Зелена Крыж

Принц Домино

© ООО «Феникс», оформление, 2023

© Крыж, З., 2020

© shutterstock.com, 2023

Часть первая

Башня Снов

Спит замок, равный целой стране. Звёздное покрывало ночи принесло его башням покой. Темно, тихо, холодно зимней ночью. На четвёртом этаже в башне Снов светится одинокое окошко. Огонёк горит в покоях принцессы Арины.

Старая нянька, вырастившая принцессу, варит на маленькой плитке душистые травы. Не зелье – всего лишь травяной чай. Отвар кипит, нянька ворчит, не обращая внимания на стоны принцессы:

– Всё в мире перепуталось, оттого что без любви замуж идут!.. Пропадает империя… Возвращается через века проклятое семя Сововых братьев… Кровные интересы!.. Так вы понимаете кровные интересы?!

– Перестань! Ты видишь, как я страдаю? – жалобно воскликнула принцесса.

Нянька будто не слышит.

– Кровь и родство душ стали у молодых в полном противоречии. Потому и близки нам уже не те, кто близок по крови… потому посторонний лучше поймёт, чем родственник, а чужих любят больше и жалеют их больше, чем родную семью…

– Оооох, это невыносимо! – принцесса Арина металась по высоким подушкам, дожидаясь лекарства. Но отвар не желал вариться быстрее. Шёпот няньки до краёв наполнял комнатку в башне, словно это шептала в окно сама ночь.

– Где ваше сердце, там и главное сокровище ваше, а чего вы ищете в союзе сердец? Короны? Тьфу! Что вы делать с ней, тяжёлой-то, будете? Только голову давит! Родовой им, вишь ли, мало! Понимаю, простые люди по бедности и жадности женятся, чтобы деньги али земли объединить, но вы-то, короли, обязаны блюсти своё положение! Для чего по расчёту женились, как простолюдины?

– Не хочу этого слышать, няня! Я сейчас умру! – перебила её принцесса. – Мне нужна помощь доктора, а не твои глупости! Кажется, час мой пришёл… Началось!

– Что там у вас началось? – нянька бестрепетно подала своей подопечной чашку с отваром. – Вам до срока ещё месяцев пять, не меньше! Выпейте травки успокоительные, всё пройдёт. Я сама четверых родила, верно вам говорю, лучше всякого профессора!

– Что ты можешь знать, тёмная женщина! – со всхлипом возмутилась Арина, но приподнялась на подушках и медленно пила чай. – Нужно, чтобы доктор послушал сердце ребёнка! Я не слышу его!

– Потому не слышите, что ухо к собственному животу приложить трудно! – буркнула нянька. – Вы же говорили, толкается так, что, не ровён час, выскочит! Нервничаете зря, ваше высочество, себя и дитё накручиваете. Оттого всё…

– Хватит! – грубо оборвала Арина, поставила чашку на столик и снова откинулась на подушки. – Где мой муж?!

– Сами же за доктором посылали!

– Почему так долго?!

– Так не я ж за тридевять земель за стенами замка доктора искать захотела! – напомнила нянька. – Среди ночи, среди зимы… Где его враз найдёшь? В башне всем учёных голов хватает, только не вам!

– Ты прекрасно знаешь, почему я слышать ничего не хочу об этих шарлатанах! – сердито прошипела принцесса. – Они все сказали, что я бесплодна! Будто бы в моей крови… чего-то там не хватает для материнства!

– Счастья вам не хватает, – снова завела своё нянька. – Королевская у вас кровь, королевская… Только ровно вы не в Домино родились!

– Ах, оставь! Знаю я эту песню… – устало отмахнулась принцесса. Отвар начал действовать, и теперь Арине хотелось спать. Но как только она слегка успокоилась, раздался осторожный стук в дверь. Принцесса снова подскочила.

– Открой, это Лан!

– Как не вовремя его принесло. Шлялся бог весть где три часа, мог и до утра подождать! – проворчала нянька и впустила в спальню принца Елана.

– Ты нашёл? – взволнованно спросила Арина.

– Доктор ждёт, – заверил молодой муж.

Что бы нянька ни говорила, четвёртая наследная пара башни Снов прекрасно понимала друг друга. Принц помог жене встать и набросить халат. Не сговариваясь, решили принять доктора в маленькой гостиной, понимая, что из спальни няньку выставить невозможно. А супруги хотели сохранить полную секретность беседы.

* * *

– Доброй ночи, ваше высочество! – поклонился худой длинноносый старичок в чёрном сюртуке с золотой цепочкой учёной степени. – Ваш супруг посвятил меня в ваши тревоги, но соблаговолите рассказать всё ещё раз.

Принц и принцесса устроились на диванчике по одну сторону овального столика, доктор – по другую. Задавая вопросы, он пил горячий кофе и тёр руки, чтобы согреться.

– У меня первая беременность, очень сложная! – пожаловалась принцесса Арина.

– Смею вас заверить, душечка, ваше высочество, простых не бывает! Что вас беспокоит?

– Мой малыш… – принцесса сделала усилие, чтобы произнести слишком «сладкое» слово. Сами они с мужем называли будущее дитя только ребёнком или наследником, – странно ведёт себя последние дни. Беспокойный. Слишком сильно толкается… а порой замирает так, что я совершенно его не слышу. Я волнуюсь.

– Позвольте мне, может быть, неуместное любопытство, – доктор отодвинул пустую чашку, – но, насколько я знаю, все лучшие специалисты живут в башнях… Что они говорят?

– Мы не обращались к придворному лекарю башни Снов! – достаточно резко ответил принц. Принцесса смягчила его резкость улыбкой.

– Муж хотел сказать, в этот раз не обращались. Год назад мы созывали большой врачебный совет. Наши учёные давали неблагоприятные прогнозы о моём будущем материнстве, и, как видите, они все ошиблись. Я им больше не доверяю.

– Оттого и возникла необходимость… – начал принц Лан.

– …консультации со стороны. Я понял, – успокоил супругов доктор. – Для меня великая честь… Тем более что обещано щедрое вознаграждение. Что ж, послушаем, – гость достал из чемоданчика «родовое ухо» – слуховую трубку сильнее обычной, с очень чуткой мембраной внутри. Попросил тишины и приложил «ухо» сперва к сердцу принцессы сквозь ночную сорочку, а потом – к животу. Острое живое лицо профессора сосредоточенно застыло, а седые брови всё больше хмурились по мере того, как он слушал.

– Не сочтите за труд, ваше высочество, поставить индикатор в таблице крови, – не ответив на нетерпеливые вопросы супругов, попросил доктор.

– Вы сомневаетесь в моей родословной? – удивилась принцесса.

– Что вы, что вы! – доктор достал из чемоданчика нестандартный врачебный бланк с дополнительным рядом ячеек внизу. – Речь не о родовых характеристиках, а об особом квадратике для будущих матерей.

Арина царственно подала ему указательный палец. Доктор кольнул его золотой иголочкой, и принцесса поставила каплю крови в указанную точку таблицы. Через пару секунд ячейка на серой бумаге окрасилась ровным молочным цветом с голубым оттенком, словно её подсветил ледяной лунный луч.

– Так-так, – скрывая волнение, кивал профессор, собирая свой чемоданчик. – Вы принимаете какие-либо успокоительные порошки или травы?

– Нянька отпаивает меня ромашковым чаем и настоем герани. Ужасная горькая гадость! Она женщина тёмная…

– Это замечательно, – машинально перебил врач, явно забыв об этикете, погруженный в свои мысли. – Пеларгониум розеум имеет наилучший эффект в такой ситуации. Пейте настой трижды в день, и всё обойдётся. Если очень уж горький, можете подсластить. Ваше высочество, – он обратился к принцу, – я могу говорить с вами наедине?

Муж Арины и доктор вышли на крошечную площадку перед закрытой дверью на винтовую лестницу.

– Мы с женой можем надеяться, что роды нашего наследника будете принимать именно вы? – вежливо спросил принц, собираясь расплатиться с профессором. – Разумеется, это значит, что в скором времени вам придётся переехать в башню…

Доктор смутился.

– Видите ли, ваше высочество… Я почёл бы за счастье, но одно обстоятельство…

– Ваша практика за границами Домино важнее ребенка наследной четы? – холодно осведомился принц Лан. – Или дело в деньгах? Уверяю, мы создадим все условия…

Доктор сжал седые виски двумя пальцами, пытаясь собраться с мыслями.

– Ваше высочество не совсем правильно меня поняли, – поспешил заверить он обидчивого принца. – Никакие обстоятельства не помешали бы мне… Но сейчас нет срочной необходимости во врачебном наблюдении. Ваша супруга права, у меня впервые подобный случай! Столь сложный и явный…

– Что с ребёнком? – сурово перебил Лан.

– Сколько вы женаты с принцессой? – врач тоже перешёл на деловой тон.

– Три года.

– Дитя желанное?

– Более чем!

Старичок профессор коротко вздохнул с пониманием.

– В таком случае вашему высочеству придётся ещё немного отложить радость отцовства. У вашей супруги ложная беременность.

– Что?! – принц быстро подавил вскрик и оглянулся, убеждаясь, что в глухом уголке башни некому их подслушать. – То есть ребёнка нет?! – зашипел он, зло сверкая глазами.

– Это случается, – сочувственно пробормотал доктор. – Редко, но случается. При таком горячем желании… Но есть и хорошая новость. Врачи башни определили бесплодие, так ведь? Но старые народные средства уже дали первый эффект, дело не безнадёжно. Кровь вашей супруги благоприятно расположена к настоящей беременности. И надеюсь, в течение года вы…

– Год? Проклятье! – вспылил принц. – У нас нет столько времен… – он осёкся, подозрительно посмотрев на профессора. – Мы договаривались на десять золотых за срочность. Возьмите двадцать. Но никто не должен знать… Ни одна душа! Вы поняли, доктор?

– Разумеется, врачебная тайна… – поклонился старичок и пригладил белоснежную седину. – Ваши высочества могут быть совершенно уверены в моём молчании. И я смею надеяться на благоприятный исход всего дела. Вы молоды, вы желаете продолжать род… Что может быть естественней и прекрасней! Вы хотите, чтобы я сообщил принцессе Арине?

– Нет. У меня это лучше получится, – с нервной усмешкой заверил принц.

– Мудрое решение, – заметил доктор.

– Спускайтесь вниз, скажите страже готовить сани. Я сам отвезу вас. Только предупрежу жену…

Казалось, принц вполне овладел собой после шока от неожиданного известия. Открыл доктору толстую дверь на лестницу, не выпускающую тепло из жилых покоев. Вернулся к Арине, попросил ложиться в постель, не ждать его – он только проводит доктора.

– Всё в порядке, дорогой? – тревожно спросила принцесса.

– Будет в порядке, Арочка. Спи. Тебе нельзя волноваться, – Лан поцеловал супругу на прощание и вышел.

Первый заговор

– Что?! То есть как у нас не будет ребенка?

После завтрака муж Арины зашёл поприветствовать супругу. Когда нянька понесла посуду на кухню, Лан убедился, что настырная свидетельница ушла, и сообщил жене новость. Принцесса могла дать волю своим чувствам. Никто не услышит.

– Этот старый сушёный гриб сказал, что надежда есть, – недовольно заметил муж. – Но сейчас… увы. В самом благоприятном случае нужно ждать ещё почти год.

– Да кому нужен этот чертов младенец через год?! – будущая не-мать не стеснялась в проявлении досады. Она выпрыгнула из постели, чувствуя резкий прилив сил от злости, и расхаживала по крошечной спальне, задевая стены полами развевающегося атласного халата.

– Феликс станет совершеннолетним двенадцатого мая, – в сердцах перечисляла принцесса. – По нашим расчётам я могла родить пятого, максимум десятого мая. А теперь что? Нам никак не успеть сделать нового к этому сроку! Нам нужен этот ребёнок не позже двенадцатого числа! Ты понимаешь?!

– Успокойся, Арочка. Тебе вредно… впрочем, как хочешь, – разрешил Лан. – Мы что-нибудь придумаем!

– Успокойся?! – Арина остановилась перед мужем, уперев кулаки в бока. – С чего мне успокаиваться? У тебя ведь жена истеричка! И беременность у неё истерическая! Какой ужас, все уже знают… об этом писали в «Королевском листке»! Проклятые репортеры из Снежинки уже объявили королевские гонки!

Принцесса процитировала наизусть:

«Вся империя делает ставки, кто придёт первым? Пятёрка Феликса или четвёрка Арины? И какая судьба уготована новорождённой тёмной лошадке? Станет будущее дитя победителем, открыв шестой ряд наследников башни Снов, или останется на почётном месте первого у четвёртой четы?..»

– Что мы можем придумать, Лан? – простонала она, без сил падая на грудь мужу. Он отечески погладил жену по спине, убеждая не плакать.

Что-то вспомнив, Арина отняла сердитое лицо от плеча мужа.

– Этот жалкий червяк Алегор рассчитывает после такого остаться в должности предсказателя? Что он нам обещал?! – принцесса горела желанием хоть на ком-то выместить горькое разочарование.

– Ара, послушай, – серьёзно начал принц Лан и крепче обнял жену. – Я тоже о нём подумал. Нам нужен совет профессионала… Не спорь! Алегор жалкий мошенник, я о нём не лучшего мнения, но, если он хочет сохранить место в башне, пусть поможет нам выпутаться. Только он должен знать наш секрет, слышишь? Соберись! Никто даже мысли не вправе допустить, что у нас с ребёнком не всё в порядке! И особенно твоя старая карга Зинка! Сейчас я готов нести тебя на руках по всему Совиному крылу за идею обратиться к доктору вне стен замка! Это идёт в плюс нашей тайне… Я рассматриваю твою идею как добрый знак.

Арина отошла к зеркалу и старалась скрыть следы слёз.

– Дорогой, – озабоченно обернулась она, – ты уверен, что профессор не проболтается? Насмотрелась я учёных мужей в нашем архиве! Если попадётся интересный случай, все становятся болтливей базарных баб!

– Не переживай, Арочка, – с жестокой усмешкой ответил принц. – Старичок уже никому ничего не расскажет. Тьма, бескрайнее снежное поле, близкий лес… Так опасно ездить на вызовы зимней ночью!

– Надеюсь, в его доме никто не знает, к кому он уехал? – меж бровей молодой принцессы пролегла тоненькая строгая морщинка.

– Я соблюдал полную секретность, – поспешил разгладить её чело муж. – Слуги или кто там могли слышать, что профессора вызвали по случаю срочных родов. А у нас ведь срок ещё не пришел. И о замке вообще разговора не было.

– Хорошо, – кивнула Арина. – Сразу после обеда навестим Алегора. Предупреди мерзавца, чтобы уделил нам своё драгоценное время. И никаких посторонних ушей! Иначе я лично столкну этого червяка с башни!

– Ты прекрасна в гневе, моя дорогая, – поклонился, уходя, Лан. – Только не забудь: при свидетелях тебе всё ещё вредно волноваться!

* * *

Предсказатель башни Снов Алекс-Егорий даже сам с собой предпочитал рабочее обращение – Алегор. Имя ему вместе с дипломом присвоил клан предсказателей.

Круглый кабинет предсказателя занимал целый этаж башни, смежный с чердаком. Алекс был там полным хозяином и обставил всё экзотично, по своему вкусу, в духе родного Шёлкового крыла и многочисленных тамошних лавок алхимиков.

Комнату разделяли на укромные уголки разноцветные занавеси. Среди обстановки было много магических зеркал, восьмигранных столиков и шкатулок тёмного дерева с цветной инкрустацией. На кофейном столике стояли сладости и сверкали полированной бронзой блюдца.

Дожидаясь визита четвёртой наследной четы, Алегор варил кофе на комнатной плитке. Не для гостей, для себя. Чёрный кофе помогал ему думать. Даже не столько напиток, сколько сам процесс: пока смелешь зёрна на ручной мельнице, пока сваришь в особом наборе из ярко-золотой внутри и чёрной снаружи бронзы, трижды доведёшь до кипения… Перельёшь в крошечные, такие же золотые и чёрные чашечки…

Горький аромат прочищал мозги, обостряя нужные и унося ненужные мысли.

Как обычно, Алегор сварил две порции, хотя пить собирался один. Не успел он до половины осушить первый кофейный «напёрсток», как явились посетители.

Предсказатель по должности равен первому советнику и частенько заменяет его в тех королевских семьях, которые могут себе позволить настоящего предсказателя. Он не маг, а великий аналитик. Если даже использует для своих построений магические методы, всё-таки его главное оружие – логика. Пользуясь этим инструментом, Алегор предвидел, что визит самой склочной четы башни приятным не будет.

Но такого не ожидал.

Только благодаря вмешательству мужа принцесса Арина не выцарапала Алегору глаза прежде, чем ввела его в курс проблемы.

– Так, всё ясно, – сохранял профессиональное спокойствие Алегор, лихорадочно прокручивая варианты выхода из кризиса. – Хотите кофе?

– Подавись ты своей отравой! – отказалась принцесса. – Что делать?! Что ты мне говорил? «Ах, ваше высочество, взгляните! Ясно вижу в вашем гороскопе наследника! Ещё до лета…» Звёзды у него сошлись! Как бы я сейчас их не разогнала по разным галактикам!

– Ваше высочество…

– Негодяй! Мошенник! – не слушала принцесса. – Интересно, что ты говорил моей дражайшей сестрице, мамаше Феликса? У неё тоже звёзды? Корона из звёзд? Корона?! – принцесса схватила первый подвернувшийся под руку магический кристалл и грохнула об пол. Кристалл раскололся надвое.

– Если вашему высочеству угодно, можете разгромить здесь всё, – с достоинством разрешил Алегор. – Но мои предсказания верны…

– Лан, ты слышишь? – полыхнула принцесса. – У него хватает наглости! Если бы мы знали заранее, наняли бы себе настоящего индивидуального предсказателя, а не обращались к придворному жулику, которому самое место морочить головы людям в третьесортной алхимической лавке! Но ещё не поздно отправить его в надлежащую дыру подальше от башни!

– У меня диплом Туманного крыла с отличием! – не выдержал Алегор.

– Вы его на ярмарке в Снежинке купили? – ядовито спросила Арина.

– Не ссорьтесь, у нас нет времени на пустые слова, – вмешался принц Лан. – Алегор, вы нам обещали успех. Арочка вам настолько поверила, что… Теперь объявить об ошибке означает скандал. Вы воспользовались впечатлительностью её высочества, внушили ей будущее материнство, так извольте и отвечать за последствия! Арина права, если нам придётся пойти на огласку ложной беременности, больше вы предсказателем нигде не будете, не только в империи Домино! Я добьюсь, чтобы вас лишили диплома! Так что в ваших интересах подать нам более удачный совет…

– У вас есть хоть капля магической крови? – уязвила принцесса. – Или всё, что вы освоили, – примитивный психоанализ и гороскопы?

– Я маг в третьем поколении! – Алегор мрачно налил себе вторую чашечку кофе, сознавая, что проблема серьёзна. Угрозы Арины – не пустой звук. – Понимаю нервное состояние вашего высочества и не обижаюсь…

– Я не беременна, идиот!

– У некоторых это причина для ещё более нервного состояния, – невозмутимо поднял одну бровь Алегор. – Но я постараюсь помочь вам. Если вы готовы выслушать мои жалкие советы.

– Нам придётся! – внушительно сказал Елан. – Вы теперь посвящены в нашу тайну. И убрать вас, не выслушав до конца, неразумно.

– Вы уверены, что положение принцессы не вызвано колдовством?

– Как он смеет?! – возмутилась Арина. Муж взял её за руку и усадил на диванчик возле стола.

– Арочка, ты возьми конфетку и пока помолчи. А я выясню наши шансы, – принц снова вернулся к предсказателю. – Да, уверен. Доктор не заметил в крови никаких отклонений. А в его компетенции я не сомневаюсь. В отличие от вашей!

– Ваше высочество! – укоризненно развёл руками предсказатель с дипломом. – У меня отменная репутация! Всё-таки вы не единственная семья в башне. Но оставим этот вопрос… Как я понимаю, вам сейчас нужен любой совет, кто бы его ни дал. В чём проблема? В сроках? В том, что пятый принц скоро станет совершеннолетним и будет коронован, если не… Но ведь сроки в ваших руках. Если вам так нужен наследник к маю, то истории известны другие способы появления в семье младенцев… кроме естественных родов.

– Вы намекаете?.. – нахмурился Лан.

– Нет, я так прямо и говорю, что, когда кому-то нужно избавиться от нежелательного младенца или заполучить дитя, не рожая, всегда можно обратиться к Торговцу Детьми. Тайну он гарантирует.

– Это мысль, милая! – просиял принц, бросив взгляд на супругу.

Она скорчила скептическую гримасу, продолжая грызть восточные сладости и храня обет молчания.

– Но ведь этот ребёнок не будет нашим, – снова помрачнел Лан. – Отдавать корону кому попало? Пока – наследную, а в перспективе… кто знает? Не слишком рискованно?

– Что же вам мешает через некоторое время родить другого? В Домино наследует младший! Вы ведь сами говорите: некое медицинское светило считает это возможным.

Принц шумно выдохнул, словно вынырнул из водоворота.

– Вынужден признать, Алегор, семя разума в вашем совете есть. Но кем вырастет неизвестно чей ребёнок? Нам нужен принц!

– Вы его воспитаете в желанном духе.

– Чушь! – фыркнула Арина. – Будто я не знаю, что нельзя сделать из ребёнка всего, что хочется! В Домино мечтают только о больших семьях, с детства нам внушают главную ценность династии – брак по любви! И никто не хочет править, каждый с радостью отдаст корону самому младшему! Но ведь я урождённая Домино! И нет шансов, что меня нашли где-то на улице! Тем не менее мне нужна корона!

– В семье, ваше высочество… не без исключений, – философски заметил предсказатель. – Но, чтобы свести риск к минимуму, я определю день и час, когда вам следует брать ребёнка. И буду проверять расчёты каждое новолуние. А в виде особого одолжения сам договорюсь с Торговцем Детьми.

– Это дело! – одобрил принц Елан. – У вас есть чем отметить наш маленький заговор?

Алегор достал из вращающегося восьмиугольного шкафчика тёмную пузатую бутылку с горьким бальзамом. Наполнил три рюмки.

Вновь обретшая надежду принцесса опрокинула питьё залпом. Предсказатель покачал головой и напомнил, что её «положение» требует вести себя осмотрительней. Чтобы не повредить будущему наследнику. Арина снова презрительно фыркнула и потребовала бесплатного расчёта всех «подводных камней» общения с семьёй и народом. Где, когда и в чём ей следует быть особенно осмотрительной?

Алегор отказался делать прогноз бесплатно в счёт неверного предсказания. В её гороскопе был наследник, и, скорее всего, дитя появится в башне в срок. В чём тогда ошибка? Да, теперь их связывает государственная тайна, и, пока четвёртая чета нуждается в советнике, за его советы нужно платить!

– Мы заплатим, – надменно заверил Елан, снова становясь между спорщиками. – Но не раньше, чем предсказание сбудется. А до тех пор – ведите счёт!

– Непременно, ваше высочество, – не вставая, поклонился Алегор. Высокий, тощий, в тёмной шёлковой тоге, вышитой разноцветными символами, предсказатель на голову возвышался над принцем и гораздо лучше демонстрировал ледяную невозмутимость. – Мы нужны друг другу!

Торговец Детьми

– Я взяла бы одного из этих, – принцесса Арина склонилась над тройной колыбелью. – Только мне нужен мальчик.

– Здесь все девочки, – возразил Торговец Детьми. – Сегодня такой урожай: пять девчонок. Вот единственный мальчик, – он указал на другой свёрток.

– Но я хочу такого! Посмотри, Лан, у них серебристые глазки!

– Милая, но здесь нет мальчика!

– А я уверена, есть! – настаивала Арина. – Алегор сказал, мы узнаем его по глазам! Я хочу с такими глазами!

– Глаза у младенцев часто меняют цвет, – пробовал урезонить жену Елан.

– Если уже редкий цвет, значит, не поменяют!

– Может быть, речь об этом мальчике? – принц вместе с женой подошли к указанному торговцем свёртку с младенцем. Там спал хорошенький темноволосый ребёнок. Торговец легонько потормошил его, чтобы открыл глазки.

– Но у него тёмные глаза! Он совсем не похож на нас! – капризничала принцесса.

– Для человеколюбивых традиций Домино – это лишний плюс. У вас модно, чтобы дитя не копировало родителей! Иначе тебя придушили бы ещё в колыбели, так ты не похожа на своих братьев и сестру, – пошутил принц. – А ты всегда была мамочкиной любимицей!

– Я хочу такого! – Арина решительно подошла к тройне с поблёскивающими серебром внимательными светло-серыми глазами. – Но пусть будет мальчик. Проверьте, он должен быть!

– Берите девочку, – уговаривал Торговец. – Вам нужен ребёнок-лидер, наследник! Любая из этой тройки справится с трудной ролью, поверьте! У них хорошая природа!

– А кто их родители? – подозрительно спросил Лан.

– Это тайна. Но я ручаюсь, товар высшего качества!

– Мне хотелось бы мальчика, – напоследок упрямо напомнила Арина, уже готовая сдаться.

– Господин, – тощая служанка, прежде изображавшая немую, робко подошла к Торговцу. – Здесь, кажется, был мальчик. Я сделала отметку на одеяльце. Две девочки и мальчик.

– Так чего ты молчишь, Мерла? – рассердился Торговец. – Не видишь, господам некогда! Проверь, точно ли мальчик, и покорми его перед долгой дорогой.

Служанка Мерла, она же кормилица детей, осторожно опустила на подушку самую крупную розовощёкую девочку, которую кормила и укачивала, пока будущие родители выбирали, и взяла на руки сероглазого мальчика.

– Чаю? – предложил Торговец Детьми, открыв другую половину своего шатра, где располагались кухня-столовая и его кабинет. Там стоял накрытый стол с чайной сервировкой и пирогами. Неярко светила лампа из розово-оранжевого стекла. По сравнению с тусклым светом ночников в «детской», столовая выглядела празднично.

– Мы торопимся, – неприветливо ответил принц Лан, доставая замшевый кошелёк. – Сколько мы вам должны?

– Вот и обсудим, – оскалился Торговец. Он постоянно подобострастно кланялся, но это выглядело почти издевательски. Хозяин фургона, превращающегося по его желанию в ковровый шатёр, ни на секунду не забывал, что он и хозяин положения. И все, кто приходит к нему, имеют мало возможностей выбора.

– Вашим высочествам всё равно придётся подождать, пока дитя крепко уснёт. Вы ведь не хотите лишних проблем в дороге, – с лёгкостью угадал он. – Это займёт не менее получаса.

Четвёртая чета нехотя присела к столу и разделила трапезу и общество с человеком, который вызывал у них отвращение.

Крупный, горбатый, непонятного возраста, с рыжей бородой, в пёстром тюрбане и с золотой серьгой в ухе, он постоянно неприятно ухмылялся и тяжело сопел. В углу носа у него торчала жирная лиловая бородавка. Кроме того, правый глаз Торговца оказался ярко-жёлтым и постоянно развязно подмигивал.

– Майская ночь уже тёплая, но сегодня разгулялся горный северный ветер, – начал светскую беседу хозяин шатра-фургона. – Ничего нет лучше горячего чаю с перцем! Попробуйте, вы ведь не хотите простудиться от ночных путешествий? Верно, принцесса?

– Очень жаль, что вы знаете, кто мы, – в голосе Арины звучал такой холод, что ей действительно не мешало согреться. – Но надеюсь, вы сделаете разумный вывод из наших возможностей. Если только хоть кто-нибудь…

– Не волнуйтесь, я всегда знаю своих клиентов, как бы те ни скрывали лица и имена. Я всегда оказываюсь вовремя, когда нужен… Такая моя профессия. Редкая. Конкурентов у меня в империи нет. Да и за границей наросли уже неплохие связи.

– Где гарантия, что не шантажируете своих бывших клиентов? – спросил Лан.

Торговец развел руками:

– Зачем мне это? Да и когда успеть уследить за всеми? Вы что думаете, я покорно жду, когда деревенская дура-девка решится отдать ребёнка, чтобы избежать позора, и позовёт меня? Многие так считают: нет проблемы перед глазами, значит, её нет совсем! Или жду, пока похитители доставят мне неизвестно кого в ужасном истощении? Это ненадёжно, торговлю на этом не развернёшь!

– Как к вам обращаться? – уточнил Лан, желая задать вопрос.

– Торговец. Если господам неудобно, можете называть меня Детодар, – хозяин снова отвратительно ухмыльнулся и подмигнул жёлтым глазом.

– Почему же не Детопрод? – сухо поддержал шутку принц. – Разве вы не продаёте младенцев, а дарите?

– Бывает, дарю. Кого-то отдаю даром, за одних получаю хорошие деньги, за других сам приплачиваю. Дети – такой сложный товар… Мне невыгодно, чтобы они задерживались в моей корзинке дольше месяца. У Мерлы не хватит молока, чтобы кормить всех подкидышей.

– Понимаю, – изобразил сочувствие принц. – И где же вы, Детодар, берёте их в тех объёмах, которые обеспечат успешную торговлю? Много заказов?

– Месяц на месяц не приходится. Но бывает от десятка до сотни. В основном приезжают из-за границы. В Домино – счастливые семьи. Но и тут бывают бездетные, готовые выложить за наследника кругленькую сумму… Вы и сами знаете! – Торговец нагло подмигнул гостям. – Но откуда берутся дети, когда они внезапно понадобятся, этого благородные господа могут не знать. Это мой маленький секрет, – Детодар хитро прищурился. – В деревнях есть особые тётки-несушки. В городах тоже есть, но в деревне они здоровее, и дети у них получаются лучше! Многодетные, кому легче родить, чем прокормить многочисленную ораву. Вот кормилицы делятся молоком, у кого не хватает, а несушки – младенцами. Получают за это немалые деньги. На свою семью им хватает. У меня на примете таких десятки. И когда поступает новый заказ… для начала я объезжаю свой «курятник». И здоровых подкидышей из приютов приносят ко мне. Это уже капитал. Видели крупную девчонку? Вы сказали ещё, слишком деревенская. Вот она действительно от хорошей сельской несушки. А мальчишка другой, тёмненький – его отдала иностранная горожанка. Незамужняя, брошенная, молодая… сами понимаете. Лучше отдать мне, и она снова свободна, чем обоим – с обрыва в реку!

– А наш сын? – Арина впервые назвала так выбранного мальчика. – Он откуда?

– Ваша тройня – особый случай. Индивидуальный, из рук в руки, вот как мы с вами. Так что это не массовый товар, вот и стоит дороже! Но сказать, от каких родителей, – даже не просите! У меня свой профессиональный кодекс. Гарантирую, что детка здорова и отлично питалась последние сутки.

– А какого он возраста? – забеспокоился Лан. – Мы сумеем выдать его за новорождённого перед опытными людьми?

– Безусловно! Это самый свежий товар! Меня предупреждали, что вам нужно. Тройне от силы сутки-двое от рождения. У меня они с прошлой ночи. Мерла сразу их накормила, согрела, всё как полагается! Знаете ли, Мерлуша тоже хотела сделать карьеру несушки, – цинично поделился Торговец. – Да вот незадача: все детишки её умирают. Хоть свои, хоть на продажу – никто дольше месяца не прожил. Её прежнее имя – Мэри, но в деревне прозвали Мерлой. Я бедняжку забрал к себе, молоко у неё очень хорошее, не смотрите, что тощая, на всех хватает. А сидеть в моём «курятнике» Мерле вредно, от постоянных слёз и огорчений молоко горчит. Она мне и по хозяйству, и с детьми помогает.

Дверь на «детскую половину» осторожно открылась, и сама кормилица Мерла, похожая на испуганную крысу, заглянула в «столовую». Детодар махнул на неё рукой, прогоняя. Та снова исчезла.

– Готово, он спит. Можете забирать. Только вперёд рассчитаться надо, – Торговец расплылся в самой отвратительной из своих ухмылок и мгновенно деловито нахмурился. – Такой отличный ребёнок, зная ваше положение и возможности, стоит не меньше тысячи золотых.

– Что?! – у принцессы Арины отказал голос.

Детодар предупреждающе поднял руку:

– Понимаю, эту сумму не получить сразу, а рассрочка не в моих интересах. Так что пятьсот. И считайте, что вам повезло.

– Мы рассчитывали на… – заскрипел зубами принц Лан.

– На что? На наследство? Или вам не нужен ребёнок?

Арина крепко схватила мужа за руку. Тот бросил на жену тяжёлый взгляд и кивнул.

– Я не буду с вами торговаться, – с трудом выговорил принц, выкладывая на стол по одному мешочки с золотом: в каждом по сто золотых, всего пять штук. – Мы можем забрать нашего сына?

– Разумеется, в любую секунду, – Торговец встал и с поклонами проводил клиентов обратно в «детскую», а потом – к прикрытому ковром выходу. Служанка вручила принцессе спящего малыша, завёрнутого поверх пелёнок в дорожное шерстяное одеяльце. Арина потребовала убрать жуткую серую тряпку и завернуть младенца в другое одеяло, коричневое, с вышитым на уголке гербом башни Снов.

– Благодарим за услугу, Детодар, – бросил на прощание принц.

– С вами приятно иметь дело! – низко поклонился Торговец.

* * *

Открытая коляска с навесом, запряжённая парой тёмно-гнедых, почти невидимых в темноте лошадей, которыми правил лично принц Лан, приняла в свои недра Арину со спящим наследником. Новоявленная мать и дитя закутались в широкий клетчатый полог – лучшее произведение Шерстяных рядов в Совином крыле, рядом с башней Снов. С таким же гербом, как на одеяльце ребёнка.

Принц Лан, с юности не только страстный охотник, но и победитель многих скачек верхом и в повозках, пустил лошадок ровной рысью. Править самому для принца всегда в удовольствие, но сейчас он стремился поскорей уехать от шатра Торговца Детьми.

Сидя в тепле, принцесса наслаждалась свежим ночным воздухом и простором. Расшитый мириадами звёзд огромный шатёр над полями успокаивал своей красотой. Майскими ясными ночами всегда кажется, что звёзд вдесятеро больше, чем обычно. Арина смотрела во все глаза, надеясь увидеть, как падают звезды. В мае они часто сверкают, сгорая, оставляя мгновенный нитяный след.

Принцесса вспоминала, как всего-то четыре часа назад они выехали из Врат Снов. Стражники волновались, как принцесса в таком положении уедет из дому на ночь глядя? Начальник гарнизона не хотел выпускать их. Лан с проклятиями вцепился в преграждающую путь алебарду и орал, что его жене пришло время рожать, потому они и едут из замка – здесь нет ни одного толкового доктора!

Не хотят же они в самом деле ехать к деревенской бабке, ужаснулся стражник. Принц обозвал начальника гарнизона ослом. Разумеется, к ним должен был приехать лучший лекарь, профессор! Но его ждали только завтра, а наследник, похоже, ждать не согласен. Нужно ехать немедленно! И если по вине болванов из гарнизона с принцессой или ребёнком что-нибудь случится…

Лан убедительно зарычал. Начальник гарнизона попросил поставить подпись в выездной грамоте, чтобы его не отдали завтра утром под суд, и открыл ворота. Повозка с громко стонущей Ариной вылетела в степь. Как только беглецы миновали гряду холмов, зная, что со стен замка и с площадки на башне их больше не видно, Арина выбросила подушку, изображающую большой живот. Они с Ланом кричали от радости и обнимали друг друга. Первый этап пути прошёл удачно. Собираться действительно пришлось в спешке, потому что Алегор совершенно некстати неожиданно объявил: «Сегодня», имея в виду именно ночь, а не целые сутки.

Шатёр, в который превращался на стоянках фургон Торговца Детьми, нашли легко. Он издали светился. Вокруг паслись лошади и горели три сигнальных костра, за которыми никто не следил. Вместо дров в них искрилась малиновым цветом особая соль. Такую стражники используют в сигнальных ракетах для сообщения между башнями.

Сейчас, снова свободные и довольные, с младенцем на руках они ехали не к замку, а к лесу. Лан заранее договорился о ночлеге на охотничьем хуторе на опушке. Там невестка недавно родила и сможет присмотреть и за своим, и за королевским ребёнком. И покормит обоих. А уж завтра четвёртая чета победно вернётся домой.

Сложнее всего было избавиться от старой няньки, не спускавшей глаз с принцессы. Но Арина устроила ей накануне бессонную ночь своими тревогами и капризами. А потом подсыпала няньке снотворное.

– Лан! – шёпотом окликнула мужа принцесса. – Лан! Он шевелится! Вдруг проснётся?

Муж немного притормозил и оглянулся:

– Не волнуйся. Проснётся, посмотрит на звёздочки и снова уснёт. Главное, что кормить не надо. Вы отлично смотритесь вместе! Самая красивая молодая мать, какую я видел!

– Ещё бы! – самодовольно откликнулась Арина. – Меня ведь не изнуряли жуткие роды! Послушай, Лан, чем же его кормить?

– Что мы, в Молочных рядах кормилицу не найдём? Выберем деревенскую, поздоровее. Доверишь это своей Зинке, она лопнет от счастья!

– Няня выберет тётку, какую нужно. Только бы чего не заподозрила! Надо как-то объяснить, почему у меня нет молока. Если сказать, что сгорело, родня нас запилит, что уехали из башни!

– Почему нет? Просто мало. Очень мало. А он парень прожорливый! – с отцовской гордостью засмеялся Лан. – Ты принцесса, а не дойная корова! Что тут странного, что нужна помощь со стороны? Все берут кормилиц. Ты уже придумала имя наследнику?

– Не знаю. Он пока такой тихий и крошечный. Спит, как котёнок. Завтра дома рассмотрим получше, тогда решим.

– Пусть побольше спит, хлопот меньше! – одобрил принц. – И ты сделай вид, что спишь, мы уже подъезжаем. Не забудь, ты ещё очень слаба!

– Помню! – огрызнулась принцесса. – Огради меня от расспросов и лишней заботы. Мне нужен отдых!

Залаяла собака, и коляска въехала во двор домика лесничего, где давно ждали высоких гостей. Принцесса поручила «сыночка» заботам другой молодой матери, сама же быстро заснула. Её муж до утра сидел за столом со знакомыми охотниками. Они первыми в империи отмечали рождение наследника башни Снов.

* * *

Торговец Детьми стоял у входа в шатёр, отвернув полог, и тоже смотрел на звёзды. Проводил взглядом клиентов и, когда их повозка исчезла в ночи, выпрямился, словно у него никогда не было горба.

– Хороший выбор, Мерлуша! Как считаешь? Их предсказатель точно высчитал, кого и когда брать лучше всего. Но надеюсь, Алегор не забыл сказать молодым венценосным родителям, что ребёнку из тройни больше всего в жизни будет не хватать «своих». Или он об этом не знает?

Служанка молча укачивала темноволосого мальчика. Брошенный ребёнок всё время хныкал и не хотел есть. Две оставшиеся сероглазые близняшки не спали и беспокойно ворочались в своей слишком просторной сейчас колыбели.

«Королевский листок»

Утром, когда сменилась предполуденная стража, Врата Снов проехала скромная прогулочная коляска четвёртой четы. На этот раз принц Лан, обычно резкий, пребывал в превосходном настроении. И бросил страже несколько золотых, чтобы погуляли за здоровье наследника. Очень правдиво измождённая и бледная принцесса Арина пряталась от любопытных глаз и прижимала к себе спящего младенца.

По лестницам башни застучали подошвы расторопных слуг. Все торопились оповестить королевскую семью о радостном возвращении. Новость мгновенно охватила и два соседних крыла замка. Не было сомнений: к обеду вся империя Домино узнает о рождении ребёнка в башне Снов. Кто ставил в королевской гонке на шестую линию, могут радоваться победе.

Арина, не слушая упрёков няньки Зины, велела ей срочно идти в Молочные ряды искать надёжную кормилицу. Она окончательно отдала свою девичью спальню, в которой провела под присмотром няньки последние полгода, под детскую для наследника. Там уже всё приготовили для ребёнка, оставалось только поставить вторую кровать для молодой няньки. Вручив младенца заботам слуг, принцесса переселилась в большую спальню и требовала не беспокоить её до обеда. Никаких ранних визитов! Принцессы-матери ни для кого нет!

– Арочка, ты вся дрожишь! – муж заботливо растирал холодные кисти рук принцессы. – Худшее позади! Успокойся и отдохни. Объявление прошло успешно. Скоро будет представление ко двору, нам понадобятся силы… И нужно выбрать имя для принца.

– Не знаю, – нахмурилась Арина. – Я столько думала, но мысль так и не блеснула. Я бы назвала его Котёнок.

– Что ж, так и назовём, – улыбнулся Лан. – А теперь спи. Да! Что ужасное тебе приснилось в доме лесника? Ты не сказала.

Принцесса действительно проснулась от собственного вскрика, напугала невестку лесника. А позже жаловалась, что у неё совсем нет молока.

– Нервничаете потому что, – молодая мать старательно укачивала ребёнка гостьи. – Оно и неудивительно. Я-то хоть дома родила, спокойно, а всё равно, знаете ли… А вы – такие приключения: в степи, ночью, разминуться с доктором… ужас! Вот и снится всякое. И дитя беспокоится, чувствует. Какой у вас настрой, такой и у него. А молоко прибудет, не волнуйтесь.

– Так что там было, Ара? – напомнил муж.

– О, жуть! Мне снилось это чудовище: Торговец Детьми и его серая подружка, – принцесса нахмурилась, припоминая. – Знаешь, что странно, Лан? Мы ведь его не видели!

– Мы почти час сидели рядом за столом! – возразил принц. – Я эту жуткую ухмылку век не забуду!

– Нет, я подумала… ещё когда мы ехали оттуда, а может, ночью, может быть, во сне… Всё, что мы видели, – горб, рыжая борода, оскал, подмигивающий глаз – могло быть гримом или магической маской!

– Личина, точно! – стукнул кулаком в витой столбик кровати Лан. – Я тоже догадался, потом забыл. Вот почему он не боится колесить повсюду, его никто не узнаёт! Но что нам до него?

– Ох, Лан, когда я думаю, что Детодар может неузнанным подобраться совсем близко к нам, я боюсь встретить его здесь, в башне, и не узнать! Я чувствую, будто он рядом и следит за нами!

– У него много дел, – поморщился Лан. – Я верю, что Торговцу нет смысла докучать нам. Своё он получил. А если вдруг объявится, я сумею защитить покой моей семьи. Забудь о нём. Знают только трое: ты, я и Алегор. И это уже много! Но без расчётов скользкого шёлкового гада нам не обойтись. Я ведь понятия не имею, как вырастить настоящего наследника и воспитать его в нашем духе.

– Я тоже слабо разбираюсь в детях, дорогой. Хоть один посвящённый нужен. Нам повезло, что это предсказатель!

– Отдохни, милая. Я постою на страже. Если нас будут добиваться репортёры, что им сказать?

– Что хочешь, – сонно отмахнулась принцесса и задёрнула полог кровати.

Отдых Арины несколько раз прерывался кошмарными видениями, но внешние мелочи, такие как плач новорождённого, стук в дверь, записки с поздравлениями от родни и репортёры из Снежинки, до неё не долетали.

Внешней обороной, как обещал, занялся Лан, младенцем – няньки. Жизнь удалась!

* * *

Позже, во второй половине бурного дня, начались визиты самых близких. Колыбель с младшим и самым почётным наследником башни Снов поставили в большом обеденном зале четвёртого этажа. Арина, молодая мать, принимала поздравления, сидя в кресле со множеством подушек, бледная, с тенями усталости под глазами, чуть затемнёнными с помощью грима. Нянька привычно суетилась вокруг принцессы, грела ей укрепляющее питье и следила, чтобы зря не беспокоили малыша.

Счастливые бабушка и дедушка – король и королева Снов – нашли внука очаровательным. Юный дядюшка Феликс, которому на днях исполнится двенадцать, тоже с интересом разглядывал своего конкурента в гонке за корону.

Два старших принца давно покинули родную башню, женились по любви на незнатных барышнях из разных уголков империи и добровольно сошли с линии наследования, хотя и радовали родителей внучками. В башне остались третья и четвёртая принцессы. Арина, младшая дочь, уже раз потеряла шанс на коронацию, когда родилась внучка, пятая принцесса Фелиция, в свою очередь уступившая право наследования младшему брату. Теперь мать племянников, принцесса Алла, пришла поздравить младшую сестрёнку с сыном.

– Арка, он чудо! Какие глазки! Позволь поцеловать тебя, мамаша! – сестра бурно выражала свой восторг по поводу племянника. Арина бледно улыбалась.

– Правда назовёте Котёнком? Я сперва думала, Лан пошутил… Отличная идея! Гляди, что пишут! – сестра победно помахала свеженьким номером «Королевского листка» – единственной всеобщей газеты Домино, прибежища придворных сплетников, источника всех политических новостей. – Послушай, – Алла с чувством начала читать вслух:

«Седьмой раз за нынешнее правление башня Снов огласилась счастливым криком новорождённого! Народ империи и вся династия Домино поздравляют принцессу Арину и принца Елана с первенцем!

Все, кто с волнением ожидал исхода королевских гонок, могут вздохнуть свободно: у башни Снов новый наследник!

Принц Константин родился за два дня до совершеннолетия своего дядюшки принца Феликса, и право наследования короны автоматически переходит к младшему!

Желаем крепкого здоровья Его Высочеству и счастья всей семье!»

– Дальше неинтересно:

«Небывалое для мая похолодание… Весенний скачок цен в Медовом ряду… Самая крупная форель в ручье Холодного крыла… Наследник белой четы малолетний принц Юрис уже заявил, что не хочет править, потому что все короли должны вести войну, чем заслужил новое прозвище – Невоинственный… Предсказатели спорят о дате начала весенней ярмарки…»

– О, в Стае новость: «Причастна ли волчица Альфа к пропаже королевы Линды?». Какие ужасы там творятся!

– Алёнка, – слабо перебила сестру Арина, – как в самом деле Феликс принял перемену наследования? – она глазами указала на стоящего возле колыбели высокого мальчика, живо болтающего с нянькой. Его старшая сестра восторженно любовалась младенцем и упрашивала кормилицу дать его подержать.

– А что ему? – искренне удивилась Алла. – Филька сказал, что тётя сделала ему лучший подарок ко дню рождения! Он обожает Котика! Мечтает, чтобы тот скорей подрос, и они вместе играли.

– Но коронация…

– Ой, не смеши, сестричка! – решительно махнула рукой Алла. – Филька давно уверен, что на свете нет работы скучнее, чем быть принцем! Трон не для него! Представь, он мечтает жениться на белой принцессе и стать судьёй империи!

– Хорошая идея. Но у судьи работа – тоже трон.

– Нет, белая чета вечно в разъездах, спешит на помощь людям… Романтика! Жаль, у них нет принцессы, только Юрис. Но Филька согласен ждать. Ещё не вечер!

– Отлично! Давно пора нам завести близкого судью! – поддержала шутку Арина.

– Так говоришь, будто Галанта не сестра нам, – весело укорила Алла.

– Сестра, но слишком дальнее родство уже не влияет на судебные решения.

– У них и ближайшее не влияет! – заверила Алла.

Арина со смехом возвела руки к небу:

– О, непогрешимая белая чета! Не знаю, что им кондитеры подмешивают в булочки, но в молоке их младенцам точно скармливают какой-то порошок справедливости.

Сестры заговорщицки похихикали.

– Как у тебя с Ланом? – спросила старшая сестра. – По-моему, он счастлив!

– Да, он так ждал сына… А что? Всё хорошо. Мы понимаем друг друга, как брат и сестра!

– Я рада за тебя, малышка! Надеюсь, муж ценит в тебе не только сестру по разуму? – кокетливо уточнила Алла.

– Само собой, – рассеянно кивнула Арина. – У нас полнейшее согласие во всём. У меня золотой муж.

– И он поймет, что теперь на несколько месяцев для тебя главное – сын? Не обидится, не станет ревновать? Знаешь мужчин? Мы не всегда с ним ладили, но сегодня Лан вёл себя героически, выше всяких похвал.

– Я рада.

– А как я рада за тебя! – принцесса Алла ещё раз осторожно обняла сестру, забрала детей и откланялась, чтобы не утомлять героиню дня.

Письменные поздравления с курьерами и ценные подарки прибывали до вечера. Ночью ребёнок неизвестно отчего раскричался, и две няньки никак не могли его успокоить. Это немного огорчило молодую мать. Даже в их с мужем спальню долетали надсадные вопли Котёнка.

– Это нормально, что он так кричит? – озабоченно спросил Лан. – Он точно здоров?

– Зинаида сказала, да. И все придворные лекари вокруг него уже плясали. Говорят, всё в порядке, – хмуро ответила Арина. Её тоже нервировал утробный крик. Казалось, что младенец сердится. Не жалуется, а возмущается.

– Тогда не обращай внимания, – муж поцеловал принцессу в лоб, ещё раз поздравил с благополучным исходом заговора и завернулся в одеяло на своей половине постели.

– Спокойной ночи, дорогой, – Арина выпила успокаивающую настойку, чтобы скорей заснуть.

Империя Домино

В последующие три года четвёртая чета жила вполне довольная судьбой. Наследник подрастал. Он больше не орал ночами, а превратился в хорошенького мальчика с острым умом, который правильно выговаривал слова и задавал кучу вопросов. Единственное, что слегка омрачало семейную идиллию Арины с Еланом, других детей, кроме Котёнка, им, похоже, не суждено. Когда пятая принцесса Фелиция объявила о своей помолвке, четвёртая чета снова пережила неприятный момент.

К счастью, Фелиция вышла за книжного червя – молодого архивариуса из Совиного крыла – и переехала к нему. Молодые на радостях заявили, что их будущие дети не претендуют на корону башни Снов. Действительно, их маленькую дочь через год не объявили новой наследницей. Но это пока. До совершеннолетия могут и передумать…

Впрочем, для Котика день коронации наступит раньше, беспокоиться не о чем.

По строгим предписаниям Алегора юный принц башни не должен общаться с ровесниками. Родители старательно выполняли главное условие его воспитания. Хотя в двух шагах от парадного входа в башню бегали ватаги детей, принц не имел понятия об их жизни. Котёнок играл только со старшей роднёй и слугами, что оборачивалось постоянными приставаниями к родителям с просьбой поиграть с ним.

Вот и сейчас. В гостином зале после ужина принцесса-мать листала имперский журнал мод, думая, стоит ли поехать на распродажу готовых коллекций в Снежинку и воевать с модницами за особо приглянувшиеся вещицы? Или проще выписать себе модельера из Шёлкового крыла для индивидуального заказа? Проще. Но ведь дороже…

Принц Лан читал объявление в «Королевском листке» о большой осенней охоте, в которой примет участие не только его родное Тихое крыло – родина следопытов и лучших ловцов, но и правое пограничье – Стая, а там серьёзные охотники. И если новости не врут, есть шанс столкнуться в деле с Роем – северным пограничьем. Тут уж исход не сможет предсказать никто. Лан ни за что не упустил бы такой случай проверить свои силы в любимом деле и думал, как снарядить команду, кого взять.

И тут принц Котик, тихо ползающий на ковре посреди зала, бросает свои башни и стражников и подходит к папиному креслу с просьбой: «Возьми на ручки!»

– Ммм? – Лан не глядя погладил принца по голове. – Чего тебе?

– Возьми на ручки! – не дожидаясь приглашения, Котёнок вцепился в папины колени и полез на них.

– Ты уже довольно большой мальчик… и тяжёлый! – заметил Лан.

– Покатай! – принц ударил ладонью поручень кресла-качалки, словно пришпорил лошадь.

– Что ж, – отцу раскачивание не мешало продолжать изучать условия охоты. Одной рукой он придерживал малыша, другой – газету.

– Сильней! – требовал Котик.

– Вы перевернётесь, – мгновенно бросила строгий взгляд поверх журнала принцесса Арина.

– Пожалуй, да, – признал отец. Остановил кресло и ссадил наездника на пол. – Пойди лучше построй замок.

– Я не хочу! Я уже стррроил! – капризничая, принц для убедительности нажимал на недавно выученную «р».

– А что ты хочешь? – наконец-то отец оторвался от чтения и впервые посмотрел на сыночка.

– Игрррать!

– Зинаида! – позвал на помощь Лан.

Нянька могла появиться и сама. Слыша громкий голос наследника, она всегда проверяла, что происходит. Но тут замешкалась.

– Чего вам? – полновластная хозяйка детской появилась в дверях, вытирая передником мокрые руки.

– Отведи принца к бабушке и дедушке.

– Куды на ночь-то? Поздно уж!

– Ерунда, – отмахнулся Лан. – Король и королева обожают внука. Можете там и заночевать.

– Хм! – высказалась нянька. – Пойдём, Котёнок, – она поймала принца за руку. – Тебе готова ванна, мы будем плавать, ловить уточек, да?

– Да! Я буду кит! – радостно подпрыгнул Котик и шумно изобразил фонтан воды фырканьем и взмахом свободной руки.

– Нет, кит не будешь. Прошлого раза мне хватило, всю комнату залил!

– Тогда я – крокодил!

– Вот разве что, – вздохнула нянька и подтолкнула воспитанника к маме. – Пожелай матери спокойной ночи.

Принцесса нежно обняла Котёнка и поцеловала в лоб.

– Спокойной ночи, милый.

– Мам, а когда Филька придёт играть?

– В воскресенье.

– А почемууу? Я хочу завтррра!

– У него много дел, учёба. Ему некогда.

– А вечеррром?

– И вечерами Феликс делает уроки. Вот подрастёшь – узнаешь, как много нужно знать принцу.

– Я не хочууу! Хочу игрррать! – малыш извивался как змея.

– Пойдём, Котик, – позвала его нянька.

Арина укоризненно вздохнула.

– Ты могла бы не называть принца Константина кошачьей кличкой?

– Его зовёт так вся империя, а мне нельзя? – строптиво откликнулась Зинаида. – Идём, Котёнок! Тебя ждут игры в ванной и мягкая постелька!

– А сказку? Ты расскажешь сказку? – принц без напоминаний побежал за нянькой.

– Посмотрим, как вести себя будешь…

– Уррра!

Когда дверь за ними закрылась, принцесса озабоченно спросила мужа:

– Не думаешь, что такое простонародное воспитание повредит будущему королю?

– Не думаю, – лениво откликнулся принц. – В Котёнке чувствуется порода, это главное. Зинка твоя хитрый дипломат, но всё-таки принц правит ею, а не она им.

– Пожалуй, – согласилась мать. – Он добивается желаемого. Ты знаешь, мама говорила, Котик уже написал первый указ! Он умеет подписывать букву «К» и вот нарисовал что-то, поставил подпись и требовал у дедушки печать!

– Забавный малыш, – покровительственно усмехнулся Лан. – С ним не соскучишься! Считаешь, ещё рано брать его на охоту?

– Лан!

– Ну да, хотя бы годик нужно подождать, – смирил азарт принц. – Но говорю тебе, у него верная рука! Кубики сбивает очень метко! Вот подрастёт, увидишь…

– Иногда я думаю, нужно было брать девочку, – засмеялась его горячности принцесса. Муж подошёл поближе, чтобы не кричать через всю комнату.

– Что ты, даже не смей сомневаться в правильности нашего выбора! – промурлыкал он, обнимая принцессу. – У нас лучший принц во всём Домино…

– Ты правда думаешь, Лан, в будущем он сможет?.. – шёпотом спросила Арина.

– Надеюсь. Глядя на то, какие наследники у остальных башен и пограничий, очень надеюсь, что Котик может стать первым среди них, – серьёзно ответил принц. – Предсказатель нам это обещает… – Лан поцеловал жену.

* * *

После того как «крокодил» поймал и утащил на дно всех резиновых уток, и лягушек, и рыбок, и даже лодку, его самого выловили из фарфоровой ванны, высушили и водворили в тёплую постель. Нянька отняла у ребёнка грелку с горячей водой, которую принц норовил раскрутить и устроить очередное наводнение, велела мигом уложить ушки на подушку и спать.

– Расскажи, как строили наш замок! – тоном опытного шантажиста потребовал Котик. Мол, не будет сказки – никакого сна!

– Опять? – нахмурилась нянька, словно ей это надоело.

– Ага!

– Ну, слушай… – Зинаида заняла своё постоянное место у изголовья принца. Её кресло с подушкой под головой и у ног стояло между кроваткой и ночным столиком, где на расстоянии протянутой руки выстроилось всё необходимое. Если ребёнок станет ночью кашлять, или замёрзнет, или захочет пить, няньке даже не придётся вставать. Первый год жизни Котика и когда он болел Зинаида и спала в этом кресле. Теперь же, оставляя принцу светящийся ночник, она уходила на ночь в свою каморку, смежную с маленькой спальней. Там она провела всю юность принцессы Арины, с тех пор как стала её кормилицей.

– Когда наш Первый Император…

– Нет, ты давай сначала! – подскочил принц. – Когда три брата…

– Давай ты не перебивай, высочество, и, пожалуй, без этих обезьяньих прыжков, – распорядилась нянька. – Оторвёшь ухо от подушки и откроешь глазки – я слова не скажу! Уйду, ещё и свет погашу, вот!

– Нянь-Зин!.. – просительно мяукнул Котик.

– И никаких нянь-зинов! Ишь, расшалился! Спать так спать!

– Ну ладно, спать так спать, – Котёнок завозился под одеялом, устраиваясь поудобнее. – А ты рассказывай!

– Давным-давно, в эпоху старых королей, в одной семье на Юго-Западе выросли три наследных принца: Совин, Тир и Хав, – завела нянька привычный рассказ, который все дети башни Снов знали наизусть и где в последние сто лет не менялось ни одного слова.

– Когда умер король, принцы решили править одновременно – разделить королевство на три герцогства и приумножать их славу и земли в меру своих умений.

Северный край до границы гор взял по жребию принц Хав и основал Хавлад.

Западный кусок на границе леса стал Тирладом, а на равнинном краю, ближе к югу, старший принц Совин основал Совлад.

Совин правил мудро, его земли росли, потому что соседи приходили к нему добровольно. Младшие принцы постоянно дрались. И приумножали свои земли в бандитских набегах. В один год Тир и Хав стали королями, и у них родились наследные принцы. Такие же гордые, надменные и воинственные, как отцы.

Совин прожил дольше братьев и правил мудро, но его мирные наследники не смогли отстоять королевство. После смерти короля-основателя династия Совлада пала, её земли захватили и поделили соседи. Ты спишь, Котёнок?

– Нет. Рассказывай дальше!

– Тогда слушай самую страшную страницу нашей истории.

Тирлад и Хавлад приумножились и выкроили для новых наследных принцев новое королевство – вечно пограничный край, изрытый глубокими рвами. Потому и назвали его Ровлад. Наследники хавладской и тирской династий вечно дрались за него и не могли поделить. Наконец их потомки слились в один Ровладский род и обратили свой жадный взор на соседей. А соседом их оказалось крошечное герцогство Доминоль, где правил последний уцелевший потомок Совина.

– А почему злые братья не убили его? – не открывая глаз, спросил Котик, как всегда полагалось на этом месте.

– Потому что он нашёл покровителя с большой военной поддержкой, когда женился на дочери доброго соседнего короля Стефана. В память о мудром предке гербом Доминоля стала сова, и он сохранил независимость, не соединился с землями Стефлада, хотя так было проще и безопаснее. Но проклятое семя Сововых братьев не могло и не хотело жить в мире. Между Доминолем и Ровладом началась кровная вражда.

– А что значит «кровная»?

– Кровь за кровь. В пограничном лесу нашли убитым одного из подданных, теперь уж никто не вспомнит, с какой стороны. За него отомстили родные, и родня убитых отомстила за них. Так и пошло: новые смерти влекли новую месть, и не видно убийствам конца. Кто осмеливался перейти границу, навлекал на себя гнев соседей, и его кровь потом звала к новой мести – и снова, и снова, и снова… Воевали простые люди, подсылали убийц и в замки… И так длилось больше ста лет!

Тогда Ровлад в народе прозвали Кровьладом. А закончилось всё, когда наследник Доминоля полюбил Ровладскую принцессу. Они поженились, земли слились в одно королевство, вражда прошла, а ещё через двести лет на месте маленького герцогства выросла империя Домино.

– Это мы! – обрадовался Котик.

– Не совсем, – покачала головой нянька. – То было ещё обычное королевство, но из многих земель. Все хотели породниться с династией Домино, и самым главным в ней считались крепкие семьи.

Первой традицией стали браки по любви, независимо от знатности избранника или избранницы, а второй традицией стало наследование трона самым младшим в семье.

Третью традицию придумал уже Первый Император. Был он ещё совсем молодым наследником, когда решил построить огромный замок, как тысяча замков, стоящих рядом, чтобы все родные могли жить вместе и, когда захотят, навещать друг друга.

Потому что единственное огорчение для дружных семей – расстояния между замками. Каждый замок охраняет участки своих подданных от набегов, и нельзя им строиться близко.

Собрался общий совет, и придумали они схему замка, равного целой стране, в котором всем хватит места. Лучшие землемеры рассчитали длину его стен и высоту башен, чтобы поместилась в нём вся династия Домино, со своими будущими детьми, и с придворными, и со слугами, с мастерами всех ремёсел, учёными, арендаторами и всем, что только есть и ещё появится в нашей империи.

Лучшие инженеры нарисовали чертёж, лучшие строители стали возводить стены. Замок строился быстро, все роды с разных концов империи разбирали на новые стены свои прежние родовые замки.

Получился большой-пребольшой квадрат, какой только поместился внутри границ Домино. По углам стояли четыре самые красивые родовые башни. За стенами остались леса и поля арендаторов, лесные хутора и охотничьи угодья, но теперь до любой границы стало рукой подать. И никто не мог незаметно прийти и грабить жителей Домино, как случалось прежде на пограничьях.

Потому империя Домино неприступна. Стража следит с высоких стен день и ночь и, как только видит сигнал тревоги, спешит на помощь. И никто не может захватить такой замок по частям. Потому что другие части сразу закроются, как во время осады, а потом все вместе одолеют захватчиков. Внутри стен тоже остались поля, река, сады и лужайки, но единственное поселение сделали в центре.

– Знаю, Снежинка!

– Верно, Котик. Это самая большая в мире круглая торговая площадь, окружённая поселением, от которого ко всем башням по углам замка отходят мосты. И от пограничий, где смыкаются два крыла, тоже отходят мосты. Сколько их всего?

– Э… восемь! – принц не складывал четыре плюс четыре, просто вспомнил.

– Восемь, – кивнула нянька. – Как восемь лучей, соединяют они главные участки империи с центром, потому наш центр и зовётся Снежинкой. Почему ты ещё не спишь?

– Расскажи, как Император называл башни.

– Когда стены были готовы и осталась отделка замка, молодого наследника большой совет провозгласил Императором. Захотел Император обойти свои новые владения, чтобы выбрать, где он сам будет жить.

По всем уровням замка идёт много дорожек, по которым можно обойти наши владения. Будущий император жил во время строительства там, где сейчас Кузнечные ряды. Там жила семья девушки, которую он полюбил. Её отец и братья – лучшие кузнецы Домино – делали железную оковку новых мостов. И придумали, как катиться по их перилам быстрее самой быстрой кареты с сообщением через Снежинку, чтобы легко достигать главных точек империи.

Но наш Император задумал идти пешком. Встал он утром и увидел, как солнце освещает ближайшую к нему башню. И назвал её башней Огненного Венца. А теперь мы зовем её просто…

– Свет-башня!

– Верно. Она самая восточная, её первой поутру освещает солнце, потому её символ…

– Солнце!

– Не кричи, Котик, спи. Посмотрел Император на мост, идущий от башни Огненного Венца, который возвели первым, и перила его были самой изящной ковки. И увидел, как золотит его солнце, и назвал его Утренний мост.

И пошёл Император от Свет-башни на юг. Весело шёл он по верхнему краю стен и назвал всё крыло до первого пограничья Солнечным крылом.

Долго ли, коротко ли, дошёл Император до второго моста. Тогда вокруг него просто стояла стража. Позже гарнизоны стражи вокруг мостов разрослись в отдельные поселения со своим укладом. Даже со своими династиями правителей. Они охраняют срединные мосты, находятся между двумя крыльями, потому называются пограничья.

У стражников в том отряде был на знамени символ – грифон, потому Император назвал их гарнизон Замок Грифона. А сегодня там настоящий замок…

– И настоящий грифон?

– Не настоящий, а хрустальный и о-очень большой. Статуя грифона ярко сверкает на солнце. Правят в замке Орлы и Львы. Не перебивай, спи! У грифона орлиная голова, потому второй мост называется Орлиный мост.

На следующий день Император снова встал на рассвете. Но теперь весь его путь окутал туман от реки. Потому и называется второе крыло Туманным крылом.

Шёл он, шёл и подошёл к южной башне. Прямо под ней течёт река, и возле врат устроены пристани. Оттуда можно доплыть до моря, потому назвал Император ту башню Морской. Её символ – русалка.

Мост, ведущий от Морской башни в центр, назван Рыбным мостом, потому что под ним течёт река и там больше всего рыбаков.

Повернул Император влево и пошёл от Морской башни на запад. И смотрел на поля за стенами замка. А как раз началось цветение вереска, и так эти лиловые поля понравились Императору, что решил он назвать третье крыло Вересковым крылом и велел там выращивать вереск сверху на стенах. Ведь на стенах нашего замка хватает места, чтобы вырастить сад, разбить парки или огороды.

И дошёл он до пограничья, где стоял гарнизон Волка. И назвал срединный мост Волчьим. Поселение вокруг него мы теперь называем Стая, правит там династия Волков, и стоит над мостом статуя железного волка.

Отдохнув возле Волчьего моста, Император захотел идти ночью. И летали над новым крылом совы, потому названо четвёртое крыло замка Совиным. Император счёл это добрым знаком, он решил, что жить тут будут одни мудрецы. И велел основать в Совином крыле всеобщий архив и библиотеку.

– Знаю! Это наше правое крыло!

Нянька сделала вид, что не слышит.

– Все распоряжения задержали его до вечера. И когда подошёл Император к третьей, западной башне, вся она горела в огне заката. Мост её светился красным, как раскалённый. Потому и назван наш мост – Красный мост, а вечерняя башня называется башней Снов. В ней увидел Император прекрасный сон о будущем расцвете династии Домино. Символ нашей башни – сова.

И наутро пошёл он на север. Ничего не нарушало торжественной тишины, потому и названо наше левое крыло Тихим. Это пятое крыло замка, и ведёт оно к пограничью Гусиный остров. Получил он своё название позже, так что я о нём ничего не скажу. Как назвал это место Император, не знаю. И ведёт от Гусиного острова к Снежинке Мраморный мост, или мост Птицелова. О нём тоже история особая, не сейчас.

Когда шёл Император по шестому крылу, налетел и ослепил его белый вихрь. Будто снежная метель среди лета. А это всего лишь развеял ветер мешок с мукой, потому что там собирались печь хлеб. Уже знали, что к ним идёт Император, думали успеть рано утром, встретить дорогого гостя горячим хлебом. Не успели. Всё равно это крыло называлось сначала Хлебным, а потом Белым. И сейчас его называют и так, и так.

Подошёл Император к северной башне и решил назвать её Белой башней, потому что вспомнил недавнюю «метель» из муки и подумал, как красива она будет зимой, покрытая снегом. Но пока до зимы далеко, символом башни выбрали ветряную мельницу. Её крылья похожи на снежинки. И мост её назвали Белым, или Хлебным мостом.

Из окна Белой башни хорошо видны горы. С них дул северный пронзительный ветер. Император даже не смог пройти следующее, седьмое крыло по верхней дорожке, укрылся от ветра на Галерее. И назвал этот участок Холодным крылом.

Он подумал, никто не захочет жить там, но близость гор, самоцветных шахт и золотоносной речки привлекла очень многих. И построили в Холодном крыле большие камины в комнатах и плавильные печи для руды в ремесленных рядах, и живут припеваючи.

Император по Галерее дошёл до моста и увидел на его перилах гнездо диких ос. Ветер стих, снова выглянуло солнце. И правитель подумал, хорошо бы тут, в укрытом от ветров внутреннем дворе, устроить пасеку и качать мёд. И теперь там Медовый ряд, а пограничье вокруг Быстрого моста называют Осиным гнездом. Правда, сами себя они называют Рой.

– Нянь-Зин, а почему этот мост – Быстрый? Разве не все наши мосты одинаковые?

– Так-то так, но, когда проводили эти ужасные гонки, мост Осиного гнезда часто выигрывал. Вот хвастуны и прозвали его Быстрым. И поставили там скульптуры стаи гончих собак. Императору осталось ещё одно крыло, восьмое. И дорога его была такой гладкой и радостной, что назвал он это место Шёлковым крылом. А теперь там и правда делают лучший шёлк.

– Почему Император радовался?

– Так ведь он шёл домой. Перед ним в огненном венце уже поднималась первая башня, от которой он начал свой путь. И решил Император, что не хочет жить нигде, кроме этой башни. И не будет править ничем, кроме Солнечного крыла. Остальные участки нового замка-империи раздал всем родственникам. Каждый выбрал место согласно своему характеру и правил там по своему вкусу, живя в мире с соседями.

Стал наследник Домино Первым Императором, но корона была ему не нужна.

Его любимая жена, дочка кузнеца, никогда не хотела править. Потому императорская чета жила скромно, никому не мешала. Даже в судьи империи Первый Император назначил свою старшую сестру, белую принцессу, которая выбрала Белую башню.

А когда наш Первый Император состарился, захотел он переселиться из башни в маленький лесной домик, поближе к природе, чтобы вести ещё более тихую и простую жизнь. Только жена осталась с ним да любимая собака.

Дети и внуки с трудом отпустили старых родителей, навещали их, и никто не помнит, сколько прожил Император «на пенсии». Кажется, очень долго. Но все знают, что никто с тех пор в Домино не пожелал для себя звания императора. И корона, и трон нашей империи свободны… Ты уже спишь, Котёнок?

– Не-а! Расскажи ещё про Паучью башню!

– Да, случалось, некоторые места замка за прошедшие века меняли названия. Однажды в Белой башне зимой вспыхнул страшный пожар. Потому что в ней было холодно и камин очень жарко топили. Все спаслись, но башня выгорела дотла. Стены её так закоптились, что стала Белая башня черной.

И тогдашняя белая королева, увидев, во что превратилось её родовое гнездо, не пожелала вернуться в башню. И решила навсегда остаться в Белом крыле.

«Но, душечка! – сказал её муж. – В нашей башне поселятся мрак и запустение!»

«Пусть! – отрезала королева. – По крайней мере, они поселятся там не вместе со мной!»

И с тех пор Белая башня стоит заброшенная. Стены её почернели, вся она окутана жутким мраком и паутиной. Только огромные пауки бегают там, да смельчаки со всей империи приходят испытать себя. Провести несколько часов на спор в Паучьей башне. Так её теперь называют.

Вместо мельниц по её стенам расползлись изображения пауков. Место это особое. Мрачный лабиринт, заповедник страха. Вся империя Домино безопасная для детей, только в Паучьей башне неизвестно, что с тобой может случиться…

Мост её от пожара не пострадал, только закоптился. По нему по-прежнему возят хлеб, только называют теперь Чёрный мост, хотя он не чернее других! Котик…

Из-под одеяла долетало ровное дыхание спящего принца. Нянька усмехнулась, прикрутила свет в газовом ночнике до самого тусклого, чтоб светил не ярче лесной гнилушки, и ушла к себе.

Высочайшее воспитание

Надежды Лана сделать из сына знатного охотника пока не сбылись. В четыре года отец собирал Котёнка в лес на утиную охоту, но нянька подняла такой крик, что принц ещё несколько лет не рисковал возвращаться к этой теме. Но к оружию наследника приучал, и Котик делал успехи.

Зинаида не только защищала воспитанника от неуместных, по её мнению, родительских «чудачеств», но и не давала спуску самому принцу. Особенно Котёнку доставалось за его страстную любовь к гонкам по мостам.

Нечего говорить, принц следил за соревнованиями с верхушки башни, он и сам любил кататься в гремящей тележке, которую нянька называла не иначе как «адской». У маленького принца и пожилой крестьянки обнаружилась одна общая странность. Котик множество раз за свои четыре года доезжал до Снежинки, но никогда не бывал там, ничего не видел за стенами. Тележка тут же разворачивалась на загнутых перилах и неслась обратно. А на ярмарки его почему-то не брали.

Нянька, хоть неоднократно за свою жизнь бывала в Снежинке на народных гуляньях, ни разу не ездила туда по мосту, только наземным путем.

– Опять со своим бестолковым двоюродным Филькой по перилам гоняли? – ворчала она, когда растрёпанный и раскрасневшийся воспитанник еле поспевал вернуться с прогулки к обеду. – Свернёте себе шеи на энтой железке!

– Нянь-Зин, империя Домино неприступна и бе-зо-пас-на! – дразнился Котик. – И не говори про Фильку «двоюродный»! Он – мой брат! И нормальный пацан!

– Где ты слов таких понабрался-то? – вздыхала нянька. – Ваши с Феликсом матери – родные сестры, значит, вы с ним – двоюродные. Братец твой, конечно, кто же ещё! А того не понимает, здоровый лоб, что нельзя такого мальца на железку пускать! А ну как застрянете? Сил не хватит вернуться!

– Почему же нельзя? – снисходительно возражал Котик. – Мы сто раз катались! Мы качаем по очереди, а когда тележка разгонится под уклон…

Открытые четырёхместные «скорлупки», подвешенные к верхним перилам, приводились в движение силой самих пассажиров. Те качали рычаг, как в дрезине, и тележка бежала по двойным узким брусьям. Но мосты шли не ровно, а волной. В начале пути тележка разгонялась, потом её скорость надо было поддерживать, чтобы взлететь на новую «горку». Тележки двигались по бесконечной петле, их колёса катились только в одну сторону – столкнуться или развернуться с полдороги невозможно. Нянька боялась, что её любимцу не хватит сил вернуться домой. Но дети Домино любили этот «аттракцион» больше всяких качелей.

– Ни-ни-ни! И не говори мне про эту страсть! – замахала руками Зинаида. – Ух, и представить жутко!

Юный принц серьёзно брал её за руку, смотрел в глаза и в который раз убедительно объяснял:

– Нянь, ну что ты как маленькая! Мосты ведь не просто построены лучшими инженерами, они заколдованы! Нельзя там упасть! Нель-зя!

– Будет, будет! – хмуро зыркала исподлобья нянька, отнимая свою большую ладонь у принца. – Всё равно я волнуюсь. Понимать надо!

– Потому мы всего один разочек: вжик – и обратно! – проникновенно успокаивал Котик, понимая слабость своей любимой нянюшки, чувствуя себя взрослее неё.

– Погоди, заявится Филька, я ужо ему мозги вправлю! – Зинаида постепенно остывала, и её ворчание продолжалось только для виду. Она действительно панически боялась скоростного сообщения по мостам.

Родители против увлечения сына не возражали. У них находились другие поводы делать Котику замечания. Но, исключая особо бурные приступы капризов, которые случались чаще по большим праздникам, им не приходилось жаловаться на непослушание сына. Вынужденно дожидаясь, когда у старшего двоюродного брата и другой родни будет свободная минутка, принц научился сам занимать себя. Кроме занятий с нянькой и первым учителем, он бродил по всей башне, гулял по мосту, обходил посты стражи.

Одного во двор его не пускали, а по территории, населённой исключительно взрослыми, Котик мог передвигаться беспрепятственно. Ему также разрешалось свободно посещать Совиное крыло, но библиотека, бесконечные архивные залы и каморки учёных его не слишком интересовали.

Вот когда собиралась большая семья, Константин давал волю своему темпераменту. Он носился как заведённый, придумывал всё новые игры для старших и младших родственников, а потом, разыгравшись, не мог успокоиться. Принц очень тяжко переносил завершение праздников.

«Как все дети, – успокаивал Алегор возмущённых родителей после очередного скандала. – Как все дети…»

* * *

На обеде с родителями пятилетний принц нервно ёрзал на стуле. Он хотел бы расправиться с едой в пять минут и бежать гулять, но приходилось выдерживать бесконечный церемониал с переменой блюд. До десерта он просто не имел права встать и уйти, даже если бы ничего не ел.

Принц пытался скрасить обед беседой, оживлённо рассказывая свои впечатления от нового замко-конструктора, подаренного дедушкой-королём. Но родители не желали слушать ерунду за столом и просили молчать. Мама несколько раз сказала не скрипеть громко вилкой, не глотать сразу большие куски мяса, не вертеться, не облизывать пальцы и не урчать, даже если всё очень вкусно.

– Принц должен всегда держать себя в руках и следить за своим поведением.

– А зачем? – невинно спросил Котёнок. – За моим поведением и так все следят!

– Не спорь с мамой, Котик, – дружески посоветовал Лан. – Она лучше знает, что нужно принцу. Мама хочет, чтобы ты всегда выглядел лучшим образом. Тебе в жизни предстоит много скучных обедов и долгих заседаний. Учись их достойно переживать.

– Пережёвывать? – пошутил Котёнок.

Родители благосклонно улыбнулись. Арина приказала подать десерт.

Героически досидев до конца обеда, Котик вежливо встал из-за стола и поблагодарил. Потом пулей ринулся по всем лестницам в свою комнату надеть уличную свободную курточку и старые штаны. К обеду полагалось одеваться официально, в остальное время Котёнок чувствовал себя «нормальным пацаном», по словам Феликса.

После обеда он выскочил на Галерею Совиного крыла, но и там не бездельничал. Его ждал учитель. Около часа они гуляли на свежем воздухе, наблюдая сверху жизнь Шерстяного и Молочного ряда, и беседовали о важных для образования принца вещах. Немного читали, немного складывали цифры, говорили об исторических фактах, а потом вышли на мост посмотреть поближе, как делают бумагу.

Красный мост в Совином крыле иногда называли Бумажным. Близость архива империи требовала постоянных запасов бумаги, и её производили тут же, в Совином крыле. А сушили новые листы между арками моста. В арках всегда натягивали перемычки, как строительные леса, и устраивали дополнительный нижний ярус для нужд местных цехов.

Котик смотрел на огромные рамы с натянутыми плотными листами и думал, что это похоже на квадратные бубны. Готовность листа проверяют, похлопав по нему. Когда звенит, значит, высох. В ветреную погоду мастера напоминали матросов перед бурей, спешно убирающих паруса. Ветер мог растянуть бумагу, и её прятали в укрытие под мостом.

Пришла Зинаида и забрала принца, сказав, что довольно ему учиться, его ищет бабушка-королева. Котик радостно простился с учителем и побежал к башне, обогнав няньку. Он ждал её у начала моста на площадке под стеной, где росло мозаичное изображение огромной совы.

Котик тоже взял камушек и поставил в бороздку под лапой совы. Пальцы и когти уже были заполнены, но бесконечный узор изображал ветку, на которой сидел символ башни. Все желающие заполняли мозаику. В банках лежали круглые камушки одного размера, рассортированные по цветам. Сбоку стояли лестницы, закреплённые так, что могли кататься по стене к любой точке картины. Котик на свой день рождения поставил жёлтый камушек в глаз совы и загадал желание. Оно сбылось, ему подарили замко-конструктор новейшей модели. Любой уважающий себя ребёнок в Домино, особенно мальчик, хотел собрать дома модель империи со всеми башнями и мостами. Но степень детализации в разных моделях очень отличалась.

Принц покровительственно похлопал закругленную стену башни Снов, как свою собственность.

– Нянь-Зин, правда, что Сова раньше была гербом всего Доминоля? – спросил он, когда подошла нянька.

– Конечно, так. Это первый герб принца Совина. Из Совлада она долетела до наших дней.

– Почему тогда мы не правим?

– Как же не правите? – удивилась Зинаида. – Все королевские роды правят. Каждый у себя дома. Пойдём, тебя ждут.

– Но ведь раньше был император! Он был самый главный. А теперь нет. Почему? – продолжал тему Котик, когда они шли по лестнице вниз на первый, королевский этаж.

– Кому же захочется решать всё в одиночку? Вместе-то легче! – ответила нянька. – Свои дела каждый род для себя решает, а как надо чего – собирают большой совет. На совете все башни и пограничья равны!

– А белая чета?

– Они только судьи. Надо ведь кому-то следить за порядком, когда все спорят!

– Но почему они выше всех?

– Да не выше, Котик… Так решил Первый Император. Когда он понял, что не хочет сам править, взял да назначил распорядительницей большого совета свою старшую сестру. Ведь она всегда справедливо решала споры между своими братьями, Император доверял её слову.

Она выбрала для жизни Белую башню и стала белой королевой. И на всех судах и советах разделяла трон судьи с мужем. Потому что одна голова хорошо, а две лучше! Так и решили, что судьями будет непременно пара из Белого рода. Не всегда это муж и жена, как сейчас, бывает отец и дочка, мать и сын, брат и сестра… Но за много лет ни одна белая чета не подвела империю. Судили справедливо, посредничали мудро, зачем же менять? На совете у них точно такое же право голоса, как у всех других.

– А у меня тоже есть право голоса?

– Это, миленький, смотря в чём. Законы тебе принимать рано, ты несовершеннолетний. А так-то, кто тебя лишит голоса? Говори, что хочешь!

– Почему тогда родители всё время говорят мне: «Помолчи, не мешай»?

– Спроси лучше у бабушки, – вздохнула нянька. Одёрнула на воспитаннике курточку, поправила воротничок и оставила его в королевских покоях до ужина.

* * *

– Слушай, нянь, – спросил как-то перед сном уже семилетний принц. – Я вот думаю… Бро-Том говорил, что наследники всегда могут выбрать императора, если захотят. Вот, допустим, я хочу править… Как же сделать, чтоб меня выбрали?

– Это, Котик, не так легко. Есть какие-то испытания… Я так думаю, все наследники соревнуются, чтобы на свет вышел самый достойный. Только кто пойдёт на такой турнир? Никто не захочет драться за корону…

– Ну а если захочет? – дурачился Котик. – Ты бы выбрала меня императором?

– Непременно не выбрала! Если хочешь править, ты глуп! А зачем мне император-дурак?

– Фууу! Я думал, ты меня любишь! Изменница! – возмутился принц Константин.

– Потому что люблю, я высочеству твоему добра желаю, – нянька укрыла принца, заставляя снова лечь и не прыгать. – А коли так хочется знать условия, так пойди и почитай в летописи. Ты ведь каждый день в Совином крыле пропадаешь на уроках своих! Уже большой мальчик, мог спросить учителя, вместо того чтобы голову морочить мне, старой…

– Ты не старая! – возразил принц. – Только пожилая немного. А Бро-Том – зануда, с ним неинтересно говорить об истории! А читать сам я не люблю.

– Ну и зря! Полезное умение, что тут скажешь, – строго заметила нянька. – Я вот не умею буквы-то разбирать, только самые основные надписи в торговых рядах знаю. И порой ох как чувствую, что мне этого умения не хватает!

– Хочешь, я тебя научу? – загорелся принц.

– Да куда там… – смутилась нянька. – Стара я уж для учения…

– Ты не старая! Завтра и начнём!

– Нет уж.

– Да уж! – передразнил принц. – Ты ведь всех вокруг учишь, учишь, значит, для учения не стара! Вот, теперь пришла моя очередь! – Котик засмеялся и нырнул под одеяло. Он настолько вдохновился новой идеей, что тут же заснул, чтоб скорей наступило завтра.

* * *

После шумного дня рождения, когда Котику исполнилось восемь, как обычно, всё закончилось криком и слезами.

Принц рыдал в своей комнате уже час, никого не пуская. Наконец Зинаиде надоело ждать. Она взяла другой ключ и открыла спальню.

– Ну, чего стряслось? Кто тут воет как привидение и подушку солит? Вот потом сам стирать будешь!

Котик не обратил внимания на угрозу. И поднял голову, только когда нянька взяла его за плечо.

– Что же ты ревёшь в такой день? – с печальным укором спросила она. – Так ведь радовался… Кто тебе не угодил, Котик?

– Почему меня никто не любит? – с трудом выговорил принц. – Я совсем один…

– Ты один? – изумилась нянька. – Объясни-ка получше!

