Татьяна Антоник

Вампиры и бытовуха, и Маша

Глава 1. Попаданство и с чем его едят

Маша Антонова

— Даш, ты дома? — зашла я в нашу квартиру, пытаясь определить местонахождение сестры.

— Угу, — раздался голос из комнаты.

Сняла кроссовки и потопала в бывшую спальню мамы. Там моя близняшка во всей красе готовилась клеить обои — шапка из газеты, рабочий комбинезон, клетчатая рубашка, а в руках кисти и ведро со свежесваренным клейстером.

— А что меня не подождала? — покачала я головой, наблюдая, как мимо пробегает наш полосатый кот Пират.

— Да ладно. Как тебе? — ткнула она в нарезанные полотна бумаги.

— Скажу, как увижу, — пришлось обойти стремянку, инструменты и приподнять краешек флизелина.

Дашка в своем репертуаре. Сканди наше все. И как только кирпичную кладку не купила?

Я смотрела на обычное белое полотно с градиентом в серый. Заурядно, без души и скучно.

Мне больше нравилась атмосфера уюта и древностей, чтобы весь дом напоминал избушку ведьмы. Дай волю, по потолку пойдет дикий плющ, будут висеть кадки с цветами, по стенам развешу амулеты, разложу статуэтки, подушки, свечи. Вся эта необходимая куча мелочей, характеризующая хозяина… Я же буду передвигаться по квартире исключительно в цветастом халате… с котом или с много-кошками.

Но сестра говорила, что это стиль старой бабки, а нам всего по двадцать пять лет.

Так и не придя к компромиссу, просто сдалась. Шутка ли, она ж упертая, как баран. И прямая. А еще в честной схватке меня сделает меня, как пить дать. Точнее, еще лет восемь назад мы такое практиковали, подравшись из-за помады на выпускной. Близнецы это вам не шутки. Это вечное сравнение и соревнование. Так что я не рисковала.

— Присоединяйся, — бодро возвестила она, — окуная кисточку в клейстер.

— Дай, хоть переоденусь, — закатила глаза и прошла в свою комнату, пытаясь увильнуть от ремонтных работ.

На моей кровати возлежал он — наш глава дома и вечно голодная заноза в одном интересном месте. Подкидыш, оборванец, драчун, невероятно крупный и мощный кот Пират, в чьих предках отметились мейн-куны, об этом говорили характерные кисточки на ушах.

Очень хотелось подойти и погладить пушистую полосатую шерстку, но этот мальчик, если не в настроении, может знатно руку закусить, так что потом не отдерешь.

Эх, обойдусь. Даша долго ждать не будет. Надо торопиться.

Через час, осматривая проделанную работу, моя сестренка произнесла:

— Минус ремонта своими руками в том, что недостатки видишь, а сами руки оторвать некому.

Я поджала губы. Она чертовски права. Обои пузырились, швы не сходились, пришлось ровнять их внахлест и пользоваться девизом: «Да и так сойдет!»

— М-м-м-м, — промычала неопределенно, — может, все-таки рабочие?

— Нет, — уперлась Даша, — сами все сделаем, не пущу сюда никого, — и обиженно посмотрела на меня.

Год назад умерла мама, оставив нам с сестрой огромную трешку в Москве. В наших комнатах все было устроено так, как нам нравилось, а из маминой мы решили сделать уютную гостиную. Почему так быстро принялись за ремонт? Потому что хотели выгнать грустные воспоминания о ее продолжительной болезни и вновь наполнить это помещение чем-то радостным, заботливым и родным.

Я пожала плечами. Даша в приступе ярости топнула ногой, пугая еще одного нашего сожителя — ротвейлера Бали.

Пес был труслив, но очень дружелюбен.

— Что ж у нас все не как у людей? — злилась она.

— Ну мама часто приговаривала, что мы ведьмы, — съехидничала, пытаясь поднять ей настроение.

— Прокляну, Машка, — ухмыльнулась сестра и, резко развернувшись, случайно задела ведро с остатками клея. — Жеваный крот! — крикнула, наблюдая, как жижа растекается по полу.

— Досадненько, — согласилась я, осматривая пострадавший участок.

Неожиданно вокруг нас замерцали стены, засверкали золотые огоньки разного размера, сужая пространство и заставляя нас двигаться к центру комнаты.

— Что это? — заверещала Даша.

— Мне откуда знать? — вопила также. — Инопланетяне?

Ведь могли. Сколько свидетельств от неуравновешенных людей. Может, не врали? Как объяснить это явление?

Наши животные прибежали на испуганные крики и тоже увидели происходящее. Бали, как настоящий защитник, или, наоборот, как трусливый зайчонка, встал перед ногами моей близняшки. А мне достался Пират, который, не считаясь с моим болевым порогом, выпустил когти и забрался по моей штанине.

— Бл*! — уже орала я от боли и закрыла глаза.

Раздался оглушительный залп, а потом наступила тишина.

Длительная.

Через какое-то время приоткрыла один глаз. Потом второй.

— Как думаешь, где мы? — сказал мне кот, сидящий на сколоченных деревянных лесах в какой-то страшной комнате. В очень жуткой: высокий-превысокий потолок с посеревшей лепниной, огромное окно с колыхающейся белой рваной занавеской.

Обвела глазами все помещение. А потом осознала, что только что произошло.

Кот. Сказал.

— Аа-а-а! — опять кричала я, упав на пол и тыкая в кота пальцем. — Ты говоришь?!!

— А-а-а-а-а! — заверещал кот. Видимо, тоже пришел в себя и понял, что такое поведение ему не свойственно. — Я говорю!!!

— А-А-А-А-А! — продолжали мы вопить и отползать друг от друга.

Определенно происходит что-то интересное.

Я резко захлопнула свою говорилку и, двинув рукой, захлопнула говорилку кота, благо он находился не так далеко от меня.

— Пират? — уставилась на него.

На себя он, конечно, был похож, но сильно раздался в размерах.

Огромный, как среднестатистическая собака, кот выпятил грудь и ответил. Едва он начал произносить слова, я поняла что порода наша — Антоновы.

— Ты че? Офигела? — возмущался кот.

Ребята, это не шизофрения. Шерстяные могут выражать недовольство и, как оказалось, не только мяуканьем и фырчанием.

— Это мягко сказано, — откинулась я на пол, не в состоянии больше держаться в вертикальном положении.

Да он сам офигел. Мы в непонятном месте, и он разговаривает. Такое ощущение, что это в порядке вещей.

— Пират я, Пират, — возмутилось чудовище.

— Пират? — еще раз спросила, оценив разницу в масштабах моего и так немаленького кота за пару минут до произошедшего.

— Ой, ну подумаешь, разросся немного, — мазнул по мне лапой хвостатый.

Ага. Немного. В два раза.

Я поднялась с пола и еще раз оглядела помещение.

Что мы имеем? Старая комната со скрипучими полами, деревянные леса с накинутой на них простыней. Какой-то сваленный в кучу хлам. Строительный. И окно.

А еще попала я сюда почему-то без Даши, хотя мы были рядом, почти держась друг за друга.

Тут мой взгляд зацепился за знаки, нарисованные белой краской на полу. Развернувшись и аккуратно ступая, внимательно изучала символы.

Я вам, что ли, демон какой-то? Пентаграмма нарисована, руны. Это что получается? Меня вызывали?

Пират, словно прочитав мои мысли, проурчал:

— Демонесса, как есть.

Вздрогнув — никак не привыкну, что он говорит — воззрилась на него.

— На кого шуршишь, блохастый? Стоп! Ты что? И мои мысли читаешь?

Вот не хотелось бы.

— М-м-м-м, — задумчиво протянул тот, — видимо, да.

Надо отдышаться. Где взять бумажный пакет? Не готова я транслировать всяким кошачьим свое сокровенное девичье.

— Да не нервничай ты, — хлопнул он по полу лапкой, — вот сейчас не читаю. Это, наверное, как-то приходяще-уходяще работает.

Не успокоил. Пойду посмотрю на природу, может, пойму, где нахожусь.

Пейзаж удручал еще больше. Из окна открывался вид на запущенный сад, весьма зловещий, между прочим. Все оплетено плющом, цветами шиповника и бордовыми розами.

Да где же я? И где сестра?

За Дашу я очень переживала. А вдруг она одна осталась дома и волнуется? А если ее забросило в еще более жуткое место?

Вдруг из-за кучи мусора раздались смешки. Мы с котом переглянулись и медленно направились в угол с хламом.

— Попались! — завопили мы одновременно, набрасываясь и пиная сваленное барахло.

Из-под него тут же выкатились два одинаковых мальчишки очень бледной наружности, с яркими чертами лица и острыми скулами. Одеты они были старомодно, в камзолы и шорты, а до колен натянуты белые гольфы.

— Сами вы попались! — отряхивался и отбивался один из них от Пирата. — Уймись, бешеный!

Ага, так ты его и уговорил. Да кот сейчас из мальчонки отбивную сделает.

— Стоп хардкор! — грозным тоном вскрикнула, отдирая полосатого от одного из близнецов. — Кто вы? Что вы? Где мы?

— Хар… чего? — заинтересованно спросил второй мальчишка.

Я шумно и, как мне показалось, злобно вдохнула, давая понять, что сейчас мое терпение на исходе.

— А вы не ведьма, что ли? — спросил он, осматривая меня.

— Кто?

— Ну, мы ведьму вызывали, — виновато поводил ножкой мальчонка и толкнул брата.

— Отец нас убьет, — заключил второй.

— Или я, — это уже я подкинула дровишек в разгорающийся костер страха.

— Или я, — не остался в долгу кот.

Детишки обиженно засопели.

— А вы точно не ведьма? — умоляющим тоном спросил первый.

Села на пол. Ноги уже не держали.

— Ребята, — устраивалась я поудобнее, удерживая своего лохматого друга, который все еще стремился расцарапать обидчиков за оскорбительное «бешеный». — Давайте по порядку.

— Мы Форд и Норт. Я Форд, — улыбнулся первый, обнажив клыки.

Вашу ж мать. Куда я попала?

— Ты что, ва-ва-вампир? — испугалась не на шутку и принялась отползать подальше.

— Ага, — кивнули они синхронно.

— Ну, я так не играю, я невкусная, чеснока объелась. Вы чеснока боитесь? — подняла на них глаза.

— Не-а, — опять в унисон покачали головами близнецы. — Но не едим, у нас он вызывает несварение.

— А я вам зачем? Съесть? Кровь выпить? — задала жизненно важные для меня вопросы.

— Деса ведьма, — начал Норт, так как Форд уже представился, — вы в нашем поместье. Де Цепеш. А вампиры уже давно кровь сразу из людей не высасывают. Только через банки крови. Вдруг вы заразная какая.

Это, конечно, утешает. Я чуть не засмеялась в голос. Ну надо же, вампиры создали банки крови. Люди для них заразные, понимаешь ли.

— А у ведьм вообще кровь брать нельзя, — радостно заметил Форд.

— Почему?

— Так отравлена, — как будто разъяснял дурочке, ответил мальчик.

Так, оставим вопросы питания вампиров.

— А я как сюда попала? И почему без сестры?

— Какой сестры? — похлопали глазами синхронно детишки.

— Я тоже близнец, — прищурилась, наблюдая за их движениями. — Даша была со мной. И почему вы меня деса ведьма называете?

— Ну, нам в поместье очень нужна ведьма, но они больше не приходят. И Лидия нашла старинный ритуал вызова ведьмы. Мы решили его провести. И вот… появились вы.

— Ведьма, значит, — выдохнула я, — хорошо, что не демон.

— Ну что вы как маленькая, демоны за завесой, сюда не доберутся, — пожал плечами Форд.

— Это куда? Мы вообще где?

Тут еще и демоны есть. В классное местечко я попала.

— В Аридии.

Мозг лихорадочно заработал, подбрасывая варианты. Я, значит, попаданка? Перенеслась с помощью ритуала в другой мир, в Аридию. С котом. А билеты обратно раздают?

— А как меня обратно вернуть, вы знаете? — с надеждой спросила я.

Ответом мне было опять же синхронное «нет».

— А Лидию спросить? Она вообще кто?

Ну, она же этот ритуал нашла.

— Можно, — задумчиво высказался Норт. — Лидия — наша старшая сестра. Но нам все равно нужна ведьма.

— А зачем? — решила поинтересоваться.

— Да бригада строителей сказала, что у них теперь только ведьма во главе выживет. Все остальные прорабы умир…

— Молчи, — одернул его Форд.

Пф-ф, последнее слово я все-таки поняла.

— Что там, говорите, у вас с прорабами? — зыркнула я строго на молчуна.

— Гибнут на стройке, — признался Форд, — по непонятным причинам. А Кевин думает, что этот дом их не принимает.

— Дом? — выгнула бровь, пытаясь осознать все сказанное и не убежать из этого места вприпрыжку.

— Ну да, — опять включился Норт, — у нас живой дом, со своим духом.

Чем дальше, тем интереснее.

— А ведьма-то почему?

— Ну… — протянул мальчишка, — это поместье изначально ведьме и принадлежало. Но ее выгнали, выселили, а потом мы приехали. А тут все ломается. Всегда ремонт. Уже сколько бригад было. Может, вы отремонтируете тут все? — посмотрели на меня слезливо. — А то играть невозможно, и только в несколько комнат можно войти.

— А Кевин кто?

— Один из строителей, — участливо ответил Форд, — он оборотень.

Уже не удивляюсь, тем более что меня вампиры вызвали, хорошо хоть не на ужин.

Я почесала затылок. Если ремонт — они еще не видели, как мы обои с сестрой поклеили.

— Хорошо, — кивнула ребятам, но, завидев их счастливые лица, поправилась, — хорошо в смысле, что слова к сведению приняла. Ведите меня к взрослым.

— Ура, у нас ведьма! — бросились они ко мне и помогли подняться.

— А меня точно не съедят? — испуганно спросила я, беря каждого мальчика за руку.

Они и глаза одновременно закатывают.

Мы двинулись прочь из этой комнаты, а Пират засеменил за нами.

Я крутила головой — интересно же все рассмотреть. Старинное полуразрушенное поместье: повсюду стойки, хлам, инструменты. В полу дыры, которые наскоро заколочены досками. По стенам идут трещины. В воздухе чувствуется сырость и затхлость.

Вам, ребята, нужно дизайнера нанимать и клининг. А лучше снести здесь все к чертовой матери. С другой стороны, атмосфера в доме мне нравилась. Веяло магией, уютом, древностями. Все это я любила.

— Потому что это ты с виду юная, а в душе кошелка, — проворчал Пират.

Как бы случайно я задела ногой кота, придавая ускорение его движениям.

— Мя-я-я-я-я-у, — обиженно развернулся он, когда смог остановиться. — На свидания не ходишь, сидишь в квартире со мной и собакой.

Прищурив один глаз, я как будто примерялась.

— Да понял, — фыркнул кот, быстро поняв, что к чему.

Мы спускались по лестнице на первый этаж. Навстречу нам поднимался впечатляющий поджарый мужчина с темными волосами, в белой майке, подчеркивающей фигуру, узких черных штанах и с поясом с инструментами.

Ну, если здесь все рабочие такие, то согласна задержаться. Даже невольно начала поправлять сбившиеся волосы.

— А кто это тут у нас? — встал он, не давая нам пройти. — Я вас не знаю, — кивнул в мою сторону.

От заинтересованного взгляда такого образца мужской красоты я заалела.

— Это деса ведьма, Кевин, — радостно выговорил Форд, — сам же говорил, что в доме нам только ведьма и поможет.

«Кевин — это оборотень», — вспомнила слова близнецов.

— А где вы ее взяли? — удивился он.

Я кашлянула. Не люблю, когда обо мне говорят в третьем лице. Пират же распушился.

— Вызвали, — мрачно ответила на вопрос. — Только я не ведьма.

— Как демона? — спросил Кевин с сарказмом.

А мальчишки говорят, что демонов не вызывают. Оглядела себя и голову еще потрогала, для убедительности. Вдруг там рога образовались.

— Да ведьма она, — устало сказал Норт, — у нее даже фамильяр имеется, — мальчик показал на кота.

Пират вышел из-за наших ног и зашипел.

— Терпеть не могу кошек, — высказался мужчина.

— У бобиков мнения не спрашивали, — парировал мой друг. — Пусть палку приносят и в тряпочку молчат.

— Что ты сказал? — вызверился этот оборотень, отращивая когти на одной руке.

Эх, а такой хорошенький, если человек, но обидел моего кота — обидел меня.

— Ты зачем животинку обижаешь? — взвизгнула и выставила руку вперед.

И произошло что-то очень непонятное, необъяснимое, странное и загадочное. Сильный порыв ветра, вырвавшийся из моей руки, отбросил оборотня вниз по лестнице. Он скатился на пол и не подавал признаков жизни.

— Ну вот, а говорила, не ведьма, — довольно заключил Норт, спускаясь к возможному трупу.

К такому жизнь меня не готовила.

— Я убила оборотня, — причитала, чуть ли не плача, — Я вам борец с нечистью, что ли?

— Так оборотни не нечисть, — удивился Форд.

Ваших классификаций не знаю, сами разбирайтесь. Спустилась и пощупала пульс у мужчины, пытаясь понять состояние несчастного. Внезапно он схватил мою руку.

— Я не нечисть, ведьма, — ошарашенно проговорил оборотень, продолжая меня удерживать. — Давно меня не вырубали.

— В моем мире вы все нечисть, — я вырвала все-таки ладонь и приложила ее к груди.

— Иномирянка, значит, — прикрыл глаза Кевин.

Лежит такой умиротворенный. А у меня, может, жизнь перевернулась. Мало того что я в другом мире, так еще и к оборотням с вампирами попала, одного чуть не прикончила.

— Как он тебя назвал? — громко замяукал кот.

— Да все прилично вроде.

На шум прибежало еще четверо человек. Двое из них точно были вампирами. Слишком характерная внешность у этих существ. Мужчина был… м-м-м… я бы сказала, пафосным, как барин в старинные русские времена с налетом эмо-культуры. С прилизанными темными волосами, челкой, спадающей на подведенные глаза, и в ярко-красном домашнем халате. Не молодой, не старый. Холеный, с длинными ухоженными ногтями.

— Вы кто? — обратился он ко мне.

— Папа! — бросился один из близнецов на него, почти сшибая с ног. — Это ведьма, и мы ее вызвали.

— Как демона? — опешил он.

Я еще раз ощупала голову. И на попу тоже посмотрела в поисках хвоста. А вот по настроению я сейчас настоящий черт. И не повезет тому вампиру, кто мне не объяснит от и до всю ситуацию. Я ему чеснок в рот затолкаю и через весь пищевод пропущу.

— Папа, — с ударением на второй слог обратилась к мужчине девушка, — возможно, я косвенно в этом виновата.

— О чем ты говоришь, Лидия?

Посмотрела на девушку: яркая брюнетка с очень бледной кожей. По внешности казалось, что мы с ней ровесницы, а может, она даже младше. Интересно, как вампиры размножаются в этом мире?

— Кхм-кхм, — закашлялся Пират.

Вот подушка лохматая, мысли мои опять читает.

Лидия посмотрела на нас, а потом опять на отца.

— Я нашла в библиотеке древний ритуал для вызова ведьмы. Рассказала Форду и Норту. А они, вот… — указала на мою фигуру.

Глава дома возвел глаза к небу, пару раз вздохнул, потом что-то пробормотал.

— Простите, деса ведьма, — извиняющимся тоном начал он, — я не знаю, что вам рассказали мальчики, но мы не нуждаемся в помощи. Готов оплатить все издержки и доставить в любую точку, откуда вас вызвали.

Ха, мой бледный друг. Теперь очередь закатывать глаза — моя.

Я поджала губы, осматривая зал: валяющийся оборотень, вампиры в халатах, непонятные люди — подозреваю, что один из них гном. Близнецы, говорящий кот и я, отбросившая сильного мужчину взмахом ладони.

— Боюсь, с этим могут возникнуть проблемы, — сказала таким тоном, который точно не предвещал ничего хорошего.

— Какие? — округлились глаза у главного вампира.

— Видите ли, — развела руки, — я из другого мира.

— Бл*, — только и сказал отец этого семейства.

А я ликовала. Не знаю, на каком языке мы тут говорим, но пока слова великого и могучего понятны мне и здесь.

— Пройдемте, — позвал меня за собой мужчина, оправившись от шока.

Пройдемте так пройдемте. Главное, не в пыточные. А в том, что здесь таковые имеются, я не сомневалась.

— Присаживайтесь, — указал он мне на красивую, обитую бархатом кушетку в просторной гостиной. — Я пока позову домашних.

Пират вспрыгнул мне на колени под мой недовольный вздох.

Кевин, все-таки пришедший в себя, тоже последовал за нами. Он устроился на стуле передо мной. Пользуясь моментом, я внимательно изучала выражение его лица. Теперь он мне не нравился — кота моего обидел, прощелыга. Да я тебя на поводок посажу и кости искать заставлю.

Через пару минут в комнату вплыла очень красивая женщина. Вся в черном, с бледной кожей и такими же черными длинными волнистыми волосами. Единственное яркое пятно на ней — алые пухлые губы. Я сразу подумала об одном очень известном фильме про семью страшилок. Даже начала крутиться в поисках девочки с двумя косичками и мрачным взглядом. Но, видимо, пока она не пришла, ее функцию выполнял Кевин.

— В чем дело, дорогой? — спросила вошедшая вампирша, посматривая на меня.

Я тоже не растерялась — таращилась на нее в ответ.

— Подожди, — ответил отец семейства, — дождемся остальных.

Если папа с мамой такие колоритные, то кто тогда остальные?

— Монстры? — поднял голову кот.

Но клянусь: он ничего не сказал.

— Я тоже твои мысли читаю?

— Сам в шоке, — взмахнул хвостом пушистый.

Я взялась за голову.

— И давайте все дружно и от души поприветствуем вселенскую грусть, — вопило что-то в моей черепной коробке.

— Заткнись, уйди, оставь меня, — вздыхала про себя.

Мысли кота мне не нравились. Там царил какой-то компот из трупов мышей и не только, еды, кошек и саркастических фраз.

Еще раз критически осмотрела комнату, стараясь отвлечься. Ремонт им и правда необходим, но для чего ведьма, пока непонятно. В моей голове ведьма — это та, кто вскакивает нагая на метлу и летит на шабаш. А ловя на себе внимательные взгляды красивого оборотня, я понимала, что раздеваться точно не готова.

В гостиную вошла еще одна женщина, точнее, с седыми, распущенными и торчащими во все стороны волосами. На голове несуразный платок. В платье вшиты нити с монетами и колокольчики. Пока она двигалась, я слышала в перезвоне классическую композицию Грига — «Танец троллей».

— Мама, — с ударением на второй слог встретил ее взрослый вампир, — присядь там, — указал он на кушетку напротив меня.

Старушенция медленно осмотрела все вокруг и, полностью проигнорировав замечание мужчины, плюхнулась вплотную ко мне.

Я повернула к ней голову. Она тоже не растерялась, прижалась ко мне и обнюхала мою шею.

Мамочки. Цивилизованные вампиры меня тут не сожрут, а эта сумасшедшая даже не подавится.

— Я Эланора, — прошамкала она, подавая мне костлявую руку.

— Маша, — пожала ее пальцы, робея.

— А я ведь тебя знаю.

Здрасти-мордасти. Давно не виделись. А точнее, вообще не виделись! Откуда ты меня знать можешь? В Аридии до этого момента я не бывала.

Неопределенно пожала плечами, стараясь унять дрожь в коленках.

Итак, с кем имею дело:

Глава семейства, владелец дома и просто красавец — Триаль де Цепеш. Каждый раз, как слышала его фамилию, кашляла, пытаясь скрыть нервное напряжение. Был у нас в Румынии один Цепеш. И ничем хорошим это не закончилось.

Его прекрасная пугающе прекрасная супруга — Анжелика.

Их незабываемые дети, которые решили проблему с ремонтом кардинально — вызвали демона, тьфу ты, ведьму, тьфу ты — меня то есть. По поводу ведьмы я еще спорить буду. Я, Мария Антонова, инженер-технолог. Бауманка, наука и все такое. А меня здесь все колдуньей кличат. Несолидно.

Вернемся к детям. Близнецы Форд и Норт, чьи повадки умиляли. А когда Триаль обмолвился, сколько им лет, я брызнула на ковер чаем, которым меня угощали. Тридцать! Этим мелким дьяволятам тридцать! Да они старше меня. Я тут что, как младенец?

Их прекрасная сестра Лидия, книжный червь, обитающая в библиотеке дома.

Мать Триаля Эланора — жуткая старушка с явными признаками сумасшествия. И Жофре де Руаль — брат Анжелики. Как мне объяснили, он вампир-эмпат. Но я все равно ничего не поняла.

«Пофиг, разберемся», — это мой девиз по жизни.

— Вот у тебя голова? Голова. Туда бы еще кусочек мозга, вообще бы цены не было. Пофиг ей, — верещал в моих мыслях кот.

— Ваш сарказм услышан, но не понят, — прищурилась, смотря на серого.

Ох, дождется. Отдам как начинку в пирог для оборотня.

— Маша, я пошутил, — прижался он ко мне и лапами закрыл глаза.

То-то же.

Пора, наверное, ясность какую-то внести. Клыки по челюсти расставить, или как там у вас, у вампиров, говорят.

Я громко свистнула, перекрывая досужие разговоры и сплетни обо мне.

— Хотелось бы понять, что случилось? — подняла бровь для устрашения и посмотрела на Триаля.

Он как будто растерялся.

— Деса ведьма, — заломил руки главный вампир, — вы иномирянка, и наши порядки для вас необычны.

Ага! Я упырей только в фильмах видела. И там они сияли, а еще были сентиментальными нежными плаксами. К суровой реальности в виде огромного семейства с проблемами в доме никто меня не готовил.

— Мы изучим ритуал, при помощи которого вас вызвали, а пока приглашаю побыть нашей гостьей, — он обвел рукой помещение.

В этот момент над камином что-то треснуло, и по стене поползла темная паутинка. Мы оба смотрели и провожали взглядом новую, только что образовавшийся разлом.

Встав и подойдя к нему, решилась спросить.

— Что там, говорите, у вас с ремонтом?

Он не обратил на на меня никакого внимания внимание, продолжая сверлить взглядом трещину.

— Да ничего, деса ведьма, — затараторил де Цепеш, — работы ведутся.

Ну, ведутся и ведутся. Я пожала плечами, решив не узнавать подробности. Мне сейчас важнее расспросить про мое возвращение домой. А еще найти Дашу.

— Раз уж я здесь задержусь, может, объясните, почему деса?

— А как у вас обращаются к мужчинам или женщинам? — прищурился Кевин.

Я вспомнила, как друзья называли меня и сестру. А там полный набор идиотских прозвищ для близняшек: Белка и Стрелка, однояйцевые, одинаковые. А уж как в наших молодежных кругах обращаются: «Эй, ты там» и «Давай, подруга, нужна помощь», — самое вежливое, что могу назвать. Отвечать как-то расхотелось.

Я исподлобья посмотрела на оборотня.

— Мужчина — дес, девушка — деса, — ответил он, словно прочитав мои мысли.

— Это ко всем относится? — спросила я и, видимо, не зря.

— Пф-ф-ф, нет, конечно, — влез в наш разговор вампир Жофре, — это только аристократы. — Он картинным жестом поправил свой пышный воротник. — Обычные люди — десай и десая. Вы аристократка?

Я задумалась. Наличие наследной квартиры в центре Москвы является признаком дворянства? В моем материальном мире точно. Еще мама смеялась, двигая старый письменный стол: «Только буржуа покупают мебель, девочки. Настоящие аристократы мебель наследуют». То-то мы дедушкин стол туда-сюда по паркету катаем.

А вот если по фактам, то что-то я не уверена. Ни манер, ни вкуса, ни тонкого душевного порыва оценить каждого по благородности, древности фамилии и породистости, словно лошадей, у меня не наблюдалось.

— Ну тогда я десая, — помахала я всем радостно рукой.

А вот они что-то поникли.

Что за дискриминация по знаку рождения? Ленина на вас нет.

— Она нас опозорит, — приложила руку ко лбу Анжелика.

— Дорогая, может, ты поможешь ей освоиться? — робко спросил жену главный вампир.

— Может, лучше я и мальчики? — встряла тут же Лидия. — Это же по нашей вине она сюда попала.

Де Цепеши посмотрели на меня странным взглядом, который я прочитала как что-то вроде «решай сама».

Ну я и решила, что, несмотря на сногсшибательную внешность Анжелики, я выберу Лидию и этих маленьких экзорцистов. Лучше синица в руках, чем тараканы в голове.

— А у вас часто иномиряне появляются? — села я обратно на кушетку.

— Ну, не так чтобы часто, — сконфузился Триаль, — но бывает. Правда, я еще не слышал о том, чтобы они возвращались в свой мир.

Настроение резко испортилось. На глаза набежали слезы. А еще я почувствовала движение за спиной.

Резко повернув голову, обнаружила Жофре прямо около моей шеи.

Я взвизгнула.

А потом случилась очень странная странность — надо мной сверкнули молнии и пошел дождь. Пират в этот момент взметнулся по одежде на спину де Руаля и начал драть его пиджак. Я бы умилилась своему спасителю, но меня пугала моя же магия, а еще целое семейство нетравоядных вампиров.

— Погодница?! — удивилась Анжелика, накрываясь подушкой и спасая свою безупречную прическу.

— Кто?! — продолжала я кричать, а проливной дождь хлестал в помещении, заливая пол. — А говорили, что трогать не будут?! Что я не на закуску! — гневно смотрела я на Форда и Норта.

В пару шагов ко мне практически подлетел оборотень.

— Успокойся, — рявкнул он, прижимаясь ко мне, — никто тебя здесь не тронет.

Я всхлипнула.

— Ему это скажи, — кивнула в сторону обидчика.

— Маша? — вопросительно поглядел Кевин. — Правильно же услышал, Маша?

Я грустно кивнула.

— Маша, — обнимал он меня, — тебе нечего бояться. Жофре — вампир-эмпат, он питается негативными эмоциями. Ты расстроилась из-за слов деса де Цепеша, вот он и не выдержал, подошел к тебе.

— Точно? — я рыдала. Психика все-таки не выдержала.

— Да. Успокой свою силу.

— Я не знаю как.

— Просто успокойся, усмири эмоции, — баюкал он меня, обнимая.

Все прекратилось так же резко, как и началось.

— Сильна, — довольно проговорил Триаль, а потом обвел взглядом чуть подтопленное помещение. — А тебе, Кевин, опять здесь ремонт проводить.

Мужчина раскрыл руки, выпуская меня, и смиренно кивнул вампиру.

— Да отцепите его от меня! — все еще вопил нарушитель моего спокойствия.

— Пират, — громко свистнула я, — на ручки, — подставила обе руки, и кот радостно на них запрыгнул.

Кевин ухмыльнулся.

— Вот это дрессировка.

Я смутилась. Очень хотелось съязвить, что я и собак дрессировать умею. Но, судя по тому, как он успокоил недавно инициированную ведьму, пока дрессировка — это его конек.

— Так! — теперь я грозно обвела взглядом всех собравшихся. — Давайте по порядку. Что с домом, почему ведьма, почему я, как меня вернуть и найти Дашу? Ответ должен быть вдумчивым, полностью раскрывать тему и максимально подробным.

И Триаль, как глава семьи, начал вещать.

Первое, что я узнала, — поместье называется Ведьмина гора. Как в лучших фильмах ужасов, находимся мы практически на скале, на отшибе городка Дримгейт.

Второе. Страна называется Аридия. Ее населяет огромное число людей и других магических существ. Есть даже оборотни, перевоплощающиеся в драконов. В Аридии монархия, всем заправляет император. А еще не все люди и не все существа владеют магией.

К иномирянам относятся настороженно. Держат на контроле. На самом деле вампиры уже должны нестись к местному дознавателю и рассказывать обо мне. Что будет дальше, неизвестно: могут забрать в столицу, могут оставить здесь. Но ничего хорошего мне это не сулит. Вампирам меня сдавать невыгодно, так как им прилетит огромный штраф, узнай слуга закона, что меня вызвали, как демона на перекрестке. Подобные ритуалы запрещены.

— Не переживай, Маша, — замахал на меня руками вампир, когда я мрачно кусала губы и раздумывала над своим бедственным положением. — Здесь все-все в доме принесут тебе клятву о неразглашении.

Он подмигнул оборотню. И эти перемигивания мне не понравились.

Информация поступала дальше.

Погодница я, так как могу создавать погодные явления. Дар редкий — и не единственный. Второй дар у магов скрытый, тайный. Триаль предположил, что мы поймем позже, какой именно.

И, наконец, про требующий ремонта дом.

Задолго до появления вампиров в Ведьминой горе жила темная колдунья Ираида. Поначалу жители Дримгейта радовались такому соседству. К ведьмам в Аридии относятся с уважением. Но ближе к старости Ираида обнаружила свой мерзкий характерец. Делала мелкие пакости, а потом и вовсе чуть не отравила воду в городе.

М-да, правильно говорят, что с годами харизма дрейфует к маразму. Предыдущий император не выдержал манер вредной ведьмы и отдал приказ утилизировать оную. Жестокие тут замашки, конечно. А она возьми и прокляни дом. Теперь он выживает всех своих нынешних хозяев, рушится, сыпется.

Бригада Кевина ведет здесь постоянный ремонт, но улучшений почти нет. По слухам, Ведьмина гора перестанет разрушаться, когда другая ведьма снимет заклятие.

Кого только ни приглашали несчастные вампиры, но пока ни одна из чародеек им помочь не смогла. Вот и на меня не надеются.

Де Цепеши покидать эту местность не хотят. Сам дом им нравится. А еще здесь царит просто невероятно удушающая и мрачная атмосфера, которая вызывает восторг у этого семейства. Ну и здесь почти всегда пасмурно и идут дожди. А вампиры, как и в моем мире, солнца не выносят.

Глава 2. Дримгейт, одинокий рейнджер и много неожиданностей

Маша Антонова

— Да ладно? — мои глаза распахнулись. — Только вампиры, рожденные от других вампиров, принимаются в обществе? А если они, например, ученые?

Мы сидели в запущенной библиотеке.

— Все равно, — терпеливо разъясняла мне Лидия де Цепеш мироустройство Аридии, — у нас ценится древность фамилии. Да и почти никто уже не делает из людей вампиров.

— Почему? — я не переставала удивляться.

— Мы ведь уже не питаемся естественным образом, — она поморщилась, — а брать ответственность за чужака мало кто захочет. Никто не знает, как поведет себя неподготовленный человек. А другие расы вампирами не становятся.

Что за дискриминация? Наделали, значит, в смутные годы детишек, они теперь полукровки, мыкаются, родителей ищут, а на них даже алиментов не платят. И хоть бы какой закон их защищал.

Мое чувство справедливости взыграло с новой силой. Пока я тут, надо заронить в умы этих замшелых аристократов, что ущемление кого бы то ни было — прямой путь к революции. Решено, будет у нас Лига гордых, но бедных вампиров — ЛГБВ.

Вообще, семейство де Цепеш, дабы не спалиться перед местным полицейским — по здешнему дознавателем — сразу же взяли меня в оборот и решили натаскать в этой информации.

Теперь я не Маша Антонова, а десая Мари Мишель. Я была не против. По поводу Даши никто ответить внятно не мог, но все пришли к выводу, что ее тоже выкинуло где-то в Аридии. Кевин бродил по городу, но слухов о попаданке не было, и вообще хоть что-то интересное, странное и необъяснимое никак не обсуждалось. Оставалось надеяться, что сестренка тоже обрела союзников и сможет ассимилироваться до моего появления. А там и решим, как нам быть.

— Ну что, научилась чему-нибудь, ведьма? — заглянул к нам Кевин.

За один день, что я провела в особняке, этот оборотень вызывал у меня богатый спектр чувств: от желания придушить до расцеловать, но я все еще сдерживалась в обоих порывах.

— Не мешай нам, Кевин, — нахмурилась моя строгая гувернантка.

Мужчина словно не услышал ее слов.

— Я тут читал о проклятье Ираиды, — начал он, — и о ритуале призыва.

— Мы все читали, — перебила его Лидия, — пока ничего интересного.

— Подожди, — остановил он ее словесный поток, — у меня мелькнула одна мысль.

Я подскочила, словно суслик у проездной дороги.

— Но не советую обнадеживаться, Маша, — сразу оговорился Кевин.

— Поздно, я уже обнадежилась, — бодро отрапортовала я.

А так и было.

— Когда Форд и Норт читали заклинание, они упомянули о снятии заклятия. Значит, ты прибыла в этот дом неслучайно. К тому же из другого мира.

Я разочарованно пожала плечами.

— Ну да, это и так очевидно.

Вдруг в наш разговор влез Пират.

— Чертовы близнецы, — ругался он, — из такого мира забрали, а здесь даже шпротов нет. А что? — он увидел наши недоуменные лица. — Зачем вообще уметь говорить и выражать свое мнение, если оно никого не интересует?

С таким выводом поспорить я не могла. И не стала. А просто повернулась к оборотню.

— Так вот, — вздохнул Кевин, опять поймав мой взгляд, — я думаю, ты сможешь покинуть нас, когда завершишь здесь ремонт, и приведешь особняк в приемлемое состояние.

— Я? — я скептично выгнула бровь.

— Ты, — ухмыльнулся он, — ты про строительство хоть что-то знаешь?

Ага, знаю, что я работаю только головой, а вот руками у меня так себе получается.

Я неопределенно пожала плечами. Зачем признаваться в каких-то незначительных слабостях?

— Маш, — опять обратился он ко мне, — в доме с тобой ничего не случалось? Не падала, не пропадали ступеньки или перила, не ломались стулья?

— Нет, — уверенно покачала я головой, — но я у вас один день только.

Кевин переглянулся с Лидией.

— Я думаю, что тебе стоит познакомиться с нашей бригадой.

Я недоверчиво посмотрела на мужчину, а потом на девушку.

— А объясниться не хотите?

Лидия смущенно посмотрела на пол.

— Ну, — тихонько пищала она, — предыдущих прорабов дом убил.

ЧТО?

Мои глаза загорелись, словно фонари на елке. Еще немного, и из головы вылетит пар, как у чайника. Мало того что я живу в доме с вампирами, оборотнями, тут еще и очень колоритный дворецкий. Меня из дома выдернули, кота говорить заставили, дознавателем пугают — так это все еще цветочки были.

Кевин подошел и погладил меня по голове.

— Маш, ну ты расслабься, не накручивай себя.

Я ненавидящим взглядом проводила этого будущего смертника.

— Что за идиотский совет?

— А вот это обидно, — покачал он головой укоризненно.

А я не выдержала, съязвила:

— Ну ты расслабься, не накручивай себя.

Мы пару минут рассматривали друг друга. Я, Лидия и Кевин. А еще на всех шипел Пират, которому новость о живом доме-убийце понравилась еще меньше.

— Маша, — успокаивающе-заискивающе обратилась Лидия, — с тобой так не будет.

— Уверена?

— Во-первых, ты ведьма, — загибала она пальцы, — а во-вторых, что тебя дом не принимает, ты бы уже заметила.

Вот, значит, как? А эти кровопийцы на мне опыты ставят, что ли? Или ставки делают? Доживу до утра или нет. А что? Удобно. И от тела избавляться не надо, я так понимаю, поместье само его спрячет.

— Да не бойся ты, — влез опять мужчина, — я внимательно следил весь вечер, а потом на тебя заклинание наложил.

— Когда я спала? — гневно вскрикнула я.

Он опять закатил глаза.

— Ладно, — буркнула я, смиряясь с новыми обстоятельствами, — знакомь меня с бригадой.

Оборотень галантно подал мне руку, я же, обиженная и оскорбленная, просто оттолкнула ее.

— Помните, — обернулась я к близнецам и юной вампирше, — я зла, в гневе и еще отомщу.

— Да за что? — сразу раздалось три возмущенных голоса.

— За опыты, недомолвки и необоснованный вызов из другого мира.

Кевин посмеивался.

— И тебе отомщу, — сузила я глаза.

Он прижал ладони к сердцу, как будто показывая, что не напугала.

Ой, кстати. Сердце.

— Кевин, а вы так же, как люди устроены? — отвлеклась я от раздумий, когда мы уже вышли из комнаты.

— В смысле? — поднял он брови.

— Ну у вас под одеждой все, как у людей? — немного смутилась я. — Или как у животных?

Вот теперь этот оборотень не посмеивался, а ржал в голос. Я даже немного испугалась, а еще подумала, что он перевоплощается в парнокопытное.

— Маша, — все хохотал он, — во-первых, нет, не как у животных. А во-вторых, если хорошо попросишь, могу и продемонстрировать. — И так хитренько-хитренько посмотрел на меня.

Ждал, что я вся в своей девичьей застенчивости раскраснеюсь, задышу, как спринтер на дистанции, и скроюсь куда-нибудь в укромный уголок.

Не на ту напал. Это ты в своем мире дес с десаями манерами пугай, а я живу по принципу: «Забудь о смущении, жизнь слишком коротка».

— А давай, — махнула я рукой. — Музыка у вас как включается?

— Музыка-то зачем?

— Ну, если раздеваться, то под музыку. В моем мире мужчины только так и делают. Стриптиз называется.

Теперь краснел мужчина. А потом бледнел. А потом даже некоторая синева появилась.

— Ты смеешься сейчас надо мной? — спросил он уже зло.

— Ну, не так чтобы очень сильно, — прошептала я, — самую малость.

— Пошли к бригаде, — дернул он меня за пальцы и потащил за собой.

Сзади зашипел кот, готовясь к прыжку.

— А вот рукоприкладства не надо! — взвизгнула я. — А то мой охотничий норвежский кот тебя на лоскутки порвет.

Кевин обернулся. Пират действительно выглядел устрашающе.

— Прости, — убрал он руку, — не рассчитал силы.

— Прощу, — потирала я кисть, — но сделаешь так еще раз, недосчитаешься зубов.

— Ну ты и язва! — восхитился он.

Мы спустились на первый этаж особняка, где в одной из комнат обнаружили скопление… эх, хотела бы я сказать, что людей, но уверенности не было.

Да, как оказалось, я и сама не человек, а настоящая ведьма с магическими дарами. Интересно, кстати, могу ли я использовать свои дары в целях наживы?

В голове развернулся некий план по техническому устройству этого мира, но на глаза опять попал Кевин, и пошли мысли о стриптизе.

Тут еще и кот закашлял.

Я тряхнула пару раз головой, сбрасывая наваждение, и вгляделась в окружавших меня мужчин.

Н-да! Надо быстрее магию освоить. Сейчас бы дождь в помещении запустила и устроила конкурс мокрых маек, такие образцы выстроились передо мной.

— Мяумаша, — замяукал Пират, — успокой свое либидо!

Парни его слова услышали, приняли к сведению и даже приосанились.

Я натурально зашипела на фамильяра.

— Будешь транслировать мысли вслух, подумаю о ветеринаре и ножницах.

И еще жестом так угрожающе погрозила: чик-чик.

— Понял, принял, осознал, — прижался он к полу и накрыл лапой глаза.

Я хмыкнула и повернулась обратно к строителям. Ну что же, будем знакомиться.

В бригаде ремонтников состояли следующие работники:

Кевин де Рибер — главный бригадир. То, что у него в имени приставка «де», меня удивило. Это значило, что оборотень — аристократ. Надо будет попозже прижать его к стенке и выяснить, что к чему.

Еще два оборотня такой же привлекательной наружности. Но если Кевин перевоплощался в волка, то эти двое из стаи песцовых. Брюс и Роберт Дюваль. Оба вежливо мне поклонились, а потом хищно улыбнулись, переглянувшись между собой.

Обычный горожанин Алекс Брент, всю жизнь проживший в Дримгейте. Но отсутствие магии с лихвой компенсировала смазливая внешность: светловолосый, мускулистый, с яркими, почти синими глазами.

— У меня в предках эльфы, — смущенно высказался он, когда заметил, насколько заинтересованно я его разглядываю.

— Извините, — опустила очи долу.

Вот как надо уметь смущать, Кевин.

Также в бригаде был гном Орест Гундобад, едва достававший мне до груди, с очень длинной рыжей бородой. На него я пялилась не меньше. Черт с ними, с оборотнями, они выглядят как люди, а когда я еще на гнома посмотрю?

Совсем молодой юноша — Кристиан Тейлор, маг земли и растений, долго учившийся в столичной академии, но приехавший обратно помогать родителям.

И эльф с шикарными длинными блондинистыми волосами, с заплетенными в косы — Ланвидрель Винтмитрен. С его слов, по огромной дружбе с де Рибером и большими деньгами де Цепешей он сеял по краям Аридии вечное, красивое, и со вкусом — дизайнер он, в общем. С ним мы быстро договорились, что я буду звать его Ланви — дальше этих букв я просто не выговорю.

— А это Мари Мишель — происхождение необъяснимое, ведьма. Теперь будет нами руководить, — подтолкнул меня к ребятам Кевин.

— А ты? — удивился решению главы гном.

— Вместе со мной, — поправился мужчина. — У Мари не так много опыта.

— А на кой она нам тогда нужна? — продолжал тот задавать правильные, но неприятные для меня вопросы.

— Дом примет только ведьму, — Кевин укоризненно окинул взглядом Ореста, — а у Мари очень богатая фантазия. Правда же? — и посмотрел на меня, ожидая согласия.

— О да, — согласилась я, окидывая взглядом мужчин.

В голове у меня играла одна известная песня про дождь и парней, ну и еще я вспоминала все свои познания о ремонте.

— Это же какую красавицу к нам занесло, — закружили вокруг меня Брюс и Роберт.

К вниманию мужчин я относилась с некой осторожностью, а эти точно лисицы: хитрят, шныряют и немного очаровывают. А у оборотней бешенство есть?

— Пират, — подумала я про себя, — а песцы не лисицы?

В голове сразу так приятно защекотало.

— Лисицы, лисицы, только полярные. Про бешенство не в курсе. Спроси местного профессионала.

— Ребята, я еще обещал Мари прогуляться до города, — подхватил меня Кевин, — завтра приступим, она мне как раз расскажет, с чего хотела бы начать. — И так пристально на меня посмотрел, что я решила не спорить.

— Так мы бы с вами прогулялись, — предложил эльф Ланви, — я хотел узнать мнение Мари насчет ее предпочтений в отделке.

Я поморщилась. Вкус у меня специфический.

— Может, завтра сходим вместе? — робко обратилась я к мужчинам. — А сегодня с Кевином. В вашем городе я новенькая.

Они меня буквально облепили. Каждый предлагал себя в роли экскурсовода. У них тут что, напряженка с дамами?

— Отставить, — приказал оборотень, как заправский солдафон. — У вас еще работа.

Он указал на расставленные емкости с серой смесью. Местная шпаклевка? Судя по всему, да, вон и шпатели лежат. Только она какая-то скомканная, что ли.

Я встряхнулась, снимая с себя наваждение. Видимо, это побочное действие магии на меня. Сейчас было ощущение, что надо мной загорелась лампочка. Но это потом, сейчас я очень хотела прогуляться в город.

— Зайдите к артефактору, — напутствовал нам гном.

Мы уже выходили из помещения, когда я решилась спросить.

— А к артефактору зачем? И кто это?

— Да, Маш, — критически осмотрел он меня, — может, нам не стоит в город? Ты с такими познаниями быстро себя выдашь.

— Ну ты расскажешь или нет? — стукнула его кулаком в плечо.

— Маг, который делает различные устройства для тех, кто магией не обладает. Или обладает не той, которая ему нужна.

Я прям загорелась. Очень захотелось навестить такую лавку.

— А ты так и пойдешь или переоденешься? — спросил он меня.

Утром Лидия принесла мне платье, сшитое по местной моде, но, увидев количество крючков и корсет, я решила, что затасканные черные леггинсы и белая длинная рубашка тоже чем-то походят на манеру строителей одеваться.

— Совсем плохо? — поникла я.

Корсеты продолжали меня пугать. Свою женственность я так и не раскрыла, предпочитая спортивный стиль.

— Да, Маш, — покачал головой мужчина, — десаи так не ходят.

Я насупилась, но переодеваться пошла.

— Душнила, — выкрикнула я, поднимаясь по лестницу.

— Кто? — не понял Кевин.

Решила не объяснять. Может, они и про слово «зануда» не знают.

Через десять минут и десять моих криков — а все из-за того, что Анжелика решила проявить участие к бедняжке попаданке и затянуть это орудие пыток, — я спустилась. Точнее, скатилась. Двигаться я могла, только если не дышала.

— Ну вот, прекрасно выглядишь, — хлопнул меня волк по спине.

Где-то на улице засверкали молнии.

— Прекрасно выглядишь, и я не буду больше это комментировать, — сразу поправился он.

Это я так, что ли, делаю?

Округлила глаза, как щеночек.

— Да ты, Маша, ты, — отреагировал на мой знак Пират. — Не чувствуешь, разве, что силы поубавилось?

Я прислушалась к своему организму. То, что в какой-то момент переполняло меня, словно вырвалось на свободу. Значит, есть резерв?

Кевин мои умозаключения подтвердил легким кивком.

— Пошли, кудряшка, — опять схватил меня за руку и проводил к повозке.

Мы ехали около часа. Поместье де Цепешей издали выглядело очень колоритно, прямо как в старых классических фильмах ужасов. Хотя чему я удивляюсь — меня вызвали вампиры. Дом находился за большими коваными воротами. Выезжая за территорию, мы минут десять еще никак не могли покинуть явно заброшенный, стихийный сад из роз и шиповника. Находилось все это великолепие на скале, а съезжая вниз по извилистой дорожке, мы приехали в местный провинциальный городочек Дримгейт, который славился своим консервативным взглядом на жизнь и размеренным течением времени.

Кевин здоровался почти со всеми жителями, а я помалкивала, но кивала, когда меня приветствовали.

— Вот здесь городской совет, Маша, — указал он на здание, — с ними надо быть аккуратной. Новичков они не любят, не привлекай к себе внимания.

Я хмыкнула. Да я тише воды, ниже травы.

— А вот отделение местных дознавателей. Этих ищеек тоже остерегайся.

Я запомнила дом с синей вывеской. Эх, надеюсь, я сюда не попаду (как же я ошибалась).

— А вот и лавка артефактора, — показал он на небольшое здание, — сюда мы зайдем.

Я почти запрыгала от счастья.

— Здравствуй, Алекс, — отворил дверь оборотень, — ты где?

Я осматривалась, и мое сердце трепыхалось. Как же здесь все интересно: над головой миллион кулонов, огромное количество полок, на которых стоят различные устройства из дерева, металла или, как бы я сказала, из дерьма и палок.

— А-а-а-а, Кевин, — вышел к нам седой старик с белесой бородкой.

Вот я всегда думала, что Дед Мороз должен выглядеть именно так: мускулистый, в белой рубашке, коричневых брюках и такой же жилетке, с аккуратно подстриженной бородой и ухоженной прической. Никаких халатов, ребята.

— Ты и девушку привел, — поднял он бровь, оглядывая меня.

— Это Мари, она знакомая Триаля, — подвинул Кевин меня к себе.

— Приятно познакомиться, Мари, — Алекс взял мою ладонь и поцеловал.

Ну все! Я влюблена в Деда Мороза.

— Мне тоже, — зарделась я.

— Какими судьбами? — переметнул он взгляд на моего сопровождающего.

— Орест оставлял заказ тебе.

— Аааа, кофемешалку, — взъерошил волосы маг.

Чего? Кого? Он за этим нас послал?

Алекс ушел на пару минут и вышел к нам с маленьким устройством, похожим на пистолет, на конце которого находилась что-то вроде спицы. А уже на конце спицы была круглая пластина.

— Капучинатор, что ли? Мы из-за этого приехали? — возмутилась я.

— Что? — громким голосом выспрашивал Алекс. — Это новейшая разработка. Что за капуч… ЧТО?

Я сразу заткнулась. Ох, прав был Кевин. В город мне, наверное, рано.

— Ври, — транслировал мне кот, — придумай что-то. Мы палимся.

Пауза действительно затягивалась.

— Ну да, кофемешалка, — согласилась я под внимательным взглядом двух мужчин.

— А как вы ее до этого назвали, милая девушка? — напирал хозяин лавки.

— Да неважно, Алекс, — попыталась отморозиться я.

В голове зажглась идея, что делать с плохо помешанной шпаклевкой.

— А это устройство можно сделать больше?

Кевин закатил глаза — как только они не выпали.

— Да зачем? Думаешь, наш десай Аллен тебе гигантскую кружку кофе сварит?

Мне бы твой скептицизм, оборотень.

— А десай Аллен — это кто?

— Повар в Ведьминой горе, познакомишься сегодня, наверно. Так зачем больше?

— Да, Мари? — подхватил тут же артефактор.

Я даже засмущалась.

— Ну, я думала, как раствор размешать, которым вы стены выравниваете. А то какой-то он у вас неоднородный.

В голове Кевина тут же закрутились какие-то колесики. А у Алекса шарнирчики.

— Идея-то неплохая, и как я сам не додумался? — хлопнул он себя по лбу. — Кевин, а где вы ее взяли? Может, и вторая такая есть? — подмигнул мужчина мне.

Мы переглянулись. А кот аж закашлялся. Есть, дедуля, есть. Только мы не знаем, где ее носит.

Решила развить мысль дальше.

— Можно на конце прикреплять круглую пластину и эту спицу сделать сменяемой?

— Зачем? — прищурился артефактор, чуя одновременно подвох и выгоду.

— А зачем ограничивать себя только размешиванием. Вот дырки в стенах можно будет делать. Еще гвозди закручивать, но про это я позже расскажу. Опытный образец назовем «Дрель магическая». Отдадим строителям, кто магией не владеет.

Все замолчали и осмысливали сказанное мною.

— Мари, а кем ты де Цепешу приходишься? — заинтересовался лавочник.

— Ремонт ему делает, — скрестил руки на груди Кевин.

— Заметно. Есть у тебя еще какие-то идеи? Я бы выслушал с удовольствием.

— А то, — улыбнулась я, — вагон и маленькая тележка.

— Чего? — опять уставились на меня оба.

Я похлопала себя по быстро закрытому рту. Вечно забываю, что тут больше помалкивать надо.

Правда, где-то вдалеке замаячила мысль, о том, что и железной дороги здесь нет. А еще я про маркетинг не упомянула.

— Много у меня идей, фонтанирую просто.

— Хозяйка моя, мряу, — распушил хвост Пират, — не только красавица, но еще и умница.

— А может, ты захочешь поработать в артефакторской лавке вместе со мной, скажем, один день в неделю? — словно не заметил фамильяра Алекс.

Теперь моя очередь прищуриваться.

— А что мне за это будет?

— Десять процентов от прибыли.

Мы стали друг напротив друга. Торговаться меня решил научить? Я дочь женщины, родившей двух близнецов в девяностых, и выживали мы благодаря торговле на рынке турецкими шмотками — она преподавала там, где вы учились.

— Шестьдесят, — выкрикнула я.

— Сорок, — не соглашался оппонент.

Глаза оборотня следили за нами, словно за теннисным мячом. Или за палкой. Волки — те же собаки.

— Семьдесят, — скривилась я в ожидании следующей цифры.

— Пятьдесят, колдунья!

— Уговорил, милейший, — хлопнула его по раскрытой ладони.

Он жесту удивился, но смолчал. Я потом еще парочку покажу, закачаетесь.

— А теперь расскажите, есть ли у вас патент? — решила я задокументировать все договоренности.

— Конечно, — закивал Кевин. — Алекс, — обратился он к артефактору, — ты составь договор и пришли ей в поместье. Нам пора отбывать.

— До свидания, Мари, — опять галантно поцеловал мне руку лавочник.

Мы вышли.

