Сергей Громов

Дежурные сутки

Дежурные сутки

Анатолий собирался на работу. Жена Светлана уже приготовила завтрак, который ждал его на столе. Он вышел из ванной комнаты, прошёл в кухню, поприветствовал свою супругу:

— Доброе утро!

— Доброе!

— Ты помнишь, у меня сегодня дежурные сутки!

— Ну вот, опять я всю ночь одна буду!

— Что я тут могу поделать? Это работа! И нам приходится дежурить.

— Отлично! Я пойду вечером в гости к Татьяне, у неё и заночую! А с утра мы с ней вместе поедем на работу!

— Ты с ней работаешь вместе. Неужели тебе не хватает дня, чтобы наговориться?

— Толик, у нас на работе всякая болтовня быстро пресекается. В конце месяца можно и премии не увидеть! Поэтому на работе мы с ней решаем чисто рабочие вопросы! Я даже с ней в обед поговорить не имею возможности!

— То есть вас там держат в ежовых рукавицах!

— Ещё в каких рукавицах! К тому же я руководитель отдела технической поддержки пользователей. Наша основная задача — отвечать на вопросы пользователей, а не болтать друг с другом!

Анатолий быстро завершил завтрак, поставил посуду в мойку и через пару минут объявил:

— Света! Я жду тебя в машине!

— Я уже готова и иду!

Анатолий подвёз Светлану на работу. Их управление и офис отдела технической поддержки пользователей мобильной связи располагались рядом. Иногда, в обед, они успевали перекусить вместе в кафе, но сегодня был не тот день.

Работа у Анатолия началась, как всегда, с пятиминутки. Было рассказано, что произошло за текущие сутки по городу и по области. Розданы ориентировки. Особый интерес вызвал обнаруженный за городом труп со следами насильственной смерти. Оперативная бригада постаралась и сделала его фотографии. Кто это был, установить не удалось. Но было видно, что бедняге крепко досталось перед смертью. Следственный комитет уже возбудил по данному факту уголовное дело.

В течение дня никаких вызовов и выездов не было, и Анатолий занимался свой текущей работой. По опыту работы в управлении знал, что всё начнётся вечером, часиков так с семи и примерно до часа ночи. В основном пьяные разборки между супругами. И вот, около восьми вечера, его вызвали в дежурную часть:

— Анатолий, у нас убийство!

— Что и кто?

— Персонаж интересный. Коля Молот убил, вроде как, любовника своей жены! И знаешь кого?

— Интересно.

— Жорку Одессита!

— Похоже, крутая разборка была! Ну, если всё ясно, я для чего?

— У следователя вопросы. Так что давай — машина на улице.

Анатолий выскочил на улицу и вскоре на дежурной машине помчался в дальний район города. Там, в девятиэтажном здании, проживал Коля Молот. А в соседнем доме жила Татьяна, к которой и пошла ночевать его супруга. Хибара Коли Молота в своё время попала в пятно застройки, и по завершении строительства жилого дома ему с супругой была предоставлена двухкомнатная квартира. Сам Коля Молот обладал недюжинной физической силой, за что и отсидел пять лет. Жорка Одессит был карманным вором и всегда попадался на совершаемых кражах. Его судили не за все кражи — иногда его просто жестоко избивали потерпевшие, он возвращал украденное, и на этом всё закачивалось. Жорка Одессит просто прикидывался блатным и страшно не хотел работать. В зоне его не признавали, хоть и было у него три судимости. На воле жил за счёт женщин, бравших его на содержание. То есть, по сути своей, он был альфонсом. Слыл удачливым игроком в карты. Но о его больших выигрышах никто ничего не знал. Несмотря на прозвище Одессит, Жорка никогда не был в Одессе и никогда не видел моря.

Как бы то ни было, через некоторое время Анатолий приехал на место и застал совершенную идиллию. Жена Кольки Молота, вся зарёванная, стояла на лестничной площадке, её туда выгнал участковый инспектор, который первым прибыл на место происшествия. В самой квартире, в кухне, сидел Коля Молот и мирно беседовал с участковым. Следователь СК ещё не подъехал. Молот, увидев Анатолия, поздоровался, и Анатолий задал ему первый вопрос:

— Николай, как же так?

— Да, гражданин начальник! Я же его не трогал. Я домой пришёл пораньше, а он тут с моей женой сидит, лясы точит. Я ему культурно говорю, что, Жора, вали отсюда по-хорошему. А он начал на меня всякую блатную муть нести. Я, говорит, люблю Тамарку и заберу её у тебя! Нож выхватил и на меня набросился. Но я его упредил и встретил кулаком в лицо. Один раз. Он упал и больше уже не встал. Я сразу «Скорую» вызвал, а когда они сказали, что он мёртв, я тут же сам вызвал и полицию. И заметь, начальник, я совершенно трезв! Потому как не пью!

— Ну, не знаю. Похоже, ты защищался!

— Истинно так! Вы же посмотрите, гражданин начальник, у него от меня вот только один удар в нос и всё. А не сделай я этого, он бы меня порезал. И метил ведь, шельма, в живот! Да спросите Тамарку!

— А ей тоже досталось?

— Да что вы! Даже пальцем не тронул!

— Я с ней поговорю. Нож где?

— А вон, на столе лежит. Выкидной! Я даже не заметил, откуда он его извлёк. У нас такого ножа никогда не было!

Анатолий внимательно осмотрел нож и заметил в рукояти ножа, служащего вместилищем для клинка и размещения там складного и блокирующего механизма, бурые вкрапления. Строение рукояти было сложное, и материалы использовались прочные. Не являясь экспертом, Анатолий пришёл к выводу, что данный нож является холодным оружием. Видно было, что длина клинка больше 15 см и превышает длину рукояти. Сам клинок кинжального типа. Таких в свободной продаже не бывает.

В это время подъехал следователь следственного комитета Андрей, быстро вошёл в курс дела и начал осмотр места происшествия. Анатолий попросил:

— Андрей, тут нож не совсем обычный, ты его на экспертизу отправь. И пусть эксперты вскроют рукоятку, там внутри, похоже, кровь.

— Толик, экспертиза ножа в таких делах — первое дело. Ладно, давай отправляй Колю Молота в отдел. Он мне тут не нужен. Жену его допрошу позже. Сейчас осмотр проведу.

— Как долго?

— Думаю, минут сорок.

Дежурный наряд повёз Колю Молота в отдел. Участковый пошёл проводить поквартирный обход. Анатолию делать было нечего, и не на чем было добраться до отдела. Решил: «Схожу к Татьяне, перекушу». Он набрал номер жены, но ответа не последовало. Тем не менее, когда он вышел на улицу, было видно, что в кухне у Татьяны горел свет!

Анатолий поднялся до квартиры, по дороге набирая номер Татьяны, она отозвалась:

— Толик! Добрый вечер!

— Добрый! А где там Светлана?

— Она в душе!

— Понятно.

В это время Толик уже стоял перед дверью Татьяны, он толкнул дверь, и та открылась! Прошёл в квартиру. В ванной никого не было, в прихожей висела одежда Светланы и стояли её сапоги. Толик прошёл дальше и нашёл в кухне Татьяну! Она сидела за столом. Увидев его, вскочила, Толик спросил:

— Ну и где моя благоверная? В ванной, я вижу, никого нет! В спальне?

— Толя, она вышла на минуту к соседке! Скоро придёт, или я сейчас за ней сбегаю!

— То есть, судя по всему, она где-то тут рядом, поскольку куртка и сапоги на месте.

— Нуда, она только сейчас пошла!

— И ты решила соврать мне, что она в ванной?

— Я думала, ты далеко. А она вернётся и перезвонит. Телефон свой она оставила.

— Хорошо, я сам за ней схожу к соседке! В какой квартире?

— Квартире?

— Она, что, в коридоре где-то общается?

— Это надо мной сразу.

— Хорошо, я пошёл.

Анатолий поднялся этажом выше и обнаружил, что там дверь тоже не заперта. Вошёл в квартиру, прошёл небольшой коридор и увидел в зале свою жену, уютно сидящую с мужчиной перед накрытым столиком. Они о чём-то говорили. Когда Анатолий вошёл в комнату, синхронно повернули головы и посмотрели в его направлении. Мужчина удивлённо спросил:

— А ты кто? Чего тебе тут надо?

— Я, вообще-то, её муж! Наверное, теперь уже бывший муж.

В душе у Анатолия всё оборвалось, ярость раздирала его. Он готов был достать служебный пистолет и пристрелить их! Мужчина переспросил:

— Муж? Светлана, ты замужем?

— Да, Дима, я замужем. Это мой муж. Ты не спрашивал, замужем или нет. И вообще, глупо всё получилось. Похоже, Татьяна специально на пять минут вышла и Толика позвала!

— Да она уже минут сорок, как вышла, и она мне втирала, что ты не замужем! Светлана, уходи! Двери моей квартиры закрыты и для тебя, и для Татьяны!

Светлана решительно поднялась и пошла к выходу со словами:

— Я сейчас Таньке устрою! Толя, это не то, о чём ты подумал!

Дима, обращаясь к Анатолию, сказал:

— Извини, ненавижу тех, кто предаёт! Я ведь сам недавно пережил измену. Работал в «Скорой», водителем. Однажды, три месяца назад, поступил вызов, как раз в подъезд, где я с женой жил. Я заскочил домой, а там жена, и не одна.

— И что?

— Я теперь уже три месяца как здесь живу, это моя квартира. Со «Скорой» сразу ушёл, устроился дальнобойщиком. Гоняю фуру по дорогам России. А сейчас ещё и в Среднюю Азию езжу. Платят неплохо.

— У тебя со Светкой что-нибудь было?

— Да ты что! Я с ней только сегодня познакомился! Она мне показалась вполне приличной женщиной. То, что она замужем, я не знал. С замужней я даже разговаривать не буду. Татьяна меня сегодня встретила и в гости напросилась. Пришли они вдвоём. Танька посидела с полчаса и свалила. Я думал ненадолго и даже дверь не закрывал. А ты тоже, вижу, на работе?

— Да, у меня как раз дежурные сутки.

— И где ты работаешь?

— Я?! В полиции. Старший оперуполномоченный уголовного розыска!

— Слушай, мне тебя сам бог послал!

— В смысле?

— У меня приятель пропал! Планировалось, что я с ним в Среднюю Азию поеду. Один раз мы уже ездили с ним. И стажировку с ним проходил. А позавчера главный механик сказал, что он уволился и куда-то уехал. Только это неправда! И меня терзают смутные подозрения!

— Какие подозрения?

— Да там, с этими поездками в Среднюю Азию, не всё чисто. Мне Виктор говорил.

— И что нечисто?

— Да фуру загружают и опечатывают без водителя. Водитель даже груз не видит. Ехать надо по строго определённому графику. Нельзя ехать ни быстрей, ни медленней! В гараже проверяют, как ты ехал, где останавливался. А сейчас ещё речь идёт о контроле через систему ГЛОНАСС.

— Вот, посмотри фото.

Анатолий показал Димке фотографии неустановленного трупа, которые раздали на пятиминутке с утра. Посмотрев, Димка побледнел и сказал:

— Так это же Витька!

— Понятно. А теперь давай подробно поговорим обо всём.

Раздался звонок мобильного телефона. Анатолий посмотрел — звонили из дежурной части:

— Слушай, Толик, машина задействована, на вызов поехала. Можешь сам добраться или сиди, жди.

— Да ладно, подожду.

Анатолий отключил телефон, но он зазвонил снова — звонила Светлана, которая поинтересовалась:

— Толик, ты скоро?

— В смысле, скоро? Я дежурю!

— Но я жду тебя у Татьяны, чтобы разрешить возникшее непонимание. Таня всё поняла. Я ей даже завтра отгул дала. Не пойдёт же она на работу с синяками.

— Не знаю. То, что она с синяками, не значит, что я тебе поверю. Меня не жди, я ещё задержусь.

— Может, я поднимусь к вам?

— Останешься здесь ночевать?

— Толя! Не говори глупости!

— Глупости я уже увидел. Может быть, дома поговорим. Ты ведь сегодня ночевала у подруги за последний месяц четвёртый раз!

— Хорошо, я вызываю такси и еду домой.

Анатолий отключил телефон. Димка спросил:

— Ты ей не веришь?

— А ты бы поверил?

— Не знаю, у меня это было явно! Там даже сомнений не было.

— Ладно, давай рассказывай о Викторе и о поездках в Среднюю Азию.

Через час Анатолию опять позвонила Светлана и сказала:

— Толик, я уже дома и собираюсь спать! Ты, как всегда, до утра?

— Проверяешь, не появлюсь ли я внезапно дома?

— Толя, не говори так!

— Слушай, мне нужен биллинг телефона.

— Ты знаешь, только по запросу! Ладно, давай номер!

Анатолий продиктовал номер и тут же получил ответ:

— Этот номер сегодня пробивали из одной серьёзной организации, один серьёзный человек!

— Кто такой?

— Он представился полковником ФСБ и даже показал удостоверение. Ему дали распечатку по этому телефону на руки.

— То есть он приходил к вам на работу?

— Ну да, только с ним общалась не я, а моя начальница. У меня сложилось впечатление, что она знала его. И биллинг готовила одна наша сотрудница.

— А ты откуда о нём узнала?

— Так это потом через меня прошло. Я могу наш домашний комп включить, незаметно подключиться к нашему отделу. И сделать тебе распечатку. Только обещай мне, что ты поговоришь со мной!

— Обещаю. Только скинь мне биллинг на телефон, для меня это важно.

Как и обещала Светлана, биллинг телефонных разговоров Виктора пришёл через полчаса. Внимательно изучив его, Анатолий сказал Дмитрию:

— Вот что. После того, что я узнал, ночевать тебе дома нельзя!

— Почему? Я же ничего не знаю!

— Вот и я так считаю, но Виктора пытали! И очень серьёзно. Я думаю, что они хотели узнать, что тому известно о перевозках. Чтобы он замолчал, достаточно было его убить! Давай, одевайся, я тебя на ночлег определю.

Дмитрий оделся, они выключили свет, закрыли квартиру и спустились этажом ниже. Анатолий позвонил, и через минуту Татьяна открыла дверь.

Увидев их, она решила, что Анатолий опять пришёл на разборки, вздохнула и сказала:

— Проходи.

— Слушай, Таня, я так понял, ты всё равно дома будешь эти дни?

— Так твоя Светка этому и поспособствовала! Куда я с таким синяком пойду?

— Скажи, а что ты, вообще, планировала?

— Я считала, что Светке всё незаслуженно достаётся!

— Что всё?

— И должность, и ты. Я понимаю, что подло поступила.

— А если бы я не приехал к тебе?

— Я как раз сомневалась, когда ты вошёл. Не решалась позвонить тебе.

— Я бы узнал, что звонила ты!

— Не узнал бы. У меня есть другой телефон.

— Ясно. Ты просто решила разрушить нашу жизнь?

— Прости.

— А что прощать? Ты подруга моей жены, а не моя.

— Да теперь уже и не подруга! Мне Светка так сказала.

— Вот что, не хотел тебя вовлекать в это, но мне надо спрятать Димку. Его жизни угрожает опасность!

— Надолго?

— Пока до вторника!

— Это почти на неделю?

— Да, это почти на неделю. Из дома ему выходить нельзя! К дверям подходить нельзя! К окнам подходить нельзя! Его телефон я тоже забираю.

— Слушай, Толик, и при чём тут мой телефон?

— Дима, об этом тебе Танюша и расскажет. Их отдел как раз занимается определением местонахождения телефонов. Они твои координаты очень быстро вычислят. Ну что, Таня, возьмёшься?

— А что мне за это будет?

— Я тебе больничный на неделю сделаю!

— С диагнозом: избита женой!

— Нет, с главным медицинским диагнозом — ОРЗ.

— Договорились, только на всё время пребывания Димы у меня.

— Скажи, а когда Светка ночевала у тебя в этом месяце, вы больше никуда не ходили?

— Нет, мы просто тупо сидели на кухне, пили сухое вино и говорили о жизни.

Прозвонил телефон, за Анатолием подъехала дежурная машина. Анатолий по телефону пробил адрес главного механика гаража, в котором работали Виктор и Дмитрий. И через полчаса стоял перед его дверью. Позвонил, дверь открыл представительный мужчина и поинтересовался:

— Слушаю вас!

— Я оперуполномоченный ОУР. Мне надо задать вам пару вопросов!

— Вы не находите, что слишком поздно, даже для полиции!

— Да, это так, но дело не требует отлагательств. У меня два вопроса!

— Хорошо!

Анатолий достал посмертную фотографию Виктора и спросил:

— Яков Сергеевич, вы знаете, кто это?

Яков Сергеевич посмотрел и, слегка побледнев, сказал:

— Не знаю, вроде видел где-то!

— То есть бывшего водителя Виктора, уволенного вами, вы не узнаёте?

— А, ну да, действительно, очень похож на Виктора. Но его уже дней десять как уволили!

— И что же это он захотел уволиться?

— Я его не спрашивал. Парень он хороший, и я его держать не стал!

— Или просто пустили в ход его заявление на увольнение, написанное им без даты, зная, что его убили!

— Я не знал, что его убили!

— О чём он вам говорил по телефону перед увольнением?

— Я хочу сделать заявление!

— Или явку с повинной?

— Нет, что вы, я его не убивал!

— Хорошо! Что загружено в фуру, которую завтра отправляют в Среднюю Азию?

— Согласен! Я хочу написать явку с повинной! Но чтобы меня посадили! Иначе меня здесь убьют!

— Вы дома один?

— Я давно уже один. Жена уехала месяц назад, когда я понял, во что влип!

— Собирайтесь и поехали!

— Я уже готов! У меня и вещи собраны.

Яков Сергеевич и Анатолий вышли на улицу, сели в дежурную машину и поехали в УВД. Там дежурный следователь принял от Якова Сергеевича явку с повинной. Он довольно подробно изложил свою роль в организации контрабанды из Средней Азии. Как выяснилось, занимались они этим недолго, по предложению одного знакомого из столицы. В одной из фур был оборудован тайник. Однако, похоже, что они кому-то перешли дорогу. По телефону ему было сказано:

— Переходи под крышу Доброго! Предлагаем по-хорошему! Все перевозки согласовывать с ним и платить ему его долю.

Яков Сергеевич связался со своим московским другом и рассказал о притязаниях Доброго. Это имя ничего ему не говорило, и он сказал, что разберётся сам. Объёмы ввозимой контрабанды были небольшие, и водителей в тайну груза никто не посвящал, хотя платили хорошо. Сейчас на стартовой площадке, в закрытой зоне, в гараже, стояла фура, уже «заряженная» товаром. Как полагал Яков, это были деньги. Хотя он и сам не знал, что перевозит машина, думал, что наркотики. В рейс должен был ехать Виктор, но он внезапно исчез. Его напарником, прошедшим стажировку, тоже был одинокий мужчина по имени Дмитрий. О характере груза не знал, и его уже инструктировали, как пройти маршрут, чтобы не было внезапных встреч с полицией. «Зелёный коридор» обеспечивал человек из Москвы. Незадолго до исчезновения Виктор позвонил Якову Сергеевичу и сказал, что за ним кто-то следит. Яков Сергеевич знал, что это не могут быть их люди, которых практически и не было. Да и не знал Виктор ничего. Хотя подозревал и очень сильно ругался по телефону. Тогда ему была назначена встреча возле автобазы. Но он на встречу не пришёл. Не явился на работу и на следующий день, и «заряженная» машина в рейс не пошла. Попытки дозвониться до него не увенчались успехом. Домой к Виктору он посылал непричастных к его делам водителей, но никто не открыл. Поскольку выезд сорвался, Яков Сергеевич сообщил в Москву. Его попросили не спешить и сообщили, что назначат новую дату выезда. Эта дата и была назначена на завтра.

Анатолий и дежурный следователь сели решать, что же делать? Была явка с повинной, и не было никаких доказательств! В суде Яков Сергеевич мог сказать просто:

— А меня в полиции заставили!

Анатолий предложил:

— Давай прямо сейчас организуем выезд на автобазу, обыщем машину и изымем то, что там запаковано! Ведь машина завтра рано утром уйдёт!

Следователь сел и решительно написал постановление на проведение обыска на автобазе. Указал, что имеется достаточно данных полагать, что там может находиться оружие, оборудование или иные средства совершения преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела.

Сформировали группу. Тем временем дежурная часть привезла из дома криминалиста для участия в проведении обыска. После чего группа выехала на автобазу. По пути на автобазу задержали в собственном доме заведующего автобазой.

Сам обыск завершился довольно быстро, и таких его результатов никто не ожидал. Планировали найти деньги за предполагаемые наркотики, но, когда вскрыли тайники в фуре, обалдели! Там лежало тридцать автоматов Калашникова и два цинковых ящика с патронами!

Следователь, когда увидел, что было найдено, негромко сказал Анатолию:

— Толя, я даже не представляю, во что мы влипли! Это вообще не наша юрисдикция. Нам головы снесут! Я ведь как чувствовал!

В шесть утра всё, что изъяли, было перевезено в отдел. Продолжился подробный допрос Якова Сергеевича. Выясняли, где загружали тайники фуры. На работу вызвали начальника УВД Петра Семёновича. Ознакомившись с тем, что накопали следователь и оперуполномоченный, начальник УВД лично переговорил с Яковом Сергеевичем, дал команду задержать его и посадить в одиночную камеру. Чему Яков Сергеевич был очень рад.

Ещё через полчаса Пётр Семёнович сказал следователю:

— Готовьте материалы для передачи ФСБ.

Дежурные сутки заканчивались, а работы было невпроворот. Анатолий не спал всю ночь и, в конце концов, прикорнул у себя в кабинете. Организм требовал отдыха. Проснулся от звонка телефона, звонила Светлана. Ответил:

— Слушаю!

— Толя, ты обещал мне, что поговоришь со мной!

— Я ещё на работе!

— А когда будешь?

— Не знаю.

— Я прошу, не предпринимай ничего, пока со мной не поговоришь! Я случайно у Димы оказалась! Меня Татьяна подставила! Она мне сказала, что познакомилась с интересным парнем в их подъезде, и он пригласил её к себе. Я должна была посидеть и уйти, оставить их наедине. Но она свалила раньше, пошла за сахаром. Её долго не было, и потом появился ты! Она призналась, что сделала всё это специально!

— Хорошо, поговорим, но не сейчас. Мне к начальству надо идти.

Пока Анатолий отдыхал, приехавшими работниками ФСБ был объявлен в розыск водитель фуры Дмитрий. По месту жительства его не оказалось. Прошла пятиминутка, и Анатолия вызвал следователь ФСБ Иван Трофимович. Он задавал множество вопросов, в том числе и про Дмитрия. Но особо его интересовало, откуда у Анатолия информация об этих перевозках. Анатолий не стал говорить, где он спрятал Дмитрия. А ещё через полчаса Анатолия задержали. При осуществлении розыска Дмитрия его попытались найти по известному номеру мобильного телефона. Телефон был включён на беззвучный режим и лежал в столе у Анатолия.

Пока с Анатолием беседовал следователь, другой сотрудник ФСБ вычислил местонахождение телефона. Возник вопрос к Анатолию: откуда телефон и где его владелец? Долго с Анатолием не говорили, увезли в ИВС и закрыли в камеру. Поскольку свободных камер не было, его посадили в одну камеру с Колей Молотом!

Коля Молот был весьма удивлён, когда увидел нового сокамерника. Спросил:

— Так ты из оборотней?

— Нет, я из вампиров!

— Кровь пить будешь?

— Наливай! Выпью!

— А ты молодец! Хорошо держишься!

— Сейчас завтрак дадут! И, наверное, меня увезут к следователю. Как думаешь, отпустят?

— Думаю, у тебя нет состава преступления. Умысла на убийство у тебя не было, а учитывая то, что он на тебя с ножом нехилым бросился, у тебя даже нет превышения пределов самозащиты. Что с женой делать будешь?

— Да ничего я с ней делать не буду! Как жили, так и будем жить. Люблю я её! А с этим треплом не было у неё ничего, хотя я знаю, что он клинья к ней подбивал.

Анатолий лёг на нары и уснул. Разбудили его вечером и отвезли в отдел. Там завели в кабинет, в котором сидел Иван Трофимович. Тот поинтересовался:

— Что, Толик, разговор будет?

