Владимир Александрович Мисечко

Рождение ведьмака

Тетрадь из сундука

Сказка это или быль,

Дед купил автомобиль.

По деревне он проехал,

Всех курей передавил.

Из окна старуха смотрит,

Морду от людей воротит.

Богатырь к ним приходил,

Всё в деревне разрулил.

Выгнал лешего в болото,

Бабке с дедом, починил ворота.

Нацепил попову рясу,

И на прощанье выпил квасу.

Отгулов накопилось много, а сидеть на работе и ничего не делать — несусветная скукота. Вот, и решил Вадим Шведов взять десять дней отпуска и съездить в деревню, где родился и вырос. Уже давно собирался, а всё никак не мог вырваться. Надо проведать могилу родителей, да и с друзьями повидаться не мешало бы. А то уже лет десять не показывал туда носа, как похоронил родителей, так ни разу больше не был.

Написал заявление, Сергеев отпустил без разговоров, и отправился. А чего тянуть-то, может, больше и не придётся съездить. Ведь работа у него не сахар, не в конторе штаны протирает.

Сутки на поезде пролетели незаметно, а вот три часа на автобусе показались ему вечностью. Деревенские дороги — это тебе не город. Да ещё ПАЗик, его ровесник, всю дорогу дребезжал и скрипел, того и гляди, развалится на запчасти, не соберёшь. Просто смех сквозь слёзы, а не транспорт. Но с божьей помощью добрался целым и невредимым, хотя нервов себе потратил на год вперёд.

«Как я раньше здесь жил, непонятно!», матерился он про себя, чтобы не привлечь внимания пассажиров к своей персоне, подскакивая на ямах, в которые попадал автобус. Но мучениям когда-нибудь да приходит конец.

Заколоченный родительский дом зарос бурьяном и покосился. Но всё равно был ещё крепок.

«Неужели прошло десять лет?» — стоя у калитки и поглядывал на родительский дом, думал Шведов. — «Похороны были словно вчера».

— Молодой человек, — услышал он старческий голос, — вы кого-то ищите?

Повернувшись, он увидел невысокую, щупленькую старушку, которая прищурившись, поглядывала на него.

«Плохо видит», подумал он. И только хотел ответить, как старушка вновь заговорила:

— В этом доме хозяев нема, померли они, лет десять как. А сынок ихний где-то в городе проживает. Вы, коль хату себе бачите, могу подсобить, я здесь усех знавши, — коверкая слова, сказала старушка.

— Спасибо, бабушка, не надо.

— А какого рожна вы тогда здесь топчетесь и всё высматриваете? Ограбить, наверно, хотите, так там ничёго нема путного, пустой дом, сиротливый.

— Нет, бабушка, не хочу. Это дом моих родителей. Я Вадим Шведов, тот, который из города.

— Давненько, видно, здесь не бувал, — поближе подошла старушка, заглядывая Вадиму в лицо.

— Десять лет, бабушка. Всё некогда было.

— Вам молодым усегда некогда буват, — буркнула она.

Вадим промолчал. Зачем переубеждать старушку, себе дороже будет.

— Да, похож на батьку свово, одно лицо. Рядом поставь, нихто не различит. Вот теперича я тебя, хлопец, признала, — посмотрела она повнимательней в лицо а, развернулась и поковыляла своей дорогой.

Проводив старушку взглядом, открыл покосившуюся калитку и пробираясь сквозь заросли бурьяна, пошёл к дому.

Провозившись до ночи с уборкой, согрел воды в старом электрическом чайнике (хорошо хоть свет не обрезали, пока его не было), выпил чаю (немного продуктов он привёз с собой) и завалился спать.

«Завтра надо скосить траву в огороде, а то, как партизан в джунглях», вспомнил он свои боевые подвиги и не только боевые и улыбнулся, «а потом нужно сходить на кладбище…» провалился в глубокий сон. Давно он так не занимался уборкой по дому, вот с непривычки и сморило. Но не прошло и часа, как в доме что-то загрохотало. Вскочив на ноги, он стал вглядываться в темноту, но ничего не увидел. Звук повторился вновь, но уже с другой стороны. Значит, ему это не приснилось, грохот был на самом деле.

— Что за ерунда здесь происходит? — медленно, чтобы в темноте ни на что не напороться и не грохнуться он пошёл к стене, где был выключатель. Пошарив рукой и найдя его, щёлкнул, но света не было. — Вечером свет был, почему нет сейчас?

Так он стоял в одних трусах минут десять, как ему показалось, крутил головой, ничего не понимая, пока в дверь не постучали.

— Кто там? — во весь голос закричал он, но с места не сдвинулся. Нет, он не испугался, но мало ли что, лучше оставаться на месте. В потёмках вновь стал шарить по стене и, наткнувшись на выключатель, нажал на него. Щёлк, и свет, как по волшебству загорелся. «Чертовщина какая-то», пронеслось у него в голове. С появлением света звуки в доме прекратились, и наступила гробовая тишина.

Ещё минут пять он прислушивался, потом натянул брюки и на цыпочках пошёл к двери. В сенях никого не было.

— Видно, домовой шалит или почудилось, — выходя на крыльцо, чтобы немного прийти в себя и подышать ночным воздухом, произнёс. — Утром надо сходить в магазин, купить молока и конфет, чтобы задобрить домового. А то никакого покоя не даст.

Простояв на крыльце минут тридцать, поглядывая по сторонам и вспоминая, как в детстве играл здесь с отцом, он вернулся в дом и лёг. Свет выключать не стал, так при свете и заснул, провалившись в глубокий сон без сновидений.

Его опять разбудил какой-то стук. Вскочив, он хотел было послать домового на три буквы, как в дверь постучали. Поняв, что это не шутки домового и не сон, он крикнул:

— Входите, дверь открыта! — схватив брюки, он так и замер с ними в руках. В дверях стояла вчерашняя старушка и во все глаза разглядывала его.

— Одевайся, одевайся, сынок, — заговорила она, — не стесняйся. Я на своём веку и не такого навидалась. Меня уже ничем не удивить.

— А я и не стесняюсь, — стал натягивать он брюки, искоса поглядывая на гостью.

— Ещё как стесняешься, милок, — пробурчала старушка и, не спросив разрешения, прошла к столу и присела на стул.

Одевшись, Вадим подошёл и присел напротив её.

— Вы что-то хотели? — стал он всматриваться в лицо бабушки, стараясь её вспомнить. Но как не старался, у него это не получалось.

— Не ломай голову, хлопец, — она словно прочитала его мысли. — Всё равно ты меня не признаешь.

— Откуда вы знаете, уважаемая, что я подумал?

— Здесь нечего думать, всё написано у тебя на лице, — уже не коверкая слова, как вчера, произнесла она.

— Всё-таки, зачем вы пришли? Не поздороваться же и поинтересоваться о моём здоровье.

— Может, я жениха себе ищу, — выждав паузу, произнесла старушка и заулыбалась. Вадим заметил, что у бабки были белые здоровые зубы, как у молодой девушки.

«Ни хрена себе», подумал он, а вслух добавил, — не поздновато ли о женихах думать?

— Шучу я сынок, шучу. Мне пора уже думать о другом.

— То-то и оно, — отвернувшись от неё, Вадим глянул в окно.

Старушка улыбнулась, но промолчала. Поднявшись, Вадим пошёл и выключил в комнате свет, ведь был уже день. Постояв у стены, он вновь подошёл к столу и присел.

— Не мучайся, не вспомнишь. Я недавно сюда переехала, ты меня никогда не видел. А твоего отца я по молодости знала, вот и перепутала.

— А зачем я вам понадобился, что ни свет, ни заря пришли?

— Я пришла к тебе по делу. Но только не подумай, что бабка сбрендила под старость лет.

— Я ничего и не думаю.

— Так вот, — она на мгновенье замолчала, — в этом доме есть старый сундук. Я это точно знаю. Ты тоже должен его помнить.

Вадим посмотрел на старушку, пожал плечами, но ничего не ответил.

— В нём лежит одна очень старая тетрадка. Вот, она-то мне и нужна.

— А откуда вы знаете, что она там лежит?

— Знаю, милок, знаю.

«Это, наверно, она ночью здесь шарилась или кого-то попросила», подумал Вадим, отворачивая от неё лицо, чтобы та опять не прочитала его мысли.

— Мне нужно, чтобы ты её нашёл и передал мне.

— Ну, если вы знали, нет, знаете, что она в доме, почему тогда вы её раньше не нашли и не забрали? А пришли только сейчас, когда приехал я? А если бы я не приехал, тогда что?

— Много вопросов задаёшь, Вадим.

— Откуда вы знаете, как меня зовут? — вновь поднялся Вадим, выходя из себя.

— Не об этом сейчас речь, — строго сказала она. — Просто, отдай мне тетрадь и больше я тебя не побеспокою.

— А если нет, тогда что?

— Просто, не надо это всё доводить до абсурда. И всё будет «тип-топ», как говорят у вас в городе.

— Я вижу, у нас разговор перешёл в угрозы или я чего-то не понимаю? — произнёс Вадим, прислушиваясь к какому-то шуму, доносившемуся из сеней.

— Ты кого-то ждёшь? — всполошилась старушка и поднялась.

Шум повторился вновь, и старуха ничего не говоря, ринулась в дверь. Вадим ещё ничего не успел подумать, как её и след простыл.

