Закон джунглей. Книга 1

Глава 1

50 лет назад…

— Забавная ирония, не находишь, мой старый враг? Ты сдохнешь в темнице, которую создал своими руками. Император, да продлится его правление вечно, умеет подбирать достойное наказание. Твоя школа разрушена. Твои ученики мертвы. Твоё наследие стёрто. Всё, что хоть как-то может напомнить о школе Серебряной цапли и её великом основателе, Хуан Луне, уничтожено. В этом мире нет места слабым!

Бессмертный основатель школы Духовной силы, зародыш бога серебряного ранга, Чэнь Фэн, с превосходством посмотрел на своего противника. Двадцатилетняя война закончилась сокрушительным поражением Хуан Луня. Десятки тысяч его учеников во всех поясах оказались уничтожены, здания разрушены, сокровищницы разграблены, а места силы перешли в загребущие лапы Чэнь Фэна и его школы. Хуан Лунь молчал, гордо подняв голову. Ему, некогда зародышу бога серебряного ранга, а нынче простому смертному, нечего было сказать. Император, да продлится его правление вечно, лично обратил свой взор на конфликт школ. Бессмертный решил, что смерть слишком лёгкое наказание для проигравшего. Хуан Луню запечатали источник, после чего заключили в созданную им же тюремную формацию. Энергии Ци в нулевом круге едва хватало на формирование основ, поэтому помещённые в тюремную формацию даосы высоких этапов развития увядали и, по истечении небольшого времени, сходили с ума от постоянного чудовищного голода, раздирающего саму душу. Однако такая смерть Хуан Луню не грозила — отныне он простой человек. Ему действительно уготовано умереть от голода, но только не энергетического, а физического. Чэнь Фэн распорядился доставить в пещеру еды всего на шесть дней — такова была воля Императора. Что будет потом, понимали все — Хуан Лунь умрёт. И изменить это не мог никто. В Дефорской империи нет места слабым.

— Прощай, мой старый враг. Надеюсь, ты сдохнешь в муках, проклиная тот час, когда не согласился на моё предложение. Быть рабом куда лучше, чем быть трупом!

С этими словами Чэнь Фэн покинул пещеру, и формация запечатала помещение. Только сейчас Хуан Лунь позволил себе эмоции — на его лице промелькнуло отчаянье. Три сотни лет он возглавлял свою школу, сумел открыть много тайн мирозданья, постигнуть небывалые границы покорения энергии Ци, но всё это оказалось напрасным. Школа Серебряной цапли оказалась слишком слабой, чтобы защитить свои тайны. Слишком слабой, чтобы иметь право на жизнь.

Мгновение слабости было единственным, что позволил себе Хуан Лунь. Усевшись на пол и закрыв глаза, старик погрузился в медитацию, обдумывая дальнейшие действия. Пусть он уже не был даосом, и энергия не могла проникнуть в его тело, привычка обдумывать свои действия в процессе медитации никуда не делась. Школа Серебряной цапли была известна великими артефакторами, сумевшими обуздать многие тайны природы. Из-за этих тайн и случилась война. Школа Духовной силы решила прибрать к рукам все техники и инструкции по созданию великих артефактов. Глупцы! Когда поражение стало неизбежным, когда здания школ разрушались из круга в круг, Хуан Лунь принял решение спрятать все знания школы в надёжном месте. Там, куда не мог добраться ни один даос — в личном инвентаре. Одной из великих тайн некогда великой, а теперь погибшей школы Серебряной цапли. Хуан Лунь полагал, что тайны школы умрут вместе с ним, но Небо даровало ему шанс всё исправить. Шесть дней. Ровно столько ему отмерил Император. Если экономить, можно растянуть еду на две-три недели. Потом придёт неминуемая смерть. Нужно воспользоваться отмеренным сроком с максимальной пользой.

Хуан Лунь достал из личного инвентаря лучину и огниво. Несколько раз ударив по камням, старик высек искру, поджигая лучину. В запасе есть всего десяток факелов — Хуан Лунь не полагал, что ему предоставится возможность прожить так долго. Нужно экономить свет. Конечно, можно было воспользоваться лампой, что появилась рядом, но для её активации требовалось вдохнуть силу в духовный камень. Простой человек сделать этого не мог. Как не мог воспользоваться несколькими десятками великих артефактов, что пришлось спрятать от врагов в личном инвентаре. Для Хуан Луня они сейчас бесполезны.

Осмотревшись, Хуан Лунь удовлетворённо кивнул. В тюремной формации ничего не изменилось за те тридцать лет, что прошли с момента её создания. Разве что добавилось несколько скелетов — несчастных, что были отправлены сюда умирать от безумия. Старик вытащил из личного инвентаря несколько книжных шкафов и начал быстро заполнять их свитками с техниками и толстыми талмудами с описанием изготовления артефактов. Вся мудрость школы Серебряной цапли, которую так жаждал получить Чэнь Фэн, уместилась на шести книжных шкафах. Тюремная формация активирована полностью, значит, в ближайшие тридцать лет в эту пещеру не сможет войти ни одно живое существо. Ни зверь, ни человек, ни демон. Хотя, откуда демоны в нулевом круге? Чэнь Фэн считает себя победителем. Через тридцать лет он забудет о своём старом враге, как и о его тайнах. Тот, кто найдёт это место, вряд ли будет принадлежать школе Духовной силы. Здесь, в глуши нулевого круга, им мало кто интересен. Кем может быть тот человек, что сюда попадёт? Охотником? Беглецом? Изгоем? До ближайшего поселения почти пятьдесят километров, кругом густые леса и сильные звери. На самом деле вероятность, что пещеру найдут, минимальна. Но нельзя отчаиваться. Пока есть надежда, школа Серебряной цапли жива. И он, Хуан Лунь, сделает за оставшееся время всё, что в его силах, дабы сохранить свои знания.

Нулевой круг. Здесь проживают люди, что только начинают свой путь в познании бессмертия, в познании энергии Ци. Ресурсов здесь не так много, как во внутренних кругах, тем не менее здесь можно найти всё необходимое, чтобы исполнить задумку Хуан Луня. Старик достал из личного инвентаря письменные принадлежности, укреплённые заклинаниями долговечности листы бумаги и, установив стол, принялся аккуратно выводить слова:

Приветствую тебя, искатель! В этой пещере собраны все знания и тайны школы Серебряной цапли, но прежде, чем ты ими воспользуешься, тебе стоит сформировать личный инвентарь. Уникальный артефакт, завязанный на душу даоса. Артефакт, который нельзя изъять, даже запечатав даосу его силу. Артефакт, о существовании которого никто даже не догадывается. Понимаю, что тебя могут пугать мои слова, но иного выбора судьба нам не оставила. Путь к величию нелёгок и тернист, но с моей помощью ты сможешь пройти его гораздо проще, чем все остальные. Я укажу, какие книги тебе необходимо изучить в первую очередь, какими техниками воспользоваться, чтобы не вызвать ни у кого подозрений, но всё это будет после того, как ты сформируешь себе личный инвентарь.

Но для начала тебе предстоит изучить основы создания артефактов. Тебе понадобится следующее…

Хуан Лунь отвлёкся от письма и, наконец, позволил себе ухмылку. Если на то будет воля Небес, то школа Серебряной цапли ещё заявит о себе под этим небом. Да будут уничтожены её враги все до единого!

* * *

Турган из деревни Дарин смотрел на меня с нескрываемым превосходством, явно готовясь принимать поздравления с победой. В свои неполные двенадцать лет он был выше меня на голову, а шириной плеч мог поспорить с моим дядей, проведшим полжизни в кузнице. Небольшой деревянный меч в руках моего противника выглядел бесполезной зубочисткой, однако я прекрасно видел, насколько эта зубочистка была опасна. Трёх предыдущих соперников Тургана уже уволокли к лекарю и одно Небо знает, когда они смогут нормально ходить. Если вообще смогут.

— Турган! Турган! Ты лучший!

Из Дарина прибыла внушительная делегация, чтобы поддержать своего чемпиона. Отец сказал, что сюда завалилась едва ли не вся их деревня, чтобы воочию увидеть, как их горячо любимый отпрыск наконец-то выиграет ежегодный турнир провинции. Всё, что ему оставалось, снести со своего пути небольшого щуплого сверстника. Меня.

— Финальный бой турнира претендентов провинции Верин! — послышался зычный голос заместителя наместника. — Турган из деревни Дарин против Зандра из деревни Калед!

Сидевший на небольшой трибуне наместник Сарин из рода Ван наклонился вперёд, чтобы лучше следить за нашим боем. Вскоре заканчивалась десятилетняя ссылка наместника в нашу провинцию и ему, кандидату золотого ранга, будет позволено уйти в первый пояс. Хотя, как сказал отец, никуда наш достопочтенный Сарин не денется. Он уже не в тех кондициях, чтобы становиться на путь идущих к возвышению. Да и покидать насиженное место не согласится. Многие предпочитают быть пиковыми кандидатами в нулевом поясе, чем начинающими учениками в первом.

— Нужно будет заехать на рынок, купить подарков семье, — спокойно произнёс отец, даже не поворачивая голову в мою сторону. Что-либо говорить о бое он не желал. Всё, что было нужно, этот похожий на камень человек уже мне рассказал и передал. Теперь это мой бой и вмешиваться в него советами староста деревни Калед считал лишним. Как, собственно, и я. Конечно, мне бы сейчас в руки привычный бронзовый цзянь, а не эту деревянную болванку, но кто же допустит, чтобы на турнире претендентов сражались настоящим оружием? Такое практикуют только в первом поясе, да и то не во всех школах.

— Да начнётся бой!

Заместитель наместника закончил описывать наши победы и махнул рукой, открывая финальный поединок. Турган побежал в мою сторону, занося меч для удара. Тактика этого громилы была понятна — он желал разделаться со мной одним ударом, как и со всеми предыдущими противниками. Проверять крепость тренировочного оружия было глупо — я знал, что оно ни на что негодно. Поломанные деревяшки, оставшиеся с прошлых боёв Тургана, валялись на краю арены как символ глупости предыдущих бойцов. Сила моего противника совершенно не соответствовала его возрасту. Наблюдая за его боями, я несколько раз ловил себя на мысли, что вижу настоящего даоса, а не начинающего кандидата медного ранга.

Родители Тургана были лесорубами, поэтому мой противник бил так, как его учили — широко замахнувшись, сверху вниз наискосок, чтобы гарантированно проломить защиту и отправить меня к лекарю. Учитывая силу и приличную скорость, с которой действовал верзила, такая тактика могла принести результат, если бы не одно «но» — превращаться в дерево и смиренно ждать, когда в меня воткнётся топор лесоруба, я не собирался. Сделав обманное движение, словно пытаясь отпрыгнуть к опорной ноге Тургана, я резко развернулся и, пропуская меч в опасной близости от тела, со всего маха приложил своей деревяшкой по опустившейся руке противника. Будь это настоящее оружие, рука Тургана сейчас бы грохнулась на землю, а сам бы он заорал от дикой боли. Однако мы находились на турнире и всё, чего я добился — одного очка за удачный удар по противнику. Тот, кто первым доберётся до трёх очков, и будет признан победителем турнира претендентов.

Правая рука Тургана повисла плетью. Схватив меч левой рукой, мой противник принялся рисовать в воздухе замысловатые восьмёрки, показывая, что он прекрасно работает оружием двумя руками. Пробиться сквозь такую защиту было довольно тяжело. Отец этому учил, но физически Турган был раза в два сильнее меня и заблокировать его меч, чтобы провести свой удар, я не мог. Мне либо руку отобьёт, либо меч сломается, что автоматически сделает Тургана победителем. Ладно, настало время привести в действие запасной план.

— Дерись, трус! — заорал Турган, когда я начал отступать. Ширина арены была небольшой, всего метров десять, но этого хватало, чтобы ловко отступать от яростных атак верзилы. Турган ускорился, намереваясь закончить бой здесь и сейчас, однако я без остановки бегал по краю. Постоянно вертеть меч с такой скоростью не мог никто, даже мой отец, кандидат золотого ранга. Не получилось этого и у Тургана. Он какое-то время остервенело носился за мной по всей арене, но постепенно начал выдыхаться. Восьмёрки получались уже не такими быстрыми, движения не дышали силой, заметно спала скорость, на лбу появились крупные капли пота. Идеальный момент, чтобы контратаковать.

Удар сотряс мой тренировочный меч и его едва не вырвало из рук — несмотря на усталость, Турган оставался чудовищно сильным противником. Выкручивать кисть и атаковать мечом я уже не успевал, поэтому сделал то, что и планировал — ногой пробил прямо в грудь верзиле. Каким бы крепким и сильным мой противник ни был, устоять на ногах после такого не сумел — с громким хрюком Турган завалился на задницу. Его следовало добить, ибо в данный момент противник был беззащитным, но правила турнира это запрещали. Хотя руки очень чесались приложиться разок по толстой шее, чтобы глазки закатились и бой закончился. Но нет — нельзя! Поэтому: Зандр два, Турган ноль.

Турган с рыком поднялся на ноги. Вместо того чтобы броситься на меня в слепой ярости и проиграть, житель деревни Дарин сумел удивить. Закопавшись в карманах, верзила достал небольшой камушек. Окружающие ахнули, а наместник Сарин ещё больше наклонился, едва не рухнув с кресла. Турган достал духовный камень! Достаточно дорогую штуку в нулевом поясе — их добывали из монстров аномалий. Да и то не самых простых аномалий. В белой, к примеру, нормальных духовных камней не водилось, а жёлтая у нас была единственная на всю провинцию и воинов деревень туда пускали строго по своим дням. О ценности духовных камней говорило и то, что победитель турнира получал в своё личное распоряжение один такой камушек. Не самый большой, конечно, но достаточный для того, чтобы наша повозка без проблем могла двигаться несколько недель!

Но народ ахнул не от того факта, что у двенадцатилетнего Тургана внезапно появился дорогущий духовный камень. Все поразились тому, как юноша им распорядился — Турган закинул камень в рот и проглотил. Это был единственный из известных нам способов использовать энергию духовных камней не даосам. Мой противник несколько раз странно дёрнулся, словно его ударили плетью, успокоился и посмотрел на меня нечеловеческим взором. Энергия его переполняла и требовала выхода. Из глаз и ушей Тургана пошла кровь — тело оказалось не готово к энергии, однако ради победы юноша был готов пойти на всё.

— Техника! Это техника! Турган стал даосом!

Реагировать пришлось быстро — я рухнул на землю, пропуская над собой полупрозрачное лезвие. Отбивать его деревянным мечом было сродни самоубийству — эта техника даже не заметит жалкой деревяшки. Турган использовал простую, самую доступную технику первого пояса — «Духовная стрела». Я перекатом ушёл в сторону и то место, где только что лежал, взорвалось фонтаном песка. Безумец использовал технику ещё раз!

— Остановите бой! — закричал наместник Сарин, однако поверх ора толпы раздался зычный голос моего отца, заглушая всех:

— Продолжать бой! Использование техник не запрещено правилами! В этом турнире будет выявлен победитель!

Слова старосты деревни Калед были настолько необычными, что пространство погрузилось в пугающую тишину. Все смотрели на моего отца с изумлением — о том, что произойдёт со мной, если Турган всё же попадёт, знали все. Мне либо отсечёт конечность, либо голову, либо в теле появится небольшая сквозная дыра, куда спокойно пролезет ладонь. Даром ли все зрители бросились прочь от арены — в меткость Тургана мало кто верил. Вот только меня это мало беспокоило — всё внимание было сосредоточено на том, чтобы минимизировать потери. Даже если я выживу, отец шкуру с меня сдерёт, если кто-то пострадает. Турган истекал кровью, но продолжал орудовать техникой. Один удар, другой, третий. Он шатался, уже не мог бегать, но с завидным упорством постоянно отправлял в меня опасную технику. По-хорошему, мне стоило покинуть арену и спрятаться за трибуной, позволив старшим разбираться с этим безумцем, однако тот, кто покинет арену, считался проигравшим. Раз отец уверен, что запрета на использование техник нет, значит так оно и есть. Проигрывать я не собирался.

Десятый удар стрелы был финальным — я подпрыгнул, пропуская полупрозрачный клинок под ногами и тут Турган рухнул лицом вниз. Даже руки не выставлял. Песок под моим противником стал багровым — кровь, казалось, вытекала из каждой поры.

— Лекаря! — завопил кто-то из тех, кто ещё недавно поддерживал своего бойца. Вот только никто не смел войти в круг, пока наместник Сарин не объявил победителя. Наместник не спешил. Судя по тому, что часть трибуны оказалась разрушена, один из ударов Тургана пришёлся в сторону наместника. Не думаю, что его это обрадовало, но всё же главе провинции пришлось реагировать:

— Бой закончен! Победителем соревнований становится Зандр из деревни Калед! Приветствуем чемпиона провинции!

Послышались редкие хлопки, но толпа проигнорировала мой триумф. К Тургану бросились родственники. Юношу перевернули на спину и к нему подсел старик-лекарь. Такой же кандидат золотого ранга, как и все остальные жители нулевого круга. Лекарь не был даосом, не мог использовать техники лечения. Всё, что ему было доступно — провести осмотр тела и дать своё заключение, основанное на опыте. Положив руку на тело юноши, лекарь какое-то время посидел с закрытыми глазами, после чего покачал головой и тихонько проговорил:

— Не жилец. Тело не было готово к такой работе с энергией Ци.

Толпа ахнула. Кто, как не Турган, был готов к тому, чтобы использовать энергию духовного камня? Мощное тело, безумная выносливость, демоническая сила, не свойственная парню двенадцати лет. Но реальность оказалась жестокой. Считалось, что до двенадцати лет тело будет отторгать энергию и только к шестнадцати, путём ежедневных тяжёлых тренировок идущие по пути к бессмертию могли стать учениками и перейти в высшие пояса. Туда, где щедро разлита энергия Ци. Здесь, во внешнем поясе, ещё называемом родильным или нулевым, энергии Ци практически не было. Её приходилось забирать у духовных камней. Что Турган и сделал, заплатив за это безумство своей жизнью.

— Ты! — палец огромного мужика, поразительно похожего на Тургана, повернулся в сторону моего отца. — Это всё ты! Ты запретил завершать бой! Мой сын мог быть жив, если бы не твой приказ!

— Ты медлил, — отец даже не посмотрел на лесоруба, повернувшись ко мне. — Четвёртый удар мог стоить тебе ноги. Объяснись.

— Всё было под контролем, отец.

— Сейчас здесь нет отца, младший! — осадил меня Шурмил, староста деревни Калед. Внешне ему можно было дать лет тридцать, хотя на самом деле недавно отец отмечал своё пятидесятилетие. Высокий, стройный, суровый — именно такими словами можно было описать моего отца, бессменного старосту деревни Калед. Тридцать лет назад они вместе с братом сделали непростой выбор — вместо того, чтобы отправиться в первый пояс и вступить на путь к бессмертию, остались в нулевом и начали помогать простым людям. Тем, кто не желал идти путём даосов. Или не мог. Отец был отличным охотником — он сумел отодвинуть дикие земли от нашей деревни на тридцать километров. Что говорить, если даже Тёмный лес, где, по слухам, когда-то водились звери этапа ученик, стал практически безопасным! Мама говорила, то это была славная битва, в результате которой у отца появился шрам на всю правую щёку, а у нас дома на стене голова огромного белого волка. Великий трофей великого воина.

— Прошу простить меня, старший! — я склонил голову. Когда отец злился, ему лучше было не переходить дорогу. Сметёт и не заметит. Вот только я не понимал причин, почему он злился. Оплошности я не допустил. Жертв удалось избежать. Глобальных разрушений тоже. Пришлось объясняться: — Бой проходил под моим контролем. Мне пришлось выбирать позицию таким образом, чтобы техника Тургана не задела случайных зрителей. Как раз на четвёртом ударе я примчался на нужное место, поэтому могло показаться, что удар едва меня не задел. Но всё было под контролем. Позади меня был только помост и все следующие удары вошли либо в дерево, либо в песок.

— На трибуне были люди, младший! Ты подверг их опасности! — внезапно ошарашил меня отец.

— На начало боя там никогда не было, старший! — запротестовал я.

— Пустые оправдания тебе не помогут, младший! Ты был невнимателен и подверг гостей провинции опасности! Ты заслуживаешь наказания! Тридцать минут взгляд в землю! Подумай о своём поведении!

— Да, старший, я принимаю твоё наказание! — я склонил голову, хотя внутри всё кипело от злости. Сколько можно⁈ Отец вечно мной недоволен! Не так повернул руку, не в ту стойку стал, не так отбил удар, не так отразил технику. Да, отец тренировал меня сражаться против тех, кто использует технику. Пиковый кандидат, на тренировках он поглощал духовные камни и использовал те же удары стрелы, что и Турган. Только в исполнении отца удары были быстрее и на порядок опасней. Вот только то всегда были тренировки! Сейчас же состоялся мой первый бой против человека, осознанно использующего техники для убийства, а отец вновь недоволен! Видите ли я не посмотрел, есть ли кто на пустой трибуне! Ещё разобраться нужно, откуда у Тургана появилась эта техника! Стоила она немало духовных камней и явно не предназначалась для использования кандидатами медного ранга.

— Не стоит защищать нас, младший. Нам ничто не угрожало, — раздался незнакомый голос. Моё наказание уже началось, так что приходилось стоять, глядя в песок арены, думая о том, с чего вдруг не слышно возмущений родичей Тургана? Хотя нет, тут же раздался бас огромного лесоруба:

— Старший, умоляю, спасите сына! Всё что угодно, только спасите его!

Судя по звуку, бугай рухнул на колени. Жутко хотелось поднять голову и посмотреть, что происходит, но я точно знал, что отец внимательно за мной следит. Если я не отстою свои тридцать минут, будущее наказание будет более суровым. Раздались размеренные шаги, после чего всё тот же неизвестный голос пояснил:

— Это будет стоить тебе две духовных монеты. Ты готов к таким тратам, лесоруб?

— Старший, я найду деньги! Выплачу всё, только спасите сына!

— Даже если он останется калекой? Твой сын никогда больше не сможет использовать духовный камень. Никогда не прикоснётся к энергии Ци. Тебя устраивает это, младший? Ты готов заплатить за это такую цену?

— Да, старший! Это не помешает моему сыну валить деревья и приносить пользу дому Ван. В нулевом круге тоже можно жить.

Кажется, я услышал скрежет зубов, но могу ошибаться. В итоге гость произнёс:

— Хорошо, твой сын будет жить. Плату за лечение возьмёт наместник Сарин. Ему же объяснишь, почему жители деревни Дарин использовали техники первого пояса без обучения. Младший Шурмил, у тебя есть тридцать минут, чтобы закончить все свои дела в Верине. Мне нужен провожатый и ты, как мне сказали, лучший из них. Мы отправляемся в Тёмный лес на охоту.

Глава 2

— Младший, выходим. Остаток отстоишь дома. У тебя ещё десять минут.

— Да, старший, — произнёс я и, наконец, смог поднять голову. Огромная толпа зрителей уже разошлась. Тургана куда-то уволокли и о том, что произошло, напоминало лишь багровое пятно на песке. Но и его уже начали закидывать. Хмурый и в очередной раз чем-то недовольный отец стоял рядом со мной, но сразу уйти мы не могли. Нам пришлось пройти через небольшую церемонию. Наместник Сарин из рода Ван уже удалился, так что награду за победу в турнире вручал его заместитель.

— Мне жаль, что так всё обернулось, — извиняющимся голосом произнёс он, заискивающе глядя на моего отца, но старосту деревни Калед трудно было пронять какими-то взглядами. Мне вручили небольшую шкатулку, в которой обнаружился небольшой полупрозрачный белый кристалл. Размерами с большой палец, он обладал заметной аурой, заставляющей воздух возле камня мерцать. Отец мельком взглянул на мою добычу и на мгновение на его лице промелькнула брезгливость.

— Энергии этого духовного камня хватит на неделю работы повозки. Дешёвка. Хотя, чему я удивляюсь? Когда род Ван действовал по-другому?

За такие слова старосту деревни могли и наказать, возможно даже лишить поста, но заместитель наместника уже удалился. Хотелось сказать, что у меня и такого камня никогда не было, но озвучивать очевидные вещи в разговоре с отцом было равносильно тому, что я умоляю его выписать мне дополнительные тридцать минут молчаливого созерцания земли. Если кто-то думает, что это просто — пусть попробует. Во время наказания нельзя шевелиться, желательно даже не дышать. Мозгами я понимал, что даже это является развитием тела и подготовкой его к будущим свершениям, но именно стойки ненавидел я больше всего на свете. Однажды я позволил себе не согласиться с наказанием и демонстративно не стал стоять положенное время. Это был единственный раз, когда отец наказывал меня физически. Мама говорила, что я не умер только чудом — отец жестоко подавил непослушание. С тех пор все приказы старосты исполнялись беспрекословно. Именно старосты. Отцом Шурмил из деревни Калед был редко.

Повозка уже ждала нас за помостом и здесь, наконец, я увидел незнакомца.

— Старший, младший Зандр приветствует тебя! — я сложил руки перед собой и склонился в почтительном поклоне перед даосом. Мужчине на вид было лет двадцать пять. Длинные густые чёрные волосы были связаны резинкой и плавно спускались по плечам. Даже ветер не мог их потревожить. Правильное лицо и пронзительный взгляд карих глаз проникал, казалось, в самую душу. Даос был облачён в голубую мантию с золотистыми ободками, а на его груди красовалась вышивка в виде золотистой птицы, устремившейся куда-то ввысь. Нулевой пояс посетил представитель клана Феникса. Клана, которому принадлежит вся южная часть нашей Империи. Со всеми её поясами, включая наш. Но самым примечательным, на мой взгляд, был кожаный ремень, на который крепились цзянь и небольшой кошелёк. Пространственный артефакт! О таких я только слышал, но за двенадцать лет видеть мне их ещё не доводилось. Мама рассказывала, что не только в нашей провинции, но даже во всём нулевом поясе ни у кого такой драгоценности нет. Здесь же артефакт небрежно свисал с пояса даоса, как какая-то безделушка. Я бы такую ценность носил на шнурке на шее, под одеждой, чтобы никто не украл.

— Младший, у тебя осталось десять минут, — недовольно произнёс мужчина, проигнорировав моё приветствие. На что, впрочем, имел право. Я же не приветствую муравьёв, стоящих у дороги и машущих мне своими антеннами?

— Я закончил свои дела, старший. Мы можем отправляться немедленно, — ответил мой отец. Он вёл себя настолько спокойно, словно каждый день общался с представителями первого пояса. Неизвестный даос развернулся и широким шагом отправился к стоящим неподалёку самоходным повозкам рода Ван. Таких я ещё не видел — от них буквально сквозило богатством и уютом. Высокие тенты оберегали от палящих лучей Эариса, пыли и излишних глаз, а мерцающий воздух вокруг повозки указывал на работу духовных камней. Дополнительная защита? Прохлада? Тот, кто владел такими повозками, не думал о тратах, позволяя себе тратить столько энергии духовных камней, сколько пожелает.

Отец тронул рычаги, и мы поехали вперёд. От Верина до Каледа было недалеко — около двадцати пяти километров. Повозка преодолеет это расстояние за час. Вообще, самоходные повозки в нашем поясе довольно редкое явление. В нашей провинции их было всего две. У нас и у наместника Сарина. Всем остальным приходилось запрягать лошадей и часами смотреть на их задницы, думая о том, что ночью твой транспорт могут сожрать голодные звери и дальше тебе придётся двигать на своих двоих. За что наместник Сарин получил бесценное творение артефакторов внутренних поясов никто не знал, моему же отцу вручили повозку за зачистку Тёмного леса. Не только головой волка ограничилась та славная битва. Жаль, меня тогда ещё не было. Мы бы на две повозки навоевали!

— Старший? — удивлённо спросил я спустя минут тридцать. Вместо того, чтобы как можно скорей добраться до дома, мы притормозили возле небольшой полянки. Повозки рода Ван остановились неподалёку.

— Младший, тебе предстоит доказать, что я недаром трачу на тебя своё время. Старший Герлон из клана Феникса желает увидеть три боя победителя турнира со своими воспитанниками. Информации о противниках нет, но это, без сомнения, отпрыски внутренних поясов. Раз они ещё не в какой-нибудь школе, значит им нет шестнадцати.

Я с интересом посмотрел на выпрыгивающих из повозок рода Ван сверстников. Три повозки, в каждой по четыре пассажира. Отпрыски внутренних поясов. Поразительно, как много смысла заложено в это простое словосочетание. Энергия Ци, наводняющая наш мир и позволяющая даосам пользоваться техниками, обладала одной крайне неприятной особенностью. Ребёнок, родившийся в первом круге, на своём пути к возвышению никогда не сможет перейти барьер ученика. Как не сможет перейти барьер воина тот, кто родился во втором поясе. Мастер на третьем и так далее, до самого центрального пояса. Энергия Ци щедро дарила даосам силу, но и требовала немало. Она ограничивала силы тем поясом, в котором даос родился. Однако решение этой проблемы всё же имелось — нулевой пояс не накладывал на идущего к возвышению никаких ограничений. Те из родителей, кто желал своим детям лучшей судьбы, покупали пропуски на нулевой пояс, обвешивались артефактами, что ограничивал энергетический голод и рожали детей здесь, в месте, где энергии Ци практически не было. Причём, как однажды поведала мне мама, даже зачатие должно проходить на нулевом поясе. Мужчины уходили обратно во внутренние пояса сразу после зачатия, женщины сразу после родов, оставляя своих детей доверенным людям клана. Каждым поясом от клана заведовал свой род. У нас, на нулевом, таким родом выступала семья Ван, чьи повозки я мог лицезреть. И из них, этих повозок, выходили те, кто ни разу в жизни не видел своих настоящих родителей. Дети внутренних поясов, что ни разу там не были. Для того, чтобы вернуться домой, им придётся пройти весь путь даоса от кандидата до воина или мастера, смотря кто из какого пояса пришёл. Сразу прыгать между поясами нельзя. Без тщательной подготовки и тяжёлых тренировок нас, рождённых в нулевом, во внутренних поясах сразу уничтожит. Так что всё то, что обычные жители поясов получают мимоходом, отпрыскам великих домов внутренних поясов приходилось выгрызать зубами. Да, у них имелись артефакты, оружие, ресурсы, но, когда ты бездарность, ни один артефакт тебе не сможет помочь.

И сейчас двенадцать таких отпрысков внутренних поясов выпрыгивали из повозок и разминались, растягивая затёкшие мышцы. Восемь парней, четыре девочки. Самый старший выглядел половозрелым даосом, превосходя меня сразу на две головы. Младший, вернее, младшая, наоборот, была даже меньше меня. Все носили ученические голубые мантии с вышитым фениксом, а на поясах каждого висел меч. Высокий вытащил своё оружие и сделал им несколько круговых движений, продолжая разминку и я тяжело вздохнул. Мой цзянь был изготовлен из бронзы. Мной же. Дядя считал, что настоящий даос должен сам изготовить своё оружие, вложив в него всю свою душу, так что мне пришлось немало времени провести в его кузнице. Здесь же меч явно был изготовлен из добротной стали и вряд ли этот юноша приложил к этому свою руки. О таком мече в нулевом круге не мог мечтать даже наместник Сарин.

— Младший Дулин, младшая Эльда, младший Кармин! — произнёс Герлон и к нему подскочили трое учеников. Примечательно, что двое из них были теми, на кого я обратил внимание в первые мгновения. Тот самый великан, что был на две головы выше меня и уже должен был отправиться в одну из школ возвышения, а также мелкая девочка. Третьим оказался простой на вид парень примерно моего возраста, но то, как он двигался, показывало в нём опасного противника. Примерно также двигался отец, когда брал меня на охоту в Тёмный лес.

— Старший, — все трое склонились в поклоне. Старший Герлон придирчиво осмотрел каждого, после чего кивнул в мою сторону.

— Настало время посмотреть, как хорошо вы впитываете всю ту мудрость и наставления, что я вам даю. Посмотреть на то, насколько вы готовы к настоящей жизни, а не учебным поединкам. Это победитель турнира провинции Верин среди претендентов. Ваша задача — победить незнакомого противника, о котором вы ничего не знаете. Младший Дулин первый, младший Кармин второй, младшая Эльда третья. Пока один сражается, двое остальных медитируют. Я запрещаю смотреть на бои других учеников — вы должны подойти к своему сражению с чистого листа. Всю информацию по своему противнику вы обязаны получить по его внешности, манере поведения и движениям. Младший Кармин и младшая Эльда, приступайте к медитации. Я буду разочарован, если вы начнёте подглядывать за боями.

Дулин посмотрел на меня как на пустое место и склонился перед наставником:

— Старший, какие условия поединка?

— Тренировочный бой до трёх контактов. Оружие — цзянь.

— Мне нужно сдерживаться, старший? Или я могу работать в полную силу? — Дулин ещё раз посмотрел на меня сверху вниз и в его взгляде мелькнуло презрение. Даже брезгливость. Сражаться с отбросом нулевого пояса в полную силу? Это не сделает чести ни ему, ни его оружию. Его чувства были понятны — я был щуплым, самым маленьким из всех своих сверстников. Те, кто видел меня впервые, никогда не воспринимали как соперника, за что и страдали. Отец тренировал меня с четырёх лет и сумел вдолбить главное правило — не важно, какой у тебя рост, важно, какой у тебя дух.

Старший Герлон посмотрел на моего отца, но тот нацепил на себя маску непроницаемости и делал вид, что происходящее его не интересует. Полагаю, именно такое отношение стало причиной следующего приказа:

— Работа в полную силу. Три контакта. Чтобы ни у кого из учеников не было соблазна пожалеть противника, ввожу новое условие. Проигравший отдаёт свой цзянь победителю.

Дулин на мгновение напрягся, но, ещё раз смерив меня взглядом, склонился перед своим наставником

— Да, старший, условие принимается! Позвольте спросить, чем наградили победителя турнира этой Небом забытой провинции? За что жители нулевого пояса рвали жилы? Если мы рискуем своими мечами, пусть и этот нулёвка рискует своей наградой. Ибо если он не будет ничего ставить, то наш бой даже не состоится — он сам себе нанесёт три раны и сбежит, поджав хвост.

Со стороны других учеников раздались смешки и одобрительные возгласы — слова Дулина всем понравились. Старший Герлон спокойно отнёсся к веселью учеников, ещё раз посмотрев на моего отца.

— Духовный камень, — произнёс мой отец и открыл шкатулку, демонстрируя мою награду. Старший Герлон сумел сохранить непроницаемое лицо, но мне почему-то казалось, что он, как и отец, считал этот камень не просто дешёвкой, а плевком в победителя со стороны рода Ван. Какое-то время старший Герлон смотрел то на меня, то на своих учеников, после чего произнёс:

— Так и поступим. Младший Зандр должен отстоять право владения духовным камнем.

— Старший Герлон, прошу право голоса, — я склонился в поклоне, пытаясь загасить полыхающую в груди злость. Меня решили обокрасть среди бела дня, и отец за меня вступаться не собираешься! Старший Герлон был сильнее, значит имел полное право отобрать мою награду и воспользоваться ею по своему усмотрению. Право сильного высоко чтилось в Империи. Мама даже интересное название этому дала — закон джунглей. По нему живут и люди, и звери — слабые должны подчиняться, сильные должны править. Выходцам из внутренних поясов мой духовный камень не требовался. Они просто решили отыграться на мне за то, что наставник заставил их проводить учебный бой с каким-то отребьем нулевого пояса.

Отец позволил себе эмоцию — он кашлянул, привлекая моё внимание. На душе даже гадко стало — неужели он решил, что я начну умолять старшего Герлона не трогать мою награду? Неужели отец настолько в меня не верит? Но короткое покашливание было единственное, что позволил себе Шурмил из деревни Калед. Предупредил сына, чтобы не бузил и ладно. Тем не менее я сумел заинтересовать старшего Герлона. Впервые за всё время он обратился непосредственно ко мне:

— Говори, младший.

— Мне неведомо, как надолго Небо свело наши дороги. Однако, если кто-то из ваших учеников мне проиграет, до конца нашего совместного путешествия он станет называть меня «старший Зандр» и выказывать почтение, склоняясь в поклоне. Слабый должен знать своё место.

Я, конечно, нарывался, но и отступать не хотел. Мама не так много рассказывала мне о жителях внутренних поясов, но одно я уяснил чётко — нас, нулёвок, они даже за людей не считают. Грязь под ногами! Выражение лица Дулина тому свидетель. Да, у меня отберут духовный камень — я не тешил себя надеждой, что смогу выиграть все три боя у отпрысков внутренних поясов. Особенно у Дулина с его габаритами. Тем не менее сам факт того, что проигрыш обяжет их обращаться ко мне как к старшему, может сыграть мне на руку. Врага нужно побеждать не только физически, но и морально.

— Принимается! — кажется, мне удалось порадовать старшего Герлона. На его лице появилась мимолётная улыбка. Он обернулся к тройке учеников, которых выбрал для боя — Тот, кто проиграет Зандру, до конца похода будет называть его старшим.

— Чтобы отпрыск рода Бао называл какого-то нулёвку старшим⁈ — тут же возмутился Дулин. — Моя семья живёт в третьем поясе, и мы никогда не назовём отребье из нулевого старшим!

— Младший Дулин желает опротестовать мои слова? — тихо спросил старший Герлон, однако от его слов у меня по всему телу побежал табун мурашек. Голосом даоса говорила сама смерть! Мне на плечи рухнула невероятная тяжесть, придавливая к земле. Ноги начали подкашиваться, но в этот момент я вновь услышал приглушённое покашливание отца. Стоять! Я должен стоять! На моих глазах ученики старшего Герлона начали заваливаться на землю. Вначале один, другой, вскоре все, кто не принимал участие в предстоящих боях, лежали на земле. На ногах оставались лишь тройка учеников. Возможно ещё отец, но обернуться я не мог — все силы уходили на то, чтобы не рухнуть на землю. В какой-то момент давление стало таким огромным, что мне даже голову было тяжело держать. Взгляд опустился к земле и неожиданно я ощутил невесть откуда взявшиеся силы. Тело привычно прекратило «жить» — никаких движений, стенаний и даже вдохов. Давление не исчезло, оно по-прежнему вдавливало меня в землю, но сейчас внешняя сила словно вода скатывалась с моих плеч и пропадала в земле. Во рту появился солоноватый привкус, мир сузился до пятачка земли под ногами, давление усилилось и в этот момент я услышал два негромких всхлипа — Дулин и Кармин рухнули на землю. Внешняя сила сразу исчезла, и я с таким облегчением выдохнул, что заслужил очередного покашливания со стороны отца. Кажется, только что мне добавили тридцать минут созерцания земли.

— На ноги, младшие! — рявкнул старший Герлон, и я непроизвольно выпрямился. Голос, которым был отдан приказ, не подразумевал возражений. Ученики из внешних поясов с трудом поднимались с земли, и я с удивлением заметил, что миниатюрная Эльда смогла справиться с давлением наставника. Девочке было примерно столько же лет, сколько и мне. Длинные густые чёрные волосы были убраны в косу. Лицо можно было бы назвать миленьким, если бы не бешеный взгляд голубых глаз, которыми Эльда буравила своего наставника. Ей явно не понравилось устроенное представление. Телосложением Эльда походила на мальчика и даже тренировочное платье не давало повода в этом усомниться — к своим годам девочка ещё не начала приобретать женственные формы. В нашей деревне, например, та же Самила, моя сверстница, давно оформилась, превратившись в красивую девочку.

— Бой до трёх ударов. Если проиграет кто-то из вас, он отдаёт свой меч младшему Зандру и называет его старшим до конца нашей поездки. Если проигрывает младший Зандр — он отдаёт победителю свой духовный камень. Разрешено всё, что не запрещено. Задача выиграть. Наблюдать за сражениями запрещено. С арены не сходить! Младший Дулин — в круг! Младший Кармин и младшая Эльда — медитировать! Младший Зандр — в круг!

Всё было сказано таким тоном, что ослушаться никто не смел. Тем не менее старший Герлон показал, что он является именно наставником, а не надсмотрщиком. Он подошёл к Дулину, положил руку ему на грудь и из-под ладони даоса показалось свечение. Я никогда раньше не видел применения лечебных техник, но то, как воспрял мой противник, указывало именно на них. После зубодробительной ауры, заставившей меня попотеть, старший Герлон устранил у своего бойца все повреждения. Ко мне, что было вполне ожидаемо, даос не подошёл.

— Три удара! Начали!

Дулин вытащил свой цзянь и сделал несколько быстрых выпадов, разогревая мышцы. В его движениях читалась сила и уверенность. Всё же разница почти в четыре года была огромной, чтобы о ней не думать. Дулин мог справедливо считать меня лёгкой добычей. Пожалуй, я тоже мог бы так подумать, если бы не недавнее представление. Он упал, я устоял. Это всё, что нужно знать о духе моего противника. Обнажив свой меч, я откинул ножны в сторону. Сейчас они будут мешаться. Послышался брезгливый смешок — мой противник увидел бронзовый клинок. Железо в наших краях, конечно, водилось, но обрабатывать его у меня ещё сил не было. Дядя же категорически отказывался делать мне достойное оружие, настаивая, что свою «зубочистку» я должен изготовить сам. Либо снять её с трупа своего врага.

Отбросив сомнения в сторону, я ринулся вперёд. Отец учил, что при разнице в габаритах у мелких только один шанс победить — идти вперёд. Если забиться в угол и отбиваться, результата не будет. Не успели мои ножны упасть на землю, как я был уже рядом со своим противником. Дулин не стал мудрить и ткнул в мою сторону остриём, желая нанизать меня на меч, словно бабочку на булавку. Сверкнули искры и раздался звон — мой цзянь встретился с цзянем противника. На мгновение мелькнул страх, что оружие не выдержит такой встречи, но я отмёл его в сторону и продолжил атаку, выворачивая руку и нанося рубящий удар. Дулин парировал, но отступил на шаг. Не снижая скорости, я принялся осыпать противника ударами, заставляя отступать всё дальше и дальше. В какой-то момент осознав, что он уже находится на краю импровизированной арены и ещё один шаг будет означать проигрыш, Дулин зарычал и бросился вперёд, желая подмять меня под себя и задавить массой, но габариты сейчас сыграли против него. Склонившись едва не до самой земли, я пропустил загребущие лапы над головой, левой рукой заблокировал удар ноги, от чего у меня едва рука не отнялась, поле чего ударил в ответ. Старший Герлон успел зарекомендовать себя как искусный целитель, так что бил я без опаски за жизнь своего соперника. Вылечат. Единственное, о чём я пожалел, что пришлось испортить такую красивую мантию. Несмотря на её простоту, качество материала я успел оценить. В нашей деревне, да даже у наместника Сарина, такой материи не было.

Однако меня ждало поразительное открытие. Несмотря на то, что остриё моего цзяня прошлось по спине Дулина, ткань осталась целой. Ни единой царапины! Чего нельзя было сказать о моём противнике — он рухнул на землю и начал орать, катаясь по земле и странно выгибая спину. У меня вышел знатный удар — я таким небольшие деревца перебивал. Правда, после этого меч приходилось заново точить, но это мелочи. Поднявшись, я вопросительно посмотрел на старшего Герлона. Он не оговаривал, что поверженного противника нельзя добивать, но без его согласия действовать дальше я права не имел. Вдруг я чего-то не знаю и Дулин должен подняться на ноги, чтобы наш бой продолжился? Ведь был нанесён только один удар.

Старший Герлон сохранял спокойствие. Я мельком увидел лица других его учеников — судя по широко раскрытым глазам, сегодня произошло то, что не укладывалось в их понимание этого мира. Заметив, что я стою и смотрю в его сторону, старший Герлон снизошёл до пояснения правил:

— Бой продолжается до трёх ударов. Если кто-то не желает защищаться — это его право. Победителя никто не осудит.

Этого хватило, чтобы принять решение. Дулин всё ещё катался по земле, страшно голося на всю округу. Я не стал испытывать судьбу и терпение старшего Герлона, поэтому плашмя ударил вначале по одному плечу, затем по второму. Нет чести в том, чтобы добивать поверженного соперника, с которым мы дерёмся не насмерть. Но и отступать права у меня нет. Это мой духовный камень!

— Подними свой новый меч, младший Зандр, — произнёс старший Герлон. Молниеносным движением оказавшись рядом с Дулином, что всё ещё орал от боли, даос положил на него ладонь, прижимая к земле, после чего использовал лечебную технику. Крики угасли, и мой бывший противник остался лежать неподвижно.

— Отнесите его в повозку. Младший Дулин сутки будет отдыхать. Младший Кармин — в круг!

Я поднял стальной цзянь Дулина и вздохнул — для меня текущего этот меч был слишком большим. Другой баланс, другой клинок, другая рукоятка. Всё другое. Но, стоит признать, клинок был великолепен. За такой, пожалуй, можно будет даже духовную монету получить! Пришлось относить свою добычу отцу и возвращаться обратно на поляну, что выступала в качестве арены. Здесь меня уже ждал опасный сверстник. То, как он работал с мечом, заставило меня сглотнуть. Некоторые связки я даже не видел!

— Три удара! Начали!

Кармин придерживался той же тактики, что и я — только атака способна принести победу. Мы одновременно бросились друг на друга и пространство наполнилось звуком бьющегося металла. Удар следовал за ударом, блок за блоком и вскоре я осознал, что проигрываю. Полностью и безоговорочно. У Кармина оказалась идеальная техника — он играючи умудрялся блокировать любой мой удар, в то время как мне приходилось выжимать из себя всё, чтобы не сдохнуть. Спустя какое-то время моя одежда превратилась в лохмотья, на теле появилось несколько десятков неглубоких порезов, при этом достать соперника у меня не получалось. Никак! Странно, но несмотря на то, что Кармин постоянно лыбился, в его ухмылке не было никакого превосходства. Он наслаждался сражением и, как мне казалось, несколько раз сдерживал удар, чтобы продлить наш поединок. Мои порезы старший Герлон не считал за нанесённые удары. Требовался чёткий и акцентированный финал и, когда мои мышцы начали забиваться, Кармин их совершил. Я даже не понял, что он сделал. Уклонившись от моего очередного укола, соперник каким-то неуловимым движением очутился позади меня и спина вспыхнула адским пламенем! Три молниеносных удара окончательно разорвали мою мантию и исполосовали спину. Падал на землю я уже без сознания — к такой боли отец меня не готовил.

* * *

— Духовный камень твой, младший Кармин, — произнёс старший Герлон и неспешно подошёл к валяющемуся на земле нулёвке. Использование лечебных техник требовало колоссального количества энергии, а в нулевом поясе её практически не было. Да, у Герлона имелись духовные камни на непредвиденные случаи и сейчас мастер золотого ранга, назначенный родами клана Феникса в качестве воспитателя этой группы, размышлял о том, стоит ли тратить драгоценную энергию на этого нулёвку, что по делу проиграл отпрыску самого Бенлада Бао, одного из лучших мечников третьего пояса? Кармин ещё не заслужил право носить фамилию, оставаясь просто Кармином, но его отца это особо не беспокоило. Он предоставил своему сыну лучших мечников, что сделали из его сына уже к двенадцати годам опасного соперника не только для любого кандидата, но даже для ученика начальных рангов.

— Старший, прошу разрешения сказать! — Кармин встал рядом с наставником и сложил руки перед собой.

— Говори.

— Прошу, вылечите его. Это был достойный противник. Не его вина, что ему на пути попался именно я. Я бы с удовольствием скрестил с ним цзянь ещё раз. Некоторые связки оказались для меня весьма необычными.

Именно это перевалило чашу весов в пользу траты драгоценной энергии. Герлон положил руку на тело младшего Зандра, и щека непроизвольно дёрнулась, когда лечебная техника начала выкачивать энергию. Складывалось ощущение, что за двенадцать лет это тело вообще ни разу не лечили! Множественные шрамы, как внешние, так и внутренние, сделали бы невозможным формирование устойчивых меридианов и максимальный предел возвышения, на который мог рассчитывать младший Зандр в своей жизни — воин мусорных рангов. Этот юноша мог стать таким же, как его отец, что даже глазом не моргнул, когда его сына едва не убили. Энергия в одном из духовных камней закончилась, но Герлон уже не останавливался, начав выкачивать второй камень. Если он брался за работу, то доводил её до конца. Раз младший Зандр умудрялся держать темп Кармира с такими ограничениями, будет интересно посмотреть на него в идеальной форме.

— Младшая Эдьда, твоя медитация завершена. Собираемся и выдвигаемся дальше. Третий поединок мы проведём через сутки, когда младший Зандр придёт в себя. Младший Шурмил, твой сын отправляется в Тёмный лес вместе с нами. Выступаем через два дня.

— В каком статусе он будет участвовать, старший? — спорить староста деревни Калед не смел, однако имел полное право уточнить некоторые моменты.

— Мы идём в Тёмный лес охотиться на волков. В идеале нужно найти зверя уровня ученика, чтобы показать разницу между обычными тварями и теми, кто пошёл по пути возвышения до того, как этих младших отправят в аномалию. Раз один из моих учеников обязан называть твоего сына старшим, то на время похода младший Зандр станет моим внешним учеником со всеми правами на добычу. Отнеси его в повозку и поведай, каким образом воин медного ранга умудряется жить в нулевом круге и не сходить с ума от постоянного энергетического голода?

— Не воин, старший. Пиковый ученик. Я так и не смог сформировать ядро.

— Вот об этом ты мне и поведаешь. Мы задержимся в твоей деревне на двое суток до восстановления младшего Дулина, так что времени поговорить у нас будет вдоволь. Готовь свой рассказ, младший Шурмил и учти — я стану задавать неудобные вопросы. Пиковый ученик в нулевом поясе должен сходить с ума от нехватки энергии, но я не вижу безумства в твоих глазах. Мне определённо интересна твоя история. Выдвигаемся!

Глава 3

— Зандр, пора обедать! Собирайся и подходи к столу!

От таких простых слов по телу разлилось тепло, и я открыл глаза. Дом, милый дом. Родные запахи, родные звуки, родные люди. Последнее, что я помню — демоническая боль в спине. Затем наступила тьма, из которой меня вырвал голос мамы. Можно было бы предположить, что всё произошедшее являлось страшным сном, которым мой разум решил попугать меня перед турниром, однако стоящий у стены чужой меч намекал на то, что сном мои приключения не ограничивались. Мне действительно пришлось сражаться с учениками старшего Герлона и, к своему стыду, принять сокрушительное поражение от теперь уже старшего Кармина. Надеюсь, они уже покинули нашу деревню и отправились в Тёмный лес по каким-то своим особо важным делам.

Я уселся, чтобы поспешить на зов мамы, но замер, прислушиваясь к своим ощущениям. Со мной что-то произошло и не могу сказать, что мне это не нравилось. Плечо больше не тянуло, в ноге исчезло неприятное ощущение, даже дышалось легче! Посмотрев на руки, я удивился ещё больше — на них не было шрамов! Отметины, что отец нещадно оставлял на мне во время тренировок, куда-то подевались! Словно я не боец из деревни Калед, а какая-то неженка, боящаяся даже нож в руки взять. Вот это мне уже не понравилось. Не хватало, чтобы ко мне ещё неприятная кличка прилипла. В деревне народ острый на язык, такое сразу заметят.

— Ты скоро? Гости вот-вот явятся, а ты ещё не одет! — в комнату заглянула мама. Если мой отец являлся образцом строгости и суровости, то мама была полной ему противоположностью. Нежная, мягкая, она умудрялась одним своим голосом поднять мне настроение и настроить на рабочий лад даже тогда, когда я собирался сдаваться. Она была моего роста, чуть полновата, но это делало её только прелестней. В отличие от отца, время оказалось с ней более суровей — волос коснулась седина, а морщины у глаз уже не разглаживались.

— Как же я оденусь, если моей одежды нет? — я начал озираться, пытаясь обнаружить привычные штаны и рубаху, однако их в комнате не было. Вместо них по какой-то нелепой случайности на стуле висела та самая синяя мантия учеников старшего Герлона.

— На какое-то время теперь это твоя одежда, — по-доброму усмехнулась мама и кивнула на мантию. — Давай, натягивай, завязывай и подходи к столу. Нехорошо заставлять гостей ждать.

Мама ушла, оставив меня ещё в большем ошеломлении, чем после осознания изменившегося тела. Мантия ученика отпрыска внутренних поясов для меня? Что же такого случилось после боя, что старший Герлон не только меня вылечил, но и вручил такую ценность? Вопросы следовали один за другим, и я понял — сидя в комнате я ответа на них не получу. Сграбастав мантию, чтобы по-быстрому её нацепить и побежать в столовую, я в очередной раз замер. Ткань, из которой изготовили это чудо, была настолько нежной, что мне даже сравнить её было не с чем! Она приятно холодила, от неё исходило едва заметное мерцание, показывающее, что на создание этого шедевра были потрачены не только нитки, но и духовные камни, а запах чистоты сводил с ума. Одежда не имела права пахнуть, словно цветущее поле ромашек, но мантия учеников старшего Герлона об этом, видимо, не знала. Дошло до того, что мне пришлось срочно бежать в душ и умываться холодной водой. Надевать мантию на грязное тело я посчитал кощунством.

К обеду я, что понятно, опоздал. К тому моменту, как вошёл в гостиную, в ней уже находились гости. Те самые четыре девочки-ученицы старшего Герлона. Отца не было и гостями занималась мама. Она что-то говорила, улыбалась и, как мне показалось, умудрилась понравится ученицам грозного даоса. Во всяком случае те улыбались в ответ, кивали и совершенно не походили на грозных жителей внутренних поясов.

— Наконец-то! — мама недовольно покачала головой, но тут же сменила гнев на милость. — Девочки, позвольте представить вам моего сына. Победитель турнира претендентов провинции Верин, Зандр!

— А мы уже с ним знакомы, — ответила Эльда. Когда она не злилась на своего наставника, то выглядела действительно миленько, особенно сейчас, когда её волосы свободно стекали на плечи. В отличии от старшего Герлона они при каждом движении жили своей жизнью. Я невольно залюбовался этим зрелищем — таких иссиня-чёрных волос ни у кого в нашей деревне не было. Казалось, что сама ночь спустилась с небес и поселилась на голове Эльды, переливаясь всеми оттенками чёрного.

— Мне сказали, что это твои шахматы. Хочу сыграть, — голос у Эльды оказался самым обычным. Ничего такого, что говорило бы о принадлежности к внутренним поясам, в нём не обнаруживалось. Осознав, что я не сразу понял, о чём идёт, девочка рукой указала на полку, где размещалась моя головная боль. Я ненавидел шахматы ещё больше, чем отцовские наказания. Шахматами меня наказывала мама. Каждый раз, когда я что-то делал не так, она заставляла меня играть в эту чудовищно скучную игру. Когда поняла, что я бездумно передвигаю фигурки, чтобы она поскорей от меня отстала, нажаловалась отцу. Три часа неподвижности были хорошим уроком на будущее и впредь я старался. Дошло до того, что вскоре наши поединки с мамой я начал сводить к ничьей, а года уже как два безоговорочно выигрываю каждую партию. Но мама не сдавалась, заставляя меня играть снова и снова. Причём её не волновало, в каком виде я явился домой. Партия в шахматы была обязательной.

— Давай сыграем, — я не знал, как обращаться к Эльде. В поединке мы ещё не участвовали, её силу я не видел. То, что старший Герлон выбрал её среди всех девочек, ни о чём не говорит. Может, другие совсем слабые, а эта хоть что-то умеет. Там же было три повозки? Дулин находился в одной, Кармин во второй, Эльда, получается, в третьей. Всё сходится — по одному представителю от повозки. Так что до нашего поединка, если он всё же состоится, эта девочка будет просто девочкой. Ни младшей, но и не старшей.

Мама поставила на стол шахматы и демонстративно убрала всю еду. Мой голодный желудок недовольно заурчал, но спорить с хозяйкой кухни не мог. Быть чистым, но голодным было моим решением. Шахматы у нас были самодельные — их дядя вырезал. Эльда какое-то время крутила фигурки в руках и показывала их подругам, периодически смеясь, я же расставил свои и терпеливо ждал, когда девочка наиграется. Да, у нас были не самые изящные шахматные фигуры. Но они были! О том, что существуют шахматы, мои сверстники в деревне даже не знали. Счастливцы! Им не приходилось часами сидеть над доской, выискивая лучший ход.

— Я за белых! — заявила Эльда, хотя это было понятно и так. Расставив фигуры, девочка уверенно двинула пешку вперёд. — Ты хоть играть-то умеешь?

— Немного умею, — ответил я через тридцать два хода, завершив красивую комбинацию матом. Стоит признаться, пришлось основательно попотеть, чтобы выиграть. Девочка умела передвигать фигуры.

— Это… Это невозможно! — ошарашенно заявила Эльда. — Ты жульничал!

— В шахматах нельзя жульничать, младшая, — раздался голос Герлона. Оказалось, он уже давно наблюдал за нашей партией, но не вмешивался. Отец, что привёл старшего Герлона, привычно был молчалив и отстранён. У меня вообще складывалось ощущение, что эмоции он испытывал только во время охоты, убивая опасных зверей. Только в такие моменты он превращался из старосты деревни в моего отца. Улыбающегося и довольного жизнью. Как же редко бывают эти моменты…

— Ещё партию! — потребовала Эльда. — Второй ошибки я не допущу!

— Ещё партию, — неожиданно легко согласился старший Герлон. — Меняйтесь цветами.

Эльда недовольно сморщила небольшой носик, но подчинилась, развернув доску. Белыми мне понадобилось двадцать три хода, чтобы положение соперницы стало катастрофическим. До мата оставалось ещё много ходов, но в том, что рано или поздно он состоится, сомнений уже не было.

— Так нечестно! — вспылила Эльда и опрокинула короля, признавая поражение.

