Нури Альбина

Новогоднее желание

Альбина Нури

Новогоднее желание

В новогоднюю ночь Марина и Саша решили собрать друзей и родных у себя на даче. Осенью они завершили строительство: возвели на месте старенькой дедовской развалюшки новый деревянный дом в так называемом русском стиле, под деревенскую старину, с баней и колодцем во дворе.

Компания подобралась пестрая: мама Марины (Сашины родители жили в Риге), Сашин лучший друг Макс с женой Светой, Жанна и Паша Хвостовы, с которыми они дружили еще с университета, с дочкой Женечкой, двоюродная Маринина сестра Олеся и ее парень, который всем представлялся как Тай (то ли это часть фамилии, то ли кличка, не поймешь).

— Офигеть вы устроились, — присвистнул Тай, оглядывая дом. — Наворовали, что ли?

Олеся смутилась, а Марина ответила, как ей показалось, с достоинством:

— Мы в крупной IТ-компании работаем. Проходите, осваивайтесь.

Она бросила на Олесю красноречивый взгляд мол, кого притащила к приличным людям?! Девушка сделала вид, что не заметила. А может, вправду не заметила. Она вообще только на этого Тая смотрела, его одного и видела.

Последними приехали Макс со Светой.

— Мы детей к Максимкиным родителям завезли, а сразу же не уедешь, пришлось немного за столом посидеть, — пояснила Света.

У них были пятилетние близнецы. Марина хотела, чтобы дети приехали, и Женечке повеселee было бы, но Макс и Света, видимо, желали немного отдохнуть от своего детсада.

— Далековато вы забрались, но оно того стоит! — сказал Хвостов.

— Красота такая! А воздух прямо звенит, голова кружится — такой свежий, — подхватила его жена.

— Тут в сезон автобусы ходят, а зимой только электричка, но от нее далеко идти. Сейчас здесь никого, мы одни во всем поселке, — проговорил Саша, открывая шампанское.

Было почти десять, все сидели за столом, готовясь проводить уходящий год. Играла тихая музыка, которая, конечно, станет громче ближе к полуночи.

— Связи нет. — буркнул Тай. — Не дозвониться. И сети нету.

— На втором этаже ловит неплохо. — суховато ответила Марина.

— Можно и без интернетов этих ваших хоть какое-то время, ничего страшного, — недовольно заметила ее мать. — Ни шагу без телефона, скоро говорить разучитесь, только пальцами по экрану швыркать.

Тай ей тоже не нравился, и она не пыталась этого скрыть.

— Кто что будет под бой курантов загадывать? — громко спросила Света, которая терпеть не могла конфликтов и всегда пыталась их сгладить.

Муж с усмешкой посмотрел на нее.

— Светик, если ты не заметила, наших спиногрызов тут нет. И мы не на утреннике.

Макс Марине не очень нравился, хотя он был красивый, успешный, остроумный. Проскальзывало в нем скрытое пренебрежение к людям, неприятное высокомерие, порой даже по отношению к собственной жене. У Макса был доходный бизнес — сеть автомоек, он ездил на дорогушей машине, купил двухуровневую квартиру в престижном районе, строил громадный дом, возил семью отдыхать на престижные курорты и, похоже, считал себя сверхчеловеком.

Сегодня он был немного на взводе, и Марина опасалась, как бы Макс не спровоцировал скандал.

— Давайте выпьем за Деда Мороза, за бодрого старичка, который всегда в компании молоденькой девушки, якобы внучки, — хохотнул Тай.

Маринина мать недовольно покосилась на него, а сама она поспешно проговорила:

— Мам, помнишь, ты говорила, что на утренниках и школьных праздниках, конечно, артисты, вовсе не сказочные герои, но существует и настоящий Дед Мороз, который весь декабрь ходит по городам и селам, заглядывает в окна и наблюдает, как ведут себя дети. Если поведение у малыша хорошее, дедушка оставит ему подарок.

Мать улыбнулась и кивнула.

— Между прочим, это сейчас из Деда Мороза сделали добренького дедушку, для которого смысл жизни — выполнять чужие желания, — заметила Жанна. — А я читала, это жуткий мифологический персонаж, древнее славянское божество Карачун, бог подземного царства. Повелевал мертвыми и морозами, жил в Нави, в потустороннем мире, путь туда вел через колодец. И это не Дед Мороз дарил подарки, а, наоборот, его старались задобрить, чтобы не забрал из дому детей.