Котёнок тяжко вздохнул и перестал плакать. У него наступил сумеречный покой – состояние, как в тёмный пасмурный день.

– Почему вокруг нет никого… чтобы не уходил, понимаешь? Я спросил Фильку, может ли он жить с нами, а он сказал… – младший принц снова всхлипнул.

– Он и так живёт рядом! Куда ближе? Принц не может торчать вечно с тобой, у него свои дела есть…

– Вот именно! – убитым голосом согласился Котёнок. – А я – один… У меня даже своей лошади нет… Никого…

– Не один! Я с тобой, маленький, – нянька обняла его, принц вцепился в неё, как утопающий. Слёзы снова подступали к горлу.

– Ты меня не бросишь, Зин?

– Как же я тебя брошу, глупый? Я с тобой…

На следующий день нянька пропала. На вопросы принца, куда она делась, родители отвечали: «Ушла на пенсию». Мама заверила Котика, что Зинаида очень устала жить во дворце и уже не так молода, ей трудно справляться с принцем. У неё есть свои внуки, которых она почти не видела, и ей так захотелось пожить в тихом домике на природе, в кругу семьи…

Котик не поверил. Даже не стал плакать и кричать, что она предательница. Он сосредоточенно расспрашивал о своей няньке всех солдат у Врат Снов. Но никто не мог рассказать ему что-то сверх официальной версии.

* * *

Только через год от мальчишки-конюха принц узнал, что случилось тем утром. Зинаида упала с лестницы и сломала ногу. Уезжать она не хотела, но, как только известили родных и два её сына приехали в башню, после разговора с принцем Ланом оба решили забрать мать в деревню. Там нет крутых лестниц, простор, свежий воздух – лучшее лекарство. Зинаида поворчала и согласилась.

Котик спал, нянька написала ему письмо. Сенька-конюх это точно знает, потому что он запрягал тогда телегу и кормил лошадей. Он видел, как телега проезжала врата. Зинаида в самом деле не могла зайти попрощаться и точно уехала в свою деревню. А вот почему не вернулась… и куда делось письмо… Этого мальчишка-конюх не знает. Он и так торопился и оглядывался, боясь, что их застукают за разговором с принцем. Котёнок дал Сене золотую монету, которую ему недавно подарил дедушка «на сладости».

Почему Зинаида не вернулась? Эта тайна грызла Котика изнутри, но наследник уже слишком давно жил в башне, чтобы понять: говорить об этом нельзя ни с кем. Сенька не зря боялся. Принцу строго запрещалось общаться с чужими детьми, а теперь, похоже, и с чужими старушками. В том, что нянино письмо исчезло не просто так, принц не сомневался. Кто-то хочет, чтобы он думал о Зинаиде плохо и разлюбил её. Котёнок наслушался таких примеров из истории других королевств.

Если Зинаида не возвращается (Сеня уверял, что нога должна выздороветь не позже чем за три месяца) и не пишет (во всяком случае, Котик писем не получает), значит, ей что-то мешает. Единственный способ её вернуть – самому поехать в её деревню. То, что это невысокое поселение без стен и башен среди полей или возле леса, Котик знал. Видел дома крестьян со смотровой площадки. Но пока он не станет совершеннолетним, думать нечего незаметно сбежать из башни. Его тут же вернут и посадят под домашний арест. Эту меру Котёнок уже хорошо выучил. За любые проступки и леность в учебе ему не разрешали кататься на мосту, а когда родители сердились всерьёз, наказанному запрещалось покидать четвёртый этаж или даже свою комнату.

* * *

До совершеннолетия ещё ждать и ждать… Следующий год стал для Котёнка самым тяжёлым. Уроков сильно прибавилось, а друзей не становилось больше. Феликс теперь учился далеко, в Белом крыле, выходные предпочитал проводить с друзьями или девчонками, а каникулы выпадали редко. Когда наступила весна, томиться одному в башне стало совершенно невыносимо. При любой свободной минутке Котик убегал на крепостную стену или в нижний парк. За пределами башни ему разрешалось гулять только там, но не возле многолюдных торговых рядов.

Улучив момент, Котёнок собрал ещё пару золотых и пошёл к Алегору за предсказанием. Он хотел узнать, когда вернётся няня Зина. С этим шёл, это мысленно повторял про себя. Но спросил другое.

– Что угодно вашему высочеству? – предсказатель невозмутимо держался с принцем как со взрослым посетителем.

– Я хочу спросить, когда у меня будет настоящий друг? – неожиданно для себя мрачно выдал Котик.

Алегор без спешки допил кофе и поставил крошечную чёрную снаружи чашку на золотое блюдце. Он долго вертел магический шар и хмурился. Принц думал, что даже такой важный человек, опытный предсказатель, и то не может помочь его горю. Но ответ его приятно удивил:

– Ближе и быстрей, чем ты думаешь.

Это, хоть и нечёткое, предсказание давало надежду. Принц считал карманные деньги потраченными не зря.

Двойной юбилей

Утром десятого майского дня в свой десятый день рождения принц Константин стоял на садовом крыльце башни Снов и счастливо жмурился на солнце.

Король и королева успели поздравить внука первыми, остальные проспали момент, когда Котик сбежал из башни в закрытую часть сада. Он чувствовал такую необъяснимую весеннюю радость, словно королевское совершеннолетие внезапно наступило на два года раньше.

Повсюду молодая зелень, цветущие деревья и кусты, плавно переплетающиеся дорожки и никого вокруг, кроме поющих птиц. Они приветствовали наследника особой юбилейной песней.

Никаких запретов, никаких уроков и правил этикета! Свобода! Такое чувство на твёрдой земле Котик испытывал впервые. Обычно эта лёгкость догоняла его только в полёте по мосту.

В траве со стороны улицы зашуршало, словно там пробирался небольшой зверёк размером с крысу или ёжика. И на дорожку выскочил крошечный серый котёнок.

Принц Котик радостно сделал шаг к «тёзке», считая появление малыша своим особым подарком. Теперь уж в башне не отвертятся и разрешат ему завести друга! Кто посмеет отказать принцу в его первой просьбе в день первого юбилея? Пусть попробуют!

Серый котёнок удивлённо замер, глядя на мальчишку. А потом задал стрекача через весь парк в самый дальний, «лесной» угол, который назывался Тёмные аллеи.

Котик испугался, что, убежав от него, малыш потеряется и никогда не найдёт людей и еду. Он совсем крошка, три недели от роду, не больше! Ему ещё молоко пить, куда такому гулять одному в глухих аллеях? Принц побежал за котёнком, отчаянно метался, заглядывая под каждый куст, звал «кис-кис», как положено, но полосатый как сквозь землю провалился!

Когда, забыв о ясном дне и праздничной радости, Котёнок наконец остановился, тяжело дыша, оглушённый жаром быстрого бега и стуком собственного сердца, он ошалело оглядывался, не зная, что делать. Постепенно внешние звуки возвращались, и он услышал… Нет, не мяуканье, а песенку. Знакомую мелодию, которую часто пела ему няня Зина. Голос был еле слышен, тоненький и детский.

Котик вертел головой, угадывая, откуда доносилось пение. И заодно соображал, что ещё не был в этой части сада. До конца Тёмных аллей он доходил не раз, до самой стены, но там росли лесные деревья, ряды ёлок, сосен, дубов, а тут среди толстенных буков и вязов, стволы которых можно обхватить только вдвоем, – лужайка. Кусты ровно подстрижены, и плотная стена живой изгороди, выше человеческого роста. Такая плотная и ровная…

Да это лабиринт! Обратная сторона садового лабиринта. Так он выглядит от «лесного» угла. А все фонтаны и запутанные дорожки, ведущие из арки в арку, – внутри, там, за стеной.

Котик прошёл вдоль изгороди и увидел заросшую вьющейся розой кованую калитку. Заглянув сквозь её прутья, принц понял, что он слышал. Незнакомая девчонка в невероятно ярком «цветочном» платье поливала из лейки грядки с тюльпанами и напевала в такт:

Двенадцать месяцев в году, не веришь, посчитай!

Но лучше всех, но лучше всех весёлый месяц май!..

Она пела совсем не так, как привык это слышать воспитанник Зинаиды. Так песенка ничуть не напоминала его колыбельную.

– Эй! – окликнул её Котёнок. – Что ты поёшь?

Девочка оглянулась. Не охнула, не испугалась. Поставила тяжёлую лейку и подошла к калитке. На руках у неё сидел серый полосатый котёнок.

– Чего тебе? – спросила она. – Позвать садовника?

– Что ты пела? – повторил принц менее уверенно. Он вдруг подумал, что не знает, как объяснить свой интерес к чужим песням.

– Разве не знаешь? – удивилась незнакомка. – Это «зелёная» баллада о лесных героях, её все знают! Она старинная.

– Я знаю слова… учил их на уроке… но я не слышал, чтобы другие её пели…

– А, вот в чём дело? – засмеялась девочка. – Я слышала её на ярмарке в Снежинке в прошлом году. Ты был в Снежинке?

– Не… то есть не на ярмарке. Только проездом. А это твой зверь? – принц кивком указал на котёнка.

– Нет. Я его первый раз вижу, как и тебя! Ты его ищешь?

– Да, – с облегчением выдохнул Котёнок, подхватив важную тему. – Я за ним гнался, когда увидел, что он бежит сюда. Думаю, тут самый глухой угол сада, он заблудится и пропадёт здесь. Наверное, от мамы убежал… Или подбросили. Ты заберёшь его себе?

– Я не могу, – нахмурилась девочка из сада, серьёзно взвесив опасность для котёнка. – У нас недавно вывелись цыплята. Большая кошка умная, она их не трогает. А этот чуть подрастёт, будет гонять, может загрызть. Он похож на охотника. Смотри, сам крошка, а глаза и уши какие огромные!

– Похож, – улыбнулся Котёнок.

– Возьмёшь его себе? – девочка с готовностью протянула котёнка к решётке. Принц отступил.

– Я… не знаю. До сих пор мне не разрешали держать животных.

Девочка пожала плечами, не спросив причину. Сразу придумала другое решение:

– Давай отнесём его в Молочный ряд, уж там не пропадёт! У меня есть знакомые хозяева лавок, попросим присмотреть. Идём? – она открыла калитку и оказалась рядом с Котиком.

Он с готовностью протянул руки и взял котёнка. Тот оказался очень тёплый. Сидел тихонько и урчал. Котик шёл рядом с деловой девчонкой, украдкой разглядывая незнакомку. У неё были длинные распущенные волосы забавного тенистого оттенка – не золотистые, а словно на них всегда тень. Не скажешь – серые, но что-то пепельное в этом цвете было. Тонкое лицо – не слишком румяное и загорелое, скорее бледное. Роскошным у неё было только платье: с большим бантом сзади на талии, с оборками на рукавах и пышной короткой юбкой. На платье цвёл весь сад: пионы, розы, тюльпаны, флоксы, ирисы… Названий ещё десятка экзотических цветов Котик не знал.

– Меня зовут Майя-Цветана, – мимоходом сообщила новая знакомая, когда они прошли аллею вязов. – Мой папа здесь садовник. Жанжар Флокси, слышал?

– Угу. А я Котён… м-м Константин.

– Дома тебя зовут Котёнком? – засмеялась Майя-Цветана. – Как принца? Ой… – сообразила она, остановилась и захлопала глазами. – Ты – принц из башни?

Котёнок смущённо кивнул. Но в глазах прятались хитрые смешинки: ага, и я смог тебя чем-то удивить.

– Нет, правда? – настаивала дочка садовника.

– Ну да. Принц башни Снов собственной персоной. Приятно познакомиться!

– А почему я тебя никогда не видела здесь? – прищурилась она.

– Мне запрещали играть с чужими детьми, – признался Котик. Победное настроение мигом улетучилось, вернулась привычная тоска. – Говорят, что иначе я не смогу править справедливо.

– Вот бред! Кто это сказал?

– Родители… Учитель…

– Ясно, взрослые! – хмыкнула Майя-Цветана и тут же просияла: – Значит, мы им не скажем! А угадай, как меня зовут дома?

– Э-э, Майка? – снова повеселел Котик. – Танька? Цветка?

На каждую его попытку она мотала головой, сияя хитрой улыбочкой всё ярче.

– Никогда не угадаешь!

– Маня? – усомнился принц.

Она расхохоталась:

– Не угадал! Но Маня – это моя тётя, тоже Майя! Сдаёшься?

– Ладно, скажи! – позволил Котик.

– Нет, ты скажи: сдаёшься?

– Сдаюсь, – неохотно признал полное поражение принц.

– Лиска!

– Как?! – принц засмеялся, ещё не понимая шутки. Имя казалось забавным и здорово подходило его новой подружке.

– Это папа придумал, – Лиска кокетливо поправила волосы. – Это значит Листик. Потому что цветов на мне никаких нет, всё однотонное: волосы серые, глаза серые… Даже румянца нет. Тётя Маня отпаивает меня козьим молоком и убивается, что я такая бледная.

– Ага! Мне бабушка то же самое говорит! – подхватил Котик. – И нянька… говорила.

– Послушай, у тебя же сегодня юбилей! – спохватилась Лиска. – Все знают! Чего ты в саду прячешься?

– Так ещё рано, я гуляю. А тебе сколько лет?

– Ха! – Лиска победно задрала нос. – Я на день младше вашего высочества! Ты родился сегодня, а я – завтра! Мне тоже десять! И мне уже дарят подарки. Это платье мне сшили специально к юбилею, чтобы в нём написать мой портрет! Понимаешь, раз я не очень яркая, тётя решила: хотя бы платье должно быть самое цветное.

– Да уж у тебя и платье! – восхищённо подтвердил Котик. – Настоящий сад! Если бы ты не сказала, что твой отец садовник, я сам бы догадался! В таком наряде только танцевать на королевском балу!

Лиска всплеснула руками:

– Ой, ты меня приглашаешь? На свой день рождения?

Котик мгновенно помрачнел и чуть не уронил котёнка.

– Не обижайся, Лиска… Я хотел бы… но я… боюсь.

– Конечно! – мгновенно насупилась она. – Я всего лишь дочка садовника! Один дойдёшь! – девчонка круто развернулась, чтобы сбежать.

– Мне как рыбке до зонтика, чья ты дочка! – сердито поймал её за руку принц. Серый котёнок зашипел и впился в его другую руку, боясь упасть, но Котик не заметил. – Забыла? Мне нельзя общаться с чужими детьми! Это не я придумал! И я боюсь, если поймут, что ты мне нравишься и я хочу играть с тобой, ТЕБЕ не поздоровится! Я за тебя боюсь! Дошло?!

– Пусти! – вырвалась Лиска, но убегать и обижаться передумала. – Я правда тебе нравлюсь? – она хитро прищурилась в своей манере, склонив голову набок, словно не верила ни одному слову. – Девчонкам так не говорят!

– Прости. Я не хотел тебя обидеть. Я не знаю, как надо. До сих пор я дружил только со своими сёстрами и братом. Двоюродными… – Котик поморщился, сказав нелюбимое слово. – А у тебя кто-нибудь ещё есть в семье?

– Четверо! – с гордостью сообщила Лиска. – Все мальчишки! Но это Манины дети, тоже мои двоюродные. Мы называем их Курчатами, потому что их папа – молочник Курций, и старший, Миха, правда курчавый, как барашек! У папы я одна, потому что… – тут она погрустнела. – Мама умерла сразу, как родила меня. А папа второй раз не женится. Говорит, ему нас с Маней с головой хватает! – она улыбнулась странностям взрослых. – А что тебе подарят?

– Родители? Ещё не знаю. Филька обещал какой-то сюрприз, я думаю – настоящие гонки на мостах. Мы давно собирались. Зато мне уже… слушай, подожди минутку, я покажу! Держи! – принц быстро сунул ей котёнка и опрометью кинулся к башне. – Никуда не уходите! Я скоро!

Лиска усмехнулась, глядя ему вслед. Серый котёночек загадочно мурлыкал.

* * *

Как и обещал, Котик скоро вернулся. Он выбежал из садовой двери башни, держа в руках небольшую прямоугольную штуку размером с книжку.

– Вот! – запыхавшись, он подлетел к Лиске. Явно очень боялся, что девочка уйдёт.

– Я думала, ты мне подаришь фото своего братца принца Феликса, – хитро заметила подружка. – Он лапочка! Я его обожаю.

Котик с полной уверенностью решил, что «Лиска» не имеет никакого отношения к растительности. Это Лиса!

– В следующий раз, – небрежно пообещал он. – А пока испытаем мой подарок. Знаешь, что это? Светорамка!

– Я видела такие на ярмарке, – Лиска не могла полностью скрыть зависти. – Большая! У тебя много пластинок?

– Несколько коробок! Могу заклеить хоть всю башню! – похвастался Котик. – Попробуем?

Он взял пустую металлическую рамку, вставил в неё прозрачную, чуть отливающую янтарём пластинку, гладкую с изнанки и с особой ребристостью с лицевой стороны. Навёл кадр на них троих в обнимку с котёнком, поймал пластинкой солнечный зайчик, и рамка на секунду вспыхнула.

Сдвинувшись лбами, сделав погуще тень, Котик и Лиска рассматривали объёмный стереоснимок. Их лица проглядывали неярко, рябили волнами. Для настоящей чёткости нужно наклеить на гладкую сторону зеркальную плёнку – отражатель. Тогда картинка станет как живая, будет светиться даже в темноте. В ней навсегда останется глубина и ясность майского дня.

– Так ничего не видно, слишком светло, – разочарованно отстранилась Лиска.

– Зайдём под арку к Вратам Снов! – сообразил Котик.

Они спрятались в глубокую тень. Принц чиркнул о стенку кремниевым фонариком – «чесночной головкой». При её мерцающем голубом свете дети рассматривали свои сияющие солнцем лица.

– Ты тоже это видишь или мне просто кажется? – взволнованно шепнул Котёнок.

– У меня четыре двоюродных брата… – упавшим голосом ещё тише ответила Лиска. – Но ни один…

– …не похож на тебя так, как я, – угадал её мысль принц.

Дочка садовника вздохнула, крепче прижав к груди котёнка.

– И это тоже. Я хотела сказать, ни один не похож на другого, как мы с тобой! Может, это неправильный снимок?

– Или неправильный свет? Хочешь, наклеим зеркалку, проверим? Тогда всё будет хорошо видно!

– Нет! Стой, не надо! Давай лучше сотрём его… – Лиска сама не понимала, чего боится. Они оглядывались в темноте, как заговорщики. Убедившись, что их никто не слышал, вышли на свет и впервые вгляделись в глаза друг друга. На солнце и у принца, и у Лиски серые радужки зрачков поблёскивали чистым серебром. И то же они видели на снимке.

– Ты раньше видела у кого-то такие глаза, как у тебя? – через силу спросил Котёнок.

Подружка молча помотала головой, забрала из рук принца рамку и поймала блик. Пластинка вспыхнула и снова стала чистой.

– Послушай… – начал Котик.

– Мяу! – жалобно напомнил о себе серый малыш на руках у Лиски.

– Давай решим, что делать с ним. О нас – потом, – со взрослой серьёзностью твёрдо сказала дочь садовника.

– Очень хочу оставить его в башне… Хотя бы потому, что он наш, общий… Но боюсь, как бы его не выгнали. Вдруг я не смогу защитить маленького? Знаешь, придумал! Отдадим его в гарнизон, страже башни! Там он вырастет настоящим охотником. Будет у нас сторожевой кот! Ведь это мальчик?

– Да, он мальчик, – улыбнулась Лиска, старательно отвлекая себя, чтобы не разреветься от непонятного волнения. – Как назовём? Может быть, Феликс?

– Филька? Это смешно! Хотя… как думаешь, у него могут быть оранжевые глаза, когда подрастёт?

– Не знаю. У всех котят сначала серо-голубые, не угадаешь… А почему оранжевые?

– Чтобы звать его Филин. Всё равно будет Филька, только никто не догадается, что это в честь принца Феликса! Будет секретное имя!

– У нас, похоже, всё секретное, – знакомым ворчливым тоном пробормотала Лиска. – Филин так Филин. Самое имя для сторожевого кота! Идём!

Она решительно отнесла котёнка к двери гарнизона. Вызвала старшего, и они с принцем торжественно поручили малыша заботам солдат, охраняющих Врата Снов.

Командир обещал заботиться о Филине, как о королевском коте, поставить на довольствие, учить военной службе и не обижать. Дети поспешно выскользнули опять на солнце и сели рядом на крыльцо перед садовой дверью.

– Что теперь делать, Котик? – наконец Лиска полностью доверила инициативу принцу, понимая, что он ориентируется в тайнах и заговорах лучше. – У тебя есть идеи?

– С идеями негусто, – принц смотрел под ноги. – Знаю одно: никто не должен знать! А если это видно так, как в светорамке…

– Мы не должны встречаться, – поняла Лиска.

– На людях, – поспешно уточнил принц. – Нас не должны видеть вместе. Это не значит, что… Ты понимаешь.

– Да, – кивнула дочь садовника. – Ты приходи ко мне во двор. Там часто никого нет. И там нас не найдут.

– А твой отец?

– А ты смотри сквозь калитку. Если я одна – позови.

– Я понял. Нам нужно запасное место встречи.

– В саду? – Лиска задумалась. – Ты хорошо знаешь лабиринт? Знаешь, где Геометрический угол?

– Да! Там квадратный фонтан и все кусты – фигуры: шар, пирамида, куб…

– Угу. За пирамидой в трёх шагах, где растёт круглый клён, в сплошной самшитовой изгороди начинается стена шиповника – это замаскированная дверь на нашу половину. С той стороны не королевский сад, а папины задворки, где он хранит всякий садовый инструмент. Я повешу у себя колокольчик, а шнур от него выведу на твою сторону. Там в калитке возле замка можно оставлять записки. Или вызвать меня колокольчиком. Услышу – подойду.

– Но это только днём. В хорошую погоду… – задумался Котёнок. – Смотри, садовая дверь никогда не закрывается, а тут внутри ступеньки вниз… Там подземелье. И тайный ход. Но ты далеко не иди, наше место будет на первой развилке, поняла? За дверью висит лампа, ключа не нужно, там засов. Приходи по вечерам, когда сможешь. Ты ведь знаешь, когда заканчивается королевский ужин?

– Само собой! С башни трубит герольд, и заступает первая ночная стража. Я приду, – пообещала Лиска. – Но сегодня ты занят допоздна… а завтра – я.

– Тогда жду послезавтра. И принеси, пожалуйста, свой портрет. Тот, что тебе подарят.

– Зачем? – удивилась дочка садовника.

Котик пожал плечами:

– Просто хочу увидеть. – Он взял Лиску за руку и снова с недоверием и странным тёплым чувством всмотрелся в её глаза: – Теперь ты – моя тайная сестра. И помни: никто не должен знать! Я не шучу!

– Я верю, Котик, – она ответила на рукопожатие. Потом подумала и коротко обняла принца. – Береги себя! С днем рождения!

– И тебя тоже… Что всё-таки это значит? Мы…

– Ваше высочество! – раздался из окна голос служанки. – Куда вы пропали? Вас все ищут!

– Иду! – сердито откликнулся Котёнок. – Навещай Фильку даже без меня, ладно? – шепнул он сообщнице и быстро юркнул в башню, чтобы их не успели рассмотреть сверху. Лиска расправила плечи, одёрнула пышную юбку и с независимым видом пошла мимо к торговым рядам, насвистывая всё ту же майскую балладу. Она сама чувствовала себя героиней песни, лесной разбойницей в королевском розыске.

* * *

Весь юбилейный день мелькнул для наследника башни Снов как один бесконечный полёт по мосту. Подарки, поздравления от родственников, веселье, угощение, шумные игры, танцы… А позади всего жила мысль о том, что он увидит Лиску послезавтра. И это казалось самым важным. Кое-кто из ближайших родственников отметил, что принц какой-то рассеянный. Арина легкомысленно сказала, что это от избытка впечатлений – Котёнка все так балуют!

С трудом пережив ещё день, выбрав Лиске в подарок хорошенький медальон, в котором можно спрятать фото, Котик примчался сразу после ужина в подвал. Но как принц ни спешил, его «сестрёнка» пришла первой. И принесла большой портрет. На нём Лиска сидела гордо, как на троне, с цветами в волосах и казалась старше. На картине не видно было, что её платье едва закрывает колени, художник не пожалел для него красок и пышных линий. Но и лицо выглядело живым. Губы затаили улыбку, словно девочка только на секунду притворилась серьёзной и сейчас рассмеётся. Глаза отсвечивали серебром.

– Шикарно! – оценил Котик. – Можно я сделаю себе снимок? – он прицелился светорамкой.

– В темноте не получится!

– Если держать лампу очень близко, получится! Я пробовал вчера в комнате. Поставь к стене и освещай! – скомандовал наследник.

Несколько раз он поймал блик, оставил лучший кадр и сразу наклеил на него зеркальный отражатель. Картина на пластинке светорамки выглядела ещё лучше, чем настоящая. Только в десять раз меньше.

– Она тебе нравится больше, чем я? – ревниво спросила Лиска, видя, как принц доволен.

– Не понимаешь! – засмеялся он. – Никто не догадается! Подумают, что это портрет из галереи в нашем архиве и этой даме триста лет! А мне того и надо, сестрёнка, чтобы никто не догадался!

– Чему вас учат в башне… – скептически покачала головой Лиска, намекая на сложности придворного воспитания. Но признала, что тайный брат здорово придумал. Они обнялись на прощание и расстались, пожелав друг другу спокойной ночи.

Лиска осторожно пробралась домой и вернула портрет на место, а Котик положил свой снимок под подушку, ещё раз пожелав сестре спокойной ночи.

Тайная сестра

Котёнок ненавидел Геометрический угол сада с кустами в виде кубиков и пирамид, искусственными ровными гранями, но все уроки на открытом воздухе отныне учил там. Родители одобряли изменение его вкуса, поскольку у Арины это любимая часть сада.

Стена шиповника разбивала строгость разметки под линейку. На фоне самшита, можжевельника, плосковеточника, одетого в узорные кружева, – внезапно буйные цветущие заросли. Для принца, знающего секрет, стена служила тайным окном. Среди колючек и цветов там прятался шнур колокольчика. В замаскированных ветками чугунных прутьях Котёнок находил записки от сестры и оставлял свои сообщения даже под бдительными взглядами учителей.

Если же принц приходил сюда один учить уроки, в удачный день они вели долгие тайные беседы сквозь закрытую решетку. Изредка, когда Лиска оставалась на хозяйстве одна, Котик мог даже проскользнуть сквозь стену на задний двор садовника. Деревенский дом в цветущем палисаднике с рядами стеклянных теплиц с рассадой и всех его обитателей, кроме хозяина Жанжара, принц знал отлично. А Лиска в башне ещё ни разу не побывала дальше подземелья и крыльца. Не считая визитов к гарнизонному коту Филину.

Выходные дни принц иногда проводил там, где они впервые встретились, в «лесном» углу. Котик часами смотрел сквозь калитку на воскресных гостей семьи садовника. Жанжар с сестрой на веранде пили чай, а дети, Лиска и четверо мальчишек, гоняли по двору. Курчата – Лискины законные братья, кажется, знали все спортивные игры, которые и придуманы для беготни под открытым небом.

Котёнок уже знал всех Курчат в лицо и по именам, но оставался для них призраком, «принцем из башни», которого много раз видели на Галерее или на балконах и на почётном месте наследника рядом с королевской четой, но с которым никто близко не знаком.

Иногда он приходил удачно: тайная сестра была в саду одна, не считая кошки, кур и цветов. Лиска поливала грядки и клумбы, и принц не торопился звать её. Ждал, почувствует сестра его присутствие или нет. Она довольно скоро «чуяла» гостя и подходила к калитке или нарочно заговаривала с ним, не оборачиваясь, чтобы тоже застать врасплох.

– Опять подкрадываешься тихо-тихо? Можно подумать, ты родом из Мышиного крыла!

– Ты тоже! – откликался Котик. – Наши соседи умеют охотиться, но никто не сравнится с моей Лисичкой!

Мышиным часто называли Тихое крыло, потому что там все слышат, как мышь скребётся в норке. Такие там чуткие уши и бесшумные шаги – лучшие охотники во всей империи! Но и лучшие шпионы для наружной слежки воспитывались в школах следопытов Тихого крыла.

Принц Елан с гордостью рассказывал сыну о том, чему учился в школе следопытов. Несколько раз они вместе ходили в Ловецкий ряд выбрать к королевскому столу свежую дичь, пополнить охотничьи припасы и пострелять в многочисленных тирах и школах лучников. Меткость наследника всегда радовала Лана. Четвёртый принц раздувался от гордости, когда его прежние учителя и старые знакомые по охотничьим соревнованиям уверяли, что это у Котёнка от отца.

Но тайные брат и сестра, не сговариваясь, старались поменьше вслух вспоминать о родителях.

* * *

– Начиная с эпохи старых королей и по сей день, границы Домино менялись столько раз, что это не упомнит ни один историк… – мерно диктовал Бро-Том, постоянный учитель Котика. – Написал?

– Ага, – ученик от старания высунул язык набок. Писать в таком почтенном зале, как библиотека империи, полагалось только настоящими чернилами и совиным пером, о самопишущих ручках на уроках истории можно даже не мечтать.

– Теперь стряхни пыль с этой стопки летописей и нарисуй по ним сводную карту, начиная от основания Совлада до границ Доминоля накануне построения замка-империи.

– Но это же… – Котик хотел сказать, что не управится с такой работой и за месяц.

– Рисуй схематично, в мелком масштабе и разными цветами. У тебя два часа, – великодушно сообщил Бро-Том, запустив большие песочные часы. Каждые полчаса верхняя колба пустела, и они сами переворачивались. В этот момент звонил колокольчик, отсчитывая время.

– Брат Томас! Ты идёшь? – в зал сунулся длинный нос другого учёного мужа, Валенсия. – Пиво остынет!

– Сейчас, – отмахнулся учитель принца. Сделал суровое лицо и сообщил, что задание должно быть выполнено к его возвращению.

– Угу, – Котёнок помахал пальцами обоим заговорщикам. – Закусывайте там! В буфете сегодня будет отличная холодная ветчина с королевского стола!

– Ваше высочество! – укоризненно развёл руками в широких рукавах учёной мантии Бро-Том, мол, кто вас этому учил?!

Котик не видел и не слышал. Он целеустремлённо листал старинные фолианты летописей и делал пометки на листке для будущей карты.

Придворный учитель Бронеслав Томашин, историк, в прошлом – учитель принца Феликса вплоть до совершеннолетия ученика и поступления в дипломатический колледж Верескового крыла, а потом и в юридический университет Белого крыла. Потом он стал первым учителем принца Константина. Но сам ещё был молод и только внешне напоминал учёного сухаря. Котик давно понял, что все самые серьёзные книжные черви, учёные мужи, которыми кишит Совиное крыло, – вечные студенты. И отличаются выдумкой и вкусом ко всевозможным авантюрам. Природное любопытство толкнуло их в науку, но даже самый строгий седой профессор где-то в глубине – всё тот же озорник, каким пришёл учиться в университет.

Взять хотя бы его учителя, которого все шутливо звали Бро-Том или брат Томас. Только и думает, как сбежать с урока, чтобы вести бесконечные философские споры со своими приятелями. Особенно с Валенсием. Тот заведует новым архивом, где хранятся документы за последние двадцать лет. Все они так! Сидят по своим каморкам, шуршат пергаментами, думают о важном, а потом удирают пить пиво с ветчиной и болтать с друзьями, и это для них так же важно, как какое-нибудь открытие, которое обеспечит им орден за вклад в науку.

– Мррм? – на стол бесшумно вспрыгнул серо-полосатый котяра с пышной манишкой и ярко-бронзовыми глазами, как чашечки у Алегора.

– Кыш, Филька! – столкнул его Котёнок. – Ты сидишь на грамоте раздела Ровлада! Она мне как раз нужна!

Их с Лиской «крестник» вымахал в огромного кота. На шее у него болтался значок гарнизона Врат Снов: сова и пика.

Котик давным-давно придумал, как Филину легально посещать его уроки в библиотеке и архиве. Сторожевой кот – гроза мышей, мыши – гроза книг и архива. Бро-Тому нечего возразить на эту логическую цепочку. Филька нёс сразу две государственные службы, защищая от грызунов и подвалы, и библиотеку.

Правда, стараниями Филина принц посадил в тетрадях не одну сотню клякс. Коту не нравилось, как бегает по бумаге совиное перо. На важность уроков чистописания и диктантов ему плевать с высокой башни. Если приятель сидел на столе, кошачья лапа тянулась к руке принца в самый неподходящий момент. Котик не обижался. Даже сваливал на Филина многие собственные помарки в письменных работах.

Но сейчас принц орудовал цветными карандашами, и кошачьими лапами неправильные границы не оправдаешь. Котёнок старался отвязаться от сложного задания поскорее, но еле-еле успел к возвращению учителя из буфета.

– Ну-с, что тут… – Бро-Том всмотрелся в расшифровку цветов под страшно запутанной картой. – Ваше высочество пропустили лет сто из нашей бурной истории!

– Потому что я упростил границы Ровлада и Доминоля за всё время кровной вражды до двух линий: начала и конца войны! Вы же сказали – схематично!

– Я имел в виду линию географии, а не истории!

– По-вашему, география менее важная наука? – невинно спросил принц.

Тут же звякнул колокольчик. Два часа истекли. Котёнок справился с заданием быстрее и заслужил похвалу, а не придирки.

– Но всё-таки… – не уступил Бро-Том. Учитель вооружился фиолетовым карандашом, который отличался от всех цветных линий принца. – Я бы наметил несколько этапов кровной вражды…

Их отвлёк стук в окно. На подоконнике важно прохаживался голубь с красной ленточкой и бумажной трубочкой послания на шее. На тёмной восковой печати виднелась сова.

Принц радостно схватил послание.

– Срочное, – с притворным сожалением сообщил он учителю. – От бабушки!

– Не смею вас задерживать, – снова покорно развёл широкими рукавами Бронеслав.

– И я вас, – дипломатично кивнул принц. – До моего возвращения вы совершенно свободны! Полагаю, буду отсутствовать дольше часа.

Котёнок хихикнул, взъерошил Фильке шерсть на загривке и помчался бегом из зала, сжимая в руке письмо.

* * *

Они с Лиской давно освоили голубиную почту. Котик лично сделал для сестры копию королевской печати. Бро-Том никак не мог задержать принца, когда прилетали письма с гербом башни Снов. От семьи – значит, важное.

Ещё бы! Лиска столько раз спасала его от сложных контрольных и библиотечной скуки. Как же не важное, если от самой близкой сестры!

Прошёл уже почти год их тайных встреч. Сейчас Лиска вызывала принца в Тёмные аллеи. И правда, что-то срочное.

Они обнялись, как всегда при встрече, уселись на ствол низко изогнутого над землёй старого земляничника с бархатистой корой, болтали ногами и обсуждали новую идею.

– Я прочитала, есть такой обряд: надо смешать нашу кровь, чтобы стать настоящими родственниками, – сказала Лиска.

– Знаю! Это братание. Так делали самые верные боевые друзья. Думаю, это и для сестры подходит. Но…

– Боишься? – недоверчиво скривилась дочка садовника.

Принц резко помотал головой.

– Я думаю, мы и так родственники! Но если хочешь, давай сделаем… – Котик застыл с открытым ртом. Потом стукнул себя кулаком по лбу. – Я самый тупой болван на свете! Мы уже сто раз могли проверить наше родство! Мне ничего не стоит взять в архиве карточку крови!

– Точно! Как я не сообразила? – ужаснулась Лиска. – Это так просто!

– Да уж! Резать палец – так с пользой! – горячо подхватил Котик. – Но как тебе пробраться в библиотеку? Ты ведь не Филин! Что я скажу?

– А ничего. Дай знать, когда там никого не будет! Может быть, ночью?

– Ночью они как раз и пишут! – мрачно возразил принц. – В Совином свет всегда горит, не знала?

– Точно… – вздохнула Лиска.

– Давай сейчас! В библиотечном зале точно пусто! Бро-Том не ждёт, что я вернусь так скоро!

Теперь Лиска оробела. Пробраться в архив империи…

– Я думала, посидим у меня. Папа уехал в Вересковое крыло за рассадой, будет только завтра.

– Потом и посидим! – тайный брат дёрнул её за руку и потащил за собой.

– Лучше принеси бланки в сад! – упиралась Лиска. – Тут никто не увидит!

– Но цветной атлас там, в библиотеке! Нам ведь нужны процентные таблицы со степенью родства!

– Ох, на что я иду ради тебя, – сокрушённо вздыхала Лиска, поднимаясь по лестнице в библиотеку. – Точно никого нет?

– Кроме сторожевого Филина! – фыркнул принц. – Не трусь, проверю! – он исчез за дверью зала. А через пару секунд дал знак сестре, что путь свободен.

Пока Лиска обнималась с громко урчащим Филькой, Котёнок сбегал взял в архиве чистые бланки карты крови. На всякий случай – два. Хотя и одного хватило бы. И с трудом вытащил с полки атлас кровной принадлежности.

– Чем резать? Хоть иголка есть? – Лиска горела энтузиазмом.

– Нож для бумаг сойдёт? Он острый!

– Давай ты – мне, а я – тебе, – Лиска протянула тайному брату указательный палец. И не отдернула его от лезвия ножа. Котик не дал ей руку и царапнул себя сам.

– Девчонки – первые! – предложил он.

– Нет, лучше ты. Ты – принц, – улыбнулась она. Улыбка получилась слегка натянутой. Лиска заметно нервничала, стала ещё бледнее и затаила дыхание.

Котик не спорил. Быстро поставил метки кровью в каждый квадратик в рядах. Долго ждать не пришлось. Несколько клеток серой бумаги налились другим цветом. Довольно ярким. Значит, род у принца чистый, много процентов одной крови, мало примесей. Бывает, карточка переливается всеми цветами, словно разбавленными акварельными красками.

– У меня всего три ячейки, легко запомнить. Теперь ты, – он пододвинул карточку Лиске. – Ставь сверху. И сравним.

Она старательно прижала палец к каждой клетке. Пустой и цветной. Но цвет нисколько не изменился, а пустые ячейки остались пустыми.

– Почему не работает? – забеспокоился Котёнок.

– Может, мы мало подождали?

– Да сколько ждать? – Котик тряс бланк, требуя немедленно показать родство! – Ладно, ставь здесь, – сдался он, указав на запасной бланк. – Сейчас сравним, от нас не скроется!

Лиска нажала на палец и повторила операцию. Все ячейки получили по точке крови. Некоторые впитали её бесследно, а некоторые стали цветными. Но Лиска не смотрела. В последний момент она отвернулась к окну и дрожала, как настоящий листик.

– Ну? Что там? – не оборачиваясь спрашивала она, пока Котёнок листал атлас и высчитывал, что значит каждая ячейка.

– Поздравляю, ты – принцесса! – сообщил он. – Постой, тут что-то очень странное…

– Что там? – вскрикнула Лиска.

– То, чего быть не может. Сама смотри!

Наконец она решилась. Бросила взгляд на стол и обмерла. Там лежали две абсолютно одинаковые карточки. С тёмно-бурой ячейкой – четвёртой в нижнем ряду, с блестящей, как фольга, – второй во втором ряду сверху и с верхним голубым квадратиком сбоку, вне клетчатого ряда, где отдельных ячеек стояло всего три.

– Что это значит?! Какой процент?

– Никакого, – проворчал Котик. – Мы одинаковые. Смотри сюда, – он открыл страницу, всю расчерченную золотистыми и голубыми рядами. От самого бледного оттенка до самого тёмного. – Вот это наш, 65–70 процентов королевской крови, – он указал на голубой квадратик, совпадающий по насыщенности с их карточками. – Значит, больше трёх поколений чистых или смешанный брак только в последнем.

– А это что? – Лиска указала на блестящую серебром ячейку.

– Кровь горцев, повелителей злата и серебра. В нашем случае – серебра. Двадцать процентов. Это кто-то из дедов-прадедов был из Холодного крыла. Там сильверголдов больше всех.

– А это? По-настоящему похожее на сухую кровь?

– О, тут под восемьдесят! Звериный, то есть бестиарский род.

– Естественно! – хмыкнула Лиска. – В династии Домино звериных родов больше всех! Это ещё от принца Совина! Ты – бестиар. Но почему у меня нет растительной крови, как у папы, а вместо неё – бестиарская?

– Ну… – мучительно попытался свести всё к шутке принц, – потому что ты Лисичка, а не Листик!

– Перестань, я серьёзно!

– И я серьёзно, – выдохнул Котик. – Читай, что значит, если совпадения по цвету сто процентов.

Лиска через его руку заглянула в книгу.

– Мы близнецы?! Но это значит…

– Кто-то из нас празднует не тот день рождения. Мы не могли родиться в разные дни…

– …и от разных родителей, – мрачно закончила Лиска. – Но как? И почему так вышло?

– Ты – принцесса, – уверенно повторил Котик. – И ты должна жить в башне… со мной. Но что-то случилось, и тебя… может быть, потеряли. Или спрятали.

– От врагов? – Лиска невольно перешла на шёпот.

– Боюсь, что от меня, – скривился Котик, словно сам виноват в судьбе сестры. – Мне почему-то постоянно твердят, что мне нельзя привязываться к родным, нельзя дружить с ровесниками… Что-то у нас в семье не так, как полагается в Домино! У нас есть тайна. И как я понимаю, страшная. Потому мне и запрещали выходить из башни к чужим людям. Чтобы я не нашёл тебя!

– Но ты нашёл, – сквозь слёзы улыбнулась Лиска.

– Не я, а он, – Котик кивнул на серого котяру. – Это судьба, Лисичка! Мы стопроцентно одной крови, и нам обряд не нужен.

– С ума сойти, – покачала головой Лиска. – Кот и лиса. Бред! – она потрясла головой, прогоняя картинку. Потом снова воспрянула: – Я знаю, какой подарок хочу на день рождения! И знаю, как вытрясти из Мани правду! Прячь всё и бежим, пока нас не застукали!

Котик поспешно вернул атлас на полку, а бланки крови спрятал в карман. Оба. Ни один эксперт на свете, кроме учёного мага, не различил бы, где чья карточка.

Секрет Майи

Лиска всё больше чувствовала в себе лисью хитрость: изобретательность в отчаянных условиях. Она молчала до самого дня рождения, но улучила момент накануне утром, когда сестра отца пришла сделать племяннице красивую прическу.

Десятого мая тоже праздник – день рождения наследного принца! Лиска собиралась на площадь вместе со всеми славить королевский род. Жанжар уехал с помощниками ещё на рассвете, отвёз цветы в башню, потом вернулся, снова загрузил тележки праздничными букетами и уехал торговать на площадь.

Нарядная, как садовая клумба, Маня Курций-Флокси с гордостью продемонстрировала племяннице новую шляпку. Букетики к ней сделаны из шёлка и никогда не вянут, но выглядят и пахнут как настоящие!

– Я не хочу заплетать волосы! – капризничала Лиска. – Оставь распущенные!

– Но чем тогда ты в праздник отличаешься от будней? – укорила молодая тётушка. – Давай я заплету то-о-оненькую косичку по кругу, как веночек? Украсим её цветами, а почти всё останется свободным, если тебе нравится.

– Давай!

Мадам Курций-Флокси обожала делать причёски и макияж подругам. Втайне она считала, что её призвание не только помогать брату-садовнику и мужу-молочнику, что главного успеха она добьётся, открыв собственный салон красоты. Такой, как в Шёлковом крыле, только поменьше.

– Какая ты красавица, Майка, – залюбовалась Маня отражением племянницы. Девочка терпеливо стояла перед огромным зеркалом, дожидаясь завершения шедевра.

– От Майки слышу! – засмеялась Лиска. Она хотела обернуться, но тётушка держала кончики косичек.

– Не вертись!

– Мань, почему меня назвали в честь тебя, а не в честь мамы?

– Жанжар так захотел, – затаённо вздохнула сестра садовника. – Я думала, ты будешь Майя-Лилия в честь нас обеих, но ему слишком трудно произносить Лилькино имя постоянно. Вот так и вышло… И всё равно ты – Лиска. Это одно из сокращений Лилии. Правда берет своё… Прорастает даже сквозь камень!

– Ага, – многозначительно подтвердила Лиска. – Но ты ведь меня очень любишь, да?

– Люблю, конечно, – тётушка приколола последнюю заколку и поцеловала племянницу в макушку.

– Нет, ОЧЕНЬ? – настаивала Лиска.

– О-бо-жаю! Смотри, красиво? Какие возьмём цветочки? Белые флоксы или розовые?

– Какие хочешь. Лучше и те, и те. Мань, сделай мне большой подарок!

– Какой?

– Секрет! Ты обещай, что сделаешь!

– А вдруг я не сумею? – засомневалась старшая Майя.

– Сумеешь! Только ты и сумеешь! Потому что ты самая лучшая тётушка во всём Домино!

– Ах ты подлиза! Ладно, обещаю.

– Ты точно обещаешь? Поклянись!

– Ооох, что за вредина? – застонала Маня. – Ну хорошо, клянусь коровой!

– Неет, – засмеялась Лиска. – Ты же не Курций! Дядя всегда так говорит! Мань, я серьёзно! Поклянись жизнью!

– Твоей?

– Да хоть моей!

– Что ты задумала? – тётушка уловила подвох и нахмурилась. Лиска послала ей невинный серебристый взгляд через зеркало.

– Просто желание. Нетрудное. Но очень важное. Я завтра именинница или нет?

– Нет, ты капризная коза! – развеселилась Маня. – Но я сделаю то, что ты попросишь. Потому что очень люблю капризных коз! У них молочко вкусное!

– Отлично, – Лиска прицельно прищурилась, как она умела. – Тогда расскажи мне правду о моём рождении. Вернее, где вы меня взяли?

– Да кто тебе сказал такую глупость? – возмутилась Маня, но руки её дрогнули. Цветы посыпались на пол. Лиска помогла их собрать.

– Давай обойдёмся без полиции и проверки крови, – серьёзно попросила она тетушку. – Я знаю – и точка. Но расскажи, как это получилось?

– Ох, деточка… Я знала, вот знала, что тайна когда-нибудь всплывёт! – Маня сокрушалась, качаясь, как сосна под ветром. – Но я надеялась, не раньше твоего совершеннолетия…

– Мань, поздно думать, как могло быть! Рассказывай!

– Жанжар тоже знает? – глухо спросила тётушка.

Лиска удивлённо пожала плечами:

– Я с папой ни о чём не говорила. А он не знал?

– Нет. Ох, как ты меня напугала, Майка! Тогда моё условие: я расскажу тебе всю правду, но ты молчи. Ради отца!

Лиска кивнула.

– Мне кажется, мне всё приснилось, – пожаловалась Маня, когда они сели на веранде, где никто не мог помешать беседе. – Та жуткая ночь… Но ты мне обещала!

– Да-да! Рассказывай! – Лиска держалась лучше тётушки, но и её захлёстывало волнение. Сейчас она узнает тайну…

* * *

– Это было после весенней ярмарки. Жанжар тогда продал все зимние цветы, выращенные в теплицах, набрал ещё больше заказов и сам заказал все новые сорта… Он всё шутил, что, если будет девочка, придётся назвать Снежинкой в память о таком успехе! Но мы с Лилей не понимали этот юмор: как можно весеннюю девочку назвать Снежинкой?! Все знают, что…

– Май – лучший месяц в году! Да-да, я поняла, – подхватила Лиска. – Прости, молчу. Что дальше?

– И он уехал за рассадой. Заодно хотел заглянуть в Замок Грифона, в Хрустальный ряд, заказать новые теплицы, пока он богач. Путешествие заняло больше двух дней. Жанжар к ночи не вернулся, у Лили как раз начались роды.

– Какое это было число?

– Девятое. Вечер девятого, – Маня шмыгнула носом и провела ладонью по глазам. – Мы были как сёстры и тогда жили вместе в этом доме. Как началось, я помогала Лиле… Всё прошло хорошо! Родилась девочка…

Пока я завернула племянницу в пеленку, Лиля попросила воды и всё слабела… Я думала, она покормит дочку, но ей становилось всё хуже, хуже… Она не могла и руку поднять, чтобы взять дитя. Это зовут родовой слабостью. Странная хворь, у которой нет причин в теле, всё дело в настроении… Вместе с ребёнком я побежала звать лекаря, но даже до замка не дошла.

В саду совсем никого не было. Уже стемнело. Я побоялась бросить Лилю так надолго, вернулась к ней… А уже поздно. Она лежала белая-белая, очень красивая. И не дышала.

Тут девочка ровно что-то почувствовала, стала кричать, плакать, я понесла её в Молочный ряд. Лиле уже не поможешь, а малышку надо кормить…

Тогда я познакомилась с Курцием. Все лавки уже закрылись, я стучала во все двери, и он открыл. Сказал, что маленьким нельзя коровье молоко, надо козье, ушёл искать… А девочка затихла, пока я её несла. Я радовалась, думала, спит малышка, стала её будить. И поняла, что она очень странно дышит, нехорошо как-то. Пробовала я её привести в чувство, и согреть, и воздуху дать побольше, но ничего не помогло. Племянница на меня только раз взглянула, и всё…

Тут Курций вернулся с молоком. А я сижу реву… Рассказала ему, в чём дело, он-то думал, это моя малышка. Я убивалась больше, чем по своей. Ведь брат вернётся, что я ему скажу? Что не уберегла? Любимая жена – такое горе, но, знать, судьба такая. Роды-то хорошо прошли! А дочка? Дочка могла его утешить, отец жил бы ради неё, а что теперь?

И тогда Курций мне сказал… есть такой человек, Торговец Детьми. Если кому-то очень нужен ребёнок или, не дай Господь, не нужен – зовут его. Он помогает.

Ни он, ни я не знали, где искать этого Торговца и сколько это может стоить… Но Курций слышал, будто Торговец всегда рядом, когда в нём есть нужда. Мы вышли за врата. Уж я не знаю, что Михась наплёл стражникам, чтобы нас пропустили, я не слышала. Но мы пошли куда глаза глядят. Ночь, степь. Я племянницу так и не могла из рук выпустить, несу её… куда? Не знаю.

Смотрим – сколько звёзд высыпало… как будто все семена на грядках взошли. Миха говорит: «Наверное, позвать надо». Тут видим – фонарь светит. Едет большой фургон и не холстом затянут, как обычная повозка, а толстым узорным ковром. Такая круглая колымага, и правит ею мужчина в большой шляпе. Лицо закрыто, мы его не разглядели: фонари низко, мне глаза слепит, а слёзы так и текут…

«Что, – говорит, – ребёночка потеряли? Или свой – лишний?» Миха с ним разговаривал. Сказал, нам очень нужна девочка. Желательно, чтоб светленькая, на мать похожа. Тот говорит: «Вам повезло, есть девочка. Хорошенькая, как цветочек. А эту мне отдайте».

Я не хотела отдавать, думала схоронить племянницу в саду, чтобы там розы росли, а он не знаю, куда денет, нехорошо это… Торговец посмотрел на меня и говорит: «Зачем тебе чужой ребёнок, да еще мёртвый? Вы с мужем ещё столько родите!.. Бери девчонку и радуйся, что я сегодня добрый, денег не надо».

Я ошалела, откуда он всё знает? Даже забыла, что мужа у меня нет. Всякий бы подумал, что мы семья и девочка наша. Михась ему точно ничего не говорил, он потом тоже удивлялся! Я поменяла девочек, и мы вернулись в Молочный ряд тебя кормить. На вратах никто ничего не понял, уходили мы – стража думала, ребёнок спит, и так же вернулись.

Курций велел мне молчать до смерти! Если подмена не всплывёт, никогда ни за что не признаваться. Только он знал, что ты не Флокси. Он и кормилицу тебе помог найти. С тех пор мы вместе… – Маня замолчала, мысленно блуждая в лабиринте той майской ночи. К реальности её вернула Лиска.

– Откуда дядя Миха знал, что делать, если нужен ребёнок?

– Понимаешь, в Молочном ряду ведь и кормилиц нанимают. Они всякие такие истории друг дружке пересказывают. Правда – не правда, но слухи ходят… И рано утром объявили, что в башне родился наследник. Курций сказал, что ты будешь счастливая, потому что в один день с принцем…

– А папа что сказал, когда приехал?

Маня вздохнула.

– Я так боялась, что Жанжар вернётся рано, но его ещё целый день не было. Мы успели похоронить Лилию, и на следующее утро в доме было полно людей. Все и радовались, и плакали, и брат попал сразу в водоворот, не успевал опомниться от новостей. Уехал на два дня, а столько всего случилось! Родилась дочь, умерла жена, в башне новый наследный принц, я выхожу замуж…

Он всё смотрел на тебя и ничего не говорил. Потом постоял за домом на могиле Лилии, сказал, какой сорт лилий там нужно посадить. И мы поспорили из-за имени. Брат всё решил по-своему, я только радовалась, что у него ещё есть силы спорить. Жанжар думал, ты родилась этой ночью, а не прошлой, и сказал, что будем праздновать твой день рождения одиннадцатого, чтобы это был только твой день, новый, без траура…

– Он нас ждёт, – напомнила Лиска и взяла тётю за руку.

– Давно ждёт, – упавшим голосом подтвердила Маня. – Только иди сама. Как я могу смотреть людям в глаза, когда я знаю, что ты знаешь… Я не могу!

– Вы всё сделали правильно! – твёрдо сказала приёмная племянница. – Думаешь, у Торговца мне было бы лучше? Да он вообще неизвестно куда мог меня продать! Даже вообще не в Домино! Не плачь, Мань, ты моя самая любимая тётечка! – Лиска горячо обняла жену молочника и прошептала ей на ухо: – Папа ничего не узнает!.. Уж точно, не от меня! И ты стой насмерть, даже не думай ему рассказывать! Пока можно молчать, молчим! Дядя Миха правильно сказал. И тебе, что ни говори, так повезло с ним!

– Майя! – укоризненно всхлипнула мадам Курций-Флокси. – О чём ты!..

– Настоящая Майя-Цветана умерла! – отрезала тайная сестра принца. – Я Лиска. Не мучайся, всё получилось хорошо. Что, лучше, чтобы папа остался и без жены, и без ребёнка, спился и умер с горя? Идём на площадь! У всех сегодня праздник…

* * *

Около полуночи, после всех торжеств, гостей и фейерверков, именинники в подвале обсуждали новости. Секрет Майи не приблизил их к разгадке, а ещё больше отдалил её. Как получилось, что девочка нашлась в руках Торговца Детьми – что за ужасная профессия? – объяснить можно. Её украли! Но почему в ночь на десятое мая она УЖЕ была в фургоне, если наследник в башне родился утром десятого?

– Получается, родители ничего не знают о том, что ты здесь, – напряжённо соображал Котёнок. – Майя принесла тебя обратно в башню случайно… Она точно не врёт?

– Нет, я уверена! – заступилась за тётю Лиска. – Она, когда рассказывала мне, снова пережила ту ночь. Мой папа ничего не знает, но твои родители…

– Наши! – поправил принц, сжав руку сестры.

– Не знаю, Котик, – Лиска болезненно сморщилась. – Что-то тут не то. Я уже думала… Не обижайся, вдруг ты – тоже?..

– Что «тоже»? – не понял принц.

– Родился не десятого числа… и не в башне…

– Ну да, мне няня говорила, что я родился ночью и не в башне. Накануне мама с папой уехали, а вернулись… уже со мной, – Котик захлопал глазами. Сестра молча сочувственно смотрела на него.

– Да ерунда! – решительно отмахнулся принц. – Ты ведь принцесса, а живёшь не в королевской семье! Тебя украли. Может быть, потому что мама родила не в башне, а где-то…

– Где? И почему они уехали в самый день родов? – подозрительно прищурилась Лиска. – Чтоб не было свидетелей?

– Не знаю, – растерялся Котик. – Их выманили чем-то. Это был заговор. Может, поэтому все надо мной так и трясутся, что я остался один…

– Раньше ты думал по-другому.

– Я думал, но теперь… Понимаешь, родители всегда ведут себя странно. Не так, как бабушка, дедушка и все родственники. Я чувствовал, они что-то скрывают…

– Знаешь, Маня и дядя Миха всю мою жизнь хранили свой секрет, а мы с папой ничего не чувствовали! Я о другом… Котёнок, какой у нас процент «звериной» крови?

– За восемьдесят.

– Но так бывает, только если оба родителя… Принц Лан не бестиар.

– С чего ты взяла? – надулся Котик. – Он охотник!

– Он – Елан, лесной человек. Сам спроси! В Тихом крыле лучшие лесники – сильвары!

– А хоть бы и сильвар! Зато весь род башни Снов…

– Ты же мне сам читал, – терпеливо напомнила Лиска. – Если смесь только в последнем поколении, родовой крови будет больше пятидесяти процентов, но не восемьдесят. Максимум – шестьдесят пять.

Принц недовольно цокнул языком и нахмурился:

– Сестрёнка, ты опять права. Но королевская ячейка врать не будет! Как же?..

– Мало ли бестиарских родов в Домино? В Замке Грифонов правят исключительно Орлы и Львы, в Стае – Волки, на Острове – Гуси, а ещё Рой! И в других крыльях их немало. Мы же все родственники!

Лиска впервые сказала о королевских семьях «мы». Но близнецов слишком увлекла новая тайна, чтобы отмечать мелочи.

– Кто так разбрасывается своими детьми? – не верил Котик. – Ясно, украсть могли двоих! Но столько лет прошло… почему нас не ищут?

– Не знаю. Может, наших родителей убили?

– Думаешь, этот Торговец…

– Нет, думаю, дворцовый заговор. Кто-то занял трон, а от наследников избавился, отдал Торговцу. Он хотел продать нас в разные семьи, но всё так запуталось из-за Мани…

– Борьба за трон? В Домино?! Не смеши, сестрёнка! Где у нас такой заговор, ради которого убивают? Это ведь было десять лет назад!

– Одиннадцать!

– Не важно, ведь не сто! Как не заметить переворот? Это уж такая сенсация… «Королевский листок» мимо не пролетел бы! Я каждый день учу историю и ничего такого…

– Значит, они хранят секрет лучше, чем Маня! Мы и её бы никогда не раскололи, если бы не наш Филин.

– Да, Филька молодец… – Котёнок задумчиво почесал голову. – Я снова за тебя боюсь. Ещё больше, чем раньше! Слушай, Лисичка, мы должны сидеть тихо, как наши соседи-мыши! Остался всего год до коронации. Став совершеннолетним, я наконец объявлю всем, что ты моя сестра, и потребую расследования! И ещё много чего…

– Нельзя! Так все узнают, что ты неведомо кто, а не наследник!

– Плевать! По крови я принц и буду коронован! Кто возразит? – когда Котик говорил так, с металлом в голосе, Лиска всегда улыбалась его горячности. «Мой принц из башни», – думала она. Но сейчас порывисто обняла брата, желая его спрятать от всего мира.

– Нельзя, Котёнок! Я не верю, что это несчастный случай, а не заговор, что я… мы… в общем, не верю! У нас есть могущественный враг, и мы не знаем кто! Не хватало, чтобы он догадался, что ты всё знаешь!

– Слушай, можно спросить у Алегора! – осенило принца. – Это наш предсказатель. Он что-то посоветует!

– Нет! Даже не думай рассказать кому-то! – зашипела Лиска.

– Я так спрошу, он даже не поймет, о чём я, – заверил Котик. – Не бойся!

– Береги себя! – Лиска ещё раз крепко обняла тайного брата и убежала. Котик смотрел с крыльца, как мелькает её платье в тёмном саду. Хорошо, что в империи Домино безопасно… И всё-таки случается такое!..

Встреча на канате

Ещё через год, восьмого мая, на рассвете Котёнок сидел на смотровой площадке башни. Рядом стоял наблюдатель, ниже по стене ходила рассветная стража, но принцу никто не мешал. Теперь Котик и Лиска считали, что родились девятого числа, и канун совершеннолетия – день настолько особенный, что Котик не мог заснуть. Его грызла тревога.

«Королевская дюжина» – законное совершеннолетие! На этот день рождения наследника ждёт особый подарок: предложение коронации. Можно принять корону, а можно отказаться в пользу младших. Есть седьмые принцессы, дочки Фелиции, правда, они ещё маленькие и родители не хотят, чтобы они правили. Но в день совершеннолетия младшая девчонка сама решит.

В конце концов, можно отдать корону любым родственникам… или взять время подумать. У него есть традиционные полгода на решение.

Белый принц Юрис, говорят, думал дольше всех в истории – ровно полгода, и всё-таки согласился на коронацию. Теперь жалеет. Сейчас ему восемнадцать. Полгода назад у него родилась сестричка, и придётся ещё очень долго ждать, чтобы спихнуть корону ей.

Котёнок помнил, как горячо обсуждали в башне тот «Королевский листок», где сообщалось о рождении белой принцессы. Мысли о предстоящем выборе носились где-то по задворкам его внимания. Всерьёз Котёнок всегда знал, что коронация нужна ему, чтобы решить множество дел, которые он не мог сделать раньше.

Последнее предсказание Алегора: «Ближе к совершеннолетию ваше высочество будет балансировать на канате. Нужна большая ловкость, чтобы не сорваться!» – пока не сбылось. Котёнок думал, речь о его решении насчёт короны, и не слишком интересовался этим. Спросить конкретнее о своей тайне принц не мог.

Он рассеянно наблюдал, как по равнине – Внутреннему Имперскому квадрату (так называлась территория внутри стен замка) – медленно ползли два разноцветных жучка: фургоны странствующего театра или цирка. Отсюда не видать…

– Можно бинокль? Пожалуйста! – Котёнок оглянулся к стражнику.

– Извольте, ваше высочество!

При сорокакратном увеличении афиши ещё не прочитаешь, но масть лошадей и картинки на фургонах виделись ясно. Похоже, театр. Но с танцами и акробатами. Зверинца точно нет, но следом за фургонами бежали две светлые лошадки, верховые. Значит, будут трюки на лошадях. Наверное, и фокусы! Такие представления самые лучшие – когда не знаешь, чего ждать!

Котик отдал бинокль и мигом помчался по винтовой лестнице вниз. Постоянный запрет выходить на площадь накануне совершеннолетия волновал его очень мало. Фургоны остановились на внутренних холмах, далеко от торговых рядов, на зелёной лужайке. Там лучшее место, чтобы устроить представление, это все знают!

* * *

Котёнок бежал через луга и холмы. На площади ему не встретились попутчики. Видно, никто из местных детей ещё не знает о приезде артистов. Ещё бы! Не у каждого есть такой обзор, как с башни! Да и рано ещё для представления. Наверняка мальчишки, разносчики новостей и газет, уже клеят афиши на площади, но родители не всякого отпустят праздно шататься вокруг театральных фургонов.

Котик думал поближе рассмотреть их. На фургонах всегда нарисованы самые главные герои представления и чем они знамениты. Но то, что принц увидел, когда достиг стоянки театра, стало для него сюрпризом почище любой летающей лошади или драмы в десяти действиях.

На ровной лужайке между холмами стоял один из фургонов. Возле него два парня дрались на шпагах – не по-настоящему, отрабатывая трюки, как на уроке. Какая-то тётушка следила за варевом на костре. Судя по знакомому терпкому дымку, готовила травяной чай от кашля. Таким часто поила принца Зинаида. Видно, кто-то простудился в дороге.

На другом краю лужайки стояли две тяжёлые расписные тумбы в человеческий рост. Между ними был туго натянут стальной канат. Внутри опор прятался механизм, позволяющий натянуть трос, как струну. По канату спиной к Котёнку шла девочка в тёмной кофточке и пёстрой юбке, сшитой из цветных ромбов. С распущенными светло-пепельными волосами. В одной руке она держала огромный лёгкий бубен. Балансировала им, как веером, и встряхивала в такт своим шагам. Она не просто шла, а танцевала. Но другой музыки, кроме тихого звона и эха бубна, сейчас не было. Не дойдя до соседней тумбы, девочка развернулась на носочке, чуть присела в реверансе и пошла обратно.

– Ты уже здесь?! – изумился Котёнок. – Когда успела?.. Не знал, что ты так умеешь! Здорово! А что ты так оделась? Будешь выступать с ними? Или хочешь вообще сбежать из дома?

– Ты меня с кем-то путаешь, да? – весело спросила сверху юная артистка.

– Лиска, хватит шутить! Слезай! – рассердился Котёнок.

Девочка звонко рассмеялась. Так же, как сделала бы на выступлении. Взмахнула руками, раскачалась на канате вверх-вниз, подпрыгнула и… только что стояла, уже сидит, изящно балансируя на проволоке боком, качает ножкой в балетной туфельке. Ударила в бубен и кувыркнулась, держась за трос. Легко соскочила на землю. Бубен болтался на руке, привязанный за петлю. Она забросила его на тумбу и подошла к Котёнку.

– Мы правда так похожи с твоей подружкой? – недоверчиво прищурилась, склонив голову набок. Ну, Лиска!

Но принц всё яснее, с ужасом, смешанным с изумлением, убеждался, что это чужая девочка. Совсем не Лиска!

У акробатки такие же волосы, как у его сестры, может, чуть более пепельные, но на концах они подстрижены неровно, лесенкой, и кажутся пышнее. У неё точно такое же лицо, только ещё худее, с более острыми треугольными скулами, подкрашенными румянами. Губы и брови той же формы, но ярче из-за краски.

Котёнок много раз видел, как принцесса Арина наводит красоту перед зеркалом, и не понимал, зачем это признанной красавице. Бабушка-королева тогда объяснила, что человек так стремится к красоте и творчеству, спорит с природой, делая её лучше, и проявляет это даже в цвете собственных ресниц.

Ресницы у знакомой незнакомки тоже выглядели иначе, чем у Лиски, – казались чернее и длиннее. И главное, она была сантиметров на десять выше Котика и Лиски, это уж не обман, он видел её туфельки без каблуков. Но глаза!.. Глаза точно такие же.

– Кто ты? – принцу словно дунул в лицо ледяной горный ветер Холодного крыла.

– Злата, – непринуждённо улыбнулась она. – Но все зовут меня Среброглазкой. Так и в афише пишут. Потому что только у меня такие глаза, видишь?

– Поверь, ты ошибаешься, – медленно покачал головой Котик. Глянул, где всходит солнце, и повернулся так, чтобы она могла хорошо его рассмотреть. Злата-Среброглазка медленно обошла вокруг него, остановилась напротив, глядя прямо в зрачки. Её лицо мгновенно стало таким же тревожно-удивлённым. Котёнок словно видел себя в зеркале.

– Кто ты? – точно так же спросила она, как гость минутой раньше.

– Шестой принц башни Снов. Меня зовут Котёнок… м-м, Константин.

– А почему ты… – она не знала, как сказать. Глотнула и начала заново: – Я везде искала похожих на себя. Присматривалась к людям во всех местах, где мы выступали. И никого не видела такого. Ты говоришь, что есть ещё? Кто эта Лиска?

– Моя сестра. Тебе сколько лет?

– Послезавтра – двенадцать.

– Ей тоже.

– Мы в самом деле так похожи? – не верила артистка.

– Ужасно! Сама увидишь! Я познакомлю вас! – заверил Котёнок.

– Значит, она принцесса? А я не знала, что…

– Молчи! – сообразил тайный брат. – Никто не знает! Лиска живёт не в башне… как и ты. Твои родители артисты?

Злата слегка пожала плечами, не зная простого ответа:

– Я приёмная дочь директора этого театра. На самом деле я дитя дороги. Меня нашли на обочине. И в пелёнках не было никакой записки, но в кармашке на одеяльце лежал один золотой. Потому меня и назвали Златой.

– Так ты найдёныш! – обрадовался Котик.

– Точно.

– Приёмный отец не пытался узнать, кто тебя потерял?

– Зачем? – скептически скривила губы Злата. Получилась горькая усмешка. – По откупу ясно, что меня подбросили нарочно и обратно не хотят.

– Но золотой – немалый откуп! Ты случайно не проверяла свою кровь?

– Не проверяла, – пренебрежительно ответила Среброглазка. – Нас пару раз задерживала полиция, не здесь, за границей, но обошлось. Я и так знаю, что кто-то из родителей был благородной крови.

– Откуда знаешь? – удивился принц.

– Чувствую! – засмеялась она. – Мне это часто говорят. Дворянский гонор сразу виден! Да и зачем ещё выбрасывать ребёнка, если нет сложностей с гербами? Деньги-то были!

– А у тебя… прости, я не просто так спрашиваю, на том, в чём тебя нашли, были какие-нибудь метки?

Среброглазка задумалась и больше не иронизировала о своём происхождении.

– Нет. Пеленки и рубашка самые простые. Никаких примет. Будто…

– …нарочно, – подсказал Котик. – Ты никогда не думала, может, тебя украли?

– В это всем хочется верить! – усмехнулась артистка. – У нас так много пьес о похищенных детках, которые после тысячи приключений находят свою семью! Я с детства в них играю, но уже не верю.

– А зря, – Котёнок сосредоточенно прикидывал, как скоро сможет добыть две чистые карты крови. – Нам нужно встретиться втроём! Ты будешь здесь весь день?

– Весь день, – эхом отозвалась Злата. – Но я буду работать… Приходите после вечернего представления туда, – она махнула рукой за ближайший холм. – Там главная стоянка. И там мы будем ужинать. Найдёшь меня… ты ведь найдёшь?

– Найду! – Котёнок сжал её руку. Среброглазка знакомо улыбнулась. И всё-таки она не Лиска! Смотрела на него будто из другой жизни.

– Смешной ты, принц… Ты правда думаешь…

– А что ты сама думаешь о нашем сходстве? – перебил он.

– Я не…

– Златка! – окликнул её взрослый мужчина с порога фургона. – Что ты стоишь бездельничаешь? Скоро представление! Беги к матушке, помоги проверить костюмы!

– Иду! – отмахнулась она. И вернула Котёнку заговорщицкое рукопожатие. – Приходи вечером! Последнее представление будет на площади при фонарях, когда уже стемнеет.

– Удачи, Среброглазка! – пожелал Котик. – До вечера!

* * *

Лиска отказывалась верить, что они с неизвестной девчонкой так похожи.

– О, я ревную! Скажи ещё, что мы – одно лицо!

– Лица у вас разные, – серьёзно ответил брат. – Но вы точно похожи больше, чем мы с тобой. А это что-то значит!

Дочка садовника с трудом переварила новость и перестала ехидничать.

– Тогда скажи, чем мы особенно отличаемся?

– Она вот так повыше ростом, – Котёнок показал уровень рукой, – и умеет ходить по канату.

– Подумаешь! – фыркнула Лисичка. Но больше всего на свете ей сейчас хотелось увидеть незнакомую артистку.

Ждать долго ни у кого терпения не хватило, и после завтрака Маня отпустила Курчат и Лиску на дневное представление. Котёнок не спрашивал разрешения, просто сбежал, оставив учителю записку.

На площади собралась огромная толпа. Но детей пропускали вперёд, и тайные брат и сестра отлично видели Среброглазку. Она играла несколько ролей. Танцевала на канате под музыку, прыгала в огненное кольцо и перелетала из рук в руки тех самых двух артистов, которые утром дрались на шпагах. Один – в чёрном костюме с блёстками, а другой – в белом.

В конце они высоко подняли её каждый за одну ногу. Среброглазка стояла на их ладонях и жонглировала тремя факелами. Парни пронесли её по кругу, наверное, вечером это смотрелось особенно эффектно. Потом, отдав огненные палки, артистка встала на руки, и каждый держал её за одну руку.

Юная артистка оказалась звездой труппы. Кроме цирковых трюков, Среброглазка играла на маленькой штуке со струнами, похожей на мандолину, пела, танцевала с веером и играла в спектакле принцессу, которую похитили разбойники и сами об этом очень пожалели. Два парня играли: «чёрный» – атамана разбойников, а «белый» – принца.

Публика хохотала, а Котик и Лиска всё теснее прижимались друг к дружке, словно во время грозы. Они впервые рискнули появиться на людях вместе и надеялись только на то, что зрители смотрят на сцену, а не по сторонам. В такой озорной роли сходство Златы и Лиски виделось особенно сильно. Манина племянница жутко боялась, что двоюродные братья что-то заметят. Да и Котёнок рядом…

Но Курчата веселились вовсю, ничего не подозревая.

В конце представления фокусник с цилиндром, толстая дама с учёной собачкой и Среброглазка с бубном обходили публику, собирая деньги. Принц бросил в цилиндр золотой за всех. Злата обходила другой край площади. Курчата, особенно старший, то есть Миха-младший, очень сожалели об этом, а тайные брат и сестра считали, что им повезло.

Когда занавес закрылся, Среброглазка послала публике воздушный поцелуй и юркнула в фургон. Он тронулся с места, переезжая ближе к Шерстяному ряду. Злата тут же появилась на крыше. Стояла там, размахивая ярким флагом, который вращался у неё, как мельница, привлекала новую публику и сообщала приёмному отцу, который правил фургоном, куда им ехать.

Курчата ныли, что у них ещё есть деньги на второе представление, и хотели увидеть всё на бис, но Лиска строго отправила двоюродных обратно в Молочный ряд помогать дядюшке в лавке.

А сама не вернулась в сад. Вместе с Котёнком они посмотрели ещё одно представление и удивились, насколько оно отличается от первого. Половина трюков, все песни, танцы, пьеса были другими. Наверное, на большой ярмарке можно ходить за фургоном весь день, и у театра хватит программы, чтобы радовать постоянных зрителей. Только два номера повторялись всегда – танец Среброглазки на канате, хотя она каждый раз исполняла его по-новому, и разные трюки с учёной собачкой и попугаем. Они очень смешно передразнивали друг друга, это можно было смотреть бесконечно.

Увы, Котёнок мог только прогулять уроки. Попустить королевский обед равносильно тому, чтобы подписать себе домашний арест на весь вечер. И это ещё особое снисхождение, как к скорому имениннику. Они с Лиской нехотя расстались, договорившись вырваться из дома на вечернее представление.

* * *

Котик ждал сестру возле садовой двери башни, но Лиска всё не приходила. Уже темнело. Кажется, на вечернее представление они не успеют…

Наконец дочка садовника прибежала к крыльцу.

– Куда ты пропала? – зашипел Котёнок. – Я волновался!

– Папа не отпускал, – буркнула она. – Ему так уж срочно понадобилось сортировать луковицы тюльпанов и гладиолусов!

– Идём, мы опоздаем!

– Нам всё равно нужно дождаться, пока все разойдутся, – устало вздохнула Лиска. – Не беги! Пойдём потихоньку…

Они шли вместе через полупустую вечернюю площадь и сумеречные холмы. Надеялись увидеть огни и услышать издали музыку и смех зрителей, но равнина Внутреннего Квадрата казалась вымершей. Брат и сестра уже с тревогой оглядывались, думая, что идут не в ту сторону. Они взобрались на ближайший холм и огляделись.

– Может, уже закончилось? – неуверенно спросил сам себя Котик. – Нам туда!

– Уверен?

– Я был здесь утром! Злата сказала, стоянка за тем холмом.

Они прошли ровную репетиционную поляну, на которой встретились Котик и Среброглазка.

– Ты карточки взял? – напомнила Лиска.

– Угу. Но почему так тихо? Не видно огней костров, не слышно песен?

– Они же за холмом. А тихо… за день устали.

– Ещё бы! Столько народу развлекать! Я на королевских торжествах тоже устаю, но чтобы так… – наследник башни вздохнул, сочувствуя новой сестре.

– Я знаю, что близнецов бывает больше двух, но это такая редкость! – задумчиво сказала Лиска. – Почему нет слухов о пропавшей тройне? Или, думаешь, нас ещё больше? Тем более что…

– …мы королевской крови, – понял Котёнок мысль сестры. – Если детей не ищут, значит, некому искать. Для слухов кто-то должен знать, что мы родились… а, кажется, никто не знает. Может, нас сразу разделили? Один ребёнок привлекает меньше внимания!

– А родителей что, убили? Или ты по-прежнему думаешь, четвёртая чета, Арина и Елан…

– Не знаю. Но представь на минутку, родителям сказали: «Молчите и сидите тихо, а то последнего потеряете!» Вот ты бы на их месте что делала?

– Так значит, похититель из своих… – сообразила Лиска. – Он рядом и следит за каждым твоим шагом, а ты его не знаешь! Тогда да, опасно поднимать шум. И лучше хранить тайну, боясь за жизнь единственного оставшегося сына.

– Я другое не понимаю, – хмурился Котёнок. – Кто бросил Злату на дороге? Не мог же Торговец Детьми дать за неё золотой, вместо того чтобы продать такую красивую принцессу подороже!

– Не знаю… с Мани он тоже денег не взял…

– Ему нужна была другая девочка! Наверно, чтобы обмануть кого-то. Чтобы не искали пропажу. И кто-то думает, что его дочка умерла!

– Пожалуй, – согласилась Лиска. – Такой на всё способен. Но Злата… Не понимаю, почему её подбросили с деньгами?

– Думаю, это сделали похитители. Тебя отдали Торговцу, а её бросили. Может быть, видели, что едет театр. Странствующие артисты нигде подолгу не задерживаются, ездят по разным краям. Их фургон – отличное место, чтобы спрятать кого-то, если не хочешь, чтобы нашли!

– Нет, я бы не сказала! – возразила Лиска. – Артистов все знают, и они могут оказаться где угодно! Так ты её и встретил!

– У каждой стороны по две медали, – философски заметил Котик, перевернув пословицу. Лиска невольно фыркнула.

* * *

Взойдя на второй холм, брат и сестра поняли, что опоздали. Фургонов нет. Они обшарили площадку для привала и обнаружили три круга от костров. Зола в них ещё теплая. Значит, театр стоял здесь до вечера. Артисты ужинали. По крайней мере, собирались. И вдруг уехали? Зачем?

Ведь послезавтра день рождения наследника, праздник. Будут отличные сборы! Если учесть, что это день совершеннолетия, предполагаются такие торжества… возможна коронация. Кто же уедет по своей воле от башни Снов в такой момент?

– Так странно… – грустно вздохнула Лиска, выпустив из ладони струйку золы. – Как будто всё приснилось!

– Но я видел Среброглазку! Видел! Какой смысл её прятать?! – бушевал Котик. Но вокруг не нашлось никого, кто мог ему ответить. Ночной ветерок, трава и звёзды – только они свидетели несостоявшейся встречи принца и Лиски с новой сестрой.

– Уехали? Не верю! Их кто-то прогнал! Наверное, хорошо заплатили!

– Уймись, Котик. Всюду ты видишь заговоры!

– А ты не видишь? Думаешь, это бегство просто так?!

– Не просто, – покачала головой Лиска. – Мне тоже жаль. Знаешь, как мне жаль? Я ведь даже её не видела вблизи…

– Не плачь, Лисичка! Разберёмся! – сквозь зубы пообещал брат. – Театр – не иголка в замке! Можно послать гонцов во все концы Квадрата! Ах, если б у меня была корона!..

– Знаешь, – всхлипнула Лиска, – не думаю, что их попросили уехать. Может, они сами сбежали? Почувствовали какую-то опасность.

– Тогда за ними может быть погоня! – испугался Котёнок. – Им нужна помощь!

– А что мы можем? – уныло спросила сестра.

– Мы… – принц вскочил. Зажёг фонарик. – Лиска, представь, что это тебя увозят от меня! И ты никак не можешь сбежать. Что делать?

– Я бы оставила тебе записку, где меня искать.

– Где оставила? Ищи! Тут должен быть какой-то знак!

– Думаешь, Среброглазка сообразила? – воспрянула Лиска.

– Уж не глупее нас! Она должна оставить знак!

Они долго бродили по поляне между холмами, переворачивая каждый камень в поисках какой-нибудь подсказки, куда уехал театр.

– Котик, сюда! – позвала Лиска. Чуть выше по склону из травы выступала плоская стенка большого валуна, вросшего в землю. Его никак нельзя сдвинуть, да и не требовалось. Синий огонёк двух фонариков высветил нарисованного углём крылатого зверя.

– Замок Грифона! – хором воскликнули брат и сестра.

Гонки

– Что делать? – жалобно спросила Лиска.

Котёнок напряжённо подсчитывал в уме скорость повозки и расстояние до нужного пограничья, как часто делал на уроках математики.

– Как думаешь, если они хотят сбежать, будут ехать всю ночь без остановок?

– Не знаю, – сестра шмыгнула носом. – Я бы не останавливалась.

– А я бы остановился, – хмурился принц. – Я бы отъехал очень далеко, почти в центр Внутреннего Квадрата, но не к самой Снежинке, и там устроил привал. Если лошади не отдохнут, значит, завтра фургоны застрянут на весь день в Замке Грифона. А кто знает, что их там ждёт? Если есть опасность, я бы остановился на отдых подальше от всех стен.

– И что нам это даёт?

– То, что к Грифону они приедут где-то к обеду. Во всяком случае, после полудня. Успеем! Идём спать.

– А как же?..

– Завтра, – Котёнок взял сестру за руку, и они побрели обратно через холмы к башне Снов. Прощаясь, принц предупредил, что на рассвете ждёт Лиску на их месте в подземелье. Пусть соберётся в дорогу, возьмёт еду, деньги и что-нибудь от ветра – может быть холодно.

* * *

На рассвете, примерно в пять утра, когда солнце ещё не взошло из-за Свет-башни, принц и его тайная сестра тихонько пробрались на Красный мост. Стражи на мостах не было, но наблюдатели на башне увидят, как отъезжает тележка.

И наплевать! Пусть видят! В такое время подумают – гонец. Котик и Лиска предусмотрительно надели ветровки с капюшонами от утренней прохлады и для маскировки. Принц осторожно отцепил «скорлупку» из общей цепи, словно уводил собаку из будки. Открыл дверцу, приглашая Лиску.

– Ты правда первый раз? – переспросил он.

– Я уже говорила!

– Тогда тебе лучше сидеть спиной к дороге. Не так страшно будет, когда разгонимся.

– Я не боюсь, – слегка дрожа, ответила сестрица. – То есть боюсь, что нас поймают!

– И что? Все знают, как я обожаю гонки! – успокоил Котик. – Садись скорей!

Лиска послушно нырнула на мягкую скамейку так, чтобы ехать спиной вперёд, и взялась за железный маховик, похожий на короткие крылья мельницы. Только «двигатель» тележки ходил не по кругу, а вверх-вниз, как качели. Котик запрыгнул на «капитанское» место, так они с Феликсом называли скамейку лучшего обзора, уверенно захлопнул дверцу, покрутил циферблаты измерения скорости, расстояния и времени, выставив новый отсчёт, и взялся за маховик.

– Поехали!

«Скорлупка» – так называли тележки только заядлые гонщики – тронулась с места. Без скрипа плавно развернулась и выехала на прямые правые рельсы. Почувствовала незаметный уклон и заскользила всё быстрее.

– Ух ты! – у Лиски перехватило дыхание. Мост пролетал мимо, казалось, они парят над ним, ведь рельсы шли по верхнему ярусу и выносились чуть в сторону от самого моста, по которому могли проезжать кареты, товарные подводы и ходить люди.

Рельсы приходились «скорлупке» по верхнему краю дверей. Тележка сидела глубоко и никак не могла вылететь. Но с первого раза в это верилось с трудом.

Через четверть часа полёта Лиска приноровилась к ритму маховика, удивительной картине удаляющейся башни, разматывающейся позади дороги и бегущей внизу травы и холмов Внутреннего Квадрата.

– Точно успеем?

– Ага! – откликнулся Котёнок. – Сама считай! Все знают, что Большой Имперский Квадрат примерно десять тысяч квадратных километров. Им до Замка Грифона нужно проехать почти сто километров. А нам по двум мостам – сто двадцать! Так? Ночью они не могут гнать коней. Даже если ехали пару часов быстрой рысью, в основном шли шагом. И сделали привал не меньше трёх часов. Их средняя скорость получается не больше шести-восьми километров в час. А у нас, если хорошо разогнаться, будет под тридцать, а когда сбавим скорость, поднимаясь в гору перед Снежинкой, будет десять-двенадцать. Мы движемся почти в три раза быстрее их. Этого хватит, несмотря на крюк в расстоянии!

