Серёжа, не обижай демонов

Глава 1

Я проснулся от разрывающей мои мозги мыслительной перегрузки. Очень неприятное, я вам скажу, состояние! Прямо, как в прошлом году, когда провалился под лед, получил воспаление легких и потом лежал одолеваемый почти совершенно реальными картинами горячечного бреда. Но тогда был именно, что бред. Выйдя из него, я совершенно ясно и точно это осознал, как осознал иллюзорность пережитых картин, а сейчас-то что? В отличие от того, прошлогоднего бреда, когда куски в нем пережитого растворялись из памяти практически одновременно с осознанием ясности мышления, этот сон, или не совсем сон, после пробуждения изглаживаться из памяти категорически не пожелал. Напротив, увиденное во сне послужило скелетом, на который уже в состоянии бодрствования в моем сознании начала нарастать плоть практически реальных воспоминаний целой жизни. Не моих воспоминаний и жизни тоже совершенно чужой. Даже песня по случаю из той же, чужой жизни припомнилась: «Что-то с памятью моей стало. Все, что было не со мной помню». Причем, песня на практически незнакомом языке, разве что в некоторых отдельных словах созвучия угадываются, но слова при этом кажутся совершенно понятными и родными.

К полудню я смог подвести некоторые итоги: память донора, непонятно с какого перепуга влетевшая в меня, содержала пять десятилетий жизни в мире, где развитие пошло исключительно по пути развития и совершенствования техники. Только вот какая штука: мне знаний об устройстве этой техники практически и не досталось! Мужик, поделившийся со мной памятью, врачом был. Практически как флюс в практике стоматолога: исключительно односторонний. Вот об устройстве организма человека — да! Знаний привалило много. И то, в том мире лечили в основном при помощи лекарств. А где мне, случись, к примеру, бронхитом заболеть, у нас какой-нибудь аугметин взять? Вот то-то и оно. Ну, и еще, отбросил сомнения и твердо уверился: я — это я! От того дядьки только память и осталась. По типу справочника: можно заглянуть и прочитать описанные там случаи. Все равно, в жизни все решения придется принимать самому. Никакого второго сознания мне не перепало. И, слава богу! В том мире людей с двумя сознаниями шизофрениками называли и, от греха подальше, изолировали от общества.

* * *

— Се-е-ре-е-га! — Послышалось из-за окна. Ага, это меня.

Наскоро поблагодарив бабушку за обед, я выскочил из-за стола, подбежал к окну, отодвигая занавеску. На улице стояло трое парнишек моего возраста. Ну, мои одноклассники, и нам всем сейчас примерно по двенадцать лет, тут, в нашем нынешнем мире, с возрастом строго, сказано, с шести лет идти на учебу в гимназию или реальное училище и учиться там семь лет, так значит, не полагается никаких исключений.

— Пошли на карьер купаться! — Крикнул мне один из них, Генка Останин, заметив, что я подошел к окну и смотрю на них.

А отчего бы и нет? Лето же, каникулы. Когда еще с друзьями вылазки на природу совершать, если не сейчас. Наскоро натянув кеды с разорванными и завязанными на узелки шнурками, прихватил старое, из кусков сшитое покрывало, чтобы было на чем на солнышке загорать, побежал к друзьям.

С той поистине мучительной зимней ночи, когда я вспомнил чужую жизнь, в нашем мире прошло уже целых полгода. В принципе, для меня ничего с тех пор особо и не изменилось, как был школьником, так им и остался. Разве что, благодаря подгрузившимся чужим знаниям, учиться по некоторым предметам стал заметно лучше. Та часть математики, которую нам преподавала старая математичка, Надежда Алексеевна Трескина, внезапно стала восприниматься уже давно и надежно изученной. Физика тоже сделалась гораздо более легкой и понятной. Химию — так и вообще смог бы, наверное, вместо нашей весьма заслуженной учительницы запросто преподавать, тот мужик, от которого память досталась, вообще по части создания всяческих фейерверков, бомбочек или просто интересных и полезных реакций малость повернутый был. А вот с теми же историей, географией, литературой и языками особого прогресса заметно почти что и не получилось. Разве что память в целом, кажется, немного улучшилась.

Ну, да, география тут от прошлого мира заметно отличается, прошлая память в этом случае только наоборот помешать способна. Другие названия стран, не принципиально, но все же иные очертания материков. Да плюс еще довольно большие ничейные Зоны сопряжения по всему миру рассыпаны, про которые в другом мире и слыхом не слыхали. Некоторые подобные Зоны по размерам своим оказываются соизмеримы со странами из числа, конечно, не самых великих. Вот только что это за Зоны сопряжения такие, во всех учебниках описывалось достаточно скупо и даже, в какой-то мере, неправдоподобно, только указывалось, что в тех зонах даже физические законы с нарушениями срабатывают, а так же информировалось, что по своим условиям все эти зоны очень сильно отличаются. Ах, да, упомяну еще самое главное из изменившейся географии: наша держава зовется Славской империей и занимает очень немаленькую территорию от границ Прусского и Баварского герцогств на западе до высоченных гор, называемых Поднебесьем, на востоке. И от Ледяного океана на Севере до южных почти раскаленных пустынь.

— На той неделе возле карьера женщина пропала, — на подходе услышал я слова, являющиеся, судя по всему, серединой спора. Васька Булдаков, хоть, вроде как, и собрался идти на карьер вместе со всеми, имел против конкретно такого совместного времяпровождения какие-то свои доводы.

— Так тело же ее так и не нашли, — мгновенно привел контраргумент Геннадий, очевидно повторяя за кем-нибудь из своих домашних. — Она, поди, куда-нибудь, к своему хахалю, подалась, только родным сказала, что купаться идет. И вообще, кто из женщин ходит купаться в одиночку? Явно же что-то нечисто с этой пропажей.

Спор спором, а до карьера мы довольно быстро дотопали. Это если по дороге, по которой машины ездят, туда на своих двоих маршировать, то долгонько выходит, а, как мы, прямо от окраины поселка, через лес, напрямки, так, считай, вообще почти рядом. А лес тут какой! Не лес, сказка! По мху, как по зеленому ковру идешь, а запах свежей хвои прямо-таки дурманит голову. Я непроизвольно вспомнил, какие загаженные места отдыха попадались в иной жизни и очень порадовался, что тут пластик в качестве упаковки находится под строгим запретом. Ну, да, бумажные кульки, по сравнению с полиэтиленовыми пакетами не очень удобны, и содержимое из них бывает, что и высыпается, но лучше уж так, чем жить среди гор десятилетиями совершенно не разлагающегося мусора.

На карьере, на белоснежном песке, возле прозрачного до синевы водоема оказалось довольно много отдыхающих. В основном, понятное дело, детвора, каникулы же, но и взрослые тоже встречались во множестве. В последние годы местные белоснежные пески стали в нашем княжестве рекламировать в качестве места проведения летнего отпускного сезона — вот и повалил народ. Даже из Светлогорска, столицы княжества, приезжать начали.

Мы с приятелями расстелили свои принесенные полотенца и покрывала, поскидывали верхнюю одежду с обувью и со всем возможным ускорением помчались в воду.

Хорошо-то как! Плавать я, сколько себя помню, всегда любил. А тут еще и вода прозрачная, гребешь, опустив лицо в воду, и под собой дно и рыбок с водорослями и крабами разглядываешь. И не скажешь, что глубина уже метра три или четыре под тобой, все в малейших деталях проглядывается.

От подводной идиллии меня отвлек какой-то внезапно возникший шум на пляже. Оглянулся. Парни, что следом за мной, чуть поотстав, плыли, тоже из воды тянулись в попытках разглядеть там происходящее.

А на пляже между тем начиналась самая банальная драка. Сцепились два взрослых мужика. Судя по дамочке, топчущей рядом с местом побоища и что-то кричащей, так как бы ни из-за нее та потасовка случилась. Точнее, драка очень быстро переросла в не совсем банальную. Незнакомый мужик в одежде, приехавший на пляж буквально только что, получив физический отпор от молодого длинноволосого отдыхающего в плавках, принялся что-то магичить.

Вообще, если верить утверждениям авторов учебников, и всяких там детских популярных журналов наподобие «Хочу стать магом», которых я довольно много прочитал, магия, пока она не достигла конкретного, заданного эффекта, практически невидима. Но… я видел. Словно огромная ажурная снежинка какая-то, шевелением пальцев рук одетого мужика вывязывалась быстро, но все же не мгновенно.

Его противник, поняв по сосредоточенному виду и жестам противника, что дело нечисто, тоже принялся что-то свое творить. Вот его кружева едва заметными выходили. Словно марево воздуха над костром колыхались, сразу вокруг колдующего обворачиваясь, делая при этом его фигуру малость расплывчатой.

Огромная снежинка, воплотившись целиком над головой создававшего ее мага, внезапно в противника полетела. И вот тут я уже точно понял природу сотворенных чар. Молния! Одна из чисто атакующих стихий. Лучики снежинки начали электрическими разрядами выгибаться, ускоряясь и плюясь колючими отростками. Насколько я помнил основы законодательства, преподаваемые нам в школе в числе прочих предметов, подобное заклинание приравнивалось к применению боевого оружия, а точнее, квалифицировалось в качестве несомненной попытки убийства.

Отдыхающие, до этой минуты с интересом, хоть и с некоторой опаской наблюдавшие за драчунами со стороны, от места внезапно вспыхнувшей магической дуэли разом пожелали оказаться как можно дальше. Визги, крики, суета. Одна дурочка, по виду старшая школьница, с какого-то переляду прямо между поединщиками побежала. Дамочка, послужившая причиной разборок, с запозданием тоже лихорадочно принялась вокруг себя какой-то зеленоватый кокон накручивать. Все это я, как на стоп-кадре, в один момент мозгами зафиксировал. А потом грохнуло, словно поблизости снаряд от САУ «Гвоздика» бахнул. Был, знаете ли, в прошлой жизни у меня момент близкого знакомства с таким явлением. В ушах потом два часа звенело, и сам как чумной все это время был.

Прозрачное марево вокруг второго поединщика почти смогло энергию удара магической молнией на нет свести. Почти, потому что второго мужчину все же к самому краю водоема откинуло, вызвав нехилый такой всплеск. А ту молоденькую дурочку, что между повздорившими магами оказалась, вообще просто смело куда-то прочь. Повезет, если всего лишь переломами отделается.

Меж тем, первый принялся плести какой-то новый узор. Мне новый конструкт показался состоящим из чего-то не то черного, не то багрово-красного, напоминавшего языки пламени. Цвет постоянно менялся, перетекая из одного в другой. А потом очень быстро все произошло. Полученный конструкт, даже на первый взгляд выглядящий недобро, скользнул в сторону закутанной в зеленое марево женщины. И практически в то же самое мгновение второй мужчина, прямо из воды, словно гигантским кнутом, ударил в своего противника водным потоком.

Думаю, если бы первый не отвлекся для мести неверной женщине, он бы, несомненно, победил. Но вышло так, как вышло. Багрово-черный конструкт слился с зеленой дымкой, вызвав неявный всполох и практически мгновенное растворение женской фигурки, а водный поток, скользнув слева направо, разрезал первого дуэлянта пополам. И повалил несколько деревьев в пяти десятках шагов позади, на самой опушке. Примерно в том же направлении парой минут ранее многие из отдыхающих убегали. Убежали ли?

Вот так, совершенно неожиданно для себя, я внезапно смог исполнить одно из самых сильных своих детских желаний: посмотрел на реальное действие боевой магии. Ну, и вынужденно задержался тут, на пляже, до самого вечера, поскольку оказалось, что из всех отдыхающих, только мы с ребятами видели весь поединок от начала до конца, а приехавшая вместе со скорой помощью на вызов полиция очень хотела для себя прояснить порядок сотворения заклинаний. Хорошо еще, что я оказался далеко не первым из допрашиваемых. Мои друзья, как я с удивлением для себя узнал, только молнию со взрывом, вспышку на месте уничтоженной вместе со своей защитой женщины, да стремительный поток воды и смогли рассмотреть. Никаких «снежинок», багрового с чернотой огня и заклинаний защиты они вообще не различили. Ну, и я, от греха подальше, не стал из их общего описания выбиваться. Как там сокровенная мудрость из прошлого мира гласила? Умеешь считать до десяти, остановись на семи? Вот в точности по этому очень даже жизненному завету и поступил.

И, да, с этими мужиками и дамочкой все в точности оказалось, как я это для себя изначально и вообразил. Все трое оказались титульными дворянами из Светлогорска, нашего областного центра. Погибший — муж, барон Баталин, а уничтоженная им дамочка, соответственно, его неверная супруга, баронесса. Она на наш карьер со своим любовником, виконтом Черемным, отдыхать приехала. И все трое — неслабые маги. Полицейские при мне их ранги обсуждали. Дамочка с любовником — четвертого ранга были, а барон недавно аж третий взял. Практически элита. Не архимаги, конечно, тех вообще, включая самого императора, неполная дюжина на всю нашу империю, но все же. Ну, это я так, для любопытствующих прояснил ситуацию, обычные-то простолюдины подобных кунштюков при всем желании сотворить бы не сумели. Ни маны, ни знания боевых заклинаний бы не хватило. Опасные все же существа, эти аристократы!

Ха! А дед с бабкой, оказывается, волновались за меня. Возвращаясь, встретил деда на краю улицы, в том месте, где дорога с тропинкой, уводящей в лес, раздваивалась. Даже ненадолго стало тепло на душе. Правда, ровно до того момента, пока ни получил от своего дедушки звонкий подзатыльник.

— Ты где так поздно шляешься, оглоед неблагодарный? Бабушка волнуется, места себе не находит.

Ну, все, я обиделся. И точно теперь про события на пляже рассказывать им не буду.

Рассказывать не стал. При всем желании бы не смог. Бабушка Зина, едва увидев меня живым и невредимым, закудахтала, запричитала и кормить кинулась. Со ртом, набитым блинами, не очень-то даже при всем желании порассказываешь о пережитых волнениях. Но и на деда Степана так, чтобы очень уж долго, обижаться как-то тоже не вышло. Видно же, он за внешней суровостью свое волнение по поводу моей долгой задержки скрывал. Перенервничал.

Утро через день после описанных ранее событий. Я, едва позавтракав, и захватив с собой альбом с карандашами, поспешил из мест своего заточения на волю. Какого-такого заточения? Так дед позавчера, в воспитательных целях, на всю последующую неделю посулил мне домашний арест. Правда, в реальности я дома просидел едва лишь сутки, потом деда кто-то из знакомых просветил о трагических событиях на пляже, и он, по собственной инициативе, смягчил мое наказание, выпустив малолетнего узника на свободу досрочно. Хотя, и этот единственный день дался мне тяжело, еле дождался свободы. А все потому, что я на месте произошедшего сражения, точнее чуть в стороне, ближе к лесу, уже перед самым нашим возвращением, заметил тускло мерцающее нечто. Оно на одном и том же месте из поверхности земли, недалеко от опушки, выставлялось: переливающаяся сероватым перламутром тончайшая пленка в форме полуовала метров трех высотой и двух шириной. Ну, да, довольно большое, хоть и бледноватое пятно. И окружающие при всем, при том, его в упор не замечали. Проходили мимо, как те же полицейские, тщательно, с рулетками, обследовавшие место свершившегося поединка. Вот я сутки и промучился в размышлениях: хватит в этой явно магической штуковине вложенной энергии, чтобы меня дождаться, или она все же успеет рассеяться?

Через лес я промчался, едва замечая его красоты. Все мысли были с той непонятной, незаметной для других хренью. Расфантазировался на всю катушку. Ведь это ж настоящая боевая магия! Вот рассмотрю вблизи завитки узора этой штуковины, да еще дополнительно для надежности зарисую их, и, глядишь, научусь со временем точно такой же создавать, когда через год-другой моя система магических каналов окончательно сформируется. Будет у меня высокоуровневый Щит, когда все другие мои сверстники еще будут самые азы проходить. Почему именно Щит? Ну, а что еще могло на месте произошедшего сражения такую вот форму плоскости иметь?

Перламутровая пленка оставалась на прежнем месте. И даже в яркости, свидетельствующей о насыщении ее энергией, вроде как, совсем не убавила. Я уселся по-турецки прямо напротив этой переливающейся плоскости и принялся перерисовывать проступающие на ней узоры, их, кстати, несмотря на переливчатое свечение, было очень даже неплохо видно.

— Ух ты! Красиво! — Послышался девичий голос возле самого уха. Так увлекся, что не заметил, как практически пустынный с утра пляж начал потихоньку народом заполняться. Вот и одноклассницу свою, Ленку Шитову, тоже до самого последнего момента не замечал. Она с еще несколькими подружками сюда пришла и, увидев меня, что-то зарисовывающего с самым сосредоточенным видом, не удержалась, подошла полюбопытствовать.

Я взглянул на то, что у меня получилось более отвлеченно. И в самом деле, красиво. Похоже не то на сложное, ажурное кружево, не то на наброски картины какого-нибудь завзятого импрессиониста. А еще я, вроде как, сам того не заметив, уже закончил. Тот, не видимый для других узор, состоял, по типу лепестков цветка, из абсолютно идентичных блоков и небольшого, довольно простого геометрического узора посередине. Середку и пару лепестков я зарисовал и теперь возился с совершенно ненужным мне третьим. Он же точь-в точь повторяется, а я, увлеченный отдельными мелкими деталями, начавшегося повторения и не заметил.

— Прости, не люблю другим еще не законченные наброски показывать, — объявил я, пряча альбом и пишущие принадлежности обратно в сумку, в которой я их сюда и принес.

— А когда закончишь, покажешь? — Ленка отчего-то совсем не обиделась на мое запирательство, а продолжила общение со мной. Кстати, само по себе удивительное поведение: у нас в классе девчонки и мальчишки, весь прошлый год, как две абсолютно не смешивающиеся жидкости, в совершенно разных, почти не пересекающихся плоскостях пребывали, ну, разве что списывали друг у друга иногда, а тут сама подошла, разговаривает, как не в чем ни бывало.

— Отчего нет? Если закончу, покажу, — посулил я, лениво размышляя, что же мне теперь делать? Идти домой и там дорисовывать оставшиеся элементы узора или задержаться на пляже и искупаться, раз уж пришел сюда? Рисовать уже сильно надоело, от постоянного напряжения зрения глаза реально устали, а купаться одному не очень-то и интересно.

— А пошли к нам, — вдруг предложила непонятно с чего ставшая общительной Ленка, — я тебя со своей двоюродной сестрой познакомлю. Она к нам из Светлогорска на каникулы приехала.

Ну, как тут можно было отказаться? Девушки же, практически неземные создания, сами, по собственной инициативе, пообщаться приглашают. И кстати, вот тут не слабая такая дилемма в моих знаниях и реальном поведении обнаружилась. С одной стороны, прошлой памятью я помнил про свои контакты с женским полом, знал, что у них точно такие же проблемы с завязыванием первоначальных контактов с противоположным полом, как и у пацанов. С другой стороны, знать-то знал, а вот при одной мысли, чтобы с девочкой первым заговорить, прямо в ступор впадал. М-да, кто бы что про центральную нервную деятельность не говорил, что она всему голова, и все такое, а гормоны то, пожалуй, посильнее будут. Все поведение человека, в конечном итоге, именно они регулируют, а нервная система, как послушный исполнитель, гормональные команды лишь красками положительных и отрицательных эмоций раскрашивает.

Все эти глубокие мысли у меня в голове одним махом промелькнули, пока я, рядом с Шитовой, до трех ее спутниц топал.

— Это Сережа Уваров, наш одноклассник. А это моя двоюродная сестра Наташа. — Наскоро представила нас друг другу Ленка. И единственная незнакомая мне девочка, приподнявшаяся на своем покрывале с опорой на локоть, мне ладошкой приветственно помахала. С остальными-то двумя мадмуазелями я в одном классе учился. Говорил же, поселок у нас небольшой, почти все друг друга знают. Ну, за исключением многочисленных отдыхающих, приезжающих летом поваляться на нашем белоснежном песочке со всего княжества.

— А пошли купаться? — Вдруг объявила Шитова. И меня требовательно за руку в сторону водоема потянула. Ну, я и пошел. Обожаю купаться. Впрочем, об этом я уже, кажется, сообщал.

На удивление никто из валяющихся девчонок на призыв подруги не откликнулся. Как лежали, разморенные на солнышке, так и продолжали валяться тушками. Наташа тоже, чуток поразмышляв, приподнявшись на локтях, разморенной медузой обратно плюхнулась:

— Не-е, идите без меня. Я еще немного позагораю.

Ну, и ладно. Один на один с девочкой даже волнительнее, чем если бы они всей своей шоблой вокруг меня плескаться затеяли. Кстати, на удивление, Ленка очень даже неплохо плавала, еле догнал ее в воде.

А потом мы затеяли совместную возню на мелководье. Типа устала она, и я должен был ее тело в воде поддерживать, а потом она из себя силача изображала, поддерживая уже меня. Вода же, сама держит. Совершенно безобидная возня, да и мы еще дети практически. У Ленки хоть и надет на груди купальник, но это больше чисто в качестве заявки на будущие достижения, нечего ему еще скрывать толком. Ну, и я тоже, мальчик-колокольчик…. Отчего же весь мир для меня вдруг сузился до нашего с Ленкой барахтанья?

— Вредины, — вдруг с досадой негромко пробормотала Шитова, глядя в сторону берега. Вся троица ее подруг топали в нашем направлении, с самым решительным видом рассекая ногами непослушную толщу вод. И да, в тот момент я всецело разделял ее досаду, действительно, вредины, ведь видят же, что не до них нам сейчас!

Накупавшись, и выйдя всей толпой из водоема, мы лопали пирожки, приготовленные, как было заявлено, самолично руками Ленки и Наташи. И еще меня девицы один разик в качестве мужчины поэксплуатировали. Пробка на бутыли с морсом у них очень туго закручена оказалась. Слава богу, справился, продемонстрировал, так сказать, мужскую силу.

Вечером я все же дорисовал обнаруженный мной на пляже конструкт до конца. Первый экспонат в мою будущую коллекцию заклинаний. Как я уже убедился, заклинания выше учебного, девятого уровня тут изрядной ценностью обладают. Просто так им человека с улицы никто учить, точно не будет. Примерно, дела обстоят, как с распространением огнестрельного оружия в моем прошлом мире. В армии нескольким атакующим и оборонительным конструктам самых продвинутых бойцов специально учат, полицейским свой комплект заклинаний положен, ну, и, конечно же, дворяне наборами родовых заклинаний обладают, но каждый род — своими. Так что даже такое, с неизвестным эффектом, — мне все в кассу будет. Потом, подрасту, может, и разберусь, для чего конкретного оно предназначено.

Глава 2

В свой очередной поход в лес я взял с собой небольшой топорик и пару бутербродов с бутылкой чая. Дед заказал вязанку баргузника ему принести. Что такое баргузник? Это кустарник такой, очень колючий, поэтому, несмотря на ожидающуюся днем жаркую погоду, одел толстую кожаную куртку и еще более толстые кожаные рукавицы прихватил. Утром прохладно, даже в такой куртке не запарюсь, а еще задолго до полудня уже точно домой вернусь, одну единственную вязанку нарубить ведь много времени не нужно. Ну, и в качестве основного инструмента добытчика вооружился небольшим, но очень острым топориком на довольно длинной ручке, с нанесенными на его лезвие рунами самозаточки. Очень, кстати, нужные руны, ветки того кустарника по своей твердости железную проволоку напоминают, а длинные иглы — и вовсе едва ли не закаленную сталь. И нет, кустарник этот нужен деду отнюдь не в качестве заменителя колючей проволоки, хотя кое-кто из хозяев в нашем поселке его и в таком качестве тоже использует. Помните, я про заклинания говорил, что они являются у дворян родовой ценностью? Вот, алхимические рецепты — из того же разряда. Собрался мой дед один декокт приготовить. Для повышения общей выносливости организма и устойчивости его ко всяким проклятиям и заклинаниям магии тьмы. В числе прочих, и для меня самого тоже. Так что я, таким образом, на самого себя буду работать. Кстати, меня он этому рецепту еще в прошлом году обучил, только пока у меня система магических каналов окончательно не сформируется, кроме невнятной бурды я из своих алхимических опытов точно ничего не получу.

Хе-хе! — Если что, это нервный смех. Вот прямо, как чувствовал, рукавицы из кожи лахского буйвола взял. Из нее еще классические доспехи штурмовикам изготавливают. Очень прочная кожа. И ведь пригодились! Из-под веток кустарника на меня жаракка выскочила. Это такая небольшая прыгучая змея, очень ядовитая. К счастью, вцепилась в рукавицы, не прокусив их. А второй попытки я ей уже сделать не дал. Поймал за загривок и скрутил шипящую головенку. Кстати, очень-очень ценная добыча! Из яда этих змей мастера-алхимики чудотворный эликсир для продления жизни готовят, потому жаракк вблизи человеческого жилья уже практически не осталось, да и охотники из тайги в последнее время этих змеек очень мало привозят.

Однако с колючей вязанкой за плечами по лесу идти вовсе не так удобно, как без нее. Все ветки на пути стремятся в нее вцепиться, не пропустив несуна дальше. Потому, немного помучившись, решил не пытаться сокращать путь лесом, а выйти к дороге и дальше идти уже по ней. Пусть в обход, зато без проблем. Так и сделал. По дороге и до песчаного карьера с его пляжем дошел. Собственно, дорога, чтобы из всех окрестных поселений на карьер за песком ездить, строителями в свое время и прокладывалась. Десятилетиями так и было, пока выкопанный огромный котлован грунтовые воды не заполнили, и власти нашего Ильинска не решили из бывшего песчаного карьера место отдыха для людей устроить.

А уж, идя по утреннему, совершенно безлюдному пляжу, взглянуть, существует ли еще непонятный, лишь мне одному видимый конструкт, сам бог велел. А дьявол надоумил дополнительно еще и потрогать, как оно на ощупь выглядит. Ну, я и протянул руку, чтобы попытаться до поверхности странного жемчужно-серого полуовала дотронуться. Ведь так до сих пор и не проверил, материальный ли он вообще. Ну, да форменная глупость, лезть к незнакомому конструкту! С чего-то посчитал себя надетой на руку рукавицей полностью защищенным.

Мир совершенно внезапно мигнул, и я в совершенно ином месте очутился. И когда я говорю, «ином», это означает «абсолютно». Над головой вместо родного голубого неба низко-низко красное, словно кровь, нависает. И солнышко заменилось унылым огромным светилом в четверть небосклона шириной… тоже красного цвета. Ну и, думаю, даже упоминать не стоит, какого цвета оказалась окружающая меня довольно густая растительность. Я обернулся, чтобы на портал, доставивший меня в это почти одноцветное место взглянуть (плюс еще хоть на чем-то дать отдохнуть глазам, что не какой-нибудь оттенок красного имеет).

Сильнейший удар в спину бросил меня в сторону бликующей красным перламутровой поверхности. А дальше я уже под обычным голубым небом за свою жизнь отчаянно боролся, пытаясь скинуть со спины непонятную тварь.

Тварь отцепилась сама, случайно перекусив своими зубами веревку, связывающую ветки баргузника воедино. А в следующее мгновение я уже стоял лицом к ней, с топориком наизготовку. Вот как-то сразу по выражению ее злобной, оскаленной морды не поверил, что мы с ней сможем тихо — мирно краями разойтись.

Я взмахнул топориком, красный монстрик размером со средних размеров собаку подобрал длинные задние конечности и, на манер кузнечика, прыгнул. Лезвие топора и череп тварюшки встретились. Чвак! Мое оружие оказалось прочнее. А потом меня волна удовольствия затопила. Кажется, на мгновение я даже сознание под ее воздействием потерял. Или нет. Пришел я в себя возле все того же портала (теперь-то я уже точно сообразил, что это за конструкт такой тут торчит). И вовсе не от тех повздоривших магов он там остался. Скорее, выплеснутая в момент поединка энергия помогла порталу недостающую ему для активации энергию набрать. И таки да, после моего прохождения в мир красного солнца и обратно, светилась эта конструкция уже намного тусклее. Пожалуй, на то, чтобы еще разик на ту сторону сходить, маны у этого конструкта точно хватить должно, а вот потом уже сильно рискованно будет перемещаться обратно, на родную сторону. Запросто можно там так и застрять на непонятно какой срок.

Кое-как, связав узлом имеющуюся у меня погрызенную веревку, снова собрал из раскиданных в ходе боевых действий веток вязанку и взгромоздил ее себе на горб. Что делать с убитым мной монстриком даже не размышлял, подхватил под мышку. Пусть тяжелая зараза, но ее я точно до деда допру! Насколько я помню из изученной в школе информации про Зоны сопряжения, бесполезных иномирных монстров просто не бывает. Из любого можно что-то порой весьма ценное заполучить.

Редкие прохожие только косились на меня издали, но хоть идти не мешали. И без них с неудобной поклажей намаялся. Кстати, только в последний момент сообразил, что свои бутерброды, взятые с собой в дорогу, я так и не попробовал. Кулек с ними обронил в момент атаки меня монстром на той стороне портала.

— Это что? — Только и спросил меня дед, когда я, весь такой загруженный, к нему в его персональную мастерскую, стоящую во дворе нашего дома, ввалился.

— Баргузник. Как ты и заказывал. — Ответил я, с облегчением скидывая на пол сначала монстра с вонзенным в него топором, а просто иначе не с руки было их вместе тащить, топор, повешенный на пояс, за тушку зверя на каждом шагу цеплялся, после чего по ногам бил. Потом отцепил вязанку жесткого хвороста, умудряющегося колоться даже через толстую куртку, а потом и саму куртку скинул. Уф, взопрел!

— Я не про хворост. Этого монстра ты каким образом добыл?

— Так он из кустов следом за змеюкой выскочил.

— За какой еще змеюкой?

Пришлось вытряхивать из мешочка, привязанного на пояс, свою последнюю еще не предъявленную деду к осмотру добычу. До самого последнего момента сомневался, не оставить ли ее себе. Очень уж хотелось смазать змеиным ядом лезвие топорика. В то, что я еще раз попрусь на ту сторону, я практически не сомневался. Адреналинщик — это даже не мания, это образ жизни.

— Так, змея хоть и редкая и ценная, но все же из нашего мира, — объявил дед, ознакомившись с предъявленными ему животными экспонатами, а вот о зверюге придется сообщать властям. Задал ты мне хлопот, внучок.

— Так может, и не надо сообщать никуда? — Попытался я подкинуть своему деду идею, показавшуюся мне в тот момент вполне привлекательной.

— Вот где ты у меня умный, а где, так совсем дурачок! — Рассердился дедушка. — Этот же зверь наверняка далеко не единственный к нам из своего мира попал. Если портал в Зоне сопряжения вовремя не закрыть, мы рискуем получить тут зону наподобие Прешовской. Люди пострадают, да и мне на старости лет экстренно переезжать отсюда не хочется.

М-да, Прешов. Был когда-то такой город неподалеку от границы нашей империи с германскими герцогствами. Очень похоже, что кто-то там в точности по моему непродуманному совету поступил, скрыл обнаружение первых иномирных животных. Через полгода, когда все открылось, было уже слишком поздно. Через портал в наш мир достаточно иномирной энергии просочилось, чтобы вокруг портала кардинально свойства нашего мира изменить. Для людей окрестности портала вообще недоступными сделались, и Зона до сих пор так и расширяется потихоньку.

Только у нас же положение просто таки кардинально иное. В отличие от прочих Зон, портал, найденный мной, не зияет постоянно, видимый всем окружающим, а лишь срабатывает при дотрагивании, в иное время оставаясь абсолютно невидимым. Впрочем, деду про этот факт знать неоткуда.

О странной добыче внука, власти дед уведомил по телефону. Оказывается, был даже специальный бесплатный номер экстренной службы, созданный именно для подобных случаев. Приехали, мой трофей забрали. Правда, пообещали на счет деда премию выслать. А змею дед закуркулил для личного пользования. Он же, помимо всего прочего, мастер-алхимик, и рецепт приготовления из яда змеюки омолаживающего эликсира у него в наличии имеется. Кстати, один из немногих мастерских рецептов, попавших из владения отдельного рода в общий, пусть и весьма ограниченный доступ. Собственно, после этого те змейки и стали такими редкими.

Премию за монстра власти нам выплатили буквально на следующий же день. И дед из нее ни медяка на себя не потратил. Все на меня спустил. Даже еще и доплатил из своих средств. А всего-то и прикупил один единственный артефакт! Причем даже не защитный или целительский, как можно было предположить, а чисто диагностический. Правда, он не заболевания у меня будет диагностировать, а общее состояние по заданным пунктам. Ну, знаете, словно в компьютерной игре какой: Мышечную силу, Нервно-мышечную проводимость, Выносливость, Объем магического резервуара и Скорость его заполнения, Развитость магических каналов, Регенерацию, Харизму… Много всего. И спустя время, необходимое для обработки, все результаты в виде отдельных циферок начнет выдавать. Так человеку становится гораздо легче заставить себя регулярно заниматься тренировками. Ну, и более наглядным делает, как правильно тренироваться и на что в первую очередь обращать внимание. М-да. Только вот интеллект этот артефакт определять не умеет. Умный человек, или совсем дурак, можно только из его поведения понять.

Нацепил я на шею этот дорогостоящий артефакт, который, в основном, только совсем уж богачам по карману, и отправился к Ленке Шитовой с ее сестрой Натальей. Хвастаться перед девчонками. Понимаю, что хвастуном быть — себе в убыток, но ничего с собой поделать не могу. Или точнее, не хочу. Кажется, я до возраста дожил, когда гормоны уже сильно на мыслительные способности парней воздействовать начинают.

Так или иначе, но две эти хитрющие лисички, которым бы разведчицами быть, чуть ли не все из меня выпытали по части моей битвы с тем непонятным чудовищем и моих при том ощущений. Только что про сам портал и смог промолчать. А потом Ленка принесла из отцовского кабинета очень занятную книжку и принялась прямо на наших глазах листать, пытаясь что-то в ней отыскать.

— Вот, взгляни, Сережа, на это описание обитателей демонического мира, сказала она, открыв в книжке какую-то статью.

Я и взглянул. И чуть прямо тут же не помчался к тому порталу, что на пляже. Признаться, с самого моего обретения памяти взрослого человека из другого мира, завелась у меня одна мечта: стать магом. Впрочем, думаю, по моему поведению, связанному с непонятным конструктом на пляже, это и без моих пояснений уже вполне понятно. Кучу литературы на эту тему перечитал. Ну, до которой смог дотянуться, конечно. В принципе, магическое ядро с каналами появлялось в этой версии Земли практически у всех. Но были, как говорится, определенные нюансы. Маг магу рознь! И дело не только было в негласном запрете на распространение достаточно сильных заклинаний. Сами магические ядра у разных людей могли очень-очень сильно, практически принципиально, отличаться. Подавляющее большинство простолюдинов на всю жизнь так и оставались с полудюжиной одних только школьных заклинаний и едва ли зачатками магических способностей. Ну, там Светлячок в темноте сотворить или огоньком из пальца вязанку дров в печке поджечь, если спички где-то случайно затерялись. Таким заклинаниям низшего, десятого уровня в старшей школе старались всех обучить, а кто туда учиться даже и не пошел, родители могли показать или просто знакомые. Десятый и отчасти девятый уровни — они для всех.

Совсем иное дело аристократы. Они в своих родах уже много веков в этом мире целенаправленную селекцию проводили. И за прошедшее время достигли довольно стойких и высоких результатов. Дети аристократов к тринадцати годам, а кое-кто и на несколько месяцев раньше, начинали быстрыми шагами расти в своей, наследуемой отрасли магии. Да плюс для тренировки им родственники их фамильные, секретные для других, заклинания показывали.

И конкретно моя ситуация: допустим, с родом матери я знаком: не сказать, чтобы сильные маги, но алхимики отличные, а алхимия требует недюжинной способности к тонким магическим манипуляциям… а вот что с моим неизвестным отцом? Насколько сильна в его роду предрасположенность к магии? Вот то-то и оно!

А теперь послушайте, что я в той, подсунутой мне Ленкой книжке прочитал. Демоны — они не просто так все, как один, являлись свирепыми и беспощадными убийцами. Благодаря каким-то непонятным механизмам, обитатели демонических миров могли усваивать жизненную энергию обитателей Земли и пускать ее на собственное личное развитие. Только вот эта дорога, с жизненной энергией, оказывалась двусторонней! При убийстве демона человек тоже испытывал сильнейшую эйфорию и, в какой-то мере, получал толчок к развитию своих физических, интеллектуальных и магических способностей.

Все же от немедленных и необдуманных действий я удержался. И даже, вроде как, свою заинтересованность в прочитанном не слишком показал. По крайней мере, Ленка закрыла свою книжку с ясно различимым на ее мордашке разочарованием. Ну, а после я с девчонками музицировать принялся. В отличие от них, особенно Натальи, бывшей по части игры на музыкальных инструментах настоящим виртуозом, не очень успешно. Но на гитаре несколько мелодий, знакомых еще по прошлой жизни, наиграть смог, чем вызвал какой-то преувеличенно бурный восторг со стороны Ленкиной сестрицы. И елезаметную гримаску неудовольствия на личике самой Ленки.

Попрощался я с сестрицами после того, как с работы Ленкина мамочка возвратилась. Не люблю я столь повышенного внимания взрослых в свой адрес. В конце концов, я же не свататься к ним в дом пришел, а всего лишь в гости, зачем же у меня выпытывать названия моих любимых сладостей и размер рубашки?

А дома я схода начал изо всех сил изобретать, где бы мне хотя бы с полкило магния раздобыть для свето-шумовой гранаты да быстродействующий яд взять, чтобы смазать им лезвие своего топорика. Ну, раз дохлую змею я, вместе с ее ядом, деду отдал. Впрочем, совсем недолго изобретал. Все же у деда по его специальности мастера-алхимика тоже книжки в библиотеке имеются. И библиотеку он от меня никогда не закрывал. Потому уже вскоре вычитал в одной из книжек по растительной алхимии, что растущие у нас в саду беленькие цветочки, с чарующе-нежным ароматом, по части своей ядовитости той же самой жаракке могут изрядную фору дать. Правда, не сами цветочки, а их корневища, да еще из тех корневищ спиртовую вытяжку придется готовить. Но, вроде, это действие — не алхимия, как таковая, применения собственной магии не требует, должно и у меня, а не только у деда, все как надо получиться. И да, магний я, пусть и не сразу, но тоже раздобыл, его, оказывается, в здешней промышленности использовали гораздо более широко, чем в том мире, памятью из которого я и воспользовался для изготовления парочки очень ярко и громко взрывающихся штуковин.

Для того чтобы выкопать необходимое количество толстеньких белых корешков, тянущихся подобно веревочкам параллельно поверхности почвы, много времени вообще не потратил. И наш сад в результате моих раскопок практически не пострадал, я исключительно «пиратские» побеги выкопал, те, которые в неположенные им места пытались проникнуть, мешая росту посаженных там других культурных растений. А для того, чтобы промыть корешки и, нарезав, залить их в стеклянной банке спиртом, и вовсе никакой лаборатории, ни химической, ни алхимической, не потребовалось. Через пару суток слил и выпарил полученную золотисто-коричневую жидкость, только и делов. Правда, вот тут-то потребовалась вытяжка, иначе я весь дом спиртным бы провонял. Но я объявил, что пытаюсь для своих новоявленных подружек духи приготовить. Даже получил режим наибольшего благоприятствования и кучу советов от бабули. Она, оказывается, по части парфюмерии большая дока. А еще б о льшая сплетница. Пока я своими химическими опытами занимался, все выпытывала из меня, которая из двух сестричек мне больше нравится.

Липкой, очень густой массы получил совсем немного, широкогорлой баночки на полсотни миллилитров вполне хватило. Но мне же, если только для обработки лезвия моего топорика использовать, ее и надо-то совсем чуть-чуть. По прикидкам, надолго должно хватить. Ага, еще бы отыскать объект, на котором силу полученного яда испытать возможно….

Яд испытал на крысе. Попалась хвостатая в крысоловку. Лапы ей перебило, но еще жива была. До того самого момента, как я ее ткнул иголкой, смазанной в изготовленной мной дряни. Только дернулась, и сдохла в момент. В книжке, из которой я идею для яда взял, написано, что он останавливает у жертвы ее сердце на пике его, сердца, сокращения. Надеюсь, несмотря на всю их жестокость, у демонов тоже имеются сердца, было бы обидно слишком поздно убедиться в этой своей ошибке.

С окончательной подготовкой к вылазке в чужой мир мне сильно повезло. Дед накануне по делам рода в Светлогорск уехал. Какое-то у них там дворянское собрание наметилось. Мне практически никто не мешал собирать необходимые мне припасы и экипировку. У бабушки со слугами ведь полно своей работы, некогда им за проказами подростка особо следить. Так что и куртку смог вынести из дома, не ту, прошлую, а настоящую, от кожаных доспехов, от которых и те, спасшие мне жизнь рукавицы были, и дополнительные стальные наручи, цепляющиеся поверх куртки. На них у меня особые надежды возлагались: мне же со зверями, вроде как, предстоит биться. Буду этими наручами вместо щита прикрываться, толкая предплечье, затянутое в сталь, монстру в пасть. Ну, и прихватил еще кое-что из важных мелочей, типа зелий временного усиления, повышения ловкости и лечения. Последнее, конечно, откушенную руку не отрастит, но раны под его воздействием перестанут кровоточить сразу, а если дать чуточку времени, так и вовсе зарубцеваться могут.

Ах да, еще мой диагностический артефакт набрал, наконец, достаточно данных и выдал результат, касающийся имеющихся у меня сил и возможностей.…Судя по приложенной к артефакту ознакомительной брошюре, для моего возраста получился довольно средний результат, прямо нужно признать. Я даже расстроился на некоторое время. Тем важнее стало для меня в том, демоническом мире вновь побывать.

Итак, результат, поведанный мне моим артефактом:

Мышечная сила: 1,21

Нервно-мышечная проводимость: 5,57

Выносливость: 3,46

Объем магического резервуара:??? (до полного созревания системы магических каналов не может быть исследовано)

Скорость заполнения магического резервуара:??? (до полного созревания системы магических каналов не может быть исследовано)

Развитие магических каналов:??? (до полного созревания системы магических каналов не может быть исследовано)

…(там еще много всяких более второстепенных пунктов было, из которых следовало, что воин я откровенно слабенький, хоть и довольно быстрый и ловкий, а маг — так и вовсе пока еще никакой).

Индивидуальный магический талант: Магическое зрение: 5,7

Если учитывать, что за десятку во всех этих рассчитанных показателях принимались результаты признанных чемпионов, то мне точно есть еще куда стремиться.

А касательно опасности еще одного посещения демонического мира, у меня одна надежда только и остается, что то, почти моментальное на меня нападение, все же лишь случайным частным случаем было. У нас ведь, к примеру, даже в самой глухой тайге под каждым кустом не сидит по волчьей стае.…Хотя, с другой стороны, если достаточно долго по лесу шастать, внимание волков ты к себе обязательно привлечешь.

Глава 3

Пока добирался от дома до пляжа, меня от нахлынувшего адреналина аж потряхивать начало. Страшно же, в прошлый раз, едва в том мире оказался, чуть не загрызли. С другой стороны буквально жгучее нетерпение ощущал. Очень хотелось попробовать, насколько этот демонический допинг мне поможет физически сильнее стать. Ну, раз с моей персональной наследственной магией вопрос столь туманным остается.

Ага! Висит портальчик! До самого последнего момента, пока его не увидел, все опасался, что он, исчерпав всю вложенную в него ману, схлопнулся. Но нет, даже снова заметно ярче стал сиять. Видать, не простой конструкт тут по неизвестной причине зародился, а конструкт со встроенной подзарядкой! А может, и те порталы, что послужили основами Зон сопряжения, тоже изначально были подобными этому незаметными конструктами? Только из них никто вовремя ману не откачивал, туда-сюда между мирами не шастал, вот порталы и переродились в открытые любому встречному-поперечному тоннели. Если так, моя первейшая обязанность не допустить подобного переполнения. Не став слишком сильно тут задерживаться, скривившись, влил в себя приготовленные зелья временного повышения силы и скорости проведения нервных импульсов и шагнул в светящееся перламутровое нечто.

Перенос сработал… скажем так, уже привычно. Вот я в своем мире, на Земле, а в следующий момент мне уже кажется, что красное небо на мою голову рухнуть готово, настолько оно низко нависает. И жара! В прошлый раз в связи с волнением и кратковременностью пребывания даже не обратил внимания на этот довольно неприятный признак. Уж насколько у нас в этом году лето жаркое выдалось, а по сравнению со здешним пеклом может практически едва ли не прохладой считаться. Ну, в той же мере, в какой небольшие горы в сравнении с реальными горными вершинами мира можно называть впадинами.

К счастью, никто на меня нападать в этот раз и не думал. Тихо все было, только ветерок в кронах, усыпанных кроваво-красной листвой, шелестит. Я и пошел по расширяющейся спирали вокруг портала круги наматывать. Еще на Земле такой вот маршрут продумал. Ну, мне же все равно, где бродить, пытаясь новую для себя территорию исследовать, а так хоть, в случае возникновения серьезной опасности, недалеко от портала окажусь, возможно даже, сумею в него удрать, если повезет, конечно.

К здешнему ручью я вышел совершенно неожиданно. Он среди пурпурной листвы до самого последнего мгновения был совершенно незаметен. И всем бы хороший ручеек, но вода в нем какая-то мутная. А еще из этой мутной воды в мою сторону какая-то довольно большая змея на коротеньких ножках, едва я к воде подошел, начала выходить. Или выползать, поскольку эти самые ножки я в первый момент и не заметил. А так, змея змеей. Черная. Что на фоне доминирующего красного цвета уже может считаться почти что смягчающим обстоятельством. Ну, если не зацикливаться на том факте, что она меня сожрать сходу захотела, морда же у нее, если и была меньше лошадиной, то совсем не намного.

Придуманный мной трюк со стальным наручем, затолканным в пасть, удалось провернуть далеко не сразу. Змея же тварь ползучая, атаковала она, так сказать, по нижнему этажу, пытаясь вцепиться мне в ноги. Пришлось отступать. А потом рептилия, или кем она там является по своему внутреннему строению на самом деле, непонятно зачем решила на дерево залезть. Вот тут я ее и подловил. Причем, свой «кусь» ползучий монстр длиной не менее четырех или даже пяти метров, проделать еще смог. Наруч выручил. А топор поставил окончательную точку в поединке. И снова эйфория накатила. Жаль вот так, сразу, проверить, есть ли прибавка к моим характеристикам, не вышло. Диагностическому артефакту время нужно, чтобы вновь полученные коэффиценты пересчитать. А еще больше жаль, что пришлось добычу просто так прямо там кинуть. Думаю, дедушка Степан бы точно меня ремнем выпорол, если снова притащил бы к нему демоническую тварь. И под домашний арест надолго бы посадил. В качестве материала для алхимии, возможно и есть в этой твари что-то важное и полезное, но жизнь внука, как мне кажется, все же, является для него намного более важной. Нет, определенно, наверняка бы затеял воспитывать.

Чуток от боя отдохнув, попытался еще немного вокруг побегать, но как-то пусто все выходило. Даже мелочи какой, типа насекомых, не получилось высмотреть. Зря только дополнительно пропотел весь. Думаю, в следующий раз надо будет с собой еще снасти для рыбалки прихватить. С червями. В здешнем ручье наверняка на них охотники отыщутся.

Так и вернулся домой. Тихо и незаметно. По прикидкам, ввиду снова заметно потускневшего портала, следующий подобный поход только в лучшем случае через несколько дней, а то и недель совершить получится. Единственная забота у меня теперь, как бы мне незаметно наруч в первоначальный вид привести? Нет, силы то в челюстях у добытого мной монстра оказалось недостаточно, чтобы высококлассную сталь деформировать, но вот от его яда на блестящей стальной поверхности образовались изрядных размеров бурые пятна. Не яд, а будто кислота какая-то. Таким точно лезвие моего топорика мазать не стоит.

С наручами разобрался. Мелкая наждачная бумага, она, оказывается, и в этом мире вполне изобретена. Отполировал, любо-дорого посмотреть. А через день мой замечательный артефакт мне новые, увеличенные значения моих характеристик выдал:

Мышечная сила: 1,22

Нервно-мышечная проводимость: 5,59

Выносливость: 3,50

Объем магического резервуара:??? (начат пересчет)

Скорость заполнения магического резервуара:??? (до полного созревания системы магических каналов не может быть исследовано)

Развитие магических каналов:??? (до полного созревания системы магических каналов не может быть исследовано)

…(индексы, вторичные параметры навроде скорости реакции, регенерации, и прочего. Даже харизма с показателем 2,12 отметилась)

Индивидуальный магический талант: Магическое зрение: 5,7

По моим оценкам, прирост совсем незначительный и не по всем пунктам, но он есть. Как говорится, курочка по зернышку клюет. А самое главное, похоже, у меня какая-то подвижка с магией началась! Определенно, надо как можно чаще в тот мир на охоту ходить! Только надо бы еще дополнительно озаботиться своей собственной экипировкой, чтобы не пришлось так трястись за ее возможные повреждения.

Уже последние денечки лета истекали, когда внезапно к нам в гости моя маман с Машкой, одной из трех своих старших дочек, а моей сводной сестрой, прикатила. Ну, это посещение исключительно для меня неожиданностью стало, с дедом то все, похоже, заранее оказалось согласовано. Я собирался было, по своему обыкновению, весь их визит в своей комнате отсидеться, но не тут-то было. Взрослые меня совместным решением к себе, в обеденный зал за каким-то бесом затребовали.

— Здравствуй, сынок, — поприветствовала меня блудная мамочка, пристально вглядываясь мне в глаза, пока я усаживался на выделенное мне за общим столом место.

— Здравствуйте, мама. — Ну, да, вредничаю. Такое официальное обращение, на «вы», да еще со всей возможной холодностью и безразличием по интонации, все же в общении с близкими родственниками ни по какому этикету не приветствуется. Хотя, это она мне только чисто по крови родственница. Подкинула сразу после рождения ребенка к своим родителям и носу чаще раза в год не кажет, да и то, как я понял, больше с целью дедовых замечательных зелий отведать, а не со мной, своим единственным сыном, пообщаться.

Машка при виде меня вообще рожицу скорчила, словно громадного таракана разжевала и проглотила. Она всегда меня презрением при встрече норовит облить. Ну, еще бы, целая графская дочь, а я, бастард, почитай, единственное грязное пятно на безупречной биографии их рода.

— Серега! — С нажимом произносит дед мое имя. А я что? Я послушно умолкаю, сосредоточив все внимание на своей тарелке.

Сказал бы, что обед прошел в теплой, семейной обстановке, но это точно будет не так. Все молчали и дулись, словно мыши на крупу. Даже дед с бабушкой ни слова не проронили. И чего эти, спрашивается, прикатили?

В конце обеда дед принялся выдавать гостям эликсиры собственной работы. Ну, и мне заодно перепало. То самое, из ветвей баргузника. На вкус, так вода водой, но ведь право, не это главное. Очень интересно мне посмотреть, насколько оно мне выносливость поднять сможет? Но эти цифры, как и всегда, мой артефакт отработает и определит совсем не сразу.

Мать еще разик попыталась к себе расположение вызвать, зазвав меня к себе в комнату и одарив привезенными с собой подарками. Хоть бы поинтересовалась, прежде чем покупать мне шелковые рубашки, что мне действительно нужно! Хотя, не думаю, что она исполнила бы мою просьбу, затребуй я у нее те же наручи или сапоги-ботфорты из кожи комодийского ящера.

Зато Машка, когда они с матерью покидали усадьбу моего деда, высказалась предельно однозначно:

— Слава богу, больше не придется сидеть за одним столом с этим никчемным выродком. — Очень похоже, что и у нее имеются к матери свои претензии. И, кажется, даже не меньшие, чем у меня самого. Кстати, хоть она, вроде как, матери говорила эти слова, но выбрала именно такой момент, чтобы и я ее отчетливо услышал. М-да уж, послал господь родственничков!

