Дженни Джонсон

Жуткий приют миссис Мэдисон

© Джонсон Д., 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

1

День 14-й

INITIUM[1]

Дождь не прекращался уже третий день. Он моросил, приводя маленьких жителей приюта Мэдисон в ещё большее уныние. В сырую погоду дети всегда сидели в доме, придумывая себе игры и занятия, но в этот раз их воображение иссякло ещё накануне. Устав от безделья, они разбрелись кто куда. Одни пошли на кухню клянчить у добродушной кухарки Мерси остатки обеда, кто-то лёг подремать. Абби Макалистер не хотелось ни того ни другого. Оставшись одна в игровой комнате, она как следует закуталась в дырявый плед и влезла на облупившийся подоконник.

У Абби было множество планов на всё то время, пока директриса приюта миссис Мэдисон находилась в отъезде. Она могла бы пройтись до реки и посмотреть на выводок лисиц в норе под кустом утёсника, а затем навестить престарелую Амелию Бенфорд, которая жила в двух милях от приюта и была их единственной соседкой во всей округе. В прошлый раз Абби ходила к ней без спроса, и её сильно наказали. А сейчас, пока директрисы не было, заупрямилась погода, и девочке пришлось сидеть в доме. Сегодня вечером миссис Мэдисон вернётся в приют, но до конца дня ещё есть время, поэтому Абби устроилась поудобнее и принялась гипнотизировать затянутое тучами небо в надежде, что оно прояснится.

Приют Мэдисон располагался на пустынной холмистой местности, прямо у дороги, ведущей в город. Это был большой, но ветхий двухэтажный дом без ограды и подъездной дорожки, окружённый хилыми кустарниками и несколькими деревьями с морщинистыми стволами и вытянувшимися от сильных ветров к востоку кронами.

Задний двор, правда, был более живописным стараниями Мерси, которая разбила там небольшой сад. За двором начинался глубокий овраг, а в нём несла холодные воды узкая, но очень глубокая речка Уэнси. Сам дом, однако, соответствовал неприветливой местности, хотя пока ещё не развалился и как мог защищал от зноя, холодов и непогоды своих маленьких обитателей.

Миссис Мэдисон не было никакого дела до протекающей крыши, широких трещин, то тут, то там паутиной раскинувшихся по стенам, и скрипучих дверей, едва держащихся на ржавых петлях. В ветреную погоду по коридорам гуляли сквозняки, от которых колыхались даже тяжёлые пыльные шторы, летом целые полчища насекомых совершали безжалостные набеги, ну а в дождь под гнилые двери и в разбитые окна затекали вода и грязь.

Нынешнее ненастье не стало исключением, но в этот раз терпение кухарки Мерси, проработавшей в этом доме почти двадцать лет, наконец лопнуло. С утра она, как обычно, вихрем носилась по кухне, потому что задержалась с завтраком и старалась наверстать упущенное время, и поскользнулась на огромной луже дождевой воды как раз в тот момент, когда торопилась на раздачу со стопкой тарелок. Ноги кухарки разъехались в разные стороны, и, чтобы не упасть, Мерси машинально ухватилась обеими руками за разделочный стол, стоящий в центре кухни. Тарелки, которые она держала, подлетели к потолку и со страшным грохотом попадали на скользкий пол. На шум сбежались почти все дети, а побагровевшая Мерси без лишних слов ринулась к кладовой с постельным бельём, выхватила из кучи тряпья старые негодные простыни и заткнула ими щель под дверью, откуда затекла вода. На лужу она бросила охапку засаленных полотенец.

– Сколько можно это терпеть! – в сердцах воскликнула кухарка и сдула со лба выбившуюся из-под поварского чепчика прядь волос. – Клянусь Богом, в этом доме никому ничего не нужно! Джой Мэдисон совершенно выжила из ума, если считает, что этого никто не замечает!

После её слов все одобрительно загалдели. Одна только Гвендолин, старшая из воспитанников, попыталась успокоить кухарку.

– Не надо, Мерси, перестань, – сказала она с тревогой в голосе. – Лучше не будем её сердить. Давай я всё высушу и сложу на место, как раз к вечеру успею.

– Милочка, эти тряпки уже ни на что не годятся! Когда дождь закончится, я лично сожгу их на заднем дворе! Будь моя воля, я бы выжгла тут всё, а вас отправила бы в Речной край к мадам Соул. Что за чудное место – лес, природа, просторные корпуса… А здесь что? Не дом, а сплошная рухлядь! Нет-нет, с меня довольно. Вот миссис Мэдисон вернётся – я ей всё выскажу!

Абби стояла в толпе детей, молча слушая Мерси, но ни капли не верила кухарке. Каждый раз во время очередного длительного отъезда миссис Мэдисон, случавшихся довольно регулярно, кто-то из взрослых выходил из себя, ругался и кричал, что этого так не оставит. Но по возвращении директрисы всё оставалось по-прежнему. Единственное, чему за много лет поспособствовали учителя, которых, к слову, с каждым годом становилось всё меньше, – это перевод детей в противоположное, не столь ветхое крыло приюта. Трещины на стенах здесь были поменьше, а пол теплее: тут ещё сохранился паркет, а места, где он отсутствовал, были заделаны фанерой. Раньше в доме жил плотник, который поддерживал порядок, но он давно умер, а новый так и не появился.

* * *

Удручённо вздохнув при воспоминании о сегодняшнем утре, Абби оглядела окрестности. Лужи на протоптанных тропинках стекались в целые ручьи, в которых тонули пучки травы, прибитые к земле тяжёлыми каплями. Стоящие недалеко от парадной двери качели уныло поскрипывали под дождём проржавевшими цепями, справа от них валялся обшарпанный деревянный ящик, служащий песочницей. Песок в нём осел и превратился в серую жижу. Дальше за ящиком в пелене дождя темнели густые заросли можжевельника с торчащими из них железными обломками старой ограды, развалившейся задолго до появления в приюте Абби. Горизонт заслоняли серые пустынные холмы, пологие склоны которых спускались прямо к дому, но были отделены от него автомобильной дорогой.

Этот тоскливый пейзаж полностью соответствовал настроению Абби. Она поморщилась. И как можно было надеяться на прогулку в такую-то погоду?! Дело ведь вовсе не в запрете миссис Мэдисон. Даже если дождь закончится, за порог нельзя будет ступить, не провалившись по колено в грязь.

Абби прислонилась лбом к холодному стеклу. Вот если бы её брат Саймон был сейчас здесь, его бы не остановил какой-то дождь!

Тотчас перед её глазами возник образ брата с соломенными вихрами: он стоял во дворе у качелей, манил её к себе одной рукой и был готов в любой момент пуститься наутёк. Его лицо казалось нечётким – он был слишком далеко от окна, на подоконнике которого сидела девочка.

– Эй, Абби! Давай кто быстрее до обрыва! – крикнул он ей и рванул с места в сторону реки.

Абби зажмурилась, прогнав видение. Если бы Саймон был сейчас здесь, она бы точно побежала за ним вдогонку, наплевав на запреты и дождь. Наверняка ей даже хватило бы смелости со всеми остальными поддержать Мерси и вечером сжечь старые простыни на заднем дворе. Саймон бы так и поступил. Но его здесь не было. Брат исчез почти год назад.

Воспитаннику приюта Мэдисон Саймону Макалистеру вечно не сиделось на месте. Он был чемпионом по количеству наказаний. Регулярные драки с главным хулиганом Бобби Спенсером мало заботили директрису, а вот вечное непослушание Саймона и его стремление всюду сунуть свой нос просто выводило её из себя. Саймон постоянно шнырял по дому, где большинство комнат было заперто, в поисках чего-то, неизвестного даже ему самому. Мистер Браун, местный смотритель, постоянно отлавливал его в разных уголках приюта и приводил к миссис Мэдисон.

В последний раз он застукал Саймона, когда тот пытался проникнуть в закрытое западное крыло, которое директриса объявила аварийным несколько лет назад и занавесила вход туда старым рваным гобеленом. Миссис Мэдисон кричала так, что сорвала голос и потом несколько дней пила морковный сок. Тогда она пригрозила Саймону, что выдворит его из приюта, если он ещё раз её ослушается.

Отсидев в подвале целых два дня, Саймон успокоился и стал вести себя осторожнее. Но затем случилось одно жуткое происшествие, после которого он навсегда покинул стены этого дома. По прошествии долгих месяцев Абби так и не удалось выяснить, что с ним стало. Все, кроме миссис Мэдисон, пребывали в неведении, а сама директриса хранила молчание. Единственной вещью, которая осталась у Абби от брата, была его кофта с большим капюшоном, глубокими карманами и слишком длинными для девочки рукавами, которые всё время приходилось подворачивать. Абби часто надевала её в прохладную погоду и чувствовала себя в ней очень уютно.

* * *

За окном продолжал лить дождь. В сотый раз оглядывая раскисшую от воды округу, взгляд Абби выхватил собственное едва заметное отражение в стекле. Она увидела бледное лицо и серые глаза цвета затянувших небо туч, которые хмуро поблёскивали из-под насупленных бровей, плотно сжатые губы и светлый колосок лежащей на плече неряшливо заплетённой косички – вот и всё, что можно было разглядеть на фоне дождя. К этому портрету Абби мысленно добавила ссадину на правой щеке. Они с Питером Мэнниксом заигрались в «угадай предмет» перед его отъездом и попались под ноги директрисе. Миссис Мэдисон очень не любила, если ей мешали, особенно её подопечные (так она называла детей, когда в приют приезжал инспектор Кларк с проверкой), поэтому очень часто применяла силу – конечно же, в воспитательных целях. Абби слишком увлеклась игрой и увидела старуху в последний момент, как раз когда та огрела её тростью. И хотя удар вышел вполсилы, щека болела до сих пор.

Абби вздохнула. Ей всё больше казалось, что любимое занятие директрисы – это порка и наказания. То и дело кто-то из детей появлялся с шишками и ссадинами или пропадал на целый день, отбывая наказание в погребе. Доставалось всем, особенно семнадцатилетней Гвендолин Милн, которая никогда не мешалась под ногами, но зато обладала великолепными тёмно-каштановыми волосами – предметом плохо скрываемой зависти лысеющей директрисы. К слову, Гвендолин вечно брала на себя вину, защищая младших детей, и поэтому её наказывали так часто, что она могла бы посоревноваться с Саймоном за чемпионство.

– Она боится, что ты потолстеешь и не сможешь убирать так хорошо, как сейчас, вот и не даёт тебе есть, – шутили другие девочки.

Разумеется, Мерси не оставляла свою любимицу без еды и с заднего двора подсовывала Гвендолин сливы и полусухие корки хлеба, спасая её от голодных обмороков.

К счастью, не всем жилось так тяжело. Изредка среди детей попадались и везунчики. Одним из них как раз оказался Питер Мэнникс, младший из мальчиков, которому только исполнилось восемь. Тётушка Питера наконец-то разобралась в тонкостях усыновления, собрала все нужные бумаги, подготовила детскую в своём доме и начала ежедневно забрасывать миссис Мэдисон письмами, что она готова забрать племянника. Миссис Мэдисон не торопилась отдавать Питера, придираясь к любой мелочи, однако так и не смогла ничего поделать. Питер Мэнникс уезжал, и это было неизбежно.

Едва услыхав эту новость накануне перед его отъездом, Абби неожиданно для себя расчувствовалась. Она ворвалась в игровую комнату, где ребята лепили из пластилина фигурки животных, и заключила Питера в крепкие объятия:

– О, Питер! Как же я за тебя рада!

– Спасибо, Абби, – мальчик невозмутимо поправил съехавшие очки, как только объятия ослабли.

– Да, Питер счастливчик, – вставил Джо Уилкерсон и шмыгнул носом. – Моя тётушка ни за что бы меня не признала.

– У тебя ведь нет тётушки, – заметил долговязый Артур Бран.

– Знаю, но если бы была, то ни за что бы не признала, – вздохнул Джо.

– Эй, Питер, ты ведь оставишь пластилин? – с надеждой спросил Артур.

Артур был старше Джо и Питера, но ему нравилось играть с ними. За это он частенько выслушивал язвительные высказывания в свой адрес и получал оплеухи от Бобби Спенсера, но дружить с ребятами не переставал.

– Я оставлю пластилин и карандаши, – с важным видом подтвердил Питер.

Абби взлохматила ему волосы:

– Береги себя и не смей скучать по этому месту.

Ребята фыркнули.

– Хорошо, Абби. Обещаю, что не буду скучать.

В минувший четверг тётушка сама приехала за мальчиком. Это была крупная добродушная женщина, то и дело издающая громкие возгласы восхищения по любому поводу, что казалось чрезвычайно забавным, потому что восхищаться в доме было нечем. Остальным детям она привезла конфеты, орехи и печенье. Но прежде чем миссис Мэдисон успела заметить и отобрать подарки, Мерси быстро убрала свёртки на кухню, пообещав, что дети всё получат после обеда. Едва успев повидаться с Питером, тётушка проследовала вслед за миссис Мэдисон в её кабинет и провела там довольно долгое время, за которое все успели порядком известись от любопытства. Женщине пришлось подписать целую стопку документов, и только после этого директриса её отпустила. Ну а потом, погрузив в багажник хилый чемодан Питера, они попрощались и, сев в старенький автомобиль, не спеша отправились вместе к новой жизни.

– Поверить не могу, что это произошло с кем-то из нас, – пробормотала Абби, глядя в окно на отъезжающую машину.

– Да уж, – кивнул Маркус Беллмен, который тоже пришёл проводить Питера. – Я был готов, что когда нам стукнет восемнадцать, мы все вылетим отсюда как мусор. Мэнниксу повезло.

Абби дёрнула его за рукав и наградила сердитым взглядом. Рядом стояла Гвендолин, которая, судя по встревоженному лицу, услышала слова Маркуса. Ей вот-вот должно было исполниться восемнадцать, и она заранее подыскивала себе место. Гвендолин планировала устроиться гувернанткой в какую-нибудь семью и наведываться в приют по выходным. Ещё несколько месяцев назад она занялась рассылкой своего скромного резюме, которое ей помогла составить миссис Элридж – одна из двух оставшихся в приюте учительниц, основной специализацией которой была литература. Однако с каждым отказом угроза оказаться на улице нависала над Гвен всё сильнее.

– Извини, Гвен, – виновато пробормотал Маркус, – я не хотел…

– Всё в порядке. – Гвендолин улыбнулась. – Абби права. Пока в приюте случаются такие счастливые события, у нас у всех есть надежда.

Так они и стояли втроём у окна, глядя, как крошечный автомобиль, переваливаясь на кочках из стороны в сторону, тонет в туманной дымке.

* * *

Почувствовав, что съезжает по стене, Абби вздрогнула, открыла глаза и поспешила выпрямиться, чтобы не свалиться с подоконника на пол. И когда только она успела задремать? Уже темно, лишь из-под закрытой двери в комнату пробивался свет и доносились приглушённые голоса. Заканчивалась вечерняя уборка, затеянная перед приездом миссис Мэдисон. Близилось время ужина.

Интересно, их неприветливые окрестности ещё не превратились в море? Абби зевнула и вгляделась в свет дорожных фонарей, тянущихся вереницей вдоль дороги, но и без них можно было понять, что дождь закончился. Небо, непривычно чистое и глубокое, рассыпало первые редкие звёзды, а плотная пелена туч, висевшая над домом все эти дни, медленно уплывала за холмы.

– Ах ты ж… – пробормотала Абби, увидев, что за окном распогодилось, и ощутила, как внутри закипает злость.

Единственная возможность провести время в своё удовольствие и при этом избежать наказания рассеялась подобно утренней дымке из-за дурацкого дождя, который лил три дня без остановки, а к приезду директрисы прошёл, как его и не было! Абби едва не расплакалась от досады. Она раздражённо стукнула ладонью по окну, но не слишком сильно, потому что трещина, рассекающая его словно молния, могла увеличиться и расколоть стекло.

– Ну почему! Почему это вечно со мной происходит!

Внезапно её внимание привлекла одинокая фигура, стоящая прямо на шоссе в свете дорожного фонаря. Абби сразу узнала её. Это была миссис Мэдисон. Создалось ощущение, что директриса появилась совершенно внезапно, прямо из воздуха, потому что автомобиля, который обычно возил её по делам, нигде не было видно. По спине Абби пробежали мурашки. Она поёжилась и внимательно вгляделась в силуэт директрисы. Пучок на голове миссис Мэдисон сбился на сторону, а сама она уже не держала голову высоко поднятой, как обычно. Одна рука её была крепко прижата к груди, а пальцы второй судорожно хватали воздух, словно пытались нашарить трость, с которой никогда не расставались, но никак не могли её найти. Старуха медленно сошла с дороги и двинулась к дому, и Абби увидела, что она шатается из стороны в сторону. Подол её платья сразу же запачкался и промок, на него налипли целые комья грязи, но директриса даже не подумала его приподнять. Будто бы движимая какой-то посторонней силой, она шагала вперёд, прямиком через лужи и грязь, сгорбившись и не разбирая дороги, вот-вот норовя упасть, но всё-таки сохраняя в последний момент равновесие.

Абби взволнованно поднялась на колени и прислонилась носом к стеклу, чтобы лучше разглядеть миссис Мэдисон. Жуткой походкой директриса напоминала мистера Брауна, когда тот выпивал слишком много горячительного в своей каморке, или зомби, бредущего за новой порцией мозгов. Старуха почти добралась до двери, когда увязла в тягучей жиже и не смогла сделать очередной шаг. Но вместо того, чтобы дёрнуть ногой изо всех сил, миссис Мэдисон начала методично раскачиваться взад-вперёд, а её руки болтались в такт движениям. Абби закрыла рот рукой, чтобы не взвизгнуть от омерзения. Ей захотелось запереть парадную дверь на все замки и не дать миссис Мэдисон попасть в дом. Абби крепко зажмурилась и вновь открыла глаза. Нужно удостовериться, что зрение её не обманывает – настолько жутким казалось это зрелище. В этот момент старуха с чавкающим звуком высвободилась из трясины, неспешно – словно ничего не случилось – поднялась на крыльцо и одним щелчком включила уличный фонарь. Мощный луч света вмиг отогнал от дома тьму, осветив деревянные ступеньки крыльца и чёрную фигуру миссис Мэдисон. Прежде чем директриса открыла дверь и исчезла за ней, Абби успела увидеть её лицо – мрачное и суровое, как и всегда. Девочка с облегчением вздохнула и пробормотала:

– Надо же, напугала сама себя. Наверное, спросонья разыгралось воображение.

За стеной хлопнула входная дверь и послышалась глухая поступь миссис Мэдисон. Директриса пересекла гостевую комнату и поднялась в свою спальню на втором этаже. Едва её шаги стихли на лестнице, как совсем рядом, в коридоре, раздались голоса детей, спешащих в столовую. В животе громко заурчало, и Абби поняла, что сильно проголодалась. Она рывком скинула с плеч дырявый плед, потянулась, разминая затёкшие конечности, и, прежде чем соскочить на пол, в последний раз бросила взгляд за окно. В свете фонаря виднелся какой-то предмет, торчащий из ближайшей лужи. Он был виден слишком отчётливо, чтобы спутать его с чем-то другим. Это был увязший башмак миссис Мэдисон.

2

День 13-й

Ночь прошла тихо и спокойно; дети крепко спали в тощих постелях и могли бы проваляться до обеда, однако утро в этом доме, по обыкновению, начиналось с неприятностей. Прохудившаяся крыша приюта не выдержала трёхдневного натиска дождя. Старые доски, которыми был устлан чердачный пол ещё в прошлом веке, за ночь размокли и пропустили накопившуюся воду внутрь.

Абби вздрогнула и поёжилась, когда что-то холодное упало ей на шею и медленно сползло на подушку, но сон всё ещё крепко держал её в объятиях. Вторая капля попала на висок и скатилась по щеке. Третья шлёпнулась на нос, и Абби пришлось подчиниться суровой реальности. Она сердито открыла глаза, всё ещё надеясь, что ей это приснилось. Её взору предстала безмятежно спящая на соседней кровати Энн Бридж, а за ней – обшарпанная стена их спальни, по которой ручейками струилась вода. Абби не успела удивиться, когда сверху на неё снова упало несколько крупных капель.

– Что такое? – моргнув, пробормотала она, медленно повернулась на спину под ставшим почему-то тяжёлым и холодным одеялом и уставилась на потолок.

Прямо над кроватью растекалось огромное влажное пятно. Только сейчас Абби с ужасом поняла, что одеяло промокло и отяжелело, набравшись дождевой воды, которая просачивалась сквозь потолок точно через решето. С громким воплем она выпрыгнула из кровати и, хлюпая ногами по залитому полу, понеслась в коридор. Через несколько секунд в ожившей с её криком спальне началась суматоха. Девочки, только что мирно спавшие в кроватях, теперь носились по комнате, спасая от потопа немногочисленные пожитки. Мелисса Уоррен, движимая паникой, попыталась вытолкнуть в коридор свою кровать, которая стояла ближе всех к двери. Кровать, конечно, застряла в дверном проёме, перегородив дорогу остальным, и Энн Бридж и Лорейн Паркер с криками набросились на Мелиссу. Пока они ругались, Гвендолин подхватила на руки маленькую сонную Бекки Флорес, ловко перелезла через кровать Мелиссы и за считаные секунды оказалась в коридоре рядом с Абби.

Из соседней комнаты уже выбегали взбудораженные ребята, босые и взлохмаченные, с подушками в руках. Никто из них, к слову, не пытался спасти свою кровать. Немного погодя в жилом коридоре появились помятый спросонья мистер Браун и две учительницы в длинных ночных сорочках и накинутых поверх них пёстрых халатах. Из кухни уже подоспела Мерси. Едва увидев, что творится в спальнях, она издала вопль ужаса и велела детям немедленно перебираться в пустующие кладовые возле кухни, где раньше хранилась еда. Взрослые принялись было спорить с ней, но дети не стали их слушать и ринулись в кладовые, чтобы успеть разместиться получше. Абби, с детства бегавшая быстрее всех, оказалась там первой и, недолго думая, выбрала ближайшую к кухне комнату.

В помещении было темно – крошечные окошки у самого потолка едва пропускали дневной свет. Раньше, когда приют процветал, эти комнаты стояли доверху набитые съестными припасами. Сейчас же всё пространство загромождали корзины для белья, старая поломанная мебель и ненужные кровати, оставшиеся с тех времён, когда в доме находилось много детей и взрослых. Но зато тут оказалось сухо и тепло. Абби залезла на самую дальнюю кровать с перекошенным балдахином, которая стояла у стены под окном. Тут, как и повсюду, лежали кучи старого тряпья, но место оказалось самым удачным, а кровать самой надёжной, потому что, в отличие от остальных, была железной, а не деревянной. Оглядевшись, Абби быстро сосчитала кровати и поняла, что их на всех не хватит. В соседнюю кладовую бежать было поздно – оттуда уже слышались голоса мальчишек. Тем временем в помещение ввалились Энн Бридж и Мелисса Уоррен, а за ними появилась отдувающаяся от быстрого бега Лорейн Паркер. Она повалилась на последнюю свободную и самую хлипкую койку у двери. Следом вошла Гвендолин Милн, держа маленькую Бекки Флорес, которая снова заснула у неё на плече. Лицо Гвен омрачилось, когда она увидела, что кроватей больше нет.

– Располагайтесь тут! – весело воскликнула Мелисса и хлопнула рукой по плетёной корзине, стоящей посреди комнаты и доверху забитой постельным бельём бурого цвета. – Будет мягко!

Раздались смешки. Энн решила подхватить эту шутку.

– Или можешь занять этот трон. – Она указала на старое бархатное кресло в самом дальнем углу. Из его скособоченного сиденья торчало несколько толстых пружин.

Абби поморщилась, услышав противный смех девочек. Гвендолин – самая добрая душа в этом доме, она не должна скитаться по комнатам в поисках ночлега. И уж точно этого не должна делать самая младшая из них!

– Может, лучше тебе его занять, Энн? – не выдержав, спросила Абби.

Энн недовольно тряхнула головой. Её улыбка исчезла.

– Почему это я должна его занимать? Я пришла сюда раньше. А тебе что, больше всех надо?

– Мне надо, чтобы вы не говорили ерунду, – отрезала Абби и, не дожидаясь ответа, спрыгнула с кровати. – Эй, Гвен! Ложись здесь. Тут хватит места вам обеим!

– О, Абби… – от неожиданности Гвендолин стала запинаться. – Достаточно, если ты возьмёшь только Бекки, а я уж как-нибудь…

– Нет, кровать твоя, – упрямо возразила Абби.

– А как же ты? – спросила Гвен.

Об этом Абби подумать не успела. Но чтобы уговорить Гвендолин, она приняла уверенный вид и двинулась к выходу:

– Не переживай за меня. Что-нибудь придумаю.

Гвен всё ещё стояла в дверях, и Абби принялась подталкивать её к освободившейся кровати. Воспользовавшись заминкой, туда попыталась украдкой перебраться Мелисса, но бдительная Абби успела это заметить и метнула в неё тяжёлую подушку, разрушив коварные планы. Гвендолин наконец решилась и поспешила вглубь кладовой, испугавшись, что сейчас начнётся ссора, а Абби вышла в коридор и заглянула в соседнюю кладовую. Оказалось, что у мальчиков и вовсе не было кроватей. Ребята расположились на кучах сваленного прямо на полу тряпья. Они, однако, не возмущались и увлечённо ковырялись в хламе, которым были забиты многочисленные полки кладовой. Абби вздохнула и отправилась разыскивать взрослых. Предложить Гвендолин с Бекки кровать было правильно, но Абби не могла придумать, где же теперь ночевать ей. На ум не шло ничего, кроме грязного колченогого дивана, стоящего в гостевой комнате с начала времён и всем своим видом показывающего, что ему давно пора на свалку.

Учителя и кухарка по-прежнему стояли в коридоре у затопленных спален, обозлённые и растерянные, и спорили, что нужно предпринять в первую очередь. Абби бесцеремонно влезла в разговор, заявив, что в кладовой для неё не оказалось места. Мерси с недоверием уставилась на девочку:

– В самом деле? Ты же первой туда унеслась.

– Ну да, – согласилась Абби, – но я уступила своё место Гвен с Бекки, и теперь там даже лечь негде. Мистер Браун, а есть ещё кровати?

Тот недоумённо уставился на неё и покачал головой.

Плечи Абби понуро опустились.

– Что же мне делать? – спросила она.

Взрослые с сомнением переглянулись. Все, кроме мистера Брауна, которому этот разговор был совершенно неинтересен. Он стоял, зевая и почёсывая пузо, видневшееся из-под криво застёгнутой рубашки. Всклокоченные бесцветные волосы на макушке придавали ему несколько безумный вид человека, одержимого множеством захватывающих идей, но бессмысленное выражение маленьких заплывших глазок рассеивало это впечатление. Миссис Элридж, высокая худосочная женщина, начала сосредоточенно тереть виски́ под огромными бигуди, на которые она всегда накручивала свои седые волосы, чтобы придать причёске сходство с грозовым облаком.

– Проблемы растут как на дрожжах, – громко посетовала она, – а я не успела даже выпить кофе, не говоря уж о том, чтобы привести себя в порядок!

Абби сдержала смешок. Надо же, в приюте впору плавать на лодках, а кто-то думает о кофе.

Мадам Доне, миниатюрная молодая женщина, преподающая латинский язык и историю, застыла на месте, о чём-то задумавшись.

– Надо будить старуху, – сказала Мерси, когда поняла, что не дождётся от них дельного совета. – Ума не приложу, зачем она завалила кладовые барахлом. – Тут кухарка повернулась к Абби. – Хорошо, что ты пришла, милочка. Иди к ней и расскажи, что у нас стряслось, да заодно спроси, где тебе разместиться.

– Да ты что, Мерси! – вскинулась девочка, некстати воскресив в памяти вчерашнее возвращение директрисы. – Не пойду я к ней одна!

– Нашла время препираться! Иди, да поживее, не то здесь всё затопит!

Абби засопела от обиды и уже собралась снова возразить, но за неё вступилась мадам Доне, которая до этого момента стояла молча.

– Тебе ли не знать, Мерси, что директриса её даже слушать не станет, – мелодично произнесла учительница. – Кому-то из нас нужно пойти вместе с Абби.

Едва услышав эти слова, мистер Браун крякнул, развернулся и отправился в свою каморку, чтобы взять инструменты и подняться на чердак. Миссис Элридж с ужасом уставилась на мадам Доне, а затем прокашлялась и пробормотала:

– Пойду-ка я вниз, проверю остальные комнаты. – И она поспешила уйти вслед за мистером Брауном.

Абби посмотрела на Мерси, надеясь, что кухарка не оставит её, но та с хмурым лицом перекинула через плечо видавшее виды кухонное полотенце.

– Некогда мне этим заниматься – уже давно пора завтрак готовить, – недовольно бросила она и, повернув своё грузное тело, ушла не оборачиваясь.

Абби оглядела опустевший коридор, чувствуя странное ощущение в груди. Неужели все так сильно боятся миссис Мэдисон? А как же вчерашний бунт и обещания изменить прежний уклад?

Чья-то рука мягко легла ей на плечо. Девочка подскочила от неожиданности и оглянулась. Мадам Доне слабо улыбнулась ей и кивнула в сторону лестницы:

– Что ж, идём, дитя. Попробуем вразумить нашу magistra vitae[2].

* * *

Несмотря на столь ранний час, миссис Мэдисон не спала. Полностью одетая, с аккуратным пучком на голове и крошечными очками на остром носу, она сидела за огромным письменным столом в своём совершенно сухом, чистом и светлом кабинете. Несомненно, она слышала отголоски возникшей в коридоре суматохи, но даже не вышла выяснить, что случилось. Ведь у неё есть дело гораздо важнее. Перед ней были толстые пачки денег – ежемесячное пособие, за которым она ездила в город, – и большая горсть монет. У правой руки лежали старомодные деревянные счёты, будто за прошедший век в мире не изобрели ничего, что считает быстрее и лучше, а слева зиял пустым нутром железный сейф. Миссис Мэдисон решительно раскладывала деньги по стопкам, стуча счётами и делая пометки в блокноте. Она была чрезвычайно увлечена своим занятием и отвлеклась всего лишь раз – на доли секунды подняла глаза посмотреть, кто вошёл в кабинет. Ничто в облике миссис Мэдисон не указывало на последствия её странного возвращения накануне, и Абби быстро выкинула это из головы. Сейчас её волновала другая проблема.

Мадам Доне, поздоровавшись с директрисой, принялась было объяснять ситуацию, но миссис Мэдисон, властно взмахнув рукой, остановила её:

– Элла, мне некогда. Разберитесь с этим сами!

Абби покосилась на мадам Доне. Та изо всех сил старалась сохранить бесстрастное выражение лица, но получалось плохо. Ответ миссис Мэдисон означал, что проблема с потопом полностью ложится на плечи учителей, которым, по всей видимости, придётся отменить уроки на несколько дней. Те жалкие крупицы знаний, которые дети получали силами двух учительниц, и так поступали с перебоями – женщины вечно занимались какими-то посторонними делами: то поездки за лекарствами, то уборка приюта, не говоря уж о глажке, стирке и бесконечных собраниях, которые любила проводить директриса.

Миссис Мэдисон выложила на край стола огромную связку ключей:

– И проверьте остальные комнаты. Мне надо знать, сколько ещё помещений пострадало.

Глядя на связку, Абби подумала, что миссис Элридж, должно быть, обладает даром проникать сквозь замочные скважины, раз отправилась проверять закрытые комнаты без ключей.

– Хорошо, мадам. Надеюсь, вы позволите детям занять кладовые на время ремонта? – спросила мадам Доне, взяв ключи.

Абби усмехнулась, представив, что миссис Мэдисон это запретит.

– Что? Какие кладовые? Ах да… Само собой, Элла.

Учительница кивнула, оглушённая навалившимися обязанностями, и отступила к двери, но Абби замешкалась.

– Ну, что ещё?! – рявкнула директриса из-за своего стола.

«Сейчас или никогда», – подумала Абби и сделала глубокий вдох.

– Миссис Мэдисон… мэм, в кладовых нет места на всех, – выпалила она. – Мне негде спать.

– Как-нибудь устроишься, – грубо бросила миссис Мэдисон. – Где твоя кровать?

– Осталась в спальне. Её залило водой.

– Так, значит, ты испортила кровать, паршивка? – Старуха обслюнявила палец и исподлобья взглянула на Абби.

– Не я, а дождь, – поправила та, удивляясь, как директриса норовит всё перевернуть.

Миссис Мэдисон ничего не ответила. Она бережно убрала часть денег в сейф, закрыла толстую дверцу и теперь набирала код замка, внимательно всматриваясь в цифры.

– Пускай спит в подвале, – наконец ответила директриса, обращаясь к мадам Доне. – Там ей места хватит.

Эта фраза привела Абби в ужас. Ей неоднократно доводилось отбывать наказания в подвале. Это было жуткое, сырое и холодное, совсем неподходящее для жизни место, которого остерегался даже Бобби Спенсер. И почему теперь она должна отправляться туда добровольно?! В доме куча закрытых комнат – неужели нельзя открыть одну из них хотя бы на несколько дней? В конце концов, Абби не виновата, что крышу приюта никто не латал уже много лет.

– Я не хочу спать в подвале! – воскликнула Абби. – Там крысы!

Директриса поморщилась, словно услышала крайне неприятный звук.

– Элла, что она здесь делает? Выведите эту… этого… – она наконец нашла подходящее слово, – этого ребёнка из моего кабинета.

– Нет, я никуда не уйду! – выкрикнула Абби, внезапно разозлившись. – Сами ночуйте в своём подвале!

Едва выпалив это, она зажала рот руками в полном потрясении. Мадам Доне ахнула, а директриса пришла в настоящее бешенство. Её ноздри раздулись от гнева, длинные кривые пальцы так сильно вцепились в столешницу, что раздался треск, в глазах сверкнули молнии, а губы изогнулись в ломаную линию. Увидев лицо старухи, Абби не поверила своим глазам: миссис Мэдисон стала похожа на ведьму из старинных сказок!

– Ах ты мелкая паршивка! – взревела директриса. Она вскочила с кресла, подалась вперёд и навалилась на стол, рассыпав при этом горсть монет: – Элла! Немедленно убери её отсюда, иначе мне придётся сделать это самой!

Но мадам Доне встала перед Абби, заслонив её от старухи.

– Бога ради! – воскликнула она срывающимся голосом. – Миссис Мэдисон, прошу вас! Будьте благоразумны, это всего лишь ребёнок!

Абби почувствовала, что учительница сильно потрясена такой бурной реакцией миссис Мэдисон. Директриса и раньше выходила из себя, все давным-давно привыкли к её вспыльчивости. Но в этот раз старухе удалось напугать их почти до беспамятства своим жутким видом. Абби даже подумалось, что ещё немного – и директрису от злости просто разорвёт на мелкие кусочки.

– Я… уверена, что вы помните о скором визите мистера Кларка, – заговорила учительница мягким успокаивающим тоном, но её голос дрожал. – Вряд ли он сторонник подобных мер. Нам нужно… нам следует выбрать более п-подходящее место… Может быть, временно поселить Макалистер вместе с Уайт?

Абби, которая пряталась от директорского гнева за спиной мадам Доне, сразу навострила уши. Уайт? В приюте не было детей с таким именем. Сгорая от любопытства, она осторожно выглянула из-за учительницы. Миссис Мэдисон на удивление быстро взяла себя в руки. Она снова уселась за стол, поправила сползшие на кончик носа очки, пригладила причёску и кинула быстрый взгляд на стопку документов с письмом от мистера Мейсона Кларка. Он работал инспектором в городском департаменте образования и раз в полгода посещал их приют с проверкой.

– Ладно, – наконец проговорила миссис Мэдисон. – Передай Брауну моё распоряжение. А ты, мерзавка, – её длинный острый палец нацелился на Абби, – ещё пикнешь – и подвала тебе не избежать! Запру там на месяц!

Мадам Доне с пылом принялась рассыпаться в благодарностях, будто это её спальню затопило полчаса назад. Миссис Мэдисон в ответ скривилась, словно проглотила лимон. Очередным взмахом руки она потребовала побыстрее выметаться из кабинета и оставить её в покое.

Едва оказавшись в коридоре, обе просительницы облегчённо выдохнули. Взбудораженная учительница приложила ладони к пунцовым щекам:

– Боже мой, Абби, о чём ты только думала!

– Не знаю, – виновато пробормотала Абби. – У меня случайно вырвалось.

Это было самой настоящей правдой. Абби совершенно не представляла, как объяснить своё поведение, ведь она как огня боялась директрису и старалась как можно реже привлекать её внимание.

– Что ж, самое страшное позади, – вздохнула мадам Доне, а потом хихикнула: – Ну и злющая же она сегодня!

Абби криво улыбнулась. Ей-то казалось, что миссис Мэдисон такая постоянно.

– Что ещё за Уайт? – спросила она. – И где я буду жить? Что это за комната, о которой вы говорили?

– Тише, детка. Дай перевести дух. Ты всё узнаешь сегодня, чуть позже. Иди вниз, помоги остальным с их вещами. А я пока разыщу нашего мистера Брауна.

– Но…

– Потом, всё потом, – мадам Доне мягко подтолкнула Абби вперёд. – Propera pedem[3], дорогая. У нас ещё много дел.

* * *

В обед небо снова затянули тучи, словно отражая общее настроение обитателей приюта. Обозлённые навалившейся работой, взрослые ворчали и шпыняли детей. Те в свою очередь, завидуя везению Абби, норовили ей досадить. Все уже знали, что она будет жить в просторной светлой комнате на втором этаже. Мистер Браун только недавно навёл в ней порядок, пропадая там сутками напролёт и заставляя остальных ломать голову, зачем она ему понадобилась. Оказалось, что понадобилась она вовсе не ему – в скором времени миссис Мэдисон собиралась перенести туда свои покои, чтобы её спальня и директорский кабинет находились рядом, а верхние коридоры вплоть до детских спален перекрыть за ненадобностью. Сейчас её спальня находилась в самом конце второго этажа, как раз у старой лестницы, ведущей к кухне, столовой и служебным помещениям, но директриса предпочитала спускаться только по главной, потому и выбрала удачно примыкающую к ней комнату.

Но теперь выяснилось, что туда поселят ребёнка, этого самого Уайта, приезд которого директриса ожидает со дня на день. На прошлой неделе миссис Мэдисон договорилась с опекунами ребёнка, которому неизвестно зачем понадобилась отдельная спальня, и не упустила возможность содрать с них за это три шкуры, хотя ей пришлось отложить свой переезд на неопределённый срок. Но ради лишней копейки директриса могла пожертвовать и бо́льшим.

Так миссис Элридж и сказала Абби, не устояв под градом её расспросов. Абби нашла учительницу в учебных классах, которые та проверяла на предмет протечек, и прилипла к ней как банный лист, но поскольку миссис Элридж больше ничего не знала, Абби пришлось оставить её в покое и пойти завтракать.

В столовой все остались равнодушными к новости о новом воспитаннике, а вот целая комната, в которую переселят Абби, вызвала бурный всплеск недовольства и зависти.

– А за нас попросить ума не хватило? – набросилась на неё Мелисса Уоррен, черноволосая одногодка Абби.

– А у тебя бы хватило? – огрызнулась в ответ Абби, понимая, что её оправдания ни к чему не приведут.

– Серьёзно, Абби, – с укором сказал Маркус Беллмен, – тут куча закрытых комнат. Наверняка ты смогла бы упросить миссис Мэдисон открыть их.

– Вряд ли, – пожала плечами Абби. – Она вообще собиралась поселить меня в погребе.

Маркус молча уставился в тарелку.

– Но не поселила же, – ехидно произнесла Энн, сверкая блестящими от зависти глазами.

– Абби что, теперь будет жить в спальне миссис Мэдисон? – спросил Джо Уилкерсон. Он сидел на противоположном конце стола и ковырял в носу.

От этого вопроса Мелисса подскочила вместе со своим стулом, развернулась к нему и затараторила:

– В будущей спальне, Джо! Она лучше, чем просто спальня, лучше, чем наши затопленные спальни и спальни учителей! Ну как, хороша твоя подруга, да? А у вас, между прочим, даже кроватей нет!

Мелисса продолжала злиться, пока её запал не иссяк. Настроение Абби было отвратительным. Из-за слов Мелиссы она и впрямь чувствовала себя предательницей и всё время прокручивала в голове разговор с миссис Мэдисон, думая, как его можно было изменить. За завтраком она ждала, что скажет Гвендолин, вмешается ли она, но та не проронила ни слова.

Чтобы не слоняться по дому, Абби с большим энтузиазмом принялась помогать Мерси, но совершенно забыла, что убирать на кухне сегодня очередь Мелиссы Уоррен. А та не упускала ни единой возможности уколоть Абби. И вот, стоя у раковины и перемывая тарелки, Абби стискивала зубы всякий раз, когда слышала её язвительные замечания. Но уже через несколько минут она сообразила, как ей избавиться от гнетущего внимания.

Абби отправится на прогулку, которую задумала три дня назад. И как эта мысль не пришла ей в голову раньше! Миссис Мэдисон сегодня занята подсчётом денег, а потом, наверное, займётся потопом и даже не заметит, что Абби ушла. А желание увидеть лисят и навестить старую Амелию Бэнфорд со вчерашнего дня ничуть не уменьшилось. Скорее наоборот. Абби уже представила себя в тёплом уютном кресле с чашкой горячего шоколада в руках, болтающей ногами в мягких тапках с помпонами, а сидящая напротив неё, укутанная в лоскутный плед, улыбчивая миссис Бэнфорд с вязаньем рассказывает истории из своей жизни.

Абби так замечталась, что подскочила от неожиданности, когда у порога раздался громкий голос главного хулигана Бобби Спенсера:

– Что, Макалистер, все ботинки вылизала нашей директрисе?

Мелисса, которая в этот момент подметала пол, захихикала. Её смех подхватили пришедшие вместе с Бобби верные друзья – одноглазый Том Рипли и вертлявый как угорь Шон Франклин. Втроём они так часто убегали в город без разрешения, что их уже не считали своими, а взрослые и вовсе стали забывать их имена.

Миссис Мэдисон, разумеется, не было до них никакого дела, как и до всех остальных. Их, конечно, могла поймать полиция, но у директрисы на этот случай было подготовлено железное алиби: «Эти малолетние преступники ни в коем случае не могут быть из моего приюта. Офицер, должно быть, что-то путает. Помнится, одноглазый мальчик числится в списке беспризорников у полковника Жоржа Бэккета. Том Рипли? Ну что вы! Том Рипли полгода назад был усыновлён одними добрыми людьми, да хранит их Господь».

Вот так отвечала миссис Мэдисон на звонки из полиции. Абби знала это, потому что своими ушами слышала разговор, однажды случайно оказавшись у дверей кабинета. И если бы детям не удалось сбежать из полицейского участка, директриса твёрдой рукой вычеркнула бы три имени в журнале учёта воспитанников. Но, сбегая в город, они каждый раз спустя несколько дней возвращались в приют на попутках.

Сегодня, например, они заявились к полудню. Им совсем не понравилась идея жить в кладовых, а прознав, что Абби каким-то чудом досталась целая спальня, Бобби не поленился разыскать девочку и сообщить ей, что думает по этому поводу.

Бобби направился к столу, где ещё оставалась еда, и принялся набивать карманы хлебом и яблоками. Том и Шон тут же последовали его примеру.

– Так что, Макалистер? Покажи язык, мы посмотрим, старалась ты или нет.

– Отстань! – раздражённо бросила Абби через плечо.

– Отстану, когда захочу. – Бобби откусил яблоко и принялся громко чавкать у неё над ухом. – Знаешь, мы недавно видели в городе оборванца. Очень уж похож на Саймона. Слонялся под дождём, заглядывал в помойки.

– Да-да, вылитый Саймон! – завопил Том.

– Один в один! – поддержал Шон.

Абби не ответила, понимая, что Бобби просто издевается над ней. Было бы глупо им верить. Они никак не могли видеть её брата. Если бы он был в городе, то непременно известил её. И всё-таки внезапное упоминание о Саймоне больно кольнуло в сердце, заставив тяжело вздохнуть. Бобби заметил это и коротко хохотнул. Он подумал, что достиг цели.

– Давай так: ты отдаёшь нам комнату, а мы тебе организуем встречу с братом. А, Макалистер? Что скажешь?

Том и Шон одобрительно загалдели. Они не могли ничего сказать, потому что их рты были набиты хлебом, который уже не помещался в карманах и за пазухой. Но идея Бобби привела их в восторг. Им до смерти захотелось иметь собственную комнату, тем более на втором этаже, да ещё и отремонтированную. Однако смех стих, когда Абби отвлеклась от работы и сердито посмотрела на них. Гнев так и распирал её изнутри, и, не сумев себя сдержать, она выпалила:

– Вы что, думали, я соглашусь? Кого бы вы ни встретили в городе, это был не Саймон! Там, где вы ошиваетесь, приличные люди не ходят! А комната вам не достанется, потому что мне велели держать её в чистоте! – С этими словами она взяла в руки большую кастрюлю для супа, чтобы отнести её на место. Но взбешённый Бобби не дал Абби пройти и с силой отпихнул девочку обратно к раковине. Абби упала, больно ударившись головой о стену. В глазах потемнело, стало трудно дышать. Кастрюля грохнула об пол и со звоном покатилась под мойку, а Бобби тем временем, упёршись руками в колени, навис над Абби.

– Самая умная, Макалистер? – Он сплюнул, едва не попав ей в лицо. – Сейчас я тебя проучу.

Но Абби уже успела прийти в себя. Прежде чем он схватил её за волосы, она нащупала осколок тарелки, валяющийся под посудным шкафом со вчерашнего утра, и взмахнула им перед собой, оцарапав Бобби плечо. Тот взвыл и отскочил назад. Абби мгновенно забралась под стол, стоящий между ней и выходом из кухни, намереваясь выскочить в коридор быстрее, чем мальчишки сообразят, куда она делась. Но на пути у Абби оказалась Мелисса Уоррен, о которой она совершенно забыла. Мелисса ловко выставила перед собой метлу, и Абби, споткнувшись, снова рухнула на пол. Спустя секунду на неё с криком навалились Том и Шон, а затем подскочил и Бобби, выбив осколок из её руки. Когда на Абби посыпались удары, на губах Мелиссы появилась довольная усмешка. Все обиды и терзания, одолевавшие Мелиссу этим утром, наконец отступили, а на их место пришло облегчение.

– Что здесь происходит?! – раздался возмущённый голос.

В кухню вошла Мерси. Увидев катающийся по полу клубок из рук и ног, она вскрикнула и велела немедленно прекратить безобразие. Клубок распался. Мальчишки поднялись на ноги и принялись проверять свои хлебные запасы, но Бобби не стал медлить и, юркнув в открытую дверь, ведущую на задний двор, скрылся в недрах сада. Опомнившись, Том и Шон поспешили за ним, а Мелисса осторожно проскользнула в коридор мимо кухарки. Абби медленно поднялась на негнущиеся ноги и утёрлась футболкой, однако это мало помогло.

– Прости. Я не знала, что они полезут драться, – сказала она, едва шевеля опухшей кровоточащей губой.

– Садись, садись, – залепетала перепуганная Мерси. Она усадила девочку на стул, трясущимися руками намочила полотенце и протянула его Абби. – На, приложи. Не знала она… От этих паршивцев только одного можно ожидать. Зачем ты с ними связалась? А бардак-то какой развели, ужас…

* * *

Начало темнеть. Вечерняя прохлада, царящая в полях, постепенно окутала дом и осторожно проникла внутрь в распахнутые окна и двери. Обычную для этих мест тишину нарушали лишь далёкое стрекотание сверчков и шорох крыльев летучих мышей, которые, почуяв ночь, стаей вылетели с сырого чердака. Абби сидела на излюбленном подоконнике в игровой комнате. Она всё ещё держала у лица мокрое полотенце, и, хотя кровь давно перестала идти, оно приятно холодило ссадины на щеках и подбородке. Мысли о прогулке к миссис Бенфорд теперь были настолько далёкими, что Абби казалось, будто об этом мечтала совсем другая девочка, гораздо младше неё. Сейчас она размышляла о более приземлённых проблемах – о том, что Бобби с дружками крутятся где-то поблизости. И хотя Абби больше их не видела, она чувствовала, что в город они не пошли. Разозлённые, мальчишки нарочно остались в приюте, и Абби знала почему. Они наверняка собираются ночью залезть в комнату, чтобы разрисовать стены углём, сорвать шторы или отрезать Абби волосы. Шайка Бобби обожала пакостить, особенно если за это доставалось кому-нибудь другому. Беспокойство Абби росло с каждым часом. Она специально укрылась в игровой, зная, что они сюда не войдут, – Бобби истово презирал это место, а всех, кто там играл, называл слюнтяями.

Абби раздумывала, как бы избежать возможных неприятностей, но, как назло, в голову ничего не приходило. Она вздохнула и прислонилась к распахнутой настежь оконной раме. Над самым высоким холмом в темнеющем небе сверкнула первая вечерняя звезда. Абби закрыла глаза, пытаясь вспомнить, можно ли загадать желание. Чего-чего, а желаний у неё хватало. Или это надо делать на падающую звезду? Определённо на падающую. Но она точно что-то слышала и о первой звезде. Кто вообще придумывает эти приметы?!

Так ничего и не вспомнив, Абби открыла глаза и тут услышала знакомый звук работающего двигателя. К дому приближался автомобиль. Абби выпрямилась. В такое время миссис Мэдисон обычно возвращалась из министерства, но сейчас она была в приюте и заставляла взрослых собирать воду из затопленных комнат. Кто бы это мог быть?

Освещая фарами старое полотно дороги, автомобиль резко вырулил из-за холма и, набрав скорость, пронёсся мимо приюта, но в следующий момент резко затормозил и аккуратно сдал назад, остановившись напротив парадных дверей. Некоторое время ничего не происходило, а затем задняя дверь машины открылась, и из салона выбралась девочка. Она была явно не в духе. Захлопнув дверь, девочка повернулась и уставилась на дом. На вид ей было лет пятнадцать. Абби попыталась внимательнее её разглядеть, но в спускающихся сумерках сделать это было трудно. Тем временем показался водитель – высокий молодой человек с лысым черепом. Несмотря на свой рост и солидный костюм, парень был ненамного старше девочки.

«Интересно, это её брат?» – подумала Абби, и всё внутри у неё тут же скрутило в тугой узел. Усилием воли она отбросила эту мысль и продолжила наблюдать за приехавшими. Выйдя из автомобиля, парень поправил куртку и кинулся открывать багажник.

– Ну, чего стоишь, Кейси? Мы и так опоздали на полчаса. Вот, держи. – Он сунул ей в руки пёстрый рюкзак.

– Отличное ты выбрал для меня местечко, – кисло произнесла девочка, не отрывая взгляда от дома.

– Не начинай. – Парень торопливо достал из багажника большой чемодан. – Мы уже всё обсудили. Месяц, может, полгода – и мы за тобой вернёмся.

Девочка усмехнулась и дёрнула плечом:

– Ты уверен, что этот дом столько простоит? Я вот сильно сомневаюсь.