— Умение делать правильные выводы из проигрыша является одной из важнейших черт даоса, стоящего на пути к бессмертию, младшая, — произнёс старший Герлон, обращаясь к Эльде. — Не встречая до сих пор достойного соперника среди сверстников, ты ошибочно решила, что являешься лучшей. Хорошо, что ты так рано получила хороший урок. Это даст возможность тебе переосмыслить свои силы и сделать правильные выводы.

— Но где он научился так играть, старший⁈ — Эльду явно зацепило поражение. — Это же самый край нулевого пояса! Здесь ничего нет! Ни учителей, ни наставников, никого! Этот нулёвка не имеет права так играть! Не должен!

— И в то же время он так играет, — старший Герлон по непробиваемости мог дать фору даже моему отцу. — Это ещё один урок, младшая. Никогда не знаешь, где встретишь достойного соперника. Ты должна всегда работать на максимум, иначе однажды ошибёшься в оценке других и проиграешь. Не важно в чём — в шахматах или в битве. Ты проиграешь и твой путь к возвышению завершится. Что касается нулёвки — до тех пор, пока ты не выиграешь младшего Зандра в шахматы, ты будешь называть его старшим. Это утихомирит твой мятежный дух.

— Я не стану называть старшим того, кто слабее меня, старший! — с вызовом произнесла Эльда. Я напрягся, приготовившись к давлению, однако его не было. Старший Герлон не гневался, а терпеливо объяснил:

— Становление достойного даоса заключается в гармоничном развитии трёх составляющих. Души. Тела. Разума. Возможно, твой дух сильнее, чем у младшего Зандра. Возможно, твоё тело сопоставимо. Но гарантировано твой разум проигрывает и только что мы в этом дважды убедились.

— Я могу доказать, что сильнее его! — упорствовала Эльда. — Старший, прошу поединка с нулёвкой.

— Ещё раз назовёшь моего временного внешнего ученика нулёвкой, будешь наказана, — произнёс старший Герлон таким тоном, что в комнате повисла гнетущая тишина. Кажется, даже ветер боялся дуть, чтобы случайно не прогневать опасного человека. Глаза Эльды расширились от удивления, но внутренняя убеждённость в собственной исключительности не позволила отступить. Она вскочила на ноги, сложила руки перед собой и поклонилась наставнику:

— Старший Герлон, прошу о тренировочном поединке с вашим временным внешним учеником Зандром!

Только сейчас до меня дошло, что никто, даже Эльда, не называет старшего Герлона наставником. Только «старшим». Но куда удивительней для меня оказалась фраза «временный внешний ученик». Ученик! С чего вдруг старший Герлон использовал такую формулировку и чем это мне грозит?

— Ты получишь свой поединок, младшая, но чуть позже.

— Без поединка я не стану называть вашего временного внешнего ученика старшим! Шахматы не считаются! Это всего лишь игра!

— Вся наша жизнь всего лишь игра, младшая, — многозначительно произнёс старший Герлон и повернулся к моим родителям: — Кто научил его так играть?

— Я, старший! — отметила мама. — Хотя, скорее, так играть научился он сам, я лишь объяснила правила и показала несколько примеров.

— То есть учебников или тренера у него не было? Занятно. Младшая Эльда, расставь фигуры на доске. Мне нужно проверить уровень своего временного внешнего ученика.

Вновь эта странная формулировка, заставившая моё сердце бешено биться. Девочка бросила на меня недовольный взгляд, но не посмела противиться прямому приказу. Старший Герлон сел за стол, без жребия выбрал себе белые фигуры и походил пешкой. Приглашения не было, но под одобрительное молчание я сел напротив даоса и ответил симметричным ходом. Партия началась…

— Он совершенно не знает даже обязательной теории, — заключил старший Герлон тридцать семь ходов спустя, уничтожив все мои фигуры и загнав бедного короля в угол. Поражение было обидней ещё и тем, что мне не удалось съесть ни одной фигуры противника! Всего несколько пешек! Я поджал губы, скрывая эмоции. Постоянно выигрывая у мамы, я, как и Эльда, начал воспринимать себя главным шахматистом этого мира. Два года ни одного поражения! Но вот пришёл истинный мастер и показал мне моё настоящее место.

— Тем не менее он действительно умеет играть, — продолжил старший Герлон и вновь обернулся к моим замершим родителям. — Что с чтением? Его обучали?

— Да, старший, Зандр умеет читать, — ответила мама, не скрывая гордости. Во всей деревне читать умело всего четыре человека. Отец, дядя, мама и я. Конечно, скорость моего чтения оставляла желать лучшего, но понимать смысл букв и складывать из них предложения я умел. Книг у нас не было и читать меня учили, выводя буквы на песке.

— Прочти, — в руках даоса чудесным образом появилась книга. Две деревянные пластины, между которыми располагалась целая кипа бумаги. Небо, да этот предмет стоит больше, чем вся наша деревня! Видя мою нерешительность, старший Герлон откинул в сторону деревянную пластину и ткнул пальцем в текст на первой странице.

— «Философия восхождения к бессмертию. От простого к сложному», — прочёл я и на лбу выступили крупные капли пота. Навык чтения требовал от меня полной концентрации и давался куда сложнее, чем работа с любимым цзянь. Послышалось презрительное фырканье со стороны Эльды — девочку явно не впечатлили мои возможности.

— Понятно, здесь ещё работать и работать. Последнее — каким музыкальным инструментом он владеет?

— Никаким, старший, — вновь ответила мама. — Мы не можем себе это позволить. Ни музыкальный инструмент, ни наставника, что обучит им пользоваться. В нашей провинции таких нет.

— Рассинхронизация рук является одним из важнейших факторов развития разума.

— Мы понимаем это, старший, но осознаём свои возможности и ограничения.

— Значит, на гармонию его ещё не проверяли, — старший Герлон позволил себе публичную слабость и глубоко вздохнул. Кажется, он слишком посмешил, объявив этого юношу своим внешним учеником. Даос забыл, что в нулевом поясе простые люди крайне ограничены как в возвышении, так и в ресурсах. Дети внутренних поясов к двенадцати годам не только умеют бегло читать и считать, но ещё и довольно сносно пользуются музыкальными инструментами, подготавливая свой разум к возвышению. Здесь же налицо явный перекос в сторону развития тела, игнорируя две других стороны возвышения. Если с развитием духа ещё понятно, далеко не каждый ребёнок является гением, как младшая Эльда, то с развитием разума всё обстоит просто катастрофически. Тем не менее Герлон привык доводить дело до конца. Раз начал проверку, её следовало закончить.

Окружающие замерли, когда старший Герлон достал из пространственного кошелька свою пипу — четырёхструнный музыкальный инструмент, изготовленный достопочтенным Мирадом из рода Бар, одним из лучших артефакторов третьего пояса.

— Слушай, — приказал даос и помещение наполнили чарующие звуки, заставившие позабыть о том, как правильно дышать. Мне никогда не доводилось слышать столь ошеломительной музыки. Однажды мы с отцом посетили праздник в Верине, где выступали музыканты с флейтами. Это было жутко, чудовищно и вызывало только одно желание — взять комок грязи и швырнуть его в горе-музыкантов. Что, собственно, некоторые жители и делали. Но здесь… Я даже не могу описать всю глубину охвативших меня ощущений. Музыка проходила сквозь меня, она была мной, она казалось настолько гармоничной и правильной, что…

Додумать о своих ощущениях я не сумел — моё лицо непроизвольно скривилось, когда гармония музыки на мгновение оборвалась. Всего на мгновение, но этого хватило, чтобы почувствовать какую-то неправильность. Фальшь. Старший Герлон заметил смену моего настроения и оборвал чарующие звуки. Вся четвёрка девочек, что всё ещё сидели за столом, разочарованно выдохнула. Я с удивлением увидел слёзы на глазах мамы. Это был один из счастливейших моментов в её жизни — лично услышать настоящего мастера игры на пипе.

— Говори, — приказал старший Герлон, остановив свой взор на мне. Что странно — даос никак ко мне не обращался. Ни «младший», ни «ученик», ни «нулёвка», ни «эй ты». Просто смотрел на меня и требовал ответа.

— Старший! — я вскочил на ноги и, сложив руки перед собой, склонился. — Музыка в вашем исполнении была великолепна!

— Ты испытываешь моё терпение, — и вновь никакого обращения.

— Я не могу описать свои ощущения, старший, — мне ничего не оставалось, как говорить правду. — Музыка в вашем исполнении действительна была великолепна. Её гармония была совершенна. Но в какой-то момент эта гармония была нарушена. Музыка сломалась и больше не вызывала восторга. Я не могу это объяснить другими словами.

— Как только ты услышишь момент, где исчезла гармония, скажи «стоп», — приказал старший Герлон и вновь начал играть, теперь другую мелодию. Вновь чарующие звуки наполнили помещение, вновь все забыли о том, как правильно дышать, вновь сознание потянулось куда-то ввысь, но на этот раз всё было иначе. Какая-то часть меня осталась в теле, не последовав за манящими звуками пипы и прислушивалась к гармонии, отмечая её идеальность. Точнее, отмечая её идеальность до определённого момента. Вновь раздался не тот звук, который ожидало моё сознание и, недолго думая, я только что не закричал:

— Стоп! Здесь!

Мне было страшно обрывать старшего Герлона, но ещё страшнее было не выполнить его прямой приказ.

— Вот, значит, как, — задумчиво проговорил даос и, спрятав пипу в пространственный кошелёк, задумался. Ошибку в композиции Герлон допустил специально, чтобы проверить слух Зандра. Судя по тому, как хмурятся те, кого ему приходится сопровождать, дисгармонию они не заметили. Хотя музыке их обучали с шести лет. Этот же… очень не хотелось употреблять слово «нулёвка», но оно наиболее ёмко отражало текущую ситуацию. Этот нулёвка природным чутьём определил место дисгармонии в двух композициях подряд! Это стоило того, чтобы дать странному юноше шанс выбраться из той ямы, куда его определило Небо.

— Завтра утром мы отправляемся в Тёмный лес. С текущего момента и до возвращения домой я дарую тебе право называть меня наставник. Это понятно, ученик Зандр?

— Да, наставник, — дважды повторять мне не требовалось. Сердце забилось так, словно я пробежал десяток километров на максимально доступной скорости. Наставников у меня никогда не было. Отец обучал меня владению мечом по остаточному принципу. В приоритете всегда шли дела деревни, охота и добыча трав.

— Дальнейшие мои решения будут зависеть от результата похода. Скажи мне, мой временный ученик, что ты планируешь делать со своей добычей?

Речь, как я понял, идёт о цзянь, что находился в моей комнате. Вопрос явно был с подвохом — наставник желал увидеть, правильно ли я оценивал свои возможности. Пришлось отвечать правду:

— Это оружие создано для другой руки, наставник, оно для меня слишком большое и бесполезное. Возможно, через три-четыре года, когда я подрасту, оно будет мне в пору, но точно не сейчас.

— Принеси его, — потребовал наставник. Пришлось идти в комнату за своей добычей. Забрав у меня цзянь и покрутив его в руках, наставник Герлон произнёс: — Оружие мастеров нулевого круга. Судя по клейму — кого-то из рода Ван. Усиливающих символов нет, артефактов нет, балансировка приемлемая, но не идеальная. Хорошее оружие для того, чтобы учиться работе с мечом. Этот цзянь стоит от двух до трёх духовных монет. Пусть будет три. Не стоит оставлять его без дела на долгое время. Цзянь должна петь в бою, а не пылиться на полке в ожидании лучших времён. Я хочу выкупить его. Когда ты подрастёшь, сможешь достать себе меч по своей руке.

— Воля наставника для меня закон, — произнёс я, ошеломлённый предложением. Все прекрасно понимали, что достаточно было одной воли старшего Герлона, чтобы оружие стало его. Однако даос не стал пользоваться правом сильного и продемонстрировал своё расположение к ученику. Судя по тому, как округлились глаза собравшихся в комнате, это понимали все. Вот бы ещё понять, с чего вдруг мне выпала такая честь?

В ладони моего наставника появились три мерцающие духовные монеты. Их ценность была мне неизвестна — в нашей провинции монеты не водились. Просто было нечего на них покупать. Однако вручать монеты мне мудрый даос не стал — монеты оказались в руках отца.

— Что же, осталось решить последнее дело на сегодня. Младшая Эльда, ты жаждала поединка? Сейчас у тебя появится такой шанс. Бой до одного удара. Я разрешаю использовать тебе не более двадцати техник. Не справишься — проиграла. Мне придётся признать, что твой дух недостаточно силён для победы.

— Даже если двадцать первой техникой я его смету? — девочка явно любила бросать вызов, но, в отличие от Дулина, этой мелкой многое позволялось. Наставник Герлон не стал давить аурой, а спокойно пояснил:

— Если ты используешь технику двадцать первый раз, это будет твой последний выход из столицы пояса до поступления в школу. Будешь сидеть в Воренде и развлекать своих наставников сказками о том, каким великим даосом ты могла бы стать, если бы слушалась провожатого. Ещё вопросы или возражения есть, младшая Эльда?

— Нет, старший, — насупилась Эльда. Её не заботило то, что старший Герлон её отругал. Её волновало то, что отругал он её прилюдно. При свидетелях.

— Ученик, сейчас тебе предстоит сразиться с той, кого льстивые наставники называют не иначе как гением нашего времени. Младшая Эльда к двенадцати годам смогла сформировать один меридиан, находясь, при этом, на этапе кандидата. Пусть и с помощью духовных камней, но она может использовать атакующие техники без угрозы для собственной жизни даже в нулевом поясе. Твоя задача проста — ты должен выиграть. Другого варианта я не приму. Все на улицу, за домом я видел неплохую площадку. Там мы и проведём наш последний бой перед походом. Мы и так потратили слишком много времени на эту деревню.

Глава 4

— Старший Зандр, у тебя всё хорошо? — ехидный голос старшей Эльды прозвучал откуда-то издали, пробиваясь сквозь гул в голове. Следом раздался заливистый смех старшего Кармина и кого-то из девочек, что наблюдали за моим избиением. Нужно было ответить что-то колкое, но возможности такой не было. Перед глазами плясали круги и всё, на что хватало у меня сил — удерживать себя в сознании.

— Довольно, — наставник Герлон был немногословен, но веселье сразу стихло. — К двенадцати годам он совершенно не умеет драться. Не знает элементарных основ. Почему?

— Знание стоек и приёмов не спасёт во время встречи со зверьми, старший. Только оружие, — послышался ответ моего отца. — Мы живём в нулевом поясе. Суровом месте, не прощающим ошибок. Зандра обучали выживать, а не красиво сражаться на потеху толпе.

Я с трудом открыл заплывший глаз, чтобы осмотреться. Круги перед глазами стали интенсивней, в них появились новые цвета, но главное я рассмотреть всё же смог — наставник Герлон и отец стояли неподалёку, глядя на меня сверху вниз. По ощущениям, всё моё тело представляло собой один большой синяк, но я всё же поднялся на ноги. Негоже валяться на земле в присутствии наставника.

— Рукопашный бой является обязательной частью любой школы возвышения. То, что ты сдался, не значит, что должен сдаваться твой сын. У него есть четыре года, чтобы научиться рукопашному бою до приемлемого уровня.

С этими словами наставник Герлон покинул наше импровизированное поле боя. Вовремя — силы покинули меня окончательно, и я со стоном сел за землю. Меня даже не заботило, как это выглядело со стороны — отбитые мышцы отказывались держать меня вертикально. Отец ничего не сказал на такое проявление слабости и тоже ушёл.

— Старший Зандр, как насчёт повторить спарринг? — старшая Эльда решила окончательно меня добить. Усевшись напротив, она даже не скрывала торжествующей ухмылки.

— Я всегда к твоим услугам, старшая Эльда, — произнёс я. Разбитые и опухшие губы мешали говорить, но зубы, вроде, были целыми. Осколков, во всяком случае, во рту не обнаружилось.

— Прекращай, Эльда, он мне тоже нужен! — старший Кармин уселся рядом. — Ты и так его в отбивную превратила!

— Я ещё и не начинала, всё только впереди! — заверила девочка. — Этот… старший до конца жизни запомнит, что есть люди, с которыми нельзя связываться. Я сильнее!

— Конечно сильнее, — подтвердил старший Кармин и тут же ехидно ухмыльнулся: — Вот только до конца нашего похода тебе придётся называть его старшим, Эльда. И изменить это ты не сможешь, даже если отобьёшь ему все внутренности.

— Это мы ещё посмотрим! — радость ушла с лица девочки, и она с гневом посмотрела на меня. — Я его сломаю! Он сбежит через два дня и мне больше никогда не придётся называть его старшим! Кто же знал, что он умеет отбивать техники? Такому в нулевом круге не учат!

— Не он, а старший Зандр, — старший Кармин явно наслаждался происходящим. — Или мне рассказать старшему Герлону, что ты не выполняешь его приказ?

— Ты не посмеешь! — в глазах старшей Эльды мелькнула злость. — Это подло!

— Подло издеваться над поверженным противником. Это недостойно даосов. Насколько я помню, Зандр не смеялся над твоим глупым выражением лица, когда сумел блокировать все удары стрелы? Поверь мне — поржать там было с чего. Даже мне было весло. Кстати, ты рукопашным боем лет с четырёх занимаешься, верно? У тебя неплохая техника, сразу видно, что тебя обучали хорошие наставник. Как насчёт небольшого спарринга до потери сознания? Ой, что это мы так дёрнулись? Неужели уже не весело?

Старший Кармин засмеялся, отчего девочка недовольно насупилась. Она видела, на что способен Кармин и реально оценивала свои силы. Однако врождённая вредность не позволила оставить всё на своих местах.

— Он слабее тебя, так почему ты его защищаешь? Неужели из-за того, что тебе не нужно называть его старшим?

— Он слабее меня в рукопашном бою, — спокойно ответил старший Кармин. — Зато сильнее в шахматах. Я без шансов проигрываю тебе, ты без шансов проиграла Зандру. Я сильнее его в бою на мечах, но отбивать техники, как он, ещё не умею. Последнее меня вообще в ступор ввело — даже не думал, что в нулевом поясе кто-то на это способен. Он же не просто угадывал, куда прилетит твой коготь, он его словно видел!

— Это невозможно! — безапелляционно заверила девочка. — Наставник мне всегда говорил, что нельзя видеть техники! Я, например, их не вижу, так это он тоже не может. Старший Герлон пояснил, что… старший Зандр просто внимательно следил за моими движениями и удачно подставлял цзянь. Его отец этому научил. Если бы он видел стрелы, то отбивал бы их правильно и не сломал своё оружие.

— В любом случае — в чём-то Зандр сильнее меня, — спокойно заметил Кармин. — Мой наставник с самого детства вдалбливал в меня важную мысль — всегда нужно учиться у лучших. Проведу пару тренировок по шахматам. Зандр покажет, как отбивать техники. В ответ я научу его нескольким связкам с мечом, которых он не знает. Так мы не будет должны ничего друг другу, зато сделаем дополнительный шаг к возвышению. Ты же, вместо того чтобы учиться и развиваться, нашла слабое место Зандра долбишь в него второй день. В чём смысл? Тебе не нужно возвышение? Или ты просто мелкая мстительная девчонка?

— Да как ты… — разозлилась старшая Эльда, но умолкла. Несмотря на зловредный характер, девочка была умной. Да, меня избивали второй день подряд и, как я понял, будут избивать до конца похода. Я выиграл наше сражение со старшей Эльдой. Что бы ни говорил старший Кармин, я прекрасно видел полупрозрачные росчерки, что оставляла в воздухе техника девочки. Отбить удар духовной стрелы проблем не составило, разве что двадцать техник превратили моё оружие в выщербленную и бесполезную бронзовую болванку, годную только для переплавки. Наставник Герлон объявил, что старшая Эльда проиграла и отныне до конца похода обязана называть меня старшим, но девочку словно оса ужалила. Успокаиваться она не собиралась и потребовала ещё одно сражение. Вот прямо так и сказала, что требует спарринга. Раз меча у меня больше не было, девочку устраивал спарринг на кулаках. Поразительно, но наставник Герлон легко согласился с требованиями несносной мелочи, а у меня челюсть едва не отвалилась. Биться с ней на кулаках? Она же меньше меня, какие кулаки? Пусть отец меня никогда не обучал рукопашному бою, периодически в деревне мы устраивали драки улица на улицу. Я всегда выходил на своих ногах с таких потасовок, так что искренне полагал, что у настырной Эльды не будет ни единого шанса против меня.

Как же я ошибался! То, что сотворила шустрая мелочь, повергло меня в тихий ужас — я ни разу в неё не попал! Она ловко уклонялась от моих ударов, взамен нанося своими хрупкими на вид кулачками удары с силой кувалды! Когда же она подпрыгнула, каким-то непонятным образом закрутилась в воздухе и влепила мне ногой прямо в нос, то я и вовсе потерял связь с реальностью — перед глазами появился разноцветный букет кругов и звёздочек. Было больно и обидно. Эльда не успокоилась и продолжила молотить, пока тьма не окутала меня окончательно и я не рухнул на землю. Наставник Герлон остановил бой, подлечил меня и заявил, что отныне я должен называть Эльду старшей. Но и с неё это требование не снял. Вот мы друг друга теперь так и называли.

Это было вчера. Сегодня мы прошли около двадцати километров по направлению к Тёмному лесу. Пришлось двигаться пешком, так как самоходные тележки ездить по бездорожью не умели. Когда наставник объявил привал, старшая Эльда подошла ко мне и заявила, что требует спарринга на кулаках. Результат все видели — я сидел на земле, пытаясь прогнать гул из ушей и остановить звездопад перед глазами, а недовольная старшая Эльда, которую отчитал старший Кармин, сидела напротив меня с надутыми щеками.

— Чему он может научить? — наконец, нашлась она. — Он во всём слабее меня!

— Кроме шахмат, — старший Кармин не оставлял возможности поддеть девочку.

— Старшие, разрешите вопрос? — сумел членораздельно произнести я. Разбитые губы болели, но говорить особо не мешали.

— Зандр, давай без этого? — старший Кармин даже скривился. — Во время похода ты являешься пусть и внешним, пусть и временным, но всё же учеником старшего Герлона. Этого более чем достаточно, чтобы у тебя было право общаться с нами без всей этой противной напускной вежливости. Даю тебе право называть меня просто Кармином.

— Не согласна! — тут же встряла старшая Эльда. — Он обязан называть меня старшей до конца похода! Таково решение старшего Герлона! Таково моё решение!

— Заноза, — тяжело вздохнул старший… вздохнул Кармин. — Чего хотел узнать?

— Почему вы называете наставника Герлона старшим, а не наставником?

— Разве не очевидно? — фыркнула старшая Эльда. — Потому что он не является нашим наставником. Он вообще в нулевом поясе всего три недели. У каждого из нашей группы есть свои наставники, которых оставили родители. Они обучают нас, воспитывают, тренируют, но не могут выйти с нами за пределы Воренда, столицы клана Феникс нулевого круга. Для этого и существуют такие, как старший Герлон — мастера из третьего пояса. Их отправляют в нулевой круг на пять лет, где они водят группы детей в аномалии, оберегая от опасностей. Старший Герлон решил, что, прежде чем мы отправимся в аномалию, должны встретиться с опасными зверями в обычном мире. Мой наставник, к примеру, считает это полнейшей глупостью. Какой смысл бегать по нулевому поясу? Искать зверей, охотиться на них? Куда как проще войти в аномалию и сразу встретиться со своим противником. Наставник сказал, что возле энергетического купола есть чёрная аномалия. Там могут водиться звери уровня адепта, причём сразу золотого ранга! Вот куда нам надо, а не тащиться в эту глушь! Там наше возвышение!

— Эльда, конечно, позволяет себе много лишнего, но в целом она права, — кивнул Кармин. — У каждого из нас есть свои наставники и не все они довольны тем, что мы отправились в этот поход. Я бы тоже хотел сходить в аномалию вместо этого похода. Мы уже две недели тащимся по нулевому кругу. Не знаю, как остальные, но меня такое бездействие убивает. Зандр, ты когда в себя придёшь? Я хотел бы скрестить с тобой мечи.

— Мне нужно пару часов, — произнёс я, даже не представляя, каким образом буду сражаться с Кармином. Болела, кажется, каждая мышца — маленькие кулачки старшей Эльды обработали меня слишком хорошо. Однако и отказываться от дополнительной тренировки не мог — каждая минута нахождения с этими людьми была для меня чрезвычайно важной. Такого опыта я больше нигде не смогу получить. Нужно цепляться зубами за любой шанс.

— Хорошо, у тебя есть два часа. Эльда, одолжишь шахматы?

— Вот ещё! — девочка вздёрнула носик.

— С меня урок на мечах, — Кармин закинул удочку и, о чудо, старшая Эльда задумалась. Какое-то время она буравила взглядом то Кармина, то меня, наконец, сдалась:

— Я играю первой! Те две победы были случайностью! Я докажу, что лучше старшего Зандра даже в шахматах! Я лучше его во всём!

Кроме наставника Герлона в поход с нами отправились трое помощников, что раньше управляли самоходными тележками. Они устанавливали палатки, готовили еду и обеспечивали своим подопечным некое подобие привычного всем уюта. В качестве носильщика выступил мой наставник — в его пространственном кошельке с лёгкостью помещались не только пять палаток, но и все необходимые для жизни предметы. Дети, которых наставник сопровождал, таскали на себе только личные вещи. Некоторые, как старшая Эльда, брали в поход и шахматы. Невольно я залюбовался фигурками — это была тонкая работа истинного мастера, а не поделка моего дяди. Эльда привычно выбрала белый цвет и принялась передвигать фигурки. Именно передвигать, а не ходить. Какое-то время я смотрел за её ходами и, наконец, не выдержав, тяжело вздохнул и покачал головой. Кармин говорил о том, что хочет взять у меня уроки? Почему бы не начать прямо сейчас?

— Что не так⁈ — тут же вспылила девочка.

— Старшая, ты только что сделала ход, который гарантированно приведёт тебя к поражению.

— Я съела твоего ферзя! — разозлившаяся мелкая едва не врезала мне кулаком, но сдержалась.

— Зандр, так-то Эльда права, — Кармин стоял рядом и хмурил лоб, пытаясь разобраться в моей достаточно простой ловушке. — Твоя главная фигура уничтожена. Это ты должен проиграть, а не Эльда.

— То есть вы совсем ничего не видите? — удивился я.

— Да что тут видеть? Ходи и прими поражение с честью! — старшая Эльда была настроена на победу.

— Почему я отдал ферзя? — настойчиво продолжил я. Кто бы мог подумать, что я буду полностью копировать маму, когда она учила меня шахматам. Она тоже заставляла меня вслух объяснять каждый ход. Бесило меня это жутко, примерно также, как сейчас старшую Эльду. Однако постепенно это принесло результат и, я очень на это надеялся, принесёт и сейчас.

— Потому что ты слаб и бездарен! — сходу заявила девочка, ничуть не стесняясь в выражениях. — Проигрывать не хочешь, вот и пытаешься строить из себя великого наставника!

— Подожди, Эльда, — Кармин нахмурился ещё больше и завис над доской. — Нет, не понимаю. Всё выглядит так, словно ты просто ошибся и отдал главную фигуру.

— Ладно, запомните это расположение, потом построим его ещё раз.

— В смысле «запомните»? — опешила старшая Эльда. — Здесь куча фигур и все они стоят где попало! Сколько времени нужно, чтобы запомнить это всё? Да и зачем? Ты всё равно проиграешь! Что за глупости ты тут несёшь, старший Зандр?

— Времени? — настала моя очередь удивляться. — Хотите сказать, что вы не можете запомнить расстановку на доске после того, как на неё посмотрели?

— Старший Зандр, не нужно меня злить, я и так на грани! Могу ещё раз вызвать тебя на спарринг и несколькими фингалами ты не отделаешься! Изобью так, что ты кровью харкать неделю будешь! Даже после лечения старшего Герлона!

— Мне кажется, наш знакомый не так прост, как ты о нём думаешь, — Кармин с интересом посмотрел на меня. — Твой ход, Зандр. Потом вернёмся к этой позиции…

— Да как ты это сделал⁈ — на весь лагерь заорала старшая Эльда семь ходов спустя. Ровно столько мне понадобилось, чтобы поставить ей мат.

— Кажется, я понял, — в глазах Кармина мелькнул азарт. — Зандр, восстанови тот момент, когда Эльда съела твоего ферзя.

Я прекрасно помнил расположение фигур, так что много времени на это не понадобилось.

— Демоны, да ничего не я не понял! — опешил Кармин, взглянув на доску. — Всё выглядит так, словно Эльда доминирует.

— И мои ходы, как я понял, вы тоже не запомнили? — для меня стало удивительным открытием этот факт. — Ладно, давайте поясню, что я сделал. Смотрите, моя ладья смотрит сюда. Туда же, куда нацелен конь. Два нападения на одну клетку, но мне мешала ладья старшей Эльды, что раньше стояла здесь. Я сходил ферзём и вынудил старшую Эльду ошибиться — она съела мою фигуру, открыв мне путь к своему королю. Всё остальное было простой последовательностью ходов. Как только ладья ушла, партия была выиграна.

— Хм, а ведь точно! — на лице Кармина появилось искреннее изумление. — Ты ходишь конём и других вариантов, кроме как уходить королём, у Эльды нет. И так семь ходов подряд! Постой, хочешь сказать, что ты видел все эти ходы до того, как они были совершены?

— Почему видел? Я планомерно подготавливал эту комбинацию. Смотрите, если вернуться ходов на пять назад…

На то, чтобы пояснить всего одну партию, мне пришлось затратить время до самого отбоя. Впечатлённые Кармин и старшая Эльда отправились спать, забрав с собой шахматы, я же остался у костра, пытаясь понять, что только что сейчас произошло? Причём меня больше всего поражало не то, что мне, рождённому в нулевом поясе, приходилось объяснять особенности ходов выходцам из внутренних поясов. Меня удивляла их неспособность запоминать. У меня с этим было довольно строго — отец дважды не любил повторять. После сотого наказания, когда пол стал мерещиться мне даже с закрытыми глазами, я понял, что лучше один раз запомнить, чем полчаса стоять. После этого момента во мне словно что-то щёлкнуло — я запоминал всё, на чём концентрировал внимание. И искреннее считал, что аналогичными особенностями обладают все стремящиеся к возвышению люди, особенно те, у кого имелись личные наставники. Однако реальность оказалась весьма забавной.

— Держи, — раздавшийся рядом со мной голос наставника Герлона был настолько неожиданным, что я подскочил с места, позабыв о своих повреждениях. Тело тут же вспыхнуло острой болью, но я сдержал стон, сложил руки перед собой и склонился, приветствуя старшего. Подняв глаза, я увидел, что наставник протягивает мне довольно увесистую книгу. Листов на двести, не меньше. Как только она оказалась у меня в руках, даос произнёс:

— Твоя задача — прочитать, понять и выучить. Утром буду проверять.

— Будет исполнено, наставник, — сердце вновь начало бешено колотиться. Это было моим первым заданием как ученика и провалить его права у меня не было. Я не буду спать хоть всю ночь, но вызубрю эту книгу до последнего символа! Рука наставника легла мне на плечо и по телу разлилось приятное тепло. Боль, оставленная старшей Эльдой, ушла. Не говоря больше ни слова, наставник Герлон пошёл в свою палатку, оставив меня одного. Глаза слипались — всё же день выдался не из самых простых, особенно из-за одной несносной девчонки, но я уселся у костра, открыл книгу и прочитал название.

«Звери нулевого пояса, включая все известные аномалии. Повадки, способы уничтожения, добыча. Том 1.»

Сон как рукой сняло, когда я перевернул страницу и уставился на изображение волка. На самое реалистичное изображение волка, какое я только видел в этой жизни. Кажется, даже в обычной жизни этот зверь не выглядел настолько реальным, как на картинке. Ниже изображения шло пояснение, что это за монстр, где водится, что ест и прочая важная для любого охотника информация. Все рассказы отца о волках Тёмного леса уместились на нескольких листах! Информация была чёткой, лаконичной и крайне полезной. Сглотнув, так как в горле пересохло, я сосредоточился на тексте и принялся слово за словом переносить его в свой разум. Наставник дал мне задание, и я его выполню, несмотря на размеры книги!

* * *

Мастер Герлон смотрел на сидящего у костра юношу и даоса обуревали странные чувства. Он стал свидетелем обучения, которое устроил его ученик младшему Кармину и младшей Эльде, что в очередной раз перевернуло все представления о нулевом поясе. Отличная память не была чем-то уникальным среди даосов — нельзя запомнить сотни техник и тысячи ингредиентов для различных профессий, не обладая достойной способностью. Вот только даосы прокачивают свою память даже не в первых школах — потом, уже став воином. Для этого даже специальные техники применяются. То, что продемонстрировал его временный ученик, было сопоставимо с идущим к бессмертию уровня воин. Для, чего гневить Небо, безграмотного выходца нулевого пояса такие навыки были чем-то невозможным и запредельным. Разговор с отцом ученика не внёс ясности — да, Зандр довольно шустро запоминает то, что нужно, но нельзя сказать, что у него абсолютная память. Просто он запоминает чуть больше, чем остальные, умудряясь забывать то, что и забыть-то невозможно.

Мастер Герлон не любил оставаться в неведенье — его временного ученика нужно проверить. Готовясь к походу, мастер Герлон взял с собой несколько книг, чтобы обучать тех, кого ему доверили сопровождать. Однако уже первые дни совместных путешествий показали, что ни о каком обучении речи идти не может. Эти дети слишком своенравные, чтобы тратить на них свои силы. Пусть ими их наставники занимаются. Он доведёт их до цели, сводит в жёлтую аномалию и на ближайшие полгода его работа будет выполнена. Вот только внезапно появилась новая. Но появилась ли? В руке мастера Герлона появился первый том справочника зверей нулевого пояса и даос долго смотрел на него, решая, как поступить. Мастер Герлон понимал, что сильно поспешил, назвав этого парня своим учеником. Это была слабость, на которую он поддался по итогам внезапной победы жителя нулевого круга над Дулином, но теперь за эту слабость придётся отвечать до конца похода. Даже если чуда не случится и Зандр окажется обычной посредственность, как о нём все и думают, парнишка хоть что-то запомнит. В жизни пригодится.

Простая проверка на память. Даос уровня воин справился бы с ней за пару часов — ровно столько ему потребовалось бы для прочтения всей книги. Даосу уровня адепт потребуется несколько дней. Даосу уровня кандидат — неделя, а то и две. Сколько уйдёт времени у двенадцатилетнего парня из нулевого круга, который ещё не вступил на свой путь к бессмертию, одно Небо знает. Месяц? Два? Полгода? Мастер Герлон не тешил себя иллюзиями — запомнить всю книгу его временный ученик не сможет. Вопрос в том, сколько страниц он осилит? Подумав, даос решил остановиться на десяти. Если Зандр осилит десять страниц, за ним можно будет присмотреть. В будущем из него может получиться что-то достойное.

Утром следующего дня мастер Герлон начал опрос с первой страницы и ожидаемо получил ответ на все свои вопросы. Вначале ученик Зандр смущался, но с каждым вопросом всё больше приобретал уверенность. Остальные младшие сидели рядом и отпускали ехидные замечания. Для них этот экзамен являлся ещё одним способом позубоскалить над их невольным спутником. За первой страницей пошла вторая. Затем третья. Десятая. Смешки умолкли, начав сменяться недоумением. На пятидесятой странице начал хмуриться уже и отец юноши — он не ожидал от своего отпрыска такой прыти в обучении. Ухмыльнувшись, мастер Герлон начал спрашивать вразнобой, уже не стесняясь в выборе страницы. Первая, двухсотая, десятая, последняя. Вопросы шли один за другим, но необычный юноша уверенно отвечал на каждый. Так, словно он был даосом уровня воин и стоял перед экзаменатором во время выпускных экзаменов.

Потребовался час, чтобы мастер Герлон ухмыльнулся и приказал собираться в дорогу. Сегодня случилось то, чего не произошло даже в третьем поясе. Сегодня у него появился первый ученик. Без приставки «временный».

Глава 5

Следующие четыре дня стали для меня самым настоящим испытанием на прочность. Каждое утро наставник Герлон поднимался ни свет, ни заря и вытаскивал меня из палатки, заставляя делать зарядку. Вернее, зарядкой это называл лишь даос. Как по мне — полуторачасовое издевательство на пределе человеческих сил. Мне приходилось прыгать, отжиматься, ходить на руках, припадать на колено, бегать на четвереньках, словно какой-то зверь. В первые пять минут это напоминало какую-то игру, было даже весело, но с каждой новой минутой лицо всё больше начинало заливать потом. К часу такой разминки я едва стоял на ногах, но наставник не сбавлял темп, требуя от меня невозможного. Мне катастрофически не хватало воздуха, голова кружилась, во время первой тренировки несколько раз вырвало, но всё это совершенно не влияло на настрой даоса. Причём ладно бы он просто требовал от меня выполнять какие-то упражнения. Нет! Наставник Герлон выполнял их вместе со мной и, как мне кажется, даже не вспотел!

После такой разминки шёл завтрак и двадцатикилометровых поход в сторону заброшенных земель. Лет сто назад там жили люди, но постоянные стычки со зверями вынудили их оставить эти неблагодарные земли. Да и земель, как таковых, там не было — небольшие горы вперемешку с густыми лесами. Пшеницу не посеешь, коров не выгуляешь. Можно было собирать травы да добывать древесину, но из-за зверей это было крайне невыгодно. Те же самые травы росли в более доступных землях, а дерева хватало по всему нулевому поясу.

Во время коротких остановок, пока тройка помощников готовила еду, в меня мёртвой хваткой вцеплялись Кармин и старшая Эльда. По всей видимости, разбор шахматной партии глубоко засел им в душу, раз они посчитали своим долгом отплатить мне добром. Вначале Кармин показывал несколько интересных связок и ударов мечом, требуя их отработки, мы проводили спарринг, который я проигрывал без единого шанса на победу, после чего старшая Эльда объясняла и демонстрировала основные принципы рукопашного боя. Стойки, удары, блоки. И вновь с обязательной отработкой, заканчивающейся моим валянием на земле. Эта зловредная мелочь явно не могла нормально спать, если кого-то не изобьёт. Вечером мы вновь садились за шахматы и мне приходилось комментировать каждый свой ход, поясняя, для чего я решил пойти так или иначе. Шахматы длились до самого отбоя, а утром всё начиналось по новому кругу — зарядка, поход, тренировки, шахматы. На второй день к моей «зарядке» присоединился Кармин, на третий — старшая Эльда, в то время как остальные отпрыски внутренних поясов продолжали бессовестно дрыхнуть в палатках, наслаждаясь лишней минутой отдыха. Наставник Герлон не возражал, но, по моим ощущениям, ещё сильнее увеличил темп. После такой зарядки из неё ползком выползал не только я, но и мои временные партнёры по несчастью. И, что примечательно, никто не жаловался! Было тяжело, невероятно тяжело, но радостные ухмылки на лицах Кармина и старшей Эльды говорили о том, что они довольны. Они сумели выдержать «зарядку», став ещё на один шаг ближе к своему возвышению.

Каждую ночь мой отец уходил на разведку в поисках зверей, но сумел сделать это только на четвёртый день. Утром, сразу после «зарядки» и завтрака, наставник Герлон произнёс:

— Всем внимание! Сегодня вы отправляетесь на свою первую настоящую охоту. Цзянь оставляете в лагере — против зверей они бесполезны. Каждый берёт копьё и отвечает за него своей головой! Тот, кто потеряет или сломает моё оружие, будет наказан. Ваша задача — найти зверя, убить его и принести мне тушу. Я буду ждать в лагере. Тот, кто первым справится с поставленной задачей, получит медную пилюлю скорости.

Судя по тому, как начали перешёптываться мои сверстники, награда была ценной. Не удержавшись, я тихонько спросил у стоящего рядом Кармина:

— Расскажешь, что за награда такая?

— Всё время забываю, что ты к нам из глуши прибился и не знаешь даже основ, — усмехнулся Кармин. — Пилюля скорости — это…

Договорить Кармин не успел — раздался голос Дулина. Весь поход верзила старательно избегал моего общества. Если старшая Эльда постепенно свыклась с тем, что меня нужно называть «старшим» и даже перестала делать паузы в разговоре, то Дулин категорически отказывался уважительно обращаться к безродной нулёвке, что на четыре года младше его самого. К слову, цзянь, который выкупил у меня наставник за три духовных монеты, видел на поясе Дулина. Видимо, род Бао действительно является влиятельным, раз мой наставник решил вернуть проигравшему его меч.

— Старший, ваша задача не совсем понятна. Вы хотите, чтобы мы отправились за зверьми сами? Без вас?

— Ты совершенно прав, младший, — голос наставника оставался спокойным. — Вы идёте добывать зверей, я сижу в лагере, пью чай и размышляю о том, какие ещё испытания устроить на вашем пути к возвышению. Или отпрыск рода Бао хочет сказать, что он настолько слаб, что не справится со слабыми зверями нулевого круга? Произнеси это вслух, младший и можешь оставаться в лагере. Выпьем чай вместе.

Да, род Бао определённо был великим — Дулин даже побелел от осознания того, что его могут выставить слабаком перед далёкими родичами. Не думаю, что в третьем поясе приветствуется слабость.

— Раз других вопросов нет — разбираем оружие! — наставник Герлон сделал жест рукой и на землю высыпалось тринадцать одинаковых копий. — Чтобы найти зверя и принести мне его тушу, у вас есть время до отбоя. Тот, кто не выйдет в лес, будет исключён из группы и отправлен в Воренд к своим наставникам, что станут вытирать слюни и сопли. Тот, кто не сможет убить зверя, будет просто наказан, но уже без исключения. Всем всё понятно? Тогда чего стоим? Ваше время идёт!

Последняя фраза щёлкнула словно кнутом — все потянулись к валяющимся копьям. Пошёл и я. Копьё — идеальное оружие против зверей. Своего первого я убил три года назад и с тех пор отец каждые два-три месяца брал меня на охоту. В поставленной наставником задаче я не видел ничего критичного, кроме, разве что, поиска зверей. Запросто может произойти ситуация, что их не удастся найти до самого вечера. Всё же звери гораздо умней людей и, увидев большой отряд, решат сбежать в безопасное место. Поэтому проще идти одному — так шанс встретить зверя гораздо выше. Думал так не только я. Злой Дулин поднял копьё и первым отправился в лес. Верзилу до сих пор потряхивало от слов наставника Герлона, и он делом желал доказать свою храбрость и силу. Кармин отправился следующим, легко поигрывая копьём, но на этом энтузиазм народа поубавился. Старшая Элида стояла вместе с девочками и с опаской смотрела на лес. Наставник не выдал ей духовных камней, так что рассчитывать она могла только на собственные силы. Звери — это не я, не умеющий защищаться. Звери опасны и быстры. Мы находились достаточно глубоко в Тёмном лесу. Отец меня сюда не водил, говоря, что данная территория для меня ещё опасна. Значит, здесь могут водиться достаточно серьёзные твари. Бронзового, а то и вовсе серебряного ранга этапа кандидат. Сражаться с такими в одиночку опасно. Особенно тем, кто ни разу не убивал зверей. Я понятия не имел, на что рассчитывал наставник Герлон, но чётко понимал — из оставшихся ребят шанс выполнить задание есть только у старшей Эльды. Остальные за четыре дня ни разу не тренировались, во время похода постоянно ныли и совершенно не походили на тех, кто стремиться к возвышению. Скорее на обычных детей, окружённых заботой и вниманием, невесть каким образом очутившихся посреди опасной территории. Если таких отправить в Тёмный лес, то обратно они уже не выйдут. Здешние места не терпят слабаков. Они ими завтракают.

— Все стали по двое друг за другом! — я сам не поверил, когда услышал свой голос. Таким тоном говорил мой отец, когда обучал новичков. Раз в год лучший охотник нашей провинции, а то и всего юга нулевого пояса, водил начинающих охотников, чтобы те убили своих первых зверей. Видимо, пришло моё время взять на себя эту ношу. Я ведь прекрасно знал, что рано или поздно займу место отца и стану старостой нашей деревни. Вернее, раньше я так знал. Сейчас уже не уверен. Слишком многое со мной произошло за последние дни, чтобы оставлять всё по-старому.

Старшая Эльда зло на меня посмотрела, но что-то уловила в моих глазах и кивнула.

— Все слышали, что сказал старший Зандр? Живо стали по двое! — рявкнула девочка и, что удивительно, её послушались. Что оставшиеся девочки, что шестеро парней, оставшихся без своих предводителей, Дулина и Кармина.

— Зверей здесь много, так что хватит на всех! — продолжил я, как только все встали в одну кучу. Шеренга получилась кривой и совершенно не напоминала построение охотников, но лучше так, чем каждый из них начнёт в одиночку лазить по здешним лесам.

— Старшая Эльда, идёшь справа от меня во главе группы. Остальные строго за нами, не отставая ни на шаг! Копья выставить в сторону! Атакуют только те, с чьей стороны появятся звери. Другие стоят и прикрывают спину. Не разворачиваться. Не паниковать. Не суетиться. Все умеют работать копьём?

Нехотя народ начал кивать. Копьём, как и мечом, орудовать умели все. Всё же это второе по популярности оружие не только нулевого, но и внутренних поясов.

— Выходим! Старшая, стань ближе. Построение нельзя разрывать.

Девочка вновь зло на меня посмотрела, но и сейчас спорить не стала. Наши плечи соприкоснулись, и мы медленно пошли в лес. Группа не отставала. Получая чёткие и понятные приказы, они стали уверенней. Я не тешил себя иллюзиями насчёт того, что нам удастся выполнить задание наставника Герлона. Наоборот — будет идеально, если мы его не выполним. Пусть за пилюлю спорят Дулин и Кармин. Задача оставшихся — выжить и не вылететь из группы. Наказание мы как-нибудь переживём.

Держать строй оказалось довольно тяжело. Тёмный лес не был похож на парк, где одинокие деревья стояли метрах в ста одно от другого, а между ними цвела зелёная короткая травка. Нет, это были густые непроходимые заросли из мелких кустарников, ветвистых низких елей и высоченной травы, местами достигающей до пояса. Уже минут через десять на моём лице появились капли пота — приходилось протаптывать дорогу для тех, кто шёл следом. Рядом старшая Эльда делала тоже самое — пыхтела и потела, сминая траву. Острые погибшие ветви царапали нашу одежду, но удивительным образом мантия парней и платья девочек умудрялись оставаться целыми. Мало того, ещё и чистыми, хотя несколько раз мне довелось падать коленями в грязь. Все молчали, поражённые резким изменением окружения — три дня мы двигались по довольно свободной местности, тут же внезапно начались непроходимые дебри. Тем не менее стоило отдать должное моим сверстникам — встав в строй, они не выбивались, не роптали, не задавали сотню бесполезных вопросов. Просто молча шли следом за мной и старшей Эльдой, словно у нас было право их всех вести.

— Вижу свободное пространство. Приготовится, там могут водиться звери! — предупредил я, когда впереди замаячила поляна. Отец рассказывал, что в таких густых зарослях звери не очень любят бродить. Они, как и люди, не очень желали тратить энергию на походы сквозь непроходимые буреломы. Им куда проще обосноваться на поляне, превратив её в своё логово. Бурелом же станет служить естественной защитой.

Душераздирающий крик Дулина раздался, когда до края поляны оставалось всего несколько метров. Не сговариваясь, мы со старшей Эльдой ускорились, окончательно проламываясь сквозь бурелом и выбрались на открытое пространство. Наша группа высыпала следом и стройный ряд распался.

— В строй! — заорал я, когда осознал, что происходит на поляне. — Парни вперёд, копья наперевес! Девчонки во второй ряд! Копья выставить вперёд! Старшая, в первую линию! Становитесь, демоны вас раздери! Желаете стать обедом волков! Держать строй!

Орал я знатно, чтобы хоть как-то погасить страх, что сковывал движения. Мои сверстники находились в ступоре, так что особо впечатлительным пришлось даже подзатыльники отвесить, приводя их в чувство. Причём среди них оказалась и старшая Элина, что раскрывшимися от страха глазами смотрела на огромную стаю волков, состоящую не из серых доходяг, что своей тени пугаются, а из огромных матёрых убийц, шкуры которых отливали серебряным цветом. В книге наставника Герлона такие твари обозначались как волки, «вставшие на пусть восхождения к бессмертию». Голова одного такого висела у нас дома, как свидетельство великого достижения моего отца. Но то был один волк! Здесь же огромных тварей, что достигали мне до груди, было около двадцати штук!

Всё это промелькнуло за считанные мгновения, пока я продолжал кричать как бешеный:

— Держать строй! Выставить копья! Старшая, назад! Держать фланги! Вы двое — направить копья в сторону! Не подпускайте волков сбоку! Все делаем шаг назад!

Я понятия не имел, что делать в этом случае. Разум подсказывал, что бежать назад по тропе, что мы так любезно протоптали волкам — гарантированная смерть. Стая ринется за нами и одного за одним поглотит. Лишь единицам может повезти, и они добегут до лагеря. Где, демоны его раздели, наставник Герлон? И откуда орал Дулин?

Первый мой вопрос остался без ответа, зато на второй я получил ответ практически сразу — в центре поляны располагался огромный дуб и с него внезапно грохнулся один из волков. Но сразу он не упал, а повис, вцепившись зубами в ногу истерично орущего Дулина. Тот яростно мотал конечностью, пытаясь стряхнуть волка и, наконец, сумел это сделать. Вот только то, как неестественно выгнулась нога, говорило о том, что волк своей челюстью умудрился раздробить кость. Адский рёв Дулина, последовавший после этого, только подтвердил мою догадку. Тем не менее он не рухнул с веток, а вцепился в них мёртвой хваткой. На дерево полезли новые волки, чтобы «стряхнуть» явившуюся «вкусняшку», но тут мне стало не до рассмотрения происходящего с Дулиным. Волки, наконец-то, осознали, что к ним явилась ещё одна порция закуски и, вздыбив загривки, пошли в нашу сторону, оскалив пасть. Выглядело всё настолько страшно, что мой наспех выстроенный строй едва не рассыпался. Жутко было до потери сознания. Кажется, кто-то даже обмочился. Все стояли бледные, как сама смерть. И чем ближе к нам подходили волки, тем ниже опускались копья.

Следовало что-то делать, поэтому я вновь начал орать:

— Всем приготовиться к битве! Собрались, выходцы из внутренних поясов! Вы что, волков раньше никогда не видели? Это просто тупые твари, только и умеющие, что хвосты поджимать, когда встречают настоящую силу! Или мне нужно рассказать старшему Герлону, что вы испугались каких-то пушистых щенков? Что вас нужно вернуть наставникам и сообщить родам, что вы слабые и никчёмные? О каком бессмертии вы мечтаете, если испугались первого же противника! Поднять копья! Первый ряд, шаг вперёд! Второй ряд, шаг вперёд! Старшая, куда попёрла? Назад! По моей команде все вместе делаем шаг вперёд! На счёт три! Раз! Два! Три! Шаг!

Поразительно, но вышло синхронно! Одновременный шаг одиннадцати человек был полной неожиданностью для наступающих на нас волков. Твари ожидали, что мы побежим, бросим оружие, превратимся в доступную цель, но неожиданно у них на пути встал ощетинившийся копьями единый организм. Однако опешили не все волки — тройка особо яростных тварей словно ждала, когда мы будем готовы. Дико взвыв, они бросились вперёд, желая смести строй и добраться до тёплого мяса.

— Первый ряд — бей!

Как же мне повезло, что в моей команде были выходцы из внутренних поясов, с четырёх лет работающие с наставниками. Будь на их месте ребята с моей деревни, исход битвы можно было предсказать задолго до её начала — нас бы всех разорвали. Выходцы же привыкли выполнять чёткие команды своих наставников и сейчас, когда страх окончательно погасил самостоятельные действия, они действовали на автомате. Слышу приказ — выполняю.

Три огромных волка прыгнуло в нашу сторону, шесть копий встретили их в полёте. Вот только чёткость выполнения приказов не гарантировала успеха. У меня совершенно вылетело из головы, что мы сражаемся не с обычными волками, а их улучшенными версиями. Я стоял рядом со старшей Эльдой в первом ряду и тоже ткнул копьём в летящего на меня волка, но едва не заорал от ужаса, когда остриё, вместо того чтобы проткнуть зверя и увязнуть где-то внутри, начало скользить по шкуре. Боковым зрением я видел, что копья других ребят повторяют незавидную судьбу моего и только старшая Эльда оправдала свой статус. Её копьё пронзило волка!

— Второй ряд — бей! — заорал я, с трудом удерживая копьё горизонтально. Девчонки ударили, но результата тоже не добились. Тем не менее двойная атака сработала — из трёх волков, что на нас кинулись, долететь до строя не смог ни один. Копья пусть и не пробили шкуру, смогли остановить огромные туши. Хотя, один волк как раз долетел — мёртвая туша рухнула рядом со старшей Эльдой. Девочка вырвала копьё и, тяжело дыша, вновь выставила его вперёд. Её руки заметно дрожали, лицо было белее снега, глаза были похожи на два огромных блюдца. Отец называл такое состояние шоком, свойственным начинающим охотникам. Вот только я понятия не имел, что нужно делать в таких случаях, поэтому повернулся в сторону зверей, что продолжили грозно рычать в нескольких метрах от нас и продолжил кричать:

— Первая атака отбита, все молодцы! Продолжаем работать! Пробить шкуру тварей может только старшая Эльда. Все остальные целимся в грудь и не позволяем тварям добраться до стоя! Все слышали? Пока мы стоим — мы живём! Пока мы едины — мы сила! Если кто-то покинет строй — он умрёт! Только вместе мы можем выполнить задание старшего Герлона и не посрамить свой род! Что нам какие-то волки, когда с нами старшая Эльда⁈

— Поберегись! — раздался крик Кармина и над головами волков взмыл его силуэт. Ловко развернувшись в воздухе, юноша умудрился полоснуть копьём по морде одному из волков. Раздался визг, волки шарахнулись в сторону и на огромной скорости Кармин помчался к нам, размахивая копьём. Несколько зверей бросились ему наперерез, но ловкий боец умудрялся встречать их остриём своего копья. И, как я смог заметить, его оружие оставляло следы на мордах тварей. Вот только за Кармином неслась ещё одна группа из пятёрки матёрых волков, что значительно превосходили в росте наших тварей.

Кармин домчался до строя и без разговоров занял одно место в первом ряду, между мной и старшей Эльдой.

— Командуй, генерал! — послышался ехидный голос парня. — В твоём отряде прибыло! Правда, я не один. Я с подарками! Боюсь, эти подарки тебе не понравятся!

Нужно было возмутиться, но у меня банально не было на это времени. Я видел, что моё копьё бесполезно против волков. Как и копья всех оставшихся. Лишь Кармин и старшая Эльда как-то могли сражаться против этих тварей, значит, нам срочно нужно менять строй!

— Перестроение! Первый ряд — Кармин и старшая Эльда! Второй ряд — все парни. Третий ряд — все девчонки! Занять свои места! Копья вперёд! Второй ряд — не пускаем волков к боевой паре! Третий ряд — страхуем второй! Первый ряд — на вас звери. Только вы можете их убивать! Приготовились! Бей!

Как же приятно не ошибаться! Когда начинаешь разумно оценивать свои шансы, становится всё гораздо проще. Да, я не мог проткнуть волка. Не получалось. Зато копьё, что я вогнул в грудь волку, смогло остановить его стремительный полёт. Правда, у меня копьё едва из рук не выбило, тем не менее тушу я остановил. Как и слаженный удар всех остальных ребят. Волки отпрянули, чтобы тут же броситься на нас вновь, но совершить такой манёвр смогли не все. Двое чудовищно сильных зверя остались валяться на земле. Кармин и старшая Эльда демонстрировали свой статус луших.

— Бей! Стоим! Бей! Стоим! Бей! Все группы — три шага вперёд! Внимательно смотрим под ноги! Бей! Идём к дереву! Нужно вытаскивать Дулина! Волки скоро побегут! Они не станут биться до последнего!

У нас получалось. Невероятно, но получалось! Кармин и старшая Эльда творили настоящие чудеса смертоносности — каждый их удар стоил волкам одной жизни. Они не оставляли раненных, действуя с невероятной и пугающей эффективностью. Старшая Эльда давно пришла в себя. В её движениях появилась чёткость, уверенность, резкость. Вот только она безропотно продолжала выполнять мои приказы, не говоря ни слова! Что было совершенно непохоже на зловредную девчонку, которую я узнал за последние четыре дня. Та старшая Эльда раз десять уже поспорила бы со мной и надавала подзатыльников.

Мы двигались вперёд, наступая на волков и с каждым шагом я всё больше и больше не понимал, почему звери, встретив сопротивление, не разбежались по Тёмному лесу, поджав хвост. Стая была огромной — не менее тридцати особей, из которых двадцать мы уже прикончили. Весь мой небольшой опыт охотника говорил о том, что оставшиеся твари должны в срочном порядке валить как можно подальше от нас, но не тут-то было! Чем больше мы убивали, тем яростней становились твари! Очередная атака и вовсе едва не стала для меня фатальной — моё копьё каким-то чудом всё же пробило толстую шкуру волка и начало погружаться в его тело. Обезумивший зверь начал колошматить лапами и несколько раз заехал по груди. Удары были страшными. Кажется, даже кости хрустнули, но, что удивительно, мантия выдержала! Она не порвалась и сумела блокировать острые когти волка. Раненая тварь отскочила, вырвав у меня копьё и похромала куда-то в сторону. Всё это заняло мгновение и мне пришлось вернуться к сражению, продолжая отдавать команды. Хотя кричать с каждым вдохом становилось всё больнее и большее.

