Серёжа, уважай аристократов

Глава 1

Помнится, в прошлом мире я частенько читал фантастику про полеты на дирижаблях. Насколько там все для аристократов роскошно и красиво отделано. И я вам скажу, что насчет отделки — чистая правда. Каюты первого класса изукрашены, не сказать изобильно, но отделка, определенно, немалых денег стоит: ценные породы дерева, бронзовые финтифлюшки и картина на стене в интерьере присутствовали. Другое дело, что вся эта роскошь была втиснута в крохотный объем, практически не отличающийся от железнодорожного купе. Ну, да, если задуматься, это и понятно: основная часть жесткого корпуса летуна занята баллонами с летучим газом, всякими артефактами и прочими механизмами управления, а на жилой объем гондолы не так уж много места остается.

А еще, помимо стесненного обитаемого объема меня немало напрягало то, что я вынужден был его делить со своей маман. Хоть дед и рассказал, что она, вроде как, все эти годы исключительно его указания исполняла, да только в том его спиче об обязанностях перед родом столько недосказанностей и нестыковок высвечивалось, что вся эта откровенность мало чем отличалась от откровенного вранья. Опять же, пусть даже она оставила меня у своих родителей вынужденно, при редких встречах ведь могла вести себя более сердечно. Да хоть банально поинтересоваться у меня, как я там живу, чтобы сделать наши редкие встречи с ней хотя бы чуть-чуть менее тягостными.

С другой стороны, как это ни цинично звучит в отношении женщины, подарившей мне жизнь, с паршивой овцы хоть шерсти клок. Билеты в каюту первого класса она на меня покупала за свои собственные деньги, да и вообще пообещала деду с бабушкой, что не просто сопроводит меня в совершенно незнакомый мне Старгород, но и за ручку отведет в мою новую школу, поможет там оформиться и обустроиться.

— Станислав у меня человек понимающий, опять же и мужчина он видный, и бизнес у него в последние годы хорошо идет.

— А что за бизнес у него? — Поинтересовался я, хотя, признаться, эти продолжавшиеся уже далеко не первый час рассказы о семье моей мамочки, меня уже довольно сильно утомили. Ну, да пусть уж лучше про мужа рассказывает, а не про то, какие у нее дочки умненькие да ласковые. Знаю я этих ласковых.

— Так стекольное производство. Треть всей посуды, в которую алхимики нашей империи свои эликсиры расфасовывают, сделаны на его предприятиях. — Удивила меня мама. Интересно, а дед в этом бизнесе как-то замешан?

До Старгорода мы долетели только к концу третьих суток. Все же гражданский летун — это не то, что военный. Скорости в разы отличаются. Если военный может и на сверхзвук выходить, то гражданский — тихоход. Правда, на поезде я бы это расстояние больше недели преодолевал.

— Не волнуйся, Сережа, я тебя по-быстренькому тут проведу и обо всем договорюсь. Как-никак тут две моих дочки выучились, а Машенька нынче на третий курс подготовительного отделения переходит.

Ну, да, за три дня маман мне раз тридцать про Машку и ее учебу напомнила. Мол, сестра, родная кровь, всегда поможет. Словно это не при ней ее замечательная дочурка ни с того, ни с сего меня выродком поименовала.

Но таки действительно, с мамочкой у меня все вышло значительно быстрее и надежнее. Прежде всего, она не стала рейсового автобуса дожидаться. Это ее на стоянке возле аэровокзала сверкающий хромом и лаком мобиль, с коронованными гербами рода Потоцких на дверцах, дожидался. Вышколенный водитель буквально бегом выметнулся из-за баранки, чтобы принять у нас наш багаж и разместить его в багажнике с артефактом расширенного пространства. Как определил? Нет ничего проще, если человек буквально на твоих глазах руку с зажатым в ней чемоданом в этот самый багажник буквально по самое плечо опускает.

Дико дорогая, между прочим, вещь. Мало того, что достаточно искусных магов пространства в империи не много, так еще и артефактор, который закрепляет это заклинание на материальный носитель, далеко не всякий подойдет. А еще этот артефакт нуждается в настоящем накопителе, ибо обычные руны для удержания хода в складку между мирами и получаса не продержатся. Я знаю, я статью в научном журнале читал на эту тему, очень уж мне хочется чем-то подобным разжиться.

А хорошо все-таки богатым и знатным быть! На мобиле мы до университета за каких-то минут сорок домчались, причем прочие участники дорожного движения, без пафосных гербов на дверках, еще и места уступали, подтормаживая.

Огромный комплекс зданий, однако, этот университет. И границы этого городка на окраине большого мегаполиса, со стороны административного здания, возле которого нас высадил наш водитель, совершенно не определяются. Меж тем, маманя, ухватив за руку, протащила меня, наподобие буксира, по всем необходимым этажам и кабинетам. Первым делом, конечно, в деканат довузовской подготовки привела.

— Аркадий Семенович на месте? — Схода поинтересовалась моя маманя у секретарши, молодой, увешанной украшениями дамочки, восседавшей за монументальным столом аж с двумя компьютерными мониторами.

— На месте, Анна Степановна, — отозвалась та, сосредоточив все свое внимание на мне. — А это ваш младшенький?

Моя матушка замешкалась с ответом. В эмоциях сквозануло сумятицей непонятной неуверенности. Нет, сомнения ее одолели не о том, что я ее сын, тут все железно, а скорее неуверенности, что стоит об этом именно сейчас сообщать. Так понимаю, перед нами та еще сплетница, к вечеру все, хоть сколько-то заинтересованные, уже эту информацию услышат.

— Да… младшенький, — выдавила она, наконец, и тут же попыталась соскочить с неудобной для себя темы: — так мы можем войти к Аркадию Семеновичу?

— Аркадий Семенович, к вам их сиятельство мадам Потоцкая с сыном, — перешла к исполнению своих профессиональным обязанностей любопытная дама, доложив своему патрону о посетителях.

— Пригласи их, Варенька, пожалуйста, — донеслось из разговорного артефакта.

Хм, из этого посещения важного донельзя, хоть и весьма приветливого с моей мамочкой человека для себя вынес одну важную истину: секретарь — это важно! Может даже намного важнее, чем сам ее начальник. В самом деле, с Аркадием Семеновичем маман минут пять полюбезничала, после чего, не получив на руки никаких дополнительных бумаг и даже толком не показав наши (на словах, правда, о проплаченной учебе и стипендии со стороны Светлогорского князя сообщила) была отправлена все к той же секретарше. А вот та уже, в свой черед, все документально и оформила.

— Вот, это ученический билет, — вручила она мне буквально тут же, на месте, изготовленные корочки, в которых обнаружилась и моя цветная, вполне узнаваемая фотография. — Это зачетная книжка, а это требование к хозяйственной части о предоставлении вам на время учебы жилья в нашем студгородке. Расписание занятий, номера корпусов и аудиторий, в которых эти занятия будут проходить, вы сможете узнать накануне их начала на нашем сайте.

— Огромное спасибо, Варвара Александровна, вы настоящая кудесница, так все быстро и четко оформили. — Объявил я, получая на руки свидетельства, что отныне я являюсь учеником здешнего славного учебного заведения. И да, об ее имени-отчестве я поинтересовался совершенно самостоятельно.

— Ты иди, Сережа, я тебя сейчас догоню, — бросила мне в спину маман, когда я направился на выход из деканата.

Интересно, это она просто посекретничать со своей знакомой собралась, или здешнее радушие отнюдь не бесплатно? Надо будет обязательно поинтересоваться возможными расценками.

Следующей целью нашего путешествия стала та самая хозяйственная часть, требование в которую мне было предоставлено в деканате. На этот раз маман, вместо задержки в конце встречи, забрала у меня из рук документы и оставила меня за дверями с самого начала.

— Побудь, Сережа, минуточку за дверью. Такие дела по-правильному с глаза на глаз решаются.

Хе-хе, точно тут без коррупции дела не делаются. Впрочем, чему тут удивляться? Я еще не был в присутственных местах у тех же демонов, к примеру, но подозреваю, и там без каких-нибудь их вариаций барашков в бумажках дела не делаются. Впрочем, демоны то ладно, им, исходя из названия, сам бог велел грешить, а вот, скажем, в небесной канцелярии…. Очень интересно, как там дела обстоят?

Не зря, однако, мамочка тет-а-тет там побеседовала. Зато потом мы даже не просто отправились на поиски выделенной мне комнаты для проживания, а отправились в сопровождении самого коменданта, отвечающего тут за весь жилой фонд. Тоже нехилая, между прочим, должность! Как похвастался этот ответственный товарищ, в его ведении находится, помимо десятка обычных многокомнатных общежитий, еще и целый жилой поселок, домики в котором тоже сдаются для заселения студентами.

До моего места жительства нам даже ехать пришлось. Примерно, минут пять-семь. Комендант, устроившись на переднем сидении, рядом с водителем, руководил нашим передвижением. В самом деле, без его энергичных жестов руками, куда нам нужно в очередной раз сворачивать, мы могли бы тут запросто заблудиться. Очень протяженная и сложная застройка в здешнем студенческом городке.

— Вот, молодой человек, — Объявил комендант, когда наш мобиль по его команде затормозил возле одного из домиков, своей черепичной, немного выгнутой крышей и скругленными окошками производившего просто сказочное впечатление. — Здесь вы и будете проживать. По просьбе вашей матушки я определил вам в этом домике свою комнату с отдельным входом.

Только в этот момент я обратил внимание, что у домика с двух сторон располагаются два отдельных крыльца. Сказочный домик на двух хозяев! Но и так тоже круто! А комендант, меж тем, повел нас с матерью показывать это чудо изнутри.

Внутри было круто… но не очень. Точнее, была комната, кровать в этой комнате, стол с двумя стульями, небольшой шкаф с артефактом понижения температуры, крохотный накопитель на рунах которого мне было предложено заряжать каждое утро, артефактные же душ, совмещенный с раковиной для умывания, унитаз за загородкой в углу и… все. А ведь, чтобы убрать еду в холодильник, ее надо сначала приготовить.…И батарей отопления что-то не видать, хоть Старгород и расположен в теплом климате, зимой, я читал, тут все же довольно прохладно бывает.

Впрочем, погрустить по поводу недостающих элементов комфорта мне не дали мои спутники. Сначала комендант заявил, что у него есть еще дела по соседству и, пожелав всех благ, потопал на выход, а потом насела моя мамочка:

— Сережа, до начала занятий у тебя еще целых три дня. Предлагаю прямо сейчас поехать к нам домой, чтобы ты мог познакомиться, как мы живем.

Блин! И не откажешься ведь! Мамочка сегодня и вправду сделала для меня целую кучу полезного. Подозреваю, и эта вот комнатушка мне бы ни в жизнь не светила, не включи она на полную свои пробивные способности.

Выгрузив свой багаж из мобиля, и заперев свое свежеобретенное жилище ключом, выданным мне комендантом перед расставанием, я вместе с матерью вновь уселся на заднее сиденье ее роскошного мобиля. Авось, не съедят меня в гостях, право слово!

Хе-хе! Отправляясь в гости к графам Потоцким, я уже всерьез настраивался на поместье. Ну, там, знаете, с павлинами, фонтанами и строгим дворецким в ливрее: «Овсянка, сэр»! В реальности я оказался в самой обычной квартире…. Ну, точнее, не в обычной, а очень просторной, с окнами от пола до потолка и дорого-богато обставленной. Но никаких павлинов, Бэриморов и прочих излишеств. И дверь своей супруге граф открыл самолично.

— Ты уже вернулась, дорогая?

— Да, Станислав, вернулась. И хочу, чтобы ты познакомился с Сергеем.

Наверное, все-таки я зря на эту поездку согласился. Ну, просто, не очень приятно, когда с тобой разговаривают приветливо и даже улыбаются, а эмоции выдают крайнюю степень раздражения пополам с презрением. И это я не только самого графа имею в виду. Его-то, как раз, еще можно понять, все же перед ним внезапно оказался плод измены его супруги. Но и две мои сводные сестры точно такие же эмоции демонстрировали…. Хотя вели себя на удивление прилично. Даже Машка.

А маманя меж тем вся в сожалениях рассыпалась:

— Ах, как жаль, что Анжелика сегодня не с нами. Полное воссоединение семьи, что может быть прекрасней!

Бэриморов в квартире не наблюдалось, но слуги все же имелись. Потому они по распоряжению хозяев быстро сварганили для нас праздничное застолье, куда меня и поместили. Не на коронное место, во главе стола, но рядом с ним, что тоже вполне почетно. Во как стараются себя в лучшем виде преподнести!

А вкусно, между прочим, питаются их сиятельства! Одни названия блюд чего только стоят: «ахтершоки под соусом бесомье» или «язычки лагустанов в кисло-сладкой заливке»… интересно, что за зверь, этот лагустан, ни разу про такого не слышал?

После сытного обеда мне устроили дополнительную экскурсию по дому и опять принялись грузить по поводу нашего родства и его важности. Ей богу, если бы я не ощущал окатывающих меня эмоций, от которых хотелось вымыться, я бы с чистой душой им поверил.

М-да, эмоции…. Потому спустя час или два мучительного для обоих сторон общения я засобирался обратно, к себе, в свой домик. Мать настаивала, чтобы я остался хотя бы до завтра, но я уперся. И, в качестве вознаграждения, впервые в этой квартире, ощутил положительные эмоции радости и одобрения моим действиям.

— Тогда я распоряжусь, чтобы наш водитель тебя отвез, — сдалась, наконец, моя маманя. — Только тебе придется часок подождать, пока он обратно к нам из своего дома доберется. Я ж не знала, что ты так быстро уходить соберешься, отпустила его.

— Не нужно водителя. Наоборот, я попытаюсь отсюда до университета на общественном транспорте добраться. Не подскажешь, на чем мне лучше доехать будет?

На помощь матери, пришедшей в тупик с этим моим вопросом, пришла Машка:

— Бус, светло-зеленая линия. Остановка так и называется: «Университет».

Поблагодарив сводную сестричку за информацию, я, с чувством неимоверного облегчения, выскользнул за дверь.

Перепрыгивая через ступеньку, я спустился на этаж ниже. Вообще, весь этот подъезд был предназначен для людей не из простых, потому на каждом этаже размещалась всего одна квартира. Вот возле такой квартиры мой разумный артефакт меня и притормозил:

— Одну минутку, хозяин! Тут имеется кое-что крайне интересное.

— Что именно? — Вообще то, что мне удалось совершить побег от родственничков, настроило меня на весьма благодушный лад.

— Пожалуйста, поднесите меня поближе к замочной скважине на этой двери.

— И что тогда случится? — Ага, пуганный я уже. Мало ли какую каверзу Гуамоко внезапно замыслил.

— Ничего серьезного. Просто соберу тут немножко маны. Какой-то косорукий артефактор эффекторы с накопителя охранного амулета напрямую на замок вывел.

— А к нам по этому случаю полицейские не прибегут?

— С чего бы. Мы ж ничего противозаконного делать не будем. Просто мимо пройдем.

Примерно через пару минут Гуамоко ухнул довольно:

— Уф! Замечательно подзаправился! Пошли, хозяин, дальше.

И мы пошли. По пути я еще поинтересовался:

— А ты, таким образом, любую защиту высосать можешь?

— Ну, при достаточном времени, практически любую, — последовал ответ.

Хм, и снова меня терзают смутные сомнения, что неправильно выбрал для себя профессию. Таким образом ведь, можно охранную сигнализацию с чего-нибудь очень важного и дорогого снять. В точности по поговорке: «Любить — так королеву, украсть — так сразу миллион». Осталось только для себя королеву отыскать.

Вспомнил поговорку про королеву и сразу настроение испортилось. Точнее, испортилось оно от еще одного воспоминания, как мы с Ленкой Шитовой прощались. «Я не требую от тебя, Уваров, никаких обязательств»! — А у самой эмоции, ну хоть сейчас в пруд вниз головой. Ну, и у меня тоже настроение ниже плинтуса: моя девушка страдает, а я совершенно ничего не могу поделать. В Старгород же ее никто со мной не отпустит. А там и брачные контракты через год-другой подоспеют, не пойдет Ленка против решения родителя, не так она воспитана.

Светло-зелёная линия общественного транспорта оказалась действительно… светло-зеленой. Бусы, ну или автобусы, их и так и так называли, на этом маршруте все, как один, были покрашены в бодрый цвет молодой весенней травы. И остановка практически сразу отыскалась. Только я в этот самый бус так сразу садиться не стал. А у меня же в моей замечательной комнате в плане питания шаром покати. Вот, сначала в магазин за продуктами и зашел. А уж потом и на автобус сел. Маленький такой, аккуратненький, но и такого вполне хватает. Они тут очень часто ходят, так что народ накопиться не успевает.

Если днем наш университетский поселок, состоящий из более чем сотни маленьких аккуратных домиков казался почти вымершим, то к моменту моего возвращения в нем кипела жизнь. В том числе она, эта самая жизнь, кипела и на крыльце моего домика. Точнее, не моем крыльце, а, так сказать, крыльце — антагонисте. Сказать по-простому, на нем сидела влюбленная парочка. Интересно, а кто из них живет в комнате у меня за стенкой? В то, что там могли обитать эти сразу двое, я не верил абсолютно: слишком молодо они выглядели для семейной жизни, может, на год или на два старше меня самого.

Прошел в комнату, выгрузил на стол закупленные продукты: все готовое к немедленному поеданию, плиты для готовки же у меня пока тут не наблюдается. А вот заварка в пакетиках. Чтобы вскипятить в стакане воду моих навыков в магии уже хватает. Стаканов, кстати, сразу шесть штук закупил, они только в наборе продавались.

Только отрезал ломоть хлеба с колбасой, раздался стук в дверь. Пришлось, давясь слюной, идти открывать. На пороге стояла пара, точнее даже две пары. Они друг за дружкой стояли, а там ступеньки, из-за спин первых не сразу разглядел.

— Добрый вечер, сосед. Зашли вот познакомиться. — Проговорил тот парень, что стоял со своей подружкой впереди. — Я барон Рыковцев, Александр Сергеевич, а это моя одногруппница, баронесса Екатерина Ласкина. Мы подготовишки, второй курс. Следом за ним представились и стоящие позади. Тоже титулованные, парень — виконт Водонаев, а его спутница баронесса Р о гач.

— Сергей Уваров, дворянин, первый курс, разумеется, тоже подготовительное отделение, — представился я в свою очередь и пригласил: — проходите в дом.

Гости замешкались отчего-то, но в комнату все же вошли.

— Никогда не думал, что места в поселке будут не титульным предоставляться, — подивился Рыковцев, когда мы все расселись вокруг стола и принялись за нехитрое угощение.

— Так получилось, — отговорился я, не желая упоминать про свои семейные взаимоотношения.

Ну, что ж, нормально посидели. Второкурсники, отыскав в моем лице новые уши в своем окружении, принялись наперебой меня просвещать в хитросплетениях учебного процесса и здешней негласной политики. Если все сообщенное ими раскассировать по кучкам, отдельно хорошее и плохое, то выходило, что хорошего в здешней учебе намного больше: тут и магии учат с самых первых дней со всем прилежанием, и масса кружков и секций для увлеченных, и в столовых кормят вкусно и недорого. А еще после каждого курса учеников отправляют в зоны сопряжения на практику — всегда мечтал там побывать. В последнее время еще появилось желание сравнить условия в такой зоне с условиями демонического мира.

Ну, а плохое известие оказалось всего одно, но зато оно как бы ни перекрывало по значимости все хорошее. Под блестящей лаковой корочкой первоклассного учебного заведения скрывалось едва ли не поле боя, на котором иногда своих союзников приходилось опасаться не меньше, чем врагов.

Прежде всего, студенты университета были разделены на группировки по месту жительства их семей. Те же светлогорские отчаянно враждовали не только с тихорецкими, но и еще с огневыми, угольниковыми и рощиными, а со столичными, новогородскими, державшими тут фишку, придерживались этакого не всегда дружественного нейтралитета. Впрочем, были и союзные группировки. Каплей меда в эту бочку дегтя можно было счесть информацию, что первые полгода у только поступивших подготовишек от всех этих боевых действий был этакий иммунитет.

А вот от чего иммунитета не было, так это от сословных условностей. У нас-то, в Огарево, считай, все жители были между собой почти равны. Разницы между нетитульными дворянами и простолюдинами почти вообще не ощущалось, а титульных в поселке, кроме его бессменного главы, барона Волкулакова, и вовсе не было. Ну, глушь же, хоть и природа летом красивая, даже до столицы княжества едва ли не сутки на поезде мимо вовсе не безопасной зоны с летающими драконами добираться. Ага. А тут в каждой группировке, как в волчьей стае, выстраивалась строгая иерархия. Короче, для непривычного и свободолюбивого парня, на вроде меня — вонючее болото, в которое я в самые ближайшие дни буду вынужден погрузиться, что называется, с головой.

— Ну, ладно, бывай! — Стоящий на пороге Рыковцев протянул свою руку, продолжая, — что надо, я для себя выяснил. Вроде, неплохой сосед Катюхе достался, но если будешь к ней клеиться, то смотри!

Несмотря на угрозу, последние слова полагалось воспринимать исключительно в качестве шутки: парнишка на год младше, да еще без титула. Александру даже начинать беспокоиться не стоит, обмен с него на меня слишком неравноценный. На такого его титулованная подруга точно не позарится.

Гости удалились, а я с тоской оглядел свой опустевший стол. Студенты, неважно, в каком мире они учатся, все равно, что саранча. Слопали без остатка все мои припасы, распланированные на пару дней вперед. Придется завтра с утра отправляться искать столовую, про которую мне рассказывали мои недавние гости. Заценим, насколько там вкусно и дешево кормят.

Характеристики Сергея Уварова с момента окончания первой книги не изменились, он же, ни в каких авантюрах не участвуя, был занят исключительно своим обустройством на новом месте учебы:

Мышечная сила: 3,95

Нервно-мышечная проводимость: 6,1

Выносливость: 4,55

Регенерация: 0,11

Объем магического резервуара: 1,41 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 1,4

Развитие магических каналов: 2,1

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,77

Эмпатия: 0,7

Глава 2

Проснулся я утром оттого, что пришло время вести на прогулку таксу…. Постойте, какая такса, я ж ее дома оставил. Тогда кто ж спит у меня в ногах, смешно присвистывая при этом? Желая удостовериться, что ощущаемое мной шелковистое тепло — не последействие моего сна (хотя, бывает ли оно, последействие?), я принялся раскапывать одеяло. Рыжая заспанная мордашка моей питомицы выставилась в проделанное мной отверстие, словно спрашивая, «Чего вредничаешь, хозяин, спать мешаешь?».

— Пошли гулять, — вздохнул, отставляя на время все непонятки со способом, при помощи которого тварюшка умудрилась ко мне перенестись.

Злата с готовностью соскочила и бешено завертела хвостиком. Гулять ей всегда нравится, там столько интересных для нее запахов!

На улице с утра снова никого не было, словно почудилось мне вчерашнее многолюдство. Злата, пусть не сразу, но сделала свои делишки, и передо мной в полный рост встал вопрос: что мне делать с ее какашками? У нас тут вокруг дома сплошные стриженные газоны. Негоже экскрементами их загрязнять.

В ином мире, помнится, в таких случаях собачники с собой носили полиэтиленовые мешочки, в которые и собирали продукты собачьей жизнедеятельности. Но мешочков у меня нет. Зато есть боевой артефакт на пальце. Прицелившись в кучку, я выпустил черную кляксу.

Хм, попал… но результат как-то мне не очень понравился. Вместо небольшой, практически неприметной кучки теперь газон красовался небольшой, размером с арбуз, рытвиной. Моя клякса исправно аннигилировала и траву, и почву под ней. И самое противное, исправить содеянное, моя магия мне уже помочь не могла. А я просто подходящих заклинаний не знаю. В расстроенных чувствах от причиненных здешней красоте разрушений повел свою собачку домой.

Дома я спохватился: надо же деду с бабушкой позвонить. Вчера вечером еще собирался, но тут неожиданные гости нагрянули.

Трубку на том конце взяла бабушка:

— Ой, Сережка! Молодец, что позвонил, а то мы уж беспокоиться начали. Рассказывай, давай, как добрался….

Минут десять, наверное, отвечал на вопросы любимой бабули касательно дороги, университета, нынешнего места проживания, поведения моей мамочки в дороге, погоды за окном…. Только после этого смог разговор на Злату перевести.

— Бабушка, я еще по поводу Златы звоню…

— А что Злата? — Послышалось в ответ, — жива, здорова твоя Злата. Сейчас вон ей кусочек ватрушки с творогом положила, так уже утащила куда-то.

Разговаривая с бабушкой, я перевел свой взгляд на кровать. Рядом с ней моя собаченция с аппетитом поглощала… ватрушку. Даже подошел к ней, чтобы окончательно убедиться: с творогом и совсем еще теплая. А я так надеялся, что все же притащил из демонического мира обычную таксу. И что мне теперь делать?

Злата, выпустив из пасти обмусляканный кусочек стряпни, вопросительно заглянула мне в глаза. Умиление затопило мое сердце. Плевать! Будь, что будет, свою питомицу я не брошу. В конце концов, будет жить на два дома, тем более, все равно, еды для нее у меня пока нету.

Студенческую столовую я все же отыскал. И в самом деле, недорого! И мяса в беляшах не пожмотили. Остается надеяться, что в этом мире не принято играть в увлекательные пазлы: «купи три беляша и собери кошечку». Впрочем, о чем это я? Тут же не только такие неумехи, как я питаются. Адептам магии жизни наверняка под силу определить, из какого зверя получено данное мясо. А уж если тут встречаются и специалисты по наложению проклятий, то повара и подавно не рискнут в такую игру играть с покупателями.

Восстановив калории для своей жизнедеятельности, я отправился искать тонкое место нашего мира. Ну, время еще чуток позволяет, но вскоре надо будет забирать очередную посылку от моего демонического контрагента и взамен отправлять ему еще капсул для развития менталистики. Кстати, самый большой рюкзак у меня, как раз, этими самыми капсулами заполнен до верха. Последние пару месяцев, пока жил дома, считай, все свое свободное время только изготовлением этого экстракта и занимался.

Как я ни нарезал круги по окрестностям, подходящего места так и не обнаружил.

— Все не то, — объявил Гуамоко, когда я у него в очередной раз попросил это определить. — Такое ощущение, что где-то близко, но не то.

Два дня, остававшиеся до начала учебы, пролетели быстро. Я за это время, помимо неудавшихся поисков места для установления портала, смог более-менее обустроить свой быт. В первую очередь это, конечно, касалось приобретения артефакта, служащего для приготовления горячих блюд. Думаете, это что-нибудь вроде плиты? А вот и нет. Четыре взаимосвязанных между собой пирамидки, расставленные по углам вокруг кастрюльки с нарезанными ингредиентами, обеспечивали очень быстрое ее закипание. Или запекание, если в готовящемся блюде не оказывалось достаточного количества воды. Причем, чем меньше площадь воздействия, тем готовка осуществлялась быстрее. Единственное неудобство: и этот артефакт, наряду с холодильником, душем и унитазом, тоже работал за счет моей маны. Еще пару-тройку таких заряжать по утрам, и остатка для учебы мне может не хватить.

Расписание занятий, как и обещала секретарь нашего декана, появилось на сайте ближе к концу вечера накануне первого дня учебы. Хоть, вроде, с номерами корпусов я уже и освоился, но на всякий пожарный, будильник завел на полчасика пораньше, чем это, вроде бы, было необходимо.

Проснулся утром, наскоро позавтракал, покормил собаку… точнее попытался покормить. Злата, когда я ей кусочек колбасы протянул, такую мордочку состроила… поневоле задумался, чем же я таким питаюсь? Хотя, по сравнению с готовкой моей бабули любая колбаса будет казаться не вкуснее пищевого картона.

Ладно, так и оставил свою коротколапую красавицу не кормленной, хотя, признаться, совесть царапало.

Корпус и аудиторию в нем отыскал быстро. А только в том направлении шли парни и девчонки, одетые не в положенную форму, а кто во что горазд: не положена нам еще официальная форма. Согласно древней, как сам университет, традиции, студент считался окончательно зачисленным только после того, как пройдет специальный диагностический артефакт, помимо всего прочего, устанавливающий степень родства по отношению к дюжине самых знатных фамилий империи. Ага, сразу, как вспомнил про этот ритуал, на сердце беспокойство поселилось: в отличие от обычных школяров, хвастающихся считанными долями процентов родства с правящей династией, у меня, если та штуковина, что дал мне дед, не сработает, запросто может и двадцать пять процентов нарисоваться, если еще не больше. Ох, маманя, подсуропила мне с папочкой, как бы вместо учебы не пришлось переходить на нелегальное положение!

Первое, вводное занятие проводил наш декан, собственной персоной. Впрочем, основную работу по управлению нашим стадом осуществлял вовсе не он. Он же лишь толкнул короткую, но пафосную речь, после чего нас принялись делить на группы по двадцать пять человек. Всего наш курс насчитывал полтысячи учеников, соответственно, двадцать групп. Я попал в тринадцатую. Впрочем, в этом мире не было предрассудков, связанных с числом тринадцать.

А потом нам разрешили идти восвояси. Ага, помните же про древнюю традицию и этот чертов артефакт! Враз всех первокурсников через него прогнать никак не получится, вот и установили очередность по группам. А чтобы полтысячи рож на входе не толпились, разрешили нам, до наступления назначенного каждой группе отдельного времени, каждому своими делами заниматься.

Короче, наш черед пришел уже поздно вечером. Собрались мы все двадцать пять, еще толком между собой не знакомых, и под управлением куратора нашей группы вниз по ступенькам, в подвалы теоретического корпуса направились. Между собой знакомы не были, а вот как зовут куратора, уже узнали: Володин Сергей Степанович. Угу, мой тезка. Сергей Степанович сообщил нам, что работает преподавателем на кафедре стихийной магии.

Дружной толпой мы спустились в подвал, а там не просто подвал, а целые катакомбы переходов, ступенек, закутков и запертых дверей обнаружились, и после нескольких минут петляний уткнулись в толпу чуток поменьше. Тут, по всей видимости, небольшой затор образовался, и группа, которая должна была пройти артефакт до нас, еще только начинала его прохождение. Пришлось ждать. Впрочем, не безрезультатно: среди своих одногруппников вдруг усмотрел знакомую физиономию, не распознал с первого взгляда. Впрочем, не удивительно, я же гораздо больше головой по сторонам вертел: древние сооружения, массивные двери, интересно же.

Хотел уже было по-простому поприветствовать паренька, которому помог в Светлогорске от напавших на него недругов отбиться, но притормозил: мы же тогда тет-а-тет общались… наверное, на люди нужно побольше куртуазности проявить?

— Ваше сиятельство, позвольте вас поприветствовать, — скроил я словесный конструкт, вроде как, по всем нормам местного этикета. Ну, как я его понимал, так-то знати в моем окружении не наблюдалось, и особо я этими нормами в младшей школе не заморачивался.

Парнишка, к которому я обратился, застыл на несколько мгновений, пытаясь сообразить, кто это к нему обращается, а потом расцвел в приветливой улыбке:

— Сергей? Вот так встреча! Но мы же в прошлый раз вроде договорились обращаться друг к другу на «ты».

— Признаться, поопасался. Тогда мы с глазу на глаз говорили, а теперь вокруг вон, сколько народа.

— Глупости! Соколовы перед друзьями никогда титулами не кичились.

Полчаса, за которые предыдущая группа проходила тестирование, пролетели незаметно. Мы поделились друг с другом приобретенными знаниями, касающимися бытия в стенах университета. Заодно Александр познакомил меня с еще двумя нашими одногруппниками: бароном Святославом Когтевым и вовсе даже не дворянином Ильей Калачевым. С Ильей Соколов познакомился по дороге, тот тоже был родом из Светлогорска, а вот баронский титул Когтевых, как оказалось, исходил из рук графов Тихорецких. Проблема, однако, мои знакомые второкурсники вполне однозначно по поводу враждующих в университете группировок высказались. Несмотря на все наши благие устремления к миру, окружающие запросто могут воспринять их строго негативно. Впрочем, время, вроде как, еще есть: первые полгода у нас от всех этих разборок имеется традиционный иммунитет.

Как ни медленно продвигалась очередь, однако подошел и мой черед заходить за распахнутую настежь массивную железную дверь. Сжав в ладони пластинку добытого мне дедом артефакта, я шагнул вперед.

— Не бойся, парень, проходи, — обратился ко мне один из двух мужчин, что были заняты какими-то делами возле массивного каменного сооружения в виде арки с прилепившимися к ней шкафчиками, столиками и прочими каменными же предметами мебели. — Просто проходи в арку, а потом подождешь минутку, пока мы тебе результат на бумаге не распечатаем.

И я пошел. А куда деваться? И никаких фанфар не зазвучало, и потолок мне на темечко не рухнул. Тихо все было.

— Ну, вот и все, держи, — сунул мне все тот же мужчина в руки белый листочек. — Приглашай там следующего.

— Хозяин! Мы нашли! — Едва ли не закричал в ментале Гуамоко, едва я перешагнул в обратном направлении порог этого зала.

— Чего нашли? — Недопонял я. Все мои мысли в этот момент были сосредоточены на выданном мне листочке. Слишком темно было, чтобы без проблем получилось прочитать отпечатанный там мелкий текст. Ну, и суета одногруппников вокруг тоже этому процессу не способствовала.

— Тонкое место нашли, в котором можно будет межмировой портал открывать.

— Как ты себе это представляешь, этот же артефакт, наверняка, охраняют, — усомнился я в наших возможностях.

— Ерунда, почти наверняка, про этот портал до следующего приема первокурсников никто и не вспомнит, — отмахнулся Гуамоко. — Просто придем сюда через денек-другой и увидим.

— Увидим, — подвел я итог разговору.

Обратно, в поселок мы возвращались вместе с Соколовым. Когтев с Калачевым в обычных общагах проживали, а вот Соколову его родные тоже комнату в отдельном домике обеспечили. Только Сашкин домик располагался с противоположного конца поселка, пешком нам друг от друга минут десять добираться придется.

— А как этот придурок… Вишневский вроде? Ты говорил, что он тоже в Старгородском университете собирался учиться? — Поинтересовался я по дороге.

— Ну, да, видел я его мельком. Не то в седьмой, не то в восьмой группе записан. — Отозвался на мой вопрос Соколов. — Но мы же в университете, тут все земляки должны держаться заодно. Вряд ли наша вражда тут продолжится.

— Дай то бог.

Ну, в сущности, на этом события сегодняшнего дня и завершились. Разве что, мы осмотрели жилища друг друга изнутри, и моя Злата произвела фурор в глазах одного конкретного графа.

— Какая красавица! — Воскликнул Александр, лаская рыжую предательницу, вставшую перед ним на задние лапы. — Как же ты, Сергей, ее в университет притащил? Тут же содержание домашних животных запрещено уставом.

Ну, да! Словно от меня что-то зависело….

О! Чуть не забыл, было еще кое-что, что я проделал в тот день. Прочитал выданную мне операторами артефакта распечатку, оказавшуюся очень похожей на результаты моего диагностического артефакта. Только гораздо сложнее, с большим количеством граф. Но и в этом расширенном варианте обследования такие немаловажные параметры, как интеллект и удача не значились. Не умеет их современная маготехника определять. Впрочем, все эти нюансы я лишь мельком в своем сознании зафиксировал. Основное, что меня интересовало, было определение родственных связей. Столбцом двенадцать фамилий наиболее значимых имперских родов, начиная с Рориков (кстати, интересное совпадение: рориком называют здешнюю крупную хищную птицу, очень созвучно с Рюриками, правившими когда-то страной в прежнем мире, в которой я жил). Так вот, двенадцать фамилий и возле каждой сплошные прочерки стоят. Довольно редкий, но все же встречающийся результат. Правда, в основном так получается среди простолюдинов, у дворян хоть какие-то, да родственные связи обычно отыскиваются. Ну, и… слава богу! Уж я-то на отсутствие родства с власть имущими точно не в обиде.

На дело, связанное с открытием портала в мир демонов я отправился через три дня, ближе к вечеру. К тому времени все вновь принятые студенты через зал с древним артефактом уже прошли. Более того, все двадцать групп уже целиком щеголяли в новенькой, свежекупленной форме. Купить таковую форму оказалось очень просто. Практически в любом здешнем магазине одежды такую предлагали. Оставалось лишь закрепить нарукавный шеврон, выданный всем студентам группы нашим куратором. Впрочем, при помощи наложенной на шеврон магии, проделать это не составляло никакого труда.

— Внимание, впереди активированная охранная система! — Донеслось до меня ментальное послание моего разумного артефакта, когда до заветной двери в зал оставалось не более нескольких метров. До этого никаких препятствий в протяженных, полностью пустынных коридорах не возникало.

— Отключить сможешь? — Поинтересовался я, помня про проявленные раз Гуамоко особенные умения в этой области. — Только, если можно, сам магический контур совсем не уничтожай, чтобы на обратном пути его можно было обратно запитать.

— Попробую. — И через несколько минут моего напряженного ожидания. — Готово. Сдается мне, в вашем мире артефакторика гораздо более примитивная, чем когда-то была у нас. Там бы я так просто маной разжиться бы точно не смог.

— Научить сможешь… вашей артефакторике, — задал я вопрос с замедлением, занятый попытками открытия встроенного в дверь замка, благо, в телекинезе я уже достиг определенных высот, обычный механический замок, без поддержки магией, непреодолимым препятствием для меня не являлся.

— Здесь — точно нет, тут в ментале таких сведений вообще не содержится, по ту сторону портала можно попробовать. Но только там тоже не все гладко будет: артефакторика — наука объемная, придется ее на отдельные блоки разбивать, а у вас, простите, хозяин, еще после прошлой учебы мозги не до конца отошли.

Замок, дважды щелкнув, открыл мне доступ на запретную территорию, и я отложил на время все посторонние разговоры.

Чтобы вновь открыть межмировой портал мне пришлось чертить довольно сложную пентаграмму. Об этом моменте я заранее подумал, и кусок мела с полудюжиной свечей с собой в своем походном рюкзаке захватил. Нет, в принципе, можно было и без пентаграммы обойтись, но в знаниях, переданных мне Гуамоко, на это особое внимание уделялось: портал прокидывался через межмировой эфир, а там такие эфирные монстры иногда встречаются… запросто можно без души остаться.

Вопреки моим ожиданиям, зеркало портала наливалось серым перламутром постепенно. И точно так же постепенно проступали на нем узоры. Впрочем, разницы с узором, уже заученным мною, не отыскалось. Этот вариант межмирового портала устанавливает адрес отправителя и адресата с точностью до мира. Другое дело, что оставшиеся от работы прошлого портала эманации делали его открытие в мире демонов на старом месте едва ли не гарантированным.

Собственно, так и произошло, натянув на себя защиту и приготовившись, на всякий случай, к возможным неприятностям, я перешел в уже знакомое место. Спросите, как я отличил одни краснолистные заросли от любых других похожих? Так я за почти что год едва ли не еженедельных хождений туда-сюда едва ли не до боли заучил местный пейзаж.

Задерживаться или исследовать место на предмет скрывающихся поблизости чудовищ я не стал. На Земле вечер, как бы и тут в ночную темень не угодить. Мало того, что ничего не видно станет, так еще запросто на охоту могут выйти какие-нибудь ночные хищники. Короче, припустил бегом по уже давно заученному маршруту. Правда, в подозрительных местах все же тормозил и оглядывался.

Блин! Что такое дежа вю и как с этим бороться? Прямо под двуглавым деревом, которое мы с То определили для себя в качестве пространственного ориентира, ходили кругами две громадные ящерицы. Причем, не просто ходили, а рычали на манер злобных псов и время от времени пытались на ствол влезть. И, что самое главное, на одной из ветвей этого дерева виднелось что-то очень похожее на человеческую фигурку. Угу, осталось мне только прибить этих чудовищ, чтобы ко мне с дерева живой и невредимый Ром свалился! Ну, это я так от полноты нахлынувших эмоций фантазирую. Понимаю, что о Роме не может быть и речи. Но слишком уж явная аналогия настораживает.

Хм. И как же мне поступить? Может, просто подождать, а крокодилы эти сами собой поползают у подножия, проголодаются, да и умотают за другой добычей? К несчастью тут же вспомнился сюжет из прошлого мира, передача о животных, в которой рассказывали об одном африканском озере, в котором живущие там крокодилы питаются всего два раза в год: когда во время сезонной миграции животных к этому озеру на водопой приходят антилопы. Раз в год — когда туда идут, и еще раз в год — когда обратно. Сомнительно, чтобы ящеры быстро проголодались.

К счастью, это дерево не одно единственное там, примерно в сотне метров по сторонам и другие кряжистые деревья возвышаются. Ага! То, что нужно, чтобы мне с высоты с нехорошими крокодилами разобраться. Так что я просто к одному из самых близких деревьев вкруголя направился. И даже примерился, высоко ли расположена над землей нижняя ветка, чтобы не оказалось вдруг, что крокодилы уже меня за зад кусают, а я все никак не могу на это выбранное дерево взобраться. Ветка, подходящая для того, чтобы без проблем на нее заскочить, отыскалась, и я пошел на себя любимого приманивать тех зубастых чудовищ.

Крокодилов камнями закидал, их внимание к себе привлек. И даже убежать от них успел, хоть и оказалось, что бегают те необычайно быстро. На дерево тоже взобрался. А вот дальше мой гениальный план дал осечку. А просто ни один из одноразовых артефактов, что я взял с собой в этот поход против этих чертовых рептилий так как надо не сработал. И от зелья мгновенного сна они засыпать отказались. Только без толку все свои боеприпасы истратил. Засада, однако. В точности, как когда-то у Рома было, когда все его магия не смогла причинить никакого вреда… как он там называл того монстра…? Архилох вроде?

Минут десять просидел в прострации, соображая, что же мне теперь делать. И даже врукопашную на них не пойдешь. Свой замечательный топорик я с собой в поездку ведь не взял. Решил, что в Старгороде новый куплю, да вот не купил, поленился. Понадеялся на метательные артефакты. Правда, баночка с ядом у меня по-прежнему в рюкзаке… только чего им мне теперь мазать, из режущих предметов один ножик только и остался. Ага, с ножиком длиной в ладошку против двух шестиметровых бронированных чудовищ!

Все-таки решил отравить лезвие ножа. Ну, у меня же имеется мой телекинез, пусть и телекинетическим щелчком не получится направить нож лезвием вперед, а «третья рука» у меня всего на два с половиной — максимум три метра только и действует. Но ведь это не означает, что и пробовать не надо. Просто снова нужно приманить чудовищ поближе. Ну, и самому пониже, над самыми их спинами спуститься, хоть и опасно это.

И таки мне удалось! Даже смог исхитриться и в тот момент, когда крокодил ко мне потянулся, не просто ножом ткнуть, куда придется, а при помощи третьей руки именно под переднюю лапу в подмышку вонзить, там у него, по моим представлениям, чешуя была не такая толстая.

И в этот самый момент в наши разборки с крокодилами вмешалось новое лицо. Та рептилия, что подальше от дерева находилась и, соответственно, оказалась обделена моим вниманием, вдруг взревела истошно и принялась клубком извиваться и по земле кататься. И в какой-то момент от нее отлетела ранее невидимая очень знакомая фигурка. Син! Опять она лезет, куда не просят!

Меж тем демоница, очевидно, довольно сильно об землю приложилась. На ноги она поднялась, но видно было, как ее шатает. А атакованный ей монстр, меж тем, несколько кособоко и медлительно, но все же надвигался на так еще толком не пришедшую в себя девчонку.

И в этот момент меня волной эйфории накрыло. Все же мой яд и против такого антимагического существа вполне подействовал. Впрочем, тут удивляться нечему, яд же у меня чисто растительный, магии в нем ни капли нет.

Не знаю, может быть, на мои мозги так эта накатившая эйфория подействовала, но я соскочил с дерева. Прямо на замершую там в посмертном оскале тушу, а уже с нее в пару прыжков подскочил к показавшему мне тыл монстру. Ага, подскочил… а дальше? Единственное мое оружие, ножик, так и осталось в теле первого крокодила. А между тем, зверюга уже приблизилась к демонице и даже первый раз челюстями лязгнула. Син только в самый последний момент увернулась. И то, не схвати я крокодила за хвост, боюсь, к этому времени одной суккубой было бы уже меньше.

Хвост оказался очень неудобным для удержания предметом. Всего пара мгновений и я был с размаху им припечатан об землю, после чего сильным ударом откинут в сторону. А потом зубастая огромная пасть уже надо мной нависла. И быть бы мне перекушенным напополам, если бы не Син. Чудовище вновь истошно заревело и, напрочь позабыв про меня, вдруг снова принялось крутиться на месте. А меня вдруг ухватили под мышки и поволокли прочь. Недалеко, потому что и у суккубы сил оставалось совсем немного. Но их все же хватило, чтобы мстительная тварь, не доползшая до нас буквально пару метров, окончательно ткнулась мордой в землю, одарив меня очередной порцией эйфории.

— Ну вот, ты еще и часть причитавшейся мне праны похитил! — Прозвучало у меня над ухом, прежде чем я окончательно отрубился.

Глава 3

Очнулся я: солнышко огромным пурпурным блином болтается над горизонтом, дерево алой листвой шелестит, прямо в лицо заглядывает красная до рези в глазах рогатая симпатичная мордашка. Этюд а багровых тонах, блин!

— Очнулся, слава богам, давай теперь, дружочек, будем договариваться, чем ты, будешь расплачиваться за спасение своей жизни и поглощенную тобой прану?

— Жизнь я первый тебе спасал, тебя бы эти ящеры с дерева не выпустили, а без еды они могут долго, — несмотря на подташнивание и боль в отбитой спине, отвечать я начал вдумчиво и обстоятельно. Как знать, какие там обычаи у демонов, а вдруг они за долг жизни вообще в рабство берут. — И потом, в опасную ситуацию я из-за тебя попал, мне на дереве ничего не грозило, а я оттуда этих монстриков бы укокошил одного за другим. А если бы я не слез и за хвост твоего зверя не схватил, он бы тебя, наверняка, разорвал. Так что я вообще-то большее количество раз тебя спас, чем ты меня, это ты мне должна.

— Ладно, будем считать, что мы друг друга спасли, и за это никто никому ничего не должен, — быстро подвела итог моим расчетам хитрая демоница. — Осталось решить, чем ты за украденную прану будешь со мной расплачиваться.

— И прану я у тебя не крал. — Принялся отбиваться я от очередного наезда. — Я всего лишь уловил ту часть, которая иначе бы просто без всякой пользы рассеялась.

— Еще скажи, что я напрасно заряд из своего единственного лечебного артефакта на тебя извела, — фыркнула обиженно Син, поняв, что вот так запросто повесить на меня долг не получится.

— Может, скажешь нормально, словами, чего тебе от меня вообще нужно, что ты затеяла снова тут меня дожидаться? — Решил я окончательно прояснить для себя цель суккубы.

— Нормально? Ну, хорошо, говорю: — мне нужно, чтобы ты призвал меня в своем мире.

— Зачем это мне? — Изумился я такому пожеланию. — Это наверняка от меня кучу маны потребует, а сексом заниматься с суккубой… знаешь… — я запнулся, не зная, как получше сформулировать, чтобы не обидеть. Пусть моя собеседница и демоница, но ведь девчонка, а девчонки и не поймешь сразу, на что могут обидеться.

— Не хочешь, не занимайся. Просто тогда покажи свой мир. — На ресницах Син заблестели слезинки. — Мне очень-очень нужно, чтобы меня призвали.

— Рассказывай! — Велел я. И рогатая девчонка не выдержала. Захлебываясь слезами, она принялась рассказывать, как потратила всю свою прану на, как ей казалось, очень выгодную в плане дальнейшего благосостояния специализацию. Даже в долг влезла. И долги эти вскоре потребуется отдавать.

— И что не так с твоей специализацией? — Поинтересовался я, искренне не понимая, в чем там может быть проблема. Секс у людей ведь просто не может быть невостребованным.

Спустя еще довольно долгое время всхлипываний, наводящих вопросов и прочего, что сопутствует женской истерике, я получил более-менее понятное описание произошедшего с моей знакомой демоницей. Она попалась на разводку самых настоящих жуликов.

Реклама конторы, в которой обучалась Син, гласила: две замечательные, очень доходные специализации по цене одной. Да еще предлагалась дополнительная ссуда в размере двух третей стоимости обучения. Как тут не клюнуть?

Моя знакомая была очень-очень юным и неопытным демоном. Даже ступень старшего демона она достигла буквально только что, чуть ли не на днях. Случайно повезло поглотить прану умирающего довольно мощного старшего демона. Потому на остатки добытого и взятую по месту учебы ссуду подписала договор на обучение. И все было бы замечательно, суккубы, и в самом деле, обычно далеко не бедствовали, да вот только предложенный ей вариант ученического договора не содержал обязательств учителей внести имя ученицы в инфополе ни одного из человеческих миров (это вообще-то в случае обычной учебы и составляло львиную долю стоимости обучения). Но зато содержал пунктик, согласно которому всех не выплативших вовремя образовавшийся долг отправляли для его погашения в войско одного из лордов. Ассасинов, вследствие большой смертности, там вечно остро не хватало.

— То есть, без внесения твоего имени в инфополе, никто тебя не вызывает, — правильно понял я стоящие перед Син проблемы. — А мой вызов каким-то образом сможет тебе помочь?

— При вызове имена участников ритуала впечатываются в инфополе автоматически. Плюс, первый переход на зов через междумирье сам по себе развивает магические и жизненные каналы, добавляя немало маны и праны. — Пояснила свою задумку демоница. — Полученную в результате перехода прану я отдам в счет оплаты части долга, тогда, по договору, у меня появится некоторая отсрочка для выплаты остального.

Хм, а ведь для меня это приобщение к демонологии, еще одной отрасли магии! — Сообразил я и принялся, тщательно подбирая слова, объяснять стоящие перед нами проблемы. Да именно перед нами, поскольку в глубине души я уже согласился.

— Изменить внешность — вообще не проблема, недаром я на ассасина училась! — Объявила тут же повеселевшая суккуба, увидев светлый проблеск в ее едва ли не безнадежном деле. — Только расход маны большой, постоянно под мороком ходить не смогу. Но на короткое время пребывания в твоем мире меня точно хватит. И о моем поведении у вас можешь не беспокоиться, я тебе прямо сейчас клятву дам, во всем тебя в твоем мире тебя слушаться. Я бы и ману тебе для ритуала свою слила, во время перехода она все равно полностью восстановится, но накопители у нас больших денег стоят, у меня просто ни одного такого нет.

— Накопитель у меня есть, — гордо объявил я, извлекая из кармана свой разумный артефакт. Уважения в эмоциях рогатой девчонки заметно прибыло. Даже, вроде как, опаска появилась.

— Все, не могу больше! — Объявила Син спустя несколько минут, в течение которых она сливала Гуамоко всю имеющуюся в ее магическом резервуаре ману.

— Замечательно! А теперь, будь добра, обучи меня этому своему ритуалу призыва. И нет, подключать меня к инфосфере не получится, у меня еще от прошлой учебы все мозги всмятку. Ты давай, на пальцах и личном примере показывай.

Угу-угу! Сказать такое было легко. Гораздо труднее было вот так, с налета изучить этот довольно сложный ритуал. Там один узор призывающей печати почти как на зеркале портального перехода объемом, только ни один элемент узора не повторяется. Но, будем надеяться, я все правильно запомнил. Хе-хе, я там, у себя, в универе, одну каверзу с участием этой рогатой придумал…. Упс! Это я про каверзу сказал? Не надо каверз, просто прогуляемся под ручку, на людей посмотрим, себя покажем.