Парень шумно вздохнул, покачал головой и захлопнул багажник.

– А чего ты ждала? Первоклассный пансионат в центре города? Сама же твердила про какой-нибудь укромный уголок. Ну, пошли. – Он подхватил чемодан и решительно шагнул в грязь. Девочка забросила рюкзак за плечо и последовала за ним.

– Укромный, да – но не настолько же, – ворчала она по дороге. – Ты сам хоть вспомнишь потом, куда меня отвёз?

На этот раз парень нервно хрюкнул, что, по всей видимости, считалось смехом.

– Вспомню, конечно, – сказал он так, будто ответил на величайшую в мире глупость.

– Я видела карту, – продолжала девочка, и не подумав улыбнуться. – Я серьёзно, Энди. Это место на ней не отмечено.

Энди цокнул языком и отмахнулся:

– Потому оно и называется укромным, Кейси. Ты угомонишься наконец?!

Странная это была парочка. Абби во все глаза наблюдала за ними. А когда девочка внезапно посмотрела на неё, Абби, застигнутая врасплох, запаниковала, но взгляда не отвела. Очень уж было любопытно. В этот момент парень снова заговорил, и Кейси пришлось отвернуться. Они подошли к парадным дверям, где на пороге их уже поджидала миссис Мэдисон.

– Наконец-то! – пронзительный возглас директрисы разнёсся по округе, и Абби поморщилась. – Мы вас уже заждались. Проходите, прошу вас! Браун сейчас заберёт все вещи. Кассандра Уайт! Какая приятная молодая леди! Добро пожаловать в наше скромное жилище! А вы, полагаю, мистер Уайт?

Парень что-то ответил, но Абби уже не вслушивалась в разговор. Так вот она какая, эта Уайт! Девочка тем временем, нехотя улыбнувшись в ответ на приветствие миссис Мэдисон, принялась чистить кроссовки о нижнюю ступеньку крыльца, после чего вошла в дом. Следом за ней в дверях исчез и парень. Когда дверь за ними закрылась, Абби подняла голову и посмотрела на россыпь далёких звёзд. Она улыбнулась – и тут же вскрикнула от боли: разбитая губа снова начала кровоточить.

Уже совсем стемнело, когда входная дверь тихонько скрипнула и прибывшие снова показались на пороге. Миссис Мэдисон не было видно, зато Абби прекрасно слышала, как та изображает из себя добрую хозяйку, заверяя, что «юная леди здесь в надёжных руках» и что она сожалеет из-за «доставленных неудобств». Доставленным неудобством была, по-видимому, Абби, которую пришлось подселить к Кассандре сегодня утром. Директриса попрощалась с парнем, а Кейси и Энди молча направились к машине.

– Всё будет хорошо, – сказал наконец парень.

Кассандра фыркнула. Кажется, она была расстроена. Похоже, ей совсем тут не понравилось, и Абби хорошо её понимала.

– Мне пора. – Парень открыл дверь автомобиля и повернулся к Кассандре. – Скоро увидимся. Пока что я останусь в городе, буду заезжать время от времени и держать тебя в курсе дел. А ты будь осторожна и не развали этот дом до моего следующего приезда.

На этот раз Кассандра усмехнулась:

– Постараюсь держать себя в руках.

Услышав это, парень вздохнул с облегчением, и перед тем, как он запрыгнул в машину, они крепко обнялись на прощание. Автомобиль, взревев, сорвался с места, а Кассандра осталась стоять на дороге, глядя на стремительно удаляющиеся огни. Но как только машина скрылась за поворотом, девочка резко откинула с плеч длинные волосы, сошла на обочину и достала из внутреннего кармана куртки какой-то свёрток. Присев у дороги, она склонилась к земле так низко, что Абби пришлось привстать на подоконнике и вытянуть шею, чтобы видеть её. Но Кассандра уже успела подняться и теперь шагала к крыльцу, что-то считая на пальцах. Возле ступенек она остановилась, покрутила головой, а затем решительно повернула налево и скрылась из поля зрения Абби.

Сперва Абби подумала, что девочка просто решила осмотреться. Но делать это ночью было бы странно, а ведь, стоя у машины, Кассандра обещала вести себя осторожно. Так куда же она пошла? И что она делала там, на обочине? Абби надолго задумалась – и не услышала лёгкого шороха, который становился всё ближе, пока внезапно в темноте прямо перед ней не появилась голова Кейси. Оказавшись друг к другу лицом к лицу, обе вскрикнули от неожиданности, и Кассандра как ошпаренная отскочила от окна. Абби тоже отпрянула назад и, потеряв равновесие, свалилась с подоконника на пол игровой комнаты.

– Господи! – донёсся из-за окна возмущённый голос Кассандры. – Ты меня до смерти перепугала!

Абби, кряхтя, поднялась на дрожащие после падения ноги и потёрла ушибленное плечо. Кассандра стояла на улице, прижимая к груди руку с каким-то свёртком, и осуждающе смотрела на Абби:

– Я думала, что ты уже ушла. Что ты здесь делаешь? Следишь за мной?

– Нет, – ответила Абби, как только ощутила, что может дышать. – Прячусь.

– От кого?

Пока Абби раздумывала, как, не вдаваясь в подробности, рассказать Кассандре о шайке Бобби, Кейси успела разглядеть на её лице синяки:

– Ого. Это от падения?

– Нет, это…

Но Кассандра догадалась сама:

– …те, от кого ты прячешься?

Абби смущённо кивнула. Кассандра долго рассматривала её и наконец спросила:

– Ты Абби, да? Моя соседка? Эта Мэдисон говорила про тебя.

– Ну да. Я Абби Макалистер. – Её сейчас совершенно не интересовало, что же сказала про неё миссис Мэдисон. Она сделала шаг к окну. – А ты Кассандра Уайт?

– Да, – ответила Кейси, почему-то насупившись.

– Утром говорили, что ты приедешь.

– Ясно. – Похоже, она не собиралась продолжать разговор. Кассандра стояла на месте, всем своим видом показывая, что хочет остаться одна, но Абби и не думала уходить.

Вместо этого она спросила:

– А что ты делаешь? Зачем ты обходила дом вокруг?

Кассандра поджала губы:

– Это тебя не касается.

Абби не обиделась. Ей довольно часто приходилось слышать такой ответ. Кассандра скрестила руки на груди:

– Так и будешь стоять?

– Я же сказала, что прячусь здесь. Если я выйду, то могу снова попасться им на глаза. Я решила посидеть тут до ужина, на всякий случай. Правда, я забыла надеть кофту, а здесь довольно прохладно по вечерам. Это из-за реки. От неё всё время веет холодом. Хотя сегодня днём было тепло, ты заметила? Наконец-то потеплело. Обычно погода в этих местах часто меняется, но сегодня…

Кассандра закатила глаза:

– Первый раз встречаю человека, который столько болтает.

Абби замолчала, втайне обрадовавшись. Губу покалывало всё это время, и она опять приложила к ней полотенце. Кассандра между тем, нервно взглянув на наручные часы, быстро оглядела округу. Её взгляд чуть задержался на холмах через дорогу, темнеющих на фоне тёмно-синего неба, но потом она повернулась и полезла в свой свёрток:

– Так, ладно. Мне надо заканчивать. Пообещай, что никому не расскажешь.

– Хорошо. А что…

– Пообещай.

– Обещаю.

Кассандра вытащила руку из свёртка, и Абби увидела у неё в пальцах щепотку странного мерцающего порошка, похожего на песок. Тут же забыв о своём падении, Абби склонилась над подоконником так низко, что её нос почти касался руки Кассандры.

– Что это такое? – шёпотом спросила она.

– Всего лишь поваренная соль и костная мука.

– Костная… Фу, какая мерзость, – скривилась Абби, не заметив, что уголок губ Кассандры изогнулся в мимолётной улыбке. А потом её палец с нажимом прошёлся каменному подоконнику, оставляя на нём светлую полоску. Она от края до края протянулась вдоль посеревшей от грязи оконной рамы и была совершенно незаметна в темноте. – Зачем ты это делаешь?

Вопрос Абби повис в воздухе. Кассандра не отрывалась от своего занятия и ничего не отвечала. Абби стало казаться, что девочка попросту её не услышала. Она открыла рот, собираясь повторить его, но в этот момент Кассандра сказала:

– Так нужно для безопасности. Энди говорил, тут водятся хищники. Если они приблизятся, это, – она помахала мешочком, – их отпугнёт. – И она направилась к следующему окну. Абби, недолго думая, свесила ноги на улицу и спрыгнула вниз. Её старые ботинки с громким чавканьем увязли в грязи.

– Здесь есть только лисы, но они и так не подходят близко, – сказала она, догнав Кассандру, которая уже прочертила полосу под широким и высоким окном холла.

– Я не о лисах, – ответила Кассандра, – есть и другие твари.

– Но я никогда не видела тут никаких тварей, – озадаченно пробормотала Абби, с беспокойством оглянувшись на холмы, как это сделала Кассандра минуту назад.

Когда она повернулась, девочка была уже на крыльце и, присев на корточки, осторожно сыпала порошок в щель вдоль порога.

– Это вовсе не значит, что их нет, – сказала она глухо.

– Не значит, – согласилась Абби, приблизившись. – Но если бы они были, мы бы давно…

Кассандра резко встала, сунула свёрток за пазуху и стала с раздражением отряхивать руки.

– Есть или нет, а лишняя предосторожность никогда не помешает. К чему этот спор? – сварливо спросила она.

– Ни к чему, – ответила Абби и примирительно пожала плечами.

Ссориться ей не хотелось. Если Кассандра боится хищников, почему бы не позволить ей сделать так, как она хочет? Правда, она выбрала очень странный способ защиты, посыпав все окна первого этажа костной мукой и солью, но пока Абби получила единственный вразумительный ответ на свой вопрос. Возможно, когда-нибудь Кассандра расскажет больше.

Абби запрыгнула на верхнюю ступеньку и распахнула входную дверь, пропуская внутрь новую воспитанницу приюта.

– Так, значит, вы с Энди считаете, что здесь опасно?

– Он этого не говорил, – сказала Кассандра и легко перешагнула порог дома, очерченный белой защитной линией, – но лично я в этом уверена.

3

День 12-й

Часы пробили полночь, и с каждой минутой Бобби нервничал всё больше. Они сидели снаружи дома, на остатках железной изгороди, которая подпирала разросшийся колючий кустарник. Бобби собирался пробраться в комнату и разрушить там всё что можно. Драки на кухне ему было недостаточно, после неё захотелось отомстить Абби ещё сильнее. Отомстить по-крупному. Но теперь в этой дурацкой спальне поселилась ещё одна девчонка, которой днём и в помине не было. Если бы Абби проснулась, Бобби легко бы заставил её замолчать, но, если проснётся и другая, Том и Шон с ней точно не сладят. Они растеряются и начнут в панике метаться по комнате, как это было в тот раз, когда в магазине сработала сигнализация. Все сбегутся на шум и крики, и тогда Мэдисон точно сдаст их тому надутому полковнику Бэккету. В прошлый раз, после очередного звонка из полиции, она чётко дала им понять, что её терпение на исходе. С учётом того, как директриса в прошлом году лихо сбагрила Саймона, Бобби не сомневался в её словах.

– Ну, скоро? – изнывал Шон, который уже не мог спокойно сидеть и крутился на месте.

Ему никто не ответил. Том ковырялся в карманах своей куртки, проверяя, куда он сунул чернила, а куда перочинный ножик. А Бобби уже в третий раз за последнюю минуту нервно сплюнул, то и дело поглядывая на окно второго этажа. Свет там погас ещё час назад, и только луна освещала, как ночной ветерок колышет лёгкую дымку штор. Бобби почувствовал, что его снова наполняет злоба к этой Макалистер, которая возомнила себя не пойми кем. Сегодня ей досталась лучшая комната в этом приюте – а завтра что? Её удочерят, как того сопляка Мэнникса? Почему всегда везёт кому-то другому, но только не ему? У Бобби вырвалось ругательство. Шон тут же уставился на него в надежде, что тот собрался действовать. Но Бобби медлил.

– Почему мы не идём? – Шон развернулся к Тому.

– Потому что там две девчонки, а не одна. Если они проснутся и поднимут визг – нам крышка.

Бобби удивлённо посмотрел на Тома. Вместо изнуряющих вопросов и вечного нытья друзья начали рассуждать сами, а это грозило потерей авторитета. Нужно действовать немедленно. Прочистив горло, Бобби скомандовал:

– Ладно, пошли.

Прячась в низких кустах, троица обогнула дом и без приключений проникла на кухню. Мерси никогда не закрывала эту дверь, в отличие от парадной – это они знали по опыту. Но уже в коридоре, ведущем к главной лестнице, Том натолкнулся на комод, и раздался громкий скрежет. Все трое замерли, а потом Бобби, который шёл впереди, освещая дорогу фонариком, повернулся к Рипли и многозначительно провёл пальцем по шее. Том виновато показал на свой невидящий глаз. В этот момент в чулане под лестницей, служившем мистеру Брауну мастерской, послышалась возня. Мистер Браун, который частенько коротал там вечера в компании старого чёрно-белого телевизора и чего-нибудь горячительного, пытался нашарить дверную ручку, чтобы выбраться из каморки посмотреть, кто это шумит в такое позднее время.

Бобби попятился назад, толкая ребят руками, и скоро они вновь оказались у входа в кухню.

– Чёрт возьми, Рипли! – зашипел Бобби. – Клянусь, я когда-нибудь придушу тебя!

– Что теперь делать? – прошептал Шон. – Всё отменяется?

Услышав в его шёпоте надежду, Бобби разозлился:

– А ты что, струсил, Франклин? Уже в штаны наложил, да? – Он посветил на лестницу за спиной Шона. – Ничего не отменяется. Пойдём этим путём.

Ребята оглянулись и увидели узкие скособоченные ступеньки, исчезающие за поворотом перил. Это была та самая лестница, поднявшись по которой уже можно считаться смельчаком, поскольку из-за её ветхости и трухлявости каждый шаг на ней мог оказаться последним. Чтобы добраться до нужной комнаты, им предстояло преодолеть эту злополучную лестницу, миновать спальню миссис Мэдисон и длинный коридор на втором этаже, но делать было нечего – путь снизу отрезал мистер Браун. Том и Шон почти одновременно тяжело вздохнули, но промолчали, чувствуя на себе испытующий взгляд вожака.

Все трое старались подниматься осторожно, но половицы под ногами скрипели и угрожающе прогибались при каждом шаге, а луч света фонарика прыгал по стенам, выдавая в непроглядной тьме их присутствие. Но мистер Браун был далеко внизу и никак не мог их увидеть, а все остальные в доме крепко спали. К тому времени как мальчишки добрались до второго этажа, терпение Бобби было уже на пределе. Ему до смерти хотелось, отбросив всякую осторожность, ворваться в комнату и крушить всё, что попадёт под руку. Слова, сказанные Абби, больно жгли изнутри, подпитывая его злость. Когда Бобби дошёл до поворота, за которым начинался коридор, то уже был готов припустить по нему со всех ног. Но за спиной снова раздался шум.

– Да вы угомонитесь сегодня?! – раздражённо прошипел он и повернулся к друзьям. – В чём дело?

Шон шарил по полу руками:

– Я выронил ножик. Он должен быть где-то здесь. Не мог далеко упасть… Ага, вот!

В свете фонарика блеснуло лезвие. Бобби цокнул языком:

– Ладно, собрались. Мы уже рядом. Делаем всё как задумали, только тихо.

– А если они проснутся? – спросил Том.

– Тогда вы зажмёте им рты и будете держать до тех пор, пока я не превращу эту комнату в руины!

Том, чуть поразмыслив, кивнул. Бобби ещё раз угрожающе посветил им в лица, убедился, что новых вопросов не последует, и отвернулся. Его фонарик выхватил из темноты дверь в спальню директрисы и участок стены за ней, где одиноко висел чей-то старый портрет. Дальше луч света тонул в кромешной темноте коридора. Внезапно краем глаза Бобби увидел, что дверь спальни слегка приоткрылась. Выдохнув, он резко подался назад, спрятавшись за угол, и с глухим щелчком выключил фонарик. Неужели миссис Мэдисон не спит? Этого не может быть, ведь старуха всегда ложилась очень рано. Никогда прежде, возвращаясь в приют по ночам, они не сталкивались с ней, в отличие от мистера Брауна или миссис Элридж, одержимых то жаждой, то бессонницей. Бобби потряс головой в сомнении. Должно быть, ему просто показалось. В коридоре не раздавалось ни скрипа половиц, ни тихого шарканья шагов. Бобби облизнул пересохшие губы и, снова включив фонарик, выглянул в проход. Коридор был пуст, а дверь в спальню оставалась плотно закрытой. Он почувствовал, как на лбу выступила испарина. Чёрт, это было страшно. Раньше глаза его не подводили.

– Что там, Бобби? – раздался над ухом испуганный шёпот.

– Ничего, – пробормотал он, вглядываясь во тьму.

Бобби уже был готов двинуться вперёд, как в очередной раз замешкался. Однако его никто не подгонял. Том и Шон стояли позади и молча глазели на зияющий проход коридора, распахнутый словно пасть жуткого зверя. Темнота в нём казалась живой. Она будто шевелилась и пульсировала, сокращая дрожащий в ней луч света от фонарика и снова удлиняя его.

Внезапно им расхотелось крушить комнату; весь этот замысел, который ещё полчаса назад представлялся гениальным, теперь казался бестолковым и нелепым. Сейчас они изнывали от желания поскорей убраться отсюда, спуститься в кладовую, где пахнет старьём, залезть на горы тряпья, сложенные у обшарпанных стен, укрыться с головой тощими одеялами и лежать так, пока не настанет утро. Бобби услышал над ухом тяжёлый вздох одного из друзей и тряхнул головой. Нет, он не может бросить эту затею в самый последний момент! Он должен отомстить Макалистер. Никто не смеет говорить ему гадости, особенно всякие мелкие оборванки из приюта!

Крепко стиснув зубы, он скользнул вперёд, и друзья тут же потеряли его из виду. В этой жуткой темноте нельзя было даже различить силуэт Бобби – один только луч фонарика, который не освещал ровным счётом ничего и постепенно удалялся от ребят. Испугавшись, что остались одни, Том и Шон один за другим нырнули в коридор и, помчавшись к источнику света, скоро наткнулись на своего предводителя.

– Почему здесь так темно?

– Ай!

– Заткнись!

Бобби в панике кружил на месте, стараясь осветить коридор, но вокруг него была сплошная темень. Он уже забыл, в каком направлении двигался. В какой-то момент Бобби разжал пальцы – и фонарик, упав с глухим стуком, откатился в темноту и погас. Все трое оказались в кромешной тьме. Кто-то из двоих его друзей заскулил от ужаса. Бобби, раскинув руки, пытался нащупать стены узкого коридора, но они будто разъехались в стороны, и всякий раз ему удавалось схватить лишь пустоту. Липкое чувство страха забралось за шиворот, звенящая тишина так давила на уши, что он был готов с криком сорваться с места и бежать в любом направлении, прочь из этого дома. Но тут чиркнула спичка. Маленький огонёк в руках Тома вырвал из цепких лап темноты три испуганных лица.

– Видно что-нибудь? – Том осторожно поднял спичку повыше, и Бобби с Шоном, медленно приходя в себя, принялись вертеть головами. В какой части коридора они находятся? Далеко ли ещё идти? Оправившись от паники, Бобби начал подозревать, что они забрели в один из кабинетов – так просторно было вокруг. Но тут он вдруг уткнулся в плотно закрытую дверь, которую едва освещал крошечный огонёк от спички Тома. Спальня миссис Мэдисон. Оказалось, что они почти не сдвинулись в нужную сторону и кружили в самом начале коридора. Что за ерунда! Бобби готов был поклясться, что прошёл вперёд не меньше двадцати шагов, прежде чем сбился и запаниковал. Спальня старухи должна была остаться далеко позади!

Внезапно все трое застыли и прислушались. Из-за двери доносился едва различимый глухой стук, который становился всё громче. Затем он стих. Ребята подкрались поближе – и чуть было не подпрыгнули до потолка, когда по ту сторону двери – совсем рядом с ними – раздался сдавленный смешок и чьё-то быстрое бормотание. По спине Бобби вновь побежали мурашки. Нет, с него довольно. Пора удирать отсюда.

Он повернулся к остальным и жестом показал, что они уходят, но внезапно дверь за его спиной распахнулась настежь, и в дверном проёме появилось нечто. Это была исказившаяся в страшной гримасе, почти неузнаваемая директриса. Она парила над полом, а её редкие седые волосы развевались по воздуху. Увидев перед собой детей, старуха выпучила глаза и медленно приблизила к ним своё чёрное лицо.

– Вы что, не знаете, – взвыла она не своим голосом, – что в доме запрещено шастать по ночам?! – А потом закричала, громко и пронзительно, словно ведьма, зов которой собирал в ночи другую нечисть.

Этого дети уже не выдержали. Они завопили от ужаса и хотели броситься наутёк, но не смогли даже сдвинуться с места – их ноги будто приросли к полу. Непонятно откуда взявшийся порыв воздуха пронёсся по коридору и задул огонёк, слабо мигавший в руке Тома, окончательно потопив их во мраке.

Вопли детей смолкали один за другим, а последний из них ещё несколько мгновений звучал эхом. Вскоре в приюте Мэдисон вновь воцарилась полная тишина.

* * *

Кассандра больше не говорила о том, что она намудрила с окнами, словно всё и так было понятно. Абби не настаивала. Уже в комнате в довольно сухой беседе выяснилось, что в живых из семьи Кассандры никого нет, а она всё это время жила с друзьями матери. Помявшись, Абби рассказала ей о возможном ночном налёте на комнату. Кассандра восприняла эту новость на удивление спокойно и даже беззаботно, сказав что-то вроде: «Ну, это всего лишь мальчишки».

Они закрылись на засов и подпёрли ручку двери спинкой стула, чтобы шум отодвигаемой мебели разбудил их, если кто-то будет ломиться в спальню.

В новой уютной постели Абби, уверенная, что не сомкнёт глаз всю ночь, заснула, как только Кассандра погасила свет. Ей снилось, будто кто-то кричит в темноте, она бежит на крик, но вокруг очень темно, и отыскать кричащего никак не получалось. Тьма была настолько непроглядной, что Абби даже не знала, где находится.

А утром, едва проснувшись, она тут же подскочила на кровати.

Кассандры в комнате уже не было. Её постель была аккуратно застелена, а стул, подпиравший дверь, стоял в стороне. Абби огляделась вокруг. К её огромному облегчению, комната осталась прежней. Никаких исписанных углём стен, порезанных вещей, разбитых стёкол и перевёрнутой мебели. Абби перевела дух и провела рукой по волосам. Они были той же длины, что и вчера. Взвизгнув от радости, девочка повалилась обратно на подушку, но потом снова вскочила, осознав, что Кассандра, скорее всего, спустилась к завтраку. Когда в приюте дают еду, лучше поспешить, иначе можно остаться голодной.

В столовую Абби влетела в самый разгар завтрака. Кейси была там: она сидела в одиночестве, подальше от других детей. Ребята то и дело косились на неё, однако Кассандра не обращала на них внимания. Она задумчиво смотрела перед собой, вертя в руках стакан с чаем из альсы, который Мерси, по обыкновению, готовила уже много лет. Сбоку от входа на сервировочном столике Абби сразу увидела свою одинокую порцию, которую кухарка никому не разрешила забрать. Сегодня на завтрак была фасоль и тосты с мёдом. Абби взяла тарелку и устроилась напротив Кассандры, приветственно махнув ей рукой. Она уселась вполоборота, чтобы было удобнее слушать разговор за столом, и принялась счищать мёд с тоста в свою кружку.

Оказалось, что этим утром в приют нагрянул инспектор Кларк. Он явился без звонка, но мадам Доне, которая всегда просыпалась на рассвете, успела заметить министерский автомобиль прежде, чем он подъехал к дому. Миссис Мэдисон, однако, ещё не выходила из своей спальни, и учительница решила воспользоваться ситуацией. Она прекрасно понимала, насколько малы шансы инспектора Кларка в присутствии миссис Мэдисон увидеть затопленные детские комнаты, и поэтому тотчас направилась в кладовые, чтобы разбудить детей. И пока мистер Мейсон Кларк с плохо скрываемой нервозностью прогуливался по гостевой в ожидании директрисы, дети вышли из кладовых и, зевая, длинной вереницей потянулись мимо опешившего инспектора к туалетным комнатам. Это произвело ожидаемый эффект. Мистер Кларк тут же подошёл узнать, в чём дело, и тогда мадам Доне с торжествующим выражением лица провела его наверх, к детским спальням, от вида которых инспектор едва не лишился чувств. Он так побледнел, что учительница даже подумала, что просчиталась, решив, будто мистеру Кларку хорошо известно, как отвратительно миссис Мэдисон следит за приютом. Но потом мадам Доне поняла, что инспектор неспроста приехал в такую рань и наверняка привёз с собой скверные новости.

Так или иначе, учительница оставила мистера Кларка наедине с обуревающими его чувствами и поспешила спуститься вниз, чтобы в момент встречи инспектора с директрисой оказаться как можно дальше.

– Сегодня у нас станет на одну учительницу меньше! – бодро известил всех Маркус Беллмен, когда Гвендолин закончила рассказывать, что услышала на кухне от самой мадам Доне.

Джо Уилкерсон и Артур Бран захихикали, давясь едой.

– Маркус! – всплеснула руками Гвен, совсем как Мерси. – Что ты такое говоришь!

– А что? – усмехнулся мальчик. – Я лишь сказал, что старуха её выгонит.

Лорейн Паркер с набитым фасолью ртом пробурчала что-то неразборчивое. Никто не разобрал ни слова, но все согласно закивали, чтобы не злить её понапрасну.

– Как думаете, куда нас денут, если мистер Кларк закроет приют? – спросила Энн.

Этот вопрос Абби не понравился. Маловероятно, что в этом случае их ожидает лучшая участь.

– Никуда не денут, – проворчала она, – запрут в доме и уедут. Зачем кому-то лишние заботы?

Маркус рассмеялся и повернулся к девочке:

– Это ближе к правде, чем… Мать честная! Макалистер, ты похожа на боксёрскую грушу!

Ребята, которые до этого совсем не обращали на Абби внимания, все разом уставились на неё. Джо Уилкерсон даже присвистнул от изумления. Артур Бран сразу начал спорить с Маркусом о том, что Абби не может походить на грушу, потому что она человек, а груша нет. На самом деле всё было не так страшно, ведь Мерси сразу заставила Абби держать у ссадин мокрое полотенце. Взглянув с утра на себя в зеркало, Абби решила, что ничего страшного нет, и выбросила из головы все мысли о внешнем виде.

Но остальные так, по-видимому, не думали. Мелисса сразу же начала рассказывать окружающим о вчерашней драке на кухне.

– Здорово они её отметелили! – подытожила она, чуть ли не захлёбываясь от восторга. – Это вам не подушками кидаться, верно, Макалистер?

– Верно, – с готовностью подтвердила Абби и отправила в рот последний кусок тоста. – Смотри не прожги ядом стол. Вон слюна уже капает.

– Тебе нельзя было спускаться сюда с таким лицом, – ехидно заметила Энн, поддерживая Мелиссу. – Только людей пугаешь.

– Отсутствием мозга ты пугаешь их ещё больше, – заверила её Абби.

Кассандра, которая, оказывается, внимательно слушала всё, о чём говорили за столом, закашлялась, пытаясь замаскировать непроизвольно вырвавшийся смех. Девочки, не слишком довольные тем, как легко Абби дала им отпор, принялись усиленно придумывать новые насмешки, но внимание ребят было уже безнадёжно потеряно. Закончив завтракать, все принялись вставать из-за стола, с грохотом отодвигая стулья и решая на ходу, где будут играть. Отмену занятий из-за потопа воспитанники восприняли с энтузиазмом.

– Абби, – наклонилась к ней сидящая ближе всех Гвендолин, – мне так жаль. Сильно болит?

– Нет. Не переживай, Гвен. Подумаешь, пара синяков.

– Но тебе всё равно нужно показаться доктору, когда он придёт в следующий раз.

Доктор О’Донел работал в городе, но приезжал в приют к миссис Мэдисон, если того требовали обстоятельства. Как правило, дети видели его не чаще двух раз в год. Абби подумала, что к тому времени от синяков уже не останется и следа, но сказать это вслух не успела. Маленькая Бекки Флорес вклинилась между девочками и изо всех сил потянула Гвендолин за руку, полностью переключив на себя её внимание.

– Я поела, Гвен! – прокричала она и повисла на руке девушки. – Теперь пойдём играть!

Гвендолин поднялась, позволяя Бекки увести себя из столовой, но в коридоре обернулась и крикнула Абби:

– Не забудь показать Кассандре дом! Наверняка она не успела вчера его осмотреть.

Абби одним глотком допила чай и вопросительно посмотрела на Кассандру. Та пожала плечами, кивнула и поднялась из-за стола. К своему чаю она так и не притронулась.

* * *

Царившая в коридорах темень скрывала от придирчивого взгляда запустение и упадок, год за годом пожирающие приют. В густых тенях дома прятались пятна грязи, дыры в стенах, а отклеившиеся обои, казалось, решительно собрались слезть со стен и кое-где были уже на полпути к своей цели. На них тут и там виднелись следы от висевших когда-то картин и фотографий, которые миссис Мэдисон поснимала в хаотичном порядке, оставив всего несколько из них. Все растения, имевшиеся в приюте, давно засохли, но оставались на своих местах – в треснувших горшках у окон и на подоконниках, – а их чёрные сухие листья и стебли беспомощно трепетали на сквозняках.

Абби старательно отвлекала внимание Кейси от этого удручающего вида, частично открывшегося той ещё вчера. Кассандра была слишком внимательна и периодически оглядывалась по сторонам, однако ничего не говорила.

Первым делом Абби показала ей открытый литературный класс, где дети обычно занимались ещё и математикой. Пока Кейси исследовала помещение, Абби осталась стоять в дверях. Сейчас она могла не прячась рассмотреть свою соседку получше. Накануне вечером Абби успела заметить удивительно красивое лицо Кассандры. Прямой нос, высокие скулы и длинные чёрные волосы, отливающие на солнце серебром, дарили их обладательнице сходство с представителями индейских племён, о которых дети когда-то читали на уроках истории. Живой взгляд больших выразительных глаз Кассандры казался строгим из-за изогнутой линии тёмных бровей и делал её старше и серьёзнее её неполных пятнадцати лет. Кассандра была длинноногой и чуть угловатой, как и большинство подростков, но каждое её движение казалось отточенным и решительным, без лишних неуверенных жестов, как, например, у Лорейн Паркер, которая, словно не в ладах с собственными ногами, вечно врезалась в дверные проёмы, или как у Маркуса Беллмена с его забавной семенящей походкой и нервным одёргиванием полосатого шарфа, болтающегося на тонкой шее. Всем своим видом Кассандра Уайт излучала уверенность и невозмутимость. Кроме того, она умела держать рот на замке – в отличие от девочек из приюта, которые не могли выждать и секунды, когда у них было что разболтать остальным. Абби понимала, что у её соседки нет причин рассказывать о себе первому встречному, однако чрезвычайная скрытность Кейси подсказывала Абби, что дело тут не в особенностях характера. Её вчерашнее упорное молчание в комнате сквозило напряжением, и это заставило Абби прекратить расспросы, но лишь сильнее распалило любопытство. Что же за тайны скрывает эта девочка?

– Э-эй, ты там что, заснула? – Размытый силуэт перед глазами Абби протянул к ней руку и пощёлкал пальцами.

– Что? Нет-нет… Просто задумалась. – Абби подскочила на месте и заморгала, очнувшись. – А что случилось?

Силуэт обрёл чёткость и превратился в Кассандру Уайт, которая нетерпеливо повторила свой вопрос:

– Я спросила: ты знаешь, что это такое? – И она показала наверх, в промежуток между исцарапанной учебной доской и потолком, где на участке стены чёрной краской был нарисован странный символ.

– Нет, – ответила Абби. – А ты?

– Очень похоже на руну, – едва слышно пробормотала Кейси.

Абби не знала, что такое руна. Она попыталась вспомнить, когда это странное пятно появилось над доской. Вчера? Год назад? Десять лет назад? Откуда оно здесь взялось? Абби озадаченно потёрла лоб, осознав, что не может ответить ни на один из этих вопросов.

– У нас тут вообще много пятен, – попыталась пошутить она, но смеха не услышала.

В ответ Кассандра как-то странно посмотрела на неё и молча вышла в коридор. Абби ещё раз взглянула на символ, заинтересовавший её соседку, и направилась следом за ней.

Они осмотрели ещё один классный кабинет, гораздо больше предыдущего. Здесь мадам Доне, при удачном раскладе, дважды в неделю обучала детей латыни и английскому. В нём было целых четыре окна, два из которых стояли заколоченными, отчего в половине класса царил полумрак. У самой дальней стены выступал из темноты старый камин с обвалившейся кирпичной кладкой. Кассандра сразу же бросилась к нему:

– Им пользуются? – Она поворошила ногой золу в топке.

– Нет, дымоход давно забился.

– Это хорошо.

Кейси снова достала из кармана свой мешочек и щепоткой белой пыли провела линию прямо перед топкой. Последним местом, которое вчера очертила Кассандра, было окно их комнаты, и Абби решила, что на этом соседка успокоится. Но сейчас она поняла, что ошиблась.

– Ты опять?! – вырвалось у Абби. – А что, внутри дома это тоже помогает?

– О, ещё как!

Закончив, Кассандра поднялась на ноги и посмотрела на Абби, ожидая новых вопросов. Абби почему-то стало стыдно. Здесь, в приюте, дети вечно маялись от скуки и сочиняли игры прямо на ходу. Правила порой были такими нелепыми и смешными, что на их фоне занятие Кассандры вовсе не казалось странным. Абби уставилась в пол и неловко топталась на месте, пока её соседка запихивала мешочек в куртку.

– Знаешь, внутренние карманы – очень полезная штука. Всё самое важное надёжно хранится у сердца, – внезапно поделилась Кассандра и с довольным видом похлопала себя по рёбрам.

– Ну… Поскольку у меня их нет, придётся поверить тебе на слово, – ответила Абби, так и не поняв, зачем Кейси это сказала.

Девочки вышли из кабинета – и едва не стукнулись носами. Абби повернула обратно к гостевой комнате, а Кассандра, по-видимому, направилась в противоположную сторону. Она с удивлением посмотрела на Абби:

– Мы что, дальше не пойдём?

Абби в замешательстве оглянулась. Она была уверена, что у неё за спиной нет ничего, кроме старого гобелена, который закрывал большую часть обшарпанной стены.

Но сейчас гобелен валялся на полу, явив старую двустворчатую дверь – ход в закрытое крыло.

Одна створка висела, перекосившись, только на верхней петле, которая вот-вот грозила отвалиться вслед за нижней. За ней виднелся залитый нежным утренним светом коридор. Плавно изогнувшись, он исчезал за увитой плющом стеной.

– Вот это да! – раздался сзади восхищённый шёпот, но Абби ничего не ответила, потому что просто лишилась дара речи.

Но потом, взяв себя в руки, Абби подошла к двери и, всем телом навалившись на створку, попыталась вернуть ей вертикальное положение. А когда дверь, скрипя и сопротивляясь, наконец встала на своё место и была плотно закрыта, Абби повернулась к Кассандре:

– Нам туда нельзя.

– Что значит – нельзя?

Абби тяжело вздохнула то ли от потраченных усилий, то ли оттого, что приходится объяснять такие простые вещи.

– Это значит, что миссис Мэдисон никому не разрешает туда заходить и накажет любого, кто её ослушается.

Но Кассандре, похоже, требовались аргументы посильнее. В её глазах полыхало любопытство и, что ещё хуже, азарт. Этот взгляд показался Абби знакомым, хотя она не могла вспомнить откуда.

– Я хочу посмотреть, что там.

– Нельзя.

Кейси раздражённо фыркнула:

– Но ведь дверь даже не заперта!

– Не заперта, – согласилась Абби, пытаясь говорить ровным голосом. – Не понимаю, как такое случилось. Наверное, замок сломался.

Кассандра стояла напротив неё, упрямо поджав губы. Она явно собиралась проигнорировать запрет директрисы, оттолкнуть Абби и, вновь распахнув деревянные створки, ринуться в галерею. Но Абби не могла этого допустить. Она попробовала ещё раз отговорить Кассандру:

– Не нужно, Кейси, пожалуйста. Давай уйдём отсюда. Если нас кто-нибудь увидит и доложит миссис Мэдисон – нам конец!

Кассандра насупилась, явно не понимая, как можно упустить такую чудесную возможность из-за какого-то «нельзя». Но даже в полумраке ей были хорошо видны фиолетовые синяки на лице Абби и не зажившая нижняя губа. Если они попадутся, на её соседке и вовсе не останется живого места. Поэтому Кассандра отвернулась и недовольно вздохнула, сдавшись на милость здешним правилам.

– Поверить не могу, – проворчала она себе под нос. – Что там такого, что туда нельзя ходить?

Абби наморщила лоб.

– Я уже не помню. Вроде бы ничего особенного, – неуверенно ответила она. – Такие же комнаты и классы, которыми уже не пользуются. Это крыло закрыто уже давно.

– Да уж, закрыто, – хмуро бросила Кассандра и прошла мимо Абби к створчатым дверям.

Абби вздрогнула. Кейси покосилась на неё, достала из кармана мешочек и присела на корточки:

– Не дёргайся, мне нужно очертить дверь, раз уж мы не можем войти.

Абби была готова рассмеяться над своей нервозностью. Вряд ли Кейси станет обманывать её, если уже уступила в споре. Испорченное настроение Кассандры – явное тому доказательство. Кейси не боялась миссис Мэдисон и плевать хотела на её запреты. Она не считает это место своим домом и не принимает всерьёз здешние правила – но всё же поступила милосердно, поняв, что иначе навредит Абби и остальным, кто может случайно попасть под раздачу. Это достойно благодарности и того, чтобы хотя бы раз в жизни проявить смелость. Абби крепко задумалась над этим, глядя, как из-под руки соседки выползает белая линия.

– Ладно! – воскликнула она, поддавшись внезапному порыву. – Давай сходим туда! Но только когда миссис Мэдисон не будет в приюте. – В конце концов, Саймона никогда не останавливали наказания миссис Мэдисон – значит, и у неё должна обнаружиться крупица его отваги.

Кассандра оглянулась на Абби, и на её лице мелькнула едва заметная улыбка.

– Идёт, – ответила она и легко вскочила на ноги.

Девочки пошли обратно. На обратном пути, пройдя мимо игровой и гостевой комнат, которые Кассандра уже видела, они миновали кладовые и пересекли столовую, чтобы заглянуть на кухню, где Кассандра провела ещё одну полосу у выхода на задний двор, пока Мерси и водитель мистера Кларка попивали кофе в хилом саду.

– Вчера здесь кто-то был, и я не смогла очертить эту дверь, – объяснила Кейси.

Абби кивнула:

– Кухня редко бывает пустой. Считай, что сейчас нам повезло. Даже миссис Мэдисон частенько здесь крутится.

– Серьёзно? И что она здесь делает?

– Ну… приносит альсу, из которой готовится чай.

– Альса? – скривилась Кассандра. – Вот почему он так противно пахнет! Мэдисон тоже его пьёт?

– Нет, что ты. Она пьёт дорогой чай, который Мерси покупает ей в городе.

Кассандра закончила свой ритуал, к которому Абби уже начала привыкать, и они двинулись к лестнице, чтобы подняться наверх и пройтись по безлюдному второму этажу. По пути девочки встретили сердитого мистера Брауна: он спускался им навстречу с чердака, где у него явно что-то не ладилось. Абби поздоровалась с ним, но смотритель только угрюмо зыркнул на неё и, высморкавшись в грязный носовой платок, направился к своей каморке, откуда доносились звуки работающего телевизора.

– Чудной этот мистер Браун, – заключила Кассандра вполголоса, чтобы смотритель ничего не услышал. – Вчера, когда мы с Энди разговаривали с Мэдисон в гостевой, он таращился на нас во все глаза. Просто молча стоял и смотрел, пока мы не поднялись в кабинет. У вас здесь все такие? – Она покрутила пальцем у виска.

– Нет, конечно, – ответила Абби, засмеявшись. – Но мистер Браун немой и…

Кассандра подскочила на нижней ступеньке, и старая деревянная лестница громко скрипнула.

– Правда?! А я даже не догадалась!

– Ты бы догадалась, только заглянув к нему в рот. Саймон говорил, что когда-то давно мистер Браун в какой-то страшной заварухе потерял язык. Иной раз он забывает об этом и пытается что-то сказать, но у него выходит только мычание. Но зато зрение и слух у мистера Брауна отменные, – сказала Абби и добавила чуть тише: – Саймона, по крайней мере, он ловил часто.

Они поднялись до середины лестницы, где ступени пугающе прогибались под ногами, и Абби предупредила Кейси, чтобы та была внимательней.

– Я всегда внимательна, – отмахнулась Кассандра, но всё же посмотрела под ноги. – Кто такой этот Саймон?

– Мой брат.

– У тебя есть брат? – Ступеньки вновь издали протестующий скрип.

– Да, – вздохнула Абби, – есть.

– И где он?

Абби пожала плечами и отвернулась. Она собиралась сказать, что тоже хотела бы это знать, но не смогла выдавить ни слова, и Кассандра это заметила. Девочки миновали опасную лестницу и остановились на развилке между двумя длинными коридорами.

– Куда теперь? – тактично сменив тему, деловито спросила Кассандра, упершись ладонями в бока.

– Сейчас мы прямо у спальни миссис Мэдисон. Там, – Абби махнула рукой на длинный узкий проход перед ними, – всё заперто.

– Так же, как и внизу? – усмехнулась Кассандра. Абби с опаской посмотрела на неё, и та пожала плечами. – Ладно, я поняла. Тут заперто.

– Если мы пойдём сюда, – Абби показала налево в широкий арочный проём, – то выйдем к нашей комнате. Дальше по коридору будут детские спальни. Думаю, ты знаешь, что там вчера случилось. А больше тут смотреть не на что.

– Тогда зачем мы вообще сюда поднялись?

Абби растерянно заморгала:

– Ну… я же показываю тебе дом. Если хочешь, можем спуститься обратно или выйти наружу.

– Хочу, – кивнула Кассандра, резко поворачиваясь обратно, но Абби остановила её:

– Погоди минутку – я только захвачу кофту. По утрам бывает жутко холодно.

Не дожидаясь ответа, она бросилась вперёд по мрачному просторному коридору и едва не растянулась во весь рост, поскользнувшись на каком-то предмете, который валялся в тени у самой стены. Абби, жалобно пискнув, замахала руками в воздухе, но, поняв, что удержать равновесие не удастся, бухнулась на одно колено, чтобы избежать падения на спину.

– Боже, Абби, – приглушённо донеслось сзади, – так ведь можно все ноги переломать!

Но Абби пропустила это мимо ушей. Она уже опомнилась от испуга и склонилась над полом, чтобы поднять то, что так неудачно подвернулось под ноги. Карманный фонарик тускло блеснул в её руке потёртым металлическим боком с выцветшей и потрескавшейся наклейкой – красный автомобиль на голубом фоне. Абби сразу узнала его.

– Это фонарик Бобби Спенсера, – сообщила она Кейси, которая подошла взглянуть на предмет. – Он с ним никогда не расставался.

– Это один из тех, кто тебя побил? На твоём месте я бы вышвырнула фонарик из окна.

Абби кивнула, продолжая крутить его в ладони. Что-то в этой находке не давало ей покоя.

– Несложно догадаться, куда они шли, – пробормотала она. – Интересно, почему передумали?

В этот момент фонарик слабо вспыхнул, и коридор прорезал его короткий тусклый луч. Девочки одновременно подняли головы и посмотрели на круг света, возникший от луча на противоположной стене, прямо в центре массивной дубовой двери, спальни директрисы. Фонарик несколько раз мигнул, будто посылал какой-то непонятный сигнал, а затем погас. Абби пощёлкала кнопкой, затем стукнула им по ладони, но он так и не включился.

– Как странно, – произнесла Кейси, и Абби почему-то вздрогнула.

Они двинулись вперёд, продолжив путь, который так и не удалось пройти шайке Бобби. По мере их приближения к парадной лестнице мрачный коридор становится всё светлее: льющийся из окна над директорским кабинетом – единственного окна, за чистотой которого миссис Мэдисон постоянно следила, – солнечный свет прогонял темноту коридора, а вместе с ней и тайны, которые он хранил.

В комнате Абби быстро схватила толстовку и накинула её на плечи. Фонарик девочка сунула в один из двух гигантских карманов, куда, казалось, могло поместиться всё что угодно. У Саймона они вечно топорщились, набитые всякими мелочами, которые остальные считали просто мусором.

Окинув мимолётным взглядом спальню и порадовавшись, что Бобби Спенсер всё-таки до неё не добрался, Абби выскочила за порог. Кассандра стояла на самой верхней ступеньке, к чему-то прислушиваясь, и, увидев Абби, предостерегающе подняла руку.

«Слышишь?» – одними губами спросила она. Абби замерла, превратившись в слух. Из-за неплотно закрытой двери кабинета миссис Мэдисон доносились голоса.

– Я не собираюсь сдавать полномочия! – яростно шипела директриса. – В этом доме всегда полно проблем, и это лишь одна из них.

– Ты должна была известить меня, Джой! – Инспектор говорил тише, но в его голосе слышались нотки гнева. – Мы же договаривались, что ты будешь держать меня в курсе всех непредвиденных событий.

– Я разберусь сама!

– Нет, – возразил инспектор Кларк. – Теперь я беру дело под личный контроль. Завтра сюда приедут мастера из города. Будь любезна принять их как подобает.

– У меня нет на них средств, – отрезала миссис Мэдисон.

– Вот как? Куда же делись две тысячи фунтов, которые ты получила на той неделе? Осторожнее, Джой, или мне придётся внести в список нарушений ещё и нецелевые расходы.

В кабинете повисла долгая тишина, которая заставила Кейси опомниться. Она повернулась к Абби, дёрнула её за рукав толстовки и жестом показала, что им нужно спускаться. Абби кивнула, и они стали бесшумно красться вниз по ступенькам. В этот момент снова заговорила миссис Мэдисон.

– Очень хорошо, инспектор. Вызывайте мастеров, – произнесла она таким вкрадчивым голосом, что у Абби волосы стали дыбом. – Но не думайте, что я забуду упомянуть о вас, когда меня прижмут к стенке.

Вслед за этим раздался тяжёлый вздох.

– Миссис Мэдисон… Джой, – заговорил инспектор, – я не хочу конфликта с вами. Но… сейчас возникли обстоятельства, при которых я уже не могу закрывать глаза, как было прежде. Вам придётся заняться ремонтом, мэм.

– Какие же обстоятельства у вас возникли, Мейсон?

Инспектор понизил голос, и хотя Абби с Кассандрой спустились уже к самому кабинету, они едва могли разобрать, о чём он говорит. Девочки замерли, прислушиваясь к каждому слову.

– Вчера утром в министерство поступил запрос на ваш приют. Они требуют представить им все мои отчёты за последние несколько лет. В офисе поднялся страшный переполох. Я с большим трудом сумел приехать один.

Директриса вновь надолго замолчала.

– Это Клауд Эйвери? Он прислал запрос? – наконец спросила она.

– Я… не знаю. Но запрос был официальный. Теперь вы понимаете, мэм, понимаете, да? Вы должны встать на моё место и понять…

– Я понимаю, Мейсон!

– Очень хорошо! В таком случае вам придётся починить ещё кое-что. Мне жаль, но городские службы решили сократить расходы и планируют отключить подачу горячей воды за город. Я настоятельно рекомендую в кратчайшие сроки отремонтировать ваш отопительный котёл…

– Котёл! – громко взвизгнула миссис Мэдисон, и девочки подскочили от неожиданности. – Вы в своём уме, инспектор?! Котёл не подлежит ремонту, и вы прекрасно это знаете! Вы же его видели!

Инспектор принялся что-то лепетать, а директриса стала кричать. Но девочки уже были в самом низу лестницы и, потеряв всякое терпение, стремглав кинулись через гостевую комнату к входной двери. Им хотелось оказаться как можно дальше от кабинета, в котором разгоралась ссора, грозившая в любое мгновение вылиться за его пределы и поглотить весь дом.

Наконец девочки выбрались на залитое солнцем крыльцо и, переводя дух, оглядели двор. Мальчишки носились гурьбой, пытаясь запустить дырявого воздушного змея, Гвендолин катала Бекки на качелях, а Мелисса с Энн, усевшись спиной ко всем на остатках деревянной изгороди у колючего кустарника, что-то горячо обсуждали.

– Обойдём дом вокруг? – предложила Абби, но Кассандра покачала головой:

– Нет, хватит с меня дома на сегодня.

И они, не сговариваясь, отправились на ближайший холм, откуда открывался вид на невзрачные окрестности. Но Кассандра едва взглянула на них: стоя на возвышенности, она безотрывно смотрела на приют Мэдисон.

– Ты, наверное, сильно жалеешь, что согласилась пожить здесь, да? – спросила Абби, не надеясь услышать ничего хорошего.

Кассандра неопределённо качнула головой, и её волосы красиво заблестели на солнце.

– Я жила в местах и похуже, – ответила она и взглянула на Абби. – Как думаешь, он заставит её починить котёл?

– Наверное, – пожала плечами Абби и зажмурилась от удовольствия, представив себе, что больше не придётся мыть ноги в ледяной воде. – Это было бы здорово!

– Да уж, – согласилась Кассандра и, усевшись рядом с Абби, подставила лицо под грубые ласки весеннего ветра.

4

День 11-й

Ночью Абби без конца ворочалась, время от времени забываясь коротким беспокойным сном. На рассвете ей приснился Саймон. Они стояли где-то в городских трущобах, и Абби ругала его за то, что не получила от него ни строчки с тех пор, как он покинул приют. Но Саймон лишь смеялся и отмахивался от неё как от назойливой мухи. Его лицо было размытым, и Абби пыталась подойти поближе, чтобы разглядеть его, но брат всё время отворачивался, будто нарочно не давая ей это сделать.

Проснулась она от сильного шума. Было раннее утро, Кассандра уже сидела на кровати, свесив ноги, и готовилась спуститься к завтраку. Сквозь открытое окно доносился громкий рёв моторов.

– Что это? – хриплым спросонья голосом спросила Абби.

– Рабочие из города, – ответила Кассандра, мгновенно очутившись у окна. – Инспектор Кларк слов на ветер не бросает.

Абби потёрла кулаками глаза, зевнула, медленно поднялась и, подойдя к Кейси, выглянула во двор. К приюту Мэдисон подкатили два допотопных синих пикапа, остановились в грязи у самого крыльца и наконец заглушили двигатели. Один из них привёз четверых плотников, молодых ребят в кепках и выцветших голубых комбинезонах, похожих друг на друга словно близнецы. Пока они выгружали инструменты из второй машины, входная дверь распахнулась, и на крыльцо вывалился мистер Браун, приглаживая спутанные волосы и мятую одежду. Он попытался объяснить им что-то, но его неразборчивое мычание потонуло во взрыве оглушительного хохота парней. Они замахали на него руками и посоветовали выспаться. Мистер Браун растерялся. На помощь ему подоспела Гвендолин, которая к этому моменту уже успела переделать в доме половину дел, порученных ей миссис Мэдисон.