— Все, нагнала жути, — добродушно заметил Паша. — Ребенка напугала.

Трехлетняя Женечка смотрела на мать совершенно не испуганными, круглыми, как блюдца, лукавыми глазенками.

— Прошлое осталось в прошлом, а нынче Дед Мороз — это красноносый пьянчужка, который слушает глупые стишки и раздает деткам конфеты, — усмехнулся Макс. Кажется, он выпил больше всех, зеленые глаза напоминали мутное бутылочное стекло. — Такой вот карьерный спад, ребятки. Сегодня ты божество, тебя уважают и боятся, а завтра — вот это всё. — Он залпом выпил коньяк. — Елочка, гори, в общем. Гори ты синим пламенем!

Последние слова прозвучали особенно зло и резко, они явно не относились к Деду Морозу.

Саша и Марина переглянулись. Света положила руку на ладонь мужа, желая его успокоить. Жанна поджала губы, точно обидевшись на слова про Деда Мороза, собралась что-то сказать, но туг зазвонил телефон.

Марина сразу поняла, что это не чей-то сотовый: звонок был пронзительный, дребезжащий и громкий, так умеют звонить лишь старые дисковые телефоны. У них был такой. Круглощекий, важный, он сверкал ядовито-зелеными глянцевыми боками, стоя на каминной полке и напоминая о минувших днях.

Старинные настенные часы, отбивающие каждый час, да этот пращур нынешних мобильников — одни из немногих вещей, что остались от бабушки с дедушкой.

— Телефон звонит, — констатировал Паша Хвостов.

— Это невозможно, — потрясенно проговорила Марина.

— Тут линии нет. И аппарат не подключен, — добавил Саша.

Мама Марины хмуро поглядела на Тая, словно он был виновником происходящего. Телефон не умолкал, продолжал надрываться.

— Не может, но звонит же как-то, — резонно заметила Света, а ее муж встал и направился к камину.

— Макс! — предостерегающе произнес Саша.

Не совсем понятно отчего, но Марина была с ним согласна. Она тоже считала, что снимать трубку не стоит. Однако у Макса имелось свое мнение.

— Алло! — громко сказал он.

Звонивший говорил густым утробным басом, и голос было хорошо слышно, хотя слов не разобрать.

— Кто это? — требовательно спросил Макс. — Кто?! — Он отвел трубку от уха. — Заявил, что Дед Мороз.

— Ура! — обрадовалась маленькая Женечка, но взрослые ее восторга не разделяли, так и сидели с вытянутыми, озадаченными лицами.

— С праздником, дедуля, — ядовито проговорил Макс. — Откуда вы знаете мое имя?

Выслушав ответ, он усмехнулся.

— Что за вопрос? Конечно, я вел себя хорошо, можно сказать, безупречно!

Голос в трубке снова что-то пробасил.

— Любое желание? Серьезно?

Марине вдруг стало страшно, и она непроизвольно вскрикнула:

— Нет! Макс, положи трубку! Немедленно!

Тот посмотрел на хозяйку дома нетрезвым взглядом и улыбнулся:

— Есть у меня желание. Хочу посмотреть на настоящего Деда Мороза. Заглядывай на огонек, старый. Стол ломится, угостим, не обидим.

С этими словами Макс положил трубку и широко улыбнулся:

— Колитесь! Чья затея со звонком?

Он обвел присутствующих шальным взглядом. Никто не улыбался, даже Тай.

— Санек?

— Никто этого не делал, брат, — ответил Саша. — Это невозможно. Ты посмотри на телефон-то.

Он подошел к Максу, взял в руки аппарат. Никакого шнура.

— Как он мог звонить, по-твоему?

От этих слов всем стало не по себе. Одно дело, когда чертовщина творится с героями фильма, и совсем другое — если ты в центре событий.

Марина остро осознала, что они в пустом поселке, затерянном среди лесов, вдали от города, людей и, кажется, всей современной цивилизации.

Макс, все еще улыбаясь, смотрел на Сашу, но видно было, что улыбка сползает с его лица, а взгляд становится затравленным.

— Откуда тогда этот тип мое имя знал?

Он хотел, чтобы это прозвучало в качестве разоблачения, подтверждения того, что дело обычном розыгрыше. Но стоило ему это произнести, как всем стало по-настояшему страшно.

— Давайте не париться! — сказал Тай. — Забудем. Кто хочет выпить?

Марина поддержала эту идею, все чуть расслабились, зашевелились. Таю удалось разрядить обстановку, но тут случилось то, чего никто не ожидал.