Вроде все про этот поход в демонический мир рассказал? А нет, не все. Магические камни мы из прибитых совместными усилиями крокодилов выковыряли и по-братски поделили. Нелегко это было: броня у них почти все тело закрывала. А еще я посылку от То забрал, и свои капсулы для облегчения обучения менталистике на ее место закопал. А посылочка от То в этот раз совсем крохотной по объему оказалась: там всего один-единственный магический камень был. Его приобретение я с То изначально оговорил — приобрести, если представится удобный случай. Вот, похоже, случай и представился. То написал, что все полученные до этого момента от меня капсулы за этот камушек отдал: дорогой он очень и редкий. Как То этого монстра обозвал, который со мной своим камнем поделился, я даже не запомнил, что-то очень сложное и труднопроизносимое, их в эти места откуда-то издалека доставляют, а там демоны совсем на другом языке разговаривают. Но для себя я этого монстра хомяком обозвал. У него основная способность, как хомяк в защечных мешках, свои припасы с собой таскать. Умеет этот демонический хомяк особую свертку пространства создавать, в которой помещенные туда предметы ничего не весят, и даже там не портятся.

Ну, вот похвастался, но чтобы вы не особо завидовали, добавлю в заключение: сам я этот пространственный навык еще долго к себе приладить не смогу. Чисто про запас брал, очень редко они в продаже встречаются. Иначе, если его прямо сейчас в себя встрою, почти наверняка, весь свой магический фон в сторону пространственной магии модифицирую, а мне этого не нужно. Пространственные маги, конечно, как маги, очень даже востребованные, и магия у них достаточно мощная и удобная, но я же хочу уметь управляться не только с пространством. Я и исцелять хочу научиться, и создавать самые сложные артефакты, и от любого врага при случае отбиться.

Кстати, еще одно: несмотря на то, что я в демоническом мире еще довольно много времени провел, ночь там так и не наступила. На мой вопрос по этому поводу Син ответила, что их светило лишь ненадолго каждый день выключается. Именно так! Не закатывается за линию горизонта, а выключается. И становится очень-очень темно. Так что я, чтобы не попасть в такую неприятность, к своему порталу поспешил. И без того, наверное, уже половину земной ночи тут провел, а мне хотелось бы еще хоть чуть-чуть выспаться.

Утреннее пробуждение было тягостным. Ну, еще бы, я и спал-то часа три от силы. Хорошо еще, что теоретический корпус на ночь не закрывается, и единственный сторож не сидел на посту, а где-то отсутствовал. Так что я мигом за дверь выскользнул и до самого своего дома мчался, не останавливаясь. Ну, что мне? Ночь вполне лунная, а для меня от улучшений, связанных с телом, и постоянно поддерживаемого заклинания восприятия окружающего пространства, дорогу вообще почти ничуть не хуже, чем днем, видно было. Так что хотя бы удалось прилечь.

Все же я проявил силу воли, поднялся с утра, весь такой невыспавшийся, принялся готовить себе крепкий кофе. В прошлом мире этот напиток считался очень вредным, хотя, насколько мне известно, единственное адекватное исследование его, так, чтобы с наглядными примерами, а не просто с голословными теоретическими мудрствованиями, провел еще Людовик под номером четырнадцать. Король такой был, очень долго своей Францией правил.

Так вот, исследование короля Людовика заключалось в том, что он приказал отыскать для него двух приговоренных к казни близнецов, а когда их привели, распорядился заменить казнь на ежедневный прием напитков: кофе — для первого и чая — для второго. И каковы же получились результаты эксперимента?

Тот брат-близнец, что употреблял чай, прожил на несколько лет дольше того, что употреблял кофе. С тех пор и принято считать, что кофе вреден, а чай — безусловно, полезен. Да только оба братца умерли глубокими стариками, пережив самого короля-солнце, который тоже, дожив до семидесяти шести лет, вполне по праву мог считаться стариком. И он, кстати, не употреблял ни чая, ни кофе, всем напиткам предпочитая какао. Исторический анекдот, однако, как говорится, сказка ложь, да в ней намек….

Выхлебав свою порцию горько-сладкого напитка, я отправился на учебу. В принципе, первые две недели нам только лекции начитывали и наше присутствие на занятиях совершенно не проверяли, но я самым честным образом ходил. Профессора на этих лекциях очень много полезного и интересного рассказывали, не все из их рассказов можно было прочитать в учебниках.

А сразу после окончания занятий я вознамерился посетить… магазин женской одежды. Ну, мне же нужно будет во что-то Син переодеть. Морок мороком, но настоящая одежда окажется куда надежнее.

М-да, чертовски неловко стало от взглядов, которые на меня начали тамошние девушки-продавщицы кидать. А я все лишь и попросил их подобрать форменное платье для ученицы подготовительного отделения университета на мой рост. А уж эмоции, которые они при этом испытывали…. Чуть было не объявил им, что сами они извращенки, раз о таком думать способны, а вовсе даже и не я.

Вернувшись к себе в комнату, развесил на плечиках женские наряды. Кстати, плечики тоже пришлось покупать, сам я свою одежду запросто на ночь на один из стульев накидывал. Теперь еще бы отыскать, куда мне эти плечики вместе с одеждой приладить…. Одежного шкафа в моей комнате ведь тоже не было.

Все же, с приготовлениями управился. Решил глянуть показатели диагностического артефакта. Что-то мне там с тех крокодилов упало? Ведь здоровые зверюги, да и с магией, пусть и с приставкой «анти» у них все в порядке было. Надеюсь, результаты уже обновились? Итак:

Мышечная сила: 4,0

Нервно-мышечная проводимость: 6,1

Выносливость: 4,55

Регенерация: 0,12

Объем магического резервуара: 1,45 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 1,48

Развитие магических каналов: 2,13

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,77

Эмпатия: 0,7

Хм, сказал бы, что не так уж много и прибавилось… да только я обрадовался: регенерация пусть на одну сотую, но возросла! Очень-очень редкая, в своих значимых значениях, и практически не развиваемая у обычных людей характеристика! А у меня возросла! Сделан еще один, пусть совсем крохотный шажок, в направлении моей полной независимости. А еще я знаю теперь, на кого мне следует охотиться, чтобы эту характеристику развивать дальше.

В утро запланированного мной действа я встал пораньше. Фактически, еще звезды за окном сияли. В принципе, мог бы так и не торопиться, печать вызова, главное, на что должно было уйти больше всего времени, я еще вчера посередине своей комнаты расчертил цветными мелками. Но решил подстраховаться: никогда еще демонов не призывал, бог знает, как оно пойдет, а на лекции опаздывать не хочу.

Печать на полу под воздействием моих манипуляций и ручейка маны, строго дозированно выдаваемой Гуамоко сначала тускло засветилась, а потом и вовсе начала покрываться дополнительными дымными линиями, постепенно переходящими в узоры и надписи. Я при виде такой картины не нервничал: Син меня об этом специально предупреждала. Наконец, на пустом месте, в центре печати тоже возникли письмена. Как разъясняла мне позавчера все та же Син, в тех письменах на каком-то из вымерших многие десятки тысячелетий назад языков задавался вопрос. Что-то типа защиты от дурака. «Вы уверены, что желаете призвать именно это существо»? На этот вопрос я мысленно ответил согласием, да еще и мысленно же представил свои ощущения от общения с наглой суккубой. Ну, да, в местном ментале же нет никаких упоминаний о ней, так что настройка будет проводиться, что называется, вручную.

Письмена пошли волнами, затуманив восприятие, и уже в следующую секунду на их месте возникла моя знакомая демоница.

— Ура! Все получилось! — Захлопала она в ладошки.

— Ты разговариваешь на славском? — Удивился я в ответ.

— Автоматическое обучение языку призывателя заложено в структуру нарисованной тобой печати. — Отмахнулась Син. — Ну, давай, выпускай меня скорее отсюда.

— А ты точно будешь вести себя прилично? — На всякий пожарный уточнил я, прежде чем стереть на полу одну из линий, ограничивающих передвижение демоницы.

— Я же дала тебе клятву! Выпускай! — Возмутилась суккуба, отчего-то пребывавшая в диком нетерпении.

Пришлось ее выпускать. Впрочем, я ведь именно это и планировал с самого начала.

— Итак, чем мы сегодня займемся? — Поинтересовалась Син, очень эротично облизав свои губки. Одновременно с этим провокационным жестом она дополнительно прибавила давления в ментальной сфере. Мой писюн в штанах мигом стал набирать объем.

— Ты поклялась слушаться. — Напомнил я ей. — Немедленно прекрати предпринимать против меня свои провокации!

— Уж, и пошутить нельзя, — протянула суккуба, но ментальную накачку прекратила. — Так чем мы сегодня займемся?

— Мы вместе с тобой пойдем в наш университет. Я даже приобрел для тебя школьную форму. — Объявил я, в душе сомневаясь, что ей понравится подобное времяпровождение.

— А что такое, этот ваш университет? — Задала вопрос Син, прямо на моих глазах переодеваясь, впрочем, я, как благовоспитанный джентльмен, конечно же, отвернулся. — И нет, она не старалась меня соблазнить при этом, ее ментальная аура была приглушена почти до самого минимума. Просто, похоже, у нас чуть разные представления о приличиях.

— Университет — это место, где очень много людей изучают новые знания. — Попытался разъяснить я эту концепцию, вспоминая, как вот точно также объяснял Рому что-то подобное.

К счастью, моя гостья обратила свое внимание на совсем иное:

— Много людей? Ой, как здорово!

На учебу мы все же отправились не сразу. Сначала я ей еще раз, уже более предметно, прочел лекцию о приличиях. Ну, в конце концов, не зря же я сегодня вставал так рано. Дополнительно под эту лекцию еще и на пару перекусили приготовленным с вечера завтраком. Все же гостья, нельзя без угощения отпускать. Уже практически стоя на пороге, Син сменила свое рогатое обличие на человеческое. Что ж, и человеческая девушка из нее получилась такой же ослепительной красавицей.

В аудиторию, где должны были состояться наши сегодняшние лекции, мы пришли далеко не первыми. Сказать, что наше появление произвело фурор — это ничего не сказать. Разговоры в зале начали быстро стихать, пока не стало отчетливо слышно, как стучат по полу каблучки моей знакомой суккубы.

Все места поблизости от профессорской трибуны были уже заняты, потому прошли вверх, на галерку. Тем более, когда уже поднимались по ступенькам, заметил там Соколова.

Внезапно Син, которую я по правилам этикета, запустил вперед себя, остановилась, развернулась ко мне лицом и практически молитвенно зашептала:

— Сережа, тут столько праны вокруг. Разреши, я хотя бы на самую малость разверну свою ауру. Обещаю, я буду собирать только самые крохи. Никто не пострадает. Черт его знает, зачем, но я разрешил.

А потом, едва мы расселись на выбранные места, по соседству с Соколовым, в аудиторию едва ли не бегом забежал лектор, молодой еще кудлатый парень, в огромных роговых очках, и наша первая за сегодняшний день лекция началась.

Хм, обзорная лекция о существах, обитающих в зонах сопряжения, на мой взгляд, выглядела откровенно слабовато. Впрочем, вполне возможно, что это именно, на мой взгляд: все же я несколько томов из библиотеки Шитовых, профессиональных охотников на подобных существ, прочитал. Там гораздо больше информации и по видам их было, и по тому, какие полезные части тел можно с них получить. А уж о повадках этих зверей лектор и вовсе не сказал ни слова. Впрочем, это же обзорная лекция. Сам предмет у нас только со второго полугодия начнется.

Впрочем, было и еще одно, что делало для учеников материал данной лекции неинтересным и не нужным. А аура суккубы! Я же сам ей разрешил ей воспользоваться. Думал, на минимальном режиме никто этой ауры и не заметит, а Син сможет хоть немного так нужной ей праны получить.

Возможно, будь моя знакомая суккубой опытной, так бы все и получилось. Но она же была начинающей, без всякого личного опыта! Потому, ее аура начала сначала с рядом сидящими резонировать, потом этот резонанс на их соседей перекинулся…. Где-то к середине лекции уже чуть ли не все, сидящие на передних рядах, не записывали прилежно лекцию, а выворачивали шеи в попытках хотя бы мельком «облизать» взором источник их томлений. Причем, не только парни, но и девчонки тоже включились в это безобразие.

Впрочем, сам лектор тоже не избежал этого воздействия. Он принялся блеять, мекать, постоянно прикипая глазами к нашему ряду, точнее к девице чинно и прилежно сидящей со мной рядом. Да что там, Син даже записывать эту лекцию пыталась. Не всю, но отдельные ее моменты. Ну, до того момента, как задыхающийся и краснеющий парень на трибуне не коснулся в своем сообщении конкретно демонов. Причем, материал был подан настолько искаженно, а демоны в его писании получились настолько безмозглые и кровожадные, что Син не выдержала и, хихикнув, шепотом произнесла в мою сторону:

— Интересно, что бы он сказал, если бы узнал, что один из демонов сейчас находится в этом зале и даже записывает за ним его идиотскую лекцию?

Бог его знает, что там под влиянием демонической ауры перемкнуло в мозгах этого «ученого», но только он совершенно внезапно взорвался разрядом благородного негодования. Он же практически неотрывно на Син смотрел, заметил, как она хихикнула на его слова:

— Вижу, кое-кому сейчас очень смешно! — Объявил наш лектор, возмущенно посверкивая стеклами своих огромных очков. — Очевидно, вы, девушка, этот материал намного лучше главного ассистента кафедры иномировой зоологии знаете? Тогда выходите сюда, перед всеми нами, и поведайте об этих своих знаниях, а мы все дружно послушаем.

Эх, ладно бы он просто в таком тоне свое замечание, чисто для порядка, сделал, но ведь этот высоколобый баран уперся и громогласно пообещал не продолжать лекцию, пока так обидевшая его дама не выйдет перед всей аудиторией.

Син мазнула взглядом в мою сторону и, не обнаружив моего явного запрета на ее последующие хулиганские действия, с готовностью соскочила и легконогой козочкой процокала на указанное ей преподавателем место.

— Ну-с, и что вы можете поведать своим товарищам о таких свирепых существах, как демоны? — С высокомерным сарказмом в голосе вопросил препод.

Син взглянула на своего оппонента, легко вздохнула и выдала….

Нет, вовсе не матерную фразу, как кое-кто мог бы подумать. Син обстоятельно и с красочными примерами начала рассказывать об устройстве всей демонической пищевой цепочки, начиная с крохотных, абсолютно неразумных импов. Я, конечно, был уже в курсе рассказываемой ей информации, но и то заслушался, настолько чарующе звучал голосок суккубы.

Рассказ Син уже дошел до упоминания о частично разумных формах, которые начинают принимать стайную организацию, когда лектор внезапно перебил ее очень громким визгливым фальцетом:

— Возмутительно! Мало того, что вы, милочка, позволяете себе хихикать при изложении мной очень важного и полезного материала, так вы еще и тут свои бредни придумываете! Как вас зовут? Представьтесь! Я непременно добьюсь для вас в вашем деканате примерного наказания.

— Син. — Просто и скромно представилась суккуба.

— Син? А дальше? Это вообще, имя или фамилия?

— Меня зовут Син, и я рассказывала не бредни, а чистую правду. — Звонко и четко проговорила демоница, глядя в глаза возвышающегося на трибуне преподавателя.

Бог его знает, какой безмолвный разговор, или еще что, произошел между этими двумя, но так и не представившийся нам преподаватель внезапно дернул головой, словно ему залепили невидимую пощечину, а после и вовсе выскочил из зала. Впрочем, время лекции и без того подошло к концу. Прямо в этот момент звонок прозвенел.

Блин! Вот как чувствовал, что не стоит проводить свою каверзу! Ничего хорошего она мне принести не может! В темпе вальса, вскочив со своего места, я помчался прочь из аудитории. Хорошо еще, что демоница все сообразила правильно и поспешила следом за мной. Ага! А следом за ней еще несколько десятков моих однокурсников, главным образом парней, но не только. Впрочем, всю это свиту я уже потом только узрел, а первоначально только притормозив, дождался своей подопечной и, ухватив ее за руку, повел по дорожке в сторону выхода со студенческого городка.

Глава 4

— Какая встреча! Мой никчемный сводный братец, любящий оставлять девиц без одежды, и как всегда, не один! — Прямо навстречу нам с замаскированной под обычную девушку демоницей, вырулило две пары старшеклассников. Причем впереди, под ручку с одним из двоих парней, вышагивала моя сестрица Машка!

— Позволь мне ответить? — Еле слышно попросила суккуба, услышав этот грубый наезд в мой адрес.

В принципе, конечно же, мне следовало строго настрого запретить ей совершать любые вольности. И без того она уже нагородила на прошедшей лекции такую кучу, что не разгребешь. Но я ведь не робот какой, у меня тоже эмоции имеются! Потому, услышав слова словно с цепи сорвавшейся сестрицы (а ведь у них дома она вполне примерно и вежливо себя вела), я, злорадно оскалившись, произнес только одно слово:

— Разрешаю.

Син, отпустив мою руку, шагнула всего на шажок вперед, приковывая к себе все внимание встретившейся нам компании. И мгновенно словно патока вокруг разлилась. Движения идущих нам навстречу дам начали казаться грациозными, а глаза мои принялись шарить по их выступающим сквозь форменные платья прелестям. Если бы первой из этих прелестниц не Машка стояла, быть может, я бы тоже поступил, как один из двух противостоящих нам кавалеров. Не тот, что возле моей сестрички шел, второй.

Так вот, тот, второй, отпустив, или даже скорее отбросив, руку своей спутницы, шагнул, расталкивая впереди стоящую пару, вперед.

— Красавица, вы само совершенство, ангел во плоти! — Выспренно объявил он, останавливаясь напротив суккубы. — Я, барон Ветрокрылов, предлагаю вам стать моей невестой.

— Даже не знаю, — заколебалась Син, — а как же ваша нынешняя девушка?

— Наташка то? Наплевать на нее! Я желаю быть только с вами. — И этот болван, полностью попавший под очарование суккубы, сложив губки бантиком, потянулся лицом к лицу демоницы.

Нужно ли говорить, что Син с готовностью ответила на поцелуй. Ей вообще не принципиально было, каким местом получать доступ к телу, а значит и пране, распаленного похотью парня.

Где-то на заднем плане, давясь слезами, умчалась, куда глаза глядят, девушка, которую барон Ветрокрылов пренебрежительно назвал Наташкой. Сам барон, простояв в затяжном поцелуе минуту или две, опал к ногам суккубы.

— Какой-то слишком уж слабосильный, этот барон, — прокомментировала его падение демоница. — Такое впечатление, что он никогда не целовался с девушками. Нет, не годится такой на роль моего парня.

Проговорив эту фразу, она шагнула вперед, приближаясь вплотную к замершему нахохлившимся хомячком кавалеру сестренки.

— Может, ты, красавчик, окажешься покрепче? — И она, вытянув губы в трубочку, и не обращая никакого внимания на присутствующую тут же Машку, потянулась к нему лицом.

— Н-нет… — внезапно ухватился ладошками за свой пах подвергшийся нападению суккубы старшеклассник, — я… я не могу… — и он, не сводя глаз с Син, начал пятиться прочь.

— Володя, что с тобой? — Отмерла наконец Мария, глядя, как ее приятель все дальше удаляется от нее.

— Я не могу-у!.. — Донеслось со стороны парня, и тот, окончательно повернувшись к нам спиной, ускоряясь, помчался прочь.

— Жаль, — коротко прокомментировала такую экстренную ретираду очередного источника праны моя красавица, гася свою ауру, после чего, вернувшись ко мне, и взяв меня под руку, безмятежно произнесла:

— Ну, что, пойдем домой, братик. У нас на сегодня запланировано еще много приятных дел.

И, признаюсь, только тут я смог ощутить, что у разыгравшейся только что сцены было достаточное число зрителей. Словно плотину прорвало: нахлынули эмоции. Вожделение, восторг, удивление… — чего только там не было.

— Маша, с твоего разрешения, мы тоже тебя покинем, — кинул я последнюю, парфянскую, стрелу перед тем, как удалиться с места столкновения.

Надо ли говорить, что, едва только мы скрылись из глаз благодарной публики, я отправил демоницу обратно в ее мир. У ритуала призыва существовала такая возможность, там для возврата даже никаких печатей с пентаграммами не нужно было чертить, достаточно одного только ясно выраженного желания. Впрочем, и сама суккуба отнюдь против этого не возражала.

— Как замечательно я провела время, — поблагодарила она меня на прощание. — Я даже не ожидала, что тут можно столько праны за один раз заработать. Полностью хватит, чтобы закрыть мой долг за обучение и даже еще немного останется. Ты это… вызывай, если что. — И она сизым дымом истаяла в воздухе.

Эти два взаимосвязанных происшествия, сначала на лекции, а потом история в парке, в результате которой расстроилась одна аристократическая помолвка, наделали много шума. И, разумеется, прилетело лично мне. Ну, а кому еще? Я же это очаровательное чудо привел на лекцию. Да и с лекции она ушла именно в моей компании.

Для начала меня вызывали в деканат. Но там я твердо уперся: познакомился с этой особой с утра, по пути на лекции, назвалась Син. Больше ничего о ней не знаю. Гораздо опаснее оказался наезд со стороны барона Быстрокрылова. Не того паренька, который без чувств стек на дорожку после поцелуя суккубы, а его сурового, как мореный столетний дуб, родителя. Тот даже обыск в моей комнате учинил с целью отыскать там следы пребывания наглой особы, расстроившей выгодный брак его сыночка. Да только не было у меня никаких следов. Купленное мной платье демоница с собой забрала, а печать вызова на полу я стер давно. Повезло еще, что я, как ученик университета, я под императорской защитой находился. Не рискнул барон особо уж жестить.

Ну, и, как вишенка на торте, ко мне в гости заявилась моя мамаша. Разумеется, она тоже желала прояснить личность хулиганки. Тем более что та в присутствии Машки назвала меня братиком. Очень уж захотелось уважаемой графине разузнать, что за сестра у ее незаконорожденного отпрыска внезапно объявилась. Еле-еле смог отбрехаться, что это сама Машка и виновата, в начале своего наезда назвавшая меня братцем. Мол, эта моя случайная знакомая просто Машкино обращение повторила. Еще и высказал маман по поводу такого поведения сводной сестры, явно далекого от задекларированных родственных уз. Чувствую, ожидает Машку хорошая трепка, ведь видно же невооруженным глазом, семья мамани ко мне в родственники изо всех сил набивается, а тут такое….

За всеми этими встречами — разборками даже не заметил, как пролетели первые лекционные две недели, и подошла пора обычных занятий.

Занятия в подготовительном отделении университета были построены по образцу и подобию всего остального университета: вместо обычных школьных уроков практиковались сдвоенные, под названием пары. С одной стороны, удобнее, меньше беготни между учебными комнатами, ведь они подчас вообще в разных корпусах располагались, с другой, за такую прорву времени преподаватель точно всех опросить успевает, не как в младшей школе, где не выучившие уроки гимназисты имели довольно неплохие шансы ускользнуть от опроса и последующего наказания.

Ах, да, рассказывая об устройстве учебного процесса нужно обязательно упомянуть и еще несколько установочных моментов. Учеба, с самых первых дней, делает упор на изучении магии. Всякие совсем уж никчемыши, с задержкой магического развития, сюда просто не поступают. Но учеба учебе рознь. Первый год обучения у нас по программе строится по принципу: «понемногу обо всем». Новым ученикам дают время на то, чтобы осмотреться, с каким именно разделом магии связать свою дальнейшую жизнь. Меня этот момент особо устраивает. Мне-то с моей сверхидеей стать архимагом-универсалом пока модифицировать свою магическую сферу ни в коем случае нельзя. На второй год — уже начнется углубленное изучение отдельных видов магии по циклам: воздушная там магия, целительство, более редкие иллюзии и прочее. Если ученик оказывается на «своей» теме, начинает изучать ее углубленно, прочие — тоже изучают, но с таким прицелом, чтобы это не помешало тому разделу, что у них выбран в приоритете. Ну, а третий курс — это уже шлифовка в выбранном виде магии и становление узким, но достаточно подкованным по своей стезе специалистом.

Общие установки организации учебы я описал, теперь и о начале настоящей учебы можно рассказывать. Первой парой у нашей тринадцатой группы была выставлена Магия воздуха. В принципе, мы на кафедре стихийной магии за этот год будем последовательно знакомиться сначала с воздушной магией, считающейся самой массовой и легкой в освоении, потом огненной, водной, а в конце и до магии земли дойдем. Но это все позднее будет.

Двадцать четыре моих одногруппника, впервые после прохождения Артефакта собранные вместе, рассевшись по выбранным ими местам, настороженно посматривали друг на друга. Впрочем, за время лекций кое-кто уже познакомился. Мне, со своего края, было отчетливо заметны, так сказать, три центра притяжения: блондинка, к которой три ее подружки обращались по имени: Ирина, еще одна девчонка, вся сплошь увешанная всякими амулетами и фенечками, сидевшая возле своей невзрачной на вид подруги с крайне независимым видом, и граф Александр Соколов с нашими общими знакомыми: бароном Святославом Когтевым и простолюдином Ильей Калачевым. Собственно, с Ильей я сам сидел, а барон, соответственно, с графом. Скорее всего, такое разделение по титулам случайно получилось: Сашка, вроде бы, не слишком всем этим аристократическим снобизмом заражен. Мы вчетвером на всякие общие темы говорили, скорее демонстрируя дружескую приязнь, а не обмениваясь информацией, когда в наш класс вошел Сергей Степанович Володин, наш куратор.

— Ну, что, будем еще раз знакомиться, — с порога произнес он и, открыв свой журнал, начал зачитывать наши фамилии, проговаривая при этом и титулы тех, у кого они были.

Даже не думал, что в нашей группе аристократов окажется так много: три барона, пять баронесс, граф Соколов и еще два сына других графов, только не наследные, а потому носившие титул виконта. В нашей империи этот обычай переняли у Западного союза: графами там именовали только главу рода и его главного наследника.

А потом собственно урок начался. Как я и ожидал, отрабатывали просто посыл сгустков воздуха. Простенькое заклинание, даже не требующее осознанного задания структуры, один лишь волевой посыл. Неудивительно, что к концу занятия процентов шестьдесят с этим заданием справились. Ну, и соответствующие оценки получили: Володин вел занятие вполне дружелюбно, поправлял тех, кто что-то делал не так, и оценки не жмотил.

Второй парой у нас была назначена биология. Предмет еще из младшей школы, но, вроде как, при дальнейшем развитии этот предмет делился на такие важные дисциплины, как флора и фауна зон сопряжения (у студентов сокращенно «фу-фу»), управление животными («упряжь») и друидизм, он же магия растений. А еще Когтев, делая страшные глаза, поведал нам о том, что он узнал от знакомых старшекурсников: биологичка — страшный монстр, у прошлого курса некоторым группам за первую контрольную ни одной даже тройки не поставила, всем пары влепила и заставила дополнительно приходить вечером, чтобы их исправить.

Хм, вполне милая улыбчивая женщина. Не то старшекурсники нашего товарища разыграли, не то монстр прикидывается добрым и пушистым, чтобы потом по контрасту больший ужас навести. Из «ужасного» в классе один единственный скелет только и был. И тот стоял себе тихо — мирно. Причем, стоял не в качестве конструкта некроманта, а просто прицепленным на проволоку за подставку.

Жалко только, что никаких заклинаний на первом уроке она нам так и не показала. Если что, магия жизни, как и ее более узкие производные у меня еще вообще не открыты.

А перед последней парой, после обеда, Сашка Соколов нам троим внезапно сообщил, что этим вечером мы званы старшеклассниками на очень секретный обряд посвящения в студенты. Причем, что характерно, из всей группы позвали не только лишь всех, а очень даже немногих: самого Соколова и тех, кого он лично сочтет достойными для этого мероприятия. Правда, то, что мы реально достойны, еще нужно было подтвердить: или принести кучу еды и выпивки побольше — это самый простой способ, или выполнить какие-нибудь особые задания. В частности, нам на четверых было предложено нарвать букет цветов из оранжереи кафедры магии жизни и одеть скелет в рабочий халат биологички.

— Давайте, я попробую цветов нарвать, — вызвался я на свершение подвига в одиночку. — Если не получится, тогда забегу в продуктовый.

— Тогда мы — в кабинет биологии, — согласился с моим планом Сашка. — Только учти, если решишь все же продукты покупать, то покупка должна быть не менее чем на сотню золотых.

— Понял, принял, сотня золотых, в случае чего, у меня найдется, — заверил я товарища.

Почему я вызвался отправиться за цветами? Так сыграло мое воспитание у алхимика. Внезапно очень захотелось хоть одним глазком глянуть, что они там за растения выращивают. Может что-то очень интересное?

Сначала я намеревался просто и бесхитростно к себе на подмогу Син вызвать. Она же ассасин, вот пусть и отыгрывает свою вторую специализацию. Но потом меня внезапно одолела самая банальная жадность: вызов демоницы потребовал бы целой кучи маны, а у меня и так Гуамоко начал роптать, что на открытие регулярных порталов в мир демонов маны может и не хватить. Там, конечно, при закрытии портала вложенная мана забирается обратно, но далеко не вся, и потери довольно велики.

После короткого размышления с оранжереей решил поступить гораздо проще: подкараулить возле входа кого-нибудь из студентов, занимающихся там на постоянной основе, и просто предложить плату за проведенную для меня экскурсию, а с цветами разбираться уже по ходу дела. Или тоже купить, или, если надзора не будет, тишком сорвать несколько веток и убрать их в сумку.

Хм, с «подкараулить» возникли некоторые сложности. Дело в том, что я изначально наметил для себя в качестве объекта для обращения с целью сотрудничества студента мужского пола. Девушки для меня — существа гораздо более непредсказуемые, зачастую руководствующиеся не личной выгодой, а эмоциями. Потому одну за другой пропускал мимо себя в направлении оранжерей девиц, ожидая, что вот-вот и на горизонте появится представитель сильной половины человечества. Уже, наверное, час прошел, многие из тех, что прошли туда, уже обратно потянулись, а парней все не было. А время то идет, скоро уже нужно в магазин со всех ног бежать, за продуктами, раз с цветами из оранжереи ничего не выгорело.

В конце концов, пошел с самим собой на компромисс: обращусь к первому, кто будет двигаться в сторону оранжереи. Разумеется, это тоже оказалась девица. Я вообще начал уже сомневаться, что в кружке юных друидов состоит хоть один парень.

— Простите, вы не могли бы устроить мне экскурсию в теплицы, я заплач у… — начал я и тут же осекся. На меня смотрела та самая Наташка, у которой в результате моих действий расстроилась ее помолвка.

Узнала меня и она. Вон как лицо исказилось. Но вопреки моему ожиданию никаких воплей и упреков от нее не последовало.

— Это же ты ту девицу сопровождал, которая мою помолвку расстроила? — Задала мне вопрос Наташа, почти мгновенно успокоившись.

— Я. Но я не хотел, чтобы так вышло. — Промямлил я, уже размышляя, как из этой ситуации выкручиваться.

— Это неважно. Знаешь, я даже рада, что все это вскрылось еще до того, как я за этого урода вышла замуж. Так что ты хотел?

— Побывать в оранжереях и, если можно, приобрести букет цветов…. — Упс! Кажется, я выбрал не того собеседника, чтобы про букеты говорить, в эмоциях у Натахи ужас что творится…. — Вы не подумайте, это не для девушки, просто у нас сегодня посвящение в студенты, и мне достался вариант, по которому я должен нарвать в оранжерее цветов. — Затараторил я, пытаясь предотвратить надвигающийся взрыв.

— Ну, пойдем, первокурсник, — снова расслабилась молодая друидка.

В воротах, ведущих в оранжерейный комплекс, пришлось чуть задержаться. Оказалось, Наталье необходимо было письменно поручиться за сопровождаемого ей неофита.

— Ну, вот, это у нас что-то вроде прихожей, — прокомментировала моя поручительница раскинувшееся вокруг нас великолепие огромного зимнего сада. — Отсюда ведут проходы в отдельные теплицы членов нашего кружка. Только, согласно правил, я тебя туда отвести не смогу, разве что в свою личную тепличку.

— Здорово! — Совершенно искренне восхитился я. Тут реально все цвело и пахло. Совершенно без всякого видимого ущерба можно было не один, а хоть даже сотню букетов нарвать. А еще повсюду порхали огромные разноцветные бабочки, жужжали пчелы, и раздавались трели певчих птичек. — А давай, мы просто тут погуляем немного.

Признаюсь честно, если бы не договоренность с друзьями, я бы точно наплевал на все эти ритуальные посвящения в студенты, настолько меня впечатлил этот сад. Однако договоренность была и я, получив из рук девицы требующийся мне букет, отправился на выход. Кстати, за букет в комплекте с экскурсией предприимчивая друидка стрясла с меня все те же сто золотых.

— Устроители праздника с перваков выпивки и закуски на сотню золотых требуют, ты так или иначе столько все равно заплатишь, но с букетом окажешься на особом счету, среди самых удачливых и предприимчивых, — объяснила она свои непомерные расценки.

Пришлось платить. Зато у меня теперь контакт с почти полноценным специалистом налажен. Смогу обратиться при случае. Тут ведь у них очень много, что растет.

Есть такая поговорка: бешеной собаке пять верст — не крюк. Реально ощутил себя такой собакой, когда рысью мчался через весь студенческий городок в направлении его южной окраины. Как поведал мне Соколов, через луг, за этой окраиной, расположена небольшая роща, в роще — полянка, а вот уже там собственно пиршество и состоится. Бежал, а самого сомнения глодали: а ну, как Соколова кто-то разыграл. Тогда получится, что я напрасно за бешеные деньги купил букет…. Впрочем, недолго я сомневался: едва добежал до южной окраины студгородка, моему взору предстала достаточно частая цепочка учеников, бредущая по извилистой тропе в направлении темнеющего на горизонте лесного массива.

На входе на поляну нас встречали. Довольно представительная группа старшеклассников, среди которых самым важным лично для меня был, конечно же, маркиз Воложсковский, младший сын князя Светлогорского. Маркиз тоже учился на подготовительном отделении университета, на третьем курсе. Еще и лично поблагодарил меня за добытый мной букет. У них тут что-то вроде соревнований среди различных фракций на эту тему устроено.

Сдав цветочную добычу, я прошел к огромному дастархану (вроде так называется скатерть, на которой раскладывают угощение при трапезах на природе). Там среди прочих учеников, выборочно созванных со всех трех курсов, уже устроились Сашка с Ильей.

— Что-то Когтева не видать, — поинтересовался я у приятелей.

— Он вон там, со своими земляками, — мотнул головой Соколов в сторону противоположного края длиннющего полотнища сплошь заставленного бутылками и громадными блюдами с выложенной на них едой.

Ну, в принципе, этот вариант мы тоже обговаривали. Все же по месту жительства Святослав относится к противоборствующей Светлогорску группировке, логично, что рассаживали нас на разных концах. Мы тогда сообща решили не упираться рогом, а поступать согласно традициям. Никто же нас не заставляет вступать друг с другом в смертный бой, а связи с окружающими, наработанные за время учебы, очень важны.

А потом началась банальная пьянка. Ну, на сто золотых каждый, если бы чисто продукты покупал, так и не утащил бы, такой бы вес покупок получился. А вот если с дорогим, элитным спиртным, то, вроде как, и вполне подъемная ноша выходила. Теперь же весь принесенный элитный алкоголь вместе с прочими деликатесами, начал сметаться молодыми, растущими организмами. Ну, интересно же, за что торговцы такие деньжищи взимают.

Мы уже довольно пьяненькими были, когда внезапно на противоположном конце застолья поднялся тоже подвыпивший старшеклассник и вызвал нас на поединок. Ну, точнее, не совсем нас, а просто всех, кто собрался на нашем конце поляны. К счастью, все же поединок предлагался не напрямую, с ранами и возможными смертями соревнующихся, а опосредованно. Этот парень, князь Каменев, специализировался на сотворении каменных големов. Вот он и предложил такого голема в качестве объекта приложения защитной и атакующей магии. Он с друзьями будет отвечать за защиту, а точно такое же число бойцов с нашей стороны — атаковать. Ну, и критерий победы — голем должен пройти определенное расстояние и захватить ветку с прицепленной к нему салфеткой. Этакий самодельный флаг.

Вот это было представление! Я во все глаза смотрел на всевозможные разворачивающиеся магические конструкты. Понятное дело, с первого раза не воспроизведу, но кое-какие общие моменты для себя уяснил. Эх, жалко этот голем всего один был! Кстати, наша партия в развернувшемся соревновании проиграла: прежде чем рассыпаться на составляющие, каменный истукан прошел все назначенное ему расстояние, захватил своей каменной клешней флажок и высоко воздел его над головой.

А еще я по пьяной лавочке в очередной раз поссорился с графом Вишневским. Он очень грубо высказался по поводу того, что граф Соколов якшается со всяким быдлом. Илья на такое заявление вынужден был промолчать. Хоть у нас и просвещенное государство, но нападение простолюдина на титульного дворянина ему бы так просто не спустили, а вот я, дворянин, пусть и не титульный, определенные права имел. Потому полез в драку. Да только Вишневский на этот раз неплохо подготовился: от его заклинания у меня в голове абсолютно поменялось восприятие сигналов от органов чувств. Легкий ночной ветерок начал фиолетовые сполохи вызывать, а голоса окружающих отразились жесточайшей щекоткой. Выручил меня сынок нашего князя. Заметив разборки с применением магии в рядах своих неофитов, он прикрикнул строго, и мой противник вынужден был свое заклинание отменить. Хм, теперь я знаю точно, от чего мне в первую очередь нужно искать защиту.

И все же, несмотря на подобные нюансы, вечеринка удалась. Домой я возвратился, уже светало. Отодвинув в сторонку появившуюся при моем возвращении таксу, рухнул головой на подушку. Спа-ать!

Глава 5

«Гаф»! — Громко и пронзительно взлаяла такса, и я проснулся. И сразу же жестоко пожалел об этом: непривычная к алкоголю голова настоятельно давала понять своему хозяину, что много пить вредно. Однако, даром что выходной на дворе, надо вставать, вести свою животину на прогулку. Вон, как беспокоится, крутится по полу.

Вывел, правда, сначала целый чайник воды через носик высосал. Досуха. Не то выпитая вода помогла, не то свежий, прохладный утренний воздух, но молотобойцы, поселившиеся у меня в голове, немного поумерили свой пыл. Определенно, нужно или каким-то образом пытаться регенерацию повышать, или уже начинать изучать первые заклинания из сферы целительства. Хм, о том, чтобы просто больше не злоупотреблять с алкоголем, даже мыслей на первых порах вообще не возникало. Определенно: легких путей мы не ищем.

Наконец-то, Злата, изрядно поводив меня по газонам, сделала все свои делишки. А я, как на грех, опять без мешочка. Впрочем, имеются у меня в голове по этому случаю некоторые соображения! Телекинезом подхватил собачьи какашки, вытянул руку с надетым на ней перстнем с черным камнем в сторону цели. Маленькая, с мелкую пичугу в объеме, клякса самоуничтожилась, прихватив с собой в неизвестное «далеко» собачьи экскременты. М-да уж, а такое вот уменьшение размеров кляксы, по своему желанию, требует немалой концентрации. Вон, даже на какое-то время напрочь забыл о головной боли.

После вполне приличного завтрака: кофе, лаваш, копченая грудка зарта, напоминающая нежную курятину, сыр и кучка овощей с зеленью, я решил сходить в какой-нибудь местный магазин артефактов. Признаться, у меня просто назревшая необходимость в таком походе. Во время последнего выхода к демонам я же практически безрезультатно извел большую часть своих одноразовых боевых артефактов. Ну, и заодно топорик на замену оставшемуся дома пригляжу.

Когда уже собранный и готовый к шатаниям по городу я собирался выйти из комнаты, меня облаяла Злата. Словно говорила: «Куда же ты, мне скучно».

— Злата, пойми, мне нужно пойти по делам, — как маленькому ребенку принялся объяснять ей сложившуюся ситуацию. — Без покупки артефактов я, во время своего очередного похода, могу не справиться с чудовищами. Ты пока сама займись чем-нибудь. Например, сходи к бабушке, посмотри, что там у нее вкусненького. Ты уже большая девочка.

Злата в ответ промолчала, но готов поклясться, что ее выразительный взгляд произнес примерно следующее: «Что ж, надо — иди. Но побыстрее возвращайся». После чего рыжая бестия истаяла прямо на моих глазах. Наверное, в самом деле, к бабушке перенеслась.

А я, тщательно заперев комнату, отправился в направлении остановки общественного транспорта. Как-то не хотелось мне демонстрировать имеющиеся у меня магические камни поблизости от места, в котором обитаю. Понимаю, паранойя, и подобные камни, добываемых в зонах сопряжения, на руках охотников встречаются довольно часто, но вот, перестраховываюсь.

Первый же встреченный мной в том месте, куда меня привез автобус, магазин артефактов оказался закрыт. Я подергал безрезультатно ручку на двери, посмотрел расписание работы, и, так ничего и не поняв, отчего он закрыт, отправился восвояси. Второй магазин, расположенный чуть дальше, на той же улице, тоже первоначально показался закрытым, но проходящий мимо прохожий посоветовал:

— А ты, парень со двора попробуй, у них там еще один вход имеется.

Со двора, действительно, имелся вход, и даже вывеска над ним была, и дверь вполне себе открывалась. А, пройдя по небольшому затененному коридору, я и в торговый зал попал. Вполне рабочий, кстати.

— Простите, а почему вы вот так, со двора работаете? Неудобно же до вас с проезжей части добираться, — высказал я свою претензию продавцу, молодому пареньку всего на несколько лет старше меня самого.

— Так сегодня же в городе ожидают приезда императора. Служба безопасности распорядилась закрыть двери всех магазинов вдоль того маршрута, по которому будет продвигаться императорский кортеж.

Но ладно, бог с ним с императором. Оглядев почти что пустой зал предложил продавцу: а вам магический камень случайно не нужен?

— С каким эффектом? — Сразу оживился парнишка.

— Точно не знаю, не я его добывал, но что-то огненное, — ответил я, ощущая, как мгновенно гаснет интерес собеседника.

— Огненное-е… — ну, если только не за дорого. Мы вообще-то на электричестве и свете специализируемся. Вон, даже фамилия нашего рода соответствует: Светловы мы.

За дешево свой камень продавать не стал. Ни к чему это, буквально при первом знакомстве создавать о себе репутацию, как о каком-то нуждающемся, которого можно и нужно прогибать с ценой. А обращаться к этим Светловым, возможно, еще придется. В демоническом мире я не раз издалека видел зверушек, подсвечивающих свои тушки коронарными разрядами.

— Скажите, а у вас можно прикупить одноразовые атакующие артефакты? — Поинтересовался я и уточнил: метательные. Хорошо, все-таки, что у нас тут, в империи, нет ограничений на продажу гражданам оружия. Вон, у ромеев, говорят, даже ножи длиной больше ладони к продаже простым гражданам строжайше запрещены. Потому их артефакторы почти все ими выработанное, что не проданным их армии оказалось, прямиком на экспорт отправляют.

— Можно, конечно. А вам какие нужны, просто метательные, типа гранат, или те, что используются в качестве зарядов к метателю?

— А можно сначала посмотреть на них, — заинтересовался я. — Мне, вообще-то и те, и те будут интересны.

Не знаю, с чем конкретно это было связано, с тем, что в старой столице цены в принципе были выше, чем в нашем отдаленном поселке, или просто сказалась специфика использования в артефактах довольно редкой стихии. Но только цена на расходники в этом магазине начиналась от сорока золотых. Накладно, черт, побери! Я просто не рассчитывал на такие цены. Однако, немного подумав, все же прикупил: два мелких по размеру артефакта за пятьдесят золотых каждый и один размером с кулак. Вот по поводу большого удалось даже поторговаться, и эту, довольно мощную гранату, действующую по площадям, радиусом в пять локтей гарантированного поражения, я смог приобрести всего за тридцатник. Именно так: по силе поражения мощнее, но чуть не вдвое дешевле. Таковы особенности артефакторики: в мелком объеме закрепить нужный эффект в разы труднее. Но и мне тоже, боеприпасы большого объема таскать в ином мире — не очень удобно. Потому пока вот так, только на пробу.

А вот от световых артефактов я отказался. Мои бомбочки, на основе магния, и ослепляют не хуже, так еще и контузию звуком обеспечивают. А еще, и это самое главное, от них не защищает антимагия.

Закупившись, хоть и по минимуму, боеприпасами, я отправился изучать более мирный ассортимент, выставленный на витринах. Скорее всего, я просто не совсем удачно со своим магическим камнем зашел, судя по представленным здесь образцам продукции, Светловы вообще были больше не артефакторами, а скорее техномагами. Такого количества разнообразных технических приблуд я и в прошлом мире не припомню. Какие там хлебопечки с пароварками? Тут чуть ни на каждое отдельное действие по хозяйству свой комплект устройств предлагался. Помните шутку по поводу электрохренорезки? Так вот, если бы в нашем мире рос хрен, таковая штуковина тут обязательно бы нашлась.

Увлеченный изучением возможностей, предоставляемых местным пользователям умелым сплавом магии электричества и техномагии, я даже не сразу обратил внимание на возглас одного из покупателей:

— Кажись скоро проедет!

Лишь стадная реакция всех прочих, находящихся в зале, устремившихся к витринам, сквозь которые идеально просматривалась проезжая часть, сообщила мне, что вокруг происходит что-то интересное. Решил тоже происходящим на улице поинтересоваться.

Напомню: покупателей в магазине буквально считанные единицы были, потому занять удобное место возле окна мне никто не помешал.

— Полицейские вон, прохожих с тротуаров начали разгонять, — принялся объяснять все тот же товарищ, который до этого пообещал скорое явление публике императора, — верный признак, минут пять — десять и появится.

— Или проедет где-нибудь по параллельной улице, — хмыкнул кто-то в ответ, — там обычно тоже все бывает перегорожено.

— Или так, — согласился первый. — Техника безопасности, понимаешь. Чтобы злоумышленники не знали, где конкретно нужно на батюшку императора засады устраивать.

Несмотря на то, что проезд кортежа ожидался только через пять или десять минут, да и то неточно, никто в магазине от окон так и не отошел. Артефакты с витрин, они же никуда не убегут, а император только раз в год, да и то не всегда, будет мимо проезжать. Это ж потом всю жизнь вспоминать можно будет, да еще и детям, и внукам рассказывать.

Все же с выбором улицы, пусть совершенно непреднамеренным, мне повезло: десяти минут не прошло, сначала по опустевшей проезжей части медленно и внушительно проехали два броневика. Мне, с моим навыком магического зрения они показались этакими вилками капусты, столько много слоев всяких защитных конструктов на них было наверчено. Потом с минуту на дороге было пусто, кто-то даже взроптал, что, очевидно, император в этот раз другую дорогу выбрал.

Но минута прошла, и на дороге снова броневик показался. А уже за ним ехал открытый кабриолет с сидящим на заднем сидении императором. Причем, ехал медленно, напоказ, а император время от времени, поглядывая по сторонам, махал своим подданным рукой. Весь такой залитый лучами солнца выдающийся лидер нации.

Хе-хе! Такую вдохновляющую картину, наверное, увидели все или почти все жители Старгорода, попавшиеся на пути императорской колонны. Особенно, солнечные лучи и накатывающее ощущение гордости и сопричастности. Не скажу, что я выдающийся маг, одним своим взглядом сразу докапывающийся до потайных пружин всего сущего, но то, что все окружающие глазели на очень сложный фантом, состоящий из целой кучи совершенно разнонаправленных заклинаний, в том числе и ментальных, я разобраться смог. Как смог и разглядеть управляющие фантомом нити, тянущиеся к совершенно невзрачному, на фоне императорского, автомобилю позади. Тот тоже с весьма небольшой скоростью продвигался, поэтому я смог увидеть и того, кто там, на заднем сидении, восседал. И вот, готов поклясться, это был мой отец! Ну, вы же не думаете, что узнав имя родителя, я не отыскал его фотографий. Тем более что двоюродный брат императора — фигура вполне публичная, и его фото много где печатались.

А самого императора, я имею в виду настоящего, из плоти и крови, мы в этот день так и не увидели. Возможно, он в каком-нибудь из броневиков ехал, возможно, другой дорогой, в стороне от основной процессии пробирался, а может, и вовсе перешел из своего Высокого Замка в Новом Городе в Старгородский кремль порталом. У властителей в магическом мире, если так задуматься, вообще великое множество вариантов, каким образом можно обезопасить свое перемещение из одной локации в другую.

В момент, когда я покидал этот магазин (через главный вход, запрет на его использование после проезда императорского кортежа утратил силу), среди покупателей разгорался спор. Все тот же разговорчивый чел, предупредивший о приближении императорского конвоя, утверждал, что императоры покинули свою старую столицу из-за слишком жаркого окружающего климата. Вроде как, в пользу этого утверждения служил и тот факт, что сначала отец нынешнего императора, а потом и нынешний, Владимир Второй, каждый год, едва только спадал летний зной, надолго переселялись обратно в свой родовой кремль в этом городе.

Занятное, однако, объяснение для очень дорогостоящего строительства новой столицы, погода. В наших школьных учебниках, помнится, по этому случаю была озвучена такая причина, что Новый Город был построен, чтобы быть равноудаленным от любой из имперских границ. Типа и для логистики внутри страны намного удобнее, и оборонять город в глубине территории куда как сподручнее, чем буквально в сотне верст от юго-западной границы… про погоду не было ни слова.

Магический камень я все-таки в тот день продал, ну, или точнее, обменял. Причем, сначала сработала дедова метка, вернее особый значок, им показанный. Увидел такой на вывеске очередного магазина, много их, магазинов всяких, на центральных улицах имперской культурной столицы. Я и зашел полюбопытствовать. Лепота! Тут тебе и артефакты, и зелья, и книжный отдел, торгующий книжками на магическую тематику. Еще бы цены чуток погуманней, но совершенство в этом мире по-прежнему, не достижимо. Зато в обмен на свой камень, после того, как я ему потихоньку метку продемонстрировал, смог получить у очень разговорчивого старичка, торгующего в отделе артефактов, не слишком дорогой комплект из двух магических разговорников, аж пятьдесят самых разных зарядов к метателю и совершенно мной не проверенный одноразовый же манок, должный приманивать на себя хищных тварей, ориентирующихся на эманации праны. Не постоянно приманивать, а после включения, разумеется. Ну, и котомку продавец мне выдал, в качестве бонуса владельцу метки, чтобы все купленное смог до дома донести.

Чуть не забыл! Точнее, вспомнил в самый последний момент: топорик! Пришлось за него дополнительно выкладывать аж три сотни золотых. Но ведь это не просто какой-то там бытовой инструмент, пусть даже и с рунами самозаточки, а настоящий боевой артефакт с изменением веса оружия в момент удара и возможностью дополнительной подвески какого-нибудь атакующего заклинания, ну, и все те же руны самозаточки до кучи. Очень продавец мне сие оружие нахваливал.

Вернулся я домой, котомку с покупками на полу, в сторонку отставил. Ну, нет у меня до сих пор шкафа, чтобы, как полагается, все это добро по полкам разложить. Закончив с результатами похода, принялся шариться в холодильнике: целый день же не ел, проголодался как волк. В холодильнике отыскалось довольно много чего: пирожки, остатки копченой грудки, даже кусочки сыра с овощами еще не все утром стрескал. Принялся за пиршество. Чего-то, однако, не хватает…. Уже к концу застолья сообразил: Златы. Обычно она сама проявляется, стоит только мне за стол усесться. Другое дело, что не все мои подачки ей воспринимаются благосклонно. Ту же колбасу может и выплюнуть, но при моих приемах пищи присутствует она всегда. Даже испугался, куда моя рыжая животинка подевалась?

