Вуд Джосс

Страсть с чистого листа

Джосс Вуд

Страсть с чистого листа

Любовный роман — Harlequin — 1144

Глава 1

Милое фото котика… рецепт салата с чечевицей и лаймом… фото заката… мотивирующая цитата… мем с котиком…

Изнывая от скуки, Элла Янг листала ленту в социальной сети. Слава богу, ей осталось доработать в «Леру ивентс» всего три недели. Последний месяц был самым долгим в ее жизни. Она оставалась бы дома, как предлагал ей ее босс Уинтерз, но самолюбие заставляло ее приходить на работу каждый день. Пока она состоит в штате «Леру ивентс», она будет мозолить глаза Уинтерзу и Сибе из отдела кадров, чтобы они не забывали о том, как подвели ее и еще нескольких женщин.

Они не забудут ее и ее жалобы, по крайней мере, до тех пор, пока Невилл Пиллей, их любимый клиент, не начнет приставать еще к кому-то из сотрудниц компании. Как долго они еще собираются его покрывать? Как только все, начиная от Уинтерза и Сибы и заканчивая начальником отдела кадров и владельцами «Леру интернэшнл» братьями Леру, могут спокойно на это смотреть?

На протяжении последнего месяца она не раз жаловалась начальству на возмутительное поведение Пиллея, но это ни к чему не привело. Только когда она предала некрасивую историю огласке, выяснилось, что ранее он домогался по меньшей мере еще троих сотрудниц «Леру ивентс», и они поочередно уволились. Но разве Элла могла его остановить, когда начальство отмахивалось от ее жалоб?

Она устала бороться. Устала чувствовать себя одинокой и отчаялась пытаться заставить других ей поверить. В ответ на ее жалобы Уинтерз сказал, что, раз Пиллей ее не изнасиловал, значит, ничего серьезного не произошло. Она была возмущена до глубины души. Разве могло быть иначе, когда чертов мерзавец запустил руку ей под юбку?

Она рассказала об этом в электронном письме директору по персоналу международной корпорации «Леру интернэшнл», которой принадлежала компания, где она работала. Тот написал ей в ответ, что если она успокоится и будет держать язык за зубами, то ей повысят зарплату. Она наотрез отказалась это делать, и тогда ей предложили уволиться и получить щедрое выходное пособие. Она снова отказалась. Тогда ей велели освободить ее просторный угловой кабинет, переместиться в тесную комнатку, забитую пыльными коробками, и заниматься организацией самых простых мероприятий, которые обычно поручали новичкам. У нее забрали корпоративный автомобиль и даже беспроводной доступ в Интернет.

Было очевидно, что начальство пыталось таким образом избавиться от человека, который создает проблемы. Шесть недель спустя она все-таки сдалась и написала заявление об уходе. Она испытывала одновременно гнев, усталость и облегчение, но над всеми ее чувствами преобладала беспомощность.

Откинувшись на спинку стула, Элла посмотрела в окно с видом на парковку и разочарованно вздохнула.

Еще совсем недавно она была уважаемым организатором мероприятий в Дурбане. Она славилась тем, что выполняла работу в срок, укладывалась в бюджет и все делала со вкусом. Она работала в молодой фирме и после того, как она успешно организовала несколько крупных мероприятий, ей предложили работу в компании «Леру ивентс», находящейся в Йоханнесбурге, зарплату, которая в три раза превышала предыдущую, и щедрый соцпакет.

Ей сказали, что такую возможность нельзя упускать, и она приняла предложение. Она проработала в «Леру ивентс» год, недавно получила повышение, но была вынуждена уволиться. После ее жалоб начальство ополчилось против нее, коллеги ее избегали. Она знала, что они ей сочувствовали, особенно женщины. От некоторых она даже получила сообщения со словами поддержки, но они боялись выразить свою поддержку открыто, потому что не хотели навлечь на себя гнев Уинтерза. Он мог бы уволить любого, кто встал бы на ее сторону.

Элла не винила своих коллег. Им нужно было выплачивать кредиты и обеспечивать свои семьи. Но ей было больно оттого, что она была одинока в своей борьбе. Она поняла, что единственный человек, на которого она могла рассчитывать, — это она сама.

Ее отец однажды отказался выслушать ее мнение, и это стало одним из факторов, который привел к смерти ее матери. Теперь ее босс отказался принимать какие-либо меры в ответ на ее жалобы и подвергал риску благополучие других сотрудниц, потому что боялся потерять выгодного клиента. Пиллей снова вышел сухим из воды и может продолжать отпускать неприличные комментарии в адрес других женщин. Прижимать их к стене в пустом конференц-зале и запускать руку им под юбку.

У Эллы сдавило горло. Ей даже подумать было страшно, что могло бы произойти, если бы в коридоре не раздались шаги уборщицы.

Когда Элла общалась с Пиллеем в присутствии других людей, он вел себя как настоящий джентльмен. Ничто в его поведении не выдавало в нем похотливого мерзавца. Сможет ли она после того, что произошло, оставаться наедине с мужчиной, ходить с ним на свидания, приглашать его к себе домой? Или она будет видеть в каждом мужчине потенциальную угрозу?

Что будет, если в следующий раз Пиллей кого-то изнасилует? Сможет ли она после этого быть в ладу со своей совестью? Но что она могла поделать? Она пожаловалась на Пиллея, попыталась его остановить. Но разве могла она в одиночку противостоять огромной корпорации, которая покрывала своего клиента?

Ощущение собственной беспомощности заставило ее вспомнить события четырнадцатилетней давности. Она умоляла отца отвезти мать в больницу, потому что ей показалось странным, что та внезапно стала заторможенной и начала бормотать что-то нечленораздельное, будто была пьяна. В ответ на крики, слезы и мольбы Эллы отец сказал, что мать выпила за ланчем лишнюю порцию джин-тоника и ей нужно проспаться. Через несколько часов мать умерла от обширного кровоизлияния в мозг.

Элла до сих пор гадала, почему отец к ней не прислушался. Она неясно выразилась, была неубедительна или вела себя слишком эмоционально?

После смерти матери она выстроила защитную стену вокруг своего внутреннего мира. Но когда ее начальство отказалось ее поддержать, встав на сторону клиента, ее душевные раны открылись, и она поняла, что ее защита недостаточно прочная.

Звук хлопнувшей двери в дальнем конце коридора вернул ее к реальности. Выпрямив спину, она велела себе перестать себя жалеть и начать смотреть в будущее.

В Йоханнесбурге ей больше нечего делать. Уинтерз распустил о ней грязные слухи, и в этом городе ни одна компания по организации мероприятий не возьмет ее на работу. Она могла бы вернуться в Дурбан, где до сих пор живет ее отец, но она с ним давно не разговаривает. Кроме того, в Дурбане она занималась бы менее масштабными проектами и получала бы намного меньше денег. Вернуться в Дурбан и устроиться там на работу означало бы сделать шаг назад.

Поэтому она приняла решение перебраться в Соединенное Королевство. В Лондон или, может, в Дублин. Через месяц она будет в другой стране и, если ей повезет, на новом рабочем месте. Их с отцом будет разделять шесть тысяч миль, и она не будет чувствовать себя обязанной навещать человека, который не желает ее видеть. На новом месте она сможет дышать полной грудью и быть собой. Возможно, через много лет она встретит мужчину, который будет к ней прислушиваться и во всем ее поддерживать. Впрочем, она скорее найдет единорога, охраняющего горшок с золотом, чем такого мужчину.

Сквозь открытое окно Элла услышала приглушенный шум мощного мотора. Заинтригованная, она поднялась и ахнула от изумления при виде серебристого «бентли-бентайга», заворачивающего на стоянку. Пока ее отношения с отцом не испортились, они вместе ходили по воскресеньям на выставки автомобилей. Это было их общее хобби. Она знала, что «бентайга» невероятно дорогой спортивный автомобиль и что в стране их всего несколько. Элле безумно хотелось на нем прокатиться, но она понимала, что это нереально.

Аккуратно припарковав автомобиль, водитель выбрался из него, и Элла залюбовалась им. Он был очень высоким. Его рост составлял шесть футов три дюйма, если не больше. У него были широкие плечи, узкие бедра и маленькие упругие ягодицы. На нем были белая рубашка с закатанными до локтей рукавами, темно-синие брюки и ботинки ручной работы. Его вьющиеся светло-каштановые волосы аккуратно подстрижены. Когда он повернулся, чтобы пойти к зданию, глаза Эллы широко распахнулись при виде его красивого мужественного лица с четко очерченными бровями, чувственными губами и квадратным подбородком, покрытым темной щетиной.

Словно почувствовав на себе ее взгляд, мужчина резко остановился и повернул голову. Элла не успела податься назад, и их взгляды встретились. Ее бросило в жар. Она подняла руку, чтобы ему помахать, и уголки его губ поднялись в самодовольной улыбке, которая словно говорила: «Да, я безумно хорош собой, что тут поделаешь?» Затем он приложил два пальца к виску в нахальном приветствии.

Элле до смерти надоели самовлюбленные мужчины, которые считали себя неотразимыми. Раздраженная его поведением, она высунулась в окно и громко сказала:

— Поумерьте свое тщеславие. Я просто любовалась вашим автомобилем.

Его выразительные брови поднялись, губы шире растянулись в улыбке, и на левой щеке появилась ямочка. Черт побери, он и в самом деле был неотразим!

— Правда? Уверен, вы даже не знаете, что это за автомобиль, — произнес он в ответ глубоким бархатным голосом, от которого по ее спине пробежала приятная дрожь.

«Успокойся, Элла», — приказала она себе. Этот самодовольный тип только что бросил ей вызов, и она собирается поставить его на место.

— Это «бентли-бентайга» модели Б. Шестьсот двадцать шесть лошадиных сил. Двенадцатицилиндровый мотор в форме буквы W. Автоматическая коробка передач на восемь скоростей. Он считается самым быстрым спортивным автомобилем в мире. Хотя «ламборгини-урус» мог бы с ним в этом посоревноваться.

Как она и ожидала, лицо незнакомца вытянулось от изумления.

— Если вы не знали, позвольте вам сообщить, что девушки тоже могут интересоваться автомобилями, — добавила она, прежде чем закрыть окно.

Ей надоело, что ее игнорировали и недооценивали. Ее тошнило от мужчин, которые считали, что мир вращается вокруг них.

В ее дверь постучали. Повернувшись, она увидела, как в комнату вошла ее коллега Дженни, с которой она была в приятельских отношениях. Светло-карие глаза Дженни блестели от любопытства.

— Похоже, здесь происходит что-то важное, — сказала она.

Поскольку Элле осталось здесь доработать всего три недели, ей было все равно.

— Пол из бухгалтерии наконец сделал себе пересадку волос или кто-то занял парковочное место Евы?

— Ни то ни другое. — Глаза Дженни расширились. — Сюда приехал большой босс.

— Большой босс?

— Мика Леру, один из владельцев.

Элла нахмурилась. Братья Леру владели компанией, но она никогда раньше их здесь не видела. Обычно ее босс ездил к ним в главный офис, а не наоборот.

Подойдя к окну, Дженни указала ей на парковку. Бросив взгляд через ее плечо, Элла увидела группу из пяти мужчин, которые с восхищением рассматривали «бентли» и обсуждали его.

— Это его машина, и Наоми только что подтвердила, что он приехал к Бену. Интересно зачем? Как ты думаешь, это может быть связано с твоей жалобой?

Значит, красавец, приехавший на крутой машине, — это один из владельцев компании. Подумав над вопросом Дженни, Элла покачала головой:

— Сомневаюсь. Но даже если бы он захотел обсудить с Беном мою жалобу, он назначил бы ему встречу в своем офисе. Он не поехал бы на другой конец города, тем более спустя столько времени.

— Тогда что он здесь делает?

— Меня это не волнует, — ответила Элла.

Почему должно быть иначе? Она целый год усердно трудилась, приносила прибыль компании, но, когда ей понадобилась поддержка, руководство компании от нее отвернулось. Это было несправедливо по отношению к ней.

Может, раз Мика Леру здесь, ей следует сказать ему об этом прямо? Хотя бы ради удовлетворения своего самолюбия?

Это что-то изменит? Наверное, нет. Она услышит слова извинения? Вряд ли. Но Мика Леру хотя бы узнает, что она думает о его менеджерах, которые закрывали глаза на грязные поступки своего клиента. Или, может, он все-таки прислушается к ней и поговорит с ними, чтобы подобное больше не повторилось.

Она улыбнулась Дженни:

— Пожелай мне удачи.

Глаза ее коллеги расширились.

— Что ты собираешься делать?

— Пойду к Мике Леру и скажу ему все, что думаю об отношении начальства «Леру ивентс» к сотрудникам.

Если это ничего не изменит, она уедет из города, зная, что сделала все возможное для того, чтобы защитить потенциальных жертв Пиллея.

Когда Мика понял, что вышел из поля зрения кареглазой красотки, он позволил себе широко улыбнуться. Эта женщина разбиралась в автомобилях, и это делало ее еще сексуальнее. Ему также понравилась ее дерзость. Она поставила его на место. С ним, одним из самых влиятельных бизнесменов на континенте, такое случалось крайне редко, если вообще случалось. Он почувствовал, что за ним наблюдают, в тот момент, когда выбрался из машины. Обведя взглядом здание, он быстро заметил ее в одном из окон второго этажа.

Когда он улыбнулся ей и прижал два пальца к виску, он просто хотел ее поприветствовать, но она подумала, что он с ней флиртует.

Впрочем, он на самом деле с ней флиртовал. Такова была его натура. Он был веселым и легким в общении, в то время как его брат-близнец Яго был серьезным и владеющим собой. Мике часто приходилось сдерживать свой бурный темперамент и прикусывать язык.

Женщине в окне не понравилось, что он с ней флиртовал. Ее плечи напряглись, брови сдвинулись, губы сжались в тонкую линию. Он продолжал стоять на месте и смотреть на нее, зачарованный ее красотой.

В ней удивительным образом соединились разные культуры: европейская, китайская и, возможно, индийская. У нее были прямые темно-каштановые волосы, высокие скулы, чувственный рот и упрямый подбородок. Он видел лишь верхнюю часть ее тела, но успел заметить, что у нее была высокая полная грудь и узкая талия. Она выглядела лет на двадцать пять, но, судя по уверенной манере, была старше.

Продолжив идти к входу в здание, он гадал, кто она: организатор мероприятий, бухгалтер, секретарь или менеджер. Ей нравится работать в «Леру ивентс»? Как долго она здесь работает? Нравится ли ей ее работа?

Ему безумно хотелось открыть базу данных компании, к которой имели доступ только они с Яго и несколько старших менеджеров, и найти ее личное дело. Поскольку в этой маленькой компании работало всего три-четыре десятка человек, он за пять минут узнал бы ее имя, возраст, должность и прочие вещи.

Мика покачал головой и потер ладонью подбородок. С тех самых пор как окончил университет и начал работать на своего отца, он никогда не использовал свое служебное положение, чтобы шпионить за кем-то из сотрудников. Это было бы серьезным нарушением обязательств с его стороны. Они с Яго запросили бы личное дело того или иного сотрудника только в том случае, если бы на это была веская причина.

До сих пор таких причин не было. Впрочем, они с Яго никогда не вмешивались в кадровую политику компаний, которыми они владели. Этих компаний было довольно много, и их интересовали только показатели эффективности и балансовые отчеты. Сегодня он приехал в офис «Леру ивентс» только потому, что ему нужно было решить серьезную проблему. Он должен был найти место для празднования роскошной свадьбы своей сестры, которая состоится через два месяца.

У него не было времени на интрижку с красивой сотрудницей. Ему приходилось работать по шестнадцать часов в день, и он не знал, как вписать в этот безумный график поиски места для проведения свадьбы.

Он в очередной раз взял на себя решение чужой проблемы. Это стало его предназначением после того, что произошло по его вине двадцать лет назад. Он не мог исправить то, что случилось с Брианной.

К горлу подкатился комок. Поняв, что ему нужно передохнуть, Мика прошел вдоль здания, пересек узкую улочку и остановился у соседнего. Прислонившись спиной к кирпичной стене, он подставил лицо солнечным лучам.

В этом месяце будет двадцать лет с тех пор, как Брианна Пирсон находится в вегетативном состоянии. Почти семь с половиной тысяч дней она провела на бойничной койке, подключенная к аппаратам жизнеобеспечения, и это была полностью его вина.

Какого черта он позвонил ей, когда выбежал в ярости из Хэдли-Хаус?! Он знал ответ на этот вопрос. Если не считать его брата Яго, Брианна была единственным человеком, который был в курсе сложных взаимоотношений в семье Леру, а к Яго он в тот вечер не мог обратиться, потому что его не было поблизости. Их с Брианной родители были давними друзьями. Она выросла вместе с братьями Леру и была для них как член семьи. Она много раз была свидетелем вспышек гнева Тео Леру, его одержимости контролем и часто говорила Мике, что его ссоры с отцом когда-нибудь приведут к трагедии.

Брианна оказалась права, но, к сожалению, ей пришлось заплатить за то, что Мика не смог удержать под контролем свой гнев на отца. Она любила его и хотела поддержать в трудную минуту, поэтому последовала за ним. Авария, в которую она попала той ночью на оживленном шоссе, стала для нее роковой. Тяжелая черепно-мозговая травма лишила ее будущего и негативно повлияла на жизнь двух семей.

Разумеется, Мика винил в случившемся себя. После аварии он напивался вдрызг, даже пробовал наркотики, но это не могло ему помочь справиться с болью и чувством вины. Яго, которому, в отличие от их отца и мачехи, он был небезразличен, нашел для него хорошего психотерапевта. Благодаря его квалифицированной помощи Мика взялся за ум и научился контролировать свой гнев. Он поклялся себе, что будет вежлив со своей мачехой и больше никогда не разочарует Яго и Сади. Что он будет решать проблемы брата и сестры и больше никогда не причинит боль ни одной женщине. Именно поэтому он отказывался от серьезных отношений, довольствуясь короткими интрижками.

Брианна мечтала о любящем муже, детях и доме с садом. Когда-то Мика тоже мечтал о большой крепкой семье, но он не заслуживал иметь то, чего по его вине уже не могло быть у Брианны. Чувство вины было его постоянным спутником.

Мика ущипнул себя за переносицу. Если он будет продолжать здесь стоять и думать о прошлом, это не поможет ему решить текущую проблему.

Его сестра выходит замуж через два месяца. Пару дней назад какой-то мерзавец позвонил в отель, где должна была пройти свадьба Сади, каким-то образом убедил администрацию в том, что он представитель Анны де Палмер-Уайт, свадебного организатора, нанятого Сади, и отменил свадебный прием. Администрация отеля тут же сдала его для проведения другого мероприятия, и Сади с Клайдом теперь было негде собрать тысячу гостей, которым они уже разослали приглашения.

Сади и Анна потратили два дня на поиски другого подходящего места в городе, но ничего не нашли. Видя, в каком отчаянии находится его сестра, Мика предложил свою помощь. Он пообещал ей, что обратится за профессиональной помощью к кому-нибудь из «Леру ивентс», и они вместе постараются найти подходящее место за городом. Да, у него было много дел и куча входящих писем в электронном почтовом ящике, но для Сади он достал бы даже луну с неба. Сади, ее сыновья-близнецы и Яго были самыми важными людьми в его жизни, и ради любого из них он был готов сделать все, что угодно.

Засунув руки в карманы брюк, он пошел назад к входу в здание своей компании. Она была лишь частью огромной деловой империи Леру, которой управляли они с Яго. Фирма «Леру ивентс» приносила хорошую прибыль. Там работала команда профессионалов, которые с успехом организовали ряд эксклюзивных мероприятий. Он мог бы пригласить кого-то из них в свой пентхаус в Сэндтоне, но решил, что его личный визит произведет впечатление на сотрудников «Леру ивентс» и убедит их в том, что дело и вправду срочное.

Возможно, ему повезет, и он снова увидит красивую брюнетку, разбирающуюся в автомобилях.

Напомнив себе, что отвлекаться некогда, он открыл дверь.

Глава 2

Сидя напротив менеджера по имени Бен Уинтерз в его захламленном кабинете, Мика слушал его объяснения. Бен не мог отдать в его распоряжение кого-то из организаторов, поскольку каждый из них одновременно работал над несколькими проектами. Ни у одного из них не было времени на то, чтобы объезжать загородные отели.

— Самое большее, что я могу для вас сделать, — это спросить у организаторов, есть ли у них какие-то идеи. Возможно, у кого-то из них имеются полезные контакты. Конечно, мне было бы проще сориентироваться, если бы я знал, какого рода мероприятие вы собираетесь организовать.

Мика понял, что Бен пытается выудить у него информацию. Очевидно, ему было любопытно узнать, о каком мероприятии идет речь, раз большой босс приехал сюда собственной персоной. Но Мика никогда не обсуждал семейные дела с посторонними людьми. Это было одно из правил, которое все члены семьи Леру неукоснительно соблюдали. Единственным исключением был их дворецкий Ябу, который так долго у них работал, что стал их близким другом и доверенным лицом.

— Мне нужен отель премиум-класса с просторным залом, в котором могла бы с комфортом разместиться тысяча гостей, и уютными номерами для этого же числа людей. Стоимость аренды значения не имеет.

В ответ Бен нахмурился и пожал плечами. Мика понял, что зря потратил время, приехав в офис «Леру ивентс». Если Уинтерз нанимает людей, подобных ему, Мика ни от кого здесь не получит помощи. Ему нужен человек с творческим мышлением. Здесь он вряд ли такого найдет.

Поднявшись, Мика протянул Бену руку:

— Спасибо, что уделили мне время.

— Я вас провожу, — ответил тот и беззвучно выругался, когда зазвонил его телефон. Он взял его и посмотрел на экран. Судя по выражению его лица, он хотел ответить на этот звонок. Мика сказал Бену, что сам найдет выход.

Покинув его кабинет, Мика проигнорировал кокетливую улыбку девушки за стойкой в приемной и запустил пальцы себе в волосы. Он не знал, что ему делать дальше, и это была непривычная для него ситуация.

Он вернется к себе в офис, и, возможно, они вместе с Яго что-нибудь придумают. Все-таки одна голова хорошо, а две лучше.

Выйдя на улицу, Мика прищурился от яркого солнечного света. Достав из кармана мобильный телефон, он по пути на стоянку быстро просмотрел новые сообщения. Жара была невыносимая, и ему хотелось сесть в машину и включить кондиционер. «Бентли-бентайга» обошелся ему в четверть миллиона фунтов, но в данный момент Мика видел в нем прежде всего место, где можно охладиться.

Оторвав взгляд от телефона, он обнаружил рядом со своим автомобилем красивую брюнетку, которую до этого видел в окне. На ней были бледно-розовый топ, заправленный в черную юбку-карандаш, и туфли на высоком каблуке. Пятнадцать минут назад ее длинные волосы были распущены, сейчас же они собраны в узел на затылке.

Она выглядела сногсшибательно, но ему было некогда с ней флиртовать. Его удивило, что она его ждет. Он думал, что разозлил ее своим предположением, что она не разбирается в автомобилях. Должно быть, ее гнев прошел, когда она узнала, кто он.

— Я могу вам чем-то помочь? — спокойно спросил Мика, встретившись с ней взглядом.

— Сомневаюсь, — ответила она, и он прочитал в ее глазах раздражение.

Все-таки она продолжала на него злиться. Вряд ли ее так сильно задело его дурацкое предположение. Очевидно, дело было в чем-то другом.

— Я Элла Янг, — произнесла она, глядя на него так, словно он должен был знать ее имя.

Мика пожал плечами:

— Мы с вами уже встречались?

— Нет, но я думала, что вы приехали сюда из-за меня.

«Час от часу не легче!»

— Послушайте, мисс Янг, мне некогда разгадывать ваши загадки. У меня полно дел.

На ее лице промелькнуло замешательство, затем она прижала пальцы к губам и побледнела.

— Значит, вы не в курсе того, что со мной произошло?

Судя по всему, речь шла о чем-то серьезном. Мика понял, что должен ее выслушать.

— Давайте зайдем в здание. Там прохладно, — произнес он, жестом указав ей на дверь. — Я распоряжусь, чтобы нам предоставили свободный кабинет, и мы поговорим.

— Нет. — Скрестив руки на груди, Элла покачала головой. — Мы можем поговорить в вашей машине.

— Хорошо.

Обогнув капот, он открыл для нее пассажирскую дверцу и подождал, пока она заберется на сиденье. Затем он сел за руль и включил зажигание и кондиционер. Элла окинула взглядом роскошный интерьер салона. Мика подумал, что она прекрасно в него вписывается. Что она не только стильная и элегантная, но и очень сексуальная. Кремовый оттенок ее кожи напомнил ему о лепестках магнолий, которые так любила его мать. У Эллы были высокие скулы, карие глаза с золотистыми и зелеными крапинками, прямой нос и чувственные губы. Если не считать тонкого слоя бледно-розового блеска на них, макияж на ее лице отсутствовал. Впрочем, она в нем не нуждалась.

Огонь желания, вспыхнувший у него в паху, сбил его с толку. Он привык встречаться с супермоделями, актрисами, звездами спорта и аристократками, но ни одна из их не вызвала у него такой реакции.

«Успокойся, Леру», — приказал он себе.

Подавшись вперед, Элла провела ладонью по приборной панели. Мика подумал, что она сейчас будет хвалить автомобиль, но вместо этого она сказала ему то, что перевернуло его привычный мир с ног на голову.