— Что это сейчас было? — он направился к двери. В сенях никого не было. — Что за чертовщина здесь творится? Полночи что-то брякало, потом эта старая ведьма припёрлась, требовала какую-то тетрадь. А услышав шум, умчалась, как будто её здесь и не было. Всё, хорош с меня, надо завтракать и приниматься за дело, — Вадим развернулся и зашёл обратно в дом. Но странный визит старухи не давал ему покоя. «Что за тетрадь и зачем она ей?..»

Перекусив на скорую руку, Вадим решил найти сундук и покопаться в нём. Поискал в доме, в сенях, но никакого сундука не обнаружил. Придётся лезть на чердак, скорее всего он, там…

Вход на чердак был из сеней, но там темно, а фонаря в доме он не видел. Подсвечивая путь телефоном, чтобы ненароком не свалиться и не переломать ноги, он влез на чердак и увидел прикрытое шторой окно.

— Как я о нём забыл, — ругая себя, Вадим отдёрнул штору, и на чердаке стало светлей. Не намного, но окружающие предметы стали различимы.

Сундук обнаружился быстро. Он был закрыт на внутренний замок. Впустую провозившись, минут десять, Вадим спустился обратно в дом и взял топор. Но только он решил подняться обратно, как услышал стук в дверь.

«Кого ещё там черти принесли?», подумал он.

— Хозяева, есть, кто дома? — раздался из-за двери хриплый мужской голос.

— Входите, не заперто, — ответил Вадим, ставя в угол топор, чтобы не напугать гостя.

Дверь тихонько открылась, и на пороге появился старик, ровесник старухи.

— Чем обязан? — спросил Вадим. «Они сговорились, что ли?»

— Я так понимаю, вы — хозяин дома, — не отвечая на вопрос, прохрипел старик.

— В каком-то смысле, да.

— Как это понимать? — уставился тот на Вадима.

— Я сын хозяев, а они умерли.

— Понятно. А я иду мимо, смотрю, кто-то в окне мелькает. Дай, думаю, посмотрю. Дом стоит бесхозный, мало ли что может случиться.

— А вам какая от этого радость? — Вадим начал выходить из себя от назойливости и любопытства деревенских жителей. — Не успел я приехать, как зачастили гости.

— Не понял, — возмутился дед, — до меня ещё кто-то приходил?

— Утром, ни свет, ни заря, приходила старушка божий одуванчик. Не успел я глаза открыть, а она уже на пороге.

— Как звать-то? — уставился дед на Вадима.

— Кого?

— Ну, не меня же. Ту старушку.

— А я откуда знаю? Пришла, разбудила и давай с меня какую-то тетрадь требовать. А я ни сном, ни духом. Ещё и угрожать пыталась, мол, не отдам, хуже будет.

— А что за тетрадь? — Словно ненароком, стал выпытывать дед.

— Не знаю, я её никогда не видел и понятия не имею, где она.

Поговорив о том, о сём, дед Иван, так звали гостя, покинул дом и, ворча что-то себе под нос, поплёлся восвояси.

Зачем дед приходил, Вадим так и не понял, а задавать вопрос напрямую не стал.

Закрывшись, чтоб его больше никто не беспокоил, Вадим поднялся на чердак и опять принялся за сундук. И только через час ему посчастливилось отрыть крышку.

Затхлый запах шибанул ему в нос. Отложив топор в сторону, Вадим дал сундуку немного проветриться. А потом, погрузившись в его содержимое, стал вытаскивать и разбирать старые вещи, ища таинственную тетрадку. Провозившись довольно долго, он наконец-то нашёл то, что искал. Отложив тетрадь в сторонку, он стал доставать остальные вещи. Но кроме этой тонкой тетради в сундуке больше не было никаких бумаг.

— Значит, это то, что я искал, — чихая от поднятой пыли и затхлого запаха, старых вещей произнёс Вадим.

Забрав тетрадь (обратно вещи он складывать не стал), спустился в дом и, усевшись за стол возле окна, открыл первую страницу.

— Что это за хрень? — стал вглядываться он в каракули, нацарапанные красными чернилами, похожими на кровь. Некоторые буквы или закорючки (он так и не смог разобрать), расплылись, образовав тёмно-бурые пятна. Полистав тетрадь, он так в ней ничего и не понял, кроме одного рисунка в самом конце. Это была пентаграмма.

Убрав тетрадь в шкаф (как говорится — с глаз долой), он решил прогуляться по родной деревне, подышать воздухом и повидать друзей…

* * *

Покинув дом родителей Вадима, бабка Евдоха (как звали её в деревне, настоящего имени никто не знал) отправилась к себе. Её небольшой покосившийся домик находился рядом с кладбищем. Раньше в нём жил сторож, который приглядывал за кладбищем и по мере своих сил прибирался на нём. Ни много, ни мало, ему уже было за 70. Семьи у него не было, вот он и жил там один, как говорится, бобылём. А после его внезапной таинственной смерти семь лет назад в домик заселилась старушка, неизвестно откуда появившаяся в деревне. Вспоминали, что дед Матвей, так звали сторожа, ещё поутру бегал бодрячком, а после обеда его нашли мёртвым в свежевырытой могиле. Странно всё это было. Но участковый решил, что дед случайно упал в могилу, и от испуга его сердце остановилось. На лице умершего была такая ужасная гримаса, что становилось страшно. Вот, после этого случая, примерно дня через три в деревню пришла бабка Евдоха и поселилась в домике. Никто из жителей против не был, живи, не жалко. Да, и за кладбищем будет пригляд. Вот, так и прижилась бабка в деревне. Ничего плохого за ней не замечали. Жила себе потихоньку, собирала травки, делала из них снадобья и отвары, лечила помаленьку от хворей. То животину кому выходит, а то и человеку поможет встать на ноги. А кому и приворот сделает. Обращались к ней молодухи чтобы приворожить любимого и обиженные друг на друга соседи. Случались в деревне и ссоры, и раздоры, ведь это жизнь, без этого не обойдёшься. Но порчи бабка не наводила. Может, что-то такое и делала, но как говорится, не пойманный — не вор. Народ болел, конечно, не без этого, но на Евдоху не думали.

После того, как бабка вышла от Вадима, её словно подменили. Всё то время, что она жила в деревне, бабка ходила медленно, словно никуда не торопясь, а сейчас так припустила, и молодому не догнать, не говоря о стариках. Неслась, как корабль в океане, никого не замечая. Только цветастый платок, который она никогда не снимала, наверно и спала в нём, развевался, словно флаг на мачте. Что случилось с бабкой Евдохой, никто не мог понять. Жители деревни оборачивались и смотрели, как она бежит. А та, не замечая косых взглядов и перешептываний, неслась, перепрыгивая ямки на деревенской дороге, словно молодая девчонка, опаздывающая на свидание.

— Эй, бабка Евдоха, что случилось? — окликнули её мужики, толпившиеся возле магазина. — Пожар, что ли? — но та пронеслась мимо, ничего не ответив.

— Первый раз вижу, чтобы на кладбище так быстро бежали, — съёрничал один из мужиков.

— Наверно, дружок из могилы поднялся, вот она и торопится на свидание, — подхватил другой и засмеялся, ощерив беззубый рот. Мужики, оценив его шутку, тоже заржали.

— Что ржёте, как лошади? — вышел из магазина здоровенный, под два метра мужик с тремя бутылками водки в руках.

— Да вот, — дурацкий смех прекратился, как по команде, — смотрим, как бабка Евдоха на свиданку торопится. Видно, очередной женишок из могилы поднялся и в гости к ней пожаловал.

— Дурьё, а ещё взрослые мужики называетесь. Всё, хорош зубоскалить, пошли, а то водка киснет.

Мужики подхватились и поспешили вслед за ним. Еремей Силантьевич, так звали мужика, вышедшего из магазина с водкой, был деревенским кузнецом.

Бабка Евдоха, добежав до своей избушки, заскочила внутрь и заперлась на все засовы. Выглянув в небольшое окно, не идёт ли кто за ней, задёрнула штору.

Усевшись за круглый стол, который стоял по старинке посередине комнаты, она запалила чёрную свечу, вытащенную из сундука, и стала что-то над ней шептать. Свеча то разгоралась ярким пламенем, то затухала, шипя, как и сам голос ворожившей над ней старухи…

* * *

Первым делом Вадим зашёл в магазин, купил бутылку водки, коробку шоколадных конфет и кое-какую закуску, что можно было найти в деревенском магазине.

— Молодой человек, а вы к кому приехали? — поинтересовалась продавец, всматриваясь в лицо покупателя.

— Тетя Валя, вы меня не помните?

— Много вас тут шастает, всех и не упомнишь.

— Я Вадим Шведов, вы что, забыли меня?

— А я смотрю, знакомое лицо, а припомнить не могу, склероз под старость разыгрался. Приехал в гости или насовсем?

— Нет, тётя Валя, не насовсем. Повидаюсь с друзьями, поправлю могилу родителей и через неделю обратно. У меня там квартира и работа.

— Понятно. Совсем ты забыл свою деревню, давненько не приезжал.

— Всё не было времени, да и с работы не отпускали.

— Хорошая хоть работа?

— Нормальная, тетя Валя, не жалуюсь, — продвигаясь к выходу, произнёс Вадим. Но продавщице хотелось поговорить.