— О чём? Только вот мне очень интересно, в чём причина моего задержания?

— Исчез водитель Дмитрий, и мы считаем тебя причастным к этому!

— Доказывайте!

— Ладно, чего ты хочешь?

— Кто из ваших сотрудников получал биллинг звонков главного механика у оператора связи?

— Не знаем, мы по этому делу не работали!

— Он представился полковникам ФСБ! Говорил с начальником технической службы.

Иван Трофимович перезвонил куда-то.

— Ладно, извини. Ты свободен. Помогать мне, конечно же, не захочешь?

— Так кто брал биллинг звонков от имени ФСБ?

— Нет у нас такого полковника! Там уже составили словесный портрет. Мы его не знаем!

— Вот поэтому я вам и не скажу, где Дима. Иначе он ляжет рядом с Виктором!

— Ладно, давай, до утра всё обмозгуем и остынем! Домой подвезти?

— У меня машина на стоянке.

Анатолий приехал домой, его встретила заплаканная Светлана, увидев его, сказала:

— Я думала, ты ушёл от меня!

— Пока нет, не ушёл. Просто в конце смены я был арестован, посажен в ИВС, но сейчас меня освободили. По поводу вчерашнего нашего инцидента: я сплю в комнате, на диване.

— Но, Толик! Почему?

— Мне надо время, чтобы поверить тебе. Ведь это была не первая твоя ночёвка у подруги.

— Она что-то наговорила на меня? Я её прибью завтра!

— У неё больничный до вторника.

— А что с ней?

— ОРЗ.

— Толик, ты же не спал! И не ел!

— Я спал, но в душ сходить надо! Есть пока не хочу.

Но спать не пришлось. Анатолий вышел из душа. В это время позвонили из дежурной части, его срочно вызывал начальник УВД, несмотря на то что во дворе была ночь. Машину за ним прислали. Вскоре он вошёл в кабинет начальника УВД. Там находился следователь ФСБ Иван Трофимович и незнакомый Анатолию мужчина. Начальник УВД предложил Анатолию присесть и сказал:

— Анатолий, за то, что они пытались тебя задержать, я как понял, извинения они принесли. Поэтому останавливаться на этом не будем. По просьбе Ивана Трофимовича ты включён в состав группы, работающей по этому делу. Завтра, во второй половине дня, ты с водителем фуры Дмитрием выезжаешь в Среднюю Азию. Пока ты вчера отдыхал в ИВС, обстановка в корне поменялась. С согласия Якова Сергеевича, главного механика, мы затеяли новую игру. Тому, кто руководит поставками оружия, подкинули с трассы уведомления, что машину ловят, только не знают какую. Он принял решение груз оставить дома и идти туда пустым. Этот груз поставить следующим рейсом. Вместе с тем кто-то активно ищет и Якова Сергеевича, и водителя Дмитрия. Яков Сергеевич отпущен нами домой с легендой, что он был у любовницы. К Дмитрию приходили уже трижды под видом сантехников, потом явился энергосбыт. Затем фантазия у них иссякла, и поквартирный обход провели под видом распродажи бытовых товаров. Прошерстили весь подъезд, но в квартиру Дмитрия не попали. Где он, знаешь только ты! В ходе бесед с жильцами они особо интересовались именно Дмитрием.

— Так машину уже разгрузили?

— Нет. Это твоя забота и Дмитрия. Завтра, к шести часам, машину пригоните за город. Там тайники освободят от товара. И после разгрузки поедете в Среднюю Азию.

— Справишься?

— Да я справлюсь, только мне бы права сделать, что я могу фуру водить.

— А ты умеешь?

— В армии водил «Тополь», проблем не было. На фуре даже проще, там всё для людей сделано.

— Будут тебе права, откроем все категории.

— В дороге вас будут сопровождать.

— Основная цель операции: вычислить тех, кто на трассе обеспечивает «зелёную» улицу. Но это не твоя работа. Пересекать границу или нет, это решаешь ты! Твоё дело — вернуться живым вместе с Дмитрием. Вас будет сопровождать компания, и об этом знаешь только ты. В общем, четыре легковых машины.

— Мне бы их показать!

— Зачем?

— Я знаю, что меня страхуют, но я должен быть уверен, что, если произойдёт нештатная ситуация, я обращусь именно к ним, а не к кому-то ещё. Надо помнить, что кто-то ищет Дмитрия, и зачем — не понимаем ни я, ни он. К тому же погибшего водителя, Виктора, пытали. Похоже, они хотели узнать у него то, что он сам не знал.

— Кстати, про Виктора. Экспертиза показала, его убили ножом, который изъяли на месте убийства Жорки Одессита. Со слов жены Коли Молота, Жорка хвастался, что выиграл этот нож в карты в «малине». Наши уже потрясли и хату, и хозяина. По описанию человек, проигравший нож, похож на человека, выдававшего себя полковником ФСБ.

— А что с Молотом?

— Отпустили на подписку о невыезде. Его убыточно в камере держать.

— Что так?

— Когда тебя увезли, его перевели в другую камеру. Крутых там не было, в основном первоходы. Так там нашлась пара деятелей, они блатными стали себя позиционировать. Ну, и на Молота наезжать начали — какой ты масти и прочее.

— Думаю, это они сделали зря! Чем закончилось?

— Да ничем. Эти блатные отказались из-под нар вылезать, пока Коля был в камере. А тут как раз следователь вынес в отношении его постановление об изменении меры пресечения на подписку о невыезде. Ну, ладно об этом, что ты можешь предложить?

— Думаю, нам с Димой надо засветиться. И вот ещё, мы ведь задержали начальника автобазы, когда на обыск ехали. Не будет ли тут утечки? Да и на автобазе шум, наверное, прошёл.

— Начальник автобазы тоже связан с бандитами, но его после обыска с сердечным приступом в больницуувезли. Там с ним ФСБ положило своих людей. В общем, он под контролем. Дело повели так, как будто начальник автобазы просто проворовался, в чём уверены сегодня и работники автобазы. Об изъятии оружия никто не знает. Понятых, которые были на обыске, мы тоже изолировали.

— Всё ясно. Тогда я сейчас поеду домой, возьму паспорт, потом за Димой. Права, я полагаю, мне дадут в ГИБДД?

— Нет, получишь новый паспорт в паспортном столе, его уже должны были сделать. Заскочи в ГИБДД. Там будут ждать. Не знаю, такие операции надо месяцами готовить, а не за полчаса до начала. Но Москва дала согласие.

Анатолий приехал домой, переоделся и начал собирать вещи. Светлана, выглянув из комнаты, восприняла всё это по-своему. Она разрыдалась и сквозь слёзы сказала:

— Толя, ты меня бросаешь? Но я ведь, правда, тебе никогда не изменяла! Даже мыслей таких не было!

— Кто тебе сказал, что я тебя бросаю?

— Но ты же вещи собрал!

— Ну да. Я еду в командировку. Мне звонить не надо, телефон я с собой не беру.

— А куда, если не секрет?

— На учебные сборы оперативников, жить будем в казарме. Телефон сказали не брать.

— А куда?

— Сам не знаю, но куда-то на юг. Собирают команду и сажают в самолёт.

— А надолго?

— Дней на семь — десять, может, меньше. В общем, как освоим учебное задание.

— Ты меня не обманываешь?

— Пока этим занимаешься ты! Сообщаешь, что ночуешь у подруги, а я нахожу тебя в чужой квартире с каким-то мужчиной! Всё, меня ждут. Наша машина на стоянке, под окном. Ключи не беру. Будешь ездить — заправь.

Анатолий приехал на такси к дому Татьяны. Возле дома предварительно ей перезвонил, чтобы она открыла ему дверь. Татьяна открыла, Анатолий прошёл в квартиру. В это время из спальни вышел Дмитрий, одетый в какой-то немыслимый халат. Увидев насмешливый взгляд Анатолия, ответил, не дожидаясь вопроса:

— А что ты хотел? Ты сам запретил мне из квартиры выходить! А у меня тут ничего домашнего нет! А у Татьяны нет ничего приличного для мужчины! Нет, я хотел домой подняться, а тут, как оказалось, не дом, а проходной двор! То проверка электросчётчиков, то какие-то торговцы хозяйственными товарами, то работники ЖЭСа!

— Да, я наслышан и рад, что ты себя не обнаружил!

— Правильно. Ну, какие могут быть проверки батарей в летний период? Я чуть успел в шкафу спрятаться! Так этот проверяющий даже под кровать заглянул в спальне! Но Татьяна его сразу выперла, так что до шкафа он не дошёл.

— Молодец, Таня! Вот держи больничный — всё, как и обещал. До вторника сидишь дома, синяки залечиваешь, хотя у тебя ОРЗ. Дима, собирайся у нас ещё дел много.

— Каких дел?

— Разных.

— И эти дела надо решать ночью?

— По твоей милости у меня дежурные сутки не кончаются! А тут ещё командировка!

— Куда?

— Да я и не знаю. Ты документы свои все взял, с которыми в командировку ездишь?

— Они всегда при мне.

— Вот и отлично! Да и на улице не такая ночь.

Дмитрий оделся. Анатолий, глядя на то, как он смотрит на Татьяну, а она на него, всё понял. Сказал ему:

— Дима, ты, вообще-то, в командировку едешь.

— С тобой?

— Нет, я тут ни при чём. В отношении меня у нашего руководства свои тараканы. Я еду на повышение квалификации. Ты едешь в свою командировку, как я говорил, вроде бы, в Среднюю Азию.

Через пять минут они вышли на улицу и поехали в гараж, где стояла фура. В кабине лежали все необходимые документы. Они проверили техническое состояние машины, завели фуру. Через некоторое время Дмитрий сел за руль, и они поехали. Дмитрий поинтересовался:

— Куда ехать и что, вообще, происходит?

— Едем туда, где фуру грузили. А потом едем в Среднюю Азию! Согласно указанному маршруту и с прохождением указных временных контрольных точек. Ты же смотрел маршрут!

— Да, смотрел, но это какая-то гонка! В туалет времени не будет! И, как ты предполагаешь, что я сутки за рулём буду сидеть?

— Я твой второй водитель. Когда устанешь, я тебя сменю. Всё должно выглядеть так, что мы с тобой напарники. На маршруте в зеркало заднего вида фиксируешь, не будет ли кто нас преследовать. При попытке нас остановить кем-нибудь, иди на таран!

— Это что — война?

— Да, это война.

Они пригнали фуру в условленное место, подошёл мужчина, забрал машину, сказал, что через пару часов пригонит её сюда, порекомендовал посидеть в придорожном кафе.

Действительно, через пару часов фура подъехала. Мужик, пригнавший её, вошёл в кафе и отдал ключи. Пожелал им спокойной дороги.

В кафе Анатолий приметил мужчину, который вошёл буквально следом за ними. Судя по всему, он и был разыскиваемый таинственный «полковник ФСБ». Там же он заметил и пару парней с женщиной из группы их прикрытия. Он понял, что они тоже распознали этого неуловимого полковника. Как только им вернули фуру, «полковник» тут же исчез. Дмитрий и Анатолий, не спеша, сели в машину и поехали по трассе, за руль сел Анатолий. Разогнав фуру до сотни, Анатолий держал эту скорость. Такая скорость обеспечивала нормальное прохождение временного графика, составленного для них.

Анатолий и Дмитрий в машине почти не разговаривали, так, общие фразы ни о чём, опасались, что при перегрузке груза могли положить подслушивающее устройство. Наконец, к вечеру выехали на большую стоянку, где надо было провести больше двух часов. На стоянке был душ, при желании можно было снять комнату, а также неплохое кафе. Там к Анатолию подсела Настя, из группы сопровождения.

Она сказала:

— Вас «пасёт» серьёзный человек. Он сумел уйти при выезде из города. Профессиональный убийца. Работает не один: у него группа из четырёх человек. Одного взяли, он пытался захватить водителя, пригнавшего вам фуру. Их интересовало, что хранится на складе, как и кто это всё туда доставляет. Кто обеспечивает «зелёную улицу».

— А что хранится на складе?

— Да наши там вообще офигели. Там переносные зенитные ракетные комплексы «Игла-1», автоматы Калашникова. Патроны к ним. Хватит на пару недель войны целому батальону. Так что от вас зависит выяснение того, кто заказчик. В Москве тот, кому все звонят из вашего города, взят под плотное наблюдение. Но у него хорошая крыша — он помощник депутата! А в случае его задержания, об этом надо незамедлительно проинформировать депутата Государственной Думы. А тот устроит истерику и скандал, если не будет конкретных обвинений!

— А чего хотят те, которые следят за нами?

— Не совсем всё понятно, но действуют они от имени Доброго — есть такой в столице делец. Но его интересует наркотрафик. Ему надо, чтобы кто-то возил героин из Афганистана!

— Но мы не ездим на Афганистан!

— И не поедете. Там, где ваш конечный пункт разгрузки, есть и его перевалочная база. Но Добрый потерял несколько караванов с товаром. А здесь, как видишь, идёт «зелёная улица»! Вы уже десять часов в дороге, и вас ни разу не остановили! И ещё. Из радиоперехвата стало известно, что тебя проверять будут. Они не знают, кто ты такой. Продумай легенду.

— А что там думать? Офицер, окончил высшую школу полиции.

— Смеёшься?

— А что теперь, плакать, что ли?

— Наши полагают, может, не стоит рисковать? Но это как ты решишь! Пока до границы не доехали, думай. А легенду тебе накидали. По месту имеются и доказательства, подтверждающие твою правдивость. На той стороне тебе дадим денег и ствол.

— Пистолет Макарова мне бы пригодился!

— Макарова? У нас в конторе таких нет. «Глок 17», говорит что-то тебе?

— Говорит. Один из лучших пистолетов мира. Но мне бы и напарника вооружить.

— Он же гражданский!

— Но голова у него такая же, как и у меня. И кто знает, кому кто поможет. Я ему или он мне.

— Ладно, передам твою просьбу руководству. Что он знает о твоём задании?

— Ничего. Но, думаю, втёмную его использовать дальше нельзя. Может, я его на границе высажу?

— Нет, его видели с Виктором. И потом, он знает, куда гнать фуру, а ты там ещё не был. Так что учи легенду. Флешку с легендой уничтожь.

— Ну и как бы проверить, нет ли прослушки в машине?

— Она есть, но это от нас стоит. И радиомаяки стоят, и не один.

— А если найдут там всё это? Нас тут же в расход пустят!

— Что предлагаешь?

— Не считать их дураками, и всё, что внедрили, убрать!

— Хорошо. Сейчас сделаем. Пойдите с Димой душ примите.

Через час Анатолий и Дмитрий, освежившись в душе и перекусив в кафе, сели в машину. Когда они отъезжали, то видели, что на стоянке среди легковых машин сцепились две группы.

Димка отметил:

— Слушай, лихо дерутся! Может, поможем?

— Дима, это группа прикрытия. Как я понял, они берут тех людей, которые убили Виктора и которые вели нас.

— Так теперь нам нечего бояться?

— До границы да, а вот как пересечём её, нужно быть внимательным. Можем ведь и в аварию попасть.

Дальше Анатолий вкратце рассказал, что им предстоит сделать, и предложил Диме сойти перед границей.

Дима, обдумав предложение Анатолия, сказал:

— Нет, Толик, а что я скажу твоей жене?

— А почему ты ей должен что-то говорить? Или вы всё-таки с ней встречались?

— Нет, Толя, я с ней не встречался, но я встречаюсь теперь с Таней.

— Ну, то, что ты встречаешься с Таней, я понял. Она всё-таки отбила тебя у моей жены.

— Никого она не отбила. Таня — подруга твоей жены! И нам придётся иногда пересекаться. Так что я остаюсь с тобой.

— Ну тут вопрос. Танька ведь подставила её!

— Да она каждый день рыдала из-за того, что подлость совершила.

— Ладно, сколько тут до границы?

— Да не так уж и далеко. На таможне у нас должен быть «зелёный коридор»!

— Ну и отлично, не задержимся.

Всё получилось, границу пересекли быстро. И скоро они уже летели по трассе соседней республики.

Анатолий задремал. Ещё через час Дмитрий разбудил Анатолия на стоянке. Сказал:

— Тут мы зависаем до утра. Можно переночевать в машине, а можно пойти в гостиницу.

— Отлично. Сходим в кафе, перекусим и ляжем спать в фуре! Во сколько выезжаем?

— В семь утра. И твоя очередь рулить!

Они пошли в кафе, поужинали и вернулись в машину. Открыв кабину, Анатолий нашёл на сидении пакет, в котором лежало два пистолета «Глок 17».

Тщательно занавесив окна кабины, Анатолий показал оружие Димке и спросил:

— Как пользоваться — знаешь?

— Теперь я вижу, что всё серьёзно. А как пользоваться? Покажешь — пойму.

Легли спать. Их сон охраняли остановившиеся на стоянке две машины из группы поддержки и ещё одна, из этой же группы, приехавшая на два часа раньше.

С рассветом Анатолий и Дмитрий вышли из машины, умылись, сходили в кафе. Анатолий завтракал не спеша, а быстро перекусивший Дмитрий ушёл подготавливать машину к поездке. Тут же на его место села знакомая Анатолию оперативница. Со стороны казалось, что она показывала ему карту, уточняя, куда ей надо ехать, хотя на деле она сказала:

— «Полковника» взяли и допросили. Матёрый волк. Профессиональный убийца. По их плану, вас должны были положить на этой стороне, на обратном пути. Догрузить машину героином и с их людьми проскочить по «зелёной улице». Только вот неизвестно, кто на вас тут нацелен, и отказались они от своих планов или нет.

— А про Виктора?

— Он признался. А нож в карты проиграл Жорке Одесситу. Искал его тоже, решил, что тот кинул его при игре в карты.

— Так что, он сотрудничает?

— А как же? Ведь может и пожизненное получить. А у него на этих зонах найдутся те, кто его давно ждёт. Он же и своих «зачищал». В общем, будьте внимательны. Войну не затевайте, мы теперь в чужой стране!

Во второй половине дня они приехали в место назначения. Поставили машину на охраняемой стоянке. Закрыли её, взяли с собой необходимые вещи и зашли в придорожный мотель. Сняли комнату на двоих. Вошли в номер, и тут их ждал сюрприз: там сидели три человека, которые направили на них оружие, и один из них, по-видимому, старший, сказал:

— Не шумите. Есть разговор!

Анатолий ответил:

— Потому и пушки на нас наставили?

— Здесь, на стоянке, вторые сутки стоят чужие люди. Они сегодня бегали довольно активно, когда вы подъезжали. Мы знаем их. И считаем, что они ждали вас. Что скажете?

— А что сказать? С самого начала за нами шла машина. Понятно, что на фуре от неё оторваться было трудно. Но, когда мы сегодня утром выезжали, на территории России они на стоянке устроили драку. Мы выехали и, пока они дрались, сумели оторваться. По крайней мере, мы их больше не видели.

— Что с водителем Виктором?

— Главный механик сказал, что он уволился. Но, думаю, точно никто не знает. Мы при приёме на работу сразу пишем заявление на увольнение, только даты не ставим. Похоже, так и с ним.

— Ладно, машину мы уже забрали. Пригоним через два дня. Что привезли, знаете?

— Нам про груз никто и ничего не говорит, мы его и не видим. А по бумагам, которые у нас есть, это какие-то запчасти. А за то, что мы не знаем и не интересуемся, нам неплохо платят.

— Понятно. Значит, жить будете не здесь. Но уйдёте отсюда не сейчас, поскольку за вами следят. Их планы нам уже частично известны. Пока мы не пригоним фуру сюда, вас они не тронут. Как стемнеет, покинете комнату через окно, вас там будут ждать. Вас проводят в нужное место. Что вы хотите для себя?

— На рынок сходить! На восточный базар! Деньги у нас есть.

— На рынок вас отвезём. Он там недалеко будет. Всё, пока можете сходить покушать. И вопрос: оружие вам зачем?

— А ты, уважаемый, считаешь, что сегодня на трассе можно просто отмахнуться монтировкой? Это раньше тормозили, используя полосатый жезл, и вежливо потрошили. Сейчас всё по-другому. Дальнобойщики сбиваются в караваны, и стволы есть почти у всех.

— Это да, на ваших дорогах полный беспредел.

— На ваших дорогах, думаешь, лучше? Сам говоришь, что против нас что-то затевается!

— Но мы вас страхуем и не дадим этому случиться!

— Бережёного бог бережёт! В данном случае — аллах!

— Не кощунствуй! Вы понятия не имеете о нашей религии, да и о своей тоже!

— Общие понятия у нас есть!

— Этих понятий у вас нет! Рекомендую вам вообще не касаться этих тем.

Анатолий и Дмитрий после беседы помылись в душе, а затем прошли в чайхану, расположенную рядом со стоянкой.

Там заказали вкусный плов и позволили себе взять по два бокала пива. Дмитрий тихо спросил:

— Что ты думаешь обо всём этом?

— Думаю, что сцепились две группировки. Одна толкает наркоту и судорожно ищет возможности её доставки. Причём на сегодня это самый прибыльный бизнес. А вот что поставляет вторая группировка, я не пойму!

— Может, оружие!

— В том-то и дело, что оружие должны были привезти сюда мы! Вопрос в том, что они хотят, чтобы мы нелегально привезли в Россию? И доступа у нас нет к нашему грузу!

— Мы можем тормознуть на обратном пути и посмотреть!

— Сорвать пломбы? К тому же наверняка за нами будут вести наблюдение! Тайник сделан так, что сверху на нём будет десять тонн груза, который никуда вручную не передвинешь! Но, судя по всему, груз серьёзный. И не расслабляйся! С нами ещё не работали, это была только беседа. Проверка ещё впереди!

В чайхану вошла компания русских туристов, Анатолий среди них разглядел людей из группы прикрытия.

В это время официант принёс им заказанные блюда, в том числе и аджику в виде свежеприготовленного соуса, которую едят как обычное масло, то есть просто намазывают на хлеб. Анатолий, помогая официанту разгрузить его поднос, неловко взял чашку с аджикой и выронил её, на лету перехватил другой рукой, и часть соуса попала ему на руки. Извинившись, он встал и пошёл мыть руки. Возле умывальника стоял турист, входивший в группу поддержки. Он шепнул Анатолию:

— Наконец-то! А то мы ваш номер штурмовать уже хотели! Кто там вас ждал?

— Они не представились, но ребята серьёзные, думаю, эта группировка ведёт священный джихад! С наступлением темноты они нас уведут в другое место и ликвидируют другую группировку, которая положила на нас глаз. Не вздумайте влезть, у них тут серьёзные позиции. И фуру загрузят не наркотой! Думаю, что-то серьёзное!

— За груз не переживай. У нас всё под контролем.

Вымыв руки, Анатолий сел за стол под насмешливым взглядом Дмитрия. После чайханы они вернулись к себе. Около восьми часов начало темнеть, ещё через полчаса стемнело, и раздался тихий стук в окно. Дмитрий и Анатолий через окно покинули номер, не оставляя там ничего ценного. Неизвестный человек провёл их через стоянку, вывел на трассу. Там их усадили в минивэн, и вскоре они уже ехали по переулочкам незнакомого города. Въехали в какой-то роскошный древний особняк. Ворота закрылись. Дальше события развивались стремительно. Их сбили с ног, разоружили, надели на руки наручники и разъединили.

Как понял Анатолий, его затащили в полуподвал особняка. Там усадили на стул и направили в лицо луч света настольной лампы. Голос из-за лампы задал вопрос:

— Скажи, уважаемый, ты из ФСБ или из СВР?

— Неплохое восточное гостеприимство!

— Ты не слышал вопроса?

Тут же последовал удар по спине плетью. От удара лопнула рубашка, Анатолий улетел со стула.

Голос из-за лампы продолжил:

— Так из какой ты службы!

— Я обычный водитель с автобазы. В командировку в Среднюю Азию приехал в первый и последний раз!

— Что тебе тут не нравится?

— То, как встречают!

— Люди, на стоянке появившиеся раньше, чем вы, от вас?

— Не знаю, о ком вы говорите, я их даже не видел. Вы у них спросите, от кого они!

