Татьяна Антоник. Беглянка в академии дракона

Беглянка в академии дракона

Пролог

Лекси

Я стояла с подругой около ванной комнаты. Тьяну пружинило от нетерпения, ее тревожность передалась и мне. Объяснив, что она чувствует потерю дракона, своей пары, я тут же ее спросила:

— А что ты хочешь от меня? — уже сразу зная ответ, добавила: — Дознаватель нас уже минут через десять тут проверит.

— Лекси, дорогая, — умоляла меня девушка, — я знаю, что ты иллюзионистка. Пожалуйста, наколдуй меня же. Он не должен понять, что я покинула академию.

— Лекси, — так же тихо начал Рифер, — отправь нас двоих. Он мой дядя. Без тебя мы не сможем уйти.

Я задумалась. Да я бы и рада помочь, но они же даже не просчитали до логического конца всю ситуацию.

— А как? — вырвалось у меня, — Ну сделаю я иллюзию вас, а как вы окажетесь в Хеваасиире?

— У меня есть портал, — достала Тьяна камень из какого-то очередного ее потайного кармана, — Мы перенесемся. А потом Рифер долетит.

Дракон кивнул, подтверждая сказанное.

Вы-то долетите, а меня могут мигом отправить в Датхар.

— Меня потом убьют, — пыталась отказаться я, — Тьяна, ты не понимаешь, о чем меня просишь.

— Лекси, — устало посмотрел на меня наш друг-дракон, — это не просто просьба. Там моя семья. И семья Тьяны.

Я прикрыла глаза и с минуту раздумывала, как мне быть. Иллюзию-то сделать я могу, а как мне потом выкручиваться?

Проиграв в голове пару вариантов, и все равно понимая, что так или иначе, внимание дознавателя я привлеку, решила помочь друзьям.

Хорошо бы отправиться с ними, но воин я посредственный, а иллюзии в битве особенно не помогут.

— Хорошо, — кивнула я обоим. — Но надолго не хватит. Если Милир обнаружит, я скажу, что вы меня пытали, и заставили, угрожая.

— А сколько времени у нас есть? — сразу же зашептала некромантка.

— Максимум час, может, два, — это я их еще ободряю. Я уже через двадцать минут собиралась сдаваться на милость Милира, — потом я буду истощена.

— Продержишься? — испуганно спросила Тьяна

— Да. Если не заметят, скажу, что вы просто перенеслись, а я не успела остановить.

— Хорошая идея, — ухмыльнулся Риф.

Я промолчала, подняв на него глаза исподлобья.

Когда Тьяна и Риф собрались, я не выдержала. Не понятно куда они направляются, и не известно, вернуться ли. Я заключила в объятия обоих.

— Только вернитесь, — ныла я — я себе никогда не прощу.

Дракон позволил себе вольность, коснувшись моего лица.

— Жди нас, блондиночка. Нам еще экзамены сдавать.

А потом… потом раскрылась арка портала и мои друзья пропали в сияющем свете.

Я посмотрела в зеркало, встряхнула волосами.

Если врать, то делать это максимально правдоподобно.

Я оцарапала оголенную кожу на руках. Разорвала часть подола и оборвала лямку на ночной рубашке, а потом с силой прикусила губу. Так, вид, что мы толкались и брыкались уже есть. Осталось состряпать слезы, за этим долго ходить не надо. Сейчас я в таком напряжении, словно струна на арфе, расплачусь как миленькая.

— МИЛИР! — заорала я во весь голос, держа в руках и порванную рубашку Тьяны.

Через несколько секунд в комнату некромантки вломился дознаватель, снеся дверь.

От страха я действительно пустилась в слезы.

— Что случилось? — осматривал он комнату.

— Я, я, я… — заикалась и всхлипывала я, тряся куском ткани.

— Что? Говори! — схватил он меня и затряс, как тряпичную куклу. — Где Тьяна с Рифером?

— Они ушли, — всхлипнула я, — я пыталась остановить…

— Как?! — взревел дознаватель.

— Порталы…

Он отпустил меня и критически осмотрел.

— Одевайся, — приказал Милир суровым тоном.

— Что? Зачем? — удивилась я.

— Переместимся во дворец, оставлю тебя там и пойду за твоими друзьями.

Я поджала губы. В принципе это было ожидаемо.

— Выйдите тогда, — скрестила руки на груди, привлекая к оной внимание.

— Нет, — покачал он головой, еще раз окидывая меня взглядом, а потом отвернулся. — Я не смотрю.

Проклятый дракон.

Глава 1

/Через несколько месяцев, после финальных событий из первой книги/

Милир Ойлистрей

Я сидел в своем кабинете, ожидая одного высокопоставленного гостя.

Он прибыл в столицу, чтобы заверить Его Величество Ревенера Первого в своей помощи Аридии в войне, а также прояснить один вопрос со мной.

Усталым взглядом посматривал на часы. Уже достаточно поздно, но не принять его не мог.

В дверь постучали.

— Войдите, — сразу же отозвался я.

— Дес Ойлистрей, — вошел статный высокий мужчина.

Я встал и поклонился ему.

— Вы можете называть меня Милир.

Он просто кивнул. Я такого фамильярного обращения себе позволить не мог. Сейчас ко мне на аудиенцию пришел король Датхара, небольшого южного вассального государства, Генрих де Тион.

— Вы не заняты? — окинул он помещение внимательным взглядом.

— Нет, конечно, нет. Я ожидал вас. Проходите, — указал на кресло перед столом.

Его Величество сел и тут же задал вопрос.

— Как продвигаются поиски моей дочери?

Нелегко признаваться в своем провале.

— Боюсь вас расстроить, — я тоже сел на свое место, — Как вы знаете, был объявлен отбор невест, а потом началась война. Я выполнял несколько другие поручения.

Генрих пробарабанил пальцами по столу.

— Я разочарован, Милир, — выдохнул он, — но все понимаю. Но неужели никаких зацепок? Мои люди уверяют меня, что она прибыла в столицу. А здесь ее след уже потерялся.

Я посматривал на гостя и думал, что можно ответить в таком случае.

— Ваше Величество, честно говоря, зацепок нет, но у меня есть некоторые мысли, и я почти уверен в них.

— И какие же? — подался он вперед.

— Вы сами описали Александру как свободолюбивую девушку, которая попыталась избежать навязанного брака.

— Да, — мрачно отозвался тот, — но она опозорила семью, не выполнила долг и сбежала. А ведь ей предстоит занять престол, я выбрал ей самого подходящего супруга.

Меня чуть не передернуло. То, что де Тион хочет отдать молодую девушку в жены своему самому близкому приближенному, уже зрелому, великовозрастному мужчине знали все, и сочувствовали бедняжке. Но так или иначе, она принцесса, а значит, долг стоит превыше желаний.

— Где юные барышни могут обрести свободу? — наводил я на мысль Генриха.

— Не понимаю, не говорите со мной загадками, Милир, — потребовал он.

— Почти уверен, что ваша дочь в Академии семи стихий, поэтому так успешно скрывается от Вас четыре года. Просто учится. Ведь там нет ни моих людей, не ваших. Дес ректор ревностно относится к своим владениям и чужаков туда не подпускает.

— И как же найти ее там? Как забрать? Если адепт поступил, то уже ничего не должно помешать ему доучиться. Да и какой скандал, — запричитал король.

Я на эту истерику смотрел с толикой брезгливости. Генрих де Тион мне не нравился. Но, как бы то ни было, девушку найти надо. Она — главная наследница соседнего государства, а нам проблемы с той стороны не нужны, в Аридии и так началась война.

— Тайно, — уверенно ответил я. — Я сам поеду туда, разузнаю. Опишите мне еще раз внешность девушки и характер.

— Дерзкая, уверенная и хитрая, — как заученную поэму декларировал мне король, — волосы совсем белые, глаза синие.

— А какой дар?

Глаза у Генриха забегали.

— Мы не были близки с дочерью, как и с ее матерью. Эланора меня не любила, брак был договорной. Тогда Датхар был в том же положении, что и сейчас — женщина у власти.

Я все это знал и просто кивнул, ожидая ответа на свой вопрос.

— Я не знаю, — выдал он мне, — ее мать долго скрывала, что девочка вообще может магичить, а после ее смерти Александра обиделась на меня за скорую женитьбу и отбыла из одного замка в другой. Чем она там занималась, я не интересовался. Думаю, что воздушница, слуги часто говорили о том, что вещи перемещаются.

— Хорошо, — согласился я, — как что-то выясню, сразу дам знать.

В голове тут же всплыла одна девчонка, которая встревала в неприятности чаще, чем другие адепты. Возможно, из-за дружбы с двумя наследниками. Но под описание совсем не подходила. В моей памяти это была магисса с даром лекаря и волосами цвета пшеницы. А характер… она запомнилась мне бесконечным нытьем и всхлипываниями. Нет, не похожа.

Мы разошлись с Генрихом уже глубокой ночью, но ко мне тут же подбежал лакей и сказал, что меня требует к себе Ревенер.

Я быстро прошел в его личные покои. Аккуратно приоткрыв дверь, чтобы не разбудить бойкую и неуёмную супругу императора со слухом словно у летучей мыши, которая везде пыталась сунуть свой нос, я на цыпочках прошел в его кабинет.

— Не переживай, — хлопнул в ладоши Его Величество, видя мои попытки стать бесшумным, — я на Лисси сонное заклинание наложил.

Я буквально плюхнулся на кушетку, а сам император подал мне бокал с виски.

— Она тебя убьет, — посмотрел я на Ревенера.

— Но это же будет завтра, правда? — хохотнул он.

Я тоже улыбнулся.

— Милир, — уже через минуту глава государства стал серьезен. — В связи с обстановкой хотел тебя кое о чем попросить.

— Попросить? Не приказать? — я сразу расставил точки над «и» и отпил из бокала.

— Да, попросить, но отказ будет очень нежелателен.

— И что же требуется от меня императору? — сощурился я.

— Хочу отправить тебя в академию.

— Зачем? Я туда и так летаю, и перемещаюсь часто. Переходи к делу.

— Хочу, чтобы с Ричардом рядом был надежный человек, — вздохнул он. — Бастиан его дядя, но он только женился, у него своих забот хватает.

Тут я был согласен. Севостьяна та еще заноза. Слишком юная и неопытная, но считающая, что со всем разберется сама.

— А в качестве кого?

— Ну, ты дракон умный, — ухмыльнулся император, перенимая повадки своей новой супруги язвить и подкалывать всех вокруг, — сам решишь, в каком статусе будешь там находиться.

— А кто будет здесь? — вцепился я взглядом в императора.

— Я сам и Торжетель. Поверь, он такой же надежный. Сейчас опасность витает не во дворце, а на линии фронта. Здесь же все закрыли от посторонних, даже прислугу сократили твоими стараниями.

Я крепко задумался. Сама перспектива связаться с целым замком подростков меня не радовала. С другой стороны, мне самому нужно было попасть в академию. А тут такой шанс.

— Хорошо, — кивнул я другу, — Я согласен.

— Подозрительно быстро, — не повелся на мою доброту главный дракон.

— Ты мой друг, как и Бастиан. Да даже Ричард мне дорог. К тому же, ты сам говоришь, что отказ нежелателен, — улыбался я, не называя главную причину своего быстрого положительного ответа.

На том и порешили. Уже утром я отбывал в Академию.

— Доброе утро, — встретил меня Бас на площадке.

Я только успел крылья сложить.

— Не ожидал тебя сегодня, что-то случилось? — забеспокоился он.

Понятно, письмо Ревенера либо не успели доставить, либо ректор академии, в силу своего ограниченного времени, еще не прочитал новости.

— Да как тебе сказать, — поводил желваками я, — возможно ты не будешь мне так рад.

— Да говори уже, — хлопнул он меня по спине.

— Твой обрат отправил меня к тебе приглядеть за сыном и дал тебе подробные указания, как меня устроить.

К чести Бастиана, он даже бровью не повел. Все, что вырвалось у него, это пресловутое:

— И?

Я вздохнул.

— И кем ты меня устроишь?

Ректор медленно развернулся ко мне.

— Не поверишь, — ухмыльнулся он, — мне очень нужен преподаватель по боевым заклинаниям и углубленной алхимии.

— А Арверас? — я совсем не поверил.

— С этого года боевка у всех курсов, даже у лекарей, так что Реймонд нарасхват.

— Твоя гениальная мысль?

— Да, — не стал отрицать Миртеорон, — в Аридию пришла война, все выпускники прибудут на фронт, странно, если они не смогут себя защитить.

— А заклинания? Я один буду вести?

— Нет, — покачал он головой. — Факультетов много, так что даже я включился. Но тебе достанутся самые неумехи.

Я хмыкнул. В целом перспективы не самые прекрасные, но и не самые неприятные.

— Как молодая жена? — решился я спросить друга.

Тот заметно помрачнел.

— Как юная адептка: учится, лезет, куда не следует, всячески игнорирует мои просьбы.

Я даже посочувствовал. Не знаю, что бы меня могло сподвигнуть на отношения с ученицей. Только абсолютный идиотизм. Но Бастиан казался счастливым. Еще бы, с Севостьяной они были истинной парой, так что он все равно терпел бы фортели юной и неопытной девицы.

До конца дня меня оформляли в кабинете ректора. Его домовик с почтением обращался ко мне, зная, кто перед ним. Ближе к вечеру меня заселили в хорошо благоустроенную комнату под кабинетом ректора.

Выходя на ужин, я неожиданно столкнулся с ней.

— Дес Ойлистрей? — практически вскрикнула знакомая мне блондинка.

— Здравствуй, Лекси, — поздоровался я.

После нашей беседы стало понятно, почему она так боялась меня. Я практически приволок ее в свой кабинет, приковал наручниками к тяжелому креслу и отбыл на границу государства в поисках двух энтузиастов. А когда прибыл обратно, совершенно забыл о девушке, и ей пришлось провести ночь в моем кабинете. На следующее утро в меня швырялись документами, статуэтками с моего стола и книгами.

Ее неучтивость я проглотил, так как чувствовал за собой вину.

— А что вы здесь делаете? — тут же спросила она, видимо, тоже вспомнив то утро.

Я расправил плечи.

— Скоро узнаешь.

Тут из отдаления послышались юношеские голоса.

— Лекси!!! Пошли с нами, — звали ее молодые драконы.

Она поклонилась и быстро ретировалась.

Я же медленно побрел в сторону столовой.

«В этом что-то есть», — думал я, вдыхая запахи академии.

Ностальгия, меланхолия и чувство чего-то неожиданного накрыли меня. А еще эмоции. Мне, эмпату по второму дару, было тяжело находиться в таких местах. Во дворце люди привыкли сдерживать себя, усмирять. А здесь были обычные ученики, большинство из которых придерживались правила: что на лице, то и на языке.

Только это не относилось к блондинке. Еще в первую встречу я заметил, насколько она собранная, хоть страх и пробивался сквозь ее защиту. То же самое я почувствовал и сейчас.

Чего бояться этой девочке? Что ее тревожит?

На ужине ректор представил меня ученикам.

— Теперь часть курсов ведет у нас главный дознаватель империи дес Милир Ойлистрей, — возвестил он.

Мне похлопали.

На скамьях я быстро нашел Ричарда, которого все здесь знали под именем Рифер, Тьяну, которая тоже не открывала свой род, и их безродную подругу Лекси. Ее окружали те самые драконы.

— Милир, — вдруг обратились ко мне, и я повернул голову.

Лилиана, моя старая знакомая. Нас очень много связывало, в том числе и небольшой роман после окончания академии.

— Я так рада тебя видеть, — пересела она, оказавшись совсем рядом со мной.

В ее эмоциях я уловил страсть и похоть.

Что же, эту командировку я совершенно точно проведу не плохо.

— Лилиана, — потянулся я к ней.

Красивая брюнетка внезапно кинулась меня целовать в обе щеки.

— Аккуратно, — поднял я руки, — здесь же вся академия сейчас находится.

Она игриво улыбнулась, стреляя накрашенными глазками.

— Неужели у главного дознавателя совсем нет работы?

— Решил взять отпуск и узнать, чему же обучаются юные умы, — ухмыльнулся я, уходя от прямого ответа.

— Очень рада такой новости, Милир. Заходи ко мне как-нибудь вечерком, расскажу подробности обучения.

К нам подошел Бастиан.

— Деса де Морель, стоит ли говорить, что мы на общем ужине, а вы привлекаете к себе очень много внимания?

Эту женщину, наверное, ничем невозможно смутить.

— Дес Ректор, а разве я делаю что-то запрещенное?

— Нет, — проскрипел дракон, словно колеса у телеги, — но помните о приличиях.

— Я вас услышала, — улыбнулась она и встала из-за стола, — Мое предложение в силе, Милир.

Я кивнул.

Бастиан плюхнулся на ее место.

— Будь с ней аккуратен, друг, — проводил брюнетку глазами.

— Почему?

Лилиана принадлежала к числу тех женщин, с которыми всегда нужно быть настороже. Опытная, умная, привлекательная. Она точно знала, чего хочет от жизни.

— Слухи ходят, что она решила повторно выйти замуж. Возможно, в ее планы войдет покорить тебя.

— А что же она на ректора глаз не положила? — решил поинтересоваться.

Севостьяна настаивала на ношении амулетов, скрывающих их истинную связь, чтобы ученики и преподаватели в большинстве не знали о браке. К вящему недовольству Миртеорона. Будь его воля, его жена сидела бы в родовом замке, закрытая за семью замками. Так что, для большинства глава академии и юная адептка свободны для отношений

— Ну, почему, попытки были, — задумчиво ответил Бас, посматривая на рыжую некромантку и ее друзей, — но я очень жестко объяснил свою позицию по этому поводу.

— И как?

— Как все женщины, — развел он руками, — много нытья и затаённая обида.

— Может, тебе стоить быть аккуратнее? — вернул ему его предостережение.

— Может, и стоит, — не отворачивался он от стола с учениками.

Я тоже взглянул на Ричарда и его окружение.

Вот принц Аридии смеется какой-то шутке, Тьяна о чем-то возмущенно спорит с однокурсником. Взгляд остановился на блондинке. Я почувствовал чужую тревогу и настороженность. Лекси смотрела мне прямо в глаза, не отрываясь. Неужели ситуация, когда я оставил ее запертой в кабинете, так задела ее? Или здесь что-то другое?

Через какое-то время все начали расходиться. Девушка же все сидела и словно пребывала в своих мыслях. Кто-то из юношей тронул ее за плечо, и она встрепенулась.

Я не стал больше задерживаться и покинул обеденный зал. Завтра мое первое занятие как раз у шестого витка лекарского факультета. Вот и познакомлюсь ближе с Лекси Тревиль.

* * *

Лекси

— На что ты так уставилась, Лекси? — спросил меня Эллис, выходя из-за стола и потеребив за плечо.

Я тряхнула волосами и улыбнулась юноше.

— Ничего, просто задумалась, спасибо, что вывел из своих мыслей.

Молодой дракон заулыбался.

— Ну, ты всегда рассчитывай на меня.

— Конечно, — ответила также улыбкой, — всегда ценю помощь друзей.

Я намеренно подчеркнула последнее слово. Что он, что Лукас часто оказывали мне знаки внимания. Стараясь не обидеть их, но вместе с тем дать понять, что не рассматриваю ребят в романтическом смысле, я вечно лавировала во фразах и жестах.

— Пойдем, Лекси, — позвала меня Тьяна, — поболтаем, — потом осмотрела всех мальчишек около нас. — По девичьи мы поболтаем. Не надо к нам всей компанией идти.

С некоторых пор моя рыжая подружка стала увереннее, сказывалось влияние ректора на нее.

Мы быстро добежали до комнат, куда нас заселили несколько месяцев назад, решив держать неугомонную троицу на контроле у деса Миртеорона, под его носом и постоянным присмотром.

Парни нас, конечно же, не послушали и веселой гурьбой ушли к Риферу в спальню. А вот Тьяна решила остаться около меня.

— Ты так смотрела на Милира во время ужина? — с тревогой начала она, — Ты о чем-то беспокоишься?

— Да, — выдохнула я, — не думаю, что этот дознаватель забыл, как вы покинули комнаты тогда, точно затаил подозрения.

— Это плохо, Лекси, — забеспокоилась подруга, — Бас говорит, он настоящая ищейка.

— В тебе никакого оптимизма, Тьяна, — бросила в нее подушку, — скоро станешь такой же, как Ланселот, — вспомнила я ее призрака-предка, — будешь вечно ворчать и сыпать проклятия.

— Да мне уже пора, считай, я войну развязала, — глухим голосом ответила она.

Но мы все равно рассмеялись.

Старшие не рассматривали нас, как полноценных участников в войне, а, между прочим, сама богиня Фэйт обозначила, что я, Тьяна и Рифер выполним свое божественное назначение — дадим силу трем богам, нашим покровителям. С другой стороны, никто не знал о точных ее словах. Мои друзья хранили тайну ради меня, чтобы не раскрыть мое настоящее имя.

— Хотелось бы знать, что ты все-таки будешь делать, — села некромантка на мою кровать.

«Я бы тоже», — подумала про себя, но все-таки высказалась.

— Постараюсь не привлекать к себе внимание.

— Ты? — скривилась она.

Ну да, я знаю, это сложно. А всему виной моя внешность. Когда только сбежала из дома, не подумала о том, что стоит зачароваться настоящей серой мышью, пожалела себя. Ох, сколько раз мне это вышло боком. От младших преподавателей, до однокурсников — все делали недвусмысленные предложения. Для обучения это не имело большого значения, скорее, помогало, а вот в конспирации я провалилась полностью. А ведь всегда считалось, что я умная, а такую простую вещь не предвидела. Хорошо, что большинство думали, что я тихоня и недотрога. Если отец и описывал мой характер, то в такой роли он меня не знает.

— Будет сложно, — вздохнула я, — но думаю, что он сюда приехал из-за Ричарда.

— Да, — рыжулька заговорщически мне подмигнула, — Бастиан рассказал по секрету.

— Может, ты у него еще и подробности выпытаешь? — двинула я бровью.

— Лекси, прости, не могу, — понурила она голову, — он и так с трудом мне что-то рассказывает, боится за меня, зная мой характер. Сразу поймет, что дело неладно.

— Как думаешь, — обратилась я к Тьяне, — попытается он выпытать подробности того, когда вы переместились? Не догадывается, что я иллюзионист?

Некромантка молчала, обдумывая что сказать, но все-таки высказалась:

— Что он что-то заподозрил, я уверена.

Я расстроилась, но она все же решилась поддержать меня:

— Лекси, тебя точно не раскрыли. Муж жаловался, что в Аридии нет ни одного иллюзорника, а они так нужны на передовой. Ищут в других странах наемников. А если бы были подозрения, он либо сказал бы мне, либо промолчал об этом факте.

Я немного улыбнулась, почти незаметно.

Тьяна тоже не питает фантазий насчет своего ректора, знает, что тот будет скрывать от нее информацию. Он, как курица-наседка, будет до последнего беречь жену от любой, даже незначительной, опасности.

— Я так рада, что ты меня поддерживаешь, — наклонилась я к ней.

Девушка меня обняла и погладила по голове.

— Не переживай, прорвемся, — ободрила она.

Со стороны двери послышались голоса, это парни покидали комнату нашего соседа.

Как только мы услышали звук захлопывающейся двери, ко мне просунулась голова дракона.

— Можно к вам, девчонки? — спросил Рифер.

Мы одновременно кивнули.

— Как вам новое назначение Милира? — беспечно спросил он, зайдя внутрь.

Я и Тьяна мрачно переглянулись.

— А что думаешь об этом ты?

У многих могло сложиться мнение, что принц Аридии совсем беспечный, самовлюбленный юноша. Но это абсолютно ошибочный вывод. Рифер носом рыл, разыскивая для себя соратников и друзей. Он уже собрал ближний круг, который жизнь за него отдаст, не считая меня и некромантку.

— Что он приехал охранять меня, — ухмыльнулся он.

— Правильный вывод, — заметила подруга.

— Вопрос в том, стоит ли нам что-то с этим делать? — откинулась я на кровать.

— Ты так переживаешь, Лекси? — озабоченным тоном спросил Риф.

Я накрылась подушкой.

Через стену к нам проник Ланселот.

— Ты что, тупой? Видно же, что переживает. Зачем это спрашивать?

— Ну, не грубите, дес де Россе, — улыбнулась я, снимая с себя постельную принадлежность.

Юноша решил оправдаться.

— Я хорошо знаю дознавателя, через него мышь не проскочит, но, с другой стороны, даже если ты его заинтересовала, что с того? У тебя редкий дар, вот и все.

Тьяна поддержала брата.

— Рифер прав, Лекси, переживать рано.

Ребята говорят верно, но на душе все равно неспокойно. Хотя… может, этот дракон больше заинтересуется мэтрессой де Морель и совсем забудет про меня?

Что бы там ни было, усталость уже давала о себе знать. Завтра начнутся занятия, надо выспаться.

Глава 2

Первый учебный день в академии, а я уже сильно опаздываю. Мои друзья умчались в пять утра на свой полигон отрабатывать боевку у мэтра Арвераса, меня же ожидало занятие у новоиспеченного преподавателя по боевым заклинаниям.

Ректор с воодушевлением принялся за то, чтобы сделать из нашего практически женского факультета команду настоящих воительниц. Девушки к этому отнеслись с огромной долей скептицизма. Но спасибо и на том, что в отличие от Тьяны с Рифером мы встаем в семь утра, а на занятия идем к девяти.

— Лекси, — заглянула ко мне однокурсница Виола, с которой я худо-бедно общалась, предварительно постучавшись, — ты идешь на завтрак?

Я еще раз осмотрела комнату в поисках пропавшей туфли.

— Да, — выдохнула я, — дай мне минутку.

— Дева, — закатил глаза призрак-наставник моей подруги, неожиданно материализовавшись у меня, — твоя обувь далеко под кроватью.

Я скривилась.

— Ну, сразу бы так, дес де Россе, видите же, что мечусь в поисках.

— Я тебе не ищейка женских платьев, — обиделся он и растворился в стене.

— Весело у вас, — ухмыльнулась девушка, наблюдавшая за нашей беседой.

— Не то слово. Поживи с некромантом.

Мою сокурсницу передернуло. Согласна, удовольствие еще то. То он крысу мертвую поднимет, то за ним скелет по имени Джастин носится. Настоящий кладбищенский цирк.

Мы побежали в столовую. С этого года многое изменилось, в том числе и отношения с работниками кухни. Впечатленный нашей предприимчивостью, когда весь прошлый виток десая Агата потчевала наш дружный круг вкусной едой, за помощь в помывке посуды, Бастиан ввел регулярные дежурства для бытовиков, так что теперь эти люди и магические существа старались только в приготовлении пищи. Все остальное за них делали юные адепты.

— Привет, Лекси, — уже на завтраке я встретилась с боевиками.

— А вы даже в душ не зашли?

— Все потом, — махнул рукой Рифер, — душ душем, а еда по расписанию, — и с упоением принялся за кусок мясного пирога.

Виола присела рядом со мной, немного стесняясь. Ни с кем из присутствующих она дружбу не водила. Не сказать, что и мы были подруги, но она единственная с моего витка, кто не поддался травле, организованной Белиндой де Ланкур против меня.

— Привет, Виола, — решила быть вежливой Тьяна.

Я вгляделась во всю честную компанию — грязные, потные и уже порядком уставшие. Занятия у Реймонда по утрам — это настоящее испытание.

— О, — загорелись глаза у моей сокурсницы, — а у меня с собой зелье выносливости, может нужно кому-нибудь?

— Мне!!! — завопили хором и Тьяна с Рифером, и Эллис, Эйнар и Лукас.

— На всех не хватит, — смутилась девушка, — но могу сделать еще.

— Дамы вперед, — ободрила я ее и кивнула в сторону некромантки.

Виола протянула Тьяне флакончик, и та поблагодарила.

Мы ели и болтали еще минут десять. Ребята наперебой узнавали у девушки, какие еще снадобья она может сварить за них. Мы с Тьяной только фыркали и смеялись.

Подняла глаза на преподавательский стол, но, видимо, все разошлись. Не видно ни ректора, ни дознавателя.

— Нам пора, Лекси, — положила руку на мое плечо лекарша.

— Угу, — согласилась я, — ты иди, а я еще обещала забежать в больничное крыло к мэтрессе Артрайт.

— Зачем?

— Отнести кое-что, — ответила я уклончивым тоном.

С Милли Артрайт у меня были особые отношения. Эта женщина владела аналогичным даром, и мы сразу друг друга распознали. Она поклялась мне, что никому не расскажет мою историю, а я прониклась огромной любовью и уважением к уже не молодому лекарю.

Я побежала, перескакивая через ступеньку, чтобы принести ей один небольшой фолиант с древними рунами, в которых рассказывалось, как лечить уже несуществующих магических животных. Не так давно я увидела мантикору, прислужницу богини Морты, а потом совершенно случайно нашла в библиотеке схрон, где лежала эта книжка. Пора исполнять обещанное.

Я неслась на всех парах, так как занятия тоже вот-вот начнутся, и я почему-то уверена, что дес Ойлистрей такой же суровый преподаватель, как и наш декан де Саврир.

На одном из пролетов я с кем-то столкнулась и уже готовилась упасть на ступеньки и пронестись кубарем по лестнице, но меня подхватили чьи-то сильные уверенные руки.

— Аккуратно, — неизвестно кто прижал меня к себе.

— О… — только и смогла выговорить я, когда подняла взгляд, чтобы осмотреть спасителя.

На меня смотрел светловолосый голубоглазый юноша. Он обладал примечательной внешностью: высокий, широкоплечий, немного хмурый, но в то же время теплый взгляд, широкий волевой подбородок и острые скулы. Наши девочки, завидев такого, запоют как сирены в океане.

— Джейсон де Карнесс, — представился парень и отпустил меня.

Я опять потеряла равновесие, и ему снова пришлось прижать меня к себе.

— Давайте отойдем с лестницы, — предложил он и сделал пару шагов, практически полностью приподняв меня над ступеньками.

— Лекси Тревиль, — все-таки ответила на его приветствие, когда почувствовала под собой нормальную опору.

— Рад познакомиться, Лекси.

— Я тоже, — улыбнулась я ему, — благодарю за спасение.

— Всегда пожалуйста, может, ты сможешь мне помочь? — сразу перешел на ты Джейсон.

Я пожала плечами.

— Мне нужно в кабинет ректора, не знаешь, где он?

— Еще два этажа вниз и направо. Увидишь резную дверь, там его приемная. Постучись и заходи. — И решилась полюбопытствовать. — А можно узнать?

— Смотря что, — хитро улыбнулся юноша.

— Зачем тебе ректор? И что ты делал наверху? Там только больничное крыло.

Джейсон указал на локоть, и я заметила перевязку.

— Неудачно приземлился из портала, — потрогал он больное место.

— Прости, — сразу заволновалась, — тебе, наверное, больно, еще и меня поднимал.

— Нет, все в порядке, ты совсем ничего не весишь.

— Я могу обезболить, — еще раз предложила парню помощь.

— Правда, все в порядке Лекси. А к ректору я иду, так как перевелся из Сухарской академии.

Ничего себе. Так мы практически земляки. Сухар — один из городов в Датхаре.

— Там обучение хуже? — выгнула я бровь.

— Нет, — засмеялся он, — но некромантов они не обучают.

— Так ты некромант? — уставилась на него.

— Да, — кивком подтвердил свои слова. — Только проявился дар. Я пойду, а то до конца дня нужно успеть оформиться.

Я тоже вспомнила о том, что занятия уже через пять минут, а мне еще бежать из административного корпуса в боевой. Эх, в другой раз забегу к Милли.

— Удачи, — выпалила, а потом опять побежала, но теперь вниз по лестнице.

Как полагается неудачнице, опоздала я знатно.

— Простите, мэтр Ойлистрей, — опустила очи долу, — могу ли я войти?

Этот хмурый дознаватель оглядел меня сверху вниз, медленно вздохнул и тягучим голосом произнес.

— И что же вас так задержало?

— Заходила в больничное крыло, дес.

С передней парты шепотом заговорила моя вечная противница Белинда, но так, чтобы все слышали:

— Ну, да, бедняжка Лекси только там и проводит все дни, баллы перед экзаменами нарабатывает. Больше-то нечем.

Кто-то из сидящих девушек захихикала.

— А ну, тихо! — рявкнул Милир. — Я никому разговаривать не разрешал, а что до вас, адептка Тревиль, — с вызовом посмотрел на меня, — это в первый и последний раз. Будете опаздывать — на занятия можете совсем не приходить. Понятно?

Я молча кивнула, а потом быстро-быстро зашуршала на заднюю парту к Виоле.

Новый преподаватель ходил взад-вперед, рассказывая тему. Так как у нас не было никакой подготовки, и по ощущениям весь лекарский факультет — это невинные цветочки, он озадаченно вздыхал, слушая наши ответы невпопад.

— Неужели никто из вас даже не интересовался этой темой? — возмутился Милир. — Вы же после академии два года будете служить в армии Его Величества. Сейчас война, и неизвестно, когда она закончится.

— Лекарей разве отправляют на передовую? — спросила со своего места де Ланкур.

Я стукнулась головой об стол, но сделала это тихо. Вот же дура. А кто, по ее мнению, раненых будет вытаскивать?

Дознаватель тоже сделал аналогичный жест, но рукой.

В ее защиту хотелось бы отметить, что нас, и правда, ничему такому не обучали. На практике мы обрабатывали раны адептам, а в лесах собирали травы. Какие боевые плетения? Мы же девочки.

— К следующему занятию выписать все боевые заклинания для первого витка.

Отовсюду слышались шепотки.

— Все?

— Он сказал — все?

— Как мы успеем?

— Тихо! — опять рявкнул мэтр. — Вы сейчас слабее первокурсника с темного или боевого факультета. Вам срочно нужно нагонять упущенное. На следующем занятии мы уже будем вовсю практиковать эти заклинания.

Эх, сидеть нам теперь в библиотеке. Хорошо, что у меня в друзьях боевики. И им тоже хорошо. Теперь будет своеобразный бартер: я лечу их ушибы и ссадины, а они практикуются со мной.

Он еще долго ходил и объяснял про разницу между атакующими и защитными плетениями, рассказывал, в чем принципиальные отличия в создании таких заклинаний, а в конце решил дать нам задачку.

— Кто разберется первым, дам фору в следующий раз, — скрестил руки на груди преподаватель.

Все притихли и начали слушать условия. Никому не хотелось на втором уроке дознавателя потерять сознание от его заклятия, а то, что жалеть он нас не будет, уверены были все.

— Я раздам изображения магических плетений, — начал он ходить вокруг нас и выдавать пергаментные листы, — вам нужно определить, какие из них помогают в атаке, какие в защите, а какие по вашему профилю. А еще здесь есть один подвох. У вас десять минут. Посмотрим, как вы меня слушали.

Наш факультет скопом вперил глаза в эти непонятные загогулины. В целом разобраться было бы можно, дай он нам чуть больше времени. Все-таки мы не слишком искусны в такого рода заклинаниях.

Я взяла листок в руки, поводила им туда-сюда, и сразу поняла, о чем говорил этот хитрый дракон. На пергамент он наложил легкую иллюзию, через которую легко просматривались правильные ответы. Все уже заранее выписано и распределено по столбцам. Мне останется только списать. Есть лишь одно заклинание, которое я не отнесла бы ни к обычным, ни к бытовым. И все девицы, узнавшие его, подумают так же, но, с другой стороны, шинковать можно не только овощи, но и врага.

Плохо на меня влияет дружба с драконом и некромантом.

Семь минут я раздумывала, стоит ли пользоваться своей привилегией. Я ведь даже не пыталась распознать разницу в плетениях. А вдруг это проверка Милира, и таким образом он ищет иллюзорника?

В оставшиеся три я записывала и распределяла знаки, допуская ошибки, но бытовое все-таки отнесла в атакующую категорию. Посмотрим потом, как он оценит мою работу.

Прозвенела сирена, оповещающая о конце занятия. Мы медленно поднялись и побрели к мужчине, сдавать свои ответы.

— О результатах узнаете на следующем занятии, девушки.

— Ага, — ответили мы хором и понуро выбредали из кабинета.

Сложно было всем.

— Лекси, вы не задержитесь? — остановил меня дракон.

Девчонки, не сговариваясь, оглянулись на меня. Я закатила глаза. Меня и так не любят, а внимание дознавателя баллов не добавит.

— Задержусь, — смирилась я с неизбежным.

— Я подожду, — шепнула Виола.

Когда все вышли, мэтр закрыл дверь и предложил присесть за первую парту. Я села и с любопытством посмотрела на него. Интересно, что он такого хочет мне сказать?

— Мне все не дает покоя та ситуация, когда Севостьяна и Ричард покинули академию и унеслись к границам Аридии.

Мое сердце убежало в пятки. Неужели все-таки в чем-то подозревает?

— Я хочу извиниться за то, что оставил вас ночевать в кабинете.

— Вы уже приносили извинения, мэтр, — тихо прошептала я, успокаиваясь.

— Лекси, мне показалось, что вы меня боитесь. Почему?

Я закусила губу.

— Разве это не очевидно? Упустила друзей, не смогла помочь. Потом все рассказала, можно сказать, что донесла, и стала находиться под пристальным вниманием главного дознавателя, — грустно усмехнулась я.

— То есть, это все из чувства вины и моей такой страшной должности?

— Да, — кивнула в подтверждении своих слов.

— Мне что-то не верится, адептка Тревиль.

Я развела руками.

Что я могу сказать? Что я в ужасе от того, что этот ищейка доберется до правды и вернет меня папеньке, чтобы тот выдал замуж за старика? Давайте не будем.

— Я могу идти? — подняла взгляд на преподавателя, всем видом показывая, что находиться здесь мне некомфортно.

— Можете, Лекси, я надеюсь, вы перестанете так бояться. В академии я просто мэтр Ойлистрей, моя должность никак не касается этой деятельности.

Я похлопала глазами, поднялась и практически вылетела из кабинета.

Кому хочешь это говори, дракон, но только не мне.

За дверью столкнулась с тем, что Бэль, как эту стерву называют друзья-подхалимы, напала на Виолу. Она нависала над ней, а две девчонки держали мою подругу за руки, удерживая у стены.

— Ты что делаешь! — завопила вне себя.

— Что хочу, — усмехнулась Белинда, — пойдешь, нажалуешься своим друзьям-боевичкам?

— Отпусти Виолу, — прищурилась я.

— А то что? — она отпустила девушку, ее прилипалы тоже, и повернулась ко мне, — Не боишься, что что-нибудь сделаю с тобой?

Я оглянулась вокруг. В коридоре находились только мы, но вот за дверью страшный дознаватель.

Эх, была, не была.

Я сосредоточилась на даре, и уже через минуту все девушки завизжали от ужаса.

— Снимите их с меня! Снимите, — кричали они, стряхивая с себя незримых насекомых.

— Что это с ними? — округлила глаза Виола.

— Простейшее заклинание, — взяла ее под руку, — потом научу, — решила не вдаваться в подробности.

Да и как объяснить, что обидчицы видят то, чего нет.

Я услышала, как распахивается дверь ненавистного мне кабинета.

— Что здесь происходит? — рявкнул злой голос.

— Бежим! — ускорилась и потащила за собой подругу.

Через несколько пролетов лестницы мы остановились.

— А чего ты так рванула, Лекси? — все удивлялась девушка, — Они же напали, хоть наказание бы назначили.

— Виола, — спокойно выдохнула я и поправила свою прическу, — жаловаться плохо, лучше решать проблемы самостоятельно.

— Мне ведь не дают жить из-за тебя.

Я пожала плечами.

— Ты можешь со мной не общаться. Я знаю, как Белинда травит людей. И в обиде не буду.

Она испуганно попятилась, точно олененок, вышедший на незнакомый луг.

А чего от меня ожидать? Что я кинусь умолять дружить со мной?

— Прости, я очень резко выразилась, — решилась извиниться перед ней.

— Ничего, — пробормотала она тихо.

Следующее занятие прошло лучше. Стерва и компания отсутствовали, а у декана де Саврир дисциплина стояла идеальная. Мы побаивались эту властную женщину, она как мать — могла похвалить и дать совет, но и подзатыльниками разбрасывалась напропалую, несмотря на то что мы девочки.

Белинда меня невзлюбила почти сразу. По ее мнению, обычная десая, не аристократка, не может быть лучше ее, а я была. Лекарское дело давалась мне легко, дар был хорошо развит благодаря матери. Да и не объяснишь, что я принцесса, пусть и небольшой страны. У меня были лучшие учителя, практика, учебники.

Апогей травли произошел, когда ее брат два года назад решил поухаживать за мной в очень грубой манере, а я демонстративно отказалась от такой сомнительной привилегии. Что тогда началось… Зачарованное стекло в туфли — это самое мягкое, что придумали девушки. Благо я вижу сквозь любые иллюзии.

А потом Рифер и компания взяли меня под свое драконье крылышко, Брай поостыл в своих мстительных планах, и академия зажила своей жизнью.

На обед я спустилась одна. Виола, в отсутствие главной заводилы, воодушевилась. Девочки, кто не вошел в приближенный круг Белинды, стали с ней общаться и расспрашивать, что же произошло, почему она отсутствует на самом важном занятии для лекарей.

— Как первые уроки? — встретил меня Рифер.

— Очень интересно, — я не хотела вдаваться в подробности, но не выдержала, — нас сломили, показали, какие мы неумехи и задали учить все боевые заклинания для первого витка.

— Да там немного, — начала было Тьяна, но замолчала под моим злым взглядом.

— Может, оно и так, да только и де Саврир задала работу, над которой долго просижу, — посетовала я.

— Ну, с заклинаниями мы тебе поможем, — улыбнулась некромантка.

— Спасибо.

В столовую вошел уже знакомый мне новичок де Карнесс. По залу пробежались любопытные шепотки.

Парень изучал линию подачи, а его, как в магическом зоопарке, изучали адепты и адептки.

— Это кто? — решился тихо спросить Эйнар.

— Некромант, — гордо ответила Тьяна, довольная своей осведомленностью. — Сегодня де Ривард сообщил, переводом из Сухара.

Мы, не сговариваясь, всей нашей компанией повернули головы к Джейсону. Он заметил меня, приветливо помахал и двинулся в нашу сторону.

— А кто-то знает даже побольше меня, — распахнула глаза от удивления подруга.

— На лестнице столкнулись, вот и познакомились, — скромно описала я свои утренние приключения.

Юноша подошел к столу.

— Вы не возражаете, если я здесь сяду?

— Нет, садись, конечно, — подвинулся Эллис, уступая место парню.

Так он оказался сидящим между мной и моей подругой.

— Я Джейсон де Карнесс, — оглядел он всех присутствующих. — С Лекси я уже познакомился.

— Это мои друзья, Джейсон, — улыбнулась магу, — Тьяна, она, как и ты, некромант. — он кивнул девушке, — Рифер, Эйнар, Лукас, — показывала я поочередно на драконов, — а уступил тебе место Эллис, они все боевики.

— Очень рад, — пожал руку всех ребят.

— А можно спросить? — решился Лукас.

— Где-то я это уже слышал, — улыбнулся Джейсон, поглядывая на меня.

Мне показалось, или Рифер с Эллисом недовольно гримасничают?

— А как ты оказался у нас в академии? Будешь на первом витке?

— Нет, перевели из Сухара, почти по всем предметам я опережаю ваше обучение, но проснулся темный дар и меня перевели. Де Ривард будет заниматься со мной лично.

— А на каком ты факультете? — полюбопытствовала Тьяна.

— Темный и артефакторика, — пожал он плечами.

— Наверное, сложно получить второй дар в таком возрасте, — посочувствовала я.

— Почему? — вскинул он брови, — я очень этому рад.

— Почему? — спросили мы все хором, кроме некромантки.

Она свою силу ни на что не поменяет.

— Нравится быть особенным, нестандартным, — закончил Джейсон.

— О, да тут такого добра навалом, — засмеялся Рифер. — у нас сплошь гении, избранные и талантливые наследники учатся.

Я пнула его под столом. Нечего тут намеками сыпать.

— Тогда будем считать, что это место просто создано для меня, — улыбнулся всем новичок, будто, не заметив нашей возни под столом.

— Ладно, я пойду, — помахала нам Тьяна, — мне к декану темных на занятие.

— Мне тоже, — подобрался парень, — проводишь?

— Конечно, — согласилась девушка.

Когда они ушли, мы продолжали сидеть за столом. У боевиков свободное время, а мне нужно было в больничное крыло, но я могла не торопиться. Милли простит.

— И что? У тебя новый ухажер? — нахрапом решил взять меня Лукас.

— Это не твое дело, — тряхнула волосами, — а старые где?

— Лекси, не дури, за тобой пол-академии бегало.

— Да, — я кивнула, — пока Брай про меня слухи не начал распускать, а сейчас я практически изгой. — я оглянулась на Виолу.

Девушка активно общалась с наперсницами Белинды, но не такими близкими. Потеряла я подружку, а обучение только началось. Осуждать ее тоже не могу. Десаям тяжело в академии, хоть все направо и налево говорят о том, что как только мы пересекаем порог, отбрасываем титулы. Слишком много аристократов вокруг, слишком мало обычных людей.

— Не прибедняйся, — пересел ко мне Риф и хлопнул по спине, — у тебя в друзьях такие красавчики.

Я оглядела ребят. Дракон прав. Без этой компании мне пришлось бы совсем туго.

— Красавчики, пойду и я, — тяжело вздохнув, прихватила сумку, — десая Артрайт меня уже ждет.

И двинулась опять вверх по лестницам.

— Лекси, — встретила меня моя наставница. — Где же ты пропадала? Все уже начали, — она махнула рукой на мой виток.

Девчонки уже вовсю обрабатывали раны, ушибы и ссадины боевиков с первого витка.

— Извините, — смутилась я, — этого больше не повторится.

— Ну, иди тогда, — женщина кивнула в сторону двух юношей, к которым не успели подойти другие лекари.

— Тревиль в любимчиках у Артрайт, какая новость, — закатила глаза стерва де Ланкур.

— Лечи уже, — бросила ей, — а то опять вместо обезболивания свой яд прольешь.

— Тебя забыла спросить, — зло зашипела моя противница.

Я подошла к ребятам, стараясь не обращать внимание на язвительный шепот за спиной, и осмотрела первые раны. Мэтр Арверас ни с кем не церемонится. Почти уверена, если к нему отправить наш виток, то мы будем выходить от него побитые жизнью, грязные и с содранными коленками. Он и девушек не пожалеет, а, наоборот, еще и добавит.

Иногда я возношу молитвы Мире за то, что я лекарь, и особенно в те дни, когда Тьяна и Рифер возвращаются за полночь или утром после отчетных тренировок.

Взявшись за лечение, я думала о своем. Мне многое дали учителя и моя мама, но лекарский дар был настоящим счастьем. Все получалось с легкостью, я с радостью бежала на занятия к Милли. Мои пациенты быстро выздоравливали, а я почти сразу могла определить диагноз у человека или магического существа. Даже император отметил, как хорошо у меня все выходит и пригласил после обучения пройти практику у него во дворце. Тогда я сдержанно поблагодарила.

Я еще не решила, что ждет меня в будущем. Я — наследница трона, как и Эланора де Тион. Отец взял ее имя, и он никаким образом не относился к правящему роду моих предков. Но судьба распорядилась так, что он стал править, женился на недостойной женщине и зачал с ней еще семеро детей. Как бы я ни упиралась, но во мне играла гордость, я желала когда-нибудь стать королевой своих земель. Я гордилась своей фамилией. Но в Аридии такие законы, что женщина без мужчины ничего не стоит, так что я решила обойти этот запрет, придумав отправиться на обучение и получить независимость.

Уверена, после обучения и службы Ревенер не станет заставлять меня выходить за выбранного отцом старика. Мне суждено создать брак в интересах короны, но только и претенденты должны соблюсти мои.

— Спасибо, — вдруг отвлек меня от дум молодой маг. — И правда, полегчало.

Он потрогал предплечье.

— Пустяки, — пожала я плечами, — всего лишь растяжение.

Второй юноша аж запрыгал в нетерпении, показывая свои ободранные руки.

Да тут работы на пять минут.

Я опять глубоко задумалась, точнее, просто обводила взглядом помещение. В этом году Милли выделили новые комнаты, дав больше места. Академия расширила свой штат и стала принимать больше адептов. А там, где строевая подготовка и некроманты, да и вообще, где много молодых людей, достаточное количество ран, болезней и других сопутствующих проблем.

Взгляд уперся в потолок и невероятной красоты люстру. Все украшено резной необычной лепниной. Раньше я здесь не была.

На основании люстры виднелся знак. Я моргнула пару раз, прогоняя наваждение. Мне показалось, что там изображен знак богини Миры.

«Да нет, не может такого быть», — думала я.

Но все же угадывались характерные штрихи — как будто нарисовали цветок из гипса, с лепестками из нескольких рядов. А после лепестков завитушки, нанизанные бусинами. Очень похоже.

«Неужели это то, что я ищу?» — сразу подумалось мне. Не так давно Тьяна, я и Рифер пообщались с богиней смерти Мортой. И она ясно дала понять, что мы не зря сдружились, и все это происки ее матери. Мы — наследницы старших родов, а значит, должны принять ответственность после родителей. Моя покровительница — Мира. Она должна связаться со мной. Но по прошествии многих недель, никакой божественной силы я не ощущала. А тут знак на потолке. И как не верить в символизм?

Скоро все первокурсники покинули нас. Милли что-то рассказывала девушкам, обращала внимание на их ошибки, учила. На меня она никак не реагировала, зная, что я задержусь.

Еще через полчаса помещение опустело. Десая Артрайт подошла ко мне.

— Как ты, Лекси? — заботливо спросила она, — Слышала, что сам император предложил тебе практику.

— Спасибо, Милли, — я улыбнулась, — все так, предложил.

Она кинулась обниматься.

— Я так за тебя рада, моя девочка. Уверена, ты станешь самым лучшим лекарем.

— Остановись, Милли, — открестилась, — я еще даже полноценного согласия не дала, мне бы с остальным в жизни разобраться.

— Я думаю, все получится, — жизнерадостно возвестила она.

Я же ее оптимизма не разделяла.

— В академии дознаватель, кто его знает, что он здесь разнюхивает.

— Вряд ли по твою душу, — погладила меня женщина по плечу, — сдалась ты ему.

Я повернулась к десае, и на глазах блеснули слезинки. Только с ней я могла расслабиться. Только от нее я чувствовала материнское тепло.

— Не знаю, Милли, — вдруг всхлипнула я, — сегодня я напустила иллюзии на Белинду и ее компанию, а дес Ойлистрей вышел и заметил это.

— Он понял, что это ты? — встревоженно взлетели ее брови до потолка.

— Вряд ли, — выдохнула я, утирая непрошенные слезы, — я трусливо убежала.

Десая Артрайт погладила мою ладонь.

— Не пойман — не вор, деточка. Ничего он с тобой не сделает.

— Хотелось бы верить, — поджала я губы.

Я вспомнила о том, что так и не отдала книгу.

— У меня же кое-что есть для тебя, — протянула ей фолиант, порывшись в личном пространственном кармане.

— Это то, о чем ты говорила? — радостно высказалась лекарь.

Я кивнула. Милли сразу вцепилась в книгу и уже заинтересованно листала странички.

— Я пойду, — обратилась к преподавателю, — приятного чтения.

— Спасибо, — не глядя на меня, проговорила десая, — завтра вечером увидимся, я назначила тебе дежурство.

Это даже хорошо, рассмотрю вблизи знак, который меня так заинтересовал.

Через несколько минут я уже была в наших общих с боевиками покоях. В прошлом учебном году дес ректор выделил нам смежные комнаты и гостиную, так как хотел приглядывать за нашей троицей. А теперь вовсю пользовался положением, так как Тьяна скрывала факт их женитьбы ото всех, включая адептов и преподавателей, приводя мужа в бешенство.

Войдя в гостиную, я увидела, как Бастиан разговаривает с Тьяной.

— Добрый вечер, — поздоровалась я с драконом.

— Здравствуй, Лекси, — приветствовал меня Миртеорон, а точнее, уже де Россе. — Как первый учебный день на пятом витке?

Я все никак не привыкну, что вошла в ближний круг аж двух герцогов и наследника, принца Аридии. По разным причинам мы все скрывали свои имена.

— Информативно, — скривилась я, — особенно по боевой части.

Ректор, словно извиняясь, развел руками.

— В Аридию пришла война. Вы все отправитесь на границы. Хорошо бы и лекарям знать боевые заклинания.

Я заинтересовалась.

— А как сейчас? Там есть выпускницы, не способные себя защищать?

Если так, то это прискорбно.

— Нет, конечно, нет, — начал заверять меня мужчина. — Мы плохо готовили лекарский факультет. Ошибку осознали и приняли. Сейчас там либо готовые к сложностям маги, либо обученные лечить боевики.

Я содрогнулась. Только не боевые лекари или не способные лечить боевики. Я даже не знаю, что хуже.

— Ладно, — фальшиво улыбнулась я, — пойду к себе. Хорошего вам вечера.

— Спасибо, — тихо ответил дракон.

Они с Тьяной опять о чем-то зашептались. Через некоторое время я услышала за дверью звук, который появляется, когда вблизи формируют портал. Это наша некромантка покидала комнаты и уходила ночевать к супругу.

Ко мне постучались.

— Входи, — разрешила я, зная кто войдет.

— Ты что-то чересчур печальная, — сразу обратился Риф.

— Нет, — поспешила ответить на его замечание, — просто после каникул тяжело опять начинать учиться.

— Белинда тебя донимала? — спросил он.

Я вздохнула. Ни для кого не секрет, какие у нас отношения со звездой лекарского факультета.

— Как и всегда, ничего необычного.

— А Милир? — продолжал пытать меня друг.

— А что он? — я делала вид, что не понимаю.

— Александра, — зашипел на меня Ричард, — это ты с Тьяной в дурочку играй, но я-то вижу, что что-то случилось!

— Да, — я обиженно засопела из-за слов друга, — он спросил, почему я его боюсь.

— А ты? — сразу заинтересовался юноша.

Я скептически посмотрела на молодого дракона.

— Что я? Сказала, что предала друзей, боюсь разочаровать императора, и опасаюсь внимания дознавателя.

— А он клюнул на все это?

Я вспоминала лицо Милира во время нашей последней беседы.

— Почти уверена, что нет.

— Это плохо, — заключил Рифер.

— Угу, — только и кивнула я.

Глава 3

Утром я наблюдала феерично грязное возвращение двух боевиков. Погода адептов не радовала, а, наоборот, усугубляла положение тех, кто занимался на улице: проливной дождь, гроза, резкое похолодание.

Я сразу кинулась к друзьям, едва они приняли душ.

— Вы только не простыньте, — лечила я в обе руки Тьяну и Рифера.

— Скажи это Реймонду, — пробормотал дракон, принимая мою силу.

— Ага, — устало высказалась некромантка, — все думаю, может, мне факультет поменять? Себастьян мне очень сочувствует.

— Только попробуй, — погрозил ей кулаком ее же кузен. — Я один на один с Арверасом не останусь.

Я влезла в их перепалку.

— А как же Лукас, Эллис и Эйнар? Они тебя за такую дружбу с девчонками издевками не испытывают.

Юноша откинулся на Тьянину кровать, так как собрались мы у нее в комнате.

— С чего ты взяла, Лекси? — удивился он, — Все, наоборот, меня завалили вопросами, что я с вами, двумя, делаю.

— А ты что отвечаешь? — выгнула я бровь.

Тьяна тоже очень заинтересовалась. Но Рифер только загадочно поводил взглядом.

— Можно, я промолчу? Вам не понравится ответ, а по-другому отвечать я все равно не буду.

Я и подруга, не сговариваясь, поморщились. Знаем мы, что ты там можешь ответить, герой-любовник.

Несмотря на нашу крепкую дружбу, основанную на постоянном влипании в различные ситуации, обязательном хранении тайн и сокрытии настоящих имен, ах, там еще и божественное предназначение затесалось, Рифер табунами водил в свою комнату девиц. Мы часто наблюдали, как та или иная адептка выскальзывала из его спальни, подбирая обувь и стараясь идти тихо и незаметно. Некоторые были с моего факультета. Сколько я потом выслушивала от несчастных по поводу его непостоянства!