Однако лето как-то совсем незаметно закончилось, и пришла пора мне вновь собираться в гимназию. Начался последний обязательный год бесплатного обучения. Потом, для тех, кто желает, еще имеется вторая ступень обучения, так называемая старшая школа, но то уже не как младшая, за плату проводится. А потом, для совсем уже умников-разумников, в стране обустроена еще и высшая школа. Ну, и для наследников родов и кланов тоже. Им по традиции до самого предела учиться положено. Должны же будущие лидеры выработать навыки общения между собой и всякие там полезные связи завести. Но старшая и высшая школа — это для меня в возможном и вовсе не обязательном будущем, а я пока отправляюсь в первый раз, в седьмой класс.

— Серега, привет! — Радостным возгласом встретил меня Генка, едва я на пороге нашего класса показался. По нему видно, соскучился. Его родители в конце лета к родственникам на Ромейское море отправляли. Если по картам судить, так это море тут заменяет привычные мне по прошлой жизни Черное, Азовское, ну и Мраморное до кучи, а название носит по названию державы, занимающей большую часть его берегов. Кстати, Ромейское царство тут, вместе с Западным Союзом, являются основными соперниками нашей империи.

Окидываю взглядом рассадку по партам одноклассников. Хе-хе, до дружбы девочек с мальчиками дела еще явно не дошли. Девочки исключительно с девочками устроились. Хотя, вроде показалось, что Ленка Шитова явно смутилась, когда я в ее сторону посмотрел. Ладно, совершать сексуальную революцию в одном отдельном классе, потребности у меня нет никакой, потому спокойно отправился на свое прошлогоднее место рядом с Генкой.

— Смотри, что я с югов привез! — Сходу зашептал мне мой приятель, едва только я за партой рядом с ним устроился.

— Ух ты! — Неподдельно восхитился я. — Про ромейских артефакторов — кудесников, способных изготовить действующий артефакт даже для совсем уж бездарных, не имеющих ни эрга собственной маны, тут каждый, практически, был в курсе, как и про основные формы их поделок. Этот перстень с кроваво-красным камнем точно был атакующим артефактом их производства. С чувством восторга поинтересовался: — какого уровня воздействие?

— Девятого, — немного смущенно признался приятель, — не смертельное воздействие на расстоянии до восьми ромейских локтей, при усиленном разряде на близком расстоянии и отсутствии магической защиты может быть опасным для жизни.

— А какое воздействие то? И еще… он перезаряжаемый?

— Сменные искусственные рубины. Одного камня хватает на полтора десятка обычных разрядов или пять усиленных. Удар — невральный ожог. — Хм, что-то тут не то: невральный ожог, калечащее магическое воздействие, как-то слабо коррелирует с заявленным девятым уровнем заклинания. На всякий случай попенял приятелю:

— Сдурел? Запрещенка! В полиции узнают, штраф выпишут, мама не горюй.

— Это если узнают. Зато старшаки после первого же применения будут опасаться задирать. — Генка упрямо поджал губы, готовый отстаивать свое приобретение до последнего. Не стал спорить. С одной стороны, я ему не мамочка, а с другой, у него тоже основания вполне серьезные.

Ну, да, имеется тут одна дурацкая негласная традиция. Ученики старшей школы могут только выпускной класс из младшей задирать. Типа опыт передают и к суровой послешкольной действительности готовят. На практике же зачастую просто измываются. Не над всеми, но у Генки конкретный недруг, на два года его старше, имеется. Что-то он там с соседом не поделил в свое время. Так что я и сам бы, на месте Генки, скорее всего, при возможности, чем-нибудь подобным бы озаботился. Четырнадцатилетний парень почти с гарантией же уже свою магию открыл. Пусть даже он ни одного путного атакующего заклинания не изучит, физические силы у него, после подпитки тела магией, по сравнению с нами могут даже не на проценты, а в разы отличаться. А этот Гаврик же еще, почти наверняка, не в одиночку воспитывать Генку заявится, а с группой моральной поддержки. Как бы ромейского перстня еще мало не оказалось.

Долго поговорить нам с другом не довелось. Вскоре после меня в класс наша классная руководительница заявилась, Серебренникова Лидия Павловна, и начала обычный треп, какой на вводном классном часе каждый год для учеников проводится. Типа, выпускной класс, экзамены зимой и в конце года, сложная программа. Короче, лично для меня ничего нового и важного, но некоторые мои одноклассники этой предстоящей им ответственностью загрузились по полной.

Классный час завершился, еще учебники на этот год нам раздали, и все одноклассники поспешили разойтись по домам. Первый учебный день все же, тут у нас традиция такая, не слишком учеников в этот день нагружать, дать еще чуточку дополнительного времени для адаптации. Генка моментом к себе домой усвистал, а меня уже на выходе из класса Ленка Шитова тормознула:

— Сережа, ты сейчас домой?

— Ну, да, — согласился я, боковым зрением отмечая удивление и даже скрытую зависть в глазах еще остающихся тут пацанов. Как же, вот так запросто, ничуть не комплексуя, с симпатичной девчонкой болтаю.

— А ты меня не проводишь? — И глазками так, типа незаметно, на парочку, состоящую из Ленки Бякиной и Лариски Гавриловой, покосилась.

— Пошли, — с готовностью ответил я, а она мне уже свой портфель протягивает. Для меня-то ничего, а для девчонки портфель с полутора десятками учебников, наверняка, реально тяжелым ощущается.

Думаю, завтрашним утром наша сегодняшняя прогулка с Шитовой станет в классе самым обсуждаемым событием. Пока же, чтобы не идти молча, решил расспросить свою спутницу о ее семье. Ну, она же тоже из дворян, хоть и третьестепенных, возможно у них тоже имеется какая-нибудь своя особенная семейная специализация.

— У нас самая обычная специализация. — Поведала Ленка в ответ на мой прямой вопрос. — Все мужчины в нашей семье занимаются работой в Зонах сопряжения, а женщины, соответственно, обеспечивают им надежный тыл, ведя хозяйство и воспитывая детей.

Ага, значит, притащенная ей в прошлый раз для изучения отцовская книжка вполне по теме была. Хотел было спросить у своей спутницы, по каким же они тогда принципам своих невест выбирают, но не спросил. Очевидно же: у членов отрядов охотников и сыновья и дочери имеются, вот и заключают их браки между собой. Наверняка, там еще какие-то дополнительные условия отбора соблюдаются, но мне о них Ленка вряд ли скажет, да и не факт, что об этих пунктах ей вообще известно.

Довел свою спутницу до ее калитки, а там, на лавочке, возле дома, человек пять старшеклассников обнаружилось. Причем, кое-кто из них на меня поглядывал очень даже недобро.

— Кирилл, не смей! — Шитова заступила дорогу самому крупному и злобному на вид из них. — Это я попросила Сергея меня проводить, у меня сумка с учебниками тяжелая.

Ага, значит, это самый младший из четверых старших братьев моей новоявленной подруги. Остальные по Ленкиным недавним рассказам уже старшую школу закончили и сейчас где-то в Борисоглебской Зоне себе на хлеб с маслом и икоркой зарабатывают. Ленка по дороге хвасталась, что у него его магическая система полностью сформировалась уже больше года назад. Вундеркинд, типа. Такие скороспелки, получившие доступ к магии на несколько месяцев раньше среднего, как правило, значительных высот в магии достигают. Ну, если тренируются, конечно, а не, возгордившись, бока на диване пролеживают.

— Радуйся, кавалер, — бросил мне агрессивный братец моей сегодняшней спутницы, глядя ей через плечо, — защитила тебя твоя дама на сегодня. Сдай ей ее портфель и вали, пока целый.

— Пока, Сережа, — смущенно выговорила Шитова, забирая у меня свое имущество, — завтра в школе увидимся.

Ну, а я что? Грубить и нарываться одному против пятерых старшеклассников без особо веской причины — это точно идиотом нужно быть. Потому портфель отдал и в сторону своего собственного дома поспешил. И в следующий раз еще нужно будет трижды подумать, прежде чем соглашаться портфель подруги нести. Хотя, кого я обманываю? И в следующий раз, и в послеследующий — без малейших возражений понесу. Ленка для меня — что морковка перед мордой ослика. С готовностью за ней пойду.

Все-таки ленивая скотина, человек. Как тот самый ежик, пока не подопнут, ни в жизнь не полетит. Так и я, меня та встреча с братцем Шитовым, пусть и не закончившаяся дракой, очень-очень сильно в нужном направлении мотивировала. Так-то я, конечно, в демонический мир и без того аж целых два раза сходил, но вот третий поход туда все со дня на день откладывал. Ну, бонусы же там не очень-то и большие выходили, а жизнью очень даже всерьез приходится рисковать.

Так что вернулся домой я совершенно ненадолго. Перекусил, да свое снаряжение для похода в иной мир потихоньку мимо бабули на улицу вытащил. Еще и поволноваться немного пришлось, что Джуля, наш пес, лаять начнет и спалит меня перед дедом. Дед же тут рядом, в своей лаборатории, по обыкновению, зависал. Слава богу, обошлось. Наш четверолапый охранник только кончик морды из будки выставил, типа, продемонстрировал свое неусыпное бдение на посту, и дальше спать завалился. А я поскорее со всех ног к порталу припустил, надеясь, что уж в сентябре то на пляже никого из людей не окажется.

Надежды мои полностью оправдались. Никого! Только чайки кружили над водной поверхностью, да кричали противно.

Портал обнаружился на своем обычном месте, просто таки сияющий от накопленной энергии. Внезапно задумался, а зимой мне, каким образом с этим порталом поступать. Арка его, конечно достаточно высокая, ее снегом точно до верха не занесет, разве что на той стороне с небольшой высоты падать придется, но вот оттуда выходить… я ж прямо в самую снежную толщу оттуда перемещусь. Мало того, что в снегу застряну, так вообще непонятно какой эффект выйдет от совмещения в одной точке пространства двух физических объектов. Как бы до полной аннигиляции дело не дошло. Хотя… эти порталы, вроде и в океанских глубинах тоже встречаются. И ничего, никаких катаклизмов, да и в моем собственном случае, пустое место по другую сторону портала, оно же вовсе не такое уж и пустое, его воздух занимает. И тоже ничего печального не происходит.

Так за размышлениями прямо возле портала я переоделся в боевую одежду. Сумку со скинутой с себя ветровкой отнес под куст, на опушку. Мало ли кто тут проходить за время моего отсутствия будет. Как говорится, подальше положишь, поближе возьмешь. После чего, закинувшись алхимическими допингами, с топориком наперевес шагнул в марево портала.

И опять возле портала никого опасного не отыскалось. Ухватив рукоятку топорика поудобнее, принялся окрестности прочесывать. Прикольно будет, если я, пролив на здешней жаре литр пота, так ничего полезного и не выхожу вовсе.

На этого странного хищника я набрел, когда совсем уже было отчаялся в результатах своей сегодняшней охоты. Почему хищник странным оказался? Так это дерево! Разлапистое такое и высокое, но внешне практически ничем от своих прочих краснолистных соседей не отличающееся. Точнее, нет, одно отличие все же было. Но не в самом растении, а в траве, что росла под ним. Вокруг этого дерева, в радиусе, наверное, метров пяти, словно стриженый газон раскинулся, по такому босиком пройтись — одно удовольствие. Особенно по контрасту с тем колючим бурьяном, что эту полянку со всех сторон окружал.

И я бы, несомненно, по той полянке прошел… если бы не заметил серебристые всполохи, что подобно солнечным бликам на воде вокруг дерева взблескивали. До манящей полянки буквально пара шагов оставалась. И только потом я заметил довольно крупное тело какого-то животного, лежащее буквально в паре метров от ствола.

Хм. И как же мне его оттуда достать? Приближаться к еле дышащей неподвижной твари, внешне похожей на огромную, отъевшуюся сороконожку, мне категорически не хотелось. Не самого чудовища опасался, то совершенно отчетливо видно: опасности уже не представляет, еще немного и вовсе все свои сорок, или сколько их там у него, лапок окончательно протянет. Но мне же усиливаться надо, и это безопасное в данный момент чудовище вполне пока еще годится для получения мной усиления. Вопрос только, каким образом мне у дерева его добычу отнять и не лечь с той сороканожкой рядом.

Решил попробовать многолапую колбаску к себе багром перекатить. Только багор достаточно длинным должен быть, не меньше четырех-четырех с половиной метров. Впрочем, тонких, но длинных деревьев вокруг предостаточно, у одной разновидности ветки вообще строго перпендикулярно стволу отходят, а у меня в руках топорик, пусть и с лезвием, обмазанным ядом. Думаю, справлюсь с поставленной задачей.

Дерево, не без труда, но срубил, очень уж твердая древесина у него оказалась. После чего отсек все ветки кроме одной, самой нижней и толстой, ее лишь на длину в полметра укоротил. Задуманный инструмент был готов. Снова смазав лезвие своего единственного достойного оружия ядом из баночки, я занялся вызволением зверушки из древесного плена. Кстати, ровное, словно подстриженное травяное покрытие мне немало в этом способствовало. Не факт, что такую тяжелую тушку я бы вообще смог через травяные заросли протащить.

Но, так или иначе, а монстр — вот он, прямо передо мной, на самой границе замечательной полянки. Дальше решил его не тянуть, и без того упарился весь. Отложил самодельный багор, взял наизготовку топорик, размахнулся и одним молодецким ударом засадил лезвие топора в загривок бессознательной зверушки.

И сразу за накатившей было эйфорией мне заметно поплохело. Дерево, заметив, что его добычу похитили, немедленно нанесло свой магический удар. Я же отчего-то вообразил, что площадь воздействия древесного монстра в точности с границами полянки совпадает. Ничего подобного! Хотя, возможно, удар и вышел ослабленным, сознание я все-таки от него не потерял, но очухался от ментального воздействия я все же далеко не сразу. Кое-как выворотил застрявшее в панцире дохлой многоножки оружие и поспешил прочь. Не дай бог, дерево перезарядит свою способность и нанесет новый удар!

Глава 4

Все-таки не зря я первую, когда-то со спины на меня напавшую тварь, с собакой ассоциировал! Хотя, вроде как, и не было в ней ничего такого уж собачьего, а прыгала она вообще на манер кузнечика, но такой вот выверт сознания. А теперь этот мой выверт дополнительными новыми фактами подкрепился. И факты эти таковы: в этом демоническом мире есть разумные, которые подобных «собачек» именно в качестве собачек и используют. Ага! И у меня отыскалось достаточно «удачи» чтобы повстречать одного такого охотника с двумя «гончими».

И ведь до самого последнего момента ничего не предвещало! Я даже выскочившей на меня первой твари сильно обрадовался: не придется больше по буеракам мотаться. Тварь, взвыв подобно клаксону автомобиля, на меня кинулась, а я рубанул ее топориком. По голове не попал, но что-то там, в районе холки, располосовал, а она за это у меня на ляжке челюсти сомкнула, да, похоже, прямо тут же и померла от попавшего ей в кровь с моего топорика яда, одарив меня незабываемым коктейлем эйфории с болью от раны пополам. Все? А вот и нет! Пока я пытался при помощи все того же топора разжать сведенные судорогой челюсти дохлого монстра и при этом не поранить лезвием самого себя, напоминаю, оно по-прежнему оставалось измазано ядом и любая ранка от него была бы смертельно опасной. Так вот, пока я разжимал челюсти дохлого монстра, из зарослей, откуда и прибежала эта зубастая зараза, показался новый персонаж. Точнее два персонажа: вторую тварь, во всем похожую на убитую мной, вел на поводке двуногий… козел? По крайней мере, морда это представителя демонического бестиария один в один напомнила мне морду именно этого представителя отряда парнокопытных. Ну, и рога на голове тоже вполне себе козлиные копировали.

«Козел» заревел благим матом и, отцепив с поводка своего питомца, произнес какую-то команду, махнув рукой в моем направлении, сам же принявшись снимать с плеча что-то очень живо мне напомнившее внушительным утолщением на конце ствола земной гранатомет.

Дохлую зверюгу со своей ноги я в самый последний момент все же отцепил… и понял, что с прокушенной ногой, я уже ни разу не боец. Потому со всей возможной поспешностью принялся вытягивать из специального кармашка на поясе один из самодельных взрыв-пакетов.

Знаете, как страшно, к несущемуся на тебя монстру спиной поворачиваться, зажимая при этом всем еще и уши. А вдруг запал на брошенном в сторону «песика» взрывном устройстве не сработает? Тогда следующее, что я ощущу, будут клыки твари, смыкающиеся на моем затылке.

Сработало! Вспышка резанула по глазам даже мне, хоть я и стоял, зажмурившись, спиной к эпицентру взрыва. Да и грохот неслабый такой получился. Я, разумеется, со всей возможной скоростью, к нападавшему на меня зверю развернулся… а он уже и не нападал вовсе, а с воем мчался, не разбирая дороги, куда-то в сторону. А еще тот козел от взрыва непроизвольно выстрелил из своего гранатомета. Только это странное оружие не гранатой вовсе был заряжено, а сетью с грузиками на концах. Вот эта самая сеть и повисла на ветках дерева неподалеку от меня.

А дальше я, со всей возможной для меня, с моей раненой ногой, скоростью наутек пустился, на ходу закидываясь обезболивающей капсулой и зубами выдирая пробку из флакона с лечебным эликсиром. Кстати, в отличие от временных усилителей, которые дед буквально ведрами варил, и в которых самым дорогим компонентом был сам бутылек, в который подобное зелье было налито, лечебный эликсир требовал немалого времени и мастерства для своего изготовления. Я парочку флакончиков с ним из домашней аптечки изъял, а больше просто не рискнул. Заметно было бы. Но, слава богу, что хоть в данный момент оно у меня оказалось.

Лечебные средства подействовали практически сразу, кровотечение прекратилось, боль стихла, и я прибавил в скорости. И, кстати, очень даже вовремя это все произошло. Рогатый окончательно оправился от полученного им в результате подрыва светошумового взрывпакета урона и на приличной скорости помчался за мной. Еще, вроде как, и магичить мне вслед попробовал, но без успеха. Я уже довольно далеко сумел удрать.

Однако, лечение лечением, а на дальние дистанции я сегодня точно не бегун, до портала в свой мир добежать с гарантией не успею. Рано или поздно «козел» меня догонит, надо что-то срочно придумывать, чтобы в живых остаться.

Не придумал ничего лучше, как к тому самому хищному дереву преследователя следом за собой привести. Вся надежда на то, что дерево магичить начнет все же не сразу. Ну, дерево же, у него, как у любого растения, все процессы в разы медленнее, чем у животных должны протекать. А если я в своих расчетах ошибся, все равно хорошо: во сне, навеянном деревом, не так мучительно больно помирать буду.

Выскочил я на заветную полянку и со всех ног на ее дальний конец помчался, чуть ли не касаясь корпусом ствола растительного хищника. Десять метров! За секунду, если не меньше, промчался! Но еще быстрее в голову внезапная мысль пришла: «козел», он же точно так же быстро этот опасный участок проскочит. Дерево со своей магией может опять не успеть. Потому, едва вломился в травяные заросли с той стороны поляны, сразу притормозил и в обратную сторону развернулся.

Демонический охотник уже совсем не на много от меня отставал, так что, когда я показался на окраине охотничьей полянки дерева-хищника, тоже уже вступил на нее с другой стороны и даже несколько шагов в мою сторону сделал. Увидев меня, демон сделал замысловатое движение рукой в мою сторону и с этой руки какая-то черная клякса в мою сторону сорвалась. Повезло, что заклинание, примененное против меня, не имело лучевой формы, от кляксы я хоть и с трудом, но сумел увернуться. Клякса, возле самого моего корпуса пролетев, закончила свой полет, соприкоснувшись со стволом соседнего дерева. Не было ни огня, ни звука, просто то дерево медленно в сторону завалилось.

Однако своей цели притормозить врага в опасном для него месте я достиг. Дерево проснулось, вокруг него вновь неясные серебристые блики засверкали. Я, наученный горьким опытом, сразу же с полянки прочь рванул, а вот рогатый не успел, он, позабыв об возможных опасностях местного окружения, второй магический снаряд против меня создавал. Так там под влиянием магии хищного дерева и лег на травку отдохнуть.

Вернулся я к заветной полянке отнюдь не сразу. Ну, я же удирал со всех ног, и у меня на затылке глаз не было, не видел я, что дерево моего противника отключило, потому до самого последнего момента в напряжении находился, что он может на меня откуда-нибудь выскочить внезапно. Когда увидел его тушку, валяющуюся на полянке, аж слабость в ногах ощутил от накатившего внезапно облегчения.

И снова мне очень пригодился мой самодельный багор. Только в этот раз я поднапрягся добычу от дерева чуток подальше оттащить. Не намного, за край поляны на метр от силы. А просто уже этих самых сил во мне практически и не оставалось. Даже, чтобы отыскать в себе сил на все задуманное, пришлось еще одним зельем временного повышения выносливости заправиться. Понимаю, после сильно болеть буду, зелье это ни разу не безвредное и при передозировке создает ощущение очень сильного похмелья. Но лучше головой чуточку помаяться, чем от еще одного заряда усиления способностей отказаться и там же свалиться обессиленным.

Короче, мой меч — рогатая голова с плеч. Пусть вместо меча и банальный топорик выступал. И, конечно же, сбор боевых трофеев! А как иначе? Даже если все, что с демона соберу, вообще бесполезным хламом окажется, это ж инопланетный хлам, а не просто мусор со свалки. Впрочем, собрал я не так, чтобы шибко много. В первую очередь, конечно, тот самый разряженный «гранатомет» и две «гранаты», болтающиеся у «козла» на поясе. Причем обе они разного цвета. Черного и белого. Не то в гранатах разное содержимое, не то просто для веселья их такими диаметрально разноцветными сделали. Еще и не совсем понятно, как их к самому пусковому устройству прилаживать, да и спускового крючка на инопланетном оружии тоже не заметно. Впрочем, помозгую, разберусь. Еще с обрубка шеи снял медальон на длинной толстой цепочке, а с когтистого пальца — перстень, в который свободно аж два моих влазили. Ладонь у демона очень впечатляющих размеров оказалась… как и ступни, которые выглядели вообще слоновьими. Ну, монстр — он монстр и есть! А еще в качестве дополнительного трофея мне небольшой рюкзачок достался, в котором были пара пакетов с сушенным мясом и глиняная бутылка с какой-то жидкостью. И все! Говорю же, не шибко много трофеев. Еще жилетку бы с него снял, да она сильно кровью оказалась извозюкана, не стал пачкаться, штанов же и обуви на добитом мной демоне и вовсе не было. Правда, и причиндалов тоже не болталось, это я отдельно специально рассмотрел. Ровный живот сразу переходящий в сильно опушенные ноги. Этакий мохноногий пупсик, выполненный в натуральную величину.

А потом я останки рогатого обратно в агрозону дерева запихал. Решил таким образом подкормить своего невольного спасителя. Ну, и, опять же, если этого козла его соплеменники искать затеют, лучше будет, если трупа его не найдут вовсе. Возле дерева же ни одной косточки не видать, значит, оно может каким-то образом их растворять или просто под землю утаскивать.

На остатках плещущегося в моей крови коктейля из зелий, я поспешил домой. Даже рану на ноге перевязывать не стал: во-первых, нечем, а во-вторых незачем, под воздействием лечебного зелья кровь из нее уже не течет, и сама рана вовсю чешется. Зарастает, значит. К утру, глядишь, вообще только багровый отпечаток собачьих челюстей останется. А вот чтобы и рубец свести, нужно будет дополнительные специальные зелья пить, и еще времени на такое действо немало потребуется.

Однако я поставленную перед собой задачу максимум на сегодня выполнил и даже перевыполнил. Эх! Прям зудит, так хочется узнать, насколько я в результате этого своего захода свои параметры улучшил, вот только так быстро мой диагностический артефакт не работает. Дай бог, если через три-четыре дня сумеет изменения посчитать.

«Меньше надо пить!», — с такой навязчивой фразой из свалившейся на меня чужой памяти я начал утро следующего дня. Глаза совершено не открывались, а голова просто-таки трещала и раскалывалась, чуть было не попросил бабушку, по своему обыкновению пригласившую меня на завтрак, разговаривать потише. Вот она бы была удивлена подобным симптомам похмелья, неожиданно проявившимся у ее внука. Слава богу, дед Степан не стал за столом рассиживаться и мне всякие ехидные вопросы задавать по поводу отсутствия у меня аппетита, наскоро сам перекусил и к себе в лабораторию удрал, у него там какой-то важный опыт намечается.

Хотя моя бабуля всегда готовит очень вкусно, в это утро я позавтракал через силу, буквально заставляя себя глотать ставшую вдруг безвкусной пищу. Вернувшись в свою комнату, еще раз освидетельствовал свою ногу: зелье не подвело, сразу видно мастерскую работу. От рваной раны лишь бледно розовый рубец остался. И не больно ничуть, в отличие от той же головы. Блин! Мне в таком состоянии еще и на уроках сидеть придется!

Неприятные симптомы не оставили меня даже в школе, хотя и сделались малость потише.

— Здравствуйте, дети! — Встретил нас преподаватель по новому для нас предмету, называвшемуся «Основы магических взаимодействий». — Зовут меня Терентий Михайлович, фамилия моя Луконин, прошу любить и не жаловаться. И таки да, жаловались после его урока многие. Ну, вот никак не дается с первого раза энергичным, подвижным подросткам такая неспешная практика, как медитация, а на ней, по словам нашего наставника, практически весь его предмет основан. И да, мне, с моей больной головушкой, подобное сидение с абсолютным бездействием только за радость было. А уж когда попробовал про себя затянуть мантру, изученную в другом мире, «Оу-м-м!», так и вовсе от воображаемой внутренней вибрации под костями черепа, боль начала довольно быстро отступать.

Во время обеденного перерыва, в столовой, вновь удалось перемолвиться словечком с Ленкой Шитовой. Ну, да, использовал чистую и непорочную деву в своих корыстных и низменных целях: попросил ее дать мне почитать книжки из их семейной библиотеки. Понятное дело, подобная просьба уже на грани приличий выходила, знаниями дворянские роды между собой делились крайне неохотно, но Ленка прямо вся расцвела:

— Сережа, неужели ты решил после школы в охотники податься?

Бог знает, отчего у нее возникла такая радость от предположения о том, что я собрался жизнью рисковать, но разочаровывать ее не стал, хотя и ответил чуточку уклончиво:

— Еще не решил до конца, вот, пытаюсь информацию обо всем этом собирать.

— Я тебе самые лучшие и полные справочники принесу! — Заверила меня одноклассница. — Ты, Сережа, очень правильно решил, добыча из Зон сопряжения может стоить очень больших денег.

Остаток учебного дня как обычно, без лишних потрясений, прошел, разве что школьный физкультурник, устроив тест-контроль наших физических характеристик, выдал фразу, что нам стоит особенно старательно в этом году тренироваться, чтобы проснувшиеся магические силы, в качестве базовых, зафиксировали как можно более высокие физические параметры. Ну, да Америки этим своим заявлением учитель не открыл, вроде как что-то про то, что магия, укрепляя тело адепта, опирается на его первоначальные физические возможности, и до того неоднократно читал и слышал. Но вот слышать слышал, а как следует, до самой этой минуты, не осознавал. Но теперь точно, заниматься физкультурой без всяких понуканий начну!

И, кстати, кажется, я, по сравнению с прошлым годом, стал бегать чуть быстрее и чуть дальше кидать четырехсотграммовое ядро. Кто бы мне еще ответил, это просто оттого, что я стал чуть старше, или все же мои походы в демонический мир уже действовать начинают?

Вернувшись домой, я заперся в своей комнате. Даже на зов Генки с парой приятелей, пойти, попинать мячик, ответил категорическим отказом. Не то, чтобы совсем не хотелось в футбол погонять, развеяться, просто у меня ж исследование моих трофеев затеяно. Вечером-то я едва до своего спального места добрел, да и утром ни состояние не позволяло, ни времени до уроков абсолютно не было.

Первым делом занялся изучением того, каким образом мне мой трофейный гранатомет перезаряжать. Там все просто оказалось, на стволе специальный рычажок был, при перекидывании которого ствол и отпирался, и граната легко вставала на свое место, а вместо спускового крючка, кажется, кнопка на цевье, сбоку, служила. Или нет. Жаль, ввиду катастрофической нехватки боеприпасов, потренироваться с этой штукой точно не получится, а без тренировки использование непривычного, непроверенного оружия может стать очень опасным.

Кулон с цепочкой моим исследованиям не поддался. Ну, металл… желтый, тяжелый. Сказал бы золото, но это еще дополнительно проверять надо, мало ли что там, в ином мире, золотом может прикидываться. Еще прозрачный кристалл в самом центре кулона. Решил бы, что алмаз, но таких громадных алмазов на всей Земле разве что несколько штук найдется. В императорских сокровищницах. Дополнительно еще им по стеклу провел, алмаз, вроде как, твердый, стекло должен царапать. Хм… царапает. Правда, как-то неубедительно. Неглубоко. Ладно, пока это не слишком актуально. Я еще подросток, мне подобную штуку продавать точно не по возрасту выйдет. Подрасту, может заодно и мои способности по части определения ценности иномировых артефактов подрастут. Так что до лучших времен убрал вещицу в свой тайничок. Ну, у всякого уважающего подростка должен быть свой тайничок, вот и у меня он был. В сенках старый буфет стоял, так у него ящики при полном задвигании в стопор упирались, а сбоку и позади стопора раньше еще небольшое пустое пространство оставалось. Вот там я свой тайничок и наладил. Правда, добираться до его содержимого довольно хлопотно выходило, приходилось все ящики полностью из буфета вынимать, зато и незаметен совсем этот мой тайник.

Перстень-печатку я бы тоже туда же поместил, да вот незадача: изучая его, я сдуру внутрь свой собственный левый указательный палец просунул, а он возьми, да и ужмись по размеру. Я даже перепугался не на шутку сначала. Никаких неприятных последствий, вроде, эта штука не доставила, но и снять ее у меня, ну, никак не выходило. Даже мыло не помогло. Словно приросло колечко. И никаких даже смутных намеков, для чего этот явный артефакт может служить.

Один только трофейный рюкзачок мне никаких тайн по части своего использования загадывать не стал. А рюкзак — он и в Африке рюкзак, кстати, очень удобный, пусть даже материк похожих очертаний в этом мире зовется вовсе даже и не Африкой, а Негру. Зато и негров в этом мире все неграми зовут, а не афро-американцами какими-нибудь, да и негры все себе в своем Негру живут, а не расползаются, как тараканы, по всему миру с требованиями за грехи предков ежедневного троекратного «ку» с приседанием от окружающих.

Содержимое бутылки из трофейного рюкзака я, от греха подальше, просто на землю вылил, а сушеное мясо начал нашему Джуле скармливать потихоньку, чем вызвал полнейший его восторг. А вот самому подобное в рот тянуть… ну его нафиг! Не зря в сказках обоих изученных мной миров совершенно одинаковое предупреждение присутствует: не пей, козленочком станешь. Как знать, может, потому и в демоническом мире рогатые козлы вместо людей бегают, что пьют и едят что попало. Хм, как бы у Джули не начали козлиные рога пробиваться.

Я в тот момент к первому уроку готовился, принадлежности на парте раскладывал, когда Ленка Шитова в класс зашла. И прямой наводкой ко мне направилась.

— Принимай, Сережа, заказанную литературу! — И три практически монументальных тома передо мной на парту «бух!».

И мгновенно в классе очень тихо стало. Разумеется, многие видели, как я ее недавно с полученными учебниками от школы до дома провожал, но подобное ответное демонстративное внимание со стороны девочки в мой адрес — что-то вообще уж несусветно удивительное. Поблагодарил ее, конечно. Но каким-то образом, практически спиной, смог очень злобные эмоции в свой адрес отследить. Словно шилом кольнуло. Оглянулся осторожно. Серега Сергеев, тоже дворянский отпрыск из семейства, как и Шитовы, занимающегося походами в Зоны сопряжения, очень нехорошо на меня смотрел. Даже немного не по себе от его гневного, напряженного взгляда сделалось. И нет, я не испугался вовсе, но… не по себе, в общем.

После этого эпизода больше ничего особенного со мной в гимназии в тот день не приключилось. Ответил на вопросы исторички по части законности притязаний Славской империи на территории Полабии, да и все на этом. На переменах изучал один из принесенных мне Шитовой справочников, никуда не лез. Генка даже немного обиделся, когда я в очередной раз отказался участвовать в его какой-то каверзе против бэшек.

А вот после окончания уроков, на выходе из школы, меня уже поджидали.

Ну, да, все тот же Сергеев и с ним еще дружок его, Игорек Поздеев. Или правильнее сказать, подручный? Поздеев, вообще-то не из дворян был. Вроде даже, его отец в дружине Серегиного отца в Зоны ходил. Хотя, с другой стороны, разница между простыми, не титульными дворянами и обычными имперскими гражданами была не сказать, чтобы столь уж очень значительной. Достаточно сказать, что любой простолюдин, достигший шестого уровня магических способностей автоматически получал право на личное дворянство, а за пятый — и на малое наследственное, для себя, своих детей и внуков. Правда, и достигших этого пятого уровня среди народа не так уж, чтобы зашкаливало, большинству же для этого годами тренироваться было нужно, стараясь выше себя самого подняться.

— Ты чего, Уваров, твою мать, совсем нюх потерял, что к Шитовой клеиться начал? — Начал разборки мой главный недруг. Странный он. До самого последнего момента на Ленку вообще никакого внимания не обращал, а тут, гляди, задело его.

— Не твое дело, Сергеев, — почти вежливо отозвался я. Нет, мог бы и с матом тоже ответить, но вот не люблю я такими словами ругаться.

— Как-как ты сказал? — И Сергеев вперед шагнул.

На улице есть один непреложный закон: если драки все равно не избежать, лучше бить первым. И я ударил. Очень быстро все получилось. Сергеев ни увернуться, ни прикрыться от удара не сумел, закрутило его, и он боком на асфальт шлепнулся.

А мне в тот же момент пришлось от ударов Поздеева отбиваться. М-да уж, тут у нас явно не рыцарский поединок во славу прекрасной дамы проводится. Впрочем, от первого удара я увернулся, второй заблокировал, а потом и сам в ответ двинул Игорька по скуле.…И тут же чем-то твердым по левой руке получил.

Нет, так-то Сергеев целился по голове, но я в самый последний момент его замах увидеть успел, рукой прикрылся. Больно, черт побери! Чем это он меня?

Ага, все понятно. Ножка от стула. Массивная такая. Вряд ли она тут просто так валялась, тут школьный дворник каждый день все дочиста убирает. Скорее всего, с собой принесли и до поры где-нибудь возле бортика положили. Ну, просто на драки мальчишек в нашей школе учителя обычно, спустя рукава, смотрят, но вот если с битами и прочим боевым инструментарием начинать драться, запросто за такой косяк от наставников прилететь может. Так что эта ножка от стула, как говорится, скорее всего, на всякий пожарный была запасена, если уж голыми руками справляться не будут.

Однако левая рука сразу же стала слабо управляемой. Точнее, двигать ей я еще, вроде как, мог, но через боль и не очень быстро. А Сергеев уж снова с занесенной над головой дубинкой на меня надвигается. И как назло, никто из учителей этот вот «незаконный» момент не отслеживает. Все же попытался отбиться, через боль вскинул левую руку. Понятное дело, лучше бы вместо пустой руки свой портфель подставил, который у меня через шею и правое плечо за спиной висел, я же не китаец какой, путь пустой руки исповедующий, чтобы голыми руками от дубинок обороняться, но времени на это вот совершенно не осталось.

А дальше что-то непонятное произошло. С моей руки совсем маленькая черная клякса сорвалась.

— Магия? — Неверящим голосом сам у себя переспросил Сергеев, разглядывая крохотный огрызок ножки, оставшийся в его руке.

— Бежим! — Завопил более сообразительный Игорек, уносясь в сторону пролома в школьной ограде. Ну, и отморозившийся от этого крика Сергеев следом за ним рванул.

А я, ни на минуту не задерживаясь, полный самого чистого изумления от неожиданного исхода уже почти проигранной драки, тоже в сторону своего дома поспешил. И было с чего удивляться. Пусть, откуда взялась та клякса, я сразу же сообразил. А, просто, перстень на руке слегка нагрелся. Но в артефакторике же почти непреложное правило, за одним-единственным исключением в лице низкоуровневых поделок ромейских артефакторов, существует: вся магия, творимая артефактом, идет исключительно в сопровождении маны, выделяемой его хозяином. Иными словами, у совершенно бесталанного к магии человека даже первоуровневое ромейское ожерелье Повелителя моря, способное вызывать шторма и цунами, не способно наколдовать простого стакана воды. Ну, а я, вроде как, до тех пор, пока у меня моя система магических каналов окончательно не созреет, и есть тот самый бесталанный. Или уже нет?

Глава 5

Едва добравшись до своей комнаты, я, разумеется, первым делом, уставился на свой диагностический артефакт, пытаясь про свою неожиданно проявившуюся магию узнать. Тщетно! Тот все еще мои параметры после посещения мира демонов пересчитать не удосужился. Сколь же медленно он работает! И тут меня как осенило. В брошюрке, прилагавшейся к артефакту, черным по белому было написано, что можно ведь список исследуемых параметров сокращать по своему собственному выбору. Когда читал про это, еще подумал, что вот, предлагается совершенно бесполезная опция. Ну, всегда же лучше знать про себя побольше, чем поменьше. Однако если подумать получше, нафига мне вообще расчет индекса Ставридоса или та же регенерация, показатель которой почти у всех людей на Земле имеет ноль и еще минимум два ноля после запятой? Даже если за счет своих выкрутасов с охотой на демонов обеспечу себе прибавку в этой самой регенерации на несколько десятых процента, все равно ноги отращивать не смогу. И никто из людей не сможет… ну, за исключением представителей нескольких родов, которые путем очень длительной селекции и обеспечили мой артефакт чемпионской десяткой в качестве недостижимого образца.

Положив перед собой брошюрку с руководством, занялся оптимизацией рассчитываемых параметров. По здравому размышлению, решил пока ограничиться расчетом всего семи пунктов из трех десятков имевшихся. Вообще можно было бы и шесть первых только настроить, но уж очень каждый раз приятно читать про мой талант магического зрения. Чувствую себя каким-то особенным, типа тех же Бояндиных, которые способны отращивать себе руки и ноги не хуже тритонов.

Хм, а не сломал ли я его ненароком? Циферки, выводимые артефактом в поле зрения хозяина, замигали и расплылись пятнышками нечитаемых пикселей. Впрочем, пока нет поводов для беспокойства, до первого определения моих параметров он точно так же вместо цифр показывал одни только мерцающие пятнышки.

Теперь, что там с моим трофейным перстнем? Конечно, он очень даже вовремя проявил свое действие, иначе, скорее всего, без серьезных травм я бы со школьного двора в тот раз не ушел, Сергеев был настроен очень решительно, но нельзя же так. А вдруг в следующий раз эта неожиданно сгенерированная артефактом клякса не деревяшку аннигилирует, а чью-нибудь бестолковую голову? Быть этакой обезьяной с гранатой мне как-то не очень улыбается.

Удивительно, но, в отличие от вчерашнего, перстень снялся с моего пальца практически сразу. А вчера что тогда было? Впрочем, одно объяснение таких перемен напрашивалось сразу: возможно перстню просто нужно было время, чтобы настроиться на нового хозяина. У тех же ромеев их самые продвинутые артефакты тоже очень часто имеют настройку на конкретного владельца.

Хе-хе, а все-таки здорово получилось с Сергеевым и его дубинкой. Может, не стоит перстень к цепочке с амулетом убирать? Вон, тот же Генка вполне себе постоянно носит свое кольцо. А ведь нейроожоги — тоже та еще пакость, за применение артефактов с подобным прилететь может почти как за полноценные боевые артефакты.

Все же, для пущей надежности, перстень во внутренний карман переложил. Достать и надеть — дело нескольких секунд, зато, таким образом, я точно себя уберегу от внезапных его срабатываний.

А потом я принялся за тщательное изучение и выборочное конспектирование принесенных мне Ленкой книжек. Они хоть и не содержат каких бы то ни было особых родовых секретов, но все же из родовой библиотеки, потому долго их у себя держать — не комильфо.

М-да, книжки, конечно, толстые и условно полезной информации содержали массу, только вот конкретно, касающейся демонов, было очень немного. Больше всевозможные домыслы и допущения. Такое впечатление, что или тот портал, через который демоны на Землю являлись, почти сразу же закрыли, или кто-то заинтересованный постарался, чтобы максимально затереть всю информацию о них и даруемых в результате их уничтожения возможностях.

С головой, гудящей от переполнивших ее знаний, отправился на ужин. За ужином бабушка рассказала о беде Лукояновны, простоватой соседки, которую в огороде одолела ясиноватка, сорняк такой ползучий. Вместо того чтобы дергать их, как все, руками, или, на худой конец, разориться на услуги дипломированного друида, если лень несколько раз за сезон по часику ползать попой вверх по грядкам, она вычитала в сети и после выписала себе по почте личинок ясиноватой листовертки. Только не учла, что из личинок же и взрослые особи когда-нибудь вылупятся. И они вылупились: здоровые полосатые шешели. Насекомые такие, очень больно жалящие. У народа они в первую очередь свою известность получили за то, что ревностно охраняют свою территорию. Теперь Лукояновна только из окна дома на свой замечательный урожай смотрит, а выйти и сорвать что-нибудь — ни-ни. Шешели, как прогнали ее с ее собственного огорода, так выйти туда и не позволяют.

Бабушка так смешно рассказывала, такие уморительные рожи строила, когда передавала настроение опростоволосившейся соседки, что мы с дедом смеялись буквально до колик. А потом дед сказал, что уже завтра избавит Лукояновну от неприятностей. Брюшка шешелей — очень ценный алхимический компонент, из них готовят линимент, полностью излечивающий от остеохондроза.

Проснувшись утром, я первым делом снова за свой диагностический артефакт ухватился. Бинго! Есть новые данные!

Мышечная сила: 2,28

Нервно-мышечная проводимость: 5,71

Выносливость: 3,60

Объем магического резервуара: 0,8 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара:??? (до полного созревания системы магических каналов не может быть исследовано)

Развитие магических каналов: обнаружен зрелый канал, ведущий к кисти левой руки. Остальные каналы в стадии созревания.

Индивидуальные магические таланты

Магическое зрение: 5,7

Эмпатия: 0,3

Очень странные результаты в этот раз получились. Про дополнительно возникший ментальный талант вообще молчу, пусть он и еле заметный пока, но достаточно сказать, что мышечная сила у меня возросла чуть ли не вдвое. И, что самое странное, я этого прироста совершенно не замечал, по крайней мере, передвигаться по поверхности Земли гигантскими скачками я точно не стал. Впрочем, почти наверняка, это с появлением у меня магии связано. Общеизвестно, что у мальчишек почти всегда открывшаяся магия добавляет бонусы именно в силу мышц, а вот у девчонок — в харизму и лишь в небольшой степени в физические параметры.

Еще более странным было неравномерное развитие системы магических каналов. Обычно они все враз созревают, а тут… словно искусственный канал кто проложил. Точнее, понятно кто, демонический перстень. Он же у меня на левой руке был надет. Но я на него абсолютно не в претензии: вместе с этим каналом он, похоже, и мой магический резервуар до кондиции довел. Пусть небольшой пока, но первый, объявленный моим диагностическим артефактом, его тип означает, что стенки резервуара легко растяжимы и у него есть возможность увеличиваться в результате тренировок. М-да… тренировки. Похоже, придется деду идти сдаваться, в младшей школе подобным тренировкам не обучают, только в старшей, а туда я в лучшем случае через год попаду.

В гимназии все было замечательно до первой перемены, когда меня в кабинет директора вызвали. Сказал бы, что неожиданно, но нет, этого вызова я с самого утра ожидал. Пусть вчера учителя не успели или не нашли нужным в нашу драку вмешаться, но вся школьная территория же под присмотром объективов камер находится, так что применение мной магии наверняка зафиксировали.

Выходя, зафиксировал напряженный взгляд своих вчерашних противников. Думаю, он уже догадались, что их номер следующий.

— А, Уваров, — отозвался директор, когда я, постучавшись, заглянул к нему в кабинет, — ну, проходи, раз пришел. И снова в какие-то свои записи уткнулся.

Я и прошел, и на стул, рядом с его столом уселся. Молча. Не я же напросился к директору на прием.

— Ты что же, Сережа, закон на территории нашей школы нарушаешь? — Вспомнил про меня, наконец, директор, когда уже и звонок на следующий урок прозвенел.

— Какой закон, Виталий Романович? — Откликнулся я самым милым из всех возможных голоском.

— Закон, запрещающий применение боевых заклинаний против человека.

— Против человека? — Изумился я. Неправда ваша, не было такого.

— Ты еще скажи, что, как настоящий снайпер, попал именно туда, куда целился. — Съехидничал директор.

Ну, так-то да. Потому и начали по примеру Западного Союза всякие техномагические устройства в армии внедрять, что чисто магические заклинания, они мощные, конечно, и мы по ним впереди планеты всей, но нацелить в нужную точку их довольно сложно, магу весь путь своего управляемого конструкта приходится прорисовывать, а после сопровождать мысленно, что в условиях динамичного боя может быть смертельно опасно.

— Снайпер, не снайпер, а палку в руках Сергеева развеял, — пробурчал я.

— Ага, значит, насчет драки с Сергеевым и Поздеевым не запираешься. — Очень довольным голосом констатировал директор.

— А какой смысл запираться, если у вас запись на руках имеется? — Резонно отозвался я.

— Что за заклинание хоть применил? — Как о чем-то пустом и незначительном поинтересовался Виталий Романович.

— Родовое. — Ответил я и умолк.

Ну, да, все, что касается родовых умений и навыков разглашению не подлежит. Директор мог бы, конечно, вызвать в школу деда, то-то бы тот удивился некоему «родовому» заклинанию, но ведь до этого еще додуматься нужно! Ну, откуда у двенадцатилетнего подростка на руках мог оказаться непонятный боевой артефакт, который, к тому же, тот еще и с толком применить умудрился? Опять же, и, как такового повода для вызова тоже ведь не было: инцидент практически бескровно закончился, уже сведенные примочками синяки не в счет.

— Ладно, можешь быть свободен. — Смилостивился директор, поняв, что нужной ему информации он от меня не добьется. — Пригласи там ко мне Сергеева с Поздеевым.

Вот и весь разговор. Даже о причинах драки допытываться не стал. Или школьные камеры не только картинку, но и голос пишут?

Мои недруги вернулись от директора поникшие и взъерошенные. И время от времени кидающие в моем направлении очень гневные взоры. Впрочем, пусть их. Примерный тон разговора я представлял, вряд ли они в ближайшее время по собственной инициативе отважатся теперь ко мне лезть.

Ближайшие дни я был занят исключительно учебой. Изученные и даже местами законспектированные мной книжки вернул хозяйке. Сергеев тоже притих, лишь глазами издалека посверкал, когда Ленка разок после уроков вручала мне свой портфель и потребовала сопроводить ее до дома.

* * *

— Ну, и куда ты, бестолочь, радужную пыль сыплешь? Не чувствуешь разве, что бульон еще заряд не набрал? — Громко кричал на меня дедушка, наблюдающий из-за спины за моими потугами изготовить первый в моей жизни алхимический декокт.

Угу, тот самый, на временное повышение выносливости, про который я говорил, что самая дорогая часть в нем — это флакончик, в который этот отвар налит. В принципе, так и есть, потому дед и выбрал его для моих начальных тренировок в нашем родовом ремесле. И это не я такой болван. Точнее болван, конечно, но именно тут сказался тот факт, что большую часть информации о творящейся вокруг меня магии я при помощи органа зрения получаю. Никак не могу с него перестроиться на такой зыбкий и неопределенный диагност, как внутреннее чувство.

Хм. Если бы среди определяемых моим диагностическим артефактом параметров существовал такой фантастический, как удача, наверняка у меня в нем бы нолик значился, если бы вообще не число отрицательное. Это ж надо, из всех возможных наследственных магических специализаций мне досталась такая, где мое зрение не только ничего не значит, но даже, в какой-то мере мешает. На глаз-то энергетические изменения в вареве уже минуты две, как начались, вон, как содержимое котелка фиолетовыми всполохами переливается.

— Ладно, внук, давай я сам для начала буду тебе команды к действию подавать, чтобы ты почувствовал и запомнил, как именно твое варево должно ощущаться на этой стадии приготовления. — Сдался старик, когда я, замерев столбиком, в очередной раз просрочил засыпку нужного ингредиента.

— Ну, давай, попробуем, — в некотором сомнении протянул я, уже утративший большую часть надежд стать великим алхимиком.

Странно, но такая методика довольно быстро перевела все в более благоприятное русло. Бог знает как, но я с пятого или шестого повтора достаточно точно уловил именно чувство, что отвар готов к принятию нового ингредиента.…Правда, дедушка, от такой своей инновации в процессе моего обучения, остался жутко недоволен. Сказал, что мой потолок в таком случае окажется на уровне ремесленника, способного готовить только заранее изученные и натренированные рецепты. Настоящий же мастер алхимик в первую очередь своим предчувствием пользуется.

А! Еще нюансик: все время, я это варево исключительно левой рукой помешивал. В варево же еще и ману нужно было тоненькой струйкой подавать. Хорошо еще, что воздействовать на отвар маной пока нужно просто равномерно: рецепт же простейший. Вроде, мелочь и чепуха, а левой рукой все это проделывать крайне неудобно. К концу этой вот алхимической тренировки настроение не то, что на уровне плинтуса зависло, а ушло куда-то глубоко под землю.

И ведь я сам во всем виноват! Обратился к деду по поводу развития своих магических способностей, раз уж мой артефакт-диагност сообщил, что у меня магический резервуар завелся, и хотя бы один магический канал созрел.

Утром, в школе, рассказал о своих этих мучениях с котлом Генке, получил очень неожиданную реакцию. Я-то думал, друг посочувствует моим неудачам, на худой конец посмеется над ними и никак не ожидал, что от него повеет ощутимой эмоцией зависти. М-да! Неприятно, черт побери! Вообще не представляю, каково настоящим, сильным эмпатам приходится, если даже такая вот, едва уловимая неприятная эмоция все равно, что крапивой по известному месту стегает.

* * *

В этот день у нас последним уроком в расписании значилась физкультура. Физрук куда-то торопился очень, поэтому он только в самом начале занятия перед нами появился, сообщил, что этот урок по его плану является свободным. Не в том плане свободным, что мы можем с него свободно по домам разойтись, а в том, что можем, без его пристального надзора, в свое удовольствие заняться любым видом спорта. И, кстати, предупредил, что досрочно уйти из школы у нас без штрафных санкций как раз не получится. Пусть весь школьный стадион толком камерами и не просматривается, но одежда же наша в раздевалках осталась. А вот все входы-выходы в школу как раз на камеры пишутся в полном объеме.

Ну, мы, собственно, не очень-то подобному положению дел и расстроились. Поиграть в футбол или волейбол во время школьного урока… отчего нет? Тем более что и погода просто таки шепчет. Последние деньки позднего бабьего лета за окном.

Девчонки чем-то там, в отдалении, своим были заняты, а мы, парни из 7-го А, решили в футбол поиграть. На полноценные футбольные команды нас мало было, но на поле еще дополнительные ворота для мини-футбола присутствовали. Вот для него нас, десятерых, выходило в самый раз.

Генка с Васькой Булдаковым в атаке были, умудрились вдвоем против вратаря с одним единственным защитником, выйти. Мяч у моего друга был, и защитник с вратарем, разумеется, прямо перед ним в этакую колонну выстроились. Вот тут бы и отдать Генке пас, Булдаков чуть в стороне был, перед ним ворота вообще оказывались открытыми. Но Генка решил сам пробить. В результате мяч, попав в защитника, взмыл свечой вверх, Васька в расстроенных чувствах начал высказывать эгоистичному бомбардиру все, что о нем думает. Останин, разумеется, ответил. Дело катилось к серьезной ссоре.

— Геночка простых слов не понимает, ему сразу в нос надо бить! — Вдруг донеслось до нас от бровки поля. Оглянулся. К нам приближались трое парней в форме учеников старшей школы. Ага, а вот и тот сосед, против которого Генка летом на югах свой запрещенный артефакт покупал.

— Иди, куда шел, Кузьма, — пробурчал мой приятель, заметно напрягшись.