Последний живой зверь спрыгнул с дуба, так и не добравшись до притихшего Дулина и бросился в свою последнюю в этой жизни атаку. Складывалось ощущение, что волки совершенно позабыли о чувстве самосохранения, решив разом сдохнуть всей стаей. Повисла гнетущая тишина — Тёмный лес умолк, словно тоже был в шоке от того, что только что произошло. Группа из двенадцати подростков, ещё даже не вступивших на путь идущих к возвышению, сумела уничтожить огромную стаю волков, на этот самый путь уже вступивших. Пусть все только защищались, а основную работу сделали Кармин и старшая Эльда, результат это не изменит. Мы сделали это!

— Да. Да! Да!!!

Грохнувшись на землю, я поморщился от боли в груди и с улыбкой смотрел на то, как отпрыски внутренних поясов, осознавшие, что только что наделали, орали от счастья и обнимали друг друга. Пара девчонок рыдали навзрыд, но их никто не упрекал. Сейчас, когда опасность миновала, это было позволительно. Какими бы испуганными они ни были, во время боя держались уверенно и выполняли приказы чётко.

Старшая Эльда села рядом со мной. Выглядела девочка жутко — она была перемазана с ног до головы в крови. Причём с платья эта кровь постепенно скатывалась, оставляя кровавыми лишь лицо, волосы и ладони. На этом фоне голубые глаза старшей выглядели ещё более зловещими.

— Старший, я дарую тебе право называть меня просто Эльдой! — провозгласила мелкая, словно это было великим одолжением, но тут же добавила: — В ответ требую аналогичного права! Меня бесит называть тебя старшим! Я сильнее тебя! И сегодня доказала это ещё раз!

— Как скажешь, Эльда. Ты сильнее. Признаю и даже спорить не собираюсь. Можешь называть меня Зандром.

Рядом грохнулся Кармин.

— Когда мы вернёмся Воренд, а мы вернёмся, Небо мне свидетель, мой наставник живого места не оставит от старшего Герлона! Это додуматься же надо — отправить нас против волков, начавших своё возвышение! За такое нашего старшего нужно хорошенько проучить!

— Зачем ждать Воренда, младший? Ты можешь бросить мне вызов здесь и сейчас! — неожиданно раздался голос наставника Герлона. — Младшие, разве я позволял вам отдыхать? Или вы забыли полученное задание? Так я напомню — до конца дня каждый должен принести в лагерь тушу волка. Тех, кто не выполнит приказ, будет ждать наказание! Что касается тебя, ученик, я разочарован. Был дан чёткий приказ — все должны вернуть оружие после боя. Где твоё копьё? Что ты собрался возвращать? На что ты вообще рассчитывал, отпуская недобитого волка? Как мог допустить, чтобы он тебя ранил? Ты охотник, или погулять вышел? Это были простые звери, едва ступившие на путь к бессмертию, но посмотрите, что они с вами сделали. Позор! Наша поездка закончилась — мы возвращаемся в Воренд. Хочу поговорить с вашими наставниками. Понять, кого они из вас готовят. Даосов, или наложниц и прислугу более достойного дома? Я жду волков в лагере. Всех волков! И меня не волнует, как вы их туда притащите. И ещё одно, это касается тебя, ученик. Даже если ты найдёшь копьё за пять минут, я не желаю видеть тебя в лагере до утра. Ночь в Тёмном лесу станет для тебя хорошим уроком на будущее. Даос не имеет права терять своё оружие. Если явишься в лагерь раньше, чем взойдёт Эарис, будешь наказан строже. Я не могу допустить, чтобы мой ученик опозорил меня в будущем.

* * *

Мастер Герлон был доволен. Младший Шурмил оказался достойным охотником — он сумел обнаружить огромную стаю волков, часть из которых уже достигла золотого ранга этапа кандидат, а вожак и вовсе перешёл на этап ученика. Из-за нехватки энергии зверям приходилось постоянно охотится, из-за чего эта часть Тёмного леса оказалась полностью мёртвой. Обезумившие от постоянного голода волки уничтожили всё живое на своём пути и могло случиться непоправимое — звери могли почуять, где проживают люди. Но на их пути повстречалась группа мастера Герлона и теперь этой части нулевого пояса ничего не грозит. Понять бы ещё, откуда волки взяли энергию на то, чтобы вступить на путь возвышения, но этим пусть занимаются местные охотники. Ему возиться с такой мелочью не интересно.

Вожака пришлось убивать до того, как отправлять детишек в лес — мастер Герлон прекрасно понимал, что его подопечные не смогут справиться со зверем второй ступени развития. По-хорошему, следовало основательно проредить и самих волков, уничтожив всех зверей золотого ранга, но после раздумий мастер Герлон решил этого не делать. Отпрыски семей внутренних поясов должны на своей шкуре узнать, что такое боль и бессилие. Изготовленные в третьем поясе артефактные мантии и платья защитят детей от смертельных ран, а переломы и ссадины полезны для прочистки мозгов. Всё, что не убивает, делает даосов только сильнее.

Как и следовало ожидать, младший Дулин и младший Кармин сразу бросились выполнять поручение. Удивление вызвала младшая Эльда — она замешкалась и нерешительно переступала с ноги на ногу. На остальных мастер Герлон уже махнул рукой — бездарности, что даже не утруждают себя тренировками. Если такие и станут даосами, то до высоких рангов добраться не смогут.

Раскинув восприятие мастера на всю округу, внимательно следя за действиями умчавшихся на поиски приключений младших, мастер Герлон с удивлением увидел действия своего ученика. Юнец повёл себя как истинный сын охотника — организовал всех в группу и повёл её за собой. Младший Шармил подтвердил, что он обучал этому сына, вот только группу он вёл сегодня впервые.

Сам бой мастера Герлона не впечатлил. Дети действовали так, как и должны были действовать в текущей ситуации. Разве что в качестве командира он рассчитывал увидеть младшего Дулина, младшего Кармина, на крайний случай младшую Эльду, но никак не своего ученика. Который разочаровал. Мастер Герлон был уверен, что парню удастся пробить шкуру зверей, однако у него не только не получилось, так он ещё и оружие своё потерял! Мастер Герлон считал, что ошибки нужно исправлять сразу, иначе будешь делать их и в дальнейшем. Восприятие показывало, что раненый волк уже мёртв, находится неподалёку, других зверей в округе нет, так что его ученику ничего не грозит, а ночные прогулки полезны молодому организму. К тому же нужно проверить его дух — сможет ли он продержаться один в ночном лесу, думая, что там есть опасности, или прибежит, поджав хвост в лагерь? Если случится последнее — никакого ученика у него не будет. Потому что слабым нет места рядом с ним.

Положив руку на грудь ученику, мастер Герлон залечил неприятную рану, стащил потерявшего от боли сознание Дулина с веток и, закинув его на плечи, отправился в лагерь. Род Бао мельчает, раз у него появился такой слабый отпрыск. При возвращении в Воренд это тело нужно сдать наставникам и сообщить о произошедшем главе рода. Они должны принять меры, чтобы подстегнуть Дулина к возвышению. На самом деле идея оставить своего ученика на ночь в лесу мастеру Герлону нравилась ещё по одной причине. Тех, кто притащит туши зверей в лагерь, будет ждать вторая часть задания. Будет весело наблюдать за тем, как домашние детки начнут впервые в жизни разделывать туши, копошась в их внутренностях. Десять духовных монет на то, что троих из одиннадцати вырвет!

Мастер Герлон ошибся — вырвало семерых. Мельчают даосы. Ох мельчают.

Глава 6

Поляна довольно быстро опустела. Стараясь на меня не смотреть, ребята хватали по одному-два волка за ногу и начинали волочь их в лагерь. Никто не понимал реакции старшего Герлона — если бы я вовремя не сориентировался, могло случиться непоправимое. Однако, вместо того чтобы меня наградить, наставник при всех отругал и наказал. Отец ничего не сказал — спорить с даосом, что при всех назвал меня своим учеником, староста права не имел. Однако я не мог не заметить, как из его рук на землю якобы случайно упало огниво. Огнём сегодня ночью я обеспечен. Найти бы ещё этого подранка и придумать, как с ним справится. Раненый зверь — опасный противник.

— До утра-то в лесу протянешь? — насторожено спросил Кармин перед тем, как покинуть поляну.

— Конечно протянет, куда он денется? — слишком резко произнесла Эльда. Она, как и Кармин, держала за лапы сразу четвёрку волков, чтобы не бегать за ними два раза. Остальным придётся сюда ещё возвращаться.

— Видишь, вариантов у меня не так много, — ухмыльнулся я и покосился на Эльду. — Если умру, она же меня потом изобьёт до смерти. Оно мне надо?

— Отличный настрой! Вернёшься завтра в лагерь — с меня два бесплатных урока на мечах! Эльда?

— Что Эльда⁈ Я что, виновата, что он такой деревянный? Ни растяжки, ни плавности. Да, я тоже дам ему парочку уроков. Только это всё без толку! Боевыми единоборствами нужно заниматься с детства, или не заниматься вообще. Сейчас его тянуть почти невозможно.

— Невозможно было нашей группой тридцать волков прикончить, — заявил Кармин. — А растянуть Зандра не проблема. Или тебе не хочется посмотреть, как он в этот момент орать будет?

— Орать? — у Эльды загорелись глаза от предвкушения. Я даже невольно отшагнул от неё, настолько кровожадным они выглядели. — Ты прав, мы посадим Зандра на шпагат! Обязательно посадим! Не успеем до Воренда добраться, как он уже будет на шпагате сидеть! Я это обеспечу!

— Если я поеду в этот ваш Воренд, — пробурчал я, когда Кармин и Эльда ушли. То, что сотворил наставник, вызвало у меня бурю эмоций. Я искренне полагал, что заслуживаю награду. Демоны с ней, с наградой — точно не наказания! Но такое отношение — это перебор! Вся аура величия, что окружала наставника Герлона, исчезла. Передо мной предстал вредный даос, которого вырвали из привычной среды и сослали на четыре года в нулевой пояс. На выходцев из семей внутренних поясов он срывать свою злобу не мог — ребята и наставникам могли пожаловаться на неадекватность своего сопровождающего, вот и нашёл себе дурачка на побегушках, с которым можно делать всё, что заблагорассудится. Наказать просто так — да вообще не проблема. Иди, Зандр, посиди ночь в Тёмном лесу, в котором водится безумная стая волков, вступивших на путь возвышения. Сожрут, да и ладно. Значит, недостоин ты быть моим учеником.

Эарис медленно спускалась к горизонту, вынуждая меня действовать. Искать раненого зверя ночью не самая хорошая идея, так что следовало торопиться. Даже если мне больше не по пути с наставником Герлоном, с группой возвращаться домой будет проще. Но для этого нужно каким-то образом пережить эту ночь и найти копьё. Вернее, вначале найти волка, добить его, забрать копьё, разжечь костёр и уже так пережить эту ночь. Отличный план! Подняв огниво, я выломал себе дубинку и пошёл по кровавым следам. Шёл медленно, прислушиваясь к каждому шороху. За каждым кустом мерещились страшные звери, готовые наброситься на меня и разорвать, вот только бросаться никто не спешил. Тёмный лес казался безжизненным, в нём не было даже привычного треска птиц! Лишь доносящийся издали шум из лагеря хоть как-то разгонял могильную тишину. Почему-то стало жутко. Когда не понимаешь, что происходит, всегда мерещится самое плохое. Моя скорость уменьшилась ещё сильнее, но вскоре я добрался до цели. Вначале из-за кустов показались лапы волка, затем хвост, затем часть туловища, а затем я замер, с трудом удерживая себя на одном месте. Хотелось заорать от страха и броситься наутёк, подальше от неизвестности, но перед глазами почему-то встало ехидное лицо Кармина и надутые щёки Эльды. Эта парочка обязательно будет надо мной смеяться, если я прибегу в лагерь, истерично визжа. Нет, такой радости я им не доставлю!

Волк был здесь. Судя по тому, что он не двигался, зверь был мёртв. Судя по задним лапам, волк в последние минуты своей жизни пытался толкать себя вперёд. Далее шло массивное туловище, что должно было закончиться огромной головой и моим копьём, вонзившимся в район груди, но последних как раз и не было. Половина волка просто отсутствовала! Кто-то одним мощным ударом разрубил зверя пополам и, словно играясь, приложил заднюю часть к отвесной стене небольшой скалы. Причём приложил так плотно, словно волк стал с ней одним целым. Что странно — не было лужи крови, что должна была набежать из разрубленного тела. Тот, кто сделал это со зверем, основательно всё за собой подчистил и это пугало меня больше всего. С момента убийства волка прошло не больше часа. Получается, что кроме нашей группы в этой области находится ещё кто-то! Кто-то настолько сильный, что сумел разрубить зверя и вплотную приложил его к стене. Но зачем?

Всё было непонятно и странно, поэтому мне на ум пришла гениальная идея — нужно покинуть это место. Пусть завтра наставник Герлон разбирается с тем, что произошло с пушистой тварью. Покажу ему половину волка и скажу, что это всё, что мне удалось найти. Вторую половину кто-то украл. Идея показалась мне здравой, так что я схватил зверя за заднюю лапу и потянул на себя, желая оторвать тушу от скалы. Получилось это достаточно легко, вот только я вновь замер, боясь пошевелиться. Волк не был разрублен пополам — его передняя часть оказалась спрятана в скале! Сглотнув, я продолжил тянуть тушу. Показалась грудь, куда вошло моё оружие, затем голова, затем само копьё. Всё это выходило из сплошной стены, словно той не существовало. Словно я вытаскивал зверя из какой-нибудь пещеры, куда он хотел уползти подыхать. Но здесь была сплошная стена! Я отчётливо это видел!

Наконец, туша волка была извлечена из скалы целиком. Я выдернул копьё и почувствовал себя уверенней. Всё же с палкой бродить по Тёмному лесу не самое разумное действие. Взгляд то и дело возвращался к отвесной скале. Подножье было каменным, так что следов здесь видно не было, но на земле в нескольких метрах от меня виднелась протоптанная тропа. Волки часто ходили этой дорогой. Умирающий волк не просто так полз в эту скалу — он возвращался домой. Но как, демон его раздери? Здесь же сплошная стена! Или не сплошная? Неужели глаза меня обманывают?

Я осторожно ткнул копьём в стену. Наконечник исчез в камне, словно тот был сделан из воздуха. Совершенно никакого сопротивления. Только когда я сделал круговое движение, ощутил преграду — сверху, сбоку, снизу. Передо мной находился странный проход в пещеру, который, по какой-то загадочной причине, выглядел как стена. Копьё прошло в проём без проблем и так же легко выходило обратно. Возникла мысль сбегать за наставником или отцом и показать им странную пещеру, но я жёстко подавил её. Первый отправил меня ночевать в лесу среди зверей, второй не заступился. Огниво не считается. Нет, ничего говорить им я не буду! Но посмотреть, что находится внутри логова волков я должен. Раз оттуда никто так и не выпрыгнул, чтобы меня прикончить, значит там никого и нет. Либо, если и есть, то пара волчат, которых можно приручить! Если они, как и старшие, тоже вступили на путь к бессмертию, то из них получатся отличные спутники! Дядя, кроме того, что кузнец, ещё и неплохой дрессировщик. Он сумеет воспитать волчат и сделать их них послушных зверей, что принесут пользу Каледу.

Приняв решение, я уверенно шагнул вперёд. До последнего момента я рассчитывал, что мой нос врежется в скалу, но её словно не было. Шаг и я попал в абсолютно тёмное место, куда не проникал свет Эарис. Шаг назад, и я вновь стоял под нежными лучами заходящей звезды. Нужен факел! Подручных материалов под рукой не было, так что пришлось набрать в лесу сухих веток, разжечь костёр и, выбрав подходящую палку, поджечь её с одного конца. Факел получился не самый хороший, но его вполне хватило, чтобы развеять непроницаемую тьму пещеры.

Волчат здесь не было и да — это было логово волков. Причём не самых чистоплотных волков — повсюду валялись обглоданные кости, а запах стоял такой, что мне с трудом удавалось сдерживать рвотные позывы. Пещера оказалось достаточно большой — размерами едва ли не с весь наш дом, но мне сразу бросились в глаза предметы, которые не имели право находиться в волчьем логове. Стол. Стул. Книжные шкафы. Покрытые толстым слоем пыли книги. Сундук. Сундук, демоны всех раздери! Откуда здесь сундук⁈

Я подошёл ближе к странному месту. Небольшой пятачок, где располагалось всё добро, выделялся среди остальной пещеры своей относительной чистотой. Здесь не было костей, грязи, ошмётков волчьей шерсти. Только толстый слой пыли. На столе рядом с книгой лежал самый дорогой факел, какой я только видел в своей жизни. Резная ручка явно не из дерева, металлическая решётка, показываются, что факел являлся многоразовым — внутрь решётки можно насовать пропитанную горючим маслом ткань. Только достаточно богатые люди могли позволить себе пользоваться таким предметом. Смахнув пыль, я поднёс свою палку к факелу и тот ярко вспыхнул, изгоняя из пещеры все остатки тьмы. Казалось, что сама Эарис уменьшилась в размерах и явилась в это забытое всеми место. Установив факел в специальный разъём, я осмотрел книгу на столе. Все остальные находились в книжных шкафах, но именно эта, по какой-то причине, лежала отдельно. Случайно? Или нет? Нужно проверить.

Я сдул пыль с обложки, но на деревянной пластине надписей не оказалось. Осторожно, словно боясь потревожить покой того, кто оставил здесь всю эту ценность, я перевернул пластину. Вдруг время здесь всё уничтожило и любое прикосновение уничтожит книгу? Вроде как обошлось — листы не рассыпались. Смахнув пыль со стула и убедившись, что он достаточно прочный, чтобы выдержать мой вес, я начал читать витиеватые завитушки. Тот, кто их оставил, весьма спешил. Отдельные слова приходилось несколько раз перечитывать, чтобы понять, что же хотел сказать автор, но постепенно я понял принцип и в непонятных местах уже додумывал сам.

Приветствую тебя, искатель! В этой пещере собраны все знания и тайны школы Серебряной цапли…

Факела хватило до утра. Периодически мне приходилось выходить из пещеры, чтобы глотнуть свежего воздуха, но, отдышавшись минут пять, я возвращался обратно, в смрад волчьего логова. Выносить книги из тюремной формации, как назвал Хуан Лунь эту пещеру, было нежелательно. Во всяком случае до тех пор, пока я не обзаведусь личным инвентарём.

Для формирования артефакта в нулевом поясе есть все необходимые ингредиенты, но достать их весьма непросто. Что-то можно купить на рынке Воренда, но большую часть придётся добывать самостоятельно в аномалиях. Причём не каких-то, а чёрного уровня. Это сложно, опасно, но результат того стоит. Кем бы ты ни был, тебе придётся запомнить наизусть полный список ингредиентов. Он состоит из тридцати трёх предметов…

Почему важно сформировать личный инвентарь в нулевом поясе? Ответ очевиден — начав изготавливать артефакты, ты станешь сильным и перейдёшь в первый, а затем и во второй пояс. Вернуться обратно в нулевой, чтобы забрать книги и артефакты, будет практически невозможно. Что произойдёт, если ты вынесешь книги из пещеры в открытую и их кто-то увидит, я описал выше. Убьют и тебя, и всех, кому ты мог рассказать о школе Серебряной цапли…

Важно помнить, что сбор ингредиентов в нулевом поясе может вызвать вопросы. Чтобы этого не произошло, тебе придётся стать официальным артефактором. Это может вызвать проблему — готовить артефакторов начинают в первом круге, в нулевом упор делается на алхимию. Здесь я не могу давать советов, как поступить, но каким-то образом тебе нужно убедить наставника, которого тебе выделят в школе возвышения, что из тебя получится хороший артефактор. Только после того, как он выдаст тебе первую книгу, ты можешь в открытую пользоваться теми знаниями, что почерпнёшь из моих учебников и осуществлять сбор ингредиентов без лишних вопросов со стороны своих наставников и представителей различных родов. В любом случае, начинать тебе стоит с книги «Основы артефактного дела». Это первая книга на самой нижней полке. Только после того, как ты полностью изучишь и поймёшь этот учебник, можно будет переходить к следующему. Помни — важно соблюдать последовательность изучения материала. Нельзя прыгать с раздела на раздел. Ошибка при работе с артефактами гораздо фатальней, чем при работе с пилюлями…

В сундуке находятся великие артефакты школы Серебряной цапли. Предметы, из-за которых школа Духовной силы на нас напала. Кем бы ты ни был, не вздумай открывать сундук до того, пока не станешь мастером золотого ранга. Лучше, конечно, владыкой. Если откроешь раньше, то сила, находящаяся в этих артефактах, тебя уничтожит. Содержимое сундука пусть останется для тебя тайной. Когда придёт время, тогда ты и узнаешь, чем же так мечтала завладеть школа Духовной силы…

Книга, что лежала на столе, закончилась довольно быстро. В ней Хуан Лунь описал основные причины, приведшие к краху его школы, а также последствия того, что произойдёт, если кто-то узнает о сохранившемся наследии школы Серебряной цапли. Основатель школы указал несколько книг, что помогут мне при формировании меридиан, при формировании ядра, при покорении стихии, но всё это были книги будущего. Сейчас куда важнее было пройти этап кандидата, но здесь погибший в пещере старец лишь ограничился несколькими советами, считая этот этап чем-то проходным. Нужны физические тренировки. Чем больше, тем лучше. Рукопашный бой, на который так яро напирала Эльда, помогает закалять мышцы и связки, подготавливая их к возникновению меридианов — дополнительных нитей внутри тела, по которым помчится энергия Ци. Работа с цзянь в этом плане мало полезна, однако и её нельзя забрасывать — многие техники школы Серебряной цапли использовали именно цзянь в качестве катализатора. Для меня это пока было всё сложно, но одно я понял чётко — мне ни в коем случае нельзя говорить про эту пещеру ни отцу, ни наставнику. Вообще никому! До тех пор, пока у меня не появится возможность себя защитить, о находке упоминать не стоит. Как и нельзя опираться на неё в процессе своего возвышения. Хуан Лунь особенно подчёркивал этот факт. Если кто-то из долгоживущих даосов узнает в моих техниках школу Серебряной цапли, он может начать задавать неудобные вопросы. Эти вопросы появятся в любом случае, но к их возникновению мне нужно иметь за собой силу. Личную, рода, клана — не важно. В этом мире всё решает сила.

Тем не менее по этапу кандидат Хуан Лунь сумел дать несколько разумных советов. Даже не по начальному этапу — основатель школы возвышения раскрыл несколько секретов, связанных с обретением бессмертия. Всем даосам известны этапы возвышения: кандидат-ученик-воин-мастер-владыка-зародыш-божество. Общеизвестно, что все этапы делятся на четыре ранга: медный-бронзовый-серебряный-золотой. Однако существует и пятый ранг на каждом из этапов возвышения — платиновый или алмазный. Разные школы называют его по-разному. Чтобы его получить, требуется гармоничное развитие всех трёх направлений — Душа, Тело, Разум. Когда эти три направления растут вместе, даос обретает небывалую силу и имеет возможность перешагнуть через барьер ограничений. Платиновый воин может с лёгкостью справится с медным мастером, в то время как золотой воин потерпит сокрушительное поражение в аналогичном сражении.

И, наконец, я добрался до книги «Основы артефактного дела», где и завис до самого утра. Мне приходилось загонять в память текст, картинки, схемы, таблицы, структуры и прочие вещи, в которых я совершенно не разбирался. Что, зачем, для чего? Неважно! Разберусь, когда придёт время. Сейчас важно упорно концентрироваться на каждой странице и запоминать её до последнего символа. После того, как последняя страница была запомнена, я отложил книгу в сторону и осознал, что наступило истощение. Как физическое, так и моральное. Достав следующую книгу, я начал концентрироваться на первой странице и с удивлением увидел капли крови, что начали капать на листы. Тело оказалось не готово к ещё одной порции мудрости школы Серебряной цапли.

Как бы мне не хотелось обратного, пришлось возвращать книги на книжные полки. Ничего брать из пещеры сейчас я не могу. Даже этот прекрасный факел, что может даровать нашей семье полгода безбедной жизни. Вернусь домой, возьму неделю на восстановление и ещё раз сюда наведаюсь. Хуан Лунь уточнил, что сундук, в который он спрятал великие артефакты своей школы, недостаточно прочный и часть энергии будет выходить наружу. Этой энергией могут воспользоваться звери, чтобы начать свой путь к бессмертию. Однако при этом они утратят разум — энергии Ци в нулевом поясе слишком мало, и возвышаясь, звери будут страдать от постоянного голода, постепенно обретая безумие. В округе они уничтожат всех, в ком есть толика тёплой крови, чтобы хоть так угасить свой чудовищный голод. Хуан Лунь написал это для того, чтобы предостеречь, но, раз мы уничтожили всю стаю, то мне больше нечего боятся. Все волки мертвы, в округе больше нет зверей, и через неделю, когда я сюда вернусь, меня здесь никто не встретит. Интересно, знал ли наставник о том, что в округе нет зверей? Ведь наверняка же знал! Он находится на этапе мастера неизвестного ранга, житель третьего пояса. Такие люди должны знать всё! Неужели это какая-то проверка? Наставник хотел узнать, как я себя поведу в Тёмном лесу ночью, окружённый, как мне казалось, опасными зверьми? Хотел проверить мой дух? Мою смелось? Неужели он рассчитывал, что я прибегу посреди ночи в лагерь, заливаясь слезами и умоляя меня больше не выгонять? Никогда в жизни! Я вернусь в лагерь, как только Эарис взойдёт над горизонтом и даже словом не обмолвлюсь о том, что делал ночью. Просто спал. Нет — медитировал. Ещё одна важная задача, на которую постоянно ссылался Хуан Лунь. Медитация — основа развития даоса. Без неё гармоничного развития не получится. Осталось разобраться, что это такое и каким образом её нужно правильно делать. В тех книгах, что мне удалось прочесть за ночь, медитация лишь упоминалась без какой-либо конкретики. Либо нужна другая книга, либо Хуан Лунь искренне считал, что этим приёмом владеют все жители Дефорской империи.

На улице я вдохнул полной грудью и едва не рухнул на землю, когда голова начала кружиться. Воздуха в пещере катастрофически не хватало. Взяв многострадальное копьё, из-за которого всё и началось, я посмотрел на валяющегося волка и решил дотащить до лагеря ещё и его. По всей видимости мой наставник весьма вредный тип, так что он запросто может высказать своё недовольство тем фактом, что я явился без добычи. Для чего-то же он заставил отпрысков внутренних поясов волочь волков в лагерь? Может, мне тоже нужно?

— Живой? О, ты и волка приволок? Молодец! — в лагере меня уже ждали. Кармин вглядывался в лес и, как только заметил мой шатающийся силуэт, бросился навстречу. Внимательно осмотрев меня с головы до ног, Кармин молча вырвал лапу волка и поволок его сам, успев по дороге рассказать мне много чего интересного:

— Представляешь, а мы сегодня не спали! Твой наставник решил, что настало идеальное время, чтобы обучить нас свежевать трупы поверженных врагов и добывать с них ценные ингредиенты. Тебе-то этому учиться и не нужно, ты же охотник. Наверняка тебя этому отец учил, а мы пока всех тридцать волков не выпотрошили, спать не отправлялись. Ты бы видел лица этих неженок! Как же я ржал, когда они делали надрез, бледнели и извергали ужин дальше, чем видели! Вот только старшего Герлона это совершенно не трогало — он дал задание и требовал его чёткого выполнения.

— Но ты-то справился со своими тушами без всяких лишних приключений?

— Ещё бы! Я, Эльда и ещё пара ребят справились идеально! Остальные да — страдали.

— Эльда, небось, ещё и радостно улыбалась, требуя оставить всех волков ей? — не удержался я от подколки. Кармин засмеялся:

— В точку! Знаешь, я даже боюсь этой кровожадной мелкой! Ты бы видел, как её глазки блестели, когда она вытаскивала внутренности и с интересом их рассматривала. Её это совершенно не торкало, словно она какой-то мясник, а не представитель одного из великих родов.

— Прямо великих?

— Других здесь нет! — усмехнулся Кармин. — Думаешь, целого мастера в качестве сопровождающего дают всем подряд? Нет, Зандр, двенадцать человек, которых твоему наставнику приходится сопровождать, действительно являются представителями великих родов внутренних поясов. Второго, третьего, есть подозрение, что кое-кто даже из четвёртого! Это ты у нас один такой безродный! Когда вернёмся в Воренд, обязательно расскажу своему наставнику забавную шутку, как простой житель нулевого пояса командовал одиннадцатью детками из великих родов, а те беспрекословно его слушались, как бараны. Причём одним таким бараном был я сам! Уверен, наставнику эта шутка понравится. Кстати! Я тебе уже говорил, что приглашаю к себе в гости? Хочу, чтобы ты стал моим напарником, с наставником я договорюсь. Да и партнёр мне для спаррингов хороший нужен. Те, кого находит наставник, только скуку вызывают. Если ты без обучения умудряешься такое творить, даже страшно представить, что сможешь потом!

— Потом, младший Кармин, мой ученик отправится вместе со мной покорять нулевой пояс, — раздался спокойный голос наставника Герлона. — Ты опоздал, ученик. Я ждал тебя тридцать минут назад. Мы выходим незамедлительно и, раз ты решил уделить пристальное внимание лесу, а не моему приказу явиться в лагерь с первыми лучами Эарис, обойдёшься без завтрака. Как и все, кто до сих пор не поел! Всем убрать ложки и строится! Мы выходим!

Судя по взглядам, которые бросали на меня ребята всю дорогу, позавтракать не успел никто. И почему-то эта новость разливалась теплом у меня в груди. Небо, неужели Эльда меня заразила, и я становлюсь такой же вредной заразой, как и она? Или это просто мелочность нулевого круга по отношению к великим родам? Чтобы их всех демоны подрали!

Глава 7

— Это договор об ученичестве, — старший Герлон положил на стол несколько листов бумаги, перо и чернила. — До своих шестнадцати лет Зандр будет официально числиться учеником мастера золотого ранга Герлона.

— Просто Герлона? Не Герлона Бар? — уточнил отец.

— Я не принадлежу ни одному великому роду, но состою на службе у клана Феникс, — ответил даос. — Таких, как я, называют «искатели». Мы независимы и путешествуем каждый по своему поясу, покоряя поля битвы, аномалии или сражаясь с демонами. У нас нет привязки к территории родов. Однако и в качестве наёмников выступать мы права не имеем. Наш удел — исследование мира, но не слава и горы духовных камней.

— Зандр будет учеником только до шестнадцати, но что потом? — осторожно спросила мама, косясь на бумаги и четыре увесистых мешочка, лежащих рядом с ними. В каждом, как заявил старший Герлон, находится по пятьдесят духовных камней тварей уровня ученик и перейдёт в пользу моей семьи, если меня отдадут в ученики. Именно так, без согласия с моей стороны. Ибо, как пояснил старший Герлон, до тех пор, пока мне не стукнуло шестнадцать, никакого права у меня нет. За меня всё решают родители и сейчас они оба не отрывали глаз от мешочков с духовными камнями.

— Потом всё будет зависеть от Зандра, — ответил старший Герлон. — Через четыре года я вернусь в третий пояс, а Зандр поступит в школу Духовной силы, где пройдёт начальную инициацию и вступит на путь возвышения и стремления к бессмертию. Справится — перейдёт в первый пояс, где продолжит своё возвышение и постепенно доберётся до моего пояса, где вновь станет моим учеником. Сдастся — вернётся в деревню. Мне не нужны бесполезные ученики.

— Почему именно эту школу? — продолжила допытываться мама. — Разве она не самая сложная?

— Ровно по этой причине. В ней учатся лучшие. В ней учатся отпрыски родов внутренних поясов. Только в этой школе можно добиться успеха, всё остальные слабы и бесполезны. Они не помогают, а затрудняют восхождение.

— Мы не сможем позволить себе обучение в этой школе, старший, — продолжила мама. — Наша деревня не настолько богата и даже этих камней не хватит, чтобы оплатить два года пути к возвышению.

— Зандр обязан поступить в школу Духовной силы бесплатно. За четыре года я подготовлю его к этому, — заявил старший Герлон, чем вызвал очередное изумление со стороны моих родителей. Те, наконец, прекратили таращиться на мешочки с духовными камнями и посмотрели на меня. Заявление старшего Герлона было весьма необычным — право на бесплатное обучение давалось лишь редким избранным, что могут доказать свою силу. Права говорить мне не давали, мнения не спрашивали. Меня вообще здесь не было. Старшие решали свои вопросы, значит младшие должны молчать. Хотя сказать мне было много чего. Начиная от того, что я не собираюсь становиться учеником старшего Герлона, заканчивая тем, что не хочу поступать в школу Духовной силы. Почему? Да потому что мне так хочется! Потому что я даже не хочу думать о том, что сейчас происходит! Родители продают меня в рабство на четыре года за две сотни духовных камней!

— Что от нас требуется? — спросила мама. — Просто подписать договор?

— Да. Этого будет достаточно, чтобы Зандр начал носить цвета клана Феникс и сопровождал меня по всему нулевому поясу.

— Зачем? — нахмурилась мама, но смутилась под взглядом старшего Герлона. Виновато посмотрев на меня, мама вздохнула и поставила свою подпись. Отец расписался без лишних вопросов. Документ на несколько мгновений начал светиться, после чего пропал. Судя по тому, как нахмурились мои родители, они опешили не меньше моего. Теперь уже наставник Герлон произнёс:

— Информация о подписанном договоре ученичества ушла в клан Феникс и род Ван. Теперь для всей Дефорской империи Зандр является учеником мастера золотого ранга Герлона. Ваш вариант договора, а также выплату клана Феникс за подготовку достойного отпрыска, вы получите чуть позже. Ученик, собирайся. У тебя десять минут.

— Я собран, наставник, — произнёс я, выделив последнее слово. — У меня нет вещей, которые я могу взять с собой.

— Выходим, — наставник поднялся и покинул дом. Я задержался на несколько мгновений, посмотрев на родителей. Каменное безэмоциональное лицо отца, как всегда, ничего не выражало, но в глазах мамы стояли слёзы.

— Так будет лучше для тебя, сынок, — прошептала она, чем заслужила лёгкое покашливание отца. Мама закрыла глаза, чтобы не видеть, как я выходил из дома. Как же мне хотелось хлопнуть дверью напоследок! Чтобы она врезалась в косяк и разлетелась! Да, мелочно. Да, глупо. Да, по-детски. Но как поступать по-другому, когда меня продали! Я же говорил перед встречей, что не хочу идти в ученики к старшему Герлону. Даже просил не отдавать ему меня! Но родители решили по-своему!

Я сумел совладать с собой и не хлопнул дверью. Выйдя на воздух, несколько раз глубоко вдохнул, прогоняя предательские слёзы. Наставник Герлон ждал меня здесь. Даже не глядя в мою сторону, произнёс:

— Мне нет дела до твоих эмоций и желаний. Хочешь ты или не хочешь, но в ближайшие четыре года ты мой ученик и обязан называть меня наставником. Твоя задача на время ученичества будет заключатся в строгом выполнении моих указаний. Любое неповиновение или неправильное исполнение приказа, как это было в Тёмном лесу, будет жёстко наказываться. И это будет не благостное созерцание земли, как наказывал тебя отец. Ты испытаешь на себе весь гнев даоса уровня мастера золотого ранга. Тебе нужно принять тот факт, что ближайшие четыре года твои домом станет дорога. Твоим единственным другом — цзянь. Твоими постоянными спутниками станут разбитые в кровь костяшки и ноющие мышцы. Родители, что продали тебя мне за каких-то жалких двести духовных камней, слишком затянули с твоим обучением. Тебя придётся ломать. Изгонять старые привычки, прививать новые. Этим мы и займёмся в ближайшие четыре года.

— Как будто у родителей выбор был? — зло произнёс я. То, что я злился на родителей, не значит, что кому-то разрешено их ругать. Это моя родня и защищать я её буду в любом случае. — Они не могли отказать мастеру золотого ранга и духовные камни — это хоть какой-то бонус за то, что вы решили меня присвоить!

— Отказать они могли и прекрасно об этом знали. Особенно твой отец. Ты знал, что он является даосом этапа ученик золотого ранга?

— Это невозможно, — я старался переварить новую информацию. Из записей Хуан Луня следовало, что людям из внутренних поясов нельзя путешествовать в нижние без хорошего запаса духовных камней. Из-за недостатка энергии Ци они начнут испытывать жуткий голод и начнут потихоньку сходить с ума. Мой отец не умалишённый! Но и духовных камней в нашей семье отродясь не водилось.

— Тем не менее это так. Ваши внутренние семейные разборки не моё дело. Если окажешься недостойным и вернёшься в деревню, спросишь его об этом сам. Так вот, выбор у твоих родителей действительно был. Они могли мне отказать и повлиять на их выбор я бы никоим образом не мог. Клан Феникс строго следит за соблюдением закона. Однако теперь ты мой. Знаешь, как управлять самоходными повозками?

Наставник Герлон сделал странный жест и рядом с нами появилось нечто странное. Это определённо была повозка — четыре колеса и рычаги управления у неё точно были. Вот только у повозки не было ни тента, ни места для груза. Всего два кресла, установленные на четыре колеса и небольшой навес, защищающий от палящих лучей Эарис. Хотя, наверно, следует отдельно сказать про колёса. Прежде всего стоит отметит их крепление — они устанавливались на не привычные для повозок рессоры, а на какие-то распорки, разделённые толстой пружиной. Сверху колёса были закрыты выпуклой панелью, целиком скрывающей их от тех, кто сидел на повозке, но самое интересное заключалось не в способе крепления колёс и странном приспособлении сверху. Самое странное заключалось в самих колёсах — они были невероятно широкими, примерно с моё предплечье, а поверхность была не гладкой, как у нашей повозки, а ребристой.

— Я жду ответа, ученик! — наставник не повышал голос, но я почувствовал, что у меня на мгновение сковало всё тело и по нему прошлись сотни иголок. Это было чудовищно больно, но самое плохое заключалось в том, что я даже заорать не мог. Тело мне не принадлежало. Наказание длилось всего мгновение. Когда я вновь обрёл контроль над телом, боли уже не было. Лишь липкий холодный пот, окутавший всё тело, напоминал о случившемся.

— Я пробовал управлять повозкой всего несколько раз, наставник, — ответил я, не желая получить ещё одну порцию наказания. Мало того, что больно, так ещё и обидно, что у меня не имелось ни малейшего шанса этому сопротивляться!

— Этого достаточно. Занимай своё новое место, ученик. Отныне тебе вменяются ещё и обязанности извозчика.

Меня всего потряхивало, когда я забирался в кресло. В нашей повозке ничего подобного не было — только простая деревянная скамья, на которой сидел отец. Здесь же находилось мягкое и довольно уютное кресло. Путешествовать в таком одно удовольствие! Рычаги управления не отличались от тех, то имелись в нашей самоходной тележке, вот только я внезапно осознал, что у меня вспотели ладони. Отец строго настрого запрещал управлять тележкой в деревне. Говорил, что я ещё не готов к такой ответственности. Меня учили в чистом поле, где не во что было врезаться. Не было людей, которых можно было задавить. Здесь же деревенские высыпали на улицу, чтобы своими глазами поглазеть на даоса и тех, кого он сопровождает. Такого в деревне отродясь не было и разговоров хватит на несколько лет, если не больше. Старики будут пересказывать внукам сказки о том, как однажды в их деревню заехал целый мастер из третьего пояса и никого не поубивал! Потому что деревня свято чтит закон и находится под защитой рода Ван. Что-то похожее мне дядя рассказывал. Правда, смеялся при этом, но рассказывал.

Три дорогие повозки рода Ван уже стояли готовые к отправке. Возвращение в деревню вымотало всех, так что сейчас народ находился в повозках, чтобы урвать дополнительную минуту отдыха. Вчера наставник Герлон превратился в демона, заставив всех выложиться на полную. Если в Тёмный лес мы шли почти четверо суток, то обратно добрались за день! Суровый даос не слушал стенаний, жалоб и угроз. Когда несколько ребят вздумали «взбрыкнуть», показав свой гонор, даос придавил всех так, что мало не показалось никому. Кровь из носа пошла даже у Эльды, что говорить про остальных? Однако даосу было плевать на страдания его подопечных. Он даже лечить никого не стал, лишь пригрозив, что, если мы не поднимемся на ноги и не начнём двигаться, будет хуже. Ни обеда, ни ужина нам тоже не полагалось. Мы завалились в деревню глубоко под вечер и рухнули на землю без сил. Пройти восемьдесят километров по пересечённой местности за сутки стало чудовищным испытанием для всех. Даже, как мне кажется, для отца. Хотя виду он, как обычно, не подал.

Утром случился тот неприятный разговор, когда наставник Герлон предложил моей семье две сотни духовных камней, если они подпишут договор об ученичестве и сейчас я сидел перед рычагами управления, боясь взять их в руки. Я не знал особенности этой самоходной повозки. Наша была тяжёлой, медленной, неповоротливой. Там приходилось двигать рычаги с усилием, чтобы повернуть и заставить её двигаться. То, что достал наставник из своего пространственного кошелька, совершенно не выглядело тяжеловесным и неповоротливым средством передвижения, даже несмотря на широченные колёса. И это пугало. Что, если я не справлюсь с управлением и врежусь в дом соседей, что находится прямо по курсу? Повозки с отпрысками родов внутренних поясов двинулись, и наставник Герлон занял соседнее с моим кресло.

— Следуй за ними, держи дистанцию пятьдесят метров, — приказал он и даже глаза закрыл, словно всё происходящее его не касалось, и он был уверен, что у меня всё получится. Я прикоснулся к рычагу, отвечающему за скорость, и чуть сдвинул его с места. Повозка дёрнулась, но тут же остановилась. Меня тряхнуло так, что я чуть из кресла не выпал, однако наставник, казалось, вообще ничего не ощутил. Мало того, он промолчал, оставив без комментариев мою первую попытку сдвинуть повозку.

Второй раз я действовал более уверенней. Рычаг пошёл вперёд, и мы поехали за повозками рода Ван, постепенно набирая скорость. Помощники, что отправились с нами в поход, явно были опытными извозчиками. Они ловко лавировали между домами, когда же мы выехали из деревни, ещё больше увеличили скорость, оставив нас далеко позади.

Кажется, я никогда так не переживал. У меня взмокло всё, что только могло взмокнуть. Я вообще представлял собой одну большую каплю! Пот не впитывался в мантию и скатывался по телу, образуя под моими ногами лужицу. Во рту пересохло, руки мёртвой хваткой вцепились в рычаги, мир сузился до дороги и едущей впереди повозки. Вскоре наши скорости выровнялись и, держа дистанцию, я начал постепенно приходить в себя. Управлять повозкой, на самом деле, оказалось не так сложно, как я думал. Мало того, это средство передвижения на порядок превосходило по качеству наше. Ямки и кочки перестали быть проблемами — повозка наставника проезжала по ним без тряски, в то время как на нашей такие препятствия были хорошим испытанием для крепости позвонков. Час спустя мы добрались до Верина, столицы нашей провинции, но проехали мимо, даже не заезжая в город. Против воли сердце забилось чаще — начинались земли, в которых я ни разу не был. Вся моя предыдущая жизнь прошла между деревней и этим городом, с редкими вылазками в Тёмный лес. Только сейчас до меня дошло, что всё, что я видел раньше, было мелким и незначительным по сравнению с огромным миром. Что говорить, если до столицы нулевого пояса, Воренда, нам придётся ехать две недели! Так, во всяком случае, говорил Кармин. Хотя мы и в Тёмный лес четыре дня шли…

— Стоп! — настолько резко произнёс наставник, что я даже вздрогнул. Рычаг пришёл в нулевое положение и колёса нашей тележки заблокировались. Вот только мы сразу не остановились, а какое-то время скользили по дороге. Боком. Кажется, в этот момент у меня сердце даже биться перестало. Мы могли либо перевернуться, либо куда-то врезаться. Управление было потеряно. Повезло — повозка остановилась без особых происшествий. Пусть до ближайшего дерева и оставалось несколько метров.

— На выход! — наставник отдавал команды резко, словно его что-то беспокоило. Как только я выпрыгнул, повозка исчезла в пространственном кошельке даоса. Тройка повозок остановились далеко впереди и из них начал выпрыгивать народ, разминая мышцы. Но наставник даже не смотрел в их сторону. Всё его внимание было сосредоточено на чём-то невидимом. Том, что было недоступно простому человеку.

— За мной! — бросил он и побежал вперёд с невероятной для человека скоростью. Кажется, он был даже быстрее повозки! Я сразу отстал, однако мне не составило труда проследовать за даосом. Не потребовались даже навыки чтения следов — наставник Герлон ломился напрямую, оставляя за собой широкую просеку. Отклонился он всего несколько раз, когда на пути возникало толстое дерево. Мелкие деревья даос даже не замечал, ломая их как тростинки.

Впереди раздались крики, звон мечей, жуткое рычание каких-то зверей и мне пришлось выложиться на максимум, чтобы не пропустить самое интересное. Тем не менее я всё же опоздал. Когда я вылетел на небольшую полянку, наставник уже закончил и спокойно вытирал свой цзянь. Трупов было так много, что я даже считать их не стал. Однако, что меня поразило, кроме людей здесь находились и какие-то похожие на кабанов твари. Если бы только у кабана внезапно выросло с десяток острых шипов по всему телу, сплющилась морда, а рот представлял собой страшную мешанину остроконечных загнутых зубов. Траву и жёлуди такими зубками не съешь. Только мясо. Вместо копыт у тварей были когтистые лапы, подходящие больше какому-нибудь волку, а ещё от тушек исходила странная чёрная дымка, быстро растворяющаяся в воздухе.

— Демоны, — пояснил наставник, заметив мой интерес.

— Демонов нет в нулевом круге, — опешил я. — Это же всем известно.

— Демонов в нулевом круге нет, потому что десять лет назад была закрыта последняя червоточина. Твари открыли новую и теперь главный вопрос заключается в том, одна ли она?

Видимо, у меня на лице было многое написано, так как наставник ухмыльнулся и спросил:

— Что тебе известно о структуре нашего мира, ученик? Или мне нужно начинать общаться с тобой как с младенцем, едва учащимся разговаривать и понимать окружающих, рассасывая каждый факт о жизни?

— Второе, наставник, — ответил я, отринув бесполезную гордость. Глупо бить себя кулаком в грудь и кричать, что мне всё известно и не нужно ничего пояснять. Я действительно не понимал, что такое червоточины и почему кроме демонов на поляне находятся трупы людей. Они умерли не от страшных зубов — их убил наставник.

— Правильный выбор, грудничок, — даос даже не ухмыльнулся, когда так меня назвал. — Твари, что не похожи на людей, называются низшими демонами. Надень перчатки и собери их всех в одну кучу. Если тело низшего демона коснётся твоей кожи, учитывая твой этап развития ты с вероятностью сто процентов умрёшь. Выполняй!

Наставник говорил всё настолько буднично, словно ничего критичного не происходило, хотя я замер на месте. Это как — если демон коснётся моего тела, то я умру? Он сейчас серьёзно? Вот только, судя по всему, даос не шутил, раз кинул мне толстые перчатки. Я невольно засмотрелся на пространственный кошелёк, что висел на поясе наставника. Даже на какое-то время позабыл о страшных и смертоносных даже после своей гибели демонах. Сколько же всего интересного и ценного находится в этом небольшом предмете? Мне точно нужно как можно скорей разобраться с ингредиентами и создать себе личный инвентарь. Когда твои предметы в безопасности, когда их никто не украдёт, тогда и жизнь хороша!

Всего на поляне обнаружилось двадцать пять низших демонов. Наставник Герлон не уточнял задачу, но мне показалось правильным собрать не только сами туши, но и все крупные куски, что отлетели от тел. Когда я закончил стаскивать тварей, то ожидал, что даос подожжёт тела, однако реальность смогла меня удивить. Наставник подошёл к куче, взял голыми руками первого демона и ловким движением ножа вскрыл ему грудную клетку.

— Смотри, ученик. Здесь пусто, хотя должно находиться демоническое средоточие. Это означает, что тварь явилась к нам с нулевого круга своей реальности и не испытывала здесь чудовищного голода. Полагаю, остальные низшие такие же бесполезные, как эта. Нет смысла с ними возиться. В сторону!

С рук даоса сорвалось пламя, и огромная куча демонов загорелась, словно была создана не из тел, а из сухой травы. Полыхнуло так, что пламя взлетело вверх над кронами деревьев. Я прикрылся рукой и с удивлением понял, что кимоно не пропускает жар. Ткань, из которой была сделана моя одежда, оказалась прочной, жаростойкой и мягкой. Наверняка у неё ещё с сотню свойств обнаружится, но наставник пока не спешит с ними делиться. Демоны меня раздери, я уже даже в мыслях называю Герлона наставником! Он всего-то и сделал, что уничтожил демонов! Про пещеру я ему всё равно ничего не скажу.

— Теперь о том, что происходит в нашем мире, грудничок. В летописях не осталось точных дат, но когда-то в нашу планету врезался удивительный предмет. Кристалл, что генерировал необычную энергию, названную позже энергией Ци. Кристаллу дали название Первородная Душа и отныне он является источником всех тех чудес, что происходят в нашем мире. Люди научились пользоваться энергией Ци, создали пояса, собирающую энергию определённого уровня в определённой локации, придумали правила восхождения, осознали, что в финале всего их ждёт бессмертие, но все эти великие события проходили на фоне двух не самых радужных новостей. Первая — гибель предыдущего мира породила аномалии, куда вскоре мы с тобой отправимся. Вторая — Первородная Душа пробила наш мир насквозь и объединила его с другим, наводнённом демонами. Вначале миры были связаны только посредством Первородной Души. Твари не могли проникнуть к нам, даосы не могли проникнуть в тот мир, чтобы всех прикончить. Но постепенно миры начали стягиваться. Между двумя случайными точками формировалась червоточина — прокол в пространстве, через который можно попасть из одного мира в другой. В основном в наш, так как ряд исследований показал, что неподготовленному человеку будет тяжело выжить в мире демонов. Демоны начали проникать в наш мир. Если червоточины не уничтожать, то они укреплялись, становились устойчивыми и миры в этой точке пространства объединялись окончательно, превращаясь в нечто третье. Это не человеческий, но и не демонический мир. Это нечто небывалое и странное, лишённое привычной логики. Такие места называют полями битвы и даосы посещают их, так как они способны породить крайне редкие и ценные ингредиенты. Война с демонами длилась долгое время, с переменным успехом каждой из сторон. Сейчас, насколько мне известно, установился паритет — территория демонов не расширяется, но и люди не могут откинуть тварей обратно в своё логово. Практически весь восток Империи захвачен демонами. Эти твари вклинились до третьего пояса включительно, основав свои неприступные крепости. Полагаю, эти территории потеряны для человечества навсегда. Как и люди, демоны идут по пути возвышения. Что в своём мире, что в нашем. Они жаждут пробиться в центральный пояс, где смогут уничтожить Первородную Душу нашего мира. Это краткий пересказ того, что сейчас происходит в мире. Когда мы достигнем Воренда, возьмёшь в библиотеке несколько книг по истории и вызубришь их наизусть. Даос обязан знать главного врага нашего мира. Спрашивай.

— Наставник, но здесь не только низшие демоны, — я посмотрел на уничтоженных людей. — Что люди делают рядом с тварями? Почему демоны их не растерзали?

— Потому что часть тех, кого ты видишь — не люди. Подойди.

Наставник наклонился над каким-то мужчиной. С виду самый обычный человек, похож, к слову, на нашего соседа. Разве что живота нет. Даос открыл глаза трупу и у меня по спине пробежали мурашки — посреди ярко-жёлтых глазниц располагались вертикальные зрачки хищника.

— Единственное визуальное отличие высших демонов от людей — глаза, — пояснил наставник. — Физиологически это такие же люди, как и мы. Возможно, когда-то они людьми и были. Говорят, с ними можно иметь потомство, хотя я даже не представляю безумца, что на такое согласится. Ибо кроме визуальных отличий есть ещё и духовные. Демоны смердят. От них несёт смертью. Тот, становится на пусть восхождения к бессмертию, не спутает этот запах ни с чем. От него воротит.

— Но здесь не только высшие демоны, — произнёс я, повернувшись в сторону отрубленной головы. Глаза трупа были широко отрыты и, пусть зрачки закатились, в них не было ничего демонического. Это были обычные глаза обычного человека.

— Не только, — подтвердил наставник. — Именно из-за этого нам придётся вернуться в этот район сразу, как только мы доставим моих подопечных в Воренд. Червоточину нужно обнаружить и уничтожить, пока в этом районе нулевого круга не случился прорыв. Об остальном поговорим позже. Стаскивай тела в кучу — здесь всё нужно сжечь. И ещё — никто из отпрысков не должен знать о демонах. Паника в нулевом поясе не нужна никому.

Глава 8

— Это неприемлемо, Герлон! — возмущению Хрики Ван, мэра Воренда, не было предела. Он широким шагом мерял кабинет, пытаясь придумать выход из текущей ситуации, но выхода не было. Всё, что оставалось делать главе столицы нулевого круга юга Дефорской империи, повторять одну и ту же фразу:

— Это неприемлемо, Герлон!

— Старший Герлон, — спокойно поправил даос.

— Это неприемлемо, старший Герлон! — останавливаться мэр не собирался. — Ты нарушаешь закон клана!

— Никаких нарушений, господин Хрики Ван и вы прекрасно это знаете. Я прибыл в нулевой пояс свободным от обязательств. Так, как и предписывает закон.

Мэр покосился на золотистый лист бумаги, что лежал на столе и продолжил ходить по кабинету. Мозгами он понимал, что проиграл, но душа упорно искала хоть какой-то повод вернуть всё так, как было раньше.

— Староста забытой Небом деревни не имеет права заключать ученический договор! Он не глава рода! Родом Ван управляю я! Это мой нулевой круг!

— Деревня Калед не принадлежит к роду Ван, — Герлон позволил себе довольную улыбку. — Как и сотни других деревень по периметру нулевого круга. Разве не вы, глава рода Ван, двадцать лет назад подписали указ о пограничных землях? Указ о том, что находящиеся на границе пояса деревни должны обрести самостоятельность? Поздравляю — они её обрели. Договор завизирован кланом Феникса. Или род Ван желает пойти против воли клана?

— Так ты поэтому поехал к границе? Чтобы найти безумца, готового стать учеником искателя?

— Хотелось бы чуть больше уважения в словах младшего, — голос Герлона стал ледяным.

— А то что? — Хрики Ван даже не подумал стесняться в выражениях. — Нападёшь на меня? Объявишь войну роду Ван? Так давай, действуй! Вот он я, даос этапа ученик бронзового ранга. Ты сильнее меня, мастер Герлон, я прекрасно это осознаю. Но сильнее ли ты всего рода Ван? Готов ли искатель Герлон сражаться с кланом Феникс?

Герлон ничего не ответил и нацепил на лицо непроницаемую маску. У Хрики Вана не было иного выбора, кроме как завизировать ученический договор. Это понимал и Герлон, и мэр. Вот только то, как всё обернулось, бесило мэра неимоверно. Прекратив мерять шагами кабинет, Хрики Ван уселся за стол и решил изменить тактику.

— Старший Герлон, ты же без ножа меня режешь! Где я сейчас провожатого возьму? У меня уже и так не город, а детский сад какой-то! Полторы тысячи высокородных отпрысков, что ещё даже в школу не поступили! Детей нужно выводить на тренировки в аномалии, а некому! Твои коллеги зашиваются, в их группах по тридцать детей, а ты удумал сбежать от ответственности! Давай сводишь шесть-семь групп в аномалию и тогда мы разбежимся? Готов удвоить твой оклад!

— Предлагать искателю духовные монеты — это как предлагать плавающей в реке рыбе воду, — улыбнулся Герлон и кивнул на золотистые листы на столе мэра. — Я бы с удовольствием поводил группы, господин Хрики Ван, вот только права у меня больше такого нет. Наставник не имеет права бросить своего ученика на произвол судьбы. Мне доверили слишком ответственную миссию.

Идея сбросить с себя оковы обязательств сопровождения высокородных детишек пришла Герлону в тот момент, когда Зандр притащил в лагерь тушу волка. Даос не ставил такой задачи и с трудом сдержал довольную ухмылку. Этот забавный юноша не только просидел ночь в Тёмном лесу и не сломался, так ещё и постарался предугадать недовольство своего временного наставника. Герлон понимал, что вероятность заключения ученического контракта минимальна. Согласно законам клана, подписывать такой договор имеет право глава рода ученика. Живи Зандр где-нибудь поближе к центру пояса, об этом не могло бы идти и речи — господин Хрики Ван никогда бы не согласовал такое назначение. Максимум, на который рассчитывал Герлон, что Зандр получит статус внешнего ученика. Что, по сути, просто спутник. Сопровождающий. Однако реальность оказалась весьма забавной — в разговоре с отцом парнишки Герлон неожиданно узнал, что род Ван сделал хитрый ход, чтобы не посылать свои войска при малейших неприятностях на границе нулевого пояса. Деревням, что находились в приграничных зонах, была дарована самостоятельность. Они больше не подчинялись напрямую роду Ван. Это явно была воля Неба.

Нулевой круг для Герлона был временным решением проблем. Слишком своевольным был искатель, слишком многих он сверг с пути к бессмертию. Дошло до того, что род Бар, контролирующий третий пояс, решил взять под личный контроль дело со строптивым искателем. Сражаться против целого рода было глупо, поэтому Герлон ухватился за подвернувшуюся возможность и сбежал в нулевой круг, чтобы четыре года водить высокородных детишек по аномалиям, зарабатывая репутацию в клане. Вот только первая же вылазка показала, что из Герлона плохой сопровождающий. Своеволие, породившее проблемы в третьем поясе, никуда не делось и в нулевом. Детишки, возомнившие себя центрами мира, совершенно не знали или не желали знать элементарные правила приличия. Правила отношений младший-старший. Закрывать на такое глаза Герлон не собирался, хотя и понимал, к чему это приведёт — к минусам в репутацию с кланом. Но тут появился Зандр, а вместе с ними и понимание — наставник с официальным учеником не имеет права водить группы. И изгнать Герлона обратно на третий пояс род Ван тоже не может — ученик был найден здесь, в нулевом поясе. До тех пор, пока действует блокирующий энергетический голод амулет, Герлон останется здесь. Это четыре года. За это время страсти в третьем поясе угаснут, род Бар забудет о ретивом искателе, а он сумеет не только подготовить ученика к дальнейшему возвышению, но и разберётся с внезапной червоточиной. Хотя куда больше Герлону хотелось разобраться с людьми, что сотрудничали с демонами. Те, кого он убил, были простыми жителями нулевого круга, без принадлежности к какому-то роду или клану. Значит, за ними кто-то стоит и нужно выяснить, кто конкретно. Чем не работа для искателя?

