул мой позывной наш старший, а потом позывной моей недавней гостьи. – Астус Мгла! Ко мне!

Сделав глубокий вдох, я медленно вышел из строя, поймав в очередной раз на себе несколько самодовольных и победных взглядов. Ну-ну, дорогие мои, посмотрим, кто тут окажется на коне, а кто под конём.

– Прежде чем вы нас начнёте в чём-то обвинять, – сразу начал говорить я, отвечая не в рамках Устава на незаданный вопрос, так как это было выгодно только мне, ну и Мгле, – сразу хочу сказать, что никакой интимной связи у нас не было. Это раз. Второе, я не буду называть ни чьих позывных, но скажу вам так, что этот человек, стараясь показать своё мнимое превосходство над аристократией, возможно, у него просто какая-то скрытая обида на высшее сословие, попытался очернить моё имя. Законами нашей республики у меня в данный момент развязаны руки, и я могу спокойно прикончить этого человека. Руководство Академии ничего мне сделать не сможет, так как весомые доказательства на моей стороне. Ну а так как я – человек очень терпимый, то этого ещё не сделал.

– Скажи, какая именно статья тебя сейчас защищает, с помощью которой ты можешь требовать крови этого человека, – нахмурился наш старший, уперев руки в боки, буквально дырявя меня своим взглядом.

– Статья тысяча двадцать третья свода привилегий, прав и обязанностей аристократов и всех причастных и имеющих право носить данный титул, – даже неожиданно для меня ответила Мгла, начав без каких-либо эмоций на лице точно описывать нужную статью. – Пункт второй, абзац четвертый. В случае, если клевета или иной вред имиджу аристократа принесёт очернение его имени в обществе, если это может привести к последствиям, угрожающим жизни аристократа, а также, когда факт клеветы или иного вреда имиджу будет раскрыт, то аристократ будет вправе требовать компенсации за вред своему имени или здоровью. В случае если виновник не сможет компенсировать оказанный вред, аристократ вправе распоряжаться жизнью виновника в полной мере.

– Так, – кивнул старший, едва заметно улыбнувшись, – а за проступок, про который мне рассказали, вас бы отправили на фронт, где бы вы точно сдохли… А это подходит под вред здоровью. Интересно, однако, девки пляшут. А чем вы можете доказать, что у вас не было интимной близости между друг другом?

– Этим, – вытащил я из-под футболки свой кулон, показывая его старшему. – Они являются не только накопителями энергии, а также регистрируют и хранят в своей базе данных весь эмоциональный слепок за последние семьдесят два часа. Иначе говоря…

– Если бы мы этим занимались, то на коннекторе-конденсаторе что-то сохранилось, – кивнула девушка. – А также, судя по тому, как многие огибают комнату астуса Войда, могу с достоверностью сказать, что если просмотреть все записи установленных в коридоре камер, то можно увидеть, что, кроме меня, к нему более никто не заходил.

– Разберёмся, – сказал нам жёстко старший, а после отдал одну команду всем стоявшим: – Разойдись!

Я лишь пожал плечами и развернулся в сторону своей комнаты, снова поймав своим взглядом Стрелка. Тот стоял красный как очень спелый помидор, злость его буквально раздирала изнутри, вот только я всё равно не понимал, зачем он это всё делает, если мы друг другу жизнь спасали. Я не понимаю, зачем он втирался ко мне в доверие. Странный он. А я странный для них, наверное. Ну да ладно, правда в любом случае на моей стороне.

Остаток вечера я занимался растяжкой, так как с досадой обнаружил, что уровень развития мышц может быстро понизиться, если их не поддерживать в текущей форме. Валерия мне объяснила это, подметив, что из-за активного обмена веществ в мягких тканях человека сами мягкие ткани быстро деградируют и развиваются.

На вечернем построении было всё спокойно, на меня вообще никто не обращал внимания, но я был уверен в том, что это был не последний «удар» со стороны недовольных аристократией. Я даже больше чем уверен, что они за этот период обучения ещё что-нибудь предпримут, чтобы унизить меня.

Сейчас у нас опять началась череда практических занятий, в основном тактических и физических. Только в этих занятиях был один нюанс, они были зачётными, по ним ставилась оценка, благодаря которой решался бы вопрос о нашей пригодности для дальнейшего обучения. Если кто-то будет не пригоден, то его оставят на ещё один год обучения, сформировав из подобных отдельный поток обучаемых. Ну и ещё могли отправить на фронт, списать как расходный материал. Ну это только первогодков просто так на фронт могут отправить, а вот обучаемого со второго года можно отправить в места и более интересные, на космический корабль, например, в качестве десанта.

Сегодня у нас принимали чисто физическую подготовку, только её и ничего более. Мы даже были удивлены тем, что нам для усложнения жизни не давали ничего в довесок, например, тот же автомат, мы просто все делали в своей форме.

Сначала была проверка наших силовых качеств, это банальные подтягивания, отжимания как в упоре лёжа, так и на брусьях, а ещё жим восьмидесяти килограмм лёжа. Даже девушки выполняли все эти упражнения, так как для Академии нет половой принадлежности, есть боец, будущий сверхчеловек, который должен быть специалистом во всём и везде, особенно он должен быть отлично развит.

Как показала практика, то для нас это оказалось не особо большой проблемой, все смогли уложиться в нужные нормативы, у пары девушек только были проблемы, но и они чудом смогли справиться. Так что силу у нас смогли «закрыть» все учащиеся моего курса размером со взвод.

Далее были испытания на ловкость, всякие прыжки, извороты на перекладине и брусьях… Для меня всегда это было адом, но с моей эластичностью, которой я достиг в последние дни… У меня на удивление всё получилось весьма уверенно и чётко. Как говорил инструктор на таких занятиях: «Если ваша задница не способна изогнуться пять раз, то не хрен и даже пробовать что-то творить из разряда гимнастики». Конечно, ни у кого задница пять раз не складывалась, но все же многие смогли выполнить нужные пируэты на зачёте. Но не все. Была первая партия дублей, первым, что меня удивило, был Стрелок, который добровольно отказался лезть на гимнастические брусья.

Я ничего у него спрашивать не стал, так как просто не хотел. Он сначала втёрся в моё доверие, а потом нагло подставил, да ещё и имя попытался с грязью смешать. Такое я ему точно не прощу, а я ведь вправе делать с ним что угодно. Вот, видимо, и пытается свалить от меня таким способом, чтобы избежать своей участи.

Дальше была скорость. Сначала знаменитая «сотка» – сто метров прямой дистанции на скорость. Цель – выбежать из одиннадцати секунд, что поразило многих, так как среднестатистический военный преодолевает эту дистанцию за двенадцать секунд.

Тут уже провалились многие, но это было допустимо, так как показатель «скорость» оценивался по нескольким критериям. Скорость на короткие дистанции – сто метров, потом скорость на средние дистанции – четыреста метров и один километр, а потом на большие дистанции – «трёха», три километра, которые для обычного человека были дистанцией на выносливость, одной из самых мучительных при этом.

И мы бегали, бегали и ещё раз бегали. На три километра сил уже совершенно не оставалось, но с нами провернули то, что проворачивали с Бурей и Приливом во время спаррингов, подошли с какой-то непонятной штукой, приложили к коннектору, а потом перед глазами выскочила интересная надпись:

Энергетический баланс в организме восстановлен! Начат процесс очищения каналов от молочной кислоты! Время полного восстановления составляет не более пяти минут! Ожидайте…

Теперь стало понятно, почему мы ждали именно десять минут между боями. Требовалось время, чтобы привести организм в норму, ведь это не магия, которая способна моментально восстановить тело, как в играх, а наука, которой требуется время.

Когда процесс завершился, мы побежали три километра. Морально это было очень тяжело, да и физически тоже. Держать темп на одиннадцать минут было сложно, ноги уже на третьем круге начали гореть огнем, а лёгкие так вообще на первом начали полыхать.

Но со скоростями справились все, все смогли уложиться в нужное время, после чего нам дали примерно час времени, чтобы прийти в себя. Оставалась выносливость, а это марафон. Тут нам поставили просто одну задачу – добежать. Многим это показалось просто, но тут всё было не так… Бежать придётся по пересечённой местности, где могут встретиться дикие и опасные звери.

Перед началом марафона нам всем дали по одному ножику, тому самому, что был похож на мачете, а также по пистолету с двумя магазинами к нему. Пистолет – стандартная модификация девяти с половиной миллиметрового… Пистолета.

У него не было какого-то отличительного названия, просто девяти с половиной миллиметровый либо просто девять и пять.

– В общем, так… – тяжело вздохнул инструктор, осматривая нас. – В пистолете боевые боеприпасы, из-за чего вынуждены вам приказать не использовать их друг против друга. Но всем известна ситуация в вашем взводе… Так что вас разбросают по круговому маршруту. Ваша задача – добежать круг. У каждого будет маячок, который будет также являться датчиком свой-чужой для транслокатора, это, чтобы вы через чужой транслокатор вернуться не смогли. Если кто-то специально сядет в засаду – отчисление. Если кто-то откроет огонь по своему товарищу – расстрел на месте. И я не шучу. Стрельба по своим расценивается как предательство, а наказание за предательство – смерть. Я всё сказал.

Повисла тишина, некоторые дамы переглянулись, ведь между ними тоже были какие-то недопонимания и тёрки, явно уже думали, как друг друга пристрелить, подставить или ещё что. Но тут лавочка закрылась, и им ничего не удастся сделать. Я же только посмотрел на Стрелка. Тот стоял какой-то мрачный и смотрел только себе под ноги. Видно, они тогда со старшим переговорили, тот ему обрисовал всю ситуацию… Ну и решил человек стать более примерным и тихим.

Когда мы подошли к транслокаторам, нам каждому выдали по жетону, который прикрепили к нашим амулетам, браслетам и всему тому, что было использовано в качестве ключа к системе Академии. Теперь нам оставалось просто пробежать и вернуться назад.

– Внимание! – обратился снова к нам инструктор, прежде чем мы начали расходиться к «телепортирующей» машине. – Руководство Академии внесло свою правку в проведение данного забега. Маршрут у каждого обучаемого будет свой, индивидуальный. Это позволит исключить возможность того, что вы попытаетесь что-то друг с другом сделать. Из-за этого время до старта марафона изменится, в связи с необходимостью подготовить ещё три площадки. Всем проследовать в комнату ожидания и ждать дальнейших указаний.

Кто-то недовольно, кто-то с явным облегчением, несколько человек, как и я, с полным безразличием направились в комнату отдыха, где все расселись мелкими компашками. В итоге в одиночестве остался только Стрелок, отогнав от себя вообще всех. Я вообще не понимал его мотивов, но это его выбор.

– Скучаешь? – подошел ко мне улыбающийся Лаки.

– Да не особо, – улыбнулся я ему в ответ. – Давненько не общались. Смотрю, ты с Пульсаром спелся неплохо, вас даже несколько раз в пример ставили, как лучший боевой дуэт.

– Ага, – с явным удовольствием в голосе ответил мне мой названый родственник, начав еще шире улыбаться. – Пульсар хоть и подтупливает иногда, но, в общем, он – неплохой парень, понимающий, хоть и деревенский. В общем, отличный исполнитель.

– Ясно, – откинулся я на диване, полностью расслабившись. – А где он сейчас потерялся-то? Пытается завоевать сердце какой-то дамы?

Последнее я сказал, подкалывая, и шутку Лаки понял, так как начал ржать как конь во весь голос, привлекая к себе лишнее внимание. Ему было всё равно на это, так как ему плевать на общественное мнение, он – обычный городской простолюдин, как и многие тут, которым слово «репутация» мало что говорит.

– Примерно это он и делает, – вытер маленькую слезинку около глаза Лаки. – Даже удивлён, что у него аж с лучшим дуэтом разговор завязался хороший, да и девочки там дружелюбные, общительные и улыбчивые, как оказалось. Остальных они к себе не подпускают, даже говорить не пытаются, а вот Пульсару повезло.

– А как это он так? – приподнял я одну бровь, чуть-чуть улыбнувшись. – Они же такие недоступные, сами всех парней слали, а Пульсара подпустили.

– Да фиг его знает, – пожал плечами Лаки, плюхаясь на диван по правую руку от меня. – Есть у него какая-то черта, даже стержень… Он всегда старается добиться своего, даже если ему это очень дорого встанет. Незаменимое качество в некоторых ситуациях, пару раз он мне так задницу спасал. А ты, смотрю, с другой недотрогой тоже общаться начал?

– О, кстати, – сел я, уперев руки в колени, – а ты знал, что она тоже из нашего сектора?

– Неа, – помотал головой Лаки в разные стороны. – Вообще не подозревал, у неё же глаза как у косоглазых, да и других примесей в лице много, думал, она с земель Вайтов, а тут на тебе, с земли Греев… А с чьей планеты-то?

– С моей! – с некой гордостью в голосе сказал я, снова откидываясь на спинку дивана.

– Теперь понятно, почему она стала защищать тебя, – усмехнулся Лаки. – Такого лидера не грех защитить, я бы, если бы понадобилось, клянусь, отдал бы за тебя жизнь. Я не был на твоей планете лично, но оттуда переселился мой друг со своей семьей, рассказывал, как у вас там спокойно жилось.

– Вы о чём? – подошла Мгла к нам и села по левую руку от меня. – А вы знали, что наш Стрелок вообще не подчинен ни одному клану? Вообще нет никаких клановых отметок на нём, ни одной.

– Не обращал на это внимание, – нахмурился Лаки, посмотрев на свой кулак, на котором был шрам в виде герба нашего клана. – Вроде такие отметки специально ставят в видных местах… Мгла, а у тебя где?

– На шее, – сказала она, отодвигая прядь распущенных волос. – Его хорошо видно, когда волосы в косу собираю… А у него вообще нет отметок, вообще ни одной. И меня это напрягло… Может, он из повстанцев? Может, он – засланный?

– Думаешь, кто-то захотел так извернуться? – усмехнулся я. – Хотя всё может быть, наш мир – интересная штука, чего тут только нет… Вон, даже с помощью технологий смогли пробудить зерно в людях, а они воздействуют на мир вокруг с помощью способностей зерна.

– Я буду за ним дальше наблюдать, – наклонившись к моему уху, довольно тихо сказала девушка. – Сегодня слышала разговор, что его не будут от нас никуда переводить, почему так, я не знаю… Но он точно тут не просто так.

– Опять интриги, – тяжело вздохнул я. – Да какого, блин, хрена?! Они меня и тут преследовать будут?!

– Всегда, – попытался пошутить Лаки, но получил от меня с локтя под рёбра, из-за чего тут же загнулся. – Да за что?!

– Сам знаешь за что… – фыркнул я, кладя голову на спинку дивана, прикрыв сразу глаза. – Ненавижу я интриги, крайне ненавижу. А тут ещё оказалось, что Стрелок хрен пойми кто. А ещё он целенаправленно меня пытался подставить. Вот как тут паранойю не заработать…

– А ещё очень дальняя родственница объявилась, – еле заметно улыбалась Мгла, когда я посмотрел на неё одним приоткрытым глазом.

– Да, – мелко кивнул я, снова закрывая глаз. – Надо будет по базе данных пробить, может, получится что-то сделать с тобой… Но это потом, сейчас надо будет добежать. Кстати, вон идёт инструктор, надо вставать…

Глава 25

Последний зачёт в текущем полугодии, долгожданный и будоражащий. Занятия по тактике всегда были самыми интересными, но вместе с тем и самыми сложными, ведь иногда требовалось выполнить нечто нереальное, например, удержать позицию отрядом из десяти человек, когда на тебя наступает около трёх сотен человек противника при поддержке легкобронированной техники.

Самое интересное и страшное по своей сути задание, это когда надо было продержаться около пусковой установки, размещённой на поверхности планеты, чтобы она завершила все свои подготовительные процессы для дальнейшего безопасного разрушения. Тогда на занятие нас объединили в большую группу, все тридцать человек были рядом и на одной стороне.

Сколько противников на нас будет наступать, именно количество, нам не сказали, просто дали задачу – вот вам три часа, обороняйтесь, не сможете – всем минус по поощрению, а победите – всем по одному. И тогда всем не хотелось проигрывать, ведь кому-то на тот момент оставалось одно поощрение, для кого-то просто это был шанс получить первое поощрение, открыв счёт… В общем, все тогда сражались слаженно, слушали команды Стрелка, его так и оставили после всего произошедшего между нами командиром на занятиях, а также мои советы, что меня немало удивляло. Честно признаться, потеряли мы тогда вообще всех, ибо противник шёл на нас бесконечной волной, мы просто не могли даже отдохнуть и перегруппироваться. Каждая попытка сменить позицию вела к неминуемой «гибели» одного из членов нашего отряда, поэтому было решено оставить всё как есть, просто перераспределили линии ведения огня.

Заняли мы тогда полукруговую оборону: позади наших спин был комплекс командного пункта временного базирования, ведь модульный тип постройки данного сооружения позволял его разобрать и перебросить в короткие сроки в любую необходимую точку, а также одна наземная неподвижная пусковая установка с тахионной боеголовкой, способной уничтожить любой источник энергии, даже сам свет, если затронет фотоны или источник фотонов.

Таких ракет, на самом-то деле, по официальным отчётам республиканских вооруженных сил, было крайне мало, примерно два десятка на весь наш сектор. Использовать их было строжайше запрещено, ведь такая ракета способна уничтожить звезду, вызвав моментальную детонацию. Таким образом одного красного гиганта досрочно превратили в чёрную дыру, создав внутри лишнее давление, которое моментально сжало ядро до критического значения. Ну и потом были взрыв и гибель десяти процентов всего флота наших вооруженных сил. Это была катастрофа галактического масштаба, тогда с нами впервые вышли на связь другие цивилизации, которые находились тогда ещё за много тысяч световых лет от нас.

Так вот, в рамках того задания нам нужно было не допустить захват террористической межгалактической группировкой такого оружия, пока не будет произведено безопасное уничтожение самой боеголовки. Запускать её тоже было нельзя, иначе это могло привести к катастрофическим последствиям. В общем, нас заставили обороняться до прибытия так называемого подкрепления.

Что ещё было особенного в том занятии, так это более разнообразное оружие, которое нам позволили взять. Вместо обычных импульсных винтовок нам раздали также импульсные автоматы, снайперки, пулемёты, в общем, все виды оружия, которые сейчас применяются на поле боя.

Я взял себе снайперскую винтовку, так как что-то в одном месте настойчиво давало знать, что это именно моё оружие, что я должен быть единым целым со снайперской винтовкой, должен быть скрытым и незаметным. Плюс, это предполагала моя схема развития и тип моего зерна, из-за которого меня шуточно, наверное, обвинили корнем зла.

Вообще после того случая Элизабет Вайтссон извинилась, прислав сообщение, что её предположения считаются ошибочными, что время лишь даёт возможность преображаться пространству, там какие-то были слишком заумные фразы, я не стал их даже пытаться понять. Всё же Вайтссоны самые научно продвинутые среди всей республики. Но осадок после общения с ней остался, вроде ничего такого я ещё не сделал, а она сказала, что я могу быть исполнителем мистического заказа для самого себя. Бред.

Но снова о занятии. Погиб я тогда одним из самых последних, так как из-за расстояния у меня была возможность менять позиции, да и просто видеть всё поле боя таким, каким оно было на самом деле. С помощью в основном меня Стрелок тогда и получал большую часть знаний о перемещении противника. Но мы победили, символом этого стала «бомбардировка» всей местности перед модульным командным пунктом, повально «уничтожающая» всех андроидов и их бронетехники. Но пали мы тогда все.

Сегодня же на зачётном занятии нас наоборот разбили на двойки или тройки. Я и ещё несколько человек остались без напарников, так как нам для определения дальнейшего плана развития требовалось уточнить некоторые наши навыки. Каждому отряду или одному человеку дали индивидуальное задание, которое он или они были способны выполнить.

Мне досталось интересное задание – добраться незамеченным до точки наблюдения, срисовать всю обстановку, после чего осторожно вызвать орбитальный огонь по вражеской базе, которая находилась уже в другой точке. Зачем всё так было разносить, я не понимал, но зато уже после получения этого задания, которое отобразилось только в системе Академии, то есть помимо меня, никто более про моё задание не знал. Ну а я, соответственно, не знал про задания моих одногруппников.

После того, как я шагнул в транслокатор, сразу же очутился в заснеженной долине, где снега было как минимум по колено. Но самое противное было не обилие снега, а сильнейший ветер, который пронизывал до костей и даже глубже, словно мёрзла сама душа.

Но конструкторы доспехов не дураки, создали целую систему жизнеобеспечения, которая работала от отдельного источника питания, который был скрыт под защитной пластиной в районе лопаток. Когда система активировалась, то мой коннектор, коммутатор, конденсатор, как только его уже не называли, сразу подключился ко всем системам доспехов, анализируя их, а также сразу выводя необходимую информацию перед глазами.

Система обогрева активирована в автоматическом режиме! Запаса энергии источника питания осталось на 2 часа 42 минуты в текущих условиях! Для экономии энергии можете отрегулировать степень обогрева организма вручную, что не рекомендуется в текущих условиях.

Температура воздуха составляет минус 32 градуса по Цельсию. Скорость ветра на открытом пространстве в околоземном слое воздуха достигает 25 метров в секунду. Рекомендуется найти укрытие для обеспечения сохранности энергии источника питания и продления жизненных циклов организма в случае полной разрядки источника питания.

– Ненавижу холод, – поёжился я, хотя внутри доспеха было реально тепло, даже комфортно.

Сверившись с картой, что была приложена у меня к заданию, я быстро определил, где нахожусь и куда мне надо двигаться. Сразу стало понятно, что дела мои дермовенькие, так как на всё про всё у меня уйдёт, по подсчетам системы, около двух с половиной часов, а это значит, что стоять нельзя, надо уже выдвигаться в сторону первой цели.

С трудом перебирая ногами через толстый слой снега, я как можно быстрее начал идти в сторону маркера, который смог себе поставить, сравнив данную карту и ландшафт. Хорошо, что были нормальные ориентиры и с помощью системы Академии можно было вычислить дальность до видимых и интересующих объектов.

Когда я прошёл примерно метров сто, тут же произошёл пересчёт оставшегося времени до полной разрядки источника питания, он стал показывать более трех часов, что несомненно радовало. Значит, регистрируя изменения температуры внутри брони, система подогнала необходимые затраты энергии на обогрев. Это радовало.

Первый километр я преодолел аж за целых пятнадцать минут, при этом несколько устав. Появилась одышка, которая с силой выталкивала из моих лёгких воздух, превращающийся в пар, когда проходил через фильтры шлема. А это была лишь одна пятая всего маршрута до первой цели.

Внимание! Проникновение на подконтрольную противником территорию! Рекомендуется соблюдать осторожность и проводить ежеминутное сканирование местности в инфракрасном диапазоне с помощью датчиков шлема.

Внимание! Более частое использование ИК-сканера приведёт к провалу в связи с вашей вероятной смертью от переохлаждения.

Первые десять минут я шёл таким же темпом, при этом не используя ИК-датчики. Да, территория была под контролем противника, но он же не дурак так далеко уходить от своей базы, там же, вероятно, тоже могут быть люди, которые также могут мёрзнуть от такого дикого холода. И вообще, что это, на хрен, за мир такой?! Зачем этот кусок льда понадобился где-то человечеству?!

Справка

Данный ландшафт был скопирован с ландшафта планеты Цериус-5 системы Цериус. Это одна из пограничных систем, а данная планета является единственной, где более-менее безопасно можно было разместить военную базу. По условиям задания космодром, на котором вам необходимо провести визуальную разведку, а также оперативный штаб, который вам необходимо уничтожить с помощью орбитального удара «вашего» фрегата, оказались захваченными противниками.

– Ну, хоть понятно, зачем этот кусок льда понадобился на самом деле человечеству, – усмехнулся я вслух, остановившись на месте, разглядывая уже почти полностью занесённые снегом следы.

Следы вели в сторону леса, который был примерно в километре от меня. Если бы не метель, то, вероятнее всего, меня бы уже заметили, но поднимаемый с помощью сильного ветра снег создал мне хорошее естественное прикрытие, но удача не может же меня бесконечно преследовать.

Просканировав в первый раз местность с помощью ИК-сканера, система ничего не выявила, ничего подозрительного. Сплошной синий фон наложился на формируемую карту местности, показывая, что тут никого рядом нет, по крайней мере на расстоянии в несколько сотен метров, сканер тоже не всесильный.

Набрав полные лёгкие воздуха, я двинулся дальше, уверенный в том, что сейчас вокруг меня никого нет. Но напрягали следы, так как они были относительно свежими, может, минут десять максимум прошло, при таком снегопаде сложно определить точнее. Вели они точно туда же, куда надо было идти и мне, что несколько облегчало движение, так как идти по чьим-то следам всегда проще, чем заново прокладывать тропу.

Через несколько минут я послал ещё один сканирующий импульс и снова не получил ничего интересного. Это радовало, но становилось уже скучновато, хотелось встретиться с противником, применить, наконец, не только снайперскую винтовку в деле, но и автоматический мини пистолет-пулемет, который сейчас находился у меня на бедре в кобуре.

Но с каждым моим шагом следы становились всё чётче, пока они не стали совсем свежими. Это было уже на границе с лесом, где скорость ветра упала примерно до десяти метров в секунду, из-за чего время до истощения источника питания увеличилось ещё на час.

Идти стало в разы проще, так как в лесу слой снега оказался не таким толстым, как за его пределами, хотя обычно всё бывает наоборот. Видимо, сильные ветра не давали в долине снегу долго лежать и накапливаться, вечно гоняя его по всем просторам планеты. А вот в лесу снега должно было быть очень и очень много, так как здесь его особо сильно ветер не гоняет. Но всё было наоборот, из-за чего моё шестое чувство начало бить тревогу.

Быстро покрутив головой и оценив обстановку, понял одну прекрасную вещь – тут явно снег чистили, чтобы было проще ходить, с краёв очищенной от снега дороги прекрасно было видно бугры, за которыми можно было устроить засаду, если за ними залечь. Это я взял себе на заметку, после чего моментально провел очередное сканирование местности.

На этот раз ситуация оказалась почти критической, в двух сотнях метрах правее меня сканер выявил одну широкую красную сигнатуру, что можно было расценить как боевую технику или парный патруль, так и просто большое животное. Но я решил не рисковать, так как эта сигнатура приближалась ко мне, а сразу метнулся влево, перепрыгнув через сугроб.

Выждав где-то несколько минут, я увидел среди деревьев пару патрульных, которые шли несколько расслабленно, о чём-то беседуя между собой. Видимо, они не рассчитывали, что кто-то может пробраться и вообще здесь быть, из-за чего шли спокойно по расчищенной узкой тропе.

– А я тебе говорю, что тут никого не будет, – знакомый голос, принадлежавший Буйволу, донёсся до меня от одного из двух патрульных. – Слишком тут дерьмовые условия для этого.

– Да, блин, – голос второго походил на голос Чёрной Панды, ещё одного мужика с силовым архетипом развития, не просто же так у него имя одного из представителей медвежьего семейства, – думаешь, просто так нам система дала задание патрулировать именно этот сектор? Она просто так таких заданий не дает. При этом она нам дала знать, что тут вероятна встреча с одиночными или групповыми целями противника.

– Ну, хрен его знает, – вздохнул Буйвол. – Думаю, всё это лажа… Хотя… Внимание! Свежие следы!

Один из них тут же выхватил пулемет, который до этого момента покоился у него за спиной, начав им крутить в разные стороны, пытаясь выцелить меня, а второй сразу же метнулся к следам, присев возле них на колено. Сел он примерно в десятке метров раньше от места моего «бегства в кусты», из-за чего у меня было время на быстрое принятие решения.

В голове, а также с помощью предложенной системой тактики, сформировался короткий план действий. Первым делом необходимо было быстро разобраться посредством снайперской винтовки с боеготовым патрульным, который представлял опасность, потом – со вторым патрульным, пока тот ещё высматривает следы и не держит оружия в руках.

Так и сделаем.

Вскочив на ноги, сразу же хватая висевшую на груди снайперскую винтовку, я быстро прицелился и произвёл выстрел в патрульного, пока его ствол смотрел не в мою сторону. Ответом на выстрел было короткое вскрикивание, но рано было радоваться. Времени на перезарядку винтовки у меня не было, так что я её просто опустил, правую руку быстро бросил вниз, к кобуре, расстегнул её и молниеносно достал пистолет-пулемет, из которого почти не прицеливаясь начал палить по второму противнику.

Попал я во второго со второй очереди выстрелов, когда он уже целился в меня. У меня в тот момент что-то защемило в груди, так что я несколько испугался и, видимо, на испуге смог точно прицелиться и попасть аккурат в центр груди врага аж двумя электромагнитными зарядами. Короткое вскрикивание, и системное сообщение подтвердило, что противник обезврежен.

Поражение противника – Буйвол.

Поражение противника – Черная Панда.

Вздохнув и несколько придя в себя, я побрел дальше, оставив этих двух лежать в снегу. Замерзнуть они не замерзнут, боты прилетят за ними и доставят к транслокаторам, а вот понервничать точно понервничают, ведь они не знают, сколько им тут придётся так лежать.

Дальше всё оказалось относительно тихо, пару раз при сканировании я заметил ещё патрули, но больше не ввязывался с ними в бой, стараясь большой дугой обходить их примерное местоположение. Во-первых, лучше меньше попадаться самому им на глаза, так больше шансов, что они не сообщат базе о появлении противника, даже если я их в конечном итоге прикончу, а во-вторых, не все могут быть такими тупыми и уже по подозрительным следам смогут определить, что на территорию проник противник, подав при этом сигнал своим на базе.

Но обошлось.

Несколько скорректировав курс, я вышел на край небольшого обрыва, с которого можно было, не опасаясь ничего, наблюдать за космодромом. Сейчас там находился один лёгкий крейсер, который система обозначила как космический корабль четвёртого ранга. Вокруг него суетилось с десяток бойцов, которые все как один были похожи друг на друга. Андроиды.

Отсоединив прицел от снайперской винтовки, я приложил его к визору шлема и начал более детально осматривать всё, что творилось на самом космодроме, а также в ангарах, часть которых была закрыта. В единственном жилом здании мне удалось засечь ещё несколько человек, которые в основном не перемещались, зависнув, судя по всему над картой местности, и о чём-то бурно споря. В открытых ангарах стояли приготовленные к взлёту фрегаты, почти такие же, как и у Грома, но только более хлипкие. Возникло ощущение, что каждый выпускник, если покажет достойный результат, сможет сам себе выбрать космический корабль определённого класса, после этого начав развивать его с помощью материалов. Так, например, Гром себе точно увеличил бронирование корпуса.

– Войд, – через помехи неожиданно раздался в правом ухе чей-то голос. – Это база! Картинку получили! Видим угнанный крейсер, а также несколько кораблей дезертиров! Приказываю приступить к выполнению второй части задания! Немедленно! Время на выполнение – тридцать минут!

Помехи тут же исчезли, что означало – отвечать мне было не обязательно. Отойдя незаметно от склона, я снова поднялся на ноги, после чего скорректировал свой курс далее, в сторону штаба противника, по которому необходимо было нанести удар.

Разделяло меня от штаба противника всего полтора километра густого леса, но я был более чем уверен, что там сейчас противника хоть… Булками жуй, то есть очень много.

Не успел я несколько приуныть, как позади меня на космодроме начала раздаваться стрельба. Видимо, какая-то засадная группа ждала получения картинки от меня, которую я, сам того не зная, передал Центру. А это уже хороший знак, они отвлекут на себя внимание противника, из-за чего я смогу более-менее спокойно добраться до вражеского штаба.

Пока я пробирался, то несколько раз запускал ИК-сканер, который показывал передвижение противников. Все явно оббегали тот обрыв, на котором я вёл разведку, так как там открытая местность и при ведении огня смогут спокойно нейтрализовать противника, а вот как точка для наблюдения то место было просто шикарно.

Звуки стрельбы до меня доносились всё слабее и слабее, зато их интенсивность с каждым мгновением всё возрастала. Видимо, противник превосходил числом засадную группу, и его численность только нарастала, но для засадной группы главное было отвлечь внимание, если я всё правильно понимаю, чтобы я смог определить местонахождение штаба противника и вызвать в ту точку орбитальный удар.

Через двадцать минут, чуть не нарвавшись на вражеский пост, я заметил стоявшее метрах в ста от поста одинокое здание. Размером было оно примерно два на два, но понаблюдав за ним, я понял, что это просто пристройка над какой-то лестницей, уводящей под землю. Маркер по заданию показывал мне совершенно другую точку, но я был уверен, что вызывать огонь нужно именно сюда. Но, чтобы это сделать, необходимо разобраться с постом, на котором меня чудесным образом не заметили.

При себе у меня всего одна граната, а караульные были внутри ещё более мелкого здания. Подобравшись со слепой зоны, я приготовил гранату, выдернул чеку, разбил окно и быстро забросил им сюрприз. Вот теперь про меня точно знают, так как после взрыва гранаты словно из-под земли начала доноситься сирена.

Вытащив специальный пистолет с лазерным целеуказателем для орбитального удара, я быстро навёлся, нажал на спусковой курок, после чего уровень заряда пистолета резко упал на ноль. Вот теперь надо было бежать, так как тут через пару мгновений будет ад, о чём мне тут же сообщил Центр.

– Сигнал получили! – снова с помехами отозвалось у меня в ухе. – Беги оттуда, если хочешь выжить!

Глава 26

– Так и знал, что это банальная подстава, – буркнул я сам себе под нос, выходя из транслокационного круга.

Как в итоге я и ожидал, ни о каком моём спасении речи и не шло – меня просто пустили в расход, так как радиус поражения у орбитального удара был… Не маленьким. Да и для орбитального удара плюс-минус сто метров точности это попадание в колышек, то есть отменная точность. Вот и получилось, что меня просто накрыло очень мощным электромагнитным импульсом, который меня просто вырубил. Точнее этот импульс воздействовал на системы брони, а вот броня меня уже вырубила.

Проснулся я только уже рядом с транслокатором, когда меня транспортировочный летающий дрон к нему доставлял. Когда он понял, что я уже вполне себе сам могу спокойно двигаться, то просто опустил меня на землю и начал конвоировать, наблюдая за тем, чтобы я не ринулся дальше сражаться. Погиб – значит, погиб, тут не как в детстве, не поспоришь.

Эх, а как я в детстве часто со своими двоюродными и троюродными в стрелялки играл во дворе… И вот откуда у детей столько фантазии? Ведь любую ветку, любую палку представляли, как оружие невероятной мощи, каждый раз заново придумывая ему различные супермощные характеристики.

Вся эта тактическая подготовка очень сильно мне напомнила моё детство, когда я не думал обо всех этих интригах, каверзных играх, подстрекательстве, подсиживании… Тогда мы были детьми, нам было до лампочки, что происходит в мире, ведь у нас был собственный мир, хоть он был куда меньше галактики, но для нас он был невероятно огромен.

– О, смотри, – толкнул локтем Пульсар Лаки, показывая на меня пальцем. – Войд улыбается! Ты видел когда-нибудь такое, чтобы он был один и не был угрюмым! Ну он же улыбается!

– Видел разок, – пожал плечами Лаки. – Бывает со всеми такое. Кстати, пойдем, узнаем, это он так красиво сорвал аж целых три военные операции, выступив малочисленной четвертой стороной?

– А хрен знает, – пожал я плечами, подняв на этих двоих взгляд, – да, я вас слышал, что так смотрите? А по поводу моей миссии… Я появился вообще один, задача была всё разведать и подорвать к чертям собачьим. В общем… Я пал смертью храбрых, но у меня получилось.

– Вот это я понимаю, желание всего добиться! – аж засиял гордостью Пульсар, глядя на меня. – Зато вон тем двоим, которые зырят на тебя как-то недобро, ты явно чем-то насолил.

– А эти, – усмехнулся я, махнув рукой в их сторону. – Я просто их прикончил, как только встретил. Это был единственный раз, когда я открыл огонь. Вон того, Буйвола вроде я прикончил из снайперской винтовки, а вон второго, Черную Панду или как-то так, расстрелял из пистолета, пока тот пёрся по моим следам. В общем, просто им не повезло, наткнулись на мою засаду.

– А-а-а-а, – протянул Лаки. – Так вот кто нейтрализовал дальний патруль. Думали, что там целая орава напала, так как почти моментально оба исчезли, из-за чего мы в их направлении начали окапываться около космодрома… А потом вообще с другой стороны напали, благо пара десятков андроидов была на нашей стороне. Смогли отразить нападение, всего двоих потеряли… Ну и Пульсара ранило.

– Да всего лишь ногу зацепило, – насупился тот, – но да, было неприятно. В общем… Если бы не ты, нам бы удалось сдержать оборону, но орбитальный удар… Короче, это уничтожило скрытый командный пункт, а там было что-то типа оперативного штаба, в котором сидели важные шишки… А его защита оказалась скрытой миссией… В общем. Ты – молодец.

– Ага, спасибо, – кивнул я, пожав по очереди протянутые мне руки.

За эти три месяца границы между нами тремя как-то несколько стёрлись, я уже не считал их какой-то чернью, обычными простолюдинами, а они уже спокойнее при мне общались как обычные люди, словно рядом с ними кто-то равный им. Это тоже радовало, так как у меня за всю жизнь так и не было реальных друзей, а тут… Тут что-то наклёвывалось. Вот и напоминало всё происходящее вокруг мне детство, далекое и беззаботное.

Когда все вернулись в общий зал, где уже шли бурные обсуждения последнего занятия, а это произошло спустя час после моего появления, инструктор скомандовал построиться. Благо, он нам дал на это ещё пять минут, так как некоторые всё ещё не отошли от шока, который получили после орбитальной бомбежки.

– Во-первых, – с нескрываемым удовольствием на лице начал говорить инструктор Сток, – последний раз в одиночку своё задание здесь выполняли порядка десяти лет назад. Не буду хвалиться, но это был мой сын, чей позывной ныне засекречен из-за его рода деятельности… Но, в общем, Войд, ты – молодец! Награду вот только сможешь получить после всех зачетов, одним из которых является реальная практика… Во-вторых, в общем, я вами доволен всеми, кем-то больше, кем-то меньше. Лично на моём занятии никто не окажется в пролёте, ведь не важно, что с вами произошло, многие действовали правильно, а некоторым просто не повезло, как патрулю во главе с Буйволом… В-третьих…

Инструктор тяжело вздохнул, осматривая нас несколько грустным, даже печальным взглядом, а потом на одно мгновение отвернулся, приложив ладонь к челюсти. Интересно, что это с ним?.. Судя по его выражению лица, ему сейчас очень и очень больно…

– В-третьих, – снова начал говорить он, при этом голос его был словно он пробежал несколько сотен километров, а потом его заставили испытать адские перегрузки, – реальная практика, как бы она странно ни звучала, это проба ваших сил в реальных боевых условиях. То, чему обучили вас за эти три месяца, должно позволить вам выжить в боевых условиях. Да, вас отправят на передовую, но не в самое пекло. Кого-то отправят в охранение космического корабля, который всё время патрулирует окрестности возле фронтира и ловит пиратов. Кто-то попадёт на условия не такие тепличные, придется сражаться на поверхности различных планет… Но все же шанс оказаться в самом пекле будет всегда. Завтра всем будут высланы первые пакеты данных с местами своих назначений. Вы будете отправлены группами по три человека. Думаю, вы сами понимаете, с кем вы будете.

В это мгновение я повернулся направо, смотря на лица Лаки и Пульсара, которые также посмотрели на меня и улыбнулись. Всё же мы будем вместе, а это уже хорошая новость. Мы – сработанная тройка, уже доказано, значит, у нас будут хорошие шансы всё сделать так, как надо на этой практике.

– А сейчас, – продолжил говорить инструктор Сток, – прошу всех проследовать в медицинский отсек, ведь уверен, что у всех уже есть возможность сделать улучшение своего организма. А потом отдыхать! У вас будет целых три дня ничего не делать, как бы это странно из моих уст не звучало, а просто расслабляться и морально обогащаться! Поздравляю!

Эти слова тут же вызвали бурную и радостную реакцию среди всех, кто стоял перед Стоком, то есть у нас. Ведь до этого не было ни единого дня отдыха, каждый день или занятия, или более интенсивная физическая подготовка. А сейчас целых три дня отдыха! За три месяца адских нагрузок – это великая награда.

В медицинском отсеке я долго не задерживался, сделал очередное улучшение сердца, как того требовала схема моего развития. Теперь, как сказала Валерия, я могу ходить в медицинский отсек для улучшений раз в три недели без особых проблем в течение полугода, а потом надо будет полтора месяца отдохнуть от улучшений. Это позволит мне сильно ускориться в развитии… Но опять же, это может быть рискованно.

– Но… – когда я уже собирался вставать с уже привычного мне медицинского кресла, она остановила меня коротким выражением.

– Что но? – приподнялся я на локтях, смотря на своего «лечащего» врача.

– Если хочешь рискнуть, то можно, в принципе, сейчас попробовать провести улучшение… – поджала женщина губы, смотря с какой-то тревогой на меня, а потом на мои показатели. – Твои показатели удивительно стабильны, особенно энергетический баланс… Но это и тревожит. Первый раз, когда ты проходил первое улучшение, если конкретнее, твои показатели пошатнулись на сорок процентов от нормы, когда у остальных эти показатели взлетают более восьмидесяти процентов… Сейчас же у тебя полная стабильность. Всё больше уверена в том, что тебя создали искусственно.

– Я вот тоже иногда такого же мнения, – пожал я плечами. – А в чём опасность двух улучшений подряд?

– Медицинская машина может просто не справиться с множественными мутациями в организме, которые могут возникнуть во время второго улучшения за один день, – сделала невинный вид женщина. – Но решать в итоге тебе. В любом случае, улучшать ещё раз надо сердце, и у тебя останется ещё одно бесплатное улучшение после этого.

– Может, ещё что после практики мне прилетит в качестве бонуса, – с предвкушением сказал я. – Посмотрим. Давайте! Я готов!

– Ну, смотри, – помотала головой женщина. – Я тебя предупреждала, что так поступать опасно, хотя твоё сердце уже способно вынести это.

Как я оказался в комнате, я не помню. Последнее, что я запомнил, как провалился в уже несколько привычный внутренний мир, как предо мной показались снова четыре развернутых голограммы моего организма, как я выбрал сердце в качестве цели моего улучшения… А потом всё померкло, а перед глазами повисло устрашающее системное оповещение.

Во время улучшения произошёл системный сбой в алгоритмах улучшения. Возникла временная аномалия сердца, которая со временем будет прогрессировать. Вероятность развития смертельной патологии составляет 30 процентов. Вероятность развития нейтральной, но вредоносной патологии составляет 40 процентов. Вероятность рассеивания аномалии составляет 20 процентов. Вероятность положительного исхода составляет 10 процентов.

Внимание! Пока аномалия сердца будет прогрессировать, вас будут преследовать боли, нарастающие временами до пиковых, почти смертельных, вызывающих панические атаки.

Сила аномалии 1 из 100. Время до полного развития аномалии – 10 суток.

– Я войду? – осторожно приоткрыла дверь в мою комнату Мгла, заглядывая через самый её краешек.

– Ага, – медленно кивнул я, тяжело дыша.

– Ты как? – спросила она, взяв стул и поставив его возле моей кровати.

– Ну… Жить буду, – попытался усмехнуться я, но тут же в груди начало щемить, из-за чего моя веселая ухмылка тут же сменилась гримасой боли. – Наверное.

– Ты два дня вообще не вылезал из своей комнаты, только с чьей-то помощью покушать да в уборную, – с переживанием в голосе говорила она, положив свою ладонь на моё предплечье. – Ты не можешь бросить своих людей, помни про это… А я пойду… А то опять что лишнего про нас наговорят.

– Иди, – кивнул я, прикрыв глаза.

Вот зачем я решился сделать пятое улучшение сердца? Чтобы просто показать всем, на что я способен? И чего я добился? Только ещё больших проблем… Я вроде всегда имел хорошее терпение, но сейчас возможность стать лучше это самое терпение во мне и убила. Можно было и не рисковать так, а я рискнул на свою голову.

Но надо вставать… Несмотря ни на что, надо подниматься на ноги и что-то делать. Иначе я так и реально подохнуть могу. Чую, что мне надо нагружать самого себя, делать своё сердце сильнее естественным путем, преодолеть этот порог…

– Давай! – рычал я сквозь зубы, поднимая своё вроде сильное, но сейчас такое тяжелое и слабое тело с кровати. – Давай!

Вскочил на одно мгновение на ноги, перед глазами всё тут же начало белеть. Слабое сердце, также хреновое давление. Вот оно у меня сейчас и скачет как бешеное, словно мне уже за несколько сотен лет. Надо дойти до Валерии, может, она мне чего даст.

Опираясь обо всё, обо что только можно было, я начал медленно идти к выходу. В груди словно не хватало воздуха, сердце било разными темпами, а в ушах звенело. И это был второй день после моей отключки во время улучшения. Но уже прогресс. В первый день я даже встать не мог, а сейчас уже иду. Абы как, конечно, но всё же иду.

С каждым шагом тело словно возвращалось под моё управление, оно слушалось всё лучше и лучше. Шум в ушах стал превращаться в отчетливые звуки, сердце начинало биться не как ему захочется, а как оно должно биться, дыхание постепенно восстанавливалось, а шаги становились всё больше и увереннее.

Внимание! В связи с активизацией физических нагрузок на организм, аномалия начала развиваться! Начался обратный отсчет! Оставшееся время 9 дней 23 часа 59 минут 50 секунд!

Выйдя из своей комнаты, я не особо уверенно, но всё же пошёл в сторону выхода из нашего отсека. На выходе из него меня остановил дневальный из числа обычных солдат призывников. Я ему объяснил, кто я и чего хочу, после чего он вызвал дежурного, тот связался со своим начальством по линии дежурных служб, и за мной прибыл ещё один солдат.

Через десять минут я уже лежал в медицинской койке и проходил подробное обследование. Аномалия была просто миниатюрной, но она создавала просто невероятные проблемы. Валерия сказала, что она будет прогрессировать ещё быстрее, но менее болезненно при повышающихся физических нагрузках, так как это её катализатор.

Ее прогнозы были не самыми утешительными, но я это и так знал, так что я просто ушёл от неё к своему проводящему, который снова меня отвёл в расположение нашего взвода. Там я сразу направился в тренажёрный зал, где начал просто разминаться. Было больно, было нестерпимо больно, дыхание сбивалось, пот лился ручьём от малейшей нагрузки. Но я не останавливался. Если я буду жалеть себя, то точно сдохну.

– Ты с ума сошёл?! – тут же подлетел ко мне Лаки, который схватил меня за плечи и попытался отвести к лавке и усадить на неё.

– Отвали! – прорычал я на него, еле сдерживая подступающую тошноту. – Я сейчас не могу просто так сидеть сложа руки! Мне надо заниматься! Мне надо давать нагрузку на сердце!

– Да ты подыхаешь от этого! Ты видел себя со стороны?

– Мне плевать, как я сейчас выгляжу со стороны. Врач сказала, что если хочу выжить, то нужно заниматься дальше. Движение – жизнь!

Больше ко мне вопросов не было. Весь тренажёрный зал просто застыл, когда меня пытался остановить Лаки. Все знали, что с ним я общался лучше всего, что иногда его советы даже слушал. Но на этот раз мне было плевать на всё. Врачу я верю, она меня предупреждала, что могут быть плачевные события, но я не маленький мальчик, чтобы сесть посреди коридора и реветь, что мне больно, что мне плохо. Я уже давно не маленький, уже давно не ребёнок. Надо работать над собой. Саморазвитие – вот путь к достижению всех целей!

Ещё некоторое время за мной наблюдали все, кто занимался, а потом жизнь в тренажёрном зале вернулась в своё русло. Мне так было даже спокойно. Чем больше я двигался, тем реально становилось всё проще и проще, чем медленнее начинал я двигаться, тем сильнее щемило в груди. Странная эта аномалия. Обычно любое заболевание сердца запрещает вообще какие-либо физические нагрузки, а сейчас всё с точностью наоборот. Мне становилось лучше в тот момент, когда я давал всё большие нагрузки на своё сердце. А ещё меня мучал один вопрос. А почему меня не вылечили, если есть такая возможность?

* * *

– Так! – расхаживал в экране транспортника, перевозящего нас в воздушном пространстве лесистой планеты, инструктор по боевой подготовке, его позывной нам был неизвестен, а система никак не обозначала его, лишь странные символы были вместо позывного, когда кто-то пытался просканировать его. – Сегодня вы отправились на свои первые задания. Каждая группа отправляется на планеты, близкие к линии фронта. Десять групп – десять планет. У каждой группы своё задание, у каждой группы своё предназначение. Вы можете погибнуть, но шансы на это не особо велики. Если вы будете действовать слаженно, то сможете выжить и показать достойный результат. Без ранений не обойтись, так что, будьте готовы ко всему. Далее для каждой группы будет короткий инструктаж.

Экран покрылся мелкой рябью, пока мы тряслись в воздушном пространстве планеты, которая была сплошным полем боя. Даже сейчас, пока мы были в сотнях миль от линии фронта, дальняя противовоздушная оборонительная система пыталась сбить нас.

– Молодые люди, – появилось на экране красивое женское личико, а из динамиков звездолёта доносился приятный мелодичный голосок. – Вам будет поручено в течение двух недель оборонять совместно с…

– Какая красавица, – облизнулся Пульсар, смотря на женщину в экране.

– И не говори, – согласился с ним Лаки, а я лишь усмехнулся.

На исходе третьего дня я наконец начал чувствовать себя нормально. Лишь пробуждения вызывали трудности, так как тело долго не испытывало ни малейшей физической нагрузки. Но, в общем, за пару дней интенсивных и нарастающих нагрузок я привёл себя в норму.

– Войд? – как-то ошарашенно посмотрел на меня Лаки. – У тебя что с лицом?

– А что? – удивился я и решил посмотреть на свое отражение в стекле. – Вроде всё нормально…

Пытаясь всмотреться, я обнаружил, что у меня слегка провисла правая щека, и еле открывается правое веко. Но это были мелочи. Сейчас, ровно в том направлении, куда был направлен мой взор, разрывая облака на части мчалась конусовидная ракета, которая была направлена точно в наш транспортник.

– Твою ж… – только успел сказать я, как…

Организм Войда в настоящий момент

СКЕЛЕТ

Улучшение прочности костей – 2-й уровень из пяти.

Улучшение эластичности костей – 2-й уровень из пяти.

ОРГАНЫ

Улучшение пищеварения – 2-й уровень из пяти.

Улучшение кровоснабжения – 1-й уровень из пяти (общий уровень, в комплекс входят три улучшения). (Улучшения сердца – 5-й уровень из пяти. Улучшение свертываемости крови – 1-й уровень из пяти, улучшение кровопроводящих каналов – 1-й уровень из пяти.)

Улучшение нервной системы – 1-й уровень из пяти (общий уровень, в комплекс входят три улучшения). (Общая проводимость сигналов – 1-й уровень из пяти. Улучшение ганглии – 1-й уровень из пяти. Улучшение количество нервных соединений – 1-й уровень из пяти.)

Улучшение зрительной системы – 3-й уровень из пяти.

Улучшения мозга – 2-й уровень из пяти (общий уровень, в комплекс входят несколько улучшений). Список скрыт. Улучшение мозга станет доступно позже (необходим более высокий уровень доступа).

Улучшения легких – 1-й уровень из пяти (общий уровень, в комплекс входят три улучшения). (Улучшение общего естественного фильтрования воздуха – 1-й уровень из пяти. Улучшение качества отдачи кислорода – 1-й уровень из пяти. Улучшение объема легких – 1-й уровень из пяти.)

Улучшение печени – 1-й уровень из пяти.

Улучшение мочевыделительной системы – 1-й уровень из пяти.

Улучшение репродуктивной системы – 1-й уровень из пяти.

Улучшение эндокринной системы – 1-й уровень из пяти (общий уровень, в комплекс входят несколько улучшений). Список скрыт. Улучшение эндокринной системы станет доступно позже (необходим более высокий уровень доступа).

Улучшение слуха – 2-й уровень из пяти.

Улучшение лимфатической системы – 2-й уровень из пяти (общий уровень, в комплекс входят несколько улучшений).

Список скрыт. Улучшение лимфатической системы станет доступно позже (необходим более высокий уровень доступа).

ЗЕРНО

Развитие зерна – нулевой уровень из пяти… Возможно дальнейшее развитие. Внимание! Улучшение зерна станет доступно позже (необходим более высокий уровень доступа).

Развитие большого канала – нулевой уровень из пяти… Возможно дальнейшее развитие. Улучшение большого канала станет доступно позже (необходим более высокий уровень доступа).

Развитие малых каналов – нулевой уровень из пяти… Возможно дальнейшее развитие. Улучшение малых каналов станет доступно позже (необходим более высокий уровень доступа).

МЫШЦЫ

Улучшение эластичности мышц – 3-й из пяти уровней.

Улучшение плотности мышц – 3-й из пяти уровней. Достигнуто первое разграничение по скорости. Системное уведомление о достижении не прочтено.

Улучшение поглощения АТФ мышцами – 1-й из пяти уровней.

Развитие дополнительных (резервные или усиливающие) мышц – нулевой из пяти уровней.

Временные состояния

Сила аномалии 12 из 100. Время до полного развития аномалии – 8 суток 12 часов 32 минуты.

Новые возможности

Глава 1

Запах дыма, скрежет металла, тяжёлая голова и полумрак, с едва пробивающимися лучами света. Всё в дыму, сложно дышать, кто-то кричит, но я не могу разобрать слов и даже увидеть кричащего… Чугунная голова, не могу пошевелиться… Сложно дышать… Что-то очень сильно давит на грудь.

Приоткрыл глаза. Всё в дыму, видно где-то в нескольких метрах от меня несколько силуэтов, мечущихся в разные стороны, и красный сигнальный свет, мигающий среди всего этого хаоса.

В нас попала ракета, система защиты сработать не успела, встроенные щиты резко вырубило из-за мощного электромагнитного импульса, а движки моментом отказали. Помню только одно, как эта ракета врезалась в кормовую часть нашего транспортника и как он, словно бешеная карусель, стремительно помчался вниз, вращаясь вокруг своей оси.

– …жив! …надо вытащить! – доносились до меня обрывки предложений, но голос был какой-то болезненный, словно человек пострадал не меньше моего, если не больше.

Временами меня словно выкидывало из нашей реальности, перед глазами бегало множество предупредительных строк, они все были обозначены восклицательными знаками с обеих сторон, а это значит, что с организмом что-то не так. Когда я возвращался в реальность, видел лишь дым, суетящихся людей в форме Академии, как моих одногруппников, так и пилота, прихрамывающего на одну ногу.

Где-то рядом слышалась стрельба, треск коротких очередей предупредительно отбивал незамысловатый такт по броне транспортника, потом слышался более близкий ответный шум выстрелов, который сильнейшей болью бил по вискам.

– Ему пробило лёгкое! – громогласный крик чуть не разорвал мой мозг на куски, так как показался на столько громким, будто сейчас должны были сойти снега с далеких гор, а вокруг от его мощи попадать деревья. – Тащите медицинское устройство!

Дышать было тяжело, но на грудь уже так сильно не давило, видимо, я был прижат, из-за этого не мог и головой крутить, но сейчас стало легче… Вот только грудь справа горела нестерпимым пламенем, а ещё сильно хотелось спать и кашлять… Но нельзя… Если они правы, то я могу просто впасть в кому, а это чревато тем, что я из этой комы просто не выйду…

Но какие же тяжёлые веки…

– Пульс падает! – снова кто-то взревел, а перед глазами из-за этого пошла какая-то рябь, словно всё вокруг не реальный мир, а какая-то компьютерная программа, словно я снова надел шлем виртуальной реальности, и у меня сейчас проблемы со скоростью передачи данных между моим мозгом и считывающим устройством. – Адреналин!

Мгновение, и мне захотелось аж взлететь, но меня крепко держали за руки и за ноги. Сердце начало колотиться как бешеное, тут же перед глазами выскочило предупреждение об ускорении развития аномалии… Но оно лучше, чем быстрее она исчезнет, тем быстрее я встану на ноги. Главное – не подохнуть раньше.

– Ты – дурак! – начал верещать кто-то другой, все лица были смазанными, а весь мир просто ходил ходуном, не позволяя разглядеть, что же творится сейчас рядом со мной. Лишь мигание красных лампочек позволяло понять, что всё же я жив, что я на нашем разбитом корыте. – Зачем ты ему тройную дозу адреналина дал?! У него могло сердце разорваться к чертям!

– Не могло, – самодовольно ответил, кажется, Лаки, – медицинский прибор сам рассчитал дозу, основываясь на его лошадиной мощи сердца.

– Идите… Оба… В… Задницу… – наконец я смог без боли вздохнуть, а пламя в груди сменилось приятной теплотой, которая разливалась по всему телу в дальнейшем. – Но… Спасибо…

– Сначала послал, а потом поблагодарил, – усмехнулся Пульсар. – Настоящий аристократ… Хотя ты же и есть аристократ… Простите, ваше высочество.

Последние слова Пульсар сказал с явной насмешкой, из-за чего мне захотелось ему врезать, но я сдержался, да и не смог бы, так как эти двое всё ещё держали мои руки и ноги. Увидев мой недовольный взгляд в направлении их рук, что держали меня, они тут же поняли моё немое негодование и отпустили меня, позволив принять моему туловищу вертикальное положение.

– Обстановка? – командным голосом задал я этим двоим вопрос, разминая свои руки и ноги, прежде чем подняться, а также внимательно осматривая всё пространство внутри транспортника.

Лежало два тела, судя по всему пилот и ещё кто-то, так как он не был в военной форме, но судя по зажатой в руках сумке, он был что-то типа ученого или опытного инженера, вылетевшего в этот мир со своей разработкой. Сам транспортник был относительно цел, только в двух местах его сильно покорёжило, по крайней мере, только в двух местах было видно внутри. Первое – корма, куда попала ракета, там был сплошной абстракционизм, скрюченный металл и висящая слегка искрящая проводка. Второе – нос, точнее левая часть носа, по всей видимости, мы впечатались в какого-то древесного исполина, который и остановил наше вращательное движение, из-за которого я и напоролся на что-то острое. Ну а потом меня накрыло куском металла.

– Хреновая обстановка, – нахмурился Лаки, выглянув на одно мгновение из окошка транспортника. – Нас сбили, что и так понятно, пилот, красавчик, даже пока мы падали, старался реанимировать эту посудину, что в конечном итоге ему удалось, движки в последний момент запустились, и он сильно затормозил падение. Но не повезло молодому парнишке, его размазало после столкновения с деревом. Но, если бы не он, мертвы были бы все мы. Ещё трое лежат на улице, к нам отправили какой-то диверсионный отряд, чтобы проверить, кто жив, а кто нет… Честно, твари, что по нам стреляют, выглядят как-то уж очень отвратительно… Не буду рассказывать, портить впечатление, так сказать. Что ещё… Вон тот старик летел с нами, чтобы опробовать какую-то плазменную винтовку улучшенного типа действия. Мол, она прожигает и сталь толщиной до пятидесяти сантиметров.

– Он жив? – снова бросил взгляд на седовласого, чтобы самому попытаться понять, дышит он или нет.

– Головой здорово об окно приложился, – несколько задумчиво ответил Пульсар, шмыгнув пару раз носом. – А так жив, только в отключке… А что?

– Не хрена и лука мешок, – помотал я головой в разные стороны. – Как вы вообще поняли, что он везёт какую-то хрень плазменную?

– Да это один из служащих транспортника сказал, – снова глянул в окно Лаки. – Чёрт… Там уже четверо мертвецов… Нас защищают всего двое и то, их уже прижимают… Надо что-то делать…

– Что-что, – нахмурился я, цокнув языком. – Оружия, кроме пистолетов, у нас никакого, так что вы сейчас берёте мужика, а я беру ту хрень у него в сумке, и вместе мы прорываемся к нашим. Только надо как-то узнать, где мы и сколько нам идти по этим лесам к нашим…

Запущено сканирование… Найдена точка подключения… Для пополнения базы данных необходимо подключить коннектор к точке подключения транспортного судна 12HR-765.

– Даже так, – вздёрнул я брови в удивлении, а после поднялся на ноги и на полусогнутых добежал до сбоящего экрана, под которым система подсвечивала порт для подключения.

Как именно мне надо было подключиться, я не знал, так что просто поднёс свой амулет. Между портом подключения и коннектором образовалась дуга, которая трещала как электрический ток. Удивительно было наблюдать за этим процессом, но зато это первый бонус от этой штуки, который я ощутил. Это если не считать возможности улучшения организма.

Получен доступ к базе данных! Начался процесс копирования базы данных… Внимание! Из-за внешнего повреждения транспортного судна 12HR-765, часть базы данных повреждена, но возможно восстановление данных с помощью сравнения информации и ее декодирования. Начался процесс восстановления информации! Примерное время восстановления 1 минута.

– Как думаете, минуту наши защитники смогут продержаться? – с глупой ухмылкой на лице спросил я про то, на что и так знал ответ.

– Уже один защитник, – с тяжестью в голосе ответил Лаки. – И то ему ногу выстрелом оторвало… Вколол себе наркотик… Встал на одну ногу… Боги… Он расстрелял десять тварей разом, но и самого твари просто в мясо превратили… Всё… Нет у нас больше защитников… Надо поискать оружие и готовиться к бою…

– Чё сидим? – недвусмысленно посмотрел я на своих подчиненных, как было передано в брифинге перед вылетом. – Особое приглашение надо? Я пока не могу стрелять, только если, сидя возле порта… Я нам данные добываю, знания. А знания – сила, помните, кто это говорил?

– Ага, – медленно кивнул Пульсар, доставая из-под трупа парня в форме автомат. – Инструктор Сток. А ещё у меня есть оружие! И три магазина к нему. Ха! Ща будем мстить!

– Чёрт… – крутился в растерянности Лаки, судорожно переворачивая всё, до чего могли дотянуться его руки. – У меня пусто, а вылезать сейчас на ту сторону, где множество трупов наших, сущее самоубийство. Если только отстреливаться буду с помощью пистолета, иного выхода у меня нет.

– Тогда достань его, – хотел я треснуть себя по лбу, но не стал, так как это глупый поступок в сложившейся обстановке. – Всё, держите на прицеле дыры в корпусе и дверь транспортника. Увидите тело – стреляйте, у нас нет времени на опознание свой-чужой.

– О-о-о, – с лёгким гоготанием протянул Лаки, посмотрев на меня со слегка сожмуренными глазами. – Поверь мне, тут и не потребуется определять свой-чужой… Тут твари, так твари… Их не перепутаешь с нашими…

Дальше повисла звонкая тишина, лишь треск тока на оборванных проводах напоминал, что время не застыло, что ещё идёт, а также таймер, который очень медленно отсчитывал каждую секунду, постоянно корректируя, когда всё будет завершено.

База данных восстановлена и полностью перенесена на запоминающее устройство коннектора! Обнаружена карта текущей местности! Обнаружено полётное задание!

Внимание! В связи с более важной информацией в полётном задании транспортного судна 12HR-765 ваше текущее задание отменено! Сформировано новое задание, имеющее особую важность в складывающейся обстановке!

Задание: обеспечить безопасность профессора Института прогрессии и вооружения Межгалактических Вооруженных сил человечества Чкалса Альфера, а также доставить его на пункт сбора А12 на текущей планете. Время на выполнение задания не ограничено.

Особенность: профессор Чкалс Альфер не должен оказаться сильно раненным или убитым. Силам самообороны планеты он необходим в здравом уме и с ясными мыслями.

Запущена программа сканирования профессора Чкалса Альфера…

Внешних повреждений… Есть внешнее незначительное повреждение головы! Рана в процессе заживления, кровь остановлена естественными процессами организма.

Внутренних повреждений… Нет.

Повреждений скелета… Нет.

Происходит расчёт координат и расстояния до пункта сбора А12.

Тут же перед глазами появилась объёмная карта всей местности. Сейчас мы находились в очень и очень густом лесу, сразу же начали вспоминаться занятия по тактике, так как они очень и очень часто проходили именно в таких локациях. Пункт сбора находился больше чем в пяти сотнях миль от нас, и на все эти пятьсот километров был сплошной лес. Только один раз взглядом я смог зацепиться за одинокий ручей, который нам явно пригодится… Делаем личную пометку…

– Чёрт… До него сто с лишним миль… – пробубнил я себе тихо под нос, тем самым случайно привлёк к себе внимание своих напарников.

– До чего сто миль? – ошарашенно посмотрел на меня Пульсар, и в этот же миг к нам через дыру в корме залезла первая тварь, по которой отработал Лаки.

Три чётких и метких выстрела, которые явно были сделаны с испугу и на инстинктах, так как мой самопровозглашённый родственник обычно первым выстрелом всегда мазал по цели, и тварь оказалась мертва.

Само существо представляло собой какого-то полугуманоидного членистоногого. Рта у твари не было, вместо этого у неё были жвала. Глаза представляли собой два огромных чёрных круга, словно это были и не глаза вовсе, а защитные окуляры на них.

У монстра было две пары разделенных на отдельные сегменты рук, которыми он даже после смерти сжимал свой игломёт, судя по его конструкции, а вот ног было уже три пары, которые заканчивались как… Как лапки паука, то есть можно предположить, что эти существа могут ползать по поверхностям под разными углами. Что меня удивило, чудовище было одето в экипировку, причём хорошую, судя по тому, что зелёная кровь полилась только из морды, куда попала одна пуля, бронепластины выдержали выстрел мощного пистолета с такой близкой дистанции.

– Твою ж… – тут же начал материться Пульсар, который так же, как и я был, сильно шокирован внешним видом наших противников. – Это что за твари?! Их че, только в голову убить можно?!

– Получается, что так, – кивнул Лаки, – только в голову… А это… Насколько я понял, они пытаются оттяпать у нас эту планету… Цивилизация весьма развитая, несмотря на их внешний вид… Чего только стоит их броня…

– Скорее всего, – отошёл я от шока и более внимательно всмотрелся в труп противника, – это просто солдат какого-то роя, высокоразвитого роя. Не удивлюсь, если у них нечто наподобие гештальт-сознания, они объединены в одну большую сеть каким-то образом.

– Псионики? – словно сам у себя спросил Лаки. – Тогда это немного объясняет их бесстрашное поведение. Чёрт!

Вторая тварь появилась ровно там же, где подохла первая, вот только она оказалась куда более маневренной, так как уже знала, что в корабле остались противники, и ожидала атаки. Движения этого представителя иной цивилизации были резкими, быстрыми, почти неуловимыми для наших глаз. Тут же стало понятно, зачем нас тренируют, для чего нас тренируют. Вот для того, чтобы мы на равных могли сражаться с такими инопланетянами.

Прыгнув к сумке, я достал оттуда какой-то металлический предмет, на котором была всего одна кнопка возле ручки. Держа за эту ручку, я нажал на эту самую кнопку, и тут же произошло нечто грандиозное, будоражащее разум. Эта металлическая коробка распалась на сотни тысяч мельчайших частей и начала формироваться вокруг моей руки, покрывая почти половину предплечья и кисть, создавая вокруг весьма лёгкую пушку.

Подключение нового модуля…

Подключен экспериментальный модуль – «Плазменная винтовка».

Заряд плазмы – 92 %.

Затраты на один выстрел – 2 % заряда.

Модуль готов к применению.

Пока я рассматривал все это, Пульсар не сидел на месте, он зажал спусковой крючок своей винтовки и просто расстрелял тварь, превратив её руки-ноги в месиво, а потом Лаки сделал контрольный выстрел в голову.

На глаз тут же надвинулся новый модуль, который так же моментально подключился к системе. Оптический прицел, который по характерным признакам и знакам отличия любой особи мог опознать её как врага или противника, а потом просто оставалось направить оружие на противника и…

– Воу! – воскликнул я, когда это оружие словно само собой выстрелило, сделав огромную дыру в груди инопланетянина, появившегося неожиданно перед нами. – Вот это ни хрена себе оружие!

– Фига ты его… – ошарашенно сказал Лаки, медленно повернув голову в мою сторону. – Может, ты сейчас так всех на улице перестреляешь? Может, поможет…

– Ну… – пробежался я глазами по характеристикам оружия. – О задержках между выстрелами никаких сведений нет, скорее всего, они для меня недоступны, так как ранг у меня низковат будет… А вообще, идея хорошая, как минимум парочку-то точно прикончить смогу.

– Ты уверен? – снова шмыгнул носом Пульсар. – Тебя ведь подстрелить могут.

– Уверен, – ответил я своему товарищу, чувствуя, как какие-то инстинкты, давно позабытые моим видом, снова начали просыпаться во мне. – Плюс всплеск адреналина позволит мне побыстрее избавиться от аномалии… То, что вы вкололи мне, аж на целые сутки сократило таймер, а проценты положительных последствий после развития аномалии только возросли.

– Ну, смотри, только потом не говори, что мы тебя не предупреждали, что ты можешь умереть, – тяжело вздохнул Лаки, изобразив свою озабоченность ситуацией. – А вообще… Дверь частично заклинило, до самого конца она не откроется, но свою руку-базуку ты просунуть сможешь.

– Руку-что? – слегка повел я одной бровью, не поняв, о чём он говорит.

– Оружие в древности такое было – «базука», ракетница такая… – поднял он на меня взгляд и махнул рукой, подумав, что я ничего не понял. – Без разницы… Ты готов?

– Готов, – уверенно ответил я, пододвинувшись к двери челнока.

– На счёт три… – кивнул мне Лаки, а я кивнул ему в ответ, что и послужило началом отсчета. – Раз… Два… Три!

Глава 2

Треть метра, вроде маленькое расстояние, не протиснуться, не пролезть, но этого оказалось весьма достаточно, чтобы уничтожить пяток тварей, что медленно окружали нас. Лаки со всей силы смог толкнуть заклинившую дверцу, Пульсар в этот момент смотрел в оба глаза за брешами в обшивке, чтобы не допустить проникновения противника.

Поднялся, просунул руку в тридцатисантиметровый проем, увидел несколько тварей, которые моментально подсветились красной сеткой, получив обозначение в системе как особо опасные, навёл руку на первого, выстрелил, снесло голову. Тут же перевёл руку на второго противника, ему снесло брюхо, но он остался жив, а его оружие в хлам, и он точно не сможет долго с такой дырой жить. Перевёл на третьего, но он оказался более везучим, чем первые двое, на него потребовалось аж целых два выстрела, так как первый пришёлся ему по лапам-ногам, он просто подпрыгнул в момент выстрела, а вот второй попал ему аккурат в шею.

С остальными проблем не было – каждый с одного выстрела. Всего я смог прикончить семерых, плюс Пульсар одного, который попытался забраться через пробоину в носу. В итоге рядом с нами никого больше не было, так что мы смогли спокойно вздохнуть и передохнуть. Но долго этого делать мы не могли, так как был один очень и очень тревожащий фактор.

– Нам надо посмотреть, есть ли тут раненые, – посмотрел я в окошко, осматривая лежащие неподвижно тела. – Мне что-то подсказывает, что в их иглах были мощные транквилизаторы, из-за чего бойцы так быстро падали. Вот только как они потом их раздирали на части… В общем, надо бегло осмотреть, вдруг кто дышит, и привести его в чувство, аппарат у нас есть.

– А с профессором что делать? – указал Лаки кивком головы на лежащего седовласого. – Мы с тобой в одном отряде, нам тоже досталось это задание, так что… Он у нас в приоритете.

– Сейчас с ним всё хорошо, он пока просто в отключке, – перевёл я на один миг свой взгляд на профессора, потом снова в окошко, – головой приложился хорошо, кровь не теряет, а вон там парни своей жизнью рисковали, чтобы нас спасти, так что… Будет как-то слишком цинично, если мы их бросим.

– Неправильный ты аристократ, – без малейшей шутки и каких-либо усмешек, на полном серьёзе сказал Лаки. – Обычно вашему брату плевать на нас… А ты тут прям сама забота. Это ломает вообще все стереотипы.

– Наверное, меня за это и любили в том мире, над которым я властвовал, – пожал я плечами, изобразив всю неловкость. – И всё же не хрен сидеть. Я вас прикрываю, а вы осматриваете раненых. Пошли-пошли!

– Вот раскомандовался, – улыбнулся Лаки, первым спокойно пройдя в корму транспортника, а после выйдя на улицу.

Следом за Лаки вышел и Пульсар, вдвоём они начали ходить от тела к телу, но все как один оказались мертвы. Иглы реально содержали сильнейший транквилизатор, который вызвал почти мгновенную остановку сердца, стоило им просто поцарапать кожу. Это даже несколько разочаровало меня, так как я очень сильно хотел, чтобы хоть один оказался жив.

– Хреновы дела, – мысленно начал общаться Лаки, который осматривал самых дальних павших воинов. – Все аж синие, словно их переморозили… Фу… А ещё странная вонь стоит какая-то…

– И правда… – так же мысленно начал «говорить» Пульсар. – Хороший такой запах гниения, обычно так залежавшиеся трупы воняют. Вот только они не лежали тут и дня, чтобы начать смердеть…

– Это всё то вещество, которым были обработаны снаряды нашего противника, – подвёл я итог всех умозаключений. – Видимо, оно вызывает активный распад и гниение тканей… Вероятно, они гнилью и питаются, но всё это наши догадки… Мы даже не знаем, кто это, чёрт возьми, такие!

– Враги наши, вот кто, – сказал вслух Пульсар, отойдя в сторону и сняв шлем, а после сплюнул. – Запах словно прилипает к нам… У меня один дед был охотником… Нас так могут пометить, ну, запахом. Лучше сваливать и сваливать быстрее.

– Соглашусь с Пульсаром, – кивнул мой названый родственник. – Всё это слишком скверно выглядит. Войд, давай, как ты сказал, мы хватаем старика, а ты нас прикрываешь, всё же у тебя огневой мощи будет побольше, чем у нас двоих вместе взятых.

– Возьмите снаряжение, всё необходимое: гранаты, оружие, боеприпасы, – я решил, что нечего оставлять лишнее противнику. – Только у вас на это пара минут. Не знаю, как далеко очередная группа противника, но огромный столп дыма точно служит отличным маяком для всех в округе. Надо спешить.

– Есть, командир! – вытянулся и четко приложил Лаки руку к виску, а после заржал как конь, так как он всегда ненавидел всю эту военщину, судя по тому, как он на неё реагировал.

Прошла буквально пара минут, как я и говорил, когда эти двое забрались обратно в дымящийся транспортник, вытащили оттуда старика, предварительно нацепив на меня автомат неизвестной для системы модификации, а потом мы все вместе направились в сторону точки нашего прибытия, где должны были приземлиться. Но не вышло.

Покинули мы точку падения весьма и весьма быстро, уже через десять минут, благодаря нашей хорошей физической подготовке и броне со встроенным каркасом усиления, смогли оказаться в двух милях от места падения. И тогда там прогремел взрыв.

– Подорвали? – приостановились оба, одновременно обернувшись в сторону ещё более широкого столба дыма.

– Скорее, просто сбои накапливались там, где-нибудь коротнуло, произошло очередное возгорание, а там и топливный бак рядом оказался… – быстро раскидал вслух свои мысли я, а потом сам бросил взгляд в то место, откуда мы ушли. – Но да, вероятнее всего, что подорвали, так как ничего путного найти не смогли.

– А мы всё ещё воняем той гнилью, которую источали мертвецы, – хмуро подметил Пульсар. – Нас могут преследовать, так что нечего стоять на одном месте. Пойдем?

– Ага, – кивнул я, – потопали.

Дальше мы продвигались не так энергично, так как запасы еды с собой у нас были ограниченные, всего шесть суточных рационов питания, которые мы смогли стащить из грузового отсека перед самым отбытием, а на четверых… Это надо экономить, так как за двое суток мы точно не доберёмся до точки назначения.

Помню, как-то раз прочитал статью, как человек за двадцать четыре часа смог преодолеть почти семьдесят миль. Но это он шёл без перерыва, так что, если сделать поправку хотя бы на восемь часов отдыха, где мы по очереди дежурим, то дистанция сократится на треть, а это где-то сорок пять миль… Значит, нам без перерыва, если только на сон, топать около одиннадцати суток.

Я шёл позади своих напарников, они о чем-то тихо шептались, иногда пытались разбудить старикана, но тот был в очень и очень глубоком сне, вообще не реагировал ни на что. Его даже один раз слегка ножиком укололи, не до крови, но всё же, так он и на это не отреагировал никак.

На десять минут мы решили сделать привал, остановившись возле какого-то огромного куста с красными ягодами. Они были примерно сантиметр в диаметре, то есть достаточно крупные, а ещё их было очень и очень много, из-за чего меня терзали сомнения насчёт того, а можно ли ими хоть немного утолить голод.

Производится структурный анализ плода! Ожидайте…

Структурный анализ плода завершен! Отравляющих, галлюциногенных, влияющих на психику веществ не обнаружено! Средняя калорийность одного плода составляет 40 килокалорий!

– Есть можно, – несколько отстраненно сказал я, а потом осторожно сорвал первую ягодку и после длительного осмотра закинул себе в рот. – Но вкус так себе… Но главное, что можно набрать и не переживать насчёт провианта хотя бы одни сутки. Забиваем все карманы, немного отдыхаем и идём дальше.

Мы так и поступили. Все свободные карманы нашей разгрузки оказались полностью забиты этими ягодами. Быстренько перекусив с куста, мы немного посидели на земле, давая мышцам слегка расслабиться, а после снова продолжили свой путь. Всё время нашего «путешествия» меня не покидала мысль, что за нами следят, но она как-то сама по себе исчезла, когда мы встретили первого представителя животного мира на этой планете.

Если сравнивать с земными породами, то это был определенно медведь, бурый, но при этом его телосложение напоминало белого медведя, у них есть некоторые отличия. Этот огромный косолап, а он был больше медвежьих представителей на моей планете, увидев нас, некоторое время угрожающе переминался с ноги на ногу, а после решил просто забить и лениво ушёл куда-то на запад. А мы выдохнули спокойно, так как у нас бы точно не хватило силёнок разделаться с подобным монстром.

– Если бы такие были на Земле, – проговорил словно какой-то ботаник Лаки после того, как мы пятнадцать минут шли в гнетущей тишине, – то человечество бы точно не смогло выжить… Вот как такая тварина тут появилась за двадцать лет? Его что, искусственно вывели?

– Скорее всего, – согласился я хоть и с вопросительным, но все же с утверждением моего напарника. – А вот как… Скорее всего, наши генные инженеры постарались и вывели на свет такую громадину. Чем обоснована её полезность на данной планете… Вероятнее всего, хорошо помогает в её обороне, так как изначально и планировалось, что это будет фронтовая планета, развивать колонию на ней не планировалось.

– Думаешь, в медведе стояла система свой-чужой? – чуть ли не заржал Лаки, еле сдерживая свои эмоции. – Это же крайне глупо тратить такие бабки на это! Ведь сколько это кредитов стоит – мама не горюй!

– Скорее всего, просто как-то в подсознание смогли упихнуть, что мы родной им вид, что надо нас защищать и что-то ещё такое… – пожал я плечами, не зная точного ответа. – Но это лишь догадки. Если бы этот мишка захотел, он бы нас на хрен сейчас на куски разорвал и мокрого бы места не оставил.

– Не могу не согласиться, – закончил нашу беседу Лаки, после чего мы снова шли в полнейшей тишине.

Лес. Сплошной лес, он уже несколько надоел за три месяца нашего обучения, но всё же я сейчас очень рад, что мы находимся именно в нём, именно в таком, в каком нас и обучали выживать. Тут было всего полно: ягоды в обилии, грибы, временами попадались мелкие ручейки, возле которых можно было заметить различную мелкую живность… Но было что-то гнетущее, вечно морально давящее, я даже не мог точно сказать, что именно.

Через четыре часа начало смеркаться, света становилось всё меньше, так что ещё максимум полчаса, и надо будет остановиться на привал, а место для него надо искать уже сейчас. Мысленно дав на это команду, я, как и Лаки с Пульсаром, начал взглядом искать, где можно хорошо расположиться. И в конечном итоге через двадцать минут нашего пешего похода мы смогли найти просто идеальное место.

Посреди всего леса лежало огромное дерево, ну как огромное… Через него даже невозможно было пролезть, так как даже в горизонтальном состоянии оно было высотой с двухэтажное здание. Но у этого дерева был огромный и неоспоримый плюс – всё ещё полные листвы ветки. Под этими гигантами можно было спокойно спрятаться от дождя, если он будет, сверху нас не будет видно, а ещё можно будет из других веток, что сломало, соорудить стенки: получится идеальный шалаш.

Уложив всё ещё находящегося в отключке профессора, мы начали обустраиваться на ночлег, пока был хоть какой-то свет. Из суточного рациона питания мы достали таблетки, которые легко загорались, а поджигали мы их с помощью спичек, которые также входили в этот комплект. Всё максимально примитивно, но при этом и максимально эффективно, незачем придумывать колесо, когда оно уже изобретено.

Пока я занимался огнём, Лаки и Пульсар таскали ветки, как большие – для шалаша, так и маленькие – для костра. За десять минут нам удалось управиться, оставалось сделать лишь кое-какие поправки, но уже у нас был свет от костра в достаточно просторном помещении, примерно пять метров в ширину и четыре в длину, чтобы всё закончить.

– Знаете что! – плюхнулся на пятую точку Пульсар, раскрывая консервы и ставя их на специальный поднос, подложив под него горящую ветку, чтобы мясо разогрелось. – Я заколебался жрать эти ягоды! Меня от них уже тошнит! Буду жрать мясо, а потом спать! Дежурить буду последний, заслужил!

– Я, чур, буду дежурить первым! – тут же воскликнул Лаки, начав широко улыбаться. – Мы весь день тащили эту тушку, так что имеем полное право спать без перерыва… Кстати, а сколько мы прошли?

– Пятьдесят две мили, – сверился я с виртуальной картой и несколько удивился результату. – И это за десять часов пешего передвижения… Пять миль в час, а это хороший результат, весьма бодро двигаемся. И да, я согласен, ягоды надоели…

В конечном итоге мы сожрали на троих две трети суточного питания на одного, точнее только два из трёх основных блюд, что здорово согрело нас изнутри, а также пополнило нашу шкалу запаса внутренней энергии или иначе АТФ. Сейчас этот показатель у меня достиг двух сотен, что радовало, но при этом мне вспомнились те жуткие мгновения, когда я его случайно активировал, тем самым чуть не лишив себя ног.

Когда мы уже хотели ложиться спать, я даже снял со своей руки это плазменное оружие, превратив его снова в металлическую коробочку, чтобы передать его Лаки, неожиданно начал приходить в себя старик. Первое, да и самое банальное, он попросил воды. Благо фляги мы регулярно пополняли в ручьях, а сейчас воду вообще перекипятили, так что с жаждой мы ученого не оставили.

– Есть еда? – жалобно рассматривал нас ученый, а потом внезапно даже для нас встрепыхнулся и начал всё просто с огромной скоростью осматривать вокруг себя. – Стоп! Где оно?! Где моя сумка?! Где предмет из моей сумки?!

– Вы про этот предмет? – присел я на корточках перед ним, продемонстрировав ему металлическую коробочку.

Старик тут же потянул к ней руки, а я встал и сделал шаг назад, так как опасался за свою жизнь, жизнь своих товарищей, да и вообще за здравомыслие этого человека. Он только пришёл в себя, и неизвестно, что мог себе там надумать, а ведь всё что угодно могло твориться в его голове.

– Верни коробку, – убедительным тоном начал просить меня профессор. – Ты даже не представляешь, что именно ты сейчас держишь в руках и насколько оно опасно для наших жизней, если с ним неправильно обращаться.

– О, не переживайте, профессор, – улыбнулся кровожадно я, нажимая снова на кнопку, чтобы оружие сформировалось вокруг моей руки. – Я знаю, что это такое и на что оно способно. И если бы не ваша игрушка, то нас бы уже не было в живых.

– Вы из Академии? – удивленно уставился на нас старик, а потом чуть ли не поплыл от счастья. – Фух… А я думал, вы – обыкновенные бойцы, которым посчастливилось выжить… А что, собственно, произошло? Помню нас подбила ракета, а потом я проснулся тут. И покормите же вы меня!

– Вы хоть и не аристократ, – усмехнулся горестно я, вспоминая своих родственников, – но ведете сейчас себя так же, как и они.

Кратко рассказав, что произошло и как мы пришли к тому, что оказались под этим огромным деревом, мы накормили старика ягодами, нечего на него было сейчас переводить дефицитное мясо. Мы весь день давились этим, вот и он сейчас подавится немного, полезно для возрастного организма, витамины там всякие, фруктоза. Но через какое-то время я вышел освежиться, так как несколько устал от беседы с профессором.

– Молодой человек, – постучал меня по плечу подошедший ко мне учёный. – А вы случайно не Грейвойд?

– Ого, – у меня аж мурашки пробежали по спине, когда я от абсолютно незнакомого человека услышал свою фамилию. – А откуда вы меня знаете?

– Я лишь предположил, – видимо, рефлекторно хотел профессор поправить очки, но лишь приложил указательный палец к пустующему носу. – Эх… Жалко очки… Хорошие были.

– Это просто очки, – вздохнул я, сдерживая эмоциональную волну, так как мне было жутко интересно, откуда всё же ему известна моя фамилия. – А вы так и не ответили на мой вопрос.

– Я встречал вашего деда, – спокойно и с лёгкой улыбкой ответил Чкалс. – Хороший был человек, правда, ему не повезло… Он стал…

А потом ученый затих, несколько нахмурившись, более пристально всматриваясь в меня. Он явно что-то знал, но делиться эти не хотел, а мне, ой, как надо было узнать всё, что привело к столь бедственному положению мою семью.

– В общем, потом вы сами все узнаете, – хмыкнул себе под нос старик. – Одно скажу, вы несколько более грубый, чем ваш родственник, тот ко всем относился доброжелательно.

– Просто я не доверяю каждому встречному, – недовольно высказался я, уходя снова в «палатку». – Оружие останется у нас, это пока единственный эффективный способ защищаться от наших противников. Но я обещаю, что мы вернём вам прототип, когда доберёмся до базы.

– А по пути вы мне расскажете обо всём, что испытали во время его использования! – с присущим только учёным безумием очень вдохновленно потребовал профессор, из-за чего у меня снова побежали мурашки по коже.

Только допросов мне не хватало…

Глава 3

Трое суток мы шли без каких-либо происшествий, разве что профессор вечно ныл, что у него болят ноги, что он не может идти, что он устал. Если за первый день мы смогли преодолеть более пятидесяти миль, то за последующие три всего девяносто! Наша скорость сильно упала, а вонь, уже, правда, еле уловимая, всё ещё присутствовала.

Чтобы избавиться от вони, мы даже специально обливались водой с хлоркой, точнее водой, в которой было растворено очень большое количество обеззараживающих таблеток, но толку это особого не принесло. Вот и шли мы с постоянным чувством того, что нас преследуют.

На вторые сутки Пульсару удалось подстрелить какую-то помесь кролика с лисицей: рыжая расцветка, белый кончик лисьего хвоста, морда как у лисы, лапы как у кролика, как и уши. Я даже был в некоторой прострации от вывертов дикой природы, но что есть, то есть, от этого никуда не денешься.

Мясо оказалось отвратительным, очень и очень жёстким, при этом жевалось словно жвачка, то есть вообще не пережевывалось. Резина одним словом, но всё же это было настоящее мясо, а не те консервы и полуфабрикаты, что были у нас в суточных пайках. Даже профессор не жаловался на свойства мяса, так как… Ну это же мясо!

На пятые сутки задница пришла оттуда, откуда мы даже и не ожидали, а именно она случилась в лице профессора.

Лес оказался всё же не совсем безжизненным, просто рядом с нами очень мало живности водилось, а вот если отойти немного в сторону, то её было, ой, как много, особенно мишек наподобие того гиганта, которого мы встретили в первый день. Но млекопитающие в основном не проявляли к нам никакого интереса, для них мы представляли реальную угрозу, они это понимали, мозги всё же несколько развиты, а вот земноводные… Эти склизкие твари были вообще без тормозов, им было плевать кто мы, что мы и как мы… Некоторые особо прыткие змеи пытались укусить нас через листы брони, но у них этого не получалось. Но вот профессор оказался более лёгкой добычей для них.

– Вот чёрт! – крикнул мой «родственник», когда решил сходить по зову природы. – Тут сейчас профессор копыта откинет!

– Чего? – откровенно ничего не понял я, но Пульсар среагировал на выражение Лаки очень быстро, буквально выхватил из-за пазухи медицинский прибор и метнулся в сторону звуков.

Мне даже стало интересно, что именно произошло, а когда увидел, то примерно понял простонародное выражение «откинуть копыта». Профессору буквально в лицо впилась змея. Она была не особо большая, примерно с мою руку длиной, но судя по тому, что тело учёного уже бьётся в судорогах, она весьма ядовита и при этом продолжает вкачивать в старичка яд.

Пульсар, видимо, много перенял от своего деда, он смог двумя руками широко раздвинуть пасть змеи, а потом вообще разорвать её, чтобы та больше не могла кусаться. Ну и, конечно, змея подохла. Дальше всё пошло по стандартному плану: быстрое сканирование организма, определение по структуре яда необходимого антидота, ввод антидота и всё… На большее аппарат сейчас был не способен.

– А вот теперь только ждать, – раскрыл свой шлем Пульсар, смахнув металлом перчатки со своего лба капельки пота, что там образовались. На моей памяти он сделал это впервые за всё пребывание на этой планете. – Система говорит, что антидот должен полностью подействовать в течение от десяти до ста часов… В нашем случае я бы рассчитывал на сто часов, яда там много.

– Зато он теперь, наконец, замолчит, – с облегчением в голосе сказал Лаки, даже невольно улыбаясь, из-за чего мы с Пульсаром мельком глянули на него, а потом друг на друга. – А что?

– Да нет, – пошевелил я губами в разные стороны, стараясь подобрать слова повежливее. – Ничего такого. Просто человек старый, умный, общительный, может, хочет с нами своими достижениями поделиться…

– Да он достал! – словно вылил ушат воды на меня Пульсар, чуть ли не крича. – Он только и делал, что «бу-бу-бу-бу» да «бу-бу-бу-бу». Надоело! Я даже рад, что он наконец поспит подольше. Эх… Аж мозгам приятнее стало от того, что там появилась мысль, что несколько дней он будет молчать.

– А ещё мы будем снова быстрее идти, – сделал я невинный вид, мило улыбаясь, из-за чего поймал сначала два недоумевающих, потом удивлённых, а следом обиженных взгляда. – А вы чего хотели? Это вы тут по силовому принципу развиваетесь, я на скорость ориентирован, так что… Это ваша участь. Как бы это глупо ни звучало, ноги в руки, профессорские, конечно, и вперёд!

– Почему я так и думал? – задал, по всей видимости, риторический вопрос Лаки, после чего медленно и очень тяжело выдохнул, выражая своё негодование, а затем поднялся на ноги, в прямом смысле слова взяв в руки ноги профессора. – Мы опять первые? Идём впереди?

– Ага, – не скрывая сияющей от счастья улыбки на лице, сказал я, медленно кивнув.

Эти двое ещё только совсем чуть-чуть отхлебнули горя с этим седовласым, а вот он меня доставал по полной программе. Первые сутки он меня расспрашивал, как его прототип смог интегрироваться в систему, что там есть, как оно отображается, при этом он не то что просил, а требовал рассказывать всё в мельчайших деталях, буквально докапывался до запятой. И всё время переписывал сказанное мною в блокнотик, что лежал у него во внутреннем кармане на молнии. Продуманный оказался.

Вторые сутки он просто расспрашивал у меня про моё аномальное зерно, спрашивал, как именно я ощущаю пространство. Когда я ему сказал, что я вообще никак не могу управлять своим зерном, то он подумал, что я его обманываю, даже обиделся на это, но его хватило буквально на пятнадцать или двадцать минут, после чего он начал жаловаться на то, что у него болят ноги, что он старый и уважаемый учёный, что ему ещё многое предстоит сделать, ведь он не такой уж и старый… Ну и всё в таком же духе.

Заткнулся он реально надолго только в тот момент, когда я на него наорал, что он привлекает внимание диких животных, что нас спокойно могут порвать на части, что от его великого самомнения останется лишь один пустой звук, так как он сам перестанет существовать. Вот после этого он реально шёл с обиженным, но вместе с тем задумчивым видом, а это предвещало беду.

Третьи сутки он уже ко мне меньше приставал, больше общаясь с Лаки и Пульсаром, те иногда ему даже ответить не могли, так как просто не понимали вопроса, из-за чего старикан хитроумно подкалывал их, а я тихо ржал, идя следом за ними. Но при этом я постоянно держал в готовности плазменную винтовку, чтобы была возможность оперативно устранить вероятную опасность.

А вот сейчас мы шли в абсолютной тишине, это даже радовало. Наша скорость передвижения тут же возросла, так как не нужно было ожидать медленно бредущего профессора. Так что по итогу на пятые сутки мы преодолели всего сто восемьдесят миль из пяти с лишним сотен.

– Мы так не уложимся за десять дней… – устало рухнул возле ствола широкого дерева на колени Лаки, тут же отпустив ноги профессора. – Ведь с ума сойти можно! Если бы не мягкая подбивка брони, я бы свои ноги уже в кровь стёр! Если не до костей…

– До костей бы… – почти без эмоций сказал Пульсар, аккуратно развернув тело профессора спиной в сторону ствола, после чего аккуратно усадил его. – Но всё же тут почва твёрдая, мы идём спокойно. Мне нравится поход.

– Кому-то поход, а кому-то мучение, – брюзжа, ответил Лаки, усевшись рядом с сопящим профессором. – А вот этому вообще всё равно! Может, ему это, адреналина вколем? Может, проснётся?

– Ну уж нет! – тут уже я чуть ли не заорал. – Пускай дрыхнет, нам всем от этого в разы легче, да и идём мы немного быстрее. Плюс не хочу я его слушать… Он на мои вопросы отвечать не хочет, вечно уклоняясь от темы, переводя всё к тому, какой он – восхитительный учёный.

– Вот да, тогда не будем колоть, – согласился со мной Лаки, несколько раз очень быстро кивнув головой. – О чём бы он ни говорил, всё сводилось к тому, какой он великолепный и как его должны уважать и преподносить ему почести. Ведь он, по сути, же нам жизнь спас!

– Чем это? – откровенно удивился Пульсар, видимо, не поняв сарказма Лаки.

– Своей разработкой, – слегка улыбнулся я. – А так, он – просто обыкновенный Нарцисс.

– Кто? Нарцисс – цветок же с Земли, насколько я знаю… – нахмурился Пульсар. – Он очень и очень редкий… А этот не похож на цветок…

Я еле сдерживал свой смех. Всё же Ной, то есть Пульсар, реально был родом из деревни, хотя акцент и выдавал его, но для деревенского он был достаточно умным парнем. Но вот в такие моменты вся его деревенская суть просто прекрасно была видна. Но ничего, все мы когда-то обладали малым запасом знаний, я вот, например, не люблю шибко заумно общаться, стараюсь подбирать простые слова, понятные всем. Таким образом я на своей планете спокойно со своими подчинёнными диалог настраивал.

– Нарцисс, то есть себялюб, самовлюбленный. У него очень завышенная самооценка, считает себя просто грандиозным человеком, – попытался объяснить я Пульсару, и, благо, мне это удалось, так как в глазах это было видно, он их не морщил от непонимания.

Время уже было позднее, так что мы решили устроиться на ночлег, ноги всё равно ныли, а с каждым днём это ощущалось всё больше и больше, так что решили прерваться, закончив уже пятый день нашего нескончаемого похода. Одно у меня вызывало сомнения, и много вопросов кружило по этому поводу в голове. Какого хрена за нами ещё никого не отправили? Неужели дела обстоят настолько хреново, что даже ни единой посудины не нашлось, чтобы за нами послать?

Лагерь мы соорудили довольно быстро, а Пульсар во время сбора веток опять смог подстрелить живность, на этот раз косулю в полосочку, словно зебра, но с рогами. Всё же забавные тут сочетания выбрали ученые или дикая природа, так как таких скрещиваний видов я не встречал вообще никогда. Хотя и посещал я всего три мира, которые построены на почти стопроцентном копировании Земли.

Мясо у этой живности оказалось на порядок нежнее, чем у кроле-лиса. Но, главное, у него присутствовал жирок, а это хороший источник калорий, которые мы тратим просто в невероятных количествах. Так что, насытились мы знатно, даже на утро нажарили себе мяса, перекусив.

Вот только ночь прошла не совсем спокойно. Первые несколько своих часов я законно спал без каких-либо тревог, потом несколько часов так же спокойно стоял на страже сна моих товарищей, что мирно сопели в шалаше. На удивление, тут было хоть и много различной противной живности по типу мошкары, но они к нам не испытывали никакого влечения, так, просто нервировали, летая рядом.

Во время дежурства Пульсара произошло одно очень… Будоражащее событие. Над нами пролетел космический корабль, если судить по его габаритам, но вот классифицировать система его никак не смогла, что говорит о том, что он не принадлежит нашей Республике.

– Затушите костёр! – первое, что я сказал, когда ко мне начало возвращаться моё сознание после глубокого сна.

Лаки ничего умнее не придумал, кроме как быстро затоптать его. Это было долго, но всё же ему удалось это сделать, а сам он спрятался под сооружённым нами укрытием. Этот огромный, ведь его размеры реально поражали разум, корабль висел над нами минут двадцать, если не больше, после чего плавно начал двигаться в ту сторону, откуда мы пришли.

– Хреновые дела, – нахмурился я, смотря вслед быстро удаляющимся точкам от работы атмосферных двигателей. – Они нас ищут, причём решили взяться за это дело основательно, раз послали вот такой подарок. И кажется, я понимаю, почему они так нервничают.

– Из-за профессора? – спросил Лаки, тем самым верно истолковав мою догадку.

– Именно, из-за него, – мелко покивал я. – Вот только как они вообще узнали, что в той посудине летели мы с профессором, это интересный вопрос. Либо у них очень и очень хорошая разведка, либо…

– Кто-то слил им информацию, – завершил за меня Пульсар, а я лишь развёл руки в стороны, так как этот вариант хоть и звучал безумнее, но всё же был больше похож на правду.

– Вот только, кому это понадобилось, хочется узнать… Но нам пока стоит только доложить об этом, если мы, конечно, сможем добраться до базы.

– Нам стоит изменить маршрут, – словно обогнав мои мысли, выдвинул предположение мой названый родственник. – Они не просто так летели по нашему маршруту движения, сто процентов был высажен десант, а я бы очень не хотел с ним сталкиваться… Нам лучше начать идти по дуге, я даже сделал запрос системе через свой интерфейс… Она подтвердила мои догадки, вероятность засады превышает более восьмидесяти процентов. А также система рассчитала маршрут, который начиная от нашей точки пребывания, увеличился до восьми сотен миль.

– Не хреновый такой крюк, – поджал я губы, когда Лаки передал мне и Пульсару расчёты своей системы. – Но, что поделать, иначе нас просто обнаружат и уничтожат. Придётся делать крюк.

– А теперь ещё понятно, почему за нами не отправили вдогонку, – с неким облегчением вздохнул Пульсар.

– И что в этом понятного? – тут уже недовольно спросил Лаки, но, в общем, я понял, почему Пульсар спокойно выдохнул.

– Потому что они просто не могли за нами отправить, – ответил я вместо Ноя. – Если бы они отправили на помощь сейчас, то их транспортное судно точно бы сбили, а это чревато в условиях ведения боевых действий не особо хорошими последствиями, каждая единица техники на счету. А с учётом того, что противник прислал сюда кораблик по размерам не меньше тяжёлого крейсера…

– То получается, что у обороняющихся людей на этой планете дела с каждым днем всё хуже и хуже… – с болью в голосе продолжил мою мысль Лаки. – Как минимум, орбитальная оборона выведена из строя. А ведь в задании говорилось, что планета хорошо обороняется.

– Видимо, враг бросил множество сил на это направление, но наши из-за внутренних дрязг опять не могут оперативно реагировать, – повёл слегка я плечами, весьма спокойно об этом говоря. – Опять Совет галактики не может решить, какую флотилию лучше всего отправить, какой клан принудить к проведению большой мобилизации и всё в этом духе. В общем, всё, как всегда.

– Да хрен с этим Советом! – подскочил Пульсар как ошпаренный. – Ведь противник уже может быть рядом, а мы тут с вами прохлаждаемся, ведя… Как его… Беседу! Не фиг болтать! Я тут соглашусь с Войдом! Ноги в руки и на хрен надо валить отсюда! И чего ты на меня так уставился?! Хватай его за ноги и понесли по маршруту!

– Однако, – протянул я с неким удовольствием, активируя переданную мне от Пульсара плазменную винтовку.

Оружие уже привычно обволокло всю мою руку, снова произведя сопряжение с системой. Снова вывелся запас энергии, снова появилась краткая характеристика, которая тут же пропала. В общем, я уже чувствовал эту «игрушку» как родную, она мне очень нравилась. Жаль, что это прототип и его придётся в конечном итоге вернуть законному владельцу.

Впервые за эти дни мы выдвинулись в ещё темное время суток, оставляя за собой неубранный шалаш. Раньше мы тоже особо за собой не убирали следы, что глупо, но мы старались так сократить лишние затраты времени… Но сейчас это могло сыграть нам на руку. Пять привалов – пять лагерей, и все они были расположены на одной линии, а это может подтолкнуть преследователей на мысль, что мы и дальше можем продолжать двигаться в том же направлении.

Последний раз бросив взгляд на скрывающийся в мрачной тени огромного древесного исполина шалаш, я невольно улыбнулся. Пускай враг путается, а мы тем временем спокойно пойдём по более долгому пути. Вот только никто не гарантирует, что противник не расширит область поисков, а у него для этого есть все средства.

– А почему они нас не обнаружили с помощью тепловизоров? – неожиданно весьма резонный вопрос подбросил Пульсар, из-за чего у меня с Лаки одновременно в мыслеканале прогремело просто невероятной сложности матерное умозаключение, ведь противник мог это сделать и, вероятнее всего, сделал это.

– Валим быстрее! – тут же сказал я, подгоняемый собственными страхами, и мы побежали, а у нас из-под пяток чуть ли не искры летели, так как страх хороший источник адреналина.

Интерлюдия 1

Гром и Молния

Рубка командира. Гром сидел перед своим пультом и читал уже в пятый раз сообщение от оперативного штаба на Аль-донском стратегическом направлении. Ему следовало срочно выдвигаться в сторону почти самого приграничного мира, на фронтир, где сейчас бушевали самые ожесточенные бои и человечество несло огромные потери.

Противник возле Конреска-три, третьей планеты от светила под названием Конреск, появился неожиданно для всех, причём прислал туда по подсчётам оперативного штаба около восьмидесяти процентов своего флота, в частности пять линкоров и около двадцати тяжёлых крейсеров. Но Грома и его когорту просили не оказывать сопротивления, командование уже решило, что планета обречена, её уже не спасти, как и её немногочисленный гарнизон. Ему была поручена другая миссия: прибыть на пункт сбора А-двенадцать, чтобы обеспечить защиту одному профессору, его разработке и группе прикрытия, которая состояла из первогодков Академии.

– Алекс! – влетела в рубку Алиса, чуть не врезавшись в уже встающего брата. – Мы уже пятые сутки бороздим просторы космоса возле фронтира, но так и не нашли ни одного пирата! Ты же знаешь, что мне Академией поручено в составе боевой когорты уничтожить как минимум две базы пиратов!

– Накрывается медным тазом наша охота на пиратов, – хмуро пробасил Гром, смотря с лёгкой жалостью на свою сестру. – Нас посылают на самоубийственную миссию, на Конреск-три, чтобы вывезти оттуда какого-то учёного с его разработкой.

– Да какого?! – в прямом смысле слова начала метать искры из глаз Молния, чуть не прожигая взглядом своего наставника и брата. – Ты мне обещал, что мы будем выворачивать базы пиратов наизнанку, что я себе наконец смогу заработать первый боевой орден! А тут какая-то подстава!

– Тут не все так просто, – спокойно и размеренно продолжал говорить Гром, не обращая внимания на эмоциональные перепады своей сестры. – Это задание грифованное, полученное по закрытому каналу. Там этот профессор совершил какое-то прогрессивное открытие, которое может изменить все наши вооруженные силы, весь флот и пехоту.

– Да мне плевать, будь он хоть членом совета! – Молния была неумолима, так как она никогда не любила, когда срываются её планы, особенно на так называемую реальную практику. – У меня задание от Академии! Мне. Надо. Уничтожить. Пиратов!

Гром лишь тяжело вздохнул и махнул рукой на свою сестру. Переубедить её сейчас не получится, а мыслить трезво она всегда не умела. Ведь что такое участие в секретной операции? Это как минимум гарантированный плюс в послужном списке, а если ты участвовал ещё в Академии в такой миссии, то это открывает множество новых дорог. Например, Гром на третьем году обучения, даже того не зная, принял участие в такой операции, в которой набрался огромного количества опыта, а после ему прямо сказали, что, если бы он не попал в ту очень горячую точку, ему бы не предоставили возможность стать командиром когорты.

Молния же, даже зная историю своего брата, всё равно была на взводе, так как… Это была просто она: немного эгоистичная, вспыльчивая, целеустремленная, даже очень, а ещё она очень предрасположена к фрустрации, самобичеванию и глубочайшему самоанализу, который был бы характерен для подростка, но не для девушки возрастом почти двадцать три года. Вот и сейчас она обвиняла всех и вся из-за того, что её планы пошли крахом, её постепенно начало пожирать чувство нереализованности, где-то в глубине затаилась обида на своего брата. Но всё же она его в любом случае простит, как и всегда, так как роднее брата у неё больше никого нет.

Через десять минут после состоявшегося разговора по громкой связи ко всему экипажу обратился Гром. Он говорил чётко и уверенно, оказывая мотивирующее и вдохновляющее воздействие. Но также чувствовались нотки горечи и страха, так как он осознавал, что выжить смогут не все, ведь иногда одна жизнь великого учёного важнее жизни сотен и сотен солдат.

– Всем внимание! – началось вещание с привычных всем слов. – Друзья! Товарищи! Братья и сестры по оружию! Все вы знаете, что нашу боевую и независимую от какого-либо командования когорту уважают и превозносят! Каждый из вас уже не один раз доказал свою доблесть в служении отечеству, каждый доказал, что он – сын своей Родины! Но сегодня от нас требуется почти невозможное… И даже забегая вперёд, я скажу, что уверен, что мы справимся с этой задачей! Ведь мы не просто какая-то рядовая когорта, мы – когорта Академии! Мы – Громовержцы! Нам по силам любая задача, мы способны преодолеть любые трудности! Ура, товарищи!

Тут же по коридорам пронеслись громогласные и дружные крики «Ура». Это было не столь важно, сколько уважение к своему командиру. Каждый боец знал, что при необходимости Гром сможет пожертвовать собой, чтобы спасти остальных, ведь уже не один раз он лично оставался прикрывать отход, когда требовалось оперативное отступление. Благодаря его планированию получилось избежать множества потерь.

– Но повторюсь, – спустя секунд десять продолжил вещать через громкую связь Гром всему экипажу своего фрегата, – сегодня от нас потребуется невозможное. Мы находимся в двенадцати с небольшим часах пути от звёздной системы Конреск. Это приграничная система, и на неё несколько дней назад вероломно напали. Оборонительные платформы и небольшой флот не смогли сдержать натиск многократно превосходящего противника. Сейчас идут последние битвы на планетах Конреск-три, пять и восемь. Самые тяжёлые бои ведутся на пятой планете, но нам не туда… Наша цель находится на планете Конреск-три, нам необходимо спасти учёного и группу первогодков Академии, что его охраняют. Многие могут спросить, а почему именно мы? Просто мы самые ближайшие к той звёздной системе… Кроме нас попросту некому – множество сил было стянуто к Великой Пустоте, чтобы сдерживать неизвестного вселенной противника. И из-за этого Совет решил пожертвовать той звёздной системой, просто отдать её врагу. Что именно происходит на нужной нам планете – неизвестно. Где именно находятся цели – неизвестно. Известна лишь их конечная цель, до которой они не успели добраться в установленное время. Наша задача: найти, спасти, привезти в Академию. Всем приготовиться к бою! Прибытие и начало высадки через тринадцать часов! Всем отдохнуть и набраться сил, пополнить свои конденсаторы энергии на максимум. Пилот! Проложить курс к планете Конреск-три! Выдвигаемся немедленно! Ура, товарищи! Я верю в вас! Да помогут нам наши боги! Конец связи.

Отпустив кнопку активации микрофона, Гром сильно сгорбился, прикрыл веки и крепко сжал кулаки. Он был в отчаянии, ведь он не мог сказать всем своим подчиненным, что там почти весь флот противника, он не мог сказать своим подчинённым, что ведёт их на верную смерть, он мог лишь дать им выжимку информации, попытаться вдохновить, настроить на боевой лад.

Покинув главную палубу, Гром направился в свою каюту, где планировал сам отдохнуть перед операцией, поспать хоть несколько часиков, если ему это удастся. Если. Внешне он был словно скала, на лице всегда было видно минимум эмоций, язык жестов был максимально минималистичен, он многое сдерживал. Но это лишь одна сторона медали. Человек всегда переживает, а если он внешне выглядит спокойным даже в самые трудные моменты, то он переживает в десять крат больше. Вот и сейчас все мысли Грома были заполнены переживаниями, страхами, фобиями. Он боялся не за себя, он уже давно свыкся с мыслью, что его могут спокойно убить на любой из миссий. Он боялся за свою сестру, которая была для него лучиком света во всём этом тёмном царстве, за свою когорту, которая была готова пойти за своим командиром в самое пекло, за свой корабль, который он чуть ли не собственными руками собирал. Он много переживал за других, но не за себя.

– А мне кажется, что это будет интересное путешествие! – решила подбодрить своего брата Молния, которая ожидала его возле каюты. – Я вспомнила, как ты любил рассказывать про случай, который изменил твою жизнь… А вдруг и у меня так получится?

– Иди, отдыхай, – с тоской в голосе и в глазах попытался он ласково отправить свою сестру в её каюту, но потом прикрыл от бессилия глаза, так как та всем своим видом показывала, что сейчас этого она не хочет. – Алис… Серьёзно, ты знаешь, что это всё опасно, очень опасно. Тут всё не просто так, я вот нутром чую. Скорее всего, ученый и есть цель всей той атаки, хотя, возможно, это паранойя.

– Может, и есть доля истины в твоих словах, – насупилась, нахмурилась, задумалась девушка и всё это одновременно. – Возможно, у них либо пленный, либо кто-то слил нашим врагам информацию. Вот только я не понимаю, зачем отправлять какого-то сверхважного учёного на край нашей Республики?! Это же верх нелогичности!

– На испытания в реальных условиях, – дёрнул плечами Гром, а после помассировал переносицу. – Но да, это странно, словно кто-то всё подстроил так, чтобы наша военная разработка попала в чужие руки. Возможно, грядёт раскол, уже давно двенадцать кланов очень сильно друг на друга озлобились, всё чаще и чаще идут боестолкновения между ними… А Совет галактики этого словно не замечает.

– Вот-вот! – активно закивала девушка, а потом увидела очень уставший вид своего брата. – Думаю, тебе надо отдохнуть.

– Представь себе, – мелко и мельком улыбнулся Гром, – я это и шёл делать, но тут меня перехватила ты.

– Ой! Прости!

– Да ничего, – потрепал Алекс волосы сестры своей огромной лапой, такую громадную ручищу ладонью просто не назовёшь, – всякое бывает. Главное, ты на меня не обижаешься из-за того, что пришлось срочно менять приоритеты.

– Не переживай, – мило и нежно улыбнулась девушка. – После твоей речи у меня отменилось задание Академии, а новое на спасение той группы появилось! Теперь у меня есть шанс выбиться в люди!

– Он у тебя всегда был, – со свойственной лишь брату нежностью сказал Гром, а после заключил в свои огромные объятия сестру. – Ты – молодец, отлично со всем справляешься.

После этой сцены брат с сестрой перекинулись ещё парочкой слов и разошлись по своим каютам. Каждый пытался уснуть не один земной час, но всё же это у них получилось. Фрегат успешно через час межпланетного полёта смог перейти на сверхсветовую скорость, что и послужило началом обратного отсчёта.

Через девять часов уже никто не спал, был объявлен всеобщий подъём, все начали приготавливаться к возможной, точнее даже неминуемой битве. Кто-то обслуживал своё оружие и обмундирование, кто-то стоял в очереди на пополнение своего конденсатора, кто-то просто решил потренироваться, приводя себя в чувство, а некоторые собрались в кают-компании фрегата и делились различными байками. Чувствовалось нарастающее напряжение, хоть командир им и не сказал, что они летят в ад, они это сами понимали. Просто так систему не оставляют, значит, её уже бесполезно пытаться отбить в кратчайшие сроки, только если правильно спланировать контрнаступление.

Никто не ругался, никто не командовал лишний раз, все и так всё знали и были готовы в любой момент экипироваться по первой команде – ведь броня выпускников Академии всегда на них, только скрыта.

Тревог не было, всё проходило спокойно, так, как это себе представлял Гром. Когда алгоритмы автоматики корабля распознали точку прибытия, то фрегат сразу вышел из сверхсветового режима, тут же активировав маскировочное поле.

– Вижу десять кораблей! – тут же доложил оператор радиолокационных устройств, а за ним повторил то же самое и оператор внешних камер инфракрасного диапазона. – Шесть кораблей размером с тяжелый крейсер класса Айро-двенадцать, вооружены… Сильно, предварительная оценка – категорически запрещено вступать в бой даже один на один. Так же четыре линкора класса Аймо-двадцать… Тут я молчу про опасность, раз советуют вообще не вмешиваться.

– Вывести картинку на главный голографический проектор! – тут же скомандовал Гром, стоя уже в полной боевой готовности с оружием за спиной, ему оставалось только облачиться в свой доспех, но ему не хотелось ломать перегородки главной палубы. – Хреново дело… Это же возле необходимой нам планеты?

– Так точно, сэр! – ответили оба оператора разведывательных систем корабля.

– Так… Сейчас отдадим всё на откуп нашему искусственному интеллекту, – свёл руки за спиной Гром, начав бдительно рассматривать каждую картинку космического корабля. – Система! Необходимо сравнить полученную картинку со всех камер с базой данных, провести анализ вооружения и рассчитать траекторию полета до пункта сбора А-двенадцать.

– Запрос получен! – ответил женский механический голос через динамики громкоговорящей связи главной палубы. – Выполняю!

– Так… – снова нажал на одно мгновение кнопку громкой связи Гром. – Всем приготовиться! Быть в готовности к экстренному десантированию! Перенастроить системы доспехов к падению с высоты более мили!

– Ты сдурел?! – начала возмущаться Молния, которая стояла рядом с ним. – Это же чистое самоубийство!

– Для тебя – да, – не выдал никаких эмоций Гром, так как просматривал сотни и сотни предложенных вариантов действий, что спрогнозировала система. – У тебя броня ещё не до самого конца сформирована, а вот для нас это пустяк, для этого мы и заряжаем наши конденсаторы и запасные батарейки на максимум, тратя драгоценный запас термоядерного топлива. Если придётся десантироваться, то ты останешься тут за старшую.

– Нет! – тут же начала возмущаться Алиса. – Я не дам тебе рисковать жизнью в одиночку!

– Да, чёрт! – впервые за год взорвался Гром, буквально крича на свою сестру. – Ты понимаешь или нет, что ты просто сдохнешь при попытке десантирования?! Ты понимаешь, что я не против твоего участия в этой операции, но на откровенное самоубийство я тебя пускать не хочу?! Ты хоть раз можешь подумать своей головой трезво, а не полагаться на свои эмоции?! Я тут, чёрт тебя дери, пытаюсь тебе жизнь спасти, чтобы ты по нашей информации нашла цели, если вдруг мы десантируемся, повторяю. Если. Десантируемся. Поняла?

– Да, – обиженно склонила голову девушка, а после вообще отвернулась и еле сдерживала себя, чтобы не заплакать.

– И впредь, – уже не кричал, но все же сурово говорил Алекс, – я не потерплю пререканий, я тебя старше по званию! Я тебя старше по должности! Мы – солдаты! Мы поклялись воевать по приказу! Так что будь добра выполнять МОИ приказы на МОЁМ корабле!

– Хорошо… – уже будучи на грани, ответила девушка, а после вообще отошла в сторону.

– Вся в маму… – пробубнил себе под нос Гром, медленно дыша, чтобы успокоиться. – Голова на плечах есть, а руководствуются часто не ей, а эмоциями… Женщины…

– Командир! – отвлёк Грома ещё один оператор, только на этот раз приёмных устройств на экстренных частотах. – Мы получаем десять сигналов об экстренном оказании помощи в виде сигналов «SOS». Один из источников сигнала пункт сбора А-двенадцать! Они ещё держатся!

– Это хорошие новости, – даже улыбнулся Гром. – Значит, не врали, что там построили крепости для обороны, которые могут годами сдерживать натиск противника.

– Командир! – теперь другой оператор другого звена приемных устройств отвлек Грома. – По данным, полученным с планеты, противник бросил огромные силы на патрулирование и обход местности в радиусе трех тысяч миль от пункта сбора А-двенадцать. Смелюсь предположить, что наши цели где-то в этом круге!

– Всё возможно, – кивнул Гром, после чего включил снова громкую связь. – Так, всем внимание! Первоначальный план таков! Делимся на две группы, малую, что пойдёт на пункт сбора и окажет непосредственную помощь в его обороне, и большую, что займётся поиском целей в близлежащем районе от пункта сбора. Первую группу будет возглавлять Токсин, он лучше меня может организовать оборону. Группу поиска буду возглавлять непосредственно я! Всем набрать готовность и занять свои места около десантного шлюза! Пилоту, проследовать по маршруту, предложенному системой! Удачи нам!

Глава 4

Утренний подъём выдался довольно тяжёлым… С каждым днём усталость накапливалась всё сильнее и сильнее, а сегодня впервые, когда я не выспался, когда сон оказался прерван, сильнее пущего. Лёгкая разминка позволила быстро прийти в себя, но всё равно чувствовалась определённая вялость, лучше всего в этом плане было Пульсару, во время дежурства которого и появился тяжёлый крейсер противника.