Тьяне было легче. У боевиков девушек на всем витке одна-две. Так что она могла последовать примеру этого юного дракона, но быстро выскочила замуж за ректора. И это хорошо. Превращать наши общие покои в проходной двор я не собиралась. Но сколько бы мы не возмущались поведению Рифера, он умело убалтывал и задабривал нас, что мы даже не понимали, как у него это получилось. Истинный принц и дипломат.

— Поболтаем вечером? — предложил юноша. — Или могу позвать друзей?

— У меня дежурство у десаи Артрайт, — ответила я.

— А я к де Риварду на занятие, — высказалась Тьяна.

— Значит я один? — воодушевился этот земляной маг, — тогда планы резко меняются.

Я и некромантка ударили ладонями по лбу. Что в пятнадцать, что в двадцать, и подозреваю, что в сорок и сто лет эти повесы не меняются.

— Давай только без ночевок, — мрачно закончила подруга, — а то в прошлый раз, когда твоя пассия уходила, то мне всё высказал комендант.

— Ну, извини, я же не специально. Кто знал, что Алисинья такая скандалистка.

— Рифер, — возмущенно вскрикнула я, — ты или приводи тихонь, или предупреди, чтобы твои барышни молчали, а не бесили десая Нергротиса.

— Ладно, вредины, — согласился с нами парень.

Нам оставалось только дружно закатить глаза.

Собравшись, наша троица спустилась к завтраку, где за нашим столом уже расположились друзья и, возможно, новый член нашей компании — Джейсон.

— Рад всех видеть, — приветствовал он нас.

— Мы тоже, — ответила за всех я, и зарделась.

Парень мне понравился. Он был учтивым, рассудительным и загадочным. Прям во вкусе среднестатической ученицы академии. И не одна я бросала на него заинтересованные взгляды. Что Белинда, что другие барышни с лекарского, а также и других факультетов, то и дело засматривались на этого красавчика. Парни же на него реагировали ревниво, даже в нашем междусобойчике.

— Что будешь делать вечером, Лекси? — спросил он меня.

Я удивилась вопросу, мне было приятно его внимание.

— Лечить, — поджала губы, — сегодня дежурство у десаи Артрай, так что всю ночь проведу за любимым делом.

— Тебе так нравится лéкарство? — поинтересовался новоявленный некромант.

— Да, — улыбнулась я, — у меня хорошо получается.

— Я наслышан, — улыбнулся он в ответ.

— Я даже боюсь представить, что тебе рассказывали, — вмиг расстроилась я.

— Не переживай, досужим сплетням завистниц я никогда не верил, — тепло отметил юноша.

— Это радует, — я вдруг еще больше покраснела.

— Джейсон, а чем ты занимаешься этим вечером? — вдруг вступил в разговор помрачневший Лукас. — У нас планируется междуфакультетская боевка, не хочешь поучаствовать?

В его тоне слышался вызов. Я и Тьяна сильно напряглись, но Риф еле-еле помотал головой, обозначая, что встревать сейчас не следует.

— Может, в другой раз? — сузил глаза де Карнесс. — Я бы рад, и почти уверен, что удивлю всех, но этой ночью у меня занятие у мэтра де Риварда.

— О, — радостно вскликнула Тьяна, — у меня тоже. Если он позвал тебя вне расписания, значит, подаешь большие надежды.

— Очень надеюсь, — откинулся на спинку стула юноша.

— Тогда через неделю? — не унимался Аббернати.

— Согласен, — спокойно согласился юноша.

Я вздохнула. И почему всем парням так необходимо потрясти кулаками?

Завтрак закончился, и я в одиночестве последовала на первое занятие по темным заклинаниям. Спускаясь в подземелье, думала о завтраке, о Джейсоне, о знаке Миры в больничных залах академии. Скорее бы уже вечер, так не терпится разгадать эту загадку. В своей беспечности совсем не заметила опасности, следовавшей за спиной.

Неожиданно для меня, я почувствовала чужую силу, прижавшую меня к стенке отдаленного коридора. Сюда спускаются редко, вряд ли кто-то случайный зайдет и обнаружит здесь меня и моего врага.

Да, врага, по-другому я больше не воспринимала Брая де Ланкура.

— Что, Лекси, попалась? — погладил он меня, обездвиженную, по щеке.

— Что тебе нужно? — с вызовом спросила я.

— Сама знаешь, — выдохнул он мне в лицо, — отказала, оскорбила, подружилась с щенком Рифером и ублюдком нашего отца.

Я с презрением вгляделась в лицо этого мерзавца. Еще посмотрим, кто ублюдок. Тьяна не раскрывает свое имя, но, когда Брай поймет, кто она такая, я с удовольствием захлопну его челюсть. Моя подруга — наследница древнейшего рода, Ланкуры издавна их вассалы. Не ему ее оскорблять.

— Прошло уже несколько лет, никак не забудешь детские обиды? — я съязвила, стараясь не думать о последствиях.

Парень совершенно обезумел. Схватил меня за ворот рубашки и дернул его вниз. По каменному полу запрыгали несколько моих пуговиц.

Стояла такая тишина, что каждое касание фурнитуры до холодного мрамора я слышала и считала про себя.

Довольный произведенным эффектом, Брай скользнул своей холодной рукой мне под ворот, касаясь бюстье.

— А будешь хорошей девочкой, возможно, я все прощу, — прошептал мне на ухо.

Про себя обдумывала обстановку: я не могу двигаться, мы стоим в месте, где редко кто-то появляется, образумить этого стихийника словами я не могу. Остается только терпеть.

С ресниц скатилась одинокая слезинка. Раз я пережила смерть матери и предательство отца, то переживу и эти мерзкие прикосновения. Вряд ли он зайдет дальше, стоя здесь и прижимая меня к стенке.

— Что происходит?! — гневный голос разрезал гнетущую обстановку в коридоре.

Юноша резко отпрянул от меня, но свое подлое заклинание снять не успел.

В это безлюдное место забрел мэтр Ойлистрей. Он дураком точно не был и вмиг разобрался в ситуации.

— Ублюдок! — закричал он на парня, — Ты хоть понимаешь, что ты творишь?

— Она не против, Лекси сама этого хотела.

Я распахнула свои глаза от ужаса, удивления, а еще удовлетворения, что нас нашел именно он, радовало даже сильнее, чем то, что Брай практически ничего не успел. Ваох с ней, этой рубашкой. У меня таких с десяток, но ты, сукин сын, уже просто так не отделаешься.

— Это так? — спросил меня Милир.

Я прикусила губу, всем своим видом показывая, что не согласна со словами парня.

— Да она обездвижена, — заметил, наконец, этот дракон.

— Я сейчас, — опять приблизился ко мне Брай.

— Не смей ее трогать! — почти закричал преподаватель и крепким ударом в челюсть отправил молодого адепта в нокаут.

А потом уже освободил меня от магического плена.

Я повертела головой, покрутила запястьями, а потом уже склонилась над поверженным юношей, пытаясь понять, насколько сильно он пострадал. Но, пользуясь даром, не заметила ничего критичного.

— А разве мэтрам можно бить учеников? — встала, отряхиваясь.

Милир скользнул по мне взглядом, задержав его на несколько секунд, всматриваясь в ворот, точнее, в нижнее белье под рубашкой. Осознав, куда он смотрит, решила не смущаться. Он взрослый дракон, а я своими действиями привлеку еще больше внимания к этой неловкой ситуации.

— Хотелось бы знать, не говорил ли он правду? — пихнул лежащее на полу тело ногой.

Я скривилась от отвращения.

— А по мне было видно, что я так желала внимания?

Дракон вздохнул и прищурился.

— Вы будете заявлять на него?

Опустив глаза, раздумывая над случившимся. Жалко ли мне Брая? Совсем нет. Но ведь все тогда начнут обсуждать меня. С другой стороны, сейчас со мной общается ограниченный круг людей, а до мнения остальных мне нет никакого дела.

— Да, — ответила твердо. — Вы сами все видели. Я не знаю, до чего могло дойти. Он не соображал. Оскорбил, сделал мне больно.

С каждым произнесенным словом я словно возвращалась на пять минут назад. К концу фразы мой голос сломался, и я всхлипнула. Ну, что за учебный год? Реву и хнычу второй день.

— Ну, тихо, — подошел ко мне Милир и обнял.

А потом и вовсе погладил по волосам.

Он непрошенной ласки я втройне начала себя жалеть. Теперь я не просто всхлипывала, я впала в настоящую истерику. К чести преподавателя, он не растерялся, продолжил успокаивающим тоном баюкать меня.

— Все обошлось, Лекси. Не надо плакать.

— Как я устала, — продолжала причитать, — ненавижу аристократов.

Дракон чуть отодвинул мое тело, чтобы рассмотреть лицо.

Вспомнив, что я, наверное, выгляжу весьма неказисто, наклонилась, скрывая опухшие глаза, красные щеки и мокрый нос. Но он поймал подбородок двумя пальцами, заставляя посмотреть в лицо.

— Не все аристократы подобны этому подонку, — припечатал он. — Вы дружите с Рифером, а он один из самых достойных учеников академии, будущий император. Ваши друзья — через одного драконы. Неужели и их вы причисляете к этим мразям?

— Нет, — помотала я головой, все еще удерживаемая мужчиной.

— Не надо плакать, — он вдруг начал нежно стирать большими пальцами слезы, сбегавшие с моих щек. — С де Ланкуром я разберусь. Но я не зря на своих занятиях говорил о боевых заклинаниях.

— Он боевик пятикурсник, а я лекарь без военного опыта, — печально вздохнула, признавая силу юноши.

— Если вы хотите, то могу потренировать вас, чтобы никто не смел больше так поступать.

— Правда? — я удивленно округлила глаза.

— Да, Лекси, — тепло удивился мне дознаватель. — Я правда помогу. Ненавижу, когда кто-то пользуется своим положением и силой, издеваясь над теми, кто слабее или неопытен. Через месяц ты уже сможешь спокойно давать ему отпор.

Незаметно для меня, мэтр Ойлистрей перешел на «ты».

Это то, что мне нужно. Мне надоело обдумывать каждый шаг, решая, откроюсь я кому-то или нет. Я хочу научиться себя защищать. Тогда и отец сто раз подумает, стоит ли выдавать меня замуж. Да что мне отец! Я спокойно взойду на престол Датхара, уверенная в своих силах. Мне не так много нужно — всего лишь продержать в неведении о моем происхождении опытного ищейку-дознавателя пару лет. Каковы у меня шансы на успех?

* * *

Милир Ойлистрей

Не знаю, почему, но девушка меня явно интересовала. Казалось бы, что необычного в очередной адептке, но нет. Я словно приклеился к ней, искал взглядом.

«Может, истинность?» — в какой-то момент подумал я, но постарался выбросить эти мысли из головы. Даже если и так, она все еще студентка, а я терпеть не могу безмозглых дурочек, только сошедших со школьной скамьи.

Но так или иначе, мысли возвращались к Лекси Тревиль. Она не была глупа, а проверив ее работу после занятий, я с каким-то глубоким удовлетворением отметил, что она вошла в то маленькое число лекарей, которые справились с заданием. Да еще как — почти нет ошибок. К тому же, мой скрытый дар подсказывал мне еще на самом уроке, что неправильные ответы она ляпает специально, чтобы не привлекать к себе внимания. Уж слишком обрадовалась, получив пергамент и внимательно изучив его.

Завидев, как какой-то несмышленый юноша пытается принудить девушку к близости, натурально рассвирепел и с трудом подавил оборот в дракона. Хорошо, что она стояла здесь, и все мое сознание сразу переключилось на ее эмоции.

Определенно, Лекси Тревиль завладела моими помыслами. Но вот что это значит для меня, я пока не понял. Сейчас важно найти беглянку де Тион, а я отвлекся на смазливую мордашку.

Как назло, зацепок по этому делу не было. С другой стороны, в академии я второй день. Мне всего лишь надо повнимательнее присматриваться к платиновым блондинкам. К уверенным в себе, к важным, к влиятельным. Вряд ли принцесса будет вести затворнический образ жизни, натура этого не позволит. Таких девиц с детства приучают к всеобщему вниманию. А еще они дерзкие, настойчивые и в тоже время покорные. Кроме беглянки, раз уж она пренебрегла волей отца. И опять в голове встал образ девушки с волосами цвета пшеницы.

Может, мне навестить Лилиану, чтобы выбросить из головы эту бедовую лекаршу? Она будет рада меня видеть. На ужине в первый день учебного года метресса всем своим видом показывала, что мое внимание ей приятно, а общество располагает.

Как только я смог отпустить плачущую адептку, пообещав ей частные занятия, занялся нокаутированным парнем и метким заклинанием привел его в чувство.

— Идти можешь? — голосом, полным презрения спросил я.

— Да, мэтр Ойлистрей, — виновато ответил Брай де Ланкур, придерживая свою пострадавшую челюсть.

— Ты хоть понимаешь, что тебе грозит? Это не просто проказа, сделанная учеником. Ты нарушил закон.

— Она десая, — пытался защитить себя юнец, — и вела себя вызывающе.

На моем лице обозначились желваки. Я ненавижу таких магов. Я никогда не принуждал женщину к чему бы то ни было. Давным-давно я был помолвлен, но даже тогда, я с пониманием отнесся к разрыву этой связи. А ведь мы аристократы, нас с детства растят с мыслью о договорном браке. Зато сейчас та женщина стала нашей императрицей, и я искренне рад ее семейному счастью.

— Это дало тебе право насиловать ее? — выгнул я бровь.

— Такого не было, — фыркнул мерзавец.

— А что я видел? Ты обездвижил девушку и твои руки были у нее на груди.

Де Ланкур в каком-то беспомощном движении заметался, потом резко собрался и высказал мне:

— Она бы никогда не заявила. Я — Де Ланкур. Меня не исключить из академии. Мы — последние наследники известных некромантов.

Ох, с какой радостью я бы оглушил его еще раз! Но надо сдерживаться. Лекси правильно сказала: избивать учеников преподавателям запрещено.

— То-то ни ты, ни твоя сестра некромантами не являетесь. Зато внебрачная дочь — одна из самых сильных, — решил уязвить юнца, надавив на зависть к Тьяне де Россе.

— Это еще не доказано, — обиженно ответил он.

— Даже если так, ты нарушил устав академии и закон. Я все еще дознаватель. Как ты думаешь, что будет с тобой? — наводил его на страшные мысли, а еще на осознание злодеяний.

Но де Ланкур не желал смотреть проблемам в лицо.

— Она — десая. Я же дес, и родовитый. Я буду жаловаться императору.

— Твое право, — я хмыкнул, — даже интересно, что ответит Ревенер Первый, когда узнает, что кто-то пытался обидеть и обесчестить лекаря, которого он лично пригласил на практику во дворец. Лекаря, которого он рассматривает, как возможного претендента на вакантную должность.

Наконец-то этот наглец побледнел, поняв, что ему может грозить.

— Я хотел только проучить, я не собирался делать то, о чем вы подумали.

— Я бы сказал иначе, — развёл я руками. — В любом случае, отвечать тебе перед ректором, а не перед императорским судом. Радуйся такой возможности. Бастиан иногда слишком мягок.

В глазах де Ланкура блеснул огонек надежды.

Совершенно зря.

Миртеорон, едва услышав, что адептка Тревиль чуть было не пострадала, ужаснулся еще сильнее меня. Конечно, она — лучшая подруга его ненаглядной Тьяны.

— Да как ты смел? — кричал он на паренька. — За меньшее исключают. Я долго терпел ваши козни — твои и Белинды, но это была последняя черта, которую ты преступил, — мрачно подытожил он.

— Простите, простите, дес ректор, — испугался Брай последствий, — я, правда, не думал. Я не знал.

— Не знал чего? Законов? Правил академии?

— Ладно, Бастиан, — остановил я гнев своего друга, — наказание будет суровым. И по договоренности с самой пострадавшей мы решим, стоит ли доводить это дело до императора.

— Это не значится в уставе, — зло ответил ректор.

Благая Мира, дай мне терпения. Гелиос, дай сил моему другу выслушать все то, что я хочу предложить.

— Бас, — взывал к его благоразумию, — Лекси, конечно же, хочет справедливости. Но, почти уверен, что и известность ей тоже ни к чему. Решим, как наказать этого подонка, — посмотрел на парня, — но поговорив предварительно с ней. Если она согласна огласить этот инцидент, я только за то, чтобы судить его открыто. Но давай послушаем и мнение девушки.

Дракон ходил взад-вперед, переваривая мои слова.

— Ладно, — махнул он рукой. С Тревиль поговорю я сам.

Я выдохнул. Удивлен таким вниманием друга к проблемам адептки.

— Иди, Брай! — отозвал он парня, — пока не вызову, из комнаты не ногой.

— Да, дес ректор, — поклонился ученик, еще не веря своему счастью.

Когда за ним захлопнулась дверь в кабинет, глава академии подошел к одному из своих шкафов, достал что-то из-под научных фолиантов и налил в два бокала янтарного цвета жидкость.

— Эти адепты меня убивают, — протянул мне мою порцию.

Я усмехнулся, принимая от него подношение.

— Ты говоришь это мне? Я пару дней, как мэтр, а уже нарвался на юношу без мозгов.

— Они все такие.

— И это прискорбно, — согласился я с его словами.

Или прожитые годы, или полученный опыт в карьере дознавателя, но мне все больше казалось, что нынешние ученики ведут себя все безответственнее и глупее.

— Теперь все больше хочу, чтобы Тьяна перестала скрываться и обозначила свое положение, — мрачно заметил Бас.

Я не разделял его пессимизма.

— Ты ревнуешь, но ей ничего не грозит. Она, конечно, красивая девушка, но умеет постоять за себя.

— Как Лекси, — сморщился тот.

— Э, нет, — помотал я головой, — лекари у тебя словно курицы в курятнике. Может в лечебном деле им равных нет, но весь факультет девиц ужасно слаб в защите.

— Твое дело научить, — отпил опять ректор.

— Буду стараться, начальник.

— Прекрати, меня аж в дрожь бросает. Мы же оба знаем, что я не твой руководитель. Лучше скажи, как их обнаружил? Твой кабинет не там. Рифер на артефакторике. Что ты забыл в подземельях?

Я долго обдумывал свой ответ. Бастиан умен — сразу принял во внимание тонкости и мелочи, а еще он прекрасно знает сам замок и его обитателей.

Ревенеру я не сказал цель своего визита по политическим мотивам — не хотелось создавать напряжение между главами государств, хотя Датхар — это вассалы и подданные Аридии, а вот глава академии… Ему я по-настоящему доверял. И, возможно, он может помочь мне в поисках.

— Если я скажу, — прищурил я глаза, — что не только заботы о юном принце привели меня в академию?

— Это очевидно, — положил руки на живот мой собеседник и откинулся на ножках стула. — Выкладывай.

Начав издалека, я поведал о том, что южное государство потеряло принцессу, рассказал о своих мыслях, и о том, как я пришел к выводу, что она именно здесь.

— Думаешь, воздушница? — заинтересованно спросил Бас.

— Не знаю. По ответам де Тиона, он совершенно не знает свою дочь. Как можно не интересоваться, какой скрытый дар у ребенка?

— Принцесса от нелюбимой жены, а потом он народил кучу детей со своей фавориткой и удерживает трон. Может, и не стоит искать Александру? Пусть вырастет, и сама предъявит претензии на престол.

— А если она выйдет замуж? Решит жить вдали от проблем? Кому я говорю, ты сам избегал такой ответственности и чуть было не запускал шампанское в воздух, радуясь появлению племянника, — парировал я. — Ревенер Генриха за это по голове не погладит. Скорее, введет войска и подавит независимость этих земель.

— Ты думаешь, это плохо?

— Да, — сразу отозвался, — кровных де Тионов там почитают. Народ не знает, что принцесса пропала, хотя в курсе о готовящемся замужестве. Тут и там возникают восстания.

— Ну, привезешь ты девушку, тогда король тут же выдаст ее замуж, какая же здесь выгода?

— Так я делать не собирался, — посмотрел на друга. — Просто до Ревенера лучше доносить проблемы, когда они почти решены. У него сейчас своих забот хватает.

Мы оба рассмеялись. Император женился на очень вредной, скандальной и в то же время удивительной особе, которая в скором времени должна была подарить ему двух драконов или же двух ведьмочек. Так что его время сейчас больше занято семьей, нежели государством. Но за что я его уважал — личное недопонимание между служащими он мог подавить в себе, прислушивался к советам. Сейчас, по факту, страной правил я, наш главнокомандующий и секретарь императора. Ревенер отдалился от дел, но проверял отчеты, давая нам свободу в действиях. В таком случае, важно и мне, и ему не потерять голову.

— А есть хоть какие-то мысли, Милир? — пытливым взглядом изучал меня брат императора.

Я покачал головой.

— Буду честен, с моего приезда думаю только о блондинке, которая крутится около твоей жены. И это сильно меня напрягает.

— А-а-а-а, — протянул тут же это дракон, — вот что ты забыл в подземельях. Лекси не принцесса, я уверен.

— Почему? — удивился я.

Да, девушка под описание не подходила, но была чем-то похожа на сбежавшую принцессу. Я и не рассматривал Тревиль, как подозреваемую, но аргументы друга хотел услышать.

— Я помню, как мы принимали ее на экзаменах. Наследницы родов так себя не ведут. Даже Тьяна была увереннее твоей зазнобы, — рассмеялся Бас.

— Есть и робкие принцессы.

— Я даже не знаю, как объяснить. Лекси не умела ничего. На экзаменах она провалилась полностью. Часть преподавателей, мужчин, впечатленных ее внешностью, уговорили меня продержать ее первые полгода. Я пошел на поводу. Но она удивила. Уже в первый месяц выбилась в отличницы. И это не скрытый ход. Десая Артрайт и деса де Саврир тоже поначалу утверждали, что она безнадежна. А сейчас Милли поет ей дифирамбы.

— А Линнет? — вспомнил я чопорную деканшу лекарей.

— Лекси ей как дочь. Девочка, правда, сделала невозможное, а еще отказалась от всех поползновений в свою сторону, теперь эти же преподаватели готовы ее исключить.

— Но тут против ты, — сразу отметил я слова друга.

— Конечно, — согласился Бас, — она талантливый лекарь. Ты видел ее работу.

Видеть-то видел. Тревиль действительно хороша.

— А какой у нее скрытый дар? — заинтересовался я.

Глава академии задумался, словно вспоминая.

— Знаешь, — начал он, — я понятия не имею, а я помню почти всех учеников.

— Как так получилось? Разве адепты не обращаются за помощью в раскрытия дара?

— Значит, Лекси не обращалась. В теории, у нее он мог еще не раскрыться.

— Да, — согласился я, — или она просто не сообщила, если обладает каким-то очень редким талантом.

* * *

Лекси

Я медленно брела по коридорам, выписывая пальцем на стенах непонятные линии. Как после такого идти и учиться? А тем более, лечить кого-то?

Темные заклинания я благополучно пропустила из-за Брая, на бытовые тоже решила не идти. Ну, не исключат же меня? Скорее, это я могу поднять визг, что несчастную девушку обидели не где-нибудь, а в стенах древнейшей академии.

— Ты на себя не похожа, — обеспокоенно сказала Тьяна, когда я пришла на обед, — и плакала.

Я потерла глаза, как будто пытаясь скрыть опухшие веки.

— Нет, что ты, — отнекивалась, — просто аллергия.

— Ну-ну, — влез тут же друг-дракон, — давно лекари от аллергии избавиться не могут?

— Да что вы пристали? — обиженным голосом высказалась я, — плакала, это не важно.

— Прости, — погладила меня по спине некромантка, — захочешь, сама расскажешь.

— Или сразу скажи, — продолжал попытки Риф.

Я почувствовала возню под столом, это Тьяна весьма болезненно отдавила ногу юноше.

— Ладно, ладно, не буду спрашивать, — положил он руки на живот, — только поколдуйте. А то через минуту сюда подойдут твои поклонники и расспросы превратятся в пытки, — он кивнул в сторону линии раздачи, где уже стояли Лукас, Эллис и абсолютно не интересующийся мной Эйнар.

Я взмахнула ладонью и мое лицо тут же стало выглядеть красивее, более ухоженным.

— Да, вот так, — удовлетворенно высказался Риф, — никогда не понимал, как вы это делаете.

— Так ты боевик.

— И что? Разве я не хочу выглядеть красиво?

Мы втроем тихонько захихикали.

— А где Джейсон? — спросила подругу, — Он же был с тобой у де Риварда.

— Да, — уже жуя, отвечала та. — Сегодня кому-то повезло, а кому-то не очень.

— О чем ты?

— Джейсону не повезло, первые занятия с некромантами, и попасть в больничное крыло, а тебе, — едко улыбнулась она, — повезло, так как ты сегодня дежуришь.

— Он так плох? На всю ночь загремел?

— Подозреваю, что да. Но давай не будем, так как, если мы углубимся в эту тему, то, скорее, Аббернати и Кроуфорд поднимутся туда, пока ты будешь на занятии, и добавят ему еще и от себя.

— Тьяна права, — кровожадно заметил Риф.

Во время обеда мое настроение заметно поднялось. А еще радовало, что ни ректора, ни дознавателя, а самое главное, Брая я не видела. Надеюсь, что этот урод получит по заслугам.

Почти вприпрыжку я бежала к Милли на дежурство. Не знаю, почему, не могу это объяснить, но де Карнесс мне по-настоящему нравился. Приветливый, остроумный и амбициозный парень. Да еще и из Сухара. Можно будет аккуратно выведать, какая обстановка сейчас в моей стране.

За пять лет я истосковалась по пустыням, яркому солнцу, берегу южного моря и тропическим растениям. Здесь все не так, я долго привыкала и к климату, и к порядкам, и даже к внешнему виду жителей Аридии. В Датхаре мы одевались куда более броско, свободно, в легкие ткани, и носили огромное количество украшений на запястьях, лодыжках, груди, звеня при каждом шаге. А здесь меня в таком одеянии могли принять за женщину фривольной профессии. Зато, закончив академию, я могла рассчитывать на свободу и независимость, а на родине мнение женщин не учитывалось. Даже мать — истинная королева — была настолько подвластна мужу, что не защитила себя, не заставила соблюдать верность, раз за разом позволяя относиться к себе по-скотски.

Если займу трон, то никто больше не посмеет так поступать с женщинами.

— Лекси, — услышала я радостный голос с одной из коек, — десая Артрайт сказала, что ты дежуришь.

— Да, — сразу вышла из-за угла моя наставница, — представляешь, совсем не дает себя лечить. Ждет тебя.

— Даже так, — улыбнулась, — это зря. Лучше десаи Артрайт никто твои раны не затянет.

— Тогда я бы уже ушел здоровым, не дождавшись тебя.

От такого заявления я растерялась.

Конечно, мне было очень приятно, но уж слишком парень напорист. И это немного смущает. Я привыкла относиться ко всему с изрядной долей подозрения. Весь первый виток я практически не спала, ожидая что вот-вот меня раскроют и возвратят отцу.

— Ох, дети, — всплеснула руками Милли, — лечи его уже, а то правда не уйдет. Я буду у себя, мне ваши работы проверять, — она заговорщически мне подмигнула.

Что хотела сказать женщина этим жестом, я поняла. Понял ли юноша?

Я подошла ближе и села на кровать, где он расположился.

— Что у тебя? — сразу запустила магическое зрение.

— Вывих, сломано ребро и глубокий порез, — довольно выговорил Джейсон.

Мой анализ это подтверждал, а еще, что у него почти полностью истощен резерв.

— Это кто так тебя? Дес де Ривард не защитил ученика? Как ты сохраняешь сознание?

— Десая Артрайт напоила меня обезболивающим, приговаривая, что блондинка вечно опаздывает, — ответил он с ехидцей.

Я прикрыла глаза. Да, пунктуальность — не сильная моя черта.

— А от кого раны получил? Не похоже на обычных умертвий, — тоном знатока заключила я.

— Упырицы, целых две штуки, — откинулся он и охнул от боли, когда я решила осмотреть порез на предплечье.

— Первое занятие только появившегося некроманта, и уже упырицы? Ты бы к ректору пошел, а то Себастьян де Ривард в своем энтузиазме может и покалечить.

— Нет уж, там твоя подружка так умело справляется, а мне обычных скелетов хватит.

— Тьяна — некромант с рождения. Ее с детства этому учили.

Через порванный рукав залечила рану и наложила швы. Для дальнейших манипуляций мне надо было его раздеть, но слова с просьбой снять рубашку словно застревали в горле. Именно его я стеснялась, возможно, потому, что он волновал меня.

— Джей, — наконец решилась, — ты не мог бы? — поводила глазами.

— Что не мог?

Я сникла, а он рассмеялся.

— Да понял я, просто ты так забавно краснеешь.

— Тогда берегись, сейчас как сделаю больно.

— Мне кажется, что ты не можешь, — очень серьезно ответил он.

Я залилась краской еще больше. Пока лечила, опять уставилась на знак Миры. Значит исследую тебя не сегодня. На повестке дня раненый маг-некромант, который то и дело смущает меня.

Когда я закончила залечивать вывих и сращивать кости, поняла, что время уже давно перевалило за полночь.

— Долго я, — склонилась к нему, любуясь результатами своей работы.

Джейсон вдруг поймал мою выпавшую прядку и заправил ее к остальным за ухо.

— Мне так не показалось.

Глава 4

После дежурства радостная бежала к ребятам, чтобы успеть собраться на учебу, а самое главное, рассказать, что произошло со мной за один день.

— Доброе утро, — влетела я в двери нашей общей гостиной.

На меня поднялись две пары недовольных глаз — Тьяны и Рифера, которые встали пораньше ради меня, а сон для боевиков это и так редкость. Девушка к тому же половину ночи упокоевала нежить, на потеху декана темного факультета.

— Для кого доброе, а кто-то завтрака ждет, — поворчал на меня дракон.

— Да, ладно, — улыбнулась мне подруга, — уходила в слезах, возвращаешься счастливая. Чую, де Карнесс поднял настроение.

Я кивнула, чуть смутившись из-за присутствия друга.

— Риф, может, к ребятам присоединишься?

— Не-а, — помотал он головой, — мне тоже интересно, чем тебя заинтересовал младенец-некромант, когда за тобой бегает половина академии.

— Он вежливый, — вопросительно-утвердительно ответила я. — И не лезет в девчачьи разговоры.

Юноша почесал затылок, но не сдал своих позиций.

— Друзья, провидение на роду написано. Помните слова Фэйт? Вот и рассказывайте мне тоже, что к чему.

Тьяна скривилась от перспективы.

— А про Баса ты слушать ничего не хочешь.

— Не испытывай мое терпение, женщина. Он мой дядя. Таких подробностей точно не хочу.

— Ладно, Риф, не обижайся, — погладила я друга, — рассказывать-то и нечего. Я вылечила раны, а он очень мило на это отреагировал.

— А как? — сразу включилась некромантка.

Я растерялась, рассказывать такое при парне очень неудобно.

— Ну, — затянула я, — поправил волосы, много благодарил, а самое главное, не давал Милли его вылечить, ждал именно меня.

Рыжая бестия довольно засветилась, а вот дракон ничего не понял.

— Это ты не хотела рассказывать? Я гораздо наглее себя веду.

— Ага, вот у тебя девицы и не задерживаются, — щелкнула его по носу подруга.

Я посмотрела на ребят. Даже не хочется к грустному и серьезному переходить.

— Вчера, — прервала их спор, — случились две вещи. Точнее, одна случилась раньше, но не смогла сразу рассказать вам, столько событий произошло.

— Ну, не томи, — вращал глазами юноша.

— В лечебном крыле я видела люстру, а около нее знак богини Миры. Там иллюзия, которая немного коверкает его, но больше ничего. Мне бы изучить это место.

— Ты всю ночь там была, могла и изучить.

Тьяна одним взглядом оборвала речи друга. У ректора научилась. С каждым днем все сильнее пробивались эти властные нотки юной герцогини де Россе.

— А, да, — стушевался тот, — Понял, понял, не дурак.

— А вторая вещь?

Я вздохнула, вспоминая инцидент с липкими прикосновениями де Ланкура. Тяжело оставаться спокойной, просто думая о том, что случилось, а уж рассказывать…

— Брай вчера поймал меня в подземельях, — я отвернулась от ребят, — обездвижил и прижал к стене.

— Лекси!!! — хором крикнули оба.

— Он что-то сделал тебе? — зарычал Риф, покрываясь черными чешуйками.

Я всхлипнула, опять переживая то, что произошло вчера.

— Нет, — покачала головой, — меня спас дес Ойлистрей.

— Расскажи сначала, — усадила меня в кресло подруга, — чтобы мы не мчались убивать этого подонка.

— Нет, не надо, — слабо улыбнулась, — получил он хорошо. И почти уверена, что получит еще. Брай ничего не успел, только пуговицы расстегнул на блузке.

— Вот ублюдок, — зло выплюнул дракон. — Мало он получил за Тьяну, так я еще и за тебя наподдам.

— Спасибо, — погладила его руку, — но нет необходимости. Милир мощным ударом в челюсть отправил де Ланкура в нокаут. Успокоил меня, пообещал дать пару уроков по защите и увел Брая, скорее всего, к ректору. Так что Бастиан знает.

— А ты, значит, будешь ближе к дознавателю? — тут же спросил Риф.

— Видимо, так, — развела руками, — не переживай об этом. Продержусь и доучусь в академии. А потом меня твой отец заприметил и рассматривает, как главного целителя во дворце. Если все получится, то он сам меня не выдаст.

— А вот на это я бы не рассчитывал, — заметил юноша. — Узнай он раньше твоего отца, что ты принцесса, вмиг окажемся помолвлены, — поиграл он бровью, — но ты не отказывайся от такого счастья, детка.

— Фу, Риф, — уже смеялась я, — ты, конечно, счастье, но и не подарок.

Мы кое-как собрались на завтрак. Я вела себя странно и несуразно. Едва вспоминала вечер и ночь, мое лицо озаряла улыбка, а если в голову приходили страшные картинки насчет Брая, я тут же хмурилась и затихала.

— Да пойдемте уже, — недовольно мычал наш друг, — есть хочу. Там десая Агата, наверное, свои знаменитые сырники приготовила.

Я и Тьяна переглянулись. За сырники стоило побороться с целой очередью.

Мигом слетев со всех лестниц, мы в числе первых подошли к линии раздачи. Но, увы, знаменитого завтрака лучшей поварихи академии в меню уже не было. Нахватав остального, двинулись за свой стол.

— Ну, и чего скисли? — встретило нас довольное лицо Лукаса, — Джейсон проснулся раньше всех и уговорил кухню поделиться.

Виновник торжества, точно кот, налакавшийся сметаны, рассматривал наши физиономии.

Мы же, в ответ, рассматривали стол. Сырников, и правда, была целая гора.

— И как ты ее уговорил? — садилась я рядом, — Нам она не откладывает, а мы, между прочим, любимчики.

Джейсон и бровью не повел.

— Моя лучшая черта, Лекси, — посмотрел на меня внимательно, — умение договариваться.

Я улыбнулась, немного смущаясь, и, стараясь избежать пытливого взгляда, осмотрела стол преподавателей. На завтраке всегда собирались все мэтры и мэтрессы. И этот день не стал исключением. Вон ректор, дальше сидит декан боевого, потом темного отделения. А после них уже и дес Ойлистрей, на локте которого висела моя преподавательница Лилиана де Морель. Не могла разобраться в чувствах, но увиденное мне не нравилось: то ли сама бытовичка вела себя слишком нагло и вызывающе, и это при стольких учениках, то ли сам дознаватель позволял себе слишком многое. Как бы то ни было, я тряхнула волосами и решила идти на занятия. Тем более, сегодня утром мои уроки ведет именно эта парочка. Если у де Морель я почти была отличницей — бытовые и косметические чары давались слишком легко, то у Милира нужно быть настороже. Чего стоит его последнее задание?

— Адептка Тревиль, — уже через полчаса подняла меня со своего места упомянутая метрэсса. — Какие правила по уходу за собой вы знаете?

Меня немного покорежил вопрос. Во-первых, Лилиана точно проинформирована об уровне моей успеваемости. Как никак, она ведет меня с первого витка. А во-вторых, для меня ответ не очевиден. Я лекарь, и талантливый. Когда я просыпаюсь, я делаю проверку своего организма, а не только лица. От моего здоровья зависит внешность.

— Увлажнение, питание, насыщение, деса де Морель? — вопросительно-утвердительно ответила я.

Она поджала губы, будто недовольная.

— Садитесь, верно.

И когда я ей успела насолить?

Дальше она спрашивала остальных учениц, но то и дело бросала на меня неприязненные взгляды. Почти уверена, что дело в драконе Милире. Только ревность ее ничем не обоснована. Я его заинтересовала тем, что постоянно вляпываюсь в идиотские, но в то же время опасные, ситуации, а еще, возможно, он подозревает, что я иллюзорник.

Отведи, Мира, от меня этих магов. Плохо быть на карандаше у дознавателя и на мухе у завистливой преподавательницы.

— Идите, девушки, — высказалась мэтресса, когда прозвучал звонок, оповещающий об окончании занятий. — Адептка Тревиль, прошу вас задержаться.

Я замедлила шаг. Даже интересно, что она может мне сказать.

Когда все вышли, Лилиана тут же бросилась ко мне.

— Дорогая, — ласково-язвительным тоном начала она, — понимаю, что всех учениц, ну, или многих, восхищают преподаватели, — скривила лицо, — но хочу вас предупредить, дес Ойлистрей не рассматривает подле себя юных дурочек вроде вас. Наоборот, он таких избегает.

Я несколько раз вздохнула, осознавая все сказанное. Подавила в себе желание дать в глаз десе, а потом и десу, потому что кто-то же разнес этот глупый слух по академии. И на одном дыхании произнесла:

— Я дала какой-то повод так думать? Смотрела как-то не так? Вела себя вызывающе? Приставала к мэтру? — засыпала я брюнетку вопросами.

— Нет, но….

Я сразу же перебила:

— Почему вы позволяете себе оскорблять меня, намекая, что я испытываю чувства к умудренному опытом преподавателю? Насколько я понимаю, оснований для этого я не давала. Всё — лишь ваши домыслы.

Лилиана отбросила волосы и злобно взглянула на меня.

— Тогда почему, адептка, — шипела она, — весь завтрак он так пристально следил за вашими движениями?

— Понятия не имею, — пожала плечами, — вам стоило узнать это у него.

Вот, правда, становилось очень интересно, о чем же беседовали эти двое за завтраком? Почему она, как ошпаренная кошка набросилась на меня? Что ей такого сказал Милир? Про наши будущие уроки? В таком случае от них легче отказаться. Проблемы с преподавателями мне не нужны.

— Я предупредила тебя, девочка, — погрозила мне оскорбленная де Морель. — Чтобы не видела тебя рядом с десом.

— Он мой наставник, деса, — парировала я, — и ведет у нас курсы. Боюсь, никак не получится.

И сразу выбежала за дверь, прижалась к стене. Что за деньки пошли в академии? Каждый приносит что-то новое.

* * *

Милир Ойлистрей

Проведя остаток дня с Бастианом, обсуждая различных адепток и строя догадки, к каким-то полезным выводам так и не пришел.

И кто моя беглянка? А может, я ошибся, и девушка не здесь? Может, она жила в столице, а потом уехала в другой город? Поступила в другую академию…

Чутье подсказывало, что я на верном пути. А я привык ему доверять. Надо только больше погружаться в дела, а не совать нос в распри учеников. С другой стороны, спас девушку от настоящего подонка. Де Ланкур, наверное, в земле переворачивается от осознания, что его прямые потомки такие мерзкие люди.

За завтраком с новой силой на меня насела Лилиана.

— Доброе утро, дес дознаватель, — бархатным голосом встретила меня, — я заняла тебе место.

— И я рад тебя видеть, Лили, — вспомнил короткое имя, которым она позволяла называть себя близким.

Эта красивая женщина расцвела от такого обращения.

— Я ждала тебя вчера, думала, зайдешь….

— Прости, не смог. Бастиан загрузил меня работой, быть преподавателем для меня в новинку.

Не рассказывать же ей про злоключения с Тревиль. Сначала надо обсудить всё с девушкой. Да и друг предупреждал об осторожности в отношении де Морель.

Провести хорошо время я был не против, но вот в качестве супруги ее не видел. Притяжения тоже не возникало. Ректор же утверждал, что едва познакомился с Севостьяной, сразу почувствовал смутное единение душ.

— А сегодня? Могу ли я рассчитывать, что ты придешь? — погладила меня брюнетка по груди, чуть ли, не забираясь под рубашку.

Я остановил ее руку и посмотрел в зал. И тут же наткнулся на пытливый взгляд Лекси. Чего она так смотрит?

— Подожди, Лилиана, здесь ученики. Да и я ничего не обещал.

Она приблизилась и промурлыкала мне на ухо.

— Ну, мы же знаем, чем это закончится. А ученики, так они здесь тоже не дети. Поверь, они сами могут чему-нибудь на-у-чить.

— Тебе откуда знать? — прищурившись, я оглядел свою подругу.

Лилиана нервно хихикнула, сообразив, что сказала что-то не то.

— Ходит слух, — начала заговорщическим тоном, — что дес де Миртеорон крутит роман с адепткой.

Это даже не слухи. А правда. Только там не роман — истинная пара.

— Не нам осуждать Баса, — вкрадчиво ответил я, пытаясь съехать с темы.

— Конечно. Так скажи, ожидать ли тебя сегодня?

Я оттягивал момент ответа, как мог.

Осмотрев еще раз столовую, я уперся взглядом в столик Тьяны, Рифера и их окружения. Блондинку, которую я вчера защищал, обхаживал какой-то светловолосый юнец. Его я не знал — новое лицо в их компании, а ведь по просьбе императора, я проверял всех друзей принца.

— А кто рядом с Тревиль? — вернулся к Лилиане.

— Зачем тебе?

— Я не видел раньше этого парня.

— Ну и что? — не понимала она моей заинтересованности.

— Тебе так сложно мне сказать?

Де Морель насупилась, но все же выложила нужные мне сведения.

— Адепт Джейсон де Карнесс, юный некромант, только получивший дар. Де Ривард — его куратор, он прибыл из Сухарской академии, теперь мальчишка — наша проблема. Доставлен прямиком из Датхара.

— Ты так говоришь, словно сама обучаешь его темной науке, — я чуть усмехнулся.

— Нет, — не так улыбчиво ответила старая подруга, — просто не понимаю твоего интереса.

Я и сам его не понимал.

— Прости, Лили. Я не приду, у меня есть дела, — отказал я магиссе в ее желаниях.

— Я сделала что-то не то?

— Нет, конечно, нет, — обхватил ее ладонь и поцеловал, боковым зрением наблюдая, как на нас уставилась половина академии, — ты прекрасна. Но я, и правда, занят.

— Очень жаль, Ойлистрей, — хмыкнула мэтресса. — Возможно, другой возможности не представится.

— Я все же рискну, — встал из-за стола, так и не поев.

Сегодня надо найти хотя бы одну зацепку. Бас дал мне пятый виток стихийников-воздушников. Вот и начну с них. Генрих де Тион был уверен, что его дочь обладает именно этой магией.

Но где-то в глубине души я знал, что король Датхара ошибался.

Выйдя из столовой, я сразу прошёл в свою аудиторию. Первое занятие как раз было для тех, на кого стоит обратить пристальное внимание.

Воздушники меня расстроили. Пятый виток, а такое постыдное знание боевых заклятий. На всем курсе три девицы, но только одна — блондинка. Ирилла Ирнойс — талантливая девушка, почти отличница, и что важно, не аристократка. Неужели та самая принцесса? Сколько ни вглядывался, так и не смог точно удостовериться. Манеры не выдавали монаршую особу, общалась просто, по-дружески. Но это уже что-то. Есть хоть одна зацепка, буду наблюдать.

А потом ко мне явились лекари, точнее, лекарши, из которых на роль Александры я не рассматривал ни одну. А от этого занятие, казалось, длилось длиннее обычного, а я был более строгим и жестким.

— Неужели никто не смог выучить простейших заклинаний для первого витка? — озверел в середине урока.

Девицы бегали, верещали, но все, кого вызвал, не смогли отбить ни одной атаки.

— Мы лекари, не боевики, — обиженно засопела де Ланкур за весь курс.

Поставлю ей галочку, пожалуй. Из большинства только она посмела подать голос, защищая остальных.

— Вы будете на передовой. Думаете, воины всегда вас защитят? — аргументировал, пытаясь напугать. — В Аридию пришла война, вам два года служить на фронте. Всем неудовлетворительный балл, — припечатал я, решив никого не вызывать.

— За что? — посыпались шепотки тех, на ком я еще не испробовал своих заклинаний.

— Кто готов выйти со мной в спарринг?! — крикнул я, прерывая разговоры.

Ожидаемо, все барышни отмолчались. И что мне с ними делать? Такие неумехи и в армию.

— Можно, я? — услышал нетвердый, но знакомый голос.

Развернувшись почти на сто восемьдесят градусов, увидел адептку Тревиль.

— Могу я попробоваться, мэтр Ойлистрей? — спросила она, не вставая с места.

В аудитории наступила зловещая тишина. Я уже наслышан о том, что Белинда настроила против Лекси весь курс, что ее брат не давал прохода несчастной десае (даже сам был свидетелем), а также наслышан, насколько она скромная, милая и доброжелательная. Преподаватели поют ей дифирамбы. Не вяжется этот вызов с ее образом. Я знаю, как она может наброситься с угрозами, недовольством и истерикой.

— К матам, — согласился на участие Лекси.

Она неспешно встала из-за стола, тряхнула волосами и спустилась вниз.

— Заклинания только первого курса, мэтр? — вскинула свои брови Тревиль.

— Да, — кивнул, — только первый виток.

Мы встали друг напротив друга.

Блондинка шустро сплела плетение простейшей атаки. Я парировал, практически не черпая резерва. Что мне забавы школьников?

Не нападая, но наблюдая за ней, осознал, что эта ученица приняла в расчет мои доводы. Да, заклинания она знала, готов поставить отлично. Но что будет делать, если проклясть посложнее?

Я кинул в нее заклинанием, которого она точно не ожидала. Лекси увернулась, припав к мату.

— Нечестно, дес Ойлисрей! — выкрикнула она, — вы говорили только о первом витке.

— В войне все средства хороши, — ответил я на ее замечание.

Девушка задумалась, а потом я опешил от ее действий. Она воспользовалась моей самоуверенностью и своими задатками настоящего лекаря — окрутила меня бинтами из своей сумки.

Пусть это задержит меня меньше чем на минуту, но из всего витка только она смогла догадаться о своих профессиональных знаниях.

— Адептке Тревиль пять! — громко припечатал я, сбрасывая с себя белую материю, — за находчивость и умение соображать.

— Так у нее в друзьях одни боевики, — грустно возвестила адептка Виола.

— Значит, — встал я с места, — поставлю ей отлично еще и за налаживание связей. Вроде я не давал понять, что сторонними источниками пользоваться запрещено?

Все недовольно загудели.

В конце занятия решился задержать блондинку.

— Лекси, останьтесь, — попросил, когда она, взмахнув сумкой, выходила из помещения.

— Точно стоит? — скривила лицо Тревиль.

— Сами рассудите.

Как только ученики захлопнули дверь, подошел к девушке.

— Как вы?

— Вы о чем, мэтр? — подняла на меня недоумевающие глаза Лекси.

Я разозлился до такой степени, что моя звериная ипостась чуть не показала себя.

— Давайте не будет ходить вокруг да около. Вчера вас чуть не изнасиловали.

Тревиль медленно вздохнула, словно собираясь с мыслями.

— Да, дес дознаватель, не уверена, что именно это входило в планы Брая, но ситуация была крайне неприятной.

— А сегодня вы так спокойно об этом говорите? — вскинул брови я.

Девица словно потеряла якорь.

— Откуда вам знать, отчего я спокойна? — взорвалась с претензиями, — Спасибо за вашу помощь, я благодарна. Если готовы обучать, то я согласна, но прошу не демонстрировать.

— Лекси, — не мог понять ее настроения, — что случилось? Отчего ты такая злая?

У девушки забегали глаза.

— Я эмпат, — продолжил я повествовать, отчего-то зная, что на широкую публику, она не расскажет о моем даре, — я чувствую, что ты зла, и зла на меня, объяснись.

Она злобно вздыхала и выдыхала, словно раздумывая, стоит ли мне рассказать.

Понятно.

— На предыдущем занятии деса де Морель дала понять, что ревнует вас ко мне. Прошу не проявлять внимания к моей персоне. Лилиана — мой педагог, от нее, в конце коноцов, зависит мой итоговый балл. Не знаю, что она надумала, но от вашего предложения в обучении вынуждена отказаться. Мне важны мои оценки.

Я поймал за подбородок ускользающий взгляд Тревиль.

— Отчего ты так печешься об успеваемости? Лилиана преподает бытовую магию и косметологическую? Тебе правда важно ее мнение?

Лекси грустно улыбнулась.

— Сегодня, вы поставили мне наивысшую отметку не за познания в боевых заклятиях, а за умелое использование лекарских. Думаете, бытовые мне не пригодятся?

— Я поговорю с Лилианой, — отступился я, — это нарушение правил академии.

— Не надо, — покачала головой девушка, — наживете мне еще одного врага. Буду учиться сама, но спасибо.

— За что? — не понял ее благодарности.

— Вы показали, что самозащита необходима, и Брай показал. Слава Мире, что в моих друзьях боевики.

Я разочарованно выдохнул.

— Да, рад за вас, адептка. Но имейте ввиду, что всегда можете обратиться ко мне за помощью.

— Спасибо, мэтр Ойлистрей, — взглянула на меня сероглазая блондинка.

Она шустро выскочила за дверь, а я сел в кресло, раздумывая над словами лекарши.

Значит Лилиана решила пойти в наступление? Тогда почему выбрала ничего не значащую для меня ученицу? Или нет? Значащую?

В своих чувствах к Лекси я и сам не мог разобраться. Да, девушка умна, красива, более того, она мудра и точно знает, когда стоит высказаться, а когда стоит промолчать. Но и таких немало. Та же деса де Морель — неглупая женщина, если бы не ее неуемное желание строить свои личную жизнь там, где она работает, давно бы завербовал в шпионы короны.

А может, мэтресса видит больше?

Интерес к Тревиль точно был, она меня привлекала, ее зеленые глаза… стоп… а ведь пару минут назад они точно были серые. Это косметическая магия?

Изменение цвета глаз на долгий срок стоит половины резерва у колдунов. Девушка не создает впечатления, будто она пожертвует львиной долей магии ради косметических экспериментов. А поддержание стоит дорого, нужны артефакты, с которыми работали иллюзорники, которых в Аридии почти не осталось. Обычной десае подвластны такие суммы? И какой цвет настоящий? Зеленый? Серый?

Я записал на листке свои вопросы по старой привычке. Люблю, когда все видно наглядно. Присмотрюсь. А еще выведаю состояние ее счета и документы, правда, Бастиан точно начнет меня подкалывать на эту тему, но, с другой стороны, что-то подсказывало, что Лекси Тревиль не самая простая адептка.

Близилось время обеда, и я вышел к столовой, пропуская учеников.

— Как занятия? — встретил меня ректор и деканы боевого и темного отделений.

Я понимал, что вопрос, заданный из уст Бастиана, связан не с интересом к учебе юных умов, а больше нацелен на продвижение моего расследования.

— Есть пара волнующих моментов, — еле слышно выговорил, — поговорим завтра до завтрака.

— Почему не сегодня? — вскинул брови главный дракон академии.

Арверас и де Ривард вежливо отвернулись, делая вид, что не замечают нашей беседы.

— А разве тебя не ждет разговор с пострадавшей девушкой?

Дракон тут же нахмурился.

— Точно, надо поговорить. Де Ланкура не выпускаю из комнат со вчерашнего дня, пора принять по нему решение.

Я кисло улыбнулся.

— Отчего-то уверен, что наша пострадавшая — сердобольная душа, пожалеет парня, не заявит на него по всей строгости закона.

— Дело в ход не пустят и из-за его матери. Она, как квочка, чахнет над своими детьми, хоть и выросли они настоящими подонками. Я надеялся, что твое внимание даст Лекси преимущество, — выступил Реймонд, хорошо знавший семью своего подопечного, и явно посвященный в произошедший инцидент.

— Все может быть, но сначала нужно узнать ее мнение.

— О чем вы, мальчики? — обворожительно улыбнулась деса де Морель и царственным шагом вплыла в нашу компанию.

— Прекрасная деса, — расплылся Себастьян де Ривард, слывший дамским угодником, — где хотите присесть? Может быть, составите компанию мне за обедом?

Та капризно надула губы.

— Бас, — фамильярно обратилась к Миртеорону, — может мэтры и мэтрессы будут сидеть не за одним длинным столом, а ты разрешишь расставить столики для более тесных компаний?

Ректор, не подвластный чарам ослепительной женщины, возмущенно спросил.

— Это еще зачем?

— Ну, как же? — развела она руками, — У нас сформировались свои круги по интересам. Можно обсудить теории великих педагогов, а мы, как статуи, восседаем на глазах учеников, даже пугаем их.

Как ни странно, мне ее предложение показалось здравым. Адепты и правда в перерывах чувствуют себя неуютно, когда на них смотрит толпа преподавателей, которые методично поднимают ложки от тарелок к своим ртам. Да и мне хорошо бы подсобрать сплетни академии, а девицы охотно делились с Лилианой своими переживаниями.

— Дес Миртеорон, — обратился к ректору и одновременно хищно улыбнулся Лилиане, ловя ее взгляд, — а ведь деса де Морель права. И ученикам спокойнее, и нам интереснее.

— Ты так думаешь? — удивился моему замечанию Бастиан.

— Да, ученики почувствуют себя комфортнее, а мы сможем обсудить за обедом все, что нас интересует.

Мэтресса, почувствовав поддержку, приблизилась ко мне и томно прошептала.

— Рада, что ты со мной согласен Милир, — а потом громко возвестила, — да, дес де Ривард, буду рада вашей компании.

Они ушли, а брат императора подошел еще ближе.

— Ты думаешь, стоит?

— Еще как, — кивнул другу, — сплетни сами собой не соберутся, а тут такой благодатный источник.

— Завтра с утра жду у себя, — напомнил он и сел за свое место.

Я кивнул и прошел дальше, присаживаясь рядом с Реймондом. Окинув глазами помещение, присмотрелся все к той же Лекси. Издалека ее глаза казались синими. Но это ведь издалека.

Глава 5

Лекси

На следующий день ректор вызвал меня к себе в кабинет. Он долго разглагольствовал о безопасности, о необходимости соблюдать правила, а самое главное, о том, что все преступники должны быть наказаны. Из его пространственной речи поняла, что преподаватель интересуется моим мнением насчет де Ланкура, спрашивает, пойду ли я до последнего?

Да, каждая струнка в душе восставала против того, чтобы юноша избежал по-настоящему серьезного наказания, но Брай — потомок известной фамилии, а значит, внимание к процессу будет пристальное.

— А в академии его накажут? — подняла глаза на Миртеорона. — Смогут контролировать?

— Лекси, — разочарованно выдохнул тот, понимая к чему я веду. — Я не могу быть везде, а парень из тех, кто возгордится тем, что так легко отделался. Хотя, безусловно, меры предосторожности я приму. Он ведь мог поступить так не только с тобой.

Вздрогнула, услышав последние слава деса, я взмолилась, чуть не плача.

— Не доводите дело до общественности, мне не нужна такая слава. Мне же кости перемоют все аристократы.

Бастиан нахмурился и скривился.

— У тебя есть поддержка от меня и части преподавателей. Императорский дознаватель готов выступить свидетелем. Это многого стоит.

Помотала головой из стороны в сторону со скептичным взглядом.

— Будь я аристократкой, то согласилась бы. С десаями так не работает. Да и у деса Ойлистрея своих врагов хватает. Как они обрадуются, что он защищает никому не известную сиротку. Пойдет еще больше слухов.

— С чего ты так решила? — удивился Бастиан моей прозорливости.