– Во сколько же она встаёт? – удивилась Кейси, заметив Гвен на пороге.

Абби не ответила, поглощённая происходящей во дворе встречей. Рабочие, все до единого, повернули головы на приветствие Гвендолин и застыли с открытыми ртами. Стройная и красивая, в строгом платье, с забранным на затылке небрежным пучком с выбившимися из него волнистыми прядями, эффектно обрамляющими лицо, Гвен вежливо улыбалась плотникам. Молчание затягивалось. Гвендолин и мистер Браун недоумённо переглянулись. Переглянулись, правда более многозначительно, и зрители наверху. Кассандра усмехнулась и прошептала:

– Не так им описывали хозяйку приюта.

– Они не… – начала было Абби, но один из парней внизу наконец-то пришёл в себя, прокашлявшись, и наконец спросил:

– А вы, должно быть, миссис Мэдисон, мэм?

– О, нет-нет! – спохватилась Гвен. – Я всего лишь воспитанница. Меня зовут Гвендолин Милн. А это мистер Браун, наш смотритель. Миссис Мэдисон спустится чуть позже.

Мистер Браун был не слишком доволен, что оказался в распоряжении этих юнцов, шумных и бестолковых, готовых расхохотаться по любому поводу, но возразить не мог. Гвендолин предложила рабочим проводить их до злополучных комнат, и парни собрали инструменты и потянулись в дом, следуя за ней и мистером Брауном.

Скоро Абби и Кассандра услышали шум за закрытой дверью – процессия двигалась мимо их комнаты по коридору второго этажа, сопровождаемая звучными голосами, смешками и громким топотом.

Кассандра не могла отказать себе в удовольствии выглянуть в приоткрытую дверь и понаблюдать за тем, как вытягиваются лица рабочих при виде комнат. Кто-то из них даже охнул и схватился за голову. Гвендолин начала что-то мягко им говорить, показывая рукой в сторону комнат, и Кассандра заметила, что один из парней даже ни разу не заглянул в спальни – его взгляд был прикован к Гвендолин. Но та была слишком озабочена своей миссией и совсем не замечала, что стала объектом его пристального внимания. Кассандра усмехнулась, аккуратно закрыла дверь и, помешкав, достала свой огромный чемодан с пёстрой сумкой, которые отказывалась разбирать весь вчерашний день, пиная их по комнате. Ещё вчера она надеялась вскоре покинуть это место, но почему-то именно сейчас надежда исчезла, и Кассандра решила больше не откладывать это дело. С сумкой она долго возиться не стала и, вытряхнув из неё все вещи на одеяло, зашвырнула её под кровать. Зато тяжёлый чемодан, который она выволокла в центр спальни, никак не желал открываться: замок упорно захватывал часть ткани то с одной, то с другой стороны, сколько бы Кассандра над ним ни билась. Наконец, когда Абби уже была готова прийти ей на помощь, Кейси яростно рванула собачку, и та, выплюнув лишнюю ткань, с визгом заскользила по молнии. Чемодан оказался битком набит книгами.

– Ничего себе! – вырвалось у Абби, и она тут же, не замечая предупреждающего взгляда Кассандры, потянулась к одной из книг, на вид очень старой, с пожелтевшими страницами и потёртой обложкой. Взяв её в руки, Абби прочитала название вслух: – «По ту сторону зеркал». Ух ты! А про что она?

– Про зеркала, – сквозь зубы процедила Кассандра.

– А можно почитать?

– Нельзя.

Кассандра аккуратно высвободила книгу из цепких пальцев Абби и поставила её на пустую полку над своей кроватью. Но когда она повернулась, у Абби в руках была уже другая книга.

– «Защитные амулеты и обереги». А зачем…

– Да что же это такое! Ты можешь ничего не трогать? – Кассандра раздражённо забрала потрёпанный том и бухнула его рядом с предыдущим.

Абби послушно отодвинулась от чемодана, но не слишком далеко, чтобы продолжить рассматривать книги. Кассандра вздохнула. Рано или поздно их всё равно пришлось бы достать, и Абби обязательно бы их увидела.

Что ж, Кейси потянула с этим настолько, насколько у неё хватило терпения. В конце концов, Абби уже поняла, что Кассандра – не самая обычная девочка.

Заполняя полку, Кейси искоса наблюдала за соседкой и видела, что Абби даже не пыталась скрыть своего интереса. Она жадно рассматривала книги, и с каждым прочитанным названием её брови поднимались всё выше. Однако Абби ни о чём не спрашивала, понимая, что Кассандра не собирается рассказывать ей, откуда они у неё взялись.

Скоро на дне чемодана остался лежать последний фолиант. На его чёрной выцветшей обложке едва виднелась тянущаяся из ниоткуда бледная рука, изогнутые пальцы которой образовали непонятный символ. Сверху ещё читалась витиеватая, некогда позолоченная надпись «Тени в темноте». Кассандра взяла книгу и, чуть помедлив, поставила её на полку, чувствуя на себе заинтересованный, почти что требовательный взгляд соседки. Ей стало немного жаль Абби, но она не могла вот так просто дать почитать едва знакомой девчонке «По ту сторону зеркал» или «Тени в темноте». Их содержание шокировало бы Абби, поэтому сначала нужно ей кое-что объяснить. Но не сегодня. Как-нибудь потом.

– Вот, возьми, – сказала Кассандра, протягивая единственную «безопасную» книгу из всей её библиотеки. – Это сборник рассказов. Пожалуй, их я могу тебе одолжить.

Абби уставилась на неё.

– Рассказы? – переспросила она, принимая книгу.

– Ну да. Или ты уже расхотела читать?

– Нет, не расхотела, – ответила Абби. – Спасибо. – Она села на кровать, крепко сжимая книгу, но её взгляд ещё долго оставался прикован к полке Кассандры Уайт.

* * *

Обед Кассандра пропустила. Совершенно неожиданно приехал Энди, и они вышли, чтобы пройтись по окрестностям и поговорить вдвоём, подальше от лишних ушей. Миссис Мэдисон почти не уделила ему времени. Большую часть утра она провела в подвале, уговаривая мастеров, двух пожилых мужчин, которые явились в приют позднее, заняться ремонтом котла. Увидев эту рухлядь, рабочие едва не уехали обратно в город, чтобы расторгнуть договор, наспех заключённый с инспектором Кларком. Но миссис Мэдисон всё-таки убедила их остаться и приступить к работе, однако не покидала подвал до самого обеда, словно боялась, что мастера сбегут при первой возможности.

За обедом Абби узнала, что Мелисса Уоррен расстроилась из-за сбежавшей шайки Бобби. Она села подальше от всех, чтобы её не донимали, а если кто-то всё же к ней обращался, она огрызалась.

– Почему Мелисса думает, что они убежали? – шёпотом спросила Абби у Маркуса, который сидел за столом рядом с ней.

Маркус посмотрел на неё с недоумением:

– А куда ещё они могли деться?

– Я имею в виду, – попыталась объяснить Абби, – что они же могут вернуться. Они всегда возвращались.

– Не в этот раз. Мэдисон ещё вчера вычеркнула их из списка.

Услышав это, Абби чуть не свалилась со стула и во все глаза уставилась на Маркуса, но тот неправильно истолковал этот взгляд и вздохнул:

– Ей-богу, Абби, что тут непонятного? Вчера мы поспорили, внесёт ли старуха в список Уайт или нет. Уилкерсон утверждал, что уже видел там это имя. Мы пошли проверить, и оказалось, что никто из шайки Бобби тут уже не числится. – Маркус и Абби одновременно покосились на Мелиссу, которая хмуро катала по тарелке варёную картофелину. – А сегодня это заметила и Уоррен. – Он снова вздохнул. – Теперь житья от неё не будет.

Абби стало не по себе от этого известия. Что-то не сходилось, и она почти сразу определила, что именно:

– Но почему их вычеркнули так быстро? Питер Мэнникс уехал на прошлой неделе, а миссис Мэдисон до сих пор не убрала его из списка… И… – Она напрягла память, пытаясь оживить старые, туманные, почти забытые воспоминания. От этого усилия разболелась голова, но она всё же вспомнила. – И Саймон… Его имя провисело там почти месяц. Ты помнишь? Мы тогда надеялись, что он вернётся.

– Помню, – отозвался Маркус. – Не знаю, Абби… Будь я миссис Мэдисон, я бы обязательно объяснил тебе, что творится в моём старческом мозгу. А потом, пожалуй, запер бы тебя в подвале в наказание за дурацкие вопросы. – Он усмехнулся и толкнул локтем Артура Брана, сидящего по другую от него сторону. – Эй, Артур. Что бы ты сделал, будь ты миссис Мэдисон?

Артура этот вопрос застал врасплох. Пока он сидел с открытым ртом и соображал, что ему на это ответить, Абби снова спросила Маркуса:

– А ты не думаешь, что они… ну… не сбежали? Вдруг с ними что-то случилось? Что-то… плохое? Они же только вернулись из города.

Маркус внимательно посмотрел на неё:

– Если честно, мне наплевать, что там у них стряслось. Я только рад, что мы наконец от них отделались. Но, раз уж ты так переживаешь, скажу: я тоже уверен, что они не захотели ночевать в кладовых и решили снова удрать. Теперь уже навсегда.

– Звучит убедительно, – признала Абби, сконфуженная тем, что речь зашла про кладовые. Она всё ещё чувствовала вину за то, что была единственной из них, кому досталась приличная спальня.

– Да уж, – проворчал Маркус и отвернулся.

Разговор за столом плавно перетёк к обсуждению прибывших плотников, и Абби заметила, что Мелисса немного оживилась. Директриса запретила мешать рабочим, но дети всё равно наведывались к спальням, чтобы удовлетворить любопытство и собственными глазами увидеть, как протекает ремонт. А самое главное – поглазеть на сильных и весёлых молодых людей, раскованных и свободных, не связанных с ног до головы никакими запретами и не запуганных вечными наказаниями.

Но ремонт сейчас волновал Абби меньше всего. Она думала о фонарике Бобби Спенсера, найденном у двери в спальню миссис Мэдисон, и том, что ей только что сообщил Маркус Беллмен, и чувствовала растущую тревогу. Чтобы отвлечься от этого необъяснимого беспокойства, Абби взглянула в окно и увидела две далёкие фигурки, гуляющие по полю. Та, что поменьше, была Кассандрой, другая – Энди. Они неторопливо брели от холма в сторону реки.

– Так что Кассандра? – услышала Абби собственный голос.

Маркус снова повернулся к ней:

– А что Кассандра?

– Она есть в списке или нет?

Он прищурился:

– Этого я тебе не скажу, не то снова начнёшь строить теории. Лучше сама посмотри.

Абби решила после обеда так и сделать. Нужно своими глазами увидеть список и убедиться, что Маркус её не разыграл. Она уже не раз попадалась на его уловки и становилась объектом его бесконечных споров с Артуром Браном. Абби понимала, что ему ужасно скучно без Саймона Макалистера, его лучшего друга, с которым Маркус проводил сутки напролёт, пока Саймон не стал шнырять по дому. У Маркуса Беллмена было слабое здоровье, он вечно простывал, кашлял и ходил с ингалятором. Хотя мальчик и разделял интересы своего друга, он не мог вынести жестоких наказаний директрисы – несколько дней в подвале погубили бы его. Саймон прекрасно понимал это и перестал брать Маркуса в свои рискованные вылазки. А поскольку после них большую часть времени он отбывал наказание в подвале, их с Маркусом общение свелось к минимуму.

Несмотря на это, Маркус переживал исчезновение Саймона почти так же сильно, как и Абби. До того как попасть в приют, он жил с отцом, бедным художником, который умер от пневмонии. Обретя здесь хорошего друга и лишившись его через некоторое время, как когда-то своего отца, Маркус стал замкнутым и недружелюбным.

Абби и сама наверняка изменилась после исчезновения Саймона, и не в лучшую сторону, разумеется. Стала пугливой и тревожной, слишком задумчивой и очень рассеянной. Но верить Маркусу на слово всё равно было неразумно.

Абби размышляла об этом, проходя мимо кладовых, когда до неё донёсся недовольный голос Лорейн Паркер:

– Если я узнаю, кто из вас это сделал, вам несдобровать!

Решив заглянуть к девочкам и выяснить, в чём дело, Абби остановилась на пороге, чтобы не тесниться в маленьком помещении. Несмотря на светлое время суток, в кладовой горел свет. Гвендолин здесь не было: обычно она появлялась у своей кровати только после отбоя, а уходила задолго перед подъёмом. Энн Бридж и Лорейн Паркер, с переездом в кладовую переставшие обременять себя уборкой, лениво застилали постели пыльными пледами. Маленькая Бекки Флорес, удобно устроившись на подушках, листала какой-то старый журнал с картинками, а Мелисса Уоррен, поджав под себя ноги, сидела на кровати и мрачно глядела в одну точку. Но, услышав угрозу Лорейн, она тут же раздражённо фыркнула:

– Делать мне больше нечего, как дёргать тебя за волосы по ночам. Расчёсываться надо как следует! Небось сама зацепилась за пружины, а мы виноваты.

Мелисса единственная из всех осмеливалась так говорить с Лорейн. Все остальные старались быть с ней предельно вежливыми, опасаясь крепких кулаков и недюжинной силы, заложенной в её широкой кости. Но Мелисса, очень ловкая и хитрая, соображала гораздо быстрее Лорейн, предугадывая каждый её шаг. Ещё ни разу в их совместных стычках неповоротливая шестнадцатилетняя Лорейн Паркер не выходила победителем – по сравнению с юркой Мелиссой она была слишком медлительна.

– Это не пружины, – как ни в чём не бывало сказала Лорейн, проглотив грубость.

– А мне начхать!

Энн не вытерпела и закатила глаза:

– Мел, сколько можно злиться? Мы вообще-то дружим, не забыла?

Мелисса в ответ что-то пробормотала себе под нос.

– Что случилось? – спросила Абби, но никто не обратил на неё внимания.

Лорейн продолжала твердить о ночном покушении на её волосы, и все нападки теперь относились только к Энн. Та защищалась и отнекивалась, но голос уже выдавал её страх и волнение.

– Скажи ей, чтобы она успокоилась! – крикнула наконец Энн Мелиссе.

– Отстань от меня.

– Ах так?! Вот и ищи сама своего Спенсера!

Абби заметила испуганный взгляд Бекки и решила вмешаться, чтобы дело не дошло до драки.

– Так, значит, это правда? – спросила она будничным тоном. – Шайка Бобби тут больше не появится?

Мелисса злобно посмотрела на неё:

– А что ты так переживаешь, Макалистер? Боишься, что они снова надают тебе по шее?

Абби хотела было ответить, что ничего она не боится, но Мелисса опередила её:

– И вообще, что ты здесь забыла? Ты тут не спишь, так что проваливай! – Она подскочила к Абби, вытолкнула её в коридор, а потом отбросила к стене. Пока Абби пыталась устоять на ногах, Мелисса стрелой пронеслась мимо неё и понеслась на улицу. Наконец Абби обрела равновесие и попробовала распрямиться, но тотчас согнулась, скорчившись от острой боли. Левое ребро под грудью отозвалось такой болью, будто её ударили кулаком. Абби просунула руку под толстовку, чтобы потереть место ушиба, и, растерянно глядя Мелиссе вслед, спросила:

– Да что с ней такое?

– Бобби обещал, что они возьмут её с собой, если решат окончательно удрать из приюта, – сказала Энн и мстительно усмехнулась. – Наверное, передумали.

Абби прислонилась к стене и стала ждать, пока стихнет боль. Кто же лезет за новыми синяками, когда ещё не зажили старые! Можно было и догадаться, что Мелисса, терзаемая злостью и обидой, не успокоится, что бы ей ни говорили.

Тем временем перепалка в кладовой продолжалась. Лорейн никак не хотела верить в невиновность Энн и пошла в атаку.

– Я тебя не трогала! – завизжала Энн, забравшись с ногами на кровать.

– А кто тогда это был?

– Да откуда мне знать, Лорейн?!

Абби снова посмотрела на маленькую Бекки Флорес и увидела, что та вжалась в подушки, готовая разреветься в любой момент.

– Бекки, – тихо позвала её Абби, и девочка уставилась на неё огромными карими глазами, в которых уже стояли слёзы, – идём со мной.

Бекки не нужно было просить дважды. Она тут же спрыгнула со своего места и бросилась к Абби. Та подхватила её на руки и направилась в гостевую комнату, оставив Энн и Лорейн разбираться с глазу на глаз.

– Куда мы идём? – спросила Бекки – вдали от ссоры её страх мгновенно исчез.

– Мне надо взглянуть на одну вещь, – ответила Абби, – а потом мы поиграем. Хорошо?

– Хорошо, – кивнула Бекки и поправила ей чёлку, которая лезла в глаза и мешала смотреть.

Абби рассмеялась. Боль в левом ребре почти прошла, и она почувствовала себя даже лучше, чем раньше. Бекки всегда страшно пугалась девчачьих склок, которые иной раз затевались на пустом месте, и мистера Брауна, особенно, когда он был не в духе и шпынял детей, замахиваясь на них тяжёлыми предметами. Она боялась шумных игр мальчишек и злобную миссис Мэдисон, которая одним своим видом могла довести её до слёз. Тихая и спокойная Гвендолин Милн была единственной безопасной гаванью среди всего этого хаоса. Неудивительно, что Бекки так сильно привязалась к ней. В отсутствие Гвен Абби старалась присматривать за девочкой и не давать её в обиду. Её старания редко увенчивались успехом, но зато Бекки знала, что Абби всегда на её стороне.

Абби пересекла просторную гостевую комнату и подошла к большому деревянному стенду, где висели потрёпанные копии разных документов, среди которых можно было найти список воспитанников приюта. Миссис Мэдисон составила его, чтобы посетители, коих не было давным-давно, могли узнать, сколько детей сейчас находится в приюте и как их зовут. Она обновляла его дважды в год, перед инспекторской проверкой, удаляя имена детей, покинувших приют, или добавляя новые. Последним, кого внесли в список, был Маркус Беллмен, и произошло это больше двух лет назад. Последним удалённым из списка до сих пор являлся Саймон Макалистер. Питер Мэнникс, восьмилетний счастливчик, которого на прошлой неделе увезла тётушка, всё ещё числился в приюте.

Абби знала, что имени Кассандры там не увидит. Кейси поступила к миссис Мэдисон на других условиях. Зато ей сразу бросились в глаза жирные линии в середине списка. Имена Бобби Спенсера, Шона Франклина и Тома Рипли замалевали так сильно, что их было почти невозможно прочесть. Абби провела пальцами по трём зачёркнутым фамилиям и почувствовала, что в этих местах порвалась бумага – с таким остервенением давили на карандаш.

Абби задумалась, снова ощутив беспокойство. Всё это выглядело зловеще. Зачем кому-то понадобилось это делать? Почему мальчишки, если они и впрямь сбежали, не взяли с собой Мелиссу? Как Бобби умудрился потерять свой ненаглядный фонарик? И самое главное: почему её терзает мысль, что директриса имеет отношение к этому исчезновению? Абби так сильно погрузилась в размышления, что подскочила на месте, когда Бекки заговорила прямо возле её уха:

– Бобби, Том и Шон больше не будут здесь жить?

– Похоже на то.

– Это они испортили список перед тем, как уйти?

Абби долго молчала, осмысливая вопрос, а затем с облегчением выдохнула. Господи, какая же она глупая! Они и правда могли сделать это сами! Бобби и его верные приспешники нашли себе нору получше и самоустранились, не забыв напоследок вычеркнуть себя из списка воспитанников. Вот и всё. Никакой жуткой тайны не существует. Абби закрыла глаза, благодаря высшие силы за то, что ни с кем не успела поделиться своими абсурдными опасениями, – иначе гореть бы ей от стыда до конца своих дней. Маркус не в счёт. Он даже не принял всерьёз их разговор за обедом.

Абби подкинула Бекки к потолку, и та восторженно взвизгнула.

– Ну конечно! Конечно, кому ещё понадобилось это сделать! Умница, Бекки!

Бекки зарделась и захихикала, смущённая похвалой. Её наспех заплетённые косички растрепались, и Абби села вместе с ней на диван, чтобы заплести их заново. Сложив на коленях свои маленькие ручки, Бекки терпеливо ждала, пока Абби закончит возиться с её длинными волосами.

Тем временем из глубин подвала бесшумно поднялась миссис Мэдисон и остановилась на пороге, вперив в девочек холодный ненавистный взгляд.

– В чём дело? – спросила она, привлекая их внимание.

– Ни в чём, мэм, – ответила Абби и скосила глаза на директрису, не отрываясь от своего занятия.

– Я слышала смех, – сказала миссис Мэдисон так, словно смеяться в этом доме строжайше запрещено.

В этот момент сверху раздался шум. Лестница содрогнулась от топота множества ног, а воздух завибрировал от хохота и громких голосов: рабочие спускались в столовую на обед. Через секунду они, радостные и свободные, появились в поле зрения, и осуждающий взгляд хозяйки приюта не мог помешать им наслаждаться жизнью.

– Дело движется, мэм, – радостно сказал один из них, когда компания поравнялась с директрисой. – Сейчас только поедим – и в два счёта всё закончим!

Абби не расслышала, что миссис Мэдисон ему ответила, – зато успела заметить округлившиеся глаза старухи, когда шумная компания словно маленький ураган увлекла директрису в свой поток и потянула вперёд по коридору, ведущему к столовой.

Поблагодарив про себя Мерси, аромат стряпни которой распространился по всему дому и привлёк рабочих, Абби с облегчением вздохнула:

– Что ж, Бекки, теперь мы можем играть до самого вечера!

Скоро она пожалела о своих словах, но не сильно, потому что впервые за долгое время ей было весело. Гнёт шайки Бобби больше не висел над приютом, а миссис Мэдисон была чрезвычайно занята: неутихающий спор о судьбе котла в подвале и бесконечные звонки из министерства не давали ей ни минуты свободного времени. Дети пользовались этим и беспрепятственно пробирались на второй этаж, чтобы своими глазами посмотреть на ремонт спален. Абби и Бекки не были исключением. «Наверх!» – громко кричала Бекки, сидя у Абби на закорках, и та рысью взбегала по ступенькам к комнатам, и, стоя в дверях одной из спален, они заворожённо наблюдали, как рабочие снимали скрипучие испорченные полы, сдирали пузырящиеся обои и сбивали штукатурку. Потом Бекки командовала «Вниз!», пришпоривая Абби дырявыми ботинками, и та со всех ног неслась обратно в игровую комнату. После нескольких забегов Абби поняла, что устала, и предложила остаться в игровой.

– Тебе не кажется, что лошадке нужен отдых? – спросила она. – Иначе у неё будут болеть ноги, и она не сможет тебя катать.

Бекки немного поразмыслила и кивнула.

– Хорошо, – великодушно ответила она, – пускай лошадка постоит в стойле.

В игровой они занялись лепкой. Абби скатывала из пластилина шарики, которые отдавала Бекки, а та сразу же их теряла. Из оставшегося последнего шарика Абби попросила девочку слепить кошку. Когда Бекки закончила и показала фигурку, Абби решила, что получилась собака.

– Вылитый Хьюго – пёс миссис Бенфорд. Когда-то она приходила к нам и всегда приносила с собой яблочный пирог. Ты помнишь её?

Бекки покачала головой и смяла пластилин в ладошке. Абби и сама этого не помнила, но миссис Бенфорд не раз говорила об этом. Она рассказывала, что часто навещала их приют, приходила почти каждую неделю с выпечкой и фруктами из своего сада, пока Джой Мэдисон не запретила ей появляться на пороге этого дома. На вопрос, почему директриса так поступила, у миссис Бенфорд не нашлось ответа.

Перед ужином девочки вышли во двор. Абби, посадив Бекки на качели, раскачала её сильнее, чем обычно это делает Гвендолин, и Бекки радостно попискивала, когда её ноги взлетали высоко в воздух. Потом, накачавшись, Бекки потребовала, чтобы Абби сделала на качелях «солнышко», но та решительно отказалась. Дубовое сиденье было подвешено на массивные цепи, перекрученные между собой. Эти цепи крепились на гигантские железные кольца. Качели были надёжными и выглядели старше самого дома, но для «солнышка» они не годились.

Покачав Бекки ещё немного, Абби увела девочку ужинать в дом. Мастера к тому времени уже свернули работу и уехали в город, а дети, взбудораженные событиями этого дня, ещё долго не могли успокоиться. Абби заметила, что Бекки начала зевать, и отвела её в кладовую, но девочка закапризничала.

– Я не хочу тут спать, – плакала Бекки. – А вдруг она опять придёт дёргать за волосы?

Абби почти не слушала её лепет, пытаясь уложить малышку в постель. Лишь после клятвенного заверения, что ночью никто не придёт, Бекки успокоилась. Решив посидеть рядом и подождать, пока та уснёт, Абби потёрла ребро, которое после стычки с Мелиссой снова неприятно покалывало, особенно сейчас, когда Абби сидела сгорбившись. Ей пришлось выпрямиться, и Абби задумалась, не было ли в руках у Мелиссы булавки или мелкого острого камня. Но скоро боль прошла, а вместе с ней ушли и мысли об Уоррен.

Кроме Абби и Бекки, в кладовой никого не было, на полу возле соседних кроватей валялась расчёска Энн с отломанными зубцами – очевидно, дело рук Лорейн Паркер. Абби вздохнула и покосилась на незастеленную кровать у самой двери. Когда-нибудь Лорейн выведет всех из себя глупыми россказнями. Против одного-двух ребят она, конечно, выстоит, но со всеми сразу ей точно не справиться. Абби не любила драться, но тут она не могла ручаться, что останется в стороне. Лорейн уже несколько раз нарочно пугала Бекки и даже задирала Гвендолин на уроках, когда та не давала списывать. В этот раз она перешла все границы, отлупив Энн за то, чего та не делала. Абби вспомнила хмурое лицо Лорейн Паркер и ту настойчивость, с которой она пыталась выбить из девчонок признание. Так настойчивы могут быть те, кто совершенно уверен в своих словах. Неужели ей и впрямь кто-то мешал спать? Мальчишки боялись Лорейн и не стали бы её трогать. Но если это не девочки… тогда кто? Абби поёжилась.

– Эй, Бекки, – шёпотом позвала она, – ты сказала, что кто-то приходил ночью? Ты видела, кто это был? Бекки?

Но девочка уже крепко спала, придвинувшись к стене. Абби поправила ей одеяло и тихонько встала с кровати.

За стеной слышались голоса ребят, а из кухни доносился звон посуды. Абби включила самодельный ночник, на цыпочках вышла в коридор и отправилась на поиски Гвендолин, которую не видела с самого утра. Она нашла девушку в каморке рядом с гостевой комнатой, где та вязала новые салфетки в учебные классы. На столике, занявшем половину пространства, тускло горела лампа, и Гвендолин приходилось сидеть наклонившись к ней, чтобы изделие попадало в круг света и можно было работать, не напрягая глаза. Абби уселась по другую сторону стола на скрипучий стул.

– Как тебе в новой комнате? – оторвавшись от работы, спросила Гвендолин.

– Там хорошо, – отозвалась Абби. – Не знаю, где мистер Браун раздобыл кровать, но она вдвое мягче моей предыдущей.

Они немного помолчали.

– Гвен. – Абби подождала, пока девушка поднимет голову и посмотрит на неё. – Я тут подумала, что нам с тобой нужно поменяться. Место на втором этаже должно было достаться вам с Бекки, да и…

– Нет-нет. – Гвендолин решительно помотала головой. – И не уговаривай, Абби. Мы все хорошо устроились в кладовых. Там не так плохо, как кажется. Бекки всегда с трудом засыпает, ты же знаешь. А если мы переселимся наверх, под бок к директрисе, она вовсе перестанет спать. К тому же, – она понизила голос, – такое близкое соседство с миссис Мэдисон меня пугает. Хочу держаться подальше от неё хотя бы ночью.

Абби откинулась на спинку стула, и тот протяжно заскрипел. Она чувствовала, что не против вернуться в кладовую, на кровать в углу. Недомолвки Кассандры, словно та хранит величайший секрет, были ей непонятны. А драки и ссоры, затеянные из-за того, что Абби поселилась на втором этаже, и вовсе били все рекорды. Щедрое решение миссис Мэдисон пока не принесло особой выгоды.

– Почему ты хочешь уйти в кладовую? – осторожно спросила Гвендолин. – Разве вы с Кейси не поладили?

Абби помедлила с ответом.

– Вроде поладили, но… она странная.

– Правда? И чем же?

Абби взяла одну из салфеток, приложила к лицу и посмотрела в окно сквозь белоснежное кружево.

– Даже не знаю, с чего начать.

Гвендолин рассмеялась. Абби положила салфетку на колени и как следует её расправила. Конечно, она не собиралась рассказывать о белых линиях из соли и костной муки, защищающих окна и двери, и о том, что по-прежнему так ничего и не знает о Кассандре, которая будто специально создаёт вокруг себя ореол таинственности, дразня Абби.

– У неё целая куча книг, – наконец сказала Абби. – Больше, чем у тебя.

– Но это же здорово! – воскликнула Гвен. – Надо заглянуть к вам и взять что-нибудь почитать. Надеюсь, Кассандра мне не откажет.

Абби сильно в этом сомневалась, но промолчала. У Гвендолин тоже была небольшая коллекция книг – наследство от одного дальнего родственника, которое, за неимением другой родни, прислали в приют четыре года назад. Миссис Мэдисон на правах директрисы с жадностью распаковала посылку, предназначенную для её воспитанницы. Но содержимое привело её в полное разочарование. Книги имели для миссис Мэдисон ту же ценность, что и крысиный помёт, а больше ничего в посылке не оказалось. Директриса развернулась на каблуках и молча вышла из комнаты, оставив Гвендолин распоряжаться приобретённой собственностью. Но это оказалось не так просто. Две книги в первую же ночь стащила шайка Бобби, чтобы продать в городе, ещё одну порвали девочки, рассматривая картинки. Саймон посоветовал расстроенной Гвендолин найти место для книг поукромнее, чем девчачья спальня, и она решила отнести их в литературный класс. Миссис Элридж взяла книги, отметив в своей тетради, что они являются имуществом Гвендолин Милн, и заставила девочку расписаться за каждое название. До этого скучные уроки литературы теперь наполнились небывалыми приключениями, далёкими путешествиями, историями любви и человеческими трагедиями, неизменными с начала времён.

– И почему ты решила, что это странно – иметь много книг? – весело продолжала Гвендолин.

– Потому что я видела их названия, – кисло ответила Абби.

Гвендолин с любопытством посмотрела на неё, но ничего не сказала, ожидая пояснений. Абби вздохнула.

– Кассандра дала мне почитать рассказы, но все остальные книги… Они необычные, понимаешь? Там было что-то про зеркала и амулеты. А самая большая, – перед её глазами снова возникла рука на обложке и полустёртые слова, – называется «Тени в темноте».

Гвендолин вскинула брови в изумлении:

– «Тени в темноте»? Я помню это название. Когда-то в нашей библиотеке была такая книга.

Абби потрясённо уставилась на неё:

– В какой ещё библиотеке? Здесь? В приюте?

– Ну да.

Абби пару мгновений помолчала, а затем рассмеялась:

– Вот уж никогда не поверю! Разве что миссис Мэдисон ничего о ней не знала.

– Я говорю совершенно серьёзно, Абби, – нахмурившись, сказала Гвендолин. – Раньше я всё свободное время проводила там. Правда, это было очень давно, но всё же… Да, я помню… Как же я могла забыть! – Она замолчала, с головой погрузившись в воспоминания.

Много лет назад Гвен сидела на полу просторного помещения в квадрате солнечного света и читала сказку. Название сказки уже стёрлось в памяти, но зато остались завораживающие иллюстрации, которые встречались почти на каждой странице. Перед мысленным взором как по волшебству всплыли многочисленные ряды широких стеллажей, ломящихся от книг, с длинными и широкими проходами, где были расставлены стулья и кресла. Она вновь увидела на стенах старинные гобелены, изображающие сцены охоты, рыцарские поединки, замки и даже фамильное древо какой-то давно вымершей династии. Сквозь множество арочных окон струился дневной свет, и библиотека оставалась светлой даже в непогоду.

Гвендолин моргнула, спугнув видения из прошлого и перенесясь обратно в тёмную и тесную каморку с тусклой лампой на столе.

– И что с ней случилось? – всё ещё не веря услышанному, спросила Абби.

– Её закрыли навсегда.

– А книги что же? Остались? – не отставала Абби.

– Думаю, да. Потребовалось бы слишком много усилий, чтобы их вывезти, а наша миссис Мэдисон не любит лишние хлопоты.

Повисло молчание. Гвендолин к этому времени уже закончила вышивку и теперь убирала в коробку иголки и нитки с таким спокойствием, будто каждый день рассказывала о том, что в приюте есть своя библиотека, до отказа заполненная книгами.

– Но я впервые слышу о библиотеке. – Эта новость до сих пор не укладывалась в голове Абби. – Почему никто никогда о ней не рассказывал?

– Вы все были слишком малы, когда её закрыли. Честно говоря, я и сама давно про неё забыла. Надо же, вспомнить через столько лет! И всё из-за названия книги.

– А ты её читала? – Абби показалось важным спросить об этом, хотя её мысли всё ещё блуждали вокруг таинственной библиотеки приюта.

– Нет, кажется… – с сомнением ответила Гвен. – Хотя… Знаешь, я кое-что припоминаю. Там было много неприятных картинок и неразборчивый шрифт. Я так и не смогла понять ни слова.

Абби тряхнула головой:

– Никак не могу в это поверить. Мне надо увидеть эту библиотеку собственными глазами.

– Но это невозможно. Она заперта, и даже если тебе удастся пробраться в закрытое крыло, попасть в неё у тебя не получится. – Гвендолин, бледная и встревоженная, взволнованно прижала руку к груди. – Абби, прошу тебя, не наделай глупостей. Саймона столько раз наказывали за подобные выходки, и каждый раз моё сердце обливалось кровью. У миссис Мэдисон ещё остались розги, которыми она любила наказывать его. Они хранятся в её кабинете.

При упоминании Саймона Абби вздрогнула. Слова Гвен должны были напугать её, но не напугали. И поступки брата теперь обрели смысл. Саймон не подавал дурной пример – он был бунтарём и всего-то пытался узнать, почему миссис Мэдисон закрыла крыло с библиотекой.

Абби, скрестив пальцы за спиной, заверила Гвендолин, что не будет делать глупостей, после чего спокойно поднялась в спальню, твёрдо решив исполнить данное Кейси обещание и исследовать закрытое крыло. Ведь в отличие от Саймона она будет не одна.

5

День 10-й

Мелисса Уоррен исчезла этой ночью. Её постель была смята, а все вещи лежали в тумбочке, которую она, заприметив, присвоила ещё в день заселения. Она даже не переоделась в свою повседневную одежду – потрёпанное серое платье, вылинявшую куртку и пару заклеенных ботинок. Если Мелисса сбежала, то сделала она это в ночной рубашке и босиком. Абби отчётливо представила себе четырнадцатилетнюю девочку в белой сорочке, бегущую по холмам в сторону города, но эта картина казалась до того абсурдной, что не вызвала ничего, кроме раздражения.

Однако за завтраком выяснилось, что все думают именно так. Мелисса Уоррен сбежала в город, чтобы найти шайку Бобби и прибиться к ребятам.

– Поверить не могу, что она удрала, – обиженно заявила Энн Бридж, так и не притронувшись к каше.

– А ты поверь и отправляйся следом, – с чавканьем посоветовала Лорейн и придвинула к себе тарелку Энн. – Может, тебе даже удастся догнать её.

– Бридж ни за что не побежит. Она же не такая смелая, – вставил Маркус и закашлялся. Свой ингалятор он забыл в комнате.

– Заткнись, Беллмен! – набросилась на него Энн.

Абби не участвовала в разговоре. Кассандра, которая сидела напротив, обратила внимание на притихшую соседку.

– Что случилось? – спросила она Абби. – Ты какая-то бледная.

– Так, ничего, – пробормотала та и склонилась над тарелкой.

Кассандра не стала больше расспрашивать. Она и так знала, о чём думает Абби. Исчезновение Мелиссы Уоррен тоже её встревожило. Такими темпами к концу недели в приюте не останется детей. Конечно, без надлежащего порядка подобные вещи случаются сплошь и рядом, но… Где-то глубоко внутри ворочалось неприятное гнетущее ощущение, что Кассандра что-то упускала. Это тревожное чувство не давало ей покоя всё утро, и всё же она решила поговорить с Абби. Если Кейси узнает, что беспокоит соседку, возможно, им обеим станет легче.

По пути в игровую она видела Абби, разглядывающую пожелтевший листок бумаги посреди таких же жёлтых листов на самодельном стенде. Потом Абби куда-то исчезла, и Кассандра подумала, что она наверняка поднялась в спальню. Кейси тут же отправилась следом, бесшумно ступая по широким ступеням главной лестницы мимо кабинета миссис Мэдисон, откуда доносился громкий и сердитый телефонный разговор. Директриса защищалась или угрожала кому-то – этого Кейси так и не поняла, – но речь вновь шла о злополучном котле.

Дверь в их с Абби комнату оказалась приоткрыта. Кассандра слегка толкнула её и вошла. Абби и впрямь оказалась там; она сидела на своей кровати, скрестив ноги и откинувшись на подушку. В руках у неё был сборник рассказов, открытый на середине. Кассандра усмехнулась, заметив, что Абби держит книгу вверх ногами.

– Интересно? – спросила она, усаживаясь на стул рядом с ней.

Абби мрачно посмотрела на неё, закрыла книгу и отложила её в сторону.

– Не могу сосредоточиться, – ответила она.

– Почему? – Кассандра развернула пакет со сладостями, который накануне привёз ей Энди.

– Не знаю. Побег Мелиссы из головы не идёт. – Абби рассеянно взяла протянутую конфету. – Вчера всё встало на свои места, а сегодня опять ничего не сходится.

– Что не сходится?

Абби закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями, а затем болезненно сморщилась и потёрла ребро. Кейси не придала этому никакого значения.

– Не понимаю: как можно сбежать, бросив вещи? Кто побежит босиком? Ночью в полях так холодно, что пар изо рта идёт! Ещё этот туман по утрам. Как-то раз я из любопытства вышла на порог, чтобы проверить, насколько он густой. Так вот, дальше вытянутой руки вообще ничего не видно. Это я к тому, что утром в тумане очень легко заблудиться. Замёрзнуть насмерть, а потом заблудиться.

Кассандра усмехнулась, отметив кривую логику соседки, но вслух ничего не сказала. Идея замёрзнуть, а потом бесплотно витать в тумане по полям в этом случае не была такой уж неправдоподобной.

Кейси задумчиво проглотила пару разноцветных драже и решила всё-таки докопаться до истины:

– А что именно встало на свои места?

– Что?

– Ты так сказала вначале.

– Я сказала?

– Абби, соберись. Ты сказала: вчера всё встало на свои места. Что ты имела в виду?

Абби посмотрела на Кассандру:

– Ну, это из-за шайки Бобби. Я думала… в общем, не важно.

– Нет, важно. Скажи, – потребовала Кейси. – Ты думала, что они не сбежали?

Абби смутилась, но Кассандра молчала, и ей не оставалось ничего другого, кроме как ответить на вопрос. Она повернулась к Кейси, устроилась поудобнее и откашлялась:

– Это из-за фонарика Бобби Спенсера.

Кейси скептически выгнула бровь, но Абби быстро сказала:

– Я понимаю, как это звучит. Но у меня и впрямь не укладывается в голове, что Бобби мог его бросить. Это почти как с одеждой Мелиссы. Он так с ним носился, даже имя ему дал. – Она напряглась, пытаясь вспомнить, какое именно, но это ни к чему не привело, и она добавила для убедительности: – Готова поклясться, что он бы вернулся за ним даже из города!

– Ну хорошо. А что за бумажку ты изучала сегодня утром?

– Это список воспитанников приюта, – угрюмо ответила Абби. – Вчера там было три зачёркнутых имени, а сегодня четыре. Должно быть, они сами вычеркнули себя перед тем, как сбежать.

– Вычеркнуть не забыли, а вещи побросали. Ага, как же, – усмехнулась Кейси.

Абби с удивлением уставилась на неё:

– Так, значит, ты тоже чувствуешь неладное?

– Как сказать. – Кассандра задумчиво постучала пальцами по столу. – В первом случае я почти уверена, что это побег. Просто этот Бобби не так сильно дорожил фонариком, как ты думаешь. А вот Мелисса… Тут явно что-то не сходится. Может, она умеет ходить во сне?

– Что? – удивилась Абби, а затем смутно поняла, о чём идёт речь. Мадам Доне постоянно говорила, что у неё есть сестра-близнец, которая страдает лунатизмом. – Нет… Вряд ли. Мы бы давно это заметили.

Кассандра долго смотрела на Абби, а потом негромко произнесла:

– Значит, её могло что-то напугать.

Абби задумалась. Что могло напугать Мелиссу Уоррен? Она даже пауков не боится!

– Или, – продолжила Кейси, – Мелисса никуда не сбегала.

После этих слов Абби пришла в смятение:

– А куда же она тогда делась?

Кассандра пожала плечами.

– Давай погадаем? – вдруг предложила она.

– Погадаем? Зачем?

– Попробуем получить ответ.

Абби, заинтересовавшись, подвинулась поближе:

– Давай. А как мы это сделаем?

– Ну, – Кассандра потёрла ладони, воодушевлённая быстрым согласием Абби, – нам понадобятся блюдце, свеча, зеркало и вода.

– Мы можем спуститься в туалет. Там есть и вода, и зеркало. Свечку я поищу в гостевой, а за блюдцем придётся идти в столовую.

– Хорошо.

Кассандра была уже у двери. Она дёрнула дверную ручку и с удивлением уставилась на неё, когда та осталась в её ладони:

– Что это? Когда она сломалась?

Абби замялась:

– Не знаю. Я ещё с утра почувствовала, что она болтается.

Кассандра закатила глаза и принялась вставлять ручку обратно:

– В этом доме есть хоть что-нибудь целое?

– Спроси у мистера Брауна, – ответила Абби и подошла помочь.

– А что толку – он же всё равно не ответит, – заметила Кейси.

Вдвоём они кое-как приладили круглую медную ручку к двери и, убедившись, что она не выпадет обратно, вышли в коридор. У спален, откуда доносились бодрые голоса плотников, толпились дети. Никто из них даже не оглянулся на девочек – все были увлечены процессом ремонта, не желая пропустить ни одной детали. Абби подозревала, что Энн Бридж и Лорейн Паркер ходят смотреть вовсе не на ремонт, а на самих рабочих, которых вчера вечером они с упоением обсуждали, позабыв о дневных разногласиях. Сегодня, к примеру, побег Мелиссы волновал Энн до тех пор, пока у дома не появились знакомые пикапы. Она тут же заметно повеселела и кинулась встречать молодых людей в гостевую комнату, едва не сбив с ног мистера Брауна.

Абби подумала, что это к лучшему. Получается, внизу они будут одни, и найти то, что им нужно, не привлекая чужого внимания, не составит труда. Стоило остерегаться лишь взрослых, но это полбеды.

Когда девочки спустились, Кассандра осталась ждать Абби возле уборной, а та направилась в гостевую, прямиком к старому невзрачному комоду, который из-за отсутствия у него задних ножек стоял привалившись к стене. В нижнем ящике под обильным слоем паутины Абби обнаружила несколько восковых свечек и, быстро сунув одну в карман, выскочила из комнаты.

В глубине души Абби радовалась, что Кейси не уехала вчера с Энди. Значит, она останется в приюте ещё на какое-то время. Несмотря на то, что вчера сказала Гвендолин, она начала привыкать к своей соседке. Надо признать, проводить с ней время оказалось крайне интересно. Возможно, это чувство отчасти вызвано ослабевшим контролем миссис Мэдисон, отчего каждый из ребят почувствовал себя немного вольготнее, и ремонтом, которого в этих стенах не было уже очень давно. Но появление Кассандры вместе с её удивительными книгами, защитными линиями из мерцающей пыли, таинственным прошлым, цепким вниманием и праведным гневом, вызванным запретом свободно перемещаться по приюту, необычайно оживило привычную жизнь Абби. Она уже не терзала себя ежедневными меланхоличными мыслями о брате и начала чувствовать, что безотчётный страх перед миссис Мэдисон с каждым днём отступает. Абби обнаружила, что в их старом разрушающемся доме, в котором она прожила большую часть жизни, много интересного и загадочного, что самые обычные занятия могут быть очень увлекательными, а от обычных рутинных разговоров, если сорвать с повседневности пелену безразличия, можно получить много пищи для размышлений.

Войдя в столовую, Абби, осторожно достала из серванта с посудой первое попавшееся блюдце, протёрла его краем толстовки и поспешила обратно к уборной. Комнаты и коридоры первого этажа были пустынны, только на площадке у лестницы Кассандра ждала Абби. Она не зашла в уборную, а заглядывала в пустую каморку мистера Брауна: очевидно, сейчас смотритель был на чердаке, куда поднимался по десять раз на дню. Кейси с любопытством изучала каморку, которая для Абби не представляла никакого интереса. Крошечное помещение было заставлено и увешано бессчётными инструментами, где-то в глубине ютилась самодельная кровать из деревянных поддонов, застеленных тощим матрасом и с не менее тощей подушкой, а всё пространство у двери занимал стол, на котором стоял маленький чёрно-белый телевизор. Между столом и дверью едва втиснулось скрипучее кресло, накрытое грязным засаленным пледом. Вот и всё, что можно было увидеть в каморке мистера Брауна.

Но Кассандра заметила ещё кое-что.

– У вас в доме есть оружие? – прошептала она, показав на стену за телевизором, на которой в куче всякого хлама угадывались очертания охотничьего ружья.

– Ну, есть. Мистер Браун ведь сторож и смотритель. У него должно быть ружьё – на случай, если кто-то влезет в приют. Но я не помню, чтобы такое хоть раз случалось.

– Только этого не хватало!

– А что тут такого?

– Ничего. Просто я не люблю оружие. – Кассандра скрестила руки на груди.

– У Мерси полная кухня ножей. А в читальном классе у камина лежит острая кочерга. Ты ведь в курсе?

– При чём тут ножи и кочерга?

– Это тоже оружие.

Кассандра раздражённо отмахнулась:

– Я вообще не это имела в виду! Ладно, давай начинать. Ты всё принесла?

Абби кивнула, всё ещё прокручивая в голове этот нелепый разговор, и они вошли в сумрачную уборную. В нескольких шагах перед ними обозначилась стойка с тремя ржавыми рукомойниками. Стена за стойкой делила комнату на два помещения. Слева от рукомойников зиял чёрный проход, ведущий в туалет и душевые. Вдоль стен раздавался мерный стук капель, падающих с водопроводных труб на пол, а на тёмно-синей потрескавшейся плитке цвели чёрные пятна плесени. В уборной, как всегда, было сыро и прохладно.

– Не включай свет, – предупредила Кейси, когда Абби привычно потянулась к выключателю.

Они приблизились к рукомойникам, над которыми висело потемневшее от времени зеркало. Кассандра внимательно всмотрелась в тусклое отражение, а затем покачала головой:

– Это не годится.

– Почему?

– Оно испорченное, на нём нельзя гадать. Это зеркало будет врать.

– Есть ещё. – Абби взяла небольшое овальное зеркальце на ножке, которое стояло в углу у раковины.

– Да, это в самый раз! – кивнула Кейси, как следует изучив его. Она установила зеркало перед блюдцем, в которое уже налила воду, а с другой стороны от него поставила свечу. Похлопав себя по карманам, Кассандра вытащила из куртки спичечный коробок.

– Ты носишь с собой спички? – прошептала Абби, словно боялась, что их услышат. – Зачем?

– Для непредвиденных ситуаций, – так же тихо ответила Кассандра.

Абби хотела спросить, что это ещё за непредвиденные ситуации, но тут же поняла, что это как раз одна из них. Кейси чиркнула спичкой, и через несколько секунд пламя свечи робко озарило рукомойники. Из другого кармана Кассандра выудила монетку в два пенса и бросила её в блюдце с водой. Монетка, тихо стукнув, замерла ровно в центре.

– Теперь, – сказала Кейси, – нужно снять все украшения. На тебе они есть?

Абби покачала головой. Если не считать украшением детскую голубую резинку для волос с приклеенными к ней блестящими камешками, то у неё сроду их не было. Кассандра поняла неуместность вопроса и, отвернувшись, пробурчала:

– Мало ли что. Это всего лишь предосторожность.

– А ты разве не снимешь это? – спросила Абби и кивком указала на блёклую потёртую звезду, висящую на шее у девочки. Она заметила, что соседка ни на секунду не расставалась со своим амулетом со дня приезда. Даже ложась спать, она проверяла, на месте ли он.

Кейси ухмыльнулась:

– Никогда в жизни! И чтоб ты знала, это вовсе не украшение.

Абби не успела на это ничего ответить, потому что Кассандра протянула ей ладонь, прошептав:

– Надо взяться за руки.

– Чтобы не бояться?

Кассандра снова издала смешок:

– Нет, чтобы гадание сработало.

Абби почувствовала неловкость и мысленно пообещала себе больше не раскрывать рта. Девочки взялись за руки, и Кейси, опустив пальцы свободной руки в блюдце, принялась водить монетой по дну. Монета с глухим позвякиванием скользила под водой. Абби замерла на месте, стараясь ничего не пропустить, но пока ничего и не происходило. Кассандра продолжала медленно водить монетой по кругу, и постепенно этот тихий звук, сопровождающийся стуком капель, начал убаюкивать Абби. Темнота уютно обнимала её за плечи, а подрагивающий свет свечи дарил умиротворение. Абби сонно моргнула и перевела взгляд на блюдце, откуда доносился монотонный звук, но обнаружила, что Кассандра уже убрала руку, а монета неподвижно застыла на дне. Она дёрнулась, отгоняя сонливость, и в этот момент Кассандра произнесла:

– Явись нам, Мелисса Уоррен!

Абби с опаской поглядела по сторонам, но в мрачной уборной никого, кроме них, не было. Она повернулась к Кассандре, которая всматривалась в стоящее перед блюдцем зеркало.

– Мелисса Уоррен, ты здесь?

Ответа, разумеется, не последовало. Кассандра поджала губы, а потом вновь повторила свой вопрос. Неподвижно стоять на месте становилось всё тяжелее. Абби переступила с ноги на ногу и вздохнула. Внезапно что-то снова кольнуло её под ребро. От резкой боли Абби втянула живот, раздражённо выдохнула и дёрнула замок на толстовке. Сунув руку под майку, она пощупала кожу, но не обнаружила ни единой царапины. Тогда что же так сильно колется уже второй день подряд? Абби внимательно посмотрела вниз и только сейчас заметила крошечную молнию с внутренней стороны толстовки.

– Не может быть, – одними губами прошептала она и потянулась к застёжке.