— Их тоже взяли и беседуют с ними.

— Драку на заправке затеяли вы?

— Это в России? Нет, мы уезжали, когда они уже дрались.

— Сколько их там было?

— Понятия не имею! Думаю, человек пять-шесть.

— Скажи, в каком ты звании служишь?

— Я водитель!

— Знаешь, твой напарник сейчас показывает навыки вождения фуры. Загоняет фуру задним ходом на эстакаду!

— Ничего сложного в этом нет. Главное, чтобы зеркала были отрегулированы, чтобы не было слепых зон. За рулём надо видеть последнюю треть борта прицепа.

— Отлично. Теорию, вижу, знаешь!

— Могу и проехать!

— Нет нужды! Мы и так знаем, что ты работаешь на спецслужбы России!

Очевидно, был дан знак, и на спину Анатолия вновь опустилась плеть. Теряя сознание от боли, он не слышал, как открылась дверь. Вошедший что-то сказал на своём языке. Избиение прекратили. Анатолия подняли и отнесли через улицу в особняк. Занесли на первый этаж в комнату и аккуратно уложили на кровать. Скоро сюда же привели и Дмитрия. Он выглядел лучше, но у него была разбита губа, под глазом виднелся синяк, и рубашка была забрызгана кровью.

В сопровождении мужчины вошла женщина в парандже с тазиком в руках. Мужчина перевернул лежавшего без сознания Анатолия на живот, разорвал рубашку. Женщина поставила таз и начала обрабатывать раны Анатолия.

Анатолий очнулся, боль в спине постепенно утихала. Рядом сидел Дмитрий. Увидев, что приятель очнулся, сказал:

— Я вижу, у тебя была серьёзная беседа!

— Да уж. Поговорили от души! У тебя тоже была беседа?

— Я быстро очнулся, и мы немного подрались. Потом, когда меня угомонили чем-то тяжёлым по голове, они начали вопросы задавать, давно ли я работаю на СВР, какое у меня звание. А потом предложили загнать фуру задним ходом на эстакаду!

— И как?

— Да не проблема. С первого раза. Посадили в подвал, там ещё трое сидело. У них вид был хуже, чем у тебя. Одного я видел в нашем мотеле. Хотел с ними поговорить, но они по-русски не очень. Сказали, что у них заказчик — какой-то Добрый, а здесь они работают на какого-то Джамиля. Больше поговорить не дали, меня увели сюда. А тут ты. Такой красавец! Вырубленный лежишь.

— Помоги сесть!

Дмитрий помог Анатолию сесть. Открылась дверь, вошёл мужчина восточной внешности, который сказал:

— Я приношу извинения за то, что произошло. Но сейчас разобрались. Вас хотели догрузить героином. Мы такой товар не возим. Так что здесь вы гости, комната вашего друга рядом. Вам тут будет оказана помощь.

— Когда мы едем обратно?

— Я точно не знаю. Это уточняется. Поскольку вы не ужинали, приглашаем вас к столу.

Ужин был великолепен. За столом сидели только мужчины. Вина не было. Поскольку было позднее время, сразу после ужина Дмитрий помог добраться Анатолию до комнаты и пошёл спать в комнату, отведённую ему.

Анатолий, оставшись один, прикрыл глаза и сделал вид, что спит. Судя по всему, решил он, проверка ещё не завершена. Они чего-то ждут. И уж больно откровенно говорят. Да и Димку посадили с теми, которых они, по сути, приговорили! Не понятно, из-за чего могли сцепиться две группировки? Почему они не знали ничего друг о друге, что указания им из Москвы давали, причём и тем, и этим. Чего ему не рассказали те, кто страховал его? Сказав, что мы гости, оружие не вернули. Он решил, что завтра на восточный базар буду проситься. Сладости купить восточные, дыни, арбузы. «Да, может, кого-то из группы прикрытия увижу. Но спина, чёрт, так болит! А Димка молодец! Хорошо, что Димка драку устроил! Он дерётся, наверное, как пацан!» Если бы дрался Анатолий, мог бы выдать себя. У него ведь и техника, и удар поставлен. Его не зря учили в высшей школе полиции! Да и сейчас тренер неплохо тренирует.

С этими мыслями Анатолий уснул.

На третьем этаже особняка, в роскошно обставленном кабинете, сидели три человека. Шло обсуждение возникшей проблемы. Главный в этой компании, хозяин особняка Керим, был крайне недоволен. Он задал вопрос Данияру:

— Данияр, зачем было привозить сюда людей Дауда? Ведь мы знали, что это его люди! Их надо было убрать где-нибудь в тихом месте и бросить на съедение шакалам! Хотя и это мы тут себе позволить не можем. Власти этой страны не поддерживают наш священный джихад.

— Я думал, достопочтенный Данияр, что ты сам захочешь задать им вопросы!

— О чём я могу говорить с мелкими сошками? Мне нужен Дауд!

— Наши люди занимаются этим вопросом. Сегодня ночью они войдут в его дом и привезут его сюда!

— Там у него тоже есть охрана! Ты хочешь развязать тут войну?

— Но эти люди — препятствие в нашей работе! Их лидером в Москве уже занимаются.

— Может, его надо было просто сдать ФСБ?

— Тогда он расскажет о нас и о созданной нами «зелёной улице». Для поддержания нашей «зелёной улицы» нами уже были сданы несколько их караванов с товаром.

— Что они возили?

— Как всегда. Анашу и героин. Наших людей на «зелёной улице» за это в должностях повысили, медалями наградили!

— Скажи, что ты думаешь о водителях?

— Тот, который Дмитрий, приехал второй раз. Парень резвый, но к спецслужбам отношения не имеет. Он умудрился одному нашему человеку три зуба выбить и второму нос сломал. Но он не боец! Просто уличный драчун. К тому же то, как он загнал фуру задним ходом на эстакаду, впечатлило. Всё сделал лихо, с первого раза!

— А второй?

— Анатолий и вовсе не из спецслужб. Он оказался слаб, вырубили с одного удара! Пока с ними тут беседовали, мы их проверили на родине. Мобильная связь — великое дело!

— Ты учти, Данияр! Это необычный рейс! Люди в Москве уже ждут! Рисковать мы не можем! Очень много поставлено на карту! Никаких наркотиков! Не дай бог, собаки на границе учуют! Тогда всплывёт наш груз! Как ты думаешь, Джамиль?

— Достопочтенный Керим! Я думаю, удавить этих водителей надо по-тихому. В фуру посадить наших людей, пусть они гонят машину. И сразу в Москву!

— Надо продумать! Но тут не всё так просто! Людей для такой поездки готовить надо и не один день! Тем более фура. Это не легковая машина. И документы надо нормальные сделать. Мы просто не успеем! Данияр, что думаешь ты?

— Уважаемый Керим! Джамиль критично относится ко всему и не верит никому. Если бы я его не остановил, то его воин Ахмед забил бы кнутом водителя до смерти. А мы уже трижды прогнали эту фуру, гружённую оружием, по «зелёному коридору». Оружие везли в Россию и это же оружие везли обратно. Никаких слежек, никаких сбоев не произошло. «Зелёный коридор» надёжен! Если бы спецслужбы знали об этих перевозках, они давно бы эту фуру взяли. Да, водители поменялись, но в этом я вижу работу людей Дауда! Но мы не можем рисковать, перевозя его героин! И сам Дауд мешает нашему делу!

— Хорошо! Я вас услышал! Будем верить, что они за деньги отвезут то, что им погрузили. Выезжают они завтра!

На восточный базар свозить с раннего утра. Спиртное не давать. Сопроводить до границы!

Так решилась судьба Анатолия и Дмитрия.

В то же время в предместье города, возле особняка Дауда, шёл настоящий бой, в котором принимала участие и группа сопровождения. Именно они активировали боестолкновение, так как люди Данияра планировали сделать всё очень тихо.

Раздались автоматные очереди, и тут же был вызван наряд полиции. В отделе поняли, что не справятся сами, и вызвали спецназ. Таким образом, в бою участвовали три стороны. Группа прикрытия к этому времени покинула поле сражения, унося с собой раненую Настю. Оставили там одного наблюдателя. Утром отдел докладывал о боестолкновении, в котором погибло двенадцать человек, четырнадцать получили ранения и взяты в плен. В числе погибших оказался и Дауд.

Скоро весь город судачил об этом событии и о том, что была изъята рекордная для республики партия наркотиков.

Эта весть дошла и до Керима. Он вызвал к себе Данияра и сказал:

— Дай водителям всё, что им захочется: восточные сладости, арбузы, дыни, виноград, — и через два часа они уезжают! После этого садись в машину и сваливай в наш полевой лагерь! Пару месяцев там отсидишься.

— Керим, к чему такая спешка?

— Если твои люди заговорят, за тобой придут!

— Но мои люди ничего о тебе не знают!

— А кто доставлял людей Дауда из мотеля сюда? Немедленно убери их! И пусть приберут в подвале!

Данияр разбудил Анатолия и Дмитрия, вернул им оружие. Спросил:

— А вы с ним на границе не погорите?

Ответил Дима:

— Нет, не первый раз ездим. У меня там тайник есть хороший.

— Поскольку на рынок не попадём, я вам из своих запасов фруктов и угощений восточных дам всё, что вы хотели купить.

Через два часа Анатолий сел за руль фуры, и они поехали. Выехав на трассу, Анатолий в окно заднего вида приметил, что за ними идёт сопровождение. А ещё через полчаса их обошли две машины прикрытия, которые летели по трассе в направлении границы. Границу пересекали вечером. Был проведён поверхностный осмотр, кузов открывать не стали. Печати не тронули, а ещё наложили свои. Так пересекли и свою таможню. Выехали на знакомую трассу, где за руль сел Дима. Времени было много, и одна машина сопровождения повела их на неохраняемую стоянку, спрятанную в лесу.

Там остановились, из машины сопровождения вышел мужчина, с которым Анатолий разговаривал в чайхане, подошёл к ним и сказал:

— Мужики, у нас две проблемы! Первая: вы везёте два лёгких фугаса.

— Они их в России купить не смогли?

— Эти нет. Это специальные ядерные фугасы М-159. Мощность 450 тонн в тротиловом эквиваленте. Общий вес одной мины — 68 кг.

— То есть, если они взорвутся, полуприцеп мы потеряем!

— Если они взорвутся при проезде маленького города, то и городок мы тоже потерям.

— Интересно, нас далеко взрывной волной выбросит?

— Я полагаю, даже тапочек от вас не останется.

— И кто же такое изобрёл?

— Такие устройства были разработаны в СССР и в США в 1960-е для ВМС и морской пехоты, но никогда не применялись. Они находились на вооружении США до 1989 года.

Официально, по инициативе руководства России и США, диверсионные ядерные мины обеих стран были утилизированы. Но, похоже, не все.

— И что нам делать?

— Довезти их до места назначения. Там уже готовят встречу.

— А ты уверен, что это именно то, о чём ты говоришь?

— Мы спрятали передающую видеокамеру, которая включалась автоматически, когда открывали тайник. Там же маячок, работавший по особой программе. Мы всегда знали, где находится машина.

— А вы же обещали убрать всё!

— Мы не могли вскрывать печати. Что могли, то убрали.

— В общем, на наше счастье, они машину не просканировали! Иначе лежали бы мы сейчас в подвальчике особняка, холодненькие такие, с побоями на лице.

— Так. Какая вторая проблема?

— Тоже серьёзная. Настя ранена! При прохождении границы мы ей вкололи обезболивающее, она сделала вид, что пьяная. В общем, проскочили, а сейчас она сидеть уже не может, сознание теряет, а уложить её некуда.

— Может, в больницу уложить? Мы ведь уже в России!

— Не хочет она.

— Что предлагаешь?

— Возьмите к себе в фуру, у вас там кровать есть. Если станет хуже, положим в ближайшую больницу.

— Давай.

Настю переложили из легковой машины в кабину фуры, где она сразу уснула. Время заканчивалось, и машины поехали дальше.

Анатолий сел руль и ехал до тех пор, пока не стемнело. Заехали на заправку. Заправились, в кафе взяли с собой перекусить. Пользуясь темнотой, помогли Насте сходить в туалет и загрузили обратно в машину. Задраили окна, все вместе поели и легли спать. Проснулись и с началом восхода солнца поехали.

До отъезда Анатолий нашёл машину сопровождения, там ему рассказали:

— В общем, в Москве, в ночном клубе, убит Добрый. Там уже началось расследование, хотя, в принципе, его пасли и СВР, и ФСБ. Кто его убил и кто заказал, уже известно, ждут, когда машина с ядерными минами доедет до пункта разгрузки. О том, что существует «зелёная улица», информацию дал его заместитель. Он же дал полную раскладку происходящего и рассказал, что Добрый хотел влезть в этот канал доставки. Добрый и не подозревал, что именно эта группировка сдала его машины, которые попались с товаром. И это теперь официальная версия, чтобы отвести подозрения от людей из СВР, которые внедрены в группировку к Кериму.

Уже темнело, когда Дима с Толей на въезде в город перенесли Настю в машину «Скорой помощи». С ней поехал один сотрудник из группы сопровождения. Ещё через полчаса машина была поставлена в условленном месте. А ещё через полчаса начался захват. Дима с Анатолием в это время вызвали такси. Подъехала машина сопровождения, у них забрали оружие, которое они так и не использовали. В такси загрузили дары Средней Азии, завезли Дмитрия домой. Он сказал Анатолию:

— Если что, я буду ночевать у Татьяны.

— Отлично, приходите завтра в гости к нам, часикам к двенадцати! Даров Средней Азии отведаем. Да и коньячка можно будет выпить! А то в гостях везде сухой закон был!

— Может, вы к нам?

— Дима! Я из-за спины скоро вообще упаду! Боль невероятная. И, похоже, раны начали кровоточить.

Вскоре Анатолий подъехал домой. Жена открыла дверь, и первый вопрос, что она задала, был:

— А теперь расскажи, где ты шлялся? Я проверила, ни в какой командировке ты не был! На работе тебя не было! Мне в кадрах сказали, что ты отпуск за свой счёт взял!

— И что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Сегодня спишь в свободной комнате! Завтра собираешь вещи и идёшь туда, где кувыркался всё это время!

— А что же завтра идти? Я сейчас пошёл!

Анатолий забрал своё служебное удостоверение, взял свой мобильный телефон, кое-как переоделся, повесил ключи от квартиры на ключницу и ушёл. Правда, хотел помыться в душе, но понял, что из-за спины он с этим не справится. Вышел на улицу, дошёл до центра, заглянул в гостиницу. Повезло: имелся свободный номер. Кое-как обмывшись, Анатолий, наконец, лёг на нормальную чистую постель, спать он мог только на животе. Усталость свалила его, и он мгновенно уснул.

Когда проснулся, на улице пели птички, ясно светило солнышко. Кое-как поднявшись, почувствовал, что к боли в спине добавилась ещё и температура. Нашёл силы, сдал номер в гостинице и побрёл в поликлинику. Хотел позвонить Димке, но телефон безнадёжно сел, а зарядное устройство он не взял. В поликлинике ему повезло: врач-хирург был ему знаком, принял его вне очереди. Увидев спину Анатолия, он всплеснул руками и воскликнул:

— Это кто же тебя так изувечил?

— Да, начальник на пятиминутке воспитывал!

— Толя! Ты же знаешь порядки! Я должен уведомить об этом твою родную полицию!

— Ничего не выйдет. Будет отказной, и, вообще, давайте не будем усложнять себе жизнь. Что мне надо делать?

— Ничего! Я направляю тебя в госпиталь! Причём немедленно!

Через час Анатолий уже лежал на животе в палате, и медсестра обрабатывала его спину, с ужасом восклицая:

— Да кто же это всё сделал? Садисты!

Анатолий молчал, потом начались различные уколы — противостолбнячные, обезболивающие, противовоспалительные. Наконец-то его оставили в покое, и он опять прогрузился в сон.

Начальник УВД Пётр Семёнович сидел в своём кабинете в ожидании Анатолия. Несмотря на выходной день, он с утра был на месте. По этому делу были задействованы мощные силы, и ему нужна была информация, поскольку ФСБ делиться ничем не хотела, как, впрочем, и СВР. А вот Анатолий, предупреждённый вчера о необходимости встречи, не пришёл. Пётр Семёнович набрал его мобильный телефон, но ответа не получил. Тогда он набрал его домашний телефон, ответил женский голос:

— Слушаю вас!

— Доброе утро! Извините, с кем я говорю?

— Я Светлана! А вы кто?

— Мне бы мне Анатолия услышать! Скажите ему, что начальник УВД его беспокоит! Я понимаю, что командировка у него была тяжёлая, надо прийти в себя, но мне надо его выслушать!

— Слушайте, хватит меня разводить! Я тоже генеральша! Он проболтался непонятно где, а вы тут отмазками занимаетесь. А сейчас мне всё равно, где он! И, вообще, я ещё сплю!

Светлана бросила трубку. Пётр Семёнович, нажав кнопку селектора, сказал:

— Дежурный! Начальник розыска на месте?

— Так точно!

— Пусть выходит на улицу. И мою машину — к подъезду!

Минут через десять начальник УВД и начальник ОУР УВД стояли на лестничной площадке у дверей Светланы и звонили.

Светлана после ухода мужа не спала всю ночь, всё думала, правильно ли она поступила, наехав вчера на мужа. Но он первый начал! Не поверил ей, что она пришла к Димке вместе с Танькой! Но это ведь, действительно, так и было! А сам после дежурных суток, не выспавшись, вдруг уехал куда-то, в какую-то надуманную командировку! Хотя в кадрах ей сказали, что он взял отпуск за свой счёт! А вчера даже оспаривать не стал ничего! Собрался и ушёл! Нет, она не хотела терять мужа, а решила его немножко встряхнуть. А тот начал прикрываться начальником УВД! Да кто Толик такой, чтобы начальник УВД звонил ему домой?! К тому же у него есть свой телефон.

Раздался длинный звонок в дверь. Светлана решила:

— Анатолий явился! Сейчас в ногах валяться будет!

Она накинула халат, открыла дверь и обомлела! Перед ней стояло два полковника! Одного из них Светлана знала — это был начальник уголовного розыска управления внутренних дел! Начальник Анатолия — Владимир Фёдорович! Офицеры поздоровались и, не спрашивая ничего, прошли в комнату, и уже там второй офицер представился:

— Я Пётр Семёнович! Начальник УВД! Где Анатолий?

— Я не знаю! Он вчера пришёл поздно, мы поссорились, он переоделся и ушёл.

— Где его одежда, что он снял?

— В комнате, что я ему определила! Там и фрукты, что он привёз.

Раздался звонок в дверь, Владимир Фёдорович спросил:

— Кто это?

— Не знаю, я никого не жду! Наверное, Толик нашёлся.

Владимир Фёдорович пошёл открывать дверь, и в комнату вошли Дмитрий с Татьяной. Пётр Семёнович спросил:

— Вы кто? И что тут делаете?

— Я Дмитрий. Нас Анатолий пригласил!

— Когда пригласил?

— Вчера, когда мы приехали.

— А, так это ты — второй водитель фуры?

— Почему второй? Я как раз первый! А где Толик? Что-то случилось?

— Пропал Толик, вчера пропал! Переоделся и исчез!

— Да куда он мог исчезнуть, он же на ногах не стоял, и спина кровоточила.

Владимир Фёдорович вошёл в комнату и вынес рубашку Анатолия. Она со стороны спины была вся пропитана кровью. Пётр Семёнович спросил:

— Какие мысли?

— Надо в больницу позвонить, в нашу!

— Звони!

Владимир Фёдорович начал набирать номер. Светлана тем временем начала оправдываться:

— Я не знала, что он ранен! Он вообще ничего не сказал! Я только спросила, где он шлялся!

Владимир Фёдорович дозвонился и через минуту доложил:

— Где он был ночью, не знаю, но он госпитализирован в наш госпиталь, в хирургию.

— Поехали!

— Ой, а можно я с вами?

— Нет, Светлана. У вас гости. А вот Дмитрий поедет с нами, мы поговорим по дороге.

— Товарищ полковник! Но те ребята сказали, что никому ничего я рассказывать не могу! А там, судя по всему, контора серьёзная!

— Понятно! Говорить не будешь. Хорошо, оставайся с женщинами!

Офицеры ушли. Светлана посмотрела на Татьяну и спросила:

— А ты что пришла?

— Я пришла прощения перед Толиком попросить и перед тобой тоже! Тут что-то произошло, чего мы с тобой не знаем. Только вот Димка ничего не рассказывает, говорит, что сам ничего не знает. А у самого синяк под глазом и губа опухшая. Говорит, что подрался, но не с Толиком. Но, я думаю, случилось что-то серьёзное, если такие начальники Толика ищут!

— Но Димка сказал, что вас Толик пригласил на сегодня!

— Ну да. В общем, когда ты уехала, Дима у меня прятался. Потом пришёл Толик и забрал Димку. Он пришёл домой только вчера!

— А мне ты сказать не могла?

— Я не знала, что это так важно. К тому же ты сама сказала, что мы больше не подруги! И слышать, и видеть меня ты не хочешь!

В разборки вмешался Дима, он спросил:

— Светлана, ты что, поссорилась с Толей?

— Он обещал поговорить со мной и свалил из дома, прикрывшись командировкой! Я позвонила в отдел кадров, там сказали, что он взял отпуск за свой счёт! Что я должна была подумать? Я решила, что он кувыркается где-то!

— А спросить его вчера ты не могла?

— Я спросила! А он ответил: «Что ты хочешь, чтобы я сделал?» Я ему сказала, чтобы завтра собирал вещи и шёл туда, где кувыркался всё это время! Но я-то думала, что он прощения попросит и останется! А то ишь, приволок и арбузы, и дыни, и виноград. Какие-то восточные сладости.

— Дура ты, Света! И, на всякий случай, скажу: он до сих пор не верит, что мы с тобой в квартире у меня остались один на один впервые!

— Но ведь так и было!

— Я знаю, что так и было, но ты, вместо того чтобы вчера нормально встретить мужа, сделала всё, что не нужно было делать!

— Что с ним случилось?

— Долго рассказывать. Но, думаю, что, кроме ран на спине, у него теперь добавилась и сердечная рана. А сердце у него болело с того самого дня, как он нас вдвоём увидел. И всё потому, что он любит тебя.

— Я вижу, что никто ничего мне говорить про его раны не хочет! Я собираюсь и еду в госпиталь!

В это время Пётр Семёнович и Владимир Фёдорович приехали в госпиталь и вошли в кабинет главного врача. Зинаида Александровна встретила их и предположила:

— Господа офицеры! Присаживайтесь! Что вас принесло? Заболели? А я всегда говорила, что и начальник УВД должен проходить профилактику!

— Зина! Ты так нас лечишь, что мы не болеем долго, и не надейся меня заполучить в госпиталь! Лучше скажи, тут в хирургии мой человек из уголовного розыска приболел. Сказали, к вам направлен.

— Это тот, которого ты плетью на совещании наказал?

— Я?!

— Ну, это он так шутил. Хотя скрывать не буду: положение у него серьёзное, раны загноились. Слава богу, заражения крови удалось избежать. Пойдём, провожу к нему, там сейчас и лечащий врач в отделении.

Они поднялись в хирургическое отделение. Дежурная медсестра, увидев такую серьёзную команду, открыла кабинет заведующего отделением, что-то сказала, и оттуда вышли лечащий врач с заведующим отделением. Завотделением спросил:

— Вас кто интересует? Женщина с пулевым ранением или мужчина с изувеченной спиной?

— Женщина? С пулевым ранением?

— Нуда. Я не эксперт по баллистике, но понятие об этом имею. Пуля, что я извлёк из неё, принадлежит к патрону Т65, который был принят на вооружение под наименованием 7,62x51 мм НАТО. То есть вылетела эта пуля из какого-то иностранного оружия. Но это уж пусть ваши специалисты об этом заключение дают.

— Владимир Фёдорович! Что ещё за раненая женщина?

— Я не знаю!

— Зинаида Александровна! А почему нас в известность не поставили?

— Так были люди из СВР, сказали — никого информировать не надо! Также сказал и мужчина с изувеченной спиной — Анатолий! Он сказал, что он из уголовного розыска УВД! Что там всё знают!