Раздался настойчивый стук — кто-то сильно хотел попасть в кабинет. Хрики Ван вздохнул и поставил визу на золотом листе, что тут же испарился со стола. Ученический договор был окончательно утверждён и теперь семью, чей отпрыск заслужил право стать первым учеником мастера, ждёт хорошая награда. Мэр позволил войти и в кабинет только что не влетел один из слуг рода. Но обратился он не к Хрики Вану, а к Герлону:

— Старший, ваш ученик… Он умирает!

* * *

Сознание возвращалось медленно, как-то нехотя. Вначале я услышал звуки, но они раздавались где-то вдали и практически не имели никакого смысла. Затем появился свет. Он начал уплотняться, приобретать формы и постепенно превратился в наставника Герлона, заложившего руки за спину. Поза выражала недовольство. Откуда-то пришло осознание, что гневить этого человека опасно для жизни, так что я постарался вспомнить, что за последнее время произошло такого необычного, что вызвало гнев моего наставника?

Демонов мы уничтожили пять дней назад, после чего двигались в Воренд практически без остановок. Из-за постоянного напряжения я даже не сумел толком оценить красоты столицы нулевого пояса. Да, какие-то красивые постройки, высокие каменные дома, мощёные улочки, куча людей в странной одежде. Всё это фоном мелькало перед глазами, не вызывая интереса. Я впервые оказался в большом городе, тем более за рычагами управления самоходной тележки и делал всё, чтобы не наехать на людей и другой транспорт. Как самоходный, так и на лошадиной тяге. Это был какой-то кошмар! Мне постоянно приходилось лавировать, уклоняться, снижать или повышать скорость, резко тормозить, а также не упускать из виду тележки рода Ван, что везли высокородных сверстников. Мы въехали на какой-то широкий двор и наставник, наконец, объявил остановку. Из повозок высыпали ребята, тут же начавшие разминать мышцы, но присоединиться к ним я не мог — наставник приказал следовать за ним. В голове шумело, казалось, что я ещё еду, так что все красоты дворца рода Ван прошли мимо меня.

Миновав несколько коридоров, мы зашли в огромное помещение.

— Это мой ученик, мастер, — послышались слова наставника. — Ему необходимы учебники по истории мира.

— Ученик? — послышался скребущий голос и, наконец, я увидел, к кому обращается даос. Это был пожилой карлик с такой густой копной седых волос на голове, что, казалось, они весили больше, чем весь карлик целиком. Помимо волос отличительной чертой карлика являлся огромный мясистый нос, скорее — носище, что нависал над пухлыми губами. Как и все даосы, карлик был одет в классическое кимоно с нашивками рода Ван и кланом Феникс. Сидело это чудо природы за небольшим столом и читало толстенную книгу. Смерив меня снизу вверх бесцветными старческими глазами, карлик добавил:

— Я не вижу принадлежности к искателям или к старшему Герлону. Всё, что я вижу — нашивку клана Феникс и одежду, явно взятую с чужого плеча. Старший Герлон взял в ученики кланового отпрыска? Род Ван в курсе происходящего?

— Мастер, этого ученика я нашёл на широких просторах нулевого пояса. Он не принадлежит ни клану Феникс, ни роду Ван. Ученический договор заключён, сейчас проходит согласование. Как только я получу его копию, займусь внешним видом своего ученика, пока же мне пришлось одевать его в то, что было под рукой. Что касается рода Ван, полагаю, они уже в курсе. Господин Хрики Ван с нетерпением ждёт нашей встречи.

Поразительно, но это был первый раз, когда наставник обращался к кому-то с уважением. Обычно даос бросал приказы и ждал, что их тут же побегут исполнять или что его слова будут воспринимать как откровение Неба. Здесь же почтительность и уважение к карлику, совершенно выбивающееся из образа того старшего Герлона, которого я успел узнать.

— Ступай, коли ждёт. Нехорошо заставлять главу рода ждать, — ухмыльнулся карлик и вновь посмотрел на меня. — Ступай за стол, сейчас тебе принесут учебники. Раз ты из нулевого круга, значит правил не знаешь. Поэтому предупреждаю — начнёшь шуметь, вылетишь отсюда сразу! Почему? Потому что тишина должна быть в библиотеке!

Несмотря на то, что карлик называл моего наставника старшим, в этом небольшом даосе чувствовалась некая таинственная скрытая сила, что гасила любое желание с ним спорить. Столов в помещении было много и часть из них оказалась занята молодыми людьми в возрасте от шестнадцати до двадцати лет. Они носили чёрные мантии, а на груди каждого красовался символ школы Духовной силы — два скрещённых цзянь на фоне дуба. Этот символ был мне знаком — Хуан Лунь несколько раз рисовал его в своих записях, чтобы точно описать своего врага. Понимаю, что это были просто студенты, что пришли в библиотеку в поисках знаний, но, почему-то, я заочно записал их в свои враги. При том, что мне они совершенно ничего не сделали!

Вскоре принесли несколько книг, и я погрузился в чтение. История мира, рассказанная наставником, являлась упрощённой версией того, что же на самом деле происходит в Дефорской империи. Существует четыре великих клана, находящихся в состоянии перманентной войны друг с другом. Кому-то всё время не хватало ресурсов и он думал, что у соседа их гораздо больше. Территория империи была поделена на четыре огромных сектора и каждый клан начал управлять своей территорией. Клану Дракона достался север, клану Тигра запад, Фениксу перепал наш юг, а Грифоны правили востоком. Вернее, той его частью, которую ещё не захватили демоны. На самом деле агрессии со стороны тварей другого мира подвергся не только восток. Досталось и югу, и северу. Только клан Тигра взирал на остальных свысока, повсеместно утверждая, что если бы им отдали всю империю, то никаких демонов в нашем мире давно бы не было.

Я прочёл первую книгу настолько быстро, что даже сам не заметил, как очутился на последней странице. Наставник требовал, чтобы я запомнил её наизусть, так что приходилось концентрироваться, загоняя всё в память. В отличие от непонятных схем учебника по артефактному делу, с историей оказалось всё на порядок проще. Помощник карлика притащил вторую книгу, посвящённую великим родам юга, однако что-то пошло не по плану. Я погрузился в чтение, пытаясь понять хитросплетение взаимоотношений родов в рамках одного клана, сам орган управления кланом, всех советников клана, глав независимых гильдий и семей, когда перед глазами всё закрутилось и я провалился во тьму.

Собственно, это были последние воспоминания, и я упорно не понимал, чем мог прогневать своего наставника. Стоит, хмурится, недовольно молчит. Молчал и я. Старший права говорить не давал, хотя у меня было, что сказать. Вместо того, чтобы дать мне время на восстановление, наставник сразу потащил в библиотеку. Пять дней за рычагами управления могут вымотать любого человека, не только двенадцатилетнего меня. Вот организм и дал слабину. Во всеми бывает!

— Проверить бы его, старший, — послышался скрипучий голос карлика. — Что-то мне в нём не нравится. Не могу понять, что конкретно. Где, говоришь, его нашёл?

— В Небом забытой деревне на границе нулевого круга.

— На границе с чем? Демонами? Барьером? Океаном? — продолжал допытываться библиотекарь. Последнее было правдой — километрах в тридцати от нашей деревни располагалась такая штука, как великий океан, омывающий берега огромного материка. Вот только наличие океана никоим образом не сказывалось на достатке жителей деревни — рядом с океаном существовала буферная зона, попав в которую люди обычно умирали. Твари, что вылезали из океана, жрали всё подряд. Долго существовать на поверхности они не могли, но всё живое в десяти километрах сожрали. Причём не только животных — трава и деревья тоже попали под раздачу. В деревне детей пугали — будешь плохо себя вести, отправим купаться в океан!

— Кто может его проверить, мастер? — наставник сделал вид, что не услышал последней фразы библиотекаря.

— Главы школ, — карлик недовольно скривил толстые губы, но всё же ответил. — Глава рода Ван, хотя с последним не уверен. Может кто из исследователей умеет видеть, тут я не знаю. Да и нет в наших краях сильных исследователей.

— Теперь есть, — произнёс наставник Герлон. Библиотекарь даже хмыкнул:

— Утвердили?

— Словно у них выбор был? Зандр является моим официальным учеником в ближайшие четыре года.

— А он знает, что значит быть учеником исследователя? — библиотекарь как-то хитро посмотрел на моего наставника. — Или ты его ещё в такие щекотливые подробности не посвящал?

— Всё, что нужно, он знает. Детали выяснит в процессе.

— Если выживет, — карлик откровенно насмехался над моим наставником, но тот этого словно не замечал.

— На всё воля Неба. Оно не просто так свело меня с Зандром. Осталось только понять, для чего. Получается, только главы школ могут его проверить?

Библиотекарь лишь развёл руками, показывая, что в этом вопросе он бессилен. Мы вышли на улицу, где наставник извлёк самоходную тележку, но на этот раз сам сел за рычаги управления. Видимо, мои навыки управления в столице его категорически не устроили. Возражать я не смел, тем более что у меня появилась возможность наконец-то рассмотреть красоты Воренда. Столица юга нулевого круга выглядела внушительно. Деревянных строений не было — кругом царил камень. Из него было сделано всё, даже дорога. Сразу бросилось в глаза высота строений — я не увидел ни одного одноэтажного дома, практически у всех жилищ первый этаж представлял собой магазин, таверну или мастерскую. Причём последних становилось тем больше, чем дальше мы отъезжали от дворца рода Ван.

Наставник остановился возле непримечательной мастерской. Судя по вывеске, здесь обитал портной. Вот только краска на вывеске уже выцвела и местами облупилась. Мы вошли внутрь — посетителей не было. Как и хозяев. Повсюду висела одежда. Как обычная, что носили горожане, так и кимоно даосов разных расцветок. Наставник подошёл к прилавку и нажал на небольшой звонок.

— Что надо? — дальние двери открылись и из них вышел заспанный мастер. Дядя у меня был кузнечным мастером, так что определённый образ людей, решивших посвятить себя производству товаров, у меня имелся. Вот только этот образ рухнул, когда я увидел текущего мастера. Это был непозволительно худой парень чуть старше двадцати. Даже опухшее от сна лицо не могло скрыть впавших щёк. Чёрные круги под глазами и посиневшая кожа завершали образ. Если перед нами был портной, то ему было плохо. Одет он был в обычную городскую одежду и о том, что перед нами всё же мастер, а не случайно забредший сюда бездомный, говорил фартук с фениксом на груди.

— Нужна мантия ученика, — спокойно ответил наставник, словно внешний вид этого бедолаги был ему привычен.

— Нету, — слишком резко ответил портной. — Идите в другие мастерские. Эта больше не работает.

— Работает, — настоял наставник. — И я получу здесь мантию, даже если мне придётся вытрясти её из тебя. Ибо мантия, что мне нужна, есть только в этом магазине.

Последняя фраза возымела действие — взгляд портного обрёл осмысленность. Он уставился на нас, какое-то время переводил взгляд с меня на наставника и обратно, после чего вздохнул, махнул рукой и побрёл в соседнюю комнату.

— С нуля шить не буду, — послышался его голос. — Подгоню под рост парочку имеющихся комплектов. Приходите завтра в это же время. Будут тебе мантии, искатель.

— Наставник, могу ли я задать вопрос? — спросил я, как только мы вышли из мастерской.

— Нет, — коротко ответил наставник, воплощая тележку. Вновь он устроился за рычагами управления, позволяя мне созерцать красоты столицы, вот только ни о каких красотах я больше не думал. Портной определённо был искателем. Отсутствие символа рода Ван тому подтверждение. Однако выглядел он так, словно половину жизни провёл без еды и отдыха. Но моего наставника внешность портного не удивила. Он был готов к тому, что увидит. Неужели все мастера-искатели выглядят вот так?

Мы остановились возле ещё одной мастерской, на сей раз оружейной. Она оказалась до неприятного похожей на предыдущее заведение. Такое же запустенье, такой же уставший, заспанный и выглядящий больным оружейник. Да, ещё и такой же приветливый. Но вновь, стоило моему наставнику заявить о том, что только здесь он может купить оружие, у оружейника проснулся интерес. Смерив меня взглядом, он притащил покрытый символами цзянь, который настолько подходил мне по руке, что, казалось, был создан именно под меня!

— Сколько? — спросил наставник, даже не посмотрев на оружие.

— Сотня духовных монет, — мне с трудом удалось сохранить челюсть на месте. Сотня духовных монет за меч? Из чего он сделан? Нет, что он может? Убивать демонов одним ударом?

— Ещё нужны ножны, — наставника такая стоимость не смутила. Он швырнул на прилавок увесистый кошелёк и посмотрел на меня: — Жду тебя на улице. Заорёшь — будешь наказан.

Мне не понравился комментарий и чрезмерно активизировавшийся оружейник. Он начал быстро ходить по мастерской, доставая какие-то странные приспособления. Сложив их в одну кучу, оружейник придирчиво оценил предметы, глянул на меня и ухмыльнулся. Неприятно ухмыльнулся.

— Значит, накажут, если заорёшь? У меня для тебя неприятная новость, парень. Ты будешь не просто орать — ты горло сорвёшь. Идём.

Сграбастав всю кучу вместе с мечом, оружейник отправился в соседнюю комнату. Там обнаружился спуск в подвал, затем ещё несколько комнат и, в результате, мы вошли в обложенное камнем помещение. В центре стояло полулежачее кресло с зажимами для рук, ног и головы. Оружейник кивком указал занимать место, положил предметы прямо на пол и, как только я уселся, зафиксировал мои конечности.

— Крик — не самая большая проблема привязки. Не испорти одежду.

— Хотелось бы чуть больше понимать, что сейчас произойдёт.

— Хотелось бы? — засмеялся оружейник. — Наставник тебе ничего не рассказал?

— Ни того, что здесь произойдёт, ни того, почему вы выглядите так, словно вас повозка раз двадцать переехала.

— Повозка? — оружейника явно веселили мои слова. — Давай так, парень. Привязка длится десять минут. Сможешь продержаться две минуты без крика, отвечу на твои вопросы. Не сможешь… Свалишь из моей мастерской без ответов. Ещё и дорогу сюда забудешь. Хотя нет, дорогу ты сюда не забудешь. Чтобы ученик искателя не стал искателем сам, такого не бывает. Вот, придумал! Цены для тебя в следующий раз будут в пять раз выше. Тебе же ещё и нож когда-нибудь понадобится, верно?

— Идёт! — произнёс я, уже жалея о том, что завёл этот разговор. Слишком легко согласился оружейник на ответы. Слишком он был уверен в своих возможностях.

— Тогда начнём. Негоже искателю бегать по миру без оружия.

То, что началось дальше, мне даже тяжело вспоминать. Оружейник начал делать разрезы на моих руках и вставлять в них свои приборы. Было больно, но терпимо. Я даже подумал, что выдержать такое десять минут вполне по силам. Но то, что началось потом, когда какими-то щипцами этот садист начал дёргать меня за нервы… Орал я так, что сорвал горло практически сразу. Но продолжал орать! Я дёргался, пытаясь вырваться из пут, но ремни держали крепко. Вскоре пришло время цзянь — оружейник начал обкладывать лезвие тем, что вытаскивал из моей руки. Несколько раз я терял сознание от боли, но оружейник возвращал меня обратно, продолжая своё живодёрство. Десять минут, о которых он говорил, тянулись, казалось, вечность. Когда всё закончилось, мастер сложил края раны вместе и использовал лечебную технику.

— Тридцать пять секунд, зачёт не сдан, — фыркнул оружейник, начав меня отстёгивать. Вроде и больно уже не было, даже следа не осталось, но меня всего словно через пасть зверя пропустили. Нет, лучше демона. Встав на ноги, я взял меч и, немного шатаясь, пошёл на выход. Оружейник усмехнулся и бросил мне в спину:

— Что, даже не спросишь, как теперь пользоваться своей зубочисткой?

— Договорённость была «никаких вопросов». Спрошу у наставника.

— Это не вопросы — это работа с оружием, — ответил мастер. — Вытаскивай цзянь. Чувствуешь что-нибудь?

— Злость. Гнев. Стыд. Желание помыться, — честно ответил я.

— Оружие, младший. Ты чувствуешь своё оружие?

— Оно в руке. Умерено тяжёлое. Удобное. Сбалансированное. Как я ещё должен его чувствовать.

— Понятно. Кинь цзянь в стену. Выполняй!

Последнее слово оружейник рявкнул таким тоном, что у меня не было возможности не повиноваться. Замахнувшись, я швырнул меч в стену и в последний момент ощутил, что предплечье странно сжалось, подправляя удар. Цзянь несколько раз перекрутилась в воздухе и наполовину вошла в каменную стену. У меня даже брови вверх взлетели — такого я точно не ожидал. Мой медный меч расплющило бы от такого удара!

— Стой на месте! — продолжил командовать оружейник, когда заметил, что я пошёл за своим оружием. — Вытяни руку и представь, что в ней находится меч. Сожми ладонь так, словно сжимаешь рукоятку. Выполняй!

Вновь крик-приказ, противиться которому я не смог. Рука пошла вперёд, и я выполнил то, что требовал мастер. Происходящее казалось мне глупостью, но кто я такой, чтобы спорить с мастером? В руку ощутимо ударило и ладонь окончательно сомкнулась на рукояти цзянь. Только не выдуманной, а реальной. Меч выпрыгнул из стены и прилетел мне в руку!

— Так не бывает! — ошарашенно прошептал я, глядя на цзянь.

— Бывает, младший, ещё как бывает, — оружейник явно был доволен произведённым эффектом. — Это не просто цзянь. Это артефактное оружие первого пояса. В нулевом оно под запретом и род Ван внимательно следят за соблюдением закона. Поэтому оружие доступно только искателям. Тем, кто вне рода. Тем, кто вне закона. Тем, кто ищет истину, а не следует правилам. Сейчас ты не можешь использовать все возможности своего меча — в нём заложено несколько техник, но без меридианов их запустить невозможно.

— Техники? — заинтересовался я. — Это символы на клинке?

— Они. Когда придёт время, наставник расскажет тебе, как ими пользоваться. Как правильно пускать энергию по клинку. Как… Парень, ты что⁈

Возглас оружейника совпал с активацией клинка. Символы на нём ярко вспыхнули, с клинка сорвалась какая-то полупрозрачная конструкция, что врезалась в стену и взорвалась, осыпав нас мелкой крошкой. В стене осталась немаленькая выемка, но я этого уже не видел. Тьма приняла меня в свои объятья, освобождая от чудовищной боли, что сковало всё тело…

В помещение влетел Герлон и, не говоря ни слова, бросился к своему ученику, активируя лечебную технику. Энергия начала уходить, словно вода в песок и пришлось потратить три духовных камня, прежде чем состояние Зандра стабилизировалось. Он всё ещё держал в руках привязанный артефакт, на котором медленно угасали символы активации таранного удара. Одной из техник, вложенной в артефакт.

Вырвав цзянь из мёртвой хватки своего ученика, Герлон молча вложил меч в ножны и протянул оружейнику.

— Техники нужно заблокировать. Все. Завтра придём за результатом.

— Да, старший, — побледнел оружейник. Ночка будет бессонной и весьма болезненной. — Старший, как он это сделал? Как активировал технику без энергии и меридиан? Это невозможно! Человек не может такое делать!

— Кто сказал, что он человек? — произнёс Герлон, чем вызвал ещё больший шок оружейника. Взяв ученика на руки, даос вышел из мастерской. Воплотив самоходную тележку, Герлон положил Зандра на пассажирское кресло и усмехнулся, завершив свою искромётную шутку:

— Конечно он не человек. Он искатель, а среди нас людей не бывает. Только даосы.

О том, что происходит с его учеником, Герлон уже догадывался, однако старый библиотекарь прав — парня нужно проверить. Если его мысли подтвердятся, то за Зандром будет объявлена охота. Убить этого искателя захотят многие. Возможно, явятся охотники даже с первого пояса. Это будет забавно. То, от чего Герлон бежал с третьего пояса, нашло его на нулевом. Охота! Погоня! Хотя, что искателю какая-то охота? Чем больше людей на него охотится, тем больше добычи он получает. Четыре года, что Зандр проведёт рядом с ним, обещают быть насыщенными на события. Но вначале нужно подтверждение главы школы. Кто-то же должен слить информацию в этот мир?

Глава 9

Я открыл глаза и какое-то время лежал в прострации, не понимая, где нахожусь и что со мной происходит. На каменный подвал оружейника помещение явно не походило — как минимум потолок здесь был сделан из деревянных досок. Боли не было, голова не кружилась, общее состояние было отличным. Я не мог объяснить, что произошло в лавке оружейника. Когда он сказал, что символы на цзянь активируют техники, меня словно подменили. Захотелось их активировать. Ребячество, согласен, но оружейник сказал, что пока у меня нет меридиан, активация техник невозможна, так что я ничем не рисковал. Но когда по телу прошла волна тепла, перешедшая в руку и далее в цзянь, пришло понимание, что кто-то что-то в этом мире недопонимает. Я видел, как с цзянь сорвалось что-то полупрозрачное, но в этот момент тело окутало такая боль, что меня выключило мгновенно! Однако сейчас той боли не было. Рука на месте. Дышится легко. Есть подозрение, что нужно подниматься, искать наставника и спрашивать, как же так получилось, что мне удалось использовать технику без меридианов?

Усевшись, на стуле рядом с кроватью я увидел аккуратно сложенную одежду, свой новый цзянь в ножнах, а также выглядящую удобной обувь. Одежда показалась мне странной — такой пёстрой расцветки я никогда не видел. Это была какая-то смесь зелёного, серого, жёлтого, и даже голубого цветов. Хотя голубого не было — скорее, серо-синий. Чем-то такая расцветка напоминала ту, что используют охотники в лесу, устраивая засады зверям. Вроде как позволяет спрятаться. Я взял кимоно в руки и на мгновение недовольно поморщился. От него не исходила та сила и мощь, что от ученического. Это была обычная ткань, не способная уберечь от жара или холода. И, как мне кажется, она прекрасно рвётся. Причём здесь оказалось не только кимоно — на стуле лежал полный комплект одежды. Нижнее бельё, штаны, рубашка и, собственно, кимоно с поясом. На самом кимоно обнаружился вышитый феникс, показывающий мою принадлежность к клану, но дополнительных нашивок рода не было.

У дальней стены стояла небольшая бадья с ещё тёплой водой, так что какое-то время пришлось потратить, чтобы привести себя в порядок. Одевшись и повесив цзянь на пояс, я открыл дверь и попал в небольшой коридор, в конце которого виднелась лестница. Спустившись, я оказался в небольшой таверне столов на десять. Возле барной стойки стоял хмурый мужчина, протирающий посуду. Он исподлобья посмотрел в мою сторону, но не сказал ни слова, продолжив свою важную миссию. Между столами бегала девушка, разнося еду немногочисленным гостям. Мальчик лет шести возил тряпкой по полу, делая вид, что его моет, но, как по мне, просто развозил грязь. Обстановка была серой, хмурой и какой-то удручающей. Чем-то напоминала мастерские портного и оружейника. За дальним столом сидел мой наставник, с задумчивым видом глядя в мутное окно.

— Наставник, — я подошёл к столу и склонился в вежливом поклоне. Садиться за свободный стул не спешил. Вдруг даос желает наслаждаться пищей в одиночестве? Разносящая еду девушка словно только и ждала этого момента — не успел я моргнуть, как на столе появилось несколько дополнительных тарелок с едой. В животе предательски заурчало и я понял, что дико хочу есть.

— Садись и ешь, — приказал даос и на какое-то время я выпал из реальности. Еда была самой обычной, даже в чём-то уступала той, что готовили помощники во время поездки в Тёмный лес, но я проглотил её практически не жуя. Даже не думал, что настолько голоден. Тарелка опустела быстро. Страшно хотелось добавки, но девушка к нашему столу больше не подходила. Наставник заметил мой голодный взгляд и пояснил:

— Тебе нельзя много есть — сегодня начинается курс пилюль.

— Да, наставник, — сидя кланяться было неудобно, поэтому я просто склонил голову. Наставник Герлон тяжело вздохнул и произнёс:

— Прекращай кланяться всем направо-налево. Ты ученик искателя, а не крестьянин из далёкой деревни, выбравшийся в столицу.

— Но я и есть крестьянин из далёкой деревни, наставник. И я в столице.

Мне с трудом удалось погасить желание в очередной раз склонить голову, выказывая своё почтение. От даоса не ускользнула моя внутренняя борьба и он усмехнулся:

— Уже лучше. Теперь мне нужно кое-что выяснить, но ты сам должен задать вопрос. Три ситуации. Спарринг с младшей Эльдой. Финал турнира, когда ты выиграл. Произошедшее в мастерской оружейника. Что объединяет эти три ситуации и какой вопрос меня интересует?

На какое-то время я даже опешил — так со мной никто никогда не разговаривал. Если кому-то хотелось что-то узнать, он задавал вопрос в лоб. Но чтобы меня заставляли самого генерировать вопрос — такое впервые. И, что было больше всего забавно — я понимал, что хочет узнать наставник. Все три ситуации описывали, по сути, одно и то же — использование техник против меня.

— Я вижу полупрозрачные конструкции, когда кто-то использует против меня технику, — произнёс я. Наставник удовлетворённо кивнул, но тут же уточнил:

— Только против тебя? Или вообще видишь техники?

— Боюсь, на этот вопрос я не знаю ответа. Мне не доводилось видеть техник других людей, используемых против кого-то.

Вместо ответа даос вытянул руку в сторону и с неё сорвалась духовная стрела. Врезавшись в пустой стол, она превратила его в мелкие щепки, что разлетелись по всей таверне. Народ шарахнулся в сторону, но никто не возмущался. Люди боязливо поглядывали в нашу сторону, отсаживались подальше, но молчали.

— Теперь у меня есть ответ, наставник. Я видел вашу духовную стрелу.

— Как ты понял, что это именно она? — начал допытываться даос. — Почему не какая-то другая техника?

— У сформированной вами техники были специфичная форма, очень похожая на то, что использовала против меня Эльда. Разница только в насыщенности и чёткости. Техника Эльды была полупрозрачная, ваша практически непроницаемая.

— Нарисуй, — потребовал наставник и на столе появился лист бумаги и уголёк. Я сглотнул. Рисовать я не то, чтобы не любил — просто не умел! Писать ещё с горем пополам смогу, а нарисовать… Тем не менее прямой приказ был получен, так что мне пришлось изобразить духовную стрелу. Вышло коряво, но узнаваемо. Во всяком случае, я так надеялся.

Не говоря ни слова, наставник встал из-за стола и пошёл к выходу. Не было привычных «следуй за мной», но я не сомневался, что это подразумевалось. Когда мы вышли на улицу, наставник воплотил свою тележку и уселся на пассажирское сиденье. Мне вновь была доверена роль извозчика. Тем не менее я не удержался и обернулся. Гостиница, в которой мы остановились, была обшарпана, неприглядна и убога. Она выглядела как пристанище нищих, не имеющих возможности заплатить за нормальную еду. Неподалёку от входа я обнаружил группу непонятных личностей, стоящих в тени. Они пристально за нами наблюдали, но стоило обратить на них внимание, как резко отвели взгляд, лишь изредка бросая косые взгляды. Не могу объяснить, но эти люди мне не понравились. Было в них что-то неприятное. Отталкивающее. Я непроизвольно сжал ладонь и опешил, когда в неё прыгнул мой цзянь. Причём я даже не осознал, когда он покинул ножны. Меч просто оказался в моей руке, стоило того пожелать!

Однако этого хватило, чтобы непонятная группа довольно шустро ретировалась. Они просто убежали! Преследовать их я точно не собирался, да и не сделали они мне ничего, так что я вернул цзянь в ножны и занял сиденье извозчика.

— Их называют охотниками за добычей, — произнёс наставник. — Хотя правильней будет падальщики. Ждут, когда из таверны выйдет слабый искатель и набрасываются на него всей толпой. Почему-то в империи ходит стойкое поверье, если ты искатель — значит в твоём пространственном кошельке можно найти кучу всего интересного. Вот и появляются охотники за добычей, кто готов рискнуть всем, лишь бы урвать побольше. Падаль как она есть. Даже руки марать о них не хочется.

— Они набрасываются на искателей? — опешил я от такой новости. — Посреди города?

— Род Ван гарантирует защиту тем, кто находится под его покровительством. Искатели вне рода. Вне закона. У нас даже собственной гильдии нет. Потому что каждый искатель действует всегда сам по себе. Всё, что сделал для нас клан — в каждом поясе выделил место под таверну и несколько мастерских. Закон запрещает трогать владельцев, но не посетителей. Нападение на искателя не является нарушением закона. Мы знали, на что шли, отказываясь от защиты рода. Вот только эта монета о двух сторонах. Те, кто напал на искателя, рискуют своей жизнью. У нас нет рамок. Нет ограничений. Есть только собственная система ценностей, уникальная для каждого искателя. Моя, к примеру, гласит, что помогать слабым — тратить своё время. Если кто-то решил пойти путём искателя, он обязан понимать, к чему приведёт такой выбор. Обязан защищать себя сам, не надеясь на более сильного собрата. Да и нет среди искателей братьев. Есть временные партнёры. Ученик, я не понимаю — как долго ты решил держать меня на одном месте? Мы уже два часа как должны быть в школе Духовной силы, вместо этого торчим посреди грязной улицы на отшибе столицы. Вначале прямо, на первом повороте направо. Вперёд!

Новость о том, что за искателями охотятся ради их добычи, оставила неприятные ощущения. Почему-то резко захотелось домой. Туда, где всё знакомо. Где нет толп падальщиков опасной наружности, готовых разорвать тебя только за то, что на твоей груди нет нашивки какого-нибудь клана. Однако мои мысли выветрились, когда мы подъехали к эпохальному сооружению. Высокая каменная стена возвышаясь над всеми домами в округе. Я начал вертеть головой, пытаясь увидеть конец стены, но его не было! Казалось, что стена простирается до самого горизонта! Дорога упёрлась в массивные двухстворчатые ворота, на фоне которых несколько даосов с пиками выглядели карликами. Наставник приказал остановиться, спрятал самоходную тележку и неспешно пошёл к проходу. Я следовал за ним, отставая всего на шаг.

— Школа Духовной силы приветствует идущего к бессмертию! — один из даосов, стоящих возле ворот, легко поклонился моему наставнику, как равному. Меня, само собой разумеется, он даже не заметил.

— Мастер золотого ранга Герлон просит о встрече с главой школы Духовной силы. Мне нужно проверить своего ученика.

— Прошу подождать в гостевом доме. Ваша просьба будет передана главе.

Гостевой дом находился неподалёку от ворот. Вне стен школы. Наставник не спорил и вскоре мы сидели в не самых удобных креслах. Но в отдельном помещении. Нам даже принесли чайник с довольно ароматным чаем. Церемония чаепития не подразумевала разговоров, но, как только пустые пиалы вернулись на стол, наставник произнёс:

— Полагаю, нам придётся прождать несколько часов, а у тебя накопилось много вопросов, ученик. Даю тебе право задать три. Подходи к выбору внимательно. В следующий раз ты получишь такое право через полгода.

Предложение наставника поставило меня в тупик. Вопросы действительно имелись, гигантское количество, но, когда я начал выбирать три наиболее важных из них, все внезапно стали какими-то мелочными. Не спрашивать же о том, что за проверка меня сейчас ждёт? Я это вскоре и сам узнаю. Однако как минимум один вопрос у меня имелся. Тот, на который я так и не получил ответа, не сумев выдержать чудовищной боли:

— Почему оружейник и портной выглядели так, словно умирают?

— Особенности работы с артефактами внутренних поясов. И портной, и оружейник являются обычными даосами уровня кандидат, но вынуждены работать с артефактами первого, а то и второго поясов. Длительная работа с такими предметами пагубно влияет на внешность и здоровье. Если бы ты продолжил носить голубую мантию ученика, что я привёз с третьего пояса, через месяц стал таким же, как эта парочка. Твой организм не готов к работе с артефактами внутренних поясов, поэтому будет терять жизненную силу.

Я покосился на цзянь на поясе, но промолчал. Наставник заметил мой взгляд и пояснил:

— Твой цзянь является артефактом первого пояса, так что он тоже мог негативно на тебя влиять, если бы не привязка. Вас связали кровью и отныне ты и артефакт являетесь одним целым. Предмет не может навредить сам себе.

— Мастера не могут привязать предметы, которыми торгуют, к себе, — догадался я. — Иначе их никто не купит. Наставник, я хотел бы отложить на потом право задать два вопроса. За последнюю неделю со мной произошло так много всего, что в голове всё перемешалось. То, что мне кажется важным сейчас, может оказаться сущей мелочью потом. Раз следующее право на вопросы будет через полгода, не хотелось бы тратить такую ценность на какую-нибудь глупость.

— Мудрое решение, — согласился наставник. — Я не говорил, что право на вопросы действует здесь и сейчас, поэтому у меня нет возможности отказаться. В следующий раз я буду более внимателен к формулировкам.

Неожиданно раздался стук. Дверь открылась и на пороге появился запыхавшийся даос.

— Мастер золотого ранга Герлон, глава школы Духовной силы нулевого круга готов вас принять! Прошу следовать за мной.

Готов принять? По моим ощущениям прошло не больше получаса! Наставник воспринял новость как нечто само собой разумеющееся и мы последовали за сопровождающим. Огромные двухстворчатые двери распахнулись, пропуская нас на территорию школы Духовной силы. Какое-то время я честно пытался копировать наставника и смотрел строго прямо, но постепенно любопытство брало вверх. Мы не прошли и ста шагов, а я уже во всю глазел по сторонам, удивляясь необычной архитектуре, красивым чистым паркам, голубым прудам, непонятным камням, размещённом на абсолютно гладком песке. Всё выглядело удивительным и необычным. Особенно мне приглянулись четыре статуи рядом с местом, которое наш провожатый назвал главным зданием. Здесь нашли своё место все четыре символа главных кланов — феникс, дракон, тигр и грифон. Звери стояли вместе, словно показывая, что школа Духовной силы открыта для любого даоса империи, вне зависимости от того, к какому клану он принадлежит. На самих студентов я тоже насмотрелся — разбившись на группы по двадцать человек, они занимались какой-то странной гимнастикой, чем-то напоминающей рукопашный бой. Отрабатывали бой с тенью — соперников у студентов не было. Каждой группой командовал свой наставник, периодически выкрикивая команды. Где-то вдали я увидел, как студенты сражаются на мечах и посохах, но рассмотреть детали не сумел — мы подошли ко входу в главное здание. Оно возвышалось над остальными и пришлось основательно протопать по длинной лестнице, чтобы дойти до вершины. Ступеней сто, не меньше! Наставник даже не запыхался, мне же это испытание далось нелегко. Перед нами открылись широкие двери, и мы вошли в просторный зал, в дальнем краю которого на резном кресле сидел седовласый старик в форме школы. Длинная белая борода доходила до груди, а густые брови скрывали глаза, формируя обманчивое ощущение, что старик спит. В даосе ощущалась сила, противиться которой у меня не было возможности. Наставник пошёл вперёд, я же остался на месте, словно в невидимую непроницаемую стену уткнувшись. Приказа ждать не было, поэтому пришлось наклониться и продолжать идти, скользя ногами по полу. Голова и грудь упиралась в невидимую стену, ноги скользили, зато я продолжал выполнять задачу наставника и следовал за ним. То, что какая-то сила меня в этом ограничивала — не моя проблема.

— Приветствую тебя в своей школе, искатель Герлон, — произнёс старик, когда мой наставник подошёл к нему. Не «старший», не «мастер золотого ранга». Искатель. Тот, кто живёт сам по себе. Я прокрутил в памяти разговор наставника с даосами на воротах. Он не говорил, что является искателем. Это точно. Однако глава школы прекрасно знал, кто пришёл к нему в гости и, как мне кажется, основательно задумался. Во всяком случае то, как он поглаживал свою длинную бороду, указывало на это. Старики в деревне так любили себя поглаживать, когда я заваливал их вопросами. Отказать они мне не могли — всё же я был сыном старосты. Не последний человек в деревне. Хоть и слишком настырный. Вот и думали, что ответить.

— Приветствую главу школы Духовной силы нулевого пояса, — кивнул наставник. — У меня появился ученик, но мне не до конца понятен его текущий уровень. Не понятно, на чём стоит сосредоточить внимание в его развитии, чтобы через четыре года он смог поступить в школу Духовной силы и вступил на путь возвышения. Прошу помощи в его исследовании.

— Искатель желает исследовать своего ученика? — густые брови главы школы пришли в движение. Кажется, старика позабавила странная просьба. — Неужели демоны объявили о том, что покидают наш мир?

— Мне понятно твоё замешательство, глава, однако моя просьба остаётся в силе. Это мой первый ученик. У меня нет права на ошибку.

Старик продолжил поглаживать бороду, не сводя взгляда с моего наставника. Хотя, может и спал. Густые брови не позволяли разглядеть детали. Во всяком случае мне, что продолжал толкать невидимую преграду. Ноги забились, но сдаваться я не собирался. Наконец, глава школы произнёс:

— Это будет стоить тебе четыре сотни духовных монет, искатель.

— Стоимость двухлетнего обучения в школе? — наставник продемонстрировал осведомлённость о здешних ценах. — Я пришёл сюда за результатом, не торговлей. Если глава школы решил, что стоимость исследования двенадцатилетнего юноши равносильна двум годам обучения в его школе, кто я такой, чтобы с этим спорить? Глава правильно заметил, что я искатель, не торгаш. Будете пересчитывать?

В руках наставника появились четыре увесистых мешочка. Сделав шаг в сторону, даос положил плату на небольшой столик и вернулся на своё место. Я даже удивляться не стал. Ценность духовной монеты до сих пор являлась для меня загадкой. Три монеты наставник отдал за меч Дулина, при этом без вопросов выложил сотню за мой цзянь. Что, как я теперь понимаю, соответствует полугодовому обучению в школе Духовной силы. Лёгкость, с которой наставник расставался с такой суммой, заставляла задуматься о том, сколько же у него всего духовных монет?

Не знаю, что произошло, но невидимая преграда исчезла. Чудом не завалившись, я дошёл до наставника и облегчённо выдохнул. Бёдра горели огнём, хотелось их похлопать, а ещё лучше упасть и задрать лапы вверх, но, как мне кажется, такое поведение никому из присутствующих не понравится. Так что пришлось прикусить губу и стоять, сумев, наконец-то, рассмотреть старика. Хотя, какого старика? Седые волосы, борода и усы смогли меня обмануть, но вблизи я прекрасно видел, что даоса назвать старцем нельзя. Вот в моей деревне действительно старики. Сморщенная кожа, бесцветные глаза. Да даже карлик-библиотекарь и тот выглядел большим старцем, чем глава школы Духовной силы. Гладкая кожа, ни единого намёка на старческие пятна, ясные глаза, в которых не было ни малейшего намёка на почтенный возраст. Складывалось ощущение, что главе школы столько же лет, сколько и моему наставнику, но для статусности ему приклеили седые волосы.

— В сторону, искатель. Твой ученик пусть стоит смирно и не дёргается, — потребовал глава школы, после чего встал на ноги и принялся рисовать в воздухе красивые узоры. Я с интересом смотрел за вихрями энергии, что оставались после этих движений, постепенно растворяясь в воздухе. Однако полностью раствориться они не успевали — быстрые руки главы школы возвращали насыщенность. Даос увеличил скорость и постепенно в воздухе начала формироваться полупрозрачная, но устойчивая конструкция из энергии. Сделав финальное движение, закрепляя результат, глава школы направил открытые ладони в мою сторону, и вся эта махина пришла в движение, устремившись ко мне. Я отшатнулся, но устоял на месте — был получен приказ стоять и не дёргаться. Конструкция подплыла ко мне, какое-то время висела перед лицом, после чего резко уменьшилась в размерах и вошла мне в грудь. Не было ни сопротивления, ни удара. Мгновением спустя техника вылетела обратно и врезалась в грудь своего создателя. Тот пошатнулся и сел в кресло, закрыв глаза.

Прошла минута. Две. Пять. Мы с наставником молча ждали вердикта главы школы Духовной силы, но тот и не думал открывать глаза. Наставник решил действовать первым:

— Мне нужен результат, глава.

— Ты прекрасно знаешь ответ, искатель, — старик открыл глаза и так на меня посмотрел, что стало неуютно. Внутри поднялся жар, грудь сдавило, но тяжёлая рука наставника Герлона, опустившаяся мне на плечо, сняла все неприятные ощущения.

— Не стоит этого делать, глава. Нападение на моего ученика есть нападение на меня. Школа Духовной силы получила плату, теперь я жду ответа. Ты исследовал моего ученика. Каков результат?

— Ты прекрасно знаешь, что мы не можем позволить, чтобы он стал искателем.

— Ответ, младший! Или мне нужно разнести здесь всю школу, чтобы его получить? — наставник Герлон повысил голос и придавило уже главу школы. Из его носа пошла кровь, испачкав белоснежные волосы. Видимо, это стало последней каплей, ибо старик как-то осел и произнёс:

— У него нулевой дух, что нормально в таком возрасте. У него нет сформированных меридиан, нет даже их зачатков. Тело на начальной стадии. Оно не готово к восприятию энергии Ци. Требуются интенсивные тренировки, скорее всего пилюли, так как в таком возрасте без них невозможно получить нужных результат. Разум… Этот парнишка абсолют. Его разум всегда будет на максимальных значениях на всех этапах возвышения.

Наставник развернулся и пошёл прочь. Он услышал всё, что хотел. Я замешкался на мгновение, но быстро догнал даоса. И уже в спину нам прилетело:

— Информация о том, что ученик искателя является абсолютом разума, сегодня же уйдёт роду Ван и главе школы Духовного силы первого пояса! Никто не допустит этого!

— Пусть попробуют, — тихо, но до жути кровожадно ухмыльнулся наставник Герлон. — Пусть попробуют. Идём, абсолют Зандр. Пришло время рассказать, кем ты являешься и чем тебе это грозит в жизни.

— Чем грозит? — ухмыльнулся я, всё ещё находясь под впечатлением от произошедшего. — Наверно тем, что школа Духовной силы теперь для меня закрыта?

— Не только она, ученик. Для тебя отныне закрыты все школы всех поясов. Потому что никто и никогда не допустит к своим тайнам искателя, являющегося абсолютом разума. В этой жизни тебе всё придётся выгрызать зубами. Раз так, значит эти зубы нужно сделать крепкими и острыми. Чтобы грызть стало удобней.

Глава 10

Разум. Одно из трёх направлений развития, без которого невозможно становления даоса. Идущие к бессмертию медитируют неделями в местах силы, чтобы открыть себе меридианы или ядро духа, не прекращают тяжёлых тренировок, чтобы подготовить тело к контакту с энергией Ци и… вот тут-то и начинается самое интересное. Учёба. Для того, чтобы развивать третье направление, даосам необходимо корпеть над книгами, решать бесчисленное количество примеров, запоминать и декламировать стихи. В общем, делать всё, чтобы тренировать мозг и готовить его к дальнейшей жизни. На этапе воина появляется возможность использовать техники запоминания, но с их помощью можно развить память, но не сам разум. Нельзя заставить мозг использовать закачанную в него информацию, если он не привык этого делать. Развитие разума является одним из самых тяжёлых задач даоса, и в большинстве случаев становится ограничителем на дальнейшем возвышении. Если ты не можешь запомнить техники, печати, правильную последовательность и пропорции ингредиентов при создании пилюль или артефактов, а также правильно использовать свои знания в тех, или иных ситуациях, то грош тебе цена, как даосу.

Вот тут-то и появляются абсолюты разума, что лишены этой проблемы. Им не нужно тренировать мозг — он изначально находится на высшем пике своего развития. Абсолюты разума не являются какими-то уникальными индивидами, которых по всей империи единицы. Это довольно распространённая группа людей и, как усмехнулся наставник Герлон, весьма ценная группа бесправных людей. Ибо для многих родов абсолюты разума являются гарантией сохранности уникальных знаний, передающихся из поколения в поколение. По своей сути, абсолюты разума — птички в золотых клетках, библиотеки на ножках. Их обхаживают и выполняют большинство желаний, но дальше своей комнаты не выпускают. Ибо есть вероятность, что кто-то похитит абсолюта разума и выведает все тайны рода, школы, клана. Поэтому в тело каждого такого несчастного вшита капсула с быстродействующим ядом, активация которой осуществляется главой рода, школы, клана удалённо. Им даже не нужно знать, где находится их раб — достаточно пожелать разрушения капсулы. Избавиться от неё невозможно — благодаря специально разработанной технике, капсула размещается рядом со средоточием или ядром даоса. Удаление будет равносильно смерти. Главы родов, школ и кланов не имеют права даже на малейший риск, связанный с разглашением тайн. Это была общая информация, теперь немного конкретики.

В нулевом поясе у искателей внезапно появляется абсолют разума. Причём далеко не у самого простого искателя — у даоса уровня мастер золотого ранга. Этот абсолют разума посетил школу Духовной силы и воочию видел, как глава школы использует одну из тайных техник школы — исследование даоса. Сам наставник не видел символа, что сформировал глава школы, однако не сомневался, что его видел я. Причём не только видел, но ещё и запомнил до последнего штриха. В качестве доказательства, наставник положил передо мной лист бумаги, вручил карандаш и приказал нарисовать конструкцию. Вышло это на удивление легко — стоило закрыть глаза, как перед глазами всплывала та полупрозрачная мешанина энергии.

— Что и требовалось доказать, — наставник сжёг лист, а пепел стряхнул на пол. — Сам того не желая, ты уже знаешь пусть и не самую ценную, но всё же тайную технику школы Духовной силы. За которую, к слову, другие школы готовы отдать полновесную монету. Думаю, за такой рисунок, а также вектор движения рук, без него, к слову, печати бесполезны, ты смог бы получить от сотни до трёх сотен духовных монет. И это только в нулевом поясе, где воспользоваться этими техниками могут единицы. Поэтому независимых абсолютов разума не любят. Вы видите техники. Запоминаете векторы движения. Информация является одним из ценнейших ресурсов нашего мира, ученик, а вы одним только своим существованием попираете этот закон.

— Тогда я не понимаю, почему для меня закрыты школы? Если абсолюты разума повсеместно используются, почему они не могут использовать и меня?

— Потому что ты искатель, — последовал короткий ответ.

— Я не искатель. Я ученик искателя. Причём меня об этом никто не спрашивал.

— Могу сказать тебе только одно, ученик — тебе не повезло. Тебя продали мне за две сотни духовных камней, предопределив всю твою будущую жизнь. Ни школы, ни один из родов никогда не рискнут взять себе абсолюта разума, что официально числился учеником искателя. Кто знает, как тебя обработали эти поборники свободы? Вдруг ты будешь клясться в верности, а сам при первой возможности предашь, передав знания искателям даже ценой своей жизни? Тебя проще убить, чем рисковать тайнами. А ещё лучше — пытать, выведывая уже тайны искателей. Ведь мы не ставим капсул с ядом. Мы не запираем абсолютов разума в клетки. Мы относимся к ним так же, как и к любому другому даосу. Если бы Небо не свело наши пути, и ты в один прекрасный момент пришёл в школу возвышения, тебя бы приняли даже без вступительных испытаний. Вот только из нулевого круга ты бы никогда не ушёл, превратившись в ходячую библиотеку школы. Стал бы почётным великим хранителем тайн нулевого круга. С тебя бы сдували пылинки, таскали тебе еду, женщин, выполняли практически любое твоё желание, но дальше внутреннего дворика дворца не выпускали. Да и туда только под пристальным надзором. Ты ещё мал, чтобы решать за себя, поэтому выбор твоей судьбы был сделан мной. Жить в золотой клетке недостойно даоса. В этом нет возвышения.

— У меня есть право на два вопроса, наставник, я готов задать первый. Через четыре года вы отправитесь в свой третий пояс, я же останусь в нулевом. Школы возвышения для меня закрыты. Род Ван для меня закрыт. Падальщики будут охотиться за мной по всему поясу. Как думаете, сколько дней, скорее даже часов, я смогу прожить после того, как вы уйдёте? Сколько им потребуется времени, чтобы прикончить начинающего абсолюта?

— Прежде всего не абсолюта, а абсолюта разума, ученик. Используй правильную терминологию.

— Существуют абсолюты души и тела? — удивился я.

— Естественно. Если я не ошибаюсь, то твои знакомые как раз ими и являются. Младшая Эльда с вероятностью сто процентов является абсолютом духа. Она получила свой меридиан при рождении и, как только перейдёт в первый пояс, довольно быстро достигнет пика развития меридиан. Младший Кармин — абсолют тела, я в этом уверен не на сто, но процентов на восемьдесят. Причём этот молодой человек весьма наблюдательный. Он сходу определил в тебе перспективного даоса и даже пригласил в свою группу. Подмечать детали, ученик, важная часть развития даоса. Младший Кармин осознал твои способности в шахматах, в запоминании учебника, в запоминании связок и стоек, которыми они с Эльдой тебя учили. На самом деле я немного разочарован в девочке — она должна была первой пригласить тебя к себе, наобещав горы всевозможных благ. Её ошибка.

— А существуют абсолюты без направлений?

— Основатели всех школ, главы великих кланов, родов, гильдий — чистые абсолюты. Такие даосы рождаются крайне редко и сразу становятся центром пристального внимания. Но вернёмся к твоему вопросу. Если бы ты не стал моим учеником, то прожил бы долгую, насыщенную, но весьма ограниченную жизнь. Со мной у тебя такой беды не случится — если проблемы будут нас избегать, то мы сами займёмся их поиском. Я даже не уверен, ученик, что ты сможешь прожить эти четыре года. К моменту, когда я покину нулевой пояс, ты либо будешь мёртв, либо окажешься в состоянии противостоять любому падальщику нулевого пояса. Возможно даже кого-то из первого, если такие глупцы появятся. Сильных сюда не пустят, да и не интересен ты сильным, а если ты не справишься со слабыми… Для чего тогда тебе вообще необходимо возвышение, если ты начнёшь бегать от слабых? К тому же тебе в любом случае придётся жить без меня два года, путешествуя по поясу — невозможно перейти в первый до восемнадцати. Таков закон империи. Я ответил на твой животрепещущий вопрос, ученик? Мы можем приступить к более важным делам, чем обсасывание твоих страхов?

— Да, наставник. Ответ получен, — скрыть недовольство мне не удалось, но даос оставил его без внимания. Я не понимал, на кого нужно сильнее злиться — на наставника, что явился в деревню и сломал мне размеренную и счастливую жизнь, или на родителей, что продали меня в рабство этому человеку на четыре года.

— В таком случае настало моё время задавать вопрос, но вначале немного вводных. Отличительной чертой абсолютов разума является их способность к ремеслу. Я видел твой меч — довольно неплохая работа для того, кто едва ли не впервые держал кузнечный молот. При должном упорстве из тебя получится отличный ремесленник, что сможет обеспечить себя в первом и даже во втором поясе. Про нулевой я и вовсе молчу — изделия абсолюта разума оторвут с руками.

— Вот именно что оторвут. Вместе с руками, ногами и головой. Вы же сами сказали, что за мной будет идти охота.

— За любым искателем идёт охота, однако это не мешает тому же роду Ван торговать с искателями, а некоторых, меня, к примеру, и вовсе нанимать для защиты отпрысков внутренних поясов. Тебе придётся смириться с тем, что один и тот же человек утром будет пытаться тебя убить, в обед будет с тобой торговать, вечером пригласит тебя к себе в дом на пиршество, а утром следующего дня вновь попробует тебя убить. Таков путь искателей. Мы путешествует там, где запрещено родам и даже кланам. Мы уничтожаем тварей и демонов по всему миру во всех поясах, мы добываем ценнейшие ресурсы, обладаем правом закрытия аномалий или полей битв. Мы плюём на закон, но и закон плюёт на нас. Так что с тобой будут торговать, ученик. Даже школа Духовной силы, если ты создашь нечто действительно ценное и важное. Осталось только определиться с тем, что конкретно ты будешь делать и, наконец, я готов задать вопрос. Чем ты хочешь заниматься?

— Наставник даёт мне возможность выбора? — удивился я.

— Естественно. Моя задача как наставника — заставить тебя работать. Заставить тебя совершенствоваться. Заставить тебя встать на путь возвышения и продвинуться по нему достаточно далеко, чтобы выжить в начальных поясах. То, чем ты желаешь заниматься — полностью твоё решение. Я даже советовать ничего не буду. Если требуется, могу рассказать о всех профессиях, что существуют в империи, но выбор, как уже сказал, полностью за тобой.

— Артефактное дело, — произнёс я без раздумий. — Хочу быть артефактором.

— Хороший выбор, но есть неприятный момент. В нулевом круге артефактному делу не учат. Для успешного создания предметов необходимо оперировать энергией Ци, а также обладать рядом приспособлений для интеграции. У меня нет ни учебника, ни устройств. У тебя нет меридиана. Обучение профессии придётся отложить до лучших времён.

— Мы не станем откладывать этот вопрос на будущее, наставник. Мне нужен учебник по артефактному делу в нулевом поясе. Как и приборы. У меня есть возможность активировать энергию без сформированных меридиан. Да, это больно. Чудовищно больно. Возможно, даже смертельно, но, пока вы рядом, умереть мне не дадите. К моменту, как у меня появится тот самый проводник энергии, я хочу подойти со знаниями и опытом.

Наставник задумался, после чего медленно произнёс:

— Инструменты можно купить в лавках, но это не решит проблемы. Учебник напрямую не получить. Он есть у рода Ван и школ возвышения, но после того, как нулевой пояс узнал, что ты абсолют разума, никто из них не предоставит нам ни одного учебника. Придётся воспользоваться посредниками. Но обычные искатели не подойдут — нельзя недооценивать род Ван и школы возвышения. Если кто-то из искателей заявится за учебниками, его прикончат на месте. К сожалению, у меня в этом поясе совершенно нет связей. Тем более таких, кому смогут продать учебник по артефактному делу. Есть вариант заказать его с первого пояса. Но для этого нам вновь нужно идти в род Ван. Результат я уже описал — нас попытаются прикончить, чтобы не дать тебе обучиться. Нужно думать.

— Как насчёт того, чтобы воспользоваться помощью кого-то из двух других абсолютов? Эльда и Кармин показались мне вполне адекватными, наверняка они не откажутся помочь нам с небольшой просьбой.

— Я обязательно выбью из тебя веру в людей, — заявил наставник. — Младшая Эльда и младший Кармин воспитываются в духе усиления своего рода. И только его. Незначительная просьба, о которой ты говоришь, может обернуться большими проблемами в будущем. Тебе не откажут, но попросят оказать им услугу в будущем. Даже закрепят это договором. И когда придёт время, ты окажешься в ситуации, когда у тебя не будет иного выбора, кроме как исполнить их просьбу, как бы она не противоречила твоим убеждениям. Тебе нужно усвоить главное правило этого мира, ученик — никогда не доверяй никому из великих родов. Даже роду Ван, несмотря на то что они управляют нулевым поясом клана Феникс. Твою проблему нужно решать другим способом.

— Библиотека? Мне нужно всего два-три часа, чтобы пролистать учебник.

— И кто тебя в неё пустит? Всё, что принадлежит роду Ван, отныне для тебя закрыто. Нет, ученик, мы будем действовать иначе. Ты прав в одном — нам придётся воспользоваться услугами рода Ван. Но делать мы будем это не с позиции просьбы, а с позиции силы. Просить об услуге будут нас. О том, что мы встретили демонов, никто не знает. Сделаем вид, что и мы никого не встречали. Как только твари с другого пласта реальности станут угрозой нулевому поясу, род Ван уже не сможет закрывать глаза на происходящее. В нулевом поясе не так много даосов высокого этапа возвышения, так что им в любом случае придётся идти ко мне. Полагаю, произойдёт это через полгода. Тогда-то ты и получишь свой учебник.

— Вы хотите позволить демонам уничтожать неповинные деревни? — ужаснулся я.

— Я не являюсь защитником нулевого пояса, ученик. Я не отвечаю за жизни людей, доверивших свои жизни роду Ван. Я — искатель. Моя задача исследовать мир, а не бегать в поисках открывшейся червоточины. Хотя нет, лукавлю — найти червоточину тоже интересно. При её разрушении можно получить много чего ценного, и мы займёмся этим сразу, как только род Ван придёт к нам с мольбой о помощи.

— Моя деревня, — я даже побледнел, представив, что твари могут разорвать всех, кто мне дорог. Даже родителей, что продали меня этому страшному человеку.

— Как раз твоей деревне ничего не грозит. Когда мы двигались в Воренд, я увидел неплохую площадку для тренировок. Она находится неподалёку от центра вашей провинции, так что твари будут обходить эту область десятой дорогой. К тому же нам нельзя теряться — род Ван должен знать, где нас искать. Всё, на сегодня разговоров хватит, нас и так уже заждались.

— Кто? — опешил я. Наставник не говорил о том, что мы идём в гости.

— Десять охотников за добычей, что прибыли к таверне за последние полчаса. Четверо даосов этапа ученик с первого пояса, шестеро местных, пиковых даосов этапа кандидат. Я даже разочарован. Полагал, что на первую атаку соберут более серьёзную группу. Неужели в нулевом поясе всё так плохо с людьми?