Большой двухэтажный дом, сложенный из толстых бревен, привезенных из марийских лесов, содрогнулся и затрясся, словно внизу под ним повернулось с боку на бок неведомое громадное существо.

Посуда зазвенела, закачались люстры, стоявшие на полках безделушки испуганно звякнули, в глубине дома что-то с грохотом упало.

— Что такое? В чем дело? — разом заговорили люди, глядя друг на друга, будто другому могло быть известно больше. Женечка заплакала, отец взял ее на руки.

Дом еще некоторое время ходил ходуном, а потом все прекратилось. Но не успели хозяева и гости прийти в себя, как с улицы послышался странный гул; пол под ногами снова завибрировал.

— Землетрясение! В доме нельзя оставаться, может завалить! — крикнул Тай.

— Да какое еще… — начала было мать Марины, но Тай ее перебил:

— Как хотите, мы на улицу!

Он метнулся в прихожую, потянув за собой Олесю, сорвал с вешалки пуховики… Все произошло быстро, никто и возразить не успел, а спустя мгновение с улицы раздался женский вопль.

Все, не сговариваясь, кинулись к выходу.

Саша и Марина первыми выбежали на просторную веранду, остальные — следом, только Хвостовы замешкались: надо было одеть ребенка.

На улице было холодно, но никто не обратил внимания на стужу. Взгляды оказались прикованы к колодцу. Это было симпатичное сооружение, похожее на теремок, украшенное деревянным кружевом. Саша и Марина в этом году заплатили за то, чтобы на участке появилась скважина.

Сейчас «теремок» подрагивал, земля под ним ходуном ходила, и Марине на миг пришла в голову абсурдная мысль, что колодец, как космическая ракета, вот-вот стартанет ввысь.

Но вместо этого случилось другое. Гул и тряска прекратились так же внезапно, как начались, а после за деревянный край колодца ухватилась рука. Длиннопалая, костистая, узловатая, похожая на коричневый корень, торчащий из земли. Следом появилась вторая.

«Как в «Звонке», — мелькнуло у Марины в голове, и ее затошнило от ужаса.

Олеся больше не кричала, остальные тоже умолкли, глядя на существо, которое выбиралось из колодца. Над краем показалась голова.

Косматые седые полосы падали на бледное, покрытое глубокими морщинами лицо. Глаза под кустистыми бровями горели багряным светом. Кожа была серая, грубая на вид, напоминающая кору старого дерева.

В следующее мгновение чудовище в похожем на лохмотья одеянии вылезло из колодца и выпрямилось во весь рост. Это был высокий старик с сивой бородой и волосами, доходившими до пояса, тощий и костлявый, но не казавшийся слабым и согбенным. Наоборот, от него исходила почти физически ощутимая сила. Ступни были босыми, в правой руке старик держал деревянный посох.

— Звали? — пророкотал он, и Марина сразу узнала этот бас.

— Дед Мороз, — шепотом произнесла Олеся, но жуткий старик услышал и немедленно повернулся к ней.

— Признала меня, внученька?

Существо разразилось хохотом. Марина инстинктивно прижалась к мужу, ища у него защиты.

К Таю, который вместе с Олесей стоял ближе всех к зловещему созданию, вернулась его дерзость, и он, желая доказать своей девушке, что ничего не боится, сделал шаг вперед.

— Что за прикол? Долго ты прятался в этом колодце, чучело?

«Неужели он решит что это розыгрыш?» — поразилась Марина.

— Отойди от него! — крикнула Таю ее мать, но слова пожилой женщины возымели обратный эффект: молодой человек, продолжая говорить, шагнул к Деду Морозу.

Тот, не меняя позы, легко, даже изящно вскинул посох и прикоснулся им к руке Тая. Тот дернулся, как от укола, отшатнулся от старца, вытянул руку, глядя на нее и точно не узнавая.

Поначалу ничего не происходило, но потом рука стала покрываться коркой. Она зарастала льдом от кончиков пальцев до локтя, а потом и до плеча. Миг — и вся рука оказалась в белом хрустальном панцире.

Дед Мороз повторил свой жест, вновь прикоснувшись к теперь уже заледеневшей руке, и та рассыпалась снежной крошкой, превратившись в облако мельчайших сверкающих осколков.

— Что такое? — высоким, наполненным безумием голосом проговорил Тай, а дальше все стало происходить очень быстро.