Однако беспокоился я совершенно напрасно. Злата обнаружилась мирно спящей под моим одеялом. Причем, на мой зов, когда я уже то одеяло над ней раскопал, только на пару секунд сонно приподняла морду и дальше спать наладилась. Ладно, укрыл ее обратно одеялом и пошел выполнять свою ежедневную тренировку. Хм, мне показалось, или в комнате действительно присутствует легкий запах спиртного?

Следующие несколько дней учебы в нашей группе прошли под знаком уже прошедшего ритуала посвящения в студенты. Илья рассказывал всем желающим послушать о мероприятии, на котором он вкушал и выпивал всякие дорогие и благородные напитки вместе со старшекурсниками и даже, страшно сказать, владетельными князьями. Про то, что учащийся у нас на третьем курсе княжич Светлогорский вовсе не является даже главным княжеским наследником, не то что князем, Илья то ли вообще не знал, то ли просто для пущей значительности умалчивал. Одногруппники, соответственно, переполнялись завистью и почтением. Вместе с тем, тройка лихих шутников, вознамерившаяся было не так давно приодеть замерзающий скелетик хотя бы в халат, в свою очередь переполнялись грустью и печалью: а просто их крайне прямолинейная вылазка закончилась тем, что они были, что называется с поличным, пойманы биологичкой и теперь каждый вечер, после уроков, спешили к ней на отработку. Ну, и, в качестве вишенки на торте, страдал я сам. А помните мой неудачный конфликт с Вишневским? Вот теперь я и изобретал, каким образом мне заполучить защиту от его воздействия. Даже подумал было снова призвать к себе, на Землю, чертовку. Ну, у нее же воздействие на окружающих именно на менталистике и основано.

Все-таки от призыва Син я решил воздержаться. В качестве тренажера для прокачки ментальной устойчивости эта девица, может, и годилась, но мы же с ней не в изолированном пространстве будем обитать…. Еще одного визита барона Ветрокрылова-старшего я мог и не пережить. Да и без всяких баронов эта затея с суккубой представлялась достаточно опасной: чуток дай я хоть раз слабину, и о моих планах стать архимагом можно будет забыть навеки. Так что идея с демоницей для выработки ментальной устойчивости явно не годилась, нужно было что-то другое изобретать.

И все же, пусть не сразу, но я придумал! У меня как раз подошло время, снова на ту сторону идти. То уже, наверное, смог что-то из моих заказов выполнить и для меня посылочку сформировать. Интересно, как там мой самодельный багор, все еще лежит там, где я его в прошлый раз оставил?

В подвал теоретического корпуса я пробрался без проблем. Вход туда вообще не охранялся, а на входе в само здание сидел старенький старичок, которому особо ни до чего, происходящего вокруг него, не было вообще никакого дела.

— Я тут подумал, — начал мне втирать Гуамоко после того, как в очередной раз высосал всю ману из артефакта охранной сигнализации, — может, не будем пока обратно всю ману возвращать? Все равно тут никто до начала следующего учебного года не появится. Зато не придется каждый раз своей собственной маной компенсировать потери при повторных снятиях и наложениях сигнализации.

— А вдруг кто-нибудь все же проверит, — не поддался я на эти провокации. — Нет, все же будем каждый раз все восстанавливать так, как положено.

— Тогда мне скоро потребуется новый запас маны. — Предупредил меня мой артефакт. — На открытие и закрытие порталов ведь тоже сколько-то маны теряется.

— Значит, на днях отправимся гулять по городу, глядишь, что-нибудь, да насобираем, — принял я окончательное решение по этому вопросу.

Сказал бы, что в мир демонов я вывалился, как к себе домой, настолько тут все было привычным и знакомым. Только подобное заявление будет абсолютной неправдой. Конечно не так, как в первый раз, но опаска от этого мира у меня все равно всегда присутствовала. Беспечному человеку ведь все равно от чего умирать, от суперзавра, одними своими шагами вызывающего землетрясения или от мелкого пса, вцепившегося в глотку по причине излишней человеческой самоуверенности. Результат то все равно один получится. Потому и в портал шагнул, озираясь по сторонам, и дальше в нужную сторону пошел, постоянно прислушиваясь, да приглядываясь. Береженого, как говорится, и бог бережет.

Интерлюдия.

Василий Федорович Буревой, закончив штатную проверку состояния охранной системы императорской части Старгородского кремля, вернулся в свои покои и, тяжело дыша, рухнул на широченную кровать под балдахином из синего бархата. М-да, еще год назад подобная нагрузка не вызвала бы у него даже легкой усталости. И кровать днем он тогда предпочитал использовать по совсем другим поводам…. Проклятые Скорцезе! Думают, что если воспользовались для покушения артефактами работы ромеев, так он и не догадается? Ну, да ничего, скоро ответный подарочек будет готов. Негоже смерть семьи без отдарка оставлять.

— Ваше сиятельство, к вам посетительница, — предварительно постучав, заглянул в спальню Георгий, старый слуга, оставшийся князю Буревому еще от отца.

Ну, в сущности, теперь он уже может и не стучать даже, ничего крамольного он тут уже точно не увидит, — промелькнула горькая мысль, подпитанная очень редким в последний год сообщением сообщением о заглянувшей к нему даме.…После не до конца отраженного проклятия, всю оставшуюся, и теперь тоже очень недолгую жизнь, смотреть на дам теперь князю придется лишь исключительно издали.

— Кто такая? — Задал вопрос ворчливым тоном, даже самому не понравился.

— Назвалась графиней Потоцкой.

— Потоцкая… Потоцкая…. А как же, помню такую! Дочка этого хрыча Уварова, век бы его не видеть, скопидома такого. А дочка ничего так…. Страстная была… м-да. Где она? В гостиной?

— Так точно, — на военный манер ответил старый слуга. Впрочем, имел на то полное право. К отцу он попал во время очередной войнушки в горах Араты. Спас тому жизнь.

— Здравствуйте, Василий Федорович! — Подхватилась из кресла, в котором дожидалась прихода хозяина покоев, заявившаяся после долгого перерыва в гости графиня.

«А симпатичная осталась, зараза», — мелькнула непрошенная мысль. Сколько же они не виделись? Дюжину лет? Больше?

— Здравствуй, Анюта, — в последний момент припомнил имя своей бывшей любовницы. Одной из многих…. М-да…. Кто бы мог подумать, что перестраховка с противозачаточным артефактом сейчас, спустя годы, оставит его без единого прямого наследника. Просто родственников то — сколько угодно. Только у трех сестер, на всех них, одиннадцать детей, любой с удовольствием примет наследство почившего дядюшки, воронье великосветское.

— Я пришла, чтобы сообщить вам, ваше сиятельство… — сказала и запнулась, и губы искривились, как бывает перед тем, как удариться в слезы.

— Да говори уже, — махнул сановный вельможа в раздражении рукой.

— У тебя есть сын! — Сказала, как в воду прыгнула. И рыдать сразу же передумала, вон, как решительно поглядывает.

— Этого просто не может быть. Мои артефакты сбоев не дают. — Озвучил общеизвестное опешивший от подобного сообщения мужчина.

— Зелье плодородия работы моего отца сбоев не дает тем более.

— Зелье? То есть ты, Анна, не извещая меня, позаимствовала у меня мои гены? — В принципе, серьезное обвинение. Особенно, если учесть, что гены украдены не у кого-нибудь, а у светлейшего князя, близкого родственника императора.

— Род Уваровых нуждался в наследнике.

— Ро-од Уваровых! Поди ж ты, какие князья. — Проворчал, но уже и сам понял, что нисколько не сердится, а даже наоборот, вроде как, даже и рад… где-то очень глубоко. Во всяком случае, проверить новоявленного сыночка точно надо. — И что изменилось, что ты вот так внезапно решила меня в известность поставить? Впрочем, не отвечай! И так понятно. Спасибо, что известила. Теперь можешь идти. По поводу сообщенного тобой буду думать. Может, он и родной по крови, но вот как у него с воспитанием….

Уже давно за бывшей любовницей закрылась дверь, а светлейший князь все так же оставался недвижим. Наконец, позвал:

— Георги-ий! Где ты там?… — И после того, как старый слуга явился на зов, распорядился: — Позови-ка ты мне, Георгий, Василия Фомича, нашего главного охранителя. Будет старый хрыч ответ передо мной держать, почему я о своем родном сыне ничего не знаю.

Глава 6

Хоть в этот раз я и отправился в мир красного солнца без всяких задержек, да и знал теперь, что темнота в том мире наступает намного позже, чем на Земле, все равно следовало поторопиться, мне же завтра с утра надо присутствовать на занятиях, а до этого неплохо было бы вздремнуть, хоть ненадолго. Потому по направлению к первой цели своего сегодняшнего визита отправился максимально быстрым шагом. И таки да, первая цель: помните, я в один из первых выходов обнаружил дерево-хищника? Размышляя над проблемой прокачки своей ментальной устойчивости, я внезапно именно про него и вспомнил. Это дерево же, вроде как, именно на мозги своим жертвам воздействует? Вот только, само по себе, оно кажется слишком мощным для моих первых опытов. Если я под его полноценный удар подставлюсь, так там же с гарантией и лягу. А вот пророщенная ветка этого дерева, как раз, вполне может подойти, не думаю, что у нее столько же ментальной силы окажется, сколько и у целого дерева.

До дерева дошел быстро. В очередной раз залюбовался безупречно ровной полянкой вокруг него. Впрочем, ненадолго, время то тикало. Вытянув руку с кольцом, отправил в сторону древесной кроны черную кляксу. Ну, если в лапах демона — охотника такая когда-то одним попаданием целый древесный ствол перебила, думаю, с гораздо более тонкими ветками она сумеет справиться тем более. Стрельнул — и тут же деру дал, поскольку в кроне растительного хищника очень быстро начали появляться характерные магические проблески. Словно на елке новогодние гирлянды зажглись.

Вернулся я спустя несколько минут. Вроде как, дерево полностью успокоилось…. И, бинго! Возле ствола валялась довольно увесистая, хоть и короткая ветвь, примерно в два пальца толщиной, покрытая узорчатыми пурпурными листьями. Чтобы ее достать, в этот раз, багор мне не потребовался: моя невидимая телекинетическая «третья рука» как раз на нужное расстояние доставала. Еще, практически по наитию, вынув из рюкзака лопатку, копнул ей кусочек дерна размером чуть больше ладошки, после чего снова потребовалось экстренно удирать. Гадское дерево реагировало на любое воздействие на его лужайку ровно также, как и на свои ветви.

Добытые в результате проведенной мной с определенным риском для жизни операции растительные материалы я уложил возле портала, после чего отправился по уже отработанному маршруту в направлении границы запретных земель.

Хе-хе, помните, не так давно я, чтобы демонов приманивать, прановый манок закупил? Сильно теперь сомневаюсь в необходимости этой покупки! А я всего лишь, увидев подходящую цель в виде двух близко расположенных не очень больших монстров, запустил в них своей гранатой на основе электричества. Эксперимент, блин!

От набежавшей шоблы ящериц, с невообразимой скоростью способных передвигаться на задних лапах и умеющих генерировать электрические разряды, еле успел укрыться. А потом минимум час еще пришлось лежать в укрытии неподвижно, пока эти страхолюдные зверушки, размером с человека, рассосались по своим делам. Опять зря истратил очередной одноразовый артефакт: хоть ящерицы, вроде как, оказались не плотоядными, за этот час ядра убитых мной монстров наверняка успели испортиться.

Но, так или иначе, до уговоренного места закладки наших посылок я добрался.

После недолгих раскопок я сделался обладателем… бог знает чего. В коробочке очень похожей на старую советскую пудреницу, сделанную из какого-то странного материала цвета слоновой кости, находилось что-то…. Ай, да к черту политесы! В коробочке, которую мне отправил То, находился самый настоящий огромный и гадкий слизень! На вид липкий и лоснящийся! В десятки раз побольше тех, что я с листьев культурных растений каждое лето на нашем огороде собирал. Чтобы разобраться, что бы значила полученная мной посылка, пришлось читать сопроводительное письмо от моего партнера.

Ну, что же, в письме содержался один, на мой взгляд, несомненно положительный момент: за конкретно этого слизня не нужно было платить. То просто отправил ко мне рекламный образец продукции, которую он мог бы закупать очень дешево и в больших количествах. Он и этого-то отправлять ко мне бы не стал, но у него возникли какие-то заморочки со временем, не уложился с закупкой нужного мне товара в договоренные между нами сроки, поэтому написал это вот письмо, которое я читал. А слизень — чисто образец для размышления, не более. Причем, размышлять я могу очень долго: в той специальной коробочке, в которую он помещен, этот слизень едва ли ни целый год может просидеть, по-прежнему, оставаясь живым и здоровым.

А теперь о том, что же такое этот слизень. Если одним словом его обозвать, то это — симбионт. Отдельная форма развития демонов, которая вообще отказалась от развития своих физических характеристик. За них другие демоны бегали, прыгали, сражались в поединках, добывали прану. А симбионты, получая часть этой праны, отвечали за дополнительное применение магических конструктов. Вот только мой партнер по бизнесу выражал сомнения, что мне такой симбионт вообще подойдет. Все же энергетические псевдотела у демонов и тело человека из плоти и крови — довольно сильно различающиеся структуры. И все же, искушение было велико, это ж выходит второй поток сознания, заточенный исключительно на создание магических заклинаний!

— Как думаешь, можно мне такое чудо прилепить? — Поинтересовался я у Гуамоко. Все же древний артефакт, когда-то раньше бывший каким-то очень непростым разумным. Он многое должен знать.

— В чистом виде, просто объединив энергетические системы, как его демоны применяют, тебе точно не подойдет. — С сомнениями в голосе протелепатировал мне артефакт. — Он тебя при таком подключении, скорее всего, высосет до донышка. А вот если его через переходники, при помощи химеролога подсоединить, польза наверняка будет.

— Еще бы мне кто-то подсказал, где мне химеролога искать, — проворчал я, убирая письмо следом за коробочкой с симбионтом к себе в рюкзак. — Никогда про такое направление магии не слышал.

Кстати, у меня по поводу содержимого этого моего рюкзака сомнения возникли. То же со мной еще за прошлую партию капсул не рассчитался, нужно ли ему сегодня следующую оставлять?

После недолгого размышления, принесенные с собой капсулы я все же, взамен полученной от демона посылки, зарыл. В принципе, не так уж и дорого они в отделе у алхимиков стоят. Даже если привезенные с собой из Огарево закончатся, просто прикуплю новые, только и делов то. Ну, и, конечно, оставил один из двух переговорных артефактов. Вроде, в его описании сказано, что расстояние между переговаривающимися не имеют значения. Заодно и письмо своему контрагенту в коробочку к переговорному устройству засунул. Об одном сожалею: как я сразу до такой простой вещи, как разговорник не додумался?

Уже шагая обратно, в направлении портала, я еще раз с Гуамоко разговор завел:

— Гуамоко, а ты точно уверен, что у людей такая магия, как химерология, вообще возможна? Может она тоже, только у энергетических существ, типа демонов бывает?

— Конкретно про вашу цивилизацию ничего не скажу, не знаю. Но вообще, в других мирах у людей химерологи точно встречались, по своему опыту знаю. — Ответил мне загадочный обитатель моего медальона, нисколько этим ответом не облегчив муки выбора, как мне с этим слизнем поступить.

Обратный путь прошел более-менее спокойно. Встреченные монстры все были своими делами заняты, а я, памятуя о том, что любая моя задержка тут — это минус мое личное время для сна, тоже ссор ни с кем не затевал. Нет, определенно, в следующий раз в этот мир стоит идти в выходной, с самого утра, сразу после завтрака, а то даже каким-то неполноценным этот мой выход ощущается, не усилился в результате него ничуть.

К себе в комнату вернулся, уже ночь глубокая стояла, очень хотелось прямо тут же позвонить мамочке, поинтересоваться Машкиным номером группы. Но все же, хоть мамочка предлагала при необходимости звонить в любое время, на такое изощренное хулиганство я не отважился. Позвонил с утра. Мать изумилась, конечно, моему возникшему интересу к ее дочурке, но номер сообщила: группа номер два. Вам любопытно, зачем мне вдруг Машка понадобилась? Да, в общем-то, сама сводная сестрица мне абсолютно незачем. Мне совсем другая девчонка из ее группы нужна — Наташка. А то, боюсь, без квалифицированного адепта магии природы моя веточка, поставленная до времени просто в кувшинчик с водой, корешки пустить так и не сумеет.

Время обед было, когда Соколов мне передал распоряжение княжича Никиты, так младшего сына нашего князя среди своих, Белогорских, звали, о том, что всем нам, выходцам из этого княжества, надлежит после третьей пары прибыть на спортивную площадку, рядом с ареной для магических поединков. В принципе, официальной власти княжич в нашем университете не имел, я мог бы и не пойти, но мы же не страницах кондуитов с законами и прочими уложениями проживаем, а в реальной жизни… пошел. А куда деваться? Будем надеяться, надолго это неофициальное мероприятие не затянется, у триста второй группы на сегодня в расписании четыре пары обозначено. Не хотелось бы потом по всему студгородку носиться в поисках нужной мне друидки.

Вопреки моим немного диковатым предположениям никто нас, первокурсников, на потеху публики сражаться не заставил. Вообще все было организованно как в какой-нибудь конторе по наему персонала: специально назначенный человек сидел с ручкой и тетрадкой и записывал наши ответы на заранее составленные вопросы. Точнее, сначала сам княжич короткую речь толкнул про открывшиеся перед нами возможности и возможные перспективы, а уж потом его подручные стали опрос проводить.

Если очень кратко, то этот аристократ решил таким вот образом набрать для себя среди нас дружину. Хе-хе, еще меньше года назад я лично участвовал в дискуссии о практической невозможности попасть в княжескую дружину, не имея для этого серьезных достижений — и вот на тебе, пожалуйста! Впрочем, справедливости ради стоит отметить, что это все же не князь себе дружину набирает. Младший сын князя, или маркиз, если по его официальному титулу, — сюзерен куда как пониже рангом, так что не такая уж это и недостижимая вершина. И, пожалуй, он все правильно делает: пока он и сам невелик возрастом, великие задачи перед ним точно не стоят. А потом он сам вырастет, вместе с ним вырастут и набранные им сегодня люди. Глядишь, и пригодятся еще, да и их собственный статус может вместе с ними самими возрасти.

Короче, возможные перспективы для обеих сторон вполне четко прослеживаются. Взаимовыгодная сделка намечается. И все же я, чуток подумав, от такого предложения отказался. Тем более, княжич перед опросом своей честью поклялся, что к отказавшимся не будет совершенно никаких санкций предприниматься. Кстати, граф Соколов отказался тоже. Как там Атос в своей знаменитой фразе когда-то сказал: для графа де ла Фер это слишком мало.

А вот Илья на предложенную княжичем клятву с радостью согласился. Для него это выглядело великолепным шансом получить дворянство, кое-какие знания, которые не для всех, а там, кто знает… в конце концов, титулы дворянам тоже не только император имеет право раздавать. Понятное дело, титулы, полученные от удельных князей, действуют только на их землях, на остальных землях империи они обычными дворянами считаются, но ведь именно таких местечковых аристократов в нашей империи большинство.

Меж тем, за всеми этими вопросами и ответами, время вышло, и я помчался в направлении шестого учебного корпуса, чтобы успеть выловить выходящую с пары Наталью.

Наталью, несмотря на все мои опасения, сумел выцепить без труда, она следом за основной частью ее одногруппников вышагивала в полнейшем одиночестве.

— Привет, — поздоровался я, заступая ей дорогу. — Есть дело.

— Опять ты! — Нисколько не обрадовалась моему обществу будущая друидка.

— Да, я. У меня случайно веточка одного очень любопытного растения появилась. Нужно бы ее превратить в полноценное растение.

— Очень любопытное?

— Ты даже не представляешь, насколько.

— Ну, тогда пошли. — Вот и весь разговор.

Правда, когда третьекурсница узнала, что у меня ничего, кроме самой ветки, ни хрена не приготовлено, она перестала быть столь индифферентной.

— Пока можно и в кастрюльку посадить, а землю я в нее прямо сейчас на газоне накопаю, — рискнул я вставить свое предложение после того, как Наталья на тему жизненной неприспособленности мужчин целую речь толкнула. Краткую, но очень содержательную.

Зря я это сделал, третьекурсница на меня так посмотрела, что я сразу чуть не все баллы в собственной самооценке потерял.

— Ладно, — сдалась она, вволю повозмущавшись, — ты мне будешь должен еще тридцать золотых за горшок для этого твоего мутанта. Это плюс к тем семидесяти, что я возьму за работу.

— Ты очень дорогая женщина, Наталья, каждый раз, как я с тобой встречаюсь, ты раскошеливаешь меня на сотню золотых, — возмутился я. — За тридцатник тот горшок, что ты предоставишь, должен, как минимум, быть сделанным из серебра.

— Тридцатник — это еще по себестоимости, нас студенты из кружка артефакторики своими поделками снабжают. Горшок артефактный, защищающий от болезней растений и вредителей, плюс способный поддерживать почву увлажненной, до тех пор, пока в нацарапанных на его стенках рунах содержится мана.

Наконец, все было обговорено, Наталья за своим чудо-горшком сбегала, начался процесс проращивания корней.

— Не могу понять, — спустя пару часов усилий повинилась магиня. Такое впечатление, что система у этого растения незамкнутая. Словно какого-то жизненно важного органа не хватает. Моя мана как в песок уходит. У этого дерева не может быть еще какого-нибудь дополнительного симбионта? Пчелок там, или птичек?

— Птичек точно не было. Вообще ничего вокруг не было, кроме аккуратной, словно подстриженной травки вокруг ствола.

— И ты эту травку, конечно же, не захватил, — как в отношении слабоумного посетовала ехидная девица.

— Конечно же, захватил, — в тон ей отозвался я.

— Так чего ты стоишь, давай ее скорее сюда. — Оживилась магиня растений.

С предоставленным мной клочком дернины дело быстро пошло на лад.

— Даже опасаюсь спросить, где растут такие интересные растения? — Поинтересовалась Наталья, когда заказанная ей работа была полностью выполнена.

— Правильно опасаешься. — Согласился я. — Впрочем, если ты откажешься от причитающейся тебе платы, я, пожалуй, смогу открыть источник поступления ко мне этой растительности.

— Нет уж, — не согласилась меркантильная девица, — с гложущим меня любопытством я как-то еще нормально проживу, а вот без денег на кармане жизнь делается заметно хуже.

— Не думал, что у титульных может быть так плохо с деньгами.

— Много ты знаешь о жизни третьестепенных баронов, — отозвалась Наталья, — между прочим, в этой конкретной моей беде именно ты и виноват. Из-за тебя тот скандал приключился, в результате которого, мой отец урезал мне содержание чуть не до ноля.

— Прости, но я тут не при чем. — В очередной раз принялся я излагать свою версию случившегося. — Я с той девицей незадолго до встречи с вами совсем случайно познакомился.

— Да ладно уже, — махнула рукой третьекурсница, — я даже рада, что все именно так получилось. Этот Ветрокрылов, тот еще гаденыш, хорошо, что он теперь моим мужем не станет.

Позевывая от начинающегося недосыпа, пошел ее провожать. За работу я с ней честь по чести расплатился.

— Определенно, среди парней нашего университета начинается эпидемия, — прокомментировала Наталья мои попытки прикрыть сам собой раскрывающийся рот. — У нас в группе многие сегодня точно так же зевали.

— Ну, я-то понятно, от чего не выспался, а с ними что приключилось? — Чисто для поддержания разговора задал я вопрос.

— А с ними комендант приключился. После отбоя завалился в общагу и устроил среди них шмон. Кое-кто из парней рассказывал, что он все бутылки с темным содержимым, которые только в их комнате обнаружил, заставил открыть, и лично все перенюхал, а кое-какие, так и отпил. Впрочем… парни еще те выдумщики, соврут, недорого возьмут. Но что они сегодня целый день зевали — точно.

Поудивлялся я действиям коменданта, мне-то он при нашей единственной встрече вполне рассудительным и выдержанным показался.

На следующий день узнал у Ильи, не было ли реакции со стороны княжича или его подручных на мое отсутствие.

— Не беспокойся, там после, всех, кто отказался подписывать прямой вассальный договор с княжичем, вскоре отпустили. А вот нас, подписавших, оставили. Старшекурсники по указанию княжича натаскивали нас на атакующие и защитные заклинания. — Последние фразы Илья произносил с заметной гордостью. Еще бы, на занятиях мы пока практически дурью маемся, проходим самые простейшие заклинания, а тут — вот оно как, настоящая боевка.

Я немного позавидовал своему одногруппнику, но не так, чтобы слишком: все равно им ничего хоть сколько-то серьезное враз поставить не смогут. Достаточно тот же мой телекинез вспомнить, сколько времени я на отработку этого заклинания потратил, ужас просто!

И, кстати, как раз ввиду того, что пока полноценной прокачки магии у нас все-таки нет, а в мире демонов я не столько охочусь, сколько с товаром туда-сюда бегаю, решил я поглотить еще один магический камень. На этот раз выбрал тот, что предположительно содержал навык перекачки части магической энергии для укрепления физического тела. Нет, так-то мне это навык не сказать, чтобы так уж жизненно важен оказывался, физические характеристики у меня и без того, на зависть большинству, но пусть будет. Говорят, в дуэльном кодексе есть вариант дуэлей, когда вообще против противника всю внешнюю магию использовать запрещено.

Далеко не сразу, не в этот день и даже не через неделю, но нехватка маны у Гуамоко для моих вылазок в демонический мир все же сподвигла меня на вылазку за ней в город. Понятное дело, все эти защитные системы, обычно, включаются не днем, когда в магазины покупатели ходят, а вечером, после закрытия. Потому запросто может так получиться, что завтра снова без конца зевать буду.

Именно во время вот этой вот, вечерней вылазки я, как никогда ранее, внезапно ощутил, что тот мир, память обитателя которого я внезапно обрел, и нынешний, где я живу и учусь, все же очень сильно отличаются. Странным же в этом осознании было то, что на него меня натолкнула не магия, как это можно было подумать, а банальная освещенность улиц. Хотя и магия тоже, именно она же была причиной этих замеченных мной различий.

Так вот, к вопросу об освещенности. Помню в том мире залитые электрическим светом городские улицы, светящиеся неоном вывески магазинов, экраны, полные слепящей глаза рекламы…. Совсем иная картина у нас здесь: светящиеся вывески на магазинах вполне возможны, и даже в последнее время достаточно популярны… до момента закрытия магазина. А вот потом — все! Дело в том, что свет здесь — практически на сто процентов — продукт магии, и тратить понапрасну ману желающих не так уж и много. Так что одни только уличные фонари светят, но и их не так уж и много вдоль проезжей части возвышается.

К чему я все это рассказываю? Так, подкрадываясь в темноте к дверям магазинов, чтобы урвать из их охранных заклинаний толику маны, я, наверняка, выглядел со стороны настоящим злоумышленником.

— Хозяин, на этих небольших магазинчиках стоят слишком слабые чары, много маны мы здесь не соберем, — внезапно проинформировал меня мой артефакт.

Хм, вот тоже проблема нарисовалась! Впрочем, почти тут же я вспомнил об одном воистину многообещающем месте. Ну, по крайней мере, для девчонок — так точно. Бог его знает, какими мыслями руководствовались хозяева шикарнейшего магазина ювелирных артефактов, располагая его не где-нибудь в центре, а практически на городской окраине. Хотя… окраина окраине рознь. У нас, в университете, учатся вполне обеспеченные аристократы, в числе прочих, разумеется.

К входной двери ювелирного магазина я подошел. Почти явственно представил, как с жадностью заправляется маной мой артефакт. В этот раз не считанные секунды, а достаточно долго пришлось простоять. Очевидно, с зарядкой накопителей артефактной защиты в этом магазине все было в полном порядке. До моего появления тут, разумеется. Впрочем, я ведь тоже ничего такого, на вид криминального не совершил, просто постоял рядом. Тем более что и свидетелей в лице прохожих возле магазина в этот час практически не было. Как-никак, тут практически не жилая зона, а студенты по вечерам предпочитают не по темным улицам слоняться, а заниматься чем-нибудь гораздо более приятным и полезным, не выходя за границы своего студенческого городка.

Так вот, Гуамоко сообщил мне, что всю ману из местного накопителя высосал, я не спеша пошел прочь, мысленно примеряясь, куда тут еще можно наведаться, и тут вдруг мои чувства резануло явное такое несоответствие: мои глаза меня по-прежнему уверяли, что никого вокруг меня нет, а вот чувство пространственного восприятия внезапно проинформировало, что встречным курсом со мной буквально только что прошел человек.

Очевидно, я уже настолько привык к восприятию чужих эмоций, что и свои собственные начал воспринимать немного обособленно, одновременно проговаривая их про себя в качестве обоснования для своих собственных побудительных мотивов.

Первой моей эмоцией, разумеется, был страх, я же только что занимался не совсем законным делом, вдруг этот невидимка все видел? Потом, вроде как, прокатилась краткая волна облегчения, сообразил, что этот, невидимый обычным взором незнакомец, приблизился, когда я уже точно закончил со своим противоправным деянием. А потом снова возник страх: я же продолжал этого невидимку отслеживать, мой навык пространственного восприятия уже достаточно развился, чтобы сосредоточившись на обнаруженном объекте, я его и за три десятка метров свободно отслеживал. Так вот, этот кто-то не пошел дальше по улице, а непосредственно к зданию ювелирного магазина свернул. Ага, к тому самому, закрытому. Сразу же вопрос напрашивается: а что этому скрытному субъекту там понадобилось?

Снова я небольшое облегчение испытал, когда невидимка прошел мимо двери магазина и куда-то за угол направился. Может, пронесет еще, мало ли куда он собрался? Может, просто любит человек гулять по ночному городу, а невидимость и вовсе, чтобы всякие разные с разными глупыми вопросами, наподобие «Как пройти в библиотеку?» не приставали.

Однако все мое облегчение разом рассеялось, когда этот субъект непонятной наружности не ушел далеко, а начал с замком на боковой двери магазина копаться. На хозяина или просто продавца магазина этот скрытный товарищ не слишком похож. Зуб даю, злоумышленник это.

Логичнее всего, было бы позвать полицейских, тем более, несмотря на темное время суток, они по-прежнему дежурили на своих постах: перекрестках крупных дорог и в отдельных застекленных будках. Любой обыватель отлично знал, куда, случись чего, ему бежать за помощью. Только вот светиться у блюстителей порядка мне как-то совсем не хотелось. Лучше, с моим способом получения маны, вообще на их горизонте не появляться.…Ну, и азарт меня охватил, чего уж скрывать, вроде говорил уже: в мире без магии, который я странным образом помню, таких, как я, называли адреналинщиками.

Потому я, крадучись, к открытому черному ходу в ювелирный магазин направился, за дверью которого как раз в этот момент скрылся, если так можно о невидимке сказать, таинственный злоумышленник.

Глава 7

Вопроса следовать ли мне вслед за невидимкой в абсолютно не освещенный магазин передо мной даже в принципе не стоял: разумеется, нет. Это у того налетчика либо имеется какая-то способность, типа ночного зрения, либо, как вариант соответствующий артефакт, а я там просто в темноте не увижу ничего. Я и на улице то в этом закутке, куда слабо достигают лучи уличный фонарей, вижу, признаться, так себе. Потому, решил засаду на выходе устраивать…. Эх, плохо будет, если сейчас сюда полицейские прибегут, от обвинений в том, что я тут на шухере стою, отвертеться будет крайне сложно.

И еще об одном я мысленно сожалел: я же практически безоружным в этом походе оказался. У меня с собой не оказалось ни одного из моих метательных артефактов, не говоря уж о топорике. Даже флакончик с зельем мгновенного сна, который обычно с собой носил, сегодня как раз перед выходом в город выгрузил. Ну, просто не предполагал, что подобное вдруг может мне сегодня понадобиться. Потому при подготовке к возможному столкновению с грабителем у меня практически как у настоящего пролетария получилось: не помню, кто из революционных мыслителей того мира сказал про булыжник в качестве его единственного оружия.

Впрочем, вот как на духу признаюсь, хоть подходящий камушек и подобрал, все думы о возможном прямом конфликте с грабителем я мысленно почему-то на самый крайний случай отодвигал. В планах было просто втихую за ним проследить, а потом уже анонимно сообщить полицейским, где это грабитель укрылся вместе со всем своим награбленным.

Сидеть в засаде довольно долгонько пришлось. Я даже, грешным делом, уж забеспокоился: а не вышел ли этот гад через какой-нибудь третий отнорок. Ну, может там подвал, соединяющийся с другими зданиями случайно имеется…. Но все же, спустя бездну времени (а просто, когда сильно ждешь чего-то, нормальный отчет времени оказывается сильно затруднен), грабитель вновь показался в дверном проеме все того же черного хода, через который он туда и проникал. Более того, на этот раз он уже вполне видимым был. Как были видимыми и две туго набитых и даже на вид тяжелых тряпичных сумки. Вон, как этот нехороший человек сильно прогибается под своей нелегкой ношей.

Отчего он стал видимым? А не все ли равно. Может, у его соответствующего артефакта заряд закончился, может у его способности откат, а может, все банально, и эта способность просто не в состоянии сделать невидимыми плюс к самой его тушке еще и несомые им сумки. А сумки, сами собой плывущие по воздуху, вызывают у окружающих куда больше обоснованных подозрений, чем просто мужик с двумя этими самыми сумками в руках.

Мог ли я ошибаться, и по ошибке принять за невидимку совершенно другого человека? В принципе, мог, конечно, но на практике, вероятность подобного — исчезающе малая величина. Закрытый на ночь магазин — не то место, где, к примеру, мог работник просто так заснуть, а потом ночью проснуться и пойти домой. Ага, с двумя вместительными сумками. Из ювелирного магазина.

Все эти размышления по поводу грабителя у меня мигом из головы вылетели после того, как он вдруг в моем направлении начал запускать один за другим какие-то бесцветные, но вполне видимые мне в моем магическом зрении конструкты. Совершенно я не учел тот факт, что не один я владею способами магического обнаружения окружающих.

Очевидно, спасла меня ночная темень, конструкты хоть и летели в мою сторону, но не совсем прицельно, скорее просто «в том направлении», да еще и я дополнительно не стоял столбом, а залег за чуть выступающей над газоном бетонной конструкцией канализационного колодца.

Отчетливо видимые проносящиеся рядом со мной боевые заклинания меня, конечно, здорово напугали, но не заставили замереть в испуге, а скорее отмобилизовали для самозащиты. Тут уже такая ситуация получилась: кто кого? Разойтись бортами, даже если б я очень-очень этого захотел, враз стало крайне проблематично. А жить я хотел. Очень. Потому и оружием пролетариата по его прямому назначению воспользовался: при помощи телекинеза с размаха опустил подобранный во время ожидания камень на макушку противника… с нулевым для себя результатом. У врага оказалась наложена защита от физического урона наподобие предоставляемой мне моим трофейным защитным артефактом. Словом, на какое-то время у нас паритет получился: я не мог единственным известным мне боевым заклинанием своего врага поразить, а он безбожно мазал по мне своими заклинаниями.

Очевидно, такая ситуация не могла продолжаться слишком долго. Пока этот неслабый маг еще просто старался не привлекать к себе внимания, но ведь, почти наверняка, вот-вот он рискнет и запалит магический огонек. Тем более что заклинание светильника — одно из самых легких и распространено среди населения практически чуть ли ни повсеместно. Потому, несмотря на трясущиеся от нахлынувшего адреналина руки, управление камнем я не прекратил и раз за разом вколачивал его в магическую защиту своего противника.

А потом два события произошли практически одновременно. Мой враг, сообразив, что, не видя меня в темноте, успеха он не достигнет, и, понимая по примененному против него заклинанию ближнего радиуса, что я скрываюсь где-то совсем уж поблизости, магическое освещение все же сотворил. И почти одновременно с этим, мой булыжник, который я на вспыхнувших вместе с освещением эмоциях разогнал особенно сильно, преодолел уже ослабленную предыдущими ударами защиту и впечатался вражескому магу куда-то в область грудной клетки. К сожалению, этот удар не отключил его сразу, и от боли маг издал очень громкий скорее даже не крик, а вой. Я поскорее нанес еще один удар камнем, и наступила блаженная тишина. Только уже практически даже сомневаться не приходилось, сейчас на весь этот устроенный нами тарарам, где-то поблизости отсюда, в мою сторону со всех ног несутся полицейские. Здесь вам не тут: у нас полицейские служат не за страх, а на совесть.

Уже мало, что соображая, выскочив из-за своего невысокого укрытия, я подхватил ручки кинутых грабителем сумок. Поднял, ожидая неимоверной тяжести. Однако нет — вроде как вполне подъемная ноша. Похоже, у убитого мной грабителя в приоритете были исключительно тренировки в магии, а простыми физическими тренировками он пренебрегал. И таки я прав, грабитель именно убитый. Мною. Примерно в тот момент, когда я начал с сумками возиться, у меня случился очень знакомый приступ эйфории.

Убегать по не слишком хорошо знакомому району, да еще с грузом — это, я вам скажу, по доставляемому удовольствию, то еще занятие. Собственно, дорогу в одном единственном направлении я и знал: по направлению к студгородку. Туда и побежал. Точнее, сначала побежал, а потом просто пешком пошел. Вроде, поблизости за мной погони не видать, а бегущий по ночным улицам человек привлекает слишком много внимания. Ага! Я уже начал немного соображать, в каких размеров задницу загнал себя этим своим приступом идиотской жадности.

Ну, а раз начал соображать, смог прикинуть, где смогу надежнее всего спрятать свою добычу. Сейчас, прежде всего, именно она могла утянуть меня на дно. Как думаете, к какой мысли я пришел? Особенно учитывая то, что на лежащих в сумках артефактах запросто могли и магические жучки оказаться?

Едва сформулировал правильно пункты нарисовавшейся передо мной проблемы, сразу же в мозгу сформировался и правильный и единственно возможный вариант ее решения. А в демонический мир, через портал, обе эти сумки нужно переправить, причем немедленно, пусть там, пока у нас будут идти розыски, полежат. Тем более, в этот момент я находился от нашего теоретического корпуса с его интересными подвалами буквально в двух шагах. И вы таки будете смеяться, но старичка — охранника на его рабочем месте опять, в очередной раз, не оказалось.

Времени на кратковременное посещение мира демонов, чисто, чтобы сумки с драгоценностями оставить, потратил совсем немного, а вот с замком, когда уходил, повозиться пришлось. Что-то в нем заело, и замок никак не хотел закрываться.

А на выходе еще одна беда приключилась. Нет, не престарелый охранник на свое место вернулся, хотя, и это тоже. Но, в целом, гораздо хуже: в тот момент, когда я с лестницы, ведущей в подвал, в обширный холл поднялся, туда через двери, ведущие на улицу, как раз начали заходить люди в полицейской форме, отвлекшиеся, правда, на общение с этим самым охранником. Сердце у меня так в пятки и провалилось. Отчего-то только сейчас вспомнил про служебно-розыскных собак имевшихся у полицейских в ином мире. Тут, конечно, с собаками такую селекционную работу никто не проводил, но в мире магии, думаю, существуют и другие средства.

Магические средства розыска у нашей полиции, в самом деле, отыскались, только, похоже, поиск велся исключительно по магическому следу украденных драгоценностей. Иначе просто не объяснить тот факт, что два десятка полицейских практически пробежали мимо меня (я на лестничном пролете, ведущем на второй этаж, стоял), уверенно держа направление на подвал.

Как я выбрался из этой ловушки, ведь единственный выход из здания контролировался работниками правопорядка? Да очень просто! Пока полицейские по подвалам лазили, открыл окно в туалете на первом этаже, оно, кстати, и без меня было приоткрыто, очевидно, для проветривания, и выпрыгнул через него наружу. Ну, а потом уже без каких-либо дальнейших приключений дошел до своего домика.

На следующее утро в университете развернулись настоящие страсти. Мои одногруппники рассказывали одну историю краше другой. По их рассказам выходило, что в подвале нашего теоретического корпуса свила свое гнездо целая банда, торговавшая запрещенными зельями на основе вытяжки из человеческих органов, и вообще имевшая обороты равные доходам крупного княжества. Этот доход они, кстати, якобы вкладывали в покупку крайне мощных и дорогих ювелирных артефактов. Ну, а про то, что для их задержания явился в полном составе весь спецназ города, включая усиление броневиками и целым отрядом магов первого и второго ранга, думаю, и упоминать не стоит. Слухи они такие слухи…. Впрочем, слухам я, конечно, не верю, но заведующий кафедрой алхимии и заместитель декана нашего факультета довузовской подготовки ведь были за что-то реально арестованы.

Ага, страсти, слухи, отмененные тренировки среди вновь набранных гвардейцев княжича Никиты, а я реально буквально засыпал на уроках. У меня такое иногда бывает. После того, как сильно поволнуюсь, очень сильно спать хочется. А тут я еще чуть ли не полночи реально не спал. Зато с этим своим аномальным состоянием я от присутствия поблизости полицейских и не нервничал… почти. Все же, как немного пришел в себя, дал себе зарок в дальнейшем вести себя тихо и незаметно, и ни в какие сомнительные ситуации больше не встревать. Ага, в точности, как тот выпавший с верхнего этажа небоскреба мужик, который в полете зарок богу давал в том, что если только спасется, в обязательном порядке прекратит пить, курить и изменять своей супруге. Мужик из этого анекдота спасся, и тут же свои слова назад забрал, а вот я… еще подумаю.

Собственно, первое время мне для ощущения интереса к жизни и моего краснолистного кустика хватало вкупе с увеличившейся нагрузкой на уроках.

Кустик первое время вообще своих хищных наклонностей не проявлял. Стоял себе на подоконнике, наращивал вокруг себя в горшке дерн и потихоньку покрывался пылью. Я даже расстроился малость. А потом мне отчего-то в голову стукнуло, что и в лесу его, так сказать, исходная форма не постоянно магическими всполохами блистала, а включала этот механизм исключительно, когда на полянку возле него какое-нибудь животное забредало.

К счастью, тут тоже зоомагазины существовали, а там, в качестве живого корма, продавали мелких зверушек, типа мышей и лягушек. Вот на закинутую в горшок лягушку мой растительный питомец и среагировал: не сказать, что как взрослое дерево весь покрылся всполохами, но несколько неярких магических бликов испустил. Лягушке для обездвиживания и этого хватило… мне тоже, хоть и ненадолго. Потому я затеял ежедневные тренировки, благо мелких зверушек в продаже в зоомагазине хватало с избытком. Кустик начал расти как на дрожжах.

Тренировки потихоньку подействовали: сознание от ментального удара моего кустика я терять перестал. Осталось только проверить, при разборке с Вишневским я тоже такой же устойчивый буду? Впрочем, что-что, а это уж точно у меня не горит.

Про кустик рассказал, теперь про учебу. Учебный процесс, он ведь из двух половин всегда складывается: преподавателей, пытающихся донести до каждого ученика свой предмет и, собственно, самих обучаемых оболтусов. Почему оболтусов? Так им, по большей части, до вкладываемых в их мозги знаний особо и дела нет, у каждого свои заморочки.

Так вот, заморочки…. Одним из первых моих контактов с одногруппниками, за исключением нашей уже сформировавшейся четверки, стала Ирина Чернозубова, одна из наших баронесс.

— Сергей, у меня ручка не пишет, — обратилась она ко мне в один из дней на первой, короткой, перемене, — у тебя не найдется запасной?

Запасная ручка у меня была. Не у Чернозубовой одной паста в самый неожиданный момент заканчивалась. Поделился.

— Уваров, как это у тебя получается так быстро освоить заклинание? Или ты уже до этого был с ним знаком? — Обратилась ко мне с вопросом она же. Это после очередного урока биологии было. Жаль заклинание относилось вовсе не магии жизни. Магия жизни очень хлопотная и затратная на первых этапах обучения, далеко не всех в нее вообще посвящают.

Кстати, рассказы старшекурсников о жестокой требовательности биологички все же подтвердились. Двойки у нее считались стимулом к изучению ее несомненно важного предмета. Я уже разок сходил вечером на отработку, а остальные мои три товарища, так уже и далеко не по разу на отработках побывали. И это еще не считая времени, проведенного ими на отработках после того залета со скелетом.

— Заклинание не знал, прямо на уроке выучил, но оно же простое, уровень на восьмой только и тянет, — ответил я завистливой баронессе. Ага-ага, завистью от нее тянуло довольно прилично. Впрочем, ее подружки тоже позавидовали, и я ничего удивительного в этом даже близко не видел, все же, все одногруппники, кто заклинание до конца урока не освоил, снова на очередную вечернюю отработку попали.

— Сергей, вы не развлечете нас? — Вопрос этот прозвучал, когда наша группа после обеда возле закрытого кабинета магии первооснов стояла. Я просто мимо их девчачьей стайки проходил, где Чернозубова как раз верховодила.

В тот момент все мысли у меня были заняты все еще присутствующими в нашем университете группами полицейских дознавателей, попались они мне только что на глаза. У меня уже срок подходил за очередными товарами из мира демонов выбираться, а тут не то, что в комнату с институтским артефактом не сунешься, даже в подвал и то проблематично незаметно проникнуть. Потому ответил довольно сухо, хоть и постарался своего раздражения в голосе не показать:

— Простите, совершенно нет для этого времени.

А когда я уже на выход после окончания занятий продвигался, наперерез мне выдвинулся барон Нечипорук.

— Уваров, своим отказом от беседы вы оскорбили благородных дам, и я за это вызываю вас на дуэль.

— Как ты себе это представляешь? — Опешил я. — Ясно же сказано: доступ на арену для первокурсников до конца первого полугодия строго запрещен.

— Чтобы сражаться за честь прекрасной дамы, настоящему дворянину арена не нужна. — Напыщенно произнес этот баран. Ага, не зря, очевидно, слова барон и баран так похожи. Этот вон тоже для привлечения внимания овец собрался рогами с возможным соперником постукаться.

— А про обязательное исключение ученика за дуэль вне отведенного для этого места ты, конечно же, забыл? — Воззвал я к голосу разума бойца. — Лично мне возвращаться домой после первых двух неполных месяцев обучения совсем не хочется.

— Трус ищет оправдания, смелый предлагает возможности! — Напыщенно ввернул Нечипорук чью-то чужую мудрость, сказанную по совсем другому поводу, и уже, повышая голос, вопросил: — Так кто же ты, Уваров, трус или у тебя в груди бьется сердце бойца?

— В роли бойца я себя точно не вижу, — задумчиво начал я излагать свой ответ, словно и не замечая пафоса момента, — у меня и шпаги то своей нет. И вообще, дед у меня алхимик, я, быть может, тоже по его стопам планирую развиваться.

Вот и поговорили. Заодно исключил себя из разряда вожделенной добычи для титулованных одногруппниц. Вон, с каким вниманием следила за этим нашим разговором та же Чернозубова. Она-то, очевидно, с самого начала знала о намерениях этого барана. Запросто может даже, что сама его и настропалила.

Возможно, вы удивились, как же так? С какого такого перепугу я сливаю в отхожее место возможности наработать связи с сильными мира сего, теряю их уважение? Ведь алхимики в Славии реально не слишком уважаемое, хотя и прибыльное ремесло. Даже обычных, не титульных дворян среди них очень немного. Не сравнить с магами, которым запросто личное, а то и наследственное дворянство дают. Да и титул тому же боевому магу заслужить куда проще.

Так вот, это был полностью продуманный мною ход. Много уважения, кидаясь в каждую драку, я все равно не заработаю. Как раз таки титулом не вышел. Более того, такой мой демонстративный уход из разряда потенциальных бойцов в, так сказать, технический персонал даст мне возможность и в дальнейшем гораздо меньше принимать участия во всевозможных фракционных стычках. А еще к зельевару гораздо меньше будут цепляться наставники, желающие затянуть еще одного студиозуса в адепты преподаваемого ими раздела магии. Короче, с какой стороны ни глянь, везде хорошо, гораздо лучше, чем всю учебу меряться пиписьками с другими такими же баранами. А на внимание честолюбивых девчонок мне пока вообще пофиг. Ну, почти…. И чего эта Чернозубова так на меня уставилась? Ведь реально, дырку скоро протрет!

— Знаешь, где-то я тебя, Серега, понимаю, но все равно, обидно, что ты такой не честолюбивый, — сказал мне Соколов по этому поводу на следующий день. Эмоции дружелюбия, исходящие от него в мой адрес, совсем даже не изменились.

А зато Илья со Славкой с этого момента нет-нет, да и смотрели на меня с чувством собственного превосходства. Еще бы, они-то именно в боевые маги намылились, не чета какому-то там алхимику. Ну, хоть завидовать не будут, и то хорошо.

Моего обещания себе самому, не лезть больше ни в какие заварушки, хватило месяца на два. За все это время я даже в мир демонов ни разу не заглядывал. Впрочем, там еще большую роль сыграло то, что институтскими подвалами очень сильно полицейское управление заинтересовалось. Там, как оказалось, в самом деле, какая-то сильно запрещенная контрабанда хранилась. Места же, как и запертых комнат в институтских подвалах ого-го, сколько было. Но постепенно ажиотаж среди студентов стих, полицейские администрацию нашего учебного заведения донимать перестали, и ректор, распорядившись перекрыть вход в подвал дополнительной решеткой со встроенным на двери замком, на этом окончательно успокоился. А мне, с моим уже достаточно хорошо прокачанным телекинезом, что есть замок, что нет его вовсе.

Короче, в мир к демонам в один из своих выходных я сходил, То моему звонку через переговорник чрезвычайно обрадовался: он уже не знал, что и думать. У него покупатели в очередь выстраиваются, а поставок товара нет, как нет. Но в этот раз, помимо капсул с экстрактом хивы я еще и две сумки с артефактными украшениями закопал под приметным деревом. Понятно, не все будет так просто с нашими артефактами в мире демонов, но на Земле мне с этим товаром появляться вообще не с руки. Уверен, там во всех возможных точках сбыта меня с этими приметными украшениями уже давно караулят. Словом, хоть что-то выручу, и то ладно.

Ну, и к вопросу о выручке. В прошлый раз ведь я своего дохода с демона так и не получил, одного слизня только, который так и валяется вместе со своей коробочкой у меня в мешке со всякими разностями в углу моей комнаты. Так что в этот раз доход вышел удвоенный: тридцать четыре магических камня. Если прикинуть, так, продав эти камни, ну, возможно, еще добавив из тех, что получил ранее, я запросто смогу приобрести, к примеру, умеренных размеров особняк в Старграде. А если поглощу их все — стану по силе очень-очень приличным огненным магом и магом-бойцом ближнего боя. Только вот беда, огненным магом я становиться не хочу, да и врукопашную ходить на врага в атаку тоже. Я вообще планирую с этой вот возможностью усиления через магические камни притормозить. Сначала постараюсь через собственные тренировки накачать как можно более равновесный каркас мага-универсала. А камни… пусть пока лежат в оборудованном мною тайничке. Много места ведь они не занимают.

— Серега, ты в курсе, что шпагу так или иначе, но покупать тебе все-таки придется? — Схода встретил меня своим вопросом на следующее утро Соколов, едва только я вошел в учебную комнату и расположился на своем месте.

— С чего бы это? — Пробурчал я. Вот реально достали уже все эти подколки по поводу моего демонстративного миролюбия.

— Вчера с князь-Никитой пересеклись, от него новость узнал. В университете вводится курс фехтования. Не иначе, до попечительского совета кто-то твои слова насчет шпаги при отказе от вызова на дуэль донес.