— Я работала в «Леру ивентс» организатором мероприятий, но недавно мне пришлось уволиться, потому что Невилл Пиллей, один из наших крупных клиентов, домогался меня.

Пиллей? Кто бы мог подумать? Мика несколько раз встречался с Пиллеем, и этот популярный актер и филантроп внушал ему симпатию.

Мика посмотрел на Эллу. Ее бледное лицо было спокойным, но сжатые в кулаки руки и напряженные мышцы шеи и плеч выдавали ее истинное состояние. Судя по всему, она не лгала.

— Я искренне сожалею о том, что с вами произошло, Элла, — произнес он, тщательно подбирая слова. — Вы разговаривали с Беном? С директором по персоналу? Обращались в полицию?

Она издала невеселый смешок:

— Да, обращалась, но мне там не помогли. Поскольку свидетелей не было и мне не было причинено серьезного вреда, мое заявление не приняли. «Ее слово против его слова» — ситуация, в которой невозможно доказать, кто прав, а кто виноват. Бен и Сиба, начальница отдела кадров, намекнули на то, что я дала Пиллею неверные сигналы, и попросили меня забыть о случившемся.

Мику охватила ярость. Он даже не предполагал, что в компании, принадлежащей его семье, возможно подобное.

— Расскажите мне все с самого начала. В мельчайших подробностях.

Элла сделала, как он велел. Мика узнал, что в «Леру ивентс» много лет закрывали глаза на непристойное поведение Пиллея. Что все, к кому она до сих пор обращалась с этой проблемой, отмахнулись от нее.

Он гордился тем, что они с братом смогли создать международную компанию. До этого момента. Сейчас он испытывал гнев и чувство вины.

— Я не жду, что вы мне поверите, но ни я, ни мой брат ничего не знали обо всем этом. До нас никто не донес эту информацию, — произнес Мика, понимая, как слабо прозвучало его объяснение.

— Я рассказала вам о том, что со мной произошло, в надежде на то, что вы что-то предпримете, чтобы в будущем это не повторилось. — Элла взялась за ручку дверцы. — Я уволилась, и скоро меня здесь не будет, но Пиллей может сделать что-то более серьезное с другой женщиной.

— Этого не произойдет, — сказал Мика. — Я приму необходимые меры. Обещаю.

Элла посмотрела на него своими бездонными темными глазами:

— Мне хотелось бы вам верить, мистер Леру, но я слышала слишком много пустых слов и обещаний, чтобы на вас положиться.

Даже не попрощавшись, она выбралась из машины и, захлопнув дверцу, с высоко поднятой головой пошла назад к офисному зданию. Мике не осталось ничего другого, кроме как задумчиво смотреть ей вслед.

Он дал себе слово, что обязательно все исправит. Ради этой гордой женщины и ради будущих сотрудниц компании.

Мика тут же позвонил своему брату.

— Ты знал о жалобе нашей сотрудницы Эллы Янг, которая обвинила одного из наших клиентов в сексуальных домогательствах? — спросил он, когда на экране его телефона появилось лицо Яго.

Тот нахмурился и покачал головой:

— Нет.

— Я тоже не знал до сегодняшнего дня. А вот наш директор по персоналу был в курсе.

— Надеюсь, он все уладил, и сотрудница получила юридическую помощь и публичные извинения.

Мика помассировал виски кончиками пальцев:

— Нет. Ей никто не поверил, Яго. Из-за того, что ее обидчик человек популярный. Никто из нашей компании не отнесся к ее словам серьезно.

— Кто к ней приставал?

Мика назвал имя обидчика Эллы, и брови Яго взметнулись от удивления.

— Я никогда не подумал бы, что он на такое способен.

— Я тоже, но я ей поверил.

Мика надеялся, что Яго его поддержит, но, если этого не произойдет, он сам примет меры. Многие люди разочаровали Эллу, но он этого не сделает.

— Мне этого достаточно, — сказал Яго.

— Я намерен разоблачить Пиллея, и я сделаю это аккуратно, — решительно произнес Мика. — Но сначала я намерен разобраться с начальством Эллы, которое выставило ее склочной особой и вынудило уволиться.

— Правильно. — Синие глаза Яго потемнели от гнева. — Что за бардак там творится, Мика? У нашей компании есть протокол, согласно которому благополучие наших сотрудников всегда должно быть на первом месте.

— Он был нарушен, и тем, кто в этом виноват, не сносить головы. Нам следует в ближайшее время провести заседание совета директоров.

Яго напряженно улыбнулся:

— К черту совет директоров! Мы с тобой владельцы компании, и мы определяем ее политику. Буду готовиться к раздаче тумаков.

Вернувшись в свой кабинет, Элла села на стул, поставила локти на стол и запустила пальцы в волосы.

Что она сделала, черт побери?! Вместо того чтобы высказать Мике Леру все, что она думает о его компании и об отношении начальства к сотрудникам, рассказала ему о том, что с ней произошло.

Куда пропал ее воинственный настрой? Пока она ждала его на улице, ее ярость нарастала с каждой секундой, но стоило ей только посмотреть в его синие глаза, как ее гнев тут же улетучился, и на смену ему пришло смущение. Ей было неловко оттого, что она собиралась говорить с Микой Леру о такой унизительной вещи, как сексуальные домогательства. Элла не хотела, чтобы он видел в ее глазах слезы, слышал дрожь в ее голосе.

Она предпочла бы, чтобы ее знакомство с Микой состоялось не на парковке, а в баре, ресторане или клубе. Впрочем, она понимала, что это невозможно. Что она обычная женщина, каких миллионы, а он один из богатейших людей в стране, и их пути вряд ли когда-нибудь пересеклись бы, если бы он не был владельцем компании, в которой она работала. Тогда какого черта она смотрит на него как на привлекательного мужчину, а не как на босса?!

По правде говоря, его реакция на ее рассказ удивила ее. Она думала, что он будет искать оправдания важному клиенту, умалять серьезность того, что с ней произошло. Судя по выражению его лица, он был разгневан, возмущен и шокирован. Элла нисколько не сомневалась в том, что ее жалоба стала для него новостью.

Но она усомнилась в том, что он выполнит свое обещание и примет меры. Она не верила ему. Ее так часто подводили другие люди, что она не могла поверить незнакомцу.

Но что, если он все-таки сдержит свое слово? Конечно, он может уволить человека, который игнорировал ее жалобы, но что он может сделать Невиллу Пиллею, популярному артисту? У Невилла имидж примерного семьянина, и никто даже не догадывается, что это волк в овечьей шкуре. Если Мика публично обвинит его в том, что он домогался сотрудницы «Леру ивентс», это плохо отразится на репутации компании. Подобного успешный бизнесмен-миллиардер допустить не может. По крайней мере, он не станет рисковать репутацией компании, чтобы помочь рядовой сотруднице, у которой нет никаких доказательств вины клиента.

Элла должна свыкнуться с тем, что ее обидчик не будет наказан, и начать готовиться к переезду. Ей пора сконцентрироваться на своем будущем, которое она собирается построить в другом месте. Ей нужно продержаться здесь еще некоторое время, чтобы ей выплатили ежегодную премию. Она многое вытерпела. Что ей стоит проработать еще три недели в этой захламленной комнатке?

Два дня спустя Мика вернулся в офис «Леру ивентс», поднялся на второй этаж и пошел по коридору. Должно быть, он ошибся. Там были кабинеты с номерами десять, девять и восемь, а Элла занимала шестнадцатый. Тогда он, игнорируя любопытные взгляды, которые бросали на него сотрудники сквозь стеклянные стены, свернул в тускло освещенный коридор.

Двенадцать… четырнадцать… шестнадцать.

Когда он постучался в открытую дверь, Элла повернулась, и он увидел ее длинную стройную ногу, показавшуюся из-за стола. Сегодня на ней были белая юбка и изумрудный топ, открывающий загорелые изящные руки. Мика тут же велел себе перестать разглядывать привлекательную сотрудницу и сосредоточиться на цели своего визита.

В ее взгляде читалось любопытство. Наверное, она узнала, что Уинтерза и начальницы отдела кадров сейчас нет в офисе, и гадала, где они могут быть посреди рабочего дня.

— Я могу войти? — спросил он после того, как они обменялись приветствиями.

— Да, конечно, — ответила Элла, жестом пригласив его в кабинет. Затем, пройдя мимо него, она села на край стола.

Мика отметил про себя, что ему она не предложила сесть.

Окинув взглядом тесное помещение, он увидел стопку пыльных коробок в углу, несколько старых стульев и сломанный стеллаж для хранения документов. На обшарпанном деревянном столе лежал ноутбук.

За прошедшие двое суток Мика подробно изучил трудовую биографию Эллы Янг, и его глубоко возмутило то, что такую ценную сотрудницу поместили в эту каморку. Уинтерза можно было уволить за одно лишь это.

— Я подумал, что мне следует самому рассказать вам о произошедших здесь изменениях, — сказал он, засунув руки в карманы брюк.

— Слухи у нас здесь распространяются быстро, — ответила Элла. — Говорят, что Бен неожиданно уволился, но я подозреваю, что это вы его заставили.

— Так оно и есть, — подтвердил Мика.

Во время вчерашнего разговора с Уинтерзом Мика убедился в том, что этот человек настоящий женоненавистник. Когда Уинтерз намекнул ему, что Элла сама добивалась расположения Пиллея, Мика едва удержался от того, чтобы не начистить Бену физиономию. Вместо этого он предложил ему уволиться по собственному желанию.

Он также уволил директора по персоналу «Леру интернэшнл» и начальницу отдела кадров «Леру ивентс», о чем сообщил Элле.

— Спасибо, — ответила она.

Он покачал головой:

— Я сделал то, что должен был. К моему глубокому сожалению, я не сделал этого раньше, но лучше поздно, чем никогда. Мы назначим временного управляющего. Если вы заберете свое заявление об уходе и продолжите у нас работать, мы будем очень рады, — добавил Мика. — Мы значительно повысим вам зарплату, вернем отнятые у вас привилегии и добавим новые. Вам больше не придется ютиться в этой каморке. Я поговорил с вашими коллегами, некоторыми клиентами и поставщиками. Все они сказали, что вы трудолюбивы, ответственны и прекрасно справляетесь со своей работой. Вознаграждать по заслугам ценных сотрудников — одно из правил нашей компании. Уинтерз его не соблюдал.

— Меня это не удивляет.

— Мы с братом перестроим работу «Леру ивентс». Скоро здесь начнутся большие перемены. Мы хотели бы, чтобы вы остались в нашей команде.

— Вы разорвали договор с Пиллеем? — спросила Элла.

Он поморщился:

— Мы с братом хотели этого, но наши юристы рекомендовали нам повременить с этим до тех пор, пока мы не соберем достаточно улик против него. Я нанял частного детектива, и он займется поиском женщин, к которым приставал Пиллей.

— Я могу назвать несколько сотрудниц, которые покинули компанию из-за него.

Мика кивнул:

— Было бы замечательно. Если мой детектив сможет их уговорить дать показания против Пиллея, это поможет нам его наказать.

— Умом я это понимаю, но разве моего слова не должно быть достаточно?

Голос Эллы дрожал от гнева. Мике хотелось заключить ее в объятия и утешить, но он знал, что ему не следовало этого делать. Все же он не удержался и взял ее руку в свою, легонько сжал, после чего сразу отпустил.

— Конечно, должно, но, к сожалению, это так не работает. Я правда хочу призвать его к ответу, Элла, но нам нужно немного потерпеть.

Какое-то время она молча смотрела на него. В ее карих глазах читалось разочарование. Он знал, что она хотела возразить, и обрадовался, когда она сделала глубокий вдох и кивнула:

— Я собираюсь переехать в Соединенное Королевство. Я планирую улететь отсюда через пару дней после того, как закончу отрабатывать положенный срок. Если к тому времени вы не расторгнете договор с Пиллеем, я не заберу заявление об уходе. Если я сяду в самолет, уже никогда сюда не вернусь.

Она установила для него срок. Хорошо, что он умел работать под давлением. Потому что он не собирался ее терять. Такого талантливого эффективного сотрудника, как Элла Янг, днем с огнем не сыщешь.

Опустив взгляд, он, к своему удивлению, обнаружил, что она смотрит на его руки. Она хотела, чтобы он к ней прикоснулся? При этой мысли по его телу прокатилась огненная волна желания, и ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы сохранить бесстрастное выражение лица.

Нет. Скорее всего, она гадала, зачем он прикоснулся к сотруднице, которая недавно пожаловалась ему на нежелательное внимание со стороны клиента. О чем он только думал, когда брал ее за руку?

— Простите. Мне не следовало к вам прикасаться.

Элла покачала головой:

— Все в порядке. Я знаю, что вы просто пытались меня убедить.

Пусть она продолжает так думать. Ей не нужно знать, что его влечет к ней так сильно, как до сих пор не влекло ни к одной женщине.

Ему было жарко, и он, увидев на столе пульт от кондиционера, спросил, может ли он его включить. Элла кивнула в ответ. Он хотел включить кондиционер на полную мощность, но затем подумал, что на Элле топ, и выбрал среднюю температуру.

Затем он жестом указал ей на стул у стола, принес из угла другой и сел напротив нее.

— Послушайте, Элла. Мы оба знаем, что, если бы вы захотели, вы могли бы подать в суд на нашу компанию и получить от нас щедрую компенсацию морального вреда. Вы собираетесь это сделать?

— Я думала об этом, но пока еще не решила, — ответила Элла, глядя на что-то за его плечом. Ваше предложение работать на вас при условии, что вы разорвете договор с Пиллеем, весьма заманчиво. Я люблю свою работу, но я не смогла бы продолжать с вами сотрудничать, если бы подала на вас в суд.

Мика подумал, что ему представилась отличная возможность сделать ей альтернативное предложение. Разумнее всего на его месте будет предложить ей значительную денежную сумму в обмен на ее отказ подавать в суд на его компанию. Вполне возможно, она также согласится оказать ему профессиональную помощь, в которой он так отчаянно нуждается.

Мика задумчиво запустил пальцы в волосы, затем постучал ими по столу. Элла посмотрела на его руку, и он тут же сжал ее в кулак. Он барабанил пальцами по столу, только когда нервничал. Сейчас у него не было для этого никаких причин.

— Чем вы хотели бы заняться на протяжении следующих нескольких недель? — спросил он.

В ее взгляде промелькнули интерес и настороженность.

— У вас есть ко мне какое-то предложение?

Как много может он ей сказать? Красивая, богатая и успешная Сади была объектом пристального внимания папарацци. Пока им с ее женихом Клайдом, бывшей звездой регби и национальным героем, удавалось держать в секрете, что отель по недоразумению отменил их договоренность. Если эта информация просочится в прессу, поднимется шумиха, которой всем хотелось бы избежать. Может ли он положиться на Эллу?

— Если вы согласитесь не подавать на нас в суд, я предложу вам выполнить для меня кое-какую работу, — осторожно начал он. — Я заплачу вам за нее сотню тысяч фунтов. Фунтов, не рэндов.

Ее брови взметнулись от удивления.

— И что это за работа?

— Организация эксклюзивного мероприятия. Мне необходимо в кратчайшие сроки найти подходящее место для его проведения. Если вам это удастся, я заплачу вам еще сто тысяч при условии, что пресса ничего об этом не узнает. Если вы откажетесь от моего предложения, я все равно выплачу вам компенсацию за моральный вред. Я знаю, с помощью денег невозможно исправить то, что с вами произошло, но… — он пожал плечами, — к сожалению, деньги — это единственное, что мы можем вам предложить.

Наклонив голову набок, Элла посмотрела на него:

— Мы оба прекрасно знаем, что любой нанятый мной адвокат потребовал бы большую сумму.

— В таком случае назовите сумму, которую вы считаете справедливой.

Элла задумалась. Мика ожидал, что она потребует миллионы, и удивился, когда она попросила вдобавок к двумстам тысячам лишь еще одну сотню тысяч. Это было мало. Она заслужила гораздо больше.

— Как насчет двухсот пятидесяти тысяч сразу и еще такой же суммы по окончании работы?

Ее глаза расширились, рот приоткрылся.

— Вы готовы заплатить мне пятьсот тысяч фунтов? На эти деньги я могла бы открыть собственную фирму по организации мероприятий и, возможно, даже приобрести помещение для их проведения. Я хотела бы специализироваться на семейных торжествах — днях рождения, помолвках и свадьбах, — пояснила она. — Они мне удаются лучше всего.

— Судя по тому, что я о вас услышал, у вас все прекрасно получается.

Ее щеки вспыхнули, и она тут же отвела взгляд. Она пыталась сохранять невозмутимый вид, но Мика видел, что она взволнована. Он хорошо знал женщин и умел читать их невербальные сигналы.

Сигналы ее тела свидетельствовали о том, что ее влекло к нему. Она не облизывала губы, не поправляла волосы, но легкий румянец на щеках и жилка пульса, бьющаяся на шее, выдавали ее реакцию на него.

Мика провел рукой по подбородку и мысленно проклял сложившуюся ситуацию. Он нашел прекрасного организатора мероприятий, и это было хорошо. Плохо было то, что их с Эллой сразу же начало влечь друг к другу. Его никогда еще так сильно ни к кому не влекло. Как назло, она работала в его компании, и это делало ее недоступной для него. Они с Яго никогда не заводили интрижек на работе. В отличие от их покойного отца Тео, для которого романы с сотрудницами были обычным делом. Когда он их бросал, они уходили к другим работодателям. Из-за любвеобильности Тео компания лишилась множества талантливых сотрудниц.

Чтобы не уподобиться отцу, Мика научился сдерживать свои порывы. Быть терпеливым. Думать, прежде чем говорить. Сейчас ему пришлось призвать на помощь все свое самообладание, чтобы не податься вперед и не поцеловать чувственные розовые губы Эллы, не провести ладонями по ее рукам.

Поднявшись, он подошел к окну и открыл его. Следующие несколько недель будут для него непростыми.

Глава 3

Только что ей предложили полмиллиона фунтов. Это действительно так или у нее слуховые галлюцинации? Мика Леру ее дразнил?

Нет, он не шутил. Выражение его лица было абсолютно серьезным.

Элла опустила голову, и ее взгляд задержался на его винтажных часах «ролекс» из коллекции шестидесятых годов. Они подходили такому крутому, уверенному в себе мужчине, как он. На другом его запястье было два плетеных кожаных браслета. «Похоже, он бунтарь», — подумала Элла и, подняв взгляд, получила несколько подтверждений. Щеки и подбородок покрывала щетина. На переносице была горбинка, словно нос не один раз был сломан. Крошечные дырочки в мочке его уха указывали на то, что он когда-то носил серьги. Сквозь тонкую ткань рубашки просвечивали очертания татуировки слева на груди.

Одним словом, Мика Леру был бунтарем, причем безумно сексуальным.

В ожидании ее ответа он поднялся и подошел к окну, из которого она за ним наблюдала два дня назад.

Когда он вошел сегодня в кабинет Эллы, ее словно поразил электрический разряд. С того момента прошло пятнадцать минут, но все ее тело по-прежнему горело. Что с ней творится, черт побери?! Ей нужно время, чтобы спокойно обдумать его предложение.

Элла посмотрела на дверь. Она была закрыта. Ее охватила паника. Ей нужно как можно скорее открыть дверь. Когда она находится в замкнутом пространстве с посторонним мужчиной, с ней могут произойти неприятные вещи.

Резко поднявшись, Элла направилась к двери. Открыв ее, она взяла коробку и поставила перед дверью, чтобы она не смогла захлопнуться.

Чувствуя на себе взгляд Мики, она подняла на него глаза. Он запустил пальцы в волосы. Было заметно, что он чувствует себя неловко. Неожиданно он удивил ее, взяв со стола бутылку с водой и протянув ее ей. Взяв у него бутылку, она сделала несколько глотков и почувствовала, что паника проходит. Мика Леру не такой, как Пиллей. Он не станет ее домогаться.

Но, в отличие от паники, ее влечение к Мике не прошло. Ее дыхание выровнялось, но сердце продолжало бешено колотиться. Ни один мужчина прежде не пробуждал в ней такого сильного сексуального желания.

«Постарайся сосредоточиться на том, что действительно важно, Элла», — приказала она себе. Мика Леру заплатит ей огромную сумму, если она поможет ему найти место для проведения эксклюзивного мероприятия. С ее стороны было бы глупо отказаться. На эти деньги она могла бы открыть собственное дело.

— Итак, вы готовы заплатить мне кругленькую сумму, если я найду вам подходящее место для мероприятия на определенную дату. В чем здесь подвох?

Его черты напряглись.

— Подвоха нет, но есть одно условие. Вы не должны никому говорить ни о мероприятии, ни о месте его проведения. Все, что я вам расскажу, должно остаться между нами.

В этом он мог на нее положиться. Она никогда не разглашала конфиденциальную информацию. Ее клиенты могли быть спокойны.

— Верите вы мне или нет, но я никому ничего не скажу.

Она не собирается ни клясться, ни умолять его. Пусть он сам решает, готов ли ей довериться.

После короткой паузы Мика объяснил ей, как его сестра Сади лишилась заранее забронированного места для проведения свадьбы. Этот отель пользовался большой популярностью у состоятельных людей. Там был огромный бальный зал и удивительные сады. Элла искренне сочувствовала Сади. Даже Анне Палмер-Уайт, организатору свадеб знаменитостей, до сих пор не удалось найти больше ничего подходящего.

— Мне очень жаль, — сказала Элла. — У вас есть какие-нибудь догадки относительно того, кто мог так поступить с вашей сестрой?

Мика мрачно покачал головой:

— Если я его найду, ему не поздоровится. — Он запустил пальцы себе в волосы. — Но для нас сейчас главное — найти место для свадьбы Сади.

— Значит, вы собираетесь заплатить мне полмиллиона только за то, что я потрачу несколько дней на посещение элитных отелей и клубов в Йоханнесбурге и за его пределами? Но разве Анна сейчас не занимается этим? Зачем вам нанимать меня для того же самого?

— Анна до сих пор не смогла ничего найти, и я подумал, что нам следует удвоить усилия. Если вы согласитесь, мы с вами будем вместе ездить по районам вокруг Йоханнесбурга. Драконовы горы, Кларенс, Мидлендс. В одни места мы будем ездить на автомобиле, в другие — летать на самолете. Если мы найдем подходящие места, я арендую их на определенную дату. Затем мы сократим их количество до трех. Позже мы поедем туда вместе с Анной и Сади, и моя сестра примет окончательное решение.

Сможет ли она проводить много времени в замкнутом пространстве с мужчиной, к которому ее влечет? Это большой риск. Хватит ли ей самообладания?

— Вы будете жить в пятизвездочных отелях, летать на частных самолетах, ездить за рулем моего новенького «бентли»…

— Вы позволите мне его водить? — удивилась Элла.

— Мне нужно будет работать время от времени, поэтому да, вы будете сами водить мою машину, — ответил Мика.

Ничего себе!

Для Эллы вождение «бентли» было большим соблазном, и, судя по улыбке, игравшей на губах Мики, он это знал.

— Вы будете есть деликатесы и пить дорогие вина, — продолжил он. — Вы покинете этот захламленный кабинет и побываете в красивых уголках страны.

Все это было весьма заманчиво. Она была уверена в порядочности Мики, но что-то мешало ей принять его предложение.

Кого она пыталась обмануть? Она прекрасно знала, что ей мешало. Это было ее сексуальное влечение к Мике. Он возбуждал ее одним своим присутствием, и она хотела, чтобы между ними что-то произошло.

Но что, если это произойдет, а она в последний момент испугается? Что он о ней подумает? Как они будут вместе работать после этого? Поэтому для нее будет безопаснее отказаться от его предложения. Она должна себя защитить. В любом случае она получит компенсацию в двести пятьдесят тысяч фунтов.

Заставив себя встретиться с ним взглядом, Элла произнесла:

— Мне жаль, но я не подхожу для этой работы.

В его глазах промелькнуло разочарование, близкое к отчаянию, и Элла поняла, как важно для него помочь сестре. Она хотела извиниться еще раз, но в следующий момент зазвонил его мобильный телефон и нарушил неловкое молчание. Нахмурившись, Мика достал его из кармана брюк. Когда посмотрел на экран, его взгляд наполнился нежностью, и он, жестом попросив Эллу подождать, ответил на видеозвонок:

— Привет. Как дела у моих любимых племянников?

— Привет, дядя Мика, — раздался в ответ звонкий детский голосок.

Охваченная любопытством, Элла повернула голову и увидела на экране двух мальчиков-близнецов со светло-каштановыми кудрями и голубыми глазами.

— Почему вы такие грустные, ребята? — спросил Мика. — Мамочка опять поставила вас в угол?

Элла смотрела на него, как зачарованная. Его глаза искрились от веселья, губы слегка подергивались, словно он с трудом сдерживал улыбку. Сейчас он казался намного моложе.

— Мы сказали «черт побери», и она поставила нас в угол на пять минут.

— Это плохие слова, ребята. Вы не должны их повторять, — произнес Мика серьезным тоном, хотя глаза его продолжали улыбаться.

— Почему тебя не ставят в угол, хотя ты все время их повторяешь?! — возмутился один из мальчиков.

— Это несправедливо! — возмутился другой.

Элла накрыла рот ладонью, чтобы не рассмеяться в голос.

— Вы правы. Мне следует встать в угол минут на пятнадцать.

— Но это же очень долго!