— Женился?

— Нет, не нашёл ещё никого.

— Дружок-то твой недавно был, — произнесла тетя Валя. — Купил водки и убёг. Гуляет уже целую неделю и не работает, злыдень здоровенный.

— Что за дружок-то? — уставился на неё Вадим.

— Да Еремей, больше-то некому.

— Как некому? — удивился Вадим. — А остальные где?

— А ты чё, не знаешь? — выйдя из-за прилавка она подошла к Вадиму.

— Нет!

— Семён два года как уехал с семьёй в город. А Васька вновь женился, взял бабёнку из Ивановки, это соседняя деревня, в десяти километрах.

— Какой Васька?

— Савельев, какой ещё. Забыл, что ли?

— А первая его жена где? — слушая деревенские новости и ничего не понимая, спросил Вадим.

— Развелись они, и та укатила в город. А он через год другую нашёл, с двумя ребятишками, мал-мала меньше и переехал к ней. А четвёртый ваш дружок помер недавно. Вот, Еремей, как схоронил его, так и пьёт.

— Тёть Валя, да скажи же ты, кто умер?

— Олег Золотов, вот кто. А ты что, не знал? — округлила она глаза.

«Вот, это новость, так новость», подумал Вадим. А продавщице ответил:

— Нет, тётя Валя, я не знал. Вот, хотел его повидать, а теперь даже и не знаю, что мне делать.

— А ты сходи к Еремею, он тебе покажет могилку Олега.

— Спасибо, тетя Валя, так и сделаю, — попрощался Вадим и вышел.

Он спустился с крыльца и, поглядывая по сторонам, стал вспоминать, где кто живёт, ведь прошло десять лет, как он последний раз был в деревне…, медленно поплёлся к Еремею. Тот после смерти родителей (они умерли раньше, чем у Вадима), остался жить в их доме.

«Да, много времени прошло, и многое в родной деревне изменилось… Надо у него спросить, от чего Олег умер, ведь он был здоровым мужиком, никогда не курил, а выпивал только по праздникам и то немного…» размышляя, Вадим подошёл к дому друга.

Из открытых окон и двери слышались громкие голоса. Бас Еремея он сразу признал, а вот остальные разобрать не мог.

— Ничего, сейчас посмотрим, с кем он пьёт, — постучался он в дверной косяк и не дожидаясь ответа, переступил порог.

— Кого ещё лешие принесли? — не признал хозяин вошедшего гостя. — Тебе чего надо? Шёл бы ты мужик отсель по-доброму, а то, не дай, бог запнёшься и морду об кулак разобьёшь.

— А если отскочит сдача, Ерёма?

— Чего? — Еремей поднялся из-за стола и сжав кулаки, пошёл на гостя. Но не дойдя пары шагов, остановился и уставился на вошедшего. Остальные трое приятелей и две великовозрастные девицы притихли, поглядывая на хозяина.

— Ну, чего замер, не признал что ли? — развёл руки в стороны гость.

— Вадим, ты? — выдавил из себя Еремей и полез обниматься со старым другом. Его собутыльники, видя такую картину, вновь оживились и загалдели.

— Наконец-то признал, — стал вырываться из железных тисков кузнеца Вадим, — а то сразу в морду.

— Проходи, проходи, дружище! А вы, честная компания, быстро поднялись, — повернулся хозяин к собутыльникам, — ноги в руки и разбежались отсель. Ко мне друг приехал из города.

— Может, мы останемся? — пискнула одна из девиц.

— Я кому сказал, марш отсюда! — те поднялись, и что-то бормоча себе под нос удалились. Видно, побаивались Еремея, всё-таки кузнец, мог и зашибить нечаянно, кулаки-то пудовые.

— Ты не стой столбом, проходи к столу, — прогудел тот басом, отодвигая в сторонку бардак на столе.

Вадим достал из пакета бутылку водки, палку копчёной колбасы и ещё кое-какую мелочь из закуски.

— Давай, выпьем за встречу, Ерёма.

— Давай, — уселся хозяин на стул. Тот, бедный, аж заскрипел от его веса.

Нарезав колбасы и огурцов с помидорами, они чокнулись за встречу и выпили. Вадим закусил пластиком колбасы, а Еремей не стал, только занюхал кулаком. Налив по второй, выпили вдогонку.

— Ну, рассказывай, Ерёма, что у вас тут нового? — ставя пустую стопку на стол, сказал Вадим.

— Много чего нового, всего и не расскажешь сразу.

— Начни с того, как умер Олег, — стал наливать третью стопку Вадим, посматривая на дружка.

Не дожидаясь, когда гость нальёт себе, хозяин схватил свою стопку и, опрокинув её себе в рот, заговорил…

* * *

Покинув дом Шведовых, дед Иван пошёл в сторону кладбища к бабке Евдохе. Он сразу понял, кто приходил перед ним в гости к Вадиму.

— Вот, старая карга. И тут опередила, — ворчал дед, топая по деревенской разбитой дороге, — решила быстрее меня завладеть тетрадкой. Вот, проныра так проныра, тихушница старая. Но ничего, посмотрим, кому из нас она достанется.

Подходя к дому ведьмы, колдун почувствовал ворожбу и остановился, как вкопанный, словно его пригвоздило к дороге. Дальше путь к дому бабки был ему заказан. Потоптавшись на месте, дед Иван плюнул три раза впереди себя на дорогу, развернулся и молча поплёлся обратно. Ведьмин заслон не пустил его к дому.

— Ладно, ладно, старая карга, я с тобой ещё поквитаюсь.

Старуха тоже почувствовала приближение колдуна, но дорогу она плотно запечатала, и тот не прошёл. Уже через минуту она поняла, что он стал удаляться, но запечатку ослаблять не стала. Вдруг тот раздумает и вернётся, а ей не хотелось его видеть.

— Наверно, уже тоже в доме побывал? Чует, что хозяин приехал и решил попытать счастья. Ведь заговорённая тетрадь и ему нужна. Но она пока в доме, — сама с собой разговаривала бабка Евдоха. — Я бы почувствовала её переход в чужие руки. Значит, опять будем пытаться ею завладеть. Ох, как нужна она, ох, как нужна. Но есть одно но, так просто тетрадь не взять, не пойдёт она к чужому. Её может передать только хозяин, из рук в руки, не по принуждению, а только по своей воле. Сгорит заговорённая тетрадь синим пламенем, и сожжёт того, кто её взял без разрешения. Значит, надо уговорить хозяина, чтобы он её подарил. Дарёное — это по доброй воле, это не сожжёт.

Затушив догоревшую до половины свечу пальцами (дуть на свечу ни в коем случае нельзя, а то пропадёт вся ворожба), Евдоха убрала её со стола в шкаф, мало ли кто заявится.

— Ну вот, теперь можно и отдохнуть немножко да подумать, как выманить у хозяина дома тетрадь.

* * *

— Послушай, Вадим, у нас в деревне начала творится какая-то чертовщина в последнее время, — сказал Еремей и замолчал. Он вдруг вскочил, подбежал к открытой двери и выглянул из неё. Постояв с минуту и к чему-то прислушиваясь, он закрыл её, подошёл к окну и закрыл его тоже.

— Ерёма, ты чего испугался? — спросил Вадим вернувшегося к столу друга.

— Бережёного бог бережёт, — перекрестился тот и тихо присел.

— В бога стал верить? — глянул на него Вадим.

— Поживи здесь, не в то поверишь.

— Ладно, не отвлекайся, рассказывай дальше, что у вас тут творится?

— Я и говорю, чертовщина у нас в деревне завелась, — закрутил головой хозяин дома, не смотрит ли кто на него. Но в доме, кроме них двоих, никого не было. Вновь перекрестившись, он продолжил:

— Сперва у нас в Анисовке появилась бабка Евдоха. Поначалу, ну лет так пять, всё было тихо и спокойно. Народ жил мирно и хорошо. А вот когда к нам в деревню заявился дед Иван, это примерно года два как, тут и началось… — Еремей схватил со стола бутылку, налил в свою стопку, забыв про гостя, и вылил себе в рот. Вадим с подозрением посмотрел на него, но говорить ничего не стал.

— Чего-то бабка Евдоха с дедом Иваном не поделили, вот тут-то и начали происходить странности. Народ, глядя на их вражду, стал шушукаться и посмеиваться. А те, кто пограмотней, стали их наставлять на путь истинный, мол, старые люди, а ведёте себя, как малые дети. После разговора с ними умерла учительница, молодая, года на три моложе нас с тобой.

— А что сказали врачи? — поинтересовался Вадим, поглядывая на друга. — Какова причина смерти?

— Никакой болезни не выявили, просто остановилась сердце, и всё.

— Так не бывает, — сказал Вадим.

— Ещё как бывает, — упёрся в него взглядом Ерёма. — Что-то учительница сказала деду Ивану, а тот плюнул ей под ноги, развернулся и что-то шепча, удалился. Учителка после того случая слегла и через месяц умерла. А потом, ни с того, ни с сего умер наш участковый. Тут я не знаю, врать не буду, что с ним случилось. Только через месяц тоже сгорел, худой стал, как тот кощей, правда, не бессмертный. Ночью уснул и не проснулся.

— К врачам обращались? — спросил Вадим. — Может, в деревне какая-то эпидемия или вирус?