— Очень нужная штука, мне эта шпага, — вздохнул я, — буду тогда ей в котелке зелье от прыщей помешивать.

Кстати, да, хоть у нас алхимия только со второго курса по расписанию запланирована, я в кружок алхимиков уже поступил. Наработанные с дедом навыки вполне позволили сдать вступительный экзамен. Опять же, деда при очередном телефонном звонке этим порадовал. Однако, какие заразы все-таки эти попечители! Времени и так ни на что толком не хватает, а тут еще сколько-то часов придется с этой самой шпагой прыгать.

Хм, и вот мне вдруг интересно стало. А может моя повышенная скорость реакций мне помочь одерживать победы в фехтовании без того, чтобы эти их фехтовальные батманы заучивать? Ведь мой диагностический артефакт уже вон сколько единиц мне в этом разделе надиагностировал:

Мышечная сила: 4,19

Нервно-мышечная проводимость: 6,19

Выносливость: 4,6

Регенерация: 0,12

Объем магического резервуара: 1,61 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 1,6

Развитие магических каналов: 2,25

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,77

Эмпатия: 0,7

И это еще без применения моей, полученной через поглощение магического камня способности к усилению своих физических характеристик. А с применением этой магии я, наверное, вообще на уровне лучших человеческих чемпионов окажусь. Ну, и зачем мне при таких моих параметрах еще и фехтованию учиться?

Глава 8

Мои фантазии без всякого обучения превозмочь всех в фехтовании воплотились в жизнь… частично. Я, на самом деле, на первом уроке по этому предмету победил большинство своих одноклассников. Точнее, в абсолютном выражении четыре человека — это меньшинство, но большинство из тех, кто вызвался скрестить со мной шпагу во время занятия. Наш новый тренер по этому предмету проводил такой вот тестовый внутриклассный турнир с целью разобраться, кого ему судьба подкинула в качестве учеников. Пятым соперником оказался Сашка. И вот уже с ним у меня так запросто не вышло. Соколов оказался очень хорошим фехтовальщиком, да еще и магию усиления тела, как и я, во время поединка не стеснялся использовать. Короче, боевая ничья: моя скорость против его отработанных приемов.

— Великолепные задатки и никакой техники, — подвел итог моему выступлению преподаватель и пристыдил в заключение: — а еще, не спортивно это, Уваров, использовать усиливающие зелья во время дружеских спаррингов.

О, как! А про зелья то я и забыл совершенно! Ведь реально, помимо магии можно еще и ими увеличивать свою скорость реакций. А еще алхимиком назвался! Хорошо что, видать, нашего преподавателя уже предупредили на мой счет. Счел мои излишне развитые физические характеристики всего лишь за проявление действия какого-то сильного зелья. Надо будет в дальнейшем без лишней нужды поменьше выделываться.

— Зачем ты занижаешь свои физические характеристики, Уваров? — Встретила меня вопросом в коридоре возле мальчишеской раздевалки Чернозубова.

— Чего это занижаю? — Воззрился на нее в изумлении. — Если хочешь знать, я, в самом деле, не смог Соколова победить.

— Ага. И при этом с чего-то согласился, что был под алхимическим допингом. А ведь это твои нормальные физические характеристики, Уваров. Я это просто чувствую.

— И ничего не нормальные, — заспорил я с назойливой девицей, непонятно в чем меня обвинявшей, — я магическое усиление использовал.

— Магическое усиление — это все равно твои собственные силы. Это не криминал. Соколов вон тоже магическое усиление использовал. И, кстати, ты в курсе, что род графов Соколовых известен именно своими искусными магическими фехтовальщиками?

Дальше нам поговорить не дали: сначала из раздевалки вышел Илья, потом Чернозубовские подружки за своей предводительницей всем скопом набежали.

Хм, выходит у моей одногруппницы имеется дар определения силы человека… что-то наподобие моего диагностического амулета, но определяющее все показатели в совокупности.

Вообще, интересно у меня получилось с этим фехтованием. Вот сколько я изначально возмущался по поводу его внедрения в нашу и без того перегруженную программу. А по факту, этот предмет быстро сделался моим любимым. Приятно вот так шпагой помахать, голову от всякой зауми разгрузить.

— Серега, ты не мог бы посмотреть, что я делаю не так? — Обратился ко мне Илья после очередного урока магии стихий. Мы как раз перешли от ознакомления с магией воздуха к магии огня. — Почему-то я никак не могу свой огонек надвое разделить.

— Хм, — я на несколько секунд задумался, пытаясь подобрать подходящие слова, чтобы донести до приятеля свою мысль и при этом его не расстроить. — Как бы тебе, Илья, сказать… ты все делаешь так, как нужно. Просто тебе, после того, как ты на этих своих тренировках у княжича изучил и атаку и щит из одной только воздушной стихии, для того, чтобы еще и огнем точно также управлять, надо тренироваться в несколько раз больше. Думаешь, зря нам все заклинания на уроках из совершенно разных разделов преподают? У тебя сейчас очень сильный перекос в сторону воздушной магии образовался, потому огонь тебя и не слушается, как должно.

— Но мне очень надо! Высоцкий сказал, что, в идеале, дружинники должны минимум двумя магическими дисциплинами владеть в совершенстве. Значит, у других как-то получается.

— У других получается, если они не устраивают себе таких сильных перекосов, как у тебя. Но, разумеется, как я уже сказал, все можно выправить. Вопрос только во времени и затрачиваемых усилиях.

— Значить буду тренироваться, — вздохнул приятель с явственно ощутимым сожалением. — Я просто надеялся, что ты мне подскажешь какой-то более легкий путь, зелье, например, у тебя вон, как все просто всегда получается.

— Легкого пути в изучении магии нет. Я сам тренируюсь с утра и до вечера, и не пытаюсь для ускоренного прогресса всего на одну стихию напирать…. И вот еще что, Илья…. Зачем тебе в пару к воздуху огонь? Может лучше для равновесия изучишь целительство? Огонь и воздух, в принципе, очень схожи, так ты окончательно перекроешь себе путь к любой другой серьезной магии.

— Для целительства у нас в дружине специально обученные люди будут. А огонь с воздухом — это сила! — Замотал головой этот недалекий человек. Ну, что же, было бы сказано. Каждый сам кузнец своего несчастья.

Впрочем, возможно, это я сам к упоротости Ильи исключительно боевой магией отношусь слишком предвзято. Вон, у нас уже совершенно незаметно плановые занятия к концу подошли, настала неделя экзаменов. Ага, а вместе с первым полугодием подошел к концу и наш иммунитет от всяческих дворянских разборок. Как бы мне, с моим универсальным сильно затянутым подходом, не пожалеть вскорости, что боевой магии уделял слишком мало внимания.

Небольшая интерлюдия.

Иван Петрович Старчиков, первый заместитель проректора Старгородского университета по хозяйственной части, после очень хлопотного трудового дня вернулся к себе в свою небольшую, но очень уютную квартирку. Ну, ему, убежденному старому холостяку, большие хоромы были вообще без надобности. Хотя мог… да, мог…. Коменданту, отвечающему за весь огромный университетский жилой фонд, вообще очень многое по части жилья доступно. Но у Ивана Петровича на улучшении собственного жилища зацикленности вообще не было. Есть где ночь переночевать, а также поесть, помыться — и довольно.

А вот на чем уважаемый комендант в последние годы был буквально зациклен — так это на продлении собственной жизни. Но не при помощи изучения магии жизни, целительства, развития физических характеристик или еще чего-то подобного. Магию хорошо изучать в молодости, когда память хорошая, а в молодости он карьеру делал, деньги зарабатывал. Словом, вел себя, как почти любой городской обыватель на улице. Но вот, настала пора, оглянулся, а лучшая часть жизни то уже позади.

К счастью, уже очень уважаемый господин Старчиков работал не где-нибудь, а в университете, одном из главных оплотов магической мысли страны. Потому смог проконсультироваться со знающими профессорами. Они, конечно, разные способы продления жизни предлагали, но любившему иногда залить за воротник коменданту приглянулось одно: Бальзам. Да-да, такое вот название, без какой-либо дальнейшей детализации типа бальзама жизни или там молодости.

Замечательные бутылки с ароматной тридцатиградусной настойкой из какой-то травы, растущей в отдаленной, малодоступной зоне сопряжения. Как значилось в прилагавшейся к бутылке инструкции, полстакана этого горячительного напитка в сутки способны были на эти же сутки откатить для организма выпившего само время. Причем, это утверждение реально работало! Иван Петрович на себе испытал: за пять лет, что он эту до жути дорогую настойку каждый день принимал, у него ни единого седого волоска дополнительно не появилось.

Разумеется, даже его немаленькой зарплаты, ни в жизнь бы не хватило, чтобы за многие тысячи это зелье покупать на регулярной основе, но тут уже его должность помогла: за выделение достойной комнаты любимому чаду некоторые аристократки готовы были каждый год по бутылке — другой снабжать жизненно необходимой настойкой нужного им человека.

Объема бутылки ровно на одну неделю хватало, недель в году — больше пятидесяти, но ведь и детишек заботливых мамочек в университете училось далеко не в единичном числе. Хотя да, не хватало. Приходилось и свою собственную зарплату и прочие не объявленные для широкой публики доходы тратить на этот бальзам. В последний год, когда заботливых мамочек оказалось меньше обычного, так пришлось и пару вообще откровенно воровских операций провернуть. В результате некоторые зелья студентам придется изучать чисто теоретически, да и на арене старые артефакты защиты будут второй срок служить, поскольку новый комплект артефакторной защиты ушел налево, но худо-бедно минимальный запас чудесной настойки был создан.

И вдруг какая-то напасть повадилась воровать драгоценный напиток. Да еще хитро как: таинственно опустевшие бутылки так и оставались запечатанными сиротливо стоять на полу кухни, в дальнем ее углу.

Иван Петрович извелся весь. Даже ночной шмон проводил в общагах парней-студентов уже не раз (ну, а кто же еще кроме них на подобное способен?). Без толку. Только непосредственное начальство начало как-то коситься в его сторону с сомнением.

Так вот, вернулся Иван Петрович к себе домой и по какому-то наитию сразу в кухню кинулся. И что же он увидел? На полу, возле шкафа очередная заветная бутылочка стоит, а рядом с ней из блюдечка лакает подозрительно похожую на чудесную настойку жидкость какой-то рыжий зверек.

Пока господин комендант по сторонам озирался, отыскивая взором подходящий предмет, чтобы запустить его в наглого вора, зверушка подняла мутноватый взгляд в его направлении. А потом прямо так, как стояла с глазами в кучку, так и истаяла в воздухе. Последним исчезло блюдце, оставляя безутешному хозяину квартиры сиротливо стоящую на полу очередную запечатанную бутылку. Правда, в этот раз, на дне бутылки еще чуточку плескалось ее содержимое.

Конец интерлюдии.

Первые в моей жизни экзамены в старшей школе для меня прошли… обыденно, что ли? Преподаватели в основном спрашивали теорию, практических заклинаний в нашем арсенале пока было всего ничего. Так вот, память у меня хорошая, учился по собственному интересу, а не из-под палки, так что на все теоретические вопросы легко ответил. Простейшие заклинания тоже продемонстрировал, а на просьбы продемонстрировать что-нибудь посерьезнее отвечал неизменным отказом. Серьезные заклинания запросто способны модифицировать мой магофон, а к этому я пока не готов, я еще только в процессе строительства каркаса пребываю, укрепление отдельных узлов еще только предстоит в относительно отдаленной перспективе. Так что три четверки за три экзамена считаю вполне достаточной для себя оценкой.

Кстати об экзаменах. Опасная, оказалось, это работа, быть экзаменатором. Я уже в тот момент ответил на вопросы своего билета по стихийной магии и к входной двери учебной комнаты подходил, в которой проводили экзамен. А в этот самый момент баронесса Рыкова, маленькая худенькая девчушка с карими глазками-бусинками, как у настоящей мышки, получила тот же самый вопрос, как и я чуть ранее: какие продвинутые заклинания стихийной магии она знает? Угу, заклинание воздушного взрыва — это самое то, чтобы в закрытом помещении его демонстрировать. Хорошо еще, что состояние магической системы переволновавшейся баронессы не позволило ей выполнить это заклинание на должном уровне. Но дальнейшее проведение экзаменов пришлось переносить в другое помещение, в прежнем, с выбитыми стеклами, находиться стало не очень комфортно. Хоть и южный город, но зимой тут температура все равно далека от комфортной. За одним и ушные перепонки целители подлечили пострадавшим.

После экзаменов нам, как это и полагалось по школьному регламенту, предоставили недельные каникулы. Этого срока было совершенно недостаточно, чтобы съездить, к примеру, до дома. Да даже если я и туда и обратно летуном воспользуюсь, то вся эта неделя исключительно на дорогу и уйдет. Так что осталось общаться с родными по телефону.

А еще я с Ленкой Шитовой переговорил. Нет, так-то в течение полугодия мы тоже с ней иногда перезванивались, но коротко, практически, на уровне привет — как дела — пока-пока. А тут с полчаса проболтали. Я ей в подробностях описал свое одинокое существование, когда в отсутствие занятий абсолютно нечем заняться, она поведала про задуманную ею авантюру отправиться вместе с отцом и братьями в зону сопряжения. Не знаю, зачем ей вообще сдался подобный опыт, но разговаривала она на эту тему весьма увлеченно.

Разговоры разговорами, но заниматься мне по-прежнему было решительно нечем. Даже работа алхимического кружка на время каникул была прекращена. И тогда я решил рвануть на охоту, а то давно я с этой учебой приливов адреналина не испытывал.

В подвал нашего теоретического корпуса проник вообще без проблем. Полицейские уже давно перестали туда шастать, а без их внимания, да еще во время каникул, сторож на входе в здание вообще на свою службу, похоже, временно забил.

Перешел я через вновь созданный портал на ту сторону и не узнал местность: словно стадо слонов пробежалось, вытаптывая и ломая местную растительность. Впрочем, у слонов в принципе не бывает трехпалых лап с огромными когтями. Подобными следами тут все вокруг было буквально испещрено. Хорошо еще, что я успел те две сумки с драгоценностями То переправить, а то, наверняка, пропали бы без следа, и вдвойне хорошо, что сам под это непонятное чудовищное столпотворение не попался.

Но локальное изменение ландшафта — ладно, может быть, так даже лучше будет. Вокруг точки выхода портала исчезли заросли, в которых меня могли поджидать всякие местные зверушки. Соблюдая всяческую осторожность, я зашагал в сторону ручья. Именно он для меня являлся главным ориентиром, позволяющим без лишних сложностей отыскать примерную границу владений пауканов. И таки да, я решил охотиться именно на них. Отомстить, так сказать, за позор предыдущего бегства.

Однако далеко идти пришлось. Помнится, тогда был один из первых моих походов с целью выявления границы здешней запретной зоны. Но, кажется, припоминаю знакомые ориентиры: локальное расширение ручья, где-то здесь на меня тот первый мохнатый многолап и напал. Значит, дальше лучше не ходить, начинается опасная зона.

Задуманную ловушку я собрал буквально влет. А чего там задерживаться, если все ее элементы состоят из готовых деталей, а план устройства уже заранее полностью продуман.

Центральным элементом устроенной мной ловушки стал, конечно же, одноразовый манок. Долго думал, куда его можно применить — вот, придумал. После того, как я его активирую при своем уходе в сторону укрытия, он начнет тихонько-потихоньку испускать прану, постепенно наращивая ее концентрацию. Думаю, хотя бы пять-шесть пауканов я смогу приманить до того, как они разберут мой манок на составляющие, все же оболочка манка представляется довольно прочной, а пауканы, похоже, живут скученно и сколько-то их понабежать успеет. Ну, и, в момент, как прана перестанет выделяться в окружающее пространство, сколько бы на тот момент этих страшненьких зверушек ни оказалось поблизости, сработает моя закладка из пузырьков с аэрозолем мгновенного сна. Так-то, из одиночного пузырька, при его уничтожении, вырывается лишь относительно небольшое облачко, но что получится, если одновременно подорвутся полтора десятка подобных пузырьков, заложенных по кругу радиусом в несколько метров? Здесь же еще дополнительно и ветерок будет продолжать дуть, который эти аэрозольные выбросы сместит по территории, расширяя тем самым зону полного поражения.

И таки да! Именно эта вот одновременность подрыва до недавнего времени у меня и была основным камнем преткновения. До самого того момента, как возле своего домика зацепился языками со своей соседкой, баронессой Ласкиной. Екатерина в тот раз находилась под впечатлением от счастливо сданного ей экзамена, потому даже со мной, не титульным первокурсником, очень подробно поделилась своей радостью. А потом, по моей просьбе, еще и нарисовала выпавшую ей в экзаменационном билете руну подобия.

Знали бы вы, как это сложно, совершенно не приспособленным для этого камнем защитного амулета царапать стеклянные стенки бутыльков из взрывного хрусталя. Еще и страшно было, что вот-вот бутылек с аэрозолем взорвется, отправляя меня в здоровый сон и знаменуя тем самым, что мой эксперимент провалился. Бутыльки не взорвались, а я получил основной поражающий элемент моей ловушки.

Ловушка установлена и переведена в рабочий режим. Я сам залег за пригорком неподалеку. Ловись рыбка, мала и велика.

Хе-хе, проговорив эту замануху из детской книжки про хитрую лисичку, я никак не предполагал, что на жиденький выброс праны из моего манка, из ручья, и в самом деле, «рыба» вылезет. Да еще какая! Нет, сначала, как я и рассчитывал, прибежала парочка пауканов, которые начали мой манок пытаться вскрыть, чтобы добраться до источника праны. А вот потом из ручья и вылезла эта чуда-юда! Я даже не думал, что там такая громадина могла поместиться. Все же это ручей, а не какая-нибудь Волга.

Увидев надвигающееся на них чудовище, пауканы издали уже знакомый мне противный скрежет и смело кинулись на обитателя ручейного омута. Не прошло и пары минут, из кустарниковой чащи набежали еще и другие многоногие тварюшки. Да только у монстра оказалась очень плотная броня… которую все прибывающие многоногие страшилки постепенно прогрызали. А он их в ответ колотил и плющил чем-то невидимым.

В момент, когда ручейный монстр уже стоял, пошатываясь, от попавшего в его кровь яда, а поток черных комков, состоящих из множества ломанных линий, окончательно прекратился, я и расколол самым простейшим броском последний остававшийся у меня на руках флакончик с аэрозолем. И тут же как будто мор по полю битвы прошел: повинуясь закону подобия, заложенные там флакончики одновременно взорвались, выбрасывая в воздух свое мгновенно действующее содержимое и погружая тем самым всех собравшихся вокруг драчунов в крепкий здоровый сон.

Все же пара-тройка многолапых монстриков действия аэрозоля избежали. Слишком много уж их набежало, не все поместились в зону поражения. Противно скрежеща, они набросились на меня, когда я, выскочив из-за своего укрытия, подбегал к месту своей сработавшей ловушки. Но два, или даже три не очень крупных твареныша — это совсем не одно и то же, что и целая орда их, как это в прошлый раз было. И на скрежет мохнатых страшилок больше никто не прибежал: все члены их стаи уже до этого собрались на поле боя. Короче, пинок, взмах топориком, еще взмах… и мне нужно сильно торопиться, пока это сонное царство снова не начало просыпаться.

Ну, я и торопился. Аж руки устали в таком быстром темпе топориком махать! И ноги тоже. Ими я отпинывал уже обработанных мною пауканов, чтобы среди них не затерялись еще живые тварюшки. А еще в мозгу мысль крутилась, что в таких дозах на эйфорию, накатывающую на меня с каждым новым убитым монстриком, можно и подсесть, как на реальный наркотик. В числе пауканов под мой топор попало и ручейное чудовище, похожее на огромную отожравшуюся короткохвостую ящерицу с огромной пастью и буграми по всему телу. От приступа эйфории, нахлынувшей потоком после ее убийства, я, не удержавшись, аж застонал.

А потом мне пришлось долго и нудно выковыривать из мертвых тушек магические камни. Большой, от большого чудовища, положил отдельно, а мелочь из пауканов скидывал в небольшой тканевой мешочек на завязке. Потом, как окажусь в безопасности, мелкие камушки все сразу и поглощу. Вряд ли такая мелочь содержит сильную магию, так что перекоса своего магофона я тем самым не вызову. И еще надеюсь, что наибольшая прибавка в физических характеристиках окажется в нервно-мышечной проводимости, все же эта многолапая мелочь отличалась завидной скоростью передвижения.

Уф! Сколько смог — столько выковырял. Примерно половину, или чуть больше. Продолжал бы, несмотря на отвращение, но из ручья начали выбираться многоногие змеи, да и среди кустарника, в отдалении, начали подозрительные звуки ломающихся ветвей раздаваться. Так что поспешил удалиться от греха подальше. Жадность в этом мире может быть фатально наказуема.

Уже поздно вечером, после душа и сытного ужина, лежа в постели, принялся за изучение трофеев. Магический камень, добытый из ручейного чудовища, оказался примерно средних размеров. Ничего особенного, судя по всему, какая-то разновидность уже достаточно раскачанного у меня телекинеза. Он чего-то принципиально нового мне не даст, а потому, вероятно, на продажу пойдет. А вот вся мелочь, взятая с пауканов, в моем мешочке умудрилась каким-то образом слипнуться в один единый ком. Очень внешне этот получившийся комок мне аметистовую друзу напоминает. Даже, вроде как, еле заметным сиреневым цветом отсвечивает. Надеюсь, это не помешает мне их поглотить. Зажав получившийся конгломерат в ладонях, потянул энергию кристаллов на себя. Ого! Как ее много-то, такое ощущение, что эти мелкие кристаллики про объединении каким-то образом сами себя усилили!

Ну, вот и закончились короткие зимние каникулы. Смею надеяться, не безрезультатно. Желая еще раз насладиться созерцанием своих улучшившихся характеристик, я еще раз, с утра пораньше, перед выходом на учебу, вызвал показания своего диагностического артефакта:

Мышечная сила: 4,25

Нервно-мышечная проводимость: 6,98

Выносливость: 4,63

Регенерация: 0,12

Объем магического резервуара: 1,75 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 1,61

Развитие магических каналов: 2,32

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,77

Эмпатия: 0,9

Как по мне, так результаты вышли просто таки великолепные! И это я не только про резко возросший показатель эмпатии говорю. Там, наоборот, я испытываю некоторые сожаления, что не все ядра с пауканов собрал. Но кто ж знал, что у этих стайных тварюшек связь между соплеменниками не только голосовая, но и ментальная! А может, это эффект от слипания отдельных мелких камушков в магическую друзу? Надо будет поставить еще один эксперимент. Правда, еще одной стаи пауканов у меня на примете нет, но зато стая электрических ящериц имеется. А вместо манка вообще можно будет использовать одноразовый артефакт с электричеством…. Еще и сэкономлю чуток.

М-да… а вот увеличение объема магического резервуара почти целиком обязано другому моему изобретению: перекачиванию маны из охранной сигнализации не напрямую к Гуамоко, а используя мой организм в качестве дополнительного промежуточного манопровода: из накопителя сигнализации в мой резервуар, а уже только оттуда — к Гуамоко для дальнейшего хранения и использования. Правда, в ближайшее время проводить подобные операции я уже не рискну. И без того, наверняка, полиция, от падения охранных сигнализаций на десятке дорогих магазинов в самом центре города разом, на ушах стоит.

Однако первое полугодие с его былым иммунитетом от аристократических разборок точно закончилось. И об этом мне, едва я только в нашей учебной комнате появился, напомнил не кто-нибудь, а один из лучших и закадычных. Ага, я именно Илью имею в виду.

— Держи знак княжества, — протянул он мне на ладошке серебристый значок с легко узнаваемой тройной горной вершиной. Ее изображение, наряду с княжеским гербом, всегда считалось символом нашего княжества. — Теперь всюду, куда бы ты, Серега, ни пошел, этот знак должен быть на твоем левом лацкане.

Хм, а такая вот смена роли голоса княжича с Соколова на Илью что-нибудь значит, или просто так получилось? Зная обостренный символизм аристократов, скорее всего, именно значит. Князь-Никита выражает неудовольствие слишком независимой политикой графа Соколова? Так у Соколова и обоснование имеется железное: его графский титул — настоящий имперский, а не местечковый эрзац, как у большинства. Хотя, да, положение двойственное, раз живет графский род все же не на имперских землях, а в столице Светлогорского княжества.

Чисто из интереса осмотрелся вокруг. Сразу заметно, значки, наподобие выданного мне, имелись далеко не у всех. К тому же, и по форме и цвету они у многих отличались. Вон, у того же Славки Когтева, к примеру, значок был не из обычного светлого, а из черненного серебра и изображал какого-то хищного вида зверька. Графский тотем, очевидно. Он же у нас барон Тихорецкого графства. У многих графов Славской империи, особенно из природных, имперских, их гербы содержали изображения зверей в сочетании со знаком профильной магии предка — основателя династии. Надо будет потом внимательно ознакомиться с этими знаками отличия, делящими нашу группу на отдельные фракции.

Глава 9

Значки принадлежности к определенной аристократической партии мы получили, но совершенно неожиданно выяснилось, что высокую честь принадлежности к своей фракции еще и отрабатывать надо. Причем, не где-нибудь у кипящего котла с загруженными в него ингредиентами для изготовления какого-нибудь зелья, а чуть ли не на поле боя.

Пара дней с начала учебы в новом семестре прошла, как все тот же Илья притаранил в класс новые вводные от нашего неугомонного княжича:

— Все светлогорские, собираемся завтра после занятий возле дуэльной арены. У кого есть защитные артефакты, рекомендуется их взять с собой. — И замолчал загадочно, отказываясь отвечать на какие-либо вопросы. Правда, лично мне он потом признался, что и сам не знает, зачем нас собирают.

И снова мои мысли по поводу причины наших сборов, оказались далеки от реальности. Я-то, памятуя про прошлый созыв, в самом начале учебы, предположил, что снова какие-то организационные вопросы будут решать. Еще, правда, в голове держал мысль и о дуэльных поединках — точка сбора, возле дуэльной арены, прозрачно на это намекала.

Реальность следующего дня оказалась несколько иной: нам, первокурсникам из Светлогорья, в союзе с такими же первышами Шахтинского княжества и еще из пары независимых графств поменьше предлагалось сразиться с точно такой же толпой Огневых, Рощиных, еще кого-то, включая Тихорецкое графство. Итогом нашего махача, а по другому назвать сшибку совершенно неподготовленных к боевым действиям подростков никак и не получится, должен был стать контроль над той самой рощей, в которой осенью проводился памятный пир.

Впрочем, мало-мальская организация сего веселого мероприятия все же была проведена: во главе каждой отдельной союзной дружины выставлялся один второкурсник. С нашей стороны всего пять человек. Им, по условиям сражения, запрещалось вступать в битву лично, по указанию княжича, они должны были контролировать, чтобы организованное сражение не превратилось в совсем уж в кровавое побоище со смертельным исходом.

Еще одним элементом организации стало разделение нас на боевые пятерки. Во главе той, в которую был зачислен я сам, поставили Илью. Почему его? Так он же дружинник княжича, не меня же, алхимика, во главе ставить. Сколько нас всего было? Посчитать было нетрудно: пять пятерок парней, плюс две пятерки девчонок — девчонки не обязаны были принимать участие в этом балагане, пошли добровольно. И это я еще только силы Светлогорского княжества посчитал, наши союзники немного в стороне собирались, их по головам считать было неудобно.

И вот такой грозной боевой силой мы и отправились пешим ходом, через студенческий городок, в сторону заветной рощи, на поляне в которой, как нам было объявлено командованием, нас поджидали темные вражеские силы.

Хм, вводные: по несколько десятков безбашенных честолюбивых подростков с каждой стороны, неустановленное число этих подростков владеет хотя бы одним опасным для жизни заклинанием. Еще следует учесть тот факт, что столкновение происходит в лесном массиве, поскольку оспариваемая полянка слишком мала и не способна вместить силы противоборствующих сторон, вследствие чего всяческое управление войсками со стороны более старших товарищей сильно затруднено. Спрашивается: ну, что тут может пойти не так?

Столкновение противоборствующих сторон началось, едва мы вступили в лес. Не сказать, чтобы враги напали на нас неожиданно, все же лес в этих широтах в основном лиственный, а зимой лиственный лес, пусть и не заснеженный, как у нас в Огарево, но всяко листву сбрасывает. Так что укрыться здесь сложно. Да вражеские бойцы и не пытались укрываться, просто примчались навстречу и произвели первый залп заклинаниями. В основном хиленькими, но парочка и довольно опасных прилетела, в частности камушек по коре дерева довольно сильно щелкнул. Где-то с той стороны мой младший, еще неопытный собрат по искусству телекинеза обретается.

А потом, после еще пары обменов заклинаниями встреченные парни врукопашную перешли. Ну, да, как маги, первый курс старшей школы — те еще бойцы. Мне тоже противник достался. Увернул лицо от его размашистого удара, сам пнул в ответ по слишком выставленной вперед ноге. После чего, захватив за руку, провел бросок с удержанием противника.

— Молодец, чистая победа! — Раздалось над ухом. Это второкурсник, выступающий в роли арбитра, подошел. — Часок-другой поваляется тут, — объявил он, применяя на захваченном мной противнике артефакт парализации.

Избавившись от первого соперника, оглянулся вокруг. М-да, на войне — как на войне. Мишка Сентяков, парень из двенадцатой группы, пытался остановить кровь, льющуюся из пробитой левой руки. Хорошо еще, я вчера, узнав о сборе, на всякий случай озаботился покупкой дополнительных лечебных и не только эликсиров. Кстати, довольно кругленькую сумму пришлось за них отвалить. Зато вот сейчас смог помочь. Перевязочного материала же у нас ни у кого не было, вдруг бы так и истек кровью?

Дальше было еще две сшибки, во второй из которых я все-таки подловил этого стрелка, который уже минимум двух наших соратников подранил. Влепил ему в вытянутую в нашу сторону правую руку небольшой камушек. А что делать? Он же, зараза, раз за разом по нам подобные выпускал. А ну, как кому-нибудь в глаз попадет?

А потом где-то слева от нас, со стороны поляны, грохнул вполне реальный взрыв. Это уже ни фига не зарница! Таким боевым заклятьем и убить запросто можно!

Однако все когда-нибудь кончается, закончилось и это безумное безобразие. Результат? Мы победили, а три человека, кому не смогли до конца помочь предоставленные главными аристократами целители, отправились на больничную койку.

После было финальное построение всех бойцов, во время которого князь-Никита зачитал фамилии отличившихся. Меня в том числе.

Наутро я дождался прихода в класс Ильи и вернул ему мой отличительный значок светлогорского княжества.

— Ты сдурел? — Изумился он, увидав, что я ему отдал. — Ты же тем самым полностью лишаешься нашей защиты.

Я скептически оглянулся вокруг: без подобных значков ходила минимум половина группы, включая того же Соколова, после чего попытался разъяснить свою позицию:

— У нас в поселке была секция рукопашного боя. Я тоже туда как-то раз заглянул из любопытства. Знаешь, что меня в первую очередь там поразило? Сначала мне навстречу вышел парень, зажимающий текущую из носа кровь, потом попался второй, с фингалом под глазом. А потом я увидел их тренера с деформированным носом и понял, что мне вовсе не хочется там заниматься. Извини, Илья, но я мирный человек, и подобная травмоопасная закалка боевого духа мне ни к чему.

— Ты делаешь ошибку, — хмуро провозгласил мой сосед по парте и отвернулся от меня, начав готовиться к уроку.

«Посмотрим», — хотел было я сказать ему в ответ, но промолчал. Ага, молчание — золото! Куда лучше для меня сейчас не выделываться, а спустить эту ситуацию на тормозах.

«Интересно, теперь каждый день со мной будет происходить что-нибудь идиотское»? — Примерно такая мысль у меня промелькнула в тот момент, когда я кинулся наперерез нашему коменданту, с самым свирепым выражением лица преследующему мою Злату. Ну, да, выгулял домашнего питомца, называется!

Впрочем, совсем уж вступать в рукопашный бой с этим ответственным чиновником оказалось не обязательно. Злата, как бежала по газону со всех четырех лапок, панически поджав хвостик, так и исчезла в облачке светлячков какое-то время еще следовавших по прежнему маршруту исчезнувшей собачонки.

— Где? Где эта скотина? — Громогласно орал запыхавшийся от быстрого бега комендант. — Я убью ее!

Разумеется, на его зычный голос мигом начали собираться любопытствующие. Не только студенты, со стороны крайних домиков и парочка преподавателей подошла.

— Какая скотина? — Сделал я голос поиспуганнее. — Ну, с одной стороны Злата встретилась с этим типом довольно далеко от меня, вряд ли во мне можно с полной на то уверенностью опознать Златиного владельца, а с другой, в тот момент, когда комендант только погнался за моей собакой, вроде как никого из свидетелей вокруг вообще не было. Абсолютно пустая улица.

— Рыжая скотина. С короткими лапками! — Выдохнул комендант, озираясь на набежавших.

— Белка что ли? — Решил я блеснуть остроумием.

— Какая белка⁈ — снова начал раскочегариваться раскрасневшийся от бега господин. — Я вам сейчас таких белок покажу!

Не сказать, чтобы мои улучшения физических характеристик как-то кардинально улучшили органы чувств, но слышал и видел я очень-очень хорошо. Потому вполне отчетливо смог разобрать, как один из преподавателей, мужчина, негромко шепнул своей спутнице:

— Похоже, допился Иван Петрович.

— Да, не зря от него каждое утро спиртным попахивает. Надо обязательно об этой ситуации проректору рассказать, он же буквально делается опасным для окружающих. — Отозвалась та, прижимаясь в поиске защиты к своему сослуживцу.

М-да! Нелепая ситуация получилась. И, самое главное, как мне-то в дальнейшем со всем этим быть? Ведь запросто может так получиться, что этот сумасшедший в следующий раз заляжет где-нибудь тут в засаде. У Златы, конечно, кое-какие магические способности имеются, но сумеет ли она, к примеру, от пули из метателя увернуться?.. Вопрос, однако.

Первый звоночек, что, отдавая этот чертов значок, я, возможно, излишне поторопился, прозвенел буквально на следующий день после этого непонятного инцидента с комендантом и моей собакеной. А меня просто на дуэль спровоцировали. Барон Нечипорук! Ага. И вовсе его немереная храбрость никак не связана с тем, что у меня больше не красовалось значка белогорского княжества на лацкане форменного пиджака. Кстати, у самого Нечипорука тоже имелся отличительный значок, какая-то птица. Но на императорский тотем абсолютно не похожа. Какое-то графство из не особо крупных. У крупных я все же тотемы у всех знал.

— Барон, я говорил тебе, что я человек абсолютно мирный? — Вопросил я своего соперника, который, демонстративно так ухмыляясь, выбил у меня из рук стакан с соком. — И ты все равно намерен со мной дуэлиться?

— Ну, что ты, зельевар, — в его устах «зельевар» звучало как форменное оскорбление, — как я могу первым атаковать столь никчемное существо.

— Все же хочешь подраться… — протянул я флегматичным, скучающим тоном, — Ну, что же, убедил, я тебя вызываю. Сегодня после уроков. — И заехал в его самодовольную физиономию своим кулаком.

Ну, да, абсолютно не по феншую… или, точнее, не по дуэльным правилам. Но я ведь из глубинки, нам этикет не преподавали. Зато удовольствие получил и указал следующим желающим меня задеть, что я политесов не понимаю.

— Дуэль! Только собственная магия! После третьей пары! Я от тебя одни угольки оставлю! — Возгласил сбитый моим ударом с ног барон и, не доев, скрылся из столовой.

— Сашка, будешь моим секундантом? — Обратился я к присутствовавшему тут же Соколову.

— А куды ж деваться? — Вопросом на вопрос ответил мой титулованный товарищ.

Занятия завершились, но практически все первокурсники подготовительного отделения вместо того, чтобы торопиться по своим делам, потянулись в направлении университетской дуэльной арены. Ну, во-первых, этот вызов произошел практически у всех на глазах, в столовой в тот момент присутствовал почти весь курс, за редкими исключениями, а во-вторых, просто интересно. Это для старших курсов, возможно, дуэли уже приелись, да и то вряд ли, а у первышей — это первый вестник наступающей «взрослости».

Хотя возле амфитеатра арены собралось огромное множество народа, тем не менее, пришлось подождать. Не одни они решили тут в этот день свои отношения выяснить, у старшекурсников тоже свои драчуны и забияки отыскались. Интересно было со стороны наблюдать, как редкие зрители-старшекурсники, выходя с арены, утыкались в целое море малолеток.

Хе-хе, а какой доход университету мы этой дуэлью сделаем! Ага-ага, зрители за предоставленное им удовольствие выложат по пять золотых, а мы с Нечипоруком — так аж по пятьдесят. Ну, а что? Построить и содержать арену тоже немалых денег стоит.

Все-таки, организовывая место для официальных дуэлей, руководство университета, помимо всего прочего, ставило перед собой задачу и жизни молодых забияк сохранить. Потому, и мне, и моему противнику перед поединком были выданы специальные артефакты, в форме поясов, способные оценивать мощность атаки на их носителя и выставлять защиту против самых смертоносных, никак не препятствуя заклинаниям, не несущим смертельной опасности. Дорогие, между прочим, штуки, как бы ни второго уровня сложности.

Еще одной степенью защиты служили стационарные артефакты антимагии, включавшиеся едва один из противников оказывался неспособным к дальнейшему продолжению дуэли. Об этих и еще некоторых других здешних особенностях мне поведал местный смотритель арены, заодно и принявший у меня плату и выдавший чек за пользование всем этим великолепием.

И да, было и еще одно следствие применения официальных артефактов: всеми другими артефактами, как атакующими, так и защитными пользоваться было строго запрещено. Возможную интерференцию магических потоков от использования артефактов, основанных на различных магических принципах, еще никто не отменял. Так что на арену, под рев трибун, я выходил и без своих демонических трофеев, и без ставшего уже практически моим привычным постоянным спутником Гуамоко.

— Ну, что, готовься, зельевар, сейчас я тебя поджаривать буду! — Возгласил Нечипорук, выходя на арену с противоположного ее края.

Перекрикиваться со своим противником я не стал. Совершенно ни к чему мне это. Пожалел свои голосовые связки, все же арена довольно большое сооружение, чтобы до противоположного края дозваться, там реально пришлось бы орать. Ну, и еще мое внимание было чуточку другим занято: я пытался отыскать среди рассыпанного здесь песка хотя бы один единственный камушек. Ну, а как? Не школьными же воздушными кулаками и малюсенькими файерболами пытаться его прижучить. Файерболы те же, они могут, при попадании лишь относительно небольшой ожог создать, да и дальность полета их до рассеивания невелика. Так что телекинез! Больше нечего. Да вот только для телекинеза мне нужно что-то покрупнее отдельных песчинок….

Меж тем, барон, выйдя на, как ему показалось, приемлемую дистанцию начал пристрелку. Я едва сумел увернуться от очень быстро летящего огненного шара. Вот только размеры этого шара напоминали ядро. Собственно, данная усиленная вариация файербола так и называлась, огненное ядро. Ну, никакой фантазии у изобретателей этого заклинания!

А между тем, ни одного камушка так и не находилось. И что же мне теперь предпринять?

Первым делом вывесил перед собой плазменный барьер. У демонических свинских буренок этот барьер, конечно, куда как погуще был и вообще со всех сторон животин защищал, но хоть что-то. А следом я перешел на бег. И не куда-нибудь прочь от источника опасности, а наоборот, постарался приблизиться к своему противнику максимально близко.

И тут в меня очередное огненное ядро влетело! Барон вовсе не новичок в поединках оказался, подловил момент, когда я на всей скорости бежал к нему и не мог на ходу быстро сменить местоположение. Полыхнуло знатно. Странно, что мой официальный защитный артефакт не расценил попавшее в меня заклинание в качестве опасного для жизни. Но так даже к лучшему вышло! А все дело в том, что я, таким образом, смог узнать еще одно свойство моего плазменного щита: он поглощал огненную магию, переводя ее в ману! Я прямо ощутил, как мой магический резервуар расперло от поступающей в него дополнительной маны.

Однако, прокачка объема магического резервуара — это, конечно, замечательно, но, боюсь, следующего подобного подарка стенки моего резервуара могут и не выдержать. К счастью, Нечипорук создать еще одно заклинание не успел, я раньше к нему приблизился. Жаль, что нельзя просто кулаками ему физиономию подправить, по условиям дуэли разрешено одну лишь магию использовать. Впрочем, у меня и на такой случай идея появилась: усни, дорогой.

Заклинание мгновенного сна, которое я при изготовлении алхимических аэрозолей вмонтировал в структуру эликсира, оказалось как нельзя кстати. Разумеется, до полноценного ментального мага мне было еще куда как далеко, но вот так, при прикосновении рукой, даже моих куцых ментальных сил оказалось вполне достаточно. Барон Нечипорук, закатив глаза, грузно обрушился на песок арены.

Падение одного из поединщиков было прописано одним из возможных условий прекращения схватки, потому стационарный антимагический артефакт включился, окончательно прекращая наш с бароном поединок.

— Победу одержал Сергей Уваров! — В обычный жестяной рупор возгласил распорядитель арены, и зрители разразились криками. Восторга, наверное, а как же иначе? Ведь как нас с самого раннего детства учат? Добро всегда побеждает. Я победил, значит, я и есть представитель сил добра. Но ведь и мои однокурсники, в целом, вовсе не злые люди. Улавливаете положительную взаимосвязь?

Занятый такой вот мыслительной эквилибристикой я чуть не пропустил слова распорядителя арены, который в этот момент как раз принимал от меня выданные мне ранее артефакты:

— Нет, все, с этого момента никого сюда не пускаю, пока мне новые артефакты не предоставят. Накопитель совсем уже ману не держит. Чудом до беды дело не дошло.

И все бы ничего, мало ли какой накопитель у него там деградировал, но рассматривал-то он в этот момент сданный мною пояс! Сразу же припомнилось огненное ядро, без всяких помех влепившееся в мой плазменный щит. Я-то думал, что защитный артефакт просто соизмерил силу нападения и защиты, а он вон что! Реально после услышанных слов по спине начали маршировать мурашки размером с кулак.

А потом я… думаете, домой пошел? Ничего подобного. Начал многочисленные документы заполнять. Магические дуэли — дело государственной важности. Все бумаги по этому поводу должны быть заполнены так, чтобы комар носа не подточил.

Из этой бюрократической писанины вышел только один положительный момент: когда мы с Соколовым, заверявшим каждую страничку моего творчества, закончив бумагомарательство, все же вышли с арены во внешний мир, зрители, наблюдавшие за моим поединком, уже давно разошлись.

Еще пару дней после этой дуэли совершенно не знакомые мне парни подходили ко мне в коридоре и жали руки, а такие же совершенно незнакомые девчонки строили глазки в коридорах и перешептывались с подружками. Но постепенно все успокоилось. И снова мне припомнилась древняя мудрость: Sic transit gloria mundi! Стоит ли ради людского внимания рисковать жизнью, если уже через неделю о тебе никто и не вспомнит. Земная слава недолговечна.

Но таки да, я давно уже слышал, что в боевых условиях наши характеристики намного быстрее растут, чем от простых тренировок, так что кое-что со мной на память о дуэли все-таки осталось:

Мышечная сила: 4,25

Нервно-мышечная проводимость: 7,0

Выносливость: 4,63

Регенерация: 0,12

Объем магического резервуара: 1,85 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 1,61

Развитие магических каналов: 2,36

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,77

Эмпатия: 0,9

Или, если одни только выводы из цифр, продемонстрированных мне моим артефактом приводить, то такая вот, чисто магическая дуэль очень сильно поспособствовала увеличению объема моего магического резервуара. Надо бы как-нибудь попросить кого из знакомых покидать в меня огненными заклинаниями. Ну, разумеется, когда у них эти заклинания станут посильнее, ведь не к Нечипоруку же с такой просьбой обращаться.

Может быть, у стариков римлян и были свои основания для высказанной ими мудрости, но недели не прошло, а я уже остро пожалел о своей внезапной известности. Вполне возможно, не случись той дурацкой дуэли, и обо мне бы просто забыли.

Первым проявлением деятельности внешних сил в тот день стал Илья, в самом начале большой перемены попросивший меня о совете относительно подбора необходимого боевому дружиннику набора зелий. Я даже призадумался немного. Нет, не по поводу алхимического набора, там ничего сложного нет. Удивило странное сочетание эмоций, которые прямо таки обуревали моего товарища: решимость, в немалой степени приправленная чувством вины. Вот что бы это значило? А сам даже полноценный, развернутый ответ на его вопрос, с объяснениями и примерами, занял не так уж много времени. Только все равно: основная масса одногруппников в столовую уже убежала вперед меня. Впрочем, в условиях уже накрытых столов данный факт почти ничего не значит, мою же порцию никто не съест.

Скажете, не по-взрослому это, есть, что дают, без вариантов выбора? Но, во-первых, кормят у нас в столовой очень вкусно и сытно, а во-вторых, данная система позволяет вдвое сократить время обеда, поскольку не приходится стоять в длинной очереди. Ну, и, опять же, буфет при столовой все-таки имеется. Кто желает дополнительных вкусняшек — разносолов, может идти туда.

Таким образом, проведя короткую консультацию, я пошел в столовую один (Илья сказал, что у него еще дела, связанные с княжеской дружиной безотлагательные). Уже на самом подходе меня неожиданно Иринка Чернозубова отозвала в сторонку.

— Поклянись, что никто не узнает, что это я тебе сообщила, тогда что-то важное тебе скажу, — со своей обычной немного ехидной улыбочкой обратилась она ко мне.

— Важное? Ну, хорошо, клянусь. — Отчего-то я предполагал, что она мне выдаст информацию, что кто-то из девчонок в меня безумно влюблен. Но продолжение получилось совсем другое.

— Скажи, ты компот очень любишь? — Поинтересовалась вдруг она.

— Не так, чтобы очень, но пью, — ответил я, немного насторожившись.

— Ну, тогда, думаю, тебе не трудно будет сегодня от компота отказаться.

— Да что там такое? — Почти вспылил я, — ты говори яснее, раз уж взялась меня о чем-то просвещать.

— Куда уж яснее, — фыркнула девица, сверкнув своими зелеными глазищами, — говорю же, компот не пей, что тут непонятного.

— Может тогда и на вопрос «кто?» ответишь? — Поинтересовался я пусть с запозданием, но сообразив, о чем она меня информирует.

— Ходят тут чудики с таким вот знаком на лацкане, — она неожиданно повертела у меня под носом фигой. И тут же, словно спохватилась, прошмыгнув мимо меня, зацокала каблучками по коридору.

Постаравшись сделать это незаметно, посмотрел в том направлении, куда перед тем, как убежать смотрела Чернозубова: к столовой с противоположной стороны коридора приближался Илья. Размышляя над сказанным, сам сложил перед собой кукиш. И тут вдруг до меня дошло: тройная горная вершина, послужившая источником вдохновения для изготовителей значков представителей белогорского княжества! Она же один в один на показанный мне кукиш похожа.

Все же, на всякий случай, решил проверить: в данный момент же на столе присутствуют минимум две еще не съеденные порции, моя и Ильи. Интересно, как злоумышленники решили этот вопрос? В то, что злоумышленники имеют место быть, я практически уже не сомневался.

Задачка с порциями была решена самым простым способом: один из комплектов тарелок парни с тройной горной вершиной на лацкане просто подвинули к себе. Мол, занято. Ну, что, подошел к «своим» тарелкам, взял в руки стакан, посмотрел на злоумышленников. Илья, не выдержав моего взгляда, отвернулся.

Что ж мне так с друзьями то не везет? Сначала Генка, теперь это…. Поставив стакан на стол и не притронувшись к остальной пище, я вышел из зала столовой.

Нет, голодать, разумеется, не стал. Еще чего! Спустился в буфет, взял там своих любимых беляшей.

После большой перемены, сидя, как всегда, рядом с Ильей, задал ему один единственный вопрос:

— За что?

На что мой бывший уже приятель неожиданно вспылил:

— Я с княжичем Никитой контракт подписал, куда мне деваться было? Он в твоем отношении распорядился «дать тебе просраться» за твой уход из нашей партии. Я и без того сделал вид, что понял этот приказ буквально. Слабительное, согласись, ведь не такое уж большое горе. Посидел бы немного на толчке, зато можно было бы считать, что ты свое уже получил.

На следующий день я отсел от Ильи, у нас это сделать очень легко было: в разных учебных комнатах места для учащихся имели очень разную конфигурацию. Где-то стояли обычные столы на два человека, где-то — рядами длинные скамейки, в кабинете ритуалистики вообще сидели поодиночке. Так что специально закрепленного места на уроках у нас вообще не было, просто садились рядом. Вроде, никто на это мое перемещение особого внимания не обратил. Ну, или обратили, но решили, что это результат моего ухода из отряда князь-Никиты. А потом на одном из уроков ко мне Иринка Чернозубова подсела.

Глава 10

Наверное, с неделю это странное, подвешенное состояние продолжалось, когда, несмотря на полную неудачу со своим замыслом со слабительным, ко мне никто из подручных князь-Никиты больше не лез. Но в одну из перемен перед уроком, Сашка Соколов, с очень хмурым выражением лица, неожиданно меня проинформировал:

— Сергей, ты в курсе, что светлогорцы при каждом удобном случае про тебя всякие гадости говорят?

— В смысле, гадости? — Недопонял я.

— Ну, что ты замарал дворянскую честь, поскольку отказался поддерживать своего сюзерена. Проявил позорное малодушие в учебном бою.… Короче, всякое болтают.

— Ага, то-то княжич после той единственной собачьей драки мое имя в числе отличившихся перечислил, — хмыкнул я призадумавшись, чем мне такая сплетня может аукнуться. И Сашка мои мысли дополнительно еще и усугубил:

— Я тебе верю, Сергей, да и сам от других слышал, что первоначально ты, вроде как, на очень хорошем счету зарекомендовал себя, но ведь ту речь маркиза слышали исключительно только его люди, которые все эти слухи о тебе как раз и распускают, а значка ты лишился практически сразу после этого боя.…И еще, у князя Белогорского много союзников. Ты не допускаешь мысли, что желая сделать приятное его сыну, кто-нибудь решит тебя атаковать или еще какую гадость подстроить?

На эти слова моего друга, я в ответ ничего не сказал, но, признаюсь, сильно призадумался. Сейчас мое дворянское положение двойственное. С одной стороны, я никаких контрактов ни с родом князей Белогорских, ни персонально с княжичем не заключал и клятв не давал, проплаченная князем учеба — результат уже оказанной ему услуги, а не плата за услуги будущие. И вообще, мое дворянское звание перешло мне от деда, а тот точно его не из рук князя Белогорского получил. С другой стороны, мы живем на территории Белогорского княжества. Мой дед, поскольку он признанный мастер и член гильдии алхимиков, пользуется правом экстерриториальности. Но дед — не я, у меня подобного иммунитета нет, оттого и определенная двойственность положения, карта, которую разыгрывают мои недоброжелатели. Следовательно, что?

Что именно мне следовало сделать, чтобы все подобные инсинуации раз и навсегда прекратить, я практически сразу придумал. А просто, при приеме в кружок алхимиков, Петр Юрьевич Рождественский, руководитель этого кружка, для повышения моей мотивации привел мне некоторые критерии, выполнив которые уже можно было претендовать на определенные гильдейские звания, а значит и на членство в гильдии со всей ее официальной защитой для каждого из своих членов. И самое простое для меня заявить о себе, как о зельеваре, способном варить зелья с ментальной составляющей. Пусть не слишком сложные, для начала, но даже зелье мгновенного сна позволяло мне с полным правом претендовать на звание подмастерья.