Профессор так в себя и не пришёл, что нас троих очень сильно порадовало. Схема передвижения была такой же, как и в прошлые разы: за руки и за ноги и понесли. Но тут Пульсар сказал, что ему надоело делать полушаги, так как он боится врезать коленом по голове ученого, и предложил сделать носилки. В конечном итоге через тридцать минут времени из прутьев и толстых палок нам удалось свить нормальные и весьма устойчивые носилки, которые мы скрепили узлами из какой-то довольно жесткой травы.

Курс мы взяли по новому маршруту, но на этот раз впереди шёл я, так как, если раньше угроза нападения была исключительно с тыла, то сейчас я был что-то вроде разведчика, шёл впереди и бесконечно ожидал появления противника, но его всё не было и не было.

Через три часа мы наткнулись на огромную лесную поляну, усеянную какими-то красными цветами. Странный аромат витал вокруг, что меня сильно смутило и заставило закрыть забрало шлема, обеспечив тем самым фильтрование поступающего воздуха через встроенные в него фильтры, но вот мои напарники этого не сделали.

– Чувствуете, какой аромат? – с превеликим удовольствием сказал Лаки, шумно вдохнув воздух ноздрями. – В жизни никогда ничего вкуснее не нюхал… Словно тут не поле цветов, а фабрика по производству очень дорогих духов.

– Закрыть шлем, – спокойно в мыслеканале отдал я команду обоим своим товарищам, но те словно меня не слышали.

– Да-да, – кивал Пульсар, когда я оглянулся посмотреть, закрыли ли они свои забрала. – Словно белый шоколад с домашним вином… Вот прям так и ощущаю… Эх… Домой захотелось… Там такое вино вкусное было…

– Опустите щитки, живо! – более настойчиво начал я вещать в мыслеканале, буквально давя своими мыслями на них, но опять эффекта ноль.

– Эх, а у меня примерно так духи моей девушки пахли… – мечтательно продолжил рассказывать Лаки. – Мы тогда чуть-чуть не поженились, вмешалась судьба, её семья оказалась старомодной и устроила своей дочери выгодный брак… Эх… С тех пор прошло два года, а я с ней больше не виделся…

– А у нас тогда подорвали винный погреб… – с болью и тоской в голосе подхватил настрой Пульсар. – Кто и зачем, мы так и не поняли, но там погиб мой дед и отец… Списали всё на самовозгорание вина… Но вино же не может гореть, так что мы сразу поняли – бред… Но нас никто не слушал…

– Чёрт бы вас побрал! – давил я с максимальной силой на этих двоих, чтобы попытаться передать им команду. – Опустите! Чертовы! Забрала!

Эти двое на одно мгновение остановились на месте и каким-то бессмысленным взглядом посмотрели на меня. У меня от этого пробежали мурашки по коже, но потом их глаза прояснились, и они продолжили общаться друг с другом.

Шёл я не так далеко от них, так что прекрасно видел их эмоции на лице, они были словно топорными, словно кто-то ими управлял, но не они сами, да и я склонялся к тому, что они уже не контролируют себя, так что начал медленно приближаться к ним.

Стоило мне сделать первый шаг в их сторону, как они тут же со злостью посмотрели на меня и положили носилки с профессором на землю. И тут до меня дошло, что время пошло буквально на секунды, ведь либо они меня сейчас пристрелят, а потом сами сдохнут от передозировки непонятного вещества, либо я сих сейчас вырублю.

Стоит отдать должное, за три месяца эти двое хорошо натренировались, я не успел сделать два шага, как они вскинули свои автоматы и направили их в мою сторону. Моментально кольнуло сердце, перед глазами выскочило несколько предупреждений, что нужно вести себя спокойнее и избегать стрессовых ситуаций. Ага, как же, избегу я тут стрессовой ситуации.

Сделав короткий кувырок, я увернулся от спаренной очереди в, что должна была продырявить меня. На ноги вскочил я уже около Пульсара, моментально врезав тому со всей скоростью и со всей силы с кулака в подбородок, из-за чего тот моментально завалился на спину, громко при этом вскрикнув.

Со вторым оказалось несколько тяжелее, пока я вырубал Пульсара, тот уже сделал замах своим автоматом и, стоило мне развернуться в его сторону, тут же прописал с приклада в грудь. Меня немного отшатнуло, но не более, броня поглотила всю мощь удара, а пласт брони на груди аж немного вмялся, свидетельствуя о силе моего напарника.

Запнувшись о лежачего в отключке Пульсара, я рухнул на спину, но тут же поднялся на ноги, сделав по инерции кувырок назад, из-за чего между мной и Лаки увеличилась дистанция. Быстро бросив взгляд на своего обезумевшего напарника, я увидел, как у него потекла пена изо рта. Ещё немного и он точно придёт в бешенство или ярость.

Медлить было некогда, благо движения Лаки замедлились. Рванув с места, я за три шага сократил дистанцию и как следует сначала с кулака, а потом с локтя врезал по черепушке «родственника», отправив и того в нокаут. Но долго я тоже не смогу держаться, перед глазами всё медленно начинает плыть, а в голове самопроизвольно начинают вспыхивать образы из моего счастливого прошлого…

– Чёрт… – прорычал я и мигом схватил за ноги Лаки и Пульсара, после чего на полной скорости, не жалея этих придурков, помчался в сторону леса, а после ещё пробежал несколько десятков метров, чтобы выбраться из зоны действия галлюциногена.

Быстро сняв шлем и отбросив его в сторону, я сделал пару очень быстрых и очень глубоких вздохов. Перед глазами картинка тут же начала казаться более чёткой, а ненужные мысли и картинки в голове попросту начали исчезать. Галлюциноген действует до тех пор, пока ты им дышишь, это положительный момент…

– Ох, твою… – медленно уселся Пульсар, держась за свой подбородок… – Что это меня так сильно приложило? И где профессор?

И тут меня словно облили ушатом ледяной воды, ведь профессора я забыл на том поле цветов. Схватив в обе руки брошенный неподалеку шлем, я мельком увидел, что одна из трубок системы фильтрации оказалась повреждена, из-за чего вовнутрь костюма и попадали отравляющие вещества. Но сейчас было не до переживаний, нужно было срочно вытаскивать профессора, пока он не нахватался этих галлюциногенов.

Сплюнув, я всё же надел шлем на голову и вскочил на ноги. Если задерживать дыхание, то можно и не переживать, что надышишься до критического момента, но вот если всё же нахватаюсь, то дело плохо…

Резко сорвавшись с места, я менее чем за десяток секунд добежал до края поля и тут же как можно глубже вдохнул. Броня сильно мешала быстро двигаться, но все же, если бы не она, мы бы все втроём тут лежали и пускали бы слюни с пеной вперемешку, любуясь картинами прошлого и позабыв о настоящем.

Дом. Далёкий и уже немного забытый. Я стоял в коридоре и смотрел на то, как мама встречала отца после одной из множества операций. На этот раз он вернулся не просто с улыбкой на лице, а буквально сияя от счастья, ведь впервые никто из его подчиненных не погиб во время самоубийственного задания.

– Сгинь! – прорычал я, мысленно рассеивая ненужные мысли.

Ненужные мысли сразу же развеялись, но это уже был тревожный сигнал, значит, даже если задерживать дыхание, то всё равно галлюцинации наступают, а значит, эффект воздействия несколько иной, не респираторный.

Профессор оказался примерно посередине поля, что меня сильно удивило, так как я в тот раз даже не заметил, сколько мы прошли. Схватив его и закинув на плечи, я тут же рванул назад, но уже чувствовал, как мне становилось всё хуже и хуже. Цветы начинали менять цвета, облака играли разными красками, то тут, то там появлялись силуэты тех инопланетян, с которыми мы столкнулись сразу после падения.

На меня снова накатывало какое-то давнее и уже почти забытое воспоминание. Мы сидели за столом, о чём-то болтали, я был совсем-совсем маленьким, мама ещё не страдала от загадочной болезни… Я хвастался тем, что смог, даже невзирая на отсутствие сил, справиться в рукопашной схватке с будущим главой клана, за что тот пообещал очень хладнокровно меня убить. Казалось бы, маленькие дети, лет по шесть всего, а уже желаем друг другу смерти… Но это не мы такие, такими нас воспитывали, точнее моего дальнего брата. Его с самого начала настраивали против нас, против Грейвойдов, что мы никчёмные, что наше место на помойке, среди обычного люда…

– Войд!..

Но потом начало происходить что-то странное, я точно знал, что такого не было. Неожиданно отец начал говорить о том, что необходимо устроить революцию, что нужно уничтожить всех членов главной ветви, чтобы доказать свою силу. Я был в том «воспоминании» маленьким, мне было страшно, при этом отец сидел с ножом в руках и что-то с маниакальным видом вырезал на столе.

– Войд! Он нас не слышит!

И тут к нам ворвались наёмники, моментально расстреляв всех. Но на этом поток лживых воспоминаний не закончился. Неожиданно я стал уже подростком, чувствовал в себе силу противостоять этим уродам, что ворвались ко мне домой. Схватив лежащий не так далеко автомат, я направил его на одного из двух убийц, только хотел нажать на курок, как вдруг весь мир накрыла тьма.

Когда я открыл глаза, то у меня жутко раскалывалась голова, приподняв её, я тут же нащупал огромную шишку, которая отдавала острейшей болью. Я рефлекторно зашипел и снова положил голову на что-то мягкое. Перед глазами была листва и редко виднеющееся из-за сплошной зелени небо. Облака неспешно плыли куда-то на восток, если верить компасу системы, а листва тихо-тихо шелестела, словно общаясь между собой.

– О, пришёл в себя, – с облегчением и радостью сказал Лаки, тут же подскочив ко мне. – Ты нас чуть не пристрелил, ты в курсе?

– Представляю… – спокойно ответил я, переведя взгляд с синего неба на лицо Лаки. – Вот только и вы, блин, два придурка, чуть меня не пристрелили, когда пёрлись по полю, не закрыв шлем.

– Так всё-таки это были глюки, – задумался Лаки, тут же отойдя от меня и усевшись возле какого-то дерева.

Мне хотелось взглядом найти Пульсара, но я не рискнул поворачивать головой, даже лёгкое движение вызывало вспышку боли, так что я снова просто уставился в небо, по которому медленно плыли облака. Нужно было что-то делать, так как долго лежать тут точно не получится. Нужно было обойти поле, но оно просто огромное с виду, убьёт лишние минут тридцать… Хотя какая разница, и так увеличили свой маршрут примерно раза в два, если не больше.

– Вы видели это?! – тут же вскочил я, заметив, как одно из облаков словно сдуло, оставив лишь разорванные и вытянутые частицы. – Ау… Голова…

– Тихо ты! – подскочил ко мне Лаки и помог снова лечь. – Тебя тут прикладом по затылку со всей силы тюкнули, а ты встать пытаешься. Что мы должны были увидеть?

– Облака, – указал я левой рукой в сторону разорванных белых небесных гигантов. – Там пролетело что-то невидимое… Скорее всего, какой-то космический корабль.

– Не знаю, – вздёрнул одну бровь Лаки. – Облака как облака. Может, что-то там и пролетело, но сейчас точно ничего нет. А это к чему? Думаешь, противник?

– Противнику незачем прятаться, – очень широко улыбнулся я. – Это кто-то из наших, я даже уверен в этом, просто они были окутаны преломляющем полем. Скорее всего, кто-то извне прилетел, фрегат, судя по тому, что облако не полностью сдуло, а лишь частично разорвало.

– Фига ты аналитик, – видимо, приятно удивился Лаки, дёрнув вверх один краешек губы. – Всё возможно, но пока рано о чём-то рассуждать. Ты пока полежи, Пульсар лечит профессора… Опять… А потом к тебе подойдёт и тебя полечит.

– Хорошо.

Время текло как-то вяло, словно оно было искусственно замедлено, но на самом деле оно текло как обычно, просто я ничем не был занят и ждал, а при ожидании это самое время всегда тянется медленно.

Что-то где-то громыхнуло, словно вот-вот должен был пойти дождь, но при этом небо было лишь частично затянуто мелкими облаками, из-за чего в голову сразу закрались первые подозрения. Пока я размышлял, как такое может быть, ко мне подошёл с не менее задумчивым видом наш деревенский Ной.

– Ты чего? – даже удивился я, смотря на Пульсара.

– На сухую грозу не похоже, – явно внутри черепной коробки Пульсара был целый вихрь мыслей, это было видно по его лицу, что меня начинало вводить в откровенный шок. – Это больше похоже на звук грозы перед ливнем, перед мощным ливнем… Но нет мелких капель, нет ничего, чтобы свидетельствовало о начале ливня… Даже ветра практически нет.

– Согласен, – хотел было кивнуть я, но Ной словно это предчувствовал и положил ладонь мне на лоб, тем самым не дав совершить роковую ошибку, из-за которой мне было бы жуть как больно.

После этого Ной начал лечит меня. Как оказалось, у меня было среднее сотрясение мозга, что неудивительно, так как меня приложили по голове прикладом, каким-то чудом стянув с меня шлем. А также на затылке была не просто шишка, а кровавая рана, которую аппарат убрал. Прошло пять минут, и я уже был готов действовать дальше.

Поднявшись на ноги, я быстро размялся и скомандовал готовиться к дальнейшему походу. Пульсар ворчал, так как его носилки остались где-то посреди поля, а я категорически запретил туда ходить, ибо опасность припадка была высока. В конечном итоге Лаки и Пульсар снова сделали носилки, бросая постоянно на меня недобрые взгляды, но сейчас позволительно, так как их труд до этого, по сути, был напрасен.

Когда получасовые сборы завершились, мы выдвинулись вокруг этого поля, тратя лишнее и драгоценное время. Но лучше потерять лишнее время, чем снова попасть в такую засаду, даже с учётом того факта, что я заменил поврежденную трубку фильтра своего шлема.

На весь путь в обход мы потратили почти целый час, после шли ещё минут двадцать, как снова услышали мощный звук грома. Это уже было не случайностью, а закономерностью, так что я приготовился к бою и приказал слегка отдалиться остальным от меня, чтобы в случае чего они успели положить в безопасное место профессора, поставить метку на карте, а после выдвинуться ко мне на помощь.

Первого противника я даже не заметил, система сама по характерным признакам каким-то образом смогла распознать ту членистоногую тварь, замаскированную в кустах, а я лишь машинально направил туда плазменное оружие, и оно само выстрелило.

– Контакт! – тут же подал я команду в мыслеканале о встрече противника, из-за чего члены моей тройки тут же начали суетиться и искать место, где можно оставить профессора. – Профессора одного не бросайте! Пульсар, ты на его охране, Лаки, ты ко мне.

– Есть, – хором ответили оба по тому же каналу связи.

Я медленно продвигался вперёд, буквально крутя головой во все стороны, мельком сосредотачивая своё внимание на любой возможной точке засады, а их тут было полно. Не зря с нами проводили много занятий именно в лесах, сейчас я чувствовал в себе уверенность, что просто так меня врасплох не застать. Я аккуратно ступал по земле, стараясь обходить ветки, ставить ногу так, чтобы не выдавать своего присутствия, постоянно прячась за кустами или маленькими холмиками.

Второго противника я уже смог обнаружить сам, его выдали характерные следы – в земле я заметил словно маленькие дырки, которые могли оставить только лапки этих существ. Стрелял я наугад, но попал, судя по судорожному дёрганью кустов и визгу, доносящемуся оттуда же.

– Вот теперь о нас знают, – с какой-то досадой передал мне свою мысль Лаки, оказавшись рядом со мной. – Что будем делать?

– Сидеть и смотреть в оба, – ответил я на его вопрос, тут же остановившись в удобном для засады месте.

Если мы нужны противнику, то пускай противник сам идёт к нам, мы ему тем временем устроим небольшой сюрприз. Запаса снарядов у меня более чем на тридцать особей хватит, так что я не особо переживаю по поводу того, что в первые несколько минут боя нас смогут обезвредить.

Снова громыхнуло, и я всё больше был уверен в том, что это не просто так. Громыхать среди белого дня просто так не может, если только гром вызывают не специально… И я, кажется, подозреваю даже, кто это может быть.

На моё лицо невольно начала натягиваться улыбка, жаль, что её Лаки не увидит и не спросит, почему я улыбаюсь, а я тем временем ему не расскажу свои умозаключения. Пускай сам ломает голову, что это может быть, я же для себя почти всё решил. Осталось лишь один знак увидеть, и я точно буду прав.

– Вы видели это?! – сразу же ошарашенно спросил у нас Пульсар, когда всё на мгновение залил ослепительно белый свет.

Только я хотел ответить, что мы тоже видели, как до нас донёсся сильнейший треск. Это было не совпадение, это была молния, которая ударила не так далеко. А потом я увидел её своими глазами. Огромной толщины электрический удар устремился в небо, врезаясь в одно из облаков, на короткое мгновение ослепляя меня.

Только я хотел на мгновение раскрыть шлем и протереть глаза, как впереди послышалась активная стрельба и ещё какие-то непонятные звуки. Тут же задрожала сама земля, в небо пару раз взмыли огненные столбы… Это были наши, но они ведут бой.

– Пульсар, – обратился я к Ною, – оставайся на охране и, если вдруг увидишь противника, сразу говори нам и открывай огонь. Лаки… Пошли помогать нашим.

– Ты сдурел?! – тут же возмутился он, но уже вслух. – Да там настоящий апокалипсис! Я туда вообще соваться не хочу!

– Там наши, – нажал я мысленно на него. – Нам надо им помочь. Мы не может точно знать, сколько тут противников прячется, но они точно сейчас все устремятся на звуки боя.

– Может, по-тихому? – умоляюще спросил у меня «родственник».

– Давай по-тихому, – согласился я с ним. – Подберёмся поближе и будем отстреливать всех, кто будет идти на звук боя. Ты готов?

– Угу, – неуверенно ответил и медленно кивнул он.

– Ну раз готов, тогда пошли!

Интерлюдия 2

Гром и Молния

– Высота пятьдесят шесть метров! – раздавался голос пилота из динамиков десантного шлюза. – Ниже спуститься не получится, можем выдать себя, собьём макушки самых высоких деревьев!

– Охренеть! – выразился один из бойцов когорты Грома с позывным Острие. – Это какие там исполины должны быть, чтобы они были выше пятидесяти метров?

Гром нахмурился, по его задумке фрегат должен был спуститься примерно метров на тридцать, чтобы даже его сестра смогла спокойно спрыгнуть, ничего себе не повредив. Теперь же ситуация несколько изменилась, но не настолько, чтобы менять планы в последний момент.

– Молния, – повернулся Гром к своей сестре. – Садись в бронетранспортер, будешь десантироваться на нём.

– Но… – только и хотела возразить она, но Гром её тут же перебил.

– Никаких «но», твой доспех ещё не полностью доделан, у тебя открыты лицо и одна рука, если ты не забыла, и это, не говоря о каркасе прочности, который есть у каждого из нас, тот самый, который поглотит всю потенциальную энергию при приземлении!

– Хорошо, – насупилась девушка и ушла к довольно громоздкому шестиколёсному десантному бронетранспортеру, у которого была специальная одноразовая реактивная тяга, способная на короткое мгновение уменьшить скорость падения до нуля на расстоянии десяти метров от земли.

– Нас же так быстрее заметят, – повернулся к Грому Токсин, источая недовольство. – Тогда вся секретность нашей миссии пойдёт прахом. Да и противник явно не дурак, начнёт искать транспортное средство, на котором десант-то прибыл, так что…

– Я всё решил, – уверенно сказал Гром, положив обе руки на плечи своего заместителя. – Чуйка мне говорит, что нам, ой, как пригодится машинка, ведь у противника технологии хоть чуть-чуть, но лучше наших.

– Минутная готовность! – раздался металлический женский голос в динамиках.

– Всё, отходи, – убрал руки с плеч Токсина Гром. – Запомни, ты должен со своей группой оборонять то укрепление, в которое должен прибыть учёный с группой курсантов Академии. Не преследовать, не контратаковать, просто держать оборону. Понятно?

– Есть возможность для десантирования! – протараторил через динамики пилот. – У нас есть три минуты полета, пока мы не в зоне действия вражеских локаторов и систем ПРО и ПВО, так что… Прыгайте сейчас, или уже не получится!

– Вот тут он прав, – усмехнулся Токсин, похлопав по плечу своего старого товарища и командира. – Удачи вам!

– И вам, – скупо улыбнулся Гром, после чего отдал команду. – Когорта! К бою! Открыть шлюз! Приступить к десантированию! После приземления рассредоточиться по тройкам!

Организовать круговую оборону, чтобы обеспечить сбор личного состава!

Никакого ответа не было, он и не нужен был, все всё знали, уже не первый раз проворачивали такой финт, пару раз даже с более больших высот прыгали, но доспехи успешно спасали. Мгновение, и все уже стояли в полной готовности, каждый был одет в свой доспех, свою броню, которую он сам для себя придумал. Все отличались, но одновременно все были так похожи. Выделялись чистые силовики, как Гром, которые носили тяжелейшее снаряжение, словно снятое с какого-то монструозного танка, были ловкачи и скоростные, которые при себе имели оружие ближнего боя, так как они могли спокойно сближаться с противником. Но были такие, как Алиса. Они не были сильно хорошо защищены, их доспехи были направлены на то, чтобы собирать внешнюю энергию и максимально усиливать все способности их зёрен. Да, они могут развиваться в силовиков и ловкачей, но они уступают физически на первых шагах своим товарищам, только со временем все становятся более-менее равны.

Поползла створка отсека, первые силовики, не дожидаясь её полного раскрытия, сразу спрыгнули вниз, за ними последовала вторая партия силовиков, потом пошли псионики, те, кто лучше всего владел зёрнами, потом ловкачи. Самой последней на бронетранспортёре выкатила из фрегата Алиса. Падая вниз, она ломала ветки и даже целые деревья, её трясло и бросало внутри махины. Она вжималась в кресло пилота как можно сильнее, а потом её вдавило с такой силой в кресло, словно на неё положили такой же бронетранспортёр сверху.

Но в конечном итоге всё обошлось, загорелось лишь несколько иконок о каких-то мелких повреждениях второстепенных и не особо нужных систем, основные же узлы остались целы и невредимы. И тут настал второй этап – нужно было быстро понять, кто где находится, и определить точку сбора.

Быстрый запуск сканирования местности, определение множества сигнатур, которые были в основном вражескими, быстрое подключение к ближайшему союзнику, передача информации в общую мысленную сеть… А дальше пошло-поехало. То тут, то там гремели выстрелы, никто пока своих способностей не использовал, лишь нащупывали силу противника, но было понятно, что так долго продолжаться не будет.

Первое – противника полно, и он начинает подтягивать всё больше и больше сил. Второе – противник пока ошарашен появлением незваных гостей, что свалились из пустоты на его голову, так что его просто застали врасплох.

– Противник отбит! – тут же передала в общий канал Алиса. – В ближайшей миле противника не наблюдаю, вместе с тем при сканировании узконаправленным лучом была выявлена формируемая противником группировка более чем из двух тысяч единиц личного состава!

– Общий сбор! – тут же отдал команду Гром, указав маркером на карте, где будет центр. – Сюда встанет бронетранспортёр! Вокруг него организуем круговую оборону! Внутри полевой госпиталь! Приступить!

Дважды повторять никому не надо было, Алиса тоже не стала протестовать. Бронетранспортёр хоть и не был большим, чтобы вместить в себя целое отделение, но пункт оказания неотложной помощи точно был необходим, с учётом той группировки, что на них шла.

– Алиса, – уже по личному мыслеканалу обратился к своей сестре Гром, – как только займёшь позицию, вылезай из машины. Если верить сведениям сканера машины, то твои способности точно пригодятся в столкновении, особенно твоя цепная.

– Я её смогу применить всего два раза, – с некоторой опаской сказала девушка. – Мне ещё не настолько расширили конденсатор, чтобы разбрасываться такими способностями.

– Всё просто, – с позитивным настроем дошла до Молнии мысль Грома, – будешь использовать первый раз по моей команде, а второй раз на своё усмотрение, когда очень и очень сильно прижмёт. Главное, другими способностями не разбрасывайся, особенно шаровыми молниями, по своим попасть можешь.

– Да знаю я! – раздражённо ответила девушка, уже почти добравшись до нужной точки. – Ты мне это уже раз двадцатый говоришь!

– Просто ты первые десять раз всё равно повторяла одну и ту же ошибку, – засмеялся Гром.

Издав непонятные звуки и что-то проворчав, девушка остановила «Панцир-2», после чего вылезла из него, схватив заодно свой любимый автомат. Это была её личная модификация и так эксклюзивной автоматический винтовки «2Р-12Б», которая досталась ей от одного из инструкторов в качестве бонуса за великолепно проведенную операцию во время практики. Калибр двенадцать миллиметров, два магазина, которые посылали боеприпасы в два спаренных ствола, отдача мощная, но она больше отталкивала, чем вздёргивала ствол, так что с точностью у этого автомата тоже не было никаких проблем. Алиса же слегка доработала это орудие уничтожения, установив два лазерных целеуказателя для каждого ствола, коллиматорный прицел, который можно было настроить при подключении к источнику питания на работу в инфракрасном режиме. Также она сама сделала специальный коннектор для подключения к своей броне, чтобы в реальном времени следить за состоянием оружия.

Но у её брата оружие было куда страшнее. В руках он удерживал двадцатимиллиметровую пушку, способную на куски разорвать бронетранспортёр, подобный приземлившемуся. Единственный минус его «Бригана» – быстрый перегрев ствола. Если стрелять и не делать перерывов, то через каждые сто выстрелов приходится менять ствол, которых с собой Гром был способен унести всего три штуки. А боезапас у этого монстра был огромный, за спиной Грома был «чемодан» с торчащей из него лентой, что вела к «Бригану». Бронебойно-зажигательные, фугасные, трассеры… Целый набор боеприпасов, чтобы самому решать, кому придёт задница.

Круговую оборону заняли довольно быстро, прошло всего три минуты с приземления, как кольцо вокруг только что прибывшего в нужную точку бронетранспортёра было сформировано. Также Гром быстро определил с помощью разведывательных данных, что именно нужно делать дальше.

Быстрое перераспределение личного состава, укрепление кольца с севера, рассредоточение сил на другие направления, а также разрешение на применение способностей, наносящих точечный урон по противнику. Но при этом Гром всех предупредил, что иногда будет применять и свои способности, так что никому перед ним лучше не стоять.

Когда всё было решено, Гром и Молния выдвинулись на передний край линии обороны.

Гиганты вскопали себе с помощью свой нечеловеческой силы окопы по пояс, в которых организовали свои огневые позиции. Более мелкие и маневренные бойцы прятались за естественными преградами, такими как деревья, как ещё целые, так и рухнувшие, в расщелинах, а их было тут полно, за маленькими холмами…

Грому уже некогда было создавать для себя одну-единственную точку для ведения огня, даже не нуждался в этом, он уже не был просто гигантом, способным удержать такую монструозную пушку, он вполне мог вести маневренный бой, постоянно перемещаясь и выкуривая врага из укрытий.

– Приближаются, – сказал Мангуст, один из самых сильно развитых ловкачей, что сейчас находился в паре сотне метров от линии обороны. – Время до столкновения с противником – три минуты, не более. Возвращаюсь.

Это была не трусость, все это понимали, свою задачу Мангуст выполнил, так что ему можно было вернуться назад и занять своё место в оборонительном построении. А тем временем над линией обороны повисла гнетущая тишина. Все ждали врага, ранее с ним уже сталкивались, и многие знали, на что он был способен. Это был рой, высокоразвитый и смертельно опасный. В бои на поверхности планет они посылали трутней, самых безмозглых, способных выполнять поставленные задачи членов своих ульев, сами же разумные представители этих рас никогда не лезли на поле боя и в случае опасности экстренно сваливали в свои миры на своих космических кораблях. Иногда они могли оставить подарки в виде почти созревших яиц с работниками, чтобы те устроили партизанскую войну. Но тут эти твари решили поселиться основательно.

– Молния, – обратился мысленно к своей сестре Гром. – Как только я топну три раза, сразу применяй свою цепную молнию. Там плотность противника будет максимальна, а поле боя перед нами, скорее всего, уже чистым.

– Ты хочешь тут все деревья повалить? – с мысленной усмешкой спросила девушка.

– Нам так будет проще, а противнику сложнее.

– Контакт! – передал один из бойцов в общем мыслеканале, когда заметил первого противника.

И тут же прогремели первые оглушительные выстрелы. Потом канонада усилилась ещё больше, а затем достигла своего апогея. Все, кто был на этом направлении, вели беспрерывную стрельбу, десятками скашивая наступающих тварей. Противник не знал боли, не знал страха, не знал страдания, ему было всё равно, главное – выполнить приказ матери улья, уничтожить противников и принести их головы и технологии.

Глубокий вдох и резкий удар ногой. С сильным грохотом мощнейшая ударная волна помчалась вперёд, поднимая в воздух противника и сильно расшатывая деревья, из-за чего корни уже оказывались частично на поверхности. Теперь противнику было сложнее передвигаться, а те, что были спереди, оказались отброшены назад.

И снова продолжилась канонада выстрелов, противник просто не мог выйти на линию огня, как оказывался поражён разнообразными боеприпасами. Мелкие деревья тоже не могли устоять, их срывало разрывными снарядами, лишая противника укрытий, а бойцам Академии лишь расширяя секторы ведения огня.

Короткая заминка, противник отступил, из-за чего Гром, да и все остальные быстро напряглись. Значит, среди них был роевик, тварь, что наделена тактическим мышлением, которой были дарованы зачатки разума, но лишь до такой степени, чтобы роевик мог выполнять поставленные задачи. Вот и сейчас этот самый полуразумный командир приказал отступить.

– Собирают свои силы в кулак, – передал всем оператор разведывательных устройств и пулеметчик бронетранспортёра по совместительству. – Сейчас будет более узконаправленный удар, при этом особо крупные особи пойдут впереди, обеспечивая защитой особей помельче.

– Тактику не меняем, – с полной уверенностью сказал Гром. – Против них только так работать и надо. Пока есть время, быстро проверить боезапас, сменить стволы!

Прошло не больше двух минут, как снова был замечен противник. На этот раз всё оказалось куда сложнее. Щитовики – название для банально выглядящих «насекомых». Передние лапы этих пришельцев были созданы по образу и подобию древних щитов, но только они были сделаны из прочнейшего хитина, из-за чего обычные автоматы уже неспособны пробить их, даже пушка лишь царапала внешний слой.

И снова удар ногой по земле, кто-то на этом фоне также применил свои способности: полетели огненные шары, где-то появились земляные провалы, пролетело несколько воздушных серпов сразу после способности Грома. Но это был минимум, некоторые применяли другие способности. Кто-то усиливал оружие, кто-то улучшал зрение, кто-то менял восприятие времени, обеспечивая себе более медленный временной ход… Сколько было бойцов, столько было и способностей, даже если они и похожи, то все равно могли незначительно отличаться.

Щитовики задержались на месте, у некоторых от мощнейшей способности сорвало лапки-щиты, у кого-то они оказались пробиты. Округа также оказалась сильно изменённой: кустарники и деревья поменьше вырывало с корнем, где-то уже начинало бушевать пламя, где-то образовались трещины. Теперь это место ещё больше походило на поле боя, где сражение идёт не десять минут, а уже несколько суток.

И очередной удар ногой. На этот раз в ход пускали уже самые смертоносные способности. Из окружающего металла формировались смертельные тончайшие иглы, которые запускали на скорости в несколько махов, летели вперёд очень плотные, словно маленькие светила, огненные шары, кто-то применял манипуляцию жизнью, буквально взрывая своих противников силой мысли… Но врагам было всё равно, а их численность всё возрастала и возрастала. На место павшего приходили пятеро новых.

– Давай! – отдал команду своей сестре Гром и продолжал стрелять, надеясь на то, что его задумка сработает.

Осечка! Ствол перегрелся, нужно было быстро заменить, причём не только ему. Ударил своим огромным кулаком по оружию, старый ствол отвалился, а на его место уже прикреплялся новый. В это же время по правую руку от него стало трещать и слепить, Молния начала концентрировать свою мощнейшую способность на кончиках пальцев, и чем дольше она эта делала, чем больше вливала АТФ в эту способность, тем сильнее и смертоноснее она становилась.

– Получайте! – прошептала девушка и резким рывком дёрнула рукой в сторону противника.

Ярчайшая молния помчалась вперёд, меньше чем за мгновение достигнув первого противника. От него ничего не осталось, но молния на этом не прекратила своё движение. Прыгая от пришельца к пришельцу, она поражала все больше и больше противников, приближая тот миг, когда от них не должно было остаться и следа. Но в одном всё же Гром просчитался.

– Какого! – не выдержал он собственного эмоционального наплыва и с искренним изумлением смотрел на то, как молния ушла в небо, попав в облако. – Такого быть не должно!

– Что-то отклонило её… – сухо сказала девушка. – Какой-то перенаправляющий громоотвод у них… Хреновое дело.

– Не сбавляем обороты! – начал подбадривать своих подчинённых Гром. – По подсчётам мы вырезали примерно полторы тысячи особей противника! Половина где-то есть! Осталось лишь ещё столько же!

И снова начала трещать канонада взрывов и выстрелов, противник наступал, появлялись первые раненые. При этом враг начал медленно охватывать кольцо, полностью окружая группу Грома. Благо уже заранее всем был введён антидот против той дряни, которая была нанесена на иглы противника.

– Что? – успел только сам у себя почти шепотом спросить Гром, как перед его глазами несколько тварей разнесло на куски связкой гранат, а потом множество щитовиков просто слегли от выстрелов плазменным оружием, которого прежде не было у человечества. – У нас появился невиданный союзник?

– Это наши! – кто-то передал радостную весть в мыслеканале. – Но их всего двое…

– Зато у них оружие разом десятерых в одной линии пробивает! – поведал увиденное Гром. – Лоскут, Райли, Кобра, быстро помочь тем двоим! Сопроводить, не дать им попасть в окружение противника!

– Есть! – хором ответили те трое.

– Сэр! – лично вышел на своего командира Питон. – Парни из Академии… Они выходят со мной на связь.

– Соединяй их со мной, я им сейчас всё поведаю.

– Есть! – чётко ответил Питон, и тут же в голове Грома появились чужие мысли.

– Назовитесь! – чётко потребовал командир когорты.

– Гром?! – раздался знакомый голос юноши в мыслеканале.

– Войд?! – удивился командир. – Какого хрена?!

Глава 5

То, что военные совершенно отшибленные люди, я знал всегда, но никогда этого не видел лично. Когда меня сначала обматерил Гром за то, что я сунулся в это пекло, а потом прислал за мной и Лаки троих своих подчинённых, которые вырезали всё вокруг нас, то я, мягко говоря, выпал из реальности.

Это были уже не люди, они лишены какого-либо отвращения. Первая появилась несомненно девушка, это было чётко видно по элегантности её бирюзового доспеха, красивым и гладким изгибам, повторяющим её стройное тело. Казалось, что любой выстрел способен пробить её защиту, но нет, всё было не так просто. Она хоть и была ловкой и быстрой, я смог заметить очень тонкий и почти незримый энергетический щит. Несомненно, это была способность её зерна, иначе её доспех был бы размером с танк, меньше генераторов щита просто не существовало. Орудовала она крупнокалиберным пистолетом, у которого большая часть выхлопных газов уходила наверх, это было несколько неудобно, так как перекрывало на мгновение точку прицеливания, но зато хорошо компенсировало мощнейшую отдачу. В другой, ведущей, руке у неё был такого же цвета, как и броня, клинок, у которого кайма буквально полыхала от перенасыщения энергией. Она крутилась, изворачивалась, атаковала словно змея, иначе просто не сказать.

Вторым сеять хаос и разруху прибыл ловкач в более остроконечной броне, на которой выделялись отдельные фрагменты защиты: грудные пластины, наплечники, фрагментированная броня живота, которая не мешала сгибаться в разные стороны, остроконечный шлем, которым можно было пробить голову… В руках у него был тяжелый болтер, мощная такая пушка, на стволе которой был закреплён клинок, которым он всех и разрубал. Каждый его выстрел казался заряженным энергией и вызывал микровзрывы в точке, куда попадали снаряды.

Последним, хотя, может быть, и первым, просто до этого его не было видно, вступил в бой чистый рукопашник. В руках у него было две катаны, от одной при этом веяло холодом, а от второй – жаром, даже воздух соответственно изменялся вокруг его оружия. От врагов он оставлял лишь отдельные фрагменты, словно лоскуты ткани, так качественно он выкашивал врагов.

– Какой дурак сюда пустил первокурсников? – во время короткой передышки, когда в округе не осталось вообще ни одного врага примерно в радиусе тридцати метров, спросила девушка, раскрыв забрало своего шлема. – Вам не могли дать хоть снаряжение получше?

– Какое досталось, – с каким-то энтузиазмом ответил Лаки, всматриваясь в лицо девушки. – А мы раньше не встречались?

– Маловероятно, – сухо ответила девушка, тут же сомкнув забрало шлема. – Я вас буду прикрывать на ближней дистанции, передвигайтесь чётко по моим следам. Понятно?!

– Ага, – ответили мы синхронно.

Двигаясь от дерева к дереву, от бугра к бугру, от торчащего из земли корня к корню, девушка стала значительно медленнее передвигаться, явно сдерживаясь, чтобы мы не отстали. Ей это точно давалось с определённой сложностью, я чувствовал, как от неё шла аура негатива и отвращения к нам… А тем временем вокруг происходило непонятно что. Всюду лежали куски и конечности пришельцев, земля местами была обуглена, местами заморожена, где-то превращена в болото. Сложно было даже поверить, что это дело рук людей, так как… Ну это же магия какая-то, но при этом не магия, а просто воздействие на пространство…

Оружие наших воинов лупило без перерыва, противник частично был отброшен после моего появления, но всё же кардинально обстановка никак тут не изменилась. Мы были в полной заднице, и нас явно пытаются взять живыми или хотя бы целыми, иначе бы уже давно применили орбитальную бомбардировку. Что-то мне подсказывает, что именно так и будет, когда наши бесконечные противники окажутся отброшены или полностью уничтожены.

Грома я узнал сразу, видел уже его броню, но в деле – впервые. Огромными прыжками он перемещался с места на место, делая по две-три короткие очереди из своей пушки, пулемётом этого монстра я обозвать точно не смогу. Один-единственный раз проследив за траекторией его выстрелов, я понял, что он старается бить по большим кучкам хорошо защищённых противников, в то же время автоматчики и снайперы выносили отдельных бойцов. Но были и раненые, что не удивительно. С близкой дистанции даже броня из Академии не выдерживала попадания иглы из оружия пришельцев, из-за чего некоторым требовалась медицинская помощь.

Когда мы подошли совсем близко к командиру этого отряда, то девушка просто как маленьких детей усадила нас в какую-то яму и строго-настрого запретила вылезать, пригрозив при этом указательным пальцем. Меня это в очередной раз выбило из реальности, а в голове начали крутиться не совсем подходящие для ситуации вопросы.

– Как и просили, – повернулась к командиру, пригибаясь и прижимаясь к земле, девушка. – Вроде без ранений, но академики как всегда послали молодых буквально на убой.

– Спасибо, – не поворачиваясь к ней, ответил Гром, продолжая вести огонь. – Окажи помощь Аметисту, его берут в кольцо, а там могут и в плен захватить. И всей тройкой идите туда, а не только ты одна, поняла?

– Да, папочка, – цокнула девушка и одним мощным толчком отпрыгнула от нас на несколько метров, после чего побежала на огромной скорости практически в ту же сторону, откуда мы и пришли.

– Ого, – хоть лица Лаки и не было видно, но я смог представить, как у него в этот момент отвисла челюсть. – А в войсках что, так можно?

– Если хорошо воюешь и, несмотря на такие словечки, выполняешь поставленные задачи, – так же сухо, без капли эмоций говорил Гром, продолжая стрелять, – то да, можно. А что касается вас, то у меня с вами будет отдельный разговор.

– Это хорошо, что разговор будет, – набрался я наглости и приподнялся, выглянув из окопа, из-за чего система тут же отметила более трёх десятков противников, – но прежде, чем ты начнешь на меня кричать и что-то пытаться мне доказать… В общем, в двух километрах на западе остался ещё один мой напарник, член моей тройки, он сейчас охраняет учёного, который изобрёл вот это оружие.

– Твою ж, – выругался Гром, на одно мгновение застыв на месте. – Принимай запрос.

Командир когорты «Громовержцы» Гром отправил вам запрос на присоединение к мыслеканалу его когорты.

Возможность общаться в нём – нет.

Возможность получать важную информацию в нём – нет.

Возможность отслеживать местоположение союзников в нём – нет.

Возможность передавать своё местоположение союзникам – да.

Возможность передавать маркеры на карте и делать целеуказатели – да.

Принять запрос?

Закатив глаза, хорошо, что Гром этого не видит, а то, чувствую, у него рука тяжёлая, может и голову оторвать, я принял запрос и… Ничего совсем не изменилось, но я понял, что меня просто отрезали от всего канала, чтобы я его не засорял. Открыв карту местности, я поставил маркер на ней в той точке, где была сигнатура Пульсара, а после отправил этот маркер всем.

– Точно там? – с лёгким сомнением спросил у меня в мыслеканале Гром, даже не отвлекаясь от стрельбы. – Если ты уверен, то я сейчас же пошлю туда группу бойцов. Там пока нет противника, но он начал распределять свои силы, есть вероятность, что нашу цель просто захватят.

– Уверен, – кивнул я, а потом сам себе задал вопрос: а зачем я это сделал, если Гром всё равно этого не видел?

Снова на одно короткое мгновение Гром застыл, а потом вокруг начало происходить что-то интересное. Какие-то бойцы стали покидать свои оборонительные позиции, какие-то перегруппировывались, занимая новые точки. Круг обороны сужался, часть бойцов отправилась на помощь, и это явно были в основном скоростные и ловкачи, так как они могли успеть добраться до учёного с Пульсаром быстрее, чем враг.

Но тут начался сплошной бардак. Противник понял, что нас стало меньше, из-за чего давление с его стороны стало больше, он уже не стеснялся наступать на нас, уже не прикрывался щитовиками… Пришельцы просто шли напролом, стараясь задавить нас числом. Они шли сплошной волной, заполоняли все перед нашими глазами. Враг ещё не добрался до передовой, но его теперь точно ничего не остановит.

Уровень заряда составляет 10 %.

Я лишь мельком посмотрел на то оружие, что мне досталось от учёного. Оно может уничтожать, может остановить довольно большой отряд… Но чтобы настолько многих – не выйдет даже у этого чуда техники. Но всё же я не стал сидеть не одном месте. Пять выстрелов это при хороших обстоятельствах пятьдесят трупов противника.

Поднявшись на ноги, я развернулся в сторону орды, к горлу тут же подступил ком, так как это было похоже не огромную волну жуков и тараканов, но я смог сдержаться. Тут же весь горизонт перед глазами буквально засиял красным, отмечались всё новые и новые цели, так что любой выстрел гарантированно попадёт куда надо.

Начав поднимать дрожащую от страха руку, я схватился за неё второй, удерживая и позволяя более точно прицеливаться, после чего направил оружие на противника. Выстрел!

Уровень заряда составляет 8 %.

До моих ушей, невзирая на настроенный фильтр, донёсся визг агонии. Целая колонна противника слегла, кто-то просто оказался тяжело ранен, но этого было мало, места павших тут же заняли новые бойцы. Выстрел!

Уровень заряда составляет 6 %.

И ещё одна линия врагов упала, но они уже подобрались слишком близко к первой линии обороны. Буквально запрыгивая на наших гигантов, твари повалили несколько человек на спины, прижимая огромным весом. Было видно, что они пытались содрать толстую броню, пытались пробить вплотную, что получалось с трудом. Но первые крики боли всё равно стали достигать наших ушей. Выстрел!

Уровень заряда составляет 4 %.

Кому-то повезло, я даже не целился, но у меня вышло сбросить с одного из силовиков несколько тварей, из-за чего ему удалось подняться на ноги и выхватить огромный двуручный клинок, который нормальный человек ни за что в жизни не смог бы даже приподнять. Закружив в смертельном вихре, боец из последних сил рубил и кромсал, но всё же ран на нём было слишком много, буквально через три минуты он рухнул на землю, и его снова накрыла огромная волна насекомых. Выстрел!

Уровень заряда составляет 2 %.

– Сдохните, твари! – рычал я, целясь в последний раз в самую большую кучу противника.

Внезапно гигантская рука схватила меня и отбросила куда-то назад, следом за мной таким же образом полетел Лаки. Рухнули мы рядом друг с другом около колёс бронетранспортёра, пролетев около двадцати метров. И тут меня повергло в шок в очередной раз. Какую силу надо иметь, чтобы восьмидесятикилограммового человека в боевой броне бросить на такое расстояние?!

Мгновением позже предо мной кувырком появилась Молния. Она стреляла из нестандартного автомата, но её выстрелы наносили сильные повреждения тварям, порой даже смертельные. Ещё через мгновение, перед глазами появился Гром, а потом стали появляться всё новые и новые бойцы.

Ещё через минуту рядом со мной и Лаки бросили бесчувственные тела Пульсара и учёного. Первого знатно потрепало, на броне были видны отметины от попаданий, местами видны деформации. Но куча бойцов становилась всё плотнее и плотнее, а потом над нами активировался щит, который тут же стали подпитывать несколько вояк.

– Всем приготовиться! – крикнул Гром и сел на одно колено, буквально вгрызаясь в землю.

Его поведение изначально удивило меня, но потом я понял, чего он так опасался. Над нами появился фрегат, хищная птица, вооружённая очень мощным оружием. Из его правого борта стали по очереди вырываться ракеты, словно эта птица расправляла своё крыло. Через три секунды до нас донёсся гул этих зарядов, шум сгораемого топлива, разрываемой атмосферы. Миг и фрегат снова пропал, оставляя нас одних против этого врага.

Взрыв! Небо и земля поменялись местами. Всё ходило ходуном, деревья вырывало с корнем, и они огненными болидами сначала устремлялись в небеса, а потом падали на землю в паре миль от прежнего места, создавая новые очаги пожаров. Потом ещё один взрыв, немного в другом месте, западнее. Земля снова пошла волнами, разрываясь в местах наибольших изгибов. Энергетический купол над нами трещал и звенел, еле сдерживая мощнейший напор взрывов.

Третий взрыв! Мой мозг уже перестал понимать, в какой плоскости я нахожусь, меня подбрасывало и переворачивало, как и моих товарищей, а вот бойцам Грома словно было всё равно, они как замерли в одном положении, так и сидели. Бронетранспортёр тоже ни на каплю не сдвинулся с места, это было просто удивительно, но в то же время мне было не до этого, я лишь думал о том, как бы меня не вывернуло внутри моей же брони.

Больше взрывов не было, но весь мир передо мной кружил, словно лопасти вертолета. Краем этого безумного восприятия я видел, как бойцы поднимались на ноги, снова вступали с кем-то в бой. Это было невероятно! Кто-то из противников остался в живых после этой адской бомбежки, из-за чего «громовержцам» снова пришлось сражаться.

– Войд! – острой иглой пронзил мой разум голос Грома. – Вставай! Ты нужен!

– Что? – я слышал его голос в своих мыслях словно через толстый слой воды, он был искажён и звучал очень-очень тихо. – Не понимаю…

– Чтоб тебя… – прорычал в моей голове Гром. – Поднимайся, кому сказано! Ты сейчас сдохнешь!

– Что? – всё равно не понимал я его, а перед глазами стали мерцать системные ошибки, но они тоже кружились и вертелись, как и весь мир.

С меня сорвали шлем, стало проще дышать. Перед глазами было чьё-то лицо, но я никак не мог разобрать чьё именно, лишь видел золотистый отлив ближе к середине этого безумного хоровода. Меня подняли на ноги, точнее, попытались поднять, а потом просто поволокли.

Как я оказался внутри бронированной машины, уже не помню, но главное, мне стало куда легче. Перед глазами всё ещё кружился мир, но уже можно было контролировать, куда идти и целиться. И тут до меня дошло, что меня не просто оглушило, а контузило, при этом всё время мне угрожала аномалия моего сердца, которая каким-то образом частично блокировала работу левой половины, если верить отчётам.

– Войд! – тут же громогласный командир чуть не разорвал своими мыслями мне голову. – Давай быстрее ко мне, чтоб тебя!

Сначала меня просили не высовываться, а сейчас наоборот, просят помочь? Видимо, там всё совсем хреново. Выйдя из машины, я увидел очень печальную картину. Многие бойцы лежали без чувств, но и противника оставалось очень и очень мало – большая часть была сосредоточена ровно в том направлении, куда вёл выход из машины.

Противник сейчас двигался медленно, но ни одна способность, ни один боеприпас не мог пробить странный купол, что окружал их. Они не стреляли в ответ, просто шли медленно в нашу сторону, тем самым приближая наш скорый конец.

Но Гром не сдавался, он продолжал палить из раскалённого почти до бела ствола. Скорость его стрельбы была низкой, но всё же он пытался найти брешь в обороне противника. Рядом с Громом стояла Молния, держа перед своим лицом ладонь с двумя выпрямленными пальцами, на кончике которых очень ярко светилась способность девушки.

Объяснений мне никаких не надо было, враги и так уже были подсвечены красными маркерами, так что мне оставалось просто направить в их сторону оружие. Что я и сделал. Последний выстрел полностью разрядил экспериментальное оружие, из-за чего оно даже отказалось снова складываться в коробочку, но сейчас это меня не волновало.

Вместе с моим выстрелом, точнее, мгновением после Молния также применила свою способность. Плазменное оружие тут же пробило тоненькую брешь в куполе противника, но на большее его не хватило, да это и не надо было. С треском и грохотом молния девушки устремилась в эту щель, проникнув через неё за мгновение до схлопывания, а после начала убивать всех, кто оказался заперт внутри пространства.

– Молодец, – похлопал Гром девушку по плечу.

– Старалась, – медленно кивнула его сестра и рухнула на одно колено, удерживая своё туловище с помощью упора в виде своего автомата.

– Внимание всем, кто остался стоять на ногах после орбитального удара! – снова голос Грома начал разрывать мою голову на части. – Рассредоточиться и добить остатки противника! Найти всех раненых и убитых и доставить к бронетранспортёру! Выполнять!

– Победили? – выполз из машины Пульсар без шлема, на лице которого красовалось истинное изумление.

– Победили, – повернулся к нам Гром, деактивировав свой шлем, а потом гневно глянул на меня. – А с тобой у меня будет отдельный разговор.

Глава 6

Битва закончилась… Успешно? Наверное, так, если учесть соотношение потерь, а эта цифра в современных реалиях просто колоссальна! Противник понёс просто огромные потери, когорта Грома перемолола не без моей помощи около пяти тысяч тварей, это если округлить в меньшую сторону, система так и не смогла подсчитать точно до самого конца – много разорванных конечностей и отдельных фрагментов тел. С нашей стороны было потерь в разы меньше, но всё же если сравнивать качество бойцов… Один наш сотню обычных стоит, но всё же мы потеряли двадцать два человека убитыми, тридцать четыре тяжело раненными, которых надо было срочно доставлять на фрегат, более пятидесяти легко раненными, которые по очереди лечатся в бронетранспортёре. И это из двух сотен присутствующих. Мы превосходили противника по качеству и мастерству на голову, но всё же тяжело отделались, их было слишком много.

– Надо забрать тела, – мрачно говорил Гром, осматривая тела двадцати двух укрытых тканью героев, – негоже им быть захороненными на планете противника, необходимо заморозить и передать родным и близким. Это наш долг.

– Хорошо, – кивнула Молния и пошла отдавать соответствующие распоряжения старшим девяток, группам из девяти человек.

Гром проводил взглядом свою сестру и повернулся в нашу сторону. Взгляд его был скорбным, ему было тяжело терять товарищей, ещё тяжелее терять друзей, а все таковы в его когорте, он их считал своими братьями и сестрами, вместе с ними закалялся в сотнях боев.

– Первые потери? – бросил я несколько хладнокровный, наверное, взгляд на тела павших, так как они лично для меня никем не были, просто сражались со мной на одной стороне.

– Не первые, но впервые так много, – прикрыл глаза Гром, когда заметил мой взгляд, глубоко вдохнул, а потом снова взглянул на павших. – Понимаю, что в тебе сейчас говорит твоё воспитание, что тебе по большому счёту плевать на обычных людей, но прояви хоть немного уважения к павшим, хотя бы не смотри на них так, что тебе плевать… Как минимум тебя не поймут, так как не знают твоего прошлого.

– Хорошо, – пару раз медленно кивнул я, а потом, смотря на тела погибших, начал вспоминать про свою маму.

По сути, сейчас кто-то лишился своих детей, кто-то лишился своих братьев и сестёр. Они будут страдать и горевать так же, как я горевал, когда моя матушка погибла от неизвестного заболевания. Они реально заслужили, чтобы даже такая скотина, как я, хоть немного погоревал о них, ведь они сделали невозможное – сохранили жизнь мне, Лаки, Пульсару и учёному, который до сих пор не может прийти в себя. А это, если так посчитать, была очень и очень трудная задача, ведь вся эта куча явно бы нас не оставила в живых, а учёный был бы захвачен в плен, мы бы вчетвером, если вооружили профессора, точно бы не отбились от такой свары тварей… А две сотни, около двух третей когорты – смогли.

– Спасибо, – похлопал меня по плечу Алекс, а после повернул в сторону небольшого островка спокойствия, где не было ни живых людей, ни трупов, и повёл меня туда. – Рассказывай, как вы в такой заднице оказались.

– Да и рассказывать особо нечего, – дёрнул я свободным плечом. – Прилетели мы на орбитальную станцию полторы недели назад, нас должен был в первый же день забрать транспорт, но он всё задерживался и задерживался, но всё же появился спустя три дня. Когда мы уже были в нижних слоях атмосферы и приближались к пункту сбора А-двенадцать, в нас попала ракета. Были бы у меня способности, как у нормального аристократа, нас бы не сбили, я сменил бы траекторию полета ракеты или взорвал её на подлете. Но я просто обычный человек, так что ничего не смог сделать, а вооружения на том транспортнике не было. А это странно, с учётом раскрывшихся обстоятельств в виде учёного и его разработки.

– Это вот этой штуки у тебя на руке? – пару раз стукнул Гром пальцем по куску металла, что некогда стрелял мощнейшей плазмой. – Мощная штука, а если учитывать, что это разработка, что это экспериментальное оборудование, то да, могу с тобой согласиться, странно, что вы летели без охраны, хотя тут есть пара интересных моментов.

– Каких ещё моментов? – поднял я на него взгляд. – Говори прямо, у меня голова после того ада еле соображает, рассказывать и так трудно, тошноту сдерживаю.

– Всё ещё? – издал короткий смешок Гром, за что словил мой недобрый взгляд. – Ладно-ладно, молчу-молчу. Просто после медицинского аппарата контузия проходит минут за пятнадцать, точнее последствия контузии. У тебя же целый час уже держится.

– У меня это из-за аномалии после развития, – отвёл я взгляд в сторону, чтобы не видеть сначала удивлённый, а после гневный взгляд Грома, но при этом он на меня смотрел не как на врага, а как отец на нашкодившего ребёнка.

– Какой, к черту, аномалии? У тебя вообще сейчас по моим подсчетам должно быть не больше трех улучшений.

– Пять, – слегка повысив тональность голоса, словно не придавал значения этому факту, сказал я, скривив лицо в гримасе «ну а чё такого-то?». – Первый раз сразу после поступления, потом три раза в течение каждого месяца, а последний раз так вообще два улучшения применил. Вот и поймал аномалию.

– Аномалию чего? – уже, видимо, не хотел докапываться и ругаться Гром, понимая, что даже с учётом своего высокого статуса в войсках, он был ниже меня по социальному статусу, что меня прикрывает куда большее количество законов.

– Сердца, – на выдохе сказал я, скрестив руки на груди, а после, чтобы не возникало новых вопросов, сразу напомнил Грому о его упущении: – Ты так и не сказал о своих догадках.

– А говоришь, у тебя голова туго работает, – мрачно процедил гигант. – Ну да ладно, я не отец, чтобы тебя отчитывать. Скорее всего, учёного отправили обычным транспортом, чтобы не вызывать лишнего подозрения, а в качестве охраны отправили вас вместе с ним, три курсанта, хоть и первого года обучения в Академии, способны сделать куда больше, чем обыкновенные бойцы. Вторая догадка, скорее всего, я больше всего к этому склоняюсь, что это крайне секретная операция, о которой мало кто должен был знать. Но…

– Но в верхушках есть крысы, которые хотели купить себе место под солнцем, – разочарованно сказал я, поняв, куда клонит командир. – Мне это с самого начала показалось, что кто-то просто слил информацию об учёном, а мы… Мы просто оказались рядом, да и пилот – молодец, смог справиться с падением, хоть нас и кружило чёрт пойми как.

– По сути, скорее всего, руководство Академии попросило усилить охрану пункта сбора А-двенадцать, внутри которого или под которым что-то есть, – начал очень медленно бродить в разные стороны командир, – либо оно у нас как-то прознало про это, из-за чего приставили вас в качестве охраны, обернув всё это так, словно оно и должно так быть. Это и позволило этому головастику остаться в живых. А почему он в отключке-то?

– Хах! – вот тут уже не выдержал я и издал лёгкий смешок, но смог сдержать моментально подкативший приступ смеха. – Пока мы бродили по этому миру, в лицо учёного впилась змея, нам удалось нейтрализовать яд, но он впал в какую-то кому. Дышать дышит, а вот проснуться не просыпается. Уже сутки прошли.

– Под капельницу его надо, – застыл на одно мгновение Гром, смотря куда-то сквозь меня, а после его взгляд прояснился, и он мне кивнул. – Всё, распорядился. Уложат учёного в машину, там под капельницей лежать будет. Большого запаса у нас нет, но до А-двенадцать должно хватить, чтобы старик протянул. Ещё что интересное расскажешь?

– Не особо далеко есть поле с цветами, – начал вспоминать я, и меня тут же передернуло от жути, и по всему телу поползли мурашки. – Не ходите туда, а то без защиты всего тела и органов дыхания вы там и останетесь. На этом больше мне нечего интересного рассказывать.

– Учтём, – кивнул Гром. – Тогда сейчас пакуем погибших, стабилизируем тяжёлых и выдвигаемся. Не думаю, что противник от нас отстанет.

Прошло примерно несколько часов, когда сформировалась колонна. Впереди шла наша броня на колесах, наш бронетранспортёр, точнее, когорты Грома. Следом конвоем шли бойцы, охраняющие криокапсулы на гравитационных подушках. Двадцать два человека сегодня оказались по ту сторону мироздания и сейчас с полным умиротворением на лице плыли в пространстве почти в абсолютном нуле. За ними конвоировали тяжёлых, некоторые могли идти сами, кому-то помогали идти, кого-то приходилось нести, а кому-то посчастливилось ехать внутри и верхом на бронетранспортёре. Я тоже не остался в стороне, помогал идти девушке, которую ради меня попросили снять броню.

Внешность у неё была весьма средняя, чем-то притягательная, но в толпе бы она смогла потеряться. Фигуристая, как и все девушки в Академии, ведь без постоянных физических нагрузок не проходит и дня, волосы убраны в короткий конский хвост, глаза сапфировые, причём очень глубокие. После этого боя она лишилась левой ноги ниже колена, а оборудование, которое взяли с собой, не способно было восстановить ткани в таких количествах, только закрыть раны.

Позади нас шли тяжёлые бойцы, а в дозорах ловкачи, только в головном и тыловом также присутствовали и самые быстрые члены когорты. Самое стандартное построение пешей колонны в движении. Правда, дозоры могут погибнуть, но война есть война, лучше пожертвовать малой группой и успеть приготовиться к бою, чем пожертвовать всеми.

Первое время мы шли молча, девушка даже не смотрела на меня, а куда-то под ноги. Лицо её было очень печальным, я даже как-то не хотел её тревожить, но все же она сдалась первой, решив уточнить у меня, откуда я родом.

– Из миров клана Грей, – сказал я ей чистейшую правду, но при этом не всю, не хочу, чтобы на меня смотрели как-то неправильно. – А ты откуда?

– Я из миров Пурплов, родилась там, но мои родители из разных кланов, – видимо, просто ей хотелось излить душу, а иногда, общаясь хрен пойми с кем, можно неплохо разрядиться. – Мама – чистокровная Йеллоу, отец – из Блу, мелкого клана на краю галактики, вроде как потомки островитян были, не знаю точно, не изучала этот вопрос.

– Это островитяне с Земли, – решил я подтвердить её неуверенные знания. – Причём есть клан Блу, они родом с Карибских островов в Атлантике, а есть клан Аэро, типа воздух на глобальном, но на самом деле тоже какой-то оттенок синего. Они берут своё начало с тихоокеанских островов. Как-то так.

– Историю учил? – слегка приподняла один уголок губ девушка, скосив слегка в мою сторону взгляд. – Похвально, за молодёжью последнее время такого не наблюдается, всем как-то плевать на то, что раньше мы все были одним единым народом и не разделены на двенадцать кланов.

– Были когда-то, – согласился я с ней. – Но в то же время на Земле тоже наши народы часто враждовали друг с другом, особенно все почему-то не любили предков Редов, прям очень и очень сильно. Но это уже из разряда политики, а я её, ой, как не люблю…

– Что это? – снова начала смотреть под свои ноги девушка полупустым взглядом. – Иногда это интересно.

– Иногда, – просмаковал я это слово. – Только если ты из-за политики не страдаешь. А так… Каждому своё. Не люблю я лезть в политику и всё тут.

Дальше мы лишь перебрасывались короткими фразами, по чуть-чуть узнавая друг про друга. Она росла в любящей семьей, но её планету разбомбили в крупной войне кланов, из-за чего она и пошла в Академию. Я же про своё происхождение не распространялся, вспоминая отдельные фрагменты из своего прошлого. Также не хотел говорить о маме, это была для меня до сих пор очень болезненная тема.

Несколько раз слышалась стрельба, но, судя по спокойному дальнейшему передвижению, ничего серьёзного не произошло, видимо, натыкались на мелкие отряды противников, быстро уничтожая их. Когда мы остановились на привал, то я походил, послушал, о чём общаются остальные. Многие просто молчали, так как не было необходимости общаться вслух – есть же мыслеканалы. Но всё же иногда люди из разных троек перебрасывались друг с другом фразами.

Как оказалось, встретить ещё раз подобное формирование будет почти нереально, даже с учётом того, что на орбите столько кораблей. Эта, третья от светила, одна из трёх заселённых в этой звёздной системе планет, причём на этой… Грубо говоря, ничего не было, просто форпост, вот его и взяли в длительную осаду, не особо тратясь на боеприпасы. Видимо, только с нами заминка произошла.

– Слышала, что на пятой планете сейчас очень жестокие бои идут, – шепталась какая-то девушка со своей подругой. – Это из тех сводок, что мы поймали с той планеты… Говорят, там наших уже больше двух миллионов погибло за две неполные недели.

– Ого… Много… – помотала головой собеседница. – Как думаешь, Совет отреагирует на всё это?

– Нечем реагировать, – подошёл, по всей видимости, командир их девятки. – Многие на границе с Пустотой, там вообще неизвестный нам противник… Но хватит лясы точить, пора собираться, вон, уже Гром первые распоряжения отдавать начал.

Гром не отличался излишней эмоциональностью, наоборот, он выглядел больше сдержанным, суровым, хотя при первой встрече со мной вёл себя несколько иначе. Рядом с ним сейчас стояли три человека, которых система опознала как Героев Человечества. Когда я это увидел, мне даже самому стало интересно, за какие такие заслуги они получили столь высокую награду, хотелось подойти и спросить, пообщаться с ними, но пришлось отложить свое желание в долгий ящик.

Бродя минуты три уже среди копошащихся элитных бойцов, которые занимали свои места в формируемом строе, я нашел Лилию, девушку, которая осталась без ноги. Она лишь совсем чуть-чуть сменила своё местоположение, видимо, кого-то пропустила, но сидела всё там же с таким же подавленным видом.

Подняв её на ногу, я снова повёл её в середине строя. Меня беспокоило такое состояние, каким бы сверхулучшенным не был человек, он всегда останется человеком, всегда будет чувствовать, хоть чуть-чуть. Вот и сейчас девушку очень сильно подкосило не только физически, но и морально после этой битвы, и я чую, что дело не только в ноге.

– Все из тройки погибли? – решил я уточнить у девушки, и что-то внутри меня щелкнуло, слегка защемило.

– Вся девятка, не считая меня и Папируса, – опустила она ещё ниже голову. – Папирус в коме, его специально ввели в это состояние, так как он мог бы умереть, остальные мертвы…

Благо хоть не подрали их так сильно, у одного вообще половины лица не было. Гром лично отдал приказ восстановить его.

– Мои соболезнования, это всё, что я сейчас могу тебе сказать… – так же наклонил голову я, уткнувшись взглядом в землю. – Просто я никаких слов не могу найти, чтобы поддержать в этой ситуации, немного не такой я человек, привык только за близких переживать.

– Я тоже так думала, – лицо девушки начало слегка изменяться, а голосок временами срывался. – Эти люди мне тоже были не особо близки, в свободное время я вообще с ними не пересекалась, надоедали… А сейчас… Внутри меня словно большая дыра… Никогда бы не подумала, что…

И тут она не сдержалась, глаза закрыла, щёки покраснели, а с подбородка начали капать слёзы, которые сплошным потоком потекли из-под плотно сомкнутых век. Долго она держалась, долго терпела, но всё же сдалась и начала откровенно рыдать. Она была не первая, уже проливали слёзы как женщины, так и мужчины, ничего в этом зазорного нет… Но всё же хорошо, что это произошло: при плаче, нас покидают излишки гормона стресса, становится легче думать и всё воспринимать.

До заката мы больше не делали привалов, на нас не нападали, хотя иногда проскакивала информация, что были обнаружены в том или ином месте мелкие группы противников. Когда же начало смеркаться, то мы остановились на привал, и каково же было моё удивление, когда я увидел, что в распоряжении когорты был компактный и быстро разворачиваемый лагерь.

Глава 7

Лагерь развернули добротный, это даже больше походило на временную стоянку на несколько дней для целой армии. Обладая древним мастерством быстрой укладки брёвен, силачи из когорты моментально наделали этих самых брёвен и уложили их в нужном порядке, организовав тем самым не только стены вокруг лагеря, но и несколько домиков. Хотя работы завершили уже к утру.

Скорость возведения хоть и простых, но всё же построек поражала. Тут тебе и нужник, который реально нужен, ведь люди-то тут приличные, сделали хоть одно общее, но всё же помещение для тяжелораненых, пару укреплений на входе… На этом всё. Для личного состава были расставлены невесть откуда взятые палатки на десятерых, вот только жили в них по девять человек.

Когда всё было готово, Гром дал чёткую команду всем отдыхать, но при этом держать оружие рядом с собой на случай крайней необходимости. Были организованы патрули, караулы на двух входах, пулемётные точки там же. В центре лагеря стоял наш бронетранспортёр, который мог стрелять с помощью двух пушек калибра около двадцати в разные стороны, прикрывая оба входа разом.

Нас троих разместили отдельно и взяли под охрану. Нашу палатку поставили возле одного из входов в лагерь, а часовые, что стояли на постах, следили за тем, чтобы мы не высовывались из своего маленького домика. Не больно-то нам и хотелось, но отношение к нам было с душком, не особо приятно. Но мы и так не собирались куда-либо идти, так как у нас впервые за эту неделю появилась возможность поспать хотя бы в спальном мешке, которые нам достались от погибших бойцов когорты Грома.

– Вот и в чём мы виноваты? – расхаживал внутри маленькой палатки Лаки в разные стороны, закинув руки за спину. – Мы тут важной шишке жизнь спасли, а нас взяли под стражу.

– Они нас толком не знают, – весьма метко высказался Пульсар, – вот и решили понаблюдать за нами. Им нас убить, как горстку земли поднять, трудов не составит, так что… Они просто за нами следят, чтобы мы не делали глупостей.

– Однако, – удивлённо я повёл слегка головой в сторону и вскинул брови вверх. – Но всё же, тут Пульсар прав. За нами просто следят, мы для них новая переменная во всём этом дерьме, так что… Они решили подстраховаться, даже несмотря на моё личное знакомство с Громом и на наши поступки в прошлом.

– Ладно, – махнул рукой родственник и уселся на корточки рядом со своим спальным мешком. – Не хрен переживать… Спать хочу и буду! И вам советую, уже не так много спать осталось.

– Угу, – кивнул Пульсар, который и так лежал в выделенном ему спальном мешке, а потом просто положил голову на подобие подушки и почти моментально вырубился.

– Во даёт, – повторил мой жест Лаки, а потом сам залез в спальник и почти с такой же скоростью отключился.

Стресс дело такое, что, когда организму надо, он тебя взбодрит, а когда надо, быстренько отключит, особенно после сильных переживаний и при колоссальном утомлении. Но вот ко мне сон не шёл, я лежал и вспоминал все детали боя, вспоминал, как выглядела ракета, и рылся в базе данных, в поисках хоть чуть-чуть похожей.

Когда мы только подлетали к планете, в звездной системе не было ни единого вражеского космического судна, поэтому в то, что они тут оказались совершенно случайно, я не верил. Даже если бы вражеские корабли были прикрыты маскировкой, некоторые радары смогли бы их выявить, сообщить в центр управления об их наличии… Но этого не произошло. Даже если бы вражеские корабли появились в этой системе сразу после нашего приземления, то они чисто физически не смогли бы так быстро добраться до всех планет, минимум часов шесть лететь между третьей и пятой, например, а тут они почти одновременно напали на все три планеты.

В итоге я пришёл к мыслям, что всё это было подстроено специально, но не мог понять одного. Оружие, которое все-таки мне удалось снять со своей руки, работало только совместно с системой Академии, а, кроме меня и моей тройки, на этой планете никого больше не было из этой самой Академии, так что… Всё очень сложно и запутано, и чувствую, в этом клубке я как-то специально замешан, чтобы именно я оказался в этом транспортнике, в котором летел учёный, которого должны были захватить в плен.

– Что же всё так сложно-то? – рыкнул очень тихо я, чтобы не разбудить товарищей, а потом приподнялся посмотреть, не произошло ли этого, после чего опять начал листать базу данных, что мне была доступна.

Каких ракет только не было у нас на вооружении! Начиная от ракет малого радиуса действия, которыми может и обычный человек орудовать, заканчивая межзвёздными ракетами, которые способны вызвать детонацию целой звезды! А это сильно и очень опасно. Если это будет большая звезда типа Бетельгейзе, то есть вероятность, что она взорвётся как сверхновая, затронув много других систем, из-за чего там может просто исчезнуть вся жизнь. Гамма-излучение дело смертельное, мучительное и не быстрое.

Но меня два этих класса ракет не интересовали, я сразу отфильтровал их, убрав из общего списка. Сейчас я искал ракеты земного или воздушно-космического класса базирования с прицельной дальностью полёта около пяти-шести сотен миль. Вот только их было совсем не мало, больше пяти тысяч ракет… И каждая, блин, стояла в том или ином случае на вооружении.

К примеру, был вид ракет, который устойчив к токсичной среде, они обладают меньшей скоростью полёта, меньшей мощностью в тротиловом эквиваленте. Были варианты, которые могли летать только в космосе, а на межзвёздных кораблях находились в безвоздушной среде: там какие-то плохо переносящие коррозию металлы, которые также участвовали в цепной реакции при взрыве, мутный тип ракет, но очень эффективный! Жаль, точных характеристик не видно, слишком маленький у меня ранг в системе.

Из воспоминаний я точно вычленил, что ракета была белого цвета с красным острым конусом, большего я ничего не успел разглядеть. Так что она сильно похожа на наши ракеты, пара похожих мне попадалась, я их отложил в закладки, и это говорит о том, что и применяли её наши. Может, это были террористы, может, военные, но кустарно переделали ракету, чтобы не смогли её пробить… Надо будет вернуться на место падения и найти её обломки, может, что-то можно будет понять.

Уснуть мне удалось только через час, когда я просто уже не мог держать глаза открытыми. Пару раз пришлось просыпаться и хвататься за автомат, так как словно возле уха начинал стрекотать пулемет, но всё обходилось.

В утренней сводке после подъёма, а его решили сделать поздним, стало понятно, что в сумме за ночь было уничтожено ещё около ста единиц личного состава противника, с нашей стороны оказалось двое легкораненых. Также Гром поделился с нами скверной новостью.

– Придётся ждать благополучного времени, – стоял он возле бронетранспортёра перед почти всем личным составом. – Пункт сбора А-двенадцать был взять в кольцо противником, там идут ожесточённые бои, но наше подкрепление смогло выправить ситуацию, противник мог взять укрепрайон, но наши его отбросили. Но опять же, сейчас там тяжёлая осада, наши на поверхность высовываются только для передачи нам информации.

– Надо отправить разведку, – сказала девушка в зелёной броне, словно со сложенными крыльями за спиной, держа в руках длинную и красивую снайперскую винтовку. – Могу взять свою девятку, полетаем над ними, пока есть запас энергии, может, найдём слабые места.

– Идея здравая, но рискованная, – помотал отрицательно головой Гром. – Сейчас там много летательных аппаратов противника неизвестного предназначения, пока лучше переждать немного. Токсин сам говорит, что соваться бесполезно, им ничего не грозит, там запасов еды больше чем на три месяца.

– У нас запасов еды только на пять дней, – сказал хорошо сложенный беловолосый боец со смугловатым оттенком кожи, ловкач, если смотреть на его телосложение, лица его я не видел, стоял он спиной ко мне. – Мы так долго терпеть не сможем, а из-за пришельцев тут вся местная дичь разбежалась.

– Тогда будем охотится на зверей покрупнее! – механическим голосом из-под своей брони сказал боец с позывным Гигант, он был реально огромен. – У нас для этого есть все средства! Даже боеприпасы можем не тратить!

– Решим несколько позже этот вопрос, – кивнул Гиганту Гром. – Сейчас нам нужно лучше укрепиться, так что… Продолжаем строительство, друзья!

Кто-то поворчал, что не удивительно, кто-то просто промолчал, а кто-то одобрительно высказался. В любом случае укрепление, если мы собираемся тут торчать, это хорошая затея, так как повышается наша живучесть. Ну и не стоит забывать о маскировке, придётся очень сильно попотеть, чтобы всё это не заметили.

Нас троих тоже запрягли работать в качестве принеси-подай. На большее в современных реалиях мы были не способны… Точнее способны, но любой тут нас на голову выше в требуемых ремеслах. Кто-то с помощью своего оружия с первого или второго удара сносил дерево, кто-то за пару минут выкапывал окоп для стрельбы стоя, кто-то мастерски обрабатывал дерево… В общем, мы просто подносили людям воду, инструменты и прочую мелочовку. И это меня жутко бесило.

– Ты чего? – спросил меня Лаки, увидев моё лицо. Мы сейчас работали без шлемов, так как становилось жарковато, а система контроля температуры у нас начала сбоить. – У тебя лицо какое-то странно недовольное.

– Действительно, – фыркнул я. – А то ты понять не можешь, почему так… Ладно, не вникай, это так, мои личные предрассудки…

– Аристократия внутри зашкаливает! – пошутил, как он подумал, Пульсар, заржав при этом как конь, а потом резко замолчал и, как мне показалось, начал обливаться холодным потом, заметив мой ледяной взгляд.

В общем, я был крайне недоволен сложившейся ситуацией. Во-первых, да, Пульсар всё же прав, хоть он и грубо выразился, но ему, скажем так, это дозволено, деревенский, немного не так думает, как я. Во-вторых, я не чувствовал своей собственной важности, не чувствовал, что приношу хоть какие-то плюсы в общее дело… Так, на пару мгновений ускоряю процесс, но не более, а может, иногда только мешаю, из-за чего ещё больше начинал вскипать.

– Да ну всё в задницу! – психанул я и побрёл в сторону Грома, который в данный момент общался с кем-то из командиров девяток.

На меня вообще не обращали внимания, на меня даже смотрели свысока. А так хотелось показать, кто все они тут такие и чего на самом деле стоят… Но понимание того, что они прошли через много большее, чем я, всё же тормозило мои гневные порывы. Но все равно я не мог просто так перекладывать туда-сюда какую-то хрень.

– Ты чего не работаешь? – хмуро смерил меня взглядом Гром, видимо, попытавшись таким образом прошибить меня, но в конечном итоге стал смотреть более спокойно. – Случилось что?

– А то ты не знаешь, что случилось! – еле сдерживал я крик. – Ты знаешь, откуда я, знаешь, кто я, знаешь, почему я тут! И должен, чёрт возьми, понимать, что меня так бесит! Да, я мог спокойно работать со своими людьми, но делал я это для доброго имени! А тут… Тут все мной только и делают, что помыкают! Хотя без моей помощи хрен бы получилось последнюю битву выиграть!

– Остынь, – сухо и грубо сказал Гром, скрестив руки на груди. – Ты сейчас не понимаешь, что творишь, в тебе говорит не здравый рассудок, а эмоции, твоё прошлое. Остынь, пока дров не наломал.

– Ты мне не отец, чтобы мне что-то говорить, – сквозь зубы процедил я, почти рыча при произношении каждого слова. – Ты вообще по статусу ниже меня и не имеешь никакого права мне говорить, как себя вести. Да, ты действовал по просьбе моего отца, но ты не мой отец!

– Ты просто кретин, – махнул рукой на меня Алекс. – Если ты так и будешь себя вести, то так и останешься один, а твой троюродный братец в конечном итоге добьётся того, чего хотел, и ты будешь лежать в сырой земле не своего родного мира. Да, я не твой отец, но он просил за тобой приглядеть, быть твоим наставником при возможности. Но ты честно дурак, все мосты пытаешься сжечь, которые до этого пытался возвести. Сбей свою спесь, пока поздно не стало, от всего сердца тебя прошу.

– Что-то мне слабо верится, что отец просил тебя быть мне наставником… – вздохнул я, сжав со всей дури кулаки, а потом успокоился. – Но ты прав… Я просто погорячился, надо успокоиться… И всё же… Я не могу вот так работать, не моё это трудиться каким-то подручным. Да, я прекрасно понимаю, что тут ни на что не способен, так как физически сильно отстаю от многих, да и военной науке не так обучен, но всё же…

– Это тебя ломает, – улыбнулся доброжелательно Гром. – Ты же привык видеть себя в центре внимания и в эпицентре событий… Знаешь, вот что я тебе скажу. Твой отец никогда не боялся и никогда не возникал, когда был среди обычных, как вы говорите, простолюдинов. Все знали о его происхождении, но все к нему относились как к товарищу, некоторые, кто пришёл в ряды войск Академии после него, стали его младшими товарищами, которых он наставлял, а которые были до него, стали его старшими товарищами, которые сами его обучали. Он говорил, что его так же сначала ломало, что он хотел показать свою важность… Но ты пойми, что важность заключается даже в мелочах. Вот ты принёс бойцу большой топор, это заняло у тебя пять минут, за эти пять минут он может свалить до пяти деревьев. А вот теперь представь, что ему никто не принесет этот топор, он потратит пять минут на то, чтобы пойти и найти его, а потом вернуться назад. В три раза медленнее работа! Ты это понимаешь? Вроде умный малый, считать умеешь.

– Понимаю, – тяжело вздохнул я, отведя глаза в сторону.

Почему-то сейчас я чувствовал себя нашкодившим ребёнком с завышенным чувством собственного достоинства. Да оно так и было, я ещё не сильно-то вырос, хотя достаточно много уже пожил самостоятельно. Во мне сильны аристократские устои, не привык я к такому обилию обычных людей, которые не пытаются меня в чём-то подколоть.

В Академии я пытался не выделяться из толпы, но все и так знали, кто я есть, мне этого хватало, из-за этого кто-то пытался мне «мстить» за грешки своей аристократии. Это немного подогревало моё чувство собственной важности. Тут же… Меня считают равным, даже, скорее, младшим, которому надо всё показать, рассказать, а доверить пока можно только принеси-подай, при этом никто не знает, кроме Грома и моей тройки, о моём происхождении.

– При этом отец просил тебе напомнить, что не аристократ собирает зерно, а обычный человек. Если бы обычный человек не трудился в полях, аристократ бы умер голодной смертью из-за собственной беспомощности, – смотрел на меня Гром реально как на подопечного, как старший брат на младшего. – И он очень не хотел, чтобы ты был похож на большую часть всей этой аристократии, которая, кроме как права покачать да людей сотнями губить по собственной хотелке, ни на что не способна.

– Хах, – улыбнулся я, вспомнив, как отец говорил что-то похожее. – А ведь он прав… Спасибо, что не стал проявлять агрессию, ценю. Реально… Нормальный диалог помогает успокоиться. А ещё спасибо, что говоришь словами моего отца, хоть немного искаженными. Я так понимаю, что он всё ещё где-то рядом.

– Он всегда рядом, – ткнул он меня своим монструозным пальцем в металлической перчатке в грудь, – он всегда должен быть вот тут, как и все близкие тебе люди.

– Спасибо, – ещё раз поблагодарил я этого большого добряка, вспомнив, откуда он родом и кто его далекие предки.

Урусы всегда были суровым народом, жили в трудных условиях, что на Земле, что на своих планетах, они сами выбрали такое. Зато они знают, что такое настоящее товарищество, они знают цену слова, они знают, что один на многое не способен, но вместе они – сила. Вот и никто не трогает их, а если и трогают, то часто отхватывают, они сами не лезут в конфликты, но, если трогают их друзей или близких, готовы и жизнью своей рискнуть…

– А вот теперь ты ещё более странно выглядишь, – похлопал несколько раз глазами Лаки, а потом ещё больше удивился, когда я стал спокойно работать. – Мой мозг этого не выдержит.

– Просто поговорил и отвёл душу, – приподнял я слегка кончики губ, а потом начал приносить и подавать, тем самым кому-то значительно сокращая время. Главное, что наш лагерь сейчас строится, а мы всё же помогаем в ускорении этого процесса!

И всё-таки интересно, когда там учёный придёт в себя, у меня к нему есть много вопросов…

Глава 8

Трое суток ровным счётом не происходило ничего грандиозного, что бы нас заставило сменить нашу позицию. Трое суток на нас натыкались мелкие пачки пришельцев, которые вмиг превращались в нечто не похожее на пришельцев, а на кучку… Трое суток Гром нам доводил принятые сообщения от Токсина. Вот там была адская задница, если не хуже.

Все трое суток пришельцы пытались штурмовать пункт сбора, но каждый раз их отбрасывали назад. Если верить схеме, то пункт сбора походил на древнюю цитадель, но построенную с помощью современных и очень крепких материалов, так что вскрытие «брони» пункта сбора с помощью орбитальной бомбардировки ничего не дало, так что противник пытался штурмовать, давя численным преимуществом. Первая атака была отброшена ещё на подступах, использовались фортификационные оборонительные системы, крупнокалиберная артиллерия, боевые роботы и многие другие технологические примочки. Надо сказать, переданное видео походило больше на какой-то боевик, чем на кадры реального сражения. Красивыми огненными валами от самих стен до максимально возможной дальности обстреливали противника, роботы даже не прикрывались, их просто не могли пробить, так что они в открытую поливали огнём врага, там же были и бойцы Грома, которые вносили с помощью своих способностей весьма существенный вклад в итоги боя.

Вторая атака оказалась куда масштабнее, происходила она уже на вторые сутки нашей стоянки. Противник, по всей видимости, высадил ещё больше десанта, ещё более профессионально распланировал своё наступление, использовал грамотно появившиеся бреши после первого наступления. У врага тоже было тяжёлое оружие, с помощью которого противник более точечно расстрелял выявленные им наши артиллерийские позиции. Концентрация огня с нашей стороны была уже не такой интенсивной, артиллерия не могла накрывать так же, как это делала сутками ранее, враг спокойно смог добраться до стен, а потом, используя свою физиологию, забраться по ним. Вот уже после этого начался реальный ад, бой завязался внутри стен цитадели.

Очень сильно при этом выделялся Токсин, который готовил множество ловушек, покрывал землю огромным количеством разъедающего вещества… В общем, он доставил прилично проблем противнику, из-за чего их продвижение замедлилось. Спустя два часа весьма кровопролитного боя с обеих сторон наши смогли организовать контратаку, выбив противника за пределы стен, отбить своё тяжёлое вооружение, которое безмозглые твари даже не додумались повредить, а потом им добавить вдогонку, накрыв достаточно плотным огнём, на какой были способны оставшиеся пушки.

Третьи сутки ознаменовались новым рассветом, так как за несколько часов до природного произошёл технический. Противник, судя по взрыву, применил ядерное оружие, что сулило весьма большие проблемы всем нам. Но наш фрегат смог зафиксировать, что около восьмидесяти процентов зданий и укреплений всё же уцелели, что удивило вообще всех.

– Из чего там сделаны стены этого пункта сбора, что они прямой ядерный удар выдержали? – удивлённо сказал какой-то боец через несколько человек от меня. – Если бы космические корабли из такого же материала делали, их было бы почти невозможно уничтожить…

– Ага, – усмехнулась где-то в той же стороне девушка, – а ещё они с такими же двигателями не смогли взлететь, так как масса такого корабля возросла бы как минимум на порядок.

После удара ядерным оружием около пяти часов не было никакой связи с Токсином. Гром себе места не находил, так как уже во всю думал, что отправил добрую сотню бойцов на верную смерть, но в итоге всё разрешилось: Токсин вышел на связь и рассказал о последствиях.

Вся техника, что осталась на поверхности, вышла из строя, роботы тоже перестали функционировать, так как их головной сервер, к которому они были подключены, оказался разрушен завалами, гарнизон пункта сбора был почти весь в строю, кроме трети, погибшей в осаде в прошедшие дни, а среди бойцов Грома не было ни одного погибшего за эти три дня, только тяжелораненые. Но и тяжелораненые на следующие сутки могли спокойно участвовать в боях, так как на самых низких этажах, даже ниже чем резервные источники питания, находились медицинские блоки, с помощью которых многих возвращали в строй.

На самом деле это адский труд… Обычный человек, после того, как его порвало на куски, никогда не сможет стать прежним, он уже никогда не привыкнет к мирной жизни, он будет помнить ту боль, что ему была причинена. Но всё же почти мёртвых, без рук и ног восстанавливали и снова ставили в строй, так как иной возможности продержаться, отбивать волны противников просто не было.

Также из доклада стало понятно, что уровень радиации в пункте сбора просто зашкаливает, стоило подождать хотя бы несколько дней, чтобы уровень смертельного излучения упал, после чего можно будет выдвинуться и начать эвакуацию всех запертых внутри людей.

– В общем, как-то так, – закончил рассказывать и транслировать всю полученную от своего заместителя информацию Гром. – Нам надо постепенно подбираться к цитадели, концентрация противника там сильно упала, видимо, они решили отступить после своей последней атаки, но всё же расслабляться не стоит. Также я запросил помощь у нашего пилота, который на короткий промежуток времени сможет приземлиться, принять вообще всех людей, придётся потесниться… А потом будем надеяться, что нам удастся прорваться через космическую блокаду. Фрегат ещё чудом не заметили, но шансы быть обнаруженным у него растут с каждым днём.

– Тогда медлить нельзя! – встала всё та же разведчица, что и в прошлый раз предлагала слетать к цитадели. – Всё равно нам передвигаться даже по прямой несколько суток с учетом раненых, как раз доберёмся, а я пока буду мониторить ситуацию. И нет, Гром, не пытайся меня остановить, ты помнишь, чем это в прошлый раз закончилось.

– Я и не хотел, – сделал непричастный вид он. – Наоборот я хотел приказать тебе выдвигаться и быть постоянно на связи. Только экранируйте дополнительно свою броню, чтобы не получить недопустимую дозу облучения. Не хватало мне вас ещё на месяц потерять, пока вы лечение проходите.

– Эх, – наигранно грустно вздохнула девушка. – А так хотелось организовать себе мини-отпуск после этой операции. Ну да ладно, сейчас соберу своих, и мы полетим. На связи буду постоянно.

Трое из всей толпы встали и ушли в сторону палаток, видимо, собирать остальных. Дальше я не следил, но по звуку реактивных двигателей стало понятно, что эта девятка умела летать, что не удивительно, с учётом того, что среди военнослужащих давным-давно применяется такая броня. А ведь когда-то такая она считалась фантастикой, лет так сто назад.

Ещё минут двадцать Гром обсуждал с самыми старыми и опытными командирами дальнейший порядок действий. По сути, всё было просто: надо собраться да выдвигаться в сторону пункта сбора, но нет, они что-то обсуждали и надумывали.

Сборы себя долго ждать не заставили, после этого короткого командирского совещания было приказано смастерить большую телегу из подручных и имеющихся средств, прикрепить её к бронетранспортёру и сложить туда всех тяжёлых, которые не могут идти самостоятельно. Это заняло у всех нас буквально час, но вот на вид телега оставляла желать лучшего.

Уложив всех раненых в одном месте, мы быстро собрали спальники, палатки, разобрали сам лагерь, чтобы оставлять меньше следов за собой, после чего устроили огромный костёр, который должен был перекинуться на лес, прикрывая наш отход. Да, это откровенно бесчеловечный подход, но сейчас не время думать о человечности, мы на линии фронта, а планета и так достанется противнику, это лишь вопрос времени.

По пути снова начали временами ловить сигналы бедствия от других пунктов сбора, охранения, складирования… Все они подвергались мощнейшим атакам противника, некоторые сообщали о своём бедственном положении, что они в закупорке, что будут сидеть до последнего… По Грому было видно, что он хочет вывезти всех с этой планеты, но фрегат – маленький корабль, много в себя вместить не может, и так гарнизон одного пункта сбора чего только стоит.

Пару раз на нас нарывались весьма крупные отряды противника, видимо, отступающих от осажденной цитадели. Отряды из ста или пары сотен противников представляли некоторые неудобства, но не более, с ними мы разбирались не более чем за полчаса, целиком и полностью уничтожая их. Но это, в свою очередь, замедляло наше продвижение, из-за чего уменьшались шансы на нашу успешную эвакуацию.

Ближе к вечеру в себя пришёл профессор, но меня к нему не пустили, так как им занимались так называемые профессионалы, выпытывая из него всю возможную информацию. Длилось это часов пять или шесть, уже было темно, когда профессора отпустили, но смотреть на него было тяжело. Проснулся человек бодрым и полный сил, а закончил общение, постарев лет на сто, хотя он и так был не молод. Что там за зверские методы выпытывания информации были у лучших бойцов человечества? Страшно даже представить.

Утром профессора снова забрали в бронетранспортёр, так как ему стало плохо. Кто-то высказывался, что он просто симулянт, но при этом говорил об этом как-то не особо уверенно. А мне вот лично жалко было старика, хоть он и слишком болтливый и приставучий…

К вечеру он уже выглядел более-менее сносно, когда покинул пределы машины, так что я попытался к нему подобраться, поговорить с ним, но меня не пропустили. Его снова забрали на «беседу», при этом конфисковав у меня плазменное оружие, с помощью которого я так успешно поражал противников. Видимо, на этом моё непосредственное участие в боевых действиях закончилось, теперь буду отсиживаться в тылу, как это делают мои «братья».

– Ты чего снова какой-то хмурый? – вдруг откуда ни возьмись появился Лаки. – То ты сначала радовался, что профессор в себя пришёл, сейчас вообще ходишь как в воду опущенный… Что произошло?

– Что-то мне подсказывает, что старик не переживёт это путешествие, – сведя хмуро брови, сказал я, смотря в сторону Грома, пары его подчинённых и профессора, которые о чём-то очень тихо, но весьма настойчиво общались.

– А, ты на счёт этого, – тоже слегка нахмурился Лаки. – Думаю, что всё нормально будет, просто из старика выпытывают ту информацию, которой он не должен делиться. Возможно, что-то по поводу устройства этой штуки, которая стреляла плазмой, а возможно, и что-то ещё.

– Мне кажется, его подозревают в измене нашей Республике, – помотал головой я, после чего просто пошёл дальше, не говоря ни слова.

Лаки тоже предпочёл дальше молчать, было и так понятно, к чему клонится весь этот разговор, хотя до нас он и не доносился. Военные люди не особо доверчивые, особенно, если они хранят государственные секреты, так как в каждом видят потенциального врага. И сейчас всё было так же, ведь всё случилось именно тогда, когда профессор появился на планете со своим экспериментальным устройством.

– Да не предатель я! – истерично завопил учёный, за что получил мощную оплеуху от одного из подчиненных Грома.

Старик сразу отрубился, точнее его вырубило, но остался жив, что несомненно радовало. Таким ударом можно обычного человека не то что в нокаут отправить, вообще убить, так что стойкости профессора ещё можно позавидовать. Но всё же подход Грома к получению информации мне не нравился всё больше и больше.

– Ты понимаешь, что вы так никаких сведений из него не получите, а просто в могилу сведёте? – подошёл я часом позже к Грому, когда мы уже останавливались на ночевку. Все мы тут люди, не можем круглыми сутками бродить.

– Понимаю, – кивнул Гром, ответив без какого-либо сожаления в голосе. – Просто ты сам пойми, что не просто так он летел и тут организовалось нападение… Он, может, и не сам организатор, но точно пешка во всей этой игре, которая кому-то выгодна.

– А что, если он – исполнитель, я этого отрицать не буду, так как все же он принял участие в этой авантюре, но вот только сам об этом не знает? – приподнял я одну бровь, весьма настойчиво смотря на Грома. – Ты с этой стороны не хотел посмотреть? Просто твои методы слишком однобоки, твоя точка зрения тоже слишком однобока.

– Что ты этим хочешь сказать? – упёр руки в боки Гром, смотря на меня с каким-то презрением, но уже и со всё нарастающим интересом. – Думаешь, что крыса засела где-то выше, что это просто кукловод, который дергает за ниточки?

– Да, – кивнул я, подтверждая его слова. – И мы с тобой вроде на эту тему общались, не помню, всё в голове держать невозможно, а талисман позволяет воспроизвести воспоминания только последнего дня.

– Тоже что-то запамятовал, – почесал затылок Алекс. – Но не суть. В любом случае под прессингом мы вытянули и так много информации из учёного, знаем теперь, кто его руководство, весь штат сотрудников, кто занимался разработкой этого оружия, всех, кто знал о его поездке… В общем, теперь есть поле, чтобы копать дальше.

– Только перестаньте так прессинговать старика… Да и избивать его не надо, а то покончит с собой ещё, и вы потеряете ценный источник информации.

– Не переживай, – хлопнул меня ладонью по спине Гром. – Всё путём. Короче, лучше иди выспись, мы уже близко к заражённой зоне, скоро может начать фонить… А тут ты сам понимаешь, что лишние мутации тебе не нужны.

– Кстати о мутациях, – тут меня осенило, что меня давно не беспокоит моё сердце, и я сразу же полез в системные показатели, чтобы понять, что там вообще произошло, а то я как-то прохлопал момент, когда отсчёт до конца развития аномалии закончился.

Быстро найдя нужную запись в файлах служебной информации, я вздохнул с облегчением. Постоянные нагрузки свели негативные эффекты аномалии на нет, так что сейчас у меня самое обычное сердце, ну если не считать, что оно улучшено согласно системе Академии до пятого уровня. Но лучше лишний раз рисковать так не стоит… Хотя, кто знает, как судьба повернётся ко мне, может, придётся что-то улучшать в ударных темпах.

Зато теперь мне открыта новая дорога! Теперь я, наконец, смогу приступить к улучшению не только сердца, но и мышц, зрения, да и всего остального! И делать смогу это не раз в месяц, а раз в три недели, что существенно ускоряет моё развитие по отношению к моим сослуживцам.

Но сейчас главный вопрос стоял не в том, что я могу улучшаться, а в том, доживу ли я до того момента, чтобы у меня появилась возможность развивать свой организм, а судя по последним событиям… На этой планете мы можем застрять и подохнуть.

– Ладно, – толкнул слегка меня в плечо Гром. – Иди отдыхай, а то ты что-то завис. И сходи к профессору с оружием, он просил лично тебя подойти, мол, раз оружие синхронизировалось с тобой, то только с тобой работать и будет.

– Хорошо, – медленно кивнул я, принимая знакомую коробочку, которая превращалась в смертельное оружие.

Профессора Чкалса я нашёл сидящим возле телеги с ранеными, он выглядел весьма уставшим, зато некоторые одноногие смогли встать на ноги. Правда, они были в своих доспехах по пояс, но это был уже не такой значимый факт, главное, что они могут уже идти сами.

– А вы творите чудеса, – уселся я рядом с учёным. – Как вы смогли сделать так, чтобы с помощью брони люди могли ходить?

– Помог перенастроить им систему развёртывания брони, – передёрнул плечами Чкалс. – В своё время занимался разработкой всего вот этого, чем вы стали и чем обладаете, и невольно горжусь собой. Нет, на самом деле я принимал участие в разработке коннектора, так что примерные принципы и их функционал я знаю.

– Это здорово, – слегка улыбнулся я. – Но зачем вы меня хотели видеть?

– Надо зарядить оружие, – сухо попытался улыбнуться старик, но у него не получилось даже слегка приподнять уголки губ. – Раз ты уже применял это оружие, то оно и станет твоим впоследствии, оно с тобой синхронизировалось, станет частью твоей брони в будущем, если дашь попозже поколдовать с твоим коннектором.

– А как его заряжать-то? – спросил я старика, протягивая ему эту коробочку.

– Активируй, раскрой, сейчас я тебе покажу, – загадочно и несколько маниакально посмотрел на меня Чкалс, из-за чего у меня побежали мурашки по коже.

И почему сейчас я почувствовал себя подопытной крысой?

Глава 9

– Что по разведанным? – собрал вокруг себя Гром самых важных, по его мнению, командиров, а их было около десяти человек, и зачем-то пригласил на это собрание меня, на котором я выглядел в своей обыкновенной экипировке как белая ворона.

– Всё довольно интересно, – хищно улыбнулась девушка, подойдя к голографической карте, которую могли видеть только подключённые к одной сети люди. – Мы имеем дело с аномально высоким радиоактивным заражением… Но! Оно стелется только по поверхности, то есть каким-то образом противник смог управлять радиоактивными частицами, сделать так, чтобы они были в основном в околоземном слое воздуха, не более двадцати метров в высоту.

– Встречали, – гаркнул Партизан, весьма миниатюрный, но довольно жилистый тип, считающийся самым быстрым в когорте Грома. – Выжигает всё живое в течение недели, расчёт на разгерметизацию подземных убежищ, чтобы их заразить. Если нигде нет пробоины в подземных уровнях цитадели, то ничего страшного. Какой там уровень излучения сейчас?

– Около пятидесяти миллирад в час, не так страшно, наша броня выдержит. – ответила на вопрос девушка. – Хочешь рискнуть?

– Надо рискнуть, – ответил Гром. – Что по противнику? Мне это хотелось услышать, а не про радиацию. Ты сама знаешь, что наша броня способна до одного рада в час выдерживать, сводя это излучение на нет для организма. Так что давай, вещай.

– Противника практически нет рядом с самой цитаделью, – начала манипулировать руками разведчица над голограммой, показывая красными точками места сосредоточения противника. – Но при этом он рассредоточился вокруг неё на расстояние примерно в сотню километров радиусом. На нашем направлении есть две небольшие группы противника примерно по пять сотен боевых единиц. Это даёт нам шанс прорваться, но при этом мы гарантированно привлечём к себе внимание. Ближайшая точка для обхода находится несколько западнее, примерно на девяносто километров, а это лишняя трата нескольких часов. Доклад закончила.

– Тогда прорываемся, – через некоторое время сказал Гром после доклада разведчицы. – Сделаем стандартный кулак, разорвём линию обороны тварей, если она у них есть, наскоком прорвёмся через неё и, надеюсь, спокойно продолжим путь. Насколько я понял, твари как раз стоят на границе зоны сильного заражения и боятся туда входить.

– Именно так, – кивнула девушка.

– Мангуст, что у нас по материальным запасам? – перевёл свой тяжелый взгляд Гром на лучшего ловкача когорты.

– Хреново всё по запасам, если выражаться невоенным языком, – расправил ранее скрещенные на груди руки Мангуст, после чего упёр их в свои бока. – После того, как тут прошёлся рой этих паразитов, живности почти не осталось. Охотники часто находят уже обглоданные до белых костей туши различных животных, даже местных представителей медведей. Ещё сутки и придётся урезать пайки, а это сам понимаешь, на чём скажется. Первыми пропадут наши способности, не будет достаточной естественной энергетической подпитки.

– И это ещё один повод, чтобы быстрее начать операцию по спасению… – провёл рукой по лицу Гром, при этом громко вздохнув. – Гигант, что у нас по боеприпасам?

– По общим подсчётам… У нас осталось около двадцати процентов от всего боезапаса, – угрюмо отвечал равный по росту с Громом бык, а не человек. – Ещё пару дней боестолкновений, и мы будем практически безоружны, сейчас еще можем выкручиваться своими способностями, но это ненамного позволит нам растянуть весь боекомплект. В общем, тоже всё не очень хорошо. Если действовать, то незамедлительно, пока ещё есть возможность стрелять у каждого стоящего на ногах бойца, даже с учётом этих.

Последнюю фразу Гигант произнёс как-то небрежно, явно стараясь зацепить меня этим. Но сейчас мне было всё равно, я лишь смотрел на карту и думал, как же можно более быстро и менее опасно промчаться мимо всех этих полчищ. Перед нами было три средних круга, каждый где-то по пять сотен тварей, где-то были кружки поменьше, где-то побольше… Но если всё суммировать, то вокруг цитадели в данный момент сидело около двадцати тысяч тварей. А мы не так давно с пятью тысячами еле-еле справились.

– Эти, как ты говоришь, – удивил меня Гром, решив заступиться за меня и мою тройку, – обеспечили безопасность ключевой цели, которую мы изначально подозревали в предательстве, но сейчас не об этом. Эта тройка смогла целую неделю водить за нос противника, расправилась с несколькими кучками тварей, не обладая при этом особо большой огневой мощью, а ещё, в достаточно нужный момент подсобили нам на одном из участков фронта, сильно замедлив движение противника.

– Ну ладно, они не совсем бесполезны, – сделал недовольную мину Гигант. – Но всё же… Они сейчас как обычная пехота, особенно их лидер, у него ещё начальное развитие, если судить невооруженным глазом, может, что-то внутри он прокачал, но это не так важно.

– Сейчас нет, но потом он нам очень пригодится, Гигант, – хитро улыбнулся Гром. – Так что не стоит его списывать со счетов. Плюс, за непосредственное участие в прорыве ему и его тройке точно дадут бонусное расширение конденсатора. Вот у тебя сколько сейчас, Войд?

– Сорок килоджоулей, даже на улучшение организма не хватает, – спокойно ответил я, смотря на всех, кроме Грома, с недоверием. – А к чему вопрос?

– К тому, что тебе реально надо расширять твоё хранилище энергии. И да, только первые улучшения за энергию стоят сорок килоджоулей, потом система определит твоё дальнейшее развитие, позволит ещё сильнее углубляться в тот или иной аспект… – тяжело вздохнул Гигант. – Поймешь. У меня почти двадцать тысяч килоджоулей запас. У Грома уже почти около ста тысяч, чтобы ты понимал.

– Один вопрос, – зачем-то поднял я руку, словно находился на занятии в учебном классе.

– Спрашивай, – Грома явно позабавила моя выходка.

– А развитие имеет предел? – опустил сразу я руку, задумавшись над собственным вопросом.

– Тут один предел – твоя человечность.

Дальше стали обсуждать тактику, как правильно разделить отряд, сравнивали боевые характеристики, психическую устойчивость, моральные качества, способности каждого бойца, смотрели, кто лучше себя проявляет в обороне, а кто в наступлении. Я же стоял и думал, а какой же предел у человечности и почему именно она.

Если судить по всем стоящим тут, то они внешне уже потеряли свою человечность. Гром и Гигант были очень большими, Мангуст и разведчица, чей позывной я позабыл, а система мне его упорно не хотела высвечивать, уже преодолели тоже в физическом плане свой предел… Та же Молния уже была сильнее и быстрее обычного человека и её способности… Даже мои родственники не способны манипулировать молнией, только предметами вокруг себя, а Алиса может…

В общем, всё это было несколько двояко. Мы развиваемся, чтобы человечество могло процветать, но при этом сами постепенно теряем свой человеческий облик. Каждому самому решать, на чём надо остановиться в собственном развитии. Но одно я сейчас понял точно. Если не держать нас, бойцов Академии, в жёсткой узде, то мы таких дел можем натворить…

В Академии на занятиях, когда нам рассказывали об устройстве современного вооружения, нам показали видео. На нём был обычный вроде человек, только имел весьма рельефные мышцы, а перед этим человеком стоял танк. Если смотреть как обычный обозреватель, то можно с полной уверенностью сказать, что человек труп. Но наше внимание сразу обратили на то, что не всё так просто. Танк выстрелил, а человек, моментально покрывшись своей броней, просто отбил этот снаряд. А вот теперь если представить, что этот человек сможет среди мирной толпы, если вдруг он слетит с катушек? Даже если он не будет обладать способностями, как Токсин, Молния, Гром, то всё равно много бед натворит…

– Войд! Ау! Вернись на совещание! – щёлкал перед моим лицом своими гигантскими пальцами Гром. – Ты что-то совсем пропал. Что последнее слышал?

– Как вы разделяли личный состав на группу прикрытия раненых и группу прорыва. Закончилось всё на каком-то Пауке, – моргнул я несколько раз, фокусируя своё внимание. – Я всё слышал, просто задумался. И вообще… А зачем вы меня сюда позвали? Я вроде как тут реально самое бесполезное звено.

– Действительно, – с таким же недоумением на лице сказал Мангуст, глядя на своего командира. – За всё совещание от него не было вообще никакой пользы, лишь несколько раз отвлекались на него.

– Короче, – вздохнул Гром, словно жалея о своём решении. – Он будет на острие атаки рядом со мной и Молнией. Я его буду лично прикрывать, плюс рядом со мной будет ещё Энджи, удерживать защищающий нас щит. У его оружия есть одна уникальная способность – оно не тратит боеприпасы.

– Так давайте возьмем его у него и отдадим кому-то другому! – тут же начал возникать Питон, ещё один ловкач, но вооружённый снайперской винтовкой. – Если это оружие настолько хорошо, то им не может владеть ученик первого курса. Надо отдать более опытным и умелым товарищам.

– Если было бы всё так просто, – снова начал говорить без эмоций Гром. – Оружие теперь синхронизировано только с ним, лишь он сможет совершить выстрел. Даже если кто-то другой вооружится этой плазменной винтовкой, то просто не сможет стрелять. Я пробовал. О поражающей способности данного вооружения я тоже могу многое сказать. Как минимум он пробил щит роевика, чем не каждый может похвастаться.

– Ты его погонишь на верную смерть, – тут же начала возмущаться разведчица. – Я, конечно, не против, чтобы использовать их в бою тоже, если от них есть реальная польза…

Но они же ещё очень молоды! Это нам лет под пятьдесят уже некоторым, а им и тридцати нет.

Ни хрена себе! Им уже почти под полтинник?! А почему они выглядят не так, как должны выглядеть люди в их возрасте? Мужикам можно дать лет под тридцать, а девушкам, женщинами их язык уж никак не повернётся назвать, лет по двадцать. Хотя… Если подумать, то каждый курсант Академии должен пройти полный цикл улучшения своего организма в базовом уровне в конечном итоге, а это значительно омолаживает внешне организм. Так что удивляться не стоит, но всё же… Им полтинник и более.

– О, смотрю кто-то завис, – похихикала разведчица. – Отвисни, парень, мы хоть и старики, но всё ещё молоды!

– Ага, – улыбался во все тридцать два Гигант. – Первые восемьдесят лет детства всегда самые трудные.

– Может, мне пойти уже куда-нибудь? – начиная вскипать, но не подавая вида, сказал я. – Всё, что я узнал, так это своё нахождение на передовой в предстоящей операции. От меня вы никакой информации не получили, лишь поиздевались. А это… Хрен пойми что. Я пошёл.

– Иди, – кивнул Гром.

Пребывал я сейчас в некоторой растерянности. Они там продолжили совещаться, что-то решать, что я там был, что меня там нет – ничего не изменилось. Глупый ход, как по мне, просто бесполезная трата времени как моего, так и всех, кто принимал участие в совещании. Хотя, может, Гром хотел меня просто познакомить с высшим светом своей когорты? Тогда я не впечатлён.

Вернувшись к своей тройке, я сразу активировал плазменное оружие, проверив, сколько там сейчас заряда. Внутри сразу стало как-то радостнее, когда я увидел сто из ста, значит, у меня было около пятидесяти выстрелов по противникам, с учётом того, что тратится два процента за выстрел. Кстати, надо будет спросить у старика, как этот показатель в будущем снизить, ведь так часто подзаряжать оружие на специальной установке у меня во время боя не получится…

Через двадцать минут всем поступили сообщения с краткими задачами на предстоящие действия. Мне, как это и обсуждалось, необходимо было участвовать в самом центре прорыва, на его острие, в то время как Пульсара и Лаки оставили для обороны лагеря с ранеными. Они, естественно, возмущались, но всё же мне удалось их склонить к тому, что они просто погибнут во время наступления, а от меня там будет реальная польза.

– А от нас что, пользы не будет? – как-то обиженно уже спрашивал Пульсар, смотря на моё вооружение. – Тебе же, по сути, повезло, что ты синхронизировался с этим оружием…

– Синхронизировался бы ты, то и ты бы сейчас был на передовой, а я в тылу. Так что не возникай и просто воспринимай всё так, как оно должно быть, – пытался я как можно более спокойно вести эту беседу. – Вас оставляют не погибать, не просто так стоять на месте, вас ставят в расчёты за турели, за двадцатимиллиметровые пушки, а это уже неплохо, так что думайте сами, из чего лучше пострелять.

– А откуда ты знаешь о наших заданиях? – удивлённо уставился на меня Лаки. – На собрании, что ли, разузнал?

– Типа того, – кивнул я. – На собрании я узнал, что наша тройка будет временно расформирована, командиром назначена Лилия, которой я все время помогал идти, пока с ее ногой не нашаманил профессор, а я же пойду рисковать шкурой. Главное радиации не нахвататься…

– Ты там давай, береги себя, – подошёл ко мне самопровозглашённый родственник и по-дружески положил руку на плечо. – У нас отстой экипировка, сам видел, как бойцов в чуть-чуть похуже броне пришельцы убивали, а нам лишь чудом везло… Береги себя.

– Повторяешься, – улыбнулся я, хлопнув пару раз по его ладони, что лежала у меня на плече, а потом убрал её с себя. – Ладно, пойду, чего тянуть кота за причинное место.

– И то верно, – согласился Лаки. – Нам тоже велено уже идти к своей оборонительной позиции.

На этих словах мы и разделились. Взяв с камня свой шлем, который профессор немного улучшил, как и всю мою экипировку, дополнительно её экранировав от радиации, я двинулся к Грому с большой неохотой. Может, как человек Гром был и хороший, но всё же он мне не особо нравился. Да, я ему доверял, тут было несколько на то причин, но всё же что-то тревожило меня, что-то он недоговаривал…

Особенно меня напрягал тот момент, что они допрашивали старика, чуть ли не переходя на пытки, благо во время движения это не очень хорошо получается. Система Академии чётко обозначила, что этот старик – цель очень важного задания и что его надо спасти, но при этом Гром всё равно старался вытянуть из него как можно больше информации, причём непонятно какой. Вопрос один: зачем?

Подойдя к своим временным товарищам, я активировал своё плазменное оружие и кивнул им, мол я готов. Они кивнули мне в ответ и просто стали ждать команды на выступление. И тут время начало просто невероятно сильно растягиваться. Вокруг нашего звена становилось все больше и больше бойцов, уже примерно под сотню скопилось, когда Гром скомандовал на выдвижение.

Вперёд он отправил все три летающие группы разведки, при этом приказал им разбиться. Первая отправилась сразу в ту точку, где организовал свою стоянку противник, вторая группа кружила вокруг нас, выявляя возможные засады вокруг, последняя же группа все время висела над нами и очень пристально следила за подступами к нам, на случай, если вторая группа всё же недоглядит.

Двигались мы достаточно быстро, я даже бежал, как и остальные. Нас и противника разделяли добрые двадцать миль, а это примерно два часа с такой скоростью бега… А потом ещё сотня миль, которые мы должны по задумке преодолеть за один раз. Задачка, мягко говоря, не из лёгких.

Первый час я двигался ещё более-менее спокойно, вспоминая первые занятия, на которых нас насильно заставляли преодолевать огромные расстояния… И был благодарен тем тренировкам. Но потом всё же начал постепенно уставать, темп начал сбиваться…

– Войд, – связался со мной через личный мыслеканал Гром. – Понимаю, что тяжело, но пробеги ещё столько же, потом тебе надо будет помочь нам прорвать линию обороны противника… Ну а потом ещё столько же пробежать надо, чтобы оторваться от преследования. Потерпи, прошу, это важно.

– Хорошо… – ответил я ему вяло.

– Контакт! – оборвав мою мысль в канале с Громом, скомандовал один из разведывательной тройки над нами. – Противник появился раньше положенного на двенадцать часов! Численность более сотни единиц! Расстояние не более пяти сотен метров! Передаю сведения на общую карту.

– В бой! – отдал приказ Гром, а перед моими глазами уже появлялись первые красные рамки целей.

Глава 10

Сложно было назвать произошедшее сражением, скорее, это было избиение младенца, словно мы воевали не с хорошо вооруженными пришельцами, а новорожденными котятами. Противник явно был не готов к нашему появлению, пассивен, если и вёл огонь, то беспорядочно, не пытался прятаться и противостоять. Спустя минут пять стало понятно почему – отсутствовал роевик. Все эти пять сотен тварей были просто тушками с базовым набором рефлексов и доступными действиями. Услышали противника – повернулись в сторону звука, увидели противника – начали по нему вести огонь. Но всё же никакой организованности.

Ворвались мы стремительно, с ходу было уничтожено около ста особей противника, при этом не было сделано ни единого выстрела. Засекли, рассредоточились, с помощью воздушных боевых единиц сделали приманку, которую сбросили в противоположную от нас сторону, резко напали. Всех остальных, правда, больше в ближнем бою смогли перерубить ловкачи, они метко попадали в сочленения между пластинами брони и хитина, лишая тварей жизни. Скоростные просто брали своим напором, налетая на врага на большой скорости, но при этом у них не редко возникала проблема – застревало оружие. Силовики же моментально убивали противника за счёт, что не удивительно, физической силы, просто разрывая их на части своими монструозными клинками.

Ну а я… А я – просто я. Мне отводилась участь стоять и наблюдать за всем происходящих на первых порах, пока противника убивали. А вот чуть позже и моя очередь пришла воевать. Когда прогремел первый выстрел со стороны противника, был ознаменован факт, что пора начинать и самим стрелять.

Выскочив из-за огромного дерева, за которым я прятался, как и несколько других бойцов, а точнее снайперов, от которых в ближнем бою не особо много толка, я сразу нацелился на подсвеченных красной рамкой противников. В некоторых тварей моё оружие отказывалось стрелять, так как позади них были союзники, что меня несомненно порадовало, ведь, как показала практика, это оружие прошибает навылет до десяти существ, так что может и бойца Академии убить, невзирая на всю его броню.

Вокруг закружилось непонятно что: то появлялись, то исчезали мои союзники, совершалось множество рокировок, быстрые перестановки, столкновения с противником, бесконечная стрельба. Если бы не система, что даровала нам Академия, я бы ни за что не понял, что тут происходит, но с её помощью общий рисунок боя становился простым и понятным.

Твари были медлительны, у них откровенно заторможенная реакция, так что в данном случае все эти псевдохаотичные движения были заранее спланированы, а с помощью системы и её невероятной опции «общий вид» все эти линии передвижения моментально корректировались. Так что противник просто не понимает, что происходит, а мы этим пользуемся, нивелируя его не столь большое численное преимущество.

Уже через двадцать минут не осталось ни одной вражеской особи, так что мы спокойно продолжили продвижение вперёд. Спустя час пешего хода датчики брони начали фиксировать рост радиационного фона, что не есть хорошо, так как из всех тут находящихся у меня была самая слабая защита от радиации.

– Ускоряемся, – словно почувствовав мою тревогу, скомандовал Гром, так что с быстрого шага мы перешли на лёгкий бег.

Нам предстояло преодолеть сотню с лишним километров по пересечённой местности, где множество поваленных деревьев, всё ещё могут полыхать пожары… Это жутко напоминало испытание на поступление в Академию, видимо, всё это готовило нас к этому, к похожим ситуациям. Не зря же говорят, что Академия готовит лучших воинов на свете, не только в плане физического развития и психологической готовности, но и в плане приспособленности ко многим различным ситуациям.

Но всё же я был не так хорошо развит, как многие другие. Передо мной бежал силовик, он просто разбрасывал мелкие деревья и ждал, когда меня нужно было быстро перебросить. Это несколько напрягало, но в свете назревающих событий это была хорошая поддержка.

И всё же я снова начал задаваться вопросом: а зачем меня взяли с собой? Встреченная нами группа оказалась без роевика, была неуправляема, щитовки прикрывали только самих себя, а не своих «товарищей», стрелки, ну или трутни, стреляли во всё подряд… Быть может, я был нужен как раз для того, чтобы была возможность без проблем вскрыть защиту роевика? Тогда, возможно, но его не оказалось там, значит, меня можно отправить назад… Зачем они со мной возятся?

Но всё же я бежал вперёд, передо мной шло несколько здоровяков, один прокладывал для меня маршрут, другие двое выступали в качестве передового дозора. Это была очень и очень рисковая партия, мы шли хоть и не вслепую, но всё же сильно рисковали. Над нами до сих пор висело несколько крейсеров противника, которые почему-то не вели по нам огонь. Эта тема уже не раз поднималась при обсуждениях дальнейших действий, ведь они уже применили ядерное оружие, но почему-то не стреляли по скоплениям людей.

Противник словно что-то выжидает, будто играет с нами в какую-то игру, но она нам непонятна, она нам неподвластна… Что, если он просто ждёт, когда мы начнём вызволять людей из подземного бункера, а потом откроет по нам огонь? Ведь всё может быть, всякое вероятно.