— Сам ты вирус ходячий, — посмотрел на него хозяин. — Врачи ничего у них не нашли. Просто, отказало сердце, а от чего, определить не смогли.

— Странно всё это…

— Вот, и я говорю, какая-то зараза завелась в Анисовке, — Ерёма опять перекрестился и продолжил:

— А неделю назад умер Олег. Ведь ты сам знаешь, он никогда не курил, а выпивал только по большим праздникам, да и то помаленьку.

— И по бабам не ходил, — заметил Вадим.

— Ты не лыбься, ничего смешного здесь нет, — огрызнулся Ерёма.

— Продолжай, продолжай, я тебя внимательно слушаю, — сделал умное лицо гость.

— Вот, и не перебивай, а то не буду рассказывать… Так вот, десять дней назад Олег пришёл ко мне и рассказал, что он услышал странный разговор между Евдохой и Иваном. Они спорили, переходя то на крик, то на шёпот, о какой-то тетрадке. Что за тетрадь, они не говорили, но она находится, ты не поверишь, в твоем доме.

— Почему не поверю? — посмотрел Вадим на друга. — Они сегодня приходили ко мне, интересовались ею. Не вместе, конечно. Сперва бабка припёрлась, ни свет, ни заря, а потом дед.

— Ну, и чего дальше?

— Послал я их куда подальше.

— А они чё?

— Ушли. А мне любопытно стало, что это за тетрадь такая. Обшарив всё в доме, полез на чердак и там нашёл её.

— Кого нашёл? — уставился на Вадима Еремей.

— Никого, а что. Тетрадь нашёл. Глянул, а там какие-то каракули. Полистал, полистал, да и спрятал.

— Правильно сделал, что спрятал, — сказал Ерёма и опять перекрестился.

— Ну и что Олег, ты не договорил.

— Заметили они его, когда он подслушивал, и вот… Неделю назад наш Олежка помер. За несколько дней сгорел. Хоронили в закрытом гробу.

— А что так? — уставился на хозяина дома гость.

— Страшно было смотреть на него. Я раз глянул, полдня тошнило и рвало. Всё тело было покрыто гнойными язвами.

— Да, странные творятся у вас дела, — поднялся Вадим и заходил по дому, меряя его шагами.

— А я тебе чего говорю? Чертовщина в Анисовке. И пришла она вслед за этими двумя стариками.

— А поговорить с ними не пробовали?

— Боятся их в деревне. Даже в их сторону не смотрят, когда те встречаются на дороге. Вот, так и живём. Трясёмся, как мыши в своей норе, боимся нос высунуть наружу.

Допив бутылку и поговорив ещё, друзья разошлись. Вадим пошёл домой, а Ерёма к себе в кузницу.

— Одно дело надо закончить, — напоследок сказал кузнец. — Вечером буду дома, если надумаешь, приходи, поговорим.

— Будет время, зайду, — сказал Вадим. — Надо дома прибраться.

По дороге Вадим зашел ещё раз в магазин и купил пару бутылок водки (сгодится на потом, мало ли что) и батон свежего хлеба. В деревне была своя пекарня, в район за ним не ездили.

— Ну что, нашёл дружка? — поинтересовалась продавщица.

— Нашёл, — расплатившись за покупку, ответил Вадим и вышел. Тетя Валя молча посмотрела ему вслед, а когда он вышел, перекрестилась.

Дед Иван (его настоящего имени никто не знал), вернулся к себе в дом и, закрывшись на все запоры, спустился в подвал. Там у него была небольшая комната, оборудованная для колдовства.

Запалив чёрные свечи, расставленные по углам на нарисованной на полу пентаграмме, он уселся в её середину и, закрыв глаза, стал читать заклинания на непонятном языке. Сперва звуки выходили из него тихо, а потом всё громче и громче, пока не перешли на крик. Выкрикнув последние три непонятных слова, он замолчал на пару минут, прислушиваясь, как потрескивают свечи. А потом всё повторил ещё четыре раза. Получилось по разу на каждый угол пентаграммы. После каждого заклинания он замолкал, а потом начинал вновь. После последних слов свечи вспыхнули синим пламенем, осветив на одно мгновение прибитый к стене перевёрнутый крест с распятием, и потухли все разом.

Колдун поднялся с колен и молча покинул потайную комнату.

* * *

Придя домой, Вадим налил себе полстакана водки, выпил, откусил от батона, зажевал.

— Нет, что-то здесь не так, — сказал он вслух. — Эти странные смерти связаны между собой. Значит, надо в этом разобраться и всё прояснить.

Вадим подошёл к шкафу и достал оттуда тетрадь, которую нашёл в старом сундуке. Усевшись за стол, он открыл её. У него никак не выходили из головы слова, сказанные Еремеем о споре деда Ивана с бабкой Евдохой. Видно, эта тетрадь нужна была им обоим, раз они приходили к нему. Но что в ней написано, Вадим никак не мог разобрать.

Просидев пару часов, уткнувшись носом в тетрадь, Вадим решил оставить это занятие на потом и оставил её на столе.

— Надо скосить траву и поправить калитку, а то покосилась, еле открываешь, — направляясь в сторону сарая, где хранился инвентарь, размышлял он. — Да, прилично всё заросло. Надо почаще сюда наведываться, хотя-бы раз в два года… Или вообще дом продать к едрене-фене.

Кое-как пробравшись через заросли, он дёрнул дверь, но она не подалась.

— Что за ерунда? — попытался он заглянуть внутрь через небольшую щель в двери. — Почему дверь закрыта изнутри, как такое может быть? — дёргая за ручку, удивлялся он.

Провозившись, минут десять, Вадим решил залезть внутрь через окно. Обойдя сарай, он увидел, что окно было разбито, а под ним стоял ящик.

«Кто-то побывал в сарае, но зачем оставлять дверь закрытой изнутри? Что-то здесь не так».

Окно было широкое, и Вадим попал внутрь без проблем. В сарае стоял полумрак, света от окна не хватало, чтобы всё хорошенько рассмотреть. Потихоньку, чтобы ни на что не наступить, он подошёл к двери и открыл крючок, на который она была закрыта. В сарае сразу стало светлей.

«Кто же зарыл дверь и зачем? Что тут можно взять, инструментов здесь нет, а хлам, кому он нужен. В деревне этого барахла в каждом доме завались. Где-то должна быть коса…», он стал шарить глазами по углам… Вдруг его взгляд наткнулся на труп (он сразу это понял). В грудь трупа были воткнуты вилы. Кровь запеклась, видно был убит давно, месяца три как, а может, и больше… При жизни это был мужчина лет пятидесяти, определил Вадим.

— Что за хрень? — Вадим подошёл к телу и стал всматриваться в лицо. — Нет, он мне не знаком. Надо позвать Еремея, пускай посмотрит, может, признает.

Так и не найдя косу (спёрли, гады), Вадим прикрыл дверь сарая и пошёл за дружком, с которым недавно попрощался.

«Где его искать?», шагая по дороге, размышлял он, «в кузнице или дома? Он говорил, что у него осталось незаконченное дело. Пойду сперва в кузницу, а там поглядим…»

Уже подходя, он понял, что не ошибся. Дверь была открыта, и оттуда доносились знакомые с детства звуки, кто-то работал молотом.

Зайдя в кузницу, Вадим чуть не оглох. В замкнутом пространстве звук ударов молота был такой громкий, что не только разговаривать, но и находиться внутри было невозможно. А Еремей стучал, да еще и успевал разговаривать с каким-то стариком. Тот, прикрывая рукой лицо, что-то объяснял. Подождав, пока Еремей прекратит стучать, Вадим подошёл к нему.

— А, это ты, — сказал кузнец, — с чем пришёл? Или просто посмотреть? Наверно соскучился? Могу дать постучать.

— Как-нибудь потом, если будет время. Есть дело, — поглядывая на старика, сказал Вадим.

— Подожди, сейчас закончу и поговорим.

Вадим отошёл в сторону, а Еремей опять принялся за работу.

Через пятнадцать минут он закончил и, попрощавшись со стариком, подошёл к другу.

— Что случилось? — заглянул он Вадиму в лицо. — Мог бы прийти вечером, как договаривались. Или появилось срочное дело?

— Срочное и очень щепетильное.

— Говори.

— Здесь надо показывать. Ты освободился или ещё нет?

— На сегодня я уже свободен, — складывая рабочую одежду и умываясь, сказал Ерёма.

— Тогда пошли ко мне.

— Водка есть или надо зайти в магазин?

— Ерёма, мне не до водки сейчас.

— Понял, не дурак. Говори, что за дело?

— Всё увидишь сам, поторопись, — прибавил шагу Вадим. Еремей не отставал, но шёл молча и больше вопросов не задавал.

Не заходя в дом, Вадим повёл друга прямо к сараю.

— Заходи, только двери не закрывай, а то внутри темно.

— Ты что, клад нашёл?

— Ага, а один унести не могу, вот и позвал тебя.

— Мне половина.

— Можешь забрать весь, мне он не к чему.

— Договорились.

Пройдя внутрь, Вадим остановился рядом с трупом и, показав на него, спросил:

— Знаешь его или нет?

Кузнец, присмотревшись в темноте, чуть не сел на задницу.

— Это ты его?

— Нет, — посмотрел Вадим на друга. — Я его так и нашёл. Знаешь его?