– Надеюсь! – крикнула сквозь ветер Лиска. Она радовалась, что брат сказал взять куртку. В ушах свистело, «скорлупку» обвевало холодом.

На третьем часу пути уже начался подъём, но хорошо смазанные и сильно разогнавшиеся колёсики тележки не ощущали трения. А дети пока не чувствовали особой усталости. Котик, привычный к этому маршруту, усердно качал маховик за двоих, чтобы сестра не устала. Трудными для Лиски оказались только последние несколько километров. Когда круглые стены Снежинки уже виднелись вдали, руки совсем устали, и «скорлупка» еле тащилась. Так казалось по сравнению с предыдущим вольным полётом. На самом деле она двигалась всё-таки быстрее и пешехода, и фургона, едущего шагом.

На другом конце Красного моста ранних гостей тоже приняли за гонцов и уже встречали.

– Добро пожаловать в Снежинку! – коренастый мужчина с круглым добродушным лицом помог путешественникам открыть дверцу и подал Лиске руку. – Что-то срочное?

– Да! – подскочил к нему Котёнок. – Ваши наблюдатели видели два театральных фургона? Куда они поехали?

– Сейчас узнаем.

Мужчина оказался хозяином одного из трактиров, которые кольцом опоясывали площадь Снежинки на среднем этаже. Ниже шли гостиницы, а верхние этажи занимали гонцы, почта, редакции новостей и наблюдатели. Дежурный провёл гостей в ближайший зал возле редакции, связался с наблюдателями и через несколько минут сообщил новости.

– Наблюдатели южной стороны видели сегодня два фургона. Проехали в сторону Туманного крыла.

– К Замку Грифона?

– Не напрямик. Они держали курс именно на середину крыла. Куда поедут дальше, к Грифону или к Морской, – кто знает?

– Ясно, – кивнул Котёнок. – Спасибо вам.

– Помощь нужна? Может быть, отдохнёте часок?

– Не успеваем, – виновато отказались «гонцы». – Как быстрее всего добраться до Орлиного моста?

– По крыше Снежинки ходит такая же тележка. Следите за указателями, не то проскочите мимо!

Брат и сестра ещё раз поблагодарили и помчались на крышу. Тележку нужно было вытолкнуть на рельсы с бокового пути. Котик повёл её вокруг Снежинки. Лиска читала указатели. Они проехали две станции, Волчий мост и Рыбный мост, и сошли возле стрелки, указывающей на Орлиный. Спустились вниз к мосту и снова погнали «скорлупку» под уклон.

* * *

На этот раз ехали менее весело. Орлиный мост короче Красного, но теперь Котик сомневался, что фургоны стоят и ждут их возле Замка Грифона.

– Это я виноват, – повторял он. – Наверно, кто-то видел, как мы говорили со Среброглазкой утром. Донесли в башню, вот их и выгнали!

– Никто тебя не видел! Ты сам сказал, там были только артисты. Не думаю, что они доносили на своих.

– Ты хоть оставила записку дома?

– Само собой! А ты?

– Нет. Как-то не подумал. Предупредил слуг, что не пойду на завтрак. До обеда искать не будут, а потом…

– …пошлют гонцов в Снежинку! – угадала дальнейшие действия Лиска. – Там скажут, что с тобой всё в порядке.

Котёнок вздохнул, снова думая, как тяжело быть принцем. За каждым шагом следят!

Впереди что-то большое сверкало и переливалось на солнце, как дневной маяк. С каждым качанием маховика оно приближалось. И наконец в сиянии обрисовалась огромная хрустальная статуя с раскрытыми крыльями. Издали казалось, это крылатый конь. Совсем вблизи стала видна орлиная голова и поднятая львиная лапа. «Скорлупка» мягко повернула прямо под лапой и остановилась.

Хрустальная скульптура, сделанная лучшими местными стеклодувами из Зеркального и Хрустального рядов, стояла высоко на постаменте. Но Котику и Лиске казалось очень непривычным не видеть сразу за мостом громаду башни. Они впервые были в этом пограничье, действительно похожем на замок со многими невысокими башенками. Черепица на них отливала чистым золотом, так же как перья в крыльях, когти и глаза прозрачного Грифона.

Возле моста стоял пост стражи.

– Добро пожаловать! – шагнул к ним высокий стражник. – Вы в гости к Орлам или Львам?

– А что? – удивилась Лиска.

– Ничего, мы поспорили, – стражник со смехом оглянулся на напарника.

– Тогда оба проиграли, – улыбнулся Котёнок. – Нам нужны наблюдатели.

Стражник мигом принял серьёзный вид.

– Что-то срочное? Откуда вы?

Котёнок успокаивающе махнул рукой:

– Ничего. Я принц башни Снов, хотел пригласить к себе на день рождения артистов. В Снежинке сказали, к вам ехал странствующий театр…

Стражники обменялись взглядами.

– Не видели, – сказал высокий. – Спрошу у наблюдателей. Ваше высочество желает поприветствовать принцессу Орлину и её семью?

– Ой, нет, наверное, – смутился Котик. – Меня не ждали, и… у нас мало времени. Передайте им наилучшие пожелания. Увидимся на празднике!

Один стражник ушёл наверх узнать, что нового у наблюдателей на башнях. Котик и Лиска шептались в сторонке, стоя возле перил моста. Второй страж их не слышал.

– Ты хорошо знаешь принцессу Орлину? – спросила дочка садовника.

– Не очень. Видел пару раз на общих праздниках и на картинках в «Листке». Но думаю, вон то её окно.

– Откуда знаешь?

– Видишь, там флаг. Небесно-голубой – её любимый цвет.

– Она одна из наследниц Домино? А правда, что Орлина – невеста принца Юриса?

– Не знаю, думаю, газетные сплетни. Она года на три старше нас, коронована как Орлина Умница. Высокая, худая, строгая, как учительница. Может, поэтому всем кажется, что она подходит для будущей белой четы? Или потому, что у них та же история, что с Юрисом: младшие наследники родились уже после коронации старших. У Орлины есть младший брат.

– Она действительно будет в башне на твоём празднике?

– Не знаю, – загрустил Котик. – Вообще не знаю, имею ли я право кого-то приглашать. Но мне столько твердили, что это грандиозное событие и там будут все, что…

Вернулся стражник и сказал, что театра у них нет. Один из наблюдателей видел, как фургоны артистов, не доезжая до Туманного крыла, свернули к Морской башне.

– Думаете догнать? – сочувственно спросил страж Грифона, видя, как расстроились дети.

– На чём? – безнадежно вздохнул принц башни.

– Если возьмёте быструю повозку, всё возможно. Наблюдатель видел их всего час назад. Ползолотого есть? Если нет – не беда, королевская чета не откажется помочь родне, да и любым гостям Замка Грифона.

– Есть! Есть! – радостно замахали руками брат и сестра. Узнав, где станция почтовых карет, они побежали вниз, к торговым рядам.

* * *

Поймав под Орлиным мостом самую маленькую карету, запряжённую четвёркой, Котик и Лиска рванули вдоль Туманного крыла в погоню за артистами.

В этой поездке ничем, кроме щедрой оплаты, они не могли ускорить бег кареты. Им оставалось только нервно смотреть в окно.

Чтобы не поддаваться панике, они решили наконец перекусить взятыми из дому запасами. Сейчас всего лишь полвторого, но выехали они рано и очень устали. Закусив здоровенными бутербродами с сыром, ветчиной и копчёной курицей с зеленью, Котёнок предложил сестре немного поспать на удобных кожаных подушках. Так время промелькнёт быстрее.

Договорились спать по очереди. Оставшийся смотрел в окно, чтобы не упустить фургоны. Котёнок размышлял, что в Снежинке и в Замке Грифона они осторожно интересовались, не искал ли артистов кто-то ещё. Им отвечали, что никто не спрашивал.

Может, зря они догоняют Среброглазку? Напрасно подозревают заговор? А вдруг это приёмный отец решил увезти дочь подальше от подозрительного мальчишки, с которым видел её на репетиции? Он ведь директор театра. Директор там – то же, что и король. Ясно, ему невыгодно терять звезду труппы, а кто знает этих принцев, чего им надо? Вот и уехал с глаз подальше.

Но никто: ни директор, ни другие артисты – не стоял так близко, чтобы заметить странное сходство Златки с незнакомым мальчишкой. А сама Среброглазка, если у неё хоть вполовину такой характер, как у Лиски, никому не болтала о знакомстве. В этом Котёнок не сомневался.

Не сходится.

Если им предложили намного более выгодное приглашение в Морскую башню, чтобы так сразу сорваться с места, то почему они не ехали напрямик, а петляли по внутренней равнине? И знак на камне – Замок Грифона? Либо они путали следы, либо сначала решили ехать к Грифону, а потом передумали. И дочка директора никак не могла знать этого заранее. Или знак – вообще ложный след? Но для кого? Кого они запутывали? Котёнка? Вернее, ту погоню из башни Снов, которую юный капризный принц мог послать за ними? Или боялись кого-то, кроме него?

Отсюда не узнаешь. Единственный способ прояснить всё – догнать театр и спросить, зачем и от кого они так убегали.

Внутри кареты не было часов – узнать время можно только у кучера. Вернее, их там двое. Один правит, другой смотрит по сторонам, отвечает пассажирам или отдыхает. Потом меняются. Вот этот другой парень и сказал, что едут они уже два часа. До Морской башни осталось меньше половины пути. Повозки торговцев пару раз заставляли сердце Котёнка подпрыгнуть от волнения. Но, всматриваясь получше в подзорную трубу, он сразу убеждался в ошибке. Театральных фургонов нигде не видно.

Лиска проснулась – теперь её очередь смотреть в окно. Но принц не мог заснуть. Они молча смотрели в разные стороны. Лиска – на подножие замка и торговые ряды Туманного крыла, Котёнок – на равнину.

Впереди блеснула река и вскоре побежала рядом. Они проехали вдоль Рыбного моста и лодочных пристаней, разглядывая каждую толпу народа. На торговой площади перед башней собрались два кружка вокруг шарманщика и акробатов, но это не театр Среброглазки. Почтовая карета домчала их даже меньше чем за три часа, но увы… Цели своей гонки они пока не достигли.

Котик и Лиска поблагодарили почтарей, щедро расплатились и побрели по лестнице на мост. С башни открывался отличный обзор. Если уж наблюдатели не видели…

* * *

– Эй, парень! Тут странствующий театр не проезжал? – спросил Котёнок.

На широком ограждении Галереи, соединяющей Туманное крыло с Морской башней, сидел светлоголовый юнец лет четырнадцати в тельняшке. Невысокий, но очень широкоплечий. Грыз орехи из пакетика. Возможно, сидел давно и многое видел. Дома, в башне Снов, у Котёнка это место на Галерее считалось любимым наблюдательным пунктом наравне с верхней площадкой стражи.

– Я тебе «Королевский листок», чтобы всё знать? – лениво откликнулся «морячок».

– Мог бы ответить и повежливее! – вступилась за брата Лиска.

– А что, твой дружок – принц, что ль?

– Да, принц!

– Подумаешь! – мальчишка бросил в рот последний орех, сунул пустой пакет в карман, слез с перил и вразвалочку подошёл к гостям. Они встретились на площадке моста, перед башней. – Так чего вы хотели?

– Странствующий театр, – повторил Котик. – Два небольших фургона, без зверинца. Видел такой?

Парень в тельняшке кивнул.

– Может, с полчаса назад они проехали Морские Врата и покинули пределы замка.

– Уехали? – расстроился Котёнок. – Совсем? За стены?..

– Не врёшь? – подозрительно прищурилась Лиска.

В лице мальчишки что-то изменилось. Он всерьёз покачал головой.

– Не вру. К морю поехали. Впереди лето, на Побережье лучшие сборы. Чего им здесь торчать?

– Ну да… пожалуй, да, – вздохнул Котёнок. – Там их не достанут…

Принц развернулся, чтобы идти к «скорлупкам». Ловить здесь больше нечего. Пора домой. Парень в тельняшке удержал его за плечо.

– Если что-то серьёзное, надо послать гонцов. Театр перехватят и вернут. Или сообщат им что нужно.

– Не надо, уже поздно. Полчаса не хватило!.. – брат посмотрел на Лиску. Она расстроилась, но держалась лучше него.

Парень в тельняшке пригласил их отдохнуть и поесть. Погоня, тем более неудачная, наверняка их вымотала.

– Спасибо. Ты вообще кто? – спросила Лиска.

– Морис.

– Морис Мечтатель? – Котёнок слабо улыбнулся, зная коронационное прозвище здешнего принца. – Наследник Морской?

«Морячок» без удовольствия подтвердил догадку.

– Серьёзно, если нужно вернуть театр…

– Оставь, Морис. Я пока не имею права отдавать такие приказы.

– Но я имею!

– И что ты скажешь? – принц башни Снов грустно покачал головой. – Не надо. Я боюсь им навредить. Пусть едут.

– Как знаешь, – Морис пожал плечами и протянул руку для знакомства. – Котёнок, да? Я тебя не узнал бы, если б она не сказала, – он улыбнулся Лиске, спросил её имя. Она ответила. – Идёмте в башню? Мои будут рады гостям. Поужинаете с нами и заночуете. Домой уже утром. Вас ищут? Можно послать голубя или передать зеркальными сигналами через Снежинку, что всё в порядке.

– Спасибо, ничего не надо, – попросил Котёнок. – Я сейчас не гожусь для светских приемов, а Лиска к ним не привыкла… Мы лучше сразу поедем. Вы же будете завтра в башне Снов? Там и увидимся.

– А, точно, у тебя совершеннолетие! Поздравляю! Насчёт завтра не знаю, а когда встанет вопрос о коронации, родители точно поедут. Ну и я теперь… – Морис улыбнулся, давая понять, что не большой любитель торжественных приёмов, но ради друга готов на жертвы.

Котёнок попросил у принца одну услугу. Хотел посмотреть с башни: вдруг театр ещё виден? Они вместе поднялись на верхнюю площадку наблюдателей, взяли бинокли.

Морские Врата стояли на реке, даже кареты с лошадьми и торговые подводы проплывали их на паромах, а не проходили. По ту сторону замка бурлила настоящая пристань. Более пёстрая и шумная, чем внутри, возле Рыбного моста. Ведь сюда заходили настоящие корабли с моря!

Река расстилалась от угла замка Домино необозримой широкой дорогой. Обшарив её берега в бинокль, Котёнку показалось, что на горизонте мелькнули знакомые фургоны. Но уже слишком далеко. Они почти растворились в дымке. Через пару дней они будут на Побережье. Конечно, театру там лучше выступать, чем в Домино. Там юг… и море…

Принц покосился на Мориса. На лице наследника Морской башни светилась почти та же мучительная тоска, какую Котёнок чувствовал в своём сердце. Он помнил, ходили слухи, что Морис задолго до коронации, лет в шесть-семь, пытался сбежать на море, чтобы стать юнгой. И, кажется, сейчас не оставил эти мечты. Наследник далеко не рад, что старшая сестра сбросила корону на него. Будь у него лазейка для отказа, Морис никогда не согласился бы на коронацию. Но следующей линии наследников у Морской нет. Так же, как в башне Снов.

– Точно хотите качать маховик сами всю дорогу? – Морис устал уговаривать гостей на ночлег в башне, но просил их хотя бы взять двух крепких слуг, которые довезут их до Снежинки.

– Не в первый раз, – отмахнулся Котёнок. – Когда руки заняты, мысли не так мешают.

– Согласен, – Морис принёс им еды в дорогу и пожелал удачи.

«Скорлупка» тронулась и быстро набирала ход. Теперь Лиска сидела на «капитанском» месте.

– Прощайте, принц! – шутя крикнула «морячку» Лиска и помахала рукой.

– До встречи!

Второй заговор

Как бы ни храбрился Котёнок, его силы и скорость «скорлупки» оказались небезграничны. Снежинка встретила их кольцом огней в темноте. Она горела, как сказочная корона.

Тайные брат и сестра согласились, что нанять перевозчиков – не проблема, но зачем тащиться по Красному мосту среди ночи? И сняли комнаты в гостинице. Заказали туда скромный ужин, дополненный королевским угощением из Морской башни. После бурных гонок хотелось только спать.

– Сегодня я объехал больше частей империи, чем за всю жизнь! – зевая, сказал Котёнок.

– Я тоже, – согласилась Лиска. – Жаль, всё напрасно.

– Может, и нет. По крайней мере, мы знаем, что Злата в безопасности.

– За стенами замка? На диких дорогах возле леса? Там на них могут напасть любые разбойники!

– Любые, но не наши внутренние, – возразил принц. – Я других так не боюсь. Да и странствующие артисты умеют за себя постоять. Столько лет ездят!

– Ты прав, наверное…

Помолчав, Лиска крепко обняла его:

– С днём рождения, братец!

– Так завтра же…

– Но ты родился ночью!

– Точно! Тогда и тебя поздравляю, Лисичка! Дождались… Слушай, у меня нет для тебя никакого подарка, нельзя же так! Хочешь, закажем торт со свечками?

Сестра устало покачала головой.

– Я не могу сейчас праздновать, как хотелось бы. Давай отдохнём. Завтра очень тяжёлый день, особенно для тебя.

Котёнок признал, что сестра права. Думать о завтрашнем торжестве совсем не хотелось. Но брат и сестра разошлись по комнатам и легли спать. Они заранее попросили хозяина гостиницы разбудить их на рассвете. Перевозчики доставят их обратно в башню… и будет скандал: «Куда пропали? Мы волновались!» Придётся напомнить, что они уже совершеннолетние. Они могут уйти из дома в любой момент, даже без спроса.

«Но совершеннолетие – не значит, что можно вести себя по-свински!» – именно так сказала мама Феликса в аналогичной ситуации. Что ж. Тогда пусть ругаются. Если им от этого легче…

* * *

– Принц, я не могла найти вас всё утро! – сурово заметила сыну принцесса Арина. – Вы помните, какой сегодня важный день?

– Угу.

– В таком случае переоденьтесь и примите вид, подобающий случаю. Скоро начнутся торжественные поздравления!

Котёнок вежливо поклонился матери и прошмыгнул в свою комнату. Обошлось! Раньше, чем надел парадный костюм, принц отправил голубиной почтой письмо Лиске, чтобы узнать, как у неё дела.

Сестра написала, что всё нормально. Маня прикрыла племянницу, отец не волновался.

Приняв поздравления от ближайших обитателей башни, после завтрака Котёнок выслушал длинное наставление королевской четы. Бабушка и дедушка очень серьёзно объясняли наследнику, какое ответственное решение его ждёт. Сложные последствия будут и если он примет корону, и если откажется.

Когда башня немного притихла перед торжественным обедом и встречей с прессой, юный принц решил заглянуть к Алегору. Когда советоваться с предсказателем, если не накануне главного события в жизни?

Поднявшись почти на чердак и подойдя к покоям предсказателя, Котик услышал за дверью знакомые голоса. Принцесса Арина чем-то возмущалась так, что стены тряслись. Требовалось переждать бурю.

Принц хотел вернуться позже, но услышал своё имя и упоминание принца Феликса и стал невольно прислушиваться. Всё-таки интересно, чем они так прогневали родителей, что те жалуются на них предсказателю?

– С тех пор, как Филька обручился с этой мышью, все наши планы под угрозой! – сердито выговаривала предсказателю Арина. – Вы что нам обещали? Корона не должна уйти от Котика!

– Не понимаю, право, чем Феликс и Мария угрожают вашим высочествам, – долетел приглушённый дверью немного хриплый голос Алегора. Предсказателю явно не дали выпить кофе, и он страдал от мигрени. – Они ещё даже не женаты…

– Чем?! – взвизгнула Арина. Муж что-то неразборчиво сказал ей, видимо, уговаривая успокоиться. – Они помолвлены уже полгода! Где гарантия, что эта «принцесса Мышка» не принесёт в подоле ещё до свадьбы? Я знаю нынешнюю молодежь! Тем более законные полгода размышления до коронации! У них навалом времени, чтобы родить восьмого наследника! И что тогда? Всё было зря?

– Но Арочка, наш Котик не будет долго тянуть с решением, – заверил голос Лана. – Он боец!

– Насчёт бойца… – вмешался Алегор. – Самый надёжный вариант для вас, чтоб предварительный выбор завтра стал настоящей коронацией. И после этого как можно скорее принц должен выйти на поединок. Только так вы не только удержите, но приумножите его корону!

– Поединок? – ужаснулась Арина. – Сейчас? Он же совсем ребёнок!

– Тем лучше! – бестрепетно ответил Алегор. Лан тоже буркнул что-то воинственное. – Остальные наследники такие же дети. От них не требуется убивать друг друга. Детский поединок пройдёт наиболее милосердно и безопасно.

– Дети?! Юрису восемнадцать!

– Арочка, ты же знаешь, как его называют, – снисходительно усмехнулся Лан. – Невоинственный принц! Да против нашего сыночка он хлюпик! Котёнка я сам учил, не забывай!

– Вам лишь бы драться! – всхлипнула принцесса.

– А для чего, в конечном счёте, мы его брали? – хладнокровно заметил муж и обратился к сообщнику: – Ты же нам обещал победу в поединке! Разве нет?

– Я вижу перспективы, – приглушённо отозвался Алегор. – У принца Снов почти нет конкурентов в открытом бою.

– А Морис? – не сдалась принцесса.

– Он крепкий парень, – поддержал жену Лан.

– Морской принц категорически не хочет править. Зачем ему корона императора? – по голосу слышно, что Алегор в этот момент пожал плечами, удивляясь отсутствию логики у своих посетителей.

– Но есть другие!

– Есть вероятности, – холодно перебил предсказатель. – И я в них разбираюсь! За это мне платят! Ваша задача – устроить коронацию в ближайшее время. Пусть принц объявит поединок. Когда это случится, я рассчитаю данные для его победы. А до тех пор прошу не надоедать мне понапрасну! Осмелюсь напомнить вашим высочествам о долге в триста золотых за предыдущие сеансы!

– Получишь, всё получишь, – грубо заверил Елан. – После коронации!

– Так вы уверены, что Феликсова мышь… – настаивала Арина.

– Уверен! Я не вижу на вашем пути лишнего новорождённого. Разберитесь наконец с теми, кто вырос!

Котёнок резко шарахнулся от двери после этих слов. Он слышал, что Алегор провожает посетителей. Бежать вниз невозможно, родители сейчас пойдут туда. Оставалась приставная лесенка на чердак. Именинник юркнул по ней. Пересидел опасность столкнуться с заговорщиками, но сам к Алегору не пошёл. Он уже услышал от предсказателя сегодня больше, чем нужно, тайн, о которых стоит подумать.

* * *

Лиска явилась на срочную встречу в Геометрический угол сада. Сквозь заросли шиповника и решётку замаскированной калитки она увидела Котёнка. Принц сидел на мраморной скамейке, на которой постоянно учил уроки. Выглядел он настолько ужасно, что Лиска испугалась.

– Эй, что случилось?

Услышав голос из стены, Котёнок подошёл к калитке. Он был растрёпан, волосы в паутине, лицо красное от волнения, на щеках – серые разводы пыли, словно вытирал слёзы грязными руками.

– Две новости, – хмуро ответил брат. – Во-первых, наши родители живут не в башне Снов и зовут их уж точно не Арина и Лан!

– Понятно, – Лиска давно это подозревала, поэтому ничуть не удивилась. – Что дальше?

– Я нужен им только, чтобы сражаться за корону!

– И это ясно! Но…

– Нет! За большую… за трон императора! Любой наследник может объявить поединок за корону, собрав всех остальных наследников.

– Зачем?

– Кто-то хочет захватить всю империю. Домино неприступно. Но если действовать законно, изнутри… Я для них только пешка. И почему-то мне кажется, Лан и Арина – тоже. Они всегда хотели власти, мне бабушка рассказывала, но… это не их план. Им говорят, что делать!

– Кто?

– Я слышал, Алегор. Но я его хорошо знаю. Не хватит у него мозгов, чтоб самому захватить империю! Он чей-то агент.

– Но он же предсказатель! – Лиска суеверно оглядывалась, чтобы их не подслушали.

– И маг. Но глава заговора, по-моему, не терпел бы такого обращения, как от мамочки… То есть от четвёртой принцессы. Он работает на них… и ещё на кого-то.

– Ты уверен, что главный заговорщик не в башне?

Котёнок развёл руками.

– Здесь я могу подозревать только дедушку. Но дед и так король! Интрига со мной ему не нужна. Что делать, Лиска? Если я соглашусь на коронацию… а буду тянуть, они мне жизни не дадут!

– Погоди, не ной! – велела сестра. – Я что-нибудь придумаю!

Она с минуту сосредоточенно молчала, крутя на пальце пепельный локон. Потом подозвала брата и горячо зашептала ему на ухо.

* * *

В огромном зале для торжественных советов собрались правящая чета башни Снов, её наследник, его родители – четвёртая чета, третья чета без принца Феликса и шестнадцать штатных репортёров «Королевского листка», отвечающих за каждую башню, пограничье и крыло в империи.

Совет собрался, чтобы определить порядок завтрашних торжеств. Репортёры должны знать о программе заранее, чтобы объявить её всем в вечернем «Листке». Иначе гости не прибудут вовремя.

– Что касается предварительного решения… – начал принц Лан.

– Позвольте мне сказать! – перебил Котёнок.

Королевская чета и родители принца напряжённо переглянулись.

– Говори, – разрешил король.

Репортёры раскрыли блокноты и нацелили перья.

– Что касается предоставленного мне завтра выбора: принять корону или отказаться, – звонко сказал наследник, – я даю предварительное согласие на коронацию! Это вы можете записать и оповестить всех. Но при одном условии! – Котёнок обвёл глазами овальный стол для заседаний, выдерживая паузу.

– Я хочу подарок к совершеннолетию. Самостоятельное путешествие вокруг империи! Только после него я дам окончательный ответ.

– Сынок, но после коронации ты и так побываешь везде и со всеми познакомишься! – попробовал урезонить наследника принц Лан.

– Я не хочу официальные визиты, папа, – возразил Котёнок. – Хочу пройти пешком, как Первый Император! – он снова обратился к журналистам: – Как вы понимаете, это секретное условие. И вы не можете трубить повсюду о моём путешествии инкогнито. Я полагаюсь на ваше слово, господа!

– Это опасно! – сдавленно произнесла Арина, глядя в стол.

– Обычная прогулка, мам, – улыбнулся Котик. – Только довольно длинная. У меня будет время подумать.

– Но… – хотел что-то сказать Лан.

Наследник поднял лицо к потолку, сжал руки, и в голосе его зазвенел металл:

– Напоминаю, что отныне я совершеннолетний и могу уйти без вашего согласия! Я только хотел получить родительское благословение в дорогу!

– Неглупая идея, – признала бабушка-королева.

– Слишком амбициозная, – оценил король. – Но я одобряю твоё решение, внучек.

– Я только за, – резко сменил курс Лан. – Это мужской поступок. Пойди посмотри мир и покажи себя!

Тётя и дядя принца тоже поддерживали его идею. Принцесса Алла вспомнила, что Феликс тоже устроил себе подобное путешествие в год совершеннолетия, но только не пешком.

– Почему нельзя исполнить эту блажь после коронации? – недовольно поджала губы Арина, оставшись в меньшинстве.

– Меня тогда все будут знать, – напомнил Котик. – Какое уж тут путешествие инкогнито?

– Логично, – сквозь зубы признал Лан. И повторил для репортёров, что о секретном условии никто не должен узнать из газет. – Когда ты хочешь выступать?

– Послезавтра. Это же не военный поход, пап! Просто прогулка! – наследник говорил преувеличенно легкомысленно.

– Один?

– Нет, я возьму с собой одного друга по своему выбору.

– Кого?

– Секрет!

Котёнок лучезарно улыбался. Таким его и сфотографировали для вечернего «Листка». Такой же портрет сделали на светорамку, объёмный, как по традиции полагалось в день совершеннолетия.

* * *

– Куда пойдём на самом деле? – принц и его тайная сестра поздно вечером в подземелье обсуждали будущий маршрут путешествия. – Вообще сбежим? На море?

– Конечно, нет, – терпеливо вздохнула Лиска. – Пока я думала, нас только двое… но теперь… Лучше всего найти этого Торговца Детьми и выяснить, где он взял нашу тройню среброглазок. Или… сколько нас всего?

– Так он тебе и скажет! – хмыкнул Котёнок. – Мы понятия не имеем, где его искать и как позвать. Это получается только у взрослых! Я думаю, надо по правде обойти всю империю. Может, появится зацепка?

– Откуда?

– Мы все из Домино, соображаешь? Если наши родители не в этой башне, то… они всё-таки королевского рода. И в другой башне или крыле могут найтись следы пропавшей тройни! Бро-Том всегда твердит, что, если где-нибудь убудет, в другом месте непременно прибудет!

– Ну да, но кто признается? Если до сих пор нас не искали…

– До сих пор нас не видели, сестричка! А если показаться участникам заговора? Посверкать глазками? Кто-то и дёрнется, а мы заметим!

– Уговорил. Но я иду с тобой! – Лиска боялась, что брат начнёт просить её остаться дома. Но Котик нежно взял её за руку:

– Я на это надеюсь, Лисичка! Ни о чём я так не мечтаю, как не расставаться с тобой хотя бы несколько дней!

– Разве ты не мечтаешь найти нашу настоящую семью?

– Но ты ведь думаешь, их нет в живых, – проницательно заметил принц. – Разумеется, я хочу раскрыть эту тайну. Но ещё больше хочу знать, кто крутит сейчас всю эту сеть вокруг большой короны и поединка наследников. А ещё-ещё больше хочу… просто вырваться на свободу! Идти куда глаза глядят. Только с тобой.

– И я этого хочу, – тихо сказала Лиска. – До послезавтра, братик. Держись!

Юные заговорщики разошлись, пожелав друг дружке спокойной ночи.

Часть вторая

Зелёный пояс

На другой день после всех торжеств, объявив народу предварительное согласие на коронацию и попросив время до окончательного ответа, Котёнок с утра искал в библиотеке Совиного крыла подходящую карту замка.

На обычных картах империю Домино окружали по границам узкая кромка гор на северо-западе и широкие полосы леса с юга, запада и севера. Квадратный замок со всех сторон окружала степная равнина, занятая где полями арендаторов, где – холмами пастбищ.

Внутренний квадрат почти по диагонали пересекала река. От северо-западных предгорий она входила в замок под стенами Холодного крыла, огибала половину Снежинки, некоторое время бежала под Рыбным мостом, пока не уходила сквозь врата под Морской башней за пределы замка и дальше к югу, где и впадала в море.

Море на карту не попало даже краем. Побережье осталось вне границ империи. Это единственное, о чём могли украдкой вздыхать жители Домино, мечтающие о путешествиях. Но даже они знали, что море близко, граница открыта, стоит собраться и…

Но, кроме обычных географических карт империи, в Домино выпускались отдельные карты на Большой Императорский Квадрат, замок с его внутренними помещениями.

Существовали и отдельные карты Снежинки. Они имели огромный спрос на ярмарках, чтобы гости «торговой арены» не заблудились в непрерывной круговерти.

Именно подробную карту Большого Квадрата искал юный путешественник. Только на ней нанесены особые дорожки, по которым можно обойти весь замок на разных уровнях. Их шесть, и все обозначены разным цветом.

Самый верхний путь, между широкими зубцами крепостной стены, – Звёздная дорожка. По ней совершает обход империи верхняя стража. Каждый гарнизон ходит по своему участку туда-сюда, обмениваясь новостями в точках встреч. Со Звёздной дорожки – лучший вид на леса и поля за стенами замка. Она отмечена серебристо-серой ниткой на фоне более тёмных серых стен.

Широкая часть стен, можно сказать «крыша» замка, делится надвое: ближе к внутренним стенам идут настоящие черепичные или железные крыши – с башенками, чердаками, коньками и флюгерами, как полагается. А вплотную к внешней стороне стен проходит Зелёный пояс – самая красивая дорожка замка, вымощенная парковой плиткой и, естественно, отмеченная на карте зелёной полоской.

Именно по этой дорожке принц собирался идти основную часть путешествия. Конечно, пока будет хорошая погода.

Спускаться ночевать и просто прятаться от непогоды можно на Галерее. Третий уровень – наполовину открытый балкончик – опоясывает весь замок по внутренней стороне. Из Галереи – всюду ходы внутрь, в жилые помещения знатных родов. Общие помещения каждого крыла, такие как библиотеки, университеты, лаборатории, устроены на верхних этажах, а ремесленные цеха и мастерские – ниже Галереи. Она отмечена на карте белой дорожкой.

Говорят, весь замок можно обойти через подземелья даже без свечки! Для того и построен Слепой коридор – узкая дорожка, соединяющая все подземелья Домино. Бесконечный коридорчик без окон и боковых ходов, который можно пройти на ощупь и не заблудиться. Но у него есть ходы вверх, иногда довольно крутые лестницы. Все выходы в разные части замка из Слепого коридора не боковые, а верхние. Их тоже можно заметить в темноте по светлому пятну колодца.

Слепой коридор огибает все подземные ходы, проходит под вратами и на карте отмечен чёрным.

Само собой, есть Внешняя дорожка, она же Лесная. Та, что обходит весь замок снаружи. На ней проложена мостовая для карет и тротуар для нижней стражи. Всю Внешнюю дорожку прорезают множество ворот, въездов в замок. Только у башен и пограничий одни парадные внешние врата, а в каждом крыле их много!

С Лесной дорожки отправляются в лес все следопыты и охотники, по ней крестьяне привозят свой товар в замок. На карте она отмечена песочно-жёлтым, под цвет мундиров внутренней стражи.

И последний, шестой способ обойти всю империю по периметру – самый сложный: Внутреннее Кольцо, состоящее из торговых рядов. В каждом крыле это отдельный городок, с узкими улочками, тупиками, переулками, пристройками от каждой лавки, арками и даже зелёными сквериками.

Вот где проще всего заблудиться! Без карты точно не пройти. Дорожка сквозь ряды – их «главная улица», отмечена коричневым. Но пройти её без помех, чтобы ничто не отвлекло внимание, возможно только ночью, когда все лавки и мастерские закрыты. Во всяком случае, о таком рекорде, чтобы кто-то полностью прошёл Внутреннее Кольцо, Котёнок не слышал.

* * *

Совершеннолетие означало конец общеобразовательного курса, и этим утром принц Константин простился со своим учителем. Бро-Том помог ему выбрать лучшую карту Большого Квадрата, пожелал удачного путешествия и множества открытий, которые Котёнку, несомненно, пригодятся в жизни.

– Когда-то в Старом Свете существовал обычай, чтобы мальчики из приличных семей, став совершеннолетними, отправлялись на год-полтора в морскую кругосветку. Учились жизни. В Домино «вокругимперское» путешествие устроить намного проще. Я полностью одобряю решение вашего высочества.

– Спасибо, господин учитель… То есть Бро-Том! – кивнул принц. – Догадываюсь, вы посоветуете мне вести путевые заметки обо всём, что узнал и увидел. Я бы и сам хотел, но… У меня вряд ли будет время.

Учитель проницательно нахмурился:

– Я правильно понимаю, что путешествие для вас – не только повод развеяться и в одиночестве поразмышлять о будущем? У вашего высочества есть тайная цель?

– Есть. Но на то она и тайная! – улыбнулся бывший ученик. – Чтобы даже «Королевский листок» не догадался!

– Тогда… тем более удачи! – учитель крепко пожал руку принцу.

– Счастливо оставаться! – весело пожелал Котёнок. – Сделайте к моему возвращению парочку открытий вместе с Валенсием! Я приму корону и сразу награжу вас!

– Непременно, – пообещал Брат Томас.

В то время, когда обычно объявляли королевский завтрак, Котик и Лиска вышли на дорожку Зелёного пояса, ведущую от башни Снов по крыше Тихого крыла.

До этого предстояла ещё нелёгкая формальность: забрать Лиску из дому. Котёнок обратился с просьбой к принцу Феликсу, прибывшему в родную башню на торжества вместе с невестой.

– Что я скажу? – возражал Феликс. – Отдайте вашу дочь в спутницы принцу?

– Ты учился на юриста, придумаешь, что сказать! – настаивал Котёнок. – Ты брат мне или нет? Мне больше некого просить! Филька, пойми, никто не должен знать!

– Ладно, попробую. Пойдём, Мышь, выберешь себе самый шикарный букет во всём Домино!

Котёнок привёл принца Феликса и его Машеньку, которую все называли «принцесса Мышка», к садовой калитке, ведущей во двор Жанжара. Семейство Флокси (садовник, его сестра и дети) пришло в волнение от оказанной им чести. Сам принц Феликс, такой красавчик, любимец башни, вместе с очаровательной невестой навестил их скромное жилище!

Маня вспомнила, что всю юность провела в саду и на грядках, и рьяно помогала Мышке выбрать самый лучший букет. Феликс тем временем сообщил растерянному отцу, что его доченька неожиданно отправляется в далёкое путешествие.

– Вы слышали, что наследник взял время на размышление? – официальным тоном спросил Феликс.

– Да… что-то слышал… вчера.

– На время до коронации он хочет уехать из башни в сопровождении единственного спутника. Из всего королевства, по неизвестным мне причинам, выбор пал на вашу дочь Майю-Цветану.

– Но почему она?! – недоумевал садовник.

Феликс дипломатично пожал плечами, будто знает гораздо больше, чем вправе сказать.

– Это выбор принца. Могу предположить, что спутник должен быть достойным доверия и далёким от придворной жизни. Чтобы не оказать ненужного влияния… Так вы согласны?

– Право, не знаю. Я… Как-то всё неожиданно! – сомневался Жанжар.

– Не хочу вас обидеть, – мягко заметил пятый принц башни Снов, – но, если ваша дочь совершеннолетняя, требуется только её согласие. Юная госпожа Майя-Цветана, вы?..

– Согласна! – быстро сказала Лиска.

– Маня! – позвал садовник сестру. – Что происходит? Ты знала, что твоя племянница только и думает, как сбежать из дому?

– Что такого? – удивилась мадам Курций-Флокси. – Она взрослая девочка! С каким-то хулиганом я её, может, и не отпустила бы. Но принц! Его выбор такая честь для нас! – Маня присела в реверансе перед представителем наследника.

– Откуда эта честь на наши грядки? – ворчал Жанжар. – Когда же Лиске собираться?

– Немедленно, – невозмутимо сказал Феликс. – Юная госпожа, вам нужна крепкая дорожная обувь, запас еды на полдня и комплект одежды, подходящий для любой погоды. Всё необходимое вы добудете в дороге. Сколько вам нужно времени на сборы?

– Да я готова, – непринуждённо махнула рукой Лиска. – Минутку, только возьму плащ, тёплую кофту и купальник. Маня, ты дашь мне пару яблок и бутерброды?

– Конечно, деточка.

– Что происходит?! – яростно топнул ногой садовник. – Вы сговорились? Я чувствую себя полным болваном!

– Братец, братец, спокойно! – зашептала ему на ухо Маня. – Даже если ты так себя и чувствуешь, не обязательно вести себя как болван. Что подумает его высочество? А его милая невеста? Ты хочешь заказ на королевскую свадьбу или нет?

Жанжар пыхтел, как разъярённый ёж, но взял себя в руки и относительно спокойно проводил дочку до калитки.

Принцесса Мышка поблагодарила семью Флокси за чудесный букет, мило кивнула на прощание и вышла в калитку первой. Феликс заплатил три золотых и пропустил вперёд Лиску. На поляне тайную сестру ждал Котёнок. Они обнялись, не прячась от свидетелей, наперебой поблагодарили Феликса и Мышку за помощь, взялись за руки и рванули к башне.

* * *

Брат и сестра шли по Зелёному поясу над Тихим крылом. Светило майское солнце. Вокруг вдоль крепостной стены росли деревья. Зелёный пояс всей империи состоит из мозаичных кусочков, которые каждое крыло или каждый владелец обустраивает по своему вкусу. Там разбиты настоящие парки, сады, огороды, клумбы.

Для местных отличия в Зелёном поясе и создают названия микрорайонов в каждом крыле и пограничье. Кто-то выходит гулять на крышу замка к Алмазному озеру, а кто-то вырос на Каштановой аллее. Маленьких местных достопримечательностей так много, что даже курс географии не требует знать их все, разве что самые известные места.

Там, где шли Котик и Лиска, привлекали внимание множество спортивных тренировочных площадок и стрельбищ. Таких в Совином крыле нет.

Тут тоже цвели плодовые сады, среди деревьев и подстриженных кустов блестели небольшие искусственные озерца с пляжами. На маленьких площадках шумели фонтаны, манили запахом кофе и горячих булочек террасы кафе под открытым небом, встречались и просто частные зелёные дворики с плетёными креслами и столиками под деревьями, огороженные невысоким заборчиком.

Во внешней крепостной стене бесконечным рядом шли арки, гораздо больше обычных бойниц. Эти узкие метровые окна – на уровне глаз среднего человека, шли через каждые несколько метров. Из них тоже открывался отличный вид на территории за пределами замка. Арки-«бойницы» пропускали солнце на грядки Зелёного пояса и радовали глаз.

Поскольку башню Снов они покинули до завтрака, парочка путешественников нашла удобную скамеечку среди цветущих вишен, достала бутерброды и устроила короткий «военный совет».

– Я бы так шла и шла здесь, – мечтательно вздохнула Лиска. – Такая красота! По-твоему, как часто мы должны спускаться на Галерею или вниз, чтобы встречаться с новыми людьми и чтобы все нас видели?

– Даже не знаю, – Котик сделал сложное маневренное движение бутербродом. – Нужно появляться в центрах внимания людей. Это башни и пограничья, а в крыльях… где там центры? Я думаю, Лисичка, у нас получится само собой с кем-то знакомиться. Нужно искать ночлег, еду… мало ли что понадобится.

– Я тут подумала, – Лиска смотрела вверх сквозь белые цветущие ветки, – нас тянет друг к другу какое-то чутьё.

– Да, ты всегда оглядываешься, когда я прихожу! Как бы тихо я ни притаился!

– Вот-вот. Ты тоже сам нашёл меня и Среброглазку. Может быть, это неспроста?

– Ещё бы! Это судьба.

– Я не о том. Может, мы слышим голос крови? Если стараться идти так, чтобы вообще никого не встретить, а нас потянет к людям, возможно, там и будет кто-то важный для нас?

– А это мысль! – одобрил Котёнок. – Так и сделаем. Башни и пограничья – само собой, а в остальном постараемся пройти как можно незаметнее. У нас, конечно, не получится! Никогда не получается, когда хочешь спрятаться! Но пусть нас ведёт внутреннее чутьё.

Они немного помолчали, слушая щебет птиц в саду.

– Так тихо. Недаром это место называется Тихим крылом.

– Да просто утро, – Котёнок подошел к «бойнице» в стене и глянул вниз. – Смотри! Охотники из леса возвращаются. Не думай, внизу, в торговых рядах с дичью и в рядах лучников, очень шумно! Я сто раз там бывал. Но лучших следопытов учат действительно здесь.

– И шпионов? – спросила Лиска.

– Думаю, да, – принц Котик почесал за ухом. – Филька говорил: лучшие шпионы выходят из Верескового крыла, ведь там Шпионский ряд. Но там дипломаты и детективы – мозги, а не глаза и уши. Агентов для слежки все нанимают здесь.

– Так заговорщиков не вычислить, – признала Лиска. – В каждой знатной семье на службе специалисты отовсюду. Для того их и учат!

– Угу, – брат откусил яблоко и закашлялся. – А вообще мы смешные! – сказал он, отдышавшись. – Сидим себе болтаем в Тихом крыле, где слышно, даже если мышь проскочит! Вдруг здесь у крыш есть уши?

– Точно! – спохватилась Лиска, понизив голос до шёпота. – Вот здесь как раз надо молчать. Идём! Мы просто гуляем. Ничего не ищем, никого видеть не хотим. Если нужно, говори очень тихо.

Котик кивнул. И ещё много часов они в молчании шли по цветущему Зелёному поясу, присматриваясь к каждой тени, прислушиваясь к шорохам. Старались убедиться, что за ними нет слежки. И тем не менее, когда одна из придворных семей, подданных правящей четы башни Снов, гостеприимно дала детям ужин и ночлег, из окна вскоре вылетел почтовый голубь с сообщением для принца Лана, что с его наследником всё в порядке.

Гусиный остров

Путешествие шло для Котика и Лиски в удовольствие. Они гуляли по Зелёному поясу, почти не разговаривая, исследуя новые места. Или спускались вниз к торговым рядам, когда хотели добыть еду или развлечься.

Котёнок показал сестре несколько своих любимых павильонов для стрельбы из лука и из ружья. Он не старался похвастаться перед Лиской, а выигрывал денежные призы. На них и делались покупки. Это самая приятная особенность Ловецкого ряда.

В одном павильоне Лиска захотела за десять грошей испытать свои способности следопыта. Аттракцион представлял собой сложный лабиринт. Нужно пройти ловко и без ошибок кучу заданий, не попасться в ловушки, не спугнуть «дичь», которая взлетала на пружине и орала сиреной.

Лиска набрала триста баллов – один из лучших показателей. Ей полагался приз: что-нибудь из охотничьего снаряжения по её выбору и ещё один бесплатный заход в павильон. Призовую игру она отдала брату, а себе выбрала маленькую сумочку с бахромой и коробку здоровенных спичек, способных ненадолго заменить факелы и гореть даже под водой. Котёнок очень старался, но набрал всего полтораста баллов – приза не заслужил, только фанфары. Охотничий рожок торжественно протрубил трижды, объявляя конец игры.

Вдохновлённая успехом Лиска взяла в другой палатке ещё урок стрельбы из лука и метания ножей. Старый ловец со шрамом на щеке сказал, что «из девчонки выйдет толк, если чуток позаниматься». В его устах это звучало солидным комплиментом.

Они бродили вдоль Ловецкого ряда, съели по четыре жаренных на открытом огне тонких колбаски и грызли грильяж на палочке с цельными лесными орехами, по форме как мороженое.

– Послушай, – веселилась Лиска. – Получается, невеста Феликса, Мышка, – отсюда, из Мышиного крыла?

– Ага. Потому её так и зовут. А что?

– Вдруг она тоже шпионка? Она такая тихая… И очень милая!

– Да пусть следит за Филькой, ему полезно! – подхватил Котик. – И потом, Мышь – там, а мы – здесь.

– Я думала, они сейчас живут тут, в Тихом. Всё забываю спросить, Мышка из какой семьи?

– Папа, естественно, охотник. А мама… кто-то из знати. Графиня или герцогиня, я не помню.

– Значит, они точно не сойдут с линии наследования? – спросила Лиска.

– Не, не должны. Потому мам… принцесса так и волновалась!

Лиска догрызла карамель с орехами и бросила палочку в корзину для мусора.

– Все говорят, империя Домино самая безопасная! – иронично сказала она. – В ней самое счастливое и беззаботное детство… Это у нас-то! Что же творится за пределами замка?

– Многое, о чём мы не знаем, – с лёгкостью угадал Котёнок. – Ну что, тебе ещё чего-нибудь хочется?

– Только вернуться на верхнюю дорожку. Думаешь, мы прошли уже половину крыла?

– Надо было считать ворота! Тогда знали бы точно.

– Я и считала! Их уже двадцать!

– О, значит, скоро половина. Всего их пятьдесят.

* * *

Тихое крыло прошли за два дня, останавливаясь только на ночлег и краткие прогулки в обед на площади. К полудню третьего дня впереди показался мост. Брат и сестра невольно ускорили шаг.

– Рекомендую! Мост Птицелова! – широким жестом представил Котик, как старого знакомого. Хотя сам видел этот мост впервые. – Знаешь, почему его так называют?

– Потому что соседи-охотники тренируются там ловить птиц! – пошутила Лиска. Она знала историю, но хотела услышать рассказ брата.

– Наполовину угадала, наполовину – нет! – развеселился Котёнок. – Мы подходим к Гусиному острову. По сравнению с Тихим крылом, тут постоянно стоит галдёж. Слава сторожевых гусей, понимаешь! Они действительно очень любят пение птиц. И каждый старается прикормить себе птичку. На мосту там широкие перила, туда насыпают зёрна и всякие семечки… Когда подружатся с птицей, стараются привлечь её к своему окну и уже на подоконнике оставляют угощение, воду и…

– Устраивают место для сна, – перебила Лиска, – специальную жёрдочку, чтобы птичка ночевала там в безопасности, а утром в благодарность пела! Я знаю. Вот были бы у тебя настоящие сапоги, Котик, поймал бы пару певчих птичек и подарил местной королевской чете! Тогда нас бы встретили как дорогих гостей!

– Я тебе не Кот в сапогах! – брат весело толкнул хитрюгу плечом. – И так хорошо встретят! На Острове правит род Гусь. И они уважают птиц. А у нас в башне Снов правят Совы. Сова – тоже птица!

– Да уж, ты птица высокого полёта! Если кричать на каждом углу, что ты принц, тогда всё легко! Попробуй прикинуться простым путешественником!

– Попробую, но не выйдет, – фыркнул Котёнок. – Будто не знаешь, чем славны «гуси»! Нас мигом раскроют.

– Но попробовать можно? – просила Лиска.

– Давай. Спорим, мы продержимся меньше часа. Твоя ставка, Лисичка!

– Полдня!

Они ударили по рукам, хотя никакого заклада не называли, спорили «на интерес».

Даже по Зелёному поясу чувствовалась граница между Тихим крылом и Гусиным островом. В открытых загончиках, где раньше паслись козы и кудахтали куры, всё чаще поднимали головы крупные полосатые гуси. Они провожали путников внимательным взглядом и переговаривались тихим гоготанием, как заговорщики. Непременно один-два в стае были совершенно белыми – знак местной породы. И флюгера на крышах ниже садов всё чаще изображали гусей или гусынь с выводком деток.

Кроме того, мост приближался. Даже не видя его, только выглядывая сквозь «бойницы» за стены, путешественники могли ориентироваться на главные Гусиные Врата как на центр пограничья. Спутать их невозможно: туда постоянно проходили стаи гусей, которых крестьяне гнали с полей.

Котик и Лиска свернули на боковую дорожку, ведущую к лестнице вниз. Её отмечал указатель «Мраморный мост». Догадаться, что лестница приведёт их к мосту, легко и без карты.

Вблизи мост Птицелова действительно казался мраморным. Хотя был точно таким же железным, с каменными опорами, как остальные мосты империи, но его нижние перила и витые столбики покрывала эмаль из мраморной крошки, отчего мост сверкал на солнце.

На площадке перед мостом расположилась скульптурная группа мраморных белых гусей. Стая застыла на бегу с раскрытыми крыльями и клювами. Казалось, они тревожно кричат. Иллюзию дополнял возмущённый гусиный гогот, долетающий снизу, из Гусиного ряда.

– Хочешь есть? – спросил Котёнок сестру. – Спустимся что-нибудь поищем?

Лиска согласилась, они спустились на площадь. Пожалуй, самую шумную торговую площадь, какую обитатели башни Снов видели до сих пор, если не считать праздничных ярмарок в Снежинке, которые видела только Лиска.

– Мышеловки! Лучшие мышеловки! – кричала тётенька на углу. – Ни одна мышь вас больше не потревожит!

– Шкатулки с секретом! – с хитрым видом зазывал старичок. – Ваша личная переписка будет надёжно спрятана!

– Сейфы, дверные замки, щеколды, цепочки, – басом сообщал бородатый мастер, увешанный цепями, как цирковой борец. Он действительно демонстрировал силу, разрывая не слишком крепкие дверные цепочки, рекламируя более прочные из особого сплава.

– Сигнализация-а! Новейшая сигнализаций-ааа! – завывал паренёк в серой рабочей куртке и кепке. – С гарантией! Лучший результат! Надёжность и чуткость! – он кричал столь пронзительно, словно сирена новой сигнализации уже стояла у него в глотке.

Брат и сестра прошли технические и сельскохозяйственные лавки, где на каждом шагу продавали гусей, нашли палатку горячей еды, купили по дешёвому пирожку с печёнкой и выпили по чашке тёплого бульона. Капитала, добытого успехами принца в стрельбе, оставалось ещё десять грошей. Хватит на ужин.

– Котик, почему на нас все оглядываются? – шёпотом спросила Лиска. Брат и сестра постоянно ловили в толпе косые взгляды, а деревенские кумушки, хозяйки гусей, завидев их, начинали шушукаться, передавая друг дружке какой-то секрет.

– Не на нас, а на тебя, – легкомысленно ответил принц, продолжая жевать. – Сразу видно, что ты не местная! Хочешь маскироваться – надо чепчик купить!

Лиска хихикнула в кулачок.

Королева Гусиного острова в юности пасла гусей на холмах. И любимым головным убором бывшей пастушки до сих пор остался белоснежный чепчик с рядами кружевных рюшей. В нем её величество изображали на всех портретах и карикатурах в «Королевском листке». В подражание королеве на Гусином острове пошла мода на чепчики даже среди знатных дам. Чепцы разных форм, чаще всего круглые, с рюшами, носили все, от торговки до герцогини. В них, естественно, щеголяли все девчонки. Даже совсем маленьким мальчикам летом надевали чепцы вместо панамок.

К столику, рядом с которым дети стоя пили бульон, подошла застенчивая румяная девушка, похожая на горничную из хорошего дома.

– Простите, я вижу, вы гости Острова, – сказала она. – Вы, случайно, не из башни Снов?

– Да… – брат и сестра переглянулись.

Девица радостно вскрикнула и захлопала в ладоши.

– Принц Константин и его спутница? Идёмте же, скорей идёмте во дворец! Матушка-королева Гертруда объявила награду тому, кто найдёт вас! И я выиграла! Как здорово! Идёмте же, вас все ждут! Вам будут так рады! – щебетала аборигенка, увлекая гостей за собой обратно к мосту и дальше наверх, в королевские покои.

– Ну что? – на ходу шепнул Котик сестре. – Кто выиграл? Часа не прошло!

– Надо было надеть чепчик, – проворчала Лиска. – В следующий раз…

Они переступили порог зала.

– Его высочество наследник башни Снов принц Константин! – зычно провозгласил мажордом, которому шепнула о гостях девица, нашедшая их. – И его прекрасная спутница…

– Майя-Цветана, – Лиска обречённо сделала реверанс.

Навстречу им поспешила радостная королевская чета: король Густав Пятый и королева Гертруда в своём фирменном чепчике. Полные, молодые и жизнерадостные, хотя шевелюра короля белела сединой, они горячо приветствовали гостей, словно давно их ждали. Чуть в отдалении более скованно держались дети: принцесса Августа и её младший брат, нынешний наследник Гуся – Густав-младший.

– Я радостно удивлён таким приемом, – с трудом держась этикета, выговорил Котёнок. – Мы путешествуем инкогнито… и очень любопытно, как вы узнали?

– О, мы ждём вас третий день! – махнул рукой король, словно о самой обычной вещи. – «Королевский листок» намекнул на путешествие для раздумий, а потом от соседей поползли слухи, что вы идёте в нашу сторону. Это такая честь! Гуська, что я говорил? Ну, кто ещё будет спорить с папой?!

– Га-га-га! – буркнул принц, на вид младше десяти лет.

– Не так, а встань, чтобы тебя все слышали! – потребовал король. – Ты мне проспорил! Долг чести!

– Га! Га! Га! – показательно продекламировал Гуська, захлопав руками, как крыльями. Смущённо усмехнулся на одну сторону и доверительно сообщил Котёнку: – Я не верил, что вы из башни Снов пойдёте к нам, на Остров, а не к Морской! Я бы пошёл к Морской! – принцы пожали руки, знакомясь.

– Мы только-только заезжали в Морскую башню, видели пристань, – вмешалась Лиска. – Иначе ты бы выиграл.

– Ага! – принц обернулся к отцу и не по-королевски показал ему язык.

– Гуся! – всплеснула руками мать. – Что подумают гости!

– Что у вас весело, – с завистью улыбнулся Котёнок, думая, что не помнит такого веселья в башне уже лет восемь.

– Мы рады приветствовать вас на Гусином острове, – сказала королева. – И, если это не вразрез с вашими планами, прошу, остановитесь у нас и гостите, сколько пожелаете!

– Да мы всего лишь на денёк, – оправдывался Котёнок.

– Конечно-конечно! Отдохнёте, покушаете, посмотрите достопримечательности, и в путь! – хором соглашалась королевская чета.

Королева показала принцу и Лиске их комнаты, где можно спать на мягкой перине, оставить вещи или взять всё необходимое, в том числе любую одежду. Просила отдыхать и обещала позвать их к обеду.

Приведя себя в порядок для торжественного выхода в свет, попрыгав на мягких перинах, брат и сестра сели на кровати в комнате Котика.

– Тебе к лицу чепчик! – засмеялся он. – Вот, ты хотела знать, следили ли за нами в Тихом? Конечно, следили!

– Я не жалею, – отмахнулась Лиска. – Надеюсь, та девушка получит хорошую награду. Да, верно, что «гуси» все знатные сыщики, но чтобы настолько!

– Дружная у них семья, правда? – мечтательно спросил Котёнок. – Так ведь не сыграешь!

– Угу, – вздохнула Лиска. – Принцесса Августа наша ровесница? Выглядит старше! Это с ней ты должен биться на поединке?

– Не, она уступает право наследования Гуське, а он ещё несовершеннолетний. Так что Гуси вообще не в игре. Если только принц не откажется от короны в пользу старшей сестры специально, чтобы она участвовала.

– Августа тебя завалит! – уверенно сказала Лиска.

Котёнок фыркнул, вспомнив крупную круглолицую принцессу.

* * *

Во время обеда, проходившего в семейном кругу без особых торжеств, все познакомились поближе. Позже Гуся вызвался показать гостям достопримечательности. Сестра степенно сопровождала их, почти не вмешиваясь в беседу.

Машинально поглаживая по голове одного из мраморных гусей и воинственно взмахивая свободной рукой, Гуська повествовал об истории переименования Острова.

Гусиный Остров – историческая загадка. Никто не знает теперь, как пограничье называлось во времена Первого Императора. Вероятно, тоже какой-то «остров». Может быть, Мраморный? Но рядом нет мраморных карьеров. Откуда взялось первое название моста, тоже неясно.

– …и тогда предатель открыл подземный ход, и враги вошли в замок! Они собирались захватить гарнизон! Стояла тёмная ночь. Кроме стражи, все мирно спали и не догадывались о смертельной опасности! – вдохновенно рассказывал Гуська, словно сам был свидетелем. – Но в кухне гарнизона были закрыты два белых гуся. Солдатский повар собирался зажарить их к обеду на следующий день. Гуси услышали подозрительный шум, почувствовали опасность и подняли такой крик!

Эхо раскатилось под гулкими сводами крепости. Все окрестные гуси подхватили сигнал тревоги, а за ними залаяли собаки и всполошились люди. Гарнизон подскочил и увидел врага уже в замке!

Лазутчиков, конечно, обезоружили и захватили, предателя потом казнили, а двух гусей личным королевским указом возвели в звание сторожей. И дали каждому в награду целую стаю серых гусынь, чтобы от них пошла новая сторожевая порода. С тех пор наши сторожевые гуси лучшие в империи! – с гордостью заключил Гуська.

– Хватит, это все знают! – одёрнула младшего брата Августа. – Остров с тех пор прозвали Гусиным, и все наши лучшие мастера стали делать крепкие замки и сигнализации. С годами это переросло в традицию. А прежнее название забылось.

– Мы слышали об этом, – подтвердил Котёнок. – Но достоверно эту историю рассказывают только здесь! Спасибо, Гуська!

– Слушай, Котик, – поинтересовался младший принц, – ты какое коронационное прозвище себе возьмёшь?

– Пока даже не думал, – растерялся Котёнок. – А ты?

Густав-младший вздохнул.

– Я хотел бы что-то значительное, – поделился он. – Густав Проницательный или Зоркий…

– Скорей уж Лопоухий! – вставила Августа.

– Вот, видел? – горестно показал на сестру ладонью Гуська. – Слова не скажи! Да, прозвище нужно брать из личных качеств. Чтобы никто придраться не мог!

– Мне ничего приличного в голову не приходит, – засмеялся Котёнок.

– Отчего же? – лукаво улыбнулась Лиска. – Константин Хитроумный! Звучит?

– Угу, – скривился он. – Умница у нас Орлина, мне останется просто Хитрюга. Очень красиво!

– Зато правда. Котёнок у нас отличается резвостью мысли и самообладанием, – похвалилась братом Лиска и обернулась к Августе: – Так странно думать, что в Домино могут быть предатели… Что когда-то враги хотели захватить замок… Всё это было на самом деле? Прямо здесь?

– Есть и более современные случаи, – хмыкнула «гусиная» принцесса. – Не двести лет назад!

Глаза у Лиски загорелись:

– Ты что-то слышала?

– А как же! – Августа уверенно махнула ручкой. – В Паучьей башне постоянно плетутся заговоры. А в Белом крыле их раскрывают! Вот до нас ничего и не доходит!

Гости посмеялись вместе с Августой, потом принцесса ответила серьёзно, что ничего толком не знает, но однажды на уроке истории, пока дочка занималась с гувернанткой, родители вспомнили и обсуждали какой-то давний случай: пропала королевская чета, и ходил слух о захвате власти. Но где и нашлись ли правители потом, Августа так и не узнала, хотя старалась. Смогла выяснить только, что это случилось сразу после её рождения.

– В год твоего рождения? – насторожилась Лиска. – Тебе двенадцать?

– В августе будет тринадцать, – солидно уточнила принцесса. – Да, где-то в эти годы. Если бы я могла, поехала в Снежинку и посмотрела все подшивки «Королевского листка»!

– А что тебе мешает?

– Гуську даже на день не оставишь! – заверила старшая сестра. – Надо присматривать за бандитом! Ведь если с ним что случится, править придётся мне, а я не хочу!

– Можно подумать, я хочу! – хохотнул Гуська. – Долг зовёт, сестричка!

– «Листки» совсем не там, – сообразил Котик. – Они в архиве, у нас, в Совином крыле! Если б я знал, пролистал бы нужные годы!

– Жаль, – согласилась Августа. – Если можно, напиши мне, когда вернёшься домой.

– Обязательно! Только напомни. Ведь тогда будет коронация, то-сё, могу забыть.

Улучив момент после прогулки, Лиска поймала брата:

– Ты ведь искал в архиве всякие зацепки! Разве не помнишь?

– Искал… – признался Котик. – Не только пролистывал хроники и «Листки», но и выписывал отдельно события, которые казались подозрительными и могли скрывать заговор.

– Ну!

– Там много было! Так не вспомню… Смены власти тоже были. Но я тогда… ты понимаешь, искал больше всё связанное с башней Снов… Эти случаи точно из других мест!

– М-да… знай мы точно, что и где искать, давно нашли бы! – Лиска погладила брата по плечу. – Не расстраивайся. Найдём.

– Одно мы уже узнали, – стараясь не падать духом, бодро сказал Котёнок. – На Гусином острове никто о среброглазках ничего не слышал! Это уж точно! Если бы кто-то что-то знал, слухи не скроешь! Августа и Гуся точно их выследили бы!

– Значит, завтра начинаем новый поход. В гости к белой чете!

– Я боюсь встречи с ними, – вздрогнул Котик. – Говорят, они всех видят насквозь! А я чувствую себя обманщиком, даже когда называю своё имя!

– Я с тобой, братец! – напомнила Лиска. – Если судьи империи не помогут нам разобраться, то кто поможет?

– Думаешь, стоит им всё рассказать? – усомнился принц.

– Не уверена. Разберёмся на месте.

Белая чета

В первый день перехода по Белому крылу брат и сестра даже не спускались в торговые ряды за едой. Гостеприимное семейство Гусь не отпустило их в дорогу без припасов.

Кроме того, король лично настоял, что им нужны походные рюкзаки. А помимо рюкзаков Котик и Лиска получили по особому дорожному плащу на случай дождя и холода. Хотя погода стояла отличная, отказать королеве не удалось, она настояла на плащах.

– Удобная вещь, – уговаривала Гертруда. – Попробуйте, не пожалеете! Тонкая шерсть с непромокаемым покрытием с внешней стороны. Они несшитые, из цельного куска, и способны разворачиваться в одеяло! Вдруг вам придётся лазить в холодных подземельях? А если польёт дождь? Нет, моё сердце будет не на месте, если вы уйдёте без плащей!

Гости поблагодарили и согласились. В свёрнутом виде легкие, но объёмные плащи-одеяла заняли половину рюкзака. Половина осталась для корзинок с едой.

Лиска подарила принцессе Августе как сувенир свою кожаную сумочку, выигранную в Ловецком ряду. Она не нашла другого подарка, когда Августа почти потребовала, чтобы гостья взяла с собой удобную ночную сорочку в кружевах, в которой спала. Ночнушка – единственная полезная одежда, которую Лиска забыла захватить из дома. А принцессе очень нравилась сумочка и особенно то, что это трофей за ловкость.

Гуся на прощание протянул Котёнку белую фигурку размером с шахматную. Мраморного гусёнка.

– Не надо, это, небось, твой талисман! – отказался Котёнок.

– Бери! – Густав-младший втолкнул тёплый камушек в руку гостя. – Это на счастье! В других местах дарят ангелочков, чтобы присматривали за теми, кто уходит далеко или остаётся один. А у нас лучший охранный талисман – сторожевой гусь!

Принц Снов улыбнулся и спрятал «сторожа» в карман брюк.

* * *

Отличие Зелёного пояса над Белым крылом от любого другого сразу бросалось в глаза. По верхнему краю крепостной стены тут постоянно встречались небольшие и совсем маленькие ветряки, приветливо машущие лопастями. Встречались так часто, что нет сомнений: они передают энергию ветра в каждый дом. У кого-то, наверное, стоит и по два: большой – для муки и поменьше – для прочих домашних «машин», приводимых в движение вращением основного колеса. Такие механизмы мололи кофе, пряности, орехи, отжимали масло, давили сок, отцеживали творог, качали воду, помогали стирать, перемешивая бельё в котле, развлекали детей движущимися игрушками или лампочками. Да мало ли ещё применений!

Котёнок и Лиска несколько часов дороги развлекались тем, что придумывали для маленьких ветряков механизмы самого невероятного назначения. Накручивать волосы! Чесать пузо собаке! Дразнить белку тем, что искусственная белка бегает в колесе быстрее и не устаёт!

Когда солнце село, ветерок, постоянно дующий сквозь дыры в стене, стал слишком холодным. Путешественники решили опробовать новые плащи. Оказалось, стоит застегнуть боковой шов, чтобы получился капюшон, закутаться в плащ, и тогда идёшь, как в палатке, совершенно недоступный для холода, дождя и ветра.

– Ух ты! В таком здорово северные края покорять! – восхитился Котёнок. – Можно и ночевать в нём где-то в горах…

– А давай попробуем! – мигом предложила Лиска.

– Что?

– Ночевать под открытым небом. Смотри, тут очаг для костра! Давай разведём огонь и пожарим бутерброды?

– Нечего переводить еду, – строго сказал Котёнок. – Мы по-настоящему испечём яблоки. Если понравится, потом где-нибудь купим картошки про запас и тоже испечём в костре. Зажигай!

Возле каменной чаши со старой золой на донышке стоял наполовину полный мешочек древесного угля. Рядом кто-то сложил хворост на растопку. Лиска деловито взяла совок, каким пользуются для растопки каминов и печек, насыпала уголька, прикрыла ветками и чиркнула огромной спичкой из своей призовой коробки.

Пламя весело затрещало. Полюбовавшись немного, Котёнок достал еду на ужин и закопал в золу пару яблок. Брат и сестра завернулись в плащи, сидели у костра и чувствовали себя бывалыми путешественниками.

– Знаешь, что я подумал… – начал Котёнок.

– Ага, – Лиска догрызла бутерброд с сыром и отдельно поджаривала колбаску, – что сейчас где-то далеко на Побережье у костра, наверное, сидит большая компания, и среди них – наша сестра Злата.

– Точно. И о том, что странствующие артисты часто проводят так вечера. Для неё это привычно, а мы – в первый раз.

– Я – второй, – похвасталась Лиска. – Я ведь бывала на ярмарке в Снежинке! Там вечерами много костров. И песни…

– Ты знаешь какую-нибудь дорожную песню? – у брата пламя отразилось в глазах, они словно вспыхнули красным золотом.

– Только «Птичку». И «Майскую», – смутилась Лиска. Она не считала себя большой мастерицей петь и пела, только когда её никто не слышал.

– Давай «Майскую»!

Они тихонько затянули хором: «Двенадцать месяцев в году, не веришь – посчитай…», заговорщицки посмеиваясь. Потом вошли во вкус и пели в полный голос. Зелёная баллада звенела над замком. Котёнок и Лиска ещё долго после ужина любовались на звёзды. А потом легли спать прямо у погасшего костра.

Плащи хорошо грели, но путешественники проснулись очень рано. Солнце светило в глаза, мягкая лужайка так давила бока, словно в ней одни камни. Брат и сестра умылись у ближайшего фонтанчика и признали, что нелёгкое дело – путешествовать по-настоящему, без отступлений на ночь под крышу, в лоно тёплой постельки. Этому надо учиться!

* * *

На второй день пути солнце успело подняться к зениту и спускалось в послеобеденной неге, когда впереди Котик и Лиска неожиданно увидели фигуры стражников. В Зелёном поясе они не просто до сих пор не сталкивались со стражей – они даже не пересекались с другими отдыхающими, пока сами того не хотели. Местные жители обычно гуляли и отдыхали в стороне от дорожки. Разве что кому-то приходила фантазия посмотреть за стены. Но для обзора окрестностей лучше подходила Звёздная дорожка, и желающие поднимались туда по лесенкам. Зелёный пояс оставался свободным. А тут патруль недвусмысленно пошёл им навстречу.

– Здравствуйте, юные господа, – негромко сказал глава патруля, грузный стражник с длинными усами. Вероятно, в другое время у него был зычный командирский голос. – Мы вынуждены предупредить, что, если собираетесь играть здесь, вы должны стараться не шуметь.

– В чём дело? – тем же приглушённым тоном удивился Котик. – У вас облава? Секретная операция?

– Это опасно? – шёпотом спросила Лиска.

Патруль заулыбался. Предположения чужаков их насмешили.

– О, ничего опасного для вас! Всего лишь дневной сон принцессы Лиоры. На этом участке объявляют тихий час, пока принцесса спит.

– Лиора? Белая малышка? Сестра Юриса? – сыпала вопросами Лиска, не забывая говорить потише. – Мы уже во владениях белой четы?

– Всё крыло – их владения, – терпеливо пояснил страж покоя. – Но сейчас вы действительно близко к жилым покоям королевской семьи. Видите, ветряки на стене не крутятся?

– Ой, верно! Я и не заметила. Думала, просто ветра нет.

– Посмотрите вперёд, юная госпожа, – показал направление стражник. Лиска убедилась, что метров за сто от них лопасти ветряных мельниц на крепостной стене медленно вращаются. – Это примета тихого часа. Чтобы остановить на время сна принцессы шумные машины, ветряки над покоями ставят «на якорь». Их можно останавливать по желанию. И сейчас желание королевы Галанты – максимальная тишина.

– Разве с Зелёного пояса что-то слышно в покоях на Галерее? – удивился Котёнок.

– Не везде. Там, где широкие печные трубы, – всё слышно. А в Белом крыле самые большие хлебные печи, вы об этом, наверное, знаете?

– Естественно! – понимающе кивнула Лиска. – Мы не будем шуметь. Спасибо за предупреждение.

Путешественники свернули в парк с аллеями цветущих каштанов, устроили привал на скамеечках между деревьями, усыпанными белыми пирамидальными «свечками», и съели по куску яблочного пирога.

– Насчёт печных труб я не подумал. Надо иметь в виду, – Котёнок покосился на край парка, за которым начинались крыши.

– Я не ожидала, что мы так быстро окажемся в покоях белой четы! – Лиска тоже настороженно оглядывалась и говорила почти шёпотом.

– Это я не сообразил! – признался брат. – Ведь белая чета живёт не в башне, значит, их покои могли оказаться где угодно в крыле, наиболее вероятно, посередине. А я даже не глянул на карту! Теперь вот – сюрприз.

– Придётся спускаться?

– Что делать? Визит вежливости необходим. Да и мы сами собирались… Вдруг что узнаем?

Сестра понимающе кивнула. Они наслаждались солнцем и зелёным простором, как заключённые, которых выпустили на краткую прогулку. Оттягивали визит к очередному королевскому двору, словно их там ждут неприятности. Заодно ждали, пока принцесса проснётся.

Конец тихого часа наглядно возвестили ожившие ветряки. Брат и сестра переглянулись. Спускаться на Галерею не хотелось. Они без слов читали это на лицах друг друга. Но через час молча собрались и пошли искать лестницу вниз.

* * *

– Значит, цель вашего путешествия – Паучья башня? – благосклонно уточнила королева Галанта. – И вы не боитесь её одиночества и мрачного запустения?

Котёнок изобразил раздумья над ответом. На самом деле он давно мечтал побывать в самом страшном месте империи, боялась Лиска. Но принц счёл, что слишком поспешное «ни капельки!» вызовет недоверие белой королевы.

– Брось, лапочка, – усмехнулся король Нивалис, принявший тронное имя Нил Седьмой. – До коронации принц хочет испытать себя! Какой мальчишка в Домино откажется от ночи в Паучьей башне?

– Наш сын, – тихонько засмеялась королева.

– Ты права, Юрис слишком разумен для таких безрассудств. Иногда я жалею об этом!

– Мам, пап, я всё слышу! – откликнулся их наследник. Одним глазом он поглядывал в какой-то научный трактат, делал пометки в блокноте и не слишком следил за приёмом, сидя на подоконнике сбоку от тронов. – Между прочим, я лазил там с друзьями ещё до совершеннолетия!

– Боже! И я узнаю только сейчас? – воскликнула королева Галанта.

– Хм, сынок, я горжусь твоей выдержкой и умением хранить тайны! – порадовался король Нил. – А когда ты хотела узнать, лапочка? Когда на троих мальчишек из нашего крыла подали в розыск? Помнишь, что пережили их родители? А ты всех успокаивала… Юрис, я не ошибаюсь, речь о том случае с твоими приятелями?

– Угу, – кивнул принц.

– Возмутительно, – вздохнула королева, смиряясь. – А ваши родители не против? – она обращалась к гостям. Лиска скромно держалась в сторонке, говорил принц.

– Мои не против, особенно отец, – с пониманием улыбнулся Котёнок. – Родители Лиски передали ответственность мне. Она может подождать снаружи, если боится.

– Я не боюсь! – шикнула Лиска.

– Кстати, ваше высочество, – вспомнила Галанта, – или лучше Котёнок? Можно тебя так называть? Какие планы его высочества принца Феликса? Он окончательно передумал дожидаться, пока вырастет юная принцесса Лиора, и женится на другой?

– Не знаю, – Котёнок светски развел руками. – Пока помолвлен.

– И как тебе его невеста?

– Она милашка. Я её редко вижу, но Мышка всем нравится… Вы её знаете? Так они познакомились у вас в крыле, пока учились вместе?

– Совершенно верно. Бабушка графини Марии родом из Белого крыла, моя почтенная придворная дама. И когда Машенька решила изучать законы… – королева Галанта наклонилась к уху гостя и шепнула таинственно: – Говори комплименты о ней потише. Юрис раньше был неравнодушен к Мышке. Боюсь, у него это ещё не совсем прошло…

Котёнку горячая волна залила уши и щеки.

– Я ничего не знал, – с трудом проговорил он. – Может быть, неудобно нам пользоваться вашим гостеприимством и лучше…

– Почему же? – отмела все возражения королева. – Только потому, что ты брат человека, которого здесь хорошо знают и любят? Поверь, Юрис и Феликс дружат давно и не поссорятся из-за ветреных красавиц!

– Сердцу не прикажешь, – философски откликнулся наследник белой четы, снова показав, что прислушивается к беседе с гостями. – Будь я на месте Мышки, из нас двоих тоже выбрал бы не себя!

– Это благородно, сынок, – одобрил Нил. – Машенька сделала выбор открыто. Но будь у тебя шанс, я посоветовал бы тебе отчаянно бороться. Как я боролся в своё время за свою невесту!

Юрис ответил кривой ухмылкой. Мол, мне бы твои заботы, папа.

От дверей зала дворецкий подал королеве знак. Галанта сообщила, что всё накрыто к ужину и довольно пустых разговоров!

Перед приёмом гостям снова предоставили из королевских гардеробных любую одежду. Принц взял обычный придворный костюм с шёлковым платком вместо галстука. Лиска выбрала скромное синенькое платье без шлейфа и особых украшений.

Из-за длины и дорогого материала нового наряда тайная сестра выглядела старше. Котёнка это беспокоило. Кроме сдержанного взрослого Юриса за столом собрались дети нескольких знатных семей. И все мальчишки заигрывали с Лиской. А она хихикала и кокетничала. Словно всю жизнь провела на приёмах!

Усилием воли Котёнок вспомнил, что сестра долго тренировалась на Курчатах, и потому в присутствии наглых придворных мальчиков за словом в карман не лезет.

В честь дорогих гостей из башни Снов наскоро подготовили небольшой фейерверк. Все рассыпались по Галерее смотреть, как падают разноцветные звёзды.

* * *

Ранним утром подали завтрак, состоящий из разных напитков и свежайших булочек – гордости Белого крыла. Перепробовать все шестнадцать главных сортов оказалось не так-то просто! Лиска схитрила: некоторые она пробовала раньше на ярмарках и взяла только незнакомые сорта. Да и те разломала надвое, чтобы сразу видеть начинку. Они с Котёнком, вопреки этикету, делились половинками, и белая чета нисколько не возражала.

Королева Галанта ушла из-за стола раньше, ей сообщили, что дочка проснулась и хочет есть. Король Нил хотел дать гостям для прогулки менее скучного экскурсовода, чем Юрис, но Котёнок сам попросил, чтобы их сопровождал именно наследник. Если, конечно, тот не против и не занят чем-то более срочным.

– Хочешь поговорить наедине? – сразу угадал Юрис, когда они вышли на Галерею. Даже в самый солнечный день тут сгущались тени и веяло прохладой. – Если вопросы по коронации, я плохой советчик. Сам-то жалею, что Лиора не родилась раньше…

– Понимаю, – кивнул Котёнок. – Я не о том. Ты ведь учил не только законы, но и всякие судебные иски, да? Исторические – само собой, а новые тоже?

– Да, разве Феликс не говорил? Нам выдают по жребию какой-нибудь случай из не очень старых, в пределах двадцати лет, оставляя только условия. И нужно угадать развитие процесса, аргументы разных сторон и судебное решение.

– Мы с Филькой никогда не обсуждали его учёбу! – засмеялся Котёнок. – Может быть, зря! Так что спрошу у тебя. Как юрист ты должен знать о разных судебных тяжбах в королевских родах и вообще всяких заговорах.

– Я думаю, от простых людей их скрывают, чтобы не волновались, – обворожительно улыбнулась Лиска.

– Есть такое дело, – с усмешкой признал принц Юрис. – Вообще-то «Королевский листок» обо всём пишет, но без драматической подачи людей мало волнуют подробности наследования. Серьёзное не скроешь, а мелочи…

– Нас интересуют любые странности с наследованием, – брат и сестра жадно смотрели на далёкого кузена, ожидая сенсации. Наследник развеял их надежды.

– Всех не упомнишь! Мелких исков очень много. Даже всякий раз, когда наследник добровольно сходит с линии, нужно оформлять письменный отказ от наследования со свидетельством белой четы. Нужны свидетели, что наследника никто не заставлял отказываться от короны. В этом случае открывается наследование «через ступень».

– Это как у меня и дочек принцессы Фелиции?

– Угу. Она – пятая линия, ты – шестая, девчонки – седьмая. Но родители пока написали за них отказ. Когда им исполнится по двенадцать, придётся направлять им письмо с просьбой подтвердить или опровергнуть отказ от наследования.

– А если они не откажутся, а заявят свои права? – спросила любопытная Лиска.

– Придётся разбираться в суде, кто больше из вас хочет править. Но такие случаи очень редки. Обычно все только рады спихнуть корону! Реже случается наследование «через голову», когда наследником объявляют не младшего, а бокового родственника. Когда есть дети или внуки, а трон отдают сестре или брату королевской четы.

– Но в Домино так не бывает! – удивилась Лиска.

– Изредка, по общему согласию, бывает.

– И какие причины? – нахмурился принц Снов.

– Разные. Отказ от короны с точным указанием преемника. Отказаться можно в пользу любого родственника. Бывает отказ по старости или болезни… «Уход на пенсию». Наиболее редкая причина – отъезд из империи. У нас даже на экзаменах это специальный коварный вопрос!

– А в случае смерти? – спросил Котёнок.

– Бывает. По завещанию это большая редкость и часто оспаривается. Но я не помню случая за последние пятьдесят лет как минимум, чтобы за корону всерьёз судились несколько претендентов. Мы это учили в университете, да я и так мог наблюдать дома…

– Понятно, – тайные брат и сестра переглянулись. – А подозрительные исчезновения наследников или правящих лиц бывали?

Юрис почувствовал, что собеседниками движет не праздное любопытство. Невоинственный принц сосредоточенно прикусил губу, вспоминая.

– Что-то такое случается примерно раз в десять лет. Последний случай, уже на моей памяти, был в Стае. Волчица Альфа заняла трон как вдовствующая королева. И это необычно, ведь её муж не был королем!

– А что случилось? Мы о таком не слышали…

– Вы совсем маленькие были. Альфа стала королевой, когда её муж и предыдущий король погибли на охоте. Странность в том, что одновременно с ними пропала действующая королева Линда, родная сестра Альфы. Линда точно не ездила на охоту, а оставалась во дворце. Её смерть подтвердилась, но остаётся загадкой. Если бы вдовствующей королевой стала она – ничего странного. Так же, как если бы Линда умерла с горя вскоре после известия о смерти мужа. В роду Волков самые крепкие браки, все знают!

Править у Волков должна взрослая пара… или половина признанной пары. Мог быть открытый турнир среди молодых Волков. Но Альфа заняла трон «через голову», и никто не оспорил её право. Почему – тоже загадка. У неё есть сын, сейчас он наследник Стаи.

– Значит, Альфа снова вышла замуж? – спросила Линда.

– Что вы, у Волков этого не бывает! – Юрис удивился, что кто-нибудь может не знать обычаи Стаи. – Она осталась вдовой с маленьким сыном.

– А сколько её сыну?

– Тринадцать.

Брат и сестра снова переглянулись, понимая друг друга без слов. Волчонок старше их, значит, для заговора с похищением среброглазок не подходит.

– Юрис… пусть вопрос не покажется тебе странным, – начал Котёнок. – Но видел ты у кого-то такие же глаза с серебряным блеском, как у… меня?

– Ничего странного, – усмехнулся принц. – Феликс сто раз хвастался, какая особая примета у его брата. Я сразу обратил внимание… но только за ужином при ярком свете поймал момент. Вот сейчас ничего особенного, серые у тебя глаза, да и всё. Так что, нет, не видел. Но я запомнил бы, поверь!

– Я тебе верю, – заверила Лиска, отворачиваясь и пряча в тень собственные глаза. – Эта примета очень хитрая и работает только для близких знакомых. Нужно столкнуться нос к носу, чтобы заметить!

– Так и есть, – согласился Юрис. – Золотой блеск в глазах мне пару раз встречался у некоторых сильверголдов из Холодного крыла. И кажется… да, у одного придворного молодого Волка, советника королевы. Его глаза вспыхивают жёлтым, особенно когда злится. Наверное, для Волков это обычно.

– Не знаю, – пожал плечами Котёнок. – Всё равно спасибо.

– Вы так сразу уйдёте, не погостите у нас? – спросил Юрис позже, когда прогулку пришлось прервать и они возвращались в королевские покои. Стража объявила тихий час. Лиора заснула.

– У вас маленькая принцесса, хлопот выше крыши, – возразила Лиска. – А ты готовишься к экзаменам. Вам только принимать гостей!

– Ерунда, я уже думать не могу об экзаменах! Оставайтесь хотя бы на пару дней!

– Паучья башня ждёт! – оправдывался Котёнок.

– А на обратном пути?