— Понятно! В какой он палате?

— Боюсь, он бесполезен.

— Что вы имеете в виду?

— Мы обработали ему раны, накололи антибиотиками и снотворным. Он сейчас просто спит!

— И долго будет болеть?

— Организм молодой, но с месяц на больничном пробудет. А вот шрамы останутся надолго!

— Когда я могу с ним поговорить?

— Когда он проснётся.

— А когда он проснётся?

— Вечером, не раньше. А лучше всего с ним говорить завтра, с утра.

Начальник УВД вошёл в плату, там, лёжа на животе, безмятежно спал Анатолий. О чём-то подумав, Пётр Семёнович сказал врачу:

— Слушай, держи его в отдельной палате. И ещё, думаю, сейчас его жена появится.

— Он просил жену к нему не допускать! Сказал, что вообще никого видеть не хочет.

— Ладно, пусть лечится и отдыхает. Я приеду вечером!

Когда Пётр Семёнович и Владимир Фёдорович покидали госпиталь, туда вошла Светлана с Татьяной и Дмитрием.

Вечером Анатолий открыл глаза, повернул голову, чтобы осмотреться, и обалдел: возле его кровати, на стуле, сидел начальник УВД Пётр Семёнович! Анатолий осторожно поинтересовался:

— Пётр Семёнович! Вы тоже приболели?

— Я? Да нет! Я здоров! К тебе приехал, узнать, как ты? И чтобы ты рассказал, как получилось, что ты здесь лежишь и что там, в палате, за женщина с пулевым ранением. Я так понимаю, она с твоей поездкой связана?

— Я знаю её по имени Настя, она из группы нашего прикрытия. Думаю, работает от СВР. При каких обстоятельствах она получила ранение, мне неизвестно. Мы её везли в кабине нашей фуры, у нас там есть место, где можно было лечь во весь рост.

— То есть ты сидя ехал?

— Пришлось маленько потерпеть! Да и лежать я не мог.

— Что было там?

— Как и предполагалось. Приехали, знаю, что по дороге группа прикрытия устроила на стоянке небольшую драку, в ходе которой они взяли «полковника».

— Это я знаю, они его нам передали. Он раскололся и признался, что убил водителя Виктора. Но тот ему ничего не рассказал.

— А не рассказал, потому что сам не знал!

— Ты мне скажи, отчего тут такая заварушка с твоим приездом началась? Я знаю, что ждали твоего приезда и в Москве, а потом по всей трассе, что вы ехали, головы полетели! А в столице и в высоких кабинетах кое-кто постов лишился! Что за наркотик вы привезли?

— Если верить ребятам из прикрытия, то привезли мы два специальных ядерных фугаса М-159, мощность одного 450 тонн в тротиловом эквиваленте. В общем, если у нас в городе рвануть, областного центра не останется! А шло всё это на Москву!

— Вон оно что! Я знаю, что высокие чины прилетели. Только вот ко мне никто не приходил. Очевидно, завтра нагрянут! А как тебя угораздило под плеть попасть?

— Да прозевал первый удар, отключился. Потом очнулся, на стуле сижу. Вопросы задают, я хамить начал, но всё по легенде.

— А легенду кто сделал?

— Не знаю, мне группа прикрытия её передала. Но, очевидно, всё сходилось, но что-то им не понравилось, ну и отходили меня плетью. Чего бить перестали, не знаю, без сознания был. Думаю, то, что им Дима мастер-класс показал: с одного раза задним ходом на эстакаду заехал. Но потом начали очень быстро всё делать, у них какой-то лимит времени образовался. Нас даже на восточный базар не пустили.

— А арбузы и дыни откуда?

— Вы их видели?

— Ну да, я же у тебя дома был! С женой твоей познакомился! И дыни, и арбузы, что ты привёз, в прихожей увидел.

— Ну да, там ещё курага была, восточные сладости, виноград.

— А с женой что не поделили?

— Да так, чисто семейное. Вышла она у меня из доверия.

— Загуляла?

— Не знаю. Но ко всему этому ещё мне не поверила, что я в командировку уехал. Иди, сказала, туда, где кувыркался всё это время. А тут голова раскалывается, спина горит, чувствую, как кровь со спины стекает. Озноб, я и не знал, что у меня температура. Ну и решил, чего тянуть? Развернулся и пошёл в гостиницу. Думал, высплюсь. А утром совсем плохо стало. В результате я здесь.

— Ага, с диагнозом: начальник УВД пятиминутку проводил!

— Да, это я шутил! А что, Настя тоже здесь лежит?

— Ну да. В отдельной палате. Но даже меня к ней не пускают!

— Такая тяжёлая?

— Нет, сказали, что это ни к чему. А вот твоя жена сидит в приёмном покое. Пытается к тебе прорваться. Но санитары не пропускают!

— Я сам об этом попросил.

— Зачем? Думаешь, спрятался здесь, в палате, и решил вопрос? От разговора тебе не уйти! Скажи, а ты уверен в её измене?

— Нет. В измене я не уверен. Просто, в дежурные сутки я заехал к её подруге домой, где ночевала и моя жена. Пришёл, а её там нет, как подруга сказала, она вышла к соседке, я туда прошёл, а там жена с мужиком сидят вдвоём.

— И что?

— Мужик говорит, моя с соседкой пришла, но потом соседка отошла на минуту.

— А что за мужик?

— Димка!

— Так чем это закончилось? Он тоже с синяком под глазом и губа припухшая!

— Да нет, драки между нами не было, это ему в командировке досталось. Но именно с этих дежурных суток и началась раскрутка. Он ведь был напарником Виктора. Спросил о нём. Я фото ему показал.

— Ты ведь с ним в серьёзной переделке побывал и не веришь ему?

— Да не верил бы — с ним бы не поехал. Но тут ещё вчера такая встреча от жены. Думаю, мне просто успокоиться надо! Но пока не могу.

— В общем, снимай свою неприступность, пусть жену пустят к тебе! Поговори. Она сидит вся в слезах.

— Дайте хоть до утра одному побыть!

— Будь! Но я скажу, чтобы утром её пропустили!

— Хорошо. Думаю, утром я хоть сидеть смогу, а не в койке лежать задом кверху.

Пётр Семёнович попрощался и ушёл. В приёмном покое подошёл к Светлане и сказал:

— Утром тебя пустят к Анатолию. Ты на него не дави и не наезжай, ему и так тяжело. А сейчас поехали, я тебя домой подвезу.

Утром Светлана к восьми часам приехала в госпиталь. Привезла передачу. Вызвали врача. Он разрешил пропустить её в отделение, в палату к Анатолию.

Анатолий сумел встать с кровати и сесть на стул. Одет он был в больничные одежды и какие-то немыслимые тапочки. Светлана вошла в палату. Увидев, что он сидит за столом, поздоровалась:

— Доброе утро!

— Доброе!

— Толя, ты прости меня — дуру! Я, когда ты уехал, узнала, что ты взял отпуск за свой счёт, подумала, что ты меня бросил или изменяешь мне с кем-то. И тут ты появился, а я вся на взводе! Тем более, что мы с тобой так и не поговорили о том, что произошло у Татьяны! Ты ведь не веришь мне! А Татьяна вчера ко мне приходила, с Димкой вместе! Димка сказал, что ты пригласил его! И что ты с ним ездил в Среднюю Азию! И что у тебя со спиной?

— Да со спиной ничего страшного, сорвал немного!

— То есть ты скоро вернёшься домой?

— Ну, как врач отпустит.

Сзади раздался женский голос:

— Да врёт он всё! Спину он не сорвал! Но рубцы там заживут, хотя шрамы останутся.

— Привет, Настя! Ты как?

— Тебе спасибо! Я не знала, что ты тоже сильно пострадал, так бы подвинулась в фуре.

— Я только на животе мог ехать или сидя, не касаясь спиной спинки сидения.

— Как же ты фуру вёл?

— Напарник должен был отдыхать. Тем более, ему самый трудный участок дороги достался ночью.

— Да, я помню, но я была и с вами, и без вас.

— А чего ты вдруг встала?

— Увозят меня, вертолётом. А ваш начальник мою вещь забрал. Ты его увидишь, забери, потом мне вернёшь.

— Что именно?

— Пулю, что из меня извлекли. А я домой. Что мужу сказать, не знаю!

— Попробуй правду сказать!

— Ты вот своей жене правду не говоришь!

— Так она у меня далека от того, что есть профессии, где стреляют! У неё чисто аппаратная работа, связанная с технической поддержкой пользователей мобильной связи. Да и ни к чему ей волноваться.

— И у меня муж такой же и представления об оперативной работе не имеет. И я его волновать тоже не хочу. Я ведь числюсь просто переводчиком с арабских языков. Только вот рану не спрятать! Такая вот аккуратная дырочка в груди.

— Да, я видел. Я же тебя в фуре перебинтовывал.

Светлана сказала:

— А вот он всегда меня обманывает!

— Это потому, что он тебя любит и бережёт! Толик, спасибо тебе! Береги жену!

Настя тихо ушла. Светлана спросила:

— Толя, а кто это был?

— Это была Настя! Она прикрывала меня и Диму. Была ранена. Мы её привезли.

— Почему ты мне об этом не рассказал?

— А ты слушала?

— Нет. Но ты мог бы остановить меня!

— Значит, не мог. Да и не хотел скандала.

— Ты меня не любишь!

— Я этого не говорил! И повода тебе усомниться во мне я тебе не давал!

— Так ты простил меня или нет?

— У меня есть ещё время подумать, да и у тебя тоже.

— Сколько времени?

— Пока меня не выпишут. А там решать надо будет. Или домой, или квартиру искать!

— Не шути так!

— А я не шучу. Ты и сама ещё не решила: оставить меня или вещи за порог выставить! Хотя от меня требуешь прощения. Определись сама.

— Толя, я определилась и определилась очень давно, когда однажды, в ЗАГСЕ, сказала тебе, что я согласна быть твоей женой! И сегодня я — твоя жена! Прости меня, что я тебе нагрубила, когда ты приехал!

Анатолий долго лежал в госпитале, но, благодаря усилиям врачей, раны стали заживать. Его ежедневно навещала Светлана, приходили и Татьяна с Димой. Дима продолжил работу на фуре, но ездил только по России. Татьяна настаивала, чтобы он оставил эту работу и устроился где-то, чтобы каждый день быть дома.

На последней перевязке лечащий врач сказал Анатолию:

— Ты в следующий раз бронежилет надевай!

— В какой следующий раз?

— Когда на пятиминутку к начальнику УВД пойдёшь! А сегодня готовься к выписке домой!

Домой Анатолий пришёл после обеда. Ключи от квартиры ему в больницу принесла жена. Позвонил Димке и пригласил его к себе в гости. Димка сказал:

— Я Татьяну с работы заберу, и мы приедем вместе со Светланой.

Анатолий накрыл стол. После работы они собралась все вместе.

Через неделю Анатолий с начальником УВД уехал в командировку в столицу. Они были приглашены в довольно закрытое учреждение — штаб-квартиру СВР.

Оттуда Анатолий вышел в звании полковника, а начальник УВД — в звании генерал-майора. Там же состоялась встреча Анатолия с Настей, которой он отдал пулю.

Помимо званий, Анатолий и Настя были награждены орденами Святого Георгия!

Не обидели и Дмитрия, которому в УВД области генерал-майор Пётр Семёнович вручил орден «За заслуги перед Отечеством»!

После награждения Дмитрия он в разговоре с Анатолием сказал:

— Толя! Я и Татьяна решили пожениться! Моим свидетелем пойдёшь?

Пропавший участковый

— Пётр, зайди ко мне.

Пётр поморщился, поскольку знал, что его ожидает неприятный разговор с начальником уголовного розыска, и ответил:

— Иван Степанович, иду. Я только бумаги в дежурку отдам.

— А что у тебя там?

— Рапорт по делу, им для отчёта надо.

— Давай, только недолго.

Через пять минут Пётр был в кабинете начальника, тот говорил по телефону и просто махнул рукой, указывая на стул. Пётр присел к длинному столу. Завершив разговор, Иван Степанович обратился к нему:

— Слушай, Пётр, может, пора завершить празднование по случаю присвоения звания?

— Иван Степанович, вчера просто так сложилось. Да мы ещё с ребятами Зайца навестили в больнице.

— Знаю, морковки ему принесли. Мне заведующий отделением звонил, сказал, ещё одна такая морковка — и его выпишут с нарушением!

— Так у него ранение лёгкое.

— Это не повод пить коньяк в палате и уговаривать медсестру пропустить кружечку!

— Так не было в палате стаканов коньячных. У Зайца из посуды только кружка эмалированная и то одна. В общем, полный некомплект.

— Ты меня понял!

— Так точно!

— А чтобы скучно не было, вот материал. Поступил от наших коллег из общественной безопасности. У них пропал участковый инспектор.

— И куда он делся?

— Вот это тебе предстоит узнать и нам об этом рассказать. Держи материалы. Изучишь, накидаешь план работы, версии.

— Так на место надо выезжать. Может, у него там конфликт с кем-то был.

— Знаю. Для выезда дам машину и даже пару человек от патрульно-постовой службы, из молодых. Их нам в розыск прикрепили для работы по делу об ограблении торговой точки, где бизнесмена убили. А там пока глухо, ребята занимаются, но помощь ППСников им не нужна.

— Понятно. Я их задействую.

— Петя! Вернуть их в отдел трезвыми! Помни, у них есть оружие, а ребята молодые. Ты вообще разбаловался, как с женой развёлся.

— Иван Степанович, я не разводился с женой!

— Я знаю, ты просто выгнал её из дома, поскольку решил, что вы характерами не сошлись.

— Так это действительно так. Она мне заявила, что вообще ошибку совершила, выйдя за меня замуж. Вот я и исправил эту ошибку.

— Мало ли что женщина скажет. Я со своей женой тоже ругаюсь. Порой, кажется, убил бы. Но из дома я её не гоню!

— Значит, точно её прибьёте! А моя жена с удовольствием ушла и уехала к своей маме, в областной центр! И никто даже не вякнул, и я знаю почему.

— Почему?

— Когда я с ней познакомился, мама ей прекрасную партию нашла. Он и сейчас не женат, квартира в центре. Не удивлюсь, если она живёт у него. Так что я всё вовремя сделал.

— Всё, иди. И помни: результат по материалу мне нужен завтра к совещанию.

— Когда я успею? Этот же на краю земли! От нашего районного центра часа два пилить! Да у него административный участок — восемь населённых пунктов!

— Откуда ты знаешь?

— Да вот же обзорная справка.

— Ладно. Сегодня готовься, завтра в шесть утра выезжаешь.

Пётр понимал, что спорить с начальником бесполезно. И ему никуда не деться от этой поездки в медвежий угол. Он пошёл в свой кабинет, в котором сидел пока один. Одно время, недолго, у него был сосед по кабинету — Андрей, а по кличке Заяц, но он возглавил другую группу, став старшим опером. А Пётр с той поры работал один. Сейчас Заяц лежал в больнице с пулевым ранением.

Кличку Заяц он получил среди своих за то, что в беге никто не мог угнаться за ним. Как он был ранен, никто не знал. Было непонятно, кто и почему в него стрелял. Шло следствие. Но розыск нападавшего зашёл в тупик. Сам Заяц уверенно сказал вчера, во время дружеских посиделок в его палате:

— Нет, того, кто в меня стрелял, не найдут.

— А ты его видел?

— Откуда? Стреляли в спину. Меня толкнуло вперёд, и я отключился. То, что я выжил, это чудо. Да и темно уже было.

Этим делом занимались другие оперативники, на участке которых и произошло нападение. К сожалению, никаких подвижек не было. У Петра было своё мнение по вопросу нападения, но он предпочёл пока молчать. Его мнение базировалось на том, что он пока не видел внятного объяснения Зайца о причинах его нахождения в это время там, где на него напали.

Пётр довольно быстро ознакомился с материалами по факту исчезновения участкового инспектора. В общем, шаблонное сообщение от старшего участкового инспектора, сидящего в районном центре, о том, что участковый прекратил выходить на связь. Жил исчезнувший инспектор там же, на своём участке, на центральной усадьбе. После упразднения СССР совхоз превратился в крестьянское фермерское хозяйство. Была осуществлена государственная регистрация крестьянско-фермерского хозяйства. Организовал и возглавил это хозяйство некто по имени Демьян. Кто он и откуда, Пётр не знал. В районе было много различных хозяйств, кто их возглавляет и на основании чего, его просто не интересовало. Да и работал он больше по городу, изредка выезжая на район, как правило, для задержания скрывшихся преступников, проходящих у него по тому или иному делу. А вот в местности, где пропал участковый, он бывал исключительно тогда, когда выбирался в лес за грибами. Там были прекрасные грибные места, но народ туда ходить остерегался, так как, даже зная лес, некоторые грибники потом блуждали по несколько дней.

Изучив материалы и понимая, что их проверка на месте займёт время, Пётр решил завершить текущие дела в городе. Договорившись, что с утра машина с прикреплёнными к нему в помощь полицейскими заедет за ним домой, он ушёл из отдела.

Прошёлся по городу и между делом посетил с проверкой находившегося под надзором полиции, недавно освободившегося Артёма, по кличке Авиатор. Эту кличку ему дали в зоне за то, что он планировал побег с использованием малой авиации, которую хотел собрать в зоне. Из этого ничего не вышло. Опера посмеялись над ним и на всякий случай посадили в бур. В итоге на свободу он вышел после отбытия всего срока наказания. Жил тихо, скромно и самое большое впечатление произвёл, когда устроился на работу сторожем в фирму, где были торговые точки и где погиб учредитель, он же директор. Погиб глупо. Два неустановленных преступника вошли в торговую точку и потребовали отдать им выручку, в это время из подсобки вышел учредитель. Понимая, что происходит, он начал выгонять напавших и поплатился за это. Пётр связал нападение неизвестных с Авиатором, работавшим там сторожем. Зная, что того допрашивали по этому делу, он всё-таки решил сам с ним побеседовать.

Артём спокойно встретил его, пригласил в квартиру, понимая, что, даже если не пригласит, Пётр всё равно войдёт и осмотрит комнаты, выясняя, нет ли у него гостей. Так произошло и в этот раз. Осмотрев комнаты, прошли в кухню и сели за стол. Пётр поинтересовался:

— Скажи, что там, на фирме, случилось?

— Да вы, гражданин начальник, должны лучше меня знать. Наверное, вы этим делом занимаетесь?

— Да нет, Артём Викторович, я знаю только то, что убит коммерсант при защите имущества и что ты работаешь там.

— Я же только по ночам работаю, а эти охамели, пришли днём, причём выручки ещё не было. К тому же машина бизнесмена стояла у входа. Было ясно, что он в магазин приехал и находится там. Да и что они взяли? Гроши! Из-за такого на «мокруху» идти? И видно, что не наркоманы.

— А это с чего ты решил?

— Что именно?

— Что они не наркоманы?

— Так мне следователь видео нападения показал, всё хотел, чтобы я их узнал. Но нет, я их не знаю. Но ребята крепкие, и зачем им понадобились стволы для нападения, не понимаю.

— То есть ты пришёл к выводу, что бизнесмен был кем-то заказан, а ограбление — это просто прикрытие?

— Я этого не говорил.

— Да мне и не надо говорить. Но я тебя услышал. Не переживай, я никому не скажу, что узнал это от тебя.

Пётр задумался, слушая на пятиминутках краткие доклады о проделанной работе оперативников, работавших по этому делу, он давно пришёл к выводу, что бизнесмена заказали. Он просто перешёл кому-то дорогу. И вот на работу туда Артём был устроен по чьей-то рекомендации. А это означало, что неизбежны разборки. Пётр считал, что тот, кто рекомендовал Артёма, к убийству не причастен. А это значило, что в районе появилась ещё какая-то третья сила, и она затеяла передел. Он изложил свои мысли на «пятиминутке», но почему-то считалось, что этот бизнесмен занимался только легальным бизнесом. Проверкой никаких нарушений у него не выявили. На всё это Пётр тогда сказал:

— То, что проверкой ничего не выявили, вовсе не означает, что никаких нарушений нет. Просто мы не смогли найти эти нарушения.

Из задумчивости его вывел вопрос Артёма:

— Гражданин начальник, может, чифирчику? Я-то водку не пью.

— Нет. Спасибо, конечно, только скажи, что думает про убийство тот, который тебя в этот бизнес сторожем пристроил? Только не говори, что ты пошёл и тебя сразу сторожем взяли с такой биографией.

— Да. Верно заметили. Только они мою биографию не знали.

— Тоже верно, биографию они не знали, только вот она у тебя вся на руках наколота.

— Да ничего никто не думал. Тот человек сам ищет тех, кто это сделал. Меня просил своих подключить.

— И каков результат?

— Это кто-то не из наших. Хотя они в балаклавах были. Но всё продумано у них, даже на уличных камерах не засветили свои лица. А машина, на которой они уехали, в угоне была.

— Про машину я знаю. Что вы ещё накопали?

— Начальник, пойми правильно, мы в своих делах разберёмся сами и сами виновных накажем.

— Артём Викторович, ты старый, умудрённый опытом волк, и ты знаешь, что появилась третья сила, которая и устраивает передел. И ты прекрасно знаешь, что с вами они считаться не будут. А значит, у вас будет внутренняя война. В общем, как приспичит или вспомнишь чего, ты мне позвони. Но только, чтобы не было поздно.

На всё это Артём не ответил. Пётр попрощался и пошёл на выход. Рабочий день завершился, и он неспешно потянулся домой. По дороге зашёл в торговый центр, закупил продуктов и через час был дома. Жил он в коттедже, построенном его отцом. После смерти отца коттедж по наследству достался ему и его сестре. Сестра не нуждалась в жилье, поскольку вышла замуж и уехала жить к мужу в областной центр. Но Пётр решил не обижать сестрёнку и произвёл оценку рыночной стоимости коттеджа. После чего привёз и отдал сестре пятьдесят процентов его стоимости. Как сестрёнка ни протестовала, он добился того, чтобы она взяла эти деньги.

Разложив принесённые продукты, Пётр принялся за уборку. Два часа борьбы за чистоту сделали своё дело. После это, пожарив яичницу с колбасой, сел ужинать. Всё это время он думал, кто мог кинуть вызов сегодняшним теневым правителям города?

Когда, отужинав, он поднялся в свою спальню на второй этаж, время было уже позднее. Поставил телефон на зарядку, включил будильник на половину шестого утра и забрался под тёплое одеяло. Засыпая, подумал, а надо бы и корзинку взять, грибов набрать. Сейчас белые пошли, хотя с прошлого года ещё есть, тогда насушил много. А может, в воскресенье съездить, надоело уже каждые выходные водку глушить, прав тут начальник розыска, надо с этим делом завязывать.

Пётр встал немножко раньше будильника, заправил постель. Быстро умывшись и перекусив на ходу, вышел из дома. Полицейская машина из отдела стояла возле его калитки. Место возле водителя было свободно. Сел, поздоровался с водителем, которого знал уже давно, познакомился с прикреплёнными к нему полицейскими из патрульно-постовой службы. Поставил им задачу:

— Приезжаем на центральную усадьбу, там всего домов сто пятьдесят. Надо обойти все дворы и поговорить с людьми. Задача — выяснить, куда делся участковый. Он относительно молодой мужик, не женат. Наверняка есть женщина, с которой он встречался. Поскольку это сельская местность, там трудно что-либо утаить. Но первое, что мы сделаем, осмотрим его кабинет.

Через два с половиной часа, когда они подъезжали к центральной усадьбе, дорогу неожиданно преградил шлагбаум. Пётр вышел из машины, подошёл к будке, в которой сидели трое и резались в карты, судя по всему, в двадцать одно, и спросил:

— В чём дело?

— Проезд закрыт! Видишь, мы заняты!

— Кто разрешил перекрыть дорогу?

— Ясное дело, приказ Демьяна Афанасьевича! Чтобы никто тут не мотался без толку!

— Ребята, у вас есть три минуты открыть шлагбаум, и, когда я поеду обратно, здесь не должно быть ни вас, ни этой будки, ни шлагбаума!

— И что ты за орёл?!

Один из игроков выглянул в окно и увидел, что у шлагбаума стоит полицейский автомобиль. Вскочил, засуетился, сказал:

— Гражданин начальник! Извините, ошибочка вышла.