Подумать только: больше года Абби носила толстовку брата, даже не подозревая, что в ней есть потайной карман! Она осторожно извлекла из него крошечный ключик с искривлёнными зубцами, который, казалось, не смог бы открыть даже вымышленную дверь. Интересно, зачем он понадобился Саймону?

Абби задумчиво покрутила его в неярком свете свечи, но, увидев, что Кейси нервничает, поспешила засунуть ключ обратно в карман. От этого движения её пальцы едва не выскользнули из ладони Кассандры. Кейси крепче сжала кулак и зашипела:

– Что ты делаешь?! Мы ещё не закончили!

– Я знаю, – начала оправдываться Абби, и в этот момент пламя свечи взволнованно затрепетало.

Обе девочки уставились на огонь, который несколько секунд плясал в неподвижном воздухе. Затем свеча начала коптить.

– О нет, только не это, – пробормотала Кассандра и снова прильнула к зеркалу, пока Абби тупо смотрела на чёрный дым, который тонкой струйкой вился над свечой.

Заглядывать в зеркало Абби не решалась и поэтому снова огляделась по сторонам. На миг ей показалось, что тьма в углах уборной, изгнанная туда слабым пламенем свечи, вдруг сгустилась, будто предприняв попытку отвоевать у света пространство. Словно откуда-то издали Абби услышала, что ритм капель, падающих на пол, сбился и стал неровным. К нему прибавился глухой рокот, и лишь спустя несколько долгих секунд она поняла, что это гулко стучит её собственное сердце. Липкий страх, которого Абби терпеливо ждала с того момента, как они вошли сюда, наконец протянул к ней свои цепкие лапы. Свеча затрещала, и Абби дёрнула Кассандру за руку.

– Кто это? Я хочу знать. – Кейси продолжала говорить с зеркалом, не замечая ничего вокруг.

– Хватит, Кассандра. Пойдём отсюда, – прошептала Абби.

– Нет, подожди! Ты видишь – почти получилось!

– Что получилось? Никто же не пришёл!

– Ты тоже должна смотреть.

– Куда?

– В зеркало! Смотри в зеркало!

Тяжело вздохнув, Абби склонилась рядом с Кейси, но увидела в отражении лишь безмятежную гладь воды в блюдце и трепещущее пламя свечи. Никаких зловещих силуэтов, выступающих из тени, никаких пугающих бледных лиц, которые так услужливо подсовывало Абби воображение. И, конечно же, она не увидела там Мелиссы Уоррен, к которой обращалась Кассандра. Очевидно, терпение Кейси тоже было на исходе, потому что она, нахмурившись, вдруг спросила:

– Кто нам мешает?

В этот самый миг свеча потухла, а зеркало отразило до боли знакомый силуэт миссис Мэдисон.

– Что здесь происходит? – раздался гневный голос.

Девочки, взвизгнув, развернулись, отпрянув обратно к раковинам. Миссис Мэдисон и впрямь была здесь – она застыла в дверях уборной, буравя их пронзительным взглядом. Должно быть, она как раз спускалась в подвал, вход в который располагался по соседству, и услышала их голоса. Абби почувствовала дурноту и вцепилась в стойку, чтобы удержаться на подгибающихся ногах. Они попались. Это конец. Теперь директриса точно всыплет им по первое число! Абби отчётливо вспомнился вчерашний разговор с Гвендолин, в особенности про розги, вспомнились свистящие взмахи деревянной трости, жуткое возвращение миссис Мэдисон из города и её извечный, полный ненависти и презрения взгляд, которым она смотрела на детей. Всё это за доли секунды промчалось в голове Абби, подготовив её к самому худшему. Но тут она услышала ровный голос Кассандры:

– Ничего не происходит, мэм. Мы просто хотели провести эксперимент.

Абби заметила, как сузились глаза директрисы.

– Эксперименты в моём приюте запрещены, мисс Уайт, – казалось, она трясётся от едва сдерживаемой ярости. – Вы не потрудились прочитать правила поведения в этом доме?

Кассандра кивнула, тряхнув волосами:

– Конечно, я их прочитала, мэм. Но от этого эксперимента была бы только польза. Мы всего лишь хотели выяснить, можно ли почистить старое зеркало при помощи воды и свечки. – И тут, осознав глупость собственных слов, она широко улыбнулась. Улыбка вышла бестолковая и оттого искренняя.

Миссис Мэдисон распрямилась:

– Это сработало, мисс Уайт?

– К сожалению, нет. – Кассандра бросила через плечо быстрый взгляд на висящее над раковинами зеркало. – Оно безнадёжно.

Абби стояла уткнувшись глазами в пол и, слушая всю эту околесицу, чувствовала, как у неё горят щёки. Она не решалась даже мельком взглянуть на миссис Мэдисон, чтобы увидеть, какое впечатление произвёл на неё ответ Кассандры. Всё и так было ясно.

– За кого вы меня принимаете, Уайт? Если вы живёте у меня на особых условиях, это не значит, что вы можете делать всё что заблагорассудится! Макалистер, – зашипела она, переключив своё внимание на Абби, – я тебя уже предупреждала!

– Мэм, – попыталась вставить Кассандра, но директриса начала приближаться к ним, размахивая руками:

– Вон отсюда! Убирайтесь немедленно! И чтобы я вас больше не видела!

Девочки выскочили из уборной, но в дверях Кассандра успела оглянуться. Миссис Мэдисон подошла к рукомойникам, низко склонилась над брошенными предметами и продолжала ворчать что-то вполголоса.

– На ужин можно не рассчитывать? – тихо спросила Кейси, когда они стали подниматься по лестнице.

Абби, всё ещё потрясённая тем, что им удалось избежать наказания, усмехнулась:

– Ты шутишь? Мы ещё легко отделались. Когда я увидела её на пороге, то подумала, что она нас в клочья разорвёт!

Кассандра кивнула:

– Главное – заговорить зубы. Ты не представляешь, сколько раз это срабатывало!

– Это выглядело так… по-идиотски!

Кассандра не могла сдержать смех, и обе девочки тихонько захихикали, стараясь, чтобы их никто не услышал.

– Это точно!

Они вошли в комнату. Сломанная ручка ходила ходуном, и Кассандре пришлось просто захлопнуть дверь сильным толчком. Абби села на край своей кровати и сцепила пальцы:

– Так что?

– Что?

– Мы что-нибудь выяснили?

Кассандра со вздохом села напротив неё:

– Не знаю. Я чувствовала, что всё идёт неправильно. Будто кто-то мешает нам. – Она помолчала. – Ты видела что-нибудь необычное, пока мы гадали?

Этот вопрос заставил Абби заёрзать на месте:

– Да, но… Этого не может быть, Кейси. Просто разыгралось воображение.

– У нас погасла свеча, Абби, – сказала Кассандра, – так что никакое это не воображение. Что ты видела?

Абби пришлось рассказать о монете, звук от движения которой до сих пор стоял в ушах, и об ожившей темноте, клубившейся по углам уборной.

Кассандра покачала головой:

– Неспроста всё это. Особенно если учесть, кого нам показало зеркало в конце.

– Но это же просто совпадение.

– Ты так думаешь?

– Зеркало стояло напротив двери. Туда вообще мог зайти кто угодно. Но зашла миссис Мэдисон, потому что услышала нас. Вот и всё.

Кассандра помолчала.

– Не знаю. Мне не нравятся такие совпадения.

Абби заморгала.

– Но ведь… Подожди. – Она перевязала свой хвост и поудобнее уселась на кровати. – Ладно, предположим, что это она. Вмешалась и всё испортила. Но какая связь между ней и Мелиссой? Не могла же она похитить её из кладовой посреди ночи. Зачем ей это делать?

Кассандра задумалась, играя с монеткой, которую успела вытащить из блюдца с водой.

– Не знаю. Может, она сажает детей в бочки и переправляет их через океан каким-нибудь рабовладельцам. Кстати, ты страдаешь морской болезнью?

Абби рассмеялась, и Кассандра продолжила:

– А что? Она ведь жуткая скупердяйка, вот и нашла новый способ заработать. Если так, то нужно приготовиться: может, мы следующие. Путешествие будет долгим!

– Хватит, – попросила Абби, хихикая. – Это не смешно.

– Очень даже смешно.

Отсмеявшись, обе ненадолго замолчали. Можно шутить сколько угодно, но это никак не поможет узнать, что случилось с детьми на самом деле.

– Я мало что смыслю в гаданиях, – нерешительно нарушила молчание Абби, – я никогда этого не делала раньше, но… как Мелисса может появиться в зеркале? Это больше похоже на вызов духа, чем живого человека. – Она была готова к тому, что Кассандра окинет её снисходительным взглядом и скажет, что она не права. Но Кассандра подозрительно долго не отвечала, а потом, когда Абби уже не рассчитывала услышать ответ, сказала:

– Так мы и не гадали на живого человека.

– В каком смысле? – Абби улыбнулась, подумав, что Кейси продолжает шутить.

Кассандра пытливо взглянула на Абби, не ответив на её улыбку:

– Я призывала дух Мелиссы Уоррен.

Вновь повисло молчание. До Абби постепенно начало доходить, что Кейси не шутит и что они на самом деле сделали.

– Ты что, совсем?! – рассердилась она. – Ты хоть понимаешь, что это уже слишком?!

Кассандра дёрнула плечами:

– Так ведь она не пришла.

По-видимому, этот факт должен был успокоить Абби.

– Да ну тебя! – Она сердито махнула на Кейси рукой, развернулась к стене и легла, накрывшись одеялом с головой.

* * *

Кассандра сидела, уставившись в окно. Солнце потихоньку склонялось над холмами, а вечерний ветерок выдувал из окна собранную за день в комнате духоту. Кейси совершенно не злилась на Абби, даже наоборот – корила себя за неосторожность. Не нужно было этого говорить. И гадать тоже. Это было импульсивным желанием, хоть и действенным. Кассандре пришлось признать, что ещё ни одно гадание не проходило столь активно. Пламя свечи трепетало так, словно находилось на открытом ветру, вода в блюдце колебалась и дрожала от каждого сказанного слова. И если брать в расчёт то, что рассказала Абби, с Кейси и впрямь хотели поговорить. Только вот вмешалась миссис Мэдисон, прервав контакт. Неужели Мелисса действительно погибла? А если нет, куда она могла деться?

Одолеваемая сомнениями, Кейси спрятала лицо в ладонях. Не в силах сидеть на месте, она встала и подошла к окну. Глядя на закат, Кейси почувствовала тоску по своим нескончаемым скитаниям и людям, которые были с ней в пути. Интересно, где они сейчас и что делают? За последние шесть лет Кассандра ни разу с ними не расставалась. Энди навещает её, как и обещал, но он скоро уедет из города. И тогда Кассандра останется одна.

Со вздохом она повернулась и посмотрела на Абби. Одеяло мерно вздымалось в такт дыханию. Наверное, уже уснула. Кейси знала, что с тех пор, как стали пропадать дети, её соседка плохо спит. А может, это было и раньше – кто знает? Наверное, не стоило проводить гадание вместе с ней.

Взгляд упал на стол, где среди конфет лежало прочитанное ещё вчера письмо от Наташи и Финна, не слишком длинное, написанное беглым почерком. Друзья сообщили, что, разделившись и спрятав её в месте, о котором они ничего не знали, смогли сбить Сумрака со следа Кейси. Их план сработал. Кассандра была в безопасности. Правда, они почти ничего не спросили о приюте – очевидно, времени было совсем мало.

Может, они помогут разобраться с гаданием? Кейси села за стол и, вырвав лист из тетрадки Абби, начала быстро писать.

* * *

Быстро стемнело, и Кассандре пришлось включить светильник. Рядом заворочалась Абби. Она и впрямь успела задремать, покачиваясь на волнах тягучих как смола мыслей, которые не оставили её даже во сне. Ей казалось, что они с Кассандрой продолжают обсуждать исчезновение Мелиссы, и то, что предполагала Кейси, Абби совсем не нравилось.

Она села на кровати и повернулась к соседке вполоборота.

– Если Мелисса не ответила тебе, – тихо сказала Абби, – значит, она жива и нам не о чем беспокоиться, верно?

– Верно, – еле слышно ответила Кассандра.

– Тогда где она может быть?

– В подвале, например. – Об этом виде наказания Кейси узнала от детей сразу после приезда.

Абби покачала головой:

– Будь это так, миссис Мэдисон сама бы сказала нам об этом. К тому же Саймон был последним, кого она так наказывала.

– Она могла залезть в закрытое крыло и затаиться там, – сделала ещё одно предположение Кейси.

– Нет-нет, это ерунда.

– Абби, у вас тут полно закрытых комнат. Она может быть где угодно.

Абби молчала. Мелисса действительно могла спрятаться в каком-нибудь укромном месте, и хотя раньше она никогда так не делала – сейчас могла бы. Мелисса слишком сильно переживала из-за побега шайки Бобби, чтобы бояться миссис Мэдисон. А директриса очень занята навалившимися проблемами, чтобы думать о детях, которые шляются где попало, не боясь наказания.

– Может, поищем её завтра?

– Давай, – согласилась Кассандра, и Абби показалось, что она услышала вздох облегчения. – Спи, Абби.

Абби кивнула и, отвернувшись к стене, быстро заснула. А Кассандра, посидев какое-то время в раздумьях, вновь склонилась к письму, но её рука застыла над полуисписанным листом. Она перечитала своё послание и раздражённо отбросила ручку. Нельзя рассказывать про гадание. Все они в один голос просили Кейси быть осмотрительной, а Энди ещё раз десять повторил это в дороге. Так что вместо совета она рискует получить только взбучку. Кассандра решительно смяла письмо и зашвырнула его под кровать. Из открытого окна на неё с укором глядели звёзды, где-то на пологом склоне холма стрекотал одинокий сверчок. Только сейчас Кейси ощутила тяжесть ночи. Пора ложиться спать.

Она потянулась на стуле во весь рост, а затем встала и побрела вниз, к уборной, чтобы по привычке умыться перед сном. Ночью приют выглядел не так удручающе, как днём. Темнота скрадывала его потрёпанный годами вид и придавала коридорам таинственности. Горящие через один настенные ночники даже добавляли немного уюта своим тёплым светом. Кассандра улыбнулась. Ещё немного – и она не захочет отсюда уезжать. Нужно лишь начать бодрствовать в тёмное время суток. Хотя, наверное, ночь красит любое место.

С такими мыслями Кассандра спустилась с лестницы, вошла в уборную – и остановилась как вкопанная. Зеркало над рукомойниками исчезло. Вместо него на стене остался чёрный след в форме прямоугольника. Исчезло и маленькое зеркальце со стойки. Ничего не понимая, Кейси приблизилась к раковине, быстро сполоснула лицо и шею и вышла в коридор. В самом его конце, у классных комнат, она заметила какое-то движение и пригляделась. Это был мистер Браун. Он, кряхтя и ворча, снимал со столика громоздкое ветхое трюмо, которое стояло в нише между стенами. У его ног уже были сложены несколько разномастных зеркал в рамах. Похоже, смотритель избавлялся от них по всему дому, и Кейси не составило труда догадаться, чьё поручение он исполняет.

6

День 9-й

Отсутствие зеркал все заметили сразу. Уже на следующее утро в уборной, куда дети отправились чистить зубы, поднялся страшный переполох, а поиски хоть какого-нибудь предмета с отражательной поверхностью ни к чему не привели. За завтраком царило оживление, ставшее обычным в последнее время, и только Абби с Кассандрой помалкивали, делая вид, что очень увлечены омлетом.

– Миссис Мэдисон совсем из ума выжила. Зачем ей это понадобилось? – громко сокрушалась Энн Бридж. – Через полгода я забуду как выгляжу.

– Поверь, это для твоей же пользы, – тут же отозвался Артур Бран и под общий хохот быстро укрылся под столом, прячась от полетевшей в него ложки.

Шутка разрядила всеобщее недоумение. Даже Гвендолин не смогла сдержать смех, хоть и очень старалась. Абби и Кассандра украдкой переглянулись и вновь уткнулись в свои тарелки. Кейси не знала, о чем думает Абби, но по выражению её лица могла догадаться, что та намерена больше никогда не показываться на глаза директрисе. Сама же Кейси разозлилась на старуху. Какой прок от того, что она велела снять все зеркала? Подумаешь, одно маленькое гадание. Слишком уж бурная у неё реакция!

Пока она пребывала в своих мыслях, Гвен отодвинула тарелку и, поправив Бекки полотенце, которое положила ей на колени перед завтраком, поднялась из-за стола.

– Ты же не доела! – воскликнула Абби.

– Мне нужно идти. Я должна была убрать у миссис Мэдисон ещё до завтрака, но проспала. Поможешь Мерси вместо меня?

Абби кивнула, и девушка поспешила из столовой к выходу в коридор, прикрытому тёмно-зелёными гардинами. Кассандра проводила её взглядом. Отодвинув гардину, Гвен вздрогнула от неожиданности, столкнувшись нос к носу с миссис Мэдисон. Жидкие волосы директрисы были растрёпаны, а из-под халата торчала длинная комбинация с рюшами. Увидев Гвен, старуха крепко ухватила её за руку и потащила за собой.

– Где ты была?! – прошипела она. – Почему я должна разыскивать тебя по всему дому, мерзавка?!

Они почти добрались до лестницы, когда путь им преградила взбудораженная миссис Элридж. Кассандра вытянула шею, чтобы в щель между гардинами получше видеть, что происходит в коридоре. В руке у миссис Элридж был конверт, которым она взмахнула перед носом директрисы.

– Миссис Мэдисон! – звонко воскликнула учительница. – Чудесная новость! Гвендолин наконец-то получила работу! Это приглашение я нашла сегодня на своём столе! Идём, деточка, нужно написать ответ, прежде чем собираться!

Учительница поманила Гвен за собой и направилась в сторону литературного класса. Гвендолин медленно повернулась к директрисе. Кассандра не видела её лица, но была уверена, что страха на нём больше нет.

– Извините, миссис Мэдисон, – прозвучал тихий, но твёрдый голос, – мне нужно идти. – Она решительно высвободила свой локоть из цепких пальцев старухи, развернулась и отправилась вслед за миссис Элридж. Сжимая кулаки в бессильной злобе, директриса осталась стоять в тёмном коридоре у лестницы.

Кассандра торжествующе улыбнулась. Внезапно соседний стул с грохотом отодвинулся, и из-за стола, вытирая рот ладонью, встала Лорейн Паркер. Энн Бридж начала говорить, что сейчас очередь Лорейн убирать со стола, но та только отмахнулась от неё огромной пятернёй. В столовой поднялся гул недовольных голосов, но Лорейн, не обратив на ребят никакого внимания, зашагала в сторону коридора.

– Постой! – крикнула ей вслед Кассандра, но было поздно.

В следующую секунду Лорейн откинула гардину, и Кейси увидела, как миссис Мэдисон медленно повернулась в сторону девочки и вперила в неё свой колючий взгляд. Тонкие губы старухи сжались, превратив рот в узкую линию. Ноздри расширились, словно она почуяла добычу. Коленки Лорейн задрожали. Девочка попятилась обратно, но миссис Мэдисон тут же глухо сказала:

– Ты. Иди за мной.

Лорейн жалобно всхлипнула, в одно мгновение растеряв былую спесь, и заковыляла вслед за старухой.

– Почему ты не ешь? – вопрос Абби вернул Кассандру в столовую.

Никто из детей не видел развернувшуюся в коридоре сцену: все поспешно доедали завтрак, чтобы до начала занятий успеть в игровую комнату. Кассандра взглянула на Джо Уилкерсона, который не спускал глаз с её омлета. Она усмехнулась, подцепила кусок вилкой и переложила ему в тарелку.

– Сегодня что, никто не голоден? – недоумённо спросила Абби. – Сначала Гвен, теперь ты.

– Да, я не хочу есть, – подтвердила Кейси и отодвинула подальше от себя стакан с компотом, который тут же перехватил Маркус.

– Что думаешь насчёт зеркал? – спросила Абби уже тише, чтобы никто, кроме Кассандры, её не услышал.

– Думаю, что она чокнулась, – последовал решительный ответ. – А ты не переживай. Ничего она нам не сделает. – «Особенно теперь, когда ей есть на ком отыграться», – подумала Кассандра, но вслух этого не сказала.

Абби немного приободрили её слова, и из-за стола она встала уже не такой несчастной.

После завтрака Абби отправилась убирать посуду вместо Гвендолин и Лорейн, а Кассандра поднялась наверх.

Собрав со стола тарелки, Абби соорудила из них нестройную стопку и медленно пошла на кухню, надеясь, что донесёт посуду в целости и сохранности. Хорошо, что рядом нет Бобби с его прихвостнями: он непременно подставил бы ей подножку или начал толкать, пока она не оказалась бы на полу посреди осколков. Теперь же её главным врагом были неровные скрипучие половицы и тяжёлый комод у стены, который мистер Браун будто назло поставил в и без того узком коридоре. На этот комод вечно натыкалась Мерси и ругала смотрителя на чём свет стоит. Абби осторожно миновала препятствие и вошла на кухню. Мерси огромным кухонным ножом резала лук, а позади неё на старой печи кипели две большущие кастрюли. Бульканье воды заглушало ворчание Мерси, время от времени смахивающей выступающие слёзы. Абби поставила посуду и растерянно остановилась напротив кухарки. Та снова смахнула слёзы и спросила:

– Рабочие ещё не приехали?

– Нет.

– Свалились на мою голову, оглоеды, – ворчала Мерси, хлюпая носом, а потом показала на кастрюли: – Полюбуйся вот. Это всё для них. Последние продукты на этой неделе извела. Миссис Мэдисон отказывается ехать на рынок и меня не пускает. – Она невесело усмехнулась. – Боится, небось, что я сбегу вслед за этими четырьмя негодниками.

Абби с сомнением посмотрела на плиту:

– Но они ведь столько не съедят.

– Съедят-съедят, милочка. Ещё и добавки попросят.

Не зная, как помочь кухарке, Абби аккуратно взяла нож из её рук и принялась резать оставшийся лук. Господи, как же щиплет глаза! Через несколько секунд обе обливались слезами, стоя на кухне в клубах пара. Наконец с луком было покончено, и кухарка высыпала его в одну из кастрюль. Абби быстро помыла руки, протёрла глаза, уселась на единственный стул и задала вертевшийся на языке вопрос:

– Мерси, что стряслось? Ты из-за еды так расстроилась? Давай скажем мистеру Брауну, может, он…

– Я была у миссис Мэдисон, – шмыгая носом, ответила Мерси и, вновь схватив нож, принялась за морковь. – Моя сестра Грета из Речного края зовёт меня к себе. У них там какая-то хворь, многие серьёзно заболели, а несколько человек умерли. Грета твердит, что это порча – уж не знаю, право, откуда она этого набралась! Но сейчас всё налаживается, и ей нужны люди. В общем… я решила принять её приглашение и пошла к миссис Мэдисон за расчётом.

Абби почувствовала, как во рту пересохло. Едва примирившись с исчезновением Саймона, попрощавшись с Питером Мэнниксом и понимая, что вскоре предстоит разлука и с Гвендолин, она не готова к тому, что приют так скоро может покинуть ещё кто-то. Мерси. Мерси собирается оставить их всех, уехать и жить счастливо в Речном крае, вспоминая приют Мэдисон как страшный сон.

– Но она и слышать ничего не захотела, – продолжала Мерси. – Отослала меня, словно я неразумное дитя и говорю какие-то глупости! Ты можешь себе это представить? Я проработала здесь двадцать лет! И что я получила взамен?

Абби робко посмотрела на Мерси:

– Мне жаль, что так вышло. Ты хочешь уехать, да?

– Абби! – воскликнула Мерси, всплеснув руками. – Этого хотят все, кого ни спроси. Старуха ведь звереет прямо на глазах! Раньше-то хоть детей не трогала, а теперь только и делает, что свистит своими розгами да сыплет наказаниями направо и налево. Если бы мне удалось перебраться к сестре, я сделала бы всё, чтобы потом забрать вас, а этот приют закрыть навсегда! Грета неизменно приходит в ужас, когда я описываю ей наши порядки, а ведь я не рассказываю даже половины того, что здесь творится. Ты думаешь, я бросила бы вас на растерзание старой мегере?

– Нет, я так не думаю, – пробормотала Абби и опустила глаза, заметив обиженный взгляд кухарки.

– Давно надо было отсюда уезжать, – продолжила ворчать Мерси. – С тех пор, как произошло то землетрясение, будь оно неладно, в этом доме нет жизни. Всё чахнет да мертвеет.

Абби наморщила лоб, пытаясь понять, о чём толкует Мерси. Она не знала ни одного землетрясения, кроме того, о котором ежегодно писалось в местных газетах на каждую его годовщину. Кажется, оно произошло около восьми лет назад, но тогда Абби была ещё совсем маленькой.

– Ты знала, что в городе поговаривают, будто это наша миссис Мэдисон его учинила?

– Какая чушь! – с чувством выдохнула Абби.

– Я тоже так говорю! – согласилась Мерси.

– С чего они так решили?

– Откуда ж мне знать? Городским лишь бы языком чесать! – Тут кухарка грустно усмехнулась. – И все как один упорно называют её ведьмой. Но уж тут я с ними согласна. Ведьма и есть.

Абби отвернулась, размышляя о том, почему директриса не отпустила Мерси. Раньше миссис Мэдисон легко увольняла всех, кто не желал мириться с порядком вещей, и Абби была уверена, что и сейчас она поступит так же.

«Меньше людей – меньше проблем», – говорила директриса вслед учителям. Может быть, теперь и впрямь что-то изменилось? Может, теперь из-за этого, наоборот, могли появиться проблемы? Почему взрослым впредь запрещено увольняться? Они что-то видели? Они что-то знают? И почему стали пропадать дети? Сперва шайка Бобби, теперь Мелисса… Абби сразу вспомнились слова Кассандры – что Мелисса могла увидеть что-то, что напугало её, и поэтому сбежала. От этих мыслей ей стало не по себе, но Мерси вовремя отвлекла её от раздумий, поставив перед ней кружку с горячей янтарно-коричневой жидкостью.

– Завтрак был курам на смех, – буркнула она. – А обед ещё не скоро. Старуха приказала сначала накормить рабочих. Выпей пока чаю, он тебя взбодрит.

– Это чай? – удивлённо воскликнула Абби.

– Да, настоящий чай, а не то гадкое варево, которое миссис Мэдисон выдаёт за него! Отныне никто здесь не будет пить эту мерзость из альсы! – заявила Мерси, уперев руки в бока. – Раз уж я остаюсь, то больше не намерена терпеть глупые прихоти Джой Мэдисон. Ты пей, пока не остыл.

Абби послушно сделала глоток, и её глаза округлились:

– Ого, какой сладкий!

– Он с сахаром, – уже тише произнесла Мерси. – Чего-чего, а этого добра здесь хватает.

Абби подула на чай, заставляя пар плясать над горячим напитком.

– Это же воровство, – сказала она тихонько и сделала ещё глоток.

Мерси поджала губы.

– Воровство – это когда ты берёшь чужое. А я беру то, что положено вам по праву. В любом случае, альсы у нас уже нет. – Она подошла к кухонному шкафчику и распахнула настежь дверцы, демонстрируя Абби пустые полки, которые раньше были забиты связками сухой травы с бледно-лиловыми цветами. – Видишь? Выкинула всё до листика!

Абби кивнула, с удивлением подумав, что Мерси всё же под силу что-то изменить.

* * *

Абби, подпрыгивая, шла по коридору. Горячий чай плескался в желудке, заряжая её невиданной доселе энергией: хотелось влезть на самое высокое дерево и прогорланить какую-нибудь неприличную песенку, которые очень любили петь мальчишки, когда рядом не было взрослых. Однако высоких деревьев поблизости не росло, и Абби всерьёз задумалась о проникновении на чердак прямо под носом ничего не подозревающего мистера Брауна. Она остановилась перед лестницей, прикидывая, успеет ли провернуть свою вылазку до начала занятий. К счастью, от этих буйных мыслей Абби отвлёк смех, раздавшийся из гостевой. Ещё секунда – и ей навстречу вышли рабочие, которые направлялись в детские комнаты.

– Как дела, мелюзга? – добродушно поинтересовался один из них.

– Плохо, ведь вы ещё здесь, – ответила она, имея в виду затянувшийся ремонт и те неудобства, которые он причиняет.

Секунду спустя Абби поняла, что это прозвучало грубо, но её уже оглушил взрыв хохота. Кто-то из парней потрепал её по голове, взлохматив волосы. Один за другим они стали подниматься по ступенькам, продолжая веселиться. Парень, который шёл последним, задержался перед лестницей. Он хотел что-то сказать Абби, но, смутившись, передумал и, поправив кепку, бросился вдогонку за ребятами. Абби лишь пожала плечами и отправилась на занятия.

* * *

На математике Гвендолин так и не появилась. Не было в классе и Лорейн Паркер. Но Абби не переживала. Она уже справилась с заданием, которое дала им миссис Элридж, и теперь рисовала завитушки на полях тетради. Украдкой она взглянула на Кейси, но та была занята решением задачи. Абби откинулась на стуле и огляделась по сторонам. Справа от неё сидел Маркус Беллмен, явно сердитый – очевидно, некоторые задания давались ему с трудом. За ним, надёжно спрятавшись за его спиной, спала Энн Бридж, положив руки под голову. Прямо перед Абби сидели Артур Бран и Джо Уилкерсон. Они были младше Абби на несколько лет, поэтому миссис Элридж дала им задачи попроще. На первой парте, прямо перед учительским столом, болтая ногами, сидела Бекки и собирала мозаику из цифр. Задачей Бекки было расставить цифры в правильной последовательности, и Абби не сомневалась, что Бекки справится со своим заданием лучше всех.

– Сдавайте работы, – объявила миссис Элридж, как только у неё на столе пикнули часы. Ребята зашевелились. Энн проснулась и отрешённо уставилась на пустые страницы своей тетради. Абби тихо усмехнулась. Как только дети расселись по местам, учительница начала писать мелом на доске тему урока. Миссис Элридж была высокой и доставала почти до самого её верха.

– А где руна? – внезапно спросила Кассандра, заставив учительницу подскочить на месте.

Все сразу повернулись в сторону Кейси – кроме Абби: она смотрела на доску, где уже не было пятна, о котором они с Кассандрой говорили пару дней назад.

– Какая руна? – недоумённо спросила миссис Элридж.

– Там раньше была руна. Такой знак, написанный чёрной краской. – Кассандра указала пальцем на стену над доской.

Ребята словно по команде развернулись и уставились на то место, куда указала Кассандра.

– Руна? Серьёзно? – пробормотал Маркус, и дети захихикали – все, кроме Абби, которая прекрасно знала, что имеет в виду её соседка.

– Вы что, никогда её не видели? – вскинулась Кассандра. – Да бросьте, она же была прямо там!

– Наверное, ты что-то путаешь, – с сомнением произнесла миссис Элридж. – Здесь было обычное грязное пятно. Я стёрла его.

– Стёрли?! – возмущённо переспросила Кассандра. – Я даже не успела выяснить, что она означает!

Миссис Элридж улыбнулась и поправила очки:

– Обычно пятна ничего не значат, юная леди. Кто-то из детей забрался повыше и разрисовал стену углём. Я стёрла его потому, что миссис Мэдисон хочет, чтобы в учебных классах был порядок, а дети не отвлекались по мелочам, вот как ты сейчас.

Кассандра поджала губы и сложила руки на груди. Этот ответ ей совсем не понравился. Но миссис Элридж посчитала разговор законченным и, вернувшись к математике, продиктовала тему урока.

Как только занятие закончилось, Кассандра стремительно направилась к дверям.

– Ты куда? – насмешливо крикнула ей вслед Энн. – Искать руну?

Кассандра, даже не оглянувшись, показала ей неприличный жест. Абби вздохнула и поплелась следом за расстроенной Кассандрой, хотя та была мрачнее тучи и Абби страшно рисковала попасть под раздачу.

Она догнала Кассандру во дворе. Та сидела на качелях, отталкиваясь от земли ботинком, и смотрела на дорогу, которая скрывалась за холмами. Абби села напротив на деревянный ящик песочницы, утопив в песке носы потрёпанных кедов.

Сегодня в полях не было ветра, и каждая травинка, каждый кустик застыл в жарком воздухе без малейшего движения. В траве оглушительно стрекотали кузнечики, шмели кружили вокруг редких цветов, а в безоблачном небе летали мелкие стайки птиц. Палящее солнце окрасило скупой пейзаж яркими красками, сделав его более тёплым.

– Миссис Мэдисон велела убрать руну, – пробормотала Кассандра и потёрла переносицу. – Мне это кажется странным. А тебе?

– Мне – нет, – честно ответила Абби. – У неё же семь пятниц на неделе. Она ведь и зеркала поснимала во всём доме.

Кассандра задумчиво закусила губу:

– Зеркала она велела снять из-за нас. Чтобы мы больше не могли гадать. Но руна – другое дело.

– Почему? – быстро спросила Абби в надежде, что Кассандра проговорится.

Кассандра и впрямь открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент парадная дверь приюта с грохотом распахнулась, и на улицу выскочила Лорейн Паркер, раскрасневшаяся, вся в слезах, с перекошенным от злости лицом. Следом за ней появилась встревоженная Гвендолин.

– Лорейн! – крикнула она ей вдогонку. – Вернись, иначе миссис Мэдисон тебя накажет.

Лорейн остановилась и крикнула:

– Я сказала, что не буду этим заниматься! Я не хочу! И никто меня не заставит!

Её возглас сопровождался громким всхлипом, означающим, что Лорейн всё-таки заставят. И это будет не кто иной, как миссис Мэдисон. Девочка, угрожающе сжав кулаки, развернулась к Гвендолин. Мгновением позже Абби уже стояла на ногах. Она не понаслышке знала, что в гневе Лорейн Паркер опаснее, чем Бобби. Крепкая и сбитая, хоть и неуклюжая, из любой драки она выходила победителем. Исключение составляла разве что Мелисса Уоррен, которая была слишком хитрой и увёртливой.

Кассандра неслышно слезла с качелей и встала рядом с Абби.

– Ты не можешь уехать, это неправда! – кричала Лорейн. – Ты специально это подстроила! Чтобы старуха переключилась на меня!

– Лорейн… – Гвен заломила руки. – Ну что ты.

– Паркер, ты тупица?! – выкрикнула Абби, возмущённая словами девчонки. – В приюте нельзя жить после восемнадцати лет!

Лорейн, поморщившись, перевела взгляд на Абби:

– Ты бы заткнулась, Макалистер. Я не с тобой говорю!

– А ты бы шла обратно и делала что велено!

Лорейн побагровела, но тут Гвендолин сказала:

– Мне правда очень жаль, что она выбрала тебя!

– Как бы не так! Ты только этого и ждала, чтобы свалить работу на кого-нибудь другого!

Тем временем в дверях бесшумно возникла сама миссис Мэдисон. Кассандра первой заметила её, а Абби при виде директрисы затаила дыхание. Гвендолин стояла спиной к дому и никак не могла её видеть, а Лорейн была так поглощена своей истерикой, что не проявила никакого интереса к появлению директрисы. Старуха стояла в тени прихожей и, видимо, не собиралась выходить во двор. Кассандра взглянула на жилистые щиколотки миссис Мэдисон, выглядывающие из-под подола строгого директорского платья с рюшами. Острые носы её старомодных туфель находились у самого края широкой щели, где Кассандра провела защитную линию.

– Лорейн Паркер, – разнёсся по двору сухой голос. – Разве я тебя отпускала?

Лорейн, завидев миссис Мэдисон, тут же съёжилась и замолчала.

– Нет, мэм, – пробормотала она так тихо, что Абби едва её расслышала.

Директриса качнулась вперёд, словно собиралась выйти на крыльцо, но потом передумала и осталась стоять на месте.

– Подойди ко мне.

Лорейн задрожала, но не посмела ослушаться директрису и, опустив голову побрела к дому и, остановилась перед старухой. Миссис Мэдисон размахнулась и со всей силы хлестнула её по лицу. От этого удара Лорейн едва устояла на ногах, раскинув руки в стороны, как тряпичная кукла, а затем начала рыдать в голос.

– Миссис Мэдисон! – воскликнула Гвендолин. – Не надо! Это моя вина! – Она поспешила к крыльцу, но директриса одним лишь взглядом заставила её остановиться:

– Иди собирать вещи, Милн. Завтра тебя здесь быть не должно. – С этими словами миссис Мэдисон развернулась на каблуках и исчезла в недрах дома, потащив за собой Лорейн Паркер.

Абби покосилась на Кассандру и увидела, что та едва держит себя в руках. На её лице отчётливо проступили потрясение и злость. Она так сильно сжала кулаки, что Абби представила себе, какие глубокие следы останутся на её ладонях от ногтей. Как-то раз она случайно поставила себе такие отметины после ночи страшилок, которые раньше любили устраивать девочки в своей спальне. Это воспоминание обожгло Абби как огнём, и она, забыв на мгновение о Лорейн и о миссис Мэдисон, даже открыла от удивления рот, уставившись на свои ладони.

Кассандра тем временем откинула с плеча волосы и решительно зашагала к Гвендолин. Абби вприпрыжку помчалась следом, стараясь не отставать.

– Привет, – выпалила Кассандра, когда приблизилась к бледной как смерть Гвен, – я слышала, ты нашла работу.

– Да, но…

– Поздравляю! – продолжила Кейси с жаром. – Слава богу, что тебе так повезло и больше не придётся жить в этом склепе!

Гвендолин слабо улыбнулась:

– Спасибо, Кассандра. Правда, я совсем сбита с толку… – Она беспомощно указала рукой на распахнутую входную дверь. – Ещё с утра я была полна надежд, но сейчас, глядя на то, как всё обернулось…

– Гвен, – вздохнула Абби, – опять ты за своё.

– Абби, она же вас всех изведёт. С самого начала ремонта в миссис Мэдисон словно бес вселился. Лорейн ведь ничего такого не сделала, она просто заупрямилась и не хотела слушать мои советы по поводу уборки. А если миссис Мэдисон снова возьмётся за розги… – Гвендолин не договорила, но это было и не нужно. Абби принялась заверять девушку, что всё будет хорошо, и в конце концов ей удалось убедить в этом даже себя. Гвен немного повеселела, и ей на щёки вернулся едва заметный румянец. – Кассандра, – она повернулась к Кейси, – жаль, что мы не успели как следует познакомиться и обменяться книгами.

– О, не переживай, – непринуждённо ответила та, – это даже к лучшему!

Услышав это, Абби едва не подавилась собственным языком.

– В любом случае, я обязательно буду писать вам обеим.

Гвендолин по очереди обняла девочек и ушла в дом, а они поплелись обратно к качелям, но садиться на них не стали, а обе пристроились рядом на деревянном бортике песочницы. Хотя сегодняшнее утро подарило немало тем для разговора, девочки молчали. В поля вернулся ветерок и принялся играть в догонялки со стайкой маленьких птиц. Из распахнутых на втором этаже окон дома отчётливо доносился стук молотков и бодрый голос, отдающий указания, часто слышался смех. Абби успела привыкнуть к этим новым звукам приюта. Они дарили спокойствие и рассеивали страх перед миссис Мэдисон. Но работа шумных мастеров продвигалась быстро. Совсем скоро они закончат ремонт и покинут приют, а сюда снова вернётся тишина, горячо любимая директрисой.

Абби с тоской наблюдала, как из дома вышел сердитый мистер Браун и заковылял к своей машине – древнему фургону, стоящему у куста шиповника. Вслед за ним показались угрюмые мадам Доне и миссис Элридж. Мадам Доне на ходу застёгивала лёгкий дорожный плащ.

Этим утром в приют не привезли почту и продукты. Проблемы с поставкой случались редко, но когда это происходило, миссис Мэдисон отправляла кого-то в город выяснить, в чём дело. Мерси с ними не было: наверное, теперь ей придётся сидеть в доме до тех пор, пока миссис Мэдисон не простит её. Недовольные взрослые уселись в машину, и мистер Браун завёл двигатель. Фургон зафыркал, на время заглушив все окружающие звуки, и, выпустив клубы сизого дыма, медленно покатил к дороге.

Проводив его взглядом, Кейси толкнула Абби в плечо – так, что та, совершенно этого не ожидающая, едва не рухнула в песочницу.

– Сейчас, похоже, самое время!

– Ты о чём?

– Ну, закрытое крыло, – нетерпеливо пояснила Кассандра. – Смотри: почти все уехали.

– Но миссис Мэдисон дома! – всполошилась Абби. – Ты же видела, что произошло?

Кейси закатила глаза:

– Мне жалко Лорейн. Но поскольку миссис Мэдисон сейчас занята ею, вряд ли она станет следить за нами.

Абби сомневалась. Где-то глубоко внутри неё зашевелился страх, напомнив, что будет, если их застукают в том крыле.

– Мы же договаривались, что пойдём туда, когда миссис Мэдисон не будет.

– А ещё мы договаривались, что сегодня поищем Мелиссу, – возразила Кассандра. – Ну же, Абби. Даже если миссис Мэдисон начнёт нас искать, она скорее поверит в то, что мы сбежали, чем в то, что забрались в закрытое крыло. Нам лишь нужно быть осторожными, только и всего.

Абби пришлось признать правоту Кассандры, тем более что любопытство распирало её гораздо сильнее страха. Ей очень хотелось отыскать своенравную воспитанницу, несмотря на то что они уже долгое время не ладили друг с другом, и узнать, где именно она спряталась. А ещё не терпелось своими глазами увидеть то, что видел Саймон в заброшенном крыле, и испытать те же самые чувства, которые испытывал он, нарушая запреты директрисы.

– Ладно, – вздохнула Абби и поднялась с песочницы, – сейчас и правда самое время.

* * *

Старый гобелен висел на привычном месте – давным-давно выцветший и потерявший былое великолепие, достойное более величественных мест, чем затхлый, всеми забытый коридор. Рисунок на нём теперь только угадывался, но Абби смогла его рассмотреть. Это была её любимая «Охота на единорога». В далёком детстве, когда гобелен ещё не растерял своих красок и висел в светлом холле у всех на виду, Абби подолгу рассматривала изображённую на нём охоту: густой таинственный лес, отважных рыцарей на лошадях и в самом центре – белоснежного единорога, вставшего на дыбы и направившего на противников свой острый сверкающий рог. Абби всегда казалось, что, несмотря на плотное кольцо, ему удастся сбежать, зачаровав людей и их животных.

Кассандра прервала мысли Абби, шагнув к гобелену. Она торопливо подняла один его край и явила уже знакомую двустворчатую дверь. Кейси не мешкая дёрнула ручку, и дверь открылась, снова перекосившись и повиснув на нижней петле. Девочки нырнули под тяжёлую ткань гобелена и оказались в просторном коридоре, подёрнутым лёгкой туманной дымкой.

– Поправь, не то сюда ещё кто-нибудь влезет, – прошептала Абби, указав на перекошенную дверь.

К её удивлению, Кассандра послушалась. Когда дверь встала на место и была плотно закрыта, они двинулись вперёд. Обитые деревом стены, высокий сводчатый потолок и затейливый рельеф, украшающий ряд уходящих вдаль колонн и окон между ними, поражали воображение. На чёрных цепях вдоль всего прохода висели кованые лампы, готовясь осветить путь любому, кто забредёт сюда под покровом ночи. Несмотря на мелкие островки зелени, медленно, но решительно проникающей внутрь через разбитые окна, и толстые слои пыли, припорошившей каждый удобный участок, коридор, хоть и подвергшийся разрушению, создавал невероятный контраст с остальным домом. Казалось, что он принадлежит совершенно другому, более величественному и прекрасному строению, нежели приют Мэдисон.

Вид старого коридора всколыхнул в Абби целый ворох образов из прошлого. Она вспомнила, что ребята, взрослые и не очень, дни напролёт сновали туда-сюда с учебниками, и очень часто здесь звучал смех. Одно из воспоминаний, самое яркое, обожгло Абби изнутри. Несколько лет назад они с Мелиссой сидели у одного из красивых арочных окон, расположенных довольно высоко от пола, и хохотали до колик в животе, изображая какого-то учителя. Абби совсем забыла, как дружна была раньше с Мелиссой. Прямо не разлей вода. Но теперь почему-то всё сильно изменилось. Абби застыла на месте, оглушённая навалившимися мыслями.

– В чём дело? – шёпотом спросила Кассандра.

– Ни в чём, – глухо ответила Абби, придя в себя. – Идём, надо найти Мелиссу.

Но, как и подозревала Кассандра, Мелиссы здесь не оказалось. Девочки заглянули за каждый угол, открыли все двери, которые встретились им на пути, и звали беглянку, хоть и не слишком громко, чтобы не привлекать постороннее внимание, но всякий раз ответом им служила гробовая тишина. В просторных помещениях было темно из-за заколоченных окон, а каждый неосторожный шаг девочек гулко отдавался от стен. Мебели в этих комнатах почти не было, а та, что осталась, стояла под белыми чехлами. Абби запоздало сообразила, что эта половина крыла была учебной – кое-где в кабинетах висели грифельные доски, а стены подпирали пустые стеллажи, затянутые паутиной.

– Может, она затаилась и нарочно молчит? – предположила Абби, заглянув в крошечную комнатку под лестницей, в которой не было ничего, кроме пары ржавых вёдер и сломанной швабры. Она поняла, что поиски бессмысленны, когда перед ними осталась последняя дверь в этом крыле.

– Но это же глупо, ты сама подумай. Услышав, что мы здесь и зовём её, она бы тут же стала шипеть как змея и гнать нас обратно. Я бы так и сделала, – ответила Кассандра и добавила: – Наверное, Мелисса и впрямь сбежала. Мне жаль. Смотри-ка! Это что, миссис Мэдисон? – вдруг спросила она.

Абби подскочила на месте как ужаленная, испугавшись, что директриса всё-таки выследила их. Но когда она обернулась, то увидела, о чём говорит Кассандра.

На стене у двери висело большое фото в широкой узорчатой раме. На нём были изображены пять человек: две молодые женщины, одна из которых стояла в центре, и трое мужчин – один с винтовкой в руках. Он был угрюм и смотрел в объектив камеры с явным недовольством. Его чёрные волосы, сосульками свисающие на лоб, блестели в дневном свете. Подбородок скрывала маленькая аккуратная бородка. За ним стоял высокий и широкоплечий молодой человек с надменным взглядом. Он смотрел в камеру сверху вниз, прищурив светлые холодные глаза, а уголки его губ были приподняты, выражая холодное презрение каждому, кто разглядывал эту фотографию. Третий мужчина выглядел добродушнее остальных. Он улыбался, придерживая рукой перекинутый через плечо толстый канат. На первый взгляд он казался безоружным, но, приглядевшись, можно было заметить на его широком поясе несколько кинжалов разной длины. За его спиной виднелось настороженное лицо миниатюрной молодой женщины с короткими волнистыми волосами. Ещё одна женщина стояла в центре. Именно в ней Кассандра легко узнала миссис Мэдисон, хотя возраст и время её совсем не пощадили. Здесь, на фото, она была молода и очень красива. Тяжёлая копна волос, заколотая на затылке, напоминала причёску, которую сейчас носила Гвендолин Милн. Строгое платье, застёгнутое на все пуговицы, подчёркивало стройную фигуру, а рукава три четверти открывали изящные запястья без всяких украшений. Она стояла, держа в руках чёрную книгу. Лицо её выражало некоторую надменность, хотя и не такую явную, как у блондина, спокойствие и уверенность в собственных силах.

– Здесь миссис Мэдисон нравится мне гораздо больше. Чем это она занималась в молодости?

– Не знаю, – пожала плечами Абби. – Чем-то вроде охоты, наверное.

– Очень интересно, – пробормотала Кейси.

Абби её не расслышала. Она примостилась на низком пыльном подоконнике рядом с давно увядшим цветком в коричневом горшке и ждала, когда Кейси закончит изучать фотографию. Сама она была хорошо знакома с этим фото: в директорском кабинете висело такое же, только гораздо меньше.

– Тут есть имена, – сказала Кассандра уже громче.

– Да, я знаю.

– Анна Моррис. – Кейси ткнула пальцем в девушку с края. – Григорий Ворон. – Палец передвинулся на мужчину с канатом. – Джой Мэдисон. – Миновав директрису, она остановилась на мужчине с винтовкой. – Морган Сайрос и… – Палец уткнулся в надменного блондина. – Клауд Эйвери. – Последнее имя Кассандра произнесла с удивлением. – Клауд Эйвери? Что-то знакомое…

– Миссис Мэдисон упоминала его в разговоре с инспектором Кларком, – ответила Абби, пытаясь не соскользнуть с узкого подоконника.

Кейси одобрительно посмотрела на неё. Абби смутилась и пожала плечами. Подумаешь, запомнила имя.

Между тем Кассандра махнула рукой на последнюю дверь в коридоре:

– Ладно, открывай и пойдём. Мы и так тут задержались.

Абби послушно слезла с окна и схватилась за ручку двери. Ручка щёлкнула при повороте, но дверь не открылась. Абби попробовала ещё раз, но тоже безрезультатно.

– Ну что там?

– Заперто.

– В самом деле? – Кассандра подскочила к Абби и слегка оттеснила её в сторону. – Дай я попробую.

– Боже, Кейси, нельзя ли поаккуратнее?

Абби скорчилась от боли и прислонилась к стене, прижав руку к ребру. Нужно переложить этот ключ в другое место.

– Извини, не знала, что ты такая нежная, – недовольно буркнула через плечо Кассандра.

– Да это из-за ключа. Сначала стукнула Мелисса, теперь ты. Вы будто нарочно норовите попасть прямо по нему!

Кассандра нахмурилась:

– Я не понимаю, о чём ты, Абби.

Но Абби внезапно переменилась в лице. Она в полном изумлении уставилась на закрытую дверь и долго молчала, но когда терпению Кассандры уже пришёл конец, затараторила:

– Должно быть, это именно то место, о котором мне на днях рассказала Гвендолин. Кейси, это библиотека! Гвен сказала: «Её закрыли навсегда». Здесь только одна закрытая дверь – значит, это и впрямь библиотека. Гвен была права!

Кассандра слушала Абби, скрестив руки на груди, и с каждым словом её улыбка становилась ещё шире.

– Полагаю, у тебя и ключ есть, – хмыкнула она.

– Что? Да откуда он у меня может… – Абби замолчала, пронзённая догадкой.

Так вот почему Саймон без конца торчал в закрытом крыле! У него был ключ от библиотеки! Абби аккуратно достала его из кармана, подошла к двери, вставила его в дверной замок и едва не завопила от восторга, когда ключ со скрипом повернулся в скважине. Дверь бесшумно отворилась, и взору девочек предстал толстенный слой паутины, полностью закрывающей проход. Разорвав её в нетерпении, они вошли внутрь и не смогли поверить своим глазам. Несмотря на годы запустения, помещение с высоким сводом, на котором не было и следа от недавнего потопа, длинными стеллажами и старинной мебелью, собравшей за долгое время огромное количество пыли, всё ещё выглядело величественно. Одно из пяти окон было разбито, и, видимо, уже давно – через него в помещение забрались цепкие побеги плюща, которые оплели добрую половину стены, спустились вниз и потихоньку уже добирались до книжных стеллажей. В остальные окна из-за грязи и густого терновника снаружи солнечный свет почти не проникал. Однако несколько робких солнечных лучей все же нашли себе лазейку в плетистых ветвях: они скупо освещали участки помещения, и в них отчётливо кружились пылинки, поднятые в воздух внезапным сквозняком из открывшейся двери. С потолка между двумя большими люстрами свисали длинные лохмотья паутины, которые медленно колыхались, потревоженные нежданными гостями. Ряды заполненных книгами стеллажей уходили далеко вглубь комнаты, порождая в воображении такое количество томов, какое только могло там уместиться.