Мика кивнул. Выражение его лица по-прежнему оставалось серьезным.

— Не повторяйте за мной, ребята, и слушайтесь маму. Сейчас я занят, но позже обязательно с вами поболтаю.

Разорвав соединение, он легонько хлопнул себя телефоном по лбу.

— Моя сестра снова устроит мне головомойку, — сказал он и наконец позволил себе улыбнуться.

Элла увидела его ровные белые зубы и лучики морщинок в уголках глаз, и ее пульс участился.

— Думаю, этот раунд остался за ними, — не удержавшись, поддразнила его она.

— Я стараюсь не выражаться при них, но это не всегда мне удается.

Было очевидно, что Мика любил своих племянников и много с ними общался. Это делало его еще более привлекательным в глазах Эллы. Ей нужно уйти, пока она не совершила глупость и не согласилась провести с ним три недели в поисках места для проведения свадьбы его сестры.

Сделав над собой усилие, она поднялась и протянула ему руку:

— Я возьму компенсацию в двести пятьдесят тысяч, но от другого вашего предложения я отказываюсь. Анна де Палмер-Уайт настоящий профессионал. Уверена, она найдет то, что вам нужно.

С этими словами Элла повернулась и направилась к двери.

Когда Элла шла на стоянку для сотрудников в конце этого странного, но интересного дня, она решила, что не может вернуться на свое место работы в «Леру ивентс». Получив обещанную Микой компенсацию в четверть миллиона фунтов, она сможет сделать временную передышку и решить, чего она хочет на самом деле.

Ей было ясно одно: она покинет ЮАР. Если хочет начать новую жизнь, ей лучше сделать это в другой стране. Однажды она перебралась из своего родного приморского городка в шумную столицу, но Йоханнесбург с его бешеным ритмом жизни и суровыми законами конкуренции преподал ей жестокий урок. Она надеялась, что второй ее переезд будет более удачным.

— Как насчет семисот пятидесяти тысяч?

Подняв голову, Элла увидела Мику Леру, прислонившегося к дверце ее вишневого хэтчбека. Его глаза были скрыты за темными стеклами дизайнерских очков. Ранее она дала ему полчаса на то, чтобы покинуть ее кабинет. Всю оставшуюся часть рабочего дня она читала о нем в Интернете. Ровным загаром и выгоревшим прядям волос он был обязан триатлону, парусному спорту и бегу по пересеченной местности.

Он любил своего брата-близнеца Яго, свою младшую сестру Сади и ее сыновей, которых Элла видела на экране его телефона.

Мика не заводил серьезных отношений с женщинами, и, если верить Интернету, сейчас он ни с кем не встречался. Он предпочитал разнообразие и гордился статусом холостяка. Он жил в крыле фамильного особняка в Сэндхерсте и считался одним из самых влиятельных людей на континенте, не достигших сорока лет.

И он стоял рядом с ее машиной и ждал ее. Сердце Эллы бешено колотилось, кожу покалывало от возбуждения. В ходе ее профессиональной деятельности ей часто приходилось общаться с богатыми привлекательными мужчинами, но ни один из них не вызывал у нее такого сильного желания.

— Что скажете, Элла? — спросил Мика, когда она нажала на кнопку на брелоке дистанционного управления.

Открыв багажник, она бросила туда сумку со спортивной одеждой, которая до этого пылилась в ее кабинете. Мика Леру, в отличие от нее, не отлынивает от занятий спортом. Он в отличной форме.

Элла опустила дверцу багажника и выругалась, когда замок не закрылся. Тогда она захлопнула дверцу с силой, словно вымещая свой гнев на машине.

— Ваше предложение меня не интересует, — сказала она, подойдя к Мике.

Это была ложь. Оно ее очень интересовало, просто она боялась его принять.

— Интересует, — возразил он. — Я по вашим глазам вижу, что вы хотите мне помочь. И что деньги вам тоже не помешают. — Он встретился с ней взглядом, и она снова залюбовалась необычным оттенком его глаз. — Вы боитесь оставаться со мной наедине. Простите, что я не сразу это понял.

Это прозвучало совершенно искренне. Он не смеялся над ней.

— Элла, я понимаю, почему вы мне не доверяете, — продолжил Мика. — У вас есть на это причины, но мне правда очень нужна ваша помощь. Даю вам честное слово, я никогда не причиню боль ни вам, ни любой другой женщине. Вы можете мне доверять. Вы моя сотрудница, а я никогда не завожу романов на работе.

Элле хотелось ему верить, но она по-прежнему боялась своего безумного влечения к нему.

— Когда вы рассказали мне о недостойном поведении Пиллея, я вам сразу поверил. Элла, почему вы не можете поверить мне?

Элла задумалась над его словами. Он был прав. Он внимательно ее выслушал, принял ее сторону и сразу приступил к действиям. Она была ему благодарна. Так благодарна, что могла бы его поцеловать…

Элла вздохнула. Это не было для нее открытием. Она хотела его поцеловать с того момента, как он несколько часов назад вошел в ее кабинет. Разумеется, это было невозможно. Он большой босс, а она рядовая сотрудница.

— Ну что, Элла? Вы мне доверяете?

Услышав в его голосе нетерпение, она кивнула:

— Да, доверяю.

— Слава богу, — пробормотал Мика.

— Знаете, во всех статьях, посвященных вам, говорится, что вы человек харизматичный и что вы можете очаровать кого угодно. Все это действительно так, но я также думаю, что вы нетерпеливый и слишком требовательный. Полагаю, многие люди об этом даже не подозревают.

Глаза Мики расширились от удивления, затем он рассмеялся. У него был низкий сексуальный смех, от которого в глубине ее женского естества все затрепетало.

— Вы правы. Я на самом деле такой, но большинство людей об этом даже не догадывается. Как вы поняли?

У Эллы не было ответа, поэтому она просто пожала плечами.

— Зная это, вы готовы провести несколько недель в моей компании? — серьезно спросил Мика.

— Да, — ответила она. — Могу я задать вам один вопрос?

Его синие глаза весело заблестели.

— Миллион фунтов — это максимальная сумма, которую я могу вам предложить, — улыбнулся он.

Элла покачала головой:

— Я не прошу больше денег, Мика.

— Хорошо. Тогда остановимся на семистах пятидесяти тысячах. Итак, о чем вы хотели меня спросить, Элла?

Ей было необходимо устранить последнее препятствие. Набравшись смелости, она произнесла:

— Вы смотрите на мои губы. Означает ли это, что вы хотите меня поцеловать?

— Конечно, я хочу этого, — ответил он без промедления.

— Почему?

— Потому что меня безумно к вам влечет. Я хотел бы не только узнать вкус ваших губ, но и покрыть поцелуями ваше тело, но я не стану этого делать, потому что дал вам честное слово. Вы говорите, что вы держите свое слово. Я тоже держу свое. — Мика открыл для нее водительскую дверцу. Когда он снова заговорил, его тон был деловым: — Мне хотелось бы, чтобы вы уже завтра начали искать подходящие места для свадьбы. Если вам удастся что-то найти, договоритесь о встрече. Я за вами заеду, и мы сразу отправимся на место.

Кивнув, Элла села за руль.

— Если вы дадите мне номер вашего телефона, я пришлю вам сообщение со своим адресом. Они обменялись номерами телефонов. Он позвонил ей, и ее телефон тут же издал сигнал. Захлопнув дверцу автомобиля, Мика наклонился, и Элла опустила стекло.

— Поговорим завтра, Элла.

Кивнув, она завела мотор. Затем повернула голову и, не удержавшись, посмотрела на губы Мики и вздохнула.

Он вздохнул в ответ:

— Эти три недели будут очень долгими, потому что вы хотите поцеловать меня не меньше, чем я вас.

Ей нравилась его прямолинейность.

— Да, но мы оба взрослые люди. Мы справимся.

— Говорите за себя, — пробормотал Мика, затем развернулся и ушел.

Глядя на его широкую спину, Элла улыбнулась и покачала головой. Он был прав. Следующие три недели будут очень долгими.

Глава 4

Ставя свой «бентли» в гараж Хэдли-Хаус, Мика заметил, что его пальцы дрожат. Выключив зажигание, он наклонился и положил голову на обтянутый кожей руль. Все сорок пять минут, которые у него занял путь от офиса до дома, он был полностью сосредоточен на дороге, но, как только приехал домой, его мысли переключились на Эллу. Его никогда так сильно не влекло ни к одной женщине. Ему безумно хотелось затащить ее в постель и заняться с ней любовью, но он не станет этого делать. Он дал ей слово и намерен его сдержать.

Чтобы отвлечься, Мика окинул взглядом гараж. Защитный брезентовый чехол его «ягуара» 1967 года был покрыт пылью. Он целую вечность не ездил на этом автомобиле, точно так же, как и на своем мотоцикле «дукати». Вездеходом, быстроходным катером и гидроциклами они с братом тоже давно не пользовались.

Машины Яго не было в гараже, а оба автомобиля их мачехи Лианы стояли на месте. Похоже, она снова куда-то улетела. В Лондон? В Милан? По правде говоря, ему было все равно.

Их отношения с Лианой походили на продолжительную холодную войну. Она началась в тот день, когда Мика впервые встретился с Лианой всего через несколько недель после смерти своей матери. Им с Яго было тогда девять лет. Следующие девять лет Мика с Лианой жили как кошка с собакой. После того что произошло с Брианной, они два года не разговаривали друг с другом, а сейчас делали это лишь в случае крайней необходимости. Разве могли они нормально общаться после того, как она бросила в его адрес столько жестоких слов?

«В том, что произошло с Брианной, виноват ты один».

«Ты плохо влияешь на Сади, и мне не следует тебя к ней подпускать».

«После того, что ты натворил, ты не заслуживаешь быть частью этой семьи».

Покинув гараж, Мика направился в дом, но по пути туда свернул к деревянной скамейке под одним из старых дубов. Опустившись на нее, он положил руки на колени и предался тяжелым воспоминаниям. За короткие два месяца он потерял мать, обрел мачеху и стал свидетелем того, как новая хозяйка освобождала дом от вещей его матери. Отец сказал ему тогда, что в истории их семьи началась новая глава. Не прошло и года, как у Мики и Яго появилась сводная сестра. Все эти испытания оказались для Мики слишком тяжелыми, и он от горя, ярости и непонимания стал неуправляемым. Он подстрекал Яго к шалостям, многие из которых были очень опасными.

Мика посмотрел на крышу гаража, и внутри у него все похолодело при воспоминании о том, как они вдвоем скатились с крыши и приземлились на матрасы, разложенные на газоне. Они могли сильно покалечиться или даже погибнуть. Тогда он не подумал об этом. Его целью было любым способом привлечь внимание отца, заставить его нервничать. В отличие от брата, сестры и покойной матери Мика никогда не боялся указывать отцу на его возмутительные поступки. Лиана орала на Мику, когда он хулиганил, а в остальное время игнорировала его. Ябу, дворецкий, много лет работавший в их доме, внес больший вклад в его воспитание, нежели отец и мачеха, вместе взятые.

Ситуация достигла критической точки через пару месяцев после восемнадцатилетия братьев. Яго тогда уехал со своей командой по регби на соревнования. Мику в третий раз за год исключили из школы, и на этот раз отцовское терпение лопнуло. Отец накричал на Мику. Тот огрызнулся в ответ, и отец его толкнул. Мика тоже его толкнул. Тогда отец ударил его кулаком по лицу и сломал ему нос. У Мики были напряженные отношения с отцом, но он никогда не думал, что тот способен поднять на него руку.

Мика был так потрясен случившимся, что почти не ощущал физической боли. Несмотря на поздний час, он выбежал из дома и по привычке позвонил Брианне, которая всегда его поддерживала. Он рассказал ей о случившемся. Сказал, что собирается напиться вдребезги. Брианна умоляла его не ехать в бар, который находился в опасном районе. Она боялась, что его могут там побить. Он пропустил это мимо ушей, не подумав, что она поедет за ним, отправился в бар и напился. Когда он наконец оказался дома, куда его доставила блондинка, с которой он провел ночь, его встретили мрачный, как туча, отец и плачущая Лиана.

Они сообщили ему, что Брианна попала в аварию, получила тяжелую черепно-мозговую травму и находится в коме. Ее родители нашли ее мобильный телефон и прочитали сообщения, которые она отправила Мике. Она писала, что беспокоится о нем, просила ответить ей. В ее последнем сообщении говорилось, что она собралась ехать его искать. Брианна не привыкла водить автомобиль ночью, потеряла управление и врезалась в машину, ехавшую по встречной полосе. Брианна выжила, но не пришла в себя, и в конце концов ее перевезли в частный медицинский центр. Она до сих пор находилась в глубокой коме, и ее кормили через трубочку. Активность ее мозга была минимальной, и шансов на восстановление почти не было. Однако родители Брианны не теряли надежду на то, что неврология быстро развивается, и кто-нибудь однажды сможет вернуть их единственную дочь к полноценной жизни. Все эти годы они винили Мику в том, что с ней произошло, и он был полностью с ними согласен, потому что считал себя виноватым.

Первый год его учебы в университете прошел в суматохе. Он разрывался между лекциями, встречами с адвокатами и сеансами у психотерапевта, который помогал ему справиться с горем и чувством вины. После того как суд прекратил дело, постановив, что Мика не может быть привлечен к юридической ответственности за повреждения, которые получила Брианна, он начал новую жизнь. Со временем он научился сдерживать свои порывы, думать, прежде чем реагировать. Он дал себе слово, что больше никогда не станет источником боли для кого-то из близких людей. Что из-за него больше никто никогда не пострадает.

Что у него никогда не будет собственной семьи, потому что ее никогда не будет у Брианны.

Услышав знакомое покашливание, Мика поднял голову и увидел Ябу, стоящего на дорожке. Его руки были соединены за спиной, в темных глазах читалось беспокойство.

— Sаwubоnа, Мкulu, — поприветствовал он его по-зулусски, употребив слово «дедушка». Это было уважительное обращение к пожилым мужчинам.

Седые брови Ябу поднялись.

— Когда в детстве ты был расстроен, ты обычно залезал на этот дуб. У тебя все в порядке? Поднявшись, Мика подошел к нему, положил руку ему на плечо и улыбнулся:

— Все в порядке, Мкulu.

Ябу посмотрел на него с недоверием.

— Твоя мачеха хочет знать, продвинулся ли ты хоть немного в поисках места для проведения свадьбы, — произнес он, двигаясь вместе с Микой к боковому входу в дом.

Подойдя к двери, Мика набрал код и сделал шаг в сторону, чтобы пропустить Ябу вперед.

— Я сказал ей, что ты сейчас над этим работаешь и что ты непременно в ближайшее время что-нибудь найдешь, — продолжил пожилой мужчина.

— Спасибо. Если она снова спросит, передай ей, что я нашел профессионала, который помогает мне в поисках.

Все эти двадцать лет Мика и Лиана общались друг с другом через Ябу. Так было спокойнее для всех.

— Сегодня мне предложили другую работу, — неожиданно произнес Ябу.

Направлявшийся к лестнице Мика остановился, повернулся, но ничего не ответил. Он был уверен, что Ябу их не оставит. Что он просто манипулирует им и его братом в надежде на то, что они послушают его и наконец обзаведутся семьями.

— В семье трое мальчиков до десяти лет. Их родители счастливы в браке, но очень заняты и нуждаются в помощи.

— Мы тоже в тебе нуждаемся, Ябу.

— Я не заслуживаю то огромнее жалованье, которое вы мне платите, Мика.

Мика знал, что Ябу испытывает чувство неловкости из-за большого жалованья, огромных апартаментов над гаражом и возможности пользоваться в любое время одним из хозяйских автомобилей.

— Мкulu, я знаю, что мой отец платил тебе недостаточно, когда мы с Яго были детьми. Он был жадным, Лиана — капризной, а мы с Яго невыносимыми. Особенно я. Ты имел дело со всеми нами и никогда не жаловался. Мы с Яго считаем, что ты заслужил переход на частичную занятость с сохранением всех привилегий.

— Но…

— Мне нужно идти, — улыбнулся ему Мика и побежал вверх по лестнице.

* * *

На следующий день Элла стояла у перил на открытой веранде роскошного отеля и любовалась скалами из песчаника в национальном парке «Золотые ворота». Скалы были сложены из разнообразных пород, имеющих разные цвета, начиная от желтого и заканчивая черным. Она была в этом парке в детстве и сейчас не могла понять, почему не заглядывала сюда, когда приезжала в город Кларенс, расположенный рядом с ним.

Путь от столицы до Кларенса занимал три с половиной часа. Они с Микой выехали в восемь утра. Она ждала Мику на тротуаре перед своим домом. Припарковавшись на обочине, он положил ее небольшой чемодан в багажник, затем передал ей ключи, сказал, что ему нужно работать, и сел на пассажирское сиденье.

Пока она вела «бентли» по оживленным столичным улицам и междугороднему шоссе, он работал на ноутбуке и одновременно с этим отвечал на звонки. Только когда они подъехали к Кларенсу, он оторвал взгляд от экрана и захлопнул ноутбук. Встроенный в автомобиль навигатор проложил ей маршрут в объезд города, и она свернула направо и поехала к национальному парку.

Этот отель был первой остановкой на их маршруте. Следующая будет днем, и еще одна завтра утром. Они уже обошли территорию отеля, заглянули в часовню, осмотрели кухню, зал и один из номеров для новобрачных. К ее удивлению, Мика позволил ей самой задавать вопросы менеджеру по проведению мероприятий, и ей удалось получить необходимую информацию, не сказав о том, что она ищет место для проведения свадьбы.

Заглянув в зал, Элла увидела, как Мика пожимает руку менеджера. Молодой человек смотрел на Мику с надеждой, понимая, что сотрудничество отеля с семьей Леру стало бы для него отличной рекламой. К сожалению, она не могла порекомендовать Мике этот отель для проведения свадьбы его сестры.

Выйдя на веранду, Мика закрыл за собой стеклянную дверь и присоединился к Элле у перил. Сегодня на нем были светлые брюки карго, голубая рубашка с закатанными до локтей рукавами и кроссовки. В руке он держал две бутылки воды. Открыв одну, он протянул ее Элле и улыбнулся:

— Привет.

— Привет, — сказала она, наслаждаясь мягким бризом, дующим с гор. — Здесь так красиво.

Мика кивнул:

— Я люблю этот район. Он прекрасно подходит для трейлраннинга[1].

— А я с удовольствием посидела бы на подобной веранде и почитала бы книгу.

— Предпочитаю постоянно быть занятым, — сказал он.

Это не было для нее новостью. Когда они ехали сюда, он всю дорогу работал, не обращая на нее внимания. Элла ничего не имела против. Ей нужно было время, чтобы подумать.

Когда он заехал за ней сегодня утром, вел себя как деловой человек. Ничто в его поведении не указывало на то, что его к ней влечет. Элла вспомнила его вчерашние слова о том, что он хотел бы ее поцеловать. Он говорил серьезно или просто польстил ей? Проблема заключалась в том, что ее по-прежнему к нему влекло.

Элла положила свой блокнот на столик справа от себя. Заметив, что Мика за ней наблюдает, она наклонила голову набок и спросила:

— Что?

— Вы уверены, что там поместится все, что вы собираетесь записать?

Щеки Эллы вспыхнули. Коллеги всегда подтрунивали над ее привычкой все записывать.

— Мне не хотелось бы что-то упустить.

— Элла, то, что вы написали за два часа, может соперничать по объему с циклом «В поисках утраченного времени», который считается самой длинной книгой в мире.

— Очень смешно, — ответила Элла. — Для меня имеют значение мельчайшие детали, потому что никогда не знаешь, какая из этих деталей может оказаться важной.

— Подобная привычка не могла появиться без причины. Расскажете мне о ней?

Мика был чертовски проницателен. Увиливать от ответа не было смысла, поэтому она сказала:

— Я потеряла маму, когда мне было шестнадцать лет, и после этого моя жизнь стала несколько хаотичной. Для меня стало важно навести в ней порядок. Поэтому я составляю планы и списки, делаю записи.

— Это дает вам ощущения стабильности, контроля над происходящим.

Удивленная его проницательностью, Элла кивнула:

— Да.

— Вам доставляет удовольствие организовывать мероприятия, не так ли? — Не дав ей возможности ответить, он продолжил: — Я наблюдал за тем, как вы общались с менеджером. Вы держались уверенно и задавали ему вопросы, которые мне даже в голову не пришли бы.

— Да, я люблю то, чем занимаюсь, — ответила она, получив удовольствие от его комплимента.

Сейчас, когда они стояли рядом на веранде, освещенной солнцем, их можно было принять за влюбленную пару, а не за начальника и сотрудницу. Элле захотелось подойти ближе к Мике, прижаться щекой к его груди, почувствовать тепло его сильных рук, смыкающихся вокруг нее…

Но она знала, что это было невозможно, поэтому заставила себя полностью сосредоточиться на работе.

— Итак, что вы скажете? — спросила она, имея в виду отель. Это было красивое каменное здание с роскошным стильным интерьером, но, к сожалению, оно было слишком маленьким, и гости чувствовали бы себя в нем как селедки в бочке.

— Оно очень красивое.

Повернувшись лицом к Мике, Элла обнаружила, что он смотрит не на пейзаж и не на территорию отеля, а на нее.

— Мне нравится ваше платье, — добавил он деловым тоном.

Для сегодняшней поездки Элла выбрала длинное платье в стиле бохо с бело-коричневым принтом и воротником хомутиком.

— Спасибо, — ответила она, чувствуя себя неловко.

Должно быть, Мика это заметил. Сняв темные очки, он повесил их на край расстегнутого ворота рубашки и, внимательно глядя на Эллу, спросил:

— Вы все еще боитесь оставаться со мной наедине? Вас беспокоит, что я могу начать к вам приставать?

— Нет.

Уголки его губ поднялись в сексуальной улыбке.

— В таком случае вас, наверное, беспокоит, что вы можете начать ко мне приставать?

«Как он догадался?»

— Конечно нет! — возмутилась Элла и, к своему недовольству, обнаружила, что ее голос прозвучал выше, чем обычно.

Мика засунул руки в карманы брюк и поднял брови, дав ей понять, что не поверил ей.

— Думаю, вы хотели меня поцеловать, но затем вспомнили, что наши отношения не должны выходить за рамки деловых, и заговорили о работе.

Легкость, с которой он прочитал ее мысли, привела ее в замешательство. Черт побери, почему она не может лучше скрывать свои эмоции?!

— Нам позволено испытывать влечение друг к другу, Элла.

Она помассировала виски кончиками пальцев:

— Да. Меня влечет к вам сильнее, чем вас ко мне. Теперь вы довольны?

Почему она не могла промолчать, черт побери?!

— Вы думаете, что меня не так сильно к вам влечет, как вас ко мне? — спросил он с искренним удивлением. — Разве вы не слышали, как я вчера сказал, что хочу вас поцеловать?

Элла провела мыском туфли по одной из половых досок.

— Я думала, что это было что-то кратковременное.

— Кратковременное?

— Когда вы заехали за мной сегодня утром, вы были серьезны. За три с лишним часа в дороге вы мне и трех слов не сказали. Я подумала…

— Вы слишком много думаете, Элла, — сказал он, запустив пальцы себе в волосы.

— А вы хорошо скрываете свои мысли, Мика.

— Туше, — ответил он. — Со вчерашнего дня ничего не изменилось. Я по-прежнему вас хочу, но я не могу сделать первый шаг. — Он тяжело сглотнул. — У меня связаны руки, потому что вы на меня работаете. Я обещал вам, что со мной вы будете в полной безопасности.

— Я уже уволилась из вашей компании, и я решила, что больше не вернусь в «Леру ивентс». Через три недели я перестану быть вашей сотрудницей. Все это что-то меняет? — спросила Элла, удивленная собственной смелостью.

Мика ничего на это не сказал, лишь продолжил молча на нее смотреть.

— А что, если я вам скажу, что чувствую себя в безопасности рядом с вами и что признательна вам за это? Большинство мужчин на вашем месте восприняли бы мои слова как руководство к действию, уже поцеловали бы меня и попытались получить больше.

Его глаза заблестели, но он не сдвинулся с места.

— Я скажу вам еще раз: я никогда не пользуюсь женской слабостью.

Как ей устоять перед этим мужчиной?

— Что, если я сама вас поцелую?

Воздух между ними наэлектризовался.

— Ты слишком много говоришь, Элла, — пробормотал он.

Подойдя ближе к нему, она прижала ладонь к его мускулистой груди и вдохнула аромат его одеколона, смешанный с запахом нагретой солнцем мужской кожи. Он по-прежнему держал руки в карманах брюк, но его сердце под ее ладонью бешено стучало. Он хотел ее. Теперь она была полностью в этом уверена.

Положив руку ему на затылок, Элла встала на цыпочки и провела кончиком языка по его нижней губе. Затем слегка отстранилась и, глядя в его прищуренные глаза, произнесла:

— Пожалуйста, Мика, поцелуй меня.

На мгновение она подумала, что тот ей откажет, но затем он положил руку ей на поясницу и притянул ее к себе. Когда другой рукой он взял ее за подбородок, она предположила, что он яростно вопьется в ее губы. К ее удивлению, он сначала покрыл поцелуями ее щеку и изгиб шеи. Затем поочередно поцеловал уголки ее рта и легонько ущипнул губами ее нижнюю губу, прежде чем провести по ней кончиком языка.

В этот момент она поняла, что поцелуя ей будет мало. Что она хочет большего.