— Не Кузьма, а господин Кузьмин, салага, — наставительно произнес тот из троицы, кто вышагивал чуть впереди. Кстати, здоровый малый, нас с Генкой чуть не на голову повыше будет. — И я как раз, куда хотел, пришел. А хотел я поучить уму разуму одного мелкого, наглого шкета. Традиция такая у нас, старших, есть, оборзевшую мелочь наставлять на путь истинный.

Черт! Как неудачно все вышло! Мало того, что Генка буквально только что умудрился с Васькой Булдаковым рассориться, и теперь тот вряд ли придет к нему на помощь в предстоящей драке, так еще и эти Сергеев с Поздеевым тоже тут присутствуют. Как бы они, если я ввяжусь, не приняли в ней участие на стороне старшеклассников. Хотя, пожалуй, это я все же через край хватил. Подобное выступление против одноклассников на стороне пришлых может нехило так подорвать их внутриклассный авторитет. Так что, почти наверняка, просто постоят в сторонке, да еще одним своим примером других сомневающихся удержат.

Весь этот расклад промелькнул в голове, пока я по полю десяток шагов шел, чтобы встать рядом со своим другом. Кстати, мой артефактный перстень так и оставался надет на правой, «не магической» руке. Даже если нам с Генкой сейчас синяков насадят, это все равно предпочтительней будет чем, если бы я на негативных эмоциях кому-нибудь из старшеклассников снес долой его голову. По уму, так лучше бы вообще перстенек куда-нибудь в карман убрать, чтобы не светить им, вот только в моей спортивной форме карманов отчего-то не предусмотрено.

Ну, так и есть: нас двое против троих старшаков. Остальные парни из нашего класса сгрудились чуточку в стороне. Шансов на победу практически нет, но мы принимаем бой!

Угу. Тоже мне, Маугли выискался. Главный Генкин недруг, не размениваясь на дальнейшие препирательства, практически схода пробил ему кулаком в лицо. Генку аж откинуло назад, но на ногах он все же удержался. Правда, похоже, из-за сотрясения не соображал ничего. А старшеклассник снова надвигался прямо на него.

Новый удар! Бугай опять Генке в лицо целил, но тут уже я вмешался, со стороны ввязался в драку, отбивая кулак в сторону. Хе-хе, тот мужик, память которого мне перепала, добрую дюжину лет, как на работу, ходил на тренировки в секцию рукопашного боя, но так и ни разу не использовал полученные навыки ни в одной драке. Зато его опыт, возможно, мне сейчас очень-очень пригодится. Вон, как рожа Генкиного недоброжелателя перекосилась, а сзади заходят еще двое бойцов, и отнюдь не щуплого телосложения.

— Ты, сопляк, смерти ищешь? — Страшным-престрашным голосом спросил Кузьмин. Но это ему так показалось, что страшным. На самом деле, отбив первый удар я как-то полностью успокоился. Ну, почти. В драке один на один этот бугай мне вообще не соперник. И движется медленно и предсказуемо, и сил у меня вполне хватило, чтобы его удар в сторону отбить. Только вот сильно сомневаюсь, что эти «подаватели примера» будут в драке против меня рыцарских правил придерживаться. Хотя, конечно, я сам и виноват в таком положении дел, я же сам, первый, ввязался в поединок их товарища с младшеклассником.

Кузьмин, скорчив свирепую рожу, снова кулаком махнул. Теперь уже в мою сторону. Генка же, как временно из битвы выбыл, да так пока еще в нее и не вернулся. Уворот от удара практически сам собой вышел, как и последующая контратака, сопровождавшаяся ударом по печени. Здоровяк тонко охнул, почти взвизгнул, и согнулся в три погибели. Сразу же на его прикрытие один выдвинулся из его дружков, второй в это время начал обходить меня сбоку.

Пришлось самому в атаку переходить. Ложный замах правой рукой, хлесткий удар с ноги, тот самый пресловутый в том, другом мире лоу-кик. Не очень зрелищный, но очень эффективный удар по ногам, отчего Кузин приятель сразу утратил желание к продолжению атаки. И толчок в спину от временно позабытого мной Кузьмина. Оклемался, гад. А там и третий старшеклассник в бой вступил, пнув мне с разгона в бок. Ну, со стороны это именно так и выглядело, на деле же удар по мне лишь скользом прошелся, в самый последний момент я сумел скрутить корпус, пропуская пинок мимо себя.

А дальше мне бы довольно туго пришлось. Наши с Генкой одноклассники, все как один, баранами столпились на противоположном краю поля, и не думая оказывать нам никакой помощи. Генка… вроде приходит в себя, я на краткий миг в его сторону взгляд бросил, но пока пребывает на обочине жизни. Я один против трех и весом, и ростом превосходящих меня старшеклассников.

Начал по полю маневрировать, чтобы не подставляться под удары всех троих разом. Теперь Кузьмин, морщась, в самом хвосте плелся. Видать, мой удар не прошел для него даром. А потом я запнулся об непонятно откуда взявшуюся на футбольном поле кочку. И сразу же оба безвестных забияки разом на меня набросились. От удара одного я сумел уклониться, в свою очередь, прописав ему удар в челюсть, а второй строго симметрично прописал мне. В глазах помутилось, и, вроде как, в сторону повело. Только вот добить меня у врагов не получилось. Внезапно пронзительно заверещал Кузьмин. Генка, окончательно придя в себя, при помощи своего незаконного артефакта первым делом покарал главного зачинщика.

Поняв, что в этот раз сила не на их стороне, двое других драчунов попытались покинуть поле битвы.

— Стоять! — Разнесся над полем голос нашего директора, усиленный каким-то магическим конструктом. — При неподчинении буду бить магией на поражение.

И устрашенные старшеклассники покорно остановились.

Разборки в стенах нашей гимназии протянулись до глубокого вечера. Управились бы много раньше, но применение в драке магии повлекло вызов в школу старшего поколения принявших в ней бойцов. В том числе и со стороны Кузьмина и его банды. С моей стороны пришел дед. К счастью, нашему переодеванию из спортивной формы в школьную, повседневную, Виталий Романович препятствовать не стал. В школьной форме карманы были, туда я, сняв с пальца, и отправил свой подозрительный на фоне Генкиного перстень.

Второй нашей общей удачей стало то, что не одни мы, с Генкой, применяли магию. А помните совершенно невероятную на футбольном поле кочку, об которую я запнулся? Магия земли, между прочим. Сами конструкты подавляющее большинство магов в этом мире не видело, но вот их проявление было способно определять после свершенного воздействия достаточно долго.

Ну, а третье, самое большое наше везение заключалось в том, что при продаже артефакта, Генку самым наглым образом обманули. Нет, его перстень, и в самом деле, был работы ромейских артефакторов, но вот его поражающие свойства были продавцом самым наглым образом завышены: Невральный ожог на поверку оказался самым обыкновенным Болевым импульсом, да и по уровню, как определил наш директор, воздействие тянуло даже не на девятый, а лишь на самый низший, абсолютно не летальный и не травмирующий десятый уровень.

Словом, по магии вышло баш на баш, на наше непосредственное применение нелетальной магии против людей пришелся тот факт, что первыми начали магичить отнюдь не мы. Ну, и еще немаловажный нюансик: зачинщиками драки тоже не мы были признаны, потому нисколько не удивительно, что прилетело нам не так, чтобы уж и очень больно. Дед, так вообще, при возвращении домой, лишь потрепал меня за вихры и оставил без какого-либо наказания.

Глава 6

Хе-хе! Наказание за драку во время урока физкультуры нас все же настигло. А физкультурник! Ему, похоже, здорово досталось по шапке со стороны директора за отсутствие его на уроке. В самом начале нашего следующего урока этот безответственный преподаватель и крайне нехороший человек построил весь класс и изрек старую армейскую мудрость, одинаково действующую во всех мирах и во все времена:

— Я же просил себя вести тихо. Не доходит вам, значит, через уши? Попытаемся донести через ноги.

И весь наш класс, словно стадо молодых сайгаков, все отведенное для урока время носился, наматывая круги, по школьному стадиону, подгоняемый окриками обиженного физкультурника. Я утром, как проснулся, почти случайно глянул на показатели своего диагностического артефакта, так Выносливость аж две сотых единицы у меня добавила. Может, ну его, жизнью в мире демонов рисковать, если в своем родном мире, проливая пот вместо крови, можно тех же самых результатов достичь?

Охо-хо, если, кто не понял, мое заявление о том, чтобы не соваться в мир демонов, оно абсолютно не всерьез было. Лично для меня не так принципиально важны мои физические показатели, хотя и ими я где-то, очень глубоко, начинаю гордиться. Все же, Нервно-мышечная проводимость, иначе еще называемая скоростью реакций, у меня уже заметно выше среднего. Причем, выше среднего не только для подростков примерно моего возраста, но и для подавляющего большинства взрослых. Но гораздо важнее физических параметров для меня характеристики магические. Буквально, имея память обитания в полностью не магическом мире, обладание собственной магией превратилось для меня в некую сверхценную идею, или фетиш, если хотите.

С еще большим энтузиазмом я принялся мечтать о походе в иной мир после начавшихся тренировок с приглашенным дедом индивидуальным наставником. И нет, этот наставник меня вовсе не алхимии обучал. Очевидно, дед, проведя со мной свои первые занятия, окончательно уверился, что хорошим алхимиком мне не стать, потому нанял для недельного начального курса какого-то отставника из военных. Вот тот и принялся вколачивать в меня начальные магические навыки вместе с уставщиной.

— Делай раз! — Командовал он, личным примером демонстрируя, вместе с шагом левой ногой, выпад раскрытой левой ладонью с одновременным магическим посылом: малюсенький, но очень горячий шарик из его ладони устремился к специально насыпанному для этих целей земляному валу. — Делай два! — И еще один шарик летит уже из правой ладони.

Нет, я честным образом старался! Даже этот чертов шарик, у меня имеющий размеры небольшой искорки, из левой ладони научился выпускать. А вот из правой нет. И шаг ногой выбросом магии земли тоже не сопровождался. В армию же набирают людей с каналами открытыми полностью, во всех конечностях, а не как у меня, только с одной стороны, и только в руке.

А после этих магических тренировок наставник усаживал меня под деревом в нашем саду и заставлял медитировать. Словно мало мне было этих медитаций на уроках Основ магических взаимодействий. Хорошо еще, что, в отличие от Луконина, нашего учителя в школе, он не мешал мне медитировать рассказами о том, какие виды магии являются синергистами друг для друга, а какие наоборот антагонистами и прочей теоретической заумью.

— Оу-ум-м! — Издавал я звуки про себя, сосредотачиваясь на них, по привычке. В школе я, таким вот образом, пытался мешающие мне слова Луконина заглушить, а тут неожиданно вдруг в странное состояние провалился, в котором, несмотря на плотно закрытые глаза, отчетливо узрел, как со всех сторон ко мне устремляются яркие блики, поглощаясь моим солнечным сплетением. Хм. Именно там же у меня мой резервуар маны расположен. Может быть, таким образом, и достигается его увеличение? И я с новой силой затянул про себя: — Оу-ум-м!

До самого воскресенья отправиться в мир демонов так и не смог, с понедельника по пятницу, без перерыва, сразу после школы попадал в руки тренера. Думал, хоть в субботу появится свободное время… ага, щас! Дедушка, посмотрев со стороны, как я на тренировках всего за пять дней уже две стихии для себя открыл: огненную и воздушную (правда, все по-прежнему, только с левой руки), решил предпринять еще одну попытку сотворить из меня алхимика. И, кстати, его требованиям я больше соответствовать не стал, все так же не ощущал нужного момента закладки ингредиентов, но он для меня решил этакий мастер-класс провести, продемонстрировать сотворение очень сложного косметического лосьона. Так вот, в этом лосьоне все стадии процесса, видимые моим магическим зрением, в точности совпадали с моментами закладки отдельных компонентов. Эх, где бы деньги хотя бы на компоненты этого лосьона взять, они тоже не из дешевых, попытался бы сделать для Ленки Шитовой подарок.

Итак, воскресенье. Единственный мой выходной за суматошную, к счастью уже прошедшую неделю, когда меня никто никуда не дергал. С утра проснулся, послушал, как дождь стучит по крыше и, не вставая с постели, принялся размышлять, как бы мне мой отсутствующий в списке диагностического артефакта и вообще в понятиях ученых параметр удачи поправить, явно же он у меня сильно занижен, что даже погода теперь мне палки в колеса вставляет.

Ни до чего путного, разумеется, не додумав, принялся подниматься-одеваться, хотя делать этого и категорически не хотелось. Ну, а что делать, буду дополнительно таким образом прокачивать еще и силу воли, которая, как и удача, тоже почему-то не числится в списке определяемых моим диагностическим артефактом параметров, но кто знает….

Ну, все, я готов: позавтракал плотно, сумку с боевых снаряжением достал из чулана, от дождя напялил дедов прорезиненный макинтош. Старинная штука, но от дождя защищает просто на изумление, у него даже все швы резиной промазаны. И почему их в наше время делать перестали?

Разумеется, к пляжу в этот раз пришлось идти по дороге: в мокром лесу, со скользкой от дождя травой, меня бы ни один макинтош не спас. Однако значительное удлинение пути, да под холодным, непрекращающимся дождиком…. Наверное, моя сила воли в таком природном тренажере росла просто угрожающими темпами.

В окрестностях портала, понятное дело, никого не было, даже чайки не летали. По идее, переодеваться в защитное снаряжение нужно было по эту, нашу сторону портала, мало ли какая тварь на той стороне сейчас прогуливается, но как представил себе ощущения, что получу, едва сниму макинтош, сразу на дрожь пробивать стало. Нафиг-нафиг! Нацеплю вот прямо поверх дождевика наруч и хватит. Авось, в этот раз все будет не так, как в первый, когда чуть ли не сразу со спины на меня зубастая зверюга набросилась. Так, на авось, в жемчужно-серое марево портала и шагнул.

К счастью, по ту сторону портала все было тихо и спокойно. От окатившего меня горячего, по контрасту с осенней погодой на Земле, воздуха по всему телу сразу же обильный пот выступил. Ага, вот, скорее всего, и причина, почему люди отказались от прорезиненной одежды: я, едва только потеплело, под дождевиком моментально оказался столь же мокрым, каким бы стал, прогуляйся я без него в течение получаса под дождем.

Увязанный в плотный тючок макинтош я прямо возле портала оставил. Авось, до моего возвращения его никакая тварь не найдет и не начнет грызть. Просто не представляю, какими словами, в таком случае, буду перед дедом оправдываться. Семейная реликвия как-никак.

Снаряженный, я, по уже выработавшейся методике, начал по спирали круги вокруг портала наматывать. Хм, мне кажется, или сегодня освещение в демоническом мире немного не такое, как в прошлые разы? Какое-то небо более багровое и сумрачное…. Или просто это я на местные сумерки нарвался?

Помните, я еще сетовал, что ни насекомых, ни птиц в этом мире не наблюдается? Так вот, это я не подумав, сетовал. Насекомые в этом мире есть! Когда мне словно раскаленная спица вонзилась в загривок, я машинально схватился за это место рукой. И тут же испытал очень слабый приступ эйфории, а на ладони, прилипшая к пальцам, обнаружилась раздавленная тушка какого-то черного насекомого размером с крупную муху. Вот только жалилась эта тварь… куда там шешелю. Я знаю, о чем говорю, в прошлом году с шешелем тоже встречался, не у одной соседки личинки ясеноватой листовертки в этих полосатых чудовищ превращаются. Так вот, по своему собственному опыту авторитетно заявляю: демонический черный мух — куда страшнее. А еще у меня на шее отек начался. Слава богу, что локальный, дыхательные пути остались не задетыми. Я, посомневавшись чуток, зелье лечения пока употреблять не стал. Этих зелий у меня вовсе не завались, всего один флакончик жидкого и одна более слабая версия в виде капсулы остались.

Вот не поверите, меньше чем за час еще три пок у са состоялось. Пок у с, ударение на втором слоге, — это мое персональное словообразование, состоящее из слов «попытка» и «укус», из него явствует, что благодаря моей внимательности на этот счет, ни одна попытка укусить успехом не увенчалась. А вот капелькой эйфории эти демонические насекомые делились исправно. Жаль, что именно капелькой. Впрочем, мечтать, чтобы этих летучих кровососущих ужасов тут появилось, как гнуса на севере, я тоже не стал. Конечно, из капелек целые океаны складываются, но крови то в моем теле вовсе не океаны, а куда как поменьше.

Сосредоточив все свое внимание на ловле мух, я, видимо, очень невнимательно следил за окружающей меня действительностью, поэтому испытал немалое потрясение, выскочив из пурпурных зарослей на относительно открытое место, посреди которого росло одно единственное раскидистое дерево. А вокруг этого дерева громадная зверюга размером с целого быка круги нарезала. И на ствол время от времени кидалась, пытаясь вскарабкаться по нему повыше.

К счастью, монстр занятый созерцанием чего-то ценного на том дереве, меня и не заметил вовсе, а я, тем же разворотом, обратно в кусты нырнул.

Однако же, так сразу убегать куда подальше, я не стал. Огромный монстр, это насколько ж сразу удастся свои параметры улучшить, если такую махину завалить! Другое дело, что и с топориком, даже отравленным, я с ним много не навоюю. Просто, даже если я ему отравленную рану нанести сумею, он меня, к тому времени, как от яда загнется, уже успеет на кусочки, на ленточки распустить своими когтями. Вон, как кора с дерева пластами отлетала, когда это чудище на него пыталось вскарабкаться.

Значит, топорик в качестве оружия не годится…. Про трофейный перстень с эффектом аннигиляции можно вообще не упоминать. Он пока вообще, вещь в себе, срабатывает по совершенно непонятному алгоритму…. Да и если сработает… я же сюда за усилением своего тела и магии пришел, а не просто на демонов охотиться. А усиление можно получить только в ближней схватке. Хм, а что если той узкой промоиной воспользоваться, которую на подходе сюда преодолевать пришлось?

Через четверть часа в лесу уже раздавался стук топора. То я, ежеминутно озираясь по сторонам, готовил оснастку для своей будущей ловушки. К счастью, на мой шум никто ко мне не пришел, и я смог заготовить полдюжины толстых, заостренных слег, вырубленных мной из очень-очень твердой древесины. Из точно такой я еще когда-то себе багор вырубал. Уже пригодились знания этого мира. Подозреваю, если бы не руны самозаточки на моем топорике, я бы и одного подобного «железного» деревца срубить бы не смог.

После ударной работы дровосеком, перетаскивание и установка в намеченном месте оврага кольев, направленных остриями в сторону поляны с беснующимся монстром, много времени и усилий не заняли. Жаль баночка с ядом имела такой маленький объем, была бы моя воля, я бы не просто кончики кольев ядом смазал, а все их, целиком, этой отравой выкрасил.

Ну, в сущности, и все, ловушка готова. Осталось только намеченную жертву сюда приманить. И не подумайте, что мне не страшно было. Еще как страшно! От мыслей, что сейчас может со мной произойти, сердце замирало и слабость в руках и ногах образовывались. Но я для себя твердо решил: я хочу стать магом! И не абы каким магом, в меру своей ничуть не выдающейся генетики, а одним из самых сильных. Потому и, вместо того, чтобы лежать в свой единственный выходной на диване и дремать под шум дождя, в этот мир хожу и реально жизнью тут рискую.

Заставить монстра обратить внимание на себя оказалось не просто, а очень просто. Достаточно было с самого края зарослей кустов голос подать и с полминуты руками помахать.

Бог мой! О чем я только думал, когда изобретал эту ужасную авантюру! — Примерно такие мысли были у меня, когда я со всех ног мчался от преследующего и быстро догоняющего меня монстра в сторону того самого оврага с установленной в нем ловушкой. Но отчего-то основной мой страх в этот момент был не в том, что меня вот-вот догонят и сожрут, а в том, что чешуя этой огромной рогатой ящерицеподобной твари окажется слишком прочной и ловушка не сработает.

Беленькие ленточки ткани, отмечающей место вкопанных в землю и замаскированных посаженными кустиками надолбов, я промчался, когда от моих мелькающих пяток до кончика хищно распахнутой пасти едва ли многим более метра оставалось. Ну, или локтя, если пользоваться мерами моего нынешнего мира.

Звуки тяжелого удара позади, треск ломающейся древесины и ужасный, душераздирающий рев раненого чудовища! Я же, пробежав еще десятка полтора шагов и убедившись, что больше меня никто не преследует, резко развернулся и в обратную сторону, к быстро затихающему монстру припустил. Было в прочитанной мной книжке обоснованное предположение, что для того, чтобы получить от демона усиление характеристик, мне нужно с ним в момент его смерти в непосредственной близости, а лучше в прямом контакте находиться.

Для надежности еще, размахнувшись, рубанул издыхающего зверя своим топориком, нанеся совсем не глубокую рану, и замер в таком положении, уцепившись обеими руками за рукоятку. Примерно через минуту пришла она! Волна наслаждения! Нет, даже не волна, цунами! Настолько сильное, что удовольствие в боль превратилось. Океан боли!

«Какая мощная зверюга на этот раз попалась! Пожалуй, правильно, что не стал, как сначала намеревался, напрямую своей рукой его раны касаться, сгорел бы нафиг», — примерно такой была первая мысль, появившаяся у меня после того, как я очнулся. На удивление никаких отголосков той боли в моем теле даже близко не наблюдалось. Наоборот, необычайная легкость в теле и ясность мыслей. Именно эти благоприятные изменения меня и подвигли снова на ту поляну отправиться. Полюбопытствовать, что за неведомая зверушка там, в ветвях, от хищника скрывалась, ну, если она до сих пор еще не сбежала, конечно. Так-то, без случившегося энергетического допинга, после подобного забега с зашкаливающим выбросом адреналина мне бы самое время обратно на Землю, пошатываясь от слабости, возвращаться, но я словно второе дыхание обрел.

Полянка, как полянка. А в ветвях копошилось что-то. И прямо на моих глазах это что-то, очень сильно напоминающее небольшую человеческую фигурку, с шумом и треском обрушилось на землю. Разумеется, человеческому ребенку в этом мире просто не откуда было взяться. Но я отчего-то, когда к упавшему существу бежал, в голове именно эту мысль, про ребенка, держал, про того-же козломордого даже и не подумал. Определенно, крупная волна силы способна воздействовать на мозги реципиента ничуть не хуже какой-нибудь забористой дури.

В том, что существо, упавшее с дерева, не является человеком, я сообразил только, когда уже влил в рот мелкого, щупленького паренька пару глотков исцеляющего зелья. Так ведь внешне он один в один моего сверстника или парнишку на год — на два помладше напоминал! В телосложении от людей внешне вообще никаких, даже малейших отличий. Разве что одежда, болотно-зеленого цвета балахон, да и тот, напоминая этакий тряпичный плащ, в глаза бросался не сильно. Отличие появилось, когда он глаза открыл и от меня отшатнулся испуганно. Ну, не бывает у людей таких нереально зеленых глаз. Я же в свою очередь, чтобы продемонстрировать отсутствие агрессии, отложил в сторону топор и поднял перед собой открытые в мирном жесте ладони.

— Оре кеп марак? — С вопросительной интонацией произнес парнишка.

— Не понимаю я тебя. — Ответил я, мучительно вспоминая графическое доказательство теоремы Пифагора. В этой жизни я даже в книжках никогда не встречал описаний реальных встреч с инопланетным разумом, а вот из памяти иного мира, вроде как, при запуске космического аппарата за пределы Солнечной системы, предлагалось инопланетянам продемонстрировать как раз подобное наглядное доказательство данной теоремы. Еще бы вспомнить, зачем вообще нужно подобным извратом заниматься….

Парень, убедившись в моей не агрессивности, кажется, немного успокоился. Видно было, что и в его черепной коробке кипит напряженная мысль, каким образом нам с ним объясниться.

Минуты две, наверное, прошло в безмолвии. Вдруг он снова взглянул мне в глаза. Внезапно появилось желание разрезать свою ладонь висящим у меня на поясе ножом. Не глубоко распахать, а чтобы только кровь в ладони совсем небольшой лужицей собралась. Ведь вполне же естественное желание, при встрече с незнакомым разумным руку себе резать!

Еле-еле смог отфильтровать свои собственные мысли от навеянных мне извне. Сразу же за свой топорик ухватился и снова на странного телепата взглянул. А тот быстренько ментальную картинку для меня нарисовал, что сам себе тем же самым ножом руку режет с последующим рукопожатием со мной, так что кровь с наших ладоней закапала бодрым дождиком.

«А может, выполнить это его пожелание?» — Вдруг пришла мысль, которая вроде бы даже являлась моей. Во всяком случае, в глаза парнишке я в тот момент не смотрел. А потом незнакомец картинку прислал, в которой мы вполне свободно разговариваем друг с другом, и я решился. Правда, все же первым свой нож ему кинул, а сам поудобнее за рукоятку топора ухватился. Мол, режь, а я посмотрю, как надо.

Парень и резанул, вполне обычная, красная кровь так и закапала с ладошки на землю. А потом мне мой нож рукоятью вперед протянул. Эх, была, ни была!

«Блин! Как бы с его кровью какой-нибудь инфекции в рану не занести»! — Пришла запоздалая мысль, после того, как моя левая ладонь украсилась очень похожей обильно кровоточащей раной.

Рукопожатие с не очень большой, но сильной и жилистой ладонью моего найденыша вышло, как это и было показано на ментальной картинке, довольно кровавым.

И снова непонятная тарабарщина из уст незнакомца… хотя… погодите-ка… это же он меня спрашивает…

— Как мне тебя называть?

— Сергей. Можно Серега. — Ответил я машинально на славском.

— Ты на румейланском попробуй ответить. — Пришел вполне понятный для меня ответ. Повторил на румейланском. Немного почувствовал першение в горле при выговаривании непривычных для своего языка слов. Тут же начал задавать скороговоркой вопросы: — Я выучил твой язык? Как такое вообще возможно? И, кстати, как тебя самого зовут?

— Называй меня Ромом. А наш язык ты выучил путем подключения твоего сознания через мое собственное к инфополю этой части нашего мира.

— Здорово! А еще чему-нибудь научить сможешь? — Задал я следующий вопрос, ни секунды не раздумывая. Халява, она такая, заставляет для ее получения мозги очень быстро начинать соображать.

— Если только очень не скоро. Часто таким способом знания получать нельзя, мозги вскипят. — Вполне серьезным тоном ответил мне демон на мое пожелание. Кстати, благодарю, что меня от арилоха спас. У него защита от магии довольно сильная, сам бы я с ним точно не справился.

— Ты — маг? — Насторожился я. До этого отчего-то был уверен, что он, наподобие подростков из числа людей, если и уже освоил что-то из магии, то самые азы. Вон, та же менталистика… информацию он в мой мозг передал, и то не сразу,…но не подчинил же.

— Маг. Но пока не очень сильный. Мне время нужно, чтобы знания, закачанные в мое сознание, научиться на практике применять.

Я был настроен еще кучу вопросов задать, только Ром вдруг спохватился:

— Прости, что перебиваю, но ты из арилоха его магическое ядро извлек? А то время идет, скоро оно усыхать начнет. И еще, скоро здесь ливень хлынет, надо бы поторопиться укрытие для нас отыскать.

— Ядро? Что за ядро? — Мгновенно заинтересовался я.

— Магическое ядро. В нашем мире во всех достаточно сильных существах оно имеется. Его можно на собственное усиление пустить или попытаться основной магический талант из него к себе пересадить. Правда, в арилохе это антимагия. Не всем такой талант, отрезающий от воздействия магии, нравится.

Для того чтобы извлечь это самое магическое ядро, пришлось убитой мной ящерице грудную клетку рассекать. Ядро, твердый прозрачный кристалл размером с крупную сливу, в средостенье, возле самого сердца, пряталось. Еще и дополнительно потрудиться пришлось, чтобы тяжеленное чудище на бок перевернуть. К счастью в этом нам вырубленные мной для изготовления ловушки слеги здорово помогли.

Ничего с добытым кристаллом делать не стал, просто в карман засунул. У меня, с моей нулевой удачей, мне кажется, обязательно попытка поглощения из него силы сопроводилась бы поглощением таланта антимагии. А ведь моя основная мечта — магией овладеть, а вовсе не отгородится от нее.

К тому моменту, как мы закончили расчленение монстра, с небес уже первые тяжелые капли упали. Почти горячие! Кстати, если на Земле темные тучи, грозящие непогодой были заранее и издалека заметны, то тут до самого последнего момента я никаких признаков надвигающегося ненастья не замечал, разве что чуть потемнее, чем обычно стало.

— Лучше бы нам с поиском укрытия поторопиться. — С беспокойством высказался демон. — Как бы нас не смыло к чертям этим дождиком. Ты, Сергей, нигде по пути какой-нибудь пещеры не встречал поблизости?

— Боюсь, в здешнем лесу пещер нет, — высказал я свои наблюдения. — Может, под деревьями этот дождь переждем?

— Под деревьями молниями может убить. Они на запретных территориях, говорят, страшенные бывают. А еще вон, как темно стало, боюсь, в этот раз без наводнения точно не обойдется.

— Так мы не самые высокие деревья выберем, молния в нас и не попадет… — начал было я придумывать способ безопасно укрыться от ливня, но тут с небес уже не слабый такой поток горячей воды хлынул и я решился: — а, к черту, бежим за мной!

Вовремя я, однако, к порталу вернулся! Дедушкин макинтош, кинутый мной в виде небольшого увязанного тючка возле портала, уже неспешно куда-то уплывал в быстро прибывающем потоке воды.

— Давай руку! — Подхватив уплывающее снаряжение, скомандовал я Рому, убедившись, что он в упор не видит сверкающего в сполохах молний межмирового портала.

Свист и грохот стихии, усугубленные почти беспрерывной стеной воды с небес, стихли, как по мановению ока, сменившись негромкой, почти неслышной капелью с веток после только что завершившегося затяжного дождика.

— Охо-хо! — Выдохнул я, взглянув на заметно поблекшее перламутровое зеркало. — Придется тебе, Ром, на недельку-другую у меня в гостях задержаться, пока я тебя назад переправить смогу.

Глава 7

Пока шагали по дороге, в обход леса, до нашего Огарево, успел обдумать и обсудить со своим спутником некоторые возможные нюансы его временного пребывания в нашем мире. Ну, раз уж так неожиданно получилось. Прежде всего, вопрос коснулся незнания демоном славского языка. К счастью, проделанный Ромом фокус с подключением к инфополю наших сознаний, оказался не одноразового действия. Это мне новые знания таким образом получать пока сильно-сильно не рекомендуется, у Рома то мозги еще свежие, недавним запоминанием не натруженные. Только присесть пришлось на придорожную скамейку, выполненную из расколотого вдоль ствола толстого дерева. Бр-р, сыро и холодно. Рому полегче это деяние далось, ему-то не мокро ничуть. Я ему дедов макинтош на время нашего возвращения в поселок презентовал, чтобы он своей одеждой не выделялся.

— И что дальше делать будем? — Уже на почти безукоризненном славском вопросил меня демон.

— Первым делом тебя на постой определю, — отозвался я, еще раз взвешивая в голове порядок задуманных действий. — Со мной тебя поселить точно не выйдет. У меня дед правильных взглядов. Решит, что ты из дома убежал, будет допытываться, кто ты и откуда, чтобы родственников известить. А уж про твое появление из иного мира и вовсе ни ему, ни кому другому точно сообщать нельзя. У нас тут с выходцами из иных миров практически непрекращающаяся война идет. Мигом сообщат в полицию и упекут в застенки для исследований. К счастью, в нашей поселковой гостинице действует правило, что на срок до одной недели новый жилец не обязан ни договора аренды подписывать, ни даже документов предъявлять. Единственное, что за проживание предоплату внести нужно будет, но на это у меня деньги найдутся.

Денег, чтобы оплатить неделю проживания Рома в гостинице у меня с собой не было, я же не за покупками, а на охоту собирался. Пришлось, забрав дедов дождевик, бежать за ними домой. Хорошо еще, что старший половой в гостинице, едва взглянув на сгорбленного Рома, не поднимающего на него глаз (это я попросил демона постараться не демонстрировать необычный цвет его радужки, потом вообще ему цветные контактные линзы приобрету), поинтересовался:

— Беженец из Шебеково?

Мне только и оставалось головой кивнуть и попросить разрешения разместить своего товарища на диванчике пока я из дома деньги не принесу. А вообще да, самое лучшее объяснение! И как оно только мне самому в голову не пришло? За этот поселок на двадцать тысяч жителей, в соседней области схлестнулись два клана: Шумиловы, которым Шебеково и принадлежало изначально, и Измайловы. «По законам благородной войны», мать ее! Так звучало объяснение в газете, которую я читал на прошлой неделе. И император, Владимир Второй, вполне на это массовое смертоубийство свое разрешение дал, ограничив до третьего уровень применяемой в сражении магии. А это, на минутку, мощность минимум крупнокалиберного артиллерийского снаряда. Вот жители Шебеково теперь, подобно тараканам, во все стороны из своего в руины раздолбанного поселка и разбегаются. И, похоже, я не первый, кто такого вот временного постояльца в гостиницу привел.

Дома все по-прежнему было. Ну, да, я ж всего на несколько часов отлучался, даром, что произошедших со мной за это время событий не на один месяц размеренного существования хватило бы. Прихватил свой кошелек со скромными остатками наличности, одежку, из которой недавно вырос, Ром-то заметно более щуплым по сравнению со мной выглядел, и назад припустил, пока меня дед с каким-нибудь очередным заданием не тормознул.

Разместил Рома в снятой для него комнате. Вполне, кстати, приличная, с душем и туалетом. Даже небольшой телевизор имеется. Показал, как всем этим богатством пользоваться. Впрочем, судя по немного скептическому выражению на лице демона, сильного впечатления на него этими продуктами человеческого технического гения не произвел. Ладно, пора домой бежать, единственный мой выходной заканчивается, а у меня еще куча дел не переделана.

— Ну, ты пока обживайся. Теперь к тебе смогу заглянуть только завтра, ближе к вечеру. Завтраки и ужины тебе тут будут прямо в номер приносить. Надеюсь, ты сможешь питаться нашей пищей. — Попрощался я с Ромом. Кстати, надо бы его в Романа переименовать для большей незаметности. Или не стоит? Вроде в легендах демоны весьма трепетно к своему имени относятся.

По пути домой еще заглянул в аптеку, приобрел цветные линзы с раствором для их хранения. Мой кошелек окончательно показал свое дно. М-да, а я еще хотел Ленке Шитовой в подарок косметический лосьон изготовить! Ой-вэй! Где ж на все хотелки мне денег взять? Может, каким-то образом попытаться продать тот кристалл, полученный из демонического чудовища? Интересно, если Ленку попросить, она сможет свести с перекупщиком, с которым ее семья свои сделки по продаже иномирного сырья проворачивает?

В этот день к Ленке подходить не стал. Не до того ей было. Весь наш класс, как и поселок целиком, оказался взбудоражен внезапным сообщением, что род князей Светлогорских вступился за небольшой, и, в общем-то, малоизвестный клан Шумиловых. Причем, чтобы это было доходчивей для Шумиловских противников, князь Светлогорский не ограничился беззубым увещеванием касательно недопустимости гибели гражданского населения, а сразу же в одной речи с моральной поддержкой, объявил о мобилизации резервистов первой очереди. Соответственно, многие отцы и старшие братья моих одноклассников разом под призыв попадали. Ну, в теории. Если не отыщут обоснований, что они на гражданке приносят намного больше пользы своему князю, чем будучи забриты в армию.

— Да ерунда все это! — Громко, на весь класс, разглагольствовал Васька Булдаков. — Осенью никто войны не начинает. Слякоть, бездорожье. Тут чистая политика, не более. Решил наш князь заработать себе очки, выставив себя миротворцем.

Я лично не был так уж уверен, что все эти предпринятые нашим князем телодвижения, так уж совсем безобидны. Просто достаточно прикинуть убытки, что разом понесло княжество на этой мобилизации, чтобы пришло понимание, что такое «вжу» неспроста. Но спорить с убежденным в своей правоте одноклассником, разумеется, не стал. Опять же и отношения у нас так и не наладились.

Но, так или иначе, учебный день у нас в школе закончился, и я поспешил в гости к своему знакомому демону. Хм, как-то это не так звучит: «своему демону». Настораживает, что ли….

Ром встретил меня с ясно читаемым нетерпением в глазах.

— Сергей! Ты пришел. А то я уж волноваться начал.

— Я ж тебе говорил, что всю первую половину дня я должен в школе проводить.

— В школе? Это что? — Похоже, в румейланском языке такое понятие вообще отсутствует, сообразил я с запозданием.

— Школа. Или ее еще гимназией называют. Там все мои сверстники каждый день собираются, а знающие люди нас обучают. Свои знания нам передают. — Принялся пояснять я едва ли не на пальцах.

— Зачем для передачи знаний всем сразу собираться? — Искренне удивился демон. — Да и не стоит тебе в ближайшее время новые знания перенимать. Знание нового языка — достаточно большой пакет, мозги после него долго отдыхать должны.

Еле-еле смогли объясниться. Наверное, если бы мы не были так внешне похожи друг на друга, много быстрее бы объяснились. Ну, если, к примеру, в качестве собеседника у тебя зеленый человечек, любые отличия в понятиях ты воспринимаешь как должное, мало ли как у зеленых человечков там что устроено. А тут субъект внешне очень похожий на тебя самого. Кто бы мог подумать, что окончательно человеческая форма у Рома только совсем недавно появилась, когда он со старшего демона до высшего развился, а как выглядел до этого, Ром мне описать так и не смог. Что-то рогатое и на двух массивных лапах с не втяжными когтями. Про полные метаморфозы у насекомых слыхали? Так вот, очень похоже. Только ступеней у демонов не как у насекомых: яйцо, личинка, куколка, и в конце имаго — взрослая особь, а намного больше. Первая стадия, имп, вообще на крохотный шарик похожа, и разума совсем не имеет. Потихоньку, поглощая друг друга, импы начинают претерпевать изменения. Потом еще, и еще, пока не достигают стадии старших демонов, которых уже можно считать совершенно разумными.

И точно такое же изменение претерпевает их общественное устройство: те же импы вообще ничьи, летают, где хотят, исключительно, как им их инстинкты повелевают, а вот, начиная со стадии полуразумных демонов у них уже, в форме пирамиды, своя иерархия начинает выстраиваться. На вершине которой высшие демоны и князь. А, ну да, где-то еще и архидемоны присутствуют, которым обычные князья подчиняются, но тех мой новоявленный приятель и не встречал за время своей жизни ни разу. Редкие это особи, архидемоны. Примерно, как у нас архимаги, если еще не реже встречаются, и правил для существования своих подчиненных они уже даже и не диктуют: два князя под верховенством одного архидемона запросто могут воевать между собой, пытаясь одновременно выполнить поручение своего сюзерена.

К чему я затеял про все эти демонические особенности описывать? Так с передачей знаний у них дела обстоят точно также, то есть совершенно не похоже на нас. Они свои знания не заучивают, а сразу из инфополя себе в сознание записывают. В точности, как Ром мне знания своего языка передал. Правда, там еще какая-то сложность с посредником присутствует. В записи знаний должен еще один разумный участие принимать, у которого эти знания как раз уже имеются. Иначе нельзя, иначе реципиент просто в огромном общем массиве инфополя не сумеет сориентироваться.

— А ты уже себе знания по магии записал? — Заинтересовался я самым для меня животрепещущим. Еще бы, а вдруг получится возможность урвать знания по магии, которые у нас, в основном, сокровенные тайны родов составляют.

— Мой Князь мне много чего записал, меня ж в качестве мага специально и готовили, — спокойно и обстоятельно принялся отвечать мне Ром, — да вот только большую часть знаний он в запакованном виде на моей душе разместил. Осознавать изученное я очень-очень постепенно годами и десятилетиями буду. И для подобного осознания обязательно практические действия нужны.

— Ну, хоть чему-нибудь научить сможешь?

— В ближайшее время точно нет, у тебя мозги еще блок румейланского языка будут не одну декаду переваривать. Если только так, на словах, что-нибудь смогу по мелочи посоветовать.

— Ну, хоть на словах…. О, кстати, а ты в ваших артефактах разбираешься? А то у меня в качестве трофеев парочка-тройка артефактов завелись, а как их использовать даже не представляю.

— Постараюсь помочь, если ты мне их покажешь, конечно.

— Тогда пошли ко мне. Только, прежде чем на улицу выходить, попробуй на глаза вот эти линзы надень, а то у людей такого цвета глаз, как у тебя, точно не бывает. Вот глазным линзам демон, в отличие от телевизора, удивился. У них вообще на улучшение внешности много внимания не обращали.

Едва успели мы с Ромом к нам во двор зайти, дед нарисовался:

— Серега, ты почему тот комплекс, который тебе Василий Никифорович показал, не повторяешь? Сказано же было е-же-днев-но! — Даже неудобно перед Ромом стало за такую дедову бесцеремонность. А дед все не унимался: — ничего с твоим гостем за полчасика не случится, если ты по разу все упражнения прогонишь, а медитацией, так и быть, можешь и вечером, перед сном, заняться.

Пришлось идти на задний двор, где у меня что-то вроде полигона с земляной насыпью было обустроено. Демон вместе со мной пошел, уселся на месте тренера и принялся внимательно наблюдать за моими действиями. Ну, погнали! Делай раз!..

— А интересный у тебя комплекс тренировок, — похвалил меня мой гость, когда я все заученные ката закончил. — У меня, когда я старшим на границе нашего княжества служил, что-то подобное тоже было. Только тебе, раз уж судьба предоставила подобную возможность, надо постараться переработать свой комплекс так, чтобы с движением конечностей не одно и то же атакующее заклинание выскакивало, а разные. В идеале из разных стихий. Так и у тебя тренировка более сложной и насыщенной получится, и противнику защититься от разноплановой атаки труднее будет.

— Так у меня каналы на правой руке еще вообще не созрели, как я вторую стихию тренировать буду? — Заспорил я с Ромом.

— Каналы у тебя уже на грани созревания, небольшие порции маны они уже проводят. Ты, когда выбросы руками делаешь, в голове проговаривай что-нибудь вроде холодно — для правой руки, и горячо — для левой. Попробуй, может очень даже неплохо получиться.

И я попробовал. Не то, чтобы надеялся сразу что-то прорывное получить, но….

— А зачем ты эту перекачку маны мне устроил? — Поинтересовался я у тяжело дышащего демона в конце второй части моей тренировки. — В следующий же раз тебя не будет, и я не сумею правой рукой лед создавать.

— Тут главное, что ты прочувствовал, как оно в идеале должно быть. Помня, какой должен быть конечный результат, гораздо легче его повторить будет.

Ну, тут уж точно не поспоришь. Научившиеся ездить на велосипеде подтвердят: уже знакомое повторить выходит намного легче.

А потом мы пошли в дом. Интересно же, для чего все-таки нужен тот трофейный медальон?

— О, как! — Аж крякнул Ром, когда я ему этот девайс продемонстрировал. — А не простого охотника ты завалил! Это же магическое ядро высшего демона! Дорогой у тебя артефакт, редкий.

— А для чего он? — Загорелся я надеждой заполучить в свой арсенал что-нибудь очень необычное.

— Судя по рунам, что нанесены по ободку, в ближнем бою он должен отражать физические удары. Исходя из объема, при полной зарядке, удара три или четыре, даже самых сильных, точно выдержит. А еще тут и контур самоподзарядки нанесен! Интересно! Ты же еще и не маг толком! Как ты с таким защищенным по самое не могу противником вообще умудрился справиться?

На волне возникшего энтузиазма я и свой «гранатомет» этому знающему разумному показал.

— Универсальный метатель. — Мгновенно опознал Ром предъявленное ему оружие. В форте мы такими со всякими бронированными физиками боролись. Правда, у тебя тут, судя по цвету, заряжено что-то гражданское, боевые заряды — черные…. Демон в обличии моего сверстника, ненадолго задумавшись, прищелкнул пальцами. — Точно! Охотничья сеть. Он отсоединил «гранату» и, сместив кольцо в ее основании, внезапно разложил ее в эту самую заявленную сеть. Площади чулана на полное ее развертывание явно было недостаточно.

— А как же теперь мне стрелять прикажешь? — Огорчился я на эти его действия. У меня и так боеприпасов не завались было, а теперь их еще вдвое меньше стало.

— Так просто надо две части кольца свести вплотную, она сама соберется и уложится. — Проговаривая это, Ром вернул «гранате» ее прежнюю конфигурацию. — Сеть, в отличие от боевого заряда, многоразовая. Теперь еще надо проверить заряд в толкающем кристалле… — он произвел какую-то манипуляцию, отчего из внешне монолитного корпуса метателя выдвинулась рамка с прилаженным к ней небольшим розовым кристаллом. — Две трети примерно. Выстрелов на десять точно хватит, а потом кристалл менять придется. Они у нас одноразовые.

Хе-хе! Внезапно я стал очень даже упакованным охотником. Медальон от физических атак, по словам Рома, при возникновении угрозы защищал автоматически. Надо только его к себе, наподобие моего перстня привязать. Переполняемый отличным настроением поинтересовался у демона:

— Слушай, а мне вот интересно, если ты раньше по твоим словам весь из себя мощный и бронированный был, зачем ты в такого вот ребенка трансформировался?

— Чистым магом захотел стать. Энергии, полученной от убийства вражеского высшего демона, для этого было недостаточно, пришлось при трансформации почти все, что имел до этого, тоже в магическое развитие вложить. А форма, которую получил в результате преобразования в мага — она одна из типовых, разработанных в далекой древности как раз для таких вот случаев, как мой, когда энергии для трансформации в мага в обрез едва только хватает. Потом, когда убью нескольких противников, смогу изменить свое тело на более мощное… или наоборот, еще дополнительно усилю в себе магический источник… признаться, еще не решил, что для меня будет лучше.

Только сейчас до меня дошло, что демоны — это ж энергетическая форма жизни! То, что я, глядя на него, органами чувств ощущаю, не более чем искусственно созданная имитация живого организма. У всех демонов чуть сложнее импов — искусственные материальные надстройки или псевдотела, если хотите, которыми энергосущности взаимодействуют с окружающим миром и между собой. О! И еще поэтому я в том мире импов не вижу, а их там, по словам Ромов — множество! Они просто еще бестелесные.

Хм. Псевдотело или нет, а бабушкины пирожки эта энергосущность хомячила только в путь. Бабушка же лишь умиленно взирала на сверхъестественный аппетит приятеля ее внука. А потом я принялся восстанавливать истраченные в охотничьих походах припасы. Заодно, пока с приготовлением вытяжки из ядовитых корневищ возился, и Рома припахал к ширканью напильником куска магниевого сплава, зажатого в струбцинах тисков. Ну, а что, работа на мое благо, она объединяет. Так до позднего вечера всяким разным и прозанимались. Заодно и про условия в демоническом мире его расспросил. Много нового и в какой-то мере очень неожиданного узнал. А потом совсем уж стемнело, и Ром обратно к себе, в гостиницу, ушел.

Утром, едва проснулся, я первым делом на свой диагностический артефакт глянул. И о чудо! Трам-пам-пам! Фанфары! Мои показатели обновились!

Мышечная сила: 2,79

Нервно-мышечная проводимость: 5,88

Выносливость: 4,0

Объем магического резервуара: 0,88 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара:??? (до полного созревания системы магических каналов не может быть исследовано)

Развитие магических каналов: обнаружен зрелый канал, ведущий к кисти левой руки. Остальные каналы в стадии созревания.

Индивидуальные магические таланты

Магическое зрение: 5,75

Эмпатия: 0,3

Какое замечательное по своей принесенной пользе чудовище мне на последней охоте повстречалось! Каждый день бы на подобных охотился! Если верить информационной брошюрке, прилагавшейся к моему артефакту, сила мышц у меня уже на уровне среднестатистического взрослого мужчины. Ну, не из аристократов, дополнительно усиливающихся при помощи магии, конечно. А по скорости и ловкости я и большинство взрослых аристократов уже обойти смогу. Напомню: десятки в показателях, они же не просто сильному или там ловкому соответствуют, а реальному чемпиону расы! Включая и специализирующихся именно по этому признаку аристократов. А вот магия у меня почти и не прибыла…. Я бы расстроился, если бы заранее на подобный результат не был настроен. Ну, побежденное мной чудовище, оно же было практически чистым физиком, от магии у него одна антимагия только и имелась. Чтобы ускоренно магию прокачивать, мне надо таких, как Ром, чистых магов, валить. Ага. Только маг бы за мной точно бегать по лесу не стал, кинул бы заклинание и получил бы мою тушку уже качественно прожаренной.

За завтраком ко мне пристал дед:

— Серега, ты сегодня из гимназии поскорее возвращайся. Задание тебе будет.

— А что такое? — Поинтересовался я, наворачивая с чаем и белым, ноздреватым хлебом вкуснейшую яичницу с еще кучей дополнительных ингредиентов: туда бабушка и кружочки колбаски положила, и болу порезала (это овощ такой, по вкусу помидоры напоминает), и травками присыпала, а сверху еще пару ломтиков сыра расплавила. Все в точности по завету: «Завтрак съешь сам». Такой завтрак я бы точно пожалел с кем-то делить, очень вкусно получилось!

— Задание мне от княжеской дружины поступило. Большое. Кучу декоктов надо наварить, линименты намешать, а еще вот, выделить экстракт из коры хивы и расфасовать его по отдельным капсулам.

— Не знал, что хива является лекарственным растением. — Отозвался я, уже поняв, что за задача мне предстоит.

Дед меня в моих ожиданиях не обманул:

— Коры хивы потребуется как можно больше. В идеале даже не один раз придется за ней сходить. А вообще хива не столько реально целебное дерево, сколько для целителей как бы вспомогательное, хотя и очень важное. Ее кору люди раньше в чай часто добавляли. Кисленький вкус, помогает от всяких волнений и тревог поскорее расслабиться. А целителям она облегчает ментальные чары обезболивания на выпивших такой чаек накладывать. Только с чаем в госпитале возиться, как ты понимаешь, слишком хлопотно, потому ее все больше используют теперь в виде капсул с экстрактом. — Только сейчас обратил внимание, что благодаря этим вот дедовым поручениям уже неплохо знаю местную растительность, полезную для алхимиков и зельеваров. Дед как-то очень мягко и незаметно передал мне уже довольно много своих знаний.

В гимназии все парни из нашего класса стояли на ушах: князь Светлогорский объявил дополнительный набор в свою дружину! Очень редкое и необычайно занимательное событие. Из уст в уста передавались рассказы о каких-то знакомых родственников знакомых, которые смогли туда отобраться. Нет, не из числа учеников нашей гимназии, конечно, туда и учеников старшей школы практически никогда еще не брали. Дружинник — это ого-го! Он или в физических характеристиках должен был оказаться много выше среднего, или в одном, а лучше двух разделах магии хотя бы шестого ранга достичь, ну, или выделиться каким-то необычным полезным талантом. Вот по части талантов-то мои одноклассники и фантазировали напропалую. Типа, в озвученных критериях отбора про возраст же и не сказано ничего.

Особенно из всех выделялся все тот же Васька Булдаков. Вот уж фантазер, каких мало. Он всех в классе громогласно уверял, что старший воевода Древень, в прошлом году зашедший в лавку его родителя, чтобы купить себе выпечки, лично на него, Ваську, обратил свое внимание и железобетонно пообещал нашему однокласснику, когда тот подрастет, принять его в дружину. Кстати, Булдаков с Генкой Останиным после их размолвки, произошедшей на футбольном поле, так и не помирился. Еще и меня дополнительно с какого-то перепугу записал в нежелательные для общения персоны. Пару раз к нему по каким-то мелким вопросам обращался, так тот только бурчал что-то односложно и неприветливо. Ну, как говорится, в таком случае и Древень с ним.

Несмотря на события, происходящие в последние дни в княжестве и связанную с ними эйфорию в головах моих одноклассников, день в школе прошел как обычно. Разве что на Основах магических взаимодействий учитель меня в качестве примера выделил в плане того, как правильно проводить медитацию. Он каким-то своим методом определил, что на медитации мне удается своим магическим резервуаром поглощать ману из окружающей среды. Я же в очередной раз убедился, что похвалы вышестоящих палка о двух концах. Помимо пятерки, выставленной мне в наш классный журнал, я еще и целый шлейф зависти и неприязни ощутил. И что характерно, никто ведь ко мне не подошел с вопросом, как правильно заниматься медитацией. Только и могут, что завидовать.