Ехидно улыбнувшись, я пояснила свои слова:

— Все просто, дес Миртеорон. Должность обязывает. Кто любит блюстителей закона?

— Ладно, — махнул мужчина рукой, — ты определилась? Не пожалеешь?

Конечно, пожалею. Таким подонкам не место в академии. Они недостойны в принципе обладать магией.

— Не пожалею, — не очень радостно ответила на вопрос, а потом решилась сбежать из-под назойливого внимания, — Я пойду? Занятия скоро начнутся.

— Иди, Лекси, — поджал ректор губы, немного расстроившись, так как обманулся ожиданиями.

Он был уверен, что я буду требовать отмщения, суда, наконец, исключения де Ланкура. А я попросила всего лишь легкое взыскание для такого проступка.

Робко и неуверенно прошмыгнула за дверь. А потом еще пару минут стояла, опершись на стену коридора. Не люблю ходить по кабинетам мэтров, особенно к драконам. С ними тяжело концентрироваться на даре, чтобы не выдать себя с головой.

Отдышавшись, успокоившись, я спустилась вниз по лестнице. Учитывая мою невезучесть в последнее время, больно столкнулась с одним из адептов.

— Ай! — потирала локоть, который пострадал из-за перил, и рассматривала жертву своей неуклюжести.

— Точно — ай, — рассмеялся Джейсон, упавший на пролет между этажами.

Пожалуй, это не совсем невезучесть. Может, богиня Фэйт смеется надо мной, и каждый раз посылает этого юношу не просто так?

Я подбежала к парню, чтобы помочь подняться.

— Ты куда так торопился? — не удержалась от расспросов.

— Ты не поверишь, — тепло улыбнулся де Карнесс, — к вам в комнаты. Кстати, а как так получилось, что вы живете вне своих факультетских общежитий?

— А зачем? — я решила проигнорировать второй вопрос.

Чтобы ответить на него, надо долго и нудно рассказывать, а еще больше врать. Почему-то этому парню лгать не хотелось.

Юноша встал, поправил одежду и смущенным тоном заговорил со мной.

— После завтрака все некроманты отправляются на полигон до позднего вечера. До очень позднего. А завтра с утра нас ждет такая же длительная боевка.

— И? — я совсем не понимала к чему он ведет, и нисколько не помогала Джейсону справиться с неожиданно нагрянувшей застенчивостью.

— Хотел уговорить тебя на нарушение правил комендантского часа и прогулку под луной в моей компании… — Де Карнесс протянул мне руку.

Сердце учащенно забилось, а по телу побежали мурашки. Такого я еще не испытывала. На свидания-то ходила, но больше из жалости, по дружбе, по сильной необходимости. А тут меня зовет тот, кто действительно нравится.

— А как ты появишься у мэтра Арвераса, не выспавшись? — забеспокоилась я, зная какие нагрузки испытывают адепты у декана.

— Лекси, я неопытный некромант, но боевик умелый. Так ты согласна? — он еще раз потряс рукой.

— Д-да, — кивнула как завороженная, подавая ладонь. — Согласна.

В конце концов, я не мать, не сестра. Не мне нужно задумываться о его успехах на полигонах.

Джейсон просиял.

— Я рад, Лекси. Я дам знать, как вернусь в замок.

Он немного отстранился, поклонился мне и пошел вниз по лестнице. Я же продолжала стоять, как вкопанная, провожая его взглядом. На лице разливался румянец.

Интересно, а как я пойму, что он в академии? Что вернулся? Не пойдет же он ночью по главному корпусу звать меня на прогулку.

Весь день я провела как на иголках, то и дело поглядывая на часы. На занятии у десы де Саврир не смогла ответить на простейший вопрос, витая в своих мыслях, чем сильно ее разочаровала.

— У вас что-то случилось, адептка Тревиль? — заволновалась мэтресса.

— Нет, что вы, — потупила глаза, смущаясь от ее внимания.

— Вы сегодня словно не в этой аудитории, а где-то далеко, — заметила проницательная преподавательница.

А так и было. Я считала часы, минуты, секунды до встречи… с кем?

Почему Джейсон так взволновал меня? Приятно знать, что юноша из моей страны, но разве это причина? Что же в нем такого, отчего я плавлюсь, словно мороженое на солнце?

Едва дождавшись вечера, вприпрыжку побежала в свою комнату.

— Ты рано, — заметила Тьяна мое присутствие.

— А ты почему не на полигоне? — удивилась, зная, что Себастьян де Ривард гоняет своих подопечных до последнего.

— Так я лучшая его ученица, — скромно отозвалась девушка, — отпустил.

— А другие?

— Вот где зарыта кость умертвия, — ухмыльнулась подружка. — Тебя интересую не я, а мой коллега де Карнесс.

— Тебе показалось, — невозмутимым тоном ответила на язвительное замечание, — просто спросила.

— Ну-ну, — улыбнулась некромантка. — Если что, всю ночь я буду у ректора, так что он занят, гуляйте. Удачного свидания, — улыбнулась Тьяна, посылая мне воздушный поцелуй.

И когда она стала такой язвой? На моей памяти в академию поступила застенчивая рыжеволосая девушка, которая и двух предложений связать не могла, а уж соврать… Теперь мечется между нашими спальнями и комнатой деса Миртеорона и подкалывает меня. Вот, что делают любовь и парность — придает уверенности.

Переодевшись и наскоро причесавшись, я села у окна в ожидании рыцаря. Только рыцарь мой не торопился за своей дамой.

Переделав все домашние задания, два раза перебрав шкаф, я так и не дождалась весточки. Не судьба. Не хотелось расстраиваться, но в попытках перебороть непрошенные чувства, я прилегла на свою кровать, раздумывая о несправедливости и бренности бытия.

Вдруг услышала странные звуки, словно кто-то кидал камни в стекло. Как только я встала, ко мне постучались. От досады была готова рвать на себе волосы, кого там еще принесло?

— Это я, — зашел в комнату Рифер.

Стук.

— Там твой воздыхатель камнями кидается.

Стук.

— И? — не поняла его обеспокоенности.

Когда к юному дракону рвались девушки, мы отделывались не только стуком, нам дверь исцарапали снаружи. Записки, десерты, мягкие игрушки — девушки оставляли любые следы, лишь бы зацепить внимание этого ловеласа. А если они попадали внутрь, то приходилось спать с подушкой на голове. То ли Ричард такой превосходный любовник, то ли барышни так старались. Как бы то ни было, его поклонницы уходили с рассветом, а мы утром щеголяли синяками под глазами.

Стук.

— Ты что-то планируешь с этим делать? — выгнул бровь мой друг, — Он вообще окном ошибся, пришлось его перенаправить.

Стук.

— Лекси, троллья бабушка тебя задери, что ты молчишь? — психанул дракон.

— Смущаюсь, — отвернулась от парня, — выйди из моей комнаты, дай ответить.

— А, — почесал тот голову, — прости, я не подумал.

Возвела глаза к потолку. Он не подумал, а мне тут красней.

Стук.

Под звуки захлопывающейся двери открыла створку.

— Перестань! — громким шепотом остановила замах Джейсона. — Ты всех перебудишь.

— Кого? — закричал некромант.

Терпения мне, Мира. Почему мужчины такие идиоты? Над нами покои ректора, и я очень надеюсь, что Тьяна заняла его чем-то намного более интересным.

— Молчи, жди, ничего не говори, прижмись к стене, — скомандовала я и засобиралась наружу.

— Ой, кто-то зол будет, — съехидничал Рифер, когда я нырнула обратно, намекая на Эллиса и Лукаса.

— Скажешь, убью, — погрозила я боевику кулаком, — все лечебные зелья готовлю я. Вдруг ошибусь и подам слабительное? — я прищурила взгляд.

— Ты не сможешь.

— Возьми меня на слабо, — скрестив руки, я гордо вышла из комнаты.

Это из де Россе можно веревки вить, а я выросла при дворе. Умение плести придворные интриги я всосала с молоком матери. Даже принцу стоит у меня поучиться. Его вырастили в любви и дружбе, а меня вопреки и назло.

Через десять минут я выскочила из главного корпуса и скрылась в тени деревьев.

— Я волновался, что ты не придешь, — встретил меня Джейсон.

— А я о том, что ты перебудишь всех преподавателей, — улыбнулась ему и подала руку, — надо бежать, негоже встречаться под окнами мэтров.

Мы с легкостью перенеслись в зеленый лабиринт, который построили преподаватели.

— Ты быстро, — удовлетворенно заметил де Карнесс.

— Если всегда будешь прибегать к такому способу вызова, то собираться буду молниеносно, — ответила язвительно на его манеру сообщений девушкам.

— Ну, прости, Лекси, — сложил тот руки, — знал, что ты не обрадуешься. Но тролль-комендант внутрь меня не пустил.

— Так ты еще и вовнутрь собирался? — не сдержала смешок, подумывая о нашем ночном охраннике.

— Ага, — Джейсон тоже засмеялся, — будь его воля, убил бы меня. Поверил, что лезу в покои десы де Морель.

Я испуганно возвела глаза к ночному небу.

— Ты хотя бы это не отрицал?

— Что ты, нет, конечно. Знаю, как она выглядит, пусть все так и думают.

Я обиженно заворчала. Лилиана и правда обладала незаурядной внешностью, и большая часть учеников по ней вздыхала. А когда я, Тьяна и Рифер стали проживать в этом корпусе, мы действительно прониклись происходящим. Кто к ней только не лез! Дружелюбная волшебница обычно давала от ворот поворот большинству своих воздыхателей, но часть учеников могли похвастаться этой победой, тот же Рифер в их числе.

— Плохое замечание для свидания, — скривила лицо.

— Не надо, Лекси, — остановился де Карнесс, — я позвал тебя, потому что ты действительно мне нравишься.

— А ты слышал, что обо мне говорит большинство учеников?

— Да, — кивнул тот и почти с минуту молчал, вызывая во мне запретные эмоции.

— И? — не выдержала ожидания.

— Никогда в жизни не поверю Браю и Белинде. Это же очевидно, что вся ненависть к тебе из-за зависти и отказа.

— Ты такой наблюдательный?

— Хочу сделать карьеру в сфере магического правопорядка. Даже рад, что главный дознаватель стал одним из преподавателей.

Я его чувств не разделяла. Этому факту точно не радовалась, а, скорее, насторожилась.

— Забудь, — поправился он, заметив, как я реагирую на его слова, — сегодня будем гулять и предаваться восторгами от самой академии.

— Я учусь здесь пять лет, Джейсон, — устало улыбнулась я, но все-таки поддалась энтузиазму нового адепта, — какие восторги?

— Ты просто не училась в Сухаре.

— Там так плохо?

— Скучно, пыльные бури, и мы больше изучали науку, как противостоять им, чем темным заклинаниям.

— Успешно? — выгнула бровь.

— Ну, если из воды, грязи и ветра сформируется торнадо, то поверь, я смогу тебя спасти, — очень серьезно заключил мой сокурсник.

— Я почти готова сделать что-то эдакое, — рассмеялась, — но пусть наша прогулка будет более спокойной и без магии.

— Я и сам этого хотел.

А вот сейчас стало томно, интересно, а еще мое сердце гулко застучало, забираясь куда-то не то, что под платье, а больше под горло.

— Почему? — развернулась к парню в ожидании.

— Ты же видишь, Лекс, — приблизился ко мне адепт, — что я не очень равнодушен к одной лекарше.

— Это к кому? — с хрипотцой играла в дурочку, остановившись ровно на углу зеленого лабиринта.

Де Карнесс прижал меня к изгороди, не давая уйти, выставив руки около головы.

— Разве не видно? Совсем не понимаешь? — почти мурлыкал он, дыша мне в шею.

— Не-ет… — выдохнула, ожидая большего.

— Такая красивая, умная, — продолжал он бодать мою шею с разных сторон, вызывая мурашки. — Совсем не понимаешь, на что намекаю?

Если и понимала, то почти была согласна. За все время в академии, только ленивый мог сказать, что не был на свидании со мной, но я никогда не позволяла себе каких-то вольностей. В мыслях тут же отчеканивалась мысль, что я наследница престола. Моя репутация — моя предвыборная кампания, возможность занять престол. Я не могу вести себя, как любая другая адептка, пусть даже голубых кровей.

— К-хм, — кашлянул кто-то из-за угла, — я не помешал?

Хотелось бы ответить, что нет, но голос я узнала. А то, что помешал, так этот человеко-дракон точно об этом не сожалел.

Джейсон тут же отпрыгнул от меня, едва услышав голос своего кумира.

— И как это понимать? — скрестил руки на груди мэтр Ойлистрей, переводя взгляд с юноши на меня.

— Это не то, о чем вы подумали, — попытался было защитить меня некромант.

— Вы гуляете под луной с адепткой Тревиль, и у вас свидание? Точно не то, о чем я подумал?

Дознаватель стал главным ищейкой в Аридии не за красивые глаза.

— Верно, дес Ойлистрей, — потупил взгляд мой спутник, отходя подальше от меня.

— А что скажете вы в свое оправдание, адептка?

Все понимаю, мы нарушили правила, сбежали посреди ночи, но ведь не сделали ничего плохого.

— Что вы нам помешали? — вырвалось против воли.

— Понятно, — заключил злой преподаватель. — Джейсон, тебе наряд на все выходные, придешь завтра, — кивнул он в сторону юноши. — А вам…

Я выпрямилась в ожидании наказания.

— А вам я выскажу все сейчас, следуйте за мной, адептка Тревиль.

Я медленно поплелась за испортившим мне свидание мужчиной. Мы вернулись в холл главного корпуса, прошли по коридорам и остановились около его кабинета.

— Все-таки попытаетесь оправдаться, Тревиль? — хмыкнул Милир, когда мы зашли в помещение.

— А надо? — пожала плечами, зная: что бы я не сказала, он все равно будет рвать и метать.

Не дознаватель, а суровый отец.

— Хотелось бы хоть что-то услышать.

— А что мы такого сделали? — накинулась с вопросами на мэтра. — Загулялись до ночи в саду, нарушив правила? Так половина учеников так делает. Никто строго никого не наказывает.

— Думаю, что дес ректор так не считает. Во время прогулки увидел только вас, других парочек не было.

— Да хотя бы и так. Наказывайте уже, дес Ойлистрей.

Дракон громко выдохнул и указал рукой на кресло.

— Не так давно я застал вас в не самый приятный момент, спас от посягательств парня. А сегодня наблюдаю картину, как вы принимаете ухаживания от еще кого-то. И ладно, если бы в дневное время. Вы совсем не понимаете? Де Ланкур из академии не вылетел, отделался легким испугом. Думаете, у него нет желания отомстить? А у его сестры? А вы, как распоследняя дурочка, блуждаете ночью по парку.

Отчитал так отчитал. Сейчас я действительно получила за дело, Милир прав. Брай не оставит того происшествия просто так, придумает какую-нибудь пакость. Но от осознания легче не становилось.

— И что теперь? — посмотрела на дознавателя снизу вверх.

Он почти навис надо мной и долго молчал, собираясь с мыслями. Следующий вопрос совсем сбил меня с толку.

— Какого цвета у вас глаза, Лекси?

— Что?

— Какого цвета ваши глаза, разве я непонятно спросил?

— Зеленые, — сощурилась и тут же опустила голову, вперившись в пол.

Может он что-то заметил? Распознал?

Дознаватель отошел от меня, обошел стол и уселся в кресло.

— Вчера, при общении с вами, заметил, что радужка поменяла цвет на серый. Вот пытаюсь разобраться.

— Это заклинание и артефакт, дес Ойлистрей, — продолжала гипнотизировать ковер в его кабинете.

— Вы десая, Тревиль. Откуда у вас могут быть деньги на артефакт? Стипендия адепта такие расходы не покроет.

Стало очень неуютно и холодно. Что же ты подозреваешь, дракон? И уверена, чувствуешь мой страх, озабоченность и неловкость. Надо перестать паниковать и быть спокойной и рассудительной.

— Тьяна, — справившись с эмоциями, подняла взгляд на преподавателя и подставила руку под голову. — Моя подруга в средствах не стеснена.

— Да, — согласился тот, — извините за бестактность. Просто изменение в вашем образе показалось мне странным, а я очень не люблю загадки.

— Что меня ждет? — вернула его к разговору о наказании. Лучше это, чем обсуждение моей внешности.

— А на что вы готовы, чтобы избежать наказания?

Правильно говорят, что драконы хитрые и алчные существа. Можно, конечно, избежать сурового выговора и отработки, но потом будешь должна до конца жизни. Нет уж, это вы так других девушек провести можете. А я знаю цену обещаниям.

— Нет, — помотала я головой, — говорите сразу или приступайте к действиям.

Милир выпрямился и чуть наклонился в мою сторону.

— А вы казались такой смелой девушкой.

Вспомнила, как рыдала, когда Тьяна и Рифер переместились в Хеваасиир, а потом на его же плече, после случая с де Ланкуром. Когда это я проявила такое качество?

— А вы степенным и строгим преподавателем, — поддела мужчину, скрывая смущение.

Ему мое замечание не понравилось. Он нахмурился, скрестил руки на груди и откинулся к спинке стула.

— Ладно, через несколько дней у вас выходные, насколько помню.

— Да… — вздохнула в ожидании продолжения.

— Мне необходимо кое-кого навестить, предлагаю вам отправиться со мной.

— Зачем? — брови поползли наверх от удивления.

Странно это будет смотреться. А тут еще деса де Морель исходит ядом от ревности. И к кому? К злому дознавателю, которого я всеми силами стараюсь избегать?

Но стараюсь плохо. Я бы даже сказала, отвратительно.

— Хочу услышать мнение незаинтересованного лекаря.

— В академии полно врачевателей. Вы можете обратиться к мэтрессе де Саврир или к Милли.

— Пока рычаги давления есть только на вас, адептка Тревиль. К тому же сам император в восторге от талантов одной ученицы. Почему бы не попрактиковаться в свободный день?

Может, он прав? Чего мне бояться? Возможно, смогу помочь, а если нет, то хотя бы направлю к нужному специалисту.

— А кто и чем болен? — спросила, пытаясь собрать больше информации. Да и подготовиться хотелось, взять то, что может понадобиться.

— Узнаете, если согласитесь.

— И наказание будет снято? — хитро прищурилась, напоминая о его же обещании.

Раз уж ничего опасного, можно и свободу стребовать.

— Верно.

— Хорошо, — смиряясь, стукнула ладонями по столу. — Жду подробностей.

— Пришлю в письме, — остановил мой энтузиазм мэтр. — А сейчас настоятельно советую дойти до своей комнаты и отправиться спать, тем более, на сон осталось совсем чуть-чуть времени.

Дес встал и открыл дверь, выпроваживая мою персону. Решив не задерживаться, хотела быстро прошмыгнуть и удалиться. Но то ли моя невезучесть вышла на новый уровень, то ли усталость давала о себе знать. Споткнулась, зацепившись каблуком и полетела в руки к дознавателю.

Браво, Лекси. Быть пойманной в ночное время за почти поцелуями, грубить преподавателю, а потом упасть в его объятия. Что еще сегодня произойдет? Сюда войдет отец-король? Раскрою свой дар? Растянусь на полу в смешной позе?

— Аккуратно, — поймал меня мужчина и бережно удерживал за талию, пока не обрела чувство равновесия.

Как по мне, что-то чересчур долго.

— Спасибо, — смешно пискнула и побежала к лестнице, вся красная, как рак.

— Не разбудите никого! — крикнул мне в спину дознаватель.

Ага. Как мне теперь спать, когда краска стыда просто заливает моё лицо? Да и после такого возгласа удивлюсь, если кто-то еще во власти сновидений. Нельзя потише? Или это хитрый план, как получить от адептки желаемое, и сдать ее на расправу ректору?

— Где мы были, молодая деса? — встретил меня в гостиной призрак Ланселот, когда я-таки дошла до наших покоев.

Троллья нога, забыла про этого досаждающего духа.

— Гуляла, — отвернулась в сторону своей комнаты. — Скажите, что еще метались по академии в поисках меня?

— Больно надо, — обиженно фыркнуло привидение, — в мое время девушки по ночам не шлялись, а сидели смирно, слушаясь наставников.

Ох, милый дес де Россе. Не хочется его обижать. Даже его потомок Тьяна воспринимает ворчания старика, как назойливый фон. Но и оправдываться не собиралась.

— Как свидание? — вышел в пижаме Риф, широко зевая и потягиваясь.

Хлопнула себя по лбу от обреченности. Здесь еще не хватает подруги и ее ректора для полного комплекта. Почему всем не спится? Боевики вообще за сон передерутся.

— Нас прервали, — мрачно ответила другу, скидывая злосчастные туфли, — дес дознаватель, на самом интересном месте.

— А можно узнать, что ты имеешь в виду? — усмехнулся парень, подходя ближе.

— Нет, — тоже улыбнулась. — Я же не спрашиваю, как проходят твои свидания.

— От вас я ничего не скрываю!

— Поверь, лучше бы ты это делал.

Мы уселись в кресла, и я отпила бодрящий состав, который варила для Тьяны и Рифера. В отличии от своих друзей, мне тяжело давались бессонные ночи.

— Он спрашивал, какого цвета мои глаза, — решилась рассказать о самом главном.

Юный дракон присвистнул и сразу стал более серьезным.

— Лекси, это плохо. Он что-то видел? А что ты ответила?

— Что это артефакт, и дала мне его Тьяна.

— Тогда нам срочно нужно купить такой артефакт. Ойлистрей не остановится, раз заинтересовался. Точно спросит про него у Бастиана.

— Откуда ректору знать, что в шкатулке у некромантки?

— Но попросить принести такой он может, — не обрадовал меня рациональный Ричард.

— Да, — согласилась с доводами парня, — но до выходных мы все равно ничего не придумаем.

— Будем надеяться, что пронесет. А в городе вместе купим. Я оплачу, — похлопал меня по коленке, зная о моих проблемах с деньгами.

Беглые принцессы богатыми не бывают. Чаще их положение хуже, чем у служанок. Нас не обучают никаким профессиям. Мне очень повезло поступить в академию со стипендией.

— Спасибо, — виновато опустила взгляд, — только это предстоит сделать именно тебе, меня Милир попросил помочь в одном деле.

— Это каком?

— Осмотреть кого-то, как лекарь. Не смогла отказать, не в том положении, — развела руками.

— Не бойся, подруга, — попытался успокоить меня юноша, — справимся.

Хотелось бы, но пока для меня ситуация выглядела пугающей и тревожной.

Глава 6

Проучившись еще несколько дней, старательно избегая Милира и десу де Морель, я дожила до долгожданных выходных. В больничное крыло попасть за это время так и не удалось. Но уже после вылазки в город, меня ждет дежурство, а значит, и разгадка таинственного знака.

Обещанная от дознавателя записка, полученная на следующее утро, ясности не прибавила. Все, что он поведал — мне будет необходимо принести клятву о неразглашении, пациент, скорее всего, не будет рад нашему появлению, и обычные зелья, амулеты, заклинания делу не помогут. И зачем я там нужна? Неопытный лекарь против несговорчивого больного, обходясь одной чистой силой? Сомнительный будет результат.

Рифер и уже узнавшая обо всем Тьяна, обещали в этот день достать нужный артефакт, чтобы ни у ректора, ни у деса Ойлистрея не возникло никаких подозрений. Печально, что прошу подругу обманывать мужа, но она успокоила меня тем, что клятву не разглашать секрет она дала раньше, чем вышла замуж.

С Джейсоном все было не так радужно. Рассчитывая провести первую половину дня с юношей, сильно расстроилась, узнав о наказании дознавателя. Тот не оставлял де Карнессу никаких шансов, оставив отрабатывать на кухне несколько смен без применения магии. Меня же десая Агата не впустила, когда я попросилась помочь парню с мойкой кастрюль и тарелок.

— Дес Ойлистрей запретил, — отрезала эта милая женщина и захлопнула дверь перед моим носом.

— Вы готовы, адептка? — встретил меня Милир возле входа в корпус в назначенное время.

— Конечно, дес преподаватель, — поджала губы из-за его насмешливого взгляда.

— Что-то вы не рады?

— Ну, что вы? — с сарказмом ответила на вопрос. — Люблю, когда меня вынуждают к чему бы то ни было.

— Можем все отменить.

— Все, — сдаваясь в этой перепалке, — больше не буду так говорить.

Передумает еще, и я попаду, но точно не на кухню, а вот в подземелья вполне.

— Тогда идем, — он похлопал по своему локтю, призывая подхватить его и коснулся камня, образуя портал.

Мы шагнули в рамку и перенеслись в столицу на главную площадь. Город жил своей очень суетливой и шумной жизнью. Всюду повозки, крики возничих, попрошаек, местных торгашей. Огромное количество магов и людей сновали по своим делам.

— Ненавижу порталы, — высказалась я, немного отдышавшись и подавив чувство тошноты.

Дознаватель хмыкнул, соглашаясь, но вот по его лицу не скажешь, что резкий перенос с места на место доставил ему хоть какое-то неудобство.

— Так куда мы? И к кому? Уже можно узнать?

— Нет, — он заложил руки за спину и твердым шагом пошел вперед к небольшой улочке между двумя кондитерскими.

Мне не оставалось ничего, только догонять своего спутника.

— Чем вас так покорил адепт де Карнесс? — поинтересовался вдруг преподаватель, когда я догнала его.

От вопроса смутилась и растерялась.

— Для чего вы спрашиваете?

— Интересно, чем же покорил Джейсон первую красавицу академии.

Вот теперь мое лицо заливал румянец. Слова Милира были приятны женскому тщеславию, но с ним нужно держать ухо востро. Пусть не думает, что грубая лесть и комплименты заставят меня раскрыться, выдать себя.

— Вы неправы, красавиц у нас достаточно. Я, скорее, первый изгой академии.

— Теперь неправы вы, Лекси. Это брат с сестрой де Ланкуры и отвергнутые вами поклонники распространяют слухи и строят козни. Ученикам по большей части все равно. Просто никто не спорит с богатыми и влиятельными десами.

— И то верно.

— Так вы ответите на вопрос?

Вот хитрый лис. От темы уйти не удалось.

— Не знаю, — пожала плечами, — может, потому что он вежливый, умный, заботливый.

— Очень заботливо тащить девушку на свидание вопреки всем правилам академии, — заметил вдруг Милир.

— А вы сами, будучи адептом, не гуляли с девицами по ночам?

По глубокому молчанию поняла, что преподаватель так делал, и ответить ему нечего.

Дракон резко остановился, выбрасывая руку и не давая идти дальше.

— Мы пришли, — он поднял взгляд на небольшое белое строение.

Дом был в запущенном состоянии. Покосившийся, в трещинах. Все ставни на окнах закрыты. По стенам пополз плющ и лозы винограда.

— Кто здесь живет?

— Мой друг, Лекси, — печально выдохнул дес. — Прежде чем мы зайдем, вам необходимо принести клятву. А потом выслушать, что я скажу.

— Мне прямо на улице слова клятвы произносить? — скептично высказалась, замечая проходящих мимо людей.

— Нет, — покачал головой мой спутник, — за домом есть навес. Давайте отойдем туда.

Как только мы нашли укромный уголок, я пообещала богам и дознавателю, что буду молчать об увиденном. Совершив необходимый ритуал, Милир вдруг взял мои ладони и, не смотря в глаза, произнес.

— Это важно для меня. Я не мог попросить об этом десаю Артрайт или десу де Саврир. Они будут жалеть мага, который здесь живет.

— А я? — выгнула бровь, удивляясь поведению сурового дознавателя, — Я не буду жалеть?

— Думаю, что нет, — загадочно улыбнулся тот. — Вы молоды и полны энтузиазма, а он, — подмигнул мне, — как известно, заразителен.

Теперь я совсем терялась в догадках, что же меня ждет.

Несколько раз постучав и не дождавшись ответа, главный дознаватель империи с силой толкнул дверь и практически вломился в помещение.

— Пойдем, — подхватил меня за кисть и утянул за собой, несмотря на мои протесты.

— Мы как преступники, — бастовала против такого вторжения. — Если нас не хотят видеть, зачем приходить?

— Он никого сейчас не хочет видеть. Давайте вы будете храбрее, адептка, и выполните наш уговор!

Вот же дракон! Подавив желание кинуться с кулаками на мужчину, последовала за ним к лестнице.

— Уилл! Уилл! — стучал по стенам Милир в поисках друга.

— Я тут, — услышали мы хриплый голос, как только поднялись по ступеням.

Преподаватель остановился, сжал мои руки около плеч и, пристально глядя в глаза, попросил:

— Прошу вас, не реагируйте на обидные реплики. Он не смирился с тем, что случилось, будет гнать вас от себя. Но я верю в характер и стойкость, Тревиль.

Богиня Мира, да что он затевает? Эта неизвестность начала сильно утомлять.

Еще раз воспользовавшись грубой физической силой, дознаватель распахнул самую дальнюю в коридоре дверь.

— Мать твою, Милир, что ты здесь забыл?

Я аккуратно вошла вслед за десом Ойлистреем в помещение с затхлым воздухом. Везде окурки, пустые бутылки из-под виски, разбитые стаканы и мусор. На диване восседал мой будущий пациент, одетый в одно нижнее белье и укрытый пледом по самую макушку. В руках сигарета и бокал с янтарной жидкостью.

Пока не понимаю, что происходит, но если это простой алкоголизм, то этому дракону я не помогу.

А он был драконом. С того момента, как я зашла внутрь дома, почувствовала тяжелую ауру магического существа. И именно с этим что-то было не так.

— Я пришел навестить тебя, друг, — поздоровался дознаватель, распахивая окно в попытках проветрить комнату.

— А зачем девицу притащил? На куртизанку что-то не похожа.

Мэтр даже ухом не повел, услышав ругательство в мою сторону.

— Я говорил, что стал преподавателем в академии, а это Лекси, одна из моих студенток.

Незнакомый мужчина расхохотался, расплескивая содержимое бокала.

— Тащить студенток в дом к пьяному дракону! Она точно твоя адептка? Как она на это согласилась?

Стараясь не реагировать на обидные намеки, включила магическое зрение, изучая ауру. Мужчины беседовали, поглядывая на меня, но я не вникала в беседу. Раз пообещала помочь, пора приступать. Склонив голову набок, считывала все, что могла разузнать.

Здесь явно душевная травма. И физическая.

Такой же темноволосый, как большинство драконов, широкоплечий и мускулистый воин. Тело испещрено недавно зажившими шрамами. Почти уверена, что он один из тех, кто защищал границы, когда пала завеса.

Морта, я догадалась! Еще раз прочувствовав атмосферу, убедилась в своих ощущениях. Милир был прав, жалости я не испытывала, скорее, презрение. Обидно, что сильный дракон, пусть и бракованный, довел себя до такого плачевного состояния.

Очнувшись, выходя из транса, я услышала обрывок фразы.

— Я же сказал, не надо меня жалеть. Со мной все понятно. Уходи, и забери свою практикантку!

Значит так? Не на ту напал.

— Верно, мэтр, — я вздернула нос, морщась от неприятного запаха, — вам не кажется, что вы растрачиваете силы на того, кто не достоин этого?

Дознаватель в полном шоке уставился на меня.

— Что ты сказала, девчонка? — сощурился пьяный маг. — Да мне хватит щелчка, чтобы тебе хребет переломить.

— Так давайте, — ободрила его, — вы встать-то сможете?

— Лекси… — пытался прервать меня Милир.

Но раз уж просил довести работу до конца…

— Нет, — перебила деса, — вы не видите? Ваш друг упивается жалостью к себе. Я не работаю с такими. Он не видит дальше своего носа, уверившись в собственной беспомощности. Он даже не пытался лечиться, а просто заливает горе крепким алкоголем.

— Да я… — встал и сразу сел друг моего преподавателя. — Что ты знаешь о потерях, простушка? Небось, учишься в своей академии, а на каникулах таскаешься к родителям, даже жизни не видела за стенами родного дома.

— Ну, конечно, только вы можете кого-то потерять, — я скрестила руки на груди, отвечая с сарказмом. Откуда ему знать про мои потери? — Интересовали ли вас раньше переживания других?

И не давая ему ответить, сказала:

— Ваш дракон жив, просто покалечен. Вы сейчас не можете почувствовать его. И так будет довольно долго. Вам нужно лечение.

Возникла неловкая пауза. Оба мужчины уставились на меня.

— Это, кстати, мой друг Уильям Сеймур, — ввернул дес Ойлистрей, всё ещё пребывавший в шоке от моих слов.

— С чего ты так решила, простушка?

— Уилл, — одернул друга мэтр, — будь вежлив. Она не хотела сюда идти точно также, как и ты не хотел встречаться со мной.

— Прости-те, — ухмыльнулся пациент, — так с чего ты так решила, Лек-си? Меня осмотрело полсотни целителей, и все, как один, твердили, что мой дракон погиб. Я больше не изменю ипостась. Да я больше не слышу и не чувствую его!!! — взорвался от негодования, — А ты, мелкая ученица, говоришь мне, что он жив?!

Я закусила губу, испытывая гнев и одновременно ужас. Как сказать несчастному, что на нем путы из темных заклинаний, скрытых иллюзиями? В столице сейчас иллюзорников нет. А лекарей-иллюзорников нет во всей стране. Мне же видно, что ограничивает его дракона от перевоплощения. За одн день я с этим не справлюсь, но если постараться, то, возможно, смогу помочь.

— Я очень талантливая, — попыталась выпрямиться и придать своему голосу больше твердости.

— Ты точно знаешь? — обратился ко мне Милир. — Уверена?

— Да, — кивнула десу, — это факт. С чего вы решили, что именитые целители равны по силам? Только зайдя в дом, я почувствовала вашу ипостась, дес Сеймур. Он далеко и страдает, зализывает раны. Ваше поведение не помогает ему в лечении.

— Что со мной?

Мира, как выйти из этой ситуации? Я словно меж двух огней: пациент, которому необходимо раскрыть подробности про невидимые путы, видные только мне, и дознаватель, разыскивающий иллюзорника. С другой стороны, о своих силах я молчала не только в академии, но и в Датхаре. Кроме матери, никто не знает точно, каков мой скрытый дар.

— Придя в этом дом, я дала клятву о неразглашении, — сощурила глаза и посмотрела на Милира, — не спрашивала, доверилась. Согласитесь ли вы оба дать такую взамен на обещание рассказать, что я знаю про дракона, и на попытки вылечить Уилла?

Мужчины ответили хором:

— Да.

— Да.

— Я жду, — расправив плечи, я постаралась успокоить неровное дыхание и гул своего сердцебиения.

Они оба произнесли необходимые для меня слова. Когда боги отметили искренность, я решила признаться.

— Тут дело в даре. Мой второй и скрытый — иллюзии.

В этот момент я избегала взгляда преподавателя. Страшно. Еще не понятно, во что мне выльются мои слова.

— Ты иллюзорник, Лекси? — подошел ко мне поближе мэтр с удивленным лицом.

Хотя, казалось, удивляться-то больше и некуда. Пришла в незнакомый дом, поставила диагноз, нахамила.

— Да, всегда была.

— Так вот как улизнули Тьяна с Рифером, когда меня оставили с вами в академии? — он взъерошил свои волосы. — Поверить не могу, сколько ты уже водишь за нос ректора и остальных?

— Как поступила, с первого витка.

— А почему ничего не сказала? Да тебя бы вся империя на руках носила.

Я смолчала, не желая делиться остатками своих секретов и перевела тему на ранение Уильяма.

— Кто-то из магов Ваоха опутал вас заклинаниями, когда вы были в драконьей ипостаси и тяжело ранил.

— Верно, — уже заинтересованно отвечал мужчина, не подтрунивая, не перебивая, наоборот, ловя каждую мою фразу, следя за движениями.

— Вы с трудом обратились, а ваш зверь теперь старается вылечится. Он тоже не слышит голоса, тоже бесится. Оттого и раны долго затягиваются. Перестаньте вести себя, словно подзаборный пьяница. Вы не поможете ни себе, ни дракону.

— А ты можешь мне помочь? — с огромной надеждой в голосе спросил дес Сеймур.

— Не знаю, — покачала головой, — я такое не лечила.

Милир вернулся к другу и положил руку на его плечо. По лицу видно, что он сочувствует, сильно переживает. А уж как рад новостям от меня. Пронырливый ищейка как будто сразу был уверен, что я увижу больше, чем другие целители.

— Лекси — талантливый лекарь. Она найдет выход.

Вот это поворот. От своего призвания не отказываюсь, но мои силы не безграничны.

Дес Сеймур встал и под громкое хмыканье дознавателя, накинул плед на свое не очень одетое тело, чтобы не смущать меня.

— Я смогу опять летать? Смогу обратиться?

— Вы бы так не обнадеживались, — поспешила унять пыл, — не откажу в помощи, но пока мне неизвестен способ лечения. Нет опыта, да и про заклинания хаоситов мало информации.

— Неважно, — махнул рукой мужчина, — я, как и твой, — тут он с ехидцей взглянул на Ойлистрея, — преподаватель верю в тебя. Проси, что хочешь. Если не за выздоровление, то хотя бы за обретенную надежду.

— Для начала оденьтесь, — в очередной раз отвернулась от спавшего пледа.

Я все-таки девица, принцесса. Полуодетые драконы вгоняют меня в краску.

— И помойтесь, — добавила поспешно, когда он начал уходить. — я осмотрю вас, попробую подцепить путы. А там решим, что делать.

— Понял, — кивнул Уильям и удалился.

Теперь предстояло самое трудное — объясниться с главным дознавателем Аридии.

— А вы не такая простая, как я думал, — сузил глаза тот.

От страха дрожали руки, и, решив их занять, намагичила пару бытовых заклинаний, а потом и вовсе самостоятельно приступила к уборке. Собирая грязную одежду по комнате, отдалялась от задумчивого деса.

— Вот уж, простите, так думать повода не давала.

— Согласен, — кивнул Милир, — расскажете, что же вас удержало от признания ради благополучия короны, адептка Тревиль?

Мой маневр он понял и с каждым вопросом сокращал расстояние между нами.

— Вы используете магов, даже не спрашивая мнения, — ответила полуправду, — или держите около себя. Я женщина, десая. Меня же, как только узнают, замуж выдадут за какого-нибудь чиновника, чтобы никуда не делась.

— Вы плохо знаете императора. Разве при знакомстве с ним, он произвел впечатление тирана и деспота?

— Он нет, а вы очень, — отпрыгнула, когда дознаватель подошел слишком близко.

— Стоять! — выкрикнул мужчина, осознав, что я двигаюсь к двери в полной готовности убежать.

— Вы поклялись!

— Да, и не собираюсь никому рассказывать, пока вы не позволите. Но хочу выяснить мотивы.

— Я объяснилась! — обиженно засопела, вот-вот разрыдаюсь.

Видимо, рассмотрев мое гневное лицо и блеснувшие слезинки, он пошел на попятную.

— Простите, адептка Тревиль. Сложно удержать в узде свои чувства, когда вы сами фонтанируете оными. Тут и злость, и растерянность и очень много страха.

Прикинув в уме, я поняла, что он только что сказал. И испытала заново все те чувства, которые он перечислил. Дознаватель, значит, эмпат. Плохая новость для его врагов и в особенности для меня.

Хорошо, что в этот момент зашел заметно посвежевший Уильям Сеймур.

— Готов приступить к лечению, — браво начал он, но тут же смешался, завидев наши пылающие взгляды, — я не вовремя?

— Что вы, — отвернулась от преподавателя и присела на диван, приглашая сесть рядом будущего пациента, — Мы потом выясним свои разногласия.

— Милир недоумевает, как пропустил под своим носом иллюзорника? — усмехнулся мужчина.

— Я недоумеваю оттого, сколько всего в принципе упускаю, — недовольно отозвался дракон.

Немного посопев, изображая оскорбленную невинность, приступила к лечению. Было бы больше опыта, а так… я лишь подергала за эти фиолетовые ниточки. Они отнимали силы, впиваясь в тело здоровенного воина. От каждого неосторожного движения, от попытки разорвать их, Уилл морщился и вздыхал.

— На сегодня все, — прервал дознаватель мою диагностику, когда мне стало казаться, что еще вот-вот и нить разорвется.

— Что?

— Почему? — воскликнула я и дес Сеймур хором.

Дес Ойлистрей прошелся мимо нас, скрестив руки.

— Вы не замечаете? У вас обоих почти истощен резерв. Уилл, — обратился он к другу, — Лекси нужно в академию, уже вечереет. А твои раны не пойдут на улучшение, если ты будешь измучен.

— Зануда, — заметно повеселевший мужчина бросил в дознавателя подушкой.

Уже и не узнать в нем того хмурого, пребывающего в унынии, воина. От такого мальчишеского жеста, я развеселилась и широко улыбнулась.

— Лекси, спасибо, — взял меня за руку Уильям, наглаживая пальцы. — Вы очень красиво улыбаетесь.

Зардевшись, я хотела было поблагодарить за комплимент, но меня грубо схватили за запястье и вытянули с дивана.

— Нам пора. Если адептка Тревиль согласна, буду приводить ее время от времени, чтобы разобраться с лечением, — почти прорычал на нас мэтр.

— Конечно, согласна, — тихо пискнула, не понимая, отчего преподаватель злится.

— Еще раз спасибо, — задумчивым тоном отозвался дес Сеймур, сверля взглядом своего друга.

Меня протащили в коридор и захлопнули перед носом дверь, оставляя в одиночестве. Перепады настроения у Ойлистрея начинали напрягать. Ему еще в академию меня вести, а когда он такой злой, хочется убежать на край света, в противоположную от Датхара сторону.

Не знаю, что происходило за стенами, так как наложили полог, но надеялась, что Уильяму ничего не грозит. В груди свербел червячок, который пытался донести до меня, что это банальная ревность. Но, с другой стороны, я адептка, девчонка, да еще и обманщица. С чего грозному дознавателю интересоваться мной, как женщиной? Да я и впечатления такого не создаю, то ли дело деса де Морель.

— Вы готовы? — с силой хлопнул створкой Милир, выходя из комнаты.

— Да, — кивнула, пребывая в ужасе.

— Тогда пойдем, — словно не замечая выражения моего лица, выговорил преподаватель.

Мы спустились обратно и в полном молчании дошли до центра города. Мне начинать разговор не хотелось, я и так сказала слишком много, благо обязала его и Уилла хранить мою тайну.

— Лекси, — тихо обратился мэтр.

— Да? — обернулась к нему.

— А это ваша внешность? Я говорил, что вы меняли цвет глаз. Это не из-за иллюзий?

— Нет, — тут же соврала дознавателю. — артефакт и заклинания.

— Занесите мне его, пожалуйста.

— Зачем? — с удивлением поглядела на дракона.

— Я дознаватель, — спокойно вздохнул тот, — вдруг артефакт как-то не так работает.

Благая Мира, надеюсь ребята такой купили. Не очень-то хочется потом увиливать из-под цепкого взгляда этого мужчины.

— Хорошо, — кротко кивнула, решив не спорить.

Мы прошли в общую арку портала, куда заходили все адепты, решившие погулять в городе. Своих друзей в очереди не увидела, но понадеялась, что они уже в академии.

— Помните, — прижал меня к себе Милир, — все, что вы узнали или увидели, должно остаться в тайне.

Ощутив горячее прикосновение от дракона, сжавшись, я тоже прошептала.

— И вы помните об этом.

— Такое забудешь, — хмыкнул тот и шагнул.

Мы переместились и оказались вблизи главного корпуса.

Опять подавив чувство тошноты, дрожь в руках и все еще ощущая чужую руку на талии, отстранилась.

— Спасибо, дес Ойлистрей, за насыщенный день, — взглянула на мэтра.

— А вам, Лекси, спасибо за оказанную помощь. Не зря я так верю в ваши лекарские способности.

— Ага, — рассеянно отозвалась, заприметив стоящего на углу Джейсона.

— Кажется, вас ждут? — не одна я заметила парня.

— Может, и не меня.

— Сомневаюсь, — выдохнул Милир, — как бы то ни было, у меня больше нет прав вас удерживать. Постарайтесь не попадаться в мои лапы по ночам.

— Конечно, дес, — опять не своим голосом прошептала и унеслась прочь, боясь оглядываться.

— Я натурально за тебя переживал, — набросился на меня юноша, как только я приблизилась.

— Боги, почему? — удивилась его формулировке.

— Дес Ойлистрей строго наказал меня, а что он мог сделать с лекарем?

— Даже не знаю, — улыбнулась де Карнессу, — заставить лечить?

— Расскажешь, что довелось испытать тебе? — не отреагировал Джейсон на подколку.

Нет, не расскажу. Даже не клятва тому причиной. Все-таки дружба — дело личное. Я с большим уважением относилась к таким вопросам. Ректор, император и этот дознаватель не мучили меня, Севу и Ричарда по поводу наших взаимоотношений, поэтому и мы были столь лояльны к ним. Не считая Тьяны, она все-таки любит своего мужчину. А вот Риферу на роду написано обманывать отца, и это он проделывал мастерски.

— Прости, не могу, — вперила взгляд в пол.

— Ничего, все и так понятно, — прижал к себе юный некромант.

Прошло так мало времени, всего одно свидание, а мы общаемся, словно самые близкие друзья.

В голове, словно ступор, встал Милир. И я сразу же отстранилась.

— Ты долго ждал? — спросила, не дожидаясь расспросов от парня.

— Нет, Лекси, — мотнул тот головой, — сам едва закончил, расстроился. Не хочешь сегодня погулять со мной?

В мысли опять проник преподаватель: «Очень заботливо тащить девушку на свидание вопреки всем правилам академии». Благая Мира, почему я сейчас думаю не о том? Еще пару дней назад я с таким удовольствием бы тащилась туда, куда он позовет. Но не сегодня.

— Прости, Джейсон, — пожала плечами, — не сейчас, день был тяжелый.

— А завтра? — пытливым тоном интересовался тот.

— Завтра и узнаешь, — еще раз улыбнулась некроманту и обошла со стороны.

Очень хотелось в душ, и спать, а самое главное, разузнать, как дела у друзей.

Распрощавшись с юношей, убежала, чувствуя тяжесть на сердце. Один день с мэтром, а я уже раздумываю насчет намерений де Карнесса. Вот зачем мне все это нужно? Отчего в голову приходит ищейка?

— Лекси, наконец-то ты вернулась, — обрадовалась мне подруга, открыв перед моим носом дверь.

Я без знаков приветствия тут же спросила:

— Все получилось?

— А как же, — расплылся в улыбке Рифер, встретив меня в гостиной, — самый дорогой артефакт. Все лучшее принцессе, — хищно заключил принц Аридии.

— Знаешь, мой дорогой друг, — сузила глаза, — принцессы могут и в зубы дать.

— Боюсь-боюсь, — схватился тот за сердце.

Вот паяц!

— Теперь расскажите обо всём, — набросилась на брата и сестру. — Всё в порядке? Дес ректор не задавал вопросов?

— Конечно, нет, — закатила глаза Тьяна, — я же сказала, что иду с братом в город.

— И он так просто тебя отпустил?

— Ну, допустим не просто, — зарделась девушка, — но ведь отпустил.

— Не переживай, — перебил ее Риф, — все купили. Можешь ходить с артефактом и пищать от восторга. Если захочешь огненно-красные глаза, он все исполнит.

— Сколько же денег вы отвалили? — ужаснулась, понимая, что не скоро расплачусь с ними.

Но здесь что у Миртеорона, что у де Россе взыграла семейная гордость.

— Лекси, даже не думай, — хором и очень серьезно отозвались друзья.

Ну, думать или нет, решать только мне. Правда, и жалеть себя по этому поводу нет времени.

— А как ты провела выходной? — красиво изогнула бровь рыжеволосая некромантка.

— Как, как… — всплеснула руками, вспоминая прошедший день, — не могу рассказать.

— Почему? — уставили четыре глаза.

— Клятва.

— Понятно, — расстроился юный дракон.

— Подожди, — прервала его стенания, — кое-что могу, и это важно.

Пришлось поведать соратникам о том, что дознаватель в курсе о силах Лекси Тревиль, и о его даре тоже поделилась. Насчет этого клятва не распространялась. А боевики болтать не станут.

— Плохо, — все выслушав, заключила Тьяна, — значит, он чувствует наши эмоции?

— Да.

— А он успел прочесть тебя? — забеспокоился дракон.

— Скорее всего, — грустно вздохнула. — Милир упоминал, что видит много страха вокруг.

Я подняла глаза на друзей и поймала их противные сочувствующие взгляды. Они ведь раньше не были в курсе, насколько я дрожу, боюсь, переживаю.

— Лекси, — погладила меня по ладони подруга, — мы со всем разберемся.

— Угу, — грустно кивнула я, глядя в окно.

Глава 7

На занятиях сидела только физически. Мысленно находилась где-то далеко, в городе, в том домике, где проживал Уильям Сеймур. После практически бессонной ночи, проведённой в раздумьях, все проблемы ушли на второй план. Легкая обида Джейсона, интерес дознавателя, признание во втором даре — все тлен. Я помогла дракону! Никто не мог, а я помогла! Только теперь важно углубиться в исследования. Подойти к де Саврир у меня не хватит храбрости. Она точно начнет расспрашивать, а вот Милли Артрайт можно довериться. Она не будет лезть в душу, обойдется одним простым объяснением — клятва. А помощь умелого целителя сейчас ой как необходима. Одна не выдюжу. Могу и навредить.

— Адептка Тревиль, о чем я только что говорила? — подняла меня деса де Морель, отрывая от глубоких мыслей.

Вот ужас! Я же все прослушала.

— Простите, мэтресса, — склонила голову в ожидании какой-нибудь колкости от обиженной женщины.

С нашего последнего разговора она словно с цепи сорвалась, язвила на занятиях, пыталась подловить в неготовности, а теперь половина академии судачит, что я вернулась из города под ручку с новым преподавателем, к которому она неровно дышит.

— Плохо, Тревиль, — поцокала та языком. — Нарушение правил. Лишаю вас возможности выбраться в город в выходные.

Пожав плечами, села. Уверена, что ради друга Милир извернётся, но достанет мне проход и снятие наказания. Так чего переживать?

— Вы бы меньше развлекались, а уделяли время учебе, — продолжала наставлять Лилиана. — Глядишь, и из десаи выйдет толк.

В этот момент громко рассмеялась Белинда, радуясь моим трудностям. Глупое замечание, и неуместное. Даже злой брюнетке известно, что я лучшая на курсе, а косметическая магия не сделает погоды в моем дипломе. Для меня совсем ничего не значащий предмет.

Не удержавшись, не перетерпев, высказалась.

— Разве в академии нет правила, что в пределах этих стен мы равны? Влияет ли на ваше преподавание тот факт, к какому роду принадлежит адепт? Из ваших слов мне кажется, что да. А это причина, чтобы пойти к десу ректору и потребовать справедливости.

— Что ты несешь, мелкая мерзавка? — тут же взвинтилась женщина. — С чего ты решила, что это относится к твоему происхождению? Да и по статусу ли тебе требовать ответ с меня?

Видят боги, если мне предстоит занять трон, я не прощу обидчиков. Я промарширую по их головам, требуя возмездия. Но сейчас важно сохранять терпение. Отыграюсь, когда стану сильной.

— Из ваших же слов, деса де Морель, — продолжила невозмутимо. — Вы и дальше упоминаете мой статус.

— К ректору! Быстро! — взвизгнула брюнетка.

Да пожалуйста. Можно сказать, что это и была моя цель. Слушать все занятие, как она цепляется ко мне из ревности невыносимо. Пусть дес Миртеорон рассудит.

Уже через десять минут мы стояли в приемной, где эта мегера злобно пыхтела, ожидая ответа секретаря.

— Он занят, мэтресса, — разводила руками домовик.

Де Морель сдаваться не желала, настолько я ее раздражала.

— Бас!!! — крикнула она, — Бастиан!!! Впусти! Дело не терпит отлагательства.

— Что такое, Лилиана? — открыл дверь глава академии и уставился на нас.

Быстро окинув взглядом наши фигуры, он, возможно, пришел к каким-то выводам, но что конкретно творится в голове у дракона, я знать не могла.

— Проходите, — совсем распахнул створку и прошел к столу.

Войдя в кабинет, мы обе сразу заприметили мэтра Ойлистрея.

— Добрый день, — встал и поклонился Милир.

Лилиана решила не терять времени и, не обращая внимания на дознавателя, затараторила.

— Приструните адептку, дес ректор. За две минуты я услышала столько обвинений в свой адрес. Она недовольна тем, как я веду уроки. Разве может десая рассуждать и подвергать сомнению мой авторитет?

— Конечно нет, Лилиана, — спокойно заметил Бас, и в это время мое сердце упало куда-то в область живота.

Обидно. Неужели муж Тьяны не выслушает мою сторону?

— Расскажите обо всем, — сел в свое кресло Миртеорон. — А я решу насчет наказания.

Эффектно пройдясь женственной походкой, виляя бедрами, деса де Морель тоже уселась в кресло напротив. Я же осталась стоять, но поймала на себе заинтересованный взгляд деса Ойлистрея.

Лилиана нудно и неинтересно поведала историю о том, как я нахамила этой несчастной преподавательнице. Но, что важно, она не лгала. Дословно рассказала всю ситуацию. По ее мнению, десаи и правда были глупее, чем благородные аристократы. Если ты живешь с этой мыслью всю жизнь, то тебя и могила не исправит.

— А вы что скажете, адептка Тревиль? — скрестил пальцы ректор, кидая свой взгляд на меня.

— Что? Разве я не описала подробно её слова? — оскорбилась мэтресса.

— Мне нечего добавить, — кивнула в сторону преподавательницы, — деса де Морель невероятно точно и дословно поведала обо всем. Я, и правда, так сказала. И правда так считаю.

— Что же… — задумался Бастиан.

— Подожди, — встал Милир со своего места, — почти уверен, что у тебя не слишком отличное мнение от моего. Позволь, я побеседую с дражайшей подругой и коллегой, — хищно улыбнулся мэтр, — поглядывая на Лилиану.

Та не побледнела, хотя ситуация к этому располагала. Обратись он так ко мне, я бы бежала, сверкая пятками.

— Хорошо, Милир, — кивнул ему ректор, — тогда я пока проведу воспитательную работу с Тревиль.

* * *

Милир Ойлистрей

— Что ты творишь? — спросил я мэтрессу, когда мы отошли на значительное расстояние.

— А что? — браво отозвалась Лилиана, — хочешь защитить любовницу?

— Какую любовницу? — я поморщился от упоминания этого слова. — Она просто адептка. Моя студентка. Неужели тебя так ранили ее слова?

— Нет, — покрутила головой вертихвостка, — ранило то, что с выходных ты вернулся с блеклой мышью вместо меня.

Кем, кем, а таким эпитетом Лекси я наградить не мог. Никогда адептка Тревиль не была блеклой. Как только она заходила в столовую, студенты, словно завороженные, всматривались в ее воздушную фигуру и замирали. Даже влияние известной фамилии де Ланкуров не было им указом. Лекси слыла красавицей. За ней приударяли многие, но получив отказ, вливались в ряды противников. Я не дурак. В моей власти распознать подобное. За ней ухаживали те, кто был готов не обращать внимание на мнение толпы — сильные, смелые личности. Именно туда затесался де Карнесс.

— Ревновать к ученице, Лилиана?.. — попытался воздать к ее здравому смыслу.

— А как это понимать? — яростно отозвалась колдунья. — Меня ты игнорируешь, но уходишь с Лекси Тревиль, обычной десаей, в выходной и возвращаешься с ней же.

— Это ревность, деса де Морель? — я поднял бровь, напоминая о наших отношениях. — Если так, то она необоснована.

— Милир, — капризно вскинулась преподавательница, — сложно признать, что Лекси повела себя недостойно?

— Конечно, нет, Лилиана, — попытался я успокоить барышню, — но с твоих слов получается так, что она-то, как раз, и права.

— Как ты так можешь? — охнула де Морель.

— Могу, — кивнул я, пытаясь объяснить ей, что воспринимаю все сказанное, как правильное, — ты обвинила ее в недостойном происхождении. Думаешь, что ректор поругает Лекси за это?

Брюнетка некрасиво скривила лицо.