– Облака, – краткий доклад разведчиков услышали все в своих мыслях. – Мы заходим в зону сильного заражения. Там сейчас идёт… Снег.

– Странно, – с лёгкой тревогой говорил для всех Мангуст. – Ведь ударил всего один ядерный снаряд, почему же пошёл снег? Не должно быть такого, особенно спустя несколько дней.

– Вероятнее всего, это управляемая технология, – начал говорить монотонно Гром. – Не буду пытаться сильно разглагольствовать, но, скорее всего, при взрыве было создано малое защитное поле, которое не дало вырваться ударным волнам, из-за чего тут произошёл сущий ад.

– Сталкиваясь друг с другом, ударный волны ослабевают, – вставил я свои пять копеек, и, что меня самого удивило, меня так же услышали все.

– Тут ты прав… Но им по какой-то причине нужна была стоячая волна, нужна была концентрация всей мощи в одной-единственной точке, вот только непонятно зачем, – мыслеканал словно загрузился всеми думами, что сейчас были в голове у Грома, но потом моментально стало как-то проще, а Гром отдал одну команду: – Хватит канал забивать, следим за уровнем радиационного фона и продолжаем двигаться. Если Войд начнёт отставать, то хватаем его и продолжаем бежать. А ты, Войд, давай не заставляй нас этого делать. Всё, двигаемся.

Повалил снег. Умом я понимал, что это смертельно опасная ловушка, но всё же выглядело завораживающе. Огромные хлопья падали на землю и образовывали маленькие, я бы даже сказал локальные кучки снега, которые таяли буквально на глазах. Но от того всего было только хуже.

Этот снег был радиоактивным, а после того, как он таял, вся эта радиация проникала в почву, из-за чего могла распространяться грунтовыми водами на многие километры. Это существенно изменит всю жизнь на этой планете, медленно конечно, со временем этот фактор исчезнет, но всё же местная фауна точно будет обладать определёнными мутациями.

Мне отец рассказывал, как войны меняли миры, и это на самом деле было пугающе. Тогда я был совсем ещё маленьким, многого не понимал из его рассказов, но сейчас, смотря в этой бесконечной беготне по сторонам, я понимаю, о чём он тогда говорил. Война меняет всё, начиная от собственной души, заканчивая мирами, где эти войны шли. Чего только стоили первые кадры при подлете к Академии… Сотни и сотни трупов витали в пустоте космоса, а ведь там просто было не особо крупное нападение, зато сколько пострадавших. И тут ещё раз начинаешь задумываться о том, насколько же человек слаб и беспомощен, какие же гении придумали систему, способную улучшить организм, при этом продумав всё так, чтобы человек сам старался стать сильнее, подталкивая его на верные поступки.

Но это всё лирика, всего лишь мои мысли. Сейчас важно одно – спасти всех, кто оказался заперт в цитадели. Счётчик дальность показывает, что нам ещё бежать около восьмидесяти миль, а у меня уже нет сил этого делать. Взглянул на свои шкалы: шкала энергии в моём накопителе была заполнена на максимум, а вот шкала АТФ постепенно ползла к нулю, значит, сейчас мой организм начал расходовать свои собственные резервы, лишней энергии уже во мне просто нет.

– Гром, – направил я свои мысли к здоровяку, который маячил где-то впереди. – Что будет, если шкала АТФ упадет в ноль?

– Ты упадёшь без сил, – усмехнулся Алекс. – А что такое? У тебя уже она близка к нулю?

– Ещё не совсем… Но часок-другой, и она станет таковой. Что делать?

– Когда станет меньше пятидесяти единиц АТФ, сразу говори, – с лёгкой тревогой предостерёг меня Гром. – С опустошением шутки плохи, потом ты можешь чувствовать себя словно выжатый лимон.

– О, я знаю, о чём ты говоришь, – усмехнулся я. – Помнишь меня на больничной койке?

– Точно. Вдвойне будь осторожен, ты же знаешь, что может быть.

На этой ноте мыслеканал между нами оборвался. Я посмотрел на свою шкалу, было где-то двести единиц АТФ, так что можно спокойно продолжать бежать. Да сложно, да устал… Но, когда человек чувствует, что всё, скоро его силам придёт конец, значит, он потратил только треть от своих запасов, значит, он может ещё продолжать. Ну а потом откроется второе дыхание, станет проще, а там, глядишь, и третье, и четвёртое…

Но в конечном итоге меня хватило ещё на два часа бега. Уровень радиации уже зашкаливал, моя броня еле-еле выдерживала такой высокий фон. Ещё немного, и я тоже начну поглощать радиацию, а в моём организме начнут накапливаться ненужные радикалы, от которых потом сложно избавиться. А дальше будет только хуже.

Когда я в первый раз рухнул, меня подхватил тот самый гигант, который расчищал мне путь. Неудивительно, что именно он меня схватил, ему ведь поставили такую задачу… Но что-то мне подсказывало, что он сейчас негодует из-за этого, надо бы извиниться перед ним, хотя бы…

– Прости… – еле слышно сказал я, что даже меня самого удивило. – Не думал, что так быстро лишусь сил…

– Знаешь, – без какого-либо отвращения проговорил воин, – смотря на тебя, я вспоминаю себя на первом курсе и начинаю завидовать. Мне тогда досталось задание по охране какого-то заключённого на космическом корабле… Его доставляли из точки «А» в точку «Б», а я просто стоял в карауле. А у тебя такое приключение! Столько рисков для жизни! Столько незабываемых впечатлений! Такой огромный боевой опыт! Ты вообще молодцом держишься, так что не надо тут принижаться и извиняться, особенно перед простолюдином, ваше высочество.

Последние слова он сказал с явной издёвкой, но не чтобы меня обидеть, а чтобы показать, что он знает, кто я такой на самом деле. И это меня сильно удивило. Никто, кроме Грома, не знал, что я – аристократ, а он обещал не говорить об этом, а я ему верю, не думаю, что он болтал о том, что я – аристократ.

– Как ты узнал? – всё так же слабым, но несколько удивлённым голосом с толикой заинтересованности спросил я.

– Узнал про что? – удивился воин, ответив мне вопросом на вопрос, и тут до меня дошло, что он просто пошутил.

– Ничего, – усмехнулся тихо я. – Не обращай внимание.

Хорошо, что он всё-таки пошутил. Чем меньше людей знает, что я – аристократ, тем меньше у меня проблем. А его вопрос… Значит, он реально просто пошутил. Возможно, он меня назвал так, потому что нёс на себе, а не из-за моего происхождения… Хотя всё возможно, надо будет в случае чего походить, послушать, что обо мне судачат, может, и проболтался Гром.

От прежнего леса уже мало что оставалось. Большая часть деревьев была без ветвей, на вообще всех деревьях посшибало листья, так что… Чувствовалось, что тут прошла война, чувствовалось, что тут произошло что-то очень и очень страшное.

– Внимание! – обратился снова ко всем Гром. – Подошли к точке столкновения взрывных волн… Сейчас будут ужасные разрушения и сильные изменения ландшафта. Всем подготовить сервоприводы и выставить настройки на драйв режим.

После этих слов я почувствовал, как боец, несущий меня, начал двигаться быстрее… Настолько быстрее, что сложно было даже себе представить. Но и уровень радиации начал очень стремительно возрастать. Но это были лишь мелочи, цветочки, как говорят урусы, ягодки ещё впереди.

Стоило нам приблизиться к точке соприкосновения волн, как мы начали скакать по каменным валам, земляным наростам, сотням деревьев, сложенных в одной кучке… Казалось, что этого просто не может быть, но всё же это было реальностью. Но для меня она оказалось не особо долгой.

– Контакт! – со страхом, истерией и гневом верещала разведчица, что кружила где-то вдалеке, забивая своим страхом весь мыслеканал. – Они используют крейсеры! Сейчас будет жарко! Ищите укрытия!

– Мать вашу! – рыкнул Гром. – Всем спрятаться в расщелинах и никому не высовываться! Это приказ!

– Ну что, малыш, – с какой-то заботой сказал воин. – Вот и настала пора нам разделиться.

– В каком смысле? – удивился я, говоря уже более похожим на мой старый голос.

– В прямом, – спокойно ответил он, сбрасывая в расщелину глубиной десять метров. – А сейчас я тебя накрою… Так ты точно будешь в безопасности. Гром сказал, ты – ключевая фигура, твою сохранность надо обеспечить, вот только не сказал зачем… Ладно, пойду тоже искать место, чтобы спрятать. Кстати, я – Носорог, а ты – Войд. Будем знакомы и, надеюсь, еще увидимся.

– Ага, – как-то отрешённо сказал я, поднявшись на ноги, а потом стало неожиданно темно.

Уровень радиации стал чуть-чуть снижаться, это радовало, значит, его основной источник – радиоактивный снег. Вот только… Всё равно я поймал немаленькую дозу. Надо будет зайти в медицинский пункт, сделать реструктуризацию клеток, чтобы убрать изменённые, мне лейкемия или рак не нужны.

Земля начала трястись, я это чувствовал даже через мягкую подбивку брони. Включив фонарь на шлеме, я присмотрелся. Земля осыпалась, мелкие камни, что были возле моих ног, мелко дрожали. Значит, противник начал бомбить, но пока ещё очень и очень далеко… Возможно, опять по крепости.

Самое противное было в том, что я был слеп. Не в смысле глазами, я ими сейчас всё видел и с их помощью смог понять, что нас бомбят. Нет, меня словно отрубило от системы, от общего мыслеканала, словно какая-то непреодолимая преграда встала между мной и всеми остальными, хотя это было не так… Внутри чувствовалась пустота, словно вырвали кусок…

– Прот… нач… л… ить! – обрывки каких-то слов непонятно от кого начали раздаваться у меня в голове. – О… и… няли… ают… пр… ысл… нал!

Сложно было разобрать, что хотел передать говорящий, был бы я обычным человеком, точно бы не смог. Но я был не совсем обычным, у меня была система, способная по обрывкам сообщения распознать, что именно хотел передать говорящий.

Сначала убрались все помехи из эфира, отфильтрован белый гауссов шум, после этого начался перебор всевозможных слов и словосочетаний, чтобы можно было понять хоть примерный смысл сказанного. Системе потребовалось всего несколько секунд на то, чтобы распознать сообщение, новых не поступало, значит, она не загружалась лишними данными.

Противник начал бомбить! Они поняли! Знают про мыслеканал!

Система ошибиться не могла, а значит, противник знает про нашу связь, знает, как мы все соединены одной сетью, знает, что мы используем прототип гештальт-сознания… Но вот они им обладают, знают, как именно переносятся мозговые сигналы от особи к особи, а значит, знают и применяют меры противодействия по отношению к нам. Дело приобретало скверный характер…

Земля начала трястись ещё сильнее, ещё больше комьев осыпалось, погружая меня в тёмные пучины. Лёгкая клаустрофобия закралась и застряла в моих мыслях, в моём сознании. Я гнал прочь всё это, но… Страх быть погребённым заживо оставался, страх быть мёртвым лишь из-за того, что просто хотел спастись.

Но эта дрожь ещё лишь цветочки. Ягодки только созревают…

Глава 11

Когда меня вытаскивали из расщелины, в которую ранее запихали для спасения жизни, то я с удивлением обнаружил, что никто не погиб. Как оказалось, вся местность послужила прекрасным убежищем, все её складки и трещины после ядерного взрыва спасли всем жизни.

Сразу была проведена быстрая сверка личного состава, ведь система это одно, но человеческая логика – совершенно другое. У Грома была хорошая черта, он знал все позывные своих подчиненных наизусть, ну или просто выводил список перед глазами, чтобы казаться умным. Проверив всех, кто с ним пошёл, мы продолжили движение. Разведчики докладывали, что горизонт пуст, инопланетные суда отступили от данного участка планеты и сейчас находились с обратной стороны. Это был отличный шанс!

Солнце начинало заходить, это тоже было хорошим признаком, мы могли передвигаться в ночи, что снижало шанс нашего обнаружения. Гром, видимо, на это и рассчитывал. Мы продолжали бежать, причём иногда ускоряясь, когда разведчики приносили весть о не так далеко находящейся группе противников – задерживаться нам надо было сейчас меньше всего.

Кроме бесконечного бега и меняющейся местности на всё более разрушенную, ничего не происходило. Мы просто бежали, чтобы успеть вызволить товарищей и персонал из бункера пункта сбора. Периодически Гром посылал разведчиков, чтобы те проверили как там оставленный временный лагерь с ранеными. Доклады были не особо удручающими, им уже раза три приходилось менять позицию, чтобы их не вычислили.

Пункта сбора, а точнее реально цитадели, древней крепости, построенной с использованием современных технологий, мы достигли уже ближе к рассвету. Разведчики докладывали, что вражеские суда так же приближаются, что они специально кружат только под светом звезды, подзаряжая свои гипербатареи.

Забраться внутрь крепости оказалось тем ещё испытанием. Стены высотой до двадцати метров могли преодолеть только наши летающие разведчики, так что пришлось привлечь оба самых ближайших отряда, чтобы те помогли нам забраться.

Сначала поднимали тяжеловесов, так как из-за их габаритов приходилось поднимать сразу двум летающим. Если пытался поднять только один, то не справлялись встроенные в броню двигатели, и это была пустая трата энергии, которая и так уже считалась дефицитной, запасных батареек ни у кого с собой просто больше не было.

Следующими заносили наверх всех подряд, меня же лично подняли на высоту где-то в третьем потоке, так что верхушку в полной мере, пока мы никуда не выдвинулись, обозреть смог я спокойно.

Тут был хаос. Сразу видны последствия ядерного взрыва. Дома разрушены до основания, радиационный фон зашкаливает, из-за чего мой организм хоть и слабенько, спасибо доработкам учёного, но всё же облучается, земля вся обуглена… Лишь несколько особо прочных зданий стояли непоколебимо, выдержав прямое попадание многотонной ядерной ракеты.

– Дела-а-а, – сказал кто-то впереди меня, но голоса из-за сбоящих динамиков брони я разобрать не смог. – Если это одна ядерная ракета так поработала, то что будет, если они все свои двести с лишним с одного судна выпустят?

– Планета вымрет, – спокойно ответила так же где-то впереди девушка, чей голос из динамиков сбоил ещё хуже. – Так что… Лучше не будем ждать, когда это произойдёт.

– Так, внимание всем! – раздался с помехами в мыслях у каждого голос командира. – Тут пять гермодверей, каждая ведёт вниз, но согласно последнему докладу Токсина, четыре из них очень хорошо заминированы, так что, жертв не избежать. На нужной двери он сделал цифровую отметку, надеюсь, мы её после ядерного удара сможем найти.

Все распределились, я же пошёл с Громом, так как не знал, что такое цифровая отметка. Точнее, представлял себе, что это какой-то маячок, который видно только обладателям системы Академии, но никогда прежде их не встречал.

Поиски нужной точки заняли примерно минут пятнадцать, вот только она оказалась повреждена. Как именно это произошло, никто понять не мог, ведь радиация на метку внутри нашей системы не должна влиять, но факт есть факт, отметка была повреждена.

– Чёрт… – ругнулся вслух Гром, повернувшись в нашу сторону. – В этой цифровой метке содержалась информация о том, как вскрыть эту гермодверь. Сейчас у нас, как вы можете понять, этой информации больше нет. У кого есть какие предложения?

– Подорвать не получится? – спросил, что меня даже не удивило, Гигант, доставая из скрытого броней отсека несколько килограммов взрывчатки. – У меня и моей девятки есть тротил. Если сделать направленный взрыв, то можно достичь хороших результатов.

– Гермодверь сделана толщиной более пяти метров, – с насмешкой вещал в мыслеканале Мангуст. – Она выдержала прямое попадание ядерным оружием, а ты хочешь подорвать её где-то двадцатью килограммами тротила. Маловато будет, как по мне.

– Тогда, может, Войд? – спросил тот же Гигант, а потом я словил на себе несколько взглядов. – Может, его оружие сможет сделать дырку, которую мы потом сможем расширить, чтобы туда пролез какой-то ловкач?

– А это хорошая идея! – согласился с этим Гром. – Вот только есть одна загвоздка. Войд, у тебя дверь как противника пометить можно? Если нет, то нам надо искать противника, чтобы ты в него выстрелил, а там уже снаряд сам прошибёт ворота.

– Сейчас в настройках посмотрю, может, как-то можно это сделать, – ответил я сразу, как почувствовал, что могу вещать в общем мыслеканале.

Посмотрев на своё раскладное плазменное оружие, я как бы мысленно выделил его. Тут же оружие подсветилось белой рамкой, вылезли его характеристики, большая часть из которых была в виде бесконечных знаков вопросов, и лишь малая часть была отображена. Уровень заряда сто процентов, на этом и хватит, вот вся информативность.

Сверху справа от всего этого висела маленькая шестерёнка, на которую я так же мысленно нажал. Из десяти с лишним мне пунктов подменю, были доступны всего три: «Выбрать цель», «Сменить название», «Закрыть меню». На этом система посчитала, что астусу хватит пока и этого. Чёртова секретность.

Нажав пункт «Выбрать цель», увидел, что посреди моего поля зрения появилось перекрестие, которое, как я понял, надо было навести, а также кружок, который символизировал точку, в которую нацелено моё оружие. Смотря на одного из наших, я ради эксперимента начал сводить круг и перекрестие, после чего перед моими глазами выскочило предупреждение:

Нанесение физического вреда здоровью представителю человечества членом воинского братства Академии будет расцениваться как предательство, и на вас будет объявлена охота

с достаточно ценным вознаграждением. Если человек проявил трусость во время сражения, если он оказался предателем и этот факт смогла подтвердить и вычислить система, то в данном случае доступно применение оружие против представителя человечества.

– Ну, если верить выскочившему предупреждению, то я могу стрелять по выбранной цели, точнее, с помощью виртуального прицела, – тут же передал я информацию в мыслеканал. – Так что… Если хотите, чтобы я выстрелил по гермодвери, то разойдитесь.

Люди сразу начали расходиться, создавая между мной и толстой металлической дверью достаточно свободного пространства. Почему-то сейчас начали играть нервы, хотя до этого я за собой особо этого не замечал. В голове тут же вспыхнули ненужные мысли, которые я отгонял с помощью силы воли, но в конечном итоге смог себя пересилить.

Вот он тот момент, когда от меня действительно будет польза! И главное – сейчас не облажаться, хотя тут не от меня зависит, а от поражающей способности оружия так что…

Подняв свой взгляд на большую, примерно два на четыре стальную дверь, я навёл перекрестие примерно на центр двери. Сердце почему-то бешено колотилось, все же нервяк присутствовал. Наконец, я могу быть полезным, а не просто присутствовать. Начав сводить круг с перекрестием, я чувствовал, как на шее всё сильнее и сильнее пульсирует артерия, чувствовал каждый взгляд, что был направлен на меня. Это вроде мелочь, но вот он, момент моей истины, момент, когда даже неразвитый человечек способен сделать полезное дело!

Выстрел! Ослепительный сгусток плазмы врезался в дверь, издав звук какого-то шлепка. Странно, однако, даже позабавило, но зато появился результат!

– Ого! – воскликнул самый ближайший ловкач, судя по строению брони, отличать за эти дни я их уже научился, у них куда больше подвижных элементов. – Полметра за раз пробило! Тут ни одна пушка таким похвастаться не сможет! Да даже пушка калибра побольше тоже не сможет! Жаль, петли с той стороны…

– Не надо трогать петли и механизмы открытия-закрытия этой двери! – тут же начал в голос возмущаться Технарь, боец, у которого был реально странный источник, позволяющий манипулировать определённой электроникой, например, перепрограммировать её, задавать новые функции и тому подобное. – Я уже просканировал эту дверь! Если у неё будет поврежден механизм, то хрен мы вообще попадем внутрь. Так что, делаем дыру, засовываем достаточно тротила, надеюсь его больше, чем тридцать кило, так как взрывать придётся не один раз.

– Не переживай, – с негативом ответил Гигант. – У нас с собой порядка половины тонны тротила. Не зря же нас называют взрывной девяткой!

– Придурошной девяткой, – кто-то сказал вполголоса, но это услышали все, из-за чего начали тихо посмеиваться.

– Фотон, чтоб тебя! – буквально взорвался Гигант. – Если ты думал, что я твоего голоса не узнаю среди всей этой толпы и помех, то ты глубоко заблуждался! Покажись, и я надеру тебе задницу!

– А ну отставить! – рыкнул Гром, усилив голос своей способностью, из-за чего меня, да и многих вокруг, слегка оглушило. – Разбираться потом будете, кто кого как называет. И на корабле дурачиться будете, когда мы все в безопасности будем! Уже, чтоб вас, светает, а вы тут хренью страдаете! Войд! А ты чего встал?! Тебе же сказали, что всего полметра пробил! Ещё стреляй, пока сплошную дыру не сделаешь!

– Хорошо-хорошо, – даже не ожидал, что на меня начнут орать. – Стреляю я.

Снова наведя крест на центр двери, где была уже видна достаточно широкая дырка, я снова свёл крест и круг в том месте, и снова произошёл ослепительный выстрел. На этот раз уже не так ослепило, а металл двери даже немного «потёк». Видимо, там такие температуры, что стальная дверь просто начала плавиться в точке соприкосновения.

И ещё выстрел! Я не стал ждать, когда кто-то подойдёт к двери и посмотрит, как глубоко я смог пробиться. Если всё правильно посчитать, если верить данным, то мне потребуется всего десять выстрелов, чтобы пробить эту дверку. Три уже сделано. Осталось семь.

Ещё один выстрел! Даже не стал ждать, когда краснота исчезнет, сразу решил сделать очередной, вдруг поможет поглубже пробить дыру. И ещё один выстрел! Металл в некоторых местах уже раскалился до бела, а тоненькая струйка раскалённой стали словно из вулкана стала стекать с двери вниз.

– Разошёлся, похоже, – кто-то тихо рядом со мной сказал, я снова сделал очередной выстрел, но уже чувствовал, как перегревается оружие, из него тоже нельзя с такой частотой стрелять. Но ещё есть в запасе пара выстрелов! Рекорд у него семь выстрелов без перерыва!

Выстрел! Это уже шестой по двери и пятый без перерыва! Даже через фильтры пробивается лёгкий запах жжёного металла, один из моих самых любимых запахов, даже не знаю почему.

И снова выстрел! Седьмой попал точно в то место, куда надо было, но у меня начала уже уставать рука, так что я подставил под правую руку левую и стал использовать её как опору. Сразу стало полегче, вот только всё равно слегка дрожит рука.

Восьмой выстрел! Уже кончики пальцев внутри этого орудия чувствовали весь его нагрев, так что я решил его опустить и немного помахать им, чтобы остудить.

Тем временем к дыре в двери подошел один из бойцов Грома, осмотрел её и показал большой палец. Это что, получается я её уже пробил? Но ведь два выстрела ещё надо было сделать?!

– Аква, – повернулся Гром в сторону девушки, а та лишь мелко кивнула.

Воительница встала напротив дыры, приняла какую-то странную стойку, а потом я словно увидел, как её каналы на руках подсветились, а с помощью системы увидел, что вокруг этих самых рук появились странные символы. В следующий момент буквально из воздуха начала формироваться вода, которую девушка направила в раскаленную дыру, остужая её.

Впервые мне удалось увидеть, как именно работают способности у бойцов Академии. По сути, амулету из мозга поступает информация, что именно должно произойти, потом уже амулет, с помощью своего подключения к организму, делает необходимые манипуляции. Вот и всё… Вот только это на словах просто, а на деле это, жуть, как сложно реализовать, я даже не понимаю, как врачам и учёным это удалось сделать.

– Гигант? – повернулся Гром в сторону своего «родича» по размерам, тот тоже лишь молчаливо кивнул и начал закладывать заряды какой-то особенной взрывчатки.

– Советую всем разойтись метров на десять, а лучше вообще на тридцать, так как грохнуть может знатно. Тут смесь… – начал пояснять Гигант, запихивая свое взрывное детище в дыру в двери. – В общем, обычно такое используют в взрывателях, но тут я решил рискнуть.

– Давай без этого, – умоляющим голосом попросил Мангуст. – То, что ты понтуешься перед Войдом, все уже прекрасно поняли. Ты нам эту историю уже раз по десять рассказывал каждому.

– А вдруг ему интересно станет, – вытащил свою лапищу из двери Гигант. – Всё, что стоим? Я же сказал – расходимся!

Задерживаться никто не стал, все спешным шагом разошлись, и только сейчас я заметил, что только ближайшая к двери толпа стояла, кто как, основные же силы рассредоточились и заняли оборону, чтобы в случае нападения была возможность отбиться от наступающего противника. Но, благо, никто не напал.

Я тоже решил отойти и спрятался за обломками какого-то здания. Судя по аппаратуре и наличия наушников, тут явно было что-то вроде диспетчерской или узла связи, а может, и два в одном, всё же этот пункт сбора обладал своим космодромом на два фрегата или один лёгкий крейсер.

Прогремел взрыв, потом в общем мыслеканале сказали, что не надо высовываться, что дырка стала только на пять сантиметров в диаметре шире, что нужно ещё как минимум пять-шесть таких взрывов, чтобы смог пролезть хотя бы самый маленький человек, и то это не я, тут есть одна девушка более миниатюрная, по прозвищу Тень.

Прогремело ещё два взрыва, но потом возникла большая пауза. Похоже, у Гиганта такая взрывчатка закончилась, ему потребовалась помощь его товарища. Но всё оказалось куда прозаичнее. Он позвал всех своих товарищей, своих подчиненных в девятке, и все они стали засовывать всю имеющуюся взрывчатку в дверь.

– Сейчас будет громко и красиво! – с каким-то детским восторгом и возбуждением сказал Гигант. – Советую всем лежать и целовать землю, так как в тротиловом эквиваленте тут будет около четырёх сотен килограммов!

– Он безумен… – высказалась рядом со мной какая-то ловкачка, позывной которой опять же был показан в виде знаков вопросов.

И почему я не могу видеть некоторые позывные? А некоторые могу? Что за странности в этой системе? Зачем так?

Но додумать я не мог, потому как реально впился в землю, вжимаясь в неё всем телом. Фильтры звуков в шлеме полетели напрочь, просто сломались, из-за чего цепочка от внешних микрофонов до динамиков внутри прервалась, и я не слышал ничего, что там происходило.

Поднявшись на ноги, я видел, как к разорванной изнутри в хлам двери начинают подтягиваться все бойцы, но при этом часть оставалась на стенах, рассредоточилась, чтобы вести разведку подступов к пункту сбора.

– Внимание! – раздался голос той самой разведчицы у меня в голове. – Противник активизировался! На двух направлениях наблюдаю движение. Похоже, враг засуетился, ему что-то или кто-то нужен в этом пункте сбора, так что всем быть внимательнее и быть готовым к отражению нападения противника.

– Принял, – ответил Гром. – Всем быть начеку! Гигант и Войд – молодцы. Теперь быстро спускаемся вниз, вытаскиваем всех оттуда, вызываем фрегат, потом летим за ранеными и улетаем прочь с этой планеты. Всем всё ясно? Возражений не слышу. Тогда приступаем.

Глава 12

Когда мы резко ворвались внутрь, обнаружили, что нас ждали. Наши готовились к засаде, думали, что прорвался противник. Но всё оказалось куда проще. На первой линии обороны, что не удивительно, находились сослуживцы Грома. Они были готовы рвать и метать, стрелять и разрывать… В общем, противнику явно было бы не сладко от такой встречи. А ещё стоит учесть тот факт, что под ними сто процентов находится несколько складов с боеприпасами, среди которых бы нашлись подходящие к их вооружению.

– Доклад, кратко, – остановился перед Токсином Гром, вслух дав команду.

– Да не хрен докладывать, – недовольно начал говорить заместитель командира. – Ситуация хреновая, но не критическая. Раненых быстро латали, потерь безвозвратных минимум, где-то три процента от всего личного состава цитадели и ноль среди нашей сотни. Боеприпасов тут тоже полным полном, могли держать оборону годами, но есть одна особенность. После ядерного взрыва повредились некоторые системы, в частности половина систем жизнеобеспечения, со временем нижние этажи бы затопило, а в верхние пробралась бы радиация. Вот тогда мы бы оказались в полной заднице.

– Сколько времени надо, чтобы быстро покинуть этот объект всему личному составу цитадели, ну и нам? – следом задал вопрос Гром, не сводя взгляда со своего заместителя.

– Часа три, не меньше, – обернулся на мгновение Токсин в сторону ступенек, уводящих в темноту. – Тут порядка двух тысяч человек, на фрегате хоть все и поместятся, но придётся людей селить даже в коридорах. Просто кают не хватит.

– Я это знаю, – удовлетворённо хмыкнул Гром. – Начинайте эвакуацию, всех собрать на верхних уровнях, невзирая на высокий радиационный фон. Сейчас таких доз уже не схватят, как несколько дней назад. Кто не захочет лететь с нами, смело бросайте, не место сомнениям на фронте.

– А ты жесток, – съязвил Токсин, уже спускаясь по лестнице вниз. – Ладно, выйду на всех по громкой связи, скажу, что у них есть три часа, чтобы со всем необходимым собраться на верхних ярусах.

– Мангуст! – уже по общему мыслеканалу жёстко назвал позывной Гром. – Настроить приёмо-передающее устройство с фрегатом! Сообщить о нашем местонахождении и скорой необходимости эвакуации!

– Есть! – бодро ответил Мангуст, после чего где-то позади послышалось движение.

– Винги, – назвал он новый позывной. – Организовать постоянную разведку местности! Сообщать вообще о любом присутствии врага в радиусе до пятидесяти миль!

– Есть! – ответила разведчица, вот только на этот раз никто не шевелился, никто никуда не бежал, видимо, она и так была на улице.

– Хронос! – и снова новый позывной, из-за которого я впал в раздумья. – Организовать постоянную слежку за небом! Создать вокруг нас купол прошлой реальности, чтобы он отображал события пятью часами ранее.

– Мне надо несколько десятков дополнительных батареек, – бархатный голос, от которого сто процентов, что многие женщины без ума, прозвучал в мыслеканале. – Иначе не получится сделать такой большой купол с требуемыми характеристиками.

– Обратись к Медиуму, у него был экстренный запас, он тебе выдаст требуемые батарейки, – после этих слов, Гром выждал пятисекундную паузу, а затем отдал последние в этом сеансе связи распоряжения. – Раз вопросов и возражений нет, то всем исполнять поставленные задачи! Те, кто не задействованы по отдельным указаниям, организовать оборону! Исполнять!

И тут все засуетились, все разбежались. Буквально через минуту, кроме меня и Грома, больше никого не было на этом маленьком ярусе. Урус стоял как скала, но, когда он снял шлем на свой страх и риск, на его лице спокойно прочиталась тревога. Он не боялся радиоактивного заражения, он не боялся получить какую-то болячку. Он боялся, что сейчас могут многие погибнуть, что он может потерять свой корабль, свой экипаж, тех немногих, что остались в лесу.

– Волнуешься? – спросил я у него, постучав по сбоившим микрофонам в шлеме, чтобы услышать Алекса.

– Если бы не волновался, то у меня бы давно весь личный состав полёг, – мелко улыбнулся он. – А ты чего стоишь? Заняться нечем? Твоё бы оружие очень сильно пригодилось в обороне, особенно с учётом того, что тебе самому не надо целиться, всё за тебя делает система.

– Вот именно, что моё оружие лучше использовать в крайних случаях, – сухо ответил я. – У меня не бесконечный боезапас, а устройства для подзарядки у меня под рукой нет, оно у Чкалса осталось.

– Тоже верно, – отвёл взгляд в сторону света в конце лестничного подъема. – Ладно, ждём. Больше пока мы ничего сделать не можем. Кстати. Много дозы схватил? Ведь твоя защита не идеальна, а доспехи так вообще можно будет выкинуть после этой операции.

– Прилично, – глянул я на множество знаков вопросов, когда вызвал системное описание моего организма. – На лучевую болезнь уже хватает, так что надо как можно быстрее отсюда сваливать.

– Хреново, – сморщил лоб Гром. – Даже наше оборудование не может быстро лучевую болезнь излечить, слишком долго заниматься клеточным восстановлением организма. Всё. Ни слова больше! Иди вниз! Поднимешься только тогда, когда я тебе лично дам команду.

– Есть, командир! – отдал я честь, то есть приложил руку к тому месту, где должен быть висок, после чего побрёл вниз.

Сам бункер цитадели представлял собой бетонную крепость. Всего тут было более сотни этажей вниз, а это чертовски много! Это практически три сотни метров вниз. Не представляю, насколько тяжело работается людям на такой глубине, ведь здоровье достаточно сильно подрывается, особенно сердечно-сосудистая система.

Между этажами постоянно циркулировало более десятка лифтов, но после последней попытки стереть это место с лица планеты треть перестала функционировать, из-за чего возникли некоторые трудности. Отказали в основном грузовые лифты, три из пяти рухнули в самый низ, полностью заблокировав возможность проведения их ремонта. Остальные работали более-менее нормально, но при этом ещё сильнее ограничили их максимальную грузоподъемность, чтобы не допустить их поломок.

Люди тут были в основном бледные, что не удивительно. На поверхности строений мало, а значит, весь пункт сбора в основном и состоял из этих вот подземных строений, в которых люди существовали годами. Интересно даже, сколько лет они тут провели, чтобы абсолютно весь загар с большей части жителей сошёл на нет? Минимум года по три… Я бы так не смог.

Я спустился на минус десятый этаж, а это с учётом скалы, на которой располагался пункт сбора, уже точно подземный уровень. Тут уже кипела жизнь. Люди бегали, собирали вещи, военные стояли и следили за правопорядком, Академические бойцы лишь изредка пробегали, тоже собирая свои пожитки, которые уже успели разместить.

Вот теперь, кстати, я стал спокойно и без системы определять бойца Академии среди обычных людей, хотя это и так не особо сложно. Во-первых, они более подтянуты физически, во-вторых, они держатся более спокойно, и в их действиях больше уверенности. Даже тот же взгляд различается, они уже прожжённые бойцы.

Но дальше обследовать этот бесконечный подземный лабиринт я уже не хотел, просто не было смысла этим заниматься, так как не более чем через два с половиной часа мы все покинем это место. Вот только есть два смысла в слове «покинем»: либо нам удастся всем покинуть это место живыми и здоровыми, либо…

– Бр-р, – аж передёрнуло меня от этих мыслей. – Не, дохнуть я точно не хочу.

Сидел я сейчас в подобии бара, которых было достаточно в моих владениях, людям же надо отдыхать душой и телом. Спиртное нам строго-настрого запретили пить, а вот просто покушать за счёт заведения, смысла в местной валюте сейчас не было, так как все всё понимали, знали, что их реальность рухнула. А вот местные яства мне оказались по душе. Простенько, но со вкусом.

Пару раз в мыслеканале проносились известия, доклады разведчиков, донесения о коротких перестрелках с малыми группами противника и тому подобное. Но это всё были мелочи, большой проблемой оказалась неисправность приёмопередающего устройства.

– Починить получится? – всё так же в общем канале спросил Технарь, который вроде как и должен заниматься ремонтом.

– Нет нужных инструментов и запасных частей, – с досадой сказал Мангуст. – А с помощью местных средств мы не сможем настроиться на нужную частоту. Придётся прибегать к способности Винги.

– Ты же понимаешь, что это чревато? – явно погруженный в свои думы ворвался в диалог Гром. – И какого вы общаетесь в общем канале? Понимаете, что вас все слышат?

– Так мы и хотели, чтобы нас все слышали, – без зазрения совести сказал Мангуст. – Вдруг у кого-то есть какие другие предложения? Может, кто ещё сможет предложить способ связаться с нашим фрегатом?

– Нет ни у кого предложений, – со сдерживаемой злостью и огромным негодованием высказался в мыслеканале Гром. – Сколько примерно до прилёта фрегата? По последним сведениям, как далеко он от нас находился?

– Примерно в пяти минутах полёта, – спокойно ответил Технарь. – До сих пор мои способности видят его цифровую сетку. Но это только навскидку, тут ещё много других параметров, те же вражеские крейсеры над нами… Они, кстати, уже в паре часов от нас, так что, надо ускоряться.

– Винги! – достаточно грубо позвал разведчицу Гром. – Используй воздушный циклон, дай сигнал нашим, чтобы они выдвигались к нам сейчас. Остальным, начать выводить персонал пункта сбора на поверхность! Начинаем эвакуацию! Войд, ты выходишь последним, прикрываешь всех, думаю, пару птичек врага ты сможешь сбить в случае чего.

– Хрена ты самонадеянный! – чуть ли не ржал в мыслеканале Гигант. – Я бы не доверял этому юнцу такую важную миссию, подвести же может. Может, все же мою девятку как обычно для этого оставишь?

– Ваша девятка сейчас будет заниматься несколько другой миссией, – спокойно ответил Гром, не обращая внимания на подкол товарища, хотя, как командир, он мог бы его наказать за такое. – Как только сядет наш фрегат, вы должны будете быстро занять все боевые посты на нём и сосредоточится на вражеских космических кораблях. Нашего вооружения хватит, чтобы внезапно один крейсер уничтожить, но вот потом нам придётся спешно покидать эту систему.

– Даже одного крейсера хватит, чтобы враг достаточно сильно ощутил наш удар! – даже в мыслеканале прорывался довольный рык Гиганта, а после он отвалился от него, по всей видимости, начав раздавать указания своей девятке.

Я же встал и прошёл в сторону лестницы, рядом с ней был служебный терминал. Получив быстро доступ ко всей базе данных сотрудников, а также внесенных изменениях, которые произошли за последние несколько дней, я получил полный список штата сотрудников пункта сбора. А это могло позволить мне вести учёт, кто ушёл, а кто нет.

После того, как база данных была загружена в мою систему, я проследовал к выходу, где опять начал хватать дозу радиации и следить за всем, что происходило, как снаружи, так и изнутри. Через минуту ровно над нами стремительно, словно их оттолкнуло мощной волной, исчезли облака, по крайней мере, так было на записи, которую кто-то демонстрировал, будучи снаружи. По всей видимости, Винги так решила дать сигнал фрегату. Надеюсь, сработает, иначе сейчас мы точно сами себя выдали с потрохами.

Пошли первые выжившие, пошли большим потоком. Был бы я обыкновенным человеком, то точно не смог бы сосчитать всех, кто выходил. Но мне помогала система Академии, которая по малейшим признакам идентифицировала личность и давала мне знать, что этот человек покинул убежище. Вот только поток был примерно в тридцать человек в минуту, а там внизу больше двух тысяч человек… То есть как минимум час времени люди будут просто подниматься к нам.

Технарь в итоге почти не ошибся. Через семь минут на территорию пункта сбора в точке приземления сел наш фрегат. Сейчас он был наиболее уязвим, так что всем предстояло ускориться, поднапрячься, а Грому ещё больше начать нервничать.

Всё чаще возле подступов к цитадели стали появляться обыкновенные трутни. Они ходили по одиночке, максимум по две особи, но всё же это выглядело странным, особенно их спонтанное появление. Словно этим тварям отдали приказ о нападении, но вот дальше процессом руководить не захотели, бросили безмозглых на произвол судьбы. Нам же на руку.

Через какое-то время я почувствовал, как у меня что-то влажное попало на губы. Быстро опробовав это на вкус, меня моментально осенило – это моя кровь. А это было крайне и крайне хреново, видимо, радиация так сильно на меня давила, что организм просто не справлялся с этой нагрузкой. Но надо было ждать и следить за тем, чтобы как можно больше обычных гражданских оказались в безопасности.

Прогремел взрыв, я выглядывать не стал, но кто-то циркулярно отправил короткую запись о том, что именно произошло. Двумя короткими и точными очередями один тяжеловес смог скосить крыло какой-то металлической птице противника, из-за чего та моментально закрутилась в воздухе и взорвалась, как только на большой скорости соприкоснулась с землей.

– Надо ускориться… – тут же сказал Гром. – Войд, сколько примерно человек уже вышло? Есть точная цифра?

– Одна тысяча сто двадцать два… двадцать три… двадцать пять… Продолжать?

– Нет, спасибо… Значит, процесс идёт… – на короткое мгновение Гром прервался, но потом снова начал задавать вопросы в общем канале: – Технарь, как далеко от нас вражеские корабли?

– Сорок минут примерно… – не особо уверенно ответил Технарь. – Может быть, и тридцать, у меня способности начали сбоить, разбираюсь в чём причина.

– А ещё помехи опять появились в мыслеканале… – с подозрением заметила какая-то девушка, голос которой я не смог сопоставить с каким-либо позывным. – Предположительно рядом есть роевик второго класса, он уже манипулирует роевиками поменьше, вмешиваясь в их мысленную связь. Видимо, он так пытается и на нас давить.

– Это всё предположения, – остановил девушку Гром. – Не будем загадывать, просто передадим этот материал в исследовательский отдел Академии. Пускай думают, как лучше защитить наши мыслеканалы в таких условиях.

И потом всё продолжилось, только стрельба снаружи всё сильнее напрягала выходящих туда, никому не хотелось ловить шальной снаряд. Но мы были под прикрытием, причём под мощным. Временной купол над нами всё ещё висел, так что противнику было сложно понять, откуда по нему стреляют, хотя он и понимал, что мы засели где-то тут. В итоге они начали просто стрелять, пытаясь дотянуться до живых.

В одно мгновение нашему врагу даже удалось скосить с десяток мирных жителей, из-за чего среди остальных, особенно самых ближайших к убитым, зародилась паника. Военнослужащим пункта сбора и бойцам Академии пришлось приложить достаточно много усилий, чтобы подавить вспышку недовольства… И всё же люди стали бояться выходить наружу.

Потом такие обстрелы стали нормой, из-за чего временами поток людей прекращал идти, чтобы не попасть под снаряды и пули противника. Жертвы всё равно были, но уже куда меньше. Погибал не десяток, а всего один или два человека. Лучше так, чем как было.

В конечном итоге мы потратили семьдесят три минуты на то, чтобы большая часть жителей эвакуировалась. Вражеский крейсер был в десяти минутах от нас, так что пришлось срочно завершать эвакуацию. Жаль было тех, кто не смог покинуть пункт сбора, но такова судьба, лучше спасти большую часть жизней и улететь, чем попытаться спасти всех и погибнуть, загубив в итоге и тех, и других.

Пострелять мне тоже довелось, причём прилично пострелять. Мне не требовалось делать несколько очередей, чтобы сбить вражеский летательный аппарат, всего один. Но таких одиночных выстрелов я сделал столько, что в плазменной винтовке осталось всего двадцать четыре процента заряда.

– На горизонте крейсер! – подал всем нам знак Технарь. – Всё, задраиваем люки и уходим, пока есть возможность!

– Бойцы! – тут же начал командовать Гром. – Свернуть оборону! Всем срочно подняться на корабль! Летим за нашими и улетаем с этой чёртовой планеты!

Глава 13

В космический фрегат я забегал уже под очень плотным обстрелом. Если бы рядом не оказалось обладателя зерна защитного типа, то меня точно пулями на куски растащили бы по всей посадочной зоне. Весь обслуживающий персонал мы тоже не смогли спасти по той же причине. Все, кто оставался ещё внутри комплекса, а это малая часть, оказались просто обречены. Я хотел их спасти, мне было жаль их… Но, по сути, их погубила собственная нерасторопность. Пришли бы они раньше, спаслись бы, но в итоге всё сложилось так, как сложилось.

Всего на фрегат пришло полторы с небольшим тысячи человек обслуживающего персонала и сил самообороны пункта сбора. Это очень много, я бы сказал, что это успех… Но всё же у меня на душе оставался осадок, так как у меня перед глазами всё ещё висел список тех, кто не смог пробраться на наш корабль.

Взлетали мы уже под обстрелом крупнокалиберной артиллерии лёгкого крейсера противника. Нам повезло, так как, если бы это был тяжелый крейсер, то одной артиллерией он бы не обошёлся, там бы вооружение куда тяжелее применялось. Но сейчас нас спасал собственный щит корабля, который подпитывали различными способностями бойцы Академии.

Мальчиками для битья мы тоже быть не хотели, так что все орудия по левому борту, а именно с той стороны приближался корабль противника, уже были заняты, вели активный огонь. Ракетные установки трогать не стали, так как гарантированно вражеский корабль был бы сбит, даже тяжёлый крейсер, и это припасли на крайний случай. Запаса ракет было всего на два залпа.

Но всё выше перечисленное было лишь малой проблемой. Необходимо было каким-то образом забрать раненых, находясь под плотным и достаточно прицельным огнём. Даже от попадания по щиту фрегата всё внутри содрогалось от передаваемой снарядом энергии. Это хоть и не моя головная боль, свою часть плана я выполнил, смог достаточно много мелких кораблей противника сбить, но всё же я переживал, там сейчас оставались Лаки и Пульсар, плюс в качестве сильной боевой поддержки Молния.

Сейчас я стоял почти в самом конце всей толпы, которая очень и очень медленно разбредалась. Они бы покидали этот корабельный узел куда быстрее, если бы не было острой необходимости сконцентрировать на выходе как можно больше тяжеловесов в случае экстренного нападения противника. Лучше быть готовыми к сражению, чем надеяться на удачу.

Меня тоже прогоняли прочь, так как от меня точно никакого толку уже не будет, велели идти в выделенную мне ранее каюту и ожидать указаний там. В принципе, перечить я не стал, самого начинало в дрожь бросать, хотя это уже может быть признаком моей развивающейся лучевой болезни… Загляну-ка я по пути в медицинский отсек.

Чем ближе я к нему приближался, тем всё понятнее становилось, что с медициной всё не так радужно было в пункте сбора. Все военные были со свежими ранениями, было видно, что у некоторых даже восстановлены конечности не так давно с помощью продвинутого медицинского оборудования, а вот гражданские… Их латали, как получится. Попадались молодые девушки, у которых были обожжены лица или у которых не было глаза, у некоторых обоих глаз. Попадались молодые парни, которые были не в форме, но у них отсутствовали конечности, наспех залеченные, но не восстановленные. Попадались и совсем страшные картины, о которых и думать даже не хотелось… И все они просто ждали тут своей медицинской помощи в порядке живой очереди.

Медицинское оборудование сейчас работало сильно на износ. Оно не было таким технически продвинутым, могло залатать лишь мелкие раны, из-за чего многие находились тут в очереди бессмысленно, но всё же оно могло сотворить чудо. На моих глазах принесли мальчика лет двенадцати, у него в прямом смысле слова снаряд вырвал часть бока… Виртуальный интеллект медицинского отсека, приостановив работу остальных медицинских коек, всю мощь направил именно на ту, где лежал этот парнишка.

– Прошу… Не засыпай… – держала за руку своего сына довольно молодая на вид девушка, но около самых корней можно было заметить у нее легкую седину. – Только не засыпай… Тебе сейчас будет лучше… Тебя сейчас восстановят…

На глазах творились реальные чудеса. Мать сидела и плакала, даже боялась поднять глаза, парнишка лежал и корчился, сильно стиснув свою челюсть, а аппаратура занялась полным восстановлением организма парня. Я видел, как заново растут кости, которые тоже зацепило выстрелом, видел, как нарастают мышцы, восстанавливаются органы, снова нарастает кожа. И всё это время бледный парень, в глазах которого не было страха, лишь воля к жизни, не смыкал своих глаз и не проронил ни звука.

Это было очень мощно. Возникло ощущение, что даже у компьютера есть душа. Можно было догадаться, что тут есть какие-то скрытые от человеческих глаз настройки, которые выставляют приоритеты, но всё же… Это было мощно! Молитва матери была услышана, а стойкость парня была вознаграждена.

– Ты – молодец, – стоял я не так далеко от них, сказав это достаточно громко, после чего снял свои металлические перчатки, отщёлкнув специальные запоры, и начал громко хлопать в ладоши.

Мои овации подхватили ещё несколько человек, а потом всё больше и больше. Парень вставал героем, который подарил некоторым надежду. Если бороться, то все действия окупятся рано или поздно. Но всё же радость наша долго не длилась. Корабль в очередной раз тряхнуло, из-за чего многие попадали на пол, создалась куча-мала, что могло привести к новым жертвам.

Пришлось заняться руководством, распределять хромых и больных так, чтобы они потом не могли навредить друг другу. Да, это было сложно, некоторые не хотели меня слушать, называли никем, обычным солдатом… Но всё же через десять минут получилось организовать эту толпу, и при следующем толчке никто никого не придавил, всё было весьма спокойно, относительно, женщины всё равно визжали от страха.

– Всем внимание! – послышался по громкой связи голос капитана корабля. – Всем приготовиться к экстренному приземлению! Всем ухватиться за что-нибудь, что надежно присоединено к корпусу, перегородкам и стенам корабля! Будет сильно трясти! Даю отсчёт до приземления! Десять!

Люди начали роптать, кто-то стал прижимать к себе поближе родственников или просто друзей, чтобы попытаться сохранить им жизнь в случае чего. Но это было не совсем верным решением, не для этого предупредили о том, что надо схватиться за что-то.

– Шесть! – по всей видимости, в потоке мыслей пропустил я другие цифры, когда почти половина была преодолена.

Найдя взглядом весьма вовремя подвернувшийся под руку поручень, я схватился за него мёртвой хваткой и стал просто ждать. Нервы тоже вытягивались в струну, ведь реально было страшно. А вдруг корпус корабля не выдержит? Вдруг щиты не смогут сдержать натиска, и нас всех просто уничтожит и похоронит под обломками?

– Три! – снова услышал я цифру, которая явно шла не последующей после шестёрки в обратном порядке. – Два! Один!.. Земля!

Сильнейший грохот, тряска, в какой-то момент меня подбросило, мне показалось, что я оказался в открытом космосе, а потом резко рухнул на пол. Удержаться мне не удалось, как и всем гражданским, что были рядом со мной. Но такого бедлама, какой мог быть, не произошло. Все попадали, мало кто кого прижал, так что всё же моя организация пригодилась.

Послышалась далёкая стрельба, заглушаемая несколькими переборками внутри фрегата. Стало понятно, что наши всё же пытаются отбить передвижной лагерь у нападавших, пока те эвакуируются в экстренном порядке.

Послышался взрыв. Я хоть и не знал, что именно могло так взорваться, но всё же рискнул предположить, что это был поврежденный бронетранспортёр, погрузка которого заняла бы лишнее время. Вот и решили подорвать лишний и ненужный груз.

Минуту спустя начали приносить первых тяжёлых бойцов Академии. Обычные люди просто застыли в ужасе, наблюдая за калеками, которых надо было восстановить в первую очередь. Если не восстановить лучших бойцов, то всем будет хреново, даже очень.

Спустя минут десять мимо меня пронесли Пульсара и Лаки. Внешний вид этих двоих меня шокировал и выбил из колеи. Я не думал, что до этого дойдёт, но всё же… Это война, нечему удивляться… Но я удивился, причём с ужасом. У первого не было ног, вообще, словно ему их вырвали с корнем. У второго отсутствовала полностью правая рука и словно кто-то пытался вырвать из него рёбра… В общем… Я не понимаю, как они вообще остались в живых.

Целиком восстанавливать их тоже не стали, только полностью купировали раны и отнесли в отдельные каюты, где положили и оставили под присмотром хоть немного квалифицированного санинструктора. Я со своей лучевой болезнью точно мог подождать, пока на ногах стою, кровью не харкаю, аномалий в организме нет.

В какой-то момент показалось, что корабль вот-вот взлетит на воздух, всё тряслось и дребезжало, металл скрежетал, все от страха кричали. Я не мог идти в свою каюту, просто не мог, мне надо было видеть, что происходит снаружи, так что я на полном ходу устремился к кают-компании фрегата, где было достаточно большое панорамное стекло.

Добраться я до момента взлета туда не успел, все коридоры были забиты перепуганными работниками пункта сбора, а также мечущимися из стороны в сторону военными. Ситуация была весьма понятна – мы бежали, причём стремительно. Без потерь не удалось, но все же основная миссия была почти выполнена, осталось только выжить этой птичке.

До кают-компании я добрался уже во время взлёта. Мы мчались просто на огромных скоростях, оставляя позади более медленный крейсер противника. Я не мог оценить масштаб повреждений, но они точно были, я в этом уверен. Не мог фрегат так долго перестреливаться с крейсером и остаться неповреждённым.

Рядом со мной также стояло несколько бойцов, в основном скоростные. По ним было видно, что они нервничают, что переживают за исход сражения. Слишком много сил было брошено на эту авантюру, слишком много людей и так потеряно. Мы спасли огромное количество гражданских с базы, но сколько всего осталось их на планете?

Пламя потухло, когда мы вырвались из плотных слоев атмосферы. Перед глазами снова появлялось бесконечное множество белых точек, можно было разглядеть другие планеты… А также отчётливо был виден линкор, который кружил на определённой отдалённости от планеты, постепенно отправляя на её поверхность более мелкие корабли.

– Таких гигантов я ещё никогда не видел, – почти шепотом с каким-то благоговением сказал один из бойцов, смотря на воистину огромный и хищный с виду корабль. – Надеюсь, Гром планирует сваливать из этой системы, мы точно не сможем тягаться с этим кораблем.

– Неа… – с тяжестью вздохнула девушка, так и не снявшая свой шлем. – Идём точно на линкор противника. Похоже, он попытается сделать двойной залп ракетами, предприняв попытку уничтожить вражеский флагман… Глупо…

– Не глупо, если удастся, – с сосредоточенным лицом сказал третий боец, скрестив руки на груди. – Судя по тому, как этот корабль спокойно реагирует на всё, а также отсутствие у него призрачного ареола щита… То можно долбануть по двигателям, а там пойдёт цепная реакция, и корабль разлетится по большей части на кусочки.

– А ещё мы под маскировкой, – с явным облегчением в голосе сказала снова девушка. – Это точно радует, но после залпа мы станем видимы для противника, так что… Нам с огромной вероятностью крышка.

– Тут как повезёт, – пожал плечами первый. – Смотрим, от нас ничего не зависит.

С этим парнем сложно было не согласиться. От нас сейчас вообще ничего не зависит. Но всё же меня бросало в лёгкий мандраж, когда я представлял, как ракеты вырываются из корпуса нашего фрегата, а потом разрывают в клочья двигатели противника, вызывая цепочку взрывов по всей топливной системе.

Залп! На мгновение контуры нашего фрегата реально стало несколько лучше видно, хотя до этого я не обращал внимание на этот факт. Десятки, даже почти сотни ракет стартовали, устремившись точно туда, куда и предполагали бойцы – в двигатели. Находились мы на очень близком расстоянии от линкора, так что массированный огонь по нам точно не удастся вести, но вот точечный всё же последовал.

Тут же снова для нас контуры фрегата размылись совсем чуть-чуть, а для противника мы вообще должны были потеряться в космическом пространстве. Несколько выстрелов прошло вскользь по защитному полю, но всё же нам повезло. На огромной скорости мы стали отдаляться от вражеского флагмана, с которого, по всей видимости, и осуществлялось общее руководство захватом третьей от звезды планеты.

Несколько точечных и явно не самых обыкновенных взрывов. Парочка ракет точно были рассчитаны на то, что им придётся уничтожать что-то побольше фрегата или пиратского корабля. За этими взрывами последовали другие, а потом ещё и ещё.

Сначала просто встали двигатели линкора противника, постепенно высвобождая огромные струи пламени, которые точно были делом не сгорания топлива, а взрывов этого самого топлива. Потом прогремел первый взрыв, куда мощнее, чем взрыв от ракет. Линкор буквально начало разрывать в последней четверти корпуса, если разделить его и считать первой четвертью нос корабля. Огромные куски с виду медленно разлетались в разные стороны. И при всём этом мы были целы.

– Поздравляю… – тяжело проговорил Гром. – На этот раз нам повезло, очень и очень сильно повезло. Нам удалось провернуть почти невозможное. Не каждый день в космосе продвинутый фрегат уничтожает линкор, который хоть снял и отключил большую часть защитных систем, но всё же оказался, повторюсь, уничтоженным. А также не каждый день получается вырваться с почти полностью оккупированной планеты…

Гром продолжал вещать дальше, но большей части людей уже было не до этого. Многие просто расслабились, наблюдая, как постепенно разрушается огромный космический корабль, многие сейчас ждали своей очереди на восстановление, многие до сих пор были сосредоточены и несли дежурство на своих боевых постах.

Теперь можно вздохнуть спокойно и попытаться найти учёного, чтобы с ним переговорить. Вот только я всё никак не мог отвести взгляда от того, что происходит на экране с внешней камеры. Линкор уже почти полностью разорвало на отдельные фрагменты. Те, что оторвались ранее, уже начинали входить в атмосферу, загораясь в ней. Там некоторые куски были размером с треть фрегата, так что удар по поверхности планеты придётся весьма мощным.

– Я приношу глубочайшие извинения перед всеми, кто сейчас находится здесь, – снова обратил я внимание на то, что вещал для всех Гром. – Мы хотели спасти как можно больше жителей, работников и защитников пункта сбора. Но мы просто не могли рисковать. По первичным данным во время осады было потеряно больше пяти сотен человек, а это очень и очень много…

Тут же мне поступил запрос от Грома на передачу ему списка всего личного состава пункта сбора. Смысл его поступка был понятен, он хотел окончательно и полностью разобраться, сколько мы смогли спасти, а сколько нет. Для него, как для человека, не как для военного, этот момент особенно важен.

– Всех, кто погиб, мы будем чтить! – довольно уверенно говорил Гром. – Мы составим список и воздвигнем мемориал в честь тех, кого сегодня с нами и с вами больше нет! Этот мемориал будет находится там, где именно вы этого захотите. Гром, командир данного космического корабля. Конец связи!

– Мощная, однако, речь, – подметила девушка, а потом повернулась в мою сторону и с лёгким испугом спросила: – Парень, с тобой чего?

– А что не так? – дрожащим голосом ответил я несколько невежливо.

– Ты бледный как смерть! – подметила она. – А ну бегом в медицинский отсек! Ты огромную дозу схватил! Бегом давай!

– Хорошо, – кивнул я, резко развернулся, и открывающаяся дверь была последним объектом, который я успел увидеть.

Мир неожиданно погрузился во мрак.

Глава 14

В себя я пришёл уже в каюте, перед глазами всё плыло, но по крайней мере я ими видел – уже хорошо. Понятно было одно, я схватил огромную дозу радиации, из-за чего организм решил меня выключить. Благо, вокруг полно добрых людей.

Заглянув в системные настройки, наткнулся на журнал событий. Там было много чего, в основном журнал записывал каждые пятнадцать минут состояние моего организма, то есть фиксировал саму трёхмерную проекцию моего организма с подробнейшими записями о ней.

Пролистав журнал, я нашёл пункт «принудительное отключение», а до этого пункт «проверка внешних факторов на наличие источника опасности». То есть меня всё же принудительно отключили, что несколько забавно и довольно умно… Чтобы избежать смертельной угрозы, из-за которой может остановиться сердце, модуль принудительно отключает организм. Так написано в справке.

Дальше я стал просматривать свои трёхмерные «сканы». Сразу после отключки мой организм весь целиком был подсвечен красным, и так примерно десять записей подряд, то есть где-то два с половиной часа. Дальше следовал пункт «подключение к медицинскому терминалу упрощённой версии». Всё же медицинский терминал на фрегате не такой продвинутый, как в Академии. Дальше пошли очень долгое изменение и восстановление организма. Как я понял, сначала выводилась вся радиация из организма, то есть устранялся фактор, а потом уже боролись с последствиями. Реструктуризация клеток, очищение крови, нейтрализация злокачественных аномалий… Последний пункт удивил больше всего. Как оказалось, даже за столь короткий период пребывания в области с мощным радиоактивным фоном, я нахватался почти смертельной дозы, в организме уже пошли изменения. Аномалии и новые образования по большей части были злокачественные, остальные нейтральные. Система выбрала, что необходимо избавиться ото всех, чтобы не рисковать моим здоровьем в дальнейшем. Так что, сейчас я был чист, только фиксировался упадок сил, нехватка некоторых витаминов, и стояла рекомендация – необходимо срочно поесть, возможно, истощение организма.

Поднявшись с койки, я немного размял окаменевшие мышцы, а потом полез в стенной шкаф в поисках хоть каких-то вещей, так как сейчас я был одет в самый минимум. В шкафу оказалась стандартная лёгкая форма армии человечества в виде комбинезона. Как ни странно, на комбезе даже была символика моего звания, так что это не случайность, его точно сюда повесили для меня.

Пришёлся он, кстати, мне впору, сел точно на мою фигуру, застегнулся легко одним движением руки. Немного попрыгав в нём, я убедился, что он нигде не жмёт, нигде не передавливает, после этого обулся и вышел из каюты.

За её пределами кипела жизнь! Десятки людей бродили туда-сюда, каждый был в похожей форме, только без военной символики. Видимо, вещи всех беженцев ушли в топку, так как были поражены радиацией, как и моя броня. Жаль, конечно, хорошая защита была, пару раз от выстрелов спасла, но не лучшая, а ещё временами неудобная… Но хоть какая-то.

– Эх, – тяжело вздохнул я, после чего повернулся в сторону местной столовой и направился туда, чтобы хоть немного подкрепиться.

До столовой я дошёл быстро, больших толп не было, правда, всё равно коридоры забиты под завязку, очень много народа принял фрегат. Столовая тоже была весьма прилично забита, в основном там сидели беженцы, но также я заметил и знакомое лицо, от чего стало приятно на душе.

– О! Тиберий! – вскочила Алиса, тут же изменившись в лице, мол, сболтнула лишнего, после чего поправилась. – Войд! Давай ко мне!

– Хорошо, – с лёгкой улыбкой кивнул я, – только поесть возьму.

Подойдя к линии раздачи, я взял поднос, потом тарелку с непонятной бурдой, от внешнего вида которой воротило, но выбирать не приходилось, потом взял кружку с чаем, который был ненатуральным, что естественно для космического корабля в долгом рейсе, а после уже подсел к Алисе.

– Как дела? – спросил я у неё, присаживаясь на стул по другую от неё сторону стола.

– У меня хорошо, – едва заметно улыбнулась девушка, мешая ложкой бурду в тарелке. – А вот у тебя должно быть просто замечательно. Не каждому везёт вовремя пройти курс реабилитации после того как словил дозу почти в десять зивертов. А это очень много, неделя-другая, и ты бы погиб.

– Вот откуда столько аномалий и образований в организме было, – усмехнулся грустно я. – Теперь понятно. А твоё здоровье как? Не ранили в том сражении?

– Да так, пара пустяковых ранений… – махнула свободной ладонью девушка. – Но полевое медицинское оборудование вполне спокойно справилось с этим. Жаль тех, кому не успели помочь…

– Это да, – кивнул я несколько раз, соглашаясь с ней. – Потери большие, многих так и не спасли. Чувствую себя виноватым из-за этого…

– Ты не виноват, – сердито посмотрела на меня Молния. – И не говори так больше. Нам задание это выдала СУБА. Так что, не смей свою голову этим загружать.

– СУБА? – вскинул я одну бровь, пытаясь расшифровать эту аббревиатуру.

– Система управления бойцами Академии, – хитро улыбнулась и посмотрела на меня девушка. – Ну ты же понимаешь, что большая сила влечет за собой большую ответственность и так далее… Вот только у нас реально огромная сила, за которой надо следить. Вот и создали систему, которая награждает и наказывает нас.

– Вплоть до того, что нас может просто-напросто наш же браслет убить? – нахмурился я, проводя линию между моим принудительным отключением, словно я робот, а также системой наказаний за проступки.

– Да, – кивнула девушка. – Даже может убить. Но там сначала надо, чтобы вся карма, как мы называем наши поощрения, упала до нулевого значения, а потом уже пойдут наказания.

– А-а-а, – протянул я, поняв этот момент. – А поощрения дают некие бонусы, которые позволяют становиться лучше… Ну как нам в Академии за десять поощрений одно дополнительное бесплатное улучшение организма.

– Именно так, – опять легко улыбнулась девушка. – А ещё у меня для тебя есть хорошая новость. Правда, Гром просил не сообщать тебе об этом, но я не могу не обрадовать героя сражений!

– А что за новость? – я уже предвкушал, что это будет что-то грандиозное, что-то приятное, и моя чуйка меня не подвела.

– Гром будет ходатайствовать о присвоении тебе очередного воинского звания! – во все тридцать два улыбалась девушка. – Не часто в первое полугодие астусы получают повышение! Даже я во втором полугодии получила долгожданный второй чин, так что поздравляю.

– Спасибо, – искренне улыбнулся я. – Но пока рано радоваться, звание-то ещё не дали, а там уже не от Грома и не от меня зависит, а от управления Академии. Так что, надо ждать и смотреть, что они примут.

– Тут ты прав, – поджала губы девушка. – Наверное, не стоило говорить тебе об этом, ведь, возможно, и не дадут тебе звание, мол, молодой ещё… Прости… Не хотела подставлять…

– А чем ты меня подставила? – усмехнулся я. – Наоборот, дала знать, что мои столь незначительные поступки и действия достаточно высоко оценили, чтобы выдвинуть мою кандидатуру на присвоение нового звания! Это что-то да значит, а ещё очень сильно тешит себялюбие. Хех.

– А, ну если так, то да, – загадочно улыбнулась девушка. – Слушай, вопрос такой, просто ради интереса, и чтобы понять, какой ты на самом деле человек. Можно задать? Он может быть несколько провокационный…

– Да задавай, – пожал я плечами, тут же засунув в рот, не глядя, ложку с питательной и полезной бурдой. – Мне не принципиально.

– Как ты считаешь, какая самая важная профессия? – опять хитро смотрела на меня девушка, но при этом уголки её губ оставались в нейтральном состоянии, даже не шелохнулись.

– Ну-у-у-у… – протянул я, откинувшись на стуле, скрестив руки на груди. – Нет какой-то особо важной профессии, я так считаю. Все в той или иной мере важны. Начнём с малого. Провизия. Если бы люди на планетах и в аграрных участках станций не занимались сельхоз продукцией, то у нас были бы проблемы с едой, самим бы пришлось добывать. Ну это так, примитивный пример. Дальше. Няньки всякие… Они следят за нами, смотрят, как и родители, чтобы мы развивались в нужном направлении. Металлурги, добытчики, промышленники, изобретатели… Все важны. Если бы хоть кто-то не был важен, то мы бы не достигли того, что есть у нас сейчас. Я придерживался таких правил на своей планете, у меня было процветание. Остальные мои родственники несколько угнетали народ… А ты чего так на меня смотришь?

– Ты – аристократ? – удивленно хлопнула глазами девушка, а я пытался вспомнить, говорил ли я ей про это или нет. Даже если и не говорил, то странно, что Гром ей про это не сказал… Либо она просто забыла. Как-то неловко вышло.

– Ну да, – с лёгким недоумением сказал я, немного поёрзав на стуле. – Вот только зерна у меня не было. Точнее оно было, но не развито. А так была своя планета, на которой народ весьма счастливо жил. На миллиард населения всего две тысячи преступников, с ними вот я был непримирим… Вредители. А что не так?

– Я только что осознала, что так спокойно общаюсь с аристократом, а он не желает моей смерти, не унижает, не заставляет прислуживать… – всё так же удивлённо, но уже более задумчиво смотрела на меня Алиса. – Ты странный… Ты не такой, как все… Может, ты прикалываешься?

– Хах, – улыбнулся я, а потом продиктовал свой персональный идентификатор, который присваивается каждому аристократу при рождении, основываясь на генетическом коде. – А – двадцать два, Б – восемнадцать, Р-В-Н – сорок шесть – пятнадцать. Можешь проверить по базе данных. Да я вроде говорил, что аристократ…

– Не помню такого, – задумалась девушка, посмотрев куда-то на потолок. – Нет, не говорил. Вот точно тебе говорю… Хотя… Блин. И базы данных сейчас не покажут, слишком старое это событие.

– Ладно, не суть, – махнул я пустой ложкой, а потом в неё снова набрал бурды, грустно вздохнул и закинул её себе в рот. – Гадость-то какая… И как вы это постоянно едите?!

– Со временем привыкаешь, – слегка хихикнула девушка. – И всё же ты странный. По тебе заметно, что ты не совсем простолюдин, есть некоторые черты, но я думала, что ты просто из себя пытаешься строить важную шишку. А ты, оказывается, и есть важная шишка…

– Не такая и важная, – с иронией в голосе сказал я. – Родственники считали чернью, дворецкий пытался медленно убить, сослали в Академию, единственного за всю историю аристократа, ну и пытались несколько раз убить. Как-то так. Так что никакая я не шишка, просто обычный человек.

– Обычного человека не пытались бы убить так завуалированно, как тебя… – нахмурилась девушка. – Вот теперь я поняла, почему Гром говорил, что на тебя заказ был. Я тогда ещё подумала, а зачем кому-то обычного первокурсника убивать… А тут вот оно что… Кому-то ты сильно насолил. Хотя ты сказал… Родственники. Тогда соболезную.

– Ага, спасибо, – усмехнулся я. – А ты чего сидишь-то просто так? Тарелка с кружкой пустые… Дел никаких нет? Или отгул дали?

– В каком-то смысле отгул, – покивала в разные стороны головой девушка. – Есть несколько часов свободного времени, могу себе позволить поболтать с интересным человеком, если ты не против.

– Не против, – передёрнул я плечами, смотря на ложку с бурдой. – Я к этой штуке никогда не привыкну… Фу…

– Ха, привыкай, – звонко засмеялась девушка.

Мы болтали всё время, пока сидели в столовой, а потом медленно перебазировались в кают-компанию. Там мы смотрели за тем, как десятки звёзд пролетают мимо нас на огромной скорости, болтали обо всём и ни о чём одновременно. Разговаривали на тему происхождения вселенной, о большом взрыве в частности, общались о теории струн, о странностях квантового измерения, что его до сих пор не до самого конца изучили. Говорили просто о том, как я управлял планетой, говорили о её родном холодном и суровом мире. В общем, просто узнавали друг друга получше, с интересом проводили время. Я был доволен.

Алиса – хорошая девушка, чуть-чуть меня старше, из-за чего временами я чувствую от неё посылы, словно она хочет обозначить себя старшей сестрой. А потом сразу даёт заднюю, вспоминая, какое у меня происхождение. Это меня забавляло.

Пару раз по громкой выходил на связь Гром, и один раз – Токсин. Говорили они в основном текущую экстренную информацию с линии фронта. Два из трёх миров в итоге были полностью уничтожены, сами планеты были разорваны на куски, после того, как в систему прибыл дредноут. Оставили себе только третий мир, на котором мы и были… Видимо, там решили создать свою колонию. Печальные, однако, новости, очень печальные.

Но одно радовало сейчас больше всего. Мы летели не в Академию, где бы опять начались занятия, вся эта рутина, где бы я увидел множество недовольных моим существованием морд… Мы летели сейчас на орбитальную станцию управления обороной, там нам было приказано высадить весь спасённый персонал, после чего остановиться на сутки для прохождения детального осмотра нашего фрегата специалистами. А это значит, что ещё как минимум сутки отдыха!

В итоге разошлись мы только часов через пять, когда Алису вызвали уже по громкой, чтобы наподдать по мягкому и довольно симпатичному месту. Кстати, форму сердца напоминает. А ещё, похоже, у меня снова начинают играть гормоны, словно мне лет пятнадцать… Надо найти выход из этой треклятой ситуации…

Надеюсь, на станции что-нибудь получится придумать, иначе хана, получу противную болезнь, или как это называется… В общем, не хочу ходить как неудачник. Аристократ я или кто?!

Глава 15

В общем, у меня ничего не получилось придумать, так как на корабле были сплошняком военные. Пришлось терпеть до космической станции, но дело того стоило. В чём плюсы аристократии? В возможности свободно посещать большую часть заведений! А если там есть ВИП-комната, то и туда пустят без проблем, даже если нет с собой денег! Всё же законы хорошо настроены на аристократию, и надо этим пользоваться!

Ушёл я из «заведения» спустя часа два с половиной, хоть это и средненькая такая космическая станция, но вот в заведении были весьма умные девушки, можно было даже побеседовать. Так что, перед тем как сбросить пар, я так хорошо поговорил на философские темы, о вопросах жизни и смерти и о выставках современных художников и шоу-звёздах. Девушка, что была со мной, даже шутки ради назвала верную цифру, которая означает ответ на этот вопрос, но это уже не по моей части.

Дальше я просто решил прогуляться по станции. Обычный перевалочный пункт. Несколько складских зон для транспортных компаний, множество мелких магазинчиков, несколько отелей и всяких ночлежек с возможностью оплаты как за сутки, так и за более длительный срок, что выгоднее. В общем, станция просто для того, чтобы была в Республике логистика, лишь маленькое её звено.

Но кое-что мне было интересно. Я нашёл оружейные магазины! Вот только денег с собой не было, но смотреть-то никто не запрещал? Никто. Так что я ходил и разглядывал все это. Карабины, автоматы, крупнокалиберные пулемёты, пистолеты тоже не маленького калибра, были даже луки с системами прицеливания и системой расчёта баллистики! Вот это я понимаю, технологии.

– Заинтересовались луком? – подошёл ко мне лукавый мужик преклонного возраста, сложив перед собой ладони вместе, мило так при этом улыбаясь. – Могу вам подробнее рассказать про эту модель! Сразу скажу вам, что это единственная модель в своем роде, мастер, что занимался этими луками скончался… А вот мастерство его никто так и не перенял!

– Ну давайте, – хмыкнул я, легко улыбаясь, – заинтересовали.

– Лук АСХ – двести двадцать два, – взял в руки оружие мужик и начал рассказывать про него, – расшифровка мне самому не совсем понятна, а вот двести двадцать два – это порядковый номер лука, то есть двести двадцать вторая модель. Тетива сделана из углеродной нити, способна выдержать неимоверное натяжение нечеловеческой мощи! Прицельное устройство может определять не только баллистику снаряда, основываясь на натяжении стрелком тетивы, но и также на потоках ветра, что гуляют рядом со стрелком. Разворачиваемый интерфейс сопряжён с камерой в центре лука. Вы эту камеру не увидите, она крайне маленькая, как и большая часть современных камер, но позволяет отслеживать цель в трёх режимах на расстоянии до пяти сотен метров. Режимы камеры и, соответственно, отображения на визоре: инфракрасный, ночной, обычный. Сам лук складной, плечи складываются в трёх местах, имеет очень удобное крепление, так что его можно разместить, например, на бедре. А чтобы его снять, не надо будет мучиться! Просто нажмите на кнопку – и крепление освободится, а плечи разложатся! Стрелы под этот лук тоже надо брать специальные, в бесплатном комплекте к нему идёт тридцать стрел, остальные надо покупать. Можно их найти в любом магазине, конечно, это стрелы из особо прочного сплава с самораскаляющимся наконечником. Стрелы просто летят, а от потенциальной энергии наконечник стрелы нагревается вплоть до тысячи градусов по Цельсию! Даже сам удивляюсь, что они не оплавляются от такого. И вообще, довольно интересная технология… Опять же, их производство настроили, а секрет не раскрывают… Но всё равно довольно интересное сочетание получается. Также есть взрывные стрелы, с электрическим зарядом, обычные, с накопителем для яда… В общем, весьма интересный арсенал. Маячки тоже имеются.

– Я понял, – удовлетворённо хмыкнул я. – А сколько такая игрушка стоит? Если не секрет, а то ценника на луке нет, хотя у всего остального оружия стоимость указана.

– Это последняя модель великого мастера… – задумался на мгновение старик, осматривая меня хитрым взглядом. – Примерно миллион кредитов. Почему примерно… Миллион кредитов! Зато никаких дополнительных примочек на него не надо, лук хорош собой… Кстати, у него крайне прочный корпус. А ещё его разрабатывали для бойцов Академии… Не знаю, что в луке такого особенного, что им могут пользоваться более успешно бойцы Академии, но факт есть факт. Обычному человеку будет сложнее справиться с этим луком.

– Интересно, – нахмурился я и с помощью системы послал запрос на сканирование этого оружия. – Прям для бойцов Академии говорите? А в руках подержать его можно?

– Вы из Академии? – как-то не особо добро прищурился старикан, а когда дождался моего кивка, то немного отвёл лук в сторону. – В инструкции от мастера написано, что его может использовать только один боец Академии. Даже после смерти бойца лук больше никому не достанется, только если этого не захочет.

– То есть, чтобы просто подержать лук в руках, мне нужно заплатить миллион? – усмехнулся я, надменно смотря на продавца. – А вам фамилия Грейвойд что-то говорит?

– Что-то слышал… – призадумался продавец. – По-моему это ответвление клана Грей, если не ошибаюсь… Вот только больше ничего не знаю про это. Говорят, еще, что самый младший – хороший малый, к нему прям стремятся поехать жить, но многих не пускают.

– Забавно, – усмехнулся я. – Я – Тиберий Грейвойд, тот «самый младший, о котором говорят». И да, не надо так на меня смотреть, я – аристократ, могу личный идентификационный номер даже сказать, чтобы вы не удивлялись. И по праву закона…

– Э-э-э-эн нет! – перебил меня продавец, тут же убежав куда-то на мгновение, а потом вернулся с какой-то бумажкой в руке. – Согласно этому документу на меня и мой магазин моратории аристократов не действуют! Не сможете вы у меня просто так забрать лук. Вот будет миллион, тогда заберёте. И вообще, какой вы – аристократ, если вас в Академию отправили?!

– Самый обычный, – фыркнул я, после чего вышел из этого магазина.

Стоит запомнить этот магазин как минимум из-за двух причин. Первая, это из-за нахального продавца, хотя я тоже начал наглеть, напрашивался на халяву. Вторая – конечно же, сам лук. Если верить схеме моего развития, то мне лук пригодится для скрытых атак… М-м-м, представляю, как через разрывы пространства посылаю свои стрелы прямиком в головы противников!

Но это всё, как говорил мой братец в детстве, когда мы ещё не враждовали и были просто подростками… Это всё влажные мечты, не факт, что этот лук я вообще получу, хотя очень хочется. Чёрт, век высоких технологий, а я мечтаю с луком бегать! Вот до чего докатились!

Выгрузка раненых, которых не смогли восстановить на корабле, завершилась примерно за четыре часа после нашего прибытия. Больше всего времени заняла так называемая бумажная волокита. Конечно, никаких настоящих бумаг, всё в электронном виде, но всё же на оформление одного человека уходило до десяти минут, а всего шло пять потоков… И вот теперь даже если просто посчитать, то за час могло пройти всего тридцать человек, а это медленно, при том что у нас на корабле больше тысячи человек. И это с учетом того, что, прилетев, они получили от нас базу со всеми данными личного состава пункта сбора.

В конечном итоге, все мы рассчитывали задержаться тут как минимум на несколько дней, из-за чего я только радовался, так как не приходится напрягаться, целыми днями можно валяться в каюте, за исключением тех случав, когда меня гонял заниматься спортом Гром. Ну а ещё я пытался общаться со всеми, но меня зацепила та самая девушка, которая до этого потеряла всех своих товарищей. Даже сейчас она не оправилась от полученных психологических травм, из-за чего подумывали отправить её на какую-то там терапию.

К ней меня пускали только в первый день нашего пребывания тут, потом Гром распорядился, чтобы к ней ходили только близкие товарищи, что могли поддержать её. Но всё по слухам шло под откос. Даже если ты обладаешь сверхсилами, то не факт, что обладаешь гигантской психической устойчивостью. Вот тут пример такой же, девушка просто сломалась, морально, психологически, она не верила до сих пор, что её товарищи погибли и их больше не будет рядом.

В общем, всё было не так радужно. Грома хоть и похвалили за успешное выполнение задания, но заслуженной награды ему так и не дали. А для него сейчас было наградой – пополнение его когорты и предоставление хоть пары недель отдыха, чтобы все могли повидать своих близких. Но нет, сказали окончить процедуру регистрации беженцев, после чего проследовать в Академию вместе со спасённым учёным. Не дадут нам отдыхать – точно.

Через трое суток, когда мы выгрузили и передали беженцев с фрегата, начали запускать для проверки по очереди все системы корабля. Гром приказал провести детальную проверку каждого узла, чтобы не допустить неожиданностей во время полета. Как оказалось – не зря. Система охлаждения межпланетного двигателя оказалась на грани, требовалось заменить всю электронику. Нам по сути повезло, что мы смогли так спокойно преодолеть расстояние, хорошо, что большую часть времени летели на сверхсветовых двигателях… В общем, повезло, а могли застрять в открытом космосе, посылая сигналы бедствия.

В итоге мы застряли ещё на несколько суток, так как корабль требовалось срочно ремонтировать, а требуемых запчастей на станции не было, их заказали, ждали доставку. Вот и ещё искусственно растянули нам отдых, хоть так лучше, чем никак.

Пока мы торчали тут, рассказал Пульсару и Лаки о том, что меня Гром выдвинул на повышение в звании. Эти двое стали завидовать, так как не меньше приложили усилий, но всё же поздравили, даже внезапно возгордились, что находятся в тройке со мной, одним из немногих, кто, вероятнее всего, получит второе воинское звание в первом полугодии первого года обучения.

Во время нашего пребывания здесь у меня возник один очень важный вопрос: а как нам расплачиваться в будущем на станциях, если нам не платят денег? Дали бы карту какую-нибудь, а то ходим словно бомжи. Оружие конфисковали, броню конфисковали… Оставили мне только плазменную винтовку, которую я для себя обозвал «плазменное копьё». И то, оставили только потому, что я был синхронизирован с этим оружием.

– Первые два года деньги вам совсем не понадобятся, – застал я Грома на главной палубе, сидящего за командирским столом в своем кресле. – Первые два года на все задания вас будут отправлять с помощью средств Академии, потом вам уже будет поступать минимальная оплата, а остальные средства вы будете получать во время выполнения контрактов на практике. Весьма действенная система, как по мне.

– А сколько будет поступать ежемесячно? – нахмурившись спрашивал я у Грома достаточно важную для меня информацию. – И что на это влияет?

– Должность, звание, надбавки, – согнул три пальца выставленной специально для нас руки. – Должность у вас у всех одна будет до окончания вашего обучения, звания в основном у всех астусы будут, самый минимум. Надбавок тоже у вас никаких не будет, хотя у вас троих за участие в боевых действиях, может, и будут. В общем, где-то двадцать тысяч кредитов в месяц. Мелочь, но приятно.

– Ого, как много! – был шокирован Пульсар такими цифрами. – У меня только батя так зарабатывал! Но у него и профессия не из лёгких. А тут учишься, а тебе ещё и платят! Во шикарно!

– Ну да, не плохо так, – улыбался Лаки. – Но всё же это будет только больше чем через полтора года. Долго ещё до этого, да и не факт, что выживем.

– Ладно, если это был единственный ваш вопрос, то идите, не мешайте, – махнул нам рукой Гром, прогоняя нас.

Мы выполнили воинский ритуал, выполнили воинское приветствие и разошлись по своим койкам. Тут мы торчали уже неделю, так что скоро в планах было отбытие, надо было готовиться к нему. Хотя к чему готовиться и что готовить, если у нас ничего нет? Правильно, морально надо готовиться, так как полетим в Академию.

Как же туда не хочется возвращаться…

Глава 16

– Лафа закончилась, да здравствует… Учёба, – с вселенской грустью и печалью сказал Пульсар, когда мы покидали просторы фрегата Грома. – Эх, а тут вообще ничего не изменилось.

– А что в этой, хотелось бы сказать, дыре могло измениться? – несколько презрительно фыркнул Лаки, с недовольством осматривая космический порт Академии.

Когда многие сюда прибывали, они не видели всей той разрухи снаружи, что там была. Не видели десятков мёртвых тел, не видели обломков кораблей, что защищали станцию… И сейчас всё это было убрано, вообще всё. Куда именно обломки и тела дели, остается только гадать, но сейчас Академия внешне была ухожена, так что изменения, хоть и не такие значительные, но всё же есть.

Нас встречал лично Сток, что нас удивило, он стоял с широкой улыбкой на лице, явно радуясь тому, что мы смогли вернуться. Где-то в проходах я заметил ещё некоторых наших, которые явно ждали своего часа, чтобы вырваться нам навстречу, а из-за этого мне было несколько неуютно.

– Ну что ж, – пожал нам каждому руку Сток, с гордостью разглядывая наши лица. – Нечасто первокурсники возвращаются после первого боевого вылета героями. По вам троим сюда сводки прислали лично из центра стратегической обороны при Совете галактики.

– О как! – повёл от удивления бровями Лаки, а потом с широкой улыбкой посмотрел меня и Пульсара. – Это получается наши заслуги не остались незамеченными?

– Получается, что так, – кивнул Сток. – Они велели вас наградить так, чтобы было всё чин по чину… В общем, завтра будет торжественное построение всего личного состава Академии. Тут уже неделю вас ждёт представитель ЦСО.

– Даже так? – приподнял я одну бровь, понимая важность того, во что мы влипли, ведь теперь от нас не отстанут после произошедшего. – Интересно.

– Ещё как, – слегка кивнул Сток. – Ну да ладно, хоть учебный процесс начался, а вы уже опоздали на все занятия… Вас надо бы наказать за это, но в этом вашей вины нет, вы выполняли очень и очень важную миссию. Так что, сейчас я вас доведу до вашего жилого блока, а там занимайтесь, чем хотите.

– Отдадите на растерзание нашим однокурсникам? – с усмешкой спросил Лаки, на что Сток просто кивнул и так хитро прищурился. – Блин…

Когда мы выдвинулись к уже давно примеченному мной коридору, там резко стало в разы меньше народу. По всей видимости, наши свалили в жилой блок, чтобы там нас встретить. Вот только что-то мне подсказывает, что меня не особо-то и будут радостно встречать, скорее, Лаки и Пульсара, ведь они такие же простолюдины, как и все остальные там…

А сама станция реально не изменилась. Всё так же немноголюдно, военные и курсанты передвигаются в основном ровными строями, из дружных шеренг которых мы ловили на себе несколько удивлённые взгляды, ибо мы шли не строем, а как попало.

А в самом жилом блоке нас ждала удивительная тишина, никто, абсолютно никто не вышел нас встречать, только Сток как-то хитро улыбался, а я же впал в лёгкую растерянность, хотя быстро отошёл и даже расслабился, так как мог спокойно дойти до своей комнаты.

– Идите, – сказал сухо инструктор по тактике, после чего исчез.

Я передёрнул плечами и медленно побрёл в сторону своей комнаты, благо она находилось достаточно близко к входу в жилой блок нашего потока. Ещё раз осмотрев всё вокруг, прежде чем войти внутрь, я усмехнулся, так как даже боевые задания или, как там их называют, реальная практика во мнении обо мне у остальных ничего не изменила.

Войдя в свою комнату, я сразу захлопнут за собой дверь и заблокировал замок, чтобы ко мне никто не смог зайти, не хотелось сейчас видеть эти недовольные лица. А ещё я не хотел, чтобы меня отвлекали, так как за месяц тут скопилось порядочно пыли, а обслуживающего персонала у нас на станции нет, так что надо убираться самим.

– Ну что ж, – хлопнул я ладонями, после потёр их немного друг об друга, – приступаем!

Уборка мне была не чужда, я иногда даже любил это дело, по крайней мере, меня мама к этому приучала ещё с самого детства. Если не будешь убираться сам, то не будешь знать, какой это временами колоссальный труд, из-за этого меньше будешь ценить домашнюю прислугу. Вот с тех пор я и убирался, всё время благодаря своих родителей за то, что они в мою голову правильные ценности заложили.

Уборка – дело на самом деле нудное, но нужное. Сам процесс не особо интересен, интересен потом результат. Ведь всегда приятно смотреть на тот же стол, который был под слоем пыли раньше, а сейчас блестит. А ещё приятнее осознавать, что это сделано своими руками. Но меня прервал лёгкий стук в дверь, который я совершенно не ожидал услышать.

– Кто? – со специально наигранным недовольством спросил я, подойдя вплотную к двери.

– Мгла, – приглушённо донёсся до меня знакомый и даже приятный женский голосок, так что улыбка на моём лице появилась сама по себе.

– Ну раз Мгла, то тогда заходи, – открыл я дверь с лёгкой улыбкой на лице, пропуская девушку внутрь своего логова.

– Смотрю, прибраться решил, – уперла руки в боки девушка, осматривая мою комнату с напускной предвзятостью. – Ну, неплохо-неплохо, некоторые так и живут в грязи, особенно удивляют девушки, которые на захотели убираться после прибытия…

– Не люблю жить в сраче, – пожал я плечами, показывая тем самым, что в этом нет ничего особенного. – Вот и решил прибраться. А как ты поживаешь?

И тут произошло самое неожиданное для меня за последние несколько месяцев. Девушка развернулась и с радостно-переживающим выражением на лице накинулась на меня, заключив в свои объятия. Это меня совершенно выбило из колеи, так как я вообще не думал, что могу кому-то нравиться, а тут ещё она меня не особо хорошо знала, но всё же решила обнять, показать свои чувства.

– Я переживала за тебя, – повернула она голову в сторону, прижавшись ей к моей груди. – Многие говорили, что ты, скорее всего, сдохнешь на миссии, так как до нас долетали отдельные выжимки информации… Но я верила в то, что ты вернёшься.

– Ого, – я даже не знал, что сказать. – А с чего такое счастье мне?

– Ты – хороший человек, – отодвинулась она от меня, не скрывая своей улыбки. – Просто ты реально хороший человек, я знаю о тебе достаточно много, чтобы судить об этом. Многие не знают, чего ты достиг в своём мире, на своей планете, как обычные люди там хорошо жили… А ещё… Нет, это лишнее.

– А ещё я – аристократ, к которому так можно затесаться в доверие, – с иронией в голосе сказал я, за что поймал на себе откровенно гневный взгляд. – Я просто немного параноик, не обращай на это внимание. Меня уже мои родственники несколько раз пытались убить, так что не удивлюсь, что они придумают ещё какой-нибудь изощрённый способ сделать это.

– Но всё же я не пытаюсь затесаться к тебе в доверие, – по-детски обиженно протянула Мгла, усаживаясь на мою кровать, скрестив руки под грудью. – И знаешь ли, даже если кого-то в чём-то подозреваешь, то лучше такое не говорить… Если думаешь, что меня тоже хотят подложить под тебя, то ты ошибаешься. Я тебе уже говорила это.

– Ладно-ладно, – поднял я руки в жесте «сдаюсь», – урок усвоил. Кстати, все наши вернулись с практики?

– Вернулись все, вот только Стрелок вернулся без одной ноги, – убрала она руки из-под груди, опёршись ими позади себя о кровать, тем самым выпятив свою грудь. – Его, конечно, восстановили, но он стал каким-то замкнутым, дёргается от любого шороха. Хотя у него было одно из самых безобидных заданий по слухам…

– Может, это птица обломинго ему прилетела? – еле слышно сказал я себе под нос, покосившись в сторону двери. – Ладно, понял. А ещё что-нибудь произошло? Как у самой прошла практика?

– У меня всё спокойно было, – расслабилась девушка. – Я была в составе звёздного конвоя, назначили оператором одного орудия. Пришлось даже пострелять один раз по пиратам, но они не рискнули близко подлетать, так что я никого не сбила…

– Будет ещё возможность пиратов покарать, – усмехнулся я, вспоминая как Гром и Молния вдвоём взяли штурмом пиратский корабль. – Это будет в будущем одно из самых частых заданий, как мне кажется… Пиратство что-то разрастается у нас.

– Это да, – кивнула девушка. – Великая Пустота по слухам почти всех военных к себе привлекла, там сейчас жуткие боевые действия идут… А ещё на нас напали, но ты это знаешь, сам был участником тех действий. Кстати, а как вам удалось выжить?

– С помощью этого, – самодовольно улыбнулся я, залезая в меню своего ожерелья.

Доступна частичная активация защитно-атакующего комплекта брони. Активировать?

Ответ был и так понятен, так что я его даже не стал произносить вслух, только подумал на этот счёт. Сразу после этого мой амулет слегка перестроился, словно выпуская из себя что-то, скрытое глубоко внутри. Вблизи это выглядело великолепно, даже завораживающе. От амулета к моей правой руке, словно какой-то хищник, устремился кусок перестраивающегося металла, который с ходу менял свои очертания, принимая уже привычные мне формы оружия, которое я обозвал «Плазменное копьё».

– Ого! – вскочила девушка, когда увидела, что произошло. – А нам говорили, что мы сможем создавать свой доспех только после первого года обучения! Как тебе это удалось?

– Спасибо одному учёному, жизнь которого я со своей тройкой спас, – гордо улыбался я. – Я случайно синхронизировал это оружие со своей системой, из-за чего профессор, что разработал его, разрешил его оставить себе. Ну и ещё в награду за то, что он остался жив. Так что он сам прописал в настройках у меня это оружие как элемент брони. Вот и всё, теперь я могу активировать это оружие столь быстро, как сам этого захочу.

– Я никогда раньше не видела такого оружия, – словно под гипнозом проговорила девушка, рассматривая моё оружие почти вплотную. – А что это такое? Точно не огнестрельное оружие… Не вижу магазина.

– Правильно, это не огнестрел, – усмехнулся я. – Это плазменное оружие, причём невероятно мощное. А ещё это прототип, который прошёл апробацию в реальных боевых действиях, обеспечив сохранность жизни многим людям.

– Клёво! А можно мне подержать его?

– Нет, – помотал я отрицательно головой. – Мне его уже не удастся передать никогда, оно привязано ко мне до конца моей жизни. Вот если я умру, то только тогда можно будет это сделать, не раньше.

– За такое и убить не жалко, – с какой-то лёгкой кровожадностью в голосе сказала девушка, а у меня она через систему отметилась как потенциальный враг. – Но я не дура, чтобы на тебя нападать. Чувствую, что ты просто моментально убьёшь любого, кто попытается это сделать. Да и ещё… Ах, не важно! Тебе помочь с уборкой?

– Был бы не против, – с облегчением сказал я, когда рамка вокруг девушки исчезла, так что я спокойно убрал своё оружие назад. – Я пока пыль ещё только протирал, а надо ещё всё влажной тряпкой пройти, а потом пол помыть. Не сбегаешь за водой?

– Хорошо, – кивнула девушка и покинула мою комнату.

Когда она выходила, я услышал бахвальство со стороны Лаки. Он весьма гордо кому-то рассказывал, как крошил пришельцев направо и налево, как он спасал гражданских, чуть ли не вынося их на своих руках. Это меня позабавило, причём очень сильно.

Внимание! Вам доступно одно улучшение организма! Посетите специализированный медицинский терминал для дальнейшего улучшения.

– Даже так, – удивился я, прочитав системное сообщение. – Интересно, а за что на этот раз мне отсыпали халявное улучшение?

* * *

– Астус Войд, астус Лаки, астус Пульсар, – по очереди всех нас троих назвал довольно старый, но не растерявший своей силы и выносливости военный в неизвестном пока для меня звании, нам пока не рассказывали про высшие чины военных.

– Я! – втроём хором обозначили своё наличие в строю, как это полагалось среди всех военных.

– Ко мне! – следом последовала ещё одна команда.

– Есть! – также хором ответили мы, делая одновременно первый шаг из строя, как и все последующие.

Выходя из строя, я краем глаза посмотрел на то, сколько на самом деле учащихся в Академии. И я был поражен! Огромный развёрнутый строй не меньше трёх сотен метров в ширину стоял на огромной площади перед трибуной, на которой расположилось командование Академии, взирая на нас с отцовской строгостью и заботой.

Наш взвод специально поставили в центр всего этого строя, чтобы нам было не так далеко бежать, но всё равно пришлось потратить некоторое время, чтобы добраться до представителя центра стратегической обороны, который лично приехал нас награждать. Когда мы к нему приблизились, то тут же система распознала его. Михаил Костин, урус, живая легенда для своего народа.

– Товарищ генерал-координатор, астус Лаки…

– Товарищ генерал-координатор, астус Пульсар…

– Товарищ генерал-координатор, астус Войд по вашему приказу прибыл! – опять хором сказали мы, одновременно подойдя к столь великому человеку, победителю в нескольких войнах, которые позволили человечеству спокойно сосуществовать со всеми остальными народами несколько земных десятилетий.

– Кругом! – улыбаясь, приказал он нам, что мы и сделали, а после вышел чуть впереди нас, начав довольно громко говорить:

– Эти трое юношей для своего возраста и умений сделали невозможное! Навыков, которые присвоили им тут, в стенах столь великого заведения, было недостаточно для того, чтобы выжить в тех условиях, в которых эта троица оказалась. Но они выжили. У них не было многих развитых умений, не было многих знаний, но они умело воспользовались тем, что им вложили до этого в головы. Они не знали, какое именно у них задание, но в трудный момент сделали всё, чтобы обеспечить сохранность одного человека, который через некоторое время заставит двигаться механизмы перевооружения. Они – Герои! И я горд вручать награду таким смельчакам, как они! Равняйсь! Смирно!

Весь строй обучаемых, как один, выполнил команды генерал-координатора. Это было завораживающе, что-то внутри меня даже начало трепетать от восторга. Нас не обучали строевой подготовке, она не лежала в базисе наших знаний, но основами мы всё же владели, и даже этих основ хватило, чтобы у меня побежали мурашки по телу.

– За героизм, проявленный в ходе проведения специальной операции, за уверенные действия в бою, за отвагу астус Лаки награждается медалью «За Отвагу»! – искренне улыбаясь, принял медаль у ассистента генерал-координатор, потом лично прицепил её на грудь Лаки.

– Служу человечеству! – с гордостью ответил Лаки, приложив руку к виску.

– За героизм, проявленный в ходе проведения специальной операции, за уверенные действия в бою, за отвагу астус Пульсар награждается медалью «За Отвагу»! – так же, как и в прошлый раз, улыбался генерал, прицепляя лично медаль на грудь Пульсара.

– Служу человечеству! – со своим несколько деревенским акцентом ответил Пульсар, но всё же сделал от души, не скрывая своей радости.

– За выдающуюся отвагу, за проявленное мастерство, за умелое командование своим малым отрядом астусу Войду присваивается внеочередное звание остус! – протянул он мне шеврон с обозначением моего нового звания, который я принял из его рук.

Внимание! Вам присвоено воинское звание остус! Не все минимальные требования выполнены для разблокировки всех функций, присущих вашему званию, необходимо выполнить все требования.

– А также за всё ранее перечисленное – за мужество, честь, отвагу, храбрость – остус Войд награждается медалью «За Отвагу»! – хлопнул меня по плечу генерал, повесил мне медаль на грудь, а потом тихо, чтобы только мы услышали его, сказал. – Твой дед бы точно гордился тобой.

– Служу человечеству! – бодро, как и все остальные, ответил я, выпав на пару мгновений из действительности. Ведь это ещё один человек, который каким-то непонятным образом знал моего деда, ведь просто так бы он этого не сказал.

– Встать в строй! – тут же он отдал команду.

– Есть! – ответили мы ему, после чего быстро заняли свои места в строю.

Интерлюдия 3

Грей

Вызов… Справка… Обстановка на поверхности…

Происходит анализ климатических условий на поверхности планеты. Ожидайте… Ориентировочное время обработки всех данных составляет две минуты. Ожидайте.

Внимание! В логических цепях обнаружена критическая ошибка! Обнаружен встроенный элемент. Время ожидания результатов любого запроса может увеличиться на неопределённое количество часов.

– Инк, докладывай, – тяжело вздохнул командир одной из сотен когорт, которые направили в эти всеми позабытые места, где только самые везучие способны выжить.

– Да докладывать не хрен, – сплюнул на пол Инк, боец, выбравший путь двойного развития: на скорость и на ловкость. – Мы в дерьме!

– А если подробнее? – нахмурился командир, глядя на своего товарища, несколько щурясь из-за практически полностью отсутствующего освещения.

– Да что докладывать, говорю, мы в дерьме, – развёл руками боец. – Из трёх резервных генераторов два сдохло, третий работает на последнем издыхании, ещё несколько дней, и он навернется. Почти все системы жизнеобеспечения сдохли, не хватает энергии, резерва генераторов тоже больше нет. Сейчас у нас работает только обогатитель кислородом и отопительная система. Если и эти системы сдохнут, ну или последний генератор, то мы либо замёрзнем, либо задохнёмся, а может, и то, и другое, тут как повезёт.

– Что по запасам? – повернул свою голову Грей в сторону пульта управления датчиками слежения за климатом, чтобы посмотреть прогресс сканирования внешних условий, но, не увидев удовлетворительного результата, лишь громко выдохнул носом, а потом снова повернулся к Инку. – Докладывай.

– С запасами особых проблем нет, до того, как сдох последний транспортник, ну как сдох, ты сам знаешь, что с ним произошло, мы успели примерно на пятьдесят дней пополнить запасы ежедневными рационами питания, – усмехнулся бодро Инк. – В общем, от голода ещё месяц мы точно не сдохнем, а если бои будут продолжаться с таким же успехом, то и на дольше хватит.

– Вот не надо о боях, – недовольно скривил лицо Грей, снова отвернувшись от своего товарища. – Итак, тошно… По всем фронтам терпим поражения и ни хрена не можем сделать. Я уже пять раз отправлял запрос на подкрепление в Академию, те же предательски молчат, хотя система подтверждает, что они получили этот самый запрос. Темнят они…

– Думаешь, бросили? – напряжённо спросила Сумрак, девушка в антрацитовой броне.

– Нет, не бросили, – помотал отрицательно головой Грей. – Скорее, там какая-то заварушка намечается, из-за чего они не могут отвлечься на нас… Слышал, там Вайты что-то задумывать пытались, а мои Греи тоже воду мутили… Не вовремя меня отправили, ой, как не вовремя.

– Думаешь, твой сын того? – провёл пальцем по горлу Инк, издав кряхтящий звук, тут же склонив голову набок.

– Типун тебе на язык и пулю в задницу! – ругнулся на бойца Грей, погрозив тому кулаком. – Я не для того столько запасных планов для него продумал и начал реализовывать, чтобы его там прикончили! Скорее всего, он в этом тоже как-то замешан, только сам об этом не знает. Вероятнее всего, подозревает, но не знает.

– Я бы на твоём месте готовилась к худшему, – без каких-либо эмоций на лице сказала бледная, как сама смерть, девушка, скрываясь в тенях, которые были ей подвластны.

– Сумрак, давай ты тоже не подливай масла в огонь… – склонил голову Грей, тяжело и грустно при этом вздохнув. – Ситуация и так крайне дерьмовая, а вы ещё сильнее нагнетаете.

– О, отчёт готов, – толкнул в плечо Грея Инк, и тот сразу развернул свою голову в сторону экрана.

Планета Кихлоу-6. Отсутствие звёздной активности – 283 дня. Температура на поверхности составляет минус 53 градуса по Цельсию, крайне рекомендовано использовать костюмы с искусственным подогревом для исключения обморожений.

Наличие растительности – нет.

Наличие травоядных животных – нет.

Наличие хищников – на грани вымирания.

Наличие падальщиков – в критической зоне выживания.

Наличие кислорода на планете – 10 % в воздухе, нахождение без респираторных фильтров на поверхности не рекомендуется.

Количество бункеров, ответивших на тестовый вызов, – 16. Изменения за последние сутки отрицательные, не ответили три автономные системы. Рекомендуется проверить исправность систем квантовой, радио и проводной связи.

Внимание! Координаты планеты изменились! Планета начала медленно ускорять своё вращение вокруг гравитационного центра звёздной системы. Анализ выявил возрастающее гравитационное возмущение в центре звёздной системы, предположительно – медленно увеличивающаяся в размерах чёрная дыра с аномально бесследным поглощением вещества. Ориентировочное время критического приближения к объекту в центре звёздной системы – 100 дней.

Внимание! За сутки зарегистрировано шесть новых форм жизни на планете, не относящихся к воспроизводимым человечеством. Три единицы – электронно-биологические виды, две единицы – кремниево-биологические виды, одна единица – неизвестный вид, требуется дополнительный анализ. Рекомендация – предотвратить встречу с любыми новыми видами, вероятность потерять целостность организма, попасть под аномальное воздействие крайне высока!

– Вот дерьмо, – выругался, а потом сплюнул Инк. – Ещё три бункера вскрыли… Там хоть можно посмотреть, какие именно были вскрыты, чтобы понять размер потерь?

– Минимум три когорты, – снова без каких-либо эмоций ответила Сумрак.

– Сейчас посмотрим, – тоже без особого энтузиазма ответил Грей. – Альфа – сорок два, омега – тридцать три и бета-один. Вот твари… В бете было больше семи тысяч человек, в основном гражданские…

– Они питаются органикой, – пожала плечами девушка. – Да и не только. В бете, насколько я помню, были в основном обычные военные. Так вот, мои наблюдения дали знать, что нужно использовать боеприпасы с энергетической начинкой, либо нашими способностями. А это значит, что обычные вояки гарантированно проиграют в сражении против пустотных… А к нам они не суются, так как ещё не набрали сил.

– Ага, – кивнул Грей. – Вот поглотит центральное ядро пустотных побольше материала, передаст энергию своим творениям, вот тогда и на нас они ринутся… Надеюсь, нас успеют эвакуировать.

– Ага, а как же! – презрительно ответил Инк, снова сплюнув на пол. – А вообще, мне тут мои передают, что у нас прорыв периметра назревает, твари снова начинают скапливаться. Не пустотные, но заражённые… Сра-а-ань… Их уже больше десяти тысяч! Впервые так много за последний месяц.

– Было и больше? – дёрнула слегка бровью девушка, отчего оба воина удивились.

– Ага… – кивнул Инк. – Пятнадцать с чем-то тысяч в первые дни ежедневно валили, там нас тоже хорошо шинковали. Ладно, пойду…

– Я тоже, – почти шепотом сказала Сумрак, словно растворяясь в пространстве.

– И снова я один, – с облегчением вздохнул Грей.

Он посмотрел в последний раз на пульт управления автономной системой бункера, после чего направился снова в свою каюту. Принимать участие в сражениях после ранения он пока не мог, всё ещё не зажили раны, а медицинские терминалы не работали. Если его ещё раз ранит пустотный или заражённый, то весьма вероятно, Пустота начнёт разрушать его тело изнутри, превращая постепенно его самого в зараженного, а возможно, и в новый вид пустотного, так как он физически более развит, чем обычный человек.

Но одна удивительная аномалия присутствовала в теле Грея – он не мог развивать своё зерно в связи с его полным отсутствием. Причины отсутствия зерна Грей знал, но не спешил распространяться, так как это была какая-то особо секретная информация, лишь время должно показать, почему именно он сейчас в таком положении.

Вернувшись в свою комнату, он аккуратно снял с себя верхнюю часть комбинезона и ещё раз осмотрел свою рану. Чёрно-синий «синяк» на плече становился меньше, но при этом был размером со сжатый кулак достаточно крупного человека. Одно малейшее попадание, его лишь задело по касательно, но и этого хватило, чтобы причинить невероятную боль Грею. Не спасала даже броня, Пустота просто проходила сквозь неё, она существовала вне пространства, реагируя лишь на то, на что её нацелили.

– Уже неделя… – тяжело вздохнул Грей, снова натягивая с шипением и кряхтением на себя комбинезон.

Немного размявшись, Грей уселся на край своей койки, открыл верхний ящик своей тумбочки и достал оттуда одно-единственное фото. Такие фотографии уже давно вышли из моды, всё можно было спокойно достать из сети, переслать кому угодно, но всё же кое-какие моменты лучше оставлять сокровенными, запечатлёнными на бумаге.

Это было фото его семьи. Жена, он и его ещё маленький сын – Тиберий. Он улыбнулся, провёл медленно пальцем по жене на фото, вспоминая, какая она была при жизни, а потом стал смотреть на своего сына. Он за него переживал, очень сильно боялся, что без него Тиберий погибнет, особенно с учётом того, что основная ветвь клана при его отбытии начала закручивать гайки, планируя уничтожение третьей ветви клана. Он всегда был против власти Грейссонов, никогда этого не скрывал, они пользовались, упивались своей силой, просто так издевались над людьми. Грейвойды же всегда были за людей, всегда строили общество на основах справедливости и взаимопонимания. Конечно, Грей со своей семьей всегда жил лучше остальных людей, статус позволял и располагал к этому, но они не пользовались своей властью в угоду себе, они всегда старались строить уютный мир. И по последним сводкам из родного мира, что иногда доходят до этого всеми забытого места с новой партией смертников – им удалось.

– Надеюсь, с тобой всё хорошо, – с лёгкой улыбкой на лице, еле сдерживая слёзы, сказал Грей. – Интересный тебе позывной, однако, выпал, сынок… Никогда не думал, что ты будешь идеальным в войне против этих тварей… Не этого я хотел… Не этого хотели твоя мама и твой дед… Не этого… Но такова судьба…

Посмотрев ещё некоторое время на фото, Грей снова спрятал его в тумбочке. Слишком больно ему было смотреть на счастливые лица, слишком ещё была свежа рана от утраты любимой и от расставания с сыном. Он понимал, что сражается с тварями, которые способны поглотить всю вселенную, он понимал, что делает это во благо всей вселенной, но всё же хотел вернуться домой, в те времена, когда ничего этого не было.

– Грей? – сквозь закрытую дверь донёсся голос первой заместительницы командира, то есть Грея. – Я войду?

– Заходи, Соул, – ответил он, поднимаясь с койки.

Соул, молодая с виду девушка, на самом деле которой было почти пять десятков лет. Все бойцы сохраняют свою молодость, вот только она казалась ещё моложе за счёт своего зерна. Она была красива, даже очень, чем-то отдаленно напоминала Грею его жену, тот же разрез глаз, те же губы… Но не более.

– Дела плохи… – с опаской посмотрела себе за спину девушка. – Пробит корпус убежища в секторе двенадцать, там обнаружена утечка кислорода и резкое понижение температуры. Мы его загерметизировали, но обнаружена другая проблема…

– Какая именно? – нахмурился Грей, вспоминая, какой именно это отсек и за что он отвечал.

– У нас нет системы подачи воды, либо откажет в ближайшее время, либо вода вся в трубах мерзнуть начнёт. Система отопления там работает на износ, но топим мы в основном пустоту, умирающую планету… – протёрла свой лоб от пота девушка. – В общем, прошу разрешения на отправку команды в водоснабжающий отсек для реконструкции системы отопления там, чтобы воды нам на более долгий срок хватило.

– Да, – кивнул Грей. – Также создайте буферную зону между отсеком, чтобы избежать разгерметизации всего комплекса. Не нужно нам остальных подставлять. Также необходимо установить возле пролома автоматизированные турели, чтобы они реагировали на попытку проникновения. Это также задача команды будет. Возьмешь людей столько, сколько необходимо, только не трогай людей Инка, у них сейчас там назревает веселье.

– Я поняла, – кивнула девушка, а после вытянулась в струнку. – Могу идти?

– Да, иди, – так же вытянулся Грей, отдавая команду, а после того, как девушка вышла, плюхнулся на койку. – И правда, дела наши дерьмо… Где там эти чёртовы флотилии с десятью обещанными линкорами?!

Глава 17

– Войд? – удивилась Валерия, когда я зашёл к ней в кабинет. – Не ожидала тебя тут увидеть, по крайней мере, ещё два месяца после получения аномалии. Ты как себя чувствуешь?

– Да в принципе неплохо, – пожал я плечами. – Аномалия нейтрализовалась, здоровье вроде в норме, во время миссии хватанул мощную дозу радиации в зоне взрыва ядерного снаряда, потом восстановился. Сейчас всё хорошо, система не даёт никаких сигналов из-за вероятных отклонений.

– А ты где проходил обследование? – нахмурилась женщина, осматривая меня внимательно. – Изменения ведь могут быть не только в физическом плане, из-за радиации могло несколько измениться твоё зерно. Тебе лучше пройти обследование сейчас.

– За этим я и пришёл, – улыбнулся я своему врачу, после чего подошёл к уже несколько привычной койке. – Ещё у меня есть одно улучшение организма, но я думаю, что лучше после проверки его провести.

– Если не будет никаких отклонений в функционировании всех систем организма, то сейчас и проведём, – отвернулась от меня Валерия, начав двигать руками в пустоте, управляя лишь ей одной видимой системой медицинского аппарата. – Ложись, сейчас я за пару минут всё подготовлю для тебя.

– Хорошо, – ответил я врачу, уже усадив свою пятую точку на весьма уютный лежак.

Расположившись горизонтально, я прикрыл глаза и уже был готов к «нырянию», как когда-то сказала Валерия. Даже хотелось усмехнуться. Прошло всего три месяца, а это ощущается уже как достаточно далёкое прошлое. Интересно, однако, воспринимается время, когда жизнь насыщается множеством событий.

Погружаться я стал как-то незаметно на этот раз, словно заснул, провалившись в пустоту, а после этого вокруг меня начало формироваться уже знакомое белое ничто. Буквально через пару секунд стали привычным образом появляться кости, мышцы, органы и зерно с проводниками энергии. Снова я наблюдал за этим завороженно, словно видел в первый раз.

– Как меня слышно? – раздался голос Валерии, но он был более живой, чем в прошлый раз, не сухая запись, а реальная передача голоса со всей эмоциональной составляющей.

– Эм-м… – даже не знал, как ей правильно ответить, так как сомневался, что это она говорит, а не очередная симуляция. – Как там нас на занятиях по связи учили? Слышу ноль-пять, разбираю ноль-пять.

– Великолепно, – раздался голос, полный облегчения. – Я решила попробовать непосредственно подключиться к тебе, а не общаться с тобой посредством записей. Это вообще не особо одобряется, но всё же не воспрещается. У нас с тобой выполнены несколько критериев, позволяющих это делать.

– А что за критерии? – решил я уточнить, но меня нагло проигнорировали.

– Так, провожу анализ твоей костной ткани… – совершенно невозмутимо продолжила говорить женщина, не обращая внимания на мой вопрос.

Тем временем выделились мои кости, после чего они начали распадаться на молекулы, по крайней мере так отображалось, а не происходило в реальном времени, где система рассматривала каждую отдельную частицу… По отдельности! Это меня шокировало больше всего. Скорость с виду была не особо большой, но даже просканировать несколько сантиметров в минуту – для этого требуется невероятная мощность главного процессора.

– Просканированы стопы и голени… – с лёгким напряжением ответила Валерия. – Обнаружены небольшие изменения, их желательно убрать, а то потом может со временем выстрелить какая-нибудь аномалия или, того хуже, может развиться рак костей. Продолжаю сканирование…

Дальше, естественно, пошло сканирование бёдер. Тут очагов с изменениями, которая система бы отметила красным оттенком, не было вообще, что радовало, так что Валерия не стала комментировать и просто продолжила сканировать дальше.

Ну, пока она проводит все эти процедуры, можно отвлечься на что-то более приятное, например, глянуть на задания, что мне отвесили три месяца назад. Только найти их надо… Система… О, нашёл, задания.

Задание по развитию сердца! Срок – 3 месяца (прошло 3 месяца)!

Улучшение сердца – требуемый для дальнейшего развития уровень 5-й. Текущий уровень развития сердца – 5-й. Задание выполнено! Отправлено донесение о выполнении сформированного врачом задания.

Задание по развитию зрительной системы! Срок – 6 месяцев (прошло 3 месяца)!

Улучшение зрительной системы – требуемый для дальнейшего развития уровень 5-й. Текущий уровень развития зрительной системы – 3-й из пяти. Задание не выполнено! Выполнение задания стоит в приоритете!

Задание по развитию мышечных тканей! Срок – 11 месяцев (прошло 3 месяца)!

Улучшение плотности мышц – требуемый для дальнейшего развития уровень 4-й. Текущий уровень плотности мышц – 3-й из пяти. Достигнуто первое разграничение по скорости. Системное уведомление о достижении не прочтено.

Улучшение эластичности мышц – требуемый для дальнейшего развития уровень 3-й. Текущий уровень улучшения эластичности мышц – 3-й из пяти. Одна вторая задания по развитию мышц выполнена!

Задание по развитию прочности костей! Срок – 11 месяцев (прошло 3 месяца)!

Улучшение плотности костей – требуемый для дальнейшего развития уровень 3-й. Текущий уровень плотности костей – 2-й из пяти.

В принципе, система ясно дает понять, что мне делать дальше – развивать зрение, без него я не смогу манипулировать своими навыками в должной мере, хотя для этого придётся развивать хорошо так зерно… Но это дело уже позднее, я сейчас пока не могу этого делать, что несколько напрягает.

– Завершила сканирование твоего скелета, – заявил голос Валерии, который выкинул меня из собственных раздумий. – Выявлено двадцать два отклонения от нормы, требуется медицинское вмешательство. Но мы всё поправим после полного обследования. Приступаю к сканированию твоих органов.

Скелет уже привычно отодвинулся на задний фон, вперёд выехали мои органы, которые работали в режиме реального времени. Это выглядело несколько жутковато, но и в то же время затягивало. Прям так и хотелось взять отдельную составляющую моего организма и рассмотреть уже более детально. Но снова я лучше займусь другими делами, чем буду в это вникать… А то жутко смотреть на то, как распадается на составные части мое достоинство… Уф… Лучше бы я на это не смотрел…

Снова погрузившись в свои раздумья, я полез дальше. Сейчас я был уже остусом, первым в своём взводе. Это давало мне определённые привилегии, но могло создать и трудности, например, мне могли начать завидовать, а с учётом того, что они все знают, что я – аристократ, могут ещё и жаловаться на несправедливость, да и меня ещё больше подставлять.

Внимание! Для разблокировки дополнительных привилегий вашего текущего звания необходимо соответствовать заданным системным требованиям! В настоящий момент не выполнено одно требование: необходимо иметь не менее семи улучшений организма. В настоящий момент организм с помощью системы улучшался 5 раз.

Справка: было произведено одно улучшение плотности костей, а также четыре улучшения сердца. Для достижения всех требований необходимо улучшить свой организм ещё 2 раза.

Ну вот, уже немного ясности внесла система. Но вообще, хорошо, что у меня уже есть звание, оно позволит заглянуть в те разделы в будущем, в которые не смогут заглянуть остальные, а это, в свою очередь, даст мне бонус в умственном развитии.

Тем временем Валерия что-то сказала про окончание сканирования моих органов, но на этот раз я её нагло проигнорировал. Пускай сканирует, работа у неё такая, а отчёт я потом и в справках смогу посмотреть, нет в этом ничего сверхординарного.