– Мы пойдём дальше.

– Хотите обойти вокруг империи? Понимаю, – Юрис уважительно, даже с завистью посмотрел на младших. – Я тоже мечтал… Мечтаю когда-нибудь… Может быть, на каникулах… Сразу предупреждаю, мамаша ваше бегство не одобрит! Она соскучилась по гостям как раз из-за Лиоры. Для меня не проблема тихий час дважды в день, а мама скучает по блестящему обществу!

– Мы даже ещё не видели принцессу, – вздохнула Лиска. – Но задержаться не можем, извини.

– Я берусь уговорить королеву, – пообещал Котёнок.

* * *

Галанта очень удивилась, когда в утренний тихий час гость, юный принц Константин, попросил её справедливого решения как половины белой четы.

– Судить мы можем только вместе с мужем, – предупредила королева. – Но изложи мне своё дело. Я постараюсь помочь.

– Ваше величество, недавно мне сделали дорогой подарок, но я хочу передарить его. Имею ли я право?

– Если ты не обещал хранить подарок вечно… и обстоятельства бывают разные. Иногда самые дорогие вещи передают в дар, и это большая честь…

– Тогда, пожалуйста, передайте это принцессе Лиоре, – Котик достал из кармана мраморного гусёнка. – Это сторожевой гусь. Пусть охраняет её вместо ангела.

– О, дорогой мой принц! – с чувством обняла его Галанта. – Но, если это твой талисман, зачем же?..

– Это порыв, ваше величество. Я не могу объяснить, но чувствую, что юной принцессе сторож нужнее. И я, конечно, ни на что не намекаю… но это подарок принца Густава, чьё сердце пока свободно, и в будущем, кто знает… У них разница в возрасте гораздо меньше, чем со мной или с Феликсом… – Котёнок опустил глаза и чувствовал, что снова краснеет.

– Ну если так, я с благодарностью приму этот дар для дочери, – заверила Галанта. – Но не скромничай! Это подарок сразу от двух принцев! Большая честь для маленькой принцессы. Действительно, кто знает, что ждёт нас в будущем… Хочешь её увидеть?

Королева взяла гостя за руку и тихонько отвела в спальню, где в круглой ограждённой кровати спала принцесса. Лиоре недавно исполнилось полгода. Очаровательная малышка в кружевах вызывала у Котёнка тревогу, сжимающую сердце. Лиска была ещё меньше, когда…

Что случилось, они пока не знают. Но как вообще можно похитить постоянно охраняемого ребёнка?! Ещё и не одного…

Главное, чтобы с крошкой Лиорой такого не случилось! И ни с кем больше.

Котик положил тёплого мраморного гусёнка рядом с подушкой, где лежали другие, видимо, самые любимые игрушки принцессы, без которых она не засыпала.

– Ты хочешь уйти сегодня? – тихо спросила Галанта, глядя через плечо гостя на дочку. Котёнок вздрогнул от неожиданности. Обернулся к королеве и молча подтвердил её догадку.

Галанта обняла его за плечи, уводя из спальни маленькой принцессы. И ничего не возразила.

Паучья башня

Чудесные булочки Белого, вернее Хлебного, крыла скрасили ещё почти два дня пути. И вечером перед путешественниками изогнулся Чёрный мост, а над ним нависла громада Паучьей башни.

Казалось странным видеть перед собой другую башню, кроме привычной с детства башни Снов. Все башни империи одного размера, только украшены по-разному. Но бывшая Белая башня казалась невероятно большой. Её провалы окон пристально смотрели на незваных гостей.

Ещё более невероятным казалось, что за эти несколько дней они прошли из конца в конец всю империю, от угла до угла по одной стороне Большого Квадрата. И тут же брат и сестра вспоминали, что для их сестры Златы такие путешествия привычны.

Когда рядом не было других людей, они всё время чувствовали связь со Среброглазкой. Её нет рядом, но то, что она ЕСТЬ, нельзя отнять. Котёнок и Лиска даже чувствовали, веселится она или грустит, и радовались, что сестра в безопасности.

– Серьёзно хочешь ночевать там? – Лиска недоверчиво переводила взгляд с брата на стены башни, «расшитые» мозаичными пауками с поблёскивающими белыми брюшками.

– Спустись вниз, попроси ночлега в нормальной лавке. Встретимся утром, – предложил Котёнок.

– Пустить тебя одного? С ума сошёл?! – возмутилась сестра. – Если я не могу отговорить тебя, то и бросить точно не могу!

– Да там не страшно, – поёжился Котёнок как бы от вечерней прохлады. – Мы разведём костёр!

– Башне мало одного пожара? – хмыкнула Лиска. – Впрочем, ты прав. Всё, что могло, уже сгорело! Идём? – она нервно оглянулась, словно ещё надеясь на спасение.

– Идём! – брат взял её за руку.

* * *

– Здесь столько паутины-ы-ы-ы!

Голос Лиски гулко отразился от стен пустого зала. Подойдя к башне, брат и сестра заглянули в первый попавшийся пролом окна, увидели уцелевшее каменное перекрытие между этажами и прыгнули туда.

Котёнок сразу чиркнул по стене «чесночной головкой». Кремниевый фонарик горел неярко, но его насадок, похожих на листья сухой потрёпанной ромашки, хватало надолго. Трепещущий синий огонёк осветил внутренности заброшенного зала. Некоторые паутинные нити заблестели пунктиром, как новогодний дождик. Густые клубки засветились, словно туман.

– Смотри, сколько здесь надписей! – Лиска показывала на закопчённые стены, где на камнях мелом, углём, кусками кирпича и краской, напоминающей высохшую кровь, пестрели подписи тех, кто не боялся проникнуть в Паучью башню, и даты их подвигов. Удивительно, но календарь посещений покрывал стены сплошной вязью и уходил намного выше света фонарика и человеческого роста.

– Как же они… – пытался разгадать странность Котик. – Не верю, что столько людей приходили сюда с лестницами! Ну влезть на плечи друг другу, ладно… Ну спуститься на верёвке из окна этажом выше… Но тут, на внутренней стене, где нет ни окон, ни балок, чтобы зацепиться?..

– Нашла!

Забыв про всякое почтение перед ужасной башней, Лиска нетерпеливо подпрыгивала на месте, показывая что-то на полу, заросшее в три слоя паутиной. Котёнок подошёл и рассмотрел огромный тройной круг упавшей бронзовой люстры. Цепь уходила вверх… и казалась надёжной, хотя и призрачной в оплётке паутины.

– Вот как они поднимались! – торжествовала гордая разгадкой Лиска. – Кто-то сидел на люстре, как на качелях, а кто-то тянул… Угадай, кто будет тянуть?

– Не я! – ужаснулся Котёнок. – Не говори, что хочешь прокатиться на этой страшной шутке!

– А как иначе мы оставим подпись повыше?

– Зачем повыше? – усмехнулся принц. – Чем ниже, тем удобнее читать.

– Трусишка! – ласково обозвала его сестра, понимая, что боится Котёнок только за неё. – А если бы поднять её просила Златка?

– Она артистка и привыкла к таким трюкам, точно не свалится!

– А может, кто-то боится, что его силёнок не хватит поднять меня повыше?

– Да я… – возмутился Котёнок. – Ты… Ладно. Завтра при свете дня попробуем. Но не сейчас!

– Как скажете, ваше высочество, – Лисичка показала зубки, блеснувшие в свете фонарика. – А что сейчас?

– Поужинаем, как разбойники в разорённом замке! У нас осталось мясо?

– Ага. Нам дают столько припасов на дорогу, что мы неделями можем не спускаться в лавки!

– И очень кстати, потому что денег нет. Разведи костёр, я достану еду. А потом пойдём исследовать мрачный лабиринт!

– Ночью? – удивилась сестра.

– Но так же интереснее! – загадочно ухмыльнулся принц, снова намекая, что кто-то здесь дрожит от страха. – Поздно ляжем спать, так завтра отоспимся. Спешить-то некуда! И надо найти лучшее место для ночлега. Тут зверски холодно!

– Ещё бы, столько дыр в стенах! – фыркнула Лиска, не одобряя такую бесхозяйственность. – Ни одного целого окна… Зачем всё-таки бросили эту башню пустой? Могли сделать ремонт…

– Девчонкам не понять, – солидно заметил принц. – Это шикарный аттракцион, который в других местах стоил бы кучу денег. Да и за деньги нарочно так не сделаешь… – Котик любовно осматривал украшенные гирляндами паутины настоящие «мрак и запустение». – Тут интересно! Должно же быть во всей империи такое место, чтобы…

– Что? Проверить свою храбрость? – подколола сестричка.

– Не только. Такое место, чтобы в нём хранилось настоящее приключение! Ведь есть архив, где хранят старые документы, есть музеи, а здесь… Не знаю, как сказать.

– Я поняла, – кивнула Лиска. – Мальчишки все романтики! Воображаю, как Манины Курчата хотели бы сейчас оказаться на моём месте!

– Тебе нисколечко не интересна чёрная башня?

– Ещё не знаю, – честно ответила Лиска. – Пока я хочу есть. Потом посмотрим. А своё мнение скажу, только когда мы выберемся отсюда. Тогда я буду точно знать, зря мы тут лазили или не зря.

– Девчонки все прагматики? – с недоверием спросил Котёнок.

– Не-а, только я! – смеялась Лиска.

Близнецы так часто понимали друг друга без слов, что всякое несходство в мыслях служило поводом для шуток и оживлённых споров. К давней игре теперь добавилось новое правило: что бы подумала или сказала Златка?

Вопреки ожиданиям, что каждый будет тянуть отсутствующую Злату на свою сторону, третья сестра служила кем-то вроде белой четы, останавливая споры. Котик и Лиска сходились в том, что Среброглазка выросла совсем в других условиях и где-то знает намного больше их, а кое-что из жизни башни ей совсем в новинку. Значит, артистка думает иначе, но в то же время сходство должно быть! Думая, что у них общего при самых больших отличиях, близнецы не могли спорить.

* * *

По винтовой лестнице Котёнок спускался первым и освещал путь сестре. Лиска не хотела держаться за перила, покрытые слоем пыли и копоти, но пару раз чуть не споткнулась. И теперь шла, осторожно скользя ладонью по старому железу.

Они спускались медленно и бесконечно. Словно Паучья башня действительно больше и глубже других. Понимали, что это невозможно, это иллюзия, но никак не могли прогнать чувство огромного пространства, живущего по собственным законам. Все внутренности чёрной башни, её запутанные полуразрушенные ходы, назывались «мрачным лабиринтом». И не зря. Здесь царил осязаемый страх. Временами жуткий, а порой даже приятный, с дрожью любопытства. Спускались медленно, рассматривая и простукивая ниши в стенах. Котёнок ожидал найти там тайники или скелеты. Лиска надеялась, что ниши всё-таки пусты.

Наконец под ногами возникла твёрдая опора – камни подземелья. Котёнок двинулся вдоль стен, обходя подвал башни, заглядывая в каждый подземный ход. Подземелье совсем не пострадало от пожара и осталось таким же, как в любой жилой башне. Тех, чьё место встречи вот уже два года находилось в таком же подземелье, Паучьей башней удивить сложно. Но Лиска вдруг задрожала и отступила к лестнице.

– Там кто-то есть! – шепнула она.

– Здесь? – Котёнок поднял фонарь повыше, стараясь рассмотреть ход в стене, которого испугалась сестра.

– Не ходи туда! – вскрикнула Лиска. Брат нехотя вернулся и вытащил из рюкзака карту.

– Посвети, – попросил он. – Ага, там вход в Холодное крыло! Спуск вниз, в Слепой коридор. Не бойся, Лисичка, если внизу кто-то и есть, ему сперва надо вылезти, чтобы добраться до нас!

– Не говори так! Это страшно!

– Пойдём посмотрим, – брат тянул её в черный зев коридора. – Видишь? Никого нет! Вот она, лестница вниз… Смотри, слой пыли толщиной в мой палец! – Котёнок нарочно приблизил фонарик к самым ступенькам. – Давно отсюда не выходило никакое чудовище!

– Если только у него нет крыльев, – ехидство пересилило страх, и Лиска уже шутила. Но тревога затаилась глубоко и не отпускала. – Давай вернёмся, я тебе что-то покажу. Погаси свет, – велела она брату, когда они снова подошли к винтовой лестнице.

– Серьёзно? Не боишься? – удивился Котёнок, но прижал «чесночную головку» к колену и потёр о штаны, сбивая огонёк.

– Теперь прислушайся. Не ушами, а… мысленно ищи в темноте все ходы в стенах. Они для тебя все одинаковые?

– Нет, будто сквозняком веет из той дыры, где мы ходили, – после долгого раздумья признал Котёнок. – Но там действительно ход вниз…

– И тебя не царапает тревога, когда приближаешься к той дыре?

– Наверное, там крыса шуршала. Вот ты и почувствовала, что там кто-то ходит!

– Ага! Значит, ты тоже слышал! – Лиска крепче сжала руку брата. – Там кто-то есть, хотя шагов не слышно.

– Ну, значит, привидение, – серьёзным тоном констатировал принц.

– Хватит! – обиделась Лиска. – Зажигай свет!

Котёнок чиркнул фонариком по камню, и в самой нижней нише, которую они не заметили раньше, что-то блеснуло.

– Вот тут и правда что-то есть! – радостно подскочил исследователь башни. – Листок бумаги! Не думаю, что он лежал здесь ещё до пожара! Лиска, это письмо! – Котик передал фонарик сестре, а сам поспешно развернул сложенный вчетверо листок. Лиска с любопытством заглядывала через плечо брата.

«Дорогой неведомый храбрец!

Если ты спустился по мрачному лабиринту на самое дно ужаса, ты заслужил награду!

Клад Паучьей башни, который веками собирали многие поколения храбрецов Домино, пришедших сюда, чтобы испытать себя, теперь твой!

Ты можешь взять всё, что хочешь, или сам добавь что-нибудь к сокровищам.

С тёплым приветом жмём твою руку через века!

Все, Кто Когда-либо Побывал в Паучьей Башне.

Наши имена ты видел на стенах».

– Какой клад? – Лиска посветила в нишу и заметила там старый бархатный кошелёк с остатками золотого шитья, гербом Империи Домино.

Они хотели вытащить мешочек, но поняли, что тот слишком тяжёл и треснет, стоит ему оторваться от камня со всем грузом. Лиска развязала шнурки и открыла мешочек. Внутри сверкнуло серебро и золото.

– Я понял! – просиял Котёнок. – Наверное, те ребята оставили. Помнишь, кто лазил сюда вместе с Юрисом!

– Почему они?

– Не только они. Но кто-то же придумал эту «награду храбрецу». Думаю, они взяли себе отсюда что-нибудь на память, а потом скинулись, вывернули карманы и оставили что у кого нашлось.

– Похоже. Забавное сокровище! – Лиска рассматривала две огромные пробки от графинов, хрустальную и синюю, сверкающие словно огромный алмаз и сапфир. Увеличительное стекло, пара кремней, игральные кости, блестящая обувная пряжка, дешёвые наручные часы, запасные пластинки для «чесночной головки»… Россыпь серебряных грошей в разных монетах и пара золотых. Пожалуй, их правда мог оставить здесь принц Юрис для тех искателей приключений, кто придёт следом.

– Я бы взял отсюда один золотой, – сказал Котёнок. – И синюю пробку как сувенир. Но что мы оставим взамен? У меня совершенно ничего подходящего!

– Ленту оставлять глупо, – вздохнула Лиска. – Хотя пусть знают, что тут бывают и девчонки! – она быстро выдернула из рюкзака белую атласную ленту, которой на ночь подвязывала волосы. Присоединила её к сокровищам и задумалась, что ещё подойдёт.

– Я могу оставить свой медальон, – наконец решилась она.

– Не надо, Лиска, он тебе слишком дорог!

– Не так, как твоя фотография внутри. Но фото я заберу. И сейчас я тебя постоянно вижу… Давай оставим. Это хорошая память.

– Да уж, настоящее сокровище. Паучья башня получила жертву! – вздохнул Котёнок. – Но тогда я с чистой совестью возьму золотой. Нам нужны деньги!

– Бери. Тут как раз золотой мелочью. А золото оставим тем, кому нужнее.

Они обменяли сокровища, надёжно закрыли мешочек с кладом и положили сверху записку для новых храбрецов.

На ночлег устроились в нижнем зале, наиболее защищённом от ветра. Завернулись в одеяла и сразу заснули, забыв о тревогах. Во сне брат и сестра видели тёмные переходы, блуждали в них, искали выход. Но утром не спросили друг дружку, что им снилось, и сами ничего не рассказали.

* * *

Лиска всё-таки прокатилась на люстре. Не очень высоко, метра на три вверх, и нацарапала обломком черепицы «Котёнок и Лисичка» и дату, когда они ночевали здесь.

Исследователи хотели подняться на площадку наблюдателей, встретить рассвет и изучить окрестности с верхушки башни. Но не смогли. Как только они выбрались наверх, полил дождь и дул такой ледяной ветер, будто сейчас декабрь, а не середина мая. Брат и сестра поспешно спрятались обратно. Но цельной крыши в Паучьей башне не нашлось, дождь лил насквозь. Оставалось завернуться в плащи (не уставая благодарить королеву Гертруду), выскочить в окно башни, бежать по крыше Холодного крыла до первой лестницы и спрятаться на Галерее.

Дождь заливал и туда. А просить приюта, стучать в двери не хотелось. Знатные господа в такой час ещё спят.

Оставался Слепой коридор. Там точно нет дождя, и, хотя Лиска с неохотой шла туда после вчерашнего, она тоже понимала, что подземная дорожка сейчас самая тёплая и сухая.

– Не трусь, Лисичка! – принц протянул руку сестре и светил фонариком на ступеньки. Но Лиска всё равно спускалась, как входят в ледяную воду. – Помни, здесь невозможно заблудиться! Ход только один, без боковых ниш и коридоров.

– Он слишком узкий! Мы даже не сможем идти рядом! – капризничала Лиска.

– Но это ненадолго, – уговаривал Котёнок. – Нам бы только переждать дождь!

– Ох, именно такой ужасный коридор мне снился! Как чувствовала! – ворчала Лиска.

– Тебе тоже? – спросил Котёнок и осёкся под взглядом сестры. – Что ж, значит, мы правильно идём.

– Ты думаешь найти тут, в темноте, какие-то следы наших родителей? – чем хорош Слепой коридор, в нём можно говорить открыто и не бояться, что подслушают. Если рядом нет хода вверх, разумеется.

– Не думаю, – покачал головой принц. – Но что-то важное может найтись и здесь. Во-первых, мы почувствуем, когда выйти наружу. Во-вторых… знаешь, я читал, что в темноте очень хорошо думается. Когда отключаются одни чувства, зрение там, включаются другие. Я бы даже рискнул пойти в темноте для проверки. Но если ты боишься, не будем.

– Ооох, хорошо, давай попробуем! – вздрогнула Лиска. – Только держи меня за руку. Всё время!

Она успела увидеть, как брат успокаивающе улыбнулся, прежде чем погасить фонарик. Котёнок взял её холодные пальцы в свою ладонь, и они осторожно двинулись вдоль Слепого коридора, оставив позади Паучью башню.

Тень в темноте

Темнота казалась плотнее воздуха. Холодная, липкая, как сажа. Лиска не сомневалась: если быстро зажечь свет и глянуть в зеркало, на одежде и коже проявятся черные плёнки. Нужно только успеть вовремя посмотреть. От света они растворятся, словно и не было, и тогда не докажешь, что темнота пристаёт к людям, как слои паутины.

Они шли молча, погружённые в свои мысли. Но двигались не так уж медленно. Знали, что коридор ровный, и не выверяли каждый шаг. Котёнок вспоминал долгие годы одиночества в башне. Он не боялся темноты и, случалось, долгими часами блуждал в подземельях. Играл сам с собой в поиски клада или в побег из заточения. На самом деле искал тайный ход, который выведет за стены замка. Одиночество в темноте чувствовалось ещё острее, чем при свете. И сейчас принц радовался тому, что рядом идёт сестра. Пусть её пальцы холодны и вздрагивают, она его надёжная поддержка. Котёнок чувствовал присутствие семьи, и это отличало все его прочие поиски в темноте от нынешнего путешествия.

Лиска тоже чувствовала поддержку брата, а ещё – чьё-то присутствие. Она молчала не потому, что думала о прошлом или будущем. Она прислушивалась, стараясь уловить чужие шаги и чужое дыхание, сопровождающее их по пятам. И наконец не выдержала.

– Здесь кто-то есть, – шепнула она брату. – Идёт за нами!

– Где? – Котёнок безуспешно оглянулся, ничего не увидев. – Зажги свет!

Сестра чиркнула спичкой.

Яркий золотой огонёк поднялся и затрещал, вырастая в пушистый шар света. Ни позади, ни впереди них в коридоре никого не было.

– Я никого не вижу и не слышу, – пожал плечами принц.

– Прислушайся! – настаивала сестра. – Оно стоит там, – она указала огоньком на тёмный ход, где они только что прошли.

– Там никого нет, Лисичка.

– Никого – может быть. Но ЧТО-ТО есть! Идём тихо-тихо, только при свете.

Они крались, стараясь ступать бесшумно, и прислушивались. И тут Котёнок спиной почувствовал чей-то взгляд. Он оглянулся. Коридор оставался пуст, но что-то изменилось. Боковым зрением принц успел заметить смутную тень, как показалось, свою.

Но тень была не человеческая!

Что-то невидимое, большое двигалось за ними. Так же осторожно и с той же скоростью, что и они. Стоило им остановиться, видение пропадало. Словно тоже останавливалось и ждало в темноте.

– Ага! – Лиска многозначительно сверкнула глазами, когда по лицу брата поняла, что и он заметил постороннее присутствие.

– Оно всё время движется за нами?

– Всё время! Следует как тень.

– Я, кажется, и видел тень, – смущённо признал Котёнок. – Большую. Похожую на…

– Зверя?

– Да, вроде большой собаки.

– Скажи, какие были уши? – проверила сходство их видений Лиска.

– Острые. Как у овчарки.

– А хвост? Кольцом?

– Нет, – Котик задумался. – Хвост я не разглядел. Давай ещё проверим. Мне кажется, тень можно подпустить поближе. Если не оглядываешься, а осторожно смотришь в сторону, то в круге света…

– Попробуем, – Лиска бросила сгоревшую дотла спичку и чиркнула новой.

Котёнок тоже зажёг фонарик. Синий огонёк горел намного слабее охотничьей спички, несколько минут заменяющей маленький факел. Но спички быстро сгорали.

Труднее всего оказалось именно это: не оглядываться. Явственно чувствуя за спиной тень загадочного преследователя, брат и сестра невольно ускоряли шаг и всё крепче сжимали руки друг друга. Боковым зрением на стене коридора они замечали длинную приземистую тень. Но стоило скосить глаза, чтоб рассмотреть получше, тень исчезала. За ними точно кто-то шёл, неслышно ступая по камням Слепого коридора. Когти не цокали, дыхание зверя не слышалось, только неуловимо чувствовалось.

Нечто шло следом, не пытаясь догнать путешественников. Держась постоянно на одном расстоянии. Они ускорили шаг, чтобы оторваться от преследования, но тень не отставала. Но стоило остановиться, как она отдалялась на несколько метров дальше в темноту, прячась от взгляда и света.

Наконец исследователи подземелий достигли первого выхода наверх. Над ними смутно серел прямоугольник верхнего этажа. Чувствуя себя в безопасности, они отдышались и обсудили подробности видения.

– Ну, что ты видел? – нетерпеливо ждала ответа Лиска.

– Оно больше любой собаки. Хвост висит вниз, пушистый, почти как у лисы, только короче.

– Морда острая, но пасть не оскалена, и язык не висит, – дополнила сестра. – И оно не опускает нос в землю, чтобы идти по следу. Движется плавно, на одном уровне, вытянув шею к нам.

– Точно! – подхватил Котёнок, убеждаясь, что все подробности видения на мягких лапах совпадают. – Глаза должны светиться в темноте, но я их не видел. Хотя чувствую пристальный взгляд.

– Я тоже. Пожалуй, это не собака, а волк! – сообразила Лиска. – За нами крадётся тень волка!

– Откуда он здесь? – удивился принц.

– Мало ли, что было в этих подземельях в давние века!

– Это никак не объясняет, почему тень идет за нами и останавливается, стоит нам остановиться. Как будто это наша собственная тень! Слушай, Лисичка, чего мы боимся? Хотело бы оно напасть, давно набросилось бы! Ещё когда мы шли без света. А наша тень даже клыков не показала! Может, надо попробовать не убегать, а пойти навстречу?

– Нет! – вцепилась в брата Лиска.

– Чего бояться, мы же бестиары! – напомнил Котёнок. – Дикие животные должны повиноваться нам!

– Дикие, но не колдовские! – Лиска недружелюбно вглядывалась в темноту, поднимая свет повыше, стараясь рассмотреть отсюда, кто там прячется.

– Считаешь, это какое-то шпионское заклятие? – Котик невольно понизил голос, испугавшись, что за ними снова следят.

– Не знаю, может, сторож подземелий? – тихо откликнулась сестра. – Ещё когда мы были в башне, я поняла, что в этом ходе что-то обитает. Но, видимо, оно не может выйти из Слепого коридора. Иначе почему не бродило в Паучьей башне? Там раздолье для призраков!

– Тогда нам нечего его бояться, – ободрил спутницу принц. – В конце концов, это всего лишь тень!

– А я и не боюсь! – бросила вызов темноте Лиска. Но тень не шелохнулась. – Оно меня тревожит. Но я не чувствую угрозы от него. Возможно даже, этот «волк» нас охраняет. Но тогда я боюсь того, что ждёт нас впереди, а не крадётся следом!

– А что ты чувствуешь при виде выхода наружу? – спросил Котёнок. – Дождь ведь, наверное, уже прошёл? Как думаешь, лучше нам выйти или остаться под землёй?

– Не знаю, – вздохнула Лиска. – Я немножко устала от него бегать. Давай посмотрим, где мы, поедим… и вернемся!

Брату показалось, или в её тоне действительно послышалась просьба не обижаться, адресованная невидимому волку, и обещание не бросать его насовсем. Котёнок ничего не сказал, но погасил фонарик и ощупью полез вверх к свету, цепляясь за скобы в стене.

* * *

Снаружи дождь прошёл, но дул холодный ветер, небо затянули серые тучи. Холодное крыло оправдывало своё название, а вот Алмазный и Золотой ряды, куда вышли путешественники, в солнечный день могли бы сверкать ярче. Котик и Лиска долго шли вдоль ювелирных лавок с выставленными в витринах драгоценностями и никак не могли найти лоток с едой.

Вокруг таинственно поблёскивало только золото и серебро, пусть даже в виде посуды. Самоцветы в оправах и необработанные друзы, найденные в горах за стенами замка, привлекали внимание прохожих.

– Детки, зайдите ко мне! – позвала их одна хозяйка серебряной лавки. – Хотите горячего чаю?

От неожиданного предложения брат и сестра остановились как вкопанные.

– Или предпочитаете кофе со сливками? Входите же, входите! Вы совсем замёрзли! – хозяйка широко распахнула перед ними дверь, подтверждая, что не шутит.

– Мы думали, вы продаёте драгоценности, – пробормотал Котёнок, переступив порог лавки.

– Конечно, деточки, – хозяйка широким жестом указала на полки. – Недорогие украшения на любой вкус: кольца, браслеты, серьги, подвески. А также сувенирные кофейники, сахарницы, ложечки. С гравировкой и без. Самое дорогое в этой лавке – наборы столового серебра. Мы с мужем поставщики белой четы! А они, уж поверьте, не поставят на стол лишь бы что! У нас чеканка, и чернение, и полировка самые лучшие! Но это ведь не значит, что я не могу налить детям горячего чаю, верно?

Она ловко сняла с огня кипящий серебряный чайничек, бросила в него заварку, размешала и накрыла особым блестящим колпаком, чтобы настоялся.

– Простите, но мы не собирались покупать украшения… и посуду тоже, – вежливо предупредила Лиска. – У нас нет столько денег.

– Почему нет, – шустро перебил Котёнок. – Вы могли бы сделать нам к чаю жареный хлеб с маслом или с вареньем? Пожалуйста, за это мы заплатим!

– Сделаю, – с лёгкостью пообещала хозяйка. – Ведь я и сама собиралась перекусить. А вы пока посмотрите вещи на этом прилавке. Ведь можно выбрать что-нибудь сейчас, а вернуться, когда разбогатеете!

Хозяйка безбоязненно оставила посетителей одних возле прилавка с мелкими украшениями. Видно, у неё на двери стояла отличная сигнализация с Гусиного острова. Сама же ушла в другую комнату, откуда вскоре долетел запах поджаристого белого хлеба.

Лиска рассеянно скользила взглядом по рядам кулонов, медальонов, цепочек, колечек. В основном из чистого серебра, украшенного только капельками, узорами и чернением, без камней или с одним-двумя крошечными камушками.

Котёнок неожиданно загорелся азартом покупателя и просил сестру выбрать, что ей нравится.

– Зачем?

– Хочу сделать тебе подарок, Лисичка. Вместо медальона, который остался в сокровищнице. У нас есть золотой, помнишь?

– Я понимаю, но зачем? Здесь очень красивые штучки, но что я с ними буду делать?

– Покажешь внукам, когда будешь рассказывать о нашем путешествии!

– Спасибо! – фыркнула Лиска. – Вот выдумал!

– Ну посмотри, разве не красивая вот эта брошка-розочка? Или кулон-ракушка с настоящей жемчужиной? Скажи, что тебе нравится? Просто скажи! – настаивал принц.

– Да всё мне нравится! Но не так чтобы… Ладно, если представить, что нужно выбрать только что-нибудь одно, то я взяла бы эту змейку, – Лиска показала на изящное колечко в виде свернувшейся змеи. На ней не было отделки из камней. Глазки, язык, узор на спинке – всё тонко сделано из серебра.

– Хочешь примерить? – предложил Котёнок.

Тут вернулась хозяйка с тарелкой горячих тостов с маслом, мёдом и абрикосовым джемом – на выбор. Она налила чай в стеклянные стаканы с серебряной оковкой и пригласила гостей к столу.

– Вижу, что-то выбрали? – лукаво спросила она, когда дети наелись и поблагодарили за угощение. – Показать поближе?

– Нет, – сразу отказалась Лиска.

– Пожалуйста, покажите вот эту змейку, – попросил Котёнок и незаметно толкнул сестру локтем: – Не капризничай, может, ещё не подойдёт! Просто примерь! – шепнул он.

Лиска со вздохом примерила кольцо на безымянный палец. Змейка подошла точно. Свернулась на руке и умильно поблёскивала глазками, словно прося не прогонять её обратно на чёрный бархат.

– Красиво, – скептически признала Лиска. – Но, наверное, очень дорого?

– Ползолотого, милочка, – с гордостью ответила хозяйка. – Видишь, какая работа!

– А может быть, пятнадцать? – невинно предложил Котёнок. – Плюс, конечно, пару грошей за чай. Он у вас замечательный!

– Да у тебя талант торговаться! – похвалила хозяйка. – Но меньше двадцати никак.

– За всё? – прищурился Котёнок. В этот момент глаза его сверкнули серебром.

– За всё, – кивнула хозяйка. – А ты из наших, что ли?

– Из кого? – насторожился принц.

– Из повелителей драгоценных металлов. У вас же серебро в крови, это заметно!

– А у вас тоже? – осторожно спросила Лиска.

– И у меня, и у всей нашей семьи, – подтвердила хозяйка. Хотя глаза её лучились серым с металлическим отливом, но не блестели на свету так, как у Котика и Лиски.

– Наш дедушка был сильверголд, – осторожно ответил Котёнок. – Так, говорите, двадцать за всё? Беру.

– Зачем? – протестовала Лиска. – Я не хочу!

– А я хочу. Не надо, не снимай! Красиво же! – Котёнок поспешно отсчитал двадцать грошей, чтобы сестрица не успела снять кольцо.

– Красиво, – согласилась хозяйка, небрежно сбросив деньги в выдвижной ящик под прилавком. – Дай ручку, – она достала мягкую синюю суконку и прямо на руке Лиски навела на кольцо последнюю полировку. Потом повертела руку девочки под светом. – Видишь, как играет? Береги его. Не всякий брат делает сестре такой подарок!

– Откуда вы знаете? – Лиска испуганно отдёрнула пальцы.

– Так вижу! – усмехнулась хозяйка. – Если вы расстаётесь, то не спорь, пусть будет для памяти!

– Нет, мы надеемся больше не расставаться, – Лиска глянула на кольцо и украдкой улыбнулась: – Спасибо. Правда здорово блестит.

– Как твои глазки! Ой, – спохватился Котёнок, – а у вас есть ещё одно точно такое же?

– У нас каждая работа уникальная, точно такого быть не может, – сказала хозяйка, открыв большую шкатулку и перебирая кольца. – Но другая змейка есть, только с золотой насечкой. Вот, глянь.

Котёнок взял кольцо, почти такое же по форме, только зигзаг на спинке змеи и язычок блестели золотом, и хитрый росчерк хвостика свернулся по-другому.

– Оно такого же размера?

– Примерь, – велела хозяйка Лиске.

Та уже поняла, зачем второе, и послушно надела кольцо на другую руку. Но золотая змейка оказалась чуть больше и подошла не на безымянный, а на средний палец.

– Нормально, – одобрил брат. – Златка чуть выше тебя. Может, и пальцы у неё больше? Сколько стоит это кольцо?

– Всё так же, двадцать пять. Но для тебя…

Котёнок, не торгуясь, достал ползолотого мелочью. И очень довольный попрощался с хозяйкой. Вдвоём с сестрой они вышли на улицу. Лиска смотрела то на одну, то на другую руку, сравнивая, какое кольцо ей больше нравится. И не жалела, что змейка с позолотой когда-нибудь достанется не ей. Она сияла мягче, а серебряная – ярче.

– Ну вот зачем эти безрассудные траты? – ворчала сестра. – Мы брали деньги на еду, а ты!.. Теперь снова осталось всего десять грошей. Это на один день!

– Пятнадцать, – Котёнок гордо побренчал в кармане серебром. – Ещё пять я выторговал!

– А почему тогда кольцо для Златки на пять дороже? – хитро спросила Лиска. – Она бы снова уступила!

– Я знаю, – улыбнулся принц. – Просто не хотелось жадничать. Это за чай.

– Ладно, богатенький братец, – Лиска шутя обняла его. – Спасибо за подарки!

– Ты видела, она поняла, кто мы, – сказал Котёнок. – Как думаешь, и остальные?..

– Не знаю. Юрис сказал, что глаза не каждый раз нас выдают. Но мы пробыли в гостях достаточно долго… Думаю, все могли догадаться. Особенно на Острове…

– О да! Там каждый – сыщик Зоркий Глаз! – хмыкнул Котёнок, стараясь не показывать волнения. – Мне всё равно, пусть знают. Когда-нибудь об этом узнают все… Я о другом, хозяйка сразу угадала в нас кровь сильверголдов. Давай походим по рядам, внимательно посмотрим на людей. Может быть…

Они гуляли по Золотому ряду до обеда. Присматривались к подмастерьям и торговцам. Старались угадать, кто пришёл с гор с уловом самоцветов в мешке. Но никого так уж похожего на себя не видели.

Ненадолго выглянуло солнце, подыгрывая поискам. Поглядывая друг на дружку, Котик и Лиска убеждались, что их глаза сверкают серебром ничуть не хуже нового колечка. Но никто из обитателей Холодного крыла не проявил особого интереса к этой их черте, хотя брат и сестра не прятались от взглядов.

Бесплатно разогрев на уличной жаровне бутерброды и пирожки из своих запасов, путешественники пообедали на ходу и снова, не сговариваясь, спустились в Слепой коридор. И, как ни странно, почувствовали облегчение. Будто они именно там, где должны быть. Волк-тень ждал их и, словно радуясь возвращению, немедленно появился.

Лиска сама предложила погасить свет и снова двигаться в полной темноте. Так ей казалось, тень подойдёт поближе.

Пользуясь тем, что в темноте её никто не видит, девочка украдкой отводила свободную руку в сторону и назад, ожидая, что вот-вот её тронет холодный нос невидимого зверя. Котёнок тайно делал так же. Но тень не приближалась на расстояние руки и не касалась путешественников. Просто двигалась следом.

Осиное гнездо

Как долго они шли по Тёмному поясу, брат и сестра не знали. Они останавливались на привал, когда хотели есть, и отдыхали, завернувшись в одеяла, когда уставали. Тень волка постоянно двигалась следом, но так и не подошла ближе к путешественникам. Даже во сне.

Лиска уже сожгла всю коробку охотничьих спичек, а у Котёнка осталось меньше половины соляных пластинок на фонарике, когда над ними открылся особый ход наверх. В тот момент они шли в темноте после привала, и Лиска первая заметила смутный столб серого света впереди. Бледный и холодный луч падал из шестигранного отверстия в потолке подземелья.

– Мы в Осином гнезде! – сообщил Котёнок, даже не сверяясь с картой.

– Откуда знаешь?

– Посмотри, – брат указал наверх. – Только у них все окна, двери и люки – шестигранники. До сих пор нам встречались круглые или четырёхугольные ходы.

– Точно! – Лиска смеясь признала поражение. – Как я не догадалась! Полезем? – она указала вверх.

– Пожалуй, надо, – после раздумья решил принц. – Еды почти не осталось и вообще… пора нам выйти к солнцу!

– Прощай, – шепнула в темноту Лиска, когда следом за братом начала подъём по крутой лестнице. – Спасибо за компанию. Ты славный!

Ей показалось, тень тоскливо заскулила, царапая камни. «Волк» страдал, что не может вырваться из Слепого коридора и тоже подняться к солнцу. Сердце Лиски стиснула жалость, но девочка не знала, чем помочь призраку.

– Мы должны поискать его в легендах и хрониках Слепого коридора, – долетел сверху голос брата. – Тут скрыта тайна. И если его можно как-то освободить…

Очевидно, Котёнок тоже чувствовал тоску зверя от их ухода. Волк-тень совсем один…

* * *

Вместо солнечного света тех, кто вернулся из подземелья, в Зелёном поясе встретила полная луна. После Слепого коридора её лучи казались особенно яркими, под ними легко читать без фонарика, а белый диск с грустным лицом слепил глаза. Котик нашёл ближайшую скамейку, развернул карту и сверился с Большим Квадратом.

Сомнений нет: они находятся в Лунной роще. Она же – Заячья, она же – Трусливая или Тревожная. Но никогда ещё тем, кто видел границу Осиного гнезда впервые, не казалось наиболее подходящим её «ночное» название.

На этом участке крыши изгибались куполом, образуя искусственный холм, где росли тонкие осины. Их листья дрожали от самого слабого ветерка, когда другие деревья оставались неподвижны.

В Холодном крыле и правда жили дикие зайцы. Непонятно, как нашли ход, видно, поднялись от реки. Но факт: зайцы проникли в замок в одну из суровых зим, да так и остались жить в Зелёном поясе. Им нравилось объедать кусты и грызть молоденькие веточки осин с горькой корой. Здесь, в Лунной роще, их видели чаще всего.

Сейчас Лиске и Котику в каждой мелькнувшей тени мерещился зайчонок. Листья осин дрожали и сверкали изнанкой, словно лунными зеркальцами. Полюбовавшись «заколдованным» пейзажем, проникнувшись ночной тишиной, даже слегка замёрзнув, брат и сестра медленно двинулись по дорожке мимо Лунной рощи.

Они почти поднялись на холм, когда издали, вернее из-под земли, донеслось угрожающее рычание или ворчание. И тут же из-за деревьев действительно шмыгнул заяц, напугав путешественников.

Лиска вцепилась в брата. Отчётливо послышался приглушённый собачий лай, идущий непонятно откуда, будто бы со всех сторон, но в то же время снизу.

В холме открылась неприметная дверца, и вышел патруль ночной стражи, больше похожий на охотничий дозор. Один «охотник» держал рвущихся с поводков гончих. Возможно, собаки почуяли зайца и подняли тревогу? Или здесь такой обычай: обходить границы с собаками?

– Стоять! Ни с места! – услышали путешественники грозный окрик. – Окружай их!

Котик и Лиска невольно замерли, ещё не понимая до конца, что приказ относится к ним. Патруль двинулся прямо на них, и тут…

Свора гончих то ли сорвалась с привязи, то ли стражник их отпустил, но собаки кинулись к гостям Лунной рощи.

– Эй, вы чего?! – возмутился Котёнок, машинально заслоняя сестру. Его голос потонул в хоровом лае. – Стоять! Сидеть! – принц выбросил вперёд обе руки, пытаясь остановить собак.

И свора словно наткнулась на стену в метре от путешественников. Котёнок и Лиска настороженно застыли, не делая лишних движений. Гончие растерянно топтались на месте, садились перед невидимой стеной и оглядывались, дожидаясь хозяев.

– Окружить их! – долетел приказ стражников.

Собаки дружно ринулись вперёд и снова наткнулись на встречную команду:

– Сидеть! Место!

Лиска присоединилась к брату, они отдали приказ хором. Гончие скулили и нетерпеливо вертели головами, но все против воли расселись перед чужаками, как класс перед учителем.

– Эй, в чём дело? – патрульные Осиного гнезда спешили на помощь псам, на ходу доставая оружие. – Вы кто такие?

– Нормальное гостеприимство! – возмутился Котёнок. – Вы сами кто? И кто вам разрешал травить детей собаками?

Четверо мужчин в охотничьих кожаных жилетах, а не в обычных военных мундирах окружили их с оружием наготове. Один собрал поводки своры, держа в каждой руке по четвёрке гончих.

– Мы стражи Роя, – сурово сообщил старший в отряде. – Вы перешли нашу границу, так что вопросы задаём мы! Что вы здесь делаете ночью?

– Мы здесь гуляем! – сердито ответила Лиска. – Любуемся луной! А что, не имеем права? Зачем спускать собак?

– Хотя бы потому, что они подняли тревогу, – внушительно ответил тот, кто держал свору. – Они прекрасно выучены и не съели бы вас, только задержали. Вы чужаки, мы это знаем! Вернее, собаки это чуют. Откуда вы взялись? И почему они вас не окружили?

– Столько вопросов! – хмыкнул Котёнок. – У них и спрашивайте! Ведь ваши гончие всё знают!

– Это не шутки, мальчик, – оборвал смех начальник патруля. – Вы перешли границу Роя в ночное время и будете задержаны, пока не разберёмся, кто вы.

– Похоже, что вы шпионы! – заметил другой страж. Его поддержал собачий лай.

– Спокойно! – приказал Котёнок, и свора замолчала. Брат и сестра украдкой обменялись улыбками. – И чьи же мы шпионы? Вы что, ведёте войну против соседнего крыла? Или боитесь призраков Паучьей башни?

– Мы охраняем пограничье, – не отреагировал на вызов старший в отряде. – Следуйте за нами без сопротивления. Иначе нам придётся применить силу!

Котёнок и Лиска не возражали даже против такого странного приглашения в гости. Патруль увёл их в глубь холма. Тревожная роща снова опустела, тихонько дрожа в свете луны.

* * *

В караульном помещении задержанным предоставили свободу в пределах комнаты. Собак тоже спустили с поводков. Гончие крутились под ногами у стражников, к кому-то ластились, у других выпрашивали еду, но гостей избегали. Держались на расстоянии, бросая настороженные взгляды.

Когда дежурный покормил свору, гончие разлеглись под стеной печки пёстрым ковром. Котёнок высмотрел самую крупную собаку с шоколадной головой и белыми пятнами на лапах, пристально глянул ей в глаза и жестом показал: «Ты! Подойди!»

Собака, явно пользующаяся авторитетом в своре, подошла и нерешительно завиляла длинным хвостом. Чужак безбоязненно протянул руку, погладил гончую по шоколадной голове. Это не укрылось ни от глаз других собак, ни от глаз стражников.

– То, что ты бестиар, как и мы, не значит, что ты не шпион! – ворчливо заметил самый пожилой страж Роя. – Есть хотите?

– Мы не голодные, – отказалась Лиска. – Но что-нибудь горячее выпили бы.

– Чай закончился, – ответил тот же страж. – Брут будете?

– Горячий?! – удивился Котёнок.

– Имбирный. Он согревает.

Брат и сестра, пожав плечами, согласились. Брут считался трактирным напитком для взрослых, но ничего особо крепкого в нём нет. Можно попробовать.

Стражники подали им по большой кружке пенистого напитка, напоминающего сразу чай и какао с солоновато-медовым привкусом. От него, как обещалось, внутри разлилось имбирное тепло.

– Спасибо, – пленники почувствовали себя увереннее. – Задавайте ваши вопросы!

– Э нет, братцы-сестрицы, мы только стражи! Допрашивать вас будут люди повыше, а они сейчас спят. До утра отдыхайте.

Их поместили в маленькой каморке с двумя лавками, на которых можно полежать. Другого света, кроме как из общей караулки, не было, но дверь не закрывалась. Возле двери поставили охрану. Одеяла и все вещи остались при них, так что «шпионы» решили немного поспать, отложив все расспросы до утра.

* * *

До рассвета патруль ещё дважды выходил по тревоге обшаривать местность. И каждый раз собаки поднимали шум, чуя зайцев. Других нарушителей границ не задержали. Как успели понять невольные гости, для стражи большой праздник поймать «настоящих шпионов». Обычно все ночные тревоги ложные. В лучшем случае удаётся спугнуть ребят, гуляющих по ночам без спросу, проверяющих свою храбрость в Трусливой роще.

На своих, то есть жителей Роя, гончие не реагируют. Ближайших соседей из Холодного крыла стража хорошо знает. Так что назваться местными никак не получится. Что они чужаки – доказано. Вопрос: как убедить подозрительное пограничье, что они не шпионы?

– Почему дети бродят ночью далеко от дома? – спросил их утром ещё до завтрака красивый молодой мужчина в придворном мундире. Наверное, советник или иной высокий чин. За ленивой насмешкой он скрывал серьёзные подозрения и буравил задержанных пристальным взглядом.

– Я могу всё объяснить, – Котёнок сделал успокаивающий широкий жест, и его сразу схватили за руки стоящие рядом стражи. – Эй! У меня нет оружия!

– Отпустите, – велел советник. Он непринуждённо устроился в кресле, а задержанные стояли посреди маленького следственного зала. – Не делайте резких движений и чётко отвечайте на вопросы. Кто вы такие? Назовитесь.

– Моё имя Константин. Мы считали, что Домино свободное и безопасное место для прогулок, поэтому ушли далеко от дома и надеемся обойти всю империю по разным поясам. Насколько я знаю, это не запрещено законом!

– Меня зовут Майя-Цветана, – Лиска решила, что реверанс – то самое «резкое движение», и держалась прямо.

– Врёт! – вмешался стражник-свидетель, который задержал их. – Ваше превосходительство, мальчишка называл её… лисой! Да, кажется, лисой.

– Лиской! – с усмешкой поправил Котёнок. – Это её сокращённое имя.

– М-да? – удивлённо поднял бровь советник. – И где связь? Ни одна буква не совпадает.

Лиска терпеливо вздохнула. Как объяснить?!

– Вы совершеннолетние? – последовал новый вопрос.

– Да.

– Родственники?

Лиска смутилась, тайный брат сильно сжал её руку, подавая знак молчать. Он сам разберётся.

– Да! – твёрдо ответил принц.

– Мы ведь можем проверить…

– Проверяйте.

По снисходительному тону мальчишки было ясно, что тот нисколько не боится обвинения во лжи.

– Где вы живёте? В башне Снов?

– Откуда?.. Да, там.

– В таком случае вы либо что-то скрываете, либо намеренно вводите нас в заблуждение, – заметил советник, за светской мягкостью пряча в голосе сталь. – У тамошнего принца Константина, который похож на вас по приметам и возрасту, нет совершеннолетней сестры. И я не помню никого в королевских семьях с таким странным именем, как у вашей спутницы. Хоть полным, хоть уменьшительным…

– Я могу всё объяснить, – надменно повторил Котёнок. – Но не буду. Пошлите письмо белой чете, там знают, кто мы. Это довольно близко, получите ответ ещё до обеда. До тех пор мы не станем отвечать на любые вопросы.

– Ваше право, – признал советник. – Если у вас есть поручители, тем более такие высокие и надёжные, можете молчать. А можете принести клятву своей невиновности, тогда ждать её подтверждения будете с большим удобством. Ложная клятва повредит вам, но если нечего бояться…

– Мы обдумаем ваше предложение, – сказал Котёнок тоном опытного дипломата, снова помешав сестре вставить хоть слово. – Но при одном условии. Я тоже хочу один ответ: кого вы так боитесь? Это обычай Осиного гнезда или пограничные меры имеют свежие причины?

Советник смерил задержанного весьма заинтересованным взглядом. И сказал, что ответ сможет дать только гостю, но обсуждать положение пограничья с подозреваемым в шпионаже… Что ж, можно обойтись и без клятвы. Под присмотром стражи они свободны, но пока не приглашены во внутренние покои. Предварительное следствие закончилось, а результат будет известен после ответа белой четы. Сомнительный гость прав: ждать долго не придётся.

* * *

– Ох, как я испугалась! – призналась Лиска, когда никто, кроме брата, её слышать не мог. – Чего они такие подозрительные, как думаешь? Что-то случилось?

Сменив статус с задержанных на сомнительных гостей, Котик и Лиска вышли прогуляться в Лунной роще при свете дня. Издали за ними наблюдали два стражника, но не мешали «шпионам» обсуждать своё положение и делать что им угодно, кроме захода во внутренние покои правителей Роя.

– Они всегда настороже, это понятно, – ответил Котёнок. – Холодное крыло ближе всего к границе наших земель, а за горной границей трудно уследить. Угловая башня пустует и открыта для всех. От реки есть подземные ходы, куда вон даже зайцы проскочили! Их подозрительность географическая. Их гарнизон хотя и меньше, чем в Белом крыле, считает себя единственной серьёзной заставой на горной стороне империи. Пап… принц Лан сто раз говорил, что в Рое – не самые дружелюбные ребята. Но я не знаю, как сравнить, всегда они такие или правда кого-то ищут.

– Давай попросим принести газеты за последние дни, – придумала Лиска. – И в «Королевском листке» должно говориться о новой угрозе, если такая есть… Хотя бы будем знать!

– Давай! – обрадовался Котик. – Кто знает, пока мы бродили в подземельях, может быть, Домино объявили войну?

Сомнительные гости подошли к стражникам и попросили свежий «Королевский листок» и прочие газеты за последние несколько дней. Стражи не отказали в новостях, но пришлось снова спуститься в караулку. Газеты нашлись там.

В Слепом коридоре путешественники потеряли счёт времени и точно не знали, сколько дней назад покинули Паучью башню.

«Королевский листок», шуршащий белыми страницами с богатыми иллюстрациями, выходил раз в неделю, к воскресному завтраку (кроме экстренных праздничных выпусков). Ежедневные серые газетки не имели, разумеется, такого авторитета, зато выпускались каждый день и сообщали о мелких местных делах, типа завоза свежего товара, потерянных и найденных вещей, объявлений о продаже лавки. Судя по ним, путешествие по Тёмному поясу заняло четыре дня и ничего тревожного за это время не произошло.

«Королевский листок» пересказывал общеимперские новости, а также сплетни из придворной жизни каждого королевского рода. Котик и Лиска с удовольствием почитали о знакомых и ещё много интересного из разных концов замка. О нарушениях границ, внезапно открывшемся заговоре или угрозе с гор там ничего не говорилось. «Шпионы» вздохнули с облегчением.

Стража собралась за столом и пригласила сомнительных гостей поесть с ними. Те не отказались, наоборот, обрадовались угощению. Под самый конец трапезы в караулку явился вертлявый тощий мальчишка лет десяти. И стража встала смирно, приветствуя его.

– Не беспокойтесь! – он махнул рукой, разрешая всем снова сесть. – Я хотел посмотреть на шпионов!

– Садитесь с нами, ваше высочество, – предложили стражи. Но и без этого обращения сомнительные гости уже поняли, что перед ними наследник Осиного гнезда, принц Рой. Он тут же присел за край стола и начал жевать твёрдое печенье. Тёмные маленькие глазки перебегали с Котёнка на его сестру. В лице мальчишки светился интерес и вызов.

– Кто вас прислал? И что вы здесь забыли? – с любопытством спросил Рой. – Советник Морс молчит как рыба! Я сразу понял, что вы его удивили, а это, доложу вам, нелегко! Но тогда почему вы на свободе?

– Скоро узнаешь, – продлил интригу Котёнок. – Ты местный принц, да?

– Собираешь сведения? – хмыкнул Рой. – Я-то принц, а ты кто?

– Я путешественник, а Лиска – моя спутница. А вот скажи, будь мы шпионы, что такого интересного мы бы узнали в Осином гнезде, чего нет в других местах? Мы обошли половину империи, и никто так не дрожит за свои границы! Что вы скрываете?

– Ага, так я вам и сказал! – расхохотался Рой. – Нашли дурачка!

– А я так думаю, ничего у вас особенного нет, – подначила Лиска. – Не так давно мы ночевали в Паучьей башне! Там точно интереснее!

– Что?! – Рой взвился как ужаленный. – Врёшь!

– Пойди и почитай! Там полно надписей. И все, кто там бывал, оставили свои имена на стенах!

Принц покраснел, сжал кулаки и дышал, как кузнечный мех. А Лиска улыбалась с превосходством.

– Она не врёт, – солидно подтвердил Котёнок. – Думаю, у вас многие тоже ходили в башню. Если не веришь, позови кого-то из… самых храбрых.

– Намекаешь, что я слишком мал и слишком труслив? – прищурился Рой. – А не боишься? – принц замахнулся кулаком.

– Драться с тобой я не могу, пока я под охраной, как шпион! – засмеялся Котик. – Так что бояться нечего! А когда скажут, что мы свободны, ты, мне так кажется, сам не захочешь драки.

– Поспорим? – задиристо предложил Рой.

– На что?

– А что у тебя есть?

– У меня есть синяя блестящая штука, найденная в сокровищнице в подземелье Паучьей башни! Вообще-то я не собирался с ней расставаться, но, просто для интереса, что у тебя есть равноценное? – Котёнок с гордостью выставил на стол пробку от графина, похожую на синюю прозрачную шахматную фигуру.

Несколько секунд Рой неотрывно с жадностью смотрел на неё, потом глотнул, словно стряхивая гипноз.

– У меня есть отличный охотничий кинжал, – сипло проговорил наследник. – Он не при мне сейчас, но подтвердите, что он есть! – принц обратился за помощью к страже.

– Кинжал хорош, – закивали стражники. – Из Золотого ряда, с изогнутой чеканной рукояткой и зеркальным лезвием. На рукояти два маленьких рубина, как глазки. Такой кинжал стоит любых сокровищ!

– Ты ставишь? – переспросил Котёнок. – Ладно, заклад принимается. Лиска, разбей, если его высочество не передумал!

Рой поспешно вцепился в руку «шпиона». Лиска разбила рукопожатие, подтвердив спор. Котёнок снова спрятал стеклянную пробку в карман.

Ещё пару минут они заканчивали трапезу, догрызая печенье и допивая чай. Принц косо зыркал на сомнительных гостей сквозь жидкую тёмную челку, пока в дверях не появились два стража из внутренних покоев и не сказали, что советник Морс просил привести тех, кто пересёк границу ночью. Рой расплылся в ехидной ухмылке:

– Вот и попались! Сейчас узнаем, кто вы!

– Весь дрожу! – насмешливо откликнулся Котёнок.

– Лично я беспокоюсь, что твой кинжал сейчас сменит владельца! – отбила выпад Лиска. – Проводишь нас? Или тебя к секретному допросу не допустят?

Юный наследник сердито фыркнул и пошёл впереди стражи.

Медовый камень

Советник Морс, тот самый, с которым они встречались утром, не собирался устраивать новый допрос. Он встретил сомнительных гостей в своём кабинете и тут же попросил всех следовать за ним в королевские покои.

– Вы убедились в их виновности, советник? – с надеждой спросил Рой.

– Я получил все необходимые сведения и теперь могу представить доклад правящей чете, – ответил Морс. – Прошу простить, ваше высочество, если я не стану повторять новости для вас отдельно. Скоро вы всё узнаете.

В руках Морс держал листок с печатью белой четы. Его он без лишних слов почтительно передал королю, когда двое подозреваемых, охрана и принц Рой явились в тронный зал.

Осиным гнездом правил такой же тощий и подвижный, как сынок, но очень высокий и спортивный Рой-старший. И он, и королева встретили гостей в тёмных нарядах, но это не был траур. Семейство Роев предпочитало тёмные цвета в сочетании с золотом и серебром. Чёрное платье королевы сверкало самоцветами и золотым шитьём. Зато сынок выглядел, как последний уличный мальчишка, за что схлопотал суровый взгляд от матери и спрятался за спины стражи.

Король пробежал глазами короткое послание, сдержал улыбку и передал письмо жене. Та прочитала совершенно невозмутимо и встала с трона, первой раскрыв объятия дорогим гостям.

– Надеюсь, принц Константин и его спутница простят нашу сверхосторожность? – любезным грудным голосом спросила королева Рина.

– От всего нашего пограничья и от нашего рода приношу вам свои извинения за недоверие, – присоединился король.

– Я выполнял свой долг, – слегка поклонился советник Морс. – И очень рад, что всё благополучно разрешилось.

– Я не сержусь, – заверил их Котёнок. – Надеюсь, что и моя спутница простит всех. Это даже забавное приключение. Но я хочу ответ на свой вопрос, советник. И тогда будем в расчёте!

– О чём говорит принц, Морс? – заинтересовалась королева. – Вы поспорили с нашим гостем? Это секрет?

– Никакого секрета, ваше величество, – намного охотнее поклонился советник. – Речь шла о том, всегда ли в нашем пограничье такая строгая охрана? Если же это новшество, то какова причина? Полагаю, ваши величества лучше меня ответят гостю. Позволите?

Король разрешил советнику и страже покинуть зал, а сам доверительно взял Котёнка за плечо. Как большинство знатных особ, Рой-старший вёл официальные переговоры только с принцем, чтобы не смущать его спутницу.

– Видишь ли, ночная стража была удвоена и получила строгие приказы пару недель назад.

– Это угроза с гор? С реки? – забеспокоился Котёнок. – По границе бродят бандиты?

– Это прозвучит странно, но не знаю, – усмехнулся король. – К нам заезжал странствующий предсказатель. Естественно, моя супруга… да все не упустили шанс задать ему пару вопросов! Хитрец обогатился за счёт нашего гнезда, наверное, как нигде! Ведь всем известно, Рои азартны! Что ж, этот проходимец предсказал, что очень скоро нашу границу перейдут ночью незваные гости. И советовал быть с ними поосторожнее. Я не счёл это слишком серьёзной угрозой, но «собачья стража» получила приказ не только гонять зайцев. Надо быть начеку… горы так близко…

– Я понимаю, – кивнул Котёнок. – А этот предсказатель… он ничего не говорил о близком будущем вашего наследника?

– Нет… – с запинкой ответил Рой-старший, стараясь вспомнить. – Мне не говорил. Надо спросить у Рины… Душа моя, – окликнул он жену, – ты получила предсказания насчёт нашего шалопая?

– О, да! – живо откликнулась королева. – Кажется, если не остережётся, вскоре он будет повержен своим же оружием! Что это значит?

– У нас есть шанс обойти это предсказание, – Котёнок оглянулся к принцу Рою. – Ну что? Как там твой вызов? Подерёмся?

Рой-младший кусал губы и сопел, глядя в сторону.

– Если это долг чести, я разрешаю, – заверил король. – Сынок, в чём дело? Ответь же что-нибудь его высочеству, нашему гостю!

– Я счас, – буркнул принц Рой и выскользнул из зала. Довольно скоро он вернулся, уже в дворцовой бархатной курточке вместо уличной куртки. Подошёл к гостю и хмуро протянул ему кинжал с драгоценной позолоченной рукоятью.

– Зачем? – удивился Котёнок. – Мы ведь можем провести спортивный поединок. Твой папа разрешил.

– Не, – упрямо мотнул чёлкой Рой-младший. – Ты гость. Бери!

Лиска подошла ближе и тоже любовалась кинжалом.

– Что, проиграл? – ахнула королева. – Ну просто сил моих на тебя нет! Весь в деда!

– Приятно слышать, что это твоя кровь, – с улыбкой заметил муж, утешая королеву. – Ничего страшного, пусть платит… Может, образумится.

– Нет, у нас обмен, – Котёнок быстро достал сверкающую гранями синюю пробку от графина. – Принц Рой хотел получить эту штуку, которая мне очень дорога и…

– Но это же… – не поверил своим глазам Рой-старший. – Где ты её нашел? Нет, стой, не говори! Покажи, у пробки есть маленький треугольный скол на ножке?

Трое детей приблизились к тронам, вместе с королевской четой рассматривая «сокровище» Паучьей башни. На длинной отшлифованной ножке синего кристалла снизу действительно царапалась крошечная зазубрина.

– В чём повод для волнения, дорогой? – не поняла королева Рина. – Это неизвестная мне наша фамильная драгоценность?

– Да… не то чтобы большая ценность… Но, кажется, когда-то она была моей, – Рой-старший не пытался скрыть изумление. – Неужели ты взял её там?.. Где очень глубоко и темно? В мрачном лабиринте?

– В старом бархатном кошельке, – подтвердил Котёнок. – И там ещё было письмо…

– Неведомому храбрецу, – с кривой улыбкой недоверия чуду кивнул король. – Оно всегда там. Многие годы. Какой круговорот бывает в жизни!

– Значит, это ваш вклад в сокровищницу чёрной башни? – поняла Лиска. – А от чего эта пробка?

– От графина моей бабушки. Он, кстати, цел! – оживился Рой-старший. – Можем проверить! Как мне тогда влетело, что я взял «королевский сапфир» и не вернул!

– Чего же не вернул? – иронично спросил сынок. – Ты же знал, где она! Боялся возвращаться в Паучью башню?

– Если когда-нибудь ты будешь там, поймешь, – отбил удар отец. – Но уже не сможешь сам вернуть нашу фамильную ценность.

– А я её и так вернул! Не выходя из дома! – похвастался Рой-младший.

– Возразить нечего, – признал король. – Ты сделал жуткую глупость, проиграв свой любимый ножик, и всё-таки я рад этому! Надо отметить твой выигрыш! Надеюсь, в кухне есть мороженое? – он обращался к королеве.

Рина обещала найти что-нибудь вкусненькое и присоединиться к семье в столовой. На «сладкий стол» собрались и другие дети Осиного роя. Все веселились и обсуждали тайны Паучьей башни.

Рой-младший оказался не единственным кандидатом в наследники, у него подрастала куча младших двоюродных и троюродных братьев и сестёр, но правящая чета Роев была одна, без боковых линий. Так что до совершеннолетия принца наследный титул у него никто не отнимет. Разве что Рой сам откажется. Судя по тому, как младшие яростно спорили, показывая зубки, и дрались за самые вкусные кусочки, тут никто добровольно не отдаст своей очереди. Уж точно не Рой-младший!

* * *

– Так что ты говорил о предсказателе?

Лиска осталась в зале с младшими и королевой Риной, а принц Рой с Котёнком вышли к мосту.

Скульптура Быстрого моста – свора чёрных бронзовых гончих, бегущих за десятком зайцев, – изгибалась волнами. У многих собак головы и спины блестели чистой бронзой, так же как уши зайцев. Котёнок тоже погладил самых симпатичных ему зверей и пристально вглядывался в изгиб моста на горизонте.

Считалось, Быстрый мост так часто побеждает в гонках, потому что у всех остальных – одна дуга с понижением в центре, а на нём три изгиба – волна. Котёнок и принц Рой, тоже страстный поклонник гонок, бурно спорили, обсуждая скоростные возможности каждый своего моста и сожалея, что нельзя немедленно проверить, кто быстрее. К тому же Красный мост и Быстрый редко соревновались напрямую – они разной длины. Но можно начать гонку по общему сигналу, а после вычислить время и скорость…

Насмотревшись на легендарный мост и пользуясь отсутствием сестры, которая отвлекала Роя своими насмешками, Котёнок решил выспросить побольше о предсказателе, который навещал Осиное гнездо.

– Ты что, его не знаешь? – удивился азартный принц. – Он ведь бывает на каждой большой ярмарке!

– Не знаю. У нас в башне – свой.

– Ого! – Рой округлил глаза. – Везёт же!

Котёнок пренебрежительно махнул рукой:

– Не завидуй! Неизвестно, чей выгоднее и лучше: народный или наш. Алегор иногда угадывает, но… с ним одни проблемы! А этот? Расскажи, какой он. И что сказал?

– Он… – Рой задумался. – Такой солидный ярмарочный фокусник… Большой, высокий, голос – густой бас, в шикарной алхимической мантии с капюшоном… ну, как обычно! Откуда появляется, куда уезжает – никто не видит. Но когда ходит по рядам, моментально всех облетает слух, что предсказатель здесь. И все бегут его искать. А он секунду назад был тут – уже ушёл… Но в этот раз мне повезло поймать его в Медовом ряду.

– Дорого берёт? – серьёзно спросил Котёнок. Рой тяжело вздохнул:

– Всё, что есть. Сперва даёшь, сколько можешь заплатить, только потом он скажет… «то, что сочтёт возможным за эту сумму»! – принц Рой явно цитировал чужие слова.

– И что сказал?

– То, что сказала мама. Что скоро я буду повержен моим же оружием. – Принц усмехнулся: – Это уже сбылось, когда я проиграл любимый кинжал. Но знаешь, не жалею! А вот ещё… – Рой напряжённо растрепал отросшую тёмную челку, то ли стараясь вспомнить, то ли понять загадочное предсказание. – «Не иди навстречу гостям ночи – получишь удар в спину».

– Хм, странно! Если идти навстречу, то удар в спину будет не от них? Или как? – переспросил Котёнок.

– Ну, я так понял, что «не доверяй им». Потом чуть отвернёшься… обманут или предадут.

– Возможно. А ведь «гость ночи» – это я. То есть мы с Лиской.

– Ты думаешь? – на всякий случай Рой снова стал холодным и подозрительным задирой, как в первую встречу. Он пристально разглядывал нового друга, выискивая признаки предательства.

– А кто? – невозмутимо пожал плечами Котёнок. – Твоего отца предупреждают, что ночью некие гости перейдут границу и принесут угрозу. Тебя – что эти гости не должны стать твоими друзьями… Кто-то старался нас подставить, это ясно. Но вот зачем?

– Может, предсказание не о тебе? – с надеждой глянул Рой, стараясь подавить чёрные подозрения.

– У вас были другие незваные гости?

– Последнее время – нет. Но могут появиться!

– Тогда будем считать, что мы – предупреждение для тебя, – весело решил Котёнок. – Ведь ты уже «пошёл навстречу», когда хотел посмотреть на шпионов. Так что уже поймал себя в ловушку, обратно не вернёшь! И если я хотел бы как-то на тебя напасть или обмануть, дело за мной!

– А ты точно не хочешь? – вызывающе улыбнулся Рой, принимая игру.

Котёнок покровительственно похлопал младшего принца по плечу:

– Спор я уже выиграл, а гонки провести мы сейчас не можем… Мои коварные планы пока закончились! Что я ещё могу? Отнять твою корону?

– Только попробуй!

– Так у тебя же её нет!

Мальчишки хохотали, в шутку размахивая кулаками, но от смеха не могли как следует замахнуться, сгибались пополам и цеплялись за перила моста. Захлёбываясь смехом, изобретали другие возможности для вражды или поединка. Сбросить друг друга с моста? Убить своим же выигранным кинжалом? Рой попросит руки Лиски, а она согласится, только если принц прыгнет с Паучьей башни? За это Котёнка немедленно казнят, потому что не отговорил друга. Ооох, много опасностей подстерегает каждого из них в жизни!

От истерического хохота, стирающего нервное напряжение и подозрительность, их отвлёк королевский повар.

– Ваше высочество не соизволит помочь мне выбрать рыбу к ужину? – обратился он к принцу Рою.

Котёнок хихикнул в последний раз, удивляясь, что раньше никогда не видел таких тощих поваров.

– С большой охотой помогу! – откликнулся Рой. – У меня появилась новая возможность всех отравить, чтобы не мучились! И разом решить проблему!

– Ваше высочество! – ужаснулся повар.

– Да успокойся, Остин, шутка! – отмахнулся наследник. – Идём, надо выбрать самого толстого угря! Ты когда-нибудь ел свежего угря? – Рой обращался к гостю.

– Только копчёного.

– А запечённого? – передразнил Рой. – Само собой, не ел! Живые угри только в одной запруде: между нами и Холодным крылом, где выход реки.

– Но ведь за пару часов их можно доставить в любую точку замка, – удивился Котёнок.

– Конечно, можно! А зачем? Разве что какой-нибудь особый случай. А так все покупают копчёных. Твоя Лиска боится змей? Вот будет ей сюрприз!

Хотя брат уверял, что Лиска мало чего боится, Рой предвкушал, как гостья подпрыгнет, увидев главное блюдо.

Они спустились вместе с Остином в торговые ряды и прогулялись в сторону реки, к каскаду небольших запруд, кишащих рыбой. Там сверкала кожей огромная радужная форель и, как морские змеи, извивались угри. Только здесь рыба из горных рек заходила в замок. Рой не преувеличивал, что торговая компания «Угри и Форель», держатели запруд, известны не меньше, чем Золотой и Самоцветный ряды Холодного крыла.

Рой только выбрал королевского угря, и мальчишки ушли, оставив Остина самого сражаться с рыбой-змеёй. Рой тащил Котика к достопримечательности Осиного гнезда – Медовому ряду. В нём особенно уместно выглядели шестиугольные окна и двери каждой лавки и шестигранные переплеты больших витрин – настоящие пчелиные соты!

Несмотря на близость гор, Осиное пограничье уклонялось от пронизывающего северного ветра, здесь в самые суровые зимы было намного теплее, чем у соседей. Из-за этой особенности тут расцвело пчеловодство. И весь Зелёный пояс дальше Тревожной осиновой рощи занимали пасечные поля цветущих медоносов: гречихи, рапса, низкорослых акаций – плавно переходящие в плантации роз, лаванды, розмарина, где собирали эфирные масла для перегонных лабораторий Шёлкового крыла.

– Я не могу ходить один среди такой медовой роскоши! – довольно скоро возмутился Котёнок. – Надо позвать Лиску! Пусть тоже посмотрит! Она выросла в саду, и там, конечно, жужжали пчёлы, но такого…

– А что ты думал? Бестиары могут только ходить в горы, не опасаясь медведей? – с чувством превосходства заявил Рой. – Давным-давно предки нашего рода приручили диких пчёл. Эти, домашние, уже совсем не слушаются! Но наши люди в них кое-что понимают…

– Я вижу! Здорово! – восхищённо признал Котёнок. – Так позовём Лиску?

– Подожди, хочу показать тебе что-то без неё, – Рой потащил нового приятеля дальше, в самый конец Медового ряда. И неожиданно Котёнок увидел, что разноцветная волна банок с мёдом, сотовых рамок, пчелиных ульев самых невероятных форм и прочих материалов и инструментов пасечников, не уступающих алхимикам, сменяется застывшими каплями мёда без банок! Прилавки светились осколками солнца разного размера.

– Что это?

– Янтарь. Медовый камень. Единственный самоцвет, который есть у нас, а не в Холодном крыле. Там, в предгорьях, – Рой жестом показал за стены замка, – в сухом сосновом лесу есть Солнечная яма. Когда-то там было озеро, но почему-то вода ушла. В яме огромное месторождение янтаря. Это древняя окаменевшая смола или что-то вроде того.

– Может быть, правда мёд? – пошутил Котик. – Какой-то великан тысячи лет назад сделал запасы, но всё не съел! Вот и досталось людям…

– Всё может быть! – Рой остановился перед небольшим прилавком, где блестели не осколки, а гладкие капли разного размера. От тяжеленной, которую можно удержать только двумя руками, – ну точно, разлилась и застыла банка лесного мёда! – до мелких, размером с пробку от графина и даже меньше.

– Вот, помоги выбрать, – попросил Рой. – Какой Лиске понравится?

– Ты хочешь?..

– Да, на память. Кинжал ведь надвое не делится! – засмеялся принц.

Котёнок обошёл прилавок, по-новому оценивая прозрачные и мутные золотые капли. Одну из них они могут унести с собой…

– Выбери из этих, – посоветовал он Рою. – Ей нужен небольшой камушек, чтобы носить на шее вместо медальона. Вот эта капля, или этот овальный, или ромб…

– Слишком мелкие! – пренебрежительно возразил Рой.

– А зачем ей огромный камень на шее? – пошутил брат Лиски. – Зато в них уже есть ушки для подвески. То, что надо!

– Ладно, если не врёшь… – Рой поторговался с хозяином лотка и выбрал каплю идеальной овальной формы светлого золотистого оттенка с тёмно-медовыми жилками внутри, но без чёрных точек. Котёнок удивился, что эта красота стоит всего-то пять грошей. Принц думал, медовый камень по цене равен золоту. Возможно, так и было в других местах, куда его привозили как большую редкость.

– Красивая, – одобрил каплю солнца Котик. – Не сомневайся, ей понравится. А насчёт этого подарка у тебя нет жуткого предсказания?

– К сожалению, есть, – сумрачно ответил Рой. – Давнее. Когда я подарю кому-то «медовую слезу», то сам пролью об этом немало слёз… Но я не верю. Не хочу верить в эту ерунду! Пусть Лиске эта капля принесёт счастье!

– Знаешь, что я понял о предсказаниях? – тоже всерьёз сказал Котёнок. – Они сбываются. Но если постараться, их можно изменить. И сбудется совсем не так, как говорилось.

* * *

За ужином Лиска не вскрикнула от испуга, увидев на блюде огромную водяную змею. Но взяла вилкой первый нарезанный кусочек в чёрной коже, с белым мясом внутри, украшенный соусом и кислыми ягодами, с большой опаской. Потом распробовала и больше не боялась. Запечённый угорь гостям понравился.

На сладкое подали тонкие хрустящие коржи, эклеры-пустышки, разные кремы и много сортов мёда. Каждый мог составлять «пирожные» по своему вкусу. Это было весело и снова не обошлось без шуточной борьбы младших наследников.

Гости заночевали в Осином рое, заранее извинившись перед хозяевами, что уйдут рано – хотят увидеть на рассвете цветущие медовые поля.

– Принц Рой – вреднейший тип и всё-таки довольно милый, – тоном светской дамы сообщила брату перед сном Лиска. На груди её в кружевах ночной сорочки темнела янтарная подвеска.

– Ага. Ты знаешь, что ему предсказан подлый удар от нас? Нож в спину от меня и много слёз по твоей вине!

– С чего вдруг? – возмутилась Лиска.

– Не знаю, так предсказано, – Котёнок старался говорить более легкомысленно, чем чувствовал. – Хотя, пожалуй, знаю. Если объявят общий поединок, я должен победить… А принца Роя даже не допустят к драке. Он несовершеннолетний. Думаю, он сильно обидится, если узнает… И может счесть это предательством. Ведь честный человек мог подождать два года…

– Три. На самом деле ему девять, а не десять. Он старше выглядит.

– Так он как Гуська? Никогда бы не подумал! Рой совсем взрослый… М-да, тем более он не простит.

– А я? Чем вызову потоки его слёз? – с той же деланной лёгкостью, которой они явно заразились от советника Морса, полюбопытствовала Лиска.

– Рой влюбится в тебя, а ты – сестра его врага. Большая радость! – предположил Котёнок.

– Пожалуй, сходится. Как это изменить?

– Не знаю. Но я бы не хотел таких врагов, как Рои, – Котёнок рассматривал драгоценный кинжал с двумя крошечными змеиными глазками-рубинами на рукоятке. – И никакого поединка не хочу!

– Тебя не спросят, – уверенно «обнадёжила» Лиска.

– Почему? Разве не нужно моё согласие?

– Заговор готовился долго, они отлично изучили твой характер. Придумают что-то такое, чтобы ты не смог отказаться.

– Тогда я тоже знаю, что я сделаю! – победно сверкнул глазами Котёнок. – Мне очень легко расстроить все их планы! Потому что кое-что они не учли!

– Что?

– Не скажу! Правда, Лисичка, ты навела меня на мысль, но не хочу даже с самим собой обсуждать её, чтобы никто не мог услышать!

– Подумаешь! – надулась сестра. – Спокойной ночи!

Сестра хотела уйти. Брат удержал её за руку.

– Вот видишь, – с проницательной грустью заметил он. – Даже ты обижаешься из-за такой мелочи. Подумай, что будет с Роем, если он узнает о поединке…

– Я поняла, – кивнула Лиска. – Но это очень странный предсказатель! Если бы я знала то, что и так знаю: что мы идём сюда, что кто-то хочет устроить поединок за большую корону, я тоже могла бы делать такие предсказания! Без всякой магии! По-моему, кто-то старался нас поссорить с Роями. И «предсказатель» поехал дальше. Он мог навестить и другие королевские дворы!

– Мориса против нас не настроишь, он умный, – возразил брат. – А вот девчонок – да… Кто знает, что им наговорили?

– А в Стае – принц?

– Да, принц Волчонок. Уже коронован.

– Ты его знаешь?

– Ни разу не встречались, только читал в «Листке». Но если он хотя бы вполовину такой боец, как Рой, то моё дело плохо.

– Хватит! У меня голова болит, как только начинаю думать о главном заговоре! – пожаловалась Лиска.

– Тогда не думай ни о чём и ложись спать, – посоветовал брат. – Это проверенный рецепт Бро-Тома. Помогает перед экзаменами и прочими трудностями. Завтра подумаем. Или послезавтра. Зачем паниковать заранее?

Лиска обняла брата и ушла в свою комнату. А назавтра они покинули Рой.

«Магистерий магиструс»

Если в Зелёном поясе Осиного гнезда любимыми (собственно, и единственными в небогатом лесами пограничье) деревьями были осины, то в аллеях и рядах вдоль стен Шёлкового крыла выстроились шелковицы. И не для красоты, не ради ягод и созвучия названия. Это плантации шелкопряда. Маленький червячок питался листьями шелковиц и поставлял большую ценность – шёлковую нить. Поэтому шуточный герб Шёлкового крыла – довольный толстый шелкопряд в короне. «Королевский листок» проявлял изобретательность в карикатурах и все дворы и героев сплетен изображал узнаваемо и смешно.

Кроме шелковиц крыша Шёлкового крыла напоминала одеяло, собранное из очень ярких лоскутков. Масличные поля и грядки компенсировали меньший размер тем, что цвели намного ярче медовых. Тут и огненно-оранжевая календула, и сине-фиолетовая лаванда, и алые маки, а жёлтые подсолнухи и поля роз – везде в почёте, они тянулись к солнцу, не замечая границ полей. Алхимики усердно бились над тем, чтобы нужные им как ингредиенты снадобий цветы цвели как можно дольше и все сразу. Лиска отлично знала растения и рассказывала о них Котёнку.

Сквозь аромат полей пробивался дым из труб алхимических лабораторий. По большей части рассеиваясь, он ударял в нос всегда неожиданно и непредсказуемо. То сладкий, то едкий, то с привкусом горького масла, то неуловимо-обволакивающий, но такой, что, если надышаться, упадёшь в обморок. Ремесленные цеха Шёлкового крыла издавна занимались не только выделкой роскошных тканей, но и их окраской и разработкой новых сверхсекретных формул для гладкости и яркости цвета… Так постепенно все верхние этажи крыла заняли алхимики.

Позднее к ним присоединились лучшие модельеры и составители духов, устроившие тут не только мастерские, но и школы. Шёлковое крыло по праву считалось самым модным в империи, самым художественным и эксцентричным. Впрочем, все технические смазки тоже производились здесь, об этом отлично знали механики соседнего Солнечного крыла. Ряды художников, их мастерские занимали не меньше места внизу, чем Тканый, Масляный, Красочный, Шёлковый ряды. Между ними пестрели вывески модных и парфюмерных домов и алхимических лавок.

Когда солнце поднялось высоко и жарило так, что от ароматов полей и лабораторий у Лиски разболелась голова, да и Котёнок, хоть и скрывал слабость, чуть не свалился без чувств, путешественники решили спуститься вниз. Своими глазами посмотреть на великолепие торговых рядов Шёлкового крыла.

– «Игла судьбы», – прочитал Котёнок и тут же закрыл сестре глаза ладонями. – Угадай, что там делают?

– Гадают на иглах дикобраза? Лечат иглоукалыванием? Устраивают гонки ежей? – Лиска пыталась освободиться и говорила, что посмешнее, надеясь, что брат ослабит хватку.

– Не угадала! – хохотал он. – Смотри!

– Главное ателье, пошив нарядов для особого случая! – прочитала в витрине Лиска. – Надеюсь, костюм для коронации тебе заказывали здесь. Иначе, можно считать, церемония заранее не удалась!

– Не знаю, как мне, а вот тебе то платье, помнишь, юбилейное, точно купили здесь! – парировал Котёнок.

– Ой, шёлковые веера ручной росписи, – Лиска млела перед витриной совершенно ненужных ей, но красивых картин на шёлке. – А это? «Духи Розарио»! Можно подумать, это салон связи с призраками, а не парфюмерная лавка!

Больше часа путешественники веселились, разглядывая витрины, в которых одна капля краски, масла или духов стоила не меньше золотого. Не говоря уж о тканях и готовых нарядах. Нашлась тут и доступная для них экзотика – пироги с шелковицей. Потом, устав от пестроты и суеты, до вечера путешественники шли по Внутреннему Квадрату, подальше от торговых рядов, по настоящему цветущему лугу, где трава росла из земли, а не на чьей-то крыше.

Последний раз они гуляли так в тот вечер, когда шли после представления в театр, ещё не зная, что не застанут артистов на стоянке. Это навевало грустные мысли.

– Знаешь, – сказала Лиска. – Рои так любят золото и серебро… И живут ближе всех к Холодному крылу, где столько ювелиров и рудокопов…

– И что?

– Их пограничье разрослось из одного рода, думаю, они часто женились по соседству.

– Думаю, да, как всякое пограничье, – Котёнок всё ещё не понимал мысль сестры.

– Пока вы гуляли с принцем, я видела представителей всех знатных родов Роя и кучу слуг… и стражу… Никто-никто не похож на нас. А ведь в них больше крови сильверголдов, чем у других родов!

– Ты хотела бы, чтобы наши родители были похожи на королеву Рину и…

– Угу, – не поднимая головы, кивнула Лиска. – А что? Рои красивые. По принцу этого не скажешь, но, может быть, и он когда-то станет таким же красавцем, как отец! Правда, они в основном темноволосые… но разные есть.

– Похожи на свою любимую породу собак, – фыркнул Котёнок. – Смесь змеи, гончей и пантеры! Хотя принц Рой, скорее, смесь змеи с кроликом! Вот не знал, что тебе такие нравятся!

Лиска соизволила посмеяться и пригрозить брату кулаком, если не перестанет дразниться. Но в глубине души Котёнок разделял её печаль. Все семьи, которые они встречали на пути, были такие настоящие «доминошные», просто как для обложки «Королевского листка». И только они с Лиской росли не поймёшь где!

Лиске даже повезло больше. Намного больше…

* * *

Вечер выдался очень тёплый, и для ночлега путешественники снова развели костёр на лугу. Нашли готовый очаг пастухов, жарили бутерброды и спали под звёздами. Перед сном Лиска выставила перед собой обе руки (появилась в последнее время у неё такая привычка) и смотрела на них, словно искала десять отличий правой от левой. На каждой руке блестело колечко-змейка. Серебряная и позолоченная. Котёнок молча наблюдал за её игрой и бросал ветки в огонь.

С утра на горизонте уже явственно чернел Утренний мост и поднималась в небо Свет-башня в солнечной короне. Следующий день снова прошёл то в поле, то среди торговых рядов. Когда лавки художников стали встречаться чаще, чем магазины тканей, Лиска заметила притаившуюся в переулке красно-чёрную вывеску: «Магистерий Магиструс».

– Это последняя лавка алхимиков и гаданий? – она потребовала у брата достать карту.