— Нет, — нахмурилась моя коллега, — в последнее время он очень восприимчив к просьбам учеников. Все говорят, что в его любовницах молодая некромантка.

Не могу отрицать. Так и есть. А утверждать тоже не могу. Бастиан и Тьяна скрывают отношения. Хотя на месте ректора я бы поведал каждому о близости со своей истинной парой.

— Это не наше дело, — нашелся с ответом, поглядывая на красивую аристократку. — Не зли адептку Тревиль. На нее виды у самого императора, — хотел я образумить мэтрессу. — Он уже пригласил ее на практику, как лекаря.

— За что?! — потонули крики в моих ушах.

Не хочу рассуждать о степени талантов молодых уникумов в академии. Их много. Лекарей еще больше. Именно на их факультет подается огромное количество заявок. Лекси стоила всех. Иллюзионист-лекарь, скрывавший свою силу. Не знаю, что сподвигло ее молчать об уровне дара, но теперь ставки повышались. А она о них молчала.

— Тебя интересует адептка, не отрицай, — прижала меня к стенке Лилиана.

— Может быть, — кивнул я головой.

— А как быть мне? — всплеснула руками женщина. — Какая-то девица, покорившая неприступного дознавателя! Я думала, что только та ведьма сможет тронуть твое сердце.

Ошибалась. Никто не мог. Ни та ведьма, ни деса де Морель, ни новая адептка. От всего веяло холодом. Лишь мой интерес.

— Я надеялась, что нравлюсь, — вдруг грустно заметила мэтресса.

Нравилась. Она была буйной, необычной, многогранной, но не вызывала чувств. Так я был готов сказать про всех.

— Прости, Лилиана, — пожал я плечами, обнимая старую соратницу, — видимо, служба у императора откладывает свои следы. Ты много значишь, но это не романтический интерес.

— А какой? — вперила она свой любопытный взгляд.

— Скорее, деловой. Больше всего меня интересует настроение лекарей и остальных.

— Это отставка? — зло сверкнула глазами красавица.

— Как я могу? Отставка предполагает, что ты вступила в должность, а мы не были близки.

— Милир, — уже топнула ногой брюнетка, — разъясни мне, непонятливой, что происходит!

Я прикрыл глаза, собираясь с мыслями. Как сказать, что ничего? Лилиана цепляется за прошлое, которое кануло в лету. Я просматриваю настоящее, пытаясь разобраться в расследовании. Переживания различных дам меня волнуют в последнюю очередь.

— Лилиана, — ласково обратился к своей бывшей любовнице, — нас не связывают никакие отношения. С чего тебе ревновать, быть неуверенной из-за действий юной адептки? Ты самодостаточная женщина. Должно ли тебя волновать мое мнение о твоей персоне?

Деса де Морель не растерялась. Такое ощущение, что этот диалог в своей голове она уже проигрывала.

— А как понимать твои действия?

— Лекси мне интересна, да. Понимаю, отчего ты к ней ревнуешь. Но ее силы исключительны. Терять лояльность такого ученика дорогого стоит. Перестань вплетать деловые отношения в личные.

Мэтресса потупила взгляд, обдумывая сказанное. Не знаю, к каким выводам она пришла, но широко и хищно улыбнулась мне.

— Тогда перестань строить из себя недотрогу, дес дознаватель, — подмигнула мне Лилиана, — я скучаю, ищу встречи. А ты каждый раз придумываешь отговорки. Либо ты меня избегаешь, и я тебя не интересую, либо у нового преподавателя действительно нет времени. Определись в своих предпочтениях. Молодые девицы не твоего уровня, а меня ты каждый раз унижаешь своими ответами. Красит ли это такого молодца?

Не красит, это точно. И почему такое отторжение к де Морель? Раньше нас связывал необременительный роман, от которого я получал массу удовольствия, а теперь я старался не привлекать внимания, но и обижать преподавательницу отказом не стремился. Пока что ее влюбленность играла мне на руку.

— Прости, Лили, — назвал ее домашним именем, — потерпи немного. Дела всегда превыше всего.

— Узнаю своего друга, — жарко прошептала мне на ухо женщина.

— К-хм, — кто-то кашлянул, прерывая нас.

Мы оба обернулись, заметив маленькую блондинку.

— Простите, я не хотела мешать, — кинула Лекси, пробежав мимо нас, — увидимся на занятиях.

О, боги, пошлите мне терпения! Казалось бы, какая огромная академия, а разойтись мы никак не можем. И почему меня волнует, что увидела Тревиль?

— Так мне ждать тебя сегодня, Милир? — томно вздохнула де Морель.

— Не буду обещать, Лили, — ответил на ее вопрос, — но буду очень стараться.

— Рада это слышать, — игриво заключила преподавательница, погладив мое предплечье пальчиками, — заходи в любое время.

Она развернулась и, виляя бедрами, вышла из коридора.

Пф-ф-ф, как тяжко с женщинами, особенно с обиженными.

Дальше я направился к себе, решив не возвращаться к ректору. Скорее всего он в таком же состоянии, как и я. Озадачен. Он много раз жаловался на молодую супругу. В его ведении тысячи учеников и сотня юных дев. Они будут продолжать вводить его в ступор. А добавлять свои мысли — значит добавлять новые страхи главе академии. Не знаю, как он держится.

И как он все это терпит?

Одно плохо: Лилиана наказала Лекси. А прощение вымаливать мне. Я же не могу сказать напрямую мэтрессе, что Тревиль неприкосновенна, потому что помогает моему другу. Здесь необходимо действовать тонко, а значит сбудется желание де Морель. Сегодня я зайду на чай к бывшей любовнице.

* * *

Лекси

И вот опять я в кабинете ректора. Скоро можно будет представить, что я какая-то хулиганка, постоянно нарушающая правила. А это не так. Все мэтры и мэтрессы, как один, утверждали, что адептка Тревиль ангел. А теперь деса де Морель и дес дознаватель основательно прошлись по моей репутации.

— Не стерпела, да? — устало заметил Бастиан, удобно откинувшись на спинку своего кресла.

— Да, — я наоборот, наклонилась больше над столом, — разве может преподаватель что-то заявлять о моем происхождении?

— Конечно, нет, Лекси. Но почему только на пятом году обучения тебя так взволновали вопросы классовой несправедливости?

И то верно. Раньше не занимали. Естественно, я все подмечала, но старалась закрывать глаза на происходящее. В тот момент повлиять на такие вещи у меня не было сил, впрочем, как и сейчас.

— Повзрослела? — подняла я брови. — Вы сами-то не переживаете по этому поводу, дес ректор?

А вот сейчас я переступила черту, и Миртеорон дал это понять.

— Почему я должен отчитываться, — разозлился дракон, — если десе де Морель позволено чуть больше, это значит, что она чем-то выделилась. Или ты думаешь, я не понимаю? Не знаю, как проводятся занятия? Тебе ли требовать от меня ответа?

— Нет, простите, — сразу извинилась я, но, набравшись храбрости, продолжила: — в ней играет ревность по отношению к десу Ойлистрею, — попыталась объяснить столь недопустимое поведение Лилианы, да и свое собственное.

— Что? — удивился супруг Тьяны, — К кому ей ревновать? К тебе?

Неприятно. Обидно. Брат императора слыл видным мужчиной, до женитьбы его имя всегда присутствовало в городских сплетнях. Неужели моя внешность не дает понять, что ко мне относятся предвзято? Ему ли об этом не знать?

— Да, — почти шепотом отозвалась, — она поделилась своими наблюдениями, что я отнимаю слишком много времени у главного дознавателя страны.

— Он ничего не говорил, — глядя в пустоту, ответил Бастиан.

— Так он ничего и не делал, — развела руками, — просто так вышло, что деса де Морель решила, что я объект его внимания.

— Прости, Лекси, — ухмыльнулся ректор, — но я хорошо знаю Милира. От юных дев он бежит, как от огня.

Собрала всю волю в кулак, чтобы не ответить колкостью. Тоже мне защитник. Я знаю, что интересна ищейке, только не в романтическом смысле. Он под своим носом упустил иллюзорника и лекаря. Да мы на вес золота. Скажи я о втором даре тебе, ты бы так не смеялся.

— Да я и не рассчитывала, — в тон ему улыбнулась. — Вы это объясните мэтрессе. Не хочется портить свой аттестат недостойной оценкой только из-за того, что ей что-то показалось.

— Будем считать, что я тебя услышал, — мрачно заключил Миртеорон, — но и ты умерь свою гордость. Если преподавание десы вызывает в тебе негативные эмоции, приди и расскажи об этом мне, не заявляй во всеуслышание. Не давай ей возможность наказывать тебя.

— Хорошо, — я поклонилась ректору, — буду иметь в виду. Мне можно идти? — я переминалась с ноги на ногу.

— Иди, — махнул тот рукой, — и сделай так, чтобы в этом году с вашей троицей не случилось никаких приключений.

Я только кивнула. Обещать таковое — выше моих сил. По словам Фэйт, мы — избранники богов, а это подразумевает ответственность, неожиданность и неприятные ситуации для наших опекунов. Привет тебе, Бастиан Миртеорон. После его резких слов душу очень грело то, что юная Севостьяна де Россе не всегда честна со своим мужем. Как говорится, первая клятва дороже второй. А молодая некромантка придерживалась этого правила.

Быстро пробежавшись, я стала свидетелем мерзкой для меня картины: Милир допрашивает Лилиану. Хотя… Это меньше всего походило на допрос. Грозный мужчина прижал к стенке робкую женщину. Да это больше похоже на свидание.

— Прости, Лили, — прошептал ей на ухо дознаватель — потерпи немного. Дела всегда превыше всего.

— Узнаю своего друга, — повисла де Морель на нем.

Решив, что увиденное и так доставило мне максимум странных чувств, захотела ретироваться, но если просто пытаться пробежать незамеченной, то они захотят остановить, вызнать, что увидела.

— К-хм, — кашлянула я, призывая их отвлечься друг от друга. Дождавшись, когда оба поднимут свои глаза на меня, извинилась: — Простите, я не хотела мешать, — а потом уже припустила со всех ног в комнаты, не дожидаясь слов от пары.

Противный дознаватель, противная де Морель. И почему мне столь мерзко от увиденного? С чего меня занимает личная жизнь мэтров?

Слетев со ступенек, в очередной раз врезалась в де Карнесса. Едва не упав, остановилась, удержанная его руками.

— Я начинаю привыкать к твоей беготне, — усмехнулся юноша.

— А я нет, — тяжело дышала, пытаясь вернуть себе нормальный цвет лица и возможность изъясняться.

— От кого ты пытаешься скрыться? — съехидничал Джейсон.

Знай он всю правду, так бы не радовался. Влезать в личную жизнь преподавателей — это словно копаться в чужом нижнем белье.

— Нет, что ты, — натужно улыбнулась, — хотела переодеться, прежде чем идти к десае Артрайт.

— Точно, — погрустнел он, — у тебя же сегодня дежурство у Милли.

— Ты следишь за моим расписанием?

— Нет, — рассмеялся тот, — но спросил у Тьяны, она и сказала. Если хочешь, я приду.

Я задумалась над его словами. Юный некромант мне нравился, но что-то продолжало отталкивать. Правда это и не работало так, как с друзьями Рифера. Те меня интересовали исключительно как друзья. А Джейсон… Он волновал, был не безразличен, но теперь включался вопрос доверия. Готова ли я к честным отношениям? Расскажу ли правду? Водить за нос близких — не про меня. Мне хватает того, что сердце замирает при каждом упоминании о сбежавшей принцессе, Датхаре и втором даре.

— Приходи, — едва заметно улыбнулась.

Будь что будет. Раскрываться не собиралась, тем более, общаясь со своим земляком, но провести приятный вечер-то я могу?

— Обязательно, — де Карнесс взял мою руку и, обдав теплым дыханием, поцеловал ладонь.

— Хорошо, — я завороженно не сводила с него глаз, чувствуя волну мурашек, пробежавших от кисти до плеча.

Нет, надо оторваться. Эти мужчины меня с ума сведут. Сначала выходной рядом с дознавателем, во время которого я испытала катание на магических аттракционах. Сердце то поднималось, радуясь моей силе, доверию от преподавателя, помощи взрослому дракону, то с ужасом уходило в пятки, так как пришлось выдать один из главных секретов.

Джейсон, не замечая моих мысленных стенаний, проводил до коридора, где располагались комнаты Тьяны, Рифера и моя.

— До встречи.

— Да, — приоткрыла дверь и всматривалась в спину юноши.

Красивый некромант. Сильный, волевой, мужественный.

Пересилив желание пялиться на него и дальше, как будто я сопливая первокурсница, хлопнула створкой и села в ближайшее кресло в общей гостиной. Друзей тут не было. Несчастные боевики отрабатывали навыки выживания у деса Арвераса. Судя по погоде, им сегодня холодно, мокро и, скорее всего, грустно. Под утро к Милли завалится толпа чихающих и кашляющих парней, которые будут требовать освобождения от занятий. Интересно, сжалится ли десая Артрайт в этот раз?

Внезапно раздался стук. Неужели они вернулись так рано? Что-то случилось? Тревога заполонила разум.

— Дес Ойлистрей? — удивилась стоящему подле моей комнаты дракону.

— Лекси, — уверенно отодвинул меня от прохода, и вошел внутрь, нисколько не смущаясь. — Давно я здесь не был.

Ага. Помню-помню. Забрал меня в слезах, а потом приковал наручниками в кабинете, чтобы не сбежала. По его хитрому лицу поняла, что он тоже вспоминает, как попал под раздачу злой и уставшей адептки.

— Вы что-то хотели? — я скрестила на груди руки, намекая, что несколько поздновато наносить визиты.

— Да, — развернулся мэтр осматриваясь. Заприметив диван, вальяжно расположился, не дождавшись моего разрешения. — Хотел узнать, как тебя обидела деса де Морель?

— Вы все слышали. Зачем повторять дважды? — а потом, не сдержавшись, о чем впоследствии пожалела, я добавила: — Разве это важно? Мне показалось, что вы на ее стороне.

— Наказание снято, адептка Тревиль, — холодно отозвался дракон, перейдя на «вы». — Вы еще не передумали помогать моему другу?

Терпение — это добродетель, особенно для высшего рода де Тион, чьей прародительницей считалась богиня жизни Мира. Только при раздаче характеров мне его досталось слишком мало. И как реагировать на злые слова? Разве я когда-то давала понять, что отступаю, сдаюсь или привередничаю?

— Конечно, нет, — почти выкрикнула я. — Только в моем наказании вы сами виноваты. Усмирите свою любовницу, пусть не ревнует ко мне понапрасну.

— Что? — подозрительно спокойно ответил на выпад Милир, но все-таки встал с насиженного места.

Ой, стало страшно. Несколько шагов, и вот его мощная фигура возвышается над моей.

— С чего вы решили, что мы любовники? — прищурился дознаватель.

Опустив очи долу, я кусала губы, чтобы сдержаться. То ли я дура, то ли он дурак. В галерее, недалеко от кабинета ректора все казалось таким очевидным.

— Ну? Я жду, — двумя пальцами подхватил мой подбородок и приподнял, чтобы рассмотреть глаза. — А сейчас синие… — вдруг проговорил, окончательно смущая.

Вырвавшись и отойдя на шаг, я постаралась вернуть себе самообладание.

— Вам показалось, дес. Если я ошиблась, то приношу извинения. Я не вправе делать такие замечания.

Милир усмехнулся, но понял мою уловку. На главного опытного дознавателя кроткие отступления девиц не действовали, он видит такое насквозь. Один шаг, и он опять вплотную передо мной.

— Лекси, скажи, отчего ты так боишься оставаться со мной наедине? — крепко схватил меня за талию преподаватель.

Не убежать, не отойти, даже двигаться будет трудно.

— Повторюсь, вам кажется, — но голос предательски дрогнул.

— Неужто кажется? — ухмыльнулся мой мучитель. — Я дал клятву не выдавать твой дар. Но ты продолжаешь трепетать каждый раз, когда мы наедине. И это не романтические чувства, которыми страдают другие юные адептки. Ты натурально съеживаешься от ужаса.

— Других адепток ближе к ночи вы не навещаете, — выпалила наспех придуманную отговорку.

— И то верно, — вдруг согласился мэтр, — ты просто исключительная личность.

Мы стояли, почти обнявшись, словно любовники, и смотрели друг другу в глаза. Долго и яростно.

— Отпустите, — опомнилась в какой-то момент, почувствовав чужое сердцебиение.

Нехотя он разжал ладони, и я вывернулась из рук.

— Вам пора, — я решила не объясняться дальше, но подошла к двери и открыла ее.

— Наверное, да, — как будто растерялся мужчина. — Но мы не договорили.

Не знаю, по мне так всё ясно. Мне надо как можно дольше избегать личных встреч с этим драконом.

Глава 8

В каком-то раздрае я покинула комнаты и поспешила на дежурство. И что творится с драконами? Да, боги, что творится с мужчинами? Как надоела эта неопределенность. Как относится к Милиру, когда он так себя ведет?

На талии до сих пор чувствовались прикосновения его ладоней, около шеи до сих пор ощущалось теплое дыхание. Даже Джейсон не вызывает во мне столько противоречивых эмоций. Это страх? Или уже нечто большее? Неужели грозный дознаватель мне нравится?

С такими мыслями я продолжала подниматься по лестнице. Ответ на последний вопрос даже про себя произнести не смогла. Не потому, что страшилась этого самого ответа. Я просто не знала, что же испытываю к десу Ойлистрею.

Да, я боялась. Но страх происходит из-за принадлежности к королевской семье, а не по отношению именно к нему. Тревога возникала из-за имперской должности, а также его внезапного желания преподавать в академии. Он никогда не вел себя неправильно, некрасиво, несправедливо. Наоборот, ищейка-дракон известен тем, что разбирается в проблеме досконально. Не судит сгоряча. Он терпелив и разумен. А еще… Милир все-таки стал волновать адептку Тревиль.

Боги, когда это случилось? После знакомства с другом? После защиты от де Ланкура? Или сегодня, когда он решил навестить меня?

Покачав головой, я постаралась выбросить из нее запретные мысли. У Милира есть де Морель, как бы он ни отрицал очевидное. Что может предложить юная девица? Молодость и власть? Про последнее он даже не знает. Нет, мне достаточно внимания некроманта, тем более, что его не придется делить с кем-либо.

— Лекси, — радостно встретила меня десая Артрайт, — рада, что ты пришла.

— Чему удивляться? — я пожала плечами, встречая наставницу, — У меня в расписании стоит дежурство в твоих стенах.

— И то верно, — улыбнулась Милли, — но именно когда ты приходишь, я могу позволить себе чуть больше.

— О, — расплылась я в коварной улыбке, — дес де Мортенберг пригласил тебя на свидание?

Хмурый преподаватель огненных стихийников очень неспешно ухаживал за лекаршей. Я бы сказала, что он медлил. Каждый новый шаг поклонники этой пары воспринимали, как настоящий праздник. Они хорошие люди и существа. Надеюсь, союз станет нерушимым.

— Ты так проницательна, — ухмыльнулась целительница, — отпустишь меня на некоторое время?

Стараясь не глядеть на потолок, я кивнула. Все так отлично складывалось. В больничном крыле никого нет, Милли убежит на свидание, а я, наконец, разгадаю тайну этого злополучного знака.

— Спасибо, дорогая, — почти прошептала женщина, и со счастливой улыбкой упорхнула из кабинета.

Недолго та собиралась. Знала, что не откажу.

Отлично. Я одна. Скоро меня навестит адепт де Карнесс, но, пока его нет, можно придвинуть стул и использовать заклинание левитации.

Проделав все манипуляции, я таки достигла люстры, на которой повисла и смогла рассмотреть знак, так давно интересовавший меня.

Неужели повторится та история с Мортой? Я увижу своего предка? Познакомлюсь с богиней?

Еле дотянувшись, приложив много усилий и поборов страх высоты, я просунула руку, чтобы коснуться лепнины. Зажмурив глаза, я надеялась увидеть похожее место, на которое наткнулась с Тьяной и Рифером. Но в этот раз я была одна. И все было совсем по-другому.

Темнота. А когда я распахнула взгляд, задрав подбородок, увидела ночное небо со множеством звезд на нем.

Красиво. Но не то, чего я ожидала.

Да, знак богини оказался не так прост. Именно он перенес меня в незнакомое небытие. Неизвестно, где обитали моя душа и тело. В моем времени или в чужом, все неважно. Главное, что я здесь, а значит, выведаю все любые и доступные сведения.

Оглядевшись, опять я всмотрелась в небо, которое простиралось огромной синей гладью над нами.

— Богиня Мира, — сказала, я вслух оглядевшись, — чего мне ожидать?

— Не то существо призываешь, деточка, — отозвался кто-то из-за моей спины.

Неожиданно. Боги, вы так непостоянны в своей манере.

Я поставила ноги на поверхность. Подо мной словно шахматная доска — прямая гладь, испещренная знаками, простирающаяся до горизонта. Надо мной ночное небо с известными созвездиями, но находящимися не в том положении, в котором должны были пребывать. С боков серые горы, чьи пейзажи отбрасывали тень. Я в Эсерезе, нигде, в небытии.

— Кто здесь? — обернулась я, пытаясь найти голос, обращавшийся ко мне.

— Ты нашла правильный путь, — медленно приблизилось существо с телом льва и головой орла.

— Ты не богиня, — сильно смутилась, так как ожидала большего.

— Конечно, нет, — почти захохотало существо.

— Ты грифон? — вскрикнула, но потом подавила возглас.

Все очевидно. Даже несмотря на то, что нахожусь в Эсерезе, кричать о его жителях не стоит.

— Разумная девочка, — сложил тот крылья, — рад, что нашла путь ко мне.

— Это было не очень сложно, — я слабо улыбнулась.

— Знак Миры откроется только потомку, — не согласился лев-орел. — А значит, ты из рода де Тион.

— Верно, — кивнула я, все еще завороженная движениями магического существа.

— Скоро начнется война, — почти упрямо, не вдаваясь в подробности, сел на задние лапы зверь, — нужна помощь всех наследников.

— Двух вы уже обрели, — слабо отозвалась я, вспоминая слова Морты.

— Да, — согласился он, — чувствую в тебе и силу богини. Ты знаешь, что она тебя оберегает?

— Кто? — не поняла я сразу. — Морта? Нет, — я покачала головой.

— Верно, не она, — сощурился грифон, — ей это не под силу. Три древних рода может стеречь только один из прародителей. Тебя — Мира. И она, как может, хранит тебя.

— А как ее найти? — поинтересовалась я у древнего зверя.

Он медленно потоптался на поверхности, когда над нами проплыли темные облака.

— Александра де Тион, богиня жизни не даст знать о себе, если ты не достойна ее внимания.

— Тем хуже, — скрестила я руки на груди, — мы ввязались в жестокую войну с ее братом, и мне известно, что без участия богов мы его не победим. Кто нужнее в этой битве? Ее гордость? Или моя сговорчивость?

Годы при дворе научили меня торговаться и зреть сразу в корень. Я нужна богам не меньше, чем они мне. Да, я считаю, что моя сила куда важнее.

— Ты права, — почти в поклоне склонилась голова орла, — но только….

— Что? — не выдержала я, надеясь вскоре увидеть Миру.

— На данный момент все высшие духи заключены в местах силы, кроме Фэйт, но та не вмешивается в распри своих детей и людей.

— Я знаю, — кивнула я магическому существу.

— Если хочешь поговорить с моей хозяйкой, то тебе придется преодолеть свои гордость, слабость и надменность.

— О чем ты говоришь?

— О твоем королевстве. Мира — хранительница де Тион. Ее сознание, тело, прах и мудрость ты найдешь в родовом замке.

Как интересно, значит, провидение, родовое проклятие и друзья будут гнать меня в то место, которого я пять лет избегала? Богиня судьбы, а ты насмешница.

— Мне нужно вернуться? — спросила на вдохе.

— Да, дитя, — кивнул грифон.

— Но… — начала, но тот меня перебил.

— И мне, и ей известно, что это трудно. Не иди одна, возьми помощника.

Знать бы кого. Тьяну? Рифера? Если позову, они не откажут, но ведь это не так просто — переместиться из одной страны в другую. Да меня там при появлении сразу замуж выдадут, без выяснений о том, что я что-то задолжаю богам. Что им юная некромантка и так же молодой принц? Отец принял решение, а Ревенер Первый его когда-то одобрил.

— Я же могу не скрывать тему нашей беседы? — склонила голову в бок, изучая взглядом волшебное существо.

— Не от тех, кому ты доверяешь. Скажи. Поделись. Не держи в себе.

— А она, — мое дыхание стало прерывистым, — она поговорит со мной там? Объяснит? Покажет маму?

— Александра, девочка, — почти расплылся в улыбке зверь, — твоя мать подозревала, что тебе уготовлено. Она не в мире Морты, богиня прибрала ее себе. Вы всегда будете любимыми детьми. И да, отвечу на твои вопросы, Мира поговорит, а еще она готова дать тебе пообщаться с той, кто тебя родила.

— Если она в замке, откуда тебе знать? — время и сама жизнь научили меня не доверять любым словам.

— Ты не доверяешь ее слуге? Да будет тебе известно, что здесь давно никто не появлялся, лишь моя проекция, память предков. Издавна хранение ключей было доверено мне, но время не щадит никого.

— О чем ты? — не совсем поняла я стенания Грифона.

— Что только память предков осталась здесь. Она и артефакт. Найди нас в замке. Помоги спасти свою страну и мир. Для этого ты стала наследницей. Каждый из вас — десятый в роду. Вам надлежит совершить многое. Один из твоих подвигов — встретить страхи, справиться с ними и забрать трон.

В этот момент подул сильный ветер, буквально сдувая моего собеседника. Один момент, и грифон наполовину смазан.

— Под лапами лежит то, что ты обязана охранять. Это подделка, ненастоящий артефакт. Найди тот, верный, в замке, — напоследок отозвался хранитель богини.

Все, что я успела сделать, это броситься под его фигуру и схватиться за небольшое ожерелье.

Нас закрутило в радужном вихре, и, открыв глаза, я поняла, что нахожусь в больничном крыле, прижимая к груди жемчужную подвеску с ключом.

— Лекси! — воскликнул кто-то со стороны.

Я обернулась, завидев Джейсона.

— Ты словно переместилась, — завороженно проговорил тот, — это портал?

— Ага, — кивнула, рассматривая подхваченное украшение, — в комнате была, но Милли не поскупилась для меня.

— Это очень дорого для десаи, — подошел вплотную юноша.

— Неважно, — я почти отпрянула, — она посчитала, что стоит того.

— И то верно, — улыбнулся мне де Карнесс.

На фоне всего происходящего мои мелкие проблемы казались незначительными. Ко мне пришел парень, которого я очень интересую, но после пребывания в Эсеразе в небытии, это казалось несущественным.

— Я скучал, — поправил мою прядь юноша, буквально выхватывая меня из воспоминаний.

— Я рада, — почти равнодушно хмыкнула я, — надеюсь, с тобой ничего не случилось?

— Конечно, нет, Лекси? — смутился тот, — просто хотел провести время с тобой. Может, что-то изменилось?

Тонкий и осторожный возглас де Карнесса заставил задуматься о своем поведении. Прошла всего пара дней в нашего свидания, а изменилось многое. Вчера я гуляла с однокурсником беззаботной адепткой, а сегодня на меня навалилось слишком много событий.

— Нет, — покачала головой. — Прости, просто сказывается усталость.

— Говорят, — вкрадчиво начал парень, — что мэтр Арверас распустил боевиков, а значит, ни один из них не пойдет к десае Артрайт залечивать раны.

— А ты не должен быть с ними? — поинтересовалась, заведенная интонацией голоса.

— То-то и оно, Лекси, — приблизился вплотную Джейсон, — то-то и оно.

Время словно остановилось. По ощущениям, я снова попала куда-то в небытие, но теперь со мной юноша, который так желает близкого знакомства.

— Непривычно, — облизнула губы, выдавая свою нерешительность.

— Ты самая красивая девушка в академии, Лекси, — почти вжался в меня однокурсник, — самая прекрасная, храбрая, неоднозначная.

Он мог долго называть мои достоинства, и я бы все приняла, но нас в очередной раз прервали.

В сумерках зажегся свет. Зажглись лампы, все углы крыла осветились.

— Лекси Тревиль, — услышала властный голос, — окажете помощь?

С каждым прожитым днем в академии, начиная с пятого витка, и с назначения дознавателя на должность мэтра, все больше подумываю, что неплохо бы ему на шею повесить колокольчик. Никто кроме деса Ойлистрея не подбирается так бесшумно и ловко.

— Ой, — зажмурилась и покраснела, а еще отошла от Джейсона на пару шагов, — конечно.

Преподаватель с невозмутимым видом поглядывал на нашу парочку.

— Каждый раз, — со злой усмешкой начал он, — замечаю, если вы не в обществе друзей, то дес де Карнесс тут как тут.

— Я тоже ее друг! — обиженно проворчал юноша.

— Друг? Что-то непохоже.

— А в академии нет правил, что нельзя дружить теснее, — с нажимом на последнее слово отозвался Джейсон, вгоняя меня в краску еще больше.

— Верно, — сложил ладони Милир, — зато есть правило про комендантский час. И вы в очередной раз его нарушили. Это у адептки Тревиль дежурство. А у вас? Насколько я знаю, Реймонд сжалился над молодежью и распустил по комнатам.

— У меня травма.

— Не врите, адепт. Не закапывайтесь сильнее. Идите к себе, наказывать не буду, но помните, что хождение по ночам ни к чему хорошему не приводит.

— Джейсон, иди, — прошептала я, отсылая парня. — Мэтр Ойлистрей прав. Глубокая ночь.

— Как скажете, дес Ойлистрей, — сверкнул глазами мой… кто?

Не совсем друг, не совсем парень, точно, не жених. Никак мы эти статусы не проясним, нам дознаватель мешает. Следит он за мной, что ли?

Как только де Карнесс ушел, Милир злобно заговорил:

— Все никак не могу понять, чем тебе так понравился этот мальчишка?

— Не ваше дело, — огрызнулась на дракона. — Вы просили оказать помощь.

— Точно, — хлопнул тот себя по лбу, — у тебя, Лекси, такая насыщенная личная жизнь, что забываешь, с чем хотел обратиться.

Прозвучало очень обидно. Он что, думает, что я легкомысленная вертихвостка?

— Повторюсь, — выговорила сквозь зубы, — это не ваше дело. Что у вас случилось?

— Вот, — сунул мне предплечье с разорванной рубашкой и глубокой резаной раной, из которой сочилась алая кровь.

— Кто это вас так?

— Де Ривард не предупредил, что с некромантами отправится в рейд в лес. Наткнулся на упырей.

— А вы что делали в лесу? — не удержалась от вопроса, осматривая увечье.

Милир вдруг улыбнулся словно школьник и тепло сказал.

— Знаешь, что говорят о любопытстве, Лекси?

— От него не умрешь, если уже мертвый? — издевательски ответила, вспомнив старую поговорку, посвященную ищейкам вроде него.

Дознаватель расхохотался. Я же веселых чувств не испытывала. Пару минут назад меня обвинили в некрасивом поведении, и это сильно царапало всю мою сущность.

— Поможешь? — спросил он, поглядывая на меня, когда успокоился.

— Да, — устало вздохнула, — я же на дежурстве. Снимайте рубашку.

— Что? — удивился моему напору преподаватель.

— А как мне вас лечить? — уже усмехалась я, сложив руки на груди, — я лекарь, меня таким не смутить.

— Не смутить, говоришь? — от вкрадчивого тона захотелось нахмуриться.

Пристал как банный лист. Почему все мужчины так реагируют на эту просьбу? Целители много видят. Да, с первого дня в академии нас заставляют перебарывать стыд, брезгливость, боязнь крови.

Но о необдуманных словах я все же пожалела.

Медленно расстегивая пуговицы, Милир просто пытал своим взглядом, а я, не выдержав этого, все-таки отвернулась.

— А говорила, не смутить, — услышала я голос за спиной. — Поворачивайся, скромница, и приступай к лечению.

Тоже мне, командир. Но я сделала так, как он сказал.

Стараясь не показывать волнения, я приступила к обработке, украдкой осматривая мощную фигуру дракона. Мира, какой он красивый и… мужественный, и… волнующий, и еще много «и»…

Каждый раз вздрагивая от его движений, я закончила своеобразную пытку. Я старалась не делать ему больно, но пальцы становились ватными, а движения неуклюжими.

— Все, — в последний раз перевязала я рану, — можете одеваться.

— Сегодня ты как-то больше волновалась, чем обычно, — самодовольно заметил мэтр, — и точно знаю, что почувствовал твоё восхищение.

Боги, какой надо быть дурой, чтобы забыть о том, что он эмпат.

— Уходите! — хотела было отпрянуть, но он схватил меня за кисть и дернул к себе. — Перестаньте! — попыталась сбросить чужую ладонь, но какое там тягаться с грозным ящером.

Он просто взял меня в охапку и усадил на свои колени.

— Я тоже восхищался, — прошептал мне в шею мужчина и запустил пальцы в мои волосы, надавливая на затылок, — ты очень красивая, когда сосредоточена на работе, Лекси.

Мир вокруг остановился.

— Да, — прошептал он за мгновение до того, как его губы впились в мой рот.

Он хотел заставить подчиниться. Поцелуй был властным и требовательным. Милир словно почувствовал, что я пытаюсь оттолкнуть его при первом прикосновении, но, не обращая внимания на все попытки высвободиться, только сильнее сжал в объятиях. Надавив на подбородок пальцем, он заставил приоткрыть рот, и тогда его язык проник внутрь, сломив сопротивление.

Этот поцелуй вовсе не был нежным. Но, боги, он был горячим! Я совсем не понимала, сопротивлялась или нет. И вообще, с трудом могла думать.

«Тайна»… — мелькнуло в голове.

— Нет, это неправильно, — больно царапнула его за раненую руку, так, чтобы он отпустил.

— Постой, Лекси, — попытался остановить меня мужчина, но я успела отскочить подальше.

А потом сломя голову побежала. Хватит с меня приключений. И парней. И поцелуев. Всего хватит.

Тяжело дыша, с силой хлопнув дверью, я вошла в наши комнаты и села в кресло. Что это сейчас было? Я поцеловалась с дознавателем! С драконом, которого усиленно должна избегать, но нет, наоборот, лезу в самое пекло. И ведь отвечала. Точно отвечала, просто млела от близости.

— Лекси, — вышла в гостиную Тьяна, потягиваясь и зевая, — ты рано. До рассвета далеко. Что-то случилось?

Даже не знаю, как ответить. За неполную ночь я пообщалась с верным хранителем Миры, поняла, что мне необходимо вернуться в родной замок, прервала свидание с Джейсоном и, на сладкое, поцеловалась с мэтром Ойлистреем.

— Да, — попыталась выбросить из головы последнюю часть. — Рифер один? Нам нужно поговорить.

— Точно, — хлопнула себя по лбу подруга, — ты узнала, что за знак на потолке?

Кивнула ей и многообещающе улыбнулась.

— Ричард! — заорала некромантка, привыкшая всех поднимать: и покойников, и живых, — Вставай! Риф!!!! Да вставай же!!

Мы услышали движение за дверью. Наш друг очнулся ото сна, жестоко разбуженный двумя девицами.

— Пожар? — вышел он в одних пижамных штанах, демонстрируя мускулистую мощную фигуру. — Нападение?

— Фу, — покраснела я, вспомнив подтянутый живот с кубиками пресса, в который вжималась, находясь во власти преподавателя. — Иди оденься. Мы тебя ждем.

— Да что случилось? — не понял парень.

— Лекси вскрыла иллюзию со знаком. Одевайся, — торопила его Тьяна.

Рифер оживился, смахнул с себя остатки сна.

— Я мигом, — пообещал он и умчался в сторону ванной комнаты.

Через пять минут мы сидели вместе, и я рассказывала, что произошло со мной за недолгое дежурство, умолчав только о последней сцене. Именно этим делится не хотелось. Ребята поймут, но завалят советами и вопросами. Сначала мне самой нужно обдумать эту ситуацию.

— Значит, — хлопал по подлокотнику кресла Миртеорон, — тебе нужно вернуться в Датхар? Только там мы найдем богиню?

— Да, — медленно выдохнула, — и найти ключи, — теребила в руках подвеску.

— Это очень опасно, Лекси, — забеспокоилась подруга, положив ладонь на мою — как нам туда попасть, и сделать так, чтобы ты не оказалась замужем?

— Понятия не имею.

Мы замолчали, обдумывая возможные ходы. Но ничего дельного в голову не приходило.

— Ну, — протянула Тьяна, — определенно, сами мы ничего не сможем. Придется просить помощи.

— У ректора? — я посмотрела на нее. — Вряд ли он будет скрывать от брата такую важную информацию.

Некромантка заалела, опустила взгляд и смущенно прошептала.

— Я знаю способ, как заставить его сначала дать обещание скрывать тебя и защищать, а потом уже расскажу обо всем.

Да все знают, но это не выход.

— Нет, — покачала головой, — еще до обещания будет много вопросов к тебе и ко мне.

— Лекси, Тьяна права, — спокойно отозвался Рифер. — Мы же все и так рассказали отцу и дяде. Они в курсе про богиню Фэйт. Только твоя личность осталась в секрете. Уверен, что император не выдаст тебя королю Генриху.

— Он одобрил эту свадьбу, — упиралась, не желая сдаваться, — что ему мешает?

— Мы, — показал на себя и девушку, — он не пойдет против семьи. Да и ты ему понравилась.

— Как лекарь, — парировала я.

— Подумай, я не заставляю. Но отправляться в замок одной, без помощи могущественного покровителя глупо и безрассудно.

— Ты думаешь, что я этого не понимаю? Только, признавшись, свободной не стану. Так и буду всегда во власти подобранного для меня мужчины, пусть не выбранного отцом, так другого. Пропали все мои мечты.

Еще какое-то время мы продолжали обсуждать этот вариант. Тьяна и Рифер убеждали довериться Миртеоронам, а я упиралась и не желала это делать.

Не придя ни к какому решению, наша троица разошлась по спальням, договорившись еще раз поговорить утром. Только вот ребята правы. Деваться некуда. Только так не хочется прощаться со своими надеждами и фантазиями.

Глава 9

На следующий день уговоры друзей продолжились, да я и сама понимала, что это неизбежно.

— Не переживай, — хлопнула меня по плечу подруга, когда мы столпились перед кабинетом ее мужа, — он же не зверь.

Ага, не зверь. Просто дракон. С другой стороны, Фэйт за нас все решила. Не сожрал же он некромантку за непослушание. А она испытывает его терпение довольно часто.

— Ректор занят! — возвестил домовик, распахнув перед нами дверь.

— Мы тогда пойдем, — несмело двинулась в сторону лестницы, оттягивая признание.

— А ну, стоять! — удержал меня за шиворот Ричард. — От Миртеоронов еще никто не уходил.

— Ты это Тьяне скажи, — показала язык, изворачиваясь.

На шум вышел Бастиан с недовольным лицом.

— Что случилось? — обратился к своему слуге, но почти сразу увидел нашу неразлучную троицу. — Заходите, — не стал узнавать подробности ректор.

Знает: там, где мы, там неприятности.

— Боюсь спрашивать, — сказал он, расставляя стулья. — Насильники? Недовольные бывшие? — его взгляд опустился на племянника. — Не упокоила, и упырь покусал преподавателя?

— Всего-то один раз было, — смутившись, пробормотала Тьяна. — Не в том направлении ты думаешь. Бери выше.

— Значит дело не в академии? — занял свое место за столом дракон. — А почему втроем? Сева сама не может рассказать?

Оба друга посмотрели на меня. Я продолжала сохранять скорбное молчание, все еще надеясь на чудо, на неожиданный выход или что-нибудь еще.

— Видишь ли, — почесал затылок Рифер, — мы давали клятву, и это не совсем касается меня и Тьяны.

— Значит, Лекси, — заключил Бастиан. От проницательного взгляда захотелось поежиться и скрыться. — Рассказывай, Лекси. Не будем тянуть время попусту. Раз вы пришли, это важно.

— Да, дес ректор, — тихо отозвалась, — важно, а еще мне нужно получить ваше обещание о защите моих интересов.

Он сразу выпрямился, затем склонился ко мне и сощурился.

— Правильно ли я понимаю? — начал вкрадчивым тоном, — что обещание о защите нужно давать до того, как ты поведаешь свою историю?

Я, Тьяна и Рифер, как заведенные, кивнули одновременно. Посмотрев на жену, он не стал ничего расспрашивать. Все время забываю, что брат императора — очень мудрый мужчина.

— Хорошо, — согласился тот, — хватит моего слова? Или нужна клятва?

Вот, что мне делать? Я верю Бастиану. Если бы разговор оставался полностью секретным, то даже не задумалась бы о втором варианте. Но ведь все это нужно доложить и монарху. А как он отреагирует, неизвестно.

Поколебавшись где-то с минуту, все-таки сказала.

— Хватит слова, дес ректор. Спасибо.

— Тогда начинай.

— Я не та, за кого себя выдаю. Не Лекси Тревиль, не бедная десая из столицы, — быстро перебирала я фразы, боясь остановиться. — Меня зовут Александра де Тион, наследница и принцесса Датхара, которую ищут уже несколько лет.

— Интересное заявление, — откинулся дракон на спинку стула, — продолжай.

— А больше и нечего продолжать, — смутилась я от такой реакции, — отец хотел и, наверное, еще хочет выдать замуж за своего ближайшего соратника. Как опекун имеет на это все права. Его величество тот брак одобрил. Зная, что меня ждет, я собрала немного вещей и скрылась на территории Аридии, уведя наших сыщиков по ложному следу.

— Как тебе такое удалось? — удивился Бастиан. — Ты — молодая девушка, принцесса. Так просто обвела вокруг пальца многих дознавателей? Даже нашего.

— Можно я скажу? — по струнке вытянулась подруга, — Ну пожалуйста.

— Хорошо, — улыбнулась ей, а вот ее муж, наоборот, нахмурился.

Ох, неугомонная рыжая бестия. Он уже просек, что ты врала, а ты гордишься. Таким образом, будет Тьяна не в академии учиться, а в сокровищнице сидеть, золото начищать.

— Она иллюзорник, Бас. Изменила внешность, подправила одежду и сбежала.

— Да, — согласилась с ее словами, — и подкупила девушку с таким же цветом волос, которая уехала в противоположном направлении.

— Умно.

— Спасибо, — опустила голову.

— Что потом?

— Потом поступила к вам, чудом. Но вы и сами это знаете. И проучилась относительно спокойно до поступления Тьяны. А там, — махнула рукой, — загадки, тайны, боги и наша дружба.

— То есть, — сводил все ниточки преподаватель, — эти слова про наследников и к тебе относятся? Ты же де Тион, единственная в роду на данный момент.

— Да.

— Сколько живу на этом свете, думаю о том, что зря согласился встать во главе академии. Дети и студенты меня убивают.

— Ты женат на студентке, — недовольно отозвалась некромантка.

— Кстати, хорошо, что напомнила. Ты мне соврала, — припер супругу к стенке, — еще и так убедительно. Как оправдываться будешь?

— М-м-м-м, та клятва была дана раньше, — испуганно ответила Тьяна, — нарушить ее бесчестно, и чревато, — последние слова уже прошептала.

— Вечером поговорим, — прищурился ректор.

Ох, добавится проблем моей подруге. В этом виноваты я, и Мира, и Ваох, и Фэйт еще. И почему божественно-политическая проблема досталась нам, а не родителям, например?

— Лекси, — вытащил меня из мыслей Бастиан, — можно пока буду продолжать звать тебя Лекси?

— Конечно.

— Ты же понимаешь, что мне придется сообщить это брату?

— Да, — обреченно кивнула я.

— И Милиру Ойлистрею?

А вот тут я не согласна. Зачем его посвящать? Он и так совсем близко подобрался, даже целоваться полез. Не сказать, что мне не понравилось.

— Может, не надо? — выгнула брови дугой. — Он-то тут причем?

— Видишь ли, — потер ладони мужчина, — в академию его привела забота о принце.

— Что? — возмутился Ричард. — Я сам справляюсь.

— Да? То-то не так давно тебя некромант воскрешал, — уколол его дядя и продолжил, — а еще поиск по заказу твоего отца.

— Даже не сомневалась.

— Тогда не стоит ломать комедию. Он к какой-то воздушнице присматривается, похожей на тебя. А оказывается, был нужен лекарь.

От последних слов стало одновременно и грустно, и смешно. Как хорошо я скрывалась от Генриха де Тиона. Отличный отец — не знает ничего о дарах дочери.

— Вам виднее, дес ректор, — согласилась и на это.

— Тогда сегодня идите на занятия, а завтра утром перенесемся во дворец. Я распоряжусь обо всем и предупрежу брата.

— Мы вернемся? — я встала из-за стола.

— Конечно, — взял мою руку, — во-первых, я обещал. А во-вторых, иллюзорники самим нужны, никто тебя замуж не потащит.

— Я же говорил, — с силой хлопнул меня по спине друг, отчего я скривилась, — все хорошо.

— Тоже учиться пойду, — попыталась проскочить некромантка.

— Куда?! — гневно отрезал ректор. — Я передумал, мы сейчас поговорим!

— Идите, — прикрыла веки Тьяна, — меня уже не спасти.

* * *

Милир Ойлистрей

Получив неожиданное послание от Бастиана, я поспешил в его кабинет, едва дождавшись окончания всех занятий.

— Зачем звал? — вошел я сразу без стука, чем окончательно заработал нелюбовь секретаря ректора.

Дракон оторвался от бумаг, губы тронула легкая усмешка.

— Нашлась твоя потеряшка, Милир.

— Ты о чем? — не совсем понял я выражение друга.

— Не ты ли искал одну очень знатную девушку по заказу ее отца?

— Ты вычислил, кто из адепток Александра? — воскликнул, не поверив в такую удачу.

— Бери выше. Она сама пришла и призналась.

— Так просто?

— Нет, — покачал тот головой, — предварительно заставила пообещать, что буду блюсти ее интересы и не выдам ее на заклание Генриху.

Я уселся в кресло и взъерошил волосы.

— Ну, не томи! — почти стукнул по столу.

Бастиану доставляло удовольствие видеть мою растерянность. Он не торопился с ответом, медлил, мучил, чем окончательно вывел из себя.

— Бас! Давай перестанем ломать комедию! Раз ты знаешь, может, не будешь выдерживать этих пауз, а сразу скажешь, что это за девушка?

— Чутье тебя и в этот раз не обмануло, — встал дракон из-за стола, подходя к одному из шкафов. Он достал бутылку с полки и разлил янтарную жидкость в два бокала. — Твоя беглянка вечно крутилась около тебя, или ты около нее. Я пока не решил.

— Лекси? — пришел к выводам, исходя из последних слов друга.

— Да, адептка Тревиль, — расплылся тот в зловещей улыбке, подавая бокал, — я рассказывал про знакомство с Фэйт, а Ричард и Севостьяна про Морту и их предназначение. Только эти юнцы специально опустили часть, где говорилось, что наследников трое, а не двое. Что логично, ведь первых родов три.

Иллюзорница. Обманщица. А говорила, что ей артефакт помогает. И ведь принесла, показала. Где только взяла? Уверен, Ричард и Сева помогали, как могли, покрывая беглянку. Сдерживая эмоции и сжимая кулаки, постарался не побежать в комнаты бедовой троицы.

— Не терпится высказаться? — понял мое настроение Бас.

Еще как. Руки чесались взяться за ремень и отходить не только Лекси, точнее, Александру, но еще и сына императора, и жену ректора.

— Очень, — придал своему голосу невозмутимость, отпивая содержимое. — Как я понимаю, на Тьяну орать нельзя?

— Да, — спокойно заключил ректор, — но не переживай, все свое недовольство и чуточку твоего ей уже передал. И племянника не трогай. С ним пусть отец говорит.

— То есть, на лекаря даешь карт-бланш? — выгнул бровь.

— Тоже нет, — усмехнулся друг, — она, как-никак, принцесса из соседней страны. Потенциальная королева. А еще единственный иллюзорник. Не стоит пугать девочку раньше времени.

Надо же. Принцесса. На фоне всего я и забыл об этом. А ведь не удержался, поцеловал девушку. А теперь узнаю, что она представительница древнейшего рода аристократов. Сколько она водила меня за нос? Даю голову на отсечение, Лекси точно знала, что дознаватель здесь по ее душу, от того так и боялась, переживала, когда мы оставались наедине.

— И что теперь? Повезешь их к императору?

— Да, — Бастиан сел обратно и выставил бокал перед собой, — предлагаю поехать со мной. Твои занятия перенесу.

— Зачем я там нужен?

— Во-первых, расскажешь о поисках Генриха, во-вторых, отдуваться за ребят один не хочу. Да и тебе не помешает объясниться с девицей. Я же не слепой, она тебя заинтересовала.

— Как ученица.

— Да, конечно, — ухмыльнулся тот, — твой интерес настолько очевиден, что мэтресса де Морель все уши мне прожужжала о недостойном поведении Лекси. А еще, ты водил ее к Уиллу, и она помогла.

— Откуда ты знаешь? Он должен был хранить это в секрете.

— Я всегда знаю, где каждый адепт. Когда просматривал отчеты, увидел, по какому адресу побывала Тревиль, заинтересовался и спросил. Уилл от нее в восторге, — вкрадчивым тоном проговорил друг, — ждет не дождется, когда она опять придет.

— Он договорится, — зло ответил, ломая карандаш в руках, который схватил, как только услышал о драконе Сеймуре.

— Что и требовалось доказать. В общем, поедешь с нами. Это ненадолго. Думаю, что Ревенер отправит нас обратно, когда услышит уже полную и настоящую версию от этих проходимцев.

— Один из них — твоя жена, — поддел я друга.

— Да, принц и принцесса плохая компания для юной девушки. Научили обманывать и увиливать от ответов.

— Лекси не такая, — я попытался вступиться за блондинку.

— Такая, — припечатал Бастиан, — впрочем, это неплохо. Она выросла при дворе, многое повидала и смогла сбежать, когда ей стала грозить опасность. Генрих недалек и падок на женщин. Всем заправляет мачеха с детьми. Умная, сильная, хитрая де Тион. Идеальная будет королева в Датхаре.

Здесь мои доводы совпадали с мнением главы академии. Вот только я дознаватель, хоть и аристократ, а дознаватели с принцессами ничего общего не имеют.

Тем не менее, объясниться с девицей хотелось, как и посмотреть в ее бесстыжие глаза. Гелиос, стою возле комнаты ученицы, которая меня всячески избегает. Такую судьбу ты мне приготовил?

Постучавшись, не услышал ответных слов, но все-таки распахнул дверь и прошел в их гостиную.

— Вас не звали, — выплыло мне навстречу привидение.

Это Ланселот, предок Севостьяны, которого она привязала к себе. Наше мимолетное знакомство оставило мне бурю эмоций. Именно мне выпала судьба охранять неуемную некромантку, принца и лекаршу, когда все воины отправились на защиту границ. Сколько же я выслушал стенаний, нотаций и оскорблений от него, не передать словами.

— Я знаю, — хмуро ответил, бросая цепкий взгляд вокруг. — Здесь кто-нибудь есть?

— Только Ричард, — недовольно ответил дух де Россе, — позвать его?

— Зови, — я махнул рукой, думая, что от парня разузнаю, где прячется моя беглянка.

Через некоторое время из комнаты вышел принц в одних штанах с голым торсом.

— Не ожидал, — скривился он при виде меня. — Милир, зачем ты пришел?

— А ты почему в таком виде? — ответил я вопросом на вопрос.

— Ммм… — тянул с ответом юный Миртеорон, — скажем так, я не один.

— А в академии это не запрещено? — хотел было я усмехнуться, но вспомнил и свою молодость.

— Ну, ты же мне не дядя, — улыбнулся юнец.

И то верно. Ричард — обаятельный малый. Пусть кутит и гуляет. Не мне вправлять его мозги. И боги, как же это радует.

— Я пришел, чтобы найти Лекси.

— А-а-а-а, — протянул юноша, — она от тебя прячется.

— А где? — вцепился в него клешнями.

Как это очевидно. Если бы Лекси покорно ожидала в комнате, я бы больше удивился.

— Скажу, если не сдашь, кто тебе проговорился, — хитро отозвался парнишка.

— Ты меня знаешь, Ричард, — не смог я не улыбнуться в ответ, — и подругу твою не обижу.

— Да, согласен, — очень серьезно ответил молодой дракон, — и не кричи на нее, не обижай. Она очень переживает.

Это интересно. Так боится, что скрылась из комнат?

— Так где ее найти?

— В подземельях, где учат зельеварению. Она почему-то подумала, что там ты точно искать не станешь.

Хитрая мелкая лекарша. И умная. Да. Там бы искать не стал. Прежде чем прийти за вопросами в комнату, долго наблюдал за больничным крылом и кабинетом мэтрессы де Саврир, но адептка Тревиль там не появилась. А в помещениях, которые не оставили ей радостных воспоминаний, искать не стал.

Прошло какое-то время, пока я спустился, но в коридорах не было ни души.

— Лекси! — звал я безуспешно, — Лекси!

— Я здесь, мэтр Ойлистрей, — поклонилась адептка, выглянувшая из-за угла.

— Вы не спешили выходить, — заметил я оплошность. Время близилось к полуночи.

— Конечно. И зачем я вам понадобилась в такое время?

— Будто вы сами не знаете.

По скорбному выражению и не очень приличным словам, сорвавшимся с ее губ, понял, что меня ждали, но все-таки надеялись на лучшее.

— Лекси Тревиль, не уделите мне минутку? — попросил я юную блондинку.

— Ага, — не так радостно отреагировала та. — Вам откажешь.

— Верно, — отметил сговорчивость остальных. — Вы весь день меня избегали.

— Вы не находите, что у меня множество причин на это? — не растерялась лекарша.

— Хотелось бы, чтобы это было не так, — не преминул отозваться я. — Так что, Александра, — назвал ее настоящим именем, — долго собирались водить меня за нос?

— Да, — едко ответила девушка, — возлагать надежду на ректора, что он умолчит, было бы очень неразумно.

Вот же язва. Я к ней со всей душой, а юная принцесса пытается защититься подколками.

— Почему не призналась? По какой причине молчала? — я не стал витиевато задавать вопросы.

— Разве это не ясно? — также уверенно отозвалась блондинка. — Не стану жертвой в угоду отца. Если заключу брак не по любви, то пусть он принесет пользу всем Датхару.

Ее слова задели меня. Как бы мне не хотелось отрешиться, но к Александре я испытывал некоторые чувства, а ее холодность только подначивала их.

— Я бы не сказал, — я просто повернулся к ней, уверяя о своих помыслах.

— Так я тебе и поверила, — не очень смело ответила лекарша, переходя на «ты», — носом рыл, чтобы отыскать наследницу.

— Не для этого, — пытался я защититься. — Ты ценный приз, а я не дурак, чтобы выдавать тебя даже неумному королю.

— Чтобы поцеловать, — прищурилась беглянка.

Александра мне не доверяла. И было понятно, почему. С одной стороны, жаль, жертвы обычно верят мне, готовы рассказать все о своем хозяине. Но не принцесса. Даже если не знать о ее происхождении, невольно подумаешь об этом. Спина прямая, испытывает уверенность и безнаказанность, на все вопросы отвечает двусмысленно.

— Пожалуйста, — вдруг начала она, — не заставляй отвечать на вопросы, если не готов услышать ответ.

Я вдруг понял, что она о поцелуе. Возможно, такая близость для меня не была такой значимой, а для принцессы?

Со слов Бастиана, Лекси никогда не позволяла себе лишнего, теперь понимаю, почему. Она, юная девушка, блюла репутацию, боялась двусмысленности в своем положении. Единственное, что обидно, явно выбирала между мной — могущественным драконом, главным дознавателем в стране, сильным магом и юнцом Джейсоном де Карнессом, который обрел силы некроманта совсем недавно. Хотя пути богини Фэйт поистине неисповедимы.