— Маша, — развернул меня к себе оборотень, как только за нами захлопнулась дверь, — я же просил молчать, ничего не говорить. Предупреждал.

— Угу, — пробурчала я, — но именно это и ввело меня в искушение.

Стало как-то обидно.

— Но идеи же хорошие, — попыталась защититься я.

— Отличные, — смилостивился мужчина, — эх, ладно. Будем валить все на то, что ты ведьма. Они почти все без головы.

— Куда теперь? — решилась перевести тему разговора.

Обсуждать наличие у меня ума как-то не хотелось. Я в нем тоже иногда сомневалась.

— Мне надо в строительный магазин, заказать поставку, а потом встретиться с одним человеком.

С другой стороны улицы кто-то закричал.

— Кевин!

Мы развернулись. Через дорогу, пропуская повозки, шел мужчина, очень похожий на моего сопровождающего. Темноволосый, широкоплечий, мускулистый. Лицо обрамляла легкая небритость.

— А вот сейчас, Мари, молчи. Я серьезно. Отвечай только «да» или «нет». Это мой брат, и он в этом городе дознаватель.

Сердце гулко забилось. А предупреждать заранее о таких вещах нельзя?

— Пират, — мысленно обратилась к фамильяру, — как описать весь ужас происходящего?

— На помощь? — посмотрел на меня кот и решил продолжить. — Корень твоих проблем, Маша, в том, что когда мужчина тебе говорит, что надо делать, в тебе просыпается ну точно ведьма. Молчи и стой как истукан, чего сложного?

— Корень моих проблем, предатель хвостатый, в том, что я в своей голове с кошкой разговариваю.

В этот момент мужчина достиг своей цели.

— Эйден, — приветствовал его Кевин, — рад встрече.

— Я тоже, брат. Не представишь? — покосился он на меня.

Мой сопровождающий кинул на меня оценивающий взгляд. Предполагаю, раздумывал, смогу ли я промолчать в нужный момент. Я даже понадеялась, что он объявит меня немой. Есть здесь такие, в этом мире?

— Моя знакомая и коллега — Мари Мишель, — подтолкнул меня Кевин.

Я присела в неуклюжем реверансе. Раз у этого оборотня приставка де, значит, я должна ноги скрещивать как идиотка. Нет на вас Маркса и Энгельса.

— Эйден де Рибер, — сразу представился мужчина, подхватив мою руку и поцеловав.

Я почувствовала неловкость. В моей реальности к женщинам никто так не относился. Могли по плечу похлопать максимум. А если я приходила в майке с открытой спиной на работу, могла огрести максимум внимания, когда эти взрослые мальчишки-мужчины на цыпочках подбирались ко мне, с гоготом ставили мне печать на открытый участок тела и убегали. А тут вон какие все джентльмены.

— Приятно познакомиться, — прошептала я.

* * *

Эйден де Рибер

Еще издалека я увидел своего брата с незнакомой девушкой. Предчувствуя что-то нехорошее, решил сразу же разузнать, кто его спутница.

— Кевин! — закричал я с другой стороны дороги.

Оба остановились, завидев меня. Мой брат тут же заговорил с девицей, видимо, объясняя, кто я такой.

— Эйден, — приветствовал он, — рад встрече.

Я тут же скосил взгляд на девушку.

Молодая, даже чересчур, по моим меркам, с длинными каштановыми волосами и изящными кудряшками. Глаза карие с зеленым отливом, я почти уверен, что ведьма. Она впечатляла. Во взгляде читалось нечто необъяснимое, загадочное. А еще жутко хотелось взять над ней шефство, окружить заботой. Кевин западал на таких. А я, как старший брат, был обязан его предостеречь. Ведьмы — народ непростой. Они все делают из своего шкурного интереса.

— Я тоже, брат, — кивнул ему. — Не представишь?

Он нехотя развернулся к этой девице.

— Моя знакомая и коллега — Мари Мишель.

Я поклонился.

— Эйден де Рибер, — поцеловал ее руку.

От барышни веяло тревогой и смущением, но, как ни старался, я не мог прочитать ее мысли.

И что за ведьму принесло в Дримгейт? Городской совет вряд ли этому обрадуется.

— Приятно познакомиться, — выдохнула она.

Девушка меня определенно заинтересовала. Мало кто из ведьм мог блокировать мои силы, а вот эта могла, и, судя по всему, даже не замечала моего воздействия. А вот Кевин видел все. Он жутко бесился оттого, что я подошел к ним.

— Мари, — обратился он к спутнице, — не зайдешь в кафе? — и кивнул он в сторону соседнего здания. — Там Ивар, скажи чтобы принес и тебе, и мне все то, что я обычно заказываю.

Ведьмочка его тревожности не поняла, но согласилась, и через десять секунд скрылась за дверью заведения. За ней вбежал огромных размеров кот. Таких я тоже никогда не видел.

— Объяснишься? — повел я бровью.

— Зачем? — ощерился брат. — Разве семья не выгнала меня? Отец не сказал, чтобы я искал себе место на стороне?

— Кевин, — попытался я не задевать его за живое, — мне безразлично мнение отца, ты знаешь.

Но он тут же меня перебил.

— Не знаю, Эйден. Когда мне была нужна помощь, ты отмолчался.

— Я был не прав, — согласился я.

— Это не снимает с тебя вины, — скрестил он руки.

Я решил переходить к делу.

— Кто она? — кивнул я в сторону таверны, где скрылась девушка.

— Ведьма, — озвучил очевидное брат.

— Откуда, Кевин? Не заставляй тянуть из тебя все щипцами.

— Ее выписал Триаль из какой-то деревни, — выдохнул брат, — и поместье ее приняло, скорее всего, в том доме закончится ремонт. Все домашние рады ее появлению.

Я помрачнел.

— Это плохие новости для городских.

— Да, — подтвердил брат, — если с ее помощью мы доделаем ремонт, то де Цепеши останутся здесь.

— Ты сам-то этому рад?

— А как ты думаешь? — с вызовом спросил Кевин. — Триаль — единственный член совета, который меня поддержал. В моем лице вы точно потеряли соратника.

Я пожал плечами. По мнению брата, политика делается легко.

— Раз уж вы решили пообедать, — вкрадчиво начал я, — можно присоединюсь?

Кевин только недовольно пожал плечами.

Мы оба зашли в таверну под названием «Гарцующий гном».

Посреди зала сидела эта ведьма и рассказывала компании троллей о какой-то игре. Те совсем не смотрели в тарелки, таращились только на нее.

Интересна была и реакция братца. Он снял с себя головной убор, закатил глаза, пощупал переносицу и произнес:

— Богиня Мира, за что мне это?

Девушка, сидя на столе с котом на коленках, объясняла правила огромным зеленоватым существам, которые только и делали, что дрались из-за азартных игр.

— А состояние тебе сделает флеш-рояль, — заключила она.

Кто-то из той компании опять спросил, черкая в блокноте.

— А стрейт-флеш?

— Тоже хорошо, — повернулась девица, — но хуже, чем флеш-рояль.

— Как, говоришь, игра называется? — вскрикнул кто-то из их компании.

— Покер, — скривилась она. — Вообще, еще знаю игру в дурака, но не уверена, что вам понравится, — обвела она взглядом весь зал.

Я переглянулся с Кевином.

— Надо ее уводить, — почти бесшумно проговорил он.

— Деса ведьма, — почти закричал я, привлекая к себе внимание, — может, вы последуете за нами?

Ее взгляд и глаза всех посетителей таверны поднялись на меня.

— А что она сделала? — Куда вы девушку уводите? — Произвол? — посыпались шепотки отовсюду.

Поведение Мари тоже не способствовало спокойной обстановке.

— А с чего бы? — возвестила она.

Точно издалека ее де Цепеш выписал.

Один из троллей тут же разбил бутылку о стойку бара.

— Ты почему Маше угрожаешь? — приблизился ко мне.

— Маше? — скривился я, отправляя его заклинанием в нокаут.

— Это ее домашнее имя, — пояснил Кевин, пытаясь пробраться к девушке поближе.

Началась потасовка.

Ведьма гарцевала между метающимися тарелками, заклинаниями и ругательствами.

Я и Кевин пытались подобраться к ней поближе, но орки и гоблины решили до конца поддерживать свою вдохновительницу на новые азартные игры.

В какой-то момент раздался оглушительный свист. Я не поверил своим глазам: Мари взобралась на барную стойку и с двумя пальцами во рту издала неприличный звук.

— Отставить панику, успокоились все! — взревела она.

Потом спрыгнула на колени какого-то тролля, а с них на пол. — Вообще, эти ребята со мной, — указала на Кевина и меня, хоть и с небольшой паузой. — А через неделю я расскажу про игру мафия. Давайте перестанем драться?

Глава 3. Эмоциональный произвол, или нам поможет бюрократия

Маша Антонова

Меня буквально вытолкнули из таверны двое сильных мужчин. Злые, агрессивные, распаленные легкой дракой, они хотели было потребовать объяснений, но я решила повести себя как настоящая женщина: закатить истерику.

— Сами оставили меня в таверне с троллями. А чего вы ожидали? — по щекам у меня катились слезы.

— Мари, успокойся, — опешил Кевин, — прости.

— Может, мне хоть кто-то пояснит, почему девушка так испугалась? — надменным и спокойным голосом вклинился Эйден.

Вот кого ничем не проймешь. Мистер Невозмутимость.

— Эйден, — устало начал оборотень, — Мари не так давно приехала из деревни, мало что видела. Если честно, нам пора, а ты нас знатно отвлекаешь от дел, — уже прямо выговаривал он брату.

— Ну-ну, — противно ухмыльнулся дознаватель, — не буду вас задерживать.

Он еще раз обвел мою фигуру глазами.

— Мари, — наклонился ко мне, чего-то ожидая.

— Руку ему подай, дура, — транслировал мне в голову кот.

— Точно, они ж тут рукоцеловальники, — вспомнила я сразу о правилах приличия.

Я выставила ладонь, в которую мужчина тут же вцепился.

— Рад был познакомиться, десая Мишель. Не знаю, как вам, а для меня эта встреча теперь стала незабываемой.

Из окна, разбивая стекло, вылетел гном.

Мы втроем уставились на него. Он медленно поднялся, закряхтел, потирая ушибленные места, дернул себя за бороду и побежал обратно, видимо, попытаться отомстить обидчику.

— Такое забудешь, — выдохнула я.

Дальше мы расстались с этим очень уж внимательным типом. Как только простыл его след, мы сели в повозку, и Кевин, не стараясь подбирать культурные выражения, обругал меня на чем свет стоит.

— О чем ты думала вообще? — зло выговаривал волк. — НЕ ПРИВЛЕКАТЬ ВНИМАНИЯ. Это так сложно?

Я посмотрела на него жалостливым взглядом. Пират присоединился. У нас вообще отличный дуэт — спелись.

— Сам виноват, — выступил в мою защиту фамильяр. — Ты о чем думал вообще? — передразнил он тон оборотня. — Она в вашем мире второй день. Ты чего ожидал?

— Ладно, — махнула я рукой, — смысл думать, как могло сложиться. Теперь надо соображать, как выйти из этой ситуации.

Оборотень поводил плечами.

— Ну, внимание Эйдена ты однозначно привлекла. Почти уверен, что он будет копать.

— А почему? — и решилась спросить еще: — Ты не сказал, что твой БРАТ дознаватель.

Мужчина смутился.

— Мы мало общаемся. Я изгой в своей семье. Разочаровал отца выбором неподходящей невесты.

Внезапно.

— Это кого ты выбрал-то? А как у вас тут с невестами и браком? Почему неподходящую? — закидала его вопросами.

— Не сейчас, Маша, — решил отмолчаться Кевин.

Наверное, воспоминания еще причиняют боль.

Мы подъехали к длинному зданию, из которого то и дело выходили мужчины в комбинезонах. Тут и там повозки, тележки. Кто-то складывал камни, где-то грузили бревна. «Аналог нашего строительного рынка», — подумала я.

— Сиди тут, — наказал он мне, решив больше не допускать до людей и магических существ, — я скоро приду.

Ну и не надо. Я гордо сложила руки на груди, показывая, что обиделась.

Ну и что все разорались? В моем мире на сельских дискотеках потасовки даже убойнее, и они еще про рок-концерты ничего не знают.

— Не переживай, — решил ободрить меня Пират, — я думаю, он даже в восхищении.

Я печально посмотрела на кота. Переживаю я точно не о драке. Где же Даша? И как она? Попала ли под защиту ну хотя бы оборотня в этом мире?

Очень быстро вернулся Кевин.

— Все готово, — хлопнул он в ладоши, — а теперь тебе за документами.

— Зачем? — удивилась я.

— Ну как, тот же Эйден может попросить, чтобы узнать, откуда ты прибыла. Без документов не открыть счет. А ты договор с десаем Алленом как подписывать будешь?

Я об этом подумать не успела. Не до того было.

— Дрель ты придумать успела, а про паспорт забыла, — насмехался кот.

— Кевин, а тут ветеринары есть? — зловещим тоном спросила я, чтобы напугать этого пушистого хама.

— Кто? — не понял оборотень.

Я вспомнила, что и этот мой знакомый половину жизни проводит в животной ипостаси, так что решила не углубляться в тему.

Как в фильмах про мафию, мы заехали в какой-то дворик, в котором нас ждал мужчина в длинном плаще и шляпе. Мой сопровождающий опять не дал мне выйти из повозки, но подошел к тому человеку (человеку ли?), передал конверт и забрал такой же.

— Ты делаешь это без должного уважения, — пробормотал Пират, вспоминая один известный фильм.

— Угу, — только и хмыкнула я.

К вечеру Кевин привез меня обратно в поместье. Живот уже буквально прилип к спине, но на все урчания, доносившиеся из моего желудка, оборотень закатывал глаза и всем своим видом показывал, что я сама виновата.

— Маша, — встретили меня близнецы, — ты вернулась.

— Как поездка? — замогильным голосом спросил глава дома.

К его нецветущему виду я никак не могла привыкнуть. Если мелкие вампирята меня даже радовали, то де Цепеш наводил леденящий ужас.

— Я расскажу, — устало выдохнул Кевин, — только провожу десаю ведьму на кухню.

— Конечно, — согласился Триаль, поглядывая на меня. — Мария, как вам город?

Я чуть-чуть улыбнулась.

— Спасибо, интересная экскурсия.

— Еще какая, — съязвил глава строителей.

Солнце уже скрылось за горизонтом, а эти мужчины никак не наговорятся.

— А вампиры вообще спят? — вырвалось у меня.

Триаль и Кевин повернули головы ко мне. Я показательно зажала рот рукой.

— Конечно, Мария, — решил не замечать моей неучтивости де Цепеш, — как и все магические существа. Единственное наше отличие в том, что мы можем превращаться в летучих мышей, для пропитания требуется кровь и нам нельзя смотреть на солнце.

Опачки. А вот тут подробнее.

— То есть дневной свет для вас не губителен? Только если посмотрите на само светило? — уточнила я.

— Да, — кивнули все присутствующие вампиры.

Я довольно потерла ладошки. Кажется, у Маши намечается бизнес-план.

— А есть у вас здесь люди… оборотни с плохим зрением?

— Редко, но их могут вылечить в магической лечебнице, — объяснял Кевин.

Очков, значит, у них нет. Вспоминая весь день, я не увидела ни одного существа с хоть отдаленно похожим предметом.

— Ребята, вы закачаетесь, — довольно проговорила я.

Форд и Норт натурально закачались на пятках.

— Закачаемся? — не понял мое выражение Триаль.

Эх, повезло Аридии. Сразу минует эру нелепых лорнетов, пенсне и моноклей. Все по стилю, как завещали американские пилоты. Будут вам, господа вампиры, очки-авиаторы.

— Завтра расскажу, — махнула я рукой, — сейчас еда.

Из живота опять вырвались урчащие звуки.

— Пойдем, ведьма, — подал мне руку оборотень, — провожу.

На кухне я познакомилась с необъятного размера поваром. Хотя чему тут удивляться.

Широкий, высокий блондин с голубыми глазами, в переднике и огромном белом колпаке.

— Роберт Аллен, — поклонился он, когда Кевин меня представил.

Мои брови улетели до потолка.

— А вы случайно не родственник… — начала я.

— Алекс мой старший брат, десая Мишель, — улыбнулся Роберт.

— О, — только произнесла я.

Тут прямо не город, а поселение родственников. Брат на брате и кузеном погоняет.

Меня и Пирата накормили, выслушали мой рассказ о поездке, а еще познакомили с остальной прислугой в доме.

У вампиров было колоритно все. Если жить в поместье, то непременно проклятом. Если брать на работу повара, то лучшего бытового мага Дримгейта. Нужен строитель? Тогда главой бригады будет сын члена городского совета, разочаровавший папу и пребывавший в изгнании.

Дворецкий был умертвием.

Когда на кухню вплыл скелет по имени Клод, я завопила от страха.

— Девушка, что вы так кричите? — прошамкал череп.

— Ты из какой деревни к нам приехала? — хором спросили меня две девушки-горничные. — Что за ведьма, боящаяся мертвецов?

Мелинда и Стефания. Они были обычными людьми, без магии. Две молоденькие девчонки: Мелинда яркая брюнетка, а Стефания нежная блондинка, но обе те еще тараторки.

— Машка, палимся, — опять мыслеречил Пират.

— Заметила, — транслировала я обратно.

— Чего вы пристали к девочке? — вступилась за меня экономка Анна-Луиза. Это была полноватая женщина средних лет.

Мне пояснили, что она тоже бытовой маг. Без Анны-Луизы в доме не решалось ничего, даже ремонтники общались с ней аккуратно.

— Ты ешь, Мари, — кивнула она на мою тарелку, — не слушай их. Они всю жизнь здесь провели. А приехав в столицу, так же бы пищали при виде драконов.

— И ничего бы не пищали, — фыркнула Стефания.

Когда я уже наелась до отвала, то познакомилась с еще одним Кристианом. Это был секретарь де Цепеша. Что интересно, Кристиан — младший сын аристократа де Мишеля. Все сразу зашушукались: вдруг я какой-нибудь рожденный вне брака ребенок, но Анна-Луиза мощным рыком оборвала эти умозаключения.

— Мишелей пруд пруди в каждом городе. Род-то не древний, что вы развыдумывались тут?

Я была с ней совершенно согласна.

Кристиан поклонился мне, тоже поцеловал руку, густо покраснел и выбежал из кухни.

— Чего это он? — удивилась я.

— Он у нас с девушками мало общался, — хохотнул Роберт, — впечатлила ты его, Мари.

Уже за полночь я двинулась в выделенную мне спальню. Со слов горничных, мне очень повезло. Моя спаленка была хоть и небольшой, но меньше всего страдала от проклятия дома. А вообще, все домашние очень надеялись на меня. На их лицах читалась искренняя радость, что в Ведьминой горе принялась чародейка. Все ожидали, что этот вековой ремонт закончится и можно будет работать, не боясь провалиться в подпол, или попасть под обрушение стены.

Заснула я быстро, утомленная долгим днем, а вот пробуждение было неприятным и с изрядной долей адреналина.

Как только я пошевелилась и распахнула глаза, увидела над собой Жофре де Руаля.

— А-А-А-А! — закричала я, швыряя в него еще спящего Пирата.

— Ма-а-а-а-ау!!! — закричал кот, не ожидавший такой подлости от меня.

— Не-е-е-ет!!! — кричал вампир, опять пострадавший от когтей моего фамильяра.

Я вскочила с постели и отбежала к стене, наблюдая, как мой полосатый хищник раздирает белоснежную кожу де Руаля.

— Что происходит? — вбежала в комнату Лидия. — Дядя Жофре, ты опять?

Картина маслом. Или чем в этом мире рисуют? Помимо беснующегося животного на вампире, диких криков и испуганной меня добавились пара тучек над моей головой, но погодного апокалипсиса пока не произошло.

— Я не хотел! — пытался сбросить с себя Пирата де Руаль, но тот уже вошел в раж.

Это еще подумать надо, кто чью кровь пускает. Определенно пушистый побеждал.

— Да отцепите же его от меня! — натурально завизжал вампир.

— Защитник, милый, брось рвать на лоскуты этого малахольного, — задумалась я, адресуя сообщение Пирату.

— Убью, — прорычал кот, но отпустил жертву из своих лапок.

В мыслях этого мстителя промелькнула картинка, как он проводит когтем по своей шее, адресуя сей жест Жофре.

— Лидия, я не хотел, объясни. Мари, простите, — чуть не плакал пострадавший.

— Маша, прости его, — вступилась за своего дядю юная вампирша.

— А вы так и будете ко мне подкрадываться, пугать? — скрестила я руки на груди.

— Я не хотел. Просто у вас такие живые эмоции, грустные, тревожные.

Я поджала губы: мне это ничего не объясняло.

— Я же говорила, — Лидия осматривала раны Жофре, — дядя питается грустными эмоциями. А ты буквально фонтанируешь ими.

— Ага, чего бы ей радоваться, если в спальню зашел вампир, — с сарказмом заметил кот. — Ты заканчивай, бледный вуайерист.

— Кто? — не понял мужчина.

— Потом объясню, — вздохнула я. — А мне это чем-то грозит? — посмотрела на девушку.

Та нехотя начала говорить.

— Ну, будешь чуть быстрее уставать.

Отлично. Я и так не на пике формы, а мне тут еще и ремонт надо делать.

— Давайте договоримся, — сверкнула я глазами, — я попробую помочь, но вы максимально держитесь от меня подальше.

— Простите, Мари, мне очень стыдно. Я стараюсь избегать жителей в Дримгейте, а домашние закрывают эмоции.

— А я смогу так делать? — повернула голову к Лидии.

— Я научу, — кивнула она мне.

— А теперь все вон, — выпятила я подбородок, — мне нужен кофе, душ и что-нибудь взорвать.

— Это к близнецам, — закатила собеседница глаза.

Через час я уже завтракала на кухне с прислугой. Кевина нигде не было видно. Я немного пообщалась с домашними и направилась в комнату, где должны были выравнивать стены. Там бригада строителей во главе с оборотнем обступили дрель. Мою дрель. Ну, точнее, что-то отдаленно на нее похожее.

— А что это вы тут делаете? — вошла я к мужчинам.

— О, Мари, — обрадовался при виде меня гном Орест, — а не объяснишь, что это?

Я посмотрела на де Рибера. Это как же так? Он им не рассказал?

Волк словно прочитал мои мысли, пожал плечами и проговорил:

— Ну, я понял все только приблизительно, так что прошу, — и в вежливом жесте как бы пригласил к ведрам со шпаклевкой.

Я в пару движений показала, что надо делать. Однако магов не сильно впечатлило данное изобретение. Легко им судить — они-то могут произнести заклинание, а вот Гундобад сиял, как медный таз.

— И начнут такие штуки продавать? Вот всем желающим?

Я счастливо кивнула.

— А что ты там еще придумала? — начал расспрашивать он меня.

Но вмешался Кевин.

— Простите, но Мари и мне нужно в город.

Опять? Все разочарованно присвистнули. Я тоже немного расстроилась, но и еще раз побывать в Дримгейте хотелось.

— Это еще зачем? — повернула голову к оборотню.

— Счет тебе открыть, заодно заедем к Алексу, расскажешь ему то, от чего вампиры закачаются.

А про это я и забыла. Я сама закачаюсь. В Дримгейте солнце яркое, погода хорошее, а глазки беречь нужно.

— Договор подпишешь, он в гостиной, на столе, — указал он глазами на коридор.

Мы вышли, а мужчины приступили к работам.

— Ничего не произойдет, пока меня нет? Я же уеду.

— После твоего появления почти ничего не ломается и не рушится. Кроме моих нервных клеток.

— Ну, ты переживай поменьше, — похлопала его по плечу.

— С тобой такое возможно? — спросил меня оборотень, обводя мою фигуру взглядом.

— Не обещаю, — металась я, ища договор, присланный Алленом.

— Вот бумаги, — кивнул мне Кевин, подсовывая что-то под нос. — Изучишь все в повозке.

Мы сели в карету де Цепешей. В этот раз не просто в бричку, а в полноценную карету. Везде ленты, кожа, оборки. Как будто не к кровопийцам села, а на девичник собралась.

— Что-то изменилось? — двинула бровью я, отбрасывая очередной рюш.

— Угу, — кивнул волк, — вампиры поняли твою исключительность.

— Главное, чтобы про вкус не сообразили, — пробормотала я себе под нос. — А куда мы едем?

Кевин еще раз обвел меня с головы до ног, будто пытаясь оценить мою способность думать и молчать.

Не могу винить его за это. Все могу — молчать не могу.

— Едем в банк, — огласил решение оборотень, — потом к Алексу, а дальше вы вместе заключаете патент. Ты не против? — посмотрел он на меня.

— Конечно, нет, — слукавила я.

Может, и против, но он так уверенно выступал.

В банке было скучно. Мы просидели около получаса, ожидая своей очереди. Мне это напомнило нашу замечательную традицию ожидать врача. Когда ты при смерти, но отсутствие полиса и паспорта лишает тебя возможности рассчитывать на медицинскую помощь. Я осматривала посетителей этого заведения, и в голове зарождался некий план. Подробностями до поры до времени решила не делиться. Кто его знает, что в голове у волков.

Через какое-то количество времени мы оказались у лавки артефактора. В этот раз Дед Мороз решил нас встречать как дорогих гостей.

— Мари, — сразу бросил мне маг, — я надеюсь, вы с новыми идеями.

— Еще какими, — браво провозгласила я, спрыгивая со ступеньки неудобного средства передвижения.

— Вот, — показала я набросок очков-авиаторов, как только вбежала в лавку, — новое веяние в сфере моды.

— Боюсь, вы обратились не по адресу, — расстроился маг.

— Боюсь, вы недооцениваете всю мощь изобретения, — пыталась я воодушевить его. — Это авиаторы, — указала на рисунок. — Если сделать стекла затемненными, то наши солнцебоязненные братья смогут без опаски смотреть на светило и выходить при дневном свете. А еще это уменьшит морщины у дам, которые любят загорать. В Дримгейте любят загорать?

— Она права, — подошел вдруг Кевин, — все вампиры с руками оторвут этот артефакт.

— Да какой артефакт, — скромно добавила я, — там же магии нет, просто темные стекла.

— Но как удобно будет сидеть на солнышке, — восхищенно добавил Алекс.

Эх, жаль, к тебе с нижнем бельем не придешь, а то у меня пара замечаний имеется. Но это потом, когда я при помощи де Цепешей и одного де Рибера завладею всей сокровищницей города. Там, глядишь, и шить начнем.

— Возьмете в работу? — с надеждой спросила артефактора.

— Не сомневайся, — воодушевленно проговорил Аллен, — даже интересно, что еще прячется в этой светлой по уму кудрявой головке, — оглядел он меня.

— Я бы не интересовался, — добавил вдруг молчавший до этого Пират.

И мне не за что его винить. Половину ночи мне снились корейские дорамы.

— А когда будет готово? — с надеждой поинтересовалась, игнорируя фамильяра.

— Мари, приезжай завтра, я сделаю все, что ты указала, — удовлетворенно заключил мужчина.

Мы вышли за дверь.

— Остался патент, Маша, — весело проговорил Кевин. — Все пытаюсь игнорировать происходящее, но ты меняешь наш мир.

— Надеюсь, в лучшую сторону, — повернулась я к нему.

Тот пожал плечами. Согласна, пока непонятно. Всадники апокалипсиса не дремлют. Чур, я голод, всегда хотела похудеть.

Мы уехали в патентное бюро. Здесь было еще хуже, чем в банке. Огромные толпы людей слонялись по комнатам, ища справедливости и защиты в бизнесе у местных чиновников. Мы получили сначала одно разрешение, потом второе, далее третье. А на четвертом у меня задергался глаз.

— Не бузи, — умолял Кевин.

— Заткнись, — мысленно вторил ему кот.

Я же, привыкшая к тому, как работает строительная экспертиза в Москве, даже не собиралась открывать варежку. Тут важно другое — как это можно использовать в практическом плане.

— Пусть все согласовывает де Руаль, — обернулась я к оборотню.

Жофре де Руаль питается негативными эмоциями. А я не умею их прятать. Просыпаться каждый раз и находить его лицо над своей постелью я не собиралась. А раз домашних в поместье Ведьмина гора подобное не беспокоило, значит, это являлось лично моей проблемой. Еще сидя в банке, я думала о том, сколько же существ бесятся из-за вынужденной бюрократии, а вот приехав в патентное бюро, осознала масштаб происходящего.

«Кушайте, месье де Руаль, не обляпайтесь», — подумала я.

— Зачем, — не понял вдруг Кевин.

— А если он тупой, — убивался кот.

— Заткнись, — вернула его мысли, — все можно объяснить.

— Маша, он собака, — не сдавал Пират своих позиций.

— И все нам объяснил, — защищала я волка.

В любом случае наш мысленный треп прервал некто непонятный, человекообразный.

Пара дней в Аридии не научили меня разбираться в расах.

— Прошу прощения, десая, — обратился ко мне среднего возраста мужчина, — я увидел заявку на патент, которую вы подаете. Признаю, решение очень оригинальное, но оно бросит тень на бытовых магов. Я готов перекупить идею за тысячу золотых монет.

Я похлопала глазами, а потом подобрала свою челюсть. Про валюту этого мира я уже была в курсе и смогла быстро сосчитать, что смогу на эти деньги сделать. Но, во-первых, заработать я могла и больше, а во-вторых, этот маг — в том, что он маг, я не сомневалась — настораживал.

Внешность у него какая-то скользкая, что ли. Чутье или магия, или сразу оба подсказывали мне, что он тоже оборотень. Знатный и богатый, судя по костюму и массивным перстням на пальцах. Он был высокого роста, лощеный, с острыми чертами лица. Рыжая шевелюра и зеленые глаза. «Царь арф», — подумала я, все еще пялясь на его длинные тонкие пальцы.

Кевин быстро среагировал на слова постороннего и почти толкнул меня за свою спину.

— Добрый день, дес де Дюпон, — почти не скрывая презрительного тона, поздоровался оборотень. — Мари без разрешения своего опекуна ничего продавать и подписывать не будет.

— Чего? — мысленно возмутился кот.

— Кого? — также про себя удивилась я. — Это что еще за опекун?

Воззрилась на защитника. Он стоял и сверлил взглядом аристократа, но в глазах еще высветилась мольба, которую я прочитала как пожелание довериться, молчать и на все соглашаться.

— И к кому же можно обратиться? Не к Алексу Аллену ли? — сощурился этот змей-искуситель.

— Нет, — твердо ответил Кевин, — если Вы хотите поговорить, а тем более о чем-то попросить, обратитесь к десу де Цепешу.

— Хм, и тут этот вампир, — почесал подбородок мужчина. — А вы что же, защитник?

— Именно так, — кивнул волк, — Мари мы одну не оставляем. Она для всего поместья — сокровище, — зачем-то добавил он.

— Что же, премного благодарен за информацию, — ответил де Дюпон и повернулся ко мне. — Был рад познакомиться, Мари.

Развернулся и ушел к выходу. А за ним поспешили еще двое рослых, атлетичных магов.

— И что это было? — возмущенным тоном поинтересовалась я. — И что за опекун?

Бригадир сел в кресло, устало взглянул на меня и тихонько начал пояснять.

— Маша, в Аридии за женщин все решают мужчины. В редких случаях девушки могут получить независимость, но через городской суд и с дипломом об окончании академии.

— Ты мне фальшивые документы сделал, — зашипела я, нависая над ним, — диплом не смогли нарисовать?

— Их стали бы тщательнее проверять, так что я выбрал меньшее из зол.

— А какие полномочия у де Цепеша? — влез в наш разговор Пират.

— Мари, не волнуйся, — сразу попытался оправдываться волк и похлопал меня по руке, — он ничего не планирует. Даже хорошо, что Триаль твой опекун. Ты уже внимание и Эйдена привлекла, а теперь и Арно де Дюпона. Вампир сможет защитить тебя, случись вдруг что.

— Давай признавайся, — припечатала я, — если те, что я думаю, то ты и вампиры дождичком не отделаетесь. Молнии вам в филейную часть.

Кевин закашлялся.

— Решать, куда пойдет твоя прибыль. Может запретить тебе коммерческую деятельность, а может и отправить учиться в академию. Замуж выдать, — вдруг добавил будущий смертник.

В этом душном помещении стало резко влажно. Несчастные работяги осматривались вокруг, пытаясь понять, что изменилось в обстановке.

— Успокойся, — взобрался по моему платью кот и начал шептать мне на ухо, — сейчас это ни к чему хорошему не приведет. В поместье отомстишь. Лично я готов попортить всю семейную коллекцию портретов, — он мрачно поиграл когтями на лапке.

Я несколько раз глубоко вздохнула, чтобы усмирить вырывающееся на свободу волшебство.

— Ладно, — сверкнула я глазами, — кто такой Арно де Дюпон? И что ему было нужно от меня?

— Он — член городского совета, Маша. Общайся с ним аккуратно, осторожно, а лучше через меня или Триаля. Также Он глава гильдии бытовых магов Дримгейта. Алекс Аллен забирает у него хлеб, если можно так выразиться, — изготавливает артефакты для неволшебников. А теперь сюда прибыла еще и ты и за пару дней уже лишила его какого-то заработка.

— Из-за дрели? — не удержалась и захихикала я.

Это все нервы.

— Авиаторы твои тоже ему радости не добавят. Де Дюпон давно пытается перекупить поместье у Триаля, но вампир все еще надеется его восстановить. Зачем это Арно, я не знаю. Но он делал уже несколько предложений. Они давние противники в совете, а теперь де Цепеш сможет по городу разгуливать в дневное время.

— Да, надо о таком заранее предупреждать, — почесала я затылок, — но за опекуна еще ответишь, — напомнила о будущей разборке.

Кевин поднял руки в сдающемся жесте.

Проведя еще пару ужасных часов в патентном бюро и наконец зарегистрировав оба мои ноу-хау, мы вернулись в Ведьмину гору.

— Так, дорогие друзья и теперь уже родственнички, — собрала я всех вампиров, — а когда вы собирались мне сказать, что пригрели меня, сиротку?

Что тут началось. Каждый наперебой начал уверять в своей невиновности, а во всем винить обстоятельства. Даже близнецы притихли. Значит, знали, мелкие спиногрызы, но молчали.

Приятно, что бледнолицые меня побаивались. Я человек мирный, но вот как попала в Аридию, во мне начала просыпаться ведьминская сущность, ну, или просто женская.

— Жофре, — выгнула бровь, обращаясь к эмпату, — а для вас новость вообще отличная.

— Мари, какая? — прижал он руку к сердцу.

— Теперь не нужно караулить меня, расстроенную, в уголках Ведьминой горы. Даю вам карт-бланш на мои переговоры с банком и патентным бюро. И с прочими конторами, где людей и существ долго держат в закрытых комнатах без вентилятора.

— Что такое вентилятор? — встряли тут же Форд и Норт.

— Запишите, — улыбнулась я, — потом расскажу.

В голове скупая бабка-расценщица выплясывала чечетку, потирала руки и злобненько хихикала. Мы им и магическое кондиционирование проведем.

— Ночью в таких заведениях никого нет, — развел руками де Руаль, — но идея действительно хорошая.

— Ждите до завтра, — подмигнула я, — десай Аллен привезет кое-что интересное. Вам понравится.

— Спасибо и на том, что не молнии в филейную часть, — добавил вдруг Кевин веселым тоном.

Все со страхом посмотрели на него.

Глава 4. Творчески ориентированная личность и потайной вход

Маша Антонова

Казнь вампиров отменилась. Добрая я и пушистая.

На следующий день, как только встала и осознала, что прошедшие дни — не сон, а явь, и я, правда, в другом мире с говорящим котом и без сестры, подвезли мое изобретение.

Ну ладно, не мое. Но кто в Аридии про это знает?

— Маша, просто невероятно! — довольно провозгласил Триаль, вертя в руках очки. — Теперь ничто не помешает мне участвовать в дневных сессиях совета.

— А я смогу выезжать в банк или патентное бюро, — вторил ему де Руаль.

Наблюдая за приподнятым настроением моих вампиров, воздела руки к потолку. Это чудесно, что мне не надо больше ходить в данные заведения. Мы быстро набросали формат доверенности с полномочиями. Пусть Жофре высасывает эмоции из несчастных, которые там находятся. Государство не высосало, так этот эмпат добьет.

День начинался замечательно. Теперь семейство де Цепеш сможет выезжать в город днем, а работники закончили с выравниванием стен, и все мы ждали, когда высохнет шпаклевка. Ребята показывали превосходный результат: один день, и все комнаты, требующие ремонта на первом этаже, были обработаны. Глядишь, мы работы за месяц закончим.

Так что я и близнецы в праздном безделии носились по коридорам, играя в прятки с догонялками.

Что за мир? Тридцатилетние дети здесь грызут гранит науки, перевоплощаются в летучих мышей, а простейших игр, таких, как войнушка, например, они не знают.

В один момент нашу идиллию нарушил он. Тот, кого я прозвала про себя одиноким рейнджером — уж слишком он напоминал персонажа из фильма.

Эйден де Рибер — страшный, то есть старший брат Кевина, а еще главный дознаватель Дримгейта. И кто его впустил? Наше умертвие Клод? Надо будет спуститься и пересчитать все косточки этому скелету.

— Добрый день, Мари, — приветствовал меня оборотень и попытался подойти ко мне с каким-то конвертом.

Тут же вокруг него закружили Форд и Норт с требованием поучаствовать в салках, и этот качок сдался под натиском неугомонных мальчишек.

— О дети, — вдруг вышел к нам Триаль и одухотворенно начал говорить, наблюдая за мучениями Эйдена, — сначала заводишь их, а потом отсылаешь куда подальше.

Я хмыкнула. В чем-то я понимала несчастного отца. А если уж взросление у вампиров растягивается почти на пятьдесят лет, то даже поддерживала.

— Мари, — наконец смог приблизиться ко мне дознаватель, — не знаю, что вы натворили, но вас завтра вызывает городской совет.

— Это еще зачем? — возмутился де Цепеш. — Мари под моим надзором. Почему я не в курсе, если я в совете?

Оборотень устало вздохнул.

— Как бы там ни было, девушке следует предстать перед главами. Могу я поинтересоваться, чем вы могли их разозлить? — пытливым взглядом изучал меня де Рибер.

— Понятия не имею, — ответила я.

Ну вот правда. Неужели де Дюпон обиделся на отказ? Но разве из-за этого вызывают в суд?

— Я буду жаловаться, — выпустил зубы Триаль, — просто произвол.

— Мое дело доложить, — спокойно заключил дознаватель.

— Я этого просто так не оставлю, — продолжал возмущаться вампир, — сейчас же поеду в совет. Мари, ни о чем не беспокойся. — И умчался от нас в направлении двери.

Мой фамильяр спрыгнул с подоконника, на котором скрывался от внимания детей.

— А что? Все дознаватели ходят по городу и повестки провинившимся вручают? — ехидно заметил он. — Или вам делать нечего?

— Нет конечно, — ответил ему Эйден, — в предыдущую встречу вы меня очень впечатлили и у меня хорошие отношения с графом де Цепешем, я решил прибыть в Ведьмину гору лично.

— Ну-ну, — подозрительный кот хмыкнул. — Слышала, Мари? У тебя тут новый поклонник.

— А старый кто? — удивилась я.

В этот момент Форд, держа в руках явно стыренный у строителей топор, побежал в сторону Эйдена, а за ним с криками быстро перебирал ногами Норт.

Хм, будь я ответственным взрослым, я не разрешила бы детям играть с топором. Хорошо, что я не такая. Отомстите за меня. В конце концов, меня тут под местные колеса судебной системы отдать пытаются.

— Посторонись! — кричал старший близнец, меняя траекторию и двигаясь в сторону открытой двери.

— Вы никак это не остановите? — в каком-то беспомощном порыве спросил меня Эйден.

На язык просились нецензурные слова, но я сдержалась.

— А зачем? Я же им не няня, — ответила вежливо.

— И то, правда, — вдруг согласился со мной дознаватель.

Мы остались наедине, если не считать кота. С другой стороны, он говорящий, трудно не брать его в расчет.

— Расскажите про совет, — попросила я оборотня.

Тот пожал плечами.

— Ничего не бойтесь. Я так понимаю, де Дюпона возмущает наличие уже двух артефакторов в небольшом городке.

— Я не артефактор, — почему-то призналась я.

— Маша, ты нормальная вообще? — транслировал мне кот. — Ему об этом зачем знать?

— Да? — впился в меня глазами Эйден и начал приближаться. — А как так получилось, что Аллен решил с вами сотрудничать?

— Я просто клад, — довольно заключила я. — Идеи, мысли, чертежи — все в моей светлой головке, — указала на свою шевелюру.

— Это я уже понял, — продолжал надвигаться на меня волк, — хотелось бы разобраться, что в вас таится. Чем именно вы так привлекли моего брата?

Кот недовольно заурчал, продолжая мысленно говорить мне, как себя вести не надо.

— Ну вот, спалилась. Всегда знал, что в душе ты нежная и приветливая. Уже и одного из оборотней приголубила.

— Ага, — высказалась я, — практически в точку. С приветом, однозначно.

Кинув взгляд на Эйдена, поняла, что последнюю фразу сказала вслух.

— Ну, — не выдержал он, — говорите! Зачем вам мой брат?!

Я хотела бы взорваться и устроить этому ищейке головомойку в стиле «электризуй волка молниями» — надо же даром учиться пользоваться — но под нами затрещал пол.

— Караул! — завопил пушистый, отпрыгнув в безопасное место и наблюдая, как я и оборотень проваливаемся в подпол.

А уходили мы красиво, словно огромный корабль, сбитый айсбергом.

В одном прыжке Эйден обхватил меня и, понимая, что уже не уцепится за доски, вытолкнул меня над собой, так что я оказалась в крепких мужских объятиях.

Весь удар пришелся на спину волка. Он, бедненький, даже заскулил.

— Вы как? — встала я и попинала ножкой несчастного.

— Вашими стараниями буду еще хуже, — зло посмотрел на меня дознаватель. — Мари, вы нормальная? Кто пинает ногами оборотня? Я же после такого падения и вашего отношения вмиг перекинусь.

— Ну что сразу обзываться, — насупилась я. — Я просто творчески ориентированная личность. Никто не знает, чего от меня ожидать.

— Это я уже понял, — схватился за бок Эйден. — Куда мы попали?

Я обвела взглядом пространство. Над нами зияла дыра. Оттуда свешивался Пират.

— Позову на помощь! — мяукнул он и убежал.

— Ну вот, — развела руками, — считайте, помощь в пути.

— Я бы на это не надеялся, де Цепеши не сильны в магии. Давайте искать выход.

— Это мы еще посмотрим, — я недовольно скрестила руки на груди.

Мы начали осматриваться. Эйден и я провалились в узкий проход, по дну которого тек небольшой ручеек с холодной водой.

— Может, пойдем дальше? — предложил волк.

— Давайте, — сразу согласилась.

В московских квартирах потайных ходов нет. Надо пользоваться моментом.

Мы прошли несколько десятков метров с несменяемым пейзажем. Камни, ручей, грязь. Пока не наткнулись на лежащего навзничь человека. Это был мужчина, судя по наряду. Я подходить близко не стала. Мне впечатлений и так хватает.

Эйден сразу подбежал проверять пульс.

— Это бывший член совета, Мари, — посмотрел он на меня очень внимательно и перевернул несчастного.

Я пожала плечами, думая о своем. Нифига себе подземелье. Может, здесь тайные захоронения жертв репрессий? Мы уже и труп нашли.

Испугаться у меня как-то не получилось, хотя мужчина ждал именно этого. Но то ли я уже совсем закаменела и привыкла к динамике этого мира, то ли воспринимала события как комедийный фильм с мрачной семейкой — все это меня не трогало.

— Что будем делать? — поинтересовалась у Эйдена, когда он отошел от несчастного и начал изучать обстановку.

— Теперь уже ничего, — не глядя на меня, пробормотал он, — надеюсь, у вашего фамильяра хватит ума позвать Кевина, а не кого-то из хозяев.

Я фыркнула. За Пирата стало обидно. Чем ему мой котик не угодил? Вот у де Руаля могут быть претензии, возможно, у его брата, а этого оборотня никто когтями не трогал.

Я решилась подойти поближе, раз страха не испытываю. Кто его знает? Вдруг у меня проснется дедуктивный дар и я стану великим сыщиком Дримгейта. Подсижу и подавлю своим авторитетом Эйдена. Место теплое, бюджетник, всегда при деле.

— Как думаете, что здесь произошло? — решилась спросить.

Дознаватель, как настоящий пес, опустился к ручью, что-то вынюхивал, вглядывался в землю.

— Умер он точно не здесь, Мари. Но тащили его долго и бросили в этом месте.

— Ого, — впечатлилась я, — а как вы это поняли?

— Видите дорожку от тела? — осветил он магией след, ведущий вдоль ручья куда-то в темноту. — Значит, там выход. Можем пойти.

— А он? — указала я на человека.

— Мы уже не поможем, но я наложу стазис. Когда выберемся, пришлю сотрудников, чтобы здесь все осмотрели и забрали Эдриана.

— Кого?

— Это Эдриан Оллстопп, бывший главный председатель верховного совета города.

Голова шла кругом. Мало мне магии погодной, так еще надо разбираться в местной иерархии градоначальников.

— Пойдемте, — подал он мне руку, — не переживайте, я смогу вас защитить, если мы столкнемся с опасностью.

Вот еще. Я и сама могу тебя защитить. Вечер сильной и независимой только начинается. Опять же вампиры вчера выбесили, руки так и чешутся отомстить. Отбила «пять» по его раскрытой ладони, физически ощущая нарастающую злость оборотня.

— Ведите, — ухмыльнулась и встала позади него.

Мы уходили все дальше от дыры в полу или в потолке. Но эту философию оставим для оптимистов и пессимистов.

— Вы так и не ответили на мой вопрос, — вспомнил дознаватель тему разговора до падения в подземелье.

Я показала ему неприличный жест, состоящий из одного пальца, пользуясь тем, что он идет впереди.

— А с чего вы решили, что мне нужен ваш брат? Мы коллеги! — высказалась тоном оскорбленной невинности.

— Бросьте, — этот нахал даже не повернулся ко мне, — я вижу, что в строительстве вы понимаете меньше меня. Вы, девушка, не очень умелая ведьма. Явно не учились в академии.

Теперь я не хотела дедуктивный дар. Хорошо бы получить какой-нибудь взрывной. Или телекинез. Я бы так этого дознавателя по стене размазала, шерсть так бы и летала.

— Вы же знаете про местное проклятие? — выдохнула я, посчитав до десяти, чтобы случайно не разжечь свою манию на грозовые явления.

— И под нами провалился пол, — ехидно отметил Эйден. — Может, поместье не приняло вас? Тут много таких перебывало. А еще интересно, с чего вдруг Триаль так обеспокоен судьбой сиротки из глубинки? Вы очень подозрительная личность, Мари. — И остановился как вкопанный, резко повернувшись ко мне.

Не ожидая смены скорости и раздумывая, что бы эдакого ответить, я буквально впечаталась в тело мужчины.

Он обхватил меня и приподнял, спасая от потери равновесия и позорного плюхания в ручей. Наши лица оказались в одном сантиметре друг от друга, настолько близко, что я чувствовала горячее дыхание оборотня.

Неловко-то как. В этот момент вспомнились нелепые штампы из романтических комедий. Он — такой сильный и мужественный. Она — чувственная и нежная. Оба сливаются в страстном поцелуе.

Кажется, этот повеса меня проверяет. Знать бы на что? Скромность и стыдливость — качества хорошие, но это не про Машу Антонову. Я больше дерзкая и безрассудная. А еще в моей жизни нелепые ситуации преобладали над романтическими. И это точно одна из них.

— Ам, — куснула я за нос Эйдена.

— За что?! — тут же, пребывая в полном шоке, поставил меня на землю оборотень и потрогал кончик пострадавшего органа.

— Держать дистанцию — это искусство, — удовлетворенно ответила я, радуясь маленькой подленькой мести за злые слова дознавателя.

— Вести себя как достопочтенная деса — тоже, — съязвил он обиженно.

— А, — махнула я рукой, — ничего аристократического нам не нужно.

Откажемся от монархии, но только в пользу раскулачивания.

— Мари! — злобно окрикнул дознаватель. — Я оборотень. Вы соображаете, что делаете?

Я, как маленький ребенок, пропустила его слова через себя и решила проиграть их же ехидным голосом.

— Мари, вы соображаете, что делаете?

Мужчина закрыл глаза и не стал ничего отвечать на мою явную неучтивость.

— И что только нашел в вас Кевин? — вдруг зло выплюнул он.

Я развела руками.

— Дар? Внешность? Чудесный характер?

Судя по его взгляду, мне ничего из перечисленного не досталось.

— Кстати, — опять заинтересованно принюхался оборотень, — раз уж вы не артефактор, то кто?

Хотела бы сказать, что технолог, но местный валун непонимания технического прогресса меня сдержал. Как говорится в известном интернетовском меме, «У кого костер, тот и прав!» А сейчас факел, увы, в руках Эйдена де Рибера. Своей профессией на Земле я гордилась. Такие штуки для нашего производства придумывала — а у вас даже вентиляторов нет.

— Светлая душа? — вспомнила рекламу.

Ох, глядишь, я тут цитатами сыпать буду, надо только память поднапрячь.

— Я серьезно, — зарычал он на меня.

— Погодница.

— А без ехидных выражений и усмешек вы сразу сообщить это не могли? — спросил де Рибер.

Малыш, да ты сам напрашивался.

— А без пыток и сарказма вы спросить об этом не могли? — ввернула ему его же неучтивость.

Оборотень встал как вкопанный.

— Извините, я в самом деле был не прав. Просто вы держитесь иначе, чем другие десаи. Это одновременно настораживает и восхищает.

— Извинения приняты, — поджала я губы, не желая быстро сдаваться.

Приличия приличиями, но этот мужчина меня оскорбил, потрогал, напугал, а теперь еще и какой-то правды от меня ожидает.

«Русские не сдаются. Они долго терпят, но изворотливо мстят», — вспомнила я слова дедушки.

Дальше мы шли молча, каждый думал о своем. Подозреваю, что Эйден думал, за что его боги наказали общением со строптивой девицей, а я же размышляла, как в этом мире все сложно устроено — или это просто с непривычки.

Наконец, перед нами забрезжили лучи солнца.

— Вот и выход, десая Мишель, — хотел было успокоить меня дознаватель.

— Сама вижу, — буркнула я, нисколько не успокаиваясь.

Я сегодня провалилась в подпол и вместо закатывания банок, что обычно делают в таком месте, обнаружила труп. Так что небесное светило на меня умиротворяюще не подействует.

Выйдя из тоннеля, мы осматривались, пытаясь понять, где находимся. С моей стороны это было бесполезно. Я только-только запомнила путь в Дримгейт, а вот Эйден сразу определил нашу геоточку.

— Мы рядом с дорогой, — успокаивающим тоном начал он, — уверен, что Кевин отправил за нами кого-нибудь.

— Не в этот ход? — подняла брови.

— Как я говорил, если ваш кот не дурак, то обратится к брату. Он тоже не из глупых, будет искать нас на местности.

Эх, правоту де Рибера признавать не хотелось. Пират точно пошел к оборотню. А Эйден наверняка знает повадки и мысли брата.

Мы прошли еще какое-то расстояние, и на равнине я увидела небольшое строение.

— Что это? — спросила своего сопровождающего.

— Странно, что вы не в курсе, Триаль с этого и должен начинать экскурсию по поместью, — вдруг недовольно заключил дознаватель.

Я фыркнула. Уж очень заметно желание Эйдена всех поучать.

— Может, просто ответите, а не будете сыпать оскорблениями? — пристыдила волка.

— Может, и отвечу, — сузил он глаза. — Это просто склеп. Там покоится ведьма Ираида, которая и наложила проклятие на Ведьмину гору.

Я прям загорелась. Да тут сокрыта какая-то тайна.

— Может, зайдем? — воодушевленно попросила. — Хочется больше знать про свою предшественницу.

Но в этом случае оборотень проявил необычайную твердость.

— Нет, Мари, — помотал он головой, — я не пойду. Вас туда проводит либо сам де Цепеш, либо просите Кевина. Но хождение в ее усыпальницу не привело ни к чему хорошему.

— Да чего расстраиваться, — не понимала я всей разведенной паники, — меня уже и на заседание совета позвали, что может быть хуже?

— Поверьте, — не унимался волк, — та ведьма была непростой. Не ходите в ее склеп. Не зря ее похоронили как можно дальше от самого поместья.

Вокруг нас зловеще завыл ветер, словно подтверждая слова мужчины.

В голове не укладывалась эта легенда. Вроде как ведьма и наложила заклятие, питая особенные чувства к дому, а ее, несчастную, хоронят на приличном расстоянии. Что-то тут не так.

— Не хотите как хотите, — обиженно пробурчала я и ушла с дороги в сторону этого тайного-претайного склепа.

— Мари, — закатил глаза оборотень, — я вас вмиг поймаю, и до места назначения вы не доберетесь. Еще раз, для непонятливых: попросите Триаля, он все покажет.

Мой подбородок задрожал, а глаза налились слезами. Я вообще отлично умела давить на жалость: жизнь научила.

— По-по-пожалуйста, — шмыгнула я носом.

— Этим меня не пронять, — скрестил руки на груди вредный волк-переросток, не реагируя на фальшивые слезы.

Ах так! Ломать — не строить! Гори сарай — гори и хата!

Я демонстративно фыркнула и почти побежала в сторону каменного захоронения.

— Я же сказал, — зарычал Эйден, наблюдая за моими попытками побега.

По привычке противным голосом повторила его слова:

— Я уже сказал, я уже сказал. Ты мне кто? Волк в пальто?

Эх, язык мне в одно место. Довела мужика. Дознаватель обернулся, и меня догонял не брутальный щетинистый мужчина, а натуральный серый изверг из сказки. Как назло, рядом не было Пирата, готового впиваться когтями в живую плоть. Или неживую. Интересно, а семейство де Цепешей-де Руалей к кому относится?

— Как говорила моя кровушка, — вспомнила, что живу у вампиров, — пора сворачиваться. — И побежала во всю прыть туда, куда вела меня судьба. Печально, что вела-то она в склеп.

— Р-р-р-р, стоять, — вцепился мне в длинную юбку мой четвероногий друг.

Это в Аридии девицы боятся оголять щиколотки, а я при особой необходимости готова и в трусах остаться. Делов-то. Оторвав подол, побежала дальше, стараясь отдалиться от ополоумевшего зверя. Но в силу количества конечностей, далеко уйти он мне не дал, однако от поведения моего охреневал знатно.

— Я сказала, мне туда надо, — тыкала я пальцем в сторону каменного строения. — Считай это ведьминским провидением, дворняга блохастая.

Эйден остановился и обернулся в человека.

Вот в книжках говорят, что после оборота такие существа оказываются голыми. Я во все глаза обозревала мужчину и остатки магии, но никаких обнаженных коленок не наблюдала.

Что за мир? Барышни у них в платьях до пола, а оборотни не раздеваются. Аридия объявила войну нудизму?

— Почему вам так туда надо? — спросил он, как только перевел дух.

Я пожала плечами.

— Не знаю. Тянет. Можете мне отказать, но мой дух противоречия сдаваться не собирается.

— Я вижу, — вдруг тепло улыбнулся дознаватель. — Вы меня удивляете.

— Надеюсь, что совсем чуть-чуть, — пробурчала я.

— Не скажите, вредная ведьма, ведете вы себя крайне странно.

— Ага, — покивала я, — а вы прям образец логичности. Почто девицу мучаешь, ирод окаянный? — вспомнила я откуда-то древнерусскую фразу.