Элла открыла рот, чтобы потребовать от Мики снова ее поцеловать, но прежде чем она успела издать какой-либо звук, он прижался губами к ее губам и запустил язык вглубь ее рта.

Его мягкие волосы, его дерзкий язык, его большая ладонь, лежащая у нее на ягодицах, что-то твердое, прижимающееся к ее животу… Сначала Элла отчетливо ощущала все эти детали, а затем они слились воедино в наслаждении, равного которому она до сих пор не испытывала.

Если Мика Леру занимается любовью так же хорошо, как целуется, она не станет возражать, если он отведет ее в номер, уложит на кровать и овладеет ею. Разве она не заслужила немного веселья после нескольких напряженных недель?

Мика взял в ладони ее лицо, и его поцелуй стал менее глубоким и настойчивым. Страсть уступила место нежности. Затем он оторвался от ее губ и поцеловал ее щеку, кончик носа, закрытые глаза.

После этого он прижался лбом к ее лбу и, тяжело дыша, прошептал:

— Ничего себе.

— Так плохо?

— Так хорошо, — ответил Мика, заключая ее в объятия. — Подожди минутку. Мне нужно прийти в себя.

Кивнув, Элла прижалась щекой к его груди и стала смотреть на разноцветные скалы вдалеке. Она могла бы простоять так до конца дня, но через минуту Мика предложит ей поехать в отель, где они забронировали номера, и закончить то, что начали на этой веранде.

Но она, очевидно, приняла желаемое за действительное. Похлопав ее по ягодицам, Мика отстранился и неожиданно сказал:

— Я умираю с голоду. Почему бы нам не поехать в Кларенс и не найти какой-нибудь ресторан? Мне нужно проверить электронную почту и сделать несколько звонков, прежде чем мы отправимся в следующий отель.

Это было совсем не то, чего она ожидала от него услышать, но что ей оставалось, кроме как кивнуть и последовать за ним к его машине?

Глава 5

Посоветовавшись с администратором отеля, Мика отвез Эллу в самый популярный ресторан в городе. Оказалось, что он расположен на территории отеля, где они собирались переночевать. Им не нужно будет садиться за руль, так что они оба могут себе позволить расслабиться и выпить немного алкоголя.

В интерьере ресторана смело сочеталось несколько современных стилей. Среди отделочных материалов преобладали дерево, стекло и железо. Стены были украшены удивительными картинами, каждую из которых можно было долго рассматривать. Все, начиная от льняных скатертей и салфеток на столах и заканчивая большим ассортиментом деликатесов и дорогих напитков, свидетельствовало о том, что для владельца ресторана качество превыше всего.

Единственное, что не понравилось Мике, — это игровая комната, примыкающая к задней части зала. В ней были большой стол для бильярда, автомат для игры в пинбол и мишень для дартса. Сейчас ее занимала шумная молодежная компания.

Облокотившись о барную стойку, Мика смотрел в огромное зеркало за ней. Он видел отражение Эллы, которая сидела за столиком в конце зала. На ней были облегающие джинсы и простой топ в сине-белую полоску. Ее волосы были собраны в небрежный узел на затылке. Он правильно сделал, выбрав ресторан с неформальной обстановкой. Она чувствовала себя здесь комфортно.

Мика думал, что хорошо знает женщин, но Элла Янг была для него загадкой. Она была одновременно робкой и смелой, уверенной в себе и осторожной. Она целовалась как богиня и могла быть как прямолинейной, так и уклончивой в ответах. Ему хотелось не только изучить ее красивое тело, но и узнать, о чем она думает, что ею движет. Он боялся себе в этом признаться, но ему хотелось нравиться этой женщине.

За его обаянием и харизмой она увидела резковатого и нетерпеливого человека, которым он был на самом деле. Поняла, что его очаровательная улыбка и добродушная манера общения — это всего лишь фасад. Другие зачастую этого не понимали.

Элла написала заявление об уходе, но он все еще оставался боссом. Он пообещал ей, что не станет пользоваться ее слабостью. Так что, если она захочет заняться с ним любовью, ей придется сделать первый шаг.

Он мог бы влюбиться в Эллу, но он запретил себе влюбляться двадцать лет назад. Из-за того, что по его вине произошло с Брианной, он этого не заслуживал. Он никогда не женится, и у него не будет детей.

— Что вам принести, сэр?

Только когда к нему обратился бармен, он понял, что подошла его очередь.

Мика заказал пиво для себя и бокал красного вина для Эллы и велел себе сохранять благоразумие. Ему следовало забыть об их поцелуе и игнорировать их влечение друг к другу, поскольку это не приведет ни к чему хорошему.

Услышав громкий смех, донесшийся из игровой комнаты, он посмотрел в ее сторону и увидел, как компания внутри играет на бильярде и пьет алкоголь.

Такие молодые. Такие глупые.

Заплатив за напитки, он засунул под мышку две папки меню и пошел к Элле.

— Умираю с голоду, — сказала она, открывая меню.

Они быстро выбрали еду и сделали заказ.

— Почему ты ищешь место для проведения свадьбы своей сестры? — неожиданно спросила Элла.

— Потому что Сади попросила меня ей помочь, — уклончиво ответил Мика, не собираясь ей объяснять, почему он старается быть полезным для своих близких.

— У твоей сестры есть талантливый организатор свадеб. У ее жениха есть свои собственные связи. Это не твоя свадьба. Почему ты так суетишься?

Поняв, что она так просто не сдастся, Мика решил дать ей объяснение, которое удовлетворит ее любопытство.

— Сади занимается благотворительностью. Кроме того, она ведет блог, в котором делится опытом матери-одиночки. Она популярная личность, но на первом месте у нее ее сыновья. На заботу о них у нее уходит много времени. Она отказывается нанимать няню, и мы с Яго и Доди, лучшей подругой Сади, активно ей помогаем. Когда ей нужно отлучиться по делам, она звонит одному из нас. — Он помолчал, потом продолжил: — Она хотела отправиться в эту поездку вместе с нами, но ей нужно присутствовать на двух благотворительных мероприятиях. Кроме того, Гасу, одному из близнецов, в ближайшее время будут делать операцию.

— Надеюсь, у него нет ничего серьезного? — произнесла Элла с искренним беспокойством.

Мика покачал головой:

— Нет. Ему будут вырезать гланды. Для трехлетнего ребенка это несложная операция.

Элла содрогнулась:

— Возможно. Но для взрослого человека это настоящая пытка. Когда мне удалили гланды пять лет назад, я думала, что умру. В ту неделю мне очень не хватало моей мамы.

Мика накрыл ее ладонь своей:

— Я потерял маму, когда мне было девять лет. Это было ужасное время.

Их взгляды встретились, и он увидел в ее глазах боль и растерянность, какие он сам когда-то испытал. Рядом с ним был человек, который знал, что значит, когда в одно мгновение твой привычный мир переворачивается с ног на голову.

— Итак, что ты думаешь о втором отеле? — спросила Элла.

Мика был рад сменить тему. Он не говорил о матери и о детстве ни с кем, кроме брата и сестры.

— Второй отель больше первого, но он не такой роскошный.

Элла убрала за ухо прядь волос.

— Я считаю, что нужный отель нам следует искать в Йоханнесбурге. Он должен там быть.

— Анна лучшая в своем деле. У нее полно связей. Она потратила много времени на поиски подходящего места для свадьбы, но ничего не нашла.

Элла поджала губы.

— Я в это не верю. Там должно что-то быть.

— Если у тебя есть какие-то идеи, дай мне знать. Завтра мы возвращаемся в Йоханнесбург. Как думаешь, куда еще нам следует заглянуть?

— Как насчет Парейса?

Живописный городок на берегу реки Вааль был хорошим вариантом.

— Посмотри, что там есть.

Элла кивнула:

— Хорошо, но я все равно считаю, что…

— Что свадьба должна состояться в Йоханнесбурге, — закончил он за нее, хотя понимал, что это невозможно. У него нет волшебной палочки, чтобы создать отель из воздуха.

Официантка принесла их заказ, и Мика стал наблюдать за тем, как Элла с аппетитом поглощает еду. В отличие от большинства женщин, которых он знал, она не гоняла кусочки салата по тарелке, боясь испортить фигуру. Она получала удовольствие от еды и не стеснялась этого.

Элла Янг была невероятно чувственной женщиной, но Мика подозревал, что она этого даже не осознавала. У нее была плавная походка. Ее лицо светилось, когда она улыбалась. А смех был звонким, словно маленький колокольчик. Она обладала большой жизненной энергией, и на нее смотрели с интересом не только мужчины, но и женщины.

Из бильярдной донесся громкий крик, и все присутствующие повернулись и посмотрели на нетрезвых молодых людей, которые играли в дартс. В ЮАР покупать алкоголь можно было с восемнадцати лет, но, если бы это зависело от Мики, он увеличил бы возрастной ценз.

— Эти ребята ведут себя слишком шумно. Они мешают остальным посетителям, — сказала Элла.

Мика знал, что, находясь под воздействием алкоголя, молодые люди не думают об окружающих, но он не мог судить их слишком строго. То, что он сделал, было гораздо хуже, нежели шуметь в ресторане.

— Через десять минут они отсюда уйдут, — ответил он.

Лидер компании выглядел возбужденным. Судя по всему, ему было скучно. Когда он отсюда уйдет, остальные последуют за ним.

— Каким ты была подростком? — спросил он у Эллы.

Он предполагал, что она была находчивой, ответственной и трудолюбивой.

— Думаю, я была целеустремленной. Я хотела поскорее закончить учебу, найти работу и начать зарабатывать деньги.

Мика предположил, что это было как-то связано с потерей матери. Что ей хотелось поскорее покинуть родительский дом и стать независимой. Он хотел задать ей вопрос, но она его опередила:

— А ты, Мика? Каким ты был подростком?

Он не знал, следует ей об этом рассказывать или нет, но затем подумал, что это вряд ли как-то отразится на их сотрудничестве.

— Видишь крутого парня в рваных джинсах, футболке АС/DС и дизайнерских кроссовках, которые стоят не меньше трехсот фунтов?

Этот парень обнимал девушку, которая была не так пьяна, как остальные. Она выглядела так, словно устала от происходящего.

— Готов поспорить, у него очень дорогая и быстрая машина типа «Ренджровера», «Ауди-ТТ» или «Гольф Джи-Ти-Ай». Стоит только ему щелкнуть пальцами, как девчонки бегут к нему. Как только одна ему наскучивает, он тут же находит ей замену. Поверь мне, ему очень быстро становится скучно. Он редко слышит слово «нет». Он неуправляемый и знает об этом, но гордость не позволяет ему это признать.

Элла озадаченно посмотрела на Мику:

— Откуда ты все это знаешь?

— Я был таким, как он. — Мика пожал плечами и попытался улыбнуться. — Ты спросила меня, каким я был подростком, и я тебе ответил.

Элла начала возражать, но осеклась, потому что в следующий момент одна из двух официанток направилась в бильярдную. Было заметно, что она нервничала. Когда нарушители спокойствия увидели ее, лидер компании сложил руки на груди, и его приятели встали в ряд за ним. Их лица выражали агрессию и самодовольство.

«Это добром не кончится», — подумал Мика. Окинув взглядом комнату, он обнаружил, что остальные посетители игнорируют назревающий конфликт, и выругался про себя.

Какому идиоту пришло в голову отправить хрупкую девушку разбираться с компанией пьяных парней?

— Я вернусь через пять минут, — предупредил Мика и, поднявшись, направился в сторону игровой комнаты. Он остановился чуть позади официантки, которая не подозревала о его присутствии.

— Думаю, вам пора пойти домой, — обратилась девушка к пьяной компании. Ее голос дрожал.

— Интересно, каким образом ты собираешься нас заставить?… — начал лидер, но осекся и побледнел, увидев Мику, который был выше и крепче всех парней в бильярдной. — Мы будем вести себя тише, — произнес он, переведя взгляд с Мики на официантку и обратно.

Мика покачал головой, и парень поморщился. Затем он посмотрел на своих приятелей, выпятил грудь и приподнял верхнюю губу в презрительной манере.

— Пойдемте, парни, из этой ужасной забегаловки. Мне никогда еще не было так скучно.

Достав из кармана джинсов связку ключей, он подбросил ее в воздух, но не поймал. Ему это с трудом удалось со второй попытки, и Мика понял, что никто из этих ребят не должен садиться за руль.

Когда-то он тоже был дерзким и самодовольным и совершил глупый импульсивный поступок, за последствия которого будет расплачиваться до конца своих дней. Если он может сейчас предотвратить новую трагедию, то сделает это, даже если ему придется применить приемы крав-мага.

Заметив на одной из полок деревянную чашку, Мика взял ее, выставил перед собой и скомандовал:

— Немедленно положили сюда ключи!

Парни один за другим положили связки ключей в чашку.

— Черта с два я оставлю здесь мой ровер! — возразил лидер компании.

Мика смерил парня испепеляющим взглядом, и в конце концов тот уступил и последовал примеру своих друзей.

— Моя тачка должна быть в порядке, когда я за ней вернусь, иначе вам всем здесь не поздоровится, — сказал он официантке.

Пропустив его пустую угрозу мимо ушей, Мика передал чашку девушке. Та поблагодарила его, но в ответ он лишь покачал головой. Подождав, пока компания ушла, он вернулся к Элле и закатил глаза.

— Это было круто, — сказала она, глядя на него с восхищением. — Меня впечатлило, как ты заставил их подчиниться, лишь нахмурив брови.

— Это один из любимых трюков Ябу, — улыбнулся Мика. — Он никогда не кричал на меня, лишь сердито смотрел, и я делал так, как он велел.

— Кто такой Ябу?

— Наш дворецкий. Мой близкий друг. Второй отец. Нет, по сути, единственный отец, который у меня когда-либо был, — ответил Мика, удивляясь, почему он с такой легкостью откровенничает с этой женщиной.

— Почему ты вмешался? — спросила Элла. — Остальные мужчины в зале остались на своих местах, решив, что это их не касается.

Мика кивком указал ей на официантку:

— Она юная и робкая. Думаешь, они послушались бы ее?

Элла покачала головой:

— Я не это имела в виду. Я хотела знать, почему ты не позволил им сесть за руль.

Мика знал, что она не успокоится, пока он ей не ответит. Перед его внутренним взором возник образ Брианны, неподвижно лежащей на больничной кровати, и в горле у него внезапно защипало от едкого запаха эфира.

Элла схватила его за руку и с силой сжала пальцы, и он вернулся к реальности.

— Возвращайся, Мика, — сказала она ему. — Я не знаю, где ты только что был, но тебе не следует там находиться.

«Мне следовало там находиться вместо Брианны. Я это заслужил».

Отвернувшись, он в очередной раз проклял судьбу за ту злую шутку, которую она сыграла с его близкой подругой двадцать лет назад. Сейчас Брианна могла бы быть счастливой женой и матерью, но вместо этого застряла в странном вегетативном состоянии, далеком от полноценной жизни.

И его собственную жизнь тоже нельзя было назвать полноценной. Он работал, заботился о своих близких, занимался спортом. У него не было личной жизни, потому что он ее не заслуживал. Да, он занимался сексом, но для него это был лишь способ снять напряжение. Он никогда не привязывался эмоционально к женщинам, с которыми спал. Он не целовался с ними на балконе, не обнимался с ними, наслаждаясь их мягкостью и женственностью, не рассказывал им о своем прошлом.

Сегодня в объятиях Эллы он впервые за долгое время обрел покой, и это его напугало. Какого черта он привел ее сюда, болтал с ней за ужином и вел себя так, будто между ними было возможно что-то большее?!

Мика так резко поднялся, что его стул с грохотом упал на пол. Достав из бумажника несколько банкнот, он бросил их на столик и, не сказав ни слова, удалился. Он заметил смятение на лице Эллы, но сейчас ему было просто необходимо оказаться подальше от нее.

Она видела его настоящего за внешним фасадом самоуверенности и обаяния. Она вызывала у него сильные чувства, и это делало ее очень опасной.

Глава 6

Глядя вслед удаляющемуся Мике, Элла заметила, как напряжены его плечи. Он выглядел так, словно нес на них целый мир. Почему ее слова так на него подействовали? Почему они превратили его из очаровательного собеседника в человека, которому словно нанесли удар под дых?

Поймав взгляд официантки, Элла указала ей на деньги на столе (там было намного больше, чем стоил их с Микой ужин), поднялась и вышла на улицу. Созвездия на темном небе походили на ветви межгалактического дерева.

От луны было видно лишь тонкую полоску, которую ее мать называла «ногтем Бога». В трудные времена, как сейчас, ей не хватало материнских объятий. Сейчас она многое за них отдала бы. С тех пор как умерла ее мать, Эллу никто так тепло не обнимал. Ее бывшие парни не были любителями нежностей.

Ее глаза зажгло от слез, и она часто заморгала, чтобы их сдержать. Ее отцу было на нее наплевать. Почему она все время о нем думает? Почему не может его простить и жить дальше?

Потому что он ее отец, и у нее никого нет, кроме него.

Элла вышла на дорожку, ведущую к небольшому зданию, в котором они с Микой сняли номера. У них была общая веранда с видом на газон и бассейн. В бледном свете она увидела Мику. Он стоял, прислонившись к двери своего номера и опустив голову.

Перед миром он представал очаровательным, успешным, искушенным и сексуальным. Ему были присущи все эти качества и многие другие, но за ними скрывался человек, которого преследовали демоны прошлого.

Элла остановилась на дорожке неподалеку. Что ей делать дальше? Что сказать Мике и как себя с ним вести? Следует ей притвориться, что в баре ничего не произошло? Проигнорировать резкую перемену его настроения? После инцидента с Пиллеем она думала, что ей будет страшно оставаться наедине с мужчиной, но она была убеждена, что Мика не причинит вреда ни женщине, ни ребенку, ни кому-либо, кто слабее его.

Нет, то, что произошло, никак не было связано с ней. Его гнев был направлен на самого себя. Он занимался самобичеванием, и она знала, что словами тут не поможешь. Что бы она ему ни сказала, она не смогла бы вытащить его из того мрачного места, в которое он периодически возвращался мыслями. Она могла бы постоять рядом с ним и подождать, пока он снова не станет веселым и очаровательным Микой, но кто знает, как долго ей пришлось бы ждать? Или она могла бы попытаться достучаться до него другим способом.

С этой мыслью она медленно поднялась на веранду, встала перед Микой и развела его руки в стороны, чтобы обнять того за пояс и положить голову ему на грудь. Он нуждался в утешении, и она прижалась к нему, чтобы поделиться с ним своим теплом.

Он напрягся, и она провела языком по его губам. Когда он приоткрыл рот, она нежно его поцеловала, надеясь, что это поможет ему сосредоточиться на ощущениях.

Он задрожал, затем положил ладонь ей на поясницу и притянул Эллу к себе. Она почувствовала через слои одежды восставший символ его мужского естества и поняла, что все делает правильно. Мика перехватил инициативу, запустил язык вглубь рта Эллы и перенес ее в другой мир, где существовали только они вдвоем. В этом мире не имело значения, что он был ее боссом и что утром они оба будут испытывать неловкость. Главное было то, что она хотела его. И он тоже ее хотел и нуждался в ней. Пусть только этой ночью. Этого ей будет достаточно. Должно быть достаточно.

Оторвавшись от его губ, Элла отстранилась, но лишь для того, чтобы достать из кармана джинсов электронный ключ от своего номера. Вставив его в прорезь замка, она выругалась, когда дверь не открылась. Она вставила ключ повторно, и на этот раз механизм сработал. Схватившись за рубашку на груди Мики, она втащила его в комнату, обвила руками его шею и накрыла его губы своими. Этим поцелуем она пыталась ему сказать, как сильно она хотела почувствовать его внутри себя. Это желание пугало ее и вместе с тем приводило в восторг.

Застонав, Мика запустил пальцы ей в волосы, крепче прижал ее к себе и ответил на ее поцелуй.

— Ну что, Элла? Ты готова заняться со мной сексом? — спросил он, глядя на нее горящими глазами.

Он знал, что с ней недавно произошло, и ему было необходимо получить ее согласие. Она с радостью ему его даст. Возможно, это будет ошибкой, но она подумает о последствиях позже.

— Да, если ты этого хочешь.

В ответ на это Мика взял ее ладонь и прижал к внушительному бугорку под молнией на своих джинсах.

— Хочу.

Элла погладила его восставшую плоть через одежду и услышала, как он резко вдохнул. Поняв, что ему это понравилось, она повторила свою ласку.

Тогда Мика издал тихий гортанный звук, схватил ее за ягодицы и приподнял. Ее ноги сами обхватили его пояс, словно они делали это уже много раз. Наклонив голову, он принялся ласкать губами ее грудь через ткань топа и бюстгальтера. Раздраженная наличием барьеров, Элла отклонилась назад и стянула с себя топ. Затем, не сводя глаз с лица Мики, она завела руку себе за спину, расстегнула бюстгальтер, сняла его и бросила на пол. Взгляд Мики тут же опустился на ее грудь. К сожалению, она была меньше, чем хотелось бы Элле, но его, похоже, все устраивало. Накрыв ладонью холмик груди, он легонько сжал его, а затем приник губами к затвердевшему соску, отчего по всему ее телу пробежали электрические разряды.

— Мика… — простонала она, вцепившись ему в волосы.

Он поднял голову, и их взгляды встретились. Она почувствовала, что тонет в его синих, как море, глазах.

— Ты такая красивая.

Элла не видела в своей внешности ничего особенного, но Мика заставлял ее чувствовать себя красавицей. Он был сильным и крепким, но она знала, что за его мужественной внешностью скрывается ранимое сердце. В глазах Эллы это не умаляло его мужественности. Скорее напротив.

Он подошел к кровати, стоящей в центре комнаты, и осторожно опустил Эллу на матрас. Погладив своими большими ладонями ее грудь, он снял с себя рубашку, после чего принялся расстегивать джинсы. Элла увидела слева на его груди татуировку в стиле маори.

Мика стянул джинсы вместе с трусами, и прежде чем она успела полюбоваться его рельефным прессом и символом его мужского естества, он наклонился и начал покрывать поцелуями ее грудь и живот. Ее пальцы тем временем поигрывали замочком молнии на ее джинсах.

— Мне их снять?

Он опять спрашивал у нее разрешения, желая убедиться, что она не передумала.

— Да, и поскорее.

Стянув с нее джинсы, Мика уставился на ее крошечные кружевные трусики.

— Обожаю стринги, — хрипло произнес он, поглаживая ее голые ягодицы.

Вместо того чтобы стянуть с нее трусики, Мика слегка отодвинул в сторону их среднюю часть и прикоснулся к складкам у входа в ее заветное ложе. Элла выгнулась дугой, и он, издав довольный смешок, принялся нажимать подушечкой большого пальца на ее чувствительное местечко. Элла подняла бедра, чтобы усилить контакт и получить как можно большее удовольствие от его ласки.

Мика лег рядом с ней и, взяв в ладони ее лицо, произнес:

— Я стараюсь не торопиться, но я безумно тебя хочу, Элла.

Элла обхватила рукой его мужское естество и, к ее удивлению, он стал еще тверже.

— Я тоже тебя хочу, Мика. Возьми меня сейчас.

— Нам нужен презерватив.

Встав с кровати, Мика поднял с пола свои джинсы и достал из кармана бумажник. Элла услышала, как на пол полетели пластиковые карточки. Затем Мика нецензурно выругался и наконец облегченно вздохнул. В считаные секунды Мика предохранился и снова присоединился к Элле на кровати. Накрыв ее губы своими, он одновременно с этим начал погружаться в нее.

Чувствуя, как он наполняет ее собой, Элла издала протяжный стон, затем вцепилась в его ягодицы и задвигалась быстрее, побуждая его сделать то же самое. Мика тут же ускорился, и она чувствовала, как ее внутренние мышцы смыкаются и размыкаются, впуская его все глубже.

Наконец он достиг предела, и внутри ее словно что-то лопнуло. Перед ее глазами разлетелся фейерверк из разноцветных искр, она ощутила невероятную легкость и совершила свободное падение.

Когда к ней вернулось чувство реальности, она обнаружила, что Мика лежит на ней, уткнувшись лицом в ее шею и вдавливая ее в матрас тяжестью своего тела. Это была приятная тяжесть, хотя ей было трудно дышать.

Словно прочитав ее мысли, он в следующий момент перевернулся на спину, и она увидела, как его широкая грудная клетка вздымается и опускается. Его глаза по-прежнему были закрыты, на шее, плечах и груди выступила испарина. Он был похож на прекрасного атлета, который только что пробежал марафон.

Мика повернул голову и посмотрел на Эллу:

— Ничего себе.

— Так плохо? — поддразнила его она.

Ущипнув ее за бедро, он сексуально улыбнулся:

— Не знаю. Я хотел бы заняться этим еще раз, чтобы убедиться, что это не было помрачением ума.

— Я с радостью готова тебе помочь получить определенный ответ, — улыбнулась Элла.

Он поцеловал ее, затем встал с кровати и пошел в ванную. Быстро вернувшись, он поднял с пола джинсы и начал их надевать.

Приняв сидячее положение, Элла уставилась на него в замешательстве:

— Ты уходишь?

Наклонившись, он поцеловал ее в кончик носа:

— Нам нужны презервативы. Сомневаюсь, что они у тебя есть.

— Ты прав, их у меня нет.

— Я скоро вернусь. Жди меня здесь. Единственное, что от тебя требуется, — это снять стринги.