– Смотря откуда считать. Если от Свет-башни, а в конце концов всё считается от неё, то эта лавка первая. И очень знаменитая!

– Почему?

– Она отмечена красным значком. Такие пометки стоят только на главных достопримечательностях, которым по крайней мере больше ста лет! Мелкие заведения тут даже не написаны, а эта есть!

– Зайдём? – кивнула на дверь Лиска.

– Ты хочешь предсказание? – сообразил Котёнок. – Но у нас только десять грошей. Кинжал я не отдам!

– Я хочу разобраться. Надеюсь, на мои вопросы наших денег хватит.

– Тогда идём.

Принц открыл дверь и пропустил спутницу первой.

В полутьме лавки таинственно блестело множество пузырьков и пробирок со снадобьями, кристаллы и магические шары, такие же, как у Алегора. Даже восьмиугольный шкафчик с резными дверками, шёлковый занавес и столик, инкрустированный рунами, казались Котёнку знакомыми. Но Лиска впервые очутилась в таком месте и настороженно оглядывалась.

– Магистра сейчас нет, – сообщил им очень бледный и очень рыжий парень за прилавком. – Он обедает, придётся подождать. Можете пока изложить своё дело мне.

– А ты кто? Ученик алхимика? – к долговязому мальчишке Лиска не испытывала мистического почтения.

– Вроде того. Лавкой владеют мой отец и дядя. А я им помогаю, веду учёт. Единственное, что мне далось природой, это математика!

– Значит, ты не наследуешь семейное дело? – сочувственно покивала Лиска. Мгновенно придумала историю и стала вдохновенно говорить: – Наверное, ты можешь нам помочь не хуже взрослых! Видишь ли, мой брат Миха мечтает стать предсказателем. Прочёл об этом кучу книг. Но я думаю, живой помощник из такой почтенной лавки посоветует что-нибудь лучше, чем самая умная книжка! Правда? Вот скажи, предсказателю непременно нужна магическая кровь?

– Нет, но желательно, – пожал плечами парень. – Без этого учиться трудно. Их клан живёт в Туманном крыле, там у предсказателей свой маленький университет.

– Это я знаю, – изобразила скуку Лиска. – А что, все предсказатели знакомы между собой?

– Лучше или хуже, но знают всех. Когда дают диплом, собирают весь клан без исключений. И каждый может задать новичку вопросы для проверки.

– Правда? А ты слышал о магистре Алегоре?

– А, королевский предсказатель башни Снов! – парень махнул рукой, словно это самый лёгкий вопрос за всю его жизнь. – Он много о себе воображает, но дело знает хорошо. Мой дядя учился с ним на одном курсе. Сейчас не помню, что-то они не поделили, трудное испытание, которое никто не мог решить. Алегор тогда выиграл и стал гордостью курса. Дядя его за это недолюбливает, но признаёт, что у него талант. Хоть, по его словам, Алегор глуп как пробка и заботится только о внешнем блеске своей карьеры. Не знаю, как это, но дядя так сказал отцу.

– А кто сейчас самый уважаемый предсказатель в империи? – поинтересовалась Лиска.

– Старейший – магистр Болгир, глава клана и почётный глава университета.

– Ух, вот бы Михе попасть к нему в ученики!

– Он давно не преподаёт, Болгиру больше ста лет! – засмеялся племянник предсказателя. – Если о каком учителе стоит мечтать, так это об Оксандре. Он самый строгий, но самый толковый из преподающих. Наполовину маг! Это многое значит.

Лиска кивнула, обещая запомнить.

– А странствующий предсказатель хуже других?

– Народный… – помощник в лавке задумался и возвёл глаза к потолку, расписанному созвездиями. – Думаешь, раз не стал советником у кого-то из королей, значит, у него меньше таланта или знаний? Э нет, не всё так просто! Пожалуй, он самый богатый из предсказателей.

Мало у кого хватает средств купить себе личные расчёты вариаций надолго. Вот Алегор уже лет двадцать служит на одном месте и не может уйти, потому что у королевского двора перед ним огромные долги! Куда он денется, пока не заплатят?

А странствующий предсказатель сегодня здесь, а завтра там, и везде требует вперёд звонкую монету! Большой хитрец. Точно неизвестно, всё-таки он один на всю империю или там подрабатывает банда. Но дело это выгодное, можете не сомневаться!

– А как его зовут? – встрял Котёнок. – Ты же всех знаешь!

– Я – нет, вот дядя знает, – смутился рыжий помощник. – Я помню, как-то совет клана ругал его, потому что все собрались, а народного пришлось долго ждать, он был где-то за границей. Но как его зовут – не помню. Твоему брату придётся очень постараться, чтобы войти в клан предсказателей. Там не работают никакие родственные связи или взятки, только аналитические способности и интуиция. Можно научиться считать вероятности, можно выехать на магическом таланте, но в целом… – племянник магистра безнадёжно покачал головой, показывая, насколько мизерный шанс у кого-то стать предсказателем.

– Разве что у него призвание, – добавил он в виде утешения. – Тогда ему ничто не помешает. Но дядя говорил, способности обычно проявляются в раннем детстве. У твоего Михи это есть?

– Да, кое-что я замечала, – серьёзно кивнула Лиска. – Все замечали. Поэтому он и вбил себе в голову, что должен учиться в Туманном крыле и получить диплом.

– Ну что ж, удачи! – пожелал консультант. И отказался от платы за профессиональную беседу. Предложил гостям всё-таки дождаться магистров, но Котик и Лиска быстро откланялись. Они и так знали теперь намного больше, чем до прихода сюда.

– По крайней мере, знаем, кому жаловаться на Алегора, если всё станет безнадёжным, – проворчал Котёнок.

– Зато мы убедились, что предсказатель, который был у Роев, – настоящий, а не какой-то шарлатан!

– Почему ты уверена, Лисичка? Может быть, кто-то назвался предсказателем, чтобы морочить людям головы и грести деньги. Ты слышала, это очень прибыльное дельце!

– Именно поэтому настоящий предсказатель и не потерпит самозванцев! – неопровержимо ответила Лиска. – Допустим, там работает целая шайка, их десять или двадцать «народных», но они хорошо знают друг друга, не мешают работать и не могли бы получить дипломы без общего собрания!

– Да, это важно, – признал Котёнок. – Я раньше не предполагал, что все предсказатели хоть раз встречались. Может быть, на каком-то большом совете, когда искали проект нашего замка при Первом Императоре… А оказалось, они видятся довольно часто, каждый раз, как выбирают нового.

– И для них народный предсказатель – один, – подчеркнула Лиска. – Помнишь, все его ждали…

– М-да. Значит, своих помощников он учит сам… или их просто нет, – признал Котёнок. – Но даже если против нас всего лишь два предсказателя, мне как-то от этого не легче!

Эльжара

После ночлега в доме симпатичной владелицы магазина тканей, три дочки которой тоже занимались семейным делом: одна рисовала по шёлку, другая – вышивала, третья – шила, а отец семейства – потомственный ткач, путешественники очень рано вышли в Художественный ряд, как только открылись первые лавки.

В одной витрине Котёнок заметил смутно знакомую картину – портрет хорошенькой золотоволосой девочки.

– Смотри, Лисичка! Портрет, как у тебя!

– Ни капли не похоже! – фыркнула сестра, мельком глянув на юную красавицу в оливково-зелёном платье, шитом золотом.

– Да я не про неё! Портрет такой же. Тебя не этот художник рисовал?

Лиска поняла, в чём сходство. Портретист постарался представить озорную девочку серьёзной дамой: в придворном платье, чинно сидящей у открытого окна. В золотых волосах и на украшениях сияло солнце, но круглые щёчки с ямочками и светлые глаза говорили о том, что модель художника – та ещё озорница. Портрет, очевидно, заказали по тому же поводу, что и Лиске, – подарок к юбилею. Только не к десяти-, а к пятилетнему. Сияющая малышка была намного младше зрителей.

– Интересуетесь парадными портретами? – из лавки выглянул серьёзный молодой художник с бородкой и длинными каштановыми кудрями. – К совершеннолетию? Для особого случая? Сказал бы, для помолвки, но вам это ещё… хотя кто знает? У нас недёшево, но рука и глаз точные. Качеством будете довольны!

– Это ваша работа? – Лиска осторожно показала на портрет златовласки в зелёном.

– Нет, маэстро Гордена. Я его помощник и пока не пишу заказы для королевского двора, – скромной и одновременно ироничной улыбкой художник не обидел и себя, не только учителя.

– А что вы рис… пишете? – старательно кокетничала Лиска, рассчитывая услышать о себе нечто «художественное» вроде: «Я охотно написал бы ваш портрет, юная госпожа! Вы так прекрасны!»

Художник показал в витрине ряд небольших картин с видами Утреннего моста, Свет-башни, крепостной стены и далёкой бескрайней степи к востоку от замка.

– Что вам больше нравится? – спросил он ранних посетителей.

Брат и сестра одинаково прикипели к картине, изображающей просторы вне замковых стен. С дорогой, ведущей через холмы и цветущий майский луг.

– Понятно, – кивнул художник. – Тогда на кой вам… простите, для чего таким вольным душам портрет принцессы?

– А, у меня дома почти такой портрет. Только мой, – самодовольно уточнила Лиска.

– Вы тоже принцесса? – ответил на её заигрывания художник.

– Я… не совсем, – тайная сестра принца чуть-чуть покраснела, что не укрылось от зоркого взгляда.

– Всё ясно, вы путешествуете инкогнито! – весело успокоил её помощник маэстро Гордена. – Не беспокойтесь, я сохраню секрет вашего высочества! Желаете навестить свою родственницу в башне? Или пока хотите чаю? Я как раз заварил свежий, с лимонной мятой…

– Так это Элька! – Котёнок хлопнул себя по лбу и тут же прикусил язык. Ведь разгадав секрет портрета, невольно выдал и себя. – Простите, я хотел сказать… – забормотал он, краснея более явно, чем сестра.

– Ну да, её высочество наследница Свет-башни Элеонора-Жарина, в народе – Эльжара Смелая, – подсказал художник. – Юбилейный портрет в возрасте пяти лет. Даже не представляете, сколько более поздних её портретов тут развесили в прошлом году по случаю коронации! Плакаты размером в пару этажей! Ясно, что вы не местные… Так всё-таки чаю?

– Спасибо, – выдохнул Котёнок и глянул вверх. – Ой, что это на башне?!

Сестра и художник проследили за его взглядом и заметили между верхних зубцов стрелу для строительной подвески, огромный, просвеченный солнцем тонкий купол вроде шёлкового зонта гигантских размеров, а под ним – крошечного человечка. И этот человечек прыгнул и полетел вниз! Купол плавно тормозил падение, как пушинка одуванчика несёт по воздуху семечко.

– Это она и есть, Эля, – с гордостью ответил художник. – Испытывает своё новое изобретение.

– Простите, нам пора! – спохватился Котёнок.

– А чай?

– Спасибо, в следующий раз!

Держась за руки, ранние посетители нырнули сквозь торговые ряды к замку. Нашли ближайшую внешнюю лестницу и побежали вверх, на крышу.

* * *

– Чёрт возьми, сколько раз повторять, Димыч, уменьшить противовес на два пуда! На два! – принцесса подняла два пальца. – Так вам понятно?!

– Но, ваше высочество, скорость падения… риск… – неразборчиво отвечал старый механик, не отходя от стены замка. Жёлтый шёлковый купол трепетал между ними, постепенно снова поднимаясь в воздух. Двое крепких парней тянули его на блоках вверх.

Десятки кожаных ремней шли от каждой секции «зонта» к поясу принцессы. Элька расстегнула пояс, освободилась и сердито расхаживала по ровной полянке, куда недавно приземлилась. Купол мешал ей подойти к стене, приходилось кричать.

– В чём риск?! Куда я упаду дальше крыши?! – Эльжара возмущённо размахивала руками, показывая ограниченность пространства. – Ветром меня не унесёт, потому что ветра НЕТ! Я и так привязана к башне тросом, как собака на поводке! Так я ещё должна лететь со скоростью пушинки?!

– Чем это плохо, ваше высочество? – робко возражал Димыч. – Ваша матушка…

– Её величество ни разу не летала, поэтому её приказы тут не имеют никакого веса! – возмущалась принцесса. – А я имею вес! И настаиваю, чтобы свободное падение ему соответствовало! Короче, Димыч, подскажите повод вашего выхода на пенсию? Глухота или кривые руки?!

– Ваше высочество! – укоризненно воскликнул механик. – Да я ж за вас всегда…

– Чтобы это было в последний раз! – пригрозила Элька. – Уменьшите противовес и попробуем ещё раз… – тут принцесса заметила неожиданных свидетелей её скандала с техническим помощником. – Эй, вы кто такие? Тоже хотите полетать? Милости просим! Стараниями Димыча это совершее-е-енно безопасно! Просто до отвращения! Боитесь? – Эльжара вызывающе засмеялась, и на ее щеках обозначились те же круглые ямочки, что и на портрете.

– Я не боюсь, – слегка хрипло ответил Котёнок, меньше всего ожидавший такого предложения. – Но, кажется, ваш аттракцион ещё не до конца опробован…

– Вот и поможешь! – принцесса Эльжара подскочила и бесцеремонно схватила незнакомого мальчишку за руку. – Ты сколько весишь?

– Э… где-то пятьдесят кило.

– Точнее? Ладно, не важно, наверху есть весы. Идём!

– Стой, даже не думай! – дёрнула брата за другую руку Лиска. – Куда ты его тащишь! – в этот момент Лиска не помнила, что обращается к принцессе.

– А что? – презрительно прищурилась Элька. – Верну я твоего мальчика через десять минут в целости и сохранности, не бойся!

– Никуда он без меня не пойдёт и прыгать не будет! – Лиска шагнула вперед.

– Да-а? – Элька склонила голову набок, изучая «грозного противника». Круглолицая принцесса чуть выше и намного спортивнее худенькой Лиски, но в драке Котёнок не знал бы, кому отдать предпочтение.

– Девочки, тише, – примирительно попросил он. – Простите, ваше высочество, мы не знакомы…

– Какая разница? – перебила Эльжара. – Прыгнешь, тогда и познакомимся! Иначе зачем мне знакомиться с трусишкой?

– Я не боюсь, – с нажимом повторил Котёнок. – По крайней мере, пока… – бормотал он, когда они поднимались на площадку наблюдателей.

Элька неслась впереди через две ступеньки, Лиска сердито спешила следом за братом, готовясь высказать всё позже, когда они поднимутся на башню.

– Красота, правда? – Эльжара обвела рукой верхушку башни и зелёные просторы за ней. В глаза светило утреннее солнце, но это не мешало наслаждаться видом с высоты. – Не передумал? – она обернулась к Котёнку.

Он щурился на солнце. Шёлковый купол уже висел наверху, качаясь под строительной стрелой и шевеля ремнями, как спрут, поймавший щупальцами змею. Это болтался пояс.

– Знаешь, я вообще не думал, – честно ответил Котёнок. – Но когда меня просит принцесса… Не могу отказаться от подвига!

– Потому что дурак! – буркнула Лиска. – Эй, не знаю, что ты задумала, но я его одного не пущу!

– Хотите прыгнуть вместе? – у Эльжары загорелись глаза. Видимо, такого эксперимента на её памяти ещё не было. – Технически это можно, пока Димыч не убрал лишний груз. Ну-ка, идите сюда! – она позвала своих подопытных добровольцев к большим напольным весам. В Белом крыле мельники взвешивали на таких мешки с мукой.

– Сто три кило, нормально! Стропы выдержат все полтораста, а трос рассчитан на тонну! Вопрос, какие у вас объёмы талии?

Лиска возмущённо вспыхнула и заверила, что в такой пояс можно завернуть троих, а не двоих!

– Проверим, – Элька отнеслась к вызову серьёзно. Она подозвала гостей поближе к краю, подтянула ремень и примерила на них обоих. Стражники башни наблюдали за действиями принцессы с почтительного расстояния, не вмешиваясь.

«Интересно, если позвать на помощь, нас спасут?» – мелькнула мысль у Котёнка.

– Удачно, что вы одного роста… Так, язычки застёгиваются на третью дырку, это безопасно… И расстояния в боках хватает! Но чем вас разделить посередине?.. Минутку! – Элька умчалась просить помощи у поста наблюдателей.

– Лиска, ты серьёзно? – толкнул сестру локтем Котик.

– А ты?! – зло зашипела она. – Без меня ты точно не прыгнешь!

– Как будто у меня есть выбор! Что ж делать, если это лучший способ завоевать расположение принцессы, – шёпотом ответил брат. – Мало ли что ей о нас наговорили! Но ты подумай, вместе мы полетим в два раза быстрее!

– И что? Я тебя не брошу! Как сказала эта змеюка, дальше крыши не упадём!

– Как знаешь! – Котёнка передёрнуло. Он предпочёл бы лететь вниз без свидетелей. Но и сестра права – вместе не так страшно делать шаг с края.

– Будь здесь Златка, она бы тебя не бросила и одного не отпустила! – привела последний аргумент Лиска.

– Ну да, она бы прыгнула сама, и ей бы это ничего не стоило! – жалобно ответил брат. – Как жаль, что её нет!

– Придётся мне заменить сестру в смертельном номере, хоть я и не хочу! – пыталась пошутить Лиска. – Но ты уверял, что мы ТАК похожи!

– Нашла! – Элька вернулась с железным креплением, которым прошила ремень посередине, разделив двух пассажиров «летающего зонтика». Теперь их талии плотно охватывал широкий пояс, а руки освободились, чтобы держаться за ремни верхней подвески.

– Боковые стропы не трогайте! – наставляла их Элька. – Не дёргайтесь и ближе к земле согните ноги для упора, чтобы удачно приземлиться и не упасть. Эх, жаль, я не могу полететь с вами! Но трое – это слишком. Может, уступишь место? – с надеждой спросила она Лиску.

– Нет! – со всей возможной гордостью ответила та.

– Тогда давайте. Ни пуха ни пера! – пожелала им принцесса. – Шагайте с края плавно, отталкиваться не надо.

– Я чувствую себя как пленник пиратов! – шепнул брат Лиски. – Это и называется «прогуляться по доске»!

– Угу, – кивнула сестра. – Только не столкни меня раньше времени!

Им пришлось осторожно и синхронно подойти к краю короткого трамплина, вынесенного метра на полтора за стену башни. Теперь центр жёлтого купола пузырился прямо над ними. В его верхушке оказалась круглая дыра.

– Наверное, для тяги, как в трубе, – предположил Котёнок.

Окрестностей они почти не видели, а вниз старались не смотреть. В последний момент Лиска освободила руку и крепко обняла брата, держа ремень только одной рукой. Котёнок сделал так же. Не раздумывая, боясь сбиться во время отсчёта, они одновременно шагнули в пустоту…

Ветер ударил в лицо снизу, и купол взлетел, открыв огромное пространство далеко за пределами Зелёного пояса возле башни. Вначале брат и сестра ощутили обморочную слабость в желудке, потом рывок, когда ремни натянулись, и поняли, что их что-то держит сильной рукой. Они не падали, они скользили. Но слишком быстро, чтобы успеть перевести дух и насладиться полётом. Огромное мозаичное солнце на стене башни мелькнуло за спиной. Лужайка и люди внизу стремительно приближались. В последнюю секунду они пытались по совету Эльки спружинить, чтобы удержаться на ногах, но всё-таки упали и покатились по траве.

Они путались в «щупальцах спрута», пытались встать, но безуспешно. Смеялись и падали снова, пока Димыч и два других молодых помощника не помогли им освободиться из «капкана». Внезапно поняв, что Эльжаре сверху не видно их приземление – мешает купол, брат и сестра расхохотались ещё громче и уже не могли остановиться, пока разгорячённая принцесса не прибежала вниз узнать результат прыжка.

– Нормально, – заикаясь от смеха, кивнул Котёнок. – Можно повторить!

– Только не сейчас… позже… мне нужно… – смеялась Лиска, – отдохнуть и попить водички!

Принцесса с завистью смотрела на них, изо всех сил стараясь понять их чувства. Потом пригласила гостей в башню, где их ждёт и вода, и еда, и отдых. Своим помощникам велела убрать всё и держать в готовности для новых испытаний.

* * *

– Так ты тоже наследник? Вот ужас! – сказала Элька позже, когда все трое отдыхали на диванчике в маленькой гостиной. Перед ними на столике стоял поднос с печеньем, освежающими коктейлями и соками. Принцесса потягивала через трубочку чай со льдом. – А что вас занесло к нам?

– Ветер! – фыркнул Котёнок. – Я ещё долго буду чувствовать себя летучим семечком! Хотя отнюдь не пушинкой! Ты преувеличивала!

– Попробуешь прыгнуть один, узнаешь, кто прав, – вздохнула Эльжара как человек, умудрённый опытом. – Серьёзно! Из-за этих перестраховщиков я один раз зависла в воздухе! Болталась там, как червяк на удочке, пока меня не сняли!

– Видно, забыла плотно позавтракать! – хихикнула Лиска и взяла печенье.

– Нет, просто кое-кто сделал противовес, как для слона!

– Родители не против твоих опытов? – осторожно спросил Котёнок.

– Мама? Конечно, против! Но это одно из преимуществ совершеннолетия и короны! – принцесса демонстративно потянулась, показывая степень своей свободы. – На самом деле, я хотела сделать место для прыжков на мосту, чтобы туда приходили все желающие. Но мне совет не разрешил. Нельзя отвлекать людей и нарушать движение в торговых рядах!

– Пожалуй, они правы, – признал Котёнок. – С башни летать лучше. Вид и всё такое…

– Элечка, у тебя гости? – в гостиную заглянула красивая молодая дама с такими же золотыми волосами, как у Эльжары, только убранными в пышную причёску. – Приятно видеть, что ты иногда общаешься с ровесниками, а не только с Димычем и командой своих механиков! Но, боже, в каком виде ты принимаешь друзей! – ужаснулась королева Светлана, имея в виду Элькин спортивный комбинезон. – Простите мою доченьку, – ослепительно улыбнулась королева. – Эля одержима своими изобретениями и теряет среди них голову, не то что хорошие манеры!

– Спокойно, мам, это свои! – прервала поток любезностей Эльжара. – Я не уроню себя ещё ниже в глазах подданных, не бойся. Это принц Константин из башни Снов и его спутница Лисичка. Они всё понимают, верно?

Королева ахнула, невольно приложив ладони к щекам. Потом от души отругала дочь за то, что не предупредила о высоких гостях, и пригласила Котика и Лиску остаться на обед. Они смущённо поблагодарили. Королева ушла, не мешая «деткам» болтать и бездельничать, как она выразилась.

– Тебя прозвали Смелой, – заметила Лиска, – но твоей маме тоже не откажешь в самообладании!

– Она привыкла, – отмахнулась Элька. – Я с самого детства что-то выдумывала и всюду лезла! Папа меня поддерживал!

– А сейчас? – удивилась хмурому тону Лиска.

– Папа не с нами, – сдержанно пояснила принцесса. Даже не зная, о чём речь, всякий бы догадался, что Эльжара говорит о своём полусиротстве, а не о разводе родителей. Такую историю в Домино знали бы все!

– Когда это случилось? – нахмурился Котёнок, не помня подробностей, но понимая, что отец принцессы, несомненно, был молодым и сильным.

– Уже семь лет, – вздохнула Элька. – Я была маленькой, но хорошо его помню. Жестокая лихорадка в конце зимы… Тогда многие болели, но он не выжил.

– Печально.

– Да, а ещё более – странно, – жёстко согласилась Эльжара Смелая. – Я всегда считала, что кто-то дал ему в лекарстве яд.

– А твоя мама что думает? – заволновалась Лиска.

– Считает, что виновата болезнь и больше никто. Она не верит в заговор. Зачем кому-то убивать короля? Я слышала, что так бывает, чтобы человеку просто не хватило сил против лихорадки… Но только не в Домино! И только не папе! У него в роду кровь Львов! Он не мог просто сдаться!

– Так он из Замка Грифона? – спросил Котёнок.

– Папа родился в Солнечном крыле, но да, Львы – наши родственники.

– И королева Леонора твоя тётя?

– Троюродная, – поморщилась Эльжара. Видно, ей так же, как когда-то Котёнку, не нравилось слишком дальнее родство. Элька росла единственной наследницей Свет-башни. Теперь понятно, почему. – Кстати, они с Орлиной будут здесь послезавтра. Обещали привезти маленького принца Леонида. Оставайтесь, повеселимся!

– Не обещаем, но спасибо, – ответили на приглашение гости.

Почувствовав, что отдохнули достаточно, до обеда они ещё несколько раз по очереди летали с башни. Причём Котик и Лиска каждый раз не уставали радоваться тому, что Димыч не сделал противовес полегче, как хотела принцесса. Плавный полёт им нравился. Элька ворчала, но впервые за долгое время для неё нашлась компания в развлечениях, и принцесса терпела возмутительно медленный спуск ради друзей.

* * *

За обедом королева Светлана расспрашивала гостей о путешествии и новостях разных королевских дворов. В отличие от прочих торжественных обедов, в Свет-башне гостей приняли исключительно в семейном кругу, без придворных и даже без многочисленных боковых линий родственников. Шумный приём, пышные наряды и сложный этикет оставили на другой раз, для встречи родни из Замка Грифона.

Королева Светлана тоже уговаривала Котика и Лиску остаться на пару дней, чтобы увидеть торжества в башне во всём блеске.

– Боюсь, мы снова разминёмся с Орлиной и ее семьёй, – осторожно ответил Котёнок. – Не так давно мы посетили проездом Замок Грифона, но не могли засвидетельствовать своё почтение королевской семье. Боюсь, они на меня обиделись… Я не хочу портить вам праздник.

– Чепуха! – возражала королева Светлана. – Если возникли недоразумения, лучше всего их разрешить за дружеским столом! Орлы и Львы только на гербах выглядят грозно! В действительности это милые люди! Останьтесь, познакомитесь.

– Насчёт Орлины молва говорит правду! – вмешалась Элька. – Она зануда! Больше всего обожает книжки и ни-ка-ких спортивных развлечений! Ей точно нужно выйти замуж за Юриса! Вот будет парочка!

– Не говори так, – засмеялась Лиска. – Юрис, представь себе, в детстве лазил с друзьями в Паучью башню!

– Да ладно! – Эльжара замерла с вилкой у рта и вытаращила глаза. – Никогда не поверю!

– Его родители тоже не сразу поверили! Но у всех королевских семей свои секреты! Может, и про Орлину ты не всё знаешь!

– Доченька, я всегда говорила, не суди сгоряча! – радостно поддержала гостей Светлана. Элька недоверчиво качала головой и молча жевала.

Когда к слову пришлось упоминание о семье Роев и чудесах Медового ряда, взгляд Эльжары упал на янтарный кулон на груди Лиски. Раньше принцесса не обращала внимания на золотую капельку, а теперь не могла оторвать от неё глаз. И всё больше мрачнела, слушая рассказ о знакомстве с принцем Роем.

– Мне кажется или Элька ревнует? – шепнула Лиска брату, когда после обеда они стояли на Галерее, глядя на оживленный Утренний мост.

– К чему? – не понял Котёнок.

– К Рою! Что он подарил мне медовый камень!

– Не думаю… принц младше неё на четыре года!

– И что? С ним нельзя просто дружить и ревновать, если он дарит подарки не тебе? – потрясающе логично спросила Лиска. – И потом, – вздохнула она со взрослой рассудительностью, – это сейчас важно. А когда ему двадцать, а тебе двадцать четыре – уже совсем другое дело!

– У Фильки всегда была куча поклонниц намного старше него, – признал Котёнок. – Может, ты и права… Лишний повод для принца проливать слёзы из-за тебя и жалеть о своём подарке! Что если Элька знала о предсказании? Что если, когда они были в гостях у Роев, принц сказал, что не может подарить ей такую штуку, а тебе подарил? – Котёнок ткнул пальцем в янтарную каплю.

– Всё возможно, – философски признала Лиска. – У принцессы Эльжары огромные шансы стать императрицей Солнца, если бы она только захотела! Никому не пожелаю с ней ссориться!

– О чём болтаем, заговорщики? – Элька мгновенно возникла рядом. – Идёмте в оружейный зал, я покажу вам кучу механических штук, каких больше ни у кого нет! Их сделали мы с Димычем!

– Давай, – согласились гости. – Только не пробуй каждую на нас, это опасно для здоровья!

Они провели пару незабываемых часов на экскурсии в оружейной, испытывая разные изобретения неугомонной принцессы. Но с первым прыжком ничто не могло сравниться. Чтобы чем-то ответить, Котёнок показал Эльке золочёный кинжал, и это произвело на принцессу сильное впечатление.

– Возьми, – сказал Котик. – Для меня это просто сувенир. Тебе нужнее.

– Нет, не могу, – отказалась Элька. – Это слишком дорогой подарок.

– Мне он почти ничего не стоил. Я его выиграл. Если не хочешь подарка, возьми на хранение. Когда встретишь принца Роя, верни ему.

– Спасибо, – Элька сжала его руку вместе с кинжалом. – Я не возьму, но спасибо тебе огромное! У меня не так много друзей…

– Как у всех коронованных особ, наверное! – перебил её торжественную речь Котёнок.

– Наверно, – согласилась Эльжара. – Но я провела с вами замечательный день. Я его никогда не забуду!

– Мы тоже, – заверила Лиска. И решилась на откровенность: – Эля, ты наблюдательная и не веришь общим словам о безопасности Домино. Ты ничего не слышала о пропавших детях в какой-нибудь королевской семье?

– Когда? – насторожилась принцесса.

– Давно, больше десяти лет назад.

Элька задумалась и медленно покачала головой.

– Кажется, нет. Знаешь, я совсем не слежу за дворцовыми интригами. Но такое запомнила бы. Нет, не знаю. Но я стопроцентно уверена, что в башне Снов тоже ничего не слыхали об отравлении короля Леопольда семь лет назад.

– Увы, – подтвердила Лиска. – Но «Королевский листок» писал об этом?

– Ещё бы! Особенно если бы мама обратилась за расследованием к белой чете! Но ничего не было. Так что в «Листке», наверное, только траурное сообщение в рамочке и никаких подробностей. Не проверяла, но уверена, что это так! Откуда возьмётся больше?

– Ты хоть примерно подозреваешь, кому выгодна смерть твоего отца? – сумрачно спросил Котик.

Элька помотала золотистыми локонами. Видно, не один год думала над этим, но никакого ответа не нашла.

– Построить самую сложную механическую штуку проще, чем разгадать мысли людей, – грустно сказала она.

– Согласен, – Котёнок протянул руку принцессе, заключая союз. – Но нам стоит держаться вместе. Кто бы в будущем ни хотел нас поссорить, обещай ничему не верить, пока мы не встретимся и не обсудим всё лично.

– Договорились, – Элеонора-Жарина пожала руку сначала принцу, а потом Лиске. – А давай всё-таки один разок прыгнем вместе!

– Ох… – простонал Котёнок. – Ну только ради тебя… и один раз!

Эльжара засмеялась и захлопала в ладоши.

Железный волк

Встретиться с правящей четой и наследницей Замка Грифона казалось очень разумным тут же, в гостях у Эльжары. Тем более высокие гости сами спешили навстречу. Стоило лишь задержаться на один день. Но то самое чутьё, которому брат и сестра договорились следовать, необъяснимо гнало их вперед. Как бы ни было весело с Элькой, что бы ни обещала встреча с родом Львов и Орлов, рано поутру путешественники покинули башню Огненного Венца. Совершив ещё по разочку напоследок плавный полёт в легендарном огне рассвета, который и дал название башне.

– Я читала, что изгнанникам нигде нет покоя, – грустно заметила Лиска. – Но они хоть знают, куда стремятся и где их ждут…

– А мы просто катимся по Квадрату, как в той игре у Эльки, – поддержал Котёнок, вспомнив большую квадратную ракетку с моделью замка и опоясывающими его шестью дорожками. Нужно было провести четыре шарика от Снежинки по лабиринту всех дорожек вокруг Большого Имперского Квадрата и не уронить, а загнать в «норки» под каждой башней. Тогда играет весёленькая мелодия, объявляющая конец игры, и можно подсчитать очки.

– Свет-башня – ровно половина пути, – недоверчиво проговорила Лиска. – Мне кажется, мы ушли из дома давным-давно…

Вылазки в торговые ряды Солнечного крыла развеивали грустные мысли, поэтому брат и сестра много времени проводили внизу, а не в Зелёном поясе. Ну а что природа? Ничего особенного, рядом с башней Снов такая же. Разве что на площадках для отдыха множество каруселей и подвесных горок, где с визгом и хохотом катаются дети Солнечного крыла.

Зато внизу живут лучшие механики, кузнецы, инженеры, строители, изобретатели – все, кого обожает Элька. В их лавках выставлено полно механических штук, какие трудно вообразить даже после коллекции принцессы Эльжары. Все конструкторы мостов и модели замка – предел мечтания детей империи Домино – тоже придумывают и делают здесь. Котёнок помнил, сколько счастливых часов детства обеспечили ему сказки няньки и подарки родных – всё более сложные модели замка. Собственно, другое счастье выпадало мало и редко.

В открытых двориках перед мастерскими кузнецы соревновались в своём искусстве с ювелирами: ковали крошечные подковки, надевающиеся на палец, как перстни, могли выковать любую подпись из проволоки, паутину, цветущую розу, божью коровку…

На крышах мастерских, в витринах и на прилавках перед ними разыгрывали целые представления механические фигурки разного размера. Они двигались по кругу, кланялись друг другу, рыцари дрались, нарядные пары танцевали, стражники совершали обход по крепостной стене…

Весь этот театр приводился в движение вращением одного колёсика. Его либо крутили ручкой, либо заводили пружиной. Множество разных фигурок, больших и маленьких, годились для установки в часах, на шарманках, в музыкальных шкатулках, детских волчках и просто как богатые игрушки.

Хоть Часовой ряд и прочие самые точные приборы собирали дальше, в Туманном крыле, детали для часов и самые хитрые музыкальные механизмы с валиками и пружинками, которые звенели или струнно пели, располагались тут же.

– Верно, что каждый торговый ряд – отдельный городок! – выдохнула Лиска. – Но в этом, кажется, потеряться легче всего! У меня голова кружится… а уходить не хочется! Мы видели ещё так мало…

– Нам нужен отдых, Лисичка! – твёрдо заявил брат. – Иначе всё это великолепие потом приснится! Хочешь горячий пирожок?

– Не, еда есть. Купи лучше по чашке супа, запьём горяченьким…

Потратив один грош, опытные путешественники уселись на лавочке в зелёном сквере на углу от музыкальной лавки. Пили тёплый бульон, закусывали пирожками с мясом и с картошкой, слушали музыку.

Котик и Лиска присматривались к каждой толпе вокруг шарманщика, безотчётно надеясь увидеть странствующий театр. По мере приближения к Замку Грифона инженерные конторы уступили место сверкающим мастерским Зеркального и Хрустального рядов. И каждое отражение в умножающих зеркалах, когда вместо одной Лиски мимо проходили сразу три или шесть, напоминало прошлый визит в Замок, погоню за исчезнувшей сестрой.

Вот уже над Орлиным мостом во всём великолепии раскинул сверкающие крылья и занёс львиную лапу грифон из хрусталя с вкраплениями позолоты. Вот и почтовая станция, откуда они уезжали в прошлый раз.

– Так странно видеть что-то настолько знакомое и знать, что за следующим поворотом, – поделилась Лиска.

– Ага, мы словно дома и не дома, – согласился брат. – Но отчего-то мне хочется пройти эти ряды как можно быстрее…

– Ты вспоминаешь Среброглазку?

– Не думаю о ней напрямик, но то чувство, когда мы их упустили, оно всё время здесь, – Котёнок показал на середину груди, словно воспоминания не давали ему дышать.

– Мне тоже трудно идти здесь и не спешить, – сказала Лиска. – Идём наверх, где ещё не были…

Они снова поднялись в Зелёный пояс, сменив знакомые места Замка Грифона на незнакомые. Зная, что правящая чета уехала в гости, на ночлег путешественники остановились у простых людей. Увидев наверху строительство новых солнечных часов, помогли рабочим в отделке площадки. Котик ввернул пару умных слов, подцепленных от Эльки, заслужив уважение и приглашение к обеду.

Довольно часто на пути встречались «стены желаний» с узором бесконечной мозаики, которая росла усилиями проходящих, не говоря уж о главных картинах на каждой башне. Путешественники добавляли по паре камушков каждой стене, не уставая желать, чтобы их поход вокруг замка принёс отгадку главной тайны.

* * *

Следующее утро в Туманном крыле их встретило «классической» погодой. От близкой реки ночью поднялся густой туман, который не рассеивался до полудня. Не желая свалиться в невидимые проёмы замковых стен, путешественники решили спуститься на Галерею. По крайней мере, там перила не уходят из-под рук. Время от времени в тумане мелькали смутные силуэты. Котик и Лиска обходили их, бормоча приветствия и кратко обмениваясь с полуневидимками мнением о погоде.

Внизу и над крышами верхнего этажа как флаги вывешивали постиранное бельё, дожидаясь первых лучей солнца. Замок напоминал корабль, заблудившийся в тумане.

Но через несколько часов вся мгла рассеялась. И с трудом верилось, что эта оживлённая часть замка недавно выглядела так загадочно.

– Ясно, почему предсказатели выбрали себе для жизни именно это место, – Лиска показывала вверх на стрельчатые окна университета с ироничными надписями на витражах: «смутно – ясно», «гадание – знание», «верю – не верю».

– А я не понимаю, почему тут же обосновались и астрономы! – Котёнок уже видел вдалеке на крыше купол обсерватории. – Разве в тумане удобно изучать звезды?

– Зато туманности – удобно! – весело ответила Лиска. – Думаешь, они вообще смотрят на небо? Сидят по кабинетам, листают толстые атласы и считают, считают, считают… Сверяются с приборами и снова считают!

– У звездочётов есть свой маленький замок в горах, – блеснул знаниями Котёнок. – Вот где они по-настоящему изучают звезды. А здесь… всё-таки главные тут предсказатели!

– И часовщики! Часовой ряд точных приборов, – Лиска указала вниз, на рекламу с огромным циферблатом. – Без них ни астрономы, ни моряки не проведут свои расчёты координат! Точно не хочешь заложить кинжал? Раздобудем золота, пойдём и спросим у предсказателей, что они знают!

– Нет, не пойдём! – отрезал Котёнок. – Теперь я думаю, что они все заодно! Или любой из них может оказаться замешан в заговоре! А мы сами придём к нему, как глупые мыши в мышеловку? Нет уж!

Предлагая навестить предсказательный клан, Лиска наполовину шутила, но приняла доводы брата.

* * *

Прогулка по Морскому ряду практически стоила поездки на Побережье, только без синей полосы моря на горизонте. Её заменяла широкая гладь реки, где тоже мелькали разноцветные паруса небольших судёнышек.

Тут набирались команды для дальних торговых рейсов и экспедиций. Лавки вокруг трещали от сувениров из южных морей и разных рыболовецких (учитывая близость реки) и морских снастей. Путешественники помнили оживление возле Рыбного моста и Главную пристань напротив Морских врат.

С принцем Морисом близнецы снова столкнулись на Галерее, будто он постоянно ждал Котика и Лиску. Принц встретил их как старых друзей.

– Не понял, почему ты ещё без короны? – весело приветствовал он Котёнка. – Ты ведь, кажется, согласился?

– Я согласился, только чтоб отстали! – честно ответил тот.

– Ясное дело! Надеешься на законную отсрочку?

– Не очень-то надеюсь, но…

– …хоть не сразу, – кивнул Морис. Принцы отлично понимали друг друга. – А полностью сойти с линии наследования шансов нет?

– Родители мечтают видеть меня на троне. Но это не моя великая мечта!

– Что-то задумал? – прищурился Морис. – Уважаю. Заранее не говори, чтобы не сорвалось! А мне одна надежда – выдать Морковку замуж. Да кто её возьмёт, такую буку! Эх, не везёт! – Мечтатель засмеялся, намекая на свою старшую сестру Морскую принцессу Марианну по прозвищу Морковка.

Путники заночевали в Морской башне, познакомились с родителями Мориса Мечтателя, его молчаливой и строгой старшей сестрой и всем двором. Потом не спали далеко за полночь, говорили обо всём на свете, особенно о путешествии и новостях из своих жизней.

Никаких особых новых предсказаний Морская башня в последнее время не получала. Своего штатного предсказателя у них нет, но, если нужно посоветоваться, король Марк всегда ищет возможность встретиться с профессором Оксандром. Благо Туманное крыло – ближайшие соседи.

Морис вообще считал, что в предсказаниях слишком много тумана, хотя как за соломинку держался за своё родовое предсказание, что однажды он выйдет в море.

Брат и сестра мучительно жалели, что не могли вполне откровенно обсудить свою историю с принцем. Морис – хороший парень, но чем поможет?.. Им трудно давалось обходить в мечтах о будущем свою главную цель. К счастью, о сбежавшем от них в прошлый раз странствующем театре Морис не спрашивал. Не хотел напоминать друзьям о неудаче, в чём бы она ни состояла.

* * *

Добавив ещё пару зелёных камушков в хвост русалки, гости простились с Морской башней и постепенно удалялись от реки. Проходя над Почтовым рядом, где обучали и нанимали лучших гонцов для Снежинки, брат и сестра долго спорили, стоит ли отправить домой почтовых голубей. Решили не отправлять.

Возможно, дома беспокоятся о детях, но по империи бродит достаточно новостей и шпионов, способных дать родителям весточку, что с путешественниками всё в порядке. В том числе здешняя шпионская элита Верескового крыла, поставляющая дипломатов, советников и частных детективов во все уголки замка.

На несколько дней постоянными спутниками Лиски и Котёнка стали ровные подушки вереска вдоль всех дорожек Зелёного пояса и множество гаргулий на стенах. Каменные чудовища разного вида и размера сидели почти у каждой арки внизу и наверху, на зубцах Звёздной дорожки, украшая пейзаж. Нежно-лиловые бутончики на ветках вереска цвели в неурочный час стараниями магов. Южную нотку вносили чёрные свечи кипарисов, поднимающихся до верхних зубцов стены, и разлапистый можжевельник, окружающий уголки отдыха.

Снаружи к стенам всё ближе подступала тёмная кромка леса.

– Как думаешь, дети Верескового крыла и Стаи бегают в лес за ягодами? – спросила Лиска. – Это ведь совсем рядом!

– Скорее, они собирают ягоды здесь, – возразил Котёнок, показывая на бесконечные низкорослые кусты черники и брусники с маленькими блестящими листиками. – Я бы своих не отпускал! Только с охраной.

– Думаешь, лес опасен?

– Почём я знаю? Я выезжал туда пару раз с пап… принцем Ланом. На большой охоте столько народу, разве поймёшь, какой он, настоящий лес? Я бы хотел там побродить, но только не в толпе. И не один, с кем-то из старших, кто знает всё вокруг.

– Я тоже, – вздохнула Лиска. – Мне нравится в «лесном» углу нашего сада. Думаю, настоящий лес почти такой, как Тёмные аллеи, только намного больше.

– И полностью непредсказуемый! У него нет забора и дорожек, которые всегда выведут домой.

– Но в лесу есть дорожки! – возразила Лиска.

– Есть тропы диких зверей и лесорубов, но их надо уметь читать, чтобы не заблудиться.

– А ты умеешь?

– Не-а. Говорю же, там нужен проводник. Без него пропадёшь…

Мечтая когда-то в будущем устроить настоящий поход в лес, брат и сестра снова заночевали под открытым небом у костра. Запах кипарисовой хвои и вереска баюкал их, а гаргульи на стенах охраняли сон.

* * *

Утром их разбудил далёкий звон оружия. Котёнок узнал этот звук. Феликс рассказывал младшему братишке о фехтовальных утренних разминках учеников Верескового крыла. Ведь дипломаты и придворные должны виртуозно владеть не только языком…

И звон тяжёлого металла далёким эхом или постоянным фоном сопровождал путешественников по мере их приближения к Военным рядам. Теперь они могли оценить, насколько мирно, звонко и без скрежета звучал Кузнечный ряд.

– Ух ты, сколько у них всего! – Котёнок издали восхищённо рассматривал Волчий мост, опутанный внизу под арками лестницами, спортивными подвесками, канатами, качелями, трапециями, турниками. Между опор всюду натянуты страховочные сетки, чтобы самые младшие без опаски учились лазать по тренажёрам. Фигурки спортсменов на таком расстоянии выглядели мелкими обезьянками в джунглях, растущих под мостом.

– Вот бы у нас на Красном что-то такое сделать!

– Он ведь Бумажный! – скептически напомнила Лиска. – Все арки заняты сушкой бумаги!

– Да, жаль, – протянул Котик. – Везёт же некоторым!

Граница Стаи, славящейся своими воинами и спортивными достижениями, неумолимо приближалась. Внизу, сразу за Военными рядами, раскинулись лабиринты спортивных и турнирных полей и беговых дорожек, где тренеры гоняли молодёжь Стаи, стремясь развить и закалить их, готовя к разным испытаниям.

Над перилами Волчьего моста нависал традиционный сторож пограничья – огромная статуя волка. Железный волк скалил пасть и ерошил загривок, встречая приезжих на мосту. Но одним глазом косил и на идущих сбоку, по Галерее.

На спине символа Стаи кто-то сидел. Издали было видно – не страж, слишком вертлявая и хрупкая фигурка. Чем ближе подходили путешественники, тем больше уверялись, что это некто, мечтающий во весь опор мчать по мосту в «скорлупке». Сейчас это удовольствие ему явно недоступно, вот он и представляет, что волк несёт его прямо к Снежинке, обгоняя ветер. Парнишка, примерно их ровесник или чуть постарше, смотрел вдаль и, замечтавшись, машинально пришпоривал волка. Железный зверь при всём желании не мог унести его далеко. Разве что в снах.

Но как бы неизвестного всадника ни занимал полёт воображения, гостей он заметил вовремя.

– Ого! Привет! Добро пожаловать в Стаю! – крикнул он сверху, наклонясь ниже и похлопав статую по шее. – Похоже, вы издалека!

– Как посмотреть! – громко в тон ему ответил Котёнок. – Идём издалека, а живём близко!

– Пошлину платить будете? – голос мальчишки звучал дерзко, нельзя было понять, он шутит или всерьёз.

– В каком смысле? – удивилась Лиска.

– В обычном, – в свою очередь удивился абориген. – За проход по Волчьему мосту надо покормить волка!

– Как? – заинтересовались путешественники.

– Денежками, как ещё! – заявил свысока страж границ Стаи. И засмеялся, видя растерянные лица. – Вы здесь впервые, ясненько! Сейчас покажу!

Он ловко соскользнул с высоченной спины волка по передней лапе и спрыгнул на площадку перед мостом. Лиска только сейчас обратила внимание, что незнакомец босой. Странно, ведь он был одет почти что щегольски: свинцовая рубашка отливала на сгибах синевой, чёрная кожаная жилетка и чёрные узкие брюки. Ботинки он оставил между лап волка, видимо, босиком проще карабкаться в «седло». Часть спины статуи действительно отполировали многие поколения ловких ребят. Похоже, только Рои да Волки ещё помнили, что пограничья выросли из военных застав возле мостов.

– Гляньте сюда! – предложил «волчонок», когда обулся. Встал перед мордой волка и сунул руку ему в пасть. – Бросаем туда денежку…

Что-то звякнуло, проехав изнутри по горлу волка в брюхо. Судя по звуку – медный грош. И упала монетка не в пустоту, а в груду других монет. Мальчишка ловко нырнул под брюхо волка и показал изумлённым путешественникам потайную дверцу с хитрой замочной скважиной.

– Это копилка! – сообразила Лиска.

– Так точно, юная госпожа! – «волчонок» отвесил шутовской поклон. – Запасная казна на чёрный день, – он любовно похлопал железный бок статуи. – Или на будущее правление короля Волка.

– А ключик у кого? – хитро спросил Котёнок.

– Ясное дело, у наследника!

– Вот этот? – Котёнок ловко сдёрнул с его шеи чёрный шнурок. – Проверим!

– Отдай!

Все трое выскочили из-под брюха железного волка, и двое мальчишек стали гоняться друг за другом по Галерее, пытаясь отнять и не отдавать ключ. Местный парень, несомненно, более ловкий и сильный, загнал пришельца в угол, но Котёнок в последний момент успел перебросить ключ сестре.

– Лиска, проверь! Подходит?

Ключик сверкнул в луче солнца, Лиска поймала его за шнурок. «Волчонок» бросился к ней. Но девочка застыла, не пытаясь отвести руку. Со странной улыбкой она смотрела на разгорячённого мальчишку, и он невольно остановился, видя, что началась другая, непонятная игра.

– Возьми, – Лиска подала ему шнурок с ключом. Он молча взял и надел на шею.

– В чём дело, Лисичка? – стараясь отдышаться, к ним подошёл брат.

– Думаю, нам пора познакомиться, – всё так же загадочно, не в силах справиться с блуждающей улыбкой, сказала Лиска. – Встаньте рядом, вот так…

Мальчишки, ещё не понимая, недоверчиво развернулись, как она просила, и посмотрели друг на друга.

Когда ключ блеснул в полёте, как рыбка, а «волчонок» обернулся, в его глазах отразился точно такой же стальной серебристый блеск, какой сейчас Лиска видела в глазах своего брата.

Королева Альфа

– Принц Вилчур, – абориген Стаи протянул руку гостю. – Конечно, все зовут Волчонком. Так и короновали.

– Принц Константин. Котёнок, – ответил на рукопожатие гость.

– Смешно. Но ты ведь Волк? – недоверчиво нахмурился наследник Стаи. – В смысле, мы, кажется, родственники?

– Похоже. А тебе сколько лет?

– Двенадцать. С половиной.

– Как с половиной?! – вырвалось у Лиски.

– Обычно, – Волчонок с усмешкой на одну сторону посмотрел на неё. – Я осенью родился.

– А?.. – не знала, как спросить, Лиска. Наконец нашлась: – В Стае много линий наследования?

– Хватает.

– А есть ещё кто-то с серебряными глазами, как у тебя?

Вилчур повел плечами:

– Только мама. Я думал, это наша семейная примета. Больше такой не видел.

– Теперь видишь, – хмуро сказал Котёнок. – Надеюсь, ясно, почему нам нужно поговорить с королевой?

– Наедине, – быстро добавила Лиска, чувствуя, что её накрывает нервная дрожь. Зубы стучат, и никакие переговоры она вести не сможет.

Волчонок заметил и успокаивающе взял её за руку.

– Идёмте, я всё устрою. И, раз на то пошло, дань можете не платить! – он пытался шуткой подбодрить растерявшихся гостей, но сам не знал, что и думать.

– Кстати, разве «кормить волка» – дело не добровольное? – спросил Котёнок, чтобы сказать хоть что-то, когда они шли по запутанным длинным коридорам.

– Угу, как бросать монетку в фонтан. На желание, – подтвердил Вилчур. – Хотел вас разыграть.

– Сейчас жалею, что не бросил, – Котик тоже чувствовал, как по спине ползут холодные мурашки, а ноги заплетаются, не желая идти навстречу судьбе. Лиска молча дрожала.

Чтобы развлечь их, Волчонок рассказал об особенностях внутренней жизни в пограничье.

– Вам может показаться странным, но в Стае сохранилось древнее разделение всех помещений на мужские и женские половины. И границы у нас очень строгие. Это видно и в каждом зале, и за столом. Потому что правит обычно пара. И королю подчиняются все придворные кавалеры, а королеве – дамы. Как будто как в других дворах, но у Волков иная иерархия. Наших предков из бестиарского гарнизона так и прозвали, потому что это устройство настоящей волчьей стаи!

Правит главная пара, ниже них по иерархии – взрослые королевские дети и ближайшая родня: то, что в других родах называется боковыми линиями. Только там есть семейные пары. Потом идут младшие королевские дети, те, что без пары, а за ними – остальные придворные, дамы и кавалеры, все свободные.

– И что, они не женятся? – удивилась Лиска.

– Бывает, женятся. Но только с одобрения правящей четы и на всю жизнь. Понимаешь, у диких волков такие пары: навсегда. И у нас так же. Если один в паре погиб, другой остаётся один до конца. Не потому, что нет под боком хороших вариантов. Просто не может стать счастливым ещё с кем-то. Если разбилась правящая пара, вдовствующий король или королева становится правителем для всех. Или пока половина в отъезде, любой из пары может заменять обоих: править и мужской, и женской половиной.

– Так правит твоя мама, – кивнула Лиска. – Нам Юрис говорил…

– Угу. Но дело в том, что любая новая пара может претендовать на трон, – пояснил Вилчур. – Поэтому браки среди придворных такое сложное и важное дело. Прежде чем разрешить, правителям нужно не только убедиться, что пара подходящая, нужно узнать заранее, готовят ли они переворот. И знать этого точно никогда нельзя. Риск есть всегда, – Волчонок развёл руками, мол, что поделать, таковы люди.

– Значит, для наследования не важна степень родства с правителем? – переспросил Котик.

– Абсолютно не важна. Важна решимость драться. Если кто-то бросает вызов, проводят турнир. Кто победил, тот и правитель. Если Стая их примет и не бросит тут же новый вызов!

– Интересно, – признала Лиска. – А дети? Какое место они занимают в Стае?

– Несовершеннолетние вне иерархии и все равны, неважно, какого они происхождения. Только им можно не соблюдать стороны. Например, на больших приёмах они бегают по залу с мужской половины на женскую, и никто не возмутится. Проблемы с возможной сменой власти обычно происходят, когда появляется чужак. Чей-то дальний родственник переезжает жить в Стаю, или кто-то из простых стражей за особые заслуги получает новый титул и должность и входит в придворный круг.

– А сейчас у вас есть чужаки, которые мутят воду? – спросил Котёнок.

– Целая партия! – фыркнул Волчонок. – Среди мужчин – это те, кому не нравится главный советник Ярок. Многие считают, он слишком молодой, слишком наглый, и они говорят, что у них с мамой… неважно! Это ложь! А дамам, наоборот, он слишком нравится, и некоторые из-за этого тоже занимают оппозицию к королеве.

– У вас прямо как шахматы! – восхитился Котёнок.

– Вроде того, – усмехнулся наследник Стаи. – Только повеселее. Потому что нельзя предугадать ходы. Вот, мы пришли. В зале, должно быть, полно народу. Идите за мной по средней дорожке, не заходите на стороны. Вам будут кланяться, потому что вы – мои гости. Кивайте в ответ, но ничего говорить не надо. Если что, я сам разберусь.

Волчонок толкнул красную дверь, окованную железными полосками. В глаза ударил золотистый свет, очень яркий после сумеречного коридора. Пол из узорных белых, коричневых и серых плит пересекала алая ковровая дорожка. Котик и Лиска с опаской шли по ней, боясь случайно заступить за край.

– Ваше высочество! – склонилась в реверансе ближайшая дама с веером. – Приветствую! Хорошо погуляли?

– Угу. Благодарю. Где мама?

– Её величество в своём кабинете, – доложил статный кавалер, подойдя справа. Несмотря на молодость, в его волосах блестела густая седина. Синий мундир с серебряным шитьём красиво оттенял её. – У них совет по поводу…

– Неважно, – перебил принц. – Доложите, что у меня срочное дело. Мама должна меня принять как можно скорее.

– По личному вопросу? – уточнила молодая, но очень сухая остроносая, похожая на гувернантку дама, секретарша королевы.

– Нет, государственному. И секретному, – внушительно добавил Волчонок, гордо вскинув голову. Видно, в обычные дни кто-то мог встать на его пути и отложить встречу с матерью, но не сейчас.

Как принц предупредил, по одну сторону дорожки в зале находились дамы, а по другую – только кавалеры. Все они отвлекались от своих дел и склонялись в поклонах и реверансах, когда принц проходил мимо. Но это не мешало им мгновение спустя возвращаться к непринуждённой беседе. Стражи у дверей вовсе не было.

Они прошли весь зал до королевского кабинета. Дверь почти скрывали толстые портьеры. Котёнок отлично знал, что это не только украшение, но и предохранитель от лишних звуков, чтобы они оставались внутри и не достигали посторонних ушей.

– Вначале я один зайду, скажу, в чём дело, – шепнул принц. – А потом вы.

– Я не могу! – испуганно отказалась Лиска. – Мне плохо. Я боюсь упасть.

– Присядь, – Волчонок указал ей стул с мягким сиденьем и спинкой на дамской половине зала. – Подожди, я недолго, – обещал он Котёнку.

Тот остался под дверью, стараясь не подавать виду, насколько нервничает. Гость понимал, что его изучают десятки жадных взглядов, но принц привык к такому вниманию и волновался не об этом.

Буквально через полминуты из кабинета, поклонившись на ходу, вышли двое мужчин в красных военных мундирах, видимо, полковники гарнизона. Следом за ними выглянул Волчонок и сообщил так, чтобы все слышали, что королева Альфа желает видеть юного гостя наедине.

Два принца разминулись в дверях. Наследник Стаи остался ждать снаружи. Проходя мимо, успел пожать руку гостя и шепнуть: «Удачи!» Котёнок молча сглотнул, скользнул в кабинет и закрыл дверь.

* * *

Он видел много разных королев и не знал, чего ожидал. Но удивился, когда к нему обернулась хрупкая худенькая женщина с пронзительным взглядом. В обычное время с высокой причёской из тёмно-пепельных волос и царственной осанкой вдовствующая королева Альфа, вероятно, выглядела величественно. Сейчас она не скрывала волнение и порывисто шагнула навстречу гостю.

Котёнок поклонился, но королева решительно подняла его и всматривалась в лицо. Принц понимал, какой ответ она ищет. Он сам смотрел на королеву Стаи с тем же чувством: будто знал её прежде, хотя видел впервые.

– Глаза моей прабабки Сильверины, – успокоенно выдохнула Альфа, обняв нежданного гостя и прижав к себе. – Кровь Серебряной Волчицы не обманет… Загадка, почему она не растворяется в поколениях, но у нас у всех такие глаза… Добро пожаловать домой!

Котёнок с трудом отнял лицо от серо-голубого бархата её мантии. Он хотел бы, но не мог спрятать слёзы.

– Вы моя мама? – язык и горло почему-то с большим трудом произнесли такие простые слова.

– Нет, мой родной мальчик, – сквозь слёзы улыбнулась Альфа. – Ты сын моей сестры и брата.

– Разве так бывает?

– Конечно. Твой отец Бетан – наш троюродный брат, а Линда – моя родная сестра. Посмотри, вот такой она была… – Альфа повернула племянника к стене, где висел парадный портрет девушки в белом платье.

На чёрном фоне в золочёной раме светлая фигура казалась особенно утончённой. Принцесса улыбалась с лукавым вызовом, чуть наклонясь вперёд, словно приглашала последовать куда-то за собой. В руках она держала пушистый белый цветок с кудрявыми лепестками.

– Это предсвадебный портрет, – с давней печалью сказала Альфа, – по которому женихи в прежние эпохи делали предложение. Увидят портрет красавицы и влюбятся без памяти… Линда с Бетаном были знакомы с детства, но после обручения довольно долго ждали согласия на свадьбу. Поэтому жених заказал портрет невесты. Тут Линда ещё принцесса. Мы не близнецы, всего лишь погодки, но в юности считались очень похожими. У неё волосы совсем светлые. Теперь-то она навсегда осталась намного моложе и красивее…

– Вы и сейчас похожи, – хрипло возразил Котёнок.

– Не надо комплиментов! – тихонько засмеялась Альфа, потрепав племянника по плечу, прижав на секундочку, чтобы поцеловать в висок. – Мы же свои… Волчонок сказал, у тебя есть сестра? Она похожа на мать?

– Да. Очень.

– Я хочу её видеть! Почему она не зашла?

– Боится расплакаться или упасть в обморок, – Котёнок затаённо усмехнулся: – При дворе нельзя давать волю чувствам!

– О, высочайшее воспитание! – хмыкнула Альфа. – Я уже в курсе, что ты всё равно принц. Хоть и вырос не в нашей семье… Я просто не могу поверить! Ты был так близко! Почему сердце мне не подсказало?!

Когда-то мы крепко дружили с третьей принцессой Аллой, а вот с Ариной не находили общего языка. По своей глупости я в горе отклонила несколько приглашений на официальные торжества в башню Снов. Прости меня! Так близко! Если б я только знала!

– Это семейное, – криво усмехнулся Котёнок. – Даже не представляете, как долго я искал сестру, которая жила от меня в двух шагах… Лиска похожа на маму. Я зову её Лисичка, хотя на самом деле…

– Я знаю, – кивнула Альфа. – Я рада, что вы пошли в наш род, хотя могли оказаться больше похожими на отца. Он тоже был красавцем. Как и мой Окто…

Котёнок с интересом всматривался в лицо молодого короля. На картине художник изобразил Бетана Волка уже в мантии и короне. С рукой на эфесе меча. Значит, это уже после свадьбы. У мужа Линды были карие глаза и каштановые кудри. На противоположной стене висел один портрет: принц Октав, муж Альфы. Тоже темноволосый, со светлыми глазами. Наследник сильно напоминал его и взглядом, и поворотом головы. Наверное, старался подражать отцу, которого не знал.

Получается, Волчонок остался сиротой, когда ему исполнилось всего полгода, в том самом мае. А Котик и Лиска…

– А ваш муж и… папа тоже родственники? Если бы отчеканить их профили на монетах, я бы не отличил! Только по волосам: прямые или вьются…

– Все Волки в какой-то степени родственники, – одобрительно кивнула Альфа. – Нет, у них нет такого уж близкого родства. Просто мы с Линдой отхватили двух самых завидных женихов! Лучше них в Стае не было! Жаль, счастье длилось так недолго…

Королева закрыла глаза, отстраняясь от воспоминаний, чтобы вернуть себе контроль над голосом. Котёнок молча ждал, не спрашивая. Он предпочёл бы узнать семейную разгадку не сейчас, а когда рядом будет Лиска. А лучше бы и Златка! Чтобы не пересказывать им грустную историю. Лучше узнать из первых уст.

– Поговорим свободнее после обеда, – словно прочла его мысли Альфа. – Когда никто не сможет нам мешать! Сейчас мне следует представить тебя двору…

– Но только не как родственника! – мигом предупредил Котёнок. – Есть обстоятельства… В общем, я опасаюсь огласки нашей тайны. Потом всё объясню. Можно мне пока назвать вас ваше величество?

– Если так нужно, – мягко улыбнулась королева. – Но уже этим вечером ты будешь говорить мне тётя или Альфа, как пожелаешь. И… я не знаю, какие порядки в башне Снов, но у нас близкие обращаются на ты.

– Я постараюсь, – пообещал Котёнок.

* * *

Лиска слегка удивлялась, почему в зале нет окон. На их месте возвышались арки каких-то блестящих трубок, сросшихся как сосульки. Только когда дверь королевского кабинета открылась и зазвучала торжественная музыка, стало ясно, что это два органа. Вернее, две половины одного музыкального инструмента, поскольку все низкие октавы были на половине кавалеров, а высокие – у дам.

Органы перекликались, славя королеву. Альфа дождалась, когда трубы умолкнут, а замершие в поклонах придворные снова поднимут головы, и объявила торжественный обед в честь дорогих гостей: принца Снов Константина и его прекрасной спутницы.

Трое детей, Котик, Вилчур и Лиска, спешно покинули зал следом за предводительницей Стаи, не отвечая на расспросы любопытных придворных.

За столом собралось только высшее общество – семейные пары Стаи, несколько пожилых и несколько совсем молодых. За одним исключением: наконец-то гости имели честь увидеть молодого советника Ярока, о котором пока только слышали.

Высокий, золотоглазый, с короткими светлыми волосами, хищным профилем и таким твёрдым лицом, что казалось невозможным представить, что советник может улыбнуться, разве что оскалиться. Ярок больше напоминал ястреба, чем волка, он пристально следил за настроениями за столом, хотя сам в разговоры не вступал. Блеск глаз гасил полуприкрытыми веками, что добавляло ему надменности. Отвечал односложно, лишь королеве или самым настойчивым собеседникам. Одного взгляда хватало, чтобы в присутствии советника замолкли сплетни, которые тут же распускали змеиные язычки у него за спиной.

Ярок держался за столом и на советах по левую руку от королевы. Официально он считался дальним племянником Альфы и её фаворитом в полном придворном смысле. Но злые языки приписывали им настолько близкую связь, какая в Стае была неслыханной и невозможной. Если кого угодно обвиняли в незаконной связи, им грозило изгнание, иногда даже без суда. Чтобы избежать позора в хрониках, многие уходили сами, если не могли доказать свою невиновность. И это считалось редким историческим случаем. На памяти старших ныне живущих поколений Стаи такого не бывало.

Шушукались о неверности вдовствующей королевы многие, но никто не решался бросить обвинение открыто. Загадкой оставалось, почему Ярок, если ему дорога честь её величества, не поймает кого-нибудь на слове и не вызовет на поединок? Советник – славный боец в любом виде оружия и даже без него. Очевидно, золотоглазому Волку нечем было доказать свою (и королевы) невиновность. А если уж будет поединок, расследования не избежать…

Но почему тогда он не уедет подальше от пересудов? Причиной называлось нежелание Альфы остаться без советника. Почему-то она доверяла только этому молодому кавалеру, хотя на его должность претендовали многие достойные, убеленные сединой – символом мудрости.

– Передай мне соль, – попросила советника королева. На столе главным блюдом было нежное жаркое на рёбрышках. Запечённое в собственном соку в пряных травах мясо имело сладкий привкус лесной дичи. Его досаливали и перчили каждый по своему вкусу.

Ярок почтительно подал солонку. Это единственный близкий контакт, который могли заметить между ними гости.

Котик и Лиска сидели рядом, напротив королевы и наследника. Разговаривать при таком количестве посторонних ушей не могли, наслаждались угощением и отвечали на светские шуточки, которыми проверяют лёгкость мысли и языка собеседника.

За столом тайные желания разделились на прямо противоположные. Самый центр гостей и хозяев мечтал, чтобы обед скорее закончился, а многие придворные желали, чтобы он длился подольше. Так они лучше бы успели узнать гостей.

Но хотя закуски, жаркое, гарниры, салаты и сладости ещё оставались на серебряных блюдах, гости сняли пробу со всех яств и поблагодарили за угощение. Они слишком волновались сейчас, чтобы наедаться, но никто пока не знал причину волнения. А ведь в Стае появился новый наследник!

То, чего хотели от Котёнка в башне Снов, неожиданно сбывалось сейчас. Он – совершеннолетний, вот-вот может принять корону, он на полгода младше нынешнего наследника, то есть имеет приоритет в традициях наследования Домино. И он – сын прежней королевской пары! Юрис ведь говорил, что Альфа странно получила трон «через голову», без открытого турнира, простым решением совета Стаи.

* * *

– Наконец-то я обниму племянницу, – Альфа подозвала Лиску.

После обеда они втроём спрятались в комнате королевы. Даже Волчонок не слышал их разговор. Принц Вилчур отвечал за безопасность, чтобы никто не помешал и не подслушал беседу родственников.

– Ты действительно похожа на Линду, только сейчас очень тихая. А моя сестра вспыхивала как огонь!

– Лиска это тоже умеет! – хихикнул Котёнок. – Иногда я её сам боюсь!

Щёки Лиски загорелись от возмущения, но девочка промолчала. Только что её впервые назвали принцессой не понарошку. Альфа достала маленькую родовую диадему своей сестры и попросила Лиску примерить. Дочка садовника смущалась, но не возражала, потихоньку вживаясь в новую роль.

– А никак нельзя определить, кто из близнецов старше? – спросила Лиска.

– Предсказатель мог бы узнать. А зачем тебе?

– Котёнок говорит… и я сама думаю… Если Злата крупнее нас и выше ростом, может, она родилась первой?

– Необязательно, но вполне возможно, – согласилась Альфа. – Мы ждали, что у Линды будут близнецы, но тройня! Это сюрприз!

Племянники королевы уже знали, что Альфа в буквальном смысле видит их впервые, только сегодня узнав, кто же родился у её сестры.

– Как получилось, что родители погибли, а мы?.. – задала Лиска главный вопрос.

– Это странная, очень запутанная история, – сокрушённо покачала головой Альфа. – Я сама не всё знаю. Вы говорите… и теперь я вижу, что так и есть, нашу семью поймали сетью большого заговора. Больше десяти лет я пыталась её распутать, вела собственное расследование… Трудность в том, чтобы всё оставалось в тайне! Замешан может быть кто угодно! Из самых близких…

Альфа слабо улыбнулась:

– Все рычат, что советником я поставила мальчишку, своего дальнего родственника из незнатных военных. А ведь Ярок в ту весну вряд ли участвовал в заговоре, будучи несовершеннолетним. Да и жил он в детстве не здесь. Кому ещё я могу вполне доверять, кроме сына?

– Значит, ты тоже не добралась до истины, – посочувствовал трудности задачи Котёнок, впервые назвав тётю на ты.

– ВСЕЙ правды я пока не знаю, – кивнула Альфа. – Сравним, что нам известно.

И королева начала рассказ о событиях самой горькой весны, двенадцать лет назад.

Большая охота

– Всё началось с охоты. С большой весенней охоты, когда вернулись с юга стаи водных птиц и зайцы бегали по холмам огромными стаями, словно их пасли феи. Надеюсь, ты ещё не охотник и не знаешь эту страсть мужчин лично добывать дичь, хотя гораздо легче её купить.

– Я знаю, – откликнулся Котёнок. – Мне нравится стрелять и ходить по лесу, но я не люблю охоту. Зато принц Лан…

– Да, он тоже был там, – кивнула королева. – И многие ловцы из Тихого крыла. И король Густав, и даже Нил, и Рои… И король Морской башни Марк, и король Леопольд…

– Отец принцессы Эльки? Он умер.

– Знаю. И это не единственная странность, – заметила Альфа. – Собрались все знатные любители бродить по лесам. И даже не любители, а те, кто за компанию рад выехать из замка. Линда вот-вот ждала родов, и Бетан не хотел участвовать. Теперь припоминаю, Елан тоже сомневался, стоит ли оставлять жену в такой момент… Но охота длится больше недели. Они решили всё успеть.

По-хорошему, следовало провести выезд в лес раньше, до брачных песен птиц. С большой охотой всегда так, сбор занимает столько времени…

Вы видели со стен: лес совсем рядом с нами. И главный лагерь разбивают в нескольких шагах от Волчьих врат, всего лишь через поле. Как устоять?

Я тоже не хотела отпускать Окто, но если Бетан решился… Кто мог их разлучить? Они дружили – не разлей вода ещё со школы. И разве может верный друг не следовать за вожаком Стаи?

Мой муж торжественно пообещал Линде, что ни на шаг не отойдёт от короля, что бы там ни случилось, будет присматривать за его величеством и вернёт друга домой в целости и сохранности, прямо в объятия верной супруги.

Они шутили, не думали, что опасность может оказаться большей, чем в очередных гонках или турнире на мечах. Линда очень переживала, не хотела оставаться одна ни часа, но я успокаивала её. Говорила, что они выдержат не больше трёх суток и вернутся!

Теперь я знаю, что король не просто так решился ехать в лес. Кто-то убедил его, что в замке зреет заговор. И на охоте, где соберутся главы и представители многих знатных семейств, король узнает, кто плетёт интригу. Ему откроются лица и имена заговорщиков, ведь, пока все будут бегать по лесу и болотам, они устроят совещание. Он может не поверить, но сам услышит и узнает много интересного, если выедет в лес.

Этот осведомитель – один из младших егерей – подслушал чьи-то планы, пока следопыты и загонщики готовили участки для команд охотников. По крайней мере, такова легенда. Это мог быть наёмник, представившийся младшим егерем только затем, чтобы завлечь короля Бетана в ловушку.

В общем, охота сразу предполагалась на людей. И Окто с Бетаном о том догадывались. Возможно, это чуть отсрочило их гибель.

– Они выследили тех заговорщиков? – с замиранием сердца спросила Лиска.

Альфа тяжко вздохнула.

– Не знаю. Насколько удалось выяснить, нет. Они взяли участок с краю, в глухой части леса возле Большого оврага. Проводник уверял их, что в овраге полно зайцев, а, по секретным сведениям, на другой стороне как раз и состоится встреча заговорщиков. Но через несколько часов король Бетан и Окто обнаружили, что вокруг нет не только дичи. Огромный штат королевских егерей, проводников и следопытов куда-то испарился.

Позже, когда велось расследование, слуги никак не могли объяснить, почему король и его спутник остались одни в лесу. По их словам выходило, что Бетан приказал оставить их, они с Окто взяли коней и уехали куда-то в глушь. Там спешились и отправились на поиски дичи.

Все ссылаются на приказ короля, будто бы они с Окто не желали охотиться в огромной толпе, от которой столько шума, что разлетятся даже глухари. Это звучит правдоподобно. Нет того Волка, чтобы боялся леса. Они и сами отлично знали все дорожки, и я не представляю, чтобы они могли заблудиться, даже если оба напились бы до летающих крыс!

До ночи их отсутствие никого не обеспокоило. А на рассвете егеря поймали их коней, которые вернулись в общий лагерь, и поняли, что дело плохо. Поисковые отряды прочёсывали лес, но ещё сутки мы не знали, что случилось.

Впрочем, не все не знали. Ночью Линда получила письмо. В нём говорилось, что в Большом овраге Бетан угодил в капкан. Дело даже не в том, что у него ранена нога, а лошадей найти не удалось. Капкан отравлен. Это не редкость, многие ставят капканы с ядом, вернее, сильным дурманом. Пойманный зверь засыпает, не может вырваться, и его легко взять. Для человека доза яда неопасна, но отравленный постепенно слабеет, ему трудно выбраться из леса без помощи. В письме и говорилось, что они с Окто попробуют добраться до одного из охотничьих домиков и пусть из замка им вышлют отряд в помощь.

– Почему письмо получили в замке? Кто его доставил? – спросила Лиска.

– Горлица. Почтовых голубей принесли с собой в общий лагерь, но никто ведь не носит их с собой по лесу. Окто и Бетан – бестиары, они смогли послать с письмом дикую горлицу, но, разумеется, она прилетела к Линде. С ней мысленная связь сильнее, чем с охотниками. Я потом нашла это письмо. Почерк похож на руку короля, разве что многие буквы расплывались, а строчки шатало в разные стороны. Это можно списать на действие яда. Но почему, почему Линда ничего не сказала мне?!

Единственное, что я могу придумать: в письме ей намекнули на покушение на короля. Будто бы капкан и то, что они оказались только вдвоём, далеко от остальных команд, не случайность. Поэтому опасно пробираться по лесу ночью, им лучше переждать в хижине. Для двоих вооружённых мужчин это маленькая крепость. Достаточно трёх-четырёх воинов нашего гарнизона, чтобы обеспечить им помощь и защиту.

– Но как найти этот охотничий домик ночью? – нахмурился Котёнок. – Мне кажется, только опытные следопыты могут…

– Ты рассуждаешь в точности, как твоя мать, – подавила вздох Альфа. – Линда решила сама вести отряд. Её сердечная связь с мужем позволит найти его в любом лабиринте, в самой глухой чаще. А воины этого не смогут. Это наш голос крови… Где-то в чужих краях или в пустыне он может указать детей Стаи. Но в обществе, где нашей родни много, зов сердца действует только на любящих.

– Мы это проверяли, – улыбнулась Лиска. – И что, мама нашла их?

– Да. И это всё, что удалось установить точно. Так же как то, что в ту ночь, видимо от сильной тревоги за мужа или случилось ещё что-то, у неё начались роды.

– Мы родились в охотничьем доме? – заинтересовался Котёнок. – Его можно увидеть?

– Нет, больше нет. Разве что место, где он стоял. Этот дом сгорел, отряды охотников через день нашли только его чёрный остов. Но даже так следопыты легко установили, что пожар вызвал не случайно выпавший уголёк из печки. Дом подожгли снаружи!

– А?.. – «наши родители», хотела спросить Лиска, но её хватило только на вопросительный стон.

– Их тоже нашли. Но их убили раньше, чем пожар разгорелся.

– Убили? Кто?

– Если бы мы знали! Линда могла умереть от слабости, когда родила вас, но это не в её характере. Скорей, её убило то, что она видела гибель своего мужа и не могла помочь. Тело мужчины узнали с трудом, но у него нога была ранена железными зубьями капкана, а смерть принесла рана в груди от длинного кинжала. Именное оружие короля не вызывало сомнений. Он дрался насмерть, защищая жену и детей. Но кто-то смог нанести ему смертельный удар, и этот некто похитил детей Линды.

– А ваш муж? Дядя Октав?

Лицо Альфы накрыла серая тень.

– На полу осталось его оружие и кровь, но самого Окто не нашли. Нападающих, кто бы они ни были, был целый отряд. Они осаждали хижину. В бою погибли трое воинов нашего гарнизона, все, кто ушел с Линдой. Окто среди них не было. Уверена, каждый Волк мог справиться с тремя противниками, прежде чем получил бы хоть царапину. Значит, против них бились человек двадцать. Похоже на случайность? Кто-то их нанял!

– А если это банда разбойников? – шёпотом спросила Лиска.

– Слухи о такой банде ходили по границам Домино той весной, – признала Альфа. – Но где их точно не могло быть в неделю большой охоты, так это возле нашего пограничья, где лес чесали следопыты вдоль и поперёк.

– Да, не похоже, – поддержал Котёнок. – А что установило расследование?

– Так и осталось две версии, но во главе обеих стоит заранее спланированное убийство королевской пары. Одни считали, этот отряд наёмников поджидал удобного случая в лесу, чтобы обставить всё как неудачу на охоте. Но когда король повредил ногу и стало ясно, что он и его спутник вынуждены заночевать в хижине, они решили изобразить нападение разбойников. Но кто стоит за этим убийством – неизвестно.

Другая версия считает, что главарь этого заговора – друг короля, принц Октав, – Альфа произнесла это вполне холодно и отстранённо, не выдавая своего бурного гнева. – Будто Окто уговорил короля отпустить слуг, завёл в овраг, где полно капканов, направил в охотничий дом. А там вероломный друг убедил короля написать письмо королеве Линде, уверенный, что она не бросит мужа и примчится немедленно. И нарочно указать численность отряда помощи такой, чтобы его бандиты могли с ним справиться.

Пока бандиты не попробовали унести новорождённых наследников, король не подозревал об опасности. Потом они дрались, Окто был ранен, Бетан погиб, Линда умерла, а дети исчезли. Раз единственный, кто, может быть, выжил, – свояк королевы Линды, значит, он и убийца! Логично?

– Не надо! – Лиска обняла тётю. – Что дальше?

– Когда совет Стаи всерьёз стал обсуждать версию предательства Окто, я заявила протест, – гордо ответила Альфа. – Я поклялась жизнью своей и сына, что мой муж невиновен. Поскольку гром не поразил меня на месте, меня поставили временной королевой до выяснения истины. Я не верила, что это надолго, но поняла, что враги рядом и знают о каждом нашем шаге, когда стала получать угрозы жизни наследника.

Я поклялась Волчонком, и это знали только наши. В посланиях, которые я получала разными путями, всегда намекали, что моя клятва может сбыться в любой момент, если я не проявлю достаточно благоразумия. Больше всего мне мешало вести расследование то, что я боялась отлучаться из дома, пока сын не вырос.

Мы, те, кто мне верил, очень рассчитывали, что объявятся дети Линды.

Много лет мы проверяли каждый слух, каждую новость о близнецах, всё равно – мальчиках или девочках, в Домино или за границей. Но так и не вышли на след. Теперь понятно: вас отдали в разные семьи. Мы это тоже предполагали, но что ребёнок Арины мог оказаться сыном Линды… Этого я не могла представить даже в самых смелых мечтах!

– А как ты думаешь, куда пропал друг короля, наш дядя? – спросил Котёнок.

Альфа растерянно смотрела в пространство:

– Те, кто мне помогал в поисках, считали в основном, что Окто в пылу битвы вырвался от убийц и бросился за похитителями детей… Но ослабел от раны и сгинул где-то в лесу. Но я не верю. Даже гончие Роев не взяли след, а что ведёт их лучше крови? Нет, Окто не сбежал. Если он не лежит рядом с павшими, значит, его увезли в плен. Вас не могли найти, и его держат где-то в неприступном месте. Мало ли подземелий в Домино!

Я знаю, сердцем чувствую, как он ходит из угла в угол в каком-то тёмном каменном склепе! Иногда он мне снится… но я не вижу его лица. Вижу смутные очертания фигуры, чувствую, жду, что вот-вот он выйдет на свет, ведь между нами нет стены, но каждый раз просыпаюсь…

– Тётечка! – Лиска внезапно пришла в страшное волнение. – А голос крови может работать так, чтобы дядя Октав мог показаться тебе не в виде человека? А как…

– Волк? – хором с совершенно разными чувствами спросили Лискин брат и Альфа. Котёнок уже понял мысль Лиски, а она ещё сбивчиво подбирала слова.

– Почему же нет, так часто бывает, – заверила Альфа. – Волк – родовой символ Стаи. В исторических летописях его видения столько раз помогали нашим людям…

– Тогда я знаю, где он! В подземелье Холодного крыла! – вскрикнула Лиска. – Я поняла, что он не может уйти оттуда, но если бы мы знали!

– Едем немедленно! – Альфа слушала их уже на ходу, быстро сменив домашнюю мантию на дорожный плащ.

Часть третья

Пленник Холодного крыла

Одна за другой по Волчьему мосту летят две «скорлупки». Каждое качание маховика приближает их к Снежинке. В каждой тележке на руле трудятся два сильных воина Стаи. Кроме них в первой пассажирами едут советник Ярок и капитан дворцовой гвардии. Во второй на капитанской скамейке кутается в дорожный плащ королева Альфа. Напротив неё, так же дрожа от волнения, а не от холода, – Котёнок и Лиска.

Они даже не успели захватить плащи, все вещи бросили в комнате и теперь делят на двоих серый солдатский плащ с железной гербовой застёжкой.

Услышав о предчувствии Лиски и призраке в подземелье, Альфа на ходу предупредила сына о срочном отъезде и вызвала сопровождение. Такой свиты хватит на самый крайний случай, чтобы пробиться силой, если кто-то попробует их не впустить. Волчонок остался за старшего. Даже коронованного наследника могут не послушать в случае бунта, но принц Вилчур знает подводные течения Стаи. В случае чего успеет собрать верных людей, послать матери письмо или скрыться от опасности.

Закрываясь от ветра, Альфа подняла воротник, отороченный волчьим мехом. Чтобы отвлечься и перестать подсчитывать в уме, сколько ещё времени займёт поездка, Лиска спросила:

– Ваше величество, кто та волчица, от которой вы и ваш сын унаследовали серебряный блеск в глазах?

– А, Сильверина! – охотно откликнулась Альфа. – Моя прабабушка. Она родилась в семье рудокопов из Холодного крыла, но полюбила Волка. Их браку очень долго противилась родня с обеих сторон. Особенно Стая. Пока не убедились, что она вправду его единственная. И что характером Сильверина – настоящая волчица, и воспитает детей славными воинами! И не ошиблись. Они с мужем потом даже правили несколько лет, уже под старость. В замке есть портрет Серебряной Волчицы, жаль, вы не успели увидеть нашу галерею.

– Значит, можно жениться не только внутри Стаи? – заинтересовались племянники.

– Наша кровь не часто смешивается с другой, кроме бестиарской, но случается.

– Так и приходят чужаки? Которые хотят борьбы за трон? – спросил Котёнок.

– Отсюда и вековая подозрительность, – кивнула Альфа. – Но даже легендарные герои и величайшие короли бывали чужаками. Серебряную Волчицу уважают. И малый отблеск почтения к ней лёг на всех в роду, у кого серебристые глаза.

– Почему же примета сильверголдов не растворилась в Волчьей крови? – не могла понять Лиска. – Её ведь больше!

– Это родовая загадка. Возможно, Сильверина поклялась серебром в своей крови о чём-то важном. Хотя бы в верности новому роду. Вот оно и осталось в нашем взгляде как свидетель кровной клятвы. Если хорошенько тряхнуть архивы Совиного крыла, можно найти подробности истории Серебряной Волчицы. Там должен быть протокол совета, когда её приняли в Стаю.