Вспомнила. А потом хлопнула себя по губам. Не уверена, что в Аридии такие слова используют.

Эйден, словно не замечая моих последних фраз, подошел и взял меня за руку.

— Уговорила, языкастая, — перешел на «ты» и тоже ударился в фольклор, — идем в гробницу. От меня ни на шаг, рассказывать ничего не буду — сам подробностей не знаю. Но отпускать тебя боюсь.

— Давай, хвостатый, — вытащила я ладонь и хлопнула его по спине.

Ну никакой субординации.

Если Эйден и пребывал в шоке, то сдержался и ни слова удивления не выдал. Хотя я точно знала, что ошарашила его.

Через несколько минут мы достигли склепа.

— Дамы вперед, — выкинул он руку в приглашающем жесте.

— Пока не убьет, — мрачно возвестила я, но все-таки вошла в помещение.

Не знаю, чего так упирался этот волк. Гробница как гробница. Камни, земля, посередине гроб. Это он еще наших фильмов ужасов не видел. Де Цепеши хотя бы в постелях спят, я видела — надо же узнавать быт вампиров.

— А чего вы так боялись? — оглядела я все вокруг, а потом вперила взгляд в мужчину.

— Мари, давай на «ты»? — предложил он. — За пару дней знакомства я ради тебя и в драке побывал, и труп нашел. Боюсь представить, что будет дальше.

В голове мелькнуло воспоминание, как Кевин говорил мне о том, чтобы свое странное поведение валить на ведьмовство. Колдуньи были в почете, но считались девицами с полным приветом в голове. Раз уж я стала местной городской ведьмой, то и городской сумасшедшей побуду.

— А давай, — махнула в его сторону рукой. — Так что здесь страшного?

— По преданиям, — многозначительно начал Эйден, — Ираида в свой склеп никого не пускает. Да сюда и мало желающих войти. Но ты сама сказала, что тебя тянет.

Я остановилась и попыталась понять, что за буря творится в моей душе. Там что угодно, кроме боязни этого места.

— Да, — кивнула дознавателю, — клянусь тебе, как увидела, так и загорелась желанием. А сейчас все тихо.

— Возможно, она осталась призраком и захочет еще поговорить. Но ее издавна никто не видел.

Меня передернуло: вампиры, пусть и очаровательные, оборотни, больше противные, магический совет из старикашек, которым что-то от меня нужно, а теперь еще и неупокоенное привидение.

Маша, ты попала.

— Почему де Цепеши здесь поселились? — недоумевала я, потрогав каменную кладку на стене.

— Кто его знает? — пожал плечами Эйден.

— Главный дознаватель города чего-то не знает? — издевательски выгнула бровь.

— Мари, — очень устало и очень громко вздохнул мой спутник, — что у тебя за желание доводить всех окружающих до белого каления.

— Потому что все окружающие от меня что-то скрывают и чего-то усиленно ждут.

Мужчина вдруг оказался очень близко ко мне, как тогда, в потайном коридоре.

— И что с тобой делать? — обдал дыханием мою макушку. — Расспроси де Цепешей сама. В какой ты деревне выросла, что элементарных правил поведения не знаешь?

Сердце гулко забилось. Я обернулась к нему, чтобы контролировать ситуацию. Кажется, моя маскировка летит к чертям, а волк уже начал чуять страшный секрет, связанный со мной.

Пора отвлекать внимание.

— Ой!!! — закричала я, ткнув пальцем за спину дознавателя. — Там что-то промелькнуло!

Он резко обернулся, но, как водится, ничего не нашел. Я же все выдумала. Я гранд-мастер по вранью.

— Ничего нет, тебе, наверное, привиделось, — повернулся он обратно ко мне, подозревая подвох в моих воплях. — Пойдем, прошло достаточно времени, чтобы нас начали искать, — и подал руку.

Жест красивый, но в моем мире это либо что-то любовно-интимное, либо детский сад на прогулку выходит. Интересно, к чему относится наша пара?

Выйдя из склепа, я вдыхала свежий воздух и пыталась рассмотреть, что происходит в траве.

— Это Кевин сюда бежит, Мари, — прояснил Эйден, видя, как я заинтересовалась странным броуновским движением на равнине.

Волк обернулся и медленным шагом приблизился к нам.

— Вы не пострадали? — бегло осматривал в основном меня.

Что ему брат? Они в ссоре и все такое. И почти уверена, что у оборотней выживаемость выше. Надо поинтересоваться, на каком уровне прокачены эти скилы у ведьм.

— Мари, все в порядке? — беспокоился Кевин.

— Да что будет твоей ведьме? — сузил глаза дознаватель. — Охранял как мог, не пострадала. Скорее, пострадал я, — потрогал себя за нос и подмигнул мне.

Младший брат наших переглядок не понял, но по его выражению лица я прочитала, что пытать будет, пока дословно все наше приключение не перескажу.

— Ты спускался туда? — поинтересовался между делом Эйден, когда мы медленно брели в сторону поместья.

— Да, — кивнул оборотень, — и уже вызвал твою команду. Думаю, когда мы будем дома, все будут на месте.

— Это хорошо, — удовлетворенно заключил дознаватель и обратился ко мне. — На всякий случай предупреждаю: не покидайте город, пока идет следствие.

— Я и не собиралась! — возмутилась я.

— Она что, подозреваемая?! — в этот же миг воскликнул Кевин.

Эйден поднял обе руки в примиряющемся жесте.

— Конечно, нет, как ты мог такое подумать? — укоризненно посмотрел он на брата. — Мари была со мной, когда мы обнаружили ход. Да, и не в обиду будет сказано, колдунья она посредственная. Привыкла все проблемы кулаками да зубами решать.

Над нами блеснула молния. Бригадир поднял взгляд на небо, которое очень быстро затягивалось тучами.

— Ох, молчал бы ты, братец, — опустил он подбородок. — Маша сейчас просветит тебя, какая она колдунья.

Я кивнула, а потом еще и ладошки потерла.

Портить погоду я научилась, это уже происходило интуитивно и очень зависело от эмоций. А вот как вернуть обратно ясную — это мне еще тренироваться. Так что под хлынувшим дождем мы шли молча. Оборотни притихли, ожидая, что я сжалюсь и прекращу грозовые порывы, а я шла гордо и всем видом показывала, что не желаю этого делать. Признаваться, что не умею — не мой случай. Мой случай — приложить молнией хвост дознавателя. Но еще успею.

Ведьмина гора встретила нас даже как-то приветливо. Мы еще не дошли до входа, как распахнулась дверь, и к нам выскочила Лидия.

— Ой, Мари, — прижала она руки к груди, — мы сильно волновались. Тут такое…

Девушка обвела взглядом промокших мужчин.

— А ты, наверное, все и так знаешь, — закончила она.

— Пол, труп и дознаватели? — вычленила я основные мысли ее невысказанного монолога.

— Да.

— А, — отмахнулась я, — еще и подробностей добавить могу.

Откуда ни возьмись выскочили близнецы.

— Давай, — хором попросили они.

По наглым личикам видно, что ожидают особенно кровавых уточнений, великой драки и оторванных конечностей.

В какой-то прекрасный унисон я, Кевин и Эйден закатили глаза.

— Я, наверное, пойду, — решила сделать ноги, — высушусь, осмотрю пол и все такое.

— Нет, — покачал головой старший де Рибер, — настоятельно советую не совать свой колдовской нос в то место, где работают дознаватели.

— Нам пол латать, — вклинился в разговор бригадир.

— Ей сначала выспаться надо, у нее же слушание завтра.

— Точно! — хлопнула я себя по лбу.

Глава 5. Король Лир, царь Арф и серебряный нож

Маша Антонова

Утро томным не бывает. Оно всегда настырно догоняет тебя первыми лучами солнца и заставляет двигаться и что-то делать.

— Маша, — будила меня Анна-Луиза, старательно раскачивая мое плечо, — просыпайся, опоздаешь на слушание.

Я накрылась подушкой и всячески отказывалась сдаваться.

— Оно без меня не пройдет, подождут.

Женщина ахнула.

— Конечно, пройдет. Ты что? Уж лучше ты все им объяснишь.

Пришлось резко сесть на кровати, сбрасывая одеяло.

— А что объяснять? — посмотрела на экономку. — На слушание позвали, а на тему чего оно, рассказать забыли.

— Не переживай, — погладила та меня по плечу, — собирайся, дес де Цепеш уже там, а тебя отвезет дес де Рибер, — она как-то ехидненько улыбнулась.

Ох, не нравится мне ее выражение лица.

— А который? — на всякий случай решила уточнить.

Но подозрительно ведущая себя женщина уже выпорхнула из моей комнаты.

— Чую, у нас будут проблемы, — посмотрела на потягивающегося кота.

— Когда люди не знают, как их решить, они все взрывают, — философски заметил он.

Я мрачно взглянула на дверь, из-за которой выглядывали любопытные носы близнецов.

— Мари, — крикнули Форд и Норт, — давай быстрее, тебя Эйден ждет.

Пришлось пару раз вдохнуть, чтобы не психовать. Зачем им проблемы с погодой?

— Несите взрывчатку!

— Ура! — с радостными воплями меня наконец все покинули, сметая любые преграды на пути. — Взорвать все к вампирской бабушке!!!

Это к Эланоре, что ли? Уверена, она их поддержит.

— Я их прямо побаиваюсь, — высказался Пират.

— А я-то как, — согласилась с ним, — шальные ребята.

А главное, слов на ветер не бросают. Скорее всего, по возвращении меня будет ждать магический динамит или еще что-то, на что у них хватит фантазии.

Через полчаса я, свежая, умытая и даже одетая почти как подобает благородной десе — еще не в платье, но и не в ботфортах (хотя в Москве так тоже не стоит одеваться, у нас с девяностых какое-то предубеждение против подобной обуви), — вышла к уже почти родному дознавателю.

— А ты не торопилась, Мари, — демонстративно посмотрел на часы Эйден.

— А ты не говорил, что отконвоируешь меня в ваш совет, — парировала я.

Мужчина растерялся.

— Ты неправильно поняла мой жест. Я сопровождаю тебя как друг Триаля и твой же стряпчий.

Я прищурила глаза и отвернулась. Не хватало только жеста «я слежу за тобой».

— Пират, а стряпчий — это кто? — послала я мысленные волны своему фамильяру.

— Адвокат вроде. Кто из нас читать умеет, Маша? — фыркнул вполне громко пушистый друг.

Рассуждать о наших вкусах в литературе времени не было.

— Ну, раз адвокат…

Я развернулась к Эйдену.

— А зачем, прости? — похлопала ресницами для убедительности. — Не помню, чтобы нарушила хоть один закон.

Оборотень выдохнул и начал объясняться.

— Может, и да, но твой обвинитель, де Дюпон, сообщает, будто ты и Алекс открыли лавку и лишаете работы добропорядочных бытовых магов. Да и ведьме у де Цепешей никто не рад.

— Почему? — сильно удивилась я.

— Ну, если ты та самая, — закатил он глаза, — Вампиров в этом городе невзлюбили, — закатил он глаза. — А если ты та самая, то способствуешь тому, чтобы они остались.

— А чем они не угодили, если дес де Цепеш в совете? — не кончались мои расспросы.

— Вампиры живут огромными гнездами. А эти отделились. Да и Триаль не поддерживает курс совета, вечно отзывает их законопроекты.

Угу. Значит, тут конкуренция, борьба за власть и неугодный политик, которому остальной электорат ставит палки в колеса. Ничего, дождетесь. Ставя эти самые палки, можно без оных и остаться, и от них же отхватить. Антоновы не прощают, они изворотливо мстят.

— Веди уже, — поджала губы.

— Ты, как всегда, на удивление покладиста, — возвел глаза к небу мой тамбовский товарищ.

С небольшой заминкой мы сели в повозку. Я, как ни пыталась изящно влезть в это средство передвижения, — не смогла, даже при помощи городского дознавателя. Неудобно.

— У вашей семьи не было лошадей? — посочувствовал мне Эйден.

— Нет, — притворно вздохнула, поддерживая легенду, — я же сиротка.

Как ему рассказать, что в Москве свои повозки, с блекджеком и автоматической коробкой передач?

Как бы там ни было, мы, наконец, отправились в пункт назначения.

— Ты волнуешься? — окинул меня взглядом спутник.

Я рассматривала городские пейзажи, искала знакомые лавки и ту самую таверну, в которой учила троллей играть в покер.

— Мари, — настаивал оборотень, — ты волнуешься?

— Нет, — покачала головой, — волнуются виноватые, а я невиновна. Почему я должна переживать? — пытливо изучала я мужчину.

Он немного потерялся от моего напора.

— Эти политики, Ма-ша, — назвал вдруг меня домашним именем, — тебя так просто не оставят.

— Угрозы — оружие дураков, Эй-ден, — передразнила я, — разберусь с проблемами.

— Надеюсь, ты понимаешь, о чем ты говоришь, — как-то не очень вдохновляюще закончил он свою речь.

Я не повелась на запугивания, а продолжала всматриваться в сменяющиеся картинки.

Возничий остановился у здания, мы вышли из повозки и прошли вверх по лестнице.

— Вот и совет, Мари, — указал дознаватель.

— А вот и я, — улыбнулась ему.

Навстречу вышли два рослых стражника. Один из них чуть поклонился Эйдену и проговорил:

— Вас ждут, все собрались.

— Полный состав?

— Да, дес де Рибер, совет собрался полностью.

Я ничего не понимала, только успевала переводить глаза с одного мужчины на другого. Пират же следил за третьим — еще одним стражником.

Оборотень подхватил меня за руку и повел вперед по длинному мраморному коридору.

— Это плохо, Мари, — покачал он головой.

— Почему?

— Ты как вчера родилась. Чтобы пожурить одну ведьму, ничего не сделавшую, — и весь совет? Явно будут тебя запугивать, чтобы ты уехала.

Исподлобья взглянула на красавчика-аристократа.

— Посмотрим, кто кого напугает.

После моего неожиданного попаданства в логово вампиров какие-то чиновники меня не удивят. Ну не убьют же? И вообще, я придерживалась философии, что за смертью самой стоит гоняться, тогда она испугается и убежит.

Мы вошли в огромные каменные двери. Умеют же строить. На кой им ведьма для ремонта?

Помещение было невероятных размеров: потолки метров восемь в высоту, большое количество расписных витражей на противоположной стене. И во всем этом великолепии стоял один длинный стол, за которым сидело пять человек, среди которых я распознала Триаля и де Дюпона. Для колдуньи и «стряпчего» места здесь не нашлось. Пары кресел пожалели, тираны.

Эйден незаметно подтолкнул меня в сторону восседающих за столом бюрократов.

— Не переживай, тебе ничего не грозит, — шепнул на ушко.

Ох, не верит в мое бесстрашие этот волк-ищейка.

— Следи за всем, — мысленно обратилась я к фамильяру.

Он спрыгнул с моих рук и устроился чуть впереди, размахивая пышным хвостом.

— Котонаблюдение установлено, — отзеркалил мне, — враги детектед.

Я посмотрела на городской совет. Как я согласна с Пиратом.

Трое мне были неизвестны, но фамилия одного оборотня легко угадывалась благодаря его внешнему виду: те же глаза, цвет волос и неуловимое сходство. Томас де Рибер — отец Эйдена и Кевина. Кто остальные, я не знала. Один из них явно гном: длинные платиновые волосы, пышная белая борода, низкий рост и кустистые брови. Король Лир из известной пьесы. Второй — точно маг: моложавый, не старше Кевина или Эйдена, темноволосый, атлетичный и с приветливой улыбкой.

— Десая Мари Мишель, — начал Томас, — вы знаете, за что вас призвал городской совет?

— Вам стало скучно? — предположила, стараясь спрятать ехидцу в голосе.

Эйден, стоя за моей спиной, зло и очень обреченно выдохнул, а за столом началась какая-то возня.

— Ведьмы так и не научились себя вести, — бросил в пустоту Арно де Дюпон, но так, чтобы услышали все.

— Зачем вы пугаете десаю, дорогой друг? — с хитрецой в глазах спросил незнакомый мне маг.

— Жители города должны испытывать почтение перед лицом совета.

Тут вмешался мой наставник — вампир.

— Пока я испытываю только стыд. Вы вызвали мою воспитанницу только потому, что она отказала вам в сделке, Арно?

Опачки, пора вмешаться. Не люблю, когда обо мне говорят в третьем лице. Я громко выкрикнула:

— А можно больше подробностей? Не всех знаю, дорогие десы, простите мне мое деревенское просторечие. Да и причин вызова вы так и не назвали.

Наглость — второе счастье.

— Моя подопечная, — вступил дознаватель, — хотела сказать, что не понимает причин, по которым ее вызвали в совет. Законов она не нарушала и мошенническую деятельность не вела.

Да, юриспруденция — не мое. Не могу витиевато выражаться, когда эти гнусные рожи кирпича просят.

Со своего места встал темноволосый мужчина. Медленной походкой приблизился, а потом взял мою ладонь и поцеловал.

— Десая Мари, простите нашу неприветливость. Я согласен, мне положено представиться. Меня зовут Ричард Уайетт.

Я вспомнила наставления Лидии о статусах аристократов. Мужчина явно не обычный горожанин — равноправием в Аридии не пахнет, — а раз нет приставки «де», значит, передо мной дракон.

Ой, как бы в обморок от счастья не упасть. Между тем он продолжал.

— Как я понял, с Арно де Дюпоном, главой гильдии бытовых магов и главой клана нагов, вы знакомы?

Кивнула. Знакома. Теперь жалею.

— Это Оррин де Алстон, — Ричард представлял остальных присутствующих, — глава гильдии кузнецов и гном.

«И король Лир», — упорно вставал образ английского старика из Шекспира.

— И, конечно, глава совета Томас де Рибер, чей сын так рьяно бросился на защиту ваших интересов.

Помахала рукой. Привычка кланяться господам в моей семье не привита. Прапрадед — солдат Красной Армии, как-никак.

— Вы смеетесь над нами? — не оценил моего жеста отец Кевина.

— Дес де Рибер, — опять вмешался Эйден, уж очень официально, — Мари выросла в маленькой деревеньке, где все общались по-простому. У де Цепеша она недавно, порядков в городе, а тем более правил этикета, не знает.

— Вот только не надо ее защищать, — язвительно вступил де Дюпон, — всем нам известно, какие ведьмы наглые и бессовестные создания. Я лично пострадал от деятельности одной из них.

А сейчас пострадаешь от моей. Встретимся в поле вечером, я тебя так молниями приложу и в гармошку скатаю!

— Подождите, — гулким басом вклинился в беседу гном, — с каких пор мы начали судить кого бы то ни было за происхождение? Я гном. Меня тоже осудите? Оборотням все можно?

Змей заметно стушевался.

— Конечно, нет, дес де Алстон. Вы сами знаете о проклятии Ираиды. Одна колдунья испортила жизнь всему городу, а сейчас портит жизнь десу Триалю.

— Так это моя проблема, — ответил на его замечание де Цепеш.

Очень стильный де Цепеш. За окнами солнце раскинули свои лучи, поэтому вампир был в очках-авиаторах, в белой рубашке и черном пиджаке. Роковой мужчина. Только бледный.

— Она портит всю деятельность моей гильдии. Чего удумала? Созданный ею артефакт отнимает честный заработок у моих магов, — взорвался Арно.

Вот где собака зарыта, или в его случае — где кобра сбросила шкуру. Конкуренции боишься.

— А моим облегчает! — стукнул по столу гном Оррин.

Они вдвоем начали очень громко спорить, не обращая внимания на остальных.

Еще немного, и король Лир пойдет войной на царя арф.

Я прикрыла глаза руками. Тяжело удержаться от смеха, когда до сих пор все происходящее воспринимается несерьезно, а как какая-то артхаусная комедия.

— Крепись, малышка, — мурлыкал Пират, — пускай мужчины кулаками померяются, добрее будут.

Я даже вмешиваться не собиралась и подначивать не стала, но очень хотелось.

— Всем замолчать! — твердо сказал Томас де Рибер.

Подумать только — одно слово, и заставил всех себя послушать. Магия. Интересно, поэтому Кевин главный бригадир, а Эйден главный дознаватель? В папу пошли?

— Хочу узнать цель вашего приезда в город, — сощурил глаза оборотень. — Мне доложили, что вы помогаете с ремонтом у Триаля. Для этого и прибыли в Дримгейт?

— Она приехала… — сразу заговорил младший де Рибер.

Но его тут же перебили.

— Я хочу услышать десаю Мари, а не твои слова, сын, — внимательно изучал мое лицо мужчина.

— В город я действительно прибыла по просьбе семейства де Цепешей, — надменным тоном начала я.

А что? Вызвали? Вызвали. Вампиры? Вампиры. Значит, по просьбе.

— А сейчас думаю задержаться. У меня сложились замечательные отношения с десаем Алексом Алленом, — поводила бровью, посматривая на де Дюпона.

— А почему Триаль выбрал именно вас?

Вампир обеспокоенно выгнулся и заерзал на стуле.

— Говорят, я в дальнем родстве с Ираидой. Кто, как не внучка, снимет заклятие с этого дома?

В нашу беседу вклинился дракон.

— А правда можете? За все время в Ведьминой горе задержались только Триаль и его семья, но думаю, это благодаря ночному образу жизни. Неужели правда внучка?

Я важно кивнула. Кто его знает, внучка не внучка. Главное, что стены уже не рушатся.

— Я восхищен, — озарила улыбка лицо Ричарда. — Мне так нравится это поместье, все хочу у деса де Цепеша его выкупить.

Не сдержавшись, спросила:

— А зачем?

Эйден легонько ущипнул меня за бок, призывая быть более молчаливой и осторожной.

— Драконы — настоящие коллекционеры, Мари. Многие собирают золото и артефакты, а я любитель древних домов.

— Десы, пора вынести свой вердикт, — похлопал в ладоши Арно, видя, что разговор перетек не в то русло. — Кто за то, чтобы изгнать ведьму из города? Напоминаю: в Дримгейте всегда относились к чаровницам плохо и настороженно, ничего, кроме дурного, мы от них не видели.

— Кроме магической дрели, — поправила я его.

— Чего? — взвизгнул чиновник.

Я закатила глаза.

— Ну, дрель, которая и краску мешает, и гвоздь в стену вкрутит, а потом еще и выемку в ней же сделает.

— А она так может? — загорелся де Алстон.

— Да, — улыбнулась гному.

— Я за то, чтобы Мари осталась, — бодренько вытянул руку бородатый. — Приглашаю вас на прогулку в нашу гильдию.

Я смущенно опустила глаза.

— Не плыви, Маша, — привел меня в чувство кот своими мыслями, — не теряй лицо.

— Я тоже хочу, чтобы Мари задержалась, а может быть, и нашла свое счастье в нашем городке, — вкрадчивым тоном отозвался Уайетт, заставляя меня краснеть.

Со мной флиртуют?

— Кому говорю, не теряй лицо, — уже прикусил меня за лодыжку Пират.

Мы перевели взгляд на Томаса де Рибера. Что ответит Триаль, было известно всем.

В целом итоги голосования ясны, трое уже за то, чтобы я осталась, но хочется все же знать, что думает обо мне старший де Рибер.

Он медленно вздохнул.

— Мари, скажу вам честно: вы нахальная и наглая особа без какого-либо почитания глав гильдий, совета и старших. Впрочем, как и все ведьмы.

— Отец!

— Не перебивай меня, — зыркнул он на Эйдена. — Но, во-первых, я не вижу в вас злого умысла, а во-вторых, как уже сказал дес де Алстон, мы не судим магов и людей за их происхождение. У меня нет причин выгонять вас из города, но я буду внимательно наблюдать за вашими действиями.

Я пожала плечами.

Папе не понравилась. Ну и ладно, не в первый раз. Хотя личная жизнь не была насыщена событиями, но некоторый опыт имелся.

— Пойдем, Мари, — потянул меня за руку Триаль, выйдя из-за стола, — провожу тебя к дому. Спасибо, дес де Рибер, — поклонился он дознавателю.

— Не за что, — ответил оборотень.

Пока меня тянули в сторону выхода, тоже успела ему шепнуть:

— Спасибо.

— Всегда рад помочь, Мари.

Я успела улыбнуться своему защитнику и вышла вслед за главным вампиром.

Когда мы оказались на улице и спустились по ступенькам, ненадолго задержались в небольшом скверике перед зданием. Мужчина что-то хотел мне сказать.

— Я рад, что все закончилось, Мари, — счастливо выдохнул «пилот-испытатель», — к вам вопросов теперь будет меньше. А еще вы покорили деса де Алстона и деса Уайетта.

— А за что у вас так ведьм не любят? — налетела я на довольного кровососа, игнорируя его слова о гноме и драконе.

Триаль смутился от моего вопроса. Лицо помрачнело, задрожала губа. Меня этим не проймешь, я в женском коллективе работала.

— Не то чтобы не любят, нет. В стране чародейкам почет и уважение, просто в Дримгейт в основном прибывали любительницы смошенничать, обмануть. Это особенность всех ведьм. Ты сама умело уходишь от ответов и профессионально лжешь. Жители от ведьм натерпелись, особенно де Дюпон. Ему попалась очень алчная и хитрая особа. Обвела вокруг пальца и сбежала с деньгами. А тут ты, колдунья-погодница, да еще и прямой конкурент.

Пришлось потупить глаза. Черт с ним, с Дюпоном. Там комплексы и обиды на женщин. А вот как объяснить вампиру, что на Земле черный пояс по вранью мы получаем еще в детстве? Собака съела домашнее задание; не курил, но рядом стоял; окно разбилось само, никто в него мяч не кидал.

— Теперь совет меня не тронет? — решилась спросить вместо оправданий.

— Хотелось бы так сказать, но…

Выражения лица де Цепеша теперь совсем не понять. За очками не видно. Я его, пожалуй, тоже в покер играть научу. Интересно будет посмотреть, как небогатые на эмоции (детей в расчет не берем) вампиры будут блефовать.

— Но? — надавила я.

— Де Дюпон теперь так просто тебя не оставит. Аллен последнее время не изготавливал каких-то особенно удачных артефактов. До тебя. Всем ясно, кто его муза.

— Понятно, — задумчиво ответила я. — Готовиться к диверсиям, подставам и грязным сплетням?

Триаль поводил губами туда-сюда, сложил руки и одной ладонью коснулся подбородка.

— Вот смотрю на тебя, Маша, и диву даюсь. Что у вас за мир такой, что молоденькие девушки словно солдаты, дознаватели или шпионы? Уверенные, за словом в карман не лезут и сразу в бой бросаются?

— Про эмансипацию вы, значит, не слышали, — усмехнулась ему в лицо.

— Эмо… что? — вскинул брови вампир.

О, эмо, слово-то какое, незаконченное. Оно вообще из прошлой жизни. Как вспомню те черные челки — бр-р-р-р-р, в дрожь бросает.

— Потом объясню, — махнула рукой. — Пойдемте, — подхватила под локоть своего опекуна, — а то Арно новую причину придумает, по которой захочет меня из города выгнать.

— Я ему выгоню. Ты не переживай, ты уже так помогла с этими а-ви-а-то-ра-ми, — он до сих пор выговаривал название по слогам, — в самом плохом случае я отправлю тебя в столицу.

— А там что делать? Тоже ремонт? — я скисла.

— Учиться, — повернулся ко мне вампир, — если получится так, что тебе нет дороги в свой мир, предлагаю поступить в академию.

Радостным мое выражение лица можно было назвать с огромной натяжкой.

— Спасибо, дес, но не стоит. Устала я учиться. Старовата уже.

— Ты подумай, Мари. В твои года мои сыновья будут еще считаться подростками, а у тебя здесь дар проснулся.

— Ага, — фыркнул Пират, — чтобы она вашу академию водой залила и молниями потом электрические разряды пустила. Например, потому что ей педагог не понравился.

— Эй, хвостатый, — я хотела яростно наброситься на кота, но заметила фигуру, одетую во все черное и с повязкой на лице.

— Стоять! — заревел…

Ну… это мужчина, в расе не уверена. Отбрасываем эльфов, гномов и вампиров. А так выбор-то огромный.

— Сам стой, — отпрыгнула я подальше, подхватывая фамильяра.

Мужчина выхватил серебряный нож из кармана в брюках и угрожающе двинулся на нас.

Дело явно запахло керосином, а я, как назло, ни кричать не могу — голос будто сел, — ни расстроиться, чтобы погоду испортить.

— Маша, отойди, у него нож, — пихнул меня себе за спину Триаль.

— Это я и сама вижу, — буркнула в ответ, — а вам от ножа что-то будет?

— Дура, это вампир, они от осины и серебра коньки отбрасывают! — верещал вредный кот.

Бандит смотрел на нас как на клоунов в цирке. Он нам тут смертью угрожает, а мы рассуждаем о методах убийства кровососущих.

— Сейчас, я сейчас, — пытался выдать магическое плетение защиты де Цепеш.

Но, как говорил Эйден, вампиры — слабые колдуны. Да и зачем? Сверхсила и бессмертие как спасение от болезней и старости у них есть, ну, колдуют плохо — зато богатые.

То, что это плетение защиты, я узнала из рассказов Лидии и из книжек. Я весьма любознательна, поэтому из библиотеки научный труд забрала и на ночь читала, только сама ничего не пробовала.

Мужчина с ножом приблизился к Триалю и кинул в меня заклинанием. Вот собака сутулая. Я почувствовала, что мои руки словно онемели — ни поднять, ни сжать в кулак.

Эх, проклятий я не знаю, но эффекта неожиданности еще никто не отменял.

— Пасть порву за вампирскую братву! — выкрикнула я и поводила ногой, сбрасывая с нее нечто наподобие волшебства.

И это нечто летело до бандита, а потом еще и отбросило его на приличное расстояние, растворившись в воздухе.

— Помогите! — послышались крики отовсюду. — Убивают!

Вовремя, тоже мне.

Маг в черном одеянии поднялся с земли, достал из кармана красный камень и, воспользовавшись им, создал арку портала.

— Не догоним, — припечатал Пират.

Я точно нет. Руки онемели и не слушались. Триаль тяжело дышал, испугавшись произошедшего. На фамильяра рассчитывать не приходится — что он этому детине сделает?

— Вы в порядке? — услышала я окрик за спиной.

Это сбегал к нам по ступенькам Эйден. Как только он проверил, как чувствует себя еще более бледный вампир, подошел ко мне, снимая противное заклинание.

— Все хорошо, Мари? Вы не пострадали?

Я гордо вскинула подбородок и потерла каждое запястье рукой. Не знаю, зачем я это сделала, но в кино показывают, что когда снимают наручники, то преступники именно так и поступают.

— Нет, не пострадала, — улыбнулась мужчине, чтобы успокоить, а потом надавить. — На вашей территории совершили преступление среди белого дня, ай-яй-яй. Еще и преступника упустили.

Оборотень мрачно взглянул на меня и сжал кулаки.

— С этим я разберусь. Объясните, — посмотрел он на Триаля, — что произошло?

— На нас напал оборотень, — все еще взволнованный вампир начал вещать, — обездвижил Машу и попытался заколоть меня серебром.

— Ага, — кивнула я, — вон валяется, — указала рукой на тротуар.

Де Рибер подошел к месту и аккуратно взял нож.

— Эй, — возмутилась, — брать только тканью! Как же отпечатки?

— Какие отпечатки?

Опачки, дело пахло керосином, а теперь пахнет лояльностью полиции. Да я тут свой мафиози-клан организую.

Но на объяснения времени не было.

— Сложи его в шейный платок, но старайся не растирать. Позже все объясню.

— Даже не сомневаюсь, — закатил оборотень глаза, но стянул туго завязанный галстук и обернул в него нож.

Обидно. Не воспринимают меня в этом мире всерьез.

— Дес дознаватель, — наконец отошел от шока Триаль, — как это понимать? Средь бела дня на меня и мою воспитанницу напали. У него было серебряное оружие. Я мог умереть!!! Бандит явно готовился, знал, что я буду здесь.

— Скорее всего, так и есть, — задумчиво отвечал мужчина, рассматривая место, где растворился портал. — Как назло, даже магического следа не осталось.

— Это ужасно, — совсем расстроился вампир, — преступник сбежал. И ведь не в первый раз.

— О чем вы? — насторожился Эйден.

Я и Пират переглянулись. Стало очень интересно. Бригадиры в Ведьминой горе пропадают, а теперь и до семьи добрались?

— Еще до приезда Маши, — скорбно начал жертва происшествий, — я чуть было не погиб оттого, что в моей комнате были расправлены шторы. Если бы не природная чувствительность, то, открыв глаза, я оставил бы свою семью без отца и мужа. Вся прислуга в замке об этом знает, они с нами полвека. Подумал, что это действие проклятия, а теперь прихожу к выводу: меня хотят убить.

— Почему раньше не сказали?

— Я же говорю, был уверен, что это проклятие Ираиды. Эйден, — вцепился де Цепеш в руку блюстителя порядка, — ты должен нам помочь. Кто-то охотится на меня, а может, на всю семью.

— Семь вампиров отправились обедать, одного пырнули ножом, и их осталось шесть. Шесть вампиров, поев, клевали носом. Один не смог проснуться, и их осталось шесть — потому что с первого раза они не умирают, — мысленно импровизировал фамильяр.

— Хронология нарушена, — поджала я губы в ответ на творчество друга.

— Но-но, я только начал. Дай мне пару дней, сочиню хит.

Мужчины нашего мысленного диалога не замечали. Де Рибер потер рукой затылок, перевел взгляд с вампира на меня и, видимо, что-то продумав, кивнул.

— Я и сам прихожу к такому же мнению, Триаль, — сморщился тот, — придется вам в своем поместье потесниться.

Это он с нами поселится? Я к такому не готова. По московскому поверью, наибольшую опасность для общества часто представляют органы безопасности. А в моем случае это очень жизненное утверждение.

Де Цепеш от такой постановки вопроса тоже нахмурился, вспоминая, что в его доме проживает истеричка-нелегалка с неконтролируемым даром.

— Разве в Ведьминой горе можно жить? Это опасно, — попытался он воспротивиться просьбе оборотня.

— Тебе опаснее оставаться без охраны. Да и смущает меня найденный труп. Уверен, все не случайно. Не вижу пока, как собрать все воедино, так что хотелось бы воспользоваться твоим гостеприимством.

— Мы рады любым гостям, — печально отозвался Триаль, осознав, что легко отделаться не получится, и задумчиво проводил меня взглядом, — но если в доме с тобой что-то случится, я не буду отвечать за это.

— Ничего, — отмахнулся дознаватель, — для этого есть Мари.

Я нахмурилась, но промолчала. Моего-то мнения никто не спрашивает.

— Кстати, — Эйден обратился уже ко мне, — мне показалось или ты колдовала ногами?

— Пф-ф-ф, — усмехнулась радостно, вспомнив, какой подвиг совершила, — руками колдуют посредственности, а творческие личности колдуют сердцем, — на пафосной ноте закончила я.

Глава 6. Скелеты в шкафу, полтергейст и кровавая Мари

Маша Антонова

На следующий день после моего попадания в этот мир я решила плотно заняться ремонтом. Черт с ним, с покушением. Я не сыщик, мне этого счастья не надо. Тем более что главный по строительно-возмутительным работам чуть ли не копытом бил, но у него лапки.

— Ты готова, Маша? — встретил меня на кухне оборотень, когда милейшая Анна-Луиза угощала блинчиками.

Вампиры предпочитают кровь, оборотни — непрожаренное мясо. Готовили здесь от души только для меня, части строителей и части прислуги. Горничных в расчет не берем, те питались святым духом, то есть сидели на диетах.

— Как пионер, — чуть не подавилась очередным кусочком.

Кевин сощурился, громко выдохнул и возвел глаза к потолку в поисках терпения.

— Скоро сюда прибудет Эйден. Будь добра, не пользуйся словечками из другого мира. Больше молчи, не проявляй инициативы. Это в твоих интересах.

Я кинула вилку в тарелку и насупилась. Утро безнадежно испорчено. С моим везением и острым языком томиться мне в застенках у грозного дознавателя.

— Что ты так переживаешь, Маш? — спросил Пират, прыгнув мне на колени. — Ты же ему явно понравилась.

— Это еще хуже. Слишком много внимания от органов безопасности, — рассеянно гладила я спинку кота.

— Как только расскажешь про отпечатки, он еще на задних лапах прыгать будет.

Главный ремонтник, прислушиваясь к нашей тихой беседе, зарычал.

— Я все слышу, хвостатый.

— Оборотней не спрашивали, — огрызнулся фамильяр.

— Брейк, — хотела приструнить обоих, но зажала рот рукой под их укоризненными взглядами.

Да, поняла. Молчать, стоять, бездействовать.

— Ладно, — одновременно кивнула и Пирату, и Кевину, — Антоновы не сдаются, только тактически отступают.

После завтрака прошлись по комнатам, где строители выравнивали стены. Сегодня их будут красить. Пусть весь первый только оштукатурен, везде пахнет смесями, лаками и другими веществами, зато в стенах больше нет трещин. А спустившись в тайный подвал, куда я и Эйден свалились до этого, обнаружила, что оборотни-близнецы магией укрепили фундамент. Здание поместья уже не выглядело покосившимся. По всем коридорам расположились леса и разбросаны инструменты, но с каждым днем дом преображался — и явно в лучшую сторону.

От такой картины у жителей Ведьминой горы приподнималось настроение. Все надеялись, что бесконечный ремонт закончится, а я сниму проклятие. Знать бы еще точно какое.

В гостиной, где не так давно Триаль знакомил меня со своей семьей, громко спорили эльф Ланви и Анжелика де Цепеш.

— Я же говорю, — практически визжала она, — стены ярко-красные, алые, на худой конец — кровавые! Какой зеленый?

Длинноухий не тушевался перед владелицей дома.

— А зачем вы меня тогда позвали, если постоянно вносите правки в проект? Сами бы все делали, деса де Цепеш!

Едва увидев, как мы подходим, Ланви решил и нас приобщить к назревающей ссоре.

— Кевин, ну скажи, — всплеснул руками эльф, — какой красный? Вампиры уже не страшные опасные существа. Пусть гостиная говорит о дружелюбии этой семьи. Я стою на изумрудном.

Оборотень опустил плечи, обреченно реагируя на вопрос Винтмитрена. Видимо, решив про себя, что любой ответ — плохой ответ, отмолчался.

По мне, так все понятно: кто платит, тот и музыку заказывает. В данном случае цвет стен. Но, с другой стороны, и правда — на кой они вызывали лесного дизайнера?

Ланвидрель Винтмитрен, не почувствовав поддержки от бригадира, перевел взгляд на меня.

— Мари, а ты что скажешь?

Анжелика громко фыркнула, уставившись на меня, и вышла из комнаты, показывая свое отношение к моей персоне.

— А мне понравилась ее идея, — ехидно улыбнулась я, — а у кого вкус еще хуже, те вообще в восторге будут.

— Да будь ты серьезна, — потер переносицу эльф. — Тебя же признало поместье. Какой бы цвет выбрала?

Пришлось глубоко задуматься. Мне сразу же вручили проект будущего ремонта. То, что предлагал Ланви, напоминало средневековый экостиль: мрамор, камни, стекло, много зелени. Но в доме-то живут вампиры, а в моем понимании это ужас, скелеты и гробы. У них дворецкий — умертвие. Какой зеленый? Да и бывшая владелица — злобная ведьма.

Нет, тут нужно другое решение.

— Прости, дружок, — успокаивающим жестом я погладила по плечу эльфа, — но в этот раз я на стороне Анжелики. Давай одну стену сделаем каменной кладкой, а три остальные — темно-красным. Здесь живут ночные существа. Зато в зимнем саду оторвешься, — пообещала ему свободу действий.

— Говорил же, ни у кого нет хорошего вкуса, — сетовал Ланви.

— Она права, Ланвидрель, — поддержал меня Кевин, — заказчики де Цепеши. Им здесь жить. Да и сейчас все делают ремонт, пытаясь выдержать твой стиль. Удиви подражателей, сделай что-то по-настоящему мрачное и зловещее. Кто ожидает такое от эльфа?

Длинноухий словно воспрянул духом.

— Ты прав, — он гордо вскинул подбородок. — Так и быть, сделаем из этого дома склеп и гробницу. Но такую, что все жители Аридии захотят повторить.

— Вот именно, — похлопал его по спине оборотень.

Эльф, чеканя шаг, вышел — надеюсь, за краской пошел. А то мы уже час убили на уговаривание упрямых существ.

— А они всегда так? — выгнула бровь, имея в виду, что эти творческие личности вконец чокнутые.

— А ты? — тут же ввернул строитель.

Ой, ну не хочет отвечать, и не надо. В ожидании остальной бригады с краской потрогала подсвечник на стене.

Что-то щелкнуло, и в стене проявились очертания двери. Даже не пытаясь перебороть любопытство, дернула за створку, а потом… потом я очень громко взвизгнула.

На меня смотрели пустые глазницы четырех скелетов, а между ними расположился Жофре де Руаль в позе египетского фараона: сложил руки на груди, кончиками пальцев касаясь плечей.

— Что ты орешь? — приоткрыл он один глаз. — Не видишь? Я тут сплю.

Не ответив, я с силой захлопнула этот тайный схрон, а потом задрожала.

Кевин изучал мою реакцию и с трудом сдерживал смех.

— А что ты хотела? Ты с вампирами живешь.

— А оборотни в конурах, значит, спят? — подколола язвительного ремонтника.

Увидев, как он становится больше, а лицо расплывается, показывая более звериные черты, рванула из комнаты.

Как говорится, острый язык без быстрых ног — это непосредственная опасность для здоровья.

— Стой, ведьма, — поймал меня у самой лестницы мужчина, прижав к перилам.

— Это ты стой, — отдавила ему ногу и отпрыгнула, когда он ослабил хватку.

— Маша, — скривился Кевин, — я же тебя только напугать хотел.

Ага, тогда я тоже пошутила.

— С такими шутками можно и без хвоста остаться, — заметил Пират, приближаясь к нашей паре.

— Прости, — подал руку оборотень, зло взглянув на кота, — не буду больше так делать.

— И я не буду ехидничать, если перестанешь смеяться надо мной, — надулась, принимая его ладонь.

— Ты просто такая забавная, даже для ведьмы. Смешно реагируешь на происходящее.

— О, рада это слышать. Всегда хотела развлекать народ своим появлением, — с сарказмом ответила на его замечание. — Давай отправим тебя в мой мир, и я уверена, ты сбежишь в страхе от первой же машины.

— А что это?

— Самоходная повозка, — попыталась объяснить доступно, — с кондиционером и музыкой.

— А кондиционер?

— Все, стоп, — подняла руки, — так будет еще больше вопросов.

Всегда считала, что нельзя делиться всей информацией сразу. Дурачки должны возвращаться.

— Вот вы где! — услышала я голос Ореста Гундобада за спиной.

По лестнице поднималась остальная бригада с ведрами краски, кистями и валиками.

Мы уже большей компанией вернулись обратно в гостиную, и я приуныла. Надо же по всему этажу стены обновить, а если делать это вручную, то сколько времени уйдет? Явно много, даже учитывая остальную команду. Это не обои клеить. Нужно равномерно наносить краску, слой за слоем, ждать, когда каждый слой просохнет. Тоска.

Был бы у нас краскораспылитель… точно! Будет у нас краскораспылитель.

— Кевин, едем к десаю Аллену, — потерла я руки в предвкушении.

— А стены? — хором ответили ремонтники.

— Если все получится, за один день покрасим, — и я радостно бросилась вниз к входным дверям.

— Пока нас не будет, не замуруйте там фараона… тьфу ты, де Руаля, — важно наказал Пират и побежал за мной.

— О чем они? — почесал голову Кристиан.

— Самому бы понимать, — устало вздохнул Кевин и медленно побрел к входу. — В застенке спит Жофре, и правда не замуруйте.

Когда я вся в своих мыслях летела навстречу изобретательству, не заметила нового жителя Ведьминой горы. Больно врезавшись в Эйдена, чуть было не упала, но он удержал меня, ухватив рукой за талию.

— Какая приятная встреча, — вкрадчиво шепнул мне на ухо дознаватель.

Не соглашусь.

— Добрый день, дес де Рибер. Спасибо за спасение, дес де Рибер, — быстро поклонилась я и затараторила: — Я в город со вторым десом де Рибером. Всего хорошего, дес де Рибер.

— Маш, я не могу! — крикнул бригадир, пытаясь остановить мои попытки сбежать из поместья.

Крутанувшись на каблуках, опять завалилась, теряя равновесие, но все тот же мужчина подхватил меня, не давая распластаться у двери.

— Да куда вы так торопитесь? — нахмурился Эйден.

— К Алексу, — потупила взгляд, — хочу поделиться одной идеей.

— Я правда не могу, Мари, — покачал головой младший де Рибер, пристально всматриваясь в брата, — сегодня хотел закончить работы в гостиной.

— Тогда я сама, — обрадовалась возможному одиночеству, — я же самостоятельная, справлюсь.

Кевин моего энтузиазма не разделял.

— Давай я провожу? — встрял в нашу беседу дознаватель. — Расскажешь про отпечатки.

Бригадир и я долго переглядывались, раздумывая, стоит ли соглашаться. Если отвечу отказом, это будет явная неучтивость, а Эйден мне вчера помог, был готов защитить меня перед отцом и остальными чиновниками.

— Хорошо, — кивнула, уже прыгая от нетерпения, — только быстрее.

— Никуда он от нас не денется, Мари, — хищно улыбнулся оборотень. — Как я понял, теперь он твой преданный поклонник.

Мы сели в повозку, и дознаватель вцепился в меня словно клешнями.

— Расскажи про отпечатки.

Отмалчиваться смысла нет. Я сама на это подписалась.

— Ты замечал рисунок на подушечке твоего пальца? — спросила оборотня.

Он поднес свою руку к лицу, рассматривая узоры на подушечке.

— Теперь да.

— А знаешь ли ты, что они индивидуальны? Никто не сможет повторить схожий? — нагнетала атмосферу, надеясь, что де Рибер сам домыслит.

— Ну и что? — но здравый смысл от него ускользал.

— А то, — расширила я глаза. — Если собирать узоры, то всегда можно опознать, кто потрогал предмет — хоть бы на примере нашего ножа.

— Объясни, — затребовал блюститель закона, чувствуя, что дело запахло жареными куропатками. Ну или что там чувствуют оборотни, когда им приятно.

— Боже, что непонятного, — разозлилась я, так как не умела доступно объяснять, и бесилась от непонимания остальных, — нанеси темную краску и увидишь узор. А потом затребуй, чтобы все мои домашние потрогали темную краску и оставили след на бумаге. Если узоры не совпадут, значит, никто из Ведьминой горы не был нападавшим. А если будут идентичны, значит, этот злоумышленник напал на Триаля и хотел умертвить его серебряным ножом.

— Откуда ты прибыла, Мари? — вдруг спросил Эйден, резко меняя тему разговора

Вспомнив, что в легенде мы ни разу не обсуждали место моего рождения, ответила.

— Такое захолустье, ты вряд ли знаешь название.

— Ну ты уточни.

— Московия? — вопросительно-утвердительно захлопала ресницами.

Эх, женские чары. Всегда мне плохо давались. Никогда не понимала намеков, а сама… боги, радуйтесь, что я не подвела вас под черту.

Ну не может он знать все города провинций.

— С севера, значит? — потер руки оборотень.

Маша никогда не была так близко к провалу.

— Ага, — кивнула, задержав дыхание, — с севера.

— Ты здраво мыслишь, интересное нововведение, — заметил Эйден, таращась на свою ладонь. — Я бы не догадался.

— А ты зачем приехал? — решила сбить с толку детектива.

— Вчера я ясно дал понять, что де Цепешу, возможно, предстоит бороться с опасностью. Хочу быть рядом, защитить.

— А-а-а, — отмахнулась, как от назойливой мухи, — тогда зачем ты здесь? Максимум что тебя ждет, это изучать интересное назначение больших и маленьких сосудов и различных отверстий.

— Когда именно ты об этом говоришь, — не обратил внимание на сарказм де Рибер, — уверен, что артефакт будет очень интересным.

И он был прав. Я описала проблему Алексу, вдохновила его, и артефактор тут же бросил все силы на изготовление моего краскораспылителя.

— Мари, — обратился ко мне маг, — может, ты заранее возвестишь, что еще придумала?

М-м-м-м, надо поразмышлять. В голову приходил интернет, смартфоны и сервис по бронированию отелей. Совсем не уверена, что это то, что жаждет увидеть бывалый изобретатель. Эх, дай мне википедию, вместе бы изучили информацию про атомную электростанцию. Не тому ты училась, Машка.

— Может, дома? — скривилась, реагируя на движения лавочника.

— Маша, ты гений.

— Ой, зря вы это сказали, — расстроилась еще большему вниманию.

— Что тебя смущает? — не поняли мужчины.

Многое. Во-первых, меня смущает дружба дознавателя с изготовителем краски. А во-вторых, то, что дознаватель не в курсе технологии изготовления краски.

— У тебя нет работы, Эйден? — возмутилась я, осматривая полки в кабинете десая Аллена.

— Если уеду, буду уверен, что ты выдумала нечто невообразимое.

Ага, в голове сложился чертеж дирижабля. Интересно, насколько Дримгейт удален от столицы? Может, кто-то из светлых голов прислушается ко мне?

Распрощавшись с лавочником и уговорив его прислать опытный образец уже завтра, мы вышли на улицу.

— Если ты росла в такой глухомани, откуда столько познаний в артефакторике? Идей? Бытовой магии?

Медленно вздохнула и опустила плечи.

Уверена, что дознаватель не отстанет. И что мне ему сказать? Про попаданство говорить не стоит, окажусь в застенках. Про пытливый ум — возможно, но моя прямолинейность все портит. Ф — феминизм, палочка-выручалочка в моем мире. Еще толерантность, но это при крайней необходимости. Как говорится, да будет срач.

— Ты мужчина, Эйден, — развела руками, стараясь этим жестом объяснить все.

— И? — не сдавался он.

Жест не объяснил.

— Вы же не озабочены мыслями, как быстрее приготовить обед, покрасить стены, выстирать вещи. Вам невдомек, сколько времени женщины тратят на все эти дела.

— Все равно не понимаю. Даже если так, чем вам тогда заниматься?

— А чем занимаются обеспеченные аристократичные десы?

Мужчина растерялся. Сразу понятно: матчасть он не учил. Так как я не обеспеченная и точно не аристократичная, тоже понятия не имела, чем они занимаются. Надо разузнать.

— Эйден, давай не будем спорить, — и лукаво улыбнулась. — Если барышня ведет дом, обрабатывает огород и работает, то почему бы не облегчить ей жизнь простыми бытовыми приборами без использования магии?

— А ты тут при чем?

Ой, я не так давно в Аридии, но иногда думаю, что весь мужской пол непрошибаем.

Провела ладонью вдоль своего тела.

— Так я женщина, заметил ты или нет?

— А ты вела дом и работала?

— Представь себе, — расширила глаза. — Кто ж меня задарма, такую красивую, кормить будет.

— Хотел бы я познакомиться с твоим дедом.

— Почему?

— В моей семье женщины не работают. Могут заниматься делами, но никто и никогда не даст ни одной из них трудиться. Это низко, недостойно.

Так, про эмансипацию и независимость здесь не слышали. Маша, терпи и молчи, терпи и молчи.

Вдалеке загремел гром. Это мое терпение и молчание влияло на погоду.

— Нам, наверное, пора, — вскочила я на ступеньку повозки, радуясь необходимости вернуться.

— Ты не хочешь прогуляться по Дримгейту?

Еще раз взглянув на сгущавшиеся тучи, — а теперь я была уверена, что это моих рук дело, ибо женскую независимость я воспринимала очень близко к сердцу, — покрутила головой.

— А дождь? А стены? А дела?

— Сдается мне, что гром по твою душу, — оборотень лениво прикрыл глаза, — а стены в гостиной и без тебя покрасят.

— Давай в поместье, — взмолилась я, — не хочу, чтобы Триаль думал, что отлыниваю.

Эйден смирился, подал мне руку, и мы сели в экипаж.

— Я ведь так и не узнал, как де Цепеш нашел тебя, — начал разговор ищейка.

— Его и спроси, — вздохнула, наглаживая спящего кота и рассматривая пейзажи.

Этот ехидный комок шерсти спал по восемнадцать часов в сутки, а мне, между прочим, помощь нужна.

— Хочется услышать из твоих уст, — настаивал тот на откровенности.

— А твой отец, — резко перевела тему, — как отнесся к резкому переселению в проклятое поместье?

Оборотень помрачнел, скривился.

— Скажем так, он не рад. Еще его удручает, что Кевин словно десай работает на де Цепеша, которого половина совета хочет изгнать из города.

— Почему? Чем им не угодил де Цепеш?

— Он вампир. Обычно такие существа селятся в городках с подобным населением, но Триаль решил иначе. Ко всем вампирам относятся с настороженностью, никто не хочет становиться их донорами.

— Кем? — я не поняла последнего предложения.

— Донорами, Мари, — объяснял как глупенькой де Рибер. — Вампиры питаются кровью. Есть банки крови, куда нуждающиеся сдают свою, но большинство предпочитает доноров — людей, магов, оборотней и другие расы, представители которых согласны делиться своей кровью. Все доноры подчиняются своему хозяину и не имеют собственного мнения, но соглашаются на это добровольно. Закон на стороне вампиров, деньги очень приличные, можно разбогатеть. Первое время я так думал и о тебе.

— И передумал?

— Да. Донорам язвительные насмешки несвойственны, даже ведьмам.

— Пфф, — фыркнула я, — такого добра навалом. Могу целый стендап сочинить.

— Что ты имеешь в виду?

Все, про различные юмористические движения промолчу, но подумаю на досуге. Надо посмотреть, как в Аридии с развлекательной программой.

— Неважно, — махнула рукой. — У нас, кстати, сегодня праздник, присоединишься?

Я вспомнила, как вчера шепнула на ухо прислуге и рабочим, что научу готовить один интересный коктейль и покажу игру. По слухам, гоблины и тролли вовсю развлекались, изучая покер, а вампирам достанется нечто иное, под стать их темной сущности. Главное, чтобы хозяйки дома согласились и не препятствовали нашей вакханалии.

— Даже рад, нечасто хорошенькие девушки зовут меня на праздник.

Я сощурилась, изучая лицо оборотня. Если есть подвох, то пока я его не видела.

— Мы вернулись, — заголосила я на всю округу, как только оказалась в Ведьминой горе.

— Я так рад, Мари, — встретил меня Жофре, целуя мне руку и принюхиваясь к ней.

Из всех вампиров он пока оставался самым неуравновешенным, но я решила не задавать вопросов — с мертвяками-то он спит, даже не Эланора.

Интересно, знают домашние про эту его особенность? С другой стороны, ничто не объединяет семью так, как темная кровавая тайна. Ну, может, и не очень кровавая, но точно темная.

Пряча руку от этого кровососа, громко произнесла.

— Может, соберемся где-нибудь? Хотели же поиграть?

Из дверей тут же выскочили близнецы.

— Поиграть?

— Во что?

Я услышала возгласы двух сорванцов. Желания надо исполнять.

— Оставьте ваши дела, — переложила цитату на свой лад, — захватите пирожные.

— Мира, что вы им пообещали? — восхитился моим умениям ладить с детьми Эйден, когда двое мальчишек умчались в сторону кухни.

— М-м-м-м, кровавую расправу?

— Что?

Теперь мой черед улыбаться.

— Игра так называется. Присоединяйся. Чем больше участников, тем лучше. Называется «Кровавая расправа».

Про «Мафию» на этих землях еще не слыхивали, а я, пару дней проживавшая с братом дознавателя, свой клан с мошеннической деятельностью открывать не желала, хотя Пират не единожды склонял меня к этому.