И всё же мне интересно, какие способности мне принесёт мой тип зерна. Сколько во время прошлых трёх месяцев я ни искал сведений, ничего по своему пустотному зерну так и не нашёл. Но всё же откуда-то в системе взялась схема развития, так что должны быть какие-нибудь заметки и скрытые сообщения, не верю я в то, что это просто случайность…

– Завершила сканирование твоих мышц, – с нотками облегчения в голосе сказала женщина, когда я перестал думать о сторонних вещах и решил сосредоточиться на своём здоровье. – Аномалий в структуре мышц не замечено, больше скажу, радиация ускорила развитие твоих мышц, так что при продолжении интенсивных нагрузок на них мышцы куда быстрее будут развиваться. Вот, посмотри.

Справка: за счёт поглощения мышцами радиации выработалась положительная особенность. Для удобства восприятия

и создания принципа соревновательности и завлечения бойца в дальнейший процесс развития система Академии может оперировать игровыми понятиями.

Получена пассивная способность «Ускоренное развитие мышц». Скорость развития мышечных тканей увеличена на 5 %.

– Так что ты в какой-то степени везунчик, – весьма радостно отозвалась Валерия. – Хоть бонус скудный, но всё же он тебе поможет. Может, ты перевыполнишь план своего развития. Так… Сейчас будут самые сложные исследования, так как не знаю, как будет реагировать твоё зерно… Если есть вопросы, то задавай сейчас.

– Почему для получения звания требуется искусственно улучшать свой организм? – тут же я уточнил волнующий меня аспект, так как, если бы просто считались улучшения организма, то все новые функции от звания уже были бы разблокированы.

– Вопрос немного не корректен, но всё же я поняла, что ты имеешь в виду, – протараторила женщина, после чего на пару мгновений зависла. – Если объяснять просто… Количество улучшений твоего организма символизирует о твоих успехах в обучении. В дальнейшем требования для получения других званий будут несколько отличаться. Кстати, в справках нигде не упоминается, но ты сейчас младший остус, всё равно тебя будут называть остусом, но для системы ты – младший остус. Зачем так сделали, я не знаю, бонусов там тоже особых нет, кроме как за старшего тебе расширят накопитель энергии ещё на сотню-другую.

– Это хороший бонус! – тут же заявил я.

– Не обольщайся, – усмехнулась женщина. – После преодоления порога в десять улучшений, стоимость улучшений возрастёт. Сейчас я это уже могу тебе сказать, так как твой ранг тебе это позволяет, а вот для остальных это будет неприятным сюрпризом.

– А во сколько возрастёт стоимость улучшений?

– Примерно в два раза, – незамедлительно ответила врач, после чего прервала мой поток вопросов. – Все, хватит. Я тебя знаю, ты можешь болтать бесконечно, если тебя не остановить. Приступаю к сканированию твоего зерна… Надеюсь, всё пройдёт успешно, и я тебе ничего не поломаю. Ну или ты ничего не поломаешь. Кстати! Как и обещала, я тебя привязала к койке. Ну так, на всякий случай.

Я даже ничего не успел ответить, так как буквально почувствовал, как обрубилась связь. Видимо, для полной концентрации ей нужно было всё своё внимание сосредоточить на исследовании, а также направить все ресурсы модуля на это. Вперёд выдвинулось моё зерно с каналами, вот только распадаться на составляющие оно не стало. Каналы начали распутываться, словно они покидали оболочку моего тела, вытягивались, после чего примерно минут через пять возвращались на прежнее место.

Выглядело всё это не так интересно, скорее, эту составляющую меня перебирали, прощупывали на наличие изъянов, но пока, хвала богам космоса, ничего не находили. Начала Валерия с рук, приближаясь к туловищу. Оттуда она начала спускаться вниз к ногам, прощупывая каждый отдельный канал, не пропуская ни одного. Над самой голограммой моей зерновой системы засветилась шкала с процентовкой.

Минут через тридцать она перестала прощупывать малые каналы, приступила к большому. Вот тут весь мир начал вокруг меня мигать, по всей видимости, мощностей не хватало на то, чтобы провести нормальный анализ с текущей скоростью, так что она снизилась.

Ещё минут десять ушло на этот большой канал, хотя он и был один. После него Валерия приступила к изучению уже самого зерна. Времени тоже прошло не мало, вот только результат удивил и меня и, что самое главное, врача.

– Слушай… – снова появился голос женщины, и в нём чувствовалась озабоченность и переживание из-за сложившейся обстановки. – Твоё зерно начало развиваться… Я даже не смогу это исправить, вообще никак. Это одновременно и хорошо, и плохо. Обычно развитие зерна – процесс контролируемый, но в этот раз… Надо продолжать за тобой наблюдать. В общем, смотри.

Развитие зерна – 0+ уровень из пяти… Возможно дальнейшее развитие.

Внимание! Улучшения зерна станут доступны позже (необходим более высокий уровень доступа).

Развитие большого канала – 0+ уровень из пяти… Возможно дальнейшее развитие. Улучшения большого канала станут доступны позже (необходим более высокий уровень доступа).

Развитие малых каналов – 0+ уровень из пяти… Возможно дальнейшее развитие. Улучшения малых каналов станут доступны позже (необходим более высокий уровень доступа).

– В принципе, ничего особенного в тебе не поменялось, но иногда ты неосознанно сможешь применять способности, причём неконтролируемо, – с лёгкой тревогой проговорила она. – Но ничего особо страшного происходить не должно, у тебя зерно ещё крайне слабое. Но всё равно будь с этим осторожнее.

– Хорошо, – хотел было кивнуть я, но сейчас был бесплотным духом. – А что там с остальными изменениями?

– Я уже приступила к их излечению, всего их оказалось около сотни, так что можно сказать, что тебе очень сильно повезло. Жди. Минут через пять всё будет готово.

– Исследование больше времени заняло, – фыркнул я, на что Валерия, вероятнее всего, обратила внимание, но точно не подала никакого вида.

Сам процесс восстановления мне не интересен, он был похож на процесс исследования, только расщеплялись отдельные фрагменты моего организма, где удалялись изменённые клетки. Фоном я слышал очень тихий крик, что и неудивительно, ведь сейчас над моим организмом грубо издевались! Шутка, конечно, но всё же молекулярная перестройка организма – это жёсткая вещь… Тебя расщепляют и собирают заново, только обновлённым.

– Готово, – заявила женщина, когда далёкий крик на грани слышимости пропал. – Теперь можешь спокойно сделать себе улучшение, которое тебе необходимо.

– Угум-с, – ответил я ей, приближая к себе голограмму с органами.

По заданию сейчас мне было необходимо улучшить зрение, что, в принципе, я и хотел сделать. Это даже было верно с тактической точки зрения, так как более острое зрение помогало заметить более мелкие детали, например, среди листвы элементы брони. Так что улучшаю своё зрение.

Происходит улучшение зрительной системы… Подождите.

На этот раз из-за достаточно выносливого сердца всё происходило весьма спокойно. Вообще никаких визуальных эффектов, всё было тихо и гладко, так что через три минуты предо мной появилась радующая глаз надпись.

Улучшение зрительной системы завершено!

Внимание! Разблокирована пассивная способность из-за улучшения зрения: при концентрации на определённом объекте улучшенное зрение с помощью аппаратного улучшения системы может увеличить зум в 1,25 раза. Пассивная способность особенно ценна для снайперов и разведчиков.

Окончание сеанса.

На этот раз никаких эксцессов во время моего пребывания внутри себя не было, вот только одно явное изменение было. Мир стал в разы чётче! Все углы, все перепады, все неровности и более мелкие колыхания стали четко видны мною. Наверное, я выглядел сейчас как малое дитя, которому показали фокус.

– Это ещё мелочи, – усмехнулась Валерия, повернувшись ко мне лицом. – Вот когда получишь свою специализацию, когда разблокируются более глубокие улучшения, тогда ты поймёшь, что такое воистину чёткое зрение.

– А насколько может быть чётким зрение? – ради интереса спросил я у неё, на что она с самодовольной улыбкой ответила мне.

– На расстоянии в две сотни метров можно разглядеть мошку.

– Не плохо так!

– А то, – улыбнулся она. – Ладно, иди. Вроде теперь ты полностью здоров. Только помни о своей аномалии зерна, ещё неизвестно, как оно проявит себя в дальнейшем.

Глава 18

– Альфа-один, доложить обстановку, – прозвучал в мыслеканале женский голос, что несколько резало слух и ломало психику, так как все привыкли, что команды раздавали бойцы несколько иной половой принадлежности.

– Центр-один, я – Альфа-один, – начал отвечать я также в выделенном чисто для нас мыслеканале, но который слышали все остальные. – Вижу фортификационные укрепления, много противопехотных укреплений, а также присутствует тяжёлая артиллерия с противотанковыми орудиями.

– Что по личному составу противника? – также спрашивала наша командирша.

– Наблюдаю более сорока единиц противника на стенах, предположительно по пять единиц сидит в дотах, как минимум по трое в обслуживании артиллерии и противотанковых орудий. Всего дотов десять штук на нашей линии, артиллерии двадцать две единицы, противотанковых орудий двенадцать штук.

– Вас поняла, Альфа-один, – через мыслеканал до меня дошли одобрительные эмоциональные нотки Мглы, что не так давно навещала меня в комнате.

Сейчас у нас было интересное занятие, совместное. Одногодков оказалось очень и очень много, нас было где-то под четыре тысячи человек, а это целая армия по современным меркам. В данный момент примерно половина из них выступала в роли нападающих, а вторая половина как раз сидела в охрененном укреплении, которое просто так не взломать, тут нужна военная хитрость.

Наш взвод поделили на два больших отряда и одну тройку – мою тройку. Одна половина отряда, ровно пятнадцать человек, были чистыми пехотинцами, их одели во что-то похожее на современные боевые доспехи, снарядили достаточно убойным оружием и сказали ждать. По сути – всё то же пушечное мясо, которым не повезло. Хотя туда поставили тех, кто не особо отличался старанием за прошедшие четыре месяца, так что они сами виноваты в том, что ими будут продавливать фронт. Вторая половина отряда – двенадцать человек, выступала в роли операторов, стрелков, водителей и командиров боевых машин. Мы сами удивились, когда нам предоставили возможность управлять реальными боевыми машинами, которые переделали под нужды Академии, так что для нас это была честь. Ну и наша тройка – я, Лаки и Пульсар, единственная тройка на десять взводов, которой повезло выполнять функции разведчиков. Мы очень рисковали, дважды чуть не нарвались на патрули, которые нам строго-настрого запретили ликвидировать, так что… Нам повезло меньше всего. Причиной нашего назначения, скорее всего, оказался тот факт, что мы прошли через реальную задницу, которая дала нам столько опыта, сколько нет у всех остальных.

Вот только сейчас нам путь был полностью отрезан. На другом рубеже, примерно в паре километров от нашего сводного батальона, вроде так называется наше объединение десяти взводов первокурсников, была обнаружена группа разведки другого сводного батальона. Это поспособствовало усилению бдительности патрулей, а ещё некоторых снабдили тепловизорами, судя из докладов других разведчиков. Лично я таких побрякушек ещё не видел на шлемах наших противников.

Сегодня было не просто групповое занятие, сегодня мы должны были понять, как именно работать в таких больших формированиях. Это на самом деле сложно, особенно командирам. Если начинать сверху… Стратеги – они координируют все действия своих сил, играют в долгосрочную перспективу, ставят на то, что выбранная ими линия поведения окажется верной. Дальше в дело вступают командиры помладше. Они должны понять, какие тактики действий смогут пригодиться, чтобы можно было реализовать выбранную старшими начальниками стратегию.

В данном случае у нас общая цель, стратегия одна – нанести один мощный удар с другой стороны двумя сводными батальонами, отвлекая всех противников на себя, в то время как с противоположной стороны с использованием большого количества техники должна ударить другая группа.

Нашему взводу повезло меньше всего, мы попали в число тех, кто должен нанести первый удар, причём были почти на переднем крае, а если быть точным, то во втором эшелоне должны пойти второй волной. Первые – штрафники, эти взводы хуже всего показывали себя на занятиях, их результаты во время практики оказались хуже некуда… В общем – гарантированные смертники, у них даже поддержки техникой не было.

– Если наши попрут, – начал говорить в мыслеканале нашей тройки Лаки, – то нас просто сомнут. Если верить картам, которые скинули в нашу временную базу данных, то удар как раз приходится на наш участок.

– Правильно, – ответил я ему, продолжая разглядывать противника через оптику снайперской импульсной винтовки, – тут больше всего противника, если верить отметкам других разведчиков, а нашим группам это как раз и надо…

– Да наши же тут все полягут! – возмутился всё в том же мыслеканале Пульсар. – Это же не дело, вот так вот людей на убой бросать! А если бы это был реальный бой?! Они бы точно полегли при таком выборе действий.

– Если был бы реальный бой, – отстранился я от прицела и посмотрел на нашего деревенского простака, – то наши отряды были бы ещё меньше, так как других стянули в основной кулак. Это называется обманный маневр. Да, люди бы погибли, зато другим позволили жить. Это война, ты сам видел, что происходило с опытными и весьма развитыми воинами на той планете, так что… Пусть лучше кто-то отвлекает внимание, чтобы другие могли спокойно ударить в спину.

– Всё равно это неправильно! – продолжил возмущаться Пульсар. – Я понимаю, что это война и типа боевые действия… Но вообще война – дело неправильное! Почему все мы не можем решать дело миром? Например, играя в какие-нибудь игры?! Вот было бы клево! Ты победил в партии в шахматах и тут бац, тебе на голову город свалился… Я чувствую, что вы меня считаете дураком.

– Не-а, – несколько задумчиво ответил Лаки. – Просто я где-то такое или видел, или что-то про такое слышал. Точно не скажу, но что-то было.

– Всё, отставить разговоры, – на правах командира я отдал это приказание. – Отвлеклись, и хватит. Противник что-то зашевелился… Пехота стала стягиваться к дотам, траншеям и блиндажам… Пушки стали наводить… Твою ж!..

– Что такое? – больше с интересом спросил Пульсар, но ответ он услышит не лично, так как я его буду сообщать всем.

– Внимание! – начал я вещать в общий, так называемый «тревожный» мыслеканал, где могли говорить только командиры наших сводных батальонов и командиры групп разведок. – Говорит Альфа-один! Повторяю! Говорит Альфа-один! Противник усиливает оборону в нашем направлении, наводит орудия в нашу сторону! Вероятнее всего, разведка противника обнаружила нас! Предлагаю немедленно начать выполнение операции!

– Альфа-один, я – Голова-один, вас услышал, – ответил какой-то мужик, по голосу лет тридцати, из другого взвода. – Внимание всем! Строй два-девять! Тактика остается та же! Первые два рубежа вперёд! Третий через три минуты на усиление точки прорыва! Четвёртый через десять минут в то же место! Вперёд-вперёд-вперёд!

– Началось… – с разочарованием сказал Пульсар, издав при этом настолько тяжёлый вздох, будто произошло что-то апокалиптическое.

И он абсолютно прав. Множество белых маркеров на карте начали двигаться в нашу сторону, причём делали они это россыпью, держа между собой определённую дистанцию. Это тоже было элементом тактики – меньше вероятность того, что вся тройка погибнет при подрыве гранаты. Приближались они достаточно быстро, сначала просто бегом, а когда где-то позади нас начали раздаваться взрывы, то стали передвигаться рывками – от укрытия к укрытию. И всё же в первые мгновения боя из-за огня артиллерии условно погибли многие, а там реально могло убить снарядом, если не повезёт, на человека может свалиться металлическая болванка с мощным импульсным устройством внутри.

– Говорит Альфа-один. Противник стал стягивать ещё больше сил, – доложил я, пытаясь просмотреть дальние рубежи, применяя свою новую пассивную способность. – Вижу передвижения противотанковых орудий… Меняют направление артиллерийских установок на дальних рубежах… Готовьтесь к ковровому обстрелу.

– Вас понял, Альфа-один, – судя по голосу, ответил Голова-один, – всем рассредоточиться! Использовать укрытия! Свести потери к минимуму! Первой линии ускориться, выйти из-под огня и найти наводчиков огня противника!

Первая линия рассыпалась, набрала ещё больше дистанции между бойцами, но это дало результат. На секунду на нашей общей карте появились алые точки противника, которые спустя пару мгновений исчезли. В укреплениях тут же начали суетиться ещё больше, ещё сильнее уплотнять линию обороны, увеличивая численность обычных бойцов, стали отводить артиллерию и подводить на её место другие орудия.

Всю информацию я передавал своим, они были в курсе всех движений противника, так что сейчас могли не переживать, что пойдёт ответно-встречный удар. Но долго мне так везти просто не могло.

– Кажется, нас засекли, – сказал Лаки, который был снабжён тепловизором, следивший за нашим левым флангом. – Наблюдаю несколько беспорядочное движение… Но противник приближается… Это девятка… Среди них один как минимум в тяжёлом обмундировании. Необходимо сменить позицию, иначе нас тут просто уничтожат.

– Расстояние до противника? – тут же уточнил я у Лаки.

– Примерно пятьсот метров… Сложно понять, прибор сбоить начинает… От же чёрт! – выругался Лаки. – Они вырубили мне электронику! Нас засекли! Точно говорю, нас засекли! Меняем позицию!

– Центр-один, Голова-один, я – Альфа-один, нас обнаружили, отступаю! Временно конец связи! У нас сейчас будет горячо!

– Принял, Альфа-один, отступайте, – сказал Голова-один, дав мне условное разрешение, без которого я бы всё равно отступил.

Оставив на том месте, где сидел, мину, я тут же аккуратно вышел из кустов и пригнувшись, активируя все заложенные в нашу броню функции, выдвинулся в сторону наших. Мы не предназначены для ведения боя на ближней дистанции, мы – поддержка, существующая для нейтрализации особо опасных целей. Только сейчас мы должны свалить, никого не поддерживая, ибо толку от нас ноль будет, только подставим всех. Вот выйдет хотя бы вторая линия на тот рубеж, где сидели мы, тогда и я начну работать из своей винтовки, а так – хренушки, а не моя снайперка им в помощь, своя шкура всё равно дороже.

Буквально через пять минут произошел взрыв, это зарегистрировала система, так как мину я с ней синхронизировал. Сколько именно поражено целей, я не могу сказать, не отображалось, но точно как минимум минус один остолоп. Это хороший знак, нашим будет чуть-чуть проще. Ну а мы продолжим отступать…

– Твою! – крикнул Пульсар, который решил развивать себе слух, падая на землю.

Его примеру решили последовать и мы. И не зря. Буквально прошло три секунды, и мы услышали звук падающих снарядов, которые, разрывая воздух, приближались к нам. В паре десятков шагов от меня рухнул снаряд, от которого прошла мощнейшая волна импульса, которая чуть-чуть не зацепила меня. Но это был не один снаряд – затем где-то чуть дальше упал ещё один, а за ним ещё один. Артиллеристы немного не рассчитали наши передвижения, слишком сильно в упреждение ударили, из-за чего промазали. А вот двигались бы мы немного быстрее, то нас бы накрыло…

– Вот теперь перебежками! – кинул приказ я своим в нашем мыслеканале. – Давай!

Рывком поднявшись на ноги, я первым ломанулся вперёд. Мне не хотелось оказаться условно убитым лишь из-за какой-то случайности. Лучше окажусь среди своих, которых уже перестали крыть снарядами. Благо мы вышли к ним достаточно быстро, точнее, к авангарду.

Первый боец нам попался буквально через три минуты наших гонок со временем и соревнований с удачей, он был удивлён, судя по реакции, что нам удалось удрать оттуда. Поприветствовав друг друга кивками, я так и не понял, кто это был, но точно не наш, наша тройка двинулась дальше в тыл.

– Ладно, сбавляем темп, – сказал я через минуту после встречи. – Сейчас надо подумать, где именно мы в дальнейшем будем оказывать поддержку. Да и… Думаю, можно остановиться. Если опять начнут крыть, тогда отступим.

Посидев несколько минут на одном месте, когда уже мимо нас начала продвигаться вторая волна наших союзников, а первая уже во всю погибала, умирала и убивала, именно в таком порядке, только тогда я дал знак на сбор. Судя по данным, наших молотили будь здоров, условно погибало примерно по пять-шесть человек в минуту, а это реально много… Но и противнику они несли не меньший вред, судя по проскакивающим рапортам, они смогли вывести из строя три противотанковых орудия в одном направлении. А это давало нашей технике шанс прорваться.

– В общем, так… – раскрыл я для нашей тройки карту, показывая самые успешные для нас места для ведения огня. – В этих трёх точках хороший обзор, точнее… Он наилучший, исходя из всего. Но они разные по защищенности. Первая. Холм с разрушенным древним зданием. Оно имеет отличную защиту от стрелкового орудия, но, если долбанет артиллерия, то нам крышка. Вторая точка – здание чуть ниже этого разрушенного дома. Имеет более крепкую защиту, но из-за того, что находится ниже по склону и имеет более закрытую структуру, у нас будет меньше возможностей для поражения противника и слежки за округой. Третья – второй холм несколько западнее нашего местонахождения. Там просто шикарно всё видно, довольно хорошая маскировка, да и свалить, если что, успеем из-под огня артиллерии… Но, если противник захочет сосредоточить стрелковый огонь на нас там, то нам крышка. Голосуем!

– Я за холм, – сразу же ответил Лаки. – Я себя на открытой местности как-то спокойнее чувствую… Плюс ты у нас теперь глазастый, так что сможешь заметить, если на нас будет направлять своё оружие противник.

– Глазастый – это одно, – попытался я переубедить «родственника», – но всё же мне надо несколько иные функции организма развивать для того, чтобы подмечать периферией зрения какие-то мелкие изменения фона. Так что… Могу и не заметить направления стволов противника, если не буду на них смотреть.

– И всё равно я за холм! – утвердительно сказал Лаки.

– Я тоже за холм, – после недолгих раздумий сказал Пульсар. – Там рядом есть лесок, в котором мы, если что, сможем отстреливаться, так что… Ничего страшного, к лесу я уже привык, хоть он и надоел.

– Тогда идём на холм, – утвердил я выбранное тройкой решение, после чего развернулся в нужном направлении и выдвинулся первым в точку назначения.

Преодолеть нам предстояло порядка трёх с половиной километров, весь путь я построил по нашим условным тылам, так что встретить противника была очень низкая вероятность. Но всё же мы не расслаблялись, мало ли кто мог проникнуть к нашим в тылы, пока они продвигались под плотным огнём врага.

Пока мы шли, я наблюдал за картиной боя. Уже третья линия пошла в атаку, устремившись туда, где предположительно были уничтожены три противотанковых орудия, там же сейчас дальше всего продвинулась техника второй волны, хоть и она уже была сильно прорежена. Наш взвод тоже не остался без потерь, примерно две трети первой пехотной половины уже полегли, а также одна единица техники со всем экипажем была выведена из строя. В общем, минус четырнадцать человек – половина взвода.

– А прошло всего десять минут боя, – словно прочитал мои мысли Пульсар, который, по всей видимости, тоже наблюдал за происходящим с помощью карты. – И почему всё нельзя решить с помощью переговоров?

– Это заложено в нашей биологии! – философски подметил Лаки, специфически изменив голос. – Человек, как и огромная часть эволюционировавших видов, был в далеком прошлом хищником, причём хитрым хищником. Мы привыкли воевать за местность, за ареал обитания… Это заложено в нашей ДНК, если так можно выразиться.

– Всё, отставить разговоры, – снова скомандовал я. – Приближаемся к точке. Усилить бдительность, враг может быть где угодно, мы находимся во фланге наступающей группировки.

Глава 19

– Противотанковая, на девять часов, расстояние семьсот метров, ориентир три дерева, – сидел рядом со мной с биноклем Лаки, который сейчас выступал в роли наводчика, в то время как я медленно, но верно поливал всех огнём из снайперской винтовки.

– Принял, – тут же отрапортовал я и сразу же стал искать взглядом необходимые цели.

Современные технологии – хорошая штука. Хоть маркеров на карте было много, особенно на дистанции метров в триста, но отдалённых, мелко сгруппированных меток было не особо много, так что определить цель по карте было можно.

В настройках я смог выставить отображение направления моего взгляда, так что ошибиться было сложно, также выставил для себя компас с часами, ориентированными на север, что ещё больше упрощало задачу.

– Вижу цель, – тут же следом отрапортовал я, моментально задерживая дыхание.

Обычная противотанковая гаубица, в нашем случае стреляет мощнейшим направленным электромагнитным импульсом, выводя из строя технику и всех, кто внутри. Есть шанс, что «не пробьёт», если попадёт в экран, а так, гарантированное поражение обеспечено. Обслуживают в среднем такое орудие три человека, но может справиться и один, в таком случае время на выполнение задачи сильно повышается, пока перезарядишь, пока наведёшься, пока выстрелишь… Но для гарантии требовалось уничтожить всех троих.

Первый выстрел. Буквально за мгновение до выстрела, отмашка командира расчёта была дана в момент нажатия мною курка, рухнул заряжающий, он же совершающий выстрел. Он только зарядил огромный излучатель с не менее маленькой батарейкой, как тут же рухнул на землю, начав содрогаться в конвульсиях.

Нравится мне такое оружие, конечно, с реальным не сравнится, поражающая дальность ограничена всего одним километром, даже не милей, но всё равно противник долго будет разбираться, как так вышло и откуда прилетел снаряд, с учётом того, что его обычным глазом не видно. Перезарядил, вылетела специфическая батарейка с прикрепленным к ней излучателем в форме крупнокалиберной пули, её место тут же заняла другая. Лёгкая корректировка наведения, теперь очередь командира расчёта… Вот он занял место заряжающего, что-то там регулирует, задержка дыхания…

Выстрел! Тут же рухнул на заряжающего и командир расчёта, также содрогаясь в конвульсиях. Если бы не было защиты, даже такой плохонькой, как у них, то уже точно бы друг другу синяков наставили, а сейчас они только забавно погремят металлом, ударяя друг друга элементами своих доспехов.

Вот теперь пришла пора заряжающего. Он понял, что остался один, слегка перевёл направление орудия, ловко перепрыгнул с места на место и тут же нажал на нужные кнопки.

– Чёрт… – ругнулся я. – Только перезарядиться не успел. Наших подбил?

– Минус один бронетранспортёр, – сухо ответил Лаки. – О, люк открылся, кому-то повезло. Что с последним?

– Готов, – отпал я от прицела, когда третий и последний номер расчёта рухнул на землю при попытке убежать от своего орудия. – Смыться хотел, но не получилось. Сколько там ещё орудий у них?

– До которых мы можем дотянуться… – завис на мгновение Лаки, по всей видимости, считая цели. – Ещё три, остальные вне нашей зоны поражения, придётся менять позицию.

– Не будем, – перезарядил я тяжёлое снайперское орудие. – Поможем нашим в наступлении. У нас задача какая? Поддерживать, вот и будем поддерживать до последнего боеприпаса, а их у меня ещё три целых магазина, да и в этом магазине есть ещё на один расчёт.

– Четыре поразили, один остался… – призадумался Лаки. – Пятнадцать боеприпасов?

– Именно, – кивнул я. – Жду целеуказания.

Дальше мы продолжили работать в таком же режиме. Враг не мог нас заметить, я старался прикрывать свой прицел, когда не целился во врагов, чтобы нас не засекли, а у Лаки на бинокле стояло антибликовое покрытие. Ещё один расчёт я уничтожил, лишь один раз промахнувшись, что стоило нам ещё одной единицы техники и всех четверых членов её экипажа. Промахи бывают, но иногда они бывают фатальными. Единственный плюс в том, что всё же мы – отвлекающий маневр, наша задача не продавить врага, а стянуть на себя максимально много сил. Хотя для этого и придётся реально продавливать оборону… Вот только резервов для развития наступления у нас нет, две основные волны и две волны для развития, вот и всё.

В дело вступила как раз последняя линия, ударяя в то место, где первым трём удалось хорошо так прижать врага. Техника достигла окопов противника, наши уже во всю спрыгивали в них, организовав перестрелку там. Это давало нам шансы продержаться как можно дольше, вот только очень и очень многие гибли при попытке добраться до этих окопов.

– Разберёмся с орудиями, приступим к зачистке дотов, – с лёгкой злостью сказал я, наблюдая за тем, как в направлении одного из окон дота падали наши, скошенные очередями пулемёта.

– Уже больше тысячи лет прошло с тех пор, как изобрели скорострельное огнестрельное оружие, а принципы войны так и не поменялись, – на мгновение отвлёкся Лаки, после чего дал нужную информацию: – Противотанковое орудие, на два часа, усиленный расчёт из пяти человек, расстояние девять сотен метров, ориентир – угол фортификационного сооружения, замаскированы, стоят в кустах.

– Принял, – дав знать Лаки, что до меня дошли сведения, я тут же направил прицел на два часа, просто взглядом нашёл угол здания, куда примерно надо было стрелять, припал к прицелу, занялся поиском замаскированного противника… – Нашёл, веду огонь.

Пять человек, значит, как минимум двое сидят в резерве, чтобы моментально заменить раненых или условно убитых. Ну да ладно, сейчас у меня почти полный магазин вставлен в снайперку, значит, лишней траты времени не будет. Главное – избавляться от заряжающего после выстрела, чтобы не смог поднести новый боеприпас…

Гаубица выстрелила, но явно промазала, судя по довольному хмыканью Лаки, в этот же момент сразу двое бойцов выскочили из окопов, подбежали к ящикам с боеприпасами. Один схватил излучатель, второй схватил батарейку. Ускорить процесс хотят, значит, ну ладно, целимся в того, что несет излучатель…

– Минус один, – довольно отрапортовал я, перезаряжая своё оружие.

Пока они поняли, что у них один заряжающий вышел из строя, я тут же подстрелил наводчика, того поразило в руку, и он остался условно жив, но уже не может полноценно работать. Выскочив из-за орудия, место наводчика тут же занял командир, а второй заряжающий, что нёс батарейку, оставил её возле орудия, отбежал за излучателем и…

– Минус третий, – ещё более злорадно ответил я. – Чёрт, они решили отступить… Осталось последнее орудие?

– Нет, – отрицательно покачал головой Лаки. – Они тоже отступили. Наши, как ни удивительно, берут верх сейчас.

– Странно…

Это мне показалось реально странным, так что я припал к прицелу и стал смотреть дальние рубежи. У меня был регулируемый тридцатидвухкратный прицел, позволяющий смотреть, ой, как далеко, а если ещё и моя пассивная новая способность сработает, то вообще буду видеть очень и очень далеко.

Постепенно приближая, я пытался разобрать то, чего так не хотел видеть. Артиллерия, что не так давно отработала по нам… И, к великому сожалению, я её увидел, причём в таком количестве, что у меня невольно пробежали мурашки по коже.

– Говорит Альфа-один! Циркулярно! – тут же настроился я на мыслеканал, который слышат все, но могут говорить только командиры и я. – Противник разворачивает несколько батальонов артиллерии! Повторяю, противник разворачивает несколько батальонов артиллерии! Всем занять укрытия, они готовятся нанести удар по вашему квадрату!

Мои слова по большей части дошли до всех абонентов, наши засуетились, кто ещё не был в укрытии, моментально занял его, а кто был в нём, то зарылся в него как можно глубже. Первый грохот донёсся до меня спустя три минуты, артиллерия начала работать точечно, видимо, производили регулировку прицела. Первые же выстрелы попали далеко не по тем целям, куда надо было, накрыли остатки своих, что ещё сражались против нас, но зато потом начался настоящий ад.

Десятки снарядов приземлялись каждые несколько секунд, накрывая всё поле боя мощными электромагнитными импульсами. Некоторые снаряды не срабатывали, существовала такая погрешность даже у обычных снарядов, но это были капли в море, незаметные крохи, которые никаких изменений в общую картину просто не вносили. Наши дохли как мухи, не умирали, не погибали, а именно дохли. Если бы это были настоящие снаряды, всех бы там похоронили заживо, а сейчас их просто перемалывали импульсами.

Кого-то накрыло снарядом. Я уже не высовывался из своего укрытия, отдалившись от точки на несколько десятков метров. Было слишком опасно, нас тоже могли взять на прицел, выследив, откуда я стрелял, но вроде пронесло. А вот нашим, в особенности Часовому, повезло меньше всего, ему на спину свалилась одна такая металлическая хреновина, переломив хребет. Случай мог довести до смерти. Это можно было легко понять по какофонии в некоторых каналах, истошный крик его напарницы, которая увидела это, пронзил разум всех, она каким-то образом смогла оповестить нас о случившемся сразу по нескольким мыслеканалам. Утихла она только после того, как этот снаряд сработал, вырубив и её, и Часового, в спину которого и прилетела железяка.

– Лишь бы выжил, – какого-то лешего рядом с нами оказался Пульсар. – Хороший же парень… Даже на тебя не наговаривал, боялся подойти, но зла тебе не делал.

– Если в отключке сейчас, то выживет, – без эмоций сказал я, а потом повернул голову в сторону Пульсара. – А вот к тебе есть вопрос. Какого хрена ты тут сидишь, а не за подступами следишь?!

– Так это, накрыли же там… – хреново отмазался Пульсар. – А вдруг бы и по мне огонь открыли?

– Ты – дурак? – вмешался тут же Лаки. – Если бы и открыли огонь, то по нам, ты вообще за сотню метров от нас был, если не больше! Про тебя вообще не знали!

– Ну, мне страшно стало… – вжался Пульсар. – Я ещё не привык ко всему этому… А с вами мне в разы спокойнее, чувствую себя в кругу своих, как за стальной стеной… Вот…

– Иди обратно на позицию… – помотав головой, сказал я ему, а потом перевёл случайно взгляд в сторону леса, который пролегал в паре сотен метров от нас. – Твою ж!..

Моментально прицелившись в ту сторону, я сделал выстрел, даже не задерживая дыхание. Система всё время точно указывала, куда именно попадёт снаряд, так что переживать не стоило, что промажу, вот только шло там девять противников, а нас было всего трое. Точнее их теперь восемь, одного скосило, хотя на такой дистанции его как минимум должно было назад немного отбросить, хоть на пару сантиметров, кинетика штука такая. Но это не настоящее оружие, учебное, так что он просто рухнул на бок.

– Контакт! – донёсся до нас крик нескольких бойцов, после чего те рассредоточились.

– Я тебя потом убью, – процедил я сквозь зубы злобно фразу, адресуя её Пульсару, а он это сразу понял.

Сейчас сомневаться не стоило, противник нас засёк, их больше. Скорее всего, это был посланный отряд с целью найти снайперский расчёт. Они не смогли нас найти со своих позиций, зато смогли вычислить с помощью патруля.

В нашу сторону сразу начали стрелять. Наш единственный бонус – несколько зарослей кустарников и пара толстых деревьев, за которыми мы спрятались, отстреливая врага. Убрав снайперку за спину, от неё толку уже нет, не успею прицелиться прежде, чем меня поразят, я достал свой пистолет и стал ждать, когда враг приблизится.

Нашему противнику сейчас было хуже. Они находились в чистом поле, хоть и с высокой травой, из-за чего Пульсару и Лаки за минуту удалось поразить ещё четверых, вылезая с разных сторон деревьев. Но остальные смогли приблизиться на опасное расстояние в пятьдесят метров, они уже готовились кидать гранаты, как мои сделали то же самое.

– Ловите, твари! – крикнул Лаки, выскакивая из-за дерева, тут же поймав выстрел себе в грудь, успев буквально за секунду до этого бросить связку гранат, что чётко легли возле двух противников.

Два-два. Лаки выбыл из игры, семеро противников тоже. Всё же им не повезло, что их заметили, им надо было действовать более скрытно, а они вышли так открыто. Хотя в этом и был бонус нашей позиции, скрытно подобраться к нам очень тяжело.

Слегка высунувшись из-за дерева, я произвёл несколько выстрелов в сторону одного маркера на карте, но не попал, даже не зацепил, противник всё ещё был жив. А вот Пульсара они мне выбили из состава, забросав того гранатами. Я остался один против двоих, вроде ничего критичного, но всё же переживать стоит.

Вытащив из сумки одну гранату, я быстро дёрнул чеку и бросил её в сторону противника, даже не надеясь попасть, а просто припугнуть их, чтобы у меня была возможность переместиться с места на место. Но у меня получилось, случайность, порыв, и вот уже госпожа удача всё же взглянула в мою сторону.

– Ха-ха! – не сдержался я, обрадовавшись тому, что остался один на один.

Высунувшись посмотреть, где там последний, я увидел крайне странную картину. Хоть я и произвёл остатки выстрелов, у противника оказался временный генератор щита, который схлопнулся ровно в тот момент, когда у меня закончились патроны в магазине. Я начал перезаряжаться, не спуская глаз с противника, так как тот творил непонятно что.

Он сбросил с себя шлем и с каким-то безумием смотрел в мою сторону, достал из кармана какой-то баллончик, вставил его себе в рот, нажал на кнопку и вдохнул содержимое, после чего резко сорвал со своей шеи амулет, что связывал его с системой Академии. В этот же момент я перезарядился и сделал несколько выстрелов в нагло идущего на меня противника. Система показала, что я успешно попал по нему, но ему было хоть бы хны, он вырвал себя из системы, сейчас ему было откровенно наплевать на происходящее.

– Что ты творишь… – шепотом сам себе сказал я, тут же меняя позицию.

Молодой парень протянул руку к кобуре с пистолетом, но достал оттуда не учебный пистолет, как у меня, а настоящий одиннадцатимиллиметровый семизарядный потомок «Орла». Мощная и убойная штука, способная пробить даже такую броню, как у меня, из-за чего дело запахло не то что палёным, а уже жареным.

– Внимание всем! – убегая от целящегося противника, начал я вещать в общевойсковом мыслеканале, который связывал абсолютно всех командиров. – Среди противника имеются предатели! Предатели Академии! Они могут быть вооружены огнестрельным оружием! Если увидели, что кто-то срывает с себя коннектор, то старайтесь нейтрализовать его до того, как он это сделает! Повторяю, они вооружены огнестрельным оружием. Твою ж! – вскрикнул я одновременно со своими мыслями, так как парень сделал три прицельных выстрела в мою сторону, один из которых попал мне в голень, разбив в щепки щиток, что защищал её. Я тут же рухнул, прокатился кубарем по полю, выронил свой пистолет. Останавливаться я не стал. Да, боль дикая, но рана не смертельная, жить можно. Возможно, сломало кость… Но ничего, восстановят… Главное – выжить… А для этого надо ползти… Как можно дальше…

– Кыс-кыс-кыс, – в полубезумном состоянии сказал парнишка, сделав ещё два выстрела в мою сторону, но оба легли в полуметре от меня. – Ползи сюда, я тебе сейчас такое покажу.

– Пошёл ты… – прорычал я сквозь зубы, а потом меня резко перевернуло лицом в сторону искусственного неба.

– Вот ты и попался, – очень широко улыбался этот парень, зрачок которого словно потёк, почти полностью занимая всю радужку и часть белка. Жуткое зрелище, но ему явно уже было не помочь. – Тебе тут кое-что просили передать, кое-что очень важное… Хочешь услышать? Ну давай… Ответь мне… Ты же хочешь…

– Да пошёл ты! – уже громче прорычал я сквозь зубы, тут же плюнув ему в лицо, когда этот ненормальный наклонился поближе.

– Ах, ты тварь высокородная! – на высоких нотках вскрикнул он, тут же сделав выстрел мне в другую ещё не раненную ногу, прострелив колено навылет.

– А-а-а-а! – тут же заорал я, после чего система сама собой активировала выброс АТФ, блокируя частично боль.

– Приму это как да, – ещё шире улыбнулся этот безумец, приставляя пистолет к моему лбу. – Тебе просил передать привет клан Греев, урод!

– Пошел к чёрту, урод! – улыбнулся уже я.

Доступна частичная активация защитно-атакующего комплекта брони. Активировать?

Да!

Глава 20

Внимание! Из-за сильного стресса и мощнейшего поглощения организмом АТФ произошла активация зерна! Активирована случайная способность «Искривление времени и пространства». Вокруг вашего тела образовалась пространственная искажающая оболочка на удалении не более одного сантиметра от кожи, в которой действует условное замедление времени в три раза. Внутри этой оболочки все ваши действия искажа-

ются, из-за чего противнику будет труднее разгадать ваш замысел. Длительность – 1 секунда реального времени.

Вокруг меня появилась лёгкая фиолетово-синяя, затемнённая и полупрозрачная пленка, которая словно перетекала. Это выглядело очень и очень красиво, но разглядывать её у меня просто не было сил и возможности. В каких-то десяти сантиметрах от моей головы висело дуло очень мощного пистолета, который разламывает щитки брони, как пресс орех.

Мою руку почти моментально покрыло моё новое оружие. Это был мой козырь, про который никто ничего не знал. Описание способности я прочитал очень бегло, но понял, что никто не должен понять, чем именно я сейчас прикончу этого безумца.

Моментально этого предателя Академии выделило алой рамкой, тут же высветились уязвимые места, которые система сама каким-то образом определила, хотя раньше такого не было, после чего произошло долгожданное событие. Выстрел!

Сине-зелёный пучок чистой плазмы вырвался из недр оружия, неизвестно по какому принципу там генерируемый, не встречая никакого сопротивления? прожёг грудную пластину брони предателя, после чего продолжил прожигать его тело дальше. Все это я видел в замедленном режиме, видел, как моментально «съедались» его органы, как это было противно… Затем я увидел свет через его грудь, как его отбрасывает назад, а время тут же снова начало течь, как и прежде.

Опасность миновала, способность деактивирована. Прошло реального времени 0,76 секунды. Потрачено 182 единицы АТФ. В организме осталось 74 единицы АТФ. Внимание! Нужна экстренная подпитка организма для сохранения энергетического баланса! Использовать 20 килоджоулей энергии для получения 200 единиц АТФ?

– Да, – ответил я хрипло, морщась от возвращающейся боли.

Внимание! Сгенерировано 200 единиц АТФ. Текущий запас АТФ составляет 274 единицы.

Текущий энергетический запас накопителя составляет 11 килоджоулей из 40 (происходит накоплений 1 единицы энергии каждый час – смотрите справку).

Неполный (частичный) комплект защитно-атакующей брони из-за отсутствия угроз деактивирован.

– Да плевал я… А-а-а-а… на эти справки! – злобно проклиная весь мир, прорычал я, попытавшись немного переместиться, из-за чего адская, просто невыносимая боль въедалась в мои ноги, которые были прострелены предателем.

Один плюс во всём этом – предатель мёртв. Но боль не отпускает, она нарастает, начинает жечь, просто ломать мой разум. Чтобы как-то отвлечься, я начал разглядывать свою трёхмерную фигурку в системе. Обе ноги были подсвечены красным цветом, точнее те места, которые были прострелены. Одно колено, которое оказалось разбито просто в хлам, были повреждены связки, разорван мениск… А также голень на другой ноге, где так же хана кости, в хлам мышцы, есть осколочные ранения от раздробленной кости… А ещё там оказалась повреждена большая вена. Было зафиксировано сильное, но пока ещё не критичное кровотечение. До сильного снижения давления я ещё мог спокойно страдать около двадцати минут, после чего меня просто вырубит, несмотря на дикую боль.

Матерясь всеми известными мне словами на всех выученных мною языках, я приподнялся на локтях, чтобы убедиться в окончательной смерти неудавшегося киллера. Признаков жизни он не подавал, ничто его не восстанавливало, а значит, можно хотя бы в этом аспекте быть спокойным.

– Внимание! – со всех сторон начал доноситься голос Стока, причём в нём чувствовалась злость и негодование одновременно. – Испытания досрочно завершены! Из-за выявленного предателя всем незачёт! Испытание перенесено на неопределённый срок на время проведения разбирательств! Любая попытка продолжить сражаться и причинять вред кому-либо будет расценивать управлением и преподавательским составом Академии как предательство! Если кому-то что-то непонятно – остановились все на хрен, иначе я вас лично прикончу!

– Хе, – усмехнулся я, а потом сразу зашипел: – Кто-то вышел из себя…

– Среди вас был выявлен предатель! Благодаря действиям одного из ваших товарищей он был ликвидирован в неравной схватке, – уже более спокойно начал говорить Сток. – В данный момент этому обучающемуся ничего не угрожает, в его сторону выдвинулись спасательные боты с медицинским оборудованием для устранения критически опасных для здоровья повреждений. Так же все занятия с использованием тренировочных полей для вашего потока будут приостановлены на время разбирательств. С вами будут продолжаться только занятия теоретические и по физической подготовке. Сейчас же все медленно выдвигаемся к транслокаторам, за раз перемещается только одна группа, остальные стоят на месте! Для каждой группы через систему определена точка сбора радиусом сто метров. Всем необходимо находиться внутри этого радиуса и не покидать его. Кто его покинет по той или иной причине – будет расцениваться как предатель, а значит, итог – расстрел. Когда придёт черёд очередной группы выдвигаться, через систему вам будет дано знать. У меня всё. Вас всех предупредили.

Минут десять я лежал и мучился, стараясь не совершать никаких движений. Боль в ногах пульсировала, заставляя меня постоянно морщиться и шипеть. Терпеть её получалось, я даже начал привыкать к ней, но всё же такой боли у меня ещё никогда не было. Всё бывает в первый раз.

По истечении этих десяти минут я уже практически свыкся с этой болью, а голова начала кружиться. Артериальное давление начало падать, сердце уже не справлялось, чтобы поддерживать его в нужных пропорциях, а это пугало… Я чувствовал холодное дыхание, что обдувало меня со всех сторон, чувствовал старушку смерть, что уже стоит где-то рядом, чтобы забрать меня… Но её время ещё не пришло, нет, я ещё не хочу умирать…

– Ты как? – подлетели наконец спасательные боты, которые тут же приступили к сканированию моего организма, один из которых вещал голосом Стока.

– Балет мне не танцевать, – прикрыл я глаза, несколько расслабившись.

– Шутишь, значит, жить будешь, – с лёгким облегчением ответил наставник. – В общем, что скажу, ты – молодец, хорошо среагировал. Но есть пара вопросов к тебе, так как датчики Академии зафиксировали странную аномалию в момент смерти предателя.

– Думаю, не самое… Чёрт! Какого хрена творит этот бот?! – взорвался криком я, когда одна из машин манипулятором начала что-то делать в моём простреленном колене. – Твою ж… Убери его на хрен оттуда!

– Он удаляет осколки, – спокойно ответил наставник, – а также вводит обезболивающее. Сейчас станет легче. Если сейчас начать восстанавливать, думаю, ты это должен понимать, проходил курсы оказания современной экстренной помощи, то они могут срастись, из-за чего надо будет опять повреждать и так раненое место. Потерпи минутку буквально, у тебя не так много там осколков.

– Ага… Тс-тс-тс-тс… Тебе легко говорить… Тебе не прострелили колено… Да твою ж… Агрх! – Боль снова начала гонять кровь с повышенной скоростью в моём организме, а значит, и с повышенным давлением, из-за чего головокружение улетучилось. – Откуда… Да чтоб тебя, железяка сраная! Откуда у него оказался огнестрел?

– Вероятнее всего, тут замешан кто-то из обслуживающего персонала Академии… – с напряжением в голосе сказал Сток. – Кто именно, сложно будет понять. Круг относительно небольшой, всего около тысячи подозреваемых, это те, кто занимается обслуживанием именно полигонов… Но там тоже есть перетекание кадров, может, тот человек это сделал давненько, так как этот полигон месяц стоял на ремонте. В общем… Не вникай, этим уже занимаются. А вот у меня к управлению Академии на счёт тебя возникли вопросы…

– Какие, например? – уже более спокойно говорил я, чувствуя, как в моём колене что-то делают, хотя боли там уже не было. Интересное и одновременно противное чувство.

– Да всё те же, – печально ответил Сток. – Ты сам парень хороший, про твоего отца слышал, тоже вояка отличный, включен в состав бойцов Академии без обучения тут… Вот только с тобой надо было такой же трюк провернуть, отправить в самую дальнюю точку галактики, чтобы там тебя никто не достал. Ваши клановые дрязги… Они уже шилом в одном месте у преподавателей… Ну, ты понял. Нечего тебе тут было делать… Но что сделано, то сделано. Ты уже успешно первые полгода отучился, бросать тебя будет некрасиво.

– Понятно… – нейтрально ответил я, так как даже не знал, что думать на этот счёт.

А что думать-то? По сути он прав. Мужик с огромным опытом, обучил несколько поколений великолепных бойцов, которые сейчас сражаются на переднем крае в Великой Пустоте… А я просто сейчас стою костью в горле у многих, доставляя им множество неприятностей. По сути, моей вины в этом нет, за меня всё решили и давно, как я понял… Но всё же противное послевкусие от всего происходящего остается. Ощущаю себя каким-то уродом, от которого одни только проблемы.

– Пришёл сигнал от ботов, что кровотечение остановлено, – спокойным голосом вывел меня из потока мыслей Сток. – Сейчас тебя перевезут к самому удалённому транслокатору, который перенесёт в отдельное помещение, где тебя доставят к одной назойливой мадам, что уже давно копает под тебя и под Академию одновременно.

– Сейчас угадаю, – попытался усмехнуться я, но голос отдавал слабостью: – Элизабет Вайтссон…

– Именно она, – согласился со мной Сток. – Уже имел с ней дело?

– Постольку поскольку, – ответил я, переваливаясь на разложенный настил, в котором меня будут сейчас перевозить. – Несколько… Въедливая особа, любит лезть во всё.

– Такова её профессия, – сказал свои последние слова Сток, после чего отключился, оставив меня в одиночестве.

Спустя мгновение, как я перевалился на плоский, но при этом эластичный и даже несколько мягкий настил, меня тут же закрыло прозрачным пластиковым куполом, чтобы я не свалился вниз во время перемещения. В воздух меня подняли достаточно плавно и медленно, чтобы не беспокоить только что подлеченные повреждения.

Набрав определённую высоту, меня начали медленно перемещать куда-то на северо-северо-запад. Путь пролегал ровно над цитаделью, в которой укрывался наш условный противник. Для меня даже, чтобы полёт проходил не так скучно, активировали внешние камеры, выведя их отображение на прозрачный пластик перед моим лицом. Крепость была реально огромной, а её стены, хоть местами и разрушенные, очень толстые и с виду прочные. Внутри самой крепости находилось огромное количество техники, что наш условный противник бросил бы в последний момент на наступающие войска, так что подготовленная нами операция имела все шансы на провал. Сама крепость была похожа на неправильную шестиконечную звезду, углы которой имели лишние выступы.

Но и вокруг крепости были развёрнуты значительные силы! Столько техники в Академии я видел впервые, столько людей одного года поступления, одного потока, тоже видел в первый раз. И любой из них также мог быть пособником моего троюродного брата, который из-за какого-то надуманного позора пытался избавиться от меня, пытался уничтожить всю мою ветвь. Его родителям удалось каким-то образом избавиться от моей матери, вот только от меня они просто так не отделаются!

Крепость окружали достаточно красивые, переливающиеся от синеватого в зеленый оттенки леса. Каких только деревьев там не было, даже считавшаяся вымершей берёзка с планеты-колыбели присутствовала. Жаль, её не было в той части, где развернуты силы моего взвода… Хотел бы я посмотреть поближе на это дерево.

Люди, как им было приказано, разбросаны по всей территории полигона отдельными кучками, никто далеко от своего отряда не отходил. Видимо, страх быть убитыми всё же хорошо подстёгивал зерно разумности в них. Но всё же у того предателя хватило смелости пойти против системы, которая бы даже в случае моей смерти избавилась от него. И всё же интересно, каким образом и где было спрятано это оружие… Значит, тут как минимум присутствует сеть тех, кого смог купить мой родственник по основной линии…

– Надо что-то с этим делать… – выдохнул я, когда экран передо мной исчез, а мы начали снижаться.

Снижались мы несколько быстрее, нежели поднимались, только под конец скорость снизилась, и меня аккуратно разместили на круге транслокатора. Перемещение прошло штатно, перед глазами появился белый свет, через который ничего не было видно. Затем этот белый свет рассеялся, а меня уже встречала вооруженная группа бойцов Академии, за спиной которых стояла уже знакомая мне девушка, на лице которой так и читалось предвкушение, а также какой-то старик с огромной плашкой медалей и наивысшим чином Академии.

– Координатор, – почтительно кивнул я этому старику, хотя надо было бы отдать честь, как полагается. – Прошу прощения за то, что не могу соблюсти всех традиций, я немного не в состоянии этого сделать.

– Шутишь, – еле заметно улыбнулся командир Академии. – Значит, жить будешь. Думаю, ты уже знаком с этой особой.

– Так точно, сэр, – кивнул снова я, подтверждая свои слова.

– Хорошо, – потёр он свою бородку. – А вот я не представился, хотя этого требует кодекс, так как ты – представитель знати. Я – Григорий Майров, Координатор Вооруженных специальных сил Академии. Думаю, тебе такое название приходится слышать впервые. Сейчас тебя эти бойцы доставят в кабинет, где с тобой мы и с Элизабет побеседуем с глазу на глаз без свидетелей, после чего тебя отправят в медицинский блок.

– При всём моём уважении, сэр, но я чувствую себя несколько неловко, так как мне приходится лежать перед своим непосредственным командиром и другим представителем аристократии.

– Ой, да не переживай ты на этот счёт, – с лёгкой усмешкой сказала девушка. – Ты – аристократ, по сути, ты можешь командовать координатором в определённые моменты, если твоя жизнь под угрозой… Но не об этом сейчас. У меня есть к тебе снова парочка вопросов.

– Снова? – повернул немного голову координатор в сторону девушки. – Я, конечно, понимаю, что согласно третьей поправки в права и обязанности аристократии представители крупных кланов могут перемещаться где угодно на нейтральных территориях… Но прошу так больше не поступать, так как на территории Академии действуют другие законы, введённые Галактическим советом, по которым мы можем вас спокойно нейтрализовать за попытку овладения нашими тайнами.

– Я всё прекрасно понимаю, уважаемый координатор, – в знак своего почтения сделала лёгкий поклон головой девушка. – Но иногда моя работа заставляет меня лезть туда, куда даже законом лезть запрещено с целью овладения информацией, помогающей следствию. Вот сейчас… Я лично прошу вас предоставить мне весь необходимый для расследования доступ к системам и базам данных Академии. Как минимум мне нужно получить данные на всех людей, обслуживающих данный комплекс, в котором проходят тренировки, провести обследование убитого Тиберием человека… Ну и потом мне надо будет привлечь ещё нескольких специалистов для распутывания всего клубка и получения всей необходимой информации против Грейссонов, основной ветви клана Грей. И прошу, не предпринимайте поспешных действий в отношении этого клана. Он весьма могуществен, может и вам аукнуться.

– Что именно не предпринимать? – усмехнулся координатор. – То, что надо, я уже предпринял, причём в самый первый момент, как мне отрапортовали по поводу произошедшего. Но предлагаю переместиться, не дело об этом говорить в месте, в котором есть лишние уши.

– Согласна, – кивнула девушка, после чего развернулась и, стуча каблучками, пошла куда-то из транслокационного помещения.

Отдав команду жестом, координатор тоже покинул это помещение, после чего носилки, на которых я так и продолжал лежать, только не было прозрачного купола надо мной, подняли четверо бойцов и аккуратно понесли вслед за уходящими.

Чёрт возьми, а это приятно, когда тебя вот так вот носят! Ощущаю, словно я – аристократ какого-то античного времени. Вот только точка назначения не совсем радужная… Видимо, сейчас мне предстоит очень долго и тяжело общаться…

Интерлюдия 4

Грей

– Внимание! Боевая тревога! Боевая тревога! Всем срочно занять свои места! – сквозь сон лучше будильника взбудоражил сознание голос в громкоговорителе. – Повторяю! Произошёл прорыв третьего рубежа! Противник наступает, оборонительные системы не справляются! Всем срочно занять свои места!

– Вот чёрт! – когда сознание Грея очистилось полностью, тот сразу подскочил со своей кровати, выбросив куда-то в сторону одеяло, которым укрывался, после чего моментально выбежал из своей комнаты.

Первый пункт назначения – оружейная. Насколько бы не был высокий чин у человека, даже в тяжёлых и кризисных ситуациях, когда есть возможность отдохнуть, необходимо сдавать оружие, получая его сразу после того, как проснулся. Уже имелся с десяток случаев, когда опытные бойцы начинали лунатить, и в таком состоянии сами себя убивали. Рассудок не выдерживал, многие держались за счёт силы воли…

Ведь продержаться в этих условиях невероятно трудно. Поверхность – сплошной трёхметровый слой снега, который уже просто невозможно убирать. Бесконечная ночь и отсутствие светила привели к тому, что планета начала активно остывать, активнее, чем рассчитывали даже самые продвинутые когнитивные интеллекты. Это значило одно – кто-то вытягивает энергию из планеты, всё сильнее её охлаждая.

В комнате для хранения оружия уже присутствовал дежурный офицер, ответственный именно за выдачу оружия. Не прошло и минуты, как клинок с энергетической подпиткой и весьма увесистый болтер оказались на руках у Грея. Броня уже как само собой разумеющееся была на нём, ведь система Академии восприняла сигнал и автоматически активировала все элементы бронезащиты человека.

– Докладывайте! – прибыл он на пост, начав набирать на экране строчки предпусковых кодов. Их бункер был особенный, рядом с ними располагалось более двух десятков шахт с самым страшным оружием человечества, способным привести к уничтожению целой планеты.

– Противник прорвал третий рубеж, группа Инка в данный момент активно отступает, потеряли более восьмидесяти процентов личного состава, – через десять секунд перед Греем стоял оперативник, который уже собрал всю имеющуюся информацию. – В данный момент брошены все силы на противодействие наземному противнику, но шанс нашего поражения очень велик. Цель нападения противника – захват стратегического оружия с целью его искажения и использования в собственных интересах. Предложение – немедленно использовать имеющийся арсенал по известным аномальным зонам, где предположительно создаются пустотные, откуда исходит заражение.

– Готовность средств? – тут же адресовал Грей другому офицеру вопрос, который в данный момент дежурил за аппаратурой контроля и управления оружием.

– Запущены предпусковые операции, – сидя спиной к своему командиру, начал докладывать другой оперативник. – В данный момент происходит прогрев всех систем для их правильной работы. Температура электронных элементов в среднем составляет минус сорок девять градусов по Цельсию, в шахтах средняя температура составляет минус шестьдесят восемь градусов по Цельсию. Необходимо ещё примерно двадцать минут, чтобы была набрана нужная температура, иначе просто сгорит вся электроника, а металл может не выдержать.

– Принял, – нахмурился Грей. – Слышно что-то из космоса?

– На границе этой системы дальние сенсоры обнаружили две наши флотилии, – начал докладывать оператор локационных устройств. – В данный момент пытаются, по моим догадкам, нейтрализовать пагубный эффект, распространяемый Пустотой… Пространство ломается там, где побывали пустотные.

– Помощи от них не ждать… – поджал губы Грей, смотря на вероятности, которые выдавала система в отношении их выживания. – Всем приготовиться к бою! Моё место занять первому дежурному офицеру! Всем дежурным силам занять боевые посты и приступить к приведению комплекса к применению по назначению! Весь остальной личный состав во главе со мной к месту прорыва! Первый дежурный офицер!

– Я! – тут же поднялся весьма матёрый, но тощий с виду человек, на висках которого уже виднелась седина.

– В случае моей гибели приступить в самые кратчайшие сроки к применению стратегического оружия! В случае если я буду жив, но команда мною не отдаётся – ждать. Есть вероятность, маленькая, что всё же нас отсюда вытащат. В этом случае запустить оружие после полной эвакуации личного состава, поразив самые большие аномальные зоны, отправив треть арсенала в центр звёздной системы!

– Есть! – вытянулся на мгновение офицер, после чего подошёл к Грею, встав возле него. – Разрешите?

– Да, – кивнул Грей, после чего отошёл в сторону, а офицер занял его место. – Всем остальным! К месту прорыва! Конец связи.

Покинув свой пост, доверив его опытному офицеру, Грей направился на первый подземный уровень, на котором находилась ранее обусловленная точка сбора. Более сотни бойцов уже находились там, все были готовы сражаться, все понимали, что могут и не выжить, из-за чего боялись. Смерть – это всегда страшно.

Кого тут только не было: огромные тяжеловесы, держащие в своих руках оружие соразмерное с танковыми пушками, мощнейшие псионики, способные манипулировать пространством, как только им заблагорассудится, невероятно ловкие и быстрые бойцы, умеющие виртуозно перемещаться по полю боя, сея хаос среди противника…

Вот только многие методы против пустотных просто не работали. Любая атака бесследно вырывала из реальности кусок пространства. Одним прикосновением они могли избавиться от частички реальности, а если применяют свои силы или своё оружие, то сотни и сотни метров просто исчезают в нигде. С таким противником надо быть осторожным и при этом очень решительным.

– Всем приготовить накопители на отдачу энергии! – отдал в мыслеканале команду Грей. – Всем приготовиться к использованию самых сильных способностей! Задача – продержаться более двадцати минут, чем больше, тем лучше! Не пропустить противника в наш бункер, не допустить его полной разгерметизации и гибели всего дежурящего личного состава! Готовность пять минут!

Самому Грею не требовалась эта подпитка, он копил энергию не для своего тела, а для своего доспеха. С учётом его особенности – полного отсутствия зерна – Академия специально разработала броню, способную на ограниченное применение способностей, а также временное улучшение за счёт энергии защитных свойств брони.

По истечении указанного времени Грей самым первым двинулся в сторону передних гермостворок, за которыми были ещё одни. Это было помещение для разгерметизации, через которое могло пройти одновременно не более двадцати человек. Это был минус, так как Инку сейчас требовалась мощная огневая поддержка, а не постепенно нарастающая.

Первая партия ушла, это были смертники, готовые на всё. Они жили одним днем, они жили сражениями, они не ведали страха, они никогда не отступали. Они за счёт своей смелости, активных и бесстрашных действий во многих битвах выходили победителями, но с пустотными по таким правилам играть не получится. Если оступишься, то тебе конец. Словил снаряд пустотных – либо мёртв, либо замёрз насмерть. Получил повреждение брони – через некоторое время готовься к экстремальному понижению температуры. Накрыло странной способностью пустотных – от тебя не останется ни следа.

Со второй партией шёл Грей. За ним закрылись гермостворки, началась процедура сравнения условий внутри помещения с условиями снаружи, после чего второй отряд вышел на улицу. Снег. Кругом был один очень плотный снег, через который невероятно сложно передвигаться.

Подгрузилась карта, на которой тут же проявились отметки своих сил и огромного количества сил противника. Состояние было крайне плачевное. Большая часть автоматической обороны была выведена из строя, продолжали вести огонь лишь отдельные турели. Пространство впереди слабо освещалось прожекторами, лишь благодаря снегу свет распространялся достаточно далеко. Никакие спектральные настройки визоров не отображали пустотных, кроме тех, что видны обычному глазу.

Первый шаг из бункера, и один боец уже лишился головы. Огромный сгусток фиолетово-антрацитовой материи прилетел в голову псионика, тут же её поглотив, словно её там никогда и не было. Тело упало, кто-то громко выругался, но и мгновения не потребовалось на то, чтобы личный состав рассредоточился по предлагаемым системой оборонительным точкам.

Грей был не исключение. Он занял свою позицию в занесённой снегом траншее и начал вести огонь из своего болтера специальными боеприпасами, которые были экстренно разработаны учёными Академии для борьбы против этих тварей. Отличительная черта каждого такого «светового», как их называли бойцы, боеприпаса – отчётливо видно каждую пулю, выпущенную в противника. Во время полета боеприпасы собирали энергию, концентрируя её в сердечнике, после чего, при столкновении, эта энергия высвобождалась, повреждая только пустотных и заражённых.

Всё поле боя сейчас украшалось этими вспышками света, всё нарастающая группа сопротивления более активно отстреливала приближающегося противника, заставляя сначала замедлять своё продвижение, а потом и вовсе остановиться. Но это временный эффект – врага невероятно много, на каждого павшего найдётся сотня новых, но всё же это положительный результат, даже невзирая на потери. Вот только результат этот временный.

Когда вышла последняя неполная двадцатка прибывшего подкрепления, то огневой вал достиг своего апогея – заражённые начали гибнуть сотнями, если не тысячами в минуту, но через некоторое время всё пошло на спад. Противник и не думал отступать, он лишь усиливал свой натиск, забрасывая линию обороны всё новыми и новыми измененными животными и людьми.

Рядом с Греем был один боец, вооруженный трехствольной пушкой. Он вел непрерывный огонь, даже не высовываясь из траншеи, постоянно прячась то за бруствером, то за стеной самого укрытия. Но стоило ему лишь на одно мгновение высунуть голову, как ее тут же снесло еще большим, чем тот, от которого погиб первый, куском непонятной материи.

Перехвачен контроль над системами защиты прелегуса «Гонящий», произведена автоматическая настройка управления. Цели определены.

– Если не могут сражаться живые, то будут сражаться мёртвые, – с толикой отвращения сам себе сказал Грей, убирая свою руку от поднимающегося мёртвого тела.

Со стороны это выглядело жутко, но там двигалось не тело, а сам доспех. Первая и одноразовая способность специальной брони Грея была активирована. Он знал, что такое ему придётся сделать, иначе бы сам не выбрал такую способность.

Но эта способность была лишь каплей в море. Теперь этот боец с помощью своих способностей не улучшал свойства оружия, не увеличивал его боевой потенциал, не ускорял действие всех подвижных систем… Теперь это была просто подвижная турель, контролируемая автоматикой Грея.

Небо разорвал огненный болид. Он знал эту способность, один раз она его чуть не убила, зато убила другого человека, что её применил. Способность так и называлась «огненный болид», ею могли пользоваться все, у кого было огненное зерно, но при этом его надо было развить на максимум, сломать самого себя, выйти на шестую ступень эволюции. От этой способности нет спасения, она выжигает всё пространство в радиусе нескольких сотен метров, но и убивает применившего её. У всего есть цена.

– Всем приготовиться! Небо! – этого оповещения в общем мыслеканале было достаточно, чтобы остальные могли занять укрытия и не высовываться.

Взрыв! Огромный огненный поток устремился во все стороны! Датчики брони регистрировали активно нарастающую температуру, которая уже превысила точку кипения воды. Это был ад, настоящий и неповторимый. Несколько метров снега почти за одно мгновение превратились в буйный водный поток, а после вообще испарились. Но доспехи не справлялись, из-за чего Грею пришлось применить ещё две способности.

«Энергетическое укрепление» активировано! Степень поглощения любого повреждения значительно возросла! Время действия – 1 минута.

«Самовосстановление поверхности» активировано! Все повреждения постепенно восстанавливаются! Время действия – 1 минута.

Теперь в случае необходимости Грей не сможет подлатать на месте дыры в своей броне, из-за чего ему придётся медленно замерзать. Но это мелочи, ему сейчас самое главное было как можно дольше сдерживать противника.

Огненный шквал закончился, противника пока рядом не регистрировалось, но дальние датчики передавали информацию об очень активном передвижении неопознанных существ. Это была короткая передышка, дарованная одним из героев этого сражения.

– Все ко мне! – тут же отдал команду Грей.

Многие не успели укрыться как следует, от них остались только одни обугленные элементы брони со скелетами внутри.

Эта способность была необходимостью, коллективная система не просто так даёт понять, что и когда необходимо применять. Ведь система каждого бойца при объединении мыслеканалом обрабатывала всю поступающую информацию, мгновенно делясь ей со всеми остальными, что позволяло ей точно прогнозировать, что будет дальше и что делать.

Пять десятков бойцов заняли самые ближние укрытия к одному из немногих поверхностных строений бункера. Если сейчас они не сдержат натиск в течение отведённого времени – а ещё оставалось около пяти минут, таймер видели все – то все их старания будут напрасными. Заражённые, с которыми они сражались, по сути, уже были мертвы, а пустотные просто неисчислимы, они появлялись в аномалиях, возрождались в них.

Пришла пора применить очередную способность, если это так можно было назвать. На одно мгновение на наплечниках брони Грея раскрылись мелкие створки, из которых вылетели заряженные огромным количеством энергии генераторы энергетического барьера. Как только они соприкоснулись с поверхностью, тут же вокруг бойцов начал появляться купол, защищающий от всех повреждений, но на короткий промежуток времени.

– У нас есть две минуты, пока барьер не спадёт… – осмотрел стоявших рядом с ним бойцов Грей. – По максимуму подлечите свои раны, если у кого есть продвинутые одноразовые медицинские приборы, то помогите товарищам восстановить потерянные конечности… Работаем, не стоим на месте.

Первым на глаза Грею попался Инк. У него не было одной руки, повреждено колено, и он уже замерзал. Первичное сканирование показало, что у него уже начали отмирать ближайшие к повреждению ткани, отказывать левое лёгкое… Он уже был не жилец, он это понимал, поэтому запустил скрытый протокол – передача и перестройка элементов брони для её использования другим военнослужащим Академии.

Инка хватило лишь на двух бойцов, когда он шёл к третьему, то просто свалился по пути. Несмотря на все улучшения тела любой боец Академии всё равно остается человеком, весьма уязвимым существом. Первый же подбежавший к нему тут же констатировал полную смерть местной легенды.

– Тридцать секунд до отключения барьера, – сухо сказал Грей, смотря за тем, что происходит по ту сторону.

А там творилось нечто… Страшное. Огромное, неисчислимое количество заражённых буквально облепили купол, который сжигал их, стоило им к нему прикоснуться. Больше ничего эта защитная способность не могла, но и этого было достаточно. По её истечению останется всего одна с небольшим минута, которую им нужно будет продержаться.

Быстро заняли боевые рубежи, лишь один боец остался стоять в открытом поле. Это была девушка, один из мощнейших оставшихся в живых псиоников. Она была способна ценой своей жизни создать прообраз такого же барьера, только помельче и послабее. Первый купол ещё не успел спасть, как тут же появился второй, источником которого стала эта девушка.

Огромные потоки энергии исходили из её подвешенного в воздухе тела, постепенно испаряя её, превращая в пыль. Противник тут же попытался пробить эту защиту, но у него не получилось, им удалось лишь слегка ускорить процесс распада тела девушки… Но она выиграла достаточно времени.

– Стратегическое оружие к применению готово! – отрапортовал в личном мыслеканале первый дежурный офицер.

– Оставайся на посту… – отдавал Грей прямой приказ на самоубийство этому бойцу. – Остальные пускай готовятся к возможной эвакуации. И… Дмитрий… Прости…

– Ничего страшного, – усмехнулся он. – Мы сами выбрали этот путь, знали, на что шли. Если мне суждено умереть, то я сделаю это красиво, с осознанием того, что уничтожу целый мир, чтобы он не достался противнику.

– А может, и не придётся… – слегка отстранённо сказал Грей, а потом эмоциональный фон начал создавать помехи в мыслеканале. – Да чтоб их за ногу! Они летят! Ха-ха!

Глава 21

– Так… Стоп! – заявила Вайтссон, просматривая запись моих воспоминаний, а я же в это время сидел и тихо охреневал от того, что снова всё вижу, хорошо, что не чувствую всего того, что со мной произошло. – Вот оно! Вот теперь у меня есть доказательство, чтобы клан Греев лишить его величия!

– При этом ты подставишь Тиберия, – слегка усмехнулся координатор. – А я не позволю опорочить честь и достоинство своих подчинённых, особенно если это касается первого в истории Академии обучаемого аристократа. Его отец не в счёт, его в качестве исключения без обучения к системе подключили.

– Пытались исправить его знаменитое среди всех аристократов отсутствие зерна? – с мелким ехидством спросила девушка, кинув несколько надменный взгляд на меня.

– И даже сейчас вы лично порочите честь и достоинство моих подчинённых, – нахмурился координатор, смотря прямо в глаза девушке, показывая всё своё превосходство. – Помните, на нас действуют особые ограничения, а также у нас есть особые привилегии. Если я захочу, могу любой клан стереть из истории человечества. Не рискуйте так, юная леди.

– Прошу прощения, – учтиво склонила голову девушка. – Но всё же доказательство это очень и очень мощное. Но его всё равно будет недостаточно… Этого человека могли нанять и другие, чтобы подставить родственников вашего подчинённого, что маловероятно, учитывая, насколько сильно не любит Тиберия глава клана Грей… Но это пойдёт как доказательство.

– Что вам ещё нужно для проведения расследования? – раздражительно бросил я, чувствуя, как начинает покалывать мои ноги, которые специально привязали к носилкам, чтобы я ими не шевелил. – Боль начинает возвращаться, не хочу тут показывать из себя страдающего. Плюс мне не удобно как аристократу общаться с вами в лежачем положении, это как минимум неуважительно с моей стороны.

– Да плевать на всю эту уважительность, – фыркнула Вайтссон. – Тебе две ноги прострелили, а ты всё о какой-то чести говоришь да достоинстве. Ты и так хорошо себя показал. Кстати, по поводу твоих способностей тоже есть пара вопросов… Мы проведем несколько анализов твоей способности, жаль, не получилось запечатлеть её со стороны, чтобы понять её природу. Как уже и сказала… Очень всё похоже на то, что тебя либо специально создали для борьбы с Пустотой, либо ты её порождение или каким-то образом прародитель.

– Не несите чепуху, – усмехнулся координатор. – Этот человек явно не может быть порождением или прародителем такого огромного явления, как Великая Пустота. Во-первых, она начала появляться за два десятилетия до его рождения. Во-вторых, у него не было сил, чтобы хотя бы энергию одной звезды преобразовать для создания чёрной дыры. В-третьих, у вас нет прямых доказательств, что он как-то в этом замешан, только ваши глупые предположения. Если вы подозреваете моего подчинённого в преступлениях против человечества, то вы подозреваете и меня! А это уже откровенный вызов всей Академии и её бойцам! Хотите навлечь на себя всю нашу злобу?

– Не стоит угрожать, – спокойно отмахнулась девушка. – Я знаю, что у вас почти девяносто пять процентов всех сил находится в Великой Пустоте, сдерживая её распространение, из-за чего вам пришлось многократно увеличить набор.

– Но даже эти пять процентов способны сжечь дотла более ста ваших миров, если вы не прекратите дерзить, при этом вы ничего не сможете нам противопоставить, – довольно грозно сказал командующий. – Как бы ваши технологические достижения ни были далеки от нас, у нас просто больше людей, смогущих ваши технологии превратить в пыль своими способностями. У вас лишь аристократы способны творить чудеса, а у нас – каждый боец. Думаю, на этом мы наш спор закроем. Не будем портить отношения, оставим это пока между нами, мисс Элизабет, а то последствия могут быть очень далеко идущими и пагубными.

– Соглашусь, – тяжело вздохнула девушка после короткого молчания. Эту дуэль она проиграла перед командующим, что несколько подорвало её самолюбие, – пока оставим это между нами…

– А ещё меня надо отпустить, – тихо намекнул я, смотря в потолок.

– Прошу прощения, – повернулся ко мне целиком координатор, после чего направил свой взор в сторону двери, через которую буквально через три секунды вошли те же бойцы, что меня и относили. – В медицинский отдел его.

– Есть! – хором ответили они, встав с разных сторон моих носилок, после чего довольно быстро вынесли из помещения.

– По поводу остальных улик… – услышал я напоследок от Элизабет, которая явно была озадачена чем-то.

* * *

– Готово, – спокойно ответила Валерия, отлипнув от своего пульта управления медицинским устройством. – Теперь твои ноги снова нормально функционируют.

– Спасибо, – медленно я свесил ноги с койки, чуть-чуть перенеся на них вес. – Всё равно несколько опасаюсь ходить после случившегося… Никогда мне ноги не простреливали…

– Да у тебя ещё не особо страшный случай был, – с лёгкой усмешкой махнула ладонью женщина, говоря о моей травме как о каком-то пустяке. – Тут людям ноги-руки отрывает с корнем, восстанавливаем целиком, вплоть до точного прохождения всех нервов, а у тебя всего лишь два осколочнопулевых ранения. Ну там ещё, конечно, колено в хлам разорвало, пришлось где-то удалять лишнее, где-то воссоздавать… Но ничего необычного, и не с таким сталкивалась. Ты мне вот что скажи… Как так получилось, что ты в медицинский отсек попадаешь не реже, чем учащийся на четвертом-пятом году обучения? К тебе, что, проблемы сами по себе липнут?

– Можно и так сказать, – нахмурился я. – Ладно, не будем о грустном. Как понимаю, срок улучшения организма ещё не подошёл. Но у меня есть вопрос… Есть вероятность того, что источник эволюционирует до первого уровня сам по себе?

– Если опять окажешься в заражённом радиацией месте – да, – кивнула Валерия. – Но крайне не советую этого делать, так как сам знаешь, какие болезни можешь заработать. Даже с нашими приборами трудно избавиться от той же лейкемии, много ресурсов приходится тратить на это, да и времени порядочно уходит. В общем… Не советую туда специально лезть, опасно для здоровья.

– Полностью организм переделать ресурсов не так много уходит, а избавиться от болезни много ресурсов, – усмехнулся я. – Чую, пахнет чем-то не тем.

– Рак прописывается в ДНК человека, вот в чём проблема, – гневно посмотрела на меня женщина. – Если бы такого не было, всё было бы в разы проще. Мы тут не занимаемся генной инженерией, это очень опасно, для этого есть другие профильные центры, так что давай не будем развивать эту тему, и ты воспримешь всё, как есть.

– Хорошо.

– Иди, – сухо сказала Валерия, демонстративно отвернувшись от меня.

Я лишь пожал плечами и спокойно вышел из её «кабинета». Всё же идти после ранения ног не самое приятное занятие, тут уже завязана психология человека. Вот вроде бы понимаешь, что ноги целы, но в голове так и сидит мысль о том, что у тебя там была дырка, что там что-то может быть не так. Из-за этого переживание само собой начинает накатывать, и от этого начинаешь идти более медленно и более осторожно.

В свой блок впервые я пришёл в одиночестве, меня никто не сопровождал. Это тоже несколько выбивало меня из колеи, но всё же нам уже было дозволено перемещаться по территории Академии, по крайней мере, до медицинского отсека. Встретила меня абсолютная пустота, никого не было в блоке, хотя все уже должны были вернуться, даже дежурного не было. Это меня напрягло.

Через секунд пять мне пришло уведомление о том, что все вызваны на допрос следственного комитета, причём это уведомление было с пометкой «исключительно для вас». Видимо, сработал какой-то системный триггер, из-за чего уведомление пришло только тогда, когда я зашёл в свой блок.

– Ну и ладно, – с лёгкой улыбкой на лице сказал я, убирая уведомление. – Зато можно заняться своими делами спокойно!

Первым делом я просто помылся. После сложных занятий, когда твоя жизнь висит на волоске, когда с тебя стекает из-за перенапряжения, страха, усталости семь потов, душ – самая приятная вещь на свете! Такое ощущение, словно все проблемы мира уходят вместе с каплями прохладной воды.

Дальше я пошёл бороздить просторы виртуального пространства. Мне хотелось что-то расслабляющее, что-то приятное для мозгов… Но для меня это оказались экономические глобальные стратегии, в которых многое решает как сама экономика, так и создаваемый космический флот. Это хорошо отвлекает от текущих проблем, иногда это даже полезно, а то если зацикливаться на плохом, то нервы сдадут. Надо отвлекаться.

Проторчал в игре я несколько часов, но за это время мои сослуживцы так и не вернулись, хотя приближалось время ужина, обед я успешно пропустил, находясь в медицинском отсеке. Дальше я уже просто не знал, чем заняться, просто так лежать тоже не хотелось, так что пошёл снова потеть, точнее переместился в тренажёрный зал.

Созданный план тренировок одним из инструкторов очень хорошо помогал, ведь по большей части мои мышцы были развиты благодаря ему. Так что беговая дорожка с тренировкой бега в разных режимах с утяжелителями по пять килограммов на каждую ногу, потом почти одна тысяча приседаний, потом уже упражнения на остальные группы мышц, только уже общеразвивающие. В общем, ударные тренировки, очень тяжело было заниматься, но зато был виден результат!

Спустя ещё один час моя группа вернулась. Все они были в каком-то подавленном состоянии, выжаты, словно лимон. А я не пошёл их встречать, смысла в этом не видел, многие настроены против меня, а показывать свою слабость, показывать, что я им рад, что не является правдой, не хочу.

Все разбрелись в основном по своим комнатам, пара человек забрели в комнату досуга, решили побренчать на акустических музыкальных инструментах, ещё пара человек – поболтать в холле. Никто в тренажерный зал так и не зашёл, хотя видели, что я там занимался. Возможно, в обиде на меня, что пришлось так долго проторчать у следователей, но тут моей вины нет.

Когда я уже уходил из тренажёрного зала, пересекся со Стрелком, который выглядел невероятно подавленным, а глаза были наполнены каким-то страхом. Он на меня посмотрел так, словно хотел не то что прикончить, а живьём с меня кожу содрать из-за всего прошедшего. В общем… Где-то в его мозгу формировалось какое-то безумие, что постепенно разъедало его разум. И это будет ещё одной проблемой, если это произойдёт… Надо будет доложить насчёт этого, чтобы он обследовался у психологов.

– Здоров? – попался мне навстречу такой же усталый Лаки, как и все остальные.

– А я смотрю вы все не особо, – слегка нахмурился я. – У вас у всех был допрос с пристрастием?

– Типа того, – мелко кивнул Лаки. – Зато есть хорошая новость.

– Какая?

– Через месяц нас отправляют в отпуск на тридцать дней.

– Твою ж… – аж зажмурился я, представляя, насколько у меня будет чудесный «отпуск», когда я вернусь домой.

– Что не так?

– Родственники… – тяжело сказал я, после чего стал выглядеть так же, как и остальные, то есть хмурым и несколько подавленным.

Для многих эта новость была бы радостной, но для меня не особо. Меня дома будет ждать очень душевный приём. Только душевный в данном случае от слова «душить». Надо будет готовиться к худшему…

Глава 22

Прошло уже три недели разбирательств по поводу моих простреленных ног и предателя среди нас. Как позже выяснилось, выявили ещё с десяток курсантов, которые так или иначе были связаны с моим троюродным братом. Что с ними стало, нам так и не сообщили, но что меня порадовало, среди моего взвода предателей не было, хоть большая часть моих сослуживцев на меня косо смотрела.

Сотрясали на самом деле всю Академию, много сопровождающих со старших курсов получили по шапке за то, что недосмотрели за теми придурками, что каким-то образом связались с моим кровным родственником. А вот с персоналом тут вообще беда… Таких движений работников не было, наверное, никогда! Больше двух тысяч уволенных, из них около трёх сотен загремели в тюрьму, а десять из этих трёх сотен вообще попали на планету-тюрьму! А там, поговаривают, сущий ад! Жить можно на той планете, но есть ряд определённых условий.

Над планетой висит одна-единственная орбитальная станция, пушки которой направлены на саму планету, как и вбитые данные в системы навигации ракет. На саму планету никогда не приземляются космические корабли и транспортники, заключённых туда посылают с помощью десантных капсул, причём партиями, чтобы меньше ресурса расходовать.

Сама же планета была крайне хреновой для проживания. Тут следует начать с постоянных землетрясений, которые создаются специальным устройством, которое скрыто достаточно глубоко под землей. Минимум пять баллов, не редкость и восемь баллов. Из-за этого строить какие-то поселения сущий ад, они просто долго не стоят на месте. Второе, что не давало развивать поселения, просто гигантские животные! Мало того, что их шкуру даже со стандартного армейского автомата или пулемёта не возьмешь, так ещё они бродят стадами и крайне агрессивны, если попытаешься хоть какой-то вред им нанести. А ещё они ненавидят постройки, видимо, тут уже генетики постарались. Про обилие хищников и говорить не стоит, там это один из самых острых вопросов выживания. И последнее, но не менее важное – температурные условия. Ночью кровь в жилах стынет и вода замерзает, а днём – дикие испарения и невыносимая жара. Жить в таких условиях можно, но крайне сложно. В основном вся планетарная живность и заключенные стараются обитать в так называемом планетарном терминаторе – области рассвета и заката, где самые приемлемые температуры для проживания, либо в пещерах, где можно попытаться создать себе условия. Если тебя не сожрёт какая-нибудь живность, либо если свод пещеры на тебя не рухнет.

Сбежать за сто пятьдесят лет существования мира-тюрьмы ещё никому не удалось, это просто невозможно. Учёных туда специально не отправляют, а только самых провинившихся и жестоких, иногда бывают исключения. У обитателей, проще говоря, просто никогда не хватит мозгов что-то соорудить, чтобы свалить с той планеты.

Сажают, естественно, туда на пожизненное, даже если огромные деньги, соизмеримые с казной клана, заплатить Совету галактики, чтобы кого-то оттуда вытащить, то никто и пальцем не шевельнёт. Слишком рискованно, несмотря на все факторы. Даже шанс в одну миллиардную от процента если есть, что транспортник будет захвачен, то туда никто не сунется. Ну и есть ещё одна особенность – обычно под конец разбирательств, кого именно надо вытащить, этот человек оказывается мёртв, смертность на той планете огромная.

Что же касается обещаний руководства, то у нас были в основном лекции, лекции и ещё раз лекции, иногда разбавленные занятиями по физической подготовке. Также были практические занятия, но не по боевой подготовке, а, к примеру, по системам прицеливания, по радиоустройствам, по теории квантовой передачи данных, по подсознательной синхронизации… В общем жуть жутью, которая многим просто была непонятна.

По тактической подготовке тоже были занятия с задачками на остроту ума. Современные технологии позволяют отыгрывать не только лично каждую операцию, но и смоделировать её. Один раз нам дали в программе каждому отделение, наша задача была грамотно расставить все приоритеты, задачи, что кому делать и дальше просто наблюдать за действиями сил, которыми мы уже не управляем. В настоящих боевых действиях управление часто теряется из-за потери линий связи, так что приходится надеяться на разумность подчинённых и преданных сил.

Мне достались бойцы с крайне хреновыми показателями меткости, но умеющие хорошо маскироваться, задача у них была довольно простой – организовать засаду колонне техники, уничтожить весь охраняющий её личный состав. Я всё сделал максимально просто. У каждого бойца по определению есть две гранаты, есть какие-то мелкие приспособления и хоть какая-то смекалка. «Носок, граната, смола», – простой рецепт, который позволил остановить всю колонну, а потом просто шквальным неприцельным огнём избавиться от её охранников, численностью равным взводу. Задачки для нас сейчас были не самые трудные, но всё же многие их заваливали. У меня, например, критерий на оценку отлично был таков: погибших – ноль, раненых – не более двух, задача выполнена, противник повержен. Вот у меня и вышло, что раненых было всего двое, только один оказался тяжёлый – осколок выбил глаз, пройдя через защитный слой как через масло.

Но все эти практические занятия в учебных классах никогда не сравнятся с реальной практикой, когда ты бегаешь лично по полю боя, командуешь хоть и мелким, но подразделением живых людей… Этот играющий адреналин в твоей крови, эти эмоции, вечное напряжение, натянутые нервы… Я, видимо, никогда не стану прежним, уже немного проникся этой военной романтикой, хотя она мне не особо нравится.

Но, как и говорил, самой жутью были лекции! На них тупо хотелось спать, особенно если они были после изнуряющей физической подготовки. Это воспрещалось, даже система не давала нам уснуть, постоянно будоража наш мозг, вливая в неё огромное количество информации… Даже как-то раз кто-то спросил, зачем нам все эти лекции, если всё и так есть в базе данных системы, на что спросившему Сток ответил:

– Зачем учиться ходить, если у человека и так есть две ноги?

В ответ была тишина, на что Сток просто усмехнулся, после чего начал бродить в своей любимой манере, скрестив руки за спиной, вбивая в наши голову истинную цель наших занятий.

– Человек по своей сути очень ленив. Невероятно ленив. Вы все мои занятия лекционные могли бы уже давно знать наизусть, я это не скрываю, но из вас хоть кто-то залезал в базу данных? Читал мои лекции? – в ответ была лишь тишина. – Вот именно поэтому и существуют лекции, чтобы в ваши ленивые умы можно было залить хоть какую-то информацию. Мало, всё время носиться и стрелять, надо знать, как это сделать правильно. Многие из вас будут в когортах в подчинении таких же бойцов Академии. Вам нужно будет уметь правильно синхронизировать свои действия, правильно подобрать тактику… В общем, надо хоть что-то знать, чтобы правильно сражаться. А теперь ответьте, что такое стратегия, а что такое тактика?

– Разрешите? – подняла руку Рейвен.

– Давай, птичка, – с лёгкой усмешкой и без какого-либо злого умысла сказал Сток, – рассказывай.

– Стратегия – это общий план боевых действий, точнее крупномасштабное планирование, а тактика – это инструмент достижения целей, поставленных стратегией. Доклад закончила!

– В общем, ты правильно сказала, надеюсь, ты сама поняла, что ты рассказывала, но сейчас я вам растолкую всё довольно простым языком с примером… – уселся Сток за свой стол, что-то отбивая на только ему видимом манипуляторе, после чего появилась перед всеми нами огромная голограмма, на которой была показана карта местности с нанесёнными на неё позициями своих сил и сил противника. – Вот вам простой и наглядный пример. Дуга – наши силы в одном участке фронта продвинулись на десять километров дальше, чем на других. Какой шанс, что противник ударит в эти самые места? Правильно – наивысший. Так вот, стратегия – это вычисление вероятностей того, как именно поступит противник, чтобы предпринять ответные или превентивные действия, меры… Тут как назвать. А тактика, Рейвен правильно сказала, как правильно реализовать выбранную стратегию, где вырыть окопы, где совершить атаку во фланг, где в лоб и тому подобное. И то, повезет не повезет. А что увеличит шанс на успех?

– Грамотные действия подчинённых? – вполголоса сказал Стрелок, больше задумчиво, чем обдуманно.

– Верно, – щёлкнул пальцами Сток. – А грамотные действия подчинённых идут от их знаний и умений. Так что… Начинаем всё сначала! Чтобы человек хоть что-то знал, ему надо об этом рассказать. Так что, слушаем все и всё, что вам рассказывают, и не хлопаем ушами. Любая информация может казаться ненужной, но в какой-то момент спасёт вам жизни!

В общем, примерно так проходило каждое занятие с этим инструктором, он пытался добиться нашего понимания, но очень часто сталкивался с каменной стеной, которую ему приходилось пробивать. Многим уже было интереснее просто побегать по полю и пострелять, ощущать всю ту остроту поля боя, чем сидеть на скучных лекциях.

А ещё все уже были мыслями в отпусках, ведь осталась всего одна неделя!

Я был не исключением, чем ближе была дата отправки домой, тем больше меня охватывал мандраж. Я всё ещё помню те ласковые угрозы со стороны моих родственников, помню их взгляды презрения, как они прилюдно говорили, что я – бракованный материал, что мне надо только на списание. Уроды… И мне снова предстояло вернуться в этот рассадник змей.

Вот только все остальные были в счастливых грёзах, все они стремились домой, мечтали увидеть родных и близких. Я по сути-то тоже… Вот только отца я ещё не скоро увижу, а билеты нам выписали от Академии до дома и спустя месяц обратно, более никуда. Так что сядем мы через неделю в свои транспортники и полетим туда, где нас ждут с распростёртыми объятиями, кого-то только в этих объятиях сожмут, а кого-то постараются придушить.

Зато у меня будет реальный шанс поквитаться с моим дворецким! Этот мерзавец травил меня последние несколько месяцев, подсыпая в еду всякую гадость, так что… Я с радостью найду эту дрянь и засыплю ему в пасть, только всю, что найду. Будет знать, как своего господина травить. А всем остальным будет урок… Надо будет составить план на месяц, чтобы выявить всех предателей моей семьи.

– У тебя прям очень зловещее лицо, – села рядом со мной в комнате отдыха в вечернее время Мгла, держа в руках стакан с каким-то напитком. – Никогда не замечала того, что ты так зло на кого-то смотришь.

– Да вот… План мести продумываю, – усмехнулся я, откидываясь на спинку дивана. – Ты же сама знаешь, кто я… А я такой самый первый в этом заведении обучаюсь, так что… Мне есть, что предъявить родственникам, при этом пара козырей у меня в рукаве уже есть.

– Пробудилось зерно? – с интересом посмотрела на меня девушка.

– В каком-то роде, – поиграл я пальцами в воздухе, показывая свою неуверенность. – А ты откуда знаешь?

– Да уже все слышали эту новость! – слегка восторженно сказала Мгла. – Все говорили сначала, что ты никогда не пробудишь свои силы, что бракованный изначально – бракованный до конца… А тут получилось так, что твои силы у самого первого из нашего взвода… даже нашего потока – пробудились! Представь, как все сейчас тебе завидуют!

– Бракованный? – зацепило меня это слово из её уст, из-за чего я задумался и отвернулся от неё. – Может, я и бракованный… Вот только… Ай, да ладно. Пускай все завидуют. Мне плевать. Мне главное выжить и выяснить, почему я такой вообще на самом деле, почему моя семья вся такая… Ну и почему силы у меня у самого первого проявились. Это странно. А также есть ещё несколько вопросов, что мне хочется задать моим родственникам и прислуге, что осталась на моей планете.

– Много вопросов? – хлопнула глазами Мгла.

– Ты не представляешь сколько! – тихо прорычал я, откидывая голову на спинку дивана. – Давай не будем о плохом. Вот ты к родным едешь?

– Ага… – кивнула девушка. – Мама обещала такой праздник закатить, когда я приеду в свой первый отпуск! Эх, все родственники будут в гостях! Давно я некоторых не видела, например, тётю по папиной линии и бабушку по маминой! А я по ним так соскучилась!

– Везёт, – сухо улыбнулся я, в то время как где-то внутри меня что-то скреблось. – Я вот не смогу насладиться яствами, не смогу насладиться приятной компанией родственников… Я жил лишь с отцом после смерти матери, а потом и он уехал воевать. Когда меня забирали с моей планеты, я был один в своей резиденции. Наверное, за ней никто не следил.

– А как же прислуга?

– А что прислуга… – усмехнулся грустно я. – Прислугу может отозвать мой братец, пока меня нет дома, у него на это есть все права. Не помню, какой там пункт закона о статусе аристократии, даже дословно не скажу, но звучит он примерно так: в случае отсутствия законного хозяина земли и его прямых родственников, управление землей и всем, к ней прилагающимся, переходит к главе клана. Как-то так. Так что я не удивлюсь, если там будет ждать меня запустение.

– Надеюсь, не будет…

Дальше мы болтали о всякой ерунде, просто обо всём, что вспоминалось. Она хоть и была простой девушкой, в плане происхождения, но явно была любознательной, знала реально много и умела поддержать беседу. А ещё она была невероятно красивой, даже по меркам, предъявляемым к аристократкам. У нас же есть технологии, что позволяют менять внешность, как нам заблагорассудится, а у простолюдинов доступа к таким технологиям нет. Но и без этих технологий Мгла была привлекательной.

– Ладно, – поднялся я на ноги. – Пойду, полежу немного перед проверкой. А то сегодня как-то измотался… А завтра еще надо будет зайти и провести улучшение организма, как раз срок подойдёт под очередное.

– А у тебя есть возможность улучшаться? – с любопытством спросила девушка, не пытаясь даже меня подколоть, но всё же вышло второе.

– Чёрт… – ударил я себя по лбу ладонью. – В прошлый раз последнюю попытку использовал… Чёрт… Придётся тогда ждать, когда появится возможность.

– Кстати! – вскочила также девушка. – А ты не слышал, нам выплатят за обучение? А то дома в деньгах нуждаются… Думала, помочь.

– Не знаю, – пожал я честно плечами. – Тоже бы пригодилась на пути лишняя копейка, у меня почему-то все счета недоступны в данный момент… Хотя я лично их не блокировал.

– Может, опять родственники что намудрили? – коснулась пальчиком своего подбородка Мгла. – Мне что-то подсказывает, что так оно и есть.

– А ты часом не провидица? – приподнял я одну бровь, с лёгким опасением смотря на неё. – А то мне что-то подсказывает, что твоё предположение окажется верным… Одни проблемы с этими родственниками…

– Всё нормально будет, не переживай! – хлопнула по плечу меня девушка, за что я автоматически с некоторым презрением посмотрел на неё. – Ой… Прости…

– Да ничего, – попытался я состроить на своём лице дружелюбную улыбку. – Бывает, не переживай. Ты так и не сказала, ты – провидица?

– Ну… – задумалась девушка. – В описании моего зерна было сказано, что я смогу видеть пути, наиболее вероятные. Как одна из способностей. Они не гарантируют того, что именно увиденное мной случится, но у этого будет самая большая вероятность. Вот только у зерна странное название… На каком-то латинском… Запомнить не могу, хотя оно не особо сложное.

– Мёртвый язык, – усмехнулся я. – Дай угадаю, твое зерно называется фатум, ну или виа.

– Виатум! – словно прозрела девушка. – Виатум оно называется! Образовано от слов путь и судьба! Точно!

– А говоришь, не знаешь, – с улыбкой помотал головой я. – Ладно, пойду, удачи тебе.

– И тебе, – одарила она меня на прощание милой улыбкой, что немного согрело что-то внутри меня.

Я что, начинаю влюбляться в простолюдинку? Ай, плевать. Дед же каким-то образом женился на обычной девушке, его за это не убили, отец тоже на бастардке без способностей. А я чем хуже? При этом в будущем она будет верной союзницей, сможет подсказать, что делать, а что нет! Это просто чудесный вариант. Главное – не гнать коней и не наломать дров… Вокруг много врагов и завистников…

А ещё дома много всякого дерьма…

Глава 23

Бесконечный поток звёзд в окне иллюминатора. За ним всегда приятно наблюдать, фантазируя о том, что вокруг каждой светящейся точки находятся миры, множество миров. Какие-то непригодны для жизни, какие-то идеальны для неё, на каких-то обычным способом человек и вздохнуть не сможет, а на каких-то будет только крепчать. Миров миллиарды! Мы до сих пор не может точно сосчитать их количество в нашей галактике, огромную часть обзора закрывают туманности в центре и, конечно же, активное её ядро – Стрелец А, сверхмассивная чёрная дыра. Говорят, ещё пару или тройку тысячелетий, и этот гигант станет квазаром, самым смертельным объектом во вселенной. И всё же даже такой объект не уничтожит все миры!

И сейчас я лечу в один из таковых. Условия обитания приемлемые, сельским хозяйством только и заниматься. Население планеты около двух миллионов, что немало по современным меркам, вполне достаточно для аграрной промышленности, но при этом стремительно растёт, только за мое время жизни естественный прирост населения составил более трёх сотен тысяч человек. И это мой родной мир.

Сейчас я летел в неизвестность, ибо я не знал, что именно меня там ждёт. Рядом со мной сидел Лаки, который почти без умолку общался со мной, но в данный момент спал. Это надо уметь вырубиться в шумной кают-компании, среди десятков достаточно привлекательных глазу персон противоположного пола.

С нами также летело около двух десятков других курсантов первого курса Академии, которые возвращались в сектор клана Грей. Многие даже не знали, кто я такой, что имею непосредственное отношение к правящей семье их родных миров… И пускай так остаётся, не хочу лишний раз светиться на публике.

И всё же космос прекрасен! На планетах таких структур просто не встретишь, они там не смогут существовать. Остатки от сверхновых, планетарные туманности, звёздные ясли… Тысячи различных оттенков играли предо мной, а с улучшенным зрением я видел все настолько ярким и насыщенным, что любой бы позавидовал

Перехвачен потенциально опасный для вас и общественности пакет данных! Происходит его видоизменение! Видоизменение завершено! Пакет данных передан дальше в сеть! Воспроизвести оригинал видео, содержащегося в пакете данных?

Я нахмурился. Такое сообщение появилось впервые… И как я понял, получил пока его только я. Конечно же, я хотел воспроизвести оригинал, но всё же опасался, что кто-то тоже смог получить… Но от этого уже ничего не изменится, так что – воспроизвести.

– Уважаемые курсанты великой Академии! – стоял с распростёртыми объятиями мой троюродный брат, по совместительству глава клана Грей, после чего убрал руки за спину и стал лукаво улыбаться. – Я рад вас приветствовать на вашей же родине! Рад, что вы смогли вернуться домой, после столь долгого обучения! Да, знаю это ещё не всё, вам ещё много предстоит учиться и сражаться, оберегать покой земель человечества… Но мы в вас верим и ждём!

Вроде всё было как обычно в его взгляде, в его манере общения, в его внешнем виде, но чувствовалось некое напряжение, некое раздражение, передаваемое через кадры этого видео… Ему явно сложно удавалось спокойно приветствовать тех, кто ниже его по статусу, он явно боролся с тем, чтобы не начать принижать их честь и достоинство, показывать, какой он – молодец, а какие все остальные никчемные.

– Но есть одна печальная новость… – тяжело вздохнул главный Грейссон, сжав кулак правой руки перед грудью. – Мой брат, троюродный брат, глава ветви клана Грейвойд, Тиберий, был убит во время проведения занятий, а потом его подменили идеальной копией! Кто и как это смог сделать, мне не известно! Они каким-то образом получили его ДНК и смогли воссоздать тело!

Вот он – тварь… Сам же знает, что генетический код аристократии хранится только у Галактического совета, больше нигде его найти нельзя в чистом виде… А если попытаться получить его из нашей крови или других частей организма, то ДНК будет самостоятельно разрушаться, что приведёт к потере дынных.

– Сейчас его землями управляет мой ставленник! – уже более корыстно улыбнулся мой братец. – Точнее, сейчас его землями управляет моя единокровная сестра Джули Грейс-сон! Она навела порядок на его территориях! Теперь там уют и процветание, а не анархия и самоуправство, как это было в былые времена во времена власти Грейвойдов… Мы вас ждём! Прилетайте скорее! И привозите убийцу моего брата ко мне!

– Урод… – кто-то высказался, когда у меня перед глазами закончилось видео, как и у остальных. – Мало того, что в кабалу загоняет наши семьи, так ещё и издевательски приветствует… Самому бы заняться той работой, что на нас возложил, за те копейки, что нам выплачивались… Урод.

– Согласна, – кивнула беловолосая девушка, что была выше меня, что редкость. – У меня так на работе под его личным управлением от плетей… Отец умер… Не представляю, что сейчас на землях уважаемых Грейвойдов происходит…

– Ты тоже это видел? – осторожно ткнул меня локтём в бок Лаки, тихо, чтобы остальные не слышали, начал со мной общаться. – Он тебя трупом объявил… И сказал, что ты – клон самого себя. Что он задумал?

– Он избавиться от меня хочет, что не удивительно, – нахмурился я. – Но я не из-за этого сейчас переживаю… Его сестра… Скажем так, это аристократка самого лёгкого поведения с просто гигантскими заскоками в плане постельных отношений… Я боюсь представить, что она сделала с моими землями…

– Это та прос… – хотел было сказать Лаки, но быстро закрыл рот, вспомнив, что она как бы тоже моя родственница, что он не имеет права так называть её, даже если она таковой является.

– Именно она, да, – кивнул я. – Теперь там земли разврата как минимум, а это меня напрягает…

– Ну за восемь месяцев, думаю, что она дров не наломала сильно… – с лёгкой задумчивостью сказал Лаки. – Мне вот пришло сообщение, что моим родственникам всем удалось перебраться в первые месяцы моего отсутствия на твои земли. Сначала там было всё шикарно, все спокойно работали… А потом я больше не получал от них писем.

– Значит, в тот момент и пришла моя троюродная сестра к власти, – тяжело вздохнул я. – Кажется, придётся воевать… Вот чует моё сердце, мирным путем сейчас всё не решится.

– Да ну, не может же быть всё настолько хреново, я не верю в это.

– Поверь, всё может быть намного хуже, – грустно усмехнулся я, после чего снова начал смотреть в окно иллюминатора. – Время покажет, кто из нас двоих прав. Но всё же… Там точно всё не так хорошо, как было при мне или моём отце, все наши труды могут быть просто уничтожены.

* * *

До моей планеты мы добрались где-то в середине пути между всеми мирами под пятой клана Грей. Космопорт никаких изменений не претерпел, всё так же строго военная стилистика, теперь понятно мне чем вдохновленная. Персонал занимался своими делами, охранники спокойно проверяли каждого входящего, всё было спокойно, даже меня пропустили, видимо, не узнав в лицо, что немного встревожило. Это не мои люди тут стоят.

– Тиберий Грейвойд? – послышался насмешливый голос молодой девчонки за моей спиной, голос, который я очень хорошо знал. – А я думала, ты побоишься сюда прилетать, отброс цивилизованного общества.

– Алиссия, – не стал я называть её фамилией моего клана, так как она была, как и Лаки, названой родственницей, хоть уже и давно. – Ты же понимаешь, что если на земли вернулся законный их владелец, то тут ты автоматически превращаешься в преступника, которого можно казнить на месте? Ну это по предварительной оценке. Замена штата охранных органов на людей не этого мира… Попахивает попыткой прикончить меня.

– А ты всё так же умён, – усмехнулась девушка. – Вот только это не твои…

– Заткнись, дрянь! – прервал я её, из-за чего местные охранники насторожились. – Ты не имеешь права тут находиться, ты не имеешь права со мной так общаться! Тебе вообще было запрещено моим отцом появляться на этой планете в связи с тем, как ты относишься к другим людям, со своей паршивой типа сестрой!

– Не тебе сейчас командовать, – надменно усмехнулась простушка, скрутив руки под грудью, как бы делая свои… недоразумения чуть больше. – Ты не в том положении. Ты сейчас или поклонишься мне, или тебя просто-напросто расстреляют.

Доступна частичная активация защитно-атакующего комплекта брони. Активировать?

– Зря ты это сказала, – усмехнулся я, направляя в её сторону руку с раскрытой ладонью, видя сначала на её глазах злую усмешку, потом дичайшее удивление. – На основе статьи сто сорок пять двенадцатого параграфа, тебя, Алиссия без фамилии, я приговариваю к смерти! А вы все тут свидетели! Законный владелец жив!

– Врёт! – с визгом вскрикнула девушка, поняв, в каких условиях она оказалась, уже пытаясь скрыться за спиной своего охранника.

– Не поможет, – прошептал я, наводя своё оружие на этих двоих, что уже были подсвечены красной рамкой. – Прощай.

Захваченный дом

Интерлюдия 1

Грей

– Линкор третьего класса «Артемиссия» уничтожен! – тревожный голос командира корабля раздавался в эфире, и из-за недостатка системы или криворукости инженеров, что собирали этот линкор, всё прекрасно слышал весь экипаж, что транслировалось по всегалактической сети спасения. – В боевом построении ещё шесть линкоров и пятьдесят три эсминца, двадцать два фрегата и больше двух сотен корветов! Ведём бой с превосходящими силами противника! Нам навязали генеральное сражение! Просим поддержки! Повторяю, просим поддержки! Несём большие потери!

И это была не первая такая передача в эфир. Всего в боевом построении в эту звёздную когда-то систему прибыло больше двадцати линкоров, только теперь их осталось почти в три раза меньше. Это была катастрофа! Но и противник нёс весьма ощутимые потери. Только одно очень сильно удручало – доподлинно неизвестно, какими именно силами располагает враг, так как не было никаких способов разведать это, а вот у сил человечества сейчас в бою была пятая часть всей флотилии.

– Эсминцы «Бровус», «Ноктор», «Борей» уничтожены! – продолжил быстро говорить в эфир командир корабля, по совместительству руководитель операции по спасению всех живых из этой системы. Только операция по спасению оказалась провальной с первых же мгновений – противник знал, что сюда придут, так что просто организовал очень грамотно расставленную и спланированную ловушку. – Потеряно больше десятка корветов, целое звено! Повторяю, срочно требуется помощь! Мы не можем отступить! Блокируют активацию сверхсветовых двигателей!

И этот линкор оказался не первым, что взял управление на себя. В эту систему не смог прибыть командный корабль, единственный дредноут, который полностью мог бы заменить своей мощью всю эту флотилию… Вот только его перехватили куда меньшие силы в другой звёздной системе, навязав хитрый бой, таким образом не давая возможностей преодолеть межзвёздное пространство.

Грей стоял возле иллюминатора в выделенной ему и остаткам его девятки каюте. Всего удалось вывезти с планеты около двадцати трёх тысяч бойцов Академии и около двух сотен тысяч обычных человек. Все они попали именно на этот линкор, и теперь многие из них переживали, что им просто придёт конец.

Самый первый линкор уничтожили огромным, размером с полноценный спутник, лучом невиданной энергии. Не было взрывов при столкновении с обшивкой, не было сопротивления энергетического барьера… Луч просто прошёл насквозь, словно вырезав часть пространства из этой реальности, перенеся её в другую, в свою. Страшное оружие, против которого нет пока никакой защиты. Но и против нападавших нашлась управа! Нейтронные, атомные, ядерные ракеты активно уничтожали структуры, что принимали формы вражеских кораблей. Они состояли словно из антиматерии, защищались какой-то потусторонней энергией… Но щиты нейтрализовались от десятка ракет, всё зависело от размера цели, а корабли «схлопывались» после первого же попадания.

– Никогда не думал, что мы окажемся в такой заднице, – сказал Шёпот, после чего из-за непривычки протянул воздух через отверстие в зубах, которое не успели восстановить из-за нехватки времени. – Такой жуткой заварухи я не видел со времён первого контакта… Тогда у нас и флот был так себе, а сейчас… Сейчас тоже так себе, но в разы, даже на порядки сильнее… И всё же мы проигрываем по всем фронтам.

– Просто не хватает огневой мощи, – сказала Ведунья, покуривая свою любимую трубку из древнего красного дерева, что ей досталась от далёкого предка с самой Земли. – Тут можно ещё найти выход… Я уже почти два миллиона джоулей потратила на это… Но, чёрт… Шансы победить пока оцениваются всего в два процента. И то, если придёт подмога в виде хотя бы десятка линкоров, что будет для противника огромной неожиданностью.

– Не будет подкрепления, – буркнул Грей. – Я прекрасно знаю расстановку сил на карте галактики… Сейчас самый ближний к нам это тот самый дредноут, что вёл эту флотилию. Но уже потратил часть своего боезапаса, а когда придет, тут не будет ещё трёх линкоров… О, вот ещё один подорвали… Ба! Его аж на две ровные половники разделило… Отвернитесь от окна, сейчас слепанет…

Сказано – сделано. Стоило только отвернуть всей троице взгляд от иллюминатора, как уничтоженный линкор взорвался десятками сверхновых, высвобождая энергию мегатонных мощностей ядерного синтеза. Это уже не первый такой взрыв, что сегодня увидел Грей с остатками своей девятки, точнее с представителями других троек, что остались в этой девятке.

– Такими темпами от третьей космической флотилии не останется ни следа… – вздохнула Ведунья, усаживаясь на свою койку. – И как мне, блин, переодеваться, когда со мной поселили двух мужиков?!

– А как ты до этого переодевалась на протяжении последних двух месяцев, живя в одной казарме с тремя десятками мужиков? – с усмешкой спросил Шёпот, снова слышно вздохнув через дырку в зубах. – Чёрт, как же это хрень нервирует… Может, есть у вас переносной медицинский аппарат? Не могу так дышать… Противно…

– А ты через нос дыши, – спокойно ответил Грей, снова развернувшись лицом к окну. – О, настроили, видимо, наконец, не слышно теперь командира. Теперь могу начать цитировать я. Это был линкор «Крестовьер», первая модернизация последнего поколения линкоров. Отличается от старых тем, что у него установлены спиротроны, современные огнестрельные орудия сверхогромных размеров, при этом есть несколько лазерных систем малого радиуса действия, хорошо поражают мелкую дрянь, что подбирается близко. Но основное оружие – особо крупные ракеты различного класса действия, оснащённые термическими боеголовками. Мощная и жестокая вещь… Там, по-моему, самая большая мощность составляла около трёх сотен мегатонн. В общем, пара таких была способна планету расколоть, если околоземный взрыв устроить.

– Вот только чем тебе сейчас все эти знания помогут? – с лёгкой иронией спросила Ведунья, подняв взгляд на командира своей девятки. – Мы уже и так все просрали… Уже двенадцатая часть земель поглощена пустотой… Эта непонятная зараза не остановится, пока всю нашу галактику не преобразует в одну большую сверхмассивную чёрную дыру.

– А ты смотрела, что будет после того, как все галактики будут таким образом поглощены? – с небольшим интересом спросил Шёпот, усевшись в позу лотоса перед некогда своей возлюбленной. – Просто, помню, ты предугадала смерть моего брата, из-за чего мне удалось его спасти… Может, твоё видение и на этот раз поможет нам как-то выйти из ситуации?

– Не поможет, – помотала в стороны головой девушка. – Когда половина галактик будет превращена в чёрные дыры, суперсверхмассивные чёрные дыры, тогда просто начнётся процесс схлопывания всей вселенной, он уже будет необратим.

– Хочешь сказать, мы сейчас воюем с цивилизацией больше чем третьего порядка? – почесал затылок Грей, повернувшись в сторону женщины в обличье молодой девушки. – Так таких, в принципе, не существует! И не должно существовать… Это надо как минимум несколько галактик покорить, чтобы иметь достаточно энергии для развития технологий. Таких цивилизаций просто быть не может!

– Вселенная существует уже больше десятка миллиардов лет, – тяжело вздохнула девушка. – За это время даже самая маленькая вероятность того, что что-то могло случиться, сработала. Всё возможно в нашей вселенной, вообще всё. Так что не стоит удивляться тому, что какая-то цивилизация смогла достичь такого уровня развития. Только непонятно, зачем они создают такие катаклизмы…

– И не поймём, – нахмурился Грей, сложив руки на груди. – Если ты права, то нам просто мозгов не хватит их понять… А сейчас… В сторону все разговоры. К нам приближается десантная капсула противника. Видимо, всё же у них силы на исходе. Не вижу всей картины, но, кажется, наши начали отбиваться, прогонять противника… Возможно, они достигли своей цели, сильно потрепав наш флот… Но всё же странно…

– Что странного? – приподнял одну бровь Шёпот.

– Что они решили бросить в нас десантные капсулы. Их же выжигают лазерами при подлёте… Или… Твою дивизию! Приготовиться к бою! Им плевать на лазеры! – заорал неожиданно Грей, тут же облачившись в свою защиту, после чего выскочил в коридор, где продолжил орать, барабаня во все стены и двери. – Всем приготовиться к бою! Приготовить замкнутые дыхательные системы! Сейчас будет боестолкновение с десантом про… Чёрт!

Глава 1

Один выстрел – два трупа. Всегда приятно осознавать, что пал твой противник, но так противно думать о том, что это были люди… К горлу начал подступать ком, но я его подавил силой воли, сейчас не время показывать свою слабость, не время думать о таких мелочах, как человечность… Раз они решили противостоять аристократу, хозяину этой планеты, значит, они все автоматически приговариваются к смерти.

Быстро бросив взгляд вокруг себя, я метнулся за ближайшее укрытие – угол коридора космической станции, на которую я высадился. Противник незамедлительно открыл огонь, мирные жители начали кричать, стали появляться сопутствующие, скорее всего, даже специальные жертвы. И всё это они попытаются списать на меня! Что я сам убивал своих собственных подчинённых! Я ведь знаю своих родственников как облупленных, они точно попытаются сделать такой ход конём, вот только хрен им, доберусь до ближайших коммуникаций, тогда и покажу всему этому миру, что я жив, что я вернулся сюда, чтобы установить свою собственную власть! Пора развязывать войну…

Лжеохранников рядом со мной начало скапливаться достаточно много, но большая часть из них и так была помечена системой, так что мне нужно было просто выставить руку и провести ей несколько раз из стороны в сторону… И раз…

Уровень заряда энергии составляет 72 %.

Я немного ужаснулся от таких цифр. Слишком большой расход, придётся вооружаться обыкновенным автоматом, чтобы участвовать в схватках против обычной пехоты… Вот только они защищены, а я нет, меня может первый попавшийся выстрел отправить на тот свет… Надо действовать крайне осторожно.

Высунув голову за угол, я быстро осмотрел местность. Все помеченные «охранники» были мертвы, а те, что остались в живых, сверкая пятками, сваливали на нижние уровни. Вот и хорошо, я знаю эту станцию достаточно хорошо, дверь сюда можно закрыть и зафиксировать, оборвав при этом управляющие провода, тогда они просто так ко мне вломиться не смогут, а у меня будет достаточно времени, чтобы нормально приодеться.

Подойдя к двери, я сделал задуманное, зафиксировал механический замок, банально выведя его из строя, после чего расстрелял из лежавшего рядом автомата щит управления, полностью ломая его и ограничивая доступ к двери. Теперь ко мне можно было попасть только с помощью подрыва этой дверки, выбить её никак не получится, она спроектирована специальным образом, чтобы этому противодействовать на высшем уровне. Как там говорилось в описании – противовандальная дверь?

– Вы нас берёте в заложники? – приподняла слегка голову заплаканная девушка, обратившись ко мне сорванным от крика голосом. – Или вы нас убьёте как этих охранников?

– Нет, – спокойно бросил я ей, добавляя в голос некоторое пренебрежение, показывая тем самым, что мне на них сейчас плевать. – Я пришёл забирать свой мир. А то, что вы меня не узнали, сугубо ваши проблемы. Могли бы сразу понять, что тут затевается что-то неладное, когда законный властитель этих земель вернулся к себе домой.

– Властитель? – приподнял голову парнишка, с прищуром всматриваясь в моё лицо. – Вы – Тиберий Грейвойд?! А нам уже два месяца подряд говорят, что вы погибли на какой-то там планете!

– Нагло врут, – всё так же, не оборачиваясь в сторону людей, ответил я пареньку, присев возле одного из погибших охранников, стягивая с него элементы брони. – Вы лучше при первой возможности бегите домой, а не ждите космического корабля. Уверяю, ближайший месяц сюда точно ни одна птичка не сядет.

– Почему вы так считаете? – поднялся хмурый мужик, весьма атлетического телосложения. – Никто не отменял рейсов! И не сообщал нам об этом!

– И не сообщат, – усмехнулся я, с интересом наблюдая за его реакцией. – Просто текущему правительству это не надо, я вам даже больше скажу, они сейчас ещё больше народа сюда загонят, чтобы побольше было жертв. Так что решайте сами. Это мои родственники сейчас тут царят, а не я управляю. А теперь, как я сказал, лучше спрячьтесь и не мешайте, сейчас тут будет довольно ожесточённое сражение между мной и толпой безруких охранников.

– Вы один! – подметил всё тот же паренёк, что узнал меня, точнее, верно угадал моё имя. – А их там целая куча! Вы не сможете победить их! У вас просто не хватит сил!