— Да, я понимаю.

Пётр достал пистолет и приказал:

— Все на выход!

— Начальник, прости, так вышло.

Сопровождавшие Петра полицейские, увидев, что Пётр обнажил оружие, выскочили из машины и тоже достали пистолеты. Пётр, увидев поддержку, отдал команду:

— Пакуйте их в «стакан». И обыщите! Документы все мне.

Пока компанию обыскивали, Пётр осмотрел будку. Там, откинув крышку ящика, на котором сидел один из игроков, он нашёл два автомата Калашникова и четыре полных «рожка» к ним. Дело приняло серьёзный оборот. Более полный осмотр больше ничего не дал, но в ходе личного обыска у одного из задержанных был обнаружен пистолет «Глок».

Пётр, понимая серьёзность ситуации, позвонил в отдел и попросил выслать к нему оперативную группу со следователем. Группа приехала около десяти часов дня. К тому времени были изучены документы задержанных охранников. Все они были ранее судимые, и при всех оказались справки об освобождении. Что примечательно: все они отбывали срок в одной колонии строго режима. Следователь принял решение об их задержании. В это время приехали ещё две машины из отдела. Пётр поехал дальше, в центральную усадьбу. Подъехали к правлению фермерского хозяйства. Пётр прошёл в офис, который, честно говоря, его удивил. Чистый, аккуратный, отделанный современными материалами, он никак не напоминал контору какого-то там сельскохозяйственного производства. В приёмной, за навороченным компьютером, сидела аккуратная секретарша. Спросила:

— Извините, вы кого-то ищите?

— Да. Кто тут у вас старший?

— Главный нашего фермерского хозяйства — Демьян Афанасьевич. Он у себя в кабинете, проводит селекторное совещание. Я ему доложу о вас. Как представить?

— А не надо меня представлять, я сам представлюсь.

Пётр открыл дверь в кабинет и вошёл туда, невзирая на протесты секретарши. Демьян Афанасьевич в кабинете был один. Он с удивлением посмотрел на наглеца, который ворвался к нему, и сказал:

— Молодой человек, вас стучать не учили?

— Можно и постучать, только от моего стука голова заболит.

— Что вам надо?

— Я старший оперуполномоченный районного уголовного розыска. Мне надо узнать, куда делся наш участковый?

— Извините, я не знаю, где Павел. Мы сами его не видим уже неделю. Я думал, он где-то по участку ездит.

— Ещё вопрос: что это за пост выставлен на въезде в центральную усадьбу?

— Вы через пост контроля проехали? Что же они мне не позвонили?

— Они не могут. Поскольку арестованы и препровождены в ИВС.

— За что? Они простые сторожа, поставленные для предотвращения хищений сельскохозяйственной продукции из хозяйства.

— И для этого вы их вооружили автоматами Калашникова и пистолетом «Глок»?

— Да не может быть у них оружия! Я сейчас вызову начальника охраны.

— Не вызовете. Его уже допрашивают в пункте пропуска. А вам совет — до моего отъезда снести шлагбаум и убрать будку. И ещё: где участковый принимал людей?

— Да вон домик, через дорогу. Специально для него построили. Там у него кабинет. А жил он здесь, дом в конце улицы. Насколько я осведомлён, с ним сестра живёт.

— А она откуда взялась?

— Сестра? Я не знаю, приехала сюда недавно. Вроде бы как окончила университет. По образованию экономист. Не замужем.

— У вас ключ от его кабинета есть?

— Наверное, я не знаю, надо у секретаря спросить.

Демьян Афанасьевич позвонил секретарше, и через минуту она принесла запасной ключ от кабинета участкового. После чего Пётр покинул кабинет управляющего фермерским хозяйством. Он вышел на улицу. Отдал приказ прибывшим с ним полицейским начать подворовой обход. Сам решил осмотреть кабинет участкового, но перед этим зайти в местный магазин.

Магазин удивил его обилием товаров. Передвигаясь по торговому залу, Пётр столкнулся с Полярником, его осведомителем, который исчез из города месяц назад. Тот шепнул:

— Жду возле участкового пункта полиции. Это срочно!

Пётр купил бутылку минералки и через минуту был возле участкового пункта полиции. Полярник спрятался за живой изгородью и, когда Пётр подошёл и сел на скамейке, оказался у него за спиной.

Он не стал терять времени, пока Пётр открывал минералку, начал рассказывать:

— Участковый пока жив. Его держат на дальней усадьбе. Там и наша основная база. Бойцов человек тридцать. Сегодня отдан приказ: похитить его сестру.

— Что они хотят от неё?

— Чтобы участковый сдал ещё одного своего стукача.

— А кто стукач?

— Никто не знает. А того, который вашего оперативника пытался убить, уже нет. Убили его. Он понял, что его раскрыли, пытался уйти, но не смог.

— А что им надо было от нашего оперативника?

— Так он их ставленник, на них работает. Ему участковый материалы передал по этой банде, своего человека назвал и сказал, что есть у него ещё один. Да только тот, которого он назвал, узнал, что опер работает на эту банду, и решил его убрать, пока его не сдали. Но, вроде как, только ранил его. А к нему уже группа подоспела, они и убили того стрелка. Но труп на месте не оставили, с собой увезли.

— Кто за этим стоит?

— Демьян и стоит. Но девку спасай! Её украдут, а дом они спалят. Они через неё хотят оказать давление на участкового, чтобы тот своего второго человека сдал. У них из-за этого введено военное положение.

— Бизнесмена в городе Демьян положил?

— Он отдал приказ, а положили его парни из молодого пополнения. Эта бригада в городе обитает. Я их не знаю.

— Ясно. Где участкового держат?

— Ты знаешь дальнюю усадьбу?

— Откуда?

— Там раньше пионерлагерь был. В общем, осталось несколько бараков, котельная. За котельной — небольшое здание, что там было, не знаю. Там есть подвал. В подвале он и сидит. Там постоянно находится один охранник.

— А руководство где находится?

— В самом первом бараке. Там раньше медпункт был. Давай так, если ты сегодня придёшь за участковым, то на пути встретишь указатель. Он в темноте светится. На нём написано «Дальняя усадьба 200 метров». Тут прямо не иди. Сверни вправо, пройди сто метров и сверни влево. Выйдешь как раз на угол нашей базы. На углу можно под забором пролезть. Там я тебя буду ждать, в час ночи. Сможешь прийти?

— Смогу.

— Всё, я больше не могу тут находиться. И на всякий случай помни: тут из области чины замешаны.

Полярник ушёл. Пётр достал телефон, позвонил своим помощникам и сказал двигаться к нему. Они пришли быстро, вместе проверили кабинет участкового. Пересмотрели все бумаги, лежавшие в его кабинете. В ходе осмотра ни о чём не говорили. Потом Пётр вдруг сказал:

— Значит так, пацаны. Сейчас идём в дом участкового. Там объявилась какая-то его сестра. Я так думаю, она замешана в том, что участковый исчез. Наша задача — взять её, отвезти в город!

— За что взять?

— Я её спровоцирую и закрою на пятнадцать суток минимум, а там расколю.

— А если она ни при чём?

— Тогда вы извинитесь перед ней. Ладно, поехали.

Приехали к дому участкового, зашли внутрь. Их встретила приветливая симпатичная молодая женщина. Она сказала:

— Я Вероника. Вы Пашу ищите? Так его тут нет. Он ушёл на работу и больше не появился!

В ходе разговора Пётр в развязной манере начал ругаться с Вероникой, толкнул её, и всё это закончилось тем, что на неё надели наручники. Вывели из дома в том, в чём она была, под удивлённые взгляды соседей. При этом, улучив момент, Пётр расцарапал себе лицо до крови и шёл сзади с окровавленным лицом. Дом закрыли на ключ, посадили Веронику в машину и уехали.

Проезжая место установки шлагбаума, Пётр отметил, что его снесли, не было и будки. Проехали ещё километр, и Пётр остановил машину. Открыл «стакан» и сказал рыдающей Веронике:

— Давай, выходи!

Верника, видя вокруг лес, объявила:

— Я никуда не пойду!

— Вероника, я по-другому поступить не мог. Надо было тебя вытаскивать. Если хочешь спасти брата, делай, что я тебе говорю. Поверь, ему сейчас очень тяжело.

— Что я должна делать?

— Вот, держи ключи от моего дома. Твоя комната — гостевая на первом этаже, найдёшь. В кухне все продукты есть. Приготовишь что-нибудь, поужинаешь и позавтракаешь.

— Зачем ты мне это говоришь? Ты что, не поедешь?

— Нет. У меня другая задача, надо Пашку вытащить.

— Он живой?

— Пока да. И твоя помощь в том, что ты сидишь и мне не мешаешь. Из дома никуда не выходи. Гостей у меня не бывает. Водитель знает, где я живу.

Вероника села в машину, Пётр всем объяснил задачу ещё раз. Спросил:

— Все всё поняли?

— Скажи, командир, а почему ты в кабинете участкового нам о другом говорил?

— Потому что там я увидел то, чего не усмотрели вы. А именно: подслушивающее устройство. Ваша задача — ничего никому не говорить. От этого зависит жизнь трёх человек: Вероники, Павла и моя.

— Может, нужна помощь? Нас ведь тоже чему-то учили.

— Нет, ребята, спасибо! Я не готов вами рисковать. Но всё равно спасибо. А теперь — вперёд.

Машина тронулась. Пётр вздохнул, сошёл с трассы в лес. Когда на улице стемнело, он уже шёл в направлении дальней усадьбы.

Демьян Афанасьевич после ухода из конторы был разгневан. Всё, что случилось, показало, насколько слаба дисциплина среди его людей. Он позвонил одному из своих помощников и отдал приказ: немедленно убрать шлагбаум и будку на въезде в центральную усадьбу. Попросил присмотреть за прибывшими в хозяйство полицейскими. Следом связался со своим человеком в городе. Рассказал, что произошло, но умолчал о том, что у его людей при задержании были изъяты автоматы и пистолет «Глок».

Определившись с этим, Демьян задумался: что делать с участковым? Бить его было бесполезно, он стукача не назовёт, а вот стукач скажет, когда вырвется отсюда, кто убил участкового. А другого выбора у Демьяна не было. И времени тоже было мало. Он затеял большую игру в районе, постепенно убирая всех своих конкурентов, и теперь был сам не рад этому. Работа уже шла, и его уже искали. И не только полиция, но и те, кто сидел в тени и руководил городом. Тяжелей всего было достать Бориса Сергеевича, по кличке Бармалей.

Его люди уже искали к нему подход. По сути, всем в городе заправлял он. При столкновении интересов бизнесменов все вопросы решал Бармалей, и горе было тому, кто ослушается. Жил Бармалей на старой барже, переоборудованной под жилой дом. Такое он подсмотрел в Амстердаме и загорелся желанием построить себе дом на воде. Протестов со стороны администрации не последовало, и купленная им баржа была пришвартована недалеко от центра города, рядом с причалом.

Был у Бармалея и довольно приличный дом в центре, и дача, где можно было жить вполне комфортно в любое время года.

Вечером раздался звонок: один из наблюдавших за полицейскими, приехавшими в центральную усадьбу, сообщил, что они прошли в дом участкового. Были там недолго. И скоро вывели сестру участкового в наручниках. При этом лицо у полицейского в штатском было в крови. Что произошло в доме, неизвестно. Все сели в машину и уехали в направлении города.

Это сообщение озадачило Демьяна. У него были совсем другие планы на сегодня. Он отдал приказ: дом участкового взять под наблюдение и никого не трогать. Отзвонился своему помощнику Матвею, по кличке Виртуоз, которого предупредил:

— Сегодня всё отменяется. Завтра ко мне в правление к восьми утра приезжай. Надо будет в город смотаться. Прихвати с собой Крокодила, пусть подходы к барже оценит, и нашим наблюдателям деньги отвезти надо. И Зайцу заплатить надо.

— Так он же в больнице!

— Вот за ранение и заплатить. У него сейчас работы будет много. Всё, до связи.

Вечером Демьян покинул свой офис и пешком дошёл до своего коттеджа. Примерно в это время Пётр шёл через лес в направлении дальней усадьбы. Быстро темнело, а идти надо было далеко.

Тем не менее около двенадцати часов ночи он вышел на точку, где должен был встретиться с Полярником. Обнаружил проход, но на территорию решил пока не заходить.

В час ночи он проскользнул в имевшийся лаз и, не спеша, стал двигаться сквозь какие-то кусты. Перемещался максимально тихо и вдруг услышал голос Полярника:

— Слушай, ты как слон ломишься!

— Может, как медведь?

— Нет, медведя я слышал, он бесшумно ходит.

— Ты и медведя встречал?

— Выбора не было. Был в бегах, шёл напрямую через болото. Вышел на кочку, до середины дошёл. А навстречу — два маленьких медвежонка, весёлые такие, улыбаются.

— Ты и улыбки у медведей разглядел?

— Ага. А как я улыбался, когда увидел их маму, что следом за ними шла.

— И чем это завершилось?

— Был бег по пересечённой местности. Легко так бежалось. Я ведь сидор свой с продуктами сбросил. Мишкам-то он нужней. Потом бельишко постирал, а тут и охрана подоспела.

— Срок добавили?

— Да нет, попинали малость и в зону вернули. Там в бур закрыли. Начальник показывал руководству, что из его зоны бежать невозможно. Вот и не хотел себе этот показатель портить. Ладно, а то разболтались, у тебя оружие есть?

— Пистолет Макарова.

— Сила. И как ты собираешься с этой хлопушкой противостоять АК-47?

— И что, их там много?

— Можно вооружить маленькую армию.

— И откуда?

— Да тут прапорщик какой-то приезжал, я ближе подобраться не мог. Не знаю, кто такой, похоже, со складов откуда-то, причём тут недалеко. Те, что за оружием ездили, обернулись за полдня.

— Спросил бы, куда мотались.

— Тут за лишние вопросы можно и перо в бок получить.

— А что за контингент подобран?

— Одна часть — отходы. Ранее судимые, дисциплины нет никакой, всё смотрят, чтобы что-нибудь стащить. Живут по понятиям. Чуть что — в драку лезут. Все с перьями ходят. Другая часть — дисциплинированные, бывшие воины. Нет, иной раз у кого-то башку сносит от передоза. Но эти грамотные и в оружии разбираются.

— Как они друг друга не поубивали?

— Так в разных бараках спят. А сегодня блатные и вовсе в ауте. Да и воины тоже. Кто-то гречки раздобыл и водки пару ящиков завёз. Водяра воинам пошла, а гречку наши уже прокололи. В общем-то, от наших сейчас толку нет. Они все обдолбанные. А вот воины подопьют, потом друг другу морды чистить будут, потом мировую пить и только тогда угомоняться.

— Так это ты всё сделал?

— А по-другому участкового отсюда не вытащить. Думал, я его выдерну, в лес отведу, и сам с ним уйду. А тут ты подвернулся. Скажу больше, у нас транспорт имеется, целый гараж. Рухлядь, конечно, но до города дотянет. Главное, учёта никакого нет. В город придёте, прячься. У Демьяна там люди есть.

— Где прятаться?

— Где хочешь. Но дня три, чтобы о тебе никто ничего не слышал. У Демьяна крыша в области, и всё, что здесь сделали, это по указанию оттуда. А в городе скоро война начнётся. Передел идёт. Думаю, он на Бармалея нацелился.

— А вот это интересно.

— Что именно?

— Про Бармалея.

— Это потом. Пора действовать. Вот, держи автомат и балаклаву.

— Чей автомат?

— Я не знаю. Участкового охраняет один человек, и тот уколот.

Они прошли через какие-то кусты, вышли на дорожку, обогнули какое-то здание и вышли к другому зданию. Полярник остановился и сказал:

— Он здесь. Веди себя тихо!

Зашли в здание и сразу спустились в подвал. В углу, за столом, спал человек. Забрали у него оружие и подошли к двери. Полярник, повозившись с замком, открыл его, и им предстал прикованный к крюку в стене, избитый человек в полицейской форме. Сняли с него наручники. Пётр спросил:

— Идти сможешь?

— Смогу. Только не быстро. Нога ранена.

— Вижу, досталось тебе.

— Да уж. Ещё и ножом немного порезали. В общем, пригласили в гости. Но я должок им отдам.

— Паша, долги отдашь, конечно, но не сейчас, нам бы уйти отсюда и выжить.

— А ты кто? Я тебя в маске не узнаю.

— Я опер из отдела, направлен в командировку в связи с твоей пропажей.

— А я никто. Вот что, вы ещё наговоритесь, но вам надо отсюда сваливать.

Они вышли на улицу, Полярник повёл их в другую сторону. Вскоре они вышли за пределы базы на какую-то дорогу. Пройдя по дороге метров сто пятьдесят, он велел остановиться. Пётр шёл, поддерживая Павла. На шее у него был автомат, Павел тоже был вооружён пистолетом охранника. Полярник занырнул в кусты, и через минуту оттуда послышался звук заводившейся машины. Пару раз кашлянув, мотор завёлся с лёгкими перебоями и затем заработал ровно. Из кустов выехала машина тёмного цвета. Остановилась, из кабины вышел Полярник и сказал:

— Всё, ребята, я сделал всё, что мог. Надеюсь, эта развалина до города дотянет. Там можете бросить её, но подальше от того места, где сами спрячетесь, и помните: минимум три дня отсидеться надо. Помните, Демьян организует розыск. До трассы свет постарайтесь не включать. Ехать в эту сторону, трасса километров через пять. Удачи.

Полярник растворился в темноте. Пётр сел за руль, Павел сел рядом с ним и сказал:

— Нам бы ещё на центральную усадьбу заскочить.

— Что ты там забыл?

— Сестру забрать, а то ведь они за неё возьмутся.

— Не надо нам туда. Сестру я уже вывез. Если сложится всё, сегодня встретитесь.

Пётр аккуратно вёл машину по освещаемой луной дороге. Скорость была невелика, но, действительно, скоро выехали на трассу. Там Пётр зажёг свет и прибавил скорость. Машина пошла очень даже быстро, так как не работал спидометр, определить, как быстро, не было возможности.

По ходу Пётр расспрашивал Павла о том, что тому удалось узнать. Павел рассказал:

— Здесь было слабое хозяйство, оно находилось на задворках района, и начальство мало уделяло ему внимания. Хотя чиновники приезжали сюда, чтобы вволю попьянствовать, покутить с девками и помыться ними в бане. Всё это было организовано на дальней усадьбе. Потом какой-то пронырливый журналист пробрался туда, всё задокументировал и написал статью. Это вызвало эффект взорвавшейся бомбы. Баня сразу сгорела, а саму базу отдыха за несколько дней перепрофилировали в пионерский лагерь. Но чиновников это не спасло. Сняли с должности и директора хозяйства. Немного позже появился Демьян. Человек новый, никому неизвестный, вот и создал он на базе отстающего хозяйства передовое крестьянское фермерское хозяйство.

— А откуда появился Демьян?

— Вот и я задался этим вопросом. Послал проверки в спецучёты, но никаких данных о нём не было. Тем не менее само хозяйство наводнили ранее судимые. И, что интересно, с одних и тех же зон. На центральной усадьбе они особо не светились. Но я завёл пару человек, которые мне рассказали, что всё это мишура. Что Демьян — вовсе не Демьян, а особо опасный рецидивист по кличке Ворон. Что у него крепкая крыша в области. Кто это — никто не знает. Я написал большую докладную записку и отвёз в отдел. И там совершил ошибку: я её не отдал по команде и не зарегистрировал через канцелярию, я отдал её Зайцу, оперу. Он прочитал, завёл меня в кабинет и поинтересовался, кто мне всё это рассказал. Я назвал одного своего осведомителя. Поехал обратно к себе на центральную усадьбу и встретил своего человека, которому сказал, чтобы он к оперативнику заехал, тот с ним поговорить хочет. Вот и встретились они. Он смог только ранить Зайца, а тут подоспела к тому помощь, как я понял, городская команда Демьяна. В общем, убили они его, Заяц героем в больницу лёг. Меня по приезде пригласили на дальнюю усадьбу, там связали и закрыли в этом подвале. Демьян думал, что я назову ему своего человека, но он просчитался.

— Слушай, Паша, я всё понимаю. Всё вот сейчас взвешиваю, но так и не могу сообразить, зачем мне три дня прятаться? Чего выжидать? Да. Тебя с сестрой надо спрятать. Ты вон изранен весь, сестра напугана, и вообще она тут ни при чём. Я вот чувствую, что я где-то рядом. Я даже вот смысла не понял в создании этой дальней усадьбы.

— Я так понимаю, это просто перевалочная база. Через них все идёт: оружие, наркота. Ты вот скажи, тот, который с тобой был, он мутный какой-то. Даже если он твой агент, то как-то ретиво взялся за дело.

— Да, по нему у меня самого возникли вопросы. Я ведь выполняю то, что он предложил.

Пётр достал телефон и перезвонил водителю «полицейского бобика», с которым приезжал на центральную усадьбу. После пятого гудка раздался недовольный голос:

— Алло! Слушаю!

— Михалыч, привет! Ты что делаешь?

— В два часа ночи? Понятное дело, книги читаю, что ещё по ночам делать?

— Да не обижайся. Скажи, девушку довезли?

— Всё сделали в лучшем виде.

— Отлично, а ребят из ППС этих найдёшь?

— Ночью?

— Утром поздно будет.

— Да, найду.

— Отлично. Давай встретимся на стоянке торгового центра, на окраине, через час.

— Петя, я понял тебя. И, так понимаю, в том углу, где видеокамер нет?

— Абсолютно точно.

Через час они въехали на стоянку возле торгового центра. Покинули машину, забрав с собой оружие, и пересели к Михалычу. Он сразу по-деловому спросил:

— Куда едем?

— Ко мне домой. И одновременно слушаем. После задержания сестры участкового, напавшей беспричинно на меня, поехали в отдел. Ехать долго, и она попросилась в туалет. Вы остались в машине, а я повёл её в кустики. Через несколько минут я выбежал и крикнул вам, что она сбежала. Это было километрах в десяти от хозяйства. Пошли, посмотрели все вместе, там густой лес. Преследовать её не могли. В общем, не нашли и вернулись в город все вместе. Куда я пошёл, вы не знаете. Вы поехали в отдел сдавать оружие. Я вышел из машины в центре, возле универмага. И это вы должны помнить.

— Извините, Пётр Николаевич, участковый, я так полагаю, найден. Может, и не надо этого всего?

— Это у вас, в патрульно-постовой службе, взяли нарушителя и можно про него забыть. Я знаю, сам там начинал. Здесь всё по-другому, тут надо думать о последствиях и о реакции других сторон.

Приехали к указанному месту. Пётр и Павел сошли, тихо прошли в дом. Вошли в кухню. Пётр помог Павлу прилечь на кухонном диване и быстро накрыл стол. Отметил:

— Похоже, Вероника скромно ужинала, нам кое-что досталось.

— А она где?

— Спит в гостевой комнате, на первом этаже. Разбудить?

— Нет, не надо. Пусть спит. Я её ещё успею напугать своим внешним видом.

В кухню вошёл здоровый кот, подошёл к Петру, недовольно мяукнул:

— О боже, Маркиз! Я про тебя совсем забыл!

Коту была предложена кошачья еда, которую он тут же начал поглощать. После ночного ужина Пётр показал комнату Павлу и помог ему устроиться, после чего пошёл в свою спальню, на второй этаж.

Вошёл в спальню, тихо разделся и прошёл в душ. Быстро помывшись, вернулся в спальню и обнаружил сидящую на кровати, со шваброй в руках, Веронику. Прикрывшись полотенцем, спросил:

— И откуда ты здесь? Я ведь говорил, твоя комната на первом этаже, гостевая.

— Ага, там какой-то зверь ходит, глаза у него светятся в темноте, и он урчит!

— Верника, он ещё и мяукать умеет! Это просто кот!

— А чего он тогда прячется? Я думала, домовой у тебя живёт!

— Ты ещё и в сказки веришь? А швабру зачем взяла? Полетать? Так это надо было метлу.

— Я швабру взяла защищаться!

— Отлично. Подвинься, я лягу, будешь охранять мой сон. Тем более что мне уже мало осталось до утра.