– Здорово! Я мог читать о ней и не знать… – Котёнок покосился на солдат, качающих маховик. Племянники пока боялись в открытую обнаруживать своё близкое родство с королевой. – …чем она знаменита! – выкрутился принц.

Опытный гонщик, он не мог оторвать взгляда от часов на дверце «скорлупки» и цифры наматывающихся километров.

– Очень скоро мы будем в Снежинке, – сообщил принц спутницам. – Если не сбавим скорость на подъёме, то минут через десять.

– Ваше величество, – обратился солдат к Альфе, – мы делаем остановку в Снежинке?

– Нет. Не теряя ни секунды, переезжайте на Быстрый мост и гоните к Холодному крылу.

– Добро. А впереди знают?

– Я сказала Яроку, куда мы едем.

Судя по действиям передней «скорлупки», советник слово в слово повторил своим спутникам приказ королевы. Подъехав к круглым стенам центрального городка и увидев по цветному флажку, что трасса свободна, Волки решились на рискованный манёвр: без остановки и пересадки перегнулись через перила и рванули «скорлупку» вправо, на объездной путь вокруг Снежинки. Королевская «скорлупка» последовала за ними.

Они снова набрали скорость и понеслись против часовой стрелки, минуя указатели съезда на другие мосты, пока не увидели резную стрелу с надписью «Быстрый».

Набрав на спуске головокружительную скорость, они летели, едва успев отметить три плавных волны, прежде чем мост закончился. Наконец-то Котёнок мог лично оценить преимущества конструкции Быстрого моста. Свора бронзовых гончих окружила их, приветствуя в Рое, но даже увидеться с хозяевами пограничья не удалось.

Путешественники сразу поспешили вниз, на стоянку частных экипажей и почтовых карет.

– Сколько до ближайших ворот? – спросила Альфа, выбрав экипаж с пожилым возницей, но самыми ухоженными гнедыми лошадками.

– Десять грошей за десять минут. Это за всех.

– Едем! Золотой – за каждую сэкономленную минуту!

– Эх, пожалуй, за семь домчу! – оживился возница и легко запрыгнул на козлы, как молодой.

– Надеюсь, ваша жадность не позволит нам перевернуться? – сухо процедил Ярок, открывая дверцу экипажа перед королевой.

– Как можно, господа! Держитесь крепче! Нооо!

Трое солдат уселись позади на багажной ступеньке, куда обычно привязывали чемоданы. Один составил компанию вознице. Пассажиры закрылись внутри, проверив защёлки на дверях. Лошадки лихо взяли с места ровной рысью, постепенно всё ускоряя бег, но не переходя в галоп. Капитан гвардии педантично сверял время по карманным часам.

– Пятьдесят вторые Холодные ворота! Шесть с половиной минут! – вскоре с гордостью объявил возница, остановив экипаж.

Королева вручила ему три с половиной золотых и поспешила к воротам. Остальные спутники еле поспевали за ней.

* * *

Стражники во дворе не остановили их и не задавали вопросов, но в подворотне солдат спросил, что им угодно, куда их проводить или кого позвать.

– Мне нужен любой из местной знати, способный открывать подземелья, – ответила Альфа.

– Вам лучше спросить на Галерее, – караульный отступил, открывая дорогу наверх.

На Галерее их заметил и узнал придворный в изящном белом костюме. В недоумении он отпрянул от перил, видя решительно настроенную гостью.

– Госпожа Альфа?!

– Её величество! – возмущённо поправил Ярок.

– Да-да, разумеется, – придворный склонил голову и стан в почтительном приветствии. – Позвольте представиться: герцог Белохлебский. Чем могу послужить вашему величеству?

– В Холодном крыле есть гости или узники Волчьего рода? – сурово спросила Альфа. В её голосе сквозил намек на скандал.

– Конечно нет! – поспешно отмёл обвинение герцог.

Волчица прищурилась:

– Я ведь найду…

– Сделайте одолжение! Я буду вашим проводником, – заверил Белохлебский. – Если здесь творится беззаконие, то в наших интересах остановить его. Я сообщу белой чете, им тоже следует об этом знать.

– Благодарю вас, герцог, – сухо кивнула Альфа. – Но прошу пока молчать обо всём, что увидите. Я хочу посетить подземелья. Тюремный ярус.

– О, прошу, – герцог сделал приглашающий жест во внутренние покои. В коридоре Альфа и её свита сразу свернули на лестницу вниз.

– Но если речь о некоем тайном узнике, его может не быть в перечне заключённых. Или он может жить под домашним арестом не в нижнем ярусе, – предупредил проводник.

– В таком случае нам нужна карта Холодного крыла, – подал голос Ярок. – И кабинет с большим столом.

– Это устроить гораздо проще, – обрадовался герцог. Он не стал возвращаться в покои знати и достал всё необходимое в подземном ярусе.

Они развернули карту и собрались вокруг обеденного стола тюремного гарнизона в каменном сводчатом зале.

– Ты его чувствуешь? – шепнул Котёнок сестре.

– Нет, пока нет, – Лиска медленно шла вдоль стен, прислушиваясь, надеясь установить связь с подземельем. – А если я разучилась?

– Спокойно. Попробуй по карте. Вот здесь мы расстались, так? – Котёнок показал подъём из Слепого коридора, ведущий к Лунной роще, за границей Холодного крыла.

– Здесь, – Лиска водила пальцем по коридору, где их преследовала волчья тень. – Он может быть где угодно, от Паучьей башни до Роя. Нам за год не обследовать все потайные уголки подземелий!

– А если он и вправду призрак? – Котёнок жалобно глянул на королеву. – Я хочу сказать… Если пленника уже нет в живых и никто не носит ему еду, невозможно выследить, где он?

– Мы ищем живого, а не безымянные кости, – непреклонно ответила Альфа. – Придётся положиться на наше чутьё и верить в сердечную связь. Лиска, на тебя вся надежда. Ты – стрелка компаса, мы следуем за тобой. Ищи место на карте. Хотя бы приблизительный район поисков.

– Я стараюсь!

– Не старайся и не думай, – Лиска не ожидала обращения советника и вздрогнула от его голоса. – Позволь твоей крови вести тебя.

– Здесь бы помогла магия, – заметил Белохлебский. – Но единственный маг, которому я доверяю, живёт здесь, – герцог указал самый дальний от них край Холодного крыла.

– Обойдёмся, – возразил Ярок. – Принесите магнит и гвоздь.

По знаку герцога местный стражник принёс игру, в которой железные шарики по клеткам водились магнитом.

– Шарик даже лучше, чем гвоздь, – одобрил советник и подал игру Лиске. – Возьми. Поставь шарик на карту, сюда, где сейчас стоим мы, и веди магнитом с другой стороны бумаги, чтобы он двигался по всем подземельям. Почувствуй силу притяжения.

Лиска послушно водила стальной шарик по Слепому коридору и тюремному ярусу, стараясь не уронить его, слишком сильно дёрнув магнитик. Остальные наблюдали за её действиями, не понимая смысла урока. Лиска и сама понимала не больше.

– Хорошо. Довольно, – Ярок разрешил убрать с карты лишнее. – Теперь шарик у тебя здесь, – он дотронулся до кончика указательного пальца девочки и велел поставить его на карту. – Где-то здесь есть магнит, – он небрежно обвёл рукой карту. – Твоя кровь притягивается к нему. Найди его.

Лиска медленно и осторожно водила пальцем по всем коридорам и подземным каморкам, прислушиваясь, не приклеится ли палец к карте, как притягивался стальной шарик к магниту. И довольно скоро нашла участок, к которому её тянуло снова и снова.

– Здесь! Мне кажется, эта комната или, по крайней мере, возле этой развилки! – уверенно показала на карту Лиска.

– Возле пятидесятых ворот, – пробормотал герцог, взглянув на точку. – Не так далеко. Прошу воспользоваться моим экипажем!

– А тюремная линия доставки еды работает? – спросил капитан гвардии.

– О! Эта ржавая трясущаяся железка! – ужаснулся Белохлебский. – Вряд ли её величество… Да я не прощу себе таких неудобств для высоких гостей!

– Ничего, ради скорости я поступлюсь комфортом, – заверила королева Альфа.

– Там ведь даже сидений нет! – не переставая вздыхать и вполголоса возмущаться, герцог передал просьбу её величества начальнику пятьдесят второго тюремного гарнизона. Тот весьма удивился, но разрешил взять грузовую платформу.

* * *

Тяжёлая приземистая тележка с высокими поручнями ехала тише «скорлупки», но легко выдерживала десятерых. На таких «подземных баржах» перевозили не только мешки с мукой и крупой, но и прочие полезные грузы. Возили и заключённых, приковывая их к поручням.

В этом коридоре светили на потолке короткие трубки со сжатым газом, а в стенах под ними ещё встречались ржавые кольца для факелов. Отсюда уходило множество боковых коридоров. Даже без указателя трое пассажиров, Альфа и её племянники, угадали, где пора остановиться. Над аркой бокового хода белела надпись «50» – номер здешнего гарнизона и ближайших ворот.

Всё так же сокрушаясь о неподобающем для высоких гостей транспорте, герцог Белохлебский помог Альфе сойти с грузовой тележки и взял на себя переговоры с тюремщиками.

– Эта комната занята? – он показал на карте интересующий их участок.

– Просторная одиночка, куда очень редко заходят гости. Даже есть окно с видом на горы! Так-так… Постоялец есть, – начальник гарнизона сверился с записями.

– Кто?

– Некий номер восемь. Поступил по личному распоряжению белой четы… двенадцать лет назад.

– Какой приговор?

– Никакого. Отметки о суде нет. Обвинение в государственной измене. Странно, что до сих пор нет решения по его делу, но здесь чётко указано, что ведётся следствие. Этот заключённый не причислен к пятидесятому участку. Как временный арестант он находится выше тюремного яруса. На него отдельное довольствие, особый распорядок: никаких прогулок, никаких свиданий, допуск следователей в любое время дня и ночи.

– Я немедленно хочу его видеть! – вмешалась Альфа.

– Извините, свидания запрещены.

– Кто говорит о свидании? – даже в полутьме глаза королевы блеснули так, что тюремщик чуть подался назад. – Речь о незаконном задержании моего подданного!

– Но белая чета…

– Кто ваш узник по крови? – настаивала предводительница Стаи.

Тюремщик пожал плечами:

– Понятия не имею.

– Карточки нет?

– Нет, – начальник гарнизона ещё раз перелистал документы восьмого номера.

– В таком случае докажите, что он не Волк! Если это не так, всё в порядке. Охраняйте и дальше своего пленника!

– Карта крови фамилию не покажет, – усмехнулся тюремщик.

– Но у меня есть глаза! – напомнила Альфа. – И свидетели. Теперь ясно, почему я должна его видеть?

– Друг мой, лучше исполнить просьбу её величества, – примирительно посоветовал герцог. – Все возможные осложнения с белой четой мы берём на себя.

– Мне-то что, – тюремщик изобразил равнодушие и взял с полки ключи. – Глядите, если хотите. Но ко мне потом никаких претензий! Мы здесь охраняем, а не сажаем.

– Мы вас поняли, – заверил капитан гвардии. – С нашей стороны у вас неприятностей не будет. Что до остального…

– Посмотрим, – коротко бросил Ярок, сопровождая королеву.

Тюремщик позволил посетителям посмотреть в глазок на двери. Но так они не могли ничего разглядеть. Небольшого окошка и днём не хватало, чтобы осветить камеру, но снаружи уже стемнело. Альфа потребовала открыть дверь.

– Хорошо, но войдёт внутрь только она.

Под потолком прямо над железной дверью была газовая трубка. Тюремщик повернул рычажок снаружи, и в камере постепенно разгоралась жёлто-зелёная лампа цвета болотной гнилушки. На случай побега в коридоре встали два стражника с пиками, в двери камеры щёлкнул замок.

Пленник слышал, как открылась дверь, и, наверное, мог отличить, принесли ужин или пришли гости. Он шагнул из тёмного угла к свету, собираясь много чего высказать посетителям. И замер.

Королева хотела броситься к нему, но остановилась на пороге, не веря своим глазам.

Перед ней возник высокий широкоплечий мужчина в кожаном лесном костюме, самом простом и довольно новом. Судя по фигуре, пленник не слишком страдал от голода и мог менять одежду, когда пожелает. Лицо его в тусклом свете казалось невероятно бледным, со следами старых ожогов на правой щеке и на лбу, которые нисколько не мешали его узнать. Большие тёмные глаза ещё расширились, увидев гостью. В густых вьющихся волосах блестела седина.

– Бетан?!

– Аля? – его голос развеял последние сомнения.

Троюродные брат и сестра вцепились друг в друга, боясь проснуться.

– Но как это возможно? Ты жив?

– Не уверен, – нервно усмехнулся пропавший король. – Я давно ни в чём не уверен! Откуда ты взялась?

– Я искала тебя. Вернее, Окто. Тебя мы похоронили… Я до сих пор не верю… не понимаю… Скажи наконец, что случилось?! – Альфа встряхнула его за плечи.

– Линда?.. – глухо спросил он.

Вдовствующая королева молча покачала головой. Её свояк отвёл глаза, прощаясь с последней надеждой.

– В лесу ждала ловушка, – ровным голосом заговорил он. – Мы с трудом добрались до охотничьего дома. Ночью его окружили. Как я понимаю, следили, пропустили Линду с отрядом, потом сомкнули кольцо. Внутри были запасы пуль, мы могли долго держаться. Тогда они решили нас выкурить и разожгли под окнами зелёные ветки. Я хотел сделать вылазку. Если не уложить всех, то хотя бы отогнать их до утра и погасить костры. В этот момент у Линды начались роды.

Снаружи, наверное, поняли и начали ломать дверь. Против тарана мы держались, тогда дверь подожгли. Окто не мог драться из-за раны. Он помогал Линде, я взял на себя оборону. Доски быстро прогорели, они ворвались, завязался настоящий бой…

Я успел услышать, что у нас дочь. Потом – удар огня в лицо… Больше ничего не помню. Они прошли… – Бетан помолчал, снова видя свой бесконечный ночной кошмар. Но теперь у него наконец-то появилось продолжение. – Что с детьми?

– Насколько я знаю, у тебя две дочки и сын, – сообщила Альфа. – Одна дочь уехала к морю, а её брат и сестра сейчас здесь. Именно их ты должен благодарить за нашу встречу. Лисичка нашла тебя! Идём. Всё можно отложить, пока не выйдем из этих стен!

* * *

Над Холодным крылом качались чёрные сосны. Они росли здесь вдоль стен. Бетан с жадностью пил ночной воздух, смотрел на звёзды, возвращаясь к свободе. Пока в пределах Зелёного пояса. Альфа не отходила от него ни на шаг.

Котёнок и Лиска спали внизу, ошеломлённые тем, что утро они встретили сиротами, а за один день нашли брата, родную тётку, а потом и отца, считавшегося давно погибшим. Свита королевы тоже отдыхала, а сама она и муж её сестры не могли уснуть. Они гуляли по стене замка, не обращая внимания на пронизывающий холод. И заполняли пробелы в истории друг друга.

– Получается, в капкан попал Окто?

– Да. Понимаю, почему Линде сказали, что это я. Впрочем, они могли и не разглядеть. Знаешь ведь, как обычно узнают королей на охоте?

– По красному плащу, – усмехнулась Альфа. – Ты ведь его снял…

– Бросил на седло, когда мы оставили лошадей.

– Да, потом их нашли. Значит, ты не писал письмо Линде?

– Если бы я даже сошёл с ума, то не звал бы её ночью в лес! – Бетан кусал губы в бессильном отчаянии. – Я так злился, когда она появилась!

Альфа обняла родственника, разделяя с ним боль.

– Знаешь, я теперь думаю, они хотели заполучить ваших детей. А вы с Линдой просто мешали. Ты узнал, кто нанял убийц?

– Нет. Но, наверное, те же, кто привёз меня сюда. Я не сразу пришёл в себя, лежал долго, им пришлось подождать. В разные встречи я видел троих. Приходили по очереди с огромными перерывами.

Мне трудно давалось следить за временем, но ручаюсь, что допросы были раз в пару месяцев, а то и в полгода. Они точно не живут в Холодном крыле, приезжали издалека. Теперь ясно, почему в первой беседе меня объявили самозванцем: «Настоящий король Бетан убит». Вы считали, что погиб я, а не Окто. Заговорщикам почему-то выгодна эта легенда, или даже они сами ее и создали. Значит, имели доступ к расследованию.

– Не сомневаюсь! – скрипнула зубами Альфа. – Но вы обменялись оружием?

– Как обычно, на счастье.

– Я почти догадалась… – свояченица склонила голову ему на плечо.

– Но надеялась встретить не меня, – с печальной иронией заметил Бетан.

– Признайся, и ты тоже. Но если я не могу вернуть сестру и мужа и также не могу вернуть тебе жену, я всё равно бесконечно рада, что ты жив. Я научилась жить вдовой. И поскольку ты жив, с моего Окто снимут обвинение в убийстве друга и короля. Лучшего свидетеля невозможно желать! Время моего правления кончилось.

– Погоди, Аля. Мы ещё не всё знаем.

– Узнаем! Завтра напишу белой чете. Пусть поставят на уши всю империю, но узнают, что происходит! – яростно пообещала Альфа.

Теперь брат обнял её, успокаивая.

– Не спеши. Мы всё ещё на охоте, и огласка спугнёт дичь. Лучше вызовем белую чету в укромное место. Нужно посоветоваться. Если правда то, что узнал мой сын, заговор касается всей империи. А вернее, большого трона.

Альфа молча припала щекой к его плечу и закрыла глаза. Как давно она не чувствовала поддержки родного мужчины, для которого она не королева, а просто Аля.

Третий заговор

– Я очень рада видеть ваше величество живым, но совершенно ничего не понимаю! – призналась королева Галанта.

– Что тут понимать, лапочка, – чуть усмехнулся Нил Седьмой. – Мы проглядели заговор! Целую сеть заговоров. По-хорошему, надо уйти в отставку. Но поскольку разгрести наши ошибки, кроме нас, некому, придётся ещё потрудиться, распутывая все нити.

– Какое величество? – отмахнулся Бетан. – Аля – правящая королева, а я неизвестно кто. Не спорь, – он предупреждающе поднял ладонь, чувствуя, что свояченица хочет возразить. – Хотя бы до конца расследования это так.

– Довольно прятаться за титулы, просто помогите нам! – всё-таки вмешалась Альфа.

– Пора начать совет, – советник Ярок встал. – А изумление оставьте на потом. Если ваш секретный разговор только для близкого круга, я удалюсь.

– Останься, – сказала ему Альфа. – Впрочем, проверь охрану ещё раз. В сторону церемонии, дело слишком серьёзно!

Ярок отошёл к дверям и настороженно переговорил с капитаном гвардии и королевской охраной Белого крыла, стоящими снаружи.

Встречу с белой четой устроили в Паучьей башне. Но ни одно из внутренних помещений, открытое всем ветрам и захламлённое, не годилось для тайного совета. Воины Стаи разведали отличное место внизу, в бывшем Хлебном ряду.

У подножия Паучьей башни нет торговых рядов, они проходят дальше, через внутреннюю равнину. Даже к мосту пристроен дополнительный отросток, чтобы подальше обходить «место ужаса». Всё, что строили внизу до пожара, стало частью мрачного лабиринта. Заброшенная мельница с тяжёлыми запасными жерновами на полу пришлась заговорщикам очень кстати.

Волки нашли в ней крепкий стол, немного прибрались, смахнув пыль и паутину, и снесли в зал мельницы всё, что могло служить стульями. За это время успела прибыть белая чета.

Даже герцог Белохлебский, хоть и помогал королеве Альфе найти и вызволить родственника, не присутствовал на тайном совете. Он и двое доверенных людей из Белого крыла находились снаружи, охраняя полную секретность встречи. И не только сам приглядывал за окрестностями. За ним на всякий случай тоже приглядывали.

– Как считаешь, Бет, скоро они узнают, что ты свободен? – спросил король Нивалис.

– Уверен, уже знают, Нил. При таком масштабе у них везде осведомители. И зная, кто на самом деле Лиска и Котёнок, они догадались о родственном прибавлении у Альфы, едва дети ступили на границу Стаи. Тем более последовал срочный отъезд без объяснений в их компании…

– Они только не могли знать, что я буду в Холодном крыле, – добавила Альфа. – И не успели помешать мне. Рассчитывали, что от Снежинки мы свернём на Хлебный. Что я помчусь к Нилу и Галанте, объявлю войну башне Снов… Что угодно, только не то, что случилось! Кто мог предположить, что у нас появился компас, который привёл меня к темнице Бетана! Уверена, для них такой поворот – большая новость!

– И теперь они могут ждать триумфального возвращения прежнего короля в Стаю или что вы всё-таки объявитесь в Белом крыле, – рассудительно кивнула Галанта. – Вместо этого белая чета на рассвете исчезла в неизвестном направлении!

– Хотя бы это хорошо, – одобрил Бетан. – Но всё равно следы указывают на нашу встречу, и враг, кто бы он ни был, ждёт, что мы готовим ответный удар.

– Ждёт, да не того, что будет! – фыркнула Лиска. – Им в голову прийти не может, сколько всего знает Котёнок!

Муж Галанты наклонился через стол ближе к ней:

– Думаешь, даже если вскрылась правда о семье принца, план с его коронацией и большим турниром остался в силе?

Лиска уверенно кивнула.

– Надо бы позвать предсказателя, – предложила Галанта. – Послать за нашим? В Белом крыле…

– Нельзя! – вскинулся Котёнок. – Пока мы не можем быть уверены, что он не глава заговора или не служит им!

– Ты прав, – поддержал сына Бетан. – Обойдёмся советом. Чем тяжелее нам увидеть полную картину без предсказателя, тем легче одному из них устроить…

– Если бы одному! – с досадой вздохнул Котёнок. – Я всех подозреваю. Точно известно, что в деле замешан предсказатель башни Снов. Он знает о моём усыновлении четвёртой четой и подал им идею с турниром. Но очень сомневаюсь, чтобы Алегор оказался главой заговора. Он слишком тщеславен и глуп… так считают даже его коллеги! Он тоже марионетка, им кто-то крутит…

– И мы напали на след другого предсказателя, народного! – дополнила Лиска. – Он странствует по Домино и проезжал Осиное гнездо буквально перед нами!

– Когда? – быстро спросил Бетан.

– Недели за две до нас… месяц назад!

– Тогда ко мне заглядывал последний гость, – бывший пленник поднял лицо к потолку и прикрыл веки. – И он был очень зол… Предложение для меня – подписать признание в государственной измене и заговоре против своей семьи – за все годы не менялось. Так же, как мой ответ. Выходит, он злился, оттого что ваше путешествие наступает ему на пятки!

– Похоже, – согласился Нивалис. – Бет, что думаешь о том, с кем можно собирать армию? Если дойдёт до…

– Для военной операции я предпочёл бы Густава, – ответил отец среброглазок. – А для совета – Марка и Роя. Морская башня далеко… и по личным причинам мне трудно перешагнуть через подозрения. Там ведь рядом Туманное крыло. Весь клан предсказателей как на ладони!

– Оксандр! – сказал Котёнок. – Предсказатель Морской башни – профессор Оксандр. Он не работает на королевский двор, но Морис говорил, что у его папы с профессором дружеские отношения.

– Оксандр – великая фигура, фактический глава клана и университета, – задумалась королева Галанта. – Если он против нас…

– Остаётся Рой? – уточнил Нивалис. – Вы же никогда не ладили, почему вдруг?..

– А кто ладит с Роями? – хмуро усмехнулся Бетан. – Тем более когда их наследник признаётся в любви твоей невесте! Тогда, на охоте, я боялся, что король Рой лично меня и пристрелит! Какой-то умный человек, к счастью, разнёс наши участки на самые дальние края!

– Какой-то умный человек… – со значением повторил Ярок.

– Рой никогда не причинил бы вреда Линде, – отвёл подозрение Бетан. – И те, кто навещал меня, должны жить дальше Белого крыла или даже Шёлкового. Осиное гнездо слишком близко. А его люди слишком нетерпеливы для таких долгих перерывов в мести. Это свидетельство в их пользу.

– Давайте пригласим Роя-старшего, – попросила Лиска. – Он умный, я ему верю.

– Старшего? – удивился Бет.

– У него сын… – Дочка Бетана с затаённой улыбкой тронула янтарную каплю на груди.

– Жаль, я не захватил кинжал с рубинами! – вспомнил Котёнок. – Мог бы послать Роям тайный знак о помощи, понятный только им!

– Значит, придумаем другое, – успокоил его Нил.

Как бы в Домино ни уважали раннее совершеннолетие и власть коронованных наследников, многие взрослые забывали посвящать «деток» в свои планы. Тем более, если могли, не приглашали их на суд или военный совет. Юрис – законный правитель Белого крыла – остался дома, но Котёнок и Лиска на равных участвовали в тайной встрече. И постепенно освоились в обсуждении. К ним прислушивались.

– Предсказатель, – медленно проговорила Альфа. – Так вот кто готовит в Стае смену власти и распускает слухи, что Ярок мой любовник! Я-то грешила на Снежинку, думала, это журналист. Слишком умелый вброс слухов…

– Что ты говоришь, Аля! – возмутилась Галанта. – Никто не…

– Оставь. Как будто я не знаю! – презрительно остановила оправдания Волчица. – Каждый пятый «Королевский листок» трубит об этом. Как только чует, что интерес к сенсации упал, подбрасывает новые подробности. Советник, все знают, что вы умный молодой человек и умеете хранить тайны. Наверняка вам предлагали шпионить за мной. Может быть, сейчас скажешь, кто?

– Предлагали, не раз. И за хорошие деньги, – невозмутимо подтвердил Ярок. – И не только шпионить…

– Боже мой! – схватилась за виски Галанта.

– Предложения я получал от разных, самых уважаемых семей, – продолжал советник. – Но всегда через третьи руки. Заказчика вычислить не удалось даже после ложного согласия. Но цель я понял: отказ от короны и добровольное изгнание королевы Альфы.

– Вы тоже не могли бы остаться после скандала, – заметил Нивалис.

– Мне обещали это компенсировать, – холодно ответил Ярок.

– Кто бы не согласился! – усмехнулся бывший король. – У вас есть невеста?

– Да.

– Внучка герцога Рудольфа, помнишь? – Альфа видела, что молодой советник смутился, и пришла на помощь.

– Дольфина? Красивая выросла? – оживился Бетан.

– Увидишь, – пообещала сестра жены.

– А что могло быть дальше? – вернул сообщников к плану захвата трона Нивалис. – Какой расклад в большом турнире?

– Наследники, получив вызов, не могут отказаться от участия, – подхватила Галанта. – Кроме несовершеннолетних.

– Но даже тот, кто коронован, может добровольно передать право сражения за трон императора любому из старших родственников, – дополнила Альфа. – Волчонок ни за что не отказался бы!

– Юрис и рад бы, да не сможет, – король Нил представил, что значит для его мирного сына поединок.

– Для меня можно повторить расклад наследников? – попросил Бетан. Все тут же спохватились, что бывший король Стаи не слышал новости последнего десятка лет.

– Считай, Бет. А лучше, запишите, – обратился Нил к Яроку. – В башне Снов – принц Константин, твой Котёнок. Вот-вот свершится церемония, считай, уже коронован.

У Густава дочка и несовершеннолетний сын. Принцесса Августа вряд ли снова заберёт корону брата, рада избавиться! Но если даже Гуська уступит ей честь драться… – Нил состроил скептическую гримасу.

– У нас – Юрис Невоинственный, – продолжал он. – Парень отнюдь не слабак, хотя предпочитает умственное превосходство силе. Но даже понимая, что в случае победы трон императора получит жестокий тиран…

– Почему это?! – обиделась за брата Лиска.

Котёнок накрыл ее руку своей.

– Тише, Лисичка. Подумай. Допустим, выиграю я. Стану императором Снов. Они же понимают, что трон фактически займёт советник. Вряд ли юный император сможет править без предсказателя! И Алегор тут как тут. Я его знаю, он знает меня. Пусть даже я его уволю, свои услуги предложит другой. Тот самый, чья идея. Или его помощник.

– Совершенно верно, – одобрил ход его мыслей Нил. – Так вот, даже вполне отдавая себе отчёт, что на кону, Юрис просто не сможет ударить младшего, заранее считая его более слабым. Хотя любому ясно: напор и сила духа не зависят от возраста. Белый наследник вылетает в первом круге, тут нет вопросов.

Ярок молча, движением брови подтвердил, что всё услышал и записал.

– А Рой? – спросил Бетан.

– Принц несовершеннолетний, – ответила Лиска. – Там есть и старшие, и младшие линии, но насколько я успела их узнать, Рой-младший никому не отдаст свою очередь.

– Даже отцу? – прищурилась Альфа.

– Рой-старший сам не согласится, – предсказал Бетан. – Всё-таки для него нечестно драться с детьми. А что в Свет-башне?

– Леопольд умер, – сообщила Галанта. – Кажется, его дочь права: теперь и я могу поверить, что короля отравили. Это части одного заговора. У них единственная наследница, принцесса Эля.

– Эльжара Смелая! – хором добавили Котик и Лиска и не сдержали смех, вспомнив знакомство с Элей. – Она боец. Вот уж кто не уступит!

– Потенциальная императрица Солнца, – серьёзно подтвердил Нивалис. – Если бы я делал ставки на победу, Элька и Вилчур – два возможных фаворита.

– Но ведь кто-то рассчитывает на другого победителя, – напомнил Ярок, глазами указав на Котёнка.

– А почему не Морис? – смутился тот. – Он старше и сильнее.

– Морис Мечтатель, принц Морской башни, – представил конкурента Нил. – Категорически не хочет править. Честно уступает в драке даже младшему Рою, хотя тому всего девять. С таким настроем Морис не победитель. Может дойти до финала, но…

– А что Грифоны? – вспомнил Бетан.

– У них девчонка, принцесса Орлина Умница. Она взрослая, следующая линия ещё слишком юная, так же, как и у нас. Теоретически Орлина может уступить кому-то сбоку, но по возрасту сейчас нет подходящих Львов и Орлов. Она останется на поле. И драться может только в интеллектуальных битвах. Считай, что тоже вылетает в первом круге.

Ярок записал всех наследников.

– Теперь, когда я лично знаю претендентов, – задумался Котёнок, – я понимаю, почему можно рассчитывать на мою победу. Серьёзный конкурент мне только Элька! Но как они могли думать, что я пойду против брата?.. А если даже я не знаю, кто мне Волчонок, он просто сильнее меня. Между нами разница не в полгода, а…

– Да, император Воин, – протянул Нил и вдруг нахмурился: – А кто следующий наследник?

– Ярок, – ответила Альфа. – Очень дальний, но остальные младше и ещё дальше. Разве что… – она обернулась к племяннику. – Если вернётся Бетан, очередь твоя.

– Нет! – Нил хлопнул рукой по столу. – Этого никто не ждал! Они решили…

– Убрать наследника! – вскочила Альфа. – Волчонок сейчас один! Такие люди не упустят случай!

– Алечка, не паникуй, мы успеем! – голос Галанты звучал ещё тревожнее, так что её успокоение слабо действовало на мать Вилчура. – Напиши ему.

– Если его хотят похитить… – начал Нил.

– Живым он похитителям не нужен, – не стал скрывать правду Бетан. – Если Элю можно как-то убрать на время, то похищение сразу двух конкурентов слишком подозрительно. Принц Вилчур – единственная серьёзная помеха их плану и должен исчезнуть окончательно. Отправь письмо сейчас же, Аля. Самым быстрым голубем!

– Пусть хватает «скорлупку» и едет в Снежинку! – сообразил Котёнок. – Один! Если полчаса не хватятся, никто не догонит!

– С вашего позволения, моя королева, я и ещё трое встретим наследника и проводим сюда, – предложил Ярок. – Пишите письмо, но сделаем изящнее…

Обычно немногословный советник изложил идею. С планом спасения принца Волчонка все согласились, обсудив детали.

Альфа написала сыну два письма, отправив их вместе. В одном просила принца тайно покинуть пограничье и встретиться с Яроком в Снежинке. Котёнок передал двоюродному брату просьбу взять из его рюкзака золочёный кинжал и привезти с собой.

Второе письмо следовало оставить в своей комнате, словно потеряв второпях. В нём говорилось:

«Сынок! Прости, что я так неожиданно исчезла.

Известие, которое заманило меня в Паучью башню, оказалось ложным.

Теперь я не могу вернуться. Вероломный предатель Ярок не даёт мне шагу ступить без стражи, но я сумела отвлечь похитителей и отправить тебе письмо.

Не пытайся спасти меня, ничего не предпринимай, я что-нибудь придумаю!

Береги себя и будь осторожен. Ты знаешь, кому можно доверять.

Письмо сожги.

Любящая тебя мама».

Что сделает любой мальчишка, получив такое послание? Побежит прямо в ловушку, именно туда, откуда его просят держаться подальше. Шпионы найдут письмо и спишут исчезновение наследника на своего хозяина. Поймут, что Волчонка убрали согласно плану, только не их руками.

Легко предположить, что в такой сети все следят за всеми, знают одно ближайшее звено, понимая, что есть и другие. И они рядом. Но неизвестно кто. Любой может оказаться неизвестным сообщником или шпиком, приставленным к ним для доклада хозяину.

Даже если раскусят хитрость и кинутся в погоню, то куда? В Паучью башню? Вот уж где преследователи никого не найдут! А догнать по мосту не успеют, Котёнок прав. Нужна совсем небольшая фора, чтобы оторваться от погони. В крайнем случае, Волчонка встретят и защитят.

Надо надеяться, что послание не перехватят и наследнику удастся незаметно пробраться к мосту. Это всё, что требуется для успеха. Только бы почта не прилетела слишком поздно!

Остаётся ждать…

Новости

– Арочка, ты уже знаешь новость? – принц Лан нашёл свежий выпуск «Королевского листка» развёрнутым на краю стола и не знал, жена всё прочитала или нет.

– О чём? – лениво откликнулась Арина, лёжа в кресле и обмахиваясь веером. День выдался солнечным, и сразу после завтрака принцесса уже томилась от жары и безделья.

– Котёнок прерывает путешествие и возвращается домой! Если верить газетам, он приедет завтра в сопровождении белой четы!

– Вот как! – Арина подпрыгнула в кресле, забыв о томной неге. – А почему Галанта и Нил с ним? Счастье, что так удачно обернулось! Последние дни я сама не своя! Всё время беспокоюсь о нашем мальчике!

– Здесь не написано, но между строк я понял, что белая чета решила лично проводить принца Константина домой именно из-за трагического случая в Стае. Пропажа наследника! Вообрази себе, какой удар для Альфы!

– Ужасно, – сочувствие Арины могло считаться искренним. Несчастья хуже, чем пропажа наследника, четвёртая принцесса не могла представить. – Сначала муж, сестра, теперь сын… Как будто она проклята, – Арина вздрогнула. – Ты не считаешь?..

– Похоже, – согласился Лан.

– Я не о том! Не думаешь, что Котик решил вернуться поскорей, потому что созрел для коронации?

– Ах, это? Не уверен, – морщинка залегла между бровей принца Лана. – Но, разумеется, мы используем момент для убеждения. Я уже согласен на самую скромную церемонию. Тем более если присутствует белая чета… скромной уже не назовёшь! О чём я думаю, так о том, что исчезновение Волчонка нам странно на руку…

– Не говори этого вслух! – оборвала мужа Арина. – Да, конкурентом меньше. Но это так жестоко!

Лан подошёл, чтобы поцеловать жену, и промурлыкал:

– Я думал, тебе чужда обычная сентиментальность, когда речь о короне. Но если я тебя шокировал, прости…

– Чепуха, дорогой, – потянулась к нему Арина. – Но умоляю, будь осторожнее. У стен есть уши!

– Тогда пойдём в наши покои…

– Увы, я рада бы, но теперь столько дел. Если наследник возвращается, нужно готовить встречу!

– И коронацию.

– Не будем загадывать, – кокетливо прижала пальчик к его губам Арина. – Но ты снова грубо и откровенно прав, мой милый. Нам следует быть готовыми ко всему!

* * *

Последние несколько дней Котик и Лиска прожили в Снежинке. Перебрав несколько вариантов, контрзаговорщики решили устроить штаб в Трактирном поясе. Сколько бы репортёров и детективных агентств ни щёлкали перьями и светорамками наверху, если за вами гонятся наёмные убийцы, в трактирах Снежинки легче всего найти убежище.

Особенно если вы как бы не существуете и вам нельзя попадаться на глаза любопытным, как королю Бетану и его племяннику Вилчуру.

Волчонок благополучно преодолел расстояние до Снежинки, хотя за ним следили и сбежать незаметно казалось невозможным. Но встретила его не только группа во главе с Яроком, но и мать. А также неожиданно воскресший дядя Бет. Вот уж с кем Волчонок и не мечтал познакомиться при жизни!

Всё объяснялось просто: белая чета вернулась в своё крыло проверить, что нового дома, и дать сыну особые инструкции. Предполагалось, гости останутся с ними, но в последний момент решили спрятать Волчонка в самой Снежинке. Зачем куда-то уезжать оттуда, где столько замечательных укрытий. И уж кому-кому, а хозяевам трактиров можно доверять. Слава и трон их не волнуют!

Тогда и Альфа с Бетаном и племянниками решила ехать туда. Белая чета обещала присоединиться вскоре. Пока ждали их, послали приглашение в Осиное гнездо. Принц Рой получил обратно свой кинжал с просьбой помочь другу, который вынужден скрываться.

Обследовав кинжал, убедившись, что в ножнах нет письма или подсказки, Рой-младший рассказал отцу о непонятном послании принца Константина. Король Рой тоже первым делом достал кинжал из ножен, но смотрел не в них, а на лезвие. На зеркальном клинке, близко к рукояти, появилась гравировка, которой раньше не было. Пересечение восьми лучей. Снежинка!

Зная, что просящий помощи вынужден скрываться, король поехал на место встречи один. Вернее, его отвезли стражи, но Рой-старший сразу отправил их в «скорлупке» обратно. И кого он меньше всего ожидал найти в тайном убежище, так это своего бывшего соперника, Бетана Волка. Но рядом с ним Рой увидел очень знакомых мальчика и девочку. И понял внезапно, что Котёнок и Лиска знакомы ему больше, чем он до сих пор думал. Это смутное чувство никак не могла объяснить официальная версия о принце башни Снов и его спутнице.

Совладав с удивлением и сделав шаг от порога, король Рой вместо приветствия указал попеременно на Котёнка и Лиску:

– Так вы…

– …да, дети Линды и мои, – перехватил его мысль Бетан.

– Мог бы не напоминать, – саркастично поморщился Рой-старший. – Кстати, у меня очень счастливая семья.

– Значит, ты мне вдвойне обязан. Я удержал тебя от глупейшей ошибки! – хмыкнул Бетан. В этот момент его сын и племянник поняли, что между мальчишками есть вещи, которые никогда не меняются, сколько бы лет ни прошло. Бывшие соперники всё-таки пожали руки и не слишком тепло обнялись. Только коснулись плеча друг друга.

– Пожалуй, только ты, кроме семьи, знал, что мы ждём близнецов, – заметил Бетан.

– Я знал, – Рой побледнел ещё больше, хотя и так на фоне чёрного костюма мог соперничать бледностью с недавним узником. – Ты нашёл убийц?

– Без тебя не получается. Поможешь?

– Всем, что моё, и даже больше.

– Пока нужен только твой ум, – улыбнулся Бетан. – А дальше – как пойдет…

* * *

Пока мужчины снова и снова складывали кусочки мозаики отдельных заговоров и пытались вычислить главного вдохновителя, злого гения Домино, к ним присоединилась половина белой четы – король Нил. Альфа проводила время с сыном, раскрывая ему недостающие страницы семейной хроники, а Лиска вышла погулять с Галантой.

Белая королева решила не мешать чисто мужскому обсуждению и попросила Лиску составить ей компанию. Они гуляли по торговому полю, сейчас пустому, где проводились грандиозные ярмарки.

– Знаешь, кто такой Торговец Детьми? – спросила Лиска то, что давно её мучило. За последние дни они с королевой перешли на ты и могли вести вполне откровенные беседы.

– Примерно знаю. Слышала о нём. А что тебя интересует?

– Всё, что о нём известно. Тётя сказала… Не Альфа, Майя… сестра садовника, который…

– Не мучайся, – ласково сказала Галанта. – Приёмных родителей тоже называют мама и папа.

– Ну да, – благодарно кивнула Лиска. – Маня сказала, что взяла меня у Торговца Детьми. Кажется, это единственная ниточка, которая ведёт к похитителям. Торговец точно знает, откуда я взялась. Вот бы найти его и расспросить! Я понимаю, ему могли подбросить тройню, он мог найти одну меня на дороге, как Златку, мог получить через третьи руки… Но только он об этом знает!

– Не только он, – возразила Галанта. В голосе белой королевы дрогнула металлическая струна. – Арина с Ланом где-то взяли ребёнка. Возможно, их младенец тоже умер…

– Нет, – мотнула волосами Лиска. – Котёнок говорил, они уехали из замка накануне родов, а вернулись уже с ним. Думаю, они заранее готовились взять чужого младенца.

– Возможно… А знаешь, вас могли бы короновать всех вместе. Это редчайший случай, но короли-близнецы в истории бывали. Лиска Хитрейшая! Звучит? Постой… – спохватилась Галанта. – А как же полное имя?

Лиска пожала плечами.

– Лиска – сокращение от Листика. В противовес Цветане. Полнее у меня нет.

– Значит, Листа. Принцесса Листа… – Галанта попробовала новое имя на вкус, и ей понравилось. – Имеешь право законно сменить имя. Прости, но Майя-Цветана из тебя, как из Юриса хулиган!

Они заговорщицки захихикали.

– Спасибо, фея-крёстная! – сделала шуточный реверанс Лиска. – А ты была бы моей крёстной? Если бы всё шло… как надо?

– Как раз я и была бы, – кивнула Галанта. Её красивое лицо затуманилось. – Я очень любила Линду. Мы проводили вместе все каникулы. Поочерёдно в доме у каждой.

– Альфа не ревновала?

– Мы дружили не вдвоём, а вчетвером: две «А», две «Л». Алька с Алёнкой – третьей принцессой Снов Аллой, а мы с Линдой.

– Но ты же не на «Л».

– Почему? Галанта – сокращённо Ланка.

Лиска вздохнула, сожалея, что никогда уже ей не расти в той веселой компании. И просто никогда не увидеть их дружную четвёрку.

– Расскажи о Торговце, – напомнила она.

– Он гений в своём роде. Всегда появляется там, где нужен. Всегда поможет в трудностях с детьми. Но кто он и откуда, никто толком не знает. И даже как он выглядит, слухи расходятся. Я склонна верить тому, что он меняет внешность.

– Гримируется? Как артист?

– Скорее, как маг. Бывают маски-заклинания – личины. Они удобнее для серьёзного дела, и в таком виде накладную бороду или парик никак нельзя сорвать.

– Я бы сама так делала, будь я Торговцем, – ухмыльнулась Лиска. – Но имя у него есть?

– Торговец – и есть имя. Он может назвать любое прозвище, но настоящего никто не знает.

– Но как можно предвидеть, где сегодня нужен ребенок? – недоумевала Лиска. – Или где кто-то хочет отдать своё дитя? В нашем случае шёл бой, горел огонь, можно заметить большой переполох в лесу. Допустим, Торговец проезжал мимо и встретил похитителей. Ему повезло. Но то, что рассказала Маня, с везением никак не сходится…

– Возможно, он гадатель по профессии. Смотрит в хрустальный шар и видит свою выгоду.

Лиска вскрикнула, словно наступила на иголку. Сжала руку Галанты, изрядно напугав её. Но девочка всего лишь поймала юркую ускользающую мысль.

– Он предсказатель!

– Кто? Торговец Детьми?

– Да! – Лиска смотрела в пространство, словно сама вдруг стала предсказателем. – Вот почему он знает всё, а его – никто толком не видел! И понятия не имеет, где прячется Торговец, пока его не позовут! Люди много раз с ним встречались, он путешествует по ярмаркам, предсказывает будущее. Он – либо сам народный предсказатель, либо один из «шарлатанов», помощников, которые притворяются «народным».

– Лиска, ты гениальный суперсыщик! – оценила Галанта. – Идём скорей, все должны это знать!

– Подожди, подожди! – сопротивлялась спешке «суперсыщица». – Если Торговцу Детьми понадобилась наша тройня, значит, он всё и организовал? Он – мозг этого заговора?

– По крайней мере, близок к центру. Не представляю, чтобы он выполнял приказы, как Алегор. Но, может быть, он в доле с главным заговорщиком.

– Народный предсказатель – самый богатый из всех, – повторила Лиска то, что слышала от приказчика «Магистерия Магиструса». – Торговец Детьми тоже не бедный… Если объединить их капиталы, можно купить не только армию шпионов и наёмных убийц!

– Хватит, молчи, пожалуйста, пока не вернёмся в трактир! – умоляла Галанта. – Пусть твои озарения происходят при всех, иначе я не смогу их пересказать, боюсь что-нибудь упустить! В одном я уверена как никогда, Лисичка. Нам нужен на своей стороне хотя бы ещё один предсказатель, кроме тебя! Но кого звать?.. Как убедиться, что они не связаны, ведь это один клан! Реши эту задачку, и я провозглашу тебя самой хитроумной принцессой на свете!

* * *

– Дорога опасна, – жуя мясо с вертела, заметил Рой. – Ты сам сказал, у Марка нет алиби, зато есть связи с кланом!

Прервав военный совет ради обеда, мужчины всё равно продолжали обмениваться мыслями и успевали спорить.

– Я хочу видеть свою дочь! – стукнул бараньей костью по столу Бетан.

– Не ругайтесь, оба правы, – Нил единственный заказал не мясо, а огромное блюдо фигурных макарон с грибами и креветками, щедро политых пюре из свежих помидоров и посыпанных сыром. – Надо придумать, как сделать и не попасться.

– Я могу привезти принцессу, – на секунду поднял взгляд от тарелки Ярок.

Спорщики заговорили хором, доказывая в три голоса, почему это худший вариант.

Котёнок и Волчонок молча стреляли глазами по сторонам и нервно жевали, не очень замечая, что у них в тарелках. Машинально накалывали кусочки вилкой, машинально макали в соус и отправляли в рот. Всей душой они участвовали в обсуждении, но что могли сказать?

Дело было не только в том, что Альфа строго велела сначала поесть: война войной, а обед по расписанию! Котёнка огорчало, что папа такого славного парня как Морис, король Марк, под подозрением у его отца. И, что бы там ни говорили, очень хотелось увидеть Златку. Но как её незаметно вернуть в замок? Даже афишное имя – её злейший враг. Среброглазка! Только слепоглухой шпион не догадался бы.

Вилчур испытывал примерно те же чувства, поскольку давно дружил с Морисом и тоже был не прочь познакомиться с ещё одной двоюродной сестрой.

Рой словно услышал их мысли:

– Я могу ошибаться, но её имя – наименьшая проблема. Думаю, мало кто, даже из тех, кто по уши завязан в заговоре, в курсе настоящего происхождения среброглазок. Вернее, принца Константина. Кто вообще помнит о крови Сильверины? Только Волки, и то не все! Проблема – это когда на юг выходят врата Морской и врата Стаи. И ни одни не безопасны! Не говоря о тех, что между ними. Как незаметно вернуть девочку в замок?

– Папа, почему ты не доверяешь королю Марку, но совершенно не подозреваешь маму Эльжары? – всё-таки не удержался Котёнок. – Одинокой вдовой легко манипулировать, так Альфа говорила. Ей могут угрожать, особенно если мужа отравили в собственном дворце! Если не хочет лишиться единственной дочери, поможет кому угодно в любых планах!

– Хорошая идея! – одобрил Нил. – Надо проверить!

Бетан отложил баранью ногу на блюдо и посмотрел вверх, сжав челюсти. Это выдавало его внутреннюю боль. Видно, привычка появилась в заключении.

– Ты прав, сынок, насчёт королевы Светланы, – медленно сказал он. – Но не прав, думая, что я верю кому-то больше, а кому-то меньше. До вашего рождения я, как и все в Домино, думал, что у меня нет врагов. Возможно, недоброжелатели… завистники… соперники на охоте, в любви или в борьбе за трон…

Разве что Рой, стоило отвернуться, всадил бы нож в спину, но ведь не всерьёз. Риск не выше, чем в любом поединке спортивного турнира.

А потом оказалось, есть люди, которые действительно хотят нам зла. Мотивов я не знал, но степень серьёзности их намерений понял сразу.

Я подозреваю одинаково всех. Единственная подсказка, кто друг, кто враг, – расстояние от моей темницы до постоянного жилья тех, кто навещал меня. И кстати, кто подделал приказ от имени Нила и Галанты, которые якобы обвиняли меня в государственной измене… Как видишь, они здесь. Так же, как Рой. Остальные…

– …живут слишком далеко! – процедил Рой-старший. – Так вот почему ты позвал меня. Не потому, что веришь!

– Если ты хочешь воткнуть мне вилку в горло, это неразумно, – хладнокровно заметил Бетан. – Я только что вернулся к жизни и обратно не собираюсь.

Сделав огромное усилие, Рой разжал кулак и бросил вилку на стол. Несчастный столовый прибор свернулся почти штопором в его пальцах.

– Позвал, потому что ты ни при чём, – продолжал король-Волк. – У тебя алиби по двум пунктам. Другие этим похвастаться не могут. Хочу, чтобы Котёнок и ты заодно поняли, что я доверяю не личной симпатии. Да, предателем или жертвой может оказаться любой, самый безобидный с виду. И я хочу, чтобы мои дети были рядом! Что тут странного? – думая о Златке и грозящей ей опасности, Бетан постепенно распалялся, теряя покой.

– А если пригласить её на коронацию? – спросил Волчонок. Все взгляды разом повернулись к нему. – А что? Артистов часто приглашают. Если и правда о крови Сильверины знают не все шпионы, а только главы заговора, как они успеют нам помешать? Уехал театр, приехал… свободные люди!

– Не думаю, что их исчезновение от башни Снов, похожее на бегство, – случайность, – мрачно заметил Котёнок. – Кому-то не понравилось, что мы общались!

– А если дело в другом, – предположил Нил. – Кто-то в курсе, что третью девочку отдали в странствующий театр. И что тебя усыновила башня Снов. Что, если хозяин просто велел отгонять ВСЕ странствующие театры от этой башни? Шпики даже не знают, почему.

– Возможно! – обрадовался Котёнок. – Я видел разных артистов, но либо маленькие труппы, либо цирк. Театральный фургон действительно появился впервые! Но так они не пустят театр ко мне на праздник!

– Но к Морской башне пустят! Гонца можно отправить от Марка, ничего страшного. А в замке мы их встретим, дадим сопровождение.

– Вернее, театр пусть отвлекает внимание, приближаясь потихоньку к башне Снов, а принцесса уже будет у нас, – уточнил Ярок.

– Сколько времени нужно, чтобы найти их на Побережье и вернуть? – вздохнул Котёнок.

– До моря от Морской по-прежнему два дня пути, – оптимистично улыбнулся король Нивалис. – Я сам попрошу Марка помочь в поисках. Скажу, что дело срочное. Он и отправит приглашение.

– А ведь и лучше, что на письме будет стоять печать Морской, а не башни Снов! – подал голос Волчонок. – Какое шпикам дело, каких артистов хочет видеть король Марк?

– Морис знает, что мы с Лиской искали странствующий театр, – печально ответил Котик. – И, чтобы не спутать их с другими театрами, придётся назвать имя Среброглазки.

– Вообще-то Златы! – сказала с порога Лиска. Дамы как раз вернулись с прогулки. – Настоящее имя знают только её близкие знакомые. Это внушит доверие. Они приедут!

– А у нас новости, – похвасталась Галанта. – Вернее, пока предположение. Но гениальное!

– О чём? – мигом насторожились мужчины.

– Сперва дайте поесть! – потребовала королева выкуп за тайну.

– Угощайтесь, – Нил встал из-за стола. – А я пока отправлю просьбу Марку. Чтоб без меня ни слова! Да, лапочка?

– Иди, иди, – махнула ему жена. – И позови хозяина. Мы что-нибудь закажем.

Сюрприз на коронации

Настал момент контрзаговорщикам расстаться и вернуться в привычное окружение. Жуткое чувство, что вокруг одни шпионы и не с кем сказать искреннего слова, пришлось скрывать, не подавая вида.

Хуже всего пришлось Волчонку. Изменив внешность, скрываясь в толпе, взрослые могли бывать там, где их не ждут. Но его категорически оставляли в убежище. Понимая, что даже клятва жизнью – не полная гарантия, что Волчонка легко выманить из Снежинки, если кто-то узнает, что он там, Альфа и Бетан после жаркого спора бросали жребий, решая, кто останется с принцем: мать или дядя.

Остаться выпало Бетану. С «похороненными» остались капитан гвардии и трое солдат. Альфа с Яроком уехали следом за Котёнком и Лиской, и королева скрепя сердце обещала не вмешиваться и не обнаруживать себя на торжествах в башне Снов.

Открыто принца сопровождала только белая чета. Даже с его постоянной спутницей пришлось расстаться на пороге башни. Лиске предстояло вернуться домой в королевский сад как ни в чём не бывало. И не отсвечивать до коронации. Котёнок обещал устроить праздник поскорее. На всякий случай дом Флокси охраняли доверенные люди белой четы. Они убедительно изображали бездельников, которые, бросив хозяев, тратят время на прогулки по саду и торговым рядам.

* * *

– Что же главного ты нашёл в своём путешествии?

Котёнок отчитывался в первую очередь перед бабушкой и дедушкой – правящей четой башни Снов. Елан и Арина присутствовали в круглом зале первого этажа, давно оборудованном под детскую башни Снов, нервничали и молчали, не решаясь задать свой главный вопрос.

– Я нашёл друзей. Как бы сказать… – внук почесал за ухом, – я понял, что все мы в Домино – одна большая семья. Все башни, все пограничья…

– А где тебе понравилось настолько, что хотелось остаться пожить там? – хитро спросил дедушка-король.

– Ой, да везде жить можно! – легкомысленно махнул рукой принц. – У каждого места свои фишки!

– Что-что? – удивилась бабушка.

– Секреты, – засмеялся Котёнок. – Такое, чего нигде больше нет.

– Ты говоришь, как Феликс! – поморщилась Арина.

– Может, потому что я уже вырос, мам? – с лучезарной улыбкой наследник обернулся к приёмной матери. Ни один предсказатель сейчас не угадал бы его чувства, скрытые за внешней любезностью. – Пожалуй, увидев всё, я стал больше ценить наши крылья. Раньше они мне казались слишком скучными!

– Я одного не понимаю, – терялся в догадках принц Лан, – как ты снова оказался в белом крыле, если прошёл его месяц назад?

– Через Снежинку, разумеется! Мы гостили в Морской… то есть уже уходили, когда пришло послание от белой четы срочно встречать их в Снежинке. Пришлось вернуться и через Рыбный мост…

– Значит, ты не был в Стае, когда ЭТО случилось? – с облегчением выдохнула Арина.

– Нет, мы не успели туда дойти.

– Ох, слава богу!

– Не беспокойтесь, – изобразил смущение Котёнок. – Вот я, живой. Всё хорошо.

– Мне никогда не расплатиться с Галантой и Нилом, – с чувством заявила Арина. – Мама, ты пригласила их на ужин?

– Странный вопрос! – почти обиделась королева.

– Я хочу видеть их раньше. Нам нужно кое-что обсудить.

– Сынок, – не утерпел принц Лан, – ты думал о… важном решении? Я понимаю, у тебя много новых впечатлений, ты развлекался, изучал империю, но время идёт… Наши люди очень ждут твоей коронации!

– Ждать осталось недолго, – мило заверил Котёнок. – Я согласен хоть завтра!

– Внучек, это серьёзный шаг! – предупредил король, удивлённый лёгкостью, с которой Котёнок говорил о короне. Раньше для него это казалось непростым решением, а тут…

– Папа, если он созрел и принял решение, не мешай ему! – шикнула Арина.

– В конце концов, впереди ещё полдня и ночь, – примирила всех королева. – Будет время подумать.

– Я подумаю, – покладисто кивнул Котёнок. – Но говорю серьёзно. Можете провести церемонию так быстро, как успеете подготовить. И… у меня просьба. Пусть их величества король Нивалис и королева Галанта останутся на мой праздник. Пожалуйста, уговорите их!

– Думаю, это нетрудно устроить, – пообещала королева. – А разве ты не хочешь вызвать своего любимчика Фильку? Ты меня удивил!

– А разве они с Мышкой не здесь? – сделал большие глаза Котёнок.

– Они в Тихом крыле, – ответил король. – Получили собственные апартаменты.

– Семейные! До свадьбы! – укоризненно прошипела Арина. – А мне что говорили, когда мы с Ланом?..

– Доченька, не омрачай радостный день! – запротестовал король-отец. – Когда это было! И потом, вы целовались на Галерее, на виду у всего двора!

– И не были даже помолвлены, – добавила королева-мать.

Котёнок хихикнул, представив эту сцену и последовавшую громкую лекцию о высочайшем воспитании.

– Я тебя не тороплю, – снова нервно вмешался Лан, отвлекая семью от воспоминаний. – Но можно заранее узнать твоё решение? К чему готовиться? Ты примешь корону или…

– А кому, по-твоему, он может её передать? – раздражённо перебила Арина, не желая даже рассматривать такой вариант. – Все младшие линии либо предварительно отказались, либо ещё не родились!

По губам принца скользнула тень улыбки, которую он старательно прятал от всех, но королева-бабушка заметила. И заверила, что башню Снов ждёт праздник в любом случае. Люди любят наследников, отказывающихся править. Так что, принимая решение, пусть Котёнок думает только о велении своего сердца.

– Решение принято, – заверил всех наследник. – Но не могу заранее сказать. Пусть будет сюрприз. У меня ещё одна просьба: я могу прямо сейчас, до ужина, посоветоваться с предсказателем?

– Алегор к твоим услугам, – заверил дедушка прежде, чем родители принца могли бы выразить своё неудовольствие. – Я оплачу вашу беседу, не стесняйся в вопросах.

– Благодарю, ваше величество, – церемонно кивнул Котёнок и покинул семейный совет.

Алегор встретил принца любезно, даже предложил кофе. Они советовались около получаса, но никто в башне так и не узнал, о чём.

Знали только Нил и Галанта. Согласно плану, Котёнок должен попросить предсказание на день коронации и усыпить бдительность предсказателя. Чтобы тот доложил куда следует, что наследник вернулся полный решимости обрести трон.

Предсказание для Котёнка гласило: «Одну корону не надеть на много голов сразу».

* * *

Галерея опоясывала башню на уровне третьего этажа и расширялась, превращаясь в королевский балкон. На нём и собрались правящая чета, их дети, почётные гости – белая чета, и принц Котёнок. Место главного советника, сбоку от коронованных особ, занимал предсказатель Алегор в подобающей случаю парадной мантии.

Народ собрался перед башней Снов. С площади люди отлично видели и слышали происходящее. Знать Совиного и Тихого крыльев с обеих сторон выстроилась на Галерее. Их места имели худший обзор по сравнению с «партером», зато слышали придворные каждое слово. Для официальных объявлений по краям от правящего семейства в углах балкона стояли два герольда. Они трубили перед каждым важным моментом, требуя тишины. И могли повторять слова правящей четы и наследника, чтобы тем не пришлось кричать.

Все торжественные речи уже прошли, оставался главный вопрос. Седой величественный король встал. Сейчас он мало напоминал толстого добродушного деда, каким его знал Котёнок. По знаку короля церемониймейстер принёс корону и передал четвёртой чете. Родители наследника встали, с двух сторон держа подушку с наследной короной: вдвое выше, чем обычные родовые венцы, украшенную большим рубином – символом закатного солнца, и двумя жёлтыми хризолитами – «глазами совы».

Король и его внук подошли к самым перилам, чтобы их лучше видели.

– Наследный принц Константин, примешь ли ты корону башни Снов, которой и меня когда-то короновал мой дед на этом же месте? – спросил король. – Примешь ли ты вместе с короной обязательство править честно и справедливо, как велит тебе доброе сердце и королевский долг?

Согласившись, ты имеешь право, но не обязан немедленно занять место правителя и можешь передать корону наследнику любой очереди, достигшему совершеннолетия. Это только твой выбор. Скажи нам своё решение!

– Ваше величество! – звонко начал Котёнок и сам испугался, какой тонкий у него голос. – Для меня огромная честь принять эту корону! Но как наследник я обязан думать о будущем и, если знаю для башни Снов более достойного правителя, обязан уступить место! Я отказываюсь от короны в пользу моей названой сестры Лиски, ой… то есть Майи-Цветаны Флокси, которая младше меня на один день!

– ЧТО?! – принцесса Арина задохнулась от возмущения и чуть не выронила корону.

– Кто это Флокси? – старался сохранить выдержку Лан. – Знакомая фамилия.

– Наш садовник, – подсказала королева. – Майя-Цветана его дочка? Вы вместе путешествовали? Я помню, Феликс что-то говорил о милой девочке из сада… Но почему она, Котик?

– Это детская блажь! – не дав ему ответить, громко перебила Арина. – Дочь садовника может быть трижды милой, но она не королевской крови! И какое имеет право наследовать ТВОЮ корону?

– Вообще-то мы провели обряд братания, – с полной серьёзностью сообщил Котёнок. – Она моя сестра, и значит…

– Чушь! У неё нет никаких прав!

– Ваше высочество, – деликатно вмешалась королева Галанта, – согласно законам Домино, усыновлённые дети и названые родственники имеют равные права на корону с другими наследниками, родными по крови.

– Что же, что она дочь садовника? – поддержал жену Нил. – Народ будет в восторге!

Замешательство в правящем семействе сбило всю торжественность церемонии. Король и королева вполголоса обсуждали сюрприз, преподнесённый внуком. Третья принцесса Алла посмеивалась в кулачок, толкая локтем растерянного мужа. Принц Лан, избавившись от подушки с короной, изо всех сил уговаривал супругу не кричать. Растерянный шум толпы и споры на балконе перебил торжественный раскат труб. Слово взял магистр Алегор.

– Наследный принц Константин сделал свободный выбор! Но прежде, чем он будет закреплён законно, не мешает вспомнить одну нелишнюю формальность! Названые брат и сестра – очень трогательно звучит в столь юном возрасте… Но не будет ли в дальнейшем препятствий для их более близких отношений? Кто знает, чем обернётся нежная дружба? Я предлагаю проверить кровную принадлежность избранницы принца! Ваше высочество, юная госпожа Майя-Цветана здесь?

– Уверен, хотя не вижу её, – кивнул Котёнок. Он перегнулся через перила: – Лиска! Покажись!

– Я здесь! – долетел отклик с левого края площади, от стены Молочного ряда.

– Поднимайся! – замахал рукой принц.

Лиска в нарядном, нарочито «цветочном» платье присоединилась к знатному обществу на балконе. Алегор попросил собравшихся на Галерее Совиного крыла послать в архив за двумя карточками для проверки крови.

Люди, не ожидав такого поворота, волновались на площади, толкались и подпрыгивали, чтобы лучше видеть происходящее. Через минуту на балконе раздался изумлённый вскрик, потом затрубили герольды и сообщили, что карточки показали ближайшее родство. Алегор продемонстрировал два бланка с балкона. Неизвестная претендентка на корону оказалась принцессой Снов… по крайней мере, ровно в той же степени, что и принц Константин.

– Как это понимать, ваше высочество?! – громко спросил король четвёртую принцессу. – Что должны думать мы и все ваши подданные? Что вы изменяли мужу с садовником?!

– Папа! – взвизгнула Арина. – Как можно! Я… у нас… в это трудно поверить…

– Моя жена хочет сказать, – внушительно провозгласил принц Лан, – что родила близнецов. И я тому свидетель! Но девочку украли в ту же ночь, и мы… для нас это трагедия! Вы знаете, как мы ждали ребёнка! Принцесса Арина так тяжело перенесла потерю, что мы решили лучше скрыть её, и всю заботу и нежность отдали единственному сыну! Думаю, все эксперты подтвердят, что карточки крови совершенно одинаковые. Хотя это видно и невооружённым глазом. Так что о любых низких подозрениях можете забыть! Эта девочка – наша пропавшая дочь!

– Он прав, – фальшиво всхлипнула Арина и раскрыла объятия Лиске. – Доченька!

– Но как это возможно?! – повис отчаянный вопрос садовника Жанжара Флокси. – Ведь Лиска…

Сестра толкнула его локтем и быстро зашептала что-то на ухо. Лицо Жанжара побледнело и вытянулось. Он больше не требовал королевского суда, переваривая правду о «своей» дочери. Маня как могла старалась облегчить брату столкновение с реальностью, уговаривая, что Лиске повезло, она ведь сестра принца!

– У нас есть ещё одна внучка, и вы молчали? – не могла прийти в себя королева. – Но почему ты не сказала хотя бы нам, Ара?!

– Я не хотела вас тревожить. Все эти годы мы вели тайные поиски и надеялись… Но кто знал, что доченька окажется так близко?! Как ты узнал, Котёнок?

– Мне подсказало сердце. Теперь вы понимаете, что я хочу по справедливости вернуть Майе-Цветане всё, чего её лишили!

– Да-да, конечно! – кивала Арина, обнимая Лиску.

– Но разве это честно сваливать тяжесть правления на хрупкие плечи сестры? – укорил сына Лан. – Тебя готовили к этой ноше с детства, а Майечка ещё совершенно не освоилась… Как она сможет принять корону?

– Во-первых, моё настоящее имя Листа, можно Лиска, – поправила новоявленная принцесса. – А во-вторых, я готовилась к этому решению последние два месяца, которые мы провели вместе с Котёнком! И я решила…

– О чём вы спорите? – с хорошо рассчитанным удивлением вмешалась Галанта. – Они же близнецы! И по закону могут короноваться вместе.

– Серьёзно? – искренне удивилась Арина.

– Говорю тебе как представитель верховного суда империи!

– Вопрос к четвёртой чете! – раздался мужской голос из толпы. – У вас точно пропала одна дочка? Не две?

Принцесса Арина упала в обморок на руки мужа, искусно избежав расспросов.

– Что за неуместные шуточки? – сердито передёрнула плечами королева Снов. – Я полагала, всё доказано. Разве нет, Алегор?

– Совершенно доказано, ваше величество, – невозмутимо кивнул магистр, глядя с балкона. – Но королевского суда требует какой-то человек с девочкой, похожей на новую принцессу Листу. Позвольте им подняться.

Герольды передали неизвестному из толпы приглашение взойти на балкон и высказать претензии королевской семье, если они имеются.

Вскоре, к растущему восторгу людей на площади, на балконе появилась ещё одна принцесса. Её сопровождал очень молодой мужчина в чёрной рубашке и при шпаге. Некто, назвавшийся частным сыщиком. Дескать, ему четвёртая чета за большое вознаграждение и поручила отыскать пропавшую принцессу. И он её нашел! Пусть проверят кровь!

Принцесса Злата присоединилась к законным претендентам на корону, «сыщик» снова растворился в толпе, обещав зайти за наградой позже. Принц Лан заверил его, что щедро заплатит за выполненную работу.

Наконец волнение слегка улеглось, и все вернулись к торжественному настроению.

– Итак, если права наследования совершенно равные, – получив поддержку белой четы, гордо провозгласил король, – я всего лишь должен повторить свой вопрос для троих. Согласны ли вы, наследный принц Константин, наследная принцесса Листа и наследная принцесса Злата, принять корону этой башни и править, как подсказывает вам долг и сердце?

Тройня среброглазок переглянулась с откровенно заговорщицким видом.

– Да! – ответили они все по очереди.

– В таком случае я объявляю следующим правителем принца Константина Спасённого! – провозгласил дедушка, возложив корону на голову наиболее знакомого внука. – Поприветствуйте народ, ваше высочество.

Котёнок, с трудом удерживая голову в тяжёлой короне прямо, поднял обе руки, помахав людям с балкона. Потом снял корону и вернул деду.

– …принцессу Листу Цветущую! – провозгласил король и примерил корону Лиске. Принцесса лихо послала воздушный поцелуй с балкона под рёв толпы.

– …принцессу Злату Возвращённую! – продолжал дедушка, обращаясь к артистке.

Советник Ярок, сопровождая Златку от границы замка, успел многое рассказать ей. Роль частного сыщика сыграл артист их труппы, Пьетро, которого никто из правящих особ близко не знал. Так что Среброглазка не смутилась и знала, что её ждет, хотя не успела даже двух слов сказать брату и сестре, как уже очутилась в короне. Она величественно поприветствовала подданных, и так привыкшая властвовать над толпой на каждом представлении. Народное ликование не смолкало.

* * *

Белая чета официально поздравила новых правителей, спросив, собирается ли кто-то из них взойти на трон сразу или они думают править вместе.

Девочки деликатно отказались, выжидательно глядя на брата. Котёнок сказал, что не собирается занимать дедушкин трон прямо сейчас, но у него есть мысли о будущем правлении.

– Как видите, ваше предсказание не сбылось! – весело обернулся он к Алегору. – Одной короны может хватить на всех!

– Ваше высочество совершенно правы, имея в виду наследную корону башни Снов, – магистр поклонился с самым загадочным видом. – Но моё предсказание говорило о большой короне императора Домино.

– Как? Ещё не все новости? – иронично переспросила бабушка-королева. – Не расходитесь, господа, будет ещё что-то интересненькое!

– По мне, для одного раза слишком! – пропыхтел король, оттягивая воротник мантии, не имея возможности обмахиваться веером, как его супруга. – Что там ещё, Алегор?

– Вашему внуку суждено стать императором Снов, – почтительно ответил магистр, словно преклоняясь перед величием подобной задачи. – И в самом скором времени! Но для этого вначале необходимо созвать турнир наследников.

– Даже если это безумие можно осуществить, – недовольно сказала королева, – ты же не думаешь, что от башни Снов могут выступать сразу три претендента?

– Почему бы и нет, если они захотят сражаться друг против дружки? – прикинулся наивным принц Лан.

– Это нечестно по отношению к другим башням и пограничьям, – рассеял сомнения король Нил. – От каждого правящего удела империи Домино должен выйти на поле один представитель.

– Если там есть кому принять вызов, разумеется, – уточнила Галанта.

– Внучек, ты хочешь драться за большую корону? – с недоверием взглянул на наследника король Снов.

– Почему бы и нет? – Котёнок скопировал интонацию Лана. – Все учили меня не останавливаться на полпути!

– А мы? – притворно обиделась Лиска.

– Вы же не хотели править сейчас, – резонно ответил брат. – Значит, сражаться мне. Тем более я мужчина. А править потом можем и втроём.

– Идёт! – пожала ему руку Златка. – Желаю тебе победы, братец!

– Постойте, это слишком ответственное решение… – пыталась урезонить их королева.

Но после рёва труб белая чета снова подошла к краю балкона и объявила людям, что Домино ждёт сразу два небывалых события: праздник тройной коронации и большой турнир всех наследников. Принц Константин Спасённый шлёт вызов во все концы империи! Кто не боится поединка, пусть встретится на поле в Снежинке! И победит сильнейший!

Турнир

Народ гулял три дня. И каждый вечер завершался грандиозным фейерверком и танцами вокруг костров на Внутренней равнине.

Скромной коронации, которой опасалась четвёртая чета, не получилось. Весть разнеслась со скоростью пожара. «Королевский листок» целый праздничный выпуск посвятил удивительным событиям в башне Снов, рассказам о жизни каждого из тройни, их портретам и описанию трогательного воссоединения семьи.

Арина и Лан всячески отбивались от расспросов близких, уверяя, что шок от возвращения детей временно лишил их способности связно мыслить и говорить. Почти так уже было двенадцать лет назад, когда они пережили пропажу двух дочерей и ни с кем не могли обсуждать своё горе.

Принцесса Алла, правда, не припоминала, чтобы сестра находилась после рождения сыночка в ужасном горе, скорее, Арина светилась от радости. Галанта на правах подруги детства просила Алёнку молчать и ничему не удивляться.

– Что за переполох ты устроил, братец? Хочешь стать императором? – принц Феликс не успел на коронацию, но приехал в тот же день как раз к общему ликованию. Поздравив двоюродного брата с найденными сёстрами, Феликс больше всего удивился новости о турнире.

– Хочу! А что такого? Это моё предназначение!

– Уверен? – сомневался пятый принц.

– Я тебе ещё в детстве говорил, что хочу побеждать в каждой гонке и мне жаль, что трон императора пустой, – хитро напомнил Котёнок.

– Говорил, – признал Феликс. – Но я не думал…

– А я подумал, представь себе. Почему нет? Почему не я?

– Котёнок…

– Прости, Филька, я сейчас занят. Меня ждёт белая чета. Потом поговорим.

Пятый принц недоверчиво покачал головой, глядя вслед любимому двоюродному братишке.

* * *

– Ты успокоил заговорщиков и выполнил «предназначение», – король Нивалис и Котёнок гуляли по дорожкам «лесного» угла сада. – Теперь, когда Лиска и Злата открыто признаны принцессами и больше не угроза их «великому плану», нам гораздо удобнее охранять вас всех вместе.

– Ещё не выполнил, впереди турнир, – уныло напомнил Котёнок.

– А это не твоя забота, – улыбнулся Нил Седьмой. – Победу тебе должны обеспечить заговорщики, как бы ты ни сражался. На поле выйдут пятеро из восьми. В Стае «нет» наследника, Рои никого не выставят, Гуси… им просто некого назначить бойцом за корону. Разве что принцесса Августа вернёт свою… но это маловероятно и неопасно для нас.

Итак, вас пятеро: ты, Юрис, Морис, Элька и Орлина. Нечётное число, значит, пройдёт три круга. В первом, как бы ни выбирали, по жребию или по выбору судей, ты пойдёшь против Юриса, Орлина – против Эльжары. Ясно, кто останется. Потом тебе придётся драться с Морисом.

– Он знает? – с надеждой спросил Котёнок.

– Нет. Никто из наследников не посвящён в заговор, кроме, пожалуй, Роя-младшего. Отец обещал не говорить ему подробности, но намекнуть, чтобы не психовал. Имей в виду, на турнир соберутся все, даже те, кто не выйдет на поле.

– Я уже понял, – понурил голову Котёнок. – Играть роль принца вообще невесело. Но быть принцем под прикрытием хуже вдвойне! Боюсь сорваться.

– Держись, – хлопнул его по плечу Нил. – Твоя сестра танцует на канате, возьми пару уроков! Пока Ярок с Альфой в Морской встречали Злату, я навестил Светлану и Грифонов.

Котёнок замер, вопросительно приоткрыв рот. Нивалис жестом изобразил сомнение.

– Мы решили намекнуть всем, что возможен турнир наследников. Мне показалось, Света ничего не знает. Или скрывает так искусно, что это страшно. Раньше она не отличалась талантом в дипломатии. Наряды всегда любила, покровительница показов мод Шёлкового крыла, но заговоры… Я говорил и с Элькой. Хотел предупредить королеву, что принцесса в опасности, её могут похитить, но Эльжара более надёжный союзник и, кажется, поняла опасность, хотя я только намекнул.

– Элька и так никому не доверяет, – вздохнул Котик. Он чувствовал себя ужасно старым. – И знает, что живёт посреди заговора, так же как я жил…

– Но Эля очень одинока, а значит, уязвима. Любой может втереться к ней в доверие, – заметил Нил.

– Угу, я буду осторожен с ней, – заверил принц. – Но я тоже знаю ключ к её сердцу! Даже два!

– Ого. Заметно, что будущий император путешествовал не напрасно! – оценил Нивалис. Котёнок поморщился с усмешкой, мол, хватит издеваться. И снова посерьёзнел.

– Я знаю, как собрать клан предсказателей. Лиска дала идею. Через Болгира!

– Мы тоже об этом подумали, – кивнул Нивалис. – Верховный магистр Болгир хорошо предсказывает, но слишком стар, чтобы управлять даже своим университетом. Ежедневная административная суета тяжела для него. Вряд ли поэтому он глава заговора. Разве что узнал какие-то магические свойства крови среброглазок и мечтает убить вас, чтобы вернуть молодость!

– Это возможно? – Котёнок вздрогнул.

Нил положил руку ему на плечо:

– Спокойствие, ваше высочество. Для магов мало невозможного, но это минимальный риск. Насколько я знаю, Болгира не тяготит возраст, ему нравится быть старейшим. Иначе давно ушёл бы на пенсию и строил свои заговоры на досуге. Так что я верю: старик ни при чём и поможет нам собрать клан.

– Хорошо бы. Только великий магистр сможет вызвать народного предсказателя. Иначе, где его найти?

– Главная сложность— передать послание с просьбой Болгиру из рук в руки, чтобы не перехватили, но за тем я и ездил в Замок Грифона, – сказал Нил.

– А Орло-Львы? Как прошла встреча?

– Королева Леонора, как обычно, холодна, но любезна. Король Адлер держался открыто, хвастался маленьким сыном, но по ним же ничего не поймёшь!

Ярок того же мнения о Марке. Король кажется непричастным к заговору, всегда готов помочь и погружен только в семейные дела. Я давно знаю Марка. Они с Густавом ребята простые и добрые друзья. Но ты знаешь, чем славятся Гуси. И Марк точно такой же. Он король более двадцати лет, это о чём-то говорит.

Котёнок молча кивнул, понимая, что самая надёжная позиция – та, что высказал Бетан: не верить никому, на всякий случай.

– Предсказатели точно соберутся на турнир? – сомневался принц.

– Ваш Алегор едет в Снежинку по-любому. Нашего Панкрамона, белого предсказателя, Галанта уже вызвала. Марк обещал взять Оксандра ради такого события. Света привезёт одного известного магистра, Родослава…

– У него с братом лавка возле Свет-башни?

– Да-да, тот самый. За остальных и за народного в ответе старик Болгир.

– Сколько всего предсказателей в империи? Двадцать?

– Около двадцати. Точная цифра всегда в секрете. Да и народный может путать карты, если под его именем работают несколько людей. Беги, Котёнок! Мы слишком долго на виду одни. Я насчитал уже трёх шпиков за деревьями.

– Пусть видят! Мне нужны советы перед турниром. Главное, чтобы не слышали! – принц быстро попрощался и побежал обратно к башне. Прежде чем хоть один шпион успел бы догнать его, Котёнок шмыгнул через подземный ход в подворотню гарнизона Врат Снов, где его ждали сёстры.

* * *

Лиска и Злата скрывались от народного обожания в караулке в обществе гарнизонного кота Филина. К обеду доделают наряды и привезут срочный заказ: наследные венцы для новых принцесс. Тогда все снова соберутся на балконе, а потом спустятся вниз и будут раздавать угощение в торговых рядах и бросать в толпу золотые. Таков обычай.

Когда к ним присоединился брат, тройня впервые по-настоящему обнялась. Потом, взяв сестёр за руки, Котёнок почувствовал на каждой кольцо-змейку. Лиска передала подарок Злате.

– Вот мы все и сыграли в пьесе о найденных сиротках, как ты говорила, – сказал принц Злате. – Как тебе спектакль? – кривой улыбкой он пытался прикрыть слёзы.

– Приняли хорошо, – оценила Злата. – Жаль, это всё ненастоящее…

– Корона настоящая, – возразила Лисичка. – И мы.

– Так непривычно… – Злата вздохнула и снова обняла их. – Вы хотя бы разбираетесь в знатном обществе, а я прямо с корабля на бал! Жутко неловко, когда вокруг столько знати. Я их привыкла не любить и побаиваться.

– И правильно, – серьёзно одобрил Котёнок. – С ними надо держать ухо востро!

– А как ещё держать, раз мы все – Волки! – засмеялась артистка.

– Ну, я могу держать по-лисьи, а могу по-волчьи, – пошутила Лиска. – И ты освоишься. У нас только Котёнок принц, а я совсем недавно не могла слова с ними сказать. Ты всё-таки привыкла говорить со сцены, а я – дочка садовника!

Среброглазка иронично хмыкнула, не прибедняйся, мол, сестричка-Лисичка!

– Тетя Альфа ждёт нас в самом дальнем конце Тёмных аллей, – сказала Злата. – Мы сможем незаметно выбраться?

– Попробуем, – пообещал Котёнок. – Не могу сейчас ни с кем встречаться, кто не знает… На меня уже наезжали! Филька пристал и Бро-Том выразил сожаление вместо поздравлений: «Я не этому учил ваше высочество!» Можно подумать!

– Посмотри на себя его глазами, – посоветовала Злата. – Ты одержим идеей высшей власти!

– Угу, я знаю, – хмуро кивнул Котёнок. – Но всё равно не могу сейчас…

– Как тебе родственники? – спросила Злату Лиска.

– Я пока знаю только Альфу и Ярока, кроме вас. Альфа – красавица. Она похожа на маму?

– Да, очень, – заверил брат. – Я видел портрет мамы. Но больше всех на неё похожа ты. Хотя характером ты пошла в тётю Альфу, а Лиска – в Линду.

– А наш отец, – с трудом проговорила Злата, – правда такой…

– Он самый лучший, – твёрдо сказал Котёнок, чтобы не разреветься от воспоминаний. – Я видел почти всех нынешних королей Домино, папа лучше всех. Хотя Лиске нравится король Рой! Это наследственное!

Лисичка фыркнула и шутя стукнула брата.

– Ещё у нас есть настоящий двоюродный брат, Волчонок, – продолжал он просвещать Златку. – Вообще-то Феликс нам тоже брат, но… я жалею, что здесь сейчас нет ни одного из них! Некому меня поддержать против двух девчонок! Только ты, Филька, со мной, правда? – он погладил по голове внимательно следящего за ними полосатого кота и почесал ему горлышко. Филин громко мурлыкал.

– И этот человек собирается драться за корону с принцессой Элей! – ехидно пропела Лиска. – Вот она тебе задаст жару!

– Надеюсь, поединок не состоится, – Котёнок поднял руки, защищаясь от ужасной картины в своём воображении. – Давайте потихоньку выберемся в сад. Нас давно ждут.

– А как нам выйти? – недоумённо оглянулась Злата. – Кругом охрана башни и шпионы!

– В королевском жилье есть плюсы, – похвастался Котёнок. – Подземные ходы! Спустимся в Слепой коридор и выйдем прямо в Тёмных аллеях. За мной, сестрички!

* * *

Через неделю представители всех правящих родов собрались в Снежинке. Каждой семье со свитой отвели свой сектор на большой королевской трибуне. Пока часть огромного торгового поля превращали в арену для турнира и собирались зрители, многие наследники гуляли внизу возле трибун.

Первым Котёнок на ступеньках соседнего ряда столкнулся с Гуськой. Наследник Гусиного острова скользнул по нему колючим презрительным взглядом:

– А я думал, ты друг.

– Гуська, не верь глазам своим, – со вздохом ответил принц Снов и пошёл дальше.

Внизу надменно расхаживала высокая девица в бледно-голубом платье, с острым колпачком в причёске, к которому крепилась тонкая накидка, спадающая ниже плеч.

– Доброе утро, ваше высочество, – вежливо поздоровался Котёнок. Девица глянула на него сверху, как аист на лягушку.

– Так это вы принц Константин Спасённый?

– Не зря вас называют Умницей, – ответил он.

Принцесса Орлина пронзила его острым взглядом.

– Чего о вас не скажешь! Не самое приятное знакомство, – холодно сообщила она. – Но я хотела посмотреть в глаза тому, кто выставил всех наследников на посмешище!

– Смотрите! – Котёнок тряхнул волосами и подставил лицо свету.

Полминуты они мерились взглядами, пока Орлина не отвела глаза.

– Зачем? – тихо спросила она, словно говорила сама с собой.

– Так нужно, – почти шёпотом ответил принц Снов. – Простите меня. Большая дерзость просить вас об услуге?

– Немалая, – Орлина двинула бровью, разрешая любую просьбу.

– Если увидите Мориса, передайте ему то же самое. Мои извинения. Я не могу видеться с ним до боя.