Короче, задумано — выполнено, подал Петру Юрьевичу заявку на получение подмастерья, хоть и пришлось выслушать несколько насмешливых комментариев по этому поводу. Ну, да, у нас даже еще начальный курс алхимии не начался, а я уже на первое официальное звание в гильдии замахнулся.

И снова мне сильно повезло. Отдельно, ради меня, никто бы собирать комиссию ни вкоем случае бы не стал, но совершенно случайно мое заявление по времени совпало с ее плановым созывом раз в год. Ну, а дальше уже все более-менее просто было. Зелье мгновенного сна я сварил без малейших огрехов, уже неплохо насобачился в этом деле, еще на кое-какие теоретические вопросы от экзаменаторов ответил. Дополнительно еще имя моего деда свою роль сыграло. Его местные мастера откуда-то хорошо знали, даже попросили приветы передавать. После окончания самого экзамена всего еще неделя ожидания прошла — и вуаля! Патент подмастерья алхимика у меня в портфеле. Заодно попал в список самых молодых алхимиков столетия. Не на первые места, конечно, на первом месте там вообще гений-десятилетка значился, но все же….

О том, насколько почетным считалось получение званий в гильдиях, может служить хотя бы тот факт, что подобное достижение было принято обязательно отмечать. Причем, не так, чтобы просто зайти в кафешку с парой приятелей или подружек и съесть по мороженке. Нет, издавна сложившиеся гильдейские традиции требовали размаха. Точнее, кафешка все равно подразумевалась, у меня в комнате гостей садить, даже стол немного не того размера, но парой мороженок обойтись точно не получится. Чтобы не прослыть в глазах окружающих жмотом, придется откупить целый зал и заказать на столы кучу угощений. Правда, и гости в обязательном порядке должны были являться не с пустыми руками, а приносить с собой подарки, так что, быть может, я даже в какой-никакой прибыли останусь.

С залом вопрос быстро решил, у нас неподалеку кафе было, так там целых четыре зала под подобные цели использовалось. Осталось только определить, кого из гостей на своем празднике я был бы действительно рад увидеть. Первым делом, конечно, о Сашке Соколовом подумал. Граф, несмотря на все последние выкрутасы с общественным мнением, показал себя надежным товарищем, общения не избегал, напротив, с Ильей, с тех самых пор, общался с заметным холодком. Кроме Соколова позвал трех второкурсников из кружка алхимиков, с ними у меня, не сказать, что сложились дружеские отношения, но наладилось что-то вроде делового парнерства. Еще, раз уж Соколова позвал, пришлось звать и Славку Когтева. Хотя, точно же, мне с моим разрывом с земляками уже все равно должно быть на его принадлежность к вражеской команде. Ну, и, решил складывающуюся чисто мужскую компанию разбавить: Чернозубова с подружками в самый раз для этого подойдут. С Иринкой отношения у меня вполне замечательные, а остальных девиц привлечет возможность пообщаться накоротке с титульными аристократами. Вот всего тринадцать лет девчонкам, а на Соколова уже многие из них заглядываются.

— Сергей, а ты уже заказал праздничное оформление зала? — Задала мне вопрос Чернозубова, едва я озвучил ей свое приглашение на торжество.

— Н-нет, а думаешь, надо? — Растерялся я от неожиданного вопроса.

— Разумеется. Иначе настоящей праздничной атмосферы не будет. Давай, я тебе это оформление в качестве своего подарка сделаю?

— Буду очень рад, если ты возьмешь на себя это тяжкое для меня бремя, — куртуазно отозвался я, поняв, что от оформления зала отвертеться все равно не удастся. Да и, возможно, украшение зала — вполне стоящая идея.

— Только нам надо в этом твоем зале оказаться хотя бы за полчаса, а лучше за сорок минут до начала торжества, — внесла свои дополнительные уточнения моя одногруппница.

— Надо, значит, окажемся, — согласился я. Ну, вот, теперь придется время аренды зала на полчаса в большую сторону переоформлять. Впрочем, в пересчете на цену даже одного единственного магического камня, прибавка в расходах выглядела совсем незначительной.

Утро выходного дня, назначенного днем моего торжества, для меня началось с привычного сигнала будильника. Открыв глаза, и прокручивая в голове дела, которые мне необходимо обязательно выполнить до того, как наступит время отправляться в кафе, я потянулся к кнопке, отключающей этого пиликающего надоеду.

«Бух»! — С хлопком распустился перед моим носом переливающийся всеми цветами радуги полупрозрачный цветок. — Это я вчера, когда затеял изучать магию иллюзий, для повышения своего утреннего настроения расстарался. Как знал, что забуду про эту вот закладку. Хм, а неплохо для непрофессионала получилось! Даже нисколько не жаль парочки редких ингредиентов, которые в кружке отдал в обмен на методичку с начальными приемами этой красивой магии. Между прочим, университетский курс! Магии иллюзий подготовишек вообще не учат, если только вот, как я, самостоятельно разбираться.

Злата, энергично распихивая мордочкой ткань одеяла, вылезла наружу, словно по дороге, уверенно протопала по мне твердыми лапками, достигнув лица, лизнула в нос. Не сказать, чтобы этот ритуал с облизыванием выполняется ежедневно, но иногда повышенная лизучесть на нее находит. Ну, и, пообниматься со своей теплой со сна плюшевой питомицей я всегда готов.

Встал, уже бодрый, одевшись, пошел гулять со Златой. Несмотря на мои опасения, комендант к нам больше с того дня ни разу не заглядывал. Какашки моей зверушки отправились в великое ничто по уже отработанной технологии. Дальше по плану утренняя тренировка, завтрак и созвон с Чернозубовой. Хоть время прихода в кафе между нами и оговорено, но лучше все же дополнительно уточнить, в силе ли этот договор.

Звонок совершил, одноклассница ответила, что все договоренности в силе, пошел собираться. Несмотря на прохладную погоду за окном, на небе светит солнышко. Будет приятно, никуда не торопясь, прогуляться по городу.

С Чернозубовой мы пришли в кафе, как и договаривались, за сорок минут до времени, объявленного для остальных гостей. Иринка не просто так пришла, а целую кучу всякой всячины притащила: воздушные шарики, бумажные гирлянды, сверкающие звездочки на липкой основе, даже собственноручно написанный плакат: «Даешь титул мастера алхимика к концу старшей школы!».

Пришлось на верхотуру лезть, чтобы начать все это закреплять. Ну, не девчонку же, в ее короткой юбке, под потолок загонять. В тот момент, когда я, изогнувшись и опершись одной ногой на стену, на манер аиста в его брачном танце, крепил на стене под потолком один из краев плаката, в зал вошел молодой парнишка в узнаваемой униформе доставщика заказанных товаров. Ну, знаете, такой короткий ярко синий китель, наподобие старинной формы, с позолоченными пуговицами, квадратная, синяя же фуражка с лакированным козырьком. Чем-то гусаров прошлого напоминает.

— Могу я видеть Сергея Уварова? — Вопросил он, глядя в мою сторону. Ну, как бы, не сложно было догадаться, я единственный парень во всем зале, другой вопрос, откуда он узнал, что меня именно в этом зале нужно искать? — У меня посылка на его имя.

— Уваров — это я, — ответил я со стула, установленного прямо на столешнице, — а посылку, если можно, отдайте вон той девушке.

Посыльный кочевряжиться не стал, подсунул бланк доставки, в котором Чернозубова поставила какую-то закорючку, и был таков.

— Уварову Сергею, — прочитала Ирина надпись на бумажной упаковке, — странно, от кого не написано.

— Скорее всего, внутри еще дополнительно письмо вложено. А посылка от деда, больше я никому о своем новом достижении не сообщал. — Если тебе не трудно, Ирина, разверни оберточную бумагу и положи подарочную коробку на столик возле входа, куда остальные тоже будут свои подарки класть.

Я на минутку отвлекся, принялся наклеивать на стене звездочки, потому своими глазами не видел, как это все произошло. Просто короткий вскрик раздался, вроде часть моего имени послышалась: «Сереж…» и глухой звук падения тела. Когда я обернулся на шум, все было уже кончено. Тело Чернозубовой лежало неподвижно, а чуть в стороне валялась выпавшая из ее рук лакированная шкатулка.

Разумеется, никакого праздника не случилось. Я весь день, до самого вечера, в этом зале проторчал. Сначала меня полиция допрашивала, потом какие-то следственные мероприятия проводили, тело Иринки выносили…. Окончательное решение, что делать со мной, приняли, когда в моем мозгу уже ни одной внятной мысли не оставалось. Хотелось просто лечь прямо там, где-нибудь в уголке и тихо-мирно помереть.

Хотя, нет, одна мысль у меня все-таки оставалась: «Это же я должен был вместо Чернозубовой там, в морге, сейчас лежать, это же мне, а не Иринке неведомый отправитель прислал посылку с наложенным на нее смертельным проклятием».

Однако отпустили. И, хотя все доказательства покушения были налицо, моей охраной никто не озаботился. Невелика птица. Как говорится, когда убьют, тогда и придете писать заявление. Впрочем, в тот момент я и сам о своей охране меньше всего думал. Всю дорогу до своей комнаты, у меня перед глазами как живая стояла улыбающаяся Иринка, какой она была буквально за минуту до своей ужасной и нелепой гибели.

Мои душевные силы меня окончательно покинули, когда я в свою комнату вошел. Злата тут же начала вокруг вытанцовывать, просясь на руки. Вот прямо с ней на руках меня и накрыло. Разрыдался, как маленький ребенок. И перед глазами, по-прежнему, лицо одногруппницы стояло. Последнее, что я из этого вечера запомнил, как Злата лизнула меня в нос. И все! Темнота.

Не сразу сообразил, что пиликанье рядом со мной было привычным сигналом будильника. В сознании по-прежнему вертелись мысли о погибшей Иринке. Странно, совершенно не помню, как раздевался и ложился спать. Открыв глаза, и начиная с трудом соображать, как же мне теперь поступать, потянулся к кнопке, отключающей этого пиликающего надоеду.

«Бух»! — С хлопком распустился перед моим носом переливающийся всеми цветами радуги полупрозрачный цветок. — Постойте, но ведь заклинание с этой иллюзией по определению было одноразовым и очень недолговечным. Не должно сейчас передо мной этого вот призрачного цветочка болтаться.

Злата, энергично распихивая мордочкой ткань одеяла, вылезла наружу, словно по дороге, уверенно протопала по мне твердыми лапками, достигнув лица, лизнула в нос. Не сказать, чтобы этот ритуал с облизыванием выполняется ежедневно, но иногда повышенная лизучесть на нее находит. На автомате обнял свою плюшевую, горячую ото сна питомицу….

И тут в моих мозгах не меньше чем сверхновая сверкнула. Не знаю, откуда, но я теперь точно знал, что я возвращен чуть больше, чем на полсуток в прошлое, и у меня имеется попытка все исправить. А еще я отчетливо осознавал, что эта попытка у меня одна единственная и энергии на повторный перенос больше просто нет. И еще, дополнительно к проявившимся знаниям, во рту травяной привкус какого-то алкогольного напитка проявился. Словно послевкусие только что выпитого.

Лихорадочно кинулся натягивать одежду. Еще не решил что, но срочно нужно было что-то делать…. Ага, первым делом выгуливать таксу, она мелким вьюном принялась нарезать круги между моими босыми ногами и входной дверью. Пришлось обуваться и идти. Пока ожидал свою собаку с ее утренними делишками, а потом аннигилировал подвешенные в воздухе какашки, в голове более-менее сложился план действий.

И таки перед началом выполнения своих планов, позавтракать я тоже не забыл.

А потом я направился в сторону полицейского участка. Ну, а кто еще должен разбираться с покушением на убийство, как не профессионалы? Их же, наверное, учили этому.

Первое, что я услышал от дежурного в полицейском участке, так это чтобы я шел домой и не мешал работать взрослому дяде. Ну, да, сегодня же у нас выходной, этот дежурный тут, на посту, один единственный. Если что-то произойдет действительно важное, ему нужно вызывать на себя дежурную бригаду из управления. По заявлению несовершеннолетнего школьника о еще не свершившемся преступлении. Угу… ага… дергать очень занятых и сердитых дяденек с, почти наверняка, погонами куда более высокого ранга, чем у этого старшего лейтенанта.

Но я твердо стоял на своем: у меня есть дар предчувствия, который предупреждает меня об опасностях для моей жизни. Ну, а как еще залегендировать мое прорицание грядущего.

— Ты еще скажи, что ты менталист, — немного ехидно отозвался в ответ на мои требования несговорчивый служивый.

Ну, так-то да, по местной науке прорицатели возможны, если у них пересекаются сразу два дара: менталистика и гораздо-гораздо более редкая магия времени.

— Так я менталист и есть, — откликнулся я, демонстрируя надетый на средний палец левой руки серебряный перстень подмастерья алхимии. — Вот полюбуйтесь, получен за варку зелий с ментальным компонентом. Так как, вы намерены что-то предпринимать по моему заявлению или мне прямо сейчас начинать писать жалобу в вышестоящую инстанцию.

Поняв, что, так или иначе, а сегодняшний день у него все равно будет испорчен, мужик в полицейской форме потянулся за переговорным артефактом.

— Управление? У меня тут заявление о готовящемся покушении на убийство….

Участвовать в украшении зала мне все равно пришлось. Полицейские решили брать возможных злоумышленников на живца. Разумеется, в качестве живца выступал я сам. И точно так же разумеется, что ни на какую верхотуру с плакатом я в этот раз не полез, начал в первую очередь украшать пространство поблизости от входа в зал. Чернозубова только в недоумении поглядывала на мое неулыбчивое, сосредоточенное лицо.

Но вот на входе в зал появился парень в знакомой синей форменке и фуражке с лакированным козырьком.

— Могу я видеть Сергея Уварова? — Вопросил он, глядя в мою сторону. Ну, да, я по-прежнему единственный парень во всем зале. — У меня посылка на его имя.

Приняв упакованную в плотную бумагу коробку, я поставил свою закорючку в протянутом мне бланке, после чего сопроводил доставщика посылок на выход. Вместе с упакованной коробкой в руках, конечно. Там его и приняла под белы руки полиция. Посылку сразу же определили в специальный бронированный артефактный ящик, весь исписанный рунами защиты от всевозможных отраслей магии. И парня тоже, не сходя с места, принялись колоть на тему, откуда он взял посылку и как узнал, что Сергей Уваров в этот момент будет именно в отдельном зале вполне конкретного кафе.

Впрочем, никакой важной информации, чтобы сразу схватить отправителя посылки, из несчастного доставщика вытрясти не удалось. Тот вполне официально работал в «Дося пицца» доставщиком заказов, и его просто нанял мужик с улицы, типа, чтобы занести подарок своему племяннику. От мужика доставщик и адрес, по которому надо отнести посылку, узнал. Короче, дохлый номер, мужика на улице, разумеется, уже и след простыл.

Зато мой праздник в этот раз все же состоялся, хоть и с опозданием на несколько минут. Но о задержке я Чернозубову, вышедшую следом за мной, своевременно предупредил, так что дождались. И подарки все вручили, и покушали, попили, и даже потанцевали. Тут, в кафе, неплохая фонотека оказалась. Лично я весь вечер с Чернозубовой отплясывал, и, похоже, девушке такое мое внимание к своей персоне очень нравилось.

Мне праздник тоже вполне понравился, только до конца я расслабиться так и не смог. Все думы одолевали, кто это был, и что бы это значило. Так-то, в принципе, если чуточку подумать, вполне, было за что. Хоть те же украденные сумки с артефактами вспомнить… хотя, тут я что-то сильно сомневаюсь. Ну, не было там просто свидетелей, а в смерти самого вора я уверен практически на сто процентов. Эйфорию от прихода праны не подделаешь. Еще, почему-то, подумалось о мести той шайки, которая в подвалах нашего теоретического корпуса прятала всякую запрещенку. Вовсе не факт ведь, что там всех причастных арестовали. И вот конкретно в университете в тот вечер меня вполне могли опознать. Я же не проверял кабинеты по дороге. Вдруг там кто-то из сотрудников нашего учебного заведения полуночничал.

Все же, по здравому размышлению, деду о покушении на меня решил ничего не сообщать: старенькие они с бабушкой у меня, да и шум в университете и в целом в городе это неудачное покушение подняло такой, что не думаю, что злоумышленники смогут отважиться на еще одну попытку.

Ага! Я-то никому не сообщал, ну кроме самих гостей, конечно. Да и тем изложит ситуацию крайне смазано, без акцентирования опасности. Однако правда все равно всплыла: а просто на время учебы моим временным опекуном считался наш декан, ему из полиции и бумага пришла, описывающая результаты дознания. А декан, соответственно, для вдумчивой и плодотворной беседы уже меня позвал. Я только руками на все его вопросы разводил, но шумиха среди однокурсников все-таки прокатилась.

Снова ко мне подходили парни на переменах, и шушукались девчонки. Апофеозом всего этого безобразия стала моя встреча с князь-Никитой. Я в компании с Соколовым с обеда возвращался, когда передо мной этот честолюбивый аристократ внезапно нарисовался.

— Что, Уваров, совсем зазнался, с земляками дружбу поддерживать перестал. — Встретил он меня посередине широкого коридора, ведущего в столовую. И вот ни в жизнь не поверю, что это мы с ним встретились просто так, случайно. Скорее всего, он ожидал, что я начну оправдываться, а то и вовсе заискивать, и тогда он «все простит», вновь с барского плеча навесив мне один из своих значков, а то и вовсе попробует подвести под контракт дружинника. Потому и выбрал для разговора столь людное место для своего будущего триумфа.

Ну, да, я параноик в какой-то мере, потому решил схода спутать все возможные планы начинающего интригана еще в самом их начале. Вместо того чтобы оправдываться, я громко, так чтобы слышало как можно больше окружающих, сказал, как отрезал:

— Ошибаетесь, ваше сиятельство. Со всеми своими настоящими друзьями я по-прежнему дружу. — Еще и взглянул пристально в глаза Илье, оказавшемуся как раз за левым плечом своего сюзерена.

Не понравился мой ответ маркизу. И прежде всего самим обращением к нему. Ну, да, формально обращение к маркизу приравнивалось к обращению к графу, то есть «ваше сиятельство». Только, говорят, уже не первый год со стороны лизоблюдов было заведено обращаться к нему исключительно «ваша светлость», словно он был первым наследником своего отца, если не самим князем. Потому и прозвище у него среди народа бытовало такое шутливое: князь-Никита.

— И все же мутный ты тип, Уваров, — пробурчал княжич, но дальше наше общение продолжать не стал.

— А ты в курсе, что про тебя всякие нелицеприятные слухи ходят, Уваров, — ничуть не удивила меня своим вопросом Чернозубова несколькими днями позднее. Хотя, да, некоторое чувство дежа вю возникло: сначала Сашка про слухи сообщал, теперь вот Чернозубова.

— Это, какие это слухи? — Все же сделал я удивленный вид в ответ, чтобы не расстраивать свою собеседницу.

— Что ты в той шайке состоишь, которую недавно полиция в нашем университете накрыла. — Произнесла эту фразу Ирина и застыла, вглядываясь в выражение моего лица. Мне даже не потребовалось вид делать, что я удивлен. Такого слуха я еще точно не слышал.

— Договаривай уже, раз начала, — поторопил я любопытствующую на мой счет приятельницу.

— И что это члены этой шайки на тебя покушались за то, что ты их полиции выдал. — Завершила подслушанную ей сплетню Чернозубова.

— Короче, совершенно аморальный тип, — заключил я чуток уязвленный распространенной про меня сплетней, — как только тебе родители разрешают водиться с таким негодяем, как я.

— А мне отец, как раз, и запретил. — А вот такого сообщения, я, признаться, тоже совершенно не ожидал, все же родители у нее живут за тысячи километров от Старгорода, откуда только вообще про меня узнали. — Только я его не послушалась, — продолжила Иринка, скорчив сердитую гримаску, — мне-то лучше знать, какой ты на самом деле.

Как там, у известных артистов и певцов заведено: чтобы о тебе не забывала публика, надо постоянно ее эпатировать. Вот про меня у студентов нашего университета забыть, точно не получится. Я по центральной аллее, возле административного корпуса прогуливался, много студентов там в тот момент тусовалось, выглянув на свет пробившегося сквозь тучи солнышка. Внезапно глаза мне сзади кто-то ладошками закрыл, и звонкий, очень узнаваемый девичий голосок вопросил, почти пропел:

— Угадай, кто?

Сердце от этого детского вопросика сразу в пятки ушло, а руку с надетым на палец демоническим перстнем с атакующим заклинанием сама собой начала подниматься, чтобы это самое заклинание себе за спину выпустить.

— Фу, таким букой быть! — Продолжила дурачиться Син, улыбаясь во всю свою смазливую рожицу.

— Ты как здесь? — Нашел в себе силы поинтересоваться я, чувствуя, как трясутся руки от пережитого внезапно волнения.

— Так меня один из местных демонологов в ваш мир призвал, ты сам же меня прописал в вашей здешней инфосфере. — Понизив все же голос, поведала суккуба про обстоятельства своего попадания в наш мир. — Задание призывателя я выполнила, теперь вот решила законный выходной провести в приятной компании своего друга.

И демоница прямо на глазах разинувшей рты публики, чмокнув меня в щечку, подхватила под локоток.

— Как насчет того, чтобы посидеть в приятной обстановке, обменяться новостями о своем житье-бытье?

Глава 11

Новостями мы с Син обменивались в том самом кафе, в котором на меня недавно было устроено покушение. Я даже для того, чтобы без помех пообщаться с суккубой, задвинул свою последнюю пару. Ну, во-первых, на той паре ничего особо интересного для меня не предполагалось, так сплошная теория, которую я и без того уже неплохо изучил, а во-вторых, Син пообещала подкинуть мне новую и весьма интересную тему для товарообмена с ее миром.

— Вот, смотри, тебе известен этот цветок? — Она продемонстрировала мне очень четкий и подробный рисунок растения, имеющего красивые красные цветы и длинные широкие листья. — У нас его сонником называют.

— Вообще-то нет, а чем он знаменит? — Поинтересовался я, не испытывая, впрочем, большого энтузиазма возиться с поисками этого растения. Ну, все реально ценные и редкие растения были известны наперечет, и этого, в общем-то, внешне вполне привлекательного цветочка я среди их изображений точно не встречал.

— Он знаменит тем, что позволит нам с тобой серьезно разбогатеть и усилиться, — похоже Син заметила мой скептицизм и немного обиделась. — Между прочим, за семена этого цветочка, выращенные непременно в мире людей, в нашем мире платят синими энергокристаллами.

— О, как, — только и нашелся, что сказать я на это громкое заявление. Синие энергокристаллы в демоническом мире — самый дорогой тип валюты, про это мне еще в самом начале нашего совместного бизнеса рассказал То. Используются такие только при совершении очень дорогостоящих сделок.

— Так что, ты их поищешь, или мне кого-нибудь другого для этого придется уговаривать?

— Поищу, — ответил я, уже прикидывая про себя, куда в первую очередь буду обращаться за информацией. А к Наталье, к кому же еще, все равно ни с кем, более знающим во всех этих тычинках-пестиках, я не знаком! Ну, и еще можно попытаться в ботанических справочниках покопаться. Но этот путь с самостоятельными поисками может оказаться очень хлопотным и долгим: я же не по названию буду цветок там искать, оно, наверняка, будет совершенно иным, а по внешнему виду. Не факт, что вообще его сумею опознать.

Уговорившись о том, что я ее вызову к себе, как только соберу необходимую информацию о растении, Син упорхнула в свой мир. А я остался… одолеваемый думами о возможном жульничестве со стороны этой излишне деятельной демоницы. Ведь запросто может выйти и так, что этот цветочек — чистой воды надувательство, призванное исключительно побудить меня к вызову суккубы в наш мир. Как я понял, каждый такой вояж дает рогатой немало праны для ее дальнейшего развития.

Отлавливать Наталью я отправился только через три дня. До этого времени никак не мог: преподаватель ОБЖ (основы безопасности жизнедеятельности, если кто не знает) как с цепи сорвался. Назадавал нам до следующего его занятия целую кучу рефератов написать, а потом мы их еще и с практической точки зрения должны были защищать. В частности, мне досталась тема «Поражение огненной магией». Никогда бы не подумал, что после такого поражения в организме пострадавшего остаются огненные флюиды, которые могут помешать нормальному воздействию зелья заживления ран.

Но таки реферат я сдал, и даже Наталью отловил с первой попытки.

— Информация об этом растении будет стоить тебе, Уваров ровно сотни золотых, — объявила мне обнаглевшая вымогательница.

— Ты вообще другие цифры знаешь? Сто золотых! — Возмутился я в ответ. — Одно дело, получить от тебя профессиональную помощь специалиста, да еще и артефактный горшок в придачу, или хотя бы букет цветов, который нужен буквально срочно, и без тебя, ну, никак не обойтись. Другое дело, обычная, не срочная информация, которую я и просто из справочников могу узнать.

— Ну, ищи, если такой жадина, — вредная друидка сделала вид, что обиделась.

Дальше был торг, жестокий и беспощадный. Я просто ощущал, какое удовольствие он доставлял моей оппонентке.

— Последняя цена, двадцать пять золотых! — Подвел я итог затянувшейся торговле. — И за эту цену ты мне не просто сообщаешь название изображенного на рисунке растения, но и называешь хотя бы одно место, где можно приобрести его семена.

— По рукам! — Разулыбалась девчонка, и я внезапно ощутил, что в нашем договоре присутствует какой-то подвох. Но рукопожатие уже состоялось, и я принялся отсчитывать обещанные монеты.

— Стыдно не знать такого растения, цветок называется…(очень зубодробительное наименование на уже не первое тысячелетие мертвом языке, считающимся в нашем мире классическим), но для простоты произнесения его еще именуют аленьким цветочком, — начала отрабатывать оплаченные мной знания третьекурсница. — А приобрести его семена ты можешь у одного из членов нашего кружка, барона Сизова Владимира, не знаю, как его по батюшке величают. У него этими самыми цветами вся его персональная теплица номер два засажена. И сейчас как раз там идет процесс созревания семян. Точнее, семена у аленького цветочка, как и цветение, идет непрерывно всю вторую половину осени и всю зиму. Растение это из южного полушария, там все времена года вывернуты наоборот по отношению к нашим.

Не откладывая этого дела на потом, я вместе с присоединившейся к моему походу Натальей, тем же разворотом и отправился в сторону университетской Оранжереи. Время подходящее, большинство кружковцев должно сейчас там быть, да и мне времени терять не стоит, препод ОБЖ ведь никуда не делся, запросто уже завтра может вторую серию рефератов задать.

М-да, уж, «никогда не плюй в колодец, пригодится водицы напиться», — кажется, именно так характеризовали наши предки сложившуюся у меня ситуацию, когда на мой запрос на входе в оранжерею о желаемой встрече с бароном Сизовым ко мне вышел… Машкин ухажер. Причем, он меня с первого же взгляда признал и принялся очень злобно сверлить взглядом.

— А ведь я предлагала тебе, Сережа, решить твой вопрос с цветами всего за сто золотых! — Кинув эту парфянскую стрелу Наталья с донельзя гордым и самодовольным видом прошмыгнула мимо меня в оранжерею. В которую меня, конечно же, не пустили. Барон Сизов даже разговаривать со мной не стал, разулыбался, скотина, молча, сложил кукиш, и ушел обратно, на запретную для прочих смертных территорию.

Как тяжело на свете живется бедному студенту! Именно эту фразу я придумал буквально на следующий день. Ну, сами посудите: семян я не получил, препод ОБЖ, как я и опасался, задал приготовить ему к следующему уроку еще один реферат. Да еще и Чернозубова затеяла со мной в молчанку играть. На все мои вопросы только молча хмурится и отворачивается, словно я ее любимую кошечку прямо на ее глазах использовал вместо футбольного мяча. И уже, практически по ее недовольным междометиям и раздраженным коротким репликам, я догадался, что это она так за мое общение с Син меня наказывает.

Может быть, в другой раз мне никогда бы и не пришло в голову то, что я решил сделать….

А решил я, ни много, ни мало, ограбить персональную теплицу барона Сизова. Очень любезно было с ее стороны, что Наталья мне нужный номер этой теплицы подсказала. Номер два, насколько я помню из проведенной для меня когда-то экскурсии, совсем недалеко от общего входа в Оранжерею располагается.

На дело отправился, как и все уважающие себя грабители ночью. Правда, не в собачью вахту, под утро, а просто, когда в Оранжерее все освещение за исключением дежурного погасло. Местная магическая сигнализация для моего разумного артефакта не стала исключением: пара минут — и можно проходить внутрь.

Чтобы со стороны меня никто не заметил, я не стал применять дополнительные источники освещения, ограничился зельем ночного зрения. Кстати, сам же его и сварил. По моим ощущениям, это зелье — вершина моих нынешних алхимических умений. Единственное слабое место такого зелья — это сильная светобоязнь на все время его действия. Даже от не сильных источников света начинают слезиться глаза, а уж если посветить в них фонариком…. Но, будем надеяться, человека с фонариком мне в моем авантюрном предприятии все же не встретится, ночь же, все нормальные люди должны давно спать.

Итак, теплица номер два, вход в которую, как мной выяснилось, вообще не запирался. Едва я в нее вошел, у меня чуть дыхание не перехватило. Есть такие цветы, аромат которых сильнее всего проявляется ночью. Аленький цветочек, похоже, как раз из таких. Аромат меда, карамели и еще каких-то пряностей… если бы не убойная концентрация этого запаха, я бы сказал, что это один из самых моих любимых ароматов из всего, что когда бы то ни было, я вообще вдыхал.

Однако отдыхать и заниматься ароматерапией некогда, надо дело делать. Еще замечательно, что семена на этом растении, оказалось, вызревают не где-нибудь в глубине коробочек, а в голом виде, на самых кончиках ветвей. Да еще такие крупные! В ином мире очень похожие по форме и размерам семена имели каштаны. Правда, у каштанов все же была оболочка, а тут — собирай — не хочу. Зрелые семена сами собой отделялись от веток при приложении малейшего усилия. Вот только я же, дикий человек, никак не ожидал, что семена будут такие крупные, потому с собой взял в качестве вместилища для семян тканевой мешочек очень небольшого размера. Мешочек заполнился враз, а потом я собирал их, просто набивая карманы, благо зимой одежды на мне много, и, соответственно, карманов тоже оказалось в достатке.

Уже напоследок, закончив сбор семян, решил еще для себя, дополнительно, букет цветов сорвать. Тут же их много, убыли будет даже не заметно. Зато мне будет приятно просыпаться утром, ощущая такой замечательный аромат.

Из-за охапки цветов перед своим лицом я и не заметил, что в главной оранжерее уже не один оказался.

— Кто здесь? — Прозвучал вопрос, после чего все пространство теплицы залили потоки яркого, почти солнечного света.

Как я уже потом узнал, сам заведующий кафедрой растений, Иосиф Евгеньевич Вавилов, этой ночью свои опыты с растениями проводил. Только его эксперимент требовал темноты, вот никакого освещения в его персональной теплице и не было. А потом мы почти что, нос к носу столкнулись. И таки да, луч фонарика прямо в морду лица — это, как оказалось, еще не самое плохое, что может произойти с человеком, принявшим зелье ночного зрения.

Скандал, конечно, получился страшенный! В деканате меня заставили объяснительную писать. Написал честно: «залез за аленькими цветочками потому что владелец теплицы отказался их мне продавать. Дверь в оранжерею оказалась не заперта». Декан прочитал мою объяснительную и почему-то разулыбался. Еще о моем проступке объявили во всеуслышание перед всеми студентами нашей группы. Дополнительно сказали, что рассматривается вопрос о моем исключении.

А еще через сутки меня снова вызвали в деканат. Я уже думал, придется вещи для возвращения домой собирать. Но, на удивление, Аркадий Семенович, наш декан, сделал мне еще одно внушение и отправил учиться дальше.

— Благодари свою подружку, Уваров, — сказала мне Варвара Александровна, секретарша нашего декана, когда я вышел в приемную из его кабинета. — Если бы не ее заступничество тут вчера, исключил бы тебя Аркадий Семенович.

— Ирина, это ты за меня ходила декана просить? — Поинтересовался я на занятии, вернувшись.

— Я не могла поступить иначе, ты же для меня эти аленькие цветочки воровал, — вся зардевшись, пробормотала Чернозубова и отвернулась.

— Сашка, объясни мне, малограмотному, — обратился я к Соколову после уроков, — почему Чернозубова вдруг решила, что аленькие цветочки я непременно для нее воровал?

— А у тебя еще одна девушка на примете имеется? — Изумился мой товарищ. И только тут я узнал, что эти самые аленькие цветочки издавна используются кавалерами в качестве безмолвного признания в любви своей девушке. Блин! Оказывается, я, в самом деле, дикий, пещерный человек, раз о таком широко распространенном обычае ни разу не слышал.

Все же так уж, чтобы совсем просто, я не отделался: во-первых, на меня наложили штраф. Вы будете смеяться, но сумма его составила ровно сто золотых! Во-вторых, меня на целый месяц определили в качестве наказания дежурным по столовой, грязные тарелки — стаканы по столам после еды собирать. Впрочем, о чем это я? Как раз, по сравнению с исключением, я отделался совсем даже просто. А еще у меня в карманах сохранились все собранные мной семена. Между прочим, довольно большой мешок набрался, после того, как я их изо всех своих карманов вытряхнул. Теперь вот надо определиться, что заказывать в качестве своей доли и можно вызывать чертовку за первой порцией этих семян.

— Зря ты с Чернозубовой гулять затеял, — высказал свое мнение Сашка Соколов после того, как мы с Иринкой всю большую перемену просидели в сквере на лавочке. — Нет у вас с ней будущего. Ее отец — имперский барон не из последних, а ты даже местечкового титула не имеешь.

Вообще-то одногруппница пыталась научить меня своему способу примерной оценки силы у проходящих мимо студентов, но со стороны это выглядело полноценным свиданием. Впрочем, возможно оно и было свиданием, все же баронесса согласилась обучить меня своему родовому умению. Хоть оно и не боевое и даже, как будто, не очень важное в практическом плане, но это все-таки кусочек родовых секретов. С другой стороны я тоже пытался ей показать особенности моего магического зрения. Типа, взаимовыгодный обмен. Вот только у меня уже к концу перемены что-то начало получаться, а Чернозубова как не видела магии, так ее и не видела. Но хоть представление получила, в каком направлении ей с ее даром можно будет развиваться.

— Так у нас, вроде, о свадьбе и речи не заходило, просто гуляем, пока нам нравится быть вместе. Ты вон тоже ведь с Гульнаркой Абашевой заигрываешь, хотя, наверняка планов на нее никаких не строишь. Причем, по той же самой причине: ты — имперский граф, а она — обычная, не титульная дворянка.

— У нас немного другое. Ко мне с разборками ее отец вряд ли пожалует, а вот к тебе барон Чернозубов может запросто заявиться.

Ну, так-то да. Разумное предостережение от настоящего друга. В последнее время мы с Соколовым вообще неплохо сблизились. Правда, для этого нашей четверке приятелей пришлось сократиться до двойки. А все эти аристократические заморочки повлияли. Как мы не клялись в начале года на словах, что всегда будем дружить, невзирая ни на что, жизнь внесла свои коррективы. Илья вон, себе сюзерена выбрал, который не очень благоволит ко мне, а барон Когтев вынужденно сократил общение с номинальными недругами своего сюзерена, в том числе и с нами, раз наши роды тоже на территории Светлогорского княжества проживали. Короче, эти двое отвалились, став… не врагами, конечно, но так, просто хорошими знакомыми.

Учеба учебой, но ведь у меня и другие дела были. В первую очередь это я имею в виду мой наметившийся контакт с суккубой. Долго время с ее вызовом тянуть не стал. Как говорится, время, которое у нас есть — это деньги, которые можем заработать. Потому, буквально, едва со всей своей нервотрепкой разобрался, принялся расчерчивать на полу своей комнаты печать призыва.

И снова внутри печати начали дымные дорожки прорисовываться, письмена на неведомом языке и… все. Ну, во всяком случае, так казалось в обычном зрении. Магическим я тоже практически ничего этакого не обнаружил, разве что какую-то еле уловимую неправильность. Даже сам не понял, в чем она заключается.

— Что за шутки? — Спросил я строгим голосом. — Син, с какого перепугу ты вдруг затеяла прятаться? Немедленно проявись, или я тебя отправляю обратно.

Ну, в принципе, я не так уж и сильно волновался. Пентаграмма, если ее не стирать с моей стороны, должна очень надежно удерживать внутри себя призванное существо. Более того, являясь по сути двусторонним контрактом, эта печать позволяла мне без труда по малейшему своему желанию отправить призванное мной существо обратно в ее мир. Впрочем, и призванный тоже сохранял свою свободу, в том плане, что тоже мог пожелать вернуться, и его бы перенесло обратно. Очень продвинутые специалисты разрабатывали этот ритуал призыва.

Меж тем, моя угроза возымела действие. В центре печати прорисовалась суккуба.

— Прости, Сережа, обознатушки вышли. Я думала, меня тут один очень неприятный тип опять призывать затеял.

Интересно мне было, что за извращенец у нас где-то нарисовался, от которого аж демоница прячется, но Син всеми своими эмоциями демонстрировала острое нежелание продолжать этот разговор, поэтому перешел к делу:

— Вот, глянь, ты про эти вот семена говорила? — Продемонстрировал ей горстку семян на ладони. Не все, чуть-чуть, на пробу.

— Думаешь, я отсюда вижу? Выпусти меня немедленно! — Потребовала суккуба. В ее эмоциях просто таки заполыхало предвкушение.

— Кстати, а для чего демонам эти семена? — Продолжал я играть на нервах рогатой девицы, не стирая пока защитную черту.

— Открывай давай, или я за себя не ручаюсь! — Уже практически зарычала демоница.

— Сначала скажи, — не сдавался я. Вообще, замечаю за собой, что чужие сильные эмоции для меня делаются чертовски приятными и… волнующими что ли….

— Ну, ладно, скажу, — сдалась Син, поняв, что быстрее будет по-быстренькому все рассказать, а не ломиться дуриком. — При помощи вытяжки из этих семян, выращенных у вас, но пророщенных потом в нашем мире, демоны могут видеть сны о своем могуществе.

— Так это ты решила наркоторговлей заняться, что ли? — Протянул я, даже сам не поняв, как к такому нужно относиться. С одной стороны — наркоторговля — это плохо! Наркотики разрушают тела и души их употребляющих. С другой… души у демонов… ор-ригинально!

— Какие наркотики? — Завозмущалась меж тем демоница, — говорю же, вытяжки из этих семян позволяют смотреть сны….

— …О своем могуществе, — подхватил я ее фразу и продолжил: — у людей есть вещества, они все строго запрещены, кстати, которые временно изменяют сознание….

— Да знаю я о наркотиках! — Теперь уже Син меня перебила, — это совсем-совсем другое! Привыкания к средству, полученному из семян, не возникает, а сны они… показывают возможное будущее. Будущее же не однородное, а состоит из множества вариантов. Есть варианты, в которых мы достигаем могущества архидемонов. Вот наше сознание под влиянием этого вещества и отыскивает один из таких. Или, если принять этого средства не очень много, можно увидеть себя на следующей ступени развития, понять, какие недостатки у той, будущей формы и заранее озаботиться их исправлением.

Ну, слава богу, хоть не надо теперь решать для себя сложную этическую проблему. Хотя… я уже принял решение: никаких наркотиков! Не важно, кому их продавать. Вот тот мужик, память которого в меня вселилась, всю свою жизнь магию тоже считал сказками. А вдруг, карма тоже существует в реальности. Не хотелось бы потом раз за разом вселяться в какого-нибудь опарыша.

Хе-хе, но ведь мы же решили, что семена не наркотики!

— Ладно, держи, первую партию семян, — объявил я, стерев ногой на печати призыва защитную линию. — Если хватит средств, мне, в счет моей доли, приобретешь компактные артефакты магической и ментальной защиты.

Ну, вот так, чуточку разделю товаропотоки: То мне по-прежнему будет покупать магические камни и всякие диковины, способные меня усилить, а Син пусть приобретает артефакты. Вроде, они у демонов минимум не слабее, чем даже у тех же ромеев. Я бы, конечно, в первую очередь, заказал чертовке целительские артефакты, но не рискнул. У демонов же, с их псевдотелами, совершено иная физиология, не факт, что их целительские артефакты людям вообще подойдут, а не окажутся чистым ядом.

Потом мы обсудили с суккубой возможные сроки реализации этого товара, и напоследок я предложил ей прогуляться по нашему миру. Ну, я же помню, как она тащится даже от простой прогулки среди людей. Заодно бы и внеплановую тренировку по ментальной защите для себя осуществил.

— Прости, красавчик, в следующий раз непременно, — с явно прослеживаемым сожалением в голосе и эмоциях отказалась от моего предложения чертовка. — Дело превыше всего.

О, как! Даже не ожидал от вечно взбалмошной и хулиганистой демоницы такого ответственного отношения к делу. Может, если и дальше все так же пойдет, что-то и выгорит у нас с ней, ведь общеизвестно: чтобы гарантированно достичь успехов в каком-либо деле, надо всего себя отдавать этому делу.

Получив желаемые ей семена, Син ушла обратно, в свой мир. А я остался. Ко мне внезапно Гуамоко обратился со своей очень необычной идеей. Помните про того слизняка, которого мне То в качестве образца возможного товара отправил? Демоны, слабо владеющие магией, использовали его в качестве симбионта. Там им еще много всяких дополнительных действий приходилось совершать, чтобы этот слизняк начал весьма ограниченным набором заклинаний по команде своего носителя пулять. К сожалению, людям такой симбионт в чистом виде не подходил от слова абсолютно, а химерологов, чтобы устранить несовместимость демона и человека, я так и не отыскал.

Так вот, Гуамоко все это время продумывал использование тела этого демонического слизня в качестве своего. Точнее, слизень, благодаря тому, что будет находиться под прямым управлением моего артефакта, не сможет навредить мне, а сам Гуамоко надеялся получить хоть и очень ущербную, но возможность воспринимать окружающий мир. Он уже разработал постепенное выращивание слизнем органов чувств, а в дальнейшем еще много чего, вплоть до опорно-двигательной системы. Будет в таком случае слизень, помимо всего прочего, работать в качестве внешнего скелета. Короче, очень много обещающий проект.

Из минусов, этот проект разумного артефакта будет осуществляться полностью за счет моей собственной праны. Вот меня и начал мучить вопрос: а оно мне вообще надо? Ведь все мое нынешнее развитие, как раз, под воздействием этой праны и идет. И мне и без того до вожделенного мной архимага, как до Луны вприсядку, а тут еще дополнительного нахлебника обеспечивать.

— Ты погоди, хозяин, так сразу от моего предложения отказываться, — тоном змея искусителя убеждал меня мой артефакт, — я же не от каждого твоего трофея предлагаю прану забирать. На первое время мне хватит и той праны, что твой организм в фоновом режиме вырабатывает. Тебе такая небольшая откачка даже пользу принесет. Организм будет пытаться скомпенсировать убыток и научится вырабатывать больше праны. Плюс можно будет мелкие магические камни и дальше покупать. Тебе от них польза уже совсем маленькая, а я много чего в своем теле переделать смогу.

Ага, он уже тело того слизня своим считает. И на мои магические камни свои планы имеет.

— Погоди, гуамоко, — взмолился, устав от расписываемых мне блистательных перспектив, — ты случайно, до того, как в этот самый артефакт угодил, случайно не змеем был?

— Ну, да, змеем, а какое это имеет значение? — Опешил искуситель.

— Да есть у людей одна легенда, что из-за точно такого, как ты, говоруна нас бог из своего рая выгнал.

Короче, не отважился я пока на предложение своего артефакта. Сказал, что тоже время, для того, чтобы подумать, мне нужно. Очень уж неоднозначный по своим возможным для меня последствиям сей проект.

Глава 12

Зима в нашем южном городе окончательно оставила свои позиции, уже молодая, свежая травка вовсю зеленела, а не только та, жесткая, вечнозеленая, которая на манер елок, зимой и летом одним цветом. Я все это время вполне усердно учился, в свободное время несколько раз сходил в мир демонов, пару раз вызывал к себе Син, чтобы забрать у нее мою долю артефактов и отсыпать новую порцию семян аленьких цветочков. Короче, дело житейское, даже рассказывать как бы особенно не о чем. Ну, в самом деле же, все эти выходы на охоты с убийством единичных монстров стали для меня уже обыденностью, а с защитными артефактами, врученными мне Син, так и вовсе не такими уж и опасными. Точнее, опасными, но рассказывать там все равно не о чем, все, происходило в точности, как и в прошлые разы. Разве что полученными результатами похвастаюсь:

Мышечная сила: 5,01

Нервно-мышечная проводимость: 7,11

Выносливость: 4,83

Регенерация: 0,13

Объем магического резервуара: 1,99 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 1,7

Развитие магических каналов: 2,49

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,79

Эмпатия: 0,9

Тут и поглощение праны умирающих чудовищ свою лепту внесло, и несколько относительно мелких поглощенных магическим камней, и тренировки — все в совокупности. Если в целом понагляднее этот результат прокомментировать, то, наверное, меня можно было бы без проблем выставлять на какие-нибудь соревнования по легкой атлетике. Скорее всего, я даже на международном уровне бы не сплоховал: физическое развитие у меня получилось намного выше среднего. Да только не проводились тут международные соревнования. Не отыскалось у нас в мире своевременно своего Пьера де Кубертена, зачинателя олимпийского движения. В магии тоже определенные подвижки были, правда, далеко не такие значительные, но ведь я еще только в начале своего пути.

В то утро выходного дня я был разбужен стуком в дверь. Наскоро натянув штаны, отправился открывать. На пороге стояла Наталья. Непроизвольно сравнил ощущение, исходящей от нее мощи со своим собственным. Мы были где-то наравне, может быть, я даже оказывался чуть-чуть сильнее. И это несмотря на то, что она уже заканчивала третий и последний курс старшей школы, а я всего только первый.

— Прости, если разбудила, — первой начала разговор друидка, заметив, что я просто смотрю в ее направлении и вовсе не настроен начинать беседу, — но мне очень-очень нужно с тобой переговорить.

— Внимательно, — хмуро кивнул я, приглашая девицу продолжать.

— Я пришла по поводу твоего растения.

— А что с ним не так? — Поинтересовался я с все таким же безучастным выражением своего лица, в душе уже начиная втихую радоваться: хе-хе, вот теперь-то и отольются кошке мышкины слезки, не все ей с меня деньги трясти, видно же, заинтересовалась Наташка кустиком. А мне мой растительный питомец уже и вовсе без надобности, я уже настолько натренировался, что вообще почти не замечаю его ментальных ударов во время тренировок, один расход только от него теперь и хлопоты: мелких-то зверушек на прокорм растительного хищника приходится регулярно закупать.

— С ним все не так. Видишь ли, я, когда его у тебя приживляла, то оторвала один листочек для своего гербария. А вчера вечером Иосиф Евгеньевич случайно в этот мой гербарий заглянул и этот мой листик увидел….

— И понял, что это неизвестное ему растение, — решил я помочь мямлящей и запинающейся через каждое слово старшекурснице.

— Да…то есть, нет. Растение известное. Оно в манускриптах эпохи древнего Ура описывается. Его тамошние аристократы в качестве управляющего элемента защиты поместий применяли. Только оно с тех пор считалось вымершим.

— Уже интересно. Продолжай.

— Я пришла к тебе с просьбой от самого профессора Вавилова, продать ему это твое растение, — наконец-то, добралась до сути своего визита Наталья, теребя машинально вышивку на рукаве своего жакета. Хм, какая скромняшка! Даже не верится, что совсем недавно она очень бойко выжимала из меня мои кровные.

— За деньги не продам, — сразу обозначил я свои ограничения. А все очень просто: вряд ли за этот кустик я смогу выручить больше нескольких тысяч золотых. Цена одного или двух магических камней. Зато засвечусь в качестве обладателя иномировой диковинки так, как не засветился бы и от продажи разом пары десятков камней. Их все же не только с демонов получают, но иногда и с других монстров.

— Что-то на обмен затребуешь? — Ага, кажется, смущаться Наталья стала немного меньше.

— Его личное участие в моем обучении Дыханию жизни плюс все, сколько только сможете предоставить, семена аленького цветочка.

— Семена — это без проблем. Сизову скоро все его посадки этого цветка сделаются без надобности. Вот и соберу тебе там весь урожай.

— А чего это с Сизовым? — Удивился я. Нет, мне он не друг и не родственник, но вот так вот выращивать — выращивать и вдруг забросить… непонятненько.

— Так он собрался в конце недели предложение твоей сестрице делать. Все цветы, которые еще до семян не созрели, хочет притащить ей в качестве одного огромного букета. Так романтично будет!

Вопреки ее последним словам, в эмоциях Натальи вовсе не чувствовалось ни грамма умиления.

Ну, не зря же женское общество со змеиным кублом сравнивают. Не стал углубляться в их взаимоотношения.

— А как быть с обучением? — Поинтересовался я, переводя тему разговора на более мне интересное. И, кстати, это мне совершенно случайно представилась очень замечательная возможность овладеть одной из ветвей магии жизни. Не некромантия, конечно, которую вообще не изучить без соответствующего дара, но тоже определенные хлопоты в освоении. Просто с магией жизни, если у тебя нет изначального дара работы с этой энергией, нужна первоначальная пропитка организма будущего адепта ее специфичной маной. Причем, концентрированной. Такой концентрации первый попавшийся маг, пусть даже уже посвященный магии жизни, создать в принципе не в состоянии. А вот заведующий кафедрой магии растений, маг не то первого, не то второго уровня — нет, не запросто, но, чуточку поднапрягшись, сможет. Кстати, очень дорогостоящая платная процедура. Только целителей таким образом инициируют бесплатно, за счет государства, но потом они должны довольно долгий срок отрабатывать в государственных клиниках.

— Я не могу обещать насчет обучения за Иосифа Евгеньевича, но, думаю, он согласится. И спасибо тебе! — Выпалила повеселевшая из-за успешно выполненного поручения девица и усвистала восвояси. Правда, перед уходом все же оговорила время, когда я вечером буду дома. Ну, чтобы семена принести.

* * *

Довольный почти уже состоявшейся сделкой (профессор Вавилов, изучив мой эксклюзивный кустик, через Наталью пообещал в начале следующей недели устроить мне сеанс обучения), я переделал все свои утренние делишки, включая завтрак и выгул собаки, и вознамерился пойти в город по своим делам. Ну, а что еще мне в своей комнате в такой замечательный выходной день делать?

Похоже, очень многим людям мысли по поводу хорошей погоды одновременно в голову пришли. По улицам буквально толпы нарядно разодетых горожан ходили, разговаривали, улыбались друг другу. И бог его знает, чем я руководствовался, но захотелось мне внезапно на Старгород с высоты посмотреть, а то уже скоро год тут обитаю, а с большей частью города вообще, даже проездом, не знаком.

Возле касс колеса обозрения мы и встретились: Соколов с Гульнаркой Абашевой и я сам. Мысли у дураков, говорят, сходятся. В принципе, не очень хорошо без приглашения в чужую компанию ввязываться, особенно, если это парень с девушкой, которые в кои то веки решили побыть в обществе друг друга. Потому я решил, что только прокачусь с ними в одной кабине и дальше уйду бродить по улицам в одиночку. Тем более что наедине бы нашим голубкам и так остаться не удалось: кабины то четырехместные.