Только в этот момент Элла поняла, что занималась любовью в трусиках.

Проснувшись следующим утром, Элла не удивилась, обнаружив, что лежит одна на огромной двуспальной кровати. На полу не было одежды Мики, из ванной не доносилось никаких звуков.

Потянувшись, она посмотрела на часы на прикроватном столике. Они показывали двадцать минут седьмого. В щель между задернутыми шторами было видно, что за окном идет дождь. Больше всего ей хотелось сейчас перевернуться на бок и продолжить спать, но им с Микой нужно было возвращаться в Йоханнесбург. Им сказали, что третий отель меньше двух предыдущих, и задерживаться в Кларенсе не было смысла.

Все еще обнаженная, Элла села в постели и, обхватив руками согнутые колени, уставилась на акварель на противоположной стене, изображающую горы.

Прошлой ночью она занималась любовью с Микой Леру, и это было…

Сказочно. Удивительно. Божественно. Невероятно.

Элла подозревала, что будет сравнивать с Микой всех своих будущих сексуальных партнеров, и сомневалась, что кто-то сможет его превзойти. Он был одновременно нежным и страстным, внимательным и требовательным. Благодаря ему она частично вернула утраченную уверенность в себе. Ей безумно льстило, что такой богатый, успешный и сексуальный мужчина, как Мика Леру, обратил на нее внимание. Впрочем, она видела, что за фасадом харизматичного, уверенного в себе бизнесмена прячется ранимый человек. Что он обладает более тонкой душевной организацией, чем думают остальные. В его прошлом случились вещи, которые наложили отпечаток на его дальнейшую жизнь, и он защищает свой внутренний мир от посторонних.

Но она не может себе позволить привязаться к этому мужчине. Если она проведет с ним еще пару ночей, подобных прошлой, она потеряет от него голову. Даже если бы она не собиралась покинуть страну, между ней и Микой Леру были бы невозможны продолжительные отношения. Элла читала в прессе, что он встречался с девушками не дольше нескольких месяцев, и не могла допустить, чтобы мужчина, который ей нравился, разочаровал ее. Он крупный бизнесмен, а она рядовая сотрудница. Да, их пути случайно пересеклись, но они разойдутся сразу, как только она поможет ему найти место для проведения свадьбы его сестры.

Она должна быть благоразумной. Ведь только она может защитить свое сердце. Если сама о себе не позаботится, никто другой этого не сделает.

Зная, что он не сможет сосредоточиться на работе, как бы ни старался, Мика решил сам вести автомобиль на обратном пути. До сих пор ни одной женщине не удавалось отвлечь его от работы.

Элла была первой его сотрудницей, с которой он занимался сексом. Первой женщиной, с которой он провел всю ночь. Он покинул ее номер только в шесть утра.

Раздавшийся раскат грома на мгновение заглушил радио. Через пару минут полил сильный дождь, и дворники автоматически заработали в самом быстром режиме. Видимость была ограниченной, и Мика сбавил скорость. Если дождь в ближайшее время не перестанет, путь домой будет долгим.

Бросив взгляд на Эллу, он обнаружил, что она просматривает на экране своего телефона фотографии серо-голубого здания.

Когда она пришла утром в столовую, вела себя с ним так, словно прошлой ночью между ними ничего не было. Мика одновременно расстроился и испытал облегчение. С одной стороны, он был рад, что Элла не начала вести себя как его девушка, с другой, — ему было жаль, что их чудесная близость закончилась.

Проведя ладонью по лицу, Мика сказал себе, что у них был только секс. Отличный секс и ничего больше.

— Что ты делаешь? — спросил он.

Она подняла на него глаза:

— Я все еще пытаюсь найти место для проведения свадьбы в Йоханнесбурге. Знаю, ты считаешь, что это бесполезно, но я уверена, что там что-то есть.

— Ты, конечно, можешь продолжать искать, но я уверен, что ты ничего там не найдешь. Анна де Палмер-Уайт…

— Лучшая в своей сфере, и у нее большие связи. И так далее и тому подобное, — пробурчала Элла, глядя на экран телефона. — У меня до сих пор не укладывается в голове, как она могла допустить, чтобы ее договоренность с «Гейблз» была отменена.

— Думаю, что винить ее в этом несправедливо, — сказал Мика.

— А я считаю, что виноваты все, кто имел хоть какое-то отношение к этому инциденту, — ответила Элла.

— Объясни, что ты имеешь в виду.

— На месте владельца или менеджера отеля сразу после того звонка я позвонила бы или даже поехала в офис Анны, чтобы узнать, что случилось. Они сами испортили репутацию отеля, и теперь к ним не обратится ни один организатор мероприятий.

— Значит, ты думаешь, что руководство «Гейблз» само испортило свою репутацию?

Элла отбросила назад свои прямые темные волосы. Сегодня на ней было синее платье в белый горошек с облегающим корсажем и расклешенной юбкой.

— Конечно, и оно будет жалеть, что сразу во всем не разобралось. И еще я не понимаю, почему Анна не кричала и не топала ногой перед стойкой менеджера, пока он не возобновил первоначальную бронь. По-моему, она была недостаточно настойчива.

Мика подумал, что Элла права. Что, наверное, Анна де Палмер-Уайт не так уж и хороша.

Увидев впереди у дороги стадо коров, Мика сбавил скорость, зная, что эти животные непредсказуемы.

— Какого рода мероприятия ты любишь организовывать больше всего? — спросил он, желая познакомиться с Эллой поближе.

Она посмотрела на него и улыбнулась:

— Семейные торжества. Как я уже сказала вчера, я хотела бы специализироваться именно на них. Но для этого нужны связи, которых у меня нет. Возможно, когда я переберусь в Соединенное Королевство, они у меня появятся.

— Почему ты уезжаешь?

Взяв из держателя для кружки бутылку с водой, она сделала глоток.

— Меня ничто и никто не держит в Южной Африке.

— Совсем никто?

— Я единственный ребенок в семье. Мой отец все еще живет в Дурбане, но мы не разговариваем.

— Почему?

— После смерти мамы наши отношения ухудшились. Мы перестали общаться. Это его выбор.

У Мики защемило сердце. Он знал на собственном опыте, как больно бывает, когда семья рушится. Когда рухнула его семья, у него, по крайней мере, были Яго и Ябу. У Эллы не было никого.

Она принялась задумчиво вращать серебряное кольцо на среднем пальце правой руки:

— Я просто хочу начать все заново. А он…

Внезапно замолчав, она отвернулась и уставилась в окно.

— Ты мне расскажешь, что произошло между тобой и твоим отцом? — спросил Мика.

— Я не хочу это обсуждать, — ответила она, достала из сумочки темные очки и надела их, несмотря на то что шел дождь и в облаках не было ни малейшего просвета. Очевидно, она боялась, что глаза выдадут ее.

Почему его так расстраивало то, что Элла скрывала от него свои сокровенные мысли? Почему он хотел изучить ее душу так же, как изучил ее тело? Почему он хотел, чтобы она ему доверяла, чтобы чувствовала себя комфортно рядом с ним? Почему рядом с ней он постоянно забывал о своем решении навсегда остаться одиноким?

В свой внутренний мир он впускал лишь Яго, Ябу и Сади. И еще когда-то Брианну. Другим людям он просто не давал возможности с ним сблизиться. Но он просил Эллу открыться ему и был готов сделать то же самое.

Элла наверняка понравилась бы Брианне. Возможно, они даже стали бы подругами. Он представил себе, как они вместе смеются над его шуткой, и его грудь так сильно сдавило от тоски, что ему стало трудно дышать.

Ладонь Эллы легла ему на бедро, и ему сразу стало легче.

— Ты снова ушел в то темное место, — произнесла она мягким голосом. — Как я уже сказала вчера, тебе не следует там находиться.

Мика посмотрел на нее в ожидании вопроса, но его не последовало.

— Ты наименее любопытная из всех женщин, которых я когда-либо встречал.

— Не знаю, следует мне расценивать это как комплимент или как критику. Ты хочешь, чтобы я вмешивалась в твои дела?

Мика театрально содрогнулся:

— Боже упаси.

Элла убрала за ухо прядь волос:

— На дорогах полно машин, и видимость плохая. Не думаю, что сейчас подходящее время для серьезных разговоров.

Наверное, она была права и ей действительно не следовало отвлекать его разговорами. Но через пять минут молчания ему захотелось услышать ее голос. Он посмотрел на нее, собираясь обсудить с ней что-нибудь, но обнаружил, что она спит.

Она проснулась, только когда они приехали в Йоханнесбург.

Глава 7

Припарковавшись рядом с БМВ-кабриолетом, Элла взяла сумочку с пассажирского сиденья и несколько раз глубоко вдохнула, чтобы успокоиться.

Вчера Мика отвез ее домой и поцеловал на прощание, не предложив ей встретиться в выходные. Она изо всех сил старалась не расстраиваться. Напоминала себе, что они всего лишь один раз переспали друг с другом, что у них нет романа.

Поэтому она удивилась, когда сегодня утром получила от него текстовое сообщение. Он велел ей приехать к десяти часам в Хэдли-Хаус.

Элла прибыла на место на десять минут раньше и, выйдя из машины, окинула взглядом величественный двухэтажный особняк с увитыми плющом стенами. Охваченная любопытством, она прошла мимо парадного входа, завернула за угол и вздохнула при виде роскошного сада в английском стиле со старыми дубами и бассейном.

Если бы Сади и ее жених сократили втрое число гостей, они могли бы провести свадьбу здесь. Элла представила себе огромный шатер на газоне справа от нее, гирлянды из белых лампочек, натянутые между деревьями, дощатый настил для танцпола и внезапно вспомнила про другой старинный особняк, расположенный в этом же районе. Она читала о нем, когда только приехала в город.

— Добро пожаловать в Хэдли-Хаус.

Улыбнувшись, Элла медленно повернулась и увидела Мику, стоящего на дорожке позади нее. На нем были синяя льняная рубашка и белые шорты, его влажные волосы зачесаны назад.

— Отличное место, Мика.

— Это мой родной дом, — произнес он с гордостью, — и я его люблю.

— Он большой, — заметила она, насчитав на втором этаже десять окон.

Он кивнул:

— Я живу здесь вместе с моим братом Яго. Недавно мы сделали ремонт, и теперь у каждого из нас отдельное крыло. Общими остались только кухня, спортзал, веранда, бассейн и сад. Если один из нас отважится жениться…

— Это будет подобно смерти, — иронически заметила Элла.

Он поднял брови:

— Для меня точно. В любом случае дом очень просторный, и мы с братом не будем друг другу мешать, если нам захочется большего уединения.

Мика жестом пригласил ее проследовать за ним, и мгновение спустя они оказались на веранде с большим столом, стульями, мягкими диванчиками, барной стойкой и газовыми грилями.

— У вас с братом близкие отношения? — спросила Элла, глядя с улыбкой на два гамака в дальнем конце веранды.

— Очень близкие, но Яго не будет на этой встрече. На ней будут только Сади и Альта, сводная сестра Клайда. Она одна из подружек невесты.

Он положил руку Элле на поясницу, и они прошли в комнату, которую отделяли от улицы только стеклянные панели. В ней была мебель красного дерева, диваны с обивкой в черно-белую полоску и картины современных художников. Элла видела вокруг себя столько нового и интересного, что ей было трудно сосредоточиться на чем-то одном.

— А где жених Сади? И кто будет главной подружкой невесты?

— Ее лучшая подруга Доди Льюис. Ей принадлежит салон свадебных платьев. Доди сейчас занята, где Клайд, я не знаю.

Услышав нотки раздражения в его голосе, Элла подумала, что он, возможно, недолюбливает жениха своей сестры. Но Сади независимая взрослая женщина и не нуждается в одобрении брата.

Коридор привел их в огромный холл, и Элла остановилась на мгновение, чтобы полюбоваться деревянными лестницами ручной работы, разноцветным кафельным полом, бронзовыми и керамическими скульптурами, а также большими букетами из роз, аромат которых наполнял помещение.

Открыв одну из дверей, Мика пропустил Эллу вперед, и она оказалась в библиотеке высотой в два этажа. К стеллажам был прикреплен передвижной механизм с лестницей, с помощью которого можно было добраться до верхних полок с книгами. Помимо стеллажей, в библиотеке был массивный деревянный стол и два кожаных дивана у застекленной двустворчатой двери, открывающейся в сад.

Элла сразу узнала Сади Леру, которая поприветствовала их широкой улыбкой. У нее были большие глаза, высокие скулы и безупречная смуглая кожа. Ярко-желтый сарафан подчеркивал ее природную красоту. Сидящая рядом с ней блондинка выглядела блекло на ее фоне, несмотря на слишком откровенный топ, мини-юбку и туфли на трехдюймовом каблуке. В довершение всего она поджала губы и хмурилась.

Сади поднялась. Она была высокой и стройной. Когда она, знакомясь с Эллой, протянула ей руку, та прочитала в глубине ее глаз что-то похожее на панику.

В отличие от нее сводная сестра Клайда даже не соизволила подняться.

— Мика, мальчики все еще с Ябу? — спросила Сади.

— Да, они в оранжерее. Мики, наверное, учит их наполнять горшки компостом или копать червей.

— Но это же негигиенично! — ужаснулась Альта.

— Маленькие дети любят возиться в грязи. Это способствует развитию иммунитета, — улыбнулась Сади. — Элла, садись, пожалуйста.

Увидев на столике китайский сервиз из тончайшего фарфора, Мика предложил Элле чай. Она попросила кофе, и он кивнул:

— Сейчас сварю.

— Позови дворецкого, — сказала ему Альта.

Мику раздражало, когда ему указывали, что делать в собственном доме.

— Как я уже сказал, Ябу сейчас присматривает за детьми. Но даже если бы он не был занят, я не стал бы просить его делать то, что с легкостью могу сделать сам. Я богат, но не избалован.

Сади указала Элле на тарелку с крошечными пирожными, покрытыми шоколадной глазурью:

— Угощайся. Они просто божественные. Я уже съела три штуки.

Поблагодарив ее, Элла взяла одно.

— Сади, если ты будешь продолжать есть пирожные, ты не влезешь в свое свадебное платье, — язвительно заметила Альта.

Сади просто улыбнулась в ответ:

— Конечно, я буду продолжать их есть. Я ежедневно пробегаю десять миль на беговой дорожке и еще столько же, когда присматриваю за моими сорванцами. К тому же жизнь слишком коротка, чтобы отказываться от шоколада.

Элла сразу прониклась симпатией к сестре Мики, а надменная хмурая Альта ей совсем не понравилась. Она надеялась, что Клайд более приятен в общении, нежели его сводная сестра.

Подавшись вперед, Сади коснулась руки Эллы:

— Я так благодарна тебе за то, что ты помогаешь Мике искать место для празднования моей свадьбы.

Элла хотела сказать, что приложит все усилия, чтобы что-нибудь найти, но Альта ее опередила.

— Если твой опытный организатор со связями не смогла найти ничего подходящего, я сомневаюсь, что Бэлла…

— Меня зовут Элла, — мягко поправила ее Элла, но Альта и бровью не повела.

— …сможет найти подходящее место, — продолжила она. — Я настоятельно рекомендую перенести свадьбу на более поздний срок и снова забронировать «Гейблз».

— Я полностью доверяю Мике, — сказала Сади и ослепительно улыбнулась Элле: — Тебе, Элла, я, разумеется, тоже доверяю.

В следующий момент в комнату вернулся Мика и протянул Элле огромную кружку с кофе:

— Крепкий. С молоком, но без сахара.

Он запомнил, какой кофе она предпочитала. Конечно, это была мелочь, но ей было приятно.

Альта похлопала по свободному месту рядом с ней, но Мика это проигнорировал и сел на кушетку, стоящую под углом к дивану, на котором сидела Элла. Посмотрев на его сильные руки с длинными пальцами, лежащие на коленях, Элла вспомнила, как они ласкали ее тело позапрошлой ночью в отеле.

— Ты так не думаешь, Элла? — неожиданно спросил Мика и шутливо толкнул ее коленом в колено.

Подняв голову, она посмотрела в его синие глаза и обнаружила, что они блестят от смеха. Похоже, он понял, о чем она думала, и это его позабавило.

— Прости, я прослушала, — извинилась она, краснея.

— Мика просто сказал, что в Кларенсе нет ничего подходящего, — ответила Сади. — Я просто хотела узнать, согласна ты с ним или нет.

— Полностью согласна. Одни отели роскошные, но недостаточно большие, другие наоборот. Некоторые вообще не вызывают никакого интереса.

— В чем заключается основная сложность? — спросила Сади, встретившись взглядом с Эллой.

Она прищурила глаза так же, как делал Мика, когда был сосредоточен на чем-то важном.

— Сложность в том, что у вас мало времени, Сади! Если бы вы отложили свадьбу, вы позволили бы всем спокойно вздохнуть!

Сади проигнорировала очередную вспышку гнева Альты. Глядя на презрительную гримасу на лице блондинки, Элла недоумевала, почему Сади выбрала Альту одной из подружек невесты. Только потому, что она сводная сестра Клайда? Сади и Альта не были похожи на подруг.

— Какое твое мнение, Элла? — спросила Сади.

— Проблема состоит в том, что тебе нужно большое роскошное здание для эксклюзивной свадьбы в ближайшее время, тогда как большинство подобных мест уже забронированы на год, а то и на два вперед.

— Она Сади Леру, — напомнил Мика, — одна из самых известных и влиятельных женщин в стране. Это должно что-то значить.

В его тоне не было и намека на высокомерие и чванство, поэтому Эллу нисколько не возмутило его замечание.

— Да. Так оно и есть. Помимо этого, я выхожу замуж за одного из самых знаменитых мужчин в стране. — Сади грустно улыбнулась Элле: — Но ради нас никто не будет отменять договоренность с другой парой. И правильно. Мне не хотелось бы, чтобы другая невеста лишилась из-за меня своего важного дня. Это было бы ужасно.

— Отсутствие приличного места для свадьбы тоже будет катастрофой, — не унималась Альта. — Отложи свадьбу, пока не поздно.

Элла взяла пример с Сади и проигнорировала ее.

— Мика предлагает поискать что-нибудь в Драконовых горах или в Квазулу-Натал.

— Ты думаешь, что там что-то есть? — спросила Сади.

Элла наморщила нос:

— Там есть крупные отели. Возможно, какой-то из них окажется свободным для аренды на нужную дату. Посмотреть стоит. — Она обратилась к Мике: — Если хочешь, я могу поехать туда сама. Если найду что-то стоящее, я позвоню, и ты подъедешь и посмотришь.

Сади виновато посмотрела на Мику:

— Я знаю, что ты очень занят и не можешь надолго отлучаться из офиса. Считаю, что будет разумно доверить поиски Элле.

К ее удивлению, Мика покачал головой:

— Нет. Я пообещал тебе, что возьму на себя поиски, и я их продолжу. Я… Мы с Эллой найдем место для празднования твоей свадьбы. Обещаю.

Элла подумала, что Мике не следовало разбрасываться громкими словами. Она не была уверена, что они смогут что-то найти на установленную дату.

— Сади, ты готова рассмотреть что-то кроме фешенебельного отеля? — спросила она.

— Например?

— Атриум в ботаническом саду, старинный особняк или промышленное здание.

— Мой брат никогда не согласится обменяться брачными клятвами на фабрике! — возмутилась Альта.

Сади в очередной раз ее проигнорировала. Ее терпению можно было позавидовать.

— Мы с Анной как раз начали обсуждать альтернативные идеи. Я даже начала подумывать о том, чтобы сократить число гостей и устроить свадьбу здесь, в Хэдли-Хаус. Я всегда мечтала выйти замуж дома, но Клайд и моя мама против этой идеи. Они сказали, что отзывать приглашения неприлично.

— От имени Клайда я настаиваю на том, что свадебный прием должен состояться в приличном месте! — заявила Альта.

Под «приличным местом» она, разумеется, имела в виду фешенебельный отель.

Поднявшись, Сади одернула подол сарафана.

— Мне нужно идти. — Она поцеловала Мику в щеку, затем, к удивлению Эллы, взяла ее за руки и расцеловала в обе щеки. — Была рада с тобой познакомиться. Я очень признательна тебе за помощь. Думаю, нам следует встретиться с тобой и Анной и обсудить идеи.

Элла поморщилась про себя.

— Сомневаюсь, что Анну обрадует мое вмешательство.

— Анна замечательная. В ней нет ни капли высокомерия, и она не будет испытывать к тебе профессиональной ревности. Моя свадьба — это сложный случай даже для нее, так что она будет рада любой помощи.

Элла подумала, что работа вместе с Анной де Палмер-Уайт будет полезна для ее резюме.

Увидев, что Альта тоже собралась уходить, Элла решила, что встреча закончилась, и взяла свою сумочку. Мика не попросил ее задержаться, и она вышла в коридор следом за его сестрой. Сади попрощалась с Альтой и Эллой и пошла в оранжерею за своими сыновьями. Элла, Альта и Мика молча шли к тому месту, где были припаркованы автомобили.

Остановившись рядом со своим кабриолетом, Альта поцеловала Мику в щеку, положила ладонь ему на грудь и, глядя в глаза, промурлыкала:

— Мика, было бы лучше, если бы Сади отложила свадьбу. Так было бы проще для всех, не правда ли?

Глядя на то, как Альта флиртует с Микой, Элла почувствовала укол ревности.

— Это свадьба Сади, и решение принимать ей, — ответил Мика, не убрав руку Альты со своей груди.

— Но я уверена, что ты мог бы ее убедить. — Встав на цыпочки, она снова поцеловала его в щеку: — Позвони мне.

Мика открыл для Альты водительскую дверцу, и она, садясь за руль, нарочно сделала так, чтобы он увидел ее стройное бедро. Заведя мотор, она ослепительно улыбнулась Мике и выехала задним ходом, чуть не задев машину Эллы.

— Она настоящая колючка, — пробурчала Элла.

— Альта? Нет, она просто немного нервная.

— Она не особо жалует твою сестру. Почему она одна из подружек невесты?

Мика посмотрел на Эллу с искренним удивлением:

— О чем ты говоришь?

Неужели он не видит очевидного?

— Ей не нравится Сади. Совсем не нравится.

— Ты поняла это за одну встречу?

Его небрежный тон вызвал у нее раздражение.

— Да, — ответила Элла. — Будь рядом с ней начеку. Она может навредить твоей сестре.

— Ты преувеличиваешь. Она вполне безобидна, — возразил Мика.

«Ты преувеличиваешь. Ты спятила. Я тебе не верю», — внезапно пронеслось у нее в голове.

Слова Мики напомнили ей о реакции отца на ее просьбу вызвать матери скорую и о реакции Уинтерза на ее жалобу на недостойное поведение крупного клиента.

Мика не доверял ее мнению, и ей было обидно. Она чувствовала себя так, словно он только что ее отверг.

Элла открыла рот, собираясь защитить себя, но слова внезапно застряли у нее в горле. Желая как можно скорее от него уехать, она села в свою машину и с силой пристегнула ремень безопасности.

— Элла, подожди! Что происходит? — встревоженно спросил Мика, наклонившись к открытому водительскому окошку.

— Ничего, — пробормотала она, вставляя дрожащими пальцами ключ в замок зажигания. Ее разочарованию не было предела. Она впервые за много лет почувствовала, что кто-то на ее стороне, но этот человек отмахнулся от нее так же, как делали многие другие раньше.

— Вернись в дом, Элла. Давай поговорим.

Покачав головой, она наконец попала ключом в замок, завела мотор и тронулась с места.

В зеркало заднего обзора она увидела, как он с досады хлопнул ладонями по бедрам. На мгновение ей захотелось остановиться и все ему объяснить, но она знала, что он ее не поймет. Ее никто не понимал. С этой мыслью она тяжело вздохнула и поехала дальше.

Глава 8

Глядя вслед удаляющемуся автомобилю Эллы, Мика всплеснул руками.

Что ее так расстроило? Нахмурившись, он прокрутил в уме их разговор. Она сказала ему, что Альте не нравится его сестра, и он с ней не согласился. Он не понимал, как из-за такого пустякового разногласия можно было обидеться и умчаться прочь.

Женщины такие сложные создания.

Услышав за своей спиной зовущие его детские голоса, Мика повернулся и увидел бегущих к нему по лужайке маленьких племянников. Следом за ними шла Сади. Опустившись на корточки, он развел руки в стороны. Когда мальчики подбежали к нему, он обхватил каждого из них рукой, выпрямился во весь рост и закружился. Они восторженно кричали и смеялись, пока он не остановился, почувствовав головокружение. Они потребовали продолжения, и он, не в силах им отказать, подчинился.

Когда он снова поставил мальчиков на ноги, он заметил двух ибисов на противоположном конце лужайки и предложил детям попробовать их поймать.

Он знал, что они их не поймают, зато у него будет возможность поговорить с сестрой.

Когда мальчики убежали, он повернулся и посмотрел на Сади:

— Для невесты, которая все еще не знает, где пройдет ее свадьба, ты выглядишь на удивление спокойной.

Она небрежно пожала плечами:

— Мое беспокойство делу не поможет. Кроме того, интуиция подсказывает мне, что мы найдем место для свадьбы. — Сади прижалась виском к его плечу: — Мне нравится Элла.

Мика знал, что его сестре было интересно, какие отношения связывали его с Эллой, и она пыталась выудить у него информацию, но он проигнорировал ее комментарий. Ему нравилась Элла, но это не могло повлиять на его решение, касающееся брака и семьи. Он не заслуживал ни того ни другого.