— Нет. Первый раз вижу. Он не из нашей деревни и вообще…

— Что вообще? — уставился Вадим на Ерёму.

— Он даже и не из соседних деревень. Своих я всех знаю.

— Понятно.

— Что будем делать? — поинтересовался кузнец.

— Не знаю, — передёрнул плечами Вадим. — Пускай, пока полежит здесь, а потом что-нибудь придумаем.

— А как он попал сюда? — не унимался Ерёма, тыча кулаком в спину Вадима.

— Окно было разбито, а дверь заперта изнутри, — показав на окно, Вадим вышел и прикрыл дверь. — Пошли в дом, выпьем.

— Не откажусь, — поспешил Ерёма за другом.

* * *

Ближе к вечеру, когда уже стало смеркаться, бабка Евдоха вновь решила посетить дом Шведовых и попытать счастья.

«Вдруг хозяин раздобрится и отдаст тетрадь», медленно шагая по улице, думала она.

Уже подходя к дому, она заметила в окнах свет и мельтешение, у хозяина кто-то был в гостях. Дверь была не закрыта, и бабка вошла, не постучав. За столом сидели двое, кузнец Еремей и дед Иван, а хозяин прохаживался по комнате. Это его бабка видела мельтешащим в окне.

На открывшуюся дверь все трое обернулись и уставились на гостью.

— Припёрлась, — буркнул дед и поднялся.

— Проходите, бабушка, проходите и присаживайтесь к столу, — подошёл Вадим к старушке. Но та стояла, не двигаясь с места, поглядывая на деда, а тот молча смотрел на неё. Прошли минуты три в полном молчании. Потом кузнец не вытерпел и заговорил, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Ну, что все замолчали, словно воды в рот набрали? Бабка Евдоха, тебе что надо?

— Я не к тебе пришла, кузнец, — выпалила старуха. — От тебя мне ничего не надо. Мне нужен хозяин и по очень личному делу.

— По личному? — Еремей помолчал. — Ты слишком стара для него. Была бы ты лет на сто моложе, тогда бы Вадим, может, и пообщался с тобой.

— Не груби, охальник! — рявкнула старуха на кузнеца. Тот сразу притих и опустил голову, как мальчишка.

— Проходите, бабушка, — повторил хозяин дома. Та прошла, но за стол садиться не стала, а присела на стул, что стоял у печи.

— Мы тогда пойдём, — спохватился дед Иван и посмотрел на кузнеца. Тот молча поднялся и поплёлся вслед за дедом на выход.

— Я буду дома, — уже в дверях обернулся кузнец, — надумаешь, приходи.

Проводив их взглядом, бабка Евдоха поднялась и подошла к столу.

— Ну что, хозяин, отдашь мне тетрадь или нет?

— Какую тетрадь? — прикинулся дурачком Вадим.

— Ту самую, которую ты нашёл на чердаке.

— Ничего я там не находил, — посмотрел Вадим на бабку.

— Плохо с вашей стороны, молодой человек, обманывать старших. Некрасиво это.

— Послушайте, если она вам нужна, так возьмите её сами. А то играете здесь комедию. То один пришёл и просит, чтобы я ему её отдал, то другая. Зачем она вам нужна? Что в ней такого интересного, если вы готовы из-за неё перегрызть друг другу глотки.

— Не твоего ума дела, сопляк. Просто, отдай мне её по-хорошему или…, - не договорив, она замолчала, словно испугалась своих же слов.

— Бери, — вытащил Вадим тетрадь из ящика шкафа и бросил на стол.

Евдоха, увидев тетрадь, хотела схватить её, но опомнившись, отдёрнула руку, словно та могла укусить.

— Бери, бери, вот она, тетрадь, — сказал Вадим, поглядывая на бабку. Но та молча стояла и смотрела на тетрадь, не отрывая глаз.

— Нет, я так не могу её взять, — пришла в себя бабка. — Ты должен передать её мне по доброй воле, из рук в руки.

— Понятно. Значит, тебе её так просто не взять, — посмотрел на старуху Вадим и улыбнулся.

— Нет.

— А деду Ивану она тоже не дастся?

— А причём здесь он? — выкрикнула Евдоха. — Эта тетрадь должна принадлежать мне и только мне. А этот колдун…, - в запале выпалила она и поняв, что проговорилась, замолчала.

— Ну, ну, продолжай, если начала, — посмотрел на неё Вадим и взял тетрадь в руки.

— Ивану она не нужна, — уже тише добавила она.

— Нет, нет, ты начала говорить совсем про другое. Я тебя слушаю.

Присев на стул, бабка Евдоха сказала:

— Дед Иван — чёрный колдун…

— А ты кто? — перебил её Вадим.

— Я — травница.

— А ты, случаем, мне не заливаешь?

— Нет. В этой тетради записаны лечебные заговоры и то, как их правильно приготовить.

— Тогда зачем она деду?

Евдоха пожала плечами, мол, не знаю.

— Значит, так. Я подумаю, а завтра дам вам ответ, — поднялся Вадим, давая понять, что на этом разговор закончен.

— Я буду ждать, — старуха поднялась и, не прощаясь покинула дом.

Только она ушла, в дверь постучали, и на пороге появился дед Иван.

«Они что сегодня, сговорились?», подумал Вадим, но ничего не сказал.

— Мы не закончили, — начал с порога дед. — Нам помешали.

— Я подумаю и завтра дам ответ. А сейчас оставьте меня одного. И пожалуйста, будете уходить, закройте дверь.

— Я буду ждать, — теми же словами, что и бабка, ответил дед и вышел.

Оставшись один, Вадим налил себе водки, выпил и закусил бутербродом. Посидев ещё минут десять, он поднялся, убрал тетрадь в шкаф, запер дверь и пошёл спать.

— Утром, на свежую голову подумаю, что лучше сделать и кому из них её отдать, — глаза его сами по себе закрылись, и Вадим провалился в глубокий сон.

* * *

Чем занимались колдун и ведьма, называющая себя травницей, не известно. Но утром разразилась такая буря, что было страшно выходить из дома.

Вадим проснулся от сильного раската грома и, вскочив, подбежал к окну. На улице творилось чёрт знает что. Проливной дождь с градом в куриное яйцо бил всё под собой. Ветер выл, как дикий зверь и был такой силы, что выдирал деревья с корнем и срывал крыши, раскидывая их по всей деревне. Гроза с раскатами грома была такая, словно работала артиллерия. После каждого раската даже закладывало уши, а молнии ослепляли так, словно был солнечный день.

— Ну, и что прикажите делать? — произнёс Вадим и вновь выглянул в окно. В этот момент ударила молния и как щепку расколола пополам стоявший напротив дома тополь. Дерево вспыхнуло и загорелось. Одна половина упала на землю, перегородив улицу. И потухла. А другая продолжала гореть. Как не старался дождь, потушить он её не мог. Пламя, словно свеча, вздымало в небо.

«Какое-то светопреставление», подумал Вадим, отходя от окна. Ощущение было и правда такое, что наступает конец света.

Бабка Евдоха ровно в пять часов утра запалила чёрную свечу и стала над ней колдовать, произнося заклинания на непонятном языке, том же самом, что был в тетради, найденной Вадимом на чердаке. Язык был мёртвым и давно уже забытым. Чёрная свеча то вспыхивала и разгоралась, то притухала. Также и голос у старухи — то доходил до крика, то затихал до шёпота, а потом вновь взлетал. И всё это повторялось беспрерывно уже несколько часов подряд.

Колдун ещё с вечера спустился в свою потайную комнату и, закрывшись на все запоры, зажёг свечи, расставленные на углы пентаграммы. Разместившись в её середине, он начал читать свои заклинания…

Буря бушевала уже несколько часов, то утихая ненадолго, то вновь набирая силу. Ветер рвал и метал, повалив уже несколько деревьев и сорвав у пяти домов крыши. Поваленным сараям и пристройкам не было счёта, как и заборам.

…Никто не мог победить в этой странной, никому не понятной битве, ни ведьма над чёрной свечой, ни колдун в центре пентаграммы. Силы, накопленные за несколько столетий, были равны — то колдун был сильнее, и тогда голос ведьмы затихал, а чёрная свеча начинала потрескивать и шипеть, словно на неё лили воду; то ведьма брала верх, и в центре пентаграммы скрючивало колдуна… Но через некоторое время он вновь садился на колени, и заунывная песнь колдовства продолжалась…

Вадиму ничего не оставалось делать, как снова достать старую тетрадь и погрузиться в неё с головой.

«Может, придёт какая-нибудь шальная мысль», думал он, жуя вчерашний бутерброд, «и я пойму эти каракули». Но голова не работала, а во рту было сухо. «Видно, вчера перебрал», — решил он и пошёл на кухню приготовить чаю.

Взяв карандаш и чистую бумагу из шкафа (как они там оказались, непонятно), он налил себе большую кружку чая, сел и стал переписывать знакомые буквы из тетради на бумагу.

«Может, что и получится прочитать», размышлял он, запивая бутерброд чаем.