– Глазам не верю, – произнесла наконец Абби полушёпотом, не переставая вертеть головой.

От восторга она едва могла дышать. Немыслимые доселе чувства распирали её, хотелось визжать от радости и скорее рассказать всем и каждому о том, что они обнаружили. Но вместо этого она молча оглядывала всё вокруг, стремясь запомнить этот момент и полностью им насладиться. Её внутренние переживания выдавал лишь восторженный блеск в глазах.

– Да, – кивнула Кассандра и широко улыбнулась. – Теперь у нас две комнаты, Абби!

7

День 8-й

– Ты ведьма?

– Что-что?

Абби прищурилась и повторила вопрос. Она лежала на своей кровати и задумчиво наблюдала за Кассандрой, которая в кои-то веки сняла свой медальон, чтобы поменять шнурок, на котором он висел.

– С чего ты это взяла?

– Ну, все эти защитные линии, странные книги, которые не даёшь читать… А ещё ты умеешь гадать. Всё сходится.

Кассандра хмыкнула:

– По-твоему, ведьмы чертят защитные линии?

– Да.

– А вот и нет. Они как раз стремятся эти линии преодолеть!

– То есть ты не ведьма?

– Нет.

Абби помолчала.

– А кто же ты?

Кассандра насмешливо взглянула на неё, её губы дрогнули, но на вопрос она так и не ответила.

– Лучше скажи мне, зачем твоему брату нужно было запирать библиотеку.

– Не знаю. – Абби почесала нос. – Может, он боялся, что туда влезет шайка Бобби.

Вчера вечером они еле-еле заставили себя покинуть библиотеку – желание остаться там было очень велико. Но девочки хорошо понимали, что нельзя надолго пропадать из виду – это может вызвать подозрения. Сегодня они скрепя сердце решили не ходить в закрытое крыло и провести день у всех на глазах, чтобы завтра вновь укрыться в библиотеке.

Но предвкушение завтрашнего дня было омрачено внезапным приездом Энди. Он примчался без звонка, перед завтраком, суля тревожные вести. Кассандра явно удивилась, завидев на дороге знакомый автомобиль. Чертыхаясь, она второпях застегнула на шее медальон и начала переодеваться, но Энди не стал дожидаться её снаружи, а торопливо прошёл в дом. За несколько секунд он взбежал по главной лестнице и оказался перед их дверью, а спустя ещё мгновение парень с ужасом взирал на дверную ручку, которая, вывалившись из двери, осталась у него в руке, поблёскивая медным боком.

Абби ещё никогда не слышала, чтобы кто-то так кричал на миссис Мэдисон. Энди совершенно не стеснялся своих выражений и не собирался выслушивать сбивчивые оправдания обескураженной директрисы. Кассандра уже стояла рядом с ними в коридоре, красная от досады, уговаривая своего приятеля успокоиться, но он не обращал на неё никакого внимания.

– Я заплатил вам за безопасность! – бушевал Энди. – Это чёртово соглашение хоть что-то для вас значит?!

Скоро на крик подоспел мистер Браун с ящиком инструментов. Он деловито протиснулся мимо скандалящих, попутно забрав у парня дверную ручку, которой тот размахивал перед лицом директрисы, и начал ковыряться в замке. Абби собиралась убраться из комнаты, чтобы не быть случайной свидетельницей неприятной сцены, но оказалась в ловушке – в дверь ей теперь было не протиснуться. Покружив по комнате, она в конце концов уселась на кровать Кассандры. От криков ей укрыться не удалось, но теперь она хотя бы не видела участников ссоры. В какой-то миг в коридоре всё стихло – видимо, запал Энди иссяк. Миссис Мэдисон воспользовалась заминкой и тут же предложила продолжить их экспрессивную беседу в более подходящем месте:

– Проблема уже решается, видите? Ещё минута – и эта спальня снова станет самым надёжным местом в доме. Одна маленькая неурядица – а на вас уже лица нет. Идёмте, мистер Рот, мой кабинет ниже по лестнице. У вас, должно быть, выдалось нелёгкое утро.

Абби не успела поразиться успокаивающему теплу голоса директрисы и уверенности, с которой та обращалась к вышедшему из себя Энди, как на лестнице скрипнули перила, а вслед за этим раздался привычный вопль миссис Мэдисон: «Ме-ерси-и! Кофе готов? Неси его сейчас же!»

Это уже больше походило на директрису. Из коридора ещё доносились удаляющиеся шаги и возмущённые возгласы Энди, но теперь они перемежались с голосом директрисы, которая явно взяла разговор под свой контроль. Буря миновала.

Абби захотелось увидеть, что по этому поводу думает мистер Браун. Обычно все эмоции отражались на лице смотрителя, поскольку никто, кроме директрисы, не мог разобрать, что он говорит. Но в этот раз мистер Браун остался равнодушен ко всему, кроме дверного замка, который чинил с небывалым усердием. За это короткое время он успел намертво приделать ручку, проверить, работает ли она, а затем выпрямился и хмыкнул, довольный результатом. Хотя Бобби Спенсер и его шайка больше не грозили Абби, с закрытой на ночь дверью ей было гораздо спокойнее. Похоже, Энди тоже.

– Спасибо, мистер Браун, – сказала Абби, готовясь прошмыгнуть вниз к игровой комнате, как только он освободит выход.

Смотритель поднял стоящий у ног ящик с инструментами, скользнул безучастным взглядом поверх головы Абби – и… застыл на месте, вытаращив глаза. Абби недоумённо наблюдала за ним, пытаясь понять, что такого он увидел в комнате, и тут в её голове мелькнуло: он смотрит на книги. Абби бросило в жар. Она не сводила глаз с мистера Брауна, а тот, в свою очередь, был не в силах оторваться от книжной полки над кроватью. Ящик с инструментами выскользнул из расслабившихся рук смотрителя и рухнул на пол с жутким грохотом. Шум привёл мистера Брауна в чувство. Он наклонился и стал торопливо собирать выпавшие инструменты. Взяв ящик, он быстро ушёл, даже не оглянувшись. Когда дверь за мистером Брауном плотно закрылась, Абби вскочила и за доли секунды оказалась там, где до этого стоял сторож, и, развернувшись, посмотрела на полку. Почти все названия на корешках книг отлично читались с такого расстояния. Да что там – их можно было прочитать даже с другого конца спальни! Абби растерянно оглядела комнату. Она не могла объяснить поведение мистера Брауна, а спросить ей было некого.

Поразмыслив, Абби спустилась в кладовую девочек. Гвендолин должна была уехать уже сегодня, и сейчас она, наверное, ждёт машину, которая увезёт её в новую жизнь. Пока Гвен здесь, возможно, она вспомнит что-то о прошлом смотрителя, хотя Абби не могла себе представить, как мистер Браун, верный сторонник миссис Мэдисон и любитель горячительных напитков, может быть связан с таинственными книгами Кейси. Но ответа на этот вопрос Абби так и не получила. Войдя в кладовую, она увидела, что Гвендолин сидит на кровати, закрыв лицо руками. Плечи девушки сотрясались от рыданий. У её ног стояла полупустая дорожная сумка, а рядом лежала перевязанная бечёвкой стопка книг. Абби, тут же забыв о мистере Брауне, прошла вперёд и села напротив Гвендолин. От скрипа кровати Гвен испуганно вскинула голову:

– Абби! Это ты… Извини, я не услышала, как ты вошла. – Она вытерла слёзы и стала поправлять волосы.

– Почему ты плачешь?

Гвендолин всхлипнула, но когда посмотрела на Абби, стало видно, что она улыбается:

– Разве не понятно? Я прожила здесь восемнадцать лет, и теперь мне предстоит оставить это место, вас и всё, что мне так дорого.

– Дорого?! – выпалила Абби. – Но, Гвен, я думала, что ты рада уехать отсюда как можно быстрее! Разве ты не об этом мечтала?

Гвендолин уже поправила причёску и полностью привела себя в порядок. От слёз не осталось и следа.

– Ты права, – вздохнула она, – но я уезжаю в незнакомое место, и если что-то случится, вернуться обратно мне не позволят. Не так легко расстаться с домом, в котором прожила всю жизнь. Мне кажется, я буду скучать по каждому дню, проведённому здесь.

Абби передёрнулась. Она никак не могла представить, каково это – скучать по миссис Мэдисон, осенним ветрам, страшно завывающим в трубах ночами, и сквознякам, который выдували всё тепло из дома.

– Но самое ужасное, – продолжила Гвендолин, и её голос задрожал, – самое ужасное, что я оставляю Бекки.

– С Бекки ничего не случится, – ответила Абби, – мы справимся. А тебе пора заняться своей жизнью там. – Она махнула в сторону окна, за которым ярко сияло солнце и зеленела трава.

Гвендолин задумчиво закусила губу.

– Пообещай мне, – наконец произнесла она, – что Бекки будет под присмотром, что вы позаботитесь о ней. Я не хочу взваливать это только на твои плечи, Абби. Это будет ужасно несправедливо по отношению к тебе…

– Брось, всё будет хорошо…

– Нет! – Гвендолин сжала руки Абби в своих. – Послушай, я очень беспокоюсь. У меня будто дурное предчувствие.

Она не на шутку разволновалась, и, чтобы успокоить девушку, Абби дала слово, что будет писать ей каждую неделю. Гвен нацарапала адрес на клочке бумажки и вложила его в ладонь Абби. Через несколько секунд раздался громкий стук в дверь.

– Эй, Гвен! За тобой приехали, – услышали они голос Маркуса.

Абби поднялась с кровати, а Гвендолин приложила холодные пальцы к разгорячённому от волнения лицу, чтобы хоть немного остудить его и вернуть покрасневшим щекам обычную бледность.

– Ну вот и всё, – произнесла она. – Прощай, Абернети. Я буду скучать.

Абби хотела сказать то же самое, но слова застряли в горле, и она только кивнула в ответ. Гвендолин крепко обняла её и, взяв в одну руку сумку, а в другую книги, выскользнула за дверь. Абби хотела было пойти следом, но не смогла сделать и шагу и осталась стоять посреди заваленной хламом комнаты, в полной тишине, сжимая в руках бумажку с адресом.

* * *

В обед только и разговоров было, что об отъезде Гвендолин Милн. Говорили, что за ней приехал чёрный автомобиль, а водителем оказался один из мастеров, тот самый, который сегодня не явился на работу. Он забрал вещи Гвендолин и отнёс в багажник, а затем любезно открыл для неё заднюю дверь. Говорили, что Гвендолин была спокойна и сдержанна и даже ни разу не взглянула на водителя, который, напротив, не сводил с неё глаз. Говорили, что это именно он, узнав, что Гвен ищет работу, написал ей приглашение и передал его миссис Элридж, потому что его мать как раз нуждалась в гувернантке для младших детей.

Абби, хоть и была рада за Гвендолин, устала слушать всё это и, покончив с едой, отправилась во двор, к качелям. Как можно всерьёз обсуждать цвет машины, зная, что больше никогда не увидишь друга, с которым столько времени прожил бок о бок?! Хорошо хоть Бекки отреагировала не так бурно, как все боялись. Маркус и Джо Уилкерсон увели её в игровую комнату, чтобы поиграть в «два плюс один». Им как раз не хватало участника, потому что их неизменный третий игрок Артур Бран сегодня отправился на кухню помогать Мерси. Мальчишки никогда особо не возились с Бекки, поэтому она, обрадованная их приглашением, с энтузиазмом включилась в игру. Абби знала, что накануне Гвендолин поговорила с девочкой, пообещав забрать её, как только обзаведётся собственным жильём. Этот план Гвендолин вынашивала уже очень давно, о нём знала не только Абби, но и Мерси, которая даже собиралась помочь Гвен в поиске съёмной квартиры. В общем, для них обеих всё должно было сложиться довольно неплохо – в отличие от остальных детей и самой Абби, которая не имела ни малейшего представления о том, как она покинет приют и что будет делать за его пределами. Пока отсюда уезжали лишь дорогие сердцу люди, а ей оставалось только смотреть им вслед в грязное окошко.

Абби столько не успела рассказать Гвендолин: и о библиотеке, и о том, что всё это время носила ключ от неё в толстовке Саймона. Не успела поговорить с ней о побегах и выяснить, что Гвен думает по этому поводу, рассказать, какое сильное впечатление произвели на мистера Брауна книги Кассандры. Быть может, написать Гвен обо всём этом? Сейчас же, не откладывая! К тому времени как письмо придёт по адресу, она освоится на новом месте и у неё будет что написать в ответ.

Вдохновлённая этой мыслью, Абби уже поднялась с качелей, но тут открылась парадная дверь и на улицу вышла Кассандра. Следом за ней появился Энди, бледный как привидение. Очевидно, кофе не сильно помог ему успокоиться. Абби снова уселась на качели, решив подождать Кейси на улице, пока та проводит друга – обычно это не занимало много времени. Сегодня Энди бросил машину прямо на дороге, подальше от дома, проигнорировав правила парковки.

– Ты опечатала дом? – отрывисто спросил он Кассандру, направляясь к автомобилю.

Кажется, ему было всё равно, слышит его кто-то посторонний или нет, но Кассандра оглянулась на Абби, и та едва успела отвести взгляд и изобразить, что необычайно заинтересовалась каким-то камешком под ногами, которого на самом деле не было.

– Да, но у меня почти закончился запас, – ответила Кейси негромко.

Энди чертыхнулся. Абби осмелилась поднять голову и, заметив, что Кейси на неё больше не смотрит, с облегчением вздохнула. Ребята дошли до автомобиля и остановились около него. До Абби долетали отголоски разговора, явно на повышенных тонах, но разобрать что-либо было сложно. Судя по возгласам Энди, он сильно нервничал. Голос Кассандры звучал тише – ей удавалось держать себя в руках лучше, чем её приятелю. Абби была рада, что не слышит их, но тут Энди, не справившись с эмоциями, завопил во всё горло, что они потеряли Финна, и девочка замерла, парализованная таким всплеском эмоций. При этом она усиленно изображала задумчивость и отрешённость – на случай, если Кассандра снова на неё посмотрит, но оставаться безучастной к тому, что она услышала, было очень сложно. Абби даже показалось, что будь перед Энди парень, а не девчонка, он схватил бы его за грудки и как следует встряхнул пару раз. Но перед ним стояла Кассандра, и всё, что сделал Энди, – только схватился за голову.

Вскоре Энди прыгнул в машину, и та сорвалась с места, оставив позади облако пыли, а Кассандра медленно повернулась и не спеша направилась в сторону Абби. Сев на соседние качели, она застыла неподвижно, словно восковая статуя. Прошло больше минуты, прежде чем Абби рискнула нарушить молчание.

– Всё в порядке? – вопрос прозвучал тише, чем она хотела.

– А разве ты не видела? – сварливо ответила Кассандра и поглубже запахнула кофту, словно только сейчас ощутила свежесть этого дня. – У них проблемы, – добавила она после непродолжительного раздумья и сухо усмехнулась: – А ведь я предупреждала, что так и будет.

Снова наступила тишина. Абби поёжилась: в отличие от Кассандры, кофту она с собой не взяла.

– Ты слышала, да? – спросила Кейси, глядя вдаль на тёмные холмы за дорогой.

– Слышала, – виновато кивнула Абби.

Уточнять, что именно она слышала, не было смысла – всё равно до объяснений Кассандра не снизойдёт. Абби знала это так же хорошо, как и то, что Кейси не скажет, кто такой Финн.

Кассандра слегка оттолкнулась от земли – и качели пришли в едва заметное движение. Абби повернулась к ней и увидела, что Кейси о чём-то сильно задумалась.

– Да, нашему Финну не повезло, – пробормотала она. – Хотелось бы, чтобы всем остальным повезло больше.

– Чт… – начала было Абби, но осеклась, внезапно поняв, что не хочет знать, что Кейси имеет в виду. Её слова звучали жутко и горько, будто она уверена, что их всех ожидает точно такая же участь, как и несчастного Финна, кем бы он ни был. Внезапно вспомнилась фраза Гвендолин о нехорошем предчувствии, брошенная в страхе перед отъездом, и Абби стало совсем уж не по себе.

Кассандра покосилась на неё, вздохнула и поднялась с качелей:

– Пошли. Сегодня нам нельзя пропадать из виду.

Абби послушно встала и направилась к приюту. Подавленная событиями этого дня, она не хотела обсуждать мистера Брауна, директрису, которая сегодня была слаще мёда, пытаясь произвести на Энди положительное впечатление, и даже планы относительно заброшенной библиотеки. «Когда уже этот дурацкий день закончится?!» – подумала Абби и мрачно взглянула на их обиталище, показавшееся ей ещё старше и страшнее, чем обычно. И тут её внимание привлёк тёмный силуэт в окне директорского кабинета: оттуда, из темноты, за ними внимательно наблюдала миссис Мэдисон.

8

День 7-й

Этой ночью Бекки Флорес ночевала наверху вместе с Абби и Кассандрой. Абби положила девочку рядом с собой и удивилась, как быстро та заснула – даже не пришлось рассказывать ей сказку перед сном. Кейси была не слишком довольна появлением в комнате второй соседки – это хорошо было видно по её лицу, – но Абби твёрдо решила оставить Бекки здесь вплоть до окончания ремонта. Она дала Гвендолин обещание и не собиралась нарушать его, несмотря ни на что. Однако написать Гвен тем же вечером Абби не решилась, представив, как миссис Мэдисон перехватывает послание и узнает, что Абби и Кассандра накануне влезли в библиотеку. От этих мыслей сердце Абби холодело от ужаса, поэтому с письмом было решено повременить, и остаток вечера ушёл на обсуждение предстоящей вылазки.

Ночью Абби спала крепко, без кошмаров, а проснувшись рано утром, почувствовала себя полной сил.

– Бекс, вставай! Идём умываться и завтракать!

Девочки принялись с энтузиазмом собираться. Кассандра и Абби то и дело переглядывались, с нетерпением ожидая момента, когда они вернутся в закрытое крыло.

Кассандра была решительно настроена провести этот день с пользой, и всякое упоминание библиотеки, о которой они говорили намёками из-за развесившей уши Бекки, заставляло её глаза блестеть в предвкушении. Чтобы волосы не мешали при уборке, Кейси заплела их в длинную косу, после чего спустилась вниз, не дожидаясь замешкавшихся девочек. Абби решила её не удерживать, но торопиться вдогонку тоже не стала и, аккуратно причесав Бекки, отпустила её перед завтраком поиграть во дворе. Пока за окном сухо, нужно проводить на улице каждую свободную минуту. Не за горами лето, начало которого всегда сопровождалось затяжными дождями, и они все ещё успеют насидеться в доме. Абби и сама хотела выйти на крыльцо, но в гостевой комнате её уже поджидала Кассандра:

– Нам нужны ведро и тряпки. Может, скажешь, где их взять?

– В подвале. Там полно всякого барахла для уборки. – Абби посмотрела на лицо Кассандры и догадалась: – Рабочие уже спустились туда, верно?

– Верно, – процедила Кейси сквозь зубы, – и не одни. Миссис Мэдисон пошла с ними.

– Что ж, значит, уборка отменяется.

Жаль, конечно, что им не удастся вдоволь насладиться пребыванием в закрытом крыле. Многолетняя грязь и слои паутины делали своё дело, и обратно они вернутся все в пыли, словно разбойники с большой дороги. Миссис Мэдисон сразу же поймёт, где их носило, и тогда расправы не избежать.

В прошлый раз девочки ничего там не трогали, и всё равно по возвращении им пришлось долго счищать с одежды паутину, в которую они влезли при входе в библиотеку.

– Ты заметила, – спросила тогда Кассандра, – сколько там пыли? Будто веками никого не было.

– Да, это странно, – согласилась Абби.

Кассандра тяжело вздохнула:

– Сперва нужно там всё отмыть. Но ничего, мы быстро справимся!

Сейчас, правда, уверенности в этом сильно поубавилось. Возможно, решила Абби, это и к лучшему, что они не пойдут в закрытое крыло. Приглашение, обрушившееся на Гвендолин как снег на голову, и её скорый отъезд невзирая ни на что выбили директрису из колеи. Она в одночасье лишилась личной уборщицы и прачки в одном лице – ведь твердолобую Лорейн не удастся так быстро натаскать на эту работу. Вчера, после того как Энди уехал, старуха превратилась в настоящую фурию и довела до слёз всех взрослых, кроме мистера Брауна, но он, наверное, просто не умел плакать. Досталось даже рабочим, которые после появления в комнатах миссис Мэдисон перестали смеяться и сосредоточенно стучали молотками весь остаток дня. Абби была уверена, что миссис Мэдисон и сегодня будет рыскать по дому, словно голодный волк в лесу, в поисках того, на ком можно выместить злость.

Абби как раз повернулась к Кассандре, чтобы сказать ей об этом, и увидела, что та деловито закатывает рукава куртки:

– Что ты собираешься делать?

– Пойду в подвал за ведром. Я не дам старухе разрушить наши планы.

Абби потрясённо уставилась на неё, а затем выпалила:

– Ты что, с ума сошла?! Она же тебя увидит!

Кейси решительно взяла Абби за плечи и заглянула ей в глаза:

– Предоставь это мне.

– Ну уж нет! Это безумие!

Но Кассандра была уже на полпути к подвалу.

– Иди завтракать, Абби, – бросила она через плечо, ухмыльнувшись. – Если кто спросит – скажи, я ещё сплю.

Естественно, завтракать Абби не пошла. Она отвлеклась, чтобы позвать Бекки в дом и отправить её в сторону столовой, а потом подошла к полуоткрытой двери, из-за которой несло сыростью. Из недр подвала раздавались еле слышные голоса, но Кассандры не было видно. Абби остановилась у входа и стала ждать, грызя ногти и всматриваясь в густую темноту.

Кейси бесстрашно кралась по ступенькам, не спуская глаз с троицы в противоположном конце помещения. Рабочие и директриса стояли к ней спиной, склонившись у громоздкого старого котла, словно в мольбе перед суровым божеством. Но потом один из рабочих указал на что-то рукой и произнёс:

– Видите? Это никуда не годится. Вон с тем клапаном тоже беда. Если заменим их, ваш парень, дай бог, ещё год протянет.

– Год? – холодно переспросила миссис Мэдисон. – Вы, видимо, не совсем меня поняли, джентльмены. Он не должен протягивать – он должен работать. Всё время.

– Это вы не совсем поняли, мэм, – проворчал другой рабочий, теряя терпение. – Даже когда мы заменим эти детали, будет чудо, если он вообще заработает. Тут нет гарантии – одна надежда.

– Что это значит?! – взорвалась директриса. – Мне нужен работающий котёл!

– Тогда купите новый, а этот отвезите на свалку.

– Я этого не сделаю…

Кассандра перестала вслушиваться в разговор и огляделась в тусклом свете одной-единственной лампочки под потолком. Просторное помещение было заставлено и завалено разным хламом: столы, сломанные стулья, вешалки для одежды, предметы интерьера, стопки газет и прочее – всё это громоздилось вдоль стен, наполовину скрытое темнотой. Под крошечным слуховым окошком Кейси заметила бурый матрас, лежащий прямо на полу. Очевидно, на нём спали наказанные дети. Рядом стоял пыльный поднос с железной посудой, почерневшей от грязи. Кейси скривилась от отвращения и отвернулась. Подумать только: стоит директрисе обернуться – и она, Кассандра, наверняка проведёт на этом матрасе несколько ночей. Она насторожённо уставилась на старуху.

Но миссис Мэдисон в этот момент не интересовало ничего, кроме как доказать двум уставшим рабочим её правоту. Впрочем, мастера были слишком упрямы, чтобы сдаться так быстро – с начала ремонта прошло всего несколько дней. Кассандра улучила момент, пока все трое снова склонятся над котлом, и юркнула в густую тень подвала. Её сердце гулко стучало, а мозг лихорадочно работал. Авантюра Кассандры могла закончиться очень плохо, но в этом и была её прелесть. Ни с чем не сравнимые ощущения будоражили кровь, и Кейси то и дело замирала, осознавая собственную дерзость, но потом брала себя в руки и продолжала поиски.

«Они даже не заметят. Я очень аккуратная», – подбадривала она себя, бесшумно пробираясь между грудами вещей. Вскоре Кассандра остановилась, чтобы перевести дух и оглядеться. Взрослые продолжали спорить у неработающего котла. Она завертелась на месте, стремясь разглядеть хоть что-то похожее на ведро, но вместо этого глаза наткнулись на плюшевого медвежонка, валяющегося поверх кучи вещей, накрытых саржей. Кассандра взяла игрушку и с удивлением заметила, что медведь совсем новый.

«Как он здесь оказался?» – подумала она – и только тут увидела, что рядом с медведем стоят несколько корзин, набитых игрушками. Очевидно, добросердечные люди присылали в приют подарки для детей, но миссис Мэдисон по какой-то причине прятала их в подвале.

«До чего мерзкая старуха!» – пронеслось в голове Кейси. Она с омерзением покосилась на директрису, которая, к счастью, этого не увидела, а затем наклонила медвежонка, чтобы получше рассмотреть его в тусклом свете. Может, забрать его для Бекки? Вряд ли она когда-нибудь видела новые игрушки. Но тут, к ужасу Кассандры, внутри медведя что-то щёлкнуло, и он издал негромкий протяжный звук, имитирующий рёв настоящего животного. В другом углу подвала воцарилась тишина. Кассандра мгновенно присела на корточки, отшвырнув игрушку и проклиная собственную глупость.

– Что это там за шум? – донёсся до неё подозрительный голос одного из рабочих. – Слыхал, Стив?

– Слыхал, – отозвался второй, а затем спросил с плохо скрываемым восторгом: – А вдруг это привидения?

– Не говорите ерунды! – разозлилась миссис Мэдисон. – Вам что, десять?

Кассандра стиснула зубы и зажмурилась. Не хватает ещё, чтобы они пришли проверить, что это было, и впотьмах наткнулись на неё. Она уже была готова забиться под какую-нибудь вещь, если вдруг они и впрямь направятся сюда. Но взрослые снова вернулись к обсуждению котла, списав непонятный звук на крысиную возню. Кассандра перевела дух, открыла глаза и огляделась. Темнота вокруг не была непроглядной, как ей показалось вначале. Вскоре среди составленного хлама и поломанных вещей она заметила то, что искала. Хозяйственный инвентарь находился у самой лестницы, чтобы за ним не нужно было далеко ходить. Разнообразные вёдра, швабры, мётлы, садовые лопаты, торчащие в разные стороны точно лапы гигантского мёртвого насекомого, – всё это валялось в одной куче. Кассандра подкралась к вёдрам и, недолго думая, осторожно вытащила верхнее. Оно оказалось меньше, чем ей хотелось, зато у него было целое дно и крепкая ручка. Прижав к себе ведро, Кассандра рысцой побежала к лестнице. Азарт сменился нетерпением, особенно когда наверху в дверном проёме она увидела Абби, пританцовывающую на месте от затянувшегося ожидания. Кассандра помчалась по ступенькам, не глядя под ноги. Шум, который она подняла при этом, снова привлёк внимание рабочих, но ей удалось выскочить из подвала прежде, чем кто-то из них успел оглянуться.

Стив долго всматривался в темноту позади себя, а затем повернулся к директрисе:

– У вас точно нет привидений?

– Нет, – сухо ответила миссис Мэдисон. Она посмотрела на лестницу, где к этому моменту уже никого не было, и добавила: – Только дети.

* * *

Увидев Кассандру, Абби едва не рухнула на пол от облегчения:

– Почему так долго, господи! У меня сердце в пятки ушло!

– Там было очень темно. Я чуть не попалась. Идём! – Кассандра потянула её к учебному коридору, но Абби не умолкала:

– Тебя заметили? Только не говори, что заметили!

– Нет, не заметили. Просто… это всё из-за медведя!

Абби вытаращила глаза:

– Какого ещё медведя?!

– Долгая история. Я нашла игрушку и хотела взять её для Бетти…

– Её зовут Бекки, – поправила Абби.

– Не важно. В общем, этот медведь оказался музыкальным.

Абби не смогла сдержать смешок.

– Не смешно, – хмуро бросила Кассандра.

– Ну да. А где же медведь?

– Остался в подвале.

– Почему? Ты ведь хотела забрать его для…

– Я помню, что хотела, – резко прервала Кейси. – Как думаешь, у нас найдётся объяснение, как эта игрушка оказалась у Бетти?

– Бекки.

– Да-да, Бекки. Но суть не в этом, а в том, что если старуха увидит этого медведя у Бекки, – имя девочки Кассандра произнесла с нажимом, – то сидеть нам с тобой в подвале до конца дней! Тут даже Энди не поможет. – Кассандра остановилась и вздохнула. – Уж лучше я останусь бессердечной эгоисткой. Серьёзно. Благотворительность – не самая сильная моя сторона.

– Но ты всё равно попыталась, – заметила Абби, а затем указала вниз, – и у нас теперь есть ведро.

Кассандра внимательно посмотрела на Абби и улыбнулась:

– И то верно. Ну, вперёд!

Поскольку занятий сегодня не было, девочки сразу приступили к делу. На тряпки было решено пустить одну из трёх футболок Абби, самую линялую и растянутую, которую Абби уже не носила. Она без сожаления принялась кромсать её, подумав, что две оставшиеся футболки не слишком сильно отличаются от этой. Ведро девочки наполнили водой заранее и оставили в тёмном углу прямо у гобелена, прикрывающего дверь в закрытое крыло. Когда с футболкой было покончено и карманы оказались набиты тряпками, Абби и Кассандра на цыпочках спустились вниз и прокрались мимо игровой, откуда доносился горячий спор Энн Бридж, Лорейн Паркер и Маркуса Беллмена – наверное, опять не могли поделить игрушки. К счастью, никто из детей не заметил девочек, и они без приключений добрались до заветной комнаты.

Библиотека встретила гостей тишиной и спокойствием, а обилие книг снова вызвало у них вздох потрясения. Абби сочла это забавным: интересно, они каждый раз будут удивляться так, будто оказались здесь впервые?

Кассандра грохнула ведром о грязный пол и деловито закатала рукава куртки.

– Пора начинать. Ты только взгляни на это! – Она повела рукой в направлении бесчисленных книжных стеллажей. – Это всё наше! И всё это нам надо отмыть!

Абби, оглушённая энтузиазмом соседки, с сомнением огляделась. В глубине души она до сих пор жалела, что так и не успела рассказать Гвендолин о библиотеке, и хотя Гвен наверняка рухнула бы в обморок, девушка имела полное право знать об этом. Впрочем, как и все остальные. Абби покосилась на Кассандру, прикидывая, как та отнесётся к предложению показать это место детям, но, увидев счастливое выражение её лица, решила не портить настроение и отложить разговор на потом.

Девочки приступили к уборке, и вскоре Абби поняла, что за один день они не справятся. На метлу, которую они прихватили с собой из кухни, уже через несколько минут намоталось целое облако паутины, а тряпки и вода в ведре почти сразу стали бурыми от грязи. До наступления вечера девочки успели убраться лишь в читальной секции, где стояли три редких ряда столов, громоздкая администраторская стойка и два кресла с журнальным столиком между ними. К стеллажам с книгами они даже не притронулись.

– Я всё, – выдохнула Абби. – Если мы сейчас не остановимся, то потом тебе придётся тащить меня до самой кровати.

Кассандра со вздохом привалилась к стене.

– Ладно, – согласилась она. – Кажется, я недооценила площадь библиотеки. Остальное закончим завтра.

Абби лишь хмыкнула в ответ. Завтра, как же. Потребуется месяц, чтобы навести здесь порядок!

Увидев её реакцию, Кассандра насупилась:

– Я серьёзно. Смотри, осталось только протереть полки. Это самое лёгкое! – Она подошла к громоздкому деревянному стеллажу и провела пальцем по слою пыли, чтобы показать Абби.

– Да, но тут больше двадцати огромных шкафов, Кейси.

– Мы справимся. Просто в следующий раз надо прийти пораньше.

У Абби не осталось сил с ней спорить. Отвернувшись, она молча уставилась в окно, где за буйной зеленью заброшенной оранжереи проглядывал алый закат. В этот момент прозвучал едва различимый звон колокольчика – сигнал к ужину. Девочки решили воспользоваться моментом и вернуться в жилое крыло, пока все будут в столовой. Они взяли ведро и потащили его к одному из арочных окон, через которое в библиотеку пробрался плющ. Подождав, пока Кассандра залезет на резной карниз под окнами, Абби с трудом протянула ей ведро, едва не вылив его содержимое себе на голову, и вскарабкалась следом. Оранжерея давно заросла колючим тёрном, который погубил все остальные растения, и с застеклённого потолка и металлических балок свисало лишь несколько полусухих лиан. Абби быстро огляделась, но это место не показалось ей знакомым. Кассандра выплеснула воду в куст, росший под окном.

– Наверняка когда-то здесь было очень красиво, – тихо сказала она, глядя на множество стоящих тут и там горшков с засохшими цветами.

– Наверное, – неуверенно согласилась Абби.

– И откуда только взялось это чудовище? – Кейси снова оглядела кустарник, который занял почти всё пространство оранжереи и загородил все выходы из неё.

Абби вспомнила, что изредка отважная Мерси наведывалась сюда со стороны улицы: она собирала плоды и листья тёрна на компот или отвар с ветвей, торчащих наружу из рам оранжереи, но остальные старались обходить это место стороной.

– Не иначе как проделки ведьмы, – пробормотала Кассандра.

Абби вскинула брови:

– Ведьмы? Какой ещё ведьмы?

Кейси сделала вид, что не услышала её:

– Сейчас, погоди-ка. – Она достала из кармана мятый носовой платок, разгладила его и, отломив несколько мелких веточек и шипов, до которых могла дотянуться, сложила их в платок, аккуратно завернула и спрятала обратно в карман.

– Что ты делаешь? – спросила неутомимая Абби.

– Ничего особенного, – отмахнулась Кейси и спрыгнула с карниза. – Всё, идём!

Они пошли в игровую и уселись как ни в чём не бывало, словно провели там весь день, увлечённые незамысловатыми играми. По возвращении из столовой никто даже не удивился их внезапному появлению, только Маркус почему-то надулся и ушёл подальше от всех заниматься своим излюбленным делом – смотреть в окно. Абби, заметив это, подошла и встала рядом с ним. С полей дул прохладный вечерний ветерок, а на тёмно-синем небе одна за одной зажигались далёкие звёзды.

– Привет, Маркус. Как прошёл день? – беспечно поинтересовалась Абби.

– Как и все дни до этого, – по обыкновению дёрнув плечами, пробурчал он и покосился на неё: – А у тебя разве по-другому?

Абби замешкалась с ответом, но Маркус уже отвернулся.

– Днём, пока никого не было, мы решили сыграть в «Угадай предмет». Впервые после отъезда Мэнникса, – сказал он и добавил: – Тебя не хватало.

У Абби засосало под ложечкой. Она сразу же поняла, к чему он клонит. Со дня приезда Кассандры Абби совсем забросила друзей и почти всё время проводила со своей новой соседкой. И если остальные смогли это пережить, то по отношению к Маркусу это было несправедливо.

– Мне жаль, – пробормотала Абби, поглядев на Кассандру, которая сидела и довольно мирно общалась с Лорейн Паркер.

– А мне нет, – ответил Маркус. – Я понимаю, что так, как было прежде, уже никогда не будет. – И он с тоской посмотрел в тёмное небо.

Внезапно Абби осознала, что в эту минуту он вспоминает Саймона. Маркус всё ещё скучал по её неугомонному брату. Он не говорил этого вслух, но иногда, разговаривая с ним, Абби казалось, что они стоят втроём, как раньше, и обсуждают всякие глупости. Вслед за Маркусом она перевела взгляд на тонкий месяц, сияющий над домом, и подумала, что Саймон обязательно выложил бы другу, где пропадал целый день. Она должна поступить так же, что бы там ни говорила Кассандра. Это будет правильно. Абби шумно выдохнула и, сжав в кармане ключ от библиотеки, дёрнула Маркуса за рукав кофты.

– Послушай, – неуверенный поначалу, её голос креп с каждым словом, – мне нужно тебе кое-что рассказать.

9

День 6-й

Время близилось к полуночи, и весь дом накрыла тишина. Абби и Кейси, однако, ложиться не торопились. Они сидели в темноте, и лишь льющийся в окно лунный свет обозначал их силуэты. Бекки Флорес вздумала заночевать внизу вместе с Энн, потому что та сегодня прониклась заботой о маленькой воспитаннице. Воспользовавшись этим, Абби и Кейси устроились друг напротив друга, каждая на своей кровати, и продолжили спор:

– Абби, это безрассудство! Нет, так нельзя.

– А что в этом такого? Мы покажем библиотеку всего одному человеку! Маркус никому о ней не расскажет. Тем более что он любит читать.

– Да мне-то что! – в негодовании зашипела Кассандра. – Он начнёт ходить туда без нас, и его точно застукают! А если мы будем ходить все вместе, то я уже не смогу чувствовать там себя свободно.

– Свободно? – Абби в замешательстве наморщила лоб. – Кейси, но это ведь была общая библиотека. Она рассчитана на большое количество людей.

– Да, но миссис Мэдисон её закрыла. Те, кто о ней знал, давно про неё забыли, а для остальных её вообще не существует! Сегодня мы расскажем о библиотеке Маркусу, завтра ещё кто-нибудь случайно о ней узнает, а затем будет в курсе весь приют!

Абби чуть не ляпнула, что она уже рассказала об этом Маркусу, но вовремя прикусила язык – слишком рано озвучивать эту новость. Для начала Кассандра должна с ней согласиться.

– Не успели мы найти библиотеку – как нужно сделать её достоянием общественности! – ворчала тем временем Кассандра. – Это всё равно что прямо сейчас пойти и рассказать всё Мэдисон.

– Маркус не расскажет Мэдисон, – примирительно ответила Абби. – Я уверена, что он будет молчать. Тем более что он был лучшим другом Саймона.

– А Мерси варит хороший компот, – парировала Кассандра, но, не услышав ответа, вздохнула: – Ладно, обсудим это завтра.

Абби, обрадовавшись, заёрзала на кровати. Завтра Кассандра наверняка уступит, раз сегодня уже начала сдаваться. Пора спать. Абби зевнула, предвкушая крепкий сон, и поднялась, чтобы задёрнуть полупрозрачные персиковые шторы и расстелить постель. Подойдя к окну, она выглянула во двор – и застыла на месте. Кассандра недоумённо посмотрела на неё:

– Что такое?

– Подойди, – еле слышно произнесла Абби.

Через мгновение Кассандра стояла рядом и вглядывалась в темноту. Неподалёку от дома виднелся женский силуэт. Женщина стояла без движения и, казалось, просто смотрела куда-то за холмы. Луна лила на неё свой бледный свет, освещая старомодный наряд и тугой пучок волос на затылке.

– Это что, Мэдисон? – спросила Кассандра. – Что она там делает?

– Просто стоит и ждёт. – Абби попыталась всмотреться в даль, но холмы были слишком тёмными.

Девочки переглянулись. Абби почувствовала, как по спине предательски побежали мурашки. Ей совершенно не хотелось выяснять, чего или кого ждёт директриса, стоя в ночи. Она повернулась к Кассандре, чтобы сказать это и пойти спать, как вдруг Кейси воскликнула:

– Смотри, смотри!

Абби тут же приникла к окну. Директриса вытянула перед собой руку ладонью вверх, а затем согнула её в локте, словно подзывая кого-то. Этот медленный и плавный жест повторился несколько раз. Абби содрогнулась.

– Кого она зовёт? – раздался над ухом горячий шёпот Кассандры. – В той стороне город, но до него слишком далеко.

– Ещё там есть дом миссис Бенфорд, – машинально ответила Абби, немного придя в себя.

Кассандра вгляделась в тёмные холмы и вереницу фонарей над пустынной дорогой, часть которой была видна из окна.

– Я никого там не вижу, – прошептала она. – И её никто не увидит – она же стоит в темноте. Если только…

Внезапно миссис Мэдисон оглянулась и, словно услышав нервное перешёптывание девочек, посмотрела на их окно. С тихим «ой!» обе, отпрянув, скрылись в глубине комнаты. Сердце Абби пустилось вскачь, и она застыла посередине в полной растерянности, чувствуя, как её накрывает паника. Кассандра тем временем ринулась к двери и заперла её на замок. Так же как и в первую ночь, она подпёрла дверную ручку спинкой стула, а затем осторожно выглянула в окно.

– Её нет, – еле слышно прошептала она. – Наверное, пошла в дом.

Абби заставила себя сдвинуться с места, подошла к окну и почти по пояс высунулась наружу, чтобы увидеть парадную дверь. Там никого не было – зато за углом дома мелькнул подол юбки. Абби испуганно посмотрела на Кассандру, и та всё поняла без слов.

– Не шуми, – предупредила она.

В наступившей тишине из глубины коридора донёсся глухой удар, будто кто-то рухнул на пол, а затем раздался гулкий звук шагов, приближающихся к комнате девочек. Звук шёл слева, словно миссис Мэдисон секунду назад была в собственной спальне, а не стояла в траве снаружи дома. У самой двери шаги стихли. Абби застыла на месте от ужаса, а Кассандра не сводила глаз с дверной ручки. Некоторое время ничего не происходило, а затем ручка начала медленно поворачиваться. Абби тихо пискнула и зажала рот рукой. Замок щёлкнул, но дверь не открылась. Мистер Браун поработал на совесть. Ручка повернулась снова. Затем ещё раз и ещё, а потом задёргалась с неимоверной быстротой. Стул сотрясался от этих рывков, но Кассандра подскочила к двери и навалилась на него.

– Девочки, – нараспев раздалось из коридора, – я знаю, что вы не спите, откройте мне.

Кассандра оглянулась на Абби. Даже в полумраке было видно, что та бледна как снег. Скоро возня в коридоре стихла. Видимо, миссис Мэдисон поняла, что никто не собирается ей открывать, и успокоилась. Однако удаляющихся шагов девочки не слышали, и в голове Абби мелькнула мысль, что Мэдисон стоит, приложив ухо к двери. От этой картины волосы на голове встали дыбом. Кассандра отступила на пару шагов и огляделась в попытке отыскать что-то, чем можно будет защититься. В комнате не оказалось ничего опаснее канцелярского ножа, которым она несколько дней назад вскрыла конверт с письмом. Помедлив, Кейси схватила его со стола и вновь повернулась к двери. В этот самый момент ручка снова дёрнулась пару раз, а потом раздалось злобное бормотание на непонятном языке.

Кассандра почувствовала, что ладонь, сжимающая нож, вспотела, и она вновь украдкой взглянула на Абби. Та была скорее мертва, чем жива: она застыла словно восковая статуя, зажав рот ладонями и не сводя глаз с двери. Но, слыша бешеный стук своего сердца, она была уверена, что его слышит и миссис Мэдисон – и знает, что они не спят и хотят, чтобы она поскорее убралась отсюда. Директриса постояла у двери ещё минуту, а затем зашагала к себе, продолжая бормотать что-то неразборчивое.

Услышав удаляющиеся шаги, девочки с облегчением выдохнули. Кассандра отложила нож и только сейчас осознала, насколько холодные у неё руки.

– Вот это да, – прошептала она, чувствуя, как её потряхивает от случившегося.

Абби наконец пришла в себя и, доковыляв на негнущихся ногах до своей кровати, села на неё и обхватила голову руками:

– Что с ней такое? Зачем мы ей понадобились?

Кассандра кусала губу, придумывая наиболее правдоподобный ответ.

– Я думаю, что миссис Мэдисон серьёзно больна. Чем-то вроде душевного расстройства, – осторожно предположила она.

Это показалось Абби логичным и немного рассеяло страх от этого жуткого происшествия. Внезапно она почувствовала дикую усталость. Нынешний день, наполненный событиями, никак не заканчивался.

– Нам нужно поспать, – Кассандра всё ещё говорила шёпотом.

Абби, мозг которой радостно согласился с этим, всё же засомневалась:

– А вдруг она снова явится?

– Пускай. Мы же не можем всю ночь караулить её под дверью. К тому же я уверена, что она больше не придёт.

– Почему?

Кассандра принялась расстилать постель:

– Будь у неё хоть малейший шанс сюда пробраться – она бы так быстро не ушла. Ложись.

* * *

Абби проворочалась до самого рассвета. Несколько раз она забывалась в беспокойной дрёме, но тут же ей слышался звук открываемого замка, и Абби подскакивала как ошпаренная.

Утро не принесло должного облегчения. Разбитая и опустошённая вчерашним днём и бессонной ночью, Абби кое-как поднялась с кровати и увидела, что дверь в комнату открыта настежь, а Кассандра сидит на полу и что-то пишет на косяке чёрным фломастером. Возле неё лежала открытая книга, и Кейси время от времени заглядывала туда, сверяясь с написанным. Абби разглядела, что весь дверной проём снизу доверху изрисован странными символами. Издали на тёмной деревянной поверхности их совершенно не было заметно.

– Что это? – громко спросила она. Все эти странности начинали её раздражать.

– Ничего особенного, – пожала плечами Кассандра, закрыла книгу и поднялась на ноги. – Просто с этими штуками нам будет спокойнее.

– Это тоже какая-то защита?

– Вроде того, – прозвучал уклончивый ответ.

Абби с минуту пристально смотрела на Кейси, а потом молча вышла из комнаты. Она нутром чувствовала, что символы на входе напрямую связаны с ночным визитом миссис Мэдисон. Но зачем Кейси понадобилось их рисовать, если она считает директрису душевнобольной? Каким образом они могут помочь им? Как это вообще может сработать? Ответов не было, а человек, который мог что-то объяснить, отказывался это делать.

Абби полностью погрузилась в мрачные мысли, но, проходя мимо спальни девочек, заметила Бекки, которая сидела у порога. Абби приблизилась и увидела в руках у малышки знакомый чёрный мешочек, из которого та вытряхивала последние крупицы костной муки и соли в щель между досками. Абби склонилась над девочкой и прошептала:

– Что ты тут делаешь?

Бекки подняла белокурую головку и с серьёзным видом сказала:

– Кассандра велела мне так сделать, пока остальные спят. Я уже почти закончила. И там тоже. – Она показала на соседнюю кладовую, где жили мальчики.

Абби разогнулась и медленно провела ладонью по лбу. Бросив ещё один мимолётный взгляд на Бекки, она увидела на запястье девочки затейливо связанный браслет из маленьких терновых веточек.

– Это тебе тоже дала Кассандра? – спросила Абби, уже зная ответ.

– Да, – с довольным видом ответила Бекки, – и сказала ни за что не снимать.

Абби почувствовала дурноту. Это какое-то помешательство. Мечтая убраться подальше от всего, что связано с тайнами Кейси, она поспешила на кухню, откуда уже доносился звон кастрюль. Но Мерси была страшно занята, и Абби пришлось уйти ни с чем. Она побрела в гостевую комнату, окутанную этим пасмурным утром призрачным синим светом, и долго стояла возле информационного стенда, уставившись пустым взглядом на четыре зачёркнутые строчки, где от яростного нажима на карандаш прорвалась бумага. В какой-то момент внутри неё что-то надломилось. Взвизгнув, Абби схватила с журнального столика тяжёлую гипсовую статуэтку и запустила её через всю комнату. Статуэтка, вылетела в коридор, с грохотом разбилась о стену, а Абби, разодрав в клочья несколько пыльных журналов, которые валялись без дела не один год, отправилась к себе, чтобы излить оставшуюся злость в подушку. Она ничком повалилась на кровать, прекрасно зная, что позже ей придётся спуститься и убрать за собой беспорядок, который учинила.

В комнате было душно – духота проникла с улицы в открытое окно и теперь липла к телу. Абби бросила раздражённый взгляд на подоконник и вдруг увидела мелкую цепочку рун, написанных чёрным фломастером и тянущихся вдоль всей оконной рамы в довершение к белой полосе, оставленной несколько дней назад. С тихим стоном она отвернулась к стене.

Вскоре в комнату вернулась Кассандра. Она была бодрой и напевала себе под нос весёлую песенку. Услышав её шаги, Абби села на кровати и безжизненным голосом сообщила:

– Маркус Беллмен знает о библиотеке.

– Какая чудная новость, – тут же откликнулась Кассандра. Она сняла с плеча полотенце и швырнула его на заправленную постель. – А почему же только один Маркус Беллмен?

Абби пропустила колкость мимо ушей:

– Я рассказала ему вчера, ещё до нашего с тобой разговора.

Кейси шумно вздохнула и покачала головой. Её подбородок дрогнул. Абби приготовилась к её крику, но его не последовало. Кассандра взяла себя в руки, села на кровать и спокойно сказала:

– Ну и зря. Поверь мне, скоро ты в этом убедишься.

Абби вспыхнула:

– Откуда тебе знать?

– Потому что Маркус болван!

– Зачем ты так? Вот как ты думаешь обо всех нас на самом деле! Все кругом болваны и недоумки? Я, по-твоему, тоже, да?

– При чём тут… Слушай, я не считаю всех вокруг болванами, – попыталась объяснить Кассандра. – Я лишь говорю, что рассказывать о библиотеке – плохая идея. Миссис Мэдисон не в себе. Она может… плохо отреагировать, если узнает, что мы без спроса туда ходим.

Но эти убедительные доводы не возымели эффекта. Абби словно ничего не слышала:

– Ты действительно считаешь меня глупой? Думаешь, я поверю, будто недуг миссис Мэдисон лечится надписями на дверях и терновыми украшениями?

Кейси с минуту глядела на соседку, а затем упрямо сжала губы.

– Абби, я правда не могу тебе рассказать всего. Это будет звучать неправдоподобно. Могу лишь сказать, что я тоже считаю, что с пропавшими ребятами случилось что-то плохое. И дело не только в них – здесь вообще творится нечто непонятное.

– С тех пор как ты сюда приехала, – буркнула Абби.

Кровать под Кассандрой скрипнула.

– Ты о чём? – напряжённо спросила она.

Абби рывком села и внимательно посмотрела на Кейси:

– О том, что странности здесь начались после твоего появления.

– Ты что, обвиняешь меня в их исчезновении? – звенящим голосом произнесла Кассандра.

– Не обвиняю, но это и впрямь выглядит подозрительно!

– Да что ты вообще обо мне знаешь! – Кассандра в бешенстве вскочила с кровати. – Ты же понятия не имеешь, кто я, откуда приехала и что со мной произошло. У тебя нет никакого права обвинять меня в таких вещах!

– Может быть, я знала бы о тебе больше, если бы ты не отмалчивалась и умела доверять!

Кассандра замерла на секунду, за которую Абби успела пожалеть о своих словах. А затем она вскинула голову и направилась к двери:

– Я не собираюсь продолжать этот абсурдный разговор. Всего доброго, Абернети!