– Малой, – повернулся я на этот раз к нему лицом, слегка улыбаясь. – Ты слышал, что такое Академия?

– Самое ужасное учебное заведение на всём свете… – поёжился парнишка.

– Я был там, и я остался жив. Думаю, какая-то кучка охранников, которые ни разу не участвовали в боевых действиях, не сможет мне противопоставить хоть что-то. Всё, ищите убежище, я минут через десять пойду дальше. И вы как-то странно себя ведёте, паниковать должны, тут только что троих гражданских убили или ранили, а вы так спокойно со мной общаетесь. Прячьтесь! Это приказ!

Дальше я уже просто не слушал гражданских и моих подчинённых по совместительству, было не до этого. Из моей памяти система смогла достать информацию и спроектировать план этого здания, указав точками, где, вероятнее всего, меня будет поджидать засада, выдав при этом даже примерную численность засады. Удобная функция, с ней не застанут меня врасплох.

С первого охранника я смог стянуть шлем, наплечники, набедренники и наголенники, отложив их в сторонку. Остальное у него оказалось либо не подходящим мне по размеру, либо повреждённым после моего выстрела. Со второго я так же смог взять броню на предплечье, но всё равно этого было мало, ещё нужно было найти защиту на грудную клетку и живот, а также на плечи рук.

Пришлось обойти всех павших охранников, но я всё равно не смог собрать полный комплект защиты. Потратил я на это минут двадцать, так что не сомневаюсь, что сейчас это здание уже берут в окружение натренированные моими знакомыми войска быстрого реагирования. Вот только они должны быть верны мне, у них везде висели портреты моего отца и мои… Главное – обозначить себя, чтобы они не открыли по мне огонь.

Вот зато с боеприпасами и оружием проблем вообще не оказалось! С полутора десятка трупов охранников я смог собрать два целых пистолета, которые зафиксировал у себя на бёдрах, прям на щитках, с помощью специальных креплений, а также дюжину автоматов с почти полными боекомплектами к ним. Правда, много с собой я утащить не смогу, а рюкзака с собой, увы, нет, оставил его вместе со всеми привезёнными в Академию вещами там. И всё же восемь магазинов в разгрузку поместилось, плюс полный девятый в самом автомате. Так-с, а что это у нас за хрень такая?

Автомат общего назначения «АНК-1001».

Калибр – 7,62.

Размер магазина – 45 патронов.

Прицельная дальность стрельбы без установленного специального прицельного устройства – 1000 метров.

Максимальная дальность стрельбы – 6700 метров (при пересчёте на текущее гравитационное воздействие планеты).

Убойная дальность стрельбы – 4650 метров (достигается за счёт особой структуры пули, используемом в штатном боеприпасе, которая при столкновении на определённой скорости деформируется и разрывается).

Износоустойчивость – 10 000 выстрелов за одни сутки / 100 000 выстрелов всего.

Добротная вещь, правда, встречались и лучше, но всё же… Даже таких параметров ещё нужно умудриться достигнуть. Обычно на такое расстояние только снайперские винтовки стрелять способны, а тут автомат на шесть километров способен бить. Чудо! И почему я раньше не вникал в оружие?

Сам автомат можно было переключать для стрельбы в различных положениях. В принципе, как было заведено ещё в старину, имелось всего три положения стрельбы: одиночными, короткой очередью и длинной очередью. Каждый тип имел свои преимущества, которые в принципе весьма очевидны.

Также было ещё около десятка магазинов для пистолетов, которые я смог распихать во всевозможные карманы одежды и разгрузки, чтобы в случае чего можно было открыть огонь из оружия ближнего боя. Порой достать пистолет из кобуры удается быстрее, чем перезарядить автомат.

Также множество различных гранат, в том числе светошумовых, что отлично пригодятся при штурме помещений. Ими и буду пользоваться, так как не уверен, что не пострадают гражданские при использовании разрывных гранат. Дымовые я сразу отбросил в сторону, кроме одной, они нужны при отходе, либо резкой смене позиции, чтобы противник не узнал, куда именно я метнусь.

– Ладно, вот теперь я готов, – сам себе под нос сказал я, смотря на неприкрытое плечо левой руки. – Хреново… Ведь им к противнику повёрнут буду… Сто процентов зацепят.

– Удачи вам! – с надеждой в глазах смотрел на меня всё тот же парнишка, на что я развернулся к нему лицом, приложил два пальца к поверхности шлема над защитным стеклом для глаз и отдал салют, вытянув руку вперёд и слегка вверх. Мальчишка с широкой улыбкой повторил этот жест в ответ.

Разблокировав механический замок двери, я очень осторожно, так, чтобы не было слышно, открыл её, после чего, тихо ступая по ступенькам, начал спускаться вниз. Согласно схеме здания, каждое такое крыло для приёма пассажиров с космолётов было поднято примерно на пять этажей вверх. Логичнее было бы построить лифт, но от этой идеи отошли в угоду экономии, на тот момент планета только развивалась, когда строился этот космопорт, так что есть только лестница.

Идти пришлось реально осторожно, так как противник мог засесть в засаде на любом из пролётов, но обошлось, до самого низа этой лестницы я не встретил вообще никого, а в конце её только закрытую дверь. За этой дверью были слышны переговоры, детский, совсем младенческий плач, крики мужиков и вопли женщин. Похоже, людей там взяли в заложники, не зря я отказался от идеи использовать разрывные гранаты, а то пострадали бы многие.

Я ещё раз глянул на себя и улыбнулся. У моих противников нет никакой системы. У них нет встроенного датчика определения «свой-чужой», так что сейчас они могут меня принять за своего, главное этим грамотно воспользоваться. Только это будет одноразовая акция… Но упустить такой шикарный шанс заманить противника в ловушку я просто не мог!

– Вы какого хрена стоите?! – с силой я распахнул дверь, начав орать благим матом на охранников, что сейчас выставили в мою сторону своё оружие. – Там этот дурак наших в заложники взял! Ещё трое пытаются отстреливаться, но они ранены! Пошли помогать!

– Трое живы? – удивлённо, словно, не веря моим словам, ответил один из этой толпы, после чего самый первый рванул в дверной проём, а я его, конечно, вежливо пропустил.

Следом метнулось ещё несколько человек, а потом уже только я, заметив краем глаза, что остальные мне не особо поверили и начали шептаться между собой. Когда я снова оказался со стороны лестницы, я закрыл за собой металлическую дверь и дико улыбнулся. Бездари сразу поняли, что оказались в ловушке, но для них уже всё было решено.

Одно мгновение, я переключил флажок для ведения стрельбы в позицию автоматического огня, упёр как следует автомат себе в плечо и просто зажал спусковой курок. Трель выстрелов оглушила меня в замкнутом помещении, но сейчас на слух я полагался меньше всего. Почти моментально, за каких-то жалких пять секунд весь магазин оказался пуст, а все выбежавшие мертвы. Сколько раз и в кого попал я из автомата, считать не хотелось, да и времени просто уже для этого не было.

Чтобы сравнять шансы, я отпустил автомат, благо он был на ремне, из-за чего он повис на моей шее, достал из специального отсека свето-шумовую гранату, вытащил чеку, подождал буквально одну секунду, приоткрыл дверь и бросил её в зал предварительной регистрации, если верить спроектированной карте.

Хлопок, сразу мат, ещё больше крика, ещё больше рева, ругани. Все, кто там находился, были ослеплены, а если не ослеплены, то оглушены. Кому повезло меньше всего, мог оказаться раненым, так как всё равно граната разрывается, а её осколки разлетаются в разные стороны. Но время терять нельзя! Эффект хоть был достаточно долгим, но не настолько протяжным, чтобы можно было просто так простаивать. Меняем магазин и выходим!

Открыв до конца дверь, я быстро провёл взглядом по помещению. Система в этот же миг выделила девять целей, которые я тут же начал расстреливать короткими очередями. Потратил всего половину магазина, после чего короткой перебежкой достиг конца этой комнаты, после которой шёл длинный коридор.

После этого коридора был основной распределительный узел, откуда шло три тоннеля, один из которых был ровно передо мной. Три пути, три космических корабля, которые могут быть одновременно использованы для приёма пассажиров. Это осложняло дело, так как противник мог оказаться во всех этих трёх местах, что было более чем гарантировано, а значит, придётся подорвать два остальных. Вот только у меня нет с собой достаточного количества взрывчатки, чтобы это сделать…

Пока я стоял и смотрел из-за угла в «пропасть» коридора, там появилось задымление. Я даже не заметил снаряда, что это сделал, так что просто насторожился и внимательнее присмотрелся. Сама по себе сработала пассивная способность, слегка приблизив всё, что видели мои глаза. Удобно, можно дальние мелочи рассматривать. И тут же я заметил едва различимый силуэт бойца, что шёл слегка впереди этого дыма.

Полевая индивидуальная система стелс, самая новая разработка в области применения обычной пехоты. В разы повышает возможности скрытного проникновения в ряды противника, вот только систему не обмануть… Стоило моему разуму понять, что там идёт человек, как тут же он оказался подсвечен алой рамкой, как и несколько других человек позади него, что я уже не мог заметить, а система по определённым признакам смогла. В играх бы такое назвали читерством, коли мне память не изменяет, а в моём случае – это неоспоримое преимущество. Вот только это были не мои солдаты, сейчас специально против меня послали каких-то наёмников или гвардейские отряды главы клана, так как только на них хватило средств, чтобы снабдить их данной системой. Каждый такой боец на вес золота.

Снова частично активировав свой доспех, а точнее своё личное оружие, я выставил его в коридор и также просто слегка поводил им из стороны в сторону. Противник совершенно этого не ожидал, они шли с полной уверенностью, что я их не увижу, вот только не они застали меня врасплох, а я их! Из-за чего десяток бойцов за пять выстрелов отправились на тот свет, значительно ослабив моего троюродного брата! Ведь у него всего пара сотен таких бойцов!

Выскочив в коридор, я быстро промчался по нему, молясь всем богам о том, чтобы никто сейчас не выскочил мне навстречу. И мне повезло. Или противник просто побоялся, или подумал, что в дело вступили профессионалы. Только что-то мне подсказывает, что мне не может просто так долго везти…

Заглянув мимолётно в следующую комнату, я понял одно. Там не меньше полтинника личного состава противника. Для одного бойца это было очень и очень много, мне сейчас просто не справиться, а я, как назло, единственный, кто высадился именно в этом космопорте, а корабль с моими сослуживцами уже убыл… Но самое противное в том, что там еще больше гражданских! Они их держат не просто в заложниках, они используют их как живой щит, рассчитывая на то, что я не буду вредить своим подданным.

– Твари… – прорычал от бессилия я, усевшись спиной к закрытой двери. – Благо сейчас не заметили… Вот только… Что делать?.. Что делать?.. Что делать, что, мать их за ногу, делать?!

Похоже, выхода у меня сейчас не было, придётся подрывать тот зал, жертвуя людьми… Или стоп! Тут всего третий этаж! А мне моё обмундирование и мои навыки не дадут получить повреждений при падении! Вот только окон нет… Хотя это уже не проблема! В этих коридорах не особо толстые стены, будет достаточно всего связки пары-тройки гранат и всё! Для меня будет открыт путь!

Ха-ха! Да я – гений!

Бегом за гранатами, пока противник не понял, что элитного подразделения больше нет в живых!

Глава 2

Как же прекрасен этот мир вечерами! Небо, залитое румянцем, облака, покрывающие весь небосвод, колыханье различных деревьев лиственных пород, создающих приятную и расслабляющую атмосферу… Эх, любил я гулять в этом мире, просто гулять, забывая обо всём… Но сейчас я мог лишь украдкой смотреть на всё это, в глубине души наслаждаясь тем, что всё-таки вернулся домой. Просто не было возможности лучше сосредоточить на этом своё внимание…

Сейчас я мчался по автостраде, улепётывая, иначе это просто никак не назвать, от батальона вооружённых до зубов профессиональных убийц, что гнались за мной следом. У меня было преимущество, я был на гравибайке, мог маневрировать спокойно среди машин, а им приходилось объезжать на своих транспортниках, точнее, они это делали, пока не надоело, потом просто стали расталкивать всех и вся на дороге.

Плотность потока машин была довольно большой, скорость набрать не получалось, максимум сто миль в час, не более, чаще всего вообще ехал около пятидесяти миль, стараясь объехать автотранспорт в попутном направлении. Но зато как я эпично вырвался из здания! Эти придурки просто этого не ожидали.

Вернувшись обратно в пункт приёма, я собрал все имеющиеся гранаты, что были на телах, попутно собирая их и в остальных помещениях. Всего набралось двадцать две штуки, тащить их было не особо удобно, так что я просто взял мусорный бак и запихал их туда.

Когда я снова вернулся в коридор, ведущий к центральному зданию, меня уже ждали, пришлось пострелять немного. Один раз даже словил пулю, но грудной щиток сработал как надо – сломался, но пулю задержал. Теперь только на груди моей будет красоваться огромный синяк, до тех пор, пока я его не излечу, либо пока он сам не рассосется. Но это были мелочи!

Когда я вернулся к коридору, там за горами трупов, которых эти «профи» устранили по-тихому, засели эти самые бойцы, что должны были меня задержать. Сказать, что я разозлился, это вообще ничего не сказать, даже система заметила резкий скачок норадреналина в организме, который спровоцировал все мои дальнейшие действия.

Внимание! Произошла спонтанная активация зерна! Применена способность «гравитационный разлом». Описание: перед вами появился гравитационный разлом, место, что проделало кротовую нору через пространство-время, соединив две удалённые точки пространства. Время поддержания способности 5 секунд. Внимание! Никто, кроме вас, этого разлома не видит. Точка появления выхода разлома определена вашей целью.

Я не видел, где именно появился выход из разлома, не видел, что по ту сторону этой антрацитовой воронки, но я, не сожалея, сидя за укрытием, у одной из гранат в урне вытащил чеку, после чего бросил всю урну в этот разлом. А дальше было просто красиво.

Серия взрывов разметала всё, что было в коридоре три метра в ширину и два с половиной в высоту. Десятки тел разлетелись во все стороны, создавая просто ужасающую и одновременно красивую в каком-то роде картину. Я видел всё это в отражении ростового зеркала на столбе, что было напротив меня, видел лишь маленький кусочек, но и этого хватило мне, чтобы меня вывернуло наизнанку.

Всё же как бы красиво ни взрывались снаряды, последствия всегда очень и очень ужасны… Надевая наспех снятый шлем и попутно вытирая лицо тыльной стороной перчатки, я поднялся на ноги и снова чуть не рухнул на пятую точку. Здание начало сотрясаться, точнее, стал рушиться коридор, но все вибрации передавались и остальной части космопорта, что не сулило ничего хорошо.

Коридор не просто рушился, он разрушался столь стремительно, словно его сдувало ветром. Вот только ветер этот дул сверху вниз. Примерно по середине он надломился, если пол ещё как-то был укреплен и местами присутствовал, то крышу от центра и где-то на расстоянии метров трёх снесло полностью, так же сильно разорвало стены, из-за чего конструкция потеряла свою прочность и упругость, начав прогибаться в месте наибольших повреждений.

И спустя примерно минуту укреплённый пол не выдержал, с грохотом и огромным столбом пыли сломавшись, образовал два крутых ската с двух сторон некогда длинного коридора. Со стороны основного здания, «горка» соприкоснулась с землей, а вот с моей, надломанный конец повис примерно на высоте метра полтора от земли. Это не большая высота, не убьюсь, но все же немного сыкотно.

Глубоко вздохнув, я сделал шаг вперёд и, машинально зажмурившись, покатился вниз. Три секунды я слышал лишь шуршание элементов брони о покрытый трещинами некогда пол, мысленно матерясь из-за вибраций и тряски при этом. А когда внезапно подо мной ничего не оказалось, звук шуршания мгновенно исчез, и у меня перехватило дыхание. Я не видел того, что было внизу, поэтому было просто страшно приземляться туда…

Но всё обошлось. Коснувшись ногами асфальтированной поверхности, я погасил потенциальную энергию, переведя её в кинетическую, сделав короткий кувырок вперёд. Тут же подскочив, я осмотрелся по сторонам. Движения противника я не наблюдал, вокруг ещё был достаточно большой слой пыли, так что можно было смело двигаться в сторону парковки. На которой я и нашёл гравитационный байк.

Взломать его электронную систему защиты с помощью моего интерфейса оказалось проще простого. Система сама подсказала, что надо было сделать: взять амулет, приложить к любому электронному устройству гравитационного байка и подождать результата, остальное сделала за меня это чудо-машинка, что была заключена в мой амулет.

Байк завёлся моментально, бак оказался почти полный, а это больше семи сотен миль! Согласно схеме должно было хватить, чтобы доехать до моего особняка… Но это было бы слишком глупо, так как я чувствовал, что за мной потянется хвост из наёмников братца. И моя чуйка меня не подвела.

Чуйка не подвела, вот только я не мог сейчас ничего сделать с противником. Уже сто миль и больше часа мы играли в догонялки и ничего не могли друг с другом сделать. Враг не мог меня догнать, а я не мог от него нормально оторваться. Даже если я и отрывался где-то на милю, появлялась новая машина наёмников, которая продолжала преследовать меня. Вот только я обнаружил одну странность. У них на машинах не было никакого вооружения, и это приводило меня к мысли, что они тут не совсем законно, иначе бы они привезли с собой не только транспортники. Значит, им надо было скрытно сюда попасть… А значит, мой братец играет грязно, боится мирового осуждения, что он без особых причин решил избавиться от родственника. А вот если это будут незаконно проникшие наёмники, то это уже другой вопрос. Можно будет отнекиваться, что идут следственные разбирательства по факту моей гибели.

Вот только хрен ему, а не моя гибель!

Выйдя на очень длинную прямую, наконец, это было автострада, на которой автомобили сами по себе держали немалую скорость, я смог разогнаться ещё быстрее. Враг начал отставать, но внезапно у меня начали сбоить гравитационные подушки, и чем я дальше был от транспортников, тем чаще они просто так самопроизвольно отключались, касаясь на короткие мгновения дороги.

– Какого хрена?! – прорычал я, снова касаясь своим амулетом электроники байка, тут же получив неутешительный ответ.

Обнаружено вредоносное программное обеспечение, контролирующее работу агрегата! Уровень защищённости программного обеспечения – крайне высокий. Возможность взлома в текущих обстоятельствах – невозможно.

Выругавшись ещё раз, я сбавил скорость. Шесть транспортников начали приближаться ко мне, и байк тут же перестал сбоить. Уроды, скорее всего, они предварительно загрузили во все транспортные средства возле космопорта такие программки, чтобы не дать мне сбежать. Хитро-хитро, ничего не попишешь… Вот только не с тем они связались!

Зафиксировав с помощью системы байка руль в прямом направлении, благо сейчас ещё было около десяти миль чисто прямой дороги, я развернулся к транспортникам и активировал своё персональное оружие. Если я не могу от них оторваться, тогда они от меня отстанут так, что не смогут догнать!

Транспортники не брались системой на прицел, не выделялись красной рамкой опасности, но всё же я могу стрелять и самостоятельно из плазменного копья! Первый выстрел! И он ушёл в молоко, байк снова на короткое мгновение отказал, из-за чего сгусток невероятно горячей плазмы улетел в уже почти ночное небо, оставив за собой красивый зелёный хвост. Но любоваться просто не хотелось, враг от меня теперь точно не отвяжется…

Второй выстрел! Впереди идущий транспортник пробило почти насквозь, гравитационный двигатель оказался грубейшим образом повреждён, его сердцевина просто расплавилась, из-за чего огромная машина сначала рухнула брюхом на дорожное покрытие, а потом вообще её занесло. Прошло буквально несколько секунд, как в потерявшую управление и несколько человек в салоне машину врезался другой транспортник, а в него третий, превратив в гармошку второй, а первый при этом развернуло на девяносто градусов, из-за чего он полностью перекрыл всё попутное направление.

– Так-то, твари, – усмехнулся я, снова беря управления гравибайком в свои руки.

Но надолго всё же этого байка не хватило. Преодолев ещё примерно пару миль, последняя из которых оказалась самой нервной, байк перестал совсем запускаться, заглохнув в последний раз. Плюнув на всё, я бросил его посреди автострады, перелез через высокий забор, что её отгораживал от большого леса, и ушёл в темноту.

И снова лес. И снова вокруг множество назойливых насекомых, что так и норовят забраться под одежду, под элементы брони, хотят вкусить моей крови и плоти, снова непроглядная тьма, снова торчащие корни под ногами и множество кустарников, замедляющих движение. Одно хорошо, тут легко потеряться, спрятаться, враг не найдёт, если уйти куда-нибудь вглубь. А вот реально заплутать у меня не выйдет, система Академии не просто так была придумана. Найдя несколько десятков геостационарных спутников над планетой, система каким-то непонятным мне образом установила с ними связь, производя обмен короткими пакетами данных, чтобы точно определять мое местоположение. Удобно, но выглядит как какая-то магия… Хоть и понятно, что в амулете есть какая-то антенна.

Пройдя миль пять, я полностью выбился из сил. Вокруг не было ни души, даже зверей особо не было, так как они на моей планете приучены к тому, что не стоит лезть на человека. Хорошо, когда человечество научилось прописывать поведение живности в генах, очень много проблем просто уходит в небытие.

Найдя место поудобнее, под кроной дерева побольше, я начал стаскивать упавшие в округе ветки. Нужно было соорудить хоть какой-то шалаш, чтобы, если пойдёт дождь, меня не промочило насквозь. Потом надо бы разжечь костер, чтобы ночью была возможность согреться, но тут у меня начала работать память, напоминая мне о том, что тут в это время года очень тёплые ночи – можно обойтись без огня. Оно даже лучше, огонь – демаскирующий признак, а вот шалаш под кроной дерева в ночной темени просто нереально заметить.

Но на тупость преследователей я рассчитывать просто не мог, так что нужно принять хоть какие-то меры, чтобы можно было спокойно спать. Самое первое, что я сделал, вспоминая уроки выживания, а также одиночные практические занятия – расставил кругом ловушки. Конечно, было жалко просто так тратить свето-шумовые гранаты, но у всего есть своя цена, в данном случае они были ценой моего спокойного сна.

Но мне всего этого было мало. Сначала я пытался всюду замаскировать свои следы, полностью скрыв свою деятельность, затем на шалаш натаскал свежих веток, чтобы на расстоянии его сложнее было заметить. И только после этих манипуляций я успокоился, поставил сам себе системный будильник на восемь утра, при том, что было уже три часа ночи, после чего свалился без чувств.

* * *

Хлопок. Чей-то отдалённый и сдавленный крик, что-то в моей голове яростно сигнализирует, но я пытаюсь всё это отмахнуть. Очень хочется спать… Ломит всё тело, адски болит где-то в области живота… Чёртово спонтанное применение способности… Стоп. Крики. Противник!

Буквально позабыв про боль, я подскочил на ноги, схватив свой автомат, после чего метнулся наружу, тут же дав две короткие очереди в сторону звуков. Теперь, кроме криков, были слышны и стоны. Видимо, стрельнув на удачу, я кого-то смог зацепить, тем самым ранив.

Вот только радоваться было рано, очень и очень рано… Сейчас наоборот нужно сосредоточиться и искать выход из ситуации. Поспать мне удалось всего три с небольшим часа, только-только начинало светать. Если бы не скачок адреналина, я, наверное, не мыслил бы сейчас так бодро и спокойно, так как организм ни черта не отдохнул! Все мышцы залиты свинцом, тело было деревянным, хотелось просто рухнуть и ничего не делать.

Минут через пять я начал слышать звуки преследования. Наёмники и не думали останавливаться, они хотели захватить меня живьём, но им всё это никак не удавалось. Не знаю, зачем я им живой, мёртвый я бы своему брату нравился больше. Возможно, у них есть какие-то свои цели для этого…

Неожиданно меня отбросило в сторону, своим телом я сломал несколько тоненьких молодых деревьев, окончив свой полёт после столкновения с довольно крупным представителем лиственных пород. Что-то хрустнуло, но что именно – определять времени не было, система после взрыва тоже немного сбоила, по всей видимости, я ударился головой…

Подскочив снова на ноги, я побежал вперёд. Пока я бежал, стал замечать, что левая рука начала неметь. Быстрый взгляд, оценка ситуации… И множество очень тихой ругани. Как знал, что нужно было нацепить хоть немного более большой фрагмент… А сейчас же у меня застрял осколок в бицепсе, а ткань моей парадной формы стала заливать кровь… Вот её было почти невозможно отстирать… Эх, а мне так нравилась эта одёжка!

Чёрт! Мне тут чуть кусок руки не вырвало, а я думаю о парадной одежде! Надо срочно перебинтовать руку… Но для этого нужно хоть одно мгновение передышки… А чтобы это произошло, надо чтобы преследователи отстали от меня, что, скорее всего, не произойдёт. Да я даже не знаю, сколько именно человек меня преследует!

– Стой! – кричал какой-то молодой парнишка, судя по голосу. – Именем клана Грей тебе приказывают остановиться!

– Как представитель клана Грей, – слегка повернул я голову в сторону преследователей, продолжая искоса следить за направлением своего движения, – я тебя уверенно посылаю на хрен!

– Ты – военный преступник, которого надо карать по закону! Именем клана Грей тебе приказывают остановиться! Это предпоследнее предупреждение! Ещё одно… – в этот момент с его стороны было что-то неразборчивое, короткая трель ругани или что-то подобное, но после этого он продолжил: – Ещё одно и по тебе будет открыт шквальный огонь!

– Идите на хрен! Я вам уже всё сказал! – хотел бы я им показать соответствующий жест, но они вряд ли его увидят. – Вам это говорит Тиберий Грейвойд!

– Ты – лжец и обманщик! – ответил мне на это тот же парнишка. – Тиберий Грейвойд погиб в Академии!

Спорить дальше я с ними смысла не видел. Нужно было их устранить, вот только возможностей для этого я пока не находил. Мало того, с каждой минутой мне приходилось прилагать всё больше усилий, чтобы держать оружие левой рукой, так как из-за ранения она всё сильнее слабела и слабела…

И это был не конец. Когда система начала восстанавливаться после взрыва, она провела моментальное сканирование моего организма. Помимо глубокой колото-рваной раны с осколком в левой руке у меня так же было сломано несколько ребер, и образовалась трещина таза. Пока играл адреналин, я этого не чувствовал, но стоит ему перестать будоражить кровь, как я тут же почувствую прелести пережитого взрыва… Надо позаботиться об этом, вот только.

– Твою! А-а-а-а-а! – заорал я, когда неожиданно свалился в овраг, кубарем покатившись в бурный лесной ручеёк. – Твою… Дивизию! Чёрт!..

Интерлюдия 2

Грей

– Внимание! Обнаружена разгерметизация отсека тринадцать – восемьдесят два! Повторяю! Обнаружена разгерметизация отсека тринадцать – восемьдесят два! – вещал по громкой связи голос оператора, так как искусственный интеллект сейчас явно был на разрыв, и такие мелочи сняли нагрузку с его датчиков и мозгов. – Всему обслуживающему персоналу необходимо срочно покинуть отсек! Внимание! Обнаружено наличие неизвестной формы жизни! Внимание! Обнаружено наличие неизвестной и крайне агрессивной формы жизни! Всем военнослужащим срочно организовать оборону у трёх переборок отсека тринадцать – восемьдесят два!

На виртуальном интерфейсе Грея тут же появилась карта, куда именно необходимо было двигаться. Ему в какой-то степени повезло, искомый отсек находился на расстоянии всего двух зон, так что он добрался сравнительно быстро. Он оказался там не самым первым военнослужащим, но был самым первым бойцом Академии. Он уже был готов к бою, тут же встал на самый передний край, держа в руках свою монструозную пулемётную турель.

Бойцы, что стояли рядом с ним, казались совсем маленькими, мошками, юнцами. Они бросали на Грея восхищённые взгляды, ведь если в обычном строю стоит боец Академии, то чаще всего победа на поле боя оставалась за людьми. Но сейчас была несколько иная ситуация.

Беглым взглядом оценив обстановку, Грей тут же начал отдавать необходимые распоряжения. У него уже был небольшой опыт ведения боя в условиях нахождения в космическом корабле, где любой лишний выстрел может спровоцировать разгерметизацию корпуса.

Пока противник с этой стороны не начал приближаться, был организован заслон по пояс, который не особо бы препятствовал убегающему персоналу, через него было вполне реально перескочить, но за которым могли бы укрыться бойцы. Для этого пришлось в срочном порядке снимать некоторые двери жилых и пока незанятых жилых блоков. Снимались двери грубо, просто отстреливались места креплений, после чего пара бойцов просто вышибала дверь из проёма, а дальше дело техники и ловкость рук. Таким образом бойцы смогли повысить себе хоть немного выживаемость.

Дальше требовалось хоть как-то организовать пулемётные точки, одними автоматами тут дело не сделаешь, требовался длительный и беспрерывный огонь, чтобы не только подавить противника, но и уничтожить его. Обычный боеприпас всегда хреново работал против пустотных, требовались особые, энергетические, которые разрывали саму структуру тел тварей из другого пространства. Но коридор не позволял сделать множество таких точек, получилось организовать всего две, зато они оснащены крупнокалиберными пулемётами, которые смело можно было называть пушками, ведь двадцать миллиметров уже не малый калибр. Ленты с боеприпасами пересобрали вообще все бойцы. Требовалось как можно больше зажигательных и разрывных, которые бы несли в себе хоть какую-то дополнительную энергию, чтобы было проще разделаться с пришельцами. Но успели собрать только по три ленты на каждый пулемёт, а для запаса подготовить только по пять стволов.

Первая тварь преследовала группу инженеров в вакуумных костюмах. Для Грея это сразу послужило звонком, что что-то не так. Он самый первый выставил пост и стал приглядываться, сканируя пространство в различных спектрах, от ультрафиолетового до инфракрасного и дальше, насколько позволяло развитие глаз. В итоге за инженерами он обнаружил самых заражённых людей, изменённых. Буквально за каких-то несколько минут они превратились в каких-то мутантов: у них появились дополнительные конечности, изменилась структура рта, изменились глаза и их расположение, череп стал каким-то остроконечным… Это было что-то невероятное, противное и чуждое разуму обычного человека. Но Грей видел мутации и хуже, ведь преследующие инженеров представители лишь только ступили на путь изменений.

Махнув рукой инженерам, тем самым дав им знак пригнуться, Грей тут же выставил ствол своего орудия в их сторону. Последнее, скорее всего, внушило больше, чем жест человека в огромной броне. Инженеры рухнули вниз, Грей сразу начал действовать незамедлительно. Две короткие очереди, и как итог четыре разорванных на куски мутанта.

– Приготовиться к бою, – спокойно сказал Грей, повернув голову к бойцам, а потом снова развернулся в сторону переборки, в которую начало активно засасывать воздух, крикнув инженерам: – Бегом сюда! Системы компенсации утечки не справляются! Бегом!

Инженеры словно ничего не слышали, хотя неудивительно, шум от разрыва снарядов оглушил бы любого, рядом с кем они взорвались. Люди, скорее всего, слышали только звон в ушах, шум, который перекрывал все остальные звуки. Одного короткого взгляда хватило, чтобы четверо бойцов метнулись за гражданскими. Пять секунд короткой перебежки, и они оказались у них. Подхватив оглушённых под мышки, они с перепуганными лицами ещё быстрее помчались назад. И повод у них для ещё большего ускорения был.

– Занять орудия! – приказал Грей бойцам, которые тут же припали к пулемётам, а остальные уже были готовы организовать замену стволов и лент с боеприпасами. – По моей команде!

Добежав до импровизированных укреплений, бойцы сначала перебросили гражданских, а потом перепрыгнули сами, тут же умчавшись куда-то в конец организованного построения. Грей этому даже не был удивлён, прошлых мутантов никто просто не успел заметить, только он с его нечеловеческим зрением, а когда эта четвёрка увидела, кто именно к ним бежит, они их испугались до чёртиков, до ужаса.

– Не бояться! – для небольшой мотивации решил подбодрить бойцов Грей. – Твари, что на нас прут, такие же смертные, как и мы! Даже если вы увидите в них что-то знакомое, стреляйте не раздумывая! В них больше нет разума! Это мутанты, заражённые пустотой! Огонь!

Бойцы зажмурились, зажав спусковые курки. Стволы их были направлены в сторону открытой переборки, где уже доносились звуки топота сотен ног. Первая четвёрка мутантов оказалась лишь пробной партией, пушечным мясцом, что отправили на разведку и последующий убой. У тварей нет жалости, у них есть только цель, сообщаемая по каналам общего разума. И когда они узнали, что тут есть куда больше свежего мясца, живого материала, они ринулись сюда убивать и заражать ещё больше. Только их тут уже ждали.

Плотный огонь, десятки разрывных боеприпасов в секунду уничтожали всех, кто пытался вырваться из разгерметизированного отсека, даже если где-то там ещё были обычные неизмененные люди, то они гарантированно мертвецы, Грей просто не будет ради кого-то одного рисковать всеми остальными. Жертвы на войне есть всегда, даже такие, когда просто вынужден отдавать товарищей ради спасения ещё большего количества жизней. Это война не просто ради достижения какой-то цели, это война ради всего человечества, ради жизни во вселенной.

Грей всегда в такие моменты осуждал представителей других цивилизаций. Они были более развиты во многом, более подготовлены к столкновению с таким противником, у них на вооружении у пехоты был не огнестрел, как у большинства людей, а лазерное оружие, что человечество могло себе позволить только на космических кораблях. Люди были слабы и очень молоды. Но они имели невероятную силу воли, огромное стремление к жизни! Где не мог выжить представитель одной расы, человек всегда мог приспособиться.

И всё же люди воевали сейчас одни, только на территории космического пространства человечества было обнаружено присутствие пустотных. Пока только в секторе людей. Люди не справлялись с растущей угрозой, слишком много сил тратилось на обычное сдерживание противника, которого сдерживать просто не получалось. Как можно сдержать того, кто использует против людей таких же людей, только с уничтоженным разумом? Никак.

– Не прекращать огонь! – прорычал Грей, когда по правую руку от него затих один пулемёт.

Быстрый взгляд дал понять, что бойца просто убили. Как и почему – Грей не понял, но ему снесло просто часть головы, и он слёг на пулемёте, задрав его ствол кверху. Жуткая картина, даже у такого опытного бойца, как Грей, сводило желудок. Тело оттащили, бойцы с перепуганными лицами и страхом вперемешку с отвращением стянули погибшего с орудия, и его место тут же занял другой боец, направив ствол в сторону противника и тут же открыв огонь.

– Перезаряжаюсь! – крикнул боец по левую руку, тут же прикоснувшись к ствольной коробке и истошно заорав.

Орудие перегрелось, точнее перегрелся ствол от нескончаемой стрельбы, его надо было срочно менять, но он был раскалён, это было просто очевидно, раз боец обжёг руки о ствольную коробку. Кто-то особо умный догадался вылить воду из фляжки на орудие, из-за чего та зашипела и почти моментально испарилась, потом потратили ещё одну, а следом и третью. Только тогда смогли прикоснуться к пулемёту, который после этой стычки точно уйдёт на свалку, механизмы будут изношены до такой степени, что ремонту просто не будут подлежать, только замене, а в данном случае дешевле просто новое орудие произвести, разобрав старое на запчасти для переплавки.

Стрельба продолжилась, противник наступал, но явно стало понятно, что его поток стал ослабевать. Пулемёты стали бить не сплошным потоком, а короткими, но частыми очередями, отстреливая отдельных особей. Погибло ещё двое бойцов, как именно это произошло, Грей так и не понял, но зато, наконец, пришло долгожданное подкрепление из других бойцов Академии. Из-за чего они так тянули резину, Грей не понимал, но они собрались в кулак и пришли сразу ко всем трём переборкам, если верить схеме корабля. И после этого напор тварей снова усилился.

По всей видимости, на каких-то направлениях противнику удалось ненадолго прорваться, но бойцы Академии при поддержке обычных военнослужащих смогли отразить нападение, загнав тварей обратно в отсек. Вот только возникал один очень интересный вопрос, который озвучил один из бойцов рядом с Греем.

– Откуда, чёрт их дери, там столько было людей?! – с возмущением, непониманием и истеричностью в голосе кричал боец, смотря в коридор полными страха глазами. – Я не верю, что там было больше нескольких сотен человек! А мы тут уже около тысячи перестреляли в мясо! Чёрт… Мне сейчас плохо будет…

Вопрос был реально просто великолепный. Грей, пораскинув мозгами, тут же разбросал в общей сети своего подразделения его мысли, которые нашли отклик. Его идея была максимально проста. Когда твари послали эту капсулу в сторону линкора, они забили её огромным количеством переработанным материалом: костями, органами, мышцами… В общем когда-то живым и дышащим материалом. Когда они столкнулись с человеком, то использовали его прообраз, чтобы создать нужного мутанта.

– Когда, чёрт его дери, они закроют переборки?! – прорычал вполголоса боец за правым пулемётом, когда у него выдалось спокойное мгновение. – Оттуда уже должны были всех эвакуировать!

– Они хотят устранить угрозу, – сухо ответил Грей. – Даже если закрыть переборки, то твари или пустотные просто выломают их. Поверь мне, сынок, они смогут это сделать, у них есть такие способности и возможности. Лучше нейтрализовать проблему в корне, чем потом мучиться с последствиями.

Внезапно весь корпус линкора сильно задрожал, те, кто стоял на ногах, рухнули на колени, чтобы не зашибиться. Видимо, что-то очень мощное ударило по энергетическому щиту, усилив естественные колебания, что привело к резонансным колебаниям с корпусом корабля. Вот только такое случалось, когда энергетический запас щитов подходил к концу, это был очень плохой звонок.

– Приготовиться к выступлению! – отдал Грей команду по мыслеканалу всем бойцам Академии на корабле, что противостояли противнику, а после сказал вслух, продублировав это так же в мыслеканале. – Обычным военнослужащим оставаться на своих постах. В случае обнаружения противника немедленно открывать огонь! В случае прорыва немедленно перекрывать перегородки, чтобы не допустить самого худшего исхода!

– А как же вы? – спросил все тот же боец возле Грея. – Мы же вас так там закроем!

– Нас создавали, чтобы воевать, – спокойно ответил командир бойцов Академии. – Мы в разы сильнее и быстрее обычных людей. У нас есть способности, которыми обладают только аристократы. Мы сможем постоять за себя, сможем взломать систему и открыть переборки. Так что не переживай и просто сдерживай противника.

– Есть, сэр! – поднялся на ноги боец, приложив руку к виску.

Первым сиганув за укрытие, вперёд выдвинулся Грей. За ним проследовали остатки его звезды, а за ними и другие бойцы Академии. Всего их шло двадцать шесть человек из пятнадцати девяток. Несложно сосчитать, какие адские потери они понесли, когда отражали последнее наступление противника. Каких-то девяток ныне более не существовало, их вырезали полностью.

Не прекращая вести огонь, Грей перешёл через переборку. За переборкой коридор оказался шире, можно было выставить в ряд пятерых «академиков», чтобы они вели веерный и непрерывный огонь. Но идти было очень трудно. Кругом были одни трупы! Столько мяса и крови Грей не видел никогда. И быстрая оценка генов с помощью системы дала понять, что это материал из различных существ. Теория командира нашла своё подтверждение – это просто искусственно выращенные мутанты, которые моментально заполонили весь отсек. Но у них не вышло захватить корабль, они явно не смогли предугадать такого сильного и организованного сопротивления.

Щелчок. Наконец в оружии Грея закончились боеприпасы, требовалось заменить огромный магазин, но для этого нужно было пропустить другого тяжеловеса вперёд. А таких не было, так что пришлось выкручиваться.

Присев на одно колено, Грей сделал из себя универсальное укрытие. По нему что-то попадало, причём весьма увесистое, из-за чего его даже слегка отталкивало. Но в такой броне человека сложно сбить с ног, не зря это броня для тяжёловеса, что развил своё тело универсально, во все три направления сразу, что было под запретом для обычных «академиков» с зёрнами. Грей был исключением, его зерно никогда не развивалось.

Сменив магазин, Грей кивнул, дав знак двум ловкачам, что отстреливались из-за его спины, после чего поднялся на ноги и продолжил идти вперёд. И так делали каждый раз: когда у кого-то заканчивались боеприпасы, то продвижение останавливалось, дожидались замены магазина или ленты, и только после этого снова начинался бросок вперёд.

Через пять сотен шагов система начала регистрировать критически низкую плотность воздуха, из-за чего закрылись все щели для воздухообмена, костюмы переключились на замкнутый цикл дыхания. Теперь они были ограничены во времени: самый малый запас был у бойца поддержки, двадцать минут. Но этого времени по прикидкам Грея должно было хватить, чтобы избавиться от угрозы.

– Ш-ш-ш-ж-ш-ш-ж-ш-ш… – внезапно в динамиках Грея начал слышаться отчётливый белый шум, сквозь который кто-то пытался пробиться, кто-то пытался что-то сказать. – Тв… ш-ш-ш-ш… …ын… сности!

Грей даже не обращал внимание на это. Возможно, система ловила чей-то сигнал бедствия, возможно, чей-то радиообмен, так что он продолжил двигаться вперёд, не прекращая вести огонь.

Ещё три сотни шагов, и они оказались у пробоины. Огромный пульсирующий кусок мяса, из которого то и дело что-то вылезало. Человек даже с самой крепкой психикой не способен на такое смотреть, это было отвратительно, максимально противоестественно человеческой природе. И это необходимо было уничтожить.

– Сжечь! – отдал короткий приказ Грей, после чего тут же были применены соответствующие способности, уничтожая остатки огромного и псевдоживого куска мяса.

– Твой сын в опасности! – словно кто-то прокричал вдали.

Голос на этот раз был отчётливым и до боли знакомым. Грей даже на короткое мгновение завис, он был шокирован, выбит из колеи, ведь это был голос человека, которого уже около десяти лет нет в живых. Это был голос его жены, который доносился словно из глубин мрачной пустоты.

Глава 3

– Он живой? Слышь, Алендро, проверь, дышит ли он!

– А чё сразу я?! А чё не Лори? Он же у нас тут самый смелый!

– Да ты видел этого самого смелого?! Увидел человека с рукой наизнанку, чуть в обморок не упал! Говорю, проверь, дышит ли он, а я пока на стрёме постою.

– Зачем мы вообще припёрлись сюда?..

Голоса… Они звучали словно сквозь какую-то призму. Они были рядом, но вместе с тем где-то очень далеко. Но они где-то были там, по ту сторону пустоты… А я был где-то посреди тёмного ничто. И лишь только две гигантские тоненькие прорези светящихся глаз смотрели на меня. Они источали какую-то злобу, чувствовалась противоестественность. Они были не из нашего мира, не из нашей реальности.

Миг, и один глаз приоткрылся чуть шире, послышался тихий-тихий смешок. И мой разум что-то сковало, что-то стиснуло, искало брешь в нём. Вокруг меня начало появляться множество красных восклицательных знаков в таких же красных треугольниках – знаки тревоги, большой опасности. Эти глаза, точнее существо, что стояло за этими глазами, что-то пыталось во мне найти, что-то пыталось прочувствовать. Но у него словно ничего не получалось, и он копал-копал и ещё раз копал. И от этого существо злилось, искало новые способы, давило сильнее, но сколь больно бы мне ни было, я чувствовал надёжную защиту со стороны системы. Она защищала моё тело и мой разум.

– А ты стал сильнее, чем тогда, или это не ты? Интересно… Надеюсь, мы скоро встретимся не в этом связующем

пространстве, а в твоём или моём. Я буду ждать этой встречи, малыш, – хмыкнуло напоследок существо, после чего глаза закрылись, оставив лишь в огромном ничто две тонких линии ядовито-зеленого цвета.

Я резко открыл глаза, тут же попытавшись вскочить на ноги. Тело моментально скрючила боль, система выдала несколько предупреждений, на которые мне было абсолютно плевать. Я еле сдержал крик, зашипел, тихо проматерился, но не заорал. Отец всегда говорил, что нельзя показывать свою слабость, если больно – терпи, бьют – бей в ответ. Даже если в итоге станет только хуже, но зато можно быть уверенным, что была предпринята попытка сделать всё, что только можно.

Когда боль немного подуспокоилась, я снова растянулся на койке, на которой лежал, осматривая из такого положения комнату. Судя по виду – обычный деревенский домик бревенчатой кладки. Такие не редко строили у меня в мире, предпочитая их кирпичным и каменным домам. В чём был плюс, я не знаю, видимо, в ком-то были сильны гены предков, вот и появлялись такие строения.

Сама комната была обставлена скромно. Одна кровать, на которой я лежал, стол, который, по всей видимости, делали своими руками, деревянный шкаф, с весьма интересным узором на дверцах, а также ростовое зеркало в этом шкафу. К столу прилагался стул, самый обыкновенный, две доски с ножками и спинкой из третьей доски. И напоследок комнату деревенского жителя дополняла картина с цветами. Аж приятно было на душе, что меня спасли обычные сельские жители.

Почему спасли, а не взяли в плен? Ну как минимум меня бы не стали укладывать в такую удобную кровать, оставив при этом одного, как минимум кто-нибудь да был бы со мной рядом. Плюс голоса… Всё же я что-то слышал в том бреду, что у меня творился в голове, вот только как именно я очутился в осознаваемом мной пространстве, но не являвшемся нашим миром, мне было неведомо.

Сбросив с себя одеяло, я бегло осмотрел своё тело. К системе мне пока обращаться не хотелось, она и так даст сухой ответ, хотелось увидеть всё своими глазами. А посмотреть было на что.

Правая рука оказалась сломана, сейчас она была вся перебинтована, причём достаточно туго, а также поддерживалась весьма умело сделанной шиной. Сразу было видно, что люди тут не в первый раз сталкиваются с переломами и, по всей видимости, с открытыми. Дальше было не так интересно, но зато немного красивее. Всё моё тело было в гематомах, левая рука тоже перебинтована в месте попадания осколка, множество ссадин и царапин… Что-то мне подсказывает, что, если бы не броня, я бы в живых не остался.

– О, проснулся малой! – зашёл старикан с какой-то старенькой винтовкой за спиной и в простецкой одёжке. – Ты вообще, как себя чувствуешь? Понятно, что хреново, но конкретизируй.

– Башка трещит… – приподнялся я, а потом снова рухнул, так как боль отдала в обе руки. – И двигаться больно… Я сильно приложился?

– Ну, насколько сильно ты приложился, решать только тебе, – пожал плечами старик, после чего снял с себя винтовку, поставил её возле шкафа, закрыв за собой дверь, взял стул и сел возле меня. – А вот последствия сейчас у тебя на глазах. Мне больше интересно, что тебя подвигло прыгнуть с двухсотметрового обрыва? С жизнью хотел покончить? Так для этого есть способы попроще и не такие болезненные.

– Меня преследовали, – спокойно ответил я правду, но решил всю её не рассказывать. – Я от преследователей убегал, не заметил обрыва, свалился вниз… Преследователи, наверное, решили, что я сдох, когда свалился, не знаю. Я почти в самом начале обрыва врезался головой в камень…

– Хы, – усмехнулся старик. – Тебе показать, что стало со шлемом, который мы с тебя еле стянули?

– Ну, давайте, – медленно кивнул я и повернул голову лицом к старику.

Старик был реально стариком, как бы глупо это ни звучало. Морщинистое лицо, полузакрытые глаза, полностью седые волосы и пышная, но короткая борода, за которой хозяин дома, как не сложно понять, следил. На нём была простая хлопчатобумажная рубаха на пуговицах, с каким-то незамысловатым давно выгоревшим рисунком, военные штаны цвета хаки, а также какие-то болотоходы. Создавал он уверенное впечатление опытного охотника, либо просто лесничего.

– О, вот он, – восторженно пробасил старик, тут же выпрямившись, держа в руках мой шлем, вытащенный из-под кровати. – На, любуйся.

Я взял в левую руку кусок металла, иначе это назвать было просто невозможно. Три вмятины, две пробоины. И всё это я получил, когда падал. Как мне удалось сохранить голову целой – вопрос века для меня, ибо мне как минимум должны были впиться в головку разорванные участки шлема.

– В общем, сынок, ты чудом остался жив, – вздохнул старик, уперев руки ладонями в колени. – Ты от кого так бежал, что обрыва-то и не заметил? Не могу поверить, что хозяина этой планеты кто-то попытался убить!

– Вы меня узнали? – удивился я, отдав шлем обратно в руки старику, а тот его взял и положил на стол.

– Узнал, отчего тебя не узнать-то? – пожал плечами старик. – Я был в личной гвардии у твоего деда, пока он был во главе семейства, и его не отправили на списание, как мы это называем. С пелёнок тебя видал, как-то раз ты моим отрядом как солдатиками играл. Нам тогда всем понравилось, юный парень, а уже что-то представлял о тактике. Эх, хорошие были времена!

– И почему я каждый раз встречаю людей, которые знали либо моего отца, либо моего деда… А я их не помню… – усмехнулся я. – И как так получается?

– Да легко, – улыбнулся дед. – Просто мы, старики, вспоминаем молодость чаще, чем молодые своё детство. При этом детство из-за особенностей человека запомнить сложнее. А вот молодость запоминается, ой, как хорошо! Я вот помню, каким ты был активным пареньком, вечно грозился возглавить свою личную армию и изменить весь миропорядок.

– Забавно, – улыбнулся я, уставившись в потолок. – Ни черта такого не помню.

– А ещё тебя частенько по телевизору крутили примерно с год назад, – усмехнулся старик и хитро улыбнулся. – Сложно забыть лицо, которое каждый день мелькает по новостям планетарным.

– Тоже верно, – кивнул я. – Что вообще про меня говорят? Мертвецом объявили, чай?

– Ага, – кивнул старик. – Ты меня прости, что без должного уважения к тебе отношусь, возраст такой, привык с молодежью на «ты». Вон, у меня три дуболома живут по соседству, они-то тебя из воды и вытащили… А к чему я это? А молодежи вокруг полно, все они меня на «вы» да на «вы», а я их на «ты»… Вот и привык с молодыми так общаться. Кстати! Меня Граний звать! Или как тут кличут старик Гран. Вот.

– Ну, хоть в представлении не нуждаюсь, всё же представлюсь, – резко поднялся я, усевшись на койке. – Чёрт… Голова… В общем. Тиберий Грейвойд, законный владетель этой планеты, последний руководитель до моего отбытия. Думал, что тут самобытность хорошо организована, после себя решил никого не оставлять.

– А было кого? – усмехнулся старик. – Слушай, мы все тут знаем, что ваша семья в хорошей ссоре со всем остальным вашим кланом. Тебе бы свой собственный клан создать, вот только тебя быстро сметут, проходили через это. Как-то раз участвовал в зачистке планеты мятежников… Камня на камне не оставили. Миллиард погибших… Ужас.

– Вот из-за этого и не хочу отделяться от клана, а изменить его политику. Ну, думаю, вам можно доверять, старик Гран, – призадумался я на мгновение, всматриваясь в дверь, а потом начал чуть тише говорить: – Все слышали, что меня официально объявили погибшим. Это клевета, мне только надо добраться до ближайшего межзвездного радиоретранслятора, чтобы это доказать. У каждого аристократа есть свой уникальный генетический слепок, который зарегистрирован в базе данных Галактического совета. Попытка захватить таким образом власть на моей планете противозаконна, это как минимум клевета и обман. Ну, там ещё с десяток пунктов, перечислять все не вижу смысла. Если я смогу всему миру показать, что я жив, тем самым вскрыв лицемерие главы клана, к нам в мир прибудет отряд следователей с двумя полками карателей… В общем… Главное – добраться.

– У-у-у, сынок, – скривил лицо старик. – С этим большие проблемы. Думаю, что глава твоего клана тоже подумал в этом направлении… В общем, все такие ретрансляторы отключили. А мне так нравились некоторые сериалы из другой звёздной системы! Там такие актрисы… Печально, но тебе надо искать другой способ.

– Тогда только один, – улыбнулся я. – Привлечь как можно больше внимания! Как-никак, я теперь боец Академии! А если Академия узнает, что тут кто-то пытается просто так устранить их подчиненного, они на месте стоять не будут.

– А не мелковат ли ты для того в иерархии Академии? – с лёгкой улыбкой и прищуром посмотрел на меня старикан. – Ты, по сути, обычный рядовой боец.

– Нет, дед, тут ты не прав. Я – первый аристократ в их учебном заведении. Отец не в счёт, его в строй зачислили без обучения, из-за необходимости какой-то. Так вот, за аристократа, что может повлиять на политику в будущем, они будут бороться.

– Смотри сам, – пожал плечами дед. – Ты жрать-то хочешь? А то у нас жареная картошечка только подоспела, да соленья достали. Как раз готовились к твоему пробуждению.

– А долго я спал? – задал с самого начала волнующий меня вопрос.

– Двое суток как тебя сюда принесли, – почесал бороду Граний. – А сколько ты в воде лежал, прибившись к берегу, одним богам известно. Но покушать тебе явно надо, вон, уже весь жирок ушёл с тела. Только ты это, сам не пытайся вставать, у тебя лодыжка вывернута была, может побаливать, хоть я тебе и вставил её на место.

– Спасибо огромное за предупреждение, – попытался изобразить я поклон, сидя на кровати, но получился только более затяжной кивок головой. – А кто тогда мне поможет к столу проследовать? Не люблю в кровати есть.

– Сейчас внучку к тебе пришлю, поможет встать, – поднялся на ноги старик, убрав на место стул. – Главное – сиди и жди. И не беспокойся, мы в глухом лесу, к нам сюда опасно ходить, да и дорогу найти тяжело, специально такое место подбирал. Только по воздуху можно, либо пешком придётся километров пять идти.

– Явно внучка с вами не живёт, – усмехнулся я.

– Так это, она и не родная мне внучка, – снова усмехнулся старик. – У меня детей даже родных нет, тут только спасённые мною дети, которые в лесу потерялись. Была другая молодежь, но они уходят со временем в большой мир, как только опыта набираются. Потом в новостях мелькают, мол, хорошие охотники! Аж сердце радуется… Ладно, это, пойду я, а то так долго с тобой общаться могу. Сейчас внучка Лина подойдет.

– Хорошо, – на этот раз усмехнулся уже я, после чего уставился на свои ладони.

Когда старик вышел, я стал ещё раз осматривать комнату, так как она находилась немного под другим углом. Я рассчитывал, что обнаружу свою одежду, но как я понял, она находилась под кроватью. Надо было в неё одеться… Но я сейчас явно не смогу этого сделать сам, а перед обычной девушкой в одном нательном белье находиться как-то невежливо. Но поделать я ничего не мог, одна рука была ранена, другая сломана.

Вот теперь можно было и в систему залезть, там же должна быть какая-то программа подсчёта времени восстановления той или иной травмы, иначе зачем нужна вообще эта система мониторинга организма и травм.

Перед глазами появилась моя проекция, которая потом разделилась на четыре отдельных. Все они были идентичные тем, что были у меня во внутреннем мире, в котором происходит улучшение организма. Запустив анализ, система сразу начала указывать восклицательными знаками на те места, где имелись те или иные повреждения. Всего их насчиталось больше двух сотен штук.

Основное количество – всякие ушибы на коже, их было больше семидесяти процентов, дальше были ушибы органов, лёгкое сотрясение мозга, воспаление тканей и тому подобное. Самое страшное как раз заключалось в моих руках. На левом плече была рваная и довольно глубокая, до кости, рана, она считалась травмой средней тяжести, влияющей на функционирование всей руки в целом, снижающей её производительность на время восстановления травмы. Срок восстановления травмы на левой руке составлял одиннадцать дней, тут большую роль играло улучшение моих мышечных тканей. Вот со второй травмой всё обстояло куда хуже, похоже, придётся учиться воевать первое время одной правой рукой. Кость сломалась со смещением, конечно, всё зафиксировали хорошо, даже как-то осколки все удалили… Но срастаться кость будет больше трёх недель, двадцать три дня, если быть точным. А мне на этой планете ещё ровно четыре недели быть… Не могу я столько времени терять, чтобы потом в последние пять дней всё решить, придётся с шиной на руке бегать, либо с фиксатором специальным.

Когда вошла в комнату девушка, кстати, весьма приятной наружности, если вспоминать некоторых моих прислужниц из деревень. Как говорят про таких, её поцеловало солнце. Она была вся в веснушках, но они делали её внешность только милее, у неё были голубые глаза и рыже-огненные волосы. Интересные сочетания. Нос был идеально прямой, что было редкостью на моей памяти, обычно носы либо с горбинкой, либо впалые, а тут просто идеально прямой и узкий. Брови были тоненькими, ушки маленькими, прижатыми, а в мочки ушей вставлены серёжки в виде кольца, губы полные, но в меру. Внешность была оригинальная, но по-своему притягательная.

– Сэр, понимаю, мой типаж внешности – редкость на вашей планете… – видно смутилось девушка. – Но не надо меня пожирать взглядом, пожалуйста… Это мне льстит, что аристократ на меня заглядывается, но…

– Прошу прощения, – потряс я головой, чтобы прийти в себя. – Просто не ожидал увидеть такую красавицу… Интересная у вас внешность, заставляет реально засматриваться. Лина же, да?

– Да, мистер Тиберий, – кивнула девушка и улыбнулась. – По образованию хирург-травматолог. Не спрашивайте, как тут оказалась, не хочу вспоминать… Болезненная история. Но я рада, что оказалась здесь! Могу всему селу помогать! И вам хорошо помогла! Правда, оборудования должного тут не было, из-за этого вам могла мышцу повредить…

– Не повредила, – посмотрел я на свою руку. – И все осколки удалила, и кость правильно расположила, хорошо её зафиксировала. Хотел бы я тебя пригласить в свою резиденцию работать, но, увы, пока не могу.

– А вы как поняли? – искренне удивилась девушка. – Вы вроде как военное образование получаете, а не медицинское… Да даже бы опытный медик не смог, просто взглянув на руку, определить, хорошо ли проведена операция.

– Скажем так… – усмехнулся я. – У всех есть свои тайны. Раз ты меня оперировала, то, значит, и переодевала, стесняться тебя не буду. Поможешь одеться, а то немного не в состоянии. Негоже за столом в таком виде сидеть.

– Меня для этого сюда и послали, – кивнула девушка, после чего присела и достала из-под кровати коробку с моей одеждой. – Я тут ваш мундир подлатала, думаю, будет нормально смотреться.

Эх, хорошая девушка… Жаль, даже не полукровка, а то точно не отпустил бы… Или это гормоны сейчас за меня говорят? Система… Ну да, гормоны. А ну и фиг с ним, зато душе приятно! Наконец, снова обо мне заботятся!

Глава 4

Иногда, чтобы еда была идеально вкусной, не нужно заморачиваться со специями, не нужно искать идеальный рецепт… Не зря же говорят, что всё гениальное вкусно! Вот и обычная картошка, пожаренная на ароматном масле, была просто великолепна на вкус! Лишь чутка соли по вкусу и всё… На седьмом небе от счастья. Жаль, что всё заканчивается быстро, особенно хорошее.

Ужинали мы в этом же доме, в довольно просторной столовой зоне. Я сидел во главе стола, старик сказал, что не имеет права не соблюдать традиций и не посадить старшего по чину главным за стол. Стол занимал большую часть столовой зоны, по правую руку от меня был каменный камин, что немного выбивался из общей картины деревянного дома, но смотрелся весьма уютно и к месту. За моей спиной была довольно современная кухня, не самые последние, конечно, технологии, но позволяют творить чудеса. Так же без какого-либо видимого разделения по левую от меня руку начинался зал. Точнее сказать, что разделением был пятиместный диван, которому с виду было лет двадцать, не меньше, плюс там был пол другой кладки. Но всё выглядело довольно уютно: стеллажи, узкие шкафчики, тумбочка со стареньким телевизором. В общем, жить можно припеваючи.

За столом со мной, кроме старика, также сидели и Лина, и её младшая сестра, по всей видимости, так как девушки были очень похожи, но имелась очевидная разница в возрасте. Второй было что-то около четырнадцати лет, в общем, только знакомится с жизнью. Так же сидели трое пареньков, это, скорее всего, как раз те, кто меня и вытащил из оврага.

Мы говорили обо всём, точнее обо всём, что касалось меня и моего «магического» появления в овраге. В основном всем было интересно моё отношение к основной ветви клана. Я не стеснялся, хоть и не хая, говорил, что мне противно основное семейство, в особенности противен их подход к использованию людской силы. Они просто губили людей сотнями тысяч, полагаясь на естественный прирост.

– Как-то раз, – положил я, наконец, вилку на пустую тарелку, начав предаваться воспоминаниям, – когда я ещё был очень и очень маленький, отец нынешнего главы клана прибёг к довольно жуткой штуке… Из-за нехватки женского населения на одной планете, женщин там примерно десять процентов от общей численности оставалось, прибегли к клонированию. Каждая женщина должна была сдать свой генетический материал, причём с множества точек тела, не только волосы, ещё вроде кровь принимали, после чего из этого материала создавали двойников. Причём один двойник мог включать в себя помесь генов десятков женщин… Вот только проблема была в том, что большая часть таких клонов оказывались бракованными, в итоге их просто убивали безжалостно и пускали в переработку…

– Я был там, – нахмурился старик. – Видел этих бедняг… По сути, они ведь и не были людьми, просто пустыми оболочками. Но всё же они выглядели как люди, у них было всё, как у людей, за некоторыми отклонениями, такими, как шесть пальцев. Но не важно. Тогда лидер клана попросил именно воинов твоего деда и отца заняться этим вопросом… Я такого отвращения не испытывал никогда. И не хочу больше никогда испытывать. Это слишком… Жутко.

– С этим надо что-то делать, – хмыкнул я, смотря в лицо старику. – Надо каким-то образом показать всему сектору под властью Греев, что против них надо бороться.

– Не выйдет, – помотал головой светловолосый юноша. – Они всех подмяли… Даже за то время, которое тут вас не было, они смогли сильно запугать народ… Он откровенно боится лишнего шороха. А в крупных городах так вообще ввели комендантский час! Если после определённого времени – на улице, даже спрашивать не будут, сразу в расход пускают…

– Откуда такие познания? – приподнял я одну бровь, посмотрев на этого юношу.

– Его самого так подстрелили, а потом вывезли на городскую свалку, – сказал спокойно старик, кивнув этому белобрысому пареньку. – Алендро, покажи ему, он всё же наш правитель.

– Хорошо, – опустив взгляд, с явной натяжкой сказал парнишка.

Встав из-за стола, парень начал стягивать с себя рубаху, но остановился, не доходя до груди. Его грудная клетка с двух сторон была украшена огромным шрамом с рваными краями, причём было видно, что он заработал его не так уж и давно, может, месяца два прошло, не больше. После того, как он увидел моё удивление, он снова натянул на себя полностью рубаху и уселся за стол, начав лениво доедать свою порцию картошки.

– Я это остановлю, – довольно жёстко сказал я, машинально сжимая в руке вилку, и только после кхеканья со стороны Лины я понял, что вилке уже конец. – Прошу прощения, попортил вам посуду.

– Ничего страшного, – махнул рукой спокойно старик. – У меня этого добра полным-полно! Кстати, не хочешь взглянуть на нашу небольшую деревеньку? Тут у нас есть всё самое необходимое! Клуб, точка взаимообмена, парковая зона и тому подобное… Думаю, Лина будет не против тебе все это показать, а то парни сейчас заняты будут, дрова мне колоть им надобно.

– Опять?! – возмутился чёрненький парнишка, вытаращив на старика глаза. – Да мы двое суток назад дрова кололи! Мы всё под чистую вам покололи!

– Правильно, – кивнул старик. – Поэтому нужны новые. И не возникать, вы живы в основном благодаря мне и Лине. Так что, шагом марш валить лес, у вас есть три дня, чтобы снова заполнить мой сарай.

Парни, как только доели свои порции, а они уже специально растягивали время как могли, поднялись из-за стола и, ворча, покинули дом. Меня эта ситуация несколько позабавила, ведь когда я был моложе, тоже часто ворчал направо и налево, когда меня заставляли что-то делать. Любил проводить время за виртуальными симуляциями войны, любил бездельничать… Но никогда не думал, что всё свалится на мои плечи в таком юном возрасте. А мне ведь всего двадцать три года от роду…

– Мистер Грейвойд, – сдержанно улыбнулась девушка. – Как сказал дедушка, я бы с удовольствием показала вам нашу небольшую деревеньку. Поверьте мне, вы очень удивитесь, увидев, как тут всё обустроено!

– Ну что же, – с удовольствием улыбнулся я, после чего начал осторожно подниматься из-за стола, чтобы не повредить воспаленную лодыжку. – Умеете интриговать! Давайте, показывайте! Только прошу меня поддерживать… А то, сами понимаете, ноги не особо держат, а на руки будет несколько проблематично падать.

– Обязательно, мистер Грейвойд, – кивнула девушка, после чего быстро подскочила со своего места и подошла ко мне, а затем её взгляд упал на свою сестру. – Мир, будь так добра, приберись со стола и помой посуду, покажи свою женскую заботу аристократу, который восьмью месяцами ранее так заботился о нашей планете.

– Гр… Хорошо! – явно планы девушки были разрушены, из-за чего она всем своим видом показывала своё недовольство. Молодая ещё, не имеет уважения к старшим.

Дом мы покинули медленно, в полной тишине, за исключением грохота тарелок и кружек, которыми Мира гремела явно для демонстрации своего отношения к этому поручению. Выйдя на крыльцо, я непроизвольно сделал вдох полной грудью, а потом с широкой улыбкой на лице с удовольствием выдохнул. Запах тут стоял чудесный! Даже не скажешь, что деревня находится среди леса, отчётливый аромат цветов и фруктов наполнял воздух вокруг.

– Меня уже радует это место! – с превеликим удовольствием сказал я, проводя взглядом по довольно большому саду возле дома старика. – Может быть, когда всё устаканится, я построю тут свою резиденцию… Больно уж тут спокойно и умиротворенно.

– Вот и меня этим же самым зацепило это место, – слегка томным голоском заговорила со мной девушка, вот только я не понимал зачем, ведь она должна прекрасно понимать, что с аристократом быть ей точно не светит, только если наложницей. Или это был хитрый план старика, чтобы втереться мне в доверие? Тогда это очень хитрый старик, раз смог такую красавицу уговорить со мной заигрывать, а может, я ей просто понравился.

И опять я искал заговор даже в такой мелочи, как томный голос красивой девушки. Снова мне казалось, что меня пытаются впутать в какую-то игру, использовать в своих целях… Это несколько бесило, но всё же был резон так думать, лучше лишний раз проявить осторожность, чем ошпариться – семь раз отмерь, а потом лишь один раз отрежь.

Когда я насладился видом, то сам начал идти вперёд, девушка взяла меня под локоть, поддерживая меня незаметно, помогая аккуратно спуститься с лестницы. Каждый шаг отстреливал мелкой болью в сломанную руку, что было неудивительным, ведь при движении создаются мелкие вибрации, что распространяются по всему телу… В общем, тёмный лес физиологии человека.

Участок старика отгораживал невысокий плетённый из веток забор. Совсем как в древности, как в голограммах по предметам истории. И всё же кому-то нравилась такая старина, да и смотрелась она, как уже упоминалось, умиротворяюще. Тут просто хотелось жить!

– Так, – остановилась девушка, осторожно останавливая и меня, придерживая за локоть. – Сейчас куда пойдём? Если пойти налево, то можно дойти до лесного озера, там просто кристально чистая вода! Если пойти направо, то можно дойти до созданного местными жителями парка! Куда пойдём в первую очередь? В любом случае тут можно пройти кругом по всей деревне, в итоге вернувшись сюда.

– Все дороги ведут домой? – усмехнулся я, после слов девушки. – Ну, пошли в сторону озера, хочу посмотреть на него. А потом тогда в парк.

– Ну, тогда пошли! – бодро ответила девушка, начав тянуть меня в левую сторону.

Она сразу начала рассказывать про местных жителей, кто чем занимается, кто с кем живёт, даже на ухо шептала сплетни, кто кому изменяет. Конечно, мне это было не особо интересно, не мой уровень общения как минимум, но всё же я из-за вежливости делал вид, что слушаю. Лина, скорее всего, это понимала, но всё же продолжала общаться, не теряя надежды чем-нибудь меня зацепить.

Вообще она была девушкой хорошей, по её виду. Конечно, тот факт, что она распускает слухи, не особо красит её, но она явно делал это не со зла, а чтобы я не столкнулся с этими людьми. Люди тут, кстати, все были в основном бывшие военные, это можно было понять по их взглядам. Люди не просто так приехали прятаться в эти леса от всего мира, они явно хотели жить в тишине и покое.

Когда мы подошли к краю деревни, то меня сильно удивил блокпост, который организовали тут мирные жители. Вся деревня была окружена довольно высокой, примерно два с половиной метра, и толстой, точно с метр, стеной. К этой стене со стороны деревни примыкала пристройка, в которой сидел парнишка моего возраста с винтовкой в руках и смотрел в экран телевизора, в котором виднелись изображения, как со всей деревни, так и с периметра стен. Охрана тут организована конкретно. Правда, ворот никаких не было, но что-то мне подсказывает, что все тут живущие явно без боя не сдадутся, они хоть и бывшие военные, но ради родных и близких они снова могут взять в руки оружие, этот дух прям чувствовался тут.

Когда мы вышли за пределы стены, меня что-то начало напрягать, меня не покидало чувство, что за мной следят, хотя внутри стен этого поселения я чувствовал себя в относительной безопасности. Возможно, это во мне играла паранойя, но я чувствовал себя сейчас крайне неуютно, а вот Лине было всё равно, она шла и радовалась, что может водить за ручку настоящего аристократа.

– А вот и озеро! – торжественно объявила девушка, когда мы поднялись из-за холма. – Оно тут было изначально, в него втекает как раз тот бурный ручей, что протекает в овраге, в который ты свалился. Тут вода настолько чистая, что её можно пить! Но не много, ведь бактерии существуют даже во взращённом вашей семьей мире.

– Тогда не буду рисковать, – спокойно ответил я, смотря не на само озеро, а на лес, что был по другую его сторону. – Может, пойдём назад? Что-то мне не нравится тут… Вид красивый, но вот устойчивое чувство…

– Будто следят? – почему-то шёпотом сказала девушка, что заставило меня задуматься, после чего мы развернулись и двинулись обратно в сторону деревни.

Как она угадала, что у меня играет именно паранойя? Это явно не совпадение, просто не может быть всё так радужно. Я отчётливо помню, что, когда я сваливался, командир преследующего меня отряда отдавал какие-то указания… Там было двенадцать человек, из них было три девушки… Всего в этой деревне я уже успел насчитать шесть девушек. Возможно, этот отряд тут… Не стоит отбрасывать эту теорию… Вот только зачем им меня оставлять в живых? Пытаются таким образом ввести в заблуждение и поселить тут? Это вдвойне странно… Может, я просто кому-то нужен, чтобы играть мной как ферзём на шахматной доске? Это больше похоже на правду, но остается открытым вопрос, кому именно это понадобилось.

Через деревню мы шли уже другой дорогой, шли мимо местного клуба, где молодёжь собиралась по вечерам, а её тут не особо много, шли мимо местного пункта обмена, где жители торговали друг с другом, либо просто обменивались полезными товарами. В общем, тут настроился быт, несколько интересный, сильно отличающийся от общепризнанного, но всё же в таком объёме довольно эффективный. Больше всего позабавила надпись над каким-то зданием: «От каждого по способностям, каждому по потребностям». Старинная идеология, похоже, нашла своё место в этом маленьком поселении. Но на мировой уровень её больше не пускают, не угодна она кланам, в особенности их лидерам.

До парка мы дошли также не спеша. В голове всё больше складывалась картинка, что это что-то неестественное. Вот зачем тут жить среди леса такой толпе народа? Зачем старикан рассказывал про то, что он когда-то пережил… Пока мне ничего не угрожает, но с самого моего прибытия что-то шло не так. Вот и сейчас стоит быть готовым к тому, что что-то пойдёт не так.

В парке мы уселись на лавочку, напротив маленького фонтанчика. Его делал явно мастер своего дела. Сам фонтан представлял собой экспозицию из трёх женщин, сделанных из мрамора, что поливали из «глиняных» кувшинов друг друга. Вода текла под средненьким напором, обливая тела девушек, едва их касаясь. И опять же… Бревенчатые дома, которые выглядят слишком новыми для такого старинного типа зданий и совершенно чистый, словно только что установленный фонтан… Что-то не так… Надо мыслить трезво… Во мне играет недоверие.

– Всё не доверяешь тому, что видишь? – усмехнулась девушка. – Правильно, своим глазам иногда не хочется верить… Всё тут выглядит очень нереально, словно попал в другой мир! Так и хочется тут отдыхать и петь! Просто петь! Но при тебе не буду… Я не знаю, как ты относишься к пению.

– Никак, – пожал я плечами. – Ты мне скажи, каким образом ты меня оперировала? Какие инструменты использовала?

– Успокойся, пожалуйста… – вздохнула девушка. – Ты сегодня весь день показываешь своим внешним видом, что всем не доверяешь. Я тебя могу понять, но ты знаешь, как это обижает? Мы тут старались, парни тебе шкуру спасли, вытаскивая из воды, я тебя несколько часов резала, чтобы кости твои в будущем правильно срослись…

– И всё же вопрос остаётся открытым, – довольно жёстко сказал я, повернувшись к ней лицом. – Я имею это право знать. Как минимум, как своей подчинённой, я могу тебе просто приказать, по праву правителя этой планеты, как максимум… А также врачебная тайна не распространяется на пациентов, насколько я знаю. Пациент должен знать, что с ним происходило.

– Блин… – вздохнула девушка. – Скальпель, пинцет, зажимы различные, некоторые устройства, работающие от электричества, такие как отсос… Так же использовала что-то типа увеличительного прибора, название вылетает вечно из головы… Продолжать?

– Потом дослушаю, – помотал я головой. – К тебе явно спешат.

– Кто? – начала тут же крутить головой девушка.

– Лина! – подбежал паренёк со стороны хирурга. – Там Гролна ранило! Он свалился в лесу на что-то и пробил себе лёгкое! Насквозь! Ты – единственная, кто ему может помочь!

– Дышит?! – тут же подскочила девушка, направившись к выходу из парка.

– Да, – услышал я уже более удаленный голос парня, когда те двое начали уходить.

– Ну а я как-нибудь сам дойду, – помотал я головой, так как меня, по сути, тут кинули. Да, жизнь и здоровье человека важнее, но можно же было кого-то попросить? Или я слишком наглею?

Ладно, сам дойду до того дома… Уже светило за горизонт почти зашло.

Интерлюдия 3

Грей

Твари атаковали ещё несколько раз, но после первой же попытки у сил самообороны линкора уже была отработана тактика. Потери были, их не избежать, но они были в основном санитарные и быстро восполняемые, в особенности с современными технологиями. Но, несмотря на это, последняя атака оказалась самой жестокой, ударили одновременно в три точки, это произошло в тот момент, когда последний корабль противника был уничтожен. Вот там пришлось очень сильно напрячься и проявить всю свою силу воли и смекалку личному составу огромного звездолёта.

Всего было три отряда, сформированных для зачистки мест прорыва, все эти три отряда Греем были направлены в различные точки вторжения. По просьбе командира «академиков», все лишние переборки были закрыты и экранированы, уже была возможность это делать, так как не тратилась лишняя энергия на поддержание внешних щитов.

Грей на себя взял самый крупный по подсчётам корабельного искусственного интеллекта участок прорыва. С самого первого шага в ту сторону начался какой-то ад. Твари пёрли не то что десятками, а сотнями, против всего трёх десятков стоящих на ногах бойцов. Били тварей всем, чем только можно: гранатами, крупными калибрами, самыми мощными способностями, внутрикорабельным вооружением. Но твари, словно не заканчивались, словно их поток был бесконечен. И тому появилось подтверждение.

Среди прочих тварей были другие, выполняющие функции по восстановлению монстров, регенерации повреждённых тканей, замене недостающих частей из запаса своего собственного тела. Грей прозвал их лекарями и определил для всех целями номер один. Если избавляться от них, то воевать становилось куда проще, вот только необходимо было сжигать тела, чтобы потом их не восстановили.

– Впереди ещё три коридора! – крикнул знающий территорию боец. – Я тут караульную службу нёс! В этих коридорах установлена на случай прорыва противника и попытки захвата система экстренного уничтожения! Активировать её можно с пульта в комнате управления охраной и обороной этого отсека!

– А где ты раньше был?! – возмутился Грей, с лёгкой злобой посмотрев на этого бойца. – Где эта твоя комната управления охраной и обороной?!

– В следующем коридоре вторая дверь слева! – засиял от счастья боец, подумав, что к его словам прислушались. – Как именно активировать систему, я не знаю, только помню, что её операторов называли смертниками. Если система активировалась, то уже было невозможно выбраться, так как эта крайняя мера!

– Сейчас посмотрим, насколько это крайняя мера, – слегка сердито ответил бойцу Грей, сосредоточившись на мгновение на уничтожении мутантов. – Внимание всем! Предпринимаем попытку прорыва! Цель – вторая комната слева! Задача – добраться до комнаты, организовать оборону коридора, после моей команды отступить! Приступить!

Дальше строй медленно двинулся вперёд, действуя всё по той же тактике, что и при борьбе с первым вторжением. Медленное продвижение вперёд, остановка для перезарядки, постоянная поддержка со стороны ловкачей и скоростных, которые компенсировали временную потерю огневой мощи, а также постоянные усиления со стороны бойцов поддержки с помощью способностей. Продвижение шло медленно, но оно шло, а потерь почти не было. Идеальный расклад, Грею самому не верилось, что такое возможно, ведь на планете они несли огромные потери только от одних этих тварей. А потом он резко перестал чувствовать свои ноги.

– Командир ранен! – крикнула Ведунья, первой отреагировав на происшествие. – Немедленно в тыл его!

– Принимаю командование на себя! – громко сказал Шёпот, что было довольно жутко с его шипящим голосом. – Продолжить выполнение поставленной задачи! Найти и нейтрализовать пустотного, что выстрелил в нашего командира! Ведунья! Смотри вперёд по времени! Найди этого урода!

– Есть! – кивнула девушка, после чего присела на одно колено, приложила два пальца левой руки к виску и прикрыла глаза.

Грей в этот же момент скинул пакет данных Шёпоту, хотя хотел это сделать своей заместительнице, вот только она была в данный момент на ликвидации другого участка прорыва. Шёпот моментально ответил, что принял пакет данных и отключился, полностью сосредоточившись на сражении с противником.

– Деактивируйте, пожалуйста, броню! – крикнул один из подбежавших бойцов линкора. – У вас очень тяжелая броня, мы вас так очень долго будем нести!

– Хорошо, – прорычал Грей, тут же отдав команду через систему, вернув себе обычный человеческий облик.

Его взгляд упал вниз, на то место, куда именно прилетел пустотный снаряд. Огромная дыра в животе не оставляла сомнений, что он в ближайшие несколько минут может отправиться на тот свет. Бойцы действовали незамедлительно, один вколол три тюбика обезболивающего, как того приписывала инструкция при крайне тяжёлых повреждениях, второй в это время наносил регенеративный спрей, который должен был остановить сначала крупное кровоизлияние, а потом начать восстановление тканей. Вот только при дыре в животе размером с два кулака человека, это выглядит как-то совсем нереально.

– Повреждён… позвоночник, – еле сдерживая стоны от боли, сказал сквозь зубы Грей. – Осторожно… поднимайте… и тащите… в медицинский блок!

– Есть! – хором ответили оба бойца, после чего схватили за руки Грея и потянули его в сторону безопасных участков линкора.

Оборачивать голову Грей не стал, сейчас он был уверен в том, что его команда справится с поставленной задачей, да и голова начала тяжелеть от всего введённого в него обезболивающего. Но спать было категорически нельзя, нужно максимально сильно заставлять себя бодрствовать, иначе можно просто не проснуться.

Почти весь корабль превратился в одно поле боя, стрельба слышалась сразу из многих мест, где-то тварям удалось прорваться в другие отсеки, где-то просто отдавалось отдалённым эхом. Но всё же сражались сейчас многие. Грею даже стало интересно, как обстоят дела на других кораблях, он пытался представить, что сейчас творилось по ту сторону металла, в открытом космосе, но не мог, так как картина могла сложиться просто разной.

Первый и самый успешный вариант – прибыл дредноут и просто своим огнём смог подавить противника, что и принесло победу, а также вызвало агонию у врага. Второй, не самый лучший, это с потерями, но всё же удалось отбросить противника, где с целью ликвидации остатков наших сил были отправлены «десантные» капсулы, чтобы нас сковать боем, а потом молниеносно добить. И третий вариант, что наш линкор смог отступить, чтобы справиться с проникшим внутрь космического корабля противником, а остальная флотилия уже на грани уничтожения. Но узнать этого Грею пока было не дано, сейчас ему главное было просто напрягать по максимуму свой мозг.

Поступило сообщение от Шёпота, что система активирована, противник просто таял в системе самообороны линкора, продвижение в настоящий момент не регистрировалось, но после всё равно будет сделана вылазка с целью устранения источника противника. Грей ответил, что одобряет такую тактику, вот только система начала сбоить из-за дикой потери крови, организм просто не справлялся, регистрировалось сильное падение давления.

– Держись, мужик! – решил подбодрить один из бойцов Грея. – Мы уже почти пришли! Ещё буквально пять минут, и мы на месте! Давай, ты сможешь! Ты и так уже двадцать минут держишься! Ещё пять для тебя будет сущим пустяком!

– Давай! Зря, что ли, ты почти литр крови оставил на полу этой космической крепости! – второй боец подхватил настрой, но зашёл не с той стороны, с какой надо было бы. – Обычный человек сдох бы уже от потери крови в таких объёмах!

– Давай! – крикнул снова первый боец, но его голос звучал уже как-то странно, проскальзывали женские нотки. – Давай, дорогой… Наш сын нуждается в твоей помощи! Ты должен выжить!

– ЧТОБЫ УМЕРЕТЬ НА ЕГО ГЛАЗАХ! – яростный и чудовищный вопль раздался в его голове, взбодрив так сильно, что даже расфокусированное зрение стало снова всё ясно видеть.

Пустота. Грей не сомневался, что это она пытается нащупать слабые места в его разуме, в его ментальной защите. От неё не спрячешься, она в любом случае найдёт, как добраться до самого больного. Но пока Грей не переживал, он был уверен в том, что с его сыном всё хорошо, ибо он должен был в данный момент проходить обучение в Академии. Но всё же толика сомнений закралась в его душу, Пустота знала, куда надо было давить.

В медицинский блок Грея доставили уже в бреду, он что-то кричал про то, что уничтожит всех, кто окажется пособником Пустоты, что он не пожалеет для этого сил. Но он был в крайне плачевном состоянии, бледный, весь мокрый, а ещё поражённый Пустотой. Зараза начала медленно растекаться по его плоти, поражая его органы, но современные технологии не просто так придумали, а врач принял единственное верное решение.

– Вон оба, – жёстко сказал мужчина лет пятидесяти на вид. – Сейчас будет картина для не слабонервных!

– Будете его резать? – с лёгкой опаской спросил один из бойцов.

– Да, – кивнул доктор. – Но далеко не уходите, как закончу, поможете его перенести в каюту для послеоперационных. А дальше… Дальше уже по своим планам, мне плевать, работы хватает.

– Есть, – кивнули оба, после чего один за другим вышли из блока.

Как только дверь заблокировалась, врач тут же приступил к исполнению своих обязанностей. Сначала он полностью стянул всю лишнюю одежду, что мешала и блокировала доступ к месту поражения. Дальше он настроил программу на удаление поражённых Пустотой тканей. Хотя это особо и не требовалось, так как такие ткани сами себя и уничтожали, но всё же имелся небольшой процент, что преобразовывался, из-за чего мог произойти неприятный прецедент.

Работа предстояла тяжёлая, была поражена часть жизненно важных органов, множество вен и артерий, а также выстрелом был повреждён позвоночник, несколько позвонков были смещены, а два вообще раздроблены и расплавлены.

Грея тут же подключили к системе искусственного дыхания, к системе искусственной выработки крови, чтобы его организм мог нормально функционировать. Почки задеты, печень задета, кишечник вообще сложно было определить. Но врач не стал сдаваться, он и не такие жуткие раны восстанавливал, главное потом из стволовых клеток быстро вырастить новые органы, пересадить, а после восстановить мышечные ткани.

– Был бы аппарат последнего поколения, – осмотрел машину десятилетней давности врач, после чего приступил к первому пункту, к удалению пораженных тканей.

Ему никто не помогал, все функции выполняла машина, ему никто не подсказывал. Ему главное было правильно управлять манипуляторами и следить за подсказками системы. Дыхание ровное, настрой спокойный, главное самому не прикасаться к пораженным частям, чтобы не стать самому заражённым. Но врача удивило, что зараза решила сожрать тело, а не изменить его, как часто это делает, а значит, просто не могла перехватить над телом контроль.

Первый этап врач смог завершить за двадцать минут. Дальше он приступил за другим отсеком своего аппарата к созданию новых органов для Грея. Обе почки, вся печень, мочевой пузырь, правое лёгкое, несколько метров тонкой кишки. Всё это очень кропотливый труд, главное, чтобы не было патологий, хотя врач и был уверен, что в Академии Грея восстановят, но всё же хотел провести свою работу идеально. Не зря он считался признанным мастером своего ремесла.

Когда всё было готово, прошло ещё несколько часов. Грея пришлось почти полностью перевести на искусственную систему жизнеобеспечения, иначе был очень высокий риск потерять его. Дальше было самое и самое сложное для врача, всё верно прирастить в организме. Медицинский аппарат был не самый лучший, но для него это была простая задача, главное, чтобы врач не ошибся, а ошибка даже в один миллиметр могла стать фатальной. Но всё обошлось. Дальше врач отдал команду машине, чтобы та начала наращивать мышечные ткани, а после и кожу, попутно восстанавливая все кровеносные сосуды.

– Через тридцать минут забирайте своего пациента и несите его в палату, – устало сказал врач, выглянув из-за двери.

По истечению отведённого времени, бойцы зашли в помещение к врачу. Тот уже полностью одел своего пациента и показал рукой на Грея. Все было понятно без слов, да и врача можно было понять, он просто дико устал. Без лишних слов бойцы взяли подстреленного и отнесли его в свободную палату, где ему предстояло прийти в себя и пробыть несколько дней, чтобы за ним могли проследить.

И всё же для врача это была очень трудная операция, в особенности из-за Пустоты. Одно неверное движение и все могло пойти крахом. Один атом изменённой материи, что мог остаться в Грее, мог списать на нет все успехи врача. И он очень сильно надеялся, что смог удалить всё, что может в будущем погубить Грея.

Глава 5

Семь дней пролетело незаметно. Левая рука была восстановлена быстрее планируемого, чудодейственные мази Лины ускоряли регенерацию тканей, которая и так была выше среднего. Это на самом деле хорошо, так как левой рукой я мог начать хоть что-то делать.

Первым делом я начал тренироваться стрелять ей из пистолета, надо привыкать, что у меня правая рука почти всегда будет занята плазменным копьём, а если вдруг будет задержка в выстрелах, или ещё какой глюк в системе, то нужно будет воспользоваться резервным вариантом.

Старик мне в этом активно помогал, он даже вынул из погреба свой старый пистолет, что достался ему в качестве сувенира по окончанию службы, а также три десятка боеприпасов. Этого должно было хватить на первое время, по крайней мере, если тренироваться, то точно хватит, а вот в случае реального боя такое количество боеприпасов точно будет под вопросом. Возможно, и больше понадобится.

– Слушай, – повернулся я к старику, как обычно общаясь в своей несколько возвышенной манере, но всё же с толикой дружелюбия, – а где моё старое оружие, которое я с собой нёс? Неужели всё сгинуло?

– А, не переживай на этот счёт, мы его отдали местному оружейному мастеру, привести его в порядок, – махнул рукой старик. – Просто у тебя оружие немного отсырело, некоторые механизмы покрылись слоем ржавчины и налёта, нужно было как следует всё обработать. Не знаю, обработал он или нет, можно будет сегодня заглянуть. А почему интересуешься?

– Да предчувствие у меня не самое хорошее, – нахмурился я, направив взгляд в сторону выхода из деревеньки. – Такое ощущение, словно где-то недалеко бродит противник и ждёт удачного момента, чтобы напасть на меня.

– Ощущения тебя не подводят, сынок, – хмыкнул старик. – Недавно двоих поймали, но они покончили с собой раньше, чем наши патрульные успели их окончательно скрутить. У них, как я понял, чёткие установки, если берут в плен, то сразу убивать себя. Тебя беспокоить этой мелочью не хотели, и так сильно пострадал.

– Лучше мне покинуть это поселение, – обречённо сказал я, а после направил взгляд на небо. – Тут мирно, тихо, спокойно. А с моим появлением у вас может быть множество проблем. Думаю, лучше не рисковать. Мне лучше уйти.

– Ну и куда ты пойдёшь со сломанной рукой? – улыбнулся нахально старикан, глядя ровно мне в глаза. – Сынок, я понимаю твоё стремление защитить нас всех, но всё же не стоит так переживать. Ты для своей родни хоть и заноза в заднице, но они не станут нарушать так явно галактические законы, иначе могут полететь не только шапки, но и головы. Так что сиди пока спокойно. А в случае чего, вон, левой рукой нам поможешь. Не зря же ты в Академии обучение проходишь, да и хорошо сложенным выглядишь.

– И всё же я настаиваю на том, что мне нужно уйти, но раз вы уверяете, что всё будет хорошо, то доверюсь вам, – тяжело вздохнул я, проведя рукой по лицу. – Вот только потом не надо меня упрекать в том, что я вас не предупреждал.

– Да брось ты уже так переживать за нас всех! – уже немного злился старик. – Мы и не через такое проходили! Тут, думаешь, просто так стены стоят? Нет, не просто так, а в целях самообороны. Тут каждый знает, как надо держать оружие, как целиться и как стрелять.

– Хорошо, – усмехнулся я. – Раз так, то останусь тут ещё ненадолго, но только на не совсем длительный срок. Мне ещё возвращаться надо в Академию. Кстати! А у вас есть терминал для проверки состояния кредитного счёта? А то мне не так давно приглянулся лук один, а оплатить его не смог, не было с собой средств.

– Нет, – помотал головой старик и развёл руки в стороны. – Такого у нас нет, оно нам не надо. Каждый дает то, что нужно, каждый берёт, что требуется. Ну и наоборот. У нас тут старинная идеология сложилась, сам знаешь же.

Ещё несколько минут мы со стариком поболтали о плюсах и минусах их идеологии, но в итоге только начали ругаться. Я упирал на то, что их система хоть и красиво выглядит, но в больших масштабах не может быть достигнута. Яркий пример тому несколько государств конца двадцатого века нашей истории. Государство было великолепное, может, что и получилось бы, но… Деньги уже тогда правили миром.

Когда старик меня оставил, я продолжил практиковаться в стрельбе. Самое сложное и противное в моём случае – перезарядка одной рукой этого старья. Тут все детали очень сильно впритирку были сделаны, из-за чего плохо двигались. В общем, мучился я минут по пять, чтобы снарядить магазин и вставить его в пистолет.

Но в итоге за весь день я все тридцать патронов всё же смог отстрелять. Результат был, правда, так себе. Стрелял я по обыкновенным бутылкам, но попасть в них с левой руки было довольно трудно, так что из тридцати раз я попал всего восемь, а это жуть как мало, с двух рук я стреляю куда точнее.

Под вечер мы как обычно собрались все за одним столом, где я уже более уверенно наворачивал поданные мне блюда. На этот раз это был обыкновенный салатик из местных овощей, название которых я даже не пытался выговорить. Лишь одно мне стало понятно, это были какие-то разновидности помидоров, редиски, огурцов ну и тому подобное, что было на Земле, то есть и тут.

Разошлись мы уже поздней ночью, теперь они меня всей толпой пытались убедить, что их манера ведения хозяйства куда лучше, чем та, что сейчас господствует в секторах человечества. Пытались переубедить… Меня… Аристократа. Я лишь тихо посмеивался, смотря на их потуги, ведь на каждое их преимущество у меня было опровержение. Но должен признать, что в таких маленьких поселениях эта схема работает прекрасно! Но в больших государствах, опять же, она потерпит крах, как минимум у множества людей просто нет совести.

Спал я всё на той же кровати, на которой в первый раз и проснулся. Она была весьма удобна, так что менять я её не собирался. Да и проветривание в комнате было хорошее, всё время свежий прохладный воздух. Вот только этой ночью поспать не удалось никому.

Проснулся я в два с небольшим часа ночи, а причиной моего пробуждения послужил громкий вой сирены. Когда я пришёл в себя, когда разум уже начал нормально воспринимать действительность, то среди звуков воя сирены мне удалось расслышать несколько удалённый стрёкот автоматов, пулемётов и чего-то ещё покрупнее.

Я тут же подорвался, начал одеваться, но с рукой в фиксирующем лангете это делать не особо легко, провозился я не мало. Выйдя из комнаты, я обнаружил, что в доме кроме Лины никого не было, а та уже ухаживала за двумя ранеными, причём довольно тяжёлыми: одному оторвало руку по локоть, второй лишился обеих стоп. Инвалиды теперь.

– Кто? – задал я единственный вопрос Лине, но та лишь пожала плечами.

– В такой же… экипировке, что… и ты… – прокряхтел парнишка с оторванной рукой, и только потом я узнал в нём одного из той троицы, что притащила меня сюда.

– Понял, – бросил я, после чего выбежал на улицу.

Меня тут же встретил старик с моим автоматом в руках и двумя пистолетами за пазухой. Он явно не ожидал меня увидеть, причём до такой степени не ожидал, что направил автомат в мою сторону, смотря сквозь мушку шальными глазами.

– Тише, тише! – поднял я руки вверх. – Свои, старик, свои. Опусти автомат.

– Это всё из-за тебя! – он явно был потрясён происходящим, но чем именно, я не мог узнать, обзор был перекрыт. – Они пришли и напали на нас! Они убили уже девятерых! И они не остановятся! Их больше сотни! Это всё из-за тебя!

– Слушай, я вчера тебя предупреждал, что мне нужно уйти, – вздохнул я, положив руку на дуло автомата, опуская его вниз к земле. – А что ты мне ответил? Что вы умеете себя защищать. Тебе не кажется, что ты либо так хорошо сам себя обманывал, либо меня так пытался обмануть? Или ты вообще пособник тех людей, что меня преследовали?

– Следи за своим языком! – сорвался на истерический крик старикан, пытаясь выдернуть у меня из руки автомат, что я схватил за дуло. – Отпусти! Иначе хуже будет!

– Хуже кому? Мне? – рыча, начал говорить я. – Ты сейчас сделаешь хуже только… Твою!

Метрах в тридцати на соседнем участке разорвался снаряд, превратив домик в кучу опилок и большое кострище. Если там кто-то и был, то теперь он точно труп. А ведь если бы ударили точнее, то накрыли бы меня. Да и так меня бы накрыло, не успей я сейчас отреагировать и прыгнуть в противоположную от взрыва сторону. А вот старик не успел, теперь он валялся рядом со мной, истекая кровью, вот только звуков никаких не издавал.

Я приподнялся и бегло осмотрел его. Осколок прошёлся по тыльной стороне черепа, повредив головной мозг. После такого точно не выживают… Жаль старика, на самом деле хороший мужик был. Только в последний момент что-то его переклинило. Зато моё оружие принёс.

Забрав у трупа старика оружие, я вернулся обратно в дом. Лины уже не было, явно где-то с перепугу спряталась, а два парня лежали в одиночестве. Один умер, скорее всего, из-за кровопотери, судя по его бледному виду, что через пару мгновений подтвердила система, второй, у которого была оторвана рука, всё ещё лежал и мучился, тихо постанывая.

– Где Лина? – спросил я у него, подойдя к нему вплотную.

– На… кухне… – еле слышно ответил он, глядя мне ровно в глаза. – Мужик… Будь другом… Пристрели… Всё равно… Уже не смогу… Ах-х… Жить нормально…

– Давай лучше так, – со вздохом сказал я, повесив на своей шее автомат, после чего достал один из двух пистолетов. – Тут десять патронов. В сторону двери ты стрелять, если что, сможешь. Последний оставь для себя. Понял?

– Понял… – медленно ответил парнишка, протянув целую руку в мою сторону.

В раскрытую ладонь парнишки я вложил рукоятку пистолета. Он кивнул, потом положил руку с пистолетом себе на грудь. Что-то он ещё мне прошептал, но я уже не разобрал, так как ушёл от него.

На кухне с виду всё было спокойно, за исключением разбитого окна, но это только с виду. Немного сдвинутые стулья, упавший на бок пустой графин из-под воды явно говорили, что кто-то спешил тут спрятаться. Значит, девушка здесь, и она ничего лучше не придумала, как спрятаться за противоположной стороной стола. Да, со входа не видно ни ног, ни тела, но любой военный сразу бы проверил то место, а лучше вообще дал бы контрольную очередь, ну так, чтобы беду не навлекать.

– Лин, вылезай, – спокойно сказал я, медленно идя в ее сторону. – Нам надо уходить! Деревня обречена! Вставай давай.

– Не встану! – истеричным и перепуганным голосом сказала девушка. – Я никуда не пойду! Они… они… Мира… А-а-а!

– Мы отомстим, я тебе обещаю! – ответил я, как только заметил труп девочки, что лежал на ногах у Лины.

Сам я не смог заметить, что именно убило девочку, но система была непреклонна, у неё нет чувств человека, ей просто плевать. Проведя быстрый анализ, система подтвердила смерть девочки от крохотного осколка, что засел в ней, попав ровно в центр грудной клетки. Сомнений не было, этот осколок залетел через окно, а девочке просто не повезло оказаться рядом с ним.

– Пошли, я сказал! – уже более настойчиво и сердито сказал я.

– Я никуда не пойду без своей сестры! – начала буквально орать девушка, а потом завизжала, когда со стороны зала послышался первый выстрел.

Я мигом подскочил к двери в зал и через дверную щель посмотрел, что произошло. Парнишка застрелил непрошеного гостя, но вот только это был свой, судя по виду, деревенский. Он теперь точно себя застрелит.

– Это кто был? – чуть громче обычного спросил я у парня.

– Урод… один… давно… хотел… – еле слышно говорил парнишка. – Чёрт, как же чешется рука…

– Так почеши, – с лёгким непониманием сказал я ему.

– Этой руки… у меня нет! – чуть громче сказал он.

Я на мгновение выпал, но в это же время прислушался к тому, что происходит на улице. Таких крупных взрывов больше не было, а это значит, что у них в распоряжении только одна тяжелая гаубица. Это был плюс, но минус был в том, что они, скорее всего, уже перезарядились и скоро сделают очередной выстрел.

– Хватит сидеть, иначе тоже сейчас сдохнешь! – уже сорвался на крик я, подойдя к девушке. – Если ты будешь просто так тут сидеть, то только омрачишь память своей сестры! У тебя будет возможность за неё отомстить, я тебе обещаю!

– Я не пой… – только начала говорить она, как тут же я ей дал лёгкую пощечину, из-за которой её взгляд немного прояснился.

– Пойдёшь. Сейчас. Вставай, – проговорил я сквозь зубы, но девушка на этот раз послушала меня.

Бросив последний взгляд на свою сестру, Лина снова начала реветь, звонко, заливаясь. Её можно было понять, не каждый день теряешь родственников. Но всё же она аккуратно переложила тело своей сестры на пол, а сама поднялась, стряхнув с себя пыль.

– Держи, – сунул я ей автомат в руки, так как сам пока не мог стрелять из него по понятным причинам. – Если старик был прав, то ты должна хоть немного стрелять.

– Угу… Плохо… – еле выдавила она из себя.

– Хоть как-то, главное – в противника, а не мне в спину, – уже спокойно сказал я, на что она робко кивнула, пытаясь себя успокоить, громко шмыгая носом. – Всё, сейчас не пугайся увиденного, старайся не плакать. Поняла? Поплачешь потом, сейчас не до этого.

– Старик? – спросила девушка, на что я лишь кивнул.

Выражение её лица снова начало меняться, но на этот раз она смогла сдержаться. Я спокойно выдохнул и медленно пошёл к выходу из дома. Проходя мимо парнишки, я заметил, как он кивнул мне, слегка ударив себя в грудь кулаком с зажатым в нём пистолетом. Я ответил ему тем же, ударил работающей рукой себе в грудь, после чего покинул дом.

Звуки стрельбы были совсем близко, буквально уже где-то метрах в ста около пропускного пункта к озеру. Оставался путь через местный парк, через пропускной пункт по ту сторону деревни. Надеюсь, пока ещё не успели окружить нас, иначе это будет фиаско.

Перешагнув через тело старика, я лёгким трусцой направился в нужную мне сторону, вытащив пистолет и дослав патрон в патронник. Девушка бежала с такой же скоростью за мной следом. Молодец, слушается, держится. Но теперь её психика просто сломана. Она в один день потеряла всё, что только могла, из-за чего мне самому становилось больно. Это мои люди! Это мои подчинённые! Это моя планета! Убью урода! Убью этого выродка бесчеловечного, что прислал сюда этих наёмников!

Когда мы достигли пустого пропускного пункта, что мне показалось странным, раздался ещё один взрыв. На этот раз попали точно в цель, накрыло тот дом, в котором я ночевал, в котором девушка заботилась о двух раненых. Вот и не пришлось стрелять в паренька, умер, как полагается на войне… Чёрт!

Выглянув за стену, я бегло осмотрел окрестности. Вроде было чисто, система тоже ничего не регистрировала, значит, можно было смело бежать. Вот только впереди, за короткой лесополосой были болота, это я уже смог выяснить, а в болотах имелась высокая вероятность подохнуть. Дерьмовая смерть, но лучше так, чем достаться в качестве трофея тем уродам.

– Смотри, – присел я на одно колено перед девушкой. – Я сейчас быстро перебегу в тот лес. Если по мне не откроют огонь, то сразу беги следом. Если откроют, то выжди минуты две, я пристрелю тех, кто будет стрелять, после чего уже беги. Поняла?

– Угу-м, – кивнула девушка, глаза у которой были просто пусты. Сложно ей.

– Хорошо. Тогда… Я побежал!

Поднявшись на ноги, я тут же рванул с места, развив максимальную свою скорость. Впервые я почувствовал результат всех тех изнурительных тренировок. Даже система отметила, что я сотню метров преодолел за девять с половиной секунд, что для человека невероятно быстро. Но по мне так никто и не стрелял, а я достиг леса.

Девушка, как я ей и сказал, тут же побежала за мной следом, вот только она делала это в разы медленнее, но тоже всё прошло без эксцессов. Когда она рухнула на пятую точку рядом со мной, громыхнуло в деревне ещё раз. По всей видимости, они просто решили полностью сравнять с землей всю деревню, не оставив там камня на камне. Оно мне и лучше, пока они там будут разбирать завалы в поисках меня, я уже смогу уйти далеко.

– Отдохнула? – спросил я у Лины, но получил отрицательный ответ. – Плохо, ибо надо идти. Поднимайся, мы уходим отсюда.

– Куда? – встала она на ноги, посмотрев на меня непонимающим взглядом.

– В мою старую резиденцию, о которой знают только я и мой отец.

Глава 6

– Чёртово болото! – тихо рычал я, делая большие шаги, чтобы быстрее продвигаться, но выходило как-то не очень. – Почему нас не учили, как выживать в болотах?!

Лина шла ровно за мной по пятам, ей было явно тяжелее, чем мне, она была ниже меня, она была слабее меня, но всё же не отставала. Это давало мне сил двигаться дальше, ведь если она может идти, то почему не могу идти я? Я могу, я буду идти, я не остановлюсь!

Мало того, что болота были примерно мне по пояс, так дно ещё было очень илистым, а из-за обилия деревьев вокруг, оно было помимо прочего просто испещрено корнями деревьев. Несколько раз я даже падал, проваливаясь под воду с макушкой. Хорошо, что не было больших глубин, а то было бы печально свалиться и больше не подняться на ноги.

– Ты как? – слегка замедлил я темп после очередного падения, повернув свою голову в сторону девушки.

– Тяжело… – честно призналась она, буквально выдавливая из себя каждую букву. – Пить хочется… И есть… А ещё… Сестра…

– Вода… чёрт… а ты права… пить хочется, – грустно усмехнулся я, смотря на воду, что окружала меня. – Хоть воды вокруг полно, пить её нельзя… Надо выйти на сушу, а там что-нибудь придумать. Кстати, про воду. Тут болота глубокие? А то мы идём, полагаясь чисто на удачу, если увязнем, то выбраться не получится.

– Нет… не глубокие, – отрицательно помотала головой девушка. – Мы их уже все исходили… нигде нет больших глубин… не утонем… наверное, я не знаю…

– Ну, спишем последнее на твоё состояние, – тихо, чтобы девушка не услышала, сказал я сам себе под нос, а потом снова обратился к ней: – Болота насколько большие? Выйдем из них сегодня?

– Всего несколько… километров… – даже идя на такой скорости, Лине явно было тяжело, точнее, она уже вымоталась. – Можно… за пару часов… пройти… Я и одна… ходила.

– Тогда продолжаем идти, только немного медленнее, – решил я её утешить, но она лишь только кивнула и продолжила следовать за мной.

Позади всё ещё гремели взрывы, иногда слышалась стрельба, доносились далёким эхом крики людей и наёмников, что уничтожили мирное поселение. Я чувствовал вину за всё это, я знал, что рано или поздно они придут за мной. И они пришли. Вот только они решили не церемониться с деревенскими, что спасли и укрыли меня, они решили убить всех причастных. Нет свидетелей – нет проблем.

В итоге весь путь занял три с половиной часа, который с помощью системы был сделан ровно прямым и наикратчайшим, всё же связь со спутниками была установлена. Выбравшись из воды, мы с Линой просто упали на траву и пытались отдышаться. Я вымотался, очень, невероятно сильно вымотался, если сейчас на нас нападут, то я даже не смогу дать отпор, ну если только с помощью плазменного копья… А вот Лина вообще ничего не сможет сделать, она сто процентов устала больше моего. Надо приободрить её, что ли…

– Ты – молодец, – честно признался я, показав большой палец на левой руке. – Я-то сильно устал, при том что я из Академии… Не представляю, как тебе. Ты просто супермолодец! Теперь я уверен, что у тебя всё в этой жизни получится, если у тебя такое невероятное упорство.

– Угу-м, – почти без эмоций ответила девушка, было лишь понятно, что она жутко устала.

– Надо двигаться дальше, – спокойно сказал я, поднявшись на ноги, после чего встал возле девушки и протянул ей здоровую руку. – Давай, я тебе помогу, поднимайся. Хотя бы медленно, но продолжим путь.

Я простоял примерно с минуту, смотря на девушку сверху вниз. Только сейчас, когда из-за воды одежда девушки полностью облепила её, я заметил насколько она стройная. В деревне она обычно носила немного свободную одежду, что не совсем точно передавало очертания её фигуры, те же футболки, которые были точно на пару размеров больше. Смотря на все её изгибы, я даже как-то завис, за последние дни что-то отвык думать о девушках, как об объектах влечения. Война меняет всех.

– Насмотрелся? – слегка раздражённо спросила Лина, схватив мою руку обеими ладонями, после чего я ей помог подняться на ноги. – Пожалуйста… Не надо так на меня смотреть… Я понимаю, что не могу указывать аристократу, но всё же… Прояви мужскую солидарность, или, как там это у вас называется, уважение к слабому полу… Всё же я ещё…

– Всё ещё что? – не понял я её последнего выражения, так как она его оборвала.

– Не важно, – махнула она ладошкой. – У тебя есть предложения, куда идти?

– Да, есть, – кивнул я. – Примерно в паре сотен километров отсюда есть старая вилла моего отца, которая теперь моя, раз уж я – хозяин этой планеты. Там мы сможем спрятаться и зализать раны, мне это сейчас очень надо, сама понимаешь.

– Ну да, – кивнула девушка. – Хорошо, что ты ещё руку себе не повредил… Я видела, как ты падал, у меня сердце каждый раз замирало, боялась, что ты снова себе руку переломаешь. Но обошлось. Так. Стоп…

– Что стоп? – я уже начал идти вперёд, как она меня остановила. – Ты чего зависла?

– Ты сказал пару сотен километров? – удивлённо переспросила меня девушка, хлопая непонимающе своими милыми глазками. – Мне же не послышалось?

– Нет, не послышалось, – мотнул отрицательно я головой. – Пара сотен километров. Не переживай, найдём какой-нибудь автотранспорт и доберёмся до места быстро, всего несколько часов.

– Ближайшее шоссе отсюда в десяти километрах… – прикусила губу девушка, явно не договорив до конца, а потом, увидев моё ожидающее продолжения выражение лица, продолжила: – И путь пролегает через деревню… Нашу деревню… Шоссе в той стороне, откуда мы пришли. А в той стороне не знаю, есть ли дороги…

– Дороги есть, – кивнул я. – Я эту планету достаточно хорошо знаю, много раз облетал ее. Примерно пятнадцать километров в ту сторону надо идти, чтобы дойти до обычной дороги.

Я врал. Я нагло врал. До дороги реально было около пятнадцати километров, но я не знал эту планету настолько хорошо, чтобы так свободной на ней ориентироваться. Просто у меня была система, которая подсказывала, что и где находится. Она давала просто неимоверно огромные преимущества перед обычными людьми! Этим определённо можно и нужно пользоваться.

Выдвинувшись вперёд, мы старались идти средним темпом, чтобы не уставать и не тратить лишние силы. Система во всю уже верещала, что у меня недостаток воды в организме, что нужно срочно попить, что рекомендуется поесть… Напрягает, когда вот так настырно что-то предлагают, а ведь даже отмахнуться от этих оповещений нельзя, они появляются снова почти моментально.

Но виды тут были просто шикарные! Никаких фонарей, никакого освещения вообще! Только чистое поле, лес с болотом оставался позади, и чёрное-чёрное небо с миллионами маленьких светлых точек над головой! Это завораживало, поддерживало морально. Человек всегда тяготел к красоте, особенно, если эта красота естественная, как сейчас.

До дороги мы добрались уже ближе к рассвету. Пятнадцать километров можно было бы преодолеть примерно за час времени, если бежать, вот только мы не хотели напрягаться, мы просто спокойно шли. За временем я особо не следил, просто наблюдал за округой, время от времени посматривая на Лину. Та была явно переутомлена, но всё же шла, идти не сложно, главное просто переставлять ноги.

Машин не то что было очень много, всё же сейчас раннее утро, но всё же время от времени они пролетали мимо нас. Останавливаться никто не хотел, что было не очень-то удивительно, ведь их пытаются остановить два вооружённых человека, которые похожи на каких-то оборванцев. Вот только я был одет в свой костюм из Академии.

– О, – тыкнул я пальцем в машину, что остановилась метрах в ста от нас. – Смотри, притормозил. Пошли, может, нас подбросит.

Пробежавшись до машины, мы заглянули внутрь. Там оказалась женщина лет сорока, может, и больше, она взирала на меня как на какого-то героя, как на идола. Меня это немного смутило, но всё же я решил у неё уточнить.

– Можете добросить нас до старой виллы Грейвойдов? – вежливым тоном уточнил я у неё.

– Конечно! – закивала женщина. – Всё что угодно для воинов Академии! У меня там сын сейчас учится, на третьем году обучения вроде! Я всегда рада встретить кого-то из вашего цеха!

– А вы больше никого в нём не узнаете? – усмехнулась Лина, когда уселась позади на пассажирское кресло в авто этой женщины. – Никого не напоминает его лицо?

– Стоп… – зависла на мгновение женщина. – Быть того не может! Нам же все говорят, что вы умерли! Мистер Грейвойд! Вы живы! Хвала небесам! Вы, наконец, сможете разогнать всех уродов, что сейчас решили возглавить эту планету! Они старый кабинет министров расформировали и без голосования и вашего дозволения посадили своих ставленников! Они такие дикие законы принимают, что волосы дыбом встают.

– Для этого я сюда и прибыл, – спокойно ответил я, несколько недовольно посмотрев на Лину. – Вот только сейчас немного не в том положении, чтобы тягаться со всей армией наёмников, что за мной охотятся. И да, не советую стоять на месте, они не так далеко разгромили целую деревню, в которой я прятался.

– Ух! – аж загорелась женщина. – Я прям чувствую дух приключений! Конечно, от него веет опасностью и болотной тиной… Но всё же! Это так завораживает! Значит, мы сейчас поедем ещё быстрее!

– Не надо спешить, – тут же я убавил пыл женщины, которая решила вжиться в роль авантюриста. – Мы так только выдадим себя. Оно вам надо? Я думаю, вам этого точно не надо.

– Почему не надо?! – восторженно спросила женщина. – Это же такой восторг! Ветер будет задувать в окна! За нами будет погоня, мы от неё отрываемся, а я в итоге буду вашим спасителем! Это же так здорово!

– Нет! – жёстко сказал я, сбивая с её лица одухотворение. – Всё будет немного иначе. Вы полетите вперёд, привлечёте внимание сотрудников правоохранительных органов, они увяжутся за нами, будет погоня. Об этой погоне по своим каналам узнают наёмники, что гнались за мной, так же сядут нам на хвост… А потом просто применят оружие, не будут церемониться. Причём какую-нибудь ракету. И тогда всё. Конец вам, конец мне, конец этой милой девушке. Всем нам будет конец. Так что давайте поедем спокойно, не будем создавать себе лишних проблем. Хорошо?

– Хорошо, – уже спокойно ответила женщина, видимо, осознав смысл моих слов, после чего я дал ей команду начать двигаться вперёд.

За рулём женщина себя так развязно не вела, она была более спокойна, более сконцентрирована на дороге. И большую часть времени молчала. Видимо, она всё же поняла, что рядом с ней сидит аристократ, настоящий аристократ. Но наглости ей в любом случае не занимать. Похоже, я вообще не произвожу впечатления высшего по статусу человека.

Минут через десять с заднего сиденья стало доноситься тихое сопение. Обернувшись, я увидел, что Лина разлеглась, заняв полностью всё заднее сиденье и тихо-мирно спала. Я лишь мелко улыбнулся и продолжил смотреть вперёд. Если она сейчас спит, то мне не стоит вырубаться, кто-то должен быть готов отстреливаться в случае чего.

– Мистер Тиберий, – заботливо начала говорить женщина. – Вы тоже вздремните. По вам видно, что вы по болотам мотались, я же не просто так обратила внимание на запах. Не переживайте, я знаю, где ваша старая резиденция, бывала как-то раз в тех краях, дорогу запомнила. Довезу вас, не переживайте.

– Не могу, – помотал головой я в разные стороны. – Всё же я вас до конца не знаю, слепо доверять незнакомцам тоже плохо. Прошу простить, если чем-то обидел.

– Ой, ничего страшного, – спокойно ответила женщина. – Я вас прекрасно понимаю! Я бы тоже чувствовала себя не особо ловко в компании незнакомых мне людей. Но вас-то я знаю! Сколько слов благодарности хотел бы сказать вам ваш народ! Но вы всё время какой-то отстранённый были, редко с людьми работали. Но работали! И думали о них.

– Спасибо, – улыбнулся я и откинулся в кресле пассажира. – Вот только встретили меня тут как врага народа. Ладно, разберёмся, сейчас главное – добраться до старого домика… Только есть одна просьба.

– Какая? – уточнила женщина, на мгновение покосившись в мою сторону.

– О нашей встрече никто не должен знать! – твёрдо сказал я, вешая на неё маркер. Теперь смогу следить за ней через спутники, если она кому-то что-то расскажет, то ей явно мало не покажется, ведь я буду знать, где она и что делает!

Глава 7

– Ма-а-ам! – орал я из своей комнаты, пытаясь позвать свою маму домой. – Ма-а-а-ам! Смотри, что я сделал! Смотри, что у меня вышло!

– Тиб, мне некогда! – несколько раздражённо крикнула в ответ она. – Я тут нам еду собираю на пикник завтрашний! Так что… Давай я потом посмотрю?

– Хорошо… – недовольно буркнул я, упав на свою кровать.

Я был дома. Я был счастлив. Мне хотелось похвастать сейчас своим достижением, как у меня получилось построить карточный домик самостоятельно! Ведь раньше это получалось только у моего троюродного, он пользовался своей силой, а я что… Я был просто обычным человеком с «голубой» кровью.

Я любовался на своё творение, но почему-то улыбаться не хотелось, я был раздражён. Почему кому-то повезло иметь силу, а кому-то даже после трёх инъекций той чудо-сыворотки это не помогает? Вот почему в мире существует такая несправедливость?

Внезапно снизу раздался громкий мужской крик, что-то где-то упало. Кричал точно отец, я был в этом уверен… Но он обычно был крайне спокойным человеком, без повода никогда не кричал, значит, что-то случилось… Неужели опять?!

Я сорвался с места, сбив впервые построенный мною карточный домик. Было плевать на всё, главное узнать, что произошло. Я жил на втором этаже нашего домика, у меня была своя комната, я вылетел из неё пулей, буквально вышибая чуть приоткрытую дверь плечом.

Лестница, единственное неудобное место в этом домике: слишком крутая для меня, всегда боялся на ней свалиться… Но я пролетал по три-четыре ступеньки за раз, почувствовал, что подвернул ногу, свалился, еле сдержал слёзы, но снова встал. Даже несмотря на боль, я помчался дальше. Ведь это же мама!

Последние ступеньки я преодолел, вообще кувыркаясь, ненавижу эту лестницу! Всегда ненавидел. Сквозь слёзы я поднялся, повернул в главный коридор и увидел просто невероятно страшную картину. Мама стояла бледная, точнее её держал мой отец, не давая упасть, он что-то кричал ей в лицо, но я не слышал, шум заполнил весь мой слух. Сердце начало бешено биться, паника охватывала меня…

– Не-е-е-е-е-е-е-е-ет! – заорал я, видя, как глаза матери начали закатываться, а её ноги подкосились.

Нет, этого не может быть! Врачи же говорили, что ей ещё около пяти лет жить! Почему, почему это произошло?! Как врачи могли наврать? У нас же передовая медицина… Этого просто не может быть! Не верю! Не хочу в это верить!..