Сади бросила взгляд на своих сыновей, которые медленно ползли на животе к птицам, и указала Мике на его любимую скамейку под дубом:

— Пойдем присядем.

Судя по ее тону, у Сади было что-то на уме, и она нуждалась в его совете.

— Что случилось, сестренка? — спросил он. — Я могу тебе помочь?

— Я передумала насчет того, чтобы Альта была моей подружкой невесты.

Мика не ожидал услышать подобное, и его брови взметнулись.

— Почему?

Сади посмотрела на него:

— Она недоброжелательный человек, Мика. Ей никогда ни в чем не угодишь. Я так устала оттого, что она называет «конструктивной критикой». Кроме того, я ей не нравлюсь.

«Значит, Элла была права».

— Если ты так считаешь, скажи ей, что не хочешь видеть ее в качестве подружки невесты. Но Клайду это, скорее всего, не понравится.

Альта была не только сводной сестрой Клайда, но и его бренд-менеджером.

— Я просила его поговорить с Альтой, убедить ее держать негатив при себе, но он не сделал этого. Он не оставил мне другого выбора. Я не хочу быть несчастной в день собственной свадьбы, — решительно заявила Сади.

— Это было бы неприемлемо. Поговори с Альтой сама и сообщи ей о своем решении. И не забывай, что я полностью на твоей стороне.

— Я позвоню ей позже. — Сади поморщилась. — Этот разговор будет не из приятных. Альта может быть вспыльчивой и грубой.

— Я в тебя верю, сестренка. Ты справишься.

В следующий момент ибисы с громким криком поднялись в воздух, а мальчики принялись кататься по траве и заразительно смеяться.

— Разве это не лучший в мире звук? — произнесла вслух Сади, положив ладонь себе на грудь. Ее глаза светились от любви.

— Я помню, как ты точно так же смеялась. — Мика поцеловал ее в макушку. — Твоя главная задача — вырастить счастливых детей, и пока ты прекрасно с этим справляешься.

Он произнес всего две фразы: «Ты преувеличиваешь. Она вполне безобидна», но они так сильно ее задели, что она никак не могла выбросить их из головы.

Элла ходила взад-вперед по своей пустой квартире, ругая себя. Ей не следовало принимать близко к сердцу слова человека, которого она знала меньше недели. Но их произнес человек, которым она восхищалась и которого уважала. Мужчина, к которому ее влекло.

Мика Леру был единственным, кто поверил ее обвинениям в адрес Пиллея, и принял меры. Он был заботливым и внимательным и умел доставлять невероятное наслаждение в постели. При других обстоятельствах она могла бы в него влюбиться, но она скоро уезжает, чтобы начать новую жизнь в другой стране.

В дверь постучали, и Элла, резко остановившись, нахмурилась. Ее подруга Дженни знала, где она живет, но эти выходные Дженни собиралась провести за городом.

Был лишь еще один человек, которому она дала свой адрес.

Подойдя к двери, она посмотрела в глазок и, убедившись, что за ней стоит Мика, вздохнула и открыла дверь.

— Я думала, что у тебя дела, — произнесла она как можно спокойнее.

— Да, и они касаются тебя. Не хочешь объяснить, почему ты так внезапно уехала из моего дома?

— Нет, — честно ответила она.

— Я могу войти? — спросил Мика.

Она не хотела, чтобы он видел ее пустую квартиру с голыми белыми стенами, но прежде, чем смогла придумать предлог для отказа, Мика взял в ладони ее лицо и прижался губами к ее губам. Его поцелуй был таким нежным, что на глаза ее навернулись слезы. Она так долго не знала нежности, что уже начала забывать, что это такое.

Закончив ее целовать, Мика обхватил ее за талию, приподнял, переступил через порог и захлопнул ногой дверь.

Поставив Эллу на пол, он окинул взглядом ее небольшую квартиру с открытой планировкой.

— Ты говорила, что собираешься переехать в другую страну. Полагаю, ты поэтому распродаешь свои вещи?

— Да.

— Это объясняет, почему твоя квартира пуста. Но если ты спишь на матрасе, я нецензурно выругаюсь, — предупредил ее он.

— Нет, я сплю на кушетке, — заверила его она, стараясь сохранять спокойствие.

Пройдя в зону кухни, Мика открыл холодильник, и Элла поморщилась. Внутри почти ничего не было. Она собиралась сходить сегодня в супермаркет за продуктами, но у нее не было настроения.

Открыв поочередно несколько кухонных шкафчиков, Мика покачал головой и, не сказав ни слова, пересек квартиру, открыл дверь спальни и вошел внутрь. Нахмурившись, Элла последовала за ним. Когда она вошла в спальню, он положил на кровать маленький чемоданчик, который она брала с собой в Кларенс.

— Мика, что ты делаешь, черт побери?!

— Собираюсь отвезти тебя в Хэдли-Хаус.

— Но…

— Здесь у тебя нет ни еды, ни мебели, ни даже телевизора. Вместо нормальной кровати узкая кушетка.

— Я покупаю только самое необходимое, чтобы мне не пришлось ничего выбрасывать перед отъездом. Кушетки мне вполне достаточно, поскольку я живу одна, а для просмотра фильмов и прослушивания музыки у меня есть ноутбук, — ответила она, не понимая, что его так возмутило. — Меня все устраивает, Мика.

— А меня нет, Элла! Меня не устраивает то, что ты живешь в спартанских условиях. Меня не устраивает то, что я безумно тебя хочу. — Он запустил пальцы обеих рук себе в волосы: — И меня не устраивает, что ты уехала из моего дома, ничего мне не объяснив.

Элле нравилось, когда этот красивый уверенный в себе мужчина терял контроль из-за нее.

— Поехали ко мне домой, Элла. Там ты сможешь купаться в бассейне, загорать, есть вкусные блюда, приготовленные шеф-поваром, смотреть фильмы на большом экране в нашем домашнем кинотеатре. У меня полно работы, но я не могу на ней сосредоточиться, если ты останешься здесь.

Элла наклонила голову набок. Похоже, его искренне беспокоило, что она живет в таких условиях.

— Мика, я не бездомная, и деньги на продукты у меня есть.

— Я знаю, — отрезал он. — Я просто хочу, чтобы ты поехала со мной. Хочу знать, где я смогу тебя найти, когда закончу работать. Хочу провести с тобой следующую неделю. Хочу заняться с тобой любовью на моей огромной кровати.

Разумеется, она испытывала искушение, но следовало ли ей соглашаться? Одно дело — провести с Микой ночь страсти, совсем другое — жить в его доме, плавать в его бассейне, принимать пищу и пить вино вместе с ним.

Он уже перевернул ее мир с ног на голову. Если она примет его предложение, потом ей будет гораздо сложнее с ним попрощаться.

Но она уедет далеко, и они с Микой, скорее всего, больше никогда не увидятся. Почему бы ей не создать несколько воспоминаний, которые будут потом согревать ей сердце?

Она кивнула:

— Хорошо, Мика, я проведу с тобой неделю.

Элла открыла встроенный шкаф, чтобы достать кое-что из одежды, но Мика внезапно остановил ее, положив ладонь ей на руку:

— Сначала расскажи, почему ты так внезапно уехала сегодня утром.

— Это не имеет значения, — сказала она.

— Для меня имеет.

Подойдя к ближайшей стене, Мика прислонился к ней плечом и скрестил лодыжки. Он молчал, но Элла поняла, что он будет так стоять, пока она все ему не расскажет. Она не смогла придумать правдоподобных объяснений, и это означало, что ей придется сказать ему правду. Но может ли она ему довериться? Может ли поделиться с ним своей многолетней болью?

Сев на край кушетки, Элла опустила руки и вцепилась пальцами в хлопчатобумажное покрывало.

— Как я уже говорила, моя мама умерла, когда мне было шестнадцать лет. Был такой же ясный солнечный день, как сегодня.

Мика встретился с ней взглядом, но не стал задавать вопросов, поэтому она продолжила:

— Маме нравилось в выходные за обедом выпить немного спиртного. В тот день она выпила две порции джин-тоника. Когда она поднялась из-за стола, у нее внезапно подкосились ноги, и она рухнула на пол. Я суетилась вокруг нее, пыталась с ней разговаривать, но она отвечала нечленораздельно. — Элла провела пальцами по лбу. — Я быстро поняла, что с ней что-то не так, и сказала папе, что ей нужно вызвать скорую. Папа возразил мне, что она просто перебрала алкоголя и ей необходимо проспаться. Он терпеть не мог, когда она пила. Я знала, что она не была пьяна, кричала на него, умоляла его послушать меня, но он был непреклонен. Когда я попыталась позвонить в скорую со своего телефона, он выхватил его у меня из рук. Он отнес маму в спальню и уложил на кровать.

— Но она не была пьяна.

Элла покачала головой:

— Она умерла через несколько часов после того, как упала. У нее было обширное кровоизлияние в мозг. Ее ни в коем случае нельзя было укладывать спать.

— Ты не общаешься с отцом, потому что он тогда не вызвал скорую? — прямо спросил Мика. Он обошелся без банальностей и бессмысленных соболезнований, и Элла была ему за это благодарна.

— Я злилась на него за то, что он не позвонил в скорую, но никогда не винила его в маминой смерти. Как я могла, когда он сам себя в ней винил? Он был полностью раздавлен. — Она пожала плечами: — Я не знаю, почему он выбросил меня из своей жизни. Может, из-за чувства вины. Может, потому, что я слишком похожа на маму. Может, потому, что ему было жаль, что умерла она, а не я.

Глаза Мики расширились от ужаса.

— Элла, не говори так!

— Почему? Он не желает иметь со мной ничего общего. Ему безразлично, что со мной происходит. — Услышав нотки боли в своем голосе, Элла несколько раз глубоко вдохнула, прежде чем продолжить: — В тот день я потеряла обоих родителей. Отец мне не поверил, отмахнулся от меня, и с тех пор я болезненно реагирую, когда кто-то не принимает в расчет мое мнение.

Мика кивнул:

— Ты подумала, что я отмахнулся от твоего мнения, когда мы говорили об Альте?

Она кивнула.

— Прости.

Его извинение было искренним, и она почувствовала, что расслабляется.

После короткого молчания Мика потер ладонью затылок и спросил:

— Ты не жалеешь о том, что произошло между нами в Кларенсе? Я думаю, что ты хорошо провела время, но хочу убедиться, что ты в полном порядке. Возможно, я был слишком требовательным. Возможно, ты хотела, чтобы я…

— Ты был великолепен, — поспешно заверила его Элла, тронутая тем, что он думал о ее благополучии. Встав с кушетки, она подошла к нему и положила ладонь ему на грудь. — Мне так повезло. Ты дал мне именно то, в чем я так нуждалась. Я никогда раньше не получала такого большого удовольствия от секса.

Мика убрал назад волосы с ее лба.

— Сегодня утром я проигнорировал твое мнение, и это было недопустимо. — Он нежно погладил ее по щеке. — Если я опять начну себя вести подобным образом, останови меня.

В ответ Элла обвила руками его шею и прижалась губами к его губам, надеясь выразить поцелуем то, что не могла выразить словами.

Чувствуя, что он медлит, Элла принялась легонько покусывать его нижнюю губу. Он вздохнул, и она, запустив язык вглубь его рта, принялась водить им по его языку. В ответ Мика схватил ее за ягодицы и так тесно прижал Эллу к себе, что пуговицы на его рубашке впечатались ей в кожу.

Обхватив ее одной рукой, он положил другую ей на затылок, слегка наклонил ее назад и поцеловал крепче.

Ладони Эллы скользили по его спине и плечам, пальцы зарывались в его шелковистые волосы. Она не могла насытиться этим мужчиной, и ей хотелось, чтобы он поскорее сделал ее своей. Каждая секунда промедления казалась ей вечностью.

Неожиданно Мика оторвался от ее губ и отстранился.

— Почему ты остановился? — нахмурилась Элла. — В чем проблема?

Тяжело дыша, он посмотрел на нее горящими от страсти глазами:

— Проблема в том, что я едва сдерживаюсь, чтобы не сорвать с тебя одежду и не заняться с тобой любовью.

Схватив за руку, Элла потащила его к кушетке.

— Почему бы тебе не сделать это?

Встретившись с ней взглядом, Мика кивнул и потянул вниз замочек молнии на ее платье.

Глава 9

Чтобы не разбудить Эллу, которая спала на шезлонге под большим зонтом, Мика тихо спустился в бассейн и поплыл, стараясь не создавать лишних брызг.

Всякий раз, когда его взгляд падал на Эллу, он говорил себе, что, как бы ни было велико его желание покрыть поцелуями ее длинные загорелые ноги, он должен позволить ей выспаться.

Четыре часа он провел в своем кабинете, занимаясь рутинной работой, которая не требовала особой концентрации. Все это время он думал об Элле и о той боли, которую ей пришлось пережить.

В его жизни тоже когда-то произошло трагическое событие, разделившее ее на «до» и «после», но рядом с ним всегда были Яго и Ябу. Сади, едва повзрослев, тоже встала на его сторону. Рядом с Эллой не было никого. Она справлялась со своими страхами и болью в одиночку.

Когда Мика об этом подумал, у него защемило сердце. Ему захотелось помочь Элле, сделать все для того, чтобы она не чувствовала себя одинокой. Элла запала ему в душу, и он не единственный это понял. Сади тоже заметила, что он неравнодушен к Элле. Будь Элла просто одной из его многочисленных сотрудниц, Сади не стала бы ему говорить, что Элла ей нравится. Сестра дала ему понять, что одобряет его выбор.

Ябу тоже был очарован Эллой. Она с искренней улыбкой сказала ему, что рада с ним познакомиться, и предложила свою помощь на кухне.

Но Мика не нуждался в подобном одобрении. Он знал, что между ним и Эллой не может быть ничего серьезного. Ему следовало почаще себе об этом напоминать, чтобы не предаваться напрасным иллюзиям.

Почувствовав, как кто-то схватил его за лодыжку, он повернулся и увидел Эллу, свесившуюся с края бассейна. Она озорно улыбалась ему.

Встав на дно бассейна, он откинул с лица мокрые волосы:

— Ты хорошо поспала?

— М-м-м…

Сидя на краю бортика, Элла обвила руками его шею, затем повисла на нем и обхватила ногами его пояс. Она была такой хрупкой, такой женственной в его объятиях, что его охватило собственническое чувство. Эта женщина принадлежала ему, и ему хотелось любить ее и защищать.

Пусть всего неделю или, может, две.

Сбитый с толку незнакомыми эмоциями, Мика поцеловал ее в губы, и по его телу тут же прокатилась волна желания. Элла ответила на его поцелуй, после чего оторвалась от его губ и поцеловала чувствительное местечко рядом с мочкой его уха.

— Может, поднимемся в твою спальню и продолжим там? — предложила она.

Мике нравилась ее прямота. Она не стеснялась говорить ему, как сильно она его хочет.

— С удовольствием, — ответил он, сжав ладонью ее грудь.

Мгновение спустя Элла внезапно напряглась и опустила ноги на пол.

— Что случилось? — спросил он, нахмурившись.

— Я здесь.

Услышав знакомый голос, Мика выругался про себя и сжал под водой руки в кулаки. Придав своему лицу непроницаемое выражение, он медленно повернулся.

Его мачеха стояла между шезлонгами и бассейном. На ней были шелковый комбинезон фисташкового цвета и туфли на трехдюймовом каблуке. Ее волосы уложены в высокую прическу, а изящную шею украшала толстая золотая цепочка. Ей уже было за пятьдесят, но выглядела она на двадцать лет моложе.

— Ябу нет в доме, — сказала Лиана.

Мика сложил руки на груди:

— У него свободный вечер.

— А Яго?

— Его тоже сегодня вечером не будет, — ответил Мика, с трудом сдерживая свое раздражение.

Он знает Лиану большую часть своей жизни. Как долго еще между ними будет продолжаться эта холодная война, глупая и бессмысленная? Но они оба были слишком упрямы, чтобы сделать первый шаг к примирению.

Мика заметил, что черты Лианы были напряжены. Ее, очевидно, что-то серьезно беспокоило, раз она лично приехала сюда, вместо того чтобы позвонить по телефону Ябу и дать ему поручение.

Подтянувшись, он выбрался из бассейна и встал в нескольких футах от Лианы. Заметив краем глаза, что Элла протягивает ему полотенце, он взял его у нее и кивнул.

— Я буду ждать тебя в доме, — тихо сказала она.

Покачав головой, Мика указал ей на шезлонг, молча прося остаться. Лиана никогда не скандалила в присутствии посторонних, и он надеялся, что они смогут поговорить как цивилизованные люди.

Элла повязала вокруг талии парео и села на край шезлонга. Ее присутствие придало Мике спокойствия. Что с ним делает эта женщина?

Снова переключив внимание на свою мачеху, он произнес:

— Вижу, что ты чем-то расстроена, Лиана. То, что ты сама ко мне пришла, означает, что дело серьезное. Что случилось?

Лиана принялась теребить золотой браслет у себя на запястье.

— Я больше не общаюсь с матерью Брианны. Мы с ней не разговариваем с тех пор, как…

Она замолчала и отвернулась, но Мика прекрасно ее понял. После того, что по его вине произошло с Брианной, их семьи перестали общаться.

— Но у нас с Кейт есть общие друзья. Ты знаешь, что круг моего общения довольно узкий.

Мика прикусил кончик языка, чтобы удержаться от язвительного замечания. Его мачеха была настоящим снобом, и стать ее другом мог стать только очень богатый, влиятельный или известный человек. А лучше, чтобы он обладал всеми этими качествами.

— Я слышала, что у Брианны серьезная инфекция дыхательных путей. Что ее организм не реагирует на антибиотики, и доктора опасаются, что она не выкарабкается.

Сердце Мики словно сдавил ледяной кулак.

— Кейт готовится к худшему.

Мика ущипнул себя за переносицу.

— Ее решение не проводить реанимацию все еще в силе?

Он слышал, что после смерти Фила, отца Брианны, Кейт подписала документ, согласно которому врачи не будут реанимировать Брианну, если у той остановится сердце.

Лиана кивнула:

— Да. Отключать от аппаратов Брианну не будут, но тот документ по-прежнему в силе.

Мика сгорбился. Он не знал, как реагировать на полученное известие.

— Спасибо, что приехала и сказала мне. Ты мне сообщишь, если…

Кивнув, Лиана открыла рот, словно хотела сказать что-то еще, но передумала и покачала головой. Затем она повернулась и ушла, даже не попрощавшись. Очевидно, у богатой вдовы Тео Леру и светской львицы было много дел.

Мика стоял на месте, думая, что, наверное, было бы лучше, если бы Брианна не справилась с инфекцией. Когда он был моложе, он надеялся, что она придет в себя, но с возрастом стал понимать, что чуда не произойдет и что Брианна не хотела бы много лет находиться в странном состоянии между жизнью и смертью. Такого не заслуживал никто.

Мика почувствовал, как ладонь Эллы легла ему на плечо. Затем она взяла его за руку и повела на веранду. Там он сел на ближайший диван, опустил голову и уставился в пол.

Он услышал, как Элла открыла дверцу холодильника и что-то оттуда достала. Раздался щелчок открывающейся пробки, затем еще один. После этого Элла подошла и протянула ему бутылку пива. Взяв ее, он выпил залпом полбутылки, затем прижал ледяное стекло ко лбу.

Элла молча сидела рядом с ним, предлагая свою поддержку и не требуя объяснений, но он чувствовал, что пришло время рассказать ей о самом ужасном периоде своей жизни.

— Это была моя мачеха, Лиана, — произнес он, выпрямив спину.

— Я так и поняла, — спокойно ответила Элла. — Она невероятно красива.

— И запросы у нее невероятно большие. Мы с ней не общаемся, — признался он. — Это был наш самый долгий разговор за много лет.

Вместо того чтобы задать ему очевидный вопрос, она сделала глоток пива из своей бутылки. Он мог бы сейчас ее поцеловать и отвести в спальню, но желание облегчить душу было сильнее либидо. Такое было с ним впервые.

Тогда Мика рассказал ей о том, что творилось в его доме и его душе после того, как умерла его мать.

— Я был ужасным ребенком, — подытожил он.

— Нет. Ты просто горевал о своей маме, а тебе не дали времени на ее оплакивание. Твой отец привел в дом мачеху, наплевав на твои чувства, и тебе пришлось самому справляться со своей утратой.

— Похоже, я с ней так и не справился. С годами я становился все более неуправляемым.

Мика остановился, не зная, готов ли рассказать ей о событии, которое навсегда изменило его жизнь. Если он это сделает, назад дороги уже не будет.

Он не знал, как Элла отреагирует на его рассказ. Он не хотел ни банальных сожалений, ни психоанализа. Ему просто было нужно, чтобы она его поддержала.

— Кто такая Брианна, Мика? И почему она подключена к аппаратам? — внезапно спросила Элла.

— Она была моим давним другом. Наши родители дружили, и мы вместе росли. Она меня любила.

— Как брата или как мужчину?

— Сначала как брата, но, когда мы учились в старших классах, было очевидно, что она в меня влюбилась. Я был избалованным негодяем и не любил ее, как она того заслуживала, но позволял ей все время за мной таскаться. Я менял девчонок как перчатки. Позже я узнал, что Брианна плакала по ночам из-за меня. Она была единственным человеком, с которым я мог поговорить обо всем. Она знала о моих сложных отношениях с отцом и мачехой. О том, что я чувствовал себя ненужным и потерянным. Яго был умником и спортсменом. Он предпочитал сотрудничать с системой, а не сопротивляться ей. Сади была милым ангелочком, всеобщей любимицей. Я был несносным ребенком, который только и делал, что создавал проблемы всем вокруг. Я был никому не нужен.

Элла издала горловой звук, выражающий несогласие. Глядя на ряд старых дубов на краю сада, Мика рассказал ей о том, как отец сломал ему нос в пылу ссоры и как он выскочил из дома и направился в бар, чтобы напиться и забыться. О том, как позвонил Брианне и сообщил ей о своих намерениях.

— Она знала о том злачном месте. Я рассказывал ей о нем раньше. Бар находился в неблагополучном районе, и в нем собирались отбросы общества. В общем, это было самое подходящее для меня место.

Элла положила ладонь ему на бедро:

— Мика…

— Брианна умоляла меня не ездить туда. Она боялась, что меня там изобьют. Она уговаривала меня приехать к ней домой. Я положил трубку, но она продолжала мне звонить и присылать голосовые и текстовые сообщения. Я их не слушал и не читал. Мне хотелось побыть одному, и я выключил телефон.

— Она поехала за тобой?

— Да. Она была неопытным водителем и не любила ездить за рулем в темноте. Она врезалась в ехавший навстречу автомобиль и получила серьезную черепно-мозговую травму. С тех пор Брианна уже двадцать лет пребывает в вегетативном состоянии.

Элла прижалась лбом к его плечу:

— Это ужасно.

Затем он рассказал ей о том, что отец и мачеха обвинили в той аварии его и что они не разговаривали с ним два года. Что родители Брианны подали на него в суд, но в конце концов дело было прекращено. Что, если бы не та авария, Брианна, скорее всего, была бы сейчас счастливой женой и матерью.

— Ты винишь себя, — сказала Элла, посмотрев на его лицо.

— Мои действия привели к тому, что она уже двадцать лет находится в коме, и ее жизненные функции поддерживаются только с помощью аппаратов.

Элла нахмурилась:

— Нет, твои действия привели к тому, что твой отец тебя ударил. По-моему, это было непростительно. Я считаю, что ни один родитель ни при каких обстоятельствах не должен бить своего ребенка. — Видя, что он собрался возразить, Элла покачала головой: — Даже не пытайся мне сказать, что ты это заслужил, Мика. Что бы ты ни сделал, поступок твоего отца не имеет оправдания.

Яго, а затем и психотерапевт говорили ему то же самое, но он согласился с этими словами только сейчас, когда услышал их от Эллы. Да, он вел себя отвратительно, но отцу не следовало поднимать на него руку.

— Что касается Брианны, сесть ночью за руль, будучи неопытным водителем, было ее решением. Она повела себя безрассудно.

— Но…

Элла покачала головой:

— Я еще не закончила. Твоему отцу и мачехе следовало тебя поддержать, а не игнорировать. Они могли бы осуждать твои поступки, но продолжать тебя любить.

Она была права. Тео и Лиана внушали ему, что он никчемный, заставляли его чувствовать себя так, словно он не заслуживал любви и поддержки. Это заставляло его вести себя еще хуже.

Впервые за долгое время Мика смог оглянуться на прошлое и увидеть мальчика, которым он был. Одинокого, потерянного, нуждающегося в родительской любви. Отец не знал, как общаться с сыном-бунтарем, и вместо того, чтобы спокойно с ним разговаривать, кричал на него и пытался навязать ему свою волю.

— Полагаю, ты решил, что, раз из-за тебя Брианна села ночью в машину и попала в аварию, ты должен всю оставшуюся жизнь искупать свои грехи, решая проблемы своих близких?

Она подняла брови, ожидая ответа, и ему не осталось ничего другого, кроме как кивнуть.

— И еще ты считаешь, что, раз у Брианны не может быть нормальной жизни, ее не может быть и у тебя?

— У меня есть жизнь! — возразил Мика.

Элла закатила глаза:

— Разве это полноценная жизнь? Ты не позволяешь себе влюбляться. Строить отношения с обязательствами. Полагаю, ты не собираешься жениться и иметь детей.