Глава 8

После школы, едва забежав домой, и, прихватив рюкзаки и парочку топоров, я зашел за Ромом. Не факт, конечно, что ему захочется остаток дня провести в лесу, но как знать. Я бы от пребывания в четырех стенах, пусть даже и с включенным телевизором, например, взвыл очень быстро. В самом деле, демон, узнав за чем меня отправили в лес, проявил просто массу энтузиазма. Я даже изобразил капельку благородства, хотя, признаться, и дико не хотелось тащиться в лес в одиночку, если можно сделать это на пару с компаньоном:

— Я ни в коем случае не настаиваю, если хочешь, можешь оставаться в этом номере. Тебе же мой дед, в отличие от меня, не давал задания.

— Ты не понимаешь, Сергей, — отвечал мне Ром, ускоренно собираясь на выход, — у нас растения, из которых можно приготовить ментально активные средства, необычайно редки и стоят просто таки целой кучи энергетических кристаллов.

Что ж, раз сам он так хочет, кто я такой, чтобы его удерживать от похода в сырой и холодный лес? Зато мне самому не так скучно будет дедово задание выполнять.

К счастью, рубить деревья нам не пришлось, все, как говорится, уже было срублено до нас. А просто вокруг нас отнюдь не дикие заросли, как в том, демоническом мире. Лесники рощи вокруг нашего поселка регулярно прореживают, а срубленные стволы складывают аккуратными поленницами прямо возле дороги для удобства последующей вывозки. Мне осталось только выбрать в какую из хивовых рощиц направиться, и там поискать эти самые поленницы. Часа не прошло, отыскали! А потом только и делов, что топором продольные просечки делать, да кору пластами сдирать. Кстати, кора просто первоклассной выходила: лесники вырубали, в основном, относительно молодые деревья, оставляя старые лесные исполины нетронутыми. А ведь именно у молодых деревьев кора мягкая, волокнистая и податливая, то, что нужно для ее скорейшей и качественной заготовки.

Два огромных туристских рюкзака мы набили и утрамбовали в момент. И еще большая куча уже готового материала второго нашего рейса осталась дожидаться. Ром так и полыхал в своих эмоциях жадностью, хотя и виду, понятное дело, не подавал.

— Скажи, Сергей, — обратился ко мне мой демонический приятель, когда мы за этой, оставленной порцией второй раз в лес возвращались, — портал ведь где-то тут неподалеку? Может, сделаем на обратном пути небольшой крюк, взглянем, вдруг он уже зарядился. Боюсь, мой князь так и не получил никаких сведений о нашем пропавшем в ничейных землях отряде.

— А что с вами случилось, что ты один в том лесу потерялся?

— Конкуренты из соседнего княжества засаду устроили. — Неохотно принялся рассказывать демон. На смену жадности пришла ярость. Пусть он внешне этого никак не показывал, но ярость и злоба просто затопили его. Не зря говорят, что демоны просто переполнены темными эмоциями. — Я нынче пока временно никакой военной силы из себя не предоставляю, так что сначала просто спрятался, а потом, когда понял, что наши окончательно проиграли, попытался сбежать. Да вот, неудачно наткнулся на очень неудобного для себя хищника.

После того, как мы загрузили остатки заготовленного сырья в свои рюкзаки и двинулись в обратный путь, я, чтобы не идти в молчании попросил рассказать, что там, в мире демонов, вокруг моего портала располагается. Я же еще не раз планировал туда ходить, в том числе и после того, как самого Рома верну обратно, на родину.

— Ничейные земли там с нестабильной магией и десятком проходов в другие вселенные. — Кратко, но очень емко ответил мне Ром. И чуток прошагав молча, продолжил: — Пару столетий назад в тех местах битва архидемонов случилась, после которой чуть весь наш мир на куски не разлетелся, а территория на многие дни пути вокруг оказалась заражена продуктами магического распада и концептуальными ментальными противоречиями. Другие демоны, из тех кто выжил, все свое имущество побросали и наутек помчались. А те, кто не убежали, под влиянием волн взбесившейся менталистики разум напрочь потеряли и превратились в чудовищ. А потом, после того как магическое и ментальное напряжение немного спало, туда охотники за оставленным добром принялись ходить. Кое-кто там неимоверную силу и богатства смог приобрести, хотя, подавляющее большинство искателей просто сгинули, усилив тем самым водящихся в тех местах монстров. Местные лорды даже запрет одно время вводили на посещение тех земель, да уж больно важные и нужные ингредиенты там добывают…

Ром, быть может, и еще рассказал бы что-нибудь интересное, но в этот самый момент мы к дороге вышли. Если еще чуть-чуть по ней налево пойти, то можно к пляжу с расположенным на нем порталом выйти, а если направо — то в наше Огарево придем.

— Ну, так как? Глянем, как там сейчас дела с порталом обстоят? — Вновь попросился Ром. — Вдруг он уже хотя бы для одиночного перехода в одну сторону зарядился?

— Ну, пойдем. В самом деле, совсем недалеко осталось. — Согласился я с ним. Опять же рюкзаки с корой, они, конечно, объемные, но не слишком тяжелые, особо от небольшого удлинения расстояния для нашей прогулки не запаримся.

Портал, по-прежнему светящийся на дальнем краю пляжа, стал немного поярче, но, как я и предполагал, полноценного заряда еще накопить не успел.

— И как он, зарядился уже? — Поинтересовался Ром, шаря взглядом по окрестностям в поисках невидимого для него портала.

— Еще минимум дней пять-семь ожидать, чтобы тебя на ту сторону переправить. — Честно ответил я, вызвав сильное огорчение в эмоциях спутника… впрочем недолгое. Огорчение азартом сменилось.

— Надо попытаться его своей энергией зарядить, — внес свое новое предложение демон.

— Так я же не умею, — признался я, в уме уже придумывая, каким образом можно подобное провернуть.

— Так я научу, — змеем искусителем напирал демон, — очень нужное и полезное умение, свою энергию извне от тела передавать. Так тебе и накопители можно будет заряжать, и, в перспективе, научиться создавать свои собственные артефакты.

— Ты же сам говорил, что мне, чтобы мозги не испеклись, не стоит новые знания пытаться получать из инфосферы, — засомневался я, но больше так, для порядка. Очень уж захотелось получить новую магическую способность.

— Навык совсем невелик по объему, к тому же уже некоторое время с момента твоего прошлого обучения прошло, думаю, ничего фатального с тобой точно не приключится. Разве что голова поболит. Зато изучишь новый навык.

— А давай! Мне что, снова руку себе резать?

— Нет, второй раз это уже совершенно не обязательно. В прошлый раз я по крови наши ментальные контуры синхронизировал, чтобы можно было устанавливать связь без излишних энергетических потерь. — Просто дотронься до пленки портала рукой и постарайся выдать разряд наподобие того, что ты в насыпь на тренировке отправлял. Только представляй в уме, что ты не кидаешь что-то, а вливаешь тоненькой струйкой.

— Меня же на ту сторону сразу перекинет… если, конечно, энергии хватит. Было уже раз, я точно так же попытался дотронуться.

— Странно, те барьеры, с которыми я имел дело, они действовали совсем, как дверь на проходе в соседнее помещение, — задумался на секунду мой советчик. — Ладно, тогда поднеси руку максимально близко к барьеру, не дотрагиваясь до него, после чего начинай представлять, как вливаешь в него энергию. А я в это время подключусь к тебе и скорректирую твои действия.

Так и сделал. На удивление, сразу же, еще до начала воздействия Рома, ощутил тоненькую струйку, идущую от меня в сторону магического конструкта. Был ли эффект? Вполне возможно, что и был…. Только у меня же весь объем магического резервуара до девяти десятых одной единственной единички не достигает. Иными словами по сравнению с нормальными, развитыми магами он крохотный. А порталы, насколько я знаю, даже у тех развитых магов считаются очень энергоемкими заклинаниями.

И тут меня окатило волной маны. Это Ром принялся выполнять свое обещание по коррекции моих действий, вкладывая попутно еще и свою собственную ману. Много. Теперь я точно понимаю, насколько еще не велики у меня собственные открывшиеся способности.

Сразу появилось неприятное давление в висках. А мана все прибывала и прибывала. Когда перед глазами уже мелькали темные мушки и сознание собиралось отключиться, не выдержав жгучей боли, раздирающей череп, приток маны внезапно прекратился.

— Готово! Я вижу его! — на демонском наречии почти пропел Ром, завороженно наблюдая за переливами портала.

— Так ты только ради этого едва не убил меня? — Непроизвольно вырвался у меня вопрос, прежде чем я хоть немного подумал.

— Не убил? Хм. И правда! Сергей, честно тебе скажу, ты самый живучий из моих знакомых. — Разулыбался Ром, переключив свое внимание на меня. — В глазах демона словно застыли льдинки, эмоции сквозили превосходством и решительностью. — Но я это сейчас поправлю.

В его руках мелькнул топор. Плотницкий инструмент, которым он еще недавно сдирал кору с древесных чурбаков, врезался в мою скулу, опрокидывая меня на землю.

— И сейчас все еще жив⁈ — Восхитился демон, откинув топор, глядя, как я, оглушенный, копошусь на земле. Неужели амулет от физических атак уже успел к себе привязать? Что ж, можешь радоваться. В таком случае, ты умрешь от своей любимой магии.

В руках Рома начал разгораться небольшой огонек. Медленно. Похоже, на заряд портала демон истратил почти весь свой объем маны.

— Я думал, мы друзья. Зачем ты это делаешь? — Задал вопрос в попытке хоть чуть-чуть потянуть время. Рука моя в этот самый момент нащупывала подвешенный на поясе взрыв-пакет с магниевыми опилками. А чем еще я мог ответить? Демонический перстень в этот момент лежал во внутреннем кармане, быстро его точно не достать, а его ведь еще и надеть надо, а после активировать, что далеко не всегда пока у меня вообще получается. Мой топор вообще в момент падения у меня из рук вылетел и валялся где-то в стороне.

— Зачем делаю? — Ухмыльнулся демон, чуточку притормозив создание боевого конструкта. — Знаешь ли ты, что среди моих соплеменников ментальный дар является самым редким и ценным. С магией я смогу дорасти до командира отряда или ценного специалиста какой-нибудь мирной магической специальности, но все лорды — исключительно менталисты. А тут, у вас, растут целые леса ценнейшего ингредиента, существенно облегчающего тренировки ментального плана. В схеме моего личного возвышения ты — просто лишний, мешающийся элемент.

В эмоциях стоящего возле меня разумного сгустилась решимость. Небольшой огонек стал быстро прибывать в размерах. Еще мгновение! Ром перевел на меня свой взгляд, приготовившись к броску подготовленного огненного конструкта. Именно в этот момент и сработал мой взрывпакет. Хоть так ему отплачу перед смертью. В то, что могу победить или, тем более что сможем разойтись миром, не верил абсолютно.

Несмотря на то, что я зажмурил глаза, вспышкой меня практически ослепило. Грохот ударил по ушам, наполняя их звоном. И жар! У меня на голове, распространяя удушливый смрад, начали тлеть волосы. Странно! Вспышка магния не должна была дать такого мощного и стойкого жара!

И тут меня накрыл поток эйфории! Не сразу даже понял, что значит этот факт. Просто млел от восторга, ощущая, как потихоньку проясняется в голове, и в теле вновь появляется сила.

Кряхтя, как старый дед, я смог взгромоздиться на ноги. В паре шагов от себя, на песке, рассмотрел еще дымящуюся тушку демона. В принципе, если приложить некоторую фантазию, так в этой кучке обугленной плоти еще можно было угадать человеческую фигурку. Не ожидавший моей атаки демон утратил контроль над своим уже законченным заклинанием и оно сработало прямо у него в руках. От запаха печеного мяса, распространяющегося от этой кучки, меня прямо тут же вывернуло.

И все же я все сделал как надо. Из обгорелого рюкзака высыпал набранную туда кору, пригоршнями заполнил его мокрым, холодным песком. Раздевшись до трусов, поеживаясь, вошел в холодную осеннюю воду, затягивая тело демона на глубину. Рюкзак будет грузом, не позволяющим телу всплыть на поверхность.

Спросите, зачем такие сложности? А как мне было поступить иначе? Если оставить тело просто лежать на берегу, его обязательно вскоре найдут. И, поскольку тело внешне очень даже похоже на человеческое, начнут расследование убийства. А уж после вскрытия и вовсе будут рыть это дело так, что мало не покажется. Тело же только на первый взгляд человеческое. У него нет, к примеру, тех же половых органов. Я знаю, демон при мне в принесенную мной одежду переодевался.

Оставаться на всю жизнь привратником — арестантом возле открываемого мной портала мне точно не кажется участью, о которой я мечтал. Поэтому только так. Как там в том мире, откуда ко мне прибыла лишняя память, говорили: «Нету тела — нету дела»!

Домой я вернулся уже в самых сумерках, скинул в коридоре свой рюкзак с корой, добрался до своей комнаты и, не раздеваясь, рухнул на свою кровать, забываясь в тяжелом сне, похожем на горячечный бред.

На следующий день я в школу не пошел. Заболел. При попытках встать на ноги начинала кружиться голова, а при дальнейшем моем упорстве к головокружению присоединялись головная боль и рвота. Ну, и сильнейшая слабость еще ко всему этому коктейлю прилагалась.

Дед вызвал ко мне медика со слабым целительским даром. Тот сразу же диагностировал сильнейшее магическое и нервное перенапряжение, прописал недельный постельный режим и питье целой кучи алхимических декоктов и прочих пилюль. Если бы дед сам не был опытным алхимиком, так на одних этих бы препаратах мы практически бы разорились.

— Ну, и что ты, Серьга, опять натворил? — Сокрушенно поинтересовался у меня дед Степан после того, как проводил целителя на выход.

— Просто попытался сделать свои искорки побольше и пускал их пока силы оставались, — покаялся я, озвучив заранее продуманную мной версию. Ну, не сообщать же волнующемуся о внуке деду, что я, вызвав в наш мир демона-мага, чудом остался жив после столкновения с ним.

— Вот уж действительно, — моментально вспылил дед, — как там нам, призывникам, в армии сержант говорил, — дай дураку стеклянный член, он и член сломает и руки себе порежет! Василий Никифорович же тебе при мне чистым славским языком разъяснял, что для начинающего мага излишние перегрузки могут быть смертельно опасными.

— Прости, дед, я думал, что вовремя замечу, когда начнется перетренированность. — «Покаялся» я.

— Ладно, смилостивился мой дедушка, — за одного битого двух не битых дают. Теперь будешь ученым. Счастье еще, что ты оказался дома в момент приступа, и у меня все нужные снадобья имелись в запасе.

Так это происшествие практически на тормозах и спустилось. Через неделю я уже в свою гимназию пошел совершенно здоровым. Зато я в очередной раз убедился, что для повышения определенных характеристик мне необходимо, в идеале, отыскивать не любых первых попавшихся демонов, а непременно демонов именно с этими завышенными характеристиками. Мой диагностический артефакт своими свежеопределенными цифрами об этом недвусмысленно указывал:

Мышечная сила: 2,81

Нервно-мышечная проводимость: 5,92

Выносливость: 4,0

Объем магического резервуара: 0,99(первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 1,02

Развитие магических каналов: 1,46 (оценка примерная, т. к. часть каналов находится еще в стадии созревания).

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,76

Эмпатия: 0,4

С жизненной энергии демона-мага мои физические параметры возросли крайне незначительно, зато моя магическая система получила ощутимый толчок к созреванию. Еще и ментальная сфера, судя по увеличению параметра эмпатии, смогла подрасти. Хотя, понятное дело, в будущем подобных контактов с внешне дружелюбными демонами мне хотелось бы избежать. Буквально ведь по самой грани прошел.

В школе на первый взгляд все было как обычно. Ну, разве что уже никто из одноклассников не обсуждал возможное поступление в княжескую дружину. Впрочем, его и неделю назад обсуждали чисто гипотетически, примерно, как вероятность столкновения нашей планеты с крупным астероидом. Типа, возможно, но вот со времен динозавров ничего подобного не случалось.

Когда утром я входил в класс, то первым делом отыскал Ленку Шитову. За неделю постельного режима окончательно решился попросить ее дать контакты торговца, которому их семья сдает трофеи с выходцев из иных миров. А что делать? Денежки мне нужны, я их почти до самого донышка с этим коварным демоном потратил. Да и, надеюсь, то магическое ядро с предполагаемым свойством антимагии у меня далеко не последнее, жив буду, так добуду для себя гораздо более подходящие.

К моему разочарованию, Ленке в тот момент было явно не до меня. В обществе подружек она активно обсуждала картинки из модных журналов. Ну, да, послезавтра же к нам в поселок ожидается явление самого нашего князя, Ивана Дмитриевича Белогорского, со товарищи. Женская часть местного дворянского общества определенно готовится встретить его во всей красе, в том числе даже и такая вот, младшая часть этого общества. Пришлось, вздохнув от несбывшихся ожиданий, идти на свое место.

Генка, уже сидевший за нашей партой, показался мне каким-то грустным и подавленным. Впрочем, может, просто не выспался? Не стал допытываться по поводу состояния товарища, тем более что и он сам, коротко буркнув слова приветствия, немедленно уставился в какую-то точку не то на парте, не то на странице раскрытого перед ним учебника.

Первым предметом на сегодня были «Основы магических взаимодействий». Я уже было вознамерился, как это и водилось до этого, занять специальную позу для очередной медитации и вполуха слушать информацию по новой теме, доводимой до нас Лукониным. Не тут-то было.

— Проверим, насколько у вас получились ваши домашние тренировки, — объявил Терентий Михайлович, едва мы с одноклассниками настроились на его урок. А я, спрашивая домашнее задание, даже и не вспомнил об «Основах». Кто ж знал, что за эту неделю они что-то новое изучать начали, если два месяца до этого каждое занятие совершенно одним и тем же занимались!

Впрочем, волновался о своей неподготовленности я напрасно. Из всего класса всего только трое смогли новое упражнение выполнить. Ага, потенциальные «вундеркинды», начавшие осваивать магию раньше остальных сверстников. И, кстати, одной из этих троих Ленка Шитова оказалась! Клочок туалетной бумаги при прикосновении ее пальца затлел, пусть и не сразу, а спустя минуту или две времени. А я вместе с радостью за достижение подруги испытал легкое раздражение. Нет, не зависть, я и сам, чуточку потренировавшись, смогу этот простейший прием выполнить ничуть не хуже, все же магия у меня уже почти совсем открылась. По свидетельству диагностического артефакта только некоторым магическим каналам осталось дозреть, а потом и вовсе оставалось только усердно тренироваться. Другое дело, что девица, сумевшая использовать магию до достижения ей тринадцатилетнего возраста, резко увеличивала свою ценность в качестве будущей супруги. Дворянская евгеника во всей своей красе!

И нет, о матримониальных планах в отношении Шитовой я и не задумывался, иное дело потенциальные женихи запросто могли меня счесть в качестве нежелательного элемента в окружении заинтересовавшей их девушки. Была охота в их бессмысленных ритуальных брачных поединках участвовать! Мне уже одного Сергеева хватило!

О! Еще один момент. Клочок бумаги затлел у одной только Шитовой. У двух других справившихся с заданием те же обрывки разлетелись по классу. Ну, да, магия ветра — самая распространенная у неофитов стихия, огонь встречается заметно реже, вода и свет — исключительно редко, там уже требуется резерв маны заметно превышающий минимальный, а вот земля — и вовсе удел уже учеников старшей школы, причем, в основном, даже не первого ее класса, сотворение материальной твердой псевдоматерии с заданными свойствами предъявляет еще более высокие требования к колдующему.

К Ленке я все-таки подошел. В столовой, после того, как мы все дружно съели все приготовленное нам нашими школьными поварами.

— Лена, — обратился я к ней, — я понимаю, что опять опасно подхожу к краю дозволенного в отношениях между представителями разных дворянских родов, но кроме тебя мне просто не к кому больше обратиться, мой дед такими делами не занимается вовсе….

К счастью, Шитова не стала со мной чиниться и играть в дворянские традиции, а пообещала переговорить со своими родителями. И таки про магическое ядро демона, приготовленное мной на продажу их семейному перекупщику, мне пришлось рассказать дотошной однокласснице подробно и практически без утайки. Единственное исключение, что я отказался озвучивать источник происхождения моего товара, сказав лишь, что владею им по праву.

Учебный день уже практически подошел к концу, когда я, совершенно неожиданно для себя, вляпался в очередные почти гарантированные неприятности.

— Ну, что, домой, к папке с мамкой? — Попрощался я с Останиным, замершим на ступеньках школьного крыльца и словно не решающимся по ним спуститься. И внезапно со стороны друга меня вдруг такой болью и отчаянием резануло, что я аж чуть не поперхнулся. — Рассказывай, Геннадий, что у тебя случилось! — Скомандовал чуть отдышавшись.

— Батя уже третью ночь с работы не приходит, — почти шепотом выговорил Останин. — И на телефонные звонки не отвечает. А его начальник только что-то невнятное про особо срочный заказ твердит.

— Так может, так оно и есть? — Попытался ободрить я друга. — У меня вон, деду тоже крупный срочный заказ со стороны князя подкинули.

— Твой дед с вами общаться не отказывается. И я просто душой чую, что время уходит и для нас все хуже делается.

Будь я в прошлом мире, откуда ко мне прилетела чужая память, я бы, скорее всего, только и сказал, чтобы друг не придумывал себе лишнего. Производственная необходимость, она такая, может, Генкин отец на выполнение какого-нибудь особо секретного заказа нарвался. Только в этом мире вполне реальные пророки время от времени встречались, а Боевое предвидение считалось одним из самых ценных для воинов талантом а вовсе не досужими выдумками. Потому я, вздохнув про себя, предложил:

— А давай, мы с тобой попробуем к твоему отцу на работу пробраться. Он же у тебя, вроде, в механических мастерских работает? Охрана на входе там не должна быть очень уж серьезной. Своими глазами убедишься, что с отцом все в порядке.

Генка только молча головой кивнул.

Глава 9

Все же так сразу в мастерские мы с Останиным лезть не решились. Там охрана хоть и не серьезная, всего по одному человеку в будках за оградой с разных торцов большого двухэтажного здания, сложенного из бетонных блоков, но при дневном свете была высокая вероятность попасться на глаза, если не самим охранникам, так каким-нибудь другим досужим зевакам, которые, в свою очередь и известят охранников о проникших на территорию мастерских малолетних злоумышленниках. Вот вечером, после заката, самое то будет. Еще бы кто помог мне мимо деда с бабушкой в ночь уйти. Заодно, пока время коротал, еще и показанную дедовым старым знакомцем тренировку магических каналов выполнил и в медитации немного посидел, прокачивая свой магический резерв. Вообще, для себя решил, что буду стараться этими простыми, но крайне полезными тренировками, по возможности, каждый день заниматься. Прокачка с помощью демонической жизненной энергии, конечно, замечательно, но таким образом я еще большего эффекта добиться смогу.

Хм. Незаметно от деда выйти из дома не получилось. Он случайно из своей лаборатории выглянул именно в тот момент, когда я уже полностью одетый в черную уличную одежду крался на выход. Пришлось признаваться, что спешу на помощь к другу. Вопреки ожиданиям, расспросы сразу же прекратились, и дед разрешил мне следовать своим путем.

— Я боялся, что ты передумаешь и не придешь, — признался мне Генка, когда я в свете уличного фонаря принялся маячить под окнами его дома.

— Так обещал же, — отозвался я в ответ. В самом деле, не понимаю, зачем раздавать обещания, если не собираешься их выполнять.

К счастью, после завершения рабочего времени в мастерских работа действительно затихла, и свет в большей части здания оказался потушен. Лишь оставались освещены лестничные пролеты с одного края строения, да в одной из комнат на втором этаже из-за закрытых жалюзи пробивались лучики света.

— Как думаешь, твой отец там? — Поинтересовался я у Генки, указывая на слабо освещенное окно второго этажа.

— На втором этаже у них начальство и всякие конструктора с чертежниками сидят, а мой батя чистый механик, — фыркнул на это мое предположение Геннадий. Если его для сверхурочных работ задержали, он должен или на первом этаже, или в подвале находиться.

— Ну, первый этаж, судя по всему, практически исключается, в темноте много не наработаешь, — хмыкнул я, — все меньшую площадь нам обследовать. Как на твой взгляд, в каком месте нам лучше через ограду перелазить?

Никаких потайных лазов на территорию мой приятель не знал, потому поступили просто: выбрали участок забора наименее освещенный фонарями и там его и перемахнули. А вот с проникновением непосредственно в сами мастерские пришлось немного поломать голову. Никто из работающих на первом этаже раскрытых окон для проветривания, уходя домой не оставил. Да это и понятно: у нас тут уже отнюдь не май месяц, чтобы что-то проветривать, оставленное на ночь открытое окошко практически гарантирует утренний дубак. Осталось только через двери входить, рядом с наглухо закрытыми гаражными воротами, напротив которых в аккурат и располагались будки с охранниками.

Практически не сговариваясь, мы отправились к тому краю мастерских, с которого не светились освещенные магическими фонариками лестничные пролеты. Понадеялись, что вместе с выключенным освещением тут все же входную дверь на ключ не заперли. Однако проникнуть в здание, не потревожив охранника, все равно представлялось нетривиальной задачей: между будкой и входом в здание ночь пытался превратить в день огромадный фонарь. Мы с таким освещением будем охраннику практически как на ладони.

И я решился! Только не подумайте ничего этакого. Решился я продемонстрировать Генке действие своего артефактного перстня. Надел его на указательный палец правой руки и вытянул сжатый кулак камушком в сторону сияющего в ночи фонаря.

Никакого шума, просто свет от лампы вдруг погас, заменившись густым полумраком лишь чуть-чуть разбавляемым светящимися окошками будки охранника. Ну, нам то освещение только лишним плюсом послужит, для сторожа со света вглядываться в ночь — занятие малорезультативное.

— За мной, — негромко скомандовал удивленному от произошедшего эффекта с освещением товарищу.

Дверь, ведущая внутрь здания, все же оказалась не запертой. А вот за закрывшейся за нашими спинами дверью нас поджидали сложности! И нет, никаких внутренних постов охраны там не было. Так вообще, кроме нас, никого не было, пустой, не очень длинный коридор, ведущий прямиком к лестничной шахте. Точно такой же, какой мы наблюдали с улицы с противоположной стороны здания. Только коридор, как и сами лестницы, абсолютно не освещенный.

Вот на этой-то не освещенности мы чуть было и не споткнулись. Причем, в буквальном смысле этого слова. А еще едва не набили себе шишек. Темно же, хоть глаз выколи, самое то, чтобы по незнакомому помещению с лестницами пробираться. Благо я, как старательный ученик, задание по «Основам магических взаимодействий» выполнить все же удосужился. И вдвойне благо, что в качестве эффекта для внешнего простейшего проявления магии выбрал магию света. Соригинальничал. Зато теперь у нас с Генкой был пусть слабенький, но фонарик. Я лучик указательным пальцем левой руки испускал, на правом же до сих пор мой атакующий демонический артефакт красовался.

— Ну, ты силен! — Даже совершенно не применяя эмпатии, нотки зависти в голосе товарища не уловил бы только совсем бы уж глухой. — С одной руки — бах — темно, с другой — хоп — светло!

Неужели Генка не рассмотрел, что я перстнем при атаке фонаря воспользовался и вообразил, что мне уже по плечу дистанционные сформированные заклинания? На всякий случай не стал прояснять получившуюся ситуацию. Авось, удастся мой артефакт в тайне сохранить. В конце концов, всевозможные перстни, имитирующие артефакты, носят многие школьники. Ну, не у всех же родители богачи, чтобы им настоящие ромейские артефакты, для малолетних не магов, покупать. Кстати, после открытия большей части каналов я начал ощущать, как этот перстень тянет из меня ману для перезарядки. Определенно, данная поделка все же не предназначалась для совсем уж не магов. Зато и уровень воздействия, по моим прикидкам, выходил никак не меньше шестого. Серьезный уровень армейского боевого артефакта! Да еще на основе какой-то крайне редко используемой стихии, не то тьмы, не то магии пространства. Далеко не все магические Щиты от подобного удара защитят.

Так, за размышлениями, мы спустились по обнаруженной нами лестнице в подвал. Ну, раз Генка сказал, что нахождение его отца в единственной освещенной комнатке на втором этаже крайне маловероятно.

Однако волнительно это, по абсолютно пустому зданию в кромешной темноте красться! А уж когда вместо узкого коридора пошли весьма обширные помещения мастерских, заставленные всякими станками и механизмами, дающими в тусклом лучике моего света весьма замысловатые шевелящиеся тени, так вдвойне страшно. Так и казалось, что из совершенно неосвещенных углов на нас чьи-то недобрые глаза взирают.

Но наличие в темноте разумных я все же вовсе не глазами обнаружил. Показались какие-то отголоски отрицательных эмоций, доходящие до меня откуда-то, с противоположной стороны преодолеваемого нами зала. Словно, там спорили и ссорились двое. Я, разумеется, сразу свой магический фонарик погасил и, взяв Генку за руку, осторожно повел его в сторону источников этих самых эмоций. Прошипел ему только вполголоса:

— Тише, там, в темноте, люди. Двое, как минимум.

Кое-как преодолели просторы громадного зала, благо, на пути никаких станков или смотровых ям не обнаружилось, и подошли вплотную к закрытой двери помещения, из-за которой и доносились едва слышные слова перебранки.

— …Вот где, так ты, Цепень, хладнокровный убийца, а где — слюнтяй, смотреть противно! — Доносился до нас с Генкой немного визгливый раздраженный голос. — Кончить этих двоих твоих работничков, да и дело с концом! Они же нас по рукам и ногам вяжут!

— Я наемный убийца, а не душегуб какой, чтобы за просто так лить людскую кровь. Послезавтра разберемся с объектом и аля-улю. А у одного из этих двоих пятеро детей, между прочим. — Отвечал немного усталый, уверенный в себе баритон.

— Вот сбегут они, поднимут тревогу, посмотрим, как ты после оправдываться будешь этими самыми детишками перед Профессором.

— Глупостей не говори. Куда они сбегут, прикованные к батарее в закрытом наглухо помещении, в котором даже окон нет….

Не став дальше слушать перебранку, я тихонько потянул Генку за рукав его куртки.

— Отходим, — шепнул и снова небольшой лучик из пальца выпустил. В этом случае я так расценил: сквозь закрытую дверь до нас свет не проникал, значит и изнутри моего освещения не видно будет. А зато мы сможем более-менее уверенно через подвальные помещения пробираться, а то еще налетим на что-нибудь в темноте, нашумим. Тут много всяких железяк повсюду разбросано.

— Предлагаю, побыстрее бежать в полицию и сообщить про услышанное, — обратился я к однокласснику, когда мы удалились от той двери на более-менее безопасное расстояние. — Ведь это же они покушение на самого князя послезавтра планируют, не иначе.

— Сначала надо батю освободить, — уперся Геннадий. — Полиция вряд ли так, как мы, потихоньку пробираться станет, с шумом пойдет. Убийцы не оставят в живых людей, которые смогут их опознать.

Понятное дело, рассуждения неопытного подростка, основанные исключительно на сценах из просмотренных художественных фильмов, но логическое зерно в них просматривалось вполне отчетливо. Потому, не став спорить с Генкой, принял решение разделиться:

— Ты срочно беги в полицейский участок, он в трех кварталах отсюда, на Второй Торговой, минут за пять, максимум десять по-любому добежишь, а я попытаюсь твоего отца отыскать и освободить. В одиночку мне тут пробираться даже сподручнее получится.

Генка еще колебался с полминуты, не зная, соглашаться или нет, но потом, очевидно припомнив продемонстрированные мной магические фокусы, хлопнул меня по плечу, негромко пообещал:

— Я скоро! — И в тусклом свете моей магической подсветки поспешил в сторону теряющейся в темноте лестницы.

Ну, а я, про себя ругая себя на все лады оттого, как по-идиотски я поступаю, осторожно, прислушиваясь к каждому шуму, двинулся в обратном направлении. Ну, а где еще искать пленников? Возможно, я и подумал бы о том, освещенном окошке на втором этаже, да только в разговоре же были ясные ориентиры: отсутствие окон и имеющаяся в помещении батарея. Десять против одного, что где-то здесь, в подвале, это место.

Помещение с пленниками я отыскал, оно немного дальше, в глубине начавшихся после подвальных ремонтных площадей этаких катакомб из коридорчиков и десятков запертых дверей пряталось, и сразу же пожалел, что не взял с собой свой замечательный отравленный топорик. А просто господа террористы, не понадеявшись на крепость оков и запоров, дополнительно обеспечили запертых узников еще и персональным тюремщиком. Благо, я, одновременно вслушиваясь в отголоски эмоций и работая всеми обычными, не магическими органами чувств, обнаружил его быстрее, чем он меня.

Хм. Кажется, чтение эмоций окружающих у меня переходит из стадии экзотического развлечения в один из вполне надежных источников информации о нашем мире. Вот, и тут тоже среди двух жгучих потоков страха и безнадежности от самих пленников смог вполне уверенно вычленить клубящийся туман скуки и томительного ожидания. И еще накатывающую волнами сонливость. Охранник, больше некому!

Сонливость врага — это хорошо. Решил погодить с десяток минут, авось тот задремлет понадежнее. Ну, и до прихода подмоги в лице полиции все меньше времени останется. Сам в это время решил разведать пути отхода в противоположном крыле здания. Ну, там же тоже есть лестница между этажами и выход из здания.

Дорогу разведал. До самой запертой массивной металлической двери дошел. По всему выходило, что строители подвала его еще и в качестве потенциального бомбоубежища планировали. Ну, или базы обеспечения на случай чрезвычайных ситуаций, как эти подземные сооружения здесь назывались. Ядерного оружия в этом мире не придумали, но локальные войны с применением разрушительной магии проходили много чаще, чем в том, другом мире. Да вон, то же Шебеково взять.

Поняв, что открытый выход из подвала всего один, и тот проходит мимо очень опасных людей, я всерьез призадумался. По уму, так мне надо было бы затаиться где-нибудь в закутке и не отсвечивать, дожидаясь прихода полиции. Ну, в самом деле, чтобы спасти пленников, мне сначала надо было разобраться с наверняка вооруженным и очень опасным охранником, потом каким-то образом вскрыть запертую очень прочную дверь, снять оковы с пленников… и не факт, что ключ от них окажется у того же охранника…. А еще пленники могут быть истощены, испуганы или просто отказаться подчиняться подростку…. И снова возвращаемся к тому, что на выходе из подвала нас повстречают те двое. Вот ничуть не сомневаюсь, что они и магами из не самых слабых окажутся. А с другой стороны исключительно мое слово, данное Генке перед его уходом.

Решившись, начал подкрадываться к двери, из-за которой среди прочих раньше доносились эмоции скуки и ожидания. Кстати, сейчас никаких эмоций, кроме тоски и безнадеги оттуда не доносилось. Может, охранник куда-нибудь ушел?

Дверь негромко скрипнула давно не смазанными петлями и распахнулась, открывая мне вид на просторный холл по стенам которого темнело несколько запертых дверей и одна распахнутая настежь. И стол возле одной из запертых, положив голову на который, дремал сидящий за столом мужчина. Вполне обычный, в гражданской одежде… с повешенным за ремень прямо на спинку его стула боевым метателем. Вся эта картинка, открывшаяся мне, в один момент запечатлелась у меня в памяти, потому что уже в следующий момент этот мужчина поднял голову и уставился еще сонным взором в мою сторону. Так вот почему я не заметил эмоций, страж просто уснул на своем посту!

С этой промелькнувшей в моем сознании мыслью я моментально подскочил к проснувшемуся, но еще не сообразившему, как надо действовать мужчине. Очень сильно переживал, что без нанесенного яда мой нож не сможет нанести врагу раны, выводящей его из строя.

Зря опасался. Лица моего достигло влажное, немного несвежее дыхание противника, остро отточенный клинок ножа ощутил лишь мягкое сопротивление, вонзаясь вглубь тела над левой ключицей, на руку из-под лезвия хлынула практически горячая, немного липкая жидкость. Памятью врача иного мира я точно знал, куда надо бить: дуга аорты, левые сонная, легочная и подключичная артерии — под каким бы углом не пошел клинок, шансов выжить, получив такой удар, ровным счетом никаких. Враг, издав не то негромкий вскрик, не то сип, осел обратно на стул, завалившись оттуда на пол. Грохот от упавшего вместе с ним стула, казалось, заполнил все помещение. Внезапно меня окатила волна эйфории. Не такая мощная, как от убийства сильных демонов, но вполне отчетливая. Правда, продлилась она всего одно мгновение: от осознания, что я только что сознательно убил первого в своей жизни (точнее в целых двух жизнях) человека в моих глазах разом потемнело.

Рефлексия продлилась очень недолго, не до того стало.

— Эй! А ты еще кто такой! — Донеслось до меня от распахнутой двери. Очередной выброс адреналина вернул мне готовность к бою.

Я перевел взгляд с только что убитого мной человека на источник звука. А вот, похоже, и сменщик этого караульного. Я его не ощутил, потому что спящий человек никаких эмоций не испытывает, даже сейчас этот громила широко зевал и тер громадным кулачищем свои глаза. И что же мне делать, еще несколько мгновений и тот окончательно сообразит, что тут происходит?

Хм, действительно, делать что-то надо, свое единственное оружие, нож, я так и не извлек из тела убитого. Недолго думая, я подхватил валяющийся передо мной на полу метатель. Окончательно проснувшийся второй тюремщик при виде наставленного на него оружия рыбкой метнулся вглубь комнаты.

Пс-с, — совсем негромко пшикнул метатель. Вух! — Полыхнуло в глубине дверного проема совершенно белое от запредельной температуры пламя. Признаться, я, по аналогии с оружием иного мира, предполагал, что из ствола вылетит что-то на вроде пули или картечи. Совсем позабыл, что здешнее оружие, несмотря на зачастую внешне очень похожие формы, ни разу не огнестрельное. Точнее, на этот раз, именно огнестрельное, вон, как полыхнуло, но вообще метатель — артефакт на основе магии пространства, может телекинетическими щелчками метать в цель все, что угодно, от тех же пуль до таких вот одноразовых артефактов, обеспечивающих самые разные магические эффекты.

В прожаренной моим выстрелом комнате меж тем не стихали крики. Как-то их многовато, не один человек там орет. На всякий случай (а вдруг на ком-нибудь оказался защитный артефакт от поражения магией огня), чуток сместившись, чтобы достать до дальнего края комнаты, выстрелил туда же еще одним зарядом. Как я и предполагал, террорист, снаряжавший магазин своего метателя, думал точно так же. От второго заряда, отправленного вглубь комнаты, эффекты были малость другими, хотя и тоже со световыми эффектами: ну, молнии — это же всегда красочно, а их тугой клубок, сыплющий жгутиками во все стороны — вообще чарующее зрелище.

Внезапно показалось, что все здание содрогнулось. Где-то в отдалении, в нашем подвале, кто-то применил магию намного более мощную, чем даже заряд из моего метателя. Кажись, кавалерия из-за холмов пожаловала. Точнее полиция. И снова встает вопрос, как мне в данный момент поступить? Ключей от комнаты, использованной террористами в качестве тюремной камеры у меня по-прежнему нет. Использовать против двери заряд метателя? Не вариант. Я же не хочу предоставить Генке прожаренную или промороженную тушку его папаши…. Опять же, если то мощное заклинание применили не полицейские, а враги, есть немалый шанс, что они уже где-то на подходах к этим помещениям.

Едва мысль, что враждебно настроенные ко мне маги могут оказаться поблизости, достигла моего сознания, я тут же кинулся в ту самую комнату, которую недавно обстреливал, тем более, что и крики оттуда уже давно прекратились. Нет, я отчетливо понимал, что в случае применения магии мое укрытие окажется не более чем ловушкой, но хотя бы шанс на первый выстрел….

Похоже, на мысль о находящихся поблизости врагах меня навела моя эмпатия. Пары секунд не прошло, и в шлейфе эмоций ярости и страха в холл с убитым охранником ввалился крупный мужик в цивильном, дорого выглядящем костюме. Мне он с моего места, в глубине помещения был отчетливо виден. Я навел на него ствол своего метателя, но стрелять не торопился. Вовсе не факт, что даже таким зарядом, как у меня, я смогу поразить готового к бою мага, окутанного еле заметной пеленой какого-то защитного заклинания, а вот он в ответ уж точно сотворит из меня хорошо прожаренное барбекю.

Мужик на секунду замер, осматривая открывшуюся ему диспозицию с мертвым охранником, перевел взгляд с мертвеца в моем направлении. Я от нахлынувшего страха чуть было не выпалил в него из своего метателя. Но пронесло. Террорист перевел взгляд с открытого дверного проема на запертую дверь с пленниками, в раздумье поднял было руку в том направлении… я даже отчетливо смог рассмотреть нарождающиеся контуры какого-то заклинания…. Внезапно, мотнув головой в отрицающем жесте, враг сорвался с места и пропал из моего поля зрения. Спустя недолгие мгновения раздался щелчок отпираемого дверного замка, клубок эмоций удалился от меня вдаль, и все окончательно стихло.

Полиция показалась в моем помещении только спустя нескончаемые несколько минут. Двое людей в черной форме, смотря на мир через прицелы метателей, очень похожих на мой собственный, заглянули в холл. Выждав еще несколько секунд, чтобы они немного ознакомились с диспозицией и хоть чуточку успокоились, я подал свой голос:

— Эй, дяденьки, не стреляйте, враг убежал дальше по коридору.

Надо сказать, что мои опасения были не совсем безосновательными: один из двух правоохранителей, едва заслышав мой голос, дернул стволом метателя, нацеливаясь в дверной проем. Благо второй, более выдержанный, окриком остановил чуть было не случившееся смертоубийство.

— Выходи, чтобы мы тебя отчетливо видели! — Распорядился он, тоже наставив на дверной проем оружие.

Ну, я и пошел, высоко подняв руки над головой. В этом мире, вроде, такой жест не был так распространен, как в том, который одарил меня дополнительной памятью, но то, что он не несет признаков агрессии понятно и тут. Свой метатель я, разумеется, кинул еще там. Хоть и хотелось заполучить столь ценный трофей, собственная жизнь всяко дороже.

Поняв, что враг давно от них удрал, полицейские заметно расслабились. Точнее, внешне они все еще пытались сохранять вид готовых к схватке бойцов, но их эмоции сквозили облегчением. Ушел разбойник? Ну, и черт с ним! Слишком зубастой оказалась эта добыча.

Еще через полчаса я вместе с освобожденными пленниками выбрался из здания механических мастерских на свет божий. Точнее, под свет автомобильных фар, фонарь, подстреленный мной в самом начале нашей эскапады так и не светил. К тому времени, помимо первых двух полицейских, тут уже присутствовала практически вся полиция нашего Огарево, не считая каких-то военных, дворян и прочих зевак. Выскочивший из-за спин оцепления Генка кинулся обниматься к своему родителю. Слава богу, что все закончилось именно так, и мне удалось сдержать данное другу слово. Ну, почти… обещание освободить Генкиного отца я формально так и не выполнил.

А после начались нескончаемые допросы. От мысли что-то нафантазировать или по-серьезному утаивать я отказался практически сразу: не тот это мир, тут и ментальная магия имеется. Кстати, первый допрос именно менталисты и проводили. Но тайна моего демонического перстня так и осталась не раскрыта! А просто менталисты не способны без причинения серьезного вреда допрашиваемому заглянуть в память глубже, чем на час — полтора. Потом уже информация о свершившемся, сильно ужатая и подредактированная от излишних подробностей из оперативной памяти в кратковременную перемещается. Потом еще есть круг долговременной памяти, но то уже вообще почти не извлекаемая информация, главное, что просмотру подверглись исключительно воспоминания моих хождений по подвалам мастерских, а там я моего перстня не применял и даже не вспоминал о нем.

Ремня от деда я все-таки получил. Не поверил он, что я, уходя из дома ни о каких опасностях даже и не подозревал. Еще и посетовал старый, что считал меня совсем взрослым, а я… Впрочем, ремень показался мне самой наименьшей из моих проблем. Основное, на что постоянно сползали мои мысли, было то, что жизненную силу я, оказывается, могу получать не только от убийства демонов, но и от убийства существ из родного мира!

Глава 10

М-да уж! Приезд князя Светлогорского в наше Огарево вышел намного более запоминающимся, чем это предполагалось изначально. По крайней мере, для меня — так точно! И для Генки Останина тоже. Именно нас двоих чествовали как возможных спасителей сюзерена. Бог его знает откуда, но Генка насобирал, по его словам, точных сведений, что эти террористы, которым мы помешали, заложили магические фугасы под главной трибуной нашего поселка и собирались их взорвать в аккурат в тот момент, когда наш князь взберется туда для принятия парада той части его гвардии, что была расквартирована в нашем Огарево.

Собственно, сцена с нашим награждением перед всеми жителями поселка было только едва ли не финальным, завершающим фрагментом этого представления. До этого, с самого раннего утра, еще до моего отправления в гимназию, князь Светлогорский отправил ко мне домой своего секретаря с вопросом, что бы мне хотелось получить с его светлости за спасение его жизни. На этот самый вопрос я завис. А действительно, чего именно мне не хватает? Ну, не требовать же, в самом деле, немедленного своего трудоустройства дружинником в княжескую дружину. Детские фантазии в такой момент точно не уместны.

Не обращая внимания на отчаянные знаки, которые делал мне за спиной княжеского посланника мой дед, я высказал свое пожелание:

— Хочу, чтобы меня научили заклинанию из школы пространства. А именно, телекинезу.

— Не сочтите за невежливость, но, сколько вам лет? — Поинтересовался секретарь, сильно удивившись моему выбору.

— Пока еще двенадцать, — ответил я с некоторой затаенной гордостью.

— И у вас уже открылась магия?

Вместо ответа я с выдохом, отточенным движением, выпрямив левую руку, отправил заметно увеличившуюся с первого своего появления искорку в специально мной подвешенную на стене фарфоровую тарелку. А просто надоело каждый раз для кратковременных тренировок бегать на полигон. Тем более что фарфор отлично сопротивляется магии огня, а мазать на такой небольшой дистанции я уже перестал.

Удивление, сквозившее от княжеского секретаря, мгновенно сменилось уважением. Ну, еще бы, про вундеркиндов от магии, начавших свое развитие в этом плане раньше всех прочих сверстников, в этом мире наслышаны.

— Я доложу о ваших пожеланиях его светлости, — сообщил мне секретарь и откланялся.

— Серьга! Ты болван! — Объявил мне дед после ухода чиновника. — Нужно было срочно отпроситься в туалет и посоветоваться со мной. Я же чуть пальцы на руках не вывихнул, пытаясь тебе об этом сообщить. Если уж ты так зациклился на знаниях, то мог бы попросить, к примеру, сборник рецептов Вениамина Кудасова. Этот алхимик умер еще в позапрошлом году, а никто из его возможных наследников так и не объявился. У Вени было много очень интересного. Года два — три мы с тобой бы потренировались и потом, всю оставшуюся жизнь, ты был бы очень обеспеченным человеком.

— Деда, я хочу стать настоящим магом, — покаянно объяснил я свои мотивы для выбора, — телекинез же отнесен к особым боевым заклинаниям, в обычных условиях мне бы его никто преподавать точно не стал.

— Подумаешь, одно единственное заклинание, — в запале протянул дед Степан.

— Которым, не считая банальных одноразовых артефактов, можно выстрелить во врага фиалом с эмульсией медленной смерти или аэрозолем сонных грез.

— Ну, разве что так, — сразу снизошел на милость дедушка, явно польщенный, что я оставил в своих планах на будущее место и для его любимой алхимии тоже. — Но, в таком случае, придется тебе, внучок, учиться названным тобой рецептам. В бою доверять можно только исключительно проверенным производителям. А уж кому и верить, если не себе самому.

— Буду учиться с радостью! — Оживился я. Ну, еще бы, в моей охоте на демонов подобные чудо-растворчики точно не окажутся лишними. Особенно, если появится реальная возможность запулить подобные метательные снаряды в мою очень опасную дичь с безопасной для меня дистанции. Мне же не просто любой ценой надо убить демона, а сделать именно так, чтобы демон умер в непосредственной близости от меня, одарив меня своей жизненной энергией для моего дальнейшего развития. Два названных продукта алхимии в этом деле — самое оно! Спящего или отравленного, чуть живого демона топориком рубить куда приятнее, чем царапающегося, кусающегося и пуляющего разными далеко не полезными заклинаниями.

И вот, наконец, подошло время основного торжества. Вся наша гимназия, в числе прочих официальных учреждений Огарево, выстроилась плотными рядами по периметру нашей поселковой центральной площади. Точнее, построение жителей поселка занимало три из четырех сторон площади. С последней оставшейся стороны, примыкающей к установленной на площади трибуне, княжеская служба безопасности выставила плотное оцепление, не позволявшее никому приближаться к особо охраняемой персоне ближе, чем на пару сотен метров. Как по мне, так очень своевременная мера, террористов, злоумышлявших против нашего князя, я совсем недавно лицезрел своими собственными глазами.

— … Ну, а теперь перейдем к награждению отличившихся! — Закончил речь ведущий этого торжественного мероприятия, пафосный донельзя мужчина в гвардейском мундире старшего офицера.

Сам князь все это время просидел в президиуме, поучаствовав в развернувшемся на площади действе от силой всего только парой-тройкой фраз. Не знаю, какие эмоции он испытывал, в общей какофонии разумов стоящей вокруг меня массы людей выделить конкретно его эмофон не представлялось возможным. Да и далековато он восседал, если честно, мне с моим едва-едва прорезавшимся ментальным талантом даже на абсолютно пустой площади его было бы точно не достать. Зато по выражению лица его светлости могу почти с уверенностью предположить, что мыслями наш князь был где-то очень далеко отсюда.

— … На награждение вызывается Останин Геннадий Николаевич, — пробилась ко мне сквозь мою отрешенность от длительности наградного ритуала фамилия моего друга. Ну, да, всевозможные отличники смотров и передовики производства свои грамоты и памятные знаки уже получили. Как водится, на конец оставили воздаяние за самые внушительные подвиги и достижения.

— Этот молодой человек в компании со своим другом сумел раскрыть заговор, направленный против жизни его сиятельства князя Светлогорского и вовремя вызвал полицию к месту, где скрывались опасные злоумышленники, — пока мой друг шествовал к трибуне, пояснял собравшимся обстоятельства дела велеречивый ведущий.

К моему удивлению, на сей раз для награждения отличившегося со своего места поднялся сам князь. Он прошел к площадке для награждений, принял из рук помощника стопку бумажных листов и, пожав Генке руку, вручил их ему.

— Спасибо! — Прогремел над площадью усиленный магией голос нашего правителя.

— На награждение вызывается Уваров Сергей Степанович, — пронесся над площадью голос ведущего, и я под изумленные взгляды и шепотки наших гимназистов направился, в свою очередь, за причитавшейся мне наградой.

Признаюсь честно, описание своих собственных подвигов из уст распорядителя торжеств я пропустил полностью. От волнения только гулкие удары своего сердцебиения слышал, да три невысокие ступеньки обозревал, которые нужно было преодолеть, чтобы достичь площадки для награждения.

Рука князя была сухой, рукопожатие очень сильным и уверенным.

— Спасибо! — Прогремел над площадью его голос и тут же умолк, убавив в мощи до обыденного, но с очень проникновенной, дружелюбной интонацией.

— Сергей, я услышал твое пожелание касательно изучения заклинания и постараюсь его выполнить, — проговорил князь, глядя мне прямо в глаза, — для этого к тебе в качестве персонального наставника с завтрашнего дня и на всю последующую неделю будет направлен Дмитрий Константинович Беклемышев, очень опытный маг, специализирующийся конкретно на магии пространства. Но только на одну неделю. Не выучишь желаемое, не обессудь, высказывая подобную просьбу, ты должен был соизмерять свои силы и возможности.

— А если я выучу раньше? — Черт дернул меня за язык задать вопрос нашему правителю.