– Её нет… – услышал я каким-то образом шёпот отца, после чего я взорвался сильнейшим ревом.

– Мистер Тиберий! – сквозь крик услышал я едва знакомый голос, словно слышал его несколько часов назад. – Мистер Тиберий! Проснитесь!

Неожиданно я раскрыл глаза. Мы парили над просёлочной дорогой, старой, давно заброшенной, но до боли мне знакомой. Она вела к тому самому домику, где произошла самая большая трагедия в моей жизни. Как бы мне этого ни хотелось, какие бы это место ни навевало воспоминания, всё же это было хорошее укрытие. О нём просто никто не знал.

– Вы кричали, – как-то растерянно и неуверенно говорила женщина. – Вы сначала что-то тихо бормотали, я думала вы не спите… Но потом вы начали просто так кричать. Я сразу стала переживать. Кстати, куда дальше? Тут дорога почти обрывается…

– Сейчас чисто прямо, примерно полмили, потом надо будет возле заброшенной базы отдыха повернуть направо, там уже две мили… – тяжело вздохнул я. – А там мы сами дойдём до нужного места.

– Вы уверены? – с тревогой посмотрела женщина. – Могу вас до самого места довести…

– Не стоит, – помотал я отрицательно головой. – Вам лучше вообще забыть про наше существование, как мы выйдем. И не смейте следить за нами. Я не побоюсь применить оружие даже против вас. Не рискуйте.

– Хорошо… – сглотнула женщина, после чего продолжила двигаться дальше.

Дальше мы ехали в полной тишине, никто не хотел говорить и слова. Женщина, видимо, боялась, Лина снова вырубилась, хотя я видел, что она просыпалась, а я просто был погружён в свои воспоминания. Я не хотел спать, хоть и тянуло в сон, я точно помню, как мы ехали, а потом… Потом я был в своей старой комнате. Видимо, меня просто банально вырубило, а я даже этого не заметил. Надо лучше за собой следить, иначе в крайний момент могу сам себя подставить.

Первый поворот мы проехали, я внимательно следил за маршрутом, чтобы мы не туда не свернули. Давно я тут не был, но всё же в памяти ещё достаточно свежи воспоминания о том, как добираться до той резиденции. Женщина не знает или не помнит, уже хорошо, значит, всё же я могу не беспокоиться за скрытность.

– Тут немного левее возьмите, – показал я рукой направление, так как мы начали съезжать с маршрута. – Да, вот так. Теперь держите ровно прямо и не сворачивайте.

– Вы точно уверены, что мы едем правильно? – несколько потерянно проговорила женщина, с легкой паникой смотря то на меня, то на дорогу.

– Уверен, – кивнул я, хотя прекрасно понимал, что банально обманываю её.

Эта дорога не вела точно к тому месту, где была резиденция, она проходила примерно в полумиле от домика в самой ближней точке. Это не особо много, но и не мало, можно потеряться, если сильно захотеть.

– Всё, останавливайтесь, – спокойно сказал я, увидев знакомые старенькие деревья, которые служили для меня личным маяком в этом лесу. – Мы сейчас выйдем, вы разворачивайтесь и по тому же маршруту уезжайте назад. Я запомнил вас, в долгу не останусь. Когда всё наладится, я вас вознагражу, но до этого момента… Вы меня не видели, я вас тоже. Проболтаетесь, вам же только хуже будет. Поняли?

– Поняла, – с грустью сказала женщина. – А так хотелось перед подругами похвастаться, что я первого жениха планеты подвозила! Эх… Не судьба… Но… Удачи вам… Наверное, она вам понадобится в это нелёгкое время.

– Понадобится, – встала рядом со мной Лина, протерев ладонью своё лицо. – Я чувствую, что она нам очень сильно понадобится.

Когда женщина разворачивалась и медленно уезжала, мы с Линой стояли на месте. Нужно было убедиться в том, что она точно уехала и не захочет за нами следить. Но за тридцать минут времени она так и не вернулась, из-за чего у меня словно гора с плеч свалилась, не придётся лишний раз применять оружие.

Махнув Лине рукой, я пошёл в одному мне известную сторону. Даже на картах не было видно старой резиденции, специальные технологические решения не позволяли заметить даже из космоса этот домик. Столько счастливых воспоминаний связывало меня с этим местом, столько всего хорошего произошло… И лишь одно-единственное событие заставило меня с отцом забросить это место. Оно стало причинять множество боли.

– Ты чего такой? – идущая по правую от меня руку Лина увидела выражение моего лица. – На тебе вообще лица нет… Случилось что?

– Всё нормально, – попытался улыбнуться я, но вышло откровенно хреново. – Просто воспоминания одни мешают нормально расслабиться. Не обращай внимание. Лучше, как придём, помоги прибраться, мы с отцом тут очень давно не были… С тех пор как…

– Я поняла, – оборвала меня девушка. – Мы всей планетой тогда горевали, когда это произошло. По вам было видно, как её потеря подкосила ваше состояние… Прости, если затронула больную тему.

– Да ничего, – слегка нахмурился я. – Лучше смотри, не наступи в старые капканы. Мы тут вроде с отцом всё собрали во время последнего визита… Но могли что-то пропустить. Кстати, надо будет разбросать их снова, если вдруг нежданные гости к нам придут.

Лина промолчала и просто кивнула. Ей всё же тяжело давалось то, в какой ситуации мы оказались. Всё же это очень сложно, когда ты за сутки теряешь всё, что у тебя было. Я её в какой-то мере могу понять, ибо со мной сейчас происходило примерно то же самое. Вот только между нами есть разница, причём огромная, у неё потеряно вообще всё, но это всё меньше моей потери, вот только она её не сможет вернуть. А я ещё за планету повоюю! Я не сдамся.

В домике мы оказались через десять минут. Пару раз я краем глаза примечал старые капканы, которые не сработали, были всё ещё взведены. Сам домик полностью зарос различной лозой, от неё я решил не избавляться, чтобы не демаскировать нас… Но вот внутри надо будет прибраться точно.

Свой план я рассказал Лине, она его, в принципе, поддержала. Так же мы сошлись на том, что не стоит включать просто так свет. Хоть сверху этого не будет видно, с земли на определённом расстоянии нас смогут заметить, так что ее замечание было довольно здравым.

Внутри была… Не разруха, а больше откровенная заброшенность. Всё покрыто огромным слоем пыли, где-то треснул дощатый пол, требовал замены, где-то подгнила мебель… Жить можно, но вот только нужно будет заняться безопасностью, чтобы ненароком не провалиться под пол.

Сначала мы занялись капитальной уборкой, прикрыв свои лица, чтобы не надышаться грязью. Начали убираться сверху вниз: сначала второй этаж, потом уже первый. Я начал со своей комнаты. На удивление, тут было относительно чисто, окно было закрыто капитально, а дверь плотно прикрыта, так что тут не особо много пыли накопилось.

На полу всё так же лежали карты от карточного домика, возникло ощущение, что они свалились дней пять максимум назад. Моя фантазия начала играть со мной злую шутку, я снова услышал вскрик отца, только через какую-то призму, услышал, как что-то где-то грохнулось. Я всё ещё не мог принять тот факт, что мамы больше нет, вот только это уже ничего не изменит. Её нет и больше никогда не будет рядом со мной.

Вооружившись тряпками, мы начали стирать со всех поверхностей пыль. Под руку попадались старые игрушки, которые невольно навевали приятные воспоминания, вызывающие улыбку, попадались какие-то другие предметы давно забытого предназначения… В общем, это было место памяти, которое просто заставляло вернуться меня в беззаботное детство.

Когда я закончил, то перебрался в комнату родителей. Там дела обстояли несколько хуже, окно немного приоткрыто, кровать слегка подгнила из-за постепенно попадающей сюда дождевой влаги… В общем, убраться тут можно было, но поселиться тут бы не получилось. Да и морально я бы не смог тут спать, ибо тут были они…

Когда мы закончили со вторым этажом, прошло три часа. Усталость снова подступала, так что я предложил девушке спуститься в подвал, там должны были остаться консервы на самый паршивый вариант развития событий, там были особые бесшумные генераторы, которые можно завести вручную, а потом они сами себя заряжали, продолжая вырабатывать электричество.

– Ты уверен, что свет в подвале никто не заметит? – паранойя одновременно с переживаниями – сильная вещь, заставляет усомниться во многом, вот сейчас и девушка была подвержена этим двум чувствам.

– Уверен, – кивнул я. Плюс там были металлические койки, ну это вообще на крайний случай, а металлическая дверь закрывалась изнутри. – Плюс там безопасно можно проспать хоть всю ночь… Нас не должны заметить.

– Ну, если ты настаиваешь, – явно нервничала она. – Тогда давай… Только я не особо хочу там долго оставаться… Не люблю замкнутые пространства. Я их не боюсь, просто не люблю.

– Не переживай, мы там будет только ночевать.

Интерлюдия 4

Гром и Молния

– Меня перенаправляют, – с ходу сказал Гром своей сестре, когда та зашла в его комнату на фрегате. – Так что на следующей станции ты сходишь с нашего корабля и возвращаешься обратно в Академию. И прошу, не спорь, приказ сверху… Ситуация на фронте очень тяжёлая, наши повсеместно отступают.

– И ради этого они решили привлекать отдельные когорты? – с непониманием, удивлением, тревогой и возмущением одновременно говорила девушка, не зная, куда деть свои руки. – То есть вот так просто могут взять и кинуть на амбразуру?

– А ты думала, кидают как-то иначе? – грустно усмехнулся Гром. – Слушая, Молния, ты уже не маленькая девочка, через четыре месяца у тебя будет последний год обучения, вероятнее всего тебе, дадут под управление свою девятку бойцов из академии… Но пойми, я не вечный, меня тоже может не стать.

– Я… понимаю… но… – сжала кулаки девушка, подняв свой упрямый взгляд и столкнувшись с глазами Грома. – Но, чёрт! Неужели ничего нельзя изменить?! Неужели всё так и должно продолжаться?!

– Всё изменится, когда Пустота отступит, – подошёл к своей сестре Гром и обнял её, но не крепко, а то он со своей силой мог переломать ей все кости. – Вот когда избавимся от Пустоты, тогда можно будет отдохнуть, а сейчас… Сейчас надо воевать. Если не мы, то кто?

– Никто… – недовольно буркнула в плечо своего брата девушка, после чего попыталась заключить его в объятья, но из-за его размеров у неё этого не получилось. – Только ты это… Возвращайся, пожалуйста… Целым не прошу, восстановят, если что, в Академии… Просто вернись…

– Хорошо, – улыбнулся брат, потрепав свою сестру по волосам. – А ты давай с отличием закончи Академию. И присматривай за Войдом, он – интересная личность, но весьма проблемная… Нет, не так: личность, притягивающая к себе проблемы. Думаю, помощь старшекурсницы, причём такой красивой и, не побоюсь такого слова в адрес своей сестры, сексуальной не помешает. Вот ему все парни завидовать будут!

– Алекс, чтоб тебя! – стукнула она его в плечо, а её брат только громко засмеялся. – Вот зачем смущать, а? Ты же знаешь, как я ко всему этому отношусь!

– Поэтому при Войде, зная, что он – аристократ, одевалась так вызывающе? – с довольно хитрой интонацией спросил Гром, отстраняясь от своей сестры. – Но ты реально следи за ним… Он сейчас, возможно, на своей родной планете, советую тебе его навестить. У меня хреновые предчувствия…

– Далеко его планета отсюда? – также отступила девушка, начав приглаживать свои растрёпанные волосы. – Блин! Убить тебя мало! Вот только потом тебя восстанавливать придётся и объяснять, как и что тебя убило… Говорила же, не трогай мои волосы!

– Ладно-ладно, – ещё разок усмехнулся Гром, а потом резко изменился в лице, оно стало серьёзным и сосредоточенным. – Всего в трёх прыжках отсюда, но проблема в том, что именно с этой станции прямых судов не ходит до его мира, придётся подождать, пока мой знакомый за тобой прилетит. Это где-то сутки по земному времени. Подождёшь?

– Подожду, конечно, куда мне деваться? – пожала плечами девушка. – А ты хотя бы весточки кидай… А то оставляешь как всегда свою сестру в неведении, а я переживать за тебя буду… Ты хоть и умный, но в плане семейного… Ты – такой дурак!

– Мама всегда говорила, что дело для меня на первом месте, – пожал плечами Гром. – Ну да ладно, не будем растягивать прощание и так уже много времени потратили… Через двадцать минут будем на станции. Иди собирай свои вещи, там мы долго задерживаться не хотим, да и не положено сейчас, надо как можно быстрее на фронт… Так что прошу не медлить. Поняла?

– Да, товарищ командир, – кивнула девушка. – Я пошла…

Выйдя из команды Грома и закрыв за собой дверь, Алиса еле сдержала нахлынувшие слёзы. Вот снова ей придётся расставаться со своим братом, снова она останется одна, как несколько лет тому назад, когда её брат закончил Академию, а она только-только начала в ней учиться. И это разрывало её душу. Да, бойцы Академии должны быть тренированными бойцами во всех планах, они даже специально развивают в некоторые моменты свой организм так, чтобы эмоции меньше влияли на рассудок… Но иногда эмоции настолько сильны, что они способны пробить любой барьер, который был воздвигнут с помощью технологий. Природа всегда сильнее, как бы человек этого ни избегал, ибо он сам часть этой самой природы.

Вытерев одну-единственную слезу, девушка направилась в свою каюту. Вещей у неё было немного, всего один небольшой рюкзак: пара комплектов белья да банно-прачечные принадлежности. Она даже не любительница макияжа, с собой была всего лишь одна тушь, помада и пудра – всё, больше она ничем и никогда не пользовалась, да и этими вещами редко.

Когда всё аккуратно было сложено в рюкзак, девушка покинула свою комнату и направилась в сторону десантного отсека, только через него можно было выйти из фрегата, как и попасть в него. Когда она там оказалась, уже несколько человек стояли возле выхода, чтобы попрощаться с ней, в основном это были девушки из различных троек, с которыми Молния успела спеться, начать нормально общаться. Но брата не было.

– Он не подходил? – Алиса даже не называла имени, но её подругам и так было понятно, о ком именно идёт речь.

– Нет, – помотала отрицательно головой Найта, – его не было. Что-то там произошло, из-за чего ему пришлось пойти на совещание с будущим командиром… Слышала, там была ругань, но Гром не отступался. В общем… Думаю, он хотел бы с тобой попрощаться, но долг…

– Понимаю… – вздохнула Алиса. – Ну, в жизни всякое бывает. Хорошо, что с ним поговорила недавно.

– Удачи! – приобняла Молнию Соуллайта, девушка с золотистыми волосами и такими же золотистыми глазами, из-за специфики её солнечного ядра. – Помни, ты крутая! У тебя очень мощное ядро! Ты можешь быть как атакующим, так и усиливающим бойцом! Я тебе рассказывала как, у тебя даже получалось.

– Хорошо, – приобняла Алиса подругу в ответ. – Я не забуду твоих уроков. А ты не забывай и моих советов!

– Ла-а-а-адно… – вздохнула златовласая. – Подойду я к Мраку… Хорошо…

– Вот! Умница! – улыбнулась Молния. – Ну ладно… Вроде как сели, я пойду.

– Уда-а-а-ачи! – выкрикнули сразу обе девушки, накинувшись на Алису, что несколько смутило её.

– Вы это… – даже опешила она. – Хоть не так откровенно… А то всё сдерживались, сдерживались… А тут накинулись разом обе… Непривычно как-то.

– Всё, иди! – отпрянули одновременно девушки, но говорила сейчас только Найта. – И всё же не отступайся от того аристократа. Хоть ему не положено с нами отношения иметь… За определённые заслуги нас ведь тоже могут в ранг аристократии возвести, причем сами аристократы. Намекни ему на этот счёт, что у нас есть такая привилегия.

– Ах ты, вертихвостка! – возмутилась, но всё же улыбнулась Алиса. – Ладно, я попробую, но ничего не обещаю. Всё же это надо очень многое сделать. Например, жизнь ему спасти в тот момент, когда это действительно надо.

– Что-то мне подсказывает, что у тебя появится такой шанс, – задумчиво сказала Найта. – Сложно было сдержаться и не взглянуть на вероятное будущее. Ладно, всё иди!

– Вот умеете вы… – вздохнула Алиса. – Ладно, удачи вам там!

Подруги между собой, уже без Молнии, перекинулись парой слов, помахали ручками напоследок, пока десантный шлюз не закрылся, после чего ушли по своим постам. Алиса же направилась в зону ожидания. Согласно переданному от брата сообщению, он уже связался со своим контактом, даже все необходимые средства перечислил. Алисе надо было просто ждать.

На неё многие девушки странного поглядывали, ибо не так часто на глаза попадалась обучающаяся в Академии. Она выделялась всем, начиная от строгой причёски – обычного коротко конского хвоста – заканчивая своей немного мускулистой фигурой, что сейчас нынешняя молодежь считала некрасивым. Пускай считают, это Алису никогда не касалось, зато она всегда сможет за себя постоять, при этом природа не обделила её красотой, из-за чего она также ловила на себе завистливые взгляды.

– Вам что-то подсказать? – смазливый мальчишка лет двадцати подошёл к Алисе с весьма самодовольным и похабным видом и оценивающим взглядом.

– Подскажи, пожалуйста, как тебя послать подальше так, чтобы ты не обиделся? – мило улыбнулась девушка, а парень просто завис, не поняв, что такого произошло, из-за чего его с ходу отшили.

Заняла одно из бесчисленного множества мест, прихватив с собой бесплатный журнальчик со стойки, который тут же девушка начала читать. Журнал был о последнем писке моды, в основном длинные коктейльные платья, которые вообще не давали возможности ходить, либо наоборот свободное и короткое донельзя «платье», из-под которого буквально всё видно. И всё это сделано в каких-то неоновых оттенках и со светящимися элементами.

– Не наряды, а новогодняя ёлка какая-то, – прошептала вслух Алиса, пролистывая страницу журнала за страницей.

Подняв взгляд, она увидела, как отчаливает тот самый фрегат, который её сюда и привёз. По всей видимости, ждали так долго разрешения на взлёт из-за загруженности местной станции, вот и стояли минут пятнадцать примерно. Теперь она точно осталась одна тут, где-то глубоко внутри что-то кольнуло, из-за чего ей стало более одиноко, чем мгновением раньше, но она попыталась сразу это загасить, начав более интенсивно листать странички журнала. Но тот не был бесконечным.

Когда журнальчик закончился, девушка с надеждой бросила взгляд в окно, где недавно видела улетающий фрегат своего брата. Но чуда не было, там не виднелось того самого кораблика, который должен был её забрать.

Тяжело вздохнув, девушка встала и начала гулять по самой станции, но сделала для себя зарок, что не зайдёт в отсек с клубами, ибо их вообще не любила. В основном она гуляла по торговым линиям, заходила в магазины с одеждой, где не было тех самых нарядов «последнего писка моды», что её крайне радовало. Там была в основном самая обычная одежда для самых обыкновенных людей, это же основная платящая прослойка на таких станциях.

В итоге через три часа почти бесцельных походов Алиса всё же смогла купить простую курточку песчаного цвета. Она была коротенькой, буквально закрывала только её грудь, оставляя живот открытым. Просто ей всегда такую хотелось, ей казалось это красивым, подчеркивающим её фигурку. И она не ошибалась, ибо именно так и оценивали все сторонние наблюдатели её тело и её новинку.

Сделав ещё несколько заходов в другие магазины, уже более военизированные, Алиса направилась в зону отдыха, ей надо было снять какую-нибудь комнату на сутки, чтобы её никто не беспокоил. И она смогла найти такое место. Комната весьма простая на вид, но в ней было всё, что нужно, даже отдельный санузел с душевой кабинкой.

Оплатив всего каких-то двести кредитов за эти сутки, она могла себе это позволить при её денежном довольствии почти в тридцать тысяч кредитов в земной месяц, она закрыла за собой дверь и завалилась на кровать. Заняться ей было нечем, из-за чего она с помощью своей системы подключилась к местной сети и начала просматривать всевозможные новости.

В основном попадались новости о войне. Тот сектор, что попытались захватить «гости» другой цивилизации, был успешно отбит. Тактику выбрали весьма интересную, просто поставили заградительные космические блокпосты возле выходов из гиперкоридоров, где враг на выходе сразу уничтожался. А после нескольких месяцев таких боёв просто вернулись в ту систему и заняли почти вычищенные догола планеты.

– Ужас какой… – прошептала девушка. – А ведь там уже появлялось такое разнообразие живности… Всё уроды переработали.

Потом ей попалась новость про Тиберия Грейвойда, про Войда. Кто-то из спасённых с той планеты жителей дал интервью, что обучаемый первого года Академии смог сотворить такое, что не смогли сделать опытные военнослужащие пункта сбора. Невольно на лице Алисы появилась улыбка, и она продолжила читать.

Но в один момент её одна новость насторожила. Её взгляд зацепился за маленькую строчку в новостной строке, что последний управляющий родным миром Войда мертв, погиб как раз на той самой операции по спасению обслуживавшего персонала с пункта сбора. А следом шла строка, что разыскивается беглый преступник, дезертир Академии, который устроил хаос на планете Беолор-два, планете Тиберия.

– Какого?! – тут же подорвалась девушка, начав более внимательно копать в этом направлении. – Ах они, твари такие! Я их лично прикончу, когда увижу! Запрос в Академию!

– Диспетчер Академии… – на мгновение завис женский голос, потом, определив индивидуальный номер девушки, тут же диспетчер продолжил говорить: – Слушаю вас, Молния.

– Хочу оставить запрос на выяснение обстоятельств и проверку ложного обвинения в дезертирстве обучаемого первого года астуса Войда!

– Поправка, – всё так же монотонно говорила диспетчер. – Войд в настоящий момент имеет звание остус! Прошу относиться к нему с должным уважением и не пренебрегать этим.

– Прошу прощения, не знала, – вздохнула Алиса. – Так вы принимаете мой запрос? Новость к запросу прилагаю.

– Запрос получила, – утвердительно сказала женщина. – Передаю в соответствующую службу. Спасибо за бдительность! Академия вас не забудет!

И тут же диспетчер отключилась. Всё, теперь хоть что-то она сделала для Войда, теперь она уже может чувствовать себя более спокойно. Но нет, что-то ей говорило, что она теперь ответственна за него, что теперь забота брата возлегла на неё, так как он отправился туда же, где сейчас и отец Тиберия.

– Чёрт, ну где же ты… – посмотрела на время девушка, понимая, что ей ждать ещё около двадцати земных часов.

Глава 8

Ночь прошла на удивление спокойно. С Линой мы заночевали в подвале моего дома, закрывшись изнутри, там как раз были припасены койки для прислуги… Но они оказались весьма удобными, даже удобнее, чем военные. Всё же старалась моя семья заботиться об простых смертных.

Только под утро я вспомнил, что мы забыли расставить ловушки, но днём было выходить чревато, так что мы продолжили сидеть в подвале. Лина как раз решила заняться обработкой моих травм, точнее одной-единственной, но довольно серьёзной. За время нашего бега, когда я падал в болото, я умудрился что-то там ещё сместить, но из-за прилива адреналина тогда этого не почувствовал, да и сейчас не особо ощущал, высокий болевой порог спасал.

– Так… Смотри… Я хоть и знаю, что ты уже в курсе обо всём, что связано с твоей травмой, вот только мне интересно, как ты это делаешь… – вздохнула девушка, обречённо помотав головой. – Но не суть. У тебя сейчас осложнение, кость не успела срастись, как ты снова её сместил, надо вправлять, а это ломать всё заново. Будет больно, сразу предупреждаю. У тебя есть какое-нибудь обезболивающее тут?

– Не знаю, – пожал я плечами. – Я здесь не был по меньшей мере лет десять, точно. Может, пятнадцать. Не хочу вспоминать. Всё, что тут есть, скорее всего просрочено, уже непригодно.

– Возможно, ты прав… Но всё равно, некоторые лекарства и за пределом срока годности справляются. Может, конечно, потом живот покрутить, но ничего, ты – мальчик у нас большой, справишься, – издала короткий смешок девушка. – Надеюсь. В общем, давай искать.

– Давай буду искать я, а ты сиди рядом со входом, – остановил я её, когда она попыталась встать. – Всё же из нас двоих ты – более боеспособная единица, можешь автомат в руках держать, а в забегающую цель из узкого прохода попасть проще простого. Так что… Давай ты. При этом я с левой руки не особо точно стреляю.

– Эх-х… – вздохнула с грустью девушка. – Хорошо… Вот всегда так…

– Чего всегда так? – нахмурился я. – Давай враг сюда войдёт, успеет рассредоточиться и взять нас в кольцо. Лучше будет? Я думаю, нет. Я не хочу, чтобы жертвы были напрасны. Да и ты, думаю, хочешь отомстить. А для этого меня надо привести в чувство.

– Хорошо… – ещё более тяжело вздохнула девушка, опустив понуро взгляд. – Я посижу на входе… Только ты это… Давай не особо долго… Заговорил про деревню… Сам понимаешь…

– Прости, – помотал головой я. – Мы на войне, надо распределять обязанности, чтобы выживать, иначе сдохнем, так ничего и не добившись. Хоть это и маленькая война, касающаяся только нас, но всё же это война. Сейчас мы с тобой один отряд. Я, как более опытный и при этом в определённом чине, командир нашего отряда, ты – моя подчинённая. Сейчас я тебе говорю сидеть тут, значит, сидеть тут. Поверь, так наши шансы на выживание будут в разы больше.

– Угу-м, – кивнула девушка, подняв с пола автомат, сняла его с предохранителя и развернулась в сторону коридора с лестницей на поверхность. – Я слежу. Иди, ищи.

Убедившись, что она не плачет, что она сейчас более-менее спокойна, я начал рыться везде и всюду. Каждый шаг отдавался неприятной болью в правой руке. Вот надо было мне умудриться свалиться так, что я поломал именную свою ведущую руку? Вот не повезло, так не повезло.

Когда я отошёл немного подальше от девушки, активировал встроенный сканер, с помощью него можно было по отличительным признакам находить всё, что угодно. Жаль, сканер не распознаёт объекты сквозь стены, а то можно было бы особо не заморачиваться. Включил, настроил на нужный химический состав, быстренько нашел, если есть, забрал. Ну или выключил, если ничего похожего нет.

Сейчас же мне приходилось перебирать много мусора, причём в прямом смысле этого слова. Света тут особо не было, видимо, проводка окончательно сдохла, а специальные двигатели из-за простоя совсем проржавели, где могли проржаветь, и требовали капитального ремонта. В общем… Искал я в потёмках с фонариком на лбу. Кстати, ещё повезло, что наткнулся на рабочий налобный фонарик почти в самом начале, иначе бы так и страдал во тьме, ориентируясь лишь на одни свои чувства и подсказки системы.

Я заглянул в интерфейс усилений организма, невольно взглянул на строку улучшения зрения и раскрыл её описание.

Улучшение зрительной системы – 4-й уровень из пяти.

Пятый уровень зрительной системы является необходимой базой для дальнейшего улучшения зрения. При достижении максимального функционирования непосредственно самих глаз, нервной системы, передающей зрительные сигналы в мозг, полного улучшения обработки зрительных сигналов мозгом появится возможность расширить спектральные возможности восприятия глазом окружающего пространства. Вначале возможно выбрать одно из трёх направлений: расширение в сторону ультрафиолетового диапазона (настройка глаз на восприятие цветов более низких спектральных частот), расширение в сторону инфракрасного диапазона (настройка глаз на восприятие цветов более высоких спектральных частот), расширение светочувствительности (пассивная активация так называемого «ночного зрения» в помещениях с низкой освещенностью).

Эх, вот бы мне сейчас последнее улучшение пригодилось бы… Хотя тут спорно. Про дальнейшее улучшение пока ничего не сказано, так что, вероятно, можно будет совмещать ночное зрение с тем же инфракрасным. Наверное, но в этом я не был уверен. А ещё не сказано, насколько сильно будет расширяться диапазон и как хорошо будет улавливаться глазами свет в темноте. Ладно, хватит изучать справки и просто так размышлять, пора продолжать искать.

В первой комнате, кроме каких-то старых полуистлевших тряпок, как я понял, это когда-то было одеждой прислуги, я ничего не нашёл. В подвале было ещё три помещения, одно из них было кухней прислуги, где они себе готовили есть, кухня совмещена со столовой, потом была огромная, поделенная на две части ванная комната, одна половина, понятное дело, мужская, вторая – женская, потом была электромонтажная, как мы её называли, там стояли генераторы малой мощности, но очень долговечные… Если обслуживает их кто-то. А так как мы уехали, так никто ими и не занимался. Может, у меня и получится их починить, но явно не сейчас, как минимум обе руки понадобятся.

Дальше я направился в комнату, где, по моему мнению, могла быть самая большая вероятность нахождения нужных мне препаратов – в ванную. Там я наткнулся на несколько металлических коробочек на стенках, помню, мама всегда требовала, чтобы во всех ванных были аптечки, на крайний случай. Вот только они тут были почти полностью пусты. Кое-какие таблетки нашлись, но вот их явно будет недостаточно.

Что меня очень сильно напрягло, так это нахождение тут двух скелетов. Они лежали в женской половине, обнявшись друг с другом. Система тут же определила после моего сосредоточенного взгляда на них, что это скелеты мужчины и женщины, лежат они тут минимум от пяти до семи лет. Значит, эта парочка сюда проникла уже после того, как мы отсюда насовсем ушли. Вот только почему они так лежат…

Система сразу предложила два возможных варианта. Это могли быть какие-то террористы, которых загнали в угол и закрыли снаружи, либо просто несчастные путники, которым не повезло, и замок снаружи кто-то защёлкнул, либо он защёлкнулся самостоятельно. А там обычный засов… Нет, это не может быть несчастный случай, тут сто процентов их оставили умирать. Вот только я не помню, чтобы с десяток лет назад тут были какие-то революционные движения или акты терроризма… Значит, уже тогда под нас копали, а отец это вычислил. Скорее всего, так и было.

У трупов не было ничего, от слова совсем, только ободранные клочки одежды. Выглядели они жутко, возникало ощущение, что вот-вот могут встать… Но вот фантазия всё равно начинает играть, как бы ты этого ни хотел… И на всякий случай надо будет запор снаружи сорвать к чертям. Желательно, сейчас, не хочу стать узником этого подвала как эти двое.

– Ладно-о-о, – выдохнул я, медленно выходя из ванной, после чего пробрался на кухню.

Вот на кухне уже было чем полакомиться. Целая куча нетронутых консервов, бери не хочу. Конечно, тут даже на двоих хватило бы на месяц где-то, но с учётом того, что тут были двое… Значит, их травили, они решили забиться в дальний угол, тем самым попытавшись избежать отравления, но ничего не вышло. За много лет тут всё рассеялось, лёгкие сквознячки продули всё, в итоге воздух стал чистым, относительно чистым.

На кухне я также смог найти немного тряпья и, о чудо, две целые нетронутые упаковки бинтов, что не истлели и не превратились в непонятно что. Их я тоже прихватил с собой, после чего выложил все консервы на подгнивший от времени стол. Эх, а ведь такой красивый был, помню в детстве всегда любил сюда к кухаркам спускаться, они чем-нибудь вкусным угощали. Но то время прошло, а так иногда его хочется вернуть.

Вернулся я к девушке, которая не спала, хотя я думал, она уснет, и сразу выложил всё, что нашёл. По её вопросительному взгляду стало понятно, что она ожидала чего-то большего, но я лишь развёл руками.

– Чего нет, того нет, – мотнул отрицательно головой я. – Скорее всего, почти все лекарства сожрали два трупа в ванной комнате. Стоп! Не дёргайся. Они давно истлели, там только скелеты остались, гнили тут нет.

– Никаких следов на них не обнаружил? – нахмурилась девушка. – Хотя… Если говоришь, что истлели, то точно было давно. Значит, отряд твоего отца постарался, загнал рецидивистов в ловушку и бросил подыхать.

– Именно так, – кивнул я. – Так что… Давай быстрее разделаемся с рукой, и я сделаю кое-что важное на улице, чтобы с нами не приключилось то же самое, что с теми двумя.

– Хорошо, – сосредоточенно ответила девушка, поставив автомат на предохранитель, после чего отложила его в сторону.

Сначала она мне сняла ту штуку, что выполняла роль фиксатора руки. Штука с виду была надёжной, но, видимо, моего падения она не смогла пережить, я даже заметил скол в одном месте, который надо было как-то компенсировать, иначе рука может гулять, что не способствует быстрому заживлению. Дальше она осмотрела немного повёрнутое на несколько градусов по часовой стрелке мое предплечье. Вид был на самом деле жутковатый, мне даже смотреть было противно… Но треклятая система всё сообщала мне в реальном времени, что происходило с моим организмом.

Дальше она дала мне несколько таблеток, все разного цвета, а самого осторожно уложила на кровать, аккуратно положив руку. Нужно было выждать время, пока обезболивающее начнёт действовать, а это от пяти до тридцати минут, всё зависит от таблеток и организма. Мы решили подождать тридцать минут, болтая о всяком разном. Пульсирующая боль, конечно, отвлекала, но нежные поглаживания девушки каким-то образом творили чудеса. Психология – странная штука, вот вроде бы болит место, а красивая девушка гладит, мозг говорит телу, что нефиг болеть… И оно не болит!

– У нас же на планете вроде нет таких развитых медицинских училищ, – меня осенило, пока мы общались. – У нас была вечная проблема с квалифицированными медиками, а открыть училище у нас не получалось по той же проблеме, некому было учить.

– Подловил, – слегка улыбнулась девушка. – Училась я на какой-то планете Вайтов, точно не помню… Но точно не под пятой основной семьи. Вроде Вайтнойты или как-то так… Четвёртая ветвь клана вроде. Добрые люди! Вот только добры они к тем, кто к науке тяготит, а к остальным как к скоту относятся. Только эта планета стала исключением для всего мира, только тут аристократы решили, что они не властелины мира, а лишь его наставники и… Управленцы. Не знаю точно, как сказать.

– Мы указываем верный путь? – усмехнулся я, посмотрев на девушку.

– Именно! – кивнула мелко девушка. – Вы не пастухи, которые гонят людей как стадо животных… Ваша семья была всегда как путеводная звезда, которая указывала путь всему миру. Вот должный пример, как нужно развивать свою культуру, свою планету! Прибыли, конечно, меньше, я в этом уверена… Но люди к вам тянулись со всех секторов, со всех планет.

– Что-то не особо в это верится, – скептически отнёсся я к этой фразе. – Судя по тому, как меня встретили в Академии, да и как сейчас относится большая часть сослуживцев… Они не больно-то знают меня и мою планету. Меня даже несколько раз пытались прикончить. Хотя там были козни моего брата… Но всё же Академия в этом была завязана. Ладно, не суть, время подошло вроде как… Надо проводить операцию. Нервы не шалят?

– Это я у тебя должна спрашивать! – возмутилась и усмехнулась одновременно девушка. – Ладно, раз шутишь, значит, ты готов. Смотри, реально больно будет, там мог уже образоваться хрящик… его придётся сломать, и снова поставить кость правильно. Без специального оборудования этого сделать не получится нормально…

– Получится, – уверенно сказал я. – Зуб даю, что получится, я тебе буду говорить, что да как надо крутить. Хорошо?

– А ты-то откуда знаешь, что у тебя там с косточками будет? – нахмурилась девушка. – Вам там, в Академии, когнитивные интеллекты, что ли, подсаживают? Стоп! А это имеет смысл! Вот почему я не смогла снять с тебя твой амулет, когда раны обрабатывала. Твой когнитивный интеллект находится в нём! Вот только как его туда поместили, интересный вопрос…

– Давай уже приступать, пока действие таблеток не закончилось, – тяжело вздохнул я, выбирая в системе отображение своих костей, а потом приблизил своё предплечье. – Ты права, там уже что-то начало образовываться, кость начала неправильно срастаться. Странно, что так быстро.

– У тебя очень сильная регенерация тканей, – спокойно сказала девушка, слегка подтягивая мою руку к себе. – А вот сейчас в глазках будут птички!

– Твою ж! – чуть ли не заорал я, но прикусил заранее схваченную целой рукой подушку, сжав её зубами с такой силой, что даже сам удивился этому, ибо я прокусил ткань насквозь. – Гфадуф пфотиф тьяфавой!

На удивление, она поняла мои мычания через подушку, чему я несомненно был рад, но всё же боль была дикая. Снова зафиксировав мою руку с помощью того прибора, она как следует обмотала мне ее. Боль была жуткой, очень жуткой. У меня примерно часа два из глаз сыпали звёзды, лишь потом острая боль стала уступать обычной тупой, ноющей.

– Фух… – вздохнул я с облегчением, когда сел на койке. – О как, а ты дежуришь… Не ожидал, что ты это будешь делать.

– Так ты мне никаких приказов больше не давал, командир, – улыбнулась девушка. – При этом надо же было следить за входом, мало ли кто сюда захотел бы пробраться. Кстати, советую сделать обычные углеродные фильтры. Они хоть хреновенько, но спасут от отравляющих газов.

– Это уже давай попозже сделаем… – всё ещё тяжело дышал я, время от времени бросая взгляд на свою руку. – Всё же я не особо работник. Хотя одно дело должен сделать.

– И что за дело, работник? – усмехнулась девушка, когда я поднялся на ноги.

– Нужно снести на всякий случай ко всем чертям запор снаружи, чтобы нас тут не закрыли, – направился медленно я к выходу, подсознательно активировав своё плазменное копьё на левую руку. – А то будем, как те двое несчастных тут.

– Ну, судя по твоему оружию, – с глубоким удивлением проговорила девушка, – мы тут точно бы не застряли…

– Хах, тут ты права, – улыбнулся я, хотя она не видела моей улыбки. – Но там бы пришлось сделать несколько выстрелов, а сейчас я сделаю всего один. Так что… Лучше не мешай мне.

Выйдя на улицу, я первым делом осмотрелся по сторонам. Никого я не заметил, так что спокойно прислонил своё плазменное оружие к запору и отдал команду на выстрел. Миг, и запор просто перестал существовать, на его месте оказалась обычная впадина.

– Ладно, – вернулся я к девушке. – Думаю, сейчас можно ещё поспать… Будем делать это по очереди, а ночью будем укреплять нашу оборону.

– В каком смысле? – пару раз хлопнула глазами Лина.

– Ставить ловушки будем, – хищно улыбнулся я и хотел потереть ладонями, но, увы, из-за определённых обстоятельств сделать этого не смог. – Всё, иди отдыхай, я пока буду нести вахту.

– Угу-м, – кивнула девушка, после чего через миг уже была в своей койке, а я посмотрел на своё оружие и процент заряда боеприпасов у него.

Текущий заряд плазмы составляет 42 %.

Хреново, это двадцать один выстрел… Надо экономить при случае.

Глава 9

Время отдыха Лины прошло для меня весьма спокойно, я в основном покорял просторы системы, что мне была дарована Академией. За это время я узнал несколько новых весьма полезных функций. Например, максимальная дальность уже созданного мыслеканала практически три сотни километров в радиусе, а минимальное необходимое расстояние для его создания должно быть равно около сотни километров, зависит от плотности пространства.

По сути, в будущем, я смогу обходить эти ограничения, создавая разрывы в пространстве, что позволит мне моментально устанавливать любой вид связи с любым нужным мне человеком. Вот только сейчас я ограничен своими никчёмными возможностями и своим только-только начавшим развиваться зерном.

Кстати про зерно, срабатывание способностей в случайной ситуации, это как раз и есть его пробуждение, у него как бы имеется своё подсознание… Это сложно объяснить на человеческом языке. В общем, это словно какая-то сущность, которая даёт нам силы. Что-то типа метафорической души в старых религиях. Зерно у каждого располагается где-то в районе живота, имеет свой собственный узор, который ученые и врачи научились читать, тем самым понимать, какой именно типа сил у человека.

Исключением из правил, конечно же, были аристократы, у них были зёрна материальные, точнее сказать, они могли манипулировать всеми предметами в пространстве, но не могли ничего создавать. У бойцов академии же зёрна были несколько иного типа, они могли создавать, могли из двух металлов, если человек управлял ими, создать новый сплав без помощи огня.

Мой же тип зерна, как и говорила Валерия… Он уникален в своём роде. Его рисунок – бесконечный круговорот, показывающий, что я поглощаю пространство, поглощаю силы и всякое такое. Так что приходим к следующему выводу. Существует три вида зёрен: первый – созидательный, то есть с помощью которых можно что-то создавать, привносить в этот мир, что-то изменять; второй – манипуляторный, с их помощью можно лишь управлять тем, что видят и что может позволить мощь зерна, в основном такие зерна у аристократов… ну и третий вид – мой, поглощающий, можно даже сказать разрушающий, если смогу его развить до конца. Цель моего зерна – ломать существующие законы мироздания, подстраивая их под себя так, чтобы было удобно существовать мне, ну это, грубо говоря. Вот только жаль, что я ещё не могу им толком управлять…

После этих размышлений и записей их в свой личный архив я решил просмотреть схему развития моего организма. Вплоть до окончания второго года обучения предполагалось, что я буду развивать возможности своего тела по максимуму, а именно мускулатуру развить до третьего разграничения по скорости, соответственно нужно будет подгонять эластичность мышц и костей, а также прочность костей. Также необходимо будет заняться улучшением регенерации тканей, это уже к кровеносной системе, так как она занимается доставкой нужных веществ в организме, а также самого мозга, ибо мне надо будет понимать ту херню, что я буду творить с помощью своего зерна.

Вот только со всем этим была одна большая проблема – мне надо было выжить в моём, чтоб моего родственника прокляло и всех его потомков, мире. Против меня действует целая армия, а нас всего двое – недоучка военный и, скажем так, полевой медик. Конечно, Лина – медик хороший, спору нет, но нам только диверсии устраивать, на большее мы не способны. Партизаны, чтоб нас…

Потом мы с Линой поменялись местами, она снова сидела с автоматом в руках возле коридора наружу, а я спал. Мне досталось всего четыре с половиной часа сна, в то время как девушке я дал поспать целых семь часов. И она при этом ещё возмущалась, что не выспалась. Я промолчал, но запомнил.

– Лучше запомни мою аристократическую доброту, – сказал я ей напоследок, перед тем как сомкнуть глаза. – А то, если бы ты оказалась в такой же ситуации с моим троюродным… Ты бы уже была повешена.

Иногда я всё чаще прихожу к мысли, что с обычными людьми надо реально быть строже, не играть с ними на равных, а показывать им, кто тут главный. Но я так не могу, природа создала нас равными, отец всегда меня учил, что я такой же, как и они, просто судьба оказалась ко мне более благосклонна, чем к остальным.

Отдав команду системе, чтобы она начала принудительно погружать мой организм в сон, я выставил будильник на пять минут после наступления тёмного времени суток. Лучше было подстраховаться и выйти чуть позже, чем при свете отражённых лучей звезды попасться на глаза врагу.

Мне снова снилось детство, снова я был в этом домике, снова я что-то делал в своей комнате. На этот раз мы решили выбраться без прислуги, всего на пару-тройку дней, только я и отец. Он тогда специально маму оставил дома, хотел типа как отец с сыном прогуляться по лесам, научить выживать в дикой природе… Но я уже тогда знал, что мама тоже уедет на эти несколько дней, только не отдыхать, как мы, а в лучшую больницу нашей планеты, где у неё в последствии так ничего и не смогли найти.

Вот только сон до конца мне так досмотреть и не дали, система меня разбудила, точнее всё получилось так, словно проснулся я самостоятельно. Перовое, что я увидел, это как девушка спокойно дремлет на соседней койке, а автомат аккуратненько положен возле её кровати. Ну уж нет, меня такой расклад дел вообще не устраивает, я её тут сидел, охранял семь, чтоб её, часов, а она просто решила продолжить спать?!

Тихо, чтобы не издавать вообще каких-либо звуков, я поднялся с кровати, подошёл тихим шагом к девушке, поднял её автомат, положив в свою кровать, активировал своё плазменное копье, поднёс его очень и очень близко к её голове, а потом крикнул в весь голос:

– Встать! Руки за голову! Мордой в пол! – голос я старался делать как можно более злым, чтобы показать свои намерения…

Девушка сначала не поняла, что произошло, завопила, подскочила, попыталась убежать, но я подставил ей подножку, и она рухнула на пол. Я тут же сел на неё сверху, прижал её голову плазменным копьём к полу и стал медленно и методично разжевывать ей всё то, в чём она сейчас была не права.

– Первое. Ты – труп, – жёстко, с явным гневом говорил я. – Второе, если бы такое реально произошло, то был бы трупом и я, а это прямое предательство правителя планеты. За такое полагается даже у нас смертная казнь. Третье. Ты своим поступком нас только что так могла подставить, скажи спасибо судьбе, что никто не пришёл и не убил нас. Да, это было бы громко, им бы пришлось выламывать замок внутренний или вообще дверь взрывать… Но мы бы были мертвы! Что ты скажешь в своё оправдание?! А?!

– Я… я… – явно девушка была на грани нервного срыва, но я не собирался её просто так отпускать. Если я её сейчас просто начну успокаивать, то в итоге мой урок останется бесполезным, его надо закреплять.

– Что я?! – снова крикнул я на неё. – Что я?! Я ни хрена не понимаю всей сложившейся ситуации?! Мне сон важнее моей собственной жизни?! Ну, так давай я её у тебя сейчас заберу! Спать будешь всегда! Давай?! Давай?! Не слышу ответа!

– Н-н-нет, – уже буквально сквозь слёзы очень тихо сказала девушка, но я сделал вид, что не слышал её.

– Не слышу! – прижал посильнее я дуло своего оружия ей к голове, вжимая её щекой в пол. – Говори! Мне выстрелить?! Сможешь всю жизнь потом спать! Точнее уснёшь навсегда! Я тебя просто положу к тем двум скелетам и будешь вместе с ними обниматься! Ты этого хочешь?! А?!

– Нет! – чуть громче сказала девушка, уже во всю проливая слёзы и хлюпая носом, но всё же я решил потратить один ценный заряд, чтобы она на всю жизнь усвоила, что, когда на тебя охотятся, нужно прикрывать своего товарища, даже если этого очень не хочется.

– Я четкого и громкого ответа, в котором бы ты отобразила всё своё желание жить, не услышал… – склонился я к ее уху, говоря весьма угрожающим тоном. – Прощай.

Оружие начало издавать лёгкий гул, я специально долго это делал, чтобы девушка прочувствовала всё, что сейчас произойдёт. На одно короткое мгновение я отвёл ствол в сторону и отдал мысленную команду, из-за чего пучок сильно раскалённого вещества ударил на расстоянии где-то в десяти сантиметров от её лица. Это могло её обжечь, я даже не сомневался, что её обдало очень горячим воздухом, но зато теперь она будет знать, что лучше прикрывать своих, чем оказаться убитой.

Деактивировав своё оружие и спрятав его в свой криптор, я слез с девушки и поднялся на ноги. Я не стал спрашивать разрешение, не стал протягивать руку, просто своей здоровой левой рукой взял её за плечо и поднял на ноги. Её глаза были заплаканными, но абсолютно пустыми, у неё, сто процентов, сейчас нервный срыв, только тихий, она его не показывает, боится. Все эмоции бушевали у неё внутри, они разрывали её, после чего пропадали в бездонной пропасти страха.

– Иди, умойся и приходи в себя, – грубо сказал я, отпустив её. – Если хочешь уйти от меня, уходи, я тебя не держу. Для меня ты себя уже заклеймила как предатель, теперь у меня к тебе будет соответствующее отношение. Твой сон мог стоить нам жизни. Всё. Я ушёл, а ты сиди тут и не вылезай. Если попробуешь уйти… Я тебя найду и прикончу, чтобы ты обо мне не рассказала никому.

Вот и помогай мне после этого… Что я творю? Взял, запугал девчонку. И все же я на всякий случай повесил на неё маркер, чтобы можно было отследить. Система позволяла это сделать, спутники хорошо фиксировали каждого человека, где бы он ни был, если к ним есть доступ… Спутники. Вот чёрт! Они же так могли выследить и меня! Надо как-то отправить протокол перенастройки шифров внутри самих спутников, чтобы только я мог ими пользоваться. Да, мои военные базы временно останутся без связи, но что поделать, надо чем-то жертвовать.

Полазив минут пять в настройках системы, я нашёл функцию взлома подключенных спутниковых систем и отдал команду на перестройку шифров. Это не делается мгновенно, всё же криптография сложная в наше время наука, но оно того стоит.

Выйдя на улицу, я набрал полные лёгкие свежего ночного воздуха. Пока я пугал девушку, звезда уже успела окончательно утратить своё влияние, лучи света не освещали землю, отражаясь от слоёв атмосферы и частиц в них, так что я был спокоен. Даже первые звёзды показались на небесах, это уже радовало.

Пройдя в старый дом, я дошёл до старой кладовки отца. Тут когда-то он хранил все свои охотничьи ружья, всё необходимое имущество для древнего ремесла, но, когда мы покидали это место, он очень много забрал с собой. Но не ловушки. Тут осталось множество различных капканов, растяжек и всего такого, что можно было использовать против преследующих меня врагов.

Взяв с собой два капкана, больше я просто унести не мог, начал на небольшом удалении их устанавливать, прикрывая листвой и помечая точное место на карте. Не хватало ещё, чтобы я сам напоролся потом на них или чтобы напоролась Лина. Хоть она и подорвала моё доверие, всё же зла я ей не желаю, она новичок во всём этом… Зато сейчас быстро поймёт, что такое настоящая война.

Когда оба капкана были установлены, я вернулся за ещё двумя, быстро осмотрев оставшийся запас. Можно было сделать ещё три таких же ходки, после чего у меня закончатся обычные капканы, дальше придётся делать ловушки более хитрые.

В общем… Я потратил всю ночь, зато весь дом был окружён, что придавало мне дополнительное спокойствие. Теперь у противника была высокая вероятность попасться, а у меня, соответственно, узнать о его приближении. Жаль, генераторы не включились… А то можно было бы старые охранные системы слежения ещё активировать, было бы вообще замечательно.

Вернувшись в подвал, я обнаружил, что система три часа назад сообщила, что шифры на ближайших спутниках сменены и будут меняться только по моей команде или раз в сутки в соответствии с какими-то там алгоритмами. Я оставил это дело автоматике, как говорят простые люди, «работает, не трогай, а то хуже сделаешь».

Девушки в комнате с койками, которая сразу после коридора, не было, но был слышен шум с кухни, да и запах оттуда какой-то шёл. Я проверять, конечно, не стал, хотя жрать очень сильно хотелось, вроде как уже более суток ничего не ел… Так что я просто уселся на входе, активировав своё плазменное копьё, и стал читать различные статьи в базе данных моей системы.

Но запах становился всё сильнее, я невольно несколько раз поворачивал голову в сторону слабо освещённой кухни, облизывался, после чего ловил себя на мысли, что нужно сосредоточиться на другом, и продолжал один глазом следить за входом, а другим читать статьи.

Минут через тридцать мне надоело читать, и я стал рассматривать свой собственный организм. Опять. Вот что меня удивило, так это скорость срастания сломанных костей. Система сначала давала примерный срок в три недели… А сейчас он сократился до недели. Чудо? Нет, скорее всего, аномалия в организме, которую система не смогла найти.

– Уже вернулся? – почти безэмоциональным голосом спросила девушка, тихо, как мышь, выйдя из кухни. – Я там покушать приготовила… Достаточно съедобно… Советую поесть.

– На этот раз не уснёшь? – спокойно спросил я, освобождая девушке место, которое она тут же заняла, взяв в руки свой автомат. – Могу тебе доверять? Усвоила мой урок?

– Усвоила… – тяжело вздохнула девушка. – Клянусь, что усвоила… Мне никогда в жизни так не было страшно…

– Я знаю, у тебя дважды чуть сердце не остановилось, – констатировал я факт, который выдала мне система, после чего направился на кухню.

Особых каких-то блюд я и не ожидал, но всё же было приятно покушать макароны, которые девушка чудом нашла, вперемешку с фаршем из консервов. Конечно, жира было полно… Ну куда деваться, приходится обходиться тем, что есть, тем, что дают. Всяко лучше той бурды, что на корабле у Грома… Бр-р-р, даже вспоминать противно.

Когда я закончил есть, то ещё раз прошёлся по всему подвалу, после чего поднялся наверх, домой, пока ещё было темно. Нужно было кое-что обследовать, в частности, у отца под лестницей была оборудована маленькая комнатка, которая куда-то вела, а в подвале я обнаружил одну чрезвычайно толстую стенку.

Но сколько я ни искал, так и не смог найти какой-то скрытой кнопки или ещё чего-то подобного, так что пришёл к выводу, что система у отца была уже тогда и он открывал дверь с её помощью… Вот только тогда было электричество в доме, а сейчас его нет и, возможно, не будет… Если я не займусь генераторами. А надо, вроде как пару раз взгляд бросал, система составила примерный план их восстановления. Но это только по внешним признакам… А если что-то сдохло внутри?

Зато я нашёл кое-что другое. Галограф, у которого ещё оставался заряд энергии. Как отец его не забрал с собой, я так и не понял, тогда ведь очень сильно переживал по этому поводу… Но зато теперь он достался мне, и я могу просмотреть все самые запоминающиеся моменты детства в объёме, а не только в своих снах. Когда я спустился вниз, то сразу отдал находку в руки Лине, чтобы она могла получше узнать меня и мою семью.

– Это же твоя память… – с лёгкой печалью в голосе сказала она. – Я не могу просто так тратить последние заряды.

– Смотри… – вздохнул я, махнув рукой. – Всё равно там есть кое-что, что только мне сейчас хуже сделает. И ты это… прости меня за выходку вчерашнюю. Погорячился, на нервах был.

– Я тебя прекрасно понимаю… – сглотнула девушка, после чего бросила на меня быстрый взгляд. – Но это было очень страшно… Я серьёзно… Я чуть… В общем… Я больше так не поступлю, а ты, пожалуйста, больше так не делай… Я буду выполнять все твои команды…

– Хочется верить, – сказал я специально таким тоном, чтобы девушка не особо обнадёживалась. – Но на этот раз я тебе доверюсь. До первого твоего грубого проступка. Мелких не избежать… Я сейчас пару часиков отдохну, потом дам тебе полноценно поспать, потом снова спать завалюсь часов на шесть. Так светлое время суток пройдёт. Снова можно будет работать на улице. Только смотри… Сама знаешь, что у меня есть. И это что-то теперь следит за тобой. Нарушишь обещание… Ну ты поняла, хоть мне будет и жалко это делать.

– Угу-м, – кивнула девушка, которую явно потряхивала от страха. – Я… Я не буду спать.

– Вот и славно, – улыбнулся я, после чего встал с койки, на которую до этого сел, подошёл к девушке и приобнял её, после чего тихо на ухо сказал. – Иногда люди просто лучше понимают, когда сами оказываются в жизненных ситуациях. Вот я тебе ситуацию эту и показал. Мне самому не хотелось это делать, не такой я – человек… Так что прошу прощения, но прошу понять.

– Понимаю и прощаю, – слегка улыбнулась Лина, по щеке которой начала течь слеза, которую она быстро смахнула. – Ложись, спи… Время твоё уже идёт.

– Засранка, – усмехнулся я, снова устраиваясь на койке, после чего приказал системе усыпить меня, разбудив через два с половиной часа.

Интерлюдия 5

Алису, как и договаривались, забрали со станции через двадцать четыре часа. Человек своего имени не назвал, но назвал одну фразу, которую знали только Гром и Молния. Этого было достаточно, чтобы девушка села на малый транспортный корабль, способный перевозить всего троих человек, после чего отбыла в сторону родного мира Войда.

Путь был не близкий, трое земных суток нужно было перемещаться по различным системам и совершать длинные прыжки в сверхсветовых коридорах. Одно у этого корабля было хорошо, что с ходу подметила девушка, у него была мощная стелс-система, которая не позволяла противнику распознать корабль даже при приближении в десять метров к нему, а это мощно.

– Самодельная маскировка? – спросила девушка, с разрешения капитана и единственного члена экипажа войдя в маленький шлюз пилотирования.

– Да, – сухо ответил человек, что скрывал своё лицо за голограммой.

– Вы со всеми так сухо общаетесь? – нахмурилась девушка, смотря в затылок пилоту и капитану корабля.

– Да, – не отрываясь от панели управления судном, сказал человек, причём было непонятно, женщина это или мужчина, ведь даже система не могла распознать голос, который изменялся с помощью технологий.

– А можете ещё что-то рассказать про свой корабль? – всё так же стояла девушка в проходе, рассматривая приборную панель, удивляясь тому, сколько всего там наворочено.

– Да, – ответил пилот, после чего медленно и жёстко сказал: – Если. Будут. Вопросы. Высажу.

Девушка ничего говорить больше не стала. Таких людей реально лучше не злить, она по своему опыту знала. Они – мастера своего дела, но им лучше не мешать, как-то раз она на третьем году обучения попала в команду к снайперу, который просил просто быть рядом и не мешаться. Столько дерьма она тогда в свой адрес выслушала, так как сорвала один выстрел, что уши сами собой заворачивались в трубочку. А ещё потом её наказали в самой Академии. Но это уже немного другая история.

Сам же кораблик оказался тоже весьма маленьким, но при этом в нём было всё необходимое для комфортного существования. Каюта на одно место, в которой был небольшой шкаф для личных вещей, собственная акустика для любителей музыки, причём аудио было столько, что в выборе можно было потеряться, голографический трёхмерный компьютер и собственный для каждой комнаты искусственный интеллект. Так же был отдельный санузел, так что все удобства в каюте были.

Столовая зона ничем, кроме размеров, не отличалась от столовой фрегата Грома, та же линия выдачи различной бурды, непонятно из чего сделанной, но, по определению, полезной для организма. Так же в коридорчике было ещё две таких же каюты, одна из которых помечена фразой «Не занимать», скорее всего, именно в ней отдыхал капитан этого корабля.

Но трое суток в одиночестве – всё равно долгое время, Алиса пыталась чем-то заниматься, пыталась тренироваться, пыталась читать и побольше спать, но часы всё равно текли очень и очень медленно. Только последний день преподнёс ей немного неприятный сюрприз.

– Вызывали? – с уважением в голосе спросила, зайдя к пилоту, Молния, тут же приглядевшись, на месте ли этот человек.

– Да, – всё в той же манере ответил капитан корабля. – Курс немного изменится. Главный космодром планеты-цели повреждён и временно не принимает корабли. Будем садиться на ближайший к нему, но это примерно в тысяче милях от цели.

– А где-нибудь в лесу есть возможность сесть? – слегка прикусила губу девушка, смотря щенячьим взглядом в сторону пилота, хотя знала, что тот её не видит.

– Есть возможность, но надо потратить время на сканирование. Судя по известной мне информации, на планете действует преступная группировка наёмников из двух тысяч человек, – слегка изменился искажённый голос пилота, в нем проблеснули нотки тревожности. – Их точные мотивы мне не известны.

– Именно поэтому это ещё один повод сесть в лесу, – поймала девушка на живца капитана корабля, а тот лишь вздохнул, кивнул и махнул рукой, чтобы она возвращалась к себе в каюту.

В любом случае лететь ещё было около двух часов, они только-только влетели в информационное пространство звёздной системы Войда, точнее Тиберия Грейвойда, откуда пилот смог узнать необходимую ему информацию. Зато это был очередной повод подготовиться и проверить свой уже полностью готовый костюм и оружие.

Вернувшись в каюту, девушка прикрыла дверь и отдала команду на активацию брони. Сейчас у неё не было брешей, любая часть доспеха могла выдержать прямое попадание современного огнестрельного оружия почти вплотную, а схемы её брата по строению внутреннего скелета костюма позволили девушке увеличить свою мобильность в разы. Сам костюм она решила немного видоизменить, благо материал, из которого он был сделан, позволял это совершать хоть каждый раз. Сейчас молодая женщина была олицетворением молнии, не хватало только огромного знака на груди, как у героев комиксов давно забытой эпохи. Шлем полностью повторял форму головы девушки, сзади имея один угол для красоты, наплечники были сглажены, но с приятным глазу рисунком, грудная броня, как и полагается женскому полу, подчеркивала фигуру остроконечными формами, как и броня на ягодицах. Наколенники тоже имели слегка угловатую форму, чтобы ими можно было не только поймать рикошет от выстрела, но и хорошо ударить, вызвав сильное кровотечение у незащищенного противника. Цвета же в основном играли от ослепительно белого до голубого. Её оружие, двуствольный автомат, тоже был полностью боеготов, а боезапас к нему целиком в наличии.

Вернув всё в исходное положение, то есть назад в криптор, девушка улеглась на кровать и поставила системный будильник. Лучше немного отдохнуть, если не знаешь, что предстоит сделать впереди, чем сидеть и нервничать. Благо нервы в Академии у людей становятся не то что стальными, углеродными, причём такой плотности, что любая нейтронная звезда позавидует.

Когда время пришло, Алиса проснулась, корабль как раз проходил верхние слои атмосферы, стараясь оставлять за собой как можно более тонкий след, главное – делать это не на большой скорости. Пилот точно был мастером своего дела, так как даже не было эффекта горения обшивки, что обычно происходит со всеми кораблями, либо у него установлена какая-то система, которая не давала сделать из корабля горящий в небе метеор.

Когда капитан делал последний вираж перед посадкой, он скинул всю актуальную информацию по поводу некого «дезертира» Академии, о том, где его последний раз видели, где преследовали и так далее. В любом случае самой ближайшей целью был именно тот самый космопорт, который оказался в непригодном для функционирования состояния. Пока до девушки дошло, что всю информации капитан корабля скинул по внутренней сети Академии, он успел отправить ей ещё одно сообщение, после чего её буквально перенесло на поверхность планеты.

«До ближайшей цели пятьдесят миль. Сканеры обнаружили три парных патруля, советую им не попадаться. Ты была перенесена на поверхность в самой безопасной и ближайшей точке к цели. Удачи. Передашь Грому, что я долг ему уплатил».

И снова у девушки возникли вопросы по своему брату, но задать она их ему сможет нескоро, как минимум не позволят обстоятельства, ибо он убыл на самый опасный фронт. Сейчас же Молнии нужно было совершить пеший марш в пятьдесят миль в сторону космодрома, что для обычного человека было бы невозможным, но не для неё. Третье разграничение по скорости, усиление организма с помощью молнии на скорость позволяли передвигаться со скоростью более ста миль в час по дороге. Вот только проблема была в том, что девушка находилась среди леса, а это значительно снижает её скорость.

– Ну ладно, – попрыгала на месте девушка, активировав свою броню. – Была, не была!

Первый же шаг, и уже скорость превышает скорость самого быстрого легкоатлета в истории! Она набрала скорость в тридцать миль в час, чтобы успевать маневрировать между деревьями, не выдавая себя тем, что сносит их. При этом ей постоянно нужно было сканировать местность на наличие признаков жизни, ведь почему-то связь со спутниками была неустойчивой, иногда сигнал вообще не шёл, хотя его мощность была на достаточно высоком уровне.

– Проверить спутниковые каналы связи на возможные преднамеренные помехи, – отдала команду системе девушка, продолжая мчаться вперёд.

Несколько раз девушке пришлось останавливаться, включая систему маскировки костюма, которая была несколько недоработана и работала только в режиме покоя. Над ней пролетали флаинги неизвестной модификации, хотя по их форме явно принадлежавшие людям. Очевидно, это корабли наёмников, которые сканировали местность в поисках Войда, девушка была в этом полностью уверена.

В любом случае она добралась до космопорта, убрав в криптор своё обмундирование, где её застала весьма интересная картина. Четыре круглых здания, соединенные тремя переходами, один из которых был явно подорван. Строительные компании уже начали восстановительные работы, но картина явно давала понять, что тут шло сражение. Судя по всему, оно обернулось в сторону Войда. Близко её к зданию не пустили, ибо считалось, что это опасный объект – стройка же.

– Запустить сканирование местности, – шёпотом говорила девушка, чтобы не привлекать чужого внимания. – Восстановить картину сражения.

Система тут же всё покрыла цифровой сетью и начала сканирование. Отслеживалось всё необходимое: следы от пуль, следы от взрывов, плохо смытые следы крови. Первое, что сообщила система – бой шёл в основном внутри здания, самым последним проявлением схватки оказался как раз взрыв тоннеля, через который, вероятнее всего, и вырвался Войд.

– Найти следы отступления цели, – где цель, системе уже было известно, и она продолжила сканирование местности, выделяя всё, что может оказаться полезным.

Первое, что отследила система, это сильные гравитационные возмущения в районе одного из парковочных мест. Это могло произойти только после того, как кто-то включил гравитационный двигатель автотранспорта на полную катушку. Тут же система получила доступ ко всем камерам космопорта, но самое главное, нашлась нужная камера, что смотрела в сторону нужного парковочного места.

– Это он! – с лёгким восторгом отметила девушка, тут же отдав команду системе отследить все новости по поводу Войда и байка, на котором он уходил от преследования. – Чёрт!

Система ответ нашла моментально. Байк нашли за много миль по шоссе, как раз с той стороны, откуда девушка пришла, только немного западнее. Но на этом настрой девушки найти Войда ни капли не затух, о нет, у неё ещё была одна идея, которая могла помочь ей в поисках своего товарища.

– Сравнить шифровальные величины для работы со спутниками, – порыкивая, проговорила Молния, двигаясь в ту сторону, где сигнал от спутников ловился хуже всего. – Найти аномалии в стандартном шифровании сигнала! Если этот засранец сменил коды, то только так его и можно будет вычислить!

«Обнаружено нарушение шифрования у группы из двенадцати спутников, – тут же сообщила система. – Расчётный радиус покрытия сигналов спутниками с аномальным сигналом составляет пятьсот миль».

– Вот ты и попался, засранец! – девушка почувствовала нить удачи, выдвинувшись в нужную сторону. – Я хоть всю ту местность перелопачу, но тебя найду! Главное – поймать с тобой связь мыслеканалом, а там я уже точное твоё местоположение узнаю.

– Вам чем-то помочь? – спросил у Алисы охранник, патрулирующий окрестности.

– Нет, спасибо, просто договорились встретиться с одним человеком, а он не прибыл на встречу… – наигранно тяжело вздохнула девушка. – Я уже покидаю эту местность.

– Смотрите, последнее время тут опасно, – предостерёг её охранник.

– Не переживайте за меня, – махнула она ладонью, после чего стремительно зашагала в нужную сторону.

Глава 10

Четверо суток было относительно тихо, мы даже смогли вынести ту «любовную парочку», как мы их окрестили, на улицу и похоронить под кроной старого и довольно широкого дерева. В остальное же время мы старались сидеть тихо и не высовываться, так как мне надо было полностью восстановиться. Даже ночные вылазки стали редкостью, ибо я был поглощён несколько другими делами.

– Да почему эта сраная железяка не запускается?! – в полный голос прорычал я, поднимаясь на затекшие ноги возле более-менее целого генератора, пнув его ногой, из-за чего тут же пожалел. – Ауф… Чёрт! Долбаная железяка!

– Ты чего так орёшь?! – возмутилась Лина, что в этот момент работала на кухне и готовила нам очередную смесь из консервированного мяса и какой-то крупы.

– Да я хочу этот старый чёртов генератор запустить, – показал я кивком головы на бесполезный кусок металла. – Даже второй разобрал и все необходимые детали переставил, которые чудом были целы. А он, скотина такая, всё равно не запускается!

– Может, у кого-то руки не из того места растут? – усмехнулась девушка, подходя ко мне и вытирая руки найденным целым полотенцем. – Дай посмотрю…

Моя напарница присела на корточки возле генератора и стала внимательно осматривать его. Я тоже стал внимательно смотреть, подключив ещё и сканер системы для выявления ошибок, но тот предательски ничего не показывал. Зато девушка, словно учуяв добычу, тут же поднялась на ноги, проследила взглядом по только одной ей известной цели и куда-то маниакально потопала.

Я пошёл за ней следом, мне было жутко интересно, что она такого нашла, что не мог найти я с моим чудесным искусственным интеллектом. И она нашла. Что не мог найти я. И почему я сейчас хочу провалиться под землю, сгореть со стыда и разнести к чертям свой собственный мозг, за то, что не мог дать нужный запрос системе?!

– Разрыв цепи, – с самодовольным видом показала пальцем девушка в прогрызенные кем-то провода, которые шли от генератора к каким-то потребителям. – У тебя генератор, может, и запускается, но ему не хватает тока для поддержания работы, нет электрического контура.

– Я это уже понял… – нахмурился я. – Только вот у него есть внутренний электрический контур… Твою… Там, скорее всего, такая же проблема. Пойду, проверю. Хотя стоп. Нет. Не в этом проблема, он бы запустился… Значит, этот провод ведёт в землю, в так называемый ноль, так как ток должен куда-то уходить.

– Вот и решение твоего вопроса, – улыбнулась Лина, после чего постучала меня по плечу и направилась снова на кухню. – Если опять понадобится помощь, зови.

Самодовольная засранка… Но всё же она оказалась права. Я сканировал генератор только в тот момент, когда он не работал, когда я его не запускал, а надо было проверить, как идёт именно ток, тогда бы я смог увидеть, что он просто не уходит, ему некуда уходить, нет земли, из-за этого… Всё равно что-то не сходится. Там же должно уходить на систему зарядки аккумуляторов, которые потом и поддерживают работу двигателя. Может, там минуса нет?

В конечном итоге я просто запустил с помощью симуляции системы сканирования, которые выявили несколько проблем. Первая, да и самая главная, аккумуляторы были дохлые, полностью, их даже было не реанимировать, из-за этого внутренний контур, да и запуск в автоматическом режиме не работали, разрыв был в самих аккумуляторах. Вторая проблема как раз та, на которую указала девушка, провод на землю был порван, да ещё и несколько проводов на потребителей тоже. Но зато цепи поддержания работы внутри оказались целы, что всё же давало надежды на запуск. Интересно, а если вручную раскрутить внутренний вал, заработает?..

Проверим потом, сначала надо заняться проводами, мне очень нужен терминал, чтобы узнать состояние моих счетов. Странно, что я через спутники этого не смог сделать через свою систему, видимо, братец позаботился о том, чтобы граждане не могли спокойно пользоваться кредитами… Урод, везде пытается затянуть свою петлю.

Проблема была только в том, что один-единственный терминал, где я бы мог узнать состояние своего счёта, был на первом этаже здания, и при этом он довольно ярко светился, а это мощный демаскирующий признак. Придётся рисковать потом, когда будем уходить, а сейчас надо просто попытаться сделать этот чёртов генератор!

– Лина! – крикнул я напарницу, сдавшись после десятой попытки скрутить провода одной рукой. – Подойди, пожалуйста! Мне нужна помощь!

Она подошла, на этот раз молча, хотя на её лице играла лёгкая торжествующая улыбка. После того инцидента со сном она мне каждый раз пытается доказать, что она не бесполезна, а я без неё ничего не могу. По сути, есть правда в её действиях, но это настолько раздражает, что временами хочется ей всё высказать. Но я терплю, мне и правда нужна её помощь.

По моим инструкциям-указаниям девушка смогла сделать всю работу… за меня. И тут я понял прелесть того, что иногда можно пользоваться своим положением. Но только иногда, всё же заветы моего отца были ещё крепки во мне. Всего надо добиваться собственным трудом, а не трудом чужих рук. Сейчас это просто необходимость, если бы у меня были целы обе руки, то я бы смог всё сделать так, как полагается.

Через тридцать минут времени все провода в видимом диапазоне были восстановлены, по крайней мере, лампочки должны были начать работать, если повезёт. Подойдя к генератору, я снял защитный чехол, взял что-то типа рычага, только с прорезиненной ручкой, честно, я так и не понял, что это за инструмент, после чего с его помощью начал прокручивать катушки генератора.

– Давай! – рычал я, толкая с каждым разом всё быстрее ускоряющийся привод. – Давай, чтоб тебя! Крутись, дерьмо старое!

– Тиберий! – крикнула Лина, но я не стал оборачиваться в её сторону и даже не стал откликаться, так как был поглощён работой.

– Ну, крутись быстрее! – сквозь зубы рычал я, продолжая одной рукой держать инструмент, которым «заводил» генератор. – Давай! Ну, давай! Выходи на самостоятельные обороты!

– Мистер Грейвойд! – уже попыталась несколько иначе, видимо, вежливо, окликнуть меня девушка, но я всё ещё был неумолим, всё продолжал раскручивать генератор. – Да чтоб тебя! Войд!

– Да что?! – остановился я на мгновение, повернувшись в сторону напарницы, которая пальцем показывала на загоревшуюся старую лампочку. – Опа! Заработало!

– А ты не хотел оборачиваться, – вздохнула девушка. – Ладно, пошли есть, думаю, ничего критичного за десять минут не произойдёт, если мы с тобой вдвоем при более-менее нормальном освещении отобедаем.

– Думаю, ничего не произойдёт, – пожал я плечами и направился за Линой.

Прикрывать крышкой генератор я на всякий случай не стал, пускай крутится, если что вдруг, можно будет грубым способом остановить, если не будет слушать автоматику, да и так наглядно видно, что происходит сейчас с генератором тока.

Обед прошёл действительно быстро, я уже не знал, о чём можно говорить с врачом нашей маленькой команды, казалось, что мы обсудили с ней всё, кроме личных тем. Она пару раз на них пыталась перейти, но я ей всё ещё не особо доверял, после того, как она нагло уснула. Пускай чувствует за собой груз вины, будет ей уроком, я просто так не прощаю такие проступки, хоть и могу допускать небольшие вольности.

Ели мы спокойно, молча, пока меня не отвлёк сигнал со спутника. Кто-то нагло пытался восстановить сигнал, подобрать шифро-кодовые величины для работы с ними, что меня несколько насторожило. Я моментально направил запрос системе, чтобы она определила источник, откуда пытаются взломать, ведь группировка из двенадцати спутников позволяла сделать это с большой точностью.

– Ты напрягся, – словно невзначай сказала девушка, на мгновение указав на меня своей ложкой. – Что-то случилось?

– Пока ничего критичного, – продолжил я есть её стряпню, – но, похоже, нас пытаются выследить. Скоро нам придётся покинуть это место, искать новую точку для укрытия, до того момента, пока я не восстановлюсь.

– Я бы лучше переждала тут, – нахмурилась она. – Тут хорошее бетонное перекрытие, очень толстое. Насколько я поняла, оно способно выдержать довольно мощный обстрел.

– Не угадала, – помотал отрицательно головой я. – Ни хрена тут не выдержит, просто развалится со второго попадания. Тут всё старое, не выдержит, повторюсь. Я уже всё спрогнозировал и провёл несколько симуляций, сама знаешь с помощью чего. Если применят такое же оружие, как и в деревне… То, может, нам и с первого выстрела прилетит так, что нас тут завалит насмерть.

– Тогда надо начинать собираться, – резко приуныла девушка. – Эх, а мне тут так понравилось! Тишина, покой, ты мне больше не угрожаешь смертельной расправой, не надо ни от кого бежать…

Источник сигнала обнаружен! Подключается орбитальная камера для проецирования видео со спутника в реальном времени!

Перед моими глазами открылось небольшое окошечко, в котором виднелась часть суши моей планеты. На него начали быстро набрасываться различные значки, всякие станции и так далее, но я быстро настроил фильтры так, чтобы показывало только моё местоположение и местоположение объекта, что пытался выследить меня. Расстояние для хорошей картинки было просто огромным, но всё же я начал постепенно приближать изображение. Сначала из обзора пропал я, а сетка внизу показывала, что в видимом окне изображения от края до края пять сотен километров. Я стал приближать всё ближе и ближе, пока не приблизил до расстояния от края до края окна перед моими глазами в один километр. И всё равно я ничего не видел, только то, как быстро передвигается источник этого сигнала.

Одно мне стало понятно точно, это была не группировка войск, это была одиночная цель, но не воздушная, иначе бы её было видно над кронами деревьев… И не подземная, иначе бы спутники в этой местности зафиксировали возмущения. Я переключил режим работы камеры спутника в инфракрасный диапазон и заметил одну маленькую красную точку. Это определённо был человек, но его траектория движения не зацепляла пока наше место дислокации. Линия, по которой этот человек двигался, проходила примерно в пятидесяти километрах от дома, значит, можно было расслабиться.

– Вот теперь вижу, что можно не собираться, – улыбнулась она. – Всё обошлось?

– Типа того, – кивнул я, настроив скорость смены шифров для работы со спутниками раз в десять минут. – Просто кто-то, видимо, заблудился в лесу и с помощью специального оборудования пытается подключиться к путникам.

– А, ну тогда ладно, – улыбнулась Лина. – Я пойду, сяду на стражу, а ты иди, ополоснись, а то весь вспотел, пока генератор запускал. А потом иди, спи, позже меня сменишь.

– Не уснешь? – с улыбкой на лице я в очередной раз подколол девушку, из-за чего та лишь закатила глаза и что-то несуразное пробубнила себе под нос.

Я ей всё время теперь буду припоминать этот случай, ибо не стоило меня тогда так злить. Я не злопамятный, просто у меня на такие косяки память хорошая, а ещё у системы есть блокнот, в который я этот момент пометил.

Встав из-за стола, я направился в душевую. Благо фиксатор был сделан из какого-то очень твёрдого пластика, так что можно было спокойно принимать душ и не беспокоиться по поводу того, что с рукой что-то произойдёт. Вот только одежды запасной у нас не было, так что мы ходили уже в откровенно застиранном тряпье. Мы хоть её и стирали вручную, но всё равно некоторые пятна с помощью рук не выводились.

Когда я мылся, я поймал себя на мысли, что забрел в женскую половину душа, хотя особой разницы не было, где именно его мне сейчас принимать, ибо был я один. Но не в этом суть, я смотрел на то место, где лежали два трупа, и мечтал о том, чтобы на их месте оказалось тело моего троюродного брата, но сперва… Мне хотелось разделаться с той тварью, что решила превратить мой мир в колонию основной ветви этого чертового клана!

Когда я закончил и вернулся в основное помещение, то сразу улёгся на кровать. Хоть усталость меня ещё не накрыла, но Лина была права, стоило отдохнуть. Даже если это окажется боец Академии, к чему я склоняюсь больше всего, то мне нужно быть готовым к встрече с ним, ведь мало ли что может быть у него в голове? Как-то раз меня уже пытался прикончить боец Академии, второго такого чуда мне не нужно. И если это так, то у меня более мощное оружие, нежели у второй боевой единицы нашего отряда, я с его помощью могу творить реально немыслимое… Вот только система заряжания… Её одной рукой очень сложно развернуть, а при девушке я этого делать не хочу, да и энергии она жрёт не мало, так что придётся потерпеть. Хоть и осталось всего девятнадцать выстрелов…

Проснулся я от толчков Лины. Сначала я пытался отмахнуться, но она толкала меня всё настойчивее и настойчивее. Я открыл глаза, но она мне тут же прикрыла рот рукой и показала пальцем в потолок. Я понял её намёк и прислушался.

Кто-то наверху ходил, причем не просто ходил, а пытался перерыть всё, что там было. У меня от этого начало сводить скулы, чесаться кулаки и просто захотелось убить того наглеца, кто позволил себе копаться в древностях моей семьи.

Я поднялся на ноги, жестами показал девушке, чтобы она оставалась тут, а сам медленно побрёл к выходу из подвала, чтобы выйти наружу. Осторожно открыв засов, а после и дверь, не издав лишнего шума, благо мы додумались всё смазать, я осторожно вышел на улицу и так же осторожно прикрыл дверцу в подвал. Осмотревшись вокруг, я понял, что тут действует как минимум троица человек, точнее это поняла система, которая тут же распознала шум и отследила следы на влажной утренней земле.

Я медленно побрел в дом, дверь была просто открыта. С первого этажа доносились голоса, а на втором этаже слышался топот чьих-то ног. Теперь система более уверенно показала, что тут три цели, которые, желательно, нужно было устранить. Двое из них были на кухне и что-то обсуждали на неизвестном мне языке, а один наверху.

Сначала тот, что наверху.

Очень медленно и осторожно пройдя мимо лишь слегка приоткрытой двери на кухню, я очень аккуратно начал ступать на старые деревянные ступеньки. Они могли подставить, предательски заскрипеть… Но произошло нечто другое, что раскрыло меня.

– Олоймо! – крикнул довольно широкий мужик, который появился на верхних ступеньках лестницы, тут же начав доставать свой автомат из-за спины.

Эта оплошность сыграла с ним злую шутку. Он, видимо, расслабился, для удобства решил убрать автомат назад, но из-за того, что он не успел его достать, моё плазменное копьё сделало в его груди приличную дырку, из-за чего он тут же завалился вперёд и начал кубарем скатываться по лестнице вниз.

Я хотел сначала перепрыгнуть через перила лестницы, но из-за «занятых» обеих рук, просто пришлось развернуться и быстро спуститься вниз, чтобы эта туша не задавила меня. Грохоту он произвёл немало, но на это было уже плевать. Дверь на кухню резко открылась, и оттуда вылетел какой-то предмет, на который я отреагировал так, как нужно было.

Прыгнув в другую комнату, я зашипел от боли, так как сильно ударился фиксатором сломанной руки о пол. Беглый взгляд дал понять, что я его не повредил, но потом мне снова пришлось прикрыть голову, так как раздался взрыв, от которого я сейчас и спасся.

Внутри меня начало что-то кипеть. Они взорвали гранату в моём старом доме, в доме, где я рос, в доме, где у меня были самые ценные воспоминания! Я так просто этих уродов не прощу! Я из них сейчас такие отбивные сделаю, что их даже при освидетельствовании по ДНК не узнают!

Поднявшись на ноги, я прислушался к шуму в коридоре, эти двое явно вышли и стали осматривать всё вокруг в поисках меня. Я хоть и не понимал их язык, но сам бы поступил так же, внимательно осматривая всё, где только мог спрятаться противник.

Мгновение, и в комнате, где я находился, оказалась рожа одного из упырей, которая тут же была прострелена насквозь. Второй, видимо, взвизгнул от этого и попытался бежать, но я не дал ему убежать дальше входной двери, прострелив ему из своего плазменного копья правую ногу в районе колена, которая тут же отлетела к чертям.

Мужик рухнул мордой вниз, я тут же подлетел к нему, надеясь на то, что он ещё жив, но меня ждала неудача. Мой чёткий выстрел просто был не особо вовремя, мужик при падении свернул себе шею, ударившись о дверь, которую головой и открыл.

– Вот чёрт… – прорычал я, увидев это. Но потом мой слух привлекло кое-что ещё, а именно звуки далёкой стрельбы, а перед глазами появился значок вызова по мыслеканалу.

– Войд! – раздался в голове ласкающий мой разум голос Алисы, но судя по её тону, у неё всё явно было хреново.

Глава 11

– Алиса?! – удивился я услышанному голосу. – А ты какого хрена тут забыла?! Ты же вроде с Громом всё путешествовала!

– Он меня… к тебе послал, – с каким-то непонятным напряжением шли её мысли через созданный мыслеканал, а где-то там, в лесу, слышались очень далекие звуки разрывов. – Жди там. Я скоро буду.

– Постараюсь, – глянул я в окно, увидев, что к дому начинает подбираться толпа людей. – У меня сейчас тоже будет… Жарковато.

Я мельком глянул на карту. Нас с Алисой разделяло около десяти километров, что мне показалось странным. Если так, она уже давно была должна поймать меня в зоне действия своей системы… Значит, тут не просто наёмники, они знают о способностях нашей системы, знают, как подавить. Уроды… Ну ладно, просто так мы это не оставим.

Противник за окном пока не успел меня заметить, но уже насторожился из-за трупа на входе в дом. Они начали рассредоточиваться, каждый брал своё направление, контролировали все окна. Значит, хотят окружить… Вот только хрен им, а не моя шкурка, я им тут сейчас устрою такое, что они никогда не забудут… на том свете!

Подскочив к самому дальнему от всех окон и входной двери трупу, я сразу начал его обыскивать. Сейчас мне нужно было всё: от обыкновенного оружия, которое я бы смог держать одной рукой, заканчивая гранатами. Особенно нужны были гранаты… и благо нашлась парочка осколочно-разрывных. Это был прям бальзам на душу, но вот только противник не дурак на сто процентов. Ладно, действуем по ситуации.

Быстро осмотрев округу, я опять зацепился взглядом за вероятное место тайного спуска. Не знаю почему, но мне казалось, что там будет что-то очень полезное, по крайней мере, можно будет спрятаться. Быстро запустив сканирование, система сразу же наткнулась на скрытый цифровой интерфейс, цепи которого как раз вели к одной потайной створке под лестницей на второй этаж. Значит, всё же отец использовал систему, чтобы соорудить этот скрытый проход… Вот только зачем?

Начата процедура считывания нейронного слепка неизвестной системы. Прервать сканирование?

– Нет, пускай продолжает…

Я нахмурился. Система замка, как только её коснулись лучи сканирования моей системы, сразу же начала меня сканировать, пытаться распознать мою личность. Значит, автоматика, если дверь откроется, значит, отец явно планировал, что я тут окажусь…

Внимание! Неизвестная система заблокировалась! Поступившее сообщение «Нейронный слепок не схож с тем, что содержится в базе данных. В доступе отказано».

А может, и не планировал. Ладно, сейчас уже всё равно. Враг вот-вот должен нарваться на ловушки, и можно будет начать действовать… давай… давай… ну же! Ну что вы медлите! Давайте!

– А-а-а! – раздался истошный вопль после мощнейшего клацанья металла, а это значило, что кто-то попался в огромный капкан.

– А вот теперь пора! – отдал я сам себе команду, вынув чеку из одной гранаты и бросив её в ближайшее окно, благо оно было слегка приоткрыто.

Спустя три с небольшим секунды раздался взрыв, за ним последовало ещё больше криков, противник зашевелился активнее, сработало ещё несколько ловушек, я услышал звук натягиваемых тросов и звук защёлкивания ещё одного капкана. Как минимум ещё четверо пока выведены из игры, вот только у меня в руке пистолет, а у противника явно оружие получше.

Положив рядом ещё одну гранату, я на мгновение глянул в окно, чтобы оценить свои возможности. Трое занимались ранеными, один помогал выбраться из капкана, двое приближались к входной двери и ещё хрен пойми сколько вокруг дома… Лишь бы Лина не сдурила и не полезла на рожон, ибо это точно её сгубит.

Удар, снова неведомое бормотание на непонятном языке. Два человека вошли в дом, что-то громко и бурно обсуждая. Их ошибка – дали о себе знать. Подскочив к двери помещения, в котором я находился, лишь на мгновение высунулся, сделал три точных выстрела по двум противникам. Один выстрел чуть не ушёл в молоко, всего лишь ранив, а два других попали точно, отправив неприятеля на тот свет, после чего я быстро сменил позицию.

– Твою ж… – обругал я сам себя за то, что забыл гранату в пройденной комнате, но возвращаться было уже поздно, ибо я слышал, как туда что-то упало.

Взрыв! Меня хорошо так приложило по ушам, в глазах всё начало играть и гулять, сложно было даже понять, где пол, а где потолок. Я чувствовал, что упал на задницу, что у меня из ушей потекла кровь, но всё же не уводил свой гуляющий взгляд с дверей, на которых мне получилось сфокусироваться. Я даже не понимаю, правильно ли навёл пистолет… Но хотя бы сдохну в попытках отстреливаться.

Словно сквозь слой воды услышал стрёкот автомата, женский крик, даже визг. Я начал внутренне материться на Лину, что она не досидела в подвале, а решила выбраться наружу. Нужно было что-то делать. Я попытался подняться на ноги, но меня тут же шатнуло, и я рухнул на колени. Сильно тошнило. Я даже не думал, что меня так приложит одним взрывом через две стенки… Но, видимо, что-то не то с теми гранатами, чересчур они мощные.

Ещё минуту спустя, когда голова почти перестала кружиться, я всё же смог подняться на ноги. После падения я случайно выронил пистолет, а сейчас взглядом никак не мог его найти. Пришлось активировать своё плазменное копьё, у которого и так оставалось шестнадцать выстрелов, слишком ценный ресурс, чтобы тратить сейчас… Но жизнь в любом случае дороже.

Оперевшись плечом о стену, я начал медленно идти к выходу. Голова раскалывалась, в глазах всё ещё было мутно и немного кружило, но уже можно было ориентироваться в пространстве. Приоткрыл дверь, и система тут же выявила семь целей, которые отстреливались в сторону подвала, оттуда же слышался женский мат.

Я просто провёл рукой с плазменным копьем. Семь выстрелов, семь трупов. Оставалось восемнадцать процентов заряда, слишком мало, но ещё достаточно, чтобы отбиваться. Передо мной больше не было живой силы противника, но это не означало, что её не было вообще. Выглянув из-за дверей, я убедился, что по сторонам чисто, но звуки выстрелов из нескольких автоматов всё же доносились до меня, а значит, враг ещё точно оставался где-то рядом.

Выйдя из дома, я медленно, петляя, пошёл в сторону подвала. Система выделила одного противника, он был ко мне боком, я тут же направил в его сторону своё копьё… Осталось восемь выстрелов и ещё одна тварь отправлена на тот свет.

Снова звук каната, слух ко мне постепенно возвращался, ещё один противник попался в ловушку, видимо, пытаясь отступить. Стрельба закончилась, доносились стоны, враг явно истекал кровью, но мне было не до него, я сейчас хотел узнать только одно – что с моей напарницей.

Когда дошёл до дверей в подвал, меня сразу напряг их внешний вид. В дверях было множество дыр от весьма крупных пуль, а это потенциальные раны у Лины. Раскрыл дверцу, меня встретил мрак, значит, девушка вырубила свет, чтобы врагу было тяжелее. Умно.

– Лина! – крикнул я как можно громче, чтобы она меня не приняла за противника. – Ты где?!

Но мне никто не отвечал. Я медленно продолжил идти дальше, на всякий случай держа наготове своё оружие, осторожно ступая по полу. Всё было усеяно гильзами, скорее всего, девушка израсходовала вообще весь боезапас, что у неё был с собой.

– Лина! – крикнул я ещё раз, когда оказался в главном помещении, где стояли койки, но она опять не отозвалась. – Чтоб тебя… Где ты?! Отзовись!

Переживание начало накатывать на меня, сломанная рука стала мелко дрожать, раздражая повреждение, но я не обращал на это внимание. Эта девушка спасла мне жизнь, не имея должных технологий, я не мог бросить её тут подыхать, она не должна погибнуть тут из-за меня!

– Лина! – крикнул я в очередной раз, когда оказался на кухне, но беглый осмотр дал понять, что её тут тоже нет. – Твою ж налево! Куда ты пропала?! Лина-а!

Оставалось только одно место, где могла спрятаться девушка и где ей было бы удобно отстреливаться. Я быстрым шагом направился в душевую, сначала заглянул в мужское отделение, а потом в женское, где и увидел весьма удручающую и очень тревожащую картину.

Девушка сидела на полу, её взгляд был направлен в мою сторону, из глаз текли слёзы, лицо было красное, что даже сквозь полумрак в этом помещение было видно, под ней уже начинала образовываться лужа крови, а сама она держалась за свой живот, сжимая сквозную рану. Система тут же распознала – попадание в печень, при таких редко выживают, если быстро не остановить кровотечение и не оказать первую помощь в короткий срок. Но у меня просто ничего не было, чтобы ей помочь.

Я вылетел из ванной, подбежал к койкам, на которых мы отдыхали, взял с тумбочки таблетки и метнулся обратно в ванну. Какая-то из таблеток точно должна была помочь девушке. Я повытаскивал их из упаковок, запихнул ей в рот и убежал на кухню за стаканом воды. Когда вернулся обратно, девушка уже начинала терять свою красноту, её постепенно заменяла бледнота. Она угасала, и я был бессилен.

– Нет-нет-нет-нет! – присел я возле неё, запрокинул голову и помог запить таблетки. – Не смей умирать, слышишь! Кто будет меня потом лечить?! Не смей умирать!

Объект «Лина». Зарегистрирована потеря крови в 500 миллилитров. Скорость кровопотери составляет 30 миллилитров в минуту. Вероятное наступление смерти при потере от 1500 миллилитров.

Время ещё было! Ещё был шанс спасти девушку! Но у неё повреждена печень, а такое можно восстановить только с помощью переносного медицинского устройства… Стоп. Алиса! У неё может быть с собой это устройство, оно должно быть у неё!

Интерфейс всё ещё слегка сбоил, карта корректно не отображалась, а связь со спутниками была потеряна. Я не видел, где именно находилась моя знакомая, не могу докричаться до неё по мыслеканалу.

– Я сейчас! – положил я здоровую руку на плечо девушки. – Не смей умирать! Поняла?!

Лёгкий кивок и еле заметная улыбка. Она вся дрожала, ей явно было очень больно. Надо бежать на улицу, но я не сделал даже элементарного, не перевязал её, ведь можно было сдержать поток крови, просто наложив тугую повязку… Я тут же убежал в главное помещение, нашёл какую-то старую одежду, дёрнул её с крючка, на которой она висела, случайно порвал и побежал обратно к Лине.

– Убери руки, – сказал я ей, но в ответ она отрицательно помотала головой. – Дай перевяжу! Убери руки.

Девушка медленно отпустила рану, застонала от боли, система тут же отреагировала, скорость кровопотери увеличилась моментально до ста миллилитров в минуту. Много, очень много. Дав понять, что мне нужна помощь, одной рукой я не мог справиться, мы быстро перевязали. Потом она снова зажала свою рану, и скорость кровопотери системой регистрировалась в двадцать миллилитров. Уже лучше, уже дольше проживет.

Я выбрался на улицу, начал сканировать местность в поисках мыслеканала с Алисой. Снова донеслись звуки выстрелов, я устремил своё внимание туда и смог зацепиться мыслями за знакомый разум. Разум тут же раскрылся, отозвался, позволил проникнуть внутрь и установить связь.

– Молния! – радостно отметил я больше для себя, нежели кого-либо ещё. – Меня контузило, не могу определить, где ты именно. Тебе долго до нас ещё идти?

– До нас? – удивленно спросила девушка. – Кто там с тобой?

– Со мной девушка из уничтоженной деревни, – пояснил кратко я. – Долгая история, потом расскажу. У неё ранение в печень, пуля прошла насквозь, я не знаю, сколько она ещё будет с такой раной жить, так что нужно чтобы ты пришла сюда как можно скорее.

– И как я… Чёрт! – выдала короткое ругательство Алиса. – Чем я помогу?!

– У тебя есть медицинское оборудование? – с тревогой спросил я, догадываясь, что девушка просто так не стала бы задавать этот вопрос.

– Чёрт… – рыкнула девушка. – Нет, нет у меня ничего с собой. Только пара спреев, которые мало чем могут помочь, да индивидуальная аптечка. Жди, через пять минут буду.

Моё сердце защемило, в ногах почувствовал слабость. Девушка, которая спасла мне жизнь, сейчас может погибнуть. Я не мог просто так бросить Лину, просто не мог, но моих знаний было недостаточно, чтобы спасти ей жизнь, да и с одной рукой я толком ничего не мог сделать… Чёрт! Почему всё время в нужные моменты я такой бесполезный?!

«Мама!» – раздался словно эхом в моей голове крик давно забытого ребёнка, из которого я вырос, перед глазами снова встала та картина, когда она умирала у меня на глазах.

– Хренушки! Я просто так не дам ей умереть! – прорычал я сквозь зубы, метнувшись обратно в подвал.

Раненая сидела всё там же, где и была в прошлый раз. Лужа стала лишь ненамного больше, что радовало, но всё же кровь она теряла, и система подсказала, что скорость потери крови всё на том же уровне. Была бы у нее регенерация тканей, как у развитого воина… Чёрт! Чёрт! Чёрт!

– Держишься? – присел я возле неё, приподняв её голову, на что она медленно кивнула и очень слабым взглядом уставилась на меня. – Молодец. Подмога уже не за горами… Ещё две-три минуты и будет тут. А ты просто слушай меня, хорошо? Просто зацепись разумом за мой голос и не отпускай его. Ладно?

Она снова медленно моргнула после моих слов, и снова её полупустой взгляд уставился на меня.

– Блин, а я даже не знаю, что тебе рассказать, – глупо улыбнулся я, хотя на моём лице сохранялась тревога. – Как-то раз мы с отцом на охоте были вдвоём. Я тогда повредил себе вену, и он помог мне остановить кровь. Вот тогда я впервые почувствовал адскую боль, он ведь решил прижечь мне рану… Я тебе даже шрам покажу, там его до сих пор немного видно. Зато у меня кровь больше не текла! Я это понимал, был безумно рад… Но всё равно колотил отца кулаками и кричал на него, что он – дурак, хах… Обидно было, что после одной боли я почувствовал ещё большую боль. Только на следующий день со стыдом на лице я сказал ему «спасибо». А ещё как-то был случай, когда он учил меня стрелять… Правда, стреляли мы из пневматики… Но мне понравилось! Целью тогда выступали обычные мишени, которые он где-то достал. Военные! Хотя теперь я понимаю, откуда он их мог достать, но всё же… Тогда я был восхищён своим отцом.

Внимание! Зарегистрировано движение!

Я мгновенно замолчал, активировал своё плазменное копьё и направил его в сторону входа в душевую. Тут же на меня засветило несколько фонариков с белоснежного шлема, который только усиливал эффект этих фонариков.

– Свои! – раздался из динамиков голос Алисы, которая тут же деактивировала на себе шлем. – Убери оружие и покажи девушку.

Я сразу деактивировал своё плазменное копьё, которое тут же спряталось в криптор моего амулета. Алиса присела на одно колено и осмотрела девушку. По её лицу было понятно, что шансы на выживание Лины были маловаты, но всё же я положил руку на плечо Молнии, хотел было попросить её хоть что-то сделать, но она меня опередила:

– Я сделаю всё, что в моих силах… – вздохнула она. – Иди, постой на стрёме, я не знаю, сколько этих уродов ещё осталось, но они точно остались, всех мне перебить не удалось из-за того, что кто-то бесконечно меняет шифры к спутникам.

– Зато нас долго не могли выследить, – сказал я, после чего поймал недовольный взгляд девушки. – Ладно, пойду…

– Так смотри… – тут же Алиса начала объяснять Лине, что надо делать, но я уже не слушал, так как быстрым шагом ушёл в сторону металлических дверей в подвал.

Минута сменялась минутой, но казались они часами. Я слышал, как бьётся моё сердце, хотя концентрировал свой слух на звуках природы и, если они будут, посторонних звуках. Мысли мои были далеко не о том, чтобы убить вероятного противника, а о том, выживет ли моя напарница по несчастью.

Я решил осмотреть весьма красноречивые окрестности. На трёх деревьях в зоне видимости висели наёмники вниз разбитыми головами, один погиб, так и не выбравшись из капкана, двое лежали «в обнимку» с деревьями, прячась за ними, и ещё множество просто лежало перед домом. Весьма кровавый бой получился, но я уже не чувствовал такого отвращения, какое преследовало меня раньше, сейчас я смерть воспринимал куда спокойнее, нежели раньше… И всё же моё сердце было наполнено скорбью и тревогой, всего этого можно было бы избежать, если бы не чёртовы амбиции моего брата и его желание всё сделать чужими руками! И ведь сейчас не докажешь, что именно он нанял их, чтобы устранить меня, нужно хотя бы чтоб один остался в живых и рассказал нам об этом… но я даже не знаю их языка… чёрт…

– Готово, – неожиданно появилась Алиса возле меня, положив свою ладонь без брони на моё плечо. – Надеюсь, жить будет, сейчас девушка спит. Кровь мне удалось остановить… остальное зависит только от неё. А теперь давай рассказывай, что тут такого произошло, что вас несколько тысяч человек хочет убить.

– Ну… тут и рассказывать особо нечего… – дёрнул я плечами, посмотрев на голубое небо в белёсых росчерках облаков. – Всё началось с того, что мне начали угрожать в космопорте…

Интерлюдия 6

Грей

– Ну что, пришёл в себя? – спросил стоявший возле иллюминатора Шёпот, скрестив руки на груди и сморщив в напряжении лоб.

– И всё-то ты видишь, – с лёгкой усмешкой сказал Грей, только-только открыв глаза, после чего с кряхтением поднялся на локти. – Есть что интересного рассказать?

– Есть, конечно, – кивнул Шёпот, после чего развернулся, взял стул из-под стола, выдернул его из держателей в нужной точке, чтобы не повредить механизм, после чего поставил его перед своим командиром спинкой вперёд и начал рассказывать: – Потери, в общем, у нас составили: ещё два бойца Академии, около трёх сотен бойцов самого линкора и более тысячи человек обслуживающего персонала. Не так критично, но некоторые узлы линкора сейчас без поддержки. Было также ещё четыре нападения, которые мы успешно отразили по сложившейся тактике, но как оказалось… Мы были лишь вторичной целью всего этого залпа с Семенами.

– Семенами? – дернул бровью Грей, свесив ноги с койки. – Это вы так это дерьмо обозвали, что мы сжигали, чтобы остановить прорыв?

– Именно, – кивнул Шёпот. – Семена, они же по сути порождают новых тварей, они словно прорастают. Вот отсюда и название. Был также вариант назвать их Спорами… но как-то Семена лучше за язык зацепились. Так вот, это не главное. Как я уже и сказал, мы были лишь вторичной целью, нас хотели отвлечь и сделали это очень успешно. Огромная, просто невероятно огромная часть Семян улетела в пустое пространство, в сторону тысяч и тысяч миров… Шанс, конечно, маловат, что хоть какое-то Семя попадёт в обитаемый мир, но всё же есть. И теперь это чёртова бомба замедленного действия! Хрен пойми, где, и хрен пойми, когда рванёт. Дредноут, кстати, так и не прибыл нам на подмогу, просто не успел, самим чудом удалось справиться. У каких-то фрегатов оказались нейтронные ракеты… Вот только они созданы в единичных экземплярах, две трети при этом установлены на наших кораблях.

– Значит, армия человечества решила всё же пустить в ход козырь, – пожал Грей плечами. – Иногда надо чем-то жертвовать, чтобы что-то срослось. Как вообще боевой дух людей и что нас ждёт дальше?

– Честно или красиво соврать? – наклонился Шёпот к Грею и прошептал ему на ухо.

– Первое, будто ты этого не знаешь, – тяжело вздохнул командир и поднялся на ноги. – Все хреново?

– Крайне хреново, друг мой… – вздохнул Шёпот. – Жертвы… огромны. Мы потеряли при отступлении почти всю когорту, осталась лишь шестая часть тех, кто держал оборону на планете в последний день. А это уже тогда была треть от общей численности! Нас слишком мало! Очень… и все это прекрасно понимают, даже обычные люди. Академия не успевает штамповать новых бойцов нам на замену, у нас слишком большая смертность. Никто не ожидал, что сражаться против такой напасти будет настолько трудно. Нас никто к такому не готовил… никто…

– И всё же мы сражаемся, умираем, но не даём заразе распространяться на остальной космос, – с кривой ухмылкой на лице сказал Грей, но потом его лицо резко стало серьёзным. – Но да… Всё же зараза растёт, и мы не можем это сдержать. Она питается нашим миром, преобразовывает его, сжирает и идёт дальше…

– Ага, – кивнул Шёпот. – Не забывай, что эта неведомая хрень каким-то образом даже звёзды в чёрные дыры превращает. Кто, как и почему, никто ещё не узнал. Но даже звёзды солнечной последовательности… тоже в чёрные дыры, хотя по логике там должны остаться после них белые карлики.

– Ты, смотрю, в науку подался, – усмехнулся Грей, – однако. Лучше расскажи, что там дальше нас ждёт, что там планируют, пока я не мог прийти в себя, а то я так и не услышал.

– Сейчас мы отступаем, – усмехнулся Шепот. – Нам приказали занять оборону на какой-то эвакуируемой планете.

Название я не запомнил, а в файлы лезть не хочу. Лучше сам читай, что там написано, мне как-то было очень лень… а, да. Лететь нам ещё десять часов, так что есть время собраться с мыслями, пожрать да с людьми переговорить. Нас-то всего осталось тридцать пять человек…

– Мой зам? – тут же спросил Грей, начав листать полученные от Шепота самые актуальные списки потерь.

– Погибла. Ей просто снесло голову. От такого даже мы умираем… а вот ты оказался крайне живучим, всех это удивило, – похлопал по плечу своего командира боец. – Несколько попаданий от пустотных… такое никто ещё не переживал.

– Ну у меня же нет зерна, как у вас, – развел руками Грей. – Так что я развивал свой организм, а не условно магические способности.

– Аристократ без зерна, – с удивлением сказал Шепот. – Каждый раз слышу и каждый раз удивляюсь. Наследство дало сбой. Зато до нас дошли новости. Твой сын получил остуса, при этом уже вроде как восемь или девять улучшений прошёл. В общем, весь в отца. И это он ещё не получал заданий, за которые дают драгоценную энергию. А, ещё он медаль получил! Причём от генерала! Я бы гордился таким сыном.

– Я и горжусь, – мягко улыбнулся с виду непоколебимый командир. – Вот только чувствую, что он сейчас в опасности… вот просто сердцем чувствую, что там сейчас какая-то задница у него. Но это могут быть просто бредни отца, что не видел сына больше года.

– Ладно, я пойду, – встал со стула Шёпот, после чего без слов покинул каюту своего командира.

Но переживания отца были не безосновательны. Всему виной Пустота, которая недавно с ним общалась, когда он был в состоянии бреда. Он до сих пор помнил, как она угрожала уничтожить его, как обманывала, искажала воспоминания, воспользовалась больным, самым сокровенным, использовала голос жены… Пустота коварна.

Надев оставленную своим товарищем одежду, Грей вышел из каюты и направился сразу на мостик. Ему нужно было переговорить с командиром этого корабля, ему нужно было знать, что затевает командование армии человечества, так как бойцы Академии несколько не подчинялись общему командованию, но часто выполняли их просьбы. Независимая военная организация, что была лишь частично подвластна штабу на Земле, всегда напрягала остальных армейцев, но все уже привыкли к такому раскладу дел.

Как-то раз была операция против валарионцев, достаточно миролюбивых соседей, которые могут десятилетиями ничего не делать, у которых иногда приходят к власти военные… и тогда начинается не пойми что. В последний раз, буквально пять лет назад, под руководством Грея была проведена авантюра, которой пока не было равных. Одна из партий в оппозиции лично обратилась к руководству Академии, чтобы та организовала ликвидацию действующего правительства. Награда была просто огромна! Именно после этой операции валарионцы передали Академии технологию медицинских устройств, позволяющих почти полностью регенерировать тело человека, полностью реструктурировать его тело. До этого даже в Академии были медицинские устройства как на этом линкоре.

У Грея тогда был личный лёгкий крейсер с хорошей стелс-системой. Ему удалось незамеченным пробраться почти через всю территорию валарионцев. Затык произошёл по соседству со столичной системой. Космический мусор стал всему виной. Лёгкий удар какого-то металлического обломка о скрытый в темноте корпус корабля, какая-то странная система слежения это заметила… и тогда началась дикая погоня. Даже в гиперсвете пытались перехватить корабль, причём один раз начали затормаживать в коридоре лёгкий крейсер, что могло привести к печальным последствиям, а корабль мог потеряться в пустоте… но обошлось.

Вырвавшись в звёздный простор родной и столичной системы валарионцев, лёгкий крейсер сразу попал под перекрёстный огонь, уже тогда было понятно, что целым он точно не вернется домой, если вообще вернётся. Лишь великая удача и просто безбашенность пилота позволили достаточно маневренный корабль на последнем издыхании довести до планеты-столицы и буквально пойти на таран. И опять же чудо! Когда лёгкий крейсер выравнивал свою траекторию, то своим корпусом сбил несколько шпилей высоток, в одной из которых проходило текущее заседание правительства почти в полном составе. Так что Грей с людьми даже не успели высадиться на планету, как с ними на связь вышли «работодатели», сказали спасибо, передали чертежи и отключились. Потом пришлось оперативно сваливать. И свалили же!

После этого лёгкий крейсер «Гипербиус» встал на ремонт и так с него и не вышел, так как повреждения были очень существенны.

– Посторонним вход на мостик запрещен! – с серьёзным видом и автоматической винтовкой в руках перед гермодверью стоял вояка, который, скорее всего, даже и не знал, какие ужасы были не так давно на его корабле.

– Ну а я и не посторонний, – усмехнулся Грей. – Как минимум по закону могу пройти в любой отсек по праву аристократа, но не буду этим пользоваться. Я – командир сто тридцать второй когорты сил Академии, Старший легус Грей. Требую немедленной встречи с командиром этого линкора!

– Я передам ему ваши требования! – вытянулся тут же боец, после чего по рации передал слова Грея. – Проходите, он вас ждёт уже несколько часов.

– Какая неожиданность, – усмехнулся Грей, когда боец отошёл в сторону и гермодверь начала открываться.

Мостик оказался… пустой. Только дежурные расчёты занимали свои места, только самые важные узлы и их состояние сейчас отслеживались, а командир линкора спокойно восседал в своем кресле, наблюдая за общей работой управления корабля.

– Генерал, – подошёл Грей к командиру и почтительно представился, как полагает более низкому по рангу командиру. – Командир сто тридцать второй когорты сил Академии, старший легус Грей. Переводя на ваши звания – полковник.

– Не переживай, старший легус, я знаю вашу иерархию, – показал левой рукой командир на соседнее кресло, которое Грей тут же занял. – Но не мне указывать аристократу. Странно, что вы вообще в войсках и с таким низким чином. Думал, в таком возрасте уже генералами ходят у вас.

– Не срослось немного, – усмехнулся Грей. – Я хотел у вас уточнить план дальнейших действий всего флота на данном рубеже. Как командир, который отвечал за оборону целого континента на планете, с которой вы меня вытащили, думаю, имею право знать.

– Имеете, – кивнул генерал. – А ещё я должен представиться. Вице-адмирал Песков, урус, как вы можете догадаться, Альберт Обертович. Лично мне приятно познакомиться с вами.

– Это взаимно, Альберт Обертович, – пожал протянутую руку Грей. – Теперь поделитесь сведениями?

– А как же, – двумя нажатиями на кнопки вызвал вице-адмирал, – тот же генерал, только космическое звание у урусов, – карту района действий. – Мы сейчас в гиперпространстве между вот этими двумя звёздными системами. Алебрус и Гнейзис. Гнейзис, насколько вы знаете, уничтожена, там был такой бой, что даже от планет мало что осталось. У нас же есть приказ от верховного командования, что нужно организовать оборону звёздной системы Алебрус, пока проходит эвакуация, а потом из всех возможных к заселению или просто обитанию планет сделать крепости для сражений с пустотными.

– Командование, смотрю, решило пересмотреть свою тактику, – усмехнулся Грей.

– Да, они поняли свои ошибки, но несколько поздновато… Мы лишились огромной части флота из-за их просчета, хотя их раньше предупреждали, что нужно готовить оборону в близлежащих системах, – тяжело вздохнул генерал. – Не будем отходить от сути. У нас ситуация настолько критическая, что мы запросили помощи у вашей организации в знак того, что нам удалось вытащить вас из того пекла.

– И они согласились? – удивленно приподнял Грей правую бровь, на что генерал кивнул головой. – Во дела… удивляют. Переживают, похоже, за свои задницы.

– Да, переживают… причём настолько, что отправили сто процентов уже обученных бойцов нам на помощь. Пан или пропал, как говорится.

– Значит, нас ждёт очень сложная битва, раз призвали всех… – тяжело вздохнул Грей. – Надеюсь, нас доукомплектуют. Ладно, не буду более отвлекать вас. Думаю, после нашей высадки вы отправитесь на местную станцию залатывать пробоины.

– Именно, поговорите со своими людьми, – словно по-отцовски посмотрел на Грея Песков. – Вас осталось мало, и даже я знаю, что им нужна заботливая рука своего командира.

– Поговорю, за сим, я откланиваюсь, – поднялся с кресла старший легус и ушёл в свою каюту, где сел раздумывать над словами поддержки.

Глава 12

– Это не к тебе проблемы притягиваются, – по итогу моего рассказа выдала Алиса, подняв на меня обеспокоенный взгляд, – это твоя пятая точка самостоятельно их ищет… Что могу тебе сказать? Хреново твои дела обстоят, очень. Тебя, как минимум, преследует армия наёмников, причём они мне через брата известны… в разное время их численность варьировалась от двух тысяч до пары сотен тысяч в нескольких мирах. В общем… жопа.

– Я бы сказал полная! – добавил я, когда девушка закончила говорить. – Одно могу сказать точно – валить нам надо отсюда, стрельбу слышали на много километров вокруг, пропажу людей в этом секторе тоже точно обнаружат… рано или поздно сюда придут. И лучше рано, чем поздно. В любом случае сваливать надо. Вот только куда теперь, я не знаю…

– Решим куда, – осмотрелась вокруг девушка. – Точно подальше отсюда. Скажи мне… где может быть штаб противника? Вот гарантированно.

– Не знаю, где он может быть, но знаю, где меня могут точно ждать, – слегка свёл я брови вместе, недовольно зыркнув на девушку. – Чует моя… пятая точка, что ты что-то задумала.

– Да, – слегка улыбнулась Молния. – Отбить то место, выбив оттуда врага. Если они в том месте нас ждут, значит, их там много. Вот только по последним данным они должны знать, что мы тут, значит, в том месте потеряют бдительность. По крайней мере, на какое-то время. Этим можно воспользоваться.

– Ну хорошо… вот только как ты себе это представляешь? – нахмурился я. – У меня запас боеприпасов кот наплакал, подзарядить негде, установка хоть и есть в крипторе, но для того требуется источник энергии не меньше, чем генератор современного гравимобиля, который нигде не найти. Сама подзарядка примерно два часа будет идти, в наших условиях такой запас времени – роскошь, нам просто негде его взять. Даже если и есть этот запас времени, если враг далеко, то всё равно это его лишняя трата.

– Тогда надо устроить засаду тут, – слегка задумалась девушка. – Хотя не выйдет. Ты уже испробовал многое. Да и враг будет знать, что мы тут. У них есть какое-то оружие, что может нас отсюда выкурить спокойно?

– У них есть оружие, которое может нас за одно попадание тут похоронить, – тяжело вздохнул я, вспоминая, как разрывало в клочья дома в деревне, где меня приютили. – Точность у того орудия огромная, сто процентов прицеливание идёт с беспилотника по специальной наводке. В общем… мы подпишем себе смертный приговор, если тут останемся. А я этого не хочу, есть ещё пара человек, с которыми надо поговорить, да и ты, думаю, тоже просто так умирать не хочешь.

– Тогда первый вариант? – улыбнулась девушка, а я лишь тяжело вздохнул на это.

– Первый вариант… – помотал я перед тем, как сказать, головой в разные стороны. – Мне нести Лину на себе?

– Да, ибо я сейчас, судя по всему, наиболее боеспособная единица, – постукала она ладонью в броне по своему странному автомату, который стал с виду несколько более совершенным, нежели я его видел в прошлый раз. – Только ты поднять её точно не сможешь, я помогу закинуть её тебе на плечи. Спешить не будем, но и медлить тоже, будь готов держать достаточно быстрый темп.

– Хорошо, – кивнул я и направился в ванную первый.

Поцелованная солнцем мирно лежала на полу, в стороне от той лужи, что из-под неё ранее натекла, а её грудь мерно поднималась и опускалась. Алиса, по всей видимости, не захотела, чтобы остальная её одежда заляпалась в крови, хотя уже было поздно. Самой крови было достаточно много, причём очень, было чудо, что она осталась в живых, но сейчас ей требовалось очень много отдыхать, чего мы себе не могли позволить.

– Надо будет её где-то оставить… – пробубнил я себе под нос, понимая, что она долго не протянет без помощи профи.

Взглянув на карту своей планеты, я тут же дал команду проложить наиболее оптимальный маршрут до цели. Всего он займёт три с половиной дня, если не спешить и делать перерывы на сон. Несколько раз нам придётся пересекать весьма крупную автостраду, где можно будет попросить попутчика захватить Лину в город, чтобы её завезли в больницу. Этим я поделился с Алисой, и она со мной согласилась.

– Это будет наилучший выход, – кивнула она. – Но для неё. Нас же могут вычислить из-за этого. Понимаешь?

– Понимаю, – медленно вздохнул я. – Но иного выхода просто не вижу. Либо она умрёт у нас на руках, либо мы ценой собственной скрытности спасём жизнь. Я лучше выберу второе. Человечность всегда должна быть на первом месте, иначе мы – полный ноль, а не люди.

– Я тебя предупреждала, – сказала она, подойдя к Лине. – Потом не жалуйся, что нас нашли каким-то образом. Ладно, присядь на одно колено, я положу тебе девушку на плечо… и надо подушку какую-то… я сейчас. Жди.

Пропав буквально на пару мгновений, Алиса вернулась с кульком ткани в руках. Подложив под бинты эту ткань Лине на рану на животе, она подняла девушку и очень аккуратно положила её мне на плечи. Пострадавшая издала короткий стон, но так в себя и не пришла. Значит, отключилась от бессилия, оно и к лучшему, хоть боли в дороге не будет чувствовать.

Поднявшись на ноги не без помощи Алисы, мы вдвоем побрели на улицу. Я скинул карту местности с маршрутом Молнии, а также дал доступ к спутникам, что находились только в моей власти. Уже было темно, так что можно было относительно спокойно передвигаться по лесу. Алиса в полностью активированной броне шла вполне уверенно, словно видела вокруг всё, как днём, значит, у неё в броню встроены фильтры, это радует. Я же шёл следом за ней на удалении метров в десять, чтобы в случае чего не мешать ей вступить в бой, а сам мог бы быстро скрыться, не подставившись под пулю.

Первый час мы шли относительно спокойно, лес нас встретил ночной прохладой, дышалось вполне спокойно. Лина была довольно лёгкой, я бы даже сказал чересчур лёгкой, так что никакой усталости я не чувствовал, по крайней мере сейчас.

А вот жрать уже хотелось, битва сожрала много энергии и нервов, надо было это чем-то компенсировать.

Спустя два с половиной часа до нас дошёл приглушенный лесом взрыв, который ещё пару раз догнал нас эхом. Я лишь тяжело вздохнул, так как часть секретов отца оказались уничтожены вместе с нашим домом. Если повезёт, я спрошу у него про всё лично, про всё, что он скрывал, а у меня уже накопилось достаточно много вопросов.