Собрав на кухне всех домочадцев, начала объяснять:

— Отбросим титулы и звания, — прищурилась, разглядывая Анжелику, — играем вместе.

— Почему с челядью? — возмутилась бледнолицая барышня.

— Потому что я тоже к ней отношусь, — поджала губы и осмотрела остальных. Еще чуть-чуть, разогрею революционные настроения в доме. Вон как десай Аллен угрожающе скалкой помахивает. — Итак, все, кто хочет участвовать, вытягивают карты. — Посмотрела на кусочки бумаги: там все было примерно так же, как и в моем мире. — Кому достаются обычные номера цифр — горожане Дримгейта, у кого старшие карты — те бандиты, убивающие горожан. Так как только я знаю правила, буду ведущей. Когда говорю: «Город засыпает, просыпаются бандиты», эти прощелыги решают, кого из горожан они убивают, а потом пробуждаю остальных, возвещая о жертве, а вы в беседе должны определить, кто же крайний.

— Мам, круто ведь, — подхватил мои словечки Форд, дергая Анжелику за юбку.

— А детям можно участвовать? — решилась спросить вампирша.

Я бы, конечно, поспорила, но от невинных детей несло таким винным перегаром, что он мог снести любого трезвенника, и это никого не смущало.

— В игре кровавоубийства нет, — расплылась я в улыбке.

Умертвие Клод разочаровался и решил покинуть нас. Ну, как говорится, на вкус и цвет все косточки разные.

Что началось! Карты мафиози выпали Кевину и Эйдену, которые умело заметали следы своих преступлений. Я же, пока все рассуждали, готовила коктейль под названием «Кровавая Мари» — уж очень хочется запомниться в Аридии.

Подавая напиток, наблюдала, как вампиры, оборотни, маги и люди теряют рассудок в попытках вызнать, кто же мифический убийца. Вот чем я буду заниматься, оставив семью де Цепешей, — открою собственное казино с незнакомыми здесь играми: «Мафия», «Уно», «Крокодил», может, «Подземелья и драконы». Весь мир Аридии наполнен магией, им должно понравиться.

С моими планами это тоже сходилось — я мечтала разговорить дознавателя насчет себя.

— Вы выиграли, дес де Триаль, — возвестила, салютуя бокалом, — такая находчивость и смекалка.

— Ты сомневалась, Маша?

— Нисколько, — сморщилась я от его слов, — знала, что де Цепеши выгрызут себе победу.

Ой, как двусмысленно все прозвучало. Но меня прервала Эланора, которая не считалась ни с кем и ни с чем.

— Хорошая игра, девочка. Жду, когда сойдемся в честном бою. Изучай топоры.

— Мама, — с ударением на второй слог устало произнес де Цепеш, — зачем ты пугаешь Мари?

— Да что ее пугать? Был бы ты умнее, что, как мы выяснили, не твой случай, понял бы, что Маша — прямой потомок….

Ее возглас поглотило рычание Триаля. Дальше мы не поняли ни слова из их разговора.

Древняя старушка изобразила жест «слежу за тобой», а я подумала, что искусство владения боевыми топорами точно лишним не будет. Кто его знает, когда она решится его проверить.

— Маша, ты была великолепна, — не очень трезво заключил Кевин, а за ним вся его команда.

— Я была ведущей, — пожала плечами, не желая принимать всю славу.

— Я никогда не проводил так хорошо время, — радостно заметил Кристиан.

Что-то мне подсказывало, что и с девушкой наедине он не оставался. Сравнить, по сути, не с чем.

— Он прав, Мари, — встал Эйден, закрывая собой все остальное пространство, когда нас оставил его брат.

— Поверь, я рада, — посмотрела на оборотня, — но, с другой стороны, мне же это и убирать.

— Ты не в прислугах у де Цепеша, не обманывай меня, Маша, — не самым трезвым голосом заметил дознаватель.

— Тебе-то откуда знать, какие у нас договоренности?

— Сразу поинтересовался.

— Тогда вдвойне странно, что тебя так завлекла прислуга, — фыркнула в его сторону.

— Стой! — остановил меня оборотень. — Я не мог не заметить, как умело ты провела игру.

— И что? — выдохнула ему в лицо.

Он приблизился вплотную, прижав меня к посудной полке. Сейчас мы остались наедине. Команда ремонтников ушла вслед за Кевином, а служащие покинули зал, как только я объявила окончание игры.

— Ничего, — развел тот руками. — Иногда ты так меня бесишь, не знаю, как с этим смириться.

Я замерла, подозревая какой-то подвох.

Вот оборотень навис надо мной, склонился, потянулся и… Захлопали все двери и ставни на полках. Какая-то невидимая сила отбросила мужчину от моей фигуры и задула огонь в светильниках.

Это я с духом дома познакомилась? Удивительно. А чем дознаватель ему не угодил?

— Это было… — потирал голову Эйден, так как стукнулся о ножку стола.

— Неожиданно? Внезапно? Неприятно? — улыбнулась, одновременно чувствуя неловкость.

А знаете, какая я неловкая в неловкой ситуации? В данный момент я отвернулась от волка и вцепилась в двери шкафчиков, которые несколько секунд назад так активно двигались, и чуть не обрушила весь буфет.

Мы чуть не поцеловались. Маша-попаданка и подозревающий ее в чем-то дознаватель. Хороший полтергейст, спасибо, что меня по полу не прокатил.

— И что это? — поднялся наконец мужчина и магией закрепил треклятую полку.

— Разве де Цепеши не рассказывали тебе о хранителе Ведьминой горы? — я даже удивилась такой неосведомленности местного жителя.

— Я не верил.

— Я тоже, — огляделась вокруг и, чувствуя себя полной идиоткой, произнесла: — Дорогой домовой, а можно больше этого оборотня не обижать? Он временно с нами поживет.

На люстре зазвенели подвески. По моим ощущениям, это от обиды.

— А ты не хочешь спать? — обратилась к Эйдену.

— Почему ты меня выпроваживаешь? — спросил он и уставился на потолок.

Вот все нужно объяснять. Иногда думаю, что мужчин наделили силой, а умом как раз обделили.

Уперла руки в боки и развернулась.

— Не видишь, мне надо с домом поговорить, как бы абсурдно это ни звучало.

— Ведьмы, — выдохнул оборотень, но оставить меня согласился.

Второй такой перелет волка по кухне может не пережить сама кухня, а может и Эйден, но Маша не железная. Ей стены завтра красить.

Трудно, очень трудно сохранять серьезное лицо, если беседуешь с пустотой. Но я прониклась происходящим.

— Значит, ты невидимый хранитель дома и спас меня от поползновений со стороны мужчины? — тихо шептала в пространство.

В помещении загорелась одна из ламп. Решив, что это знак согласия, я продолжила.

— Ты принял меня как ведьму и разрешишь ремонтировать дом? — Люстра опять зазвенела.

К черту «Мафию», тут своя игра с вопросами.

— Ты принял меня как ведьму, но мне нужно снять проклятие Ираиды, чтобы ремонтировать поместье? — уточнила условия.

Зажегся второй светильник.

— А можно больше данных? И вообще, весь договор посмотреть?

Внезапно распахнулись створки окна, открывая вид на сад. Вдали маячил склеп злобной колдуньи.

— Мне надо к ее могиле?

Еще один огонек появился на кухне.

Фух, это прояснили. Теперь вернемся к личной жизни.

— Дорогой дух, а можно тебя попросить разбираться с моими ухажерами не так радикально?

И опять перезвон подвесок.

— Ценю твои усилия, но давай я буду вслух проговаривать, если мужчина мне досаждает?

Зажглась новая лампа.

— Спасибо, — поблагодарила я невидимое существо. — Теперь могу рассчитывать на твою помощь?

И еще один огонечек.

Чувствую себя как в храме.

Прошептав еще одно спасибо, двинулась к своей спальне. Денек тот еще. Уже в кровати раздумывала над ситуацией с дознавателем. Как сказала Эланора: «Быть умным не твой случай». Это не про Триаля, фраза полностью и бесповоротно относится ко мне. Подумать только: чуть не приняла ухаживания того, кого стоит усиленно избегать.

— Тебе нужен материнский совет? — открыл один глаз Пират, прочитав мои беспокойные мысли.

— Не особенно, — ухмыльнулась, отказываясь от такого счастья.

— Слава молоку, а то у меня его нет, — перевернулся на другой бок кот.

Вот пушистая скотина. Как в пекло лезть, так он спит, а когда я к Аллену еду деньги зарабатывать — сразу мчится со всех лап.

Глава 7. Что скрывает библиотека

Эйден де Рибер

Наблюдая утром за бригадой и Мари, не мог отделаться от мысли, что что-то с девушкой не так.

Алекс Аллен с утра привез новый артефакт, благодаря которому работы по покраске стали продвигаться быстрее. Все вампиры и прислуга высыпали в комнаты, желая рассмотреть, как работает новинка. Команда быстро разобралась в сути и приступила к делу.

Решив не участвовать в споре из-за цвета стен, — а война разгоралась нешуточная, и пока явно побеждал эльф, — вышел в коридор, но издалека следил за ведьмой.

И откуда ты такая взялась, Мари Мишель? Что-то явно не сходится. Девица под опекой родственника жила в глуши похуже Дримгейта, но умело руководила процессом, огрызаясь на Кевина и остальных магов. Нашла управу на эмпата Жофре, который днями и ночами не вылезал из патентного бюро. А самое удивительное — это ее идеи, которые десай Аллен успешно монетизировал. Нисколько не тушевалась перед хозяйкой дома Анжеликой и совершенно не боялась меня. Да и троллей в таверне не испугалась.

Поведение, несвойственное благовоспитанным девушкам, даже ведьмам. Надо искать, здесь явно прослеживается какая-то тайна. Но все домашние уверяют, что знают Машу, как ее здесь кличут, чуть ли не с рождения. Даже брат, хоть это и скрывает, покорен ее талантами и острым языком.

— О чем задумался? — неслышно подошел Триаль.

— Да так, — хмыкнул, отворачиваясь от объекта наблюдения. — Ты что-то хотел?

— Да, — сузил глаза мой знакомый, — хотел узнать, как проходит расследование. Вчера у тебя не было на это времени, но сегодня… Ты уже приступил?

Признаваться, что у меня никаких зацепок, не хотелось.

— Думаю, стоит еще раз спуститься в тот подвал, где я нашел Эдриана Оллстоппа.

— Зачем?

— Мы искали выход, но ведь тоннель куда-то ведет, а вы про него не знали. Мои дознаватели вглубь не пошли, но докладывали, что есть некий узкий проход. К тебе, знаешь ли, никто не стремится вламываться. Поместье проклято, и все об этом знают.

— Хорошо, — согласился с доводами вампир. — Когда ты хочешь это сделать?

— Ты пойдешь со мной?

— Конечно, — расправил тот плечи, — я глава этой семьи. К тому же кто-то пытался убить меня.

— Тогда не будем ждать, а сразу спустимся.

— С-сейчас? — затрусил вдруг де Цепеш.

— Да, — я схватил его за плечо и подтолкнул к лестнице.

Вампиры, хоть и обладают вечной жизнью, в большинстве своем трусы.

Через несколько минут нам уже запрягали повозку, на которой мы отправились в сторону выхода, найденного мною с Мари. А еще через некоторое время мы встали в начале тоннеля.

— Идем? — я зажег на руке огненный всполох и шагнул в темную неизвестность.

И опять прогулка в обуви по грязному ручью среди каменных стен.

— Как тут мерзко, — крутился Триаль, постоянно поддергивая полы своего плаща и поправляя рубашку.

— Это же подвал, в них никогда не бывает чисто.

— Надо будет закрыть проход, чтобы здесь не шастали посторонние. Подумать только, под домом нашли труп.

— Да, — согласился я, — но чему ты удивляешься? У тебя сколько бригадиров сам дом сгубил.

— И то верно, — устало вздохнул мой спутник, — скорее бы Мари нашла контакт с духом.

Я резко развернулся, отчего вампир буквально врезался в меня.

— А она вам не сказала?

— О чем? — не понял тот.

— Вчера, скажем так, этот контакт состоялся. Прямой. Меня аж на пару метров отбросило.

— Объясни, — потребовал Триаль.

— Мы находились на кухне, когда все ушли. Я приблизился к девушке. Вокруг захлопали дверцы полок. А потом невидимая сила откинула меня к столу.

— Неужели, — явно обрадовался аристократ, — если так, то ремонт явно закончим быстро. А уж с идеями Маши меньше чем через год. Эйден, — вдруг заинтересовался вампир, — а с чего ты приблизился к моей воспитаннице?

— Кхм, — кашлянул, раздумывая что бы ответить.

Рассказывать про несостоявшийся поцелуй не хотелось, тем более про свои подозрения.

— Она молодая девушка, хоть и ведьма. Десая. Надеюсь, ты не будешь пудрить ей мозги?

— О чем ты? — возмутился я вполне справедливыми словами де Цепеша.

— Прошу тебя, не проявляй к ней интерес. Маша с нами ненадолго. После ремонта она хочет уехать.

— Что значит уедет? Куда?

— Мой милый друг, — он вдруг фамильярно похлопал меня по плечу, — для твоего благополучия — и ее тоже, — сообщать о дальнейших планах десаи не буду. Если захочет, скажет сама. Но еще раз настоятельно прошу, держись подальше от Мари.

Неожиданная новость. Значит, семья вампиров воспользуется талантами юной неопытной ведьмы, а потом отправит куда-то в неизвестном направлении? И почему меня это так волнует? С ее характером она не пропадет. Или нет, наоборот, обязательно вляпается в новое приключение.

Мы дошли до места, где был обнаружен бывший советник города.

— Это было здесь. — Я пнул камешек перед собой.

— Что здесь? — не разобрался в моем сообщении Триаль.

— Нашли труп Оллстоппа, — пояснил я.

— Ну и что?

Я махнул рукой. Вампиры. Пусть и живут они долго, но ума у этих существ не прибавляется. Они любят картинные жесты и широкое хвастовство, но в моем деле это не поможет.

— Идем дальше? — хлопнул по спине спутника.

— Ты же что-то хотел показать мне, — возмутился де Цепеш.

Я покрутил головой в отрицательном жесте.

— Скорее, чтобы ты понял, что жить в Ведьминой горе опасно.

— Мы уже несколько лет обитаем в поместье, — не соглашался аристократ, — с нами ничего не случалось.

— А покушение? — парировал его доводы.

— Вряд ли это связано с проклятием. Раз уж ты решил жить с нами, найди того, кто это задумал.

Все, что мне оставалось, это только кивнуть. Триаль прав: не похоже на действие темных заклинаний, тут точно имеет место сговор. Но какую роль здесь играет бывший советник?

Мы шли дальше, устав от разговоров. Через час я уперся в стену с узкой выемкой. Просунув в нее руку, понял, что теоретически можно пролезть в это тесное отверстие.

— Может, ты? — пригласил вампира быть первым.

— Нет, — покрутил тот головой, — готов заплатить за твой взрывной дар.

— Как скажешь, — усмехнулся я и применил магию.

Предыдущие дознаватели столь храбрыми не были. В подвале находились все несущие конструкции, а так как у нас не было чертежей, никто не решился на такой отчаянный шаг. Мне оставалось лишь услышать одобрение нынешнего владельца.

Бамс! — разверзлись врата впереди нас. Тут же образовалась небольшая арка, позволяющая протиснуться среднестатистическому мужчине.

— Следуем дальше? — выгнул бровь, приглашая своего спутника.

— Эйден, — недовольно заметил де Цепеш, — мне кажется, или происходящее приносит тебе удовольствие?

— Хотел бы сказать, что нет, но это будет неправдой.

Раскурочив стену, мы прошли через нее и двинулись вперед. Еще один час в полном безмолвии. Я успел подумать обо всем, в том числе и об отъезде Мари. Да я костьми лягу, но не дам этого сделать. Не знаю, что задумало семейство вампиров, но девушку в дальнее имение им не отправить. Если надо будет, женюсь. За столь короткое время она изменила уклад всего нашего города. Десай Аллен оживился и изготавливает новые артефакты, отложив сон и отдых, тролли-наемники тихо сидят в тавернах, играя в ее придуманные игры, эмпат питается негативными эмоциями, перемещаясь по разным бюро, а я… Я сильно заинтересован в том, чтобы она осталась. Маша мне нравилась, влекла, интриговала. Обидно, что я не чувствовал ответа с ее стороны. А еще брат… хорошо его зная, я понял, что он увлекся, хоть и не делает первых шагов. Девушка примечательна, и это факт.

— О боги, — захрипел вампир, когда мы зашли в тупик.

— О чем ты? — не понял, все еще обдумывая, что можно сделать с десаей Мишель.

— Эйден, ты в сознании? — пытался образумить меня спутник. — Ты не видишь?

Мы зашли как будто в шахту. Вокруг валялись остатки обсидиана, и так редкого материала, на мой взгляд. Стены огорожены деревянными балками, каменный пол расчищен, впереди маячит дверь со стеклянным оконцем.

— Это рубеллит? — завороженно спросил де Цепеш, подцепив каменную крошку со стены.

В его руках оказались красные блестки, переливающиеся на свету моего огня.

— Видимо, да.

— Из них же делают порталы?

— Да, — согласился я, зная общеизвестную информацию.

— Я думал, в Аридии всего две шахты.

— И я так думал, Триаль, — сощурил взгляд и выковыривал большой кусок красного камня.

— Да здесь их просто залежи, — расхохотался вампир, почуяв возможную прибыль.

На его месте я бы так не радовался. Шахта с рубеллитом — чем не причина убивать владельцев поместья и бригадиров?

— Ты понимаешь, что до какого-то времени это нужно оставить в секрете? — спросил я Триаля.

— Конечно, дес дознаватель, — кивнул де Цепеш, — но какое это богатство! Я стану самым значимым вампиром в стране.

В его правах я не сомневался. Пусть становится. Вот только в бригадирах у него значились мой брат и импульсивная девица. И еще это проклятие. Как мне защитить всех?

Еще раз осмотревшись, заприметил дверь.

— Пройдем туда, Триаль? — хлопнул его по плечу, указывая направление.

Де Цепеш мысленно пребывал в казначействе, радуясь неожиданно обнаруженному кладу.

— Да, — рассеянно ответил он, — пойдем.

— Сдается мне, — начал рассуждать я в присутствии вампира, — что Оллстопп знал, что шахта есть, и как-то замешан в этом. По факту, твои богатства, — обвел рукой пространство, — контрабанда. Тебе необходимо доложить об этом во дворец.

Триаль обиженно поправил рукава.

— Я так и собирался сделать, Эйден. Думаешь, я хочу увильнуть от закона?

— Нет, — успокоил своего нанимателя, — просто теперь хоть что-то проясняется.

— И что?

— Что убить тебя хотят из-за этой шахты.

— Да, — еще раз потрепал оборки вампир, нервничая, — значит, кто-то в городе знает о ней?

Дальше делиться подозрениями я не стал. Чуйка, интуиция, провидение — называйте как хотите — подсказывали, что в этом замешан совет. Отбросим де Цепеша, на него и так совершено покушение… кто остается? Подумаю об этом на досуге.

Приблизившись к двери, отворил замок при помощи магии. Хорошо быть дознавателем: не только ловишь преступников, но и учишься у них искусству взлома, подделыванию монет и другим полезным мелочам.

За дверью сразу оказался подъем. Пройдя по нему, мы уперлись в еще одну стену. Здесь точно потайной ход, но из-за того, что мы много прошли, а я плохо знал план поместья, я пока не понимал, куда именно нас привели эти ступени.

— Вернемся обратно? — зашипел вампир в полной темноте.

— Нет, просто надо сообразить, как открывается эта стена, — указал на тупик.

— Подожди, — поднял руки спутник и засучил рукава.

Такой прыти от Триаля я не ожидал.

Де Цепеш не был сильным магом, но, как и все существа, вкушающие кровь, обладал невероятным зрением.

— Я вижу след, — почему-то шепнул он в мою сторону, — подвинься.

Все как скажет хозяин. Отодвинувшись и давая ему пространство, я внимательно наблюдал за происходящим.

Вампир нажал на несколько камней, потрогал негоревший канделябр, и стена отъехала в сторону, пропуская нас в еще одно помещение.

— Как ты думаешь, где мы?

— Тебе виднее, — не без сарказма ответил на его вопрос.

— По дубовым полам, думается мне, что это часть библиотеки, но я тут никогда не был, — заволновался хозяин поместья.

— Вся Ведьмина гора в потайных ходах. Чему ты сейчас удивляешься?

— Мне неспокойно, странное предчувствие.

Понимая, о чем говорит Триаль, так как я тоже испытывал таковое, прошел вперед, рассматривая все вокруг и запоминая детали. Много пустых стеллажей, стол с кривыми ножками, огромное количество пыли и мертвых насекомых. Пустое помещение, им давно не пользовались.

— Эйден, ты это видишь? — встал как вкопанный вампир.

Я посмотрел в ту сторону, где блуждал его взгляд. Посмотрел, а потом осветил все огнем, призывая стихийную магию.

Если бы мне просто рассказали, на слово не поверил бы. Портрет Мари. Вылитая. Только чуть другая прическа, более старая одежда, не такой наивный взгляд.

Подойдя ближе, смог прочитать имя — Ираида.

— Это невозможно, — громко зашептал Триаль, — Маша, она же п….

— Кто? — перебил его стенания.

Хозяин поместья явно растерялся, не ожидая, что я расслышу тихую, почти беззвучную истерику. Но если у вампиров в темноте острое зрение, то у оборотней такой же острый слух и нюх.

— П-п-п-первая в бастардах у Мишелей, — солгал мне тот.

А то, что он солгал, я понял с первой секунды. За Машей и так шлейф необычности, а сейчас он достиг невероятных размеров.

* * *

Маша Антонова

Ну все, можно считать, что я окончательно покорила ремонтников. Краскораспылитель удивил всех домашних, Анна-Луиза даже проговорилась, что, как только окажется в городе, тут же приобретет новинку, чтобы закрасить стены у себя. Ее там муж немного огорчил, и месть заключалась в том, что жить им теперь в ярко-розовых феечных комнатах.

Гном Орест восхищенно шептал: «И без магии, я смогу и без магии».

Понимаю, тяжко волшебному существу без этого самого волшебства. Там, где у нас прогресс, у них м-м-м-м… иллюзия. А ведь десай Гундобад в команде являлся маляром.

Маги же восприняли изобретение прохладно. Ну и пусть, им живется проще. Как говорится, на критиках опыты ставят, когда крысы заканчиваются. Правда, когда я огласила свое замечание, строительная бригада попятилась.

Зато какой спрос среди обычного населения! Теперь нужно съездить к десаю Аллену, чтобы разъяснить, что такое маркетинг. Пора запускать рекламные кампании. Так и вижу: «Не тормози — распыли» или «Потому все распыляют», а еще «Не кисни — с распылителем зависни».

— Ты опять восхитительна, Мари, — сразу хором обратились ко мне браться-песцы, оторвав от сумасшедше-мыслительного процесса.

Как объяснить мужчинам из девятнадцатого века, что такое креатив? Сощурив взгляд и подозревая какую-нибудь уловку, ответила:

— И только?

Брюс и Роберт были на редкость открытыми парнями. Их пошлые шутки за короткое время я научилась сносить с твердой невозмутимостью. Да и чем меня удивить? Тут если молодой девице показать палец, она раскраснеется и убежит. Узнай они, как в нашем мире ходят на пляж, в фитнес или сауну, скорее всего, поступили бы, как та самая гипотетическая девица.

— Ну что ты, — подхватил Брюс, — вообще-то, я хотел пригласить тебя в таверну на ужин.

— Нет! — перебил его брат. — Мари, пошли со мной!

— Девочка! — громко крикнула экономка. — Приличные десы по тавернам не ходят.

Оборотни поникли под суровым взглядом Анны-Луизы, но потом переглянулись и воспряли духом.

— Так она десая, — радостно провозгласил Роберт.

Ну, знаете ли! За такие слова на голову роняют канделябр или еще что-то потяжелее. Потом поднимают и роняют еще раз.

Пока я краснела и бледнела в цвет семейки вампиров, не успев присмотреться к местным средствам освещения, все пересуды и вопли прервал Кевин.

— Мари никуда не пойдет! А ты, — бросил суровый взгляд на младшего песца, — изучи этикет. Кто такое женщине говорит?

Могла бы поспорить. Мужчины часто несут несусветную чушь. Но за меня вступились, и это приятно. Надо же и девочку включать иногда.

— Маша, — галантно подал руку глава ремонтников, — могу я попросить об аудиенции?

Вскинув брови, кивнула.

— Ага, — мимоходом промыслил Пират, — один раз — не ловелас, второй раз — не п…

— Ну, попадись мне кто-то, — перебила я и думала, не смотря на фамильяра, но так, чтобы он слышал, — и игра в «догони его кирпич» покажется детским развлечением.

Пират дураком не был. Прижав хвост, прошептал что-то похожее на извинения и убежал прочь.

Так мы и ушли, дойдя до помещения библиотеки и оставив за дверями команду, прислугу и кота с его сарказмами.

— Ты что-то хотел? — спросила первая, зная, что Кевин может долго собираться, прежде чем сказать.

В ответ на мои слова он мялся, кашлял и одергивал одежду. Немного зная оборотня, удивилась его поведению — совсем на него непохоже.

— Маша, — наконец решился он, — не знаю, заметила ли ты, но мой брат проявляет к тебе излишнее внимание.

М-м-м-м, слон в посудной лавке тише выглядит.

— Не понимаю, о чем ты, — включила кокетку, не захотев признаваться в очевидном.

— Я переживаю, — придвинулся вдруг волк, откинув мешающую мне прядку с лица, — Эйден — настоящая ищейка. Он не успокоится, пока не выведает, кто же ты такая.

Приметив теплый жест, все же отодвинулась от мужчины. Слишком много маскулинности для несчастной попаданки.

— Спасибо за сочувствие, Кевин. Но ты зря переживаешь. — выдохнула, пытаясь его успокоить. — Эйдену любопытно, я все-таки та самая ведьма или нет. Проклятие и все-такое.

— Ты не понимаешь. Это только дело времени, когда он все выяснит. Де Цепеш тебя не защитит.

— И что ты предлагаешь? — тут же уперла руки в боки, раздумывая над проблемой.

— Он не будет присматриваться к тебе, прими ты мои ухаживания.

Мы оба обомлели. Я от услышанного, а Кевин оттого, что все-таки решился высказаться.

— Ты… ты, — заикалась я, — хочешь ухаживать за мной?

— Ты не заметила? — оборотень сменил тон на вкрадчивый. — С первого дня ты начала волновать мои мысли.

Вот вообще нет. Маша Антонова из тех людей, кто абсолютно не понимает намеков. Разденься он догола и признайся в любви, я продолжала бы раздумывать, чего же хочет от меня чертов донжуан. Даша, кстати, такая же.

— Мне очень приятно, — попятилась в поисках опоры, — просто невероятно….

— Что тебя смущает?

Магия? Вампиры? Оборотни? Полтергейст в доме в роли вуайериста? Все.

— Кевин… — вздохнула я.

— Мари, подожди, — понял, что хочу сказать ему, оборотень, — давай сходим на одно свидание, и там ты решишь?

Я задумалась над ответом. Как только с моих губ было готово сорваться долгожданное «да», нас прервали.

— А вот и мы! — поправил грязные оборки Триаль, появляясь из стены.

— Вот именно, — подтвердил хмурый дознаватель.

Не знаю почему, но в мои чувства прокрались стыд, неловкость и ощущение неминуемого скандала.

Но при виде этих молодцов — а де Цепеш явно заслуживал всеобщей похвалы: это же надо, залез в подвал, испачкал одежду, влез в тайный проход, чумазый, грязный, испытал все прелести общения с дознавателем, — решила не выеживаться. Как говорит Пират, — а он слишком много говорит: «Чем нелепее мы выглядим со стороны, тем позорнее будет ваше поражение».

— Какая радость, — приложила ладонь к груди.

Даже отдаленно этих эмоций не испытывала. Хотелось бы знать, что услышали Эйден и Триаль, выбравшись из-за стены.

— Вы откуда? — хмуро спросил Кевин, продолжая испытывать мое самообладание своим взглядом.

Мы-то оба понимали, что я была в шаге от согласия.

— Как видишь, — кивнул его брат на отъехавшую стену. — И есть важная информация.

— Ты подождешь? — наконец оторвался от меня оборотень и поднял голову на старшего де Рибера.

— Дело не терпит отлагательства и напрямую касается Мари, — недовольным тоном заключил дознаватель.

Я и вампир молча наблюдали за происходящим. Мне даже лень было реагировать на свое имя. Два волка в человеческой ипостаси явно испытывали терпение друг друга. Нам оставалось только переводить взгляд с одного на другого, как будто мы смотрели теннисный матч.

— А? — все-таки отозвалась я на имя, когда тишина затянулась. — Я-то тут при чем?

Де Цепеш лишь горестно вздохнул, но никаких пояснений не дал. Подозрительно…

— Пройдем? — пригласил меня ищейка, подавая локоток.

Ага, идти в темное закрытое пространство с представителем закона? Когда ты явная нарушительница порядка? «Суд перенесут» или «попытка не пытка»?

Короче говоря, идти с ним в застенок я не стремилась. Местный товарищ Берия меня одновременно пугал и волновал. И я еще находилась в раздумьях, чего именно испытываю больше.

— Мари? — вопросительно выгнул брови вредный старший де Рибер.

— Боюсь темноты, — шагнула я назад, врезаясь в широкую теплую грудь второго брата.

— Она пойдет со мной, Эйден, — властно выговорил Кевин, подхватывая мою фигурку за талию.

От таких ноток в голосе я даже обернулась. Не ожидала. Мне хоть и было известно, что глава строителей аристократ, не возжелавший покориться папиной воле, но об этом все часто забывали. И я в том числе.

— Как вам будет угодно, — отозвался недовольный чиновник, стараясь не замечать загребущих рук братишки.

Вот же оборотни. Дай им волю, так они на плечо — и в пещеру отнесут.

— Не бойся, — прошептал и сжал мою ладонь Кевин, — тебя никто не обидит.

За это я и не переживала. Обидеть сама могу, мало не покажется. А вот за возможные проблемы с даром, за неловкую ситуацию на кухне, а в довесок сюда вплелась и ревность — в общем, не стремилась я к близкому знакомству с обоими братьями.

— Смотрите! — театрально указал рукой на темный портрет де Цепеш, когда младший оборотень таки увел меня в темный коридор.

Освещения не было, и трагедию уяснить не удалось. Быстро нашелся Эйден, осветив нам огнем помещение. Но я не я, если не воспользуюсь новыми возможностями.

— Дух, — попросила вслух, забывшись, что не все в курсе моих возможностей, — а можно добавить света в эту комнату?

По волшебству невидимый полтергейст исполнил мою просьбу, и на меня тут же уставились удивленные глаза.

— Давайте потом, — покрутила головой, бросая взгляд на картину.

Там ведь была я. Прекрасная, чуть другая, но все равно я. Да, не та одежда, более томный взгляд, но если не всматриваться, не знать человека, никто и не подумает, что нарисован кто-то другой.

Это казалось чем-то дивным, необъяснимым. Как так? Триаль и Кевин знают, откуда прибыла попаданка Маша, только Эйден остается в неведении. А что уж говорить о том, что в Аридию закинуло не одну несчастную, тут и Дарья влетела непонятно куда.

Прочитав надпись под портретом, узнала, что это Ираида.

— Вот значит как, — мысленно обратилась к хранителю дома. — Ты признаешь меня хозяйкой?

Лампы, зажженные от предыдущей просьбы, замигали.

— Он говорит с тобой? — восхищенно заметил вампир, наблюдая за беспорядочным морганием света.

— Ага, — кивнула, еще не понимая, чем мне обернется такая известность, — попутал меня с той хозяйкой. Вам бы, батюшка, сеанс экзорцизма провести.

— Что? — удивился Эйден.

— Что? — вторил де Цепеш.

— Что?! — не мог не спросить Кевин.

Лампы потухли, а дверь, приоткрытая мной и главой ремонтников, яростно захлопнулась.

Понятно. Язык — враг мой, и все дела. Даже привидение обиделось.

Глава 8. Письма бывают такие разные

Маша Антонова

На следующий день наш маленький отряд детективов-любителей решил разобраться и приоткрыть завесу тайны над зловещей персоной опасной ведьмы. В помощь напросилась и Лидия, которую Триаль ввел в курс дела.

— Подумать только, — причитала девушка, — целая неопознанная комната. А сколько здесь трудов?

Я и два де Рибера восторгов молодой вампирши не разделяли.

— Не ленись, Мари, — подмигнул де Цепеш, — узнаешь побольше о своем далеком предке. Новые заклинания выучишь.

Ага. Оно мне надо. Образование — это то, от чего всю жизнь уворачиваешься, но что-то все равно налипает, хотя я об этом даже не просила.

— Я не ленивая, — мрачно отозвалась, раскидывая вокруг себя свитки с проклятиями, — я просто люблю отдыхать. Это мое хобби.

— А нет ни у кого хобби все упорядочивать? — такой же злой Эйден вчитывался в очередную книгу.

Ой, кто-то самореализацию не любит. Учи матчасть, дес дознаватель. Повторенье — мать ученья. А еще сестра занудства.

Чувствуется, затея бесполезная. Скрытая комната была наполнена волшебными трудами магов-испытателей. Ираида — та еще затейница. Но думается мне, что все нужное и важное скрыто от посторонних глаз, даже если эти глаза и вперились в сию комнату.

— Кажется, я что-то нашла, — радостно провозгласила девушка.

Местный полтергейст, который теперь всегда давал знать о своем присутствии, заколыхал огонь ламп.

В целом, о наличии у себя еще одного подопечного я не переживала. А что? Он невидимый, есть не просит. Помогает. А как с поклонником разобрался… Просто песня… в стиле хардкор и металл.

— Что?! — воскликнули все хором.

Лидия смутилась от столь пристального внимания. Ни дать ни взять, кисейная барышня. Жаль, я не знаю технологию демонстрации кинофильмов. На досуге поинтересуюсь у десая Аллена. Они наших фильмов ужасов про вампирш не видели.

— Вот, — ткнула она пальцем в пергамент.

Мы подошли и хором зачитали текст на оборванном клочке бумаги:

Де Антуанетт всегда славились своими портальными чарами. На наследных землях можно было найти рубеллиты, благодаря которым заклинания перемещения получится отсрочить. Род де Антуанетт — первый и самый прославленный для магов-перемещенцев. Высший род — Де Аннет, покровительница — богиня Фэйт. Большинство представителей — ведьмы, покинувшие наш мир. Род разделяется на…

Дальше текст обрывался, страница вырвана.

То есть Ираида — потомок де Антуанетт? Но ее здесь никто по фамилии не кликал.

По взглядам поняла, что да, это ее род. Оглядевшись, увидела четыре пары любопытных глаз и еще фамильяра, с ехидцей.

— Ты знаешь, как я люблю, чтобы все крутилось вокруг меня, — подумала, посматривая на кота.

Тот, почесав бок, отзеркалил мой взгляд:

— Мы знакомы, так что да.

— Так вот, сейчас не тот случай.

— Боюсь, тебе это не поможет.

Согласна. С вампирами еще можно тягаться, а вот волк-дознаватель мной основательно заинтересовался.

Вздохнув пару раз, отошла назад, утыкаясь в стол.

— Это же хорошо, Мари, — попытался успокоить меня Кевин, — теперь я почти уверен, что Ираида была портальщицей, — еще и подмигнул мне заговорщически.

Мол, все понятно, как ты тут оказалась. Взыграла кровь — и прискакала. Только в тот момент у меня и Даши не кровь взыграла, а остатки клейстера. Нелепица-то какая.

— Неважно кем она была, — отмахнулся его брат, — просто хочется понять связь между нею, Мари, скрытой шахтой и смертью бывшего советника.

— Пф-ф, — скрестил руки на груди бригадир, — все просто. Оллстопп шел по головам. Тебе ли этого не знать? Но головы, как следовало ожидать, закончились. Вот он и оступился.

— Какая нелепая была бы смерть, — заметил мой фамильяр.

— Зато комичная, — не удержалась я от смешка.

Ну вот, привлекла внимание. Как им рассказать про черный юмор? Тут вампиры со скелетами спят.

— Все это неважно, — отмахнулся старший де Рибер. — Род Ираиды и так все знали.

Ну, положим, не все. Здесь ее зеркальная копия присутствует, которая ни сном ни духом.

Антуанетт, Аннет, Антоновы. То есть, возможно, вся наша семья родом из другого мира? Мне надо пару дней с этой мыслью переспать. Пока мозг отказывался обдумывать этот китч.

— То есть Мари из рода портальщиков? — обрадовался де Цепеш, потирая свои узловатые ручонки.

— Да, — выговорил дознаватель, не сводя с меня глаз, — Мари же родственница де Антуанетт, это очевидно. Сходство с портретом ошеломительное.

— Маша, ты слышала? Прочитала? — обратилась ко мне Лидия. — Это же на многое открывает глаза.

— Ага, — вяло отмахнулась я, — и почему меня этот факт не радует?

— Ты повзрослела, — вдруг вступил мой кот, — а еще поумнела и погрустнела. Обычная лестница из трех ступенек для женщины. Причастность к какой-либо темной истории девицу не красит.

— Как мудро, — усмехнулась, взглянув на фамильяра.

— Тебе бы только язвить.

Ой, кто бы говорил. Испытав желание треснуть моего мохнатого друга по хвосту, я уперлась в шкафчик стола и случайно задела резную ручку. Вывернула ее вертикально, и закрытый ящик распахнулся, давая увидеть стопку писем.

— И что это? — гипнотизировал взглядом предметы Кевин, кинувшись к нам, Кевин принялся гипнотизировать взглядом предметы.

— А ты знаком с понятием «капитан Очевидность»? — саркастически ответил вредный кот.

— О чем это он? — посмотрел на меня бригадир.

— Не бери в голову.

Еще одно оскорбление для волка, и, скорее всего, я лишусь домашнего питомца. А Пират только раззадоривался, третируя обоих де Риберов и чувствуя свою безнаказанность, скотобаза пушистая.

— Письма не видно? — зашипел он на всех присутствующих.

Мы кинулись читать. Видно все, мог и не озвучивать. Боги этого мира, почто вы наделили эту животину разумом? Он же нас задрал.

Тексты были личные, наполненные тоской и любовью. Некий Кретьен писал Ираиде, превознося свои чувства. Ответных строчек мы не видели и довольствовались только его сообщениями. Если учесть их количество, уверена, что и ведьма отвечала взаимностью.

— У меня такое ощущение, — недовольно провозгласила я, восседая по-турецки на столе, — что мы в чужом нижнем белье роемся.

— Кто в белье, а кто в капусте, — мрачно откликнулся мой полосатый друг. — У них были дети.

— Не верится, — высказался Эйден, — даже в наше время внебрачные связи не поощряются.

— Но это не значит, что их нет, — я расправила ноги и встала.

С недавних пор меня мучило то, что в Аридии существует такое сильное неравенство, неравноправие и сексизм. Вот попаданки что делают, когда попадают? Вводят невероятные изобретения нашего времени.

Так как просчитав все варианты с электричеством и застопорившись на добыче вольфрама, я впала в ступор и решила развивать социологию и общественные науки. Вдарим толерантностью по этой дыре.

— Ну и что, Мари, — отвернулся оборотень, — дама бы не стала скрывать ребенка.

— Ага, — изогнула издевательски бровь, — я-то пример тех, кого не скрывали, — напомнила о существовании бастардов.

— Она ведьма, им все простительно.

— А если семья, с мировоззрением, похожим на ваше? — не отступала я, припечатав дознавателя к стенке.

— Она права, Эйден, — бросил Кевин, — кто угодно может скрывать что угодно. Было бы желание.

Вот именно. Не мне учить ищейку его работе, но походу этим я и занималась.

— Завершим дела завтра, — оторвался от очередного пергамента старший де Рибер.

В этот момент в библиотеку восемь раз постучали.

— Неужели осьминог? — приложил лапу к груди Пират.

Вот паяц!

Конечно, в Аридии таких животных не водилось. Хорошо, что и фамильяров таковых не было. Я бы не выдержала. В сознании и адекватном поведении меня держало только вера в то, что я вернусь в свой мир.

— Простите, дес де Цепеш, — просунул в дверь голову незаметный Кристиан де Мишель, — пришло письмо от десая Аллена. Я хотел отправить его обратно в город, но он ждет ответа от большинства.

Я, оборотни и вампир углубились в записки, адресованные на наше имя.

«Дорогой друг…

Ожидаем Вас на приеме в общественном сквере седьмого дня седьмого месяца в семь часов вечера.

С гордостью хочу сообщить, что Вас ждет феерическое представление новых изобретений, инструкции по методам их использования, а также развлекательная программа.

Все лучшие изобретения — детям. Помните, артефакторы работают для облегчения нужд обычных людей.

С наилучшими пожеланиями,

Десай Аллен и ведьма Мари Мишель»

— Ни о чем не в курсе, — громко крикнула я, предотвращая вопросы Эйдена.

— Вот совсем не знала? — выгнул тот брови.

Нет, не знала. Десай Аллен молчал как партизан. Да я сама ему про это движение рассказывала, видимо, проникся.

Позови он меня, нашла бы миллион причин не присутствовать, а теперь меня снедало любопытство.

— И мне не стоит идти? — вопросительно взглянула на братьев-волков.

Они окинули взглядами мою фигурку, но за них ответил властный голос Анжелики де Цепеш:

— Точно не стоит. Но раз ты представляешь мое родовое имя, то пойдешь и будешь выглядеть превосходно!

Пришла беда откуда не ждали. Точнее, в лице бледной, темноволосой, но очень красивой женщины.

— Я так плохо выгляжу? — обиженно засопела я, окидывая взглядом ее фигуру.

По сравнению с вампиршей выглядела я не так презентабельно. Анжелика в длинном черном платье с разрезами, с уложенными волосами, при макияже. Она плыла, а не ходила. Эталон женственности.

То ли дело я. Как там в народе говорят? Ловкость кошки, а мне досталась грация картошки? Вся в пыли, кудри сплелись в гнездо, в ставшей серой рубашке и в брюках, которые дамы этого мира игнорировали. Я напоминала ремонтника. С другой стороны, меня близнецы для этого и вызвали.

— Тебе честно или чтобы ты не обиделась? — застенчиво влезла Лидия между нами.

— Мари всегда прекрасна, — встал на мою защиту Кевин.

А вот Эйден промолчал, но не сводил глаз с моей фигуры. Если все так плохо, мог бы и озвучить. Как лезть целоваться, так мой вид не смущает, а как на прием идти, то словно в рот воды набрал.

— Мари, — снисходительно обратилась ко мне хозяйка дома, — ну признай: в таком виде на праздники не ходят. А раз уж ты стала нашей, — она поморщилась, — воспитанницей, то, будь добра, не позорь великий вампирский род.

— Делайте что хотите, — махнула рукой. — Мне все равно.

Я расстроилась. Кому приятно услышать, что выглядишь как чучело. А вдвойне неприятно, когда оборотень, который самую капельку заинтересовал меня, промолчал на такое заявление.

Лидия кинулась к матери с объятиями. Вот кто по-настоящему проникся моментом. Не знаю почему, но молодая девица словно взяла надо мной шефство и все грозила сделать из меня честную аристократичную десу. Ее попытки воспринимала прохладно. Поздно учить этикету, если ты обеденный нож используешь в качестве зубоковырялки.

Я обошла их стороной, прихватив письма Кретьена. Нам не удалось прочесть все, но было интересно. Вдруг я найду, куда делся ребенок Ираиды? Это казалось важным. Наследие и все такое.

— Постой, — догнал меня в дверях дознаватель, придерживая створку.

— Что? — удивленно подняла на него взгляд.

— Куда ты уносишь письма? Это улика.

— Да какая улика, — гневно вспыхнула я, — уже мертвая ведьма с вероятно таким же мертвым любовником переписывались между собой. Какое это может иметь отношение к нападению на Триаля и мертвому Оллстоппу?

— Пока не знаю, — не сдавался Эйден, но путь мне перегородил, — может, эти записки прольют свет.

— Дорогой дес дознаватель, — продолжала я напирать, но решила-таки использовать известную женскую уловку: плакать и умолять, — ну пожа-а-а-алуйста. Дай на один день. Там, — указала на скрытую комнату, — не твое личико изображено.

И, как водится, суровый мужчина с легкой небритостью, с такой же легкостью сдался воплям юной профурсетки. Все мужики одинаковы. Стоит девице поныть и пустить слезинку, они теряются, паникуют и уходят в глухое подполье.

— Один вечер, Мари, — попытался не потерять лицо Эйден.

— Да-да, — рассеянно ответила, перебирая стопку, — утром и принесу.

К сожалению, за всю ночь я так и ничего не нашла. Послания, полные любви и самобичевания, которые не помогли мне хоть немного приоткрыть тайну вредной ведьмы. За что она всех прокляла — это понятно. Умирать никому не хочется, а вот как конкретно звучало заклинание? И почему я так похожа на нее? Тайна осталась тайной.

Не сомкнув глаз, выплыла на кухню в одном халате. Пират решил не вставать: у него была насыщенная ночь с одной красавицей вблизи моего окна. Оттого ночь, кстати, и стала совсем бессонной. Никто не познает боль ведьм, понимающих речь своих пушистых фамильяров в месяцы, когда самки готовы к размножению, как бы дико это ни звучало. Крики разносились довольно громко, а полосатые чудилы решили, что на моем балконе самое романтичное время для их тет-а-тетов.

— Кофе-е-е, — протянула я руку к десае Анне-Луизе.

— Детка! — с испугом отпрыгнула от меня экономка. — Тебе же сегодня к модистке? Что ты с собой сотворила?

А что? Я быстро вгляделась в маленькое зеркальце на стене. Вроде та же Маша Антонова, с синяками под глазами, еще большим макаронным взрывом на голове и серым тоном лица.

— Если еще кто-то скажет, что мой вид оставляет желать лучшего, — угрожающе зашептала, посматривая на прислугу, — поджарю молнией.

— Мари, — поклонился Кристиан Мишель, который как раз выглядел просто прекрасно, — вы очаровательны. Не слушайте завистников.

— Вот, — улыбнулась, пожимая руку секретаря, — учитесь вежливости.

— Простите, — молодой маг поклонился всем присутствующим, — дела не ждут.

И быстрым шагом покинул нас.

— Эх, — развалился в кресле десай Аллен, который повар, — что будем делать с мальчишкой, когда ты, Маша, нас покинешь?

— А что? — не поняла я сарказма, присаживаясь в кресло и принимая из рук заботливой женщины живительный напиток.

— Для вампиров он совсем юнец, еще и обращенный. Влюбится в тебя, а ты уедешь.

— Он вампир? — я выплюнула тот кофе, который успела отпить. — Он же румяный.

Аллен усмехнулся и подбросил в руке тесак.

— Да, юная десая. Ты не знала? Просто его не принимают свои из-за происхождения, вот он и носит амулеты, скрывающие ауру.

— Не пугай девочку, Роберт, — запричитала Анна-Луиза. — Да, Мари, Кристиан вампир. И ты правда ему понравилась. Если он и краснеет, то только от чувств к тебе.

Час от часу не легче. Как ни встретишь хорошего парня, так он гее… тьфу ты, вампиром окажется.

— Ты не пугайся, — заботливо погладила меня по спине экономка, — завтракай и иди собираться. Ты, Лидия и старшие десы де Цепеш выезжают в город. И когда такое было? Рассказать кому, никто не поверит.

— А что нет так? — смутилась я от последних слов.

— С вами поедет Эланора.

— А-а-а-а-а, — расплылась я в улыбке, понимая, о чем она говорит.

Эланора — та еще странная старушка. А уж в темных очках… ядреная смесь.

— То-то и оно, Мари, — подтолкнула меня к выходу добрая женщина, — не заставляй ее ждать. Терпение не в числе достоинств мудрой десы.

Это точно. Ее конек — неожиданное появление из-за угла, склонность к крепким напиткам, замешанным на крови, и непонятные никому реплики.

Через полчаса я была готова к внезапным свершениям, да и вампирши тоже.

— Триаль, — капризно смотрела в прихожей на мужа Анжелика, — жаль, что ты не можешь нас сопровождать.

— Увы, — развел тот руками, — дела не могут ждать. Сама понимаешь, совет.

По злому взгляду женщины я, Лидия и Эланора догадались, что деса де Цепеш не понимает. Но мужчины таких тонкостей не замечают. А зря: претензии-то могут вырасти как кит и стать еще серьезнее, чем бандитская крыша. С другой стороны, существуют вещи, до которых человек или вампир должен дойти сам. Если он этого не сделал, значит, время не пришло.

— Не расстраивайся, любимая, — приторно-сладко откликнулся супруг, — с вами поедут мои добрые друзья — оборотни, — и указал на Эйдена и Кевина.

Те не сильно воодушевились услышанным. Не знаю, что пообещал им Триаль, но думаю, что в просьбе звучало «И пол-шахты с рубеллитом в придачу». Как бы то ни было, брутальные волки собирались вместе с нами.

Запрыгнув в повозку на шесть человек, кучер погнал лошадей в Дримгейт. Расположилась я крайне неудобно. С каждой стороны — по огромному оборотню. Напротив сидели прекрасные бледные дамы, с очками на лице, усиленно изучая мой внешний вид. Подозреваю, что Анжелика прикидывала, возможно ли хоть что-то надеть на меня, чтобы было не так заметно, что я несчастная сиротка, приблудившаяся к ее дому.

В этом деле я им нисколько не помогала. Барские замашки хозяйки уже начинали напрягать. Но, как иногда говорит Дашка: «Нет мира лучше вооруженного нейтралитета». Мы друг другу не нравились, а от этого были честны.

— Что-то нашли в письмах, Мари? — спросил вдруг Эйден.

— Нет, — тяжело вздохнула я, — сплошное разочарование.

— В письмах? Или в целом? — съехидничал тот.

— Конкретно в поместье, — парировала, намекая на всех жителей Ведьминой горы.

Кевин с другой стороны хмыкнул. Лидия поникла, принимая сказанное на свой счет. Ну и ладно, надоело переживать за чужие чувства.

Бессонная ночь не прошла даром, и я постоянно клевала носом, падая то на плечо одного мужчины, то другого.

— Мы приехали, — властно отозвалась Анжелика, положив холодную ладонь на мое колено.

Такие прикосновения, когда тебя как будто потрогал зомби, бодрят лучше любого энергетического напитка, скажу я вам.

Оборотни входить в лавку не решились, а мы своей женской стайкой, выстроившись свиньей (замыкала Эланора), залетели в обитель кружев и лент.

— Нам бы девушек приодеть, — уселась в широкое кресло деса де Цепеш, двумя пальцами указывая на меня и Лидию. — Ей, — она еще раз ткнула в мою персону, — собрать полный комплект. Платья, сорочки, белье, одежда на выход. Никаких брюк. Совсем, чтобы она забыла об этом предмете одежды.

— Будет сделано, — разлетелись девушки-швеи под пристальным надзором своей хозяйки и нашей рабовладелицы (а как еще назвать Анжелику в этот момент?).

— Пройдемте, — подгоняла меня одна из девиц.

— Лидия, — зашептала я, рассмотрев на спине белошвейки крылья и незаметно тыча пальцем.

— Мари, — также шепотом отвечала юная вампирша, закатывая глаза, — это феи. Успокойся. Ведешь себя неприлично.

Как будто я каждый день с такими встречаюсь. Нет бы взять и рассказать о каждой расе, а то мыкаюсь, на собственном опыте учусь. Не удивлюсь, если в городе меня принимают за необразованную сумасшедшую.

Дальше меня ждала пытка. Стоя на постаменте в одной короткой белой рубашке, я терпела мучения, причиняемые труженицами. Порядком истыкав меня иголками, унизительно измеряя объемы, толпа юных фей записывали все цифры в тетрадь, громко оглашая оные. Но наступает момент, когда нужно покончить с делом, или дело покончит с тобой.

— Может, хватит? — я подняла руки и почесала одну ногу об другую. — Еще ничего не готово?

— Вы, десая ведьма, — обратилась ко мне одна из швей, — не переживайте. К концу дня мы подгоним комплекты. Совсем забудете об этих штанах, — и с презрением покосилась на мои лосины, одиноко лежащие на полу.

Жалко. Хорошая же вещь, удобная. Стоп! Что значит — к концу дня?

Жизнь меня к такому не готовила. Одно дело, когда ты привык одеваться в масс-маркете, но в этом мире у богатых готовое платье — моветон. Все шилось сразу, по фигуре. Смотрится это убранство отлично, но сколько же времени теряешь на примерках, при выборе фасона, утверждении каждой оборочки, ленточки, рюшечки. Магия им в помощь, но это не для меня.

Лидия, Анжелика и даже чудная Эланора к этому привыкли. Но я-то Маша Антонова, живущая по принципу: «Если вам нечего делать, то не надо это делать здесь».

— А ускорить процесс никак нельзя? — заныла, словно пятилетний ребенок.

— Но, десая, — всплеснула руками фея, приставленная ко мне, — красота не терпит спешки и требует жертв.

И судя по всему, кровавых, так как скоро я начну убивать. Или деса де Цепеш. Она может. Любые слова, вылетавшие из моего рта, бесили ее невероятно.

— Так долго? — использовала я прием дрожащей губы.

В институте это срабатывало. Может, и в Дримгейте прокатит?

— Я постараюсь быстрее, — заметалась юная дева, — но вы же хотите выглядеть прилично? Если вы приходите в ателье десы де Мартепрон, никто не уйдет отсюда немодным или плохо одетым.

— Да? — решила съязвить и вогнать в ступор швею. — То есть — кто отказывается, не уходит? У нас дознаватель за дверью.

— Никто, — поводила та глазами, ища свою хозяйку.

Значит, предположение про жертву было верным.

— Мари, — услышала нытье Анжелика и медленно зашла в комнату. — Ты должна понимать, какая честь тебе оказана. Перестань паясничать и жди, когда прислуга закончит работу.

У десы де Цепеш была прекрасная надменная привычка. Не то чтобы презирать быт, а в упор не замечать его. Подумаешь, проведем час, одевая недостойную десаю, когда дом разваливается по кирпичику? Спим с потухшим камином? Так вампирам тепло не требуется. На улице в ожидании томятся двое мужчин, не обязанных это делать? Пусть ждут — сами напросились.

Надо у нее поучиться. Женственность во всем ее проявлении.

— Хорошо, — буркнула, сдаваясь томному голосу брюнетки.

Хочешь-не хочешь, но вкус у этой дамы имелся. А мне на приеме блистать, я вдохновительница артефактора, его партнер и вообще замечательная девушка.

Продолжая тыкать в меня булавками и замерять параметры, фея заработалась, а я практически познала дзен. Но нас прервали. Жестко, некрасиво и позорно.

По громким визгам, раздававшимся из комнаты, где занимались Лидией, я и Анжелика поняли, что происходит что-то нехорошее.

— Позовите оборотней, — кивнула ей, а сама схватила подсвечник.

Повертев тяжелый предмет в руках и пару раз взмахнув им, подумала, что оный отлично подходит как холодное оружие.

— Ты уверена в том, что делаешь? — испуганно округлила очи де Цепеш.

— Напяливайте очки и проверяйте, — отозвалась, размахивая подсвечником.

Трусливой я не была никогда. У меня самый искренний смех — злорадный.

— Стоять! — разбежалась я и толкнула соседнюю дверь ногой. Хлипкая конструкция оказалась. И куда хозяйка смотрит?

Моему взору открылась такая картина: зажатая мужчиной Лидия в такой же белой сорочке пыталась от него отбиться. Однако у взращенной местной культурой девицы, рассчитывающей на помощь ближнего, этого не получилось бы.