— Нас собираются убивать? — от такой новости у меня даже внутри всё сжалось, но наставник умудрился подлить масла в огонь:

— Не нас, а тебя. Отныне ты цель номер один для всех охотников за добычей. Уверен, падальщики всего нулевого пояса получат заказ на твоё устранение в течение недели. Род Ван не может позволить, чтобы в первый пояс ушёл искатель, являющийся абсолютом разума. Сегодня твой последний день отдыха, впредь будешь сам разбираться с такими нападениями. Нападать первыми мы не можем, нужно их спровоцировать. Выходишь на середину улицы и стоишь, ожидая нападения. Вперёд!

На негнущихся ногах я пошёл к выходу с таверны искателей. Сюда мы прибыли сразу после школы Духовной силы и долгое время чего-то ждали. Теперь я понял, чего — пока глава школы Духовной силы найдёт достойных кандидатов, чтобы прикончить будущего абсолюта разума. Но ведь старик, что не старик, знает, что меня сопровождает пиковый даос этапа мастер. Из того, что я уже узнал о силе даосов, разница в этап является непреодолимой. Даже десяток кандидатов золотого ранга ничего не смогут поделать с учеником золотого ранга. Здесь же целый пиковый мастер, что, считай, почти властелин. Непонятно и странно.

Я вышел на улицу и остановился. Мой наставник заявил, что здесь собралось десять человек, но я никого не видел. Зато я видел кое-что другое, из-за чего не решался идти дальше. В нескольких шагах от входа, прямо на камнях мостовой, мерцала странная энергетическая конструкция. Она выглядела плотной и насыщенной, как техника «духовная стрела», что использовал мой наставник. Визуально эта конструкция сильно отличалась от той, что использовал глава школы Духовной силы. Там были какие-то плавные непрерывные линии, здесь же имелись острые углы, а энергетические потоки образовывали вполне узнаваемый рисунок — паук, сидящий на паутине. Даже не знаю, как нужно махать руками, чтобы такое нарисовать, но попадать в центр этого мне не хотелось. Но самым необычным оказалось то, что от этой конструкции исходила тонкая нитка энергии, что уносилась к ближайшему дому и терялась в тени. Это настолько походило на ловушку, которую отец учил ставить на зверей, что я даже хотел вернуться обратно в таверну. Но не успел — дверь открылась и из неё появился недовольный наставник.

— Тебе был дан вполне конкретный приказ, ученик. Прежде, чем я тебя накажу, хочу услышать хоть какое-то разумное объяснение твоей медлительности. Почему ты ещё не на середине улицы?

— Не хочу наступать на ловушку, — я постарался не кивать на энергетическую конструкцию у своих ног. Вспомнил, что наставник может её не видеть, пояснил: — На земле размещены плотные энергетические нити. Они формируют узор паука на паутине. Плотность энергии сопоставима с вашей духовной стрелой. От ловушки исходит нить к дому напротив.

— Уверен по поводу дома напротив? — раздражение в голосе наставника исчезло, сменившись заинтересованность.

— Серый дом напротив, крайнее левое окно первого этажа. Если брать ширину окна за единицу, то левее в трёх единицах, ниже в двух. Линия уходит туда.

— То, что находится на земле, называется печатью. Судя по твоему описанию, речь идёт о липкой ловушке. Артефакт этапа воина. Меня, конечно, такая мелочь надолго не задержит, но запросто сможет выключить из боя секунд на десять. Как раз хватит, чтобы сбить твой духовный доспех. Дай мне границы печати.

— Начало буквально в шаге нижней ступени. Слева… — я принялся описывать границы печати. Причём делал это настолько покойно и буднично, что сам себе поразился. Ни руками не махал, ни истерил. Со стороны всё выглядело так, словно мы с наставником обсуждаем погоду и решаем, куда поедем дальше.

— Что же, наказания ты избежал. Я не вижу человека возле стены и меня это напрягает. Скорее всего был использован артефакт, формирующий покров. Причём не самый слабый артефакт, раз он сумел отвести мой взгляд. Это хорошо — такие артефакты весьма ценны и их можно продать за хорошие деньги.

— Продать? — опешил я.

— Конечно. Искателям же нужно откуда-то брать духовные монеты? Вот с таких глупцов мы их и берём. Тех, кто возомнил себя настоящими бессмертными, раскидываясь ловушками посреди белого дня. Причём ловушками не на обычных людей — ты можешь войти в неё и выйти без каких-либо проблем. Это ловушка на меня, мастера золотого ранга. Школа Духовной силы поставила задачу прикончить тебя, вот падальщики и стараются. Хотя, как мне кажется, это уже не падальщики. Слишком хорошая подготовка. Полагаю, какой-то отряд наёмников, что выполнял поручения школы в нулевом поясе. Видимо, ещё не успели вернуться в первый, вот их и перехватили, выдав новое задание. Всё, довольно разговоров. Вначале я займусь теми, кто прячется в тенях, твоя задача — выжить. Я заберу на себя большую часть тех, кто находится слева, но троих справа взять не получится. Подавить аурой их нельзя — могу случайно зацепить простых горожан. Не даром же целая десятка обычных людей валяется неподалёку. Судя по всему связаны. Если я активирую ауру на полную, они умрут. Хитрый ход, чтобы изгнать меня с пояса, но такого счастья мы нашим противникам не доставим. Десять секунд, ученик. Ты должен выжить, иначе я в тебе разочаруюсь. Твои противники — три даоса этапа кандидат. Вперёд!

С этими словами силуэт наставника размазался — даос двигался с невозможной для человека скоростью. Там, куда уходил энергетический канал, что-то сверкнуло, канал испарился, а вместе с ним и печать. Я спрыгнул вперёд и тут же пригнулся, пропуская над головой три техники. Тройка противников, о которых говорил наставник, себя обозначила. Они отделились от стены и помчались в мою сторону, на ходу продолжая стрелять техниками. Цзянь выпрыгнул из ножен и очутился в моей руке одновременно с замахом. Тройка противников поняла, что промазала и следующее использование техник выполняли более качественно — один стрелял мне в грудь, другой по ногам, третий чуть в сторону, чтобы у меня не было возможности увернуться. Если бы я не видел эти росчерки, однозначно быть беде — меня бы прибили и даже не спросили, как звать. Но вместо того, чтобы благородно умирать, как и рассчитывали нападающие, я бросился на них, отбивая в полёте те стрелы, что мешали мне бежать. В руках противников мелькнули мечи. Они, кажется, даже оскалились, предвкушая быструю расправу с глупцом, решившим совершить ритуальное самоубийство, прыгнув на их мечи, но ухмылка быстро сошла с их лиц, когда я добрался до первого. Мой противник был раза в два выше меня. Быстрый, опасный, но сражаться с такими мелкими, как я, он не готовился. Это было неудобно и требовало отклоняться от привычных движений. Я постоянно пользовался этим в поединках с отцом. Порой даже умудрялся наносить удар до того, как отец атаковал в ответ. Но тогда мы работали с тренировочным оружием, не способным нанести хоть какую-то рану. Сейчас же в моих руках находился опасный артефакт первого пояса. Я рухнул на колени и проехался на них по камням, успев отклониться от удара. Колени вспыхнули болью — кататься по камням оказалось тяжелей, чем по земле. Но результата я добился — оказался в непосредственной близости от своего противника. Рубанув мечом по ногам, я завалился набок и перекатом встал на ноги, чтобы взмахом цзянь отбить ещё две техники. Улицу наполнил дикий истошный крик противника — мой цзянь разрубил ноги, как сухой тростник. Наверно, стоило начать дрожать, что я впервые нанёс человеку серьёзную рану, но времени на это не было — двое наёмников даже не посмотрели на своего подельника. Они продолжили закидывать меня техниками, вынуждая отступать. Бросаться ещё раз в такую атаку я опасался — вряд ли враги настолько глупые, что не умеют делать выводы, пусть у них из носа пошла кровь. Как ни крути, но безнаказанно использовать техники в нулевом поясе могут лишь гении духа. Эти сволочи такими явно не были.

Неожиданно один из нападающих замер на месте и развалился на две ровные половинки. Рядом с ним появился наставник Герлон, отряхивая меч от крови. Последний противник замер, округлившимися глазами глядя на даоса этапа мастера. Он понимал, что ничего не сможет сделать такому противнику, но наставник в очередной раз умудрился всех удивить.

— Ученик, этот враг твой. Помни — если он тебя убьёт, я в тебе разочаруюсь. Наёмник — справишься с парнем, будешь жить. Мстить не буду. Слово.

Забавно было смотреть, как беспомощность в глазах противника сменяется на предвкушение лёгкой победы. Даос вытащил меч и сделал несколько быстрых движений, готовясь к атаке. Он видел, что я провернул с первым своим противником, что уже прекратил орать, и не собирался допускать подобного. Мало того, одна рука осталась свобода — ею он собирался использовать техники. Я даже сглотнул, не понимая, на что рассчитывал наставник. Я не смогу победить опытного наёмника. Никак. Он задавит меня силой и добьёт техникой. Единственный мой шанс заключался во внезапности, но этот момент уже упущен.

Или нет?

Внезапность. То, чего никто не ждёт… Я не сводил взгляда с даоса, что медленно шёл ко мне. Он уже видел себя победителем. Уже предвкушал, как получит награду за мою голову. Поэтому…

На!

Замахнувшись, я швырнул в своего противника меч. Это походило на жест отчаянья — глупый ребёнок избавляется от единственного своего оружия. Как и следовало ожидать, мой бросок результата не достиг — даос с лёгкостью уклонился, даже не став отбиваться. С его рук тут же сорвалась духовная стрела и уклоняться на этот раз пришлось мне — гад метил мне в грудь. На лице наёмника появилась гадкая ухмылка, он наклонился, чтобы ринуться в атаку, но замер, с изумлением уставившись на возникшее в груди остриё. Продолжая движение, мой цзянь потащил будущий труп за собой. Меч жаждал одного — как можно скорей вернуться ко мне в руку и незначительное препятствие в виде одного незадачливого наёмника ему не было помехой. Развернувшись, едва не разрывая противника на две части, меч очутился в моих руках, и я сделал быстрое движение, что подсмотрел у наставника, смахивая с клинка кровь.

— Неплохо, но больше так не делай. С бездарями этапа кандидат такой номер ещё и пройдёт, в битве с даосами высших рангов ты просто лишишься оружия. Перехватить чужой артефакт и нейтрализовать его не проблема. Мы тоже будем учиться этому незамысловатому фокусу. Но в целом действительно неплохо. Помниться, ты задавал мне вопрос, как долго проживёшь после моего ухода? Уточню свой ответ — чуть дольше, чем пара часов точно. Но как долго — зависит только от тебя. Собирай свою заслуженную добычу и выдвигаемся. Тренировки тебя уже заждались.

Глава 11

Боль… Чувство, с которым я просыпался, с которым жил, с которым засыпал и, как мне кажется, с которым спал. Боль стала моим вторым «я». Она окружала меня постоянно, периодически меняя интенсивность. Тупая, острая, колющая, режущая. Наставник Герлон знал толк в боли и с чудовищной постоянностью знакомил меня с разными сторонами этого ощущения.

— Держать! Ещё двадцать секунд! Держать, демоны тебя раздери! Выше руки!

Я стоял на одной ноге, подогнув вторую и удерживал в руках мешочки с песком. Увесистые мешочки. Пот застилал глаза, дыхания не хватало, лицо горело, было огромное желание рухнуть, свернуться калачиком и забыть хоть на какой-то миг весь этот кошмар, но права такого мне никто не давал. Ещё двадцать секунд. Я должен выдержать.

— Закончили с разминкой! — сквозь гул в ушах раздался голос мучителя. — Приступай к медитации. Перед тобой духовный камень. Почувствуй его энергию.

Жутко хотелось пить, но я знал — такая возможность появится только после медитации. Ещё одна пытка наставника Герлона. Он не ограничивал меня в медитации, позволяя сидеть столько, сколько моей душе угодно, но запрещал пить. После того кошмара, который он называл «разминкой», за глоток воды я готов был отдать всё, что у меня есть. Однако во мне боролись две сущности — одна жаждала воды, другая отдыха. Я знал, как только закончится медитация и я попью, начнётся основная тренировка. Та ненавистная часть дня, до конца которой я никогда не добирался. Всё время терял сознание.

Усевшись в позу лотоса, я закрыл глаза и начал восстанавливать дыхание. Первое, что необходимо для запуска процесса восстановления. Постепенно сердцебиение пришло в норму, лёгкие больше не хотели выпрыгнуть наружу, и я даже провалился в состояние полусна. За то время, что наставник надо мной измывался, организм перестроился, умудряясь урывать даже малейшую возможность для сна. Ибо его постоянно не хватало.

Однако сегодня поспать мне не удалось — сквозь пелену до меня донёсся голос наставника:

— Насколько мне известно, сегодня у тебя праздник, ученик. Тебе исполнилось тринадцать лет. Полагаю, это стоит отметить. Что скажешь?

Сон как рукой сняло. По спине пробежал табун мурашек, возникло желание прикинуться трупом. Предыдущий раз, когда наставник решил что-то отметить, превратился для меня в такой кошмар, что на следующее утро даосу даже пришлось заняться моим лечением, ибо самостоятельно подняться я уже не мог. То, что для других являлось желанным, для меня означало только одно — меня ждёт дополнительная боль. Пришлось отвечать, тщетно надеясь на успех:

— Это всего лишь ещё один день, наставник. Такой же, как и все остальные.

— Не стоит отказываться от праздника, ученик, — усмехнулся даос. — Ты отлично тренировался последние восемь месяцев и, как мне кажется, заслужил день отдыха. Что скажешь?

Новость была настолько необычной, что я открыл глаза. Медитация закончилась, толком и не начавшись. Прошло восемь месяцев с того момента, как мы покинули Воренд. Восемь месяцев боли, страданий и попытки сбежать от безумца. Да, однажды я сломался и решил, что путь возвышения не для меня. Мне удалось пройти километр, прежде чем наставник меня догнал. Чем обернулась эта попытка обрести свободу, даже вспоминать страшно. Кажется, наставник меня убил, но потом каким-то образом воскресил, чтобы убить ещё раз. И ещё. И так до тех пор, пока в моих мозгах не закрепилась мысль о том, что лучше сдохнуть во время безумных тренировок, чем ещё раз в своей жизни испытать гнев наставника.

За восемь месяцев нас пытались убить раз десять. Прах этих безумцев давно развеян по нулевому поясу. Если первая группа, с которой мы столкнулись в Воренде, обладала кучей всевозможных артефактов и заставила моего наставника довольно улыбаться, оценивая добычу, то остальные группы оказались обычными жителями нулевого пояса, понятия не имеющими, что такое техники. Нас пытались взять количеством, стреляли издали, устраивали ловушки, один раз пришёл некто, умеющий управлять сворой собак. Как же я радовался каждому нападению! Для меня это был самый настоящий праздник — размахивать мечом, уклоняться от ударов, отбивать стрелы, смотреть на недоумённые лица безумцев, не понимающих, почему в меня невозможно попасть, собирать добычу. В день нападения не было тренировок — нам приходилось ехать в Верин, столицу провинции, чтобы сдать добычу. Наставник очень щепетильно подходил к этому вопросу — у любого искателя должна иметься определённая сумма духовных монет на непредвиденные траты.

Новость про отдых выглядела слишком радостной, чтобы поверить в неё с первой попытки, так что я решил уточнить:

— Наставник, день отдыха — это именно день отдыха? Или просто смена деятельности?

— Именно день отдыха. Раз тебе сегодня исполнилось тринадцать, а к нам никто с мольбой о помощи так и не спешит, я решил устроить тебе поход в аномалию. Настало время познакомить тебя с наследием древних. Заявку я оставил давно, сегодня как раз наша очередь. Идём сразу в жёлтую. Не вижу смысла бегать по белым. От них никакой пользы. Так что заканчивай с медитацией, умывайся, стирай одежду и отправляемся. До аномалии ещё добраться нужно.

Я даже забыл о том, что пить хотел. Однако стоило вскочить на ноги, как перед глазами заплясали звёздочки, и я едва не рухнул на землю. Тело находилось в крайней степени истощения. Литровую кружку, что протянул мне усмехнувшийся мучитель, я выпил настолько быстро, что даже не заметил. На второй почувствовал вкус. И только третью пил так, как и должны пить нормальные люди — большими глотками, но без безумного желания сожрать ещё и кружку. Стянув с себя насквозь промокшую мантию, я забрался в речку и какое-то время простоял в ней, наслаждаясь прохладой. Восемь месяцев работы с даосом сильно меня изменили. Я похудел, хотя и раньше считал себя стройным. Вырос почти на две головы, из-за чего пришлось менять всю одежду. Но самый большой прогресс произошёл в силе и ловкости. То, что восемь месяцев назад я считал невозможным, сейчас для меня превратилось в обыденность. Даже шпагат (Небо, как же мне не хочется вспоминать тот ужас, когда наставник меня растягивал) теперь получался без разогрева. Полагаю, если бы не пилюли, которыми меня постоянно пичкал даос, достичь такого прогресса я бы не смог. Они оказывали чудодейственное влияние, значительно расширяя границы возможностей. Мышцы стали крепче, эластичней, дыхалки стало хватать дольше, с каждым днём забеги, что устраивал мне наставник, шли быстрее. Но постоянно жить на пилюлях нельзя — тело может привыкнуть к ним и тогда ни о каком возвышении не может быть и речи. Я упрусь в порог физического развития, преодолеть который будет крайне тяжело. Тем не менее полностью обойтись без пилюль в моём случае было невозможно — слишком поздно я начал серьёзно тренироваться. Хотя, по словам наставника, текущие тренировки к серьёзности не имеют никакого отношения. Серьёзные меня будут ждать позже, когда я смогу хотя бы немного прокачать дух. Собственно, для этого медитация и требовалась. Мне нужно начать чувствовать духовные камни. Как-то. Этого не мог объяснить наставник, этого не было в записях Хуан Луня. Оба даоса утверждали, что если будет на то воля Неба, в один момент я просто «увижу» энергию камней. Сейчас, к слову, её не было. Конструкции я, значит, вижу, а жужжащие камни нет! Как по мне — явная несправедливость.

Видимо, сегодня действительно был праздник — за рычаги управления наставник сел сам, позволив мне насладиться ничегонеделаньем. Правда, наслаждаться мне удалось всего ничего — даос гнал свою самоходную повозку так, словно за нами гналась целая армия демонов. Несмотря на постоянную практику, так управлять повозкой я не мог. Это совершенно другой уровень владения повозкой и контроля за состоянием дороги.

О том, как выглядят аномалии, мне рассказывал отец. Наша деревня получала право на посещение жёлтой аномалии каждые два месяца. Точнее, получал отец и несколько его охотников, ибо даже жёлтый уровень аномалии являлся смертельно опасным местом для большинства людей нулевого пояса. Что из себя представляла аномалия? Прежде всего нужно сказать, что это осколок древнего мира. Того, в котором ещё не существовало энергии Ци. Этот осколок отказывался уходить в историю, так как некий предмет древних, называемый «сердцем», удерживал аномалию в стабильном состоянии. Сердце аномалии управляло своим участком, формируя защитников — механических созданий, называемых големами. За тысячи лет аномалии подстроились под реалии нашего мира и начали каким-то образом взаимодействовать с энергией Ци, поглощая её из окружающего мира и концентрируя в виде духовных камней. Которые, в свою очередь, являлись источником энергии големов-защитников. Вот такой круговорот энергии в природе — аномалия высасывала её из нашего мира, отдавала големам в виде духовных камней, мы уничтожали големов, забирали духовные камни и использовали их, возвращая энергию обратно в мир. Собственно, аномалии были единственным местом появления духовных камней в нулевом поясе. Род Ван строго следил за очерёдностью использования аномалий, взимая плату за каждый поход. Причём плату довольно немаленькую — половину всего, что добыли охотники. Каждая аномалия была обнесена забором, но самое главное заключалось в визуальном оформлении — это не был какой-то участок местности, в котором бегают ошалелые механизмы. Отголосок древних выглядел как небольшое искажение пространства. Он преломлял лучи Эарис как кусок льда, невесть каким образом ставший неощутимым. Или сотни огромных бесплотных зеркал, собранных вместе под всевозможными углами. Отец сказал, что когда он впервые увидел аномалию, у него даже голова разболелась от постоянного перелива света и отражений. Да! Ещё одна немаловажная деталь, касающаяся аномалий — они имели свою градацию, разделённую по цветам. Белый-жёлтый-красный-синий-чёрный. Причём разделение по цветам давалось не людьми, а самими аномалиями. Под мешаниной бесплотных зеркал находился весьма отличимый круг, который и определял уровень. Градация была весьма простой. В белых аномалиях находились слабые големы, а добываемые с них духовные камни были тем мусором, что вручил мне род Ван за победу в турнире. Если не хуже. Ни трав, ни минералов, ни шанса обнаружить схрон древних. Бесполезная штука, которую уничтожали при первой же возможности. Аномалии определяли свой уровень при создании и больше не росли. В противовес белой имелись чёрные. Вероятность выжить в них стремилась к нулю. В чёрных зеркалах скрывались не только големы всех возможных типов и размеров, но ещё и дополнительные ограничения — внезапные ядовитые облака, непредвиденные удары молний, ловушки на каждом шагу, замкнутые и цикличные пространства, выбраться из которых нельзя и, конечно же, энергия Ци второго, а то и третьего поясов, что разорвёт простого человека в клочья, если тот сунется в это проклятое место. Возможно, отец рассказывал мне сказки, чтобы попугать — сам он никогда выше жёлтой не ходил. Тем не менее все верили — если найдётся герой, что покорит чёрную аномалию, он станет баснословно богат. Благодаря непонятно откуда взявшейся энергии, в чёрных аномалиях росли травы высших поясов, причём чем старше была аномалия, тем более редкими эти травы являлись. Собственно, именно поэтому записи Хуан Луня отправляли меня в чёрную аномалию — только там можно было собрать ингредиенты, обычно получаемые во втором, а то и третьем поясах.

В нулевом поясе была известна только одна чёрная аномалия, что находилась неподалёку от барьера, разделяющего нулевой и первый пояса. Это мне уже Кармин рассказывал. Приглашённые даосы из верхних поясов расчистили вход, сделав его относительно безопасным, и начали водить туда отпрысков высокородных родов. Одним из критериев перехода в первый пояс является формирование двух устойчивых узлов в теле, чтобы уже в первом поясе между ними сформировался первый меридиан.

— Становится интересней, — произнёс наставник, как только мы прибыли на место. Зеркальная конструкция, которую описывал отец, была на месте, как и небольшой забор вокруг неё, но рядом с забором стояло подозрительно много народа. Ещё и несколько самоходных повозок рода Ван здесь находились, причём не самых простых повозок. Тех, на которых возили отпрысков семей внутренних поясов. Мы остановились неподалёку от толпы. Судя по символам на груди, собравшиеся принадлежали роду Ван. И все они с напряжением смотрели на нас. Кто-то даже со страхом.

— Младшие, по какому поводу вы собрались рядом с моей аномалией? — наставник не стал ходить вокруг да около, с ходу обозначив, что он не рад никого видеть. — Или род Ван забыл закон клана о доступе идущих к бессмертию к аномалиям и передал мою бронь кому-то другому?

Судя по тому, как начали оглядываться собравшиеся, что-то с этой аномалией было нечисто. Единственное, что меня устраивало — никто из собравшихся не собирался меня убивать. Во всяком случае пока.

— Право на бронь в аномалию священна, — послышался голос. Толпа расступилась, пропуская какого-то старца. Как и у всех собравшихся, он имел две нашивки, но то, как уважительно к нему относились, говорило о высоком положении человека.

— Заместитель Гронг Ван, какая неожиданная встреча, — приветственно кивнул мой наставник. Ему явно был знаком этот даос. — Какая нужда заставила третьего человека рода Ван явиться в такую даль от столицы?

— Род Ван хочет предложить тебе работу, искатель. В нулевом поясе появилась червоточина. Найди её.

— Боюсь, это не так просто, заместитель. Волей клана Феникс ещё три года и четыре месяца мне предстоит исполнять роль наставника. Скажи мне, младший, могу ли я оставить своего ученика роду Ван и со спокойной душой отправиться на поиски червоточины? Застану ли я своего ученика живым, когда уничтожу вторгшихся в нулевой пояс демонов?

— Нет, искатель, не можешь. Твой ученик будет мёртв, — спокойно ответил третий из рода Ван. Такая откровенность подкупала. Складывалось ощущение, что с этим человеком можно иметь дело. Если он захочет тебя убить, скажет об этом в открытую.

— В таком случае о какой работе может идти речь? Мне не на кого оставить своего ученика, а он ещё не готов к походу в червоточину. Он ещё человек, не даос. Одно прикосновение к демону и даже мне не удастся его вылечить. Роду Ван придётся найти другого искателя на эту работу, заместитель. Либо нанять в первом круге группу наёмников и оплатить им проход между поясами.

— Нам известно о том, что у тебя весьма необычный ученик, искатель. О том, что его нужно убить при первой возможности. О том, что опасно выпускать его в первый пояс. Мы знали, что первой твоей реакцией будет отказ. Однако мы здесь.

Что говорило о том, что ситуация полностью вышла из-под контроля рода Ван. Раз им понадобился даос уровня мастера, всё не просто плохо — грядёт катастрофа.

— Прежде, чем род Ван озвучит своё предложение, хочу добавить в него несколько обязательных частей, — после небольшой паузы ответил наставник. — Мой ученик изъявил желание заняться артефактным делом. К тому же у меня есть мнение, что без основ алхимии не может существовать ни один даос. Я готов выслушать ваше предложение, заместитель Гронг Ван. Как сильно вам нужен даос этапа мастера золотого ранга?

— Если ты устранишь червоточину и уничтожишь всех демонов, старший, род Ван гарантирует твоему ученику безопасный проход в первый пояс, если он доживёт до разрешённого для перехода возраста. Насколько мне известно, сегодня твоему ученику исполнилось тринадцать лет. Через пять лет он получит право войти в Воренд и пройти сквозь барьер без угрозы за собственную жизнь. Род Ван гарантирует ему неприкосновенность.

Наставник молча смотрел на заместителя, не выказывая никаких эмоций. Тот замялся, но продолжил:

— Однако это ещё не всё, старший. Кроме двух сотен духовных монет, род Ван предоставит тебе начальный учебник по алхимии и артефактному делу, включая все необходимые инструменты для обучения и занятия этими благородными профессиями.

На этот раз наставник кивнул, показывая, что заместитель движется в правильном направлении. Какое-то время даосы смотрели друг другу в глаза, словно сражаясь на невидимом всем фронте. Старик проиграл.

— Род Ван считает, что вся добыча, которую старший Герлон сможет добыть в процессе уничтожения червоточины, будет принадлежать ему, как искателю. Род Ван не претендует ни на что.

— Когда нужно приступить к работе? — спросил наставник и старик облегчённо выдохнул. Видимо, он до последнего не верил, что даос этапа мастера согласится им помочь.

— Немедленно, старший. Мы и так откладывали твоё приглашение до последнего, пытаясь справиться собственными силами.

— Наёмники из первого круга приглашались?

— Мы наняли две группы, старший, но они не справились. С этой червоточиной творится что-то странное — из неё появляются не только твари, но и человекоподобные демоны. Причём далеко не нулевого уровня их мира. Мы не знаем, что убило наёмников, но их контракт почернел через несколько часов после того, как они приступили к работе. Учитывая время на поездку к червоточине, что-то убило десять даосов этапа ученик за считанные минуты. Как и несколько отрядов рода Ван, что были отправлены в те земли. Демоны заняли обширные земли и начинают закрепляться, строя замки.

— Клан вы об этом, конечно же, не извещали, — ухмыльнулся наставник. Старик побелел, но ответил вполне достойно:

— Род Ван считает, что это локальная проблема нулевого круга, а не всего сектора клана. Мы обязаны разобраться с демонами собственными силами.

— Даже если в итоге абсолют разума, являющийся искателем, перейдёт в первый пояс?

— На всё воля Неба, старший. Ему предстоит жить в нулевом поясе два года после твоего ухода. Всё может произойти за это время. Клан Ван обязательно уделит внимание твоему ученику, когда придёт время.

— Хорошо, с этим определились. В землях рода Ван есть красная аномалия?

— Нет, старший. Все красные и синие аномалии закрыты. Они слишком опасны для нашего пояса.

— Чёрная? — нехотя спросил наставник.

— Две. Одна используется для прокачки духа, вторая законсервирована.

— Причина?

— Неконтролируемые всплески энергии уровня второго пояса в случайных местах, изобилие ловушек и големы этапа воин. Эта аномалия была обнаружена относительно недавно, всего десять лет назад. Заявка на призыв властелина отправлена, но одному Небу известно, когда её рассмотрят.

— Раз мы сегодня не попадаем в жёлтую аномалию, добавьте в контракт право на посещение чёрной. Той, которая законсервирована, — заявил наставник Герлон, чем вызвал весьма неоднозначную реакцию окружающих. Заместитель даже пояснил:

— Старший, если простые големы аномалии находятся на этапе воина, то стражи…

— Мне прекрасно известна структура аномалий, младший, — холодно произнёс наставник. — Таково моё желание — эта чёрная аномалия будет числиться за мной до моего ухода с нулевого пояса. Пойду я туда, не пойду — это моя и только моя забота. Три года и четыре месяца на эту аномалию не будет претендовать никто. Даже случайно забредший в наши края глава клана Феникс.

— Мы добавим это в договор, старший. Что-то ещё?

— Этого достаточно. Учебники и инструменты должны ждать нас на месте наших тренировок. Заместитель Гронг Ван знает, где я тренирую своего ученика?

— Да, старший. Мне нужно несколько минут, чтобы оформить договор. Прошу подождать. Чаю?

— Не откажусь. Я слышал, род Ван может похвастаться удивительными сортами зелёного чая, обладающими незабываемым молочным вкусом.

— Я распоряжусь, чтобы вам его предоставили. Прошу в мою палатку, старший. Здесь и сейчас ваш ученик находится под защитой рода Ван и ему ничего не грозит. Слово!

— Оставайся здесь, — приказал наставник и без особых проблем оставил меня одного посреди огромной толпы народа. Весьма недоброжелательной толпы народа, хочется заметить. Взгляды отдельных личностей мне не нравились совершенно и, неожиданно, между лопаток появилось неприятное ощущение. Словно кто-то подкрался ко мне сзади и принялся колоть острыми иголками, что с лёгкостью проникали сквозь мантию. Было крайне неприятно и настолько реально, что я даже обернулся, чтобы увидеть обидчика. Но никого рядом не было! Тем не менее неприятное чувство не уходило. Решив, что делить с этими людьми мне всё равно нечего, я подошёл к проходу в стене, ведущей в аномалию и уселся в позу лотоса. У меня появились лишние минуты для отдыха, а за последние восемь месяцев я привык отдыхать только так — сидя и делая вид, что медитирую.

Покалывание в районе лопаток никуда не делось, но вскоре это ощущение ушло на второй план — я ощутил что-то необычное. Нечто тёплое и приятное, что начало обволакивать меня со всех сторон, вызывая забытое чувство безопасности. Нет, не безопасности — спокойствия. Теплота дарила спокойствие. Я понимал — как только открою глаза, теплота исчезнет. Растворится в суровой реальности нашего мира. Теплота и спокойствие были нереальны и существовали только в моём воображении. Тем не менее помогли избавиться от зуда между лопаток, и даже значительно погасили боль в постоянно ноющих мышцах. Последнего вообще не случалось давно, я даже забыл, как это — жить без тянущей боли. Наставник лечил меня только первые месяцы. Я продолжил наслаждаться приятными ощущениям, отдаваясь им полностью, и неожиданно передо мной начал формироваться их источник. Тот самый вихрь из переливающихся бесплотных зеркал, что являлся входом в аномалию. Именно из него выходили нити теплоты и спокойствия, обволакивающие моё тело. Что-то мигнуло и внезапно исчезло всё. Неприятные ощущения между лопаток, боль в мышцах, шум и разговоры народа, даже цвета и объём. Остались лишь я, вход в аномалию и нити спокойствия, дарующие тепло.

Сколько продлилось это блаженство, я не знаю. Мгновение. Минута. Вечность? Я наслаждался каждой секундой, купаясь в необычных ощущениях. Однако всё имеет свойство заканчиваться. Закончилось и тепло. Зеркала резко остановились и осыпались, растворяясь во тьме. Я открыл глаза — вход в аномалию находился на месте и всё также бесновался игрой зеркал, как и раньше. Жёлтый круг под входом указывал, что не изменилось вообще ничего, но я с этим был категорически не согласен. Что-то изменилось. Причём сильно. Я ощущал вход! Не знаю, с чем сравнить это ощущение, но одного взгляда на аномалию хватило, чтобы чётко осознать — у меня нет возможности её пройти. Если я попаду внутрь, с вероятность сто процентов умру. Причём это не было страхом — это была констатация факта, основанная на… понятия не имею, на чём она была основана. Она просто была.

Раздавшийся голос наставника за моей спиной был настолько неожиданным, что я вздрогнул. Теплота и спокойствие ушли окончательно, вернув меня в реалии мира. Вернулась боль в мышцах, затёкших ногах, вернулись иголки между лопаток, что сейчас стали даже острее и чувствительней. Вернулось всё! Но кое-что осталось. Ощущение входа в аномалию. Оно не исчезло.

— Добро пожаловать в наш непростой мир, даос этапа кандидат медного ранга. С сего дня начинается твой пусть к бессмертию. Да будет он тернист и труден, как и полагается истинному даосу. Я, как твой наставник, это обеспечу.

Глава 12

— Поднимайся и сражайся!

— Наставник, да сколько можно? — прохрипел я, валяясь на земле. Сил, чтобы подняться, не было. Я искренне надеялся, что борьба с червоточиной отложит мои тренировки на неопределённое время, однако недооценил наставника. Чтобы добраться до облюбованных демонами земель, нам требовалось потратить два дня и гнать наставник не спешил. Наоборот, остановок стало больше, они стали дольше. Физическая подготовка, как заявил даос, завершилась, теперь можно переходить непосредственно к укреплению тела и духа. Начались упражнения с мечом, копьём, даже луком, бои с тенью, что я видел в школе Духовной силы, но в нашем случае эти бои проходили в три этапа. Вначале наставник отрабатывал со мной технику удара или блока, затем заставлял отрабатывать её на специальном странном устройстве, похожем на облысевшую ёлку с толстыми короткими ветками, а завершалось всё спаррингом, на котором даос избивал меня похлеще Эльды!

— Ты не отвёл удар. Чем ты занимался последний час, ученик?

— Этот удар невозможно было отвести!

— Ты в состоянии отвести любой удар, что не усилен техникой. Твои навыки это позволяют. Твоё тело это позволяет. Почему ты не делаешь то, что должен? Почему сомневаешься в своих силах? Кто ты? Даос, вставший на путь возвышения, или человек, только и способный, что жаловаться и стенать о несправедливой судьбе?

— Даос! Но этот удар нельзя было отклонить! Никак! Для чего вообще тренировать сражения без техник? Где это может понадобиться?

Я всё же поднялся на ноги и негромко захрипел — левая часть тела горела огнём. Опять что-то сломалось. Сколько можно⁈ Что это за тренировки такие, в которых меня только и делают, что ломают? Наставнику явно пришлось сделать над собой усилие, чтобы не дать мне подзатыльник за глупые вопросы. Вздохнув, даос положил мне на грудь ладонь и активировал лечение. Хрустнуло и плечо встало на место, окатив меня волной острой боли. Уже настолько привычной, что я даже не заорал.

— Даос может остаться без своих техник во многих обстоятельствах, ученик. Прежде всего на полях битвы. В местах, где два мира объединились и сошли с ума, порой создаются такие странные законы, что ни одна техника в них не работает. Ни даосов, ни демонов. Приходится сражаться оружием и телом. Техники не работают, если на даоса нацепить цепь из негатора или чёрного металла, как его ещё называют. Это металл, добываемый в чёрных аномалиях. Он совершенно нечувствителен к энергии и блокирует её использование. Это два. Третий, самый распространённый способ, когда даос не может использовать техники — обнуление меридиан. Для того, чтобы задействовать технику, необходимо активировать несколько меридиан, вынуждая их передавать энергию к точке выхода. Оружию, руке или даже всему телу. Всё зависит от конкретной техники. Во время поединков, когда используются одни и те же меридианы, они нагреваются, перестают впитывать в себя энергию мира или духовных камней и, отдав последнюю порцию накопленной энергии, обнуляются. Какое-то время использовать эти меридианы невозможно и, как следствие, какие-то техники окажутся заблокированными. Зачастую именно те, которыми ты наиболее часто пользуешься. Поэтому даосы постоянно совершенствуются, укрепляют тело и меридианы, чтобы оттянуть обнуление как можно дальше. Но рано или поздно оно всё равно наступит. Что тогда? Покорно принять смерть?

— Артефакты, — не задумываясь ответил я. Это именно то, на что упирал в своём учении Хуан Лунь. Про перегрев и дальнейшее обнуление меридиан он не писал, но вот то, что при невозможности использования техник можно положиться на артефакты, куда эти техники уже заложены изначально, упоминал. Мой цзянь, к слову, был таким до изменения. Я мог использовать техники, просто запитав меч энергией. Сейчас, к сожалению, это недоступно — слишком опасно для меня.

— Невозможно создать артефакты на все случаи жизни, ученик, — ответил наставник. — Мысль правильная, но изначально неверная. Потому что может сложиться ситуация, когда у даоса не будет даже крохи энергии, чтобы активировать артефакт. Те же поля битвы. Только развитое тело способно уберечь его от неприятностей. Но ты не веришь в себя. Ты проигрываешь мне ещё до того, как начинается бой. Ты проигрываешь в своих мыслях. От этого нужно избавляться, иначе путь на бронзовый ранг окажется для тебя закрыт. На сегодня тренировки закончились. Тебе стоит обдумать мои слова. Понять, кем ты хочешь быть в этой жизни.

Какое-то время мы ехали в полной тишине. Наставник злился, что у меня не получалось прогрессировать, я злился на всё подряд. Даже отдыхать не хотелось. Слова о том, что даос самого низкого этапа развития и ранга способен отклонить удар мастера золотого ранга казалась мне дикой. Я видел наставника в бою — за ним уследить невозможно! Его удары сотрясали стены, он одним движением разрывал человека на две половинки. Как можно отклонить удар такого монстра? Никак! Но даос утверждает, что это реально. Нужно только в себя поверить. Бред какой-то, а не совет. Если бы я в себя не верил, сидел бы сейчас дома.

В нос ударил неприятный запах гари. Когда-то в нашей деревне сгорел небольшой дом, так от пепелища исходил именно такой запах. Запах гари и… смерти. В доме находились старики, что не смогли выбраться. После этого к тому месту долго никто из ребят не подходил. Причём даже не во взрослых было дело — в запахе. Особом запахе смерти.

Через несколько поворотов лес резко закончился, и мы выехали на чистое пространство. Я часто задышал, осознав, откуда несло смертью. Когда-то в этом месте находилась деревня домов на тридцать. Средняя деревушка по меркам нулевого пояса. Расположенная возле широкой дороги, она должна была быть весьма популярной. Но сейчас деревни не было — вместо неё нас встретило пепелище и огромное количество трупов, разбросанных по всей округе. Причём здесь были не только люди — лошади, собаки, куры. Всё живое было уничтожено, а деревня сожжена до основания. Даже внешний забор вокруг деревни и тот был сожжён.

Мне никогда не приходилось видеть такого ужаса, так что я даже не знал, как себя вести. Было жутко до дрожи в ногах. Если бы я не сидел в самоходной повозке, запросто мог бы упасть на колени от шока. Наставник двинул рычаги, и мы медленно поехали вперёд. Смысла закрывать глаза не было. Основной ужас был именно от запаха. Сладковатого запаха горелого мяса…

— Они даже не сопротивлялись, — нахмурился наставник. — Не вижу пик, рогатин, луков. Вообще ничего. Ощущение, что все поддались какой-то панике и демоны их просто растерзали, наслаждаясь кровавым пиршеством. Оставайся на месте.

— Здесь кто-то есть? — напрягся я. Цзянь, словно верный пёс, прыгнул в руку, готовый отразить атаку противника.

— Есть, но не демоны. Люди. Двое.

Наставник выпрыгнул из повозки и пошёл вперёд.

— Вылезайте, демонов больше нет! Я даос из третьего пояса, пришёл сюда, чтобы уничтожить тварей.

От наставника пошла какая-то неведомая сила, что заставила расслабиться даже меня. Обычно даос давил на всех своей чудовищной аурой, здесь же использовал что-то иное. Что-то, что успокаивало. Только сейчас я понял, что совершенно не знаю возможностей даоса, который взялся меня обучать. Каким образом он определяет людей? Он же знал, кто и в каком количестве пришёл за нами в Воренде, знал, когда приближались падальщики, даже ту группу демонов, что мы убили давным-давно, и ту почуял на расстоянии. Как? Этот вопрос нужно обязательно выяснить. Вдруг это работает без техник? Вдруг это можно натренировать?

Неподалёку от одного пепелища словно из земли появились двое подростков моего возраста. Чумазые, грязные, они сычами смотрели на наставника, готовые броситься наутёк при первой возможности. Исходящая от наставника аура настолько меня разморила, что я даже не слышал их разговора. Просто в какой-то момент один из подростков указал рукой в сторону, его спутник упал на колени и разрыдался, выплёскивая эмоции и первый наклонился, обняв своего товарища. Дальше вообще случилось нечто из разряда невозможного — наставник швырнул ребятам котомку с едой, а также небольшой мешочек. Я отчётливо услышал звон духовных монет и, как мне кажется, постукивание духовных камней. Сладкую негу словно рукой сняло — я превратился в слух, пытаясь уловить хотя бы окончание разговора.

— Этого хватит, чтобы добраться до Воренда. Отправляйтесь в гостиницу искателей и скажите, что вас прислал старший Герлон. Там о вас позаботятся. И умойтесь. В таком виде в город вас не пустят.

Развернувшись, наставник к повозке.

— Демоны были здесь три дня назад. Эти двое всё время просидели в погребе, боясь даже пошевелиться. В парнишке что-то есть, а девчонка и вовсе не с этого пояса. Я дал им шанс, остальное в их руках. Рискнут бросить вызов Небу — выживут. Нет — их выбор. Слабым не место в нашем мире.

— Но почему вы…

— В этом мире ничего не происходит просто так. Любая встреча на нашем пути дана для чего-то. Небо видит всё и решает, кто достоин дальнейшего возвышения, а перед кем нужно ставить преграду. Эти двое смогли выжить там, где погибли бы девяносто девять процентов других. Такие заслуживают шанса и в моих силах им его дать. Если они действительно достойны, то выживут и, если Небо вновь сведёт наши дороги, отплатят добром. Это важный урок, ученик. Запомни это.

До конца дня мы миновали ещё несколько деревень. Вернее, то, что от них осталось. Выживших больше не было — кровожадные твари с другого мира разорвали всех. Даже, как мне казалось, птиц. Лишь гуляющий в кронах деревьев ветер хоть как-то разбавлял гнетущую тишину. Дошло до того, что, установив палатку, наставник даже не заставил меня тренироваться. Даос уставился в горящий костёр, погрузившись в собственные мысли. Даже не хотелось думать, что творилось в его голове, ибо расскажи он восемь месяцев назад о том, что в нулевом круге появились демоны, все те мертвецы, мимо которых мы сегодня проехали, могли остаться в живых. Род Ван мог отправить сюда армию и подавить демонов в зародыше, не допустив такого ужаса. Последняя деревня, которую мы проехали несколько часов назад, была уничтожена совсем недавно — несколько домов ещё продолжали гореть.

Проснулся я от странного чувства. Что-то тревожило, но что конкретно, сказать не могу. Просто возникло ощущение опасности. Выбравшись из палатки, с удивлением заметил, что наставник даже не ложился, так и оставшись сидеть рядом с костром.

— Наставник, с вами всё хорошо? — спросил я, не понимая, что конкретно меня смущает. Даос изменился. Если раньше он буквально излучал силу и мощь, то сейчас передо мной сидел обычный человек. Нет, не обычный — такой же, как мой отец. Сильный, могучий, но не обладающий той аурой могущества, что раньше.

— О своих ощущениях ни слова, расскажешь их после. Садись и медитируй. Сейчас ты отпрыск одного из великих родов, я твой страж. Называй меня просто Герлон, — последовал странный приказ. Причём таким тихим голосом, что даже я его едва услышал. Мне прекрасно было известно, что наставник дважды не повторяет. Раз ему требовалось такое странное поведение, оно чем-то было обусловлено. Почему-то всплыл образ группы высокородных, в которой я познакомился с Эльдой и Кармином. Если последние показались мне достаточно «взрослыми», то некоторые вели себя как дети-переростки. Постоянно жаловались, ругались на медлительность трёх помощников, требовали к себе повышенного внимания. Да, во время битвы с волками организовались все и продемонстрировали свою силу, но то, как они вели себя в обычной жизни, лично меня бесило. Сам того не ожидая, я скривил губы и жалобно произнёс:

— Герлон, сколько можно? Костёр мешает мне спать! Ты опять за своё?

Всего на мгновение наставник ухмыльнулся, но я это увидел. Кажется, я полностью попал в тот образ, который ему требовался. Вернув себе каменное выражение лица, наставник достаточно громко ответил:

— Беспокойно мне, господин. Не нравится мне в здешних местах.

— Да что тут может тебе не нравится? Обычный лес! Всё, ты меня разозлил! Вернёмся домой, напишу письмо родителям, чтобы они тебя больше со мной не отправляли! Кому нужен страж, что боится собственной тени? Это нулевой пояс! Здесь нет и не может быть никого… Небо, чем здесь так воняет?

Если начал я своё представление, полностью копируя слова одной девочки, то закончил своими. В нос ударил сладковато-приторный запах разложений. Нет, не разложений. Чего-то другого. Резкий, терпкий. Неприятный, но при этом странно желанный. Тело отреагировало на него довольно странно — я уселся на землю, словно из меня разом выпили все силы. Словно я только что провёл полноценную «разминку». Попытка подняться на ноги ни к чему не привела — тело я контролировал слабо. Раздался утробный рык и на границу света, отбрасываемого костром, вышло три демона. Это были такие же кабанчики, которых убил наставник, однако при этом они отличались. Как крестьянин от воина. У тройки здешних имелись длинные клыки, костяные наросты по всему телу, а также многочисленные шипы.

— Так, так, так, кто же тут у нас? — раздавшийся голос вызвал в груди странную бурю эмоций. С одной стороны было до жути страшно, с другой появилось непреодолимое желание увидеть обладательницу столь чарующего голоса. Да, голос принадлежал женщине. Тьма за рычащими демонами уплотнилась и в круг света вышла полуобнажённая женщина. Сердце, несмотря на грозящую опасность, начало лихорадочно стучать в грудную клетку. Я ощутил, как кровь отхлынула от головы и сконцентрировалась где-то в другом месте. Та, что стояла рядом с демонами, была прекрасна. Совершенна. Каждое движение, каждый поворот головы вызывал дикое желание броситься к ней под ноги и, завалившись на спину, вымаливать о снисхождении. Меня даже не смущали золотые глаза, что сверкали в отблесках костра. На такие мелочи я сейчас не обращал внимания.

— Мальчик из внутренних поясов вместе со своим цепным псом. Ответь мне, юноша, насколько дорог ты своей семье?

— С-сильно дорог, госпожа, — ответило тело против моей воли. — Я единственный наследник. Отец говорил, что после того, как подрасту, то мне придётся возглавить все наши земли.

— Очень хорошо, — промурлыкала красотка и сделала несколько шагов ближе. Странный запах усилился. Он дурманил, сводил с ума, пьянил. Собравшись, я с невероятным усилием оторвал взгляд от красотки и посмотрел на наставника. Тот сидел неподвижно с таким странным выражением лица, словно перед его глазами проносилась вся его жизнь.

— Твой страж опасен? — послышался вопрос и моё внимание вновь сосредоточилось на красотке. Она остановилась шагах в десяти от меня. Я сглотнул — большая грудь была прикрыта несколькими клочками ткани, а короткая набедренная повязка не скрывала, а только подчёркивала ошеломительные длинные ножки. В свои годы мне никогда не доводилось видеть столь раздетых представителей женского пола, поэтому тело реагировало весьма неожиданным образом. Оно буквально тряслось от желания ринуться к женщине и дотронуться до него, но какая-то небольшая часть меня запрещала это делать. Ибо тройка опасных демонов шла рядом с ней и, как мне казалось, была готова сожрать любого, кто слишком близко подойдёт к их госпоже.

— Герлон? Да, госпожа, он опасен. Для меня точно. Избивает каждый день, заставляет тренироваться. Вернусь домой, обязательно пожалуюсь родителям на него. Не стоило им отдавать меня на поруки этому человеку!

— Я спрашивала не об этом! — женщина нахмурилась, и стоящие рядом с ней демоны зарычали сильней. Приторный запах сводил с ума, но рычание тварей немного помогло мне прийти в себя.

— Нет, госпожа, он не опасен, — мне с трудом удалось это произнести. Язык мне словно не подчинялся. — Как может быть опасен ученик золотого ранга той, кто столь великолепна?

— Ученик золотого ранга? — красотка перевела взгляд на моего наставника и плотоядно ухмыльнулась. — Очень хорошо. Даже отлично! Всё чисто! Они под контролем!

Тьма за костром вновь пришла в движение и в круг света вошли двое. Хмурый демон, шириной плеч раза в два превосходящий моего дядю кузнеца, а также подросток чуть младше меня, на лице которого играла такая гадкая ухмылка, что всё очарование полуобнажённой красоткой улетучилось.

— Всего лишь ученик? — брезгливо спросил мелкий. Голос у него оказался до неприличного неприятным.

— Золотого ранга, госпожа, — склонилась демоница, заставляя меня в очередной раз ошалеть. Так это не парень, а девчонка? Что-то совсем не похож этот демон на девочку. Или они все там такие?

— Этого тоже хочу сожрать, — девчонка ткнула в меня пальцем.

— Нет, госпожа. Этого нужно обменять на гору духовных камней. Люди слишком трепетно относятся к своим отпрыскам и готовы ради них на всё.

— Хочу сожрать! — мелкая только что ножкой не топнула. — Почему она спорит со мной, Бурмандил?

— Хочет свою долю камней, — последовал низкий бас. Огромный высший демон говорил так, как могла бы говорить скала, умей она это делать.

— Плевать на камни, я хочу есть! Он даос. Этот тоже даос. Даосы дают пищу. Хочу есть! Ненавижу этот мир! Хочу обратно в свой! Бурмандил, когда я сожру этих даосов, ты вновь расскажешь мне про мой дом. Когда-нибудь я достигну величия матери и займу её место во втором поясе! Я стану великой!

— Значит, червоточину контролируют демоны со второго пояса? Очень интересно, — раздался голос наставника, и обстановка вокруг нас кардинальным образом изменилась. Я даже не успел моргнуть глазом, как тройка страшных низших демонов оказалась разрублена пополам. Громадная глыба мяса, именуемая Бурмандилом, лишилась головы, а от красотки и вовсе ничего не осталось. Наставник использовал какую-то технику и сверху на демоницу рухнула плита энергии, превратив женщину в лепёшку. В буквальном смысле. В живых остался лишь мелкий демон, что широкими золотыми глазами смотрел на внезапно пробудившегося даоса этапа мастера.

Наставник швырнул мне верёвку и странную цепочку. Поймав последнюю, я едва её не отбросил — она, казалось, поглощала жизненные силы.

— Свяжи демона. Цепочку закрепи на шее. Род Ван будет рад такому подарку.

Выполнить приказ наставника проблем не составило — девчонка-демон даже не думала сопротивляться. Казалось, что её воля полностью была подавлена одним только присутствием моего наставника. Отец учил вязать хорошие узлы, так что спеленать получилось хорошо. Причём так, что девчонка превратилась в один большой кокон — наставник выделили длинную верёвку.

— Клади демона возле палатки и иди сюда, — приказал наставник, как только я закончил. Почему-то назвать даоса по имени больше не хотелось, несмотря на то что запрета такого не поступало. Вручив мне нож, наставник указал на трёх младших демонов:

— Режь. После того, как ты стал даосом, яд демонов тебя не убьёт.

— Но навредит.

— Навредит. Для неподготовленного даоса это крайне неприятная и опасная субстанция, чем демоны и пользуются во время боёв. Но есть выход, хоть и не самый приятный. К любому яду, в том числе к демоническому, можно выработать невосприимчивость. Очень хорошо, что нам сразу попались такие серьёзные демоны. Твоё тело быстрее поймёт, как справляться с их ядом. В груди каждой твари находятся демонические сущности. Твоя задача их достать. Выполняй!

Есть у нас такое растение, как борщевик. Оно обладает одним неприятным свойством — если его сок капнет на кожу, то кожа прекращает защищаться от лучей Эарис. Доходит до чудовищных ожогов и даже смертей. Однажды я, ещё не зная о свойствах этого растения, по глупости сорвал несколько молодых побегов. Как же у меня горела рука после этого! Волдыри были размерами с кулак! Отец тогда сказал, что я на всю оставшуюся жизнь запомню этот урок и да, после того случая к страшным растениям я не подходил. Сейчас, разделывая демонов, я понимал — боль от борщевика была ласковым поглаживанием пёрышка. Казалось, что руки окунули в чан с кипятком, вытащили, посыпали солью, затем положили на угольки и так далее по кругу. Слёзы лились из глаз против моей воли. Я хрипел. Рычал. Кажется, проклинал всех демонов этого мира и тех, кто их придумал. Но резал. Резал, потому что несмотря на чудовищную боль, на работу рук это никак не сказывалось.

Сущностью демона наставника называл небольшой тёмный шарик. К нему тянулись много странных наполненных энергией нитей, объединяющихся в тёмных точках. Пришло понимание, что точки — это узлы, нити с энергией — меридианы. Демон, которого я разделывал, стоял на каком-то этапе возвышения. Причём не самом маленьком — слишком много я видел узлов и меридианов. Вырвав тёмный шарик, я, продолжая рычать от дикой боли, протянул дрожащими руками добычу наставнику. Тот молча положил руку мне на ладонь и боль ушла. Вместе с моим сознанием — оно боролось до последнего, удерживаясь во время пытки, но не справилось с резким избавлением от боли. На землю я падал уже без чувств….

Мастер Герлон подхватил своего ученика у земли и ещё раз использовал лечение. Даос испытал давно позабытое чувство — ему было неловко. Возможно даже стыдно. Яд низших демонов этапа воина являлся смертельными даже для даосов этапа ученик. Слишком большая разница в возвышении. Слишком сильное влияние яда. Герлон ожидал, что его ученик коснётся тела демона и начнёт истошно орать от боли. Это было бы хорошим уроком для юноши — никогда не касайся демона, если не знаешь его этапа возвышения. Зандр, приступая к заданию, этого не уточнил, за что и должен был страдать. Вот только вместо того, чтобы бежать к нему с поджатым хвостом и жаловаться на боль, упёртый баран хрипел, рычал, но выполнял задание. Его руки сожгло до самых костей и придётся потратить несколько дней, чтобы их полностью восстановить. Ничего, отдыхать тоже нужно, теперь появился законный повод, почему тренировки временно откладываются. Но вот то, что в нулевом круге появились демоны второго пояса, даоса волновало. Он ещё раз посмотрел на два блокирующих энергетический голод амулета. Дешёвка, сделанная на коленках, но вполне рабочая дешёвка, способная даровать демону этапа воина несколько дней нахождения в нулевом круге. Информация о том, что у демонов появился свой артефактор, создающий такие предметы, принесёт много духовных монет. Как и высокородная пленница. Несмотря на жуткий запах смерти, убивать её нельзя — слишком много даосов находится в плену у демонов. Тех, кого ещё не сломали, нужно вызволять. Их пленница явно была не из простых — кому попало не дадут в помощники двух высших демонов этапа воин, один из которых, к тому же, суккуб. Осталось дело за малым — найти червоточину, убить всех и продать пленницу роду Ван. Идеальный план, но нужно узнать, к какому племени эта пленница принадлежит. От этого зависит количество духовных монет, что можно содрать с рода Ван. Искателей, конечно, монеты волнуют в последнюю очередь, но слишком рьяно нулевой пояс желает убить его ученика. За такую глупость нужно платить. И он заставит это делать.

Глава 13

— Ты не даос — ты обманщик! Жалкий трус, скрывший свою истинную силу! Даже хорошо, что я тебя не сожрала — наверняка ты отравлен и у меня было бы несварение!

— Если ты не умолкнешь — закрою рот, — ответил наставник. Внешне он выглядел спокойным, но я уже слишком хорошо изучил своего мучителя, чтобы понимать, что он едва сдерживается, чтобы не прибить глупого демона. До самого утра девчонка находилась в ступоре, но потом, осознав, что убивать её никто не собирается, её прорвало. Какими только эпитетами она нас не награждала! Некоторые выражения были для меня в новинку, так что я с интересом вслушивался в каждое слово. Мелкий демон явно знал толк в ругательствах, раз сумел разозлить моего вечно спокойного наставника.

— Не закроешь! — с вызовом бросила мелкая. — Иначе я задохнусь, и никто за меня выкуп не даст! А на тебя и твоего выкормыша будет охотиться вся элита нашего племени!

— До тех пор, пока ты не назовёшь своё племя, выкуп за тебя никто не получит, — заметил наставник.

— Вот ещё! Буду я называть каждому отбросу название своего великого племени! Ты обманщик и предатель, скрывающий своё возвышение! Ты победил недостойно!

— Я всё равно узнаю всё, что мне нужно, — спокойно ответил наставник. В его руках появился острый стилет. — Это твой выбор.