Алиса развернулась, настороженно осмотрелась по сторонам, на всякий случай поудобнее перехватила автомат и пошла дальше. А я за ней следом. Её фигура спокойно различалась в темноте, в то время как моя не особо, её белая броня выдавала с потрохами, в то время как мой серый академический камзол в темноте было достаточно хреново видно. В общем… если будут стрелять, то сначала в неё.

– Ты открываешься, – в голос сказала девушка, а после этого добавила в мыслеканале: – Сдерживай свои мысли, у тебя слишком много переживаний, ты перестаёшь себя контролировать.

– Оу, – усмехнулся я этому факту, уже даже позабыв, что между нами установлен мыслеканал. – Извини, если зацепил тебя чем-то, даже не думал.

– Ничего страшного, – я почувствовал волну одобрения с её стороны, передаваемую по мыслеканалу. – Всё равно они меня из своих автоматов пробить не смогут, слишком мелкий калибр.

– А если у них есть не только автоматы?

– У меня есть мои способности, – усмехнулась девушка. – Ты сам помнишь, на что они способны, та битва у меня хорошо в памяти засела… мерзкие твари… брр.

– Ага, противные, – согласился я с ней. – Но всё же тебя слишком хорошо видно, словно изнутри светишься… весь свет от лун отражается от тебя очень сильно.

– Одно мгновение, – сказала Молния, и тут же её броня словно изменила оттенок, но это было не так, просто если раньше броня была глянцевая, то сейчас она стала матовой, свет отражался в разы хуже, нежели до этого. – Так лучше?

– В разы!

Ещё несколько часов мы провели в тишине, остановившись всего пару раз, чтобы Алиса что-то проверила впереди. Я перечить ей не стал, ибо у неё был опыт, были оружие и хорошая защита, а у меня, кроме раненой девушки на плече, которую я придерживал единственной здоровой рукой, да пистолета в кобуре, который получилось снять с одного из трупов, больше ничего не было. Каждый раз она возвращалась ни с чем, но оно было только лучше, в нашем случае, ибо, если бы начала раздаваться стрельба, то это был бы крайне хреновый знак, знак того, что нас засекли.

Уже ближе к рассвету, когда мои ноги стали немного заплетаться, мы приблизились к автостраде, это было слышно по гулу пролетающих машин. Идея отдать раненую какому-нибудь водителю, лучше семье, меня всё же преследовала до самого конца, о чём я намекнул девушке.

Мы немного скорректировали наш маршрут, из-за чего его общая протяжённость увеличилась всего на одну милю. Не столь много с учётом того, что нам надо пройти пешком всего сто девяносто миль. Была, конечно, идея у кого-нибудь конфисковать машину, но нас тут же вычислили бы, я уверен в этом, так что этот план мы отбросили моментально. Да и на дорогах, гарантированно, эти наёмники выставили свои блокпосты… конечно, к Лине бы возникли вопросы, но всё же её лицо в базах не числится, а вот моё сто процентов у наёмников есть, так что ей может повести.

– Красная машина, – сказала девушка, что была примерно за полмили от меня на запад, что было сделано не просто так, ибо восточнее был небольшой город. – В ней семья, мужчина за рулем. Тормози, у тебя десять секунд.

Я высочил на дорогу, благо никаких оград не было, и стал высматривать красную машину. Хорошо, что это было раннее утро и машин в принципе не было, так что вычислить нужную особого труда не составило, как и остановить, я просто встал на дороге перед ней и стал размахивать здоровой рукой.

– Вам чем-то помочь? – высунулась голова мужчины из открывшегося окна машины, после чего тот взволнованно добавил, увидев, что девушка была вся перебинтована. – О боги! Что с вами произошло?!

– Не важно, что произошло, – подошёл я к нему и посмотрел точно водителю в глаза. Узнал. Хорошо. – Главное, что вы можете сделать для меня. Отвезите девушку в больницу, если остановят, скажите, что упала и напоролась на острый сук, проткнуло живот, обработали, чем смогли. Вопросов вам по идее задавать в таком случае не должны. Я ваше лицо запомнил, отблагодарю при первой же возможности.

– Вы же Тиберий Грейвойд, так? – с лёгкой опаской спросил мужчина и после моего кивка добавил: – Ведь всем говорили, что вы погибли в Академии! Получается… нам новое правительство наврало?

– Наврало, – кивнул я. – При этом, как я понял, много в каких аспектах. Благо на планете многое ещё не изменилось, можно будет восстановить на круги своя. Но не суть. Это моя головная боль. Довезёте девушку или нет?

– Довезу! – тут же выскочил из машины мужчина, открыл заднюю дверь и помог мне аккуратно уложить девушку на два из трёх задних сидений, осторожно, насколько было это возможно, зафиксировав её ремнями безопасности. – Много крови потеряла?

– Около литра. Может, чуть больше. На глаз сложно определить, – откровенно врал я, так как знал, что она потеряла почти полтора литра крови. – Срочно везите в больницу. Всё, не задерживаю, а то рядом со мной сейчас опасно находиться.

– Это вы разнесли космопорт? – уже сев в машину, спросил мужчина, на что я несколько робко и еле заметно кивнул. – Разнесите всех этих уродов! Они уничтожили уже три села!

Отойдя от машины подальше и дождавшись, когда она уедет, я несколько минут посмотрел ей вслед, пока окончательно не потерял из виду. Вот теперь моя душа, если она у меня есть, намного спокойнее. Хоть одна человеческая жизнь из той деревни будет спасена… жаль, что так произошло. Очень жаль. Я этого реально не хотел.

– Сделал? – спросила Алиса, которая вышла из кустов, деактивировав свою броню. – Вижу, сделал. А теперь пошли, я не хочу оказаться подстреленной из-за твоего чувства справедливости.

Скрывшись снова в кустах, Алиса моментально активировала своё снаряжение, выбравшись из них с другой стороны полностью боеготовой. Я тоже решил не мелочиться, активировал своё плазменное копьё. Если уж на нас нападут, то хоть буду уверен, что несколько человек я смогу отправить на тот свет, прежде чем меня прикончат.

– А вот теперь внимательнее смотри по сторонам, – спустя пару минут пешей ходьбы сказала мне Молния. – Если эти наёмники поймут, что эта девушка – твоя знакомая и была ранена в бою… то их круг поиска несколько сузится, а человека явно начнут пытать и вытянут из него информацию. Этот груз будет на тебе, так что… ты сам выбрал этот путь.

– Ну, спасибо, чтоб тебя… – выругался я, сплюнув на землю. – Я только закрыл один гештальт, так ты мне сразу несколько других открываешь. Чёрт, Алис… вот на хрена? Я только успокоился, а сейчас опять начну себя накручивать.

– Не услышишь стрельбу в течение нескольких часов… – явно с недовольством передавала свои мысли девушка, – значит, всё хорошо. Я тебя просто решила предупредить, а ты мне начинаешь истерики устраивать. Кто тут раньше судьбы этих людей решал? Ты или я?

– Ну я, – возмущённо ответил я. – И что в этом такого?!

– Раньше ты решал судьбы миллионов людей, и они тебя как-то не заботили, судя по твоей меланхоличности и эгоизму. Думал ты так же только о себе или о чём-то более важном. Да, ты заботился об этом народе, но тебе откровенно было плевать, как они живут, что едят. Иначе бы у тебя был нервный срыв давно. А тут у тебя начала совесть играть из-за какой-то малознакомой девушки, которая волею судьбы оказалась ради с тобой?

– Просто… – первое мгновение я просто не знал, что ей ответить, так как она, по сути, была права.

– Что и требовалось доказать, – лёгкая нервозность на фоне спокойствия всё же проскочила у неё, – пошли. Нас ждёт ещё очень долгая дорога. Привал только через час.

А она реально была права. Меня больше заботили личные вопросы. Да, я думал в основном о себе… но всё же думал и о народе. Или нет? Я много времени проводил на работах с ними, вдохновлял их… называл равными… но всё это реально для удовлетворения собственного эго, чтобы закрыть какие-то свои внутренние потребности, но ни разу ради людей.

Я делал вид, что мне нравится работать в поле, но всё время избегал разговоров с обычными, как я тогда считал, смертными. Я часто выступал с «вдохновляющими» речами, хотя сам считал их полным бредом. Я посещал больницы, где проходили лечение тяжёлые больные… но мне реально было абсолютно всё равно, что с ними будет. Я не запоминал ни одного человека, но делал вид, что мне это важно. И это Алиса поняла с ходу.

– Просто я никогда ни о ком серьёзно не думал, – всё же нашлись слова, что я начал транслировать в мыслеканал. – Я реально заботился в основном о себе, а не о народе, сейчас, по прибытии на планету злился не из-за того, что что-то плохое происходит с народом, а из-за того, что что-то плохое происходит с моим народом. Они позарились на моё, и это меня бесило… а сейчас… чёрт. Сейчас я реально переживаю за эту девушку, что с ней что-то произойдёт, сейчас реально боюсь, что из-за меня этот водитель может оказаться в смертельной ловушке, где его будут пытать до смерти… конечно, я надеюсь, что их отпустят, но всё же… меня тревожит судьба этих людей.

– А миллионов других? – без намёка на эмоции спросила Молнии. – Что о них скажешь?

– Они заслужили ту жизнь, которая была у них раньше, – уверенно сказал я. – Хоть для меня это было лишь иллюзией правды, но они реально верили в меня, они думали, что я о них думаю… и за это стоит как минимум сражаться!

– И вот сейчас это слова настоящего аристократа, лидера! – тут же начала меня подбадривать Алиса. – Как у вас там в своде правил написано? Заботиться о своём народе так, как хочешь заботиться о себе. Жаль, твоего брата в этом не упрекнуть, только совет может… но они – сами выходцы из кланов, так что им плевать.

– Пора менять этот мир, да и всю галактику целиком! – твёрдо и уверенно сказал я.

– Ну-ну, – усмехнулась девушка. – Я на это с удовольствием посмотрю, меняльщик. А теперь, раз у тебя нет груза на плечах, можно ускориться, на сутки-двое точно сможем добраться быстрее.

– Жрать хочу.

– Я тоже. Потом. Погнали!

Глава 13

Шли мы уже третий час, точнее, как шли, бежали, причем совсем не медленно. Для Молнии это скорее всего был обычный бег, она успела привыкнуть к нему за почти четыре года обучения, а вот я на такой скорости столько выдерживать не могу…

– Теперь спокоен? – транслировала она внезапно свои мысли после многочасовой тишины, что несколько выбила меня из колеи.

– В каком смысле? – несколько удивленно спросил я у нее в ответ, благо на ход мыслей одышка из-за бега не влияла, так что они оказались предельно понятными и не сбитыми.

– Стрельбы не было, мы не так далеко от дороги, услышали бы, – сухо ответила девушка, несколько сбавив темп. – А то твое нервное напряжение уже начинает давить мне на мозг. Аж голова разболелась… сразу видно, что у вас не было занятий по обращению с мыслеканалами. И не говори, что пользовались и все такое. Ты еще профан.

– Отрицать не буду, – согласился я с ней. – А почему скорость снизили?

– Живность приметила. Или ты жрать не хочешь? – с легкой усмешкой спросила девушка, после чего просто исчезла.

Я резко затормозил и начал смотреть по сторонам, но нигде никакой дичи не видел. Да, у нее были высокие технологии, которые позволяли определить что-либо за много километров, но все же я почувствовал себя крайне уязвимым, когда девушка просто так взяла и исчезла. И при этом шума на такой скорости она не издала, вообще никакого! Вот это я понимаю разница в навыках… первый год и четвертый.

– Разводи костер, – сухо поставила задачу по мыслеканалу девушка, после чего добавила: – У нас тут много еды будет… запасем впрок. А еще… днем костер не видно, так что сможем спокойно все сделать.

– А как быть с дымом? – слегка нахмурился я, начав ногами распинывать траву и листву на маленькой полянке, примерно три на три метра, что даже не просвечивалась светом из-за пышных крон деревьев.

– Надеюсь не заметят, – с легкой нервной ноткой ответила она. – Черт… тяжелые у вас тут зверюшки… вроде как у нас в мирах… а отожрались-то как… через три минуты буду.

Новость, что она нашла нам поесть, довольно радостная, так как мы впопыхах вообще ничего с собой не взяли из дома… вот только мясо будет не соленым, не перчен… в общем – пресным. Ну да ладно, всяко лучше той бурды, что дают на космических кораблях. Да и питательнее будет.

Костер я, конечно, разжечь не успел. Зато место под него приготовить смог. А что еще ожидать от человека, у которого до сих пор одна рука немного не функционирует? Правильно, ничего такого, я пока калека. Хотя система говорит, что уже завтра я смогу пользоваться обеими руками. Странно… казалось, времени больше должно было уйти.

– Даже огонёк не смог сделать? – усмехнулась девушка, выходя из-за дерева, неся на плечах какое-то парнокопытное, которое я, честно говоря, видел впервые.

Огромные, просто гигантские рога украшали его голову, было три пары ног, при это две пары сзади около таза, видимо для более мощного толчка. Так же у этой живности было три глаза, один глаз располагался точно в центре головы, два глаза по сторонам. Интересно, это получается, что зрение сразу двух типов? Хотя какая уже разница? Зверюшку это явно не спасло, а у нас теперь есть не хилый запас еды.

Сказав мне караулить, девушка быстро сгребла ближайший хворост, с помощью своих способностей разожгла костер, а потом начала заниматься свежеванием тушки, причем весьма умело. Не знаю, обучают ли этому на каком-то году обучения в Академии, но выглядело это несколько жутко, так как к такому я простонапросто не привык. Задавать вопросы, я, конечно, не стал.

Мысли мои все равно были с Линой, я реально переживал за то, что что-то могло произойти с ней. Стрельба не единственный фактор, который может быть показателем того, что их взяли в плен. А потом меня осенило. Я же ставил на нее маркер. Где карта?! Вот она… и так… смотрим… ищем… вот она! В больнице, в городке. Слава богам, вот теперь точно можно успокоиться.

– А я-то думала, что у меня голова опять болеть начала, – в голос усмехнулась девушка. – Удостоверился, что с твоей пассией все хорошо?

Последние слова она сказала то ли с каким-то злорадством, то ли с каким-то ехидством… а может, с завистью. Я никогда не понимал этих женских тонкостей, все же я аристократ, обычно они передо мной всегда сами стелились, предлагали всякое разное, иногда не особо приличное… а тут… плевать. Даже не буду думать о том, что сейчас у Алисы в голове! Я сейчас должен быть сосредоточен на том, что мы одним, а врагов множество и они могут нас преследовать.

Буквально через двадцать минут, используя лишь одни подручные средства, девушка начала жарить мясо. Запах был восхитительный! Возможно, я уже просто соскучился по нормальной еде… но факт, запах был просто изумительный.

Достав походный набор для приема пищи из какого-то скрытого в броне отсека, девушка разложила тарелку и начала складывать туда не особо большие ломти мяса. Когда тарелка заполнилась, она тут же сунула ее мне под нос со строгим взглядом, словно мама… «Не съешь, из стола не встанешь!»

Я лишь улыбнулся, это повеяло какой-то давно забытой заботой. Приняв тарелку из рук девушки, я уселся на пятую точку, одной рукой есть стоя как-то неудобно, положил тарелку рядом с собой и начал есть. Правда теперь я не караулил, а просто нагло жрал… но да ладно, думаю, у Алисы хватит скорости и внимания, чтобы противостоять противнику, особенно учитывая тот факт, что она целиком так свою броню и не деактивировала.

Когда я управился со своей порцией, а мясо оказалось пресным, зато очень сытным, я вытер руку о штанину, больше просто ничего не было рядом, отец бы за такое меня убил, и снова стал караулить, активировав свое плазменное копье. Заряда было крайне мало, надо срочно что-то придумывать, чтобы пополнить боезапас, но у нас не было возможности это сделать, так как пришлось бы искать довольно мощный источник энергии… жаль, в доме генератор был слабоват, не вытянул бы.

– Броню бы тебе хоть какую-то, – начав уплетать свою порцию, смерила меня взглядом девушка, играя в руках ножиком. – А то любой выстрел, и тебя можно вывести из строя… надо было задержаться и обобрать тех нападавших, у них довольно неплохие были экземпляры защиты. С моей, конечно, не сравнятся, но все же лучше, чем ничего. А еще твоя одежда откровенно дерьмово выглядит, словно тебя кто-то избил, потом обокрал, а потом снова избил. При этом спустили вниз с какого-то склона.

– Лучше выглядеть хреново, но зато быть живым, – изрек я на манер философов, что изрядно рассмешило девушку, а когда она успокоилась, то спокойно сказал: – Была у меня броня. Да вот только в той деревне разрушенной осталась. Никто не ожидал, что эти твари среди ночи на нас нападут… там была такая мясорубка, что пришлось срочно делать ноги. Да и если бы не Лина… я бы вообще не смог оттуда свалить.

– А если бы не деревенские, то ты бы сдох в канаве, – вздохнула девушка. – Поздно уже думать о том, что случилось. Думай о том, что может случиться. Во-первых, противник нас может преследовать. Следов, конечно, мы мало оставили… но вот если у них есть специальные ищейки, то на наш след они встанут точно, а в их наличии у них я не сомневаюсь. Во-вторых, нужно придумать, как небольшой запас еды с собой утащить. В крипторе еду хранить нельзя, она там… в общем не надо, поверь на слово. По карманам тоже не расфасовать… в общем, тут у нас тоже дела нисколько не лучше, а каждый раз останавливаться и искать еду… много времени уйдет.

– А если на остановках для отдыха это делать? – повернулся я к Алисе в пол-оборота, приподняв одну бровь. – Я, в общем-то, привык не жрать сутками. Могу потерпеть. А стоянки для отдыха мы точно делать будем, как ни крути, мы с тобой не железные.

– Твоя правда… – медленно кивнула девушка. – Тогда предлагаю сделать перерыв часика на три. А то на тебе места живого нет, видно, что выдохся.

– Ну простите, – развел я рукой, заранее деактивировав свое плазменное копье, после чего снова плюхнулся на землю. – Все же я только первый год обучаюсь, несколько не привык к такому…

– Привыкай сейчас, потом проще будет, – словно кого-то процитировала девушка, поднявшись на ноги, после чего взяла тушу мертвой животинки и отнесла куда-то подальше, вернулась она только спустя пятнадцать минут. – Надо будет замести следы, что я тут что-то делала… хотя может и на зверье сойти. Ладно, отдыхай пока… я могу спокойно на энергетической подпитке пятеро суток не спать, а вот у тебя таких запасов точно нет, да и управлять ты ими не умеешь.

– Все-то ты знаешь, – фыркнул я, снимая с себя верхнюю часть своего костюма, аккуратно складывая, после чего положил его себе под голову.

Вырубился я моментально, сказалась усталость от нескончаемой беготни. Но меня Алиса также быстро выдернула из плена снов, в которые я толком не успел провалиться. Прошло еще три часа и судя по выражению лица девушки, а там была смесь тревоги и напряжения, нам явно надо было спешить.

Мышцы затекли, чувствовал я себя как-то разбито, хотелось еще поспать… но надо было как-то привести себя в чувство. Сделав быструю разминку, предварительно нацепив на себя верхнюю часть одежды, пока Молния заметала следы, я хоть как-то взбодрился, после чего опять начался дикий марафон.

Тридцать минут мы неслись буквально сломя голову, я даже пару раз обо что-то споткнулся, покувыркался, но каким-то чудом снова оказывался на ногах и продолжал эту безумную беготню. Рука болела… пульсировала в месте слома. Организм по всей видимости банально жаловался на то, что не даю ему покоя и времени на восстановление. Но это были мелочи… ибо кроме как близкой опасности ничто не могло так растревожить Алису.

Потом мы стали бежать несколько медленнее, я просто банально не успевал за девушкой в высокотехнологичной броне. Сто процентов, у нее были какие-то сервоприводы, которые позволяли ей так спокойно держать набранный темп… а вот я передвигался на своих двоих… хотя система зарегистрировала прогресс в развитии плотности мышц, что меня приятно порадовало. Теперь там красовался плюсик!

Улучшение плотности мышц – 3+ из пяти уровней. Достигнуто первое разграничение по скорости. Системное уведомление о достижении не прочтено. Началась естественная эволюция мышечной ткани. Прогресс 22 %.

Отведя всю информацию на край взгляда, я все же решил почитать, что там за системное уведомление такое, что так не давало мне покоя.

Первое разграничение по скорости. Повышает естественный предел организма, что позволяет определенным группам мышц поглощать больше поступающей энергии, принуждая мышцы быстрее сокращаться, а в ходе движения совершать более мощные толчки. В настоящий момент максимальная зарегистрированная скорость передвижения организма составляет 52 километра в час, или 32,31 мили в час. ВНИМАНИЕ! При поддержании организма в постоянном тонусе возможно энергетическое голодание мышечных тканей, случайные судороги, отказ отдельных групп мышц.

Я аж немного присвистнул, о чем пожалел через некоторое время, так как сбил дыхание. Получается… я сейчас бежал примерно на четверть быстрее обычного человека, довольно неплохая скорость… вот только, как показала практика и предупредила система, я такую скорость поддерживать не смогу. Сдохну, в переносном смысле. И Алиса это понимает и снизила скорость бега до пятнадцати миль в час.

– Из-за чего мы так ускорились? – уточнил я у девушки, когда наша скорость спала и моя голова стала свободна от мыслей по типу «я сейчас сдохну, если оно так и будет продолжаться».

– Моя система умудрилась поймать радиосигнал преследователей… – с опаской говорила девушка. – Они вышли на наш след, что меня не удивило. Вот только были они примерно в пяти километрах от нас, а это довольно близко. Сейчас мы дистанцию разорвали, где-то пятнадцать километров теперь… вот только они идут точно по нашему следу, если верить спутникам.

– А со мной ты не хочешь их дислокацией поделиться? – с легким возмущением сказал я, после чего на моей карте появилось несколько красных меток.

Отдав мысленную команду, карта приблизилась и переключилась на картинку в реальном времени. Реально сейчас там шла группа из пятнадцати человек, которая двигалась ровно так же, как и пролегал наш маршрут. Это было крайне хреново, просто очень хреново… значит, враг может понять наше направление. Надо что-то предпринять…

– Предлагаю организовать засаду, – с ходу сказал я девушке, понимая, насколько безумной может казаться эта идея, но я уповал на внезапность и на силу Алисы.

– Боеприпасы тратить не хочется… – с тяжестью сказала девушка, начав замедляться, пока полностью не остановилась. – Но ты прав, мы от них сейчас не отделаемся, а лес уже скоро закончится… можем потерять возможность застать их врасплох. У тебя сколько выстрелов осталось?

– Пять, – посмотрел я на заряд энергии своего плазменного копья. Возникло ощущение, что запас со временем сам пополнился… или мне так просто показалось?

– Тогда за тобой будут все те, кто пойдет в передовой части группы преследователей, – начала с ходу придумывать план действий Молния. – Я же возьму на себя остальных. Надеюсь, твоя система прицеливания нас не подведет, и ты сможешь за короткий промежуток покончить с несколькими противниками.

– У меня есть еще одна граната с собой, – честно признался я, доставая ее из кармана. – Я метнуть все равно не смогу, так что держи, тебе будет явно удобнее это сделать… плюс, проверено, если бросить гранату, противника это хорошо так выбьет из колеи.

– Когда проверить-то успел? – усмехнулась девушка. – В Академии, что ли, на так называемых тактических занятиях?

– На них самых, – кивнул я. – В любом случае забирай, даже если идея бредовая. Граната как раз наступательная, осколки не особо далеко полетят.

Взяв из моих рук гранату, Алиса осмотрела окрестности и пришла к неутешительному выводу: устраивать тут засаду смерти подобно. В принципе я с ней был согласен, не было никаких ям или впадин, не было возвышенностей, не было поваленных деревьев или густых кустов… в общем вокруг просто лесная гладь.

Минут десять мы в легком беге продолжали исследовать окрестности, пока не нашли просто идеальную местность. Ну как идеальную, по крайней мере можно было спрятаться, вот только я все равно подозревал, что противник нас обнаружит… по крайней мере меня. По запаху. Даже я сам чувствовал, как «благоухал».

Местность представляла собой небольшой пролесок из трех поваленных друг на друга дерева, оврага, довольно крутого, а за ним возвышенности. Было принято, что я буду маскироваться на возвышенности, а Молния, так как у ее брони есть стелс-система, будет за деревьями в овраге. Вот только двигаться ей будет нельзя, да и мне в принципе тоже.

Минуты три я потратил на то, чтобы сначала спуститься в овраг, где протекал мелкий, едва заметный ручей, который и подпитывал местную флору, а потом, чтобы взобраться наверх. Вид открывался просто отличный, даже если смотреть из положения лежа. Своими глазами Алису я уже не видел, а вот на карте ее маркер отображался ровно там, где она и должна была находиться.

– Смотри, план немного изменяем, – довольно спокойно начала транслировать мне мысли девушка. – Поступим все же по-твоему, деревья и склон меня защитят. Я бросаю гранату, в этот момент противник уже понимает, что что-то не так, ты открываешь по ним огонь, желательно сразу поражая и тех, что спереди, а также тех, что сзади… А там сделает свое дело граната, и в бой вступлю я. Думаю, потратим не больше десяти секунд.

– Вот только они к нам придут не ранее чем через десять минут, – с легким недовольством высказался я, смотря на карту со спутника. – И их стало немного больше… двадцать два человека. Похоже, группы объединяются со временем.

– Значит, мы верно сделали, что сейчас решили организовать засаду… черт… они растянулись почти на пятьдесят метров… – в последних мыслях чувствовалась досада. – Ладно, не с таким разбирались. Если что, план тот же, сам в бой не суйся, меня они все равно толком пробить не смогут.

– Сколько же тут насекомых… – даже в мыслях прорычал я, что вызвало дикий смех у Алисы.

– Терпи, солдат, еще не такое придется выдерживать. И лежи тихо. Все же враг не так далеко…

Глава 14

Противник, как и ожидалось, появился через десять с небольшим минут. Шли двадцать восемь человек на удалении сорока трёх метров от первого до последнего, система выделила фреймами всех, причём сразу, безошибочно полагая, что это наш враг.

Общались они тихо, но каким-то чудом Алиса с помощью системы транслировала мне их речь. Вот только я всё равно её ни хрена не понимал. Да и плевать было как-то, хотя, с точки зрения разведки, было бы полезно узнать, о чём они там треплются.

– Знаком язык? – уточнила в мыслеканале девушка, не выдавая никакой тревожности в своём голосе.

– Нет, – ответил я ей так же спокойно, хотя на самом деле я себя спокойно не чувствовал, ибо… когда выстрелю, буду практически как на открытой ладони, причём по трассеру от моего снаряда, который пропадает лишь спустя пару долей секунды, меня будет вычислить проще простого.

– Жаль, – с лёгкой досадой подметила девушка. – Твоя база данных тоже выдала скудные данные для расшифровки… надо их хотя бы минут десять послушать… но времени нет. Готовься. Как увидишь гранату, сразу вылезай и отстреливай самых передних и самых крайних… с остальными разберусь я.

Пришлось слегка приподнять голову, чтобы место, где пряталась девушка, было мне видно, надеюсь, меня не будет видно с расстояния около ста метров… иначе потерпим фиаско. Уже треть колонны прошла… половина… ну же… ну же… вот она!

Отдал мысленную команду для своего оружия через систему стрелять только по трём передним и двум последним целям, после чего приподнялся на одно колено, чем выдал себя, но уже не важно, противник переполошился от гранаты, и я просто провёл рукой вдоль всех фреймов. Система с оружием отработала как надо, было произведено ровно пять выстрелов с задержкой на центр строя. В это же мгновение рванула граната, которая скосила ещё семерых, но двое из них были ещё живы.

Тут же выскочила Алиса, сняв с себя маскировку, открылся неразборчивый огонь, противник просто не понимал, куда именно надо стрелять, так как девушка металась просто на огромной скорости. Три двойных выстрела, у тринадцатой цели оторвалась рука и оказалась прострелена голова. Два скачка, ещё два двойных выстрела – человеку просто разорвало в клочья грудную клетку. Три скачка, удар с приклада – даже на таком расстоянии я услышал, как у противника хрустнула то ли челюсть, то ли шея, но фрейм его тут же погас, признаков жизни не было.

Пятеро врагов скопились одной кучкой, стали стрелять по Молнии, та прикрылась рукой, попыталась стрелять в ответ, но, по всей видимости, у неё заклинило оружие. Вот теперь я, наконец, почувствовал, как она ощущала мои эмоции, такого спектра раздражения я не чувствовал лично никогда, но даже мне захотелось врезать тем уродам, из-за которых это произошло. На короткий миг тело Алисы покрылось тысячами маленьких искорок, которые исходили от неё и сливались в одну ровно перед ней. Когда последний огонёк вытянулся синей дугой и соприкоснулся с синим шаром, прозвучал мощнейший грохот. Всё произошло буквально за два мгновения, меньше чем за секунду времени. Вот стояли люди, а через секунду от них остались только обугленные тела.

В следующее мгновение Алиса ударом кулака сбила магазин из своего автомата, выругалась, причём очень громко, после чего закинула его в свой криптор, достала клинок и начала носиться ещё быстрее. Три прыжка, один удар, и врага буквально разрезало на две половинки в районе живота, даже броня не спасла его, а дерево, что стояло позади него, также оказалось переломленным. Под треск падающего дерева Алиса переместилась ещё на десяток метров, пронзила насквозь стреляющего почти в упор противника, которому так и не повезло пробить её броню. Минус двадцать второй. Немного повертевшись, Молния сильно выругалась, противник отступал, но я всё ещё их видел, так что сразу послал координаты девушке. По мыслеканалу я почувствовал её снисходительную благодарность, даже без слов было понятно, но я всё же решил не оставаться в стороне.

У меня ещё был пистолет, я мог хоть что-то сделать, так что я встал в полный рост, быстро перебежал за ближайшее дерево, деактивировал своё плазменное копьё, после чего достал из кобуры моё запасное оружие. Высунув буквально только четверть корпуса, я открыл огонь, выделив целью самого дальнего противника, дистанция между нами была всего двести метров, был шанс попасть. И я попал, с третьего патрона в магазине прострелил человеку незащищенное сбоку колено, из-за чего тот с воплем рухнул на землю и схватился за ногу, что-то вереща. Я тут же переключился на вторую убегающую цель, сделал ещё три выстрела, потом ещё два и выругался, так как получилось попасть только в защищённый броней бицепс. Противник, конечно, отшатнулся, сбил свой темп… но этого было мало.

Спрятавшись за стволом дерева, я неуклюже взял пистолет сломанной рукой, благо кисть работала, начал вытаскивать магазин, уже начал вставлять новый, как со стороны убегающего врага послышались истошные вопли. Я выглянул лишь на миг, удивился тому, что увидел, и снова спрятался. Алиса одного буквально разрубила на две части, забрала его автомат, после чего четырьмя короткими очередями прикончила последних противников. Двадцать пять трупов и трое тяжелораненых противников буквально за пять минут, никогда такого не видел…

– Быстро собираем броню, одеваем тебя и уматываем отсюда! – весьма раздражённо сказала она, тут же начав сдирать с мертвецов элементы брони, чтобы потом я мог экипировать себя. – Я уверена, что за нами сейчас вышлют погоню покрупнее, так что медлить нельзя.

– О раненых не забудь, – напомнил я девушке, после чего раздался один выстрел. – Ясно…

– Всё равно мы их язык не знаем, а возиться времени нет, – словно строгая учительница сказала она, после чего раздалось ещё два выстрела, когда она подошла к двум посечённым осколками гранат противникам. – Ты там где?!

– Рядом, – ответил я уже ей в голос, еле-еле поднимаясь по крутому склону, цепляясь одной свободной рукой за всё, что помогало бы мне облегчить задачу ногам.

Мои сборы прошли несколько дольше, чем вся наша короткая битва. Самое сложное – нацепить нагрудник, так как из-за одной руки было сложно правильно закрепить все элементы. Но, в конечном итоге, мы справились, хорошо, что всё удалось подобрать по размеру, а не как у меня в прошлый раз, да и все элементы были, даже на сломанную правую руку прихватили. Что самое интересное, целиком броня создавала некий скелет, что подтвердила система, а по отдельности элементы брони только отягощали и сковывали.

– Готов? – уже без шлема крутилась вокруг меня Молния, которая помогала мне собраться, периодически вытирая пот со лба.

– Даже больше, чем готов, – улыбнулся я. – Система говорит, что у меня даже грузоподъёмность за счёт брони на двадцать килограммов повысилась.

– Это радует, – кивнула девушка. – А теперь побежали. До цели ещё около ста миль.

– Не мало… – вздохнул я, понимая, что бежать нам ещё около двенадцати часов в том же темпе, которого мы придерживались и до этого.

Но бежать стало реально в разы легче, слух улавливал едва слышимую работу встроенных и скрытых механизмов в броне, так что я запустил сканирование, а также интеграцию её параметров в работу моей системы. Прошла буквально минута, как система разродилась достаточно подробными характеристиками моего нового снаряжения.

Комплект брони № 142 (точного индекса нет, общепринятое название в базе данных не найдено, индекс присвоен исходя из накопленной в базе данных информации о захваченной броне противника).

Степень защищённости в критически важных узлах организма – лёгкая, способна выдержать выстрел автомата с расстояния 100 метров единожды, в крайнем случае дважды.

Степень защищённости основных подвижных узлов организма – очень лёгкая, имеются уязвимые места в районе изгибов, возможно применение модернизации «накладная подвижная броня» для предотвращения ранений в данных местах.

Общая характеристика защищённости – неудовлетворительная, с высокой степенью вероятности боец Академии будет в ней убит или тяжело ранен, возможно ранение с потерей большого количества крови.

Состояние основных узлов брони – удовлетворительное, имеется некритический износ.

Дополнительные параметры – повышение общей грузоподъемности на 20 килограммов; снижение заметности в инфракрасном спектре всех визоров на 23 % за счёт термоизоляционной обивки. Максимальная скорость передвижения из-за особенностей узлов ограничена 35 милями в час.

– Как тебе? – переслал я Алисе данные по моей броне, ожидая хоть какой-то удовлетворительной реакции со стороны девушки.

– Дерьмо, – честно ответила она мне в мыслеканале. – У меня способна выдержать танковый выстрел единожды, но при этом у меня… кости могут не выдержать, но вот в живых останусь. А у тебя автоматный выстрел единожды, причём выстрел из моего автомата эта броня не выдержит. А вот автоматы противника… ну да, может разок спасти. Надо найти тебе броню получше, а то для бойца Академии как-то не солидно.

Дальше мы бежали молча, я полностью погряз в своих мыслях, а Алиса – в своих. Пару раз мы останавливались, девушка приказывала мне прятаться, так как замечала что-то странное, что не замечал я, после чего мы слегка меняли маршрут. По всей видимости, нас пытались обложить, причём делали это весьма успешно, мы даже ещё не выбрались из леса, хотя петляли в нём два с лишним часа.

Когда мы оказались на опушке леса, Молния скинула мне собранные данные по противнику. Вокруг нас их было не меньше трёх сотен бойцов, в честном бою даже у Алисы не было бы шансов выдержать против них, так как даже у её брони есть прочность, а каждый выстрел из обычного автомата эту прочность снижал, сбивая с брони специальные частицы.

– Значит, со временем броня истончается? – уточнил я на всякий случай у девушки этот момент, чтобы самому было понятно.

– Не совсем так, – тут же поправила меня она. – Когда броня деактивирована, криптор собирает из внешней среды, а также из резервов, что скопились за выданные задания, специальные частицы, там какой-то сложный сплав металла. В пространстве, как ты можешь понять, таких частиц практически нет, будет отлично, если за сутки хоть один микрограмм соберёшь, а то и его нет, но на некоторых планетах иногда его найти можно в обилии. Основной источник – задания. Так вот, когда броня деактивирована, она автоматически восстанавливает свою прочность до максимума, но на это тратится энергия, от одного килоджоуля до пары сотен, зависит от степени повреждений и количества вещества, что имеется в запасе. У меня этого запаса почти нет… но, благо, пока и не надо, нет повреждений, чтобы надо было срочно восстанавливать броню. Под конец года ты бы всё равно это узнал, вам по итогу года как раз раздали бы в качестве награды около килограмма вещества. Кому-то больше, кому-то меньше. Лично у меня броня весит уже больше шестидесяти килограммов. Мой тебе совет, формируй сначала замкнутую систему дыхания, надо будет всего полкило.

– Спасибо за пояснение и за совет, – в лёгкой задумчивости сказал я, укладывая в голове всю полученную информацию.

Получается, что и моё плазменное копье состоит из этих частиц умного металла. Если это так, то это где-то должно отображаться, к примеру, как текущий запас АТФ в организме и энергии в накопителе. Кстати… стоит проверить, сколько там сейчас у меня.

Текущий запас АТФ составляет 252 единицы. В настоящий момент из-за повышенных нагрузок организм в малой доле потребляет АТФ. Скорость потребления (с вычетом его регенерации) составляет 3 АТФ в час.

Текущий энергетический запас накопителя составляет 40 килоджоулей из 40 (накопление 1 единицы энергии каждый час приостановлено из-за достигнутого лимита. Необходимо расширение размера накопителя. Смотрите справку).

Текущий запас умных нанометаллов (различные сложные сплавы металлов, способные быстро принимать заданную форму по заданной схеме, кратко – УНМ) составляет 2 килограмма 202 грамма. Зарезервировано для активации неполного (частичного) комплекта защитно-атакующей брони 2 килограмма 202 грамма (плазменное оружие модели ПО-1 «Плазменное копьё»).

Надо будет потом глянуть ради общей эрудиции, какие именно металлы образуют моё оружие, да и вообще, какие именно металлы будут участвовать в создании моей будущей брони. Как говорит мой отец: надо быть уверенным в том, что прикрывает твой тыл. Конечно, он говорит это более грубо, но сам факт… в общем, правильная мысль. А эти параметры надо вывести на главный экран, пускай постоянно глаза мозолят, зато буду знать, что у меня есть в закромах.

Мы приблизились к краю леса, сейчас бежали примерно метрах в пятидесяти от лесополосы, почему именно так, я даже не хотел спрашивать, да и сомнений у меня никаких не возникало. Где-то там, значит, был противник, которого мы сейчас пытаемся обогнуть.

Примерно через двадцать минут, за временем я следил урывками, мы неожиданно свернули на поле. Временами карта местности пропадала, так как терялся сигнал со спутником, но, как я позже выяснил, это Алиса баловалась, точнее взламывала их, чтобы нас не было видно из космоса. Вот только постоянно летающие на определённом от нас расстоянии беспилотники несколько нервировали.

– Скоро нас засекут, – удивительно спокойно проговорила девушка, временами крутя головой в разные стороны. – Так что… надо ускоряться. Используй свои резервы полностью, если что, я поделюсь с тобой энергией. Могу предположить, у тебя сейчас не больше тридцати единиц общего запас в накопителе.

– Сорок, – словно понтанулся, сказал я, показывая ей, что не лыком шит.

– Двенадцать тысяч восемьдесят единиц, – с усмешкой и презрением произнесла она, после чего я почувствовал, как она начала надо мной смеяться. – Но вообще, молодец, обычно первый год заканчивают с тридцатью, а у тебя сорок. Может, тебе дают поблажки, из-за того, что ты – аристократ?

– А может, из-за того, что я вечно в какую-то задницу попадаю, выкручиваюсь, и меня за это поощряют? – парировал я её издёвку, дав семя для размышлений. – Я даже сейчас не удивлюсь, если после моего этого «отпуска» за уничтожение террористической группировки мне дадут какую-нибудь награду.

– Скорее всего, – согласилась со мной девушка. – Я пытаюсь по базам данных найти знаки различия… но их нигде нет. Советую тебе их тоже сохранить и задокументировать все убийства и ранения, совершённые тобой, может, всё же в базе данных самой Академии есть какие-то сведения. Мы пока отрезаны от неё, на твоей планете нет академического ретранслятора.

– Построим, – уверенно сказал я, на самом деле представляя, как это в будущем использовать в своих целях. А потом нам было уже не до общения, мы ускорились достаточно сильно, двадцать миль в час это не малая скорость для человека с пределом в тридцать две мили в час.

Но думать мне это особо не мешало, даже наоборот, мысли отвлекали от того, что я был в крайней степени уставшим и уже достаточно сильно голодным.

Что мне давало наличие на планете ретранслятора академического сигнала? Это возможность создания небольшого лояльного бастиона на моей планете, я смогу условно выйти из-под власти моего брата, дав Академии определённую часть ресурсов, которую я трачу на то, чтобы прокормить зажравшуюся придворную «элиту». Ведь у нас есть не только аристократы, есть ещё и приближенные к ним, близкий круг весьма богатых людей, которые были зависимы от аристо и всячески за своё положение вылизывали своим хозяевам задницы. И я от этого смогу уйти… если мой брат попытается сунуться на планету, где есть маленький гарнизон Академии… это будет означать объявление войны всей Академии разом.

– Приготовься… – с досадой транслировала свои мысли девушка. – Сейчас будет весьма безумный поступок!

– Какой?

– Впереди бронетранспортёр и пяток защитников!

Интерлюдия 7

Гром

Сердце капитана фрегата разрывалось на части, он давно обнаружил, что после вступления его сестры в ряды Академии между ними появилась своеобразная постоянная связь. Она была больше на подсознательном уровне, нельзя её прочувствовать иначе, но она была, Гром был в этом уверен на сто процентов. И сейчас он чувствовал, что его сестра полна переживаний, что она испытывает сильный стресс… без него она была не такой уверенной, часто действовала опрометчиво, что могло ей стоить жизни или здоровья. Но, возможно, проблема была в другом, возможно, проблема была в Войде, к которому его сестра зачем-то мысленно привязалась. Это Гром тоже чувствовал, тут пока не было никакой любви, даже сильной влюблённости, скорее, просто влечение на уровне человеческих инстинктов, которые даже тысячи лет эволюции и несколько улучшений эмоционального контроля не смогли искоренить целиком. Природа – дело такое, из человека её никогда не вырвать, даже если вырвать человека из природы.

Но сейчас было не время думать о семейных переживаниях, фрегат в составе небольшой группы других космических кораблей, где неожиданно корабль Грома сделали флагманским, а его командиром этой группы, направлялся в обозначенную точку для укрепления обороны ещё незанятых противником систем. По получаемым уже сигналам было понятно, что пустотные уже пытаются прорвать оборону, но дредноут, что стоял на страже, сдерживал их натиск, проблема как раз заключалась в том, что он долго разбирался с мелочью, подобиями фрегатов со стороны пришельцев из другой галактики или вообще вселенной.

– Макс, – обратился он к пилоту, что был буквально в десяти метрах от него, ибо мостик был отделён от рубки пилота только металлической невысокой, по талию, перегородкой. – Сколько там примерно времени до прибытия на край звёздной системы Алебрус.

– Датчики сбоят после последней стычки с пиратами… – тяжело вздохнул пилот. – Если верить им сейчас, то два с половиной часа, но я бы дал примерно три часа, плюс минус пятнадцать минут. Просто уже давно в голове прикинул, какой продолжительности коридор между системами и сколько нам ещё лететь. Да и заснуть не даёт, пересчитываю вечно сам…

– Значит, надо будет залететь на пару суток там в доки, проверить нашу ласточку, – вполголоса для себя сделал заметку Гром. – Что по поводу орудий твоего управления?

– Моего? – с лёгкой усмешкой спросил пилот. – Если бы эти бараны из технического отдела своевременно обслужили несколько кинетических установок, то было бы получше… сейчас я бы назвал состояние удовлетворительным. Есть вероятность, что два орудия может заклинить напрочь. И придётся стрелять двумя кинетическими и тремя лазерными, а у нас основная мощь – это кинетика, хочу тебе напомнить. Лазеры у нас стоят уже довольно старые, на два поколения отстаём. Нет желания свою птичку модернизировать?

– Желание есть, только ты сам не видишь, как нас кидает из сектора в сектор? – тяжело вздохнул Гром. – Я даже, наконец, нужную сумму накопил, можно было дополнительные орудия установить, старые вообще заменить, добавить два жилых отсека, расширить десантный отсек, соответственно появилась бы возможность использовать сразу два бронетранспортёра, также обновить двигатели. У нового поколения энергетический обмен лучше.

– Вот только теперь хрен знает, когда получится это сделать, – со злой усмешкой подметил пилот. – Ладно, хрен с ними, прорвёмся, всё равно в нашей эскадрилье у нас самый сильный фрегат, можем даже повыпендриваться.

Пилот говорил это ни разу не натянуто. По сравнению с остальными фрегатами, у которых было по четыре пилотских орудия и по пять орудий отдельного управления, где на каждого приходился отдельный стрелок, у фрегата Грома было семь орудий, управляемых пилотом, шесть кинетических установок, управляемых стрелками, и две, мощнее и больше орудий пилота, лазерные установки. Также на каждом борту имелись системы залпового огня, которые выпускали солидные рои ракет, а боезапас перед вылетом Академия услужливо пополнила до максимума.

Сама же птичка имела следующее расположение орудий: три лазерных орудия пилота стояли точно в носу, ровно под смотровым окном, по бокам, на малом удалении стояли кинетические пушки, все они могли крутиться на пятнадцать градусов в любую сторону, что позволяло доводиться на цели без необходимости разворачивать сам корпус фрегата. Системы залпового огня, как и боезапас к ним, находились на самых верхних уровнях, сами пусковые ячейки базировались в верхнем секторе фрегата, расположены они были в три ряда, всего тридцать штук с каждой стороны. Соответственно за один длинный залп с борта фрегат мог выпустить до тридцати ракет с короткой задержкой, раз в треть секунды вылетало три ракеты. Управляемые стрелками установки находились чуть ниже пусковых, но при этом их расположение было выбрано так, чтобы корабль можно было защищать на все триста шестьдесят градусов, единственные слепые пятна были под «пузом» и над «спиной» фрегата, но это компенсировалось высокой маневренностью. Сами управляемые установки шли последовательно, на первом изгибе вперёд и вбок смотрели кинетические стволы, потом чисто вбок и с лёгким выносом, чтобы можно было стрелять вертикально вверх и вниз относительно корабля, располагались лазерные установки, потом снова кинетические, которые по большей части отвечали за отстрел преследующего противника. Сама форма корабля напоминала хищную с большим размахом крыльев, на которых стояли турели, птицу, у которой основные тяговые двигатели, словно длинные лапы, прикрытые хвостом, находились сзади, ровно в кормовой части корабля.

– Токсин, – вызвал он по мыслеканалу своего заместителя, который, если не спал, постоянно был обязан находиться на связи. – Как там показывает себя молодое пополнение?

– Тебе честно или немного приукрасить? – усмехнулся в ответ Токсин, но тут же почувствовал лёгкую нервозность со стороны своего начальства. – Вот все командиры на моей памяти не любили эту шутку.

– Ибо каждый, кто хочет что-то доложить, блин, хочет в таком роде съязвить. Словно вы покусали друг друга.

– Всё может быть, – с насмешливой интонацией сказал Токсин, после чего начал серьёзно тараторить, вываливая информацию на своего командира, как ушат холодной воды. – Дела обстоят не самым лучшим образом. Уровни подготовки нового пополнения сильно разнятся от группы к группе. Так, с первой по пятую девятку бойцы показывают себя достаточно хорошо, но они и выпустились из Академии около трёх лет назад, успели повоевать. Примерно восемьдесят процентов нам попалось вообще первогодок… с ними вообще всё сложно. Они не криворукие… просто не готовы к новым условиям, всё же привыкли, что они либо сами в Академии всё делали, либо в составе всего потока разом. Тут же… немного иная система взаимодействия выбила их из колеи. Сражаться умеют, но вот чёткого понимания, как действовать в нашей системе, у них нет. С опытом придёт, но горя мы хлебнём из-за этого. Надо внести предложение в систему обучения Академии, чтобы учащихся дробили на подобные группы почаще. Остальные, ещё пять девяток, это второгодки после выпуска. Понимают, осознают, но реального опыта чуть больше, чем у прошлых перечисленных. Резервистами были, ждали своей очереди очень долго. В общем, требуются дополнительные занятия в размере месячных тренировок по разработанному нами курсу. Но у нас этого времени нет, пытаюсь как-то сократить… сколько нам лететь?

– От двух с половиной до трёх часов, там пару суток будем стоять на ремонте, ибо не только наш фрегат нуждается в обслуживании, но и пять штук в нашем звене из девяти, – вывел перед своими глазами справку Гром. – Пока будем на ремонте, нас, скорее всего, припишут к какому-нибудь линкору, который в будущем будем охранять от мелкой гадости.

– Значит, от месячных занятий у меня осталось два дня, – мысль передавалась с тяжёлыми нотками. – Хорошо, хоть до этого десять дней было и пара практических занятий по захвату кораблей пиратов. Тебя, кстати, не напрягло их поведение? Мне кажется, они впервые пытались отступить прежде, чем их начали разносить вдребезги…

– Думаешь, снова появился лидер? – с задумчивостью задал вопрос Гром, на который сам же потом и начал давать ответ. – Даже если так, то мы тут уже ничего не поделаем. Наша задача – выносить пустотных, даже высаживаться редко будем на планеты, там другие подразделения для этого выделили, остатки тех, что охраняли бункеры на планетах системы Гнейзис. По слухам… там Грей.

– Тот самый? – мысленно присвистнул Токсин. – О нем ходит немало легенд. Говорят, он – тоже аристократ, как тот малый, Войд вроде.

– Он – его отец, – усмехнулся Гром. – Но это уже мало значимый фактор. Если он там, я его должен хоть раз встретить, передать ему, что его сын сейчас на своей планете. Скорее всего, опять попал в какую-то передрягу, даже не удивлюсь… я прочитал про их родню и их внутренние разборки… в общем, скорее всего, там Войд сейчас будет выкручиваться, а моя сестра ему помогает.

– Отличный у них отпуск, – усмехнулся Токсин. – Ладно, пойду строить вредную морду, поливать всех новичков грязью и едкими шуточками и гонять, гонять и ещё раз гонять. Надо же свой позывной оправдывать.

Примерный план действий у Грома в голове уже складывался. Сначала необходимо прибыть в будущий пункт постоянной дислокации, к которому будет прикреплена его эскадрилья. По прибытию необходимо непосредственно самостоятельно познакомиться со всеми командирами фрегатов под его началом, ибо он их не знает, они все были из состава вооружённых сил человечества. Дальше, либо раньше, тут как получится, получит назначение и предписание к конкретному более крупному короблю, стать частью его флотилии, второй пункт после ремонта и прохождения контрольного осмотра. Пока корабль будет находиться на приколе в космическом доке, необходимо будет попытаться разыскать Грея, чтобы передать ему необходимую информацию про его сына. Пока план был примерно такой. В это время Токсин должен будет повысить качество боевой подготовки новичков когорты, а другие замы решить вопросы снабжения боеприпасами как самого корабля, так и пехоты в целом, ибо они не бесконечны, а систему обеспечения знать надо.

Посидев ещё минут пять за своим командирским постом, Гром забил в систему несколько основных приказов, которые сразу разошлись в нужные точки. В частности, отдал распоряжения на случай боестолкновения, приказал всем быть в готовности к немедленному занятию своих постов, а также на доставку боеприпасов первой очереди из отсеков хранения в боеукладки самих орудий, чтобы автоматика смогла своевременно осуществить перезарядку. Убирать из этих отсеков боеприпасы предписывало множество инструкций, чтобы избежать случайного детонирования или детонирования по вине обслуживающего персонала.

Дождавшись, когда начнут приходить отчёты автоматики о начале работы персонала, Гром всё же встал и направился в свою каюту. Всё же отдых любому человеку необходим, даже усовершенствованному, как любой боец Академии. Пара часов всё равно дадут глазам и мозгу отдохнуть, и Грому после суток работы это было крайне необходимо. Всё же настроить автоматику между десятком кораблей, у которых разные версии программного обеспечения, то ещё удовольствие, благо, получилось, и командир малой эскадрильи теперь мог отслеживать состояние всех фрегатов разом.

Глава 15

– Ты с ума сошла?! – еле сдержался я, чтобы не крикнуть на неё, но всё же передал свою «речь» по мыслеканалу. – Я бы с радостью подбил этот бронетранспортёр, но у меня нет зарядов, чтобы это сделать, а твой автомат, я более чем уверен, не сможет это сделать!

– А мне и не надо, чтобы бронетранспортёр был уничтожен, – усмехнулась Алиса. – Они не ожидают, что мы сделаем такой отчаянный ход… я хочу захватить его и использовать в своих целях. Если честно, я тоже уже устала бегать, очень, а нам ещё около шестидесяти миль предстоит преодолеть, если ты глянешь на карту.

– Ты – сумасшедшая, – брызнул недовольством я, посмотрев ей в спину, после чего девушка на мгновение повернула корпусом в мою сторону, деактивировала шлем, нагло улыбнулась, а затем снова надела шлем и пропала. – Точно сумасшедшая.

– Жди здесь, – спокойно сказала Молния. – Если буду медленно идти, то мой стелс не спадёт, смогу подобраться к ним вплотную и быстро всех уничтожить. В общем… жди… я пошла. И лучше спрячься где-нибудь в кустах, одинокий боец со сломанной рукой может привлечь ненужное внимание.

Один раз я успел сомкнуть и разомкнуть веки, как девушка исчезла. Только очень чуткий слух мог вычислить её местонахождение, ибо она издавала звуки… но минимальные, шелест листвы под ногами, да и всё. Я же сразу начал искать взглядом, где именно можно было спрятаться. Тот факт, что мы шли среди поля, на котором почти ни хрена не было, весьма плачевно сказывался на поиске кустов, так что пришлось немного походить, пока я не заметил впадину метров в пять с весьма крутым спуском, в глубине которой был густой кустарник.

Буквально съехав туда на пятой точке, благо броня позволяла это сделать, я залетел в кусты и затаился, прислушиваясь к окружающему меня миру. Открыв карту, я нашёл маркер Алисы, который медленно перемещался в сторону какой-то просёлочной дороги. Как оказалось, со спутников получилось рассмотреть, там был довольно старый гусеничный бронетранспортёр, система тут же определила его модель как «НПБ-одиннадцать», сразу расшифровав как «наземный пехотный бронетранспортёр одиннадцатой модели».

Тут же в базе данных я нашёл подробные характеристики этой машинки и слегка присвистнул. Начнём с самого интересного. У бронетранспортёра была спаренная башенная установка с независимой и автоматической боеукладкой калибром тридцать два миллиметра каждая. Работало это орудие из рук оператора, который находился в защищённой капсуле. Общий боезапас составлял двести шестьдесят снарядов, а в барабанном механизме было по десять снарядов на каждое орудие. Бронирование оставляло желать лучшего, тяжёлые пулеметы может выдержать, но не долго, автоматы, даже автомат Алисы, этой машинке безразличен, не почувствует. Соответственно, пушечный выстрел сразу нанесёт ощутимые повреждения этой машинке, так что придётся этого остерегаться. Шасси, как и говорил, гусеничное, не такое проходимое как на основе гравитационной тяги, но по сравнению с колёсным куда лучше. Запас хода составлял около пяти сотен миль, это при самом лучшем варианте, максимальная скорость шестьдесят миль по трассе и сорок миль по бездорожью, гусеница сильно ограничивала скорость, гравитационные быстрее, да и колёсные тоже. Имелись места под водителя, стрелка основного орудия, радиста-стрелка, который управлял пулеметом с водительской стороны, стрелка для тыльного пулемета и десять мест для пехоты.

Пока я зачитывался, Молния уже успела подобраться к той пятерке почти вплотную, но тут неожиданно на карте появилось восемь точек, а не семь. Из-за этого девушка помедлила, отметила маркером каждую цель и начала со скоростью улитки обходить противника по часовой стрелке. Через минуту появился ещё один маркер, потом ещё два спустя полторы минуты, а потом ещё три. Почти полный десант, скорее всего, неполный экипаж, но была вероятность, что кто-то просто ещё был в самой машине, о чём я поспешил сообщить своей напарнице.

– Молодец! – усмехнулась мысленно девушка. – Тест на очевидность ты прошёл! Тебе присвоено звание – капитан! Я и без тебя это прекрасно понимаю! Не мешай!

Я пожал плечами, но ничего отвечать не стал. Раз она сама догадалась, то молодец, может медальку взять. И почему у меня всё ещё есть это внутреннее раздражение? А ну да, у меня всё-таки голубая кровь, которая повлияла на моё воспитание. Я хоть и воспитывался в «нормальных» условиях, где мне пытались привить терпимость к низшим по статусу людям, но всё же до конца это сделать не удалось, да и в отце иногда это прослеживалось, просто с годами он научился лучше себя контролировать.

Раздался хлопок, донёсся приглушенный крик агонии, потом послышалась первая очередь, вторая, третья и после этого мощнейшее громыхание. Похоже, девушка пустила в ход свои способности… вот только гром среди ясного дня могут воспринять не так, могут понять, что пошло что-то не так.

Девушка не подавала никаких сигналов, но и маркеров не осталось, она просто разобралась с противником за пару мгновений, после чего затихла. Я решил не медлить, ведь промедление увеличивает шансы того, что нас найдут… да и с трупами что-то делать надо будет, ведь оставлять их лежать на земле крайне нелогично.

Выбраться из впадины оказалось куда труднее, чем я рассчитывал. Если бы не острые зацепы на ботинках, не получилось бы мне этого сделать, банально я бы просто проскальзывал и скатывался обратно на дно. Оказавшись снаружи, я быстро помотал головой, чтобы оценить обстановку, и пришёл к неутешительному выводу.

– Нас засекли! – передал я по мыслеканалу. – Отправляю маркеры новых целей!

Примерно в сотне метров от меня бежала группа из десяти человек, все они уже были с оружием на изготовку, им оставалось только рассредоточиться и начать вести огонь. Я это сразу сообщил Алисе, которая мне не ответила, но выдвинулась в мою сторону. Примерно на полпути между мной и бронетранспортёром снова раздался раскат грома, девять из десяти маркеров тут же потухли, а последний исчез через десять секунд, как девушка до него добралась.

– Бегом к НПБ! – с тревогой и злостью передала она, сама на огромной скорости метнувшись в сторону транспорта. – Я уверена, это не единственная группа противника.

Я также не стал отвечать, это было просто незачем. Рванув с места на максимально доступной мне скорости, благо броня позволяла, я попытался быстро добраться до машины. Полоска с количеством АТФ тут же выделилась, снова обозначилось, что у меня пошла медленная трата этого драгоценного вещества.

Буквально за полминуты я добрался до бронетранспортёра, внутри которого, придерживая дверцу открытой, стояла Молния. Я залетел, даже не успев нормально затормозить, из-за чего пришлось подставлять левый бок, чтобы не травмировать никак не заживающую правую руку.

– Тормоза отказали? – насмешливым тоном вслух спросила девушка, после чего захлопнула дверцу и стала заводить двигатель транспорта, прыгнув на водительское кресло. – Понимаю, что ты хрен нормально будешь справляться, но на тебе башенная установка. Водить ты точно нормально со своей рукой не сможешь.

Я на всякий случай глянул на статус моего перелома. Оставалось меньше суток рекомендуемого времени, точнее – пятнадцать часов и двадцать три минуты. Конечно, при уточнении у системы она выдавала, что можно снять гипс… но не рекомендовала это делать, так как высок риск повторного перелома. Но всё же у меня была идея, как его избежать, а именно, просто нацепить броню поверх руки, ведь, по сути, та имела внутренний каркас, который принимал на себя большую часть нагрузки.

– Пока не поехали, – обратился я к Алисе, – помоги мне, пожалуйста.

Девушка развернулась ко мне лицом, хотела что-то сказать, но, когда увидела, что я начал расстёгивать крепления моего гипса, она быстро подскочила ко мне и помогла его окончательно снять. Во всей руке чувствовалась слабость, на подсознательном уровне я старался шевелить ей крайне осторожно, боль чувствовалась в месте перелома, ведь мышцы всё ещё были воспалены.

Достав из импровизированной сумки оставшиеся элементы брони, Алиса тут же быстро, но при этом очень осторожно нацепила их на меня. Система тут же отреагировала на это, амулет каким-то образом подключился ко всем системам брони, и перед моими глазами выскочила интересная надпись:

Обнаружен замкнутый контур питания. Активирован полный комплект брони № 142, начата процедура подгонки, перенастройки внутреннего каркаса с целью обеспечения максимальной комфортности и защищённости. Обнаружена возможность модификации брони, в частности, укрепление наиболее уязвимых мест.

Хлопнув пару раз удивлённо глазами, я отправил этот текст по мыслеканалу Алисе, чтобы она тоже ознакомилась с ним. Отвечать она мне ничего не стала, лишь показала большой палец. Спустя буквально мгновение бронетранспортёр тронулся с места, пару раз на что-то наехав, а я даже представлял на что именно. Стало немного не по себе.

В это же мгновение внутри комплекта брони что-то начало двигаться, было как-то не по себе. Мыслями я понимал, что она лишь окончательно подгоняется под моё телосложение, но всё же где-то внутри меня ощущалось беспокойство. Прочитав справку, а как вообще так, почему этого не произошло раньше, система ответила, что для активации данной процедуры было необходимо замкнуть контур питания. В данный момент источником энергии стал накопитель в моем амулете, который каким-то образом смог подключиться к броне. В опущенной маске тут же заиграли какие-то символы, которые система спустя мгновения начала переводить. Это был тактический шлем с внутренним ВИ, прогнозирующим действия противника. Получив всю нужную информацию, моя система тут же зарегистрировала и вшила в свой контур несколько новых подпрограмм, после чего я ими поделился с Молнией.

– Откуда? – удивлённо спросила она. – Не говори, что из брони.

– Из неё самой, – усмехнулся я. – Оказывается, тут должен был где-то располагаться блок питания, который запиты-вал всю броню, но он сдох. Можно было и без него действовать, просто отключалась электроника брони. А тут целый кладезь полезных знаний! Кстати, теперь мы знаем их язык. Это оказывается не просто наёмники, а условно легальная военная компания, которая довольно часто переступала букву закона. Они… вообще не с территорий кланов, беженцы, которые решили вернуться.

– Теперь понятно… – задумчиво ответила Алиса. – Пробей в базе данных, сколько их вообще тут, если там такая есть.

– Ни хрена тут нет, – с досадой ответил я. – Последний приказ, что сохранён в базе данных, как раз говорил вырубить питающие элементы, общаться с помощью других средств… в общем, не хотели, чтобы их засекли.

– Ясно, – сухо ответила девушка, активно крутя головой в разные стороны. – Ты давай садись за установку, а то вдруг противник на горизонте появится.

Глазами найдя нужную ячейку, я пересел туда. Подгонка завершилась очень быстро, внутренняя мягкая подбивка весьма удобно стала облегать моё тело, а правую сломанную руку, благодаря системе, как я понял, зажало чуть сильнее. Внутри ячейки была подвижная платформа, которая вращалась на триста шестьдесят градусов, соответственно кресло оператора, которое вращалось вместе с платформой, несколько экранов, прикрепленных специальным механизмом к креслу, два спереди и по одному с каждого бока и два рычага с кнопками на них. Всё максимально функционально и понятно. Движениями рычагов влево-вправо двигалась платформа в соответствующую сторону, а движениями к себе и от себя двигались башенные пушки, вверх и вниз соответственно. Пару раз попробовав, чтобы освоиться, я покрутил башней, посмотрел в разные стороны и весьма довольный устроился в кресле поудобнее.

На самих экранах была карта, которая строилась на основе получаемой с датчиков информации, запас боеприпасов в барабане каждого орудия, обозначение режима, в котором работали камеры снаружи, точка наведения пушек, указатель сторон света на основе внутреннего компаса и всё. Как переключить камеры на другой режим работы, я разбирался минут пять, а система предательски молчала. В итоге под экранами оказалась ещё и панель управления, которая как раз отвечала за настройку экранов. Найдя нужный тумблер, я пощёлкал им, чтобы понять, какие у меня есть возможности, и удовлетворённый вернул всё на свои места, включив режим тепловизоров, с тактической подсветкой контуров живых существ. Всего было три режима работы: обычный, ночной и инфракрасный.

Первый час мы ехали вполне спокойно, пару раз поле сменялось небольшим лесом, но не более того. Противника вокруг не наблюдалось, но Молния несколько раз меняла маршрут, настойчиво что-то обходя. В конечном итоге мы заехали на какую-то лесную дорогу, проехали внутри леса где-то с милю, после чего встали.

– Вылезай, – встала с кресла водителя девушка и потянулась, видимо, оно было не таким удобным, как моё. – Зарядим твоё оружие да поедим. Тут должен был где-то запас еды… я, когда в первый раз залезла, видела.

Как я только приподнял свою пятую точку с кресла, все экраны тут же поднялись наверх, освобождая мне проход. Пока я вылезал из ячейки, Молния уже успела открыть дверь и вылезти наружу, где я её застал со снятым шлемом, упёртыми руками в бока и широкой улыбкой на лице.

– Эх, вот бы всегда так было тихо! – вслух с огромным удовольствием сказала она, ещё раз потянувшись. – Всегда в детстве любила лесные походы с братом. Палаточный лагерь, дикая природа, свежий воздух… и никто не отвлекает! Красота! Жаль, что сейчас у нас не так много времени, чтобы развеяться. По нашим следам точно пойдут, я уверена, у нас есть где-то час времени. Плюс-минус пятнадцать минут. Так что не будем медлить.

Я только кивнул. Девушка буквально ещё мгновение постояла на месте, после чего направилась в сторону носа машины, где с помощью нескольких махинаций сняла какую-то боковую панель. Там сразу был двигатель и генератор к нему, работали они максимально тихо, что удивляло меня, обычно двигатели на жидком топливе работают куда громче из-за эффекта сгорания… а тут такая тишина.

Активировав сначала своё плазменное копьё, которое, как оказалось, весит лишь один килограмм и шестьсот граммов, я высвободил из внутреннего пространства криптора заряжающее устройство, которое забирало весь остаток умного металла. Быстро подключив заряжающее устройство к генератору, я снял с себя плазменное копьё и вставил его в соответствующую ячейку, после чего оба предмета загорелись ядовито-зелёным переливающимся цветом.

Начался процесс зарядки оружия «Плазменное копьё». Скорость зарядки составляет 1,5 % в минуту.

Быстро прикинув в голове, сколько я успею зарядить, я остался удовлетворён результатом. Будет примерно тридцать два выстрела плазменным копьём, а это весьма неплохо, с учётом того, что оно пробивает спокойно бронетранспортёр. А может, и танк пробьёт, этого мы ещё не пробовали.

– Стой тут, я пойду, схожу, поесть возьму, – сделала шаг в сторону девушка, после чего на мгновение задержалась, снова повернулась в мою сторону и всучила мне в руки свой автомат. – Держи, всяко лучше твоей ковырялки, которая у тебя сейчас есть. Когда вернусь, отдашь назад. И даже не пытайся считать его характеристики, остус Войд, я-то могу их считать, так как хозяйка оружия, а не была бы им, не смогла бы, а у меня звание цестус.

– Прелегус нужен, чтобы считать информацию?.. – спросил я уже у самого себя, так как девушка мигом юркнула обратно в бронетранспортёр.

Вернулась она из него уже с двумя банками свеженькой тушёнки, которая производилась у меня на планете, а также с двумя литрами воды. Умяли мы всё это стоя, слегка разогрев тушёнку на горячем двигателе. Прошло буквально минут пятнадцать, как мы остановились, и уже оба дружно начали говорить о том, что здорово было бы просто так отдохнуть.

– Было бы неплохо, – согласилась с мечтательным выражением лица девушка. – Вот только сначала нужно дела доделать, потом, я тебя уверяю, можно будет хорошенько так отдохнуть. А сейчас патрулируем, оружие держим наготове, так как я оценивала ситуацию, только исходя из имеющихся данных. Если нападут, то сразу хватаешь своё копьё и прыгаешь в бронетранспортер, закрывая за собой дверь. Дальше садишься за пушки и отстреливаешь противника из них. Понятно?

– Так точно! – с лёгкой улыбкой и бодрым и весёлым голосом ответил я.

– Я сейчас серьёзно, Войд… – снисходительно сказала она, посмотрев на меня уставшим, но серьёзным взглядом. – Я тут тебе помогаю предотвратить государственный переворот на планете, то есть твою смерть или захват в плен… а ты смеешься.

– Да понял я, понял, – хмуро ответил я. – Только настроение улучшилось, как ты его опять сбила.

– Ну простите, мы немножко так на войне.

Глава 16

– Твари! А-а-а-а! – орал я, надрывая глотку, нажимая сначала на кнопку стрельбы одной пушки, а когда та уходила на перезарядку, то на копку от другой пушки. – Сдохните, твари поганые!

Всё же нам удалось простоять целый час времени, хотелось бы и дольше, но Алиса засекла какое-то движение, из-за чего мы очень быстро свернули наш маленький лагерь и понеслись прочь. Моё оружие успело зарядиться на добрый восемьдесят один процент, что сулило нехилую перестрелку и море трупов со стороны противника. Но пока до этого дело не дошло.

Сейчас же мы летели на всех порах по полю, даже не по дороге, так как Алиса просто наобум выбирала, как и куда ехать. Времени думать нам просто не оставляли, мы действовали исходя из сложившейся ситуации.

Сперва над нами показалась тройка полностью автономных и весьма распространенных в вооружённых силах нашего клана беспилотников. Не удивлюсь, если это мой троюродный братец снабдил их этими птичками, так как они производились только у нас и нигде больше, а на экспорт мы их не поставляли. Я эти самолетики знал, как облупленные, знал, как они маневрируют, знал их слабые и сильные стороны. Сбить их особого труда не составило, вот только они успели разок сами пострелять по нам, чуть ли не обнажив разрывными боеприпасами всю задницу бронетранспортёра.

И это оказалось лишь меньшей из проблем. Буквально через десять минут нас настигли три других бронетранспортёра, пушки которых, не стесняясь, начали поливать нас огнем. Только чудо и пустая задница машины спасали нас от того, чтобы подохнуть в этой консервной банке, а так… меня уже несколько раз обдало волной горячего до невозможности воздуха, благо броня очень хорошо от этого спасала.

У нас было безусловное преимущество в этом плане, мы были одиночной целью, не мешали никому, в то время как преследовавшая нас тройка машин вечно норовила друг с другом столкнуться. И это было только мне на руку! Первый вражеский гравитационный БТР я сбил совершенно случайно, даже сам от себя этого не ожидал. Просто самая первая очередь выстрелов из спаренной пушки повредила гравитационный движок и, как мне показалось, разнесла к чертям половину внутренностей машины. Вот с двумя другими это провернуть уже не удавалось, они начали усердно маневрировать, даже почти не мешая друг другу.

– Стреляй под них! – чуть ли не разорвала мне голову своими невероятно громкими мыслями Молния, совершая очередной резкий поворот, из-за которого у меня сбился прицел. – Это повредит их гравитационные тяги!

– Есть, босс! – ответил я ей с лёгкой насмешкой, хотя понимал, что шутить просто некогда.

Зажимая по очереди кнопки стрельбы, я старался как можно чётче выцеливать именно те места, куда должны были «наехать» в мгновение попадания вражеские транспортники. Одного так удалось подбить, он несколько раз пытался перезапуститься на ходу, но всё же клюнул носом и перевернулся через свою собственную морду. Отказали только передние гравитационные приводы, задние не посекло.

Вот последний противник оказался самым умным, либо просто научился на ошибках своих подбитых товарищей. Он маневрировал с огромной скоростью, я даже не ожидал, что машина таких размеров так юрко может перемещаться в пространстве. Я пытался стрелять на упреждение, но чаще всего просто мазал, а те, что попадали по корпусу машины, особого вреда ей не приносили.

– Да твою ж дивизию! – выругался я, когда заметил на экране покрасневшую иконку левого ствола. – Эти уроды мне пушку к хренам снесли!

Кричал я в голос, даже не надеялся, что Алиса меня услышит, это было для собственного эмоционального расслабления… но что-то не расслабило, а наоборот подстегнуло ещё больше. Продолжая стрелять с одной пушки, я пытался целиться ещё более чётко, но в один прекрасный момент, во время мощного поворота, нашу машину тряхнуло так, что нас ещё сильнее понесло, развернув почти на сто пятьдесят градусов.

– Они разорвали нам гусеницу! – весьма злобно прошипела Алиса. – Я им сейчас к хренам всю электронику спалю!

– Не высовывайся! – прорычал я ей в ответ, понимая, что они только этого и ждут. – У них спаренные пушки тебя в миг на куски разорвут, у них калибр больше, чем у нас!

– Тогда они сейчас нас тут в клочья разорвут! – прорычала девушка, со всей дури ударяя в приборную панель уже бесполезного транспорта, чинить бы мы эту махину не стали, да и времени у нас особо на это не было, так что так поступать уже можно было. – Что ты предлагаешь?!

– Один момент, – несколько хищно сказал я, натягивая улыбку, – не зря же я свое оружие заряжал…

Надеясь на чудо от системы, я отпустил руки от управляющих элементов, предварительно развернув башню в сторону врага, активировал своё плазменное копьё, посмотрел на экран, молясь на чудо… и оно произошло! За одно мгновение, сверившись с внутренним компасом машины, система обозначила транспорт врага, в который тут же полетело два плазменных сгустка подряд. Первый пробил машину в правом нижнем углу, заставив её резко развернуться, второй попал аккурат под башню, из-за чего разрывающая корпус нашего бронетранспортера стрельба прекратилась.

– А вот теперь веселись сколько угодно! – с облегчением и восторгом сказал я Молнии, которая пулей вылетела из нашей дырявой консервной банки.

Электроника в нашей машине уже начала отказывать, экраны на башенной установке мерцали, мигали, гасли и через какое-то время снова с перебоем начинали работать. Но всё, что сделала Молния в следующее мгновение, я видел четко!

Словно бешеная фурия девушка мчалась в сторону зависшего на месте бронетранспортёра, попутно кидаясь в неё молниями. Это выглядело весьма эпично. Три светло-синие, даже голубые молнии озарили камеры, немного слепя через дыры в корпусе, что остались после моих выстрелов. Все три молнии точно попали в бронетранспортёр, который спустя пару мгновений рухнул на брюхо, создав небольшую земляную волну, что разлетелась на пару метров. Из открывшихся тут же дверей на волю повалили несколько поджаренные и явно дезориентированные пехотинцы, которых девушка расстреливала почти вплотную. Схватив у одного из них гранату, девушка тут же закинула её внутрь машины, расстреляла ещё одного бойца, что попытался выскочить, и тут же захлопнула дверцу. Мгновением позже раздался взрыв.

– Ибо не хрен стрелять по мне! – взорвалась Алиса, после чего закинула ещё одну гранату внутрь машины и спокойно развернулась и пошла обратно в мою сторону.

Я уже вылез из машины, когда девушка вернулась, не знаю почему, но мне хотелось на всякий случай проверить, вдруг там кто остался в живых… так что я незамедлительно проследовал к машине, залез внутрь, приготовив к бою автомат и, как следует, осмотрелся.

Как я благодарен тому, что у меня всё же есть паранойя, которая появилась благодаря проделкам моего братца. Один из бойцов оказался везунчиком, даже этого слова будет мало – он в рубашке родился. Когда раздались оба взрыва, он оказался за телами своих товарищей, так что его просто контузило, но он довольно быстро пришёл в себя. Вот если бы он не начал активничать, то я бы его не смог заметить, а он пытался вызвать помощь, только рация явно была повреждена.

Я сделал ровно три выстрела, два для того, чтобы повредить броню, третий, чтобы прикончить врага. Да, это было подло, но всё же мы были на войне, как сказала Алиса, так что я ничуть не жалею о содеянном, плюс он точно бы не оставил мне выбора, он не агнец и не белая овечка, а сраный наёмник, который сто процентов лишил множество людей жизни.

– Один остался жив, – недовольно буркнул я вполголоса, снимая с себя шлем, чтобы свободно подышать свежим воздухом и почувствовать ветерок на своей коже.

– Чёрт… – прорычала девушка, шлем которой также исчез. – А я думала, второй гранаты хватит. Надо было проверить. Признаю, сглупила. А ты – молодец, раз решил проверить. Вот только времени на месте стоять у нас нет, те же две машины не были уничтожены, только подбиты… чувствую, за нами по пятам сейчас пойдут все, кто только может идти.

Я только кивнул, ещё пару минут постоял на свежем воздухе, после чего снова надел на себя шлем, а Алиса его снова на себе активировала, в одно мгновение покрывшись им. Сверившись с картой, мы тут же продолжили путь, до цели оставалось на удивление меньше тридцати миль, добраться можно было за два часа, если бежать со средней моей скоростью. Главное не сдохнуть во время этой беготни…

* * *

До моего дома мы добрались весьма быстро, как ни странно, противник нас не преследовал, точнее, не мог догнать. А это нервировало, чувствовалась какая-то несостыковка. До этого они бросали на нас немалые силы, а тут решили просто забить на нас? Быть такого не может, значит, в доме нас явно ждёт какая-то западня.

– Что думаешь по этому поводу, – через мыслеканал спросил я у девушки, сидя примерно в полумили от построек в высоком кустарнике, следя за всеми возможными подъездами к дому. – Мне кажется, тут что-то не так.

– Ну почему же, – весьма спокойно, даже философски начала говорить наперекор мне Алиса. – Примерно три десятка бойцов видно у тебя во дворе, ещё, как минимум, десяток есть в самом доме, конечно, вероятнее всего, командира там нет… но, если мы отобьем этот дом, думаю, это сильно подмочит репутацию нашему врагу. Да и должны же быть какие-то электронные средства там, чтобы ты смог всей планете заявить, что ты жив.

– Увы, – усмехнулся я. – Но нет. У меня тихий спокойный домик… хотя стой. Есть один пульт управления, позволяет основные узлы планеты отслеживать. Да и там основные моменты можно было уточнить… также приходил запрос от совета министров, тут их так-то целый кабинет. В общем, вся законодательная база была там. Можно с этим поиграть.

– Тогда дадим знать совету министров, что ты жив, – ровно сказала девушка. – Хоть они смогут дать знать остальным, что ты жив. Если, конечно, сами не под прицелом. Может, там есть какая-нибудь связь с военными твоей планеты?

– Может, и есть, – хотел я пожать плечами, но это было бесполезно, ибо девушка была практически рядом с домом. – Я, если честно, не часто за ним проводил время… из-за обыкновенной его нехватки. Иногда уставал как обычный работник.

– Не суть. Подходи. И активируй своё копьё. Сейчас начнётся шоу!

Полмили не особо большое расстояние, можно преодолеть где-то минут за пять неспешного бега, либо минуты за две, если бежать легкой трусцой. Но что-то мне подсказывало, что я просто не успею на представление, так что бежал весьма быстро, не сломя голову, конечно, не хотелось, чтобы враг меня засёк, но и не медленно.

Но всё же на шоу я не успел. Первое, что до меня донеслось – раскаты грома, причём пять раз подряд. Девушка не мелочилась, он зашла сразу по-крупному, а маркеры противника, выделенные ею же, гасли быстрее, чем я успевал замечать. Потом последовала стрельба, сразу же множество стволов ощетинилось против одного бойца Академии, не жалея боеприпасов. Алисе было вообще плевать, она уничтожала одного противника за другим. Меня это поражало, я бы точно так не смог. Точнее, смог бы, если бы у меня была такая хорошая защита… но сейчас в открытый бой точно бы не лез. Застрелили бы меня и не вспомнили.

Влетел я в свой двор с главных ворот, автоматика сразу считала меня, быстро открыв дверь. И я был этому очень и очень рад! Значит, в базе данных они точно ещё не успели поковыряться, либо защита не пропускала их, и они не знали, как её пробить. Главное, чтобы не разломали всё к чертям, а то будет очень обидно.

Из-за активированного плазменного копья, которое я уже держал на изготовку, тройка противников, что пряталась за стеной дома от бестии, тут же подсветилась и отправилась на тот свет с двух выстрелов. Повезло, что одним зарядом удалось прикончить сразу двух противников, на третьего, увы, пришлось потратиться.

Итого осталось тридцать восемь зарядов.

Тут же залетев в дом, откуда по нашей задумке должны были выскочить почти все защитники, я наткнулся на четверых замешкавшихся воинов, которые смотрели в противоположную от меня сторону, в дверь, что вела во двор дома. Они просто не знали, что им делать. На одно мгновение они посмотрели на меня, что-то буркнули на своём, что система перевела как: «Ещё один дебил», после чего до них медленно допёрло, что всё же я не свой.

– Айнгран! – крикнул один из них, уже начав поворачиваться в мою сторону, что система незамедлительно перевела как «противник».

Я тоже не стал более медлить, просто максимально быстро прикончил двоих, сделав два выстрела, после чего юркнул в ближайшую дверь, оказавшись на кухне. За огромным столом, за которым обычно обедала прислуга во главе с моим «управляющим», тварь он такая, прятались две девчонки, которых я когда-то нанимал на долгий контракт. Они обычно приезжали работать только днём… но, судя по их измученному внешнему виду, было не сложно понять, что их просто не выпускали отсюда… да и что с ними происходило здесь.

– Сидите здесь и не высовывайтесь! – гаркнул я на них, тут же развернувшись в сторону двери, ожидая противника.

Я был готов ко всему, в частности к тому, что сюда захотят бросить гранату и просто порешить тут всех. Когда дверь слегка приоткрылась, мой организм, немного натренированный за время обучения в Академии, среагировал быстрее моей логики. Благо дверь открывалась вовнутрь помещения, то есть в мою сторону, так что я просто пнул ногой в дверь, та сразу захлопнулась, а по ту стороны сразу заорали несуразное.

– Ложись! – крикнул я девушкам, а сам прыгнул в сторону от двери, после чего раздался взрыв, который сделал из двери… решето.

Бросив взгляд на служанок, я выругался матом. Они не последовали моему приказу, из-за чего множество осколков и деревянных щепок превратили их в фарш, в переносном смысле, но всё же на них живого места не осталось, а в самих них жизни. Хоть смерть была быстрой, хоть этим можно успокаивать себя.

Злость во мне снова начала вскипать, причём её градус рос с каждым мгновением всё быстрее и быстрее. Вылетев в коридор, я инстинктивно навёл своё копьё на ещё живого и истекающего кровью противника. Как говорил инструктор по тактике: «Никогда не оставляйте за спиной врага, который ещё в состоянии совершить выстрел». Сделав контрольный выстрел, я окончательно завершил то, что не смогла сделать их граната. Теперь осталось разделаться со всеми, кто остался в доме… а вот сколько именно их тут, остается только гадать.

Бегло осмотрев весь первый этаж, благо тут не особо много было помещений, все довольно просторные и открытые, я убедился в том, что тут больше никого нет, а вот на втором этаже то и дело слышались шаги. Да и звуки стрельбы иногда раздавались оттуда.

По лестнице поднимался я предельно осторожно, вслушиваясь во все звуки, отсеивая в своём сознании те, которые были несколько удалены от коридора на втором этаже. Получилось уловить несколько шагов, враг явно ждал меня, скорее всего, будет атаковать со спины, пытаться действовать исподтишка. Задрав голову, я бегло осмотрел пространство, предположил, где может сидеть противник, спустился на первый этаж так же тихо и сделал несколько выстрелов из своего плазмогана через пол.

Тут же сверху кто-то заорал, то ли от боли, то ли от неожиданности, но это был мой шанс, противник был дезориентирован. Буквально залетев на второй этаж, я тут же начал стрелять по противнику, которого было видно. Шестое чувство завопило об опасности, я опять нырнул в ближайшую комнату, но не успел буквально на мгновение. Росчерк пуль прошёлся по моей бронированной голени, три пули отлетели рикошетом, две застряли в броне, а одна все же смогла пробить мою защиту и засела в мышцах. Вспышка обжигающей боли заставила на время забыть обо всём, из-за чего я чуть не проморгал появление врага. Только удача, заключающаяся в направленной в сторону двери руки с плазменным копьём и работе системы, позволила остаться мне в живых. Один выстрел – ещё два трупа.

Система ласково напомнила, что у меня есть ещё тридцать один выстрел в запасе. Как же жаль тратить столь драгоценные боеприпасы!

– Убью вас всех на хрен! – злобно прорычал я, поднимаясь на ноги, после чего медленно захромал в сторону своей спальни.

Залетел я в кладовую, где мог прятаться, кто угодно. Мне повезло, тут никого не было, а ещё где-то внутри себя я обрадовался тому, что все мои шмотки были на месте. Выйдя из неё, я бегло осмотрелся и направился в спальню, откуда слышались изредка выстрелы короткими очередями. Там оказался один-единственный боец, который даже не пытался целиться, тупо выставлял автомат из открытого окна и делал очередь, пытаясь морально подавить противника. Вот только хрен такой пукалкой морально подавишь бойца Академии в боевой и полностью сформированной броне.

– Сдохни, – прорычал я, привлекая внимание «стрелка», а когда тот повернулся, просто сделал одиночный выстрел ему в грудь.

Выйдя в коридор, я неожиданно столкнулся с тем человеком, которого уже давно хотел как минимум сильно избить, а иногда порывался убить. Управляющий плюхнулся от неожиданности на пятую точку, крича, что я – полоумный осёл, который не видит, куда прёт. Но в следующий миг он заткнулся, схватив ртом воздух, который я выбил из него коленом подстреленной ноги, со всей дури ударив ею ему в грудь.

– Ну, здравствуй, Дьякон, – злобно прошипел я, снимая со своей головы шлем.

Глава 17

– И как без меня жилось? – со злой усмешкой спросил я у управляющего после того, как протащил, прихрамывая и шипя от боли, за шкирку этого урода, уперев его в конечном итоге спиной в стену. – Смотрю, друзей новых завёл… а тут, бац, и я вернулся. Что, не ожидал, гнида старая?!

– Я всё объясню! – его глаза начали метаться, он старался не смотреть в мою сторону, значит, уже планировал врать, и мне это уже не нравилось, так что я, не раздумывая, со всей дури врезал ему в скулу.

Послышался хруст.

– А-а-а! – сразу взревел от боли Дьякон, схватившись за место удара. Вероятнее всего, я ему кость сломал, но сейчас об этом я ни капли не жалел. – Я всё скажу! Я всё скажу! Я всё скажу!

– Тихо, тихо, – погладил я его макушку ладонью в перчатке, создавая иллюзию того, что я ему верю и готов слушать всю его ложь. – Ты всё расскажешь, да, начиная с самого начала… хотя нет… может, пойдём от конца?

– В каком смысле? – подвывая от боли, всё так же не отпуская свою скулу, бросил на меня щенячий взгляд этот старый хитрый жук. – Молодой Грейвойд… объясняйтесь, пожалуйста, чётче.

– Ты мне ещё условия будешь ставить? – обманно ласково спросил я у него, несколько маниакально улыбнувшись, после чего схватил его за волосы рукой, которой поглаживал его голову, и как следует дёрнул, ударив его головой о стену. – Слушай, уважаемый неуважаемый, ты немного не в том положении, чтобы от меня сейчас что-то требовать! Понял? Вижу, понял. А теперь первый вопрос. Кто прислал сюда наёмников? Ну и с ходу второй: кто и где и у них старший?

– Как не сложно догадаться, – срывающимся и поникшим голосом начал отвечать на вопросы старик, а я запустил систему записи в системе Академии, чтобы в будущем это предъявить братцу, – послал их сюда глава клана Грей, Демис Грейссон с целью обеспечения безопасности своей родственнице Джули Грейссон… Кто у них главный и где именно тот находится, я не знаю, их штаб постоянно перемещается, у них подвижный комплекс, ни разу в глаза не видел… распределены по всей планете…

– Сколько их всего прибыло на планету? – спросил я у старика, слегка расслабив кулак, держащий его волосы. – И ты темнишь, глаза бегают. Говори всё, что знаешь.

– Сколько, точно не скажу… – явно начал нервничать управляющий. – Порядка трёх-четырёх тысяч… распределили по всей планете, с какой целью – я не знал… теперь понял… они искали вас…

– Где эта стерва Джули? – на мгновение я чуть сильнее сжал кулак с волосами, слегка дернув их на себя, не спуская глаз с рук этого старого урода.

– Она… – поднял на меня глаза, полные страха, Дьякон, – улетела… Как только пришли сообщения о каком-то дезертире Академии… о вас… она сразу собрала свои вещи… была готова сорваться в любой момент… а потом вы убили её представительницу и успешно ушли от заранее спланированной засады… и она улетела… куда именно, я не знаю… она полетела на частном крейсере… видел вооружение… у нас не хватило бы орбитальных орудий тягаться с такой махиной.

– Братец во всей своей красе, – усмехнулся я, опуская голову старика, после чего поднялся на ноги и, хромая, подошёл к окну, увидев тот ужас, что устроила Алиса. – Даже раскошелился для устрашения на рейс своего личного тяжёлого крейсера «Парадигма». Улетел он или нет, проверю, связь с орбитальными станциями, думаю, тут ещё осталась. Что ещё интересного расскажешь? За сколько мою шкуру этим уродам продал?

– Я не… – поднял на меня свой взгляд старик, но наткнулся на мою ледяную непроницаемость в глазах, я в этот момент тоже решил посмотреть на него. – Я не предавал вас… Они… они взяли в плен мою семью… они манипулировали мною… хотели, чтобы вы погибли… но потом решили подстроить несчастный случай в Академии…

– А вот с этого места подробнее, – скрестил я руки на груди, пальцами одной руки начав перестукивать по броне на плече. – Что там ты говорил про Академию?

– Я не знаю конкретики… – опустил голову старик. – Они просто прислали мне сообщение, что больше в моих услугах не нуждаются, что с вами покончат в Академии… а также… также…

– Убили твою семью, да? – со злой усмешкой спросил я у него, хотя понимал, что это не повод для веселья. Почему-то внутри было приятно, что этот урод получил то же самое, что и я.

– Да, – кивнул он. – Они просто расстреляли их… всю мою семью… всех моих близких людей… вы понимаете?! У меня не было выхода! Мне сказали, что, если я буду выполнять их условия, что, если я буду работать на них, с ними всё будет хорошо… но они обманули меня! Они убили их… понимаете?.. Он убил их…

– Но ты всё равно помогал ему даже после этого, – спокойным и ровным тоном сказал я, показывая своё полное безразличие к произошедшей ситуации у этого предателя. – Если бы ты что-то хотел изменить, если бы хотел хоть как-то отомстить, то сделал бы всё, чтобы этих наёмников на планете не было. Как минимум дал знать моим, твою ж дивизию, планетарным вооруженным силам, численность которых составляет больше двадцати тысяч человек, что этих тварей наёмных нужно уничтожить! Потери бы были, но не такие огромные! Ты знаешь, что они делали с мирным населением?! Знаешь, как они расправлялись с неподконтрольными им селами?!

– Нет, – с толикой страха сказал старик, отводя от меня глаза, что меня взбесило ещё больше, я схватил его за шиворот, поднял на ноги и как следует приложил спиной и головой о стену.

– Да потому что ты и не пытался в это вникнуть, падаль разлагающаяся! – прорычал я сквозь зубы, приблизившись к его лицу. – Они просто уничтожали целые селения, оставляя от них пепелища! Никого не оставляя в живых! – перед глазами снова возникла картина, как одиночные снаряды точно попадают в каждый дом, не оставляя там камня на камне, и это ещё сильнее разгневало меня. – И их кровь на твоих руках! Ты ничего не предпринял, хотя многое знал и многое мог. Ты просто стал подстилкой для этой Джули, для этой швали развратной! Сто процентов думал, что тебе перепадёт, что она такая красивая что-то тебе даст… а она играла с тобой, вила из тебя нитки… выкачивала всю информацию… просто ты – никто, пустое место. Ты даже не имеешь права на существование.

Я снова активировал своё плазменное копьё, которое приставил к его голове, начал его активацию, оружие зашумело, заставляя лицо старика сморщиваться словно он проглотил что-то невероятно кислое… но потом я убрал оружие, тяжело вздохнув.

– Но пока ты мне нужен живой, – спокойно сказал я, деактивируя оружие.

– На улице чисто, – нашла нас, вероятнее всего, по шуму Алиса, которая деактивировала свой шлем. – Дом, смотрю, ты тоже зачистил. А это кто?

– Дьякон, знакомься, это Молния, – указал я рукой на девушку, после чего перевёл эту же руку в сторону старика. – Молния, это старый хрен, который виновен очень во многом, в частности, он пытался меня убить, подсыпая мне какое-то дерьмо в еду.

Его глаза тут же стали круглыми как монеты, он явно был удивлён тому, что я знал про эту информацию. А значит, он мог уже догадаться, что я знаю куда больше, чем он предполагал.

– Что ты на меня так смотришь? – абсолютно невинным голосом начал говорить я. – Думал, я этого не узнаю? Думал, никогда не смогу это распознать? А я распознал, мне добрые люди сообщили, что ты меня травил очень долгое время. А я-то думал, с чего у меня давление прыгать последнее время перед отбытием начало… а это всё был ты… и у мамы были примерно такие же симптомы перед смертью. Ведь так, Дьякон? Я ведь прав? Напомни, сколько лет ты подрабатываешь на главную ветвь?

– Около двадцати… – еле слышно сказал он, начав тут же щуриться, понимая, что уже стал копать себе могилу. – И вы правы… она умерла от того же яда… глава клана на тот момент – отец текущего главы… Он заплатил мне невероятно крупную сумму денег, чтобы я это сделал… а ещё уже тогда держал на прицеле моих родственников… они ещё не были в плену… но он начал давить на меня через них.

– И ты тогда нам ничего не сказал, – мрачно ответил я, поднимаясь на ноги. – Хотя мог, тогда бы ты не был предателем, тогда бы моя мама осталась в живых… но ты убил её. Понимаешь? Этим ты себе уже тогда прописал смертный приговор. Как минимум по установленным Галактическим советом законам. А ещё… система говорит, что ты не врёшь, что тебя действительно наняли. Этим ты начал копать яму своим покровителям. Они знали, что ты – ходячий труп… так что решили просто избавиться от тебя. Уверен, если бы Джули выполняла все указания своего брата, ты бы уже лежал где-то в болоте.

– Прошу, умоляю, – встал на колени старик, сцепив ладони перед своим лицом, начав ими лихорадочно трясти. – Я не хочу умирать! Я ещё послужу вам! Прошу, не убивайте меня!

– В соответствии со статьей шестьдесят два, – начал я монотонно говорить, активируя снова своё оружие, в то время как старик вцепился в мою больную ногу и начал дёргать за неё, причиняя ещё большую боль, но я терпел, – седьмой поправкой к перечню прав и обязанностей простолюдинов по отношению к аристократии, а именно, убийство члена семьи аристократа карается смертной казнью виновного лица и всей его семьи… ты приговариваешься к смерти. Ну а с твоей семьёй мне разбираться не надо. И так всё уже сделали.

– Нет! – вскрикнул он, а в следующий миг я сделал выстрел точно в центр его лба, напрочь снося ему всю голову.

Мгновением позже его тело рухнуло на пол, прикрывая собой ту дыру, что осталась после выстрела. Я же уселся на некогда мою кровать, деактивировал оружие и закрыл лицо руками. Хотелось орать, хотелось кричать, хотелось уничтожать всё. Но больше всего мне хотелось плакать. Ведь мои подозрения оказались верны, мою маму тогда убили, просто вырвали из этого мира… и за всем этим стояли мои родственники.

– Твари! – быстро и коротко крикнул я, подскакивая на ноги, после чего снова плюхнулся на кровать, чувствуя, как ногу охватывает просто пожар боли. – Твою…

– Ты ранен, – с лёгкой опаской сказала Алиса, которая до этого момента не видела мою рану из-за того, что я стоял к ней боком. – Дай обработаю.

Я просто, молча, кивнул. Меня захлестнула апатия. Я не знал, что мне делать, у меня не было ресурсов противостоять главной ветви клана, которой подчинялись остальные четыре, кроме моей, ветви… да и моральных сил не было на это. У этих уродов было в распоряжении больше двадцати заселённых планет, больше сорока ресурсных планет, больше ста миллиардов человек в общей численности и многомиллионная армия с достаточно большой флотилией. А я же был один. Мои двадцать тысяч я не мог бросить в бездумную атаку, не мог в открытую противостоять главе семейства, нас бы просто смели. Из-за этого у меня связаны руки. А вот они… они могут воспользоваться информационным вакуумом, что сформировался вокруг моей планеты, могут просто уничтожить нас. Нужен какой-то козырь, чтобы эти уроды больше не смогли атаковать эту планету. Здесь нужна Академия.

– Алис, – обратился я к своей боевой подруге, даже не поворачивая голову в её сторону. – Нужно как-то связаться с Академией… хочу, чтобы они тут основали форпост, чтобы часть ресурсов моей планеты доставалась не этому уроду, главе клана, а Академии…

– Вот и расскажешь всё это, когда они сюда прилетят, – с лёгкой усмешкой сказала девушка, которая каким-то образом смогла обезболить мне ногу, чего я даже не заметил, и уже вытаскивала мне пулю из голени. – Я, когда узнала о клевете в отношении тебя, сразу отправила запрос в Академию.

Сколько они сюда будут добираться, точно не скажу, но они точно пришлют сюда небольшую группу, чтобы разобраться в произошедшем. А теперь сиди и не отвлекай меня… у тебя мышцы разорвало, и осколками брони голень посекло. Надо шить. А шью я хреново в таком положении, так что ложись и терпи, если вдруг станет больно. Моя способность долго не действует.

Теперь было понятно, почему я не чувствовал боли. Интерфейс тоже подтвердил, что часть нервов подверглась внешнему воздействию и перестала посылать сигналы в головной мозг. Оно и к лучшему. Когда я улёгся на живот на кровати, Алиса стянула с меня ботинок и голенные щитки. Шила она довольно долго, прыскала спреем, но он не особо помогал, потом снова шила… и только через час времени она уселась возле меня, вытерев пот со своего лица.

– Никогда не думала, что эти навыки, привитые в Академии, помогут мне в бою, – усмехнулась она. – Благо, они учат этому реально хорошо. А то у тебя хорошая такая кровопотеря была. И да, я ногу туго забинтовала, можешь ходить в броне. Но особо бегать сейчас нельзя, по крайней мере, дня три точно. И нам надо сваливать отсюда. Есть план куда?

– Куда, нет, – мотнул я отрицательно головой, когда уселся рядом с ней. – Плана у меня никакого нет. Я думал, что застану тут одну девушку, не столь отдалённую… которая руководила планетой в моё отсутствие. Но она свалила на тяжёлом крейсере. Надо проверить, нет ли его сейчас где-то на орбите. Думаю, огонь без приказа брата она не осмелится открывать.

– А почему ты раньше не говорил про тяжёлый крейсер? – несколько побледнела Молния. – Нас же уже давно могли прихлопнуть, особенно в последние несколько часов…

– Да я сам не знал, – пожал я плечами. – Ну не суть. Надо этому миру дать знать, что я живой, а то, и правда, верить начнут, что меня убили. А потом надо будет сжечь к хренам этот дом. Слишком много всего тут… что будет отвлекать меня.

Встав на ноги, я прошёл в свой кабинет, где уселся за стол, нажал на несколько кнопок, которые вызвали активацию главного терминала. Он активировался долго, часть систем сбоила, где-то оказались перебиты провода, но были резервные. Через пять минут, которые протянулись как вечность, терминал заработал, я его тут же синхронизировал со своей системой и громко выругался.

– Что случилось? – сунула голову в комнату Алиса, смотря на мое красное от злости лицо.

– Эти твари все мои средства перечислили на свой резерв! – я прям бесился от этого факта, что эта стерва Джули украла все мои деньги, денежные средства всей моей планеты. – Я её на куски за это разорву! Теперь я точно убью её! Но только буду делать это медленно, чтобы она страдала… тварь!

– Пойду по округе похожу, – сделала невинный вид девушка, начав медленно выходить из комнаты. – А то вдруг на нас нападут… будет не очень хорошо.

Я лишь проводил её взглядом, ничего говорить не стал. А смысл? Её вины тут нет, да и правильное решение было, всё же у неё технических примочек побольше, чем у меня, может выследить противника на огромном расстоянии. Ну а я же могу подорвать все свои войска с целью уничтожения этой сраной группировки наёмников. Но сперва надо проверить наличие этого чёртова тяжёлого крейсера.

Процесс сканирования всей звёздной системы занял примерно пятнадцать минут. Ни одного постороннего объекта, за исключением парочки торговых и грузовых караванов, не было. Это меня очень сильно успокоило. Может, они и скрываются на границе звёздной системы под стелсом, но точно не на орбите, засекли бы, было уже пару раз такое.

Далее я переключился в меню управления вооруженными планетарными силами. Первое, что я сделал, это разослал во все пункты дислокации сигнал боевой тревоги, далее, через пять минут отправил приказ на подготовку к ведению немедленных боевых действий… а после вручную ввёл приказ: «Приступить к уничтожению незаконного наёмнического формирования, Тиберий Грейвойд». Так же к сообщению прикрепил определённую комбинацию символов, которая подтверждала всем военным, что отправил все эти приказы действительно я. Сложно будет выкурить всех этих уродов, но я не думаю, что они решат рисковать своими шкурами, гарантированно попытаются свалить с планеты. И так многих потеряли.

Следующим пунктом я настроил все информационные табло во всех городах моей планеты, чтобы они осуществляли прямую трансляцию моей речи. Пускай весь мир узнает, что я жив.

– Уважаемые жители моего любимого мира! – поднял я голову и направил взгляд в сторону выехавшей камеры. – Говорит Тиберий Грейвойд, законный руководитель этой планеты! Я жив! Вас обманывали, поэтому я призываю вас…

Интерлюдия 8

Грей и Гром

Высадка на планету прошла практически спокойно, Грей сразу принял командование над кучкой выделенных ему пехотинцев, которыми попытались доукомплектовать его когорту… но они были лишь тенью, которую отбрасывали тени тех, кто раньше стоял в одном строю с ним.

Эвакуация планет шла полным ходом, недовольных было невероятное количество, ведь они только обжились, только начали появляться не колонии, а нормальные города, как всем пришлось срочно покидать свои ещё необжитые жилища. На всё это Грей взирал с непроницаемым безразличием, он знал, что так надо, что так все эти жизни не погаснут, что они не превратятся в тварей, которых придётся убивать. Трое суток тысячи транспортников эвакуировали людей, трое суток города пустели, пока не оказались брошены. Что самое неприятное, Совет галактики ничего не говорил о каких-либо возмещениях, люди летели в пустоту, не зная, куда им податься. И тут сыграла слава одной планеты, где люди жили не так как везде, где торжествовала справедливость, где был прообраз Утопии!

Когда Грей мимолётом слышал такие разговоры, он невольно улыбался. Он был горд собой и своим сыном, горд за весь свой народ, ибо они принесли своему родному миру неувядающую славу. И Грей был уверен в том, что именно в его мир нагрянет большая часть этих мигрантов. Только главное, чтобы всем там хватило места.

– Старший легус Грей! – обратился один из солдат, что были придатком к его когорте. – Вас на связь просит некто старший прелегус Гром! Просит настойчиво, сказал нашему оператору, что ему уши выкрутит через канал связи. В общем, настойчиво просит вас на связь!

– Ну, раз просит, – усмехнулся Грей, вспоминая молодого и энергичного уруса, который после выпуска рвался на все опасные миссии, лишь бы обезопасить свой народ. – Веди.

Уйдя с места проведения работ, а бойцы по большей части готовили линии обороны вокруг городка, который стал штабом и крепостью того прообраза когорты, в которую превратилось некогда мощное подразделение, Грей спустился в один из множества заранее подготовленных бункеров, где уже развернули свою деятельность связисты.

Наладили квантовый канал связи. Войдя в комнату для переговоров, где сторонний человек не смог бы подслушать, Грей подметил для себя одну немаловажную деталь. Сигнал был просто шикарным, судя по тому, что даже голограмма, отображающая Грома, не дёргалась. Это сразу насторожило опытного военного, даже квантовый канал связи с расстоянием иногда давал помеху.

– Только не говори, что тебя тоже сюда припахали, – с толикой недоверия, злости и негодования спросил Грей, смотря на слегка надменную и уверенную в себе фигуру Грома.

– И как всегда ты прав, старик, – усмехнулся Алекс. – Я сейчас на станции, ремонтируем наше звено фрегатов, а то пару раз досталось. У вас-то всех как дела обстоят? Слышал вам, вашему отряду, очень сильно досталось.

– Тридцать пять нас осталось, – тяжело вздохнул Грей. – Многие остались на той треклятой планете, которую осадили и в конечном итоге захватили пустотные. Под чёрной звездой нереально сражаться с ними… они словно сильнее становятся, более злобными. На линкоре твари были явно слабее.

– На линкоре? – удивлённо дёрнул бровью Громов. – Они смогли пробиться на линкор во время эвакуации?

– Хуже, Гром, хуже, – состроил болезненную гримасу аристократ. – Они смогли прорвать оборону линкора своими семенами, там была жестокая схватка… где-то десятая часть персонала линкора там погибла, да и я сам чуть не помер. Говорят, хирург просто мастер оказался, с золотыми руками.

– Что за семена? – удивлённо спросил командир фрегата. – Ни разу такого понятия не слышал, даже база данных сейчас выдала отрицательный результат. Можно получить файлик, чтобы понять, с чем нам предстоит бороться?

– Дам команду Шёпоту, – кивнул Грей, на одно мгновение зависнув. – Всё, в течение суток к вам должна прийти информация. Слегка занят сейчас наш спец в этом вопросе.

– Спец в этом вопросе? – усмехнулся Гром. – Ну, ладно, допустим. Я вот вообще зачем с тобой связался. По поводу Войда.

– По поводу кого? – вскинул одну бровь вверх Грей, а потом, немного пораскинув мозгами, а также понаблюдав за хитрющим выражением лица Грома, тут же сообразил. – Стоп. Это позывной моего сына? Хрень какая-то… почему у него такой позывной?

– Сам как-нибудь у него спроси, – усмехнулся Гром. – Думаю, это из-за его зерна. Слышал, оно у него какое-то аномальное, неправильное… мне кажется, ты что-то об этом знаешь, но не буду допытывать, ваши семейные аристократские тайны и всё такое.

– Охренеть… – процедил медленно старший легус. – Не думал, что это, наконец, получится… старик, оказывается, был прав… ну да. Это наши маленькие тайны, пускай они останутся только в моей голове. Так что ты по поводу него хотел сказать? Как он там?

– Как-как… – тяжело вздохнул Гром. – Притягивает к себе всякую хрень. За первые три месяца он разругался почти со всем своим потоком, что, судя по твоим рассказам, не особо характерно. Хотя там была и не его вина, но всё же. Потом его там чуть не убил теневик…

– Теневик?! – аж взревел Грей. – Какого хрена первокурсник вообще сражался против этой злобной твари?! Ещё не удивлюсь, что они были в какой-то лесной и очень влажной местности, где было несколько удобных пещер, в которых тварь пряталась.

– И ты попал в точку! – щёлкнул пальцами правой руки Алекс. – Всё именно так и было. Получилось проследить связь до твоей семейки… так, не строй такую морду! Ладно-ладно. Клана, до твоего клана. Но вот дальше особо ничего не понятно, официально Академия ничего не смогла предъявить Грейссонам, но всё же зуб на них заточила. Но!.. – подметил несколько восторженно Громов. – Твой сын весьма умело с этой тварью справился, судя по рассказам, они ослепили её с напарником и не дали работать нормально нюху, создав огромное кострище возле логова твари. В общем, показал себя во всей красе. Но дальше было интереснее.

– Не томи, – нетерпеливо и нервно прорычал Грей, так как переживал за своего сына всем сердцем. – Опять какая-то задница с ним приключилась?

– Хуже, – несколько помрачнел Гром. – Когда у них началась реальная практика, он попал на приграничную и весьма тихую планету. Вот только ему никто истинной цели его задания не раскрыл. Как и всей тройке. «Чудесным» образом, – показав пальцами кавычки, – с ними в транспортном корабле оказался учёный, что вёз на испытания на тихой планете новейшую разработку. Их транспортник, насколько я понял из его рассказа, сбили, чудом ребята выжили, реально чудом. В тот момент Войд, видимо, по наитию активировал эту разработку… и она стала частью его системы. Теперь твой сын стал обладателем самой мощной ручной пушки во всей галактике. Но не до юмора. У него реально теперь есть плазменное оружие, которое даже танк способно с одного выстрела вывести из строя. Мощная вещь, видел в действии, когда этот придурок ринулся выручать со своим товарищем мою когорту от наших насекомоподобных соседей… в общем, спас он тогда мне задницу, если вкратце. Дальше мы пошли высвобождать людей… там он нахватался радиации… тут уже моя вина, но без него, опять же, мы бы не смогли быстро взломать гермодверь. Как твой сын поправился, он получил медаль от какого-то генерала, точно не могу сказать, это слышал уже вскользь.

– Н-да-а-а… – протянул аристократ, играя мышцами на своём лице. – Отправил через связи сына обучаться тихо и спокойно воевать… а он из задницы в задницу лезет. Причём случайно. Не верю. Кажется, похоже на подставу всё это. Даже в случае с нападением соседей.

– Это и была подстава, – усмехнулся Алекс. – Как выяснили оперативники, след опять тянулся к вашей основной ветви, но каким-то образом в сторону Совета галактики… мутное дело, следаки пока замяли его, не хватает им времени. Но и это ещё не всё.

– Что ещё? – уже даже удивлённо спросил отец Войда, несколько закатив глаза. – Его пытались ещё раз убить?

– Да, – без грана шутки сказал Гром. – Во время тактического занятия какой-то идиот из параллельного взвода попытался его убить. Каким-то образом он смог обойти систему… сорвал с себя свой… инструмент. В общем, обошёл. Я тебе отправлю файлом всё то, что удалось по этому делу раскопать. Там тоже очень интересно. Сейчас же твой сын… – тяжело вздохнул Алекс, – опять вляпался. Точнее, его заставили вляпаться. На вашей планете его объявили трупом, а он туда прилетел… ну и мог попасть в засаду. Эту новость я уже поймал после того, как туда отправил Молнию. Надеюсь, с ними сейчас там всё хорошо, и они не устраивают локальный апокалипсис.

– Я достаточно хорошо знаю твою сестру, – с безнадёгой в голосе сказал Грей, – да и судя по твоим рассказам про моего сына… они там могли устроить что-то похуже. Не удивлюсь, если этот мелкий засранец решил обратно захватить планету. Вот только… без поддержки он не справится, а на нашей планете нет ретранслятора сигнала Академии. Тут уже моё упущение.

На некоторое мгновение оба командира своих подразделений замолчали, оба думали о своих родственниках: один о сестре, другой о сыне. На лицах обоих лежала тень переживания, что не удивительно, ведь это были для них самые близкие люди на свете. Первым нарушил тишину Гром.

– Скорее всего, ты прав, – сказал и тяжело выдохнул, протёр лицо рукой урус. – Нисколько не удивлюсь, если твой сын с ходу там что-то учудил. В общем, по последним сведениям, он жив. В Академии показал себя весьма обучаемым бойцом, отличные задатки снайпера, плюс… мне показала его врач схему его развития… очень интересный диверсант получается. Можно сказать, он будет лучшим в этом деле, главное, чтобы сам не тупил. Но с головой у него всё хорошо, умеет критически мыслить, умеет подавлять эмоции, хоть ещё не улучшал соответствующие объекты организма. Весь в тебя, короче.

– Хреново, если он в меня, – усмехнулся Грей. – Не хочу, чтобы он погряз во всей этой… войне. У меня на него были другие планы.

– Какие бы у тебя на него ни были планы… – усмехнулся Алекс, сделав небольшую паузу, – забудь о них, просто забудь. Он всё равно будет действовать так, как сам сочтёт нужным. Сам себе хозяин, плюс… очень многие хотят ему навредить, и с каждым днём число этих людей растёт. Если у него получится сейчас перевернуть всё на вашей планете… многие угнетённые ветви кланов могут последовать за ним. А ведь такие есть даже у урусов… шестая ветвь, например, Редосконны… в общем, он может быть тем самым лёгким дуновением ветра, которого не хватает, чтобы зародился огромный шторм.

– Нам ещё гражданской войны не хватало, – закрыл глаза Грей и потёр переносицу. – У нас и так задница с этими пустотными, а тут ещё огромная гражданская война назревает.

– А я всегда говорил, что система с аристократами крайне ненадёжна, – усмехнулся Громов. – Нужна одна власть, а не раздробленная на десятки мелких держав, которые между собой вечно грызутся.

– Так, юнец, не умничай, это в своё время спасло человечество от ещё большей гражданской войны, так что… это вынужденная мера.

– Всё возможно, – пожал плечами Гром, а потом резко закрутил головой. – Твою… боевая. Приготовь своих людей на всякий случай, ваша планета самая ближайшая.

– Что там? – напрягся Дарам.

– Что-что… – нахмурился Алекс. – Объект класса «Аватар». Что-то типа дредноута с нашей стороны. Я на вылет. А вам… удачи.

– И вам.

Канал связи померк, а Грей лишь тихо выругался. «Аватар» появлялся всего дважды во время этой войны. Первый раз, когда всё только началось, а второй раз, когда человечество перестало сдерживать противника и начало массово откатываться назад. В последней космической битве всем просто повезло, что «Аватар» не успел набраться сил, иначе бы никто не остался в живых.

Но теперь он объявился.

– Боевая тревога! – вышел из переговорной Грей. – Грядёт жестокая битва.

Глава 18

Когда я закончил говорить, выключив общемировое вещание, мой взгляд упал на часы. Прошло всего полторы минуты, а первые сигналы обратной связи уже начали поступать. Я понимал и оценивал все риски, я знал, что без жертв не обойтись, что люди точно попытаются узнать правду. И будут жертвы. Я всё это прекрасно понимал, но без своего народа я не смогу укрепиться на этой планете, без своей армии не смогу противостоять огромному числу наёмников.

Мне везло, очень сильно до этого момента везло. Сколько раз меня уже могли прошить насквозь пули, сколько раз меня могли разорвать в клочья гранаты… сердце начало бешено стучать, в ушах начало шуметь, руки мелко дрожали, отбивая на столе барабанную дробь, а взгляд не мог нормально сфокусироваться. Эмоции за все эти дни впервые так сильно накрыли меня – мне никогда не было так хреново, к горлу подступало, перед глазами плыло…

– Да чёрт! – рыкнул я и со всей дури ударил по своему пульту управления, потом ещё раз, ещё и ещё.

Первый удар просто смял корпус, а экран на короткое мгновение потух. Второй удар уже не просто смял корпус: в одном месте металл лопнул, повреждая первые элементы системы управления, а на экране, который выдавал множество ошибок, побежали помехи, мешающие всё читать. Третий удар напрочь вырубил систему и слегка приложил меня током. Мгновенный шок прояснил разум, боль притупила эмоции, а ясность ума вынырнула из-за пелены паники.

Я прекрасно понимал, что сейчас тысячи жизней исчезнут, многие останутся калеками… но я не позволю этим тварям из главной ветви установить свой законопорядок! Всё будет идти так, как шло, как создал тут всё мой дед, как укрепил отец и поддержал я! Я не дам всему этому развалиться, не дам труду трёх поколений просто так исчезнуть.

Но и управлять я этими землями больше не смогу. Единственный шанс на выживание – создание тут базы Академии, которая бы и стала во главе управляющего контура над планетой. Я понимал, что это может лишить меня всего, кроме статуса аристократа… но кто такой аристократ без земель? Пшик, пустое место, просто обычный человек, а в моём случае даже без особых способностей.

– Войд, – в голове раздался голос Алисы, который тут же развеял хреновые мысли, позволив вырваться из этого омута. – Мои датчики фиксируют странные сигналы. Со спутников начали поступать сигналы, что вся планета начала превращаться в поле боя с наёмниками… и не только. Я не знаю, как, но я вижу множество отчётов вооружённых сил твоей планеты.

– Я просто интегрировал систему планеты в свою систему, – тяжело вздохнул я, поднимаясь на ноги, – а тебе, по всей видимости, подсознательно выдал какие-то права. Надо разобраться. Но не сейчас. Надо уходить.

– А как же твой пульт управления? – с тревогой спросила она. – Если…

– Уничтожен, – спокойно ответил я, перебивая её. – В любом случае надо сваливать. Противник точно знает, откуда мог быть послан сигнал, странно, что тут было так мало бойцов для обороны. Видимо, они не успели сюда подтянуть…

Я не успел закончить мысль, как мой слух зацепился за какой-то гул. Это было для меня что-то новое, так что я сразу активировал своё плазменное копьё и подошёл к окну. Гул только нарастал, что нервировало, если бы это был какой-то самолёт либо космолёт, то он бы уже давно пролетел… но это было что-то медленнее, но точно летающее.

– Твою… – с лёгким шоком выдал я, видя, как огромный танк, больше чем мой дом, появился из-за опушки леса, а его ствол уже был направлен в сторону дома. – Алиса!

Я только успел выкрикнуть её имя, выскакивая из окна, как из ствола огромного орудия начал вырываться снаряд, который стремительно стал приближаться. Алиса перевела взгляд туда, куда я сам смотрел, но она просто не успевала ничего сделать. По её телу стали гулять мелкие искры, она явно начала копить энергию для своего самого мощного приёма… но до прилёта снаряда точно бы не успела.

Смерть приближалась быстрее звука, я видел всё в каком-то замедленном режиме. Для меня прошла целая вечность, я только сравнялся с окном первого этажа, а снаряд уже успел преодолеть треть пути. Звук точно отставал от этой летящей махины, было видно, как лёгкое колебание воздуха отстает от снаряда, было видно, как огромные столпы пламени вырываются из ствола, даже не думая прекращаться. Какие же титанические механизмы должны там работать, чтобы такую махину зарядить в ствол…

Ноги соприкоснулись с землей, что-то предательски щёлкнуло, боль вспыхнула в простреленной ноге, видимо, кость пострадала… но сработала амортизация, всё же кости выдержали, а, чтобы предотвратить повреждение механизма, я начал уходить в перекат. Всё моё нутро ревело, что нужно убираться отсюда, что у меня есть всего пара мгновений, чтобы что-то сделать, Алиса же успела только развернуть свою голову в сторону танка, мой разум начал наполняться её матами, страхами, паникой. Она тоже осознаёт, что наша партия сыграна, они нас ждали, просто поздно отреагировали, возможно, экипаж был не на местах.