Злоумышленник откинул юную вампиршу и приблизился ко мне.

— Теперь не такая храбрая? — спросил меня глухой рычащий голос. — Не двигайся, ты-то мне и нужна.

Ага, бегу, и волосы назад.

— Нет уж, — сделала шаг в сторону, — давайте как-нибудь без меня.

— Меня предупреждали, что ты с приветом, — начал плести заклинание бандит.

Нет, определенно надо заняться своей магией. Уже второй раз мне потребовалась защита, а с моим характером я буду постоянно нарываться на неприятности. И где эти волки-ищейки, когда они так нужны?

* * *

Эйден де Рибер

Что я, что брат, — никто из нас не собирался соглашаться на щедрое и посыпанное монетами предложение сопровождать женщин Триаля де Цепеша к модистке, но, услышав заветное имя, мы согласились, словно псы в ожидании кормежки.

Мари.

Кевин был ею покорен, но, обладая скромным характером, не признавался в чувствах. Один раз я уловил, как брат приглашает юную ведьмочку на свидание и почти рассвирепел.

Я, значит, по подвалам лазаю, дабы никто не подумал обвинить эту бедовую десаю в преступлении, а она зажимается по углам с оборотнем. Но по ее глазам тогда понял, что предложение брата ее сильно смутило, хоть и с губ вот-вот слетело бы заветное для него «да». А дальше у нас не было возможности остаться наедине, а может, она меня и избегала.

Но вот Триаль попросил о помощи, и я ведусь, словно являюсь не городским служащим, но его личным телохранителем.

— Перестань драконить Мари, — обратился ко мне брат, когда мы остались снаружи модной лавки, проводив туда всех женщин.

— Я даже не собирался.

— Она тебя интересует, я вижу, — чуть ли не топнул ногой Кевин.

— Даже если так, — скрестил я руки на груди, — что мне мешает проводить с ней время?

— Отступись, — прорычал тот, выдавая в себе оборотня и проявляя звериный оскал.

С братом у нас сложные отношения, и не очередной девице их разбивать. Но…

— Не в этот раз, — покачал головой, — лучше сам скажи, что в ней не так.

А то, что Маша — девушка очень необычная, я понял. Вокруг нее всегда ореол таинственности, загадочности и необъяснимой туманности. Саркастичный фамильяр, признание домашнего духа, идентичный портрет. Но даже это не смущало. Она такая настоящая, трогательная и забавная. Никто из моих знакомых дам не мог похвастаться такими качествами. Все боялись показаться смешными — кроме Мари.

— И ты, наследник отца, готов привести в дом ведьму? — насмешливо спросил брат.

— Видимо, да, — пожал я плечами.

О таком я не задумывался, но меня никогда не интересовали мимолетные связи. Если деса мне интересна, я ждал одобрения ее от своей семьи. Если рассматривать на эту роль десаю Мишель, то никто от нее в восторге не будет. Скорее, в ужасе. Может, меня ждет порицание похуже того, что испытывает младший.

— Не смеши, — бросил Кевин, — ты поиграешься и устанешь, — а потом почти умоляющим тоном добавил: — Прошу тебя, ради нашей дружбы, отступись.

Ответить я не успел. Дверь распахнулась, и на лестницу выбежала Анжелика де Цепеш.

— Там! Там! — тяжело дышала она и указывала пальцем на вход. — Крики!

— Что? — тут же напрягся брат.

— Помогите, — обмякла в его руках женщина.

Я не стал ждать, тут же побежал во внутренние комнаты, минуя холл. Никакого шума не слышно, но если так, то для обитателей это, скорее всего, плохой знак.

Распахнув очередную дверь, увидел, как фигурка ведьмочки с канделябром наперевес отбивается от мужчины. Где-то в отдалении маячили Лидия с Эланорой.

— Уходите! — крикнул им, собирая магический резерв.

Бабка-вампирша, недолго думая, толкнула внучку на балкон и скрылась за стеклянной дверью. Хоть за кого-то переживать меньше.

Злоумышленник стал понимать, что не одолеет матерого дознавателя. Не знаю, какие у него планы на Машу, но в живых он оставлять колдунью не собирался.

— Ай! — вскрикнула она, получив укол заклинанием, прошедшим по касательной и задевшим ее стройную фигуру.

Девица плохо справлялась с магией, но отлично понимала, что такое уворачиваться. А это искусство использовать подручные предметы, мммм… В этом Мари нет равных.

Отлично соображая, что я его схвачу, бандита открыл арку портала и переступил границу, но ведьма метнула в него тяжелый золотой подсвечник, пропавший из виду, когда враг скрылся. Уверен, удар от данной вещи болезненный. Маша не только осталась в живых, но, возможно, и нокаутировала бы противника. Дать ей время, так она и меня сможет заменить на страже правопорядка.

— Больно, — жалостливо отозвалась девушка, взглянув на меня своими бездонными глазами, когда я приблизился.

Моя Маша. В белой тонкой сорочкой с подпалинами по подолу. Сколько ты продержалась, пока Анжелика не позвала на помощь?

Подхватив тонкую изящную фигуру, помог ей присесть.

— Тебя ранили?

— Наверное, — хмыкнула неукротимая девица, показав мне ладонь, которую прижимала к боку. С пальчиков стекала ее собственная кровь.

— Тебе нужна помощь! — изрядно напугался я, но старался сдерживаться, чтобы паника не передалась ей.

— Ты просто капитан Очевидность, — закатила та глаза и страшно обмякла.

Не думая о последствиях, я тоже воспользовался своим преимуществом и активировал портальный камень. Сегодня выведу ведьму на чистую воду и поговорю с ней, но для этого надо вылечить девушку.

Глава 9. Допрос и дятла вижу

Маша Антонова

Сладко потянувшись, я надеялась найти пушистого мохнатого кота, который под утро любил забираться под мой бок. Но такового не нашлось, а распахнув глаза, я узрела, что нахожусь не то что не в своей спальне, а вообще в незнакомом помещении.

Меня царапала какая-то непонятная мысль, но я пока не могла обдумать произошедшее. Что вчера было? Ощущения сродни похмелью и затяжной ангине.

— Вижу, ты пришла в себя, — произнес голос сбоку.

— О, — спряталась я под одеяло, — Эйден. Как неприлично, фу-фу-фу.

Не зря меня воспитывала Анжелика. Наука даром не прошла. Будем отталкивать эту хитрую моську.

— А как я здесь оказалась? — решила не строить из себя невинность.

— Модистка, вампиры, нападение, — попытался напомнить оборотень.

— Ага, — я кивнула, словно заведенная, — ранение, брошенный подсвечник и много крови.

Точно, я же стала жертвой преступления. Чуть приподняв одеяло, решила осмотреть раненый бок. Увидеть ничего не удалось, так как все прикрыто целомудренной белоснежной одеждой, но на ощупь было неприятно.

— Признавайся, — прорычала, подражая волку, — кто меня раздел?

— Я, — почти без самодовольства заключил Эйден, — ты истекала кровью.

— О, — я нахмурилась, надеясь, что то злополучное кровавое пятно было не таким серьезным, — это не требовало отлагательств?

— Еще как, — понял мою несуразную речь оборотень.

Так-с. Что мы имеем? На меня — и это точно — напал какой-то проходимец. Ранил, а я не смогла воспротивиться. Теперь янепонятно где, в руках городского чиновника. Да ты, Мари, влипла по самое не хочу.

— Позволь спросить, — откинула одеяло и спустила ноги на пол, — а что я делаю здесь? Ты не должен был оттащить мое бездыханное тело к де Цепешам?

Эйден встал, подошел поближе, принюхиваясь, а потом обратно накрыл мои конечности покрывалом.

— Сначала хотел тебя выходить, а уж потом, нетронутую, возвращать вампирам.

Ха, так это поздно уже. Хотела было заулыбаться. Но волк такого сарказма точно не поймет. У них там какой-то пунктик на сорванном цветке. Но это без меня, даже вникать не хочу.

— А что помешало? — вместо задуманной ехидности спросила то, что спросила.

— Мари, — прикрыл он глаза. — Перестань паясничать. Я дознаватель. Хочешь ты того или нет, а за тобой уже давно тянется странный след из событий.

— Вся во внимании, — я чуть притихла, в очередной раз скидывая одеяло с ног и думая о том, что может сказать де Рибер. Кстати… — А Кевин? — выгнулась вся в нетерпении. — Он-то где?

— Пытался пробиться сюда, но не смог, — опять мои конечности заботливо были укрыты оборотнем.

Да что такое.

— Эйден! — почти взвизгнула я, окончательно отбрасывая одеяло. — Давай начистоту: незачем меня одевать, я и в сорочке пройтись могу. Что произошло? Бандит убежал, вы упустили его?

По натянутой улыбке поняла, что я капец как проницательна. Что взять с городских служб? Они никогда не упустят возможность упустить возможность.

— Почти права, Мари. — хмуро отозвался мой волк, — я был так занят тобой, что не стал гоняться за зверем, прыгнувшим в портал, но, думаю, то был дракон.

Интересно. В сказках моего мира драконы либо благородные существа, либо падлы скопидомские. Если тот — ящер, к какому виду относится? Надо будет пустить здесь слух о Раскольникове. Да и вообще, классическая литература всем пригодится.

— За что девушку обидели? — повернулась к дознавателю.

— Не знаю, — он не смотрел на меня, — но верь, выясню и накажу.

По его грозному тону поняла, что дело приобрело оттенок личного и де Рибер выяснит, покарает, а потом еще раз покарает. Но у меня времени на все это нет, как бы я ни хотела познакомиться поближе с дознавателем, — ремонт, прием, а дальше поиск Даши.

— Мне надо домой, — пробурчала, показывая на свой внешний вид.

Спасибо за помощь ищейке, но одежды в моих руках не прибавилось, только рубашка стала чуть более строгой. Что за мода в этом Дримгейте?

— Не переживай, — устало вздохнул Эйден, — я подготовил одежду, да и твой комплект у модистки не пострадал.

Вспоминая ужас, пережитый у названной дамы, я как раз надеялась, что одежда пострадала.

— И никто меня не искал? Почему ты забрал меня к себе?

Де Рибер сразу сел рядом.

— Ты так наивна, Маша. И не умеешь пользоваться силой. Кто угодно может тебя обидеть.

С такими замечаниями я согласна не была. Это Лидию, Анжелику, может быть (полной уверенности я не испытывала), Эланору могли, а я… я Маша. Я знаю, как постоять за себя.

— Я неплохо справлялась, — повернулась к соседу по кровати.

— Верно, — тот слабо улыбнулся и обнял меня. — Но не думай, что это нормально.

— Как знать, — попыталась вырваться. — В моем поселке любят самостоятельных женщин.

— Где же ты росла?

— В полном захолустье, — ха, если можно так говорить о Москве.

— Я рад, что могу ухаживать за тобой, — почти мне на ухо прошептал тот.

Слишком близко мы находились друг к другу. И рядом нет ни фамильяра, который прискачет с очередной язвительной фразой, когда я думаю о мужчинах, ни духа дома, считающего, что он защищает от поползновений.

— Эйден, — повернулась к нему лицом, надеясь, что он не станет выспрашивать, но сразу все поймет.

— Мари, — и он все понял.

Наши тела сблизились. Потеряли голову, пошли на контакт. Он наклонился, я тоже, он был совсем рядом, я тоже. Коснулся губ, так нежно, аккуратно, словно распробывая. Я сжалась и стала такой же робкой. А потом… Он почувствовал свою безнаказанность и власть. А я… Я поддавалась. За движениями оборотня следовали мои, за его языком следовал мой, как будто я повторяла то, чему он мог научить. Но вот сладостный миг прервался. Эйден отпрянул от моих губ, а я, облизав свои, так и не смогла посмотреть в его глаза.

— Тебе нужно вернуться к домашним, — отстранился дознаватель..

— Верно мыслишь, — согласилась с ним, но в душе ожидала большего.

Боги этого мира и моего, отчего везде парни словно косноязычные деревья, — не в состоянии сказать женщине, как она им дорога.

— Собирайся, — бросил мне ворох одежды оборотень.

— Угу, — проводила я взглядом своего спасителя.

Вот что мне делать? Не обращать на него внимания? Строить из себя кроткую десу или соблазнить местного ищейку? В голове всплыл образ Даши. И на том спасибо. Отрезвляюще. За всеми перипетиями местной жизни совсем забыла о поиске сестры.

— Ты скоро? — раздался голос за дверью.

Вот волк! Не подождать, не уйти по делам. Кто вообще болезненную девицу поторапливает?

Встала и начала собираться. Мне как можно скорее необходимо оказаться в поместье. Подумать только — на меня покушались! Что-то — может быть чутье, как у сыщиков из книг, которые я любила читать, — подсказывало, что это связано с советом. Я сильно злила тех своими народно-хозяйственными изысканиями. А еще братья де Рибер… И папе их не понравилась.

Не мир, а цирк уродцев… тьфу ты… волшебных существ.

— Готова, — крикнула, уверенная, что брутальный мужчина и не уходил со своего поста. — Эйден, — обратилась к спасителю, как только тот вошел, — а де Цепеши и Кевин? Как они отнеслись к тому, что ты забрал меня в свой дом?

Он не стал отвечать, а расправил покрывало на кровати.

— Это неважно, — все-таки подал голос, — идем.

— Куда?

— В повозку.

— М-м-м, — скривилась я, смутно припоминая, что сюда я попала другим путем, — а порталы?

— Ну нет, Мари, — ухмыльнулся старший брат бригадира, — мы хоть и обнаружили шахту с рубеллитом, но в Дримгейте нет портальщика, способного настроить все камни. Так что воспользуемся древним способом.

Еще каким. На приеме обязательно поговорю с Алексом насчет большего комфорта в повозках, только сильно распространяться не буду. Вдруг мне и Даше придется здесь остаться? Стану местным Генри Фордом.

— А в караоке поедем? — поддразнила оборотня.

— Куда? — не понял тот.

Вот блин, наука Анжелики выветривалась, словно алкоголь из крови. Болтун — находка для шпиона. Шпион — находка для болтуна. Симбиоз трепачей в природе. Это про меня и Эйдена де Рибера. С другой стороны, а как у них тут тогда развлекаются?

— Неважно, — отмахнулась, и чтобы перевести тему спросила: — А как жители Дримгейта развлекаются?

— В смысле?

— Ну, — немного растерялась, — это ты здесь трудоголик, а что делают остальные?

— Маша, в карету, — закатил тот глаза.

Я обратила внимание на закрытую повозку с окнами на каждую сторону. На всех стенах изображен герб с двумя волками. Вспоминая историю, подумала, что это обозначение семьи де Рибер. Все-таки оба брата принадлежат к древнему роду.

Забравшись и устроившись поудобнее, опять задала свой вопрос.

— Ну правда, — улыбнулась Эйдену, — как в Дримгейте с развлечениями?

— Ты же была в таверне, — выгнул брови дугой дознаватель, — теперь половина мужчин играет в покер.

— А-а-а, точно, — хлопнула себя по лбу, — я же десая Варгарба научила.

— Если бы только его, — хмыкнул ищейка. — Сам думал попробовать.

— А что остановило? — улыбнулась, предполагая ответ, в котором говорилось бы о том, что серьезные люди такой фигней не занимаются.

— А потом, на кухне де Цепешей, вся прислуга узнала про Кровавую Мэри и «Мафию», Маша.

Вот тут я решила примолкнуть. Вечер закончился бы очень томно, не дай о себе знать местный полтергейст. И по взгляду на волка поняла, что он вспоминал то же самое. И поцелуй… Точно, час назад я целовалась с дознавателем, от которого, по идее, должна скрываться и убегать. С моей активной жизненной позицией и постоянным влипанием в опасные ситуации я не успела обдумать сей момент.

— Да, — почти прошептала, прерывая неловкую паузу между нами.

— Мари, — вдруг напрягся де Рибер, — наклоняясь ко мне, — что в тебе не так? Ты не тушуешься при мне и при важных людях. Не боишься Анжелики и смело ей отвечаешь. В твоей голове все новые изобретения.

— Это преступление? — почиркала ногой по полу. — Не испытывать чинопочитания и придумывать что-то новое?

— Нет, — опять откинулся на спинку Эйден, — но, согласись, — привлекает внимание к такой десае.

Что сказать. Жизнь бьет ключом. В моем случае, всегда гаечным. И притом по голове.

Мы оба испытывали неловкость, и дальнейшая беседа не клеилась. Так и доехали до поместья, сохраняя молчание.

— Мари, — распахнул дверь Кевин, едва я ступила на ступеньки дома. Он пробежал несколько метров и сжал меня в объятиях. — Мы так волновались.

— Все в порядке, — не очень уверенно отозвалась я, пытаясь вырваться из стального захвата. — Эйден мне помог.

— Да, — тут же помрачнел бригадир, — мой брат.

Отреагировать на хмурый тон друга не успела. На шею бросился Пират, изрядно исцарапав мне руки.

— Машенька, родненькая. Ироды, умертвить пытались.

— Упокойся, пушистый, — погладила фамильяра, пытаясь остановить его пробуксовку по моему телу, — да любой бандит пожалеет, что со мной встретился.

— Ага, ведьма, — проворчал тот, — для этого совсем необязательно быть бандитом. Я вот кот, и тоже пожалел. — А потом он мысленно добавил: — Помни, ты ненастоящая ведьма и не супергерой, чтобы здесь силами со здоровяками мериться.

— Продолжай думать именно так, — отзеркалила мысль коту. — Считай, что Антоновы непобедимы.

— Мы все умрем, — закатил мой друг глаза.

— Чего это он? — удивился Эйден.

Пират прижал уши, осознав, что вырвавшаяся фраза произнесена вслух.

— Пророчит скорую кончину, — ухмыльнулась в ошарашенные очи оборотней и таки зашла в распахнутую дверь. — Фамильяры и не такое могут.

В гостиной меня встречали обитатели Ведьминой горы, улыбаясь в свои острые зубы.

— Мари! — с лестницы спустилась гордая Анжелика и встала около меня в замешательстве. А потом совершила неожиданное — обняла. Но не так чтобы с душой, трепетом и чем-то теплым, а испытывая некую брезгливость и стараясь быстрее оторваться от меня. — Не знаю, как тебя благодарить. Ты спасла нашу дочь.

Будем считать, что в отношениях со злобной аристократичной вапиршей наметился прогресс. Убить и избавиться от меня у нее уже нет желания.

— О, — засмущалась я, — всегда рада помочь.

— И как мы жили без тебя, дорогая воспитанница, — распахнул руки Триаль.

Так, кажется, меня хотят потискать все присутствующие. А обнимашки с ночными существами — не самое приятное занятие. Они, конечно, милашки, но то и дело к шее принюхиваются, чтобы близнецы про доноров не говорили.

— Все, — скрестила руки, — брейк. Можно я отдохну?

— Конечно, — бросился мне под руку Жофре, стоявший до этого поодаль.

А его и Эланору я бы всегда избегала. Странные они ребята.

Вырвав руку, пролепетала:

— Да я и сама могу.

— Может она, — опять ехидный голос Пирата хозяйничал в моей голове. — Каждый уважающий себя человек должен испытать приставания вампира-эмпата.

— Я себя не уважаю, — сверкнула взглядом на полосатую сволочь.

Чего он добивается? Чтобы я хвост ему дверью прижала?

Вдоволь наобнимавшись с близнецами и почти плачущей Лидией (такой она нытик), покинула общий холл и поднялась к себе.

— И какие у нас теперь планы? — уже вслух спросил фамильяр.

— Хочу разобраться во всем этом, — провела рукой по комнате, указав на окно.

— Может, не надо? — скривился кот. — Будь благоразумной. Ты чуть не погибла.

— Ну нет, — сузила глаза, лихорадочно размышляя, — я не хочу вести себя разумно. Я хочу быть мелочной и мстительной. Кто-то же пытался меня убить.

— Но, если ты здесь останешься, может пострадать твоя репутация, — вдалбливал мне обеспокоенно друг.

— В деле отомстителей, — я зловеще улыбнулась, — лучшая репутация — это ее отсутствие. Взаимно гарантированное уничтожение мотивирует, знаешь ли.

* * *

Эйден де Рибер

Ведьма ушла, подхватив своего фамильяра, а я остался наедине с братом, который сверлил меня взглядом.

— Воспользовался случаем, значит? — недовольно проговорил тот вместо приветствия.

— Не понимаю тебя.

— Увел Машу у нас из-под носа и переместился к себе домой.

— Кевин, она была ранена! — вдалбливал я ему. — Ее задело разящим заклинанием. Что я должен был сделать?

— О, — с сарказмом ответил брат, — может, отнести ее сюда? В особняк к опекуну?

— Истекающую кровью девицу — в логово к вампиром? — передразнил я его тон, а потом продолжил нормальным голосом. — Перестань ревновать Мари. Вряд ли она даже думает о тебе.

Я вспомнил наш поцелуй. Рассказывать брату о нем не собирался, пока не переговорю с девушкой. Стоит объясниться, я не склонен к импульсивным поступкам, а это что-то значит. Но я пока не разобрался в чувствах, кроме одного — чистое любопытство. Но по такой причине не целуются.

— Посмотрим, — разозлился брат и отвернулся, — в этом доме не только вампиры водятся, но и волки, смог бы защитить, — пробурчал он себе под нос.

— Да, — не удержался я от укола, — я пока только дятла вижу.

— Отвали, Эйден, — окончательно рассвирепел Кевин, — и от Маши отвали!

— Это пусть она сама решает!

Мы разошлись. Как бы того ни хотелось, но десая Мишель вбила между нами клин. И это плохо. Прошлые отношения младшего де Рибера закончились тем, что его ветреная пассия, обиженная нашим грозным отцом, кинулась мне на шею в попытках отомстить. Та тоже была ведьмой — напористой, сильной и необычной. История немного повторяется, вот только колдунья не такая смышленая. Либо Мари — впечатляющая актриса.

Как бы то ни было, но у меня накопились дела. Смерть Оллстоппа, нападение на Триаля, а теперь и на Машу. Определенно, это связано с шахтами и поместьем.

В раздумьях я прошел в дом и дальше в библиотеку. После бурной встречи спасительницы хозяева Ведьминой горы разошлись кто куда, успею поговорить со всеми. Сейчас хотелось опросить именно Лидию де Цепеш.

— Деса де Цепеш, — постучался, прежде чем войти.

— Да? — подняла свое красивое личико юная вампирша.

— Уделите мне несколько минут.

— Как скажете, дес дознаватель, — вытянулась по струнке Лидия. — Вы хотите узнать подробности нападения? Там не было ничего интересного. На меня выскочил мужчина, схватил и требовал сказать, где ведьма. А потом появилась Мари. Да вы и сами видели эту часть, — тараторила она.

— Подождите, — прервал речь девицы, — а как появился нападающий? Откуда?

— М-м-м-м, — задумалась та, — если честно, не припомню. Я обернулась, и тут он.

— Понимаю, — кивнул ей, — вы не заметили этот момент.

— Да, — засопела Лидия, — я больше переживала за Машу. Но вы выходили нашу ведьму.

— Кстати, — сощурил глаза, — а как появилась Мари?

Вампирша стала нервничать, хотя попыталась скрыть свое состояние. Заломила руки, чаще задышала. Благодаря своему второму, скрытому дару, я чувствовал любые изменения в организме. Если бы эти существа имели сердце, то совершенно уверен, стук оного раздавался бы по всей комнате.

— Она дальняя родственница. — соврала де Цепеш

— Вампиров?

— Друга отца, — нашлась та с ответом. — Он просил присмотреть за ней. Лучше его спрашивать о причинах появления Маши.

— Ее же воспитывал дедушка? — почти припер я к стенке Лидию.

Она с силой захлопнула книгу и встала.

— Я не знаю! — воскликнула она. — О Мари ведите разговоры с папой. Он все объяснит. У вас остались еще вопросы? Я хочу уйти.

— Нет, — покачал головой, и девушка поспешила ретироваться.

Значит, к Триалю? Все домашние что-то усиленно скрывают о ведьме. Осталось выяснить, что именно.

В поисках главного вампира я долго метался по дому. И куда тот мог запропаститься? Хотелось найти его раньше, чем это сделает дочь. Наверняка сразу же рванула к отцу, доложить, что злой дознаватель расспрашивает про десаю Мишель.

Через какое-то время я обнаружил Триаля в компании злого Кевина и шепчущей что-то Лидии.

— Мы можем поговорить? — попросил его вежливо.

В разговор грубо влез мой брат.

— Что ты вынюхиваешь, Эйден? Тебе разве не нужно искать тех, кто напал на деса де Цепеша и Машу?

— Именно этим и занимаюсь, — огрызнулся я, — только все домашние то и дело вставляют мне палки в колеса.

— О чем ты говоришь? — возмутился глава дома. — Мы открыты. Просто зачем тебе столько информации про Мари?

Чувствую, что эта комедия не закончится никогда.

— Я не дурак, — скрестил руки на груди, — по всем проживающим здесь понятно, что есть тайна относительно девушки. Не проще ли рассказать?

Все трое присутствующих переглянулись с виноватым видом. Боги, да я готов взорваться от нетерпения.

— Да что с ней не так? Она точно ведьма? Или это та самая Ираида? Или вампиры укусили человека? Признавайтесь! Постараюсь понять ваши поступки.

— Кевин, — обеспокоенно обратился к оборотню Триаль, — думаю, что стоит посвятить твоего брата в нынешнее положение вещей.

— Даже не знаю, — не сводил с меня взгляда волк.

Было обидно и горько. Ко всему примешивалось чувство отвращения. Опять недоверие между нами после такого количества приложенных сил и заключенного худого мира. А еще непонятно, отчего стоит так защищать девицу. Не в убийстве же ее обвиняю.

— Я, пожалуй, пойду, — попятилась юная де Цепеш, — мое присутствие точно излишне.

— Идите, Лидия, — отмахнулся я от вампирши и повернулся к мужчинам. — Ну, долго мне ждать?

— Понимаешь ли, Эйден, — робко начал глава дома, — Мари. Она…

— Она не из этого мира, — выдохнул Кевин сквозь зубы. — Доволен? Ее призвали близнецы. Девушка появилась в очерченном ими круге. Сама ничего не понимала, я медленно вводил ее в курс дела. Потом появился ты, и все пошло наперекосяк.

Я, пребывая в полном шоке, словно оглушенный, сел в кресло. Маша — иномирянка. Выросла не просто в захолустье под надзором строгого деда, не в другой стране, а в другом мире. Это объясняет ее нахальное поведение, слабые познания в магии и гениальные идеи в области артефактов. А еще то, отчего все так боялись рассказать мне о происхождении ведьмы.

— Откуда? Как?

— Какая разница, — отмахнулся брат. — Главный вопрос в том, доложишь ли ты о ней?

В Аридии иномирцы появлялись, хоть это случалось очень и очень редко. Последнего обнаружили более ста лет назад. Все чиновники обязаны отсылать этих личностей в столицу, и я понятия не имел, что с ними делают. Думаю, держат в плену, расспрашивают о месте, где те родились, для создания новых амулетов. Такой судьбы для юной колдуньи я не желал.

— Нет, — начал я неуверенно, но потом поправился и громко ответил. — Нет! Не доложу. Не стоило скрывать. Я бы ни за что так не сделал.

— Фух, — выдохнул Триаль и провел ладонью по лбу, — говорил же, надо признаться де Риберу. Видно, что Мари ему небезразлична.

— И это еще одна из причин, — недовольно отозвался Кевин.

— Хорошо бы с ней поговорить, — я слушал вполуха их беседу.

— Зачем? В нападении не виновато ее происхождение, как и в том, что ее лицо на портрете. Разгадка в доме.

— Теперь это ясно. Да и тогда я так и рассуждал, — задумчиво ответил на слова Кевина.

— А зачем расспрашивал?

— Ну, во-первых, вы очень подозрительно себя вели, когда дело касалось десаи Мишель, а во-вторых, меня продолжает смущать портрет Ираиды.

— Но кто мог напасть на меня и Мари? — картинно всплеснул руками вампир.

— Думаю, что это связано с шахтой. Оллстопп о ней знал. И кто-то еще в курсе. Ведьмина гора под заклятием, никто не хочет проживать здесь. Все население Дримгейта избегает этого места. Вам повезло, что вы так долго продержались. А потом появляется ведьма, благодаря которой дом реставрируется. Она мешает достигнуть цели — выселить отсюда ваше семейство.

— Похоже на правду, — почесал подбородок Триаль.

— А на вас напали, решив ускорить дело. Но теперь переместились отсюда, делают гадости исподтишка. Возможно, потому что ты попросил меня пожить здесь.

— Отлично, что ты пришел к такому выводу, — опять вступил в беседу Кевин, — только к разгадке нас это не приблизило. Что дес де Цепеш, что ведьма, — оба в опасности.

— Ну почему, — не согласился я с выводами брата, — я даже подозреваю некоторых.

— Кого? — хором спросили оборотень и вампир.

— Не буду говорить. Не хочу голословно обвинять.

И здесь замешан совет. Озвучу предположение — Триаль шею свернет, но навестит проходимца. Нет, надо действовать тоньше.

— Ты куда? — спросил меня брат, как только я вышел из комнаты.

— Не злись, — спокойным тоном обратился к нему, — хочу сообщить Маше, что я в курсе.

— Я сам скажу.

— Нет! — сказал как отрезал. — Завтра поговорите. Я буду отсутствовать весь день и, скорее всего, ночь. Не буду тебе мешать. В конце концов, это меня вы выставили дураком. И каждому нужно ответить.

Не слушая дальнейших возражений, поднялся на этаж выше и постучался в дверь.

— Открыто. — Едва заметив меня, ведьма обернулась. — Ой, это ты. Тогда закрыто. Ночь на дворе, поздновато для посещений, не находишь?

— Нет уж, — грозно двинулся на нее, — мне тут летучая мышка на хвосте принесла одну интересную новость.

— К-к-какую? — просекла в моем тоне опасность девушка.

— Маша, тебе докучают? — распушился ее фамильяр.

— Цыц! — постарался я не зарычать и сдержать оборот. — Тебе сейчас лучше уйти, — обратился к коту.

Он воинственно взмахнул хвостом, поиграл когтями на лапе, но дождался кивка девушки.

— Иди, Пират, — вздохнула колдунья, — вряд ли меня дознаватель как-то обидит.

— А если обидит, то от меня еще ни одна жертва не уползала.

— Может, не убегала? — отвлеклась Мари.

Что за девица? Внимания как у щенка, секунд на пятнадцать.

— Нет, не уползала. Я всем жертвам сначала хребет перешибаю, — похвастался полосатый маньяк.

— Перешибалка не выросла, — усмехнулся я, представляя свой размер в обороте и размер кота.

— Так вот, — вернулся к теме этот пройдоха, повернувшись ко мне, — не уползет. Если не хребет, то что-то другое ценное откусим и в саду закопаем.

— А ты мастер угрожать, — восхитилась Маша.

Глава 10. Маски сняты

Маша Антонова

Внезапный приход Эйдена сбил меня с толку. А еще его вид: он как будто собирался на войну. В глазах сверкают молнии, кулаки сжаты, дыхание учащенное. Нет, пожалуй, не стоит разговаривать с ним, когда он в таком состоянии. Только этот волкооборотень не оставил мне выбора — ворвался и переругивается с фамильяром.

Пытаясь успокоить дознавателя, тоже поддержала шутливую беседу с фирменными угрозами Пирата. Пусть недооценивает моего котика, ему же это боком и выйдет. Всегда считала: если нельзя победить, то перехитрить-то можно. А пушистому другу в этом нет равных. Про него можно сказать: «Пусть победит подлейший»!

— Эй, я обижусь, — прочитал мысли Пират, — я честный, просто бессовестный.

— Иди уже, бессовестный, — легонько подтолкнула кота, — что он мне сделает?

— Если подумать, — опять остановился фамильяр, — то много чего.

— Ладно, — махнула рукой, — убегу не оглядываясь.

— Ты и бег, Маша? — не поверил хвостатый. — Ты же бегать не любишь?

— Смотря от кого, — задумчиво протянула, посмотрев на Эйдена.

По нему было видно, как он кипел. Может, от злости, может, от непонимания наших колкостей.

— Хватит переговоров. Пират, выйди, пока я не обратился! — отрезал тот, всматриваясь в мои глаза.

Зрачки оборотня стали напоминать волчий взгляд. Если честно, зверя увидеть очень хотелось — но в другой раз. Успеем еще довести ищейку до белого каления. Я и Пират в этом мастера.

Как только за фамильяром закрылась дверь, Эйден медлить не стал.

— Мари или Маша, — сузил глаза собеседник, — почему ты не сказала, что ты иномирянка? Ты знаешь, что за этим может последовать наказание? Ты такая обманщица? После всего, что произошло между нами? Ты хоть когда-то говорила правду?

Значит, вычислил, собака сутулая. Или ему кто из обитателей поместья рассказал? И вместо того, чтобы аккуратно расспросить у меня, решил действовать как плохой полицейский — припереть к стенке, наорать и вытащить признание? Это мне следует кричать про «все, что между нами было», а не ему.

— В моем мире, — начала воинственно, — я на такие вопросы отвечаю очень просто: а в нос?

— Это не довод, Маша, и не ответ, — скрестил он руки на груди, встав вплотную и поглядывая на меня сверху вниз.

— Зато работает. Спор всегда прекращается. А значит, довод. И притом убойный, — не согласилась с ним. — Да и чего ты ожидал? Что кинусь признаваться, как только ты меня один раз поцелуешь?

— Кевин и де Цепеши обо всем знали, а меня вы держали за дурака, — не сдавался дознаватель.

— Только ни Кевин, ни вампиры не пошли бы сдавать меня местным властям, — продолжала я держать оборону, — а нас с тобой ничего не связывало.

— А потом? — двумя руками он придерживал меня за шею, а большими пальцами не давал подбородку опуститься. — Ведь было же притяжение? Мы много времени провели вместе. Могла рассказать. Разве я давал повод думать, что откажу в помощи?

Пришлось вырваться из крепких объятий оборотня. Как он догадался? Уверена, что не обошлось без семейства де Цепешей. Триаль не выдержал нападок? Сдал ведьму на откуп?

— Эйден, — я присела на кровать, — ты строишь из себя обиженного мужчину, но забываешь, что это я попала в чужой мир, ничего о нем не зная. Меня вызвали из родного дома, а Кевин и остальные стали свидетелями моего появления. Ты первый, кто раскусил эту историю.

— Не сказать, что ты сильно скрывалась, — пробурчал себе под нос оборотень, — слишком необычно держишься.

— Ну простите, — развела руками, — меня не учили вашим порядкам. У нас там как-то все проще. И магии нет, — посмотрела на него потерянным взглядом. — Что теперь будешь делать? Что у вас вообще делают с такими, как я?

Он присел, чтобы наши лица находились на одном уровне.

— Не переживай, я бы тебя даже при первом знакомстве не выдал.

Это он драку в таверне вспомнил?

— И что теперь? — не верила в привалившее счастье. Так просто точно не отпустит.

— Чтобы ты не стала жертвой нашей судебной системы, хочу предложить свое покровительство.

Чего? Кого? Да я ему сейчас цветов в панамку напихаю. Но вместо всего задуманного выдала скромное:

— Нет, спасибо. Тут уже один нашелся. Опекуном стал. Очередь занимай.

— Ты не понимаешь, Маша, — ласковым тоном попытался успокоить меня Эйден, — опекунство — не панацея. Тебя спасет только замужество, да еще и с представителем какого-нибудь аристократического рода. Тогда, даже если твое происхождение станет известным, никто ничего не сможет тебе сделать.

Так, вопросы «чего» и «кого» продолжают множиться, а в небе сгущаются тучи. Того и гляди, в окно влетит торнадо. Какое такое замужество? Мне надо Дашу найти, домой попасть, а меня тут жениться принуждают.

— Э-э-э, нет, — заключила я, отталкиваясь от мужчины, — и вообще, никакой свадьбы до секса.

— Что? — пришла очередь удивляться мужчине. — О чем ты говоришь? Я никогда не обижу девушку таким оскорбительным предложением.

— Это все похвально, — вскочила я на кровать, отходя к изголовью, — но я не планирую задерживаться. Мне еще сестру надо найти.

— Ты не одна?

— Ага, — кивнула я в подтверждение, — в Аридию закинуло мою близняшку.

О, а вдруг к ней тоже какой-нибудь брутальный оборотень пристает с намерениями жениться? А может, и хуже?

— Вас двое?

— Ну что ты заладил, — мое терпение лопнуло, — двое, двое. А еще домой хочется, там ремонт вовсю, обои только поклеили.

— Ты ничего не объясняешь! — пытался поймать меня мужчина.

— Я уже все рассказала, — я металась из стороны в сторону, раздумывая, как улизнуть из комнаты.

— А я ничего не понял!

— Это другое дело, — я не смотрела на собеседника, ища момент, чтобы спрыгнуть с кровати и добежать до двери.

— Ну нет! — воскрикнул Эйден, поймав меня за руку и притянув к себе. — Давай все по порядку. И без сюрпризов, — погрозил мне пальцем.

Как же без сюрпризов? Я так не умею. Но крепкие объятия и горячее дыхание выбора особенно не оставляли.

— Клеили обои с сестрой, попали в свечение, очнулась здесь с говорящим котом, — развела руки, перефразируя известную фразу из советского фильма.

— Маша, а можно больше подробностей, — устало повторил дознаватель, — с ума меня сводишь.

— Ой, какие мы нежные, — съязвила я, сдержав порыв показать язык. — Меня зовут Маша Антонова. У меня есть сестра Даша. Мы жили в другом мире, называется Земля.

На его удивленный взгляд ответила:

— Знаю, люди у нас фантазией не блещут. Так вот. Жили мы прекрасно в городе. Магии у нас никакой нет, только в старых преданиях и сказках. А потом…

— Что? — не вытерпел Эйден.

Я скривилась. Рассказ получался очень кратким.

— Потом, когда мы с сестрой делали ремонт в своей квартире, нас поймало в странное свечение. Меня выбросило сюда вместе с котом, который ни с того ни с сего начал разговаривать и язвить. А про судьбу Даши я не знаю, — и почему-то всхлипнула.

— И?

— Меня обнаружили близнецы Форд и Норт, рассказали про вампиров. Чуть позже я познакомилась с остальной семьей и Кевином. Он в курсе всего. Но ты, наверное, об этом знаешь. Триаль сказал, что попробует помочь мне вернуться домой, найдет Дашу, но попросил помощи, чтобы снять заклятие. И вот я тут.

— А почему ты плачешь?

И вправду? Почему плачу? Видимо, эти дни я пребывала в таком невероятном шоке, что не могла обдумать свою несчастную судьбу. Да я даже испугаться не успевала. По ощущениям, еду на грузовике без тормозов. «Пришел, офигел, чуть не умер». Когда там будет «победил»?

— Потому что вы все чего-то от меня ждете, — роняла я слезинки на рубашку мужчины, — а я не знаю, чего именно. Мне хочется домой.

— А здесь тебе совсем не нравится? — тихо спросил мужчина.

— Нравится. Но представь — если тебя выдернут из привычного мира, туда, где ты не знаешь порядков. Я даже совету не понравилась и папе твоему не понравилась, — зарыдала пуще прежнего.

— Ну, — скованно похлопал меня по плечу Эйден, — ему вообще мало кто нравится.

— А теперь еще нападения, и труп, и Даша может быть в опасности.

— Маша, успокойся, — наглаживал меня по спине оборотень, — в поисках сестры попробую помочь, вот только…..

— Что? — подняла на него красные заплаканные глаза.

— Если она обладает таким же характером, как ты, это будет трудно. Рано или поздно я бы догадался, что ты иномирянка, но ты не хнычешь, держишься уверенно. Браво. Думаю, твоя сестра такая же.

Конечно. Еще лучше. Она смелая, прямая и в обиду себя не даст. И вообще, Дашу можно на войну отпускать, пусть местные демоны боятся.

— Правда поможешь?

— Да, ведьмочка, — улыбнулся он мне, — я понял, что вы близнецы, подниму все связи.

— Спасибо, — выдохнула и попыталась перелезть на кровать с его коленок.

— Нет, сиди, где сидишь, — отозвался Эйден, вдыхая запах моих волос. — Но подумай над моим предложением.

— Каким? — размазывала я слезы по лицу.

Оборотень ссутулил спину, наклонился и сжал меня в объятиях..

— Насчет замужества, глупенькая. Я смогу тебя защитить.

— Подожди, — оторопела я, — говорю же тебе, что хочу попасть домой, приложу все силы к этому. Зачем тебе жена, которая сбежит?

— Ну, — тот хитро мне улыбнулся, — положим, что я очень постараюсь, чтобы ты захотела остаться.

— А отец? — не сдавалась я.

— Я люблю родителя, — не стал отрицать мужчина, — но не ему диктовать мне условия, на ком жениться. Ты меня заинтриговала.

— А любовь?

— Придет позже. Пойми, Маша, — он все-таки усадил меня на кровать, снимая со своих коленей, — я не из тех, кто поддерживает случайные связи. И не оскорблю тебя таким предложением. Тебе нужна защита, хоть даже от вампиров. Не спорю, они тебя ценят, но их природа — нападать и кусать.

— Попахивает расизмом.

— Чем?

— А, — махнула рукой, — потом расскажу. А Кевин? Я не слепая, ему я тоже нравлюсь.

— С моим выбором он смирится.

— Подожди, — выпрямилась я, словно струнка, — во-первых, не хочу вставать между двумя братьями, а во-вторых, если он сделает такое же предложение, то почему мне не принять его?

— Потому что между вами нет притяжения? — очень самонадеянно отметил Эйден.

— Какого? — склонила голову набок.

Вот зря я это сказала. Оборотень тут же кинулся доказывать, что между нами только что искры не летают. Эйден положил ладони мне на талию и, не говоря ни слова, притянул к себе. По его улыбке можно было понять, насколько он доволен сложившейся ситуацией. Широкий рот нашел мои губы. Поцелуй получился требовательным и страстным. Я была ошеломлена. Через несколько секунд он поцеловал меня еще раз, но в скулу, и, заметив мое недоуменное выражение лица, хмыкнул.

— Совсем нет притяжения, Маша. Совсем.

* * *

Эйден де Рибер

Как ни тяжело было оставлять эту ведьмочку, но дела не ждут. Тем более что касаются и ее безопасности, в частности. Но как же приятно ее целовать.

Прощаясь с Мари, заметил, как та покусывает губки, а глаза ее подернулись поволокой. Ей тоже не хочется прощаться.

Не желает замуж? Так я и поверил. Да между нами разве что огонь не вспыхивает.

Быстро встал, предварительно вытерев слезы девушки, и вышел не оборачиваясь. Малейшее промедление, и я уже не уйду, присвою ее, сделаю своей. Маша очень податливая, отзывчивая. Добавить чуть-чуть напора, и она не отвертится от свадьбы.

— Поговорили? — за дверью поджидал хмурый брат. — Что ты ей сказал?

Стараясь не реагировать на его гневный тон, я спускался по лестнице. Мне было больно оттого, что между нами опять возникнет пропасть, но за колдунью собираюсь бороться. Что-то мне подсказывает, что и при наличии сестры-близнеца второй такой девушки нет ни в одном мире.

— Да, Кевин, — кивнул ему, когда он принялся догонять меня, — все чуть затянулось, так что эту ночь и следующий день я проведу вне поместья. Оберегай жителей, а у меня есть дела.

— Посвятишь в них? — надменно спросил тот.

Мы остановились на лестничном пролете. По скрещенным рукам понял, насколько напряжен мой брат. Он негодует, злится, ждет подлости. Обидно, что можно сказать?

— Хочу допросить члена совета насчет шахты. Кто он, — остановил оборотня, видя, что тот хочет задать вопрос, — пока не скажу. Еще хочу поговорить с вдовой Оллстоппа. Должна же она хоть что-то знать о делах супруга.

— Что с Мари? — напрягся брат в очередной раз.

— Как я и сказал, — вздохнул, собираясь с мыслями, — докладывать наверх не буду. А ты присмотри за девушкой, чтобы она ничего не начудила. Пусть ремонт закончит.

— Уже завтра прием у Аллена. Думаешь, он пройдет спокойно?

Хотелось в это верить, но чутье подсказывало, что все пойдет наперекосяк.

— Я присоединюсь позже, буду там, — кивнул ему и проследовал дальше.

Кевин не стал меня останавливать. Поймав на ходу извозчика де Цепеша, попросил отвезти меня в Дримгейт, а уже сидя в повозке, собирался с мыслями, думая, что же хочу узнать.

Мы остановились напротив огромного городского дома с темным фасадом. Он был украшен колоннами и горгульями. Это даже больше в духе вампиров, чем драконов, но член совета всегда слыл эксцентричным магом.

— Чему обязан таким визитом, и в такое время? — встретил меня уже у лестницы Ричард Уайетт, поглядывая на наручные золотые часы.

— Да так, — лениво опустил веки, стараясь прибавить образу нахальности, — давно не общался с другом.

Дракон не проникся моими жестами, но в дом все-таки пригласил.

— Проходи, Эйден. Действительно, мы давно не виделись.

— Дела, — развел руками, — ты теперь советник, а я мелкая сошка.

— Ха, — хищно улыбнулся ящер, — главный дознаватель в городе не мелкая сошка, не прибедняйся.

С Уайеттом мы никогда не были близкими друзьями, но наши отцы дружили, так что в детстве мы проводили много времени друг с другом. Мы росли вместе, учились вместе и закончили столичную академию одновременно. Вот только за ним закрепилась слава скользкого, обходительного типа, а я таких на дух не переносил.

— Так чему обязан? — спросил Ричард, когда устроил нас в своем кабинете, разливая виски по бокалам.

За окном стояла глубокая ночь. По виду мужчины можно было понять, что он готовился ко сну, а я некультурно его прервал. Что же, тем хуже для него. Ответы мне нужны сейчас.

— Хотел узнать, что тебя связывало с Эдрианом.

Мужчина, ничуть не смутившись, отпил из стакана и широко улыбнулся.

— Это всем известно, я его протеже в совете. Своих-то детей у него, — развел он руками, — не было.

— Ты что-то знал о его делах?

— Давай не ходить вокруг да около, — сощурился собеседник. — Что конкретно хочешь узнать?

— Не всем известно, но труп бывшего советника обнаружился в потайной шахте с рубеллитом, — начал я.

Ричард кивнул.

— Я в курсе.

— Ты знал про шахту?

— Нет, — покачал тот головой. Его дыхание и сердцебиение оставались спокойными. — Просто кто-то из своих служивых любезно предоставил мне все сведения.

— А как так получилось, — продолжал я гипнотизировать лицо Ричарда, делая заметку в уме: найти того, кто разболтал ценную информацию, — что протеже и соратник не знал о том месте?

— Вызови некроманта, — усмехнулся дракон, — спросим у него. Мне тоже хочется узнать, почему он скрыл такие подробности.

— То есть ты утверждаешь, что тебе ничего не известно?

— Разве я сказал не так? — развалился на диване мужчина. — Эдриан и сам мог попасть туда случайно. Ты сам писал в отчетах, что его откуда-то притащили.

Что-то не сходилось. Ответы дракона были логичными, его не в чем подозревать, но то ли он мне просто не нравился, то ли интуиция старалась до меня докричаться, — я не верил ему ни на йоту.

Оглядываясь, рассматривая обстановку и вдыхая запахи, я случайно заметил блеск стекла под диваном, где расположился хозяин дома. Ричард был педантом, беспорядок в его доме недопустим. Уверен, что вся прислуга вышколена донельзя.

— Ты не мог бы подать мне бумагу? — попросил его, раздумывая, как поднять неизвестный предмет.

— Зачем?

— Так, — махнул рукой, — хочется мысли записать. У меня труп, нападение на де Цепеша и нападение на Мари, пытаюсь разобраться.

— А я тут при чем? — возмутился Ричард.

— Ни при чем, — невозмутимым тоном отозвался я, — просто мысли гуляют.

— Хорошо, — встал и подошел к столу дракон.

Пока он метался по комнате в поисках клочка бумаги, я сел на его место и сделал вид, что поправляю обувь, тем временем шаря около ножки дивана. Есть. Схватил злосчастную колбочку, впихнул ее в носок. Может, это улика, а может, и полная чушь, выставившая меня перед аристократом немного сумасшедшим.

— Вот, — сунул мне под нос белые листы Уайетт. — Говоришь, на десаю Мари напали?

— Да, — кивнул ему и забрал бумагу, начав черкать строчки.

— Она не пострадала? — очень сердечно принялся расспрашивать дракон. — Такая талантливая ведьма-артефакторша. Говорят, у десая Аллена открылось второе дыхание.

— А зачем тебе? — нахмурившись, спросил я.

— Думал переманить колдунью к себе, — не стал отпираться член совета, — даже готов выкупить опекунство. Сделать ее аристократкой.

Из моего горла невольно вырвался рык.

— Не стоит тратить силы понапрасну, Ричард, — сказал как отрезал, — Мари — моя невеста. Она не будет работать на нужды города.

— Даже так? — присвистнул этот хлыщ. — А что на это скажет твой отец? Он в курсе? Кажется, у него некоторая аллергия на бедных ведьм.

Отвечать на явную неучтивость я не стал, но уверен, этот чешуйчатый ящер помчится к моему отцу с докладом о недостойной невесте. Пусть. Томас де Рибер не из робких, запугает любую колдунью, вот только Мари не просто ведьма из глубинки, а иномирянка. Вмиг заткнет старого ворчуна за пояс. А как бы тот ни выступал за чистоту рода, за голубую кровь, ему хочется простого обычного счастья: увидеть, как сыновья женились, заняли достойное место в Аридии, произвели на свет с полсотни серых юрких внучат.

— Мне пора, — поклонился я дракону, — да и время позднее. Прости за этот визит.

Мой собеседник прищурился, заскользил, словно змей под дудку.

— Промолчал, Эйден? Видимо, тебя правда увлекла эта девушка?

В данный момент меня больше увлекало содержимое носка, в который я спрятал пузырек. Прочитать, что написано на этикетке, не удалось. Но свое нетерпение я смогу усмирить.

— Спасибо за радушный прием, Ричард, — еще раз откланялся и встал, — провожать не нужно, я знаю, где выход.

— Конечно, дорогой друг, конечно, — сладко пропел аристократ.

Покидая дом, не мог не вдохнуть полной грудью. Все драконы любят заниматься собирательством, но этот мужчина вобрал в себя все стереотипы их расы. Обставленный богатыми безделушками дом, бархатные халаты, датхарские ковры. Дес Уайетт мог поспорить количеством денег с императором. Вот только пыль стесняла движения.

Все, хватит с меня музеев. Сейчас спать, а завтра навещу Илону Оллстопп. Может, супруга прольет свет на деятельность мужа?

В повозке вытащил свою добычу. Настойка лиеаранта, цветка, блокирующего рецепторы. Весь допрос насмарку. Ричард не был откровенен со мной. Я всегда чувствую ложь, неискренность, увиливание. Но дракон пошел дальше — принял капли, которые могли исказить данные для моего скрытого дара, — ведь ему известно о нем.

* * *

— Рада вас видеть, — приветливо улыбнулась драконица средних лет, принимая меня в розовой гостиной.

Какое различие между обстановками. В доме Оллстоппа играл свет, у Уайетта ценился мрак и сумерки. А еще в гостиной дракона наливали виски и бурбон, а леди Илона потчевала меня чаем.

— Простите, что беспокою, — я снял котелок и поклонился десе, — но, как понимаете, дело не терпит отлагательства.

— Конечно, — по-доброму вздохнула та, — вы же должны узнать, кто так жестоко расправился с моим мужем.

— Приложу все силы, — даже не лукавил я. — Сможете удовлетворить мое любопытство?

— Чем смогу — помогу, — улыбнулась Илона краешком рта.

Женщина к себе располагала, была приятной. Отчего-то хотелось верить в ее непричастность к преступлению. И хоть опыт и чутье подсказывали, что супруги основные подозреваемые в смерти своих половинок, в такую гадость о десе Оллстопп я поверить не мог.

— Подскажите, а какие отношения связывали вашего супруга с десом Уайеттом? — поднял я кружку и отпил напиток.

— С Ричардом? — засуетилась драконица. — Тот был ему как сын. Ведь именно дес Уайетт занял место Эдриана в совете.

— А почему он решил его оставить? Ведь наш советник был в расцвете лет.

— О, — смутилась женщина, словно юная девица, — в какой-то момент Эдриан начал говорить о свалившемся богатстве и о том, что мы не будем испытывать нужды. Обязательства перед городом тяготили его. Вы знаете аристократов, — покачала она головой, — нам сложно смотреть на любой прогресс. Эдриан его не принимал.

— Разве вам грозила бедность?

По обстановке такого не скажешь, да и леди не вела затворнический образ жизни. Пусть она в трауре, но похороны и поминки были проведены с помпой и изюминкой.

— Ему грозила, — нехотя откликнулась Илона, — я из обеспеченной семьи, вышла замуж по любви. Отец искал брак куда выгоднее, поэтому между нами был заключен брачный контракт.

— Что это значит?

— Мой супруг играл. Совершенно терял рассудок во время азартных игр.

— А вы? — вкрадчивым тоном спросил десу.

— Ха, — обмахнулась та веером. — Люблю испытывать удачу, но всегда считаю монеты. Однако мужа я любила, закрывала долги перед кредиторами.

— Как он вел себя перед тем, как пропал?

— С воодушевлением, — покорно призналась та. — Я не знала о делах супруга, никогда не интересовалась. У жен советников столько дел. Это и патронажи, и балы, и званые обеды — вам ли не знать?

— Верно подметили, — добродушно усмехнулся я, откидываясь на спинку кресла.

Матушка любила эти дела и с особым рвением посещала светские приемы.

— Словом, не заметила ничего необычного.

— Совсем ничего не изменилось? — не поверил я словам Илоны.

— М-м-м, — задумалась драконица, — разве что он стал реже встречаться с Ричардом.

— Это тут при чем? — не понял я.

Дес Уайетт был занятым чиновником. Помимо совета, на его плечах держалось несколько заведений в Дримгейте, в том числе таверна, в которой так любили отдыхать тролли и вампиры.

— Вы не понимаете, — округлила брови моя собеседница, — Эдриан терпеть не мог вампиров, а Ричарда принялся их защищать. Если вы не в курсе, супруг был одним из тех, кто выступал против заселения де Цепешей в усадьбу.

— Я не знал, — согласился со словами десы. — Но при чем тут это? Триаль и Анжелика много времени живут с нами.

— О мой дорогой, — дама картинно приложила руку к груди, — когда они только поселились там, сколько же ворчания я услышала. Потом все притихло.

— А Ричард? — вернул ее к теме повествования.

— Подождите, — остановила меня женщина, — несколько лет мы провели в спокойствии, так как ремонт не двигался с места, а через некоторое время Ричард решил подружиться с де Цепешами. Скандал был невероятный, — прикрыла глаза Илона. — Вопли и крики слышались до утра. Даже вызывали ваших служащих.

На миг я вспомнил это мелкое дело. Супруги пошумели ночью. Всерьез это никто и не воспринял.

— То есть его друг, почти сын, завел дружбу с вампирами, отчего ваш муж закатил скандал?

— Да, дес дознаватель, — согласилась Илона, — де Цепеш никогда ему не нравился, а тут Ричард попрал все принципы вашей семьи. Раньше они каждое утро завтракали вместе, а после ссоры перестали. Хорошо, что помирились незадолго до печальной кончины моего Эдриана, — всхлипнула вдова, приложив платок к глазам, — вернули старые традиции.

«Попахивает расизмом», — раздались в голове слова Маши. Надо будет узнать, что это за явление. Вообще, не похоже на моего знакомого. Ричард умеет наводить мосты даже с самыми непокорными. А тут общего языка со стариком не нашел.