Дверь оглушительно хлопнула. Абби откинулась на подушку и закрыла глаза. Удивительно, но после ссоры вся злость куда-то исчезла. Голова наконец прояснилась, и даже улучшилось настроение. Абби и сама не поняла, зачем завела этот разговор, – ведь она вовсе не считала Кейси виноватой в исчезновении детей. Да, возможно, её приезд совпал с началом этих таинственных событий – но на кой Кассандре сдались трое хулиганов и самая вредная девчонка в приюте? К тому же, хоть Кейси и окружала себя ореолом загадочности, всё же во всём остальном она была безобидна. Все её мысли были заняты совершенно другими вещами, и только безумный блеск в глазах говорил о её тяге к запретному. Совсем как у Саймона.

Полежав ещё немного, Абби поднялась с кровати и побрела вниз, чтобы убрать беспорядок. В уборной она отыскала видавший виды веник и вошла в гостевую комнату. В прихожей у входной двери она заметила Кассандру, которая возилась с ботинками. Абби уже хотела подойти к ней и извиниться, но тут, переваливаясь с ноги на ногу словно гусь и мусоля во рту зубочистку, в комнату вошёл мистер Браун. В руках он сжимал свежую газету. Подойдя к Кассандре и нависнув над ней своим пузом, он толкнул её в плечо. Кассандра подняла голову и свирепо посмотрела на него, но мистер Браун не испугался, а сунул ей газету, и пока она раздражённо листала её, пытаясь понять, чего он от неё хочет, мистер Браун огляделся. Его мутные глаза оглядели беспорядок и остановились на Абби.

– Да знаю я! Сейчас уберу, – сердито пробурчала та.

Но едва она склонилась над осколками, как сзади раздался громкий возглас:

– Это неправда! Нет-нет, это невозможно!

Абби обернулась. Кассандра выронила газету и бросилась вон из дома. С мягким шелестом газета упала на пол и раскрылась на странице, где крупным шрифтом было напечатано: «АВАРИЯ НА СТАРОМ ШОССЕ». Ниже шли две фотографии. На одной была запечатлена искорёженная машина, а рядом – фото погибшего водителя. У Абби перехватило дыхание, когда она разглядела лицо этого человека. С фотографии широко улыбался Энди Рот.

10

День 5-й

Шоссе номер четыре никогда не было оживлённым. Оно соединяло город лишь с тремя одинокими фермами, специальной школой, в стенах которой ныне располагался приют Мэдисон, и упиралось когда-то прямиком в обширное поместье одного богатого и влиятельного человека. Несколько лет назад в этих местах произошло сильное землетрясение, и оно стёрло с лица земли огромный старинный особняк, а заодно рассекло дорожное полотно, оставив в этих местах длинный рваный овраг как напоминание о своей разрушительной силе. Овраг быстро заполнился тёмными и холодными водами соседнего озера. Так появилась река Уэнси, огибающая приют с востока. Перекидывать через реку мост, чтобы соединить края повреждённой дороги, не стали, поскольку ездить по ней было уже некому, да и некуда – самое крупное поместье в округе сгинуло, словно его никогда не существовало. Вскоре после землетрясения в городе было решено проложить ещё одну трассу, севернее, и о старом шоссе вовсе забыли. Куском уцелевшей дороги пользовались лишь жители приюта и рабочие, которым тоже вот-вот предстояло забыть её навсегда.

Именно поэтому авария на старой трассе так взбудоражила город. О ней написали в каждой газете и ещё весь вечер крутили в новостях по местному каналу. Абби слышала это даже поздно вечером из телевизора, работающего у мистера Брауна, пока убирала в гостевой комнате. Подняв голову, она увидела, что мистер Браун пристально смотрит на неё, стоя у открытой двери своей каморки, будто собирается что-то сказать. С минуту они буравили друг друга взглядом, но потом Абби это надоело, и она снова склонилась над мусором.

Гибель Энди повергла Кассандру в сильную депрессию, она замкнулась в себе, не спустилась на обед и ужин и весь остаток дня пролежала на кровати, отвернувшись к стене. Она не пошла на урок истории и не отвечала заглядывавшим проведать её и выразить соболезнования. Ночью, когда все уже спали, Кассандра всё же встала попить воды, которую принесла ей Абби, но на следующее утро вновь отказалась подниматься.

Абби пыталась представить себе, что чувствует её соседка. Единственная ниточка, которая тянулась от приюта к друзьям Кассандры, теперь окончательно порвалась: ведь только Энди знал, где находится Кейси. В отличие от живущих в приюте детей, у Кассандры была не надежда, а твёрдая уверенность, что вскоре она отсюда уедет.

Но ей не суждено было долго тонуть в пучине отчаяния. Ведь её соседка Абби, как любила повторять Гвендолин, могла разговорить даже мертвеца. Абби не выносила долгого молчания, если находилась в комнате не одна. О ссоре, вспыхнувшей недавно, не было и речи, Абби делала всё возможное, чтобы растормошить соседку. Она пересказала Кейси все новости сегодняшнего утра, которых, к слову, было немало. Рабочие наконец закончили ремонт в комнате мальчиков, и те бросились туда со всех ног, но оказалось, что переселяться рано. Свежевыкрашенные стены ещё не просохли до конца, как и лак на новом дверном полотне. Страшно разочарованные, мальчики вернулись на занятия. Спальню девочек в скором времени тоже должны были привести в порядок, поэтому за обедом дети возбуждённо гудели словно встревоженный улей. Они обсуждали не только наполовину завершённый ремонт, но и ещё одно не менее будоражащее событие.

Этой ночью в приют приехала карета скорой помощи, чтобы забрать в городской госпиталь несчастного мистера Брауна. На рассвете он свалился со старой лестницы, той самой, по которой не так давно поднималась шайка Бобби, а вскоре после них отважились взобраться и Абби с Кейси. Что делал смотритель на этой лестнице, осталось невыясненным. Мистера Брауна не замечали рядом с ней с тех пор, как она официально была признана аварийной. Чинить её он наотрез отказался, а пользоваться ею, особенно находясь в привычном для него состоянии, не стал бы и под прицелом ружья. Миссис Мэдисон лично вызвала службу спасения, когда проснулась от шума. Неудивительно, что грохот разбудил её: ведь комната директрисы была ближе всех к старой лестнице. Абби видела, как хозяйка приюта говорила с медиками в коридоре, и их утверждение, что мистер Браун выживет и сможет вернуться через месяц, почему-то ввело её в ступор. Миссис Мэдисон безучастно пожелала мистеру Брауну, лежащему на носилках, скорейшего выздоровления и поспешила удалиться.

Из-за суматохи, поднявшейся ночью, никто не заметил исчезновения миссис Элридж, правда, оно никого особенно не волновало. Абби, случайно оказавшись рядом с комнатой учительницы, заметила валяющиеся на полу в коридоре её старомодные бигуди, раскатившиеся во все стороны в ожидании, когда кто-нибудь на них наступит. Но Абби не придала этому значения, и только мадам Доне с присущим ей беспокойством не побоялась спросить директрису, куда же делась миссис Элридж. Старуха долго вспоминала, о ком идёт речь, и сообщила, что дала учительнице расчёт. Это объяснение вызвало у мадам Доне больше вопросов, чем ответов, и она в смятении ушла в свою комнату.

Кассандра никак не отреагировала на все эти события, но Абби не сдавалась. В обед она принесла ей горячий бульон, а потом весь день просидела у неё над душой, убеждая по-прежнему молчавшую Кассандру, что они должны непременно навестить престарелую Амелию Бенфорд, ну или, на худой конец, прогуляться по округе. И если многочасовой поход к Амелии Бенфорд Кассандру не привлёк, то идея прогуляться, видимо, пришлась ей по душе. Она медленно поднялась с постели и проскрипела:

– Хочу на воздух.

Обрадованная Абби подскочила чуть ли не до потолка. Она уже начинала думать, что Кассандра никогда не заговорит. Поразмыслив, Абби решила сходить к тому самому глубокому оврагу, который остался после землетрясения, поэтому, выйдя на крыльцо, она пошла вдоль стены, чтобы обогнуть дом. Кассандра словно тень следовала за ней. Из открытых окон игровой комнаты донеслись голоса детей. Кажется, ребята учили Бекки считать.

– Будет пять! – раздался звонкий голосок Бекки.

– Нет, шесть. Джо, погляди. Шесть же? – это был Артур Бран.

– Здесь вообще восемь! Ты тупица!

– Сам ты тупица! Шесть!

– Заткнитесь уже, – сказал кто-то совсем близко.

Абби подняла глаза и увидела, что на окне сидит Энн Бридж и, зажав коленями любимую тряпичную куклу Мелиссы Уоррен, заплетает ей толстую косу. Энн смотрела на ребят и поэтому не заметила девочек снаружи дома.

Они повернули за угол и прошли мимо оранжереи, где царило буйство природы. Ещё день назад Кассандра живо интересовалась этим местом, но сейчас она даже не взглянула в ту сторону. Хотя Абби заметила, что Кейси стало лучше. Она уже не была так угрюма, как утром, и даже подставила лицо тёплому солнцу, время от времени показывающемуся из-за быстро плывущих по небу облаков.

Вскоре щиколотки начала цеплять некошеная альса, в избытке растущая с этой стороны дома. Девочки вышли за территорию приюта и пошли по мягкой траве, на которой можно было разглядеть крошечные лиловые соцветия. Мерси держала слово, и дети уже четыре дня пили отвар шиповника вместо привычного альсового чая. Чтобы скрыть это от миссис Мэдисон, кухарке пришлось пойти на всевозможные ухищрения, и директриса пока не замечала изменений.

Дойдя до возвышающегося над рекой обрыва, который возвышался над рекой, они остановились. Кассандра смело устроилась на кривом дереве, шершавый ствол которого навис прямо над пропастью. Его крона изогнулась кверху, словно вспомнив верное направление, и с того места, где сидела Кейси, открывался неплохой вид на окрестности. Абби же устроилась рядом прямо на краю обрыва, свесила ноги и сказала первое, что пришло в голову:

– Это дуб, кстати. Дерево, на котором ты сидишь.

Её слова повисли в воздухе. Абби прокашлялась и продолжила:

– Миссис Элридж говорила, что раньше на этом месте была дубовая роща, но землетрясение её уничтожило. Ещё она говорила, что роща была священная. Не знаю почему. Священная, и всё. А теперь остался только этот кривой дуб. Саймон тоже любил на нём сидеть.

Кассандра молчала.

– Вообще-то миссис Мэдисон не любит, когда мы уходим далеко от дома. Поэтому нам с Саймоном всегда влетает. Точнее… – Абби вздохнула. – Теперь я осталась одна, и влетает только мне. Остальные не очень любят гулять.

Внезапно Кассандра зашевелилась. Она повернулась к Абби и, поудобнее устроившись в ветвях дерева, тихо попросила:

– Расскажи, почему она выгнала твоего брата.

Абби вздрогнула. Просьба оказалась очень неожиданной и пугающей. Абби ни разу ни с кем не говорила об этом, даже с Маркусом. Шайка Бобби сперва пыталась её доставать, но они быстро забыли подробности того дня, а потом и само происшествие. Как и она сама. Но сейчас, после просьбы Кейси, воспоминания нахлынули словно морская волна. Абби насупилась и долго молчала, но затем подтянула колени к подбородку и собралась с духом.

– Потому что миссис Мэдисон в тот день проводила собрание на кухне и забыла в прихожей свои драгоценные ключи. Бобби Спенсер нашёл их и принёс к нам в игровую. Вместе со своей шайкой они решили открыть спальню миссис Мэдисон и посмотреть, что там такого, из-за чего она всегда закрывает её на ключ. Мы их отговаривали, но они, конечно же, не послушали и побежали наверх. И все отправились следом за ними – испуганные, но боявшиеся в этом признаться. У нас было жгучее желание хоть одним глазком увидеть её спальню. Помню, что собиралась только заглянуть в комнату и сразу же удрать оттуда. Но то, что мы там увидели… – Абби остановилась, чтобы набрать в грудь побольше воздуха, и Кейси с придыханием спросила:

– И что же там было?

– Мерзкие восковые головы. Они занимали весь длинный комод в самом центре её спальни. Потом мы сообразили, что это манекены, на которые миссис Мэдисон надевает свои парики. Их лица были не похожи друг на друга, одна голова, кажется, была меньше остальных, но улыбались они одинаково, будто радовались нашему визиту. Мы все так и застыли на пороге. Тогда ещё я заметила, что в комнате очень душно и тяжело дышать: похоже, миссис Мэдисон никогда не открывала окна.

Воспоминания лились из Абби, словно это случилось только вчера. Она вспомнила каждую деталь того злополучного приключения и, немного помолчав, заново переживая свои ощущения, стала рассказывать дальше:

– В общем, Маркус начал кашлять и пробормотал что-то про древние алтари, а Саймон протиснулся внутрь, поближе к этим головам. Возле них он оглянулся на нас, улыбнулся и сказал: «Теперь мы знаем, что происходит с детьми, которых она будто бы отдаёт на усыновление».

Губы Кассандры дрогнули. Абби покосилась на неё:

– Тогда я рассердилась на Саймона. Все, кто был в комнате, услышав это, в ужасе вытаращились на него. Даже шайка Бобби. Я сказала брату: «Ты что, совсем?!» – и кивнула на перепуганную Бекки. И тогда Саймон подошёл прямо к ней, нагнулся и прошептал: «Я пошутил. Эти головы ненастоящие. Но тебе лучше слушаться миссис Мэдисон. Кто знает, когда она может переключиться на маленьких девочек».

– Так и сказал?! – охнула Кейси.

– Да, – мрачно подтвердила Абби. – Бекки, конечно, сразу разревелась, и Гвендолин быстро подхватила её на руки и вышла из комнаты. Не знаю, что на него нашло. Раньше Саймон никогда себя так не вёл. Но тогда он был просто сам не свой. Я крикнула, чтобы он замолчал, и толкнула его в плечо, чтобы он хоть немного пришёл в себя и подумал, что говорит. Но Саймона это только разозлило. Он толкнул меня в ответ так сильно, что я налетела на комод и повалилась на пол вместе с этими жуткими манекенами. Все сразу бросились наутёк. Головы попадали вокруг меня, некоторые из них раскололись пополам. Парики тоже валялись на полу, растрёпанные и мерзкие, похожие на здоровенных пауков, а я сидела среди них и думала, что со мной сделает миссис Мэдисон, когда придёт в свою спальню и увидит всё это. Но тут Саймон поднял меня на ноги. У него был очень виноватый вид. Он потянул меня к выходу, но я сказала, что сначала нужно всё убрать и что миссис Мэдисон всех нас накажет, потому что сразу поймёт, что мы здесь были.

Кассандра сидела не шелохнувшись.

– А потом мы услышали её. Она была ещё далеко – поднималась по лестнице, но я очень испугалась и начала метаться из стороны в сторону, а Саймон вдруг схватил меня и потащил по коридору за угол, к бывшим классным кабинетам, и распахнул дверь в какую-то комнату, похожую на чулан. Я думала, он хочет затаиться и выйти позже, когда стемнеет. Он рассказывал, что однажды делал так, чтобы мистер Браун не поймал его на чердаке. Но потом Саймон сказал, что позади меня есть лестница и я должна спуститься по ней, выйти через закрытое крыло, добраться до девчачьей спальни и не выходить до утра. Он крепко обнял меня и сказал, что будет скучать. Только тогда до меня дошло, что он собирается вернуться в комнату директрисы. Я пыталась остановить его, но Саймон успел захлопнуть передо мной дверь.

Густая листва дерева зашумела под налетевшим порывом ветра, волна горячего воздуха с шелестом прокатилась по высокой траве и унеслась вниз по склону. Абби посмотрела на свои руки и увидела, что сидит заламывая пальцы. Она осторожно разжала их и положила ладони на траву.

– Он притворился, что вломился в её спальню один?

Абби кивнула.

– Ты злишься на него? – спросила Кейси, и Абби удивилась её проницательности.

– Конечно! – запальчиво ответила она. – Кому нужно было это геройство? Мы вполне могли бы затаиться, а потом спуститься вдвоём. Я просидела в той каморке до следующего утра и всё никак не могла поверить, что Саймон это сделал. А на рассвете, когда я пробиралась к спальне девочек, то увидела в окно, что его посадили в незнакомую машину и увезли неизвестно куда. Нам не дали даже попрощаться!

Они помолчали, а потом Кассандра мягко заметила:

– Он просто хотел отвести от вас все подозрения.

– Ну, у него получилось, – угрюмо ответила Абби. – Все болтали об этом несколько дней. Даже взрослые. Саймон ведь перевернул вверх дном всю комнату, чтобы замести наши следы. Ты бы слышала вопли миссис Мэдисон, когда она застала его там. Наверх сбежался почти весь дом. Мерси сказала, что когда они зашли в спальню, Саймон скакал по кровати миссис Мэдисон прямо в обуви.

Кассандра секунду таращилась на Абби, а затем внезапно расхохоталась. Абби, оглушённая этим громким смехом, изумлённо посмотрела на неё, но потом, представив эту картину, не удержалась и хихикнула.

– Наверное, это и впрямь выглядело забавно.

– Просто блеск! – давясь от смеха, сказала Кейси.

Отсмеявшись, они ещё немного посидели на обрыве. Вскоре солнце скрылось за холмами и стало холодать. Пора было возвращаться в дом.

На обратном пути Абби решилась спросить Кассандру:

– Как ты?

– Нормально, – ответила та.

– Слушай, мне так жаль, что…

– Не надо. – Кассандра предупреждающе вскинула руку. – Я справлюсь с этим быстрее, если перестану выслушивать соболезнования. – Какое-то время она шла молча, а затем проговорила: – Вопрос в том, как мне поступить дальше.

– Ты о чём? – тотчас спросила Абби.

– Ну, побег вряд ли мне поможет, – задумчиво отозвалась Кейси.

– Побег? – Абби недоумённо заморгала.

– Ну да. По-твоему, теперь, чтобы убраться отсюда, мне нужно подождать своего совершеннолетия? – Кейси сухо усмехнулась и продолжила, не дожидаясь ответа: – До того как приехать сюда, мы обсуждали кое-какие варианты, но никак не ожидали, что кто-то может погибнуть. Смерть вообще трудно планировать.

Абби обескураженно уставилась на неё. Она до сих пор не могла привыкнуть к тому, как легко Кассандра рассуждает о таких страшных вещах. Особенно жутко было слышать это сейчас, всего через день после известия о гибели Энди.

– Надеюсь, ты найдёшь способ связаться с друзьями, – только и смогла ответить Абби.

– Пока ничего в голову не приходит.

– Нужно время.

– Ты права, – подумав, согласилась Кейси.

Весь оставшийся путь до дома они прошли в молчании.

Вечером Кассандра играла, спокойно общалась с ребятами и даже время от времени улыбалась, а Абби, согнав Энн со своего излюбленного места на подоконнике, сидела и думала об этих странных сегодняшних разговорах с Кейси. Удивительно, но сейчас мысли о Саймоне перестали её обжигать, и возвращаться к воспоминаниям о брате стало гораздо легче. Страх, что с ним случилось что-то плохое, почти пропал, на его место пришла уверенность, что Саймон выберется из любой передряги.

После отбоя девочки сразу легли спать. Через некоторое время мимо двери прошелестела юбками миссис Мэдисон, направляясь в свои покои. Когда всё стихло и Абби с облегчением выдохнула, с кровати Кассандры раздался шёпот:

– Спасибо тебе за сегодня. За то, что рассказала мне о своём брате.

– Не за что, – прошептала в ответ Абби, а потом, поддавшись внезапному порыву, добавила: – У тебя всё будет хорошо.

– У тебя тоже, – донёсся из темноты уверенный голос.

От этого ответа в груди Абби разлилось тепло, и она улыбнулась:

– Спокойной ночи, Кейси.

– Спокойной ночи.

11

День 4-й

Маркус Беллмен молчал уже целую минуту. Он стоял в библиотеке перед стеллажами и медленно вертел головой по сторонам. Прошло ещё некоторое время, прежде чем он развернулся к девочкам, стоящим позади него, и с чувством произнёс:

– Вот же гадина эта Джой Мэдисон!

Кейси усмехнулась:

– Лучше и не скажешь.

Маркус снова повернулся к стеллажам и не смог сдержать восхищения:

– Тут в сто раз лучше, чем описала Абби! Жаль, что Саймон не показал мне раньше это место. Когда расскажем остальным? – спросил он не оборачиваясь и поэтому не увидев, как Кассандра сердито посмотрела на Абби.

– Мы не собираемся больше никому рассказывать, – твёрдо произнесла она.

– Почему нет?

– Потому что кто-нибудь обязательно проболтается взрослым, а если об этом узнает миссис Мэдисон, с библиотекой можно распрощаться навсегда.

– Но ведь это часть приюта, а значит, они имеют право знать.

Кассандра громко вздохнула и подняла глаза к потолку:

– Послушай, Маркус. Они, может, и имеют на это право, но я сильно сомневаюсь, что Энн или Бекки будут вести себя осторожно, забираясь сюда. Взрослые давно забыли об этом месте, они даже не подозревают, что кто-то из детей обнаружил библиотеку. Мы и так рискуем, показав её тебе.

Маркус помолчал, а затем пожал плечами и направился к стеллажам:

– Ладно. Наверное, ты права.

Кассандра откинула с плеч прядь волос, недовольная, что кто-то сомневается в её правоте. Абби с лёгкой улыбкой наблюдала, как Маркус перебирает книги, а затем исчезает меж стеллажей, издавая при этом восторженные возгласы. Она чувствовала, что поступила правильно, рассказав Маркусу о библиотеке. И хотя препирательства Маркуса и Кассандры начались ещё за завтраком, на душе было легко оттого, что Кейси согласилась с её решением. Возможно, скоро она сдастся и всё-таки расскажет Абби о себе и о том, что, по её мнению, происходит в приюте. Накануне Абби поняла одну простую вещь: Кассандра хранит свои тайны, потому что боится за Абби и за всех оставшихся в приюте воспитанников. На эту мысль её натолкнула трагедия с Энди. Но Абби уже начала терять терпение. Слишком много тайн вокруг, а у Кассандры наверняка есть ответы.

Любопытство раскалённым железом выжигало в голове знаки вопроса, и поэтому Абби решила сегодня же вечером попытаться выпытать из Кейси если не всё, то очень многое.

Погружённая в свои мысли, Абби стала просматривать полки в поисках какой-нибудь интересной книги. В конце концов её взгляд остановился на потрёпанном жёлтом переплёте. Корешок почти наполовину выпирал из стройного ряда ветхих книг, будто совсем недавно её уже доставали. «По ту сторону зеркал» – отчётливо читалось название.

– Кейси, смотри! – воскликнула Абби и рывком вытащила книгу. – В точности как твоя!

Спустя мгновение Кейси оказалась рядом с ней.

– Другое издание, – ответила она, – более старое. И… смотри-ка, тут не указан автор.

Абби открыла книгу в самом начале, на странице со списком составителей, но никаких имён не было. Вместо этого там лежал сложенный вдвое листок бумаги. В недоумении Абби развернула его и прочитала:

Уайт и Макалистер!

К тому времени как вы найдёте это письмо, безопасных мест в этом доме уже не останется.

Будьте осторожны и готовы ко всему. Если понадобится бежать – бегите без оглядки.

От этого зависит ваша жизнь.

– Что-о?! – Абби не успела моргнуть, как листок оказался в руках Кассандры.

Внимательно перечитав записку, Кейси перевела взгляд на Абби, и они безмолвно смотрели друг на друга довольно долгое время. Потом Кассандра кое-как справилась с эмоциями:

– Подписи нет. Это ведь не ты её подложила? – она пытливо взглянула на Абби.

Та даже покраснела от возмущения:

– Я?! Ты что, совсем?! Зачем мне это нужно?

– Ладно, я просто спросила. Тогда кто?

Абби запнулась. Хотела бы она это знать.

– Где Беллмен? – прорычала Кассандра, не дожидаясь ответа.

– Там. – Абби неопределённо махнула рукой на стеллажи. – Думаешь, это его рук дело? Но когда он успел?

– Наверняка это он! А кто ещё это может быть?

Они решительно направились искать Маркуса, и по дороге Абби размышляла, зачем ему понадобилось это делать. Как он догадался, в какую книгу нужно положить записку? Маркус ведь ни разу не был в спальне девочек на втором этаже и не видел книг Кассандры. Он, конечно, мог засунуть записку в первую попавшуюся книгу, но в такое совпадение Абби не верилось. Она сказала об этом Кейси, но та лишь процедила сквозь зубы:

– Сейчас мы всё выясним.

Маркус сидел прямо на полу, прислонившись к стеллажу, и читал книгу.

– Ну и как это понимать? – раздался рядом звонкий голос.

Он поднял голову и увидел нависших над ним грызущую ногти Абби и Кассандру с листком бумаги в руке.

– Что там у вас опять? – со вздохом спросил он.

– Объясни-ка нам кое-что. – Кассандра помахала перед ним посланием, но прежде, чем он успел разглядеть, что там написано, спрятала его за спину.

– И что это такое? – терпеливо спросил Маркус.

– Ты и ответь.

– Впервые вижу эту бумажку. Не знаю, в чём вы собираетесь меня обвинить, но я к этому непричастен.

Абби вопросительно посмотрела на Кейси, но та решила не сдаваться без боя:

– Хорошая попытка, Беллмен. Я не уйду отсюда, пока не сравню почерки.

Маркус тяжело вздохнул и отложил книгу. Последующие пять минут он писал их имена в собственном блокноте на маленьком журнальном столике, притулившемся между стеллажами. Кассандра заставила его писать и левой рукой, но те каракули, которые вышли из-под карандаша, прочесть было практически невозможно. В конце концов она перестала донимать его и позволила писать только правой.

– Почерк и впрямь не твой. Ты действительно так пишешь? Ну и ну, – пробормотала Кассандра через некоторое время, сравнивая написанное в блокноте с их загадочной запиской.

– Большое спасибо, – сердито ответил Маркус. – А теперь можно я продолжу читать?

Девочки вышли из прохода и остановились посреди читальной секции.

– Не знаю, что и думать, – тихо сказала Абби. – Получается, мы не единственные, кто знает про библиотеку.

В глазах у Кассандры что-то промелькнуло, она сложила записку и сунула её в карман:

– Давай обсудим это в комнате. Тут могут быть лишние уши.

– Маркус? Он далеко и не услышит нас.

– Нет, я про другое. Теперь ни в чём нельзя быть уверенными. Мало ли кто может нас подслушивать.

– Не понимаю, о ком ты… – начала Абби, но Кассандра всплеснула руками.

– А это ты понимаешь? – горячо зашептала она, указывая на карман с запиской. – Вот и я тоже! Нам пора возвращаться. Маркусу больше ни слова!

– Он уже и сам не вспомнит, – отмахнулась Абби.

За долгие годы Маркус, должно быть, привык к тому, что остальные пристают к нему со всякой ерундой. От безделья и не такое придумаешь. Но когда они позвали мальчика, тот заупрямился, не желая уходить.

– Я только что нашёл стоящую вещь. – Он потряс в воздухе полуразвалившимся фолиантом, обнаруженным в недрах стеллажа.

– Маркус, – терпеливо начала Кассандра, – мы вернёмся сюда завтра, и ты снова встретишься со своей вещью.

– Нет. – Он недовольно замотал головой. – Я останусь. Мне хочется почитать ещё.

– Маркус, – в голосе Кассандры зазвучали угрожающие нотки, – ты здесь не останешься. Идём, скоро позовут на обед.

– Тебе вздумалось покомандовать?

– Лучше послушай нас, – вздохнула Абби. – Мы уйдём отсюда только вместе.

– Господи, и ты туда же! Ну и что вы сделаете, если я откажусь?

Абби не успела даже рта открыть для дальнейших уговоров, как Кассандра вскинула указательный палец, наставив его на мальчика, и строго сказала:

– Мы спрячем твой ингалятор. А те, что хранятся на складе, найдём и выбросим в реку.

Маркус помолчал, обдумывая услышанное, а затем изрёк:

– А вам недалеко до Мэдисон.

– Правда? – скривилась Кейси. – В таком случае я знаю, почему она стала такой.

Пока Маркус ворчал и складывал книги на место, девочки медленно направились к двери.

– В последний раз я поддалась на твои уговоры, Абби. Видишь, что из этого вышло?

Абби закатила глаза:

– Ой, да брось, он всего лишь спорит с тобой. Разве это такая уж проблема? К тому же ты слишком напряжена.

Кассандра начала было возражать, но их нагнал Маркус, и ей пришлось замолчать. Мальчик раздражённо поправил спадающий шарф, который вечно болтался на его худой шее, повернулся к Кассандре и низко поклонился:

– Ваша светлость разрешит брать книги с собой – или это тоже непозволительная роскошь?

– Бери, – пожала плечами Кассандра, – только те мальчики – Артур и Джек, кажется, – не должны знать, откуда они.

– Вообще-то его зовут Джозеф.

– Он любопытный, – осторожно напомнила Абби.

– Не беспокойся, я скажу, что нашёл их в кладовой за полками или у мистера Брауна. Они плохо читают и не будут так уж расспрашивать про книги. Вот если бы я принёс велосипед…

Маркус рассуждал об этом всю дорогу, пока они не подошли к выходу из заброшенного крыла. Абби быстро закрыла дверь, поправила край гобелена, и они поспешили покинуть это место, пока их не заметили. Со стороны казалось, что дети вышли из ближайшего учебного класса и просто непринуждённо разговаривают о чём-то, прогуливаясь по коридору.

В этот момент гостевую комнату заполнила пронзительная трель звонка на входной двери, и все трое подскочили от неожиданности. В ту же секунду наверху раздались чьи-то торопливые шаги. Открывать спешила сама миссис Мэдисон. Пока она спускалась, Абби гадала, кто бы это мог быть. Рабочие давным-давно приехали, их зычные голоса всё утро слышатся на втором этаже. Может, снова нагрянул инспектор Кларк, чтобы проверить, как продвигается ремонт? Абби, ломая голову, продолжала не спеша идти вперёд, пока не заметила, что осталась одна. Она в недоумении оглянулась и увидела, что Маркус и Кассандра стоят на том же месте, где их застал внезапный звонок. И если Маркуса остановило любопытство, то Кейси, казалось, парализовало от ужаса. На её лице отразились одновременно страх, паника и желание побыстрее скрыться из этой комнаты. Однако в следующую секунду Кассандра, перехватив взгляд Абби, взяла себя в руки. Она привычным жестом поправила волосы и, нахмурившись, застыла в ожидании, когда миссис Мэдисон достигнет парадной двери. Ждать долго не пришлось. Директриса буквально слетела вниз по лестнице, стремительно пронеслась через гостевую и настежь распахнула дверь.

– Ты… – только и произнесла она.

– Здравствуй, Джой, – раздался скрипучий низкий голос.

– Каким ветром? – Миссис Мэдисон даже не старалась, чтобы её вопрос прозвучал вежливо.

– Попутным. Разрешишь войти?

После небольшой паузы директриса молча посторонилась, и в гостевую комнату вошли двое. Одним из них оказался высокий угрюмый старик, на вид гораздо старше миссис Мэдисон. У него были широкие кустистые брови, длинный шрам пересекал правый глаз и скрывался в не слишком густой бороде. Правой рукой старик опирался на изящный зонт-трость с блестящей серебристой рукоятью. Войдя, он снял тёмную шляпу, обнажив лысую макушку, обрамлённую полукругом седых волос, однако длинный, до щиколоток, серый плащ снимать не спешил. Вторым оказался темноволосый парень немногим старше ребят. Как и старик, он был мрачен, но так казалось на первый взгляд.

Несмотря на середину дня, парень выглядел утомлённым, издали это бросалось в глаза. Но, в отличие от старика, очутившись в комнате, он сразу огляделся и, конечно, заметил застывших в тени гардин ребят – случайных свидетелей их появления. Внимательно рассмотрев каждого, он отвернулся и вновь сосредоточился на хозяйке приюта.

– Чем обязана столь внезапному визиту? – снова спросила миссис Мэдисон.

Абби и Маркус переглянулись.

– Полагаю, ты уже в курсе, – заметил старик.

– Не имею ни малейшего представления.

– А ты не пощадила это место, – отвлёкся от темы незнакомец, медленно оглядывая комнату.

Абби последовала его примеру и признала, что здесь приличному человеку не за что зацепиться взглядом, – их жилище выглядело удручающе: только коснись – и всё рассыплется в прах.

– Как и отсутствие финансирования, – сухо бросила миссис Мэдисон.

– На этот счёт у меня другие сведения.

– Давай продолжим этот разговор в моём кабинете.

– Как угодно.

Директриса стремительно развернулась и зашагала к лестнице. Гость вздохнул, положил шляпу на обшарпанный комод и, повернувшись к своему спутнику, коротко распорядился:

– Подожди меня здесь, Дэниел. – И он направился вслед за миссис Мэдисон.

Та была уже наверху, когда Абби услышала её вопрос:

– Как мальчик?

– Чудесно. Он очень талантлив.

– В самом деле? Хм, не замечала.

Абби недоумённо посмотрела на парня, прибывшего со стариком. Это его миссис Мэдисон имела в виду? Почему же она не обратила на него никакого внимания, а теперь спрашивает о нём так бесцеремонно?

Взрослые скрылись в кабинете, а парень тем временем огляделся в поисках места, где расположиться. Его взгляд остановился на колченогом диване в центре комнаты. Недолго думая, он устроился на продавленной мебели, закинул руки за голову и вытянул ноги с напускной беззаботностью.

– А у вас тут мило, – сказал он весело.

Кассандра рассмеялась и вышла из своего укрытия. Следом за ней появились Маркус и Абби.

– Ты новенький? – спросила мальчика Кейси.

Тот лениво улыбнулся:

– Нет, я учусь у мистера Сайроса. Меня зовут Дэниел, кстати. Дэниел Уилборн. – Он подался вперёд и протянул Кассандре руку.

Та смело пожала её:

– Кассандра Уайт.

Дэниел задержал на ней взгляд, и Абби показалось, что он присматривается к Кассандре, будто пытается хорошенько её запомнить. Но зачем ему это? Абби насупилась, решив, что нафантазировала себе невесть что. Скоро уже малейший шорох в доме будет казаться ей подозрительным.

Дэниел повернулся к Маркусу, который как раз снова закашлялся.

– Маркус Беллмен, – прокряхтел тот между приступами астмы.

Парень сочувствующе посмотрел на Маркуса и перевёл взгляд на Абби в ожидании, когда она назовёт своё имя. Абби нерешительно вложила свою руку в его широкую тёплую ладонь.

– Абби Макалистер, – пробормотала она.

Улыбка, игравшая на губах мальчишки, померкла, а лицо вытянулось от изумления. В следующий миг в его глазах мелькнуло узнавание, и он машинально сильно сжал ладонь Абби. От внезапной вспышки боли Абби судорожно вдохнула. Дэниел быстро опомнился и разжал пальцы. Абби тут же прижала к себе руку и накрыла её другой. Прежде чем парень успел что-нибудь сказать, она поспешила отойти от него и примостилась на узком подоконнике гостевой комнаты, откуда можно было слышать весь разговор и внимательно рассмотреть их гостя.

Дэниел пытался держаться расслабленно и уверенно, но незнакомое место и обшарпанные стены гостевой, видимо, наводили его на грустные мысли. Он украдкой озирался по сторонам, но ни о чём не спрашивал. При этом, отвечая на вопросы, которыми его засыпали Кассандра и Маркус, парень пытался быть дружелюбным. Абби отметила, что ответы Дэниела весьма туманны и размыты, однако этого хватало, чтобы удовлетворить любопытство её друзей. Изредка парень бросал на Абби странные взгляды, значения которых она не понимала.

«Придурок», – решила Абби и отвернулась от компании.

* * *

– Мистер Сайрос тоже директор приюта! – взахлёб рассказывал Маркус за обедом.

Таинственные гости давно уехали, не оставшись на чашку кофе, которую, к слову, им так никто и не предложил. Миссис Мэдисон даже не вышла проводить их до двери.

Остальные дети пропустили визит гостей, потому что были заняты заселением в отремонтированную спальню. Хотя комната девочек ещё не была готова, Бекки с Энн принимали живейшее участие в переезде, помогая переносить вещи и командуя, куда что поставить.

– Это мальчик так сказал? – поджав губы, спросила Энн.

– Да, его зовут Дэниел.

– Нет, он сказал, что мистер Сайрос директор школы. Школа – это не приют, – уточнила Кассандра, а затем повернулась к Абби и спросила шёпотом: – Ты помнишь? Это ещё один человек с той фотографии.

Абби кивнула, не поднимая глаз.

– Наверное, они из какого-нибудь огромного города, – со вздохом предположил Артур, – где есть аттракционы и музеи.

– Не помню, чтобы он говорил о большом городе, – с сомнением ответил Маркус. – Он сказал, что это поместье.

– А что им было нужно? – пытаясь не выдать своего любопытства, продолжала расспрашивать Энн.

– Мистер Сайрос вроде бы давно знает миссис Мэдисон и приехал проведать её. – Маркус поправил шарф.

– Ого, значит, такой же старикан! – выдал Джо и с энтузиазмом наколол на вилку варёную картофелину. – А этому Дэниэлу сколько лет? – допытывалась Энн.

– На вид лет шестнадцать, – подумав, ответил Маркус и принялся уминать обед, который из-за его непрерывной болтовни остался почти нетронутым.

Энн завистливо вздохнула. Ей было до смерти обидно, что она пропустила визит незнакомого мальчика. Она покосилась на Бекки, а потом слегка дёрнула её за косичку:

– Это всё из-за тебя. Не захотела с утра идти играть в детскую, и мы всё пропустили.

– Ты умчалась в нашу новую спальню самая первая! – со смехом сказал Артур. – Так что Бекки ни при чём.

– А где Лорейн? – спросила Кассандра. – Почему она не пришла обедать?

– Наверху, где же ей ещё быть? – хмыкнула Энн. – Отскребает полы у миссис Мэдисон. Интересно, этот мистер Сайрос тоже заставляет учеников убираться у него?

– Сомневаюсь. Дэниел не выглядел так, будто его заставляют убираться.

– А как он выглядел? – в глазах Энн появился мечтательный блеск.

– Ну, он красивый, – ответила Кассандра и почему-то посмотрела на Абби.

Та скептически вскинула брови. Какая, в самом деле, разница, как он выглядел? Главное – что он тут делал. Но когда за столом воцарилась тишина, она всё-таки огляделась и обнаружила, что на неё смотрят все, кроме Бекки и Джо, которые её мнению предпочли остатки мясной подливки.

– Что? – недоумённо спросила она, но быстро сообразила, чего все от неё ждут, и повторила вслух то, о чём думала: – Ничего особенного в нём нет. Мальчишка как мальчишка. Меня гораздо больше интересует, зачем они приезжали.

– Он же говорил, – устало вздохнул Маркус, – они приехали проведать миссис Мэдисон.

Абби не сдержалась:

– Ну да, как же. Они и получаса тут не пробыли! Зачем, спрашивается, ехать в такую даль на двадцать минут?

– Чтобы проведать.

– Но зачем? Не проще позвонить?

– Макалистер, какая же ты зануда! Тебе не всё равно? – фыркнула Энн.

Абби замолчала, а потом пробормотала:

– Слишком много странностей.

Маркус, сидевший рядом, откашлялся и повернулся к девочкам:

– Вообще-то, это и впрямь странно. Вы слышали, что сказал этот Морган Сайрос в дверях?

– Нет. – Кассандра мигом придвинулась ближе.

– Он сказал Дэниэлу, что Джой Мэдисон уже ничего не контролирует и всё хуже, чем он ожидал. А ещё он сказал, что с нашего приюта нельзя спускать глаз.

Абби бросила на Кейси быстрый взгляд, но та не ответила на него. Она сосредоточенно вертела в руке вилку, обдумывая услышанное. Слова Маркуса никак не прояснили ситуацию, а только запутали всё ещё сильнее.

* * *

Впрочем, сомнения Абби подтвердились, когда после обеда директриса вызвала Кассандру в свой кабинет и начала задавать странные вопросы. Знает ли Кассандра мистера Сайроса и его помощника, видела ли она их раньше, что ей известно о поместье «Полусвет», мог ли её погибший друг Энди знать мистера Сайроса и иметь с ним общие дела. Каждый из этих вопросов повергал Кассандру в полное смятение, которое она ничем не выдавала даже под сверлящим колючим взглядом миссис Мэдисон. Директриса довольно спокойно реагировала на её ответы, но в конце не смогла скрыть своего раздражения:

– Ты лжёшь мне, Уайт! Как Сайрос может столько о тебе знать, а ты о нём – нет?

– А что он обо мне знает?

– Не важно. Достаточно того, что ему известно твоё местонахождение.

Кассандра равнодушно пожала плечами, и это взбесило миссис Мэдисон ещё больше:

– Не смей водить меня за нос, гадкая девчонка! Думаешь, я в игрушки с тобой играю?

– Нет, – ответила Кассандра, – это я поняла ещё той ночью, когда вы пытались попасть в нашу комнату.

Миссис Мэдисон удивлённо заморгала:

– Что за глупости! Впервые слышу подобный вздор. Ты просто хочешь задурить мне голову. Имей в виду, если будешь дерзить – розги и погреб.

– Розги и погреб? – переспросила Кассандра, нахмурившись. – Но это нарушение правил приюта.

Миссис Мэдисон поудобнее уселась в кресле и сняла телефонную трубку, намереваясь сделать звонок:

– Здесь я решаю, что нарушение, а что нет. А теперь вон из моего кабинета! Разговор окончен. – И директриса стала набирать номер.

– Расскажу обо всём инспектору Кларку, – встав с маленького стула без спинки, пробормотала Кассандра, – когда он приедет принимать ремонт. – Закрывая за собой дверь, она бросила быстрый взгляд на директрису, которая уже была готова плеваться огнём. Кассандра ухмыльнулась и неторопливо направилась к себе.

Розги, вот так новости. Из какого века взялась эта старуха? Кейси перестала улыбаться и вздохнула. Её провокация не увенчалась успехом. Директриса держала лицо, несмотря на всю суматоху. К затеянному ремонту и неожиданным гостям стоило добавить приезд полицейских по делу Энди, которые провели в приюте не больше десяти минут. Они уточняли детали его последнего визита и хотели повидать Кассандру, но миссис Мэдисон не позволила и ответила на все вопросы сама, после чего указала полицейским на дверь. В череде событий, когда директриса носилась как белка в колесе, Кассандра надеялась, что миссис Мэдисон по-другому отреагирует на её обвинение и выдаст себя.

В любом случае, всё же не стоило её злить, ведь директриса могла отыграться на Лорейн Паркер, да и на любом другом воспитаннике, подвернувшемся под руку. Мысленно Кассандра пообещала себе впредь быть сдержаннее.

Когда она вернулась, Абби взволнованно вскочила из-за стола.

– Я уж думала, что ты не вернёшься!

Кассандра фыркнула и плотно закрыла за собой дверь.

– Зачем она тебя вызывала?

– Она считает, что я связана с теми двумя, которые приходили утром.

– Почему?

– Не знаю, – с лёгким раздражением ответила Кейси. – Наверное, её болезнь прогрессирует и начался бред.

– Но ты ведь с ними не знакома?

– Ну, если бы была знакома, то уж обязательно бы вспомнила!

Абби растерянно замолчала, а Кассандра уселась возле окна, раздумывая обо всём услышанном в директорском кабинете. Утверждения миссис Мэдисон назойливо крутились в голове. Откуда мистер Сайрос знает о ней? На этот вопрос мог ответить лишь один человек, который сейчас недостижимо далеко и наверняка не имеет никакой возможности связаться с Кассандрой, как и она с ним. Кейси вновь задумалась о побеге из приюта и очень быстро поняла, что это не решит её проблем, а, возможно, даже усугубит их. Тут же вспомнилась таинственная записка, которую девочки нашли утром в библиотеке.

Тот, кто написал её, тоже просил их бежать. Но кто это? И что ему известно? А самое главное – почему он не рассказал, что именно им угрожает?

Мысли о том, что она ни на шаг не приблизилась к ответам, окончательно испортили Кассандре настроение.

– Чёрт! – воскликнула наконец она. – Никаких зацепок! Чтоб этот Морган Сайрос провалился! Ещё эта дурацкая записка! – Она вытащила из кармана скомканный листок и помахала им в воздухе. – Кто, скажи на милость, её написал? – Не дожидаясь ответа, Кассандра вскочила со стула и в пылу ярости смела со стола всё, что там лежало: посылку от друзей, переданную Энди несколько дней назад, и засохший букет полевых цветов, который они с Абби собрали за двором. Даже карандаш, который Абби занесла над листом бумаги, чтобы написать письмо, Кейси вырвала у неё из рук и швырнула себе под ноги. Абби спокойно посмотрела на взбешённую подругу:

– Тяжело быть в неведении, правда?

Кассандра злобно уставилась на неё, и на секунду Абби показалось, что та готова её придушить. Но Кейси лишь резко откинула с плеча волосы и решительно направилась к двери.

– Пойду прогуляюсь, – бросила она на ходу.

Абби задумчиво уставилась на разбросанные по полу вещи, на чистый листок бумаги, который в скором времени должен был стать письмом для Гвендолин Милн. Может, она помогла бы разложить по полочкам все те события, которые произошли в приюте после её отъезда.

– Допишу вечером, – пробормотала Абби и, махнув на него рукой, побежала вдогонку за Кейси.

12

День 3-й

До самого отбоя Кассандра и Абби, сидя в саду на заднем дворе, обсуждали появление в книге таинственной записки, но так и не поняли, кто её подбросил. Кассандра предполагала, что это мог сделать кто-то из взрослых, но так и не нашла причину, побудившую написать предупреждение и запихнуть его в одну из тысяч книг заброшенной библиотеки – вместо того чтобы просто рассказать детям об опасности. Впрочем, все вели себя как обычно, а мистер Браун лежал в городском госпитале с повреждённой шеей.

Визит незнакомцев, которых миссис Мэдисон так невежливо приняла в своём доме, тоже не остался без внимания, однако как следует обсудить это событие не удалось. При воспоминании о допросе в кабинете директрисы Кассандра тут же начала злиться, и Абби благоразумно сменила тему. Она пыталась завести разговор о странностях, происходящих с миссис Мэдисон, но Кассандра не поддержала и его. В конце концов рассерженная Кейси и расстроенная Абби вернулись в комнату, где Абби, убравшись, села писать письмо Гвен, а Кейси легла спать, но допоздна проворочалась в кровати. Тревожные мысли отравили эту ночь, наслав множество спутанных и неприятных сновидений, в результате чего Кассандра резко проснулась на рассвете, снедаемая беспокойством.

Она поднялась с кровати и некоторое время кружила по комнате, пытаясь понять причину этого стойкого ощущения. Тянущее чувство растеклось внутри неё, словно кто-то невидимый не переставая нашёптывал на ухо: «Ты снова что-то упустила, Кейси».

– Что же я упустила? – бормотала она. – Что это может быть?

Комната ответила ей тишиной и мерным сопением спящей Абби. Кассандра бесшумно вышла в коридор. Его проход утопал в густой тени, лишь бледный квадрат открытого окна в самом его конце робко освещал узкий участок помещения и очерчивал плотно закрытую дверь спальни миссис Мэдисон. Однако эта безобидная картина не смогла обмануть Кейси. Чувствуя, что разгадка её беспокойства где-то совсем близко, она повернулась в другую сторону, и её внимание привлекли два зияющих дверных проёма, один напротив другого. Отремонтированные детские спальни при свете дня хвалились новыми окнами и полами, свежими обоями с детским рисунком, широкими кроватями с прикроватными тумбочками и письменными столами для самостоятельных заданий, а ещё белоснежными дверями, выбивающимися из привычного антуража новизной и блеском лака. Всё в этих комнатах было идеально, не хватало лишь одной незначительной детали: защитной черты из соли и костной муки, проложенной вдоль порога.

Осознав это, Кассандра почувствовала, что её сердце пропустило удар. Не помня себя, она бросилась в ближайшую из комнат и в предрассветном сумраке смогла разглядеть, что все кровати пусты – девочки ещё не успели заселиться в свою новую спальню. Нисколько не успокоившись, Кассандра ринулась в следующую комнату – и застыла посередине. Здесь пустовала всего одна кровать, на другой безмятежно и сладко спал Маркус Беллмен, а на третьей высился непонятный ком из одеяла и простыней. Стащив одеяло, Кассандра обнаружила под ним перепуганного Артура Брана. Его лицо блестело от пота, он был очень бледен и не мог унять мелкую дрожь.

– Артур, где Джо? – прошептала Кейси.

Артур смотрел на неё большими глазами, трясся и молчал.

– Ты видел что-нибудь? Что ты видел? Ответь мне, Артур! – Кассандра схватила его за плечи и несильно тряхнула. Но мальчик вдруг оттолкнул её руки, вскочил и бросился прочь из комнаты.

Кейси не стала его останавливать. В отчаянии она уставилась на кровать Джо Уилкерсона. Осознание, что она не защитила комнату, пропустив переезд, и приют Мэдисон лишился ещё одного ребёнка, обрушилось на неё со страшной силой. В исступлении Кассандра схватила одеяло Джо и яростно сдёрнула его. Вслед за ним на пол полетели подушка и простыня, и Кейси принялась остервенело топтать их ногами, ругая и проклиная себя. Маркус заворочался, но Кассандра даже не взглянула на него. Она пинала и мяла ворох белья, пока силы окончательно не оставили её.

* * *

Миссис Мэдисон объяснила исчезновение Джо Уилкерсона очень своеобразно. Она заявила, что мальчика усыновили после полуночи и сразу же увезли, даже не дав собрать вещи и застелить кровать. На растерянные вопросы в кои-то веки столпившихся вокруг директрисы детей она отвечала неохотно, скрипя зубами.

– Его что, забрали ночью? – недоверчиво спрашивал Маркус из толпы.

– Да! – рявкнула директриса. – Он уехал после отбоя. Я что, должна отчитываться перед тобой, негодник?! Семейство… гм… эти милые люди живут далеко за городом, они смогли приехать только за полночь. Джеймс захотел уехать сразу, пока они не отпустили такси.

– Джозеф, мэм. Джозеф Уилкерсон, – снова раздался слабый голос Маркуса.

Миссис Мэдисон впилась в мальчика таким злобным взглядом, что, казалось, хотела испепелить его прямо на месте, но тут из её кабинета донеслась заливистая трель телефона, которая спасла Маркуса от неминуемой расправы. Директриса спешно направилась к себе. Следом за ней к выходу потянулись дети, сбитые с толку её несвязным объяснением. Кассандра, стоящая позади всех, посторонилась, не спуская глаз с Абби, уставившейся на приоткрытую тумбочку Джо с его вещами. Даже горячо любимый пластилин – подарок Питера Мэнникса – лежал на своём месте на верхней полке. Кассандра знала, о чём думает подруга. Сама того не подозревая, Абби почувствовала опасность с самого первого исчезновения, когда никто не обратил на это внимания. Кассандра и сама наивно полагала, что внутренние проблемы приюта её не касаются. Как же она заблуждалась, не придав значения всем этим пропажам и поведению старухи! От невнимательности гибнут люди. Энди, например, всегда был невнимательным и не замечал знаков, за что и поплатился жизнью. Кассандре нужно было давно усвоить этот урок.