— Тогда ты вправе просить обучить тебя еще чему-нибудь, наставник в полном твоем распоряжении ровно на одну неделю, — широко улыбнулся наш князь, показывая, насколько мало он верит в подобный исход обучения. — Но дополнительно я своей волей решил дополнить твою награду. Вместе с грамотой за свой подвиг ты получишь полностью оплаченный сертификат на обучение в Подготовительной школе Старгородского университета и мою именную стипендию на все три года обучения. Дерзай, будущий маг, мечты должны исполняться.

Очень двойственное впечатление. С одной стороны, этим самым сертификатом князь попытался решить мою судьбу, не спрашивая моего на то согласия…. Кому ж подобное понравится⁈ С другой стороны… это все равно, что в другом мире получить возможность без экзаменов поступить в какой-нибудь университет из числа первой дюжины… МГИМО там, или Бауманку. Концентрат знаний, преподаваемых первоклассными наставниками и головокружительные перспективы по окончании! Никакого сравнения с нашей Огаревской старшей школой при всем моем к ней уважении! Так что совершенно искренне поблагодарил нашего правителя, получил положенные бумаги и прошествовал на свое место в общем строю.

Парад светлогорских дружинников, прошедший после окончания торжественной говорильни стоило посмотреть. Точнее, парад оказался сопряжен с изумительной красоты фейерверком. Ну, магический же мир, а в дружине хотя бы базовой магией огня и света владели все поголовно. Потому под мановением рук стройных рядов марширующих в небе расцветали огненные цветы, порхали птицы, а в конце рассыпающий в стороны разноцветные искры громадный рогатый змей, служивший гербовым зверем Светлогорского княжества, перекусил надвое и погасил красного огненного горностая. Не нужно быть выдающимся геральдмейстером, чтобы распознать в этой аллегории открытый намек на одного из наших соседей. Из них, из всех горностая в гербе имел только граф Тихорецкий.

А поутру они проснулись!.. Именно такой фразой можно охарактеризовать сутолоку и столпотворение вокруг нас в нашей гимназии на следующий день после этого торжественного построения. Впрочем, касательно разборок с террористами я хранил молчание, отделываясь от многочисленных любопытствующих едва ли не одними междометиями. За нас двоих вовсю старался Генка. К вечеру этого дня в его историях мы в одиночку расправились сначала с младшей Тихорецкой дружиной, потом со старшей, а под конец сам граф едва смог от нас удрать, вскочив в самый последний момент на ступеньку веревочной лестницы ожидавшего его ветродуя.

К слову сказать, награда от князя для самого Генки оказалась в чем-то схожей с моей. Только вместо сертификата на обучение в подготовительной школе Старгородского университета, выпускавшей самых качественно обученных в Славской империи магов, Генке достался сертификат на обучение в Светлогорском техническом училище, которому мой приятель был безумно рад. Пусть с привлечением тяжелой артиллерии в лице целого князя, но ему, таким образом, удалось продавить сопротивление своей матушки, слышать ничего не желавшей о его карьере механика и настаивавшей на дальнейшем обучении своего отпрыска в качестве чистого мага.

Уф! Хоть в этот день у меня в гимназии и было всего только четыре урока, их окончания я едва дождался. А после, сделав вид, что не замечаю призывных взглядов Ленки Шитовой, со всех ног умчался в направлении казарм княжеской дружины. Ну, еще бы, у меня же часики обучения вовсю тикают, а я на уроках прохлаждаюсь!

Дмитрий Константинович обнаружился в точности по указанному мне накануне адресу: вышел, вызванный по переговорному устройству дежурным по КПП. А потом началась моя учеба, бескомпромиссная и беспощадная. Единственное, на мой взгляд, «болючка», навешанная на меня наставником и простреливающая мою пятую точку болевыми импульсами при каждом моем неверном исполнении показанных отдельных элементов заклинания была абсолютно лишней. У меня и без нее энтузиазма к обучению имелось выше крыши.

Поздно вечером, когда даже наш Джуля уже закончил свой вечерний перелай и улегся спать в будке, я поскребся в дверь лаборатории своего деда.

— Дед, можно я задвину все уроки в школе на ближайшую неделю?

— Ты уже взрослый человек, Серьга, выбирай сам, что тебе более полезным будет.

Вот так! А я тут, понимаешь, кучу аргументов заготовил, чтобы его убедить разрешить мне подобное святотатство….

Обучение заклинанию телекинеза я закончил в пятницу. Разумеется, то были только самые первые наметки по пользованию этим заклинанием. Сам конструкт я создавал и напитывал за непозволительные две или три минуты, да и снаряд у меня пока летел не точно в цель, а лишь в указанном направлении, о пользовании же телекинезом в качестве третьей руки и вовсе еще не шло и речи. Но отныне это было всего лишь делом времени и тренировок, а тренировки такого важного и полезного заклинания я бросать точно был не намерен.

— Дмитрий Константинович, — обратился я к наставнику, сдав ему выполнение всего заклинания целиком, — не могли бы вы научить меня ощущению пространства?

Признаться, все эти дни, пока учил телекинез, размышлял на тему, что бы еще попросить для изучения и стоит ли вообще просить. Дело в том, что Беклемышева мне позиционировали в качестве мага пространства, заклинания других направлений он, конечно же, знал тоже, но… условности, черт бы их побрал. Скажете, в чем же дело, учи магию пространства, раз представилась такая возможность с опытным преподавателем. Так-то оно так, но в изучении магии разных школ имелись немаловажные нюансы: в процессе изучения и использования заклинания определенной школы организм мага как бы модифицировался, приучаясь с большей эффективностью использовать именно этот раздел магии. Другая стихия после поддавалась уже с определенным трудом, а третья и четвертая и вовсе мучительно трудно. Собственно, подавляющее большинство магов подобная однобокость совершенно не парила. Зато в исполнении «родных» заклинаний у них выходило явное преимущество. Только я — не большинство! У меня мечта стать архимагом, способным с одинаковой легкостью жонглировать сложнейшими заклинаниями совершенно разных, даже противоборствующих стихий. Только сложен этот путь, сложен и очень долог.

Так вот, ощущение пространства — это даже не заклинание, а что-то вроде навыка, позволяющего полнее ощущать происходящее вокруг адепта. При дальнейшем развитии ощущение пространства может вылиться в бесшумный шаг рейнджера, позволить обнаруживать клады и вражеских невидимок… да и собственно невидимкам этот навык, как правило, заменяет обычное зрение. Очень ценное умение! И при всем при том, почти совсем не нагружает магическую систему, позволяя мне и в дальнейшем оставаться более-менее универсалом.

— А я думал, ты попросишь меня обучить тебя узору пространственного портала или хотя бы мгновенного перемещения, — улыбнулся мой временный наставник.

— Ну, я же не совсем еще дурачок, — хмыкнул я, — телекинез в версии щелчка — заклинание шестого уровня, его я, начинающий ученик, извертевшись на пупе, с утра до ночи учил пять дней. Думаю, потренировавшись полгода, смогу начать осваивать тот же телекинез в варианте третьей руки, это уже тянет на заклинание пятого уровня. Мгновенное перемещение — заклинание вершины третьего уровня. Его бы я в режиме без сна и отдыха учил бы год или два и то, не факт, что выучил, не говоря уж о порталах, самые простые из которых, как известно, относятся уже ко второму уровню. А у меня, по договору с его сиятельством, на обучение с вами магии пространства осталось всего два дня.

— Молодец, соображаешь, — похвалил меня наставник. — Тогда смотри, прежде всего, тебе нужно представить в своем сознании вот такую фигуру….

Неделя учебы истекла. Беклемышев дежурно поблагодарил меня за усердие и прямо с полигона, где мы в очередной раз отрабатывали телекинез, сотворив портал, отправился по своим делам, а я, воспроизведя в сознании конструкт усиления пространственного чувства, отправился по ночным улицам поселка в направлении моего дома. Признаться, я, что с конструктом, что без него, разницы в восприятии окружающего почти не ощущал, но Дмитрий Константинович уверял меня, что все придет в свое время, главное продолжать усердно тренироваться.

Уже на подходе к дому внезапно в почти не проницаемой обычным взором тьме, сгустившейся на лавочке возле нашей калитки, я обнаружил две неподвижно сидящих фигуры. Даже не знаю, какой из магических органов чувств помог мне в этом быстрее. То самое чувство пространства или эмпатия, донесшая до меня чувство терпеливого ожидания с усталостью и сонливостью пополам. При этом, сначала я здорово испугался, вообразив, что это те самые террористы, планы которых я расстроил, но это оказалась всего лишь Ленка Шитова со своим братом Кириллом.

— Сережа, ну, сколько можно тебя ждать! — С обвинительными нотками в голосе высказала мне одноклассница за мое столь позднее возвращение.

— Так мы, вроде, и не договаривались сегодня о встрече, — пробормотал я, уже чувствуя себя непонятно за что без вины виноватым.

— Ты же сам предложил к продаже свой камень с антимагией, — сходу перешла Ленка к цели их визита, — а сам в школу ходить совсем перестал.

— Завтра бы уже пришел. Да и не горит у меня пока с продажей, — растерянно принялся я оправдываться перед симпатичной мне девочкой.

— Завтра может оказаться уже поздно. У нас отца в ополчение должны вот-вот призвать, а еще время нужно, чтобы из твоего камня мастер смог реальный артефакт, защищающий от магии, изготовить.

— Я еще и с ценой на него не до конца определился, и до конца не уверен, что он именно антимагией, а не с каким другим свойством заряжен. — Попытался я отбиваться от столь энергичного на меня напора, но Шитова, что называется, закусила удила.

— Прямо сейчас ты возьмешь этот свой камень, после чего пойдем к отцу, а с ним в мастерскую Шуховых. Шуховы и камень без обмана оценят, и в работу его сразу возьмут, в случае, если он годным окажется.

Как я ни устал, а пришлось мне поучаствовать в этом поздневечернем марафоне.

Отец Ленки собрался в момент, после чего мы с ним загрузились в кабину их семейного грузовичка и поехали в центр Огарево. Ленка с братом по причине отсутствия в кабине дополнительных мест с нами не поехали, оставшись дома.

В машине я все же поинтересовался, в чем все-таки такая экстренность.

— Только давай, мы с тобой, Сергей, условимся, что мои слова исключительно между нами останутся, — прежде чем начать отвечать на мой вопрос предупредил меня глава рода Шитовых.

— Да, да, конечно, — заверил я взрослого в своей неболтливости.

— У меня есть почти абсолютно достоверные сведения, что в течение следующей недели начнется война между нашим княжеством и графством Тихорецким, нас, ополченцев, княжеские воеводы наверняка поставят в первые линии атакующих, а маги этого графства — одни из сильнейших в империи.

В мастерской Шуховых, занимавшей в центре нашего поселка один из самых больших и помпезных особняков, в комнате для общения с клиентами, нас встречал пожилой пухлощекий живчик. Получив из моих рук камень, он умотал куда-то вглубь здания, оставив нас на следующие полчаса наедине со своей молодой и очень заботливой помощницей. Во всяком случае, чаем с выпечкой она нас за это время напоила и даже провела для меня ликбез на тему, какие именно магические материалы и артефакты выкупает их мастерская. Ну, и параллельно, заказы на какие артефакты можно, в свою очередь, отдавать им в работу. Боевые одноразовые артефакты для метателей в этом перечне тоже присутствовали. А еще она заверила меня, что все сделки в их заведении проводятся строго конфиденциально. Хм, а я уж себе чуть ли не черный рынок с материалами, вывезенными из Зон сопряжения, навоображал.

Полчаса прошли, и пышущий рабочим энтузиазмом мастер вновь почтил нас своим присутствием.

— Великолепный полуфабрикат для артефакта защиты от магических воздействий! — Возгласил он, посверкивая моноклем в своем правом глазу. — Думаю не ошибусь, если пообещаю с гарантией изготовить из него антимагический щит выдерживающий три-четыре заклинания даже третьего уровня. Второй уровень, скорее всего, хотя бы одно тоже нейтрализует, но после придет в полнейшую негодность. М-да.

— А сколько такой камень может стоить? — Задал наиболее интересовавший меня вопрос Шитов-старший и дополнил его своим: — и сколько будет стоит изготовление из него в вашей мастерской описанного вами артефакта?

— Сам камень я оценю тысячи в четыре, — с готовностью вывел цену мастер, — и за работу запрошу еще тысячу. Это уже с учетом срочности. Вам ведь артефакт, я так понимаю, до конца недели нужен?

— Эк, сколько! — Даже крякнул от неожиданности Ленкин родитель. Я тоже подивился назначенной оценке моего камушка, но, разумеется, наоборот, с сугубо положительным посылом. За четыре тысячи золотых в нашем поселке запросто можно было купить свой домик. Не из самых помпезных, конечно. А еще я внезапно пожалел, что в порыве эмоций не стал извлекать подобный же камушек из тела Рома. Подозреваю, он там мог оказаться ничуть не дешевле. Но что сделано, то сделано.

Меж тем Шитов-старший принялся обсуждать продажу Шуховым каких-то своих материалов. Я даже навострил уши: ну, раз опытные добытчики не стали сразу по выходе из зоны их сдавать, оставив их на такой вот, крайний случай, значит, по меньшей мере, они могут иметь какую-то вполне практическую ценность. Кое-какие названия сдаваемых товаров даже опознал: все же справочники, принесенные мне одноклассницей, я изучил очень внимательно. Только ничего полезного для себя лично, из того разговора так и не вычленил. Ну, не артефакторы мы с дедом.

А потом я получил два почти одинаковых по весу тяжелых мешочка: один от Ленкиного родителя, а второй от мастера, за обещанные ему главой Шитовых материалы, и окончательно расстался со своим камушком. Шитов-старший, чтобы я не бродил с такими большими деньгами по темным улицам, даже был так любезен, что доставил меня на своем автомобиле до нашей калитки.

Глава 11

Моего без малого недельного отсутствия в школе, казалось, никто и не заметил. Как и появления после этого отсутствия. С утра вошел в класс. Все как обычно. Кто-то сидит, экстренно готовится к уроку, читая не выученное вовремя домашнее задание, Васька с Данилой на задней парте режутся в карты. Не то, чтобы они хулиганы какие, но с этими их выкриками: «отбил», «и две шохи в придачу» и прочим игровым слэнгом парни кажутся самим себе более взрослыми и значительными. У девчонок свои критерии взрослости, они, усевшись на среднем ряду могучей кучкой, обсуждают женские наряды. Ну, и Генка… точнее его отсутствие. Опаздывает. А значит, на мое появление в классе и вовсе некому обращать внимание.

От нечего делать, достал свой диагностический артефакт, давненько я в него не заглядывал. Собственно, после внезапного бестолкового боя с Ромом ни разу. Просто, вроде, особых поводов не было, ни разу с тех пор в мир демонов не выбирался. Правда, небольшой приступ эйфории на уничтоженного террориста испытал…. Да еще, пусть криво-косо, смог выучить совершенно не соответствующее мне по уровню заклинание телекинеза. Должны же, по идее, хоть какие-то циферки в этой шарманке поменяться. Итак:

Мышечная сила: 2,91

Нервно-мышечная проводимость: 5,92

Выносливость: 4,04

Объем магического резервуара: 1,1 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 1,12

Развитие магических каналов: 1,46 (оценка примерная, т. к. часть каналов находится еще в стадии созревания).

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,76

Эмпатия: 0,4

Хм, рост объема магического резервуара и скорости его заполнения легко объяснимы: за прошедшую неделю я с утра до вечера только и делал, что в попытках выполнения заклинания сливал ману практически до нуля и копил ее вновь. Опять же, в самом начале магическое развитие, говорят, идет очень даже бодро, знай тренируйся до упада. Еще и дедушкины зелья для более быстрого накопления маны задействовал. Гораздо труднее объяснить прибавку в силе и выносливости. Разве что действительно, та эйфория при убийстве врага своими собственными руками мне не показалась. Я стал демоном? Внезапное, едва ли не с потолка предположение: кровное братание с демоном проявило такой странный побочный эффект. Черт! Так и маньяком запросто можно стать, если убийство любого человека позволяет мне возвыситься! Хм, а только ли человека? Вспомнил, как далеком детстве, вооружившись свернутой в трубочку газеткой, охотился на мух….

Влетевшая в наш класс Лидия Павловна Серебренникова, наша классная руководитель, избавила меня от душевных терзаний. Хм, а Генка так и не пришел на урок. И еще пары-тройки одноклассников не видать. Может, за прошедшую неделю в нашей гимназии внезапно развилась эпидемия, а я и не в курсе?

Прежде чем приступить собственно к запланированной на сегодняшний урок теме, Лидия Павловна соизволила напомнить своим подопечным ученикам о надвигающейся эпопее с предварительными итоговыми экзаменами. Да-да, такая вот местная непереводимая игра слов. Как в ином мире праздник со странным наименованием «Старый новый год». Лично мне с уже оплаченным нашим князем обучением в элитнейшей старшей школе нашей империи, собственно, до этого экзамена дел почти что и нет, лишь бы вовсе не завалить, но другим, тем, кто планирует дальнейшее обучение, это очень важное испытание. Итоговая оценка знаний за предмет в аттестат выводится как среднее арифметическое между зимними экзаменационными оценками и летними, а по аттестату в старшей школе и идет отбор. Чтобы не терять понапрасну время занялся тренировкой в использовании телекинеза. Попытался плавно перемещать по поверхности парты вырванный тетрадный листок. Путного эффекта не достиг, перемещение шло рывками, но при помощи ощущения пространства вроде смог почувствовать не только наружную поверхность листка, но и ту, которой он касался поверхности стола.

Так и прошел этот странный учебный день, в конце которого меня ожидало неожиданное «потрясение» (ну, в представлении Ленки — так точно). Ленка Шитова, искоса взглянув на меня, внезапно вручила свой портфель Сергееву. Это что, стоило мне всего шесть дней поотсутствовать, и моя «принцесса» мне «изменяет» уже с другим? Тут же припомнил, что за весь день она, находясь в центре стайки подружек, ни разу на меня даже не взглянула. Или это она так обиделась на то, что за мой магический камень ее семейству пришлось платить полную цену? А я еще попросил деда заказать мне ингредиенты для лосьона красоты ей на подарок!

После уроков я бегом поспешил домой. На ближайшие дни у меня уже имелись свои планы. Сначала хотел, раз уж у меня завелись необходимые финансы, сходить на прием к менталисту. У того, в числе прочих услуг, в рекламе значится активация дара ментальной магии. Дорого, правда, берет, зараза, аж две тысячи золотых, а потом этот дар еще и в наставниках и длительных тренировках нуждается. Но у меня с моей будущей учебой в Старгородской магической старшей школе, думаю, проблем с наставниками не возникнет…. Ага! Только я все равно, поход к менталисту решил на послезавтра отложить, бог его знает, как я после менталиста буду себя чувствовать, так что, чтобы не терять времени, сначала стоит все же в мир демонов заглянуть. Ага. А перед этим хоть немного подготовиться, изготовив под руководством деда хоть парочку фиалов с зельем мгновенного сна.

— Вообще-то, эти поделки, изготовленные тобой, следовало бы именовать не зельем мгновенного сна, а оглушалкой, действовать они будут минуту-другую от силы, — прокомментировал дед завершение моих стараний, после которых в моем распоряжении оказалось пять бутыльков из взрывного хрусталя с перламутровым опалесцирующим содержимым. И нет, бутыльки, несмотря на название, отнюдь не взрывались, а при столкновении с твердым препятствием рассыпались в очень мелкое и совсем не острое крошево. Так сказать, все для удобства жертвы, чтобы ей ничто не мешало спокойно заснуть.

— Что я сделал не так? — Задал я вопрос своему наставнику, недоуменно нахмурившись.

— Все ты так делал. Дело в тебе самом. Настоящее зелье мгновенного сна могут варить только опытные маги-менталисты. На последнем этапе, когда производится реакция нейтрализации растворителя, они должны еще оказывать воздействие, словно стараются это зелье усыпить. Я тебе потом книжку еще дам почитать, там все подробно расписано.

— А у тебя, деда, как с изготовлением этого зелья? — Задал я вопрос, от которого нахмурился уже сам дед.

— Да, в общем-то, точно так же как у тебя, — ответил он, — существует целая группа рецептов со специфичными требованиями к изготовителю. Задача опытного алхимика выбирать разделы, в которых он особенно силен и не лезть в те, где он будет заведомо слабее конкурентов.

Ага, значит, рецепт этого зелья дед использовал, чтобы наглядно продемонстрировать мне имеющиеся в алхимии ограничения. Но, в принципе, меня и такие оглушалки должны вполне устроить. Мне же на то, чтобы подбежать к оглушенной жертве и тюкнуть ее топориком много времени и не нужно, обещанной пары минут точно хватит за глаза.

Следующий день был выходным. В кои-то веки я спокойно выспался, не подрываясь на истошный звонок будильника, вкусно позавтракал бабушкиными вкусняшками, без всякой спешки проверил укладку походного рюкзачка, добавив вчера сваренные мной зелья к его содержимому. Точнее, туда отправились четыре из пяти фиалов, последний уместился в гнезде на моем поясе, рядом с магниевой свето-шумовой гранатой и склянкой с лечебным эликсиром. А после я, облачившись в свое защитное снаряжение, подался со двора.

Однако холодно! Земля, подмерзшая еще с ночи, несмотря на робкие лучики выглянувшего из-за туч солнышка даже и не думала подтаивать. Впрочем, мне подобное как раз в плюс: смогу сократить свой путь по лесу, не следуя всем извивам проложенной дороги. Так бодро и прошагал до окраины поселка, где был остановлен людьми в военной форме дружинников нашего княжества.

— Ты куда это собрался, парень, такой весь бронированный? — Поинтересовался один из них, глядя на сияющий в солнечных лучах наруч, который я неосторожно уже нацепил себе на руку.

— В лес, за город, — абсолютно чистосердечно признался я. — У меня дед поселковый алхимик. Я частенько добываю ему в окрестных лесах материалы для работы.

— Так вся эта броня-то, да еще топор тебе зачем, ты ж ровно как на войну собрался? — Уже не столько по служебной надобности, сколько из чистого любопытства продолжил допрос дружинник. Так-то мог бы и уже отпустить меня: камешек с цепочкой в его руках своей белизной ясно свидетельствовал, что я на все его вопросы не сказал ему ни слова неправды, не диверсант я не шпион никакой.…Ну, что же, если интересуется, можно и пояснить:

— Без брони на этих заготовках никак нельзя. У баргузника знаете какие иголки? Иногда и сквозь эту куртку проколоть способны. А еще в зарослях всякие твари могут скрываться. Вот не было бы на моей руке этой боевой перчатки, я бы с вами сейчас не разговаривал. У жеракки укус вообще-то смертельный.

— Ну, иди, добытчик, — с явно возросшим уважением отпустил меня по своим делам служивый. Я и пошел. Прямо к порталу, который сиял в этот раз необычайно сильно. Ну, еще бы, мало того, что давно на ту сторону не ходил, так еще Ром перед самой их схваткой устроил порталу подпитку своей маной.

Демонический мир встретил меня жарой, духотой и раздражающей взор одноцветностью. Я, совершил небольшой круг почета вокруг портала, чтобы убедиться в отсутствии тут явных угроз, после чего подошел к сверкающему мареву портального перехода почти вплотную и достал рисовальные принадлежности.

Ну, да, снова принялся узоры портала зарисовывать. Только совсем недавно, наобщавшись с мастером портальной магии сообразил, что узоры портала с той и с этой сторону в какой-то их части точно различаться должны. В них же, в этих узорах, в том числе, зашифрован и адрес расположения противоположного конца портального перехода. На Земле — демонического мира, а тут — адрес Земли. Вот сравню, и, глядишь, обрету для себя новое, очень ценное знание.

Как оказалось, отличие заключалось исключительно в центральной части узора, «лепестки» же выглядели точь-в-точь, как и со стороны Земли. Ну, что же, нашим проще, меньше заучивать. Признаться, я и с рисунком той стороны чуть себе мозги не вывихнул, пока не сумел воспроизвести по памяти все в точности.

Законченный чертеж портала на Землю отправился в рюкзачок, а я получил свободу в несколько часов для охоты. Пожалуй, стоит к тому разведанному мной ручью еще разок наведаться, я ведь реально толстую леску с крючками и баночку червей с собой прихватил.

Не задалась моя рыбалка! И это не в том плане, что тут не клевало. Клевало довольно регулярно. Но вот что мне-то с подобной добычей делать? Половина из клевавших выглядели один-в-один теми самыми змеюками-многоножками, только размером куда поскромнее, я после первой же, перерубив ее своим топором пополам даже захотел тотчас эту рыбалку прекратить. После, правда, и что-то похожее на рыбу попадалось… но со щупальцами. И, самое главное, эйфория после их убийства накатывала совсем слабая, а уж магических камней в них можно было даже и не искать. Наверное, такую песчинку я и глазом-то рассмотреть не сумею. Короче, покидав всю мою добычу обратно в ручей, я смотал леску и двинул вниз по течению. Ну, обычно же в низовьях речки шире оказываются, соответственно, и добыча там может обитать куда большая. Хотя… для того, чтобы это расширение заметить, наверное, не один день идти надо, а мне к ночи нужно уже домой возвратиться.

Чтобы найти на свою филейную часть приключений долго идти не пришлось. Во всяком случае, ручей все тех же размеров тек слева от меня, когда мне практически под ноги выкатился странный, но довольно быстрый комок весь состоявший из ломанных линий и размером с… футбольный мяч, наверное. От неожиданности я с ним как с футбольным мячом и поступил: отфутболил в ближайший кустарник.

Ох, напрасно я это сделал! От истошного скрежета этого мохнатого родственника пауков со всех сторон на меня десятки точно таких же многолапов высыпали. И что мне теперь, отмахиваться от них своим топором, или глушить зельями и бомбочкой?

Я поступил много разумнее: если ноги сами завели меня в эту катавасию, они же и должны теперь вынести из нее мою тушку в безопасное место. И я, развернувшись на сто восемьдесят градусов, побежал! Помните, я рассказывал про урок у обидевшегося на наш класс физкультурника, когда он заставил нас наматывать круги на стадионе? Так вот, тот бег не был даже разминкой!

И все-таки, если бы не ручей, прикрывавший мой правый фланг, мой трофейный амулет, защищающий от физических атак, и не телекинез, которым я с перепуга футболил в ручей кидающихся на меня пауканов, меня бы, наверное, закусали и съели. Ну, вряд ли такие небольшие зверьки полагаются исключительно на крепость своих челюстей, наверняка они еще и ядовитые.

Но удрал, да! А после, плюнув на дальнейшую охоту и рыбалку, я отправился прямиком на выход из этого мира. Не мой день! У меня и в памяти иной жизни были такие дни, когда все наперекосяк шло. Самое надежное в таких случаях, чтобы не усугублять ситуацию, свернуть все свои действия и переждать эту полосу невезения.

Интерлюдия.

В этом мире, сплошь покрытом скалами и бездонными пропастями, никогда не светило солнце. И, тем не менее, разум здесь все же присутствовал.…Или не разум. Вот, к примеру, можно ли именовать разумным человека? Нет, так-то в его собственной классификации живых видов он именно так и назван: «Человек разумный». Но правда ли это? В одной старой фантастической книжке шимпанзе, обретший способность разговаривать по-человечески, по этому поводу привел такой довод: «шимпанзе наиболее комфортно в густых широколиственных тропических лесах, Там, собственно, они и живут. И наоборот, на Северном полюсе не найти шимпанзе. Потому что шимпанзе — разумные». Попробуйте примерить этот довод на человека. Про изобретение и массовое изготовление человеком оружия, способного его же и уничтожить, и вовсе говорить не хочется.

Так вот, в мире, где никогда не светит солнце, у двух по-своему разумных существ случилось знаменательное событие: у них родился ребенок. По обычаю их вида, молодым родителям осталось сотворить для своего отпрыска всего одно единственное действие: выбрать для него из огромного числа вероятностей наиболее счастливую судьбу. Впрочем, для бессмертных повелителей вероятностей такое действие не составило так уж много сложностей. Совместным решением искомая вероятность была выбрана. После чего один из родителей, подхватив своими силовыми полями новорожденного, перенес его в выбранный для дальнейших действий мир. Среди старейших архидемонов посещенного этим странным существом мира развилась паника: древний враг, спасаясь от которого они были вынуждены применить мощнейшие заклятия, сделавшие часть территорий их мира непригодными для существования, вернулся.

Молодому родителю не было никакого дела до местных обитателей и их собственных ужасов, у него была линия вероятности, которой необходимо было придерживаться. Скользнув над демоническим миром, он достиг определенной точки, трансформировал своего новорожденного малютку, положив его на землю определенным образом, как показывало ему его предчувствие, и… покинул этот мир.

Конец интерлюдии.

Когда я наткнулся на лежащего самом выходе из портала щенка таксы, у меня не было ни грана сомнений: каким-то совершенно необъяснимым образом эта рыжая сосисочка на коротких лапках умудрилась проникнуть в мой портал. Ну, не может эта малявка со столь проникновенным, ангельским взглядом быть порождением мира демонов! И ее эмоции радости на мое общество, без малейшего признака злобы и агрессии в мой адрес говорили о том же. Потому щенок отправился ко мне за пазуху, под защиту толстой кожаной куртки, а я — сквозь мерцающее марево портала перешел в свой мир.

С погодой в родном мире произошли заметные изменения: начался первый в этом году снегопад, земля покрылась пока еще не толстым, едва ли достигающим толщины в пять сантиметров, слоем снега. И только в этот момент мне пришла в голову мысль о сокрытии своих следов. Нет, сейчас-то эта тема совершенно еще не актуальна: снегопад еще продолжается и мои следы едва ни на глазах засыпает новыми пушистыми хлопьями, но в дальнейшем придется думать еще и об этом.

Весь путь до дома щенок вел себя очень тихо. Я даже немного забеспокоился, вытянув его для проверки состояния на свет божий. Но нет, на мое досужее любопытство тварюшка, ощутив вокруг себя холодный воздух, только заурчала недовольно, потеснее прижимаясь к моей теплой ладони.

— Нагулялся, внучок, — сварливым, но отнюдь не осуждающим голосом констатировал дед, когда я на пару со своей находкой вышел на семейный ужин. До того момента я уже сумел, раздобыв у нашей служанки бутылку с молоком, накормить свою находку и даже вытереть оставленную ей лужицу. — Это кого это ты тут к нам принес?

— Обыкновенный щенок таксы. В лесу за городом нашел, когда там прогуливался. Я ее Златой назвал, — сообщил я, внезапно осознавая, что никаких такс в моем нынешнем мире отродясь не водилось, тут вообще селекцией собак никто целенаправленно не занимался. Это в заимствованной памяти из мира прошлого у меня в доме постоянно даже не одна, а две таксы всегда обитали. Первых таких зверушек я приобрел для развлечения детей, когда те были еще мелкими, а потом дети выросли, а моя живейшая привязанность к таксам сохранилась. Просто при виде знакомого кутенка помутнение рассудка какое-то внезапно приключилось. Слава богу, что безобидное.

На удивление мое представление прошло без эксцессов. Дед с бабушкой, очевидно, решили, что таксы — это просто одна из разновидностей местного зверья, о которых они почему-то просто не слышали. Ну, как большинство горожан в России не слышали про енотовидных собак и не представляют, как они выглядят. Впрочем, тут у нас не бедная на всякую фауну Россия, тут вообще много всяких тварюшек по лесам бегает. И это даже без выходцев из Зон сопряжения, многие из которых уже по всему континенту распространились, сделавшись тут практически обыденностью.

Деду с бабушкой новая обитательница их дома вполне глянулась. Милая и безобидная. У бабули она своим проникновенным взглядом даже некоторый фурор вызвала, заключавшийся в сильнейшем стремлении накормить малютку. Правда, дедушка все же счел нужным поставить условие:

— Ты, Серьга, зверушку в дом принес, тебе за ней и ухаживать, и выгуливать, и дерьмо убирать при случае.

— Да, конечно, — отозвался я, мучительно решая про себя вопрос, как же мне теперь со своей непонятной находкой поступить. Нет, так-то в эмоциях крохи по отношению ко мне одно только обожание ощущается, очевидно, Злата полностью записала нас в одну стаю, но все же… чудовище из мира демонов. Кто только вырастет из этой крохи? Опять же еще и Ром с его неожиданным предательством внезапно вспомнился.

Однако выходной с его походом в демонический мир подошел к концу, пришла пора в очередной раз в школу отправляться. Признаться, не выспался. Несколько раз за ночь вставал к ворочающемуся и пищащему питомцу. Под утро, наплевав на все опасения, забрал его к себе в кровать и так крепко уснул, что даже проспал звонок будильника, благо бабушка нас со Златой на завтрак позвала. Полный самых мрачных, хотя и совершенно необоснованных предчувствий я отправился на учебу.

Генка, появившийся в первый день новой учебной недели на уроках, был молчалив и задумчив. И к урокам он абсолютно не подготовился, но к неуду, выставленному ему нашим обществоведом отнесся со стоическим пофигизмом.

— Наплевать, зато меня отец, наконец-то, к себе в мастерские учеником устроил, — объявил он мне после урока, укладывая в портфель свой дневник с неудовлетворительной оценкой. — Чтобы стать техномагом, надо для начала неплохо разбираться в технике, а меня мамка когда-то вместо реального училища в гимназию записала. Вот спрашивается, зачем мне сдалось это самое обществоведение?

В принципе, он прав, конечно. Но мне все равно чуточку обидно стало.

— Если бы ты учился в реальном училище, вряд ли бы мы с тобой подружились. — Выдвинул я свой тезис.

— Ну, так-то оно так, конечно, — почесал в затылке мой друг, по-прежнему генерируя густой поток сожаления и недовольства, — но зато у них вместо этих дурацких обществоведения с древними языками и литературой, ведь преподают механику, электротехнику и введение в техномагию. Причем, не первый год уже! А мне придется за полгода все это с ноля нагонять, чтобы в училище в Светлогорье не выглядеть идиотом. И кому только эти древние языки вообще могут понадобиться⁈

На прием к менталисту в этот день я все-таки отправился. Еще и пару капсул экстракта из коры хивы перед самым приемом заглотил. Решил, что лишней такая алхимическая поддержка точно не будет. Открытие же ментальных способностей — по смыслу, это создание дефекта в природной ментальной защите сознания. Через этот дефект потом менталист и оказывает воздействие на окружающий мир. По моему замыслу, точнее с подачи все того же Рома, хива способна размягчать барьер, способствуя облегчению работы менталиста с сознанием будущего адепта. Легче работа — качественнее результат. Как-то так.

Еще я очень сильно опасался, что менталист, копаясь в моих мозгах, может что-нибудь этакое отыскать, но понадеялся на то, что в оперативной памяти про мой поход в мир демонов ничего уже не осталось, все же сутки с той поры прошли.

В реальности для клиентов менталиста все оказалось еще гораздо более защищенным и безопасным. Только теперь я понял, почему среди основных требований к клиентам менталист поставил условие развитого магического резерва объемом не менее половины условной единицы. Магия со стороны клиента требовалась для заключения двустороннего магического контракта с заранее оговоренными очень строгими условиями. В принципе, правильно, а иначе, кто бы отважился к нему прийти, ментальное рабство в этом мире — отнюдь не выдумка писателей ужастиков, а мрачная хоть и совершенно противозаконная реальность.

Пробуждение мое после проведенного сеанса было очень приятным. Ну, насколько может быть приятным возвращение крупной суммы денег, с которой мысленно уже успел попрощаться.

— Вынуждена вернуть вам уплаченную вами сумму за исключением накладных расходов по причине неисполнения мной вашего заказа, — объявила мне молодая женщина, до моего пробуждения, очевидно, выполнявшая обязанности сиделки. Собственно она же и оказалась столь страшным менталистом. Судя по отсутствию в ее распоряжении штата многочисленных сиделок, регистраторов и прочих помощников, несмотря на задранные в небеса цены, дела на выбранном ей поприще шли не сказать, чтобы очень хорошо.

— Почему не исполнили? — Мысли в голове еще не обрели живости, потому текли медленно и тягуче. — Со мной что-то не так?

— С вами все так. Мое профессиональное вмешательство на вашем ментальном барьере в вашем случае просто не требуется. Почему вы не проинформировали меня на начальном приеме, что уже владеете ментальным даром?

— Эмпатия с проявлением в ноль-четыре условной единицы, — сообразил я с подтормаживанием.

— Именно! Природный канал, имеющийся в вашем сознании, намного лучше и перспективней по сравнению с искусственно созданным. Вам, чтобы стать в будущем очень сильным менталистом, остается только развивать его.

Вот и строй после этого планы на ближайшие дни! Вместо зелья мгновенного сна научился создавать дефектную оглушалку, охота на демонов оказалась неудачной, от похода к менталисту тоже вышло не слишком много толка. Да еще умудрился ко всему прочему приволочь из мира демонов неведомую зверушку, внешне похожую на щенка таксы. Она, конечно, милая, но….

Глава 12

Война, в скорейшей неизбежности которой средства массовой информации и циркулирующие в народе слухи уже всех уверили, так и не началась. Очень похоже, что на этот раз, в отличие от ситуации с Шебеково, император не дал своего разрешения на ее начало. Слава богу! А то я уже, грешным делом, начал сомневаться в его реальном влиянии на дела аристократов. Правда, у нашего князя в связи с частичным переводом экономики княжества на военные рельсы и начатой мобилизацией наметились серьезные финансовые потери, но, как на мой взгляд, лучше уж потери финансовые, чем потерянные человеческие жизни.

Впрочем, войне тайной, с элементами партизанских действий, никакой запрет императора помешать не мог. По факту это выходило так, что бомбежки населенных пунктов продуктами алхимии и бомбовыми артефактами, содержащими заклинания второго-третьего уровня, были абсолютно исключены, а вот про действия отдельных индивидов, пожелавших поджечь какое-нибудь важное производство, или даже крупных отрядов «разбойников» совершавших налеты на поселки по обе стороны границы, этого сказать уже было нельзя.

Странно, но мои одноклассники от казуса с так и не случившейся войной даже как-то приуныли. Один Васька ходил гоголем со словами: «Ну, вот, я же вам говорил». Впрочем, с бывшим другом мы с Генкой практически и не разговаривали. Лично мне подобное общение как-то особо и не требовалось, я, признаться, втихую вообще считал себя интровертом. Интровертам для душевного спокойствия вообще необходимо общение лишь с небольшим кругом самых близких лиц. А вот Генка, ярко выраженный экстраверт, обожавший быть душой компании, по-моему, от такого ограничения сильно страдал. Я пару раз видел, как он тоской смотрел в сторону Булдакова соловьем разливавшегося в разговорах с другими одноклассниками.

Кстати, о разговорах с другими одноклассниками. Пусть далеко не в первый же день, но с Ленкой Шитовой я все же объяснился. Она так отреагировала вовсе не на продажу мной ее отцу магического камня, хотя, возможно, и на это тоже. Но сама, лично, свое охлаждение в отношении со мной объяснила моим полученным от князя сертификатом на обучение. Три года пребывания в разных городах — это много, пусть даже я и приезжал бы домой на каникулы. А там еще и домашние ей на уши присели, что я вовсе даже не их полета птица. И с Сергеевым, кроме того случая с портфелем, она ходить даже и не начинала, просто воспользовалась им, чтобы продемонстрировать мне, что между нами отныне все кончено. Как будто между нами вообще что-то толком начиналось. Хотя, даже от этого объяснения было реально больно. И не только мне одному, моя эмпатия сообщала мне, что и ей этот разговор дался мучительно тяжело.

Что ж, если с ее стороны это было продуманное решение, а не сиюминутный эмоциональный взбрык, я со своей стороны тоже, насылаться не стану. Зато, исключив все мысли о противоположном поле, мне останется гораздо больше свободного времени для своего собственного развития. Подозреваю, в Старгородской подготовительной школе соберется множество представителей самых известных имперских родов, не хотелось бы бледно выглядеть на их фоне.

— Здравствуйте, у вас найдется книга «Как вырастить гигантскую клубнику»? — Обратился я к пожилой, сухой, как щепка библиотекарше с накрученной култышкой волос на голове, пронзенной парой длинных шпилек, похожих на чуточку уменьшенные вязальные спицы.

Властительница книжной мудрости, пожевав в раздумье губы, посмотрела на меня, но ничего не сказала, удалилась в подсобное помещение, расположенное за дверью позади ее рабочего места. Хм, все-таки удалось ее немного убедить в своей благонадежности. В первый раз, когда я заявился сюда три недели назад с запросом на книжку «Тысяча секретов строителя», она устроила мне форменный допрос. Ну, а что мне остается делать, если информация о заклинаниях по уровню выше девятого отнесена к служебной и не предназначенной для свободного распространения. К счастью, шарясь по сети, удалось наткнуться на один занимательный сайт, на котором очень увлеченный своими поисками молодой человек озвучивал названия книжек, содержащих хоть какие-нибудь заклинания интересующих меня стихий.

В частности, в книге, заказанной мной на этот раз, в качестве борьбы с докучающим садоводам долгоносиком предлагалась к использованию вполне действенная рецептура проклятия. Угу, реально черная магия в свободном доступе. Как опасно, оказывается, жить на свете, обидишь чем-нибудь старушку — божьего одуванчика, копающуюся в палисаднике, а она и приголубит в ответ каким-нибудь заковыристым проклятием. Впрочем, и строительные заклинания в недобрых руках отнюдь не казались безопасными. В сочетании с моим телекинезом временно сотворенный булыжник мог стать вообще идеальным орудием убийства: проломил голову жертве и исчез бесследно. Заклинание восьмого уровня — это не второго, след от него держится совсем не долго.

Одно плохо в отысканных мною книжках: без помощи наставников разбираться с этими заклинаниями приходилось чересчур долго. То, на что студенты потратят в худшем случае пару часов, я изучал как бы ни одну неделю. Впрочем, лучше так, чем вообще никак. Вот научусь накладывать проклятие, и у меня в запасе окажется уже шесть распечатанных, но вполне равноправных магических направлений. Пусть крохотный, но шажок в направлении становления меня архимагом.

Заказанную книжку я получил. Эта добрейшая женщина даже была настолько мила, что разрешила мне ее взять на дом. По правде сказать, сильно порадовался: в читальном зале пришлось бы описание наложения проклятия переписывать от руки, а это ни много, ни мало, несколько страниц печатного текста. Да и просто, не люблю я заниматься в читальном зале. Мне в нем не комфортно.

Вернувшись из библиотеки домой, первым делом поспешил на кухню, за бутербродами. Сам знаю, что некультурно это, есть и читать одновременно, да и книжку можно запросто испортить. Но есть у меня стойкое убеждение, что вместе с пищей знания входят в меня намного легче.

Словом, обустроился с полнейшим комфортом: на кровати, под одеялом. В левой руке у меня была книжка, а под правой очень удобно тарелка с бутербродами с копченой колбасой, зеленью и помидорами пристроилась. И чашка кофе. И теплая, мягкая Злата на животе.

Потихоньку изучение техники наложения проклятия двигалось. Правда, напрягало полное отсутствие у меня цели для наложения проклятия. Напомню, в качестве цели оно предполагало очень специализированного вредителя клубники, а на дворе в аккурат зима началась, где я в это время года для тренировки магии долгоносика отыщу?

Правда, ничто не мешало мне тренироваться накладывать проклятие «понарошку». Понарошку же и горшок с бабушкиными комнатными цветами вместо плановых вредителей вполне сгодится.

После одного из моих тренировочных пасов что-то произошло, я почувствовал отток маны из моего магического резервуара. Злата, внезапно встрепенувшись, поднялась на своих толстых и коротких лапках и пристально уставилась в сторону цветка, после чего укоризненно посмотрела мне в глаза.

— На, забирай, только не смотри на меня так! — Правильно понял я ее взгляд, протягивая миниатюрной собачке кусок колбасы с бутерброда. Очередной.

Чинно и важно моя такса принялась за поднесенную ей колбасу. Вот, кстати, еще одна странность в копилку всего связанного с этой собакой, ну, в дополнение к тому, что я ее из мира демонов на Землю притащил. Таксы, обитавшие у меня в другой версии Земли, все как одна, были страшными обжорами. Из тех, что, как говорится, Родину за жратву продадут. Иное дело этот щенок. Злата даже ест, словно великое одолжение делает. Хотя, надо признать, что скромно и с достоинством, но половину колбасы с нарезанных мной бутербродов съела все же она, а вовсе даже не я. И куда только влезло в проглотку такую.

Покормив собачку, тренировку наложения проклятий продолжил. Хм, как-то напрягает этот отток маны. Словно я, в самом деле, реальное проклятие запускаю.

Наутро, как всегда ушел в школу. Ничего особенного. На уроках тоже все было, как обычно, разве что учителя начали нас усиленно натаскивать, готовя к скорым экзаменам. А вот, возвратившись домой, я нарвался на трепку со стороны любимой бабули. Оказывается, комнатный цветок, стоявший в моей комнате, внезапно скоропостижно скончался.

— Серега, ты какую гадость в цветок вылил, вчера же он еще молодцом стоял? — Допытывалась бабушка, созерцая вконец поникшее и подувядшее растение.

— Ничего я не лил, — вполне искренне возмутился я таким необоснованным подозрениям в свой адрес и только потом сообразил: проклятие! То, которое «понарошку».

А ведь проклятия — особая магия. Не так, как ментальная, конечно, та вообще параллельно со всеми прочими разделами магии проходит, даже запитывается не от маны, но все же. Про проклятия точно известно, что все разделение проклятий на разные конструкты, наподобие обычных заклинаний — суть костыли для начинающего мага. Проклятие, по сути, не от формы конструкта зависит, а от настроенности сознания. А еще бытует мнение, что у каждого мага есть раздел магии, который дается ему легче, чем все прочие. Разумеется, подобное наиболее сильно выражено у аристократов, но и у обычных, не титульных дворян, и даже простолюдинов тоже присутствует. Так это что, выходит, что я прирожденный маг проклятий что ли? Вот уж не было печали! Мало того, что магов проклятий чураются даже родственники, так еще и магия эта крайне неспешная, сопряженная с целой кучей условий. К примеру, я почти наверняка уверен, что если бы не зима и невозможность отыскать для тренировки обычных ягодных вредителей, оно бы против комнатного цветка точно не подействовало. А еще при помощи магии проклятий мне будет крайне сложно охотиться на демонов! Короче, ну ее нафиг! Еще не хватало, раз уж у меня к нему склонность, незаметно модифицировать свою магию на этот ее раздел.

Чтобы хоть как-то развеяться от накативших нехороших мыслей, я надумал сходить в мастерскую Шуховых, предложить им на продажу свой трофейный «гранатомет». Давно уже эту мысль обдумывал. Все равно у меня к этому трофейному метателю всего две «гранаты» в наличии. Да и, думается мне, ничего особенного по сравнению с нашими отечественными метателями он не представляет. Только и делов, что артефакт из иного мира. А мне же не красоваться среди барышень, мне для дела вообще много чего нужно. Опять же, в последнее время мне метатель уже вообще практически без надобности стал: с тех пор, как я впервые обучился, мой телекинез сделался значительно более искусным. Даже уже с третьей рукой начало что-то вырисовываться. Ну, если не тяжелыми предметами и не слишком далеко от тела орудовать.

Во как: повторил про себя все эти доводы и в самом деле смог себя окончательно убедить, что с трофеем точно имеет смысл расставаться. Хотя и ужасно не хочется. Все же он у меня один из первых, воспоминания до сих пор душу греют.

Пока снова сомнения душу не одолели, поспешил в чулан. Мой гранатомет там в углу, к стенке прислоненный стоял. А чтобы бабушка в нем, случайно наткнувшись, оружие не опознала, я на него два мешка, с двух сторон надел и получившийся конструкт дополнительно тоненькими веревками в трех местах перетянул и завязал. На узел. Мысль такого упаковывания заключалась в следующем: даже если бабушка на него и наткнется, ей просто лень будет с мелкими узелками из чистого любопытства возиться. Тем более что сквозь ткань на ощупь понятно, что там железная труба какая-то, а значит, точно не для нее вещь.

Так на порог мастерской Шуховых я и пришел, с тряпичным рулончиком на плече. И когда на глазах мастера его распаковывать начал, сначала почти никакого интереса у него не заметил. Мало ли какую хрень молодой подросток замыслил втюхать уважаемому артефактору. То, что что-то на продажу принес, я сам объявил, когда только-только порог вестибюля пересек.

Зато когда я полностью свой артефакт из мешковины распаковал, интерес проявился, да еще какой! Мастер артефактор аж шею вытянул, пытаясь поскорее рассмотреть, что там я к ним притащил. Кстати, в этот раз это был не тот пожилой пухлячок-живчик, который нас с Шитовым-старшим обслуживал, нынешний артефактор был значительно моложе и по телосложению скорее недокормыш…. А может, это ощущение худобы ему придавал комбинезон немного не по размеру, сшитый из грубой ткани, с карманом на животе и на широких лямках.

— Подождите несколько минут, сейчас я деда приглашу. — Внезапно объявил продавец, прежде чем скрыться во внутренних помещениях. Ну, что же, семейный бизнес, не один я всякие премудрости от своего деда воспринимаю.

Уже знакомый мне дед тоже довольно оперативно появился.

— Простите, молодой человек, а у вас есть хоть один оригинальный заряд для этого метателя, — вопросил меня старый мастер, повозившись с четверть часа с врученной ему для исследования бандурой. Я в это время тоже не скучал: пока мастер с принесенным мной агрегатом разбирался, меня заняли чашечкой замечательного, ароматного травяного отвара с набором очень разнообразных, но непременно вкусных пирожных. Даже затрудняюсь с определением, что из угощения мне понравилось больше.

— Да, у меня даже не один, а парочка зарядов имеется, — с готовностью ответил я, извлекая из своего рюкзачка заявленные черный и белый девайсы и раздавая их обоим общавшимся со мной артефакторам. — Белый — многоразовая ловчая сеть, сама расправится, если сместить вниз кольцо в основании заряда. Черный — вроде, что-то боевое и одноразовое, но своими глазами наблюдать за применением таких мне не довелось, так что какая там магия засунута, сказать не берусь.

Не успел я остановить молодого мастера, тот уже потянул за кольцо, в результате чего угол комнаты, включая деда, по ту сторону прилавка оказался весь оплетен мелкоячеистой тонкой сеткой.

— Счастье твое, Антоха, что я спеленат этой сеткой. Счас бы как дал больно! — Произнес старший Шухов, пытаясь оттянуть с лица сильно врезавшиеся в него нити этой ловчей паутины, благо хоть не липкой.

Впрочем, долго старик-артефактор в связанном состоянии не пробыл, я раскрыл уже известный мне способ инактивации ловушки. То же кольцо отлично справилось и с обратной упаковкой выстрелившей сети. А Антон все же получил причитавшийся ему подзатыльник. К его счастью, судя по звуку, подзатыльник был не очень сильный. Любит дед своего внука.

— Предлагаю за этот метатель восемьсот золотых, — объявил старший Шухов, недолго пожевав в раздумьях кончик нижней губы.

— Тогда за заряды по четыре сотни, за каждый, — моментально среагировал я, немного уязвленный не слишком высокой, по сравнению с проданным мной ранее магическим камнем, ценой.

— Слишком дорого, — заспорил старший Шухов, — это просто заряды к метателю. У нас в лавке цены на заряды к отечественным метателям начинаются от десяти золотых.

— Это не просто заряды, а заряды, к какому-то иностранному, редко встречающемуся метателю, — уточнил я, уловив в эмоциях артефактора сильную заинтересованность в моем товаре. — Наверняка, вы в этой штуковине сможете усмотреть какие-нибудь интересные моменты для себя лично. Да и аристократы, готовые купить у вас подобную эксклюзивную диковину задорого хотя бы чисто для коллекции, обязательно найдутся.

Нет, так-то, объяви я, что это оружие чужой расы, притащенное из совершенно другого мира, цена бы, может, на порядки возросла бы. Только такие заявления еще ведь и доказывать нужно. А после умудриться выжить и элементарно остаться на свободе. А так… мало ли какие трофеи, снятые с тел конкурентов, охотники из зон притаскивали.

— Ну, так-то оно да, — призадумался старший Шухов, с тайным вожделением поглядывая на предложенное ему оружие, после чего с азартом махнул рукой, — а-а, была, ни была! Согласен!