— А дес Уайетт не обращался к вам по поводу деса Оллстоппа? — спросил напоследок.

— Нет, дес де Рибер, — кокетливо прикрыла глаза вдова, — он только мимоходом побывал на похоронах. Больше я его и не видела.

Интересно. Отчего дракон проигнорировал поминки своего наставника, не искал его в течение некоторого времени? Если они вернулись к своим привычным встречам, Уайетт первым должен был забить тревогу при пропаже своего наставника.

Глава 11. Прием и прочие неприятности

Маша Антонова

В глубокой растерянности я осталась одна после встречи с Эйденом. Вот же пес… тьфу ты, волк. Кто так за девушкой ухаживает? Еще и замуж позвал. Не просто позвал, а настаивает, практически выбора не оставляет.

Не сомкнув глаз, ворочалась на постели, обдумывая предложение. Очень пугала осведомленность дознавателя насчет моего попаданства. Что будет? Это пока он такой спокойный и милый, обещает не докладывать в столицу, а если откажу? Как он поступит? Даже любовники предают, что уж про чужих говорить.

— Так он тебе брак предлагает, — невежливо вклинился в мои мысли Пират, посапывая около меня. — Станет родным. И любовником. Два зайца одним выстрелом.

— И ты, Брут, — отмахнулась от полосатого друга. — Не будь глупым. Какой брак?

— Я мыслю, — фыркнул фамильяр, — следовательно, я умный, — перефразировал высказывание известного философа.

И откуда только этого понабрался?

Под утро я смогла заснуть беспокойным сном, но тут же была жестоко разбужена порхающей рядом Лидией.

— Мари, сегодня прием, — обрадовалась она, заметив пробуждение.

Я ее оптимизма и счастья не разделяла.

— Вас, вампиров, не учили понятию личное пространство? — недовольно бурчала, прячась под одеяло.

— Что? — не поняла меня девушка. — Вставай. Пора собираться.

В смысле собираться? Прием вечером. Сейчас даже не обед. А с моим настроением я превращусь в Ван Хельсинга и начну отстреливать бледнолицых направо и налево. На их месте я бы ведьму охраняла и пылинки с нее сдувала.

— Еще рано, — притянула покрывало к себе. — Отстань. Сама собирайся.

Но юная де Цепеш сдаваться не собиралась и призвала на помощь братьев.

— Кто разбудит Машу, тому буду отдавать четверть карманных денег, — пообещала она Форду и Норту, когда они зашли в комнату.

Я резко села.

— Что там про деньги?

Лидия прикрыла рот ладошкой и рассмеялась.

— Не знала, что ты такая меркантильная.

Это вампирше повезло родиться с серебряной… ой, им же серебро нельзя… неважно какой ложкой во рту, а я легкие деньги любила.

— Считай, я сама себя разбудила, — прищурила глаза, — так что деньги мои.

— Ну вот, — расстроился Форд, — а я на арбалет копил.

Какой неугомонный мальчик. Надо будет поговорить с Триалем, чтобы во время приема он приколдовал этих юных созданий к дивану. А то, не ровен час, от Ведьминой горы останется только шахта.

Не могу сказать, что дальнейшее было пыткой. Я позавтракала, приняла ароматическую ванну, а после ко мне набежала стайка приглашенных девиц, которые должны были сделать из десаи Маши Антоновой настоящую красавицу и прелестницу. Таким образом Анжелика пыталась извиниться за свое не очень красивое поведение перед спасением Лидии.

— Мари, — обратилась она ко мне, — сегодня важный день, пусть мы и идем к десаю, а не к десу. Прием в честь тебя. Алекс Аллен — важный член города, единственный артефактор в Дримгейте, так что все взгляды будут устремлены на твою персону. Ты справишься?

— Думаю, да, — робко ответила, но прекрасно понимала, куда она клонит.

С каждым ее словом меня покидала уверенность. Я же не привыкла к таким отношениям. Кто-то ниже по роду, кто-то выше. Женщины молчат, а мужчины решают. Почти весь вечер нужно держать рот на замке, чтобы себя не выдать.

— Я попросила приготовить платье, — тепло улыбнулась холодная красавица, — не то, что ты мерила у модистки, другое. Наша мода тебе не подойдет. Но в Датхаре такие платья в ходу.

Не успела я задаться вопросом «где», как служанки внесли легкое одеяние оливкового цвета.

Да. Анжелика точно хотела вымолить прощение.

Платье завораживало. И я точно притяну к себе всеобщее внимание. Цветом оно выделит мою смуглую кожу и кудрявую темную шевелюру. В греческом стиле, подчеркивающее грудь и талию, оно не будет стеснять движений. Ткань струилась и блестела.

— Не отходи от нас или от оборотней, — продолжила наставлять меня деса де Цепеш. — Без поддержки тебя быстро раскроют.

— Я и не собиралась.

— Хорошо, — потрепала меня по плечу вампирша. — Не буду мешать сборам. Встретимся через несколько часов.

Когда за ней захлопнулась дверь, а на меня посмотрели три заискивающие девушки, я сильно смутилась. Ну почему не минут? Есть же бытовая магия? Я не на вручение Оскара собираюсь.

Ближе к вечеру эта тирания косметологией закончилась. Нет, я не была неумехой или пацаном в юбке. Уход за собой, макияж, прически, наряды — все это любила, пользовала и уважала. Вот только в моей голове не укладывалось, что можно делать с внешним видом в течение пяти-шести часов. А как оказалось, очень даже многое.

— Как я устала, — потянулась, но продолжала критически осматривать себя в зеркале.

— Тебя успокоит, — пробурчал недовольный кот, ожидавший все это время подле меня, — если я скажу, что мы скоро все тут подохнем?

— Ну ты и пессимист.

Вообще-то, выглядела я восхитительно — как лесная нимфа с идеальной загорелой кожей.

Девушки расступились, что-то прошелестели на прощание, а я искренне их поблагодарила. Никогда мое лицо так не сияло. А это значит, что мои идеи с косметикой потерпели невероятный крах. Здесь и так все отлично. Лучше уже не сделать.

— Мари, — в дверь осторожно постучался Жофре, — все ждут вас. Вы выйдете?

— О, и этот доходяга с нами? — весело заметил Пират.

— Тише, он услышит, — попыталась я приструнить эту язву.

— У вампиров отличное зрение и слух, так что я все слышу, десая Мишель и ее фамильяр.

Вот пушистая заноза, блох тебе в шерсть, зачем хозяйку подставлять? В этом мире все ведьмы обладали фамильярами, и именно по ним можно было угадать характер хозяйки. Правда, все знакомые сразу обозначили, что колдуньи — народец мерзкий с ядовитым языком, а значит, их питомцы такие же.

— Да, — выплыла павой из комнаты. — Как я? — несколько раз покрутилась.

— Мое сердце разбито, — картинно опустился в поклоне и развел руки вампир, — но мне вы больше нравитесь, когда недовольны и злы.

— Посторонись, зубастый, — распушился тотчас защитник, — ты ею уже напитался. Иди на прием, а пищу мы там обеспечим.

— Только на это и надеюсь, — подмигнул мне де Руаль и предложил руку.

Я положила ладонь ему на локоток, и мы начали аккуратно спускаться ко всем остальным.

Так, с этим надо что-то делать. Какая пища? Это он про скандалы?

— Пират, миленький, — взмолилась мысленно, — понимаю, что ты томился в ожидании, но давай вести себя прилично.

— Ты веди, а я кот. Кланяться не приучили. Как там ваш Ленин завещал?

— Дурак ты! — обиделась не на шутку. — Он учиться завещал, причем людям. Чувствую, облажаемся мы с местным этикетом по полной. — Чую, что притягиваю одни неприятности, и в половине из них виноват ты, — печально вздохнула, обдумывая, что же может пойти не так на этом вечере.

— Ой, не ной, — махнул лапой фамильяр, — я вот притянул дурную ведьму. Это куда хуже.

Ага, ты ее не только притянул, но еще и задолбал.

В мысленной перепалке не заметила, что остался один пролет по треклятой лестнице. Почему треклятой? Трудно сохранять равновесие в бежевых туфельках, когда твое платье имеет шлейф.

— Маша, ты прекрасна, — обрадовалась моему виду чета де Цепешей.

В холле собралась вся семья, кроме младших, и Кевин.

Эланора и Анжелика были одеты в соответствии со своими образами — холодная вампирша и городская — но нарядная — сумасшедшая. Платье для десы де Цепеш сшили словно изо льда, а вот матушка Триаля радовала глаз разноцветными колготками в полоску, юбкой о двух подолах и черным крепким корсетом. Вот как я хочу выглядеть в старости.

Лидия была одета в легкое розовое нечто с огромным количеством юбок и оборок, словно зефир, но, как мне объяснили девушки-служанки, почти все юные десы предпочитают пастельные тона и пышность в образе. Она в карету хоть влезет?

На мужчин смотреть не особенно интересно. Обычные костюмы-тройки с белоснежными накрахмаленными рубашками, только цвет варьируется.

Поймав взгляд Кевина, увидела, как он рассматривает меня. Глаза светятся восхищением, открытым обожанием. Неужели за столь короткое время он влюбился? И как поступить? Рассказал ли ему Эйден о своем предложении? Напряжение между братьями все больше нарастало, и я одна из причин.

— Пройдемте, — де Руаль усадил меня в экипаж.

С нами села Лидия, мой спутник, неугомонный Пират, продолжавший сыпать саркастическими замечаниями, и Эланора. А вот хозяева дома и Кевин отправились в другой повозке. Интересно, где Эйден?

— Хочешь, я магией заставлю его замолчать? — спросила меня старшая де Цепеш, с ухмылочкой поглядывая на кота, как только мы уселись.

Фамильяр тут же забился в угол и поджал хвост.

— Э, спасибо, — поблагодарила я старушку, — угроз, видимо, достаточно.

— Ты только скажи, — зловеще ухмыльнулась моя соседка.

Определенно, эта женщина меня пугает. А еще только она и задает колорит всей семейке. Непонятно, кто из нас ведьма.

Как можно было забыть про Жофре — именно он одним из первых напугал меня до чертиков в первый день. Зато эмпат про меня отлично помнил.

— О чем задумались, Мари? — хитро поглядывал вампир, подсев поближе.

Вот с одной стороны хорошо, что он не по кровавым делам, а как вегетарианец в их мире, с другой — две минуты плотного соседства в замкнутом, но движущемся пространстве делали из меня не колдунью, а настоящего демона. Так и хотелось открутить Жофре голову, насадить на что-то острое и вытащить из окна, чтобы проветрился.

— Он же бессмертный, — заметил Пират, все еще с осторожностью поглядывая на Эланору.

— Это многое осложняет, — я вздохнула печально. Озвучивать свои мысли де Руалю не стала. В конце концов, он выполняет роль моего стряпчего. Обидится, а потом мне часы в бюрократическом аду высиживать.

Радует, что город небольшой, а Лидия — отличный собеседник. Быстро отвлекла всех и завела какой-то бойкий разговор.

Через некоторое время наша карета достигла цели. Первым, как водится, вышел мужчина и галантно подавал руки всем дамам. Мы остановились возле красивого белого здания с цветущим розовым садом. Еще на подъезде я увидела вереницу повозок, которые медленно отъезжали, как только из них высаживались люди.

— Удивлена? — подмигнула старушка. — Артефакторы не бедствуют.

Надо было больший процент просить.

Попробуйте выйти красиво из экипажа, пригнувшись и придерживая шлейф, разъевшегося кота размером с собаку, и не скатиться кубарем с узеньких ступенек. У меня не получилось.

— Десая Мишель, — тут же подбежал встречавший нас Алекс Аллен, помогая встать. — Не сильно ушиблись?

После фееричного падения на вымощенную камнем дорогу, что заставило меня почти уткнуться носом в бордюр, на меня вылупилось огромное количество глаз. Никто не посмел рассмеяться в голос, но по улыбчивым лицам я понимала, что появление мое не осталось незамеченным. Эх, не взяли мы Дримгейт красотой и обаянием. Неловкость и придурь — это, скорее, про меня.

— Что ей будет? — фыркнул Пират. — А я пострадал, меня накрыла гора.

— Сейчас тебя еще и приступ удушья накроет, — пригрозила нахмурившись.

Прав Эйден, подозрительная я личность. Вечно со мной что-то приключается.

— Если все в порядке, пройдемте? — услужливо предложил артефактор и кивнул моим сопровождающим. Через секунду подъехала вторая карета с Триалем, Анжеликой и Кевином.

Слава котикам, что надменная деса не видела этого позора.

— Столько народу собралось, — шепотом отметила я, — у нас же с вами бытовые приборы в основном для немагов. И мы не аристократы. Зачем пришли представители благородных семей?

— Дорогая Мари, — кивнул вампирам Алекс и уставился на меня, — ты поставила на уши весь город. Дес де Дюпон заинтриговал аристократов твоей загадочной личностью, рассчитывая посеять недоверие. По слухам, тебя приняло проклятое поместье, и, наконец, именно твои идеи облегчили жизнь немагам. Да все жители Дримгейта будут здесь сегодня ради тебя.

— М-м-м-м, — как-то несильно обрадовалась я свалившейся славе. Но, как любила говорить сестра: «Чем дальше в лес — тем больше дров, чем больше дров — тем меньше леса». Будем следить за ситуацией, авось проживем.

— А кормить тут будут?

Десай Аллен рассмеялся. Между прочим, спрашивала я серьезно. За этими сборами совсем забыла об обеде.

— Подожди, Мари, — улыбнулся бородач, — давай поздороваемся с советом. А потом уже я лично провожу тебя к столу с закусками.

С-совет. Еще и эти постные лица.

Мы прошли в огромный зал, где вдалеке от меня стояли загроможденные едой и напитками столики. Рядом с ними расселись музыканты, наигрывая веселую мелодию. Какой же это прием? Для меня это самый настоящий-пренастоящий бал. На высоком, отделанном росписью потолке висела просто огромная люстра с большим количеством свечей. По стенам также развешаны магические светильники. Комната просто утопает в цветах, а нарядные гости разбрелись, как яркие пятна, и болтают с друзьями. Женщины в длинных платьях, с вечерними прическами и броскими веерами. Мужчины в белоснежных рубашках и сидящих как вторая кожа камзолах. Красиво. Только ради этого стоило перенестись в другой мир. Я словно Наташа Ростова, только не трепетная и наивная, а наглая и голодная.

Алекс Аллен с согласия опекуна подвел меня к главным городским чиновникам, которые кучковались на возвышении и оглядывали всех немного презрительными взглядами. Вот снобы — за исключением гнома и дракона. Они, наоборот, здоровались со всеми, кланялись и излучали дружелюбие.

— Насколько мне известно, с Мари вы знакомы, — услужливо почти подтолкнул меня вперед артефактор.

— Добрый вечер, десая Мишель, — кивком головы поприветствовал меня Томас де Рибер, внимательно поглядывая в мою сторону.

Я сделала неуклюжий книксен. Все, если остальным тоже надо в пояс кланяться, то мои манеры запомнятся. Во второй раз это движение повторить не смогу — вечно путаю, какая нога впереди.

— Всем здравствуйте.

— Мари, очень рад вас видеть, — потянулся ко мне улыбчивый Уайетт. — Сегодня десай Аллен превзошел себя, — он отсалютовал бокалом с чем-то шипучим в сторону моего сопровождающего. — Интересно, какие еще светлые мысли блуждают в вашей головке? Слышал, вы обучались на дому под надзором не очень умелого, но сурового дедушки. Планируете ли дальнейшее обучение? Уверен, такой блестящей ведьме город оплатит образование.

Он-то, может быть, и уверен, а по постным лицам остальных такого не скажешь. Губы Арно превратились в тонкую нить, Де Рибер оглядывался по сторонам, ища причину нас покинуть. Хотя… Может, он потерял сыновей? В такой толпе легко не заметить членов семьи. Хорошо, что Оррин де Алстон не пытался сбежать. Он, наверно, единственный, чье теплое отношение вызывало доверие.

— Десая Мишель, — заговорщически начал тот, — все никак не застану вас в городе, а напрашиваться в гости не в моих правилах.

— Мари, хотите пить? — перебил его Ричард.

Я только успевала переводить глаза с одного члена совета на другого.

— Кажется, нас пытаются запутать, — отметился в мыслях Пират, все это время возлежавший у меня на руках.

Не то слово. Им еще непонятно, что со мной шутки плохи? Хорошее образование, отличный маникюр, самоуверенность и толика нахальства всегда помогали девушкам завоевывать мир. Как говорится, есть только два способа управления женщиной, но никто их не знает.

— Нет, что, да, — ответила на все вопросы разом.

— Что?

— Что?

— Что? — одновременно воскликнули местные чиновники.

Посыпались, любезные? Пришлось пояснять.

— Нет, об обучении не думала. — Потом кивнула в сторону гнома: — Зачем я вам понадобилась? — и взглянула на деса Уайетта. — Пить хочу. Десай Аллен, — попросила мужчину, единственного, которому в этой компании доверяла, — а вы не принесете мне напиток?

— Конечно, Мари, — тепло улыбнулся бородач.

Как только от меня отошел артефактор, на его место заступил Триаль де Цепеш, за что я была ему очень благодарна. Наедине с акулами оставаться не хотелось. У меня мало опыта в таких делах. Я действую в открытую, тонко не умею.

— Мари, мы все начали беспокоиться, — обнажил клыки вампир, — тебе не досаждают великие мужи?

— Нет, — повернулась к опекуну и округлила глаза в ужасе. Он едва не рассмеялся, завидев мою скорченную рожицу. — Все очень любезны.

— Я предложил от имени совета, — расправил плечи Ричард, — отправить Мари в академию. Такая ведьма пропадала в захолустье. А скольким она облегчила жизнь. Даже если остальные не поддержат, сам готов оплатить обучение.

Де Цепеш задора дракона не понял.

— Я в состоянии оплатить образование десаи Мишель, — презрительно бросил он мужчине. — Вопрос к самой девушке.

Все уставились на меня. Чую, пора делать ноги. Какое обучение? Еще одно общежитие в своей жизни я не переживу. Если кто-то и проникся атмосферой студенчества и юношества, то это не мой случай. Я больше вспоминаю пытки, мольбы и проезд на тазике, привязанном к машине.

— Об этом я как-то не думала, — только и смогла проблеять.

Да и когда? Вскользь Триаль упоминал о такой возможности, но все терялось на фоне ремонта, нападений и потери сестры. До сих пор удивлена, что осталась при рассудке и памяти.

Арно де Дюпон фыркнул в голос и уничижительно мне сказал:

— Что за девица. Такое предлагают, а она не думала. Вы все женщины такие: ни о чем не думаете, но столько нагородите.

Чувствуя, как фамильяр выпустил когти, услышав неприкрытое оскорбление, удержала пушистого друга в руках.

— Куда мне, — с усмешкой ответила, — вот мужчины чаще много рассуждают, но ничего не делают.

Судя по раскрасневшемуся лицу оппонента, мою шутку он понял, принял, осознал, а чуть позже попытается отомстить.

— Простите, — пересилила себя и опять присела в реверансе, — немного прогуляюсь.

— Подождите, — удержал меня Оррин, — я не закончил. Хотел вас пригласить в нашу гильдию. Вдруг и нам сможете помочь с производством?

— А как же мои люди? — с яростным воплем влез оборотень-змей.

— Артефакты надежнее, — спокойно пояснил гном, — и грех не воспользоваться, пока десая Мари проживает с нами. — Он пытливым взглядом посмотрел на меня. — Что скажете?

Раскрывать карты и говорить, что я не артефактор, да и совсем не обученная ведьма, не стала. Но и без мнения напарника ничего делать не буду. Пусть сначала с ним обсудит все варианты.

— Спасибо за приглашение. Но спросите разрешение десая Аллена и моего опекуна. Уверена, вы придете к какому-то решению. Лично я не против, но действовать за их спиной не буду.

— Вы мудры не по годам, — заметил де Алстон, — обязательно заставлю их согласиться.

Я медленно прогуливаясь вдоль стола, получив желанный напиток от артефактора, убежавшего в погоне за очередным клиентом, и изучала публику. То и дело кто-то оглядывался через плечо на мою персону и шептал сплетни на ушко собеседнику — явно про меня. Ожидаемо, что весь цвет города решил посмотреть на ведьму, которых со слов Эйдена и Кевина не очень жаловали. Я для них как мартышка в зоопарке, но в оправдание ожиданий толпы вела себя соответственно. Незнание местных порядков приводило к таким курьезам, что впору спрятать голову в песок.

— Это не наш метод, — промурлыкал Пират, петляя у всех под ногами, — наш метод — если встрял, то ни шагу назад. Да, и помни: я всегда с тобой.

— А вот это по-настоящему страшно, — не разделяла я оптимизм фамильяра.

В общем, жители Дримгейта сильно любопытствовали, но ко мне не приближались, предпочитая держаться на расстоянии. Потеряв из виду семейство вампиров, я немного растерялась, но увидела в коридоре скопление людей. Конечно, мне стало интересно, что там происходит. Как говорила мама, познавшая боль очередей за продуктами: «Смотрю, сумасшедшие какие-то стоят. Присоединюсь, пожалуй». Что я и сделала. Не было предела моей радости, когда я увидела знакомое лицо Лидии, — только разговор велся неприятный.

Зажатый в углу молодой кровопийца Кристиан совсем поник. Толпа из оборотней, магов, эльфов и прочих накинулась на него из-за его происхождения. Девушка же явно оцепенела, но не смела пойти против огромного количества обидчиков. Не знаю, что связывает этих двоих, но злые слова расстраивали и десу.

— Вампир, даже нерожденный. Что ты забыл здесь? — тыкал Кристиану какой-то здоровяк.

Некое чутье, интуиция или третий глаз, называйте как хотите, подсказывали мне, что это перевертыш-песец.

— У ме-ме-ня приглашение, — заикаясь, отвечал молодой мужчина.

— У те-те-те-бя ничего, — дразнил его еще один хлыщ. — Безродный доходяга. Вали в свой склеп.

О, да тут старая добрая травля.

— Не утерпишь, справедливость пойдешь восстанавливать? — спросил фамильяр, поглядывая то на меня, то на парней.

— Ненавижу, когда толпой нападают, — грустно вздохнула, — с детства.

— Как бы ты хуже не сделала, — мудро заметил кот.

Но судя по обрадованному личику Лидии, которая только заметила мое приближение, помощь лишней бы не была. Громко обозначая свое присутствие, я провозгласила:

— Я думала, здесь чествуют безродного артефактора и безродную ведьму! — почти на весь коридор раздались мои слова. — Если публика вас не устраивает, то никто и не держит.

Молодые люди оторвались от своей жертвы и развернулись ко мне. Но одно дело пинать и толкать неуверенного в себе юношу, а другое — ведьму, красавицу и жуть какую вредную Машу Антонову.

— О, — расплылся в улыбке здоровяк-песец, — десая Мишель. Рад знакомству. Меня зовут Александр де Клие.

— А я нет, — строго ответила. — Какое право вы имеете обижать моих друзей?

— Но он всего лишь вампир, да еще и неаристократичного происхождения.

— А я какого? — сузила глаза, а Пират в поддержку выпустил когти и медленно поскреб по полу с таким зловещим звуком, что я бы убежала. — Вы знаете, что девушки, — кивнула на Лидию и на заинтересованную стайку девиц, расположившихся поблизости, — ценят мужчин не за фамилию, а за характер, ум и умение зарабатывать деньги? Вот Кристиан это точно умеет. А чем похвастаетесь вы?

Это, конечно, не словесная перепалка в каком-нибудь клубе в Москве. Здесь все изъясняются красиво, но моя речь не оставила парня равнодушным.

— Но ведь я красив, богат и знатен, — скрестил руки на груди Александр, явно несогласный с доводами.

— Молодец, что не соврал про ум, — похлопала его по плечу в успокаивающем жесте.

— Что? — возмутился здоровяк. А в это время толпа его прихлебателей уже хохотала от моей не очень тонкой шутки.

Но я уже не обращала на них внимания.

— Девушки, а вот Кристиан умен. Недаром работает первым помощником у члена городского совета. Любой из них, — обвела взглядом местную золотую молодежь, — ваше состояние растратит вмиг. Не они его заработали, не они его оценят, а вот те, кто знает, как тяжело достается каждый медяк, по миру вас не пустят.

И с торжествующим видом отошла. Пусть думают, кого выбирать себе в женихи.

— Спасибо, — одними губами поблагодарила Лидия.

— Ну, вот видишь, — встряхнула руками, обращаясь к коту, — а говорил, что хуже сделаю.

— Ага, посмотрим, когда они на тебя всем скопом набросятся.

— А скопом зачем? — не поняла его шутки.

— Чтобы наверняка. Ведьмы один на один не умирают. Вас толпой гасить надо.

За беседой я не заметила приближающегося человека, отчего в очередной раз создала неловкую ситуацию. Мало мне падения на лестнице, в зале тоже отмечусь.

— Прошу прощения, — приложила руку ко рту и поняла, в кого врезалась.

— Маша, — тепло улыбнувшись, подхватил меня Кевин и вернул мне равновесие, — ты не хочешь потанцевать?

— Хочу, — завороженно отозвалась, потому что в этот же момент вдалеке заметила его брата, недовольно взиравшего на нашу пару. — Но не уверена, что умею.

— Не переживай, — поддержал оборотень, — я поведу.

— Давай быстрей, — поторопила мужчину.

Распихивая гостей, быстрым шагом приближался дознаватель. А я к такому не готова. Во-первых, разборки между братьями я на одном месте вертела, а во-вторых, ответ Эйдену пока не придумала. Так что мне оставалось только одно. Паниковать.

Глава 12. Мужчина — сказал, женщина — сделала по-своему…

Эйден де Рибер

Глаза налились кровью, когда увидел, как моя иномирянка приняла приглашение брата. Что это значит? Для чего она с ним сближается?

Выглядела Маша невероятно. Платье и прическа подчеркивали ее необычные черты лица. Но и до этого я видел в ней женщину абсолютной красоты. Я долго не мог найти в толпе ведьму, но как только приметил… был готов свалиться куда-нибудь в хозяйский погреб. Эта фурия отчитала сыночков местной аристократии в поддержку домашнего секретаря. Да не просто отчитала, но еще и неявно оскорбила. Где ее опекун? Почему Триаль не следит за поведением подопечной? Если какое-то время все еще будут ссылаться на то, что она ведьма, то скоро наступят сложные деньки. Маша явно не понимала расстановку сил, уверенная в своей правоте.

Она танцевала с Кевином, а я ревновал. Мозг просто затуманился животным инстинктом. Зверь требовал воплотиться, забрать добычу и присвоить, но мне было понятно, что девушка такого способа не поймет.

— Вот ты где, — хлопнул меня по плечу отец, — вижу, и ты заинтересовался ведьмой.

— Верно, — повернулся к нему, пытаясь выбросить из головы злые чувства. Как минимум колдунья в руках брата в безопасности. — Думал, ты не придешь.

— Как я мог? — притворно ужаснулся старший де Рибер. — Десай Аллен нечасто балует нас новинками, а теперь… И везде эта десая Мишель.

— Ты не любишь ведьм.

— Отнюдь, — не согласился папаша, — не хочется в этом признаваться, но в Мари я не вижу того, что видел в невесте, что привел Кевин. — Он смотрел на танцующую пару. — Мари, конечно, не высший свет, но точно не охотница за деньгами и положением.

— Тебя смущало только это? — не поверил я его словам.

— Не только, но на плохое воспитание можно закрыть глаза. Может, скажешь брату, что в этот раз я не буду спорить с его выбором? — уставился отец на меня.

Рр-р-р. Я почти рычал, оставаясь в сознании человека. Кевин тоже выбрал? Тоже делал ей предложение?

— А если бы она стала моей невестой? — спросил главного в семье. — Как бы ты отреагировал?

— Ты и ведьма? — удивился батюшка, а затем опять внимательно взглянул на Мари. — Эйден, боги, — ужаснулся он, — не говори мне, что и тебя привлекла эта особа?

— Эта особа защитила Триаля во время нападения, а потом и его дочь, взяв удар на себя, — отметил я достижения Маши.

— А твой брат?

— Сейчас я спрашиваю тебя, — настаивал на ответе.

— Честно? — ясными глазами посмотрел на меня отец. — Эта девица не умеет себя вести, даже будучи десаей. Видно, что росла в захолустье. Но она умная, хитрая, и ей палец в рот не клади — мигом окрутит. Тебе она подходит больше, чем Кевину. Он более спокойный и честный. Мари меня настораживает — пока не разобрался почему, — но не вызывает отторжения. Лишь одно сейчас беспокоит меня.

— Что же?

— Если она станет камнем преткновения между братьями, я не смогу принять ее в качестве невестки. Пусть девушка определится, с кем останется. А потом вы проясните все свои обиды.

— Ха, — я громко усмехнулся, — будешь сильно удивлен, если узнаешь, что Мари не хочет замуж.

— За тебя или за Кевина? — уточнил Томас.

— Неважно. Она ясно дала понять, что ей это не нужно. А сейчас избегает меня.

— А это не очередная уловка? Все же хотят казаться необычными и оригинальными.

— Сам посуди. Я познакомился с ведьмой, когда она обучала троллей азартной игре в таверне, а потом мы вместе нашли труп. Ей это нужно? По-моему, она достаточно оригинальна.

В это время закончился танец, и Маша тут же подхватила упитанного фамильяра.

— Не знаю, сын. Но будь настороже. Я не испытываю к ведьме отрицательных чувств, но и видеть, как ты отдаляешься от брата, не хочу.

— Спасибо, отец, — поблагодарил его, — пришла моя очередь потанцевать с потенциальной невестой.

Не слушая ответа, проталкивался сквозь толпу. Не так много было желающих провести время с Мари, но они находились. Когда девушка пребывала в раздумьях над очередным приглашением от расфуфыренного хлыща, я схватил ее за запястье.

— Этот танец вы обещали мне, десая Мари.

— Кажется, запамятовала, — мрачно ответила ведьма.

Под удивленный гул, и под взглядом сверкающих глаз брата, увел ведьму в центр зала.

— Ну что? — спросил ее, придерживая за талию. — Дашь мне ответ?

— Какой? — Маша сделала непонимающий вид.

— Жениться мне?

— Ой, да женись, — хотела махнуть рукой, но я крепко держал фигуру и руку девушки. — Главное, не на мне.

— Не нарывайся, Маша, — попытался приструнить иномирянку.

— Эйден, ты достал! Ты реши вопрос с братом, потому что сейчас все кары богов достанутся тебе. Во всем произошедшем он винит тебя.

— В чем?

— Ему на предложение я отказала.

— О чем ты говоришь? — я почти взорвался, но сразу смолк, завидев заинтересованные лица. — Он тоже звал тебя замуж?

— Ага, — кивнула Мари, — по ощущениям, в Аридии шаг вправо — замужество, шаг влево — сдача дознавателю.

— Но ему ты отказала? — в груди разлилось какое-то теплое чувство. Только это сейчас и интересовало.

— Ты вообще меня слышишь? Я пока и тебе ответа не дала.

* * *

Маша Антонова

Вот упертый баран, точнее, волк. Я как попугай талдычу: «У меня сестра, я не из Аридии, надолго не задержусь». Но эти оборотни абсолютно глухи к любым доводам. В общем, и цирк, и зоопарк одновременно.

— Точно, — хищно улыбнулся дознаватель, — готова согласиться?

Готова разбежаться и врезать по лобной части головы, но, думается мне, что силушек не хватит. Эйден-то неплох в роли жениха и потенциального мужа, а я в качестве невесты и супруги могу подкачать. Даже для здешних ведьм мое поведение — нонсенс.

— Нет, — отнекивалась и всячески отрицала такое счастье.

— Нет? — удивился спутник.

— Тебе девушки никогда не отказывали?

— Я никого раньше замуж не звал, — вздохнул оборотень и закружил меня в очередной фигуре танца.

Дальше мы молчали. Эйден переваривал мой ответ, а я чувствовала себя виноватой. Но это ведь нечестно! Отчего я испытываю такие эмоции? Он требует, а не просит. У нас и свиданий-то не было, сплошные нравоучения. А еще все, кто посвящен в тайну моего происхождения, обещают помочь с поисками сестры, но совершенно ничего не делают.

Музыка смолкла, и мужчина подвел меня к семье де Цепешей.

— Вы очень красиво смотрелись, — сделал комплимент Жофре, — может, и со мной потанцуете?

Бр-р, нет. Давайте без этого. Это же званый вечер.

— Мари, наверное, устала, — правильно считал выражение моего лица Триаль, — пусть отдохнет.

— Как скажете, — поклонился всем де Руаль и скрылся в толпе.

Фух, хватит с меня высшего общества. Вроде со всеми поговорила, новинки жителям показала; предметы немагам понравились, можно и домой отбывать. Вот только неожиданное поведение одного из гостей омрачило вечеринку.

— Эйден, можно тебя на пару слов? — подошел откуда-то со стороны Кевин де Рибер.

Судя по легкому винному аромату, он не сок хлестал возле столов, а что покрепче.

— Конечно, брат, — согласился дознаватель и отвел родственника подальше от нас.

Вампиры и другие аристократы, стоявшие вблизи, напряглись. Намечалась буря, если присмотреться к лицам собеседников. И, скорее всего, эпицентр этого торнадо я.

До нас долетали обрывки слов: «не твоя», «замуж», «Мари». Публика быстро просекла, о чем спорят мужчины, и с некоторым презрением посматривали на мою и так заметную персону.

И опять женщина виновата. Шовинизм во всей красе.

Ладно, на убогих и дознавателей обижаться нельзя. Убогие — те, кто меня заочно осуждал, не зная всей ситуации. С первыми ничего не сделать. А вторые и посадить могут. На кой нам такое развитие событий?

Обстановка накалялась. Сначала не выдержал Кевин и врезал брату под ребра. Эйден, не ожидавший удара, тяжело задышал, но в долгу не остался, атаковал примерно в это же место. Под громкое рычание своих ипостасей, они наполовину обернулись и крепко вцепились в друг друга. Можно с полной уверенностью говорить, что легким движением руки Кевина танцпол превратился в ринг.

Что тут началось! Местные дамы, обмахиваясь веерами, попадали в обмороки. Мужчины, скидывая сюртуки, пытались подхватить симулянток, а затем предпринимали попытки разнять дерущихся, но никто не смог и близко подойти к двум катающимся по полу волкам. Пытаясь достучаться до остатков благоразумия, ну и свое сохранить, я схватила со стола кувшин с красочным содержимым и выплеснула всю жидкость на оборотней.

— Маша, ты что? — отпрянул от брата дознаватель, смахивая с себя листья базилика, лимонные дольки и капли напитка.

Младший брат поднялся, попытался поправить рубашку — или то, что от нее осталось, — и задал мне такой же вопрос.

Ну… приехали. Вы, значит, здесь деретесь, а сумасшедшая я.

— Я не знала, что делать, — развела руки в стороны.

— Уйдите, десая Мишель! — услышала грозный голос Томаса де Рибера за спиной. — Вы уже все сделали!

Развернувшись на каблуках, всмотрелась в лицо главы семьи. Тот просто не сдерживал бешенства: громко вздыхал, грудь его вздымалась, и казалось, что белая рубашка вот-вот порвется. На пальцах вместо обычных ногтей проступили когти, зрачки налились желтым цветом.

Он тоже считал меня виноватой в этом постыдном инциденте. И за что? Разве я прошу этих двоих жениться на мне? Веду себя неприлично? Заигрываю с ними?

Ничего из перечисленного я не делала.

— К черту все! — вспыхнула от негодования и выбежала прочь из зала в поисках выхода.

— Мари, постой! — попытался догнать меня де Цепеш, но, завидев мое лицо, решил не спешить.

— Я не уйду, — крикнула вампиру, но продолжала удаляться, — мне просто нужен свежий воздух!

Он все понял и не стал меня преследовать. И молодец. Говорят, ведьма в гневе страшна, а Маша Антонова еще страшнее.

Пират тоже прочитал мои мысли, сообщая, что не станет подходить близко, пока я в таком настроении. Поблагодарив котейку, вышла на улицу.

Сейчас мечталось только об одном — о благословенной тишине и уединении.

«Долбаные оборотни! Долбаная Аридия! Долбаное поместье!» — злилась я про себя, пиная разбросанные камни на дорожке. Каким-то чудом смогла выйти в небольшой сад, разбитый с обратной стороны дома десая Аллена.

Мне совсем не хочется здесь оставаться. Не в доме, а в этом мире. Никто не спрашивает моего мнения, поступают со мной как хотят. Даже дух поместья отбросил Эйдена, не поинтересовавшись, а нужно ли мне это. Если привидение ведет себя по-свойски, то чего ждать от мужчин?

Тот же Эйден что-то говорит о свободе. Но какая же эта свобода, если я все время прячусь, скрываюсь и должна помалкивать в неудобные моменты?

В этом мире десы и десаи ничего не решают, но я никогда не смирюсь с таким положением вещей. Мне жизненно необходимо равноправие и самостоятельность. Если придется здесь жить, то стоит приложить усилия к получению независимого статуса. Алекс Аллен как-то обмолвился, что ведьмам получить его проще всего, а уж талантливым….

Решено: заручусь его поддержкой, закончу обещанный ремонт — и адьос.

Вот только отчего-то сердце бьется сильнее, когда думаю, что покину дом вампиров. За недолгое время де Цепеши стали мне родными. Особенно Лидия, Форд и Норт. О противных оборотнях старалась не думать. Эланора продолжала удивлять своими явно воинственными замашками, де Руаль был как родственник-чудила с неповторимым поведением. А прислуга? К ним я тоже прониклась невероятной благодарностью. А бригада? Ребята стали мне верными друзьями. Даже провожая меня на этот званый вечер, не обошлись без язвительных смешков и подколок.

Думаю, пора вернуться. Я личность нервная и нравственно контуженная по меркам местного общества, но здравый смысл взял верх. Алекс Аллен устроил этот праздник ради своего дела, и в том числе для меня. Не я его испортила. Пусть де Риберы уходят и разбираются в своих распрях.

— А вот и ты, пташка, — за спиной послышался вкрадчивый голос.

Твою мать, ну почему мне так везет на незваных незнакомцев?

— Вы что-то хотели? — развернулась к нахалу и увидела знакомые глаза мужчины, который уже делал попытки напасть на меня в Дримгейте.

Бандит в темном костюме, с платком, скрывающим половину лица, подходил все ближе. Подкрался бесшумно, помахивая серебряным кинжалом.

— Стой! — указал он на нож. — Ты же не хочешь, чтобы я тебя поранил?

— Я и стоять не хочу, — покачала головой, — но тебя же это не остановит?

Где-то слышала, что противника необходимо заговорить и сделать что-то неожиданное. Вот только этим приемом я уже пользовалась. Преступник готов ко всему, а слава местных ведьм не оставляла мне форы.

— Нет, — прошептал незнакомец. — Расслабься, помоги мне, — словно баюкал и уговаривал он.

Голос и правда расслаблял, мозги превратились в желе. Довериться, уйти, меня здесь так обидели, мне грустно. Вдруг в том месте, куда отведет мужчина, будет спокойнее? Но надо еще найти Дашу — стрельнула шальная мысль про сестру. Да на меня даром убеждения воздействуют.

— Бегу, и волосы назад, — съязвила, обращаясь к здоровяку и отбрасывая шлейф заклинания. — Ты просишь меня помочь, но делаешь это, тыкая ножиком мне в спину, — процитировала известную фразу на свой лад.

— Как же ты достала, — сразу разочаровался бандит и сменил томный тон на строгий и гневный. — Иди сюда! Меньше пострадаешь!

Хотелось бы дать отпор, но магия еще не слушалась. В один шаг мужчина скрутил меня, надел мне на голову темный мешок и сильным ударом привел в бессознательное состояние.

Последние мои мысли были: «Вот черт, надо что-то предпринять»! Только я уже была в глубоком обмороке.

Глава 13. Похищение и его последствия

Маша Антонова

Приходила в себя я с трудом, всеми фибрами души ощущая шишку на затылке. Вот собаки! Девушку ударили. Развяжите мне руки, веки я сама подниму, а потом мало никому не покажется…

— Десая Мишель, — услышала я знакомый голос, — рад, что вы пришли в себя.

— Где мы? — откашлялась и рассматривала обстановку как могла. Глаза еще не привыкли к темноте.

Рядом, склонившись, стоял Ричард Уайетт с бурдюком воды в руках.

— Хотите пить? — сочувствующим тоном спросил он.

— Нет, — покачала головой. Какой дурак будет пить из рук своего похитителя. — Зачем я здесь? Что я сделала? — недоумевала, попутно оглядываясь вокруг.

Передо мной мужчина, один, который может перевоплощаться в дракона. Я, связанная по рукам и ногам, привязана к какой-то стене. Место сильно напоминает склеп Ираиды, но это не он, да и усыпальниц нет. Каменная кладка, увитая растениями и обложенная мхом, земляная насыпь на полу, редкое освещение по кругу. Дырявая крыша помогла мне понять, что сейчас ночь. Не знаю, сколько я провалялась в забытьи, но надеялась, что пару часов. Если бы я не оказалась в заведомо опасном положении, то радовалась бы тому, что нахожусь в красивом и аутентичном месте. Может, у аристократов такие сараи? Красиво жить не запретишь.

— Мари-Мари, — катал мое имя на губах мужчина, — вы вечно торопитесь. Но я отвечу на ваши вопросы.

— Было бы неплохо, — невозмутимо отозвалась, устраиваясь поудобнее.

Руки и ноги затекали, превратившись в бесполезные куски мяса. Сбежать точно не смогу, даже если чудом развяжу веревки. Пока приду в норму, пока почувствую пятки. Надо думать… С другой стороны, дед-военный на вопросы о его участии в Великой Отечественной всегда отвечал, что русские долго запрягают, но быстро ездят, а тормозят вообще страшно. Мама любила повторять, что характером я пошла в дедулю. Надо только способ найти, а дальше импровизировать будем.

— Я ведь пытался вас предупредить, — выпрямился мужчина, — на совете говорил, что мне интересно это поместье. Неужели не поняли моих намеков?

Сверкая глазами исподлобья, мечтала, как освобожу ноги и запинаю обидчика.

— Нет, я в этой теме профан, — хотела бы развести руками, но не могла. Да и как понять? Я в Аридии меньше месяца нахожусь. Еще не разобралась в местных порядках.

Оставалось уповать на магию. Одно заклинание у меня уже получилось. Может, другое поможет?

Словно прочитав мои мысли, дес Уайетт озвучил.

— Не надейтесь на волшебство. Здесь зарыто несколько амулетов. Заговоры не помогут, одна чистая сила, но вы же артефактор… — довольно заключил он. — Такая опасная в лаборатории и совершенно беспомощная в моих руках.

— Так что вам нужно? — упрямо пыталась я добиться ответа, радуясь словам чешуйчатого. Скрытый дар на то и скрытый дар. Правда, второй из них неизвестен даже мне.

— Вы стали досадной помехой, — отмахнулся драконище. — А я так надеялся решить вопрос мирно. Мне нужны шахты и поместье, а тут появилась ведьма.

— Вы хотели выгнать вампиров, — поняла я очевидное, — а меня принял дом, и вы заволновались?

— Верно, десая Мишель, — согласился мужчина.

— И нападения были заказаны вами?

— В точку, — присел рядом Ричард. — Хотел вас похитить, но не смог. Мало кто из наемников ожидает отпора от женщины.

Буду считать это комплиментом.

— А на деса де Триаля? — продолжала задавать вопросы. — Тоже ваша работа?

Дес Уайетт проигнорировал мою речь, встал и прошелся взад-вперед.

— Мне жаль, что пришлось так поступить. Вы поистине талантливая ведьма. Но сильно сомневаюсь, что согласитесь на сотрудничество.

— И что? — с вызовом откинулась к стене. — Убьете?

— Я бы хотел, но мой соратник попросил не делать этого.

За окном послышались звуки грома. С некоторых пор гроза и проливной дождь стали моим любимым погодным явлением.

— Кто?

— Неважно, — улыбнулся аристократ, — вы успеете с ним познакомиться. Не знаю, для чего вы понадобились, но с его слов, ему было очень нужно поймать ведьму. А как говорится, чтобы поймать ведьму, нужна ведьма. Буду надеяться, что и он вас не убьет, а впоследствии вы пересмотрите свои жизненные ориентиры и согласитесь сотрудничать.

— С тем, кто связал меня и пленил? — выгнула брови.

Я еще никогда не пыталась контролировать силу, просто вызывала тучи и молнии на улице или в помещении. Но сейчас пыталась сконцентрироваться, параллельно поддерживая разговор. Что я там обещала вампирам? Заряд электричества в филейную часть?

— Над чем задумались? — удивился вдруг Уайетт.

Чувствуя, как меня накрывает могуществом, «поймав волну», я слилась со стихией.

— Радуюсь, что вы плохо меня знаете, уважаемый дес, — хищно улыбнулась и направила поток магии в сторону дракона. Тут же над нашими головами проявились тучи, в комнате послышались звуки грозы, а под потолком блеснули электрические разряды.

— Ты же артефактор? — ошалел похититель.

— Кто тебе сказал?

Ричард Уайетт отпрянул от меня, едва завидев небольшую тучку.

— Кто ты? Кто ты?! — прокричал мужчина.

— Глупо с вашей стороны, дес дракон, — я подобралась и выпрямилась, — не уточнить о моих дарах. — А потом простым кивком головы направила молнию в сторону обидчика.

Сверкнул ослепляющий белый свет. Разряд дошел до тела мага и заставил того биться в конвульсиях. Истошные вопли от полученной боли раскатами отзывались в ушах, заставляли кровь стынуть и бояться собственной мощи. Я пыталась контролировать стихию, но у меня плохо получалось — как-никак, это мой первый опыт в таком деле.

Через несколько секунд дело было сделано. Не знаю, убила или нет. Все еще связанная, не могла рассмотреть, что случилось с Ричардом.

Перевернувшись, я поползла к дракону. По вздымавшейся груди увидела, что несчастный дышит, но находится без сознания. С одной стороны, хорошо — трупов нам только не хватало, если твоей руки добивается дознаватель, с другой, надо быстрее думать о своем спасении. По словам похитителя, он не один. Вдруг придет второй бандит? Сил-то маловато. Жутко хочется спать, прислониться к стене и забыться. К горлу подступала паника: неужели останусь здесь до момента, когда хлыщ и проныра придет в себя?

— Пират, миленький, — я очень надеялась на связь между хозяйкой и подопечным, — найди меня, — шептала и плакала, не в силах оставаться невозмутимой.

Столько всего случилось за дни моего попаданства, что не перечесть, но именно сейчас я почувствовала, в какой опасности нахожусь.

* * *

Эйден де Рибер

Мой отец обидел Машу. Ее туфли и платье мелькнули где-то в коридоре, но я не мог сдвинуться с места, чтобы догнать ее. Все это время на нас смотрели гости и разъяренный глава семьи.

— Идите за мной! — грозно кивнул он и прошел вперед.

Продолжая смахивать листочки и фрукты из напитка и отжимать края рубашки, я следовал за де Рибером; позади плелся брат, проделывавший то же самое.

Как только мы оказались наедине, закрывшись в библиотеке, Томас, не сдерживаясь в выражениях, отчитал нас как нашкодивших мальчишек.

— Это позор! — почти рвал на себе волосы оборотень. — Братья подрались из-за безродной ведьмы. Вы хоть чуть-чуть осознаете, что наделали?

— Отец… — начал было Кевин.

— Молчать! — не унимался отец. — Мне плевать, какие шашни вы водите с ведьмой. Она десая. О чем вы думали?

— Незадолго до того ты сказал, что не имеешь ничего против, — отметил я, напоминая его слова, сказанные ранее.

— Верно, — мужчина развернулся ко мне. — Предупредив, чтобы девушка определилась. Вместо этого вы устроили драку. Вам по пять лет? Не можете поделить игрушку?

Кевин легонько зарычал.

— Мари не игрушка. Она дорога мне.

— Я уже говорил Эйдену, — отрезал старший де Рибер, — не вам решать, кто останется с десаей Мишель! Она ответственна за свою судьбу. Как мне смотреть в глаза совету? Вы думали об этом, когда решили кататься по полу, словно звери?

В дверь тихонько поскреблись.

— Не сейчас! — отрезал отец.

За дверью стали скрестись еще настойчивее.

— Что такое? — закатил глаза оборотень.

Так как никто не заходил, мне пришлось подойти к двери и распахнуть ее.

— Пират, — удивился я, завидев фамильяра Маши. — Что-то случилось? — опустился к коту и дал взобраться к себе на руки.

— Да, — промяукал пушистый, — Маша пропала, мне кажется, она в опасности.

Фамильяры — создания непростые. Ехидные, хитрые, ушлые. Но по глазам вижу, что не врет. Действительно обеспокоен, мнется, сомневается и даже жалеет, что обратился ко мне. Но боится… боится за хозяйку.

— Почему ты так решил? — тут же подбежал Кевин.

— Ну, Маша убежала, стояла на заднем дворе, а я читал ее мысли.

— О чем? — перебил фамильяра брат.

Пират презрительно посмотрел на него, потом на меня, а самый жуткий взгляд бросил на главу нашего семейства.

— Лучше я буду молчать, — заключил он, — а то спасать передумаете.

— Да говори же! С чего ты взял, что она в опасности? — не утерпел я.

— Потому что потом резко все оборвалось, — пытался объяснить очевидное кот. — Я не чувствую ее, не знаю, где она. На нее ведь уже нападали.

— А по дому искали?

— Пока нет, сразу пришел к вам.

— Подумаешь, — проворчал отец, — обиженная девушка спряталась ото всех в какой-нибудь комнате. Просто плохо искали.

— Нет, — покачал я головой, — на Машу это не похоже. Здесь все бы прочувствовали ее обиду. Скорее разверзнутся врата богини Морты, чем Мари тихо будет плакать в сторонке.

— Все равно, — не согласился брат, — надо пройтись по дому, а потом уже будем паниковать.

Через час стало понятно, что девушки и след простыл. Обеспокоенные вампиры прошерстили весь дом, стараясь не поддаваться унынию. Десай Аллен бродил по залу и расспрашивал знакомых, кто и когда в последний раз видел Мари. Получается, ссору запомнили все присутствующие гости, а куда скрылась неугомонная ведьма — вопрос оставался открытым.

— Я говорю, — шипел на меня и брата Пират, — точно что-то случилось. Ну не могла она просто исчезнуть.

— Ты же читал ее мысли, — не выдержал Кевин. — Тебе лучше знать. Сейчас ее не чувствуешь?

— Нет, — крутился у меня на руках фамильяр. — Совсем не чувствую.

— И что делать? — уставился в мою сторону брат. — Как дознаватель поступает, когда человек пропадает? Какие шаги предпринимает?

— Дознаватель опрашивает всех знакомых, — задумчиво отвечал я, оглядывая зал, — только это ни к чему не привело.

Нужно выйти на улицу. В такой обстановке — со спертым воздухом и тесным вниманием гостей — я ни к каким выводам не приду. Младший де Рибер не отставал, надеясь на мои светлые мысли.

— Как иронично, — решил съязвить Пират. — Подрались, а теперь вместе бегаете, суету наводите. А вели бы себя по-мужски, не пришлось бы этим заниматься.

— Еще одно слово, — пригрозил я полосатому, — и тебя отправят домой в повозке, да еще и наденем ошейник и намордник.

Куда там. Не знаю, что может заставить фамильяра Маши заткнуться. Он и раньше любил подвякивать, а теперь совсем страх потерял. Хотя куда больше бояться?

— А оборотни намордники носят? — округлил глаза бесстрашный. — Если нет, то где же ты его возьмешь?

Стоящий рядом Кевин закатил глаза, но промолчал. Все переживают. А бороться со словоохотливостью кота нет никакого желания. Пусть себе фыркает. В конце концов, он просто нервничает из-за ситуации.

Ночной воздух освежал. Ветер шелестел листья дуба, посаженного вблизи городского дома артефактора. Где-то вдалеке громыхал гром, но темное небо осталось чистым. Значит, пока мы праздновали, по Дримгейту прошлась непогода.

Стоп. Небо чистое. А если бросить взгляд на дорогу, то не видно и следа от луж. Все те же грязь, песок и камень. Но сухие.

— Брат, — повернулся к нему, — а какой был прогноз от магов? Помнится, на площади объявляли неделю засухи.

— Ты думаешь?.. — почти сразу уловил он мысль.

— Да, — кивнул я, всматриваясь в горизонт. — Ты слышишь?

Словно в подтверждение моих слов раздался еще один раскат грома. Негромкий, но донесшийся до главной улицы.

— Нам обратиться? Или на лошадях? — сразу кинулся в атаку оборотень.

Я опустил кота на землю.

— Найди Триаля. Сообщи, что мы узнали.

— Мрряу! — то ли шипел, то ли рычал фамильяр. — Я отправлюсь с вами. Там моя хозяйка!

— Нет! — покачал я головой. — Лучше вместе с вампиром ожидай новостей. Как только мы ее найдем, ты единственный будешь читать мысли Маши. Понадобится — пришлешь помощь.

— Я туда Эланору пришлю, — пригрозил возможному обидчику Пират. — Пусть попробуют с этой тронутой объясниться.

Ну-ну, деса де Цепеш, несмотря на свой образ городской сумасшедшей, все равно оставалась женщиной и очень посредственным магом. Надеюсь, до ее помощи дело не дойдет.

Оборачиваться не стали. Лучше взять повозку и оставить где-то неподалеку. Вдруг ведьма ранена. А вблизи перекинемся в ипостаси.

— Думаешь, успеем? — гнал лошадей Кевин, сидя на облучке.

— Не знаю.

Сложно верить в свои силы, когда уже так облажался. Расследование смерти Оллстоппа и нападений на де Цепеша и Мари почти не двигалось с места. Все сводится к треклятым шахтам. Только мне кажется, есть что-то еще, что я никак не могу уловить.

Мы ехали на звуки, а ориентиром служили небольшие тучи, видневшиеся вдали. Судя по всему, девушку укрыли в старом храме, который жители давно не использовали. Он был полуразрушенным, там редко появлялась хоть одна живая душа, не считая ворон. Идеальное место и достаточно удаленное от города. Не услышь мы звуки, не рассмотри едва заметные молнии, никогда бы не догадались искать в этой стороне. Тот, кто похитил Машу, не знал, что она погодница. Полагаю, бандит был уверен в ее артефакторских способностях. Десай Аллен рассказывал о девушке как о своем подмастерье и напарнике. Да так и половина Дримгейта думает.

— Можно остановиться здесь, — притормозил и сразу спешился Кевин, бросаясь привязывать лошадей к дереву.

При помощи магии я сделал ржание едва слышимым.

Дальше нам оставалось уповать на нюх и силу и надеяться застать ведьму живой.

Мы быстро двинулись, передвигаясь на четырех лапах. Брат лучше действовал в таких местах. Все же я житель города, не так давно вернулся из столицы, а там запахи и ароматы постоянно смешивались между собой. Нет, дознаватели этим фактам доверяли, но надеялись на собственную логику и прочие улики.

Он шел впереди, а я за ним, улавливая присутствие дракона. Да, как только повозка остановилась, можно было учуять деса Уайетта. Если он стоит за похищением, не посмотрю, что долг перед короной, словно груз, висит надо мной, — порву, вгрызаясь в шею ящера.

Через некоторое время у одного из невысоких зданий оборотень остановился, рыча и взрывая землю.

— Она здесь, — обратился в человека Кевин, прижимая указательный палец к губам. — Я знаю.

Мне тоже показалось, что я услышал всхлипы девушки, а еще в ветре ощущался аромат клубники и горящих свечей. Мой любимый запах, который я каждый раз чувствовал при встрече с Машей.