Снизу начал стучаться страх, живот закрутило спазмами, всё тело словно окоченело, глаза даже после кувырка уставились на летящий снаряд. Он преодолел уже две трети пути. Мы не можем ничего сделать, вообще ничего, мы – трупы…

– Надо только попросить, – утробный, низкий голос доносился отовсюду сразу, но при этом он шёл словно изнутри, в нём звучало злорадство, насмешка, надменность, жажда. Голос прямо говорил, что ему плевать на меня, это было слышно в тончайших его ипостасях, но у меня выхода просто не было.

Или так. Или мы умрём.

И я попросил.

В животе моментально вскипела жгучая боль, левый глаз накрыла тёмная пелена, словно мир резко изменился, но при этом правым я видел всё так, как и было до этого. Левую руку словно начало сжигать изнутри, я мгновенно перевел взгляд на неё, и она… горела. Даже не так, она полыхала каким-то потусторонним чёрным пламенем. Меня снова начала охватывать паника. Под её влиянием я чуть не начал сбивать правой рукой это пламя, но быстро одернул себя, копьё всё ещё было экипировано.

А вот дальше я был шокирован ещё сильнее. Левая рука начала двигаться сама собой, за миг вытянувшись и выставив полыхающую ладонь вперёд. Я лишь в последний момент увидел, как снаряд растворяется в пространстве, без каких-либо эффектов… а потом ствол этой махины просто разрывает на куски.

– Не благодари, – усмехнулся обладатель этого голоса, вложив лёгкую угрозу в эту короткую фразу, но я чувствовал, что скрывалось в этой фразе: «Всё равно ты заплатишь».

И я заплатил. Сполна.

Пламя потухло, рука мёртвой плетью опустилась вниз, глаз начал снова видеть так, как и должен был видеть… вот только система верещала, что все энергетические каналы оказались перегружены, а само зерно на грани саморазрушения. Это я уже успел уловить постфактум, когда мой разум начал туманиться, ноги подкашиваться, перед глазами пробегали тонны информации, но больше всего пугала надпись.

«Ты мой!»

* * *

– …д… – какой-то отрывистый звук мешал сосредоточиться, не позволял мне провалиться в ту безмятежность, в которой я только что пребывал.

– …ойд!.. …рт!.. …авай! – голос… – Какой-то назойливый голос пробивался через тёмную пелену, не давал дрейфовать. А мне так хорошо… Я никогда не чувствовал такого спокойствия, такого умиротворения… словно я…

– Тварь ты такая! Только попробуй сдохнуть! – рыкнула девушка, случайно выдав разряд тока, который почти моментально привёл меня в чувства.

Я жадно вздохнул, голова трещала, перед глазами плыли красные круги, мозг словно хотел взорвать черепную коробку, а всё тело меня практически не слушалось, ощущалось какой-то ватой. Перед глазами было чистое, почти безоблачное небо. Редкие облака украшали небо, переливающееся цветами из темновато-синего до светло-голубого.

Через пару мгновений, со сбоями, заработала система, тут же начав проводить полный анализ моего организма. Сотни и сотни сообщений вспыхивали и гасли перед моими глазами, а трёхмерная фигура моего тела всё больше украшалась бесконечным множеством красных точек.

Зерно… оценка состояния… критическое состояние! Возможна полная утрата целостности зерна! Начата процедура сохранения целостности главного узла! Для восстановления необходимо срочно обратиться за профессиональной помощью.

Большой энергетический канал… оценка состояния… неудовлетворительное состояние! Обнаружено 12 повреждений канала! Начата процедура частичного восстановления обнаруженных разрывов канала! Для полного восстановления необходимо срочно обратиться за профессиональной помощью.

Малые энергетические каналы… оценка состояния… неудовлетворительное состояние! Обнаружено 254 повреждения каналов! Начата процедура частичного восстановления обнаруженных разрывов каналов! Каналы левой руки полностью уничтожены, в текущем состоянии восстановлению не подлежат. Для полного восстановления необходимо срочно обратиться за профессиональной помощью.

Нервная система… оценка состояния… удовлетворительное состояние. Начата процедура нормализации прохождения сигнала по всем нервным каналам. Нервные каналы левой руки сильно повреждены, частичная потеря функционирования. Для полного восстановления необходимо срочно обратиться за профессиональной помощью.

Сообщения продолжали литься как вода из ведра, но я просто не обращал на них внимание. Какие-то были чисто системными, какие-то говорили о восстановлении тех или иных функций, какие-то продолжали посылать сообщения о состоянии моего здоровья… и наконец, восстановилась связь.

– Войд, твою дивизию! – хлестнула меня по лицу Алиса, окончательно приводя в чувство. – Какого хрена сейчас произошло?!

– И тебе снова привет, – с лёгкой, но определенно грустной усмешкой сказал я. – Спасибо, что беспокоишься о моём физическом состоянии.

– Да по тебе и так видно, что тебе после этого дерьма хреново, – слегка рыча, но в то же время с переживаниями говорила девушка. – Ты мне скажи, что сейчас было?! Почему система начала распознавать в тебе то противника, то своего?! Как ты перенёс этот чертов снаряд?! Я даже среагировать не успела… а у меня отменная реакция…

– Так… – постучал я себя пару раз по щекам работающей рукой, чтобы окончательно прийти в чувства. – Плазменное копьё деактивировалось… система показывает, что оно в наличии. Фух. А вот что было… сложно сказать. Я услышал голос, мрачный, злобный, властный… он предложил помощь… а я не стал отказываться. Дальше… это уже всё произошло само собой. Рука разгорелась каким-то странным чёрным пламенем, начала двигаться сама по себе… и снаряд перенесло. Вот только странно… это был перенос материи… а у меня зерно управления самим пространством… почему…

– А материя где находится? – задала она явно риторический вопрос, с лёгким недоверием посмотрев на меня, но после того, как от неё пришли какие-то запросы, она спокойно вздохнула. – Ты чист, разум не затуманен… слава богам. Не пользуйся больше этим, никогда, вообще. Понял?

– Понял, понял, – кивнул я и начал медленно подниматься на ноги. – Если я переместил само пространство, в котором заключался снаряд… то это открывает множество перспектив.

– Так, об этом подумаешь в другой раз, – жёстко отрезала девушка. – То, что ты уничтожил танк, это хорошо… вот только противника от этого резко меньше не стало. Как ты и говорил, надо сваливать отсюда, пока они не спохватились. Уничтожение танка – это лишь временная мера, они точно захотят отыграться за такое унижение.

– Ну да, – усмехнулся я, глядя в глаза Молнии, – два безумца уничтожили сначала группу преследования, потом захватили гусеничный бронетранспортер, уничтожили три транспортника противника, отбили дом, подняли бунт по всей планете, а теперь и уничтожили их очень тяжёлую технику… Сраные Грейссоны! – прорычал я. – Это на их тяжёлом крейсере был доставлен этот монстр! Убью гадов! Я их всех до одного убью!

– Так, сыплешь угрозами, значит, точно пришёл в себя, – устало сказала Алиса. – Всё, пошли, пока ещё время есть.

– Только не далеко, – сказал я, напрягая мозги, а после вывел план действий в случае нападения, что вытащил из базы данных резервного пульта системы обороны и оповещения планеты. – Нам надо отойти на пять миль на юго-восток. Там будет бункер, в который нам надо забраться и ждать подразделения эвакуации. Там есть система мониторинга за всей планетой.

– Мили… – недовольно брызнула девушка. – Вот почему у вас всё в этих долбаных милях?! Почему не в километрах?! На хрена Галактический совет вообще принял две единицы измерения?! Лучше бы одна универсальная была.

– В космосе одна универсальная, – усмехнулся я. – Астрономическая единица, световые секунды, минуты, часы и парсек. Всё универсально, везде применяется, во всех кланах.

– Заткнись, и пошли, – вздохнула девушка. – И активируй своё оружие на всякий случай, мало ли какая зараза на тебя нападет.

– И не помешало бы мне обратно броню вернуть, – осмотрел себя я, обнаружив, что у меня снят грудной элемент брони. – А то как-то не хочется от первой же случайной пули помирать.

Быстро снарядившись, я активировал, как и просила Молния, свое оружие, и мы побрели в указанном в планах направлении. Пока мы шли, бежать смысла не было, да и я в своём текущем состоянии этого просто не смогу сделать, у меня в голове была лишь одна чёткая мысль. Кто это такой, чёрт его дери, был?! Почему вдруг моя рука перестала меня слушаться? Почему у меня сейчас оказалось расколото зерно? Хотя на последний вопрос можно спокойно ответить, этот кто-то просто применил такую способность, какую моё зерно просто было ещё неспособно выдержать. Вот и я его почти лишился к хренам…

Текущий запас АТФ составляет 82 единицы. Необходимо пополнить запас АТФ, проведя конверсию энергетического запаса из накопителя. В настоящий момент из-за поддержания состояния и повышенной регенерации организм активно потребляет АТФ. Скорость потребления (с вычетом его регенерации) составляет 55 АТФ в час.

Текущий энергетический запас накопителя составляет 40 килоджоулей из 40 (накопление 1 единицы энергии каждый час приостановлено из-за достигнутого лимита. Необходимо расширение размера накопителя. Смотрите справку).

Провести конверсию 20 килоджоулей энергии в 200 единиц АТФ?

В организм на краткое мгновение, словно кто-то вдохнул чуть больше жизни, странное ощущение, но оно подсознательно давало понять, что в критической ситуации моё тело сможет многое. Как-то уже было такое. Вот только такое сильное потребление… Я протяну не очень долго, около десяти часов такими темпами, плюс-минус. Надо быстрее заканчивать всё это, дождаться представителей Академии… и заявить им о передаче планеты. Благо, я на это имею право, как её текущий правитель.

За всё время нам лишь один раз попался отряд противника, и то, он нас даже не видел, а вот я по наводке Алисы видел их очень хорошо. Всего три человека шли в составе этого отряда, все шли как-то вальяжно, расслабленно, о чём-то весело беседуя. Я, не раздумывая, выставил руку в их направлении и с помощью системы сделал три чётких выстрела. Как противник шёл, так он и упал. Даже ничего не успели сказать.

До бункера мы добрались примерно за час, он открылся сразу, стоило мне нажать кнопку рядом с дверью и дождаться окончания сканирования датчиками на входе. Внутри оказалось достаточно уютно, если это слово можно использовать про армейскую расстановку вещей и армейский минимализм. Было всего четыре помещения, которые были углублены примерно на тридцать метров под землю. Первое, конечно же, являлось спальней на три персоны: три односпальные кровати, три тумбочки, три стула, один стол, один шкаф – всё из металла. В спальной зоне была ещё одна дверь, которая вела в душевую-уборную. Второе помещение – это центр управления с примерно таким же агрегатом, что стоял у меня дома, он уже был включен, и на нём уже было множество сообщений. Надо будет прочитать. Третье помещение было кладовой, причём тут даже имелись современные образцы брони и вооружения, которые, судя по сканированию системой, были даже лучше того, в чём я был сейчас. Сколько же отец вбухал в это денег… Ну и последнее – столовая и кухня, два в одном. Необходимый минимализм.

– Ну что, – усмехнулся я, – располагаемся. Скоро должен подойти полк пехоты, может, какая-то воздушная техника, в плане расплывчато об этом написано… и нас отсюда заберут в более защищенное место.

– Тебе надо к врачу, нашему, срочно, – щурилась на меня Алиса. – А то твой организм сам себя сожрёт такими темпами. Либо тебе где-то надо искать энергию… вот только… не смотри на меня так… ладно, поделюсь…

– Вот и славно, – улыбнулся я. – А я пока пойду, почитаю, что там система обороны пишет.

Глава 19

Несколько часов я с Алисой сидел в утомительном ожидании. Как оказалось, у девушки был природный талант на готовку, так как, найдя всё необходимое, она умудрилась за полтора часа сделать весьма вкусное рагу. А я всё время сидел и следил за исполнением моих приказов, читал отчеты, что стекались ко мне на управляющий элемент системы.

– Ну что там? – полностью убрав свою броню, встала в дверях в кабинет Молния, с усталостью на лице смотря на меня. – Есть какие-то положительные движения?

– Есть, – кивнул я. – По докладам уничтожено около двух с половиной тысяч наёмников, более двух десятков наземной техники и три единицы воздушной, также с помощью наземных орудий противокосмической обороны были подорваны челноки, на которых эти уроды пытались эвакуироваться.

– Но по твоему лицу понятно, что, помимо этих относительно хороших новостей, есть ещё дерьмовые новости, – скрестила руки под грудью девушка, слегка сощурившись.

– Да-а, – сказал на выдохе я и начал массировать виски из-за нарастающей головной боли, всё же активное потребление организмом АТФ очень сильно сказывалось на мне. – По предварительному подсчёту погибло уже полторы тысячи военнослужащих и больше десяти тысяч мирных жителей… в отбитых населённых пунктах до сих пор идут подсчёты. Противника оказалось больше, чем мы думали, только в населённых пунктах их около трех с половиной тысяч засело, гарнизонами стояли… а ещё сколько-то в лесах.

– Всех найдут, не переживай, – попыталась улыбнуться Алиса, приободрить меня, но вышло у неё откровенно хреново, не те слова она подобрала, ибо тут я подумал сначала про мёртвых мирных жителей, а потом уже про наёмников.

– Надеюсь… – тяжело вздохнул я и встал из-за пульта, хотел дать своим мозгам немного отдохнуть.

Пройдя мимо Молнии, благо она отступила на шаг, я уселся на одну из кроватей и стал ждать, продолжая массировать виски. Голова не то что страшно болела, её словно раздирало изнутри. До этого момента я думал, что это из-за поглощения АТФ… но у меня же после ускорения, когда я убегал от теневика, голова не разболелась… значит… это из-за того урода, что перехватил контроль надо мной.

Когда боль немного отступила, я положил руки на колени и свесил ладони между ног, уставившись в пол. Я чувствовал, как меня обвиняют мирные жители в том, что я их сначала оставил, а сейчас подверг опасности, как мне желают испытать всё то, что испытали обычные люди.

– Не вини себя, – уселась рядом со мной Алиса и приобняла меня. – Ты сделал то, что считал верным и правильным, иначе бы всё это превратилось в геноцид в любом случае. Если бы тебя не убили, то просто бы начали истреблять твоих людей или сделали бы из них рабов.

– Скорее, второе, – поиграл я желваками, после почесал нос. – А раньше были похожие случаи, когда телом бойца Академии начинала управлять какая-то сущность? Просто меня это сильно пугает…

– Меня это пугает не меньше, – нахмурилась девушка. – На моей памяти точно такого никогда не было. Больше скажу… я таких способностей никогда не видела, хотя с твоим зерном это не удивительно. Пустотный… у меня есть одна идея, но она тебе не понравится.

– Я мог быть причиной, из-за которой произошёл прорыв пустотных тварей на краю нашей галактики? – грустно усмехнулся я и уставился на ладони, которые развернул к своему лицу.

– Что-то типа того, но несколько в иной концепции… – вздохнула она и поднялась на ноги, начав медленно расхаживать передо мной. – Пустотные твари… не знаю, почему их так назвали, их весьма спокойно берёт наше оружие, но, мне кажется, они стали причиной развития твоего зерна. Либо ты можешь стать одним из них, либо можешь стать идеальным оружием против них. Как говорят у нас на родине, клин клином вышибают, против пустоты можно успешно бороться пустотой. Ну не просто же так появился человек с пустотным зерном в эпоху Пустоты.

– Это уже так окрестили появление этих тварей? – приподнял одну бровь я, не отводя взгляда от своих рук.

– Ну, так уже говорят мои одногодки в Академии, – остановилась передо мной Алиса и сложила руки на груди. – У некоторых там уже родные погибли, сообщения об этом с каждым прибывшим кораблём к планете с ретранслятором Академии получаем.

– Ясно, – вздохнул я и потёр руками лицо, после чего поднял взгляд на свою боевую подругу и весьма уверенно произнес: – Вот только хрень всё это, что я появился в тот момент, когда появились пустотные. Я склонен думать, что меня специально создали, заранее продумывали мой архетип. Не просто же так при единственном на всё человечество случае появления пустотного зерна уже в системе Академии есть моя программа развития.

– Всё может быть, – пожала плечами она. – Но вокруг тебя уже начинают появляться разные легенды, истории. Что забавно? Некоторых это злит, кого-то вдохновляет. Но всё же в основном злит, ибо все стараются сделать так, чтобы их заметили, увидели их заслуги перед отечеством… а какому-то первогодке дали медаль при всех! Это же уму непостижимо!

– Слышу в твоих устах нотки зависти, – усмехнулся я, поднимаясь на ноги, после чего с широкой улыбкой положил Молнии руки на плечи. – И тебе когда-нибудь достанется медаль! И будет радость на твоей улице!

– Да иди ты, – также с усмешкой ответила Алиса, сбросив мои руки с плеч. – У меня уже есть медалька, но не такая, как у тебя. Всё же она у твоей тройки реально заслуженно получена. Не всегда тройка необученных молокососов может провернуть такую операцию, ведь, по сути, вы спасли государственную тайну, а также довезли мозги учёного вместе с его телом в целости и сохранности.

– Мозги с телом? – с улыбкой приподнял я снова одну бровь, язвительно задав этот вопрос. – Никакого уважения к старшему поколению! Ай-ай-ай, Алиса Громова, ай-ай-ай.

Ещё минут десять мы общались по всяким мелочам, у меня снова начали крутиться мысли вокруг потерь, которые возникли по моей вине, снова она меня начала успокаивать, но на этот раз у неё не получилось. Понятно, что это война, а на войне без жертв не бывает… но всё же можно было как-то их избежать, можно было придумать что-то такое, чтобы выманить всех уродов из городов.

– Не вышло бы, – сказала Алиса, которая уже валялась на соседней кровати. – И если думаешь, то не надо фонить в мыслеканал, я тебе уже говорила об этом. Я слышу почти всё, о чём ты думаешь. Но разрывать не советую, я через тебя получаю всю информацию о твоих войсках. Кстати, ты бы тоже следил за этим, к нам гравилёты приближаются.

Я сначала хотел возмутиться, но потом понял, что она опять права. Взглянув на карту, которая была также синхронизирована с системой обороны и всеми спутниками, я заметил летательный аппарат, которому осталось пролететь три мили до нас, а значит, надо было снова готовиться, по крайней мере, надо облачиться в ту броню, что так заботливо оставил мой отец тут.

Поднявшись на ноги, я пошёл в сторону кладовой, предварительно предупредив об этом Молнию, также сказав ей готовиться к возможным неожиданностям. Включив свет в кладовой, подошёл к одной из трёх ячеек хранения брони, где она размещалась снаряжённая на манекене.

Сама броня была тёмно-синего цвета с серыми прожилками по окантовке, шлем полностью закрывал всю голову, не имелось ни единого зазора, крепился он за подвижные защитные пластины, что защищали шею, перед которой также был горжет, отлично прикрывающий воротниковую зону и защищающий целиком всю ключицу. К правому и левому краю горжета, а также к нагруднику, что был ниже него, крепились несколько угловатые, три полукруглые пластины, которые соединили между собой под углами в сорок пять градусов наплечники. Руки также были отлично защищены, броня как минимум толщиной в сантиметр, что необычайно много, во всех местах изгиба броня была тоньше, но она была накладной и подвижной, чтобы не стеснять движений. Нагрудник целиковый, система говорила, что там есть несколько слоёв различного металла. Пояс прикрывала также подвижная броня, на спине были раздвижные пластины, которые смыкались-размыкались при движении и могли крутиться на небольшое расстояние, чтобы сохранять подвижность корпуса. Пояс, с креплениями для различных подсумков, ракушка, прикрывающая пах, набедренники, наколенники, наголенники… в общем, полный комплект брони.

Нажав на несколько кнопок рядом с ячейкой хранения брони, наиболее подходящей мне по размерам, включил какую-то сканирующую систему, о чём мне незамедлительно сообщила моя система. Когда сетка полностью прошла по моему телу, защитное стекло отъехало наверх, броня развернулась ко мне спиной, и вся эта защита начала разъезжаться. Нагрудник поднялся, броня на поясе разъехалась, приглашая меня шагнуть в броню для ног, которая несколько спустилась вниз, чтобы мне было удобно в неё залезть. Что я и сделал.

Сделав первый шаг, я почувствовал, как внутренний скелет брони начал подгоняться под меня, фиксироваться, идеально повторяя мою фигуру, следом я поставил ногу во вторую «ячейку», произошло то же самое, а после прозвучал нежный женский голос.

– Фиксация ног завершена, поднимите, пожалуйста, руки и ожидайте спуска нагрудника.

Когда начала спускаться верхняя часть брони, мою талию аккуратно обхватила подвижная броня, фиксируясь на ней. На короткое мгновение даже дышать стало тяжелее, но потом она быстро подстроилась под меня, дышать сразу стало проще. Просунув руки в соответствующие отсеки, я начал аккуратно протягивать руки дальше. Горжет уже на месте, а вот шейной брони не было.

– Разведите руки в стороны, держите голову ровно, запущены последние процедуры, – снова голос системы бункера подсказал, что нужно сделать, а когда я это выполнил, начались эти самые последние процедуры.

Сначала на обе руки синхронно наехали наплечники, потом броня для плеч, потом налокотники и так далее. Завершили этот короткий «парад» бронированные перчатки, которые были несколько больше моих собственных рук, из-за чего использование старого автомата оказалось уже нереально, но зато все механизмы слушались вообще идеально.

В последний момент начал опускаться шлем, который с точностью до миллиметра зафиксировался на моей голове. Сначала перед лицом не было защиты, но потом она появилась, выехав откуда-то из-под шлема. В самый последний момент из горжета выехала броня для шеи, которая сцепилась со шлемом, подавая питание.

Броня АРК-2. Модифицированная.

Степень защищённости в критически важных узлах организма – выше среднего, способна выдержать выстрел мелкокалиберной пушки с расстояния 100 метров единожды, в крайнем случае дважды.

Степень защищённости основных подвижных узлов организма – средняя, способна выдержать выстрел тяжёлого пулемета с расстояния 100 метров единожды, в крайнем случае дважды.

Общая характеристика защищённости – удовлетворительная, данный вид амуниции полностью удовлетворяет всем требованиям защищённости для бойцов Академии в случаях ведения активных боевых действий.

Состояние основных узлов брони – отличное, износ отсутствует.

Дополнительные параметры – повышение общей грузоподъёмности на 50 килограммов; снижение заметности в инфракрасном спектре всех визоров на 56 % за счёт усовершенствованной термоизоляционной обивки. Максимальная скорость передвижения из-за особенностей узлов ограничена 40 милями в час. Обеспечена высокая подвижность за счёт системы приводов в основных подвижных местах. В шлем встроен визор, фильтрующий поступающий световой сигнал, с помощью встроенного процессора обрабатывающий его, выводя сигнал в трёх различных диапазонах: обычный, инфракрасный, ночной. В шлем встроены специальные осветительные приборы, свет от которых улавливается только визором или схожими по его структуре системами. Имеется система замкнутого дыхания с запасом кислорода на 60 минут относительного времени.

– Как тебе такое? – мысленно спросил я у Алисы, отправляя ей описание своей отличной обновки. – Думаю, хорошее наследство для ведения наземных боёв.

– Для наземных так себе, – всё же решила обгадить мне этот миг Алиса, – танк тебя вскроет как консервную банку… а вот для абордажных боёв точно отличный комплект. Не хватает тяговых механизмов, чтобы можно было в космосе сражаться, да с корабля на корабль перемещаться… в общем, куда лучше того, что у тебя был.

Вздохнув спокойно, я сделал шаг с «подиума» и прошёлся взглядом по вооружению, что тут находилось. Три автомата калибром более двенадцати миллиметров, три пистолета калибром десять с половиной миллиметров, странный выбор, редкое оружие. Также были две тяжёлые снайперские винтовки калибром двадцать два миллиметра с автоматической подачей боеприпасов и автоматической регулировкой умного прицела, который настраивался на основе доплеровской системы. Пуля с высокой вероятностью попадёт туда, куда направлен прицел, только поправку на ветер надо брать.

Тяжёлая снайперская винтовка ТС-22/10.

Калибр – 22 миллиметра.

Размер магазина – 10 боеприпасов.

Кратность установленного прицела – х32.

Максимальная дальность стрельбы – 12 000 метров (при пересчёте на текущее гравитационное воздействие планеты).

Убойная дальность стрельбы – 6850 метров (достигается за счёт особой структуры пули, используемой в штатном боеприпасе, которая при столкновении на определённой скорости деформируется и разрывается).

Бронебойность – средняя.

Износоустойчивость – 1000 выстрелов за сутки / 15 000 выстрелов всего.

А вот это хорошая такая огнестрельная дубина, прошьёт противника и не заметит. А с учётом моей особенности со зрением… точно возьму это оружие. Плюс, судя по всему, на спине имеются специальные крепления для этого оружия, а может, и для автомата есть. И для пистолета тоже на пояснице есть крепление, значит, броня специально модифицирована для этих видов оружия. Берём пистолет и автомат.

– А вот теперь я готов! – с нетерпением в голосе сказал я, глядя, как стремительно снижается запас АТФ. – Алис, подкинь, пожалуйста, сейчас тридцать семь единиц энергии, если не сложно, а то я так сдохну скоро…

– Подходи к входу и всё сделаю, – даже мысленно цокнув языком, сказала она, а потом в коридоре послышались звуки соприкосновения металла о металл.

Значит, она пошла к входу. Значит, и мне пора.

Подойдя к дверям, я снова сверился с картой. На расстоянии в треть мили от нас летательный аппарат приземлился, и из него, судя по синим точкам, начал высаживаться десант, который рассредоточивался по периметру, охватывая огромную зону вокруг этого бункера.

– А неплохо выглядишь, – с уважением сказала девушка вслух. – Будем ждать или выйдем, попугаем?

– Зачем моих военных пугать? – нахмурился я, стукнув её локтем, одновременно перекидывая ещё двадцать единиц энергии в АТФ. – Мне вот лишние нервы к чертям не сдались. Кстати, подкинешь энергии или как?

– Да, да… сейчас… и… готово. Подтверждай запрос.

Цестус Молния передаёт вам 37 килоджоулей энергии.

Приняв запрос, между нами проскочила короткая вспышка молнии, после чего мой запас энергии в накопителе снова заполнился на максимум. Это несколько успокаивало, дарило мне ещё примерно восемь дополнительных часов времени перед тем, как я отключусь.

Взяв в одну руку снайперскую винтовку, я положил свободную на кнопку открытия гермодверей, ожидая, когда на карте приблизятся две синие точки. Сто процентов, командир этого отряда и его заместитель. Когда они подошли, система убежища сразу сообщила об этом, после чего я спокойно нажал на кнопку.

– А вот теперь моя тушка стала сразу самой дорогой и самой охраняемой на этой планете, – усмехнулся я. – Эх, теперь просто так не пострелять.

– Тогда зачем ты всё это нацепил на себя? – непонимающе спросила Молния. – Только не говори, что…

– Ну а как же не попонтоваться? – улыбнулся я, хоть она и не видела мою улыбку. – Главное – создать правильный эффект и поставить себя выше других! Иначе меня военные сожрут. А вот и они…

Глава 20

– Мистер Тиберий Грейвойд? – несколько опешил офицер вооружённых сил моей планеты, когда перед ним вышли я в найденной броне, а также Алиса, появление которой его явно насторожило. – Если наступит время тьмы…

– Всегда появится луч света, – продолжил я фразу, отдавая команду убрать маску шлема. – Доволен, офицер?

– Так точно, мистер Грейвойд! – вытянулся офицер, перехватил свой автомат в одну руку, расположив его вдоль своей ноги дулом вниз, а вторую руку приложил кулаком к груди. – Командир двадцать второй малой бригады специального назначения Андер Морвос! Прибыл в пункт вашей возможной дислокации с целью обеспечения вашей защиты и сопровождения в основной оперативный штаб управления планетарной обороной!

– Расслабься, – усмехнулся я. – И не смотри так на девушку, они этого не любят, по морде получишь. А вообще, это цестус Молния, обучаемая на четвёртом году в Академии, прислана для обеспечения поддержки в рамках сопровождения и сохранения моей жизни.

– Понял, сэр! – ещё раз стукнул кулаком по груди Андер, после чего спокойно вздохнул и приложил руку к уху. – Объект найден, сворачиваем периметр, следим за обстановкой, при появлении противника немедленно открывать огонь. Занимаем места в транспортном судне по моей команде.

Развернувшись, офицер медленно пошёл в сторону летательного аппарата, перехватив автомат в обе руки. Он всё равно был напряжён, ведь раньше такие мероприятия никогда вживую не выполнялись, все только в рамках тренировок отдельных формирований… а сейчас вся система защиты планеты подверглась полной апробации, даже реализации заранее заложенных планов. Только планету на военное время не перевели.

То тут, то там мелькали силуэты достаточно хорошо оснащённых бойцов, конечно, их снаряжение не сравнится с моим, но оно явно на порядок лучше того, в какое облачены наёмники моего брата. Действия бойцов с виду были достаточно слажены, они не делали резких движений, не суетились, занимали как можно более хорошо защищённые места, чтобы обзор при этом страдал минимально.

– Как минимум троих убьют почти сразу при наступлении, – несколько недовольно поделилась со мной мыслями Алиса, украдкой смотря по сторонам. – Вон тот на одиннадцать часов слишком сильно вылезает из-за дерева, один-единственный выстрел, и его отправят на тот свет. Боец на два часа вообще словно и не пытается прятаться, тоже труп. На восемь часов боец, половина туловища торчит из оврага, лёгкая цель для любого стрелка, да и граната его моментально на тот свет отправит. И что это вообще за прикол про свет и тьму?

– Кодовая фраза, – усмехнулся я. – Не вникай, тут отец с дедом в своё время целую систему обороны разработали, много условностей. В общем просто не вникай. А про бойцов… скажи это офицеру, пускай он своих вздрючит, а то вон тоже перенервничал, не следит за своими.

Ну, Алиса за словом в карман не полезет, в два шага догнав офицера, она прямо разложила, как именно его подставили его подчинённые, и почему он, да и мы, оказались бы обложены противником со всех сторон. По фигуре Андера было понятно, что его это несколько пристыдило, а девушка на этом не закончила, она продолжила поливать его отборной бранью, показывая ему, какой он никчёмный командир.

– Вы тут персону планеты номер один защищать прилетели или подставить его?! – рычала девушка, идя шаг в шаг с командиром этого отряда. – Ваши бойцы вообще не понимают, где оказались и что делают?! Если Тиберий Грейвойд умрёт, вы последуете сразу за ним! А у нас вообще не учения! На планете реальный враг! Если вы летели, то должны были видеть огромный танк, который чуть нас не уничтожил! И как вы вообще допустили появление такой техники на этой планете?! Почему сразу не приняли меры?! Да вы вообще бесполезные войска!

– Молния, – слегка повысил голос я, смотря на Алису ледяным взглядом. – Прошу воздержаться от резких высказываний по поводу всех войск. Это уже моя работа, ты же хотела просто показать данному офицеру его недостатки и недостатки его отряда.

Что-то буркнув себе под нос, она поравнялась со мной и как-то недовольно посмотрела на меня, даже шлем на мгновение для этого деактивировала. Ну и фиг с ней, не знает границы, слишком импульсивна и эгоистична. Вот только моё шестое чувство ревёт…

– Кстати, а как ты вообще рукой двигаешь? – удивлённо спросила она по мыслеканалу. – Я же видела, что она у тебя плетью повисла, ты не мог ей даже пошевелить.

– Умные приводы в броне, – довольно ответил я. – Нигде в описании это не проскакивает, а вот оно работает. Конечно, топорно всё как-то… но, чтобы удерживать ровно винтовку, этого хватает. В общем, современные технологии и наноразработки. Надо будет снабдить свою будущую броню такой же функцией. Если мои способности будут и дальше так меня выжигать, то это точно пригодится.

– Кстати об этом… – несколько задумчиво сказала Алиса. – Я нашла в базе данных один похожий случай. Только человек там загорелся обычным пламенем, когда перенапрягся, а не как ты чёрным… но всё же очень похожий случай, примерно так же, как и у тебя все было.

– Я тебя внимательно слушаю, рассказывай дальше.

– Да что рассказывать, – напряглась она. – Парень тогда решил использовать разом весь свой доступный резерв АТФ, из-за чего его недоразвитые каналы не выдержали. Когда перейдёшь на второй год обучения, подробнее об этом узнаешь, но скажу так: пока у тебя не будут все три параметра одного уровня, например, третьего, ты не сможешь применять способности третьего поколения твоего зерна. А сейчас, когда летел снаряд, у тебя минимум способность четвёртого поколения была. Оценить я толком не могу, я – спец не того профиля… но лично могу оперировать сейчас способностями только третьего поколения… и то они мне даются очень тяжело.

– Поколения способностей… развитие зерна… – нахмурился я, быстро закрыв своё лицо маской шлема. – Как-то всё слишком сложно… почему нельзя дать свободно человеку развиваться, зачем такие условности?

– Ты вообще на занятиях до реальной практики преподавателей слушал? – удивлённо-раздражённо спросила Молния, повернув голову в мою сторону. – Если не слушал, то сейчас короткий ликбез. Во-первых, человеческое тело не способно выдерживать резкие изменения в своём организме. Раньше много народа погибало именно из-за того, что их тела отвергали улучшения, сейчас же благодаря медицинским агрегатам всё проходит куда более спокойно, но иногда бывают казусы, с которыми даже высокие технологии не могут справиться. Во-вторых, на протяжении первого года обучения всё равно следят за теми, кого отобрали на обучение. И практика показала, что не зря. Если бы тот придурок, что попытался тебя убить, обладал способностями, то ты сто процентов бы не дожил до сегодняшнего дня. Почему проглядели этого индивида, это отдельный вопрос, но, видимо, в Академии начала побеждать бюрократия. Как сказал бы мой брат, нужен экстренный стресс-тест всей управляющей жилки.

– Что-то такое было, да, – согласился я с ней. – Но всё же запомнить нереально! Я тогда, видимо, посчитал, что это лишняя информация, не совсем нужная, вот и не запомнил.

– Зря.

Пока мы шли до летательного аппарата, я всё ожидал нападения на нас, но, видимо, судьба оказалась благосклонна к нам, и на нас так никто и не напал. Когда я занял своё место, кресло было выделено цветом, да потом и офицер на него указал, я спокойно уселся, поставив снайперскую винтовку между ног. Алиса садиться даже не хотела, встала возле открытой двери, сняв с предохранителя свою автоматическую двуствольную винтовку.

– Можешь даже на неё не засматриваться, – спокойно сказала девушка офицеру. – Потрогать и подержать в руках не дам, увидеть её в действии сможешь только в случае нападения на нас, попытаешься хоть пальцем до неё дотронуться… отстрелю.

Эта ситуация меня немного позабавила. После этой фразы офицер несколькими короткими шагами отошёл в сторону и стал тихо раздавать приказы своим бойцам, чтобы они постепенно снимали посты охраны. В этот момент даже Молния подметила грамотный ход, особенно, тот факт, что снимаются сначала самые дальние рубежи, а потом всё ближе и ближе.

Когда последняя пара бойцов забежала в боевой транспортник, военные заняли свои боевые посты, а ячеек с пулемётами и пушками было достаточно, разработка нашего местного конструктора по заказу моего отца, мы тут же оторвались от земли и медленно начали набирать скорость. Алиса же спокойно уселась рядом с мной, разместив свой автомат так же, как и я – снайперку.

Взлетев где-то на милю в высоту, я направил свой взгляд на экран, что находился передо мной. Видимо, специально его тут разместили, чтобы старший аристократ мог непосредственно контролировать ситуацию и оценивать обстановку.

Экран был не особо большого размера, где-то двадцать дюймов по диагонали, но всё же этого было достаточно, чтобы одновременно следить за обстановкой с четырёх камер, расположенных по кругу воздушного транспортника. С воздуха планета выглядела весьма мирно, хотя то тут, то там виднелись столбы дыма, а местами были видны последствия продолжающихся взрывов тяжёлых снарядов. По всей видимости, войска начали выкуривать противника из лесов, стараясь не вступать с ними в прямую конфронтацию. Правильное решение, особенно, если учитывать тот факт, что почти вся техника противника была уничтожена, маневренность у них сейчас была на низком уровне.

Пару раз мимо нас пролетали тяжелые флаинги, которые своим внешним видом походили на каких-то огромных экзотических птиц. Управлялись эти птички одним пилотом, а за вооружение отвечал второй член экипажа, ну или просто стрелок. Когда они выстроились в клин рядом с нами, сразу стало понятно, что они – наше сопровождение, а ещё это позволило лучше разглядеть их, ведь до этого момента я их не видел ни разу.

На носу флаингов находились спаренные пушки калибра эдак тридцать два миллиметра, на глаз трудно определить. Скорее всего, это было единственное вооружение под управлением пилота, судя по расположению, остальное было в руках стрелка. На крыльях несколько управляемых ракет, скорее всего, некоторые из них были класса воздух – воздух, а какие-то воздух – земля. Виднелись пусковые установки неуправляемых ракет, в каждом «барабане» было по тридцать с лишним снарядов, противнику в окопах точно не поздоровится, когда на него такой шквал огня рухнет. Так же было несколько башенных установок с тяжёлыми пулемётами в них, вращались они самостоятельно, постоянно отслеживая движение по периметру. Одна такая башенная установка находилась под днищем, две другие – по бортам птички между её крыльев. Ну и, скорее всего, были системы отведения ракет, да и ещё какая-нибудь активная защита.

– Помню, как отец хвалился разработками наших конструкторов, – с улыбкой на лице сказал я. – Испытывали даже в реальных военных действиях, во время бунта на какой-то планете нашего клана. Какой ветви принадлежала точно эта планета, я сказать не могу… но там даже армия восстала. Вот птички эти себя тогда хорошо показали.

– А? Ты о чём? – вышла из транса Алиса, помотав головой в разные стороны. – Это… я немного задремала… хех…

– Я про флаинги говорил, – вздохнул я и помотал головой в разные стороны. – Ладно, забей. И будь настороже, пожалуйста, а то мало ли что произойдёт. Не так давно я тоже просто летел на транспортнике, а его неожиданно сбили. Не хочу повтора.

– Ну этот транспортник всё же боевой, – тоном отличницы подметила девушка. – Да и прикрытие, судя по вооружению флаингов, довольно хорошее. Только дурак сюда сунется, да и сдохнет наверняка. За почти четыре года такие ситуации я считывать научилась спокойно.

– Угу… – хмуро ответил я, так как всё же какое-то внутреннее переживание не давало успокоиться. – Всё же мне как-то не по себе. Не каждый день почти в открытую начинаешь противостоять своему клану. Эх… как бы мне сейчас отец подзатыльников надавал…

– То, что сделал бы твой отец, уже не важно, – начала серьёзно выговаривать мне Алиса. – Ты сделал то, что считал должным, что считал лучшим для своей планеты. Потери… они так и так были бы, только сейчас они произошли за раз, да и то не так много, как я думала. А вот, если бы ты не захотел противостоять своей семейке, то всё было бы куда хуже, поверь. Видела один раз, как работают такие наёмники… слышал про понятие город-призрак?

Я промолчал, так как говорить сейчас что-то было излишне. Молния была права, эти уроды на потеху просто медленно бы вырезали население, воровали бы их имущество… а со временем вырезали и всех военных. Но всё же мне интересно, что мне ответит наш командующий, когда я задам ему животрепещущий вопрос.

– Какого хрена вы вообще бездействовали?! – сорвался я на крик, когда зашёл в главный зал оперативного штаба, повернувшись в сторону мужика лет сорока пяти. – Вас вообще ни разу не напрягло наличие наёмников на планете, которые даже на нашем языке ни хрена не понимают?! Или ваши мозги моя родственница вам тоже запудрила?!

– Никак нет, сэр, – спокойным тоном отвечал этот военный, глядя на меня совершенно равнодушным взглядом. – В соответствии со статьей сто двадцать два устава я не имел права противостоять наёмническому отряду, который был нанят аристократом для обеспечения сохранности своей жизни. Я понимал, чем это всё может обернуться, поэтому мои люди выслеживали их скрытые ячейки, постоянно информировали о происходящем… в общем, проводили подготовительные операции.

– А у этих наёмников были какие-то документы, подтверждающие, что они личная охрана аристократа? – глубоко вздохнув, спокойно задал я конкретизирующий вопрос, и в этот момент у командующего забегали глаза. – Или же вы просто поверили на слово этой курице, что прилетела на мою планету и стала отдавать здесь свои распоряжения?

– Сэр, это мое упущение, признаю, – даже сейчас его голос не выдавал никаких переживаний, говорил он ровно и спокойно. – Ваша родственница, когда прибыла на планету для исполнения ваших обязанностей, помахала перед моим лицом договором о найме, но я не удостоверился полностью, не успел прочитать полностью его, лишь бегло осмотрел две из пятнадцати страниц текста. Ваша сестра просто не позволила мне это сделать, что связало мне руки. Но, как сказал ранее, я предпринял все меры, чтобы в будущем успешно противостоять этому наёмническому отряду. Как видите, подготовка прошла не зря, если позволите…

Командующий Шой Парве поднялся со своего кресла и подошёл к интерактивной карте, которую отрегулировал руками, и вместо одного отдельного фрагмента появился глобус всей планеты в целом. Глянув вопросительно на меня, он дождался моего кивка и начал последовательно обрисовывать сложившуюся обстановку.

– Сегодня в тринадцать часов по нулевому меридиану была принята команда с резервного пульта управление на приведение всех войск в боевую готовность и проведение операции по уничтожению отрядов наемников, – начал он рассказывать, как по методичке. – В тринадцать часов двадцать минут произошло первое боестолкновение в городе Андер-два. Наш отряд из ста двадцати военнослужащих под прикрытием десяти единиц тяжёлой техники нанёс поражение группировке противника в сто сорок наёмников и двенадцать единиц техники различного класса. Это было самое первое и самое крупное сражение, после которого наёмники начали резню в городах. По состоянию на текущий момент пострадали жители городов Андер-один, Андер-два, Ноир-пять, Ноир-семь, Арбис-три, Арбис-девять, Горз-один и Горз-двенадцать. Всего на текущий момент погибло двенадцать тысяч сто двадцать два человека мирного населения, ранено тридцать тысяч шестьсот восемьдесят три человека, подсчёты продолжаются. Военнослужащих в ходе операции погибло две тысячи три, раненых – двести тридцать шесть человек. Противник оказывает жестокое сопротивление, мной было принято решение уменьшить количество прямых боестолкновений вне городов. В настоящий момент противник оккупировал населённый пункт беженцев урусов Долгий, гражданское население признано без вести пропавшими, примерная группировка противника в населённом пункте составляет около пятьсот наёмников. В настоящий момент проводим воздушную разведку в различных диапазонах, чтобы определить наличие гражданских лиц, если таковых не окажется, сравняем населённый пункт с землей. Всего наёмников уничтожено четыре тысячи двести восемьдесят три человека, взято в плен сто пять человек, примерная численность боеспособных наёмников на текущий момент составляет одну тысячу четыреста человек. Доклад закончил.

Весь свой доклад интерактивная карта по левую руку от него то приближалась, то отдалялась, постоянно показывались отрывки записей боестолкновений с противником, а на карте отмечались место, где происходило боестолкновение. В общем, пока на текущий момент всё складывалось весьма удачно, что не может не радовать, вот только надо рассказать командующему о своих дальнейших планах.

– Шой, – обратился я к нему спокойно, – чтобы для вас это не было сюрпризом, сообщу вам сразу. Планета после проведения операции по зачистке местности от наёмников будет передана под юрисдикцию Академии. Думаю, не стоит объяснять, для чего я это делаю. Так и мне будет спокойнее, и вам не придётся лишний раз по всей планете разворачивать боевые действия.

– Я вам это хотел предложить в день вашего отбытия, сэр, – на лице командующего появилась лёгкая улыбка. – Но вы тогда улетели очень быстро, а моё предложение так и осталось непрочитанным. Я с вашим решением полностью согласен, но хочу внести в него правку. Необходимо, чтобы у вас оставалась та же власть, что есть и сейчас, а Академия лишь послужит надёжной опорой для обеспечения сохранности населения. Ну и в глазах населения это будет хорошим шагом.

– Я подумаю над этим… – зажмурился я, смотря на Алису, которая в дверях мне сигнализировала руками. – Но пока надо заняться другими делами. Я пока в такой глобальной тактике не силён, так что полностью полагаюсь на ваши мастерство и умение в проведении операции.

– Спасибо, сэр, – склонил слегка голову Шой. – И ещё раз приношу свои извинения за мою опрометчивость. Готов понести достойное наказание!

– Подумаем над этим, а пока занимайтесь…

Интерлюдия 9

Гром

– До контакта десять минут! – объявил один из офицеров разведки, сидящий за пультом слежения за ближним космосом.

Сидя в кресле капитана своего фрегата, Гром нажал на несколько сенсоров, чтобы вызвать всех капитанов кораблей для быстрого инструктажа перед боем. Перед вылетом он успел провести один, но полных разведанных о составе противника не было, а сейчас уже известен примерный состав вражеской армады.

– Внимание всем! – слегка склонился над своим пультом Громов и начал говорить, стараясь перебить ту нервозность, которая могла перерасти в нечто большее. – Как и говорил ранее, перед нами «Аватар», самая мощная космическая боевая единица пустотных. Её характеристики в полной мере до сих пор не известны! Понятно только одно, эту махину ни в коем случае нельзя допустить к звезде! Наша задача – обеспечить ближнее прикрытие линкору «Заря-два», не подпуская к нему корабли классов фрегат и лёгкий крейсер! Остальные корабли атакуем только в целях самообороны! У противника численный перевес, огромный численный перевес, но такое понятие, как тактика, ему неизвестно. В этом наше преимущество. Мы не единственная группа прикрытия, есть ещё две, нам определили прикрывать хвостовую часть линкора и, в случае необходимости, оказывать поддержку второй группе прикрытия возле центральных блоков! Делимся на четыре группы! С второго по четвертый – группа альфа, за вами левый фланг линкора! С пятого по седьмой – группа бета, за вами правый фланг линкора! Группа омега – восьмой и девятый, вы прикрываете линкор сверху, следите за целостностью орудий корабля! Десятый, ты со мной, мы группа браво, прикрываем корму линкора, чтобы ему не ударили по слабозащищённым местам!

– До контакта пять минут! – снова выкрикнул офицер за пультом разведки. – Наблюдаю восемь целей! Три с левого фланга, два с правого, остальные снизу!

– Приготовиться к бою! Все средства обеспечить бесперебойной подачей боеприпаса и запаса энергии! – после небольшой заминки из-за доклада офицера разведки продолжил Гром. – Повторяю! Не рисковать! Друг друга прикрывать! Атаковать только цели не тяжелее лёгких крейсеров! Остаёмся на жёсткой связи! Доклады о критических повреждениях предоставлять немедленно!

Пока Гром говорил, его фрегат окутал ореол энергетического щита, все кинетические орудия зарядились, а к лазерным подали энергию, во всех шахтах были готовы ракеты для немедленного запуска, а личный состав корабля безотлучно находился на своих боевых постах. Но пока эскадра фрегатов так и не вышла даже к линкору, а точная обстановка была неизвестна.

Начав снижать скорость с нескольких астрономических единиц в минуту до сотен километров в секунду, в энергетический контур щита стало поступать больше энергии, а по мере приближения картина боя становилась всё яснее. На бой вышло пять линкоров и дредноут, которые без перерыва стреляли по объекту класса «Аватар», а вокруг них было настоящее световое шоу, вот только оно было устроено не для потехи публики, а с целью уничтожить противника.

– Тридцать секунд до контакта! – снова подал голос офицер разведки, уткнувшись в свой монитор. – Обнаружено множество целей различного класса! Вывожу информацию на основные мониторы!

– Огонь по готовности! – отдал последний приказ Гром, после чего стал пристальнее следить за тем, что было впереди.

«Аватар» – махина размером со средних размеров каменный спутник, огневая мощь которого была колоссальна, но при этом заключалась всего в одном орудии, которое окрестили «Поглотитель». Для прикрытия этому кораблю-существу не требовались какие-то другие орудия, для этого гигант бесконечно порождал всё больше и больше космических пустотных, которые успешно противостояли в борьбе с кораблями человечества. Даже сейчас, ещё за несколько секунд до приближения было понятно, что дежурное прикрытие не справляется, некоторые отсеки линкоров были пробиты, у одного даже повреждено второе орудие главного калибра.

Выйдя на дистанцию боя, эскадра фрегатов тут же развалилась на более мелкие формирования, усилив пробиваемое прикрытие. Изначальный план Грома сразу пошёл крахом: он рассчитывал, что тут будет куда спокойнее, а в итоге сражение шло по всему периметру линкора. Выведя по правую руку от себя пространственную карту, командир лично определял цели своему звену, чтобы как можно быстрее расправляться с противником.

В самые первые мгновения первый и десятый столкнулись с тройкой противника, Гром не пожалел ради уравнивания шансов целого залпа ракет с борта, когда открылась такая возможность, а мгновением позже со всех орудий правого борта был произведён обстрел второго корабля. Десятый, увидев, кого нужно атаковать, также стал поддерживать лидера «двойки», но он откровенно был слабее, орудия отстали на два поколения, ракетный залп из четырёх ракет оставлял желать лучшего… но всё же через десять секунд перестрелки и второй объект противника был уничтожен. С третьим разобрались ещё быстрее.

– Заряд щита составляет восемьдесят три процента! – сообщила автоматика. – Процесс восстановления эффективности энергетического прикрытия начался!

Появились пара мгновений, чтобы быстро оценить обстановку. Тройка на левом фланге схлестнулась с превосходящей группировкой противника, трое против пятерых. Тройка на правом фланге полетела оказывать помощь штатной группе прикрытия, там бой шёл пятеро против семерых не в пользу людей. Самая спокойная обстановка обстояла сверху, некоторые орудия весьма успешно помогали двойке, на которую налетело изначально восемь боевых единиц противника, а сейчас осталось всего два. И самая задница назревала под кормой.

Корму из штатной группы никто не додумался прикрывать, а сейчас в эту точку направлялась десятка противника. Для сражения требовались все орудия, но в данный момент часть из них была на перезарядке, как и ракеты по правому борту.

– Хорошо, что я высадил Молнию… – грустно усмехнулся Гром, смотря на то, что движется к нему навстречу, а после отдал приказ только своей двойке: – Нагрузить щиты на полную! Подачу питания на двигатели снизить на пятьдесят процентов!

Столкновение оказалось крайне жестким, экономить боеприпасы смысла просто не было. В первое же мгновение Гром запустил с другого борта ракеты, которые поразили и сильно повредили пять из десяти противников. Ведомый отделился от ведущего, нужно было раздробить десятку, что он и сделал. Но противник не клюнул на приманку, продолжал атаковать только главный фрегат, снижая по пять процентов прочности щита за десять секунд.

– Ракеты правого борта к залпу готовы! – крикнул какой-то офицер, назначенный для управления системой ракетного огня.

– Без команды! – рыкнул на него командир, концентрируясь на пульте управления и карте.

В это мгновение все пять линкоров и дредноут засияли. На сотни лазерных установок различных размеров подали питание, и через миг множество лучей устремились в сторону «Аватара». За одно мгновение даже глазом никто моргнуть не успел, как все эти лучи ударили во что-то невидимое перед этим космическим монстром, вокруг словно сама реальность начала дрожать, а армада противника в это время просто зависла.

– Огонь со всех орудий! – скомандовал в общий канал для всех кораблей командир эскадры, и космос наполнили вспышки взрывов, свет от лазерных лучей и шлейфы хвостов ракет.

Противник резко начал нести потери, от десятки врагов под кормой осталось всего трое за двадцать секунд боя, щиты с них спали, сделав эти кораблики лёгкими мишенями. Левый фланг полностью очистили от противника, на правом остались всего два корабля, а сверху объекта прикрытия вообще была полная тишина.

– До перезарядки главных орудий три минуты! – раздался голос адмирала, командира дредноута и всей армады человечества в секторе, именно он руководил обороной этой звёздной системы. – Рассредоточиться! Через полминуты противник выплюнет снова орду тварей!

– Доклады! – включил снова всех командиров своей эскадрильи Гром.

– Второй норма!

– Третий норма!

– Четвертый! Повреждение тягового двигателя! Нет возможности совершать быстрые маневры! Требуется срочный ремонт! Отступить не могу!

– Пятый норма!

– Шестой! Выведено из строя два из пяти главных кинетических орудия! Ремонт возможен в доке!

– Седьмой норма!

– Восьмой норма!

– Девятый… повреждение системы электропитания щита. Прочность на текущий момент составляет шестьдесят три процента. При получении урона восстановление щита невозможно. Боевой искин оценивает исход боя неутешительно.

– Десятый норма…

– Пятый, – тяжело бросил в эфир Гром. – При уничтожении девятого занимаешь его позицию.

– Пятый принял!

– Девятый, – переключился командир эскадры на индивидуальный канал. – на рожон не лезь, работай издалека. И объясни, как вообще получилось так, что у тебя электроника отказала? Они тебе щит перегрузили?

– Так точно, – кратко ответил командир пятого фрегата. – Вижу цели, до контакта двадцать секунд.

– Всем приготовиться!

Со всех сторон летело больше пятидесяти целей, со стороны группы прикрытия линкора было всего двадцать два фрегата, включая фрегаты Грома и десять крейсеров, лёгких и тяжёлых. Это была достаточная боевая мощь, чтобы отразить нападение противника, но пока шла только первая волна, вторую «Аватар» уже изрыгал из своей оболочки, порождая новых противников.

И снова завязался бой, снова сотни лучей, взрывов, трассеров и шлейфов раскрашивали пространство. За время ожидания до прилёта противника обе пусковые ракетные установки были перезаряжены, из-за чего при первой же возможности в сторону десятка целей устремился вихрь из шестидесяти ракет, которые мгновенно находили свои цели.

Всё пространство под кормой осветило зарево мощных взрывов, в ход пошли самые мощные и самые дорогие ракеты, которые только могли предоставить Академия и космический флот человечества. Но из этой стены огня показались первые цели, пять кораблей противника оказались почти не повреждены, более того, они словно впитали своих павших товарищей, став в полтора раза больше.

– Внимание! – снова включил общий голосовой канал Гром. – Противник имеет свойство слияния со своими уничтоженными союзниками, скорее всего, усиливая свои боевые свойства! Внимательнее! Усилить маневр, увеличить мощность двигателей, не дать противнику попасть по вам!

Перераспределив избыточную энергию, фрегаты начали бешено маневрировать, застигая противника врасплох. Как и предполагалось, у всех врагов не было орудий в хвостовой части «кораблей», из-за чего они становились крайне уязвимы. У кораблей людей же из-за концепции строительства было положено иметь хотя бы одно орудие для прикрытия тылов.

Открывая огонь вообще из всех положений, было уничтожено ещё два объекта противника, после чего оставшиеся три просто пропали на десяток секунд, чтобы появиться вновь, но только в качестве тяжёлого крейсера.

Только за счёт скорости двойка Грома справлялась с орудиями врага, изредка пустотные снаряды попадали в энергетический щит, просаживая его разом на добрый десяток процентов, а у ведомого почти на все двадцать. Когда оба ракетных залпа были готовы, все шестьдесят ракет сразу полетели в сторону противника нового класса, иначе он угрожал линкору, мог его очень сильно повредить, а с кормы вообще уничтожить.

– Пятый! – рыкнул в общий канал Гром, видя на трёхмерной карте, как исчезла сигнатура девятого. – На место девятого! Шестой и седьмой, работаете в паре! Сильно не геройствовать!

Мгновенная перестановка – и снова круговерть боя. Даже после попадания всех ракет и продолжительного залпа всех орудий двух фрегатов тяжёлый крейсер был в относительной целостности, продолжая обстреливать щиты линкора. Умом Гром понимал, что это никакие не космические корабли, а гигантские существа неизвестной формы. Если приглядеться, то отчётливо было видно множество чёрных глаз на почти антрацитовом фоне корабля, местами болтались жгутики, предназначение которых было не ясно, а иной раз больная фантазия дорисовывала этому гиганту пасть.

Очередной спаренный залп двух фрегатов – щиты тяжёлого крейсера просели, исчезли, что позволило сосредоточить огонь на местах установки орудий, уничтожая их одно за другим. Буквально десяток секунд, и боевая мощь этой твари сошла на нет, но… это монстра не остановило, он тупо пошёл на таран.

– Десятый! По хвостовым двигателям! Всем, что есть! Давай-давай!

Стрелки и пилот фрегата Грома тоже не ослушались приказа, стреляли чётко туда, куда было приказано. Только с третьего залпа тварь перестала ускоряться, а её траектория изменилась.

– Добро пожаловать к человечеству, твари!

И снова залп со всех орудий, словно сама реальность пошла по швам, а на поверхности «планеты» появились первые шрамы. Гром уже было обрадовался, но тут произошло нечто… ужасное.

– Внимание! – снова раздался голос адмирала. – Линкор «Заря-два» поглощён противником! Повторяю! Линкор «Заря-два» поглощён противником! Группе прикрытия «Зари» перераспределиться, обеспечить прикрытие наиболее уязвимых линкоров! Тварь решила воевать на полном серьёзе!

Тут же перед глазами Грома выскочило сообщение с приказом, что именно необходимо делать. На этот раз всей эскадрилье Грома нужно было прикрывать линкор «Аламейс», который изрядно потрепали ещё в другой звёздной системе, но он ещё был на ходу.

Когда радары начали регистрировать появление новых волн противников, неожиданно на индивидуальный канал с фрегатом Грома вышел лично адмирал Крайвер, легенда и командир единственного дредноута человечества.

– Слушаю, адмирал! – отчеканил Гром, как только канал связи был полностью установлен.

– До меня дошел доклад, сынок, что у тебя есть очень интересная ракета. Ведь меня не обманули? – словно заботливый родитель проговорил Крайвер Грому, осознавая всю тяжесть своих слов.

– Так точно, адмирал, – сдержанно с напряжением в голосе ответил Гром. – Есть такая ракета у меня в арсенале, но её радиус запуска не велик, а радиус действия очень огромен. Надеюсь, вы знаете, что её взрыв будет словно сияние новой звезды.

– Сынок, – усмехнулся адмирал, – я эти ракеты проектировал в своё время. Знаю все их плюсы и минусы… жаль, что на долю столь выдающегося выпускника Академии выпала такая нелегкая судьба. Приказываю! За тридцать секунд до слаженного залпа линкоров и дредноута передать командование второму по старшинству командиру звена, вашему фрегату приблизиться на расстояние запуска ракеты и в момент залпа орудий главного калибра запустить ракету по объекту класса «Аватар». Приказ обсуждению и осуждению не подлежит, на кону существование всего человечества.

– Есть, адмирал, – поникнув, ответил Гром, осматривая свою команду, после чего отключил канал связи и обратился ко всему экипажу: – Настал момент, для которого и создавался этот фрегат. Приготовиться к запуску основной ракеты, готовность две минуты, – снова нажав на кнопку вызова всей эскадрильи, Гром продолжил: – За тридцать секунд до залпа основных орудий линкоров и дредноута второму принять командование эскадрильей, обеспечить сохранность объекта ответственности.

– Есть! – ответил командир второго фрегата.

И снова круговерть боя, только на этот раз всё оказалось куда проще и быстрее. Противника было больше, но и со стороны группы прикрытия линкора количество защитников приятно возросло. Но Алексу было не весело, его отягощали самые тяжёлые думы, в основном о своей сестре.

– Тридцать секунд до залпа основных орудий! – раздалось во всех каналах связи, после чего фрегат Грома на полной скорости отделился от основной группировки, выкрутив щиты на полную, умчавшись через гущу противников в сторону планетоида.

– А с такого ракурса орудия даже слепят, – усмехнулся Гром, когда мимо него пронеслись десятки ярчайших лучей, которые пробили огромную брешь в энергетической защите. – Огонь!

* * *

– «Аватар» отступил! – радостно вещал на всех частотах какой-то офицер, в то время как Грей смотрел на ночное небо, которое расцвело синевой словно днём. – Повторяю, «Аватар» отступил! Мы победили!

– Но какой ценой… – с силой сжал челюсть аристократ, видя, как в космосе на короткий промежуток времени зародилась новая синяя звезда, чтобы потом погаснуть.

Глава 21

Трое суток мои войска зачищали планету от наёмнической падали. Когда мы приходили в их стойбища, а иначе их вооружённые стоянки никак не назвать, то видели ужасы, которые они за собой оставляли. О похищенных мы знали с самого начала, но о том, что с ними случилось, не подозревали до последнего момента.

Сложно описать словами, что эти уроды делали с жертвами, да и не хочется. Где-то находили отдельные фрагменты тел, где-то тела полностью без крови, где-то у людей отсутствовали отдельные органы, но при этом они сами ещё были живы, что являлось высшим чудом.

После трёх таких проведённых операция моими войсками я решил лично принять участие в одной из них. Предположительно в атакуемом нами стойбище был лидер этих наёмников, который владел крайне сильно волнующей меня информацией, а именно – контрактом с основной ветвью клана Грей за подписью моего брата или сестры.

Противник был настороже: пропажу первого парного патруля он заметил буквально через пять минут, но мы к этому были готовы на все сто процентов. Окружив их лагерь со всех сторон при значительном численном перевесе, вся эта схватка оказалась словно избиением младенцев, противник просто был не готов к такому мощному противодействию.

Я с Алисой шёл не в авангарде наших сил, даже не в первой линии основных наступательных сил. Мы в основном следили за всем происходящим из-за спин второй линии. Но всё же пару раз нам тоже дали пострелять, особенно это удалось мне, когда в лесу я нашёл небольшой холм, с которого отлично просматривалась треть лагеря противника.

Снайперская винтовка показала себя с лучшей стороны! На дистанции в полмили она била почти по прямой, нужно было поднимать оружие слегка выше цели, а прицел уже сам подстраивался. В общем… современные технологии – это нечто!

– Вижу пулемётное гнездо, – в общий радиоканал сообщил я, так как мне, одному из немногих наблюдателей и снайперу, предоставили такую возможность. – Отряд браво-два, после моей команды совершить прорыв в сектор а-три.

– Браво-два принял! – ответил командир тридцати человек в лучшей броне с тяжёлыми пулемётами. – Ждём вашей отмашки глаза-один.

Мне даже не надо было представляться, что радовало, мой голос тут знали все, от мала до велика, а ещё они знали, что моих приказов нельзя ослушаться, только выполнять. Но надо сказать, что для выполнения приказа я давал всю ширину спектра возможностей и ни в чём не ущемлял моих воинов. А смысл ущемлять, если они и сами рады уничтожить этих поганых предателей человечества?

Затаив на одно мгновение дыхание, я присмотрелся в окно бетонного укрытия, из которого каждые две-три секунды вылетала очередь боеприпасов, которая стремилась отнять чью-то жизнь. Стрелок был не дурак, часто прятался за монолитной стеной, наблюдая с помощью электронных средств за полем боя, вот только это его уязвимость: если снести камеру на пулемёте, ему в любом случае придётся встать или убежать. Подозреваю, что будет второй вариант.

Поймав в одно мгновение блик объектива мелкой камеры, когда этот урод переводил свой ствол с одного направления на другое, я сразу приметил мелкий блок питания, по которому и совершил выстрел. Почти беззвучный хлопок, крохотная вспышка пламени на выходе из глушителя, и в следующий миг разнесённый к чертям пулемёт слетел со станка, освобождая пространство для маневров нашим подразделениям.

– Вперёд, браво-два, – с удовольствием от хорошо проделанной работы сказал я, видя, как человек смылся из пулеметного гнезда, – путь свободен.

Тридцать человек в тяжёлых экзоскелетах, покрытых толстыми бронелистами, и практически с пушками в руках поднялись с земли, вылезая из укрытий. Поливая огнём буквально всё вокруг, они за первые десять секунд вывели из строя две легкобронированные единицы техники противника. Какой-то молодец противотанковой гранатой подорвал двигатель гусеничного танка. Разнесли к чертям несколько деревянных укрытий… а потом просто продолжили углубляться, создав огромную брешь в обороне противника.

Следом устремилось порядка нескольких сотен военнослужащих в обмундировании попроще да с оружием полегче, они просто подчищали всё то, что не смогли зацепить тяжёлые пехотинцы, а также прикрывали им тылы. У тяжёлых со спины как раз была самая слабая броня, нужно было чем-то жертвовать, чтобы человек вообще мог в такой громадине перемещаться.

Молния тоже где-то развлекалась, иначе радостный и слегка маниакальный фон в мыслеканале не описать. Временами слышались раскаты грома, временами где-то сверкала вспышка молнии, ослепляя всех вокруг, а один раз взорвалась автоцистерна, рядом с которой крутилась как раз эта безумная девушка. То, что это было именно её рук дело, я не сомневался.

Минут через пять примерно по такому же принципу начался прорыв на северо-западе укреплённого лагеря противника, почти навстречу нам, при том, что мы совершили прорыв с его южной стороны. Если всё пойдёт по плану, то мы просто разрежем их на два отдельных котла и планомерно уничтожим. Но есть один очень важный нюанс…

– Не забывайте про заложников, – снова начал вещать в общий радиоканал, – жизни мирных жителей превыше всего, нужно свести их потери к минимуму, смотрите, куда стреляете.

Иногда приходилось напоминать солдатам об этом, так как в пылу сражения не всегда стараешься осторожничать, в основном стреляешь по всем, кто не выглядит как свой, чтобы вдруг не стать жертвой врага. И всё же временами наши стреляли по случайно выбежавшим из «тюрем» гражданским, а наёмники только на это и рассчитывали. Хоть историю и пишут победители… но всё же это будет тяжелым грузом в душах тех, кто останется тут в живых.

Пришлось продвинуться немного поближе, так как наши прорвались почти на всю ширину видимого мною лагеря, а где наших не было, там не наблюдалось врага – просто пустые области, которые служили пространством для перестрелки между людьми.

Сменив позицию на заранее выбранную чуть западнее, я снова смог отстреливать противников, снимая всех, кого только успевал поймать в свой прицел. Скорость полета пули была настолько большой, что расстояние в полмили для неё было делом десятой доли секунды, человек просто не успевал реагировать, как у него отрывало выстрелом какую-то часть тела… ну или убивало, если попадала пуля в грудь. А куда именно стрелять, я особо не выбирал, мне было главное вывести из строя боевую единицу, с чем моя винтовка справлялась на ура.

Через двадцать минут боя, весьма ожесточённого, стрельба начала стихать, сложно было описать, сколько крови за это время пролилось, сколько лично я человек отправил в загробный мир, если он существует, либо в небытие, если первого всё же нет. Но дело было сделано, осталась только главная штабная машина, которую запретили обстреливать даже из мелкого оружия, а противник это понял, из-за чего в ней укрылось весьма много народу.

– Каков план? – спросила у меня по мыслеканалу Молния, стоя рядом с этой машиной. – Я понимаю, что ты хочешь, чтобы вся информация в электронных накопителях осталась цела, значит, мои способности тут не помогут. Плюс прямой штурм гарантированно вызовет повреждение каких-либо элементов этой машины.

– Артмис, – обратился я к командиру этой операции по личному радиоканалу, транслируя всё мыслями для Алисы. – Пора использовать припасённые нами газы. Думаю, цель вам не стоит обговаривать.

– Вас понял, мистер Грейвойд! – бодро ответил командир. – Сейчас организуем убойную дозу снотворного.

Наблюдая за всем этим со стороны, видел, как от главной машины отошли основные мои силы, после чего к ней приблизился отряд из десяти человек с какими-то бочками внутри. Даже если учитывать, что у противника есть в машине запас кислорода и система замкнутого обеспечения личного состава воздухом на случай попадания в заражённую местность… но для этого случая у нас тоже были средства «преодоления». Достаточно в верхней части машины создать маленькую дырочку и начать туда закачивать снотворный газ. Что, в принципе, наши и сделали.

Тридцать минут времени с помощью специальных средств мы наблюдали за тем, что происходит внутри машины, контуры людей на фоне работающей электроники было довольно сложно различить, но всё же это у нас получалось, особенно с помощью дронов, наблюдающих за машиной сверху. Когда все враги оказались в лежачем положении, в машину зашёл первый отряд из пяти человек и стал проверять всех, кто там находился, причём в весьма грубой форме. Снотворное было настолько мощным, что под его воздействием человек не проснётся, даже если ему отрезать ногу, просто блокировались все сигналы, поступающие в мозг – интересная разработка учёных клана Вайт.

Пиная всех, кто находился внизу, они проверяли реакцию каждого человека, причём пинали в область солнечного сплетения, если человек был не в броне, а если в броне, то в места сочленения доспехов. Временами приходилось стрелять. Всего несколько раз пришлось самостоятельно заставлять наёмников засыпать, со всей дури прикладывая приклады стволов по головам, либо разряжая заряды мощных электрошокеров.

Потом каждого вытаскивали из машины, снимали с них шлемы, если таковые имелись, а я с помощью накопленной базы данных смотрел, кто из них офицер, а кто обычный комбатант. В итоге из тридцати двух человек, выведенных наружу, двадцать восемь отправили под расстрел, лишние проблемы с заключёнными нам были не нужны.

Что меня крайне порадовало, среди арестованных всё же оказался один из главных этого наёмнического формирования, не лидер, но один из его заместителей. Вероятнее всего, командир сюда не сунулся, оставив за себя этого офицера, которому крайне не повезло связаться со мной.

– Что будете с ним делать? – подошёл ко мне командир операции, когда я стоял напротив лежачего в отключке старшего наемника.

– Пока точно не знаю, надо из него попытаться вытянуть всю нужную информацию… – нахмурился я, стоя с открытым «забралом» шлема. – Сначала будем пытаться это делать стандартными способами, а потом я постараюсь подключить Академию… думаю, там найдутся специалисты, готовые помочь.

– Думаю, лучше сразу привлечь Академию, – с напряжением в голосе сказал командир. – У нас нет сейчас специалистов в данной области, чтобы обеспечить проведение допроса. Мы, конечно, попытаемся, но успех не гарантируем, плюс, мы не знаем их языка, это усложнит задачу.

– В базу данных нашей оборонительной системы была загружена исчерпывающая информация по поводу их языка, – повернулся я лицом к офицеру и положил ему руку на плечо. – Так что, пока не прибыли представители Академии, надо попытаться вытянуть как можно больше данных самостоятельно, так как есть вероятность, что старшие чины столь прекрасного военного заведения могут информацией не поделиться. Вы меня поняли?

– Так точно, сэр, – вытянулся Артмис по струнке, глядя точно мне в глаза. – Передам всё руководству.

Когда закончили со всеми остатками и недобитками наёмников, когда всех оставшихся в живых заложников вытащили из всяких выгребных ям, нор, подземелий и просто импровизированных тюрем, когда все тела мучеников были найдены и осторожно сложены в одном месте, операция по уничтожению человеческих паразитов на нашей планете официально была завершена. Это был самый последний лагерь, из всех городов этих тварей успешно выбили, потери были сведены к минимуму. Но у меня на душе всё равно лежал тяжёлый камень из-за принятого решения.

По всей видимости, мои волнения опять уловила Алиса, которая через минуту оказалась рядом со мной. Я сидел на камне примерно в трети мили от лагеря и смотрел на чистое безоблачное небо, которое рассекали несколько чёрных дымных полос. Моя винтовка покоилась у меня за спиной, пистолет, так и не пущенный в ход, я крутил в руках, осматривая его со всех сторон.

– Опять переживаешь? – уселась она рядом со мной, деактивировав шлем своей брони. – Сколько раз просила прикрывать свои эмоции, когда о чём-то думаешь?

– За собой тоже следи, – спокойно, не пытаясь упрекнуть её в чём-то, ответил я ей. – Ты, когда сражалась, сильнее моего фонила в мыслеканал своей жаждой убийства. Так что… не тебе меня учить. А вообще… ты никогда не принимала таких решений, которые бы сказывались на жизнях миллионов человек. Да и я впервые принял настолько тяжёлое решение. Да, в тот момент оно казалось предельно правильным, но сейчас, когда по сути всё закончилось, большая часть наёмников уничтожена, а единицы разбежались, что их не найти, я понимаю всю тяжесть своего указа. Потери общие ещё предстоит сосчитать, нужно будет провести внеплановый подсчёт населения, тогда мы узнаем всю картину произошедшего.

– Ну вот, уже думаешь, как настоящий лидер, – хлопнула она ладонью по моей спине, из-за чего я чуть не выронил пистолет, а после одарил её гневным взглядом. – В общем, не забудь принять компенсационные меры. Если ты дорожишь населением, то кредиты не пожалеешь.

– Которых у меня просто нет, – тяжело вздохнул я, вспоминания про нули на своих основных планетарных счетах. – Эта тварь из основного семейства всё перевела на юридической основе, я за эти дни пробил. Из-за моего долгого отсутствия она имела право это сделать… вот только вернуть их будет весьма проблематично. Ладно, вроде там за несколько дней несколько миллиардов кредитов уже успело накопиться, всё же банки автоматически ежедневно налоги выплачивают… но опять же, это не такие огромные средства, какие были до этого. Придётся у своих же банков брать кредит для этого.

– А как ты у них кредит-то возьмёшь? – явно не понимая всю финансовую систему человечества, спросила девушка, хлопая удивленно глазками. – У тебя же денег нет…

– У меня нет, – усмехнулся я. – А в глобальной экономике человечества, а также у всей банковской системы деньги есть. Я знаю, что расплачусь за всё за пару месяцев… но столько переплачу, что с ума сойти можно. Галактический совет мне сейчас в этом тоже не помощник, они будут на стороне брата, который что-то придумает, лишь бы мне не помогать. В общем… можно сказать, война уже пошла в полную силу. Кстати, про это…

– Что такое? – нахмурилась девушка, проследив за моим взглядом, который был направлен в сторону подъехавшей нашей машины связи. – Связаться с кем-то хочешь?

– Да, – кивнул я. – Нужно передать нашим, чтобы привели орудия орбитальной обороны в полную боевую готовность. У нас нет космического флота, точнее, его вообще нет, нужно быть готовым к обороне на ближних рубежах. Плюс… надо, чтобы постоянно следили за периметром нашей звёздной системы.

– Ты это уже сделал, – усмехнулась девушка, легонько стукнув меня кулаком. – Как только оказался в командном центре, сразу расставил основные задачи. Помнишь, как верещал из-за тяжёлого крейсера своего брата, из-за того, что он был забит в базе данных как союзный корабль?

– А, точно, – сделал я невинное лицо, после чего протёр рукой вспотевшее лицо и поднялся с камня, прикрепляя пистолет к поясу. – Ладно, наши начинают сворачиваться, скоро будем убираться отсюда, нужно ещё проверить командную машину на наличие полезной информации, а, кроме нас, с тобой этого никто не сможет сделать.

– А что именно ты там хочешь найти? – так же встала на ноги Алиса, развернувшись в сторону нужного автотранспорта.

– Любую информацию, которая поможет осадить основное семейство, – серьёзным и несколько раздражённым тоном произнёс я, нахмурившись. – По законам просто так нападать и терроризировать планету своих родственников запрещено, при этом есть факт хищения, хоть и на законном основании, планетарных денежных средств. Это надо будет использовать против брата при очередном заседании Галактического совета, чтобы заставить его хотя бы выплатить компенсацию. Успех этой кампании маловероятен, но всё же это на некоторое время скует его силы против нас и даст оперативный простор для создания здоровых отношений между моей планетой, где мне надо будет назначить вместо себя временное правительство, и Академией. Вот тогда мой брат вообще ничего не сможет против населения планеты сделать… ну а я стану аристократом без владений, это даст мне больше возможностей.

– Например? – уточнила девушка.

– Меня тяжелее будет отследить главе клана и всей его службе разведки.

Глава 22

Представители Академии прилетели буквально за сутки до моего отбытия обратно в это самое заведение. Что самое приятное, у меня теперь есть прямой рейс от учебки до моего дома и обратно, так как для транспортировки ресурсов с моей планеты Академия выделит охраняемый конвой, когда будет собрана и подготовлена первая партия.

До прибытия представителей моего учебного заведения мне удалось решить немало важных вопросов. Во-первых, я смог подготовить народ к тому, что теперь они будут работать не на благо клана Грей, а на благо Академии, в которой состоят ими всеми любимые представители третьей ветви клана, семейство Грейвойд. Во-вторых, удалось организовать избирательные участки, где в каждом городе и федеральном округе были выбраны свои местные лидеры, а также были выбраны представители от каждого региона по одному человеку в Планетарный Совет. Теперь на плечи этих ста двадцати трёх человек ложилась ответственность по управлению некогда моей планеты, точнее всё ещё моей, пока нужные бумаги мною не подписаны, хотя юридически всё уже оформлено, а физически почти подготовлено. В-третьих, с помощью ресурсов планеты была начата постройка ещё одного города, столицы планеты, где как раз и должен был заседать этот Планетарный Совет, а пока они базировались в самом крупном городе планеты – Айранко-один. В-четвёртых, была проведена полная перепись всех жителей планеты, чтобы подвести хотя бы предварительный итог временной оккупации.

Выводя на экран аппаратуры главного зала центрального командного пункта планеты, я смотрел на откровенно не радужные цифры. Перед началом операции численность населения планеты составляла один миллиард двести тридцать два миллиона человек, если округлять… а сейчас цифра стала аккурат на пять миллионов меньше. Это огромные потери, просто невероятные и всего за восемь месяцев моего отсутствия и один месяц моего присутствия по возвращению.

Среди военных всё было более-менее ожидаемо. Командующий силами планетарной обороны за кулисами смог увеличить численность вооружённых сил почти до тридцати тысяч постоянного состава и более миллиона держал в постоянном активном резерве. То есть в случае нападения на нас буквально за сутки, может, меньше, тут как повезёт, численность армии взлетит на миллион человек, а это очень мощно. Ну а потом, если будет необходимо, под ружьё для защиты родного мира будут вставать и другие воины.

Но с прилётом сил Академии всё сильно изменилось. В столь сложное время учебное заведение не могло выделить особо много сил для организации обороны планеты, но то, что она прислала, уже было достаточно, чтобы дать под дых любому войску. Две когорты, чуть больше тысячи человек прибыли на планету, чтобы оберегать её покой и ресурсы. Мало кто захочет встретиться лицом к лицу с этими воинами, а в случае нападения на её войска сама Академия имеет право превратить в пыль планету агрессора.

– Мистер Грейвойд, – слегка приоткрылась дверь в помещение, в котором я сейчас был один, а почти вся аппаратура выключена, так как военное положение было отменено, после чего послышался знакомый голос: – Можно войти?

– Да, Лин, заходи, – с тёплой улыбкой на лице ответил я, вспоминая эту девушку только с лучшей стороны.

Ещё немного приоткрыв дверь, Лина осторожно юркнула в узкую щель, после чего аккуратно прикрыла за собой. Озираясь по сторонам, она с полминуты рассматривала помещение главного зала, пытаясь понять, что именно тут находится, так как по иронии судьбы она стала одним из членов Планетарного Совета, из-за чего имела сюда допуск.

– Ты что-то хотела? – отвлек я её от изучения расположения аппаратуры, хоть она была и прикрыта, из-за чего девушка слегка вздрогнула от моего неожиданно громкого голоса, который эхом отразился от пустых стен.

– Да, – кивнула она. – Мы провели первое внеплановое собрание Планетарного Совета, где было решено немало важных вопросов касательно нашей будущей жизни. Пока вы ещё действующий лидер планеты, мы обязаны были вам предоставить результаты, – хотела было она подойти, но я провёл рукой, останавливая её, после чего пояснил свой жест:

– Давай кратко и устно.

– Хорошо, – кивнула Лина, пряча маленький электронный накопитель себе в карман брюк. – Во-первых, как бы странно это ни звучало, но было утверждено присвоение вам статуса почётного гражданина планеты с предоставлением доступа к пяти процентам казны планеты на своё личное усмотрение. Пока это не особо крупные средства, да и не равны они пяти процентам, максимум процент, но всё равно вы сможете нормально существовать в любой точке галактики. Там есть свои нюансы, например, после траты денег проценты относительно основной суммы увеличиваться не будут, пока не восстановится изначальная сумма… там уже экономисты что-то намудрили, я не поняла. Во-вторых, уменьшили налоговое обложение всех лиц планеты, даже снизили налог на прибыль. По мнению тех же экономистов, это позволит людям активнее развиваться у нас на планете, сделает более привлекательным бизнес, из-за чего можно ожидать приток новых поселенцев. Это в перспективе, но, как по мне, решение просто великолепное. В-третьих, увеличили размер субсидий для населения, размер капиталов… в общем, тоже экономические мелочи. В-четвёртых, материк Прой признан планетарным заповедником, было решено, что там не будет ноги человека, со спутников за этим будут очень пристально следить. Пускай дикая природа развивается самостоятельно, ей это очень полезно.

– Гринписовцы в восторге, – сложил я пальцы перед собой, тихо усмехнувшись, за что меня девушка поддержала и едва заметно кивнула. – Что дальше?

– В-пятых, как по мне самое важное, была принята программа о развитии военно-космического комплекса, – улыбнулась во все тридцать два девушка. – Сейчас уже ведутся переговоры с некоторыми межклановыми компаниями, которые могут предоставить нам необходимую аппаратуру, а также мы приступили к разработке космических кораблей. Точнее, как… чертежи у нас есть, первые корабли классов эсминец, фрегат и лёгкий крейсер для патрулирования звёздной системы уже взлетят примерно через пять месяцев. Планируется постройка двух линкоров и двадцати тяжёлых крейсеров, статус независимой планеты, который вы признаете в разработанном документе, позволит нам иметь свой собственный флот для обороны нашего суверенитета. Вот только с ресурсами для оборонительного флота пока накладка, появление хоть одного корабля планируется примерно через три-четыре года. Пока будем надеяться на прикрытие Академии. В общем… это всё. Там ещё несколько мелочей, но о них вам беспокоиться не стоит. В общем, пока хотим привлечь на планету больше населения. Ах, да, как исключение… тут уже у вас спросить. Разрешите построить по всей планете несколько статуй в честь вас, вашего отца и деда, которые позволили создать клочок свободы от кланов в этом мире?

– Планета почти ваша, – усмехнулся я, смотря ей в глаза. – Можете делать, что угодно. Ну а так, я не против, главное – изображайте меня в броне, в которой я участвовал в последнем штурме. Она очень много для меня значит…

– Хорошо, – растянулись пухлые губы Лина в улыбке, после чего она вздохнула, смахнула иллюзорный пот со лба и в последний раз обратилась ко мне: – Я пойду?

– Не смею задерживать, – ответил я ей такой же тёплой улыбкой.

Посидев ещё где-то минут двадцать, листая всякие документы и отчёты в электронном виде, я всё же решился завершить начатое дело. Достав из выдвижного отсека стола папку с документами, я открыл её и прочитал уже давно почти наизусть выученное название документа: «Указ о назначении Планетарного Совета основным органом власти и полной передаче прав и обязанностей по управлению планетой». Это был мой последний указ, который я сам и не разрабатывал, только давал справки, что и как надо напечатать, чтобы с юридической точки зрения, со стороны законов аристократии, всё выглядело правильно. И у нас это получилось, документ на двадцати трёх листах с пофамильным перечислением всех членов Планетарного Совета и возложенных на них обязанностей, прав, а также регламента… ну и так далее. В общем, в Указ входил маленький устав, который со временем будет расширяться, но который ни в коем случае нельзя обойти.

Пролистав его ещё пару раз, лишний раз убедившись в том, что всё составлено верно, я открыл самую последнюю страницу, где должна была появиться моя подпись напротив моего имени и моей фамилии. Взяв в руку традиционную для такого мероприятия перьевую ручку, я покрутил её немного в руках, вспомнил, как вообще за неё держаться, после чего аккуратно расписался.

– Ну, вот и всё, – с грохотом я отложил ручку в сторону, прихлопнув её к столу, снял с себя бремя управления над планетой, самостоятельно причислив весь свой род к свободной аристократии. – Оставлю это здесь, сто процентов потом зайдут и заберут… или всё же отнести в архив?

Поразмыслив минут пять, я всё же решился отнести самостоятельно дело в архив. Пусть так, надежнее только будет. И всё же когда у меня старенькая женщина, лет где-то шестидесяти, принимала из рук папку, я несколько помедлил, задерживая её в своих руках. Все же сейчас я добровольно отказывался от многих обязанностей… а также и прав. Сделав глубокий вдох через нос, я шумно выдохнул через рот, после чего отпустил папку, которую уже с минуту держала женщина, с пониманием смотря на меня, после чего развернулся и пошёл в сторону выхода.

Разминувшись ещё раз с Линой, я сообщил ей, что документ подписан и сдан в архив, что любой член Совета может спокойно ознакомиться с ним в любой момент. А также я ей настоятельно порекомендовал для каждого представителя власти сделать выписку своих обязанностей, чтобы они не забывались.

– Главное, помните, – с грустной улыбкой на лице сказал я Лине, положив руку на её плечо, – все мы люди, надо поступать всегда по-человечески, но и не отступаться от закона. Если узнаю… там есть один очень интересный пункт, который позволит мне вас расформировать. Передай всем остальным.

– Хорошо, – кивнула девушка, и, когда я уже прошёл мимо неё, она легонько прикоснулась к моей руке, привлекая моё внимание, на что я повернулся в её сторону. – И удачи тебе… она тебе точно понадобится.

– Спасибо, – слегка приподнял я уголки губ, после чего не сдержался и потрепал волосы девушки, запустив в них свои пальцы. – Хех.

– Эй! – сразу покраснела девушка, начав поправлять свою причёску. – Знаешь, сколько времени надо, чтобы красивую причёску уложить?!

– Не забывай о медицине! – убрал я руки за спину, вспомнив очень важный момент. – Если получится, то выбейте себе в Академии схемы производства медицинских аппаратов последнего поколения, спасёт очень многие жизни. Если она даст…

– Не даст, – грустно ответила она. – Предпредпоследнее поколение дадут, нам и этого хватит. А последнее поколение ни за что в жизни не дадут, слишком опасная технология в чужих руках и всякое такое. В общем… мы с ними уже заключили пару соглашений, им выгодно, чтобы наша планета была развита – чем больше тут людей, тем больше ресурсов мы производим, тем больше ресурсов сможем им поставлять.

– Вот и не забывайте об этом. А я пойду.

По виду девушки было видно, что она хотела броситься за мной, накинуться на меня, обнять, а может, даже поцеловать, ведь, по сути, она мне и Алисе жизнью обязана. Но сдержалась. Это и хорошо. Сделала бы она сейчас решительный шаг, стало бы только хуже, я сюда не особо часто буду прилетать, а ей как-то надо строить свою личную жизнь. Со мной точно не получится, как минимум из-за того, что я – боец Академии, а также из-за того, что у меня очень странное зерно, в происхождении которого я очень сильно хотел разобраться. Сейчас у меня уже имелся примерный план.

Первое. Надо каким-то образом наладить свою связь с отцом. Так как дед мой мёртв уже как два десятка земных лет, единственный источник информации – мой самый ближайший родственник. Второе. Надо понять, кем вообще был мой дед, не просто так у него много знакомых, которые якобы его знали… а также почему он был первым аристократом без зерна. Третье. Мой клан. Как бы всё это странно не выглядело, на столичной планете основной ветви есть огромная база данных, где можно будет что-то найти. Если прилететь туда инкогнито, то можно будет попробовать пробраться… но в момент, когда я воспользуюсь своей генной исключительностью для доступа к секретным отделам базы данных, меня сразу раскроют. Четвёртое. Надо разобраться со своим кланом, точнее с его лидером, пока он жив и дышит, спокойно существовать мне не получится, а моя последняя выходка его ещё больше взбесила, это гарантированно. Пятое. Надо доучиться в Академии, как минимум это позволит мне расширить мои границы возможностей, даст доступ к более обширным разделам базы данных Академии, а также я смогу научиться пользоваться своим зерном.

– Тиберий Грейвойд? – послышался голос из-за спины, когда я покинул здание главного командного пункта, чтобы направиться в сторону восстановленного космодрома.

– Да, – развернулся я лицом к незнакомцу, кивнув ему сразу после этого. – С кем имею честь общаться?

– Командир первой когорты данной планеты старший прелегус Адамант, – представился, как полагается офицеру Академии, человек, который вообще не напоминал собой бойца, скорее самого обычного несколько подкаченного человека, хотя система его сразу после представления распознала, и соответствующую информацию показал высветившейся фрейм. – Хотел с вами обсудить пару моментов.

– Обучаемый первого года остус Войд, – представился я ему в ответ, на что Адамант лишь мелко улыбнулся.

– Я знаю, не переживайте, – подошёл он ко мне и протянул руку, которую я тут же пожал в ответ. – Про вас уже многие знают, за первый год вы уже сыскали недурную славу, которая идёт за вами по пятам. Как минимум то, что вы – аристократ, добровольно отдавший свою единственную планету Академии, делает вам очень доброе имя в наших рядах. Ну и то, что вы и ваша тройка заработали медали в первый год, тоже обросло разными легендами.

– Это какими? – удивился я, дернув головой.

– Кто-то поговаривает, что вас специально готовили, чтобы вдохновить остальных учащихся стараться как можно больше, – засмеялся в голос командир. – Но как ни странно, после вручения вам медалей средний балл и успеваемость обучаемых сильно возросла. Но я не об этом хотел поговорить. Тут дело личное.

– И какое же? – спросил я после пятисекундной заминки, слегка нахмурившись.

– Пару месяцев назад, когда проходило ваше последнее тактическое занятие в формате практики… – прикрыл глаза и поджал губы Адамант, сделав глубокий вдох, после чего с ледяным спокойствием в глазах, открыв их, сказал: – Вы убили моего родного брата.

– Это было непреднамеренное убийство, – меня аж передёрнуло от такого заявления, но командир первой когорты не хотел ничего делать, пока что не хотел. – Если верить следствию, то выяснили, что за всем стояла основная ветвь моего клана.

– Не переживайте, я знаю, – свёл брови Адамант, сделав отрицательный жест головой. – Я хотел вас попросить оказать помощь в отмщении. Я не имею права даже поднять руку на аристократов, а у вас уже есть предлог, чтобы бросить вызов своим родственникам. Да, я знаю свод законов, не удивляйтесь. Самого факта покушения на вас и сделанной записи будет достаточно, чтобы бросить вызов лидеру своего клана.

– А также он может вместо себя выставить любого родственника для защиты своих интересов, – поправил я офицера, который пару раз удивлённо хлопнул глазами. – Последняя правка от прошлого года. Изучите, если увлекаетесь этим. Но и сам факт того, что я сейчас несколько слаб, по сравнению со своим братом, не даст мне успеха в предстоящей авантюре. Мне нужно развиваться. Вы знали, что даже среди аристократов есть ранги силы?

– Что-то слышал такое, – кивнул Адамант, – но не вникал в это.

– Существует семь условных уровней силы, расписывать я их вам не буду, если кратко, то чем меньше сила, тем выше мастерство. Так вот, у моего брата второй уровень силы, в настоящий момент он сильнейший в нашем клане, сильнее его только его отец, который сейчас в Галактическом совете. Сами понимаете, что я, вероятнее всего, сдохну по правилам дуэлей, чем смогу противостоять своему брату.

– На быструю развязку я и не надеялся, – с грустью подметил офицер. – В любом случае на мою помощь в этом предприятии можете рассчитывать. Это всё. И да, вас ждёт корабль, небольшой эсминец, чтобы доставить вас в Академию в любой момент.

– Думаю, сегодня я этим предложением и воспользуюсь, – протянул я на прощание руку Адаманту, который её пожал. – А перед этим надо найти Молнию, собрать вещи и сделать ещё пару мелких дел. Всего вам хорошего!

– И вам.

Глава 23

Планета, одна капля из множества голубых шариков, что украшают просторы космоса, они как новогодние шарики на ёлках для безграничного простора вселенной. Забавный праздник, просто люди отмечают очередной день рождения планеты, если так это можно назвать. Просто очередной голубой шарик сделал полный оборот вокруг своей родительской звезды.

Вот и у меня на планете в скором времени, буквально через три земных месяца, должен быть свой новый год, на котором мне уже была уготована своя роль. Но не срослось, жизнь внесла свои коррективы в это мероприятие. Меня просто на нём не будет. Впервые. Эх, а зимы на моей планете так хороши… Снега мало, погода довольно тёплая для этого времени года, детворы всегда полно на улице.

– Уже скучаешь? – уселась рядом со мной Алиса, держа в обеих руках напитки, заставив меня отвернуть голову от иллюминатора. – На, выпей, отвлекись, а то вообще сам не свой.

– Ага, – кивнул я, принимая из её руки пластиковую кружку с каким-то зелёным варевом в ней, после чего спокойно сделал глоток. – Неплохо на вкус, а что это?

– Тархун, – удивленно сказала девушка. – У нас на родине весьма популярный напиток газированный. Удивительно, что он тут оказался… причём в огромных количествах. Скорее всего, капитан этой посудины – мой земляк. Вот только цены он задрал, конечно…

– Тут это за деньги продают? – чуть не подавился я, когда услышал слова Молнии. – А мужик – молодец, умеет на слабостях людей зарабатывать… а что, если?..

– Ты что задумал? – слегка прищурилась девушка, сведя брови вместе. – Только не говори, что хочешь что-то предложить капитану.

– Именно так, – улыбнулся я. – Знаешь, что такое планирование на будущее? Вот я хочу сейчас пополнить копилку своих будущих возможностей, купив один очень интересный лук… наконец, у меня средства даже на него есть.

– По пути хоть? – тяжело вздохнула Алиса, покачав головой. – А то у нас и так времени в обрез, нам уже завтра по земному времени надо быть в Академии. Надеюсь, ты это в учет берешь.

– Немного не по пути, придётся на два лишних прыжка сделать больше, но я оплачу и за скорость, да и за расстояние, – с улыбкой потёр я ладони друг о друга. – Наконец, я снова могу себе много что позволить! Как же осточертело быть обделённым! Хоть сувенир себе куплю на память о приключениях на родной планете.

– Денег-то хватит? – усмехнулась она, смотря на мою льющуюся из всех краев самоуверенность. – А то такие крюки делать удовольствие не из дешёвых.

– Хватит, – кивнул я, а после быстрыми глотками допил напиток, из-за чего в носу резко защипало, а из глаз хлынули слёзы. – О чёрт! Что это за хрень такая?! Меня изнутри разъедает!

– Аха-ха-ха-ха! – не выдержала девушка, случайно пролив эту зелёную бурду на себя, из-за чего её тканевая футболка промокла насквозь. – Вот чёрт! Это всё из-за тебя!

– Вообще-то это не я эту отраву сюда принёс, – растирал я переносицу, чтобы ослабить эффект от воздействия этого напитка, – так что основоположником этого двойного происшествия являешься ты. Я уже следствие, которое сказалось на тебе. Фух… вроде отошло.

– Пойду в нашу каюту, переоденусь, – недовольно фыркнула она, выбросив свой пластиковый стакан в ближайший мусоросборник, после чего я сделал то же самое. – А ты… лучше иди напрямую к капитану, об изменении маршрута только с ним сможешь договориться, мужик вроде он нормальный.

– Хорошо, – кивнул я и уже собрался уходить, как до меня дошёл смысл сказанных Алисой слов. – Стоп. В нашу каюту?! Какого… в нашу? Тут что, свободных больше нет?

– Представь себе, нет, – усмехнулась она, уходя из комнаты отдыха. – Нам разрешили лететь только вдвоём, с чем это связано, я точно не знаю. Так что… смирись. Кстати, у нас ещё и койка одна на двоих. Двойная.

– Она что, со мной заигрывает, – сказал я полушепотом, когда автоматические двери за ней закрылись, а я спокойно направился в сторону мостика, чтобы поговорить с капитаном корабля.

Благодаря подключённой системе к узлам космического транспортника, мне удалось достаточно быстро найти нужный мне отсек. Перед ним, как полагается, стоял вооруженный боец, но не из Академии, а просто наёмник, который нёс свою службу в рядах транспортной компании Академии. Пройдя достаточно долгую проверку личности и дождавшись ответа от капитана корабля, меня всё-таки пропустили к нему, чтобы я смог спокойно с ним переговорить.

– Приветствую, – подошёл я к достаточно молодому, по меркам капитанов кораблей, если верить статистике в базе данных, капитану, который сидел в своём кресле, закинув ноги на небольшой прикрученный к полу столик, что располагался подле него. – Я, Тиберий Грейвойд, как меня уже вам представил ваш охранник.

– Приветствую, – кивнул мужик, пыхнув в мою сторону дымом курительной трубки, которую сейчас встретить практически невозможно, хотя их до сих пор на нескольких планетах производят. – Могли не представляться, вы тут всем известны, каждый наслышан про ваш подарок Академии. Ну это лишняя болтовня. Чего-то хотели?

– У меня есть крайне выгодное для вас предложение, – натянул я весьма наглую и самоуверенную улыбку, при этом развёл свои руки в стороны, чтобы показать ему свою открытость. – Никаких подводных камней, никаких обманок, просто нужно сделать кое-что, что будет выгодно нам обоим.

– И что вы предлагаете? – сделал не особо заинтересованный вид капитан корабля, который даже не представился, хотя он на это имел право, ибо его имя можно было прочитать в описании этой посудины. Но его взгляд, брошенный в мою сторону всего на одно мгновение, да и непосредственная непричастность к Академии, он всего лишь наёмный рабочий, говорили куда больше о нём. Значит, продолжаем вести диалог.

– Есть одна звёздная система, – упёр я руки в бока, продолжая нагло смотреть на капитана, – в которой мне кое-что необходимо купить. Она почти пролегает по нашему маршруту, почти. Нужно сделать крюк в одну звёздную систему, в треугольной системе свернуть не туда… ну вы поняли, надеюсь.

– Я вас понял, – кивнул медленно капитан, после чего выкинул из своей курительной трубки пепел и начал крутить её в руках, но я ждал, что он продолжит говорить, что в конечном итоге и произошло. – Вы же знаете, что лишний межзвёздный световой прыжок – это лишнее топливо, лишнее время, лишние проблемы с корпусом и так далее… а это такие затраты! Мне ваша Академия столько средств не выделила.

– О, не переживайте, – снова самодовольно улыбнулся я. – Этот вопрос решаем… Впрочём, на станции, может, вы тоже что сможете себе найти полезного, кто знает, кто знает.

В конечном итоге я вернулся в нашу с Алисой каюту, в которой девушка валялась по диагонали на нашей койке. В её руках был какой-то модный журнал, на обложке которого изображалась как раз нужная нам звёздная система, ибо там была самая большая торговая космическая станция, где торговали не только люди, но и прочие представители огромного космоса. Этому способствовало множество факторов, в том числе удобное местоположение, стабильность местной звезды, отсутствие пиратов, большого количества комет… ну и так далее.

– Как всё прошло? – безучастно спросила она, даже не оторвав взгляда от своего журнала, продолжая медленно вести по нему глазами, во что-то временами вглядываясь, и также медленно перелистывать страницы.

– Успешно, – спокойно ответил я, усевшись на край кровати, после чего без разрешения девушки сдвинул её ноги на ту же половину кровати, где лежала её верхняя половина тела.

– Экий наглец, – наигранно цокнула она языком, так и не подняв на меня взгляд.

В конечном итоге мы оказались в Академии в положенный срок. Алиса, судя по всему, хотела активности с моей стороны, проявления какого-либо внимания к её персоне, но я был слишком утомлён, слишком озабочен тем, что ждёт меня впереди. Но, спасибо ей, она не особо ко мне сама лезла, лишь один раз мы просто лежали с ней вдвоём на койке и смотрели какой-то короткий сериальчик, в котором каждый нашёл что-то своё. Ну и соответственно она меня тогда обняла, а после уже не сдержался я и осторожно поцеловал её. Такую бурю эмоций я в ней не видел никогда. Её лицо не изменилось после поцелуя вообще, но вот глаза… не зря говорят, что глаза – зеркало души, в них было видно всё.

На торговой станции я нашёл всё тот же магазин с вооружением, где находился требуемый мне лук. Как и ожидалось, он тоже был сделан из универсального материала, его можно было поместить внутрь моего амулета, что несколько шокировало самого продавца. Но сам факт того, что у торгашей было оружие, сделанное из умного металла, меня настораживал. Либо в Академии есть те, кто сливает информацию, либо Академия, а точнее её руководство, нам многое не сообщает.

В конечном итоге я стал беднее на пять с половиной миллионов кредитов, из которых четыре с половиной ушло на то, чтобы договориться с капитаном той посудины, на которой мы летели. Но что меня больше всего обеспокоило, что это оказались почти все доступные мне средства с момента моего убытия с моей родной планеты, а это значит, что… у них там сейчас со средствами вообще туго, очень туго.

– Отвисни, – ткнула меня локтем девушка, когда я выходил из космического корабля. – Тебе ещё свою броню и свою винтовку на склад сдавать, точнее в оружейку. Помнишь об этом?

– Как о таком забыть? – усмехнулся я, направившись в сторону разгрузки транспортируемого имущества.

По пути я пересёкся с капитаном корабля, который нас довёз до нашего «дома». Видок у него был такой себе, глаза опущены, спина согнута в виде знака вопроса, но при виде меня он на мгновение повеселел и ещё раз отблагодарил, после чего мы с ним разошлись в разные стороны.

Использовав специальное устройство, какой-то манипулятор, я смог поднять коробку с моей броней и оружием, которое меня выручило во время последней операции, и начал оттаскивать её в сторону оружейной. По пути иногда встречались знакомые лица, но больше всего меня поразил Стрелок, у которого отсутствовал один глаз и не было левой руки. Видимо, не только у меня были «интересные» каникулы. Ну ничего, восстановят, да и мне самому надо провериться, сходить в медицинский кабинет.

– О, мужик, здарова! – подлетел ко мне Лаки, обхватив меня своими руками и прижав к себе с искренней радостью на лице. – Вот кого-кого, а тебя я реально рад видеть! Я же тоже долетел до дома, только немного другим рейсом, получилось много позже, чем у тебя… а потом я слышал, через какие приключения ты прошёл. Кстати, меня эти уроды с самого прилёта взяли под прицел, не дали ничего сделать, так и пригрозили убить, если попытаюсь тебе помочь. Ну а под конец отпуска вообще войска всех уродов перебили! А твоё заявление… Огонь! – показал он мне большой палец, заранее расцепив свои объятья.

– Я тоже рад тебя видеть, – улыбнулся я, остановив манипулятор с ящиком, чтобы разглядеть своего товарища. – Не удалось пострелять?

– Какой там… – махнул рукой Макс. – Меня родичи из дома не выпускали, сказали, прибьют дурака. Хотя я и сам не рыпался, всё равно без оружия ничем особо помочь не мог, был бы только балластом. Так что… лучшая моя помощь тебе в этом мероприятии – моё невмешательство.

– И на том спасибо, – с уважением сказал я, положив ему руку на плечо. – Хоть за тебя переживать не надо было, так как ты не высовывался. Реально огромное спасибо. Если бы ты погиб из-за меня, я бы себе места не находил…

– Да ладно, – махнул он рукой, а после почесал кончик носа. – Подумаешь, ничего не делал. А вот ты для многих там местный герой! И Освободитель! Причём с большой буквы. Ты столько сделал для планеты… кстати, объявили сбор средств на установление вашей семье памятника. Одобряешь?

– Саму идею да, – улыбнулся я, вспоминая, как Лина докладывала мне об этом и ни слова не сказала по поводу того, что всё будет сделано на народные средства. – А вот реализацию этой идеи не очень. Ну да ладно, будет время, побеседую с новой правящей элитой, настучу им по головам.

– А у тебя есть такая возможность? – удивленно посмотрел на меня Лаки. – То есть ты не при делах, руки чисты, но всё же все эти новые управленцы находятся под твоим контролем? Типа ты – планетарный директор?

– Типа того, – усмехнулся я. – Ты, кстати, Пульсара не видел? Как он там?

– Хах, это придурок, – при упоминании третьего члена нашей тройки Лаки начал наигранно давиться от смеха, – умудрился за этот месячный отпуск набрать больше пятнадцати килограммов! Толстый как боров сейчас! Как раз будет силовиком в нашей тройке, как думаешь?

– Думаю, что он как раз на эту роль хорошо подходит, – улыбнулся я, вспоминая занятия с этими двумя индивидуумами. – Он вроде и начал в силу развиваться. А ты как думаешь?

Позывной Лаки не просто же так тебе дался, какие-то особенности должны были быть.

– Там что-то как-то очень мутно… – нахмурился напарник, уставившись на свои ладони. – Что-то по поводу того, что я повышаю удачу всех, кто рядом находится, вот только, как это работает, я так и не понял. Что-то на основе вероятностей и различных вариациях судьбы… в общем, надо дождаться второго года обучения и начать развивать зерно. А у тебя? Ты же Войд, пустота!

– Пустота и есть специализация моего зерна, – усмехнулся я. – Если мои родственники управляют материей, то я спокойно могу управлять пространством… при достаточно развитом зерне и каналах. В общем, тоже всё мутно, я – единственный человек с таким зерном, в общем.

– Ясно всё с тобой… – ухмыльнулся Лаки, после бросив взгляд на коробку. – А что там?

– Там… – задумчиво сказал я, осматривая коробку в два с половиной метра высотой и где-то метр с каждой остальной стороны. – Там моё новое снаряжение на случай ведения боевых действий. Родители оставили подарок на планете, а мне повезло его найти. В общем… теперь я могу спокойно участвовать в различных операциях не в штатной броне, а в своей, более надёжной. Да и оружие явно мощнее штатного, как минимум снайперская винтовка, а не автомат. Ладно, пойду на склад, а то уже время не позволяет задерживаться.

– Давай! – бодро кивнул напарник и продолжил идти в известном только ему направлении.

Проводив его взглядом, я направился дальше в сторону нужного мне помещения. Оно находилось не особо близко, примерно километр придётся пешком с этой бандурой пройти. Надеюсь, по пути мне особо никто попадаться не будет, не хочу больше ни с кем пересекаться.

В итоге я прибыл в какой-то пункт сбора вещей и посылок, судя по тому, как тут всё расположено. Везде сновали работники, следили за тем, что ещё не уложено как положено, а остальное укладывали и размещали в нужные ячейки. С моей коробкой тоже долго не возились, оформили буквально минут за двадцать, после чего определили, что броню я могу оставить у себя в комнате, что меня порядком удивило.

– Это вообще, как? – не понял я слов местного начальника, когда тот осматривал мою броню. – Мне её там даже убрать некуда!

– Не переживай, – усмехнулся он, – в каждой комнате есть неиспользуемое помещение, дверь в которое изначально запечатана. В общем, там и будет храниться твоя броня. Должна поместиться, хоть и комнатушка два на два всего… главное, чтобы в высоту подошло…

– Ну ладно тогда, – расслабился я, смотря, как с помощью другого манипулятора броню в лежачем положении разместили на каком-то странном транспортном средстве. – Тогда пойду к себе.

– Давай, – кивнул начальник склада. – Как дойдёшь туда, броня уже будет стоять в подсобке твоей комнаты.

– Спасибо, – кивнул я и сделал шаг назад, уже даже начал разворачиваться в сторону выхода, как внезапно на стенах загорелись красные фонари, означающие только одно. – Да твою…

– О, кажется, снова пираты хотят нас штурмом взять, – усмехнулся мужичок, бросив взгляд на меня, с усмешкой сказал: – Может, попозже сдашь? А то, чувствую, тебе сейчас всё это пригодится.

– Ага, – медленно кивнул я, после чего направился к броне, которую уже какой-то паренёк ставил на ноги. – Будем снова воевать… чёртова Академия…

Эпилог

– А теперь переходим к новостям с линии фронта! – восторженно и лживо сияя от счастья, заявила ведущая галактических новостей, которые, по сути, являлись просто новостями всего человеческого сектора космоса, но раз есть Галактический совет, то должны быть галактические новости. – В этом мне поможет мой коллега, который лично присутствовал на одном из линкоров во время операции по защите одной из наших звёздных систем! Каэлд, тебе слово!

– Спасибо, Мира, – грубый голос раздался из-за кадра, а после на всех галографах появилась галограмма смуглого человека с одним глазом и повязкой на втором. – Буквально неделю назад состоялось одно из самых крупных сражений во всей галактике! Даже другие галактические сообщества это признали и похвалили силу и отвагу наших соотечественников. Если говорить кратко, то мы победили с помощью очень мощного оружия, которое производится на протяжении десятка лет. Его использование очень дорого обошлось нашей экономике… но целостность государства и жизни наших граждан в разы важнее!

Как и в любой новостной программе, в соответствии с принятыми законами, ради повышения доверия населения своей власти, хоть в каком-то эпизоде новостей должны были похвалить в чём-то власть, хоть в какой-то мелочи. Иначе новости могли прикрыть, сотрудники бы потеряли работу и весьма существенную прибыль с этого. А так… даже в случае какого-либо происшествия, в котором с виду нет никаких положительных сторон, новостные извращенцы всегда находили место, чтобы вставить пару приятных Совету слов.

Огромная толпа зевак стояла на центральной площади Земли и смотрела, как на галографе разворачивается моделированное сражение, которое точь-в-точь повторяло то, что было на линии фронта. Вот пять линкоров и один дредноут обстреливают какой-то планетоид мощнейшим оружием, изображение покрывает рябь, словно какие-то помехи мешают воспроизведению сигнала… но нет, это техническая задумка, специально смоделированная, чтобы показать, что сама реальность страдала во время таких обстрелов.

– Ещё скажите, что они использовали вероятностные ракеты! – крикнул какой-то зевака среди толпы, после сплюнув в ноги. Мгновением позже раздался шлепок и лёгкое ойканье.

– Это только в мультиках такое бывает, дурак! – возмутилась какая-то женщина, отвесившая этому пареньку подзатыльник. – Не существует вероятностных ракет!

Тем временем картинка продолжала двигаться вперёд во времени. После мощного обстрела с планеты вылетело множество неопознанных объектов, которые внешне напоминали корабли, но отличались своей чужеродностью для глаз человека.

– Чтобы было понятнее и более кратко, – влез голос корреспондента в кадр, отвлекая всех от такой зрелищной битвы, для всех них это просто симуляция, они далеки от понимания того, что там было на самом деле, – покажу вам, что произошло после последнего залпа армады, которая потеряла один линкор… а это от пятидесяти до двух сотен тысяч жизней!

Бой резко ускорился, среди толпы послышался недовольный гомон, что не дали насладиться представлением, ведь не каждый день можно увидеть над своими головами целое космическое сражение в миниатюре. Но ворчание быстро стихло, когда показали самую последнюю фазу боя.

Снова четыре линкора и дредноут, который оказался подбит в нескольких местах, сделали залп из основных орудий. Снова картинка на мгновение исказилась, чтобы потом прийти в норму и показать воистину пугающую картину! Один маленький космический корабль, который казался просто крошечным на фоне пятерых гигантов, устремился вперёд одновременно с выстрелом, по крайней мере, так показывала объёмная картинка. Летел этот одинокий маленький кораблик на огромной скорости, всё сближаясь с вражеским объектом планетарных размеров. В следующий миг от кораблика что-то отделилось, даже корреспондент говорил, что он точно не понял, что именно было запущено, так как оно сияло ярче, чем звезда.

– Мне даже пришлось отвернуться, чтобы у меня мог видеть мой последний глаз! – с искренними эмоциями добавил Каэлд, будоража сознание публики.

В этот момент маленький кораблик начал отдаляться от объекта, но его скорость была куда ниже, чем во время приближения, словно он и не старался вовсе уйти из зоны поражения оружия… но его покрывал такой же маленький пузырь энергии, в котором заключалась вся надежда экипажа на спасение.

– Ну давай, долбаная каракатица! – крикнул ещё один зевака, явно пытаясь своими словами разогнать картинку, ускорить этот иллюзорный объект… но он лишь себя раззадорил, как и многих вокруг, создавая липовую надежду на спасение столь маленького объекта от мощнейшего оружия человечества.

Потом произошло нечто странное, по крайней мере, так казалось многим. Возле огромного планетоида противника, как его окрестил в этот момент специальный корреспондент – «Аватар», начал появляться ещё один пузырь, который стремительно расширялся, буквально стирая противника из реальности. Буквально десять секунд, и шар бешеной и неконтролируемой энергии разросся настолько, что полностью скрыл за собой всё поле боя, корабли космических сил человечества еле успели отступить, чтобы не попасть под мощнейший удар. А вот маленькая «блоха», как окрестила уже ведущая крошку-корабль, за что получила много брани в свой адрес со стороны толпы, благо, она этого не слышала, и это была просто запись заранее записанного эфира, так и не успела выбраться из этого огненного и плазменного ада, что там произошёл.

– Когда мы улетали оттуда, казалось, будто само пространство взвыло в том месте, словно сама вселенная плачет от той ярости, что выплеснуло человечество, чтобы защититься от этой напасти! – с огнём в душе и голосе говорил корреспондент, прижав до одури и белых костяшек сжатый кулак к своей груди. – Увы, мы не сможем поздравить героев, которые смогли предоставить нам возможность жить. Со слов военных, «Аватар» отступил, он оказался катастрофически сильно поврежден… и это наш шанс подготовить плацдарм в защищённой системе, откуда будет очень удобно уничтожать оскверненные территории противника! У меня всё.

Последние слова Каэлд сказал спокойно, снова появилась одна-единственная голограмма девушки, которая поблагодарила своего коллегу и переключилась на вещание других новостей, быстро назвав фамилии героев той битвы. В основном это были фамилии различных генералов, которые управляли линкорами, дредноутом, тяжёлыми крейсерами. И лишь один раз была названо звание, столь разительно отличающееся от остальных.

– Надеюсь, мои соотечественники будут не против, но все же… Кхм-кхм! – приложила девушка маленький кулачок к своему рту, вернув себе голос, слегка охрипший после бесконечной болтовни. – Награждённому отдельным Указом Галактического совета Героем Человечества, командиру боевого ультрасовременного фрегата, название которого до нас, увы, не дошло, командиру эскадрильи прикрытия, старшему прелегусу Грому выражается отдельная благодарность от всего человечества! Прошу, люди, где бы вы ни были… постойте молча одну минуту в память об этом герое и всей его команде. Они совершили такой подвиг, на который не рискнул бы никто. Они выполняли приказ… благодаря им мы с вами сегодня живём, а вот они больше нет!

И вся площадь просто затихла, прекратила шевелиться. На лицах некоторых мужиков, в основном ветеранов других боевых действий, читалась печаль за своего собрата, некоторые в знак уважения и крайней признательности снимали свои головные уборы и прикладывали к своей груди. Некоторые расплакались, малая часть, но кто-то из толпы знал лично этого Героя, этого Человека, который отдал свою жизнь за жизни миллиардов остальных.

* * *

Где-то в двух световых годах

от края вселенной Млечный Путь

– Пустота… бесконечная и такая притягательная. Что может быть лучше пустоты? Ничего. Ведь пустота – основоположник всего. В ней была когда-то спрогнозированная вами сингулярность, которая взорвалась… интересная теория. В пустоте было буйство энергии, которое породило материю, в пустоте висят звёзды… пустота и есть пространство! И всё снова обернется в пустоту… Сейчас или потом, не важно. Пустота вернёт себе законное первенство, она не любит делиться своей бесконечностью… но… хе-хе… у меня теперь есть новая игрушка…

Взор неизвестного существа, которое словно смотрело из иного измерения, словно его глаза были частью самого космоса, направился на очень быстро удаляющийся фрегат. Он был сильно повреждён, оставлял едва заметный прорыв в пространстве-времени за собой, ибо он без использования двигателей прорвал световой барьер. Но… он летел в пустоте, где материи почти не было, где температура достигала почти абсолютного нуля… и двигались они с такой скоростью, что команда корабля до сих пор видела перед своими глазами вспышку взрыва. Временной парадокс, ничто не может двигаться быстрее скорости света, а если движется, то весь мир для наблюдателя внутри двигающегося объекта просто замирает. Этим научились управлять, создав специальные гиперсветовые коридоры между звёздными системами… а вот если их нет, то в силу вступает парадокс времени.

– И всё же… вы меня поразили! Впервые какая-то цивилизация решила использовать против меня ту часть силы, которая породила сам космос… впечатляет! Вот только… хе-хе… вы создали для меня третий путь в вашу вселенную. Если первый от меня умудряется закрываться, второй вы сейчас разгромили… то третий… третий скоро вернётся домой, и никто не будет подозревать, что с ним произошло.

Не изменяя скорости, космический корабль, маленький, обожжённый, с уничтоженными орудиями, сплавленными отсеками, с сильно поредевшим экипажем, начал двигаться по огромной дуге. Фрегат словно захватил в своё гравитационное поле очень массивный и очень плотный объект, заставляя изменять свою бесконечно прямую траекторию в никуда, придавая ускорение, возвращая обратно туда, откуда корабль и вылетел. Когда траектория полёта снова изменилась, корабль начал лететь в сторону огромного космического диска, который светил так ярко, что у существа болело само нутро. Ему было больно от всего того, что витало в космосе… это была его опухоль, от которой он начал избавляться различными методами.

– Пустота может всё. Сейчас это лишь маленькая крупинка… но со временем каждое зерно прорастает, пускает свои корни, укрепляется, вытягивает полезные вещества из окружающего пространства… а потом приносит плоды. Вот только какие они будут?.. Хе-хе… семена пустоты всесильны. Семена пустоты очень могущественны… ведь… пустота бесконечна, и она возьмёт своё! Со временем… но возьмёт…

Content

Алекс Бредвик
Войд. Захваченный дом

Начало

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Организм Войда в настоящий момент

Новые возможности

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Интерлюдия 1 Гром и Молния

Глава 4

Интерлюдия 2 Гром и Молния

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Интерлюдия 3 Грей

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Интерлюдия 4 Грей

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Захваченный дом

Интерлюдия 1 Грей

Глава 1

Глава 2

Интерлюдия 2 Грей

Глава 3

Глава 4

Интерлюдия 3 Грей

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Интерлюдия 4 Гром и Молния

Глава 8

Глава 9

Интерлюдия 5

Глава 10

Глава 11

Интерлюдия 6 Грей

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Интерлюдия 7 Гром

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Интерлюдия 8 Грей и Гром

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Интерлюдия 9 Гром

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Эпилог