В этот раз, в отличие от прошлого, в качестве оплаты мне был предложен не увесистый мешочек с монетами, а всего три золотых кружочка с вмонтированными у них по центру прозрачными кристаллами. Ну, и в довесок десяток крупных простых монеток достоинством в десять золотых каждая.

— А еще, — продолжил я торговую сделку, не прикасаясь пока к выложенным передо мной монетам, — мне бы хотелось прикупить заряды уже к нашим обычным метателям. Сколько вы говорили они стоят, по десятке за штуку?

— От десяти золотых, — вновь заступил на свой пост продавца Шухов младший, пока его дед уносил к себе в «логово» приобретенный демонический метатель. — Заряды с огненным шаром — десять золотых, ледяной шип — пятнадцать, молния и воздушный взрыв по тридцать.

— А не летальные заряды, чтобы только обездвиживали, бывают?

— В этом случае лучше применять алхимию, — посоветовал мне Антон Шухов, — в алхимии есть целая линейка обездвиживающих и парализующих препаратов. А из артефактных зарядов могу предложить разве что содержащий ментальное ошеломление. Он на площадь радиусом в десять локтей разом действует. Только стоит дорого, шестьдесят золотых. Мы его совместно с родом Фильней производим, а все менталисты за свои услуги берут дорого.

— Тогда один ошеломитель, один огненный шар и два ледяных шипа, пожалуйста, — заказал я, подвигая к продавцу всю ту часть монет, которые не имели прикрепленных кристаллов. Для очередной задуманной мной авантюры хотя бы несколько боевых снарядов были мне необходимы. — И, скажите, пожалуйста, локти для измерения расстояния использованы наши или ромейские?

— Ромейские, конечно. В артефакторике все меры веса и длины по традиции ромейские используются. — Чуть ли не с возмущением на мою безграмотность разъяснил мне артефактор. Ну, собственно, я так и думал. Не то, чтобы это сильно принципиально вообще (славский локоть — он по длине примерно с метр оказывается, а ромейский на десять процентов подлиннее выходит), но иметь более точное представление о радиусе действия твоего оружия все же лишним никогда не будет.

Получая затребованное, задумался на секунду: а достаточно ли мне будет этого невеликого, в общем-то, арсенала? Но тут же и головой кивнул. Я же не боевую операцию затеваю. Если что-то пойдет не так, главными помощниками мне будут не огненные шары и молнии, а зелья, улучшающие скорость и выносливость моих ног. Не чувствую я в себе достаточных сил, чтобы на равных с высшими демонами сражаться.

А на следующий день в нашем поселке сразу два теракта произошло. Про первый я сразу по приходу в школу узнал, все парни его только и обсуждали. В тех механических мастерских, в которых мы с Генкой недавно геройствовали, кто-то подорвал горючее для алхимреакторов грузовых мобилей. Ну, это так Генка причину взрыва определил, официального извещения же еще не было.

— Точно горючее, — выпучив глаза, уверял мой друг, — я перед школой туда забежал, посмотрел. В том крыле вообще ничего кроме бочек с ним и всяких железяк не хранится. Не железо же там так полыхает!

Ну, может быть, он и прав. Скорее всего, прав. Интересно только, каким образом злоумышленники вообще смогли заставить это горючее взорваться, оно же почти полностью инертное. Для этого к горючему специальная алхимическая добавка еще при его производстве присаживается. У моего деда, как, наверное, и у почти любого алхимика в нашем княжестве и по всей империи, процентов десять заказов изготовление именно этой присадки и составляет. Короче, взорвалось горючее или что-то другое, теперь предстоит выяснять следователям, а в мастерских до сих пор неслабый такой пожар бушует. Вздымающийся в небеса черный дым даже из окон нашей гимназии виден. Боюсь, мастерские, дающие работу многим жителям нашего поселка, включая Генкиного отца, а теперь и самого Генку, надолго вышли из строя.

А второй теракт состоялся уже в нашей школе перед самым уроком физкультуры. В девичью раздевалку, где в это время переодевались девчонки из нашего класса, кто-то подбросил некроконструкт кота. Мы как раз в спортзале разминались, когда в нашу сторону из дверей их раздевалки едва ли не полуголая толпа одноклассниц с визгами вывалила. И нет, кот не нападал, просто, выгнув спину дугой, прошелся мимо. Но некроконструкт же, у живых от неожиданного контакта с ними ужас сам собой возникает. Физрук, разумеется, тут же всех парней из спортзала выгнал, а сам остался, порядок восстанавливать.

Ох и шуму эта проделка наделала! Урок физкультуры в тот день оказался полностью сорван. В гимназию даже полицейского и скорую помощь вызывали. Лариска Гаврилова в получившейся в дверях давке умудрилась нехило так располосовать руку. Техничке потом пришлось полчаса замывать размазанную по полу кровь. А нас всех, по очереди, принялись таскать в кабинет директора для допросов. Ну, вдруг это у кого-то из нас, мальчишек, неожиданно, таким образом, в неокрепшем организме взыграли гормоны? Впрочем, ни до чего определенного директор с примкнувшим к нему полицейским так и не дорасследовались. Этот недоделанный некромант — не идиот же, в самом деле, чтобы самому в такой резонансной каверзе признаваться. И артефактными методами его вычислить вряд ли получится. К примеру, мой очень качественный и дорогой, к слову, диагностический артефакт открытые мной школы магии точно не определял. Да, даже если бы и определял…. Где на всех подозреваемых таких артефактов найти? Артефакт же вовсе не враз свои результаты исследования выдает.

Вы, наверное, поинтересуетесь, а как же кот? А что кот? Кот вернулся обратно в свое полностью неживое состояние. Возможно, это даже случилось как раз в тот момент, когда девчонки, инстинктивно прикрываясь тряпками верхней одежды, из-под которой то тут, то там выглядывали светлые пятнышки нижнего белья, вывалились из своей раздевалки на наше всеобщее восторженное обозрение. В книжках пишут, что сильные человеческие эмоции оказывают на зомби очень сильное влияние, а тут, считай, целый эмоциональный взрыв произошел, да, к тому же практически на шаговом расстоянии. Да еще некромант почти наверняка был начинающим, у такого некроконструкты, в принципе, долго не держатся.

Почему решил, что некромант — начинающий? Так кому вообще, кроме школьника в голову придет, устраивать подобную диверсию в девчачьей раздевалке!

И, кстати, я лично считаю этого не в меру озабоченного человека вообще дебилом! Вундеркиндом, рано открывшим для себя магию и даже сумевшим сотворить не какой-нибудь обычный магический десятиуровневый выброс, а полноценное заклинание… но при этом дебилом! Помните, я рассказывал о разных разделах магии, которые, запечатлеваясь магической системой колдующего, сильно-сильно затрудняют пользование другими разделами? А теперь прикиньте, какая вообще практическая польза нормальному, живому человеку от некромантии? И это при всем том, что некромантия, как прямой антагонист, вообще почти полностью блокирует своему адепту дальнейшее использование заклинаний магии жизни. Да на некромантов даже заклинания опытных, сильных целителей действуют очень ослаблено! Словом, администрации даже и не стоит разыскивать хулигана. Он сам себя наказал.

Примерно такими словами я и ответил нашему директору на вопрос, не знаю ли я, кто учинил все это безобразие. Похоже, его и самого подобные же мысли одолевали, поскольку он, переглянувшись с присутствующим там же полицейским, отпустил меня восвояси.

Глава 13

— Серега, я все четко вычислил, того кота к девчонкам в раздевалку бэшки подбросили, — встретил меня в школьном коридоре на следующий день, с утра пораньше, мой школьный друг. — Я опросил всех наших, у всех имеется абсолютное алиби. Зуб даю, бэшки это, больше некому! Мы просто таки обязаны им на это достойно ответить.

— Ага-ага, — съехидничал я, не в силах вынести весь пафос, который просто таки сочился из речи приятеля. — Дай угадаю, алиби Сергеева ты определял исключительно по словам Игорька Поздеева, и наоборот, Сергеев подтвердил, что был в то время вместе с Поздеевым?

Судя по слегка смутившемуся лицу одноклассника, именно так все и произошло. Только я, надеясь прекратить затевающуюся авантюру на корню, слегка недооценил Генкин боевой настрой.

— И все равно, я считаю, что спускать подобное бэшкам нельзя.

— Ну, не спускай, я-то тут при чем? — Ну, да, у нас уже этакая традиция сформировалась: раз в один — два месяца Генка упорно зовет меня принять участие в какой-нибудь глупой выходке, направленной против нашего параллельного класса, а я всякий раз так же упорно отказываюсь. Ну, в поселке же мы все чуть ли не в соседних дворах живем, с чего враждовать-то?

— Я все продумал, — на удивление не отстал от меня на этот раз мой приятель, — мне для полноценной ответки понадобятся толченые крылья баварских жучков. Помоги, а? Я просто не представляю, у кого, кроме тебя, я смогу получить столь специфический реактив.

— Прежде, чем давать ответ, хочу знать, кто тебе посоветовал этот рецепт? — Моментально построжел я. В принципе, баварские жучки — штука не дефицитная и не дорогая. Причем, в названии этого ингредиента, как в названии морской свинки, нет ни слова правды. Морская свинка и на свинью совершенно не похожа, и к морю никакого отношения не имеет, а эти мушки — ни разу не жучки, ловят их вовсе не в Баварии, а чуть ли не у нас в огороде. Точнее, и в огороде тоже: специальная приманка — ловушка именно там и установлена, только добытого в огороде за лето на все дедовы рецепты не хватает, потому еще и большую часть закупать приходится. Ну, и напоследок, в дело идут все мушки целиком, они — крохотные, пойди, надери из них крылья.

— Бякова с Гавриловой посоветовали, — до донышка раскололся незадачливый «химик». Именно так, когда с этой профессией упоминают фамилию Останина, слово «химик» следует брать в кавычки. Я бы не стал допытываться, но про взаимную нелюбовь Генки и химии все знают. Мало ли, кто-нибудь решил его жестоко разыграть, Генка до самого последнего момента и не чухнет, что пытается какую-нибудь адскую смесь сотворить. А с «крылышками баварских жучков» это возможно: они в алхимии служат именно для усиления всех и всяческих реакций. Но, думаю, названным девчонкам можно верить, они не говнистые по натуре, какую-нибудь хрень советовать бы не стали.

— Хорошо, принесу, — пообещал я, — сколько тебе надо?

— Я не знаю, смутился Генка, — принеси хотя бы грамм двадцать.

— Сколько-сколько? — Удивился я. Дело в том, что в алхимических реакциях этот ингредиент буквально в миллиграммах использовался, он же, как катализатор в химии, сам по себе практически и не расходуется вовсе.

Короче, дозировку потребовал уточнить. Заодно и выяснить количество прочих ингредиентов потребных для намечаемой каверзы. Признаться, очень занимательно было, узнать, каким образом с классическими химическими реактивами при помощи простейшей алхимии можно что-нибудь явно занимательное провернуть.

Ага, заодно припомнил из прошлой жизни подобную смесь на стыке дисциплин, проходящих по совершенно разным статьям: лекарства и фотография. Стоило только таблетку гидропирита сунуть в порошок фиксажа для фотографий и плюнуть в получившуюся смесь для смачивания, как начиналась весьма бурная реакция, в ходе которой с изрядным шипением образовывался довольно заметный клуб белого дыма. Интересно, тут будет что-то похожее?

До начала занятий рецепт, как и намечавшийся точный эффект каверзы я так и не узнал. Гаврилова с Бяковой, словно сговорившись, пришли на уроки в самый последний момент, вместе со звонком, извещающим о начале урока. А потом я как-то и позабыл малость о Генкиных инициативах. Ну, мне же этого и не нужно особо было. Так до самого конца занятий все, вроде как, и затихло.

А потом я, вооружившись помимо своих обычных прибамбасов еще и приобретенными одноразовыми артефактами, снова отправился в мир демонов. Конечно, идея, связанная с походом, так сказать, в мир иной, в этот раз у меня возникла практически бредовая, но почему нет? Все равно мне там по пурпурным зарослям в поисках демонов бродить, просто поставил себе дополнительную цель: помимо просто охоты постараться отыскать ближайшее поселение разумных демонов. Вроде как, Ром говорил, что мой портал где-то на краю их запретных земель находится, так что, надеюсь, смогу своими ногами до этого поселения дойти.

До портала дотопал без всяких осложнений, только замерз немного, все же кожаная куртка, пусть и с поддетым под нее свитером, оказалась для зимы не слишком предназначена. Впрочем, я очень быстро отогрелся после того, как на ту сторону перешел. И, кстати, вспомнилось, как в прошлом мире озябшие от своей зимы и мороза россияне отправлялись отогреваться к теплым морям. Мне здесь, похоже, даже ехать никуда не нужно. Лето в шаговой доступности! Еще бы съесть постоянно не пытались, и можно было бы свой курорт организовывать.

Совсем почти как в первое мое появление в этом мире получилось: первая тварь повстречалась едва ли не возле самого портала. К счастью, с такими собако-кузнечиками я уже сталкивался. Правда, этот монстр больше был как раз кузнечиком, чем собакой. Подобрал задние конечности и прыгнул…. А в прыжке неожиданно раскрыл перепончатые крылья, чуточку изменяя направление полета. Почти спасся: я его только самым кончиком своего топорика задел. Но ему и такой незначительной раны хватило. Яд же. Сердце демона, сократившись в последний раз, остановилось.

Хм, мне кажется, или как-то поменьше эйфории стали эти собачки приносить?…И магическое ядро этой зверушки совсем крохотным оказалось. Я его очень тщательно в бумагу из-под своих бутербродов завернул, чтобы не потерять в своем рюкзаке.

Направление движения, в очередной раз, выбрал, ориентируясь по руслу ручья. В нем же заодно вымыл руки после копаний в окровавленной тушке. Только если в прошлый раз я пошел по течению вниз, то теперь выбрал, соответственно против течения — вверх. Нет, может быть, нужный мне выход с территории запретных земель и находится за владениями пауканов, только этот вариант я все же напоследок оставлю. Если все остальные направления окажутся безрезультатными. Много их слишком. Да еще и эйфории их уничтожение почти не приносит.

Часа два я продирался сквозь все густеющие заросли, уже подумывал назад повернуть, когда случилось это! Внезапно с того направления, в котором я двигался, мощнейшая волна пришла, от которой пригнулись деревья, все вокруг на мгновение окрасилось в какой-то синевато-фиолетовый оттенок, а уши от накатившего ужасающего рева заложило напрочь. Разумеется, я сразу же, испытав подобное, на месте замер, а после, развернувшись на сто восемьдесят градусов, со всех ног кинулся прочь. Вот, кажется, я и сподобился, узнать, отчего эти земли у местных обитателей запретными считаются. Если один только рев зверя, находящегося где-то довольно далеко от меня, смог меня так контузить, то какого это, встретить подобное чудовище вблизи?

Впрочем, это оказался еще далеко не конец всей истории. Внезапно с той стороны, в которую я удирал, донесся очень похожий рев. Разве что пришедшая с этим ревом волна окрасила окружающее не в фиолетовый, а в пронзительно красный цвет, такой, что вся прочая красная окраска окружающего, по сравнению с прокатившейся подсветкой, стала смотреться блеклой и выцветшей. А потом почва начала ритмично сотрясаться и подпрыгивать. Возможно, и звуки шагов тоже слышались, только я весь этот мир воспринимал уже не очень отчетливо, в мозгах какая-то отупительная каша получилась. Потому даже не сразу сообразил, в какую сторону теперь бежать нужно, а когда увидел приближающегося исполина так и совсем поздно стало. А просто мои ноги отказали напрочь.

Так и, сидя под кустом, и созерцал надвигающегося на меня гигантского ящера. Или не ящера. Контуженное сознание попеременно подкидывало видения гигантского тиранозавра, шагающего карьерного экскаватора и почему-то пингвина. Монстр совсем рядом со мной протопал, даже, вроде как, взглядом по мне зыркнул, усугубляя мой ступор. Но, к счастью, внимания на меня не обратил. Орлы не ловят мух! А может, тут ситуация и немного другой была: те же лисы мышатам наверняка представляются похожими исполинами, но просто на этот раз хищнику было в тот момент не до испуганного маленького мышонка. Всеми мыслями встретившийся мне супермонстр уже был на поле боя с рискнувшим кинуть ему вызов соперником.

Короче, смерть прошла рядом, я уцелел. И даже смог издалека понаблюдать за разразившейся грандиозной магической бурей. Сверкание гигантских молний, тьма, на мгновение закрывшая небо в том направлении, какие-то непонятные переливы цветов, звуков, запахов…. Да-да, и запахов тоже! Лично я вообще думаю, что мои органы чувств воспринимали происходящее не очень адекватно. Впрочем, я бы соврал, если бы начал вас уверять, что на ту битву гигантов я смотрел как на представление в театре. Все отрывочные картинки буйства стихий я подсмотрел через плечо, со всех ног убегая прочь. Счастье еще, что русло ручья не давало мне свернуть куда-нибудь в сторону и в конечном итоге заблудиться.

Окончательно пришел в себя я уже возле самого портала. Разумеется, ни о каком продолжении охоты не могло быть и речи. Случайно окинув взглядом окрестности, я вдруг истерически рассмеялся: дошло, наконец, почему тут так мало толстых, массивных деревьев. А не выживают они, когда вокруг такие чудовища бродят. А вот растительность пожиже — запросто. Все как в прочей жизни: выживают умеющие прогибаться под весом сильного. И я вознамерился стать в один ряд по силе с этими страшилищами? Муха захотела вырасти в орла? Или точнее мышонок даже не в лисицу, а сразу в медведя…. Правда ведь, смешно!

Второй сподряд неудачный выход в этот мир вышел. Хотя, как неудачный? Кажется, кто-то стал по крылатому выражению из прошлого мира «слишком много кушать». Ну, да, не буду спорить, зажрался я малость. В первые разы такому трофею, как добытый в этот выход демонический пес рад был до одурения. А еще знание о реальных возможностях магии, возможно, — это самое дорогое, что вынесу из сегодняшнего похода. Впрочем, каковы ни были бы результаты моего нынешнего выхода, какие-бы тут ни ходили монстры, я был твердо убежден, пройдет неделя — полторы, и я снова приду сюда. От своей мечты стать выдающимся магом я не отказываюсь.

Специально ночью проснулся, чтобы на свой диагностический артефакт взглянуть. Надеюсь, ему хватило времени, чтобы семь моих параметров пересчитать. Очень уж хотелось узнать, насколько сильно смогла повлиять на мой организм с тем демоническим суперзавром. Есть новый результат.

Мышечная сила: 2,96

Нервно-мышечная проводимость: 5,93

Выносливость: 4,06

Объем магического резервуара: 1,1 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 1,12

Развитие магических каналов: 1,46 (оценка примерная, т. к. часть каналов находится еще в стадии созревания).

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,77

Эмпатия: 0,6

Во, как! Сотые доли к физическим моим характеристикам — это, наверняка последствия победы над очередным демоническим псом. Он же слабый совсем был, а магии, так и вовсе не показал. А вот полуторакратный прирост показателя эмпатии — это что-то! Где-то читал, что примерно с единицы эмпатия начинает дополняться телепатией отдельных, самых эмоционально окрашенных мыслей. Только даже ради такой шикарной плюшки встречаться еще раз с тем чудовищем я точно не согласен!

Первым уроком в этот день у нас в расписании была записана химия. И не просто урок предстоял, а лабораторная работа, последняя в этом полугодии. Едва я вступил в класс, как навстречу мне выметнулся Генка:

— Ну, принес? Давай скорее!

— Погоди, приятель, — осадил я его. Ты же мне так и не сказал, сколько чего нужно в том рецепте, как не сказал и что должно получиться в результате твоей проказы. А то может, ты замыслил всю школу таким образом взорвать, а я потом крайним окажусь.

— Ай, да чего там. Просто полграмма крылышек жучков в сочетании с толченой скорлупой, добавленные в серную кислоту вызывают образование запаха тухлятины. Подмешал бы в самом конце нашего урока в бутыль, из которой Ясовеевна стала бы эту кислоту для лабораторки бешкам разливать, у них же урок химии по расписанию стоит следом за нами. — С расстроенного Генки следовало бы писать картину. Не, даже не картину, эпическое полотно! Которое бы даже подписывать не нужно бы было, и без подписи каждый поймет, что картина «Вселенский облом» называется.

И тут я нарушил собственные принципы! Пусть всего лишь косвенно, но поучаствовал в той глупой вражде, которая непонятно с какого перепугу разразилась между двумя нашими классами.

— Полграмма — это примерно половина того пакетика, что я тебе принес, — протянул я Генке им просимое. — А скорлупа… ее вообще много надо? И вообще, скорлупа чьих яиц должна быть использована?

— Девчонки сказали, что скорлупа сгодится любая. Я вчера после обеда со своего яйца из столовой ее прихватил и истолок. И ритуал, который они мне описали, над скорлупой провел. Верил, что ты, мой единственный настоящий друг, меня не подведешь….

— Все-все, хватит, — замахал я руками на приятеля, пробираясь мимо него на свое законное место за партой. Вот не может Генка говорить без пафоса. Точнее может, но иногда на него вдруг накатывает. А у меня на пафос аллергия.

Собственно, наша лабораторная работа прошла без какого-либо напряга. Ну, не считая того, что пришлось пару раз Генку буквально по рукам бить, когда тот не вовремя пытался подмешать в нашу колбу незапланированные там на тот момент реактивы. В конце урока перед столом нашего преподавателя, Земфиры Ясовеевны, возникло небольшое столпотворение, когда все разом начали подсовывать ей свои дневники на подпись. Бякова так даже рассыпала от излишнего рвения по полу содержимое своего портфеля и долго пыталась вызволить из-под парты закатившуюся туда ручку. Циркачка! Я так понимаю, это она нашу химичку так отвлекала, пока Генка в лаборантской свою диверсию совершал.

Первые признаки, что что-то в нашей жизни пошло не так, проявились в столовой, куда мы, как и бэшки после второго урока ходим. Только бэшек в этот раз не было! Но это ладно, возможно, их учительница с урока задержала. Тем более лабораторная. Мало ли… бывает. Но когда мы, после длинной перемены, всей сытой и оттого довольной бандой расселись в кабинете биологии, ожидая начала урока, к нам пришла наша классная. Не знаю отчего, может от того, что вид у нее был крайне взволнованный, а может оттого, что ее сопровождали, помимо учительницы биологии, два очень хмурых полицейских, сердце у меня екнуло. Еще большее беспокойство вызвали слова Лидии Павловны, которые она умудрилась произнести с поистине трагическим тоном:

— Ребята, следующего урока у вашего класса не будет. Ввиду чрезвычайного происшествия, вам предстоит по очереди пройти беседу у директора нашей школы.

Так мы и остались ненадолго, недоуменно гудящей кучкой: биологичка и второй полицейский ушли куда-то, наша классная, усевшись на ее место, просто молча и хмуро за нами наблюдала, да еще один из полицейских, грузно шагая, прошел через весь класс и уселся на свободной парте в задних рядах. Были у нас две свободные парты на камчатке. Всего один раз за все семь учебных лет одну из них занимали, когда две Ленки, Шитова и Бякова, между собой серьезно поссорились. Но ненадолго. Потом Бякова села с Гавриловой, а Гавриловская соседка, Иринка Юрковская оказалась за одной партой, соответственно, с Шитовой.

Очередной странностью ситуации стало то, что первыми из числа одноклассников к директору начали вызывать девчонок. Их, по-моему, вообще никогда еще к директору не вызывали, только пацанов. Причем, не просто посыльным, из числа отловленных в коридоре учеников, вызывали, каждый раз второй полицейский заявлялся.

Вызванные к директору обратно к нам в класс не возвращались, что еще дополнительно усиливало нервозность среди оставшихся. Даже шепотки пошли про то, что не то убили сегодня кого-то, не то школьники были замечены на поджоге механической мастерской, но Лидия Павловна, многозначительно глядя в сторону серой глыбой возвышавшегося на заднем плане полицейского скомандовала:

— Так, все! Затихли все! — И после паузы добавила, — со следователем в кабинете директора будете так бодро общаться.

— Ну, точно, убили, — шепотом отозвался на информацию о следователе Генка, но переговариваться с парнями на соседних партах прекратил.

В классе уже заметно меньше половины учеников оставалось, когда вновь объявившийся полицейский, подглядывая фамилию очередного конвоируемого в бумажной шпаргалке, произнес:

— Останин! С вещами на выход.

Окутав меня напоследок шлейфом эмоций, состоящих из страха и отчаянной надежды, мой приятель поплелся следом за пригласившим его конвоиром.

И вот наступила моя очередь. Неподалеку от кабинета директора, в рекреации, я увидел группу учеников нашего класса, вызванных ранее. Также с ними уже были и некоторые их родственники. Генка, завидев меня, сунулся было навстречу, но замер, остановленный тяжелым взглядом моего конвоира, удалившись с дороги обратно на свое место.

— Проходи, Уваров, присаживайся, — послышалось из-за директорского стола, когда я, следом за докладывающим о моей доставке полицаем, переступил порог кабинета.

Хм, а наша классная не просто запугивала нас, когда сообщила о следователе, действительно, сидит мозгокрут. Невысокий, самой обычной наружности человек в полицейском мундире с очень примечательными стилизованными изображениями человеческого глаза в петлицах скромно, молча, притулился на обычном стульчике сбоку от стола директора. Что же все-таки произошло в нашей школе, что на расследование отправили столь ценного специалиста? Неужто и впрямь, убийство?

— Ну, Уваров, рассказывай, как дело было? — Подначил меня директор.

— О чем, Виталий Романович, мне рассказывать? — Распахнул я глаза в почти непритворном изумлении.

— Так ты не в курсе, что в результате вашей шалости произошло? — Директор принялся рассматривать меня с видом обиженного кредитора, у которого я занял в прошлом месяце десятку на неделю, да так по сию пору и не отдал.

— Какой шалости? — Невинно поинтересовался я в ответ.

— А такой! — Привстал в своем кресле директор, опираясь ладонями в столешницу перед собой и нависая надо мной. — Такой, что в результате мы даже не на княжество, на всю страну теперь прославимся! Немыслимое дело: выставить восемь юных представительниц дворянских фамилий в обнаженном виде на всеобщее обозрение!

— А я здесь при чем? — Уф! Все же не убийство! И к обнаженке я уж точно никакого отношения не имею… кажется. Отчего-то внезапно припомнилась сценка, во время которой Бякова на четвереньках собирает свои высыпавшиеся из портфеля школьные принадлежности и полезла под парту за ручкой. Симпатичная попка, однако.

Стоп! Чего симпатичного в этом тощем костлявом заде? Я же не лоликонщик какой! От возмущения своим собственными мыслями я даже головой мотнул, отгоняя это безобразие. И уловил краем глаза пристальное внимание со стороны человека в форме. Да это же вовсе не мои мысли! Это мозгокрут к моей памяти подключился, да вот, таким вот образом случайно прокололся!

— Двенадцать лет и уже активированная менталистика? Удивлен…. — Следователь, до этой минуты сидевший тихо, не отсвечивая, встрепенулся, забирая ведение первой скрипки их дуэта у директора. — Что ж, придется с тобой, Сергей, без всякой магии разговор вести. Рассказывай, как с терактом против седьмого Б дело было. Кто задумал, кто осуществил? Все рассказывай. Исходя из получившегося результата, это уже не простая детская шалость получается. Тут статья об умалении чести и достоинства двух и более благородных родов вырисовывается.

— Не знаю я ничего об этом, — я аж головой замотал в знак того, что не причастен к подобному.

— Ну, так уж и не знаешь, — следователь с покровительственной улыбочкой посмотрел мне в глаза, — а вот Геннадий Останин утверждает, что основной ингредиент для этой шалости от тебя получил. Вот, можешь взглянуть, узнаешь почерк?

Я смотрел в написанное рукой друга и не мог поверить. Исходя из написанного, именно я был мозговым центром всего произошедшего.

— Бред какой-то, — я откинул от себя листок с Генкиными показаниями. — Не мог Останин такого рассказать. Да и вы же должны были сами в его мозгах прочитать…. — Я осекся. Сам же недавно радовался, что менталисты не могут без сильных повреждений психики пациента считывать воспоминания, удаленные более чем на час-полтора от момента происшествия. У меня вот, считывание с Ленки Бяковой началось. Запросто может быть, что у Генки участок памяти, доступный для обозрения, окажется еще меньшим, чем у меня. Полтора часа — это скорее исключение, а не правило.

— Вот-вот, именно, — подтвердил следователь, ничуть не скрываясь, что читает мои текущие мысли. — Золотой час менталиста у Геннадия Останина уже прошел. Так что пока мы имеем даже не слово Останина против твоего, Сережа, слова, а только лишь единственное показание, выставляющее тебя во всем виноватым. Так как, будешь рассказывать, как все дело было?

— И все же, пока я промолчу, — объявил я, изо всех сил надеясь, что все мне сказанное за последние минуты в этом кабинете является самой обыкновенной неправдой. И вообще, раз менталист свободно пасется в моих мозгах, мог ведь он и вовсе меня убедить, что этот почерк — рука моего друга. Ведь неправда же все это?

— Как тебе будет угодно, — покачал головой в осуждение следователь, убирая листочек с показаниями Останина в свою папочку. — Только знаешь, как бы потом слишком поздно не было. Разумеется, пока тебе не исполнилось четырнадцати — ты лицо неподсудное, но, насколько я знаю, в уставе вашей гимназии точно статья есть, по которой, в случае хулиганских действий, директор гимназии имеет полное право на твое исключение. А без свидетельства об окончании гимназии никто тебя в Старгородскую подготовительную школу не возьмет. Такой, знаешь, бюрократический казус: оплаченный сертификат на твое обучение имеется, а принимать без подписанного документа из гимназии не имеют права. Ты как, еще не надумал все нам рассказать?

Я молчал, уставившись взглядом в зеленое сукно на директорском столе. Раритет ведь, позапрошлый век, сейчас никто так не делает.

— Тогда ты, Сергей, можешь идти, — внезапно смилостивился следователь. Там за тобой уже, наверное, твой приемный отец пришел…. Степан Емельянович ведь твой усыновитель? Очень достойный алхимик. Практически мастер в своей области. Жаль будет, если за ненадлежащее хранение опасных ингредиентов у него отберут лицензию частнопрактикующего алхимика. Так что, Сергей, отпустить тебя к Степану Емельяновичу?

— Да….

— Ну, как знаешь. Я искренне пытался тебе помочь.

И я вышел прочь. Прямо навстречу своему дедушке.

К счастью, действительность все же оказалась вовсе не так беспросветна, как я себе навоображал.

— О чем ты говоришь, внук? — Озадачено воскликнул дед Степан, когда я, давя всхлипы, описал ему его нелегкое будущее. — Я не практически мастер, как сказал тебе тот мозгокрут, а вполне себе реальный дипломированный мастер-алхимик, имеющий документ единого для всего мира образца. Мне лицензия на торговлю своими препаратами вообще без надобности. У полиции княжества руки коротки, чтобы мне что-то запрещать. И если такое вдруг произойдет, запросто ведь может так оказаться, что в княжестве могут начаться перебои с алхимией вообще. Мы маленькие люди, но задевать нас даже князьям может быть чревато. Тем более, по такому надуманному поводу, как хранение самого обычного ингредиента вовсе даже не строгого учета. Да и свидетельство об окончании гимназии ты, на худой конец, сможешь получить, просто сдав экзамены в любой из гимназий нашей империи. Ведь сможешь же? Знаний хватит?

— Хватит, деда, — отчаяние, тисками сдавливающее мою грудь, понемногу отступало.

— Ну, тогда пошли домой. Бабушка там, наверное, уже великолепную долму приготовила.

— Дай мне всего пару минут. — Я почти бегом кинулся в сторону стоявшего в отдалении Генки.

— Гена, скажи мне честно, это ведь не твои показания против меня мне в кабинете следователь демонстрировал?

Глава 14

— Ну, да! Это я следователю сказал, что это ты все организовал! — От перекошенной физиономии Останина просто шибало дикой смесью вины, сожаления и… очень сильной неприязни, практически ненависти. — И все показания я с радостью подписал! Почему только мне вечно не везет? Вон, только-только устроился в мастерские учеником, как их сожгли. А у тебя всегда все замечательно. И магию ты раньше всех в классе освоил, и с деньгами у тебя проблем нет, и девчонки с тобой дружить желают. Даже в мастерских, пошли вместе, а героический подвиг ты один совершил…. Почему тебе все, а мне ничего? А еще меня грозились из гимназии отчислить, чтобы я и дальше никем оставался. А вот теперь сам попробуй, каково это, остаться у разбитого корыта. Из гимназии теперь тебя, а не меня отчислят! И в этот твой университет теперь тебя не возьмут! Получил? Выкуси!

Вот как так бывает, вроде годами общаешься с человеком, а в итоге он так и остается незнакомцем? И даже эмпатия не помогла. Хотя… случались у Генки приступы зависти, случались. Но я как-то им и внимания не придавал, а тут вона что выплыло.

Не став спорить или оправдываться, развернулся к Генке спиной и, выпрямив торс, чуть ли не строевым шагом пошагал к деду.

Собственно, на этом мой нынешний весьма насыщенный школьный день и закончился. Дед, поняв, что я эмоционально опустошен, не стал подходить к другим родственникам одноклассников, сразу же уведя меня домой.

Поздно вечером, я уже спать собирался ложиться, у меня зазвонил телефон. Кто говорит? А вот дальше не в рифму: классная наша, Лидия Павловна Серебренникова позвонила. Сообщила, что завтрашний учебный день начнется с классного часа, в ультимативном тоне потребовав моего обязательного присутствия. Идти очень не хотелось, тем более что и тон у нашей класснухи был недобрым, да еще и дед уже подкинул мне вариант со сдачей экзаменов за выпускной класс гимназии где-нибудь в независимом учебном заведении. Но все же решил сходить. Ну, чтобы потом мог сказать самому себе, что не бежал от неприятностей, а напротив, сделал в получившейся ситуации все, что смог.

В класс я зашел в самый последний момент. Практически все одноклассники уже были тут. Они кучковались в группы по интересам и что-то очень громко обсуждали. Мельком окинув взглядом свое обычное место и рассмотрев Генку за партой, я сменил направление своего движения, направившись прямиком на камчатку. Помните, я рассказывал про то, что две парты у нашего класса всегда оставались неиспользуемыми? Вот одну из них временно и занял. Надолго ли? Бог весть. Может статься, что на один только урок. Все же мне показалось, что говоря про отчисление из гимназии, тот следователь не просто нес голимую отсебятину.

Долго после моего прихода кавардак в классе не продлился. Минуты не прошло, следом за мной в помещение влетела очень деловая и решительная классная, и все одноклассники разошлись по своим местам.

— Значит так, дорогие мои, — начала свою речь Лидия Павловна, — все вы уже, наверное, знаете, а большинство еще и ролик в интернете посмотрели о случившемся в седьмом «Б» классе нашей родной гимназии. И должна признать, что основная вина от случившегося лежит на двух наших одноклассниках Геннадии Останине и Сергее Уварове. Я попрошу этих молодых людей подняться.

Хм, ролик в сети я тоже посмотрел. Вчера вечером вынужден был залезть туда, чтобы хотя бы понять, в чем конкретном меня обвиняют, а то из речей следователя с директором толком и непонятно было. Нет слов! Вот что значит пользоваться сомнительными рецептами из непроверенных источников. Бог его знает, зачем это Бяковой с Гавриловой нужно было, но подставили они нас знатно. И ведь ничего им не предъявишь! Ни одного доказательства нет. Они вообще к содеянному даже одного пальчика не приложили. Да, к тому же еще и этот придурок Генка всю вину за организацию случившегося на меня возложил!

— …Так вот, ребята, по данным следствия, именно эти двое озабоченных что-то подмешали при проведении лабораторной работы в «Б» классе, отчего одежда учеников пришла в полнейшую негодность… — Совершенно искренне негодовала наша учительница.

Ну, да, знатное, наверное, было зрелище, когда из колб всех проводящих опыты бэшек вдруг разом повалили густые клубы паров, от которых все ткани их одежды вдруг начали со страшной силой деградировать. Только одна единственная ма-аленькая неувязочка: я как начинающий алхимик уже авторитетно могу заявить, что алхимическая реакция невозможна без вливания в раствор хотя бы одного из реагентов чьей-нибудь маны. Бэшки из числа подозреваемых полностью исключаются. Да у них, у подавляющего большинства, еще и магические каналы так до сих пор и не открыты. Генка тоже исключается, по той же самой причине. Я бы подобное, наверное, сумел провернуть, если бы рецепт полностью знал, но могу твердо утверждать: я этого не делал. Схалтурил господин следователь, настоящий злоумышленник так и остался не выявленным!

— Вы только представьте весь ужас девочек из параллельного класса, оказавшихся абсолютно голыми перед обнаженными же одноклассниками! — Меж тем проводила наша класснуха эмоциональную накачку моих соучеников. Хм, один вопрос, зачем она вообще завела эту речь? — Я предлагаю написать администрации нашей гимназии коллективное письмо от учеников всего нашего класса, в котором прямо потребовать удалить из нашего класса двух этих недостойных людей.

А-а! Вот и причина! Очевидно, наш директор, почувствовав всю неоднозначность произошедшего, решил таким образом прикрыть свой афедрон, объявленных правонарушителей наказать, но, так сказать, чужими руками. Вдруг наши родственники подадут встречный иск, и случится новое расследование. Тут всякое может всплыть.

— Стойте! — Подскочил на месте Останин. — А меня-то за что? Я же написал все, как сказали мне директор со следователем. Мне обещали! Вы не можете так поступить!

— Предлагаю голосовать. Кто за мое предложение о написании коллективного письма администрации гимназии? — Не обращая внимания на негодующего Генку, продавливала свое решение классный руководитель.

— Остановитесь! — Вдруг прозвенел в классе напряженный голосок Ленки Шитовой. — Лидия Павловна, разве так можно! Вы же пытаетесь погубить судьбу мальчишек!

— Шитова, не вмешивайся! Эти хулиганы должны получить по заслугам.

— Чьим заслугам? Девочки, что же вы молчите? — Похоже, Ленка окончательно съехала с нарезки. — Лена, Лариса, разве это была не ваша идея? Это же вы еще с прошлого года ведете войну с Прокошевой из седьмого «Б». А вина Сережи Уварова состоит только в том, что он не отказал своему другу Останину в его просьбе и принес в школу совершенно не опасный алхимический препарат.

В поднявшемся в классе кавардаке голос Серебренниковой тонул как в омуте. Напрасно Лидия Павловна призывала всех успокоиться. Каждый спешил высказать свое мнение. В конце концов, наша классная дама, махнув на всех рукой, выскочила из класса.

И что прикажете теперь мне делать? Формально я все еще ученик седьмого «А» класса нашей поселковой гимназии. Развалившись на задней парте, я с внезапно накатившим безразличием наблюдал, как из класса выходят мои одноклассники. Пара человек сочли своим долгом, прежде чем выйти, похлопать меня по плечу в знак поддержки. А вот Генка просто усвистал на выход, едва только Лидия Павловна покинула наш класс.

— Тут рядом свободно? — Послышался голос Шитовой.

— Да, конечно, — я подобрался, давая место за своей партой однокласснице. — Зачем ты это сделала? Сидела бы спокойно. Все равно я уже придумал, как мне выпутаться из данной ситуации с наименьшими потерями.

— Не выдержала. Нельзя так с людьми поступать. Тем более… тем более с тобой, Уваров. Ну, что пойдем по домам, или еще и следующие уроки посетим?

Собственно, на этом весь инцидент и заглох. Точнее, в сети было еще много комментариев, кто-то туда запись нашего классного часа выложил, но к нам с Останиным никто больше претензий не предъявлял, даже родители пострадавших девчонок. Хотя, скорее всего, не решились связываться с несовершеннолетними. А через неделю учеба временно закончилась. Началась пора зимних экзаменов.

Хм, экзамены. Еще один способ тормознуть и отчислить неудобного ученика. Да только в последние годы, с введением практики видеозаписи сдачи экзаменов, там для администрации школы тоже все стало очень неоднозначно. Короче, с придирками и кучей дополнительных вопросов по некоторым из предметов (не по химии, тут Земфира Ясовеевна, тоже пострадавшая в результате того громкого инцидента, была абсолютно беспристрастна) экзамены я сдал, а в случае с литературой, которую у меня принимала наша классная, еще и покуражился немного. Ну, подросток же! Бушующий коктейль гормонов настолько мощно бьет по сознанию, что временами сопротивляться нет никакой возможности.

Так вот, экзамен по литературе. Надо отметить, что, несмотря на всю параллельность этого мира с тем, сведения о котором я непонятными происками сил мироздания имею в своей памяти, писатели-классики тут все были свои, самобытные. Никаких тебе Толстоевских с прочими Тургеневыми. Но сходство произведений, выбранных высокоумными мужами в качестве достойных для изучения школярами, с продуктами той Земли просто удручало. Такая же скукота и несоответствие сюжетов современным реалиям. И это я не про то, что в прошлом у людей не было возможности, к примеру, быстро попасть в отдаленные страны. Ну, если ты не магистр пространственной магии, конечно. Отношения и императивы поведения персонажей были абсолютно иными. Впрочем, это я сильно отдалился в сторону. Вернемся к моему экзамену.

Основным вопросом в моем билете стояло произведение Макарова «Терзания неглупого человека». Вот не поверите, книжка чуть не один в один соответствовала по сюжету «Горю от ума» с его негодующим окружающей его посредственности Чацким и угодливым к мнению начальства Молчалиным. Никогда не пытались поставить мысленный эксперимент? Перенести этих двух в современные рамки? С кем вам будет комфортнее сосуществовать, со злоязыким, неуживчивым Чацким или с трудолюбивым, неконфликтным Молчалиным? А кто своим существованием приносит больше пользы? Примерно в таком ключе я и изложил свое мнение Серебренниковой, чем вызвал у нее просто бурю негодования. Она же в молодые годы какую-то научную работу написала по Макарову, довольно часто рассказывала нам, когда на нее лирическое настроение нападало, как этот писатель, повздорив с властями, уехал в замечательную своим климатом Лацию, нашел там свою последнюю любовь, но всю оставшуюся жизнь страдал по родине. Ага, страдал, а на родине в это время на него работали несколько сот крепостных.

Лидия Павловна, похоже, даже хотела мне неуд поставить, но передумала. Экзамен же под запись шел, ответы всех не сдавших учеников потом специальной комиссией разбирались. Зато «удовлетворительно» мне поставила со всей, так сказать, пролетарской ненавистью. Ну, да и бог с ней!

А еще после того экзамена я дождался Шитову и предложил ей погулять по нашему поселку. И она согласилась! А я вручил ей свой подарок: омолаживающий лосьон своего собственного изготовления. Только в последний момент сообразил о некоторой несвоевременности своего подарка. Подобное Ленке еще лет двадцать не понадобится. Впрочем, Ленка от подарка была счастлива. Даже поцеловала меня. В щечку.

Экзамены закончились, начались двухнедельные каникулы. И тут дед меня очень сильно удивил. Предложил с ним по делам в Светлогорск поехать. В принципе, он в наш областной центр довольно регулярно, раз в несколько месяцев ездил, но всегда один. Я же, за исключением двух кратковременных экскурсий с классом, нигде за всю свою сознательную жизнь и не бывал ни разу. Разумеется, с радостью согласился.

От нашего Огарева до Светлогорска расстояние по карте составляет больше восьмисот километров. Все же мы не в Западном Союзе обитаем, тут расстояния между населенными пунктами куда как поболее будут. Чтобы добраться до столицы княжества нам с дедом придется восемнадцать часов на поезде ехать. Можно было бы еще гражданской версией летуна воспользоваться, но цены на билеты там конские, потому только поезд.

Признаться, я рад, что мы по земле будем добираться. Хоть смогу рассмотреть вживую, что тут, да как, а то в сети информация обо всем очень уж однобоко подается, нет ощущения жизни. На одних сайтах — только о культурных памятниках, на других — исключительно рассказ о предприятиях или промыслах. Хочу, пусть мимоходом, своими глазами глянуть на жизнь в княжестве.

Поезд на вокзале, который и должен был доставить нас с дедом до намеченной цели, удивил меня своей милитаризованностью. В самом деле, бронированные будки двух тепловозов, в начале и в конце состава, ощетинились стволами чего-то очень похожего на пулеметы, так еще и в середине состава один подобным же образом оснащенный броневагон был втиснут.

— Дед, переезд очень опасным будет? — Поинтересовался я у своего спутника, разглядывая стволы достаточно крупного калибра, которые должны были нас прикрывать во время пути.

— Не так, чтобы очень опасными, — пожал плечами мой дед. — Но вообще, мы же почти вплотную Медногорскую зону будем по дуге огибать, а там всякие летучие твари — обычное дело.

И вот мы загрузились в вагон. Нам с дедом на двоих маленькая каморка досталась, с двумя не очень-то и мягкими диванчиками и откидным столиком между ними. Вроде, примерно так выглядели в прошлом мире места в мягких вагонах. Правда, вот окна в этом нашем купе подкачали: не было в прошлом мире агресивных летучих тварей, не устанавливал там никто вместо светлого большого окна некую конструкцию из стекла и стальных полос, пропускавшую внутрь вагона довольно мало света. Впрочем, слабосильность естественного освещения здесь дополняли светильники.

Движение состава началось тихо и незаметно, без толчков. Только по начавшей смещаться картинке за окном и сообразил, что мы уже в пути. Через пару часов бригада стюардов принялась раздавать тарелочки с едой и напитки. Здесь подобная услуга автоматически включалась в стоимость проезда. Даже предложили на выбор, каша из нескольких злаков с отварной птицей или овощное рагу с котлеткой.

Перекусил. А после снова принялся в окошко высматривать всякие интересности. Только напрасно все: сначала, неподалеку от Огарево, еще парочка поселений встретились, а потом одни только леса с заснеженными полями. М-да, не слишком плотное здесь население.

— Сейчас будет интересно, предупредил дед, по своим каким-то признакам узнавая, где мы сейчас едем.

И таки да! Сияющий голубизной огромный зияющий портал на фоне розовеющего закатного неба — это действительно очень-очень занимательно. А уж прилет с той стороны крупных крылатых монстров — так и вовсе смахивал на приключение.

Впрочем, настоящего приключения не получилось. Скорострельные метатели, установленные на нашем эшелоне, отработали на отлично, разметав неполный десяток нападающих, похожих на сказочных драконов, еще на подлете.

— Столько ингредиентов пропадает впустую! — Совершенно искренне посетовал я, представив, каких размеров магические камни я мог бы получить с подобных туш, окажись те демонами.

— Не пропадут, — утешил меня дед, — тут повсюду посты наблюдения. Этот портал, доступный только для летающих монстров, вообще один из самых прибыльных для империи. Гражданского населения вокруг считай, что и нет, тратиться на охрану и оборону не нужно, а ингредиенты с монстров падают очень важные и дорогие. Собственно потому тут император и объявил запретную зону, чтобы с простыми охотниками не делиться.

Интересоваться у деда, с какого бока тут император, если земли сплошь княжеские не стал, и так понятно, кто сильнее, тот и прав.

В Светлогорск приехали утром. Последние два-три часа в окне нашего купе то и дело проплывали полустанки, деревеньки, поселки, крупные поселки. В какой момент начался сам Светлогорск я даже и не понял. Ясно — наглядно одно, с этой стороны в княжестве проживает гораздо больше людей, чем со стороны Огарево. Впрочем, про подобные особенности расселения я и без того знал: часть уроков географии была посвящена изучению именно нашего родного княжества.

Первым делом, прямо с поезда дед потащил меня заселяться в гостиницу. Мы, по его планам, сюда на пару дней прибыли, где-то же надо ночевать.

— Ты как, сильно устал с дороги? — Поинтересовался он, когда мы, получив ключи, вошли в двери своего номера. Кстати, ничего особенного: одна единственная комната с двумя кроватями, столом и небольшим холодильником, плюс санузел с душем.

— Совсем не устал, — а с чего уставать вообще, если ночью спал, а с утра, сидя на своем диванчике, глазел на проплывающие мимо пейзажи.

— Тогда предлагаю пойти сразу. Буду знакомить тебя с особенностями жизни профессионального алхимика.

— Я же говорил тебе, я магом хочу стать.

— Одно другому не мешает. Может, пока учишься, три раза еще передумаешь, так хоть представление об альтернативных способах, как заработать себе на жизнь, будешь иметь.

— Где это мы? — Интересовался часом позднее, выгрузившись вместе с дедом из вызванного им такси.

— Рынок «Фурцево». — Обозначил тот название обширного скопления палаток, павильонов и маленьких магазинчиков. — Ты не смотри, Серьга, на невзрачность места, тут очень большие деньги крутятся.

И таки да, деньги тут водились реально немаленькие! В этом я воочию смог убедиться, когда в задней комнате небольшого павильона за содержимое пары громадных саквояжей с тихонько позвякивающим содержимым моему деду вручили довольно упитанный мешочек, доверху набитый золотыми кругляшами с прикрепленными к ним прозрачными кристаллами. Ага, точно такими же, как я получил за продажу своего демонического трофейного метателя, на пятьсот золотых каждый.

— Ты им что, пару штофов аквавиты продал, что ли? — Поинтересовался я у деда, когда мы вышли из того павильона на свет божий.

— Ну, не столь легендарный продукт, конечно, — ухмыльнулся мой дед, — но, если не уплачивать с продажи имперские акцизы, тоже очень неплохо по деньгам выходит. Опытные алхимики по определению бедными людьми быть не могут. Задумайся, внук, правильный ли ты себе путь в жизни выбираешь.

— А в других лавках тут тоже что-то нелегальное продают? — Попытался я перевести неудобный для себя разговор на иную тему.

— Про большинство лавок не скажу, не знаю, но, к примеру, вон тот магазинчик торгует артефактами…. — Хитро разулыбался мой много знающий родственник. — А вон в том мы с тобой сейчас будем закупаться ингредиентами для моей дальнейшей работы.

Картина в лавке с алхимическими реактивами повторилась почти точь-в-точь. Только на этот раз, наоборот, деньги из мешочка переходили в руки продавца, а в наши опустевшие было саквояжи переместилось множество различных баночек, бутылочек и мешочков с подчас совершенно непонятным содержимым.

— Ну, вот и все, основное дело сделано! — Бодро объявил дед Степан, когда мы покинули стены этой лавки тоже. — Теперь отнесем саквояжи в гостиницу и будем отдыхать. Завтра же, с утра, отправимся покупать по списку, составленному твоей бабушкой. Кстати, по случаю успешного завершения торговли, вот тебе премия, внучок. Можешь потратить ее на все, что заблагорассудится. — И он сунул мне в руку одну из тех монет с кристаллом.

— Тогда может сразу зайдем в магазин артефактов? — Сразу загорелся я приобрести на этом черном рынке что-нибудь полезное для себя.

— Кхе-кхе, — раскашлялся мой дед на это мое пожелание, после чего заговорил немного извиняющимся тоном, — думаю, в лавке старого Булата я буду тебе плохим спутником. Есть у нас с ним, понимаешь, кое-какие разногласия. Ты лучше давай сюда саквояжи и держи особую метку, которую нужно будет потихоньку показать продавцу, чтобы он тебе предложил нормальный товар, а не только тот, что выложен на витринах, а я в это время вон в том трактире тебя подожду.

В магазине артефактов я оказался далеко не единственным посетителем. Несколько зевак разглядывали всякие диковинки, вместе с листочками с подробным описанием выставленные на застекленных витринах магазина, а один реальный покупатель вовсю гонял единственного продавца за заинтересовавшими его товарами. Ну, и еще на стульчике, возле входа, восседал здоровый дядька в полувоенном обмундировании. Мне с моим магическим зрением он вообще представлялся чуть ли не новогодней елкой, сплошь увешанной артефактами, светящимися от проявлений вложенной в них энергии.

Убедившись, что продавцу, которому мне, по словам деда, нужно было показать клочок ткани с вышитыми на нем рунами метки, в данный момент совершенно не до меня, я принялся с интересом тут осматриваться. Ведь по факту, это был первый полноценный магазин артефактов, который я посетил. Тот, в нашем поселке, принадлежащий семейству Шуховых не в счет. У них там продажи только изредка совершались, а товаров на виду Шуховы вообще не держали.