Впрочем, в кабине колеса обозрения четвертого с нами не оказалось: большинство желающих тут прокатиться — это парочки или еще большие по численности группы были, одиночек, как я, вообще никого не нашлось.

И вот воспарили мы в вышину, я, в основном, городские районы рассматривал, пытаясь высмотреть наиболее красивые и необычные здания, чтобы потом, при случае, до них прогуляться, а Сашка со своей подругой просто открывающимися с высоты пейзажами любовались. Абашева первая и заметила, что на городской окраине что-то не совсем ладное творится.

— Ой, смотрите, мальчики, что это там? — Произнесла она, указывая пальчиком в заинтересовавшее ее место.

Я посмотрел в ту сторону и даже не сразу понял, что мне в той картинке показалось несоразмерным. Потом, присмотревшись, понял: чудовище, возвышающееся над несколькими оказавшимися поблизости домиками. Как вообще такая громадина в такой маленький портальчик умудрилась пролезть? А потом, уже вдогонку первой мысли я понял, что и портал не маленький. Он, по сравнению с этими ближайшими одноэтажными зданиями вполне на уровне смотрелся, диаметром метра два, если не больше. И тут я воочию увидел, каким образом тот шагающий «экскаватор» через портал прошел. А просто второе, точно такое же чудище, следом за первым в него начало протискиваться. Ползком, как через очень узкую нору. И ведь, если прикинуть, не так уж и далеко от нас открылся этот портал. Если идти пешком, не торопясь, так минут за пятнадцать — двадцать дойти можно. Ага, это нам, на наших коротеньких человеческих ножках. Вот совсем мне не интересно, за сколько минут эти громадные чудища смогут добежать до нас.

И в этот самый момент над городом возопила сирена! Именно так: возопила! Ее на всю катушку где-то неподалеку включили. Даже ушам больно стало, настолько она была громкой. И еще наши переговорники сами собой зазвонили все разом. И мужской очень размеренный и спокойный голос через них предложил нам пройти в убежище. Вроде бы. Очень уж громко вопила сирена, все слова заглушала. Хм, еще бы знать, где оно, это убежище, расположено?

С колеса обозрения мы сошли через несколько минут, там, у механизма, свой алгоритм был заложен, который ускорить было попросту невозможно. К тому времени уже практически вся публика из парка давно убежала.

— Ну, что, кто знает, как нам до убежища добираться? — Вопросил я нашу влюбленную парочку.

— А может, лучше попробуем туда поближе подойти, наверняка этот портал вот-вот закроют. Когда еще удастся вблизи на таких чудовищ посмотреть. — С горящими от энтузиазма глазами предложил мне Соколов.

В принципе, всяких чудовищ я уже вволю насмотрелся, а тут еще и идти куда-то, довольно далеко. Но за компанию, говорят, и жид повесился. Бог его знает, с каких времен дошла до нас эта фраза, только человеческую склонность к стадности поведения она передает очень качественно. Не стал исключением и я: поддался на речи приятеля. Да что я, даже Гульнарка и та поддалась, хоть, вроде бы, девушки должны выступать, по сравнению с парнями, образцами здравомыслия.

Очень необычное это чувство, идти по совершенно пустым, залитым солнечным светом улицам. Создается какое-то чувство нереальности происходящего: дома есть, мобили, припаркованные по обочинам в ряды выстроились, даже птицы на ветках снова чирикать начали, после того, как сирена стихла, а людей, кроме нас, ни одного. Словно в фильм «Жизнь после людей» внезапно попали.

Постепенно, по мере продвижения в сторону городских окраин, улицы становились уже, дома ниже, пока не перешли в зону одноэтажной частной застройки. И вот… прямо перед нами, в конце улицы, по которой мы в этот момент торопливо вышагивали, появилось оно. Чудовище. Это издалека этот монстр представлялся мне чем-то похожим на тиранозавра. Вблизи сходство просматривалось как-то гораздо меньше. Скорее какая-то помесь ящера, кентавра и огромного кряжистого дерева. Только вместо ветвей вокруг утолщенной головной части множество щупалец извивается. Но пасть с огромными зубами у этого встреченного нами монстра была, как полагается. И четыре толстых, очень мощных конечности очень быстро понесли эту распахнутую в предвкушении обеда пасть в нашем направлении.

— Бежим! — Заорал я, запуская телекинезом в сторону ужасного монстра бутылек с зельем мгновенного сна. Ну, да, теперь я всегда, на всякий случай, с собой таскаю небольшой боезапас.

Хм, не зря не остался дожидаться эффекта от моего зелья: на бегу оглянулся, а монстр уже в нашу сторону припустил, и зелье на него не подействовало вовсе. Может статься, он вообще спать не умеет?

Однако бегало это чудовище, несмотря на то, сколько тонн оно весит, заметно быстрее моих спутников. Возможно, будь я один, и убежал бы, но Гульнарка — точно нет. А Соколов, как истинный рыцарь, свою даму точно не бросит. Так и схарчит их чудовище вдвоем. Пришлось ускоряться, чтобы своим личным примером увести товарищей с прямой улицы, на которой чудище нас непременно догнало бы, в узкий, буквально чуть больше метра, проулок между двумя кирпичными домами.

Очень вовремя нам этот проулок попался, подумал я, когда позади, буквально в паре метров от нас послышался обиженный рев, сопровождаемый лязгом щелкающих в раздражении от удравшей добычи челюстей. Узковат проулок то для такой вот твари!

Впрочем, удравших ли? Похоже, у монстра на этот счет были свои собственные резоны, поскольку он вдруг смолк, напыжился, а стены, буквально нависавшие над нашими головами, внезапно зашатались и пошли трещинами. Ну, да, магия, куда уж без нее.

Зря мы вот так вот, обрадованно приостановились, уверовав в свое спасение. Дальше нужно было мчаться без оглядки. А теперь все, попали в ловушку: дальше, по ходу движения, стены зданий обвалились, образовав на пути высокий, практически непроходимый завал, а со стороны улицы стены тоже начали метр за метром складываться под воздействием монстра, постепенно освобождая для него путь до нас.

Придется принимать бой. Жалко, что я с собой вообще все свои метательные артефакты не прихватил, только несколько. Я же не на охоту собирался, а просто по улицам мирного города прогуляться. Первым в морду врага полетел артефакт, содержавший заклинание огненного шара. Полыхнуло знатно, аж глаза заслезились. А вот конечный результат вышел сомнительным: ну, да, несколько щупалец вокруг морды явно подгорели, но не все, а пасть, так и по-прежнему яростно щелкает, все ближе подбираясь к нам в нашем убежище, ставшем в одночасье смертельной ловушкой.

А тут еще Абашева не нашла лучшего времени, чтобы завопить в отчаянии прямо под ухом. От этого крика я непроизвольно дернулся, и артефакт с ледяным шипом, должный поразить чудовище в один из его многочисленных глазок, окружавших головную часть монстра по окружности, ткнулся в самый край разинутой пасти. Результат более чем скромный. Ну, да, раскрошилось несколько зубов, включая один из крупных, кривых клыков, но монстра я этим только разъярил, отчего он мотнул головой, напрочь сметая остатки угла дома, еще мешавшие ему добраться до нас. Черная клякса, выпущенная из моего перстня и вовсе не нанесла чудовищу никакого урона, безобидно расплескавшись по его морщинистой морде. Заклинания Соколова также оказались слишком слабыми и не принесли чудовищу заметного вреда. А у меня остался на руках один единственный артефакт, начиненный магией электричества, и я вовсе не был уверен в мощи этого своего заряда.

И тут вдруг с чудовищем что-то произошло. Оно заревело истошно, выдернуло голову из проема и принялось подобно маятнику монотонно раскачиваться влево-и-вправо. И что мне теперь, запускать в него свой последний свой последний метательный артефакт или лучше не стоит? Вдруг я этим тварюшку только из ее неожиданного транса выведу?

— Эй, вы там как, живы? — Послышался смутно знакомый голос и в проломе дома со стороны улицы выглянула чья-то физиономия. — Выбирайтесь скорее из этой вашей ловушки, не уверен, что моя магия подействовала на него надолго.

Помните, я себя адреналиновым маньяком называл? Так вот, в тот момент, когда мы, всем телом прижимаясь к остаткам кирпичной кладки, пробирались между ней и беснующимся в шаге от нас чудовищем, мне уже никакого адреналина совершенно не хотелось. Накушался я его по самое не хочу. Поскорее бы добраться до своей уютной комнатки, улечься на кроватку, укрывшись одеялом, и забыть сегодняшнюю прогулку, как свой самый страшный сон.

Мы уже метров на тридцать от эпицентра разыгравшихся событий отбежали, когда по улице промчались бронеходы. Наша доблестная армия спешила на ликвидацию последствий прорыва из иного мира. А нет, не вся техника промчалась, один бронированный самоходный вагончик, со скошенным передним краем, затормозил прямо возле нас.

— Все же это были именно вы, а то, признаться, я издали немного сомневался. — Объявил нам Вишневский после того, как всех нас прибывшие военные загнали в нутро одного из своих бронеходов.

Представляете, какое удивление я испытал, когда совершенно неожиданно для себя выяснил, что нашим спасителем оказался именно это мажор! И таки в этот раз разговаривал он вполне спокойно, а не кривил губу в постоянной презрительной усмешке.

— Вишневский, ты спас мою жизнь! — самым серьезным тоном обратился к нему Соколов и протянул руку для рукопожатия. — Я у тебя в долгу.

— Пустое. Я всего лишь спасал людей от зубов чудовища, — произнес напыщенно Вишневский и вдруг, не удержавшись, хихикнул: — Уваров, видел бы ты сейчас свое лицо.

Ну, да, признаюсь, опознав в роли нашего спасителя Вишневского, я был… удивлен? Нет, тут скорее подойдет слово ошарашен, если, конечно, не применять выражений покрепче. Но, подавив шквал эмоций, я вслед за Сашкой повторил:

— Я у тебя в долгу. Спасибо. — И протянул руку. Откажется ее пожимать, так откажется. В конце концов, наш спаситель — еще тот говнюк.

Но Вишневский, очень серьезно глядя мне в глаза, мою руку пожал.

— Я товарищей не бросаю, — сказал он.

Думаете, на этом все и закончилось? Как бы ни так! С задержкой в несколько часов, потребовавшихся на закрытие портала, ведущего в уже известный мир чудовищных ящеров, нас прямо в этом самом бронеходе доставили на территорию студгородка и сдали администрации университета. С пожеланием, чтобы студентам, у которых слишком много лишней энергии, нашли бы какое-нибудь занятие. А у меня только-только истек срок дежурства в столовой. Теперь мы, все втроем (Абашеву, как девушку, озадачили другим родом занятий), после окончания у нас учебных часов, занимаемся уборкой территории. Ну, а что? Территория студенческого городка огромная, дворников на все не хватает. Впрочем, в целом, в университете, не только мы втроем под эту трудовую повинность угодили: мысли у дураков, как я уже не раз замечал, сходятся, много молодых и самоуверенных рвануло помогать армии прорыв закрывать. Но с первого курса подготовишки — только мы попались.

Кстати, не такой уж и плохой этот Станислав Вишневский оказался. Точнее, как неплохой? Сноб и задавака, конечно изрядный, да и меня своими идиотскими подколками по части моей худородности изрядно доставал, но вместе с тем он же, не раздумывая, бросился на спасение ребят в студенческой форме и определенный кодекс поведения соблюдал. А еще он меня в противостоянии своей ментальной магии тренировать начал. Ну, все равно же, на отработке делать особо больше нечего. Сначала я учился сопротивляться заклинанию гиперэстезии, просто усиливающему сигналы от органов чувств до полного безобразия, а потом и его усложненной версии, перемешивающей, словно в гигантском миксере, все сигналы от тех же органов чувств в совершенно невнятную мешанину.

В целом, это наказание оказалось не таким уж и суровым: хорошая компания, да на свежем воздухе…. К тому же и всяких развлекательных моментов во время нашей отработки тоже хватало. Чего только стоил один единственный случай с бароном Прасовцевым, когда студент второго курса университета, не подготовишка даже, решил произвести впечатление на понравившуюся ему девушку и прямо при свете дня, с букетом, полез на дерево, чтобы потом, пройдя по ветке, вручить его своей избраннице прямо в окно второго этажа женского общежития.

На дерево барон влез. К тому времени чуть ли не из каждого окна общаги минимум по одной любопытной женской головке точно выглядывало. А потом, когда решил пройтись последние пару метров по ветке, несчастный возлюбленный не удержался и рухнул вниз. И мало того, что рухнул, так он еще так удачно подгадал зацепиться своей рубашкой за ветки, что земли достиг, уже сверкая голым торсом. Но, как настоящий мужчина, он и в момент падения свой подарок любимой девушке из рук не выпустил.

Пикантность всей этой сценке придавало то, что в момент, когда он немного пришел в себя и уже собирался подниматься на ноги, места его крушения достигла Капитолина Дмитриевна Переверзева, женщина богатырского роста и таких же богатырских статей, да к тому же проректор университета по воспитательной работе. Она до того момента просто там прогуливалась, вдыхая весенние ароматы.

А теперь представьте себе снимок, который сделала одна из обитательниц этой общаги, и тут же выложила его в сеть: голый по пояс, щупленький барон, с букетом цветов в руках, стоит на одном колене перед проректором по воспитательной работе, уставившись ошалелым взором прямиком в необъятный бюст «своей избранницы». И подпись: «как настоящий мужчина он решил жениться».

Сам я не видел, но Чернозубова рассказывала, что буквально на следующий день в университет примчались родители этого великовозрастного чада и… первым делом отправились к госпоже Переверзевой, которая, в отличие от студентов, из-за своего крайне загруженного расписания, не имела времени пастись в интернете и до того самого момента даже и не подозревала об этом своем «женихе».

Мы втроем сначала тихонько хихикали, слушая со стороны, как несравненная Капитолина Дмитриевна громовым голосом распекала нерадивого Ромео в первый день, и до слез ржали, когда увидели фотографию с подписью, на следующий.

Короче, очевидно, правы те, кто утверждает, что противоположности сходятся. К концу месяца, на который нам были назначены отработки, мы втроем, такие разные, уже неплохо сдружились.

Хм, и значок с символикой Белогорского княжества граф Вишневский тоже не носил. Посчитал это ниже своего достоинства. А я вот теперь в недоумении: если столь знатные особы, по своему статусу уж никак не могущие оказаться отщепенцами, не носят эти опознавательные знаки и ничуть не опасаются нападений, то может значки выполняют не защитную, а прямо противоположную функцию? Указывают тех, на кого можно нападать невозбранно?

Глава 13

Ко мне внезапно поступило приглашение на торжество. Ни за что не догадаетесь от кого! То, мой демонический партнер по бизнесу, решил отметить прибавление к его имени третьей буквы. Точнее, букву он еще не присоединил, а только получил такую возможность. Собственно, гости и должны сообща выбрать ему эту третью букву.

А чтобы прочие демоны не опознали во мне выходца из иного мира, вместе с последней партией магических камней, мой контрагент отправил мне специальный артефакт маскировки ауры. Внешностью то некоторые демоны очень сильно отличаются друг от друга.

Впрочем, и с внешностью, пусть совсем немного, я смогу поколдовать. И это я вовсе не магию иллюзий сейчас имею в виду, в которой делаю только первые шаги, а настоящую плоть. Точнее все буду делать не совсем я, а Гуамоко. Ну, да, я все-таки решил принять его идею с использованием слизня. А возможное изменение внешности там просто дополнительным побочным бонусом пойдет. Правда, пока слизень маленький и неразвитый, изменить совсем немного что получится. Например, лицо. По крайней мере, Гуамоко уверяет, что чуть ли не сразу, как подключит к себе этого паразита, точнее симбионта, сможет даже не маску, а полноценное лицо со всеми его гримасами для меня сотворить. Но это на первых порах. В дальнейшем говорил уже: вполне возможно развитие до экзоскелета и даже полноценного боевого доспеха. Ну, или скафандра, что вообще может быть одним и тем же. И все же жаль отрывать прану о своего развития! Надо будет как-то придумать для него развитие преимущественно за счет магических камней. Все же их у меня уже заметно больше сотни набирается, и очень многие из них содержат навыки усиления тела, лично мне уже не особо-то и нужные.

А еще я наконец-то собрался поглотить тот редкий магический камень, который мне То когда-то раздобыл. Ну, помните про хомяка, умеющего запихивать свои припасы в особую складку пространства? Все же за минувшие месяцы я очень усердно и разносторонне развивался, не должно теперь меня от усвоения одного единственного камушка, содержащего магию пространства, так уж сильно перекосить. Точнее, не меня, а мой магический каркас, ну вы поняли. Зато и в гости к опасным монстрам пойду достойно вооруженным, и покупки, которые, надеюсь, сумею там произвести, будет куда складывать, так чтобы не сгибаться потом под перегрузом.

М-да, одно только плохо, празднование в поселке демонов на наш будний день запланировано. У нас же в этот день учеба, пропускать которую без веской на то причины, чревато очень сложными отработками.

К счастью, с открытием для себя магии жизни, получить справку в нашем медпункте, освобождающую на денек — другой от учебы, не составит для меня никакого труда. Ну, я надеюсь. Диагностику заболеваний же тоже при помощи этой магии проводят. Вмешаться в диагностический конструкт, дающий информацию с внутренних органов, обладая самому магией жизни, вполне реально. Вот самому построить этот конструкт пока не выйдет, а вмешаться…. Опять же, не зря у меня информация о строении человека из иного мира имеется. Пожалуй, изображу лишнюю жидкость в коленном суставе, ее легче всего сымитировать. Достаточно просто чуточку пригасить сигналы магии жизни вдоль проекции суставной щели. Жидкость же не является сама по себе живой тканью, вот и дает ослабление обратного сигнала.

А в то, что меня выявят в качестве симулянта, я не особо верил. Настоящий целитель — редкая птица, серьезная. Он только по конкретным вызовам к нам в медпункт приезжает. В остальное время там принимает простая медичка, не целительница. Выслушивает и записывает жалобы, применяет подходящие диагностические артефакты и ставит, при необходимости, на очередь к целителю. Лечебные артефакты тоже может применять, но редко. Они очень дорогие, а их ресурс далеко не бесконечен. Так что простую травму, сто процентов, сначала попробует простыми лечебными зельями и мазями лечить. Плюс, как полагается, пропишет покой, чтобы не травмировать поврежденный сустав дальше.

Хоть, вроде, все распланировал, а все равно волновался. К счастью, все вышло в точности, как я и предполагал: одно колено у меня на ощупь было заметно теплее, чем другое. Ну, тут лечебная настойка раздражающего действия поработала. Эту настойку при болях в спине применяют, а я колено намазал, вот колено и стало горячим. Ну, и хромал от подложенной под запятник обуви колючки, я, конечно, тоже очень убедительно. Даже сам бы поверил, если бы ко мне заявился пациент с такими симптомами. Диагностический артефакт я тоже обманул. Только поволноваться все же пришлось:

— Уваров, вот скажи мне, ты умный? Ты зачем сюда приперся? — Прозвучал неожиданно вопрос нашей медички, от которого пульс у меня застучал значительно быстрее.

— А в чем дело, Марья Степановна? — Нашел в себе силы спросить я.

— При свежей острой травме тебе надо было не ко мне сюда ковылять, а скорую вызывать. Отвезли бы в больницу, пара заклинаний — и уже бы бегал здоровый. Пока травма свежая, все легко исправимо. А сейчас, раз столько времени потерял, будешь лечиться медленно и печально. Тратить ресурс выданных мне артефактов я на тебя не буду. Вдруг кто серьезный поступит.

— Я ж не знал про скорую и про то, что свежие травмы так легко залечиваются, — пролепетал я, сделав соответствующую расстроенно-виноватую мордашку, — у нас в поселке скорой не было.

В ответ пришлось прослушать еще целую лекцию о возможностях магической медицины. Даже кое-что реально новое для себя узнал.

В общем, все вышло, как я и загадывал. Медичка выписала мне справку даже не на один или два, а сразу на три дня. Смогу на славу оторваться, а то чувствую, несмотря на тренировки, замедляется мой прогресс.

С подготовкой закончил. Гуамоко был просто вне себя от радости. Еще бы, провести множество веков внутри бесчувственной железяки и вдруг получить возможность, хотя бы в перспективе вновь ощутить прелести окружающего мира…. Я бы, на его месте, тоже вопил во все горло от радости. Правда, со скорейшим развитием слизня возник некоторый затык. Гуамоко, изучив его состояние, вынес вердикт: слизень совсем-совсем слабенький. Такого излишне сильным потоком праны не разовьет, а убьет самым жесточайшим образом. Фигурально выражаясь, разорвет как ту обезьянку, с которой слон решил как-то от безделья позаниматься сексом. И магическими камнями мне его не накормить, придется на первых порах медленно и печально подпитывать своей собственной праной. Засада, однако.

Зато с моим внутренним хранилищем все вышло по задуманному. Ну… почти. Пока эта способность убирать вещи в подпространство тоже не слишком впечатляет. Не хранилище это пока, а, скорее, карман. Но, он будет увеличиваться со временем. Надо просто им почаще пользоваться: заполнять до упора и опустошать… заполнять и опустошать. Ну, и еще запастись терпением. Но даже в такой я смог почти три десятка метательных артефактов поместить. Вот озаботился бы таким карманом чуть раньше, и не пришлось бы во время недавнего инцидента с чудовищем из портала с жизнью прощаться. Ведь совсем уж по краю прошли тогда….

В мир демонов в этот раз переходил настолько ранним утром, что еще чуть-чуть и он бы назывался поздним вечером. А по другому никак: еще бы немного промедлил и вообще бы до вечера все застопорилось: днем же, точнее с утра, только не раннего, по теоретическому корпусу студенты с преподавателями во всех направлениях шастают. Открывать на их глазах решетку на входе в подвал было бы большим палевом.

Действия по отключению магической охранной сигнализации, открытию замков и открытию портала уже воспринимались мной почти рутиной. Мир демонов при переходе тоже не смог удивить ничем новым. Ну, да, на месте поломанной и вытоптанной растительности уже повылазила новая и довольно высокая, но на этом и все. Даже маленького хищника там не пряталось.

При помощи двустороннего переговорного артефакта связался с То. Для меня это была необходимая процедура, поскольку дороги от того дерева с раздвоенной вершиной до поселка демонов я так и не разведал.

— Молодец, что согласился прийти! — Раздался в ушах голос моего контрагента. — Прямо сейчас отправлю за тобой команду из двух проводников. Жди их возле нашего условленного места.

Ишь ты, команду он отправит! Я припомнил, каким изможденным предстал передо мной этот демон в нашу первую встречу. Но делать нечего, раз собрался, надо идти. Остается надеяться, что эти демоны не захотят на меня напасть, все же, конкретно с ними я никакого договора не заключал. И тут мне в голову пришла интересная мысль.

— Гуамоко, — обратился к своему разумному артефакту, — а ты не мог бы создать из своего тела рожки у меня на голове?

Признаться, называя слизняка телом Гуамоко, я пытался немного подлизаться к нему. Заметил в прошлый раз, как ему не понравилось название «слизняк». К тому же уже практически и не соврал ни в одном слове. Слизняк действительно стал телом Гуамоко. Тот уже даже, вроде как, наладил на нем тактильную чувствительность.

— Как скажешь, хозяин, — пришел ответ, и я почувствовал на своем лице некоторое шевеление. Это плоть Гуамоко (ну, раз решил считать бывшего слизня неотъемлемой принадлежностью моего артефактного слуги) перемещалась оттуда мне на макушку. — Вот, можешь полюбоваться, что получилось.

Пришлось создавать иллюзию зеркальной поверхности и осматривать получившееся произведение искусства.

— Хм, а ведь очень натурально вышло. Жаль только, что они такие маленькие. Несолидно как-то.

— Больше пока не получатся, — извиняющим тоном отозвался на это мое замечание Гуамоко. — Плоти у меня пока всего ничего, и растет она очень медленно.

За всеми этими преобразованиями и разговорами я не забывал вертеть головой по сторонам, надеясь вовремя разглядеть и предотвратить поджидающую меня опасность. К моему большому удивлению, опасностей не было, а ведь я уже довольно далеко зашел в лесостепную зону, в которой прежде монстры просто таки кишели на каждом шагу.

Посидел под заветным деревом, скушал прихваченный с собою обед. А что еще делать? Посыльных, отправленных за мной То, пока не видать, как и какой бы то ни было активности чудовищ. Если бы все-таки не опасения, что могут набежать, так, наверное, разделся бы до трусов и улегся загорать. Думаю, осознание того, что загар на теле получен под солнцем чужого мира, немало бы прибавило очков к моему чувству собственного величия.

Но вот, вроде как, и проводники пожаловали. Готовый при первых же признаках агрессии в свой адрес немедленно юркнуть под защиту древесного ствола, я поднялся из-за развесистого травяного куста им навстречу.

Нападения не произошло. Двое рогатых субъектов хмуро кивнули, поглядывая удивленно на мои рожки. Очевидно, То описал меня им без них, но вроде как приняли и таким, как есть. Представился я им Сержем, а они оба почти одинаково: Хе. Почему почти? Так это на человеческом языке записывается одинаково, а в речи у демонов отличие прослеживается вполне отчетливо: второй Хе свое имя произносил, вроде как, на выдохе. Но, для удобства решил их про себя Хе 1 и Хе 2 именовать, все же я тоже человеческой азбукой и цифрами, в основном, пользуюсь, а не демоническими «уголочками с крючочками». Кстати, Хе 1 внешне очень сильно напоминал прибитого мной когда-то козломордого охотника, похоже, это у них одна из распространенных модификаций. Второй Хе был заметно мельче и, если бы я попытался описать его понагляднее, то обошелся бы буквально одним словом: чертик. Такой же пронырливый, хвостатый, с рогами — ухватом и мордочкой, похожей на кошачью.

До поселка мы добирались часа четыре. Все это время провожатые настороженно вертели головами во все стороны, разок даже останавливались, после чего предприняли обход подозрительного места по широкой дуге. Был ли там кто?…Лично я не заметил, обычное дерево, окруженное вполне привычными зарослями колючего кустарника.

И вот, наконец-то, показались стены долгожданного поселка. Хм, я почему-то представлял их в виде частокола. Не учел, что они должны были защищать не от банальных небольших банд разбойников, а от серьезных чудовищ, потому, очень сильно удивился высоченным, в два или три земных этажа стенам с еще более высокими башнями вокруг ворот и по углам крепостного периметра. Кстати, ворота были широко распахнуты, и прошли мы в них вообще без проблем.

— Нам туда, господин Серж, — первый Хе указал в сторону одной из трех улиц, куриной лапкой расходящихся от площади возле ворот.

Однако интересные тут пейзажи! Словно на съемках фильма звездных войн очутился. Из тех, что Лукас при помощи компьютерных программ обработал, чтобы для красоты картинки их всякими монстрами и инопланетянами населить. Только жители этого поселка все на уровне устроили и без всяких компьютеров: у них по улицам цокали на копытах, топали ногами, просто ползли настолько разнообразные существа, что лично я всерьез озадачился: кто из них разумный, а кто всего лишь тягловая сила. Кстати, эти разнообразные жители не только по улицам топали, но и в воздухе тоже перемещались. Большинство на крыльях, но и что-то вроде одиночного глайдера я тоже разглядел.

Домик моего компаньона ничем не выделялся из череды себе подобных: полностью каменная небольшая хибара с узкими окнами — бойницами, огороженная сплошным, тоже каменным, забором.

Хе и Хе проводили меня за этот забор, сдали «на руки» моему компаньону и, получив на руки несколько камушков, фонящих энергией, благополучно усвистали по своим делам.

— Как добрался, много ли было нападений? — Осведомился То, оглядывая меня и сосредоточив свое основное внимание на моих рожках. — Сам бы не знал тебя раньше, ни в жизнь бы не подумал, что эти рога накладные. Так и шибают праной.

— Добрался нормально, нападений не случилось вовсе. Более того, за все время похода так ни одного монстра и не встретил, — принялся отчитываться я в порядке заданных вопросов. А рога… они что, так уж много праны излучают?

— Не сказал бы что много, но этакой умеренной роскошью шибают. Так, навскидку, я сказал бы, что передо мной сейчас стоит успешный пятибуквенный.

«Гуамоко, что за дела, ты зачем мою прану на ветер пускаешь?» — отправил я ментальный вопрос своему излишне инициативному артефакту.

«Праны там чуть, просто у демонов и такие крохи на создание чисто внешнего антуража позволяет себе выкинуть далеко не каждый. Зато в твоем происхождении с такой дымовой завесой точно никто не усомнится», — логически обосновал свои расходы Гуамоко.

— Ты сказал, что во внешнем поясе запретных земель пропали монстры? — Выдернул меня из режима внутренних переговоров То.

— Пропали или нет, не знаю, но я лично ни одного не видел, — снова повторил я свои слова. И уточнил, ощутив, как от моего собеседника разошлась легкая волна неуверенности и беспокойства. — Это что-то значит?

— С этими землями, с витающими там нарушениями логических концептов, ни в чем до конца нельзя быть уверенными. Но в целом, если в тамошних землях происходит что-то странное, лучше подготовиться ко всяческим неприятным неожиданностям.

Однако, как говорится, размышления к делу не пришьешь, еще немного поразговаривав на тему Запретных земель, мы отправились в дом.

Небогато живет мой компаньон. Из рассказов сначала Рома, потом Син, да и самого То я знал, что уровень жизни демонов — примерно на уровне нашего. Ну, с известными вариациями вследствие того, что основа их цивилизации не техномагическая, как у нас, а чисто магического толка. Но унитазы и душ тут вполне себе существуют, я это точно знаю. А вот в доме То их нет. На руки мне, когда я пожелал их помыть, воду из кувшина поливали, а туалет вообще был представлен в виде сакраментальной дырки в полу. Впрочем, отлично понимаю, почему это так. То же практически заново начал свою жизнь, что называется, с ноля, потому первые расходы у него шли на самое необходимое: на личное усиление. Иначе очень трудно в обществе демонов хоть какие-то дела вести. И вот это вот предстоящее удлинение имени, пусть на один только звук, четко показывает, мой компаньон на верном пути.

Вопреки моим ожиданиям, праздник вышел не слишком многолюдным. Или правильнее в его случае говорить многодемонным? Помимо меня и его самого пришли два контрагента То с другой, так сказать, стороны. Те, кому он продавал полученные от меня капсулы. Ну и парочка его старых знакомых, еще по прежней его жизни, пожаловали, из тех, что не отвернулись от хозяина дома во время его жизненных невзгод. И все.

После совместной трапезы начался собственно сам ритуал имянаречения. Ритуал очень простой: просто будущий именинник обратился к гостям с просьбой помочь ему выбрать правильное имя. Наверное, людям сложно понять, как можно из-за одного единственного звука целый огород городить, но тут на полном серьезе советовали прибавить в самом начале звук «у», чтобы хоть чуточку походило на имя соседнего довольно успешного князя: Гуторакш, или в конце добавить «н», чтобы напоминало звон клинка. Когда до меня дошла очередь давать советы, я предложил на выбор два имени: Тор и Тот. Мол, Тор, в нашей местности был божественно могучим воителем, а Тот был просто дьявольски умен. Ну, христиане же древнеегипетских богов записали в воинство нечистого? Значит, и этот мой эпитет для древнего бога мудрости вполне правомочен.

Советы мы все дали, и То выбрал в качестве примера для своего имени именно бога Тота. После чего приложил к какому-то ящичку, стоящему на столе, палец и четко проговорил:

— Меня зовут Тот. — Ящичек в ответ тихо пискнул, и на этом все прекратилось.

— Сработало! Молодец, Тот, не зря кристаллы на аренду регистратора потратил, — провозгласил один из собравшихся и остальные поддержали этот возглас согласным гомоном. Ну, и я свои пять копеек в том же направлении добавил. Понятно же, что это обычай такой, морально поддерживать решившегося на возвышение собрата.

И, в сущности, и все, праздник на этом подошел к концу. Был То, стал Тот. По разговорам я понял, что этот ящичек на столе отправил информацию о прошедшем проверку на наличие силы демоне в общую систему регистрации поселка. Еще какое-то недолгое время застолье продолжалось, после чего гости начали расходиться по домам.

Я тоже, глядя на всех, собрался, но Тот меня чуточку придержал:

— Сергей, подожди немного, мне еще нужно тебе отдать твою долю от продажи тех артефактов, которые ты мне отправлял для реализации.

Уф, замечательно! А то я, признаться, уже немного волноваться начинал. Уже много времени прошло, а про сбыт краденых драгоценностей ни духу, ни слуху. Интересно, большой ли навар? Стоило ли ради них так рисковать?

— Что это? — Спросил я через пару минут, когда Тот протянул мне какую-то странную небольшую шкатулку. Очень небольшую. Сомневаюсь, что даже бриллиант, размером с нее целиком, будет равноценной заменой моих двух тяжеленных сумок, битком набитых коробочками с драгоценностями. Хотя… там же еще долю самого демона за реализацию нужно учитывать…. Пожалуй, все же алмаза размером со шкатулку мне будет вполне достаточно.

Понятное дело, это я так шутил про себя, утешал. Очень уж выходил непропорциональный обмен, попахивающий крупными убытками. Хотя, если честно, я сам виноват, не сформулировал точно, что хочу получить взамен драгоценностей. Сказал просто: что-нибудь редкое и ценное.

— Ух ты, навигатор! — Вдруг прорезался в моем сознании телепатический голос Гуамоко. — Не ожидал такую штуку еще когда-нибудь увидеть.

— Это ты о шкатулке? — Уточнил я, немного воспрянув духом. Хотя, что такое этот самый навигатор я и не знал, но явно что-то очень редкое и ценное.

— Можешь, если хочешь, называть его шкатулкой, хозяин, но вообще, навигатор нужен, чтобы определять координаты миров, сопряженных с миром, где ты находишься. Маги-порталисты за такой с огромной радостью обе свои руки отдадут. Очень сложный и ценный артефакт. Я потом обучу тебя им пользоваться, а пока послушаем, что тебе говорит этот твой компаньон.

Компаньон же поведал всего лишь, что этот загадочный артефакт очень древней и могущественной цивилизации был украден его знакомым очень удачливым вором у одного из соседних князей. По факту, все как я и заказывал: редкость и цены неимоверной. Вот только в мире демонов ее продать нельзя, мигом до обворованного князя вести донесутся.

Хм, данный обмен ценностями оказался сильно похож на некую насмешку судьбы: одно ворованное я обменял на другое ворованное. Осталось только убедиться, что этот самый навигатор исправен и научиться им пользоваться.

После получения своей доли от торговли я не стал разводить долгие проводы, только распихал часть своих боевых одноразовых артефактов по карманам, я на их место навигатор поместил, да и зашагал к выходу из поселка. Времени уже много, а мне еще через всю внешнюю часть Запретных земель топать, чтобы до портала в свой мир добраться.

И снова меня поразила абсолютная пустынность ранее кишащей монстрами местности. Даже интересно стало, разведать, куда они все так вот, разом, удрали.

Впрочем, пустынности удивлялся я недолго. Обнаружил первую стаю коренных обитателей этих мест: ящериц, что могли стрелять электричеством и очень быстро мчаться, поднявшись на задние лапки, в атаку на врага. Даже небольшую гордость испытал: вот ведь уже неплохо в здешней фауне ориентируюсь.

Ящериц я раньше обнаружил, чем они меня, потому сместился с пути их продвижения чуть в сторону, чтобы они мимо прошли. И… вышел прямо во фланг на каких-то неизвестных многолапых монстров. А за ними виднелись туши чего-то исполинского. Не суперзавр, конечно, но тоже немаленькие. Многолапы за мной гнаться не стали, но и я понял, что мое скорое возвращение внезапно оказалось под угрозой. Просветов между разными стаями надвигавшейся живности практически не наблюдалось.

Для надежности еще поразведав территорию чуть дальше в сторону, я окончательно убедился: вал надвигающихся монстров достаточно широкий, чтобы у меня получилось без проблем его обойти. Пришлось мне отступать. Сначала я надеялся, что монстры просто разбредутся по своим местам прежнего обитания, но нет, они все также, не очень быстро, но целеустремленно, продвигались от границ Запретных земель вовне.

Хм, а ведь, если все эти чудища и дальше будут продвигаться такими же темпами, через два часа они достигнут окрестностей поселка, который я совсем недавно покинул. Попытаться предупредить или, наоборот, оставить все, как есть, в надежде, что твари, отвлекшись на поселок, нарушат целостность своих рядов?

Все же решил предупредить. В поселке обитает Тот, приносящий мне немалые прибыли, да и Син, хоть она и зараза, конечно, но как-то, совершенно неожиданно для себя, я уже считал не чужим для себя существом.

И снова поселок демонов гостеприимно принял меня в свои распахнутые ворота. Не стал искать какого-то специального командира, подошел к первому попавшемуся стражнику, дежурившему возле ворот.

— Из Запретных земель надвигается волна монстров. Я ее опередил совсем ненамного. Вскоре огромная толпа разнообразных чудовищ уже будет здесь.

Не скажу, чтобы после моих слов все сразу забегали или кинулись запирать ворота, но и без внимания мое сообщение не оставили. В сторону надвигающейся угрозы отправили разведчиков, а меня пока вежливо, но убедительно попросили побыть во внутреннем помещении одной из привратных башен. Может зря я все это затеял? Боюсь, при пристальном изучении моя маскировка может и не выдержать, а прорываться сквозь строй готовых к сражению стражников — затея ничуть не менее безнадежная, чем прорываться сквозь толпу тех же самых монстров.

Глава 14

К счастью, мое ожидание надолго не затянулось. Снаружи вдруг послышались громкие крики, и створки ворот пронзительно заскрипели, закрываясь.

— Чужеземец, твои сведения проверены, можешь быть свободен, — в комнату ко мне вошел все тот же стражник, с которым я говорил чуть ранее.

И только тутя сообразил, во что я так необдуманно вляпался. Я же, считай добровольно, запер себя среди кучи разумных демонов, в то время как еще гораздо более многочисленная орда демонов неразумных будет штурмовать их укрепления снаружи. А ведь мог запросто просто отступать, пока бы напор монстров не прекратился. Не думаю, что эта многочисленная, но все же отнюдь не бесконечная сборная солянка из чудовищ стала бы наступать слишком уж далеко бы от мест своего привычного обитания. И ворота бы, наверняка, жители поселка и без моего предупреждения, успели бы закрыть…. Они тут далеко не первый год обитают в контакте с чудовищами, все уже отлажено.

Однако надо к кому-то и приткнуться. В массовых сражениях с использованием магии одиночки гибнут первыми. Да и без использования магии… один — он всего лишь один. «Плохо человеку, когда он один. Горе одному, один не воин. Каждый сильный ему господин. И даже слабые, если двое». Гениальным поэтом был Маяковский! Буквально несколькими короткими, рубящими фразами смог показать самую суть слабости и никчемности одинокого бойца.

Решив с планами на ближайшее время, отправился на поиски Тота. Вот воистину, если бы не знал, что это разумные обитатели поселка, решил бы, что орда монстров уже ворвалась в крепость. Навстречу мне, по направлению к стенам, бежали, ползли и катились десятки чудовищ, зачастую ничуть не менее уродливых, чем те, что в данный момент начали накапливаться возле стен поселка. Хотя, чуточку преувеличиваю, большинство по эту сторону стен все-таки более-менее человекообразные.

Своего торгового партнера я повстречал возле самых ворот его дома. Тот тоже собрался на битву. Что-то я начал сомневаться, что свое имя он выбрал правильно. Сейчас передо мной предстал не изможденный разумный, каким я повстречал его в первый раз, и даже не торговец с хитрым взглядом, как при нашем последнем расставании буквально несколько часов назад. Сейчас Тот выглядел натуральным воином. И это я не только оружие в его руках имею в виду, хотя крупнокалиберный метатель, с насаженной на ствол гранатой антрацитового цвета, тоже внушал. Однако еще более сильное впечатление производили его эмоции уверенности и решимости, которыми он был буквально переполнен.

— Сергей? — Удивился он, увидев меня, — ты почему еще здесь? Ведь ты же уже давно должен был покинуть наше селение.

— Подумал, что без меня такая добрая драка никак не обойдется, — ответил я, кровожадно оскалившись. Ну, надеюсь, что смог произвести именно такую ухмылку, так-то я, помимо всего прочего, был практически в панике. Не воин я, совсем не воин.

— Ну, тогда пошли на стены, — кивнул мне Тот, словно и не сомневался в моих мотивах, — у нашего квартала на стенах имеется свой собственный участок, где каждый из нас сегодня сможет неплохо прокачаться и усилиться.

С высоты стен монстры, кишащие под стенами поселка, как-то не сильно-то и внушали. Казалось, что взобраться на такую высоту у всяких свиней и крокодилов нет ни малейшей возможности. Впрочем, кажется, они сами это подозревали, потому на расстояние выстрела из метателя практически не приближались, предпочитая накапливаться в отдалении.

— Плохо, — по-своему прокомментировал увиденное под стенами мой спутник. — Похоже, вся эта орда управляется со стороны. Дай бог, чтобы это были всего лишь полуразумные монстры, обладающие ментальной магией. Куда опаснее, если всех их собрали для штурма менталисты какого-нибудь князя, решившего подмять под себя торговлю добытым в Запретных землях.

Такое впечатление, что вся эта рыкающая и воющая орда только нашего появления на стенах и дожидалась. Словно повинуясь чьей-то неслышной команде, сразу сотни их, сорвавшись с места, помчались в нашу сторону. Но это еще не самое страшное: следом за кучей этой проворной мелочи на приступ двинулись огромные чудовища, ростом только чуть пониже крепостных стен, от медленных шагов которых затряслась сама земля.

А, нет, поправочка: земля тряслась не просто от шагов, эти громады таким образом приводили в действие свою магию земли. Впрочем, долго размышлять над движущими силами противостояния мне уже не пришлось: по стенам с проворством кошки взобрались первые, не очень крупные твари, и я вступил в бой.

Тратить на этих зверушек одноразовые артефакты я не стал, их у меня было ограниченное количество, и пополнить запас было абсолютно неоткуда. Зато мой топорик, смазанный остатками яда из банки, справился с кинувшейся на меня тварью без всяких проблем. Взмах, удар, визг пораженного существа, напоминающего помесь скорпиона и какого-то родственника кошачьих, и меня охватывает первый в этом сражении приступ эйфории. Не сильный, но ведь сражение еще только начинается.

— С почином, — прокомментировал мою победу Тот, тоже без труда справившийся со своим противником.

А потом громады, двигавшиеся в направлении стен, подошли вплотную. Дошли не все: некоторые пораженные дистанционной магией упокоились по дороге. Но те, что дошли, включили свою магию земли на полную катушку. Совсем неподалеку от меня по стене вдруг пошла глубокая поперечная трещина и демоны, оборонявшиеся на том участке, начали разбегаться в стороны. Я тоже побежал: стена рядом с трещиной начала очень быстро крошиться и осыпаться.

— И снова я спасаю твою жизнь! Счет три-три, — проявилась возле меня Син, спихнувшая со стены что-то когтистое, внезапно бросившееся на меня прямо со скоса крепостной стены.

— Четыре-три, — отозвался я в ответ, подбивая метательным артефактом летучее чудовище, избравшее своей целью на секундочку расслабившуюся суккубу. — И заметь, я не требую с тебя компенсации за поглощенную тобой прану.

— Блин! — Суккуба скорчила обиженную мордашку и ушла снова в невидимость.

Меж тем, с появлением в крепостных стенах поселка проломов, накал битвы подошел к своему апогею. Все стаи чудовищ, что маячили в пределах прямой видимости, разом сорвались с места и помчались в направлении этих самых проломов. Со стен забухали метатели, засверкали магические конструкты.

Лично я на стрельбу вдаль свои немногочисленные боеприпасы тратить не стал. Мне бы от тех, кто непосредственно нападает на меня, хватило бы отбиться, и то будет замечательно. Очень уж многодемонно вокруг меня сделалось. И вся эта орда с упоением рвала клыками, резала и засыпала боевой магией друг друга, отчего у меня то и дело случались приступы эйфории.

В ходе дальнейшего сражения я потерял из вида Тота, Син тоже больше не проявлялась. Все свое внимание я сосредоточил исключительно на том, чтобы просто уцелеть в этой нескончаемой битве….

А потом в сражении что-то переменилось. Резко. Разом. Чудовища по-прежнему нападали на окружающих их демонов, но исчез напор. Они словно не понимали, как вообще оказались в этом положении. А чуть погодя, я и вовсе заметил, как знакомый по походам через Запретные земли кряжистый четверорукий монстр вдруг атаковал залезшую на стену тварь, похожую на лягушку — переростка, запрыгнув ей на загривок. Такое впечатление, что злая воля, гнавшая зверье на приступ почти захваченного укрепления внезапно перестала действовать.

Ночевал я в доме Тота. Не отважился отправляться в дорогу, когда на моем будущем пути еще толпы взбаламученных нашествием монстров по своим местам до конца не рассеялись. Спать не ложились долго. Все обсуждали с хозяином дома, кому из окрестных князей понадобилось на поселок своих менталистов натравливать. Предположение про то, что это были именно маги-менталисты, а не просто полуразумные твари с ментальным даром, к тому времени уже была четко доказано. А просто лучшие ассасины поселка отыскали место, в котором эти поганцы скрывались, управляя штурмом, и всех там вырезали. К сожалению, из нападавших никого живьем захватить не удалось.…Или удалось, но власти поселка скрыли эту информацию от рядовых жителей поселка. Просто обычные разговоры рядовых, не слишком информированных бойцов, которым посчастливилось остаться в живых.

Перед сном я вышел во двор. Интересно же взглянуть, каким образом тут солнце выключается. И увидел. В самом деле, вот оно сияет во всю мощь, а в следующий момент уже темнота наступила. Так что в комнату, где мне постель для сна постелили, пришлось при свете магического огонька добираться.

Хм, а интересный вывод из этого астрономического наблюдения напрашивается. Сдается мне, что здешний мир вовсе не шарообразный, как наша Земля. Скорее, он… плоский. Любопытно, а слоны с черепахой тут тоже присутствуют? Впрочем, это не критичная для жизни информация. Я подумаю на эту тему завтра….

И завтра наступило. Только в этот день всем жителям поселка было явно не до меня и не до моих идиотских вопросов по космогонии их мира. У них же в стенах огромные дыры, а в сочетании с близостью с Запретными землями это смерти подобно. Поэтому даже с Тотом я простился практически на ходу, он спешил какую-то свою работу начать выполнять. И, кстати, никто со мной трофеями делиться даже и не подумал. Надо было самому во время боя об этом думать. Или не думать, чтобы не оказаться в зубах какой-нибудь твари. А у поселка и без того огромные траты на восстановление обороноспособности предстоят, не до расчетов им с мелким чужеземцем. Даже спасибо за своевременное предупреждение о надвигающейся атаке не сказали.

Но я, в сущности, на такое небрежение обижаться даже не думал. Как в том анекдоте, в котором Владимир Ильич называет Дзержинского, избивающего ногами заключенного, милейшим человеком. «Мог бы и вообще пристрелить», объяснил Ильич жалобщикам на Дзержинского свои слова.

Ага! Не в моей ситуации качать там свои права. Я там никто и звать меня никак. Причем, как выяснилось, в буквальном смысле. Моего имени же нет в их информационной системе.

Обратно до портала я добирался, стараясь обойти все обнаруженные опасности по очень широкой дуге. Реально, кроме топорика с треснувшей ручкой и даже практически без яда на лезвии, в моем распоряжении никаких других вооружений и боеприпасов вообще не осталось. Но и то почти возле самого портала пришлось бой с очередным кузнечиком выдержать (от пса в этой особи практически ничего не просматривалось). К счастью, моя заметно возросшая ловкость и скорость движений позволили с первого же удара перебить ему толчковую заднюю лапу, а потом я просто и безыскусно затюкал стреноженного противника.

На выходе из институтского подвала тоже получилось не все так уж ладно: я же в этот раз в свой мир в первой половине дня перешел. Днем в теоретическом корпусе толпы народа шастают. Мне пришлось очень долго ждать, чтобы выдался такой промежуток времени, что возле лестницы, на первом этаже, ни одной живой души не оказалось. Думал, мой желудок сам себя там и переварит. Есть хотелось страшенно. Еще и про свои рога чуть не позабыл. Вот была бы хохма, появись я среди народа с такими украшениями на голове!

Но все же и про рога вовремя вспомнил, и из подвала незамеченным выбрался. И даже домой сходил, чтобы принять душ и сменить одежду. Нет, у Тота я после боя тоже ополаскивался, но мне же по пути до портала в родной мир пришлось не один раз по земле ползти и в траве прятаться. Не сказать, чтобы вывозился, как черт, но и чистым я себя бы после такого забега не назвал.

Однако и вымылся, и переоделся, и даже в столовую сходил, где помимо собственного питания взял пару шницелей и для своей собаки. Хотя, не думаю, что она у меня голодает. Наверняка все это время у бабушки столовалась, а у бабушки проголодаться просто нереально.

Вернулся домой, развернул салфетку с моими гостинцами перед мордой Златы и на кровать упал. Счастье то какое! Впрочем, нет, счастье еще не полное. Полез со своего диагностического артефакта снимать данные. Со времени битвы же достаточно уже времени прошло, надо глянуть, как те приступы эйфории, что время от времени на меня накатывали при гибели поблизости демонов (как неразумных нападавших, так и вполне разумных защитников) трансформировались в циферки его характеристик.

Мышечная сила: 5,45

Нервно-мышечная проводимость: 7,93

Выносливость: 5,05

Регенерация: 0,14

Объем магического резервуара: 2,39 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 2,06

Развитие магических каналов: 2,76

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,79

Эмпатия: 0,9

А не хило так! Причем, сильнее всего прибавила нервно-мышечная проводимость, отвечающая за скорость движений и, в какой-то мере, за ловкость. Похоже, сказалось, то, что большей частью уничтоженные мной монстры были достаточно ловкими, чтобы на стену взобраться. А вот прибавки магических характеристик почти наверняка случились из-за гибели неподалеку от меня разумных защитников крепости. Не подумайте, сам я их не убивал, но прана же, выделяющаяся из организма в момент смерти мной и от них тоже всасывалась.

Окончательно отдохнувшим я себя ощутил только на следующий день. Прогулялся до медпункта, продемонстрировал здоровую конечность, получил разрешение на посещение завтрашних занятий. Замечательно все прошло!

— Жалко тебя вчера не было, — сказала мне Чернозубова, когда я в учебной комнате расположился возле нее.

— А что вчера было? — Удивился я.

— Вчера объявили, что для дуэльной арены закупили новые защитные артефакты, и она снова работает.

— Много вызовов было? — Сообразил я.

— Не то слово! — Фыркнула девушка, с показным вздохом закатив глазки к потолку. — Как бараны какие, право слово. Друг на друга наскакивали и достоинствами мерялись. На арене все время теперь чуть не на неделю вперед расписано.

— Ну, слава богу, хоть недельку поживу спокойно.

— Вот, Сережа, почему ты всегда так старательно принижаешь себя? — Иринка немного картинно хлопнула меня ладошкой по плечу, после чего настороженно нахмурилась: — мне кажется, или ты опять каким-то образом умудрился усилиться?

Разумеется, на этот ее вопрос я отвечать не стал, а потом пришел преподаватель и начал вести занятие.

Два занятия отсидел спокойно, а потом, когда все одногруппники дружной толпой рванули на обед, меня окликнул Илья.

— Прости, Сергей, — сказал он, глядя мне в глаза, — мне поручили вызвать тебя на дуэль. Как-то глупо все получается….