Вдруг Абби развернулась и выскочила из спальни так же стремительно, как и старуха минуту назад. Кейси понуро побрела за ней, догадываясь, куда она побежала: вниз, к стенду с именами – убедиться, что имя Джо Уилкерсона вычеркнуто с такой же яростью, как и четыре предыдущих. Шаг за шагом Кассандра медленно спускалась по главной лестнице, мимо кабинета миссис Мэдисон, которая верещала в телефонную трубку, что никто не имеет права отнимать у неё приют, мимо мадам Доне, суетящейся на ступеньках в толпе детей, не в силах сообразить, о каком ночном похищении они твердят, мимо оглушённых непривычной суматохой мастеров, нерешительно топчущихся внизу, – и наконец оказалась в гостевой.

Абби была там. Она стояла у информационного стенда, напряжённая, словно натянутая струна. Уловив движение боковым зрением, Абби повернулась к Кейси и нахмурилась.

– Ты сейчас же мне всё расскажешь, – произнесла она звенящим голосом.

Кассандра печально посмотрела на неё, а потом кивнула. Давно нужно было это сделать.

* * *

Полдень застал девочек в библиотеке. Они сидели в мягких креслах в читальной секции. Между креслами стоял небольшой журнальный столик, за которым Кассандра сегодня работала, а не читала, как в прошлый раз. Из собранных в оранжерее веток тёрна она скрутила несколько колец, а шипы пошли на кулоны и ожерелья.

– Ты уверена, что дети прежде не исчезали? – внезапно спросила Кассандра, но Абби ответила почти сразу:

– Уверена. Раньше случались побеги, но бесследно и вот так странно не пропадал никто.

– Вот, держи. – Кассандра протянула Абби один кулон на длинной чёрной нити.

Абби осторожно взяла его в руки.

– Надень и не снимай, – предупредила Кассандра, – он хорошо защищает.

– От чего?

– От того, что уже случилось с пропавшими, – вздохнула Кейси.

Абби послушно надела кулон на шею и уселась поудобнее, приготовившись слушать, но Кейси продолжала молча мастерить незатейливые украшения. Молчание затягивалось. Абби терпеливо ждала объяснений, сверля взглядом сидящую напротив Кассандру. За окнами библиотеки в дебрях оранжереи оглушительно кричали птицы, сражаясь за ягоды шиповника, и очень скоро эти звуки начали действовать Абби на нервы. Как и следовало ожидать, чаша терпения Абби очень быстро переполнилась, и девочка затараторила:

– Так что с ними случилось? Куда они пропадают? Это всё миссис Мэдисон, да?

Кассандра сделала глубокий вдох и смущённо взглянула на неё.

– Лучше начать с самого начала, – пробормотала она, и Абби уловила нотку нерешительности в её голосе. – Ты наверняка помнишь мои защитные линии, которыми я в первый день обвела окна и двери.

– Да уж, помню, – пробурчала Абби.

– Как думаешь, для чего они?

Абби замерла на мгновение, а потом пожала плечами. Раньше она подолгу размышляла над этим, но так и не смогла найти логичного объяснения. Ей действительно очень хотелось узнать, почему для Кассандры так важен этот ритуал. Но только она открыла рот, собираясь ответить, что не имеет ни малейшего понятия, как вдруг память вновь шевельнулась, подкинув забытое воспоминание:

– Вообще-то я слышала, что некоторые таким образом защищают себя от нечисти и прочих чудовищ, в которых привыкли верить.

– От какой нечисти?

– Ну… от разной. Привидения, духи, оборотни, – принялась перечислять Абби, не понимая, почему на вопросы отвечает она, а не Кейси, – кто там ещё…

– Демоны, – подсказала Кассандра.

– Да, демоны, – кивнула Абби. – Хотя это уже перебор. – Она рассмеялась, но Кассандра даже не улыбнулась в ответ, и смех Абби очень быстро затих, превратившись в неловкую паузу.

Кассандра поёрзала в кресле, усаживаясь поудобнее.

– Она действительно хорошо защищает от нечисти и демонов, если они находятся по ту сторону черты, а ты по другую. Но когда я приехала в приют, у меня и в мыслях не было, что здесь может быть небезопасно. Я приехала сюда прятаться, а не сражаться.

– Прятаться?

Кейси вздохнула:

– Делать защиту меня научила мама, когда мне было пять лет. Она всегда заставляла меня очерчивать каждое окно и каждый дверной проём, за которым я находилась, и очень ругалась, если я об этом забывала. Мама отдала мне свои книги, сказав, чтобы я прочла их от корки до корки. В детстве я не придавала этому значения. Это было похоже на игру, в которой все вокруг прятали меня от чего-то несуществующего. Но потом я поняла, что всё это правда и меня действительно кое-что преследует. Одна… сущность. Сумрак. Это такой демон. Жнец, собиратель душ. Мама не рассказала мне, зачем я ему, но я думаю, это как-то связано с моим появлением на свет. Наверное, что-то вроде родового проклятия. – Кассандра помолчала. – Я не хотела, чтобы здесь знали об этом. Я всегда избегала людей, чтобы не навредить им. У меня никогда не было друзей, и я действительно никому не доверяю, кроме своих… кроме нескольких человек, в компании которых провела последние годы. Раньше они были охотниками за всякой нечистью, но потом решили помочь моей маме и стали изгоями. Их было трое: Энди Рот, Финн Джефферсон и Наташа Карлайл. Финн не хотел связываться со мной, постоянно боялся, пытался убедить остальных, что я для них обуза, и вечно ссорился с ними из-за этого. Но всё же он оставался со мной до конца. Энди был не такой. Он верил, что делает что-то стоящее, пытаясь защитить меня, а Наташа… Она всегда была на моей стороне. Теперь в живых осталась лишь она, и я понятия не имею, где её искать.

– А твоя мама?

– Она умерла, – ровным голосом ответила Кассандра.

Абби с шумом вздохнула.

– Этот Сумрак, – продолжила Кейси, – преследует меня вот уже несколько лет. Чего мы только не делали, чтобы избавиться от него! Проводили ритуалы, просили помощи у разных людей – но всё бесполезно. В этот раз мы решили разделиться на некоторое время, чтобы сбить его со следа. Я надеялась, что получу передышку, но… – она криво улыбнулась, – ваша миссис Мэдисон не дала мне такой возможности.

Абби долго сидела молча. Она не привыкла к таким историям и не знала, как на них реагировать. Было похоже, что Кассандра насмотрелась ужастиков и теперь сочиняет прямо на ходу. Тем не менее Абби не решилась сказать ей об этом. Ведь Кассандра очертила все пороги и окна на первом этаже, а теперь возилась с защитными ожерельями – может быть, она и впрямь верит в привидения и тёмные силы, способные ей навредить? Все эти мысли, видимо, отражались у Абби на лице, потому что Кассандра, взглянув на неё, нахмурилась:

– Я до последнего считала, что дети действительно просто сбегают, но это не так, Абби. Я уверена, старуха что-то делает с ними.

– Что?

– Не знаю. Не могу определить. Это похоже на ведьмин промысел, но… Мне кажется, она действует не по своей воле.

Абби хмуро смотрела на Кассандру. Это звучало ужасно нелепо и вызывало у неё ещё большее раздражение. Кто вообще может в это поверить?! «Что за чушь!» – почти сорвалось у неё с языка, но тут внезапно перед глазами возник злополучный башмак, застрявший в грязи в ночь перед приездом Кейси. В тот вечер директриса вела себя так, что волосы становились дыбом. Наверное, ничего страшнее Абби в жизни не видела. А потом начались эти исчезновения. Одно за другим, в каком-то жутком первобытном ритме, понятном только похитителю. С тупым обречением Абби вспоминала, что было в промежутках между пропажами детей: фонарик Бобби Спенсера напротив спальни миссис Мэдисон, жуткие вычёркивания фамилий на стенде, слышала обвинения Лорейн Паркер в ночном покушении на её волосы и лепет Бекки о том, что кто-то приходит к ним ночью, гадание, после которого миссис Мэдисон избавилась от зеркал, её наблюдение из окна за девочками, и наконец, пожалуй, самое главное и неоспоримое доказательство того, что Кассандра говорит правду, – попытка директрисы попасть к ним в комнату в полночь.

Абби закрыла лицо руками. Нет, это невозможно! Это всё вымысел больного воображения. В их доме полно посторонних людей – неужели никто не заметил, что тут происходит? Нет, наверняка всё это можно объяснить по-другому!

– Как, Абби, – горько усмехнулась Кейси, – как ты это объяснишь?

Абби не удивилась, что Кассандра прочитала её мысли, – наверное, последнюю фразу она произнесла вслух. Глупо было обманываться, ведь в ту ночь, когда миссис Мэдисон царапалась в их запертую дверь, Абби и сама понимала, что они имеют дело с чем-то неестественным. Кассандра просто успокоила её, чтобы Абби смогла заснуть.

Она отняла руки от лица и глухим голосом спросила:

– Она стала… демоном?

– Нет, это другое. Наташа говорила, что с ведьмами такого не случается. Достаточно нанести вред невиновному, и ведьмы становятся слугами демонов. Они лишаются своей воли и действуют только в интересах поработившей их нечисти. Наверное, миссис Мэдисон совершила нечто страшное и теперь ловит детей для Сумрака. Правда, я не знаю точно, как это происходит. Мы можем расспросить Артура, я уверена, что он видел, как похитили Джо, но вряд ли мы добьёмся от него ответа. Он очень напуган.

Джо. Этот мальчик прожил здесь одиннадцать лет, а миссис Мэдисон даже не запомнила его имени. Внезапно Абби осознала, что их осталось не так уж много. Семеро детей и трое… нет, уже двое взрослых, живущих под одной крышей с чудовищем. Кто будет следующим? Она? Маркус? Энн? Бекки? При мысли о Бекки по спине Абби пробежал холодок. Она же обещала Гвендолин присматривать за девочкой! Заверяла, что с ней ничего не случится! Как же её спасти?

Чувствуя, как внутри нарастает отчаяние, Абби подалась вперёд, поближе к Кассандре, и жалобно пискнула:

– Что нам делать, Кейси?

Кассандра перевела задумчивый взгляд на терновый шип на шее подруги.

– Ни в коем случае не снимай амулет. Вот это, – она высыпала самодельные украшения в ладонь Абби, – надо раздать всем остальным. Если они наденут амулеты, то миссис Мэдисон их не тронет. Сегодня я попробую запечатать новые спальни. – Она немного помолчала и добавила: – А потом мы будем готовиться к побегу.

* * *

– Мы не можем бежать, – в который раз повторила Абби.

Девочки возвращались в жилое крыло. Они слишком засиделись в библиотеке, обсуждая дальнейшие планы, но так и не пришли к согласию. Теперь им приходилось спорить на ходу.

– А что ты предлагаешь?

– Расскажем взрослым. Инспектору Кларку. Спальни готовы, и котёл почти починили. Он прибудет со дня на день.

– Да он же нам не поверит! Нам никто не поверит, Абби.

– Но побег тоже не выход. Нам некуда бежать. – Абби была уверена, что Кейси предложила это, преследуя собственные цели. – Где мы будем жить?

– Не важно – главное, что мы будем живы, – пробурчала Кассандра. Они замолчали. Каждый шаг приближал их к миссис Мэдисон и ничего не подозревающим детям. – А тот парень?

– Какой парень?

– Тот, в семье которого работает Гвендолин. Уильям?

– Да, Уильям Хант.

– Давай попросим его помочь. Пускай он передаст Гвен, что мы в беде.

– Не выйдет, – помотала головой Абби. – Бригада Уильяма уже закончила работу. Я думала, что успею отдать ему письмо для Гвен, но сегодня мне сказали, что он больше сюда не приедет.

Кассандра с чувством выругалась. Абби, хоть и не употребляла такие слова, была с ней согласна. В груди саднило от собственного бессилия.

– Но мы можем попросить его друзей. Вторая группа заканчивает сегодня. Они должны быть ещё здесь.

Кассандра обдумывала это предложение всего мгновение.

– Быстрее, – скомандовала она.

Они выскочили из закрытого крыла и едва успели поправить гобелен, как в учебном коридоре показалась миссис Мэдисон. Абби приготовилась пережить очередной кошмар, но старуха прошла мимо, даже не взглянув в их сторону. Крадучись, девочки вошли в гостевую и увидели, как последняя бригада мастеров покидает их дом. Грязно-синий пикап уже тарахтел во дворе, и парни торопливо усаживались в него. В распахнутую дверь Абби заметила, что багажник автомобиля набит инструментами, наспех прикрытыми брезентом. Кейси разочарованно вздохнула. Миссис Мэдисон стояла на пороге с последним из парней, который хмуро глядел на неё из-под надвинутой на глаза кепки. Кассандра замахала ему рукой, пытаясь привлечь его внимание. Это сработало, и парень удивлённо уставился на девочек. Директриса, заметив это, обернулась.

– Уайт, – рявкнула она, – а ну марш в свою комнату!

– Бежим, – прошептала Кассандра и взяла Абби за руку, – попробуем позвать их из окна.

Они стремглав кинулись вверх по лестнице, но Абби казалось, что они бегут слишком медленно, едва перебирая ногами по бесконечным ступенькам. Мгновения растягивались в вечность. Наконец девочки добрались до комнаты, и Кассандра тут же подскочила к окну, но было поздно. Пикап, плавно развернувшись, уже выехал на дорогу и через секунду скрылся за ближайшим холмом.

* * *

Дождавшись, пока миссис Мэдисон исчезнет в своём кабинете, девочки снова спустились вниз, чтобы найти кого-то из взрослых, но Маркус сообщил, что мадам Доне вместе с Мерси отправилась в город задолго до отъезда мастеров. Абби совсем сникла под напором неудач, но Кейси по какой-то причине была к ним готова.

– У нас ещё есть запасной план, – попыталась утешить она Абби.

Они расположились в игровой у окна, чтобы не пропустить приезда взрослых.

Вечерело, и комната понемногу заполнялась детьми.

– Видали? – На пороге появилась Энн, размахивая свежей газетой, которую оставил кто-то из рабочих. – К нам движется циклоп!

– Циклон, – поправил Маркус, забрал газету и разложил её на столе. – Не видали. Пока мистер Браун в госпитале, мы без его телевизора полностью оторваны от мира.

– Что такое циклон? – Бекки пролезла ему под руку, чтобы поближе рассмотреть картинки в газете.

– Атмосферное явление, – машинально ответил Маркус, но, вспомнив, что говорит с пятилетней девочкой, пояснил: – Это значит, что погода скоро испортится.

– Хорошо, что мистер Браун успел заделать крышу, прежде чем свалиться с лестницы, – хмыкнула Энн, которая успела занять кресло-качалку, предназначенное для взрослых, и теперь неистово в нем раскачивалась.

Краем глаза Кассандра заметила, что Абби насторожили эти слова. Она завозилась на стуле, пытаясь найти что-то в просторных карманах толстовки, а затем встала и протянула Маркусу терновый браслет.

– Что это? – скривился мальчик.

Кассандра на секунду решила, что сейчас Абби начнёт рассказывать остальным о миссис Мэдисон, но девочка просто ответила:

– Мы с Кейси сделали их сегодня.

– Зачем?

– Маркус, – раздражённо сказала Абби, – просто надень!

– А у меня уже есть! – похвасталась Бекки и с довольным видом вскинула руку с браслетом перед носом мальчика.

– Я тоже хочу! – Энн вскочила с кресла и принялась рассматривать поделки.

– Только не забирай всё, – сказала ей Абби, распутывая нити кулонов. – Нужно оставить один для Лорейн. – Она покрутила головой: – А где Артур?

– Понятия не имею, – пожал плечами Маркус. – Я вообще не видел его сегодня.

Ребята продолжили обсуждать самодельные украшения, и это обрадовало Кейси. Наверняка они их наденут. Останется лишь запечатать спальни и выждать удобный момент, чтобы рассказать взрослым. Или улизнуть отсюда ночью. Она вздохнула. Надвигающаяся буря точно смоет защиту с оконных рам и выходов наружу. Но зато теперь у всех есть амулеты. Кассандра задумчиво взяла со стола всеми забытую газету. Интересно, миссис Мэдисон разрешит воспользоваться телефоном, чтобы позвонить в редакцию и пожаловаться на неё? При этой мысли Кейси усмехнулась.

Мягкий шелест страниц немного успокоил стоящую рядом Абби. Все её треволнения касались лишь Бекки, но сейчас девочка стояла рядом с ней и ей ничего не угрожало. Кейси тоже здесь, с ними. Вместе они обязательно что-нибудь придумают, просто нужно немного времени.

Внезапно Кассандра дёрнула её за руку. Абби повернулась и увидела, на что указывает Кейси, – чёрно-белое фото искорёженной машины. Статья об аварии! И зачем только рабочие оставили газету в доме! Зачем Энн принесла её сюда? Абби приготовилась в который раз выразить сожаление о новом упоминании трагедии с Энди, но Кассандра тряхнула головой. Её палец ткнулся в изображение маленького домика, который виднелся в самом углу фотографии:

– Ты знаешь, чей это дом?

Абби вгляделась в картинку повнимательнее.

– Да, – с удивлением ответила она, – это дом миссис Бенфорд. Так это случилось совсем рядом с ней! Я и не думала…

– Она могла что-то видеть.

Абби растерянно посмотрела на подругу, не понимая, к чему она клонит. Кассандра сложила газету и бросила её обратно на стол:

– Завтра мы навестим твою Амелию Бенфорд.

13

День 2-й

Едва за окнами забрезжил рассвет, от старого приюта отделились две тени и направились прямиком через поле, вдоль дороги, змеящейся меж холмов. Природа вокруг была недвижима, трава мягко шелестела под ногами девочек, которые торопливо пересекли луг и скрылись за первым оврагом. Им предстояло пройти две мили до того места, где Кассандра надеялась узнать подробности гибели своего друга и попросить помощи. Только вот Абби уже не была так уж уверена, что им нужна помощь. Утро нового дня принесло с собой спасительную мысль, что вчерашний разговор был всего лишь способом приукрасить их невзрачную жизнь и привнести в неё новые впечатления.

Эта ночь прошла тихо и унесла с собой все переживания, поэтому, проснувшись, Абби впервые за много дней ощутила себя в полной безопасности. Правда, осталось не ясно, зачем Кассандре нужно было пугать её, сочиняя все эти глупости, и выяснить это Абби решила после возвращения от миссис Бенфорд. Для Кассандры было очень важно посетить место, связанное с гибелью Энди. Да и самой Абби уже давно хотелось навестить эту милую старушку, но пока в приюте бушевала миссис Мэдисон, взбудораженная проверками и затеянным ремонтом, сделать это было невозможно. Удивительно, что им вообще удалось проникнуть в закрытое крыло и остаться безнаказанными. Саймону, в отличие от них, никогда так не везло. Наверное, хаос, царящий в приюте в последние дни, всё же оказался им на руку. Абби очень надеялась, что сегодняшний визит к Амелии Бенфорд тоже останется незамеченным, – они даже попросили Маркуса Беллмена прикрыть их на случай, если их начнут искать. Уговорить его, однако, оказалось непростым делом.

– Ничего не обещаю, – ответил он, выслушав их просьбу. – Я могу быть занят.

У Кассандры даже ноздри раздулись от подобной наглости:

– И какие же, скажи на милость, у тебя могут быть дела? Влезешь в библиотеку, пока нас нет?

– Вы-то без меня ходите, – парировал мальчик, ничуть не смутившись того, что его планы оказались рассекречены.

– Маркус, – Абби не собиралась выслушивать их препирательства, – если миссис Мэдисон узнает, куда мы пошли, то влетит всем без исключения. Просто скажи ей, что видел нас у реки. Это, конечно, не многим лучше, но так накажут только нас двоих.

– Ладно, – наконец протянул мальчик, – что-нибудь придумаю.

Кассандра направила на него указательный палец.

– Не смей туда ходить, ты понял?! – прорычала она.

Маркус покосился на неё и невозмутимо поправил шарф.

– Посмотрим, – ответил он.

– Маркус! – гаркнула Кейси, но прежде, чем они начали ругаться, Абби успела вытолкать её из комнаты.

У Кассандры эта ночь прошла не столь безмятежно. Дождавшись, пока Абби уснёт, Кейси вооружилась фонариком Бобби Спенсера, который выудила из висящей на стуле толстовки, и отправилась на кухню за солью. Её бесценный запас в мешочке закончился, не успела она и глазом моргнуть. Последнюю горсть порошка Бекки щедро высыпала на пороги кладовых. К счастью, для нечисти в теле миссис Мэдисон годилась и обычная соль, поэтому Кассандра решила воспользоваться ею вместо многочасового вырисовывания защитных рун на дверях спален. Соли на кухне оказалось мало. Чертыхаясь, девочка провела вдоль нужных дверей и окон внутри комнат тонкие, едва различимые линии, надеясь, что этого окажется достаточно. Под конец Кассандре пришла в голову мысль очертить спальню миссис Мэдисон, но она быстро отказалась от этой идеи. Заточение директрисы может вызвать массу вопросов, поднять суматоху и создать кучу ненужных проблем, тем более что старуха может обходить защиту, выбираясь на улицу через окно своей спальни. Наверняка она так и сделала в ту ночь, когда Абби и Кассандра увидели её снаружи. Нет, гораздо эффективнее будет оградить от неё детские комнаты и придумать, как поступить дальше, пока её сила не выросла настолько, что она смогла бы преодолеть защиту. К тому же у старухи наверняка есть помощник. Кого ещё она могла подзывать той ночью? Ещё одну нечисть? Демона, которому служит? При мысли об этом девочка содрогнулась. Если старуха звала Сумрака, то дела Кейси хуже некуда.

«Нет, оставаться в доме нельзя. Нужно уносить ноги, пока не поздно». Кассандра поднялась на ноги, отряхнула ладони и направилась в свою комнату. «Но сначала сходим к Бенфорд. Вдруг она и впрямь видела аварию».

У двери Кейси задержалась. Ей хотелось спуститься в закрытое крыло и запереть библиотеку на ключ. С тех пор как девочки впервые там появились, двери библиотеки они уже не запирали. Абби боялась, что насквозь проржавевший ключик сломается прямо в замочной скважине, навсегда отрезав их от тайного места. К тому же кроме них троих о библиотеке никто не знал, шайка Бобби сгинула в неизвестности, и за сохранность книг можно было не опасаться. Но разговор с Маркусом накануне заставил Кейси усомниться в правильности этого решения. Она с минуту потопталась на пороге, кусая губы в глубоком раздумье, но потом махнула рукой и шагнула к своей кровати. Пусть идёт, если хочет. Главное, чтобы он соблюдал осторожность и сказал, как его попросили, если миссис Мэдисон хватится девочек.

С такими мыслями Кассандра легла спать, но сон не шёл. В коридоре чувствовалось движение, а может, это просто мерещилось после пережитых дневных волнений. Кейси казалось, что сегодня ей не удастся сомкнуть глаз, но она всё же уснула на короткое время и проснулась, когда небо за окном едва заметно посветлело. Самые бледные звёзды уже начинали гаснуть одна за другой. Кассандра села на постели и прислушалась. В доме стояла полная тишина. «Пора!» – решила она и растолкала Абби.

* * *

Первые лучи солнца нагнали их уже в поле, однако вместо привычного дыхания жары в спину потянул лёгкий прохладный ветерок. Оглянувшись, Кассандра увидела, как с юга на небо наползает огромная тень. Светло-серая пелена туч лениво растянулась на весь горизонт и постепенно расширяла свои владения.

– Ого! Интересно, мы успеем вернуться прежде, чем польёт дождь? – оживлённо спросила Абби, повернувшись вслед за Кейси.

Та не ответила. Зачем отвечать, если не знаешь наверняка? Неизвестно ещё, к чему приведёт этот разговор. От Кассандры не укрылся жизнерадостный настрой Абби, и подозрения по этому поводу немного омрачили ей настроение. Скорее всего, та решила, что всё сказанное вчера не более чем розыгрыш. Нелепая шутка, придуманная от скуки. Кассандра незаметно вздохнула. Энди бы не одобрил, узнав, что Кейси так много рассказала Абби, и обрадовался бы, что та не приняла всё это всерьёз. Мысли Кассандры закружились вокруг погибших друзей: Финна, о гибели которого ей было почти ничего неизвестно, и Энди с его сгоревшей дотла машиной на пустой дороге, фото которого услужливо поместили в газете местные журналисты. Возможно, газетчики тоже приходили в дом Амелии Бенфорд узнать подробности, но если так, то она не сказала им ни слова, поскольку об очевидцах в статье ничего не написали. Не исключено, что Амелия Бенфорд и вовсе не видела этой аварии, и сейчас они только зря теряют время.

Размышления Кассандры прервала Абби, которой надоело идти молча. Она начала вдохновенно рассказывать о своих визитах к Амелии Бенфорд и о том, что та непременно угостит их вкусным горячим какао и покажет свой сад, где растут яблони и абрикосы, и что у неё есть лохматый пёс по кличке Хьюго, который при виде Абби всегда виляет хвостом. Кейси слушала её вполуха, время от времени кивая, чтобы показать заинтересованность. Они шли уже около часа, и дорога начала тяготить её, но вскоре из-за очередной холмовой гряды вынырнул маленький белый домик с красной черепичной крышей и аккуратным палисадником. Должно быть, Абби тоже его заметила, потому что ускорила шаг в предвкушении долгожданной встречи.

– Скорее, мы почти на месте, – поторопила она Кассандру.

Они сбежали с пологого склона и миновали небольшую лощину между холмами. К тому времени как девочки дошли до дома, небо полностью затянули тучи. Поднялся ветер, он налетал резкими порывами, проходясь волнами по траве и заставляя деревья в саду Амелии Бенфорд негодующе качать густыми зелёными кронами. У самой калитки Абби в нерешительности остановилась.

– В чём дело? – спросила Кассандра.

– Не знаю, – произнесла она, оглядываясь по сторонам, – всё вроде знакомо… но что-то изменилось. Не могу понять, что именно. – Она помолчала. – Наверное, это из-за погоды, – предположила Абби, а потом усмехнулась: – Или из-за того, что меня слишком долго здесь не было. Идём, познакомлю тебя с Хьюго.

Но будка возле крыльца оказалась пуста. Абби позвала пса несколько раз в надежде, что он прибежит из глубины сада или выскочит из дома, но этого не произошло.

– Странно. Куда он мог деться? – озадаченно размышляла Абби, подходя к крыльцу.

Кассандра задержалась у будки. Её внимание привлёк огрызок бурого собачьего ошейника, который висел на вбитом в землю железном кольце. Похоже, пёс просто сбежал. Кейси направилась вслед за Абби, спросив на ходу:

– А какого размера была собака?

– Хьюго? Ну, обычный. Не очень крупный. Такой смешной пёс, белый с чёрными пятнами…

Абби осеклась, когда перед девочками оказалась распахнутая настежь входная дверь. Изнутри не доносилось ни звука. Из прихожей, погружённой в холодный сумрак, веяло негостеприимством.

– Да что здесь стряслось? – недоумённо бросила Абби и медленно вошла в дом.

Кейси хотела остановить её. Она привыкла доверять своим ощущениям, и сейчас подсознание подсказывало ей, что нужно развернуться и уйти. Но разум убеждал в необходимости остаться. По словам Абби, миссис Бенфорд была одинокой женщиной в возрасте, с ней могло случиться что-то плохое. Тогда они обязательно должны помочь. Кроме того, напомнила себе Кейси, нельзя забывать, зачем они вообще сюда пришли. Она решительно вошла в дом и огляделась. Внутри он был ещё меньше, чем казалось снаружи. Обставленная по старинке гостиная растеряла свой уют в мёртвом полумраке. Но Абби не обратила на это внимания. Убедившись, что в гостиной пусто, она пошла дальше, к двери, за которой, по всей видимости, находилась спальня миссис Бенфорд. Открыть её сразу не получилось, и только когда Абби толкнула её изо всех сил, дверь распахнулась. Ввалившись в крошечную комнату, Абби застыла у самой кровати, стоящей у противоположной стены. Кассандра, идущая за Абби, лишь на секунду шагнула в сторону, чтобы выглянуть в окно гостиной и убедиться, что из него виден довольно приличный участок дороги. Наверняка старушка что-то заметила в тот день. Ободрённая этой мыслью, Кассандра приблизилась к подруге и заглянула ей через плечо. Абби стояла вплотную к кровати, на которой лицом к стене лежала довольно крупная женщина. Казалось, что старушка устала и прилегла отдохнуть после утренней суеты. Абби склонилась над ней и осторожно тронула её за плечо.

– Миссис Бенфорд, – тихонько позвала она, – это я, Абби.

Миссис Бенфорд не шелохнулась.

– Мэм, – снова позвала Абби, наклонившись поближе, – я не одна. Мы хотели только… – Она осеклась, только сейчас заметив, что миссис Бенфорд не дышит. Однако плечо, на котором до сих пор лежала ладонь Абби, было тёплым, почти горячим. Странное ощущение на миг пронзило девочку, а в следующую секунду она резко отдёрнула руку и отшатнулась от кровати.

– Что такое? – прошептала Кассандра.

Абби затрясла головой, не сводя глаз с Амелии Бенфорд, и вдруг закашлялась. В горле запершило так сильно, что она едва могла дышать. Абби попыталась прокашляться, но всё было бесполезно.

– Пойду попью, – наконец сказала она сдавленным голосом и быстро вышла из спальни.

Кейси в задумчивости вышла следом, но остановилась в гостиной. Пить ей не хотелось, зато она принялась размышлять о том, сколько времени они проведут здесь, прежде чем хозяйка проснётся. Возможно, если они её не смогут разбудить, придётся звонить в госпиталь. Хотя сначала нужно расспросить Абби, почему она ушла на кухню встревоженной и что именно её обеспокоило. Кассандра уже собралась это сделать, но её внимание привлекли вышивки Амелии Бенфорд, которыми были увешаны почти все стены в гостиной. Незамысловатые цветы и зверюшки понравились Кассандре, хотя всё портила царящая вокруг темень. Она подумала, что будь у неё нормальная жизнь, где есть место простым радостям, то её бабушка непременно была бы такой же: вышивала милые картинки и пила ромашковый чай, в её саду росли бы мята и смородина, а по двору бегал лохматый пёс. Они бы сидели на веранде в плетёных креслах, Кейси рассказывала бы ей, как дела в школе и куда собирается поехать с родителями, а бабушка тем временем вязала бы для неё тёплые носки. Кассандра мечтательно вздохнула, упёрлась лбом в оконное стекло и стала рассматривать ухоженный сад старушки.

Абби сделала глоток кипячёной воды, налив её из цветастого чайника в первую попавшуюся кружку, но это ей не помогло. Лёгким не хватало воздуха, голова кружилась словно от смрада, хотя в доме ничем таким не пахло. Сумрак давил из всех углов, заставляя сознание мутиться. Абби с трудом подавила сильное желание убежать, понимая, что нужно прийти в себя. Уходить рано, сначала они должны выяснить, что стряслось с миссис Бенфорд, и помочь ей. Девочка сделала несколько глубоких вдохов, и когда ей стало легче и она повернулась, чтобы выйти из кухни, застыла на месте, похолодев от ужаса. На пороге стояла растрёпанная миссис Бенфорд в криво застёгнутом синем халате и в полной тишине зловеще таращилась на Абби.

– Миссис… – начала Абби севшим голосом, но вдруг старушка, беззвучно распахнув чёрный беззубый рот, вытянула вперёд руки и шагнула к ней.

Из кухни раздался душераздирающий вопль, и Кейси подпрыгнула от неожиданности. Образ воображаемой добродушной бабушки мгновенно исчез, а на её месте оказалась жуткая миссис Бенфорд, которая набросилась на Абби. Кейси могла поклясться, что старушка не выходила из спальни, но отрицать очевидное было невозможно. Она бросилась на кухню. Миссис Бенфорд, обезумев, схватила Абби за грудки и стала её трясти. Абби даже не пыталась бороться – наверное, до сих пор не могла поверить в происходящее.

– Что вы делаете?! Отпустите её! – крикнула Кассандра и хотела разжать руки Амелии Бенфорд, но та взвыла и повернула к ней неестественно бледное лицо.

Кассандра застыла на месте. «Этого не может быть!» – мелькнуло в голове, а в следующий миг миссис Бенфорд с нечеловеческой силой оттолкнула её. Кейси вылетела обратно в гостиную и, ударившись о книжный шкаф, рухнула на ковёр. Шкаф покачнулся, вывалив на Кассандру гору увесистых книг, но она не почувствовала боли – зато явственно услышала звуки борьбы и звон бьющейся посуды.

Страшное, незнакомое лицо миссис Бенфорд, находящееся в такой близи, ввергло Абби в пучину ужаса, и она наконец начала отчаянно вырываться. Страх придал сил, и ей удалось вывернуться из стальных тисков некогда совершенно безобидной женщины. Белое как мел лицо пропало из виду, и Абби, что есть силы оттолкнувшись ногой от печи, вместе с миссис Бенфорд врезалась в противоположную стену. От этого удара женщина должна была выпустить её из рук, но она этого не сделала, и они повалились на пол, зацепив обеденный стол и увлекая за собой посуду.

Амелия Бенфорд рухнула на неё сверху, вышибив из лёгких Абби весь воздух. Девочка слабо застонала, а старуха снова повернулась к ней и, широко разинув рот, казавшийся чёрным в контрасте с пепельной кожей, издала странное гудение. Её пальцы потянулись к шее Абби, но едва они коснулись её, как воздух вокруг завибрировал, и в следующий момент миссис Бенфорд подкинуло к самому потолку. Абби почти потеряла сознание, но жгучая боль между ключицами заставила её, вскрикнув, вскочить на ноги. Абби попыталась стряхнуть с себя то, что её обожгло, подумав, что случайно задела ногой раскалённый уголёк, выпавший из печки, и он попал ей под футболку. Но, нащупав на шее предмет, Абби поняла, что это не уголёк, а её собственный талисман – терновый шип на чёрной нитке. Секунду назад он казался раскалённым, а сейчас остывал прямо в пальцах. Тем временем в гостиной послышался шум – там Кассандра пыталась встать на ноги. Абби заковыляла в комнату, чтобы помочь ей.

– Нет, не уходи оттуда, – слабым голосом произнесла Кейси, – её надо запереть.

Абби оглянулась и сразу же увидела зияющий дверной проём погреба, дверь которого открылась, когда рядом рухнула Амелия Бенфорд. Раньше в нём всегда горел свет, потому что старая женщина боялась оступиться на крутых ступеньках, а она частенько доставала оттуда для Абби очень вкусное варенье. Но теперь там царила кромешная темнота, а миссис Бенфорд сидела возле погреба с прямой как у солдата спиной и смотрела в пустоту перед собой. Абби содрогнулась, но потом, выдохнув, быстро подошла к ней.

– Миссис Бенфорд, – её голос сорвался, – вспомните меня, пожалуйста. Это же я, Абби.

Кассандра прокряхтела что-то о бессмысленности и опасности, но Абби не слушала её. Неподвижная женщина полностью завладела её вниманием. Абби была готова выбросить из головы это происшествие – только бы старушка поднялась и сказала, что не узнала её и приняла девочек за шайку грабителей. Да пусть говорит что угодно, лишь бы не сидела на полу, уставившись в стену! Но миссис Бенфорд молчала, и Абби уже перешла на крик, пытаясь её растормошить.

– Абби, – Кассандра появилась в дверях кухни, – это не поможет.

– А что поможет? – Абби резко развернулась к ней.

Кассандра приготовилась ответить, но вдруг перевела взгляд за плечо подруги, и её глаза расширились от страха. Абби подпрыгнула, понимая, что именно увидела Кейси, но не успела сделать ни шагу, потому что нечеловеческая сила рванула её назад. Затылок Абби пронзила резкая боль, в глазах потемнело, и она сползла на пол по той самой стене, которую совсем недавно сверлила невидящим взглядом Амелия Бенфорд. Силы покинули девочку, но она вновь попыталась подняться. Ноги и руки не слушались, и пока Абби старалась совладать с ними, ожидая от миссис Бенфорд очередного сокрушительного удара, ей на помощь пришла Кассандра. Разбежавшись, она с криком толкнула старуху, и та, потеряв равновесие, исчезла в недрах погреба. Не теряя времени, Кейси захлопнула дверь и закрыла её на большой засов. Всё это произошло за спиной Абби, но она услышала страшный грохот, с которым миссис Бенфорд покатилась вниз по ступенькам. После такого падения ни один даже самый крепкий человек не смог бы остаться в живых.

– О нет, – простонала Абби, – ты её убила!

Кассандра не ответила, потому что в этот момент дверь погреба сотряслась от яростного удара. Через несколько секунд удар повторился. Абби уже стояла на дрожащих от слабости ногах и пыталась отдышаться.

– За это можешь не переживать, – произнесла Кассандра в промежутках между ударами. – Пошли.

Они, хромая, двинулись в гостиную. Из погреба продолжали доноситься глухие мощные удары. Дверь трещала, угрожая не выдержать под этим натиском. И всё же, несмотря на этот шум и жуткий гул в голове, Абби запротестовала:

– Мы не можем просто уйти.

Кассандра не ответила, но, постояв немного в раздумьях, подошла к телефону, сняла трубку и набрала короткий номер.

– Пришлите кого-нибудь, – затараторила она, громко, чтобы перекричать грохот, доносящийся из кухни, – тут женщина, и она опасна. Дом Амелии Бенфорд… Адрес? – Кейси взглянула на Абби, но та растерянно покачала головой. – Я не знаю адреса, это дом на старом шоссе… Недавно рядом с ним произошла авария!

На другом конце провода что-то спросили, но Кассандра перебила собеседника:

– Послушайте, женщине нужна помощь! Приезжайте быстрее. Нет, я не… Нам удалось её запереть. Кто говорит? – Кассандре потребовалось несколько секунд, чтобы придумать ответ. – Джой Мэдисон! – выпалила она и бросила трубку.

* * *

В приют девочки не пошли. Они сели на ближайшем пригорке неподалёку от дома Амелии Бенфорд и стали ждать приезда полицейских.

Всё оказалось намного хуже, чем подозревала Кассандра. Сумрак хозяйничал совсем близко от приюта Мэдисон, и это просто чудо, что он до сих пор не добрался до него. В том, что это именно Сумрак, у Кассандры не было сомнений. Авария при странных обстоятельствах, Амелия Бенфорд под явным подчинением сверхъестественного существа – с подобными вещами Кассандра сталкивалась уже не раз. Не ясно одно: сколько ещё у них времени и какую роль играет миссис Мэдисон в затеянной демоном игре.

Все эти мысли заставляли Кассандру цепенеть. Её всё ещё била мелкая дрожь после сражения с Амелией Бенфорд, но она не могла потерять самообладание в такой момент. Кассандра методично набирала в руку горсть земли и выпускала её сквозь пальцы. На сильном ветру крупицы земли закручивались в маленький вихрь и уносились в воздух. Это занятие помогало справиться с эмоциями. Абби молчала, глубоко погружённая в свои мысли.

По подсчётам Кассандры, солнце уже находилось в зените, но его не было видно за слоем бледных, но плотных туч, пеленой закрывших небо. Изредка Кейси поглядывала на Абби, прикидывая, не поговорить ли с ней, но всякий раз отказывалась от этой идеи. Абби выглядела слишком несчастной и разбитой, совсем не готовой к разговорам.

Сидеть на голой вершине холма было не очень-то приятно: злобные порывы ветра налетали со всех сторон, пытаясь столкнуть их вниз. Но Кассандра заставляла себя оставаться на месте и упрямо всматривалась в тонкую ленту шоссе, змеящуюся между неровными изгибами поля. Наконец вдали появился блеск красно-синих маячков полицейского автомобиля. Кассандра пихнула локтем неподвижно сидящую рядом Абби, и они поспешно скрылись в траве, чтобы их не заметили. Только когда машина остановилась у дома и Кассандра убедилась, что Амелия Бенфорд не выбралась из погреба до приезда полицейских, девочки неловко спустились по пологому склону, сплошь поросшему жухлой травой, и двинулись к приюту.

Дорога обратно заняла гораздо больше времени. Ветер безжалостно трепал волосы и одежду, толкал то в спину, то в грудь, налетая резкими порывами. Несколько раз с неба срывались крупные тёплые капли, но дождь всё не начинался. Кассандра пыталась шагать быстро, но получалось у неё плохо, а у Абби не получалось вовсе. Ноги то и дело запутывались в высокой траве, она оступалась и падала, словно её покинули последние силы. Кассандра подхватила Абби под руку. Тело ломило от падения в гостиной, но Кейси решительно двигалась вперёд. Абби, должно быть, было ещё хуже, но она ещё ни разу не пожаловалась. Она вообще молчала с тех пор, как они выбрались из этого проклятого дома. Кассандра всей душой сочувствовала подруге. Та попала в настоящий кошмар, и требовалось время, чтобы она пришла в себя. Но этого времени у них не было.

– Быстрее, – твердила Кейси всякий раз, когда Абби замедляла шаг, и в конце концов та не выдержала, остановилась и упёрлась ладонями в колени:

– Я так не могу.

Кассандра подошла к ней, едва удерживая равновесие на свирепом ветру:

– Если мы сейчас, прямо в бурю, свалимся здесь, то погибнем. Идём, осталось совсем немного.

Но оказалось, что Абби имеет в виду совсем другое.

– Как… как это вообще случилось с миссис Бенфорд? Что там произошло?

Кассандре потребовалась вся её выдержка, чтобы говорить спокойно:

– Эту женщину подчинил демон. Тот самый, который идёт за мной по пятам и который убил моих друзей.

Абби замотала головой:

– Да при чём тут… Что ты такое говоришь!.. Она просто… она, наверное, повредилась умом. Это… это можно как-то…

Кассандра больше не могла сдерживаться. Она схватила её за плечи, заставив распрямиться, заглянула в глаза и отчеканила, перекрикивая вой ветра:

– Ты же была там, Абби! Ты видела всё собственными глазами! Очнись! Амелия Бенфорд уже не человек! Мне плевать, веришь ты в это или нет, но ты не можешь отрицать то, что творится вокруг! Вспомни, что случилось! Вспомни, что происходит с Мэдисон! Перестань вести себя так, словно это всё это можно объяснить по-другому, и попробуй уже вписать в свою картину мира то, чего так упорно не желаешь замечать!

Абби поморщилась от этих слов. В другой раз Кассандра сжалилась и оставила бы её в покое, но сейчас она не могла остановиться.

– Нам нужно бежать из этого места! – продолжала кричать она, не жалея голоса. – Это единственный выход. Сумрак подобрался слишком близко, и я больше не могу ждать! Мы все в большой опасности! Теперь ты понимаешь это?

Ветер вторил ей яростным завыванием. По щекам Абби потекли горячие слёзы, но сухой порыв яростно сорвал их и унёс далеко в поля. Хвостик на затылке давно растрепался, и теперь пряди волос хлестали по лицу и шее. Абби беспомощно посмотрела на чернеющий вдали приют. Над ним с невероятной быстротой летели тучи, готовые унести с собой привычную жизнь девочки. Здесь же, в открытом поле, Кассандра с хрустом ломала весь прежний уклад и предлагала принять странную, новую, жуткую реальность.

– Не знаю, на что я надеялась, решив пойти с тобой к миссис Бенфорд, – продолжала Кейси уже тише, и её голос доносился словно издалека. – Наверное, хотела услышать, что гибель Энди была несчастным случаем. Я на минуту забыла, что в моей жизни не бывает случайностей. Теперь я убедилась в том, что Сумрак убил Энди, устроив аварию, а твоя несчастная миссис Бенфорд всё видела. Она тоже стала его жертвой, и мне очень, очень жаль, Абби, но этот демон уже совсем близко. От Сумрака не существует укрытий, он придёт рано или поздно. Нам нужно бежать, иначе мы погибнем. – Кейси дёрнула подругу за руку. Абби подняла голову и встретила пронзительный взгляд. – Ты со мной, Абби?

Абби вытерла мокрые щёки. Решение было тяжёлым, но она уже знала ответ. Он был готов заранее, ещё в тот день, когда Кассандра достала из чемодана свои удивительные книги.

Дрожащий от слёз голос прозвучал твёрдо:

– Я с тобой.

14

День 1-й

Буря продлилась всю ночь. Ветер яростно ревел за окнами, заметая в щели дома целые ворохи мусора и пыли. Дом стойко терпел эту осаду, поскрипывая в ответ на его жестокие порывы. Дети, наказанные миссис Мэдисон ночёвкой в подвале, сидели, сгрудившись на единственном матрасе, лежащем на полу у маленького окошка, за которым ровным счётом ничего не было видно.

Не наказали только Лорейн Паркер: она осталась наверху стирать, заправлять кровать директрисы, гладить и крахмалить – словом, делать всю ту жутко важную работу, без которой миссис Мэдисон не могла обойтись. Не было среди них и Артура Брана. Оказалось, что накануне Артур сбежал из приюта, забравшись под брезент в багажнике пикапа. Никто не знал, попросил ли он рабочих взять его с собой или сделал это тайно от всех, но когда побег раскрылся, миссис Мэдисон отреагировала на удивление спокойно.

А затем случилось событие, из-за которого дети и оказались в подвале.

Как и опасалась Кассандра, Маркуса Беллмена застали на выходе из закрытого крыла. Совершенно некстати поблизости оказалась директриса, провожающая мастеров, которые всё ещё возились с котлом. Когда Кейси и Абби появились на пороге, их взору предстала заполненная воспитанниками и взрослыми, залитая ярким светом гостевая комната, а в центре – миссис Мэдисон, держащая Маркуса за шиворот. У Абби не было никаких сил переживать ещё и из-за этого, и она даже не удивилась, что в гостевой появилось электричество – на протяжении долгих лет эта комната освещалась лишь естественным солнечным светом из грязных окон, а потому здесь всегда царил полумрак. Тем не менее Абби чувствовала свою вину за то, что Маркуса поймали, ведь это она рассказала ему про библиотеку. Однако если Кассандра и думала об этом, вслух она никого не обвиняла, и Абби была ей за это благодарна.

– В этом доме никто не смеет меня ослушаться! – брызжа слюной, визжала миссис Мэдисон. – Закрытые помещения должны оставаться закрытыми! Когда вернётся мистер Браун, он накрепко заколотит все ненужные двери, а до тех пор вы посидите без еды! Ты слышала, Мерси? Не смей никого подкармливать за моей спиной.

– Миссис Мэдисон! – воскликнула мадам Доне. – Это всего лишь дети! Они не заслуживают такого наказания! У мистера Брауна серьёзная травма, его могут выписать через месяц, а то и позже! Вы же заморите их голодом!

– Я тоже на это не подписывалась! – заголосила Мерси, в кои-то веки услышав ещё чьё-то возмущение. – Где это видано учинять такие расправы! Вы, мэм, как хотите, но с меня довольно!

Миссис Мэдисон затрясло. Её глаза налились кровью, и от этого безумного взгляда мадам Доне вся сжалась. Абби показалось, что силуэт директрисы на секунду зарябил, словно её показывают по телевизору и по экрану идут помехи. Но через мгновение рябь прошла, а миссис Мэдисон взяла себя в руки, плавно приблизилась к Мерси и что-то зашептала ей на ухо. Мерси вздрогнула как от пощёчины и зарыдала, глотая слёзы.

– Хочешь, – спросила у неё миссис Мэдисон уже громче, – я и здесь такое устрою? – Не дожидаясь ответа, она отошла от рыдающей кухарки и обвела взглядом комнату. Несколько секунд её глаза буравили девочек, застывших в тени у входной двери, а затем трескучим голосом миссис Мэдисон объявила: – Ваши похождения закончены, юные леди, как и твои, Беллмен. – Она с силой встряхнула Маркуса. – Пора вам напомнить, к чему приводит неповиновение. Элла, проводи всех до единого в подвал. С этих пор он будет служить им спальней. Паркер оставь при мне. – И она потащила Маркуса, который даже не сопротивлялся, вверх по лестнице в свой кабинет, намереваясь его как следует отхлестать.

Мадам Доне, заламывая руки, повела детей к подвалу, обещая открыть его, как только миссис Мэдисон успокоится. Но Кассандра ей не верила.

Скоро к ним присоединился Маркус, которого Лорейн Паркер почти притащила на своей спине. Она скинула его на матрас прямо перед сидящими на нём девочками и тотчас покинула подвал. Через какое-то время Лорейн вернулась и швырнула внутрь увесистый свёрток.

– Твоё барахло, Уайт, – сообщила она, – теперь я живу в той комнате. Я бы и вещи Макалистер принесла, но у неё их нет.

– А книги? – спросила Кассандра. – Будь любезна, принеси их тоже. Тебе-то они ни к чему, а мне ещё понадобятся.

Пока Лорейн стояла на пороге и чесала в затылке, пытаясь найти подвох в словах Кейси, Энн попыталась прошмыгнуть мимо неё к открытой двери, но Лорейн оттолкнула её, едва не скинув девочку с лестницы.

– А ну-ка, – угрожающе произнесла она, – проваливай отсюда, Бридж. Не видать тебе больше общей спальни.

– Ты уже поняла, в чём прелесть услужения директрисе? – насмешливо крикнула Кассандра.

Лорейн шумно задышала и приготовилась спуститься, чтобы задать Кейси трёпку, но потом передумала и ушла, не забыв закрыть за собой дверь. А напускную весёлость Кассандры как рукой сняло. Она поняла, что книг теперь ей точно не видать.

* * *

На следующий день, когда буря поутихла, к детям спустилась мадам Доне. Она принесла воду и чистые тряпки, чтобы обработать ими спину Маркуса, и пришла в ужас, когда мальчик задрал футболку.

– Она била меня, пока у неё не устала рука, – еле шевеля языком, сообщил он, а потом сидел молча, только вздрагивал, когда его спины касалась холодная ткань.

Бекки удалось отвлечь игрушками и прошлогодними конфетами, во множестве хранящимися в подвале. Плюшевый медведь, которого Кассандра хотела стащить для неё несколько дней назад, теперь попал к ней в руки. Это немного утешило Кейси и придало мужества: оно понадобится для плана, и она рассчитывала осуществить его предстоящей ночью.

Абби мрачно наблюдала за всеми, сидя в тёмном углу. Со стороны могло показаться, что она безучастна, но вид избитого Маркуса терзал её мысли и чувства. Собственные синяки и ушибы казались ей сущей мелочью по сравнению с тем, что представляла собой спина Маркуса.

– Миссис Мэдисон стала такой жестокой, – сказала учительница, аккуратно протирая израненную спину Маркуса.

– А что она делает наверху?

Мадам Доне взволнованно вздохнула.

– Всё утро провела в закрытом крыле, а теперь только и твердит о предателях и какой-то записке, которую срочно нужно найти. Должна признаться, она жутко меня пугает.

– О предателях? – нахмурилась Кейси. – Вы случайно не знаете, о ком она?

Учительница задумалась. И спустя пару минут ответила:

– Думаю, миссис Мэдисон говорит о нашем дорогом смотрителе, мистере Брауне.