Хм, а богато тут! Реально сотни артефактов, причем, по множеству поводов, даже разложенные по тематике: бытовые — на своих витринах, их больше всего было представлено, боевые — возле самого прилавка с продавцом внутри отдельной застекленной тумбы размещались. А еще профессиональные, для мастеров определенных специальностей. Тут особо выделялся довольно большой ларец с откинутой крышкой с инструментами для артефактора-ювелира. Даже не думал, что такая отдельная специализация существует. Кстати, надо заметить, очевидно, достаточно хлебная специализация, цена на тот ларец аж в тридцать пять тысяч золотых была выставлена.

Но больше всего меня отчего-то заинтересовала витрина, возле товаров на которой описаний выставлено не было. Совсем. Да и насчет цены была очень обтекаемая надпись, рекомендующая по этому поводу обращаться непосредственно к продавцу.

— Простите, а вы мне не подскажете, почему тут все экспонаты такие… бесценные? — Обратился я к мужчине с профессорской козлиной бородкой, выписывающему что-то с надписей на соседней витрине себе в блокнотик. Ну, а что делать, если продавец до сих пор бегал, как савраска, по указаниям раздухарившегося в своих покупках мужика.

— Так это все находки из археологических экспедиций. Разумеется, и способы активации и цель применения этих штуковин давным-давно утрачены. Только и делов, что все они до сих пор фонят маной. Большинству артефактов тут вообще не по одной тысяче лет.

— Что, и вот эти вот… медальоны? Им тоже тысяча лет? — Изумился я, указывая на парочку особо выделявшихся блямб с выдавленными на них странными узорами, на которых мой взгляд непроизвольно залипал, не желая продвигаться дальше. Дело в том, что эти два экспоната мало того, что выглядели совершенно новенькими, словно только что из-под пресса, так они еще выглядели один в один алюминиевыми, а наша историчка совсем недавно на уроке по поводу алюминия рассказала интересную историю.

Дело в том, что еще две сотни лет назад алюминий считался одним из самых дорогостоящих металлов, дороже золота. Его просто еще толком не умели получать. И случилось так, что один западный правитель решил блеснуть перед иностранными дипломатами богатством и роскошью украшений своей возлюбленной. Он распорядился за огромные деньги изготовить ей комплект алюминиевых украшений.…Фурор не получился: алюминий, металл довольно быстро окисляющийся и пачкающий своими окислами одежду.

— А эти два медальона — вообще загадка. Дело в том, что их отыскали на нижних уровнях лабиринта Скелоса. Сами понимаете, новоделом сии штуковины быть никак не могут, современные люди до тех уровней буквально только в последний десяток лет добрались….

Я бы, возможно, еще долго болтал с этим доброжелательным и очень много знающим человеком, как внезапно возле входной двери раздался отлушительный грохот, и чей-то визгливый, нервный голос прокричал:

— Никому не двигаться, это ограбление!

Глава 15

Разумеется, я тут же моментально развернулся на этот крик. Ну, интересно же. Террористов в своей жизни видел, а вот грабителей еще наблюдать не доводилось. М-да, а похоже, грабители то и не шутят! Вот, охранник уже не восседает на своем стульчике, с благодушием поглядывая на посетителей магазина, а, оставив на стене окровавленное пятно, невнятной кучкой валяется возле этой самой стены. И артефакты его ему нисколько не помогли. Даже мысленно принялся перебирать варианты, по которым это могло получиться, но быстро оставил: не время отвлекаться.

Налетчиков, вломившихся в магазин, оказалось аж трое. Правда, кричал и вообще развил бурную деятельность всего один из них. Второй стоял неподалеку от входа, настороженно переводя ствол крупнокалиберного метателя с одного посетителя на другого, еще один застыл, держа какой-то посверкивающий разноцветными сполохами конструкт прямо перед собой, а первый в этот момент уже уверенными шагами приближался к замершему статуей продавцу. И нет, это продавец не от испуга так замер, видно было, как от конструкта второго налетчика в его сторону время от времени прокатываются посверкивающие разными цветами блики.

— Ну, чего замер? — Рявкнул грабитель на покупателя, остановленного их налетом на самом пике его шопинга, кидая ему под ноги несколько больших тряпичных баулов. — Живо начинай скидывать артефакты в одну из этих сумок!

— К-какие артефакты? — Испуганно вопросил тот, отводя свою сумку с покупками себе за спину.

— Вот эти, дебил! — Глава налетчиков взмахнул рукой, отчего стекло на витрине с артефактами профессионального назначения осыпалось переливающимся в свете светильников крошевом. — Собирай, живо!

Перепуганный мужчина, отложив свою собственную поклажу в сторону, принялся, придерживая выданную ему сумку рукой, складывать в нее разнокалиберные изделия. Сам разбойник в это время, пройдя за конторку продавца, опустошал стоящий там ящик с выручкой.

Внезапно несчастный, которому поручили сбор артефактов из разбитой витрины, заорал во весь голос, выгнулся так, что мне показалось, что я услышал хруст его позвонков, и ничком рухнул на пол.

— Ну, вот, я же говорил, тут на витринах охранные заклинания наложены! — Торжествующим голосом проговорил самый активный налетчик, после чего ткнул пальцем в следующего человека, на свою беду оказавшегося в этот день в магазине, — ты, иди сюда, собирай, то, что этот олух еще не собрал. — И, видя, что парень с ужасом смотрит на тело пострадавшего от действия охранной магии, счел нужным приободрить, — да, не трясись ты так, тут заклинания защиты, скорее всего, одноразовые. Может даже, вообще, одно на весь зал.

Парень с лицом белее самой белоснежной простыни принялся, медленно перебирая конечностями, в свою очередь, за сбор артефактов.

— Мы так до вечера будем хабар собирать, — призадумался деятельный грабитель, увидев, что скорость, с которой содержимое витрины перекочевывает в сумку довольно низкая. — Ты, иди сюда, — махнул он рукой следующему их заложнику, — бери сумку, начинай собирать из этой витрины. — Еще одна витрина рассыпалась в мелкое крошево.

И, сообразив, что в данной витрине находятся боевые артефакты, он дополнительно скомандовал:

— Зубило, все внимание на этого ханурика. — Сам же тем временем уже принялся шарить взглядом, выбирая, кого следующего выбрать для опасного занятия.

Как знать, может все задуманное грабителями у них и получилось бы, очень страшно, знаете ли, выступать первым, причем практически с голыми руками на троих вооруженных и безжалостных уголовников, а игра в угадайку с защитной системой дает хоть какую-то иллюзию уцелеть, да только не выдержали нервы у одной из двух находившихся в зале женщин. С истошным криком:

— Не-ет! — Она в свою очередь сотворила какое-то заклинание, направив его, почему-то, против того из разбойников, который удерживал своей магией продавца этого магазина.

А дальше все смешалось. У атакованного бандита сработал защитный артефакт, отчего он избежал направленной в него атаки, но прервал каст своего странного разноцветного заклинания. Интеллигентного вида мужчина, который мне несколько минут назад объяснял особенности выставленного на витрине товара, очевидно, только и ожидал чего-нибудь подобного, потому что в тот же миг принялся выплетать какие-то магические структуры, рассыпая их веером в направлении тех двух разбойников, которые находились в самом начале магазина. Вторая женщина с визгом помчалась по залу. Самый главный налетчик, сообразив, что ситуация выходит из-под контроля, долбанул в нашем направлении своей странной пространственной магией, разбивая сразу несколько витрин и снося с ног пожилого интеллигента.

Я под этой атакой смог уцелеть: а просто не стоял столбом, а при первых признаках заварушки упал на пол, нащупывая в кармане один из двух взятых с собой в дорогу метательных снарядов: тот, что содержал ледяной шип. Вторым я в этот раз взял с собой бутылек с дефектным зельем мгновенного сна, но, по моему ощущению, для его применения точно было не самое подходящее время.

Мой артефакт влетел в так до сих пор и не вступившего в сражение бандита с метателем и сразу вывел его из строя. Возможно, у того и был тоже какой-то защитный артефакт, но он не сумел справиться одновременно и с магическим поражением магией льда, и с механической защитой от быстро летящего предмета. Бандит, выронив свое оружие, согнулся крючком, зажимая рану на животе, и упал. Может, он был еще жив, может, умер, только расстояние между нами оказалось слишком велико, и своей порции эйфории от получения его жизненной энергии я так и не получил.

В этот момент спохватился и попытался начать действовать и тот заложник, которого грабители приставили опустошать витрину с боевыми артефактами. Он ухватил с полки перед собой что-то, чье действие было ему знакомо, и применил против находящегося от него неподалеку бандитского главаря. Своей цели не достиг, но, кажется, смог истощить вражескую защиту. Ну, я и метнул в этого же врага при помощи телекинеза выпавшие с разбитой полки рядом со мной древние артефакты. Кстати, попались как раз те два, алюминиевых, которые мы обсуждали перед самым началом всего этого побоища. Даже смог сориентировать их полет, так что получилось что-то вроде сюрикенов из фильмов про ниндзей. Вроде, одним даже попал.

И в этот момент все прекратилось. Высвободившийся из-под действия тормозящего заклинания продавец активировал наложенную на их магазин основную защиту.

Когда я снова обрел возможность ощущать окружающую действительность, я по-прежнему валялся среди битого стекла на полу. Только обстановка разительным образом переменилась. По залу разгуливали мужчины в полицейской форме, рядом с телами пострадавших суетились медики. Разом стало тесно и шумно.

— Как самочувствие, парень? — Обратился ко мне продавец, по-видимому, освободивший меня из-под действия защиты их магазина.

— Вроде живой, — ответил я, поднимаясь на ноги и прислушиваясь к своему организму.

— Ну, тогда тебе лучше уйти, сам видишь, не до тебя сейчас, — посоветовал тот, оглядывая зал в поисках того, что больше всего в данный момент нуждается в его внимании.

Я и пошел на выход. Полицейский, стоявший там, мне не препятствовал.

— Внучок! Живой! — Из толпы, стоящей полукругом возле входа в магазин артефактов, вывалился мой дед. Крепко меня обнял. От него немного пахло алкоголем и просто таки шибало эмоциями облегчения и любви. Я в ответ так же крепко прижался к нему.

Наши обнимашки прервало громкое урчание, раздавшееся из моего живота. Я ж с самого утра еще даже не завтракал. Сначала из поезда выгружались, потом, решив разделаться побыстрее с основными задачами, не заходя в столовую, рванули на этот чертов рынок… или черный? В сущности, и так и так правильно. Кстати…

— Деда, держи свою метку, она так и не пригодилась, — я протянул дедушке его опознавательный знак, который он мне выдал для моего неудачного похода в магазин.

— Оставь себе, с таким не только здесь можно определенные преференции получить, в Старгороде тоже. Главное в нужное место обращаться. Вон, видишь, на вывеске этакий крабик в левом нижнем углу изображен? Знак свободных мастеровых. Без личного знакомства преференции могут оказаться не так, чтобы очень весомыми, но они будут. Самое главное, все без обмана продадут.

А дальше мы зашли в тот самый трактир, в котором ожидал меня дедушка. Половой, весь в белоснежной одежде, подпоясанный, с вышитым полотенцем на согнутой в локте левой руке поинтересовался, что мне подавать, птицу, начиненную гречневой кашей или барабуку, сложное блюдо из трех сортов печеного и копченого мяса с овощами и чем-то наподобие бобов. Ага, гречневая каша в этом мире имеется, а вот настоящих бобов я как-то не встречал. Выбрал второе, гречку, признаться, я не очень люблю. Ну, и ягодный морс, естественно. Благодаря особым сохранным артефактам, свежие ягоды и прочие фрукты тут можно было хранить чуть ли не круглогодично. М-м-м, после перенесенных треволнений пища, казалось, проваливалась в какую-то бездонную яму. Дед, навалившись локтями на стол и опершись подбородком на свои ладони, с умилением наблюдал за моим насыщением. Тоже расчувствовался, обычно он у меня — кремень.

Мое затянувшееся пиршество прервал какой-то немного помятый мужчина, обратившийся ко мне со словами:

— Простите, мне кажется, это вы обронили, — и он протянул мне… тот самый артефакт, который я недавно рассматривал в витрине магазина. Ну, тот, алюминиевый, про который я никак не мог поверить, что ему уже бездна лет исполнилась.

— Это не… — начал я отказываться от чужого и замолк, узрев, как обратившийся ко мне мужчина (кстати, я его вспомнил, он, как и я, был одним из посетителей магазина в тот момент, когда в него ворвались грабители), выпустив из рук медальон, замолк и принялся с самым растерянным видом осматриваться по сторонам.

— Что там у тебя? — Поинтересовался дедушка, когда этот странный визави удалился от нашего столика на несколько шагов.

— Да вот, старинный артефакт с совершено непонятным функционалом, — проговорил я, протягивая деду неожиданный подарок. Кстати, это только на вид он казался алюминиевым. Слишком тяжелый для этого металла. По весу я скорее подумал бы на свинец или золото. Может распилить его? Вдруг, в самом деле, там внутри золото?

— Не думаю, что это хорошая идея, принимать в подарок непонятный артефакт, — заявил дед, беря его у меня из рук. Но минуту спустя он же, молча, вернул мне его обратно.

Очень похоже, что часть функционала я все-таки определил: менталистика. Причем, в самом поганом ее проявлении: подчинение разумных. Только непонятно, за каким хреном я сам сдался этой древней железяке.

Выкину ка я его поскорее, от греха подальше, — подумал я, и… положил непонятную штуковину к себе в карман.

А потом мы с дедушкой отправились в номер снятой нами гостиницы. Дед спать лег: сказал, что в поезде абсолютно не высыпается, а я просто валялся без сна, раз за разом прокручивая перед глазами события сегодняшнего дня. Почему-то ситуация с бандитами была воспринята мной отвлеченно, словно я участвую в сюжете какого-то странного фильма, даже чувство пережитого страха спустя время начало вспоминаться, словно со стороны. Странный защитный выверт сознания.

Дед разоспался, даже похрапывать начал, а я внезапно решил: какого черта я тут валяюсь? Я же так и вовсе Светлогорск полноценно ощутить не смогу. Сначала, после поезда все впопыхах было, а потом, после магазина артефактов, и вовсе через призму неприятных воспоминаний словно не со мной воспринималось. Потому, отыскав в своей сумке ручку, я вырвал из карманного блокнотика листок и оставил деду следующее послание: «Ушел на прогулку. Не волнуйся. Скоро вернусь». Скорее всего, я ненадолго ухожу, города не знаю, да и одному скучно бродить, вернусь, дед еще, поди, и проснуться не успеет. Но на всякий пожарный вот, запиской предупредил, чтобы не сильно волновался.

Ну, что, город, как город. Конечно, по сравнению с Огарево ощущается слишком суетным, многолюдным, высотным… много чего слишком. Но это если именно с Огарево сравнивать. А вот после Москвы, какой она запечатлелась в моих воспоминаниях из прошлого мира, о первых ее посещениях, так и вовсе не большой, этот Светлогорск. Так что, нацепив на рожу выражение, которое можно озаглавить: «И не такое видали», двинулся вдоль по улице.

Спустя полчаса-час, проделав довольно значительный путь по периметру этого центрального района, я внезапно ощутил, что насытился этой прогулкой. Надоело. Да и, на поверку, не так уж сильно все тут от моего родного поселка отличалось. Чуть более изукрашенные с фасадов магазины, но товары в них продавались все те же, побольше мобилей на улицах, но их марки так же не отличались от тех, что ездили по Огарево. И люди… суетятся, спешат куда-то, парень прямо посреди потока людей затеял выяснять отношения со своей девушкой, воняющий несвежим амбрэ работяга кинул пустую пачку от сигарет прямо на асфальт, толпа пассажиров, бодро работая локтями, штурмует подзадержавшийся в пути автобус…. Крупные мазки и мелкие штрихи, создающие картину отнюдь не рая на земле. Обычные люди, обыденная жизнь.

Решив, что все необходимое для себя я уже увидел, я поспешил обратно в гостиницу. Того и гляди, дед проснется, негоже волновать его без лишней нужды.

Чтобы хоть чуточку подсократить свой обратный путь, я решил срезать напрямки, уйдя с кишащих людьми и машинами улиц в городские дворы. Заблудиться не боялся: негде тут заблуждаться, я же до этого двигался по периметру гигантского прямоугольника, теперь пересеку его по кратчайшей. Максимум, немного ошибусь с направлением и выйду не прямо на нашу гостиницу, а чуть левее или правее, да и то, вряд ли, с ориентированием на местности у меня всегда хорошо получалось.

Во дворах народу было намного меньше, местами, на детских площадках, играли дети, Мужик, порождая эхо в соседних домах, выхлапывал от пыли палас, возле одного из подъездов трое стариков, отряхнув снег со скамейки и рассевшись, вели неспешную беседу. Как есть, идиллия.

Тем неприятнее мне было почти нос к носу столкнуться с актом насилия. Двое здоровых лбов, лет, наверное, пятнадцати или шестнадцати, выполняя команды моего ровесника, атаковали паренька, по виду чистого ботаника, щупленького, в очках и брючках с наглаженными на них стрелками. Для полноты картины разве что только скрипки в его руках не хватало.

И этот худенький мальчик-колокольчик если и не побеждал, то уж точно дрался на равных. Их прилизанный, наряженный в самые модные одежки командир чуть не подвывал от бессилья:

— Ну, куда ты, дурень, в лоб ему идешь, со спины заходи!.. Гришка, поднимайся, сволочь, иначе, клянусь, прикажу тебя выпороть. А-а! Да сколько можно, ну, Соколов, ты у меня сейчас получишь! — При последних своих словах этот малолетний барчук вдруг начал выплетать какой-то сложный магический узор. Ну, тут и я вмешался:

— Простите, не подскажете, как пройти в библиотеку? — Ну, да, не оригинально, но я же не каждый день в драки ввязываюсь, этот элемент у меня еще не отработан, как следует.

— А? Что? — Отвлекся на меня колдующий, теряя напрочь концентрацию, а вместе с тем и распуская уже почти готовое плетение. — Иди на х… скотина, пока тебе ноги не переломали.

— Вы, сударь, оскорбили дворянина, и я за это набью вам морду! — Ну, вот, все формальности, вроде как, соблюдены. Говорил же, простые, не титульные дворяне не слишком-то и отличаются от обычных граждан. Дуэльного кодекса, регламентирующего каждый шаг вызывающего, в нашей среде точно не практикуют.

С этими своими словами я ускорился, моментально оказавшись возле грубияна, и технично провел крюк в печень. В самый последний момент решил не оставлять следов на лице. Судя по всему, передо мной аристократ, мало ли, вдруг побежит жаловаться маме с папой.

Моя атака достигла цели, мой противник согнулся, ну, я ему и добавил по загривку, обеспечивая мгновенное сотрясение и роняя на землю. А потом мне почти сразу пришлось отбиваться от тех двух верзил. Они вполне обосновано прекратили попытки достать незнакомого мне «ботаника» и переключились на обидчика их хозяина.

Не знаю, вытянул бы я тех двоих или нет, в принципе, кулаками они размахивали вполне умело. К счастью, «ботаник» не стал отсиживаться в сторонке. Вдвоем с ним мы одержали убедительную победу, в результате которой парочка побитых жлобов, прихватив их едва пришедшего в себя малолетнего руководителя, пустилась наутек.

— Граф Александр Соколов, — первым представился мне мой соратник по этой драке, — я благодарю за своевременно оказанную мне помощь. Против магии Вишневского я бы точно не выстоял.

— Сергей Уваров, дворянин, — церемонно представился я в ответ. — Думаю, вы преувеличиваете мою помощь, вы просто мастерски расправлялись с теми двумя бугаями.

— Это да, — не стал скромничать Соколов, — но всей моей нынешней магии едва хватает на усиление собственного тела. Защитой от магии я не владею, а Вишневского его родные обучили весьма пакостному заклинанию гиперэстезии. Я уже разок попадал под такое, — моего собеседника передернуло, — не летальное, но приятного мало.

Хм. Гиперэстезия…. Усиление органов чувств. Представил, каково это, когда любой, самый незначительный шум с размаха колотит по ушным перепонкам, а от дневного света появляется нестерпимая резь в глазах. Да уж, приятного, действительно, мало.

— Предлагаю, как боевые соратники, перейти на «ты», — предложил Александр на правах собеседника, обладавшего более высоким общественным статусом.

После мы с ним еще немного поговорили на разные темы. Совершенно случайно выяснилось, что я, возможно, оказал помощь своему будущему однокласснику. С будущего года Александр Соколов записан в ту же самую старшую школу в Старгороде, что и я. Впрочем, к этой ложке меда нашлась и своя бочка дегтя: Станислав Вишневский, которого я несколько минут назад использовал в качестве своеобразной груши для битья, тоже оказался записан в ту же самую школу. Впрочем, у Соколовых с Вишневскими учеба в этой самой школе была уже очень давней семейной традицией. И еще один ма-аленький нюанс: Вишневские, в отличие от нынешних Соколовых, не утратили свои обширные вотчины и являются одним из богатейших и влиятельнейших родов нашего княжества. Вот такого внезапного врага я себе заполучил (а в его мстительности и злопамятности Александр, как достаточно хорошо знавший нашего противника, меня уверил).

Совсем еще немного поговорив, мы разошлись. Опасность того, что побитый аристократ вернется с подкреплением, была совсем не иллюзорной, да и время поджимало.

Вернувшись в номер, своего деда я застал уже проснувшимся. Правда, похоже, это произошло совсем недавно, и он не успел накопить отрицательных эмоций по поводу моего отсутствия. Так что, собравшись и подобающе одевшись, мы с дедом отправились на ужин в здешнюю столовую.

О нашем дальнейшем пребывании в Светлогорске можно особо и не рассказывать: поужинали, прошлись по ближайшим магазинам, исключительно чтобы завтра ходить поменьше, легли спать. Утром следующего дня вновь проснулись, умылись, оделись, позавтракали и… пошли по магазинам. А как же? Особый набор специй для бабушкиной фирменной запеканки не закуплен, а еще бабушка по телевизору рекламу видела об особой копалке, которая облегчает перекопку земли в огороде, и еще одну рекламу специальной штуки для кухни…. Короче, целый список, который деду нужно было разбиться в лепешку, но выполнить.

Нашу с дедом вечернюю погрузку в поезд мы оба с ним, несмотря на тяжеленные, туго набитые сумки, воспринимали с огромным облегчением.

— Ты не опасался, что билетов до нашего Огарева нам не достанется? — Поинтересовался я у старшего родственника, когда мы приобрели их буквально за пятнадцать минут до отправления.

— В это время года с билетами в нашу сторону всегда свободно. — Словоохотливо отвечал мой дедушка. У нас же Огарево в последние годы в княжестве числится в качестве исключительно направления для летнего курортного отдыха. Зимой к нам отсюда вообще мало кто едет.

Собственно, в подтверждение дедовых слов, в четырехместном купе, билеты в которое на этот раз выбрал дедушка, мы с ним оказались вдвоем. Два других места пустовали.

— Учись внук, как нужно экономить: отдельное купе на двоих по цене двух билетов во второй класс, — похвалился своей предприимчивостью дед Степан в тот момент, когда наш поезд стронулся со своего места.

Снова наблюдал феномен огромного портала в небесах. В этот раз голубой проем дневного неба на фоне звезд и темноты ночи выглядел еще более эффектно. А еще эффектнее получился тот момент, когда мы из ночи ненадолго въехали на участок, освещенный солнцем иного мира. Правда, никаких драконов в этот раз нам по пути не попалось. Собственно, правильно, конечно: большинство летунов ориентируются в пространстве при помощи зрения, а что там, в ночном проеме, для них делать?

И снова я в родном Огарево иду по улицам. Тащу тяжелые сумки, у дедушки в самый последний момент жестокий остеохондроз приключился, а лечебных зелий он с собой не захватил. Уже с огромными опасениями предвкушаю поездку через полгода на учебу. Если я меньше, чем за четверо суток так соскучился, то как я смогу выдержать расставания на полгода?

Последняя оставшаяся от каникул неделя промелькнула практически незаметно. Ну, да, почти полностью, в очередной раз, посвятил ее своему собственному развитию. Тренировался до упаду, разок сходил в демонический мир. Края запретной зоны там так и не достиг, но сумел прибить аж три не очень крупных хищника размером все с ту же собаку. Правда, мой диагностический артефакт показал мне прирост исключительно в физических характеристиках, да и там он составил всего несколько сотых:

Мышечная сила: 2,99

Нервно-мышечная проводимость: 5,95

Выносливость: 4,12

Объем магического резервуара: 1,1 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 1,12

Развитие магических каналов: 1,46 (оценка примерная, т. к. часть каналов находится еще в стадии созревания).

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,77

Эмпатия: 0,6

Зато после похода к демонам с полным правом смог заглянуть в гости к Шитовой: подарок в виде магического камня, полученного с одного из этих зверушек, пусть совсем небольшого, ее очень сильно порадовал.

М-да, замечательная штука, каникулы. Жаль, что они в этой школе последние и так быстро закончились! Я готовил одежду для завтрашнего похода в школу, когда неожиданно прямо в своих мозгах услышал чужой голос:

— Накопление информации об условиях пребывания завершено. Ну, здравствуй, мой новый хозяин!

Глава 16

Голос, общающийся с тобой в твоей собственной голове — это может быть очень плохой приметой, потому я, честно признаюсь, немного перепугался.

— Где ты? — Вопросил я, озираясь по сторонам. Вроде, ничего нового в обстановке ванной комнаты, в которой я щеткой отряхал от пыли и грязи свою зимнюю куртку, не было.

— Ты, хозяин, руку в карман своей куртки опусти, я там, — вновь послышался вкрадчивый голос в моей черепушке, и я даже предположительно не смог определить, являлся он мужским или женским, — да не в этом, в левом.

Так вот, кто со мной разговаривает! Я извлек из кармана медальон о котором, по непонятной причине, напрочь позабыл на всю прошедшую неделю. Впрочем, какой, к черту, непонятной? Собственно, сам медальон и был этой самой причиной! Вместе с памятью о древнем артефакте ко мне вернулась и память о странном поведении соприкоснувшихся с ним людей, и о том, как я хотел его выкинуть от греха подальше.

— Не торопись меня выбрасывать, — прочитал мои намерения этот обитатель древней жестянки. — Я владею очень многими древними знаниями и могу тебе принести очень много пользы.

— Не хочу, чтобы даже для моей пользы мной кто-то управлял. — Я постарался даже интонацией голоса не выдать, что предложение артефакта о дополнительных сокровенных знаниях меня заинтересовало.

— Это был исключительный случай, — принялся отпираться голос, — иначе ты бы меня просто выкинул, и кто знает, сколько тысячелетий мне пришлось опять проваляться в одиночестве.

— А почему ты вообще решил, что я твой хозяин? — Задал я вопрос, стараясь как можно тише и незаметнее для объявившегося внезапно менталиста размышлять, стоит ли мне вообще вести дела со столь подозрительным персонажем или нет.

Не знаю, удалось ли мне утаить свои мысли от артефакта, но он, не касаясь темы моих опасений, начал отвечать именно на мой вопрос:

— Ты провел мою первоначальную привязку строго по протоколу: дал познакомиться с вкусом твоей маны, после чего предоставил в мое распоряжение энергию души разумного, владеющего магией.

— Погоди, какую-такую душу я предоставил? — Заспорил было я и тут же заткнулся. Все в точности так и случилось. Сначала я при помощи телекинеза (а ведь это именно моя магия) метнул медальон в того грабителя, и, очевидно, не просто попал, но и этим самым броском убил. У налетчика как раз в тот самый момент оказалась сбита магическая защита.

— Ну, что убедился, что я не вру? — Правильно понял мою заминку разумный артефакт. — Тогда давай знакомиться. Тебя я буду называть хозяин, а вот ко мне нужно обращаться строго по имени: Гуамокоранкоторксалан.

— Гуам… — попробовал я повторить сложное имя, запнувшись чуть ли не на первом слоге. — Может, я буду звать тебя Гуам? Ну, чтобы не перепутать и тем самым не нанести тебе оскорбление.

— Никаких Гуамов! У нашей расы по длине имени определяется знатность и личные заслуги разумного перед его лордом.

— Никогда бы не подумал, что у артефактов бывают свои расы, — изумился я его словам.

— Я вовсе не всегда был заточен в этот дурацкий артефакт, когда-то от моего имени трепетали армии.

В этот момент в дверь ванны постучала бабушка:

— Сережа, ты с кем там разговариваешь?

— Это я, бабушка, проговариваю, все ли я приготовил на завтра, — отозвался я из-за двери, и, дождавшись, когда она уйдет обратно к себе, шепотом обратился к своему приобретению:

— А каким-нибудь заклинаниям ты можешь научить? — Ну, да, я уже говорил, что я авантюрист и не всегда поступаю, соблюдая максимальную безопасность.

— В этом мире мне будет очень сложно это сделать, хозяин. Энергии одной единственной переданной тобой мне души на много не хватит, а ментал здесь довольно ригидный. Гораздо эффективнее я смогу тебя обучать в том мире, куда ты перемещался два дня назад, но, разумеется, и там подпитка душами обязательна.

Окрыленный открывающимися передо мной перспективами, я рысью примчался из ванной в свою комнату и с размаха рухнул на кровать. Была, знаете, у меня такая привычка, обдумывать самые волнительные моменты в горизонтальном положении, закинув руки за голову. Медальон при этом я себе на грудь положил, может еще до чего-нибудь ценного удастся с ним договориться.

И, разумеется, мою такую, несвойственную мне в обычной жизни резвость не оставила без внимания Злата. На шум, поднятый мною при последних моих действиях, она примчалась с кухни, с разгона запрыгнула на кровать и ткнулась холодным носом мне в подбородок.

— Хозяин, — вдруг подал голос мой медальон, и голос тот показался мне изрядно испуганным, — я тут подумал, что тебе действительно будет сложно выговаривать мое имя полностью. Называй меня просто Гуамоко. В конце концов, в последние пару тысячелетий моей жизни длина имени уже не имела для меня такого уж большого значения.

Моя такса, словно услыхав этот бесплотный голос, внезапно настороженно застыла, повернув голову в его направлении, после чего принялась заинтересованно принюхиваться.

— И я тебе правду сказал, в том мире мне будет намного легче передавать тебе новые знания… даже… даже смогу проводить этот ритуал подключения к менталу, если совсем не получу новых душ. — Игривая собачка решила изучить новую игрушку на вкус. Всего один единственный «лизь» привел ставшего неожиданно очень откровенным Гуамоко в шок и трепет. — И я прямо сейчас готов поклясться говорить тебе одну только правду… и поклясться в верности.

Последние слова, донесшиеся от медальона, оказались настолько тихими и невнятными, что мне пришлось буквально догадываться об их значении.

— Хорошо, клянись. — Ну, а что? Надо ловить момент. Похоже, что без этой клятвы, мое общение с Гуамоко может внезапно оказаться очень небезопасным. Очень уж мутный он тип, если об артефактах так можно говорить.

— Я, Гуамокоранкоторксалан, клянусь своей сутью… — затараторил медальон слова клятвы, и, по мере ее зачитывания, я начинал ощущать как между мной и древним артефактом натягиваются некие незримые узы, благодаря которым я не просто мог обмениваться мысленными посланиями с этим древним разумом, а получил возможность, при приложении определенных усилий, даже на время к нему подключаться, делая его мыслительные способности частью себя.

«Гаф»! — Звонко и радостно взлаяла моя зверушка, когда текст клятвы был Гуамоко полностью зачитан, и моя питомица, не обращая больше никакого внимания на лежащую у меня на груди металлическую штуковину, удобно устроилась у меня в ногах.

— Почему ты так испугался? — Мысленно задал я вопрос теперь уже своему вассалу. Разумеется, для получения ответа на этот простой вопрос, подключаться к разуму Гуамоко было вовсе не обязательно (да и, если честно, я ощущаю, что такое подключение отнимет у меня неоправданно много каких-то особых, нематериальных ресурсов, так что без очень уж веских причин заниматься подобным в ближайшее время точно не планирую).

— Уже имею печальный опыт контакта с подобными существами. — Отозвался древний разум в ответ. И, видимо, и сам, желая выговориться, продолжил: — мы считали себя всесильными! Властители множества миров впадали в панику при одном только упоминании названия нашей расы…. А потом кое-кто из нас имел несчастье вызвать простое неудовольствие всего двух подобных существ…. Теперь вот, я коротаю века в этом вот артефакте, а в нашем мире огромные территории сделались толком непригодными для существования.

— Так это что, выходит, моя Злата представляет огромную опасность? — Я приподнялся на локте, чтобы взглянуть на питомца. Даже заметно подросший за пару месяцев щенок, все равно оставался мелкой и шкодливой «варежкой». Определенно, моя рыжая красавица вовсе не выглядела чем-то хоть сколько-то угрожающим. В настоящий момент Злата лежала, удобно устроившись у меня в ногах, и с самым сосредоточенным видом вылизывала свою переднюю лапку.

— Опасность? Для тех, кто осознанно попытается причинить вам, хозяин, хоть какой-либо вред — несомненно. — Твердо объявил медальон, а я внезапно резко успокоился. Врагов не жалко! Еще бы, если мог, дополнительное объявление написал для всех, пытающихся мне, так или иначе, навредить. Что-нибудь этакое, в классическом стиле: «Ахтунг! Злюкен собакен яйцен клац-клац»!

Первый день моего последнего полугодия в младшей школе лично для меня запомнился внешне дружеской перебранкой Шитовой с ее бывшими подружками. Бог его знает, какая муха их укусила, что эти две заводилы женской части нашего класса заявились к нашей парте и устроили с моей нынешней соседкой ожесточенную пикировку. Причем, если бы не моя эмпатия, я, вполне возможно, даже и не догадался о плещущихся во, вроде бы, вполне обыденных фразах литрах чистейшего яда, заставляющего противниц яриться и, расплываясь в ехидных улыбочках, плеваться ядом в ответ.

В конце концов, мне все надоело.

— Ленусик, — сказал я, вызывая своим обращением мгновенный ступор всех развесивших ушки девчонок класса, — ты пойдешь сегодня со мной в иллюзион? Я слышал, они буквально на днях отработали и создали совершенно новые декорации? Купание в тропической лагуне, как тебе?

— С удовольствием, — пропела Ленка торжествующим голоском. Судя по волне зависти и негодования, прокатившейся по всем прочим особам женского пола, благодаря этой моей внезапной дружеской помощи, матч по женскому ехидству был прекращен за явным преимуществом одной из сторон.

— Ну, да, Сережа у нас богатенький, — провонял зарядом зависти и резкой неприязни мой бывший друг Генка, тоже сидевший неподалеку, а потому расслышавший мое приглашение.

А Серега Сергеев не сказал ничего, но если бы полыхнувший от него заряд ненависти какой-нибудь эпический злодей смог перевести в отравляющий газ, все птицы с небес разом осыпались бы на землю, а Княжество Светлогорское на долгие годы стало бы именоваться исключительно мертвыми землями.

И в иллюзион мы, действительно, пошли. Хотя, как мне кажется, Ленка до самого последнего момента ожидала, что я пойду на попятный. Ну, еще бы, цена в пять десятков золотых за час пребывания в комнате иллюзий на одного, кого угодно способна заставить сомневаться в целесообразности подобного времяпровождения. Кстати, очень неплохо поплавали и подурачились, хотя, разумеется, физически наши тела все это время оставались лежать неподвижными в маленькой комнатке, сплошь нафаршированной артефактами. Именно из-за цены этих самых артефактов и стоимость подобного развлечения оказывалась столь непомерно высокой.

О напрасном расходовании денег я немного пожалел уже к вечеру, когда, возвратившись домой, получил из рук деда с утра пришедшее извещение о наложенном на меня штрафе. Очередная расплата за мою глупость, ибо иначе, чем глупостью, мое участие в той каверзе против бэшек назвать было трудно.

— Ну, вот, — сказал дед при вручении мне извещения, — как удачно, что ты не потратил в том магазине выданные тебе призовые. Тик-в-тик сумеешь расплатиться.

Ага, словно эти полицейские, назначая штраф, где-то в невидимости возле меня в Светлогорске стояли и мной полученную от деда сумму фиксировали. Сумма выписанного штрафа пятьсот золотых! А ведь я, именно имея в виду дедовы призовые, Ленку в этот несчастный иллюзион и пригласил! Впрочем, отставить сожаления! Зато теперь есть, что вспомнить. Далеко не каждый подросток из нашего класса в подобной дорогостоящей диковине побывал. Кстати, интересно, только мне одному в полиции выписали подобный штраф, или и Генке тоже? Что-то мне подсказывает, что у Генки могут возникнуть сложности.

Наутро Ленка тем девчонкам, что остались нейтральными в ее конфликте с нашей сладкой парочкой, взахлеб рассказывала про наше вчерашнее посещение иллюзиона. Лично я, на месте хозяев этого аттракциона, за столь мощную рекламу, минимум выписал бы ей скидку на следующее посещение. Вон, как глазенки у слушательниц разгорелись.

А еще, когда гимназисты, вставшие при появлении в классе учителя, получили разрешение садиться, Генка так и остался стоять возле парты.

— Я разрешил садиться, — прикинулся непонимающим наш преподаватель древнеурского языка, на что покрасневший, как свекла, Генка под дружное хихиканье класса отозвался:

— Спасибо, я постою.

Очень похоже, что извещение о штрафе пришло не мне одному, только Генка, не имея за душой нужной суммы, переложил всю тяжесть оплаты на родителей… с соответствующими последствиями для себя лично.

Надо ли говорить, что всю вину за свой поротый зад Генка вновь возложил исключительно на меня. Все время, пока длились уроки, я ощущал с его стороны периодически накатывающие волны тяжелой, удушающей ненависти.

Генка Генкой, на его ко мне отношение плюнуть и растереть. Не думаю, что он вообще отважится ко мне лезть, а вот со стороны Сергеева мой поход с дамой в иллюзион аукнулся. Убедившись, что самому ему, даже с поддержкой прихлебателя Игорька, со мной не справиться, он обратился к поддержке старших товарищей.

В этот день после уроков я покидал школу в одиночестве, Шитова умчалась на урок раньше, у нее оказались какие-то неотложные дела. Занятый размышлениями, чем мне сегодня заняться, на перегородивших мне путь двоих старшеклассников я даже не сразу обратил внимание, тем более что каких-то эмоций, свидетельствующих об агрессии, от них вообще не исходило: исключительно сосредоточенность и желание получше выполнить полученное задание.

— Эй, малый, — услышал я совершенно внезапно для себя и принялся озираться вокруг: совершенно пустынный по этому времени суток отрезок улицы. Только я и двое лбов в форменках старшей школы. И еще один немаловажный нюанс: лица моих оппонентов оказались толком практически неразличимы, даже сколько им лет не получалось определить. Не то просто светотени так неудачно играют, не то это — результат какого-то магического воздействия.

Надпочечники разом выбросили ударную порцию адреналина, мозги начали прокручивать варианты выхода из ситуации. Двое предварительно замаскировавшихся неизвестных, докопавшихся до тебя на пустынной улице — это очень плохая примета. Не настолько плохая, как поездка связанным, ночью, в лес, в багажнике чужого автомобиля, но тоже на уровне.

— Мы ничего не имеем против тебя лично, но у нас задание, — продолжал, между тем, все тот же старшеклассник. Хотя, старшеклассник ли? Два комплекта форменной одежды старшего школьника найти ведь совсем не трудно, амулеты, делающие неразличимыми черты лица, гораздо труднее….

— Я вас слушаю, — в конце концов, если бы желали просто похитить или покалечить/убить, они могли бы напасть просто, без предупреждения. Я бы и пискнуть не успел.

— У тебя, парень, два варианта, на выбор. Один, ты зачитываешь нам на камеру свое признание, что не испытываешь к своей подружке никаких личных чувств, а встречаешься с ней лишь с целью заполучить через нее секретные родовые тайны ее семьи, и мы тихо и мирно расстаемся. Короче, ничего сложного, чтобы не пришлось самому мозги напрягать, мы тебе даже листок с вполне конкретным текстом выдадим.

— А второй вариант? — Спросил я, делая вид, что колеблюсь.

На практике, мне в этой ситуации особо и притворяться не приходилось, от резкого выброса адреналина у меня даже руки чуток подрагивали. Только, на самом-то деле, этот первый, озвученный мне, даже вариантом не был. Достаточно вспомнить уроки законоведения, которые у нас проводились подгруппам: отдельно ребята и девчата дворянского происхождения, и отдельно — все остальные. Так вот, на этих уроках нам четко разъяснялось, что попытка завладения чужими родовыми секретами — вполне себе законный повод для начала войны родов. И то, что я пока еще несовершеннолетний, ничуть эту ситуацию не смягчало. Стать причиной гибели деда и бабушки, единственных реально родных мне в этом мире людей, я не соглашусь и под угрозой смерти.

— Второй вариант? Мы просто переломаем тебе руки и ноги, — и снова со стороны говорившего, как и его спутника, не исходит ровным счетом никаких отрицательных эмоций, словно он не покалечить меня обещает, а сообщает мне прогноз погоды на завтра. — И еще…. Ты, парень, в курсе про Зеленодольскую зону? Почему, несмотря на все очень ценные ингредиенты, которые почти без труда можно там добыть, туда никто из магов не ходит?

— Д-да… — а вот сейчас, действительно, страшно. О кишащих в тамошней воде паразитах, при проникновении внутрь напрочь убивающих в человеке любые магические способности, целая куча передач создана.

— Вот и задумайся, стоит ли лишаться магии, — еще до боя добивал меня противник, вертя в руках запечатанную пробирку с совершенно прозрачным содержимым.

— Х-хорошо, я согласен. Давайте вас текст. — Протянув руку, я шагнул в сторону наемников.

— Молодец, хороший мальчик, — похвалил меня все тот же наемник, убирая пробирку в карман, но в излучаемых от него эмоциях разом проступил легко ощутимый шлейф презрения.

Я сделал еще несколько шагов, приблизивших к своим нынешним врагам практически вплотную. Заметно расслабившиеся наемники пропустили тот момент, когда моя, вроде как, протянутая в просительном жесте рука, с надетым на указательный палец демоническим перстнем, качнулась в сторону второго, молчаливого, персонажа. Не знаю, какими силами обладает разговорчивый, но вот его соратник точно опасен. То, с какой легкостью тот, в такт словам приятеля, игрался перекидываемым с руки на руку файерболом, произвело на меня впечатление. Маг минимум пятого уровня против младшего школьника, толком не освоившего, за исключением телекинеза, ни одного боевого заклинания — это совсем даже не смешно.

Малюсенькая интерлюдия.

Маленькая рыжая такса, свернувшись аккуратным клубочком, после вкусного завтрака расслабленно дремала на подушке хозяина. Хотя, это именно он считал себя хозяином, сама Злата воспринимала его не иначе как Спутником. Именно так, с большой буквы. Спутники для существ ее вида на начальных этапах взросления заменяли все: маму, папу, родных и друзей, учителей в школе и даже маленьких питомцев. Если сказать короче, Спутник, в качестве внешнего симбионта, обеспечивал маленького элементаля времени заемной толикой смысла существования.

Внезапно сладкая дремота существа, притворяющегося домашним питомцем, была нарушена. В цепочке вероятности ближайших событий наметились некоторые напряжения. Возможно, эти напряжения и сошли бы на нет сами собой, но Злата не могла рисковать. Ее спутнику угрожала опасность, и она поспешила на помощь.

У элементалей времени свои, очень своеобразные отношения с пространством. Недаром же, ученые во многих мирах, по мере изучения этих явлений, объединяют пространство и время в одно, единое понятие. Потому, маленькая собачка, рассыпавшись веером бликов и силовых линий на подушке, в спальне своего Спутника, практически мгновенно воссоздала себя совсем неподалеку от своего Спутника, начавшего неравный бой против двух взрослых боевых магов. Впрочем, с ее появлением бой, по-прежнему сохранив свое определение «неравный», кардинально поменял полярность этого самого неравенства. Именно про такое непрямое вмешательство старая мудрая черепаха говорила: «Случайности не случайны».

И лишь спустя долгие две минуты, окончательно убедившись, что с ее обожаемым Спутником все в полном порядке, маленькая такса вернулась обратно к себе, на подушку.

Конец интерлюдии.

За месяцы, прошедшие с момента получения демонического перстня в свое распоряжение, я уже довольно неплохо натренировал применение атакующей магемы, заключенной в этом перстне, потому черная клякса на этот раз возникла у меня практически сразу же и без особого труда. И без видимого эффекта, поскольку боевой маг, против которого я применил свой артефакт, не пренебрегая собственной безопасностью, на любое дело ходил с наложенной магической защитой.

Но, на самом деле, результат, хоть и не очень заметный, все же был. Сложная динамическая защита, максимально уплотняясь в месте атаки, на несколько мгновений оставляла почти без прикрытия остальные участки тела. А СОВЕРШЕННО СЛУЧАЙНО попавший мне под ногу небольшой участок открытого льда чуточку сместил точку моего прицела, и следующая клякса, должная, как и первая, поразить лицо, угодила вражескому магу ровнехонько в середину грудной клетки. Впрочем, про эти нюансы нашего противостояния я узнал уже много позднее, при разборе моего сражения полицейским экспертом, а в этот момент я просто ринулся в ближний бой с последним, остававшимся на ногах, врагом.

Разумеется, опытный боевой маг на грушу для битья походил не очень сильно. Получив первый, совершенно неожиданный удар, и все же удержавшись на ногах, враг немедленно активировал несложное заклинание, дающее его телу заметное усиление всех физических возможностей. Впрочем, тем самым он всего лишь уравнял наши физические возможности. Больше возможностей применить магию я ему не предоставил. После бонусов, полученных в результате охоты на демонов, мои показатели тела заметно превышали показатели среднего взрослого мужчины, а если учитывать болтающийся у меня на шее артефакт, способный полностью защитить меня от нескольких, даже самых сильных ударов противника, мое преимущество в этой схватке становилось неоспоримым.

Пары минут не прошло, теперь уже моему противнику попался под ногу скользкий участок (угу, тоже СОВЕРШЕННО СЛУЧАЙНО) и вот я уже заламываю руку лежащему передо мной в снегу противнику. Все еще разгоряченный состоявшейся схваткой, я принялся шарить свободной рукой по его карманам:

— Где там, ты говорил, у тебя эта пробирка с водичкой из зоны?

Как ни отбивался противник, а все же его пробирку я ему в рот затолкал, а потом резким ударом по нижней челюсти еще и разбил ее там. А потом и еще несколько ударов нанес, чтобы успокоить сильно огорчившегося противника. А вот нефиг пытаться посмертное заклятие мне тут плести. Эта, влитая ему вместе с осколками пробирки зараза, ведь свое действие начинала отнюдь не сразу.

Чуточку отдышавшись, я принялся звонить своему деду.

— Деда, срочно нужно твое присутствие. Тут на меня двое магов с какого-то перепуга напали. А я их покалечил малость….

Дед примчался ко мне лишь чуточку быстрее полицейских с имевшимся в их составе штатным менталистом. Полицейских я тоже сам вызвал, помнил про «золотой час» менталиста, когда тот без особых усилий может восстановить порядок событий, просто просмотрев память их участников. Кстати, очень правильно и своевременно я поступил: тот из наемников, которого я черными кляксами угостил, до приезда целителей не дожил. Боюсь, если бы не менталист, мне было бы крайне сложно оправдаться.

И опять, забегая сильно вперед, это нападение наделало среди дворян нашего поселка немало шума. А просто далеко не каждый день глава дворянского рода отправляет наемников с поручением атаковать несовершеннолетнего школьника, да к тому же члена не боевого, а абсолютно мирного дворянского рода. Я уже и не говорю о характере данного тем наемникам поручения. Сильно подозреваю, что наши дворяне, когда выбирали наказание для рода Сергеевых, все, случившееся со мной, еще и на себя примеряли. А ну как, кому-нибудь взбредет в голову подобную провокацию повторить?

Как результат, к князю Светлогорскому была отправлена петиция, призывающая исключить род Сергеевых из состава Светлогорского дворянства за крайне недостойное поведение. Кстати, петицию ту князь сразу же удовлетворил. Ну, и еще стоит упомянуть о внушительном штрафе, наложенном властями на нарушителя. Короче, двух месяцев не прошло, семейство Сергеевых съехало из нашего поселка, а, соответственно, в нашем классе одним моим недоброжелателем стало меньше.

Глава 17

Sic transit gloria mundi! — Если перевести на современный: так проходит мирская слава! Умные все-таки люди были, эти старики римляне. Правда, в употреблении умниками этого выражения в России присутствовал один ма-аленький нюансик. В России это выражение, обычно, приплетали чисто для солидности, в контексте упоминания жизни кумиров, уже отработавших свой срок и отправленных на свалку истории. У римлян же «транзит» в этом выражении — он транзит и есть. Глагол, означающий непрерывное движение, даже специального перевода не требует. И вовсе не обязательно это славное движение в прошлом осталось, слава может и вот прямо в данный момент вас настигать, подпихивая под зад.

Собственно, внезапно случившееся со мной — это как раз точь-в-точь подобный случай и есть. Настигла, так настигла. Младшеклассник уделал в открытом столкновении двух взрослых боевых магов! Не просто вундеркинд, какие чуть ли не в каждом классе встречаются. Феномен! Когда такое было? Сразу припомнили и прошлое мое награждение. Даже наша Лидия Павловна вновь начала смотреть на меня с улыбкой (ну, когда эту ее искусственную улыбку в оскал не перекашивало, конечно), а уж одноклассники и одноклассницы тут же выразили желание со мной дружить. Особенно одноклассницы! Но я сразу же валенком прикинулся. Не хватало мне еще с Шитовой отношения из-за этих куриц испортить. Ленка же, в отличие от всех прочих, зарекомендовала себя в качестве настоящей подруги. Той, что и в радости, и в печали… а, нет, конкретно эта фраза немного про другое, рано мне еще жениться.

А еще снова нарисовался Генка:

— Ну, ты это… прости меня, друг…. Давай сегодня после уроков вместе на лыжах в дальний лес сходим.

Ага, вот прямо сразу так и простил! Да такого завистливого друга на двух врагов менять запросто можно, и то в выгоде останешься. От врагов хоть знаешь, чего ожидать. Ну, примерно в таком ключе я этому «другу» и ответил. Опять же, нет у меня времени просто так по лесам разгуливать. У меня с моим Гуамоко очень важный эксперимент намечается.

А просто мой разумный артефакт в разговоре со мной предположил, что сможет в демонском лесу определить направление на ближайшее скопление разумных. Может быть. Если их достаточно много вместе соберется. И энергии хватит. Он, вообще-то перечислил достаточно много условий, когда этот его способ может не сработать и всего одно единственное условие обратной направленности — для повышения шансов срабатывания. А все те же души ему нужны, кто бы сомневался. Правда, в этом случае, вроде как, для этого не обязательно души разумных, а тем более магов, использовать. Предположительно, вообще сойдет любая, хоть сколько-то развитая, типа очередного демонического песика.

М-да, отказался я в школе от лыжного похода и почти прямо тут же, едва перекусив дома, в лес на лыжах же и пошел. Зима же, снега уже много за последние недели насыпало. Теперь без лыж к порталу, пожалуй, и не добраться. Кстати, еще одна проблема с этим: следы от лыж прямо на мой портал выводят. Как бы какой-нибудь лыжник, наподобие того же Генки, не решил совершить прогулку по уже проложенной мной лыжне. Вон, ту дамочку, про которую еще летом парни в разговоре упоминали, так до сих пор и не нашли….

Да, чуть не забыл, я перед этим очередным походом на ту сторону вновь зафиксировал показатели моего диагностического артефакта.

Мышечная сила: 3,01

Нервно-мышечная проводимость: 5,98

Выносливость: 4,12

Объем магического резервуара: 1,29 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 1,31

Развитие магических каналов: 1,86

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,77

Эмпатия: 0,7

Вернусь из выхода, снова проверю, насколько прибавил. Но и без того видно, что убивать магов для меня чрезвычайно полезно. Я же все-таки магом, а не Шварценеггером хочу стать, а мелкие демоны, еще не владеющие толком магией, мне только и добавляют за редкими небольшими исключениями одни физические параметры.