Когда он просидел часов до одиннадцати и выпил пять кружек чая, у него начало что-то складываться…

— Да, это же колдовские заклинания, а никакие не лекарственные, как говорила бабка, рецепты. Вот, старая карга, решила меня обмануть. Да, и дед тоже хорош. А я, развесив уши, слушал, — вскочив на ноги, Вадим забегал по дому, — вот, зачем эта тетрадь понадобилась им. — Но как она попала в его дом, и кто спрятал её в сундук? Все эти вопросы не давали ему покоя… Ни мать, ни тем более отец, не занимались такой ерундой, Вадим это точно знал. Так, откуда же она взялась в доме? Может, бабка или дед занимались этой хе…нёй? Вадим их совсем не помнил. Когда он родился, их уже не было в живых, так ему говорили родители. А если его обманули, и старики были живы, тогда где они были всё это время? А может, они живы и теперь? Нет, такое не укладывалось в его голове. Немного успокоившись, он вновь сел за тетрадь, выводя каракули и расшифровывая их. С каждой проведённой над тетрадью минутой, Вадим всё лучше и лучше понимал, что там написано. Но откуда он мог это знать… Буквы складывались в слова, а те в предложения.

Двое суток бушевала буря. Вадим не отрывался от старой тетради, переписывая и перерисовывая, проверяя всё по десять раз, в новую тетрадь.

— Старую можно и отдать, чтобы не заподозрили. А эту оставлю себе. Как говорится, на всякий случай… А случай бывает разный.

Дождь перешёл в противную морось. Сильный ураганный ветер, так же резко стих, как и начался. Гроза прекратилась, но раскаты грома ещё временами слышались.

Понемногу жители деревни стали появляться на улице. Кто спешил в магазин за продуктами, а кто разбирал завалы и прибирался возле дома — буря натворила дел. Ни света, ни связи в деревне не было. Ураган, вырывая деревья и столбы, порвал все провода.

«Что за напасть такая?», выходя на улицу, думал Вадим, «Ни с того, ни с сего всё началось, а потом также резко прекратилось. С вечера всё было нормально, не предвещало ничего плохого, а утром раз — и такая беда. Словно всё это произошло по мановению волшебной палочки. А может, здесь что-то другое, но что?…

Вадим увидел бегущего в его сторону Еремея и ещё троих мужиков.

— Вадим, бежим к дому деда Ивана! — закричал Ерёма, увидев Вадима. — Там что-то неладное! — ничего не сказав, Вадим сорвался с места и помчался вместе с мужиками. Уже подбегая к дому, где скопился народ, они увидели, что из окон вырвалось синее пламя, и дом вспыхнул, как сухое полено.

— Что за чудеса? Такого просто не может быть, — остановился Вадим посередине улицы и уставился на горевший дом. Огонь бушевал, словно дикий зверь, а дыма не было. — Здесь что-то не то.

— Ага, — сказал кузнец, прикрываясь руками от сильного жара. — Я же говорил тебе, здесь творятся странные и непонятные вещи, а ты не верил.

Через тридцать минут возле горевшего дома столпилось полдеревни. Кто-то что-то кричал, размахивая руками, кто-то пытался затушить огонь, поливая его водой из ведра. А кто-то молча стоял, осеняя себя крестом.

За пару часов от дома осталась одна печь, да и та через мгновения обрушилась.

— Кто видел, дед Иван выбрался из дома или нет? — поинтересовался кузнец, поглядывая кругом. Но все помалкивали. — Значит, всё. Кранты деду, — перекрестившись, Ерёма потянул Вадима за рукав:

— Пошли к тебе, нужно поговорить.

Тот кивнул и молча пошёл за кузнецом. Ноги вязли в грязи и разъезжались, но двое здоровенных мужиков, преодолевая препятствия, двигались медленно, но уверенно, словно ледоколы. Не проронив ни слова, они подошли к дому Вадима Шведова и вошли внутрь.

— Что это было? — закрывая двери, посмотрел Вадим на друга.

— Колдовская разборка, — брякнул тот и уселся за стол. — Водка есть?

Хозяин достал целую бутылку и поставил на стол. Сорвав пробку, Еремей, не дожидаясь ни закуски, ни стакана присосался к горлышку.

— Оставь мне! — крикнул Вадим.

Кузнец, словно опомнившись, оторвался от бутылки, поставил её на стол и посмотрел на друга, словно видя его впервые.

— Рассказывай. Что знаешь? — разливая остатки по стаканам, спросил Вадим.

— Колдун с ведьмой не поделили территорию и твою тетрадь, вот и передрались. Бабка Евдоха оказалась сильней, — беря стакан, произнёс кузнец. — А результат их битвы ты видел сам.

— Надо сходить на кладбище и проверить старуху, — чокаясь с другом, сказал Вадим.

— Проверим, только допьём, — сказал Ерёма и опрокинул содержимое стакана в рот. Крякнув, спросил:

— Ещё водка есть?

Вадим помотал головой, мол, нет, и тоже выпил. Ещё немного поговорив, они отправились на кладбище, чтобы проверить старуху, жива та или нет.

— Тетрадь у тебя с собой? — посмотрел на Вадима Еремей.

— Дома спрятал.

— Надо её отдать, а то ведьма ещё что-нибудь натворит.

— Я поговорю с ней, — поспешил Вадим за кузнецом.

Через пятнадцать минут, меся ногами грязь, они подошли к дому бабки Евдохи и, дождавшись ответа на стук в дверь, вошли. Та сидела за столом, а перед ней стояла догорающая чёрная свеча. Странный запах, ударивший вошедшим в нос, витал повсюду.

— Я тебя ждала, — посмотрела она на Вадима, — подумал насчёт тетради?

Кузнец взглянул на друга, но говорить ничего не стал.

— Подумал, — сказал Вадим, — но у меня есть одна просьба.

— Какая ещё просьба? — выкрикнула старуха.

— Я отдам тебе эту тетрадь…

— По доброй воле, — перебила его ведьма, — из рук в руки.

— Да, — повысил голос Вадим, — но с одним условием. Ты навсегда покинешь нашу деревню и больше никогда, я повторяю, никогда сюда не вернёшься.

— А если я обману?

— Тогда ты тоже сгоришь.

— Надо подумать, — произнесла ведьма. Но Вадим её перебил:

— Здесь тебе делать нечего. Бери тетрадь и уматывай по добру, по здорову из моей деревни… А то я применю другие меры.

— Не пугай, я пуганная.

— Я тебя не пугаю, ведьма! — выкрикнул Вадим в лицо старухе. — Через час придёшь за тетрадью, а вечером, чтобы тебя здесь не было. И не думай, что я шучу. — Он развернулся и вышел из дома, хлопнув на прощание дверью, да так сильно, что та чуть не слетела с петель. Кузнец, видя такую картину, поспешил следом.

— Всё, Ерёма, иди к себе, я потом приду, — произнёс на улице Вадим и зашагал к своему дому. — Надо подготовиться к встрече. — Кузнец, так и не проронив ни слова, поплёлся домой, временами поворачивая голову и поглядывая то на удаляющегося друга, то на дом бабки Евдохи.

Ровно через час, бабка не стучась, вошла в дом. Вадим её уже ждал, тетрадь лежала перед ним на столе:

— Проходи и садись.

Та подошла и остановилась, но садиться не стала, поглядывая то на тетрадь, то на хозяина.

— Мы договорились? — посмотрел он на неё, — я тебе тетрадь, а ты навсегда покидаешь деревню.

— Да, я тебя поняла и всё сделаю, как ты хочешь.

— Запомни, ведьма, раз и навсегда. Вернёшься — сгоришь. Я это прочитал в тетради.

— Как ты это сделал?

— Не скажу. Но обманывать не советую. Всё, бери тетрадь.

Вадим поднялся, взял тетрадь в левую руку, верхом вниз. Старуха уставилась на него. «Видно, не обманул и правда как-то прочитал мёртвый язык», подумала бабка Евдоха, но вслух ничего не сказала.

— Я передаю эту тетрадь по своей воле и с добрыми намереньями в чужие руки, не из нашего рода, — произнёс Вадим, — но с одной оговоркой. Если этот человек обманет и вернётся, то гореть ему синим пламенем.

— Я беру её по доброте, а не по злобе, со всеми договорённостями, — ответила ведьма. — И выполню всё, что мне велено хозяином.

Вадим протянул тетрадь, старуха нежно взяла её, как положено, левой рукой и три раза поклонилась. Первый раз хозяину, второй раз на восток, где восходит солнце и третий раз на запад, где оно садится. И не прощаясь, ушла.

Через час она покинула деревню и больше её не видели. Что с ней в дальнейшем случилось, никто не знал… Только после её ухода в деревне прекратились странные смерти. Нет, люди, конечно, умирали, но только своей, естественной смертью.

Через неделю, поправив могилу родителей и похоронив убитого мужчину, найденного в сарае (его так никто и не опознал), Вадим простился с Ерёмой и уехал обратно в город.

А через полгода на имя Вадима пришла телеграмма. «У нас всё хорошо. Спасибо за помощь. Еремей».

Дело о похищении из ночного клуба

С самого утра небо затянуло тёмно-синими, почти чёрными тучами, и повалил снег. За какой-то час его выпало столько, что замело все улицы города, хоть бросай машину и надевай лыжи. Снегоуборочная техника работала в авральном режиме, но толку от этого было не много. По улицам тянулись такие пробки, что добраться до работы легче было пешком. Автобусы и маршрутные такси были переполнены, ведь рабочий день никто не отменял. Вот, и толкался, матерясь почём зря, портя себе и другим настроение, народ, чтобы только попасть в транспорт, не остаться на остановке в ожидании следующего — придёт ли он или где-нибудь застрянет, никто не знал.