— Да без проблем, — откликнулся я, хотя настроение этим своим сообщением бывший приятель мне и испортил. — Не насмерть ведь будем драться, а лишний раз потренироваться в условиях, приближенных к боевым… отчего нет?

— Это хорошо, что ты все понимаешь, — повеселел мой будущий противник, — лично я никогда бы этого не сделал.

— Понимаю, приказ сюзерена, — покивал я, — можно уже эти слова считать вызовом или в столовой все красочно оформим?

— Лучше в столовой. И не принимай к сердцу слова, которые я там скажу. На самом деле, я так не думаю.

М-да уж, и стоило ли извиняться за то, что он назвал меня трусом, не оправдавшим надежд своего сюзерена? Нет, так-то, если со стороны судить, так вполне обидные слова, но я же и сам отказался под дудку князь-Никиты скакать, и именно после устроенного им массового мордобоя. Вполне можно сказать, что струсил.

В этот раз обговорили условия поединка, включающие в себя как магию, так и сталь. Зря что ли мы фехтовать обучались. Но наша дуэль только через неделю состоится. Правильно мне Иринка про перегруженность арены сказала.

Вроде, и Илья заранее за свои слова извинился, и даже многие одноклассники его вызов мирного алхимика в моем лице очень язвительными репликами сопроводили, а настроение у меня все равно испортилось. Потому после занятий отправился, наплевав на свой график тренировок, и без всякой дополнительной цели, бродить по городу. Одному в своей комнате сидеть — еще тошнее было бы.

Так и ходил-бродил по городу, глазея на людей и окружающие здания. Здания, в основном куда выше и изукрашенней оказывались, чем у нас в поселке, а люди разговаривали между собой и улыбались, а на меня от их улыбок и положительных эмоций наваливалась все большая меланхолия….

Очнулся я разом, когда какое-то окно открывал. Не сам очнулся, мне возглас Гуамоко, буквально ввинчивающийся в мозг, помог. А еще я где-то на периферии сознания смог ощутить слепок чужой воли. Даже, как будто какие-то слова-понятия, которые мелькали в мозгах менталиста в тот момент, когда он мне этот слепок вкладывал, уловил. Что-то о том, что задание выполнено и их сиятельство будет довольна.

А подо мною, в окне, как на ладони, весь город открывался, ничуть не хуже, чем с колеса обозрения.

— Пришел в себя, хозяин? Хвала создателям! — Послышался в голове ментальный голос Гуамоко. — Я уж решил, что опять мне придется где-нибудь на витрине пылиться, если еще чего-нибудь не хуже.

— Где это я? — Поинтересовался я у своего разумного артефакта.

— На верхнем этаже одного из самых высоких жилых домов Старгорода. Я чуть не половину своей ментальной энергии истратил, пытаясь до тебя докричаться, а ты все идешь, как голем, получивший приказ, и ни на какие мои крики не отзываешься.

— Даже думать не хочу, зачем я тут окно открывал, — поежился я.

— Да нет, подумать обязательно стоит, — Гуамоко очень занудным тоном принялся за мое воспитание. — Ведь это не что иное, как попытка твоего убийства. Очередная. И если с посылкой проклятой вещи еще оставались варианты, то использование менталиста такой силы, чтобы смог незаметно для тебя пробить все твои ментальные щиты — это уже выводит круг подозреваемых на совсем иную орбиту. Ты все еще надеешься, что эта проблема сама собой рассосется?

— А что я могу сделать? — Огрызнулся я, — полицейские, сам видел, как к бездоказательным заявлениям относятся. Да даже если и озаботятся моей проблемой…. Постоянного менталиста ко мне в охрану никто не поставит. Разве что куда-нибудь в камеру меня упекут.

— У тебя и без полицейского менталиста имеется защитный ментальный артефакт, только ты его почему-то не носишь. И я вовсе не полицейских сейчас имел в виду. В первую очередь я предлагаю известить о нападениях твоего деда. Он старик крученый, думаю, у него и в этом твоем случае средства для помощи обязательно найдутся.

— Да заберет он меня из Старгорода, и все дела, — принялся я ворчать в ответ на предложение Гуамоко подключить деда Степана. — Буду сидеть безвылазно дома и готовить зелья.

— Лучше уж зелья в тиши лаборатории варить, зато живой останешься. — Не внушила мне лишней порции оптимизма моя разумная железяка.

С дедом я связался вечером. До этого времени все обдумывал, как еще извернуться можно, но ничего так и не надумал. В самом деле, одинокий подросток, в чужом городе — реально никому нафиг не нужен.

— М-да, задал ты мне задачу, — послышался в разговорнике голос моего деда, когда я ему описал возникшую передо мною проблему и, пусть с некоторой долей сомнений, воспроизвел подслушанную мысль покушавшегося касательно возможного пола и титула заказчика моего убийства. — Ты, Серьга, вот что, сиди на территории вашего университета безвылазно и ни в какие авантюры пока не лезь. Заметил, что покушения на тебя исключительно где-нибудь в городе происходят? Университет под эгидой самого императора находится. Любое преступление против студентов на его территории расследуются особенно пристрастно. Не всякий князь отважится на такое. А я, прежде чем окончательное решение принимать, должен буду кое-что проверить.

Поговорил с дедом, вроде ничего особенного он мне и не сказал, а на душе как-то сразу легче стало. Типа, переложил свою проблему на чужие плечи. Но все равно, решил постараться дополнительно усилиться. Я как-то в попытке достичь максимальной прокачки при помощи собственных тренировок практически отказался от поглощения магических камней. Пришло время это исправить. Тем более, и мой магический каркас за прошедшие месяцы куда прочнее стал, поглощение нескольких одиночных, не слишком крупных камней, да еще с какими-нибудь противоположными стихиями, мне уже повредить почти наверняка не сможет.

Я залез в сделанный мной тайничок и вытащил мешочки со своими богатствами, оценил их критически. Самый большой мешочек, содержит камни с магией огня. Эта стихия чаще всего встречается у демонических монстров.

Развязал горловину этого мешочка, высыпал камни из него на стол. Красные, словно горстка рубинов или гранатов. В принципе, то, что демоны наиболее часто используют магию огня вполне объяснимо: она одна из наилучших для нападения. Принялся выбирать для себя подходящий, ориентируясь по густоте цвета. Есть у меня неподтвержденное предположение, что содержание силы магии в них зависит не только от размера, но и от цвета. По крайней мере, вся та мелочь, которая не содержит магических умений, — она бесцветная.

Долго копаться не пришлось. Один камушек имел особо насыщенный оттенок алого, его и сжал в ладони, потянув силу магического камня в себя.

А неплохо так вштырило. Сначала показалось, что по венам жидкий огонь прокатился. Вспотел разом. Потом начал ощущать прибавку сил. Ну, в сущности, этот этап я много раз с мелкими камнями проходил: ощущение всемогущества, хорошее настроение, отсутствие усталости. Но плюс к тому я еще внезапно осознал, что могу не просто файерболы создавать, но и управлять их полетом. Чуть было прямо тут же не начал огненный шар создавать. Еле опомнился: только пожара в своей комнате мне и не хватало для полного, так сказать, счастья. Ничего, завтра у нас занятие по магии стихий, вот там и опробую появившееся уменье.

Очень хотелось еще хотя бы один камушек принять. Но удержался. Еще один огненный — уже явно лишним окажется, а противостоящий огненному, с магией воды, принимать прямо сейчас не показалось разумным. Лучше я его завтра с утра употреблю, когда шторм у меня в организме от принятия сегодняшнего, огненного, сойдет на нет.

Камень с предположительно водной стихией выложил на стол, он бледно сиреневого цвета был, остальные хотел было убрать обратно в тайник, но не удержался: высыпал на стол, стараясь не перемешать, принялся на свое богатство любоваться. Их число уже давно за сотню перевалило. И если подавляющее большинство камней содержало огненную магию и способности временного усиления физических характеристик за счет магической энергии, то несколько камушков были намного более редкими и интересными. Вот только не все они были даже с точностью до вида магии идентифицированы, потому их употребление напоминало этакого кота в мешке. Может, на пользу пойдет, а может и не очень. Хе-хе! А ведь сейчас передо мной немаленькое такое состояние разложено. И это я еще не учитываю артефакты, переданные мне Син, которые тоже, ввиду своей эксклюзивности в нашем мире, весьма неприличных денег стоят.

Убрав основную часть камней на место, я оставил на столе камушек с каким-то умением из магии воды и еще ментальный защитный артефакт положил там же. Утром использую все это. Камень поглощу, а артефакт надену. Пусть хоть, со слов самой Син, это и не панацея, и пробить его сильному менталисту все-таки возможно, но следующее покушение с использованием ментала он точно затруднит.

Глава 15

Неделя до назначенной мне дуэли пролетела незаметно. Злоумышленники, устроившие прошлое покушение, больше не проявлялись, а я, путем каждодневного приема магических камней, смог заметно прибавить в своих магических силах и умениях. И таки да, первый употребленный мной камень касался управления полетом огненных шаров. Только я, испытав это управление один единственный раз, больше я его пока не использовал. Тем ярче и наглядней будет его применение во время магической дуэли. Если не хочу каждые несколько дней на арену выходить, надо побеждать очень-очень убедительно, чтобы разом отвадить у окружающих охоту меня по пустякам задевать.

И таки этот день наступил. Занятия закончились без каких бы то ни было происшествий, и мы втроем: я с Соколовым, в качестве своего бессменного секунданта, и Илья отправились в направлении арендованной нами на это время арены. Секундантом Ильи был приглашен какой-то второкурсник из Светлогорской дружины князь-Никиты. Он должен был дожидаться нас возле арены.

В отличие от прошлого раза, когда на арене собирался весь курс, смотреть за нашим сегодняшним поединком решило совсем немного народа. Приелось уже немного ребятишкам это зрелище: все же позади уже целая неделя почти нескончаемых дуэлей, да и денег за просмотр довольно однообразного спектакля многим становилось уже жалко тратить.

Но возле арены оказалось, что нас ожидала довольно представительная компания. Сам князь-Никита решил почтить нас своим присутствием, ну, а с ним, разумеется, и его ближники пожаловали. Подозреваю, Илью в последние дни перед нашей дуэлью они со всем пылом на магическую боевку натаскивали. Все же, похоже, своим отказом от покровительства сына князя, я очень сильно его обидел.

Поединок начался примерно, как и в прошлый раз: с магии. Ну, и что, что помимо магии в этом нашем поединке допускалось использование холодного оружия, со шпагой-то еще приблизиться надо, а это под шквалом заклинаний сделать ой, как не просто. Точнее, шквалом вылетающие раз в полминуты со стороны Ильи файерболы и воздушные серпы назвать можно было если только с некоторой натяжкой, но мне все же пришлось реагировать: первый раз просто увернулся, а потом выставил плазменную стенку и устроил за счет противника прокачку своего магического резервуара. Плазма же, она как раз на смешении огня и воздуха основана, соответственно обе основные Ильюшины стихии мне его и наполняли, усиливая дополнительно воздействие друг друга. Я даже совсем и не огрызался своими заклинаниями в ответ, настолько мне такая вот ситуация нравилась.

Поняв, что его довольно примитивной магией меня не взять, Илья помчался ко мне со своей шпагой наперевес. Я даже задумался маленько: потренироваться мне в очередной раз в фехтовании или все же продемонстрировать файерболы с самонаведением, чтобы отвадить следующих желающих поднять свой авторитет за мой счет. Выбрал файерболы. Ну, для начала. Пофехтовать мы потом сможем, в том случае, если одногруппник мою магическую атаку сумеет отразить. Два маленьких огненных шарика сорвались с моей шпаги (специально этот момент для пущей зрелищности тренировал) и устремились в лицо почти позабывшему о защите противнику.

Илья только и успел притормозить свой бег и попытаться рукой с каким-то еле видимым магическим щитком свои глаза прикрыть, а файерболы, совершив изящные пируэты, уже клюнули его в место, расположенное чуть пониже спины. И что характерно, мои огненные шарики не представляли для него смертельной угрозы, оттого его защитный артефакт их без помех пропустил.

Собственно на этом вся дуэль и завершилась. С подпаленной задницей сильно шпагой уже не помашешь. Ох, чувствую, обидится на меня Илья сильно! Да только кто ж ему доктор, если он так безропотно своего сюзерена во всем слушается, что готов на человека, которому еще недавно клялся в вечной дружбе, с магией и острыми предметами в руках нападать.

И Илья не подвел моих ожиданий! Во время оформления документов после дуэли волком смотрел. Кажется, я окончательно потерял… не друга, но относительно хорошо настроенного ко мне человека.

— Чертов князь-Никита! И чего ему все неймется! — Высказался я в сердцах по этому поводу, когда вышел с территории арены наружу.

— Так княжич Светлогорский буквально накануне того дня, как ты пошел в отказ, хвастался тобой перед Светлаковым и Огневым. Обещался так или иначе тебя в свою дружину затащить. Теперь они ему при каждой встрече о том хвастовстве напоминают. — Ответил на мой крик души оказавшийся случайно поблизости Вишневский. Упс! Надо мне прекращать свои эмоции вслух выражать!

Конечно, репутация Ильи чуток пострадала, но зато больше после этого меня уже никто на дуэль не вызывал.

Следующие несколько недель прошли для меня совсем скучно, словно под копирку: учеба — возвращение к себе — тренировки в разных отраслях магии — отбой. Даже в мир демонов сходил всего лишь один раз. Вместе с очередной посылкой от Тота обнаружил письмо от него же, в котором мой компаньон извещал меня о своей месячной отлучке по каким-то своим делам. В принципе, этому перерыву я совсем даже не расстроился: капсулы с экстрактом хивы у меня практически подошли к концу. Теперь только если их покупать у здешних зельеваров, но ведь дед же напрочь запретил походы в город. Так что, как говорится, все, что ни делается, все к лучшему.

Неожиданно скука моего размеренного существования была прервана. Я как раз с учебы к себе вернулся, читал взятую в библиотеке книгу по магии ритуалов, когда в дверь моей комнаты постучали. Пошел открывать. А что делать?

На пороге стояла Машка, моя сводная сестрица, век бы ее не видеть. Похоже, несмотря на то, что это именно она пришла ко мне, мысли у нее были очень схожими с моими собственными. По крайней мере, ее недовольство, при виде меня, исходило настолько густым слоем, что его можно было бы намазывать на хлеб вместо масла.

— Братец, — объявила она, кривя свои тонкие губы, — у меня в этот выходной должна состояться помолвка, поэтому мать велела и тебя пригласить тоже. В двенадцать ты должен быть у нас, не опаздывай.

— Мне, конечно очень лестно приглашение на торжество к настоящим графам, — отозвался я не менее холодным тоном, — но у меня совершенно не будет времени на этот вот визит. Видишь ли, я начал подготовку к экзаменам. Не хочу опозорить своими оценками таких знатных родственников, как вы.

— Ну, как знаешь. Приглашение я тебе передала. — Вот ведь, чудо природы: отказал даме в ее просьбе и разом сделал ее счастливейшей из смертных! Машка даже по дороге запрыгала молодой козочкой от нахлынувших на нее радостных чувств.

В принципе, в тот вечер больше ничего особенного и не происходило. Хотя нет, Гуамоко объявил, что мой мозг полностью после моей последней учебы восстановился, и он готов снова меня чему-нибудь научить. Как вы думаете, что я выбрал, если до этого едва ли не весь месяц его донимал вопросами касательно появившегося у меня во владении навигатора, а мой вредный артефакт каждый раз отговаривался, что просто так, на словах, может меня только в заблуждение ввести. Мол, знания там очень сложные и специфичные. Так что наметил на следующий день, сразу после занятий, на ту сторону по-быстренькому сгонять, поскольку опять в инфосфере нашего мира знания по этому вопросу недостаточно подробные (если что, это слова Гуамоко, сам я так до конца и не понял, как он вообще данные по инфосфере проверяет, есть ли они там или нет).

А с раннего утра мне дед позвонил.

— Внучок, ты чего со своими родственниками общаться отказываешься?

— Так я же позавчера с вами перезванивался, — возмутился я столь несправедливым наездом.

— С нами перезваниваешься, а на помолвку родной сестры идти отказываешься. Нехорошо это, с родственниками отношения нужно поддерживать.

— Сам же запретил выходить в город, — принялся я сочинять причины своего отказа. В принципе, дед отлично осведомлен о моем неприятии семейства мамочки, но ведь мы с ней, вроде как, подписали мирный договор и условились жить в мире и согласии.

— В этот раз можешь съездить. Мать твоя пообещала пару человек в охрану прислать. Опять же мобиль на туда и обратно. — Хе-хе, представляю, какую рожицу скорчит моя сестрица, когда меня, такого красивого, увидит у себя на торжестве. Только ради этого стоит согласиться. Но все же, повредничаю еще немного, а то темнит дедуля со мной что-то. Недавно еще установку давал: с территории студгородка ни на шаг, а теперь вот, практически прямо противоположная тенденция.

— Деда, так мне не только в гости надо будет с территории универа выходить, подарок же по такому случаю тоже никто не отменял. А где я, по-твоему, тут подарок возьму?

— Не морочь мне голову еще и с этим, — рассердился дедушка, — я сейчас твоей матери позвоню. Она сама подарок подберет и тебе при входе выдаст, а ты только подаришь его, уже от своего имени.

— Ни в коем случае! — Воскликнул я на эти его слова, сильно уязвленный.

Дед выдал еще дополнительную порцию ценных указаний и отключился, а я уселся на стул, подумать: все же не дело, когда подарок за тебя кто-то другой приобретает. Придется что-то от себя лично придумывать.

«Но если я чего решил, я выпью обязательно», — эти слова из песни замечательного поэта как никогда лучше характеризовали последствия моего задуманного с вечера хождения в мир демонов. Особенно получившийся результат: голова в результате проведенной со мной моим артефактом учебы просто раскалывалась, куда там обычному похмелью. А всего и результатов, один из подарков на помолвку, но об этом чуть позже.

А вот результатов от самой учебы пока мной не было заметно вовсе! Я ж у Гуамоко потребовал, чтобы он обучил меня работе с навигатором максимально полно. Чтобы не кнопки, на манер обученной обезьянки, нажимать, а реально понимать, что и как я делаю. Тем более, что вредная железяка заверила меня в том, что отлично разбирается в магоматике всего процесса.

Так вот, ментального пакета, которого вполне хватило бы для изучения еще одного заклинания третьего уровня, оказалось тупо недостаточно, чтобы вложить в меня все затребованные знания. Как сказал Гуамоко, через полгодика он попробует закачать в меня еще один такой пакет, а уже по итогам оценит, насколько справился с поставленной задачей, и не нужно ли будет еще дополнительно какие-нибудь части заливки повторить.

Впрочем, как я уже говорил, в получившейся ситуации я сам виноват. Мог бы и поинтересоваться, прежде чем свои мозги подставлять, что конкретно мне туда грузить будут.

Ага, я именно что уже после того, как получил по мозгам, поинтересовался. И буквально офигел. Там, помимо поискового заклинания из пространственной магии, необходимого для собственно поиска сопряженных миров, еще нужно было усвоить какую-то особую скользящую математику для расчета результатов и несколько разных систем рун, чтобы полученные результаты расчетов можно было воплотить в особые портальные плетения.

Спросите, каким же образом я смог без всей этой премудрости открывать портал в мир демонов? Так заклинание этого портала и есть частный случай всего этого учения. Просто, имея перед собой уже готовый наглядный результат, Гуамоко смог его в виде отдельного заклинания оформить. И таки да, пока что, мое оперирование этим заклинанием и есть то самое нажимание кнопок обученной обезьянкой. О-хо-хо! А может мне лучше так и остаться обезьяной? В конце концов, бананы ей, и без всякой учебы, прямо с дерева падают.

Мобиль с охраной прибыл в строго запланированное время. Перед этим еще маман мне дополнительно позвонила для уточнения, что я точно ничего нового, сверх оговоренного, отчебучить не пожелаю. Ну, и по времени, к которому прибудет мобиль, мы с ней тоже дополнительно согласовали.

И вот я, весь такой красивый, в школьной форме, выгрузился из транспортного средства и с цветочным горшком наперевес зашагал по лесенкам. Ну, а куда ж деваться, слуг у меня нет, а два бойца, прибывших вместе с мобилем, ориентированы на мою охрану от посторонних опасностей, им явно не с руки чем-то посторонним заниматься.

Спросите, что за горшок? Так будущий машкин супруг же на друида специализируется, вот и притащил ему из мира демонов растение, какое повычурней там смотрелось. Не то, конечно, которое менталом по прохожим шибает, но тоже интересное. Вам бы тоже понравилось: у него не листья, а какие-то мясистые фиолетовые шарики болтаются на ветках. Надеюсь, парень будет рад подаренной ему диковине. А даже если не будет и в приступе острого отвращения выкинет мой подарок сразу же, как только торжество закончится… тоже не беда. Главное, что мой этот подарок молодые уж точно не забудут.

Поднялся я до квартиры графов Потоцких, в дверь позвонил. Дверь мне распахнула сама виновница праздничного переполоха.

Ох! Видели бы вы, как менялась Машкина моська с восторженно-ожидающей на откровенно неприязненную и тут же, словно за уголки губ веревочки привязали, расплывающуюся в натужной улыбке.

А вместе с потоком злости и испуга ко мне дошли и ее мысли: «Ой, что сейчас будет! Позор то какой!». Примерно также, на грани слышимости, я не так давно улавливал ментальные отблески того ментального мага, что мне прописал прыжок с небоскреба. И, кстати, разве такое возможно, чтобы я мог помимо эмоций еще и эмоционально окрашенные мысли улавливать? Неожиданно остро захотелось взглянуть на свой диагностический артефакт, в числе еще нескольких болтающийся на шее, под рубашкой. Вдруг у меня там еще и дар телепатии внезапно прорезался, а я и не в курсе?

Сразу удалиться куда-нибудь в ванную, чтобы свое любопытство по поводу возможного нового дара удовлетворить, не вышло. Буквально в прихожей меня отловила мамочка и, словно под конвоем, повела в комнату к собравшимся там гостям.

— Знакомьтесь, господа, это мой сын, Сергей. Он учится на первом курсе подготовительного отделения нашего, Старгородского университета и подает большие надежды. — Представила она меня поистине ошарашенным ее словами гостям. На помолвку ведь, как и на поминки, собираются только действительно хорошо знакомые люди. Или, если чуточку переставить слова, люди, хорошо знакомые с тем, что у четы Потоцких сыновей отродясь не водилось.

В комнате сразу негромкий гул возник. Приглашенные, люди вежливые, потому не отважились спрашивать у самой хозяйки относительно внезапно нарисовавшегося сыночка, принялись интересоваться у соседей. Да уж, эта помолвка точно не пройдет незамеченной.

Неловкую ситуацию немного исправил жених, Владимир, вошедший в этот момент в гостиную из другой комнаты. Ему я тут же кинулся вручать принесенную мной растительную диковинку. Никогда в следующий раз не буду затевать подобного подарка. На редкость неудобная в переноске штуковина.

Гости, получившие хоть какой-то выход, чтобы сгладить неловкую ситуацию, дружно отвлеклись на разглядывание растительного мутанта (я же не объявил, что это обычное растение, просто доставленное мной из другого мира). В отличие от Машки, ее жених от полученного необычного подарка изрядно в мой адрес подобрел. Похоже, угодил я с подарком. Осталось только отловить саму Машку, чтобы постараться вручить ей ее часть подарка не на виду у остальных.

Ну, да, я не нашел ничего лучшего, чем подарить ей магический камень. Она же, балбесина такая, не на растениях специализировалась, как ее жених, а вовсю изучала боевую стихийную магию. Вот, магический камень с каким-то огненным умением ей и подарю, тем более что такого добра у меня в запасе еще много.

Машку я обнаружил вместе с матерью и отцом в одной из маленьких комнатушек. Правда, это я их обнаружил, а они меня нет. Очень уж они были увлечены утешением своей чадушки.

— Ты пойми, Мария, — вещала моя мать под согласное бурчание своего мужа, — Сергей остался единственным сыном светлейшего князя Василия Федоровича Буревого. Ты понимаешь, что это может значить для нас?

— Ничего не значит, он — байстрюк, у князя официальные наследники есть, а меня теперь подружки таким родством будут подкалывать.

— Наследники были назначены, пока князь про своего сына не знал. Скоро все изменится. — Вдалбливала в голову дочери мамочка. — Князь Буревой, попав под тяжелое проклятие, долго не протянет. После этого мы окажемся самыми близкими родственниками Сергея и сможем претендовать на его опекунство, а значит и на средства старого князя. Вот увидишь, все твои подружки тебе еще завидовать станут.

— Поверь мне, дочка, князь Буревой, хотя бы после своей смерти за все заплатит, — поддержал супругу в нелегком деле убеждения упрямой кровиночки граф. — Думаешь, мне самому нравится перед байстрюком все эти родственные чувства изображать?…

Не став дальше слушать не предназначавшиеся для моих ушей словоизлияния, я потихоньку дал задний ход. Внутри все кипело. Нет, я и раньше видел, что родственные чувства, демонстрируемые мамочкой и ее мужем, насквозь фальшивы. Но услышать, как они цинично обсуждают план использовать меня, чтобы наложить лапу на чужое богатство, было крайне неприятно. Так… мне нужно успокоиться и все обдумать, а то еще натворю дел сгоряча, потом жалеть буду об «улетевших воробьях».

Куда бы податься, чтобы мое отсутствие среди прочих гостей не оказалось подозрительным? Хм, ванная комната вполне подойдет. Заодно все-таки на показание диагностического артефакта гляну. Что-то странное в моей ментальной сфере в последнее время творится.

Мышечная сила: 5,45

Нервно-мышечная проводимость: 7,93

Выносливость: 5,05

Регенерация: 0,14

Объем магического резервуара: 2,43 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 2,07

Развитие магических каналов: 2,76

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,79

Эмпатия: 1,0

Все-таки я был прав, что это «вжу» неспроста! Я смотрел на показания своего диагностического артефакта и не мог нарадоваться. Все, как и писалось в мудрых книжках: эмпатия, достигнув показателя в единицу, делала возможным для своего адепта чтение самых эмоционально окрашенных мыслей. Интересно, когда же у меня этот значимый скачок произошел? После битвы в демоническом поселке, я точно помню, показатель эмпатии не повысился, оставаясь 0,9 условной единицы. Скорее всего, в повышении тот вражеский менталист виноват. Я же все-таки, хоть и с помощью Гуамоко, смог сбросить его смертоносное внушение.

Умыв лицо, вышел из ванной комнаты. Как раз всех гостей за стол пригласили. Хоть поем нормально у этих корыстных и лицемерных родственничков.

И покушал вкусно, и потанцевал. На помолвке же, кроме старшего поколения, и молодежь тоже присутствовала. И я там был, по крайней мере, первые полчаса, в качестве главного приза для большинства девиц. Нет, не в качестве возможного потенциального жениха, а всего лишь в качестве источника информации. Всем хотелось, что называется, из первых рук, получить информацию касательно неожиданного прибавления в семействе графов Потоцких.

Ощутив внимание благодарной публики, я и разливался соловьем. Рассказал, что я ребенок договора между своим дедом и графом, единственный продолжатель дедовой фамилии, поведал, что при поступлении на подготовительное отделение университета мне очень помогла матушка. Короче, изо всех сил создавал вид дружных и любящих родственников. Даже про Машку сказал, что мы часто ссоримся, но в целом любим друг друга, как настоящие брат и сестра.

Зачем я так поступил? Ну, во-первых, тут оказалась задета и моя репутация тоже. Незачем ее гробить своими руками, добавляя смака в неизбежные сплетни о пикантных подробностях моего рождения. А во-вторых… Уж не знаю, каковы мои шансы на папашино наследство, но лучше чтобы, если мне будет что-то причитаться, это что-то отстаивали облеченные титулами лица, хоть и такие корыстные, как эти. А вот потом посмотрим, кто окажется на коне. О коварных замыслах я предупрежден, время еще есть, с дедом посоветуюсь. Тем более что кому и быть опекуном до моего совершеннолетия, как не ему.

Уф, мавр сделал свое дело, мавр может уходить. Именно с такими мыслями я отправился предпринимать последнюю свою попытку с целью отловить Машку. Свой подарок то ей я так до сих пор и не отдал!

Машка отыскалась в компании со своим женихом в той же самой комнатушке, в которой она не так давно получала моральную накачку от родителей. В этот раз я не стал отсиживаться со стороны коридора, а просто попросил разрешения на минутку войти. И вошел, получив на то разрешение от Владимира, Машка же лишь весьма красноречиво промолчала.

— Сестренка, я вынужден откланяться, но на прощание хочу вручить тебе так и не врученный до сих пор подарок, — обратился я к до глубины души изумленной таким моим обращением сестрице.

— Это то, что я думаю? — Пораженно пробормотала она, когда я положил на ее протянутую ладошку красный кристалл.

— Мысли читать не обучен, — немного слукавил я, — а это самый обычный магический камень, содержащий, помимо заряда праны, еще какое-то умение из магии огня. Ты же, вроде, у нас на магии стихий специализируешься?

— Д-да, — завороженно ответила моя сестра, не спуская глаз с подарка. — Но ведь он же несколько тысяч стоит.

— Не больше двух, максимум трех. Монстры, из которых их добывают, магию огня чаще всех других видов магии применяют, так что камень не такая уж и редкость. — Рисуясь, отчитался я о ценности своего подарка.

— Спасибо, брат! — Впервые Машка разговаривала со мной без всякой злобы, мне даже понравилось.

А потом все тот же мобиль доставил меня по темнеющему уже городу обратно к домику, комнату в котором я весь это учебный год занимал. Уф, хоть отдохну от этого отдыха в благородном семействе.

Ага, отдохну! Как же! Я даже дернулся в сторону стоянки, на которой меня высадили, да поздно уже: охранники, нанятые семейством моей мамочки, уже уехали. А всего-то и тревоги, что светящиеся окошки на моей половине домика.

Все же решил идти, знакомиться, кто же ко мне в мое отсутствие тут пожаловал. При этом я про себя так рассудил, не став сразу делать ноги: тот, кто сейчас внутри понимает, что я со стороны темной улицы сразу замечу свет в окне. Значит, предупреждает о своем присутствии, дает время подготовиться.

И я действительно подготовился. Несколько одноразовых артефактов и пару зелий распихал по карманам, разок провернул на пальце атакующий перстень с черным камнем и проверил наличие защитных артефактов разной направленности. Гуамоко, когда я шагнул на крыльцо, передал еще чуток дополнительной информации:

— В комнате один человек. Спокойно сидит на стуле, смотрит в направлении входной двери.

Итак, вперед!

Гром не грянул, и потолок не рухнул мне на голову, просто мужчина, спокойно сидевший за моим столом, сказал:

— Ну, здравствуй, сын. Пришла пора нам с тобой поговорить.

Глава 16

— Здравствуйте… Василий Федорович, — сначала попытался было назвать этого мужчину отцом, но собственное горло не позволило, словно спазм перехватил, не позволяя выговорить одно из самых простых слов славского языка, по идее доступное даже десятимесячному карапузу.

— Признал, значит, — хмыкнул мой незваный гость, скривив губы в легкой усмешке.

— В газетах много ваших фотографий печатают.

— … — князь даже воздух было вздохнул, чтобы произнести что-то резкое, но подавил сунувшуюся было на язык фразу. Чуточку помолчал.

Я тоже замер, по-прежнему стоя недалеко от входа. Вот ведь как, в детстве у меня иногда появлялось очень сильное желание узнать, кто мой отец, поговорить с ним, рассказать о себе, услышать слова одобрения в свой адрес, а тут встретились, и совершенно нет слов….

— Так, стоп! — Наконец решил продолжить общение мой биологический родитель, припечатав ладонью стол. — Как-то у нас с тобой разговор с самого начала не заладился. Давай, я тогда попробую от своего имени начать рассказывать, а ты не стесняйся спрашивать, если что-то вдруг непонятно будет.

Я только молча кивнул на это предложение, и князь Василий Федорович продолжил:

— С твоей матерью я встречался примерно полтора десятка лет назад, причем совершенно без серьезных намерений, соответственно и ребенок от этих встреч тоже мной никак не планировался. Да он, даже в принципе, был исключен. Все же я артефактор был не из последних, у меня была семья и законный ребенок, а бастардов на стороне плодить… не по мне это. Кто же знал, что красавица графиня Анна Потоцкая дочерью Степана Уварова окажется, а тот сочтет мои родовые дары достаточно ценными, чтобы заморочиться для своей дочери с зельем плодородия.

— Это что, какое-то зелье обычного алхимика оказалось сильнее артефактов магистра артефакторики? — Не удержался я от вопроса, настолько мне показался неестественным такой вот выверт истории.

— Ну, да, обычного алхимика… — с каким-то непонятным выражением повторил мои слова князь. Действительно, твой дед никогда за титулами и званиями не гнался, даже от предложения стать личным императорским алхимиком в свое время отказался. Помню, Владимир тогда ругался по этому поводу громко…. Кхм, так вот, о твоем рождении я узнал только полгода назад, когда твоя мамочка внезапно соизволила мне об этом сообщить.

Я слушал, уже больше не перебивая. Есть надежда, что могут внезапно всплыть и какие-то сведения о покушениях на меня. По некоторому размышлению, я склонен был связывать их причины именно с раскрытием тайны своего происхождения. По крайней мере, временные рамки состоявшихся нападений и это вот объявление родителю о моем наличии со стороны моей мамочки подозрительно совпадают.

— Узнав о существовании потенциального наследника, а также осознавая, что срок отпущенной мне жизни совсем не велик, я приказал начальнику своей охраны, командующему по совместительству и всей моей разведывательной службой, собрать о сведения о твоей жизни, характере, привычках. Сам понимаешь, решение мне предстояло принимать очень серьезное. Фомич, как водится, взял под козырек, и вскоре предоставил мне вполне правдоподобный доклад о довольно странном и замкнутом типе, которого терпеть не могут его бывшие классный руководитель и директор школы, про которого его единственный бывший друг рассказывает всякие гадости, а полиция выписала крупный штраф за совершенно аморальный эксперимент на грани химии и алхимии.

Произнося эти последние фразы, мой родитель, зыркая в моем направлении из-под своих кустистых бровей, усиленно пытался уловить мою реакцию на сказанное. Очень похоже, что у него не один этот начальник охранной службы собирал информацию, и в каких-то из этих пунктов информация из разных источников не совпала.

А я что? Думаете начал спорить и доказывать, что я не такой? Промолчал, хотя и признаюсь, далось мне это с некоторым трудом.

— Сам понимаешь, после такого представления об очень странном асоциальном типе желания познакомиться с тобой у меня резко поубавилось. — Продолжал между тем рассказ мой родитель, не дождавшись от меня никакой явно видимой реакции, — и я бы и поныне пребывал в убежденности, что все сказанное в том докладе — истинная правда, если бы не твой дед, заявившийся ко мне на днях со своими претензиями.

— Дед? — Не удержался я, — он что, вот так прямо заявился к вам во дворец?

— Если бы, — хмыкнул знатный вельможа. — Хотя я считал, что двери моего жилища всегда для него открыты, внезапно оказалось, что у моей охраны существует прямо противоположный приказ, и его ко мне просто не допустили, даже не известив меня о посетителе. Более того, едва твой дед удалился от территории моего поместья, на него было совершено нападение.

— С ним все в порядке? — Забеспокоился я. Нет, так-то по разговорному артефакту он насчет посещения мной Машкиной помолвки очень даже бодро общался, но кто знает, вдруг мой дед все же пострадал.

— В порядке с ним все. Нападавшие собирались в спешке, потому не очень хорошо подготовились, а у старого хрыча оказалась под наемом довольно сильная частная охранная компания.

— И откуда тогда вы узнали о несостоявшемся визите? — Задал я просто таки напрашивающийся вопрос.

— Встретились при содействии нашего общего знакомого, — отмахнулся князь от моего вопроса, как от не очень существенного. — И вот уже при той встрече я узнал о нападениях на тебя, некоторые новые факты, ну и сделал соответствующий вывод, что мой главный охранитель оказался излишне предусмотрительным человеком. Он, зная о наложенном на меня смертельном проклятии, обеспокоился о выборе для себя новой госпожи еще задолго до моей смерти. Думаю, сейчас он очень сильно сожалеет об этом своем поспешном решении, а я вот, решил лично пообщаться со своим сыном. Прояснить, так сказать, некоторые неясные моменты того доклада…

Покинул меня родитель — время уже к полуночи приближалось. Очень эффектно, надо сказать, покинул: создал портал в углу моей комнаты, в который и шагнул. После чего портал, разумеется, закрылся, как и не бывало его. Гуамоко, промолчавший в тряпочку все время визита, тут же посоветовал мне обратить внимание на небольшие руны, выжженные каким-то непонятным способом на потолке. Мол, это не просто закорючки, а самый настоящий пространственный якорь, и теперь сам князь или отправленные им люди могут в любой момент у меня прямо в комнате оказаться. М-да, никакого понимания о праве на неприкосновенность жилища.

Но это я так ворчу, от радости, что непонятки с моими потенциальными убийцами разъяснились, а якорь для портала — да, бог с ним, может даже полезным в случае чего оказаться. Тем более что, в моем разговорнике теперь появилась вкладка для прямой связи с отцом. И таки да, я решил постараться даже в своих мыслях его исключительно отцом называть. Неплохой он человек. Точнее, даже не так: матерый! Глыба, человечище! Если не поняли, это я пытаюсь свое впечатление от примерной оценки его истинной силы такими словами передать. Но и как человек — он тоже неплохой, со своими понятиями чести, близкими мне самому.

А моей скорейшей смерти желала графиня Темникова, двоюродная сестра князя и мать двоих первоочередных княжеских наследников. Очень даже может быть, что уже бывших. Очень уж родитель, по мере общения со мной и прояснения мной пунктов предоставленной на меня предателем характеристики, хмуриться начал. И это его недовольство было вовсе не в мой адрес. Я это просто всеми фибрами своей души чувствовал.

Хе-хе! А ведь теперь я внезапно вовсе не простым дворянином могу оказаться! Ну, если мой родитель меня все-таки признает. Вот будет неожиданность для князь-Никиты. Хотя, пока рановато об этом. Отец на этот счет меня строго настрого предупредил. Помимо графини Темниковой с ее сыночками в его окружении имеется еще немало персон, заинтересованных в том, чтобы я реальным наследником никогда не стал. Так что до поры до времени — т-с-с! Ну, и дополнительно выданные мне артефакты на себя навешу.

Вот странно человек все-таки устроен. Утром, после визита отца, мне хотелось со всем миром поделиться этой радостной для меня новостью, а прошло каких-то несколько дней — и я уже даже практически не вспоминал о нем. Точнее, как не вспоминал? Я и в мир демонов за это время сходил, чтобы по разговорнику с Тотом переговорить. Заказал ему поинтересоваться средствами для снятия сильных проклятий. У демонов проклятия еще более чем у нас распространены, должны же они как-то с этим уметь бороться. А еще я в очередной раз призвал Син. Дал ей точно такое же задание. Ну, как я выяснил, они с Тотом в очень разных кругах общаются, и сведения у них очень часто не совпадают. Правда, суккуба с меня за эту будущую услугу уже даже аванс стребовала. Ну, не мог я жестоко торговаться, когда дело жизни моего отца касается. Впрочем, надеюсь, ничего страшного не произошло: в качестве аванса я всего лишь отпустил ее на несколько часов по нашему миру погулять. Под строгую клятву, что она никого из демонов к нам за время своей прогулки допускать не будет, и сама не послужит причиной человеческих смертей.

Меж тем, заканчивалась весна, и дело вовсю двигалось к экзаменам. Точнее, чтобы нас допустили до экзаменов, нам нужно было сначала целую кучу зачетов сдать. И вот тут меня поджидала неожиданная засада. Вернее я сам виноват, что так невнимательно просмотрел пункты устава, когда в свой алхимический кружок поступал. Хотя… что бы это изменило, если бы я с самого начала про еще один дополнительный зачет знал? Проблема была не в зачете, как таковом, а в задании, которое передо мной поставил наш руководитель кружка: попытаться изобрести какой-нибудь новый рецепт. Ага! Ни больше, ни меньше! Только на минуточку: представление нового зелья стоит, наряду с приготовлением состава из «мастерского» списка, вторым пунктом экзамена на звание мастера алхимии!

Правда, Петр Юрьевич вовсе не самодурством занимался, давая мне такое задание. Меня другие члены кружка на этот счет просветили: в нашем случае вовсе не обязательно было выдавать на проверку абсолютно оригинальное, с ноля разработанное зелье. Достаточно было и какой-нибудь новой простейшей модификации уже имеющегося. Мне даже сразу же вполне подходящий вариант для работы предложили. Давно уже существует такой практически развлекательный состав для детей, ведьмин студень называется. Прозрачное, густое желе без вкуса и запаха, которое через несколько минут соприкосновения с воздухом начинает на своей поверхности окрашиваться зелеными сполохами. Так вот, кто-то из прошлых членов кружка, получивших точно такое же задание, как у меня, придумал добавку, окрашивающие эти холодные огоньки из зеленого в синий цвет. Цветов еще много, рецептов, в которых используются добавки с изменением окраски — тоже. Осталось только их с составом ведьминого студня совместить.

Да только мне неожиданно в голову торкнуло! Даже подготовку к контрольным и зачетам по другим предметам временно задвинул, настолько захотелось разработать что-нибудь свое, полностью оригинальное. Ага, задачу то я перед собой поставил, а вот с какой стороны подойти к началу ее выполнения решить не мог.

Так и лежал на кровати, голову ломал (лежа мне как-то всегда лучше думается), когда Злата, дремавшая у меня на пузе, подняла голову, взглянула мне в глаза и, вдруг тявкнув негромко, прямо из этой позиции снопиком светлячков рассыпалась. Если бы не был бы уже приучен к таким ее выкрутасам, наверное, сильно испугался бы.

Еще минут десять провалявшись без всякого толка, я решил все же что-нибудь по другим предметам поразбирать. И тут рядом со мной снова Злата проявилась. С молодым травянистым побегом в зубах. В принципе, кулемша — растение не редкое, его раньше во многих зельях в качестве алхимической основы использовали. Кулемша идеально с любым алхимическим ингредиентом и с любым магическим посылом сочетаться может. Вплоть до службы переходником от водных растений с сильной магией этой стихии к какому-нибудь огненному заклинанию, примешиваемому в раствор алхимиком. Только вот за счет того, что к кулемше все магические эффекты как к магниту липнут, конечная сила готового алхимического продукта сильно уменьшалась. Потому почти все рецепты с кулемшей были переработаны на другие, намного более специфические составляющие. Пусть не универсальные, но зато с гораздо более сильным эффектом.

А кулемша, помимо редких еще остающихся в ходу алхимических рецептов, осталась в рецептах кулинарных. Очень вкусная травка, которая и в салаты идет, и в соусы, и даже в чай.

Вся эта история, связанная с кулемшей, в голове у меня мигом пролетела, пока я у Златы принесенную ей травку из пасти вынимал. И тут вдруг как осенило! А нельзя ли эту самую кулемшу использовать в качестве основы для приготовления алхимических одноразовых «артефактов» с заложенным в них какими-нибудь заклинаниями? По смыслу вполне годно должно получиться.

Задумано — сделано! Только зеленый раствор внутри пузырька из взрывного хрусталя поглощал и поглощал ману, которую я в него вливал для запитки самого простейшего огненного шара. Наверное, влил уже объем достаточный не то, что для файербола, а для поддержания в течение нескольких минут средних размеров огненной стены, когда решил, наконец, остановиться.

А потом я собрался полученный экспериментальный состав испытать. Возле дома. Ну, зачем куда-то ходить, если у меня всего лишь заклинание огненного шара заряжено? Ага! Вот теперь точно придется ожидать коменданта, выжженный до черного пятна газон просто взывал к денежной компенсации. Знатно полыхнуло!

Помимо будущего визита коменданта и еще одна беда вполне закономерно возникла. Растение то было одним единственным! Что я, спрашивается, буду нашему профессору Рожденственскому в качестве обоснования выполнения его задания предъявлять? Пришлось срочно собираться для похода на рынок. А куда еще? В обычных магазинах всякие свежие травки-муравки не продают, а вот на рынке…. У нас в поселке, например, бабульки чуть ли не круглогодично всякой зеленью торгуют.

Хоть было немного страшно (запрета на выход за территорию студгородка для меня еще никто не отменял), но пошел. Точнее поехал. Только все напрасно. На рынке в точности теми же овощами и фруктами торговали, что и в магазинах. Хотя по времени уже пора в здешнем климате кулемше вырасти, даже в открытом грунте. Видать, торговля всего лишь зеленью со своего участка просто не окупает аренду торгового места в бывшем столичном мегаполисе… а может и запрет какой от властей. Власти они вообще много чего запрещают.

Расстроенный вернулся домой, а там меня уже на кровати целый снопик этой самой кулемши дожидается. Злата, пока я по городу безрезультатно шарился, ее мне откуда-то натаскала.

Вот так неожиданно я не только зачет в своем кружке сдал, но еще и свой основательно потраченный запас боевых одноразовых артефактов восстановил. Точнее, не артефактов, но бесплатное зелье на основе кулемши свою боевую задачу даже лучше дорогостоящих артефактов могло выполнять. Ну, конечно тех из них, заклинания которых я умел воспроизводить самостоятельно. Ага, только иногда исполненное мной наживую заклинание соотносилось с закаченным в бутылек из взрывного хрусталя в точности, как зажженная спичка и разведенный ей костер! Закачка дополнительных объемов маны в простые и привычные заклинания иногда, оказывается, приводит просто к удивительным метаморфозам эффективности.

Однако, несмотря на довольно пофигистское отношение к подготовке, все зачеты и контрольные я сдал в срок, и у нас началась экзаменационная сессия.

Хм, когда на уроках новые заклинания отрабатывали, как-то не замечал, что и по силе, которую я могу вложить в отдельный магический конструкт, и по разнообразию этих самых конструктов, я уже на голову превосхожу большинство однокурсников. Не всех, конечно, но большинство тех, кто были на уровне, выбрали эти сравниваемые разделы магии в качестве своих основных и именно на них специализировались, а у меня почти с любым видом магии так. Сказываются, однако, мои каждодневные тренировки, дополненные рискованными походами в мир демонов.

А вот отличником на этой сессии мне стать не довелось! А все мое стремление похвастаться виновато. На экзамене по стихиям я, отчеканив чуть не наизусть всю теорию, и выполнив на отлично на полигоне все затребованные экзаменаторами заклинания, решил дополнительно поразить всех своим новым зельем, с закачанным в него заклинанием ледяного шипа. И с криком:

— Смотрите, как я могу, — запустил при помощи телекинеза флакончик с зельем в толстую земляную стенку, служившую стопором для заклинаний школяров.

Бахнуло знатно. Не думал даже, что ледяное заклинание в принципе способно вот так взрываться. Стенку трехметровой толщины разметало полностью. Экзаменаторов и учащихся, отстоявших от цели метров на двадцать, присыпало песком так, что они стали похожими на неумытого домовенка Кузю. А в глубине воронки, вырытой выделившейся при срабатывании заклинания кинетической энергией, тихо себе, мирно поблескивал ледяными боками шипик… двухметрового размера.

М-да, не поверили мне вычучканные в земле экзаменаторы, что я всего лишь хотел им свою собственную поделку на стихийную тему продемонстрировать. Решили, что злостно хулиганю. Двойку не поставили, но оценку отлично урезали до удовлетворительно. Скорее всего, так поступили, потому, что двойку ведь можно со временем и пересдать на четверку, а с тройкой в зачетке стипендии в следующем семестре мне точно не полагается.

Экзамены у первого курса закончились, в то время как у выпускников третьекурсников они еще в самом разгаре были. Вот Соколов и потащил нас смотреть на самый зрелищный из них, у трех групп будущих Охотников Зон сопряжения.

— Там в жюри сама Тихорецкая будет, вы не пожалеете, — с горящими от восторга глазами уверял он нас с Вишневским.

Лично я, кто такая конкретно эта Тихорецкая не знал, хоть фамилия и подозрительно знакомая, но Вишневский, чуть подумав, согласился, а я пошел исключительно, чтобы не отрываться от коллектива. Впрочем, не одни мы пошли, на трибунах для зрителей, пришедших наблюдать за ходом экзамена, довольно много наших было. Ну, через пару дней после завершения экзаменов нам еще практика предстояла, смысла не было куда-то из универа разъезжаться.

Но, разумеется, тут не только первокурсники были. Экзамен вообще в форме красочного шоу был устроен. Даже комментатор присутствовал.

И вот на поле начали выходить бравые экзаменуемые. Не все сразу, по очереди. А к ним через ворота на противоположной стороне начали всяких монстров выпускать. А все таки молодцы были древние римляне, понимали толк в развлечениях! Я смотрел с высоты трибуны за разворачивающимся действом, изо всех сил болея за наших. Но, в сущности, хоть эти испытания и походили на древнеримские игрища, как две капли воды, все же это были экзамены, и задания экзаменуемым давали вполне посильные. Потому, какие нужно монстры обездвиживались и захватывались живьем, некоторые, гораздо реже, убивались. Пострадал лишь один выпускник, который из чистой бравады решил водрузить ногу на еще не добитого им до конца хищника. Ну, тут уж, как говорится, сам виноват.

Вторым номером программы для зрителей, а для выпускников — будущих охотников вторым вопросом билета, стали индивидуальные поединки. Тоже вполне зрелищное действо. Тем более, что на этих поединках и магия тоже допускалась, с арены для них защитные пояса принесли. Вот тут уже я не просто глазел на развлечение, а изучал со всем своим вниманием. Магическая боевка в исполнении выпускников даже подготовительного отделения — совсем не те почти сплошь однообразные и редкие заклинания, которыми обычно обмениваются первокурсники-подготовишки. Тут уже показывали свой класс реальные специалисты, со всеми их отработанными ухватками, финтами и сильно отличающимися применяемыми в бою магическими способностями. К примеру, поединок специалиста в магии иллюзий против продвинутого пользователя телекинеза. Хотя, это мне интересно было, я же все их плетения со стороны видел, а вот мои друзья на этом поединке малость заскучали. Иллюзионист — он себя под окружающую среду маскировал, совершенно не зрелищный с его стороны поединок. Он, кстати, и победил, ткнув шпагой из состояния невидимости своего противника. Хотя, как по мне, так это просто несовершенные условия соревнований виноваты. Телекинетик просто не стал бы принимать бой на песчаной арене, где толком не было никаких снарядов для метания, за исключением тех нескольких, что пространственный маг прихватил с собой. Просто ему не хватило их, чтобы всю окружающую территорию ими проверить. Ну, да ладно.

Третьим этапом экзаменов был объявлен групповой бой с той самой Тихорецкой, чью фамилию с таким придыханием называл мой друг. Рукопашный бой победителей в своих парах, нацепивших на свою одежду специальные тряпки с намалеванными на них номерами, против одной единственной сухонькой и невысокой старушки. Причем, условием идеального прохождения этого этапа экзаменуемыми объявлялась даже не победа, а всего лишь двухминутный срок, который они должны были продержаться на ногах.

— Напоминаю, — разнесся над ареной бодрый голос комментатора, — графиня Тихорецкая по итогам этого этапа экзамена огласит имена тех счастливчиков, тех лучших из лучших, которые смогут претендовать на зачисление на ее курс обучения в Академию Охотников без экзаменов.

До этого боя я иногда задавался вопросом, на что я стану способен, когда показатели нервно-мышечной проводимости на моем диагностическом артефакте достигнут десятки, рекордного значения, зафиксированного у самого быстрого на Земле человека. Теперь, пусть в самых общих чертах, я представляю ответ на этот вопрос.