* * *

Лекси

Что-то все меньше у меня поводов для радости. Сбежав ночью от дознавателя, нарушив все правила академии, нарвалась-таки на ищущего правды мужчину. Зачем ему выспрашивать причины моего молчания? На что он рассчитывает? Что я брошусь на шею после одного поцелуя? У него достаточно поклонниц, способных залечить уязвленное самолюбие. О том, что я могу нравиться и вызывать чувства, не думала. И так знаю ответ. Обладая кукольной внешностью, привыкла, что никто не рассматривает меня за «фасадом». А ведь мой характер — далеко не подарок.

Оставив Милира, я ушла обратно в комнаты, что-то подсказывало, что преследовать дракон не будет. Ему тоже есть, о чем подумать. Как минимум, он упустил из виду беглянку, не нашел сам.

А утром нас ожидал Бастиан, подготовив все к переходу во дворец.

— Мы ненадолго, — предупредил всех ректор, — большую часть сведений я уже доложил.

— Когда успел? — восхитилась Тьяна.

— Ночью, — прикрыл глаза глава академии, — не хотел, чтобы путешествие затянулось.

— А как он отреагировал? — робко спросила я, вклиниваясь в их беседу.

Очень страшно вызвать гнев его величества, особенно если за твоей спиной не стоят властные родственники. Мои скорее сдадут меня первыми, на милость того, кто заплатит или пригрозит.

Дракон усмехнулся, подталкивая молодую супругу к порталу.

— Скоро сама узнаешь. Идите. Я вас догоню.

— Ты не с нами? — удивился Рифер.

— Не совсем, надо дождаться Милира.

Опять он. Такое ощущение, что ищейка прилип к моей персоне, как клей к листку бумаги. Везде натыкаюсь на это пронырливое лицо.

— Идем? — взяли меня за руки друзья.

Отвечать не стала, просто шагнула в арку и, испытав все прелести перехода, вышла с ними же в помещение дворца.

Ох, этот восхитительный и одновременно ужасный миг! Каждый раз поражаюсь тому, насколько быстро можно попасть из одного места в другое, но как неприятно и мучительно отзывается колдовство в организме.

— Приветствую вас, — склонился перед нами в поклоне секретарь его величества Карганс Торжетель, с которым я уже успела познакомиться.

— И мы, — пытался отдышаться юный дракон и принц нашей империи, — как отец?

— В добром здравии, — учтиво отвечал чиновник.

Но Ричарду, а во дворце юношу можно было называть только так, потому что Ревенер Первый приходил в негодование от выдуманного имени, палец в рот не клади. Он решил сразу разузнать, грозит ли нам что-то за сокрытие очередной тайны.

— Ты расскажи про настроение? — склонил голову принц.

— Его величество занят заботами о государстве, — не моргнув глазом, ответил гном. — Какое может быть при этом настроение?

Вот у кого следует поучиться искусству плетения интриг и сплетен. Вроде бы ответил, но абсолютно ничего не понятно.

— Он примет вас здесь, — чиновник указал на заставленный блюдами стол. — Вы же еще не завтракали?

Мы втроем переглянулись. Да, Карганс прав. Адепты, не привыкшие к переходам через привязки, стараются не есть перед этой процедурой. Вряд ли хочется запомниться магом, которого стошнило в холле королевского замка.

— Спасибо, дес Торжетель, — поклонилась я, а вслед за мной и Тьяна.

Гном вышел, оставив нашу троицу наедине. Ричард, посвистывая, уселся на стул и взялся за вилки.

— Как же я соскучился по нормальной еде, — счастливо прожевал слова и пищу принц.

Раздался звук открытия очередного портала, и в комнате нас стало на два волшебника больше. Бастиан, расслышав замечание племянника, недовольно уточнил:

— Вас плохо кормят в академии?

— Конечно, нет, — не отрывался принц от еды, — но мы всегда болтаем и спешим. Считай, что я не доедаю.

Стараясь не слушать, о чем воркуют члены королевской семьи, я поглядывала на деса Ойлистрея. Под его глазами появились темные пятна, свидетельствующие о бессонной ночи. Он не выспался, одежда была небрежно застегнута, галстук плохо завязан. Такое ощущение, что оставшиеся часы дракон провел не в своих покоях, а на боевой площадке мэтра Арвераса. Значит, не одна я не смогла заснуть.

В комнате как будто стало нечем дышать, настолько противоречивые чувства вызывал этот дракон. Он тоже изучал меня пытливым взглядом. Интересно, а ректор знает о наших непростых отношениях? Взял бы он с собой друга, расскажи я о романтическом влечении Милира?

— Как вы, адептка Тревиль? — насмешливо спросил мой мучитель.

— Могло быть и лучше, — печально вздохнула я, опустив голову.

Отчего-то стало стыдно.

Внезапно двери распахнулись.

Его величество, Ревенер Первый, император Аридии вошел в зал, держа под руку новоявленную супругу. С ней мы чуть-чуть познакомились, когда я выхаживала своих друзей, и Лисси запомнилась мне веселой взбалмошной ведьмой. С некоторых пор она стала легендой. И отбор выиграла, будучи распорядительницей, и атаку темных магов отбила. Как жаль, что я не обладаю таким боевым характером.

— Сын, — распахнул объятия глава государства.

Ричард не стал засиживаться, встал и поприветствовал своего отца. Остальные присутствующие поклонились или сделали книксены.

— Принцесса Александра, — официальным тоном начал монарх, — рад видеть вас у себя. Как поживает отец?

«Вашими молитвами», — хотелось ответить, но вместо язвительных слов почти покаялась:

— Вам виднее, Ваше величество. Вас уже известили о не самой простой ситуации?

— Верно, — кивнул он и подвел жену к месту, — присаживайтесь, — чинно начал он, а потом по-отечески добавил: — ну, что вы, как не родные?

От последнего замечания я вздрогнула. Сколько бы меня не успокаивал друг, но от общения с императором испытываешь трепет. А тут он так просто шутит, приглашает, подтрунивает.

— Всем приветики, — просто устроилась за столом Лисси де Риверс и помахав рукой дознавателю. — Как дела на поприще обучения молодых умов? — обвела нашу троицу взглядом.

Отчего-то захотелось пнуть Милира. Между этими двумя явно были какие-то отношения. Только кто мне пояснит? Не спрашивать же этого дракона?

— Все хорошо, — мирно отозвался Бастиан, единственный сохраняя спокойствие.

Я и друзья сидели на стульях, готовые убежать, дес Ойлистрей с задумчивым видом ковырял салат и бросал грозные взгляды в мою сторону, император с откровенной усмешкой осматривал обстановку, а ведьма, положив ногу на ногу, и, не обращая внимания на беременный живот, задавала не самые удобные вопросы.

— Ходят слухи, — вкрадчиво начала она, пытаясь добраться до кубка с вином, — что за тобой начала охотиться деса де Морель.

— Лисси, — как-то сурово ответил Милир, — а ты уверена, что этот вопрос тебе стоит задавать в окружении адептов и ректора?

— А что? — поднял бровь Ревенер, отставляя все хмельные напитки подальше от жены, — Мне тоже интересно.

Я и Тьяна уставились в стол, делая вид, что слились с мебелью, только красные лица выдавали скромность и юность, запечатленные в нас.

— Лилиана — мой друг, только и всего, — отозвался преподаватель, пытаясь закончить неприятную беседу.

— Это хоть законно? — спросил Ричард, отрываясь от еды, мнение которого не интересовало остальных.

Дес ректор глазами указал на тарелку, словно пытаясь заставить замолчать юного дракона. Но ведьмам традиции, этикет и условности не писаны.

— Пока дознаватель не видит, мой юный пасынок, — хитро улыбнулась она, — все законно.

Что тут началось! Мужчины, сорвавшись с цепи, начали докладывать императрице о недостойном поведении женщины. Как так? Де Морель переступила черту, показывая, что находится в поиске. Противные, ужасные сплетни.

— Ну, и чего вы разорались? — приструнила всех Лисси, — в мое время в академии девицы только с неба не падали ради выгодного брака. А тут вдова из известного рода.

— Вернемся к девицам, — прищурился его величество, посматривая на меня. — Мы же собрались с определенной целью?

Пришла пора расплаты.

— Брат, — оторвался от трапезы Бастиан, — ты уже извещен о судьбе Лекси. А также в курсе моих обещаний. Мне тоже хочется узнать, к каким выводам ты пришел.

— Все еще в раздумьях, — скрестил пальцы его величество, — тот брак настолько ужасен? Так претит тебе? — обратился ко мне.

— Я бы не сбежала, сложись все иначе, — склонила я голову, ожидая решения.

Все звенели приборами по тарелкам, но никто не ел. Что же придет в голову великому мыслителю империи?

— Буду честен, — опять поднял взгляд на меня император, — если не знать, что ты иллюзорник, меня устраивала бы сложившаяся ситуация.

— А теперь? — на вдохе спросила, забыв об учтивости.

— А теперь, — недобро усмехнулся тот, — подумываю соединить наследницу Датхара с наследником Аридии. И иллюзорник в семье, и страны объединили. Одним заклинанием двух хаоситов убил.

Переглянувшись с Ричардом, я поняла, что он испытывает чувства брезгливости. Мы так подружились, что стали как брат и сестра. Какая семья? Я никогда не стану относиться к нему, как к супругу. И хоть мы обсуждали несколько раз подобный вариант, никогда не рассматривали его всерьез.

— Это невозможно! — воспротивился наследник престола.

— Я и сам это вижу, сын, — откинулся на спинку стула его величество, — но жаль, какая была бы свадьба.

— Ты как-нибудь сам, — мрачно отозвался юный Миртеорон.

— Александра, — вновь обратился ко мне император, — что же приключилось с тобой, раз решила поведать о своем роде?

И я опять начала ту историю про грифона, тайный знак и будущую встречу с богиней. Она не была долгой, да и я не обладала искусством рассказчицы.

— Ей надо быть под твоей защитой, — высказал свое мнение Бастиан, держа ладонь молодой супруги.

— Я понимаю, — ответил Ревенер, — но Генрих своеобразный малый. Датхар — самостоятельное государство, хоть и под покровительством империи. Вмешаться в семейные дела — нарушить договор между странами. Поэтому и предлагаю свадьбу сына и Александры. Куда выгоднее?

Если так пойдет, то я и верный друг выйдем из зала с заключенной помолвкой и под оркестр трубачей. Я бросила на Ричарда молитвенный и плачущий взгляд.

— Па-а-а-ап, — мгновенно понял мое настроение дракончик, — к таким широким жестам я пока не готов.

— Ричард, — гневно начал его отец, — интересы страны должны стоять на первом месте.

— Подождите, — прервала всех императрица, взметнув своей каштановой копной волос, — может, я нашла выход?

— О чем ты, Лисси? — ласково спросил Миртеорон старший.

— Александре не обязательно выходить замуж, пусть заключат помолвку, — начала она.

— Если расторгнуть такое дело, это ударит по семье, — перебил ее Ревенер.

— Конечно, — округлила та глаза, — ты же не хочешь дослушать….

— Ладно, — злостно бросил его величество, — договаривай.

— Пусть Милир выступит ее женихом, — под наши удивленные лица, затараторила ведьма. — Чего вы все испугались? Дознаватель из рода, приближенного к императору, почти племянник, выгодная партия для принцессы из вассальной страны. А уж расторжение этого договора на его репутации не отразится.

На целую минуту воцарилось полное молчание. Можно было расслышать, как муха жужжит в соседней комнате.

— Вот за что я тебя люблю, Лисси, — обрадованно оповестил император, — что, несмотря на твои годы и положение, котелок у тебя варит.

— Какие годы?! — возмутилась колдунья. — Ты меня старой назвал?!

Глава 10

Вот так, нежданно-негаданно, с легкой руки императрицы я стала невестой зануды, проныры и любителя прижимать женщин к вертикальным поверхностям.

Услышав предложение Лисси, Милир начал было спорить, а я вторила, как аккомпанемент рояля. И возможно, мы бы почти уговорили императора, потому что под нашим напором, он немного растерялся.

— Она адептка, ваше величество, — наступал дознаватель, — это плохо отразится на репутации академии.

— Мой брат женился на адептке, — парировал монарх.

А несчастный Бастиан немного поперхнулся. Кому понравится, если твои поступки стали прецедентом, развязывающим руки другим мэтрам и мэтрессам? У нас так свободных студенток не останется, вмиг по семьям разберут.

— Но разве вы сами не одобрили брак с советником моего отца? — спросила вскользь.

Ревенер повернулся к супруге, но та с загадочным видом бросила одну-единственную фразу.

— Мне виднее, милый, — покачала ногой.

— Все! — хлопнул по столу его величество. — Решено! Ты, — указал пальцем на Ойлистрея, — отдашь ей родовое кольцо и браслет. Ты, — кивнул мне, — принимаешь предложение. Это временно. А если будете спорить, то и принц подойдет. Как ни крути, а выгодная партия.

— Па-а-а-а?! — вопросительно-ноющим тоном простонал Риф.

— Не хочу больше ничего слушать!

Друг пытливо посмотрел на меня. Жениться он не хотел. Для этого ловеласа сама мысль об обязательствах с девушками вызывала отвращение. Так что, если выбирать между юным драконом и драконом опытным, я выберу второго. Во-первых, Ричард для меня как брат. Во-вторых, поцелуй с Милиром был приятным, да и мужчина определенно меня волновал.

Не дав нам времени опомниться, быстро подписали соглашение. В роли опекуна выступил ректор, потому что, поступив в академию, все адепты без исключения и полностью принадлежали стране, главе учебного заведения, армии, но никак не родителям. А дознаватель метнулся в свой кабинет, передал мне фамильные украшения, скрепив таким образом помолвку.

Сколько сочувственных и извинительных взглядов я поймала от моего лже-жениха, не передать словами. А от этого портилось и мое настроение.

— Вам пора! — в какой-то момент хмыкнул Ревенер. — Дела обсудим чуть позже.

— Ты прав, — отозвался его брат, — уже достаточно времени прошло. Нам необходимо вернуться.

Распрощавшись с монаршей четой, наша компания вышла на открытый балкон.

Бастиан поднялся и активировал еще один портальный камень в академию.

— Бас, друг, вы идите, — попросил его Милир и удержал меня за талию. — А я бы еще перекинулся парой слов со своей «невестой».

— Это так необходимо?

— Конечно, и держите пока все в секрете. Александру верну до комендантского часа в целости и сохранности.

— Я и не сомневался, — пожал плечами дракон, и, подталкивая жену и племянника, скрылся в магическом вихре.

Мы оба наблюдали за снопом искр, а когда все потухло, продолжали всматриваться в даль, где нам открывался вид на академию.

— Александра, — начал было Ойлистрей, но я сразу прервала:

— Лекси.

— Александра, — продолжал настаивать тот. — Тебе не нравится имя?

— Нравится, но не стоит привыкать. В академии же все останется по-прежнему? — повернула голову к преподавателю.

— Да, пока ты адептка Тревиль, но это ненадолго. Как только мы разберемся с твоей неудачной помолвкой, донесем до отца волю императора, отпадет надобность скрываться. Сможешь объявить всем своим обидчикам, что ты настоящая принцесса Датхара.

Так себе причина. Прошло достаточно лет пребывания в академии, чтобы не реагировать на подшучивания от других учеников, считавших себя выше статусом.

Я продрогла на открытом ветру и начала чуть дрожать. Милир это заметил и стянул с себя камзол.

— Возьми, согрейся.

Такой простой жест. И такой чувственный. Все можно было сделать магией, но он не стал, предложив личную вещь.

— Спасибо, — я приняла одежду и коснулась своими пальцами его руки. И тут же до самого плеча поползли предательские мурашки. — О чем вы хотели поговорить? — попыталась я отбросить непрошеные эмоции.

— Мы уже перешли на «ты»? — удивился дракон и помог накинуть камзол на плечи. Меня тут же охватил аромат мужчины, тепло его тела, стало уютно, — Вчера ты очень уверенно меня отчитывала.

— Простите, я забылась, — опустила взгляд, рассматривая носки туфель. — Вы преподаватель. Мне не стоило так себя вести.

— Лекси, что за бред? Да ты меня с ума сведешь. Раз уж теперь официально ты моя невеста, то привыкай на «ты» везде, кроме занятий. Как твой отец поверит в помолвку?

— Он меня не знает, так что, скорее всего, поверит. Да и вы сами сказали, что в академии ничего не изменится.

Его настроение резко изменилось.

— Почти все, — отрезал Милир. — Но у меня будет просьба. Об этом и поведем разговор.

— Какая? — не поняла я таких резких перепадов настроения, и немного испугалась.

— Ты видная девушка, красивая. Тебе часто оказывают знаки внимания. Условия нашего соглашения могут стать известными, и неважно, как о них узнают. Прошу тебя, не заводи отношений, не ставь меня в неловкое положение.

— А ты? — с нажимом спросила, опять перейдя на более близкое общение. — Деса де Морель спит и видит, как выйти замуж за тебя.

— Это невозможно, Лилиана никогда мне не нравилась, — хищно улыбнулся дознаватель. — Но мне приятна твоя ревность.

— Какая ревность? — вскинула я брови. — Ты просишь следить за репутацией, но не обещаешь мне того же. Раз уж потом всем станет известно, что я принцесса, то жених, флиртующей с другой десой, очков мне не добавит.

— Иногда думаю, все принцессы такие цепкие? — смахнул прядку с моего плеча Ойлистрей. — Или ты одна такая?

— Глупых не бывает. Во дворце жизнь не сахар. Так бывает только в сказках.

Мы одновременно громко вздохнули.

— Я обещаю тебе, что не буду общаться с Лилианой, — первым начал мужчина.

— Хорошо, — кивнула ему, — тогда я тоже обещаю ни с кем ни флиртовать и следить за собой.

— Спасибо, — прошептал он. — Нам тоже пора. Не будем задерживаться.

Милир активировал портал. Мы зашли вместе и переместились в кабинет ректора, который сейчас пустовал.

— Иди к себе, Лекси. — приоткрыл дверь из помещения.

Когда я вышла, все еще одетая в его камзол, но напрочь позабыв о нем, он бросил фразу:

— Это касается и де Карнесса. Перестань слоняться с ним по ночам. Не встречайся. Ты пообещала.

Уже придя к себе, только тогда поняла, о чем попросил меня мэтр. Ладно мальчишки, окружавшие меня: Лукас, Эйнар, Эллис. Всегда воспринимала их как глупых ровесников, а вот Джейсон меня немного волновал. Но, как только мы оказывались рядом, грозный дознаватель прерывал наше свидание. А ведь я нравилась новоявленному некроманту. Он относился искренне и с симпатией. Пытался разузнать о моем настроении, характере. Шел на какие-никакие жертвы, предпочитая сну общение со мной. А для боевика в академии это действительно широкий жест. Что бы не говорил дес Ойлистрей, но Джейсону просто не пришло бы в голову подумать о моей безопасности, ведь мы были ровесниками, а юность подразумевает глупость, авантюризм, бесстрашие.

— Лекси, — встретила меня Тьяна, — что тебе сказал Милир? Ой, — округлила глаза подруга. — А что на тебе?

Совсем забыла про камзол. Скинув одежду, бросила себе на кровать и вышла к обеспокоенным ребятам.

— Да, собственно, ничего важного, — попыталась я слукавить, но слишком умный Рифер сразу понял, что что-то не так.

— Лекси, давай рассказывай, — очень серьезно попросил дракон.

А ведь ему это несвойственно, обычно отшучивается или сыпет колкими остротами при всех важных беседах.

Я уселась в кресло, положила руки на подлокотники и обдумывала, признаваться ли ребятам. Как я могу скрывать от них хоть что-либо? Роднее Ричарда и Севостьяны у меня никого нет.

— Ну? — выплыл из стены Ланселот.

Призрака нам только не хватало.

— Вообще-то, — фыркнула я на бесплотного духа, — разговор пойдет о чувствах, мужчинах и помолвке, — я пыталась намекнуть предку Тьяны, что он лишний.

— Чего я в этих стенах не слышал? — не сдался древний де Россе.

— Вы бы меньше летали по замку, не пугали бы первый виток, не заглядывали к старшим курсам, так, глядишь и ничего непотребного бы не узнали, — съязвила подруга.

— Молчи, девчонка. Плохо тебя воспитывал де Ланкур, — цыкнуло на нее привидение.

Тьяна обиженно засопела, но возражать не стала. Ланселот решил взяться за нас, как наставник, но получалось плохо. А все потому, что старый дед оказался тем еще сплетником и каждый день прятался между стен, подслушивая глупые разговоры учеников и преподавателей. А по ночам он, как всадник, носился на плечах умертвия, которое привязала к себе некромантка, и распугивал всех своим появлением. Все это было бы очень забавно, если бы к нам не долбились обиженные маги, упрашивая приструнить призрака. Приструнишь его, как же. Так что поутру нас ожидали в порядке очереди расстроенные девицы стихийного дракона, испуганные адепты первого-второго витка, а потом уже друзья.

— Милир попросил не заводить отношений с адептами, так как наша фиктивная помолвка может выплыть наружу.

— И только? — удивился Риф.

— А как же Джейсон? — заметила более проницательная в любовных вопросах подруга.

— Все неважно, — посмотрела на нее, — Милир прав, помолвка может стать известной, а значит, необходимо следовать правилам.

— А он будет следовать? — хотел было хохотнуть юноша, но поймал настороженный взгляд некромантки.

— Я попросила о том же, — спокойно заключила разговор, — вот только…

Все замолчали в ожидании, когда я продолжу, но я никак не могла собраться с духом. Было такое ощущение, что я вытряхиваю грязное белье из корзины, и в то же время, признаюсь в самом сокровенном.

— Не томи! — первым не выдержал Ланселот.

— Мы целовались, — закрыла я лицо руками, чувствуя, что щеки запылали красным цветом.

— Когда? — воскликнули оба друга.

— На дежурстве, в тот день, сразу после общения с грифоном.

— И ты мне не рассказала? — ахнула Тьяна. — Это же такое событие!

— Эй, — напомнил о себе юный дракон, — а я? От меня можно было скрыть?

— Риф, заткнись, ты парень. Вам такое не понять.

Я же сохраняла молчание, не влезая в перепалку. До сих пор дрожу от тех воспоминаний. И не скажу, что они неприятные. Я уже смирилась с тем, что дознаватель мне нравится. Смирилась, но не приняла.

— Да, — одним словом я прервала спорщиков, — умолчала, пыталась понять мотивы поступка.

— И? — хором спросили друзья.

— И ничего не поняла, — горько усмехнулась, — думаю, что либо взволновала его, когда лечила, либо действительно нравлюсь десу Ойлистрею.

Некромантка и стихийник замерли на несколько секунд. А потом, перебивая друг друга, каждый начал высказывать свое мнение:

— Конечно, нравишься.

— Взволновала.

— Вы не помогаете! — громко возвестила я. — Давайте закончим этот разговор. Он ни к чему не приведет, но обещаю, что расскажу все, когда узнаю.

— Лекси, — очень осторожно подступился Рифер, — а что ты сама-то чувствуешь к нему?

Если бы я могла ответить однозначно, то не стала бы скрываться от ребят, но ответ на вопрос не складывался. Я испытывала такой обширный спектр эмоций к этому эмпату: от страха и настороженности до восторга и легкой влюбленности.

— Не знаю, — я скромно покачала головой. — Мне нужно самой разобраться.

Хотела было встать и уйти, но меня удержала подруга.

— А что вы решили? К чему пришли? Как поступим дальше? — вопрошала некромантка.

— Тьяна, я ничего не знаю, — в полной растерянности высказалась я, — до сих пор не поняла, хорошо ли то, что мы признались, или это полный провал. Похоже, старшие все решили взять на себя, забыв, что Фэйт общалась с нами, а не с ними.

Проснувшись утром, не успела задуматься о горькой судьбинушке. Как водится, в последнее время, после ночных прогулок я постоянно просыпаю и опаздываю. Но если поторопиться, то успею на завтрак.

Молниеносно собравшись, схватив сумку с учебниками, накинув куртку, я краем глаза заметила отданный камзол. Надо ли вернуть? А если надо, то когда? Не хочется на глазах у всей академии возвращать преподавателю его вещь, тут же пойдут слухи. Так и вижу, как Брай и Белинда с упоением распространяют обо мне очередную грязную сплетню. К Ваоху все, передам, как будет время.

— Лекси, — первым мое появление заметил Лукас, — привет. На тебе лица нет. Что-то случилось?

— Ага, — с таким же отсутствующим видом, ответил Риф вместо меня, — просто у нас взамен сна каждый раз новые занятия находятся.

Под раскрытые рты друзей, Тьяна показательно пихнула юного дракона. С силой и весьма болезненно.

— Не слушайте его, мы заболтались. А Рифер, как заправский сплетник, обсуждал мальчишек с нами, — отомстила ему подруга, вытащив язык.

— Все никак не пойму, за какие заслуги вас вместе поселили, — вздохнул Эйнар. Видимо тоже мечтал о соседстве с девушками.

— Это за проступки, — успокаивающе похлопал его по плечу наш сосед. — И, между нами, жить с ними так себе.

— То-то ты пару раз в неделю нам соседку новую приводишь, — я закатила глаза.

Продолжая весело переговариваться и шутить, мы позавтракали. Слава богам, не пойду голодной на занятие к мэтрессе де Саврир. Не хочется заниматься лечебной магией, когда твой живот напевает всем известные мелодии из песен кита.

— Лекси, — подошел к нам Джейсон, — а я тебя везде искал.

— З-зачем? — удивилась я.

Может, и не очень. Мы плохо расстались в тот день, а потом ректор всем сообщил, что наша троица наказана и будет отсутствовать на занятиях. Главе академии вопросов задают мало, так что оправдание прокатило, разве что нас начали считать отпетыми хулиганами. Но на все вопросы «за что» и «почему» мы многозначительно молчали, добавляя происшествию таинственности.

— Ты уделишь мне несколько минут? — попросил юноша. — Это ненадолго.

— Конечно, — подала я руку и тут же поймала на себе чей-то острый взгляд.

Милир Ойлистрей. Все-то он видит, все подмечает. Кивнув в сторону преподавательского стола, позволила себя увести. Надеюсь, что мэтр поймет, что мне, как минимум, необходимо объясниться с юным некромантом, не станет лезть в наше общение.

— Лекси, — начал Джейсон, как только мы отошли на небольшое расстояние от столовой, — все ли у тебя в порядке? Сказали, что вы наказаны? Это не из-за меня? Все ведь случилось после того дежурства.

— Нет, — я вспомнила, о чем он говорит. Прошла пара дней, а такое ощущение, что пронеслась жизнь. Все меркло на фоне слов грифона, беседы с императором и фиктивной помолвки с дознавателем. — Ты тут ни при чем. Просто мы сильно расшумелись. Не бери в голову.

— Прямо камень с плеч, — явно обрадовался де Карнесс.

— Ты только об этом хотел поговорить?

— Нет, — тепло улыбнулся юноша, — ты уже думала, с кем пойдешь на бал Новогодья?

Гоблинскую бабушку, какой бал? Я и подумать не успела. А ведь еще планировались игры между факультетами. Совсем про это забыла.

— До него достаточно времени, — пожала плечами, — так что нет. В голову даже не пришло.

— Я хочу тебя пригласить. Пойдешь ли ты в качестве моей пары? — предложил Джейсон, протягивая ладонь.

Я застыла. Наверное, про это и говорил Ойлистрей. Мне не стоит соглашаться. Но как отказать, чтобы не обидеть? Парень действительно мне нравится. Пусть теперь романтический интерес и невозможен. К тому же все чувства померкли на фоне неулыбчивого пронырливого дракона.

— Нет! — раздался твердый голос.

Я медленно обернулась, точно зная, кому он принадлежит. Так как завтрак заканчивался, вокруг нас собралась небольшая толпа зевак. Все остановились, услышав тон преподавателя, и переводили взгляды с нашей пары на него.

— Что «нет»? — отошел чуть в сторону некромант. — Простите, дес Ойлистрей, но вас это не касается.

— Меня не касается? — со злой ухмылкой приближался взрослый дракон.

Я закусила губу и мысленно застонала. Влезать, не влезать? При любом варианте лучше ничего не делать. Тем временем он продолжил, озвучивая то, что я так старалась скрывать подольше:

— Лекси Тревиль — моя невеста, адепт де Карнесс, а значит, на бал девушка пойдет со своим женихом.

Благая Мира, дай мне сил. Сухой из воды теперь точно не выйти.

— Лекси, это правда? — не поверил юноша.

Я часто-часто закивала, не в силах вымолвить ни слова. На глаза вот-вот полезут слезы. Опять чешуйчатый решает что-то за меня. Неужели так трудно довериться? Я сама бы отказала, но сделала бы вежливо, не так обидно.

— Прости, Джейсон, — выдохнула я и ушла прочь под удивленные взгляды остальных учеников.

Как забыть такой позор на всю академию? Что теперь будет? Как смотреть в глаза другим адептам?

Вбежав в пустую аудиторию, я села на самый верх, надеясь, что никто не подсядет. У меня среди всего витка и так дурная слава благодаря десе де Ланкур, а теперь будет и того хуже.

Через несколько минут кабинет начал заполняться целителями. Все входящие девушки украдкой посматривали на меня, но никто не приближался. Я, было, вздохнула с облегчением, но перед преподавателем проскочила Белинда, а за ней вошла Линнет де Саврир и захлопнула дверь.

Девица шла все выше и выше, достигнув ступени, где расположилась моя фигура.

— Я присяду? — выгнула бровь де Ланкур.

Опешив, я проблеяла, словно овечка на заклание:

— Садись. Но места полно.

А ведь и вправду, свободных мест было немало. Белинда села там, куда стремилась. Зачем я нужна ей? Под удивленный ропот остальных адепток мэтресса начала свое занятие. Вот только я не была расположена слушать его. Там что-то говорилось о сковывающих заклятиях, но я пропустила мимо ушей большую часть. Во-первых, случившееся в столовой не располагало к спокойному обучению, во-вторых, поход к Уильяму Сеймуру поднял мой навык в этом деле до небывалых вершин, в-третьих, меня сильно смущала представительница древнего рода, упрямо записывающая конспект за Линнет.

— Что ты хотела, Белинда? — начала я без обиняков. — Мы не подруги, чтобы сидеть рядом.

— Может, я выбрала самую удачную парту, — насупилась девушка.

— Мне-то не ври.

— Хорошо, — покаялась де Ланкур. — Считай, что ты выиграла.

— Ты о чем? — Здесь я совсем потеряла нить повествования занятия. В чем могла выиграть? В количестве курьезных ситуаций, случавшихся со мной?

— Я хотела извиниться, — не слишком уверенно отозвалась противница. — Не знала, что за тобой стоит преподаватель.

— Ты испугалась Милира? — дошло до меня, и я не удержалась от возгласа.

— Девушки! — приструнила нас мэтресса. — Прошу вас, будьте тише.

Так как, что я, что Белинда были отличницами, поругать и сильно пожурить нас декан лекарского факультета не решилась. Может, она подумала, что война, разгоревшаяся между нами, пойдет на убыль? Ей же легче. Две блестящие ученицы могли помогать факультету вместо того, чтобы думать, как не попасть в западню друг друга.

— Нет, — прошептала девушка, — не испугалась. Но и враждовать больше не хочу. Простишь ли ты меня?

Не на шутку задумавшись, вспоминала, что сделала мне разъяренная лекарша. Такое не прощают. С легкой руки де Ланкур, Тревиль стала изгоем, а ее брат чуть было не совершил непоправимое. Как относиться к ней после этого?

— Хорошо, — так же шепотом ответила ей. Все-таки мне предстояло стать королевой и подавать пример. — Прощу.

— Значит ли это, что мы можем стать подругами? — не преминула спросить ушлая девица.

— Белинда, — я повернулась к ней, внимательно вглядываясь в ее лицо. — Я готова простить. Этого тебе мало? Простить не значит забыть. Поверь, мне бы хотелось. Но я не дура. Не ищи со мной дружбы, — сразу предостерегла лекаршу.

— А брат? — беспокоилась за его судьбу де Ланкур.

— Он уже получил свое. Но если подойдет, то больше такой смирной не буду, — с язвительной улыбкой пропела той, кто набивался мне в подруги, — предупреди его сама.

— Хорошо, — буркнула Белинда и уже больше не спрашивала ни о чем.

Вот оно как? То есть фальшивая помолвка даже помогла мне с решением студенческих проблем? Надо не забыть поблагодарить преподавателя. Но смогу ли я теперь смотреть ему в глаза? Мира, как сложно оставаться равнодушной, когда рядом Ойлистрей! Неужели он не замечает, как действует на меня? Зачем все это? Для чего? Ни за что не поверю, что его интересую я сама. По сравнению с Лилианой, что бы он там ни утверждал, я — бледная мышь, боящаяся своей тени.

Поглощенная мыслями, я не заметила, как закончился очередной урок. Ко мне подошла Виола, неуверенная в своих действиях, потому что переминалась с ноги на ногу и то и дело теребила учебники в руках.

— Лекси, ты идешь?

— А? — оторвалась я от раздумий. — Да, конечно. Спасибо, что сказала.

Девушка улыбнулась краешком рта.

— Что хотела от тебя Белинда?

— Ничего, — пожала я плечами, — но тебе не стоит со мной дружить, того и гляди, твои соглядатаи отзовут обратно.

— Лекси, я не хотела, — чуть не плача пробормотала Виола.

— Мне все равно, правда, — обернулась к ней, кидая книги в сумку, — но и ко мне не подходи. Я не доверяюсь каждому.

Под укоризненным взглядом девушки я ушла.

Прошло менее двух часов, а все барышни, которые ненавидели или невзлюбили меня, тут же подослали своих подруг в попытках найти путь к дружбе. Это не просто странно, удивительно. Всем известно, что с боевиками я поддерживаю тесное общение, у меня есть верная подруга, верный друг. Мне не нужно доказывать кому-то, что из аутсайдеров я превратилась в популярную девчонку. Неужели, среди адептов все настолько глупые и недалекие? Не хочется в это верить.

Выходя из аудитории, наткнулась на дознавателя.

— Нам точно стоит поговорить, — устало проговорил он, удерживая меня за руку.

— Стоило бы, — с таким же вздохом отвечала я, — но спешу, и кстати, на ваше занятие.

— Не переживай, — махнул рукой Милир, — попросил друга заменить.

— Это кого?

— Ректора, — невозмутимо ответил тот.

— Тогда вдвойне стоит его посетить, — попыталась уйти из захвата, — кто же прогуливает занятия у деса Миртеорона?

— Александра! — почти на весь коридор прокричал дракон. — Он на это пошел, чтобы я мог утрясти с тобой наши дела.

— Ага, — съязвила, — у вас хорошо получилось скрывать помолвку от всех, рассказав о ней в коридоре столовой. Огромное спасибо.

— Пошли, — схватил меня за кисть мужчина и с силой повел за собой.

— Да сколько можно! — вырвалась из захвата. — Вам мало? Или необходимо оставить след, как победителю?

— О чем ты? — не понял дознаватель, распахивая дверь в соседнюю аудиторию.

Я, злобно пыхтя, вошла туда. Не понял, о чем я? Да ему небо с пушинку покажется. По-моему, все было очевидно.

— Зачем вы, — ткнула пальцем в каменное изваяние, когда мы остались наедине, — влезли в это дело? Для чего?

— Ты могла ответить согласием и разрушить все наши договоренности, — развел руками Милир.

Боги, Мира, как беседовать с упертыми мужланами? Матушка при жизни, невзирая на мой возраст, любила повторять: «Лекси, умный человек должен постоянно помнить, что окружен идиотами, и принимать соответствующие меры». Кажется, об этом наставлении я и забыла.

— Как? — терялась в доводах. — Как вы могли обо мне такое подумать? Я создаю впечатление недалекой девицы? — с укоризной вглядывалась я в мужчину.

— Нет, — очень кротко ответил тот.

— Я же не давала повода. Почему вы все решили за меня? — гневно продолжила я. — Идя за Джейсоном, я планировала сказать, что занята, не указывая на мужчину, а вы… именно вы, — в очередной раз я подняла указательный палец, — сделали это достоянием и сплетней для адептов.

— Лекси, — приблизился дознаватель.

Но я, предчувствуя движение, отскочила.

— Нет, у меня и так чувства путаются. Признайтесь, вы ошиблись, — припечатала к стенке дракона.

— Да, — согласился спокойный Милир, как будто бы не видел моей тревоги, — я был неправ.

Вот только признания вины мне мало. Что теперь делать? Как исправить ситуацию? И почему я должна об этом думать?

— Вы опозорили меня, — попыталась успокоиться, — а теперь через некоторое время все узнают о моем происхождении. И что потом? Как люди будут реагировать, когда узнают, что принцесса или королева стала брошенкой дракона?

— Так ты обо мне думаешь? — вдруг взорвался мужчина. — Что хотел бросить тебя?

Разговор явно заходил в тупик. Что значит «бросить»? Хорошо императору, объявил помолвку. А причины расставания? И как выйти из щекотливой ситуации?

— Вы были неправы, — буркнула, продолжая лелеять свою обиду.

— Прости, — кивнул Ойлистрей, — я не подумал. Лекси, — подошел он поближе, всматриваясь в глаза, — мне сейчас стыдно. Я всегда забываю о том, что ты — принцесса.

— Какая разница? — продолжала я дуться, едва подняв взгляд.

— Большая, — отвернулся тот, — на отборе я познакомился со множеством аристократок. Но мудрых почти не встречал.

— Вы ошибаетесь, — не поверила я его словам, — просто не пытались узнать из получше.

Мне ли не знать, какой след остается на десах, если их готовят, как невест. А если семья хочет получить хотя бы толику власти, то девиц стравливают, словно охотничьих псов.

— Наверное, ты права, — подхватил он одну из моих прядей волос и перебирал, — даже не пытался. Всегда рассуждал, что женщины — слабые существа.

— Ага, — немного улыбнулась, — вы бы сказали это моей матушке. Она могла полосу препятствий у боевиков пройти на раз.

— Не сомневаюсь, — он вдруг улыбнулся, — яблоко от яблони… сама знаешь. Но на отца ты совсем не похожа.

— Милир, — обратилась по имени и решила перейти на «ты», добавляя томности к голосу, — зачем ты так? Я ведь пообещала. Если ты не станешь доверять, то какие могут быть договоренности между нами?

Проникшись моей речью, да и резко сменившимся настроением, дракон ответил:

— Прости. Когда разорвем помолвку, ссылайся на меня, выдумай любую причину. Я заслужил.

— Не то слово, — проворчала я, но назад не отошла.

Мы так и стояли, приблизившись к друг другу. Время замедлилось. Я ожидала чего-то трепетного и необычного. Дознаватель склонился ко мне, мы почти соприкасались нос к носу, но вдруг он отпрянул.

— Это неправильно, — услышала его слова.

Может быть, но вот сейчас я была не согласна с его словами. Как обидно быть отвергнутой!

— Что? — сделала вид, что не понимаю, о чем он.

— Лекси, — выдохнул преподаватель, — ты адептка, а еще фиктивная невеста.

— Да, — выдохнула, глядя вверх. Чтобы рассмотреть глаза Ойлистрея, приходилось тянуть голову высоко и с большим усилием.

— К Ваоху все, — заключил тот и смял меня в объятиях, впиваясь в губы.

Я не сопротивлялась. Все вело к этому. Застыла гулкая тишина, замерло сердце. Одна рука блуждала по спине, вторая удерживала подбородок, но как только он уверился в согласии, а против я точно не была, он стал куда наглее. Вцепился в волосы, удерживая, потом скользнул по корсажу, перебирая ленты, вплетенные в корсет, добрался до узла. Какое там занятие у ректора? Самые интересные практические здесь — в объятиях у дознавателя.

— Нет, нельзя, — отпрянул мужчина, отрываясь от меня. — Александра, ты правда дорога мне.

— Но нельзя, — с грустной ухмылкой я отвернулась, продолжая чувствовать послевкусие.

— Ты — принцесса.

— Я знаю, Милир, — я посмотрела в его лицо. — А ты — дознаватель и потомок древнего рода. А так и не рассказал, что вы решили делать дальше. Ты же за этим приходил?

Глава 11

Так и ничего не прояснив, в тот день мы распрощались. Сложилось впечатление, что мэтр Ойлистрей сильно казнит себя за несдержанность, и пытается сбежать. Я не стала удерживать мужчину. Пусть сам разберется, что ему от меня нужно.

На следующий день нас позвал Бастиан и сообщил, что я и Милир отправляемся в Датхар после праздника Новогодья, а вот Тьяна и Рифер со мной не поедут. Зная, что друзья будут сопротивляться, он пояснил, что это распоряжение императора. Да и зачем им нужно со мной? Свечку подержать? Я только плечами пожала, общение с моими родственниками — это то еще удовольствие.

— А отцу сообщили? — спросила с придыханием. Мне все равно было тревожно, что предок знает, где находится его дочь.

— Лекси, да, — кивнул ректор, — просто так никто не поедет в соседнюю страну, пришлось предупредить. Но с тобой будет дес Ойлистрей, а у него послание императора и копия соглашения о помолвке. Генрих ничего тебе не сделает.

— А как отреагировал отец на вести о моем обучении?

Глава академии замялся и заломил руки. Понятно, можно не пояснять.

— Рад не был, — наконец, признался мэтр. — Просил выслать тебя порталом, связанную. Пришлось объяснять, что все поступившие в академию сразу выходят из-под опеки родителей.

Какие нежные чувства. Особенно резануло слово «связанная». Что же, дорогой отец, осталось недолго, я с тобой сквитаюсь за все обиды и доставленные неудобства. Даже у Тьяны были любящие родители, не дожившие до взросления дочери. А мой так горел желанием спихнуть меня с трона и посадить наследника от другой женщины, что забыл о том, что у нас одна кровь, хитрость и мстительность присущи и мне.

Выбросив из головы чувства, связанные с родным домом и чешуйчатым сыщиком, я углубилась в учебу и другие свои занятия. Конечно, мы общались с Ойлистреем, но оба избегали неудобной темы. В конце концов, я его адептка. Меня расстраивало, что он отгородился, не ищет встреч, но не пыталась исправить положение. К тому же нас сближала общая тайна с лечением Уильяма, вот только дознаватель выдал мне некоторое количество портальных камней и попросил навещать дракона самостоятельно.

— Вы повздорили? — как-то спросил меня Уилл, в очередной мой приход.

— С кем? — не поняла я, так как находилась в процессе лечения. Только-только нащупала нить, которую пыталась оборвать.

Дес Сеймур закатил глаза.

— С Милиром, конечно. Теперь приходите по отдельности.

— Не знаю, — вздохнула я, — меня он не обижал. Может у него просто нет времени?

— Думаю, это что-то другое, — отметил проницательный подопечный. — Как мои успехи?

Через некоторое время я смогла порадовать мужчину. Каждый разрыв давался тяжело, но он был. По капельке я восстанавливала резерв и силы дракона. Валясь с ног от усталости, я возвращалась в комнату, невероятно довольная собой. Я смогла! Я сама лечила от болезни, которую в Аридии не знали.

— Думаю, что еще несколько недель, и вы обернетесь, — ободрила я мужчину.

— Лекси, если так, я ведь не представляю, как с тобой расплатиться…

Как-как, укусите за хвост друга, чтобы он уже определился, что со мной делать.

— Мне ничего не нужно. Но имейте ввиду, через пару недель я отправлюсь на родину и пробуду там длительное время. Дотерпите до моего возвращения?

— Мне некуда спешить, — пожал плечами тот. — Конечно, дождусь. У вас же бал в академии намечается? С кем идешь?

И какой довольный вид! Откуда мне знать? Всех моих поклонников распугал страшный и злой преподаватель. По идее я иду с ним. Ведь именно он раструбил на всех углах, что я невеста, но теперь даже не подходит.

— Не знаю, — улыбнулась Уиллу. — Хотите сопроводить?

— Нет, — усмехнулся мужчина, — Это не по моей части. Официальные мероприятия, бр-р-р… Лучше на границу, рубить хаоситов. Еще и Милир… не буду ссориться с другом

Иногда я с ним соглашалась. Какой бал, когда у меня столько проблем? Последние слова в расчет не брала, судя по поведению ищейки, он жалел о произошедшем.

В замке академии меня ждали только друзья, уже знающие о моей деятельности. Дес Сеймур разрешил рассказать однокурсникам, где я провожу каждые выходные. Джейсон больше не подходил и не пытался расспросить обо всем. Видят боги, я хотела бы объясниться, но что сказать? Его молчание было только на руку. Сама встреч не искала. Видела, как де Карнесс стал больше общаться с девушками темного факультета, но сердце не замирало, было пусто. Единственное, что продолжало грызть мою душу — он не понимал, почему я водила его за нос. Но я так не делала. Да, умалчивала. Да, не проясняла, но и не обманывала. Надеюсь, юноша смирится или уже смирился.

В общем, все находились в предчувствии каникул. Опять между факультетами завязалась борьба за звание лучшего, но я не участвовала. Лекарши — неважные затейницы, мы все были сами по себе. В этом году победили темные: проклятийники и некроманты, пробравшиеся в башню боевиков. А помогли им Ланселот и Джастин — умертвия Тьяны. Хоть и принадлежали они юной боевичке, но сердца отдали факультету де Риварда. Подло, быстро, и с изюминкой. Раскидывая вещи, распугивая бывалых учеников, темные адепты с криками и улюлюканьем разгромили оплот прошлогодних победителей, спрятавшись по шкафам. Это было так весело и забавно, а мэтр Арверас так долго метался в поисках виноватых, что вся академия долго припоминала всему факультету этот позор.

Мои друзья долго сетовали, но что было поделать?

— Ланселот, как вы могли? — все удивлялась подруга.

— Ты занимайся богами и всем прочим. Кто-то должен развлекаться за тебя.

— Так вы мой предок, а не проклятийцев.

— Ты некромантка, Тьяна. Позор, что ты пошла к боевикам.

Не слушая их перепалки, я занималась. Ох, если бы на шее не висел груз с провидением от Фэйт, то время было спокойным и радостным.

Еще один день и меня разбудили возгласы подруги:

— Лекси, платья привезли!

— Точно! — я выскочила из постели, желая увидеть заказ.

За своими переживаниями, мыслями и развитием в последнее время бурной деятельности не заметила, как пришел день праздника.

В одной пижаме я выскочила за дверь, ничуть не смущаясь друга. Тот фыркнул, демонстративно отвернулся, а потом пошел в сторону двери.

— Буду отсутствовать весь день. Ждите к вечеру, — проворчал он. — Ненавижу эти ваши сборы. Сплошные визги, крики и беспокойства о внешнем виде. Тьяна, ты вообще боевик. Какие платья?

— Ой, иди, — уже не смотрела на Рифера некромантка, поглощенная изучением своего воздушного одеяния.

Так как Тьяна продолжала сохранять тайну о своем браке с ректором, упросила двоюродного брата стать ей парой. Бастиан не сильно возражал, радуясь, что это не кто-то другой, но поворчал несколько дней, чтобы жена не расслаблялась. Со мной все было совсем непонятно. Милир отмалчивался, не подавал знаков, но все же я надеялась, что он не забудет о своей фиктивной невесте.

В прошлом году в этот день мы познакомились с богиней Мортой. А что произойдет сегодня? Будут ли какие-то значимые события?

— Ты ничего не сказала, — чуть нахмурилась подруга. — Тебе не нравится, что сшили?

— Нет, — погладила небесно-голубую атласную ткань. — Просто со всеми событиями я и забыла о бале.

— Понимаю, — вздохнула девушка. — В прошлый раз я испытывала нечто подобное.

Да, совсем вылетело из головы, что мы приобрели роскошные наряды и были у модистки. Для адептов это единственное значимый праздник, где молодые люди проводят время в танцах и пустых разговорах. Понятно, что есть и другие развлечения, но именно к Новогодью все начинают готовиться за несколько месяцев. Заказывают вечерние туалеты, продумывают прически, ищут пару, с кем проведут всю ночь. А на следующий день ректор дает всем ученикам и преподавателям выходной.

Несильно мудря с макияжем, так как хотела наконец-то добиться естественности в своем образе, я мерила платье. Пусть все увидят меня настоящую, без иллюзий, без заклинаний.

— Ты прекрасно выглядишь, — похвалила меня подруга, — очень красивая.

Посмотрев в зеркало, я знала, что Тьяна не лукавит.

Одеяние было свободным, почти не облегало. Ткань была подобрана в тон моим глазам. Словно небо и лед, она струилась по телу, подчеркивая худую фигуру. Волосы легкими волнами рассыпались по открытой спине. Все платье держалось на нитках серебристых бусин, скреплявших вырез на лопатках. Порвется нить — упадет все. Так что я попросила подругу, наложила несколько бытовых заклинаний. Такие эксцессы нам не нужны.

Некромантка предпочла зеленое, чтобы подчеркнуть свою огненную шевелюру. Чувствую, дес ректор от злости зубами заскрипит, отгоняя ее боевых товарищей. Дес Миртеорон оказался жутким собственником и ревнивцем.

— Почему-то я волнуюсь, — призналась подруга, хватая меня за запястье. — В прошлом году все было не так.

— Да, — согласилась я. — Мы там на дело шли. Какой бал? — попыталась я разрядить обстановку шуткой.

Мне тоже было тревожно. Из-за всего. Мало ли у нас причин переживать? Война, провидение богов, поиск артефакта. Не знаешь, о чем думать в первую очередь.

К вечеру вернулся юный дракон, уже одетый по случаю. С ним к нам ввалились Лукас, Эйнар и Эллис. Все, одетые с иголочки, в белоснежные рубашки и узкие, темных цветов пиджаки.

Хором присвистнув, наделали кучу комплиментов мне и Тьяне, а мы не остались в долгу. Парни тоже выглядели сногсшибательно.

— Эх, везет кому-то, — опять замечтался Лукас. — Жил бы я с девчонками…

— Повторяю, — устало покачал головой Риф, — скорее это наказание.

— Ну ты и скотина, — решила образумить жалобщика, — как списывать и лечить, так мы лучшие подружки, девочки любимые. А как жить с нами — это наказание.

— Ладно, — отмахнулся от меня дракон, — Был неправ. Идемте? Хочется быстрее спуститься и начать отмечать.

— Ага, — вылез из стены вредный призрак, — налакаться вам хочется, а не праздновать. В мои годы мы устраивали турниры и бились за звание лучшего. Вот тогда был праздник. А не ваше ребячество. Растят из мужчин девиц, чтобы по балам таскались.

Мы с интересом уставились на духа Ланселота де Россе. Он всегда так поступает — ворчит и с презрением смотрит на обучающихся магов, считая, что их обучение незаслуженно легкое и простое. Продолжения рассказа хотелось, но он не стал вдаваться в подробности и пропал в окне. Уверена, что всю ночь будет летать по бальной зале, распугивая робких адептов первого витка.

Но время уже поджимало. Приняв руку Эллиса, чья дама томилась в ожидании, когда ее кавалер спустится вниз, я прошлась вдоль коридора и шагнула на ступени бального зала. Где-то там, вдалеке, не очень довольный ректор разглагольствовал о следующем учебном годе. Молодой дракон, державший мою руку, отпрянул, завидев свою пару, сверкавшую ревностью, и тут же спустился к ней, а я осталась одна.

— Ниже стоит Милир, — шепнула мне Тьяна, стоявшая на ступеньку ниже, — и уверена, что он ждет тебя.

Закусив губу, я пыталась рассмотреть, что происходит, но обзор мне закрывала высокая прическа другой девушки — моей однокурсницы.

Очередь расслаивалась, и вот я ступила на мраморные полы помещения.

Каждый год ректор наряжал зал по-особенному. В этом году он словно отдавал дань красоте своей жены. По углам были расставлены огненные цветы, над нами горели огоньки с отблесками красного цвета, а по стенам, увиваясь, ползли зеленые растения. Некромантка громко вздохнула, понимая, по какой причине выставлены эти декорации.

— Моя невеста, — тут же подхватил мою руку дес Ойлистрей, когда я сошла со ступеней.

— Я думала, что вы не явитесь, — ответила я с каменным лицом, но душа возликовала.

Не забыл. Помнит.

— Я же сам сообщил об этом всем, — махнул он рукой, обводя зал. — Разве мог не встретить Лекси Тревиль, мою возлюбленную? — картинно удивился сопровождающий.

— Вы так избегали меня, что я не верила в происходящее, — похлопала я его по руке, печально вздохнув, изображая грусть и неудовлетворенность.

— Ты.

— Что? — не поняла я последнего слова.

— На «ты», Александра, — посмотрел в мои глаза дракон. — Мы же жених и невеста. Уверен, здесь достаточно соглядатаев твоего отца. Давай не будем давать им повода сомневаться в нашем союзе?

Это были не те слова, которые мне хотелось бы услышать. Но что можно сказать, когда понимаешь, сколько вложено в эту аферу? Даже император с супругой поддержали такую идею.

— Ты меня избегал, — сообщила я, стараясь не замечать любопытных глаз адептов, взиравших на нашу пару.

— У меня были причины, — согласился дознаватель, — не каждый день я становлюсь женихом принцессы и адептки академии одновременно. Моей адептки, — подчеркнул он напоследок.

— Это было некрасиво. — резюмировала я, стараясь вызвать в драконе хоть какие-то чувства.

— Да, — резко развернул меня к себе мужчина, заставляя сердце биться сильнее, а также прижаться ближе, чем хотелось, — некрасиво. Но не я скрывал происхождение и имя.

— Прости, — я попыталась было вырваться, но куда там. Хватка оказалась стальной. — Отпусти, — попросила я мягко. — Все смотрят.

— Лекси, — ослабил руки мужчина, — давай проведем этот вечер спокойно. Без упреков и обид. Понимаю, тебе есть на что дуться, но и у меня достаточно причин. Я с трудом сохраняю невозмутимость в твоем присутствии. Прошу тебя, не распаляй дракона, не делай поступков, о которых впоследствии пожалеешь.

Он не предупреждал, он обнажал голые факты. Все ящеры — жуткие собственники, зацикленные на правде. Дознавателю не понять, отчего я могла скрываться, не называть имени, стараться быть незаметной. Ему до сих пор кажется, что это моя блажь. Разве может осознать мужчина, с чем имеет дело женщина? Тьяне повезло, и она вышла замуж за любимого, но и ее принудили к этому. А она упиралась, не желая сдаваться. Что говорить о принцессах? Мне с малых лет прочили невыгодный брак, да так, что пришлось спасаться бегством. А теперь меня скрывает фиктивная помолвка с тем, кто такого исхода не желал.

— Хорошо, — согласилась я с мэтром. — Я буду рядом и не пропаду с глаз.

Решила не будить зверя.

— Потанцуешь со мной? — переплел он свои пальцы с моими.

— Разве могу отказать? — робко улыбнулась я, подавшись вперед.

Его ладонь накрыла голую спину, от легких прикосновений вздрогнула, но не стала сопротивляться. Мне было приятно, и от внимания дракона это не скрылось.

— Не успел тебе сказать, — прошептал на ухо мужчина, — ты самая красивая в этом зале. Никто не сможет с тобой сравниться.

— Спасибо, — на одном выдохе произнесла я.

И нас унесла музыка. Мы вальсировали, не говоря ни слова друг другу. Да и зачем? Любые слова превратили бы этот волшебный миг в очередное обсуждение дальнейшей стратегии. А мне так нравилось забываться в объятиях Милира. Уже не в первый раз я плавилась, когда его руки скользили по телу. Не в поцелуях дело, нет. Просто это был тот человек, маг, дракон, который вызывал во мне противоречивые чувства.

Жаль, что все хорошее подходит к концу. Услышав последние ноты, дознаватель подвел меня к столам.

— Я покину тебя, — сказал он, — но ненадолго. Пообщайся с друзьями.

— Ты будешь исполнять роль примерного жениха? — не сдержалась от укола.

— Конечно, — поклонился он мне, — кто же может отказаться от такой девушки?

Милир ушел к преподавателям, чтобы перекинуться фразами с де Ривардом и Арверасом. Не знаю, о чем они общались, но скорее всего о безопасности замка. В эти дни ученики проверяли стойкость альма-матер, подкладывая фейерверки во все углы. Победа в между-факультетском соревновании — не шутки. Некроманты и проклятийники искренне собой гордились, желая отпраздновать событие с помпой.

— Лекси Тревиль, — донесся злобный шепот со стороны.