Эх, а у демонов все так же лето продолжается! Лепота! Пока скидывал зимнее обмундирование, взопрел аж.

— Прежде чем начать определять направление на скопление разумных, предлагаю обучить меня какому-нибудь самому простому на твой взгляд заклинанию, чтобы можно было затирать следы на снегу. Ну, там, какой-нибудь воздушный вихрь, или еще что, по твоему предложению, — принялся я диктовать порядок действий моему прихваченному с собой разумному артефакту. А чего скромничать? Гуамоко сам вызвался обучать меня магии. А в этом мире, по его словам, ему для обучения даже и энергия душ не обязательна.

— Кхм, кхм, — очень натурально принялся откашливаться голос в моей голове, сразу тем самым настраивая, что в реальности исполнение моих хотелок может оказаться далеко не столь простым, как в моих собственных фантазиях. — Я клялся в не причинении вам вреда, хозяин, потому вынужден предупредить, что ваш человеческий мозг к подобной форме обучения приспособлен крайне плохо. Без вреда для вас я смогу обучать либо по одному заклинанию вплоть до седьмого уровня один раз в месяц, либо после вашего продолжительного отдыха и восстановления в течение нескольких месяцев, смогу обучить вас заклинанию вплоть до третьего уровня включительно, после чего вам потребуется еще пара месяцев для восстановления возможных повреждений.

— Что-нибудь, уничтожающее следы на снегу, можешь предложить, чтобы при этом еще и вписывалось в границы седьмого уровня? — поинтересовался я, заметно урезав осетра своих желаний.

— Воздушный вихрь или управление водой, хозяин, — предложил мне мой артефакт на выбор. — Оба изначально заклинания седьмого уровня, но по мере длительной отработки магом могут усиливаться до пятого и даже четвертого уровня.

— А разве управление водой тут сработает? — Удивился я. — Вроде как, я слышал, что в концептуальном плане вода и снег не являются абсолютно тождественными понятиями?

— Концепции задаются исключительно сознанием колдующего. Конкретно для вас, хозяин, вода и снег представляются одним и тем же объектом, а потому, уверен, работать это заклинание будет вполне корректно.

— Меня как, этой твоей учебой не вырубит, случайно? — Поинтересовался я, припомнив свою последнюю авантюру подобного плана, проведенную под руководством Рома. — А то еще хотелось бы край запретных земель посетить за сегодня.

— Не вырубит. Заклинания седьмого уровня крохотные, одно единственное сильно ваши мозги точно не перегрузит. Если бы не имеющиеся в ваших мозгах остаточные следы от прошлого ментального обучения, так я вообще мог бы твердо пообещать, что обучение заклинанию седьмого уровня вы и не ощутите вовсе.

— Тогда пусть будет управление водой, — выбрал я, помня свое намерение изучать все разделы магии как можно более равномерно. Собственно, вода у меня еще не раскрыта, лед, который я когда-то раскрыл в дополнение к магии огня, проходил по категории магии холода.

Хм. И в самом деле, легкотня! Давление изученного при помощи Гуамоко заклинания на свои мозги я едва ощутил. Жаль не могу сразу же это приобретение на практике проверить: управление водой подразумевает наличие воды, а до ручья, единственного известного мне ее источника в здешних землях, потребовалось бы минимум с полчаса идти быстрым шагом.

Итак, приятный бонус в виде толики новых знаний приобрел, пора приниматься за уже привычную работу. Что за работа? Так все та же охота на демонов. Только если я раньше здесь просто так бегал, в попытках добыть чуточку усиления моих способностей напрямую, то теперь придется делиться этой самой праной с моим амулетом. Ну, я так предпочитаю называть то, что я получаю с убитых мной демонов, а то пожирать души — согласитесь, как-то не так звучит.

Охо-хо! Слишком хорошо — тоже не хорошо. Про это крылатое изречение я вспомнил, сидя на разлапистом дереве, чуть ли не том же самом, на котором когда-то Ром спасался от преследующего его чудовища. Хотя, вряд ли, на самом деле, том же самом. Тут, с высоты дерева мне хорошо было видно, что сплошная стена краснолистных зарослей дальше по курсу повсюду в подобное редколесье переходит, с единичными толстыми и кряжистыми древесными исполинами.

А про «нехорошо» я вспомнил, глядя, как едва ли не десяток копытных зверушек пытаются подрывать корни дерева, на которое я от них взобрался. Кстати, очень-очень оперативно получилось, сам от себя не ожидал, что настолько замечательно умею лазить по деревьям.

И ведь как замечательно все начиналось! Сначала мне, на моей охотничьей тропе, попалась тварюшка. Довольно сильная, кстати, даже магией какой-то владела, наподобие моего телекинеза. По крайней мере, запущенный в ее сторону стальной шарик вполне технично на силовой щит приняла и прямо тут же отправила в обратном направлении. Я в подобные игры с ней играть не стал, это же не волейбол на пляже. От бывшего моего метательного снаряда уклонился и ответил уже артефактом. Не мудрствуя, выбрал тот, что с ментальным ошеломителем был, разом шестьдесят золотых в минус. Просто побоялся, что странная прозрачная стена, которую та тварюшка мгновенно воздвигала перед собой на пути полета снаряда, окажется достаточно действенной и не только обычный стальной шар не пропустит, но и от контактных артефактов защитит, и зелье из расколотого при столкновении флакончика остановит.

Расчет подтвердился: ментальный артефакт сработал и монстр оперативно свалился с копыт… или лап… или с псевдоподий…. Бог его знает, что у него там за конечности были, я вообще даже описать затрудняюсь, что за кракозябра мне на этот раз встретилась. Что-то бесформенное, бугристое и топорщащееся величиной с крупную свинью примерно. Одно слово: тварюшка. Слава богу, что хоть не красного цвета, а то до самого последнего момента так бы ее и принимал за куст.

Впрочем, для моего медальона, который я в очередной раз в качестве метательного сюрикена использовал, форма и цвет добычи роли вообще не играли. Он только блеснул багрянцем в коротком полете, и сразу же оглушенная тварюшка стала совсем мертвой. И это без всякого яда! Если бы не полнейшее отсутствие эйфории, а значит и праны для развития, после убийства монстра у меня лично, так я, может быть, даже задумался над тем, чтобы сделать этот метательный снаряд одним из своих основных орудий охоты.

Но с подобной потерей праны я практически тут же смирился, поскольку мой накормленный артефакт достаточно уверенно смог указать направление, откуда он ощутил эманации разумных. Это направление почти полностью совпало с тем, на котором я когда-то Рома повстречал. Ну, и я двинулся в указанном направлении. Так и шел до того самого момента, как наткнулся на это вот самое стадо. Или стаю? Стая — про хищников. Стадо — это, вроде как про копытных-травоядных, а если копытные внезапно возжелали отведать чьей-то плоти? Однако, что-то эти свинские буренки разошлись не на шутку, мое дерево аж трясется уже, того и гляди рухнет.

Впрочем, от их свинячих действий особо я не унывал. Пусть эти рогатые гигантские свиньи (ну, или хрюкающие коровы с огромадными свинскими пятачками и торчащими из их пастей клыками) и дальше не обращают на меня никакого внимания. А то еще снова включат свои плазменные защитные покровы, как мне тогда их убивать прикажете?

Итак, что мы имеем в своем арсенале? А, собственно, все то же самое: одноразовый артефакт с огненным шаром и два с ледяным шипом, четыре самовзрывающихся при столкновении с препятствием флакончика со слабым зельем мгновенного сна, и один единственный магниевый взрывпакет. А, нет, еще про медальон-сюрикен забывать не стоит. Ну, и, разумеется, мой верный топорик с нанесенным на его лезвие толстым слоем… нет, не шоколада, а отличного быстродействующего яда. Что ж приступим!

Нескольких мгновений не прошло, как я запулил все вышеперечисленное по копошащимся внизу хрюшкам — переросткам. Ну, за исключением топорика, конечно. Его я, по-прежнему, до поры, до времени оставил в ременной петле на поясе. И без топора в руках вниз спускаться намного труднее, чем залезать наверх, а с топором… только если спрыгнуть. Но прыгать как-то вовсе не хочется: у хрюшек внушительных размеров рога, причем, прямо под моим деревом торчат — а ну как сяду на них с размаху?

Пока сползал по стволу вниз, изображая помесь змеи с каким-нибудь мешком, внизу, под деревом, форменные Содом и Гоморра учинились. Убойные артефакты общим числом четыре штуки сработали без нареканий, четыре туши полегли под моим деревом в полнейшей неподвижности, а вот оставшихся пять особей попали под сочетанное поражение средств, едва ли не противоположных по оказываемому ими воздействию. Ну, сами подумайте, каково это, мгновенно засыпая, вдруг получить столь мощное световое и звуковое поражение. Потому пять очень мощных, но совершенно ничего толком не соображающих тварей, включив на полную свои испепеляющие защитные покровы, бездумно атаковали то, что у них оказалось под боком: то есть друг друга.

Как результат: куча мала из жалобно подвывающих и еще подергивающихся плохо пропеченных монстров и отвратительнейший сочетанный аромат сгоревшей щетины и жаренного мяса с кровью, от которого у меня разом развилась тошнота.

Впрочем, времени на улаживание выкрутасов своего собственного желудка у меня оставалось совсем немного: привлеченные шумом взрыва, к моему спасительному дереву наверняка уже спешили новые монстры, я их с дерева вдалеке замечал. Потому принялся оперативно своим отравленным топориком добивать еще подающих признаки жизни монстров.

Практически успел! К тому времени, как к месту разыгравшегося побоища подтянулись новые чудовища, я уже добил выживших свинюшек, выковырял Гуамоко из туши, в которую я его до этого собственноручно отправил при помощи телекинеза, и даже, частично используя то же самое заклинание, чтобы не испачкаться в крови, добыл парочку магических камней. Жаль, не все туши успел обследовать, появление поблизости новых демонов заставило меня срочно прятаться в кустах неподалеку.

Вот каким же образом мне тут прикажете пробираться? Да окраины зоны просто таки кишат всевозможными неразумными, но очень опасными демонами!

И все же, несмотря на то, что все одноразовые атакующие артефакты, пригодные для использования против демонов я истратил буквально в самом начале своего пути, я решил попытаться дойти до окраины запретной зоны именно сегодня. Умом понимал, насколько опасна и неразумна подобная торопливость, но все же пошел. Ну, вы помните про гормоны, которые управляют нашим поведением….

Возможно, вам из последних моих слов могло показаться, что у меня на пути практически под каждым кустом засело по демону, а то и не по одному. К счастью, реальность оказалась не столь суровой. Тварей видел не раз, некоторые даже громадные. Не такие громадные, как тот, что когда-то, сотрясая почву, протопал мимо меня, но самый крупный африканский слон из иного, памятного мне мира, на их фоне наверняка показался бы щуплым подростком. Более того, именно возле таких вот громадин я и старался пробираться. А просто, поблизости от «царей» этого леса все остальные твари старались не появляться.

Границу запретной территории на этот раз я так и не увидел. Как бы незачем стало. Я ведь не просто так, шел в поисках демонского поселения. Не турист же я, в конце то концов. У меня все это время в голове крутилась идея, с кем-нибудь из местных жителей законтачить. Правда, предварительно, и совершенно непонятно, каким образом, нужно было сделать так, чтобы тот не стал меня атаковать….

Ну, вы поняли: на местного жителя я внезапно и наткнулся. Причем, атаковать меня этот демон не сумел бы при всем своем желании. Правда-правда: находясь при смерти и без сознания, не особо-то поатакуешь. Даже как-то сама собой возникла было мысль, добить этого, просто, чтобы не мучился, и поискать другого, более живого. Только я эту мысль сразу же прогнал, как исключительно вредную: другого демона еще, поди, убеди, мирно жить, а вот найденного и убеждать не требуется. Но для надежности я все же обыскал болящего, все, что хоть сколько-то показалось похожими на артефакты изъял. Я бы еще и руки ему для надежности связал, но потом подумал, что связанный уж точно ко мне дружескими чувствами не воспылает и не стал этого делать. Да и не думаю я, что этот рогатый сразу от состояния полнейшего овоща вдруг к резкой свирепости перейти сможет.

В общем, вместо связывания рук я занялся перевязкой раны. Кровь, хоть у человека, хоть у демона, слишком ценная субстанция, чтобы ее проливать вот так просто. А потом, подавив свою жабу, влил ему в рот последний эликсир здоровья, который имелся в моем распоряжении. Все, можно сказать, теперь я точно, полностью пуст!

Эликсир, пусть не сразу, но подействовал, хриплое с присвистом дыхание низенького, ростом не выше меня самого, существа внешне похожего на человека (если бывают люди с носом — пятачком и громадными бараньими рогами на голове) упорядочилось, и раненый открыл глаза.

М-да! Если глаза того же Рома, пусть с некоторой натяжкой, но еще могли сойти за человеческие, то эти, с абсолютно черной, сливающейся со зрачком, радужкой, вызывали безотчетное чувство страха.

— Я не причиню тебе вреда, — произнес я на румейланском, тщательно отслеживая эмоции моего неожиданного собеседника.

— Зачем ты спас меня, иномирец? — Сходу задал неудобный вопрос мой найденыш, тем самым демонстрируя, что голова у него по-прежнему варит. И, кстати, эмоции демон демонстрировал на удивление спокойные.

— Хочу отыскать у вас партнера для торговых операций, — решил без увиливаний сразу обозначить цели своего визита.

— Хе-хе, — короткий смешок демона был похож на скрип стекла по абразивному камню. — Как, по-твоему, я похож на того, у кого имеются какие-либо товары?

— Небольшое количество товара для начального торгового оборота тебе дам я. Я же дам тебе список желательных товаров, которые ты доставишь мне в обмен на следующую, уже значительно большую, партию товара.

М-да уж, непростой разговор у нас получился. Я же, когда я всю эту операцию затевал, только основную идею у себя в голове выдвинул, а про детали как-то вовсе упустил. Главная идея основывалась на том, что я, благодаря все тому же Рому, все же представлял себе, что у демонов может считаться некой ценностью. А вот частности: как и где встречаться для обмена товаром, частота встреч, безопасность, наконец, — все это пришлось обговаривать едва ли не на ходу. Блин! Да я даже имя своего контрагента додумался спросить уже после того, как выдал ему все имеющиеся у меня с собой полсотни капсул с экстрактом хивы.

Но, как говорится, лучше поздно, чем никогда. И имя узнал, и о том, как до жизни такой докатился, расспросил.

Итак, спасенного мной демона звали То, и он изначально относился аж к высшим демонам. Вот только не повезло ему в его демонической жизни. То не распространялся о причинах, но его лорд оказался на его счет чем-то сильно прогневан. А дальше практически все как у людей: своего проштрафившегося вассала лорд все же не прибил, как это часто у демонов бывает, но лишил прежнего имени и прогнал из своей крепости. Попутно мой нынешний компаньон вынужден был возвратить всю энергию развития, выданную ему его лордом. Хорошо еще, что энергии все же хватило, чтобы отдать долг, а не то могли бы и досуха выжать. Но роскошного, сильного тела То лишился (ну, демоны же по сути — существа энергетического плана, свои псевдотела они из имеющейся у них энергии строят). А так как он всю жизнь специализировался преимущественно на ближнем бое, то, став слабосилком, внезапно оказался совершенно не у дел. Примерно как водитель, у которого гаишники внезапно отобрали права. Поход в запретные земли стал последней попыткой демона вернуть утраченное.

А потом мы с То заключили контракт. Прежде всего, на не причинение друг другу вреда. Ну, и на запрет рассказывать друг о друге кому бы то ни было. Причем первым завел разговор о контракте сам демон. У них, оказывается, без этого вообще никак. Слишком уж непостоянны демоны в своих намерениях, словно у всей расы в крови происходят постоянные гормональные выплески, а вести дела, так или иначе, как-то надо.

Обговорив напоследок в качестве места для тайника под обмениваемые товары хорошо различимое издалека дерево с разделенной вершиной, мы с демоном разошлись в разные стороны: он до ближайшего форпоста, где обитал последнее время, а я — по второму разу преодолевать пограничье, насыщенное всевозможными хищными формами.

Уф! Наконец-то я выбрался на Землю! Даже не верится немного: уж на что путь туда был сложным и изобилующим препятствиями, но путь обратно оказался еще сложнее. А я еще, наивный, искренне удивлялся, что демоны заново эти территории не осваивают! Да тут даже на танке далеко не уедешь. Впрочем, именно на танке, действительно, не уедешь: на шум обязательно сбегутся чудовища, из тех, для кого танк — не более, чем мелкая забавная игрушка, и сожгут/заморозят/растворят в кислоте/разберут на запчасти. Причем, запросто может проявиться вариант, когда не, как это пишут в анкетах, «подчеркнуть нужное», а все сразу, и сожгут и разберут и даже заморозят одновременно. А что? Я сам видел, когда выбирался, демона, который какими-то фиолетовыми сгустками плевался, от которых цель плавилась и исходила дымом, а все вокруг при этом разом покрылось инеем.

Но, слава богу, выбрался. И даже с дополнительным прибытком: добил кем-то покалеченного монстра и извлек из него магический камень. Правда, что там за магия, и есть ли она вообще, лично для меня осталось неизвестным. Так что этот камень — точно на продажу. Надеюсь, у Шуховых есть возможность определять направление магии, заключенной в таких камушках.

А классно работает управление водой! Я только пожелал, чтобы лыжня за мной стала менее заметной, как сразу же снег взял и разгладился. Даже глазом не уловил, как это произошло. А еще сильно порадовало то, что изученное при помощи моего артефакта заклинание не нуждалось в отработке, сразу заработало, словно сто раз производил подобные действия. Потому весь путь до дома, параллельно с периодическим применением заклинания, провел в размышлениях, что же мне предпочесть, набор семиуровневых заклинаний на все случаи жизни или одно, но такое…. Впрочем, высокоуровневое заклинание изучить — еще не значит суметь им воспользоваться. Запросто может получиться так, что для его исполнения мне банально не хватит маны. Хотя… существуют же еще накопители….

— Что-то долгонько ты, внучок, загулялся, звезды уже на небе, — встретил меня дед возле калитки, своим вопросом напрочь отметая мои размышления по поводу выбора пути развития. Пришлось совсем о другом думать, изобретать, как мне обосновать свою задержку.

— С лыжной прогулки мы давно уже возвратились, потом просто у Ильяса дома сидели. — Будем надеяться, что дед не пойдет к Нигматуллиным, проверять правдивость моих слов.

— Мог бы и позвонить от него в таком случае, чтобы мы с бабкой не волновались, — принялся ворчать дед Степан, — или хотя бы свой телефон с собой в таком случае бери.

— Так говорил же уже: с горок мы собирались кататься, мог запросто телефон из кармана выронить или разбить при падении.

Дед еще выговаривал за мое невнимание, но, слава богу, кризис уже миновал. Эх, тяжела жизнь подростка, которого еще за взрослого никто не считает!

Глава 18

— Чего это с Останиным? — Поинтересовалась у меня Шитова, когда выбегающий из класса Генка чуть не сбил ее с ног.

— Так это… — принялся я подбирать слова, чтобы объяснить, какую картинку только что увидел мой назойливый бывший друг. — Он просто в мои глаза заглянул.

— А что не так с твоими глазами? — Ленка даже изогнулась за нашей партой, чтобы тоже заглянуть в мои глаза. Ну, никаких тормозов у барышни! А вдруг там что-нибудь, в самом деле, страшное, способное напугать даже такого тугодума, как Генка?

Я даже на секунду задумался: может и вправду ей совиные глаза включить? Впрочем, без труда удержался, все же с друзьями так не поступают. А вот Генке — можно! И я даже не считал это за диверсию. Впрочем, этого настойчивого говнюка мне реально есть за что благодарить. Без него бы я еще, возможно, не одну неделю страдал, не в силах выбрать, так сказать, между журавлем и стаей синиц.

А так все как-то само очень удачно сложилось: конечно же, журавль! До середины, может быть, конца весны потерплю, зато сумею выучить какое-нибудь почти ультимативное заклинание. А стаю синиц, точнее заклинаний не слишком высокого уровня, я всегда смогу получить, просто сформулировав пожелание и параллельно насыщая Гуамоко своей маной. Имеется, оказывается, у него такая функция. Спросите, при чем тут Генка? Да выбесил он, в очередной раз рассказывая про меня одноклассникам пакостные небылицы, а мой разумный артефакт возьми, да и предложи навести на него какую-нибудь порчу. От магии проклятий я все же с сожалением отказался, но вот иллюзия с примесью ментала получилась у моего артефакта очень выразительной. Я сам в столовой чуть пирожком не подавился, когда мне Гуамоко готовый результат продемонстрировал.

И все же, при чем тут эти круглые глаза, светящиеся каким-то потусторонним желтым светом? Да просто я вспомнил, откуда мне имя Гуамоко знакомо. Так в прочитанной мной когда-то детской книжке звали одного очень вредного филина. Ну, а дальше уже исключительно по аналогии: филин — глаза в ночи — улыбка чеширского кота, которая, как известно, может случаться и без этого самого кота. А Гуамоко еще какой-то жути к обычной, в общем-то иллюзии прикрутил, словно кто-то потусторонний прямо тебе в душу заглядывает и оценивает так по-хозяйски, словно котлетку какую.

— Я чего к тебе бежала-то, — спохватилась вдруг Ленка. — Скажи, Сергей, у тебя случайно не завалялся еще один камень наподобие того, что ты моему отцу продал?

Я взглянул на необычайно серьезную подругу и подавил рвущуюся на язык остроту.

— Точно такого же у меня нет. А в чем дело?

— Да, подруга одна в мстительницу заигралась, — принялась отвечать Шитова, но, заметив, как сузились мои глаза, зачастила: — ты только не подумай, Сережа, никаких глупостей, никто тебя не подставляет. У нее реально проблема с магической специализацией получилась, вот мы и решили, что камень с антимагией, если его впитать, может здорово этот нежелательный дар ослабить.

— Так она же в таком случае вообще почти без магии останется! — Ужаснулся я подобной участи.

— Она в курсе. Но лучше уж так, чем когда вокруг тебя постоянно дохлые жучки, да мышки бегать начинают.

— Дар некроманта! Это же золотая жила! — Врезался в разговор Гуамоко. Правда, это он исключительно в моих мозгах голос подал, и Ленка его не слышала.

— В каком плане, золотая жила? — Так же ментально поинтересовался я у артефакта, делая при этом вид, что погрузился в глубоком раздумье.

— В самом прямом. Думаешь, маг какой специализации меня самого изготовил?

— Неужто некромант? — Искренне изумился я.

— В точку. Некромана и в качестве изолятора между отдельными блоками сложных артефактов работает лучше всего, а, самое главное, полноценный встроенный интеллект в этих артефактах только путем подсадки сильной души и получается. Догадаешься с первого раза, кто из всех магов с душами работает?

— А как еще я смогу помочь Ленкиной подруге? — Задал я Гуамоко вопрос по существу. Там, похоже, молодая девчонка реально страдает.

— Попробуй при помощи магических камней ей открыть новые направления магии. Только камни должны быть достаточно сильными, чтобы полученные направления не оказались сходу подавленными некромантией. Ну, и разумеется, некромантией этой девочке пользоваться пока категорически не стоит. Пусть исключительно в подсаженных разделах тренируется.

— Слушай, Ленка, — начал я пытаться подбирать нужные слова, словно, и в самом деле, надумал что-то по заявленной тематике, — вместо камня с антимагией твоей подруге стоит попытаться совершенно другие камни поглотить. Например, с теми видами магии, которые ей самой нравятся. Ну, за исключением, конечно, магии жизни и ее производных.

— Думаешь? — Призадумалась Шитова.

— Уверен. Уравновесит она некромантию каким-нибудь другим даром, спонтанные проявления и пропадут.

— Хорошо, я передам Айрис твои соображения.

— Айрис? Это Прокошева что ли? — Встрепенулся я, но сразу умолк под взглядом Ленки. Хм, а ведь точно. Шитова говорила что-то про вражду с этой девчонкой из «Б» класса двух наших активисток.

Собственно, наш разговор на этом и закончился. Ленка взяв в руки свой телефон, удалилась из класса, чтобы пообщаться без свидетелей, а меня с посыльным в очередной раз к директору дернули. И нет, на этот раз я ничего такого не совершил, просто из Нового Города приехали журналисты. Кажется развернувшийся местечковый ажиотаж, связанный с победой двенадцатилетки над двумя боевыми магами, — это еще не конец всей истории.

Так или иначе, но две недели, отведенные мной спасенному мной демону на свершение первых торговых операций, истекли. Признаться, к порталу я шел в изрядном волнении. И не оттого только, что мне снова придется преодолевать внешний круг запретных земель, просто таки перенасыщенный чудовищами. Еще сильнее я беспокоился о возможном срыве моего начинания. Ну, мало ли, какие там сложности могли возникнуть у То в его общении с другими демонами.

Через портал перешел без проблем. Мои осенние опасения по поводу разницы в уровне поверхности из-за нанесенного снега не оправдались: никакого уступа при переходе не получалось. Сделав шаг на лыжах там, я оказывался на уровне земли здесь. Единственный минус — кратковременное снижение моей боеспособности до того момента, пока я еще лыжи не скинул.

До дерева со специфической вершиной дошел всего с двумя остановками: первый раз пришлось довольно большую стаю падальщиков обходить, собравшуюся вокруг какого-то мертвого монстра размером с холм, а второй раз пришлось с одиночным собако-кузнечиком столкнуться. Правда, этот конкретный пес размером с молодого бычка вымахал. Я бы и его обошел кругом, да не сразу заметил. Тот спал себе в кустах, пока я его не потревожил.

Но в целом, эта стычка меня не слишком-то и взволновала: запустил ему в морду очередным взрывным флакончиком с зельем мгновенного сна (да-да, наварил новую партию), да тюкнул, почти походя, топориком. Почти походя, потому что магический камень из туши доставать все же пришлось. Причем, и эту кровавую операцию я почти на автомате выполнил: размышлял в это время, каким образом мне убедиться, что меня у цели никакая засада не поджидает.

Прежде, чем непосредственно к приметному дереву идти, совершил целый круг почета от него в отдалении. И при этом тщательно выглядывал, не караулит ли меня там кто-нибудь. Хотя, конечно перестраховывался. Не такая я уж и важная птица, чтобы меня несколько дней в столь опасном месте караулить, я же не назначал точный день, когда именно приду за закладкой. Хм, или я птица уже важная? Все же лишь я один знаю, где в этом мире располагается портал на Землю.

Тем не менее, никакой засады вокруг дерева не обнаружилось. Наконец решившись, я двинулся к нему напрямую. Ага! Есть закладка! Ее я отыскал довольно быстро, достаточно только было пять шагов от ствола отсчитать, да по получившемуся радиусу вокруг дерева по кругу пройти. Круг получился неполный: примерно две трети прошел, когда увидал воткнутый прутик с привязанной на его кончике тоненькой беленькой ленточкой. Ну, да, условный знак. Все, как договаривались.

Немедленно достал из рюкзачка острую и тяжелую лопатку и принялся со всем прилежанием копать рыхлую сухую почву. Я же специально подготовился. Вот, и лопатку эту захватил, не забыл.

— Не двигаться, иномирец! — Внезапно прямо в ухо раздались слова. При этом к моей шее прижалось что-то твердое и, по всей видимости, острое. — Сейчас ты медленно….

Что я там должен был сделать медленно, я уже не дослушал, быстро и четко тюкнул лопаткой себя по натянутому с плеча к поясу патронташу, в котором, в числе прочих, своего часа дожидались еще четыре взрывных флакончика с зельем быстрого сна. Напомню, взрывными они назывались из-за своего свойства рассыпаться в мелкое крошево при очень небольшом физическом воздействии, а зелье, как раз на такой случай, содержало специальную добавку, распыляющую его вкруговую, в довольно большом объеме. И еще: вроде как, мои увеличившиеся ментальные возможности позволили мне на этот раз сварить зелье, которое, в самом деле, в сон отправляет, а не просто оглушает на короткий срок.

Сколько я там валялся — не знаю. Но в один прекрасный момент, единой вспышкой сознания внезапно вспомнив обстоятельства случившегося, резко вскочил на ноги, пережив приступ кратковременного головокружения, и… удивленно уставился на своего недавнего захватчика… захватчицу.

На красной травке возле моих ног, откинувшись на спину, посапывало стройное и довольно миниатюрное создание… девушка. Причем, несмотря на насыщенно красные кожные покровы и аккуратные витые рожки, очень симпатичная. Да что там, по моей личной десятибальной шкале женской красоты эта чертовка выглядела на все десять, даже чуть-чуть, на одну-две десятые, пытаясь выбиться за верхний край этой шкалы.

Однако любоваться на мирно дрыхнущую, но, как выяснилось, очень опасную фигуристую девицу у меня совершенно нет времени. И так моя спонтанно пришедшая в голову идея с использованием зелья быстрого сна увенчалась полным успехом, и я проснулся чуть быстрее, чем моя оппонентка. Не стоит испытывать удачу дольше, чем это необходимо.

Когда девица распахнула свои нереально черные глазищи, вытаращившись в немалом изумлении на меня, ее руки и ноги были уже надежно спеленаты крепкими кожаными ремнями. Ну, да, в этот раз я запасся. Моему знакомому демону я целый список возможных товаров выкатил, кто знает, какие у них цены и что вообще есть в доступности. Некоторые позиции как раз нуждались в подобных ремнях для упаковки и переноски.

— Ну, что, очнулась? — Теперь уже я задавал тон переговоров. — Можешь ответить на некоторые мои вопросы?…

Всего через час я стал обладателем информации о начинающей суккубе и ассасине по имени Син. Ага, такие вот две, несомненно, тесно взаимосвязанные специализации. И отвечала на мои вопросы пленница вполне честно, просто не видела смысла запираться перед неминуемой, как ей казалось, смертью. Как определил про честность? Так ее эмоции все мне подтверждали. И, кстати, мне в плен попалась еще одна вариация Рома. Ну, в том плане, что буквально только-только новую специализацию для себя прикупила и еще до конца, как следует, с полученными знаниями не освоилась. Правда, эта все же оказалась не высшим демоном, как Ром, а всего лишь старшим. Как говорится, тот же пароход, но труба пониже, дым пожиже. Или в преломлении к демонам: магии, так чтобы серьезной, почти никакой, а прану для своего дальнейшего развития данная особь планировала добывать у мужчин, через вызовы в другие миры. Потому и женский облик, более-менее сексуальный как минимум для четверти разумных во всех мирах, где достаточно развита демонология.

Кстати, То, с которым мы заключили контракт, к этому нападению оказался причастен лишь косвенно. Син с ним была шапочно знакома. Обратила внимание, что прежде совершенно бедный и отчаявшийся демон вдруг мало-мало при энергокристаллах оказался.

И вот что мне с этой заразой теперь делать? Убивать такую красоту, несмотря на все разумные резоны, рука не поднимается. Решил просто контрактом о ненападении и невмешательстве в мои дела ограничиться. Ну, и клятва молчания, само собой. Плюс, раз уж посылочка от То оказалась столь крошечной, а там реально был малюсенький мешочек, размером с кулачок той же чертовки, надумал свою пленницу с завязанными глазами подальше утащить. Ведь не факт, что она дополнительно к ассасину еще и достаточно хорошим следопытом окажется, чтобы наши с ней следы разобрать. Уведу вглубь запретных земель, а потом просто перед освобождением укажу направление, в котором нужно двигаться, чтобы к разумным демонам выйти. Или даже и освобождать ее сразу не буду. Оставлю нож, и пусть она сама свои ремни на руках пилит.

Так, собственно и поступил: клятву взял, после чего увел и оставил. И нож перед самым носом положил. Ну, все это после того, разумеется, как очередную, уже гораздо большую партию капсул с экстрактом хивы на место полученной посылки в землю закопал. Еще и письмо То об этой чертовке написал. Единственное, без практики с весьма замысловатым написанием демонических письменных знаков сильно намучился, хоть и получил, вроде бы, знания о них когда-то вместе с устной речью. Точнее, не только и не столько о Син написал, о ней только так, в конце послания предупредил мимоходом. В основном развернуто ответил на вопросы демона по части имеющихся в продаже товаров, которые, по мнению демона, могли бы меня заинтересовать (ну, да, там, в выкопанной посылке, в мешочке с мелкими магическими ядрами, демон мне и письмо оставил).

Вот так и закончился мой первый коммерческий выход к демонам. Если получившийся доход прикинуть, так добытое не на один десяток тысяч золотых потянет, а расхода почти вообще никакого. Кору хивы я собственноручно собирал, дело одного дня, точнее вечера, после гимназии. Экстракт тоже в течение трех суток приготовил собственноручно. Десяток золотых только на пустые капсулы потратил. Хотя… про десятки тысяч золотых — это я, конечно, хватил. Одно дело продавать один магический камень, пусть даже и достаточно крупный. Про него всегда можно сказать, что тот добыт из бродячего чудища. А вот про пару сотен подобной мелочи подобного уже точно не скажешь. Даже за пару десятков уже уцепиться могут.

Хе-хе! Придется все эти мелкие магические ядра поглощать самому. Вон, Ленка Шитова сказала, что с поглощения подаренного мной камушка ощутила небольшой прилив сил. Мне же, собственно, и нужно, становиться сильнее. Как там она про механизм усвоения этих камушков рассказывала? Зажать в ладони и пожелать впустить в себя содержащуюся в камешке силу? Итак, приступим: первый пошел!..

Хм, не сказал бы, что от одного единственного камушка ощутил прилив сил…. Хотя, очевидно, в случае с Ленкой сказалась ее изначально довольно низкая база физических характеристик. Продолжил поглощение…. Где-то кристалле на пятнадцатом-двадцатом меня все же догнало. Почувствовал себя этаким воздушным шариком, частично перестал ощущать тяжесть собственного тела. Жаль мой диагностический артефакт покажет произошедшие изменения отнюдь не сразу. Пожалуй, остановлюсь на сегодня, а то как бы хуже не сделать.

В школу на следующее утро я притопал с ощущением благополучия и любви к ближнему своему. Может, я и не сильно поднял свои характеристики, но такое растянутое приятное ощущение имеет свои преимущества перед кратким сильным экстазом, накатывающим на меня после убийства демонов. Правда, любовь к ближнему продержалась совсем недолго. А все новогородские журналисты! Совсем забыл про них. А вот они о своей миссии, рассказать читателям о юном даровании, не забыли: приперлись в гимназию с самого утра и принялись за расспросы среди моих одноклассников. Угадайте, кого первого они выцепили? Представляю, что там Генка обо мне им рассказывает!

— Сережа, ты сказал, что у тебя нет магического камня с антимагией, — обратилась ко мне моя соседка по парте, едва я уселся на свое место рядом с ней, — а другие камни, с другой магией, у тебя есть?

— С чего ты взяла, что у меня еще есть такие камни? — От неожиданности вопроса, тон у меня получился такой, что сам не поверил своему ответу. Признаться, я думал, что если Ленкина подружка и воспользуется моей рекомендацией, то нужный камень станет добывать самостоятельно.

— Айрис готова купить у тебя магический камень с вложенной магией за тысячу золотых. Это все, что у нее есть. — Ленка сразу пошла с сильного козыря. — И не скажет, откуда она получила этот камень ни одной живой душе.

Хм, тысяча за магический камень с уже заложенной способностью — конечно, не много, но и не мало. Тем более, что камни с магией раскаленной плазмы, взятые со свино-буренок, у меня заметно меньше по размерам, чем тот, с антимагией, который я продал за четыре с половиной.

— Соглашайся, — протелепатировал прямо мне в сознание разумный артефакт, который я в последние дни всегда носил с собой. — Хорошие отношения с некромантом дорогого стоят.

— У меня только камень с магией раскаленной плазмы сейчас в наличии, — решился я на торговлю.

— Это же магия второго порядка, производное от огня и воздуха? — Уточнила Шитова деловито.

— Она самая. И камень по размерам примерно втрое меньше, чем был продан твоему отцу.

— Годится. Ей хватит. Когда сможем произвести обмен?

— Камень у меня дома лежит, — сообщил я, предполагая следующей фразой пообещать принести его завтра с собой в школу.

— Тогда мы вместе с Айрис сегодня после уроков идем к тебе, — разрешила эту ситуацию по-своему моя подруга.

Хе-хе! Представляю степень офигевания одноклассников, когда они увидели, что в этот день из школы я ухожу даже не с одной, а сразу с двумя девчонками одновременно. Да еще эти вредительницы, тоже, очевидно, подумав в том же направлении, подхватили меня с двух сторон под руки. А в сторону Генки, глазевшего на нас с приоткрытым ртом, я дополнительно глазами филина зыркнул, чем окончательно вогнал его в ступор. А вот нефиг про меня посторонним всякие гадости рассказывать! Своими ушами его рассказов я, конечно, не слышал, но это ж Генка!

Камушек Прокошевой сдал, деньги принял, а потом моя бабуля усадила нас, всех троих, за стол. Еще и вокруг хлопотала, девчонкам всякие вкусняшки подкладывая. Что-то очень мне напоминают ее действия телодвижения Ленкиной матушки, когда она нас вдвоем с Ленкой застала у них дома. И расспрашивала она их тоже… о всяком-разном.

Угу-угу, вечно у женщин все мысли только об одном!

С мелкими магическими камушками, переданными мне демоном, я разобрался через шесть дней. Шесть дней самодовольства и уверенности в себе, так и подсесть на такой допинг недолго. Напоследок употребил камень, парный проданному мной Айрис. Причем, в первую очередь постарался прочувствовать заключенную в камне способность. Кстати, чтобы сделать это, нужно немало собственной маны потратить. Также в счет этих расходов тратится и вся мана самого магического камня, сразу и магический навык получить и усилиться одновременно — не выйдет. Сначала я перенимать способность опасался: все же магия плазмы, она, по сути, очень близка уже открытым мной магии огня и магии воздуха. А ну, как эти две стихии станут в моем магическом профиле преобладающими? Но потом все же решился. В конце концов, и огонь и воздух у меня пока находятся чисто на самом низшем, ознакомительном уровне, ну, чуть усугублю это знакомство….

А удачненько все получилось! Те крупные искорки, что я при выполнении ката выпускал, увеличились до размеров горошин — уже реально на боевое заклинание походить начинает. Магия воздуха во мне также немного усилилась. А еще я теперь умею плазменный покров вокруг себя выпускать! Правда, и сам покров тонюсенький и не очень горячий, и поддерживать я его не очень долго могу: мана буквально сгорает при его включении. Но ничего, натренирую, уже есть некоторые подвижки.

Всего же, по результатам всех моих поглощений магических камней получилось следующее:

Мышечная сила: 3,91

Нервно-мышечная проводимость: 6,09

Выносливость: 4,52

Объем магического резервуара: 1,31 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 1,37

Развитие магических каналов: 1,9

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,77

Эмпатия: 0,7

Нетрудно заметить, что от мелочи растут почти исключительно физические характеристики, причем, чем большее числовое значение у тебя этих характеристик, тем сильнее замедляется их рост. Понятно теперь, почему у демонов эти мелкие камушки такие дешевые. А просто эти камушки хоть сколько-то эффективны исключительно на самых начальных этапах возвышения!

* * *

О, черт, опять она здесь! В этот раз Син неожиданно нападать на меня не стала, а просто медленно и грациозно поднялась из своей засады в ближайших кустиках и, покачивая бедрами, двинулась в мою сторону.

Казалась, сама природа задалась своей целью представить молодую суккубу в моих глазах в наилучшем виде: лучики светила, оказавшегося в этот момент почти за ее спиной, сделали одежду демоницы полупрозрачной, легкий, но упорный ветерок развевал и приподнимал ткань ее юбки. Неожиданно я ощутил, как член в моих штанах начал стремительно увеличиваться и затвердевать. Похоже, из возраста мальчиков-колокольчиков я уже вырос.

— Здравствуй, Сергей, — приблизившись, произнесла чертовка неожиданно низким грудным голосом, и я ощутил почти нестерпимое желание немедленно выполнить все, что только пожелает эта богиня. — Буквально вчера я, наконец, закончила изучать теорию, которую мне закачали по моей специализации суккубы. Не возражаешь, если мы с тобой сегодня проведем мой первый практикум?

Разумеется, я хотел ответить «да, да, конечно!», но мои голосовые связки неожиданно подвели, отказавшись работать, и я просто, как болванчик закивал головой.

— Хозяин, — ментальный голос Гуамоко подействовал не хуже ледяного душа, неожиданно хлынувшего в момент, когда ты растекся медузой под жарким полуденным солнышком, — регистрирую начало оттока праны. Если вы и дальше будете продолжать в том же духе, о будущем звании архимага можете забыть.

Флакончик с зельем мгновенного сна с легким хлопком разбился об один из чудесных завитых рогов моей замечательной прелестницы, погрузив ее в крепкий, здоровый сон. Еще раз на практике убедился, что мои способности эмпата, благотворно сказалось на качестве изготовления этого специфического зелья.

На этот раз я не только связал ей руки, но и заткнул рот. Вот совсем не уверен, что смогу устоять, когда она начнет умолять ее освободить.

— Да, возражаю, никаких практикумов с моим участием, — произнес я хриплым голосом, глядя на арестованную мной в очередной раз чертовку.

В этот раз объем посылочки, оставленной мне моим контрагентом оказался еще меньше, чем в прошлый. Всего один камень! Но и ему я был рад безумно. Ведь, согласно прилагавшемуся письму, это был не просто какой-то камень с абы какой магической способностью, а камень способный привить мне такую замечательную способность, как регенерация!

Чертовку я, как и в прошлый раз, оставил связанной в каких-то кустах в начавшейся лесистой, а, соответственно, более безопасной части запретных земель. И снова направление, куда нужно будет выходить указал. Эх, а все же жаль, что мне нельзя воспользоваться ее предложением!

Эпилог

В этот великолепный летний денек в свой дом я возвратился в самом замечательном настроении. Только что сдал листочки с ответами на самый последний экзамен, и, готов поклясться, все ответы там правильные! Теперь мне предстоит еще месяц отдыха, после чего я надолго покину дедов дом, отправившись на учебу в старую славскую столицу, называемую еще культурной столицей империи.

— Как хорошо, что ты так быстро вернулся, — встретила меня в коридоре моя бабуля, — скорее иди мой руки и приходи в столовую. Я приготовила твои любимые пельмени.

Ну, да, не удержался, попрогрессорствовал. Узнал, что в этом мире такого простого и вкусного блюда нет вообще, в принципе: ни самих пельменей, ни равиоли, ни даже самых распоследних хинкали. Бабушка же не стала упорствовать — вот и возникло наше праздничное, чисто фамильное блюдо во всем своем великолепии.

Всю мою радость от сданного экзамена и любимого угощения разом смыло, когда я рассмотрел, кто сидит рядом с дедушкой за нашим общим столом. А маман прикатила, сто лет ее не видеть!

— Ну, что, сдал? — Обратился ко мне с вопросом дед, словно и не заметив моего кислого выражения. — Проходи за стол, садись, праздновать будем.

— Дед, у меня что-то аппетита нет, — принялся отнекиваться я, собираясь улизнуть от навязываемого мне общения в свою комнату.

— ПРОХОДИ, — надавил голосом дед, — нам о многом предстоит с тобой поговорить, раз уж ты, внук, таким взрослым стал.

Обед проходил в тягостном молчании. Я молчал из принципа, а со стороны деда и моей мамочки все время исходили флюиды неуверенности и вместе с тем какой-то решимости, что ли…. Только не спрашивайте меня, каким образом эти две противоположных по своему значению эмоции могут вообще уживаться одновременно.

— Ну, что же, Серега, — начал дед, когда наши тарелки окончательно опустели. — Пришла пора поговорить о твоем родном отце.

— Кроме тебя, у меня нет отца, — буркнул я, не отрывая взгляда от столешницы.

— Я твой дед, а не отец, хоть и пришлось по необходимости когда-то выправлять документы о твоем усыновлении, — несмотря на суровый тон, в эмоциях дедушки прослеживались явные нотки удовольствия от сказанных мной слов. — А еще я глава пусть и сильно захиревшего в наши дни, но рода. И твое рождение мной и твоей матерью тоже было запланировано в интересах рода. Как и оставление ей тебя у нас на попечение.

— Подожди, — изумился я услышанному, — по твоим словам выходит, что я зачат не просто потому, что так получилось, а по расчету?

— Именно так! Нашему роду нужен был продолжатель фамилии, и твоя мать полностью выполнила мои указания по его обретению.

— А к вам меня подкинула и потом по году носа не казала она тоже по твоему указу? — Начал уже заводиться и я сам.

— Именно! Наследник рода должен жить и воспитываться в роду… ну, и ее семейные обстоятельства тоже нужно было учитывать. — Последние слова дед выговорил в явном смущении.

— Интересы рода… допустим, только не понял, зачем для продолжения рода нужно было именно байстрюка заводить? — Продолжал атаковать я, но уже сбавляя напор.

— Так в семье Потоцких у нее одни только дочки рождались. Не отдал бы граф своего единственного наследника в другой род. И так мы смогли еще и дополнительно выбрать отца нашего будущего наследника, исходя из его родословной и имеющихся там родовых особенностей.

— И кто же этот выбранный вами папаша? — Поинтересовался я, постепенно остывая.

— Светлейший князь Александр Федорович Соколов, — впервые за все время разговора подала голос моя мать. — И так уж получилось, что с недавних пор, ты единственный его прямой наследник….

М-да уж, хорошо поговорили! Аж голова кругом пошла от всех этих хитросплетений. Немудрено: внезапно обнаруженный папаша оказался не просто князем, каких в империи десятки, а двоюродным братом самого императора и единственным в империи артефактором, способным изготавливать сверхуровневые артефакты! И по причине недавно случившейся трагедии вокруг него сейчас огромная интрига начнет разворачиваться. Да, трагедия… так, пустячок: покушение с наложением каких-то особо злых и мудреных проклятий. Сам-то его светлость из-за собственноручно изготовленных артефактов еще смог от них частично отбиться, а вот его жене и единственному законному сыну так не повезло.

Думаете, мне повезло, что таким вот единственным прямым наследником стал? Как бы не так! Это ж высшая знать! Там и без меня всяких родственников полным-полно! Мне скорее не наследство, а уютная могилка грозит. Ну, если, конечно, про мое родство хоть кому-нибудь станет известно. И в этом самая главная моя проблема: при приеме в Старогорский университет, в том числе и в ту его часть, которая зовется Подготовительной школой, используется особый, очень сложный первоуровневый артефакт, который определяет родословные поступающих учеников. Всего лишь пережиток прошлых веков, который теперь грозит мне смертью. К счастью, у деда оказались по этому поводу вроде как плодотворные идеи. К несчастью, для их осуществления ему пришлось срочно куда-то уехать. А я остался дома волноваться, выгорят ли эти его идеи, или мне от так сильно мной желанной учебы придется отказаться.

Пока деда не было дома, сбегал в очередной раз в мир демонов. Вот тоже показательный пример. Помнится, еще недавно, я в этот мир ходил, почти, как с гранатой под фашистский танк кидался. Смертельные опасности, преодоление, все такое. Смертельная опасность, конечно, осталась. А вот ощущение преодоления и подвига сменилось на то, какое бывает от трудной и в какой-то мере, опасной, но уже привычной работы.

Итак, мир демонов. В этот раз То мне тоже магические камни отправил. Только не какие-нибудь особенные, под заказ, а просто, едва ли не первые попавшиеся, главное, что не самые мелкие и содержащие хоть какую-нибудь магическую способность. Понятное дело, что не из редких, раз требование «подешевле» было выставлено едва ли не во главе угла. Так что, в основном там магия огня и усиления физических характеристик за счет магии. Зато семнадцать камушков. Надеюсь, в Старгороде, если, конечно, туда поеду, смогу их продать. Там всяких разных артефакторов много, я со своим специфическим товаром не сильно буду выделяться.

А на выходе из портала меня словно торкнуло:

— Гуамоко, я ведь, если отсюда уеду, портал этот без присмотра оставлю.

— Так не оставляйте, хозяин. Закройте его, да и всех делов. — Последовал мне ответ разумного артефакта.

Хм. В теории, я уже давно знаю, как это сделать. А просто высосать из заклинания всю энергию! Вот только столько энергии за раз высосать… запросто лопнуть можно.

— Чудак человек, — отозвался на эти мои мысли Гуамоко, — у вас, хозяин, с собой артефакт внерангового класса. Сливайте ману мне, я и на одну сотую процента сейчас не заполнен.

— А… как же мой бизнес? — Несмотря на то, что я использовал слово из иного мира, мой артефакт меня отлично понял.

— На новом месте откроете новый портал, ментально сможете задать в мире назначения уже известную вам местность. Маны то у меня после закрытия прошлого портала будет вполне достаточно. Задача предстоит только тонкое место в оболочке вашего мира отыскать, но их, обычно, много бывает, как-нибудь отыщем.

— А межмировой портал — это заклинание какого уровня? — Что-то начал подозревать я.

— Так в аккурат третьего будет. — Вот не поверите, но в эмоциях артефакта промелькнуло веселье. Он еще и издевается!

— То есть, ты хочешь сказать, что я уже восстановился достаточно, чтобы ты мог меня обучить этому заклинанию.

— Еще месяц назад уже было достаточно.

— А почему мне сразу не сообщил?

— Так вы, хозяин, не спрашивали, а у меня в клятве прямой запрет стоит на любые самостоятельные действия, после которых вам может быть причинен вред. Обучение же такому сложному конструкту вред вашим мозгам, несомненно, наносит, хоть и временный.

— Вредина! Обучай меня скорее!

Старый портал пока закрывать не стал: время еще есть, может, разок еще туда схожу, но заклинание портала изучил безотлагательно. Еще и мои прошлогодние зарисовки узоров с двух его сторон весьма в тему оказались. Оказалось, там не вся структура заклинания отражалась, а исключительно адрес, куда этот портал ведет. Хорош бы я был, если бы в демоническом мире адрес Земли не зарисовал.

Однако, действительно, тяжело столь сложные заклинания учить! Я едва ли не неделю с сильнейшей головной болью промучился. И это, как сказал мне Гуамоко, мне еще повезло. Моя регенерация, навык роста которой я изучил из переданного мне То магического камня, часть неприятного эффекта сумела сгладить. Именно так: навык роста регенерации, без него бы она просто, несмотря на все мои усилия, не прибывала бы. Даже представлять не хочу, каково бы мне было, если бы я столь полезным приобретением так своевременно не озаботился. И, кстати, я показатель регенерации своему диагностическому артефакту поставил в настройках тоже отслеживать, раз она такая нужная штука. Может еще отыщу в демоническом мире чудовищ, чтобы ее прокачивать.

Дед Степан вернулся. Удачно съездил: привез мне крохотную пластинку, благодаря которой университетский артефакт с меня никакой информации снять не сможет. Вроде как, я безродным окажусь. Я конечно немного сомневаюсь, но дед заверил меня в качестве привезенного им изделия.

И вот настал день отъезда, к которому я столько готовился. В частности, накануне сбегал до своего портала и закрыл его. Кстати, нелегкий это труд. Подозреваю, на одном этом действии я поднял процентик-другой в своих магических характеристиках.

До железнодорожного вокзала мы дошли всем семейством: дед, бабушка…короче, все. А вот в вагон все того же милитаризированного поезда с крупнокалиберными метателями мы с маман грузились уже только вдвоем. А вы думали, меня одного отпустят самостоятельно добираться в другой конец империи? Нет, сначала вместе с ней едем все в тот же Светлогорск, а уже оттуда рейсовым летуном долетим до Старгорода. Мамочка вообще-то к семье возвращается, но деду до места моей учебы пообещала меня проводить железно.

И вот, послышался очередной гудок поезда, перрон за окном нашего купе со стоящими на нем дедом с бабушкой и Златой у бабушки на руках поплыл вдаль. Здравствуй, новая жизнь, незнакомая! Я еду к тебе!

Характеристики Сергея Уварова на момент окончания книги:

Мышечная сила: 3,95

Нервно-мышечная проводимость: 6,1

Выносливость: 4,55

Регенерация: 0,11

Объем магического резервуара: 1,41 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 1,4

Развитие магических каналов: 2,1

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,77

Эмпатия: 0,7

Content

Серёжа, не обижай демонов

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Эпилог