— Может, все-таки в звериной ипостаси? — в какой-то момент занервничал брат.

— Нет, — покачал я головой, отвечая бесшумно, — Мари может испугаться.

Мы оба, тихонько ступая, плетя магическую сеть, зашли на полы каменной комнаты. Я мог ожидать всего что угодно, кроме картины, которая открылась перед нами. Обездвиженный, еле дышащий дракон лежал в стороне от маленькой фигурки в веревках.

— Маша? — во весь голос спросил я.

— Эйден? — с легкой хрипотцой отозвалась моя еще не невеста.

Я не стал смотреть, что там с Ричардом, но тут же бросился к любимой.

— Ты в порядке? — развязывал ей ноги и руки. — Не пострадала?

— Он не успел, — с придыханием ответила ведьмочка, потирая пострадавшие конечности. — Как вы меня нашли?

Кевин, наблюдавший за нашими действиями, отвернулся и сковал дракона заклинанием.

— По тучам, — хмуро ответил брат. — И молниям. Что здесь произошло?

— Ненаблюдательность и фатальная ошибка, — съязвила колдунья, уже сидевшая на моих у меня на руках и смирившаяся с этой необходимостью. — А где Пират?

— С вампирами, — пытался я объяснить ей, — если бы ты была ранена, только он смог бы вызвать сюда кого-то. Расскажешь, что случилось?

— Потом, — колдунья посмотрела на спящего дракона. — Не сейчас, но это важно.

— Но я должен знать! — не отставал я, пытаясь разузнать все подробности. — Отчего сильнейший дракон сдался и пребывает в бездыханном состоянии?

— Коммерческая тайна, — со смешком ответила Мари. — Ну и пусть, перестанет девиц стращать. От этого и травмы бывают.

— А ты не так проста, — слабо улыбнулся Кевин, видя, как я таскаю его возлюбленную на руках.

— Ой, — махнула рукой ведьма, — кто в вашем доме выживет? С одной стороны вампиры, с другой привидения.

— Не отвлекайся от темы, — вступил я в их беседу.

Мне жутко не нравилось, с какой улыбкой общается Маша с моим братом. А ему не нравилось, что ее не тревожит пребывание в моих объятьях. Одну Мари все устраивало, но ей простительно. Шока никто не отменял.

— Дай я встану, — все-таки попросила девица.

Я, нехотя отпуская ее фигуру, нагнулся и дал ступить на твердую поверхность. В этом же момент ведьмочка, с трудом перебирая ногами, начала выспрашивать в своей невозмутимой манере, приблизившись к Ричарду:

— А как вы его погрузите? А багажник есть? А он туда влезет?

— Мари, — попытался я приструнить бедовую колдунью, — я задам один вопрос, но он станет ответом на многое.

Мне было неважно, что случится с телом дракона. Да пусть небеса разверзнутся и оттуда спустятся боги. Сейчас все зашло слишком далеко, и лишь ответ Маши имел значение.

Она, не понимая, уставилась на меня, но переводила взгляд на Кевина.

— С кем ты отправишься? Со мной или братом? — поставил ее перед выбором, который требовал наш отец.

Он был прав. Только Маше решать свою судьбу, а она точно знала, что последует за ее словами. Несколько раз взглянув на меня, а потом на другого де Рибера, она сказала.

— Ты хочешь этого именно сейчас?

— Да, — твердо ответил я, зная, как тяжело дается такое решение, — сейчас.

— Ведь все случилось из-за вас, — не сдавалась она, — не было бы драки, я осталась бы в зале.

— Верно, — сделал шаг навстречу к ней. — Но ты ставишь меня и Кевина в неудобное положение.

— А вы не думали, что ставите в подобное положение и меня? — разъярилась колдунья. — Может, мне все равно? Может, меня не интересует ни один из вас?

Я не стал реагировать на подобные заявления, стоя на своем.

— И все же мы оба ждем ответа.

Она закусила губу, посматривая на брата, и с чувством вины произнесла.

— С Эйденом.

Большего мне было и не надо. Активировав портальный камень, открыл арку в собственный дом. Кевин не оставит бандита просто так, скует, насколько возможно. А через некоторое время сюда прибудут мои подчиненные. Подал руку ведьме, зная, что она примет.

— Идем?

Глава 14. Тяжело в лечении, легко в гробу

Маша Антонова

— Вот ты жук! — набросилась я на оборотня.

Он, довольный и улыбчивый, обнимал меня все то время, пока я приходила в себя после жесткого перемещения в пространстве.

— Еще какой, — рассмеялся Эйден.

Мы встали напротив двери его дома, где я уже один раз побывала. Но тогда я была в полной бессознательности, а сейчас мои тараканы в голове бодро перебегали с места на место, размахивая красными флагами и вопя: «Ау, ведьма! Ты что творишь»?

— Ты чего-то испугалась? — спросил дознаватель обеспокоенным тоном и подтолкнул к двери.

— А нет причин?

— Теперь тебя никто не обидит, — заверил мужчина.

Ох, не за это я переживала. Обидеть ведьму может каждый, не каждый сможет убежать.

Мы вошли в широкие двери. Не встретив препятствия в виде слуг, Эйден увел меня сразу на второй этаж по винтовой лестнице.

— Расскажи, что случилось? — прошептал мне на ухо, бросая взгляд в мое декольте.

— Только после душа, — отнекивалась я, понимая, что пролежала на мокрой земле почти всю ночь. Мой видок оставлял желать лучшего. Некогда красивое платье превратилось в бесформенную тряпку, туфли на высоком каблуке оставляли за собой грязный след, прическа опять стала похожа на воронье гнездо, а на лице засохла мокрая пыль и земля. — А еще я переживаю за Пирата, — несколько обиженно просопела, когда оборотень привел меня в свою спальню.

— Так дай ему знать, что все в порядке, — чуть ухмыльнулся ищейка, вызывая колокольчиком домашних.

Верно. Пусть хоть кот с вампирами успокоятся.

— Пиратик, котик, — мысленно обратилась к нему, — ты меня слышишь?

— Маша! — тут же отозвался пушистый проныра. — Я так волновался. Ты где?

— У Эйдена, — ответила я, наблюдая за хозяином дома.

Тот вызвал служанок, вмиг прибежавших на хрустальный зов, попросил принести чистую одежду и разобрать постель. А еще горячую ванну, но ничего не сказал по поводу отдельной комнаты для меня.

— Может, тебе лучше домой? — раздался в голове голос котика.

— Чувствую, что у де Рибера на эту ночь большие планы, — поняла я по-своему происходящее.

— Тогда я умываю лапы, — хотел свернуть беседу Пират.

— Эй, а спасти прекрасную деву? — возмутилась, надеясь на геройство фамильяра.

— Тебя спасли? Спасли. Ты хочешь вернуться?

Тут я закусила губу в растерянности, понимая, что разум и эмоции расходятся во мнениях, а котище, блуждавший по закоулкам моего сознания, быстро во всем разобрался.

— В общем, всего тебе хорошего, — пожелал полосатый предатель. — Потом подробности не забудь рассказать.

— Вуайерист, — почему-то в голос прокричала я.

Сразу же на меня воззрились удивленные глаза хозяина дома.

— Кто? Я? — не понял он.

Какая неловкая ситуация. Улыбнувшись и держась на расстоянии, прошмыгнула к скрытой двери.

— Пират. Но теперь сигнал не ловит.

— Что? — все в таком же недоумении застыл Эйден.

Вот как все объяснить? Тело жутко задеревенело. Мне хотелось быть здесь и одновременно хотелось сбежать. Станет ли де Рибер настаивать на замужестве? Если да, то что ответить? Вопросы все множились. Ответов не было, и я окончательно растерялась.

— Ты хотела в душ, — отвлек меня от грустных мыслей мужчина, — идем?

— Ты со мной, что ли? — я немного смутилась и оттого стала еще наглее.

— Нет, — покачала он головой, — по крайней мере, не сегодня.

Мы зашли в купальню, посередине которой стояла огромная мраморная ванна.

— Отдыхай, а когда вернешься, тебя будет ждать ужин, — проводил меня Эйден.

— А ты? — не утерпела и спросила, не зная, какой ответ хочу услышать.

— И я, — продолжал улыбаться оборотень.

Теперь мне казалось, что лицо пылало, словно маков цвет. Пользуясь моей беспомощностью и внезапно из ниоткуда появившейся робостью, Эйден почти затолкнул меня за ширму.

— Иди, не торопись, — прозвучало как приказ. Но все же я знала, что и он испытывает аналогичные чувства — хриплость в голосе выдавала его с головой.

Я и не собиралась быть быстрой. Оставшись одна, сняла платье, превратившееся в тряпье, скинула туфли и залезла в горячую воду. Весь ужас прошедшей ночи я осознала только сейчас, когда наконец мое тело и душа находились в полной безопасности. Сложно принять, что Ричард Уайетт пленил ведьму и хотел передать подельнику неизвестно для каких целей, украв меня из-под носа у дознавателя, — и все это ради камней, принимающих магию. Чертова шахта! Чертов мир! Никто меня не защитит, даже толпа оборотней. Не потому, что не могут, а потому, что враг всегда хитрее — он на шаг впереди нас. Надо быстрее обучаться заклинаниям и овладеть даром. А ведь есть еще и скрытый…

Погрузившись полностью, с головой, пыталась отогнать печальные и тревожные мысли. Но одна, очень волнующая, уходить не хотела.

— Маша, ты в порядке? — постучал в дверь Эйден. — Ты притихла и долго не выходишь, — словно извиняясь, объяснил он свои действия.

— Да-да, скоро буду, — отозвалась нарочито уверенным тоном.

Он прав, зачем отсиживаться в купальне? Есть куча вопросов, которые необходимо обсудить.

Минут через пятнадцать я таки смогла найти в себе силы выйти из ванной комнаты, обмотавшись в выданное служанкой полотенце. При виде меня оборотень замер и уронил графин, который держал в руке.

— Ты что?! — воскликнула я, наблюдая, как алая жидкость растекается по дорогому паркету. Сейчас мне казалось, что взгляд мужчины слишком красноречив. Переминаясь с ноги на ногу и смутившись еще больше, тихо выговорила: — У меня не осталось одежды.

Де Рибер и ухом не повел. Завороженный, так и стоял, не отводя глаз.

— Ты очень красивая, Мари, — я насчитала пять глубоких вдохов, прежде чем услышала ответ.

— Одежда, Эйден, одежда, — решила я настоять на своем, покрываясь волной из мурашек. Слишком душно стало в помещении.

— Да, сейчас, — отмер хозяин дома. — Я могу позвать слуг или дать что-то из своего…

Прикинув в уме, что в комнату опять явится кто-то посторонний, я склонилась ко второму варианту.

— Давай свое, — обреченно выдохнула, боясь жестом, тоном, словом показать, насколько волнуюсь и напряжена. Какие разговоры про бандитов? Да мне бы имя собственное вспомнить…

Обстановка накалилась, едва я вошла в спальню — даже разлитое вино идет как подтверждение.

Бросившись к комоду, Эйден почти не глядя вытащил белую рубашку с длинным рукавом.

— Вот, — протянул предмет одежды, усиленно отворачиваясь. В этот момент мне даже стало смешно.

Мы как юные дети, стеснявшиеся от близости, но точно знающие, что сегодня произойдет. Да и зачем выжидать? Этот мужчина мне нравится, готов жениться, чтобы спрятать и уберечь от врагов и недоброжелателей, и пойти против семьи. По поведению, по поступкам, по жестам я вижу, насколько желанна в его глазах. Это еще не согласие на брак, но раз уж я задержалась в Аридии, может, стоит брать от жизни все? Как минимум дорогого для меня мужчину.

— Эйден, — потянулась за одеждой и, приблизившись, схватила оборотня за руку, врезаясь, впечатываясь в его тело.

— Маша, — едва дыша, произнес де Рибер, а потом резко обхватил меня за талию. Рубашка упала на пол, впитывая в себя разлитый напиток. — Я повторюсь, — водил он носом и губами по моей шее, создавая легкий и очень интимный ветерок, — ты очень красивая. Прекрасная, вожделенная, волшебная, — шептал мне на ухо.

Я едва сдержалась от возгласа и переплела руки за его головой. В этом мире все слишком быстро, но давать заднюю совсем не хотелось. Так верно. Так и должно быть. Он подхватил меня за ноги, приподнимая, и поднес к кровати.

— Это твое «да»? — попытался он вытащить из меня ответ на предложение, все еще держа на руках.

Вот только я не так проста. Вцепившись ему в волосы, легким рычанием и глубокими поцелуями дала понять, что ситуация не располагает к разговорам.

Он не стал спорить: аккуратно положил меня на ложе и накрыл собой. Устав терпеть, я почти сорвала все пуговицы на вороте, чтобы снять с мужчины хотя бы один предмет одежды. Эйден обрадовался, томно выдохнул и прижался ко мне, продолжая разматывать полотенце.

Теплые руки, скользящие по моему телу…

Мои громкие стоны как подтверждение, что все это правильно и вовремя…

И нарастающий жар желания.

Наши тела переплетались, соприкасаясь кожей, чтобы потом одновременно замирать и одновременно начинать движение, пока мы оба не почувствовали, как возносимся куда-то вверх, за звезды, дальше, чем я могла бы переместиться…

* * *

Не знаю, сколько прошло времени, но проснулась я от неожиданного движения сбоку. Раньше у меня уже были отношения, но никого домой я не приводила и ни у кого не оставалась ночевать, предпочитая засыпать и просыпаться в своей постели.

Эйден распластался по всей кровати, прижимая меня к своей груди. Мне стало жарко и тяжело, от взгляда на обнаженную фигуру мужчины. Во-первых, мое собственное тело очень томно отозвалось на вчерашнюю ночь, а во-вторых, руки у оборотня каменные, на меня словно рояль упал. Интересно, сколько времени сейчас? Еще достаточно рано или уже достаточно поздно?

— Ты не спишь, — не спросил, а подтвердил мужчина, откидываясь на спину, но продолжая крепко держать меня за талию.

Дышать стало относительно легче, но сердце забилось куда быстрее.

— Не сплю, — прильнула к нему, накрываясь выше одеялом.

Такой тесный контакт, когда чувствуешь любое прикосновение… Как оставаться равнодушной?

Девичья стыдливость никуда не делась, а де Рибер был только рад вогнать меня в очередной раз в краску.

— Я же все видел, — попытался он стянуть покрывало, — ты настолько прекрасна, что это преступление прятаться под куском ткани.

— Ты дознаватель, — съязвила я, продолжая удерживать свой последний оплот скромности, — тебе виднее.

— И куда делась моя храбрая ведьмочка, вырубившая взрослого и могущественного дракона и соблазнившая известного чиновника? — усмехнулся мужчина.

Точно, дракон и похищение, как я могла забыть? Уйдя с головой под одеяло, лихорадочно вспоминала слова Ричарда обо мне. Про соблазнение не думала. Кто кого… успеем обсудить.

— Ты чего? — оттянул мои руки Эйден.

В его глазах блестела усмешка, но я знала, что это напускное. Он тоже переживал и волновался. Причин-то масса.

— Теперь я бездельница и развратница, — собралась с духом, села и кинула в дознавателя подушку, — совсем забыла о насущном.

— Ну, если развратница, — прошелся волчара пальцами по моей фигуре, задержавшись около груди, — то не такая уж и бездельница, — довольно заключил он.

— Будь серьезен, — попросила, но не удержалась от улыбки. Он еще никогда не был в таком игривом настроении, а причина тому… я.

Оборотень толкнул меня вниз и навис надо мной, одной рукой поглаживая по лицу. То убирал мешавшие ему прядки волос, то опускался чуть ниже, одним пальцем касаясь скул и рта.

— Как я могу? — вопрошал он, впиваясь в меня поцелуем.

Время опять остановилось. Теплое дыхание обдавало кожу, чуть шершавые, обветренные губы сливались с моими. Чужая ладонь, словно змея, проползла сначала под впадинкой за спиной, а потом под изгибом шеи, и зарылась в моих каштановых волосах, чуть оттягивая их. Как оторваться друг от друга?

Подумав секунду, решила, что у меня нет неотложных дел, которые нужно решить сию секунду.

— Ты моя? — шептал на ухо оборотень. — Скажи… — продолжал ласкать меня Эйден.

— Твоя, — млела от прикосновений, не зная, с чем соглашаюсь.

— Навсегда? — впечатывался в меня мужчина, удерживая лицо так, чтобы я не двигалась.

Он не отводил взгляда. В этот момент я не могла рассуждать серьезно и давать настоящие обещания, но мне казалось, что в этой ситуации, в этом миге я вся его. Только его. И именно сейчас со словами была согласна.

Уже изнывая от желания, пробормотала простое…

— Да, твоя, — и прикрыла глаза от удовольствия, когда его руки оказались на груди и ниже.

И нас опять захлестнула страсть, словно и не было предыдущей ночи.

Вспышка, всплеск, фейерверк…

А потом он резко отодвинулся, тяжело дыша.

— Я бы провел так весь день, Маша, — проникновенным тоном объяснял свой поступок, легонько поглаживая меня чуть ниже живота, — но необходимо вернуться к делам.

— Понимаю, — чуть обиженно просопела, ища глазами свою одежду.

А ведь у меня ее не было.

— Эйден, — обратилась к любовнику, — а как мне ходить? Ты забрал мое тряпье, предложил свою рубашку, но в чем мне переместиться домой?

— Не переживай, — подошел и поцеловал меня в лоб мужчина, — я вчера дал распоряжение, чтобы нашли подходящие и по твоему вкусу наряды.

— Броня, кольчуга и лосины? — воодушевленно вскрикнула, точно зная, что такой туалет мне не предоставят.

— Скорее сорочка, платье и муслин, — смутился дознаватель.

— Ну вот, — скрестила руки, возвращаясь в суровую реальность, — всегда говорите, что по моему вкусу. Знал бы ты, как я одевалась в моем мире.

Тут же вспомнила любимые джинсовые шорты, белую рубашку и бандану, которую скручивала как повязку. Эх, может, мне еще и модой заняться? Здешние платья — пытка. Ходить неудобно, убежать от врага нереально — то ли дело юбки-солнце. Это я еще наряды панков и готов не вспомнила.

Как бы то ни было, но вернуться в поместье было необходимо.

Во-первых, там меня ждал Пират, который уже всеми силами толкал мысленный заслон. Я так и чувствовала, как пушистый полосатый котище требует от меня ответа. Во-вторых, важно рассказать Триалю, Эйдену и Кевину о произошедшем. А в-третьих, меня ждало объяснение с младшим де Рибером. Ему станет горько, но поговорить нужно обязательно, даже если он будет избегать меня.

Одевшись, словно феечка, а точнее, в легкое белое платье, довольно хмыкнула. В целом, неплохо. Не мой стиль, но удобно. Определенно, сложные изобретения — не мой конек, а вот бытовые — всегда пожалуйста, но я даже не рассматривала вопросы моды… А там такой необработанный рынок.

— Ты расскажешь, что говорил тебе Ричард? — спросил Эйден, подхватывая меня и целуя запястья, отвлекая от мыслей.

— Да, — радовалась я таким простым и сердечным жестам, — но давай и всем остальным сразу. Воспоминая так себе, — вздрогнула, припомнив, как драконище выступал передо мной. — А его еще не допрашивали?

— Нет, — покачал головой дознаватель. — Ждут меня. А я, — поджал он губы, — пытаюсь вытащить показания из пострадавшей ведьмочки.

— Ой, — я усмехнулась, — мог и вчера.

— Маша, — зарычал оборотень, хватая меня за талию, — не испытывай мое терпение. Между нами и так много неотвеченных вопросов.

Это он про руку и сердце? Если для пересадки, то я не против.

Как только мы оба были готовы, он создал портал, открывающий путь в Ведьмину гору.

— Маша, Мари, — тут же выскочили на меня близнецы. Кажется, Эйден перемудрил, и мы переместились в детскую. — Ты в порядке? Говорили, что тебя похитили, — обнял меня за ноги Форд.

— А ты убила дракона? — восхищенным тоном заговорил Норт и тоже раскинул руки для обнимашек.

И как я оставлю этих мальчишек?

— Да, — кивнула сначала одному, — и не убила, а обездвижила, — кивнула второму. А что вы тут делаете? — спросила близнецов, завидев карты и фишки. Возможно, покер дошел и до этого дома. — На деньги играете? — притворно возмутилась, не обращая внимания на жесты ищейки. — Позор, — журила мальчишек. — Я с вами.

Де Рибер махнул рукой, смиряясь с происходящем. Для него все легко, но когда я вижу детей, пусть и тридцатилетних, то плыву, как зефирка в какао. Оборотень ушел, оставив меня наедине с детьми. Ему необходимо прояснить несколько вопросов со старшими, а мне не хотелось включаться во все это.

— Ты уже никуда не уйдешь? — вцепился в меня один из мальчишек.

— Нет, — обрадовала его ответом, — я же в безопасности.

— А твой мир? — спросил второй.

— Время покажет, — постаралась ответить нейтрально.

Теперь меня столько связывало с Аридией. Пусть де Цепеши и вампиры, но они замечательные. Тяжело будет расставаться. Это я еще бригаду и прислугу не упомянула, да и даже дух дома, который подмигнул мне, когда я переместилась на территорию поместья — свечи потухли и тут же загорелись вновь. Я точно знала, что таким образом он дал знать, что рад моему появлению.

— Маша, мряу, — вбежал к близнецам Пират и взобрался на меня, больно впиваясь в подол платья и ноги. — Я так волновался, так волновался, уснуть не мог.

— Пиратик, — чесала я фамильяра за ушком, — столько всего произошло…

— И не говори, — возмутился он, — и не описывай, большую часть я видел.

— Извращенец, — тут я почувствовала недовольство.

— Да погоди, — попытался успокоить меня пушистик, — я не приглядывался. Просто присматривал за тобой.

— А когда я связанная сидела, что не присматривал? — воззрилась на кота.

— А кто тревогу поднял? — распушил он хвост. — Волка твоего по следу идти заставил? Я тоже хотел, но они меня не взяли, — продолжал Пират ворчать и высказываться.

— Ладно, — согласилась с его словами, — извини. Эйден ничего не говорил.

Кот бурчал что-то нечленораздельное, а я продолжала его наглаживать. Закончив игру с детишками и проиграв им окончательно, встала и поправила уже изрядно потрепанное платье. Пора спуститься ко взрослым магам и людям, разобраться в сложившейся ситуации.

Входя в гостиную, я столкнулась в дверях с хмурым и мрачным Кевином. Он тоже спешил узнать все подробности пленения ведьмы.

— Извини, — пробурчал не глядя и отошел чуть назад.

Мое сердце защемило от тоски. Обидела хорошего парня, который с первого… хотя нет, со второго дня моего попаданства очень мне помогал. А с другой стороны, как в таком случае поступать? Врать, увиливать, держать во френдзоне, чтобы на короткий миг ему казалось, что так лучше?

В комнате присутствовали все старшие члены семьи де Цепешей, Жофре де Руаль, Эйден, упомянутый начальник-бригадир и секретарь Триаля Кристиан Мишель.

— Расскажешь, что произошло? — первым спросил старший де Рибер.

— А то ты не узнал? Вас же всю ночь не было, — вставила ехидную ремарку Эланора, не дав мне и рта раскрыть.

Волк сочувствующе посмотрел в мою сторону, дескать: «Не переживай за свою репутацию, я все решу». А мне и не надо. Произошло знаменательное событие. Мое поведение наконец-то ошарашило местных жителей.

— Так нам не до этого было, — нахально вставила я, не желая оставлять последнее слово за древней за старушкой. — Мы, вообще-то, жизнь свою спасали. Вот вы что бы выбрали: сплетни или спасение души?

А как иначе? Никто свечку не держал. Пусть докажут, что я не верблюд.

Эланора крепко задумалась. В ее-то годы…

— А о ком сплетни? — показала вампирский оскал.

Определенно, она мне нравилась. Определенно, наедине с ней не осталась бы.

— Не отходим от темы! — почти зарычал Эйден.

— Ладно, — подняла я глаза к потолку и еле слышно прошептала: «Душнила!», совсем забыв о том, что здесь сплошь магические существа с очень острым слухом.

— Маша! — опять попытался приструнить меня оборотень.

— Да, хорошо! Я не знаю, кто конкретно похитил меня, — начала быстро вспоминать события той клятой ночи. — Я вышла в сад подышать свежим воздухом, потому что очень хотелось… очень хотелось… — никак не могла подобрать подходящее слово.

— Убить, повесить, растерзать, — услужливо подсказал Пират, обозначая свое присутствие.

Нет, это не допрос, а постановка в стиле артхаус.

— А потом, — зло зыркнула на фамильяра, — появился мужчина в маске. Мне показалось, что он как-то воздействовал на меня, пытался подчинить своей воле.

— Мари, — картинно развел руки Жофре, — ты же такая смелая и находчивая. Почему не нашла какой-нибудь тупой и тяжелый предмет, чтобы отбиться?

— Твою голову? — повернулся мой кот к вампиру. — Это сад! Там ветки, листья и булыжники… а кстати, че не доперла-то?

Все такие умные, что вот на них никто не нападает? Посмотрю, как эти деятели себя поведут.

— Пусть говорит дальше, — подал голос Кевин и грустно улыбнулся.

— Да, — потрясла я головой, прогоняя непрошеные мысли про тупые предметы и перебивальщиков, — очнулась я уже в том сарае, связанная по рукам и ногам. Ричард начал разглагольствовать о камнях, найденных под поместьем, о том, что я сильно помешала. Дракон ведь надеялся, что вы уедете отсюда, — обратилась к Триалю. — А еще это он организовал все нападения.

— Поверить не могу! — Вампир с силой сжал руку супруги. — А ведь дес Уайетт — один из немногих, кто благосклонно отнесся к моему появлению в совете.

— Держи врага близко, — мудро отметил младший де Рибер.

— Тебя спасли ребята? — поинтересовалась Анжелика, сдувая прядку с лица. Она невозмутимо относилась ко всему, в том числе и к моему похищению.

— Подождите, — проигнорировала я вопрос и вспомнила мучившую меня мысль, — Ричард сказал, что у него есть напарник. И ему для чего-то нужна ведьма. Вы понимаете зачем? — с надеждой воззрилась на Эйдена.

Мне так хотелось, чтобы он сразу нашел все ответы, пообещал, что я буду в безопасности, защитил.

— Маша, нет, — поник мужчина, — но ты не беспокойся. Я разберусь и найду злоумышленника.

Я бы доверилась, но… Это не в моем характере. Маша Антонова всегда настороже.

— Так как вы спаслись? — повторила вопрос деса де Цепеш.

— А, — я откинулась на кресле, в котором сидела, и махнула рукой. — Он не знал, что я погодница. Почти все в городе считают, что ведьма-артефактор.

— Это очень глупо с его стороны, — вдруг подал голос Кристиан, устроившийся подле Лидии. — Вы правда великая ведьма, десая Мишель.

— Спасибо, — чуть порозовела я, не ожидая похвалы.

Этот молодой вампир всегда держался особняком, не заговаривал со мной, стеснялся. Может, мое заступничество помогло?

— В общем, — продолжила свой рассказ, — я смогла обуздать дар и поджарить молниями аристократа. А там меня нашли Эйден и Кевин. Дракон еще ничего не сказал?

— Нет, — покачал головой дознаватель. — Как говорят коллеги, на нем сильное ментальное заклинание. В Дримгейте нет таких специалистов, кто мог бы обезвредить магию и не повредить при этом разум деса.

— И что теперь делать?

— Ждать, когда к нам приедет кто-нибудь из столицы. А еще использовать ту информацию, которая уже известна.

Что-то в этой копилке негусто. Итого мы имеем: погибший член совета, неизвестно от чьей руки, но предположительно это сделал Ричард; портрет Ираиды, до жути напоминавший меня; неизвестный любовник древней ведьмы; письма о дочери и шахта с рубеллитом. А, и проклятие, которое непонятно как снимается. Не жизнь, а просто песня в стиле хардкор. А я еще даже не сделала попытки найти Дашу.

— Ты не понял, — встала и уперла руки в бока. — Мне-то что делать?

— Я уже говорил об этом и жду твой ответ, — Эйден загадочно улыбнулся, давая понять всем присутствующим, что между нами что-то есть. — Да, и еще: ты же обещала доделать ремонт. Вот и действуй.

— Точно! — в дверях стоял гном Орест, потирая ладони, а потом посмотрел в сторону Триаля. — Хозяева, извините, что отвлекаю. Там мебель привезли. Принимать будете?

Глава 15. Фэн-шуй — это по-нашему

Маша Антонова

Вот уже второй час братья-песцы перетаскивали диван из стороны в сторону под внимательным взглядом хозяйки дома. И это мы начали с малой гостиной. Есть ведь и большая…. Чувствую, дело закончится как на обычной русской свадьбе — банальной дракой.

Вообще, первый этаж был почти закончен. Ведьмина гора преобразилась. Окна и витражи на них отмыли, лестницу отреставрировали и покрыли лаком, стены оклеили обоями или заново покрасили. Даже скрипящий пол блестел от чистоты и, казалось, издавал звуки удовольствия. А может, это дух дома развлекался. У него своеобразное чувство юмора.

Несмотря на старания эльфа Ланвидреля, вкусы вампиршы и высокого длинноволосого парня почти ни в чем не совпадали. И зачем Триаль позвал его работать, учитывая авторитарный характер Анжелики?

Пока красные от усилий братья Дюваль надрывались, я вместе с Алексом, Орестом и Кристианом Тейлором села у стены и мы тихонько переговаривались о насущном. Попадаться разъяренной женщине под руку не было никакого желания. Еще и Пират сбежал куда-то с самого утра.

— Кевин где-то пропадает, — задумчиво отметил Крис. — Обычно это он самый активный деятель.

Я опустила голову. Почти уверена, что такой спокойный и невозмутимый бригадир меня избегает. Но поговорить придется. При необходимости применим пытки.

— Может, он не захотел участвовать в этом фарсе? — кивнул в сторону эльфа и десы де Цепеш Орест.

А там разгоралась настоящая драма. И скандал. Еще чуть-чуть, и воздух между этими двумя воспламенится.

— Нет, его нужно ставить посередине комнаты! — утверждал Ланви.

— А я сказала, к стене. Кто тебе деньги платит! — рычала и обнажала зубы Анжелика.

— Ваш муж, — парировал эльф. — Для чего я здесь? Кто ставит такую мебель у стены? Здесь же будет тень! Нет, ставим в середине. Гостиная ма-ла-я, — почти по буквам объяснял строитель. — Нет необходимости в широком и пустом пространстве. Расставим цветы, оживим стены. А то будто в склепе сидим.

Н-да, мы тут надолго. А у меня там еще расследование, в которое меня не посвящают, и разговор с Кевином. Хотелось бы ускориться.

— Триалю все равно! — вопила женщина. — Это будет моя гостиная. Не надо мне твоих цветов, зелени, деревьев. Я вампир или кто?

— Вы хотите, чтобы жители в городе относились к вам без боязни и предубеждения?

Анжелика даже опешила. Я, если честно, тоже. Вот сколько знакома с этим доморощенным дизайнером, всегда им восхищаюсь. Восхищаюсь смелостью, отвагой и невероятной тупостью. Это же надо додуматься — противоречить беспощадной дамочке, способной выпить твою кровь.

— А есть какие-то правила? — подала голос я. — Или это только дело вкуса?

И почти сразу вжалась обратно. Дювали с шумом уронили диван, а потом с таким же шумом уселись на него, тяжело дыша. Гном поводил глазами, показывая мне, что зря я полезла в это дело. Алекс и Крис замерли и не дышали. Да что случилось-то?

— Ты хочешь что-то посоветовать? — Анжелика так и не смогла избавиться от высокомерного тона в общении со мной.

— Все хотят, — сузил глаза Ланвидрель, изучая меня. — Послушаем в этом деле ведьму?

Ха, бери выше. Я очень любила корейские дорамы, культуру, философию востока и фен-шуй. В юности ходила на курсы, делала перестановки. С нетерпением ожидала, когда в мою светлицу влетит энергия ци. Не дождалась, зато сама влетела в другой мир, где есть магия. Может, здесь повезет?

— Ну, — я приподнялась и оттолкнулась от стены, — слышали вы когда-нибудь о правилах ведьм в расстановке мебели?

— О чем?

— О чем?!

Вампирша и эльф воскликнули это одновременно.

Понятно, правил нет. Ну и хорошо. Кто будет проверять, лгу я или нет?

— У нас, — гордо выгнула спину, потому что когда начинаешь нести чушь, в ней нужно быть уверенной, — есть поверье: если правильно все расположить, магия будет поступать благоприятно, ее потоки усилят мощь, поправят благополучие. Может, так и попробовать?

— Так — это как? — склонила голову хозяйка поместья.

— А где восток? — нахмурилась я. У меня-то ни компаса, ни айфона. Ох, как я скучала по этому предмету.

— Там, — показал рукой явно заинтересованный Брюс Дюваль.

И не только он один. Все мужчины застыли в ожидании. Всем интересно, разрешится ли конфликт или разгорится с новой силой.

Стараясь не обращать на них внимания, присмотрелась к указанному направлению. О, отличное место. Вблизи окна. Диван как раз встанет посередине, лицом к двери. С той же стороны находится камин. По бокам расставим кресла или кушетки. Так сюда и рояль въедет.

— Поставим, как просит Анжелика, здесь, — указала я на место, — около стены. В углах расположатся книжные полки. Места будет много. Можно устраивать девичник.

— А что такое девичник? — тут же спросила вампирша.

Ой, милая моя, да тут поле непаханое. И его устроим.

Какое-то время Брюс и Роберт таскали предметы мебели уже под моим контролем. Возможно, потом команда мне устроит темную: вечно где-то пропадаю, а если прихожу, то помогаю больше по части беседы и новых сложных идей. Ну а что поделать? Если уж открыл рот, то доделывай до конца.

— Как вам? — с надеждой поглядела на Ланви и десу де Цепеш. Пришлось сильно напрячь память, чтобы вспомнить правила даосской философии.

Расположила я все с оглядкой на стороны света, оставила больше открытого пространства, убрала цветы и зелень, к которой так неравнодушен эльф.

Вселенная, помоги. Если сейчас мы этот конфликт не решим, то вся команда, и в том числе очень спешащая Маша, просидит остаток дня, подпирая стену гостиной.

Можно сказать, что я нашла компромисс. Диван, как хотела того Анжелика, находился у стены. Но, как хотел того Ланвидрель, сразу привлекал к себе внимание. Места оставалось достаточно, но в то же время образовался небольшой закуточек для бесед.

Оба соперника обошли все помещение, критически осматривая каждый уголок.

— Сносно, — хором выдохнули эльф и вампирша.

Потом вздохнула я, и ребята, и оборотни, и гном еще крякнул. Чудо.

«Сюда бы еще золотую жабу для антуража», — подумалось мне, но высказываться вслух не стала. В гостиную вплыла Эланора в золотом одеянии. Чем не жаба?

— Подумать только, — подмигнула мне старушка и подошла к дочери, — как нетрадиционно, Анжелика. Наше известное темное семейство больше не закрывает окна ставнями?

— А зачем? Мари придумала очки. Свет для нас уже не так губителен.

— А если я про них забуду? — не сдавала своих позиций Эланора, которой хотелось цепляться за старые порядки. — И что мне теперь, погибать из-за собственной беспечности?

— Так если вы окна не зашторите и ставни не закроете, тоже от беспечности погибнете, — пробурчала я себе под нос.

— Кто-то что-то сказал? — повернулась та ко мне.

— Нет-нет, — перепугалась я не на шутку. Старушка с приветом, ее лучше не злить. Я решила ретироваться. — Если никто не возражает, я пойду. — Подняла ладони и, пока все молчали, сбежала наверх в поисках Кевина.

И где искать младшего де Рибера? Его со вчерашнего дня не видно. Медленно обходила комнаты, осторожно стучась в чужие спальни. Но нет, все бесполезно. Как в воду канул.

— Вы не видели Кевина? — обратилась к дворецкому Клоду.

Умертвие с деловитым видом смахивал пыль с многочисленных статуэток в коридоре пестрой кисточкой.

Скелет, не отрываясь от своего дела, медленно повернул череп в мою сторону.

Бррр… Уже пожалела, что обратилась именно к нему. Пустые глазницы взирали на меня… да черт его знает, как. Непонятно ничего.

— Посмотрите в кабинетах, — глухо ответил слуга и отвернулся.

И на том спасибо. Запомнив и закрепив, что к Клоду лучше не обращаться, если мне хочется без проблем засыпать по ночам, подошла к рабочему кабинету Триаля.

— Десая Мари? — обратился ко мне Кристиан Мишель, когда я вошла.

За огромным столом никто не сидел, но на нем было накидано столько талмудов и тетрадей, что я еще удивлялась, как вся эта конструкция стоит и не разваливается. Рядышком, в темном уголке, ютился молодой вампир-секретарь.

— Да, извините, я просто искала кое-кого, — расстроенным тоном сказала я и хотела было выйти.

— Подождите, Мари, — попросил мне Кристиан.

— Да? — вопросительно уставилась на него.

Он встал со своего места и жестом пригласил сесть на такой же заваленный книгами диван. Клод для чего-то пыль сметает, а книги разобрать не может? Устроившись в уголке, ждала, что же хочет от меня правая рука де Цепеша.

— Я ведь вас так и не поблагодарил…

— За что? — попыталась вспомнить, когда успела оказать тому услугу. Вернусь домой, возьму отпуск. Память уже слишком сильно перенапряжена, чтобы запоминать все курьезы, связанные со мной.

— Как же? — развел он руками. — Вы защитили меня от толпы аристократов. Поставили их на место, сами будучи неблагородного происхождения. Не испугались возможного наказания.

— А за оскорбление аристократа есть наказание? — не на шутку озадачилась я.

Интересно девки пляшут. Хоть бы одна собака предупредила…

— Конечно, — уверенно кивнул собеседник. — Но не беспокойтесь. Вы же невеста Эйдена де Рибера. Его титул вас защищает.

— Так, ладно, — помотала головой. С оборотнем еще успею разобраться. — Вы только поблагодарить хотели?

Вампир стал странно себя вести: оглядываться, заламывать руки, ерошить волосы — а это означает, что ему что-то от меня нужно.

— Мне неудобно вас просить, но я бы хотел, — начал наконец Кристиан, — чтобы вы переговорили с Лидией.

— О чем? — совсем не поняла я просьбы.

— Если вы не заметили, то между мной и младшей десой де Цепеш возникли некоторые нежные чувства. Раньше я не смел к ней подходить из-за разницы в положении и недовольства ее родных, не был уверен в ее ответе. Но после того званого вечера мне показалось, что все взаимно.

— А я то-то тут при чем?

— Узнать ее отношение ко мне, — печально вздохнул и покачал головой Кристиан. — Если она ответит да, я стану самым счастливым существом в Аридии.

М-да. Что-то совсем не хочется лезть в любовные отношения вампиров, да и вообще кого бы то ни было.

— Вы не подумайте, что я прошу просто так, — схватил меня за ладони молодой мужчина. — Я долго изучал дом и пришел к выводу, что могу помочь вам пролить свет на ваше сходство с ведьмой. Может, это поможет разобраться с проклятием?

— О чем ты говоришь? — недоверчиво сузила глаза.

— В склепе ведьмы есть странная порода камней. Это незаметно при дневном свете, а вот ночью у них появляется странный блеск.

— А что вы делали там ночью?

— Я всего три года служу у деса де Цепеша и очень рад работать на прославленное темное семейство. А уж проживать в таком месте и не обойти его в каждое время суток… это просто преступление.

— Я подумаю, — пообещала Кристиану.

В глубине души я уже согласилась. Быстрее разберусь с заклятием — быстрее приступлю к поиску Даши.

* * *

Эйден де Рибер

На следующий день я встретился с братом, для чего-то взявшим с собой фамильяра Маши, и мы зашли в библиотеку городского совета.

— Что ты надеешься обнаружить? — вяло отреагировал на меня Кевин.

Он еще не простил того, что девушка выбрала не его, — но смирился. Весь помятый, в несвежей рубашке — было понятно, что ночь он провел за бутылкой виски. Мне бы хотелось посочувствовать ему, но брат не примет жалости. Остается делать вид, что не произошло ничего серьезного.

— Сам не знаю, — развел я руками. — А его-то зачем взял? — взглядом указал на Пирата.

С котом мы не подружились. Тот очень рьяно охранял девушку от любых поползновений. Да и дерзость не добавляла ему очков.

— Что за неуважение к главному помощнику ведьмы? — распушился полосатый. — А если Маше расскажу?

— Ясности это не добавило, — невозмутимо отреагировал я на неоднозначные жесты кота.

— Вдруг вы найдете что-то важное? А я тут как тут. Сразу нашей ведьмочке передам.

— Ты явно переоцениваешь значимость мероприятия, — брат усмехнулся и схватил того под живот, снимая с плеча. — Библиотека огромна. Вряд ли мы именно сегодня обнаружим что-то стоящее. И вообще, — повернулся он обратно ко мне, — есть хоть какие-то вводные данные?

— Да, — поднялся я по ступеням, — будем искать любую информацию про Ираиду.

Войдя внутрь, я тут же обратился к хранителю заведения.

— Десай Риордан, — спросил гоблина, восседающего на стойке регистрации, — где можно найти книги, вестники, газеты с информацией о жителях почтенного возраста?

— Вас интересует что-то конкретное, десы? — не отрываясь от журнала, отвечал низкорослый старичок с изогнутым носом.

Его невозмутимость лишь прикрытие. На самом деле Риордан обладает прекрасной памятью, подмечая любые детали.

— Наша местная знаменитость, — веселым тоном заметил Кевин. — Все, что есть про Ираиду. Она из рода де Антуанетт.

— Хм, — все-таки поднял взгляд десай. — Надо подумать. Идите в секцию В-4. Там старые вырезки и газеты с упоминанием жителей. А еще можно посмотреть в Е-5. Все материалы про ведьм хранятся в той секции.

— Спасибо, — поклонился я и поблагодарил гоблина. — Ну что? — посмотрел на сопровождающих с каким-то воодушевлением. — Идем? Раскроем тайну старой злобной колдуньи?

— Да, — выпрямил спину брат. — Может, ты и прав. Хотя бы отыщем что-то про проклятие.

Мы оба воззрились на кота, ожидая такой же бравой реакции. Он лениво развалился на полу.

— Не разделяю вашего восторга, — Пират встал и почесался за ухом. — Ну да бог с вами.

Так начались наши тщетные попытки выяснить хотя бы толику информации. Чутье подсказывало, что похищение девушки, ее невероятное сходство с портретом и упоминание подельника как-то связаны с прошлым. Свиток за свитком, пергамент за пергаментом. Мы перебирали все что возможно.

Проведя в плохо освещенном месте несколько часов, я встал и поводил плечами, снимая напряжение. Тут же на меня свалился Пират, сбивавший книги с верхних полок.

— Мряу!!!!

— Ты чего? — я удержал тяжеленного фамильяра на руках.

— Устал, совсем устал, — картинно откинулся назад тот, прикрывая глаза.

— Нет, друг, — вклинился Кевин, забирая животное к себе и подкидывая на очередную полку. — Давай! Скинешь еще книжек тридцать, а потом можешь отдохнуть.

— Еще одна книжка, и я отдохну навечно, — огрызнулся ехидный кошачий индивид.

Мне бы его проблемы. Он хотя бы побродить может. Все бы отдал, чтобы перевоплотиться и убежать в лес или поле. А еще лучше к Маше, чтобы обнимать и прижимать к себе хрупкую фигурку девушки.

— Я пойду в секцию ведьм, — бросил брату, желая чуть-чуть провериться.

Для оборотня нахождение в библиотеке сродни пытке. Слишком затхлые запахи, а еще пыль, забивающаяся в нос. Невозможно опираться на нюх. С другой стороны, зачем он мне, когда работа подразумевает чтение?

Между стеллажей всегда располагался небольшой высокий столик для ознакомления и быстрого пролистывания очередного тома. Кто-то неаккуратный оставил труд некой ведьмы на этом столе, не убрав на место. Приблизившись, я заметил, насколько стара эта книга. Обложка, выдолбленная из грубой кожи животного, скорее всего оленя. Пожелтевшие пергаментные страницы. Пролистнув с десяток, обнаружил даже капельки темной крови на краях.

«Ритуалы и заклинания для перемещения душ». А. Д. Мор

Странно. Такая магия в Аридии запрещена, да и почти невозможна. Кому понадобился данный фолиант от темного волшебника?

Этим раньше промышляли злые ведьмы и ведьмаки, не смирившиеся с отмеренным им сроком. Но для таких проклятых ритуалов должно многое совпасть: жертва может быть только родственником, да еще и ближайшим, подходящее время суток, подходящее место. Редко когда обряд получался. Чаще несчастные погибали вместе с похитителями.

В боку кольнуло.

Что-то не так.

— Десай Риордан, — подошел я к хранителю вместе с книгой. — А кто еще искал данные про ведьм?

— М-м-м, — опять не смотрел в мою сторону старый гоблин. — Кто только не интересовался. За какой период времени?

— Сегодня, например, — нетерпеливо постукивал я ногой.

— Сегодня нет, но на прошлой неделе в той секции была и Лидия де Цепеш с сопровождающим ее вампиром, и ваш батюшка, и дес Ричард Уайетт, а также дес Арно де Дюпон.

— Еще раз спасибо, — вздохнул я и принялся обдумывать новую информацию.

— Ты что-то нашел? — спросил Кевин, видя, как иду с фолиантом от служащего библиотеки. — Я, кажется, да.

— Что?

Надо же, интуиция не обманула. Все слишком подозрительно. Что могло понадобиться отцу? Маша ему не понравилась, но идти специально в библиотеку, читать книги про ведьм… это слишком даже для него.

— Смотри, — ткнул брат в страницу старой метрической книги. — Вот год, когда родилась Ираида, но…

— Что — но? — не понял я. — Что интересного в ее рождении?

— Ты даже не взглянул, дознаватель, — скептично отозвался Пират, сидя на плече оборотня.

— Говорите так, — я начал хмуриться, параллельно раздумывая о фолианте с описанием ритуалов.

— Она родилась не одна, Эйден. Рядом запись, что на свет появилась еще одна девочка-ведьма. А если верить историям и легендам, в Дримгейте всегда недолюбливали колдуний.

— Ты думаешь, еще одна пара близнецов? — поднял глаза на брата. — Тогда куда делась вторая?

— Понятия не имею, — усмехнулся он. — Но это уже твой профиль. Ты просил помочь тебе в поисках и найти что-то интересное. Я нашел.

— Согласен, — кивнул я в его сторону. — Спасибо.

Что-то произошло в эти часы. Кевин уже не так остро реагировал на меня. Вряд ли простил, до сих пор таит обиду, но его поведение давало надежду, что мы сможем нормально общаться в будущем.

— А что у тебя?

— Да вот, — протянул ему фолиант. — Кто-то невнимательный оставил книгу А. Д. Мора.

— Того самого? — присвистнул мужчина.

Аделиус Дориан Мор прослыл злым и жестоким колдуном, прожившим несколько чужих жизней. Сгубило его обычное тщеславие. Решив поделиться с потомками сакральными знаниями, он написал данный труд и привлек к себе необычайное внимание, а впоследствии был приговорен к смертной казни.

— Это мог прочитать кто угодно, — покачал головой брат. — Ты уже начинаешь притягивать за уши все случайные совпадения.

— Может, и так, — я печально вздохнул. Желание уберечь ведьмочку от опасности застилало разум. — Пират, а где Маша сейчас?

— А? — очнулся хвостатый, загнавший в этой время библиотечную мышь. — В доме, с Кристианом разговаривает, — склонил голову, как будто прислушиваясь.

— Кевин, — обратился к брату, — я почти уверен, что Маше угрожает опасность. Ты мне веришь?

Младший просто кивнул, не став разглагольствовать на эту тему.

— Бог мой! — начал причитать фамильяр. — Надо бы что-то предпринять. А что могу? У меня лапки, — тыкался он носом в мою ногу.

Не обращая внимание на слова бедового кота, я подхватил того и накрыл сверху ладонью, чтобы он примолк.

— Поступим так, — начал раздавать всем указания. — Книгу я заберу с собой. А ты навестишь отца и Арно де Дюпона.

— Зачем? — пришел черед Кевина удивляться.

— Возьмешь любой предмет, который они брали в руки. Любой… хоть стакан, хоть вилку. А я проверю всех домашних. Десай Риордан назвал Лидию, отца, Уайетта и Дюпона. Они последние интересовались данной секцией.

— Отцу-то это зачем?

— Может, и незачем, но проверим всех. Я даже дракона в стазисе навещу.

— А что нам дадут предметы? — продолжал недоумевать брат.

Точно, совсем забыл рассказать об одном новшестве, которое предложила Мари. Я тогда не воспринял его всерьез, а сейчас побегу в поместье с угольной пылью. Никто не уйдет от меня с чистыми ладошками. Проверю каждого.

— Отпечатки, — похлопал Кевина по предплечью. — Маша научила меня снимать отпечатки пальцев. У всех существ они разные, ни один не повторяется. Тот, кто трогал эту книгу, уже будет под подозрением.

— Ух, и разозлишь ты де Цепешей, — со злорадством заметил оборотень.

— А ты отца, — не смог не ухмыльнуться я.

— Туше, — согласился собеседник.

— Эй, — раздался голос фамильяра. — А мне что делать?

Совсем забыли про кота Маши. Как такую язву оставить без дела?

— Следи за хозяйкой. Не оставляй ее одну. Она без тебя слабее.

— Вот же скукота…

— Зато можешь точить когти об их спины, — отметил я воинственный настрой Пирата.

Вся наша компания вмиг засобиралась домой. В голове стреляла мысль, что Маша в опасности: злоумышленник на свободе, а второй бандит лежит в бессознательном состоянии под надзором моих коллег. Ни допросить, ни разобраться… сплошные вопросы.

— Я к отцу и нагу, — выскочил по пути Кевин. — Не забудьте предупредить Мари, чтобы из поместья не выходила.

— Да, прослежу, — и нахмурился, недовольный тем, что брат вспомнил об этом.

Маша — моя женщина, и любое упоминание ее имени из уст другого мужчины вызывает ревность. Да, она предпочла меня, но ведь в тот момент она металась, не определившись до конца. Можно сказать, сдалась под моим напором. Но ничего, у меня достаточно терпения, чтобы шустрая ведьмочка не сомневалась в своем выборе.

Как только мы вернулись в Ведьмину гору, я велел фамильяру найти хозяйку и предостеречь ту от поспешных действий, в идеале проследить, чтобы Мари сидела безвылазно в комнате и никуда не уходила. Сам же прошел на кухню, проверять изобретение колдуньи. На пути мне никто не встретился, кроме дворецкого Клода. Он хмыкнул при моем появлении, зато одолжил цветастую кисточку для смахивания пыли.

По словам ведьмы, нужно лишь посыпать поверхность предмета графитовой крошкой, что я и сделал, — но ничего не получилось. По книге просто рассыпалась пыль, загрязняя страницы. Тупик? Маша ошиблась? Как тогда работают технологии в ее мире?

Неожиданно открылся шкафчик со столовыми приборами, а следом замигали свечи на кухне.

— Что ты хочешь мне сказать? — осторожно обратился я к духу дома.

С этим привидением мы не подружились. Знакомство закончилось тем, что он отшвырнул меня к противоположной стене кухни, переживая за вновь обретенную хозяйку.

Из шкафчика выскочила алюминиевая вилка, которую использовали слуги во время принятия пищи. Вампиры почти ничего не ели, предпочитая донорскую кровь, а гости пользовались серебряными приборами. Когда я подошел и поднял вилку, сверху упала крепкая терка для овощей, больно ударив меня по затылку.

— Ау! — я сел на полу, потер ушибленное место и только потом взял оба предмета в руку. — Что это значит? Не понимаю?

За окнами раздался гвалт и свист птиц, которых словно согнали с насиженных мест.

Ситуация начинала сильно раздражать. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, что домашний дух выражает недовольство по поводу моей недогадливости. Как это он еще не подружился с пушистой скотиной — Пиратом? С них станется. Друзья-разрушители.

На меня опять свалился какой-то сверток.

— Может, ты записку напишешь?! — я уже кричал, злясь на неугомонного полтергейста. — Хватить заваливать меня барахлом!

Но предмет я поднял и рассмотрел. Это оказалась «острая бумага» — обсыпанная мелкими склеенными между собой частичками стекла. — Ты хочешь, чтобы я потер вилку теркой или бумагой? — потряс предметом в руке.

Все свечи стали гореть ярче. И на том спасибо. Еще один удар сверху заставит меня обратиться в волка. Терпение и так на исходе.

Следуя совету духа, получил алюминиевую крошку. Дело было долгим, утомительным и мне казалось, что бессмысленным.

Посыпав книгу серой пылью и смахнув ее кистью, чуть не закричал во весь голос от радости. Получилось! Я отчетливо видел следы пальцев. Дело было за малым — наделать еще крошки и проверить всех домашних, как бы они ни были против.

— А что это вы тут делаете, дес де Рибер? — зашла на кухню экономка Анна-Луиза, застав меня за непонятным занятием.

В этот момент я водил вилкой по терке, а потом обрабатывал ее бумагой. Половина рукоятки уже рассыпалась по столу.

— Следственный эксперимент, десая, — поклонился ей. — Постарайтесь не обращать внимания.

М-да, даже не знаю, как потом с ней объясняться.

— Дес де Рибер! — очень громко воскликнула прислуга. — Вы мне всю кухню запачкали!

— Анна-Луиза, — отбросил предметы и поднял руки. — Это необходимо, потерпите немного, а я обещаю утром прислать сюда полк дознавателей, чтобы все засияло.

— Хорошо, — сузила та глаза. Успокоившись, дала мне продолжить. — Не так делаете, — засучила рукава десая. — Под наклоном удобнее будет. А давайте я! — и вырвала у меня из рук предметы. — Вы, наверное, и морковки ни одной не натерли.

Да уж. Никогда не думал, что кухарка будет меня учить уничтожению дешевой вилки на такой же дешевой терке.

Глава 16. Нет забот? Придумай

Маша Антонова

Раздумывая в своей комнате о предстоящем разговоре с Лидией, я не могла не заметить шума и суеты этажом ниже. Что там такое творится? Ланви втихушку мебель переставил, пока Анжелика не видела? Гном полы поцарапал? Горничные смахнули пыль на пол, и это заметил Клод?

— Машка! — Я увидела кота под дверью. — Ты куда собралась? У меня новости.

— Подожди, — хотела было побежать вниз. Интересно же, кипеж — и без меня. Теряю хватку.

— Да стой ты, дурная! — больно царапнул меня Пират. — Новости, говорю. Важные.

Эх, ладно. Позже спущусь и расспрошу Анну-Луизу. Ее хлебом не корми — дай посплетничать.

— Что там у тебя? — я вернулась к кровати и похлопала по покрывалу, призывая пушистого друга сесть рядом. — И где весь день пропадал?

— Не поверишь, — толкнулся лбом о мою руку фамильяр, нахально призывая гладить его. — С оборотнями твоими на дело ходил.

Как занимательно. Что приключилось с котиком и как Эйден на такое согласился? Шантаж, угрозы и уловки?

— Подробности! — распахнулись мои глаза. — И побыстрее.

— Машка, теперь всю жизнь мне благодарна будешь. Если бы не я… — очень залихватски тараторил Пират. — В общем…

В мою комнату кто-то постучался.

— Мари, можно? — просунула голову Лидия, не дождавшись ответа. — Ты меня искала?

Эх, как все не вовремя. И новости от фамильяра, и разговор с вампиршей, а мне бы уже через несколько часов мчать на встречу с Кристианом.