— Лилиана де Морель, — присела я в реверансе.

До некоторых пор я решила скрывать происхождения, хотя нужды в этом уже не было.

— Лекси, — обратилась мэтресса, — могу я поговорить с вами наедине?

— Конечно, — я чуть улыбнулась, осматриваясь вокруг.

Рядом не было видно ни Тьяны, ни Рифера, способных прийти мне на помощь. Примерную тему разговора я знала — ее ревность к десу Ойлистрею, но помочь никак не могла, да даже объяснить. Нас двоих связывал приказ императора. А еще несколько клятв, которые мы успели заключить.

Мы ушли из бального зала, прошли еще коридор и только потом зашли в очередную безликую аудиторию.

— Вы что-то хотели мне сказать? — вопрошала я, наблюдая, как Лилиана заклинанием зажигает свет.

Женщина почти сразу отбросила вежливое лицо и манеры, вцепилась в мои плечи остро отточенными коготками и отодвинула ближе к столу.

— Малявка! — крикнула она, проникая ногтями глубже в предплечья. — Ты думаешь, завлекла мужчину, и на этом все кончено?

— Я никого не завлекала, — пыталась я вырваться, но стальная хватка отчаявшейся десы не оставляла мне попыток.

— Мне ли не знать, как ты увивалась за Милиром, — продолжала гневаться мэтресса. — А он, добряк, клюнул на твою невинность.

— Вам кажется, — наконец я отцепилась от злой преподавательницы. — Вы позорите себя.

— Я! — возмутилась Лилиана. — Посмотрим, когда ваша помолвка превратится в очередной пшик. Я буду топтаться на твоей репутации, не оставлю следа от нее. Я ведь предупреждала, держаться от дознавателя подальше.

— Вы слышите, что вы говорите? — пыталась достучаться до ее сознания, — это его выбор и решение.

— Но ты не отказала, — усмехнулась де Морель. — Решила войти в род известных драконов, мерзавка?

Устав от бесполезной беседы, я попыталась уйти, но женщина преградила путь, выставив руку.

— Просто так ты не выйдешь! Бестелесная мышь, и кто считает тебя красавицей? — недоумевала беснующаяся мэтресса.

— Если вы знаете, как я завлекала деса Ойлистрея, — отошла от нее на шаг, не желая стать добычей, — то знаете, кто считает меня привлекательной.

Вообще, эта игра в спокойствие и невозмутимость начала сильно досаждать. Отчего-то мне казалось, что в схватке я спокойно уложу Лилиану на лопатки. Может, из-за ее эмоций, может, потому что никогда не воспринимала всерьез ее предмет, а может, из-за полученного опыта на стенах Хеваасиира.

— Дворняжка, — бросила та, — он подавится тобой, а потом вернется ко мне.

— Может и так, — не смогла скрыть ухмылки, — но только со мной он заключил договор, а с вами нет. Кто кем пользуется, деса де Морель? — не скрывала торжества в голосе.

— Ублюдок, бастард, никчемная шлюха! — набросила женщина.

Мне хватило одного взмаха рукой, чтобы ей казалось, что между нами пропасть.

Лилиана остановилась, застыв, как камень. С удивлением уставилась на меня.

Теперь сила на моей стороне. Мне больше не надо скрываться, пряча имя. Император готов встать на защиту, что мне обидки старой любовницы?

— Лилиана де Морель, — властно и громко обратилась к ней, видя, как она застыла, наблюдая мою магию. — Я не дворняжка, не ублюдок, не шлюха. Не забывайтесь. Ранее, я училась, не афишируя имя, но с некоторых пор решила вернуться к своей семье. Вы говорите с принцессой Датхара, будущей наследницей трона де Тион. Советую вам воздерживаться впредь с подобными обращениями, а еще не забывать, что наш император потворствует мне.

— Ты? Ты? Ты? — заикалась Лилиана.

— Я, — приподняла уголки рта. — Помните, о чем я сказала. Что мне стоит вызвать дознавателей и сообщить, что некая преподавательница проявила ко мне неучтивость?

— Ты этого не сделаешь, — не поверила мэтресса.

— Верно, — согласилась с ее словами, — и не хочу. Не делайте так, чтобы это стало необходимостью. И пусть это останется секретом между нами? — хмыкнула я, обращаясь к десе.

Женщина заморгала, но ушла, не проявляя никаких чувств. Знаю, что шоковая терапия действует безотказно, но так не люблю ее применять.

Вернувшись в зал, мне казалось, что я ничего не пропустила — все те же толпы танцующих лиц, снующие туда-сюда адепты и мрачные лица преподавателей.

Ко мне подошла подруга, запыхавшаяся от быстрого танца.

— Где ты пропадала? Милир пошел искать тебя.

— С десой де Морель, — улыбнулась торжествующей улыбкой.

— Мне страшно на тебя смотреть, — ответила Тьяна. — Что она тебе сказала? Ревновала к десу Ойлистрею?

— Да, и узнала, кто я такая, — призналась я некромантке.

— Ты рассказала? — опешила подруга.

— Не хотела закончить вечер женской дракой, — пожала я плечами, — а еще, благодаря широкому жесту дознавателя и ректора, мне нет нужды скрываться. Хочу, чтобы и отец знал об этом.

— Одним выстрелом двух зайцев….

— Верно, — медленно вздохнула, — почти пять лет провела, словно тихая мышка в норке. А сегодня настроение все поджигать.

— Я тебя понимаю, — подхватила мою руку некромантка, — так же себя ощутила в битве при Хеваасиире.

— Жаль, что не сильна на поле боя, — накрыла своей ладонью пальцы Тьяны.

Я и вправду сожалела, и завидовала. Севостьяна — потомок древнего рода, могла постоять за себя, отразить удары обидчиков. Я не умела такого. Стреляла из лука сносно, могла поспорить с однокурсницей, но в серьезной схватке мне не выстоять. Единственное, где я брала верх над юной де Россе — она была наивнее и доверчивее. Мой опыт и опыт Ричарда, взросление во дворце — все это сделало из нас знатных интриганов. Но мы оба не пользовались данными знаниями стараясь забыть все плохое. Доверяли, жили, учились как обычные адепты.

Мы еще какое-то время болтали, а потом вернулся ректор, пригласив девушку на танец. Она, извинившись, удалилась. Преподавателя боевых заклинаний и алхимии видно не было. Видимо не нашел, а может увидел расстроенную Лилиану и успокаивал, но я старалась отбрасывать эту мысль из головы. Отклоняя просьбы парней о танцах, вышагивала вдоль столов, посматривая на двери. Никак не получается провести время с фальшивым женихом. Кто-то постоянно отвлекает. А уже через пару дней мы отправимся в королевский замок Датхара, разыскивать артефакты, общаться с богиней и попытаемся вывести моих родных на чистую воду.

— Ты загрустила, — в какой-то момент подошел Риф, улыбаясь своим фанаткам.

— Неправда, — подняла я бокал, — в этом году мне весело.

Мы оба вспомнили, как провели прошлый бал, пробираясь через подземелья, пачкая платья, оставляя на них дырки, превращая наряды в лохмотья.

— Что тебя тревожит? — не поверил моему праздному веселью друг. — Я же вижу, что ты сама не своя.

— Страшно, — чуть улыбнулась. — Не хочу ехать туда, где меня ждет разочарование.

— Мне не понять.

— Да, — посмотрела на юного дракона, — жаль, что вас там не будет.

— Я знаю, Лекси, — вдруг притянул меня за руки принц, — оставлю пару порталов для тебя. Сама настроишь их для меня и Тьяны. Мы придем на помощь.

— Почему не сказал раньше?

— Ланселот все докладывает ректору. Или то, что считает нужным.

— Спасибо, — теперь по-настоящему обрадовалась. — Обязательно воспользуюсь.

Я все никак не могла понять, что так угнетает меня перед будущей поездкой на родину, а из-за Ричарда поняла. Мне страшно остаться без друзей. У меня нет кого-то роднее. Матушка умерла, а отец разочаровал. Зато я обрела Тьяну и Рифера, которые готовы жизнью пожертвовать ради меня. Отправляться без их поддержки сродни безумию. Я не хочу остаться без некромантки и дракона. Но и взять с собой не могу. Что там делать? Даже отцы, мужья, соратники не воспринимают наше общение с богиней всерьез, беря на себя основную ответственность. Что говорить о других?

Взглядом поймала Джейсона, танцующего с Виолой. Он не смотрел в мою сторону, целиком посвятив себя партнерше.

— Что-то заинтересовало? — бесшумно подкрался Милир, уставившись на молодого аристократа. — Жалеешь, что не с ним?

Повернувшись к дознавателю, увидела злые глаза. Не могу знать, где тот искал меня, но не в нужно месте. От этого казалось, он становился еще более гневным.

— Думала, что вы с десой де Морель, — притворно удивилась, заламывая руки.

— Нет, — покрутил головой дракон, — разве я мог оставить такую девушку?

Не знаю, что я значила в сердце Ойлистрея — задушевных тем не вела, чтобы не портить себе настроение, и не знать противные подробности, но радовалась, что именно вечер и остаток ночи он провел со мной. Был обходительным, учтивым и внимательным.

Глава 12

На следующий день вся академия проснулась поздно, а большинство ее жителей еще и с крепкой головной болью. Рифер явно перебрал с напитками и вымаливал скорое лечение.

Как-никак, но на адептов декана Арвераса — боевиков, адептов декана де Риварда — некромантов и проклятийников правило с выходным после бала не распространялось. Преподаватели гнали учеников на полигоны. Эти юноши и немногочисленные девушки — основная сила армии. А еще не повезло мне: кто-то из лекарей всегда дежурит в больничном крыле, помогая десае Артрайт.

— Ты будешь продолжать издеваться? — клянчил юный дракон, держась за виски.

— Лекси, да пожалей ты этого мага, а то мы опоздаем, — вступилась за кузена Тьяна. Сердобольная.

— Помни мою доброту, особенно когда жалуешься, что живешь с девочками, — съехидничала я, и приступила к спасению.

Через десять минут Рифер почувствовал себя значительно лучше и долго благодарил. Оставалось пожимать плечами и радоваться, что он не руку сломал, играя на спор в армреслинг в холле бального зала. Мальчишки такие мальчишки.

Через несколько часов я ушла наверх, встретившись с нашей лекаршей. Она почти сразу сбежала на свидание с ухажером, оставив меня за старшую. В целом все проходило довольно спокойно — почти все обращались с такой же просьбой, как и мой сосед по комнате. Если бы все дежурства были такими.

Ближе к ночи я сидела одна, читая учебник и готовясь к последующим занятиям. Иногда посматривала на потолок, где не так давно обнаружила знак свой покровительницы. В груди что-то теплело. Даже под грузом большой ответственности я радовалась, что стала значимой для богини. Наверно те же чувства испытывали и друзья. Проблемы проблемами, но приближение к чему-то важному невероятно поднимает дух и гордость.

— Вот ты где! — распахнулась дверь, и влетела разъяренная женщина.

— Мэтресса де Морель? — подняла голову, не понимая, что она здесь делает.

Сомневаюсь, что преподавательница обратилась бы ко мне с просьбой, особенно после последнего разговора.

— Мерзавка, я разговаривала с Милиром!

— Мне казалось, мы все обсудили, — я встала и попятилась назад, не желая попасть под горячую руку. — И как поняла со слов деса Ойлистрея, вы успели переговорить еще вчера.

— Мне неважно! — топнула та ногой. — Мне все неважно. Слышишь? Он твоим не будет!

Ясно, ревность опять затуманила разум этой красивой десы.

— Разве так можно? Привязать дракона к себе? — слабо улыбнулась я, пытаясь объяснить очевидное, — Милир сам решил, с кем ему будет лучше. И заметьте, не я его тащила на привязи делать мне предложение…

О том, что его принудили император с императрицей, упоминать не стала. Я, знаете ли, тоже не в восторге от такого решения. Но нас обоих не спросили.

Лилиана медленно подходила, сбрасывая рукой все, что лежало на полках, разводя бардак и упиваясь тем, что делала.

— Боишься меня? — не скрывала улыбки де Морель, видя, как я отхожу назад все дальше и дальше.

Вот только она ошибалась. Это не страх, а желание не ввязываться. Мне же понятно, чего она добивается. Пришлось опять воспользоваться даром и возвести стену между нами.

— Мерзавка, ты колдуешь? Я взяла артефакт, чтобы ты не путала мои мысли. Не переживай, попорчу твое личико, чтобы никто не захотел смотреть на него, только и всего.

— Я лекарь, — не согласилась с ней, — смогу вылечиться.

Она достала из складок платья нож. Сталь блеснула под огнями лампы. Похоже, что это влюбленность превратилась в настоящее безумие.

— Раны ты залечишь, но шрамы останутся, — взвизгнула, как сумасшедшая и бросилась на меня.

К такому меня никто не готовил. Ладно, Брай — самоуверенны тип, считавший, что все сойдет с рук, но то, что мэтресса окончательно потеряет разум…

Я бросила на пол тяжелый деревянный стул, убегая, чтобы ее задержать. Звук от падения разнесся по всему помещению, но кто сюда придет? Уже достаточно поздно.

— Что, Лекси, боишься меня? — легко ступала Лилиана, пока я скрылась за книжной полкой. — Теперь не такая храбрая?

Она опять пробежалась, тут же обнаружив место моего нахождения. С криками она кинулась ко мне. Я в попытках защититься вскинула руки, схватив ее за запястья, и мы покатились по полу.

— Бесполезная, слабая, дурная… — в ярости шептала деса.

— Больная, — продолжала бороться за свою неприкосновенность.

Не знаю, сколько это продолжалось, но слава Мире, кто-то решил зайти, чтобы получить помощь целителя.

— Что здесь происходит? — раздался гневный голос, а потом Лилиана отлетела к стенке, обездвиженная и почти безвольная. — Так, сам вижу, — сообразил Себастьян де Ривард, наблюдая, как нож выпал из рук преподавательницы. — Кого не поделили?

Да, некроманту бы все шуточки шутить. Кто-то подал мне руку. Несмотря на человека, приняла помощь и встала, все еще тяжело дыша. Это был Джейсон. В голубых глазах застыл немой вопрос.

— Ну? — отвлек меня декан некромантов, показывая на женщину.

Дескать: обезоружил, но и говорить она не может, нужно объясниться.

— Мэтресса напала на меня, — я никак не могла вдохнуть полной грудью. — Из ревности….

— Это я понял, — сузил взгляд де Ривард, поднимая ее же оружие. — Подробности будут?

— Лучше узнать у нее самой, — не желала пересказывать события, произошедшие за пару минут до этого.

— Вот что, — почесал затылок мэтр. — Ты подлатай моих ребят, а я пока отведу Лилиану к ректору. Ты сама не пострадала? — обеспокоенно начал оглядывать всю меня.

Только сейчас я заметила толпу из адептов, которые точно так же рассматривали фигуру. Все искали ранения, но их не было.

— Нет, — покачала головой и заливаясь краской. — Она не успела. Вы вовремя пришли на помощь.

— Да, — тепло улыбнулся декан, — не переживай. Раз не пострадала, то и плакать не о чем. А если есть, то вон сколько юношей собрал, чтобы тебя утешить, — показал он на переминавшихся с ноги на ногу молодых некромантов.

Верно говорят, успокоить девушку — не конек некроманта. Но, боги, как я была благодарна. Не будь этой толпы, уже бы кинулась на шею к спасителю.

— Спасибо, — вымолвила я, сдерживая непрошеные слезы.

И где эта хваленая хладнокровность?

Себастьян де Ривард ушел, приговаривая про горькую судьбинушку, неся на плече дергающуюся преподавательницу. Мне оставалось только умыться, поправить платье и прическу, а потом выйти к парням. Никто не стал расспрашивать дальше. Все-таки с каждым курсом у адептов темного факультета все больше вырабатывался иммунитет к таким ситуациям. Они мертвецов упокаивают, кладбища роют, что им женская драка?

Джейсон держался подальше, но я заметила, как около его правого локтя сочилась кровь. Перевязывая, нанося мази, поя эликсирами, забылась в работе. Пока не подошла его очередь.

— Кажется, мы остались одни, — приблизился де Карнесс, усаживаясь на больничную койку.

— Верно, — едва улыбнулась, устроившись рядом, и вздрогнула. — Не в первый раз.

Его лицо тут же потемнело. Он съежился и закатал рукав.

— Вот, — ткнул свою руку мне под нос. — Царапина.

Рана была глубокой, так что пришлось доставать нитки. Взяв иголку, наколдовав обезболивание и разливая вокруг себя голубоватый магический свет, захотела объясниться. Ведь до этого он всячески избегал моего общества.

— Джейсон… — начала я.

— Нет, Лекси! — прервал молодой маг. — Не знаю, что ты скажешь, но слушать не хочу.

— Мы одни, — посмотрела на часы, — а еще минимум полчаса ты не сдвинешься с места. Либо я скажу, либо придется кинуть в меня заклятьем немоты.

Парень глубоко и устало вздохнул, не смотря в мою сторону.

— Что еще?

— Джейсон, это не совсем мой выбор, — пыталась признаться, но что-то останавливало. — Я не обманывала тебя, ты мне дорог, как друг.

— Но ты с мэтром Ойлистреем, — почти язвительно выговорил собеседник.

— Я понимаю, — не отрываясь, я шила его «царапину», — просто все произошло очень неожиданно.

— Как? — не понимал некромант. — Это же не брак по договору?

Вот уж точно. Как? Как сказать, что это не то, о чем он подумал, но и не обман с вождением за нос? Так сложилось. Милир тоже стал дорог, внимательно оберегая мои тайны и спасая каждый раз.

— Нет, — отрицала сказанное, — не по договору. Я не могу объяснить сейчас. Но все не так, как кажется.

— А по мне, — грустно ухмыльнулся Джейсон, — ты просто не можешь определиться, но выбрала того, кто выгоднее.

— Джейсон! — вскинулась я, — По мне видно, что я из Датхара. Кто из Аридии может похвастаться светлыми волосами? Чей союз был бы выгоднее?

— Но замужество-то я не предлагал. Ты решила вырасти из десай в десы, Лекси?

Обидные слова бушевали в сознании, дальше разговаривать не хотелось. Пусть думает так. Ему точно будет легче.

— Не отрицаешь, — приблизился де Карнесс, — не споришь. Значит, утверждение верное? — застыл около моих губ.

— Ты не слышишь, — тоже подобралась я ближе к юноше.

Мы бы так и сидели, словно любовники перед поцелуем, но вот только дверь опять распахнулась и в нее прошел яростный Милир. Едва завидев нашу интимную позу, склонил голову на бок и произнес.

— Ну почему каждый раз в этом месте я вижу тебя около своей невесты?

— Это не то, о чем ты подумал! — почти вскрикнула, защищая парня.

— Берите ее себе! — поджал губы Джейсон. — Я понял, я не предел ее мечтаний!

От последних слов юноши дракон почти взревел. По рукам, по шее, по щекам побежали алого цвета чешуйки. Зная, чем это может грозить, я тут же вскочила с места. Мира, помоги! Да я больше ни на одно дежурство не пойду. Как не останусь у десаи Артрайт, получаю массу впечатлений.

— Милир, успокойся! Все не так! — прижалась к нему, пытаясь отодвинуть каменное тело.

Мэтр даже не внял моим словам. Аккуратно отодвинув меня в сторону, приподняв в воздух, опять навис над несчастным парнем. Правда, сам де Карнесс не выглядел испуганным адептом, наоборот, казалось, что он хочет развития конфликта.

— Извинись! — гневно и очень громко приказал преподаватель.

— Я? — не понял молодой маг. — С чего бы?

— Ты обидел мою невесту, почти оскорбил. — твердо стоял на своем дес Ойлистрей.

— А вас не смущает, что она водит мужчин за нос?

Я прикрыла глаза, достаточно изучив характер дознавателя. Он терпелив и мудр, но где-то это черта кончается. Видимо, в данный момент.

Раздался звук удара и глубокий удивленный вздох некроманта. Приподняв веки, поняла, что мой фиктивный жених не остался равнодушным и таки проучил нахального юнца. Джейсон наклонился, придерживая левую скулу.

— Ты что! — вскрикнула, кидаясь к юноше. — Мне нужно его осмотреть!

— Нет! — отпрянул де Карнесс, — Извини, я был неправ. Прости, Лекси. Но я больше не желаю с тобой общаться, — зло и мрачно закончил он.

Адепт встал, одной рукой поправил полы пиджака и медленным шагом вышел, ни разу обернувшись назад. Мне стало горько от последних слов. Я же хотела все исправить, а получилось так, как врагу не пожелаешь.

— Зачем ты так? — обратилась к невозмутимому дракону. — Почему не дал объяснить?

— А что бы вы сказали? — чуть усмехнулся тот, присаживаясь на место Джейсона. — Это не то, чем кажется? — передразнил мой голос, — Я не слепой и все видел. Ты разочаровала меня, Александра.

— Серьезно?! — почти закричала я, приблизившись к мужчине, — А узнать, как именно все было, ты не хочешь?

— Я? — возмутился мэтр. — Я, между прочим, бежал сюда, бросая все дела, едва узнав, что на тебя напала Лилиана. А как только зашел, обнаружил невесту в объятиях другого.

Мира, да как же объяснить упертому ящеру, что все не так? Один уверился, что я обманывала, второй думает, что соблазняла другого. А я лишь хотела исправить создавшееся положение, которое, между прочим, устроил ищейка.

— Никто меня не слушает, — поняла очевидную истину и присела рядом, — и не доверяет. Сколько раз мне надо говорить о моем благоразумии?

— Та, кто скрывалась от короны среди адептов, не признаваясь и помогая двум ученикам спрятаться от более старших и умелых товарищей, чтобы они попали на настоящую бойню? — не преминул добавить Милир.

Как вовремя. Теперь каждый раз можно затыкать мне рот этим поступком? Знай я о том, как все сложится, иначе бы не поступила. Без Севостьяны де Россе войска бы проиграли, но кто вспоминает этот факт? Великие мужи каждый раз забывают, что два почти подростка спасли Аридию от неминуемого конца.

— Ммм… — откинула голову и расставив руки для опоры, я почти смирилась с происходящим, — вам, умудренным опытом, всегда кажется, что вы умнее всех? Почему же тогда Фэйт и Морта не обратились сразу к разумным и сообразительным драконам?

Он не стал отвечать, да и что мог сказать? Почти уверена, что дознаватель, император, ректор тоже задавались этим вопросом.

— Ты сказала, что не поставишь себя в компрометирующую ситуацию, — вернулся к теме Милир.

— Я не ставила! — продолжала стоять на своем.

— Нет, — он встал и навис надо мной, — повела себя глупо, безрассудно. Сидела так близко, ласкалась, как распоследняя….

— Кто? — сузила взгляд, отлично понимая, что тот имел ввиду. — Договаривайте! — перешла на «вы», чтобы дракон понял, насколько я возмущена.

— Ты знаешь, — бросил он, — я не буду говорить это оскорбление.

Не ожидая от себя, да даже не веря, что могу сотворить нечто подобное, взмахнула рукой и хлестким ударом коснулась щеки обидчика. Милир, как каменное изваяние, не двинулся с места, а я подвинулась вбок и встала с кушетки, наблюдая, как разливается красный след по его лицу.

— Какая разница, можете вы говорить подобное или нет? Мне от этого не легче.

Развернувшись, хотела уйти к себе. Дежурство подходило к концу, вряд ли придет кто-то со сломанной конечностью. А с меня достаточно. Лилиана, Джейсон и Милира. Каждый что-то хотел от меня, требовал, грозил, утверждал, но в настоящее время мне стало абсолютно все равно, что произойдет дальше.

— Стой! — попытался остановить меня мэтр, перехватывая руки.

Но я вильнула в сторону, оставляя того ни с чем.

— Что! Хотите еще как-то оскорбить?! — взвизгнула я, удивившись своему тону.

— Нет, — покачал тот головой, пытаясь сохранить спокойствие, — Завтра мы выезжаем в Датхар. Подготовься и собери вещи, я не знаю, сколько это займет времени.

— Порталы? — спросила, стоя у двери.

— Нет, будет обычная поездка, — ответил Милир, — хочу, чтобы Генрих успел подготовиться, да и к монаршим особам без официального приглашения просто так не являются.

— Он же просил, чтобы меня, связанную, доставили к нему.

— Про помолвку он не в курсе, а значит приглашение, даже связанным, — хмыкнул Ойлистрей, — на меня не распространяется.

— Хорошо, — кивнула, не смотря на мужчину и вышла, громко хлопнув дверью.

Глава 13

Не знаю, как я пережила остаток ночи. Когда уходила из больничного крыла, испытывала огромное чувство неудовлетворенности. Мне жутко хотелось бросить все начинания и скрыться в закате. А что? Таковой опыт имелся. Если бы надо мной, словно меч не висело бы предзнаменование, может так и поступила, но разве я могу оставить Тьяну с Рифером?

Проснувшись, я почувствовала, что спала всего пару часов, и это было видно: синяки под глазами, постоянная зевота, несвежий вид. Прошмыгнула в уборную, стараясь не разбудить соседей, пытаясь собраться и прийти в себя. Мне не хотелось долгих прощаний. Ребята будут волноваться, что бы я не говорила. Будут не доверять охраннику, но в этой ситуации никто не оставит их без следящего глаза, будут беспокоиться и расспрашивать. Лучше уйти незаметно, тем более что Милир сказал, что ожидает на рассвете.

Используя заклинание, я подняла груз и несла за собой до террасы, где условились встретиться с дознавателем.

— Удивлен, — поприветствовал меня дракон.

— Почему? — чуть улыбнулась, сохраняя спокойствие. — Не я вчера устроила сцену.

— Думал, что барышни собираются медленнее, а тем более принцессы, — развел тот руки, словно и не было вчерашнего скандала.

— Так я же неправильная принцесса, — парировала, зная, что обо мне говорят в родной стране.

Для большинства жителей я стала символом, знаком, чтобы не соглашаться с общепринятыми законами, особенно для девиц. Уже многие противились воли родителей, сбегали, куда глаза глядят. Жаль, что многих из них возвращали. В Датхаре царила несправедливость. Будучи восточным государством, все пренебрегали желанием, умом, советами женщин. А зря, многие из них обучались наукам, знали несколько языков и разбирались в дипломатии. Но при моем глупом отце все усилия предков, желавших дать хорошее образование дочерям, становились тщетны.

Мы сели в карету. В сопровождении императорских гвардейцев наша компания отправилась в путь. Отчего-то мне показалось, что вся эта история — настоящий фарс для моей семьи, и все сложится абсолютно не так, как планируется. Ну и пусть! Главное, чтобы я успела перемолвиться словечком с богиней Мирой.

— Обсудим вчерашнее, — начал вдруг Ойлистрей, когда наша повозка мерно покатилась, ведомая несколькими лошадьми.

— А есть, что обсудить? — сузила взор, взирая на преподавателя. — Мне казалось, что ты все решил, не слушая мои объяснения!

— Александра, — разлился он, называя настоящим именем, — а как мне воспринимать произошедшее?

— Подожди! — прервала. — Разве ты не просил доверия? Почему тогда не готов предоставить и мне такую привилегию?

— Я просил ее для императора.

— Ах, — вздохнула полной грудью, — Для императора… Так пусть он и требует ответа. При чем тут ты? — подперла дознавателя к стенке.

Тот сверкнул глазами, но отвечать не стал. Я уставилась в маленькое оконце, наблюдая за сменяющими пейзажами. Сначала это были картины про быт города, потом про быт деревни, дальше мы увидели природу вблизи столицы — ее животных, флору, очень редких жителей. Километр за километром, и вот теперь не наблюдала ни единой живой души. Чем ближе к дому, тем дальше степь, барханы и мертвые кусты.

— Ты ничего не спрашиваешь, — заметил ближе к ночи Милир.

Я все смотрела и смотрела, наблюдая за сменой пейзажей. Солнце опускалось за горизонт, оставляя слабые следы за собой.

— Я же знаю, как выглядит моя земля, — чуть улыбнулась, разворачиваясь к дракону. — Думала, что ты будешь летать, едва мы удалимся от города.

— Мне хотелось, — заговорщически начал тот, — но подумал, что не буду смущать невесту.

Вот это зря. Я сжималась в желании увидеть ипостась дракона.

— Покажи, — попросила его. — Это же так красиво.

Милир в его излюбленной манере наклонился, суживая то один глаз, то второй.

— А что мне за это будет? — вдруг спросил он, провоцируя на положительный ответ.

— А что ты хочешь? — я удивилась сама своему вопросу.

— Пока не знаю, принцесса, — склонил голову тот, — сойдемся на желании?

По его коже побежали чешуйки, похожие на мурашки. На лицевой стороне ладони, по предплечьям, на шее, потом на скулах я обнаружила след древней магии. Зрачок стал острым, кошачьим, ноздри расширились. Я подпрыгивала в ожидании обращения. Какое волнительное ощущение…

— Хорошо, — согласилась, и ведомая чем-то необъяснимым, погладила его щеку.

Дес Ойлистрей почти никак не отреагировал на прикосновение. Открыл створку двери, покрылся шкурой ящера, и в ослепительном алом свете пропал и превратился в дракона.

Мне осталось только припасть к окну кареты, наблюдая за полетом мощного зверя. Какой он красивый! Жаль, что я не принадлежу к драконам! Огромный зверь улетел на четверть мили и вознесся к небесам. Это ли не чудо?

Капитан стражи тут же остановил шествие.

— Не переживайте, деса, — хотел он успокоить меня, — У драконов это в крови. Свобода. Сами понимаете.

— Да, — обомлела, наблюдая за свободным полетом. Мне казалось, что это так важно для него, так принципиально, но все же каждого из слуг императора связывал долг перед короной.

Сделав два величественных круга, Милир вернулся.

— Ну как? — довольно заключил тот.

— Волнующе, — не стала я лгать дракону.

— Я ждал несколько других слов, — прикрыл он один глаз, ехидно улыбаясь.

— Боюсь спросить, — притворно заломила я руки.

Ему точно известно, какое впечатление он производит на юных неопытных дев. Не буду спорить с их словесным описанием.

— Невероятный, мощный, прекрасный, — начал сыпать прилагательными мужчина.

— А волнующий недостаточно? — спросила я с интересом.

Все, что он перечислил, я бы назвала без труда, не так уж много драконов в Датхаре, но я достаточно проучилась в академии, наблюдая, как ящеры взмывают в небе. Да мой лучший друг — сын императора. Нет. На драконов я насмотрелась. Просто очень хотелось увидеть именно его в животной ипостаси.

— Только не от тебя, — вдруг очень серьезно отметил дес Ойлистрей.

Мне надоела эта игра в намеки, когда я не понимала, что значат те или иные слова. Мы едем в мою страну, но там нас ожидают враги, включая моего отца. Единственный, кому я могу доверять, это Милир. Разве стыдно ожидать от него честного ответа?

— Объясни, что это значит? — таким же тоном отозвалась я, не сводя глаз с мужчины.

Атмосфера резко изменилась. Уже не ощущалось той шутливой перепалки, и словно лед проник между нами.

— Что ты имел ввиду? — продолжала я напирать. — Почему не от меня?

— Не спрашивай, Лекси, — откинулся на спинку Ойлистрей, — незачем тебе это знать.

— Ты сам начал! — громко возмутилась. — Отчего забираешь свои слова назад? Или ты посредственно флиртуешь, или имел ввиду нечто большее!

— Простите, принцесса, — подчеркнул тот последнее слово, — я забылся.

— Хорошо, — скрестила я руки на груди, почти смирившись и прочувствовав официальный ответ, — не буду больше спрашивать. Но и ты не забывайся! — строго взглянула на мужчину.

Мне было очень больно и горько. Как целовать меня, ловя момент, утаскивать с собой к друзьям, делить общую тайну, он не переживал. А сейчас возвел стену между нами. Неужели это правда обычная работа, когда ему было необходимо достигнуть цели? Как тогда распознать, где он настоящий, а где играет? Для чего так мучает меня?

— Мы уже на землях Датхара, — дракон попытался отвлечься сам и перевести внимание.

Я и сама заметила изменения за маленьким окошком: растительности меньше, а песка больше. Пару дней и мы достигнем столицы. Что там меня ждет? Как отреагируют сестры и братья? Семья — это слабое место всех де Тионов. У меня ее не было.

Под мерный стук колес я начала засыпать, но вдруг резкое движение кареты отбросило меня назад, отчего больно стукнулась головой о стену.

— Тревога! — завопил кто-то снаружи.

Я с испугом воззрилась на Милира. Тот. крадучись выглянул, подтянул и поправил полы одежды и вышел за дверцу.

— Сиди здесь! — приказал мне дознаватель. — Пока не услышишь мой голос, не выходи!

Не споря, я просто кивнула, поджимая юбки дрожащими пальцами.

Отчего я так уверенна, что это не досмотр или встреча с другой повозкой?

Тишина становилась гнетущей. Прошло минут двадцать, прежде чем я услышала звуки схватки. Моя охрана с кем-то борется? Но с кем? Проигнорировав приказ фиктивного жениха, я аккуратно выглянула в окно, стараясь разглядеть опасность.

Не так давно я уже видела эти серые плащи, когда помогала Тьяне отстоять ее родовой замок. Хаоситы. Если сидеть в карете, никогда не пойму сколько их.

Вдруг, один из моих стражников пал, получив смертельное заклятие и прямо перед дверцей повозки. Его противник тут же поднял голову, завидев меня. Лицо было скрыто под маской тьмы. Она, словно кокон, оберегает своих служащих, скрывает обезображенные лица последователей бога хаоса.

— Ты! — крикнул он. — Умрешь! — и распахнул дверь.

Испугавшись, я отпихнула ногой непрошеного гостя. Я никакой не боец, меня этому почти не учили, а семестр в академии в счет не идет. Здесь куда более сложные заклинания.

Мои движения нисколько не испугали нападавшего. Подумаешь, легкий пинок. Не знаю, чем занимались остальные стражники, но мне хватило знакомства только с одним из врагов. Но он не успел даже взобраться на ступень повозки. Красный ящер отбросил врага, больно прихватив зубами за плечо. Откинув хаосита, он посмотрел в мою сторону, оценил ущерб и отвернулся. Мне оставалось только сидеть в углу и не мешать спасителям. Как бы сказала Тьяна: «Молча отсидеться лучше, чем громко ошибиться». И в этом я точно была согласна.

Но, видят боги, мне очень хотелось помочь. Напрягшись, используя весь резерв и знания, я попыталась внушить ваохцам, что здесь целое войско и, пуская картинки в сознание людей, уселась на пол повозки. Не знаю, как они отреагировали, такая магия тяжела для юной десы, но мне показалось, что звуки боя стихали.

— Вы что-то сделали, принцесса? — зашел ко мне капитан, тяжело дыша.

Я сидела на коленях, положив локти на скамейке и удерживая голову за виски. Было видно, что магия прошла через меня — кровь из носа и ушей тому в подтверждение.

— Помогло? — не совсем поняла его фразу и не оборачиваясь.

— Не знаю, — покрутил тот головой, чуть вздрогнув, — они встали, запутались. Да и мы тоже. За спинами вдруг образовалось бестелесное войско. Скажите, это ваших рук дело?

— Верно, — слабо улыбнулась, чувствуя усталость.

Дар иллюзорника всегда требовал много сил, а в больших масштабах я никогда его не использовала.

— Тогда спасибо, — тепло отозвался капитан, — Не факт, что мы бы справились. Их было больше, но всех парализовал образ армии.

Мне стало радостно, а еще где-то на задворках сознания начала вышагивать гордость. Значит не зря тренировалась, когда никто не видит. Одно дело водить за нос преподавателей, используя скрытый дар, другое дело — пустить его во что-то полезное.

— Там безопасно? — спросила главного стража.

— Вам бы лучше остаться на месте, — не согласился тот.

Но я уже не слушала. Лязг мечей и крики мужчин стихали. Мне думалось, что уже все не так серьезно. Но едва я вышла за дверцу, меня подхватила мощная лапа. В один миг я оказалась, словно в клетке, которая все дальше уносила меня по воздуху.

— Что ты делаешь?! — завопила я, нанося удары.

Но что эти легкие толчки для огромного дракона?

Уже через пять минут я смирилась с неизбежным. Даже иронично — дракон несет принцессу, словно я в старой сказке.

Перестав метаться, я прикрыла глаза, чтобы не видеть землю с высоты драконьего полета. А это, между прочим, ого-го! Никогда не отличалась переизбытком храбрости, хотелось мирной жизни. Вот только богиня Фэйт распорядилась по-другому. Мало мне предназначения, редкого дара, возни с родственниками, так еще и разобьюсь в лепешку из-за рвения деса Ойлистрея меня защитить.

Границей между Аридией и Датхаром служили горы. Мы неслись прямо к ним. Хорошо бы еще понимать цель этого похищения. Казалось, что правильным было бы лететь от них, а не навстречу скальной породе.

В какой-то момент Милир пошел на снижение, и я возликовала. Такое путешествие удобным не назвать: страшно, холодно, неудобно. Он выпустил меня из лапы на середине склона, а сам ушел на следующий круг. Пока я приходила в себя, отряхивая одежду и вытирая рукавом лицо, заметила в отдалении вход в пещеру. В это время мой спаситель и похититель в одном лице вернулся и обратился в человека.

— Ты в порядке? — бросился сразу ко мне. — Не пострадала?

От внимательных глаз ничего не утаишь. Все небольшие ссадинки, кровь и грязь он заметил тут же. Я тоже даром времени не теряла и уставилась на мужчину. Во время схватки не видела, как пострадал преподаватель: внешних проявлений не было, дар лекаря сообщил мне, что есть несколько сильных ушибов и следов от заклятий. Ничего серьезного. А раз все хорошо, то…

— Ты чего? — растерялся Милир, завидев мои слезы.

Не хочется прослыть плаксой, но именно с ним я позволяла жалеть себя. Мне было страшно и одиноко, а еще жуткая усталость навалилась тяжелым грузом.

Через всхлипы я пыталась выговорить хотя бы одно словечко, но не могла. Меня сотрясала настоящая истерика.

— Лекси, девочка, — дракон обнял и прижал к себе, зарывшись в копну волос. — Никто не пострадал. Тебе же ничего не сделали? Да? — вдруг опустился чуть ниже и попытался заглянуть мне в лицо.

Я покачала головой, не желая отвечать. Больше всего на свете мне хотелось оказаться в своей комнате в академии и продолжать стоять в объятиях с преподавателем боевых заклинаний. Вся эта жизнь не для меня. Как хочется оказаться под боком у матери, зная, что та защитит.

Кажется, мужчина понял, что от него требовалось, и еще крепче сжал меня, как будто убаюкивая. Теперь я была уверена в своей безопасности. Он так нежно шептал имя на ухо, гладил, перебирал прядки светлых волос. Я вдыхала терпкий запах мирры, мускатного ореха и грейпфрута. Все те ароматы, которые легким шлейфом следовали за драконищем. Я зарывалась лицом в его рубашку, а мои слезы стекали на белую ткань.

— Лекси, — ласковым тоном начал он, отстранившись и приподнимая мой подбородок двумя пальцами.

— Что? — пробормотала я, не желая показывать заплаканные глаза. Вся в смущении очень быстро затараторила, уводя внимание от себя: — Зачем мы здесь? Когда полетим обратно?

Милир оттянул меня за плечи чуть назад, чтобы мне не приходилось смотреть снизу вверх.

— Начну по порядку, — он ободряюще улыбнулся, прижимая большой палец к моим губам, отчего я стала заливаться краской. — Во-первых, я посчитал, что тебе небезопасно путешествовать на лошадях. А во-вторых, полетим завтра, когда ты отдохнешь.

— А ты? — отпрянула, чтобы окончательно не превратиться в помидор.

— А что я? — не понял вопроса дракон.

— А тебе отдохнуть не надо? — я опустила взгляд, тут же пожалев о своем вопросе.

Вон он какой мощный, да что ему будет?

— Мы оба, — рассмеялся тот. — Ты, наверное, заметила пещеру, — кивнул он головой в ее сторону. — Там и переночуем. А завтра, на своей спине отнесу тебя в столицу. Так даже быстрее получится.

— А стражники? — резко спохватилась. — Вдруг с ними что-то случилось?

Мужчина помрачнел и напрягся.

— Среди них было еще два дракона. Да, есть пострадавшие, но кому можно помочь, поедут внутри кареты. О таком развитии событий мы думали, так что все твои сопровождающие тебя не потеряли, не волнуйся.

— А если нужен лекарь? — закусила дрожащую губу.

В мыслях так и стоял образ несчастного, которого атаковал хаосит, и тот пал от вражеского заклинания.

— Лекси, — успокаивал Милир, — сейчас ты — главное. Разве ваша троица не доказывала всем нам, насколько важно ваше предназначение? Почти уверен, что эти мрази шли сюда по твою душу, поджидали тебя.

— Но откуда они могли знать?

— Во дворце много шпионов, а поездка обсуждалась, — пожал он плечами. — Никто уже не делает секрета из того, что в Академии Семи Стихий учится принцесса союзного государства.

Мда, мне точно следует быть более осторожной. Отец предпримет не одну попытку, чтобы меня вернуть. Что говорить о врагах?

— Идем? — подал он мне руку. — Это, конечно, не царские покои, зато побываешь в настоящем походе.

— Хорошо, — смирилась я с неизбежным, вкладывая свою ладонь в его.

А был ли у меня выбор? Да и к Ваоху все удобства, я слишком устала препираться. Нас словно легкой молнией укололо. Когда я перестану так реагировать на близость дознавателя?

Мы прошли в пещеру. Главное, что я прекратила дрожать, ощущая промозглый ветер и запах песка. Вечером в Датхаре часто появлялись песчаные бури. Сколько несчастных работяг погибало, прежде чем они добирались до дома. О такой опасности даже не успела подумать, настолько меня отвлекло происшествие с ваохцами.

— Ты знаешь это место, — утверждала, наблюдая, как дракон разводит костер. — Был здесь не раз.

— Ты права, — он с интересом посмотрел на меня, — удивлен, что спросила.

— Чему удивляться? — недовольно заворчала, — Только совсем дурак не поймет этого. Ты же прекрасно знал, куда меня нес.

— Да, — Милир сел рядом, снимая пиджак и накидывая на меня, — знал. Я ведь не сразу стал ищейкой императора, — назвал он свое прозвище при дворе. — Какое-то время служил дипломатом и здесь.

— Я тебя совсем не помню, — отодвинулась я от него и с удивлением посмотрела на мужчину. — Хотя старалась все подмечать.

Сколько лет нас разделяет? Он, наверное, думает, что знаком с совсем молодой дурочкой.

— Ты была ребенком, — усмехнулся мой спутник, невольно подтверждая мрачные мысли. — Вышла из детской. Твоя мать была жива. Я знаком со здешними местами.

— Расскажи, какой она была, — попросила я дознавателя.

— Лекси, — приобнял меня Милир, — она — твоя матушка. Ты же понимаешь, что со мной и с тобой она вела себя по-разному?

— Пожааалуйста, — с силой протянула я, подрагивая нижней губой.

Никто не устоит перед таким жестом. Даже отец, а я ни разу не любимая примерная дочь. Сколько мгновений я испытывала его терпение, но он сдавался…

— Тогда тебе не понравится, что я скажу, — резко отвернулся Ойлистрей и убрав руку. — Твоя матушка была слабой, — твердо припечатал он, — не перечила Генриху, хотя по факту, власть здесь принадлежала ей. В ее силах было все изменить. Думаешь, Ревенера устраивает все это? Нет. Наш император не относится к женщинам предвзято, но королева де Тион не стала бороться за свои права.

— Ты верно рассуждаешь, — согласилась я с ним.

Она таковой и была. Никогда не видела себя правительницей и очень желала сбросить это ярмо, доверившись отцу.

— Не буду спорить, — снова согласилась я с его доводами. — Просто было интересно, что ты думаешь об этом.

— Для чего? — не понял тот.

Я, не замечая собственных движений, придвинулась ближе, почти прижималась к телу мужчины.

— Все говорят, что мы очень похожи. Вот и думаю, стоит ли мне появляться? Трон по праву мой. Но смогу ли я править? — смотрела на пламя огня, не оглядываясь. Мне было страшно услышать слова Милира.

— Лекси, — положил тот руку на мое колено. — Вы совсем не похожи.

— Что ты говоришь? — сильно возмутилась я, повернувшись к дракону.

Наши лица застыли в сантиметре друг от друга.

— Правду, — он опять удержал мой подбородок, когда я пожелала отвернуться. — Я не так долго знал твою мать, но она была неспособна противиться мужу. А ты сбежала, и долго и успешно скрывалась. Генрих обратился ко мне, но до определенного момента, я не рассматривал твою кандидатуру. Сейчас я вижу общие черты, а еще знаю, что ради друзей и родных ты пойдешь на многое, но ты совсем не слабая. Наоборот…

— При схватке это не было заметно, — ответила я, вспомнив свою скованность и страх.

— Не все победы происходят в битвах, — Ойлистрей погладил меня по волосам, — да и к тому же, ты встала на защиту, создала невероятной силы иллюзию. Клянусь, это было неописуемо. Ваохцы знали, что это колдовство, но все равно растерялись.

— Спасибо, — выдохнула я, — жаль, что кто-то из твоих людей погиб.

Милир резко встал, не желая дальше обсуждать эту тему, да так, что я чуть не упала. Для любого хорошего полководца, потеря каждого подданного — трагедия.

— Я обещал тебе отдых. Не в моих силах выдать удобную кровать, но ты можешь устроиться на моем плаще.

— Хорошо, — грустно кивнула я. — как скажешь.

— Отчего мне кажется, — сузил тот взгляд, — что мы не все обсудили?

— Не имею понятия, — пожала я плечами, хотя из груди вырывалось и выстукивало сердце: «Вообще ничего не обговорили, узнай намерения»!

— Лекси!

— Милир! — не осталась я в долгу.

— Ладно, — согласился мужчина, указывая на плащ. — Устраивайся.

Мне оставалось лечь и накрыться уже своими предметами одежды. Казалось, что после пережитого, я не сомкну глаз. Но нет, почти сразу забылась некрепким сном, чтобы проснуться глубокой ночью.

Очнувшись, поняла, что дракон лежит рядом со мной, накрыв мое тело своей тяжелой рукой.

— Что случилось? — вскочил он спросонья, почувствовав легкие движения.

— Нет, ничего, — помотала я головой, не желая выходить из объятий. — Непривычно, — полусонно добавила я, сменив позу.

— Ты должна знать, — Милир присел на месте, проведя рукой по тяжелой ткани, накрывавшей меня.

— Что? — я тоже приподнялась, желая услышать слова мужчины.

— Ты моя. Я не отдам тебя ни отцу, ни Ревенеру, ни тому злополучному жениху.

— Не отдавай, — казалось, что это сон. — Спрячь и защити.

— Не сомневайся во мне, Лекси.

Проснувшись утром, я подумала, что последние слова мне приснились. Мы слишком много времени проводим вместе, оттого и возникают яркие образы. Милир тоже не давал понять, что ночью что-то было. Чинно собирался, надевая помятый и грязный плащ на себя.

Я встала, и не осталось ощущения той близости, которую мы испытывали вчера. Может быть, если бы мои глаза распахнулись раньше, то… Но не стоит об этом думать.

— Сегодня полетишь на мне, Лекси, — подал он руку и помогая встать.

Я отбросила налепившиеся на лоб пряди. Как бы мне ни хотелось не страдать женским тщеславием, все равно переживала о том, как выгляжу. Одежда скрутилась, волосы уже не как волны, струящиеся по плечам, а скорее, как всклокоченный ком. На лице, наверняка, огромный слой пыли.

— На спине? — с ужасом спросила я, красочно представив эту картинку.

— Тебе страшно? — он ухмыльнулся и потушил костер.

Вокруг нас сразу стало темно. На выходе из пещеры едва забрезжил рассвет, значит, мы совсем немного отдохнули. Хотелось быстрее выйти, чтобы ощутить свежий воздух.

В этом пути я почти не ощущала времени. События неслись одно за другим. Если мы быстро достигнем дворца, я совсем не успею подготовиться. Что говорить, весь этот год ведет себя, как датхарский благородный скакун — несется без остановки и без всадника.

— Ты молчишь, — сказал очевидное Ойлистрей.

— Да, — я едва повернулась к дракону. — Да, в смысле боюсь, так как у меня не было такого опыта.

— А вчера?

— Вчера ты меня даже не спросил, — заворчала я, — так что испугаться не успела. Неужели ты думаешь, что я добровольно взберусь на твою спину?

Говорят, в древности, для дракона и его пары это было сакральным жестом. Так, они по-настоящему испытывали близость и проверяли чувства. Тьяна рассказывала в каком восторге была, когда прилетела в академию на спине Бастиана, а я слушала с замирающим сердцем. Мне одновременно хотелось пережить нечто подобное, но вот, есть возможность, а я тушуюсь.

— Здесь нечего бояться, — Милир легонько подтолкнул меня вбок. — наложи на себя необходимые заклинания, и не упадешь.

— Ты так легко рассуждаешь, — я уже улыбалась.

Не знаю почему, но хорошее настроение преподавателя было заразительным.

— Ладно, — потупила я взгляд, — воплощайся, постараюсь не кричать.

— И сколько муки в этих словах, — приподнял тот мой подбородок.

Скоро начну думать, что это его любимый жест. Мужчины… ДФля них все просто. Ободрил, улыбнулся, и вот, можно делать все, что захочешь.

Отойдя на несколько метров назад, дес Ойлистрей преобразился в дракона. Я осторожно подошла ближе к морде, желая взглянуть на желтые зрачки. Не знаю, кто боится этих существ, но вторые ипостаси прекрасны. Что там прекрасны, невероятны. Проведя ладонью от носа к глазам, я завидела, как он спустил крыло, чтобы мне было удобнее взобраться. Э, нет, дорогой. Лекси Тревиль или Александра де Тион — лекарь. Для начала она все изучит.

Ящер сел на лапы и ожидал моих дальнейших действий. Я не торопилась. Датхар и отец подождут. Что там интересного? Злая мачеха, настроенные против меня братья и сестры? Глупый и недальновидный отец? Прошлась вдоль всего туловища, отмечая все ранения. Где-то уже зажившие, где-то совсем свежие. Коснувшись магией, подлечивала последние раны.

Громкий рык возвестил, что мне стоит поторопиться.

Ладно, действительно пора. Не буду испытывать терпение дракона.

Глубоко вздохнув, я взошла и устроилась на шее, закрепив себя магией. Зверь круто изогнул шею, словно проверяя, а потом отошел назад и разбежался, спрыгнув со скалы.

Благая Мира! Я лечу.

Через минуту смогла разжать веки и смотреть, что находится под нами. А еще через некоторое время успокоилась и перестала испытывать ужас. Это неописуемо… Безграничная свобода! Смотреть на этих существ, уже событие, а сейчас я напрямую участвую в нем.

Под нами оставались пески, оазисы и маленькие деревни. Крошечные точки, это люди, выбегавшие посмотреть на мощного волшебного ящера.

Вдалеке я увидела карету под императорским знаком, и то, потому что Милир снизился, обозревая происходящее. Раздался глубокий рев, и можно было заметить его соратников и подчиненных. Еще два дракона зеленого цвета летели вблизи повозки, видимо охраняя.

Совсем скоро, и окажусь в родном доме. Один час невероятного полета, и мы приблизились к королевскому замку.

Дракон остановился на верхней террасе. По незнанию Милир приземлился не в гостевом корпусе, а наоборот, в главном императорском. Именно здесь отец принимал чиновников, послов и других высокопоставленных лиц.

Нас точно ждали. Скопилось достаточно народу, встречая грозного зверя. Я легко спрыгнула с крыла, словно каждый день так каталась. Пусть никто не заподозрит меня в страхе.

— Александра, — расставил руки мой отец, ожидая, что брошусь в объятия.

Закусив губу, я смущенно встала, не желая двигаться. Старший родственник достаточно натворил, чтобы я относилась с подозрением. За его спиной маячила остальная семья. А поодаль шли ряды бесконечных придворных. Он что, позвал всех на эту встречу?

Глава 14

Наверное, все пошло не так, как надеялся мой отец. Все вышло скомкано и неловко. Я не испытывала радости от встречи, скорее нарастающую тревогу.

Милир, обратившись обратно в человека, легонько подтолкнул меня вперед.

— Дочь, наконец-то ты дома! — обратился ко мне Генрих. — Рад тебя видеть.

Говорит он одно, но в глазах застыл лед. Может и рад, но по другому поводу.

— Спасибо за встречу, дорогой отец, — подала я ему руку, словно показывая, кто здесь настоящий властитель.

Не бросилась обниматься, не склонилась, никак не продемонстрировала, что стою ниже короля.

За спиной у него громко вздохнула моя мачеха Алвена, недовольная поведением беглой принцессы.

— Ваше светлость, — кивнула я и ей.

После смерти матери, Алвена королевского титула не получила, как бы этого не хотел папа. С другой стороны, стать герцогиней тоже было неплохо, особенно если происходишь из мелкопоместного рода. Но мачеха так не считала — ее заветной целью было стать королевой.

Когда с приветствиями было покончено, и аристократы покинули террасу, родственники и я стали вести себя гораздо свободнее.

— Нам надо о многом поговорить, — холодно бросил отец. — Желательно, прямо сейчас.

— Конечно, — согласилась с его словами. — Но со мной будет дес Ойлистрей.

— Он не член семьи, — возмутился король Датхара.

— Но посланник императора, — парировала я, — и прибыл с новостями.

— Хорошо, — ворчливо ответил Генрих, бегло глянув на мощного дракона. — Дам вам время отдохнуть, потом за вами придут.

Мне показалось, что тот решил собрать больше сведений о дознавателе. Или попытается поговорить с ним без моего присутствия.

— Отлично, — едва улыбнулась я и обратилась к сенешалю, служившему еще при жизни моей матушке. — Поселите меня и деса Ойлистрея рядом.

Так я буду знать и обо всех перемещениях Милира, а еще мне очень не хотелось оставаться одной в этом змеином гнезде. Подумать только, я так говорю о родном доме. Но доверять здесь кому-либо невозможно. Удивлена, что этот вассал де Тионов еще служит в замке. Как его не прогнали?

— Но принцесса, — ужаснулся тот, — так же нельзя!

— Ослушаетесь меня? — уверенным взглядом воззрилась я на пожилого мужчину.

Видимо, что-то сосчитав в уме, он согласился и хотел уйти.

— Нет! — влезла в наш разговор Алвена. — Не пристало невинной принцессе жить рядом с мужчиной. Тебя поселят в твоей же комнате.

— Напомнить, — я зло сузила взгляд, глядя то на батюшку, то на дражайшую матушку, — у кого здесь титул выше? Не смейте мне приказывать! — воскликнула под укоризненными взглядами братьев и сестер.

— Я король, Александра! — разозлился Генрих. — Не смей так общаться с моей женой.

— Хорошо, — круто развернулась я, и сделала шаг к Милиру. — Унеси меня обратно, разговора не получается.

— Как скажете, моя принцесса, — подмигнул драконище и словно потянулся вперед.

— Да живи ты где хочешь! — рявкнул отец. — От твоей репутации и так ни следа не осталось.

— Ну да, — возвела глаза к красивому резному потолку. — Училась в академии. Ну какой стыд!

Через пять минут меня уже поселили в гостевой комнате — маленькой, душной и неприметной. Думаю, что это мачеха решила так отомстить мне за неповиновение. Неважно. Надо быстрее разобраться с загадкой Миры, найти артефакт и покинуть это место. Нет желания здесь задерживаться.

В дверь робко постучалась служанка, сообщившая мне, что скоро принесут платья для семейного ужина и на весь период пребывания деса Ойлистрея. Я сразу сообщила, что не надену ничего из предложенного. Пусть вскрывают мою комнату и тащат мои наряды и наряды матушки. Или отбирают их у сестер.

Дружбы с уже взрослыми девушками не сложилось. Да и как, если меня быстро отправили в другой замок? Я была близка только с одним братом, самым младшим, но не знаю, как разлука повлияла на наши отношения.

— Можно? — попросился ко мне дознаватель, заглядывая в распахнутую створку.