– Передам. А ты уверен, что мне достанется в соперницы девчонка?

– В первом круге – несомненно, – заверил Котёнок.

Орлина постаралась сохранить невозмутимое выражение лица, но в глазах мелькнуло облегчение. Принц понял, что гордость не позволит принцессе Грифонов поддаться противнику, и она жутко боялась выиграть. Но против Эльки у неё нет шансов.

Принц шёл через пустое поле с ровной подушкой кудрявой травки, остающейся свежей и зелёной, сколько её ни топчи. Заметив его, с первого ряда поднялся и отложил книгу принц Юрис Невоинственный.

– Привет!

– Убери руку! – сердито шикнул Котёнок. – Если не плюнешь мне в лицо, нас уже заподозрят в заговоре!

– Прости, – белый принц с улыбкой отвёл протянутую для рукопожатия ладонь. – Как жизнь?

– Ужасно интересно! С акцентом на первом слове. Одна надежда…

– …что скоро всё закончится? – угадал Юрис. – Не торопись. Три круга – это три дня! Их ещё надо пережить. А потом…

– Котёнок! Я тебя везде ищу! – подскочила к ним откуда-то сверху Лиска. – Матушка принцесса Арина желает видеть нас всех и сказать что-то важное.

– Только этого не хватало! – сквозь зубы простонал брат. – Ладно, идём. Златка там?

– Угу, – Лиска сделала Юрису почтительный реверанс. И тут заметила блеск знакомых глаз сквозь тёмную челку. – О, смотри, Рой! Младший.

К ним действительно боком приблизился принц Рой. Руку для приветствия подал только Юрису и Лиске, но глянул на Котёнка без ненависти. Кажется, в курсе.

– А я всё думал, вас будет трудно различить с новой принцессой, – небрежным тоном сказал он Лиске. – Читал в «Листке», что вы близняшки. А теперь вижу – нет. Тебя… то есть ваше высочество можно узнать не только по примете, – он взглядом указал на янтарный кулон, блестящий золотым глазом поверх роскошного платья.

– Да, нас удобно различать, – преувеличенно живо откликнулась Лиска. – По платьям! Златке пошили золотое, а мне серебристое! Тебе нравится?

Рой-младший кивнул. У него загорелись щёки.

– За кого болеть будешь? – так же с фальшивой беззаботностью спросил Котёнок.

– Может быть, за тебя! – с вызовом ответил Рой-младший. – Чтоб через пару лет вызвать тебя на новый поединок! Кстати, я должен вернуть кинжал. Ты его выиграл. Я принесу…

– Оставь. А лучше отдай Эльке. И болей, пожалуйста, за неё, – со значением попросил Котёнок.

Рой подарил ему фирменный взгляд с прищуром, но ничего не ответил. Кивком указал в сторону на приближающуюся к ним принцессу Эльжару.

– Ребята, нам пора! – заторопился Котёнок. Они с Лиской развернулись и поспешили вверх по рядам трибун. Но на десятой ступеньке принца остановила крепкая рука на запястье и сильный рывок, заставивший обернуться.

– Сбежать хотели? – лицо Эльжары горело от возмущения и от быстрого подъёма.

– Ой, Эля… Привет. Прости, нас ждут, и мы спешим.

– Как это понимать?! Хочешь войны, Котёнок?

Принц сжал челюсти. Это не Гуська, тут без ответа не пройдёт.

– Хочешь знать, кто убил твоего отца? – в упор спросил он.

Элька открыла рот, потом собрала остатки хладнокровия в кулак и твёрдо кивнула.

– Я тоже! – заверил Котёнок. – Так помоги нам. Это всё… нужно для дела. – Он не рискнул сказать «не по-настоящему». – Верь мне, Эля. Мы тебе не враги.

– Хотелось бы верить, но… – Эльжара отвернулась, глядя сверху на поле.

– Ты скоро всё узнаешь. Тогда решай. Просто подожди три дня.

– Три дня? А как мне драться на турнире?! – возмутилась Элька.

– Изо всех сил, – мягко пожелала Лиска. – И скоро будем славить императрицу Солнца.

– Мне не нужна ещё одна корона! – строптиво вздёрнула плечи Элька. Но поняла, что дело сложней, чем кажется. Её друг не сошел с ума и послал вызов на турнир не под гипнозом. – Ладно, увидимся! – она вскинула руку, прощаясь, и пошла вниз. Котик и Лиска поспешили на верхний край трибун. Оттуда побежали в королевские апартаменты сектора Снов.

Огромный круг гостиничного пояса Снежинки тоже разделили между приезжими, чтобы земляки поселились вместе.

* * *

Принцесса Арина снова и снова повторяла сыну напутствие к упорной борьбе. Она, а не принц Елан, больше переживала о поединке. Главной задачей Лана стала охрана семьи от репортёров. Ранее считавшаяся бесплодной, принцесса внезапно оказалась матерью тройни и привлекала внимание так же и даже больше, чем её дети.

К поединку готовились долго, но все – участники, работники арены, гости – так нервничали, что гонг к началу первого круга прозвучал слишком неожиданно.

Король Густав как представитель стороны, не участвующей в поединке, объявил первую пару. Принц Снов Константин Спасённый против белого принца Юриса Невоинственного.

Скрестившись, зазвенели мечи. Традиционное оружие турнира за корону – меч, и никто не заявил в совет поединка просьбу о смене оружия.

– Все королевские дети очень рано учатся фехтовать на мечах, – с гордостью сообщила Арина «доченькам», сидящим по обе стороны от неё.

– И вы, матушка? – восхитилась Лиска, сидя между Ариной и Ланом.

– Я тоже. И сестра, и принцесса Фелиция…

– Как жаль, что я этого не умею, – вздохнула Лиска. – Наверное, учиться уже поздно?

– Никогда не поздно, – благосклонно заверил «доченьку» принц Лан. – Теперь у нас найдётся время для уроков.

– А я научилась фехтовать в театре, – сказала Златка. – Только на шпагах. Мечи у нас были деревянные.

– Как удачно! – рассеянно похвалила её принцесса Арина, не отрывая глаз от поля.

Меч Юриса снова сверкнул и улетел в траву.

Упавшие мечи по условиям серьёзного поединка не считались поражением. Безоружному обычно возвращали меч, и бой продолжался. Но и первой крови турнир не требовал. Победу означало положение, в котором жизнь одного противника находится в руках другого.

Долговязый Юрис отступал, но не сдавался. Хотя сам не провёл ни одной атаки, не потеряв меч, зато удачно парировал удары соперника.

Котёнок дрался так, как на зачётном уроке, с полной уверенностью в своих силах. Стараясь покрасоваться перед зрителями. Меч летал у него как перышко, и улыбка не сходила с лица. Обманным манёвром ему удалось зацепить ногу Юриса. Белый принц споткнулся, попытался вывернуться вбок, упал на одно колено. И прежде, чем успел встать, почувствовал на груди остриё меча.

– Сдаёшься?

Даже если бы Юрис ничего не ответил или отрицал поражение, но не мог отбить чужой меч, судьи через пару секунд явной угрозы жизни засчитали бы Котёнку победу.

Белый принц встал и поздравил соперника. Они пожали друг другу руки – обязательный знак, что победителю можно поворачиваться спиной к проигравшему, спрятали мечи в ножны и разошлись.

* * *

Зрители аплодировали, но не шумели. Первая победа досталась слишком легко.

После короткого перерыва, когда принцы успели освежиться и поднялись на почётные места на трибунах, тоже став зрителями, на арену вышли Орлина и Эльжара.

Парни дрались даже в обычной удобной одежде, без доспехов. Обе принцессы надели кожаные спортивные костюмы с нашитыми стальными пластинками. Орлина завязала волосы в строгий узел, золотые локоны Эльки легкомысленно развевались.

После сигнала к атаке соперницы накинулись друг на дружку с яростью торнадо. Орлина продержалась гораздо дольше, чем предполагали самые верные её поклонники. Некоторые коронованные особы пожалели, что не узнали ставки на бой у присутствующих предсказателей, чтобы проверить точность результата.

Поединок принцесс длился более десяти минут. Они кружили по арене, то нападая, то отдыхая, сшибаясь в очередной атаке с напором бьющихся насмерть. Трибуны замерли. Многие очень боялись за исход боя. Казалось, без серьёзной раны Орлину не остановить.

Когда Эльжара наконец слегка задела её колено и быстро перевела меч к горлу, судьи и зрители выдохнули с лёгким сердцем. И устроили настоящую овацию.

Орлина надменно подала руку сопернице и удалилась, гордо вскинув голову.

На поле выбежали жонглёры, акробаты с бубнами и барабанами. Поскакали наездники, балансирующие, стоя на спине лошади. Их выступление сопровождал весёлый оркестр.

Принцессы снова переоделись в платья, а на поле уже составляли невероятной длины гусеницу из обеденных столов, для семей и свиты всех бойцов, и отдельно угощение для зрителей: подходи и бери, что хочешь. И все могли поздравлять или ругать участников турнира.

Старинный обычай общего обеда после каждого круга поединка был нерушим. С общими кубками по кругу и огромными блюдами для всех, чтобы осложнить задачу отравить соперника, подсыпав ему что-то в тарелку или бокал.

– Что ж, сынок, тебя можно поздравить, – принц Елан принял и поднял за ушки огромную чашу. – За первую победу принца Константина!

– Рано, ещё рано! – запротестовала Арина. Но муж отпил глоток вина и передал чашу по кругу. И многие пригубили её, кто с поздравлениями, кто с довольно мрачным видом. А король Рой демонстративно пропустил очередь. За что Марк упрекнул его и принял чашу через стол.

– За честную победу! Мой сын дерётся с тобой завтра, но это не мешает мне сегодня выпить за тебя, Котёнок!

– Благодарю, ваше величество, – с места кивнул принц Снов.

Но сам Морис и его сестра от вина отказались. Хотя за победу Эльжары и за достойную битву Орлины Марианна Морская выпила. Веснушчатая красавица с огненно-рыжей косой по прозвищу Морковка сидела возле отца и бросала в сторону всей свиты башни Снов непримиримые взгляды. Только когда Феликс жестом показал ей держать нос повыше и подмигнул Юрису, Морковка полыхнула щеками и смущённо улыбнулась. Белый принц, сидящий близко, тут же завёл непринужденную беседу, не давая Морской принцессе скучать.

* * *

Некоторые придворные и все предсказатели предпочли обедать с народом. Они ходили от стола к столу, перебрасывались шуточками, спорили, делали ставки на претендентов. И особенно на завтрашний бой Котёнка с Морисом.

Когда пришло время, поединок Морского принца с принцем Снов не разочаровал их.

Жестокий бой длился более получаса и трижды останавливался судьями, когда противники, сцепившись, как обычные мальчишки, бросив мечи, катались по траве, поднимая сухую пыль. На трибунах слышали крики: «Предатель!», «Псих!», «Давай, налетай!», «Отстань!», «Мало тебе? Ещё хочешь?»

Несколько раз оба теряли меч. Подняв оружие с земли, довольно долго стояли друг против друга, отдыхая перед новой атакой, глядя исподлобья и тяжело дыша.

Трибуны подбадривали своего претендента азартными криками: «Покажи ему!», «Врежь!», «Давай, принц!». В моменты неудачных атак слышался пронзительный свист, а после удачного приёма стоял сплошной рёв.

Котёнок давно жалел, что надел только кожаный нагрудник, а не полные доспехи с кольчугой, хотя и в жилете задыхался от жары. Морис по своему обычаю вышел в тельняшке, без дополнительной защиты. Ему вертеться, отбивая выпад за выпадом, казалось легче, но более высокий, плотный и сильный Морис проигрывал Котёнку в скорости. А младший противник видел один выход: не прекращать атаки. Если Морской принц пойдёт в наступление, Константин проиграл.

С замиранием сердца зрители гадали, кто быстрее выдохнется. Потому что победа тут зависела исключительно от размеров упрямства или случайности.

Златка, ещё не так хорошо зная брата, очень переживала, видя победу за Морисом. Лиска после каждого аха, стискивания пальцев и подпрыгивания как на иголках уверяла сестру, что только случайность может выбить у Котёнка победу. Обманный манёвр, подножка, но не усталость.

Ложные выпады и опасные положения случались, но каждый раз Котёнок успевал бросить меч, напрашиваясь на благородство противника. Морис тоже однажды упал лицом в траву, мгновенно перевернулся и успел понять, что пропадёт, если останется вооружённым. Меч улетел в сторону.

– Вставай! – противник нехотя подал ему руку. Оба устали.

Морис неожиданно дёрнул соперника на себя, тоже бросил в траву, отнял его меч… Котёнок успел выбить клинок ногой. Они сцепились без оружия и покатились по арене.

Гонг судей, которым на этот раз завладел Рой, остановил поединок. Противникам велели разойтись и снова взять оружие. Оба раскраснелись, мокрые волосы на лбах торчали сосульками. На лицах и одежде темнели полоски прилипшей пыли.

– Может, так сдашься? – задиристо крикнул Котёнок. – Хватит зря мучиться!

– Ты первый! – Морис не спешил в атаку. – Пока могу поднять меч, я должен отвечать, – процедил он сквозь зубы.

– Ты же не хочешь править!

– На трон мне наплевать, – подтвердил Морской принц. – На кону моя честь и долг. Раз принял вызов… Защищайся! – хрипло бросил он и ринулся в атаку.

Котёнок просто отбежал в сторону, не ударив по лезвию меча.

Трибуны засмеялись. Морис повторил тяжёлый выпад, Котёнок повторил манёвр и отскочил. Но в третий раз Морис замахнулся ещё отчаяннее и не удержал баланс, под весом собственного меча он пролетел вперёд. И юркий противник, очутившись сбоку, достал его лезвием по рёбрам. Только разрезал тельняшку.

– Ловко, – оценил Морис, проведя рукой по боку и не увидев крови.

– Сдаёшься? – Котёнок держал меч обеими руками, выставив лезвие вперёд.

– Не дождё… – Морской принц не договорил, его прервал тягучий удар гонга.

Рой остановил поединок.

– Хочешь протестовать? – принц Снов кивнул на трибуну судей.

– Ты мог меня убить, если б хотел. Пусть уж так будет, – Морис наглядно бросил свой меч к ногам победителя. Трибуны ахнули. Рой-старший объявил победу принца Константина.

Котёнок отыскал взглядом сектор, где рядом с родителями сидела девушка с огненной косой на одно плечо, почтительно поклонился им. Морковка мотнула головой. Даже издали было видно, что презрительно фыркнула. Победитель поднял меч и вернул Морису. Они пожали руки, расходясь.

* * *

– Хорошо держишься, – Рой-старший перехватил Котёнка во внутренних коридорах нижнего яруса, где бойцы приводили себя в порядок, сменив одежду и умывшись. – Но дальше будет труднее.

Котёнок благодарно кивнул. Приятно говорить с тем, кто знает всю сложность его задачи.

– Я знаю, папа смотрит, – пробормотал он. – Но я его не вижу. Где он?

– Среди зрителей, – король развёл руками в чёрных манжетах, вышитых серебром. – Мы не виделись. Бетан прислал мне весточку, что желает тебе удачи, больше ничего.

– Волчонок с ним?

– Надеюсь. Им так же трудно находиться порознь, как нам.

– Но они могут не расставаться! – пожаловался Котёнок. – Мы с Альфой даже взглядами не пересеклись!

– Что делать, нас не должны видеть вместе. Иди.

– За Элькой хорошо следят? – хмуро спросил Котёнок.

Рой кивнул.

– Ты знаешь, что вечером будет дополнительный круг?

– Как это? – испугался принц Снов.

– Не бойся, за столами, на словах. Когда осталось двое, один – будущий император. И мы должны все присягнуть победителю. Иначе жди раскола и бунта. Люди посмотрят на вас поближе, оценят, кто чего стоит как будущий правитель.

– И что мне делать?

– Не кричать в ответ. Провоцировать, чтоб она злилась. А в конце скажешь… – Рой шепнул ему инструкцию на ухо.

Юный сообщник кивнул и поспешил наружу.

Последний круг

До вечера на поле снова шло гулянье и ярмарка. Столы разобрали, оставили только один трёхметровый, убрав с него белую скатерть и поставив посередине гонг. Когда стемнело, над столами зажгли разноцветные фонарики. Гонг возвестил начало словесного поединка.

Тот же вопрос: «Что мне делать, что говорить?» Котёнок задал и Алегору.

– Человек, уверенный в своей победе, снисходителен, – задумчиво ответил магистр, поглаживая на ладони овальное зеркальце – дорожный вариант магического кристалла. – Ему смешно, когда его нарочно злят. Вы победите, ваше высочество. Помните об этом всё время. Насмешки и колкости вашей соперницы – это её слабость, а не оружие. Пусть вас они не задевают. Говорите как будущий император. Можете что-нибудь пообещать людям, сказать им о лучшей жизни. Только не обещайте слишком много, чего не сможете выполнить.

– А что мне отвечать о том, зачем я вышел на поединок? Меня за это презирают, ведь в Домино никто не хочет власти!

Алегор тонко усмехнулся:

– Вы сейчас сказали с такой иронией, ваше высочество. Вот так и повторите это за столом.

Любимый кофейник предсказатель привёз с собой и сейчас заваривал вторую порцию кофе. Котёнок рискнул задать Алегору личный вопрос:

– Среди гостей немало предсказателей, как я понял по мантиям. Вы с ними… дружите?

– Мы чувствуем некую братскую общность, когда встречаемся, если вы об этом, – сдержанно ответил магистр. – И нам приятно вести беседы с равными, кто видит так же далеко и вглубь. Но мы, скорей, соперники. Примерно то же вы чувствуете, встречаясь с другими наследниками. Вы отличаетесь от прочих людей вокруг, но не можете в полной мере доверять своим. Вашему высочеству повезло, у вас есть сёстры…

– Теперь есть, – холодно согласился Котёнок так, чтобы его истинные чувства никто не мог прочесть по лицу.

Котёнок и Эльжара заняли места в торцах стола. По одной длинной стороне расселись судьи – правящие пары во главе с белой четой. Другую сторону заняли наследники и репортёры. Задать вопросы мог кто угодно, лишь бы обладал достаточно громким голосом. В толпе стояли народные герольды: десяток людей в зелёной форме, которые громко повторяли вопросы зрителей.

Вся стража и работники арены в Снежинке одевались в форму с зелёными нагрудниками. Этот цвет считался общим для Домино и не принадлежал никакому из правящих родов. Стража турнира становилась общей, чтобы не путать, кто откуда приехал и кому служит в другое время.

– Завтра на поле сойдутся в честном поединке принцесса Эльжара Смелая и принц Константин Спасённый, – ровным голосом объявила Альфа. Нынешний поединок вела она, королева, недавно потерявшая наследника. – Вы можете предварительно помериться силами. Но сейчас ваше оружие – слово и, как и прежде, твёрдый характер, выдержка, скорость реакции. Прошу первый вопрос. Принцесса Эльжара, вам слово.

– Ты очень струсил сегодня, когда Морис гонял тебя по всему полю? – звонко спросила Элька. – Учти, я такой доброй не буду!

– И я с принцессами веду себя иначе, чем с матросами, – с чувством превосходства улыбнулся Котёнок. – Так что не бойтесь неучтивости. От вас я бегать не буду.

Гуська не удержался от смешка. Сестра строго глянула на него, напоминая, на чьей они стороне.

– Принц Константин, вам слово, – пригласила Альфа.

– У меня нет вопросов. Всё, что хочу, я выскажу её высочеству завтра, мечом. Тогда посмотрим, по праву ли она зовётся Смелой.

Элька вспыхнула. Её ноздри хищно задрожали, ясные глаза сузились, губы сжались в белую нитку.

– Я тоже отвечу на этот выпад завтра. Сейчас не хочу тратить слова.

– Вопросы судей!

– Что каждый из вас сделает первым, когда получит корону императора? – спросил король Марк.

– Я устрою огромный пир и на полгода отменю налоги со всех торговых рядов, оставив только добровольные пожертвования в казну, – мгновенно выпалила Элька. Явно готовила ответ заранее.

– Я попрошу прощения у проигравшей и постараюсь в дальнейшем заслужить её расположение, – смиренно ответил Котёнок. – А также ваше, – он обвёл рукой стол. – Мне не нужен бунт и раскол. Мы все живём в одном замке.

– А где собирается жить и править император или императрица? – спросил король Грифонов Адлер.

– В башне Огненного венца, – естественно, ответила Эльжара. – Как Первый Император.

– В Снежинке, – снисходительно усмехнулся Котик. – Отсюда ближе в любой конец империи.

– Вы собираетесь отменить вольности Снежинки? – крикнули из толпы. – Нам здесь не нужен королевский двор!

– Я жил бы скромно, заняв всего одно крыло, – заверил Константин. – Хотя бы от Красного моста до Волчьего.

– Тебе стыдно драться с девчонкой? – крикнул пронзительный мальчишеский голос. Если бы Гуська и Рой-младший не сидели рядом, Котёнок бы подумал, что это один из них.

– Очень, – философски согласился он. – Но что же делать, что с Морисом не вышла ничья. Тогда он мог бы драться с Элей и…

– Да как ты смеешь! – возмутилась Элька. – Морис уступил тебе из благородства! А мне он проиграл бы честно!

– С тобой он бы вообще не дрался! – подала голос Морковка. – Мой брат действительно благородный принц, не то что этот! – она обвинительно махнула кисточкой косы в сторону Котёнка.

– Можешь ответить, – поощрил его дедушка, король Снов.

Внук только улыбнулся и развёл руками. Мол, что сказать?

Едва журналистам разрешили, они начали сыпать вопросами, как картечью. Элька всё больше распалялась, доказывая, что даже в случае, если бы людям совершенно не дали выбора, нельзя присягать лукавому тирану из башни Снов.

– Я знаю, ты всего лишь марионетка! – бросила сопернику Элька. – Но за тобой стоит тот, кто не остановится ни перед чем на своём пути к вершине власти! Ты глупый маленький ребёнок и даже не понимаешь, какую роль тебя заставили играть!

– Я совершеннолетний, так же как ваше высочество. Хотя я слышал, девочки развиваются быстрее, а вы даже старше меня на год! Но у меня есть две сестры, и большой разницы между ними и вами я не заметил.

Что же касается моей тени, того, кто ведёт меня к вершине, я благодарен ему, кто бы он ни был. Но плясать под чужую дудку не собираюсь! И смогу удержать власть, если мне поможет семья, – Котёнок церемонно поклонился в сторону бабушки и деда.

Судьи вполголоса переговаривались, оценивая ответы. Каверзные вопросы продолжали сыпаться.

– С кем из присутствующих наследников и правителей вы заключите союз, если дело дойдёт до открытой войны?

– Со всеми! – быстро ответил Котёнок. – Зачем нам воевать? Если кто-то недоволен исходом турнира, возможность нового поединка есть всегда.

– Я заключу союз с теми, кто меня поддержит, – вскинула голову Эльжара. – И вместе мы сможем убедить остальных!

– Не боитесь ввергнуть империю в хаос войны?

– Я ничего не боюсь! – ответила Эльжара. – И смогу дать отпор любому, если понадобится!

– Боюсь, – рассчитанно отвёл глаза Котёнок. – Поэтому постараюсь договориться и всеми силами избежать войны.

– А если это потребует слишком много денег? – провокационно спросил Рой-старший.

– Мир в замке мне дороже!

– Ты говоришь, как разумный взрослый, – услышал Котёнок насмешливый голос Феликса и внутренне сжался от тоски. – Но это лишь слова! Получив власть, люди обычно ведут себя не так, как обещали!

– Даже с большой короной я не намерен править один, – резко ответил брату принц Снов. – Для всех спорных вопросов существует совет империи и верховный суд!

– Так нагло врать! – изумилась принцесса Орлина. – Как будто ты уже на троне! Вам с Элькой ещё нужно получить присягу от всех! Что сделаете, если я не присягну?

– Дождусь совершеннолетия принца Леонида, – усмехнулась Эльжара. – В общем круге ни одна умница погоды не сделает!

– Я встану на колени и буду просить ваше высочество не огорчать всех, кто согласился на присягу, – с важностью ответил Котёнок.

– Как это на тебя похоже! – фыркнула Эльжара. – Надеешься, что обаяние решает всё? Как дипломат ты мог бы принести пользу! Жаль, что завтра я выбью из тебя все хорошие манеры, и тебе не придётся демонстрировать их с императорского трона! Молись, чтобы на трон башни сил хватило!

– А ты такая смелая, пока не вышла на поле? – игриво спросил Котёнок. – А если завтра ты сбежишь от поединка, что мне прикажешь делать? Представь, стою один посреди поля, как дурак…

– Нахал! – задохнулась Эльжара. – Да я тебя сейчас… и голыми руками!..

Принцесса чуть не запрыгнула на стол и не набросилась на оппонента. Её удержали судьи.

– Посмотрим, – хитро пожал плечами Котёнок. – Я не против драки даже с девчонкой. Но извини заранее, если нарочно уступать не буду!

– Вот уж что мне не нужно, это твои уступки! – взяв себя в руки, обидно засмеялась Эля. – Только сейчас при всех скажи, а лучше подпиши кровью, что поддавков не будет! Ведь если проиграешь, тут же заявишь, что поддался девчонке. Знаю я таких героев, как ты! Вы только на словах сильны!

– Да, я предпочитаю слово, а не меч. Но если нужно браться за оружие, не отступаю. Сегодня, кажется, все это видели? – с достоинством парировал Котёнок.

Вокруг молчали дольше минуты. Альфа ударила в гонг, объявив конец поединка.

Кто победил, каждый зритель решал сам, судьи молчали. Участники, не слыша точного вердикта, нервничали и теряли уверенность в своей правоте. Это дополнительно испытывало их твёрдость.

Конечно, вокруг каждого претендента собралась группа близких, которые уверяли, что всё прошло замечательно.

– Здорово ты ей врезал, сынок! – похвалил Котёнка принц Лан. Наследник понуро кивнул. Не этого одобрения он ждал и хотел бы услышать другой голос.

* * *

Весточку принесла Злата. К ней шагнул из толпы мальчишка в серо-стальной рубашке и кепке, закрывающей пол-лица. Сжал руку и оставил в кулаке послание. Новая принцесса не успела его даже рассмотреть и не стала читать записку сразу. Спрятала и показала только брату и сестре в их общей с Лиской комнате.

«Граница, до которой Эля дойдёт, прошла. Дальше – как получится.

Ты молодец. Осталось совсем немного».

Всего несколько слов без подписи помогли Котику больше, чем сотни уверений поклонников, какой он молодец.

– Это почерк отца? – спросила Злата.

– Вряд ли. Хотя мы не видели образец, – сказала Лиска. – Думаю, это писал Волчонок.

– Похоже. Руку короля могут узнать, если послание перехватят. Не думаю, чтобы папа так рисковал, – брат вернул записку Злате: – Сожги.

– Жалко. Возьми себе как талисман.

– Нельзя, – Котёнок чиркнул спичкой.

– Думаешь, Элька завтра действительно не выйдет сражаться? – усомнилась Лиска.

– Так мы себе представляем их план моей победы. А там кто знает, – вздохнул брат.

– С Морисом они тебе позволили драться по-честному, – напомнила Злата.

– Боюсь, они и правда видят будущее. Значит, в Морисе угрозы они не видели. А в Эльке…

– …видим даже мы, – по привычке закончила его фразу Лиска.

– Верно, Лисичка. И наш единственный шанс – ниточка от похитителя к хозяину. Но для этого Элю должны украсть.

– Что тут думать? Похитителем может оказаться любой в зелёной форме, – уверенно предположила Злата.

– Почему?

– Удобно. Маскировка. Стража ходит повсюду, их плохо различают в лицо. Никто не испугается стражника. Они ведь охраняют, а не…

– Наверное, – признал Котёнок. – Но, если поймать похитителя на месте, пусть он выглядит как угодно, как нищий, или король, или стражник, ему не отвертеться!

– Если бы предсказатели всё знали, они бы слышали сейчас наш разговор, – сумрачно заметила Лиска. – Но я верю, что их можно перехитрить! Никто не знал, что мы с Котёнком нашли друг друга два года назад.

– Алегор знал, – возразил брат. – Не то, что это точно ты. Но то, что я найду близкого человека, родную душу ближе и скорее, чем думаю, он предвидел. Думал, наверное, что я приду и расскажу, когда предсказание сбудется. Попрошу совета. Но я не пришёл. И встречу со Златкой он предсказывал. Только и сам не знал, что это значит.

– Поэтому предсказателю-заговорщику нужны шпионы! – сообразила Лиска. – Они приносят новости и толкуют ему реальность, которую он узнаёт, когда сбылась!

– У тебя есть предсказание на следующий поединок? – требовательно посмотрела на брата Златка.

– Только то, что я выиграю.

– Значит, выиграешь!

– Но я не могу драться с Элей. Совсем не могу! – простонал Котёнок.

– А если проиграешь нарочно, что они сделают?

– Займутся воспитанием императрицы Солнца, – уныло предположил брат. – А вас похитят, чтобы отомстить мне. Уж этого я точно не могу позволить!

– Это не так легко, нас двое! – успокоила Злата. – И, если заговорщиков поймают на нашем похищении, я согласна для пользы дела рискнуть.

– Хорошо мыслишь, сестричка! – одобрила Лиска. – Так что делай, что сможешь, Котёнок, и ничего не бойся!

– Легко вам говорить! – проворчал брат, но на сердце снова стало тепло.

В дверь их комнаты постучала принцесса Арина, напомнив «деткам», что пора спать. Всем нужны силы на завтрашний поединок.

* * *

Пока принц Снов искал поддержки у сестёр, Элька закрылась в своей комнате и нервно ходила из угла в угол. Её покои состояли из кабинета и маленькой спальни. Внутренней дверью они соединялись со смежными апартаментами королевы Светланы, намного более роскошными. Но Элька предпочитала собираться с мыслями в одиночестве и на материнскую половину не заходила. Ужин ей тоже доставили в кабинет.

Часы показывали половину одиннадцатого. В дверь негромко постучали. Пустые тарелки уже забрали, так что Элька слегка удивилась и сразу не открыла.

– Что вам нужно?

– Я должен видеть её высочество Элеонору-Жарину, – сообщил молодой мужской голос, судя по чёткой интонации – военный или гонец.

– Зачем? – Элька подошла ближе к двери и прислушалась.

– Имею для неё секретное письмо.

– Бросьте под дверь! – в Эльжаре вдруг проснулись подозрения о кознях конкурента, и вспомнились намёки короля Нила, что на турнире её может подстерегать опасность.

В щели под дверью появился угол письма. Элька мигом схватила его и развернула склеенный листок без печати:

«Если ваше высочество интересуют подробности о смерти вашего отца, спуститесь за проводником на нижний ярус. Вас ждёт важная встреча.

Простите, что не ставлю подпись, но мои знания слишком опасны, чтобы ими хвастать. И слишком дороги, чтобы раздавать их бесплатно. Несколько золотых покроют часть моей откровенности, и вы решите, стоит ли узнавать больше.

Я не настаиваю на встрече, это ваш выбор. На свете есть немало вещей, которых лучше и не знать!»

«Котёнок? – сразу подумала Эльжара, прочитав письмо шантажиста. – Нет. Даже если бы он составил такой текст, то почерк слишком взрослый. Не знаю, как он пишет, но точно не так! Похоже, местный журналист знает сенсационный материал, но вынужден молчать из страха, что ему укоротят за это язык и руки. Но если рассказать всё мне, можно и деньги получить, и сохранить инкогнито и жизнь. Что ж, деньги есть. И случай упускать нельзя!»

Элька быстро нашла в ящике стола мешочек с золотыми, которые по настоянию мамы взяла для ярмарки, но так и не потратила.

– Он не настаивает на встрече! – сердито бормотала принцесса, накинув тонкую шерстяную шаль поверх домашнего платья, чтобы не простудиться, если придётся выходить под ночное небо. – Так и скажи: «Приходи, если не боишься!» А то – он не настаивает!

Элька решительно открыла дверь.

В коридоре стоял молоденький стражник в зелёной форме, смутно знакомый. Кажется, из охраны белой четы.

– Я готова. Далеко идти?

– Только спуститься вниз, я покажу, – заверил стражник. – Ваше высочество, письмо при вас?

– Само собой, – свысока хмыкнула Эльжара. Он что, её совсем за дурочку считает?

– Хорошо. Только пусть ваше высочество идёт впереди, чтобы со стороны никто не понял, что я ваш проводник. Я подскажу, куда идти.

Элька жестом выразила согласие, закрыла дверь на ключ и уверенно прошествовала по коридору. В двух шагах за ней следовал охранник.

– Теперь налево, к лестнице, – вполголоса командовал проводник. – Спускаемся к выходу на поле.

Со стороны Элька целеустремлённо шла к месту, которое хорошо знала. На самом деле перед каждым поворотом её ухо ловило подсказку, куда идти.

Принцесса мельком подумала о ловушке. Благодаря предупреждению Нила она носила при себе нож и ядовитый чихательный порошок, которым легко могла отбить нападение даже нескольких взрослых мужчин сразу. Так что из любой ловушки Эльжара рассчитывала вырваться прежде, чем её оглушат или схватят.

И этот тонкошеий лопоухий стражник, тощий и невысокий, не казался смелой принцессе серьёзной угрозой.

– Сейчас направо.

– Меня ждут под трибунами? – угадала Элька.

– Там слишком ненадёжно, ваше высочество. Сквозняки и акустика… кто-то может подслушать. Но есть каморки стражи возле трибун. Нам нужен чёрный сектор.

– Осиное гнездо? – шёпотом уточнила Эльжара. Получив утвердительный знак, свернула к сектору номер восемь.

– Видите дверь на поле? Не доходите до неё, сверните в коридорчик влево.

Эльжара остановилась перед солидной дверью, не похожей на временные дощатые постройки.

– Здесь? – принцесса оглянулась.

– Мы на месте, ваше высочество, – стражник тоже оглядывался и прислушивался. – Человек, который всё знает, сейчас придёт. Я сообщу, что вы его ждёте. Он тоже опасается…

– Тоже?!

– Простите, ваше высочество, – стражник прижал руку к груди. – Я мигом. Отдохните здесь, – он указал на дверь.

Принцесса толкнула дверь и заглянула в помещение, не входя. Внутри оказалась уютная каморка: стол, две лавки и угол печки, зимой отапливающей несколько караулок.

– Включите свет, – посоветовал проводник.

Элька нащупала на стене рычажок газовой трубки. Каморка осветилась. На столе лежала стопка бумаги и принадлежности для письма.

– Пока ждёте, заодно напишите отказ от участия в турнире, – так же вежливо посоветовал стражник.

– Что?!

Эля возмущённо обернулась, но не успела даже сунуть руку в карман за толстым пакетиком порошка, который взрывался от сильного сжатия. Её толкнули с порога внутрь, перед носом принцессы захлопнулась дверь.

Услышав, как щёлкнул ключ, Эльжара не слишком растерялась. Она знала, что каморка в одном шаге от выхода на трибуны. Даже сейчас там ходит охрана, а уж утром… Надо только хорошенько стучать кулаками в дверь и кричать. Кто-то её услышит.

Дверь тут же сотряслась под сильными ударами. Проводник неприятно ухмыльнулся, щёлкнул пальцами и пошёл прочь.

* * *

Когда принцесса Эля закрывала дверь своих апартаментов, ни она, ни её проводник не обратили внимания на ещё двух солдат в зелёной форме, стоящих на часах в дальнем конце коридора. И не заметили, как эти двое пошли следом за ними к лестнице.

Держась на почтительном расстоянии, двое сопровождали принцессу до выхода на поле. Издали наблюдали всю сцену возле каморки. И слышали, как дверь под её кулаками затряслась и загремела, точно барабан. Но стражники заметили и другое. Как в двери что-то щёлкнуло, хотя проводник не касался её ключом. Как по одному его жесту стук изнутри и крики о помощи стихли. Принцесса продолжала звать на помощь, но звук пропал. Снаружи никто её не слышал.

Молоденький стражник на глазах свидетелей стал старше, выше ростом, значительно шире в плечах. Белый мундир потемнел и заструился шёлковой мантией цвета ночи, расшитой созвездиями. В этот момент две пары сильных рук намертво схватили его запястья.

Раздался короткий свист, и по сигналу к паре напавших сзади присоединились ещё четверо с другого конца коридора.

– Держи! – один из подошедших, высокий светловолосый страж в зелёной форме, подал тому, кто вцепился в левую руку, светящиеся в темноте браслеты, спаянные цепочкой. Одно запястье пленника сковало холодом, словно его обвила замороженная змея.

– Антимагические, – заметил голос, такой же холодный, как наручники. – Дорогое удовольствие и редкое. Но на ярмарке чего только нет!

– Вперёд? – удивился стражник с наручниками.

– Я предпочитаю видеть его руки, – светловолосый помог сковать обе руки пленника впереди. – Позвольте этот перстень, – он ловко снял с временно онемевшей кисти кольцо с гербом, вырезанном на красном камне.

– Так вы грабители? – усмехнулся пленник. – Могли бы попросить… – он с трудом пошевелил пальцами.

– Прошу, назовите ваше имя, магистр…

– Митродар, – похититель участницы турнира хотел бы промолчать, но по гербовому перстню мага его имя слишком легко узнать.

– Не скажу, что приятное знакомство, но долгожданное, – светловолосый стражник знаком велел своим друзьям поднять повыше фонарь, осветив лицо магистра. При свете фонаря его собственные глаза блеснули золотом.

– Что за маскарад, советник? – удивлённо поднял бровь Митродар. – Вам не к лицу мундир простого стражника!

– Вам тоже, – ухмыльнулся Ярок. – Приходится идти на жертвы.

– А мне-то как приятно, – услышал пленник другой, более низкий голос, заставивший его вздрогнуть. Митродар понял, кто держал его правую руку. – Мы столько лет близко знакомы, и наконец-то я имею удовольствие называть вас по имени!

Король Бетан отпустил пленника и шагнул ближе к свету.

– Рад видеть ваше величество на свободе, – вежливо заметил Митродар. – И, как я вижу, в добром здравии?

– Не жалуюсь. Тащите его наверх, ребята. Нам предстоит долгий разговор!

– Разве вы не торопитесь освободить свою юную подружку? – удивился магистр. Люди в форме с зелёными нагрудниками не пытались найти у него в карманах ключ или выбить дверь, за которой томилась Эльжара.

– Отнюдь не торопимся, – отозвался Бетан. – Что ей грозит до утра? А правда ли, магистр Митродар, что печать магии оставляет след индивидуальный, как почерк? По которому можно узнать автора?

– Только самый свежий след, – процедил Митродар. – В пределах нескольких часов.

– Вот как на этой двери? – Ярок невинно указал на темницу Эльки.

– А в пределах нескольких месяцев? Или лет? – с надеждой спросил Бетан. – Вот эта рука ещё неплохо помнит нашу последнюю встречу, – он потёр левое плечо. – Я хочу знать, у двух других моих гостей, кроме вас, точно такой же почерк магии? Лица и голоса были разными, но теперь я уверен, только казались!

– Отчего ваше величество так уверены? – магистр надменно полуприкрыл глаза, делая вид, что совершенно не понимает, о чём речь.

– Из-за народной мудрости, гласящей: «Если заинтересован в результате, сделай всё лично».

– Не знаю, о чём вы. Если у вас действительно остались какие-то шрамы, любой эксперт признает в них зубы и когти диких зверей или ожоги. Прискорбное, но чисто физическое явление. Никакой магии.

– Одного и того же зверя? – тонко намекнул Бетан. – И по времени следы совпадут? Я ведь не укротитель тигров. И в огне побывал только раз. Признаться, я был далёк от мысли благодарить вас за возможность долго восстанавливаться после каждой беседы. Но сейчас думаю, это время имеет интересное значение для суда.

– Для какого суда? Меня могут судить только равные! – высокомерно скривил губы пленник. – В этом наше сходство, ваше величество. Или это не более чем похищение и законная сторона дела вам неважна?

– Для суда вашего клана, магистр Митродар. Они уж, наверное, заждались…

Суд

Четверо настоящих стражников окружили пленника и сопровождали на верхний этаж, выше всех апартаментов гостиничного и трактирного поясов. Трое из конвоя служили в гарнизоне Волчьих врат, четвёртый носил чин гвардейского капитана Стаи. Бетан и Ярок шли следом, приглушённо переговариваясь.

– Что у Болгира? – спросил Бетан.

– Говорит, всё готово.

– Нужны все наши. Как Нил собирается устроить общий сбор?

– Кто откажет белой чете даже среди ночи? – саркастично заметил Ярок. – Прибегут как миленькие!

– Надо успеть переодеться, – Бетан на ходу отстёгивал половину зелёного нагрудника, добираясь до замка на мундирной куртке.

– Надеюсь, наши костюмы уже наверху, – поддержал его желание Ярок. – Если Волчонок ничего не забыл.

– Антимагическая штука вполне надёжна? – Бетан с тревогой глянул на длинную фигуру пленника.

– Кто ж её знает? Надёжней не нашел! – Ярок покрутил в пальцах тяжёлый перстень. – Надеюсь, не врут, что без своего колечка он не сумеет концентрировать силу. Нам бы только доставить предсказателя к его коллегам, там уж можно не волноваться.

– Уверен? А если они все «за одного»?

– Тогда мы сделали всё, что смогли. По крайней мере, знаем ответы.

– Не все, – хмуро заметил Бетан.

– Главный. Остальные можно просчитать.

* * *

В пустом зале редакционного совета «Королевского листка» собрались девятнадцать предсказателей во главе с Болгиром и Оксандром. Тут же расселись за овальным полированным столом правители и наследники всех частей замка. Только от башни Снов кроме правящей присутствовала четвёртая чета. Арина и принц Лан объясняли исключение тем, что их позвали как родителей главного претендента на трон императора.

– Какого лешего нас вытащили из постели в такой час? – зевая, ругался король Марк. – Нил! Что происходит? Если это попытка решить турнир в обход честного поединка, я – пас. И, кстати, где принцесса Эля?

– Хороший вопрос, Марк, – одобрил Нил без всяких объяснений.

– Она сбежала? Похищена? Убита? – жёстко предположил король Грифонов.

– Что ты несёшь, Адлер! – одёрнула его жена.

– По крайней мере, эта новость стоит прерванного сна!

– Тебе станет легче, если я скажу, что принцессу похитили? – ехидно спросил Рой-старший. – Радуйся, её похитили!

– Что за идиотские шутки? – стукнул кулаком по столу Адлер, не обратив внимания, что «с нами дети!» – Света! Скажи что-нибудь!

– Эльжары нет в её комнате, – пряча красные глаза, глухо отозвалась королева Светлана. – Нам пришлось ломать дверь, но… Никаких следов.

– Да это тайный заговор! – вскинулся король Густав. – Я с самого начала видел, что дело нечисто, но чтобы так!..

– Ты очень близок к истине, Густав, – ответил Нил. – Скоро вы всё узнаете…

Он настороженно глянул на дверь. Та скрипнула, приоткрывшись. В зал проскользнул Ярок. Движением век советник дал знак королю Нилу и занял своё место рядом с Альфой.

– …вот уже прямо сейчас, – закончил белый король. – Я рад приветствовать славный клан предсказателей наравне с правителями Домино. Ведь всем известно, хороший советник порой стоит больше доброго короля! Поэтому так тяжело говорить, что в ваших рядах есть государственный преступник. Возможно, даже не один.

За столом зашумели. Нил успокаивающе поднял ладонь.

– Не торопитесь обижаться и объявлять нам войну. Среди нас тоже могут оказаться предатели и заговорщики. На всякий случай предупреждаю: здесь полно магов, все мы вооружены, а оба выхода оцеплены верной мне стражей. Так что если кто-то захочет сбежать…

– Охота на ведьм? Так мы все твои заложники, Нил? – весело спросила королева Рина, жена Роя.

– Временно, дорогая, – успокоил её Рой-старший. – Мы здесь как раз для того, чтобы разобраться во всём.

– И по какому праву ты себя назначил верховным судьёй? – сжав кулаки, непримиримо глянул на него Густав. – Ладно, Нил – белый, но ты…

– Да просто я один из немногих знаю, что происходит! В отличие от тебя и всех ваших супершпионов! – огрызнулся Рой.

– Не ссорьтесь, пожалуйста, – вмешался король Снов, дедушка Котёнка. – Я здесь старейший из правящих королей, но я молчу, когда слово у белой четы! Послушаем. Потом решим все вместе. Дело серьёзное.

– Вы совершенно правы, – Нил встал. – Верховный магистр Болгир – глава клана предсказателей, занимает ту же должность, что белая чета для правителей Домино, – представил он сидящего рядом сухого строгого старика с орлиным носом. – Болеслав Игоревич, прошу ответить: все ли ваши люди собрались здесь?

– Одного не хватает, – проскрипел Болгир, обведя совиным взглядом весь зал.

– У нас тоже неполное присутствие, – торжественно произнёс Нил. – Здесь нет принцессы Эльжары, второй претендентки на императорский трон. Нет её отца, безвременно ушедшего короля Леопольда. Нет наследника Стаи принца Вилчура. Вообще нет законной правящей четы Стаи! Если кто не знает, Альфа – временная королева, ведущая расследование жестокого убийства предыдущей правящей пары: королевы Линды и короля Бетана, и пропажи собственного мужа, принца-консорта Октава. Что скажете, если все эти отсутствия тесно связаны и все они взывают к вашему суду!

– Не говори загадками! – раздражённо потребовал принц Лан. – Что это значит? Где Элька?

– Принцесса Эльжара Смелая сейчас находится в темнице. Куда её заточил, скажем так, явный недоброжелатель нашей империи. К тому же маг вашего клана, – Нил поклонился в сторону Болгира и его ближайшего окружения.

– У вас есть доказательства? – спросил Оксандр.

Ярок перебросил Нилу через стол перстень мага. Белый король положил первую улику на стол перед главой предсказателей.

– Вы можете узнать, чей это герб и перстень?

– Разумеется, – старик жестом фокусника достал из воздуха карточку магистерского диплома университета Туманного крыла. С тремя печатями: большим квадратом империи Домино, своей личной печатью и таким же оттиском, как на красном камне в кольце. – Магистр Дмитриус-Дарий, известен как Митродар. Имеет половину магической крови и лицензию народного предсказателя.

– Значит, перстень подлинный? Вы подтверждаете? – придирчиво уточнил Нивалис.

– Да, – несколько предсказателей по очереди посмотрели камень на просвет, передавая из рук в руки. – Да, настоящий.

– А где хозяин? – Оксандр вернул улику в центр стола.

– Советник Ярок, ответьте нам, – попросил Нил.

– Это кольцо недавно я лично снял с руки того, кто на моих глазах закрыл в темнице принцессу Эльжару. В данный момент владелец кольца под стражей ждёт за дверью.

Молодой Волк сверлил ледяным взглядом каждого за столом, чтобы заметить реакцию на его слова. На всех лицах правителей отразилось недоумение и возмущение.

– Есть свидетели? – с такой же деловой холодностью уточнил Оксандр.

– Да. Но прежде, чем вы сами допросите преступника, помогите проверить ещё одну улику.

– О чём вы думаете! – вскочила королева Светлана. – Где моя дочь?! Вы знаете, где Эля?

– Принцесса внизу, и дверь к ней запечатана магией, – спокойно ответил Ярок. – Вы можете определить, чья это работа? Мы нарочно ничего не трогали, – он обращался к предсказателям.

Несколько добровольцев вместе с Оксандром вызвались исследовать печать и освободить принцессу.

– Сколько времени стоит заклятие? – спросил белый предсказатель Панкрамон.

– Около часа.

– О, это ясный след, – одобрительно переговаривались магистры.

– Сделайте так, чтобы мы видели всё происходящее, – попросила королева Галанта. – Мы не можем всей толпой бежать вниз и всё равно ничего не поймём из ваших действий. Но необходимо достоверное свидетельство!

– Это нетрудно, ваше величество, – Панкрамон провёл ладонью над поверхностью стола, словно протирал зеркало. Полированная столешница стала прозрачной, и все увидели лестницу, по которой спускались Оксандр и трое добровольцев. Их провожали двое стражников из свиты Роев.

– Наш сектор! – возмущённо пробормотал Рой-младший, заметив номер на двери. – Подставить хотели! – и успокоился, только когда процессия свернула в караулки для стражи, а не на трибуны.

Панкрамон приблизил изображение и сделал дверь видимой гораздо ярче, чем в тёмном коридоре. Четверо предсказателей перешёптывались и деловито изучали закрытый магией замок и глушащую пленку. Все услышали, когда она лопнула. Дверь дважды сотряслась от ударов всем телом. Пленница слышала, что рядом кто-то есть, и отчаянно старалась достучаться до них.

– Вы-пус-ти-те-ме-ня! – долетело до слуха всех в зале.

Оксандр сделал лёгкий вращательный жест кистью, дверь отошла внутрь. Из-за неё выскочила растрёпанная Эльжара в домашнем платье, охрипшая от крика, но невредимая. Кулаки она обматывала шалью, чтобы не разбить в кровь.

Дамы за столом ахнули. Мать Эли закрыла лицо руками. Очень скоро вызволенная принцесса и четвёрка предсказателей появились на пороге зала.

– Элечка! – обняла её королева-мать. – Мы так волновались!

– Мама! Прости! Я дура! Я хотела узнать тайну смерти отца…

– И ты её узнаешь, – заверил король Нил. – Не ругай себя. Именно благодаря тому, что ты попалась в ловушку, эта тайна наконец откроется.

– Так я ещё и умница? – шмыгнула носом Эльжара, не в силах сдержать слёзы.

– Не-а, умница здесь я, – пошутила Орлина. – Ты – просто молодец!

Принцессы нервно посмеялись, и Эля относительно успокоилась.

– Вы что, все собрались из-за меня? – испугалась она.

– Почти, – кивнул Нивалис. – С тебя мы только начинаем суд. Что ж, господа магистры, вы можете указать создателя того заклятия, которое удерживало и скрывало от нас Эльжару Смелую?

– Митродар, – хмуро кивнул Оксандр. – Сомнений нет, след совсем свежий, и мы могли сравнить с излучением кольца, чтобы долго не гадать.

– Ваше высочество знает, что привело вас в ловушку? – продолжал следствие Нил.

Эльжара потупилась и рассказала о письме. Но когда в ответ на просьбу предъявить улику бросила злополучный листок на стол, он оказался чистым, без единого слова. Но след магии снова указывал на Митродара.

– А как вы это делаете? – спросила королева Гертруда. – Мы можем верить, что вы не обвиняете своего отсутствующего коллегу?

– Разумно, – одобрил муж. – Что скажете?

– Пусть кто-то из детей, в ком нет магической крови, проведёт опыт, – предложил Оксандр.

– Я! Я! – одновременно подскочили Гуська и Рой-младший.

– Сядь, – дёрнул сына за куртку король Рой. – Ты давно видел свою карту крови?

– А чё? – вытаращился сын. – Разве я?..

– Просто сядь, – процедил отец.

Нил передал перстень Гуське.

– Свет! – скомандовал Оксандр. Пара магов жестом пригасили лампы до лунного свечения. – Дотронься камнем перстня до бумаги… Видишь?

Густав-младший сделал, как велел предсказатель. Он сам и ближайшие свидетели заметили зелёный отблеск, словно перстень светился и луч падал на чистый листок.

– Проверь моим, – Оксандр нехотя снял свой перстень магистра.

Гуся проверил. Никакого свечения не появилось. На пробу он брал ещё несколько гербов предсказателей, водил по бумаге и над ней, но упорно светился только перстень Митродара.

– Допустим, – скептически признал Адлер. – И для чего этому негодяю похищать Элю?

– Чтобы отменить завтрашний поединок, разве неясно?! – зарычал принц Морис. – Тогда я знаю, кому это выгодно больше всех! – он обвинительно указал на людей из башни Снов, точнее, прямо на Котёнка.

– Ты прав, – невозмутимо кивнул тот. – Но я его не нанимал.

– Конечно, не ты! – поддержал сына король Марк. – Твои родители, дед… кто угодно! Кто хочет тебя сделать императором!

– Вот именно, КТО хочет? – перебил Ярок. – Я утверждаю, что вдохновитель этого турнира Митродар. Его сообщник – предсказатель башни Снов магистр Алегор – внушал эту идею четвёртой чете, родителям принца Константина. И не они заказывали магу похищение Эльжары. Наоборот, Арина, Лан и многие другие – его пешки.

– Бездоказательно! – буркнул король Снов, покосившись на дочку и её мужа. – Что скажешь, Алегор?

– Что это клевета, – бесстрастно откликнулся придворный предсказатель. – Я требую очной ставки с Митродаром, а до тех пор…

– Получишь! – отрезал Болгир. – В своё время! Пока поклянись званием, что непричастен к похищению принцессы!

– Клянусь, – равнодушно ответил Алегор, показав перстень как свидетельство своих слов. – Тот полыхнул красным и не рассыпался. Значит, магистр не врал.

– Я знаю, кто меня закрыл, – вмешалась Элька. – Солдат. Я бы его узнала!

– Это напрасно, ваше высочество, – разочаровал её советник Ярок. – Я видел этого солдата возле двери вашей темницы. Его не существует, это маска. И я свидетель, как он превратился в магистра Митродара.

– Почему ты – единственный свидетель? – подозрительно прищурился король Адлер. – Ты обвиняешь мага, но получается твоё слово против его! Так ничего не доказать!

– Свидетели есть среди моей стражи, – вступилась королева Альфа.

– Они вам служат! – хором набросились Арина и королева Леонора. – И скажут что угодно!

– Спокойно, дамы, – вмешался король Нил. – Разумеется, свидетель есть. Но чтобы его выслушать, придётся потревожить ещё нескольких отсутствующих…

– Вызовешь свидетеля из могилы? – заинтересовался Густав.

– Даже не одного, – без тени шутки заверил Нил. И крикнул в сторону двери: – Принц Вилчур!

Под изумлёнными взглядами королевских семейств Волчонок занял место возле матери и обменялся приветствием с тройкой среброглазок.

– Но как же?.. Ведь сообщили, что наследник… – изумилась королева Марина, мать Мориса и Морковки.

– Исчез, – подтвердила Альфа. – Вернее, скрылся, чтобы избежать участи хуже, чем похищение. – Она многозначительно посмотрела на Светлану. Та поняла и порывисто прижала к себе дочку.

– Ты будешь участвовать в турнире? – азартно спросил друга Морис.

Волчонок усмехнулся и отрицательно мотнул волосами.

– Почему?! – возмутились Гуська, Морис и Орлина.

– А как? Я не дерусь с девчонками и не пойду против брата.

– Против кого? – послышалось несколько недоверчивых восклицаний, косые взгляды, перешёптывания.

– Да, кстати, – подал голос принц Юрис. – В этом зале есть люди, способные установить, кто эти два наследника друг другу?

Котёнок и Волчонок встали перед свидетелями.

– Я мог бы, – хмыкнул Ярок. – Но почтенному собранию не нравятся мои слова. Пусть они скажут! – он, сидя, поклонился в сторону предсказателей.

Оксандр, Родослав и ещё несколько по очереди подходили, вглядываясь в лица мальчишек, словно читая их прошлое. Потом создали посреди стола для всех магическое зеркало, в котором забурлила кровь с блёстками серебра.

– Ближайшее родство! – за всех объявил вердикт Родослав. – Но всё-таки, в отличие от тройни, рождённой в один день, эти двое – от разных родителей.

– Вы угадали, – с достоинством кивнула Альфа. – Ведь Вилчур мой сын, а Константин мой племянник, похищенный всё тем же Митродаром, который способствовал моему вдовству и смерти моей любимой сестры.

– Это уж слишком! – не выдержала королева Снов. – Котёнок…

– …ваш любимый внук, я знаю, – с нажимом произнесла Альфа. – Но ваш ПРИЁМНЫЙ внук. До его истории, вернее, до истории тройни, отданной в разные семьи, ещё дойдёт очередь. И ваша доченька…

– Закрой пасть! – грубо оборвала её Арина. – Это мой сын!

– Законно – ваш, коли он коронован как принц Снов, – заступился за свою королеву Ярок. – И в какую сумму он обошёлся вашим высочествам?

– Что ты сказал? – Лан медленно поднялся, до половины вытащив из ножен длинный охотничий кинжал.

– Что слышал!

– Давайте без кровопролития, – попросил Рой-старший. – Хотя бы пока. Интересно же!

– Негодование четвёртой четы башни Снов можно понять, – с пафосом произнёс Нил. – Они ещё не в курсе, что магистр Митродар и Торговец Детьми – одно лицо. Вернее, разные лица одного человека. Верховный магистр Болгир, вы или кто-нибудь из вашего клана знали об этом?

– Алегор знал! – мгновенно перевёл обвинение на другого принц Лан. Жена больно толкнула его локтем, требуя молчания.

– Я знаю, – негромко подтвердил глава клана предсказателей. – Дмитриус промышлял этим ещё до учебы в университете. Прошлое наших выпускников скрыто, они получают новое имя и судьбу. Но я знаю происхождение их всех.

– И вам известно, как появился Торговец Детьми?

– Примерно. Лучше спросите его сами, – старик опустил голову под тяжестью стыда за своего ученика.

– Какое отношение имеет Торговец Детьми к захвату трона императора?! – спросила королева Леонора.

– Какая разница! – перебила Арина. – Пусть лучше Волчица докажет, что мой сын роднее ей, чем мне! Или я вырву ей язык! При свидетелях!

– Не кипятись, Арочка, – сухо улыбнулась Альфа. – И бросай свои претензии не мне, а его отцу!

– Чьему?

– Родному отцу твоего сына. То есть, прости, ТРОИХ твоих деток.

– Королева безумна? – с сомнением шепнул Густав Марку.

– Непохоже. Скорее, мы многого не знаем. И я готов поверить, что сейчас в эту дверь…

– Его величество король Стаи Бетан Волк! – спокойно провозгласил Нивалис.

По королевской половине зала прокатилась нервная дрожь. Бетан переступил порог и занял пустующее место во главе стола. Слева ближе всех к нему оказались предсказатели, справа – Светлана с Элькой.

Эльжара широко раскрытыми глазами смотрела на вернувшегося с того света. Из тех, кто ещё не знал, что Бетан жив, она удивилась меньше всех.

– Вы призрак?

– Разумеется. Откуда иначе я могу знать, что вы с Котёнком вместе прыгали с башни? Всем доброй ночи! – обратился к присутствующим Бетан. За двенадцать лет, что короля считали погибшим, больше всего изменился его голос. Стал звучать более хрипло. За последние дни привычный загар вернулся. Чуть прибавилось седины. В остальном это, несомненно, тот же король Волк, которого все здесь когда-то знали. Подмены быть не может.

– Прежде чем вы смиритесь с моим возвращением и начнёте кричать все разом, я хочу попросить прощения у принцессы Эльжары Смелой. Прости, это из-за меня ты просидела столько времени в заточении. Но этим ты помогла поймать убийцу и государственного преступника.

– Правда? – Элька смущенно расцвела.

– Слово Волка. И прости, что возвращений из мёртвых больше не будет. Твой отец и мать моих детей не присоединятся к нам сегодня. Вероятно, в этом тоже есть моя вина и часть вины всех присутствующих. Мы позволили Митродару отнимать у нас самых дорогих. Не смогли ему помешать!

– А зачем ему папина смерть? И вашей жены? – грустно спросила Элька.

– Скоро сама у него спросишь. Я тоже не всё знаю.

– Вам нужно доказательство, что этот человек действительно король Бетан? – спросил Нил. – Или поверите своим глазам и моему свидетельству?

– Снова один свидетель? – недовольно проворчал Адлер.

– Почему же, – мягко возразила Галанта. – У вас есть и моё заявление.

– И моё, – добавил Рой-старший. – Уж я-то хорошо помню Бета. В конце концов, кому, кроме ближайшей родственницы, узнать его? Если Аля не возражает, что это её свояк, видимо, так и есть.

– Да, это прежний король Стаи, муж моей сестры и лучший друг моего мужа, – не поднимая глаз, твёрдо сказала Альфа. На полировку перед ней капали слёзы. – И, если вы ещё сомневаетесь, что Линда и Бетан – родители принца Константина и его сестёр, спросите его сами!

– Спросите не меня, а свою память, – горько усмехнулся прежний король. – Злата и Листа, встаньте, пожалуйста.

Сёстры Котёнка поднялись по обе стороны от брата. Две худенькие девочки с рассыпающимися по плечам длинными пепельными волосами. Одна в золотом платье. Другая – в расшитом серебром.

– Посмотрите на них, – пригласил Бетан. – Кого вы видите в их лицах?

За столом царило молчание. Дети не знали ответа. Взрослые знали его очень хорошо, но никак не могли понять, почему не видели раньше?

Галанта встала:

– Мы можем принести карты крови, можем попросить предсказателей, но я и так ясно вижу, что это дочери Линды, моей лучшей подруги, погибшей двенадцать лет назад.

– Я подтверждаю, что они – дочери Линды, – глядя в другую сторону, мимо девочек и Бетана, сказал король Рой. – Если вы не так хорошо помните её, сравните их с Альфой. Племянницы достаточно похожи на тётушку, чтобы обойтись без кровной проверки.

– Я ничего не понимаю! – жалобно простонала королева Гертруда. Её поддержали Марина и Светлана.

– Что тут непонятного? – рассердился король Густав. – Королева Линда умерла, её детей раздали в разные семьи, а ты… где ты пропадал всё это время?

– В могиле, – хрипло ответил Бетан без тени шутки. – В довольно просторной, куда мало заглядывало солнце, но иногда приносили еду. Хотя я, скорее, назвал бы это адом безвременья и неведения. Я так же мало понимал, что происходит, как вы сейчас. Даже намного меньше. Но, к счастью, у нас есть человек, который ответит на все вопросы. Если пожелает… – Бетан перевел вопросительный взгляд на Оксандра и Болгира. – Вы в силах его убедить?

– Мы приложим максимум сил, чтобы выяснить истину, – Оксандр сжал челюсти. После тяжёлой паузы добавил, что дело их чести доказать, что остальные предсказатели клана не связаны с заговором Митродара.

– Молодой человек, то есть, ваше величество, – обратился к Бетану верховный магистр. – Вы утверждаете, что вас похитили? И держали в заточении?

– Да.

– Как долго?

– Двенадцать лет, – Бетан посмотрел в потолок.

– Вы можете доказать, кто это сделал?

– Надеюсь, с вашей помощью. Я обвиняю Митродара. Но в целом моё слово против его.

– С какой целью похитители оставили вас в живых? – поинтересовался Панкрамон, предсказатель белой четы. – Меня это удивляет!

– Меня тоже, – усмехнулся Бетан уголком губ. – Возможностей несколько, я не знаю истины. Но мне настойчиво предлагали взять на себя организацию части того заговора, который мы сейчас расследуем. А именно смерть моей жены и смену власти в Стае.

– А как же принц Октав, муж Альфы? – вспомнил Адлер. – Куда он делся?

– Окто защищал мою жену от банды наёмников и был убит. Вам сообщили, что погиб я.

– Но почему вас перепутали? – спросила королева Марина.

– Поэтому, – Бетан провёл пальцами по старому ожогу на щеке. – Все ваши мужья знают ответ. Наверное, некоторые даже видели… Там был пожар.

– Да, я видел, – сумрачно сказал принц Лан. – Узнали только по кинжалу.

– И я помню, – тихо подтвердил Рой-старший.

– Я тоже был там, – кивнул Марк. – Но я тогда же предположил, что вы поменялись. Братья и близкие друзья часто так делают в бою. Особенно в смертельном.

– Значит, ты единственный угадал. Почему молчал? – спросил Бетан.

– Те, кто вёл расследование, меня не слушали. Казалось, у них заказ скорее закрыть дело. Теперь я понимаю, что они знали больше, чем мы тогда.

– У них был заказ обвинить Окто! – вмешалась Альфа. – Ведь они сами или тот, кто их нанял, отлично знали, что Бетан жив!

– По вашим словам, все части заговора не мог осуществить один человек, – вернулся к вопросам королю Болгир. – Почему вы обвиняете только Митродара?

– Не только, – Бетан двинул плечом. – Но его единственного я видел в своей темнице и мог узнать. А что касается, чьими руками осуществлялось… Всё-таки главное, чья голова это задумала. Одному человеку с большими деньгами и связями вполне по силам собрать армию сообщников, в которой каждый по отдельности почти ничего не знает и не может выдать главаря.

– Но вашу жену и друга магистр Митродар мог убить лично?

– Вряд ли, – признал Бетан.

– А ваше похищение устроил он один?

– В беспамятстве трудно узнавать лица и считать, сколько их. Но его я видел не раз и близко.

– Магистр лично уговаривал вас подписать признание в преступлениях?

– Да.

– Насколько убедительно он вас просил? С применением силы?

– Да.

– Морального давления? Физического? Вас морили голодом? Угрожали?

Все вопросы Бетан подтверждал кивком. На его скулах ходили мускулы.

– Вы можете доказать сам факт вашего заточения? – настаивал Болгир.

– Свидетелей здесь минимум четверо, в том числе белая чета.

– А факт физического давления? У вас остались шрамы?

– Предостаточно, – Бетан машинально сжал кулак, так что ногти впились в ладонь.

– Можете показать самый свежий след, чтобы мы изучили его магическую природу?

– В принципе, могу. Хотя сам Митродар сказал сегодня, что магии в них нет, эксперты ничего не установят.

– Всё-таки покажите, – попросил Оксандр.

– При всех? Не очень удобно. Зрелище не для детей… хотя бы не для моих! – вернул просьбу Бетан.

– Мы не можем просить никого выйти или отвернуться, – возразил белый король. – Нужны все свидетельства. Чтобы потом никто не мог сказать, что не верит.

– Как вам угодно. – Бетан расстегнул кожаную стёганую куртку, надетую наскоро без рубашки прямо на майку. Сбросил один рукав, открыв левую руку, выглядевшую так, словно с неё частями сдирали кожу.

Кто-то свистом выразил своё изумление, кто-то из женщин подавил вскрик. Родослав, Оксандр и другие предсказатели внимательно изучали затянувшиеся раны на плече, дотрагивались до шрамов ниже локтя.

– Это же календарь пыток! – не удержался самый молодой предсказатель Глебор.

– Как часто? – сдавленно выговорил Болгир.

– Перерыв мог длиться месяц, два… до полугода.

– Кто бы ни был автором, – цинично заметил Оксандр, – он прав, это не магия! Я могу установить только три разных способа нанесения ран и разное время. Но почерк один и тот же. Я имею в виду…

– Господи! – королева Светлана совсем извелась, представив, что тот же палач угрожал Эльке.

Бетан снова набросил куртку.

– Пора пригласить главного виновника торжества, – сказал король Нил. – Надеюсь, несмотря на поздний час, спать никому не хочется? Тогда встречайте: магистр Митродар!

Приговор

Пленный предсказатель предстал перед блестящим собранием по-прежнему в наручниках и в сопровождении двух стражей.

Оксандр, Родослав и Панкрамон проверили, нет ли у него магического оружия. Ничего не нашли.

– Магистр Дмитриус-Дарий, – обратился к нему король Нил, – вы можете не признавать большой совет, верховный суд империи Домино, но суду вашего клана вы обязаны подчиняться. Считаете ли вы собрание в этом зале авторитетным для вас?

– Вполне, – спокойно ответил Митродар. – Приветствую верховного магистра Болгира и всех моих коллег. Чем я могу услужить вам?

– Клянись жизнью честно отвечать на все вопросы, даже заданные не представителями нашего клана, – проскрипел Болгир.

– Я буду отвечать кому сочту нужным.

– Ничего не скрывая? – недоверчиво спросила королева Снов.

– Я рассчитывал, что мой план откроется, когда я буду править вами, – надменно ответил Митродар. – Теперь, не имея возможности осуществить задуманное до конца, я не собираюсь скрывать его.

– Клянись жизнью! – напомнил Оксандр. – Или будешь отвечать связанным.

– Вам это доставит удовольствие, магистр Александр Андреевич? Что ж, я клянусь жизнью не препятствовать вашему суду.

– И подчиниться приговору клана! – жёстко продолжил Оксандр.

– Дойдёт до приговора – посмотрим, – сказал Митродар в сторону. – Я клянусь выслушать всё до конца и только.

– Освободите, – кивнул стражникам Болгир.

С Митродара сняли наручники и передали главам клана. Ответчик встал практически за спиной у короля Бетана. Тот оглянулся через плечо и пересел в центр стола к Альфе и Яроку, освободив место главному обвиняемому. Вопреки приглашению, Митродар остался стоять. Только протянул руку к своему перстню:

– Вы позволите?

– Разумеется, нет! – отрезал Болгир. – Твоя вина хотя бы в похищении Эльжары Смелой уже доказана. Одно это стоит звания. Твоё кольцо до конца суда будет у меня. Рассказывай!

– Я не знаю, в чём меня обвиняют, – Митродар с удовольствием сплёл руки на груди. – Спрашивайте!

– Вас обвиняют в государственной измене, – официально сообщил Нил. – В клевете на правящие семьи, чтобы разжечь внутреннюю или межсемейную вражду, в многолетнем заговоре с целью захвата трона императора и верховной власти, в похищениях людей и убийствах… точнее, в подготовке похищений и убийств, осуществлённых руками наёмников или сообщников. И в постоянной работорговле.

– В чём? – не поверил своим ушам Митродар.

– Вы отрицаете, что известны всей империи и за границей как Торговец Детьми? – в свою очередь удивился Нил.

– Ах это… – обвиняемый с ироничной улыбкой почесал бровь. – Да, признаю.

– Почему вы занялись таким промыслом? – с отвращением спросила королева Гертруда.

– Ради денег или вы оправдываете его высокой идеей? – уточнил вопрос Адлер.

– Это моё призвание, – без малейшего смущения с гордостью сообщил Митродар. – Я лучший предсказатель из всех именно в этом. Куда отдать ненужного ребёнка и кто из него вырастет.

– Ненужного?! – зарычала Альфа. Ярок шепнул ей что-то на ухо.

– Детокрад! – процедил сквозь зубы принц Лан. – Будь ты проклят!

– Когда я оказал вам ценную услугу, вы говорили по-другому, – по губам Торговца Детьми постоянно змеилась самодовольная усмешка.

– Я тебя первый раз вижу! – яростно выкрикнул муж Арины.

– Как вам будет угодно, – Митродар издевательски склонил голову. – И поэтому в вашей семье рос наследник пропавшей королевской четы? Что ж, если вы всё устроили сами…

– Заткнитесь оба! – Арина сверкала глазами так, словно сейчас бросится на кого-нибудь и разорвёт.

Король Нил поинтересовался, способен ли принц-консорт Елан держать свою супругу в рамках приличий? Или попросить помощи стражи?

– Лучше послать за намордником, – едко высказалась королева Леонора.

– Если придётся, мы подумаем об этом, – кивнул Нил. – Для всех, кто мешает суду.

Грифонша обиженно поджала губы. Допрос продолжался.

– Вы признаётесь в государственной измене?

– Я никогда не считал себя верным подданным Домино, – заметил Митродар. – Но да, в ваших понятиях я государственный преступник.

– И вы планировали захват верховной власти?

– Я был в одном шаге от успеха, – горько хмыкнул обвиняемый, явно жалея, что сорвалось.

– Кого из присутствующих в зале вы можете назвать своими сообщниками в заговоре?

– Да всех!

Королевские семьи возмущённо зашумели, оглядываясь друг на друга.

– Простите! – вскочил Котёнок. – Можно я изменю вопрос? Магистр считает всех своими пешками и преувеличивает свой успех в борьбе за большой трон! Кто из присутствующих сознательно помогал вам двигаться к цели заговора?

– Магистр Алекс-Егорий.

– Алегор?! – возмущённо обернулась королева Снов. – Хватит прятаться под стеной! Выйдите туда, где все вас видят, и ответьте!

– В своё время мы допросим и его, – пообещал Нил. – Об участии вашего предсказателя в заговоре нам известно. Спасибо, Котёнок. Сядь. Или хочешь спросить ещё?

Принц сел на место, но продолжал допрос:

– Кто ещё из присутствующих получал приказы или угрозы от вас? Лично, или письменно, или через третьих лиц. И хотя бы частично осознавал своё участие в заговоре?

– Советник Ярок. Король Бетан. Королева Альфа. Королева Светлана. Королева Леонора. Королева Рина.

– Что? – Рой-старший дёрнулся, словно его ужалила огромная оса.

Котёнок сделал предупреждающий жест, прося не сбивать допрос, и продолжал:

– Вы шантажировали королев жизнью единственных наследников?

– Да.

– Они уступали вам или возражали?

Митродар недовольно отвёл глаза.

– Частично. С переменным успехом. Альфа продолжала вести расследование смерти мужа. Леонора всё-таки родила второго наследника, несмотря на мой запрет. Впрочем, это не имело решающего значения. Необходимое время я выиграл.

– Почему не Галанта? – тяжело спросил король Нил. – Так боялись белой четы?

– А, – улыбнулся ответчик. – Это спросите не у меня. Ваша вторая наследница родилась, когда позволила природа и вы с королевой. Но, видя вашего первенца, я не волновался.

– Папа! Можно я ему врежу? – громко спросил Юрис.

– Можно, – Нил совершенно успокоился. – Но только мысленно. Ты не единственный желающий.

Невоинственный принц с хрустом сжал кулак, едва дыша от ярости. Орлина еле удержалась от смеха. Лиска тоже зажала ладонью смешок. Гуська просто не знал, куда деваться от ужаса и нереальности происходящего. Они с принцем Роем, как младшие, часто желали поучаствовать в чём-то таком, серьёзном, взрослом, таинственном и опасном. Но, неожиданно оказавшись в центре заговора, переваривали шок по-разному. Гуська – с огромным трудом. Принц Морис, внешне полностью владея собой, в тысячный раз убеждался в правильности своего желания бежать подальше от всех королевских дел.

– Вы заранее спланировали похищение детей королевы Линды? – задал Котёнок главный вопрос.

– Да. Я предвидел её смерть при родах. И знал, что родятся близнецы. Но не ожидал, что вас будет трое… Это несколько спутало мои планы. От лишней девчонки пришлось избавиться.

– А я? – Лиска очень волновалась, но не могла промолчать. – Вы нарочно устроили, чтобы я росла рядом с башней Снов?

– Конечно. Это ведь так забавно: ждать, когда вы столкнётесь. Алегор передавал четвёртой чете инструкции, как растить настоящего лидера, способного стать императором Снов. Это отвечало желаниям четвёртой четы и моим интересам. Но я понимал, что изоляция от ровесников и тоска по пропавшему близнецу рано или поздно выйдет из-под контроля. И позаботился, чтобы принцу Константину не пришлось далеко искать своих родственников.

Котёнок потупился. Он ведь и не искал бы дальше. Если бы не случай и не Лисичка!

– Наше путешествие по империи вас разозлило, да? – радостно уточнила Лиска.

– Не скрою, заставило понервничать. Можно и мне узнать, что вас понесло вокруг замка?

– Поиск родных.

– Вы же знали, что театр уехал на Побережье! – даже сейчас в Митродаре клокотало раздражение на глупых детей.

– Ага, – с лёгкостью согласился Котёнок. – А ещё мы знали о моём усыновлении, о большом турнире, о том, что Алегор – ваш агент…

– Что ты такое говоришь, внучек? – сокрушённо покачал головой дед-король.

– Не ожидали? – принц Снов продемонстрировал так хорошо известный его родным лучезарный взгляд, сияющий серебром. – Вот и он тоже! Как думаете, мы могли его выманить из тени, если бы я не пошёл на турнир?

– Так ты нарочно! – понял Гуська. – Константин Хитрейший!

– Я же говорил, принцам нельзя верить, – с кривой улыбкой подтвердил Котёнок.

– Надо тебя переименовать, пока не поздно, – пошутил Морис, у которого тоже отлегло от сердца.

– Поздно, наверное, – Котёнок пожал плечами. – Да и не важно. Я не хочу править в башне Снов, я же из Стаи.

– Талантливый щенок! – скрипнул зубами Митродар с крайней злостью. Принц услышал.

– Вообще-то, я Волк, – без обиды напомнил он. – Или Котёнок. Как вам угодно, – не вставая, он вернул предсказателю ироничный поклон.

– Всё равно зверёныш.

– Обойдёмся без оскорблений, – хлопнул ладонью по столу Нил. – Советник Ярок, какая роль в заговоре отводилась вам?

– Контроль над королевой Альфой, слежка за ней, а в перспективе – отстранение её величества от власти.

– Каким образом?

Ярок знал, что его ненавидят здесь и считают виновным уж точно больше, чем Алегора. Но твёрдость его скул и ледяной тон ни на йоту не изменились.

– Я должен был скомпрометировать королеву. Чтобы внушить народу недоверие к ней и к её верности покойному мужу.

– Вам это удалось! – саркастично похвалила его королева Марина. Соседка Стаи очень болезненно переживала то, что творилось в близком пограничье.

– Я же просил без оскорблений, – негромко напомнил Нил. – Вы согласились на эту роль, советник?

– Сколько тебе заплатили? – почти одновременно спросили Марк и Густав.

– Мне предлагали миллион, – бестрепетно ответил Ярок. – Частями. За десять будущих лет. Нет, я не согласился. Я дал ложное согласие сотрудничать с заговорщиками, чтобы иметь возможность ближе подобраться к ним.

– Чем ты докажешь? – презрительно бросил Адлер, и многие поддержали его.

– Что думала об этом королева Альфа? – пресек шум Нил. – Она знала ваш план, советник?

– Да, очень интересно! – двусмысленно засмеялась Арина.

Альфа с трудом сохраняла спокойствие.

– Знала, – кивнул Ярок. Он вообще не поднимал золотых глаз, отвечая на вопросы, касающиеся чести королевы. Обвиняющие взгляды и так слишком жгли. Но молодой Волк не мог позволить себе оправдываться или драться. – Моя королева и приказала мне дать ложное согласие.

– Аля, это правда? – спросила Галанта.

– Да, – настал черёд Альфы подарить Митродару взгляд превосходства, которым недавно одарил главу заговора её племянник. Взгляд означал: ты просчитался, подлец.

– Советник Ярок, вы любите королеву Альфу? – предельно в лоб задала вопрос Леонора.

– Я очень люблю её как родственницу и как мою королеву, – наконец-то в голосе Волка что-то дрогнуло. – И безмерно уважаю как женщину.

– Довольно уже! – потребовал король Бетан. – Я пережил достаточно пыток, чтобы наблюдать ещё это! Вам не понять… Аля, скажи им!

Королева встала.

– Пока я ещё при власти, – глубоким голосом торжественно провозгласила она, – в награду за верную службу я даю советнику Яроку разрешение на свадьбу с девицей Дольфиной, дочерью герцога Рудольфа из рода Рыжих Волков. Год назад я благословила их тайную помолвку. Бет прав, вам не понять! Но, может быть, вы слышали, что для нас в Стае брак – это серьёзно. И я надеюсь, после свадьбы Ярок и Дольфина заявят свои права следующих претендентов на трон. Волки заслуживают того, чтобы ими правила полная и счастливая пара!

– А вы? Ты или Бетан? – удивилась Марина. – Разве нельзя править по соглашению, как белая чета? Они могут не быть супругами!

– У нас слишком много других забот, – мягко отказался Бетан. – По соглашению мы можем вместе растить детей. И это мне куда более интересно.

– Пап! – привлёк его внимание Котёнок. Вся тройня одобрительно подняла большой палец. Волчонок, покосившись на дядю, повторил их жест.

– Надеюсь, с этим обвинением покончено? – металлически спросил Нивалис. – Или ещё кто-то сомневается, что советник Ярок оправдан?

Правители ничего не возразили. Их взгляды снова повернулись к Митродару. Слово взял король Рой.

– Эта идея с изгнанием Альфы – ваши художества?

Предсказатель презрительно повёл бровью, оценив неофициальный тон главы Осиного гнезда, выдающий глубокое волнение. Не все так сильно переживали за соседей.

– Я признаюсь, что хотел от неё избавиться и подкупил многих придворных в Стае, сея между ними недовольство. Не ожидал, что трон займёт вдова, и пытался её остановить.

– Наивная надежда, – скептически поморщился Рой. – Вы же предсказатель! Забавно, как часто ваши планы дают сбой в ставках на сердце.

– Сердце – неверный материал, – философски ответил подсудимый.

– Или напротив, слишком верный! – возразил Бетан. – Не всё можно изменить!

– Ваше величество намекает, что не все изменяют? – по-змеиному ухмыльнулся Митродар. – То есть, не все предают? Это, скорее, упрямство. Решимость: лучше умереть, чем проиграть. Непомерно огромное самолюбие, заслоняющее трезвый рассудок!

– Думайте в меру своих способностей, – согласился Бетан. – Вы правы, некоторые ценности у людей так огромны, что деньги и жизнь, сохранение физического существования не могут компенсировать их утрату. Нравится или нет, с этим стоило считаться.

– Я учту ваш совет на будущее, – любезно поблагодарил Митродар.

– Ты сдохнешь ещё сегодня! – пообещал ему принц Лан. – И будущее обойдётся без тебя!

– Разве? – ничуть не выказал страха подсудимый. – Забегая вперёд, вы бы все поддержали смертный приговор?

Над собранием повисла напряжённая тишина.

– Я – да, – без раздумий заявил Рой-старший.

– Я тоже, – заявил король Снов.

– А не боитесь проклятия своего народа? Исчезну ведь не только я, предатель и заговорщик. Исчезнет Торговец Детьми, полезный человек, гений в своей области.

– Сказать, что я о тебе думаю, мерзавец, язык не повернётся! – угрожающе произнесла Альфа.

– Не стоит торопиться, – попросил Нил. – Магистр прав в одном, ещё не время принимать решение. Зато могу заранее сказать как верховный судья, что не позволю участвовать в голосовании неправящим наследникам.

– Мы не дети! – обиженно заявила Эльжара. – Тут почти все совершеннолетние! И даже младшие имеют право высказать своё мнение!

– Неофициально – пожалуйста, – сделал приглашающий жест Нил. – Но приговор будет утверждать большой совет и профессиональный клан, больше никто.

– Почему это? – с папочкиным ехидным скепсисом прищурилась Орлина.

– В нашем суде и так слишком много кровно заинтересованных людей, напрямую пострадавших от Митродара или тесно связанных с ним. Лишние страсти нам ни к чему. Высказывайтесь при расследовании!

– Так давайте к нему вернёмся, – энергично напомнил Рой-старший. – Магистр… Нет, тут говорили о лишении звания! Верховный магистр Болгир, я обязан так называть этого урода?!

Старик с понимающей усмешкой отрицательно качнул головой, позволяя Рою обращаться, как хочет. Король явно порадовался свободе.

– Дмитриус-Дарий, расскажите о большой королевской охоте в начале мая двенадцать лет назад, когда погибла королева Линда и преданные ей Волки. Каков ваш замысел и ваша роль в этой истории?

Митродар неожиданно решил, что в ногах правды нет, и устроился во главе стола. Опираясь на локти, наклонился ближе к своим обвинителям.

– Я отвечу не раньше, чем ваше величество и весь большой совет признается, какое предсказание вы получили незадолго до той охоты, – бархатно прошелестел он.

– Я ничего не знал! – возмутился король Густав.

– Неужели? – не поверил Митродар. – А та записка с предупреждением на рынке?

Густав залился помидорным соком. На фоне щёк его седая шевелюра стала совершенно белой.

– Я точно не обращался к предсказателю! – король Марк переглянулся с Оксандром, требуя поддержки.

– Разве? А сон вашей жены? Хоть вы-то помните, ваше величество? – глава заговора обратился к Марине. Та не могла скрыть замешательство.

– А вы, принц Елан, страстный охотник, разве не ходили накануне к придворному предсказателю? А о чём спорила чета Грифонов с королём Леопольдом? Он ведь не хотел ехать, правда? А вы, король Рой?.. Король Бетан?.. Как обычно, невинна только белая чета! – Митродар засмеялся. – Я жду ответа остальных!

– О чём речь? – Нил действительно почувствовал себя дураком, глядя на «осколки» большого совета. Все его союзники понимали, в чём состоит обвинение, и никто не отрицал свой вины. Только Бетана очередная тайна мало задела. Остальные были подавлены.