— Конечно, — пригласила девушку войти. — Пиратик, милый, давай отложим на попозже. Ты не спустишься вниз?

— Чего это ты меня прогоняешь?

— Потому что ко мне пришла подружка, — закатила я глаза. — Мы посплетничать хотим, посекретничать.

— Мр-р-р-р, — фыркнул хвостатый. — Ладно. Но не уходи никуда, я пока спущусь вниз, обстановку разведаю.

— Вот и хорошо, — довольно заключила я и повернулась обратно к молодой де Цепеш. Лидия тоже села рядом и кусала губы. Я посылала за ней Стефанию с запиской. Уверена, что служанка прочла мои письмена, но ничего криминального там не было, сплошь намеки и скрытая просьба. Правда, сама девушка нервничала, может, поняла, о чем я хочу спросить. — Лидия, не было времени поговорить раньше, — неопределенно взмахнула я рукой. — Но не могла не заметить твоего интереса к молодому Кристиану на вечере у десая Аллена.

— Мари?! — воскликнула собеседница, прижимая правый локоть к груди. — Как ты могла такое заметить? Поверь, между нами ничего нет.

— Да не переживай ты так, — похлопала ее по руке. — Я же без осуждения. Просто скажи, права я или нет?

Вампирша склонила сначала голову на один бок, а через пару секунд на другой. Колеблется.

— Малюсенький, — громко выдохнула она, как будто признаваясь в страшном преступлении. — Совсем крошечный интерес. Но я никак его не обозначала. Да и это невозможно.

— Почему?

— Ты, Маша, ведьма. Еще и иномирянка. На тебя никто не посмотрит свысока. А мне такой брак невыгоден. Родители никогда не позволят ничего подобного.

— Разве они не желают тебе счастья? — озадачили меня ее слова.

Триаль не похож на тирана-самодура. Он немного рассеянный и летящий, но добрый.

— Конечно, желают, — улыбнулась девушка. — Но в нашей семье все слишком практичны. Крис никогда не станет мне подходящей партией. Да он и сам это понимает.

— И ты совершенно не хочешь бороться за свои чувства?

Лидия откинулась на спинку моей кровати.

— Я еще не решила. Интерес возник внезапно. Мы достаточно долго знакомы, и я воспринимала его только как сотрудника у отца, а с некоторых пор замечаю его взгляды, которые он бросает на меня.

— И все?

Что за мир и его условности? Оборотень меня тут к браку через несколько недель знакомства принуждает, а вампиры просто переглядываются. С другой стороны, они живут очень долго, глядишь, к возрасту Эланоры определятся…

— А почему ты спрашиваешь? — ответила молодая вампирша.

— Эм-м, — я тут же растерялась, не желая сдавать незадачливого кавалера. Я-то полагала, что он хоть цветы девушке дарил, стихи писал, а не только томно дышал в ее сторону. — Думала, может, нужно чем-то помочь?

— Ты нам и так помогаешь. Дом перестал разваливаться. А с любовными проблемами я разберусь, — уверила меня девушка. — Все надеюсь, что ты решишь с нами остаться.

— В любом случае в первую очередь нужно отыскать сестру, — хмыкнула я, не внеся никакой ясности. — А потом можно делать какие-то выводы.

— Расскажи о ней, — попросила Лидия. — У меня два брата, а сестры нет. Может, поэтому я так к тебе привязалась?

Мне стало очень приятно от ее слов. К этому миру я уже крепко прикипела. Как же я надеюсь, что Даша тоже в порядке и с ней не происходит ничего плохого.

Рассказывая о близняшке и попутно объясняя порядки в своем мире, совсем забыла о времени.

— Ой, Лидия, — спохватилась я, взглянув в окно, — уже поздно, а мне хотелось прогуляться.

— Составить тебе компанию? — предложила та. — Можем и бабушку позвать, она всегда бродит в ночи на заднем дворе.

— Нет, — покачала я головой, вздрагивая от такого щедрого предложения. — Быстро пройдусь по саду, подышу воздухом, не переживай. Еще и Пирата надо найти, он хотел что-то мне сказать.

— Хорошо, Мари, — согласилась вампирша, сжала меня в объятиях и только потом мы распрощались.

Я радовалась, что нашла в этом мире подругу. Лидия, несмотря на ее неюный по меркам моего мира возраст, была словно моя ровесница, а может, и младше. Она первая стала наставлять меня в Аридии, чтобы я не допустила ошибок, она же подкладывала мне на тумбочки учебники по магии. И если у нее что-то сложится с Кристианом, я первая побегу ловить букет невесты.

Черт! Совсем забыла, что с настойчивостью Эйдена бросать букет еще раньше буду я.

Переодевшись в удобные штаны и черную курточку, тихонько спустилась вниз, стараясь не привлекая к себе внимания. На всякий случай еще заблокировала мысли от фамильяра. Пират ведет себя слишком странно — дружба с дознавателем никого не доводит до хорошего конца. Вдруг сдаст меня пока несостоявшемуся жениху. С него станется.

Хотелось узнать все самой, обдумать, понять, что делать дальше. К тому же Кристиан уверял, что находиться на территории поместья мне безопасно — меня охраняет дух дома. Вряд ли молния ударит дважды и найдется еще один смельчак, решившийся на похищение.

— Мари, это вы? — поджидал за углом молодой вампир. — Я начал переживать, что не придете.

— Как я могла? — улыбнулась мужчине. — От этого зависит мое будущее.

— А вы не поговорили… ну, не поговорили? — жался и извивался, как змея, Кристиан Мишель.

— Поговорила, поговорила, — поспешила успокоить секретаря.

— Что она сказала?

Я начинала звереть.

— Давайте пойдем, по пути все расскажу, — я старалась спрятать ворчливость в голосе. — Дома какая-то странная суета. А вы сами просили скрыть наше маленькое приключение.

— Простите, десая Мишель, — поклонился вампир. — Вы правы. Лучше никому не говорить. Дес де Цепеш очень ревностно относится к своим служащим. Будет спрашивать, почему я ничего не сказал ему.

— Кстати да, а почему? — бросила я через спину, проходя в калитку сада.

— Он вообще не любит, когда кто-то ходит в склеп. А уж если бы я проговорился, что что-то нашел… не представляю его реакцию. Но это так красиво. Почти уверен, что там драгоценная порода. Мой хозяин — огромный ценитель уникальных камней, вмиг бы заставил слуг их извлечь. А историю нужно хранить. Он такого не понимает. Я и с вами поделился только из-за того, что вы действительно в силах снять проклятие.

— Какая слепая вера в меня, — развернулась и ответила язвительно. Терпеть не могу пустых надежд.

На одну минуту воцарилась тишина. Никто не знал, что сказать дальше. Возможно, я перегнула палку со своими сарказмами.

— Вы так и не сказали, что думает Лидия, — напомнил мне Крис, переводя тему.

— М-м-м, Кристиан, я же подруга упомянутой девушки. А подруги тайны не выдают. Могу сказать одно: чтобы усилить свою привлекательность в глазах дамы, надо делать мужские поступки.

— Поступки?

Вот не было печали. Как объяснить местному ботану и гику, что женщины любят ушами и измеряют чувства ювелирными изделиями? Хотя… что тут объяснять?

— Напишите стихи, подарите букет. Как в Дримгейте девушек завоевывают?

— Обычно, — не понял моего ироничного вопроса собеседник, — все идет через родителей. Но в нашем случае они уже против.

Жест «рука-лицо». Я с силой хлопнула себя по лбу. Такими темпами там образуется приличная шишка.

— Вернемся, напишу вам план действий, — смирилась с неизбежным.

В целом не только этот вампир страдает от нехватки фантазии. Я и в Москве подобных индивидуумов видала: «Привет, я Валера, гы-гы-гы. Но все зовут меня Ракета-на»! Как таких земля носит?

Погруженная в свои мысли, даже не заметила, как мы наконец-то пришли.

Постройка выглядела зловеще. Деревья накрывали склеп ветвями, завывал ветер, пробираясь в щели маленького оконца и создавая пугающий свист. Хорошо, что ночь оказалась достаточно светлой, — не нужно натыкаться на стоящую посередине гробницу старой ведьмы.

— Вы идете? — не останавливаясь, спросил меня Кристиан.

— Да, — постаралась я скрыть волнение в голосе.

Внутри было темно, но лучи ночного светила озаряли большую часть помещения. Каменная кладка почти везде покрылась мхом, а сама гробница оказалась увита плющом. Никто не ухаживает за захоронением Ираиды.

— И где странный блеск, про который вы говорили?

— Вон там, — указал вампир на место на стене напротив изголовья гроба.

И вправду, при скромном освещении был виден красноватый отблеск. Если не всматриваться, то не заметишь, слишком бледно он выглядит. Я подошла поближе, чтобы посмотреть, отчего появляется такой необычный оттенок, но моего роста не хватило. Пытаясь пошарить по стене рукой, укололась обо что-то острое.

— Ай, — отвела ладонь и приложила к губе палец, из которого просочилась капелька крови.

— Сделайте так еще раз, — как зачарованный, попросил меня вампир.

Его вид немного напугал. Он вдруг стал взъерошенным, очень заинтересованным. Глаза забегали из стороны в сторону, рассматривая то мою руку, то место, где я поранилась.

— Не буду, — отказалась, посмотрев на фигуру мужчины.

Сдается мне, зря я сюда пришла. В мозгу забрезжила мысль, что это опасно.

— Маша, проведи рукой по камню! — перешел на «ты» и настаивал Мишель.

— Нет! — я встала и громко выдохнула. — Зачем это тебе? Ты не просто так меня сюда привел!

— Нет, — оскалился Кристиан и произнес непонятное заклинание.

Я тут же зависла в воздухе без возможности пошевелиться. Вампир подошел ближе и пояснил свои действия.

— Это стазис, Маша. Ты не можешь двигаться и мешать мне. Потерпи. Мне нужна всего капелька твоей крови, — сказав это, он сжал мой пострадавший палец, выдавил из него кровь на ткань и отошел от меня. — Не двигайся, — сразу обозначил вампир. — Я быстрее и опытнее и, в отличие от всех де Цепешей, очень умелый маг.

— Кто вы?

Он не стал отвечать, направляясь к тому месту, где совсем недавно стояла я, и провел тканью с моей кровью по красному камню. Издалека было видно, что в стене замурован таковой, очень похожий на рубеллит.

— Я Кристиан Мишель, ты забыла? — насмешливо спросил вампир и снова приблизился, убирая заклинание стазиса и надевая мне на руки странного вида оковы.

О таких я читала в книжках Лидии. Пока владелец с меня их не снимет, я не смогу колдовать без его ведома.

И сколько пафоса в словах злоумышленника. Можно подумать, льва одолел, а не неопытную ведьму, пришедшую на его зов, как глупая овечка.

— Хотелось бы больше ясности, — старалась я не паниковать.

Как показала прошлая ситуация с моим похищением, сила женщины в умении заговаривать зубы. А в этом деле я мастер.

— Скоро ты все узнаешь, — загадочно пообещал молодой вампир. — Совсем немного осталось.

Немного до чего? Судя по действиям Кристиана, именно он и попросил деса Уайетта меня похитить и был тем самым вторым бандитом. Ему-то я когда успела насолить? Нормально же общались. Такими темпами меня весь Дримгейт по несколько раз похитит.

— Ты, Маша, сильно не обижайся. Просто выхода не было. Тебе почти ничего не грозит, да и забудешь обо всем.

— Не переживай, бледнолицый — сузила я глаза. — У меня память на имена плохая, а вот на гадости хорошая. Я тебе такое устрою — небо с овчинку покажется.

— Как? — уверенно рассмеялся Мишель. — Колдовать ты не можешь, заклинаний не произнесешь. Дар погодницы они тоже блокируют, а второй дар у тебя так и не раскрылся. Что ты сделаешь против меня?

— Импровизация, — пообещала мужчине, — потом не жалуйся. — Надеюсь, Пират уже начал меня искать. Хотели же поговорить, а я неожиданно пропала. Полагаю, Эйден быстро обнаружит, что меня нет в поместье. Лихорадочно все обдумывая, посмотрела на вампира. — А почему мы здесь? Разве не безопаснее было бы меня оттащить куда-то дальше?

— Может, и было бы, — согласился Кристиан. — Но важно, чтобы твое тело и душа были в гробницы Аделаиды.

— Кого?

— Еще немного, и сама все поймешь, — отмахнулся от меня клыкастый знакомый, всматриваясь в потолок.

Какая такая Аделаида? Это склеп другой колдуньи. Он не настолько туп, чтобы этого не знать.

Кристиан резко вздрогнул, а потом словно сбросил шкуру. Волшебство стекало с него магическими потоками, растворяясь в сумрачном воздухе и обнажая истинную натуру. На меня смотрел старик.

— Эй, — забилась я от страха. — Ты что с собой сделал? А ну верни все обратно! Слышал про косметологов и пластические операции?

Кристиан по возрасту перегнал даже Эланору. Мне говорили, что вампиры долго живут, но я никогда не спрашивала старшую де Цепеш, сколько ей лет. А теперь понимаю, что много… очень много. А этому древнему борову и того больше.

Он не отвечал. Ожидал чего-то. Воздух как будто накалился, внезапно по периметру гробницы зажглись огни и раздался глухой звук из гроба ведьмы.

— Нет! — взвизгнула я, ужаснувшись возможной перспективе. — Не говори, что сейчас скелет ведьмы поднимется.

Меня Клод пугает, а к таким ситуациям даже жизнь в магической стране не подготовила.

Крышка откинулась, и на меня посмотрело… привидение.

Так, ну уже легче.

Белесая ведьма с моей внешностью уставилась в мою сторону и капризно надула губы.

— Она еще ничего не знает? — спросила она у вампира.

— Я решил дать тебе возможность объясниться, — с благоговением отозвался Мишель.

— М-м-м, спасибо, — она прошлась ладонью по его лицу. — Это такое удовольствие. Я почти семьсот лет ждала возможности возродиться.

— А я, — влюбленными глазами смотрел на нее Кристиан, — несколько веков был разделен с любимой.

— Так, ребята, — напомнила я о своем присутствии, — можно мне хоть пару слов сказать? А то я даже испугаться не успела.

Соврала. Успела, еще как успела. С другой стороны, все это напоминает постановку «Привидение и отпуск в Дубае». Мой двойник — или я его — воспылал страстью к пенсионеру. Противно, но все бывает. Так, доставьте меня в мой мир, я в соцсетях и не такое покажу.

Эти двое с объяснениями не спешили. Они словно не могли намиловаться.

— Ладно, дорогой, — послала воздушный поцелуй бесплотная женщина. — Пусть мой потомок узнает о том, кто я такая.

— Хорошо, — кивнул ей постаревший Кристиан и отошел в тень.

Любит он по углам шариться.

— У тебя, наверно, миллион вопросов? — подплыла та ко мне.

— Нет, всего два.

— Так мало? — поднялись брови привидения.

— Ага. Кто вы? И зачем я вам?

— Люблю умненьких, — призналась она с кровожадной улыбкой. — У Ираиды все потомки такие.

— А у вас, стало быть, глупые получались?

Маша, окстись. Ты в опасности. Зачем раззадоривать врагов?

Ведьма нахмурилась, но высказывать мне за ехидную фразу не стала. Видно, поняла, что потомки у Ираиды хоть и умненькие, но совершенно беспардонные.

— Меня зовут Аделаида, дитя. Слышала ли ты обо мне?

— Нет, — я похлопала глазами.

Хотя тут и дураку понятно, что Ираида с Аделаидой сестры-близнецы. В этом мире куда ни сунься, встретишь двойника.

— Но по лицу вижу, что ты обо всем догадалась, — заметила белесая дамочка.

— Верно. Вы сестра Ираиды, хозяйки этого поместья.

— Мы обе — хозяйки поместья! — воскликнула та, испытывая недовольство. — А все запомнили только Ираиду. Конечно, считали ее прехорошенькой ведьмой. А между прочим, дар у нее был слабоват. Всего лишь заурядная погодница, не совладавшая со вторым даром.

— Мне говорили, что погодники в дефиците, — удивилась я. — Как менталисты или некроманты.

— Ты права, — довольно улыбнулась ведьма. — Мои дары куда ценнее: некромантия и телекинез. Еще несколько веков назад погодников было полно. От таких, как вы, — она пренебрежительно прошлась по мне глазами, — весь материк штормило и трясло. Может, и к лучшему, что вас почти не осталось?

— Не знаю, — я оставалась равнодушной к ее подколам. — Так что там с Ираидой и почему про вас никто не знает?

— О, — коварно улыбнулось привидение, — я никогда не жила в Дримгейте. Моих сил было достаточно, чтобы служить при тогдашнем императоре. Не желая иметь ничего общего с семьей, я сменила имя и работала во дворце.

— Это вы зря, — подначивала я женщину. — Семью ценить надо.

Страх куда-то отступил. Да и вообще, я столько пережила в этом городе, что бояться бестелесного духа — моветон. На меня драконы покушались, вампиры облизывались, браком еще пугают. Посмотрим, как с таким справится Аделаида. И к тому же я верила в Эйдена. Уверена, что он уже ищет свою невесту-потеряшку.

— Да что тебе может быть известно о нашей семье? Ты об этом мире-то совсем недавно узнала.

— Откуда вам это известно? И вообще, для чего меня держат связанной? Побеседовать мы могли и без цепей.

— Это самое интересное, девочка, — хитро улыбнулась колдунья. — На службе я не рассчитала с одним проклятием. Я бы медленно умирала, теряя силу и меняя внешность, но нашла свое спасение в трудах одного темного волшебника. Давным-давно маги могли переселиться в родственное идентичное тело. Мне оставалось всего ничего — поменяться ролями с сестрой.

— Вы задумали погубить родного человека? — ужаснулась я ее словам.

Это же надо! Я бы никогда не смогла поступить так с Дашкой. И она тоже. Каждая из нас готова жизнью пожертвовать ради сестры.

— Я задумала спасти себя. Ираида — слабая ведьма, бесполезная, не приносящая никакой пользы. Но, вернувшись в Ведьмину гору, я обнаружила, что моя дражайшая сестрица родила ребенка, да еще и от вампира.

— От кого? — вопрос застыл в воздухе.

— М-м-м, да от Кристиана де Мишеля. Младшего сына родоначальника их фамилии. Ты с ним знакома. Он-то сюда тебя и привел.

Драматично.

— Как ты мог? — накинулась я на вампира. — Ты решил пожертвовать возлюбленной и ребенком?

Кристиан вышел из тени с замутненными глазами и еще более выбеленным лицом. На лбу у него проступили вены, а когти удлинились, как у оборотня.

— Аделаида — моя госпожа! Молчи, — и кинул в меня небольшой сферой, больно ударившей по груди и заставившей упасть навзничь. — Не смей повышать голос!

Подтянувшись и сев на сырой земле, я опять посмотрела на ведьму.

— Заклятие полного подчинения, — похлопала она мужчину по плечу. — Он навсегда мой раб, даже если я мертва. До тех пор, пока моя душа не упокоится навсегда.

— Это жестоко.

Ради спасения своей жизни она загубила несколько невинных существ.

— Все может быть, — как будто досадуя, продолжала Аделаида. — Почти загнав Ираиду в ловушку, я уже подготовила ту к ритуалу. Ребенок мне был не нужен. Я бы сохранила ему жизнь и воспитала настоящей ведьмой: сильной и могущественной. Но сестрица пропала.

— Как? — я искренне обрадовалась.

Вот что значит жажда жизни.

— А вот так, — хлопнула она в ладоши. — Раз — и нету. Наши предки всегда славились портальным чарами, которые не проявились ни во мне, ни в Ираиде. Но она смогла спрятаться от меня, убежав из Аридии. Да еще и как эффектно: собрав силы, переместилась в твой мир. Догадалась уже, что ты ее прямая наследница?

Конечно, еще завидев портрет. Только я не знала, что зашкаливающее количество близнецов в нашей семье — особенности наследственности.

— Так вот, — продолжало привидение, — она пропала, а я, обуреваемая яростью, пронеслась по городу как лавина. У меня не было сил на большие злодеяния, но крови жителям я попортила немало. Даже хотела отравить воду во всем Дримгейте.

— Да, я что-то слышала, — вспомнила рассказа Триаля в первый день. — Все еще подумали, что у Ираиды чердак полетел.

— Что полетело? — не поняла моего новомодного сленга ведьма.

— Да неважно. — Аделаида воспарила к потолку, наблюдая за мной. Наверно, решила проверить чердак склепа. — И со злости прокляла все поместье? Пока в нем не воцарится истинная хозяйка — никто не сможет жить здесь?

— Ты смышленая, — отметила ведьма мои умственные способности. — Но проклятие не в этом. Хозяйка рано или поздно бы пришла. Всю вашу семейку звал обратно родной мир. А вот той, кто вернется, предстоит стать моим следующим телом.

— Это вы, дамочка, подождите, — я не дала ей насладиться моментом торжества. — Вы еще тест-драйв не проходили. Вдруг вам не понравится? У меня зубы хрупкие и волосы тонкие. Может, еще кого посмотрим? Предусмотрен второй тур?

Во мне медленно, но верно поднималась паника. В очередной раз я беспомощна перед надвигающейся опасностью, но тогда вредный дракон не знал о моих способностях, а этот противник подготовился основательно.

— Почему ты просто не умерла? Это так действует наложенное проклятие? — пыталась я выиграть для себя еще немного времени, не заметив, как перешла на «ты».

И правильно, с хрена ли этой сумасшедшей женщине уважение выказывать?

Мертвая колдунья расхохоталась, упиваясь моим страхом. Очень странно наблюдать, как красивое лицо — мое лицо — с плотоядным выражением на нем рассказывает о совершенных злодеяниях. Аделаида загубила несколько жизней, чуть не убила сестру с новорожденным ребенком, могла отравить весь город. Таким не место в ряду живых.

— Я же некромант, деточка. Успела сделать так, чтобы моя душа не покидала это тело, хоть и пришлось стать бесплотным духом. Думаешь, мне нравится существовать без возможности далеко отлетать от могилы? Я ждала долго, очень долго, и, наконец, дождалась тебя.

— А мое появление? Оно тоже неслучайно?

— Наоборот. Эта юная дурочка де Цепеш сыграла нам на руку. Кто его знает, когда потомки Ираиды вернулись бы, а дети с легкостью призвали тебя. — Она развернулась и крикнула Кристиану: — Сделай так, чтобы она не двигалась!

— Одну минуту, хозяйка! — Вампир с мутными глазами бросил в меня очередным заклинанием.

Что там говорил Эйден? Эти существа плохо колдуют? Судя по тому, как легко со мной расправился Мишель, у него нет трудностей с магией.

Я зависла в воздухе без возможности пошевелиться.

— Не переживай, Ма-ша, — почти выплюнула мое имя проклятая. — Это не больно, никто и не заметит подмены. Ты так похожа на меня и свою пра-пра-пра…

— Эйден заметит! И другие, — перебила я ее самодовольную речь. — Ты такая злобная стерва, что все быстро обнаружат другую душу в моем теле.

— Мне останутся твои воспоминания, — она хищно улыбнулась. — Я не идиотка, чтобы вести себя неосмотрительно.

Стоит ли ей рассказывать, что тогда перед ней открываются прекрасные перспективы стать замужней десой де Рибер? Да сейчас, бегу и падаю. Нет! Оборотень мой! Не отдам этой злодейке ни мое тело, ни мою жизнь. Мне просто нужно успокоиться и найти выход. Он ведь есть всегда, правда?

Пока я висела в пространстве, надеясь достучаться до фамильяра, мой прозрачный двойник указывал старику, что делать дальше.

Тот возился на земляном полу, исписывая его рунами и различными знаками.

— А теперь достань кристалл. — Аделаида ткнула в стену, где не так давно Кристиан прижимал ткань с капелькой моей крови.

Вампир послушно зацепился за выемку в стене, подтянулся и схватился за камень.

— Сильнее, трухлявый. Или ты уже бесполезен? — не выдерживала ожидания колдунья.

В этот момент Мишель как будто бы задергался, не желая выполнять приказы привидения. Но встретившись с ней взглядом, приложил еще больше усилий и выкорчевал-таки из кладки злополучный кристалл.

— Вот, хозяйка. — Камень блестел на руке ярким алым цветом, создавая розоватые переливы на стенах.

— Знаешь, что это? — торжествующе проговорила Аделаида, посмотрев на меня.

Откуда? Мое магическое образование закончилось, так и не начавшись. Лидия часто предлагала свою помощь, но я не желала ничего слушать. Мне так надоело учиться в своем мире… Зря. Маша, какая же ты недалекая.

— Артефакт, — продолжила женщина. — Благодаря ему я смогла сохранить душу. И благодаря ему поменяюсь с тобой местами.

Старая вредная тварь. Ей никогда не жалко, кроме себя.

На улице портилась погода. В маленьком оконце сверкнула молния, а еще через мгновение раздался глухой звук раската грома.

— Она же не может колдовать! — испугалась ведьма.

— Не может, хозяйка, — бросился проверять мои оковы постаревший вампир.

Если бы могла, стукнула бы себя по лбу. А явления природы кто-то отменял? Гроза может прийти сама собой. Вообще атмосферненько. Темные и страшные дела должны обязательно происходить ночью и под проливным дождем.

— Тогда начинай! — приказала Аделаида.

Кристиан положил кристалл в центр круга, расставил несколько свечей и притянул меня ниже, но так, чтобы я тоже оказалась аккурат над его письменами.

В первый день вынужденного и неожиданного попаданства все удивлялись, что меня вызвали как демона. Так и душу здесь похоже изгоняют. Унылые экзорцисты.

Около склепа послышалось хлюпанье, будто кто-то идет по лужам в резиновых калошах.

— Заблокируй дверь!

— Сейчас, — отвлекся вампир от раскладывания предметов.

Но не успел — под ослепительный разряд молнии створка распахнулась.

Глава 17. Скрытый дар

Эйден де Рибер

Как только у меня на руках оказалось достаточно алюминиевой пыли, я обсыпал ею всю книгу, подмечая каждый отпечаток. Закрепив изображение заклинанием, решил начать с Триаля и Лидии. Десай Риордан сказал, что девушка была в сопровождении вампира. Скорее всего, вместе с отцом.

Де Цепеша я нашел быстро. В его же кабинете.

— Триаль. Ты не мог бы погрузить пальцы в эту субстанцию, — войдя в комнату, сразу подал ему блюдце с трудами Анны-Луизы.

— Что это? — возмутился хозяин дома. — Ты хочешь, чтобы я совал сюда свои руки? Куда это годится?

Чиновник был слишком брезглив для того, кто любит пить кровь.

— Я настаиваю, — поставил тарелку на стол и пододвинул к нему. — Все-таки я дознаватель.

— Ты меня в чем-то подозреваешь? — ахнул де Цепеш.

— Да! Нет! — терялся я в ответах и испытывал нетерпение. — Давай, или я применю силу.

— Я думал, мы друзья, — злился вампир. — Для чего это?

Но все же опустил пальцы в серую крошку.

— Держи, — взял с его стола листок пергамента. — Отпечатай каждый палец.

— Подумать только, в моем же доме, — причитал он себе под нос и качал головой. — И кто? Тот, кого считал другом. Да я его брата на работу взял. Что скажут люди?

Я посмотрел на следы, застывшие на бумаге. Сравнил их с магическим изображением, но не нашел сходства.

Фиаско. Надо опросить Лидию.

— Триаль, — пропустил я мимо ушей обидные выражения. — А где твоя дочь?

Вот теперь он разозлился не на шутку. Обнажив клыки и затемнив взгляд, вампир двинулся на меня и схватил за шею. Благодаря сверхъестественной силе, я смог-таки прижать необратившегося оборотня к стене.

— Эйден, — шипел де Цепеш, — это ни в какие ворота… Что ты себе позволяешь? Теперь ты обвиняешь мою дочь? Немедленно объяснись!

Интуиция подсказывала, что Триалю можно верить. Он только выиграл от появления Маши. Молодая колдунья привела поместье в порядок, подружилась со всеми домашними и была обладательницей редкого дара. Такая в хозяйстве пригодится. Вряд ли ушлый и предприимчивый вампир упустит ведьму из вида. Тем более что только ей подчиняется домашний полтергейст.

— Я нашел в библиотеке книгу Аделиуса Дориана Мора, — решил поведать о своих догадках. — Кто-то оставил ее на видном месте, забыв убрать на полку. Смотритель сказал, что в той секции была твоя дочь в сопровождении тебя, мой отец и Арно де Дюпон.

— Того самого Мора? — брови де Цепеша поползли вверх. — Я думал, все подобные книги изъяли.

— Теперь да, — согласился я. Том был уменьшен и спрятан в моем пространственном кармане. — То есть ты не видел фолиант, когда приходил с Лидией? — вернулся я к основной теме.

— Я не был в библиотеке, — покачал он головой. — И уже достаточно давно. Десай Риордан так и сказал? Что я пришел вместе с ней?

— Нет, — припомнил я слова старика. — Сказал, что десаю де Цепеш сопровождали. Но кто, если не ты?

— Мало ли, — пожал плечами Триаль. — У нее достаточно поклонников. Вампиров в Дримгейте немного, но со всеми молодыми людьми Лидия знакома.

— А где она сейчас?

Мы оба повернулись к двери. Надо быстрее отыскать десу. Может, она была со злоумышленником?

— Она с Машей разговаривает, — бесстыдно ввалился Пират, явно подслушивающий нашу беседу.

— А почему ты не с хозяйкой? — Боги, дайте терпения не придушить Машиного зверя.

— У них там что-то девичье, — поморщился фамильяр. — Секреты всякие, бр-р-р-р, даже знать не хочу.

— Ты сообщил Маше, что она может быть в опасности?

— Не успел, — фыркнул котище. — Выгнали же. А говорят, что у псовых слух хороший.

За спиной раздался голос Кевина.

— У псовых очень хват пастью хороший, — подмигнул мой брат пушистому забияке.

— Брось, — ничуть не испугался кот. — Я знаю, что нравлюсь тебе.

Терпение мое и так было на исходе, а шутливый тон брата и колкости фамильяра окончательно выводили из себя.

— Ну что там? — обратился я к Кевину.

Оборотень сразу понял, о чем я говорю. Достал из карманов пару стаканов, поставил их на стол и отошел.

— Пришлось с каждым побеседовать и выпить несколько глотков виски, — будто извинялся бригадир.

— Можно подумать, ты жалуешься, — зашипел полосатый котище.

Когда Маша станет мой женой, надо подумать, что с ним делать. Жить под одной крышей с животным, которое ежесекундно нарывается на неприятности и склоняет меня к обороту, не хотелось. Но Мари ведьма, раздели их — и она потеряет часть сил. Поверить не могу, что придется искать общий язык с Пиратом.

— Этот отца, — Кевин указал на квадратной стакан, игнорируя фамильяра, — а этот де Дюпона, — ткнул во второй, округлой формы.

— Ничего не понимаю, — подал голос Триаль, о котором, каюсь, я уже успел забыть.

— Пояснишь? — попросил брата, бросаясь к хрустальной посуде.

Пока Кевин подробно рассказывал о ведьминском иномирском методе поиска преступников, вампир все больше хмурился, прожигая взглядом мою спину. Чую, придется его позже задабривать литрами вина под названием «Тысяча девственниц». Но это потом, а сейчас меня словно что-то подгоняло. Чувствовалась тревога, как будто над нами нависла грозовая туча и скоро грянет ураган.

— Нет, — минут через пятнадцать я разочарованно всматривался в магически воспроизведенные отпечатки, сравнивая их со снятыми с книги. — Никто из них.

— Не понимаю твоей грусти, — оттолкнулся от стены младший. — Ты хотел, чтобы преступником стал отец?

— Нет, конечно, нет. Я думал, это Дюпон. Маша ему никогда не нравилась, да и попортила крови с артефактами.

— Все так, только при нашей беседе он обмолвился, что может посодействовать нашей скорой свадьбе. И ждал от меня заверений, что будущая супруга будет закрыта дома, без возможности торговать своими идеями.

— Что?! — окончательно вызверился я, обрастая по рукам шерстью и меняя оскал на звериный.

Кевин наслаждался этим моментом, радовался, доводя меня до исступления. Маша ему небезразлична, да и со мной он отношений не испортит: знает, что мне немного совестно, но попить кровь противника всегда полезно.

— Эй, — царапнул меня, и весьма болезненно, Пират, — возьми себя в руки, ревнивец. — А потом прыгнул на брата. — А ты вообще должен быть против зла, а не примыкать к нему! От вас зависит жизнь моей хозяйки.

— Ладно, — ухмыльнулся Кевин, довольный вызванной им реакцией. — Дюпон не похож на того, кто хочет погубить Мари. Да и мы, возможно, занимаемся какой-то фигней.

— Чем, простите? — решил уточнить Триаль.

— Фигней, — пожал плечами мужчина. — Маша часто так говорит. Вы меня тоже извините. С кем поведешься…

— Так! — прервал я пустую болтовню. — Мы опять в тупике, а моя интуиция голосит, что фолиант найден неспроста. Пират, сходи за Лидией!

— А почему сразу я? — возмутился кот. — Сейчас зайду к ним, а они тебя обсуждают. Мне это надо? — и сам себе ответил: — Пирату это не надо.

— Пират!!! — ужа в три голоса рычали я, Кевин и де Цепеш.

— Иду я, — прижался к полу пушистый ворчун. — Собаки сутулые и мышь облезлая! Иду!

Но в этот момент в кабинет постучали.

— Папа, могу я войти? — спросила Лидия.

— Дочь?! — у Триаля не получилось сохранить невозмутимость. — Что-то случилось?

— Да так, — девушка открыла дверь и встала как вкопанная. — А зачем вы собрались?

Компания подобралась интересная. Два оборотня, вампир и ведьмин фамильяр. А на заднем плане обсыпанная алюминиевой крошкой посуда.

— Деса де Цепеш, — прервал я всеобщее молчание. — А как давно вы были в библиотеке?

Если вопросу вампирша и удивилась, то виду не подала.

— Дней пять назад, дес де Рибер. Что-то случилось?

— Можете сказать, что вы искали в секции про ведьм?

— Ничего такого, — она беспомощно посмотрела на отца, но тот ободряюще кивнул. — Вы все знаете, что Мари стремится попасть в свой мир, а еще найти сестру. Я думала, что смогу найти какие-нибудь поисковые заклинания, основанные на крови. Или ритуалы. Удалось же нам как-то вытащить Машу из ее мира.

Святая простота. Вытащили они. Близнецы со старшей сестрой почти перевернули весь Дримгейт, судьбу Маши и ее сестры, а еще и мою.

— Лидия, девочка, — не выдержал Триаль, — кто тебя сопровождал?

— Кристиан Мишель, — чуть зарделась вампирша. Еле заметный румянец проступил на бледных щеках.

— Кристиан? — мы все переглянулись. Де Цепеш в тревоге посмотрел на своего старшего ребенка. От него не ускользнуло, что девушка смутилась при упоминании имени секретаря.

— Он был с вами все это время? Не отходил? Вы видели все, что он делает?

— Я не понимаю вашего вопроса, дес дознаватель, — возмутилась Лидия, сжимая кулаки. — Кристиан даже в библиотеку не заходил, ждал меня в фойе.

Тупик или… Проверять девушку на отпечатки не хотелось. С другой стороны, сколько я видел прекрасных дам, спокойно лгавших в глаза мужчинам и совершавших жестокие преступления.

— Хотя, — вдруг начала вспоминать вампирша, — я долго ждала его в экипаже. Он сказал, что у него есть одно неотложное дело. Я тогда подумала, что ему нужно… — она замялась, — ну, вы сами все понимаете.

— И что? — встрял Кевин. — В смысле, не что ему нужно, а что дальше?

— Я не дождалась и пошла искать Криса. Он как раз выходил из коридора.

— Эйден, — серьезно посмотрел на меня брат. — А туалет и библиотека далеко друг от друга?

— Нет, — я нахмурился, понимая, к чему тот ведет. — Как раз в одном крыле.

* * *

Маша Антонова

— А-А-А-А! — закричала я.

А что? Страшно же. Тут сюжет покруче, чем в фильмах ужасов, которые любила смотреть Даша. Один миг, и я почувствую все чудеса перерождения. Недоделанная колдунья вуду-хренуду пытается вселиться в мое тело.

— А-А-А-А! — закричал Мишель, создавая магический шар.

Что примечательно, привидение тоже вопило как резаное. Аделаиде-то чего бояться? Второй раз призраком не стать.

Вспышка молнии осветила знакомую фигуру. Я сразу поняла, кто оказался за дверью: седые пряди волос с птицами и гнездами, свитыми ими уже в шевелюре, нелепое платье и ноги и лодыжки в полосатых колготках. Кто мог знать, что в склеп принесет Эланору?

— Молчи, болезный! — старушка заткнула вампира заклинанием.

А потом бросилась ко мне, удерживая в руках топор явно боевого назначения. Мишель застыл и пронесся по воздуху. Древняя вампирша обездвижила злодея, а меня, наоборот, отпустила, пробурчав что-то себе под нос. Поблагодарить женщину я не успела: на нас налетел шквальный ветер, буквально сбивая с ног.

— Вам со мной не справиться! — визжала Аделаида, довольная произведенным эффектом. — Я — хозяйка поместья. Все духи дома работают на меня.

Духи? Он не один? Или один? Вот предатель прозрачный. Как оборотня по кухне шарашить, так он первый, а обозначить, что служит врагам… Но ведь он признал меня, а значит, и мне подвластно повелевать полтергейстом? На этом полет разума закончился, и началась отчаянная борьба за жизнь.

— Нет! — я тоже подняла свой голос на пару тонов. — Слушайся меня! Я твоя хозяйка! — И ногой еще топнула для уверенности.

Порывы ветра прекратились, дав нам возможность встать. Кивнув старушке, я всматривалась в агрессивную ведьму. Что делать дальше, я не представляла. Как можно справиться со злобной стервой, которой любой удар побоку? Да и магия моя заморожена в оковах, пока Кристиан не снимет с меня проклятую цепь. Тупик, господа!

— Открой в себе второй дар, — прорычала Эланора, бросаясь обратно к Мишелю.

Секретарь каким-то чудом смог сбросить с себя стазис, чтобы заново попытаться напасть. Подозреваю, что у вампира есть какой-то артефакт.

Легко сказать — открой. Знать бы, как это делать. В минуты опасности я только молнии выпускала и погоду портила. Но сегодня прогноз работал исправно и был сам по себе.

— Тебе не спастись! — летала вокруг меня Аделаида, толкая в бок и стараясь сдвинуть меня в очерченный круг.

— Но и тобой не стану, — сверкнула я глазами, обещая себе, что не сдамся до последнего.

Хранитель Ведьминой горы опять начал выполнять приказы колдуньи-злодейки.

— Схвати их, — она властным жестом указала на вампиршу, — чтобы они не двигались.

Вмиг я почувствовала, как ноги и руки оказались прижаты к земле.

— Отпусти меня! — добавила я строгости в голос и испытала облегчение. — И Эланору, — когда заметила недовольное лицо старушки.

Но тут подсуетился Кристиан, про которого я успела забыть. Он, схватив старшую де Цепеш, прижал к шее серебряный нож.

— Двинешься, и твоя спасительница умрет, — пригрозил он мне, опасно водя лезвием по горлу женщины.

— Не думай, — геройствовала вампирша. — Мне семьсот лет, я достаточно жила!

Что делать? Я растерялась. Неужели все бесполезно? Спасаться, жертвуя сумасшедшей старушкой — не выход. Мамочки, как поступить? Второй дар, откройся, позволь спастись. Зажмурившись, я молилась местным богам и вселенной, надеясь на чудо. В груди как будто что-то формировалось, требуя выхода.

— Что это? — раздался голос Мишеля.

Пришлось приоткрыть один глаз, чтобы увидеть, чему тот так удивляется. По полу разлился зеленоватый туман, из земли вылезали небольшие скелеты мышей и крыс, уверенным строем маршировавшие в сторону чародейки. Глаза их блестели яркими вспышками, грызуны что-то нечленораздельно пищали, взбираясь друг на друга в попытках достать до призрака.

— Кто это?! — закричала Аделаида, пытаясь смахнуть с себя башню из мышей.

Вот чего так верещать? Мне тоже интересно, но я же не ору.

— Маша, это ты, — восторженно заявила Эланора, больно наступая каблуком Кристиану на носок. — Развоплоти ее!

— Чего?

— Дура, ты — некромант!

Кто? Вопросы накапливались. Ощущая, что меня переполняет волшебство, выпустила магию из тела, накрыв всю гробницу мощным взрывом. Стекла вышибло из рам, взметнулся столб пыли, и хлипкая дверь отлетела на несколько метров, срываясь с петель.

Не знаю, сколько прошло времени с этого момента, но когда мы смогли разлепить глаза, умертвия грызунов валялись вокруг места упокоения Аделаиды. Ее нигде не было видно, и давящая аура старой злобной ведьмы больше не ощущалась.

— А что, так можно было? — воззрилась я на вампиршу.

Эланора устало откинулась назад, смахивая неопрятные непослушные пряди.

— Вот казалась такой умной девочкой…

Тоже мне, откуда я могла узнать о втором даре, если все называют силу скрытой? Ясновидения мне не досталось, только появилась возможность поднимать из могил хищников мелкого пошиба. Еще непонятно, что с этим делать. Просыпаться в окружении мертвяков не хочется. Я от вида Клода до сих пор вздрагиваю.

— Ее больше нет? Она сгинула? — мне не верилось, что опасность миновала.

— Да, — буднично отметила де Цепеш. — Твой некросрыв всех призраков в округе распугал.

— Даже хранителя? — ужаснулась я ее словам.

Он хоть и помогал Аделаиде, но меня тоже слушался. Жалко…

— Вряд ли, — Эланора махнула рукой как ни в чем не бывало. — Духи не привидения. Скрылся, прячется, чувствуя вину. Вот начнешь учиться, поймешь разницу.

Точно! Учиться… и Триаль как-то упоминал. И Эйден. Но хорошенько обдумать возможность повышения магической квалификации мне не дали.

— Что вы наделали?! — упал на колени старик-Кристиан, опять напомнивший о себе. После взрыва ни я, ни вампирша даже не посмотрели, что случилось с подельником колдуньи. А зря. Тот поднялся, скопил толику сил, вскинул ненавидящий острый взгляд, мрачно прокричал: «Хозяйка! Любимая!» и бросился к гробнице, желая взглянуть на останки Аделаиды.

Мне тоже стало любопытно. И, конечно, я сунула свой нос и туда. Не знаю, как объяснить, что точно произошло, но наверняка это связано с моим срывом и всплеском волшебства. От ведьмы не осталось ничего — одна зола, валявшаяся на каменной поверхности, и тот самый артефакт, который злобная стерва намеревалась использовать, чтобы поменяться телами.

— Тебе некуда идти, — прорычал в мою сторону вампир. — А мне нечего терять. Ты убила мою возлюбленную. Развеяла ее, отняла, отправила в царство мертвых.

— Она и так там была, — юркнула я за постамент, на котором покоился гроб, чтобы избежать удара от пульсара. — А тебя держит проклятие подчинения.

— И что? Я добровольно согласился, желая помогать Аде.

— Для того чтобы она убила Ираиду? — Вот это новости. С такими любовниками и врагов не надо.

Шаги вампира глухой поступью приближались к месту, где мы засели. Эланора держалась рядом и переглядывалась со мной. Его не убить даром некроманта — живой же, а другие заклинания нам неподвластны из-за оков. Когда эта смертельная игра в кошки-мышки уже закончится?

— Ираида сама виновата. Опоила меня приворотным зельем, а потом отвергла, не считая достойным избранником. Все, что ей было нужно — ребенок, девочка, с которой она прыгнула в другой мир.

— Ага, — продолжала я заговаривать зубы противнику, осторожно обходя гробницу. — Так ты поддался ревности и стремлению к отмщению?

Вообще, обе сестрички друг друга стоят. Одна травит, убивает и практикует темную магию, а вторая использует, опаивает, а потом пропадает в неизвестном направлении. Наследственность у меня так себе.

— Машка! Я тебя слышу! Что там про наследственность? — неожиданно я почувствовала щекотку в голове.

— Пиратик, милый. Скорее, — мысленно взмолилась. — Еще чуть-чуть, и меня на опыты пустят.

— Мы мчим! — отозвался фамильяр и отключился.

Подмога уже рядом. Я схватила Эланору за руку и ободряюще улыбнулась. Нам бы несколько минут продержаться.

— Хватит прятаться! Иди сюда, мерзавка! — окончательно рассвирепел Кристиан, быстро обежав укрытие.

Вампирша, чтобы немного задержать мужчину, ладонью собрала землю с пола и кинула в горящие яростью глаза.

— Этим меня не остановить, — захохотал старик и взмахнул пальцами.

Нам крышка.

Громко открылась дверь. На пороге встали два волка с устрашающими оскалами. На одном из зверей восседал кот, сразу спрыгнувший с чужой спины.

— Бей скотину! — промяукал Пират, и оборотни как по команде набросились на бандита.

Все! Можно выдыхать… Или нельзя?

Мишель стал как будто выше ростом и, хотя на его теле висело два грозных противника, не желал сбавлять обороты. Как же победить вампира, который словно стал бессмертным?

Солнце. Один взгляд, и тот уже не жилец. В маленькое оконце стало видно, как едва-едва стали пробиваться первые лучики.

— Очки при тебе? — обратилась я к Эланоре.

— Пф-ф, спрашиваешь, — натянула на нос окуляры женщина и приобрела лихой вид.

Что с нее взять? Она странная.

— Кристиан, — крикнула я вампиру, отвлекая его от Эйдена с Кевином. — А ты ничего не забыл?

Тот посмотрел на меня, перевел взгляд на открытую дверь, откуда открывался прекрасный вид на утренний рассвет, и застыл. Оборотни же набросились на него с новой силой, в пылу схватки не замечая, как Мишель развеивается в пыль.

Теперь и не понять, был ли он убит солнцем или все-таки волчьими усилиями.

Глава 18. Финал

После фееричного спасения моей жизни вся наша дружная компания собралась на первом этаже в гостиной. Эйден как заведенный носился, устраивая меня поудобнее. И не зря… по ощущениям, я недалека от обморока. А сколько всего предстоит прояснить…

— Надо же, — чесал голову Триаль. — Столько лет Кристиан служил мне верой и правдой, а оказался злодеем. Даже мысли не было, что он старше матушки.

— А я говорила, — взметнула волосами Эланора, — что ты дальше своего носа не видишь.

— Могли и прямо сказать, — мрачно отозвался дознаватель. — Не теряли бы столько времени. Никто бы не пострадал. Да и с чего вам ему не доверять?

— Кто же будет слушать беззащитную женщину без доказательств? — огрызнулась старушка. — Слишком скромный был и пронырливый, лез вечно во все книги. Никогда мне не нравился.

Я хмыкнула. Это вампирша беззащитная? В каком месте? После ночи в склепе я с ней ссориться не буду. И Триалю не советую. Не знаю, кто отец де Цепеша, но глава семейства пошел в батюшку: тихий, скромный, вежливый. А вот у Эланоры, возможно, в предках и драконы отметились. Та разве только огонь не выдыхала, когда помогала мне спасаться.

— А как вы меня нашли? — решилась спросить, почесывая фамильяра за ушком. — И вообще, обо всем догадались? — я чувствовала, что без участия Пирата здесь не обошлось.

Эйден, не торопясь, поведал нам о находках в библиотеке. Иногда к беседе подключался и Кевин, чтобы вставить свои пять копеек.

— А после слов Лидии мы уже проверили его стол на наличие отпечатков. Так и поняли, что секретарь — помощник восставшей ведьмы, только еще не знали, что это не Ираида злодейка.

— И как же теперь?

Все взирали на меня с ухмылками и нескрываемым интересом.

— Как что? — расхохотался Кевин. — Теперь ты просто обязана остаться, доделать ремонт, а еще обучиться владению дарами.

— А Даша? — посмотрела я на присутствующих. — Теперь мы можем начать ее поиски?

— Я же обещал, — торжественно произнес де Цепеш, радостно обводя всех глазами. — Теперь, когда дух не будет мешать работам и все жители поместья в безопасности, будем искать твою сестру.

— Только не очень явно, — сразу включился ищейка. — Говорить о том, что Даша иномирянка, не следует. Еще непонятно, куда она попала.

Зная, как ведет себя сестра, не сомневалась, что та точно попала. А еще все окружающие. Надеюсь, у нее все хорошо. Обмен телами ей не грозит, так как внезапно открывшиеся силы уничтожили вредную колдунью. Вот интересно, близняшка тоже стала ведьмой? А что может она? Если и ей подвластна погода, то не завидую… Сестра намного быстрее меня взрывалась эмоциями.

— Хорошо, — прикрыла глаза от усталости. — Мне бы поспать.

— Потерпи, — ласково проговорил Эйден. — Отправимся домой.

Куда?

Мужчина, увидев непонимающий взгляд, пояснил:

— Нам необходимо поговорить. Я забираю тебя с собой.

Вообще, я не против, но обязательства немного пугали. Кто ж знал, что в романтических вопросах я такая нерешительная. Ой, ладно. Делайте что хотите. Только не будите. В данный момент я еле языком ворочаю. Бессонная ночь, обретение магии и срыв давали о себе знать.

Де Рибер бережно подхватил меня на руки, прижал к себе и попрощался с остальными.

— Мань, — крикнул Пират, — ты только сразу не соглашайся. Нам надо брачный контракт изучить.

Ответить я не успела, потому что оборотень уже открыл арку портала. Грозно сверкнув глазами на фамильяра, он перенес меня к себе в дом.

— Отдохни, любимая, — прошептал мне на ухо.

А дальше я отключилась.

* * *

Через несколько часов мужчина не вытерпел.

— Маша, Мари, — теребил меня за плечо.

— Да? — спросонья подняла я голову, чтобы обнаружить — лежу в сорочке под одеялом, накрытая тяжелой, но такой теплой рукой.

Эйден зря времени не терял. Прижался ко мне поближе, держит, не желает отпускать.

— Ты проспала шесть часов. Скоро весь день проспишь.

— Мы куда-то торопимся? — демонстративно зевнула, развернулась и посмотрела в глаза дознавателю.

Хитрец, унес меня подальше, чтобы никто лапать не мешал, еще и раздел. С такой скоростью не успею оглянуться, как у меня волчата появятся.

Стоп! Куда понесло мои шальные мысли. Это точно еще рано.

— Конечно, дорогая, — усмехнулся оборотень. — Я ведь так и не дождался добровольного ответа.

— А он тебе нужен? — тоже не сдержала улыбки. — Мне показалось, что ты решил за меня.

Он заправил упавшую прядь мне за ухо и потянул за руку, помогая сесть.

— Я бы хотел… — начал Эйден, — но все же мне важно твое согласие и желание.

Вся уверенность волка испарилась. Он, словно озорной мальчишка, исподлобья глядит, переживает, что будет дальше. Уже такой родной и близкий. Уютный. Любимый.

Правильно говорила мама: «Хочешь изменить жизнь, заведи мужика. Что важно, перед собакой. Потренируешься». У меня два в одном получается.

— Да, — не стала томить его в ожидании.

— Что да?

Какой непонятливый.

— Да, я согласна выйти за тебя замуж, — в его глазах застыли смешинки. — И даже не под давлением. Хотя ты очень старался.

Как можно отказать де Риберу? Поначалу он отнесся ко мне подозрительно, но и причины были: слишком дерзко вела себя с окружающими. А потом… потом несколько раз приходил на помощь, помогал, выслушивал, терпел.

— Почему? — Эйден хотел услышать причину. — Скажи, иначе погибнешь от щекотки, — он угрожающе поводил пальцами по моим бокам.

Пф-ф, не стоит. Между легким девичьим смехом и истерическим гоготом очень зыбкая тонкая грань… не люблю выворачивать душу наизнанку и позориться тоже не желаю.

— Потому что люблю тебя, деспот, — обняла своего мужчину.

Он в долгу не остался — смял, снес в объятиях, сваливая меня обратно на одеяло.

— Я тоже тебя люблю. Не знал, как заставить тебя признаться. Пришлось прибегнуть к проверенному методу шантажа.

* * *

Как я ни уговаривала повременить со свадьбой, Эйден не соглашался. В течение одной недели семейство де Цепеш выдало свою подопечную ведьму замуж. Все потому, что скоро должны были начаться экзамены в академии. А мне, как новоявленному некроманту, просто необходимо поступить в учебное заведение. Оборотень не желал расставаться со мной ни на минуту, а только женатики имели право не жить в общежитии.

Пират, естественно, отправлялся с нами. После схватки с Кристианом эти двое подружились. Фамильяр стал меньше язвить жениха, но если они находили общую жертву, то пиши пропало. От количества их острот и колкостей взрывался мозг.

Конечно, событие состоялось в полуотремонтированном поместье. Бригада строителей весело кутила с нами.

Девочкам, как и обещала, я устроила девичник, на котором Анжелика призналась, что завидует моему умению быстро находить общий язык со всеми и никогда не унывать. Ну, так я и не вампир.

На самой свадьбе без эксцессов не обошлось.

Во-первых, невеста, необычайно нервничая за день до события, разбудила всех запасных скелетов, которые гордо шествовали гуськом за дворецким. Так как это очень понравилось близнецам, решила оставить все как есть. Мертвяком больше, мертвяком меньше. Атмосферненько будет.

Ланви, как истинный ценитель прекрасного, собирал меня к алтарю. И определенно, я зря доверилась ему в этом вопросе. Эльф подготовил наряд из цветов, лепестков, травы и прочей зелено-древесной чепухи. Куда я смотрела? О чем думала? На помощь пришла Анжелика, выдав свое платье.

В-третьих, Пират налакался «Кровавой Мэри» и вызывал на бой Жофре. Слава единорогам, что Кевин успокоил пушистого драчуна.

Я смогла выдохнуть, только когда оказалась наедине с супругом.

— Навсегда, Маша?

— Навсегда…

* * *

Месяц спустя

Мы сидели в столичном ресторане в ожидании подавальщика. Я все никак не могла привыкнуть к многообразию рас: тут и эльфы, и оборотни, и гномы. Очень много существ, очень. Напоминает Москву в час пик.

— Ты выбрала? — За эти дни ничего не изменилось.

Эйдан все также романтичными и сияющими глазами любовался мною при каждом удобном случае.

— Минутку, — улыбнулась ему. А потом закашлялась. Долго… сильно…

— Что?! — испугался муж. — Что ты увидела?

— Хинкали? — тыкала я пальцем в выданный нам сверток. — Откуда в Аридии хинкали?

— А, — успокоился оборотень. — Новое блюдо. Не так давно придумали. Все перевертыши хвалят.

Что? И он молчал?

— Эйден! Это Даша. Это она! Это она придумала!

Конец.

Content

Татьяна Антоник
Вампиры и бытовуха, и Маша

Глава 1. Попаданство и с чем его едят

Глава 2. Дримгейт, одинокий рейнджер и много неожиданностей

Глава 3. Эмоциональный произвол, или нам поможет бюрократия

Глава 4. Творчески ориентированная личность и потайной вход

Глава 5. Король Лир, царь Арф и серебряный нож

Глава 6. Скелеты в шкафу, полтергейст и кровавая Мари

Глава 7. Что скрывает библиотека

Глава 8. Письма бывают такие разные

Глава 9. Допрос и дятла вижу

Глава 10. Маски сняты

Глава 11. Прием и прочие неприятности

Глава 12. Мужчина — сказал, женщина — сделала по-своему…

Глава 13. Похищение и его последствия

Глава 14. Тяжело в лечении, легко в гробу

Глава 15. Фэн-шуй — это по-нашему

Глава 16. Нет забот? Придумай

Глава 17. Скрытый дар

Глава 18. Финал