— Но ты не одет!

— Обычно я сплю так. А ты что, мужиков голых не видела?

— Спишь без плавок? А мужиков я видела!

— Иногда сплю и без плавок. А ты, я вижу, мою любимую парадную рубашку напялила.

— Потому что я пижамы не нашла! И ночной рубашки тоже. А моего брата ты нашёл?

— Он внизу, во второй гостевой комнате.

— Я тебе не верю!

— Садись на швабру и лети вниз, там, в гостевой комнате, и оставайся, мне спать осталось всего час. И вам тоже.

Вероника быстро встала с постели, поставила швабру в угол и ушла на первый этаж. Пётр прилёг и мгновенно начал засыпать, думая, хорошо хоть будильник поставил. Проснулся он, как и планировал, спустился вниз, вошёл в кухню, там была Вероника, которая кормила кота колбасой. Увидев Петра, сказала:

— Завтрак на столе.

— Так ты что, не спала?

— Нет, Пашка спал, когда я к нему зашла. Будить его не стала. А ты сказал, что тебе через час на работу, я вот завтрак приготовила.

— А чего сама спать не легла? И гостевая комната есть свободная, и возле меня место было.

— Ты всех женщин в постель тянешь?

— Это обманчивое впечатление. И потом, я спать предложил, а ты о чём подумала?

— А вот я то и подумала, что ты предложил! Швабра ещё на месте стоит?

— А что? С Маркизом, я вижу, ты общий язык нашла.

— Я не знала, что он в доме, иначе давно бы с ним подружилась, хоть он и страшный, и особенно в темноте!

— Он просто чужих не любит и прячется сразу.

В кухню, держась за стены, вошёл Павел.

— Ну вот, я слышу разговор, а кто, разобрать не могу.

— Боже мой, ты весь в синяках! Как в детстве.

— Вот бадяга — гель от синяков и ушибов. Инструкция прилагается. Обработаешь брата. С его ранами буду что-то решать. А пока пошли, я тайник покажу.

Они прошли в конец коридора. Пётр показал скрытую в стене дверцу. Там было небольшое помещение размером три на два метра. Стоял стол и небольшая деревянная лежанка. Показал, как открывается и закрывается дверь, где включается свет. Вероника поинтересовалась:

— И зачем это нам?

— А затем. Я сейчас иду на работу и объявляю тебя в розыск за нападение на сотрудника полиции при исполнении. Чтобы ты знала, причинение телесных повреждений влечёт за собой возбуждение уголовного дела по ст. 318 УК РФ. И серьёзное наказание — до 10 лет лишения свободы.

— Я не нападала ни на кого!

— Нападала, нападала! Ещё как нападала! Всё лицо мне окровавила! Наверное, зрения лишить меня хотела! У меня и свидетели есть!

— Так я этого не делала!

— Я что, сам это сделал? Все соседи видели.

— Как я царапалась?

— Нет, как я шёл окровавленный! А ты знаешь, что в отношении меня нельзя допускать не только нанесение побоев, но и публичного оскорбления. Если ты решишь послать меня матом публично, то совершишь преступление, предусмотренное ст. 319 УК РФ. А там штраф на сумму до 40 тыс. руб. или в размере дохода за 3 месяца, а также до 1 года исправительных работ.

— А если не публично?

— Тогда в лоб от меня получишь, но тоже не публично. Но это пусть тебе Пашка расскажет, он участковый и об этом знает всё.

— Петя, не пугай ты её. И скажи, для чего нужен нам этот тайник?

— Сегодня в доме будет пьянка. Я ещё не всем преставился по случаю присвоения мне звания. И сюда постараются попасть те, кто ищет вас. Чтобы убедиться, что у меня в доме вас нет, и то, что я им сегодня расскажу, правда. Паша, я о твоём побеге ничего и не знаю по определению, а вот твоя сестрёнка сбежала от меня. Вот и придётся вам часика три-четыре посидеть в этой комнатке. Пока мои гости не разойдутся.

— Что нам надо?

— А ничего. Воды себе наберите. И ведро поставьте.

— А ведро зачем?

— Вероника, когда прижмёт, узнаешь. Только мне надо показать всем, что моя хата чистая!

Через час на пятиминутке в отделе Пётр докладывал о результате розыска пропавшего участкового. С его слов получалось, что, по его мнению, к этому причастна сестра Павла Вероника. Сама Вероника смогла сбежать. Рассказ об этом вызвал насмешки от сослуживцев. Но тем не менее после пятиминутки появились желающие прийти после работы к нему в гости, немножко посидеть.

Около четырёх часов ему неожиданно позвонили на мобильный телефон и назначали встречу в кафе. Поскольку ему надо было и так уже уходить, чтобы закупить продукты и спиртное, накрыть на стол, он согласился на встречу. Войдя в кафе, без проблем узнал того, кто его пригласил.

Это был человек из ФСБ. Они уже были знакомы, поскольку пересекались по другим делам.

— Владимир Григорьевич, какими судьбами?

— Да вот, проходил мимо, дай, думаю, с тобой побеседую. Ты вот что скажи, ты что творишь?

— Я творю? Неправда! Я, как кот Бегемот, не шалю, никого не трогаю, починяю примус.

— Я понял, ты ещё предупреди меня, что кот — древнее и неприкосновенное животное. Вот что я скажу, мы почти год готовили операцию по внедрению нашего человека в банду, и тут появляешься ты и всё портишь! Тебе было сказано, на три дня лечь на дно!

— Так Полярник — ваш человек?

— Не так громко.

— Да, я это понял, когда он так круто начал мне помогать. Но он мог бы и сказать.

— Нет, не мог. Думаю, он за тобой следил до последней секунды и не доверял. А ты, раз понял, что это наш оперативник, мог бы и сделать, что он тебя просил. Но теперь у тебя проблемы.

— Какие у меня проблемы?

— Ещё немного и ты станешь мишенью номер один.

— И кто на меня охоту организует?

— Для начала Ворон, или, как он тебе известен, Демьян Афанасьевич.

— Паша — участковый — выяснил, что Демьян — это Ворон.

— Да, выяснил и потерял своего осведомителя. Ты что планируешь дальше?

— Зайца в больнице потрясти.

— Нет, к Зайцу не приближайся. Я вообще думаю, с побегом участкового участь Зайца решена. Так что там, возле него, рядом наши люди.

— Тогда я пойду к Бармалею. Он ведь тоже мишенью является.

— Да, он мишень. И после убийства бизнесмена при ограблении торговой точки он это сразу понял. Сидит в своём плавучем доме, в одиночестве. Правда, девочки к нему иногда приезжают.

— Вот я с ним и пообщаюсь.

— Не забудь с нами поделиться.

— При условии.

— Какое ещё условие?

— Чтобы я не испортил вашу игру, я должен знать цель ваших мероприятий. И, чтобы мне было легче ориентироваться в беседе с Бармалеем, дайте мне то, что вы по нему наработали. И сразу скажите, он случайно не ваш человек?

— Нет, он не наш человек. Но возле него есть кое-кто. Ты куда участкового спрятал?

— Какого участкового? Мне его ещё найти надо. И вообще — у меня сегодня пьянка дома. Мне ещё затариться надо. Когда информацию на Бармалея дашь?

— То, что можно озвучить для тебя, скину сегодня на твою почту. После ознакомления с файлом его надо уничтожить. Но знай, многое останется недосказанным. Нельзя посылать такие документы через интернет. Телефон мой знаешь, всё, что делаешь, согласовывай со мной. Я не могу агентов потерять или просто бездарно сажать их. А пьянку зачем организуешь в своём доме?

— Так проставиться надо за звёзды и показать, что мой дом чист.

— Помнишь аппаратик, что я тебе давал в прошлый раз?

— Для обнаружения и подавления прослушивающих устройств? Поисковый прибор Rei Andre.

— Именно его. Ты его ещё вернуть мне забыл.

— Я думал, это ерунда.

— Ты представить себе не можешь, сколько эта ерунда стоит! Но дело не в этом, после ухода гостей прозондируй дом. Если что найдёшь, снимать не спеши, отпечатки попробуй снять. Справишься?

— Давай сделаем так. Ничего мне посылать через интернет не надо. Я зайду к тебе в управление, скажем так, по работе, и ты мне покажешь, что есть на Бармалея.

— Договорились. Когда тебя ждать?

— Завтра, с утра, часиков в одиннадцать.

— Ладно, вижу, торопишься. Трубы, небось, горят?

— Нет, я не пью особо. Но скоро гости начнут подходить, а у меня стол ещё в проекте.

— Всё просто. В торговый центр зайди, в кулинарию, там выбор салатов и готовых блюд. Разогреешь и стол готов!

— Спасибо за совет.

— Это потому, что я старый холостяк.

С самого утра Демьян приехал на дальнюю усадьбу. Его встретил растерянный Виртуоз.

— Что ты какой-то непонятный?

— Демьян Афанасьевич, участковый как бы сбежал!

— Что значит — как бы?

— Я утром зашёл к нему, а его нет.

— А охрана?

— Он там и лежит.

— Что значит лежит?

— Да я сгоряча приложился сильно. В общем, он уже не встанет и ничего не скажет.

— Да как он из камеры этой вышел? Дверь снаружи заперта была! Там замок был!

— Так моим спецам замок не мешает.

— Подымай всех! Перетрясти весь район! Немедленно найти! И вот что, с Зайцем придётся попрощаться. Он за деньги работал и сейчас сдаст нас с потрохами, хоть и не знал многого. И вообще, что твои люди ночью делали?

— Спали.

— Вот и проспали! Старшого у воинов позови ко мне, я пока на этих орлов гляну.

Виртуоз побежал выполнять приказ разгневанного шефа, тот прошёл в барак, где жили ранее судимые, которых он считал своей опорой. Увиденное его поразило. Грязь, везде валялись использованные шприцы. На его появление никто не обратил внимания, поскольку все внимательно следили за двумя сидевшими за столом. Они играли в карты, и, судя по всему, банк был немаленький, игроки напряглись, внимательно наблюдая друг за другом. В любое мгновение могла вспыхнуть смертельная схватка.

— А ну прекратить!

— Ну мы же не в зоне!

— Это что значит в бардаке надо жить?

— Так среди нас нет шнырей!

— Отлично! Среди вас только блатные! Сейчас пойдёте в лес и найдёте сбежавшего участкового, которого вы и упустили!

— Как упустили? Его надо было сразу мочить!

— Вопрос, как он ушёл? Кто из вас помогал ему?

Пришёл Виртуоз, сказал:

— Сейчас старшой похмелится и придёт.

— Похмелится? Слушай, что у тебя тут творится? Эти обкуренные, там все пьяные! Я за что вам плачу?

— Так зарплаты и так нет!

— А кормят вас, поят? Ночлег? Ты думаешь, это бесплатно? Если участкового не поймаете, нам всем конец!

— Да я всё понимаю, ты лучше скажи, когда мы эту команду переправлять будем, они ведь тут большей частью неуправляемые?

— Скоро транспорт придёт. Здесь всё зачистить, чтобы следов не оставить. Возможно, будут гастарбайтеры, мы их на столицу отправим. Подними всех наших в городе. От Бармалея надо избавиться. Срочно! Так же, как и от Зайца. Он много знает, да и участковый, если дойдёт до города, то спросит с него. Он ведь ему информацию о нас слил. Только не понял, что у нас тут перевалочная база, что мы будущих боевиков поставляем.

Зазвонил телефон, Демьян вышел на улицу и отошёл в сторону. Переговорил, и его настроение стало ещё хуже. Виртуоз сообщил ему, что участкового не нашли. Но и в городе источники его не засекли.

Пётр закупил всё к столу. Пришёл домой, спросил у Вероники:

— Как Пашка себя чувствует?

— Нормально, я ему кучу таблеток, что у тебя нашла, скормила и бадягой намазала. Кот к нему теперь не подходит. Играет у себя в комнате. Но сейчас что-то притих.

Пётр заглянул в комнату, кот, развалившись в неестественной позе, спал. В комнате остро пахло валерьянкой.

— Вероника! Если кот сдохнет, ты будешь виновата!

— Так я ничего не делала!

— Ты — нет. Когда ты таблетки перебирала, он спёр у тебя бутылку с валерьянкой!

— Так он была закрыта!

— Ты представить себе не можешь, на что способен наркоман, чтобы добраться до наркотика.

— Ему надо «Скорую» вызвать!

— И что скажем? У нас кот-наркоман? Где Пашка?

— Он в твоей секретной комнате. Спит. Сказал, сразу там заляжет.

— Всё, кота не трогай! Пусть этот наркоман выспится. Может, оклемается.

— Может, его к нам в тайник?

— А если он песни надумает петь? Нет, пусть спит, где спит. Я в кухню.

— Тебе помочь?

— То, что я привёз, я сам разогрею.

— Я вижу, тут и котлеты по-киевски есть! Я тоже хочу!

— Бери, грей и сразу ешь, скоро мои гости приедут.

Кое-кто из гостей до начала посиделок прошёлся по всему дому, ненавязчиво заглянул на второй этаж и обратил внимание на выход, ведущий на чердак. Пётр при этом похвалился, сказав:

— У меня тут и подвал есть, пойдём, покажу, как я его оборудовал. И там у меня для кота выход во двор есть.

— А он не сбежит?

— Этот наркоман? Нет, не сбежит.

В подвале была сделана и небольшая мастерская. Пётр пояснил:

— Это у меня для ремонта домашней утвари. Хотя сейчас то, что производят, ремонту, как правило, не подлежит. Дешевле выбросить и новое купить.

Собрались коллеги. После небольшого вступления пьянка приобрела обычный характер. Разговоры за столом были и о женщинах, и о работе. Были и песни под гитару. Вспомнили и про Зайца, который из-за своего ранения лежит в больнице и не смог принять участие в гулянке.

Когда все разошлись, Пётр тщательно просканировал весь дом, но никаких подслушивающих устройств не обнаружил, что его как бы и обрадовало. Открыл дверь тайника и выпустил Веронику, следом помог выбраться Павлу. Павел был в не очень хорошей форме, поднялась температура. Видя это, Пётр набрал номер и сказал:

— Владимир Григорьевич, у меня проблемы.

— Какие?

— Пашка плох. Если квалифицированную помощь не оказать, мы его потеряем.

— Жди.

Минут через сорок у дома остановилась машина, и скоро в дверь постучали. Вероника посмотрела на Петра, тот сказал:

— Ты ещё думаешь?

— Там кто-то стучит.

— Твои действия, если кто-то стучит?

— Прятаться!

— Так чего ты ещё здесь?

Вероника спряталась в тайнике, а Пётр открыл дверь. Там стояла женщина с большой сумкой, сказавшая:

— Я приехала по просьбе Владимира Григорьевича. Где заболевший?

— Пойдёмте. Меня, кстати, Петром зовут.

— Очень приятно, Лидия.

Они прошли в гостевую комнату. Лидия осмотрела Павла, внимательно выслушала, измерила температуру. В конце концов сказала своё заключение:

— Судя по всему, у него воспаление лёгких. Причём серьёзное. В таких случаях обычно госпитализируют, но Владимир Григорьевич сказал, что это неприменимо. Кроме этого, меня беспокоят его ножевые раны. Это серьёзно. Только лечить придётся вам. Уколы делать сможете?

— Справлюсь.

— Капельницы ставить?

— Сложного ничего не вижу. Говорите, что колоть, сколько и как часто.

Лидия села за стол, написала всё на листке бумаги, отдала Петру и дополнила:

— Я буду приезжать каждый день, смотреть, как продвигается лечение. Кто-нибудь в доме будет?

— Это решаемый вопрос, только предварительно звоните мне. Вот моя визитка.

Пётр проводил Лидию. Из тайной комнаты вышла Вероника, заявив Петру:

— Ну ты и бабник!

— Я? С чего ты это взяла?

— Как ты перед ней прогибался! Меня зовут Пётр! Решаемый вопрос. А что тут твои друзья вчера рассказывали о женщинах?

— Так это же друзья говорили. Я же молчал!

— Вот именно, молчал, знал, что я всё слышу! А сам ночью ко мне в кровать голый захотел залезть! Хорошо, что у меня швабра была, чтобы от твоих посягательств отбиться!

— Так вот почему ты моего кота отравила!

— Неправда! Он меня любил!

— Ага, любил, пока ты ему валерьянку наливала! Всё, иди сюда. Вот перечень того, что надо сделать, Лида оставила. Уколы будешь делать и капельницы ставить.

— Я не умею!

— Придётся учиться. Всё, что надо в вену, она уже ему ввела и капельницу поставила. Тебе придётся колоть его в ягодицу.

Заяц собрался лечь спать. Ему всегда казалось, что в больнице он бы только и делал, что спал, но на деле было не так.

С утра в палату влетала медсестра и что-то там колола ему, затем ставила капельницу. Наступало время завтрака, и Андрей следовал в столовую. После десяти часов утренний обход и затем процедуры. В общем-то, до обеда был чем-то занят. Наступал тихий час. Тут можно было бы и поспать, но как-то и не хотелось. Потом вечерние процедуры, опять эти уколы. Измерение температуры, давления. Ну и, конечно, телевизор. Хотя смотреть там было нечего. Правда собиралась мужская компания. Неплохой мужик лежал с ним в одной палате, он всё с медсёстрами заигрывал. Когда к Андрею приходили коллеги, он тактично покидал палату, давая им возможность поговорить. Но сегодня Андрею было не до соблюдения больничного режима, его человек из окружения Демьяна сказал, что у них проблема. Участковый, которого он фактически передал в руки бандитам, сбежал. Пётр, который выехал на выяснение обстоятельств исчезновения этого участкового, на въезде в центральную усадьбу арестовал трёх работников хозяйства и отобрал у них автоматы и пистолет. Задержал Пётр и сестру участкового, но она сумела сбежать. Ребята, опера из отдела, со смехом рассказывали ему, как сестрица сумела развести Петра и трёх бывших с ним работников полиции.

Из всего этого Заяц понял одно: тучи над его головой сгущаются, и скоро грянет гром. Он сам за хорошую плату вызвался помогать Демьяну в формировании групп, которые переправляли в качестве наёмников в частные военные компании. Основу составлял контингент из зон, в которых по молодости сидел Демьян, получивший там кличку Ворон. Был ещё один сиделец, но человек большего размаха. Освободившись, он сумел пробиться в областные депутаты. Именно он и организовал на базе отсталого колхоза фермерское хозяйство, которое доверил Демьяну и которое тот так бездарно угробил. Демьян попытался провести в городе, да и в районе, передел среди нелегальных бизнесменов и начал с убийства. И это было его грубой ошибкой. Тем более что всем в городе заправлял Бармалей. А тот сразу почувствовал опасность и затаился, вычисляя того, кто начал войну и кто на него работает. Заяц не всё знал, но хорошо понимал, что будет с ним, если Бармалей узнает о его роли.

Утром Пётр, умывшись и одевшись, спустился вниз. Прошёл в гостевую комнату. Павел не спал.

— Что, бессонница мучает?

— Да не особо, но, как подумаю, что Вероника мне капельницы ставить будет, дрожь берёт.

— Чего ты дрожишь? Она вон кота вылечила. Он в кухне с ней сидит, воду лакает с бодуна.

— А что, молока жалко?

— Нет, молоко котам нельзя. У взрослого кота организм производит меньше ферментов, расщепляющих молочный сахар, то есть лактозу. Это приводит к непереносимости лактозы и неприятным симптомам, например, диарее.

— Вот не знал, а в рекламе именно коты рекламируют молоко. Даже про Простоквашино, именно кот его рекламирует. А тут он, оказывается, рекламирует диарею.

— Я тебе больше скажу: евреи, арабы, японцы, китайцы, эскимосы, южноамериканские индейцы, многие представители народов Африки и так далее тоже не способны усваивать молоко. Причём в ряде случаев у народа оказывалось 100 % неприятия молока. И причина в том, что они не способны усваивать лактозу. Поэтому молоко там не продают в магазинах. Ладно, пойду кота проведаю, а то Вероника его ещё молоком напоит.

Вошла Вероника, слышавшая разговор, сразу сказала:

— Ты ещё скажи, коту рыбку нельзя давать!

— И скажу. Рыба — не самая полезная еда для кошки. Слишком много белка и минералов. Если часто кормить кошку рыбой, может развиться мочекаменная болезнь. Речную рыбу и рыбу из озера лучше не давать, потому что высок риск заражения гельминтами.

— А что такое гельминты?

— Это нежное наименование глистов. Ладно, мне некогда с вами ликбез проводить по паразитологии. Давай капельницу соорудим и укольчик сделаем.

После того как всё было сделано, Пётр сказал:

— Я на работе. Лида позвонит, я тебе отзвонюсь, встретишь её. И не нападай на неё, иначе сама лечить будешь Пашку. Системы и лекарство для капельниц я привезу.

После пятиминутки, где было озвучено то, что произошло в дежурные сутки и заслушаны отдельные оперативники, Пётр перебрал свои бумаги на столе, написал пару-тройку рапортов о проводимых им мероприятиях по делу об исчезновении участкового и к одиннадцати часам пошёл в ФСБ. Встретился с Владимиром Григорьевичем. Тот выложил ему на стол дело, сказал:

— Изучай. Час времени у тебя.

Из материалов, собранных в ФСБ на Бармалея, Пётр узнал, что Борис Сергеевич, по кличке Бармалей, ранее неоднократно судимый, пользовался в городе непререкаемым авторитетом. В молодости занимался спортом и увлёкся боевыми восточными искусствами. Добился немалых высот в единоборствах и даже какое-то время принимал участие в боях без правил. Сколотил вокруг себя сильную команду спортсменов. В восемнадцать лет сел первый раз. Срок был небольшим, но отсидел его полностью. Второй срок был более серьёзный. Именно тогда он заработал свой авторитет. Вернувшись в свой город после освобождения, подмял под себя тех, кто правил в тени. Его стали бояться, поскольку он не действовал уже прямолинейно, как в молодости. На всё у него были свидетели и алиби. А со временем он обзавёлся и постоянно работавшими при нём адвокатами. Сфера влияния не ограничивалась городом.

Бармалей заправлял всем районом, постепенно расширял своё влияние и на область. Предпринимателей, не плативших ему десятину, можно было пересчитать по пальцам. В поле зрения ФСБ попал в связи с участием в контрабанде взрывчатых веществ. Но доказать его причастность было нечем.

Но было ещё и то, чего не было в деле. В поле зрения Бармалея попал Демьян Афанасьевич. С ним было сразу непонятно: под кем он ходит и сфера его деятельности. А пересеклись Демьян и Бармалей по той причине, что, как и все предприниматели, он обложил созданное фермерское хозяйство десятиной. Демьян заплатил и задумался. Надо прибрать эту кормушку к своим рукам. Истинных целей Демьяна Бармалей не знал. А Демьян собирал «диких гусей», наёмников для пополнения частных военный компаний, преимущественно в Африке. За каждого поставленного ему неплохо платили. Он набирал всякую шушеру, которую до поры прятал на дальней усадьбе, пока за ними не приходил транспорт. Демьян в режиме ожидания отправки будущих наёмников использовал их как дармовую рабочую силу. Но не привлекал для проведения своих разборок. Для этого у него были свои бойцы, и жили они в городе. На дальней усадьбе, где располагалась база, постоянным был только Матвей, по кличке Виртуоз. Только небольшая информация об этом попала в ФСБ.

Закончив изучение материалов, Пётр поинтересовался:

— Владимир Григорьевич, я так понимаю, это не всё?

— Умный мальчик. Правильно понимаешь. Кто же тебе всё покажет? Ты вот что, не забудь на первой странице указать, что с материалами дела ознакомлен, дату и время поставить, но и, само собой, знаешь, что это разглашению не подлежит. Что тебе интересно ещё?

— Мне интересно знать, зачем Полярнику три дня нужны?

— Транспорт должен прийти. Нам маршрут нужно отследить. Покупатель нужен.

— Так что, Полярник уедет?

— Так у него же командировка. Как там Павел себя чувствует? Лидия сказала, что поправится.

— Ну, ты больше мне ничего не скажешь?