— Тебе конечно, — улыбнулась ему.

— Не знал, что наследницы древнего рода так скромно живут, — окидывал глазами все помещение. — Хотя бы балкон есть.

— Да, если что, перелезу к тебе и попрошу улететь, — пошутила, но сразу примолкла. Отчего-то показалось, что так оно и будет.

По выражению Милира поняла, что он думает об этом же.

— Что-то посоветуешь? — обратилась я к нему с надеждой.

Он сразу понял, к чему я клоню. Здесь нас окружают одни шпионы и доверенные Генриха и Алвены. А отец до сих пор спит и видит, как лишить меня прав на престол и возвести на него брата.

— Знаешь, — склонил голову дракон, — я удивился тому, с какой уверенностью ты раздавала здесь приказы, включая короля и герцогиню. Просто не бойся, держи выбранный курс. Мы справимся.

От этого «мы» стало радостно и тепло. Ойлистрей ни разу не дал возможности усомниться в нем. Всегда наставлял и защищал.

— О чем задумалась? — решил он оторвать меня от мрачных мыслей.

— Да так, — я почти зарделась.

Нечего ему знать, какие чувства преследуют меня по отношению к мужчине. Все слишком стремительно происходит. Вернусь в академию и пойму, нужно ли что-то с этим делать. Или дать шанс Джейсону? Нет. Образ молодого некроманта меркнет по сравнению с дознавателем. Как я вообще могу посмотреть на другого мужчину?

Опять раздались глухие постукивания.

— Ваше Высочество, — пропищала служанка, склонив голову, как только вошла. — Вот ваша одежда, — оан показала на ком тканей, свернутый у нее в руках.

— Я пойду, — тут же засобирался Милир. — Не будем злить твоего отца и прибудем вовремя.

Как же. Не злить его. Одна новость о помолвке вызовет у него злость. Кстати, интересно, присутствует ли здесь его советник де Бетелл?

Совсем юная девчушка, которую приставили ко мне, помогла одеться в платье, а также соорудила на моей голове несложную прическу. Я все больше становлюсь похожей на принцессу, а не на адептку академии. И в глазах засиял нехороший огонечек. Так смотрят только циничные, ожидающие подвоха люди.

— Как тебя зовут? — спросила я свою новую камеристку.

— Бейли, Ваше Высочество, — услужливо отвечала девушка.

— Спасибо за помощь, — поблагодарила я ее. — Когда нас ожидает мой отец?

Та бегло взглянула на часы, стоявшие на секретере.

— Уже пора, Ваше Высочество.

— Ты можешь не повторять мне каждый раз "Ваше Высочество", когда мы наедине, — разрешила ей. — Это немного утомляет.

— Хорошо, Ваше Высочество… ой, простите, — Бейли смутилась.

Ничего, привыкнет. Да и непонятно, надолго ли я здесь.

— Позови деса Ойлистрея, пожалуйста, — попросила я ее. — Мы пойдем вместе.

— Его Величество просил позвать вас одну.

— Я предполагала, что он так поступит, но в ином случае, я просто не пойду, — я села и сложила руки на груди. — Иди, зови, — кивнула в сторону двери. — Скажешь потом, что заставила. Даже не соврешь.

— Хорошо, Ваше… Хорошо.

Я осталась одна, поправляя локоны у лица. Через минуту вошел дракон.

— Готова? — обвел меня глазами сверху вниз, восхищенно присвистнув.

Стало неуютно и жарко. Когда я стала так реагировать на его взгляды? В академии? В пути? Сегодня?

— Да, — подала ему руку. — По ощущениям иду не к родным, а на пытки.

— Не бойся, — он немного сжал ладонь. — Я не дам никому тебя обидеть.

— Только это и успокаивает, — чуть улыбнулась чМилиру.

Мы вышли из комнаты и последовали за Бейли, уверенно ведущей нас в малую гостиную короля.

В помещении нас встретил недовольный, даже злой взгляд Генриха де Тиона. Он нахмурился, увидев меня и дракона, идущих под руку. Очевидно, что присутствие посланника императора его жутко раздражает.

— Мы вас заждались, — ворчливым тоном проговорил он, указывая на свободные места.

Если он и просил не звать деса Ойлистрея на этот ужин, то все равно подготовился, оставив для него стул ближе к противоположному концу стола. Мне же было предложено сесть по правую руку, как наследнице.

Алвена кусала губы, пока я садилась. Не знает, что от нас ожидать. Два брата и сестры с интересом поглядывали на меня. На лицах не было враждебности, только любопытство. Хорошо бы с ними наладить приятельские отношения. Все же мы самые близкие родственники.

Семья и гости приступили к трапезе в полной тишине, лишь звон вилок раздавался по гостиной. Мне не было видно, что делает Милир, но осознание, что он рядом, придавало храбрости.

— Александра, — начал отец, отложив приборы. — Поведаешь, как ты оказалась в Аридии? Зачем покинула семью?

— Разве это секрет? — я откинулась на спинку стула. — Ты захотел выдать меня замуж за не самую подходящую партию. Никаких доводов не слышал. Поэтому я решила вопрос кардинально.

— Даже император дал согласие на этот брак, — похрустел костяшками пальцев Его Величество, стараясь запугать.

Я и бровью не повела.

— У Его Величества Ревенера Первого много забот. Уверена, что он и не видел твоего обращения. Или не обратил внимания. Надеюсь, ты оставил эти мысли, дорогой батюшка? — посмотрела прямо в его глаза, отмечая нездоровый блеск.

Он не растерялся. Скорее всего, после встречи на террасе понял, что я не тушуюсь и веду себя достаточно дерзко, могу противостоять и не соглашаться.

— Пока ты адептка академии, то, конечно, ты не выйдешь замуж, — согласился тот. Я даже удивилась, подготовившись к гневной тираде. — А после окончания… тебе же осталось полтора года, верно? — дождавшись моего кивка, он продолжил: — После окончания ты станешь женой Карла де Бетелла.

Благая Мира, как оставаться хладнокровной в такой ситуации? Не оставил эти жалкие попытки?

— А тебя не смущает, что предложенный жених старше меня почти на сто лет? — с содроганием вспомнила советника отца.

Он не император, не дракон. Маги-люди не так хорошо сохраняют внешний вид и здоровье.

— Я не могу доверить страну какой-то девчонке. Вспомни свою мать. Ее отец выбрал меня, чтобы править. Датхар — сложное государство. Карл сможет мудро распоряжаться и вести дела.

— Нет, — издалека раздался голос Милира, прерывая наш спор.

— Что? — удивился Генрих.

— Нет, Ваше Величество, — уверенно начал дознаватель. — Александра не может выйти замуж за кого бы то ни было.

— Это еще почему? — не понял батюшка.

— Все просто, — лениво ответил мужчина. — Она помолвлена… со мной.

В этот момент отец пригубил напиток из кубка и чуть не выплюнул содержимое на стол.

— Что значит «помолвлена»?! — взвизгнул он тонко, почти по-женски.

Дракона таким тоном не пронять. Он много чего повидал на этом свете.

— Ваше Величество, не стоит так волноваться, — спокойно отреагировал Милир. — Возьмите, — он передал свернутый пергамент слуге, чтобы он отнес его королю. — Там все объясняется.

Не приходя в себя, продолжая зеленеть, краснеть, а потом и вовсе пошли фиолетовые отливы, мой батюшка почти вырвал из рук несчастного лакея бумагу, развернул и начал читать. Примерно зная содержание письма, я не стала интересоваться и лезть под руку.

— Как это понимать? — отец потряс посланием императора в руке. — С чего император начал интересоваться внутренними делами Датхара?

— Это не противоречит соглашению, заключенному между государствами, — объяснял дознаватель. — Александра — очень талантливый лекарь, а к тому же обладатель редкого дара.

— Мало ли воздушников в Аридии?! — возмутилась Алвена.

— Согласен, — улыбнулся герцогине мой защитник. — Достаточно. А иллюзорников почти не осталось.

Из рук моей сестры Катарины выпала вилка, звонко стукнувшись о мраморный пол. В этот момент настала благословенная тишина, которую через минуту разрезал вопль короля.

— Ты иллюзорник?! — гневно воззрился на меня отец.

— Да, батюшка, — кивнула в знак подтверждения, не скрывая злорадства. — Иллюзорник.

— Почему молчала, дрянь?!

Из-за неучтивого, оскорбительного выражения я пребывала в некотором шоке. Все? Отбросим приличия? Даже чая не попили.

— Я вас попрошу! — встал и отодвинул свой стул Милир. — Ни при каких обстоятельствах не оскорблять мою невесту!

— Она моя дочь! — негодовал Генрих.

— Верно. Но не принадлежит вам. Теперь она — адептка академии и моя невеста. Наша свадьба — решенный вопрос с благословения императора Аридии. Или вы хотите оспорить его волю? — гневно закончил фиктивный жених.

Его слова, его вид, его поведение — все давало понять, насколько недальновидно ссориться и спорить с императорским посланником и главным дознавателем Аридии. Милир Ойлистрей умеет впечатлять.

— Хорошо, — смирился его Величество, бегло взглянув на мачеху. — Выходит замуж, пусть. Ревенер Первый рассматривает вас в качестве возможного короля? Чужака, не знавшего нужд жителей? Не имеющего никаких понятий о жизни в пустыне?

— Да, — отрезал дракон. — Но править будет ваша дочь. Она достаточно умна и мудра, чтобы справиться с возложенной на нее ношей.

— И чем это вы так покорили нашего монарха? — вкрадчивым тоном спросил отец. — Отчего не сообщили мне о своих планах? Если бы я знал, как все сложится, то не просил бы вас отыскать беглянку.

Уверена, что Генрих жалеет о выборе ищейки. Думает, что, если бы это был кто-то другой, ситуация сложилась бы иначе.

— Это неважно, — скрестил руки на груди дракон. — Главное, что следует уяснить из послания: не чинить нам препятствий в выполнении задания государя, и не строить матримониальных планов для вашей дочери.

— Как я могу? — с сарказмом ответил Генрих. — Раз император приказал, мне следует подчиняться.

Повернувшись ко мне, король не скрыл своего негодования. Потом обязательно припомнит. Он не смирится с потерей трона для сыновей, не разочарует Алвену. Просто взял передышку, чтобы обдумать сложившееся положение.

— Лекси, — тихо позвал меня Милир. — Ты поужинала? Не желаешь прогуляться?

— Конечно, — улыбнулась ему, вытерла рот салфеткой и вышла из-за стола, принимая руку мужчины, под потрясенные взгляды остальных членов семьи.

Пусть собираются и обдумывают, как им поступить. А я займусь своими насущными вопросами.

Мы оба вышли из покоев короля в некотором раздрае.

— Ты не испугалась? — заботливо спросил дознаватель, ведя меня к крылу, где находились наши комнаты.

— Нет, — помотала я головой. — Не успела. Ты очень удачно сказал отцу про помолвку.

— Боюсь, он не смирится с таким ответом.

— Точно нет, — я пробежала чуть вперед и развернулась лицом к дракону, перекрывая дальнейший путь. — Спасибо, — поблагодарила я, и, встав на носочки, стараясь как можно больше вытянуться, поцеловала мужчину в щеку.

— За что? — тот смутился, прикрыв ладонью след от моих губ.

— За то, что был рядом.

* * *

Милир Ойлистрей

И как это понимать? Легким движением Лекси взбаламутила все обострившиеся чувства. Конечно, я понимал, что Генрих будет пребывать в шоке от услышанной новости, будет не рад открывшимся перспективам, я подготовился к недовольству монаршей семьи.

А потом принцесса совершает необдуманный поступок. Я уже не смогу отпустить ее, не отдам в жертву удобному браку. С первого дня знакомства юная лекарша крепко засела в моем сердце. Как я радовался, услышав реплику императрицы: «Мне виднее». Лисси точно одобрит наш союз. Теперь мне следует действовать осторожнее и точнее, чтобы не спугнуть молодую принцессу.

Мы шли дальше, пока путь не пресек пожилой мужчина.

— Ваше Высочество, Алесандра де Тион? — спросил воин, выпрямившись по струнке и наблюдая за лицом моей фиктивной невесты.

Я уже знал кто это, поэтому не стал вытаскивать припрятанное оружие.

— Да, — с недоверием отнеслась магисса. — А вы кто?

Тот преклонил одно колено, склонился в поклоне и выдвинул обнаженный меч.

— Меня зовут Берриант де Стоунворд. Когда-то давно я руководил стражами в замке. Вы, скорее всего, меня не помните.

Я тоже так думал. Дес де Стоунворд был освобожден от службы в тот день, когда Александра отправилась в другое имение короны. Король не хотел оставлять около себя верных лиц ее матери и удалил всех подальше, отправив в отставку.

— Нет! — раздался громкий голос девушки. — Отлично помню. Не думайте, что мой детский возраст — причины забывчивости. Вы пришли с каким-то сообщением? — выгнула бровь наследница.

Мне оставалось только наблюдать. Советовать принцессе что-либо я не мог, но почему-то не сомневался в ее мудрости.

— Да, Ваше Величество, — не поднимался из поклона де Стоунворд. — Я давно покинул замок, привык к праздности, но услышав о вашем возвращении, мне захотелось отдать дань уважения вашей матушке. Примите ли вы помощь от меня, принцесса? — он выдвинул оружие, лежащее на коленях.

Она с изумлением взглянула на меч, осмотрелась вокруг, понимая, что за нами наблюдают.

— Да, дес Берриант, — улыбнулась адептка. — Я принимаю вашу службу и ценю отзывчивость. Ваши враги — мои враги, — с некоторым вожделением девушка обвела коридор глазами, давая понять, что, если что-то случится с пожилым рыцарем, придется иметь дело с ней.

— О большем я и мечтать не мог! — обрадовался бывший глава стражи.

— Милир, — надменно обратилась ко мне Лекси, — Вы можете устроить деса де Стоунворда? А потом зайти ко мне?

Я просто кивнул, понимая, что юной девушке надо дать время отдышаться.

— Я зайду после ужина, моя принцесса, — поклонился я ей. — Не гасите свет.

— Спасибо, — одними губами ответила де Тион.

Отворачиваясь от нее, я тут же вернул себе способность мыслить рационально.

— Дес де Стоунворд? — спросил я мужчину. — Что произошло? Вы, вроде, отвлеклись от политики.

— Это пока, мальчик мой, — похлопал меня по плечу Берриант. — Я ждал, когда в Датхаре воцарится истинная королева.

— Но вы могли настаивать, когда Генрих занял престол, — недоумевал я.

Это странно, что ни один из вассалов короны не выступил против мужа королевы. Он не истинный наследник. Дочери было совсем мало лет, но ее можно было воспитать. Но ведь бароны смирились. Почему?

— Тебе покажется это блажью, — осторожничал Берриант, — но матушку Александры все любили. Она оставила точное завещание — слушаться короля, пока юная королева наберет силу. Мы ждали и верили, а потом пошли слухи, что наследница исчезла. Сколько не пытался выжать из короля наш стряпчий, ничего не получилось. Через пару лет мы все поняли, что Александра сбежала. И терпели, веря, что та захватит власть. Сейчас вопрос в том, кто ее поддержит.

— А вы поддержите? — с опаской спрашивал, раздумывая, как использовать полученную информацию.

— Милир, — со усталым вздохом заметил страж. — Ты близок нашей королеве, иначе, с тобой даже не стали бы разговаривать. Она, и только она, может вести кланы Датхара. Генрих — никто. Ни один из вассалов не воспринимает его всерьез. Вся война идет ради нее. Как ты думаешь, поддержим ли мы?

— Она не станет бездумно слушаться совета, — сразу предупредил я заговорщика. — Хорошо бы уточнить ее точку зрения.

— Она — молодая девушка, на которую ты можешь повлиять.

Как интересно, принцесса один день в Датхаре, а вокруг нее уже формируются политические группы. Знает ли Александра о внезапно свалившейся ноше? Подозревает о том, что рыцари будут подталкивать ее к открытому столкновению? Они уже начали скрытую войну, подрывая авторитет короля. Теперь и вовсе соберутся под ее знаменами.

Пользуясь даром, я чувствовал, что Берриант мне не врет. А еще не боится, что донесу королю — видит мою преданность к девушке. Вот только в планы не входило надолго здесь оставаться. Ни я, ни Лекси не думали об этом. Хотя… Может, лекарша и думала, но не пожелала делиться со мной своими мыслями.

— Что вы хотите от меня? — нахмурился, обращаясь к десу Стоунворду.

— Она тебе доверяет, это видно невооруженным взглядом. Хотелось бы знать ее точку зрения. Хочет ли она сменить отца? Это ведь ее прямая обязанность.

— Ей нужно доучиться, — ответил я, как ее наставник, как преподаватель. — К тому же, приехали мы сюда с чуть другой целью.

— Что может быть важнее ее королевства?

Жизнь? Победа над Ваохом?

Рассказывать подробности о возложенной миссии богов на трех юнцов я не желал.

— Я поговорю с ней, дес де Стоунворд, — пообещал я стражу. — Но не ждите ответа сразу. Ей надо будет хорошенько подумать.

— Надеюсь, Ее Высочество примет правильное решение, — шепотом ответил мужчина. — Не надо же просить, чтобы этот разговор должен остаться в тайне?

Не став отвечать, я лишь вскинул брови, глядя на старика. Вопрос сам по себе оскорбителен.

Распрощавшись с бароном, дав указания своим людям, где разместить бывшего придворного, я постучался в комнату Лекси.

— Ты не спишь?

— Нет, — девушка сидела за рабочим столом и смотрела в ночное небо. — Думаю. Как там дес де Стоунворд?

— Устроен, — коротко ответил, не вдаваясь в подробности. — Нам бы поговорить…

— Мы наедине, — хмыкнула лекарша. — Накинь полог, у меня плохо получается, — потупила она взгляд.

Это выглядело так мило, что я улыбнулся. У адептки Тревиль не получается сделать полог тишины, и она смущается.

— Потом научу тебя, — обнадежил я девушку, создавая магическое плетение.

— Он ведь что-то хотел? — сразу начал Александра с главного. — Не просто так попросился на службу. Он и, возможно, другие чего-то от меня ждут?

— Да, — согласился я, пододвигая стул и присаживаясь рядом. — Уже готовы назвать тебя королевой. Ты думала когда-нибудь об этом?

Лекси отвернулась от меня, подперла рукой подбородок и сузила взгляд. Конечно, думала. Сейчас она излучала неуверенность в своих силах, переживала и боялась.

— Мне всегда казалось, что это так далеко, — начала адептка. — Сначала была мама, потом отец отправил меня в другой замок, а после я сбежала в академию. Если мне и хотелось быть королевой, то в мечтах — зыбких, ненадежных. А теперь не верится, что все происходит наяву, слишком стремительно несутся события.

— Лекси, — прижал я ее к себе, чувствуя испуг. — Ты ведь не можешь отказаться. Твой отец — не прямой потомок. Большинство знати в твоей стране не воспринимают его всерьез.

— Пугает твоя осведомленность, — отстранилась девушка. — Ты все разузнал заранее?

Я лишь развел руками.

— Стараюсь быть настороже, прежде чем отправляться в путешествие.

— А почему мне не сказал? — обиженно засопела принцесса.

— Не хотел добавлять тебе лишних тревог, — покаялся я, понимая, что был неправ.

Надо было подготовить ее, объяснить, что визит будет связан не только с объяснением с родственниками и общением с богиней. Придворные, недовольные нынешним положением дел, обязательно начали бы склонять принцессу на свою сторону.

Но, боги, так тяжело смотреть на юную девушку, которая с детства принимает взрослые решения. Хочется оградить от любой тревоги и опасности, совершенно забывая о сильном характере.

— Ты обиделась?

Она устало вздохнула и встала, давая понять, что мне пора уходить.

— И да, и нет, Милир.

— Не понимаю, — я тоже встал, но застыл в ожидании ответа.

— Мне приятно твое желание защитить меня. Очень. Ты всегда рядом, даже если этого не прошу. Но, пожалуйста, не забывай держать меня в известности. Кому я могу здесь доверять, если не тебе? — пытливым взглядом посмотрела на меня Александра.

— Прости меня, принцесса, — я провел рукой по столу. — Буду иметь в виду. Все забываю, что ты взрослая, умная и очень проницательная девушка. Но что ты скажешь?

Ей мои слова не понравились, на лице появилась гримаса, но, взяв себя в руки, она проговорила бодро и с воодушевлением:

— Скажу, что подумаем об этом потом. В первую очередь найдем Миру и артефакт.

— Уже знаешь, где искать? — удивился я такой резкой смене настроения.

Лекси штормило. Она то впадала в уныние, то резко воспаряла к небесам. Сказывалось напряжение в замке, да и между нами тоже.

— Предполагаю, — чуть улыбнулась девушка.

Глава 15

Лекси

Мне не хотелось просыпаться. Ночью снился грифон, ведущий со мной беседу. Но не что-то новое, а именно тот момент, когда я его встретила.

Пока я нежилась в кровати, в комнату зашла Бейли с новым платьем.

— Ваше Высочество, вы готовы одеваться? — спросила камеристка. — Вам помочь?

— Да, — надменно произнесла я, вспомнив, что я принцесса. — Хочу пройти в ванную комнату. Поможешь?

— Конечно, — поклонилась мне девушка.

Это не было минуткой слабости. Во дворце есть свой этикет, про который я успела забыть. Да и служанке не доверяла. Уверена, что та, при малейшем подозрении помчится в опочивальню моей мачехи.

Через час мы собрались, и меня облачили в легкое голубое платье по моде моей страны. До сегодняшнего дня я так не одевалась. Интересно, что скажет Милир, когда увидит меня?

— Принеси мне ключи от комнаты моей матушки, — попросила я Бэйли.

— Но ваш отец…

— Знаю, — кивнула я ей. — Он не открывает эту комнату. Но ключи принеси, — затребовала я с нее.

В покои королевы нельзя просто так заселиться, как и в покои короля. Древняя магия охраняет их. Судя по вчерашним словам дознавателя, у меня не возникнет препятствий, чтобы побывать в этих комнатах к вящему неудовольствию Алвены. Меня признала половина аристократии Датхара. Другая половина застыла в ожидании разрешения конфликта с отцом.

В дверь постучались, и по стукам я сразу поняла кто это.

— Войди, — пригласила я Ойлистрея.

Тот застыл на пороге, всматриваясь в меня. В Аридии сами обычаи менее строгие, но одеяние женщины всегда под пристальным наблюдением. Можно носить брюки, рубашки, но глубокие декольте и прозрачные ткани означают скандал. В Датхаре, наоборот, для девиц куда больше ограничений, но так как подразумевается, что из дома мы не выйдем, одежда более фривольная. Я, одетая в полупрозрачный наряд, вызвала в мужчине бурю чувств. Милир прошелся взглядом по призрачным рукавам, опустился к легкому корсажу, поднимавшему грудь, а потом посмотрел на несколько юбок, через которые можно было рассмотреть мои стройные ноги. Природа меня щедро одарила, и я об этом прекрасно знала.

— Ты очень красивая, — сделал комплимент мой гость, прикрывая то один глаз, то второй. Настолько впечатлила.

— Спасибо, — улыбнулась я мужчине.

Меня радовало, что он замечает такое. Между нами искры горят, плавится воздух и вскипает вода, как мы вернемся обратно в академию?

— Какие планы на этот день? — спросил дракон, стараясь не смотреть ниже моего лица.

И как сдерживать смех? В замке придворные видели еще куда более раздетых девушек. Я, по нашим меркам, даже скромно нарядилась.

— Я хочу попасть в покои матери. Почти уверена, что найду святилище Миры там.

— Почему? — недоумевал наставник.

— Трудно сказать, — я поджала губы и отвернулась. — Ты проходи, — предложила я опять сесть на стул или кровать. — Она любила там находиться, а еще, были такие случаи, что она пропадала и никто не мог ее найти. Почему-то мне кажется, что в эти моменты она беседовала со своей покровительницей.

— Твой отец будет интересоваться, отчего я провожу так много времени в твоей спальне.

— Разве ты не мой жених? — с некоторым упреком спросила дракона. — В этом плане никто не осудит.

— Это больше проблема, чем решение, — ответил Милир, внезапно оказавшись сразу за мной.

Я развернулась, путаясь в юбках и чуть не упала. Но мужские руки предусмотрительно удержали меня за талию, давая восстановить равновесие. Наши тела прижались к друг другу, я в испуге положила ладонь на его мощную грудь и ощутила, как гулко бьется сердце дракона.

— Я принесла, ой! — зашла юная служанка.

Отпрянув и отойдя на пару шагов назад, я обратилась к девушке.

— Давай, — протянула я ладонь, на которую упал резной ключ. — Бейли, до утра свободна. Отдохни, — улыбкой проводила я камеристку.

В безвременье не поймешь, как долго будет идти беседа. Возможно, если я отыщу Миру, то вернусь сюда только через год.

Служанка, пятясь ушла, а потом раздался топот резвых ножек. Видимо понеслась доносить до короля и герцогини, что застала нас не в самой приличной позе.

— Нам стоит поспешить, — невозмутимо заметил Милир.

— Верно, — я выдохнула, отгоняя мысли о произошедшем.

Подумаешь, обнялись. Так мы и целовались, что такого?

Выйдя из гостевого коридора, мы шли до королевского крыла, где когда-то была моя комната. В данный момент ее занимала старшая из сестер Катарина. Мне не было жалко, я вообще смирилась с мыслью, что я могу не вернуться, но где-то глубоко в душе отозвалась ревность.

Почему отец так невзлюбил меня? Никогда не хотел проводить со мной время? Разве ребенок виноват в насильном браке?

— Лекси, — взял меня под локоть дознаватель. — Ты думаешь не о том.

— В смысле? — ужаснулась, вспоминая какой у него дар. — Ты не менталист!

— Трудно не догадаться, о чем ты думаешь, — он грустно усмехнулся. — Твой отец — идиот, слепо следующий своим желаниям. У тебя просто мало опыта, чтобы это понять.

— Все же, я его дочь, — не сдавалась я, приближаясь к комнате матери.

— Он не становится умнее из-за этого. Не пытайся завоевать любовь тех, кто тебя не ценит. Либо они сами придут к этому, либо не придут. Но ты потеряешь время в бесплотных попытках.

— Откуда ты все знаешь? — злым тоном ответила ему.

Я уже была в гневе. С момента приезда я не ожидала ничего от батюшки, но его пренебрежение все равно отзывалось болью на душе. За что он так со мной? Почему не может любить одинаково всех своих детей?

Поворачивая ключ в замке, я не ждала ответных слов от Ойлистрея. Но он все-таки произнес:

— Все просто, — сказал он под последний щелчок, когда дверь распахнулась. — Я люблю тебя, и никогда бы так не разочаровал.

Не в силах обернуться, я прошла вперед. И, продолжая не замечать ничего вокруг, думала о последней фразе мужчины. Он меня любит. Любит. А я?

— Лекси, не пугайся, — приближался Милир. От его движений сердце трепыхалось в грудной клетке, а на лбу образовалась испарина. — Я не жду от тебя ответа. Просто ты сама просила не умалчивать от тебя важные сведения.

Я резко обернулась. Мой наставник стоял, мучительно ожидая от меня хотя бы пару слов. Но что сказать? Его поведение часто выводило из себя, а иногда приводило в слепую ярость. Только Милир всегда был на моей стороне и никогда не обманывал. Чувствовал, что боюсь его, успокаивал, помогал, пробился через каменный слой недоверия.

— Не говори ничего, — он поправил мою прядку, упавшую на глаза, и погладил по щеке. — Обдумай. Я ощущаю твои эмоции, ты в явном замешательстве.

— Хо-хорошо, — буквально выдавила я из себя ответ.

Да мне теперь никакие поиски неинтересны. Лишь бы скрыться в комнате и понять, какие я сама испытываю чувства.

Но, как бы то ни было, завершить начатое необходимо.

— А ты не мог бы зажечь здесь свет? — попросила дракона.

— Конечно, — он тепло улыбнулся и взмахом руки зажег все светильники. За нами закрылась и запечаталась дверь. — Твой отец не знает, для чего мы сюда проникли. Возможно, попытается нам помешать, — пояснил свои действия мужчина.

— Спасибо, — прошептала я, посматривая на Милира.

О таком я подумать не успела. Какой же он предусмотрительный.

Рассматривая покои мамы, я подмечала, что все осталось так, как было при ее жизни. Даже пыль не затронула комнаты. Я распахнула тяжелую ткань, чтобы сюда проникал естественный свет. Солнце попало в помещение, отражаясь в разных зеркальных статуэтках. Она очень любила фигурки Миры, ангелов и белый цвет.

— Здесь красиво, — отметил Ойлистрей. — Твоя мать обладала хорошим вкусом.

— Да, — я счастливо улыбалась. — Правда, красиво.

По стенам были развешены гобелены с пейзажами пустынь и диких скакунов. На полу лежал белоснежный ковер, в которым утопали наши ноги. Вся мебель словно сделана из мрамора. Везде виден след матушки. А теперь все это — мое.

Как хорошо, что Алвена и Генрих не смогли попасть в покои. Замок признал королевой меня. Скоро об этом узнают люди. Данное событие еще принесет мне достаточно проблем, но сегодня у меня как будто путешествие в детство. На том кресле я лежала, слушая сказки. У тех книжных полок играла, строя карточный домик. А на огромной кованой кровати спала, когда болела.

— Что мы ищем? — вызволил меня из мыслей дознаватель.

Необходимо собраться. Успею насладиться этими мгновениями позже.

— Когда я общалась с грифоном, то перед этим нашла знак Миры. Думаю, вход в ее святилище будет связано с ним.

— Как он выглядит? — деловито спросил Милир.

— Дес Ойлистрей, — укоризненно начала я. — Как же так? Разве вы плохо учили историю академии?

— Адептка! — вторил мне преподаватель. — А вам не говорили, что поучать преподавателя плохо?

Ха. Приятно, когда ты знаешь чуть больше, чем наставник академии.

— Ладно, — не смогла спрятать ехидцу в голосе. — Это цветок со многими лепестками. Многослойный, а из него выходят руны нашего языка. Очень похоже на нанизанные бусы.

— Как этот? — поднял он статуэтку с богиней. На ее платье как раз красовалось данное изображение.

— Да, такой, — кивнула подтверждая. — Но это просто статуэтка. Здесь нет никакой магии.

— А ты воспользуйся своим даром.

Я не стала спорить, а воспользовалась магическим зрением. Обозревая все вокруг, лишь качала головой. Не видно ничего похожего на магические иллюзии. Может, мы не там ищем?

— Ничего, — нахмурилась я, и села напротив кровати. — Возможно, я ошиблась. Вдруг нужно искать не здесь?

Дракон тоже сел рядом.

— Ты — ее потомок. Наверняка, тебя что-то сюда привело.

Он прав. С первого шага, как я ступила на террасу, захотела навестить именно комнаты матушки. Но мне казалось, что это неуёмное желание связано с воспоминаниями о счастливом детстве. Или это происки Миры?

Я все осматривалась и осматривалась, пока взгляд не упал на шпалеру, висящую над постелью королевы. На ней была изображена богиня, стоящая на огромной морской раковине. Мира подняла руки вверх, над которым возвышался упомянутый цветок.

— Милир, смотри, — указала на картину.

— Что?

— Ну как же? Вон, сама богиня и ее знак! — я вскочила и почти захлопала в ладоши. — Двигай кровать.

— Лекси, кажется мне, — скептично отозвался наставник, — что ты позвала меня для тяжелой работы грузчиком.

— Да, да, — я уже не смотрела на него. — Хороший дракон всегда в хозяйстве пригодится.

Я все ждала, когда он подвинет тяжелый груз. Как только кровать отъехала в сторону, бросилась срывать гобелен. На нем нет никаких иллюзий, но он мог умело прятать скрытый вход. Весь дворец состоит из потайных переходов и коридоров, ни никто не знал их карт, даже отец. Мне думалось, что приди я в библиотеку и запроси такие сведения, она тут же бы образовалась в моих руках, но это теперь, когда я сама призналась себе, что являюсь истинной наследницей.

На пустой стене тоже был изображен цветок, на который я нажала рукой и чуть не провалилась в непонятное нечто, если бы меня не удержал Милир.

— Осторожнее, — клацнул тот зубами, придерживая меня и качая головой. — Так можно и разбиться.

— Как скажешь, — досадливо отметила, не радуясь такой заботе.

Мне не нравилось, когда меня усиленно опекают. Хотелось быть взрослой и мудрой, чтобы никто не сомневался в моих решениях.

Я прошлась рукой по изображению и ощутила волшебство. Это даже не иллюзия, это что-то другое. Магическое зрение не показывало, что здесь что-то скрыто, но, если чуть нажать, то ладонь пропадала из вида. Безвременье — долина богини Фэйт. Именно там проживали боги.

— Пойдем? — обернулась я на своего дракона. — Ты же не оставишь меня одну?

Его ответ был важен. Его никак не касались слова богов, он доставил неугомонную девчонку, туда, куда она просила. Мог остаться и охранять вход в покои, так как мы оба знали, что вскоре сюда нагрянут стражи, верные королю.

— Я всегда следую за своей принцессой, — сохраняя серьезность ответил Милир. — Идем.

Мы встали рядом и взялись за руки. Грифон говорил о том, чтобы я взяла помощника. Сейчас во мне все больше укреплялась уверенность, что я не прогадала. Преодолев призрачную стену, мы увидели огромное помещение с рядами из колонн. В очередной раз Ойлистрей удержал меня от падения, потому что мы оказались на небольшом парапете, от которого шла почти вертикальная узкая лестница.

— Не спускайся, — предупредил меня дознаватель. — Здесь достаточно места, чтобы я воплотился и опустил тебя вниз. Так безопаснее.

Взглянув на ступеньки, которые совершенно не подразумевали перил, я кивнула, радуясь, что именно он со мной. И за что мне такое счастье?

Мужчина бросился вниз, чтобы через мгновение обратиться в красного дракона. Два раза взмахнув крыльями, он набрал нужную высоту и подхватил меня одной лапой, чтобы снизиться и дать возможность ступить на мраморный пол.

Пока я изучала все вокруг, он принял ипостась человека.

Надо мной возвышались белые мраморные колонны, между которыми поочередно зажигался свет. А впереди маячила невероятных размеров статуя богини Миры. Женщины, которая хранила все живое в мире. Над ее головой возвышался цветок, чье изображение мы так рьяно искали. Это лотос. В наше время найти таковой считалось удачей и отметкой богини. Слишком большая редкость. К тому же рос он только на водоемах.

— Мы пришли туда, куда следовало? — спросил Милир, осматривая меня.

— Верно, дети мои, — услышала я певучий голос. — Вы там, где вам надлежит быть.

Мы оба обернулись на зов. Около статуи стояла богиня, совершенно непохожая на каменное изваяние. У нее был такой же цвет волос, как и у меня. Одетая в золотое открытое платье, она медленно выхаживала в нашу сторону. Я и Милир не стали ждать ее приближения и двинулись навстречу. Оказавшись совсем рядом, я отметила глубокие темно-синие глаза цвета океана, без зрачков, золотистый цвет кожи и невероятную мощь магии. А вот черты лица были схожи с моими.

— Ты близка мне, Александра, — погладила та меня по щеке. — Сразу видно, что ты мой потомок.

— Спасибо, — я наклонилась к ее ладони.

Ласка была приятна, словно мама гладила меня во время болезни.

— И ты, императорский дознаватель, слуга Гелиоса, — она кивнула Милиру. — Я знала, что ты придешь, и рада, что именно ты оказался около моего потомка.

— Почему? — Ойлистрей тут же принялся допрашивать женщину.

— Всех моих королев следует оберегать. Я — хранительница женщин, если ты не заметил, — с улыбкой отвечала богиня.

— Заметил, — миролюбиво ответил мужчина, — и готов исполнять свою роль. Но мы бы хотели наставлений и ответов.

— Я понимаю, — сказала Мира. — Спрашивайте, что вас интересует.

Он посмотрел на меня в ожидании первого вопроса. Пришлось собраться с мыслями, чтобы вспомнить все то, что хотела спросить.

— Грифон говорил об артефакте, — начала я. — Как мне найти его? И что от него зависит?

— Александра, — певучий голос прошелся по всему необъятному помещению. — Посмотри в шкатулке своей матери. Она знала, что эта ноша достанется тебе и прятала артефакт для тебя. Он усилит твои силы, ты сможешь менять реально по всей стране, обладая таким даром. Но недруги не дремлют. Это ожерелье хранит Ваоха, чтобы он не выбрался из ловушки, являясь своеобразным ключом.

— Разве Фэйт не попросила освободить его? — удивилась я, вспоминая, как богиня явилась к моей подруге-некромантке.

— Матушка всегда борется за всех своих детей, — грустно заключила Мира, — но это не значит, что она права.

— Мы нарушаем ее заветы или ваши? — ужаснулась и решила разобраться.

— Ничьи, — просто ответила богиня. — Если сдерживать Ваоха, то мы все остаемся в небытие. Но в ваших силах вызволить его и спасти ту часть мира, которую он подчинил.

— За этим мы и пришли.

— Вам рано или поздно придется открыть проклятые ворота, — досадливо заметила Мира, упоминая еще какой-то волшебный артефакт. — Будет замечательно, если наши потомки откроют его на своих условиях.

— Это в Ваохе? — я поняла, что что-то здесь не так.

— Ты умная девочка, Александра, — она приникла к моему лбу губами.

— Богиня, — поклонилась ей. — Грифон сказал, что я смогу пообщаться с той, кто меня родила.

— Да, — та улыбнулась. — Твоя мать просто жаждет увидеть свою дочь. Ты знаешь, что она вошла в мою свиту?

— Нет, — покачала я головой.

Тьяна по большому секрету призналась, что не боится смерти, потому что Морта сделала ее своей жрицей. Ей не грозит забытье. После кончины моя подруга станет прислужницей богини. Видимо, и моя мать сделала подобный выбор.

— Поговори с ней пару минут. А потом мы обсудим самое важное…

Мира отошла куда-то в тень, но прежде появилась ослепляющая белая арка, из которой вышла женщина.

Жрица богини, бывшая королева Датхара и моя мама.

Она была одета в свободное белое платье, струящееся от каждого движения и с распущенными, спадающими по плечам, волосами, серебристого цвета. На коже ни единого признака старения, словно от нее отходит волшебное свечение. Великолепная, очень красивая, сияющая. Такой я ее и запомнила еще до смерти, будучи ребенком.

— Мамочка, — бросилась к ней, не обращая больше ни на что внимания. Пусть мир разверзнется, начнется конец света, мне будет все равно. — Я так скучала!

— Доченька, — она тоже не выдержала и сделала пару быстрых шагов в мою сторону. — Моя девочка. Я тоже скучала.

Мы долго обнимались и у обоих на глазах блестели слезы. Как жаль, что это одна встреча. Мне хотелось рассказать обо всем: о жизни без нее, об обучении, о провидении. Спросить совета, узнать, что она думает, как живет сама.

— Как ты? — первой начала я, придирчиво осматривая ее фигуру.

— Там, где должна быть и где стремилась оказаться, — она погладила меня по голове. — Как же ты выросла! Какая красивая стала!

— Спасибо, — чуть смущенно отозвалась я.

Мне не нравилось, как она себя ведет. Слишком отрешенные ответы, слишком заученные фразы.

— Твоя мать уже не та, что была раньше, — подала голос Мира, завидев мое недоверие. — Там, — она неопределенно махнула рукой, — время идет по-другому. Именно поэтому мертвые не встречаются с живыми.

— Не обращай внимания, — сказала матушка. — Я прекрасно помню, что боги наградили меня самой красивой девочкой в мире, на которую лег тяжелый груз. Мне жаль, но я верю, что ты совсем справишься, — потрепала меня по щеке.

Я всхлипнула. Мне казалось, когда мы увидимся, все произойдет несколько иначе. Но нет. Мира права. Я могла только полагать, как все будет, но вышло именно так.

— А кто ты? — посмотрела мама на стоящего позади Милира.

Дракон просто наблюдал, не желая мешать встрече, но, услышав последнюю фразу, приблизился к нам.

— Хранитель вашей дочери, Ваше Величество. Ее жених. Может, вы помните меня? Я служил некоторое время дипломатом во дворце.

— Нет, — женщина устало покачала головой. — Все это я старалась как можно быстрее забыть. Меня тревожила лишь судьба Александры. Жених, вы говорите?

Маму смутило заявление Ойлистрея. На лицо опустилась тень, и она куда внимательнее осматривала преподавателя.

— Нет, — я хотела объяснить ей про фиктивную помолвку.

— Да! — перебил дознаватель и с укором посмотрел на меня, как будто пытался сказать, что не время и не место разъяснять такие тонкости.

— Тогда охраняйте мою девочку тщательнее, — словно не замечала наших перемигиваний жрица богини. — Ей придется непросто, — она склонила голову набок, продолжая перебирать мои волосы. — Александра, я не могу долго здесь находиться. Я сожалею, что в таком юном возрасте оставила тебя, не дала своих наставлений, не вырастила и не увидела при жизни, какой ты стала.

— Ты уже уходишь? — с ужасом воскликнула, подозревая к чему та ведет и не желая расставаться.

— Да, мне спокойно, что у тебя достойный защитник. И знаю, что есть верные друзья. Ты совсем справишься.

— А ты все забудешь, — я не спрашивала, а утверждала.

В этот момент опять появилась богиня, открывая арку портала.

— Ты права, Александра. Тот, кто состоит в свите, постепенно забывает о жизни здесь. Но для них это своеобразная награда. Многие только мечтают попасть туда, чтобы провести с богами вечность. Вам пора прощаться.

Мама сжала меня в объятиях, и я ощутила, как ее слезинка скатилась по моему плечу.

— Мне пора. Ничего не бойся, — поцеловав в щеку, она отошла дальше.

— Хорошо, — дрожал мой голос от напряжения.

Разве пара минут могут восполнить мне отсутствие мамы в жизни?

Через несколько секунд она пропала, мне же оставалось собраться, чтобы не разрыдаться в голос. Потом, когда окажусь в своей комнате, дам волю чувствам…

Милир встал еще ближе, взяв меня за руку, и ничего не говоря. От такой поддержки стало легче. Когда он успел так хорошо разобраться в моей натуре? Мне не нужна жалость, но молчаливая опора вселяла надежду на лучшее.

— Вы говорили про ворота, — напомнил богине дракон, сжимая мои пальцы. — И сказали, что они в Ваохе.

Его тон был слишком суровым. Я удивленно посмотрела на него. Разве так можно разговаривать с высшими существами? Они не простят пренебрежения.

— Сказала, — согласилась Мира, будто бы, не замечая неучтивости Ойлистрея. — Они там.

— Это значит, что Севостьяне, Александре и Ричарду нужно отправиться во вражескую страну?

— Да, — женщина не отпиралась.

— Для чего? Что вы хотите от них? Уничтожить бога Хаоса или освободить?

Хорошо, что со мной отправился именно он. Мне не хватило разума, чтобы задать этот вопрос. Ни Морта, ни Фэйт не давали ясности, просили лишь распечатать святилища и помочь жителям той страны. А вот пытливый дознаватель тотчас же решил допрашивать. И кого? Богиню жизни.

На лицо богини словно опустилась темная дымка. Было видно, что тон Милира ей не понравился.

— Разве боги отчитываются перед своими детьми? — спросила она дракона.

— Вы посылаете совсем юных девушек и юношей практически на верную смерть, — не сдавался мужчина. — Хорошо бы знать, зачем.

Я прильнула к нему, поглаживая пальцем середину ладони. Может так он успокоится? Станет вести себя осмотрительнее. Мне совсем не хотелось, чтобы Мира разозлилась. Но она как будто бы сдалась. Глубоко вздохнув, склонив голову набок, она ответила.

— Все испытания неслучайны, и даются тем, кто может их вынести. Я не могу рассказать всего, пока остальные святилища не распечатаны. Могу лишь сказать, что от смерти брата никто из нас не выиграет. Нет, этим детям не суждено его убить.

— Значит освободить? — не выдержала я. — Тогда для чего оберегать артефакты?

— А это уже поведает Гелиос, когда встретится со своим потомком.

Понятно, что ничего не понятно. Было бы замечательно, если бы они хоть как-то по срокам обозначали, когда предок всех драконов возжелает пообщаться с Ричардом. Хорошо зная своего друга, предполагала, что встреча будет — закачаешься.

Ойлистрея такой ответ мало устроил, но дальше выпытывать он не стал, лишь сильнее стиснул мою руку.

— Мне пора, все что я хотела донести до вас, вы услышали, — опять начала Мира после недолгого молчания.

— Слишком мало! — пропищала я.

— Ты сильная девочка, — богиня погладила меня по голове. — И должна со всем справиться. Берегись отца и мачеху, не находись одна.

— Они так опасны?

— Милая, это знает только Фэйт. Я сужу по тем событиям, что видела.

— Спасибо, — все, что смогла вымолвить, расстроившись от последнего замечания.

Даже боги не верят в теплые отцовские чувства.

— Мы еще увидимся, Александра де Тион, я не буду прощаться, — напоследок проговорила женщина, и растворилась в воздухе.

Один миг, и ее нет. Просто исчезла, пропала без следа.

Я обернулась к Милиру, ища в его взгляде поддержку. Он тоже обомлел от такой магии, но тут же посмотрел мне в глаза.

— Не бойся, сколько раз тебе повторять? — чуть приобнял меня, сразу догадавшись, что я чувствую. Иногда полезно, что жених — эмпат. — Я же тебя не оставлю.

— Они могут заставить.

Это по силам королю. Генрих мог и наплевать на все соглашения между странами, боясь потерять власть в своих руках. То, что ко мне обратился дес Берриант, уже говорило о многом.

— Надо выбираться, — отстранился драконище. — Я подниму тебя, но одна не выходи. Вдруг за стеной кто-то есть?

Он сильно проникся словами матери и Миры о необходимости меня защищать.

— Хорошо, — не спорила я с мужчиной.

Пусть мне и хотелось отказаться, ответить, что я могу сама постоять за себя, потому что я — будущая королева. Проявить свой характер всегда успею, а вот благоразумие нужно хранить всегда.

Он превратился в дракона и подхватил меня, чтобы доставить к стене, из которой мы вышли. Перекинувшись в человека, опять схватил крепко за ладонь и потянул за собой.

Интересно, как долго мы отсутствовали? За окном все еще утро.

Я сразу же бросилась к шкатулке-сокровищнице, которая хранила мамино наследство.

— Оно там? — следил за моими действиями ящер. — На месте?

— Не знаю, — шарила рукой, откидывая на туалетный столик дорогие фамильные украшения.

Как хорошо, что в древнем замке есть своя душа. Ни Алвена, ни отец, ни сестры не смогли разграбить мое наследство. Комната просто не впускала сюда никого, кроме королевы.

Вот оно! Жемчужное ожерелье с подвеской в виде ключа. Сколько я его видела на матушке, не думая о том, что это сильнейший артефакт. Подделка, выданная грифоном, была идентичной, и от нее тоже шел волшебный след. Недолго думая бросила копию в шкатулку и сгрузила все драгоценности обратно.

— Зачем? — удивился дознаватель. — Я полагал, ты заберешь все.

— Не могу объяснить, — потупилась, пряча артефакт в потайной карман платья. — Предчувствие. Пусть лежит здесь.

— Ты в порядке? — уже в который раз спросил он меня.

— Нет, — прикусив губу, я рассматривала потолок. — Слишком суетливое утро. Очень много событий.

— И какое больше всего тебя впечатлило? — Милир встал вплотную, нависая надо мной.

Сложно сказать. Сегодня я поговорила с богиней, стала хозяйкой редкой магии вещицы, встретила маму и услышала признание в любви.

Не успев ничего ответить, мы оба услышали возню за дверью.

— Именем короля, откройте!

Глава 16

Вздрогнув, я с надеждой посмотрела на дракона. Я так привыкла, что тот меня опекает, что даже не мелькнула мысль о том, что вообще-то в Датхаре истинная королева — я. По завещанию матери говорилось, что как только наследница станет совершеннолетней, ее можно будет короновать. Правда, я сбежала гораздо раньше.

— Сейчас, — осмотрел меня дознаватель, и, когда уверился в том, что я в порядке, распахнул дверь. — По какому праву вы нас тревожите? — обратился он к стражникам.

— Его Величество затребовал принцессу к себе на аудиенцию, — сказал старший из них.

— Хорошо, — даже бровью не повел дракон. — Но так как я — посланник императора и жених принцессы, то тоже буду присутствовать. Сообщите ему эту новость, а мы придем…вечером. — Не просто ответил, а приказал воинам Ойлистрей.

— Его Величество будет недоволен, — не желал соглашаться старший из них.

К этому моменту я смогла собраться и выглянула в открытую створку.

— Конрад, кажется, — вопросительно посмотрела на мужчину.

Имена я запоминала хорошо. Да и в замке прошла большая часть жизни. Это прислуге кажется, что дворяне их не помнят, но дела обстоят иначе. Совсем дураки не обратят внимание на тех, от кого зависит безопасность, сон, да даже комфорт в королевстве.

— Да, Ваше Высочество, — поклонился мне стражник.

— Делай, так как велит мой будущий муж, — приструнила я мужчину. — Мы скоро придем.

— Но ваш отец…

— Что? — сузила я взгляд, сделав похожим на лисий. — Напоминаю, отец хоть и король, но должен править до моего совершеннолетия, которое было три года назад. Решил со мной спорить?

— Нет, Ваше Высочество, — поклонился тот. — Простите. Вмиг извещу.

— Будь добр, — ответила и с силой хлопнула дверью.

Я обернулась к фиктивному жениху.

— Милир, — я сильно заволновалась. — Почти уверена, что батюшка боится за власть. Он может поступить поспешно.

— Ничего не бойся, — попытался успокоить меня дракон. — Пока я рядом, он ничего не сделает.

— Но может устранить тебя, — как-то грустно отозвалась, вспоминая, как Генрих обращался с матерью. А потом… Потом я вспомнила, что являюсь монаршим лицом. — Не иди со мной к отцу. Почти уверена, что это ловушка. Если я попала в эти покои, он знает, что дворец признал меня королевой.

— Тогда ты вдвойне в опасности, — не желал расставаться со мной Милир.

— Да, это так, — согласилась с его словами. — Уверена, что Алвена что-то напела ему ночью и утром. Они поступят необдуманно и скоро.

— У тебя есть какой-то план? — сузил глаза мужчина, догадываясь о дальнейшем.

Если бы. Не знаю, есть ли во мне талант стратега. Ричард любил повторять, что я самая умная в его окружении, хотелось бы верить в слова наследника императора.

— Не совсем. Так, зачатки. Наверняка они постараются обезвредить меня, бросить в темницу или отправить к названому жениху.

— Твой жених — я, — очень ревностно ответил дознаватель.

— Я не спорю, — выговорила то, во что сама верила, отбросив все непрошеные мысли. — Но не об этом речь. Ему необходимо выдать меня замуж. Как только я войду в зал, скорее всего, тебя схватят, запрут, или того хуже. По словам Миры, мне нужно держаться дальше от отца.

— Ты думаешь, что он задумал худшее?

— Не знаю, — прошлась по комнате. — Но между мной и властью, он выберет не меня. Тебе это известно.

— Что же ты предлагаешь? — скрестил руки на груди мой защитник.

Я невольно посмотрела на него: такой сильный, мужественный, могущественный. Знаю, что, если мне понадобится помощь, он непременно ее окажет и справится с любой опасностью.

— Лети к Беррианту де Стоунворду. Ты сам сказал, что они ждут не дождутся воцарению истинной правительницы, на которую можно повлиять. Наверняка это не только его графство.

— Это наложит на тебя обязательства, Лекси.

— Я все понимаю, но мне нужно понять, кто мне друг, а кто враг. Мы убьем двух зайцев одновременно.

— И доверишь свою жизнь аристократам? — не мог поверить в мои слова матерый дознаватель. — А если они не захотят поддержать тебя?

Нет, судя по тому, как вели себя придворные, они спят и видят воцарение новой власти.

— Я верю тебе, — я закусила нижнюю губу. — И в истинность пар, — с небольшой заминкой проговорила я, всматриваясь в лицо дракона.

— Что? — не понял тот, или не хотел понимать.

— Императрица рассказала мне, что обряды у драконов странные, — с огромным смущением начала я. — Вы надеваете браслеты любимым, желая сочетаться с ними браком их, но если проявляется магическая связь, то это значит, что вы уже женаты. И ничто не может разорвать этот союз.

— Когда Лисси успела поговорить об этом?

— Неважно, — посмотрела я на Милира, но решила признаться. — Еще в мое первое появление, когда я ухаживала за Ричардом и Тьяной. Она очень переживала за пасынка и упомянула….

— Лисси ничего просто так не делает, и не говорит, — не остался в долгу дракон. А потом сжал меня в объятиях. — Ты же понимаешь, что обратной дороги не будет, вне зависимости, истинные мы или нет?

Я развернулась к мужчине.

— Да, все понимаю, — робко провела я ладонью по его лицу. — Тебе интересен мой ответ? — ждала я реакции преподавателя.

Тот подался вперед, усаживая меня на колени и не давая сбежать.

— Да.

— Я тоже люблю тебя, — прошлась пальцами по его подбородку, чтобы быть пойманной тяжелой драконьей рукой.

Зачем отрицать очевидное? Ойлистрей занял все мои мысли с момента своего появления. Он помогал, опекал, защищал. Но не только это стало катализатором. Милир всегда был уверен в моих силах, знал, что я не пустая девица, наставлял в сложных вопросах. Как в такого не влюбиться?

— Ты уверена? — мне хотелось думать, что он спрашивает это, испытывая счастье.

— Да, — спрятала я глаза. — Не проси дальше. Мне сложно в таком признаваться. Но, да. Я хочу, чтобы это был ты.

Больше никаких слов не требовалось. Одним уверенным движением дракон подхватил меня и прижал к себе.

— Лекси, — шептал он нежно. — Подумай. После всего я не смогу отпустить тебя.

— И что? — терлась лицом о грубую кожу куртки. — Разве ты планировал отпускать?

— Нет, — Милир покачал головой. — Я бы очень многое отдал, чтобы стать твоим истинным.

Многое.

Отдал бы.

Впору задуматься, а есть ли еще более подходящий жених?

Но все как-то быстро потеряло смысл. Стало абсолютно все равно на объяснения, на слова отца, на распоряжение императора, на улыбку императрицы. Мы еще успеем обсудить отношения. А сейчас…

Он посмотрел на меня внимательно, очень долго, поднимая глаза от ног к лицу. Под таким чувственным взглядом мурашки, как взорванные, разбежались по всему телу, заставляя меня раскраснеться.

Ойлистрей наклонился, осторожно коснулся губами, как будто боясь, что в очередной раз сбегу, покину его, испугаюсь. Но в этот момент мне хотелось большего. Смяв его рубашку в ладонях, прильнула еще ближе, трогая за упругий живот. Он быстро подхватил инициативу, расстегивая сложные застежки на спине. Несколько движений, и шлейф юбок упал, оставив меня практически обнаженной.

Не давая опомниться, дракон жадно впился в шею, позволяя стянуть вышитую ткань. Не осталось ничего, мир остановился, вращаясь только для нас двоих.

Милир целовал жадно, глубоко, требуя большего, я также отвечала, но не так умело и очень робко. Снова… и снова… и снова.

— Мы не должны, — в один миг мужчина отстранился, но не смог бороться с вожделением.

— Ты мне нужен, — проникновенно заверила я, обхватив ладонями его лицо.

Пальцами тот пробежался по позвоночнику, очерчивая непонятные фигуры, а потом зарылся в волосах, чтобы рывком оттянуть и прижать к себе.

— Лекси… любимая… — дотрагивался до меня возлюбленный.

Одежда слетала с обоих, словно волшебная, пока мы не оказались на широкой кровати, скидывая покрывало. Совсем забывшись, рухнули на подушки, чтобы драконище окончательно прижался к девичьему телу. При этом мы не желали расставаться, не могли отпустить друг друга, впивались губами, чтобы утонуть безвозвратно.

— Не бойся, — в какой-то момент проговорил дознаватель. — Я заберу всю боль, ты ничего не почувствуешь.