– «С охоты вернутся не все», – процитировал Рой-старший. – Как теперь ясно, все участники разными путями получили такое предупреждение и всё равно поехали. И никто не поделился с другими. Мне так сказал народный предсказатель. У нас, в Медовом ряду.

– Я слышал то же самое от Алегора, – признался Лан. – Но я не мог… и не хотел нервировать жену.

– Мне сказал Леопольд, – хмуро сообщил Адлер. – Когда узнал, что нам намекнули на то же самое, пытался уговорить меня остаться. Считал, что дело серьёзное. Леонора услышала и устроила скандал. Я психанул… Дальше Рой прав. Все поехали, и все молчали.

– А как вы получили предупреждение?

Адлер пожал плечами:

– Туманное крыло рядом. Кто-то сболтнул Леночке, и они с Леопольдом пилили меня вместе! А ему, как понимаю, сказал Родослав?

– Да, я хотел предупредить светлого короля, – совладелец лавки «Магистерий Магиструс» с гордостью посмотрел на остальных. – По крайней мере, я пытался!

– Не ты один, – пробормотал себе под нос Оксандр.

– Но я… мы не виделись и не общались! – настаивал король Марк.

– Александр Андреевич написал мне, – сказала королева Марина. – Понимая, что напрямую тебя не убедить, а вещим снам ты веришь. Но мне не удалось!

– Короли – самый упрямый народ на свете, – с усмешкой констатировал Бетан. – И довольно скрытный. Прости, – он обернулся к Альфе. – Нам с Окто вполне открыто сообщил один из егерей, что на охоте будет встреча заговорщиков и, возможно, покушение. Сказать другим мы не могли, не зная, кто замешан. Но предупреждение, что вернутся не все, от жён, разумеется, скрыли. Линда вот-вот должна была родить, как можно? И всё равно помчалась в лес!

– Никогда не прощу тебе то письмо домой! – вырвалось у Роя.

– Я тоже не прощу, – заверил Бет. – Но я его не писал. И на ноге у меня шрама от капкана нет. Показать?

– Ты? – Рой перевёл гневный взгляд на Митродара.

– Письмо написал я, – смиренно подтвердил тот. – Это единственное, к чему я буквально приложил руку… кроме детей.

– Лучше говори сам! – потребовал Рой-старший, задыхаясь от ярости. – Пока говоришь, будешь жить!

– Сплошные недостойные угрозы! – картинно воздел руки к небу Митродар. – Я монстр, пусть так. А сами-то?.. И на расследовании промолчали!

– Ты устроил Бетану тюрьму рядом с нашей границей нарочно, чтобы злить меня? – с внезапным спокойствием поинтересовался Рой-старший. Его желание мести перешло в холодную, самую опасную стадию. – Считай, тебе это удалось.

– Разумеется, это расчёт. Приказ о секретном заключённом должен быть подписан белой четой, а место выбрано так, чтобы при случае обвинить того, в чью кровную ненависть к королю Бетану легко поверят.

– Дорогой, я не понимаю, при чём здесь ты? – не удержалась от вопроса королева Рина, обняв мужа за руку, чтобы немного успокоить.

– Я думал, раз ты ведьма, ты всё знаешь, – бледно улыбнулся Рой-старший. – До встречи с тобой я просил руки Линды. И продолжаю относиться к ней как… к первой любви. Это ни для кого не секрет.

– Кроме нас! – обиженно отстранился Рой-младший, когда отец хотел потрепать его по плечу.

– А вы не спрашивали, – спокойно возразил чёрный король. Сказал в пространство, хотя Митродар понял это на свой счёт: – Сколько ни тяни время, расплата придёт. Я хочу слышать от того, кто запланировал убийство на охоте, все подробности!

– Охота всегда – запланированное убийство, – флегматично отозвался Митродар. – Не так ли, принц Елан? Что ж, если вам интересно… Я знал, что у королевы Линды родятся близнецы, которые нужны мне. Ведь в башне Снов необходим наследник, а в Стае уже есть один. Правда, второй очереди, но его можно передвинуть вперёд…

– Убрав родителей, – прокомментировал Оксандр. – В данном случае, тётю и дядю – правящую пару.

– Это вполне отвечало моим интересам, – принял подсказку Митродар. – Близнецы останутся сиротами, а торговать сиротами королевской крови гораздо проще. Их некому искать! Охоту требовалось провести до двенадцатого дня мая, четвёртая чета подскажет, почему. По срокам Линда могла родить чуть позже, но я рассчитывал на стресс.

Через связи в королевских ловчих отрядах я задержал охоту на две недели. Потом внушил участникам чувство близкой опасности и недоверия друг к другу. Если бы удалось застать короля Бетана одного, задача стоила бы горстку дроби. Но его сопровождал друг. Пришлось заманить их подальше от всех под предлогом тайного места сбора заговорщиков. А уж дно Большого оврага я приказал нашпиговать капканами так, чтобы шагу свободно не ступить.

Увы, снова не повезло, в капкан попался принц Октав, а не Бетан. Но яд сработал, в любом случае. До ночи они не могли уйти из леса, а королева Линда примчалась на помощь по моему письму и тоже оказалась в западне. Уже неважно из-за кого, из-за мужа или свояка.

Я знал заранее, что предстоит штурм охотничьего домика, а это маленькая крепость. Я собрал хороший отряд, две дюжины. В основном люди Тихого крыла, профессиональные ловцы дичи. Что им стоило загнать трёх Волков? Обычное дело! Только цена особая. По триста золотых за голову.

– Девятерых, – уронил Бетан.

Остальные слушали, даже не дыша. Такое отвратительно-гипнотическое впечатление производил на суд Митродар. Как скользкая змея. Рой-младший думал, что больше не сможет проглотить ни кусочка своего любимого печёного угря.

– Ах да, солдаты… Плюс тройка новорождённых. Можно и так считать. Но драться всерьёз могли только пятеро!

– Четверо, – не уступил Бетан.

Митродар снисходительно усмехнулся придиркам.

– Принц Окто страдал от яда, и его заботам поручили королеву, которая тоже не могла сражаться, поскольку у неё начались роды.

– Она сражалась за жизнь детей, – ответил муж Линды.

– В таком случае она единственная из вас в итоге вышла победительницей, – признал Митродар. – Дети великолепны! Но Линде не хватило сил…

– Неправда, – горло Бетана сжалось до рычания.

– Вы ничего не видели! – впервые возмутился Митродар.

– Я просто знаю, когда говорят неправду о моей жене. Она не умирала от родов и не умерла бы САМА без чьей-то помощи.

– Пусть так, спишите смерть королевы на счёт общего боя, – небрежно разрешил Митродар.

– И кто же дрался с безоружной женщиной в состоянии крайней слабости? – железно спросила Альфа. – Если вы единственный, кто знает всё от очевидцев или видел сам в своём хрустальном шаре, не думайте, что можете солгать нам!

На полминуты Митродар застыл, решая, что сказать.

– Она не была безоружной, – наконец ответил он. – Когда рухнула дверь, ворвались сразу шестеро моих ловцов. Короля Бетана оглушил огонь, а ещё раньше его ранили несколько пуль. Он задел ножом троих на пороге, но один хороший удар прикладом, и думали, ему конец.

Троих я посылал специально за детьми. Думал, этого хватит. Ещё троим поручил убить короля. Думали, он не отойдёт от Линды. Но оказался другой расклад. Королеву защищал Окто. Ловцам оказалось так же просто убить его, как ожидали. Яд сделал своё дело. Умирая, принц выронил кинжал, а Линда подняла. Она не могла встать, но вцепилась в тех, кто хотел унести детей из горящего дома. Одного убила, другому чуть не перерезала горло. Так что не говорите мне о безоружной слабой женщине!

– А вы забудьте оправдания вроде «несчастный случай», – припечатал Нил. – Это убийство в полной мере!

– Как вам угодно, – сделал одолжение суду Митродар.

– Но у неё не нашли ран, – растерянно сказала Альфа.

– Я заплатил, чтобы не нашли, – вынужденно признал подсудимый. – Её утихомирили так же, как Окто: кинжалом в грудь. И той же рукой. Старший в отряде вернулся, видя, что дело плохо. И помог забрать детей. Огонь уже был наверху, крыша вот-вот бы рухнула! И, как назло, кто-то услышал стон и понял, что Бетан жив. Я мог его бросить там, но не рискнул, зная живучесть Волков. И приказал нести ко мне в фургон.

– Вы были там всё время! – ужаснулась Злата.

– Я ждал снаружи у дороги конца штурма. И так переживал о вас, неблагодарных тварях, что, когда дом загорелся, подошёл совсем близко. И нёс тебя на руках подальше от огня, пока двое других тащили твоего папочку! В итоге нам понадобилось больше рук, чем ожидалось. И жив он только благодаря мне!

– Некто недавно говорил, что я выжил бы в любом случае, – каменно возразил Бетан, видя, какое впечатление наглость Митродара произвела на его первую дочку. – Но остался бы на свободе и…

– Не засчитано, – развёл руками Болгир, ухмыльнувшись прямо в лицо Митродару. – Всё-таки почему ты не убил короля, как собирался?

– Чтобы сбить вас со следа, – самодовольно ответил тюремщик Бетана. – Я понимал, что после охоты все предсказатели империи будут искать пропавшего принца Октава. Меня весьма устраивало, что его невозможно найти, пока он в могиле под чужим именем. Редкая удача. Но для поддержания путаницы и версии о предателе нужен был живой Волк! Вернее, тот, кто одновременно жив и мёртв.

Болгир понимающе кивнул. И обернулся к другому бывшему ученику:

– У меня вопрос к Алексу-Егорию. Ты понимал, слизняк, что тобой крутит такой же предсказатель? Только более умный и талантливый!

– Я знал его как Торговца Детьми, – Алегор проглотил упрёк в бесхребетности. – Знал только, что он маг и очень хорошо платит. От королей выплаты по счетам не дождёшься! – ввернул он шпильку в адрес своих законных нанимателей.

– Ты знал о готовящемся убийстве на охоте?

– Как все. В общих чертах. Только о том, что оно будет.

– А о планах Торговца и пропавших детях?

– Нет. Я знал, что королева Линда ждала ребёнка. Считал её случайной жертвой. Многие верили, что нерождённый ребёнок умер… Я допускал иное. Но в подробности посвящён не был.

– А когда четвёртая чета захотела усыновить младенца?

– Это была моя идея. Хотя сейчас я понимаю, что её подсказало наше знакомство, – Алегор кивнул на Митродара.

– Ты знал, чей это сын на самом деле?

– Нет. И не заглядывал специально в его прошлое. Меня интересовало его будущее.

– Чем он тебя купил? – спросила королева Снов. – Только деньгами?

– Обещанием должности личного предсказателя при императоре! – ответил вместо сообщника Митродар. – Глупым тщеславием.

– Четвёртая чета знала, чей у них ребёнок?

– Не от меня, – отказался Алегор.

– И не от меня, – усмехнулся главный заговорщик. – Мне это невыгодно.

– Жена не знала, – категорически отмёл обвинение принц Лан.

– А вы?

– Вначале у меня шевелились сомнения и подозрения, но потом я решил, что это бред. Но если бы нам досталась девчонка, я бы догадался.

– Вы знали, что берёте дитя из тройни? – удивился Болгир.

– Да. И это меня сбило. Никто не ожидал, что Линда… Я как-то спрашивал Алегора, мог ли наследник Стаи выжить? Он ответил туманно. Как я понял, не пожелал гадать бесплатно.

– Вы сожалеете о чём-нибудь? – верховный магистр сверлил Арину и Лана особым «предсказательным» взглядом.

Арина возмущённо отрицала любые обвинения. Принц Лан пожал плечами:

– Нам нужен был ребёнок, мы взяли сироту и растили его как родного. В чём наша вина? Я рад, что у меня есть сын. Даже если он думает иначе.

– Значит, совесть не мучает? А то, что на вас висят два убийства?

– Что?! – рывком отстранилась Арина от мужа, как от прокажённого.

– Не понимаю, – Лан не отводил взгляда. – Я охотник, на мне, вероятно, немало крови. Поэтому вы ошиблись.

– Верховный магистр!.. – возмущённо начал Глебор.

– Нет, не ошибся, – успокоил его старик-ректор. – Седой невысокий старичок… с чемоданчиком. И пожилая родственница.

– Она не родственница! – зарычал Лан. – И Зинаида не умерла, а только сломала ногу. Я отправил её в деревню, к общему удовольствию!

– Но, подстроив падение с лестницы, вы собирались её убить, – Болгир утверждал, а не спрашивал.

– Надеялся! – взорвался Лан. – Но не судьба! Она мешала! Лезла во всё, куда её не просят! Нянька Зинаида в любой момент могла догадаться и вмешивалась в воспитание принца, – сформулировал он более спокойно. – Мне пришлось убрать её из дому.

– Как ты мог! – взвыла Арина.

– Как будто ты не знала! – оскалился муж. – Котёнок, поверь, я пытался по-хорошему. Я сто раз предлагал ей пенсию, она не соглашалась! Не получалось по-другому!

– Она действительно жива? – замороженно спросил принц.

– Не проверял, но что ей сделается? На свежем воздухе в деревне! Эта змея нас переживёт! У Зинаиды куча внуков, могла бы поблагодарить, что я устроил ей наконец отпуск в кругу семьи! – Лан осёкся, поняв, что говорит, как Митродар.

Котёнок изучающе смотрел на него, закусив губу.

– Успокойся, я сразу знал, что нянь-Зину вы убрали нарочно, – наконец сказал он. – Спасибо, что не убили. Хотя, кажется, не тебе спасибо. А что за старичок с чемоданчиком?

– Один профессор, божий одуванчик, – не глядя на сына, ответил Лан. – Сказал, что у нас с Аркой никогда не будет детей. Вернее, он сказал «не в этот раз», но даже в этом обманул, гад. Я бы их тогда всех перебил, если б мог. А этот знал, что своего наследника у нас не будет. Я заплатил, он обещал молчать, но я не мог… не подстраховаться. Слишком личная тайна, понимаешь?

– Не смей его о таком спрашивать! – вспыхнул Бетан. – За одно ваше воспитание я бы тебя… Не понимаю, как мой сын всё-таки человеком вырос! В таких руках…

– Не надо, папа, – попросил Котёнок. – Я знаю как. В истории учил. Хорошая кровь и сильнейшее давление на личность. Мне очень хотелось делать им всё назло. Простите, – извинился принц перед бабушкой и дедушкой. – Вы и Филька меня очень любили, я чувствовал. Так значит, оба раза ты убивал из-за меня? – спросил он Лана. – Ну, то есть из-за сына. Из-за своих отцовских чувств. Я понимаю, что ты псих, но это хоть какое-то проявление заботы и любви. Я не сержусь. Хотя и не прощу. Вы сделали огромную ошибку, не взяв троих детей. Всё остальное уже как-то… – Котёнок поморщился, не зная, как объяснить отношение к приёмным родителям.

– А трое нам были не по карману, сынок, – пустил последнюю стрелу Лан, кивнув на Митродара. – Он заломил такую цену… Ты не поверишь, убийство ему стоило дешевле!

– Что ж вы, принц, – покачал головой тот, – я ведь здесь. Вы не хотели троих, и, как сейчас помню, её высочество категорически не желало брать девчонку. Я же сказал, что мои цены для всех разные. Если бы вы забрали тройню, может, я уступил бы её даром?

– Не уступили бы! – хмыкнул Котёнок. – Вам хотелось нас разделить. Только не получилось! А почему за Златку вы действительно заплатили?

– Чтобы её увезли подальше. Я выследил подходящий фургон и надеялся, её заберут за границу. Но театр оказался наш, из Домино. Уже неважно, – глава заговора слегка усмехнулся чему-то в своих мыслях.

– А мой отец? – спросила Эльжара Смелая. – Чем он вам помешал?

– Ничем особенным, – Митродар сильно рисковал, сидя на расстоянии руки от принцессы. – Я выстраивал картину наследников. Те, кто пришли в мир позже принца Константина, меня не слишком интересовали. Но у старших корона не должна была уйти вниз! Иначе, какой же поединок?

Вы же знаете особенность Домино. Истовая любовь к детям и большой семье! Когда наследник один, родитель управляем. Вы с Морисом росли самыми бойкими. К счастью, мальчишка заболел морем и рвался из замка, но вас-то тянуло в механику. В семейное дело. Мне точно не хотелось, чтобы у вас родился братец, и, дёрнув за ниточки, я надавил на Светлану тем же, чем пугал Альфу. В младенчестве вам ставили разные тяжёлые диагнозы, чтобы никаких вредных нагрузок, никакого спортивного экстрима… Но вскоре природа взяла своё.

А ваш отец… Он чувствовал ниточки. И очень хотел сына. И перед большой проверкой, перед охотой, показал себя хуже, вернее, благороднее всех. Львиный род… он мог запутать весь расклад. Я просчитал варианты на него и Марка, понимая, что Гусей дразнить не стоит: вычислят, и, когда подвернулась лёгкая простуда, как я мог упустить шанс!

– Вы отравили его сами?

– Нет, ваш придворный лекарь назвал несколько ядов, не оставляющих следов и подходящих по симптомам к лихорадке. Я выбрал. Утром королю стало лучше, он попросил куриный супчик… последний в своей жизни.

– Тварь!!! – Светлана ринулась на подсудимого, опрокинув его вместе со стулом. Вцепилась в глотку и трясла, ударяя затылком об пол.

Нил и Адлер с двух сторон поспешили на помощь, но, когда попытались оторвать светлую королеву от её жертвы, полилась кровь. Светлана впилась в убийцу ногтями.

– Мама, брось эту падаль! – брезгливо велела Эльжара. – Не ты его убьёшь, не надо!

Тяжело дыша, Светлана оставила убийцу мужа и села на своё место, предварительно отодвинувшись на полметра дальше. Митродару помогли подняться. Мантия на груди разорвалась, в просвете виднелись длинные глубокие царапины. Такие же следы кровоточили на щеке.

– Опять не рассчитали линию сердца, магистр? – иронично спросил Бетан.

– Почему же, – старался отдышаться Митродар. – Я могу попросить стакан воды?

На столиках под стеной стояли стаканы и графины, но все о них забыли. По знаку короля Нила Алегор принёс сообщнику воды.

– Благодарю. Без драки вы бы мне её не дали! Точный расчет! – сарказмом предсказатель старался скрыть сильную нервную дрожь. Руки у него тряслись, стакан плясал в воздухе. Но всё-таки, расплескав половину, Митродар допил до дна.

Поставил стакан, сглотнул, словно в горле у него стало ещё суше, чем до питья.

– Какие ко мне ещё претензии?

– Скажите, зачем вы это устроили? В чём ваше главное желание?

Тонкий девчоночий голос заставил предсказателя поднять глаза на Лиску.

– Я уж думал, никто не спросит. Всех устроит версия верховной власти. Но здесь же дети… За это я люблю их! Они так легковерны, беспомощны, и всё-таки их не обманешь! – глава заговора погрозил Лиске пальцем. Потом выпрямился, откинулся на высокую спинку стула, словно решил произнести последнее слово подсудимого.

– Зачем? Я сам найдёныш. Сын юной деревенской дуры и старого колдуна из той же деревни. Родив «проклятое дитя», она не могла оставаться дома и пошла в замок. Но меня оставила по дороге, с монеткой в десять грошей на откуп. Сама потом вышла замуж за стражника гарнизона, родила ему кучу детей и жила счастливой семьёй по всем правилам Домино.

Меня подобрало другое крестьянское семейство. И рос бы я среди их деток как равный, ел из общей тарелки, честно пахал и сеял или разводил коз. Но у меня оказались способности предсказателя. Наша деревня и даже соседи меня быстро зауважали. Ни одна ярмарка, ни одна купля-продажа или постройка дома не обходилась без меня.

Став совершеннолетним, я захотел учиться в Туманном крыле, но меня не приняли. Предсказатель должен испытать себя. Магистр Болгир брал учеников самое раннее – с пятнадцати.

Три года я путешествовал, работал на всех ярмарках… мне нравилось. Уже казалось не так важно получить диплом, прожить можно и так. Чёрт меня дёрнул заглянуть в своё прошлое, найти мамашу и увидеть, как она счастлива! Я, кажется, всегда знал, что мои родители – приёмные. Но это не мешало, пока я не почувствовал своё настоящее призвание. Я занялся сиротками и подкидышами. Собирал повсюду, искал им новые семьи… И вскоре понял, что на этом можно заработать ещё лучше, просчитывая варианты для себя, а не для глупого владельца лавки и продавца коровы!

Казалось, дорогу в жизни я нашёл, но одна мысль не давала мне покоя. Способности ведь никуда не спрячешь, люди просили совета и платили. Очень уж не хотелось остаться деревенским колдуном, как мой папаша!

Пришлось вернуться в замок и снова – на поклон в Туманное крыло, в круг дипломированных магистров. Может, маэстро Болеслав Игоревич скажет, как я учился? Самому себя хвалить неприлично…

– На моей памяти двоих учеников я могу назвать лучшими, – неохотно проскрипел Болгир. – Оксандр и Митродар. Они пришли ко мне с разницей в два года. Что касается вероятностной математической магии, Оксандр сильнее. В расчёте точных дат, времени, координат…

Митродар сильнее в людской психологии. Но то, что ему не хватает «линии сердца», как тут сказали, и что легче всего ему обращаться с пешками, то есть с новорождёнными, это я заметил сразу. Поэтому не дал ему рекомендацию ни в одно крыло нашего замка. У него свободный диплом. Его присутствие для общего сбора клана необязательно. Дмитриус хотел уехать за границу и сделать там блестящую карьеру. Но, очевидно, выбрал другое…

– Меня тянуло к Домино, – словно бы через силу выговорил Митродар. – Загадка крепкой семьи… Размолвки, ссоры, драки, но все любят друг друга. И главное, не хотят править! И вдруг в одной из башен рождается принцесса-эгоистка с холодным сердцем, согреть которое способна только жажда власти! Я думал, что смогу полюбить её, когда Арина вырастет. Но быстро понял, что она пустая, как сухой орех. Но твёрдая при этом, как алмаз! Зубы сломаешь!

Подумалось: забавно, если бы такой человек встал во главе империи и начал заводить свои порядки. Что бы со всеми вами стало?..

Прикинул, посчитал, тысячу раз пересчитал, просмотрел все варианты… и оказалось, это невозможно. Империя Домино как живой организм сопротивляется захвату изнутри. Арина не попадает в очередь наследования, у неё не будет детей…

Хотелось решить задачку, сыграть со всей империей и выиграть! Вы разве никогда не замечали, что Первый Император построил головоломку куда сложней, чем шахматы?!

Зачем?.. Люблю выигрывать, просчитывать ходы… Если бы игра могла длиться годами и вывести к великой цели!.. Никто не может захватить Домино снаружи или изнутри? Так значит, я смогу. Вы меня вдохновили, принцесса! – он издали поклонился Арине. Та гордо отвернулась. – Когда понял, что один не могу следить за всеми и одновременно путешествовать, устраивая детей, завёл себе агента с хорошим дипломом, – он указал на Алегора.

– Вы проиграли, магистр, – негромко заметил Котёнок.

– Нет. У империи я выиграл. Я проиграл тебе, – Митродар указал дрожащим пальцем на победителя.

– Тогда уж не мне, а Лиске. Или нам вместе, всем троим. И остальным тоже… Как ни крути, вы проиграли!

Глава великого заговора замолчал. Не желал отвечать победителю или прокручивал мысленно ходы, лихорадочно выискивая ошибку в расчётах.

– По-моему, всё ясно, – высказался король Нил. – Пора принять решение. Что скажет клан?

– Меня более занимает Алегор, – ответил Оксандр. – А этот подождёт! Алекс-Егорий, как дипломированный предсказатель оцените собственные перспективы!

Алегор снова вышел вперёд, остановился на шаг позади Митродара, переставшего замечать всех вокруг.

– Мои перспективы не так уж плохи, – самоуверенно сообщил Алегор. – Я служил низким замыслам, но служил честно. Со мной советовались, я просчитывал вероятности. Делал лишь то, ради чего меня и наняли на придворную службу. Я предсказатель не только четвёртой четы и шестого принца, но и всего семейства башни Снов. И у других линий жалоб на меня, кажется, нет?

Согласен, растить ребёнка с единственной целью бороться за корону, планировать большой турнир не слишком этично, но абсолютно в рамках закона. И если это желание его родителей… Что я мог сделать?

– Как минимум предвидеть провал их планов, – буркнул Панкрамон.

– Я и предвидел. Сразу, когда узнал, что они взяли ребёнка из близнецов. И кое в чём старался их разубедить. Но на их выбор я не влиял. Профессионально я ни в чём не виновен.

– Профессионально! – фыркнул Волчонок. – А как человек?

Алегор скептически заломил бровь.

– А разве для своих хозяев я человек? Я их машина для расчёта вероятностей и выдачи советов за деньги.

– Знаете ли, дорогой магистр, – сказал король Густав. – Предсказатели дерут за свои услуги такие цены, что мало кто рискует обращаться к вам по-дружески.

– Это только ваш выбор – служить тем, кто не оказывал вам должного уважения как личности! – заметил Родослав.

– У нас в белом крыле… – начал Панкрамон.

– Довольно, – остановил его верховный магистр. – Так дело в этом? Тебя не замечали? Ты продал душу Торговцу Детьми за то, что он назвал тебя незаменимым? Тебе льстило быть частью столь значительного заговора! Профессионально ты невиновен. Нам не за что лишить тебя звания. Я просто исправлю твой диплом на свободный. Уходи, куда хочешь.

– Как раз освободилось место народного предсказателя! – пошутил Глебор. – Я сам на него метил, но… уступаю!

– Думаешь, откажусь? – свысока глянул на молодого коллегу Алегор. – Это самое прибыльное место.

– Не справишься, – внезапно подал голос Митродар. – Народ не для тебя. Лучше беги как можно дальше от замка!

– Подумаю, – поклонился Алегор. – Это официальный приговор? Я всего лишь уволен из башни?

– Учитывая, что после Большого совета об этом узнают все, достаточная мера, чтобы Алегор не мог больше никому навредить, – подтвердил Оксандр.

– На очереди приговор четвёртой чете башни Снов, – объявила Галанта. Она почти не вмешивалась в суд, доверив говорить мужу, но сейчас взяла слово. – Что скажут их король и королева?

– Что мы не можем судить собственную дочь, – угрюмо ответил дедушка Котёнка. – И доверяем её жизнь Большому совету и верховному суду империи.

– Но просим снисхождения, единого приговора для обоих, – сказала королева Снов.

– Мама! – взвилась Арина. – Он же убийца! А я…

– А ты его жена, Арочка. И ближе Лана у тебя никого нет. Хотя ваш брак без любви, вы всегда поддерживали друг друга на пути к общим целям. Испейте свою чашу до дна вместе.

Четвёртая принцесса зарылась лицом в ладони. Но не рыдала, просто не могла никого видеть. Принц Елан обнял её за плечи и шептал на ухо, уговаривая встретить удар достойно. Арина не отстранилась, но лица не открыла. Не видела, кому Галанта сказала: «Ты должен выбрать наказание», и вздрогнула, услышав голос Котёнка.

– Они всего лишь хотели власти. В любом другом месте, только не в Домино, это образцовая королевская семья! Пусть уезжают.

– Куда, сынок? – спросил Елан.

– Не знаю, мир велик. С вашими взглядами вы ещё сделаете карьеру при любом другом королевском дворе!

– Изгнание? – взвешивал король Адлер. – Я – за. А срок запишем вечным?

– Не думаю, что они захотят вернуться, – почти шёпотом ответил Котёнок. – Но я бы не запрещал.

– Но такого закона нет. Разве что добровольное изгнание. Но тогда нужно их письменное согласие!

– Я подпишу, – пообещал Лан и быстро глянул на жену: – Мы подпишем.

– Указ будет составлен, подписан Большим советом и передан вам, – объявила Галанта. – Есть возражения?

Все правящие семьи молча покачали головами. Король и королева Снов поблагодарили совет за мягкий приговор их детям.

– Теперь самое трудное, – король Нил отдохнул и снова взял главенство в суде. – Что выберет клан предсказателей для Дмитриуса-Дария после признания во многих преступлениях, в том числе государственной измене, убийствах, похищениях, подкупе и работорговле?

– Хотите сказать, какой способ смерти мы выберем? – уточнил Родослав.

– А есть другие варианты? Кроме смертной казни? – насторожился король Марк, боясь, что убийца снова ускользнёт от расплаты.

– Бывает участь хуже смерти, – подтвердил Оксандр. – Пожизненное заключение в магической темнице. Или вечный сон. Но риск велик, что некто лет через двести захочет выпустить этого негодяя и снова взять в помощники на чёрное дело! Разумеется, он обманет и уничтожит своего доброжелателя, но нам от этого не легче!

– Лет через двести?! – единственное, что смог сказать Гуська.

– Предсказатели условно бессмертны, ты не знал? – сообщил ему Панкрамон.

– Как же тогда?..

– Убить можно любого, если постараться.

– Зачем держать его в темнице? – хмуро спросил Рой-младший. Его поддержал Морис. – Расходы на еду, на стражу… Нам нужно, чтобы этот гад исчез!

– Возможно заточить его в безвременье, – пояснил Оксандр. – Тогда кормить и охранять не придётся. Он будет в другом пространстве и времени. Но для этого нужно…

– …достаточно просторное место, которым можно пожертвовать. Ведь оно исчезнет вместе с ним, – добавил Болгир.

– Комната в гостинице? – предложила Светлана. – Я готова отдать свои апартаменты для доброго дела!

– Комнаты мало, – покачал головой Родослав. – Нужен дом, сарай или что-то вроде моей лавки. Но «Магистерий» я не отдам!

– Паучья башня? – азартно спросил Гуська. – А что? Она пустая! Там всё равно живёт страх и тьма. Будет ещё и привидение!

– Неплохо, – оценил Оксандр. – Снаружи башня останется прежней, но вход в неё найти станет невозможно. Подземелья и мрачный лабиринт внешних построек останутся. Детям этого хватит!

– Проще убить, – уверенно сказала королева Рина. – К любой магической клетке рано или поздно можно подобрать ключ.

– А если смерть, то от чего? – спросил молодой Глебор. – Меч? Яд?

– Единственный палач здесь – подсудимый, – мрачно заметил Густав. – Так что либо ваше безвременье, либо надёжный яд. Пусть сам решает?

– Нет возражений, – согласился король Нил. Галанта кивнула. – Что скажете, верховный магистр?

– Пусть сам решает, – эхом повторил Болгир. – Дмитриус-Дарий! Ты можешь выбрать свой приговор, хотя в любом случае ты навеки уйдёшь из жизни. Магическое заточение вне времени или смертельный яд?

Митродар с трудом поднял голову. Посмотрел вокруг мутным взглядом. Его лицо стало жёлтым, как воск, багровые царапины на щеке воспалились, под глазами залегли глубокие тени. Вместо ответа он бросил на стол маленькую круглую стекляшку. Аптечный пузырёк без пробки. Таких полно в Шёлковом крыле – в парфюмерии и в лавках алхимиков.

Светлана ахнула и стала проверять карманы.

– Знал, что вы будете довольны! – прохрипел Митродар. Снова стало заметно, что у него сильно трясутся руки и зуб на зуб не попадает. Казалось, его терзает лихорадка. – Всё-таки неплохой я предсказатель, а? Знал, что Светлана докопалась до причин смерти мужа и с тех пор всегда носит этот пузырёк с собой, на всякий случай. Разозлить её и незаметно отобрать яд, пока она меня душила, – пара пустяков.

– Поэтому ты попросил воды? – понял Бетан.

– Не хватало, чтобы вы за меня решали, как мне уйти! И выбрали «из милости» то, что в тысячу раз хуже смерти! Я сам могу… выбрать… свой приговор.

– Вы снова проиграли, – ответила Орлина. – Вам и так дали возможность выбирать. И вы могли взять быстрый яд…

– …если бы не оказался таким трусом, рискнул и чуточку подождал, – более откровенно закончила её мысль Альфа. – Светик, как долго?.. Как это действует?

– Часа четыре, – светлая королева смотрела прямо перед собой, как недавно Арина. Только не пряталась от всех. – Теперь уже три. Приметы, как у лихорадки, температура поднимается всё выше… Он сгорит изнутри.

– Ты совершенно уверена, что противоядия нет? – подозрительно спросил Адлер. – Он неспроста выбрал такой долгий путь!..

– Спроси у них, – Светлана кивнула на предсказателей.

Они совещались вполголоса, обсуждая тот же вопрос.

– Противоядия не существует, – заверил магистр Болгир. – А если бы даже нашлось, никто не собирается его спасать, поверьте. Мы сами побудем рядом до конца. Всё-таки он из нашего клана. Можете расходиться. Ещё успеете поспать. Скоро всё будет кончено.

– Куда поспать? – отчаянно зевнул Рой-младший. – Скоро народ соберётся! Зрители ждут последнего поединка!

– Правда? – изумился Котёнок. – А что же делать? Как будто сто лет прошло!

– Струсил? – с нервным смешком спросила Эля, одним глазом косясь на убийцу своего отца, умирающего от того же яда.

– Я же не собирался с тобой драться.

– Потому что думал, я не выйду на поле?

– Элька, не начинай, – устало попросил Юрис. – Никакого поединка не будет, ясно же. Хочешь, без боя стань императрицей Солнца, только успокойся!

– Знаю, что делать! – Волчонок перемигнулся с Роем-младшим. – Людям понравится!

– Слушайте! – спохватился Морис. – Об этой ночи не напишут в «Королевском листке»?

– Спроси у них! – повторил Котёнок жест королевы Светланы.

– Боитесь, щенки? – пьяно протянул Митродар. – Так вам и надо! Сплетни пойдут непременно, это уж я вам обещаю! Моя сеть осталась… они узнают. Тем более после Большого совета, который не спрятать. Репортёры знают, кому сдавали зал!..

– Лучше скажите, пока можете, – перебила Злата. – У вас ещё остались дети?

– У меня?.. Ты ска-а-ажешь! – прерывисто засмеялся Митродар.

– У Торговца Детьми! – рассердилась Лиска. – Где ты их держишь?

– Ах, эти… в фургоне под стенами Снежинки. За ними присматривает старушка Мерла с новой кормилицей… Но всё равно вы ещё поплачете о Торговце! Стоило щёлкнуть пальцами… А что теперь?.. Никто вам не поможет…

– Отличная проверка для империи, – серьёзно заметил Нил. – Спасибо. Тоже головоломка лет на двадцать. Думаю, в итоге мы только выиграем.

– Мы всегда выиграем, – поправила Галанта, сжав руку мужа. – Идём отсюда. Суд окончен.

Один за другим правящие семейства и наследники покидали зал с овальным столом. Предсказатели остались внутри. Все. Даже Алегор, хоть его голос больше не нужен клану для общих решений. Элька последней заглянула в зал сквозь щёлку в двери.

Двадцать человек собрались вокруг умирающего. Их лица были суровы и сосредоточенны. Но то не скорбь прощания. Понимая друг друга почти без слов, они прикидывали время и многие последствия его конца.

Эльжара глубоко вздохнула, отвернулась и на ощупь закрыла за собой дверь.

Утро

Зрители на трибунах нервничали. Когда прозвучал гонг, слово взял король Адлер и объявил, что начало поединка откладывается на четверть часа.

«В чём дело?», «Что-то случилось!» – шелестело над полем. – «Думаете, Котёнок сбежал?», «Принцесса заболела?»

«Ах! Эльжару похитили!», «Так я и знал!», «Нечестная игра!», «Что даст им четверть часа?!»

«Принцесса на трибуне, я ее видела!!!», «Принц Константин на месте, но нет его родителей!», «Где же четвёртая чета?», «Что происходит?..»

Удар гонга положил конец пересудам. Все замерли и вытянули шеи. Журналисты нацелили фоторамки и перья, ожидая последнего круга в турнире за большую корону.

На поле уже стоял символический трон императора, огромное деревянное сооружение с резьбой и позолотой. Каждый год его обновляли и заново подкрашивали, чтобы на главной весенней ярмарке в Снежинке на троне вдоволь резвились дети.

После поединка победитель, изнемогая от усталости, упадёт на сиденье большого трона и сможет отдохнуть пару минут на пьедестале победы, позируя фотографам для праздничного выпуска «Королевского листка». Потом начнётся суета с большой короной, присяга всех уделов империи новому верховному правителю, праздник на поле и общее гулянье. А ночью – невиданный фейерверк.

Мастера-пиротехники Солнечного крыла изобретали специально для праздника огненно-звёздные картины, изображающие гербовые символы Домино. Конечно, им хочется запустить в ночное небо огромное солнце в честь новой императрицы. Но в любом случае будут прославлять всех, пусть в разном порядке и окружении залпов разной торжественности. Ведь нельзя заранее угадать исход поединка, готовиться надо к любым сюрпризам!

Торжественно затрубили герольды. И на поле со своих трибун, первой и пятой, спустились претенденты на трон.

Зрителей не так удивило, что бойцы вышли не из турнирного пояса, где размещались все оружейные и спортивные залы, как их вид! Принцесса Эльжара Смелая вышла в солнечном платье, сверкающем кружевами и золотым шитьём. На её пышных с мелкими колечками золотых волосах поблёскивал тоненький наследный венец, усыпанный бриллиантами и жемчугами.

Принц Константин Спасённый тоже был в венце наследника, в сером придворном костюмчике с бархатной курточкой мог праздновать только свою помолвку, но точно не биться на турнире!

Кроме того, оба претендента были без оружия! Они сошлись в центре возле трона, став лицом к полукругу трибун, и взялись за руки. Со всех сторон уже спешили герольды. Репортёров на поле не пускали, поэтому герольды должны услышать новости и повторить их громогласно для всего народа.

Но если постараться, акустика арены позволяла хорошо слышать и настоящие голоса претендентов. Котик и Элька постарались.

– За время, пока вы спали, с прошлого вечера произошли важные перемены среди наследников империи Домино! – заявил принц Константин. – Поэтому я отменяю свой вызов на большой турнир! Корона императора мне не нужна! Пусть её берет, кто хочет! Элька, ты будешь императрицей Солнца?

Ответ Эльжары не нуждался в усилении громкости. Она красноречиво помотала головой.

– Зачем мне лишний трон и лишняя корона? Мне и своих забот хватает! – громко ответила она. – Есть ещё один претендент, которого раньше не спрашивали. Может, он согласится?

– Наследный принц Стаи Вилчур Волчонок! – объявили с трибун. Герольды, стоящие вокруг поля и в центре, затрубили сигнал выхода нового претендента.

Волчонок, одетый чуть попроще, но тоже празднично, бегом присоединился к парочке возле трона.

– Принц Вилчур, – вежливо и очень показательно, как на сцене, спросила Элька, – трон императора свободен! Ты можешь его занять без боя, раз мы оба отказываемся! Станешь ли ты императором Воином?

– Что я, псих, что ли? – предельно откровенно и звонко высказался Волчонок. – Не хотите большой короны для себя – не берите! Только и мне её не надо! Вам нужен письменный отказ или поверите на слово? – теперь он обращался к зрителям.

Трибуны зашумели. Люди вскочили с мест, приветственно махали, радуясь чудесному возвращению наследника Стаи.

– Где ты пропадал? – кричали со всех сторон. И не только мальчишки и журналисты. Солидных лавочников этот вопрос тоже интересовал.

Волчонок вскинул руку в успокаивающем приветствии: знак, что он хочет ответить.

– Устроили тут маленькое похищение! Ничего страшного! – крикнул он зрителям. – Всё потому, что я легко завалил бы вас обоих! – со смехом он обнял Эльку и Котёнка за плечи, стоя между ними, явно сильнее и на голову выше прежних претендентов. – Но я не собираюсь ни с кем драться! Лучше дружить! Если вам жалко, что пропадает хороший трон, – он указал на сооружение, способное выдержать дюжину таких претендентов сразу, – у нас ещё куча наследников! Спросим их, вдруг кому сгодится?

– Так же нечестно! – озвучила Эля недоумение трибун. – Мы дошли до финала, а остальные…

– Плевать! – царственно отмёл все возражения Котёнок. – Я собрал вас, и пока наследники здесь, можно провести новый поединок! Никто не говорил, что правила нельзя менять! Если, конечно, не последует возражений белой четы! – он поклонился в сторону седьмой трибуны.

Герольды снова затрубили. Галанта и Нил встали и сообщили, что не возражают. Наследники на поле совершеннолетние, делайте, что хотите!

– Давайте сюда! – замахали друзьям три претендента, отказавшиеся от императорской короны. – Нет, мало, идите все! Все! Младшие, старшие, без разницы! Нужно узнать, хоть кто-нибудь согласен занять трон? Может быть, в будущем? Чтобы потом не жаловались, что их не спросили!

На поле собрались все дети королевских семей. Гуська с Августой, Юрис, Морис и Морковка, Златка, Лиска и Феликс со своей Мышкой, две дочки принцессы Фелиции, Орлина, даже маленький принц Леонид, которому всего три. Только сестра Юриса принцесса Лиора осталась на трибуне с родителями, поскольку ещё не умела ходить.

– А я, пожалуй, влезу! – заявил Рой-младший и запрыгнул на трон. Но не на сиденье, а вскарабкался по поручню на высоченную спинку и уселся на ней, болтая ногами. – Гуська, давай сюда! – он протянул руку наследнику Гусиного острова.

– Так я тоже могу! – Эля недолго выдержала это безобразие и тоже влезла на поручень трона. Некоторые слишком солидные наследники стояли рядом, подняв самых младших повыше. На трон или к себе на плечи.

Убедившись, что никто всерьёз не претендует на звание императора, под аплодисменты трибун все наследники выстроились, держась за руки в том порядке, как располагались их уделы в замке. Вместе получился довольно большой квадрат с троном в центре, символизирующим сейчас Снежинку посреди империи Домино.

Позволив сфотографировать свой символ дружбы со всех сторон, наследники рассыпались по своим секторам. Герольды протрубили конец турнира и начало праздничного спектакля.

Заиграла музыка, на арену выбежали артисты в костюмах разных гербовых цветов с символами каждой башни и пограничья. Среди них красовался и высокий парень в багряной мантии и огромной золочёной короне – Первый Император.

С танцами, шутками и разными цирковыми трюками множество артистов изображали историю империи Домино. Из живых людей на глазах у зрителей вырос каменный замок, император отправился в первое путешествие и давал имена всему, что видел по дороге.

Зрелище в мелькании шёлковых тканей, слаженных движений, ярких нарядов увлекало и завораживало, хотя каждый присутствующий не раз и не два в жизни слышал историю основания их империи и наверняка сам пытался построить этот замок из дорогого конструктора или из песка на берегу реки.

После торжественного финала спектакля, похожего на дневной фейерверк, на поле полетели цветы, ленты и сыпался дождь монет. Артисты раскланялись, а слуги турнира уже строили множество столов. И скоро гулянье перешло в торжественный обед, потом в ярмарку с танцами, а с наступлением темноты взорвалось фейерверком, которого ждали гораздо больше, чем нового императора.

Зрители от души веселились, и мало кто заметил, что ещё с началом спектакля наследники куда-то ускользнули. Те, кто провёл бессонную ночь на большом совете, присоединились к гулянью по-настоящему уже только к началу фейерверка. Но этого не замечали даже придворные, не говоря о простых людях, поглощённых праздником и радостью, что турнир завершился мирно.

Вероятно, нашлись в толпе и разочарованные исходом турнира. Те, кому больше хотелось увидеть бой на мечах. Но такие бои шли на каждом углу ярмарки, и все желающие могли попробовать свои силы против мастера или друг против друга, почувствовать себя претендентом на большой трон или взять пару уроков обращения с тяжёлым оружием. А на троне мог посидеть и полазить любой, без особой борьбы. Хотя дети шутя толкались, споря за лучшее местечко на троне.

Кто-то заливал своё разочарование тёмным пивом, другие искренне веселились, третьи пользовались случаем увидеть и купить разные диковинки, а четвёртые старались продать побольше разных товаров, пользуясь ярмаркой.

Наверху, в зале с овальным столом, до хрипоты спорили редакторы «Королевского листка», какие материалы и фотографии ставить в праздничный выпуск, который должен выйти из печати ещё до фейерверка! От бегающих туда-сюда репортёров дрожали лестницы, по комнатам дым стоял коромыслом.

Наборщики ставили рекорды, правя и печатая готовые статьи. Художники лихорадочно рисовали весёлые карикатуры на последний круг турнира: как Котёнок и Элька целуются, вместо того чтобы драться, как преувеличенно вежливо уступают друг другу трон, как неизвестно откуда появился Волчонок, мгновенно ставший фаворитом турнира, способный раскидать, как пёрышки, обоих претендентов. И в конце концов как все наследники собрались на огромном троне под гигантской общей короной, парящей в небе.

* * *

На следующее утро Снежинка проснулась поздно. А к обеду от неё во все стороны потянулись повозки и телеги торговцев, увозящих хорошую выручку с ярмарки.

Пока большинство нормальных людей мирно спали, по пустынному полю рано утром гуляли наследники. Служители, разбирая столы, убирая мусор и праздничную мишуру, не обращали внимания на группки молодых людей, не очень-то бодро шатающихся по полю.

– Хорошая парочка! – оценил Морис, проводив взглядом огненную косу сестры, задевающую плечо Юриса. Почему-то Морковка предпочитала гулять среди скамеек пустых трибун, а не по зелёному полю. – Не ревнуешь? – подмигнул он Орлине.

Та надменно вскинула голову:

– Дурачок! Почему все считают, что Юрис мне пара? Только потому, что он умный?

– Понял! Тебе нравятся дураки! – Морис преувеличенно поклонился, сделал грудь колесом, оттопырил локоть, приглашая Орлину взять его под руку: – Пройдёмся?

– Тренируешься очаровывать портовых красоток? Не по адресу, морячок! – фыркнула она, но руку приняла.

– Безобразие! – ворчал Котёнок, пнув улетевшую страницу из «Листка» с картинкой, где они целуются с Элькой. – Глянь, они нас уже поженили! Бессовестные люди!

– Ну и что, весело же! – беззаботно отмахнулась Эльжара и посмотрела в небо. – Хороший ветер для змея. Надо было купить, запустили бы сейчас…

– Эй, младший! Хочешь Элькин портрет? – Котёнок всё же поднял упрямую страницу, не желавшую улетать.

– Меня зовёшь? – сунулся Гуська.

– Не, Землеройку.

Рой вразвалочку подошёл и отбросил чёлку со лба.

– Хочешь в глаз, Волкокот?

За его плечом тут же возник Волчонок:

– Не обижай маленьких!

– Это ты обо мне? – обернулся Рой-младший. – Не волнуйся!

– Я о нём, – Вилчур показал зубы в улыбке. – Котик для меня младший, надо защищать!

– Нет, нормально не могут нарисовать! – Рой сердито вертел страницу с портретом Эли. – Как я её от тебя отрежу?

– А меня ты не желаешь видеть над своей кроватью и желать мне спокойной ночи и доброго утра? – смеялся Котёнок.

Вообще-то, хохотали уже все, кто слышал. Даже Элька.

– Э-эх! Пошляки, без малейших признаков деликатности! – Рой-младший осуждающе качал головой, но и сам не мог удержать кривую улыбку.

– Брось эту гадость, – посоветовала Эльжара. – Я тебе нормальный портрет пришлю, если хочешь.

– Замётано, – он отбросил мятый листок, пожал руку Эльке и снова обернулся к Котёнку. – А твои сестрицы где?

– На других страницах! Ты что, коллекцию портретов собираешь? С автографами?

– Я серьёзно.

– А… – Котёнок покрутил головой, оглядывая поле. – О! Наверху, Юриса дразнят! – он коротко свистнул в два пальца. И призывно махнул рукой Лиске и Златке.

Те как раз спускались с трибуны. Пересеклись с Морисом и Орлиной, перекинулись парой слов и подошли к мальчишкам и Эле.

– Привет! – сказали они хором.

– Ужас! – непосредственно оценил Гуська. – Ну и как вас теперь различать?

Одетые вместо парадных платьев в совершенно одинаковые майки и шорты, близняшки засмеялись и синхронно покрутили головами, одновременно сделали полшага в стороны, протянули руки одна Гуське, другая – Рою. Явно долго репетировали перед тем, как выйти к друзьям.

– А я знаю секретную примету! – похвастался Котёнок, намекая на кольца-змейки. – Но для этого нужно поцеловать им ручки!

На самом деле обмануть сестрицы могли только дальних знакомых с первого взгляда. Или издали, если не присматриваться. Хотя Лиска нарочно выбрала сандалии на высокой платформе, чтобы скрыть разницу в росте.

– Мы подумали, только так вы сможете заметить и оценить наши индивидуальные черты, – сказала Злата.

– И ответить, кто из нас красивее! – пошутила Лиска. Глядя на озадаченные лица мальчишек, сестрицы расхохотались, уверяя, что пошутили и не надо так напрягаться.

Компания гуляла по пустой арене, перекидываясь легкомысленными фразами. Делать вид, что ничего не случилось, легче, чем говорить о вчерашнем. И если бы не все они вместе участвовали ночью в большом совете, так бы и молчали, веселясь с друзьями, как ни в чём не бывало.

Но сейчас все знали, что и другие знают. И в конце концов очередная шутка вовремя не соскочила с языка, и повисла пауза.

– Твои когда уехали? – спросил Рой-младший Котёнка.

– На рассвете. В общем, ещё темно было.

– Попрощались?

– Ну, Лан занёс мне подписанное согласие на изгнание. Не хотел будить Нила, передал через меня. Спросил, хочу я их проводить? Пришлось встать… Мы, собственно, не разговаривали. Просто я видел, как погрузили чемоданы в карету. Арина мне помахала и задёрнула штору. Я подождал, пока они уехали далеко, так, чтобы не разглядеть. Вот и всё.

– Уехали по мосту? – уточнил Гуська.

– По равнине.

– А куда?

– К Чёрным вратам.

– В Паучью башню? Зачем?

– Там единственные ворота без застав, – угадал Волчонок. Его брат молча кивнул.

– Получается, весь праздник изгнанники оставались здесь? – удивилась Элька. – На трибунах я их не видела!

– Само собой, – подтвердила Злата. – Они сказали, что должны собрать вещи, и не вышли даже на поединок. Но смотрели выступление из окна комнаты, я знаю. Так и надо, чтобы оценить, что теряют.

– Они собрались через горы на Север? – не унимался Гуська.

– Не знаю и не спрашивал, – пожал плечами Котёнок. – А ваши когда едут по домам?

– Вроде после обеда, – вразнобой ответили Рой и Гуська. Морис и Орлина догнали компанию и тоже подтвердили, что их родные говорили об отъезде после обеда.

– Последний раз так видимся, – с сожалением вздохнул Морис.

– Чего это? – подскочил Гуська. – Можем встретиться в любой день!

– Я уеду на всю осень. И, наверно, на зиму. Вернусь только к весенней ярмарке… если всё обойдётся.

– В южные моря? – с беззлобной насмешкой спросила Эльжара. – Пора уж!

– Пора, – как-то грустно подтвердил Морис. А ведь все знали, что море – его мечта.

– А мне хоть бы вообще из Снежинки не уезжать! – пожаловался Котёнок. – Ума не приложу, что теперь делать? Корону-то надо вернуть, она не моя! Нельзя огорчать бабушку и деда. Они и так в панике, что я не буду жить в башне!

– Мои тоже не обрадуются, – вздохнула Лиска, имея в виду своего приёмного отца и семейство Курций-Флокси.

– Ты можешь оставаться наследником башни Снов, – возразил Рой-младший. – А жить, где хочешь. Так и Юрис сказал. Коронация прошла законно.

– Да куда там, – отмахнулся Котёнок. – Спектакль хуже нашего! – он имел в виду последний «поединок дружбы». – Не хочу я там править и даже формально считаться наследником не хочу. Это Филькино место, пусть он мучается! А родит кого-то, или его племянницы подрастут, тогда отдаст очередь.

– Хочешь провести ещё одну тройную коронацию в Стае? – ехидно спросила Орлина.

– Только не это! – мгновенно выставила ладонь, защищаясь, Златка. – Мне первой хватило!

– Мне тоже! – категорически поддержала сестру Лисичка.

– А что Алегор? – поинтересовался Морис.

– Он же не всерьёз собрался в народные предсказатели? – состроил недоверчивую рожицу Гуська.

– Кто его знает? – усомнился Котёнок. – Если где-то всплывёт, услышим!

– А… – Гуська собирался что-то спросить, но раздумал. Сказал о другом: – Знаете, как странно? Августа ничего не знает. Раньше у нас не было таких секретов… Морис, что с этим делать?

– Мне повезло, – откликнулся Морской принц. – Кажется, за меня Морковку просветит Юрис. Но и без него я рассчитывал на родителей или на Орлину, думал, пусть секретничают сами. Я… не могу.

– Я тоже, – вздохнул Котёнок. – А ведь Феликс насколько старше! По справедливости, он должен был сам всё видеть и знать! Но позвали только нас… Не представляю, как поговорю с ним. Но поговорить надо. Он ведь даже не знает, что я Волк! – бывший принц башни Снов со стоном вздохнул, мотая головой, словно мог вытрясти оттуда тяжёлые мысли.

– С этим я могу помочь, – успокоила Орлина. – Это лёгкая задачка. Натрави Юриса на Мышку. Они вместе учились.

– Знаю. И что?

– Он расскажет ей, а Мышь найдёт правильные слова, как просветить Феликса. Невеста она ему или нет? Вот и проверим, насколько они подходят! А тогда Филька сам захочет поговорить с тобой. Ну а отвечать на вопросы легче, чем так, сразу…

– Браво, Умница! – восхитился Рой-младший. Элька и другие беззвучно поаплодировали Орлине. – Вот кому надо идти в предсказатели! Мощный аналитический ум!

– Спасибо, – манерно захлопала глазами Орлина.

– Серьёзно, спасибо, – Котёнок неловко поцеловал её в щеку.

– Мне давно интересно, – вспомнила Лиска. – Почему на предсказателей не учат девчонок? Их вообще не принимают в ученики?

– Почему, такое бывало. В истории мы знаем великих предсказательниц, – заступились одновременно Волчонок, Морис и Котёнок. – Только они редко встречаются.

– И я знаю почему, – предположила Злата. – Те способности, которым мужчинам-предсказателям нужно долго учиться, есть у многих женщин. Они просто не тратят время на получение диплома!

– Но ты можешь попробовать, Лисичка, – обнадёжил сестру Котёнок. – У тебя точно есть задатки!

– А что? Может, стану великой? – Лиска задумалась. – Неее, там дают новое имя! А у меня уже есть одно совсем новое. Ещё его не сносила!

– А я хотел бы попробовать, – мечтательно вздохнул Гуська. – Здорово всё знать наперёд.

– Тогда жить неинтересно, – буркнул Волчонок.

– Не так же, чтобы каждую минуту знать! – возразил Гуська. – Кое-что, самое важное…

– Да они так и не могут, – махнул рукой Рой-младший. – Видения переменчивые, в общих чертах. И потом все стараются их изменить… Только плохо получается.

– Вы заметили, – медленно проговорила Эльжара, – в клане все одинокие, без семьи, без детей…

– Клан и есть их семья! – вставил Морис.

– Угу. Но скажи, почему? Я так думаю, они много раз рассматривали своё будущее, искали близких людей… Но, может быть, заранее видели трагедии, которые ждут их, и не рискнули выбрать ту вероятность, где они вместе?

– Ты так думаешь? – удивилась Злата.

– Смотри, если бы все наши родители могли видеть своё будущее, кто бы не испугался? Только король Густав. Ну, ещё Орлина бы родилась в любом случае.

– Пожалуй, – согласился Морис. – Предсказание могло подать будущее в таком свете, что никто добровольно на него не пошёл бы. Что бы я делал, если бы заранее ожидал смерти любимой? Пытался как-то этого избежать, верно? Самый надёжный способ – вообще не встречаться с ней. Нет человека – нет проблемы! Ой, я имел в виду…

– Ясно, – кивнула Лиска. – Не извиняйся.

– Кто-нибудь видел наших предсказателей с тех пор? – спросил Рой-младший.

– Вчера папа долго шептался с Оксандром, – рассказал Морис.

– Панкрамон вернулся к белой чете, Юрис говорил, – подтвердила Орлина. – Остальные, по-моему, все разъехались.

– Где его похоронили? – хрипло спросил Волчонок. Уточнения никому не требовались, но ответ знал только Морис.

– Нигде. Он сгорел. Маги из клана переправили облачко праха за стены Холодного крыла, в горы. Там развеяли на нашей границе, повыше, за Холодным перевалом.

– Он хотел достичь вершин? Пусть радуется! – сказала Эльжара Смелая.

– Слушайте, если бы вы могли решать, что бы для него выбрали? – обратился Морис к четвёрке юных Волков.

– Заточение в Паучьей башне, как Гуська предлагал, – очень быстро ответил Котёнок. Видно, сам думал о такой возможности. Сёстры и брат поддержали его.

– Разумеется, безвременье! – жёстко припечатала Элька. – Чтобы мучился!

– Злая ты, Эля, – цокнул языком Рой-младший.

– Ещё скажи, что моя мама – убийца! – Элька не оценила юмор. Все хором принялись её успокаивать. Эльжара наконец улыбнулась, но тут Гуська подал новую идею.

Для начала наследник Гусиного острова застыл, вытаращив глаза. Котёнок потряс его за плечо, спрашивая, что случилось, и Гуська неуверенно поделился с друзьями мыслью, которой сам испугался.

– А что, если он не умер? Предсказатели могли его спасти, а нам не сказать. Ведь когда мы ушли, он ещё жил. Мёртвым его никто из нас не видел. Тела нет. Вдруг они?..

– Зачем им спасать этого гада? – удивился Волчонок.

– Мало ли! Они же одна семья.

– Семьи он как раз и не знал, – возразила Злата. – Даже в клане хотели от него избавиться. Помните, Болгир говорил про особый диплом?

– Нет, он точно умер, – успокоил себя и всех Рой-младший. – А вот его сеть осталась! И что с ней делать? Как вычислить? Они очень опасны!

– Ерунда! – свысока возразила Орлина. – Без управления из общего центра никакая это не сеть! А отдельных завистников, людей жадных до денег и славы, тех, у кого большие долги или тайный страх, всегда хватало. Ими легко управлять, если знать, за какую ниточку дёрнуть, но собрать их вместе мы уже не позволим.

– По отдельности они не опасны, – согласилась Злата. – Надо не забывать о них и присматриваться, прежде чем доверять!

– Даже если Митродара нет, может прийти другой, – продолжал ныть Гуська.

– Не-а! – уверено мотнула волосами Лиска. – Ничего он больше не сделает. Мы же кое-чему научились!

– Надеюсь, – с сомнением протянул Волчонок. – Но давайте заранее договоримся, никакие, даже дурацкие, предупреждения не скрывать друг от друга. А своими подозрениями делиться хотя бы ещё с двумя друзьями.

– Почему с двумя? – спросил Гуська.

– Когда не знаешь, кому доверять, любой может оказаться предателем. Но чтобы двое или трое самых надёжных друзей сразу… вряд ли. По мне, так лучше рискнуть, чем молчать. Чтобы потом так…

Все наследники помнили, КАК бывает иногда из лучших намерений. И такого опыта себе не желали.

– Гуська!

Через поле к ним спешила Августа. Поприветствовав всю компанию и обмахиваясь чепчиком, чтобы немного остыть, она сообщила, что родители желают видеть Густава-младшего и просили никуда не сбегать. Надо собираться. Скоро отъезд.

– А вы слышали, что стражники, когда обходили Снежинку, нашли чью-то повозку с беспризорными детьми! Совсем маленькими! – сообщила новость Августа. – И никто не знает, чьи они!

– Сколько их там? – взволнованно спросила Лиска, быстро глянув на брата.

– Может – пять, может – десять, я сама-то не видела. Разное говорят! Удивительно, что всем по несколько дней от роду, не больше недели. И они от разных родителей!

– Что, совсем за ними никто не присматривал? – ужаснулась Орлина.

– Там нашлись две какие-то тётки. Вроде одна кормилица, а другая просто их сторожила. Обе говорят о хозяине, который пропал. Врут! – уверенно заявила Августа. – Я так думаю, они этих детей украли!

– Сенсация, – развёл руками Морис. – Чего только не бывает в Снежинке!

– А куда их теперь заберут? – спросил Котёнок.

– Тёток – в полицию! А детей… я не знаю, будут искать родителей по особым приметам. Лично я обратилась бы к предсказателям! – Августа не понимала, почему её слова вызывают непонятное, но очень похожее выражение на лицах друзей. И почему Гуська, обычно сыплющий версиями как горохом при любом странном случае, загадочно притих.

Когда ушли наследники Гусиного острова, остальным тоже резко захотелось увидеть родных. Попрощались, надеясь ещё увидеться до отъезда, и разошлись.

Семья

Следующий раз все встретились на прощальном обеде. Стол в последний раз накрыли на поле. Только для королевских семей, без придворных. Никто не вспоминал об этикете и церемониях.

– Да здесь большой совет в полном сборе! – весело заметил Феликс, по своему обыкновению опоздав и очаровательно извинившись, так что никто не мог на него сердиться. – Даже больше! А чего все такие кислые?

– Грустно расставаться, – промямлил Гуська.

– Понимаю, мне тоже, – за столом никто не прислуживал, и принц Феликс сам накладывал себе в тарелку разные вкусности. Его невеста сидела рядом, очень тихо, соответственно своему прозвищу. Но молчание остальных показалось натянутым. – Котёнок, я горжусь тем, как вы ловко устроили последний выход, без боя! Поздравляю! А где моя любимая тётушка? Твои родители что, нарочно ото всех прячутся? Я забыл уж, как они выглядят!

– Видишь ли, внучек, – пришла на помощь бабушка-королева, – Арина не совсем хорошо себя чувствует, и они уехали раньше…

Дед Феликса уронил на тарелку столовый нож. Получилось слишком громко.

– Какого чёрта? – сердито спросил король Снов. – Будто это можно или нужно скрывать! Арина и её дорогой муженёк больше и не появятся. Они уехали в добровольное изгнание. В добровольное – исключительно по доброте Большого совета!

– Не похоже на шутку, – недоумённо выпрямился Феликс, бросив нарезать жареный окорок. – По крайней мере, не смешно. За что?

– Как тебе сказать, внучек… За похищение ребёнка. За двойное убийство. За участие в заговоре против империи. Была причина!

– Я многое пропустил? – пятый принц пробежал растерянным взглядом по лицам друзей, стараясь прочесть там объяснение происходящему. Но все опускали глаза. Феликс не обратил внимания, что на привычном месте Ярока рядом с королевой Альфой сидел другой мужчина, постарше.

– Филька, я тебя очень-очень люблю, – горячо заверил Котёнок. – Ты всегда останешься моим братом… я надеюсь. Об остальном поговорим позже. Обещаю, ты всё узнаешь.

– Ты, конечно, не поедешь с нами, – глядя в тарелку, глухо произнёс король Снов.

– Не сейчас, дед. Мы вас скоро навестим, точно.

– Забрать вещи?

– Ну зачем ты… – обиделся Котёнок. – Вещи можно доставить почтой! Я же не отказываюсь быть вашим внуком! Но корону пусть забирает Филька, хватит с меня.

– Чего это? – совсем запутался Феликс.

– Переезжали бы вы с Машенькой обратно в башню, – вздохнул Котёнок. – Четвёртый этаж свободен. И место наследника тоже. Вот поедете в одной «скорлупке», будет время поговорить.

– А ты и сестрёнки?

– Филька, я умоляю, не сейчас! – жалобно попросил Котёнок. – Дай поесть! Мы поедем в другое место.

– Я вообще-то терпеть не могу «Королевский листок», – без видимой связи сообщил король Адлер. – Но в такие моменты он очень кстати.

– Только номер с очередной сенсацией ещё не вышел, – буркнул Марк, яростно орудуя вилкой.

– И правды там напишут даже не половину, – заметил Юрис. – Хорошо, если десятую часть…

– Моя воля, вообще бы там ничего не писали! – проворчала Элька.

– Кто-то зря не согласился стать императрицей Солнца! – игриво заметила Морковка. – Могла бы приказать сохранять секретность!

– А ты знаешь, вот и молчи, – слабо огрызнулась Эльжара. И не могла скрыть тяжкий вздох.

Король Нил встал, держа кубок с вином.

– Бесполезно делать вид, что наш праздник не горькая победа, отравленная памятью о том, через что пришлось пройти Большому совету и нашим детям. Но есть и радость. В Домино стало меньше тайн, память о погибших стала светлее. Давайте вспомним ушедших. А потом выпьем за возвращение короля Бетана и за его детей.

Нил поднял свой кубок. Остальные сделали так же. Даже те, кто не совсем понял его речь. Со второго тоста бокалы стучали с хрустальным звоном. Бетан встал и сказал, что рад представиться всем, с кем пока не знаком.

– Последние годы над Стаей, кажется, тяготело проклятие. У нас слишком часто пропадали наследники и правящие короли. Надеюсь, теперь это прекратится. Племянник…

По его знаку Волчонок встал и придвинулся ближе к Бетану, словно приглашая сравнить их.

– Волчонок вернулся быстро, целым и невредимым. И вы все этому порадовались. Можете представить, как рад я найти своих детей, которых не видел даже при их рождении. Но теперь мы вместе и… остальное можно пережить.

Тройня среброглазок встала и сдержанно раскланялась во все стороны. Они не могли даже дотронуться до отца, их разделяла королева Альфа. Но все, кто ещё не знал, поняли, что это одна семья. И не задавали вопросов, отложив их до лучших времён.

После обеда, тепло попрощавшись, королевские семьи собрали вещи, поднялись на верхний ярус Снежинки и разъехались в разные стороны, каждая по своему мосту.

* * *

Возле статуи железного волка, внизу на площади и во внутренних покоях ещё пенилась и шумела свадьба Ярока и Дольфины. Молодые согласились бы на самую скромную церемонию, но родня невесты, Рыжие Волки, считали, что для их наследницы наиболее роскошное торжество – всё равно мало.

Театр Среброглазки выступал почётным гостем на празднике. И не только Злата вместе с сестрой и братом, но и множество детей пропадали там третий день, осваивая новое искусство жонглирования и хождения по канату.

В это время бывшие король Бетан и королева Альфа через неприметную калитку в крепостной стене, далеко от Волчьих врат, вышли на зелёную лужайку. Затенённую плакучими ивами и высокой изгородью терновника – дикой сливы с маленькими синими плодами, усыпающими колючие кусты как особо крупная роса.

– Надо сменить имя на камне, – Альфа подвела мужа сестры к сдвоенному серому памятнику. – Ты ведь здесь, а не там.

– Когда-нибудь я буду там, – сказал Бетан. – Мы будем. И тогда наконец мы снова будем вместе.

– О чём ты думаешь, у тебя дети! – напомнила Альфа.

– А у тебя? – иронично усмехнулся свояк. – Грядёт новая борьба за трон. Отречение мы подписали, но это не значит, что можно бросить молодожёнов совсем без поддержки!

– Они сами разберутся, – Альфа стояла рядом, но мыслями унеслась далеко. – Все теперь разберутся сами. Я хочу…

– Вот вы где! – в закрытый садик памяти проскользнул Котёнок, а за ним Злата и Лиска. – Хорошо, что стражник видел, куда вы пошли!

– Представляете, мы еле сбежали! – поделилась Лиска. – На площади…

– Не шуми, – ласково попросил отец. Подозвал дочек ближе и обнял обеих.

– Их нельзя разбудить, – возразила Альфа. – К сожалению…

Тройня увидела у зелёной ограды два камня с выбитыми на них именами и коронами.

– Волчонок обещал привести нас сюда, – заметила Злата. – А мы сами нашли.

– Это наше чутьё, – тихо сказала Лиска, взяв сестру за руку. – Я тебе рассказывала.

– Хорошо, что мы застали вас здесь. То место, где когда-то стоял охотничий дом и где мы родились… туда можно пойти? – попросил Котёнок.

– Я нашёл бы его даже с закрытыми глазами, – заверил Бетан. – И хочу снова побывать там, хотя это слишком тяжело. Можем пойти вместе.

– Обязательно, папа! – Котёнок даже застеснялся такой своей бурной радости. – Понимаешь, мы родились в лесу, а Лиска там даже ни разу сознательно не была. Как ты думаешь, дом разрушен?

– Его не восстанавливали, – отозвалась Альфа. – Пока расследование не закончилось, это место…

– Надо восстановить, – решили наследники.

– Для чего? – удивился Бетан. – Там, наверное, одни угли, заросшие бурьяном.

– Ты же сам говорил, что охотничий домик – маленькая крепость. Там найдётся запас еды и патронов, дом укроет от непогоды… Давай построим новый на том же месте. Может, он кому-нибудь спасёт жизнь!

Альфа и Бетан переглянулись.

– Неплохая мысль, – одобрил муж Линды.

– Тем более я хотела бы уйти из замка и жить в лесу, – добавила Альфа. – Это я не успела тебе сказать. С тех пор, как там снова безопасно, каменные стены давят на меня. Я мечтаю отдохнуть на природе хотя бы полгода. Если не полную семью, то счастливый отпуск я заслужила?

– Только если тебе не будет слишком трудно присматривать за четырьмя детьми и тебя не слишком раздражает моё соседство, – без улыбки ответил Бетан. – Можем снять два дома в любом из лесных поселений, можем построить свой… Уйти из замка хотя бы на время – это и моя мечта. Если считаешь, Ярок разберётся без нас…

– За него я не волнуюсь, – заверила Альфа. – Они разберутся! В крайнем случае, найдут кого попросить о помощи.

– И когда мы переезжаем? – с готовностью бежать хоть сейчас уточнил Котёнок.

– А что братец Волчонок? – спросила Злата. – Он согласится?

– Можем поспорить, – предложила Лиска. – Проигравшие кормят железного волка! На счастье.

* * *

Через месяц, когда лес постепенно окрасился приметами осени, в большой дом на самом краю лесного поселения, где жили в основном следопыты, постучал почтальон. Дверь ему открыл самый младший хозяин, поблагодарил за доставку и забрал «Королевский листок».

– Пап! Феликс наконец-то назначил день свадьбы! – радостно сообщил Котёнок с порога, только шагнув в столовую.

– И когда же?

– Через две недели в субботу! Поедем?

– Если не забудут пригласить, – пошутил Бетан, взял у сына свежий выпуск главной газеты империи и мельком просмотрел новости.

– Вы завтракать-то вообще собираетесь? – сердито спросила бодрая старушка, хлопотавшая вокруг стола. – Стынет всё, а они читают! Будто получше занятий нет!

– Собираемся, – Бетан отложил чтение на подоконник. – Хозяйку-то позовите! Хотя кто здесь хозяйка, кроме вас, Зинаида? Даже звучит смешно.

– Идите вы со своими комплиментами, – с явным удовольствием буркнула Зинаида. – К молодым приставайте!

Котёнок забрал у неё тарелки и сам быстро расставил вокруг стола. Потом крепко обнял строгую домоправительницу.

– Нянь-Зин! Сколько я тебя знаю, ты всегда жуткая зануда! За что я только тебя люблю?

– Никому этого не понять, – с достоинством откликнулась Зинаида. – Идите руки мойте после ваших «Листков». В них же краска – сплошная отрава!

Котёнок засмеялся и убежал в кухню. Когда вернулся, девочки вместе с Альфой уже спустились в столовую из своих комнат.

– Молодого хозяина так и не будет? – высказала последнюю претензию Зинаида.

– Сто раз тебе говорили, Волчонок ушёл с охотниками на три дня! – напомнил нянькин любимец. – Зря учил тебя читать, надо было подтянуть математику!

– Это никакой не повод не являться к завтраку, когда вся семья его ждёт! – не сдавалась Зинаида.

– Совершенно согласна, – одобрительно кивнула Альфа. – Но Волчонку это не объяснишь…

– Почему это? – послышался весёлый голос с улицы, и сын Альфы заглянул в открытое окно. – Чую мои любимые блинчики! Не хотите ли к ним свежей бруснички?

Девчонки с визгом кинулись встречать двоюродного брата. Забрали у него сумку, принесли воды и полотенце, чтобы молодой охотник поскорей сел к столу. Пока Лиска тащила на кухню трофеи, Злата высыпала в вазочку красные сочные ягоды.

– Зинаида, ты умеешь потрошить уток? – спросил молодой хозяин.

– Даже не надейтесь! Сами настреляли, сами потрошите! Я могу запечь утку в тесте.

– Как скажешь, – сдался Волчонок. – А добавки можно? Или меня не ждали?

– Хм! – Зинаида с самым оскорблённым видом ловко бросила ему на тарелку ещё три блинчика, щедро полила сметаной и насыпала полную ложку брусники.

– Где вы бродили? – поинтересовалась Альфа.

– На Зелёном болоте. Но потом возвращались через Большой овраг, потому и на день раньше. Срезали угол.

– Я же просила!

– Мам, спокойно. Там безопасно, и я не хожу один. Были возле нашего дома. Выглядит вполне прилично, только брёвна надо покрыть морилкой, чтобы не трескались и не загорелись. Зимой там постоянно будет топиться печка.

– Надо, – одобрил Бетан. – Достанем стеклянную смолу с южных островов, она и для крыши в самый раз.

– Дорого, – поморщился Волчонок.

– Но надёжно. Будем в замке, надо на Главную пристань заглянуть, там точно есть.

– А когда будем?

– Да вот пишут, через две недели Филькина свадьба. Зинаида, вы ведь не откажетесь навестить башню Снов?

– Чего я там не видала? Что ли, принц меня пригласит?

– Ни за что! – Котёнок обожал дразнить няньку. – Я бы на его месте не пригласил! Зачем мне на свадьбе старая зануда?

– Скажешь тоже! – подавила усмешку нянька. – Вежливости никакой!

– Сплошная правда!

– Что ли, ты и на свою свадьбу меня не позвал бы? – коварно закинула крючок нянька.

– Ты сперва доживи, потом шантажируй! – парировал Котёнок. – Но еду я бы точно заказал только тебе. Хоть одна из твоих дочек или внучек умеет прилично готовить? Скажи заранее!

– Не дождёшься, – двусмысленно ответила Зинаида, наливая всем чай.

– Ты можешь наконец нормально сесть с нами и не играть в Золушку? – потребовала Лиска. – Я сама налью чай.

– Некогда мне рассиживаться, – Зинаида любила подчеркнуть собственную незаменимость. – Меня дичь на кухне дожидается. Не обожгись, Лисица! Рукавичку возьми!

– Взяла! – крикнула ей вслед Лиска. Они с сестрой переглянулись и захихикали. Злата передвигала чашки, а Лиска наливала крепкий травяной чай с листом смородины.

– Надо подумать о подарке, – сказала Альфа. – Время есть, но не так уж много.

– Я ему уже подарил корону, – фыркнул Котёнок. – Не знаю, что ещё придумать!

– Феликс от этого просто счастлив! – съехидничала Лиска. – Надо что-то хорошее… памятное. А что вам дарили на свадьбы?

– Мне – серебряный сервиз и в основном драгоценности, – припомнила Альфа.

– Мне – оружие, коллекционные вина, всякую ерунду… карету, запряжённую парой. Вот, пожалуй, был самый ценный подарок.

– А давайте им тоже подарим карету, – оживились среброглазки. – Это очень удобно! На подарке можно приехать, и намёк, чтобы они почаще на ней же приезжали к нам в гости.

– Мне нравится, – одобрила Альфа.

– Против мысли не возражаю, – присоединился Бетан. – Но вслепую не закажешь. Лошадей надо лично выбрать.

– Лучшие кареты в Солнечном крыле, – со знанием дела заметил Котёнок. – А кони – у Грифонов или в Снежинке.

– Можно найти и поближе, – заверил Волчонок. – Я договорюсь. Только напишите Эльке, пусть подскажет хорошую модель. Крепкую, дорожную, с мягкими рессорами. И чтобы верх легко открывался.

– Сделаем, братец, – пообещала Лиска.

Допив чай, детки наскоро убрали со стола и сбежали на улицу. В селении лаяли собаки. Прочее утреннее оживление не долетало до крайнего дома.

– Хорошо, что мне и Линде досталось неплохое приданое в фамильных драгоценностях и потом дарили много украшений, – вполголоса заметила Альфа свояку, когда они остались одни возле окна и смотрели на лес. – Но однажды сундучок опустеет… На какие шиши мы собираемся жить?

Рента из Стаи только для двоих, Волчонок неплохо зарабатывает как молодой следопыт, но этого хватает ровно на еду. Злата не пропустит гастроли театра будущей весной. Котик и Лиска, вероятно, поедут с ней, они постоянно что-то репетируют. Недалеко, по внутренней равнине, повидают друзей… Это замечательно, и всё-таки я волнуюсь! А тут ещё…

– Считаешь подарок слишком дорогим?

– Карета – ерунда, обязательно купим! Но охотничий домик съел немало ресурсов.

– Он почти готов.

– Ты же не хочешь продать его империи! – Альфа сама испугалась такого предположения. Бетан отрицательно качнул головой. – Значит, пополнять запасы еды и дров и следить за ним придётся нам. На два дома нас не хватит. А вернуться в замок даже на зиму… мне страшно представить!

Помолчав, Бетан неохотно подал родственнице письмо с печатью белой четы:

– У меня есть деньги. Это официальный ответ от Нила. Не хотел говорить заранее, пока не получил ни гроша. Ты бы стала ругаться…

Альфа пробежала глазами документ. Её лицо затвердело, глаза непримиримо сузились:

– Компенсация? За годы в тюрьме? Они думают?..

– Что ещё они могут вернуть мне? – примирительно сказал Бетан. – Только деньги. Цену определил верховный суд.

– Они собираются платить тебе двенадцать лет?

– Если верить словам на бумаге… Кто знает, что будет? Будущее туманно. Но мы можем брать из этой суммы сколько надо. Или сколько успеем.

Альфа усмехнулась.

– Это не проблема, всего лишь поручи взыскание выплаты Зинаиде! Кстати, ей самой не полагается компенсация за травму и покушение?

Бетан скептически почесал обожжённую щёку уголком письма:

– Запрос был… Но она ответила такое, что я не рискнул написать это Нилу. Не сейчас. Может, через полгодика. Она в своей деревне вконец одичала!

– Котик говорит, всегда такая была, – мрачное настроение Альфы просветлело.

– Значит, вот кому я обязан в первую очередь воспитанием своего сына. Но таких денег мне не собрать!

Они приглушённо смеялись, поглядывая в сторону кухни, как заговорщики.

– А кто платит? – вернулась к письму о компенсации Альфа. – Все? Или?..

– Холодное крыло, клан предсказателей и частично белая чета.

– Зря они казнят себя, что проглядели заговор. Все проглядели! Одного наследства Митродара хватило бы на десяток компенсаций! Что клану полтора миллиона? Не обеднеет!

– По-хорошему, ущерб должны выплатить всем, – заметил Бетан. – Но пока… Кстати о наследстве. Что ты думаешь о том, чтобы взять ребёнка?

– Из его найдёнышей? – заволновалась Альфа. – Разве их не вернули родителям?

– Не всех. Когда дело решали деньги, родительская любовь вспыхнула мгновенно. Но осталась пара отказников. В одного Светлана уже вцепилась намертво, никому не отдаст. Есть ещё один.

– Мальчик?

– Я подумал, с появлением Зинаиды нам катастрофически не хватает ещё одного мужчины в доме. Домашнее животное положения, боюсь, не исправит. А вот ребёнок… Как раз будет четверо на четверо. Хотя бы видимость хрупкого равновесия сил!

– Ты смешно рассуждаешь, – Альфа нежно склонила ему голову на плечо. – И как ребёнок будет называть нас?

– Вероятно, Аля и Бет. Как ещё?

– Думаешь, так возможно? Чтобы он всё знал, но жил счастливо?

– Можем постараться, а там… что-то получится.

Бывшая королева мечтательно вздохнула:

– Как думаешь, что бы Окто сказал о моей репутации? Его жена то не расстаётся с молодым и весьма привлекательным дальним родственником, то живёт в одном доме с другим…

– Не с другим, а со мной, – бывший король обнимал свояченицу за плечи и легонько встряхнул её. – Перестань. Какая разница, что скажут люди? Я могу представить, что бы сказал Окто, и помню, как он тебя называл. Но не от меня ты хочешь это слышать! Только где бы они ни были, они там не читают «Королевский листок», а знают, как оно на самом деле.

– Ты о том выпуске, где нас поздравили с новосельем? – тихо засмеялась Альфа. – Где картинка, как мы спим в разных кроватях?

– Многим невозможно в это поверить, – усмехнулся Бетан.

– Потому что они не Волки, – с ласковой грустью вздохнула Альфа, не отпуская его плечо. – Когда Линда вышла замуж, у меня появился брат. Кто знал, что он останется рядом, даже когда сестры не будет? В этом нет никакой справедливости, но, по крайней мере, у меня есть ты.

– Справедливость только в том, что твой муж сейчас рядом с Линдой и тоже как-то утешает её. Любая разлука не навсегда, если любишь.

– Значит, мальчик? – Альфа провела рукой по щеке, стирая слезы. – Как назовём?

– Как хочешь, лишь бы не Дмитриус. Октав?

– Слишком… – покачала головой Волчица.

– А вот Света слышать не хочет ничего, кроме Лео! Упёрлась, как скала, – сообщил Бетан. – Чем мы хуже?

– Не хочу, чтобы ребёнок нёс такую печать нашей истории.

– Всё равно она есть.

– Всё равно, – эхом согласилась и одновременно возразила Альфа.

– Тогда доверь имя Зине. Ручаюсь за самый беспристрастный выбор!

– Ась? – услышали они за спиной и вздрогнули, отпустив друг друга. – Меня звали?

Домоправительница стояла посреди столовой, вытирая мокрые руки передником.

– Что вы скажете, если в доме появится малыш? – спросил Бетан.

– Давно пора! – не задумываясь, отрезала нянька Котёнка. – Надо, чтобы всё как у людей было! Дети и любовь в доме!

– Но у нас и так четверо! – напомнила хозяйка дома.

– Иить! Разве ж это дети? Совершеннолетние! Поженятся и разлетятся, глазом моргнуть не успеете! – тоном предсказательницы сурово изрекла Зинаида. – К обеду будет утка с яблоками, запечённая в тесте, как бабка моя готовила. Так достаньте мне, где хотите, хорошего свиного сала для поливки. А то сухая будет, сами же есть не сможете!

– Принесу, – пообещал Бетан. – Сколько?

– Грамм двести. Про запас будет. Ребёночка-то когда ждать? У меня для детской ничего не готово!

– К ужину, думаю, не успеем, – совершенно серьёзно ответил хозяин. – Значит, завтра. Кстати, посоветуйте имя для мальчика!

Грозная домоправительница, уже почти возвращённая в должность няньки, только безнадёжно махнула рукой на хозяев и ушла в кухню.

Бетан пристегнул ножны лесного кинжала, набросил охотничью куртку, взял корзину и отправился на рынок в селение. Обещав заодно отыскать детей и сообщить им новость.

В колыбели, в далекой Снежинке плакал мальчик с рыжим отблеском в каштановом чубчике. Он сжимал кулачки и ревел, потому что остался один. Звал хоть кого-нибудь! И не знал, что завтра получит большую семью и новое имя: Осень.

Конец

Content

Зелена Крыж
Принц Домино

Часть первая

Башня Снов

Первый заговор

Торговец Детьми

«Королевский листок»

Империя Домино

Высочайшее воспитание

Двойной юбилей

Тайная сестра

Секрет Майи

Встреча на канате

Гонки

Второй заговор

Часть вторая

Зелёный пояс

Гусиный остров

Белая чета

Паучья башня

Тень в темноте

Осиное гнездо

Медовый камень

«Магистерий магиструс»

Эльжара

Железный волк

Королева Альфа

Большая охота

Часть третья

Пленник Холодного крыла

Третий заговор

Новости

Сюрприз на коронации

Турнир

Последний круг

Суд

Приговор

Утро

Семья

Конец