Посох взлетел над головой Тая, прикоснулся к его лбу и плечу, ткнул в грудь, в бедро, и несчастный парень в считанные мгновения превратился в ледяную скульптуру, подобную тем, что устанавливают на городских площадях к Новому году.

— Хо-хо-хо! — раздался рычащий бас, после чего Дед Мороз тронул свою жертву посохом в последний раз, словно фехтовальщик шпагой.

Ледяная статуя, которая еще минуту назад была человеком из плоти и крови, повалилась в снег сломанной сосулькой, взметнув веселое облачко снежинок.

— Кто снежинки сделал эти? За работу кто в ответе? «Я!» — ответил Дед Мороз и схватил меня за нос! — издевательски громко продекламировал старик м сделал быстрое движение навстречу сбившимся в кучу людям.

— В дом! — заорал Саша, увлекая за собой жену, но это было лишнее: все и без его команды кинулись обратно.

Марина схватила за руку застывшую на месте Олесю и поволокла за собой. В дверях возникла небольшая заминка, но вскоре всем удалось проникнуть внутрь.

— Двери запирайте! — крикнула Жанна.

— Окна! Окна тоже! — подхватила Света.

Саша в Марина кинулись к окнам, опустили жалюзи. И зачем они сделали их такими прозрачными, в гостиной и вовсе от пола до потолка.

Дверь сотряс мощный удар, а потом погас свет, и чернильная тьма навалилась медвежьей тяжестью. В одно мгновенье поднялась вьюга, начался буран, ветер стонал и завывал, как стая волков, швыряя в окна комья снега. Всюду стучало и гремело, стекла трещали, потолок готов был рухнуть на голову. Оказавшиеся в ловушке люди прижимались друг к другу, хватались за руки.

Дед Мороз все стучал и стучал посохом оземь, призывая новые и новые несчастья. Ужасное божество, обитавшее в Нави — мире мертвых, пробралось к ним через колодец, а теперь рвалось в дом. Марине казалось, что они — мыши в обувной коробке, которую трясет злой мальчишка. Или бедные поросята, пытающиеся скрыться от кровожадного волка.

— Что нам делать? — плакала Света.

Марина вцепилась одной рукой в мать, другой — в Олесю, перепугавшись: где же Саша? Окликнула мужа, и лишь когда он отозвался, ей стало чуть легче.

— Он сейчас разрушит дом! — закричала мать Марины, и это, скорее всего, было правдой: деревянная постройка больше не казалась надежной, походила на хлипкий карточный домик.

«Его старались задобрить, чтобы не забрал из дому детей», — всплыли в памяти Марины слова Жанны.

— Мы сами его позвали, — всхлипнула Света.

— Макс позвал! — по выпалила в темноту Олеся. — А теперь Тай умер!

Неистовая буря за стенами продолжалась.

— Что толку винить друг друга? — быстро заговорил Саша. — Надо что-то делать! Старик просто так не отстанет.

— Жанна, его задабривали, ты сказала? Пусть войдет, мы его усадим за стол, угостим, — предложила Марина.

— Дочка, ты с ума сошла? — Мать стиснула ее локоть.

— Чтобы он нас всех заморозил? — вопросил Паша.

Но Марина была уверена: так и нужно сделать.

— А вы что предлагаете? Дом сейчас рухнет! Нас завалит! — поддержал жену Саша.

— Я его позвал, я и… — Макс бросился к двери.

— Нет! — тоненько завизжала Света.

— Входи, Дед Мороз! — раздался голос Макса. — Входи! Это я с тобой говорил, звал тебя.

Все прекратилось, как по мановению волшебной палочки (или, точнее, по взмаху посоха). Свет зажегся, стены и пол больше не тряслись. Вещи оказались на своих местах. Удивительно, но ничего не разбилось, хотя грохот стоял страшный, и Марина думала, что от мебели остались одни обломки. Можно было даже решить, будто случившееся им почудилось, но эта иллюзия быстро развеялась. Дверь, которую отпер Макс, распахнулась, ударившись о стену, и на пороге возник Дед Мороз.

— Порадовали дедушку, — тоном доброго дядюшки прогудел он. — Чем угощать будете?

Марина, дрожа от страха, выступила вперед и сказала:

— Пойдемте за стол, у нас есть…

Дед Мороз покачал головой.

— Нет-нет. Не нужна мне ваша еда. Не то у вас на столе, что мне потребно. Не за тем я пришел.

Он поглядел на стоявшего перед ним Макса.