— Я верю, — кивнула и маленькая слезинка скатилась с уголка глаза.

Это не горе, не сожаление, не испуг, счастье накрывало бесконечным покровом, да так, что не верилось, что оно когда-то может закончиться.

Обнаженные, мы прильнули к друг другу. Тела сплетались сильнее, поцелуи стали глубже, более страстными, почти животными. Я застонала, ощущая, как становлюсь женщиной. Секундная боль…

— Любимая, истинная, дорогая, — Милир не врал, вправду забирая неприятные ощущения.

Магия тому причиной или что-то другое…

— Любимый, — я взъерошила темные волосы мужчины, притягивая к себе.

Еще и еще, теснее, глубже, плавнее, пока я не взорвалась на тысячу стеклянных осколков. В сладостной неге, вздыхала и вскрикивала, радуя возлюбленного движениями и реакцией.

Есть ли в нашем мире что-то волшебнее? Кто может дать ответ на такой вопрос?

— Ты моя, Лекси, — заключил драконище с довольной улыбкой. — Навсегда.

— Разве могло быть иначе?

Мне не хотелось думать о чем-то другом, о проблемах, о короне, о войне и богах. Я влюблена и готова вещать об этом каждому.

— Не могло, — обхватил тот меня и перекатился набок. — Я бы не отпустил тебя, даже не думай о таком.

В отличии от Милира, я была не в силах пошевелиться.

— А когда ты это понял? — провела я рукой по мускулистой груди.

Дракон не остался в долгу и принялся выписывать затейливые узоры на моей спине.

— Когда ты усмирила Уилла. Вот тогда решил для себя, что ты — моя.

— Долго же ты решал, — не очень довольно отозвалась, втайне радуясь откровению дознавателя.

На лодыжке что-то зачесалось.

— Ай! — тихо вскрикнула, накрываясь одеялом, желая проверить, что за неожиданная царапина.

— Ты куда? — сморщился дознаватель.

На его запястье, как по мановению, выступил витиеватый знак, горящий огнем, а потом проступивший темными чернилами.

Я опустилась к ноге, на которой горел след с подобными рунами.

— Ты была права, Александра, — вздохнул жених… муж… истинный… кто?

— Истинные? — с испугом взглянула я на Милира. — По-настоящему?

— Да, Александра, — тот усмехнулся, наблюдая за моим выражением лица, а потом схватил, чтобы обратно прижать к себе. — Истинные. Ты, моя догадливая девочка, не зря меня так тянуло узнать тайну датхарской беглянки.

— Не зря, — погладил яа его по щеке, а потом отвернулась

Я смущалась, переживала и была счастливой одновременно. Вот только все портила необходимость куда-то бежать, что-то решать и общаться с королем.

Дознаватель быстро почувствовал смену моего настроения.

— Как бы я хотел, чтобы нам не надо было никуда торопиться, — убрал он с моего лба налипшие пряди. — Провести с тобой день, ночь, и потом еще день, до бесконечности.

— Я тоже, — призналась, как будто в самом сокровенном. — Но это же долг.

— Долг, — мужчина кивнул. — Но теперь я еще больше противлюсь мысли, что оставлю тебя наедине с отцом.

Пришлось подняться и потянуться к одежде.

— Он же больше ничего не может сделать, — прикусила губу. — Мы же жен… замуж… так, а кто мы?

Этот момент важно прояснить. На нем строилась вся моя зыбкая защита от нежеланного брака.

— Ты уже моя, — пожал плечами Ойлистрей. — По обычаям любых оборотней — жена, но не все маги чтят эти законы.

— Но разве он сможет совершить брачный ритуал? Мира не подтвердит это событие, тем более что она ко мне благосклонна.

— Этого и боюсь, — уже одетый Милир усадил меня на кровать и принялся застегивать на моей спине платье. — Генрих будет в ярости, и неизвестно, как он решит поступить.

— Разве мы не этого добиваемся? — млела я от легких прикосновений, стараясь не превратиться в желе и сохранить здравый смысл.

— Чтобы ты была в опасности? — тон мужчины поменялся. — Конечно, нет. Но я пока не придумал, как поступить дальше.

Нет! Вот почему в начале меня так раздражал дознаватель. Он решительно отметает мои попытки защититься самостоятельно. С другой стороны, сколько раз тот помогал мне? С Браем, с ваохцами, даже с Лилианой… Хотя в последнем случае заслуга была де Риварда.

— Перестань, — повернулась я и взяла его за обе ладони. — Надо действовать быстро. Берриант, уверена, уже подготовился, иначе не стал бы обращаться ко мне через тебя. Долго ходил вокруг да около, выясняя мотивы и стремления. Я останусь одна только на сегодня. К вечеру все закончится.

Сама пребывала в шоке от происходящего. Еще утром поговорила с богиней, а к ночи собираюсь устроить переворот. Сколько мы во дворце? Два дня, три? Да мы так план перевыполним.

— Нет, Лекси, — не желал сдаваться Милир. — Ты не понимаешь…

— Все понимаю, — перебила его. — Но, если ждать, что задумал отец, обязательно попаду в ловушку. У него достаточно сторонников, благодаря деньгам Алвены. К тому же не все хотят видеть на троне женщину. Нет, надо действовать решительно.

— А в десе Стоунворде ты, стало быть, уверена?

— Только в тебе, но мне тоже нужны союзники. Если все получится, то у меня есть, что предложить ему.

— Что? — глаза дракона округлились.

Все случилось так внезапно и быстро, что совершенно нет времени обдумывать свое будущее. Тем не менее это очень важно. Я стала женой, а еще готова принять трон, но мое обучение никто не отменял, мне еще предстоит закончить пятый и шестой виток. Милир — главный дознаватель Аридии, и хоть он не сказал ни одного слова по этому поводу, но знаю, что в голове его мелькают мысли о том, чтобы оставить должность. На это нужно время. Пока мы утрясаем проблемы, кто будет править, если я настроена сбросить отца с пьедестала?

— Ты — мой муж, — проговорила и сама испугалась, как это звучит.

— Верно, — сузил взгляд Ойлистрей.

— Ты же понимаешь, что должен быть рядом?

— Александра, если бы я думал по-другому, то не признался бы тебе в своих чувствах, — нахмурился он.

Мира, почему сам не догадается?

— Мне нужно учиться, тебе — завершить дела. Берриант почтет за честь стать наместником, временно, пока я буду в академии, — пробормотала я на одном вдохе, ожидая оценки дознавателя.

Ну же! Это хороший вариант решения проблем. Милир должен поддержать.

— Ладно, — мрачно отозвался драконище, загнанный в тупик. — Сделаем по-твоему. Но это не значит, что я одобряю решение.

— Я не сомневалась, — испытала некоторое облегчение оттого, что тот не стал спорить.

Мы одновременно поднялись.

— Возьми с собой артефакт, — сунула в руки ожерелье и сразу пояснила. — Мало ли что они задумали. Пока он будет у тебя, так сохраннее.

— Хорошо, — Ойлистрей машинально принял предмет и спрятал где-то в недрах куртки. — Обещай мне избегать любых неприятностей. Держись, не пытайся сопротивляться. Я очень быстро вернусь.

— Конечно, — прильнула я к нему. — Буду паинькой и ждать тебя.

— Надеюсь, твой план не принесет больше проблем, — сказал все еще скептично настроенный дознаватель

Он обнял меня, просто смял, волнуясь, переживая о будущем, опять взъерошил волосы, обжег страстным поцелуем и почти сразу отстранился. Быстро распахнув двери, шагнул и обратился в ящера.

Как страшно оставаться одной. За недолгое время я привыкла к постоянному присутствию в моей жизни Милира. Он успокаивал, поддерживал и оберегал, хотя иногда и перегибал палку. А сейчас я одна и должна встретиться с мачехой и отцом, которые словно с цепи сорвались — так желали избавиться от наследницы.

Открыв двери, я ничего не сказала скучающим в коридоре стражникам, но гордо удалилась в сторону своих комнат.

— Ваше Высочество, — заикнулся один из мужчин. — А где же?.. Где?..

— Кто? — издевательским тоном спросила воина. — Дракон? Улетел.

И не соврала, пусть думают, что хотят. Вряд ли кто-то подозревает нас в поспешной свадьбе, которую благословила Мира.

— Его Величество ждет вас у себя, — решил мне напомнить второй.

— Верно, — кивнула я, не сбавляя шага. — Вечером. А он не наступил.

— Но…

— Я все сказала! — вложила я всю силу в эту фразу, обрывая собеседника.

Служащим замка пора понять, что я не ребенок и не робкая девица.

Добравшись до спальни, первым делом умылась прохладной водой, а потом уже решила переодеться. Не в платье, нет. Уверенность в том, что батюшка готовит ловушку, возрастала. Мне нужно быть готовой ко всему. Правда, король может посчитать одеяние знаком неуважения, но с другой стороны, если его обижают штаны и рубашка, то плохой из него правитель.

— Ваше Высочество, — тихонечко поскреблась Бейли через несколько часов. — Его Величество рвет и мечет в ожидании вас и деса Ойлистрея.

Я взглянула на резные часы, стоящие на столике. Вечер еще не начался. Что же случилось? Отчего Генрих потерял голову? Так боится, что древний волшебный дворец южан принял меня, как королеву?

— Хорошо, — я захлопнула книгу, которую читала, а точнее, просто всматривалась в строчки, кусая губы от тревожности. — Веди. Дес Ойлистрей по заданию императора отбыл на несколько дней.

— О? — Вопросительно взглянула девчушка, испугавшись, а потом и вовсе задрожала, бросаясь на колени. — Принцесса, простите.

— Что случилось? — Удивилась я.

У служанки вмиг начался сильный припадок. Она упала навзничь, слезы стекали из глаз, заливая ковер.

— Вы в опасности! Уходите! Хотите, я выведу вас через черный ход?! Вы должны уйти!

— Перестань, — пыталась поднять ее, схватив за руку. — Что произошло?

Бейли рыдала навзрыд, а я, переживая, что кто-то может услышать, наложила заклинание от лишних ушей. Реакция девушки пугала.

— Король, — всхлипнула несчастная. — Он задумал что-то плохое. В зале Ее Светлость, а еще Карл де Бетелл. Вы же понимаете, что это значит?

Понимаю, хорошо понимаю. Мне даже на руку такое развитие событий. Выдать замуж меня он не сможет, богиня не позволит, а я с чистой совестью выйду из-под опеки отца. Да еще и ненавистного придворного прижучу.

— Во-первых, успокойся! — рявкнула я, зная на личном опыте, как хорошо успокаивает шок. А во-вторых, не бойся, — помогла я ей встать и усадила на свою кровать. — Неужели ты думаешь, что я не предусмотрела такое развитие событий?

— Но вы, вы, вы… — она опять зарыдала.

— Что, Бейли, что? — я уже начинала терять терпение.

— Молоды, неопытны, наивны…

Если бы. Наивность ушла с первыми днями воцарения Алвены около батюшки. Та даже не пыталась играть роль примерной мачехи, быстро обозначила мне мое место. Задолго до смерти королевы, наплодила несколько детей. Интересно, а братья и сестры в курсе о строящихся кознях?

— Слушай, — наставительно начала я. Как жаль, что рядом нет дракона, он бы успокоил девушку, используя дар. — Внимательно слушай. Собери тех, кто верен мне. Те, в ком не сомневаешься. Уходите из замка.

— Ваше Высочество? — с некоторым возмущением отозвалась Бейли.

— Не перебивай. Уходите, вернетесь утром. Ночью здесь может быть опасно.

Конечно, мне было страшно выдавать задуманный план, но если промолчать, то кто-то из обычных людей и магов может пострадать. Воины не будут разбирать, кто на чьей стороне. В их власти смести всех. Мотивов Беррианта я еще не понимала. А если предадут… то гнев Ойлистрея быстро настигнет неугодных. Хотя бы здесь нет сомнений.

— А вы?

— За меня не беспокойся, я справлюсь.

— Вы можете пострадать.

И когда в ней проснулась такая храбрость?

— Могу, — погладила девушку по предплечью. — Но это мой долг. Умойся, приди в себя и держись прямо и невозмутимо, когда поведешь меня к отцу.

— Да, Ваше Высочество, — Бейли всхлипнула еще раз напоследок. — Вы как настоящая королева.

— В том то и дело, — не удержалась я от улыбки. — Я и есть настоящая.

Глава 17

В сопровождении служанки я оказалась в тронном зале. Слишком помпезно, на мой взгляд, принимать дочь в таком месте.

— Ты одна? — сразу спросил отец, даже не пытавшийся соблюдать приличия.

— Как видишь, — развела я руками, обводя взглядом помещение.

Рядом сидела только Алвена с невозмутимым видом, но все это обманчиво. Я магией ощущала: здесь что-то не так. Странно то, что никто из братьев и сестер за все время моего пребывания, не попытались сблизиться со мной. В детстве мы играли и дружили. Не со всеми, конечно. Мачеха не поощряла общение со мной, но неужели за пять лет настроила их так сильно против? Так хотят оказаться у власти? Нет, скорее они скрываются. Но ведь королевская чета уверена в себе. Какой козырь они спрятали в рукавах?

— А где твой жених-дракон? — ядовито поинтересовался мужчина.

— Его вызвал император, — старалась я отвечать спокойно. — Пришлось срочно улететь.

— И зачем же?

— Ты думаешь, я знаю? — изогнула я брови. — Главный дознаватель, — решила напомнить батюшке должность жениха, — не отчитывается передо мной.

— Ты же невеста? — как-то хищно поддернул отец.

— И что? — не реагировала я на подколку. — Много ли женщин знают о делах мужчин?

Все, как он и мечтал и как претворил в жизнь с моей мамой. Она не интересовалась его делами, а он не посвящал ее в таинства правления.

— Ты права, Александра, — Король встал и медленно подошел ко мне. Его супруга продолжала восседать на троне, прав на который не имела. Знаю, что в моменты дворцовых церемониалов, она стояла позади, но не сидела на этом месте. Знать бы не позволила. — Ты же понимаешь, что это твоя блажь и нашего самодура-императора, эта свадьба, — скривился отец. — Как может дракон править Датхаром? Да он и не ведает, как живут здесь люди и маги.

— Разве можно так про Его Величество? — притворно удивилась. — Пахнет изменой.

— Его Величество здесь я! — рявкнул Генрих. — Это твой дед заключил невыгодное соглашение, с которым всем жителям пустынь пришлось мириться.

— Но оно было заключено. Датхар подчиняется Аридии, — напомнила условия договора. — Для чего ты меня позвал? Отговорить от брака?

Так он и признался сразу, конечно. Промолчал и отвернулся, поглядывая на герцогиню. Та тоже поднялась с насиженного стула.

— Александра, — Алвена пыталась быть ласковой. И у нее бы получалось, не говори она все сквозь зубы. — Девочка. Тебе подобрали прекрасную пару. Почему ты решила нарушить волю отца?

Старая стерва, у меня не хватит терпения вести себя достойно.

— Прекрасная пара, это Карл де Бетелл? Старик, верный слуга батюшки? — спросила с некоторой долей издевки. — Мужчина, старше меня лет на сто, ниже моего положения, выгоднее, чем наследник древнего драконьего рода?

— Он дракон!

— А разве это плохо? Милир — дальний родственник императора. Куда выгоднее, чем слабый, ни в чем не примечательный песчаный маг.

— Ты забываешься, — одернул меня отец. — Это моя воля!

Как бы ни старалась я сохранять спокойствие, накрывало бешенство все сильнее. Нет, к батюшке не осталось никаких родных чувств. Да и были они? Он никогда не интересовался моей жизнью, слепо влюбившись в мерзавку. Все бы ничего, так многие поступают, но я ведь его ребенок, его кровь. Отчего он так ненавидит меня и желает избавиться?

— Простите, дорогой отец, — картинно поклонилась. — Но как известно, воля императора стоит выше воли отца. А значит, я выйду замуж за того, кого назначит он.

— Зачем мы с ней разговариваем? — ощерилась мачеха, поворачиваясь к супругу. — Выдай ее замуж. Ойлистрея здесь нет, а когда появится, будет уже поздно.

Генрих внимательно осмотрел меня, знает, что просто так не дамся. А еще, что я не дура — явно что-то задумала.

— Тебя принял дворец, — начал он.

— Ты прав. Принял.

— Ты была в покоях матери.

— Была, — понимая, к чему тот ведет.

— Знаешь ли ты…

— Я знаю, — перебила речь отца. — Я уже не наследница. Ты должен был править до моего совершеннолетия. Оно прошло. И прошло несколько лет назад, а значит…

— Ничего не значит! Я король! — завопил мужчина. — И ты будешь слушаться меня!

За их спинами распахнулись двери и выбежало несколько стражников на голос правителя. А после них медленно вышагивал друг короля — ненавистный мне Карл де Бетелл.

— Зачем же так строго с принцессой? — вопрошал он. — С моей невестой всегда можно договориться.

Лицо старикана поплыло. Я отчетливо ощущала магию хаоса. Ваохцы добрались и сюда.

Один миг и его образ закрыла сгущающаяся тьма. Все, как у слуг злого бога. Вот значит, кто владеет над умами короля пустынь — злобный и обиженный дух, решивший, что ему все позволено.

— Я не выйду замуж, — старалась я твердо держаться, хотя увиденное меня испугало. — Добровольно на это не соглашусь!

— Нам и не надо добровольно, — спокойно отметил Карл. — Зачем? Обряд богов завершит начатое.

Хах, вот сейчас я радовалась своей дальнозоркости. Им и не приходит в голову, что я уже жена, супруга, спутница, священная истинная пара. Пусть так. Это задержит внимание проклятых.

— Вы стоите за всем? Вы нашептали в уши моей семье невозможное? — не могла не обвинять мужчину.

— В чем же ты меня подозреваешь? — старик поджег ритуальный огонь и медленно подходил ко мне. — Твоя семья не пострадала. Между правителями они выбрали верный путь для себя.

Неужели отец и мачеха приняли Ваоха в качестве бога? Им ли не знать, во что превращается маг, согласившийся на службу жрецом? Сколько мы повидали подобных еще во времена правления матушки? Ни один не смог выжить, потому что жизнь не задерживалась в организме.

— А чем поможет свадьба? Отец не даст вам править в одиночку? — недоумевала я.

— Отец? — усмехнулся Карл и щелкнул пальцами. Генрих встал прямо, словно палка с невидящим взглядом. — Он уже не человек, марионетка. Сам согласился на это, дабы продлить дни правления.

— Все ради власти? — я не смогла не ужаснуться.

Алвена реагировала спокойно, знала, что супруг в порядке, а значит, и сама продалась хаоситам. Что же с детьми?

— Ты забываешься, девочка, — растянул улыбку верный слуга короля. — Но я напомню тебе о хорошем поведении. Ты же будешь верной супругой? — выгнул он бровь.

Ага, держи карман шире. Не сказать, чтобы я сильно боялась, метка все-таки охраняла меня от поползновений мужчин, но кто знает, что в голове у чокнутого мага?

— Нет, благодарю, — помотала головой. — Жених выбран, второй тур не предусмотрен.

А что? В наших обычаях тоже есть отборы. Но вспоминая таковые, меня бросало в дрожь. Даже ради короны не готова на подобные жертвы.

— Он далеко, его призвал император. А ты здесь! — отчеканил Карл. — Кто тебя спасет?

Я сама. Накинув на всех присутствующих волшебную явь, я приблизилась к двери.

— Не так скоро! — припечатал маг. — Мне уже известно, что ты иллюзорник. Думаешь, я не подготовился?

Сердце забилось, как заведенное. Что еще этот день может преподнести?

Сбросив с себя шлейф колдовства, он схватил меня за руку и с силой притянул к себе. Брыкаясь и вопя от ярости, упиралась каблуками, стараясь избежать любых прикосновений. Мне было противно, как будто кто-то заставлял меня трогать крысу. Да так оно и было. Карл оказался крысой. Вряд ли отец подозревал, что станет послушным прислужником своего подопечного.

— Это не то, о чем мы договаривались! — отмерла Алвена. — Ты должен был забрать девчонку, а не сковать моего мужа.

— Она королева, безродная ты девка, — рявкнул на нее де Бетелл, скрываясь за тьмой. — Ты думаешь, что мне интересна? Только Александра имеет смысл, она знает, где хранится артефакт!

Вот оно что. Им надо вытащить из меня сведения по поводу амулета. Неудивительно.

— Где он?! — кричал уже в мою сторону. — Я чувствую присутствие богов.

— В комнате матери, — я сделала вид, что испугалась.

Еще никогда мое будущее не зависело от актерских способностей, а они, если честно, были препаршивыми.

— Идем, — крепко удержал меня Карл. — Быстрее отдашь мне артефакт, быстрее освободишься.

— И вы отпустите мою семью? — не смогла не спросить я, всхлипнув.

Генриха было жаль. Вряд ли тот знал, чем грозит ему общение со жрецами. А Алвена… Я лишь переживала за родных. Судьба мачехи меня не интересовала.

— Отпустим, не нервничай, — подогнал меня хаосит. — Амулет. Где он?

— Пойдемте, — решительно подобралась и сама потянулась к выходу.

Их ждет большой сюрприз. Хорошо, что я отдала ожерелье Милиру. Скоро жених вернется, и от врагов даже песчинки не останется.

Большим скоплением нас провожали в покои бывшей королевы. Я старалась подмечать лица, чтобы запомнить, кого первым выгоню из дворца. Распахнув двери, мужчина, словно собака, начал обнюхивать помещение.

— Где оно? Где! — вцепился в меня и тряс, как тряпичную куклу.

— Посмотрите в шкатулке! — старалась я сохранить самообладание.

Где же Милир? Еще миг, и советник осознает, что в руках подделка, а не артефакт.

Тот бросился к туалетному столику матушки, а я смогла ненадолго выдохнуть. В ноге покалывало, мне казалось, что ощущаю гнев новоявленного супруга.

— Это он! — Карл торжественно поднял жемчужную подвеску.

В его руках оказалось ожерелье, подаренное грифоном. Маг напрягся, тьма около его лица окутала амулет, как будто проверяя.

— Лживая сука! — взревел враг через несколько минут, обращаясь ко мне. — Что это? Это не ключ-амулет.

— Верно, — ответила я с вызовом. — Его здесь нет, и ты его никогда не найдешь!

— Тогда ты умрешь, беглянка! — пригрозил жрец, и бросился на меня.

* * *

Милир Ойлистрей

Оставлять Лекси было мучительно тяжело. Совсем юная, глупая малышка, решившая бороться против короля. И в то же время храбрая, расчетливая, дальнозоркая. Я подозревал, что мы можем оказаться истинной парой — с первых дней знакомства меня тянуло к красивой блондинке, как и ее ко мне. Вот только в истинность не верилось, слишком редкий дар, дающийся не каждым влюбленным. А за короткое время боги одарили уже несколько знакомых.

Александра повернула все в свою сторону. Стала моей. Моя. И душой, и телом, и помыслами. Обезопасила себя от вынужденного неприятного брака, выбрав подозрительного дракона. За несколько минут придумала, чем приманить одного из сильных сторонников, и решила, на кого оставить страну, пока ее не будет. Как в такую не влюбиться?

Зверь летел во весь опор, ревя, торопясь, боясь опоздать. До графства Стоунворд рукой подать, но все равно солнце уже садилось. Приземлившись на башню и чудом не обрушив несколько колонн мощным хвостом, обратился в человека. На меня выскочили стражники с испугом воззрившиеся, выставив копья, и явно ожидающие худшего. К огромным ящерам в Датхаре не привыкли.

— Отведите к Его Сиятельству! — грозно приказал я им, поправляя одежду. — Дело срочное, не требует отлагательства.

Нет времени на расшаркивания и дипломатию.

— Но он уже готовится ко сну, — залепетал один из мужчин. — Это невозможно…

— Скажите, что истинная королева призывает на помощь, — сверкнул я глазами

От такого сообщения Берриант вмиг проснется. Сам просил подбить десу де Тион к решительным действиям. Но даже возможность малейшего промедления отзывалась в груди яростным огнем.

Через несколько минут меня уже принимали в широкой зале. За столом сидел только граф де Стоунворд в обычной одежде, а позади него стоял рослый парень, судя по всему, сын, и как полагается наследнику, в доспехах.

— Ваш визит слишком поздний, — скривился молодой воин. — Это не могло подождать до утра?

— Тихо, Лайон, — оборвал того граф и повернулся ко мне. — Дес Ойлистрей, я правильно понял? Молодая королева ожидает решительных действий? Она готова?

— Верно, — кивнул я с нетерпением. — И помощь нужна именно сейчас. Александра в опасности.

— Но почему вы оставили ее одну? — удивился мужчина. — Разве вы прибыли сюда не в качестве ее телохранителя?

— Тогда пленили бы нас обоих. Лекси просто так не выйдет из дворца. Она попала в покои матери без препятствий, а это значит…

— Значит, что девушку принял замок, — чуть побледнел собеседник, и задумался.

Метка на руке зачесалась. Еще чуть-чуть и в помещениях графа обращусь в дракона, чтобы лететь на помощь любимой.

— Вы предлагали помощь, дали Александре присягу. Готовы ли сейчас поддержать ее притязания? Или оставите принцессу в руках отца?

— Что?! Что за оскорбления? — Лайону не понравился тон, с которым я обращался к де Стоунворду. Еще чуть-чуть и бросится на меня.

— Да сядь ты! — опять рявкнул Берриант, не глядя на юношу. — Видишь, взрослые решают, что делать?!

— Но он….

— Дес дознаватель требует то, что я сам предложил не так давно. Здесь все честно, сын. Де Стоунворды всегда держат слово.

Юноша кивнул и исподлобья взглянул на меня. Обиженно.

Слишком молодой и импульсивный, такие от любого брошенного слова готовятся к атаке. И, как правило, очень быстро погибают.

— Вы сможете собрать еще кого-то? — понял слова графа, как согласие. — И за какой срок?

— А сколько времени у нас есть?

Я развел руками.

— Скорее его нет. Хотелось бы отправиться быстрее. И я не знаю, насколько подготовлен Генрих. О чем думает, когда не обнаружит меня.

— Понятно, — прижал пальцы к переносице Берриант. — Два соседних графства тоже лояльны к принцессе. Мы точно сможем рассчитывать на их помощь. Лайон, — обратился к наследнику. — Ты немедленно отправляешься к ним. Объясни, что нам нужно не менее пятидесяти человек, которые пройдут порталами во дворец.

— Но как? В замок невозможно попасть, есть ли нет привязки.

— Я же не зря служил такое долгое время при дворе, — усмехнулся граф. — Всегда думал, что пригодится.

С его стороны очень умное решение, хитрое. Стоунворд непрост, как бы он не переиграл Лекси в будущем.

Как бы мне ни хотелось вылететь сразу после разговора, сборы длились до глубокой ночи. Вязь на руке уже пылала, а я боялся, что нынешний король совершит над девушкой что-то непростительное.

* * *

Лекси

Кажется, пора прощаться с жизнью. Я даже не предполагала, что мои родители и их ближайшее окружение могли совратиться сомнительной магией. Мы же де Тион — наследники величайшей фамилии, волшебников, победивших самого бога несколько веков назад.

Карл вцепился в мою шею и приподнял вверх. До пола я едва доставала носочками. Лицо покрыла яростная тьма, не дававшая увидеть эмоции, но мне и без этого понятно — мужчина в страшном гневе. От боли я была готова вопить, но вместо криков судорожно хватала воздух губами.

— Я передумал! — Де Бетелл в один миг сбросил меня на пол.

Упав, не устояв на ногах, ладонью потрогала болезненное место и смогла-таки вздохнуть. Брачная вязь на ноге отдавала легким покалыванием. Не знаю, хороший это знак или плохой. Где же ты, Милир?

— Что ты себе позволяешь? — зашипела Алвена. — Отдай, что мы просим. Останешься в живых.

Сомнительно. Если «жених» еще до свадьбы распускает руки, то супружеская жизнь меня просто убьет.

— Нет, стой! — повернулся к мачехе хаосит, словно прочитав мои мысли. — Она может понадобиться. Артефакт, наверняка, у дракона, а значит, он еще вернется сюда.

— И что? — женщина нахмурилась.

Перспектива сражаться с огромным ящером ее не прельстила.

— Он все сделает, ради невесты. Но будет поздно. Я принял решение!

Все еще ползая, неспособная встать, я воззрилась на ваохца. Милир никогда не передаст семейную реликвию чужому, он не дурак.

— Ты! — Карл обратился ко мне. — Станешь моей женой. Королевами не разбрасываются, а Датхар присоединится к землям Ваоха.

— Нет, — я отбросила волосы назад. — Никогда не стану! Для совершения обряда тебе нужно мое добровольное согласие. Никто из богов не подтвердит узы.

— Никто? — Де Бетелл расхохотался. — А как же мой? Он — не благочестивая Мира, не блюститель закона, как Гелиос, и уж тем более не строгая Морта. Ему все равно. Он действует только в своих интересах. Нужна лишь капля крови.

Теперь стало по-настоящему страшно. А если и нынешняя связь будет оспорена? Или все же у высших существ есть какие-то ограничения и правила. По опыту складывалось впечатление, что они творят, что хотят.

— Нет, ты не получишь ни капли, — я нашла в себе силы и встала, готовясь бороться, как учил Ойлистрей, Рифер и Тьяна.

Как жаль, что эти уроки я слушала вполуха.

— Ты сумасшедшая?! — закричала Алвена. — От тебя зависит жизнь отца! Если ты не выйдешь замуж, он погибнет.

— Тем лучше для вас, — огрызнулась я на герцогиню. — Потому что станете одновременно вдовой и королевой.

Если со мной что-то случится, то брат — следующий в очереди на престол. Ее мечта сбудется, достанется титул, хоть и с обидной приставкой «королева-мать».

— Какая же ты тварь! — впала в истерику мачеха. — Я говорила, говорила, что тебя надо было умертвить еще раньше. Но нет, Генрих и слушать не хотел. Как же он потом жалел….

Слова обидно царапнули душу. Истинное лицо батюшки открылось давным-давно, но я все же лелеяла надежду, что где-то глубоко он испытывает любовь ко мне.

— Довольно! — рявкнул хаосит. — Схватите ее и отведите к святилищу! — приказал стражникам.

Те кивнули и, подняв свои копья, решительно двинулись в мою сторону.

— Власть всегда может поменяться! — наставительно заметила я, лихорадочно вспоминая все защитные и боевые плетения, которые знала.

Мне бы потянуть время. Уверена, что мой дракон уже спешит на помощь. Щиколотку пекло, она горела. Где-то в отголосках сознания ощущала чужую злость. Думается мне, помощь близко.

Мужчины застыли, но всего на какую-то долю секунды.

— Она умрет! И вы с ней! — напомнил Карл за кем сейчас сила.

Если выберусь из этой передряги, тоже не пощажу никого. Предателей в Датхаре не будет. Это моя матушка была доброй и всепрощающей, я совсем не такая.

Кидаясь заклинаниями, я отбегала подальше, надеясь провалиться в магический схрон, но не тут-то было. Против меня десяток, а я одна. Уже через несколько мгновений меня обездвижили и словно безвольную куклу тащили вниз, в подвалы.

— Глупенькая, маленькая девочка, — довольно разглагольствовал хаосит. — Решила бороться с сильными мира. Да ты совсем бесполезна. Крохи магии и известная фамилия.

В глубинах дворца я бывала редко. Что здесь делать наследной принцессе? А зря. Чем ниже мы находились, тем больше я ощущала злую ауру. Когда это началось? До моего побега или после?

Воины внесли меня в каменную залу.

— Если ты не знаешь, — хищным тоном начал рассказывать де Бетелл, — то здесь располагалось святилище Миры, но теперь здесь моя обитель. Здесь и заключим брак.

Он щелкнул пальцами, и магия рассеялась. Я опять упала наземь, больно стукнувшись коленками о каменный постамент. Мужчина рывком поднял меня за руку и резанул по ладони большим и острым ножом. А потом удержал ее над алтарем, неприятно сдавливая, чтобы кровь стекала с пальцев и падала на пьедестал.

— Я — жрец и слуга Ваоха, Карл де Бетелл, беру в жены первую наследницу и признанную королеву Датхара Александру де Тион, — как молитву произносил он слова.

И?

И не произошло ничего. Абсолютная тишина. Насколько мне известно, подобные ритуалы ознаменуются божественным благословением, но, видимо, не в нашем случае.

Карл опешил. Вцепился в меня еще сильнее и затряс.

— Почему, девка, почему он не отвечает?

Ха. Я расплылась в довольной улыбке. Но вместо моих слов раздался грозный рык Ойлистрея.

— Потому что ее муж — я!

Слава Мире, все тревоги ушли на второй план. Вернулся, спасет, поможет.

— Что? — не мог поверить в происходящее де Бетелл. — Что это значит? Когда вы успели?

— Мы — истинные, — дракон закатал рукав и обнажил запястье, после чего указал на татуировку, возникшую после нашей связи.

Около меня громко и удивленно вздохнула Алвена.

— Ты бы не посмела! Ты что натворила, девка? — обратилась та ко мне.

Едва возлюбленный вошел, мой страх отступил и уполз куда-то в щели между камнями, я воспрянула духом, не обращая внимания на укоризненные взгляды предателей-стражников, на вопли мачехи, а самое главное, забыла о мертвецкой хватке ваохца.

— Неважно! — прорычал Карл. — Двинешься, и я убью ее в тот же миг.

Мужчина резко развернул меня, и я ощутила холодную сталь у своего горла. Глаза Милира налились огненной яростью. Вздернув подбородок, явила новоявленному супругу свежие следы от удушения. Еще немного, и дракон не оставит здесь камня на камне. Советник отца и слуга Ваоха поступал очень неблагоразумно. Неужели тот не слышал о беспощадности ящеров?

— Только тронь ее, и тебе не поздоровится, — спокойно ответил на угрозы Ойлистрей. — Отпусти, и у тебя будет возможность уйти.

Невозмутимость напускная, по скулам пробежали едва заметные очертания алых чешуек, вот-вот обратится.

— Нет! — покачал головой словно безумец, де Бетелл. — Я слишком долго ждал. Мой бог не поймет, если я вернусь без артефакта

— Если он тебе так нужен, отпусти Александру, и я отдам его тебе, — пообещал Милир.

Оспаривать решение при врагах не решилась, но по моему виду было понятно, что не согласна. Ради ключа мы прилетели в Датхар, ради него опустились к богине, и так просто передать амулет?

— Давай, — согласился мерзавец. — Ты первый.

— Я не могу тебе доверять, отпусти девушку, и ты получишь желаемое.

— Отпустить? — усмехнулся Карл. — А не слишком ли ты коварен для дракона?

— Я даю слово, клянусь и возношу просьбу Гелиоса освятить эту клятву, что не трону тебя, пока ты не представляешь опасности для Александры.

— Что? Нет! — пришло мое время вопить, но было поздно.

Вокруг фигуры мужчины залетали золотые всполохи, бог принял эту клятву.

— Держи! — толкнул меня в спину хаосит. — Амулет!

Я упала в объятия дракона.

— Ты как, Лекси? — Милир придержал меня за подбородок и потер большим пальцем по щеке. — Не сильно пострадала?

— Нет, — испуганно зашептала, ощущая, как слезинки скатываются медленными дорожками.

Вот дура. Нашла время для рыданий.

— Я же сказал, артефакт. Ты дал клятву! — потребовал Карл свой приз.

— Вот он, — Ойлистрей достал из-за пазухи ожерелье, повисшее в ладони, отвел меня за спину и медленно приблизился к врагу.

— А говорили, что ты умный, — прищурился де Бетелл, — Ищейка императора, то же мне. Слабак, сдавшийся ради женщины!

— Важно, ради какой.

— В них нет разницы, — он схватил ключ на жемчужной нитке и обронил нож. А потом из ниоткуда, магией в руке возник сумеречный клинок.

Я слышала о таких. Высшие слуги Ваоха получили своеобразную награду от бога — возможность создавать смертельно опасное оружие. Тьяна смогла спасти Бастиана от ранения подобным клинком, но она некромант. Да и ей пришлось совершить сделку с Мортой. А что могу я?

— Нет! — закричала я во весь голос, едва завидев серый отблеск.

Милир яростно рыча обратился в дракона. Чудом избежав столкновения с хвостом, я забилась в угол, наблюдая, как огромный ящер сметает все на своем пути. Я достаточно знакома со зверем Ойлистрея, ему было больно, глаза заволокло дымкой, из пасти раздавался страшный рокот.

— Ты поклялся не трогать меня! — испугался хаосит, отбрасывая огненные пульсары.

Стражники сбились в кучу, бросая копья в спину зверя. Одна Алвена молясь и плача отползала подальше.

Я не осталась в стороне и создавая иллюзии, обездвиживала воинов. Им казалось, что они находятся на страшной битве с мертвецами. Каждый опасно размахивал оружием вокруг себя, раня подельников.

Во всей этой суматохе не заметила, как в подвал вошли маги в мантиях с гербом деса де Стоунворда. Они оттеснили воинов, схватили мачеху и с испугом наблюдали за яростью дракона.

— Ты дал клятву не трогать меня! — взревел Карл. — Нарушишь ее и умрешь!

Милир обернулся ко мне, словно подзывая. Подумать только, прошло несколько часов, а я уже так хорошо ощущая мысли ипостаси и эмоции самого супруга.

Подняв с пола амулет, из-за которого все началось, я произнесла:

— Ты напал на истинного, а значит и на его пару. Он имеет право напасть в ответ, — пояснила де Бетеллу.

— Нет! — в ужасе закричал хаосит, но пламя, вырвавшееся из драконьей пасти, уже охватило фигуру мужчины.

С дикими рваными воплями советник отца пронесся по залу, освещая каждый угол, пока не свалился около выхода. В этот момент дракон уменьшился до размеров человека, и мой возлюбленный пал на холодный пол.

— Милир, очнись, Милир! — я трясла его за плечо, заливаясь слезами.

Ко мне подошел Берриант, одетый в доспехи, я в суете не поняла, что он рядом со своими людьми боролся за трон королевы.

— Он едва дышит, Ваше Величество, — горько заметил граф. — Мало кто из лекарей может вылечить раны.

— Нет, — шептала, пытаясь перевернуть Ойлистрея. — Он не может так умереть.

Рыцарь опустился на колени и помог поднять дракона. Я увидела рану в боку. Клинок уже рассыпался и отравлял организм.

Приложив руку и напрягшись, я выпустила свою силу, щедро расходуя резерв. Мы истинные. Я не дам ему покинуть меня. После обряда, связавшего души, я чувствовала, что стала сильнее. Мира щедро наградила нас обоих. Во мне не только сила древнего рода магов, но и сила алого ящера.

— Поверить не могу, — около меня раздался голос Беррианта. К этому моменту я уже основательно обливалась потом и едва сдерживалась, чтобы не упасть без сил на широкую грудь больного. — Рана затягивается.

— А? — я подняла голову и открыла глаза, перестав жмуриться.

След и вправду стал выглядеть аккуратнее и менее опасным. Черные разводы вокруг ранения пропали, перестала идти кровь.

— Ваше Величество, вы великий целитель, — с воодушевлением посмотрел на меня де Стоунворд.

— Мы в безопасности? — теперь все произошедшее казалось каким-то сном, хотя прошло от силы минут тридцать.

Но каких? Ведь я была на пороге отчаяния, считая, что все мои действия бесполезны.

— Да, моя королева.

— Хорошо.

И я упала. Рядом.

Глава 18

По ощущениям на меня свалилась бетонная плита, настолько тяжело было приходить в себя. Еле-еле разлепив глаза, я увидела знакомый потолок маминой комнаты. В голове мигренью отдались последние события: отец, Алвена, Карл — хаосит, схватка в святилище и тяжелая победа Милира. Точно! Я резко вскочила и сразу же свалилась обратно. Слабость не позволила даже присесть, опершись на подушки.

— Ваше Величество, — раздался тоненький голосок Бейли. То, что она рядом, успокаивало. — Наконец-то вы пришли в себя. Люди начали заметно волноваться.

— Сколько же я так лежу? — я не на шутку удивилась. Если кто-то начал выказывать нетерпение, явно не один день. — Все в порядке? Как король?

— Ваше Величество, теперь королева — вы, — девушка пожала плечами. — Я позову вашего супруга. А лежите чуть меньше пяти дней.

Мира, что происходит? Почему она такая спокойная? Или нет? Чуть повернув голову, увидела ее встревоженный вид. Она испугалась?

— Подожди, — попросила служанку. — Объясни, что произошло после появления в замке воинов деса де Стоунворда?

— Да, конечно, Ваше Величество. Сейчас, сейчас, — засуетилась девица, явно оттягивая момент.

Но ей и пары слов не дали сказать. Я услышала скрип двери и тяжелые шаги, но вошедшего разглядеть не удалось.

— Я сам все объясню, спасибо Бейли, — Милир лениво растягивал слова.

Слава богине, он жив. Значит, моя магия помогла? Но почему он стоит на ногах, а я без сил валяюсь в постели?

— Ты как? — приблизился супруг и сел на краешек кровати. — Я уже начал переживать, но дворцовый врач заверил меня, что ты просто восстанавливаешься.

Пока он говорил, осторожно убрал волосы с моего лица, а я в этот миг бесстыдно рассматривала каждый маленький шрам, оставшийся на нем после схватки. И губы, которые, не дав мне ответить, впились в требовательном поцелуе. Точно скучал.

— Счастлива и в недоумении, — высказалась в перерывах между волнующими касаниями. — Ты только что сказал, что все объяснишь.

Это все прекрасно, но складывается впечатление, что от меня что-то скрывают.

— Да, — откинулся дракон. — Расскажу, но пока даже не знаю с чего начать.

— Почему ты не лежишь, как я? — мой голос прозвучал очень возмущенно, что сильно позабавило Ойлистрея.

— Завидуешь? — не сдержался он от усмешки. — Это мой резерв, у ящеров он больше. Когда мы проникли к Мире, а потом выяснили истинность, тебе стоило отдохнуть пару денечков, так как эти события значительно влияют на магию человека. А ты же решила действовать сразу, да еще и слила все волшебство, когда лечила на меня. Естественно, восстановление займет много времени.

— Как твоя рана? — вспомнила я о сумеречном клинке.

Думается, что меня долго будут кошмарные сны с этим моментом.

— Шрам останется, но я здоров, и даже некроманта вызывать не пришлось, — довольно заметил супруг, невольно трогая себя в месте ранения.

— А все остальные? Кто-то пострадал? — я, нервничая, закусила губу в надежде на хорошие известия.

— С нашей стороны нет, легкие царапины, ожоги, и Бейли, молодец, увела большинство слуг с территории замка. А если говорить о противниках, Карл де Бетелл погиб в огне, несколько стражников тоже. Кто остался в живых, ждут твоего решения и суда.

— А отец и Алвена?

Тут на лицо дракона упала тень. Слова давались ему нелегко.

— Дес де Стоунворд во всеуслышание объявил тебя королевой и обвинил Генриха и герцогиню в предательстве. По законам Аридии есть только одно наказание — смерть.

Теперь я понимаю, отчего муж так нахмурился. Король в любом случае оставался моим отцом. Да и мачехе страшной судьбы я не желала.

— А братья с сестрами? Они тоже… — не смогла я договорить.

— Сегодня от императора прибыли менталисты. Если они ничего не знали о планах твоих отца и мачехи, то им ничего не грозит.

Я плохо знаю родных, мы мало общались, но очень надеюсь, что никто из юношей и девушек не был задействован в чудовищных злодеяниях Генриха, Алвены и Карла.

— И что теперь?

Точнее, я примерно понимаю, что произойдет дальше. Император уже знает о произошедшем. Милир — верный слуга Его Величества, не стал бы скрывать и умалчивать от того, что случилось на землях Датхара.

— Коронация, Лекси, если ты захочешь. Ты настоящая королева. Мы пробудем здесь еще неделю, может две. Тебя введут в курс дел, ты примешь от всех присягу. Решение только за тобой.

— О чем ты?

— Мы можем остаться здесь или вернуться в академию, чтобы ты доучилась. Ты, конечно, говорила о назначении Беррианта советником, но вдруг передумала. А еще ты можешь совсем отказаться, и Датхар станет провинцией Аридии.

— А ты? Ты останешься со мной? Оставишь должность? Поможешь со всем разобраться?

Заставлять Милира насильно становиться королем не хотелось. Мы ведь не обсуждали эти планы, так, мельком. Но сделать из южной страны провинцию тоже не могла. Эти земли мне дороги, люди, проживающие на них — тоже.

Вместо слов, он обошел кровать, прилег рядом и схватил меня в охапку.

— Я от тебя никуда не денусь. Я люблю тебя, Александра. Разве я оставлю свою любимую, истинную, жену одну, когда она столкнется с трудностями?

Зардевшись от нежных фраз, стесняясь, я уперлась лбом в широкую грудь.

— Я тоже тебя люблю. И очень хочу вернуться в академию. И стать королевой тоже хочу. Все же я думаю, что дес де Стоунворд будет справедливым наместником.

— И в такой момент, все равно о делах, — шутливо посетовал мужчина. — Посмотри на меня, Лекси.

Я вытянулась вперед.

— Не смущайся, я рад, что ты решила доучиться, и рад, что не отказываешься от трона. Ты сильная девушка. Никто не верил, что я буду жить, а ты вылечила полумертвого дракона. Верь в себя, а я буду помогать.

За все время знакомства Милир ни разу не дал повода сомневаться в нем. И я поверила. И в себя, и в него.

* * *

/Через две недели/

Дни проходили с сумасшедшей скоростью. Ревенер Первый вместе с супругой на коронацию приехать не могли, но отправили нам свои поздравления со свадьбой и ждали на прием у себя во дворце, когда мы вернемся в столицу. Лисси прислала личную записку Милиру. Видя, как я зеленею от ревности, супруг сжалился и показал содержание. Там была одна короткая и емкая фраза.

Ха, чешуйчатый! Я же говорила!

— Она всегда так общается? — спросила я мужа.

Хотя зачем? После знакомства с ведьмой, все быстро становится понятно.

— Она близкая подруга, Лекси, — улыбался Ойлистрей. — И вдобавок обладает даром свахи. Так что Лисси поняла все при первом взгляде на тебя.

Вот оно что? То-то императрица загадочно посмеивалась, когда император сватал меня своему сыну.

Потихоньку меня вводили в курс дел в стране. Что-то я понимала, что-то не очень. Большая часть советников отца были отстранены и находились под следствием. Милир лично возглавлял все разбирательства. Братья и сестры оказались невиновны, но после осознания о деяниях отца, попросились уехать. Удерживать я не стала. Насколько мне известно, старший брат собирался поступать в академию, а остальные будут проживать недалеко от границы. Содержание было выделено, а Берриант обещал лично проследить за их благополучием. Близости между нами не случилось. Может, когда-то в будущем, но не сейчас.

Ревенер сжалился над моими чувствами и обошелся с родителями, по его мнению, мягко. Алвена и Генрих отправились на рудники. Слово императора непреклонно, как я не упрашивала супруга замолвить за них пару фраз. Но я все равно не оставлю эту ситуацию и попробую облегчить им жизнь. Мачеха долго проклинала меня распоследними словами на суде, я даже подумала, что та потеряла рассудок. А бывший король не смог найти в себе силы, чтобы молить о прощении.

Во всей стране готовились к коронации. Люди тепло принимали меня, помня о доброте бывшей королевы. Совсем скоро я стану полновластной правительницей. Хорошо, что рядом муж. Вечером я без сил возвращалась в мамины покои, неся очередной документ. Он терпеливо разъяснял, чем чревато то или иное решение, набравшись опыта в должности эдакого серого «кукловода». Но когда я заикнулась с предложением о равноправном правлении, наотрез отказался, объяснив это тем, что драконы не знают порядков пустынь.

Это ненадолго. Услышав, что в Датхаре королем станет огромный чешуйчатый зверь, то и дело границу пересекали и другие перевертыши. Во время правления Генриха им здесь были не очень рады. Это не показывалось явно, но маги чувствовали неприязнь. Им не давали вести дела, вставляя палки в колеса, а если те просто путешествовали, настоятельно просили не обращаться на территории страны. Император про это знал, но старался сохранить худой мир, вместо вооруженного конфликта. Теперь все будет по-другому. Кому-кому, а драконам я рада.

А еще, скоро я увижусь с друзьями. Они тоже будут присутствовать на празднике. Тьяна и Рифер завалили меня посланиями, справляясь, что происходит. Новости до них почти не доходили. Да и как? Если я занята, а Бастиан решительно ограждал молодую некромантку от любых опасных, по его мнению, сведений. Даже Уильям Сеймур захотел приехать, черкнув несколько строк. Завидев его письмо, Милир тоже изошелся от ревности. Хотя, думается мне, что дело не в неприязни к друг другу, а в моем даре. Уилл еще не обращается, и лекарь ему очень нужен.

* * *

/На следующий день/

Севостьяна с Бастианом и Ричард пересекли портал на следующий день. Милир ради этого события летал к стенам академии, чтобы передать ректору желанный камень, знал, как для меня важна встреча с друзьями.

— Лекси!

— Лекси!

Оба распахнули объятия, а я не знала к кому бежать в первую очередь. Как же я соскучилась по серьезной некромантке и по насмешливому дракону! Бас стоял поодаль, кивком поприветствовал меня, словно показывая, что титулы для ректора академии ничего не значат, и пошел к супругу. Метнувшись к обоим, я застыла в нетерпении, ощущая, как дорогие люди сжимают меня в своих объятия.

— Я скучала, — сразу отметилась Тьяна. — Тебе срочно нужно все рассказать!

— Да, блондиночка, ты же не будешь томить нас в ожидании, — вторил ей Риф. — Есть здесь спокойное место, где мы все обсудим?

— Конечно, — улыбнулась я обоим, кивая в сторону слуг.

Те поняли мое распоряжение и бросились подготавливать покои для почетных гостей. Бастиан Миртеорон мог выдохнуть. Некромантка в академии скрывала замужество с главой, а здесь все знают об их связи. Мой супруг остался с ректором, а еще с остальными своими друзьями. На коронацию приехали и Себастьян де Ривард, и Реймонд Арверас, и более молодой дракон Эллиот Дуглас.

Когда мы остались одни в покоях матери — только здесь чувствовала себя свободно, я начала рассказывать им обо всех событиях, но Тьяна меня остановила:

— Подожди, я с компанией, — закатила она глаза.

Из сумки рыжей бестии выплыл призрак Ланселот собственной персоной. Он решительно взялся за наследников трех великих родов, желая наставлять нас в нелегком деле.

— Вот именно, — обиженно просопело привидение. — Как какое-то событие, я иду мимо. К кому вы потом побежите за разъяснениями?

— Тебе ли прибедняться, — не смогла не съязвить некромантка, предок-то ее. — Самые последние сплетни узнаем из твоих уст.

— Это по академии, — наставительно начал де Россе. — А что в Датхаре происходит, мне никогда не было известно.

— Да так, — улыбнулась, стараясь сохранить серьезную мину.

А потом рассказала обо всех приключениях, ну кроме ночей…

— Значит, теперь ты жена Милира, — восхищенно высказался Рифер.

— Да, — повернулась я к нему, — но не понимаю, отчего ты так обрадовался?

— Это неважно, — отмахнулся от нас юный дракон. — Он всегда ходил хмурый и злой. Я думал, что обижен на мачеху. Она же в юности была его невестой.

Про это краем уха я слышала, но, когда Ойлистрей рассказал о ее даре, ревность отпустила. Да и на Лисси обижаться невозможно. Императрица завалила меня подарками с провокационным бельем.

— Покажи, — попросила Тьяна.

И я сразу поняла, о чем та толкует.

— Вот, — достала из шкатулки артефакт.

Ключ на жемчужной нитке повис в моей руке.

Какое-то время он находился в руках некромантки и перешел к другу. Мы втроем испытывали пиетет к таким вещам. Нашу дружбу благословили боги. Может, между нами бы и не сложилось таких отношений, не пади на наши плечи предназначение. И только ради этого момента можно не жалеть о ноше от Миры, Морты и Гелиоса. Других таких верных друзей мне не найти.

— Какая она? — спросил Риф.

Я пожала плечами, не зная, как правильно ответить.

— Как богиня. Добрая, всепрощающая, мудрая.

— Значит, остался только я? — он заерзал на стуле. — Скоро и Гелиос захочет поговорить со своим наследником.

— Наверняка, — я и Тьяна ответили хором. — А дальше решим, что делать.

— Вам хорошо, — откинулся на спинку юноша. — У вас есть поддержка.

Это он так намекал на Бастиана и Милира.

Мы обе прыснули.

— Не гонись ты за количеством, Риф, — похлопала я его по плечу, может, и нашел бы нужную поддержку.

— Думается мне, Лекси, — он прикрыл глаза, — что те девицы истинной парой мне не были.

— Подожди, братец, — не утерпела некромантка. — Ты что же, надеешься тоже приобрести истинную пару?

— Ну да, — он довольно улыбнулся. — Почему вам можно, а мне нельзя?

Мы обе переглянулись. Это такая редкость, но ведь в последнее время их становится все больше. Императрица с императором, Тьяна с Басом, я с Милиром, ходили слухи, что и военачальник был покорен одной вольнодумной ведьмой. Может и для Ричарда найдется та самая?

* * *

Милир Ойлистрей

После приезда друзей Лекси удалилась с некроманткой и наследником в свои покои. Пусть поделится впечатлениями. Те стали ей верными спутниками и соратниками. За круг молодой королевы можно не волноваться.

— Тебя можно поздравить? — довольно отметил Бастиан де Россе, уже не Миртеорон, хоть это и не было известно в широком кругу.

— Да, свадьбы как таковой не было, но богиня подтвердила нашу связь, — отсалютовал тому бокалом.

Мы находились в кабинете, который мне выделили для работы. От количества присутствующих стало тесно.

— Поздравляю, Милир, — Себастьян тоже пожелал сказать пару слов. — Рад, что так вышло. Лекси — замечательная девушка, хоть я с ней и очень мало знаком.

— Спасибо, — сдержанно поблагодарил декана некромантов. — Я и сам об этом знаю. Даже рад, что согласился на предложение Генриха, отыскать его дочь.

— Ну еще бы, — свернул глазами Арверас, — без этого беглянку бы ты не нашел. А теперь станешь королем.

— Это последнее, чего бы я хотел. Я всерьез надеялся, что Александра откажется от трона, — признался я друзьям в самом сокровенном. — Но она не стала, чувствуя долг.

— Она и не могла, — мудро высказался ректор.

Ему ближе всего моя ситуация. Ради жены тот перешел в ее род, зная, как важно сохранить наследие.

Какое-то время все праздновали, но потихоньку начали расходиться. В середине ночи в кабинете остался только я и Бастиан.

— Значит, остался только Ричард? — сказал дракон. — Теперь его очередь?

— Видимо, да, — согласился с его умозаключениями. — Надо лучше приглядывать за принцем.

— Ты останешься в академии? — тут же спросил ректор. — Откажешься от должности?

— Да, когда Александра доучится, мы вместе переедем сюда. Я не оставлю любимую одну.

— Я тебя понимаю, — отпил из бокала мужчина. — Иногда представляю, что эта война закончилась, и живу с Тьяной в Хеваасиире, не думая об опасностях.

— В наших силах помочь им, — хмыкнул я. — Дело за малым.

* * *

Лекси

Коронация прошла успешно. Не возникло никаких недочетов или опасных ситуаций. Меня и Милира объявили королевой и королем Датхара, а через некоторое время я огласила указ, в котором говорилось о том, что на несколько лет бразды правления в свои руки принимает Берриант де Стоунворд. Дальше я рассматривала возможность сделать его своим первым советником. Аристократ млел от назначений, да и отблагодарить его за верность лучше я бы не смогла.

Мы вместе вернулись в академию. Я по примеру Тьяны тоже решила скрывать и свое положение, и свое замужество. Ходили, конечно, слухи о том, что некая ученица заняла трон, но никто не связывал это событие со мной. Жизнь шла своим путем, мы затаились, ожидая, когда Гелиос призовет своего наследника.

Конец.

Content

Татьяна Антоник. Беглянка в академии дракона
Беглянка в академии дракона

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18