— Ты не посмеешь! Это запрещено! — девочка хотела отпрянуть, но не могла. Связал я её качественно. Когда наставник подошёл, мелкий демон побледнел. Совсем как человек. На самом деле, если бы не странные глаза, а также приторный запах, о котором когда-то меня предупреждал наставник, отличить девочку-демона от девочки-человека было бы довольно сложно.

— Сейчас мы проверим, что запрещено, а что нет, — вновь безэмоционально произнёс даос и воткнул остриё стилета в кокон. Пленница истошно заорала и забилась. Путы держали крепко. Наставник начал прокручивать стилет и из глаз девочки брызнули слёзы. Возможно, не знай я её историю, мне было бы жалко бедняжку, но эта зараза сожрала, по меньшей мере, четыре деревни! Для того, чтобы облегчить своё возвышение, начинающим демонам требуется жизненная сила людей. Желательно, конечно, даосов. Поэтому последних стараются не убивать, а забирать в мир демонов, где даосы являются достаточно ходовым товаром. Источником возвышения. Ходячим кормом.

Наставник убрал стилет, но пленница долго не могла прийти в себя.

— Понимаю, что надеяться на разум бесполезно, но я спрошу ещё раз, прежде чем вернуть стилет на место — как тебя зовут, из какого ты племени и какая в очереди на трон? Молчишь? Что же — ты меня не подвела. Я очень на это надеялся. Пожалуй, продолжим!

— Стой! — истерично заорала девочка, когда стилет практически коснулся кокона из верёвок. — Я Вилея из племени Урбангос! Старшая дочь Альмирды, главы племени! Первый претендент на трон!

— Ты не врёшь, — в голосе наставника послышалось разочарование. По всей видимости он рассчитывал на долгое сопротивление. — Что делает наследница племени из второго пояса мира демонов в нулевом поясе нашего мира?

— Питаюсь! Эта червоточина была отдана одному из наших племён и мать позволила мне поохотиться на людей, чтобы продвинуться в своём возвышении. Эти нулевые, бездарные и никчёмные людишки не заслуживали жизни! Они даже в пищу мне не годились!

— Тем не менее ты их сожрала.

— И сожру ещё много раз! Ты меня не убил, значит, будешь торговаться. Я запомнила тебя, хитрый предатель! Запомнила, что даосы умеют скрывать своё возвышение. В следующий раз буду внимательней! Когда займу трон матери, я отправлю за тобой всю нашу элиту! Они притащат тебя на коротком поводке, и я с наслаждением сожру твою силу! Ты будешь моим, не-даос! Нет, я скормлю тебя самым слабым и отверженным демонам своего мира! Ты недостоин быть моей едой!

— Как много демонов защищает червоточину и какого они этапа возвышения? — оборвал поток словоблудия наставник.

— Тебе не победить, не-даос! Червоточину защищают лучшие демоны племени Урбангос! Те, кто претендует на звание элиты!

— Я спрашивал не об этом, — кровожадно ухмыльнулся даос и вновь направил стилет к кокону. Пленница часто задышала, прикусила губу, чтобы сдержать крик, но всего через пару мгновений орала, как резанная!

— Скажу, я всё скажу! Перестань!

— Как много демонов защищает червоточину и какого они этапа возвышения? — повторил вопрос наставник.

— Одно из племён нулевого круга демонов, — произнесла пленница, тяжело дыша. — Около сотни низших демонов и двадцать высших. Все из нулевого пояса, этапа возвышения не знаю. Мелочь. Для защиты мать выделила мне только двух элитных высших демонов. Но ты их подло убил, отброс человечины! Даосы не имеют права так сражаться!

— Последний вопрос — где находится червоточина?

— Ненавижу! Ненавижу всех людей и даосов! — заорала пленница и заплакала. Сдавать своих ей явно не хотелось, но выбора жестокий даос не оставил.

— Ты не ответила, — кровожадная улыбка на лице моего наставника могла напугать кого угодно. Не смогла удержаться и девочка, ответив и даже кивнув головой туда, где находится червоточина.

— Ученик, жди здесь. Демонам верить нельзя. Никогда не поверю, что на охрану старшей наследницы племени отправили всего двух высших демонов. Пусть даже уровня воин. К этому бою ты ещё не готов.

— Да, наставник, — произнёс я, только говорил я уже в пустоту. Даос сорвался с места со скоростью молнии и довольно быстро растворился среди окружающих деревьев.

— Ученик, наставник, — скривила лицо пленница и даже сплюнула. — Противно смотреть за вами! Есть только рабы, слуги и господа! Никого больше. Никаких наставников. Никаких учеников. Ты либо господин, либо слуга! Иного не дано! Бездарные людишки. Бездарный и тупой мир! Ненавижу вас! Всё, на что вы годитесь — быть едой!

Наставник вернулся только к вечеру. То, как он выглядел, пугало — мантия осталась идеально чистой, зато всё остальное выглядело так, словно даос попал под кровавый дождь. Пленница, увидев даоса, в очередной раз побледнела. Мой наставник остановился рядом с мелким демоном и заговорил настолько холодным тоном, что даже у меня мурашки по спине пробежали:

— Только тот факт, что ты действительно являешься старшей наследницей племени Урбангос, не позволяет мне убить тебя здесь и сейчас. Хочу, чтобы ты уяснила на будущее, пока ещё живой демон — если Небо сведёт наши дороги ещё раз, и ты мне соврёшь, это будет последнее, что ты сделаешь в своей глупой жизни. Слово искателя. Второго обмена не будет. Ученик, собирай вещи. Мы возвращаемся в Воренд. От нашей пленницы слишком воняет. Нужно от неё избавиться как можно скорее.

Меня подмывало наброситься на наставника с расспросами о том, что произошло и как он закрыл червоточину, но я понимал — пока пленница с нами, отвечать он не станет. Устроившись на пассажирском сиденье самоходной тележки наставника, мне пришлось взять пленницу на руки и прижать к себе, чтобы не выпала. Вначале это вызвало бурную реакцию со стороны демона — девочка орала, пыталась меня даже укусить, но стоило наставнику врубить свою любимую скорость, как все попытки вырваться ушли в прошлое. Какое-то время девочка визжала, как недобитая свинья, но вскоре успокоилась. Радовало одно — вырываться она перестала. Даже наоборот — постаралась как можно ближе прижаться ко мне, чтобы не улететь на крутых поворотах. До Воренда мы домчались поздней ночью. Кроме Вилеи, мне приходилось держать ещё и фонарь, освещая путь — снижать скорость наставник посчитал слабостью. Городские ворота, что были закрыты на ночь, наставник даже не заметил. Повозка врезалась в них и с лёгкостью проломила толстое дерево. Раздались крики, звон в колокол, но даоса это вообще не заботило. Он уверенно мчал по освещённым улочкам, вынуждая редких прохожих шарахаться от нас в сторону. Остановились мы в уже знакомом мне дворике рода Ван, куда когда-то привезли отпрысков родов внутренних поясов. Ворота в дворик, что естественно, тоже были закрыты и сейчас там зияла огромная дыра. Мастер золотого ранга посчитал ниже своего достоинства дожидаться, когда его впустят на территорию дворца главного рода нулевого пояса.

Охрана прозевала наше прибытие. Только когда мы дошли до главных дверей, раздался тревожный звук колокола. Все забегали, засуетились, начали друг другу мешать, не понимая, что происходит. Свою тележку, что естественно, наставник сразу спрятал в пространственный кошелёк, так что никто не понимал, кто напал на дворец и откуда в воротах огромная дыра. Дошло до того, что мимо нас, спокойно идущих по коридору, пробежал отряд стражников, не обратив на нас, по сути, никакого внимания. Лишь заметили символ феникса на груди наставника и успокоились. У стражи даже вопросов не возникло, кого это мы тащим, хотя запах демона должны были услышать все! Всё это наставник прокомментировал словами «бездари», «какие же здесь бездари собрались» и прочими нелестными эпитетами. Вскоре мы вошли в небольшой кабинет и даос жестом указал на одно из кресел:

— Кидай её сюда. Хватит таскать, словно родную. Хрики Ван! Говорит искатель Герлон, мастер золотого ранга! Я жду тебя в твоём кабинете!

Последние фразы наставник проорал так громко, что у меня в ушах ещё долго гул стоял. Беготня по дворцу усилилась, но к нам никто не спешил врываться. Минут через десять шум стих, ещё через полчаса двери отворились и в кабинет вошёл довольно представительный мужчина. Несмотря на то, что он был одет в халат, в нём сразу читалась сила. На вид мэру Воренда, а по совместительству главе рода Ван, было лет пятьдесят, но, скорее всего, гораздо больше. Пухлые щёки и округлый живот показывали, что даос давно забросил упорные тренировки, тем не менее сила всё ещё была с ним.

— Не слишком ли рано для встречи, старший Герлон? — спросил Хрики Ван, заняв своё кресло. На меня и нашего пленника он даже внимания не обратил, словно нас вообще в кабинете не было. Хотя я точно понимал — глава рода Ван прекрасно знал, что мы притащили ему в кабинет демона.

— У меня нет желания ждать до утра, младший, — ответил наставник. — Договор выполнен — червоточина закрыта. Если в округе и остались какие-то группы демонов — это уже ваша зона ответственности.

— Полагаю, старший явился посреди ночи в мой дом не для того, чтобы поведать о какой-то обыденной вещи? — Хрики Ван начал злиться, но пока держал себя в руках.

— Не для того. Это Вилея из племени Урбангос, старшая дочь главы племени. Полагаю, младший может не знать иерархию племён второго пояса мира демонов, поэтому я добавлю, что племя Урбангос для второго пояса мира демонов значит то же самое, что род Кан для второго пояса мира людей.

— Старшая дочь? — побелел глава рода Ван. От былой злости не осталось и следа. — В нашем поясе были демоны второго пояса?

— Полный отряд из двадцати низших и десяти высших демонов, — кивнул наставник. — Все с амулетами блокировки энергетического голода. Вот такими.

Наставник швырнул мэру небольшой амулет. Тот побелел ещё больше, хотя, казалось, больше некуда.

— Кто ещё об этом знает? — как-то затравлено спросил Хрики Ван. — Герлон, кому ты успел рассказать о демонах?

— Мне не нравится твой вопрос, младший. Он не предвещает выгоду.

— Какая выгода, Герлон⁈ — всё ещё бледный Хрики Ван смотрел на моего наставника, словно на нечто невозможное. — Зачем ты притащил её сюда? Убей её немедля!

— Младший считает, что он вправе указывать мне что делать? — голос наставника превратился в металл. Я напрягся, готовясь к ауре мастера, но её не последовало. Даос сдержался.

— Старший, не нужно было тащить её сюда! Она же со второго пояса! Она умрёт от голода!

— Она с нулевого, младший. Такая же мелочь, как и тот детский сад, что устроили в твоём городе высшие кланы. Вот те, кто за ней придут — они будут со второго, тут ты прав.

— За ней ещё и придут? — Хрики Ван даже застонал, услышав такую новость.

Мой наставник довольно долго смотрел на Хрики Вана. Тот смотрел на даоса в ответ, не отводя взгляда. Со стороны казалось, что между ними идёт неслышимый диалог.

— Убить её я уже не могу. После того, как она стала моим пленником, приобрела статус дорогостоящего актива. Раз роду Ван добыча не нужна, отведу её в род Дун. Полагаю, клан Тигра будет заинтересован в вызволении даосов из плена демонов.

— Не нужно этого делать, старший, — казалось, что Хрики Ван сейчас удар хватит.

— Я жду пояснений, младший, — наставник Герлон сложил руки на груди и откинулся в кресле. — Почему клан не должен знать о вторжении демонов?

Хрики Ван бросил взгляд на меня, затем на моего наставника.

— Мой ученик останется здесь. Причина, младший. Мне нужна причина, почему я не получу шесть сотен духовных монет.

Хрики Ван даже сглотнул, услышав запрашиваемую сумму. Покосившись на дверь, словно проверяя, заперта ли она, глава рода Ван нехотя признался:

— Информация о том, что в нулевом поясе появились демоны, не уходила в клан. Там ничего не знают о червоточине и разорении деревень. Были нарушены некоторые протоколы, некоторые законы… Род Ван посчитал, что способен собственными силами закрыть проблему, сохранив, тем самым, большой поток финансов внутри пояса. Если сейчас внезапно появится дочь главы племени второго пояса демонов, возникнут вопросы о том, откуда она здесь взялась. Род Ван и так находится в весьма шатком положении в клане. Многие недовольны, что мы слишком мало времени уделяем развитию их отпрысков. Предоставляем им мало ресурсов. Редко выводим в походы. Если предоставится случай сместить нас с главенствующих позиций в нулевом поясе, этим обязательно воспользуются наши враги в клане. По этой же причине нельзя передавать демона родам других кланов. Лишние вопросы уничтожат род Ван.

— А заплатить мне требуемую сумму род Ван не может, так как их финансовая система контролируется родом Сот первого круга?

— Старший верно понимает возникшую проблему. Мы не можем позволить появиться из ниоткуда этому демону, но и заплатить тебе за молчание не можем. Две сотни духовных монет, что мы наскребли за уничтожение червоточины — всё, что смогли собрать внутри рода.

— То есть я могу не получить свои шесть сотен духовных монет, — задумчиво произнёс наставник, посмотрев на Вилею. Девочка слушала разговор, но вмешаться не могла — перед тем, как ворваться в город, наставник всё же нацепил на мелкую кляп.

Все молчали, боясь прервать думы даоса. Наконец, он спросил:

— В нулевом поясе есть ещё червоточины?

— В секторе клана Феникса нет, — заверил Хрики Ван. — Это была единственной и не предвещала беды. Старший, мы можем договориться о вашем молчании? Род Ван будет признателен искателю Герлону.

— Что, даже моего ученика возьмёте под свою опеку? — не сдержался наставник и рассмеялся. — Не напрягайся. Я не собираюсь просить невозможного. В любом случае основной проблемой для Зандра станет не род Ван, а четыре школы возвышения. Вот они сделают всё, чтобы его прикончить.

— Род Ван может отойти в сторону и позволит вашему ученику разбираться со школами без нашего вмешательства, — предложил Хрики Ван, на что наставник покачал головой.

— Разве не возникнут вопросы о вашем бездействии? Разве род Ван готов пойти против воли глав школ возвышения?

Хрики Ван поджал губы, но ничего не ответил. Глава рода Ван не понимал, как можно заинтересовать моего наставника, чтобы он прикончил мелкого демона. Ибо Вилея сейчас для спокойствия нулевого пояса являлась ещё большей проблемой, чем ученик искателя.

— Мне должны были передать учебники по алхимии и артефактному делу. Где они?

— Будут завтра утром. Сегодня, — поправился Хрики Ван.

— Инструменты?

— Будут вместе с книгами.

Вновь возникла пауза. Наставник Герлон долго смотрел на побледневшую Вилею, на меня, на главу рода Ван, просто смотрел куда-то в пустоту. Наконец, наставник тяжело вздохнул, приняв какое-то решение:

— Нам нужны две комнаты. В одной две кровати для меня и моего ученика, в другой одна кровать для демона. Род Ван обеспечивает нам безопасность на ночь. Если кто-то или что-то вздумает испортить эту ночь, я расстроюсь. Сильно расстроюсь. Вплоть до конфликта с родом Ван. Это ясно?

Мэр кивнул. Сейчас за ним не было силы клана, поэтому приходилось выполнять любые приказы искателя Герлона.

— Утром мне должны доставить все необходимые книги и инструменты, оплату закрытия червоточины и полную карту нулевого пояса. Вместе с завтраком. После завтрака мы покинем Воренд. О том, что в нулевой круг проникли демоны второго пояса мира демонов, никто не узнает. Старшая дочь главы племени Урбангос исчезнет. Но! Род Ван будет обязан мне услугу. Какую — сейчас не знаю. Мы заключим договор, где укажем не только обязательства, но и причины, которые привели к заключению договора. Если в будущем вы откажетесь от услуги, копия договора уйдёт в клан Феникс. Это единственное предложение, которое я могу предоставить роду Ван. За жадность нужно платить.

— Мы составим договор, — произнёс мэр Воренда. — Комнаты будут готовы через несколько минут. Что-то ещё, старший?

— Еду на троих, — наставник покосился на притихшую Вилею. — Десять духовных камней уровня жёлтой аномалии. Тёплую ванную и сменную походную одежду для пленницы. Девочка, одиннадцать лет, щуплая. Это всё.

— Всё будет, старший, — складывалось ощущение, что Хрики Ван готов был согласиться на любое требование, лишь бы информация о демонах не ушла во внутренние пояса.

— В таком случае, полагаю, у младшего много работы.

Комнаты нам выделили через десять минут. Взвалив пленницу на плечо, я дотащил её до выделенной ей комнаты, где наставник умудрился меня шокировать.

— Развяжи её.

Мелкая вновь не сопротивлялась. Сутки в связанном виде не лучшим образом сказались на её гигиене, но Вилею это совершенно не заботило. Она прекрасно слышала слова наставника о том, что вскоре исчезнет. Какая разница, в каком виде она умрёт? Даос подошёл к девочке и положил руки ей на плечо.

— Лечебная техника людей отличается от демонической. Будет больно, но самые опасные раны затянутся. Постарайся не орать.

Прикусив губу до крови, обычной, красной, Вилея выдержала пытку лечением. Даже слова не сказала о том, кто мы и куда нам нужно идти.

— Девочка ты умная, так что сама понимаешь, что происходит — род Ван отказывается забирать тебя и передавать дальше для торговли. Им нужно, чтобы ты исчезла. Значит, придётся это устроить. Убивать тебя я не желаю — ты мой весьма дорогостоящий актив. Значит, придётся самому торговать с демонами. Ближайшее место, где это можно сделать — восточный регион империи. Земли клана Грифона. Добираться туда даже при самой приблизительной оценке — около двух месяцев. Держать тебя на привязи всё это время у меня желания нет. Поэтому я даю тебе выбор. Либо ты уходишь сейчас и пытаешься раствориться среди людской толпы, либо едешь со мной и моим учеником как третий пассажир. Не пленник. За два месяца, может чуть больше, у меня нет ограничений по времени, мы доберёмся до земель демонов, и я организую встречу с кем-нибудь из второго пояса. Если ты действительно нужна своей матери, она тебя выкупит. Если не нужна — ты умрёшь. Отпускать тебя просто так я не стану. Но, если ты выберешь второй вариант, во время путешествия ты будешь выступать спарринг-партнёром моего ученика. Постараешься сделать ему как можно больнее, можно даже сказать, что во время спаррингов постараешься его убить. Но только во время спаррингов. Если я хотя бы почувствую, что ты замыслила недоброе во время поездки или остановок — ты умрёшь. Сделай выбор, мелкий демон.

— Разве это выбор? Смерть в первом варианте, шанс на возвращение домой во втором? Разве люди настолько тупы, что кто-то из них выбирает первый?

— Порой смерть является лучшим развитием событий, — спокойно ответил даос.

— Так говорят только рабы! Не господа! Я выбираю второй вариант, не-даос. Если мне ещё позволят каждый день надирать задницу этому задохлику, так вообще отлично! Два месяца радости, что может быть лучше?

— Тогда мне нужна твоя клятва, Вилея из племени Урбангос.

— Ты много знаешь о демонах, лживый даос! — фыркнула девочка, но всё же произнесла: — Клянусь жизнью племени не создавать проблем группе, которая будет доставлять меня в земли демонов для дальнейшей торговли с племенем. Клянусь защищать группу так, как защищаю себя. Клянусь относится к каждому из группы так, как к себе. Клянусь выполнять приказы искателя Герлона. Клянусь избить до смерти ученика искателя Герлона. Этого достаточно?

— Вполне, — кивнул наставник. — Ванна там. Приведи себя в порядок.

— У меня вопрос, искатель! В твоей повозке всего два места. На чём мы будем добираться до места?

Удостаивать ответа Вилею наставник не стал и вышел из комнаты. Какое-то время я смотрел в золотистые глаза мелкого демона.

— Я заставлю тебя молить о пощаде, ученик искателя, — зло оскалилась девочка. — Каждый спарринг будет для меня как последний в жизни. Я уничтожу тебя. Заставлю скулить! Да, сейчас я исполню клятву, но как только вернусь домой, она прекратит своё действие. И тогда сделаю всё, чтобы тебя найти. Я вырву твоё сердце вместе со средоточием, и сожру на твоих глазах, пока ты будешь подыхать у моих ног. Теперь живи с этим, человек! Пошёл вон из моей комнаты, будущий обед! Я не желаю тебя здесь видеть!

Глава 14

— Довольно. На сегодня спарринги закончились. Демон, тебя нужно лечить?

— Обойдусь, — зло оскалилась Вилея, не сводя с меня взгляда. Вертикальные зрачки превратились в узкую щёлку, отчего глаза девочки практически полностью стали жёлтыми. Тяжело дыша, моя соперница провела рукой по разбитому носу, вытирая кровь.

— В следующий раз ты сдохнешь, задохлик!

— В следующий раз я не стану сдерживаться, желтоглазая, — не остался я в стороне. — Если ты считаешь себя лучшей, что же творится с остальными демонами? Они сами-то ходить могут? Или их слуги с места на место перетаскивают? Ещё бы — великие и страшные господа, что даже задницу за собой подтереть не могут!

— Прибью гадёныша! — зарычала Вилея и даже пригнулась, чтобы вновь броситься на меня. — Прибью и вырву твой поганый язык! Сожру его на твоих глазах и даже не-даос не сможет тебя вылечить.

— Давай, рискни здоровьем, — я встал в защитную стойку. — Смотрю, что-то его у тебя слишком много осталось. Надо уменьшить

— Твой наставник сказал прекратить бой. Я рада, что мне удалось основательно приложить тебя по тупой башке, раз у тебя мозгов не хватает, чтобы слушаться своего господина.

Вилея выпрямилась и пошла к ручью, чтобы умыться. Шатаясь, я последовал за ней. Наставник крайне щепетильно относился к тому, в каком виде мы принимаем пищу. Грязь и неопрятная одежда его нервировали. Тот, кто пренебрегал гигиеной, за стол не садился. Проверено на практике.

С момента выезда из Воренда прошёл месяц. Самоходная повозка наставника имела всего два места, извозчика и пассажирское, так что всё это время мне приходилось делить кресло с Вилеей. Как делить — держать её на коленях и прижимать к себе, чтобы не свалилась. Большую часть пути мы двигались по сплошному бездорожью, так что повозку нещадно трясло и подкидывало. Но она двигалась! Ребристые широкие колёса показали свою силу, а независимая система подвесок (как я узнал — так называлась странная система крепления колёс) позволяла повозке относительно устойчиво чувствовать себя даже на камнях. Не являлись помехой для нашего транспорта даже реки и озёра — повозка наставника спокойно двигалась по водной глади, словно лодка. Разве что в такие моменты наставник даже дышать нам запрещал, но это мелочи.

Каждое утро начиналось с зарядки, к которой вскоре присоединилась и Вилея. Затем шёл спарринг на мечах, далее мы двигались до обеда, который вновь начинался спаррингом, только теперь в виде рукопашного боя. Неделю Вилея превращала меня в отбивную. В первый день и вовсе едва не убила — наставник запретил ей опускать ногу на мою голову, чтобы размозжить её. Было обидно. До слёз обидно. Наставник лечил меня, после чего мы вновь двигались, теперь уже до ужина. Там нас ждала двухчасовая тренировка, час медитации и отбой. Пока мы двигались вперёд, я прокручивал в голове технику высшей демонессы, выискивая слабые стороны. По началу шло туго, к тому же мешала довольная Вилея, что сидела у меня на коленках и шептала на ухо всякие гадости о том, что конкретно она мне оторвёт во время следующего боя, но постепенно я нашёл то состояние, из которого выбить меня не мог никто. Состояние, в котором я разбирал бой с противной девчонкой. Абсолютная память в этом помогала сильно — я видел не только движения Валии, но и свои. Включая все допущенные ошибки. Мысленно отрабатывать их у меня не получалось, зато во время следующего спарринга я старался не делать их, а также ловить Валию на её любимых ударах. Всего неделя мне потребовалась, чтобы полностью привыкнуть к стилю боя демонессы и выходить из спарринга на своих ногах. Ещё неделю мы сражались на равных, после чего две недели теперь уже я превращал девчонку в отбивную. Руками! Легко выигрывать, когда ты знаешь стиль боя противника, все его удары и то, как он поступит в тех, или иных ситуациях. Да, победы доставались мне нелегко — Вилея оказалась серьёзным соперником, а знать, как блокировать удары и уметь это делать, слишком разные вещи. Тем не менее на земле чаще валялась она, чем я.

Из минусов такого передвижения можно отметить только невозможность заниматься артефактным делом. Наставник просто не давал мне ни инструментов, ни учебник, ни ингредиенты. Если на начальном этапе первое не требовалось, второе я знал и так, то без третьего создавать хоть что-то невозможно. Единственный вариант, почему так было — наставник не хотел показывать временной спутнице наши возможности. Она и так слишком много узнала про меня, искателя Герлона и вообще про весь человеческий род. По-хорошему прибить бы её, но шесть сотен духовных монет, о которых постоянно говорил наставник, были слишком манящей целью даже для презирающих деньги искателей.

— Сегодня мы больше никуда не едем, — внезапно огорошил нас наставник, как только мы пообедали. Если мы с даосом ели вполне обычную человеческую еду, то мелкой демонице приходилось несладко. Человеческая пища её не подходила. Есть-то её она могла, но для того, чтобы получать достаточное количество энергии, требовалась жизненная сила живых существ. С этим было туго — у нас не было права позволять девчонке жрать людей. Причём ладно бы жрала их целиком, так нет! Твари из иного мира питались только сердцем и средоточием. Если последнего не было, ибо у большинства жителей нулевого пояса со становлением на путь возвышения были очевидные проблемы, сжиралось только сердце. Без получения жизненной силы. Получалось, что демоны убивали только ради самого убийства, не получая никакой пользы. Лично я этого не понимал, а Вилея пожимала плечами, заявляя, что никчёмные сосуды, не желающие становится на путь возвышения, ничем не лучше животных. И заслуживают ровно такой же судьбы. Единственное, что хоть как-то поддерживало жизнь в девочке — духовные камни, которые ей ежедневно скармливал наставник. Но мы все видели, что без полноценной еды Вилея начинала чахнуть. Храбрилась, огрызалась, но, как вариант, она и проигрывала мне все эти две недели именно из-за того, что силы покидали её.

— У нас отдых, наставник? — уточнил я.

— Отдых у меня, — ухмыльнулся даос. — Вы же отправляетесь на ответственное и важное задание.

— Мы? — нахмурилась Вилея. — Не-даос хочет, чтобы я с его рабом куда-то отправилась и что-то с ним делала? Не много ли чести? Мы договаривались о спаррингах и том, что я веду себя спокойно всю поездку. Ни о каких совместных заданиях не было и речи! Я не буду делать то, о чём мы не договаривались изначально!

— Хорошо, можешь не делать, — наставник был само спокойствие. — В таком случае двадцать волков, что вступили на путь возвышения, мы просто пропустим и поедем дальше. Их вожак, насколько я вижу, и вовсе перешёл на этап ученика. Хотел отправить вас на охоту. Ученику будет полезно сразиться в смертельном поединке с сильными тварями, тебе будет полезно поесть достойной еды. Но, раз мы об этом не договаривались…

— Я согласна! — то, как изменилась Вилея, стоило видеть. У неё даже глаза загорелись от предвкушения пищи. — Согласна на совместное задание с твоим рабом!

— Учеником, Вилея. Он мой ученик. С рабом ты никуда не пойдёшь.

— Да я могу назвать его хоть господином Зандром, если отдадите мне всех волков!

— С вожаком ты не справишься.

— Не-даос, не будь тупым! Вожака убьёшь ты и отдашь мне его ещё тёплое тело. Остальных прикончит твой… ладно, пусть будет ученик! Мне нужно!

— Когда что-то нужно, обычно просят, Вилея из племени Урбангос.

— Просят рабы и слуги! — фыркнула девчонка. — Даже находясь перед лицом смерти я не буду этого делать! Меня можно пытать и, чтобы сохранить себе жизнь, мне придётся сдаться. Но сломать меня тебе не удастся, притворяющийся даосом человек.

— Таково твоё решение, демон. Ученик, планы меняются. Собирай палатку — мы выдвигаемся дальше.

Вилея фыркнула, словно не верила словам наставника, поэтому в повозку садилась с огромными от удивления глазами. Она до последнего считала, что наставник шутит и сейчас ей перепадёт целая стая волков. Тем не менее девочка промолчала. Мало того, она даже словом не обмолвилась до самого вечера. Что меня более чем устраивало. Признаться, её однотипные ругательства начинали надоедать. Поначалу мне казалось, что арсенал этой мелкой безграничен, но, когда она пошла даже не по второму, а по десятому кругу, стало скучно.

Утром следующего дня разминки не было — наставник разложил еду на импровизированном столе, заставил нас принять водные процедуры у ближайшего пруда и, когда стол и столовые принадлежности вернулись в пространственный кошелёк, даос произнёс, внимательно глядя на Вилею:

— Два енота этапа кандидат золотого ранга спрятались неподалёку. Мы двигаемся дальше?

— Ненавижу тебя, не-даос! — Вилея не переставала подчёркивать, что не считает моего наставника достойным столь высокого звания. — Я сдохну, но не стану тебя просить, ты понял? Чтобы протянуть, мне хватит и духовных камней!

— Духовные камни закончились, демон, — в голосе даоса не было эмоций. Просто констатация фактов. — Те, что у меня есть, тебя сожгут. Тебе придётся питаться также, как и людям. Судя по карте, мы преодолели только половину пути.

— Ненавижу… Ненавижу этот мир и всех, кто здесь живёт, — голос Вилеи походил на шипение. — Мне нужны эти еноты. Принеси мне их трупы, не-даос! Таков мой приказ. Тебе же нужны мои бои с твоим задохликом? Если у меня не будет энергии, я не смогу биться в полную силу. Ты не получишь результат.

— Твоя помощь больше не потребуется, демон. Тот, кто не умеет просить, не достоен тренировок. Если ты не желаешь идти по пути возвышения и предпочитаешь умереть — таков твой выбор. Нам остаётся его только принять. Твоя задача дожить до момента торговли. И да, мне прекрасно известно, что бывает с демонами начальных этапов возвышения, которые долгое время не получают жизненную энергию.

Наставник воплотил самоходную повозку и жестом приказал забираться. Вилея оскалилась, но подчинилась, забравшись мне на колени. Девочку трясло, я это прекрасно ощущал, но гордость не позволяла действовать иначе.

Так продолжалось три недели. Утром, в обед и вечером наставник объявлял, что где-то в округе находится зверь на этапе возвышения. Вилея рычала, ругалась, требовала, чтобы ей принесли еду и стойко отказывалась просить. Наставника это устраивало — у него появилось больше времени на то, чтобы заняться мной вплотную. В какой-то момент я даже начал жалеть, что наши спарринги с мелкой закончились. Там я побеждал, в поединках с наставником у меня не было ни малейшего шанса. Даос постоянно ломал мне ключицу одним и тем же ударом. Изо дня в день. Лечил, заставлял подниматься и вновь ломал. И так по десятку раз за тренировку! Было не столько больно, сколько обидно. Не помогали ни тренировки тела, ни медитация, ничего! Наставник просто был сильнее!

Места, по которым мы проезжали, сильно изменились. Лес закончился неделю назад и перед нами предстало огромное холмистое пространство. Меня, жителя лесов, это пробирало до жути. Даже не думал, что могут существовать столь пустые места. Не было ни зверей, ни птиц. Лишь бескрайние зелёные просторы, разбавленные редкими речками и озёрами. Деревень давно не было. Как и дорог. Наставник сказал, что мы всё ещё двигались по южному сектору, но вплотную приближаемся к землям демонов.

Закрыв глаза, я в очередной, кажется, сотый, может даже тысячный раз начал прокручивать бой с наставником. Разные бои. Предугадать действия даоса не получалось — он словно всё время использовал разные стойки, удары, но финал всегда был одним и тем же. Чудовищной силы удар в район плеча. Возможно, в движениях наставника существовала какая-то логика или закономерность, но я её не видел. Я всё время пропускал момент удара и не успевал отклониться. Блокировать удар я даже не пробовал — несколько раз мне так руку отбило, что даосу пришлось потратить на моё лечение в два раза больше времени, чем обычно. При том, что повреждённая рука не помогла блокировать удар — кулак даоса всё равно достиг цели.

«Ты не отвёл удар. Чем ты занимался последний час, ученик?»

В голову влезли и никак не хотели уходить слова, сказанные почти два месяца назад. Сейчас наставник такой слабости не позволяет. Бьёт, калечит, лечит и снова бьёт. Молча. Страшно. В начале же тренировок даос пытался что-то мне объяснить. Пытался мне что-то показать. Сейчас, когда с нами Вилея, он таким не занимается. Видимо, считает, что нужно отработать то, что я изучил раньше. Я прекратил воссоздавать в памяти текущие позорные поражения и постарался вспомнить не менее позорные поражения прошлого. Даже не поражения, а тот самый час, когда наставник обучал меня блоку. Пришлось напрячься, но вроде получилось — словно из тумана передо мной появились две туманные фигуры. Одна из них встала в стойку, вторая придиралась к каждой мелочи. Основной упор наставник делал на ноги. Куда они развёрнуты, как согнуты. Далее шёл корпус. Его наклон, его разворот. И только потом рука, как нечто настолько несущественное, что на неё даже внимание обращать не стоило. Её задача проста — передать энергию ног и корпуса в нужную точку. Встретить удар противника своим ударом, заставив того отклониться. Так, ещё раз — ноги, корпус, и руки как нечто необязательное. Поворот, наклон, блок. Нет, не блок! Встречный отклоняющий удар!

Я открыл глаза в каком-то ошеломлении. То, что мне внезапно открылось на тренировке в голове, в корне отличалось от того, что я делал во время реальных сражений. Что с Вилеей, что с наставником. В реальности мне приходилось работать только руками, не подключая ноги и корпус. О том, что часть энергии можно переводить из одной части тела в другую, мне даже в голову не приходило. И наставник об этом не говорил! Он требовал от меня веры в то, что мне удастся отбить его удар, но при чём тут вера, если всё дело в простых движения? Которые я делал неправильно! Наставник это видел, но продолжал меня избивать. Неужели всё дело в том, что он однажды показал мне, как правильно двигаться и сейчас ждал, когда я осознаю тот урок? Если так — почему нельзя было об этом сразу сказать? Почему нельзя было поправить?

Ответа наставник не давал — он продолжал гнать повозку строго вперёд. Вилея спала, уткнувшись лицом мне в плечо. Последние два дня у неё вообще не было сил ни на что. Даже нормально ходить не могла, постоянно шаталась и падала. Человеческая еда энергии ей не давала, но настырная демоница упорно отказывалась просить моего наставника о помощи. Только приказывала.

Эарис практически подошла к горизонту, но останавливаться мы не собирались. Неожиданно прямо по курсу показалось рукотворное строение, похожее на небольшой каменный замок с высокими башнями. По всему замку горели фонари, пространство вокруг замка было освещено метров на двести, а справа и слева, на некотором удалении, виднелись ещё замки. Наставник снизошёл до пояснения:

— Граница клана Феникс. Дальше начинаются земли клана Грифона. Земли демонов.

Наставник поехал мимо замка. Там началось какое-то движение, но стрелять в нас не стали, хотя я прекрасно видел людей на стенах, что держали даже не луки — боевые арбалеты. Однако не прошло и нескольких мгновений, как перед нами, метрах в ста, словно из-под земли вырос неизвестный даос. Он буквально излучал силу и уверенность в собственном могуществе. Наставник двинул рычаги, и повозка остановилась в нескольких метрах от даоса. Тот даже не дёрнулся. Высокомерно осмотрев нас, даос произнёс:

— Разворачивайтесь и следуйте в замок для допроса! Сопротивление будет расцениваться как неподчинение законам клана Феникс. Наказание за такое — смерть!

— Воин серебряного ранга настолько засиделся в этом Небом забытом месте, что забыл о приличии? — голос наставника походил на сталь. — Назовись и объяснись, по какому праву ты преградил дорогу мастеру золотого ранга?

Спесь стоящего напротив нас даоса резко поубавилась. Тем не менее он собрался, ответив с прежним пафосом.

— Я Зелон Кан, даос этапа воин серебряного ранга. Командир опорного пункта триста двадцать семь. Назовитесь!

— Я искатель Герлон, даос этапа мастер золотого ранга, — в свою очередь представился Герлон и швырнул ему какую-то табличку. Зелон Кан посмотрел на неё, сжал губы, словно увидел то, чего не должно было существовать, и вернул табличку обратно. Но не швырял — передал её моему наставнику в руки. Командир опорного пункта многозначительно посмотрел на проснувшуюся Вилею, но пока промолчал.

— У младшего Зелона Кана ещё остались ко мне какие-то вопросы? — наставник был сама любезность.

— Возможно, старший Герлон, — даос склонился в поклоне. — Да прибудет с вами удача в поиске.

— Искатель не ищет удачи, — ответил наставник. — Удача ищет искателя. Глупая проверка, младший. Эту фразу знают все.

— Прошу меня простить, старший, но порядок есть порядок. Я не мог не спросить. Как не могу не спросить, что делает в вашей повозке демон.

— Сидит, — спокойно ответил наставник. — Что-то ещё?

Ответить на столь явный вызов Зелон Кан ничего не мог. Искатели вне закона и обвинять одного из них в нарушении законов клана настолько же глупо, как ругать огонь, что он обжигает. Такова его суть. Даос посторонился, пропуская нас. Никто не сомневался, что информация о нас пойдёт в высшие инстанции, но моего наставника это, по всей видимости, не волновало. Он двинул рычаги, и мы начали шустро набирать скорость. Замки остались далеко позади, а вскоре и вовсе скрылись. Как и Эарис. Степь настолько быстро погрузилась во тьму, что даже с помощью фонаря не получалось двигаться с приемлемой скоростью.

— Привал! — наставник остановил повозку и швырнул на землю палатки. Я положил Вилею на землю и принялся разбивать лагерь. Раньше мы занимались этим с мелкой, но из-за голодания она совсем утратила силы. Наставник развёл костёр, уселся напротив него и закрыл глаза, готовясь к медитации. Еды не было, но мы уже привыкли, что наставник лучше знает, когда нам стоит есть, когда лучше поголодать. Хватило простой воды. Напившись, я подошёл к медитирующему наставнику и склонился в поклоне. Давно, кстати, так не делал.

— Наставник, прошу помощи в одном деле.

— Говори, — произнёс даос, не открывая глаз.

— Прошу провести со мной спарринг в полный контакт.

От столь неожиданной просьба даос даже глаза открыл. Какое-то время он молча меня изучал, словно пытаясь понять, когда это я ударился головой и утратил остатки разума, но, так и не придя к какому-то решению, поднялся и сразу атаковал. Без предупреждения, без лишних слов. Просто в меня полетел тот самый неотразимый удар в плечо, что на протяжении двух последних недель дробил кости.

Ноги. Корпус. Рука. Удар нельзя заблокировать. Удар можно только отбить. Я понимал, что проигрываю во всём — в скорости, в силе, в ловкости. Однако наставник приказал мне верить в себя и, видимо, этот момент настал. Я буквально ощутил, как волна тепла пошла от ног, закрутилась в корпусе и, когда молниеносный кулак наставника практически коснулся моего плеча, нашла свой выход в кулаке. Рука привычно онемела — мне показалось, что я врезал по каменной стене, а не человеческому телу. Однако сейчас произошло что-то странное — плечо не вспыхнуло болью! Я даже не увидел, а почувствовал, что сейчас состоится ещё один удар, только теперь в другое плечо. Ноги. Корпус. Рука. Все тоже самое, что и раньше, только идеально симметрично. Удара наставника я не видел — он был слишком быстр. Я просто выплеснул теплоту, что дошла до кулака, наружу и ощутил, что онемела и вторая рука.

Но даже это было не самое удивительное, что со мной произошло. Сразу после второго блока тело окутала невероятно приятная волна тепла. Она прошла меня всего — от кончиков пальцев до кончиков волос. Я не видел, но чувствовал, как мои мышцы впитывают это тепло, растворяют в себе, передают остатки в жилы и кости, наделяя их какими-то новыми свойствами. Перед глазами перестали плясать разноцветные круги, отбитые руки вновь вернули себе подвижность, и я увидел хмурого наставника. Всё тепло куда-то разом растворилось, словно его и не было.

— Два месяца… Тебе понадобилось два месяца, чтобы преодолеть самый незначительный барьер в возвышении, даос этапа кандидат бронзового ранга. Сколько ты собрался тратить на следующий? Десять лет? Всю жизнь? С завтрашнего дня наши тренировки станут серьёзней. Мне порой кажется, что я только зря теряю с тобой время. Два месяца на повышение ранга… Никому не говори об этом, ученик. Не нужно ставить меня в неловкое положение.

Наставник вернулся к костру, уселся, но я видел, что его переполняют эмоции. Какое-то время он сидел, глядя на огонь, потом повернулся в сторону валяющейся Вилеи.

— Если не начнёшь есть, о возвышении можешь забыть. Как ты собралась нам мстить, если никогда не преодолеешь даже первый барьер? Думаешь, мать начнёт кормить тебя исключительно властелинами? Нет, демон. Твой максимум на ближайшие лет десять — кандидаты и ученики. Нам двигаться ещё минимум неделю. Через два дня, если ты не поглотишь чью-то силу, ты твой барьер на возвышении станет таким плотным, что пробить его ты никогда не сможешь. Старшая дочь главы племени останется дефектной. Хочешь сдохнуть — подыхай. Тогда прекрати орать о мести. Слабые не мстят. Их прах носится ветром по всему миру.

— Прошу… — раздался настолько тихий голос, что его практически не было слышно за треском костра. — Прошу. Еды. Даос, прошу…

Наставник резко сорвался с места и исчез во тьме. Где-то вдали послышался шорох и вскоре даос вернулся к костру, держа в руках огромную толстую змею. У меня даже мурашки по спине пробежали, когда я понял, что она ползала в темноте недалеко от нас. Наклонившись над обессиленной девочкой, наставник ножом разрезал змее кожу, добираясь до средоточия — небольшого шарика, в который стекались нити меридиан. Вилея словно обезумела — откуда только и силы взяла. Девочка вцепилась в змею и принялась кромсать её зубами, вгрызаясь в средоточие и меридианы. Раздался утробный рык, напомнивший, что с нами путешествует не человек, а демон. Опасная тварь, что с радостью сожрёт любого идущего к бессмертию, до которого сможет добраться.

Нажравшись, Вилея откинула ставшую бесполезной змею и резко села. Вид у демона был такой странный, словно она прислушивалась к себе и не понимала, что происходит.

— Всё правильно, демон. Твой барьер сломан. Меня не волнует, где ты его заработала. Небо видит каждого и дарует ему трудности, соразмерные с пределом возможностей. Мне неизвестно будущее. Возможно, когда ты станешь взрослой и войдёшь в мир людей на охоту, мне придётся тебя убить. Или ты убьёшь меня. Или мы больше никогда не встретимся. Всё это не важно. Всё это вероятности. Но что важно, так это твоя сила. Не раба или слуги. Сила господина. Твоей матери придётся изрядно потратиться, младшая. И она пойдёт на это, чтобы вернуть тебя в племя. Потому что её старшая дочь встала на путь возвышения, став высшим демоном этапа кандидат медного ранга. Это уже не шесть сотен духовных монет. Это значительно больше.

Глава 15

— Даос, ты требуешь невозможного!

— Невозможно преодолеть преграду, созданную криворукими демонами, считающими себя великими наставниками. Думаешь, кормёжка помогла бы твоей дочери? Открой глаза, демон! Вилея уткнулась в преграду и никогда бы не вступила на путь возвышения, если бы не моя помощь. То, что я требую — мелочи по сравнению с тем, что племя Урбангос получит. Демон, вступивший на путь возвышения в нулевом поясе в двенадцать лет. За четыре месяца, что мы тебя ждали, твоя дочь сделала огромный шаг к следующему этапу возвышения. Хочу, чтобы ты знала, Альмирда, если за то время, которое ты будешь выполнять мои требования, твоя дочь доберётся до бронзового ранга, мои требования вырастут. В твоих интересах поторопиться.

— Ты бредишь, даос! Ни один кандидат не в состоянии получить второй ранг всего за четыре месяца! Это невозможно!

— Ты невнимательна, демон! Я сказал, что она сделал огромный шаг ко второму рангу, но не сказал, что она его преодолела. Однако, если Вилея продолжит тренировки и медитацию с тем же остервенением, с каким она жила последние четыре месяца, ей потребуется максимум полгода, чтобы добраться до преграды. Которую она сметёт, даже не заметив. Ты можешь отправиться домой, подумать, взвесить мои текущие требования, но, когда вернёшься, они изменятся. Раза в два, не меньше. Кстати, я никогда не слышал, чтобы у демонов были гении, достигшие этапа кандидата бронзового ранга к двенадцати годам. Может, имеет смысл всё же отдать её роду Бар? Вдруг они захотят изучить твою дочь? Понять, каким образом у неё это вышло.

— Не стоит со мной играть, даос! — демоница оскалилась, готовая к броску, но мастера Герлона совершенно не заботила реакция его собеседницы. Он спокойно отпил чай и поставил пиалу на стол.

— Я не пытаюсь набить себе цену или играть не по правилам, демон. Я знаю себе цену. Знаю свои ограничения. Ты можешь призвать владыку. Он меня уничтожит, но в процессе умрёт твоя дочь. Та, кто может возвеличить племя Урбангос и открыть ему путь в третий пояс. Сколько ты туда стремишься? Наверняка лет пятьдесят, не меньше. У тебя появилась возможность это сделать и всё, что нужно — выполнить мои требования. Вместо того, чтобы благодарить, ты проявляешь агрессию. Зачем?

— Мне потребуется время, чтобы согласовать твои требования, — после паузы ответила Альмирда.

— Разве я говорил о том, что куда-то спешу? Меня более чем устраивает текущая локация. Мой ученик тренируется, твоя дочь стремиться к возвышению, увеличивая мою прибыль, демоны округи страдают. Лучшего места для полноценной тренировки трудно себе представить. Желаешь посмотреть на турнир?

— Турнир? — опешила демоница.

— Мы явились сюда не воевать. Торговать. Мне, конечно, пришлось уничтожить несколько особо ретивых демонов, как высших, так и низших, но остальные поняли, что с искателями можно иметь дело. Я понимал, что ждать придётся долго, так что договорился с местным управляющим замка о небольшом турнире. Бои без смертей. Вначале в нём принимали участие только мои ученики, демоны довольно скептически смотрели на нашу идею, но через месяц начали подтягиваться участники. Сейчас же, четыре месяца спустя, турнир пограничного города Зу-Лиман является огромным и важным еженедельным мероприятием, на который съезжаются демоны со всей округи. И не только с округи. Сегодня, к примеру, заявку на участие подал некто Лыртак из племени Крипатын. Знаешь таких?

— Что здесь делают демоны первого пояса? — нахмурилась Альмирда.

— Желают получить главный приз. Правила турнира позволяют участвовать любому демону или человеку, находящемся на этапе кандидата. Вот с первого пояса и приехали участники, чтобы доказать свою силу.

— Стоп! — Альмирда только сейчас поняла, что её смущало в словах даоса. — Ты сказал, что в турнире принимают участие два твоих ученика. Мне докладывали, что у искателя Герлона всего один ученик! Где ты взял второго?

— Небо запрещает обучать того, кого ты не можешь назвать учеником, демон. Если останешься — увидишь всё своими глазами. Но могу дать совет — не трать время и спеши домой. Очень скоро мои требования вырастут в два раза. Твоя дочь слишком упорна. Вторая преграда не остановит её.

— Я хочу своими глазами увидеть, насколько изменилась Вилея. Когда начнётся турнир?

— Через два часа. Я провожу тебя в ложу, демон.

* * *

— Представляю финалистов сегодняшнего турнира города Зу-Лиман! Человек Зандр, искатель, против демона Вилеи из племени Урбангос!

Я вышел на арену, с трудом сдерживая ухмылку. Битва с предыдущим демоном была славной. Лыртак из племени Крипатын смог удивить. Это оказался ловкий, сильный, практически непобедимый демон этапа кандидат золотого ранга. Золотого! Он был сильнее меня по всем параметрам, вот только никогда в своей жизни не тратил время на то, чтобы практиковаться с копьём. Мне, как более слабому, было разрешено выбрать оружие и, успев увидеть предыдущие бои этого демона, я сделал выбор в пользу копья. Собственно, вся сила и ловкость демоны оказались нивелированы длинной моего оружия. Техниками на турнире никто не пользовался, так что вариантов проиграть у меня просто не было.

— Никак не успокоишься? — усмехнулся я девчонке, что вышла против меня с мечом. Упёртая Вилея решила во что бы то ни стало победить меня в бою на мечах и тренировалась с пугающим остервенением. Вот только за четыре месяца, что прошли с момента первого контакта с демонами, я тоже не сидел на месте. Я разбирал каждый бой, выискивая в нём ошибки и исправлял их во время следующей тренировки. Да, бронзовый ранг не сделал меня намного сильнее, чем я был, но он открыл мне глаза на циркуляцию тепла в теле, а также значительно улучшил процесс анализа происходящего. Доходило до того, что я начинал предсказывать действия Вилеи во время спаррингов. Которые теперь проходили каждый день — наставник таскал мелкой зверей, вставших на путь возвышения, с завидной регулярностью. На самом деле было жутко смотреть на то, как мелкая девчонка рвёт зубами сырую плоть и утробно рычит от наслаждения. Я, конечно, ко многому привык за эти четыре месяца, но совместный приём пищи всё равно вызывал неприятные чувства.

— Сегодня за мной наблюдает мать! — Вилея отвела цзянь назад и слегка наклонилась, готовясь броситься в атаку. — У меня нет права проиграть! Я разорву тебя на части, и даже наставник не сможет собрать тебя обратно!

— Конечно, во всём виновата мать, но никак не закованный в цепи зверь этапа ученик, которого отдадут победителю, — ухмыльнулся я. — Хоть мне-то не пудри мозги сказками про то, как тебе нужно себя показать. Так и скажи — собрат Зандр, хочу сожрать этого зверя, чтобы стать сильнее. Проиграй мне пожалуйста. Скажешь так — подниму руки в ту же секунду и признаю тебя победителем.

— Никогда! — Вилею было легко вывести из равновесия, чем я и пользовался. Девчонка бросилась в безбашенную атаку, вот только с мечом я управлялся гораздо лучше неё. Отбив несколько ударов, я увернулся от очередного выпада и, сделав шаг вперёд, открытой ладонью припечатал девочку в район груди, отбрасывая её на несколько метров назад. Перед ударом я выпустил из ладони тепло, так что сейчас внутренностям моей партнёрши по спаррингам было несладко. Вилея закашлялась, из её рта пошла кровь и, будь мы на тренировке, наставник сейчас должен был тяжело вздохнуть, по-особенному закатить глаза, словно спрашивая у Неба, за что ему достались такие бездарности, после чего начать лечение, заставляя Вилею рычать от боли. Вот только сейчас был турнир и помощь девчонке окажут после того, как будет объявлен победитель. Предыдущие турниры, что проходили каждую неделю, я выиграл вчистую, но там и награда была интересной — духовные камни. Здесь же демоны явно рассчитывали на победу своего фаворита, поэтому подготовили ему зверя. Мне девать его было некуда, убивать только ради сущности было глупо, так что оставался только один выход. Вскинув руки к небу, я закричал во всё горло:

— Ой, ты ранила меня! Что ты использовала, коварная демоница? Почему мне так плохо? Ох, белый свет, прощай! Не ходить мне больше под Небом. Удар моего противника оказался слишком сильным! Признаю себя побеждённым! Вилея, ты сегодня победила! Сегодня ты сильней меня!

Актёр из меня, конечно, был посредственный, но я и не рассчитывал на солидный гонорар. Так, упав на землю, я несколько раз покатался для достоверности и, несколько раз дёрнувшись, затих. С трибун послышался недовольный свист — не всем понравилась моя игра. Накатило привычное ощущение опасности, с которым я привык жить последние месяцы. Наставник объяснил, что иголки в спине — это сконцентрированные эмоции других людей, желающих мне смерти. Боевое предчувствие — один из критериев перехода на золотой ранг этапа кандидат, вот только не все даосы тратят время на столь трудоёмкий процесс. Слишком это муторно и больно. К тому же это никак не сказывается на физической подготовке тела к формированию меридиан. Многие даосы откладывают боевое предчувствие на этап ученика, а то и вовсе воина. Наставник считал это в корне неправильным и, когда мы вернёмся в локацию клана Феникс, он вплотную займётся этим вопросом. Пока мне следовало тренироваться, тренироваться и ещё раз тренироваться, готовясь к преодолению третьего барьера. В чём заключается его смысл наставник не говорил, заявив, что даос должен сам понять и справиться со своими барьерами возвышения. В общем — никакой помощи, только рассуждения о смысле бытия.

На самом деле забавно, как всё обернулось в эти четыре месяца. Я полагал, что нам придётся пробиваться с боем мимо лагерей демонов, чтобы добраться до места торговли, но всё оказалось на удивление просто. Да, нас пытались убить. Продолжают пытаться. Сегодня утром, к примеру, один высший демон натравил на нас десять низших демонов. Простых тварей, способных только громко рычать. Мне даже делать ничего не пришлось — Вилея прикончила низших, догнала высшего и обстоятельно с ним поговорила. Я видел, как голова бедняги улетела куда-то на крышу соседнего здания. Никто нам и слова за это не сказал. Да и как они могли сказать, если мастер Герлон одной своей аурой мог уничтожить весь городок? В общем, нас боялись, сильных противников против нас не отправляли, мелких мы убивали сами, и постепенно все свыклись с тем, что в Зу-Лимане живут двое людей. Живут и живут, кто им запретит? Потом начались турниры и размышлять о тягостных мыслях демонов мне стало некогда.

— Победителем турнира объявляется Вилея из племени Урбангос!

На арену выбежали демоны, чтобы помочь девчонке. Лекарей среди местных не было — для лечения необходимо применять техники, а в нулевом круге у демонов с этим были такие же проблемы, как и у людей. Обычно восстановлением демона занимался мой наставник, но сегодня эта почётная миссия досталась довольно интересной женщине. Прежде всего следовало сказать, что она была красива. Очень красива. Вот только если моя мама вызывала ощущение тепла и уюта, то от демонессы несло смертью, властью и ещё чем-то, чего я не мог определить, но отчего у меня внутри тела всё начало сжиматься, как во время встречи с полуголой демонессой. Я уже знал, кто это — мать Вилеи, которую мы так долго ждали. Она смерила меня странным взглядом, после чего положила руки на продолжающую хрипеть дочь и активировала демонические техники лечения.

Раздался злой рык и Альмирда очутилась возле моего наставника, продолжающего вести себя так, словно он половину своей жизни прожил среди демонов.

— Ты что с ней сделал, костолом?

— Спас жизнь. Суммарно, если посчитать, раз тридцать.

— Ты заглядывал внутрь её тела? Ты видел шрамы, что остались после твоего лечения?

— Я не специализируюсь в лечении демонов, младшая, — спокойствие наставника поражало. — Я их убиваю. Мне убить твою дочь?

— Хотелось посмотреть на то, как ты будешь это делать, — раздался новый голос. Ворота, ведущие на площадку, открылись и из них в нашу сторону неторопливо зашагал неизвестный мужчина. На вид ему было лет сорок и вёл он себя так, словно был хозяином не только положения, но и всего нулевого круга. Сразу бросились в глаза короткие чёрные волосы, отсутствие растительности на лице, дорогая одежда, украшенная какими-то артефактами, причём это была не стандартная мантия даоса, что-то другое. Но самым неприятным оказалась аура этого демона. Устоять на ногах мне не удалось, и я рухнул на песок арены. Мне повезло — завалился я на живот, сумев подложить руки под голову. Так что несмотря на чудовищное давление, мог видеть, что происходит на арене. И, как я замети, на ногах остался только наставник Герлон. Все остальные упали.

— Господин, — прохрипела Альмирда и в этот момент наставник Герлон растворился в воздухе. Я даже заметил направление потоков энергии — в сторону Вилеи. Вот только достичь её не смогли — из рук неизвестного демона выстрелили две толстые энергетические нити, сформировавшие вокруг девочки купол. Энергия наставника ударила в этот купол и даос вернулся в телесное состояние, покатившись по арене.

— Не стоит этого делать, искатель, — доброжелательно произнёс демон. — Желай я тебя уничтожить, ты давно был бы мёртв.

Демон подошёл к Вилее, пройдя купол, словно его не было. Из одной его руки вырвалась очередная нить энергии, что обернулась вокруг девочки и подняла её в воздух. Демон какое-то время внимательно изучал Вилею, послед чего бережно положил обратно на песок.

— Неплохая работа, искатель. Сколько прошло с момента предыдущего повышения?

— Четыре месяца, — в голосе наставника Герлона отчётливо читалась напряжённость. Даос стоял ровно, со своим вечно спокойным выражением лица, но я видел поджатые губы. Что говорило о крайней степени раздражения. Наставник не контролировал ситуацию и это его бесило.

— Четыре месяца? — неизвестный демон вновь посмотрел на Вилею. — И она уже одной ногой на бронзовом ранге? Очень интересно. Мать, я забираю её!

— Господин, — прохрипела демоница, но это всё, что её удалось произнести.

— Вилея станет ученицей одного из моих личных учеников. Если она действительно хороша, то сможет заслужить право стать вначале внешней, затем внутренней, а при подтверждении своей гениальности моей личной ученицей. Скажи мне, девочка, ты хочешь стать великой?

— Господин, я с честью приму ваше предложение и докажу, что вы не ошиблись, выбрав меня, — Вилея низко склонилась. Судя по всему, аура демона не проникала под созданный им же купол. Во всяком случае, мелкая стояла на ногах. — Однако у меня есть просьба, господин.