— Не собираюсь, — признался он.

— Я не стану тебе говорить, что все это бессмысленно, но я задам тебе всего один вопрос.

Мика напрягся.

— Что изменилось бы для Брианны, если бы ты влюбился, женился и обзавелся детьми?

Он не понял ее вопроса.

— Что ты имеешь в виду?

Она приложила ладонь к его щеке:

— Состояние Брианны улучшилось бы?

— Нет, что бы я ни сделал, Брианна никогда не придет в себя, — холодно ответил он.

— Именно это я и пытаюсь до тебя донести, Мика, — мягко сказала Элла. — Вне зависимости от того, будешь ты жить полной жизнью или продолжать себя наказывать, для Брианны ничего не изменится. Она не узнает, как ты живешь, не скажет тебе, как ты должен или не должен жить. Ты наказываешь себя, хотя ты не виноват в той аварии, в которую попала Брианна. Ты отказываешь себе в праве быть счастливым, хотя это никогда не изменит ее состояния. Неужели ты не видишь, Мика? Ты тоже находишься в коме. Эмоциональной коме, в которую сам себя погрузил. От этого состояния нет никакого проку, оно лишь подпитывает твое чувство вины.

Элла поцеловала его в щеку, затем отстранилась.

— Я правда сожалею о том, что произошло с Брианной, Мика. Но ты хороший человек и заслуживаешь быть счастливым. Ты слишком долго себя наказывал. Хватит это делать.

С этими словами она встала и пошла вглубь дома, плавно покачивая бедрами. Когда она скрылась из вида, он поднялся, подошел к холодильнику и, взяв еще одну бутылку пива, начал его пить, глядя на розарий, который когда-то любила его мать.

После разговора с Эллой он впервые смог смотреть на ребенка и подростка, которым был когда-то, без отвращения и содрогания. Тео с его крутым нравом не умел быть отцом. Когда Лиана выходила за него замуж, ей было всего двадцать четыре года. Разве могла она в этом возрасте знать, как нужно воспитывать двух девятилетних мальчиков, оставшихся без матери?

Элла была права. Как бы ужасно он себя ни вел, его отец не должен был поднимать на него руку.

Он был одиноким ребенком, которому давали слишком много денег и свободы, но слишком мало любви. Он совершил несколько глупых поступков, но, как заметила Элла, он не виноват в том, что Брианна поехала за ним в тот бар. Это было ее решение. Он не просил ее ехать за ним.

Родители Брианны и Тео с Лианой не должны были возлагать на него всю вину. Но когда произошло непоправимое, им нужно было направить куда-то свой гнев. Он был грубияном и бунтарем, и всем было проще винить его, чем ангелоподобную девушку, лежащую в коме в отделении интенсивной терапии.

«Ты тоже находишься в коме. Эмоциональной коме, в которую сам себя погрузил».

Элла была права. Он сам погрузил себя в эту кому, и он единственный, кто может его из нее вытащить, чтобы начать жить полноценной жизнью.

И он хотел начать жить полноценной жизнью вместе с Эллой.

Сделав еще несколько глотков пива, он спросил себя, не путает ли он физическое влечение с желанием построить семью, о которой всегда мечтал. Он влюблен в Эллу или просто благодарен ей за то, что она открыла ему глаза и заставила его посмотреть на вещи по-другому?

За несколько коротких дней она изменила его жизнь, но, столкнувшись с сильными чувствами, он не знал, насколько они глубоки и как долго продлятся.

Поэтому, пока он не сказал что-то, что не сможет взять назад, пока не сделал что-то, о чем потом будет жалеть, ему нужно убедиться в серьезности своих чувств.

Поднявшись в спальню Мики, Элла вошла в душевую кабину, разделась и, встав под струи прохладной воды, дала волю слезам.

Теперь многое из того, что она не понимала, стало ей ясно. Такой щедрый и отзывчивый человек, как Мика, не должен быть одиноким. Но он сам лишал себя возможности быть счастливым, потому что считал, что не заслуживает любить и быть любимым.

Да, в подростковом возрасте он был безрассудным, но он не просил свою лучшую подругу Брианну бросаться ему на помощь. Ее импульсивное решение привело к катастрофе, но Мика не был в ней виноват. Как только могли его отец и мачеха винить подростка, который вел себя вызывающе, потому что страдал от недостатка их любви и внимания?

Несмотря на тяжелые испытания, которые выпали на его долю в юности, ему удалось стать замечательным человеком. Он мог бы и дальше катиться по наклонной и стать алкоголиком, наркоманом или преступником, но он вовремя взялся за ум, получил образование и стал преуспевающим бизнесменом. Он сделал заботу о своих близких смыслом своей жизни. Когда его сестре понадобилась помощь, он отложил все свои дела, чтобы найти место для проведения ее свадьбы.

Разве могла Элла не влюбиться в такого мужчину? Разве могла она от него уйти?

Услышав звук открывающейся дверцы душевой кабины, Элла не повернулась, чтобы Мика не увидел ее покрасневшие от слез глаза. Она почувствовала, как его сильные руки сомкнулись вокруг ее талии. Как он прижал ее к себе и коснулся губами ее волос. Впервые за долгие годы она почувствовала себя в полной безопасности. Он мог ее защитить от остального мира. Он был способен сделать так, чтобы время остановилось. Чтобы она выбросила из головы все мысли и полностью сосредоточилась на своих ощущениях. Именно такой мужчина был ей нужен.

Накрыв ладонями ее грудь, он принялся ласкать большими пальцами соски. Отодвинув в сторону мокрые волосы, он медленно провел кончиком языка вверх-вниз по ее шее, затем по плечу. Его восставшее мужское достоинство прижималось к ее ягодицам, но Мика не торопился развернуть ее к себе лицом и овладеть ею. Вместо этого он погладил ладонью ее живот и, добравшись до треугольника из темных волосков внизу, принялся ласкать складки между ее бедер. Каждое его движение доставляло ей невероятное удовольствие. Когда его палец проник в ее влажную плоть, она выгнулась дугой, повернула голову, обвила рукой его шею и прижалась губами к его губам. Они целовались целую вечность, прежде чем Элла взмолилась о том, чтобы он наконец сделал ее своей.

— Запрыгни на меня и держись крепче, — сказал он, убрав руку и развернув Эллу к себе лицом.

Элла сделала, как он велел, но только собрался в нее войти, как внезапно поставил ее на пол и выругался.

— Нам нужно предохраниться, — пробормотал он и, протянув руку, взял с полки справа от него пакетик из фольги.

Подрагивая от возбуждения, Элла смотрела, как он открывает пакетик и надевает презерватив на свой огромный член.

— Поторопись, Мика, иначе я сейчас взорвусь.

Едва она успела закончить фразу, как Мика прижал ее спиной к стенке душевой кабины и вошел в нее. Пластиковая стенка была холодной, капли воды падали ей на голову, но она быстро перестала это замечать и чувствовала лишь, как Мика погружается в нее с каждым рывком. Вцепившись в него, она двигалась вместе с ним, пока напряжение внутри нее не достигло наивысшей точки, и она не закричала от наслаждения.

Мгновение спустя Мика схватил ее за бедра, затем дернулся и прокричал в экстазе ее имя. После этого он стоял, прижав ее к себе и уткнувшись носом в ее шею. Когда они оба немного отдышались, он выключил воду и, подхватив Эллу на руки, отнес ее в спальню.

Глава 10

Когда утром Мика и Элла спустились на вераyду, Ябу накрывал стол на две персоны. Было жарко, в голубом небе ярко светило солнце.

Элла подумала, что, когда она покинет Южную Африку, ей будет не хватать таких дней, как этот, и ее сердце болезненно сжалось. Она поприветствовала Ябу и, когда он протянул ей кружку с кофе, тепло улыбнулась ему:

— Спасибо. Вы настоящий ангел.

Ябу даже представить себе не мог, насколько ей был необходим заряд бодрости после того, как она большую часть ночи занималась любовью с Микой. Или, может, он озорно подмигнул ей в ответ, потому что все понял? При этой мысли ее щеки вспыхнули от смущения.

— Доброе утро, Мкulu, — сказал Мика, сжав плечо Ябу.

Элла обратила внимание на то, что Мике самому пришлось наливать себе кофе.

— Что бы вы хотели на завтрак? — спросил Ябу, ставя в изящную вазу роскошные белые розы.

Элле было неудобно просить пожилого человека готовить для нее, тем более в воскресенье, поэтому она ответила с улыбкой:

— Хлопья с молоком, если можно.

Увидев разочарование на лице Ябу, она поняла, что он хотел сделать приятное Мике и его гостье, поэтому добавила:

— По правде говоря, я очень голодна, и хлопьев мне будет маловато. Что вы можете предложить, мистер Мкхайз?

— Пожалуйста, зовите меня Ябу, — улыбнулся он. — Что скажете насчет сэндвича с копченым лососем, яйцом пашот и голландским соусом?

У Эллы потекли слюнки.

— Звучит очень аппетитно. Спасибо.

Кивнув, Ябу пошел на кухню пружинящей походкой.

Когда он скрылся в доме, Мика коснулся губами губ Эллы:

— Спасибо тебе за это. Будь я здесь один, он, наверное, швырнул бы мне кусок черствого хлеба.

— Не говори чушь. Ябу тебя обожает и хочет о тебе заботиться.

— Ты мудрая женщина. — Поцеловав ее в кончик носа, Мика взял с кофейного столика воскресные газеты, сел на кушетку и начал их просматривать. Не желая ему мешать, Элла взяла кружку с кофе, подошла к ступенькам, которые вели к бассейну, и посмотрела на сад. Пышный и безукоризненно ухоженный, он был бы отличным местом для свадьбы.

Кое-что вспомнив, она вернулась к Мике и заметила на столике рядом с ним черный планшет. Такие она видела и в других частях дома. Мика как-то упомянул, что в них установлена программа для управления кондиционером, освещением и сигнализацией.

Взяв планшет, она помахала им перед Микой:

— Я могу выйти с него в Интернет?

— Да, конечно, — кивнул Мика.

Минут через десять Элле удалось найти статью, которую она когда-то читала. В ней говорилось о том, что новый владелец Кэскарт-Хаус, одного из старейших особняков в Йоханнесбурге, изменил до неузнаваемости интерьер дома, не проконсультировавшись с властями, которые отвечали за сохранение исторических зданий. Он снес стены когда-то знаменитого бального зала, трех гостиных и столовой и получил огромное пространство с открытой планировкой, приведя в ужас историков архитектуры.

Сэмюел Добсон, владелец Кэскарт-Хаус, согласился приостановить процесс реновации. Источник из близкого окружения мистера Добсона сообщил, что причиной тому стали финансовые трудности, а не желание Добсона сохранить историческую ценность Кэскарт-Хаус.

Прочитав статью, Элла ввела в поисковую строку название особняка, и программа выдала ей множество фотографий. Сады, окружающие особняк, построенный в 80-е годы XIX века, уже тогда считались достопримечательностью города. В конце XX века по договоренности с предыдущим владельцем особняка ими занимался местный садоводческий клуб. Весной этот клуб проводил здесь цветочные фестивали.

Огромное помещение, роскошные сады, близость к церкви — все это делало Кэскарт-Хаус отличным местом для проведения свадьбы.

— Мика?

Он поднял на нее глаза и сексуально улыбнулся:

— Мне нравится твое платье, дорогая.

Элла окинула удивленным взглядом свое дешевое платье-майку, в котором не было ничего особенного, и поблагодарила его за комплимент.

Бросив взгляд на экран планшета у нее в руках, он спросил:

— Почему ты смотришь фотографии Кэскарт-Хаус?

— Тебе знаком этот дом?

— Да. Мы с его нынешним владельцем учились в одной школе. Он последний из старинного рода Добсонов. Несколько месяцев назад произошел скандал, связанный с тем, что Сэмюел Добсон внес значительные изменения в интерьер исторического здания. Почему тебя интересует особняк Добсонов?

Элла сделала глубокий вдох, надеясь, что Мике понравится ее идея.

— Сади упомянула, что всегда мечтала выйти замуж дома и обменяться брачными клятвами под цветочной аркой в саду. Хэдли-Хаус маловат для ее свадьбы, но я подумала, что другой особняк в викторианском стиле может подойти. — Она положила планшет на столик перед Микой. — Благодаря тому, что часть межкомнатных стен была снесена, первый этаж превратился в открытое пространство, где тысяча гостей будет чувствовать себя вполне комфортно. Сады Кэскарт-Хаус регулярно получают высокие награды на цветочных фестивалях. Кроме того, неподалеку от особняка есть церковь. Что скажешь, Мика?

— Даже не знаю, дорогая, — задумчиво произнес он. — То, что ты предлагаешь, довольно далеко от первоначальной идеи.

Внутреннее чутье подсказывало Элле, что Кэскарт-Хаус — это то, что им нужно.

— Ты не мог бы связаться с Сэмюелом Добсоном и узнать, не желает ли он сдать свой особняк для проведения мероприятия?

Мика задумчиво потер шею, затем поднялся, взял свой мобильный телефон и сделал пару звонков.

К тому моменту, когда Ябу вернулся на веранду с серебряным подносом, нагруженным едой, Мика уже договорился с Добсоном об их визите в Кэскарт-Хаус в следующее воскресенье.

Элла влюбилась в Кэскарт-Хаус с первого взгляда. Это был исполинский особняк с высокими кирпичными трубами и широкой верандой, обрамляющей здание по периметру. Как и говорилось в статье, первый этаж представлял собой свободное помещение огромных размеров с лестницей из бирманского тика в центре. Добсон заменил массивные старинные двери, которые вели на веранду, на легкие раздвижные.

Верхние этажи изменения не затронули. В каждой из комнат были полы из дугласовой пихты и камин с резной деревянной полкой. Дверные ручки и электрические выключатели были из меди.

«Сади будет в восторге», — думала Элла, расхаживая в одиночку по первому этажу и представляя себе, как его можно будет обустроить для свадьбы. Мика и Сэмюел стояли в стороне и разговаривали — несомненно, вспоминали годы, проведенные в элитной школе в Квазулу-Натал.

Элла была рада этой передышке. Хозяин дома ей совсем не понравился. Всякий раз, когда Сэмюел на нее смотрел, ей казалось, что он раздевал ее взглядом. Когда он, отвечая на ее вопросы, пялился на ее грудь, ей становилось не по себе.

Когда она проходила мимо мужчин, Мика отвел ее в сторону и поцеловал в висок. Взгляд Сэмюела задержался на руке Мики, которую тот положил на бедро Эллы.

— Мне нужно будет вернуться сюда и собрать больше информации, прежде чем мы сможем рассказать об этом варианте заинтересованной стороне, — сказала Элла Мике.

— Кому нужно это здание и для чего? — спросил Сэмюел с нескрываемым любопытством.

— Мы пока держим личность моего клиента в секрете, мистер Добсон, — ответила Элла, помня о том, что информация о свадьбе не должна раньше времени попасть в прессу. — Вы готовы сдать дом и прилегающую к нему территорию на выходные?

— За подходящую цену. Очевидно, здесь пройдет крупное мероприятие с большим числом гостей, и мне понадобится щедрая компенсация, чтобы навести здесь порядок.

«Значит, ему действительно нужны деньги, — подумала Элла. — Будь у него их достаточно, он закончил бы ремонт».

— Надеюсь, вы не станете возражать против незначительных изменений?

— Например?

— Возможно, нам придется покрасить веранду. В нейтральные цвета, разумеется, — улыбнулась Элла. — Вы подумаете над этим и сообщите мне о своем решении, хорошо?

Сэмюел нахмурился и пожал плечами:

— Как я уже сказал, мне будут причинены большие неудобства.

Элла знала, что он набивал себе цену. Что сразу, как только они уедут, он полезет в Интернет, чтобы узнать стоимость аренды особняка для проведения мероприятия, и при следующей встрече назовет им сумму по меньшей мере в четыре раза больше.

Мика пожал Добсону руку и сказал, что будет ждать его звонка.

Когда они доехали до конца подъездной дороги, Мика встревоженно посмотрел на Эллу:

— С тобой все в порядке? В доме ты была немного напряжена.

— Мне не по себе от твоего знакомого. У меня было такое ощущение, что он разговаривал с моей грудью, а не со мной.

Мика надавил на тормоз, и его «бентли-бентайга» остановился.

— Он что-то тебе сказал, когда я выходил, чтобы ответить на звонок? Он пытался тебя лапать?

Глаза Мики сверкали от ярости, и она поспешно ответила:

— Нет, ничего подобного. Просто, когда он на меня пялился, мне было не по себе.

Мика приподнял ее подбородок:

— Не встречайся с ним наедине, хорошо? — Поцеловав ее в губы, он внимательно посмотрел на нее и произнес: — Мне нужно кое-что тебе сказать.

Внутри у Эллы все оборвалось. Было воскресенье, и это означало, что неделя, которую они договорились провести вместе, подошла к концу.

— Я получил сообщение от частного сыщика, которого нанял для расследования преступлений Пиллея, — неожиданно произнес он. — Сыщик нашел довольно значительное число женщин, которые подверглись домогательствам со стороны Пиллея. Все они готовы выступить с публичными обвинениями. В одном случае речь идет о попытке изнасилования.

Элла почувствовала облегчение, у которого были две причины. Во-первых, Мика с ней не порвал, во-вторых, ее обидчик скоро получит по заслугам и не сможет больше никому навредить.

— Что ты собираешься делать дальше? — спросила она.

— Я передам информацию одной журналистке, которой доверяю. Через несколько дней она разойдется по всем изданиям. Потом Кендалл, журналистка, официально обратится к нам с Яго. Мы скажем, что провели собственное расследование, выяснили, что Пиллей домогался одну из наших сотрудниц, и решили разорвать все договоренности с ним и его компанией. Разумеется, твое имя не будет упоминаться в газетах.

Все закончилось, и она может начать новую жизнь. Но где? Собирается ли она по-прежнему покинуть страну? Как она сможет жить в другой стране, не имея возможности видеть Мику, прикасаться к нему, разговаривать с ним, любить его? Судя по тому, как она испугалась, когда подумала, что Мика решил с ней порвать, она не сможет быть счастливой без него.

«Я готов сдать мой дом в аренду вашему клиенту. Нам осталось обсудить скучные детали вроде парковок и размещения обслуживающего персонала. Уверен, что Мика не захочет тратить свое драгоценное время на вещи, которые мы с вам сможем обсудить вдвоем. Давайте встретимся сегодня в шесть часов вечера».

Элла прочитала сообщение Сэмюела Добсона, и ее охватила паника.

Кэскарт-Хаус был великолепен. Команда Анны де Палмер-Уайт сможет превратить его в идеальный фон для роскошной свадьбы Сади.

Решение было безупречным, и Элла гордилась тем, что его нашла она. Единственная проблема заключалась в том, что Сэмюел Добсон хотел встретиться с ней наедине в огромном доме, стоящем посреди участка площадью в два акра.

Добсон требовал непомерно высокую цену за аренду, но было очевидно, что, помимо этого, он хотел заполучить ее, Эллу.

Она быстро набрала ответное сообщение:

«Сегодня вечером я буду занята. Мы можем встретиться завтра утром?»

«Либо мы с вами встретимся сегодня вечером, либо наша сделка не состоится», — тут же пришел ответ.

Элле не осталось ничего другого, кроме как написать, что она приедет сегодня вечером.

Ей не нравился Добсон. Она не хотела встречаться с ним наедине, но допускала, что излишне драматизирует, основываясь на негативном опыте. То, что Добсон пялился на ее грудь, вовсе не означало, что он прижмет ее к стене и начнет лапать.

Она не знала, что ей делать. Ей хотелось поговорить с Микой, поделиться с ним своими страхами и сомнениями. Она знала, что ему можно доверять и что он встанет на ее защиту.

Она любила его. Несмотря на трагедию, которая произошла в его жизни двадцать лет назад, он был полностью уверен в себе и своем месте в этом мире. Он не боялся ни людей, ни ситуаций, не мучился с принятием решений.

Ей хотелось стать такой же сильной и уверенной, как он. Чтобы стать достойной его, ей придется отпустить прошлое, оставив позади себя боль, гнев и обиды. Перестать беспокоиться о том, верят ей другие люди или нет. Главное, что Мика ей верит.

Если она останется в Южной Африке и откроет собственную фирму по организации мероприятий, ей придется преодолеть свой главный страх. Она не может просить, чтобы Мика сопровождал ее на все встречи с клиентами-мужчинами. А ведь кроме клиентов есть еще шеф-повара, осветители и монтажники временных конструкций.

Впервые за долгое время она почувствовала, что наконец готова сама за себя постоять. Пусть встреча с Добсоном станет первым испытанием на ее новом пути. Но для подстраховки она все же возьмет с собой Дженни. Та будет сидеть в машине и слушать ее разговор с Добсоном по телефону.

У нее все получится. Ее договоренность с Добсоном об аренде Кэскарт-Хаус станет ее подарком для Мики. И, что гораздо более важно, для самой себя.

Взяв мобильный телефон, Элла набрала номер подруги:

— Привет, Дженни. Что ты делаешь сегодня вечером? Мне нужна твоя помощь.

Глава 11

Влетев в свой рабочий кабинет, Мика бросил на стол кожаный портфель, достал из него несколько папок и поморщился. До его важной встречи с бизнес-леди из Швеции оставалось всего несколько часов. Эрна Мортенсен хотела продать свою небольшую сеть торговых центров в Соединенном Королевстве. Это была очень выгодная сделка, и Мика тщательно к ней готовился.

Но когда сегодня утром он заметил, как Элла любовалась его телом в зеркале в ванной, он занялся с ней любовью прямо на полу, забыв обо всем остальном. Именно по этой причине он на целый час опоздал на работу. Впрочем, он ни о чем не жалел.

Только он погрузился в чтение документов, как раздался сигнал интеркома. Перед тем как войти в кабинет, он велел своей личной помощнице не отвлекать его от работы. Должно быть, возникло что-то срочное, раз она нарушила его распоряжение.

Включив интерком, он услышал следующее:

— Сэр, к вам пришла миссис Пирсон. Ей не было назначено.

Мика нахмурился. Он знал лишь одну миссис Пирсон — мать Брианны.

— Простите, кто?

— Кейт Пирсон. Она сказала, что знала вас, когда вы были ребенком.

Ладони Мики внезапно стали влажными. Зачем она пришла? Чтобы сообщить ему, что Брианны больше нет? Нет, она вряд ли пришла бы к нему в офис для этого. После аварии он видел родителей Брианны всего два раза. Они наотрез отказались с ним общаться и даже разорвали свою дружбу с Тео и Лианой.

— Хорошо, я ее приму.

С бешено колотящимся сердцем он пошел к двери, чувствуя себя восемнадцатилетним мальчишкой, которого переполняли боль и чувство вины.

Открыв дверь, он увидел пожилую женщину, которая выглядела как постаревшая Брианна. Он не протянул ей руку и не улыбнулся, просто жестом пригласил ее в кабинет, а затем указал ей на диван. Кейт села на него и соединила пальцы в замок.

— Полагаю, ты хочешь знать, зачем я сюда пришла.

— Я слышал, что Бри подхватила инфекцию дыхательных путей. Как она?

— Не очень хорошо, — вздохнула Кейт. — Ее организм не реагирует на антибиотики.

— Мне жаль это слышать, Кейт.

Она встретилась с ним взглядом:

— Мне следует отключить ее от аппаратов жизнеобеспечения?

Ее неожиданный вопрос застал Мику врасплох, и он промолчал.

Кейт поставила локти на колени и обхватила голову руками.

— Я так устала, Мика. Устала видеть ее в таком состоянии.

Мика ее понимал. Того, что пережила Кейт, не пожелаешь и врагу.

— Не понимаю, чего вы хотите от меня, Кейт, — мягко произнес он.

Вскочив, она подошла к стеклянной стене и прижала к ней ладони.

— Мне нужно, чтобы ты помог мне принять решение, Мика.

Час от часу не легче!

Встав рядом с ней, он начал наблюдать за крошечными автомобилями внизу. Он не хотел участвовать в этом разговоре, не хотел примерять на себя роль Бога. Ведь речь шла о жизни другого человека!

— Фил даже думать не хотел о том, чтобы ее отпустить, и я надолго закрыла для себя эту тему. Но сейчас смотреть, как она с трудом дышит, выше моих сил. Даже если она выкарабкается на этот раз, через несколько месяцев, год или два все может повториться.

— Но почему вы обратились за помощью ко мне? Вы же меня ненавидите.

Кейт грустно посмотрела на него:

— Я ненавидела тебя слишком долго. Но Бри тебя обожала. Для нее с раннего детства не существовало других мальчиков. Однажды она сказала мне, что ты знал ее лучше, чем кто-либо другой, и наоборот.

Это действительно было так, пока в его жизни не появилась Элла. Но, в отличие от Брианны, Элла не смотрела на него сквозь розовые очки. Она видела все его недостатки, но все равно испытывала к нему симпатию.

— Как ты думаешь, чего бы она от меня хотела, Мика? — прошептала Кейт.

«Скажи ей, чтобы она меня отпустила, — раздался в его голове звонкий голос Брианны.

— Я не хочу, чтобы она умерла, Кейт, — произнес он сдавленным от эмоций голосом, — но мне тяжело думать о том, что она много лет находится в неизменном состоянии.

Кейт прижала ладонь к груди:

— Но что, если она все-таки придет в себя? Ты, наверное, слышал, что такое иногда случается.