— Ты со мной говорил, ты желание загадал. И вот он я! Посмеяться хотел, а сам не верил в Деда Мороза. Только это не так. Вера в чудо в каждом жива. А в тебе она бьется сильнее, чем в других, ведь ты в отчаянии.

Все молчали, глядя на старика. Макс, баловень судьбы, красавец и умница, в отчаянии?

— Я вас, детки, насквозь вижу, — продолжал Дед Мороз. — Вы всегда хотите все и сразу. Да вдобавок больше, чем у соседа. Денег вам подавай, власти, успеха. Думаете, тяжело это исполнить? — Губы Деда Мороза разъехались в улыбке, и в черном провале рта показались острые зубы-пилы. Саша крепче прижал к себе Марину. — Нет. Вопрос лишь в цене.

Дед Мороз развернулся к Максу и смотрел теперь только на него.

— Ты думаешь, только волшебство тебе поможет. Наворотил дел… Долги у тебя неподъемные. Если не расплатишься, отберут все — дом, квартиру, машину, фирму. Останешься с женой и детьми у разбитого корыта. Знаю, что ты загадал, знаю, чего желаешь. И дам! Денег, сколько пожелаешь. Семья ни в чем нужды не будет знать. Третьего ребенка родите, как жена твоя мечтает. Как сыр в масле кататься станете. Ни долгов, ни проблем.

— Это правда? — хрипло спросил Макс. — Ты можешь?

— Я никогда не лгу. Вопрос лишь в том, что ты готов дать взамен. Чем за доброту отплатишь?

— Чего ты хочешь?

— Макс, не слушай его! — выкрикнула Света.

— Все просто. Я тебе — счастливую жизнь, а ты мне — одну малость. Из этого дома я должен уйти не с пустыми руками — унести одну жизнь. Всего одну. Отдай, кого не жалко. Про наказание и осуждение не думай: как только я ступлю за порог, про того, кого заберу с собой, все позабудут, будто и не было его. Заодно и про мальца, что я приморозил! Кого выбираешь?

Дед Мороз подошел, склонился над Максом ледяной глыбой. В красных глазах светились алчность и предвкушение.

— Саша, дружок твой. Ты ему с детства завидуешь. Уму его, таланту. Не станет Саши, тебе полегчает. Или вот жена его. Ты считаешь ее нудной очкастой мышью. Кто она тебе? А тем более ее мать? А может, Хохловы? Ты их видишь только на посиделках и застольях! Или Олеся? Ее же вообще не жалко! Глупая, пустая девица.

Голос Деда Мороза звучал вкрадчиво. Стоявшие в комнате люди в ужасе переводили взгляды с Деда Мороза на Макса, который прикусил губу и опустил голову, решая, кого из друзей и знакомых принести в жертву. Тишина нависла над ними, как острый нож гильотины.

— Ты сказал, я могу отдать любого, кто здесь находится?

— Так и есть.

— И взамен — никаких долгов, никаких проблем, денег немерено? Слово даешь?

— Ни к чему эти клятвы. Но да, даю, — подтвердил старик.

— В таком случае забирай меня! — Макс улыбнулся и поглядел на Деда Мороза открыто и прямо. — Я заварил эту кашу, вызвал тебя, желание загадал.

— Нет! — Света подскочила к мужу, пытаясь заглянуть ему в глаза.

Макс мягко отодвинул жену от себя, не глядя в ее сторону, возможно, боясь, что силы ему изменят. Опасаясь передумать.

— Я пойду с тобой, — твердо сказал Макс и подал руку Деду Морозу.

— Выбор сделан, — проговорил тот, — твое право. Желание будет…

Он не успел договорить, как ожили старинные настенные часы. Захрипели, заскрипели, готовясь отсчитывать удар за ударом, возвещая прибытие Нового года.

— Я не отдам тебя ему! У меня тоже есть новогоднее желание! Пускай отберут все! Дом, машина — какая разница? — Света взяла Макса за руки. — Главное, мы останемся друг у друга! Мы и наши дети.

— Перестань, ты не понимаешь!

— Итак, я хочу, чтобы… — не слушая его, уверенно заговорила Света под бой часов.

За окном шел снег.

Новый год стоял у дверей, и Дед Мороз мог исполнить любое желание — как мечту каждого в эту волшебную ночь. Надо только загадать и искренне верить, что все сбудется…

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Content

Нури Альбина Новогоднее желание

Альбина Нури Новогоднее желание