— Просьба? — бровь демона взлетела. — Нагло. Но это меня даже интригует. Говори.

— Я обещала этому человеку, что вырву его сердце и сожру, пока он валяется у моих ног. Прошу дать мне такую возможность.

Палец Вилеи был повёрнут в мою сторону и впервые с момента появления, неизвестный демон обратил на меня внимание. Из его рук вновь выстрелили нити энергии, что окружили и подтащили моё тело ближе к страшному существу. Давление рядом с ним было чудовищным, из носа тут же пошла кровь, боль была невообразимой, но я молчал. То, что я испытывал, не шло ни в какое сравнение с тем ужасом, когда я разделывал демонов и вытаскивал их средоточие. Перед моим лицом сформировалась странная печать и настолько шустро нырнула мне в грудь, что я с трудом её успел разглядеть. В отличие от главы школы Духовной силы нулевого круга, демону не требовали красивые векторные движения руками. Он сразу воплотил насыщенную конструкцию.

— Надо же, живой и свободный абсолют разума, да ещё и ученик искателя. Какая интересная смесь, — ухмыльнулся неизвестный демон, когда конструкция молнией вылетела из моей груди. Зрачок жуткого монстра на мгновение стал настолько тонким, что мне казалось, что меня разорвут на мелкие части прямо сейчас, но вместо этого демон опустил меня на арену и сформировал вокруг меня защитный купол, позволивший остаться на ногах. Демон повернулся к Вилее:

— Если ты в состоянии вырвать его сердце — делай это. Вот только я видел ваше сражение. Видел его последствия. Боюсь, это твоё сердце окажется в его руках, если вы начнёте сражаться. Тренируйся, становись сильней и тогда у тебя появится шанс на победу. Я обеспечу тебя всеми необходимыми ресурсами. Скормлю тебе тысячу даосов, если потребуется. Но сейчас этот человек будет жить. Таково моё решение. Искатель, подойди.

Наставник Герлон подошёл к демону. Теперь уже не только я, но и все остальные видели, что даосу тяжело оставаться на ногах в присутствии демона, но каким-то образом он держался. Демоны на арене захрипели, некоторые из них дёрнулись в последний раз и замерли, но мой наставник стоял, как скала, невозмутимо глядя в жёлтые глаза. Давление исчезло и по арене прокатился облегчённый вздох. Мать Вилеи попыталась подняться, но руки подвели, и она грохнулась обратно в песок.

— Силён. Уважаю. Я Шан Ри, демон этапа владыка серебряного ранга.

— Искатель Герлон, даос этапа мастер золотого ранга, — представился мой наставник.

— Глава племени Урбангос заплатила мне крупную виру, чтобы я явился сюда и покарал того, кто имел наглость схватить её дочь. Однако, когда я явился сюда, с удивлением узнал, что среди демонов живут два человека, не являющиеся при этом рабами или слугами. Живут, как господа. Затем увидел турнир, сражения, действия твоего ученика, отдавшего победу Вилее, хотя он гораздо сильнее её. Мне приводили эту девочку раньше. Я видел, что её барьер могла сломать только она сама. У тебя получилось то, от чего пришлось отступить мне. Всё это указывало, что ты крайне опасный враг, которого нужно уничтожить. Но затем мне сообщили о твоих требованиях. Они показались мне настолько необычными, что я долгое время не знал, как поступить. Ты прекрасно знал, чем рискуешь, отправляясь к демонам. Знал, что сюда явятся демоны высших рангов, но всё равно привёл Вилею, выкатив свои требования. Я уважаю смелость, искатель. Не безрассудство, когда безумцы бросаются на врага без малейшего шанса на успех, именно смелость. Когда человек или демон просчитывает шансы на успех и, найдя их достаточно приемлемыми, рискует. Такое должно быть вознаграждено, поэтому прими это:

Шан Ри протянул моему наставнику источающий красную ауру свиток.

— Мне не понравилось, как ты лечил мою потенциальную ученицу. Ты оставил слишком много шрамов, от которых не смогла избавиться даже её мать. Мне придётся потратить немало времени, чтобы устранить последствия твоего лечения, но я видел, что не проведи ты его вовремя, Вилея просто бы умерла. Мне не известно, куда заведёт тебя твоё Небо, но, если ты ещё раз попадёшь в аналогичную ситуацию, будешь лечить демонов правильно. Это полная техника лечения демонов, искатель.

Я даже дышать перестал, когда увидел нечто необычное — расширившиеся от шока глаза наставника Герлона. Шан Ри ухмыльнулся, довольный достигнутым эффектом.

— Чтобы твоя жизнь была более яркой и запоминающейся, искатель, мы сообщим людям о том, что ты сумел выкрасть у нас эту технику, а сами будем наблюдать через шпионов за тем, как на тебя откроется охота. Ты даже можешь продать этот свиток. Он твой и ты волен распоряжаться им как тебе заблагорассудиться. Вот только остановит ли это людей, что будут желать заполучить нашу технику? Вдруг ты выкрал не один, а сразу десять свитков? На это будет забавно посмотреть. Но это всё мелочи. Теперь о том, почему я позволю тебе и твоему ученику покинуть земли демонов живыми. Твои требования по обмену. Они меня порадовали, искатель. Настолько, что я даже отпущу твоего ученика, наверняка запомнившего несколько используемых мной техник. Выводите!

Ворота в очередной раз открылись и на арену вышла странная процессия. Люди, закованные в цепи из чёрного металла, шли рядами друг за другом. У меня даже в горле пересохло, когда я попробовал их сосчитать. Не получилось! Людей было так много, что они перекрывали друг друга.

— Ты требовал двадцать даосов этапа кандидат, десять этапа ученик, пять этапа воин и одного этапа мастер. Кроме того, грозился увеличить свои требования в два раза, если Вилея достигнет бронзового ранга. Считаю, что ты добился цели — моя потенциальная ученица практически добралась до этого ранга. Поэтому я сразу увеличил количество людишек в два раза. Забирай. Они твои. Снять цепи!

Демоны, что вывели толпу народа, ринулись выполнять приказ своего господина.

— Тебе, твоему ученику и всему этому стаду обеспечат беспрепятственный выход с нашей территории, искатель. Информация о том, что ты получил свиток с техникой лечения демонов, уже отправлена людям. Уверен, когда ты вернёшься в большой мир, тебя будут поджидать. Среди людей слишком много безумцев, падких на демониц. Мне известно, что они с ними делают. Даже низшие не позволяют себе такого. Ради техники лечения своих живых игрушек они выпотрошат тебя и твоего ученика. Будет забавно наблюдать за тем, как они это сделают. Прощай, искатель Герлон. Надеюсь, в следующий раз, когда мы встретимся, меня не будут сдерживать ограничения и я тебя прикончу. Уверен, даже несмотря на разницу в восхождении, ты окажется достойным соперником.

Глава 16

— Искатель, нам нужно разделиться. Кандидаты и ученики нас сдерживают. Воинов придётся взять с собой. Если мы продолжим двигаться с такой скоростью, они умрут. Как и мы. Мы поговорили с учениками и забрали их амулеты. Но даже этого будет недостаточно, если продолжим бежать таким темпом.

— Разумное решение, — кивнул наставник Герлон и вытащил из пространственного кошелька несколько мешочков с духовными камнями. — Этот для мастеров, этот для воинов. Расходуйте их с умом. Если Небо посчитает вас достойными — сможете выжить.

— Благодарим тебя, собрат, — оба мастера склонились в низком поклоне, после чего вместе с воинами сорвались с места с огромной скоростью. Не было ни долгих разговоров, ни прощаний, ни объяснений, как и почему они попали в плен. У каждого была своя история, но слушать её мы права не имели — у нас банально не было на это времени.

Почему? Потому что подарок владыки Шан Ри оказался с гнильцой — амулеты, блокирующие энергетический голод, работали всего двое суток. Учитывая, что от пограничных застав людей до города демонов Зу-Лиман мы с наставником на самоходной повозке двигались неделю, дела у нас действительно обстояли хуже некуда. Сорок даосов этапа кандидат проблем не испытают, но у них и амулетов не было. Двадцать даосов этапа ученик будут страдать, но смогут более-менее нормально дожить до населённых земель. Основная проблема заключалась в десяти даосах этапа воин и двух этапа мастер. Запасов духовных камней наставника Герлона будет недостаточно, чтобы кормить огромную ораву даосов несколько месяцев. Всё, что возможно, он и так сделал — восстановил всем энергию и вылечил раны. О такой мелочи, что он вытащил всех из лап демонов, даже говорить не стоило — все прекрасно понимали, что обязаны моему наставнику жизнью.

— Чего встали? — повысил голос наставник Герлон, привлекая внимание даосов. — У нас впереди тяжёлое испытание на прочность! Тот, кто его пройдёт и сможет добраться до территории людей, с большой гарантией сможет преодолеть барьер в возвышении! За мной, даосы!

Мы бежали до самого заката. Измождённые долгим пленом люди держались до последнего, помогали друг другу, но всё равно не могли бежать без отдыха долгое время. Наставник основательно запасся едой, причём человеческой. Отправляясь на торговлю с демонами, даос прекрасно понимали, что будет требовать за Вилею. Не духовные монеты, о которых он твердил всю дорогу, а даосов, находящихся в плену у демонов. Тех несчастных, что использовались прожорливыми тварями как единица обмена. Объявив привал, наставник выдал всем еду и воду, после чего забрал меня на тренировку. Я бежал наравне со всеми, помогал другим, последний час и вовсе тащил на себе обессилевшего даоса, но наставнику показалось этого мало. Он решил устроить мне тренировку!

Тем не менее возражать я не стал. Раз наставник сказал тренироваться, значит нужно идти тренироваться, а не возмущаться по поводу несправедливости этого мира. Вот только тренировка сегодня оказалась донельзя странной. Наставник выдал мне длинную непроницаемую шляпу и заставил надеть её на голову. Эарис уже скрылась за горизонтом, так что шапка погрузила меня в абсолютную тьму. Не было ни света далёких звёзд, ни отблесков костра, вообще ничего. Даже когда глаза закрываешь, и то такой тьмы было невозможно добиться.

Я стоял, не понимая, что задумал наставник, как внезапно мне в плечо прилетел камень. Это было настолько неожиданно, что я даже вскрикнул и схватился за больное место. Наставник не стеснялся, кинув в меня булыжник если не со всей силы, то близко к этому.

— За что⁈ — возмущённо закричал я, когда в ногу ударил второй камень. Было не просто больно — чудовищно больно. Однако наставник не отвечал, а мне в живот врезался третий камень. Затем ещё один. И ещё. Я понял, чего пытался добиться мой мучитель, но недоумевал, почему он не предупредил меня о том, что собирается делать, а также почему кидается с такой силой? Тренировка боевого предчувствия штука, несомненно, хорошая, но добиваться её таким образом — это перебор. Всё тело горело, превратившись в один большой синяк, но результата не приносило — я не смог ни отбить, ни отклониться ни от одного камня.

— Разве это тренировка? — послышался неизвестный голос и в нос ударил приторный запах демонов. Даже четыре месяца, что мы находились в Зу-Лимане, не смогли заставить меня привыкнуть к источаемому ими запаху смерти. Отвращения не было, но спутать этот запах с чем-то другим я точно не смогу до конца своей жизни.

В плечо, живот и ногу одновременно прилетели камни. Кажется, даже что-то хрустнуло — с такой силой они были в меня отправлены. Я завалился на землю и потребовались значительные усилия, чтобы не захрипеть от боли.

— Нельзя научить щенка предчувствовать боль, если всё время его гладить, — продолжил всё тот же голос. — У нас боевое предчувствие тренируется с помощью острых колючек. Либо ты научишься уклоняться, либо сдохнешь. Это гораздо эффективней того, что ты делаешь, человек!

— Если это всё, что ты хотел сказать, демон, то я тебя большее не задерживаю, — раздался спокойный голос наставника Герлона.

— Всё? Нет, человек, это далеко не всё. Владыка Шан Ри гарантировал тебе беспрепятственный выход с территории демонов, поэтому сегодня вас никто не трогал. Вот только завтра к обеду вы достигните нейтральных земель. Тех, что не контролируются ни людьми, ни демонами. Я хочу, чтобы ты знал, искатель, кто тебя прикончит. Меня зовут Гван-Го Ри, личный ученик владыки Шан Ри. Владыка отдал мне на воспитание Вилею из племени Урбангос, но прежде, чем вплотную заниматься её обучением, хочу уничтожить того, кто имел наглость тренировать её до меня. Ибо мне придётся исправлять всё то, что ты накрутил в ней. Выбивать все ваши людские привычки. Кроме того, считаю, что ты недостоин права владеть полной техникой лечения демонов! Господин ошибся, вручив тебе такую ценность. Не все высшие демоны владеют полной техникой, не должен и ты! Я заберу свиток и встану на ступень выше в своём возвышении.

— То есть владыка не в курсе твоего своеволия? — уточнил как всегда спокойный наставник, хотя лично у меня душа давно ушла в пятки. На арене Зу-Лимана наставник ничего не смог сделать с владыкой Шан Ри, сюда же явился его ученик. Личный! Вряд ли владыка стал бы держать подле себя бесполезных и бездарных учеников. Значит, Гван-Го Ри является не просто опасным противником, а смертельно опасным!

— На такие мелочи владыка не обращает внимания. Он отдал приказ, его приказ будет исполнен. Но никто не запрещал охотиться в нейтральных землях на жалких людишек, даос. Я в своём праве!

— То есть у тебя претензии не ко всем людям, а конкретно ко мне? — уточнил наставник.

— Ты ещё глупее, чем казался, даос! Я мог бы поохотиться на воинов и мастеров, но ты сделал хитрый ход, отправив их вперёд. Что касается этого стада — кому они нужны? Энергии в них мало, жрать их — только зубы портить.

— Здесь есть не только ученики, — заметил наставник и демон рассмеялся.

— Предлагаешь мне сожрать кандидатов, у которых ещё даже меридианов нет? Мне, мастеру золотого ранга? Я, конечно, знал, что люди безумны, но даже не догадывался, насколько! Нет, мой будущий обед, я отпущу их, как и приказал владыка. Пусть возвращаются в вашу империю и выполняют свою задачу во славу нашего мира!

— Только кандидаты? Или вы ещё и учеников завербовали?

Мне между лопаток будто кинжал воткнули, настолько Гван-Го Ри пожелал уничтожить меня и моего наставника здесь и сейчас. Демон не ответил, но наставник и не настаивал на ответе:

— Даосы этапа воин и мастер гарантировано являются слугами демонов. Я понял это сразу. Ни один уважающий себя демон не стал бы упускать возможность отправить на второй и третий пояс империи своих шпионов. Причём с вполне вменяемой легендой — были схвачены в бою из-за обнулившихся меридианов, но, благодаря самоотверженным действия искателя, смогли вернуться обратно. Герои как они есть. Кто заподозрит таких в том, что они работают на демонов? Остаются кандидаты и ученики. Даосы начальных этапов возвышения. Наверняка уткнувшиеся в потолок своего возвышения. Либо простые люди, которых демоны выкрали и поставили на путь возвышения в своих землях. Полагаю, второе. Эти люди должны раствориться в нулевом и первом поясе, чтобы помогать с открытием червоточин. Таких, как совсем недавно открыло племя Урбангос. Вот только просто так это не сделать. Требуется координатор. Некто настолько сильный, что способен без особого вреда для себя хранить семя червоточины.

Тишина была ответом на слова наставника, но кинжал между лопаток сменился на цзянь, что, казалось, вошёл мне в спину по самую рукоятку.

— Ты правильно поступил, Гван-Го Ри, явившись сюда и решив поиграть на моих нервах. Убить врага нужно не только физически, но и морально. И ты только что это сделал. Ты убил врага морально. Есть только одна проблема. Сейчас твой враг — ты сам! Не стоило тебе идти против приказа своего владыки. За такое непослушание следует наказание.

Раздался быстрый шорох — наставник сорвался с места. Я снял шапку, но поединок разглядеть не сумел — вихри энергии носились слишком далеко, чтобы разобрать, где какая техника была применена. Всё, что мне оставалось — смотреть на летающие туда-сюда вихри энергии. Разноцветные вихри! Мне ещё не доводилось видеть техники в исполнении демонов, так что я с удивлением понял, что их энергия носит красноватый оттенок, в то время как энергия наставника обладает небесно-голубым цветом, ближе к белому. Грохотало страшно — оба мастера золотого ранга не стеснялись в выражении чувств. Отголоски техник долетали даже до меня, так что пришлось лечь на землю, чтобы случайно не попасть под раздачу. Тем не менее я продолжал внимательно следить за мешаниной кровавых и небесных техник, отмечая, что кровавых становится всё меньше и меньше. Они сосредоточились в одном месте, резко рванули куда-то в сторону, но сбежать от небесной молнии не смогли. Голубая энергия обрушилась сверху на красную и всё закончилось.

Несколькими мгновениями спустя наставник очутился рядом со мной. Это движение голубой энергии я видел — даос двигался рывками, словно прыгая на огромное расстояние. Понадобилось четыре таких прыжка, чтобы добраться до меня. В руках наставник держал окровавленного демона. Швырнув его мне под ноги, даос приказал:

— Тело не трогать, никого к нему не подпускать. Я займусь предателями.

Спрашивать, что в терминологии наставника означает слово «займусь», я посчитал лишним. Буквально через несколько мгновений эта информация пришла ко мне вместе с чудовищной аурой мастера, которой даос придавил кандидатов и учеников. Я находился далеко от центра событий, но даже меня придавило знатно. Наставник не церемонился. Он последовательно допрашивал одного даоса за другим, требуя назвать имя, место и условия встречи с координатором. Больше монстра, называющего себя моим учителем, не интересовало ничего. Имя, место и условия встречи. Те, кто пытался молчать или делали вид, что не понимают, о чём речь, страдали. Сильно страдали. Наверно, следовало закрыть глаза и испугаться того, что делает даос, но я встал и внимательно наблюдал за пытками. Когда третий подряд даос сломался и принялся рассказывать о том, что и как ему приказали делать демоны, все сомнения в невинности этих уродов отпали. Травить колодца. Убивать животных. Организовывать банды. Подкупать главенствующий род, чтобы добиться возвышения и положения в обществе. Обеспечивать людскими ресурсами господина. Того, кто имеет право и возможность открывать червоточины, пропуская демонов в наш мир. Сорок кандидатов, двадцать учеников… Наставник «поговорил» с каждым — невинных среди этой толпы не оказалось. По результатам допроса стали известны два имени. Керпин Ван представлял нулевой пояс, Оримел Сот — первый. Когда допрос завершился, Эарис уже сияла на горизонте. Наставник повернулся спиной к валяющимся на земле предателям и активировал свою ауру на максимум. Раздался короткий синхронный хрип шести десятков глоток и в округе осталось только два живых человека. Жалость? Снисхождение? Эти твари его не заслуживали.

— Это личные артефакты идущего к бессмертию, — наставник наклонился над поверженным демоном и указал на его кольца. Вёл себя даос так, словно ничего только что не произошло, и он привычно занимался обучением своего ученика. — Если ими воспользоваться сразу, как только убил идущего, гарантированно умрёшь. Вначале следует уничтожить привязку.

— Личные артефакты — это что-то аналогичное моему цзянь? — уточнил я.

— Верно. Процедура привязки является не самой простой и применяется для двух целей. Первая — формирование неотторжимых артефактов. Вторая — дарование идущему к бессмертию права пользоваться артефактами верхних уровней. Выяснить, какой способ привязки был использован, достаточно просто. Смотри.

Наставник снял кольцо и отбросил его в сторону. Мгновением спустя кольцо вернулось обратно на палец мёртвого демона.

— Это неотторжимый артефакт. Привязка снимается двумя способами — новой привязкой или сожжением тела, к которому артефакт был привязан.

— Наставник, как вы поняли, что это именно личные артефакты?

— Аура, что их окружает. Точнее, её отсутствие. Обычные артефакты являются предметами в себе. Они самодостаточны, умеют восстанавливать энергию из окружающего мира. Такие артефакты обладают аурой — циркулирующей энергией, поглощаемой из окружающего мира. Выглядит обычный артефакт, который могут использовать любые люди, вот так.

Наставник извлёк из пространственного кошелька небольшую ложку, от взгляда на которую у меня брови взлетели вверх. Она действительно мерцала! Аура, о которой говорил наставник, для меня выглядела как внутреннее свечение. Казалось, что в ложку вставили миниатюрный фонарь, каким-то образом равномерно распределив источаемый им свет по всему предмету.

— Каждый артефакт имеет свой уровень и степень влияния на окружающих. К примеру, если бы это кольцо не было привязано, то ты бы просто умер. Артефакт, изготовленный в третьем поясе, высосал бы из тебя всю энергию. Вспомни мастеров-искателей из Воренда. Их внешний вид. Они работают всего лишь с артефактами первого пояса, причём являются кандидатами золотого ранга. Именно по этой причине идущие к бессмертию не имеют права пользоваться обычными артефактами, спускаясь в нижние пояса. Что даосы, что демоны. Они опасны для окружающих. Однако именно процедура привязки делает такие артефакты крайне ценной добычей. Вспомни, через что тебе пришлось пройти, чтобы меч стал тебя слушаться. С каждым уровнем артефакта боль от привязки на порядок сильнее. Поэтому что попало таким образом к себе не привязывают. Только действительно ценные вещи.

Личный ученик владыки порадовал моего наставника не только кольцом. Ещё даосу достался разрядившийся защитный амулет, артефактная обувь и пространственный кошелёк. С последним, как пояснил даос, придётся основательно повозиться — пространственные хранилища изготавливались мастерами четвёртого круга. В качестве доказательства наставника отбросил небольшой кошелёк в сторону, но он не вернулся. Данный предмет обладал вторым типом привязки и для того, чтобы её снять, требовалось время или даос уровня владыки. Так что забраться в хранилище Гван-Го Ри и посмотреть, чем владыка Шан Ри снабжает своих учеников, мой наставник прямо сейчас не мог.

Из руки наставника вылетел огненный шар, за считанные мгновения превративший тело демона в память. Остался лишь пепел, который был мгновенно подхвачен ветром. Даос вытащил свою самоходную тележку и жестом приказал в неё запрыгивать. Причём сразу за рычаги управления.

— Наставник, а как же эти? — я кивнул в сторону поля из людских тел.

— Они не заслуживают погребения, — в голосе даоса прозвучала сталь. — Ты должен запомнить важную вещь, ученик. Есть враг. Его можно ненавидеть, но нельзя не уважать. Вместо того, чтобы напасть на нас исподтишка, Гван-Го Ри явился и объявил о том, что он нас уничтожит. Он заслуживает того, чтобы даже после смерти я относился к нему с уважением и, находись здесь другие демоны, передал бы тело для торжественного погребения. Но это относится только к тем, кто действительно заслуживает звание «враг». Есть другие. Предатели. Те, кто ради собственной выгоды готовы предать людей, весь наш мир, лишь бы избежать смерти или получить что-то сверх позволенного Небом. К таким нет и не может быть жалости. Это уже не люди. Они даже хуже зверей — у тех есть понятие чести. Своё, звериное, но всё же есть. Этим же тварям не ведомо ничего, кроме желания услужить своему господину. Предатели не заслуживают погребения. Их тела станут добычей зверей. Их душа никогда не найдёт покоя. Слабым нет места ни в этом, ни в ином мире. Выдвигаемся. Когда мы двигались к демонам, я заметил несколько аномалий. Хочу посмотреть на их уровень. Туда.

— Разве нам не нужно спешить за воинами и мастерами? Гван-Го Ри подтвердил, что они тоже являются предателями.

— У них была фора в сутки. Это слишком много, даже несмотря на их якобы истощённое состояние. Сейчас нам придётся их отпустить. Мастерами я займусь, когда вернусь в третий пояс. Имена я запомнил. Ты займёшься воинами, когда доберёшься до второго пояса.

— Лет через сто, — пробурчал я.

— Значит, займёшься ими через сто лет. Червоточины во внутренних поясах не являются чем-то уникальным. Демонам выгодней прорываться там, где есть энергия, чем здесь, в нулевом. Да и даосам уровня воин нужна практика сражений. Без неё невозможно преодолеть преграды. Но именно из-за этого прорывы в нулевом поясе опасны. Если демоны сумеют закрепиться здесь, построить свои замки, то выкурить их будет крайне тяжело.

— Просто позвать владыку с четвёртого пояса и от демонов не останется и следа, — предложил я.

— Замки демонов, ученик, обладают одной неприятной особенностью. Мы ждали прибытия матери Вилеи четыре месяца, из которых два месяца она двигалась в Зу-Лиман. Мысли?

— Владыка Шан Ри не стал бы ради дочери какой-то демонессы второго пояса тратить два месяца на путешествие в нулевой пояс, — произнёс я мысль, что не давала мне покоя всё это время. Я не понимал, откуда в Зу-Липане появился владыка. Вот совсем не понимал.

— Когда демоны захватывают территорию и строят на ней свой замок, у них появляется возможность использовать червоточину в качестве транспортного узла. Владыка Шан Ри не путешествовал два месяца по лишённым энергии землям. Альмирда, глава племени Урбангос, притащила в город кучу духовных камней, с помощью которых запитала артефакт телепортации. Владыка явился в город за несколько часов до встречи с нами.

— Если демоны построят замок в нулевом круге и активируют артефакт, то у них в любой момент будет возможность призвать своего владыку, — новость оказалась весьма неприятной.

— Владыка в третьем поясе не является какой-то редкостью. Это как даосы этапа ученик в нулевом круге. Да, неприятно из-за низкого уровня энергии, но не смертельно. Так что отразить атаку демонов особого труда не составит. Но тащиться сюда, в нулевой — на такое не каждый владыка согласиться. Таких амулетов, как у меня, слишком мало и ими дорожат.

Наставник продемонстрировал амулет наставника, защищающий его от энергетического голода. Меня давно интересовал этот артефакт, но я никак не мог найти повода, чтобы его рассмотреть. Казалось, что амулет порождал какое-то невероятное количество энергии, сразу поглощаемой наставником. Увидев мой интерес, даос пояснил:

— Внутри находится крупица Первородной Души. Она настроена на меня и дарует столько энергии, сколько необходимо для жизни в нулевом поясе. В первом, к примеру, с этим амулетом я долго прожить не смогу — будет слишком много энергии, которое моё тело окажется не в состоянии поглощать. Во втором поясе просто умру. Такие амулеты настаиваются на конкретного даоса и сам процесс весьма неприятен.

— Амулеты демонов не требуют настройки, — вспомнил я.

— И это то, что меня беспокоит. В их амулетах нет частиц Первородной Души. Там какой-то другой источник энергии, но я не понимаю, какой. Мне не хватает знаний. Возможно, вступив на путь артефактора, ты сможешь разобраться с этими устройствами. Но это дело будущего тебя. Для начала нужно найти координатора и обезопасить эту часть нулевого пояса от демонов. Делать им здесь нечего.

— Значит, весь этот процесс обмена Вилеи изначально был рассчитан на то, чтобы найти координатора? — догадался я. — Вы знали, что нам подсунут шпионов, но всё равно пошли на этот шаг, рискуя жизнью? Владыка Шан Ри мог же вас уничтожить.

— Мог. Но таким образом у предателей не было бы легенды, по какой причине демоны их отпустили. Моя жизнь стала гарантом того, что твари, которых нельзя называть людьми, достигнут своей цели без особых проблем. Да, риск был. Огромный. Но поступить по-другому у меня не было возможности. Таков удел искателей, ученик. Ты делаем то, на что не хватит духа у обычных даосов. Поэтому нас боятся. Поэтому нас уважают. Поэтому нас все пытаются уничтожить. Однако я не понимаю, ученик, почему мы стоим на месте? Разве тебе не было дано чёткое указание, куда следует двигаться? Аномалии в нейтральных землях слишком лакомый кусок, чтобы ими пренебрегать. Вперёд! Настало время узнать, как поживали древние в этих местах.

Глава 17

— В чём дело, ученик? — недовольно произнёс наставник Герлон, заметив, что я остановился. Хотя остановился — это ещё мягко сказано. Удивительно, что я не развернулся и, позабыв, как меня звать, не бросился прочь из этого страшного места. Несколько раз вздохнув, успокаивая колотящееся сердце, я честно признался:

— Страшно, наставник. Безумно страшно.

— Даю тебе минуту, чтобы прийти в себя. Жду тебя с той стороны аномалии.

Наставник не угрожал, не обещал отказаться от испуганного мальчика, просто шагнул в мешанину бесплотных зеркал и исчез. Я закрыл глаза, чтобы не видеть аномалию, но толку от этого не было — её образ висел передо мной даже во тьме, вызывая во мне неконтролируемый страх. Когда-то мне довелось увидеть жёлтую аномалию, один взгляд на которую породил чёткую уверенность — если я в неё войду, то меня убьют обитающие внутри твари. С тех пор я стал даосом этапа кандидат бронзового ранга и, по идее, должен смотреть на все аномалии как на обычный источник ресурсов, но не тут-то было! Передо мной находилась синяя аномалия, предпоследняя в иерархии сложности, и взбунтовавшийся разум реагировал на неё всеми доступными ему способами. Он генерировал страх, сковывал мышцы, превращал голову в тыкву и насылал туман в глаза. Мозгами я понимал, что внутри мне ничто не угрожает — даос этапа мастер золотого ранга сможет меня защитить. Вот только понимать и чувствовать — это две кардинально разные вещи.

— Твоя минута прошла, ученик, — послышался недовольный голос наставника.

— Не могу, — прошептал я, с трудом удерживая себя на месте. — Это… Наставник, не могу.

Казалось, что сердце сейчас выпрыгнет из груди. Мне не хватало воздуха, ноги подкашивались. Каждое мгновение рядом с этим местом давило на меня похлеще ауры наставника, но тому, по всей видимости, было плевать на это.

— Нет фразы «не могу», ученик. Есть фраза «не хочу»! Я знаю, что ты можешь пройти эти несчастные три метра. Не понимаю, почему не идёшь. Или ты хочешь, чтобы я взял тебя за руку и отвёл внутрь, как маленького мальчика? Ты даос, или вновь решил стать грудничком?

Хотелось заявить, что груднички тоже люди и ничего зазорного в них нет, но я промолчал. Просто потому, что всё моё внимание было сосредоточено на том, чтобы не убежать. Сегодня за рычагами управления был наставник, он-то и довёз меня до этого места. Сам бы я никогда в жизни так близко к синей аномалии не подошёл. Круг под зеркалами казался таким насыщенным, таких холодным, что вызывал панику одним своим существованием.

Вот только хмурый наставник вызывал не меньшую панику. Возможно, даже большую. Его недовольство било сильнее, чем синяя аномалия. Собрав волю в кулак, я сделал шаг. Настолько маленький, что его практически не было, но я его сделал! Правда, чуть не обмочился при этом, так как нахлынувшая волна страха едва меня не смела.

— Ещё! — послышался требовательный голос наставника, послуживший своеобразным якорем. Вцепившись в него, я сумел устоять на месте. Вновь один страх сменился другим, но на этот раз вместе с появлением страха наставника произошло нечто дополнительное. Часть разума словно освободилась от сжимающих оков и задала животрепещущий вопрос: «А что, собственно, происходит?»

Действительно, а что происходит?

Передо мной находилась аномалия синего ранга. Смертельно опасная для любого даоса уровня кандидат, возможно даже ученик. Полагаю, даос уровня воин синюю аномалию нулевого круга всё же сможет закрыть. Наставник, который уже несколько раз входил и выходил из аномалии, наверняка устранил любую опасность у входа, так что мне совершенно ничего не грозит. Так почему я трясусь, словно лист на ветру? Откуда эта слабость? Неужели я настолько не доверяю наставнику, раз разум считает, что он желает мне зла?

Тело сжалось в тугой комок, когда я сделал ещё один шаг. Волна страха вновь обрушилась на меня, но откатилась назад — мне удалось оставить частичку разума, отвечающую за адекватность, нетронутой. Ещё шаг. Ещё. Каждое движение давалось с огромным трудом, но я всё равно шёл вперёд, выполняя требование наставника. Три метра! Я обязательно пройду эти проклятые метры и ни одна синяя аномалия не сможет мне в этом помешать!

Пространство вокруг меня закрутилось, расплылось, но тут же замерло. Я очутился на краю гигантской поляны, вместо деревьев на которой выступала тьма. Пришло чёткое понимание — касаться этой тьмы ни в коем случае нельзя. В шаге от меня мерцала такая же аномалия, через которую я только что прошёл, а впереди, метрах в ста, начинались развалины какого-то посёлка. Часть домов сохранила свой первозданный вид — они походили на строения Воренда, но достаточно много жилищ оказалось разрушенными. Между домов сновали странные создания, похожие на бочки на колёсиках. Наверняка те самые големы, которых порождало сердце аномалии. Големы имели четыре руки и занимались тем, что переставляли камни с места на место. Позади меня послышался шорох. Обернувшись, я увидел наставника.

— Страх перед заведомо сильным противником или явлением является одним из самых тяжёлых барьеров на пути к возвышению. Тебе ещё не один раз придётся его преодолевать, но сегодня ты совершил огромный шаг к серебряному рангу. Да, тебе предстоит много и упорно работать над телом, оно не готово к изменениям, не готово к зарождению первого узла, но ты уже сейчас сумел преодолеть барьер, которых должен был возникнуть в будущем. Это заслуживает награды, поэтому всё, что мы сегодня добудем в этой аномалии, будет принадлежать тебе. Кроме того, ты научишься определять возраст аномалии. Внимательно посмотри на этот город. Мысли?

Меня сильно бесила эта черта наставника, когда он заставлял меня самому описывать происходящее. Вместо того, чтобы объяснить всё от и до, наставник требовал от меня каких-то мыслей, хотя я даже примерно не представлял, с какой стороны подходить к той, или иной проблеме. Вот как сейчас — каким образом я должен определить возраст аномалии? Но ведь наставник искренне считает, что у меня достаточно информации, чтобы это сделать. Разве не бред? Разве так обучают?

Возмущаться я мог долго, но ответа на вопрос это не даст, так что пришлось размышлять вслух:

— Отец рассказывал, что жёлтая аномалия, в которую он ходил, представляла собой сплошные руины. В ней не было ничего целого. Здесь же минимум треть зданий выглядит достаточно целыми. Почему? Наверно, потому что големы, что здесь обитают, уже восстановили часть строений. Вот только я смотрю на механические создания, и не понимаю, каким образом они это сделали. Всё, чем они занимаются — перекладывают камни с одного места на другое. Которое чуть ближе к строению, что они собираются восстанавливать. Големы не устают. Не отдыхают. На один камень они тратят несколько секунд. И половина строений уже восстановлена. Тогда вопрос, сколько здесь големов? Я вижу десять. Наверняка гораздо больше. Может, один голем на дом? Часть строений выглядит так, словно их начали строить одновременно. Сколько их… Десять… Двадцать три дома. Получается, здесь двадцать три голема. И что это даёт? Да ничего не даёт! Если только это не какие-то особые големы, которых сердце создаёт раз в пятилетку. Отец рассказывал, что те големы, с которыми он встречался в жёлтой аномалии, выглядели как звери. Здесь же какие-то бочки.

— Они называются големы-строители, — произнёс наставник. — Сердце может создавать одного такого голема раз в десять лет. Это големы этапа ученик, причём не самого маленького ранга. Полагаю, серебряного, если не золотого. Големы убьют тебя одним своим присутствием. Голема-воина, похожего на зверя, сердце может создавать целыми группами ежедневно. Зависит от силы. Судя по тому, что я вижу — сила этой аномалии весьма огромна.

— Двадцать три голема — двести тридцать лет? Нет, половина домов уже закончена. Значит, аномалия гораздо старше. То, как они перекладывают камни… С такой скоростью лет сто на один дом точно потребуется. Двадцати три голема, сто лет на дом… Что-то у меня выходит слишком большая цифра. Больше тысячи лет.

— Всё верно, ученик. В эту аномалию не входили люди вот уже две с половиной тысячи лет. Чтобы построить один дом, голему-строителю требуется в среднем две сотни лет. За такое время сердце должно создать не только големов-зверей и големов-строителей, но и голема-архитектора этапа воин, а также голема-управляющего этапа мастер.

— Так, а это откуда? — удивился я, когда в носу появился дискомфорт. Потерев его, я с удивлением увидел кровь на руке. Да и перед глазами начали плясать непонятные звёздочки!

— Это воздействие энергия Ци, что витает в этом месте, — пояснил наставник, словно ничего критичного не происходило. — Мы находимся на самом краю аномалии, но даже сюда добивает сила сердца, что позволило породить голема этапа мастера. Твоё тело ещё не готово перерабатывать энергию Ци, поэтому реагирует таким образом. Для тебя эта аномалия смертельна. Примерно через час твой организм откажет, и ты умрёшь. Однако нахождение в столь агрессивной среде положительно скажется на тебе в будущем. Процесс формирования узлов, необходимых для жизни в первом круге, будет легче. Чем дольше ты здесь простоишь, тем проще тебе будет потом. Ты можешь выйти из аномалии сейчас, и я тебе даже слова не скажу, но можешь прождать здесь так долго, как сможешь выдержать. Через полчаса максимум ты потеряешь сознание от боли, и я вытащу тебя наружу. Тебе нужно сделать выбор, ученик

— Как же мне повезло, что мой наставник обладает лечебной техникой, — натужно ухмыльнулся я и уселся в позу лотоса. — Кажется, я давно не занимался медитацией. Полчаса до потери сознания? Я продержусь сорок минут!

Наставник Герлон усмехнулся и, используя техники, за несколько прыжков очутился в городе. Повалил дым, раздался грохот, всё начало взрываться, ломаться, падать, но меня это уже мало заботило. Всё моё внимание сосредоточилось на собственном дыхании. На том, как воздух наполняет мои лёгкие, как сердце гоняет кровь по телу, как… как сотни, даже тысячи мелких частичек, наполненных энергией, пронзают моё тело, вызывая едва заметные повреждения в теле. Частички действовали, как наждачный песок, царапая мои внутренности. Появилась злость на энергию. Раньше я всегда считал, что это нечто могучее и мудрое, как старец, снизошедший к детям, а по факту она оказалась разбойником, уничтожающая слабых. Теперь я понимал усмешку наставника — за тридцать минут такая наждачка превратит мои внутренности в кашу! Понаделает во мне дырок, и я действительно умру.

Нет! Неужели я побеждал страх только для того, чтобы отступить перед какой-то энергией? Как можно победить энергию, что проникает через все предметы? Элементарно — нужно как-то усилить тело. Сделать так, чтобы энергетическая наждачка выбивала как можно меньше частичек моей плоти. Но как усилить тело? Об этом я ничего не знаю. Этого не рассказывал ни наставник, ни Хуан Лунь. Единственный вариант, который приходит мне в голову — активировать то самое тепло, что я использую во время спаррингов. Наставник Герлон называл его энергией тела. Что если одна энергия сможет противостоять другой? Нужно проверить!

Волна тепла привычно зародилась в районе ног, прошла через тело, но сейчас я выпустил её не через руки, а сразу через всё тело. Просто представил, что из точки концентрации тепла разошлись лучики во все стороны. Тело содрогнулось, словно от удара кнутом. Рождённая энергия тела жаждала найти выход, но его не было. Вместо того, чтобы выплеснуть её наружу, я отправил энергию к своей коже. Мышцы начали судорожно сокращаться, прогоняя энергию и стараясь её передать дальше, но дальше было некуда передавать — я сидел неподвижно. Тело свело страшной судорогой. Больно было даже дышать. Рождённая энергия тела медленно угасала, продолжая терзать мышцы, но внутреннее зрение показывало, что в этот момент энергия Ци ничего не могла со мной поделать. У неё не получалось пробиться сквозь созданное мной тепло, не получалось меня поцарапать. Прошло, наверно, минут пять, прежде чем теплота исчезла окончательно, отдав меня на поруки витающей в аномалии энергии Ци. Но теперь я знал, что делать — боль от судороги не шла ни в какое сравнение с болью поцарапанных внутренних органов. Судорогу и потерпеть можно!

Так я и сидел, каждые пять минут порождая тепло, замыкая его на собственное тело, а не выплёскивая во врага. Энергия Ци всё равно умудрялась на меня влиять, даже с такой защитой. Вновь пошла кровь из носа, кожа стала выглядеть так, словно я скатился голышом по острым шершавым камням, о том, что творилось с моими внутренностями, лучше даже не говорить, но я сидел, раз за разом порождая тепловой удар. Тридцать минут, о которых говорил наставник, давным-давно прошли. Как и сорок, о которых я ляпнул сгоряча. Кажется, прошёл даже час, после которого я должен был умереть. Я утратил счёт времени после двадцатой волны тепла. Сколько их всего было? Тридцать? Сорок? Сто? Не знаю. Знаю только одно — таким образом я умудрялся выжить, а мои внутренние органы продолжали функционировать. С горем пополам, но всё же работали!

Забавно, но тьмы так и не наступило — в какой-то момент просто исчезла энергия Ци. Я по привычке отправил тепло к коже, но противоборства не ощутил. Аномалия внезапно стала безопасной.

— Это было глупо, ученик, — сквозь тьму концентрации пробился голос наставника и у меня едва сердце не остановилось, когда его рука легла мне на плечо. Сразу вспомнился тот случай с демоном этапа воин. Тогда у меня сгорели только руки, сейчас же, казалось, пылало всё тело. Однако нечеловеческая боль длилась всего несколько мгновений. Она ушла и сердце сделало первый робкий удар. Затем ещё один. И ещё. С каждым мгновением мне становилось легче, пока, наконец, наставник не убрал руку.

— На сегодня достаточно, однако нужно лечить тебя ещё дня три, чтобы восстановить сгоревшее в энергии тело. Как я сказал, это был глупый поступок, ученик. Сильный, достойный искателя, но глупый. Идём, я покажу тебе то, что тебя едва не убило. Сейчас сердце безопасно.

Я открыл глаза. Первое, что увидел — разрушенный город. Наставник основательно здесь порезвился, уничтожая двухтысячелетнюю историю големов. Встать труда не составило, однако я ощутил какую-то небывалую лёгкость в голове. Такую, которой, кажется, никогда в жизни не было. Ощупав голову, моё сердце едва не остановилось второй раз — у меня не было волос! Энергия Ци, что обитала в этой аномалии, сожгла не только мои внутренности, но и все волосы! Я закатал рукав кимоно — на руках тоже волос не было. Нигде!

— Самостоятельно они уже никогда не отрастут, — спокойно заметил наставник. — Помочь с этим не смогут даже лекари четвёртого пояса. Чтобы у тебя заново появились волосы, тебе придётся воспользоваться специальной мазью. Выдам её после того, как выйдем из аномалии. Учти — мазать голову нужно в перчатках, иначе волосы вырастут и на руках. Встречал я на своём пути таких несчастных.

— Значит, вы тоже проходили через подобное? — опешил я, только сейчас осознав — наставник никогда не брился. Потому что ему этого не требовалось!

— Все даосы, перешедшие на этап ученика, так или иначе проходили через сгорание. Это обычная процедура адаптации тела. Можно даже сказать, что обязательная. Только так, постепенно увеличивая время, можно закалить внутренности. Все мудрые старцы-даосы, почтительно поглаживающие своими бородами, получили их путём использования мази.

Так вот почему лицо главы школы Духовной силы нулевого пояса показалось мне таким юным! Несоответствующим той бороде, которую он носил! Потому что борода-то не настоящая, а рождённая чудодейственной мазью! Стоп!

— У моего отца щетина каждый день растёт. А он, как я понял, даос этапа ученик.

— Потому что он был рождён в первом поясе, не нулевом. Этап кандидата он преодолел мимоходом, даже не заметив его. Ему не приходилось пробиваться через преграды, не приходилось сгорать в пламени энергии Ци. Но и выше первого пояса подняться он не сумел. И никогда не сумеет. Таковы условия этого мира, ученик. Нам остаётся только их принять. Идём.

На мой взгляд наставник всё же перестарался. Среди развалин зданий то и дело виднелись остатки какой-то мебели. Причём достаточно свежей, явно не двухтысячелетней, но вместо того, чтобы отправить её в свой пространственный кошелёк, он просто всё уничтожил. Что за расточительство?

— Ничего не трогай. Сейчас область безопасна в плане энергии Ци, но все предметы здесь относятся к рангу ученик и даже воин. Убить тебя не убьёт, но ожог получишь хороший.

— Это же обычные предметы! — опешил я. — Как они могут влиять на меня?

— Они изготовлены из материалов, впитавших в себя много дармовой энергии Ци. Можешь считать, что это специфичные духовные камни. Будь ты артефактором этапа воин, эта локация стала бы для тебя настоящим открытием. Дерево, камень, пыль, трава — практически всё, что есть в этой аномалии, способно источать энергию. Но сейчас тебе ещё рано замахиваться на такое. Полагаю, уже сегодня у нас состоится первый урок по артефактому делу. Нужно закрывать и этот пробел в твоих знаниях. Идём дальше.

Небольшие дома закончились и начались строения посерьёзней. Толще стены, больше этажей, в некоторых имелся подвал. Повсюду валялись развороченные тела големов-зверей. Защитники аномалии старались не пустить злого мастера к сердцу, но преуспели в этом слабо. При этом, как я заметил, наставник не пропустил ни одного голема, вырвав духовный камень у каждого. Даос основательно подошёл к процессу сбора добычи.

Единственное здание, что хотя бы сохранило часть одной стены, находилось в самом центре аномалии. Судя по останкам големов, здесь развернулось одно из самых ожесточённых сражений. Наставник уверенно вошёл в здание и начал спускаться вниз, в подвал. Пришлось следовать за ним, хотя меня жуть как подмывало прикарманить себе хоть что-то. Умом я понимал, что всё ценное уже находится в пространственном кошельке даоса, но играющее в одном месте детство обязывало украсть из аномалии синего ранга хоть камушек. Сдержался. Возможно, это была проверка на вшивость — наставник отдал вполне чёткий приказ ничего не трогать. Значит, ничего трогать нельзя.

Лестница вела глубоко под землю. Несколько раз нам встречались уровни, заваленные телами големов, а также заполненные какими-то странными механизмами. Я даже опешил от осознания того, как долго мне, на самом деле, удалось просидеть внутри аномалии. Наконец, мы достигли конца лестницы и, пройдя несколько коридоров, попали в небольшое помещение.

— Это и есть сердце аномалии, — пояснил наставник, кивнув в сторону огромного выросшего из земли кристалла. — Есть много теорий о том, что это такое. Одни считают, что это какой-то древний механизм, невесть каким образом переживший катаклизм и сумевший подстроиться, выкачивая энергию из окружающего мира. Эту теорию я тебе уже рассказывал. Её придерживаюсь и я. Однако некоторые даосы полагают, что аномалии древних на самом деле порождение Первородной Души. Что в этих кристаллах находится её энергия. Поэтому големы обладают духовными камнями. Поэтому в таких местах растут уникальные деревья и травы. Здесь, к слову, я сумел добыть несколько тысячелетних лотосов. Стоимость каждого из них в третьем поясе может доходить до тысячи духовных монет.

— Тысячелетний лотос? — у меня даже дыхание перехватило. Именно этот предмет Хуан Лунь считал невозможным в нулевом круге и полагал, что для его поиска придётся идти в чёрную аномалию. Погибший артефактор не угадал — хватило синей.

— Как я и сказал, теперь это твои предметы. Осталось решить вопрос с тем, как их наиболее безболезненно для тебя передать. Пока они находятся у меня в пространственном кошельке, выкрасть их никто не сможет. Но стоит мне передать всё, что добыто в этой аномалии, желающих нагреть руки не будет числа. Мне удалось найти много ценных ресурсов. Много духовных камней. Много механизмов, необходимых для создания самоходных тележек. Вывали я всё это перед тобой, образовалась бы довольно большая куча, с которой ты бы не знал, что и делать.

— Пространственный кошелёк, как у вас, можно получить только на этапе мастера?

— Нет, можно на любом, всё зависит от создателя. Как я уже сказал, они изготавливаются мастерами уровня владыка. Соответственно, сразу ими пользоваться могут только владыки. Всем остальным нужно пройти через привязку. Несмотря на твою невероятную тягу к садомазохизму, выдержать привязку ты не сможешь. Даоса этапа кандидат привязка к пространственному кошельку убьёт. Даже если этот даос будет полным абсолютом золотого ранга. Чтобы гарантированно выжить, необходимо добраться до этапа воина. Данных по даосам этапа ученик у меня нет.

— Как же я всё это сохраню? — нахмурился я. — Вы же рано или поздно покинете нулевой пояс.

— Тебе нужно найти себе тайное убежище. Место, что будет известно только нам двоим. Место, в которое можно будет сгрузить всю добычу. Место, доступ в который будешь иметь только ты. За оставшиеся два с половиной года мы обязательно найдём такой схрон.

— Разве в этом будет хоть какой-то смысл? Я же всё равно не смогу забрать всё это с собой в первый пояс.

— Не сможешь, — легко согласился наставник. — Но ты сможешь воспользоваться большей частью добычи здесь, в нулевом. Сможешь её продать. Сможешь на её основе обучиться изготовлению артефактов. Пилюль. Нельзя получить всё, ученик. Но можно максимально эффективно воспользоваться тем, что имеешь. Это смысл искателей. В третьем поясе у меня таких схронов семь штук. Во втором две. Даже в первом есть один. Сделал его, когда двигался в сюда, в нулевой.

— Вы же сказали, что долго в поясах находится не сможете, так как амулет вас убьёт?

— Я надел его в нулевом. До этого гасил энергетический голод духовными камнями. Приходилось двигаться достаточно быстро и не охотится, поэтому всего один схрон. Будешь хорошо себя вести, расскажу, как его найти. Станет тебе неплохим подспорьем в первом поясе. Готов?

— К чему?

— К тому, из-за чего искателей не любят. По всем законам Дефорской империи люди, покорившие аномалию, обязаны сохранить её сердце. Чтобы аномалия вновь развилась, вернула себе былое величие и начала порождать духовные камни. Это правильный закон. Разумный. Но не для искателей.

С этими словами наставник очутился возле сердца и нанёс по нему удар. Раздался звук бьющегося стекла, пространство вокруг нас замерцало, расплылось, но тут же оформилось в степь. О том, что на данном месте когда-то находился вход в аномалию, говорил лишь лишённый растительности круг земли.

— Искатели уничтожают аномалии не просто так, — закончил свою мысль даос и протянул мне какой-то гладкий предмет. — Как я и говорил, вся добыча с аномалии твоя. Даже говорить не буду, сколько стоит сердце синей аномалии. Тебе ещё рано знать такие цифры. Просто знай — ты в праве как продать это, так и воспользоваться им самостоятельно. Во втором случае гарантирую — желающих тебя уничтожить станет минимум в два раза больше.

Я забыл, как дышать, когда осознал, что передал мне ухмыляющийся наставник. У меня в руках находилось огромное яйцо и внутри него что-то шевелилось. Это что вообще такое⁈ Наставник что, решил превратить меня в курицу-наседку⁈

Глава 18

— Наставник, это что, птенец? — произнёс я, боясь пошевелиться. То, что находилось внутри яйца, жаждало вырваться наружу и, как мне казалось, любое неосторожное движение высвободит это.

— Птенец? — наставник даже усмехнулся. — Нет, ученик, это не птенец. Это вообще не живое существо. Это сердце синей аномалии. Двухтысячелетней аномалии, добравшейся до этапа мастера.

— Но… Я не понимаю. Там что-то шевелится. Оно словно живое. Что это такое?

— Думай, ученик. Учись анализировать информацию. У тебя есть все вводные, чтобы сделать правильный вывод.

Понятно — помощи от даоса не получить. Эти его вечные недомолвки и попытки заставить меня самому искать ответы на вопросы знатно бесили. Но, кажется, я уже повторяюсь. Аналогичные мысли возникали у меня внутри аномалии, так что выбора, по сути, нет. Нужно думать, несмотря на то что даже непонятно, в какую сторону начинать это делать. Усевшись на землю и закрыв глаза, я постарался войти в состояние медитации, чтобы увидеть энергетические потоки. Поразительно, но получилось это довольно легко. Внимание сразу приковалось к яркому светилу, что я держал в руках. Даже Эарис была не такой яркой. Внутри яйца бушевали такие вихри энергии, что при взгляде на них у меня мурашки забегали по спине. Возникло стойкое ощущение — если эти вихри вырвутся наружу, то сметут меня в считанные мгновения. Меня просто сотрёт в буквальном смысле этого слова. Как мои волосы, мир их праху.

Однако вихри оставались стабильными. Постепенно страх начал уходить, сменившись заинтересованностью. Я мысленно покрутил яйцо, рассматривая его с разных сторон. Но яйцо на то и яйцо, что оно одинаковое с любой стороны. Решив, что наставник вряд ли вручил мне опасный предмет, я осторожно потряс сердце синей аномалии. Ничего не изменилось. Вихри энергии продолжали бушевать внутри, не обращая внимания на внешние колебания.

Стоп! Энергия? Внутри яйца находится энергия? Наставник назвал этот предмет сердцем аномалии. Что делает аномалия? Она поглощает энергию из мира и передаёт её своим созданиям. Но сейчас передавать некому — все големы уничтожены. Или всё же есть кому передать энергию? Например, мне?

Словно дожидаясь этой мысли, из яйца в мою сторону потянулась крохотная ниточка энергии. Добравшись до тела, она несколько раз ткнулась в грудь, где должно находиться средоточие, но, не найдя нужного органа, начала расплываться вокруг, формируя ауру из энергии. Очень похожую на ту, что возникла вокруг артефактной ложки наставника. Какое-то время я смотрел, как отдельные частички возникшей вокруг меня ауры проникали в тело, оставляя царапины на коже и внутренностях, после чего мысленно отправил ниточку энергии обратно в сердце. Сработало! Яйцо подчинилось моему желанию, заблокировав опасную энергию обратно в своём сосуде.

Открыв глаза, я долгое время смотрел на сердце аномалии, пытаясь подобрать слова. Наставник не торопил. Он сидел рядом с закрытыми глазами, а в его руках находилось точно такое же яйцо, как и у меня.

— Сердце аномалии — это замкнутый источник энергии Ци? — наконец, я оформил свои мысли во что-то разумное. — В нём собрана вся энергия, которую аномалия накопила за время своего существования? Нет, не накопила, а не израсходовала. Но почему она меня не уничтожает? Синяя аномалия имела уровень мастера. От меня, по идее, даже пепла не должно остаться.

— Сердце аномалии подстраиваться под своего владельца, поэтому тебе ничего не грозит, — наконец-то хоть что-то пояснил наставник. — Если, конечно, будешь действовать грамотно, без лишнего безумия. Ты должен уяснить, ученик, что энергия Ци распределена во внутренних поясах неравномерно. Где-то её больше, где-то её меньше, причём мест, где её меньше, на порядок больше. Для того, чтобы формировать устойчивые меридианы и думать о будущих возвышениях, даосу требуется океан энергии. Места силы во всех поясах поделены между великими родами и за них постоянно ведётся борьба. Все хотят облегчить себе путь к бессмертию. Вот тут-то и вступают в свою роль сердца аномалий. Это неучтённые места силы, пусть и с ограниченным запасом энергии. Даосу, что найдёт такое сердце, не придётся тратить года жизни, стоя в очереди к месту силы. Зачем, если у него огромный источник энергии Ци всегда под рукой? Вот только это место силы является одноразовым. Его нельзя восстановить и когда даос полностью вычерпает всю силу, находящуюся в сердце аномалии, она просто исчезнет.

— Если сердца столь дорогие, почему все аномалии за столько лет не уничтожили? — удивился я. — Если есть простой способ получить себе место силы, все будут к нему стремиться. Неужели даосы такие законопослушные, что не могут нарушить закона империи?

— Все аномалии империи находятся под строгим учётом. Род, отвечающий за пояс, отвечает и за целостность аномалий. Просто так их не уничтожить. Аномалии приносят огромную пользу поясу, порождая духовные камни, редкие травы, дерево и механизмы. Это слишком ценный ресурс, чтобы уничтожать его под корень. Хотя попытки такие, как показывает история, предпринимались неоднократно. Вот только в мире есть одна странная особенность — количество аномалий всегда стабильно. Как только одна аномалия уничтожается, тут же где-то в другом месте появляется новая.

— Если существуют такие строгие законы, почему искателям разрешено уничтожать аномалии? — я всё ещё не понимал логики этого мира.

— Мы не разрушаем, ученик. Мы обнуляем аномалию и переносим её в новое место. Даём ей возможность получить новый уровень. Плюс за сердца аномалий очень хорошо платят. Как я сказал, если тебе удастся продать этот камень, то ты будешь безбедно жить до конца своих дней где-нибудь в первом, а то и во втором поясе.

— Мне не очень нравится формулировка «если удастся», — пробурчал я.

— Естественно. Ведь проще убить тебя и забрать сердце, чем платить за него. Империя закрывает глаза на действие искателей ещё и по той причине, что ей выгодно мешать силы среди родов. К примеру, условный род Ван владеет двадцатью аномалиями, а условный род Чаг всего тремя. Естественно, род Ван будет главенствовать в регионе и поясе целом. Однако, если уничтожить пять аномалий рода Ван, то они могут возникнуть на землях рода Чаг. Даже если они вновь возникнут на землях рода Ван, аномалии окажутся нулевыми. Потребуется несколько десятков лет, прежде чем сердце породит достаточное количество големов. О ресурсах и вовсе говорить бесполезно — в первую сотню лет в такой аномалии ничего не появится. Как бы то ни было, паритет сил в поясе изменится. Конечно, к нулевому это не относится, здесь всеми землями управляет один род, но начиная с первого их количество значительно увеличивается. Все хотят величия, ученик. Все хотят уменьшения влияния конкурентов. Все хотят забраться на вершину пищевой цепочки.

— Так вот поэтому искателей окончательно не убивают? Рода знают, что однажды могут пригодиться ваши услуги?