— Скажу. Кроме Зайца, у вас в отделе есть ещё кто-то, кто работает на Демьяна. Кто — я пока не знаю. Что до Зайца — его приговорили, и приказано активизировать работу по устранению Бармалея. Сам он знает, что на него идёт охота, но не знает, кто охотник.

— А если узнает?

— Если узнает, то охотник сам превратится в дичь.

— То есть здесь разразится война?

— Война будет, но, я так думаю, скоротечная. Люди Бармалея просто положат людей Демьяна. Ладно, ты готов говорить с Бармалеем?

— Пока нет.

— Отлично. Планируй завтра, с утра.

— А что будет с утра?

— Транспорт придёт и состоится встреча депутата с деньгами. Они наличку везут. Что вообще не понятно.

Пётр распрощался с Владимиром и решил съездить домой, посмотреть, как там справляется Вероника с обязанностью сиделки. Войдя в свой двор, он увидел, что входная дверь не заперта. Вытащил оружие, тихо поднялся на крыльцо и вошёл в дом. Находясь в коридоре, услышал смех и какой-то разговор в кухне. Быстро сориентировавшись, влетел в дверной проём, готовый открыть стрельбу, и увидел Веронику и Лидию. Они сидели за столом и пили чай с малиновым вареньем. Рядом, на стульчике, с важным видом восседал кот.

— Так, я не понял. Что здесь происходит?

— Ой, Петя, это ты. Я и не заметила, как ты в дом прошёл.

— Молодец. А как Лидия в дом прошла?

— А я её в окошко увидала и впустила.

— Как ты определила, что это она? Я тебя с ней не знакомил.

— Так я её в щёлочку разглядела.

— А откуда там щёлочка?

— Так я проковыряла, пока ты с гостями тут водку пьянствовал!

— Вот так. Мало того что на кота покушалась, убила его, можно сказать, ещё тайник мне засветила. И посторонних людей в дом запустила. Вероника! Повзрослей! На тебя и на брата идёт охота. Вы там — как приз.

— Не ругайся! Кот жив! И тайник цел. И мы живы. Я просто не могла Пашке в вену попасть, укол сделать.

— Кот алкаш и наркоман! И что это он с вами за одним столом сидит?

— А он колбаску нарезанную тырит, думает, мы не видим.

— Он ещё и ворюгой стал!

— Не ругай кота! Он хороший!

— Кто-то со шваброй недавно на него охотился. А тут ещё к столу приучили и воровать с него! А ну, брысь со скамейки!

Обиженный кот прыгнул на пол. Мяукнул и забрался на коленки к Веронике. Улёгся и замурлыкал.

— Я вижу, тут все сговорились! Никакой дисциплины нет. Пойду, с Пашкой поговорю.

Пётр зашёл к Павлу, тот не спал. Поздоровался и сказал:

— Я слышу, ты Веронику гоняешь?

— Да никакой дисциплины нет! Тут надо продержаться пару дней всего.

— И что будет?

— Тебя из подполья извлечём. А то, что Вероника пропала, так этого никто не знает.

— Как не знает? Ты сам в розыск её объявил.

— Так я её в местный розыск объявил. В пределах города.

— А почему нельзя нас раньше из тени вывести?

— Пока нельзя.

Зазвонил телефон. Пётр отозвался, звонок был из дежурной части, оперативный дежурный сказал:

— Пётр Николаевич, у нас преступление. В больнице на Зайца напали.

— Он жив?

— Да, всё в порядке. Даже не ранен.

— А кто напал на него?

— А его задержали больные и оружие у него отняли.

— Понял, я сейчас в больницу приеду.

Пётр тут же перезвонил Владимиру:

— Владимир Григорьевич, на Зайца покушение в больнице совершено.

— Знаю.

— Ты сказал мне к нему не приближаться!

— Да уже можешь приблизиться, только толку нет.

— Как нет?

— Ушёл Заяц. Пока наши возились с напавшим на него, он сбежал из больницы. Похоже, понял, что его самого там пасли. Ты людей наших потихоньку выведи из свидетелей. И вот что странное, человек, который покушался на Зайца, ходил под Бармалеем!

— И что это значит?

— У Бармалея своя команда для зачистки, и подчиняется она Платону, его кличка Харон. Это тебе ничего не говорит?

— Харон в греческой мифологии — перевозчик душ умерших через реку Стикс, в подземное царство мёртвых.

— Молодец, правильно понял. Теперь на очереди Бармалей!

— Понял я. Сейчас еду к Бармалею. Буду его спасать. Только вот зачем, не знаю.

В больнице уже была оперативная группа, которая проводила следственные действия. Задержанного увезли в отдел. На место происшествия приехало начальство. Они обошли больницу, осмотрели место происшествия, отметили героизм больных, вставших на защиту раненого оперативника, и уехали. При этом никто как-то и не поинтересовался, а где же, собственно говоря, тот, на которого напали?

Заяц в это время, проклиная всё на свете, добрался до своей дачи, в 10 километрах от больницы.

Он и сам понял, что Демьян его списал. И теперь не знал, как объяснить своим это покушение на него. Может быть, местью? Так он никого не задержал. И покушение на него не раскрыто. Знал одно, что, скорее всего, вскроется его работа на Демьяна. Тем более, если сбежавший участковый выйдет на нужных людей в отделе, его ждут нары. Если участковый догадается и выйдет на Бармалея, то его ждёт верная смерть.

Всё это в одинаковой степени было неприемлемо для него. На этой своей даче он планировал отлежаться. Здесь в тайниках были деньги, оружие. Главное для него было выбраться за пределы района, а там — за пределы области, и стать другим человеком.

Он открыл дверь дачи и прошёл внутрь. Человек, сидевший за столом на его даче, вежливо сказал Зайцу:

— День добрый!

После чего поднял пистолет и нажал на спуск. Выстрела слышно не было. Глушитель работал безукоризненно.

Крокодил спокойно допил чай. Протёр стакан, стол и, переступив через труп Зайца на пороге, покинул дачу. До следующей точки ему надо было ехать около 10 минут.

Пётр поехал к пристани, рядом с которой была пришвартована баржа-дом Бармалея. Сходни с берега упирались в закрытую дверь на барже. На двери был звонок, и рядом висела веб-камера. Пётр прошёл по сходням и позвонил. Прозвучало короткое:

— Ждите!

Дверь приоткрылась, на пороге стоял детина с весьма неприятным лицом, которое не особо украшали шрамы. Пётр вспомнил его: это был Харон собственной персоной, личный телохранитель Бармалея.

— Слушаю вас!

— Ну, если ты не Борис Сергеевич, то можешь и не слушать. Мне он нужен.

— Ожидайте, я ему доложу. Кто вы?

— Он знает. Мы как-то с ним пересекались, когда я его из борделя вытаскивал. Правда, он тогда пятнадцатью сутками отделался.

— А, это вы, капитан! Не признал!

— Во-первых, майор. Во-вторых, долго жить буду, раз уже преступники меня не узнают.

— Я к таким не отношусь, я больше охранной деятельностью занимаюсь. Вы же знаете, как стало опасно в городе. Беспредел везде. Бизнесмена вот убили, потом вашего опера хотели убить. Я пока доложу о вашем приходе, а там — что Борис Сергеевич решит: принять вас или нет.

Борис Сергеевич сидел в одной из кают, расположенной в кормовой части своего плавучего дома, изучал последние известия и оперативные сводки полиции, поступившие ему. Было о чём задуматься. Постучал Харон, получив разрешение, вошёл и доложил:

— Борис Сергеевич, там опер из РОВД, Пётр.

— Это тот, который сорвал нам в своё время сделку в борделе у Маришки? Помню. Хваткий и, что неприятно, честный. Проводи его в кают-компанию для встреч.

Харон ушёл. Борис Сергеевич, подумав, сгрёб все бумаги со стола и вышел из каюты. В это время сверху спустился Пётр. Борис Сергеевич, передумав идти в носовую каюту, сказал:

— Пётр Николаевич, пошли в мою берлогу.

Он завёл Петра в кабинет, из которого только что вышел сам. Пётр между делом поинтересовался:

— И куда это Харон так рванул?

— Он у меня начальник охраны, дел у него много. Что тебе предложить? Водка, виски, коньяк? Хотя, думаю, ты согласишься на кофе или чай.

— На кофе.

— Вот аппарат, нажми на кнопочку, и будет тебе счастье! Разберёшься?

Пётр подошёл к кофемашине, выбрал чашку, установил в аппарат и нажал на кнопку. Раздался мощный взрыв. Следом, с противоположного берега, в шестистах метрах, вылетела вторая граната, которая попала рядом с первой. Если кто-то находился в кают-компании, в носовой части, шансов выжить у них не было. Баржа начала тонуть. Погрузилась она не глубоко, обслуживавший Бармалея персонал выбирался на берег. К выходу пошли и Пётр с Бармалеем, но Пётр неожиданно сказал ему:

— Не спеши! Судя по всему, по тебе стреляли. Но посчитали, что мы с тобой беседуем в каюте, на носу.

— Именно там мы и должны были встретиться!

— И об этом знал Харон? И потому он так быстро уехал? Слушай, у тебя презервативы есть?

— У тебя какие-то странные запросы.

— Ничего странного. Мне телефон спасти свой надо, вода прибывает!

— Так надо выбираться на берег!

— Ага и на снайперов нарваться.

— Держи полиэтиленовый пакет.

Пётр упаковал свой мобильник, затем смело прошёл в кормовую часть судна, сказал:

— Ныряй за мной и плыви под пристань, там сваи.

— Так тут далеко!

— Во-первых, плывём по сильному течению, и тридцать метров — это не так много. Держись глубже. И помни, второго раза не будет. Вынырнешь раньше, твой друг Харон влепит тебе пулю в голову.

У них всё сложилось, вскоре они сидели под причалом, в мокрой одежде. Пётр набрал Владимира Григорьевича, спросил:

— Володя, ты меня можешь подобрать?

— А где ты?

— Я с Бармалеем с другой стороны причала, не надо, чтобы нас кто-то видел.

— Через минуту буду у вас.

Действительно, через пять минут Пётр и Бармалей сидели в фургоне. Рядом сидел Владимир, который, смеясь, сказал:

— Вот что, водяные! Раздевайтесь и выжимайте одежду. Будем решать, куда вас спрятать.

— У меня дача есть.

— И Харон о ней не знает?

— Почему, знает. Там у меня охрана имеется.

— А охраной Харон руководит.

Владимир вмешался, сказав:

— Я вас спрячу в одном месте, пока всё не утихнет. Петя, твоих гостей тоже надо куда-то переводить. Впрочем, это вопрос решаемый.

Владимир позвонил по телефону, ему ответили:

— Вова! Ты знаешь, что в городе творится?

— А что творится?

— Говорят, дом-баржу в центре взорвали!

— Да ты что! И ещё по телевизору показали, как Петя на эту баржу зашёл! Вероника рыдает.

— Вот что, забирай Веронику, её брата и вези к себе. Им там оставаться сейчас нельзя. Я, как про Петра что-то узнаю, отзвонюсь.

— Вероника спрашивает, а кота можно забрать с собой?

— Пусть забирает.

Завершив разговор, Владимир выругался:

— Идиоты! Ну кто выдал на телевидение эту информацию? Полчаса не прошло!

— Это кому-то из руководства покрасоваться захотелось. Как же, сенсация!

— Петя! Ещё и полчаса не прошло, а в городе все всё знают! Борис Сергеевич, к вам вопрос, кто убил бизнесмена при ограблении магазина?

— Я не знаю. Мне не было смысла его убивать. Он исправно платил, вопросов к нему не возникало.

— Что у него было, кроме легального бизнеса?

— Он снегом приторговывал, но в небольших количествах. Все продажи согласовывал.

— С кем согласовывал?

— С купцами. Перенасыщение рынка сбыта тоже плохо.

— Ну и кто его положил?

— Не знаю я.

— А спросил бы у Харона, он бы и рассказал тебе. Бойцы-то его. Ты знаешь, что в больнице бойца взяли, который под Хароном ходил?

— Ну, я здесь ни при чём! Это его люди. А он мне только охрану обеспечивал. А что, как и кто — меня это не интересовало! Да и ваш Заяц меня не волновал. Это был не мой человек, он на меня не работал. Кто его подранил, понятия не имею.

Владимир покинул машину и сказал водителю:

— Вези их. Куда везти, адрес знаешь.

Харон в это время докладывал по телефону Ворону:

— Демьян Афанасьевич, у нас всё в порядке. Всё сложилось. Крокодил сработал чётко.

— Что с Бармалеем?

— Пока никто не знает. Он в кают-компании носовой принимал гостя. Опера из уголовки. Я помню, вы ещё его в разговоре упоминали, он к вам приезжал на днях. Трёх бойцов повязал.

— А, этого. И что с ними?

— Так я и говорю, пока никто не знает. В носовую часть баржи две гранаты попало. Шансов выжить для тех, кто был в кают-компании, не было. Баржа затонула. Но там, у берега, было неглубоко. Только вот её с якоря сорвало и течением поперёк реки поставило. Она утонула конкретно. Из воды только верхняя палуба виднеется. Обслуживающий персонал выскочил. А вот Бармалея и опера среди них нет. Но они были в том месте, куда было попадание, и, вполне вероятно, что их вымыло оттуда течением. Так что они сейчас уже в реке. Водолазы-спасатели опасаются лезть на баржу, она неустойчива.

— Что же, всё отлично. Что там у вас ещё? Скажи, когда город прибирать к рукам начнём?

— Думаю, это лучше при встрече обговорить. Мне надо спрятаться на время. Поскольку на видео есть то, что я покинул баржу за несколько минут до атаки на неё. Я не собираюсь никому ничего говорить, тем более что атака была совершена с другого берега. У меня есть алиби.

— Ладно, приезжай ко мне, на ближнюю усадьбу. Крокодила я тоже вызову.

Демьян завершил разговор и задумался. Всё как-то не особо сходилось. Чуть раньше отзвонился Крокодил и доложил, что с Зайцем проблема разрешена и, благодаря Харону, подставили Бармалея. Хотя он теперь думал, что, скорее всего, он засветил Харона. Ведь тот, которого взяли при нападении на Зайца, приказ получил от Харона, а не от Бармалея.

И вообще, это детский сад какой-то! На такое дело отправили пацана с ножом. А то, что там его лихо повязали, говорит только о том, что Зайцу не верили и его пасли. И, как правильно просчитал Крокодил, Заяц побежал к себе на дачу.

В это время у Петра зазвонил телефон. Посмотрел, номер был неизвестен. Решил ответить:

— Слушаю!

— Пётр Николаевич? Это Триша говорит. Вы мне свой телефон давали на случай, если что-то такое увижу нехорошее.

Триша был известен в воровских кругах как вор. Причём неудачливый. Его постоянно ловили сами потерпевшие и били. Специализировался он на кражах с дач и дачных участков. Не брезговал ничем, тянул всё: от граблей и до мусорных вёдер. Мог и урожай собрать, особенно когда помидоры в теплицах становились красными.

— Что у тебя, Триша, случилось? Опять пасеку обобрал, а там — злые пчёлы?

— Да нет, гражданин начальник, я тут с огородика одного, бесхозного, немножко свёклы выкопал, свекольный супчик сварить.

— И много выкопал?

— Немного, пару мешков. Но дело не в этом. В этот дачный домик приехал один мой знакомый. По зоне мы вместе чалились, только он из блатных. В общем, человек нехороший и кличка у него — Крокодил.

— И что, Крокодил отобрал у тебя свёклу?

— Нет, я спрятался, когда он из домика выходил. А поскольку он дверь не закрыл, я часик подумал и всё-таки не удержался, заглянул туда.

— И что там?

— Там жмурик в больничной куртке и спортивном костюме.

— Высокого роста и с короткой стрижкой?

— Я не знаю, какого он роста. Он лежит на полу в луже крови, лицом вниз. Я так понимаю, он совсем не живой.

— Да понял я. Сиди на месте. Я наряд пришлю.

— А меня не заметут за свёклу?

— Так хозяин-то мёртвый, похоже!

— Может, я ещё и морковки прикопаю? Он-то мёртвый — и у него все проблемы решены, а я живой — и мне кушать надо.

— Триша! Сядь и сиди. Всё. А вопрос с твоим питанием будем решать позже.

Пётр набрал Владимира и сказал:

— Владимир Григорьевич, меня можно не прятать. Скажем так, выплыл после взрыва.

— Ага, я так и вижу заголовки в газетах: «Опер просидел час под водой, допрашивая Бармалея!»

— Да тут хуже. Зайца нашёл дачный вор Триша. Мёртвый. И убил его Крокодил! А кто он — нам предстоит ещё выяснить.

— Ладно. Ты оживай. Но Бармалей пока ещё на дне лежит.

Пётр позвонил в дежурную часть и попросил выслать оперативную группу на дачные участки. В ответ возмущённый дежурный сказал:

— Пётр! Все оперативники, следователи и криминалисты на речке! Тебя ищут!

— Считай, что я уже всплыл. Давай, сколачивай группу и на дачные участки. Я уже туда еду, на попутках.

— А кто там?

— А там Заяц!

— Всё-таки достали? Ты знаешь кто? Или очередной глухарь в мою смену родился?

Весть о том, что Пётр жив, быстро распространилась среди оперов. Ещё через пять минут об этом уже знал Демьян Афанасьевич. Он сразу пришёл к правильному выводу: раз жив Пётр, значит, жив и Бармалей. А раз они живы, скорее всего, они уже просчитали и роль Харона. Позвонил ему и прапорщик, который продал оружие Демьяну, и орал на него:

— Демьян! Вы там совсем офигели?! Зачем гранатомёты сбросили? Они ведь под номерами! Ко мне пришли из особого отдела. Завтра все склады будут проверять! А у полиции ещё и автоматы мои, что у твоих чудиков изъяли!

— А что, гранатомёты многоразовые?

— Ты что из меня дурака делаешь? Я продал РПГ-32 «Баркас» — многоразовые ручные мультикалиберные многофункциональные гранатомёты, три штуки! И два из них твои люди сбросили после выстрелов. Ведь за мной придут!

— Я не знаю, ты всё это обсуждал с моим помощником Матвеем. А он сейчас в городе. Должен подъехать. Я даже не был в курсе покупки оружия.

Демьян понял, что его время в должности истекает и скоро за ним придут. Либо полиция, либо люди Бармалея. Никто из них его не устраивал. Одни посадят его на пожизненный срок, вторые просто убьют. Впрочем, вторые его и в зоне достанут, так что срок отбывать ему не придётся. Но, по сообщению из области, сегодня должен был прийти транспорт и забрать людей. Они должны были привезти и деньги. Демьян планировал забрать их и исчезнуть, бросив всё здесь на произвол судьбы. Достаточно уже он поизображал из себя председателя фермерского хозяйства, ничего не понимая в этом деле.

Пётр появился в отделе, где поднял архивы и разыскал того, кого сейчас звали Крокодил. Для себя отметил, что это специалист. Отслужил в армии. После демобилизации сел за драку, которую учинил на вокзале с патрулём, на пять лет. На строгий режим он был переведён уже в зоне. Очевидно, там он и сошёлся с Демьяном. В городе особенно не светился. Жил один. Крокодилом его прозвали в зоне. А так его звали Алексеем. Наркотики не потреблял, но выпить любил. Триша уверенно опознал его по показанной фотографии, только, где он обитал, Триша не знал. Сказал, где-то в городе.

Был объявлен розыск. Об этом тут же узнал Демьян, и это был приговор Крокодилу.

Вечером на дальнюю усадьбу пришёл транспорт. Два автобуса были загружены полностью. Привезли и деньги. Демьян, изображая из себя радушного хозяина, накрыл стол в своём коттедже, на центральной усадьбе, куда отвёз гостя, привёзшего деньги. Там же их ожидал представитель из области, приехавший за своей долей. Он был в курсе того, что творилось в районе, и пытался выяснить у Демьяна, не причастен ли он к этому. Демьян всё отрицал. Но вот дальше разразился скандал. При расчёте выяснилось, что посланец привёз фальшивые деньги. Начались разборки. Человек, который привёз деньги, начал звонить своему куратору. В процессе ссоры он попытался сбежать, но не знал, как добраться до дальней усадьбы, где остались автобусы.

Демьян не знал, что среди тех, кого хотели отправить, начался разброд, многие уже передумали ехать на войну. Матвей вернулся из города.

В это время в городе Владимир Григорьевич сдерживал начальника РОВД от проведения рейда на центральную усадьбу.

В конце концов Владимир Григорьевич получил известие, что Полярник сумел высвободить представителя, и один автобус с несколькими завербованными наёмниками сумел покинуть базу. Тем не менее захват отложили до утра. Кроме этого, Полярник сообщил об исчезновении Демьяна.

Вместе с ним пропал и представитель из области. Но об этом знал только Владимир.

Пётр приехал домой. Разделся, накинул на себя спортивный костюм, прошёл в кухню и на скорую руку приготовил яичницу с колбасой. Достал из холодильника салат из помидоров. И собрался поесть, как вдруг в кухню вошёл, воинственно подняв хвост, кот Маркиз! Дверь полностью открылась, и на пороге появился напарник Зайца — Игорь Игоревич. Игорь держал в руках пистолет и приветливо улыбался:

— Привет, Петя! Что-то у тебя очень поздний ужин. Или это ранний завтрак?

— А, Игорёк, какие ещё вопросы будут?

— Да вот, народ интересует, куда ты участкового спрятал? Да и девку эту, его сестру. Думаешь, я поверил в твои сказки про то, что она сбежала? От такого лося, как ты, убежать невозможно! И ещё вопрос — где Бармалей?

— Игорёк, так это ты сливал информацию Демьяну? А я думал, Заяц один работал.

— Заяц — дурак! И я его использовал «втёмную». Он ничего не знал обо мне. И был против его знакомства с Демьяном и Виртуозом. Но Зайца нет.

— Но вы терпеть не могли друг друга.

— Для меня это была игра, для Зайца — настоящая ненависть. Так было проще. Но я задал вопросы.

И тут раздался женский голос:

— Слушай, придурок, бросил пистолет! Любое движение, которое мне покажется попыткой увернуться, и я стреляю! Надо сказать, я превосходно стреляю из «Глока 18». И у меня стоит автоматический вид огня. То есть пистолет стреляет очередями, по 3 выстрела. Если ты не понимаешь, объясняю, нажав один раз на спусковой крючок, я всажу в твою глупую голову три пули калибром 9 миллиметров.

Мозги твои, конечно, разлетятся по коридору. Ничего, потом отмоем.

Игорь побледнел и бросил свой пистолет на пол. Пётр быстро подхватил его, развернул Игоря лицом к стенке и обыскал. Спросил:

— Ты один пришёл?

— Да, один.

— Слушай, на что ты рассчитывал? Демьян и Виртуоз завтра тебя сдадут.

— Не думаю. А у тебя против меня ничего нет.

— Это мы ещё посмотрим. В крайнем случае, скормлю тебя Бармалею.

— Ты не посмеешь!

— Я — нет, Бармалей — да. Я только допущу утечку информации.

Пётр набрал Владимира Григорьевича и рассказал, что произошло, не вдаваясь в подробности. Получил указания:

— Никуда не звони. За ним сейчас приедут наши. Тут непонятки пошли сплошные.

— Что за непонятки?

— Это тебя не касается.

Действительно, минут через пятнадцать приехали люди и увезли Игоря. Только тогда Пётр обратился к Веронике:

— Ты что, в ФСБ работаешь?

— Нет, чего это ты так решил?

— А ствол откуда?

— Так ты его и привёз. Вместе с братом.

Тут Пётр вспомнил, что когда освобождали участкового, то у охранника забрали пистолет. А ему Полярник дал тогда автомат, на случай огневой стычки. Когда приехали к нему домой, автомат он спрятал в тайник, а вот пистолет оставался у Пашки. И Пашка принёс этот пистолет в тайную комнату, когда прятался во время пьянки с операми.

— А технические данные откуда ты знаешь?

— Так мне Пашка и рассказал, пока мы с ним там сидели.

— А откуда ты здесь появилась? И алкаш этот?