В этой же очереди толкался и Вадим Шведов. Свою Хонду он даже не стал раскапывать, бесполезно. По таким пробкам ему на работу и к обеду не добраться. Вот, и решил он не мучить машину, а спокойно прокатиться на автобусе. Да не тут-то было, в него сперва надо было попасть. И Шведов уже тридцать минут маялся на остановке, хорошо хоть было не холодно… Но в без десяти восемь автобуса всё ещё не было. «Хорошо, что пятница, и срочных дел нет», думал Вадим, топчась на остановке.

Промаявшись ещё минут десять, он увидел выезжающий из-за поворота автобус и приготовился к штурму. Народ тоже вдруг ожил и зашевелился. Но дождаться — это одно, а попасть внутрь — совсем другое. С божьей помощью и благодаря работе локтей Вадим оказался внутри. Двери закрылись, и автобус тронулся, оставив на остановке матерившихся граждан, которым не посчастливилось.

Через сорок минут Вадим «благополучно» покинул переполненный автобус: замок на куртке был разорван, а ноги оттоптаны.

— Ноги, чёрт с ними, пройдут, а замок придётся менять, — ворчал он, подходя к незаметному зданию из красного кирпича, где располагалась их контора. На железной двери, маскирующейся под деревянную, не было никакой вывески, во избежание привлечения любопытных. Как говорится, «меньше знаешь — крепче спишь». Возле центрального входа Вадим увидел чёрный Мерседес с тонированными стёклами.

— Что за гости к нам пожаловали? — поинтересовался он на проходной у Петровича.

— К Сергеичу, — буркнул тот, жуя бутерброд с колбасой.

— Ладно, пойду к себе, понадоблюсь, вызовет, — Вадим посмотрел на бутерброд, — ребята здесь?

— Здесь, — не переставая жевать, ответил Петрович уже вслед поднимающему по лестнице капитану.

Не успел Вадим зайти в кабинет, как раздался звонок. Подскочив к телефону, он поднял трубку:

— Капитан Шведов.

— Вадим, зайди, — произнёс полковник Сергеев и положил трубку.

— Началось в колхозе утро, пастух баранов собирает, — вешая куртку в шкаф, промычал капитан. — Думал, пятница, отдохну, так нет…

В кабинете начальника уже был посетитель — лысый, как колобок, пожилой мужчина в строгом костюме малинового цвета.

— Проходи, капитан, садись, — полковник показал на стул напротив импозантного посетителя, похожего то ли на бизнесмена, то ли на большого начальника.

— К нам обратился за помощью…, - начал полковник, но гость его остановил:

— Обойдёмся без фамилий.

— Понял. Так вот, Вадим, этому человеку нужна наша помощь.

— Я слушаю, — посмотрел капитан на полковника, а потом на посетителя, тот поглядывал на Сергеева.

— Говори, ему можно доверять, — поднялся хозяин кабинета и подошёл к шкафу, где у него стоял превосходный коньяк «для избранного контингента», точнее, для начальства и таких вот гостей. Лысый ещё раз крякнул, прочищая горло, и заговорил:

— У меня пропала дочь. Любимая единственная моя дочь, Сергей, и я не знаю, куда мне ещё обратиться.

Полковник достал бутылку коньяка и три стопки. Пока он наливал, мужчина молчал, внимательно наблюдая, как стопки наполняются коньяком.

— Давайте, сперва выпьем, а потом продолжим, — поднял свою стопку полковник.

Мужчина без слов схватил свой коньяк и одним глотком выпил, даже не поморщившись. Сергей тоже выпил и вопросительно посмотрел на Вадима.

— Рано ещё, — сказал капитан, — у меня много работы. — Полковник настаивать не стал, налил себе и гостю по второй. Лысый опять схватил стопку и опрокинул её в рот. Потом крякнул в кулак и заговорил:

— Как я уже сказал, у меня пропала дочь. Три дня назад она ушла с подружкой в ночной клуб «Полуночник», это на улице…

— Я знаю, где это, — перебил его Вадим, — давайте, ближе к делу. — Гость посмотрел на капитана и продолжил, не забыв перед этим крякнуть:

— А вчера вечером мне позвонили.

— Сколько потребовали?

— То-то и оно, что ничего.

— Тогда чего хотят похитители?

— Моей смерти, — выпалил лысый, — они сказали, что только после этого отпустят мою девочку.

— Голос был мужской или женский? — поинтересовался Вадим.

— Не знаю. Голос был изменён. Есть такие приборы, которые…, - лысый замялся, — вы меня поняли.

— Знаем, — сказал полковник. — Продолжай дальше.

«Видно, Сергей хорошо знает этого человека», подумал Вадим, «раз вот так, запросто».

— А чтобы я их не обманул, — лысый на секунду замолчал, — о моей смерти должны объявить по телевизору в местных новостях. Тогда они отпустят Лизу.

— Больше ничего не требовали? — спросил Вадим.

— Дали мне на раздумье неделю, — тихо произнёс мужчина и опустил голову.

— А потом?

— Сказали, что перезвонят и бросили трубку. Сергей, что мне делать?

— Не знаю, — поднялся полковник. — Будем ждать следующего звонка, а потом посмотрим по обстоятельствам.

— Чего тут смотреть? — закричал лысый, схватил коньяк и стал пить прямо из горла. Сергеев молча ждал, когда тот оторвётся от бутылки. Допив, гость поднялся.

«Силён, однако, мужик», подумал Вадим, поглядывая на лысого. «За один присест выдул больше полбутылки и не поморщился».

— Полковник, найди мою дочь, в долгу не останусь. Скажи сколько, и к вечеру деньги будут у тебя, — сказал лысый и покинул кабинет. Сергеев с Вадимом молча проводили его взглядом до двери, а когда тот вышел, ещё минут пять молчали.

— Кто это был? — спросил Вадим.

— А ты разве не знаешь?

— Нет.

— Махоненко Игорь Вениаминович. А если точнее, Махно. Вор в законе.

— Откуда ты его знаешь? — Вадим удивлённо посмотрел на Сергея.

— Давняя история, как-нибудь расскажу. Давай, лучше выпьем, а то что-то в горле першит.

Вадим посмотрел на пустую бутылку, потом на Сергея, а потом вновь на бутылку, которую выпил лысый.

— Понял, — сказал полковник. Подошёл к шкафу и достал коньяк. Налил, чокнулись, выпили.

— Сергей, — ставя пустую стопку на стол, спросил Вадим, — почему он обратился к тебе, а не к своим?

— Не знаю.

— Что будем делать? Я понимаю, отказать ты ему не мог.

— Дождёмся следующего звонка, а потом посмотрим. Я распоряжусь, чтоб его телефон поставили на прослушку.

— А я думаю, — посмотрел капитан на полковника, — это их воровские разборки. Кому-то Махно перешёл дорогу, вот и решили с ним поквитаться. А достать его можно только через дочь.

— Возможно, ты прав, но гадать не будем. Дождёмся звонка и проверим. Ладно, иди, — после небольшой паузы, сказал Сергей, — а мне надо кой-куда позвонить.

На улице шёл сильный снег, заметая все дороги. Но жители города, увязая по колено, всё равно куда-то шли. Выглянув в окно, Вадим сел за отчёты. Срочных дел не было, а месить понапрасну снег было неохота. А отчёты так и так надо делать, ведь конец месяца.

* * *

в шесть вечера за Лизой зашла подружка, и они отправились в ночной клуб «Полуночник». Сегодня в нём выступала местная рок-группа, а девочки от неё, как говорится, тащились. Вечер они провели весело и уже собирались домой, как у Ленки, так звали подружку Лизы, зазвонил сотовый. Поговорив с минуту, она его отключила, убрала в сумочку и повернулась к Лизе.

— Нам повезло, на улице нас ждёт мой приятель. Он согласился подвезти нас до дома.

— Кто?

— Ты его не знаешь. Давай, быстрей одевайся.

— Одну минутку, и я буду готова, — застёгивая шубу, произнесла Лиза.

Через пять минут девушки уже сидели в джипе. Машина была тёмного цвета, то ли чёрная, то ли тёмно-синяя, в темноте Лиза не разглядела. Да, и по правде, она на такие мелочи не обращала внимания. В машине вместе с приятелем Лены, он был за рулём, сидел ещё один парень.

— Ленок, познакомь с подружкой, — повернулся он к Лене.

— Это Лиза, — представила подружку Лена. — Это Кирилл, — показала она на водителя, — а это Володя.

— Вот, и познакомились, — произнёс тот, которого представили Володей, и протянул Лизе руку. Но девушка руки не подала, а молча отвернулась и посмотрела в стекло.

— Какие гордые. Ну, и ладно. Поехали, Кирилл. — Машина плавно тронулась с места и стала набирать скорость.

— Кирилл, вы, куда так гоните? — поинтересовалась Лиза. — Нам на следующем повороте уже выходить. — Тот посмотрел на неё в зеркало, но промолчал и скорость не сбавил. Пролетев перекрёсток, на котором девушкам надо было выходить, он ещё прибавил газу. Девушка, поняв, что здесь что-то не так, закричала.

— Заткнись, сучка! — рявкнул на неё Владимир и наотмашь ударил по лицу. У Лизы зазвенело в голове, а из глаз полились слёзы.