— Наши, ученик. Наши услуги. Как ни крути, ты теперь один из нас, пусть ещё и неофициальный. Ты одиночка, что будет бродить по империи, выполнять мелкие поручения родов, выискивать интересные места, уничтожать зверей, закрывать аномалии, может даже покорять поля битв. Хотя к последним тебе нужно подойти подготовленным. Места без техник опасны и коварны.

— Подождите, получается, искателей ещё как-то официально назначают?

Вместо ответа наставник извлёк небольшую табличку, на которой было написано «Герлон. Искатель. Клан Феникс». От таблички веяло такой силой, что я даже отшатнулся.

— Искателем может считаться только обладатель именной печати. Она создаётся лично главой клана и выдаётся одним из его советников. Для того, чтобы такая печать появилась и у тебя, ты должен добраться до этапа ученика золотого ранга, набрать огромное количество духовных камней или сердец аномалии и с их помощью запитать портал, что располагается в столице первого пояса. Только в этом случае к тебе явится советник и вручит печать. Можно считать, что это своеобразный отсев даосов от искателей. Энергии, что требуется для поддержания портала, вполне хватит для формирования ядра энергии. Мало кто готов пойти на такое ради какой-то таблички. Однако она многое даёт. Например, свободу. Независимость.

— То есть даже этого сердца не хватит? — я перевёл взгляд на яйцо, что до сих пор держал в руках.

— Конкретно этого — хватит. Двухтысячелетнее сердце аномалии, добравшееся до этапа мастера, крайне редкая и ценная вещь. Тратить такое ради портала — это как огненным шаром стихии пытаться поджарить мясо. Формально можно, но устроит ли тебя результат?

— Но сейчас, как я понимаю, сердце для меня бесполезно? Нужно перейти в первый пояс, чтобы сполна пользоваться заложенной в него энергией? Или…

— Или, ученик, или. Ежедневные получасовые тренировки с минимальным количеством энергии — вот что тебя ждёт. Твоё тело должно адаптироваться к царапинам. Должно начать формировать узлы, между которыми затем появятся меридианы. Всё это невозможно сделать без источника силы. Я полагал, что нам придётся потратить целый год в чёрной аномалии, даже забронировал её, но теперь мы обрели независимость и может заниматься тренировками в любом месте. Это дорогого стоит. Мы может исследовать много белых пятен нулевого пояса, можем сформировать актуальную карту нейтральных земель, но прежде всего мы найдём и уничтожим координатора демонов. Сила дана искателям не просто так, ученик. За всё нужно платить. Именно искатели стоят в первых рядах борцов с демонами, монстрами, полями битвы. Мы приносим в этот мир покой, и этот мир нас оберегает, даруя силу и устраняя препятствия на пути возвышения. Как только мы прекратим выполнять свою роль, мир от нас отвернётся. Я видел немало искателей, что не смогли преодолеть барьеры ученика, воина. Я сам долгое время не мог получить золотой ранг. Мне потребовалось несколько десятилетий, чтобы осознать свою миссию и начать воплощать в жизнь всё то, что возложило на меня Небо. Пожалуй, философских разговоров на сегодня достаточно. Тебе нужно осмыслить всё то, что я тебе сказал и принять решение, как развиваться дальше. Возьми, даос без сумки не даос.

Наставник протянул мне обычную походную сумку, что можно было повесить на плечо и закинуть за спину. Покрутив сердце аномалии, я вернул его наставнику. Таскать в обычной сумке такую ценность, на мой взгляд, лишнее. Вот что туда точно поместилось, так это учебник по артефактному делу. Наконец-то я заполучил то, о чём мечтал больше года! Теперь у меня появится возможность официально развивать те знания, что я получил в пещере Хуан Луня и никто на меня даже косо не посмотрит, если вдруг я что-то создам из того, чего нет в учебнике. Скажу, что это такой творческий порыв у меня. Главное, чтобы ресурсов хватило.

Думая по поводу того, рассказывать наставнику о наследии школы Серебряной Цапли или нет, пришёл к выводу, что не стоит. Даже если из добрых побуждений даос заберёт в свой пространственный кошелёк всю библиотеку, чтобы она не потерялась, рано или поздно наставник вернётся в третий пояс. Думать не хочу о том, сколько времени мне потребуется, чтобы добраться до него. Если я при этом смогу выжить. Или если выживет наставник, за которым начнётся охота желающих заполучить технику лечения демонов. В общем, когда придёт время — тогда и расскажу. Сейчас рано.

Мазь, что выдал мне наставник, действительно оказалась чудодейственной — волосы начали расти практически сразу. Причём настолько чёрные, каких у меня никогда в жизни не было! Прямые, гладкие, они практически не требовали ежедневного ухода — грязь к ним не цеплялась, а пот, что градом валил из меня во время тренировок, не оставлял на волосах никаких следов. Даже запаха! Действительно — чудодейственная мазь!

По нейтральным землям мы колесили около месяца. Наставник решил, что, если мы сразу вернёмся в Воренд, то предатель спрячется и выкурить его из тайного логова станет нереальной задачей. Даосы, которых мой наставник допрашивал, в один голос твердили, что связь с координатором является односторонней — они должны явиться в определённое место в определённый момент, где им уже поставят задачу. Поэтому мы решили дождаться этого момента, чтобы явиться ровно в указанный день. Наставник не сомневался, что постановка задачи будет осуществляться через подставных лиц, но надеялся на то, что сам координатор будет находиться неподалёку, чтобы контролировать весь процесс. Так его и можно будет схватить. То, что Керпин принадлежал роду Ван, наставника вообще не смущало. Хрики Ван, глава рода, может даже не знать, что у него есть такой замечательный родич. Слишком много людей в нулевом поясе носило фамилию Ван.

Так что мы разъезжали по независимым землям, закрывая встречающиеся на пути аномалии. Таких оказалось целых три штуки, но, к несчастью, все они оказались белыми. Несмотря на возраст, а одна из аномалий перевалила через две тысячи лет, внутри не было ничего ценного. Ни растений, ни деревьев, ни механизмов. Максимум, что смогло сделать сердце — породить голема-строителя этапа ученик. Одного! На большее аномалии не хватило. Наставник поглотил крохи энергии из сердца, и оно рассыпалось мелкой пылью. С двумя другими ситуация была аналогичной — ни добычи, ни ресурсов, ни энергии. Сплошное разочарование.

Тренировки, конечно же, тоже были неотъемлемой частью нашего месячного путешествия, но самое главное заключалось в том, что я, наконец-то, приступил к изготовлению артефактов. Настоящих!

Процесс изготовления светящихся предметов был, что удивительно, не сложным. Прежде всего определялась база — артефакт, в отличие от пилюль, невозможно было создать из воздуха. Требовалась основа, которую мастера изменяли. Первым моим творением стала ложка. Та самая, аналог которой продемонстрировал наставник, когда рассказывал о непривязанных артефактах. Ложка, к которой не приставала грязь. Что всегда оставалась чистой. Незаменимая вещь в путешествии. Чтобы создать артефактную ложку, требовалась, собственно, сама ложка, заряженный духовный камень, ступка с пестиком, чтобы растолочь камень в пыль, а также начертательный стилет. Начальные артефакты формировались путём физического нанесения печати и её усиления порошком из раздробленного духовного камня. Такая печать недолговечна — уже через несколько недель порошок истратит остатки энергии и артефактная ложка превратиться в обычную, но с чего-то же нужно начитать? К тому же сразу возникла проблема — печать чистоты оказалась весьма объёмной и для того, чтобы нанести её на ложку, требовалось приложить определённую ловкость, чтобы уменьшить её в правильных пропорциях и точно начертать миниатюрную картинку. Наставник заранее подготовился к обучению, так что запасся ложками на все случаи жизни — первая удобоваримая печать у меня получилась только с двадцатого раза. Никогда бы не подумал, что художественное вырезание может оказаться настолько трудным процессом. Я даже на тренировках наставника так не потел, как во время вырезания. Однако результат был достигнут — печать была готова для дальнейшей активации. Оставалось аккуратно засыпать в вырезанные желобки измельчённый духовный камень и запечатать всё энергией тела. Получилось отлично и на ближайшие две недели у меня появилась чистая ложка. Не удержавшись, я зачерпнул сырую землю и с неизгладимым чувством удовлетворения посмотрел на результат — на ложке не осталось ни пылинки, когда я выкинул землю обратно!

Вот только на этом занятия артефактным делом едва не закончились. Чистая ложка была первым и единственным артефактом классического учебника, что не обязывал активацию изделия энергией Ци. Все остальные предметы требовали у ученика наличие хотя бы одного меридиана, через который можно пропустить энергию и активировать печать или взаимодействие предметов. Наставник заявил, что помогать мне в активации не будет, так как я должен сам набить свои шишки, а раз больше тренировать в нулевом поясе нечего, то артефактное дело откладывается до лучших времён. Мне с трудом удалось уговорить его на то, чтобы выделил час в сутки на самостоятельное штудирование этого нелёгкого навыка. По сути, просил я только ресурсы, необходимые для изготовления предметов. Зачем мне это было нужно? Ответ очень простой — Хуан Лунь явно не придерживался классического подхода при обучении артефактному делу.

Отличие учебников заключалось в специфических печатях, являющихся гордостью школы. Первым примерном в учебнике Хуан Луня, к слову, тоже шла чистая ложка, зато вторым — чистая тарелка. Разница между ними была минимальна — буквально в нескольких штрихах, меняющих основание. Да, печать оказалась жёстко привязана к базе предмета, на которую она накладывалась. Если наложить печать ложки на тарелку, последняя в артефакт не превратится. Огромные таблицы, что мне пришлось запомнить, как раз и включали в себя вариации изменений в печатях, в зависимости от базы предмета. Ложка, вилка, поварёшка, мешалка — несмотря на похожесть, все эти предметы имели разную базу и разный символ. В классическом учебнике, сколько его не листал, о таких мелочах не было сказано ни слова. Кого только готовили по этим огрызкам?

Наставник крайне скептически отнёсся к моей просьбе предоставить тарелку. Мудрый даос понимал, что печать работать не будет, но, как он мне и говорил, свои шишки я должен был набить сам. Вот только вместо шишки на лбу у меня получилась незагрязняемая тарелка. Печать из учебника Хуан Луня сработала идеально. Наставник долго крутил тарелку в руках, словно не верил тому, что видит. Дошло до того, что он вручил мне вторую тарелку и потребовал повторить, но тут-то я и обнаружил одну неприятную штуку, связанную с изготовлением артефактов. Я запечатывал измельчённый духовный камень энергией тела, и, когда повторил эту процедуру второй раз подряд, меня просто выключило. Тьма пришла так быстро, что я даже среагировать и выставить руки не смог, грохнувшись на землю носом. Оказалось, нельзя просто так взять и изготовить два артефакта за один день, затрачивая на это энергию тела. Как объяснил мне наставник, после того как вылечил, надавал подзатыльников за разгильдяйство, а потом ещё раз вылечил, во время борьбы в аномалии я оставлял энергию тела в самом теле, не выплёскивая её наружу. Здесь же огромный поток моей жизненной силы был сконцентрирован в виде тепла и выплеснут в артефакт. Причём не самый полезный. На моё, казалось, разумное замечание, что я не собирался делать второй предмет, если бы наставник меня не заставил, даос лишь заявил, что мне нужно начинать думать своей головой, когда следует беспрекословно исполнять приказы, а когда нужно задавать уточняющие вопросы, чтобы не оказаться в неприятном положении. В общем, наставник едва не запретил мне заниматься артефактами, заявив, что лишних тарелок у него больше нет. Однако стоило мне попросить нож, он выдал его без вопроса.

Вот так, за десять дней, я подобрался к венцу первого блока учебника Хуан Луня — самовосстанавливающимся печатям. Они практически ничем не отличались от обычных, за исключением двух дополнительных блоков. Речь всё ещё шла о незагрязняемых предметах, однако на этот раз они должны получить способность поглощать бесхозную энергию, обновляя время действия печати чистоты. Здесь духовный камень уже не работал — требовалось особая древесина и цветок, умеющие поглощать и удерживать в себе энергию Ци. Нахмурившийся наставник выдал мне тарелку, необходимые материалы, уселся рядом и принялся внимательно наблюдать за тем, что я делаю. Было крайне неуютно работать под таким надзором, но пришло пониманием, что варианта ошибиться у меня просто нет. Второго шанса не будет. Пришлось даже откладывать стилет в сторону, чтобы унять дрожь в руках. Наконец, основа была закончена. Я высыпал измельчённую древесину во внешний контур печати, цветок во внутренний, после чего осторожно поднял тарелку, боясь в её сторону даже дыхнуть и активировал энергию тела. Поплохело мне знатно — если бы я не сидел, наверняка рухнул бы на землю. Кровь отхлынула от лица, голова закружилась, появился неприятный металлический привкус во рту, но результат того стоил — у меня в руках находился артефакт. Он не светился, как все остальные — в нулевом поясе было слишком мало энергии, чтобы зарядить даже такой простенький предмет, поэтому пришлось просить у наставника сердце аномалии. Энергия Ци принялась привычно царапать моё тело, но какая-то её часть всасывалась в тарелку, насыщая её энергией. Я видел, как моё изделие наполняется нужной силой и, едва отметка достигла заданной величины, артефакт активировался. Тарелка засветилась точно также, как и ложка наставника! Это был полноценный самоподдерживающийся артефакт! Мой первый настоящий артефакт, что может работать бесконечно! Пока не сотрётся в хлам. Так, нужно ещё подумать в сторону прочности.

— Как ты это сделал? — послышался вопрос наставника. Если раньше он не реагировал на мои поделки, то сейчас не удержался. Казалось, что вопрос должен был поставить меня в тупик, вот только у меня имелся отличный ответ. Сам Хуан Лунь его подсказал в своих записях!

— Страница сто семнадцать. Самовосстанавливающие предметы. Там говорилось о том, что для артефактов необходима энергия Ци, но не было ни слова о том, что эти блоки нельзя применить в нулевом поясе посредством энергии тела. Я просто адаптировал один принцип активации в другой, добавив несколько штрихов в изначальную печать. Таким образом…

Договорить я не сумел — силы меня всё же покинули. Голова пошла кругом, и я провалился во тьму. Но проваливался туда я довольный собой. У меня получилось! Я смогу создать себе личный инвентарь! Мне просто нужно каким-то образом увеличить объём энергии тела. Ибо с текущим я просто сдохну при активации такой сложной конструкции…

Мастер Герлон смотрел на лишившегося сознания ученика и искателя обуревали смешанные чувства. Раньше даосу никогда не приходилось сталкиваться столь тесно с абсолютами разума, поэтому всех их возможностей он просто не знал и не понимал. То, что Зандр встал на путь к бессмертию рядом с аномалией, было вполне прогнозируемо. Тело уже казалось подготовленным, ему требовался небольшой толчок. Им как раз аномалия и стала. Но вот получение бронзового ранга всего за два месяца — о таком искатель не слышал. Не было в его практике такого случая. Да и наставник, пусть Небо будет ему домом, тоже никогда не упоминал о таких уникумах. Шесть месяцев — вот срок, отделяющий гениев от обычных даосов. Зандр улучшил его в три раза. То, что последовало после этого, тоже выбивалось из привычного понимания мирам — его ученик продемонстрировал невозможные для простого человека навыки обучения. Причём сразу всему — владению цзянь, копьём, рукопашному бою. За восемь месяцев, что они провели в землях демонов, Зандр не получил серебряный ранг только из-за слабого тела. Несмотря на объём поглощаемой и перерабатываемой информации, физическое развитие сильно отставало. Видимо, придётся всё же возвращаться к пилюлям. Сам парнишка не вывезет. Тому, что произошло в аномалии, искатель не удивлялся. Он рассчитывал на подобное, и ученик не подвёл. Разве что повреждений Зандр получил больше, чем планировал Герлон. Но сейчас, с этими артефактами… Это уже точно не лезло ни в одни ворота. Герлон не поленился и открыл учебник на сто семнадцатой странице. Там действительно шёл разбор механики самовосстанавливающихся печатей. Но они работали на энергии Ци! Каким образом тринадцатилетний парень, проживший всю жизнь в нулевом поясе, не обладающий хоть каким-то академическим образованием, сумел адаптировать механики и использовать их в разных печатях? Если бы кто-то другой рассказал об этом Герлону, он бы лишь фыркнул — это невозможно. Обман. Но искатель сидел рядом и наблюдал за всем процессом с самого начала. Обмана не было. Только неуверенные и ещё неотточенные действия. Ответ напрашивался сам собой, но Герлон слишком много прожил в этом мире, чтобы верить в сказки. Тем не менее этот ответ объяснял всё — его ученик был не только абсолютом разума, но и гением-артефактором. Тем, кто рождается раз в сотню лет. По-хорошему, следовало немедленно написать собрату Бурвалу, чтобы тот обратил своё пристальное внимание на этого юношу, но Герлон понимал — если он это сделает, то определит дальнейшую судьбу Зандра без его воли. Собрат Бурвал вцепится в парнишку, по-быстрому затащит к себе в третий пояс, посадит в мастерской, и его ученик забудет, что такое свобода. Не для того Герлон пробивал порог возвышения, чтобы противится Небу. Если оно желает сделать из Зандра искателя, кто он такой, чтобы ему перечить? Ему нужно приложить все силы для этого и, если его ученик действительно является гением-артефактором, подготовить его к встрече с искателем Бурвалом. В том, что эта встреча состоится рано или поздно, Герлон не сомневался. Вопрос только в том, как эта встреча произойдёт? Кто из этих двух странных людей будет говорить с позиции силы?

Глава 19

Открытая веранда таверны «Старая шляпа» располагалась довольно удачно. Отсюда открывался красивый вид на центр города, где находился дворец рода Ван, а также представительства трёх остальных кланов Дефорской империи. Как пояснил наставник, любой идущий к бессмертию имеет право выбрать, какой клан подходит ему больше всего. Дальше уже дело клана решать, достоин даос чести стать частью клана или нет, но важным было то, что место рождения не обязывало человека всю жизнь носить один символ на груди.

Я отпил чай и продолжил смотреть на город. Что меня сразу поразило, так это дворец клана Тигра. Название рода, что представлял здесь этот клан, я не знал, но то, как они развернулись, внушало уважение. На мой взгляд, резиденция Тигров была больше и красивее, чем дворец рода Ван. Западники не стеснялись наглядно демонстрировать своё превосходство над другими кланами, особенно на их территории. И никто лишнего слова не мог им сказать — право сильного давало клану Тигра много свободы.

— Эарис сегодня светит довольно нежно, — раздался чужой голос. Хотелось обернуться, но делать этого не стоило. Я должен был смотреть строго в сторону дворцов, даже если вокруг меня начнёт бушевать пожар. Таковы были правила.

— Нет ничего нежнее прикосновения духовной монеты, — ответил я и ещё раз отпил из пиалы чай.

— Если только эта духовная монета не отравлена, — продолжил голос.

— В таком случае остаётся только Эарис, — закончил я. Эти странные фразы поведали моему наставнику шпионы демонов, отправленные в Воренд. Сорок человек, которых жители другого мира отправили в нулевой пояс, делились на две группы со своими командирами. Собственно, именно командиры должны были сидеть здесь и ждать встречи с незнакомцем.

— Не слишком ли ты молод? — на соседний стул уселся довольно грузный мужчина, явно пренебрегающий тренировками и стремлением к бессмертию. Скорее, он больше старался набить своё брюхо, основательно залив всё кислой брагой. Выглядел толстяк довольно солидно — дорогая одежда, красивые и явно не простые кольца, несколько амулетов. Правда, толстые щёки и тонкие поросячьи глазки портили общее впечатление, но откуда мне знать, как должны выглядеть шпионы демонов?

— Господин считает, что именно благодаря возрасту я не вызову вопросов у стражи, — ответил я. Всё, что начиналось дальше, являлось чистой импровизацией. Мы потратили с наставником несколько дней, репетируя этот разговор. Даже не репетируя — даос рассказывал мне о повадках демонах и их образе мыслей, после чего выступал в роли того, с кем мне предстояло встретиться, пытаясь поймать меня на лжи или каком-то несоответствии. Последние два таких допроса я выдержал с честью.

— Твой текущий уровень, слуга? — брезгливо спросил толстяк. Видимо, чем-то я ему не понравился. Может, тем, что не пресмыкаюсь перед его величием? Как ни крути, я должен был думать, что передо мной сам координатор. Тот, кого демоны отправили в эту область творить всякое беззаконие.

— Бронзовый ранг, господин, — смиренно ответил я, добавив в голос уважения. — Прошу простить мою наглость. Господин приказал вести себя вызывающе. Мне не ведомы причины такого решения, но ослушаться я не мог.

— Сколько людей в твоей группе? — всё ещё кривя губы спросил толстяк.

— Вместе со мной сорок человек, господин. Две группы по двадцать даосов этапа кандидат.

— Где второй? — нахмурился толстяк и даже начал озираться. Вот только на веранде кроме нас никого не было. Слишком ранний час, большинство жителей Воренда ещё спали.

— Ранен, господин. Когда личный ученик достопочтенного владыки Шана Ри уничтожал искателя Герлона, многим из наших досталось. Искатель перед смертью желал уничтожить как можно больше слуг господина, но не преуспел. Нас защитил великий мастер Гван-Го Ри.

— Вас прислал сюда сам владыка Шан Ри? — опешил толстяк. Пренебрежение осталось где-то в прошлом.

— Всё верно, господин. Он лично выбирал слуг, что должны помочь господину в этой области. Мне неведомы планы владыки Шана Ри, господин, но я слышал, как он отчитывал госпожу Альмирду, главу племени Урбангос. Червоточина, что открыли в нулевом поясе, должна была стать стабильной. Однако её уничтожили, за что госпожа Альмирда понесла наказание. Как и все, кто был к этому причастен. Владыка был крайне недоволен и принял решение отправить сюда нас, своих личных слуг. Не смотрите на мой возраст, господин. Владыка Шан Ри знал, что делает, отправляя нас сюда.

— Откуда мы знали, что сюда явится искатель этапа мастер? — словно оправдываясь произнёс толстяк и до меня дошло, что наставник Герлон был прав — на встречу явится обычный слуга. Актёр, отправленный настоящим координатором для того, чтобы не рисковать самому. Оправдываться перед таким или что-то объяснять — терять лицо. Однако я должен точно удостовериться, что передо мной не координатор.

— Господин, для того чтобы открыть и зафиксировать следующую червоточину, достопочтенный владыка Шан Ри приказал мне передать сердце жёлтой…

— Тише, балбес! — резко оборвал меня толстяк и даже попытался закрыть мне руками рот. Вышло забавно — он едва не свалился со стула. На веранду пришли первые гости, с удивлением скользнув по нам взглядами. Вскочив на ноги, толстяк начал озираться, выискивая сражу, но никого рядом не было. Наставник сказал, что способен отслеживать меня на расстоянии в сотню метров и сейчас он затерялся где-то среди домов, скрываясь от любопытных глаз.

— Следуй за мной.

У таверны толстяк поймал самоходную тележку. Сомневаться было поздно, так что я без колебаний отправился вслед за толстяком. Надеюсь, наставник меня не потеряет. Мой провожатый заметно нервничал. Он постоянно выглядывал то в одно окно, то в другое, словно пытаясь увидеть преследователей. Но никого не было. Наконец, мы подъехали к самому обычному дому недалеко от центра.

— За мной, — приказал толстяк и постучал в двери. Открыл нам человек, что работал с предметами первого пояса. Как я это понял? Он выглядел точно также, как и мастера искателей! Высохший, с потемневшими глазами, он больше походил на ходячий труп, чем на человека. Тем не менее я явственно ощутил силу, что обрушилась на меня и толстяка. Тот даже хрюкнул, я же умудрился устоять на ногах, покорив себя за непростительную ошибку. Тот, кто открыл дверь, не работал с предметами первого пояса. Он работал с предметами второго! Ибо передо мной стоял даос этапа ученик.

Выглянув и посмотрев на пустую улицу, даос молча посторонился, пропуская нас внутрь. Давление исчезло и толстяк, кряхтя, словно старый дед, вошёл в дом. Я проследовал за ним, очутившись в просторной гостиной. Хозяин дома какое-то время внимательно меня рассматривал, после чего кивком приказал следовать за ним. Мы очутились в небольшом полупустом кабинете. Из всей мебели здесь находился лишь стол, да пара кресел. Даос уселся на одно кресло и прикрыл глаза, словно от облегчения. Движения доставляли ему тягость. Слабость длилась всего мгновение. Не успел толстяк занять второе пустое кресло, как хозяин дома уже открыл глаза и произнёс хриплым голосом:

— Говори.

Мой рассказ занял минут десять и суть его заключалась в том, что владыка Шан Ри отправил меня и мою группу сюда с целью организации помощи в открытии червоточины. Кроме того, владыка выделил из собственных запасов сердце жёлтой аномалии, что я тут же положил на стол. Толстяк тут же потянулся к яйцу, но быстрый взгляд хозяина дома щёлкнул того, словно кнутом, настолько резко мой провожатый убрал руки. На столе появился лист бумаги и карандаш. Худой, буду называть его так, подвинул их мне и приказал:

— Нарисуй отличительную особенность владыки Шан Ри.

Отличительная особенность? Я даже опешил от такой задачи. Какая у демона может быть отличительная особенность? Закрыв глаза, вспоминая нашу встречу, я вытащил перед собой образ Шан Ри, но ничего особенного, кроме символа на груди, не увидел. Всё остальное было таким же, как и у матери Вилеи. Может, речь как раз о символе и идёт? Других вариантов придумать не могу. Взяв карандаш, я довольно долго рисовал ту витиеватую мешанину линий, что была изображена на груди владыки Шан Ри. Худой забрал лист и долго смотрел на мой рисунок. Наконец, удовлетворившись, он задал следующий вопрос:

— Ты долго жил среди демонов. Опиши запах владыки Шан Ри.

— У него не было запаха, господин, — ответил я сразу. Этот момент меня напрягал давно — от демона этапа владыки действительно не несло приторным запахом смерти. Это мне досконально известно — я находился в шаге от Шана Ри. При этом Гван-Го Ри, личный ученик владыки, этим запахом обладал. Как пояснил наставник, на этапе владыки с демонами что-то происходит и запах уходит. Что конкретно происходит, знали только избранные. Мой наставник в их число не входил. Чтобы разобраться в этом вопросе, требовалось прикончить демона этапа владыка и основательно поковыряться в его внутренностях. Замахнуться на такое геройство мой наставник не мог.

— Я должен был задать эти вопросы, младший, — наконец, худой облегчённо выдохнул. — Слишком много поставлено на карту, чтобы рисковать. Слишком удивительным был твой рассказ. Трудно поверить, что владыка Шан Ри лично заинтересован в нулевом круге.

— Мне неведомы планы господина, старший, — склонился я. Это перед наставником мне можно было не гнуть спину. Здесь же я должен был сгибаться каждый раз, когда говорил. — Моя задача заключается в помощи и дальнейшем возвышении по поясам. Господин приказал мне к восемнадцати годам перейти в первый пояс.

— Вижу, что ты практически на серебряном ранге, — кивнул худой. — Сколько тебе сейчас?

— Тринадцать, старший. Господин отдал меня на воспитание личному ученику Гван-Го Ри.

— Бронзовый ранг в тринадцать? Неплохо, очень неплохо, — в голосе худого появилась зависть. — Где твоя группа?

— В провинции Верин, старший. Господин приказал быть осторожным. Род Ван мог нанять не только искателя Герлона.

— Нанять кого-то ещё? — худой даже рассмеялся. Звучало это жутко. — Хотелось бы посмотреть, где они на это духовных монет возьмут. Нет, младший, искатель Герлон был единственной неучтённой силой, но владыка Шан Ри с ней разделался. В нулевом поясе не осталось больше даосов, способных помешать планам нашего господина, а благодаря этому сердцу он сумеет отрыть и закрепить червоточину уже в ближайшее время!

О как! Значит, этот худой даос этапа ученик не является тем самым загадочным контролёром, который так нужен моему наставнику? Интересная новость. Тогда кто это такой? Какой-нибудь заместитель контролёра? Жаль, что наставник не мог действовать в открытую. Как он сказал, продавшиеся демонам твари наверняка имеют встроенные капсулы с ядом. Как только они поймут, что находятся в безвыходном положении, либо когда их заблокирует аура более сильного даоса, эта капсула активируется и ни одно лечение не поможет. Чтобы добиться результата, требовалось проявить толику изворотливости, чем я и занимался последнее время. Строил из себя великого шпиона демонов, явившегося сюда ради постепенного возвышения. Как пояснил наставник, такие даосы опасней всего. Их крайне тяжело вычислить, а великие рода внутренних кругов всегда открыты для успешных идущих к бессмертию.

— Радость наполняет моё сердце, старший, что мне удалось выполнить поручение господина. Позвольте вернуться в Верин за своей группой и доставить её в Воренд, чтобы исполнить свою миссию. Ещё нам нужен лекарь, старший.

— Слабые нам не нужны, — скривился даос. — Всех, кто не может исполнять волю господина, убить. Тебе придётся повременить с отъездом, младший. Ты должен доставить господину сердце жёлтой аномалии и мои артефакты. У меня нет права покидать столицу, а господин явится сюда ещё нескоро. Он должен узнать, что искатель Герлон больше не опасен.

— Всегда готов исполнить волю старшего, — я смиренно поклонился. Сердце начало предательски биться. Это не ушло от внимания худого даоса, поэтому я решил пояснить своё состояние. — Однако достоин ли я такой чести? Господин предупреждал, что за всё время нахождения в нулевом поясе я могу ни разу не увидеть того, кто удостоился чести хранить зародыши червоточин. Приказ старшего оказался для меня полной неожиданностью, и я испытываю небывало волнение. Вдруг меня посчитают недостойным?

Судя по тому, как дрогнули кончики губ худого, я произнёс правильные слова. Небо, может мне всё же нужно в актёры идти? Ездил бы по поясу, участвовал в представлениях и не думал, что любая ошибка может стоить мне жизни.

— Я выдам тебе сопроводительную записку, младший. Жди здесь. Ты — за мной.

Последние слова адресовались толстяку. Он, судя по всему, оставался весьма довольным сыгранной ролью. Вот только внимание моё было приковано не к толстяку, а к ножу, что худой даос оставил на столе. Когда только успел! Нож… Это явно знак. Явно ещё одна проверка. Так, думать, причём быстро. Меня сюда отправил владыка Шан Ри. Цель — помочь координатору открыть червоточину и в восемнадцать лет попасть в первый пояс. Что может мне помешать? Только внезапное предательство — для всех я буду чиститься жителем нулевого пояса. Мальчиком из далёкой деревни. Предательство… Кто меня предаст? Моя группа. А также тот, кто слышал текущий разговор. Толстяк! Кто он? Нанятый актёр, что постоянно встречает группы пришлых? Винтик в стройной системе снабжения координатора людьми и ресурсами? Что делают с винтиками, внезапно узнавшими то, что они не должны узнавать? С винтиками, что в будущем могут доставить слишком много проблем?

Их меняют.

Решение было принято настолько молниеносно, что я даже не заметил, как нож оказался в моих руках. Толстяк стоял ко мне спиной и о чём-то разговаривал с худым. Хозяин дома даже не дёрнулся, когда мимо него пролетел нож и по рукоять вошёл толстому в спину. Туда, где должно находиться сердце. На пол падало уже безжизненное тело. Сомнений или жалости к этой твари у меня не было. Она прекрасно знала, что делает и чем её действия обернутся простым людям. Как сказал бы мой наставник, Небо всё видит и наказывает в самый неожиданный момент.

— Ты медлил, младший. Почему?

— Моё оружие цзянь и копьё, старший. Управлять ножами меня учили по остаточному принципу.

Точнее, вообще не учили. Наставник никогда не практиковал метание ножей. Если бы не дядя, что обучил меня таким трюкам, мне пришлось бы прыгать к толстяку и решать вопрос руками.

— Тебе стоит практиковаться. Жители нулевого пояса обязаны владеть ножом идеально. Нельзя допускать ошибки. На это могут обратить внимание в первом поясе.

— Спасибо за науку, старший. Я исправлю огрехи.

— Идём. В этом доме нам больше делать нечего.

Возле дверей нас поджидала самоходная тележка с символом рода Ван. В нулевом поясе такие тележки сами по себе являлись пропуском. Никто в здравом уме не подумает останавливать транспорт, принадлежащей главенствующему роду пояса. Следующий дом, куда мы приехали, значительно отличался от предыдущего. Он и находился в центральной части города, и внешне напоминал жилище какого-нибудь богача. Причём принадлежащего роду Ван — на стене здания красовался символ этого знатного рода. Нас встретили безмолвные слуги, что кланялись своему господину едва ли не каждый шаг.

— Оставайся здесь, — приказал худой и скрылся в доме. Слуги принялись нагружать повозку различными ящиками, причём делали это так спорно, словно половину своей жизни только этим и занимались. Вскоре вернулся худой даос, вручив мне коробочку с сердцем жёлтой аномалии, а также небольшую металлическую пластину.

— Это пропуск и знак того, что тебя проверили, — пояснил даос. — Господин сам определит, каким образом тебя использовать. Запасись терпением, младший. До наставника тебе придётся двигаться неделю.

По бокам повозки появилось несколько всадников с оружием. Худой даос не мог позволить, чтобы даже малейшая случайность не позволила ему выполнить поручение своего господина. Повозка двинулась. Я уселся в кресло и постарался утихомирить бушующие в груди эмоции. То, что изначально планировалось как встреча с фальшивым представителем демонов в нулевом поясе, обернулось каким-то чудовищным приключением. Причём я не был уверен, что наставник сможет за мной проследить. Вряд ли охрана станет спокойно смотреть на то, как всю неделю в ста метрах от них движется непонятная повозка. Причём слишком выделяющаяся повозка. В наставнике я не сомневался — он эту охрану даже не заметит, но что дальше? В извозчика наверняка вживлена всё та же капсула с ядом и он прикончит себя сразу, если что-то пойдёт не так. Ещё и меня с собой постарается забрать. Даже если это не получится, результата мы не добьёмся — местоположение координатора так и останется тайной. Ведь худой даос рассказал только о времени путешествия, но не конечной точке.

Вот и выходило, что наставник сопровождать меня не сможет и какое-то время мне придётся продолжать играть роль слуги владыки Шан Ри и ученика Гван-Го Ри. Не думаю, что до нулевого пояса уже дошла информация о том, что этот славный демон превратился в прах. Для всего мира в прах превратился именно искатель Герлон.

Поездка длилась так долго, что я едва от скуки не умер. Организм привык к ежедневным тренировкам и его буквально ломало, когда вместо привычных отжиманий приходилось сидеть. На второй день, не выдержав, я выпрыгнул из повозки и побежал рядом. Сидеть без дела было невыносимо. Охрана на это никак не отреагировала. Во время коротких остановок я успевал не только поесть и опорожниться, но ещё и провести небольшую разминку. Как говорил наставник, даос обязан тренироваться круглые сутки и ещё два часа сверху. Только так он сможет пробить свои барьеры.

Очередная остановка произошла посреди густого леса. Вообще, мы уже трое суток не проезжали мимо деревень. Видимо, забрались в такие глухие места, где люди не селились годами. К примеру, в нескольких днях пути от моей деревни находился Тёмный лес, откуда люди сбежали сотню лет назад. Здесь, видимо, произошла аналогичная ситуация. Хотя, если судить по состоянию дороги, ею всё же кто-то пользовался. В Тёмном лесу остались лишь тропинки зверей. Выпрыгнув из тележки, я привычно начал разминаться, однако практически сразу замер на месте.

Носа коснулся приторный запах смерти.

На краю поляны стоял демон и внимательно смотрел на меня, решая, как поступить. От демона веяло силой и опасностью — между лопаток мне словно раскалённую иглу вкололи. Охранники и извозчик уже лежали ниц, приветствуя своего господина. Наверно, стоило повторить их движения, но Вилея недаром путешествовала с нами четыре месяца. За это время я успел многое узнать о том, как правильно поступают демоны, желающие, чтобы с ними считались. Вытащив табличку, что вручил мне худой даос, я протянул её двумя руками вперёд и почтительно склонился.

— Слуга владыки Шан Ри прибыл для помощи в открытии червоточины.

Этого было более чем достаточно. Демон не мог быть здесь главным. Никак. Ибо худой даос чётко указывал, что его господин ещё не скоро вернётся в город. Демон в столице? Даже не смешно. К тому же у меня было имя координатора: Керпин Ван. Возможно, за этим именем скрывался худой даос, но разум подсказывал, что это не так.

Демон медленно подошёл ко мне и забрал пластину. Какое-то время он внимательно её изучал, поле чего отдал обратно. Не швырнул, именно отдал. Владыка Шан Ри слишком весомая фигура, чтобы пренебрежительно относиться к его слугам.

— Разгружайте, — послышался его низкий глухой голос. — Ты следуй за мной.

Дорога закончилась, так что какое-то время нам пришлось пройти по небольшой тропинке. Судя по запаху, демонов в этом районе было много. Непозволительно много. Причём не только высшие — несколько раз до меня доносился вой низших. Тот, кто прожил четыре месяца среди тварей из иного мира, спутать этот вой с чем-то другим никогда не сможет. Звери так орать не умели.

Наконец, мы достигли огромной поляны. Она была огорожена деревянным частоколом, но уже кипела работа по возведению каменного забора. Работали как демоны, так и люди. Последние, судя по ошейникам и измождённому виду, делали это не совсем добровольно. Неподалёку виднелась скала и, как я понял, камни шли оттуда. Внутри забора располагалось несколько наспех срубленных деревянных домов и огромное количество палаток. Даже тяжело представить, сколько здесь существ живёт. Судя по тому, что я видел — не меньше сотни демонов и столько же людей. Это если не считать низших! Не во всякой деревушке нулевого пояса наберётся столько народа.

Однако самое поразительное открытие ждало меня в центре посёлка. Там располагалось странное сооружение. Это была арка, сформированная корнями какого-то чудовищного дерева. Корни переплетались между собой, рвали друг друга, пронзали, источали кровавую слизь. Но самым удивительным была на сама арка, а то, что находилось в ней. Там был проход! Нет, даже не проход — там начинался другой мир! Арка выступала окном, что пронзило само пространство и открыло дверцу в мир демонов, наполненный бордовыми красками. В глубине арки появилось какое-то движение. Какие-то точки. Они быстро приближались и постепенно превратились в низших демонов, что выбежали из арки и издали пронзительный рёв. Меня проняло до самых костей — твари, что явились, явно находились на этапе ученик! Словно услышав приказ, низшие демоны синхронно развернулись и понеслись в сторону скалы. Прибыло очередное подкрепление.

— Что же понадобилось владыке Шан Ри от нулевого пояса? — раздался раздражённый голос. Вот только обернуться, чтобы ответить, я не смог. Внезапно на меня обрушилась такая тяжесть, что устоять на ногах я не сумел. Как и сохранить сознание. Единственное, что успел заметил — досталось не только мне. Та самая группа низших демонов, что ринулась к скале, распласталась по земле вместе со мной. Затем наступила тьма и я уже не видел, как в посёлке появился ещё один человек.

Искатель Герлон, даос этапа мастер золотого ранга, прибыл за своим учеником.

Глава 20

Первое, что я увидел, открыв глаза — спокойное лицо наставника. Судя по движению, он только что убрал руку с моей груди, заканчивая лечение. Наставник встал на ноги и произнёс, глядя куда-то в сторону:

— Следующий год мы потратим на твоё физическое укрепление. Мне не нравится, что ты теряешь сознание от малейшего давления или изготовления двух артефактов подряд. Энергия твоего тела минимальна и для меня порой становится загадкой, как ты умудряешься ходить и не умирать? Поднимайся. Искателю не пристало валяться на земле.

В теле ощущалась небывалая лёгкость, так что я резким движением корпуса вскочил на ноги. Вокруг меня царила разруха — всё было сожжено, разломано, сплющено. Лишь небольшой пятачок земли, на котором я лежал, выделялся зелёным пятном. Повсюду валялись тела людей и демонов. Как высших, так и низших. Кажется, я всё же ошибся, предположив, что здесь по сотне существ каждого вида. Даже предварительная оценка показывала, что низших было значительно больше. Земля ими была буквально устлана.

Однако я ошибся — сломано оказалось не всё. Арка, что вела в мир демонов, осталась целой. Наставник, что всё это время отстранённо смотрел куда-то в сторону, произнёс:

— Это и называется червоточина, ученик. Канал, что связывает два мира. Длинная пространственная кишка, жаждущая одного — сократиться, чтобы объединить два выхода. Как только это произойдёт, в этом месте образуется поле битвы. Место, в котором будут не властны техники.

— Демоны говорили о том, что хотят сделать устойчивую червоточину, — вспомнил я.

— Им поля битвы тоже не нужны. В точке, где миры объединились, проход на другую сторону возможен только в точке сопряжения. В нулевой червоточине. Вот только туда не так легко добраться. Без хорошо подготовленной группы я бы не рискнул соваться на поле битвы даже нулевого пояса. Есть разные способы стабилизировать червоточину, и большая их часть связана с кровью. С большим количеством крови.

— Но вы не стали уничтожать червоточину.

— Это не так легко сделать, ученик. Сейчас она безопасна, так что мы можем какое-то время оставаться здесь и тренироваться. Когда я пойму, что ты готов, мы закроем червоточину. Ты должен понимать и уметь это делать.

— Остаться здесь? Разве нам не нужно вернуться в Воренд? Так остался один худой шпион демонов, что отправил меня сюда. Он…

— Фаркан Ван, даос этапа ученик бронзового ранга, — сообщил наставник. — Нет, ученик, нам не нужно возвращаться в Воренд. На самом деле нам нежелательно туда возвращаться ближайший год. Род Ван сейчас относится ко мне не совсем дружелюбно. Сделать мне они, конечно, ничего не смогут, но подставить перед кланом и значительно навредить репутации — в их силах. Сейчас этого нельзя допустить.

— Род Ван на вас ополчился? — опешил я. — Почему?

— Скорее всего им не понравилось, что я наведался в гости к Фаркан Вану, этой продавшейся демонам пародии на человека, и хорошенько с ней поговорил. Так получилось, что в этот момент в доме предателя проходило собрание младших лидеров рода, которые отказались поверить в то, что их родич продался демонам. Прошлось доказывать это на деле, убеждая несогласных. Я обнаружил и уничтожил тайную лабораторию по переработке артефактов. Каким-то образом их доставляли в нулевой круг прямиком со второго, но как, выяснить мне не удалось. В пособниках демонов действительно спрятана капсула с ядом. Фаркан Ван предпочёл уйти, чем отвечать на мои вопросы. Как и часть слуг, что работала на ферме этого предателя человечества.

— Ферме? — слово было мне знакомо, но логика подсказывала, что смысл его изменён.

— Феркан Вар выращивал зверей для питания демонов, скармливая им измельчённые духовные камни. Ты целую неделю двигался с ящиками. Неужели не нашёл возможности заглянуть внутрь?

— Как-то не получилось, — потупился я. О таком я даже не думал. Все мои мысли были заняты тем, чтобы придумать, как действовать дальше. Я же не знал, что наставник следует за мной по пятам.

— Практически во всех ящиках — изменённые белки, доставленные с первого пояса. Либо где-то в барьере существует прокол, либо между поясами курсируют контрабандисты. Надеюсь, что здесь второе. На ферме рода Ван белок поддерживали духовными камнями, прокачивая до бронзового, а то и серебряного ранга. Феркан Ван являлся одним из лидеров рода, артефактором. В его зоне ответственности находился контроль за духовными камнями, которыми он, собственно, пользовался по собственному усмотрению. Именно по причине пропажи огромной партии ценных камней Хрики Ван не желал прибытия в пояс представителей клана Феникс. Они сразу бы увидели явную нехватку и начали бы задавать вопросы. Учитывая, что любой род никогда не сдаст своих, род Ван сразу бы отстранили от управления нулевым поясом.

— Вы упомянули контрабандистов. Почему они лучше прокола в барьере?

— Прокол — это дыра, через которую энергия первого пояса проникает в нулевой. Через который могут проходить звери. Это колоссальная проблема для всего низшего пояса. От энергетического голода звери впадают в безумие и начинают бросаться на всё живое. Вспомни Тёмный лес. Там вожак добрался до этапа ученика и в радиусе нескольких десятков километров звери уничтожили всё живое. Потому что стали безумными. Контрабандисты же… Это своего рода искатели, что пренебрегают любыми законами. Только основа у нас разная. Мы плюём на деньги, для нас важнее цель, контрабандисты плюют на цель, для них важнее деньги. Не знаю, как здесь, между нулевым и первым поясами, между четвёртым и третьим они проходили через изнанку мира. Место, где формируется червоточины. Это опасно, ибо никогда не знаешь, какая тварь нагрянет в гости, зато отследить такое перемещение невозможно. Каким образом открываются дыры на изнанку, я не знаю. Контрабандисты хранят эту тайну как зеницу ока. Полагаю, какой-то артефакт или устройство древних.

— Изнанка мира? Это ещё что такое? — опешил я.

— Ты её видел. Это тьма, что окружает аномалии. Наследие древнего мира. К сожалению, природа этого явления выходит за сферу моих интересов. Об этом я знаю слишком мало. Всё, ученик, слишком много разговоров — добыча сама себя не соберёт. Всех низших демонов нужно собрать и сжечь, предварительно вытащив сущности. Бери нож и приступай к свежеванию. Перчатки не надевай. Среди низших нет ни одной твари сильнее ученика медного ранга, тебе же нужно прокачивать устойчивость.

Наставнику явно нравилось доставлять мне боль. Когда я разделал первого демона, возникло ощущение, что кисти рук окунули в горячую воду. Очень горячую воду. Волдырей не появилось, зато кожа сильно покраснела. Следующие несколько демонов проблем не доставили — они находились на этапе кандидат и не обжигали. Правда, и сущность не содержали. Потом вновь попалась тварь этапа ученик и всё повторилось — у меня даже в груди всё сжалось от жжения. И вновь парочка простых. Потом сложный…

На то, чтобы стащить всех тварей в одну огромную кучу, пришлось работать до самого заката. Внезапно загорелись яркие фонари, освещая пространство. Они располагались на высоких столбах и не активировались самостоятельно, как только наступила ночь. Заинтересовался этими приборами не только я. Наставник подошёл к одному столбу и подпрыгнул, умудрившись ухватиться за столб у самой вершины. Сняв фонарь, даос спустился вниз и какое-то время его рассматривал.

— Стоит признаться, Феркан Вар знал своё дело, — наставник нажал на небольшой рычаг и фонарь погас. — Это обычный световой артефакт, изменённый для взаимодействия с механизмами древних. Смотри — вот эта пластина определяет освещённость пространства и, как только она падает ниже определённой планки, происходит активация духовного камня. Когда освещённость вновь становится приемлемой, происходит отключение, чтобы не тратить энергию понапрасну. Интересное решение. Во внутренних поясах процесс включения-выключения освещения обеспечивается за счёт составного артефакта.

Даос разворотил изделие, показав мне внутренности и объяснив назначение каждой детали. Причём делал это так, словно прекрасно понимал принцип работы не только самого артефакта, но и механизмов древних. На мой естественный вопрос, как так получилось, даос ответил, что его основная профессия — механик. Тот, кто адаптирует добываемые в аномалиях устройства древних под современные реалии. Самоходную тележку, к примеру, даос собрал сам. Изготовил чертёж, нашёл в аномалиях или заказал у кузнецов нужные детали, собрал всё в единое целое. Учитывая, что пиковые даосы этапа мастер передвигаются не по земле, а по воздуху, используя летающие мечи, эта повозка долгое время вызывала у других искателей лишь усмешки. Ровно до того момента, пока не состоялся поход на поле битвы. Полёт, как техника, не работала, зато самоходная тележка мастера Герлона прекрасно передвигалась по местности. Да и здесь, в нулевом поясе, изделие даоса успело зарекомендовать себя с лучшей стороны.

Огромный костёр из тел низших демонов полыхнул с такой силой, что пришлось отступать, чтобы случайно не сгореть. В наш мир проникло триста двадцать семь тварей. Учитывая их силу, получалась огромная армия, способная захватить половину нулевого пояса. Высших демонов оказалось гораздо меньше — всего пятьдесят три особи. Пока я занимался низшими тварями, наставник бродил по лагерю, выискивая ценные вещи. Даос заглядывал в каждый закоулок, в каждый карман, в каждый ящик. Я долгое время не понимал причин столь тщательного досмотра. Вряд ли даосу этапа мастера здесь могло быть хоть что-то полезное. Но когда на лице наставника появилась кровожадная ухмылка, понял — он что-то нашёл.

— Это техника активации червоточины, — даос продемонстрировал найденный свиток, похожий на тот, что вручил ему владыка Шан Ри. — Крайне редкая и весьма уникальная вещь. Знаешь, почему?

— Потому что на ней написано имя автора? — предположил я.

— В точку! Искусственную червоточину нельзя открыть с одного мира. Необходимы синхронные действия двух координаторов. Семена и их активация являются изобретением демонов. Значит, они должны были доставить их здешнему координатору вместе с инструкцией, когда, где и каким образом нужно производить активацию. Таким образом мы узнали имя того, кто управляет нулевым поясом со стороны демонов. Координатора червоточин мира демонов. Это Лензор из племени Жарминг. Идём. Покажу тебе то, ради чего демоны затеяли здесь стройку.

Наставник пошёл к месту, где когда-то стоял дом. Здесь уже был сформирован проход в подвал. Даос зажёг свой новый фонарь, освещая небольшую комнату. В ней, по сути, ничего и не было. Лишь стол, да три ядовито-зелёных предмета на нём. Вот только когда я разобрал, что это за предметы, то рухнул на пол и заскрёб ногами так, как даже возле синей аномалии не делал! Меня окутал такой ужас, что, кажется, даже сердце от страха остановилось! Во всяком случае в себя я пришёл только тогда, когда наставник положил на меня ладонь и использовал лечебную технику. Во взгляде даоса не было ни намёка на упрёк или недовольство, даже несмотря на то, что передо мной виднелась мокрая полоска.

— Вот это и есть семя червоточины. С её помощью можно проколоть пространство, заставляя два мира объединиться переходом. Со временем он будет сжиматься, пока не породит поле битвы. Как раз для того, чтобы этого не произошло, Феркан Ван изготавливал и изменял артефакты второго пояса. Часть из них уже установлена в кишке, часть планировалось установить после её уменьшения. Сейчас переход слишком большой. Не каждый демон захочет преодолевать такое расстояние. Что касается семени — в твоей реакции нет ничего постыдного. В мире не так много людей, что могут спокойно находиться рядом с этим предметом, не испытывая при этом первородного ужаса. Про то, чтобы держать семя в руках, даже говорить не приходится. Координаторов червоточин демоны оберегают, как огромную ценность. Когда я впервые увидел семя, то потерял сознание. Поэтому искателям нельзя искать координаторов без опытного наставника. Достаточно нашему врагу вытащить семя, как бой закончится, толком не начавшись. И поделать с этим неподготовленный человек ничего не сможет. Такова природа этих предметов. Тебе предстоит непростая задача, ученик. Ты должен научиться стоять рядом с этой мерзостью. Это важно.

Непростая задача… Наставник не лукавил — задача оказалась действительно непростой. Я не смог совладать со своим страхом ни с первой попытки, ни с второй, ни до конца дня, ни через двое суток. С упорством, достойным лучшего применения, я подходил к столу, смотрел на ядовито-зелёные семечки и меня скручивал приступ неконтролируемого ужаса. Наставник оставил меня одного, так что в себя я приходил только минут через десять, чтобы ещё раз встать и на негнущихся ногах подойти к столу. И так по кругу двое суток с короткими перерывами на сон и еду. У меня не получалось. Совсем. Созданное безумными гениями демонов семечко давило настолько сильно, что справиться со своими страхами не получалось. Всё, чего я добился — мог стоять в трёх метрах от стола. Дрожал, потел, но смотрел на семя и не падал. Стоило сделать хоть полшага, как меня накрывало и приходил в себя я у дальней стены.

— Довольно, — наставник остановил меня к концу третьих суток. — Для первого раза более чем достаточно. Твой результат — три метра двадцать сантиметров. Мой — два пятьдесят. Ближе не могу. Неплохо, ученик. Теперь, если Небо сведёт тебя с координатором червоточины, у тебя появится шанс выжить. Главное не подпускай его к себе.

— Вы тоже не можете носить семя червоточины? — я настолько удивился, что позабыл об усталости. Впервые я увидел нечто, что мой наставник не может сделать. Это не то, чтобы пугало, это… это превращало его обратно в даоса. Сильного, могучего, но всё же даоса, а не небожителя.

— Естественно нет. Каким-то образом демоны умеют определять людей, имеющих этот дар. С ними тщательно работают, обхаживают, подкупают, соблазняют. Превращают в своих верных слуг, готовых ради демонов на всё. Даже на уничтожение целого пояса. И, как ты видишь, охраняют их очень хорошо. Все слуги и рабы готовы умереть, лишь бы не выдать местоположение своего координатора.

— Но те шпионы, которых демоны отправили с нами, не убили себя. Вы смогли их пытать.

— Потому что они, якобы, вырвались из плена. Демоны понимали, что пленников обязательно проверят и, если найдут капсулы с ядом, сразу бы уничтожили. Вживить защиту должны были уже здесь, на месте. В поместье Феркан Вана имелась специальная комната для этого. Если бы не сердце жёлтой аномалии, то тебя никогда бы не пустили к координатору червоточины без вживления яда. Всё же нам дико повезло, что в нулевом поясе острая нехватка энергии. Феркан Ван позабыл об осторожности, желая выслужиться перед господином и поплатился за это. Вот так, ученик, ошибка одного может уничтожить дело огромной толпы. Сейчас тебе нужно выйти наружу и отбежать от дома минимум на две сотни метров в сторону скалы. У тебя будет две минуты. Уничтоженные семена высвободят огромную волну энергии. Попадёшь в неё — умрёшь. Твоё время пошло.

Обожаю своего наставника! Он не поднялся вместе со мной, чтобы удостовериться, что я отбежал на достаточное расстояние — он обозначил границы и дал мне полную свободу действий. Если я окажусь настолько глупым, что не выполню его указания, то и жить мне в этом мире нельзя. Учитывая, что наставник указал минимум, значит нужно увеличить его раза в три! Я рванул в сторону возвышающейся неподалёку скалы со всех ног. Закончил бежать только тогда, когда в спину ударила волна энергии. Нулевой пояс явно ошалел от такого обращения. Деревья падали, трава исчезала, от лагеря не осталось ни следа. Кроме, естественно, червоточины, что даже не заметила такого всплеска энергии. Назад я возвращался, утопая по грудь в земле. Энергия превратила её даже не в песок — в мелкую пыль, что оказалась неспособной удерживать мой вес. К месту, где когда-то находилось здание с семенем червоточины, подходить не стал — там глубина пыли значительно увеличивалась.

— Что, готов? — неожиданно рядом со мной вынырнул наставник. Довольный наставник! Обычно улыбка на лице наставника не предвещала ничего хорошего. Нет, не улыбка — ухмылка. Сейчас же даос улыбался так, словно ему сказали одну из самый радостных новостей в его жизни! И это настолько подкупало, что я не удержался и спросил:

— Наставник, с вами всё хорошо? Выглядите необычно.

— Необычно? — улыбка даоса стала шире. Меня даже дрожь взяла. Вдруг с мозгами наставника что-то случилось, когда он сразу три семени уничтожил? Видел я одного такого несчастного. Ходил по нашей деревне и всем улыбался. Людям, животным, деревьям, даже камням. Когда его сожрали звери, никто об этом не пожалел. Блаженным в нашем мире делать нечего.

— Возможно ты прав, — наставник продолжил улыбаться. — Сегодня мы совершили великое дело, ученик. Мы уничтожили контролёра червоточины, имеющего возможность хранить сразу пять семян. Два он использовал, три я уничтожил, впитав большую часть энергии. Небо видит всё, что происходит с нами. Оно наказывает за ошибки, устанавливая барьеры, но оно же возвеличивает за правильные действия, помогая в возвышении. Мои действии были угодны Небу. Я не отступил, когда наткнулся на демонов полгода назад. Не сдался. Не забыл. Нашёл способ выяснить личность координатора червоточины и реализовал свой план, несколько раз рискуя своей жизнью. Твоей жизнью. Небо не осталось безучастным. Оно откликнулось. С текущего момента любой идущий к бессмертию, умеющий видеть уровень возвышения, увидит во мне даоса этапа мастер алмазного ранга. Я не имел возможности сразу стать владыкой. Чтобы это сделать, мне необходимо несколько лет медитировать рядом с местом силы достойного уровня, но Небо возвело меня в максимальный ранг моего этапа возвышения. Полагаю, если мне доведётся встретиться с владыкой Шан Ри в поединке, его бы ждал неприятный сюрприз. Идём, в этом месте нам больше делать нечего.

— Наставник, вы куда? — опешил я, так как даос двинул в сторону червоточины.

— Как куда? Внутрь. Разве тебе не хочется побывать в мире демонов? — наставник удивлённо на меня посмотрел. — Эльда пробыла в нашем мире четыре месяца, неужели мы хуже? Как я тебе уже сказал, ученик, всё в этом мире взаимосвязано. Благодаря Небу мы смогли уничтожить тварей на этой стороне, но на той, в мире демонов, остался живой координатор червоточин. У нас с тобой есть имя. Есть названием племени. Есть ресурсы, необходимые для выживания в условиях мира демонов. Неужели мы отступим и не закончим начатое дело? Нет, ученик, так поступать мы не станем. Мы войдёт в мир демонов и заставим их надолго запомнить, что в южную часть нулевого пояса не стоит соваться. Вперёд, будущий искатель! Демоны сами себя не убьют!

Москва, Ноябрь 2023

Конец 1 книги.

Content

Закон джунглей. Книга 1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20