— Когда Лида сказала, что ты жив и нашёлся, мы с Маркизом решили ехать сюда. А поскольку ты мог прийти не один, я спряталась в том тайнике. Маркиз тоже вначале там сидел, а потом стал проситься погулять. Я его отпустила, а сама уснула. Проснулась, когда ты в кухне тарелками гремел. А потом услышала, как кто-то крадётся. В щёлочку посмотрела, а это он, и пистолет в руке у него. Ну я и взяла «Глок».

— А стрелять ты умеешь?

— Нет. Но я знаю, откуда пули вылетают!

— Если бы ты ещё знала, куда они прилетают! А про мозги на стенке — это откуда?

— Так это во всех фильмах про полицию. Я всегда при этом думаю, как всё это отмывается?

— Слушай, а как ты в дом попала?

— Так ты мне сам ключи дал.

— Когда?

— В лесу, на трассе, сказал, что водитель знает, где ты живёшь. И зачем было яичницу жарить? Что, не видишь, на плите курочка готовая стоит и рядом, в кастрюле, лапша ещё тёплая?

— Может, и котлеты есть?

— Петя, ты котлет хочешь? Так я сейчас сделаю. Фарш я купила.

— Где ты его купила?

— Возле Лиды, рядом, мясная лавка от мясокомбината. Я, пока такси ждала, забежала и купила.

— С Маркизом? В мясной магазин?

— Ну да, я и ему там вкусняшку купила.

— Ясно. Коту взятку дали! Сначала спаивала его, теперь вкусняшками подкупаешь. А я думаю, что это он на меня так смотрит? И хвост трубой! Того и гляди, набросится! Наверное, команды от тебя ждёт! Ладно. Я кушаю, в душ и спать. Мне уже скоро вставать.

— А душ зачем?

— Должен же я после купания в речке отмыться?

Пётр вышел из душа и, понимая, что от Вероники можно ожидать всего, завернулся в халат и прошёл в спальню. Как он и предполагал, в кровати лежала Вероника, которая сказала:

— Будешь уходить, меня с Маркизом не буди, мы и так всю ночь не спали.

— Так, может, ты в гостевой комнате ляжешь, а не со мной?

— Мне одной страшно! Вдруг ещё кто-нибудь придёт? Правда, у меня пистолет есть, но всё равно страшно!

— Где пистолет?

— Вот он, я его в руке держу!

— Вероника! Ты пристрелишь меня во сне! Дай сюда оружие!

Пётр забрал пистолет, посмотрел и ужаснулся:

— Ну как так! Ещё и патрон в патроннике, режим автоматический!

— А что это значит?

— А то и значит, и ты сама это Игорю рассказывала. Нажала на спуск и три пули во мне! Я даже проснуться не успею!

Пётр убрал оружие. Вероника прижалась к нему, и в это время, довольно мурлыча, между ними улёгся Маркиз. Пётр поинтересовался:

— Чего это он такой счастливый? Гадость какую-то сделал?

Посмотрев, откуда пришёл кот, Пётр увидел, что тот приволок здоровенную мышь, которую придушил и положил на пороге. Улыбнувшись, сказал Веронике:

— Нет, не гадость, он тебе подарок сделал! Утром вместе позавтракаете.

Засыпающая Вероника сквозь сон ответила:

— С удовольствием, позавтракаю. Хоть кто-то обо мне заботится!

Пётр проснулся за пять минут до звонка будильника. Тихо встал, переступил через мышь, лежащую на пороге, и спустился вниз, хваля себя, что забрал оружие у Вероники. В противном случае спросонок она начала бы расстреливать дохлую мышь. При этом Пётр удивился самому себе: провести ночь с привлекательной женщиной и ничего не предпринять?

Пришёл в отдел. Там ещё не знали о задержании Игоря. Владимир Григорьевич шепнул ему:

— Пока ничего никому не говори.

— Он что-нибудь рассказал?

— Нет. Требует гарантий и заключения с ним соглашения. Говорит, что тогда он многое расскажет.

— А что сейчас?

— Сейчас едем в крестьянское фермерское хозяйство, перекрываем центральную усадьбу, вторая группа едет на дальнюю усадьбу. Думаю, самая свара будет там. Вооружил их прапорщик неплохо.

— Сам признался?

— Да, когда за ним пришли, он всё и выложил. Общался в основном с Виртуозом, он у них главный по базе. Оружие должно было уйти вместе с новобранцами. Да только промашка у них вышла: они сами его и разворовали. Что-то у них осталось, но уже в личном пользовании. Так что бой будет.

— Как бы Полярника не зацепили.

— Его уже там нет, он уехал, как и было спланировано. Вот только Демьян куда-то исчез и товарищ из центра тоже.

— Думаю, почуяли опасность и ушли.

— Район негласно перекрыт со вчерашнего дня. Вроде таких перемещений выявлено не было. Хотя проскочил один «Москвич 412». Но он стоит на стоянке возле кафе, на заправке.

— Кто на нём приехал?

— Не знаю.

— Ты знаешь, со слов Полярника, у них там был парк подержанных машин. Он же нам там машину для побега подобрал. Мы её у торгового центра оставили.

— Знаю. Потом её пацаны оттуда угнали и врезались в столб. Сейчас родители восстанавливают.

— Машину?

— Столб.

— Думаю, надо потрясти это кафе и эту заправку. Что-то там не сходится.

— Вот ты и потрясёшь.

— Как там Пашка?

— Балдеет. Живёт, как на курорте. Лидка счастлива.

— Она давно на оперативной работе?

— Оперативной работе? Да ты что. Хватит меня в семье!

— Это твоя жена?

— У тебя фантазия дальше не работает?

— Так кто она тебе?

— Она — моя сестра безголовая.

— Почему безголовая?

— Была бы голова, давно бы замужем была и работала бы по специальности.

— А чем она занималась?

— Связалась с международной независимой некоммерческой медицинской гуманитарной организацией «Врачи без границ». Ездила по всему миру, оказывала чрезвычайную медицинскую помощь людям, пострадавшим в результате военных конфликтов. Сейчас вроде бы остановилась. Думает на работу куда-то устроиться, но пока не решила.

— И ты решил её к нам подключить?

— Так с тобой надо было что-то решать. Ладно, пошли на инструктаж.

По завершении инструктажа сели в машины и выехали к месту проведения операции. Пётр со своей группой из трёх человек приехал к кафе, где был оставлен «Москвич». Стоянка была небольшая. Поинтересовался у служащих, как давно стоит эта машина. Смена, заступившая с утра, этого не знала, но предложили показать записи видеокамер. Через час выборочного просмотра был найден момент, когда эта машина приехала, из неё вышел Демьян и какой-то солидный мужчина. Они забрали из салона машины какие-то сумки, пересели в подъехавшую иномарку, в которой Пётр узнал машину Зайца! Он знал, что его машина должна была стоять на стоянке РОВД. Позвонил дежурному по отделу, и тот подтвердил, что машины там нет. Был объявлен розыск.

К этому времени группы, выехавшие в центральную и дальнюю усадьбы, со своей задачей справились. В доме Демьяна был обнаружен труп Виртуоза. Его просто застрелили. Сама обстановка в доме носила следы поспешного бегства. Информацию из дома Демьяна передали по телефону Владимиру, он перезвонил Петру, и тот сказал:

— Володя, скорее всего, Игорь сообщил Демьяну о предстоящей облаве, и тот сбежал! Думаю, Игорь их встретил здесь, на заправке, и куда-то отвёз. А затем поехал ко мне, чтобы убрать. Надо с Игорем говорить. И что-то подсказывает мне: Демьяна и его гостя из центра мы живыми не увидим.

— Почему ты так думаешь?

— Игорь был спокоен, когда его увозили. А машина Зайца стоит где-то недалеко от моего дома. Он на ней приехал ко мне. И подытожь, что мы имеем против Игоря?

— По сути, только то, что он приехал тебя убить. И то, это говоришь ты. Но он же торгуется, значит, есть что-то, о чём — как он думает — мы знаем. Его контакт Виртуоз мёртв. И, в связи с этой неразберихой, куда-то исчез Крокодил!

— А что с Хароном?

— Его взяли на ближней даче. Но заговорит он не скоро. Его убить пытались, но он выжил. Увезли без сознания, а вот Виртуоз не выжил.

— Думаю, Бармалею о том, что Харон жив, знать не надо. Харон может заговорить и дать показания на Бармалея. Вот что, дай мне встретиться с Игорем.

— Только не сегодня. Через пару дней. Ты пока закончи розыск Крокодила, и да — участкового надо вернуть на работу.

— Как он там?

— Судя по всему, оклемался. Когда я звонил сегодня Лиде, он сидел с ней, чай пил. А как там Вероника?

— Не знаю, но кот ей завтрак приготовил. Сейчас позвоню.

Пётр перезвонил на свой домашний телефон. Вероника ответила не сразу, но в конце концов отозвалась:

— Я слушаю вас!

— Если бы так действительно было и ты бы меня слушалась! Ты проснулась?

— Ой, Петя, это ты! А у нас на пороге, в спальне, возле двери, зверь залёг. Здоровый такой и на меня смотрит, ждёт, когда я с кровати встану.

— А кот что делает?

— Он тоже боится и мурлычет. Что делать? Ты же пистолет забрал!

— Мне только боевых действий в спальне не хватает! Может, тебе ещё сказать, где в доме гранаты лежат?

— А они могут помочь?

— Вероника, ты безнадёжна. Это на пороге спальни мышь дохлая. Её поймал Маркиз и принёс тебе в благодарность за заботу о нём.

— Ты не врёшь?

— Спроси у Маркиза, если мне не веришь.

— Петя, а ты на обед приедешь? Я борщ сварю и котлет нажарю.

— Вероника, я не знаю, как получится. Да и как ты нажаришь и сваришь, если на пороге зверь лежит и ты из спальни выйти не можешь?

— Я на него Маркиза натравлю. А где ты сейчас?

— Я в кафе, на заправке, кино смотрю.

— Ну вот, я тут воюю, а он по кафешкам развлекается!

Крокодил с вечера, получив указание приехать на ближнюю усадьбу, задумался. После того как он убил Зайца, приехал на место встречи с Игорем. У того в машине было два гранатомёта. Ему приходилось пользоваться ими во время службы в армии. Спустились к воде, устроились поудобнее, и в это время кто-то перезвонил Игорю, тот сразу дал команду:

— Стреляй в носовую часть. Готовность через пять минут.

Через три минуты Крокодил доложил:

— К стрельбе готов!

— Стреляй!

Следом за его выстрелом отправил в цель свою гранату и Игорь. Потом, посмотрев в бинокль, сообщил:

— Кучно положили! Как это у Высоцкого: «Вдали пожар и смерть. Удача с нами!» Всё, сваливаем!

Они бросили гранатомёты, предварительно протерев их от своих отпечатков, сели в машины и разъехались в разные стороны. Вот тогда Крокодил и понял, что подписал себе смертный приговор. Братва не простит ему смерть Бармалея, а если тот выживет, то он сам будет его преследовать. А когда Демьян сказал, чтобы он добирался до его ближней усадьбы, то понял, что его там просто убьют. Поэтому для себя он избрал другой путь. Сменил машину и через несколько часов выехал в областной центр. Там, на окраине, очень давно он прикупил себе маленький домик, где и планировал отсидеться. Денег у него хватало. Были запасные документы. Для соседей он был вахтовиком, работающим на Дальнем Севере.

В то же время на дыбы встала районная администрация, потерявшая передовое фермерское хозяйство. Глава района лично приехал к начальнику РОВД, но тот лишь развёл руками, сообщив:

— Где находится Демьян Афанасьевич, мы не знаем. Его заместитель Матвей, руководивший дальней усадьбой, найден мёртвым. От администрации туда были направлены специалисты. В то же время на базе было задержано порядка тридцати «работников» хозяйства. Все они числились сезонными работниками, но при задержании у них было оружие, и, по сути, они представляли собой неплохо вооружённую банду, в которой полностью отсутствовала дисциплина. В большинстве своём они охотно шли на контакт и рассказывали о целях своего пребывания. Но вот сведениями о том, где находился Демьян, никто из них не располагал. Некоторые вообще не знали, что именно он и возглавляет всё. Был задержан один из перевозчиков. Но он был просто водитель. Пояснил:

— Меня взяли на работу, чтобы туристов возить по маршруту. Сделал несколько рейсов. И тут предложили халтуру. Только неувязка вышла между сопровождающим и тем, кто должен был отгрузить людей. Что-то с деньгами не так. Но ночью сопровождавший автобусы появился, в один автобус погрузили людей и уехали. Я спал и меня никто не разбудил.

В отделе собралась куча народа. Дежурная часть не успевала оформлять задержания. Вечером, когда стемнело, Пётр наконец-то освободился. Приехал домой. Вероника с котом сидела в кухне. Увидев его, она вскочила и отдала распоряжение:

— Мыть руки! А я пока стол накрою. Ужинать будем!

Сели за стол, Вероника молчала, и Пётр, не удержавшись, спросил:

— А как ты с мышью справилась?

— Я её веником на совок и в ведро.

— Ну, хорошо хоть гранату не бросила и из пистолета её не расстреляла.

— Скажи, а что с этим Игорем? Ну, который убить тебя хотел?

— Пока ничего, сидит, думает.

— И что с ним будет?

— Что с ним будет, это решит суд. Но и это будет не скоро. Но главное, что тебе прятаться не надо и Пашке тоже.

— Мы можем ехать домой?

— Да, можете.

— Но Пашка ещё болеет?

— Лида сказала, что у него дела на поправку пошли. Завтра, если хочешь, можем его навестить.

— Конечно, хочу!

— Отлично. Я всё организую. Маркиз остаётся дома. А сейчас я спать пошёл.

— Ложись. Я посуду помою и приду.

— Слушай, Вероника! Я всё-таки мужчина!

— Я знаю. Думаешь, я этого не заметила? Но я боюсь спать одна.

— А скоро домой ехать.

— А я могу остаться?

— Зачем?

— Я тебе патроны подавать буду и гранаты. Только скажи, где они лежат.

— Оставайся, только патроны я буду брать сам и гранаты тоже. И вообще — я в душе!

Утром Пётр тихо встал и собрался направиться к двери, как вдруг Вероника сказала:

— Петя, я из-за тебя не выспалась!

— Ну, извини, я же не знал, что ты такая заводная и темпераментная.

— Я тоже думала, что ты никакой. Как брату всё сказать?

— А так и скажи. Что выходишь замуж за майора полиции.

— Это предложение?

— Ну, после того, что было этой ночью, я просто обязан на тебе жениться! А сейчас, извини, у меня пятиминутка.

— Пятиминутка? Ты так быстро хочешь от меня отделаться?

Пятиминутка была расширенная. Помимо оперативников, присутствовали работники ФСБ и прокуратуры. Перед собравшимися выступил от имени ФСБ Владимир Григорьевич:

— Я не буду отнимать много времени, хочу сказать коротко, что совместными нашими усилиями ликвидирован пункт вербовки наёмников. Но они занимались не только вопросами вербовки «пушечного мяса». Данная преступная группа активно расхищала государственные средства и готовилась перехватить теневую власть в городе у другой преступной группировки. Всё это было выявлено простым участковым, которого, я полагаю, надо представить к государственной награде!

— Так он жив?

— Да, он жив, благодаря умелым действиям вашего старшего оперуполномоченного Петра Николаевича, который сумел вытащить его из лап бандитов. Сейчас он находится на излечении, и, я думаю, через неделю приступит к работе. Опять же, благодаря его оперативной смекалке, выявлены два оборотня среди личного состава РОВД. К сожалению, один погиб, второй в настоящее время задержан, и с ним идёт работа. Для тех, кто не знает, телохранитель известного авторитета Бармалея по кличке Харон очнулся и дал показания на своего хозяина. Бармалей тоже задержан.

— Так он не утонул на барже?

— Нет. Его фактически спас опять-таки Пётр Николаевич. К сожалению, скрылись отдельные бандиты. Неизвестно местонахождение главы фермерского хозяйства Демьяна Афанасьевича по кличке Ворон. В связи с ним будет много вопросов к администрации района. Каким образом человека, неоднократно судимого, ничего не понимающего в сельском хозяйстве, поставили во главе крестьянского фермерского хозяйства? Вместе с ним исчез депутат областного Совета Олег Юрьевич. По нашим данным, именно он стоял за организацией этой преступной группировки. Как и почему он пролез в депутаты, ещё предстоит разобраться. Ушёл от нас и исполнитель шумных преступлений по кличке Крокодил, именно он и убил оперуполномоченного Андрея. А вчера в результате слаженно проведённой операции был раскрыт целый ряд тяжких преступлений и задержан ряд лиц, находящихся в розыске.

После Владимира Григорьевича выступил начальник РОВД, за ним — представители следственного комитета, прокуратуры. Они были недовольны в основном тем, что всё это время их держали в неведении.

Совещание завершилось. Пётр, улучив момент, подошёл к Владимиру и сказал:

— Ну, ты прям из меня героя сделал, спасителя участковых!

— Ты же понимаешь, что Полярника я назвать не мог, как и то, что наша операция ещё не завершена. Это я тоже не мог объявить. Ведь всё, что произошло вчера, это так, брызги. Главное у нас впереди. И это Полярник.

— Как он там?

— Я не знаю, теперь это уже не мой уровень. Ты хотел с Игорем поговорить?

— Да, хотел бы. Но ты сказал через пару дней. Он как — сделку со следствием заключил?

— Пока нет. Но, думаю, досудебное соглашение о сотрудничестве будет. Поехали, дам тебе побеседовать с ним. Кстати, там, рядом с ним, и Бармалей сидит.

— Что будет с ним?

— Максимум лет пять получит. Он адвоката требует. Сказал, Харона зря спасали. Он не жилец.

Они приехали на стоянку ФСБ и прошли в кабинет Владимира. Там Пётр отдал Владимиру своё оружие, которое тот убрал в сейф. Прошли в подвальное помещение, где Петру бывать ранее не приходилось. Там располагались камеры.

Сопровождавший их сотрудник открыл одну из них. За столом, прикреплённым к полу, сидел Игорь.

— Ну, вы тут беседуйте, а у меня несколько вопросов к Бармалею.

Владимир ушёл. Игорь, сглотнув слюну, испуганно спросил:

— Это правда?

— Что правда?

— Бармалей здесь?

— Да, камера недалеко от твоей. Скоро и Харон подтянется. Но он пока в больнице. Начал давать показания, как деньги вымогали у бизнесменов. Вот Бармалея и закрыли. Рассказал и про убитого во время ограбления бизнесмена.

— Я не хотел в него стрелять!

— А всё же выстрелил!

— Не я выстрелил, Крокодил! Он первым и из гранатомёта по барже выстрелил, когда Харон указал, в какой части баржи сидит Бармалей.

— Кому он координаты передал?

— Мне. У меня ещё один телефон был. Я его позже в речке утопил.

— А что до этого молчал?

— Думал, Харон ничего не скажет.

— Так Демьян мог тебя заложить.

— Не мог! Демьян уже ничего не может.

— Так ты и его положил?

— Он меня убить хотел! Я защищался.

— Ты встретил их в кафе, на заправке. Они пересели к тебе, и куда ты их повёз?

— На старый хутор. У меня там, на окраине, лачуга стоит. Внутри я уже яму давно приготовил. Туда я их и положил.

— Второй — это Олег Юрьевич?

— Да. Он.

— А Крокодил куда делся?

— Этого я не знаю, когда мы с ним по барже Бармалея отстрелялись, то разъехались в разные стороны. Демьян пытался ему дозвониться, но тот так и не ответил. Решили, что он попался или свалил.

— А меня зачем решил убрать?

— Ты много знал, и мне нужен был Бармалей. Если бы я его зачистил и тебя тоже, меня бы никто не вычислил. Участковый про меня ничего не знал, и мне он был не нужен.

— А где деньги Демьяна и Олега? Только не говори, что они с пустыми руками бежали.

— Они у меня дома, в тайнике.

— У тебя делали обыск и не нашли ничего.

— У меня есть ещё одна квартира, в городе. Слушай, я хочу написать явку с повинной и заключить сделку со следствием.

— Я в курсе, что ты хочешь досудебное соглашение о сотрудничестве, и тебе пойдут навстречу, но, как понимаешь, я такие вещи не заключаю. Нет у меня таких полномочий.

Завершив разговор, Пётр покинул камеру и встретился Владимиром, рассказал всё, о чём ему поведал Игорь.

Чертыхаясь, Владимир связался со следователем и начал организовывать выезд на место преступления. Пётр, помня обещание, данное им Веронике, сказал:

— Володя, мне надо с Пашкой поговорить. Ехать, смотреть на жмуриков, мне не интересно.

— Там ещё и деньги ворованные! Кто пересчитывать будет?

— В РОВД один я считать умею?

— Ладно, езжай. Что тебе ещё надо?

— Мне адрес, где твоя сестра живёт.

Заехав за Вероникой, Пётр посетил магазин, где купил тортик и бутылку шампанского, и они поехали к Лиде. Вероника с подозрением поинтересовалась:

— А адрес откуда ты знаешь? Ты же там не был никогда!

— Ну, ты сказала мне, что там рядом мясная лавка. Она одна в этом районе. Ты там фарш для котлет купила. Кстати, вкусные котлеты получились.

— Ты мне зубы не заговаривай! Когда котлетки лопал, ни одного слова не сказал, что они вкусные! Вот тут поворачивай налево и вон у того подъезда остановись. Там на третий этаж.

Лида и Павел быстро накрыли стол. Павел ожил и был в прекрасной физической форме.

Пётр рассказал ему то, что можно было рассказать в присутствии Лидии и Вероники, и поинтересовался:

— На работу когда выйдешь?

— Не знаю. Но вроде как нормально себя чувствую.

— Нормально или нет, в кадры не покажешь. Тебе там прогулы поставят. А Лидия больничный не напишет.

— Петя! У меня есть знакомые в больнице, и мы уже договорились, больничный будет, вернее, уже есть. Причём до конца недели. Только я не хочу, чтобы он уехал в свой медвежий угол.

— Хорошо, я поговорю с начальником РОВД, пока я у него в фаворитах. У нас две вакансии в розыске. Только где жить будет?

— У меня и будет жить. Да, Паша?

— А сестрёнка?

— Ты меня выгоняешь? И уйду! Буду у Маркиза угол снимать!

— На коврике прикроватном? Порог занят. Маркиз там мышей складирует для тебя. И вообще, Паша, Лида, я решил сделать Веронике предложение.

Пётр картинно встал на одно колено и достал из кармана коробочку с золотым колечком.

Эпилог

Пётр и Вероника сыграли осенью свадьбу. Маркиз, словно понявший, какой торжественный у них момент, принёс в этот день в подарок двух мышей.

Павел и Лидия тоже сыграли свадьбу осенью. Лидия устроилась работать врачом в центральную больницу, а Павел был переведён для продолжения службы в уголовный розыск.

Борис Сергеевич, он же Бармалей, за вымогательство был осуждён к восьми годам лишения свободы.

Харон дожил до суда, был приговорён к пятнадцати годам лишения свободы, погиб в зоне при невыясненных обстоятельствах.

Игорь Игоревич был приговорён к двадцати годам лишения свободы.

Алексей, по кличке Крокодил, долгое время находился в розыске. Однажды, во время рейда в одном из борделей, Пётр встретился с Артёмом Викторовичем, по кличке Авиатор. В беседе Артём сказал:

— Пётр Николаевич, я лично очень благодарен за ваш труд!

— Артём Викторович? Что же такого хорошего я сделал для вас?

— Вы меня ни разу не сажали за решётку, и вы для меня расчистили этот город от всей этой шушеры. Теперь городом руковожу я. А ведь, освободившись, был простым охранником.

— Да не надо темнить, охранником вы числились, но не работали.

— Вы и это знали?

— Да, знал. И потом, мы тогда всех зачистили, но кое-кто ушёл.

— Это вы про Крокодила?

— Да, про него.

— Да не ищите вы его. Его уже нашли месяц назад. Говорят, неаккуратно с огнём обращался. Сгорел вместе с домом. Он в областном центре, на окраине жил.

— Как же он так?

— Не знаю, говорят, к нему люди от Бармалея заходили.

— Так Бармалей сидит!

— А люди от него заходили.

Полярник уехал в командировку, где его следы затерялись.

123

Content

Сергей Громов
Дежурные сутки

Дежурные сутки

Пропавший участковый

Эпилог