Лицо Абби вытянулось от удивления. Не может быть, чтобы мистер Браун подбросил им записку! Старый смотритель, гонявший детей наравне с директрисой, не слишком трудолюбивый старик с ворохом дурных привычек и плохим запахом изо рта, оказался на самом деле не таким уж скверным. Всё это за доли секунды пронеслось в голове у Абби, и она, возможно, даже могла бы заподозрить миссис Мэдисон в его падении с лестницы, если бы Кейси не ткнула локтем её в бок.

– Нет, ты слышала? – потрясённо прошептала ей на ухо подруга. – Мистер Браун подбросил записку в книгу! Абби, это был мистер Браун!

– Да, это невероятно, – согласилась Абби, потирая бок, – должно быть, его отрезвили твои книги, которые он увидел, когда чинил нашу дверную ручку.

И Абби быстро пересказала Кассандре о том, что произошло в день приезда Энди. К счастью, сидящие поблизости дети не слышали этого разговора, потому что беседовали с мадам Доне.

– Несчастные дети, – твердила она, – что ещё должно случиться в этом Богом забытом месте? Но мы обязательно что-нибудь придумаем. Скоро Мерси передаст вам немного еды.

– Нужно попросить её оставить подвал открытым, – прошептала Кассандра Абби, едва она повернулась к учительнице, как наверху в гостевой комнате раздались гулкие шаги.

– Мне пора, – испугалась мадам Доне, вскочила, расплескав воду, и торопливо выбежала из подвала.

Скрипнул засов, и Кассандра чертыхнулась. Она надеялась, что учительница забудет запереть дверь, но они все как один исправно закрывали детей в подвале. Наверное, миссис Мэдисон дала по этому поводу особенно чёткие инструкции.

Шло время. Дети разбрелись по подвалу, рассматривая груды давно забытых вещей, которые когда-то украшали комнаты дома. Крысы и слизняки, заселившие тёмное и сырое помещение подвала, никого не пугали – наверху их было не намного меньше. Маркус тоже поднялся на ноги и стал разминаться с таким трудом, будто учился ходить заново. Кассандра и Абби остались сидеть на полу перед лестницей, ожидая появления Мерси и собираясь с силами. Сверху до них доносился скрип половиц и какой-то равномерный стук, но понять, что это такое, дети не смогли. Они решили спросить об этом кухарку, которая, как обещала мадам Доне, должна была вскоре принести еду. Абби вспомнилась их с Кейси ссора, когда она неосторожно обвинила подругу в причастности ко всему происходящему. Конечно, всерьёз она никогда так не думала, но это странное стечение обстоятельств выглядело и впрямь подозрительно. Она мысленно прокрутила тот злополучный диалог и внезапно поняла, что тогда пропустила мимо ушей одну деталь.

– Кейси, как-то раз ты сказала, будто наш дом кажется тебе странным. Что ты имела в виду?

Кассандра некоторое время обдумывала ответ.

– Я говорила о той руне в учебном классе и фотографии с молодой миссис Мэдисон.

Абби открыла рот, собираясь спросить, что в этих вещах такого странного, но Кейси опередила её:

– На самом деле странностей больше. Например, зачем в таком отдалённом месте нужны уроки латинского? На этом языке давно никто не говорит, он считается мёртвым.

– Ну и что? Разве его не учат просто так?

– В том-то и дело, что нет. В вашей библиотеке полно книг на латинском, а ещё там есть «По ту сторону зеркал», в которую подложили записку.

– И что в этом такого? – Абби никак не могла понять, к чему клонит Кассандра.

– Есть ещё одна странность, и она самая главная, – помолчав, сказала Кейси.

– Какая?

– Почему никто из вас не помнит своего детства? – Она не стала дожидаться ответа, которого у Абби не было. – Ты ведь понимаешь, что так не бывает? У каждого человека есть воспоминания.

– У меня они есть, – возразила Абби.

– Но их слишком мало, как и у остальных. Будто всем, кто здесь живёт, нарочно стёрли память.

– Зачем кому-то это делать?

Кассандра вздохнула:

– Я бы тоже хотела это знать.

– Ничего не понимаю, – пробормотала Абби. – Кому мешала наша память?

– Догадываюсь кому, – усмехнулась Кейси, – но поверь, вопросов от этого становится только больше.

– Почему? – Абби почувствовала себя глупой.

Кассандра уселась поудобнее:

– Та руна в классе была защитная. Её чертят, когда хотят обезопасить помещение и тех, кто в нём находится.

Абби подалась вперёд:

– Это точно? В смысле ты ничего не путаешь?

– Конечно нет! Я очень хорошо её знаю. Я сама чертила такую несколько дней назад на нашем дверном косяке. Её и ещё несколько других.

Абби растерянно оглядела подвал. Ей до сих пор не верилось, что та непонятная клякса над доской была руной, тем более защитной.

– И зачем, ты думаешь, миссис Мэдисон велела её стереть? – робко спросила она.

– Ну, это как раз понятно. Она замыслила недоброе, вот и решила избавиться от всего, что ей мешает. Мне интересно, откуда в этом доме известно о защитных рунах и зачем вообще понадобилось её чертить.

Абби в задумчивости откинулась на стену. Она не удивилась новости о своём беспамятстве. Шло время, дети становились старше, и Абби казалось нормальным забывать какие-то события. Она никогда не задумывалась над тем, что забыла слишком многое, а со стороны это действительно казалось очень странным. Абби пробовала вспомнить что-нибудь о руне, надеясь, что воспоминания нахлынут сами собой, как в тот раз о Саймоне, но сейчас голова осталась пустой. Забвение надёжно хранило давние секреты.

Мимо лестницы, кряхтя и цепляясь за всё, что попадалось под руку, прошёл Маркус. Абби посмотрела на него и, вспомнив о защитных амулетах, вновь повернулась к Кейси.

– А почему у Маркуса не сработала защита от миссис Мэдисон? – шёпотом спросила она. – Ты ведь сказала, что украшения должны обезопасить нас.

– Потому что он его снял, – ответила Кассандра, взглянув на запястье мальчика. – Эй, Маркус, разве Абби не говорила, что нельзя снимать браслет?

– Я его и не надевал, – донеслось в ответ. – Я не ношу украшений, к тому же таких уродливых.

– Много ты понимаешь, – скривилась Кассандра. – Может быть, сейчас ты бы не был так избит.

На это Маркус лишь фыркнул.

– Я же тебя попросила! – огорчённо простонала Абби. – Почему ты никогда никого не слушаешь?!

– Вот именно! – Энн подошла ближе и с негодованием уставилась на Абби. – Нам бы не пришлось сидеть в подвале, если бы кое-кто хоть иногда слушался! А теперь по вашей милости мы проторчим здесь до осени!

Кассандра собиралась что-то ответить, но тут возле крошечного окошка под потолком раздалась возня, затем одна створка открылась, и в появившемся просвете показалось раскрасневшееся лицо Мерси.

– Обед уже закончился. Вот, держите, – она просунула в окошко узелок с едой. – Вечером постараюсь принести ещё.

– Спасибо, – ответила Абби и, передав детям еду, задержалась у окошка, чтобы поговорить с Мерси. – Что происходит наверху?

Кухарка наклонилась к самой земле и зашептала:

– Перед обедом приходили рабочие чинить котёл. Миссис Мэдисон зачем-то заставила их заколотить все окна на первом этаже. А когда они это сделали, сказала, что больше в них не нуждается. Они подняли шум, кричали, что котёл нельзя включать, что он неисправен, но она и слушать их не стала. А потом заперла все входные двери на ключ. Даже дверь из кухни в сад, хотя я всю жизнь держала её открытой.

– Как же ты вышла? – удивилась Абби.

Мерси хмыкнула:

– Сказала, что мне нужно за сливами. Старуха дала мне двадцать минут.

– А сейчас что она делает?

– Рыщет по этажам. Ума не приложу, что она вынюхивает: вы все здесь, а Элла и Лорейн заняты. Миссис Мэдисон приказала им вымести все порожки в доме.

При этих словах Абби и Кассандра переглянулись.

– Порожки? – хихикнула Энн. – Зачем ей это понадобилось?

– Не знаю, – сердито ответила Мерси, – видать, совсем ополоумела на старости лет!

Кассандра в отчаянии закрыла глаза.

– А ветер забрал остальное, – едва слышно пробормотала она.

– Мерси, Мерси, – окликнула Абби кухарку и встала на цыпочки, чтобы приблизиться к окошку, – почему ты плакала вчера? Что она тебе сказала?

– О, Абби. – Кухарка всхлипнула при воспоминании об этом. – Она сказала, что… что это она навела порчу на пансионат моей сестры! – И Мерси снова разразилась потоком слёз.

Абби так и застыла в неудобной позе, чувствуя, как по коже побежали мурашки. Внезапно рядом появилась Кассандра и с придыханием спросила:

– Зачем ты её слушаешь? Она же просто хочет всех запугать!

– Я знаю, но как представлю этот ужас – так сердце кровью обливается! – Кухарка достала платок, чтобы высморкаться, а потом спохватилась: – Мне надо идти. Если миссис Мэдисон застукает меня тут, то мне несдобровать! – Она стала подниматься, но Кейси успела схватить её за руку:

– Мерси, ты можешь отпереть подвал на ночь?

Кухарка замерла, не ожидая подобной просьбы.

– Пожалуйста, Мерси, – продолжала горячо шептать Кассандра. – Выпусти нас. Мы обязательно вернёмся сюда к рассвету, и миссис Мэдисон ничего не заметит.

– Я… я ничего не обещаю, – пробормотала растерявшаяся женщина и захлопнула створку, вновь погрузив подвал в холодную темноту.

Девочки опустились на матрас к остальным детям. Абби посмотрела на остатки еды, но поняла, что ей сейчас не до обеда.

– Ты что, и правда думаешь, что миссис Мэдисон не насылала порчу на Речной край? – спросила она Кейси.

– Разумеется, нет, – отозвалась девочка, откинув с плеча волосы, – я абсолютно уверена, что именно она это и сделала.

Маркус, который доедал свою порцию густой, как холодец, каши, поперхнулся, услышав их разговор. Прокашлявшись, он спросил:

– Порча? Постойте, вы что, серьёзно?

Но ему никто не ответил. Все погрузились в свои мысли. Даже маленькая Бекки задумчиво теребила уши плюшевого медведя.

– Да что происходит, вы можете объяснить?! – взорвался наконец Маркус и от этого гневного возгласа снова закашлялся.

В неверном свете единственной лампы, тускло освещающей подвал, Абби заметила бледность мальчика. Каждый вдох давался ему с трудом, сопровождаясь хрипами. Она хотела спросить, где его ингалятор, но тут Кассандра, оглядев всех, сказала:

– Нам нужно бежать. Сегодня. Как только Мерси откроет дверь.

– То есть как бежать? – недоверчиво спросила Энн. – Совсем, что ли?

– Да, совсем. И желательно всем вместе.

В подвале повисла тишина, которую нарушало лишь тяжёлое дыхание Маркуса.

– Мы будем бездомными, – произнёс он.

– Да.

– Зато миссис Мэдисон будет далеко.

– Да.

– Я согласен.

Абби не смогла сдержать вздох облегчения. Она думала, что уговорить Маркуса будет сложнее всего. Но дольше всех пришлось убеждать Энн.

– Я однажды уже собиралась сбежать, – обиженно сказала она, – вместе с Мелиссой. А она сделала это без меня!

– Я не Мелисса, – возразила Кассандра, умышленно умолчав о судьбе девочки, – и не собираюсь бросать тех, кто решит пойти со мной.

– А как же Лорейн? Мы оставим её?

Кейси задумалась:

– Честно говоря, я не знаю, как с ней поступить. Она может поднять шум, если увидит нас или поймёт, что мы задумали. Всё зависит от того, насколько ей тут нравится.

Энн всё ещё сомневалась:

– А где мы будем жить? В каких-нибудь развалинах? Мёрзнуть под дождём и есть что придётся?

– Прямо как здесь, – заметил Маркус.

– Тут хотя бы есть Мерси, а там и вовсе никого не будет. И спальни уже готовы, а на улице мы останемся без крыши над головой.

– Я знаю одно место, где можно будет пожить какое-то время, – сказал Маркус неровным голосом. – Мне про него Саймон рассказывал. Это заброшенная обувная фабрика на окраине города.

– Откуда Саймон про неё узнал? – вскинулась Абби, едва услышав имя брата.

– Ты, возможно, не помнишь, но Саймон какое-то время дружил с шайкой Бобби. Можно сказать, состоял в ней. Это было совсем недолго, но он успел исследовать городские трущобы и говорил, что эта фабрика пустует. Бездомные почему-то боятся там жить. Так вот, если там до сих пор никого нет, мы можем пойти туда. Он объяснил мне, где она находится, и я могу отвести вас.

Энн хмыкнула:

– Всю жизнь только об этом и мечтала – жить на заброшенной обувной фабрике.

Абби поняла, что убедить Энн не удастся, и решила зайти с другой стороны:

– Послушай, новые комнаты – совсем не то, из-за чего здесь нужно оставаться. Подумай сама, сколько ребят исчезло из приюта за последние недели. Да, они сбежали, конечно, но… Кто на это обратил внимание? Инспектор Кларк? Рабочие? Мы никому не нужны, Энн, как ты не понимаешь? А миссис Мэдисон и впрямь стала очень жестокой. Может быть, приют и является её собственностью, но не мы. Она должна заботиться о нас, но в последнее время этого совсем не видно! Сплошные наказания и унижения. А что, если она решит и вовсе не выпускать нас из подвала? И если в следующий раз на месте Маркуса окажешься ты или Бекки? И потом: зачем ей понадобилось заколачивать окна и запирать двери? Что она собирается делать дальше? Лично я не хочу это выяснять. Нам нужно бежать из приюта, пока миссис Мэдисон не совершила что-нибудь ужасное.

Сидящая рядом Кассандра пробормотала:

– Она вымела все порожки. Это очень дурной знак.

– Почему? – спросил Маркус, но Кейси ему не ответила.

Бекки, которая не принимала никакого участия в обсуждении побега, внезапно попросила тоненьким жалобным голоском:

– Давай побежим, Энни. Ну что тебе стоит?

Энн хмуро посмотрела на неё, потрепала по волосам и со вздохом сказала:

– Ладно. Я с вами.

Кассандра удовлетворённо кивнула:

– Хорошо. Остаётся надеяться, что у Мерси хватит духу открыть подвал.

– Да, но как мы сбежим, если старуха заперла все двери? – раздражённо зашипела Энн.

– Мы стащим ключи, – ответила Кейси и, увидев, как все потрясённо застыли, спросила: – У вас что, есть другой план? Я готова это сделать, но я не ориентируюсь в её комнате. Мне понадобится помощь.

– С чего ты решила, что мы были в её комнате? – спросила Энн.

– Мы действительно там были год назад, забыла? Саймон? Манекены? – напомнила Абби.

На лице Энн отразилось замешательство, сменившееся изумлением. Похоже, девочка вспомнила давно забытые события. Она крепко задумалась, а остальные снова принялись обсуждать детали побега.

– Я пойду с тобой, – мужественно предложил Маркус и попытался опереться на стену, но тут же согнулся, скривившись от боли.

Абби посмотрела на его несчастное лицо и неожиданно для себя приняла решение:

– Нет, ты останешься здесь набираться сил. Тебе ещё вести нас к фабрике. С Кассандрой пойду я. – Краем глаза она увидела, что Кейси бросила на неё благодарный взгляд:

– Спасибо. Вдвоём будет быстрее. И не так страшно.

– Осталось решить, что делать с Лорейн.

Энн, уже явно что-то вспомнив, внезапно сказала:

– Предоставьте Лорейн мне. Я смогу её уговорить.

Абби с сомнением посмотрела на неё:

– Уверена?

Энн кивнула с самым серьёзным видом. Кассандра пожала плечами:

– Хорошо. Тогда встречаемся у входа. С ключами или без них, но мы выберемся из этого проклятого места. А теперь будем ждать.

Оставшийся день тянулся целую вечность. Ветер вернулся, пригнав в поля тяжёлые тучи. Из-за них стемнело гораздо раньше обычного, отчего детям показалось, что ночь наступила быстрее, а время, наоборот, тянулось очень медленно, превращая ожидание в настоящую пытку. Мерси не принесла еду, как обещала, но дети знали, что самая главная её миссия ещё впереди.

Абби была не в силах так долго сидеть на месте. Она вскочила и начала кругами ходить по подвалу, то скрываясь в густой тени, то появляясь в световом круге лампы. Маркус и Бекки дремали на матрасе, вздрагивая от сильных порывов ветра снаружи дома. Энн ковырялась в коробках, стоящих на застеленном брезентом столе. Кассандра же устроилась на ступеньках возле самой двери в ожидании, когда откроется дверь подвала. С наступлением вечера она нервничала всё сильнее и ежеминутно хваталась за медальон на шее, проверяя, нагрелся он или нет. Мысленно она молила Мерси освободить их, но время шло, а кухарка всё не приходила.

И вот, когда Кейси уже прикидывала, хватит ли у неё навыков взломать замок самостоятельно, где-то в глубине дома раздался далёкий звон колокольчика, означающий отбой. Через несколько секунд на просвет между полом и дверью, с которого Кассандра не сводила глаз, легла тень. Послышался тихий щелчок замка, и тень исчезла. Путь был свободен.

15

DEPREHENSIO[4]

Директриса работала допоздна. Она всё ещё сидела в своём кабинете, когда девочки бесшумно прокрались мимо него по лестнице и остановились в тени коридора у своей комнаты, которую теперь заняла Лорейн. Они не собирались заходить туда, хотя сейчас Лорейн стирала в прачечной на первом этаже, куда как раз отправилась Энн, когда дети выбрались из подвала и разделились. Маркусу вместе с Бекки было велено ждать всех у входной двери и спрятаться за шкафом для обуви, если кто-то из взрослых будет проходить мимо.

Вскоре миссис Мэдисон вышла из кабинета, заперла дверь и стала подниматься к себе. Девочки, спрятавшись за углом возле детских спален, видели, как старуха направилась в противоположную от них сторону. Абби сразу заметила тускло блестевшую в свете коридорных ламп связку ключей у неё на поясе. Если бы в этот момент миссис Мэдисон оглянулась, то увидела бы Кассандру и Абби, прижавшихся к стене и не спускающих с неё глаз. Но она не оглянулась. Щёлкнул замок, и миссис Мэдисон вошла в спальню. Едва за ней закрылась дверь, как Кассандра с досадой прошептала:

– Я так надеялась, что она забудет закрыть кабинет.

– А зачем тебе её кабинет? Ключи она забрала с собой, я видела.

– Там есть телефон. Мы могли бы позвонить, как из дома миссис Бенфорд.

– В полицию?

– Да хоть бы и в полицию. Куда угодно, лишь бы спастись.

Абби ничего на это не ответила, лишь посмотрела в конец коридора, где находилась спальня директрисы. Кассандра пыталась всё время что-то придумать, чтобы облегчить им задачу, но Абби понимала, что самого сложного не миновать и что она подписалась на это ещё в подвале. Им придётся стащить ключи прямо перед носом старухи, и страшно даже представить, что их ждёт, если они попадутся. Но если нет – гадкая миссис Мэдисон больше не будет издеваться над ними, потому что они будут на свободе. Все эти ужасы наконец прекратятся!

Абби сжала кулаки, собралась с духом и вышла из укрытия. Кейси не отставала ни на шаг. Девочки бесшумно подбежали к комнате и, приблизившись к двери, услышали отдалённый шум воды. В этот момент снизу раздался глухой, медленно нарастающий гул. Пока Абби пыталась сообразить, что это может быть, Кассандра потрясённо воскликнула:

– Она включила котёл!

Это было очень плохо. По словам мастеров, котёл мог перегреться в любой момент, но миссис Мэдисон всё это будто не волновало. С тех пор как в приюте совсем отключили горячую воду, прошло уже несколько дней, и всё это время она не могла принять ванну. Но последние дни выдались крайне беспокойными, поэтому сегодня директриса решила доставить себе удовольствие несмотря ни на что.

За дверью послышалась возня, и девочки снова прислушались. Что-то глухо звякнуло – наверное, связка ключей, которую миссис Мэдисон отцепила от своего платья. Затем послышались мягкие шаркающие звуки, тихо хлопнула дверь, и шум воды стих. Кассандра осторожно взялась за дверную ручку. В другой раз Абби тут же впала бы в панику и остановила бы Кейси, сказав, что передумала. Абби струсила бы – будь это в другой раз. Но сейчас, глядя, как Кассандра уже нажимает на ручку, она лишь стиснула зубы и наклонила голову в немой решимости. Дверь, тихонько скрипнув, открылась, и Кассандра, осторожно заглянув в комнату, обернулась:

– Никого, она в ванной. Давай, у нас одна попытка.

Абби кивнула и рысцой вбежала в комнату. Над белоснежной кроватью, стоящей у стены сразу за дверью, горели ночники, ещё один стоял у окна на старинном туалетном столике. После скудного подвального освещения этот свет казался ярким и заливал всю комнату. Абби огляделась в поисках места, куда миссис Мэдисон могла положить ключи. Очевидно, что в собственной спальне их не нужно было ни от кого прятать, но директриса, по-видимому, так не считала. Она усваивала уроки так же хорошо, как и дети, и появление Саймона в своих покоях, должно быть, запомнила надолго.

Связки нигде не было видно, зато Абби сразу бросились в глаза знакомые восковые головы, стоящие в два ряда на широком комоде. Свет ночников эффектно освещал манекены, преломляясь на их безжизненных лицах. Абби сглотнула и поспешила к серванту, аккуратно огибая массивный комод. Кассандра проворчала:

– Что за манера у вашей миссис Мэдисон вечно всё усложнять! Почему бы не повесить ключи на гвоздик у выхода?

Абби почти не слышала её. Она торопливо осмотрела полки серванта, но кроме вороха счетов и квитанций вперемешку с несколькими старыми фотографиями там ничего не было. Фото, лежащее сверху, было разорвано на несколько частей и заново склеено скотчем. На нём было множество детей, наверное, воспитанников приюта. В центре сидела улыбающаяся и гордая миссис Мэдисон. Абби сразу узнала её, хотя видеть улыбку директрисы было непривычно. Затем она разглядела мальчика лет восьми и девочку помладше – себя и Саймона. Они стояли в первом ряду, крепко держась за руки, и смеялись. Похоже, в те времена, когда сделали это фото, все в приюте были счастливы.

Она продолжала разглядывать фотографию, когда рядом возникла возмущённая Кассандра.

– Что ты делаешь?! – зашипела она. – У нас нет на это времени!

Абби быстро сунула фото в карман, чтобы потом, когда они выберутся отсюда, рассмотреть его повнимательнее.

– Мы ищем ключи, помнишь?

– Да.

– Вот и отлично. Давай проверим здесь.

Абби метнулась к столику, на котором раньше стояло большое овальное зеркало. Вместе с Кассандрой они склонились над двумя рядами ящиков, которые служили основанием столика, и Кассандра сразу же начала проверять их. Абби, не теряя времени, последовала её примеру и открыла первый ящик. Ничего, кроме старых тюбиков с кремами. Абби открыла следующий – тоже пусто. Ещё один – ничего. Она осмотрела свой ряд ящиков и перешла к последнему, тому, что находился в центре, под столешницей. Но он оказался закрыт.

– Кейси! Тут не открывается.

– Дай я.

Кассандра бесцеремонно оттолкнула подругу и подёргала ручку ящика, но это ничего не дало.

– Чтоб тебя… Неспроста это!

Абби пыталась сообразить, как открыть проклятый ящик, заранее осознавая тщетность своих усилий, но тут круглая ручка под натиском пальцев Кассандры внезапно повернулась в сторону. Что-то щёлкнуло, и ящик выехал вперёд, явив заветную связку. Вблизи она казалась огромной.

– Есть! – слишком громко воскликнула Кассандра и схватила ключи. – Всё, идём!

Абби принялась поспешно закрывать ящик, но задела его плечом. Он вывалился и перевернулся вверх дном, на пол упала толстая стопка бумаг, которая лежала в глубине ящика. Охнув, она принялась торопливо запихивать их обратно. Внезапно среди бумаг попался конверт на имя Гвендолин Милн с аккуратно прикреплённым к нему письмом. Удивившись, Абби пробежала по тексту глазами и выхватила несколько фраз, от которых её брови поползли наверх. «…Есть возможность принять…», «мисс Гвендолин Милн…», «…должность учителя»…

– Что это? – в замешательстве пробормотала Абби и взяла следующее письмо, также адресованное Гвен, а за ним следующее. Словно во сне Абби выхватывала глазами фразы. «Рады пригласить…», «готовы предложить…», «…большая честь для нас…», «Уважаемый досточтимый Дом Мэдисон»…

– Кейси! – воскликнула она. – Это приглашения на работу! Все, кому написала Гвендолин: её приняли!

Письмам не было конца, и Абби всё никак не могла остановиться. Кейси уже добралась до двери и окликнула подругу, но та даже не взглянула на неё, только сейчас осознав степень коварства миссис Мэдисон.

Кассандра подскочила к Абби и, выбив все бумаги у неё из рук, потянула её к выходу:

– Сейчас не до этого! Гвен уже нашла работу, и у неё всё хорошо, а у нас нет! Нам нужно уходить, понимаешь? Да оставь ты в покое ящик, идём!

Абби выпрямилась – и в этот момент на девочек упал яркий луч света.

* * *

Директриса услышала шум, доносящийся из спальни, но вылезать из горячей ванны не торопилась, решив, что это, должно быть, Мерси принесла ей хрустящие тосты и чай, который она обычно пила перед сном. Неужели эта неотёсанная повариха споткнулась на пороге с подносом? Только этого не хватало! А может, у неё есть новости об очередной внеплановой проверке? Нет, только не сейчас. В последнее время мысли путались в голове, заплетались в тугой узел и уплывали, оставляя только туман беспамятства. Нерешённые дела копились и множились, вызывая раздражение и ощущение потери контроля. Да ещё эти пропавшие дети… Ума не приложить, куда они подевались. Мейсон уже требует отчётов по опекунам, необходимо срочно что-то придумать! Но эти жуткие головные боли… Чёрт возьми, её не предупреждали, что самочувствие будет ухудшаться настолько стремительно!

А может, это Лорейн принесла выглаженное платье на завтра или пришла сообщить, что явился врач из города? Директриса позвонила ему вчера вечером после того ужаса, который ей пришлось пережить из-за этих несносных воспитанников. Ослепительная вспышка ярости привела к очередному провалу в памяти, и хотя она очень быстро пришла в себя – никто этого даже не заметил, – мощный спазм настиг её уже в кабинете. Там она выместила эту боль на Маркусе Беллмене, а затем, не в силах больше терпеть, набрала номер О’Донела, городского врача с золотыми руками. О’Донел сообщил, что может приехать не раньше завтрашнего утра – но, может, у него нашлась минутка заглянуть в приют.

Джой Мэдисон уже представляла, как приглашает О’Донела в свой кабинет и как кстати Мерси принесёт горячий чай. Она пожалуется на свою тяжкую работу, на прогнивший дом и на детей, которых так нелегко воспитывать. И доктор, смилостивившись, пропишет ей сильное обезболивающее или даже снотворное, и эти лекарства вернут ей былую остроту ума и избавят от провалов в памяти, не говоря уж о нестерпимой боли. Воодушевлённая этими приятными мыслями, Мэдисон всё-таки вышла из ванны, облачилась в ночную сорочку и, запахнув халат, поспешила к двери, даже не надев тапки. Она с силой распахнула дверь, впустив в спальню яркий свет из ванной комнаты. Дверь в коридор действительно была открыта, но ни Мерси, ни Лорейн Паркер, а тем более доктора О’Донела в спальне не было. Вместо них Мэдисон увидела двух девчонок, испуганно замерших у её письменного стола. От удивления директриса несколько раз моргнула.

– Вы? – несколько разочарованно произнесла она.

Всего лишь две девчонки, которые разбили светлую надежду, согревшую её секунду назад. Приглядевшись, она увидела, что это Кассандра Уайт и Абби Макалистер. Они проникли в её спальню под покровом ночи, в то время, когда должны отбывать наказание в подвале, предпочтя непослушание порядку и жизни в спальной комнате. В самой лучшей комнате в приюте, которую директриса выделила им по своей душевной доброте, и только. И как они её отблагодарили? Эта Уайт, которой не писаны законы и правила, с первого дня попирающая хрупкую систему, сложившуюся в доме, подающая дурной пример детям, а в особенности бесхребетной Макалистер! Миссис Мэдисон со свистом втянула воздух. Эти мерзавки осмелились войти сюда, прекрасно зная, что она находится совсем рядом, по сути здесь же, в собственной спальне! Это… это неслыханно! Джой Мэдисон услышала нарастающий рокот в ушах, предвестник мучительной головной боли, но уже не могла взять себя в руки. Она смотрела на их перепуганные лица, и её наполняла злость. Да как они только посмели сунуть сюда свой нос после того, как она выпорола Беллмена! В пелене накатывающего волнами гнева Мэдисон увидела выдвинутый ящик своего письменного стола. Тот самый, который открывается поворотом ручки. Они ковырялись в её столе! Они вскрыли ящик! Её личный ящик!

– Вы! – выкрикнула она, скрипнув зубами от ярости.

Девочки попятились к стене, Кассандра оступилась и вскинула руку, выставив на обозрение директрисе связку ключей. Это была последняя капля. Гул в голове приближался с ужасающей скоростью. В полузабытьи Джой Мэдисон посмотрела вниз и увидела, как её ноги проваливаются в черноту. Спустя мгновение рокот в голове перерос в оглушающий, невыносимый грохот, и миссис Мэдисон окончательно потеряла над собой контроль.

* * *

Кассандра наткнулась спиной на комод в тот момент, когда директриса выкрикнула второе «вы» за последнюю минуту. Что-то упало и покатилось по широкой столешнице комода. Кассандра отрешённо оглянулась на этот звук и увидела те самые жуткие восковые головы. До этого, подбегая к письменному столу, она не обратила никакого внимания на восемь бледных лиц, стоящих совсем рядом. Только сейчас вместо застывших одинаковых ликов, абсолютно безразличных к тем, кто на них смотрел, лица передавали различные эмоции. Одно закатило глаза в беспамятстве, второе зашлось в безмолвном крике, третье мерзко ухмылялось, четвёртое исказилось от ярости. И все они менялись, кривлялись, словно ожили в этот зловещий миг. Кассандра отпрянула от комода в отвращении, схватив за руку Абби, которая будто приросла к месту, с ужасом наблюдая за преображением миссис Мэдисон.

– Быстрее! – Кассандра потянула Абби к выходу.

Нужно срочно убраться из этой комнаты. Миссис Мэдисон уже не миссис Мэдисон, а это означает, что каждая секунда промедления может обернуться гибелью. Выталкивая Абби в коридор, Кейси всё же бросила мимолётный взгляд на директрису – и не узнала её. Пальцы рук удлинялись прямо на глазах, кожа на лице расползлась, искажая черты, редкие белёсые волосы облезли, обнажив череп, а глаза загорелись мертвецким жёлтым светом. Миссис Мэдисон распахнула рот и завизжала во всю глотку. Кассандра захлопнула дверь, отсекая этот ужасный крик, и услышала другой звук, наполняющий приют. С того момента как девочки проникли в спальню миссис Мэдисон, он стал гораздо громче. Абби затравленно озиралась по сторонам. Они, не прячась, двинулись в сторону лестницы.

– Нам нужно на улицу, – сдавленно говорила Абби.

– Абби? Кассандра? – послышался с лестницы испуганный голос.

В коридоре появился Маркус Беллмен. Он крепко держал за руку Бекки, которая была бледна и выглядела испуганной, но молчала. Девочки бросились к ним навстречу.

– Вы слышали это? – спросил Маркус. – Похоже, котёл перегрелся. Внизу никто не спит. Я слышал, что снаружи кто-то приехал, стучал в дверь, но без толку…

Внезапно гул перерос в раскатистый рёв. Пол под ногами задрожал. Бекки начала всхлипывать, Абби сразу же подхватила её на руки, и в этот момент приют сотряс оглушительный взрыв. Дети попадали на пол, а лестница – путь к спасению – обвалилась прямо на глазах. Охнув, они отползли к противоположной стене, подальше от края. Перед ними зияла пропасть, внизу которой бушевало пламя.

– Как теперь спуститься? – крикнула Абби.

– Мы спустимся, – произнесла Кассандра, – есть ещё одна лестница.

– Но она же сломана!

– Можно слезть по перилам. – Кейси то и дело нервно посматривала назад, где находилась дверь в спальню миссис Мэдисон.

– Да, – кивнул Маркус, – идёмте.

Все посмотрели в тёмный коридор, который нужно было преодолеть, чтобы спуститься на первый этаж. Однако на пути была спальня миссис Мэдисон, дверь в которую внезапно сорвалась с петель и с грохотом врезалась в противоположную стену. Лицо Маркуса вытянулось:

– Это что ещё…

– Это миссис Мэдисон! Уходим. – Кассандра с силой толкнула его в другую сторону и крикнула: – Абби, не стой столбом!

Её крик вывел Абби из оцепенения. Миссис Мэдисон выплыла в коридор и медленно повернулась к ним. Дети со всех ног бросились к своей комнате. По стенам вслед за ними расползались трещины, похожие на пальцы чудовища. Казалось, что дом построен из картона и спичек, – всё кругом трещало и тряслось, пол буквально уходил из-под ног, на голову сыпались куски штукатурки. Кассандра обернулась. Миссис Мэдисон нагоняла их. Она стремительно приближалась, не обращая никакого внимания на полыхающий внизу огонь. Её глаза горели ярче этого пламени. Заталкивая остальных в спальню, Кассандра надеялась, что они не окажутся под завалами, смогут переждать и выбраться живыми.

Ворвавшись в комнату, Кассандра обратилась к Абби:

– Лучше, чтобы она этого не видела, – кивком головы она указала на Бекки.

Абби покорно поставила девочку на пол и ладонью закрыла ей глаза. Кейси ринулась к окну, чтобы прикинуть расстояние до земли. Слишком высоко. На переломанных ногах далеко не убежишь, а Бекки и вовсе может свернуть шею. Внизу, перед самым крыльцом, Кассандра заметила машину скорой помощи с распахнутой водительской дверью. Как и сказал Маркус, к ним явились на выручку. Но гадать, как у дома оказалась скорая помощь, не было времени. Кейси отвернулась от окна.

– Что происходит? – пискнул Маркус откуда-то сбоку. Он достал ингалятор и даже успел воспользоваться им, прежде чем в дверном проёме появилась директриса. Увидев её, Кассандра инстинктивно отпрянула вглубь комнаты. «Перестань, – мысленно одёрнула она себя. – Ей сюда не попасть. Кому, как не тебе, знать это?

Директриса выглядела жутко. Она быстро крутила головой, разглядывая руны, которые слабо светились в полумраке второго этажа. Один вид миссис Мэдисон вызвал у Маркуса шок. Конечно, он уже многое понял прошлым вечером. Но теперь, увидев худосочную, лысую, изуродованную старуху в одной ночной сорочке, преследующую своих воспитанников, Маркус Беллмен испытал настоящее потрясение.

– Она не сможет войти, – повторила Кассандра уже вслух, обращаясь ко всем остальным.

– Сотри их, – взвыла миссис Мэдисон, – сотри немедленно!

– Абби, мне страшно, – всхлипнула Бекки. – Кто это кричит?

Абби плотнее прижала ладонь к глазам девочки и обняла её. Впервые она позавидовала Бекки – вот бы оказаться сейчас на её месте, чтобы быть маленькой и не видеть всего этого кошмара! В памяти всплыло пергаментно-белое лицо Амелии Бенфорд, с которой пришлось бороться день назад, но то, что сейчас творилось с миссис Мэдисон, было в десять раз хуже. Абби до смерти хотелось, чтобы ей так же закрыли глаза, крепко прижали к себе и стали нашёптывать успокаивающие слова.

– Не бойся, скоро всё закончится, – твердила Абби, покачивая Бекки из стороны в сторону и не веря собственным словам.

Из глубины коридора потянуло дымом. Снизу стали слышны крики, но Мэдисон было не до них. Уперевшись тощими костлявыми руками в откосы дверного проёма, она вперилась ненавистным взглядом в Кассандру.

– Стирай! – взревела директриса.

Кассандра схватила стоящий у окна стул, размахнулась и запустила им через всю комнату в старуху, угодив прямо ей в грудь и отбросив от двери.

– Что ты делаешь?! – закричал Маркус, схватившись за голову.

Но Кассандра даже не взглянула на него. Она приблизилась к входу и крикнула:

– Уходи! Нас тебе не достать!

Бекки громко заплакала, и Абби на миг перестала следить за происходящим, вспомнив о записке, оставленной в книге на полке в библиотеке. «Бегите без оглядки», – прозвучал в голове голос, которого она никогда не слышала. Автор записки прекрасно знал, о чём пишет. Жаль, что они слишком поздно последовали этому совету.

Запах дыма стал отчётливей, до ушей начал доноситься слабый треск. Абби подняла глаза и встретилась взглядом с Кассандрой. Дом горел. Они оказались в ловушке – в своей спальне. Мэдисон, кажется, было плевать на пожар. Она сновала у двери и всё больше переставала походить на человека. Стул совершенно не навредил ей. Директриса громко хохотала, не останавливаясь ни на мгновение, и кидалась на невидимую преграду, которая надёжно удерживала её за пределами комнаты.

– Я до вас доберусь! – выла она.

– Нет! – крикнула Кассандра.

Миссис Мэдисон уставилась на неё горящими жёлтыми глазами и внезапно вскочила на стену, словно гигантская саранча.

Её голова выглянула из проёма, а затем, повисев так мгновение, стремительно поползла вверх вслед за остальным телом, которого не было видно за стеной. Маркус, онемев, осел на пол. Абби сдавленно вскрикнула и зажмурилась, и лишь Кассандра продолжала безотрывно смотреть на то, что когда-то было директрисой приюта Мэдисон. Дым повалил в комнату, на стенах коридора запрыгали отблески приближающегося огня. А миссис Мэдисон ползала по стене, заглядывая в дверной проём, белая на чёрном, как огромная моль, выбравшаяся из-под старых обоев. Из-под неправдоподобно длинных пальцев старухи летела штукатурка. Кассандра увидела, как целый кусок откололся от стены и упал на пол. Миссис Мэдисон собралась расковырять проём, чтобы вырвать из него дверной косяк, исписанный защитными рунами. Директриса явно увлеклась этим занятиям, помогая себе даже зубами.

– Мы спасёмся. Я найду выход, – как заведённая твердила Кейси, с отчаянием понимая, что на этот раз не в силах ничего придумать.

Дерево уже начало поддаваться натиску когтей, когда Кассандра услышала громкий топот. Кто-то во весь опор нёсся по коридору, приближаясь к их комнате, но нечисть, полностью поглощённая разрушением стены, не обратила на бегущего никакого внимания.

Спустя мгновение раздался оглушительный выстрел, и миссис Мэдисон с визгом исчезла из поля зрения, а на её месте возник мистер Браун с ружьём в руках и гигантским бандажом на шее. Бандаж сковывал движения смотрителя, делая его неповоротливым, однако это не помешало ему сбежать из госпиталя, угнать машину, вломиться в приют, взять ружьё и вскарабкаться по сломанной лестнице на второй этаж. Мистер Браун тяжело дышал и был объят клубами дыма. Он жестами показал изумлённой Кассандре, что путь свободен, потом перезарядил ружьё и скрылся в том направлении, куда отшвырнуло директрису. Вскоре раздался ещё один выстрел.

Кассандра шумно выдохнула, почувствовав небывалое облегчение, будто внутри неё всё это время сжималась пружина, а сейчас её натяжение резко ослабло. Но все остальные были напуганы гораздо больше, и теперь их жизнь находится в её руках. И хотя её била дрожь при мысли, что ещё ничего не закончено, она не давала волю эмоциям. Внезапно почувствовав слабость и головокружение, она оперлась на письменный стол и осознала, что всё в дыму и пора быстро уносить ноги. Она обернулась. За её спиной Абби и Маркус никак не могли успокоить Бекки – у той началась настоящая истерика. Неожиданно для себя Кассандра подошла к малышке, и та подняла к ней своё заплаканное лицо.

– Послушай меня… э-э-э… девочка. – Она никак не могла запомнить её имени. – Миссис Мэдисон сильно заболела, поэтому ведёт себя так странно. Но мистер Браун уже прогнал её, а мы находимся в большой опасности, потому что начался пожар. Нам всем нужно как можно быстрее выбраться из дома. Хорошо? А теперь ты возьмёшь Абби за руку, и мы поищем выход.

Её слова подействовали, и Бекки перестала плакать. Всхлипнув пару раз, она поднялась на ноги, вытерла слёзы и крепко сжала ладонь Абби.

– Вот так. Все готовы?

Не дожидаясь ответа, Кассандра выскочила в коридор. Там, где скрылись директриса и мистер Браун, было тихо. Единственный путь лежал в противоположную сторону, через дым. Остатки лестницы, примыкающей ко второму этажу, уже лизало пламя, однако на стены огонь ещё не перекинулся. Перед выходом дети повязали на лица влажные тряпки, которые Абби сделала из своей последней футболки и остатков воды из вазочки с завядшими цветами. Задержав дыхание, дети побежали по длинному проходу. В глазах нещадно защипало, горло, несмотря на мокрые повязки, начал раздирать едкий дым. Путь казался нескончаемым, но вот впереди наконец показался поворот к запасному спуску. Кашляя, они быстро съехали по перилам, минуя острые обломки ступенек.

– Тут всё в дыму, нам не выбраться, – сдавленно произнёс Маркус, оказавшись внизу.

– Попробуем через кухню!

Но проход на кухню преградило пламя, и детям пришлось развернуться в другую сторону, где царила полная неразбериха. Дым стоял столбом, было жарко, и кругом слышался треск огня. Они пробирались почти на ощупь, едва различая друг друга. Несколько раз были слышны крики – кажется, кто-то звал детей, но пробраться на зов было невозможно. Под ногами то и дело попадались дыры – следы взрыва котла. Рядом не переставая кашлял Маркус, Бекки крепко держала ладонь Абби обеими руками и не издавала ни звука. Пробираясь вдоль гостевой, Абби увидела распахнутые настежь парадные двери, которые взломал мистер Браун, но добраться до них было невозможно: вместо пола в гостевой комнате была огненная пропасть. Абби лишь надеялась, что остальные смогли выбраться через открытую дверь раньше.

Вдруг кто-то совсем рядом позвал их. Абби оглянулась и увидела мадам Доне с перепачканным сажей лицом. Она протянула к детям руку, но в этот момент на учительницу прыгнуло то, что раньше было миссис Мэдисон. Последовал душераздирающий вопль, а затем их обеих поглотило пламя. Абби зажала себе рот рукой, чтобы не закричать от ужаса, развернулась и на ватных ногах двинулась вперёд. В голове болезненно пульсировала всего одна мысль: «Со мной Бекки, мы должны выбраться, пожалуйста, пускай мы найдём выход».

И тут они уткнулись в затянутый дымом угол. Это было очень похоже на тупик. Абби запаниковала и закружилась на месте, пытаясь понять, куда двигаться дальше. Похоже, они забрели в учебный коридор, хотя по нечётким очертаниям сложно было сказать наверняка. Внезапно Абби разглядела старинные дубовые двери, ведущие в закрытое крыло, и буквально подпрыгнула, поняв, что они находятся в трёх шагах от спасения.

– Эй! – позвала она.

Кейси обернулась.

– В библиотеку!

Позади Кассандры рухнула потолочная балка, и если бы Абби её не окликнула, Кассандра оказалась бы точно под ней. Взволнованные дети столпились у маленькой двери. Они нашли выход! Осталось преодолеть самую малость.

Распахнув ветхие двери, дети стремглав миновали галерею, показавшуюся в этот раз совсем короткой и ослепительно сияющей в отсветах огня. Абби ворвалась в библиотеку вместе с клубами дыма. В помещении, как и всегда, было спокойно и тихо, будто библиотека не собиралась гореть вместе с остальным зданием и вообще держалась в стороне от хаоса за её пределами. Конечно, совсем скоро огонь доберётся и сюда, не пощадив ни единой книги, и проглотит всё без сожаления. Но пока он бушевал в стороне, и на короткое время дети оказались вне опасности.

– Быстрее! – скомандовала Кассандра и кинулась к окнам.

Абби последовала было за ней, но вдруг Бекки потянула её обратно.

– Маркуса нет, Абби! Он остался там. Надо его найти! – кричала она сквозь тряпицу на лице.

– Господи, Маркус!

Абби метнулась назад, но в галерее уже вовсю гуляло пламя, и бежать туда было поздно. Поражённая внезапной потерей, Абби остановилась. Они же только что были все вместе. Неужели Маркус не успел пробраться сюда? Этого не может быть. Бекки продолжала тянуть её к двери и звать Маркуса, но Абби не двигалась с места, не выпуская руки девочки. Рядом бесшумно возникла Кассандра.

– Потом, Абби, – тихо сказала она, – медлить уже нельзя. Идём. Ты помнишь, что я тебе сказала? – спросила она Бекки и взяла девочку за другую руку. Взглянув на её запястье, Кассандра подскочила на месте. – Где браслет, который я тебе дала?! Зачем ты его сняла?!

Вопли Кассандры вернули Абби в реальность.

– Я сняла его, потому что он кололся, – ответила Бекки и разревелась во весь голос, испугавшись, что Кассандра на неё накричала.

– Прекрати, ей и так страшно! – вступилась за девочку Абби, но Кассандра будто не слышала её:

– Я же велела тебе его не снимать, глупая девчонка!

– Кейси, перестань!

Их крики заглушил новый взрыв – и на месте дверного проёма образовалась внушительная брешь, обрамлённая острыми кусками стены. Вход в библиотеку теперь напоминал пасть дракона, в брюхе которого клокотал огонь, а дым вокруг походил на его зловещее дыхание. Девочек обдало жаром, в них полетели мелкие камешки, деревяшки и ошмётки стены.

Кассандра молча схватила Бекки за руку и потянула за собой. Сопровождаемые всхлипами Бекки, они побежали вдоль стеллажей, которые всё никак не хотели заканчиваться. Библиотеку уже заволокло лёгкой дымкой. Разбитое окно, через которое внутрь проникли зелёные побеги плюща, маячило перед ними, обещая надежду на спасение. До него оставались считаные шаги, когда Бекки внезапно со страшной силой дёрнула девочек назад. Они свалились на пол, выпустив её руки, и малышка с криком исчезла в дыму, который почему-то сгустился в центре библиотеки.

– Что это было?! – закричала Абби. – Ты видела?! Её кто-то схватил!

В её голосе звучал ужас. Бекки снова выбежала из дыма и стремительно помчалась к Абби и Кассандре, но в нескольких футах от них вдруг почему-то упала, словно ноги ей стянул невидимый хлыст, который и уволок девочку обратно в густой дым. Спустя несколько секунд Бекки снова появилась в поле зрения – висящая в воздухе, истошно кричащая, молотящая руками по пустоте вокруг. Ещё через мгновение она окончательно исчезла из виду.

Абби сидела, не в силах пошевелиться, и была близка к потере рассудка. Она находилась в горящем доме, потеряв почти всех, спасаясь не только от пожара, но и от чего-то ещё более ужасного, что преследовало её наравне с бушующим пламенем. Не будь рядом Кассандры, она вряд ли бы выбралась из библиотеки, заново переживая в воспалённом мозгу жуткие сцены нынешнего дня, пока не задохнулась бы едким дымом. Но Кассандра была рядом и, в отличие от Абби, хорошо разглядела, что дым продолжал густеть, постепенно обретая очертания человека. Это был Сумрак. Он появился в лишённом защиты доме, вняв призывам миссис Мэдисон, и теперь преследовал главную жертву.

Но Кассандра не собиралась сегодня становиться жертвой. Не теряя ни секунды, она поднялась на ноги, схватила Абби за шиворот и, вытолкнув её в разбитое окно, прямо в колючие тернистые дебри, не мешкая прыгнула следом, с треском ломая упругие ветви тёрна. Пробираться пришлось ползком по земле – кусты были слишком густыми. Но Абби, к удивлению Кассандры, ни на секунду не остановилась.

«Наверное, от сильного потрясения она не чувствует боли», – подумала девочка.

Сама Кассандра продвигалась с большим трудом. Колючки жалили тело, цеплялись за волосы, норовили ткнуться в глаза и уши. Ветки с силой прижимали к земле, затрудняя движение. «Забавная смерть, – думала Кейси, стиснув зубы, – спастись от пожара – и намертво застрять в зарослях оранжереи». Не будь ей так больно, Кассандра истерично расхохоталась бы от этой мысли.

К счастью, никто из них не застрял. Выбравшись из-под куста, девочки взобрались на ближайший холм, на этот раз уже не так быстро – силы были на исходе.

Приют гигантским костром полыхал в ночи. Кассандра огляделась вокруг и увидела далеко на шоссе фары приближающегося автомобиля.

– Кто это? – вдруг прошептала Абби.

Кассандра взглянула на неё. Глаза Абби были широко распахнуты, по лицу прыгали яркие блики от огня. Абби безотрывно смотрела в одну точку, и Кейси оглянулась.

У главного входа в приют, на безопасном расстоянии от горящего дома стояла человеческая фигура в чёрном плаще с триумфально разведёнными в стороны руками. Внезапно из пламени отделились несколько светлых пятен и плавно поплыли к фигуре. Достигнув чёрного человека, пятна медленно закружились вокруг него. Абби отрешённо насчитала пять штук, когда эти сгустки света приняли человеческие очертания. Среди них был и силуэт маленькой девочки, теперь уже спокойной и молчаливой, послушно следовавшей в кругу остальных. Силуэт слишком легко угадывался, и этого Абби вынести уже не смогла.

Кассандра застыла на месте, даже не заметив, что подруга, потеряв сознание, грохнулась в траву у её ног. Заворожённая жатвой Сумрака, она не слышала наводнивших окрестности звуков: заливистого лая собаки, взволнованных криков людей, приближающихся со стороны дороги, и не заметила, что начался дождь. Лишь когда демон растворился в воздухе, Кассандра вышла из оцепенения и перевела взгляд на пожар. Дождь быстро превратился в ливень, словно пытался как можно быстрее затушить яркий огонь. «Ничего не выйдет, – подумала Кассандра, наблюдая за его безуспешной попыткой. – Этот дом будет гореть вечно».

Примечания

1

Initium (лат.) – начало (здесь и далее примечание автора).

2

Magistra vitae (лат.) – наставница жизни.

3

Propera pedem (лат.) – Поторопись.

4

Deprehensio (лат.) – выявление, обнаружение.

Content

Дженни Джонсон
Жуткий приют миссис Мэдисон

1 День 14-й INITIUM

2 День 13-й

3 День 12-й

4 День 11-й

5 День 10-й

6 День 9-й

7 День 8-й

8 День 7-й

9 День 6-й

10 День 5-й

11 День 4-й

12 День 3-й

13 День 2-й

14 День 1-й

15 DEPREHENSIO

Примечания