Он слышал о подобных случаях, но знал, что с Брианной этого не произойдет. Он разговаривал с одним из лучших неврологов в мире, и тот сказал ему, что чем дольше Брианна будет оставаться в коме, тем меньше у нее шансов прийти в себя.

«Скажи ей, чтобы она меня отпустила, Мика. Освободи нас всех», — снова пронеслось у него в голове.

Ему не хватило смелости произнести это вслух, и он положил руки на плечи Кейт:

— Я не скажу, что вам делать, Кейт. Я не могу. Я знаю, что Брианна не хотела бы так жить, но решение всегда будет оставаться за вами. Каким бы оно ни было, я всегда буду вас поддерживать.

Кейт прислонилась лбом к его груди:

— Я так долго тебя ненавидела, Мика.

— Я знаю.

Он тоже себя ненавидел, винил себя одного в том, что произошло с Брианной. Так было до тех пор, пока Элла не заглянула в его мрачный внутренний мир и не впустила туда свет. Это она убедила его в том, что решение сесть ночью за руль и поехать за ним в бар принадлежало Брианне. Что она повела себя импульсивно и глупо.

Отстранившись, Кейт вытерла кончиками пальцев мокрые от слез глаза:

— Я устала бороться, ненавидеть, обижаться и страдать.

Он понимал ее лучше, чем она думала.

— Я тоже, Кейт.

Она сглотнула и кивнула:

— Я не знаю, что буду делать. Мне сообщить тебе, если я решу…

— Да, пожалуйста.

Кивнув, Кейт подошла к дивану, взяла свою сумочку и повесила ее на плечо.

— Я пойду.

Мика кивнул. Он чувствовал сильную душевную усталость и вместе с тем облегчение.

— Кейт?

Пожилая женщина повернулась и посмотрела на него.

— Если вам когда-нибудь понадобится поговорить с кем-то, кто знал и любил ее, вы можете прийти ко мне, — сказал он. — Я был молод и глуп, но я по-своему ее любил.

— Спасибо тебе, Мика, — слабо улыбнулась Кейт и вышла из кабинета, закрыв за собой дверь.

Соскользнув вниз по стеклянной стене, Мика сел на ковер и закрыл глаза, борясь со слезами.

Потеря Брианны была для него тяжелым ударом, но его платонические чувства к ней не шли ни в какое сравнение с любовью, которую он испытывал к Элле. Он сомневался, что выдержит, если потеряет Эллу.

Что, если с ней что-то случится? Что, если она его бросит? Что, если он ей не нужен, и она на следующей неделе улетит в Лондон, как планировала изначально?

Зачем он подпустил ее слишком близко к себе? Зачем позволил ей проникнуть в его сердце?

И почему он думает, что сможет жить нормальной жизнью вместе с Эллой, быть мужем и отцом? Что он заслуживает быть счастливым?

Раздираемый противоречивыми мыслями, он отменил все свои деловые встречи на сегодняшний день.

Был уже вечер, когда Элла вышла из лифта на верхнем этаже офисного здания «Леру интернэшнл» и, окинув взглядом пустую приемную, удивилась отсутствию личной помощницы. Она знала, что их было две, и они работали посменно. Она не хотела помешать Мике, если у него была деловая встреча, но она только что вернулась от Добсона, и ей не терпелось поделиться с ним хорошими новостями.

Достав из сумочки мобильный телефон, она быстро набрала сообщение:

«Чем ты сейчас занимаешься?»

«Работаю у себя в кабинете», — тут же ответил Мика.

Судя по всему, он был там один.

Элла пересекла просторную приемную, постучалась в дверь кабинета, открыла ее и вошла внутрь. Мика сидел за столом, обхватив руками голову. Услышав шаги Эллы, он резко выпрямился. Она заметила, что его лицо было бледным, а под глазами залегли тени.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он без своей обычной приветливой улыбки.

Элла положила сумочку на ближайший стул.

— Мне нужно кое о чем тебе сообщить. Ты в порядке?

— Зачем нужно было врываться в мой кабинет? Ты могла бы поговорить со мной, когда я освобожусь.

Она никогда еще не видела его таким холодным и раздраженным. Но его настроение должно улучшиться, когда она сообщит ему свои новости.

— Я думаю, что сделка на аренду Кэскарт-Хаус у нас в кармане.

Выражение его лица не изменилось.

— С чего ты это взяла?

— Я ездила на встречу с Сэмюелом Добсоном, и мы с ним обсудили условия предстоящей сделки. Завтра утром туда приедут Сади и Анна. Мне хотелось бы, чтобы ты тоже там был. Если, конечно, у тебя не запланированы важные дела на утро.

Мика медленно поднялся и оперся ладонями о стол. Его глаза метали молнии.

— Ты ездила к нему? Одна?

Элла чувствовала, что тоже начинает закипать.

— Я выполняла свою работу, Мика. Делала то, для чего ты меня нанял.

— Но я запретил тебе ездить туда одной! Не могу поверить, что после того, что ты пережила, ты отправилась на встречу с Добсоном в одиночку. Что, если бы он стал к тебе приставать? — взревел Мика. — Он тебя домогался? Что он делал?

— Он пригласил меня на свидание, — неохотно призналась Элла. — Я ответила «нет».

— Что еще?

Сэмюел был очень настойчив. Он сказал, что ей нет необходимости быть верной Мике, потому что тот никогда не был верен ни одной женщине. Что он менял их как перчатки и избегал отношений с обязательствами. Когда посреди делового разговора Добсон в четвертый раз затронул эту тему, она не выдержала и велела ему заткнуться, а затем прочитала лекцию о том, как следует вести себя с женщиной, которая сказала «нет».

Все это время лежащий у нее в кармане мобильный телефон был в режиме разговора, и Дженни, которая ждала ее снаружи, слышала все, о чем они говорили.

Несмотря на полученную отповедь, Добсон согласился сдать в аренду свой особняк. Элла была убеждена, что он сделал это из-за нехватки денег, а вовсе не потому, что ему стало стыдно за свою назойливость.

— Итак, ты сможешь поехать туда завтра вместе с нами? — спросила она Мику, не желая обсуждать с ним поведение Добсона.

— Я еще не закончил говорить о том, почему ты поехала туда одна, — отрезал он.

«Ну почему он так хочет поссориться?»

— А я закончила!

— Почему ты рискнула туда поехать после истории с Пиллеем? — Подойдя к ней, он взял в ладони ее лицо и внимательно посмотрел на нее. Его черты смягчились.

— Ты в порядке? Ты ничего не хочешь мне рассказать?

— Мика, я в порядке.

— Ты уверена? Что я могу для тебя сделать? Как я могу тебе помочь? Не понимаю, почему ты отправилась туда одна.

Встав со стула, Элла нахмурилась.

Почему он пытается починить то, что не было сломано? Что здесь происходит? Мика злится на нее за то, что она поехала к Добсону одна, или что она не позволила ему, Мике, сыграть роль Великого Защитника? Он привык все исправлять. Это смысл его жизни.

Он не может исправить то, что произошло с Брианной, но может ограждать ее, Эллу, от малейших опасностей.

Но она не хотела, чтобы он контролировал каждый ее шаг. Она просто хотела, чтобы он любил ее такую, какая она есть. То сильную, то слабую, то уверенную, но сомневающуюся.

Она хотела, чтобы, когда у него возникали трудности, он обращался к ней за советом, поддержкой и утешением.

Элла почувствовала, как ее глаза зажгло от слез.

— Я не могу быть такой женщиной, какая тебе нужна, Мика.

— Что ты имеешь в виду, черт побери?!

— Из-за того, что случилось с Брианной, ты испытываешь необходимость постоянно держать все под контролем и искать рядом с собой тех, кто нуждается в помощи. Ты так себя ведешь, потому что не можешь исправить то, что с ней произошло.

Элла с силой прикусила нижнюю губу и почувствовала вкус крови.

— Я говорю не о Брианне, а о том, что ты ездила к Добсону одна! — отрезал он.

— Я не ребенок, Мика! И я ездила туда не одна. Пока я встречалась с Добсоном, Дженни сидела в машине и слушала наш разговор по телефону. После истории с Пиллеем я все продумала и подготовилась. Я не глупая.

— Я никогда не говорил, что ты глупая!

— Нет, но ты считаешь меня слабой, и отчасти тебя влечет ко мне поэтому.

В его глазах что-то промелькнуло, и Элла поняла, что ее слова попали в точку. Ей было больно оттого, что он хотел ее, потому что она была слабее, и он мог ее защищать. Элла знала, что ей придется сделать выбор, и она решила сделать его сейчас. Если Мика не готов видеть в ней сильную женщину, которая способна сама за себя постоять, если он не готов относиться к ней как к равной, им лучше расстаться.

Выпрямившись, она откинула назад волосы.

— Я не могу оставаться слабой и беззащитной только потому, что тебе нужно постоянно решать чьи-то проблемы. Я могу быть только самой собой, и мне нужны здоровые отношения. Мне нужна свобода делать мои собственные ошибки, но ты не готов мне ее дать. Я не хочу, чтобы ты решал мои проблемы до их появления. — Наклонившись, она взяла свою сумочку и повесила ее на плечо. — Я действительно считаю, что Кэскарт-Хаус идеально подходит для свадьбы Сади. Уверена, что она со мной согласится, и вы все отлично организуете. Я свою работу выполнила. Заплати мне только двести пятьдесят тысяч, о которых мы договорились вначале. Больше денег мне не нужно.

Мика ошеломленно уставился на нее:

— Элла, какого черта?! Куда ты собралась?

— Прямо сейчас я возвращаюсь в свою пустую квартиру. Затем я забронирую билет до Лондона и перееду туда. Я думала, что смогу начать новую жизнь вместе с тобой, но ты хочешь, чтобы я оставалась такой, какой я больше не готова быть, Мика. — Дойдя до двери, она взялась за ручку и обернулась: — Пришли мне номер телефона своей знакомой журналистки. Я сама с ней свяжусь и публично выступлю против Пиллея. Я больше не собираюсь прятаться и хочу, чтобы все услышали мою историю из первых уст. Возможно, это придаст смелости другим пострадавшим женщинам, и они последуют моему примеру.

Она любила Мику и уходила от него, потому что знала, что так будет лучше для нее.

— Прощай, Мика.

Запрещая себе давать волю слезам. Элла вышла из кабинета с высоко поднятой головой. В пустом лифте она прижалась лбом к зеркалу, закрыла глаза и почувствовала, как ее сердце разрывается на части.

Глава 12

Мика не мог забыть выражение лица Эллы во время их прощального разговора.

Откинувшись на спинку кресла, он швырнул на стол дорогую ручку, подаренную ему Сади на позапрошлое Рождество, и уставился на лежащий перед ним контракт. Черт побери, он все еще был на второй странице! Приехав на работу после бессонной ночи, он сказал своей личной помощнице, что уволит ее, если она с кем-то его соединит или впустит кого-то к нему в кабинет, но пытаться сосредоточиться на работе было бесполезно. Его мозг был занят прокручиванием вчерашних событий.

Неожиданный визит Кейт вывел его из состояния душевного равновесия. Он не мог перестать думать об их разговоре. Ему не давало покоя, что он сказал Кейт, что поддержит ее, если она решит положить конец страданиям Брианны. Имел ли он право это говорить? Ведь речь шла о жизни другого человека. Не был ли ответ, который дал Кейт, слишком поспешным?

Но в глубине души Мика знал, что Брианна не хотела бы много лет влачить жалкое существование на больничной койке.

Он вспомнил разумную реакцию Эллы на его рассказ о том, что произошло с Брианной. Она сказала ему, что ее состояние от него не зависит, и он может себе позволить жить полноценной жизнью, влюбиться, построить семью.

Одно из этого уже произошло. За прошедшие две недели он влюбился в Эллу. Он хотел, чтобы она жила вместе с ним и стала его женой и матерью его детей.

Элла знала его даже лучше, чем его брат-близнец. Она знала его мрачные секреты и сказала ему вчера, что он пытается решать проблемы всех вокруг него, потому что не может помочь Брианне.

Так оно и было, но в одном она ошибалась: он вовсе не считал ее, Эллу Янг, слабой и сломленной. Напротив, она была самой сильной и смелой из всех женщин, которых он знал. Судьба не раз наносила ей тяжелые удары, но она поднималась, отряхивалась и продолжала бороться. Больше всего его восхищало то, что она делала это в одиночку. У него был брат, сестра и Ябу, а у нее не было никого. Ее отец давно от нее отдалился и не интересовался ее жизнью.

Да, он слишком оберегал Эллу и слишком остро отреагировал на то, что она ездила одна в Кэскарт-Хаус. Но причина этого была лишь в том, что он хотел, чтобы она знала, что больше не одинока. Что рядом с ней есть человек, который всегда защитит и поддержит ее в трудную минуту.

Вчера он сделал ей больно и должен это исправить во что бы то ни стало.

На столе зазвонил его мобильный телефон, он схватил его и, не посмотрев на экран, нажал кнопку соединения.

— Элла? Где ты?

— Прости, это всего лишь я, твоя сестра, — ответила Сади. — Та, которая сходит с ума из-за своей свадьбы.

— Прости, дорогая, я знаю, что тебе сейчас нелегко, но мне нужно найти Эллу.

— Вообще-то я позвонила тебе, чтобы ее найти, — ответила Сади после небольшой заминки. — Мы должны были встретиться в Кэскарт-Хаус этим утром, но она не приехала.

Вчера вечером она прислала нам с Анной электронное письмо, в котором подробно объяснила, почему она считает Кэскарт-Хаус подходящим местом для проведения моей свадьбы. Я сегодня там побывала, Мика. Это удивительное место. Там есть все, что мне нужно. Работа Эллы произвела большое впечатление на Анну. Она хочет знать, не желает ли Элла с ней сотрудничать, но я никак не могу до нее дозвониться. Почему ты не знаешь, где она, Мика? Вы поссорились?

— Я ее подвел, — признался он.

— Нам с Анной нужна ее помощь в подготовке к свадьбе, а тебе, Мика, она нужна как вторая половинка. Она делает тебя счастливой, и ты заслуживаешь счастья.

— Да, — согласился он.

— Тогда какого черта ты не пытаешься ее вернуть?!

«Хороший вопрос», — подумал Мика.

Если он будет продолжать сидеть за столом и ничего не делать, Элла к нему не вернется. Он был специалистом по решению проблем других людей. Не пора ли ему заняться своими собственными?

Элла сидела на кушетке с ноутбуком на коленях и равнодушно пролистывала предложения на сайте по бронированию билетов. Она проплакала почти сутки, и у нее закончились бумажные платочки и салфетки. Она не смогла себя заставить покинуть квартиру, поэтому ей пришлось перейти на кухонные полотенца.

Еще она до сих пор не смогла себя заставить забронировать билет. Ее банковская карта лежала на подушке рядом с ней, но она так и не выбрала ни дату, ни время.

Она не хотела уезжать. Не хотела оставлять Мику. Она хотела провести с ним остаток жизни. Быть не только его законной женой, но также его близким другом и доверенным лицом.

То, что происходило между ними на протяжении двух с лишним недель, нельзя было назвать короткой интрижкой. Их с Микой связывало нечто большее, нежели сексуальное влечение. Но, наверное, он не любит ее так сильно, как она его, раз он даже не позвонил и не написал ей после того, как она вчера вечером покинула его кабинет.

Если она не может рассчитывать на ответную любовь, ей лучше уехать и не видеть Мику.

Собравшись с духом, она выбрала рейс до Лондона в начале следующей недели и ввела данные своей карты. Когда на экране появилось сообщение с подтверждением покупки, по ее щекам покатились слезы, и она закрыла глаза.

Все. Дело сделано. На следующей неделе она улетит в Соединенное Королевство и начнет там новую жизнь. Одна.

Ей следовало бы уже привыкнуть к своему одиночеству.

Захлопнув ноутбук, она посмотрела на кучи мятых платочков на кушетке и на полу, но у нее не было ни сил, ни желания убираться.

Ей хотелось просто лежать и оплакивать все то, что она с легкостью могла себе представить, но не могла иметь.

Сидя на скамейке под старым дубом, Мика, подняв голову, смотрел на лунный свет, просачивающийся сквозь крону. Ночь была теплой и тихой. Не было слышно ни лягушек, ни сверчков. У него было такое чувство, будто весь мир замер в ожидании.

Посмотрев на часы, он обнаружил, что была уже почти полночь. Его телефон по-прежнему молчал. После того, как Мика просуетился весь день, отдавая распоряжения и подписывая документы, он около десяти часов вечера отправил Элле сообщение, в котором спросил, не могла ли она оказать ему услугу и встретиться с ним в Хэдли-Хаус.

Она ответила, что приедет через час. Он велел Ябу встретить Эллу и проводить ее к нему. Прошло уже почти два часа, но ее все не было. Очевидно, она не собирается приезжать. Он потерял ее навсегда. Его рискованное предприятие оказалось напрасным.

Наклонившись, он прижал ладонь ко лбу. Что ему делать дальше, черт побери?!

— Уже поздно, Мика. Не могу понять, почему ты позвал меня сюда на ночь глядя.

Резко подняв голову, он посмотрел на дорожку и увидел идущую по ней Эллу. Свет луны отражался в ее темных волосах, собранных в высокий хвост. На ней были простой сарафан и шлепанцы, расшитые бусинами. На ее лицо падала тень, и он не видел его выражения.

Мика взял лежащий рядом с ним планшет, нажал несколько виртуальных клавиш, и в саду тут же включилось освещение, создав романтическую атмосферу.

Оглядевшись по сторонам, Элла кивнула:

— Ночью твой дом выглядит еще красивее, чем днем, но я все еще не понимаю, зачем ты меня сюда позвал.

Не зная, как начать самый важный разговор в своей жизни, он просто похлопал ладонью по свободному месту рядом с ним. Элла села на скамейку, закинула ногу на ногу и, посмотрев на фонарики в ветвях, попросила его выключить свет. Он тут же сделал, как она велела.

Ему нужно было начать разговор, и он выбрал для этого нейтральную тему.

— Сегодня я перевел на твой счет деньги.

— Спасибо.

Наверное, она подумала, что он заплатил ей четверть миллиона. Она будет шокирована, когда увидит, что он перевел ей семьсот пятьдесят тысяч.

— Сади и Анне понравились твои идеи, касающиеся свадьбы.

— Значит, Сади согласна провести свадьбу в Кэскарт-Хаус? — произнесла Элла без особой радости.

— Да. Она не смогла до тебя дозвониться.

Элла пожала плечами:

— Я выключила телефон. Мне не хотелось ни с кем разговаривать.

— Я думаю, что тебе следует с ней поговорить. Сади хочет знать, может ли она передать твой номер Анне. Та хочет предложить тебе сотрудничество.

На ее лице появились удивление и восторг, но тут же исчезли.

— Я отправляюсь в Лондон, Мика. Я уже купила билет.

— Не уезжай, Элла

— Почему я должна остаться?

— Не уезжай из-за того, что я тебя подвел.

— Я уезжаю, потому что ты не дал мне того, что мне нужно. — Наклонившись вперед, Элла положила предплечья на колени.

— Я не считаю тебя слабой и сломленной, Элла, и я не считаю, что тебя нужно спасать. Я восхищаюсь твоими способностями, твоими талантами, тем, как ты справляешься с трудностями. Ты намного сильнее и смелее, чем думаешь.

— Я не смелая, — возразила она.

— Отправиться одной на встречу с Добсоном было смелым поступком. Согласиться рассказать свою историю на камеру и открыто обвинить Пиллея было невероятно смелым решением. Не сомневаюсь, что другие жертвы сексуальных домогательств последуют твоему примеру. Вчера у меня был тяжелый день. Ко мне приходила мать Брианны.

— Зачем? Брианна жива?

Он кивнул:

— Да, но все еще никак не может побороть инфекцию. Кейт подумывает о том, чтобы ее отпустить, и она пришла узнать мое мнение.

Элла прижала ладонь к груди:

— О, Мика, должно быть, это был очень тяжелый разговор.

Он кивнул:

— Я всю оставшуюся часть дня сомневался, правильно ли я поступил, сказав Кейт, что Брианна не хотела бы влачить жалкое существование, находясь между жизнью и смертью. Когда ты пришла, я был в ужасном настроении и слишком остро отреагировал на то, что ты одна встречалась с Добсоном. Меня просто напугала мысль о том, что ты могла оказаться в ситуации, в которой я не мог тебя защитить. Прости, что сорвался.

Она кивнула:

— Решение встретиться с Добсоном одной далось мне нелегко. Я подумала, что, если я справлюсь, буду меньше нервничать перед деловыми встречами с незнакомыми мужчинами.

— У меня есть знакомый инструктор. Если ты захочешь, он сможет тебя научить нескольким приемам крав-мага, чтобы ты чувствовала себя уверенно. Оставайся со мной, Элла. — Он указал ей на свой дом: — Мы сможем жить здесь, в Хэдли-Хаус. Или, если ты не захочешь делить жилище с Яго и Доди…

— Яго и Доди? У твоего брата отношения с лучшей подругой Сади?

— Да, но давай обсудим это позже. Я могу купить тебе дом? — внезапно спросил он.

— Дом? — удивилась она. — О чем ты говоришь?

— О Кэскарт-Хаус. По правде говоря, я уже купил его.

Элла продолжила смотреть на него в замешательстве.

— У Добсона?

Мика покачал головой:

— Нет, у настоящего владельца. Добсон был лишь управляющим. Он даже не жил там.

— Почему ты купил Кэскарт-Хаус?

— Я видел выражение твоего лица, когда ты ходила по этому дому. Ты выглядела одухотворенной. Я подумал, что ты, возможно, захочешь устроить там свой офис и использовать особняк для проведения роскошных мероприятий. — Элла никак на это не отреагировала, и он пожал плечами: — Или, если ты захочешь, мы будем там жить.

Элла прижала ладони к щекам. Глаза ее были широко распахнуты.

— Мика, остановись! Дай мне немного передохнуть, у меня от всего этого голова идет кругом.

Сделав глубокий вдох, она выставила перед собой поднятую ладонь, и он взял ее и прижался к ней губами. Ее рука задрожала, глаза потемнели от желания.

— Хорошо, давай поговорим о домах и работе позже. Сейчас главное то, что я тебя люблю и хочу быть с тобой.

— Что ты сказал?

Почему она выглядит потрясенной? Неужели его чувства не отражаются на его лице?

— Элла, любовь моя, благодаря тебе я снова захотел жить полноценной жизнью. До встречи с тобой моя жизнь была похожа на черно-белое фото. Ты наполнила ее светом, яркими красками, смехом. — Он нежно провел большим пальцем по ее щеке: — Я не могу и не хочу жить без тебя. Возможно, тебе понадобится время, чтобы ответить мне взаимностью, но то, что ты сюда пришла, вселяет в меня надежду.

Подойдя ближе, Элла нежно коснулась губами его губ.

— Мне не нужно время. Я тоже люблю тебя, Мика. Очень люблю.

— Означает ли это, что ты останешься?

Она приложила ладонь к его щеке.

— Я останусь, потому что ты моя вторая половинка, Мика. Потому что рядом с тобой я чувствую себя сильной и уверенной и, самое главное, любимой.

Мика слышал выражение о сердце, которое готово взорваться от счастья, но до этого момента не думал, что сам когда-нибудь испытает подобное.

Он не мог отвести взгляда от лица Эллы. Ему не верилось, что он сможет видеть это прекрасное лицо, просыпаясь каждое утро.

Элла смешливо наморщила нос:

— Мне нужно позвонить Анне, перевезти к тебе свои вещи, обдумать твою идею насчет офиса в Кэскарт-Хаус и сдать билет на самолет. Черт побери, я потеряю столько денег при возврате!

Мика рассмеялся. Его позабавило, что после того, как он купил для нее дом стоимостью больше двадцати миллионов, она думала о потере стоимости авиабилета.

— Ты можешь продать свою кушетку и холодильник. Возможно, тебе удастся компенсировать твою потерю, — поддразнил ее он. — На самом деле тебе не нужно беспокоиться о подобных вещах, потому что твой будущий муж очень богат и готов баловать тебя каждый день.

Ее брови взметнулись.

— Мой будущий муж? Ты делаешь мне предложение, Мика?

— Да. Я хочу стать твоим мужем и отцом наших будущих детей.

Она притворно-сердито посмотрела на него:

— Только давай договоримся, Леру. Один ребенок за один раз. Я не справлюсь с близнецами.

Мика посадил ее к себе на колени и поцеловал ее улыбающиеся губы.

— Вместе мы справимся, дорогая. Ну что, ты согласна выйти за меня замуж?

— Да!

Она крепко его поцеловала, подтвердив свой ответ. Затем соскользнула с его коленей, протянула ему руку, и они пошли в дом, где их ждал Ябу с шампанским.

Прижавшись виском к плечу Мики, Элла вздохнула:

— Поверить не могу, что мы знакомы меньше трех недель. Это означает, что я только что согласилась стать женой моего босса.

— Это не важно. Мы с тобой вместе, и это единственное, что имеет значение, — ответил он, открывая дверь дома, где они будут жить вместе.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Примечания

1

1 Спортивная дисциплина, подразумевающая бег по природному рельефу в свободном темпе или в рамках соревнования.

Content

Вуд Джосс Страсть с чистого листа

Джосс Вуд Страсть с чистого листа

Любовный роман — Harlequin — 1144

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Примечания