Эта старушка, этот божий одуванчик, представляла собой воистину машину для убийств. Какие там две минуты? Им бы минуту продержаться, и то это будет выглядеть величайшим достижением.

Сидя на трибуне, я на секунду скосил взор на сидящего рядом Сашку Соколова. Интересно, как он разбирает происходящее на экзаменационной арене, если даже я со своей семеркой в нервно-мышечной проводимости различаю лишь размазанный от скорости силуэт, да тела, как кегли, разлетающиеся с пути легендарной воительницы.

— Экзамен у сводной группы Охотников из числа учащихся третьего курса подготовительного отделения университета города Старгорода завершен! — Провозгласил комментатор, когда на арене на ногах осталась одна лишь фигурка сухонькой, тщедушной старой женщины. — Будут ли в этом году названы имена достойных дальнейшего обучения?

— Будут! — Разнесся громогласный, усиленный магией голос графини Тихорецкой. — Их двое: номер один и номер тринадцать.

— Везет! — Простонал Соколов, и он был далеко не одинок в этом своем стоне души. Многие, сидевшие неподалеку испытывали похожие эмоции.

Я лично ничего говорить не стал, но про себя подумал, что, в отличие от Соколова, Охотником становиться точно не желаю. Одно дело использовать охоту на демонов в качестве средства личного усиления, и совсем другое избрать что-то подобное в качестве своей профессии на всю оставшуюся жизнь. Ни за какие коврижки! А тогда кем я все-таки мыслю свое дальнейшее существование? Алхимиком? Близко, но все же не то. Тут, конечно, надо еще подумать, но… может… артефактором?

Глава 17

Два дня после окончания экзаменов истекли, и подошло время отправления подготовишек первого курса на практику. Только после ее окончания будут подведены все окончательные итоги первого года, а у нас появится право гордо называть себя второкурсниками. Хе-хе, почувствовал себя идиотом, когда после получаса разговоров с собакой о том, что ей непременно нужно отправляться к бабушке с дедушкой и ожидать меня там, Злата как-то очень по-человечески вздохнула, лизнула меня в нос и растаяла в воздухе.

Для доставки пяти сотен человек в Алабаевскую зону сопряжения нам были предоставлены летуны. И даже не просто летуны, наподобие того, в котором я в прошлом году с матерью из Светлогорска в Старгород добирался, а военные летуны! Пусть это даже были всего лишь военно-транспортные «Левиафаны», а не какие-нибудь атакующие летуны типа «Стриж».

Так вот, в Левиафаны мы загрузились. Самые первые и везучие расселись на жестких лавочках, тянущихся вдоль борта всего транспортного ангара, остальные расположились на полу. Кто — где, места оставалось совсем мало, потому что там же были загружены целые горы всевозможного снаряжения для обеспечения нашего существования в полном отрыве от цивилизации в течение пяти дней.

И таки да, практика у первого курса была рассчитана всего на пять дней, плюс сутки на прибытие и расположение на месте и еще сутки на сборы и перелет в обратном направлении. Но, как уверял наш куратор, в числе целой кучи прочих преподавателей отправившихся вместе с нами в этот поход, и этого срока нам хватит за глаза, чтобы прочувствовать все прелести такой жизни.

Несмотря на значительно более высокую скорость военно-транспортных летунов по сравнению с летунами гражданскими, лететь пришлось долго, выбранная для нас зона располагается где-то на крайнем юге империи, среди безжизненных гор и бескрайних пустынь (на самом деле, я просто никогда не интересовался географией этих мест, а однокурсники говорили разное).

Однако прилетели. Выгрузка и разбивка сразу двух палаточных лагерей, на некотором расстоянии друг от друга, заняли весь остаток этого дня до самого вечера. После этого наши кураторы объявили общий сбор и начали нам втолковывать правила нашего дальнейшего существования.

Правила были, в общем-то, простыми. Вы участвовали когда-нибудь в игре «Зарница»? Тут что-то подобное. Две команды, не зря мы целых два лагеря разбивали, утром получают от кураторов задание на день. В основном эти задания будут связаны со сбором ингредиентов. В конце дня — подведение итогов и определение победителя. Пять дней практики — пять возможностей победить. В конце всего срока нашего пребывания подводится общий итог, и команда — победитель получает право на все собранные ими трофеи, которые в будущем учебном году будут использоваться на уроках алхимии.

А что же проигравшие? Они тоже будут пользоваться в следующем году результатами своего труда, но уже за деньги. Добыча проигравших отходит университету, а университет свое бесплатно раздавать не станет.

Дальше последовала очень быстрая разбивка на эти самые две команды. А чего там долгого? Волевым решением кураторов в первую команду включили группы с первой по десятую, а во вторую, соответственно, с одиннадцатой по двадцатую. Еще в этот вечер кураторы приняли участие в распределении дежурств. Кушать же все хотят, так что из каждой группы в столовую — в обязательном порядке, и плюс еще на уборку территории, разделку добытых трофеев, а также специально уполномоченных следить за порядком. Впрочем, оговорились, что этим они занимаются только в первый день, дальше на наше усмотрение. Можем хоть вообще не дежурить. Но тогда останемся без обедов (а также завтраков и ужинов) или без добытых ингредиентов и получим более низкую оценку по итогам практики.

Утро в нашей палатке, вмещавшей в себя парней тринадцатой и четырнадцатой групп, началось с истошного крика «Подъем» издаваемого Сашкой Соколовым. Он у нас оказался единственным старостой группы, староста четырнадцатой — девчонка, она, соответственно в своей, женской палатке, рулила процессами подъема у девушек. И таки да, хоть кураторы, вроде как отстранились, на деле они всем процессом управляли именно через наших старост. Соколов после дополнительного инструктажа от них только после самого отбоя пришел.

Задание первого дня оказалось довольно простым: наловить червей. Чем больше — тем лучше. Карта обитания этих самых червей, их изображение с описанием и маршрут до них прилагались. Чего сложного-то? Мы всей дружной толпой и отправились, правда, исключая назначенных дежурными.

Теперь, наверняка, появился вопрос: какие, к чертям, черви? А где же злобные ящеры, плюющиеся огнем драконы и прочие так желанные любым охотникам монстры? Так вот, нет их тут. На той стороне очень старого, чуть ли не столетнего портала, мир, населенный одними насекомыми. Причем, чем ближе к точке перехода, тем ниже гравитация, плотнее атмосфера и выше в ней содержание кислорода. А еще и количество маны тоже в разы увеличивается. Ну, и соответственно, там больше размеры насекомых (не только насекомых, те же черви ведь формально к ним никак не относятся). Говорят, на той стороне портала насекомые вообще гигантские: те же жуки размером с самых крупных земных черепах, а стрекозы — как небольшие спортивные самолеты технического мира, но это не факт. Люди уже на подходе к той стороне не могут правильно магичить, нормально передвигаться и вообще, очень быстро теряют сознание, откуда же тогда факты?

Так вот, до небольшого болотца мы дошли быстро (на карте было обозначено именно оно), и сразу же встал вопрос, каким образом нам из этой зловонной жижи добывать требуемых кураторам червей? Сразу же начали, кто во что горазд, магию использовать. У кого-то даже получалось с переменным успехом и в единичных экземплярах. Попытался и я при помощи телекинеза хоть что-нибудь вытащить. Глухо! Мой телекинез вообще не различал, где там просто болотная жижа, а где тельце червяка.

И так бы мы и ушли с теми самыми единичными экземплярами, если бы Чернозубова с подружками внезапно не заметили, что возле вонючих газовых пузырей, иногда всплывающих со дна болота, червяки на некоторое время теряют подвижность. Все тут же разбрелись по берегу в попытках вовремя углядеть лопающиеся пузыри и подобрать вожделенную добычу до того момента, пока она не очухалась. А я подумал о том, что пузырей все-таки слишком мало и много червяков мы, таким образом, не наловим. А что, если я поспособствую более активному их выделению?

Думаете, такое слишком сложно устроить? А вот и нет! Я же не так давно, в числе прочих магических камней поглотил и камень с магией земли. А у большинства монстров эта магия почему-то работает исключительно в режиме создания локальных, на сотню квадратных метров от силы, землетрясений. Не стал исключением и поглощенный мной камень, содержавший то же самое умение.

Короче, как в том анекдоте получилось, когда после брошенных в водоем проводов под высоким напряжением сначала рыба всплыла, а потом и парочка водолазов. Только у нас вместо электричества поверхность болота буквально вскипела от массы лопающихся пузырей, а вместо водолазов из глубин болота просто начали вылезать червяки покрупнее. Намного крупнее! Размером со змею. И их не парализовало, как более мелких сородичей.

— У-и-и! — Пронзительно завизжала одна из подружек Чернозубовой, которые, в отличие от Соколова, бегавшего Савраской вдоль всей линии нашего отряда, все это время находились неподалеку от меня.

— Ш-ш, — ответили червяки, именно с этими звуками принявшиеся стегать вокруг себя водяными заклинаниями. Практически хаотично и на недалеком расстоянии, потому ни в кого не попали, но одним из заклинаний оказался туман, потому видимость на этом участке началась очень быстро ухудшаться.

Чувствуя, что добыча вот-вот уйдет, я решил применить свою алхимию. Ну, да, флакончик с заклинанием мгновенного сна, будем надеяться, что эти тварюшки все-таки умеют спать. Вот только чтобы аэрозоль подействовал, флакончик с ним нужно разбить, а для этого водная гладь не годится. Пришлось сложные выкрутасы с телекинезом осуществлять: кроме собственно флакончика еще и камень к нему навстречу транспортировать. Очень сложно для меня на моем этапе развития. Но справился. Червяки уснули, и созданный ими туман быстро рассеялся.

В сборе укрупненного варианта добычи я участия не принимал. Пришлось отлеживаться: слишком выложился. Сначала землетрясение, потом пируэты с телекинезом несколькими предметами на достаточно большом от себя расстоянии. Чернозубова попыталась было устроить для меня допрос на тему моих проявленных способностей, но взглянув на мое состояние, быстро отстала.

Наше появление вечером в лагере произвело фурор у наших руководителей! Даже руководитель всей нашей практики, профессор Свешников, примчался, хоть он весь из себя такой заслуженный. Короче, один — ноль в нашу пользу. Точнее, даже полтора — ноль. За редкостную добычу нашей команде номер два засчитали еще дополнительный бонус.

Начался второй день нашей практики и, соответственно, мы получили новое задание. На этот раз идти на вонючее болото, после которого так трудно было отмыться, не пришлось. Наша новая цель — жуки, которые водились посреди засушливой равнины, покрытой султанами жесткой голубоватой травы и редкими деревьями и кустарниками.

— Ну, что как будем поступать? — Задал мне вопрос озадаченный описанием нашей будущей добычи Соколов. Жуки не владели никакой атакующей магией, зато были мастерами маскировки. Распознать их было возможно только, непосредственно с ними столкнувшись.

— Пока не попробуем, не узнаем, — философски отозвался я. Наверное, лучше будет выстроиться редкой цепочкой и пока просто идти вглубь территории. Наверняка, тут тоже могут быть какие-то свои фокусы, надо только их вовремя заметить и решить, как правильно поступить.

Собственно, так и решили в конечном итоге поступить. Распределились цепью с интервалом примерно в полсотни локтей, ну или метров. Бог его знает, почему, но мне было удобно пользоваться мерами иного мира. Как-то там все взаимосвязано, что ли, цепочка килограмм — дециметр — литр воспринималась чуть ли ни инстинктивно.

Сам я послужил основанием для выстраивания цепочки, потому оказался самым крайним на левом фланге.

— Хозяин, — раздался в моей голове проникновенный голос Гуамоко, — а ты сам не желаешь сбегать до центра этой зоны? По моим прикидкам, эта равнина тянется до самого портала в иной мир.

— А-а… а зачем мне туда? — Я прикинулся валенком, изучил уже личность, что засела во внезапно попавшем ко мне в руки древнем артефакте. Гуамоко, в принципе, ни одного действия не совершает просто так.

— Тебе же куратор сказал, что в том мире значительно выше градиент маны, по сравнению с твоим собственным. — Древний разум принялся обосновывать мне мои собственные побудительные мотивы. — На границе с такой разницей в концентрации маны очень часто образуются своеобразные природные образования, концентрирующие эту ману в себе. Найдешь хоть один такой, считай, что бонус к развитию выиграл. С моей дополнительной помощью, в таком случае, ты сможешь очень хорошо прокачать как резервуар, так и магические каналы.

— Ага, понял, — поехидствовал я, — а зачем ТЕБЕ туда вдруг понадобилось?

— Есть у меня подозрение, — фоня недовольными эмоциями, что его раскусили, принялся отвечать мне мой артефакт, — что в мире насекомых не только мана в пространстве в немерянных количествах присутствует, но и прана тоже свободно разлита помимо тел живых организмов. В вашем мире эти две энергии особо даже и не различают, а у моего народа подобные миры очень ценились.

— Свое «тело» прокачать хочешь? — Догадался я. В принципе, вполне замечательное желание, и для меня тоже перспективы со своим собственным скафандром, обладающим, к тому же, силовым набором, выглядят прямо таки завораживающе.

— Ну, да. А то после того боя в поселке оно у меня и не развивается почти.

Хм, и это тоже верно, я же, боясь замедления собственного развития разрешил Гуамоко отбирать с меня праму исключительно в фоновом режиме, только то, что так или иначе рассеивается в окружающем пространстве. Многого с таким подходом точно не соберешь.

— Убедил, — согласился я с вескостью доводов своего помощника после чего набрал в разговорнике Соколова.

— Саш, это будет очень нагло, если я себе экскурсию по здешнему миру устрою?

— Экскурсию? И что хочешь увидеть? — Удивился наш командир.

— В целом. Все же первая в моей жизни зона сопряжения, хоть и такая вот, невыразительная совсем. Просто пробегусь вглубь зоны, попытаюсь прочувствовать изменение физических условий.

— Ну, давай. Я бы тоже с тобой вместе пробежался, если бы вот, командовать этим стадом не поставили.

Кстати, для слов о стаде у Соколова были вполне резонные основания. Две девчонки не поделили кавалера. Тот, как телок бессловесный, тащил снаряжение одной из них, а тут другая затеяла жестокую и бескомпромиссную грызню за права угнетенного сильного пола. Я бы на месте Сашки еще покруче высказался. Очень сильно раздражают подобные ситуации.

Короче, оставил я их и вперед побежал. Соколов еще, чтобы исключить всякие инсинуации по части пристрастности его, как командира, отдал мне в общей командной сети распоряжение, разведать территорию впереди.

Скрывшись из глаз любопытствующих, я заметно прибавил в скорости. Мои сильно развитые физические характеристики, плюс навык поддержки и усиления тела за счет магической поддержки позволяли мне достаточно долгое время бежать чуть ли не наравне с мобилем, а тут еще и дорога вполне достойная: уплотнившаяся до каменистого состояния почва и минимум растительности на ней. Точнее, растительность есть, но и чистые промежутки между очагами травы позволяют вполне свободно бежать, без риска споткнуться или подвернуть себе ногу.

Долго я так мчался, все же расстояния в этой Зоне сопряжения достаточно большие, пока постепенно не начал ощущать, что мне все большие прыжки становятся по плечу. Да и физически я начинал чувствовать себя все более прекрасно. Гуамоко тоже чуть не мурлыкал: его предположение о повышенном фоне праны вблизи от портала уже подтвердилось, а ведь бежать до него было еще далеко.

Тем неприятнее после всего этого великолепия стала вдруг неожиданно навалившаяся усталость. Я еще сначала удивился: как так, бежал-бежал, тело становилось все легче, мана на обеспечение усиления тела все более полноводным потоком поступает, почему я вдруг уставать начал?

Внезапно, прерывая некую дремоту, в которую впало мое сознание, корабельной сиреной в мозгу практически панический вопль Гуамоко прорезался:

— Уноси нас отсюда, хозяин, иначе мы здесь навсегда останемся!

И столь велика была мощь эмоций в его послании, что я как бежал вперед, так, одним прыжком развернулся в обратном направлении и помчался, наверное, вдвое быстрее. И это несмотря на все усугубляющуюся усталость и боль в мышцах!

Так я и мчался, пока совсем уж, выжатый, как лимон, не рухнул где-то на подходе к той территории, которую в это время должен был обследовать наш поток. Ага, сбор жучков, как я только мог про него забыть!

Минут десять, наверное, пролежал в прострации, пока не набралось сил поинтересоваться:

— Гуамоко, а что это вообще такое было?

— Это ужас, хозяин. Ужас всех разумных существ во вселенной. Роевой монстр размером с целый мир.

— И что в нем такого ужасного? — Я уже оправился настолько, что мне, в самом деле, стало интересно вопросы задавать.

— Он, в процессе своего роста, вторгается в другие миры и способен со временем запросто уничтожать там все живое.

— Так это что, он и у нас тоже все уничтожит?

— Откуда я знаю. Вроде, он к вам уже давно нашел проход, но что-то пока не так уж и далеко от него продвинулся. Может, конкретно этот монстр не такой хищный, а может, просто, условия для него тут не самые подходящие.

— А возле портала условия подходящие, — подхватил я у древнего артефакта нить его рассуждений. — А чем это он по нам долбанул, на магию, вроде не похоже?

— А это он не долбанул. Просто, я для подкормки своего тела создал канал, чтобы разлитую там в воздухе прану собирать, а это объединенное существо, кажется, от этого некое неудобство ощутило, вот и постаралось его исправить, тоже потянув прану, в свою очередь. Хорошо, что ты, хозяин, так быстро убежал из той области, а то бы тоже, как мое тело вмиг всей праны лишился.

— В смысле? У тебя что, твое тело без праны осталось?

— Ну, да. Вроде, этот твой компаньон писал, что этого симбионта он только в качестве рекламного образца взял. Умоляю, хозяин, закажи ему второго. Нынешний-то у меня все, восстановлению, похоже, не подлежит.

— Ты чего это таким изможденным к нам вернулся? — Поинтересовалась Чернозубова, когда я спустя пару часиков, отведенных мной на свое восстановление, вернулся обратно к нашему отряду. — И лицо вон, шелушиться начало.

Ну, да, слизень, размазанный Гуамоко по всей верхней половине моего тела в виде тоненькой оболочки, полностью копирующей фактуру моей настоящей кожи, теперь отслаивался в виде обширных тонких пленок. Ни дать, ни взять, змея, меняющая свою кожу. Правда, с лица я основные лоскуты уже убрал, Иринка только уже небольшие обрывки былой роскоши углядела.

Лицо от ошметков высохшего слизня я почистил, жуков вместе со всеми поискал. Не долго, время уже было обратно, в расположение лагеря, возвращаться. В этот раз соревнование с первым потоком мы проиграли. Не нашлось среди нас никого, кто бы снова какую-нибудь фишку, ускоряющую добычу неуловимых жуков придумал. На первом потоке тоже ничего такого не придумали, но, говорят, у них местность попалась чуть более открытая, там у насекомых скрываться выходило заметно сложнее.

На третий день я решил никуда не ходить, остаться в лагере. Все же тот отток праны до сих пор давал о себе знать: и тело ощущалось как ватное, и делать ничего не хотелось, а только о мысли об очередных местных насекомышах на меня накатывала паническая атака.

К счастью у Соколова, к которому я обратился с пожеланием стать на этот день дежурным, вообще не возникло с моим назначением никаких закавык. В принципе, мало кто желал дежурить по лагерю, когда можно было с гораздо большим удовольствием по здешним просторам прогуливаться, накоротке общаясь с местной совершенно безопасной природой.

Вот так я оказался смотрящим за порядком. Блатная должность… если бы не Чернозубова. Дело в том, что ей на этот день тоже выпало дежурство, только по столовой. И в этом наряде собрался, что называется, цветник. На всю толпу дежурантов всего два представителя сильной половины человечества. И один из этих двоих… дебил! А просто другого эпитета для него подобрать трудно.

Казалось бы, попал ты в общество красавиц, так радуйся, заводи знакомства. Тем более что возраст уже подошел, гормоны проснулись, и мальчики начали активно интересоваться девочками. Только вот этот дебил принялся изо всех сил строить из себя аристократа и альфа-самца, покрикивать на девчонок, а в конце еще и отказался в чем-то им там помогать, завернув что-то в том плане, что он, будущий великий охотник, а женский пол, как раз, и предназначен самой природой для всяких кухонных работ.

Короче, Чернозубова такой наглости терпеть не стала, и несколькими заклинаниями разделала его под орех. «Великий охотник» даже пикнуть не смог. Она-то, в отличие от этого виконта, хоть и происходила всего лишь из баронского, а не графского рода, но и об охоте в зонах сопряжения и о боевке вообще, имела отнюдь не поверхностные представления.

Я уже к самому концу этой забавы под названием «отпинай придурка» подошел, но и то призадумался: Иринка настолько мастерски выписывала последовательность заклинаний…. Интересно, а у меня у самого, получилось бы с ней справиться или нет?

Чернозубова, да и не только она, а, подозреваю, все девушки, дежурившие в тот день в столовой, свое удовлетворение получили, а мне Соколов по возвращении высказал все, что по этому поводу думает. Ага, в этот день у наших двух потоков в соревновании по ловле водомерок вышла боевая ничья, но за не предотвращенный мной инцидент, вредные кураторы присудили очередную победу команде первого потока.

Два последних дня практики прошли в том же режиме: в один из них охотились на стрекоз, отрывая им крылья, а во второй, для разнообразия, собирали цветочки, раскрывшиеся на одном из редких травянистых растений. Я особо старался не выделяться из общей толпы. Да и не интересно мне стало подобное времяпровождение. Стало казаться, что это мы устроили детский утренник буквально на языке у огромного чудовища. Чудовище, конечно, пока дремлет, но никто не поручится, что в следующий момент оно не отправит всю расшалившуюся мелюзгу себе в пасть.

И таки попробую сразу ответить на возможные упреки, почему я не сообщил кураторам об открывшейся для мира и человечества опасности. На подобный вопрос отвечу своим тоже вопросом: а вы сами бы, окажись на месте кураторов, стали бы слушать ничем не подкрепленные бредни школяра — первокурсника? Особенно, если предмет разговора уже столетие находится под наблюдением, прекрасно используется в хозяйстве и не проявляет даже малейших поползновений сделать то, в чем его обвиняет этот самый первокурсник. Вот то-то и оно. Но, клянусь, я обязательно сообщу, когда придет время. Отцу. Все же он находится на самых вершинах власти, у него хватит полномочий, чтобы для подтверждения слов сына снарядить полноценную экспедицию, а потом, когда все подтвердится, и закрыть этот чертов пролом в смертельно опасный мир.

Не было никакой особой помпы, обратно мы улетали совершенно не торжественно, просто загрузившись в присланные за нами все те же военно-транспортные «Левиафаны». Кто победил в нашем соревновании? — Мы, хоть и с минимальным разрывом. Вишневский уже высказал нам с Сашкой, насколько неприлично нам с этой победой повезло. Хорошо еще кураторов в подсуживании не обвинил. И чего, спрашивается, так разорялся, словно собранные, но не полученные им ингредиенты были для него вопросом жизни и смерти? Теперь их ему у университета, конечно, придется покупать, но цена более, чем демократическая, почти по себестоимости. А поскольку, собирали студенты за бесплатно, то и себестоимость только из затрат на транспортировку и хранение состоит. Вишневский при его карманных расходах даже не заметит. Но, нет, дело принципа. Все же он очень своеобразный товарищ.

«Левиафаны» вернули нас ровно в ту же самую точку, откуда и забирали. И прямо там же, на поле, срочно прибывший декан устроил последнее в этом учебном году построение. С удивлением узнал, что далеко не все наши однокурсники оказались переведены на второй курс, несколько человек оказались банально отчислены за неуспеваемость. И не все из отчисленных, стоически приняли это известие. Виконтессу Рыкову ее подружкам даже пришлось срочно уводить в общежитие, дабы не позориться на людях банальной истерикой.

Но все хорошо, что хорошо кончается. Уже в этот вечер мы, с Сашкой Соколовым, летели в Светлогорск. Почему вдвоем, и куда подевались еще двое наших бывших приятелей? А они, в числе прочих членов команд знатных аристократов остались на организованные их предводителями пирушки. Разумеется, нас с Соколовым не пригласили. Зато и с билетами никаких проблем не было, и дома мы сможем оказаться быстрее.

Глава 18

В этот раз, возвращаясь из Светлогорска в родное Огарево, я смог убедиться, что броня на пассажирских вагонах нацеплена отнюдь не напрасно. Я как раз от безделья глазел в крохотное, да, к тому же, еще зарешеченное окошко, когда откуда-то из придорожных кустов в направлении поезда метнулся один из тех драконов, что залетали в наш мир через ясно видимый в небе портал. Правда атаковал он не наш вагон, а соседний, да и видно было не так, чтобы очень. Но скрежет когтей по броне мы даже в соседнем вагоне слышали. Правда не долго: из крупнокалиберного метателя, да чуть ли не в упор…. У дракона, несмотря на всю его чешую, не было ни шанса. И все же жаль, что он атаковал именно соседний вагон, а не тот, в котором ехал я. Глядишь, хоть праной бы чуток разжился.

В Огарево поезд прикатил под вечер. Я не стал заранее сообщать родным о своем прибытии, ни к чему это, заранее ажиотаж создавать.

Калитку в воротах открыл, в дом прошел, он у нас и не запирается практически никогда. Бабушка на мой вопрос «Почему дверь не заперта?» ответила когда-то с немалой долей недоумения:

— Так мы же дома.

Первой в доме меня встречала такса: скакала, крутилась вьюнком, умильно виляла хвостиком. Пришлось взять ее на руки. Вместе с потоком незамутненной радости от нашей встречи до меня донеслись мысли:

— Пришел, хорошо, а то мое развитие совсем остановилось.

Не удержавшись, попытался поинтересоваться, тоже мысленно, точно так же, как я общаюсь с Гуамоко:

— Ты что, Злата, разумная, и умеешь разговаривать?

И неожиданно получил ответ:

— Не сейчас, в будущем (эта мысль про будущее сопровождалось ощущением, что это понятие в данном случае в себя включает не год, не два, и даже далеко не столетие). Сейчас только могу иногда разумом заглядывать сюда. Ненадолго. — И я неожиданно оказался вылизан. Ну, я же для ментального общения Злату к самому своему лицу поднес. Похоже, сеанс таксячьего разума подошел к концу. Или нет? Вон, каким умным и ехидным взором на меня смотрит!

— Сергунька! Приехал! — Бабушка выглянула с кухни, услышав, как Злата тут коготками по полу топочет, — что ж ты не позвонил, я бы к твоему приезду пельменей налепила и сварила. — И тут же на выход из дома заторопилась, — старый, как всегда, в своей лаборатории пропадает, пойду, позову его.

Через час мы все сидели за накрытым столом и разговаривали. Я рассказывал всякие случаи из своей учебной жизни, бабушка про жизнь поселка, а дед изредка разговор поддерживал, да поглядывал на меня как-то… непонятно.

Вкусняшки, выставленные бабушкой на столе, были съедены, мое Старгородское житье-бытье рассказано и обсуждено. Бабушка начала с посудой хлопотать, а меня дед за собой в направлении своей мастерской потянул:

— Пойдем-ка, внучок, обсудить кое-что требуется.

— Дед, что за дела? — возмутился я после того, как чудом не наступил на взведенный у одного из стеллажей с работающим артефактом стазиса вполне себе зубастый небольшой капкан.

— Прости, — повинился дед. — Забыл предупредить. Нырка ко мне повадилась. Всю кулемшу уже перетаскала.

— Почему ты решил, что это нырка? — поинтересовался, начиная прозревать, откуда моя рыжая проныра притаскивала этот ингредиент для моих алхимических изысканий.

— А кто? — вопросом на вопрос ответил дед. — Сам же знаешь, что у нырок это первое лакомство.

В принципе, верно, эти мелкие зверьки размером с некрупную крысу, живущие на деревьях, просто дурели от кулемшиных корешков, как кошки с валерьянки, и готовы были лезть за ними, куда угодно. А вот самим откапывать эти корешки у них получалось не очень.…Точнее, получалось, конечно, но ведь уже выкопанное и помытое стащить куда как приятнее.

Сделав себе мысленную пометку обязательно пристыдить Злату на тему того, что воровать нехорошо, я вернул свое внимание деду, который, схватив с полки, шлепнул передо мной на стол свежий номер «Мастерской алхимика».

— Серьга, это что такое, я тебя спрашиваю?

— Журнал. Ежемесячный. В нашей стране такой специально для алхимиков издают. — Я попытался прикинуться валенком. Безрезультатно.

— Знаю я, что для алхимиков. Я спрашиваю, с какого такого перепугу тут совершенно новое зелье за твоим авторством напечатано?

Пришлось ознакомиться. Хе-хе, а высоко же мой рецепт в редакции оценили, напечатав его аж на пятой странице толстенного, в двести страниц, академического журнала. Насколько я знаю, расстановка материала тут идет от самого важного к совсем почти незначительному. И это при том, что первые две страницы занимает название самого журнала и прочие исходящие данные периодического издания, а третья страница, по традиции, отдана заметкам главного редактора.

— А что такого? У меня задание было от руководителя нашего алхимического кружка, создать новый рецепт. Я его выполнил. Насчет публикации в журнале профессор Рождественский сам мне предложил. Я согласился. Очень оперативно, на мой взгляд, напечатали.

— Ты у меня теперь всегда такой дурачок, или только по вторникам? — Дед усиленно пытался изобразить свой гнев, хотя я точно ощущал, что никаким гневом там и близко не пахнет. — Ты вообще о таком понятии, как родовые секреты, слыхал когда-нибудь?

— Конечно, слыхал. Только у меня же рецепт совсем простой, он даже на подмастерье алхимии по сложности не тянет. По любому бы не получилось его засекретить. Так хоть я с этого печатную публикацию поимел плюсом к самостоятельно разработанному рецепту. Если когда-нибудь соберусь на мастера алхимии аттестоваться, таким образом, часть требований для прохождения уже выполненной окажется.

— Ну, так-то да, — сразу сбавил напор мой дедушка, — зелье, и в самом деле, совсем простое, да к тому же готовится полностью на доступных в нашей империи компонентах. Удивительно, как мы сами до такого додуматься не смогли. — И тут же посерьезнел: — на мастера тебе нужно будет постараться аттестоваться как можно быстрее, пока шум от этой публикации на нет не сошел. Будешь у меня самым молодым мастером-алхимиком за это столетие.

— Деда, ну какой из меня мастер алхимик? — Взмолился я. Я совсем недавно на подмастерье то едва-едва вывез. Исключительно за счет того, что у меня дар, связанный с менталистикой, вдруг прорезался.

— Значит, будешь и дальше применять свою менталистику в изготовлении зелий. Зельеваров — менталистов на свете раз-два и обчелся, так что без куска хлеба ты точно не окажешься.

— Не потяну. То зелье мгновенного сна, для меня нынешнего, это максимально возможный уровень….

— Значит, будешь учиться, — перебил мои возможные сетования старый мастер. — Попробую договориться с Фильней, чтобы она тебя поднатаскала за лето.

Ну, вот как с таким разговаривать? Уперся в своем желании, чтобы внук стал алхимиком, а про то, что у меня магические дары совсем под другое заточены вообще, словно забыл. Все же придется вразумлять. Если затянуть, дальше только хуже будет.

— Деда, давай не будем себя обманывать. Мастер, готовящий исключительно ментально активные зелья, — это слишком узко заточенный специалист. Ни денег больших на таком поприще не заработать, ни самоуважения. Нет у меня дара, ощущать необходимость коррекции в проводимых реакциях. Сам же говорил, на одних заученных рецептах я далеко не уеду.

— Не торопись, Серьга, тут надо медленно поспешать, — кажется, даже голос у деда изменился, стал медленным и напевным, — только ты твердо уясни, то, что я тебе сейчас скажу, никому рассказывать ни в коем случае нельзя, опасное это знание.

Блин! Заинтриговал меня дедушка! Я аж головой закивал, чтобы показать, что твердо усвоил: никому и никогда!

— Сначала попробуем для тебя просто получить звание мастера — алхимика, пусть даже в одной, очень узкой области. — Принялся он раскладывать надуманный им план. — Поскольку, ты окажешься одним из самых юных мастеров — алхимиков на планете, власть предержащие тобой точно заинтересуются на предмет, нельзя ли тебя к чему-нибудь для них важному, да полезному приспособить. Проверят, убедятся, что ничего особо сверхординарного в тебе не имеется, да и перестанут обращать на тебя внимание.

— Начало плана понял, — согласился я с дедом, — что дальше?

— Дальше мы будем ждать. Сколько — не знаю. Но есть у меня среди прочих родовых знаний ритуал, который позволяет пересаживать магические дары от одного кровного родственника — другому. Так что, когда придет моя пора умирать, ты непременно должен оказаться поблизости…. Накопленные поколениями предков дары не должны пропасть.

— А матери ты велел завести ребенка от князя Буревого по этой же самой причине? — Не удержался я от вопроса, раз уж у нас завязался столь откровенный разговор.

— У князя точно имелись какие-то дары к артефакторике. Грешно было упускать такую возможность добавить их в наш род. Артефакторика и алхимия ведь вообще родственные направления. — Дед принялся было выкладывать свои мотивы, но увидев, как посмурнело мое лицо, торопливо принялся разъяснять: — ты, Серьга, не подумай, ты очень долгожданный ребенок, и мы с бабушкой, вне зависимости от всяких даров, очень любим тебя. Возможный дар был только дополнительным бонусом. Опять же и твоя мать тогда уже начала встречаться с этим чертовым князем… Я случайно об этом узнал. У них тогда с Потоцким был непростой период, провинился он перед ней кое в чем. Я же только воспользовался ситуацией и только чуть-чуть подправил запланированный ход течения событий, сварив зелье плодородия и хорошенько заплатив Потоцкому за разрешение рождения ей ребенка для нашего рода не от него, а от другого мужчины, он же тогда кроме своего графского титула почитай и не имел ничего.

Ну, в принципе, что-то подобное я и предполагал, к тому же вся моя прокачанная до единицы эмпатия свидетельствовала, что дед говорит искренне и по-настоящему меня любит, а потому совершенно не стал заморачиваться. Обсудив с дедом возможную учебу у нашего поселкового менталиста, я отправился в свою комнату. Все же выносливость выносливостью, а дальняя дорога выматывает. Стоит отдохнуть.

На следующее утро, проснувшись выспавшимся и бодрым, я, еще лежа в постели, принялся сочинять для себя план действий на предстоящий день.

В принципе, у меня сразу напрашивалось целых два варианта: сбегать в хивовую рощу, снова запастись корой для изготовления экстракта… или отправиться в гости к Ленке Шитовой. Что-то в последние пару месяцев мы с ней практически и не перезванивались.

Разумеется, работа была оставлена на потом. В конце концов, у меня сегодня практически праздник: первый полноценный день каникул!

Дорога до Ленкиного дома промелькнула вмиг. Даже удивился, насколько положительные эмоции я испытал от этой прогулки. Вот и знакомая калитка. Будем надеяться, что дверь мне откроет не ее младший из старших братьев. Как-то с Кириллом у меня отношения в прошлом году складывались не так, чтобы очень.

Калитку мне открыла сама Ленка…. И тут же, при виде меня, попыталась ее захлопнуть.

— Лен, в чем дело? — Вопросил я, сильно удивленный столь странным приемом. — Я тебя чем-то обидел?

— Не обидел, проходи, — изменила свои намерения моя подруга.…Хотя, судя по ощущаемым эмоциям, не так-то уж и сильно она их изменила, изо всех сил мечтает отправить меня восвояси. Только я не поддался на эти, источаемые Ленкой флюиды, толстокожим слоном топая к ней в дом следом за хозяйкой. Ну, надо же узнать, какая муха ее укусила.

— Ты одна что ли? — Поинтересовался я, не обнаружив никого из Ленкиных домочадцев. — Как замечательно, а то я уж боялся, что опять придется всякие грубости от твоего Кирилла выслушивать.

— Не напоминай мне об этом засранце! — Непонятно с чего вдруг вспылила Шитова.

Определенно, что-то неладно в Датском королевстве!

Вы даже не представляете себе, каких трудов мне стоило разговорить эту закуклившуюся в своем несчастье особу! И таки да, несчастье, случившееся с ней, было очень серьезным! Так вот, что мне удалось выяснить. Помните, тех двух магов, маскировавшихся под старшеклассников, которые угрожали напоить меня особой водичкой из Зеленодольской зоны? Ту, что содержит особых паразитов, напрочь уничтожающих магические способности тела, в которое они попали? Так вот, Ленке перепала порция именно такой водицы.

— Зачем вы вообще в эту Зону поперлись? — Поинтересовался я, выслушав историю про то, как Ленка, отправившаяся в поход в Зеленодольскую Зону вместе с родителями и Кириллом, при переправе через ручей, отвлеклась на какой-то идиотский возглас брата, запнулась и свалилась в воду.

— Там легко и практически почти безопасно можно собирать ягоды Кари, а они стоят очень даже неплохих денег. — Ответила девчонка, кусающая губы, чтобы не разреветься.

— У нее еще присутствует кое-какая магическая активность, — вдруг сообщил мне Гуамоко, до этого момента с самого моего приезда домой сидевший тихо, практически не отсвечивая, — можно попытаться помочь.

— Ты сможешь? — Мгновенно заинтересовался я.

— Не я, а ты сам, я магией проклятий не владею, — отозвался мой артефакт, — я только помогу визуализировать объекты для наложения атакующего заклинания.

— Что нужно делать?

— Прежде всего, получить согласие пациентки. Лечение может быть не безвредным для ее организма, а результат не гарантирован. Может, она уже вполне смирилась с жизнью без магии и не захочет рисковать оставшимся здоровьем.

Мгновенно согласившаяся на эксперимент с ее участием Ленка с огромным удивлением наблюдала за возникновением на стене в ее комнате увеличенного изображения ее организма, на котором красным цветом были показаны скопления микроорганизмов, а зеленым — еще остающиеся незахваченными агрессорами магические каналы. Красным были, в основном, выкрашены костный мозг и печень с селезенкой. Сразу становилось понятно, что паразиты, в основном, перемещаются по кровеносному руслу.

Интересную, однако, методу предложил мой артефакт: свое проклятие я направлял не напрямую на Шитову, а на горевшие красным цветом точки на изображении, а уж Гуамоко, каким-то непонятным для меня образом, перенаправлял удары на реальные цели.

— Принцип подобия, — сообщил он мне на мой вопрос, каким образом такое возможно.

И таки мое проклятие, до верха приправленное моим самым искренним желанием, искоренить заразу, подействовало. Красные точки начали гаснуть.

Целый час наблюдали мы с моей подругой за постепенным отступлением красного цвета.

— Это так и должно быть? — Задал я вопрос в конце этого часа, когда увидел, что краснота, хоть и изрядно сократившаяся в яркости, все же сохранилась внутри отдельных костей.

— Нет. Так быть не должно. Очевидно, небольшая часть паразитов закапсулировалась и смогла перенести наш удар. Через месяцы или годы воздействие твоего проклятия ослабнет, и болезнь вернется.

— Ну, ладно! — Сквозь слезы улыбнулась Шитова на озвученный мной неблагоприятный прогноз. — Хоть сколько-то времени, да у меня есть. — И в знак подтверждения своих слов зажгла на ладошке маленький огонек. Небольшая часть ее способностей к ней действительно вернулась.

Долго мы у Ленки не пробыли, вскоре вернулась ее мать, и я позорно ретировался. Впрочем, Ленка отправилась со мной. Я прямо затылком ощущал удивленный взгляд Шитовой старшей, направленный в моем направлении: что же я такое сотворил с ее дочерью, что из убитой горем девицы, та вновь превратилась во вполне вменяемую особу?

Просто так бродить по улицам нам быстро надоело, и Шитова потащила меня в гости к своей подруге. Ну, да, все к той же Айрис Прокошевой, с девчонками из нашего бывшего классе Шитова так до самого конца учебы и не помирилась, а других подруг у нее не было.

— Лена? — В голосе открывшей нам дверь девушки слышалось изумление. — А-а, ты с Уваровым пришла, — словно моя фамилия объясняла для нее что-то фундаментальное.

— Представляешь, Айрис, Сергей пусть временно, но смог мне с моей магией помочь, — с порога похвасталась Шитова, снова продемонстрировав на ладошке небольшой огонек.

— Ну, да, это же Уваров, — вроде поддакнула Прокошева, но в ее эмоциях просто таки резанула зависть. — Мне бы отыскать такого рыцаря. Надоело постоянно свои эмоции в узде держать, чтобы случайно не поднять какую-нибудь дохлятину.

— Я думал, ты смогла свою некромантию уравновесить? — Заметил я, чтобы просто что-то сказать. Так-то понятно, что с одним поглощенным магическим камушком, пусть даже с двойной стихией второго порядка, о полном уравновешивании уже проявившегося дара говорить не приходится.

— Да это я так, — смутилась Айрис, — на самом деле, гораздо лучше стало, только иногда, когда сильно понервничаю, все равно прорывается. Вот бы отыскать способ, чтобы можно было вообще от этого проклятия отказаться.

— Пообещай ей, что попытаешься с удалением дара некромантии помочь, — вдруг послышался у меня в мозгу ментальный голос Гуамоко.

— Ты уверен? — Уточнил я про себя удивленно.

Впрочем, мое удивление понять не сложно: у деда вон, только какой-то ритуал, который может передавать дар между ближайшими кровными родственниками, и то, этот ритуал весь из себя секретный, а тут мы ведь ни разу не родственники.

— Разумеется, уверен, проведем простой ритуал равноценного обмена.

— Если он такой простой, почему о нем никто не знает? — все же позволил я себе высказать сомнения.

— Это у вас его никто не знает, — ворчливо ответил Гуамоко. — А у нас в каждой местности свой вариант подобного ритуала разработан и применяется. Причем, раз своим даром она так тяготится, ты можешь взамен ей даже не полноценный дар передать, а всего лишь одну из освоенных тобой разновидностей магии. Потом просто обратно ее разовьешь. Если бы это была не некромантия, а другой дар, вообще бы прямо сейчас можно было бы ритуал проводить. С некромантией чуток посложнее выйдет, для нейтрализации первоначального выброса энергии смерти, надо будет где-то расходники, богатые магией жизни добывать, но, в принципе, нет ничего невозможного…. Стоп, про расходники ей не говори. Все ингредиенты ты должен будешь добыть сам, чтобы это тоже было засчитано в качестве части взноса с твоей стороны. В подобных ритуалах, как и вообще во многих отраслях высшей магии, символизм очень важен. Сможешь тогда или более сильный вариант дара получить, или дар с более лучшим контролем.

Не то, чтобы Айрис так уж сильно мне поверила, но определенный огонек надежды я у нее своим обещанием зародил.

На следующий день встал едва рассветать начало. Не знаю, может быть, портал в мир демонов можно и не на самом пляже открывать, а где-нибудь чуть в стороне, но, а вдруг нет? Так что, на всякий случай, надо успеть этот поход совершить еще до первых отдыхающих. Благо, в этот раз мне никуда в том мире идти не требуется, а нужно всего лишь с Тотом по разговорнику переговорить.

На своем пути к пляжу никаких помех не встретил, портал тоже вполне штатно открылся, даже удалось его с самого пляжа чуть дальше, в полосу кустарника оттянуть. И Тот тоже ответил на мой вызов без задержки.

— Здравствуй, Сергей! — Послышался в разговорнике голос демона. Разузнал я по поводу твоего заказа. Уверяют, что могут добыть ингредиент, с помощью которого можно любое проклятие с гарантией уничтожить. Средоточие из сердца феникса. Слыхал про такое?

— Нет, не слышал, — отозвался в ответ я, и тут же поинтересовался: — и дорого ли хотят?

— Дорого! — Почти натурально вздохнул мой контрагент. — Фениксы очень мощные монстры с сочетанной стихией огня и света, на охоту за ними, в их мир, только большими ватагами ходят и редко когда эти походы без потерь обходятся.

М-да! Озвучил мне демон цену! Средство, способное спасти жизнь моего отца обойдется мне как бы ни на порядок дороже, чем все, что я сумел скопить за время торговли с Тотом. Впрочем, думаю, что в этом случае родитель сам способен заплатить за средство для своего излечения. Да и правильнее так будет. Рассказывал же Гуамоко о важности символизма, причем, как оказалось, не только в ритуалах. Высшее зелье, сваренное из ингредиентов, собственноручно добытых, будет действовать значительно сильнее. Отец, конечно, не сам будет по Зонам сопряжения на разных монстров охотиться, но и уплаченные им его кровные тоже могут считаться личным вкладом, что даст, пусть и не большое, усиление свойств. Список ингредиентов для обмена с демонами я у Тота тоже получил. К примеру, тех же камней, содержащих приемы ментальной магии, если только их для обмена использовать, вообще только с десяток потребуется, у демонов они обладают огромной ценностью. Впрочем, и у нас этот тип магических камней отнюдь не дешевый.

А вот ингредиентов, содержащих магию жизни, нужных уже мне для ритуала с Айрис, у демонов не оказалось вовсе. Если только тоже на заказ, добывать в иных мирах, но это встанет мне очень дорого. А просто, сами демоны, по строгим меркам магии, энергетические существа, и не являются живыми. Соответственно, и магия жизни для них не характерна, как таковая. Может, тоже у отца эти расходники запросить? Только вот как такое облегчение на ритуале отразиться? Нет, все же постараюсь их раздобыть самостоятельно, без посторонней помощи.

— Дед, а ты слышал про такое сильное средство, как средоточие из сердца феникса? — Задал я вопрос деду, когда вернулся из этого похода домой.

— Мифическое средство, сильно повышающее сродство к магии огня и света. Также в описанных рецептах эффективно против любых проявлений магии тьмы. — Как по писанному отчеканил дедушка. — Только ерунда это все. Фениксы, они только в сказках, да древнеурских трактатах существуют.

Получив такую исчерпывающую информацию, я связался с отцом.

— Говори быстрее, я занят, — послышался голос родителя.

— Отец, что вы скажете на то, чтобы попытаться излечиться от проклятия… — начал я очень нелегкий разговор с важным сановником, который случайно оказался моим родителем.

— Я перезвоню, — бросил отец после довольно продолжительного молчания.

Через четверть часа отец явился сам, создав очередной портал на крыльцо нашего дома. Все же неприлично являться без приглашения сразу в дом, хотя в университете, помнится, его это не смутило. Ну, так и дом моего деда, это не комната какого-то подростка. А явился мой родитель, чтобы из первых уст, так сказать, узнать у деда о чудодейственном зелье, которое может помочь в борьбе с его неизлечимым проклятьем. Почему-то отец решил, что именно дед Степан нашел какое-то решение. В принципе логично, но неприятно. А вдвойне и даже многократно неприятно, что раз дед тоже был не в курсе, то мне влетело сразу от обоих: и за то, что занятого человека от дел отвлек, и за жестокие шутки, дающие необоснованную надежду умирающему. Вот честное слово, хотелось на все плюнуть и забить на эту идею с помощью отцу. Ладно, сдержался. Тем более что дед, посмотрев на меня, окоротил родителя, предложив все же меня выслушать. Глубоко вздохнув, рассказал про средоточие из сердца феникса. После чего огреб от дорогих родственников повторно и почти теми же словами, поскольку фениксов якобы не существует. Даже бабушка заглянула на шум, чтобы узнать, за что меня так распекают. А Злата так и вовсе, защищая меня, начала громкий лай перемежать с очень недобрым рычанием. Пришлось взять мою отважную малышку на руки, чтобы немного успокоить ее и успокоиться самому.

В общем, если существует такая характеристика, как выдержка, я сегодня прокачал ее по максимуму. С большим трудом мне удалось убедить все же дорогих родичей, что пусть фениксов никто давно не видел в нашем мире, но они есть. А у меня есть возможность договориться о покупке его средоточия. Думаю, отец решил попробовать от безнадежности, как утопающий хватается за соломинку, а дед загорелся возможностью работы над уникальным зельем на основе этого невообразимо редкого ингредиента.

Правда, это была победа не в войне, а всего лишь в первом сражении, потому что еще час, наверно, у меня всячески пытались выведать про личность и контакты моего контрагента. А вот спор на счет невероятно высокой стоимости, я задавил на корню, сказав, что если запрашиваемая цена их не устраивает, то все останутся при своих. Дипломатию за этот вечер, думаю, я тоже прокачал на пару пунктов, но в конце концов все же получил согласие отца на поставку затребованного Тотом для обмена.

— Только смотри, Сергей, — не удержался от того, чтобы не высказать мне напоследок светлейший князь, — ингредиенты эти очень ценные, постарайся меня не разочаровать.

А еще через трое суток я уже держал весь исписанный рунами ларец с этим мифическим ингредиентом в своих руках. Отец даже не поверил сначала, когда я ему сказал, что его люди могут забирать заказанное.

Забирать средоточие сердца феникса отец не стал. Созвонился с дедом, после чего велел передать добытое ему. И дед на три недели практически пропал для мира. Даже не знаю, чем он питался в своей лаборатории, потому что бабушку к себе он не пускал. И вообще дверь открывал только моему отцу, когда тот трижды за это время являлся к нему. Наверно, это отец и снабжал деда продуктами. Хорошо еще, что к тому времени он уже договорился, что наша поселковая менталистка по фамилии Фильней даст мне несколько уроков по своей специальности.

Три недели прошли, и однажды утром из своей лаборатории появился очень изможденный, но донельзя довольный дедушка.

— У меня все получилось! — Возгласил он, перед тем как плюхнуться за стол перед выставленной там огромной тарелкой с пирогами.

Отец в наш дом зашел в тот же день, к вечеру. Дед с самым торжественным видом вручил ему магически запечатанный фиал с золотистым, испускающим яркие лучи, на манер фонарика, содержимым.

— Только ты учти, светлейший, — довольно фамильярно обратился он к отцу, — что в субстанции этой содержится столько энергии огня и света, что тебя, вздумай ты ее залпом выпить, просто разорвет на куски. Рекомендую, чтобы из всех этих затрат вышел толк, подыскать целителя рангом повыше, но такого, кто не закостенел еще в своих взглядах, и вместе с ним разрабатывать методику воздействия.

Отец бережно, словно величайшую драгоценность, принявший от деда флакончик, на это предупреждение только головой кивнул, пробормотав:

— Разумеется.

А эмоции-то так и хлещут: надежда, растерянность, благодарность и страх — все в диком коктейле.

После чего перевел все свое внимание на меня.

— Сергей! — Возгласил светлейший князь Буревой самым торжественным тоном. — Сын! Завтра же я подам императору прошение о признании тебя своим законным наследником. — Тут он немного замешкался, после чего продолжил: еще я хочу тебе предложить стать моим личным учеником. Я, магистр артефакторики, многому могу тебя научить. Ты… согласен?

— Да, отец. — Ну, а что тут еще скажешь? Такой шанс выпадает лишь раз в жизни. — А ты позволишь пользоваться своим пространственным артефактом, чтобы я мог посещать дедушку и бабушку?

Показатели Сережиного диагностического артефакта на конец второй книги (с учетом не описанных в книжке, но регулярно проводимых тренировок, приемов усиливающих зелий деда и просто постепенного взросления):

Мышечная сила: 5,6

Нервно-мышечная проводимость: 7,95

Выносливость: 5, 37

Регенерация: 0,14

Объем магического резервуара: 2,49 (первый тип)

Скорость заполнения магического резервуара: 2,21

Развитие магических каналов: 2,81

Индивидуальные магические таланты:

Магическое зрение: 5,79

Эмпатия: 1,0

Content

Серёжа, уважай аристократов

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18