— Кому сказал, заткни пасть, шалава, — он с разворота, ещё сильней ударил девушку кулаком, и она потеряла сознание.

— Володя, — пропищала Ленка, — зачем её бить?

— И ты заткнись, а то тоже схлопочешь, — обернулся он. Она, увидев его злой взгляд, забилась в угол и притихла.

Очнулась Лиза в небольшой комнате без окон. Только одиноко горела тусклая лампочка над дверью, и где-то за стенкой капала вода, действуя на нервы. Правым глазом она не видела, после удара он опух и заплыл. Кричать девушка боялась, услышат похитители, будет только хуже. Вжавшись посильнее в угол, где она сидела, прикованная за руку к трубе, девушка стала ждать, что будет дальше. Но прошёл час, а может и больше, никто не приходил. В комнате было тепло, но её трясло, словно от нестерпимого холода. Шубы не было, на ней было только платье. Посмотрев одним глазом кругом, Лиза увидела, что её подружки рядом нет.

«Значит, Ленка с ними заодно или её держат в другом месте», подумала Лиза. Что делать, девушка не знала.

Прошло часа два, она немного согрелась и задремала. Но, не успев закрыть здоровый глаз, услышала, как открылась дверь. Повернув голову, Лиза увидела, как Кирилл и Володя занесли в комнату ещё одну девушку и приковали наручниками к трубе.

— Очнулась, шлюха, — увидев, что Лиза смотрит на них, крикнул на неё Владимир. Но девушка сильней вжавшись в угол, промолчала, боясь, что он её ударит.

— Дай ей воды, — повернулся он к Кириллу, — а то сдохнет. Нам мёртвый товар не нужен. — Тот выскочил из комнаты и принёс пластиковую бутылку с водой. Потом они вышли и закрыли дверь на ключ. Лиза схватила бутылку и отпила несколько глотков. Поставив её так, чтобы не пролить, она повернулась к девушке, но та была без сознания. На попытки её расшевелить, она не реагировала.

Просидев ещё с час, Лиза задремала.

* * *

Прошла неделя с момента похищения дочери. Вор в законе поднял всю свою братву на уши, но никто ничего не знал. Сегодня должны были позвонить похитители, и Игорь Вениаминович с нетерпением ждал этого звонка. Бойцы Сергеева поставили на прослушку все его телефоны и тоже ждали. Но был уже вечер, а звонка всё не было.

Продержав девушек неделю в комнате (за это время, привезли ещё троих), им поставили уколы со снотворным, и когда те уснули, перевезли в другое место.

«Ленка так и не появилась», думала Лиза. «Значит, она точно с ними заодно».

Теперь девушки лежали в больничной палате, привязанными к кроватям. Что с ними сделают похитители, они не знали. Но очнувшись в палате, они стали догадываться, какая их ждёт участь.

— Лиза, — заговорила девушка, которую бросили к ней первой, — нас похитили на органы.

— Я не знаю, Света, — не стала расстраивать девушку Лиза. — Та заплакала. Остальные заревели следом.

— Прекратите выть! — закричала Лиза. — А то будет ещё хуже. Услышат, придут и что-нибудь с нами сделают.

— А куда ещё хуже, — сквозь рыдания произнесла Светка. Но плакать все разом прекратили, опасаясь похитителей.

В комнате, где их держали до этого, девушек били, но так, чтобы не убить, они были нужны живыми и здоровыми. А когда перевезли в палату, их не трогали, видно, кого-то или чего-то опасались. Значит, над похитителями кто-то был, а они просто исполнители.

* * *

Не находя себе места, Махоненко Игорь Вениаминович мерил комнату шагами. На столе стояла наполовину пустая бутылка водки и какая-то закуска в тарелке. Ровно в девять часов вечера зазвонил телефон. Он подскочил к столу и схватил сотовый. Руки дрожали, и он не сразу его включил.

— Я слушаю! — крикнул он в трубку и замолчал. На том конце заговорили. В это время в конторе у полковника Сергеева включилась запись.

— Сегодня вторник, Игорь Вениаминович, — раздался искажённый голос, — или вы предпочитаете, чтобы вас называли по-другому?

— Какая вам разница, как меня зовут? Говорите, что вам надо? — Опять крикнул Махоненко.

— Не нервничайте, а то помрёте ненароком и не узнаете, чего мы от вас хотим.

— Я вас внимательно слушаю, — тихим голосом спросил вор в законе.

— Ну вот, это уже лучше, Игорь Вениаминович. А теперь слушайте внимательно, повторять не буду. В пятницу чтобы по телевизору сообщили, что вор в законе Махно мёртв. Видеозапись или посмертное фото должно прилагаться к сюжету.

— А если я не выполню ваше требование, тогда что? — поинтересовался Махно.

— Умрёт твоя дочь. Всё, я жду пятницы. Решать, конечно, тебе. Но девочка ещё молодая, ей жить да жить. А ты своё, ублюдок, отжил. Всё равно я тебя достану. - Отключился, и в ухо Махоненко ударили гудки отбоя. Бросив телефон на пол с такой силой, что тот разлетелся на части, он вновь забегал по комнате. На звук разбившегося телефона влетел охранник.

— Игорь Вениаминович, что случилось?

— Брысь отсюда, шпана! — рявкнул на него хозяин. — Надо будет, позову. - Полковник Сергеев с Вадимом прослушали запись разговора Махоненко с похитителями его дочери.

— Засекли, откуда был сделан звонок? — спросил полковник у компьютерщика.

— Точно сказать не могу, — ответил ему тот, — примерно вот из этого района, — он ткнул пальцем в карту города.

— А если точнее?

— Гадать не буду, но, похоже, звонок был сделан из района первой городской поликлиники. Наши пробуют определить, кому принадлежит голос, мужчине или женщине.

— Там был слышен какой-то посторонний звук? — спросил Вадим.

— Мы над этим работаем. Как только что-нибудь прояснится, я доложу.

— Вадим, — выйдя в коридор, заговорил полковник, — пускай, Степан проверит все сводки за последний месяц, может, кто-то ещё пропал. Час хватит?

— Думаю да, — ответил капитан и отправился в свой кабинет, где его ждали ребята. Бойцы уже были в курсе о похищении дочери вора в законе и работали над этим. Они перешерстили все злачные места в городе, опросили всех своих осведомителей, и кое-что уже нарыли. Но об успешно проведённой работе говорить было рано. Они знали, что девушка уехала из ночного клуба в одиннадцать часов вечера с подружкой. Они сели в тёмно-синий джип. Перед самым отъездом девушке, что была с Лизой, кто-то звонил по телефону. Но в какую сторону они уехали, никто не видел. Охранник, выходя на улицу покурить, запомнил цвет машины, последние две цифры и буквы номера. Через два дня машину нашли, но без отпечатков. Машина была тщательно вымыта на мойке. Пробили хозяина джипа, но тот был полгода как мёртв, а машина числилась в угоне.

— Степан, есть что-нибудь новенького в твоём ящике? — Вадим зашёл в кабинет, где сидели бойцы, и посмотрел на компьютер, в котором копался Степан.

— Есть, — ответил тот, — сейчас всё расскажу.

— Давайте, сперва выпьем кофе, а то голова с утра гудит, — включая чайник, сказал капитан. — А потом займёмся делами. — Олег вскочил, достал из шкафа кофе и сахар.

— Что там Сергеич? — спросил он.

— Рвёт и мечет.

— Дураку понятно. Такой человек попросил у него помощи.

Попив кофе, бойцы расселись за столом, и Степан стал рассказывать.

— Я проверил сводку по городу за последние десять дней, — начал он. — В городе бесследно исчезли пять девушек примерно одного возраста, 21 — 22 года.

— Одну мы знаем, — сказал Вадим. — Это Елизавета Игоревна Махоненко, дочь криминального авторитета.

— Правильно, — ответил Степан. — Вторая — её подружка Елена Окунёва, с которой они были в клубе «Полуночник». Три остальные пропали из этого же клуба через два дня. Но не все сразу, а в течение ночи. Последняя девушка вышла из клуба в пять утра с высоким парнем. Охранник видел, как они садились в тёмно-синий джип.

— А номер? — вскочил Вадим. — Он запомнил номер машины?

— Машина одна и та же, последние цифры совпадают.

— Значит, эти похитители связаны между собой, — вновь заговорил капитан. — Найдем машину, найдём и девушек.

— Навряд ли, Вадим, — перебил его Степан.

— Почему?

— Машину по нашему описанию уже нашли. Её бросили.

— А отпечатки?

— Ничего нет, машину основательно почистили на автомойке.

— Что ещё, — Вадим сел.

— Больше ничего, а у тебя?

— Выдвинули требование.

— Какое? — в один голос спросили бойцы.

— Чтобы Махно покончил с собой. Тогда похитители отпустят его дочь.

— Это говорит о том, — поднялся и заговорил Джеки, — что похитителям нужна было только одна девушка. А других прихватили, чтобы запутать следы. Как будто это серия.

— Значит, охота идёт только за вором, — подытожил капитан.

— Это дураку понятно, — сказал Джеки.

— Ты предполагаешь, что это криминальные разборки? — Посмотрел на него Вадим.

— Мне кажется, да, — ответил тот и пошёл налить себе кофе. — Кто будет ещё? — все промолчали.

— Что с прослушкой? — через минуту поинтересовался у Вадима Степан.

— Вчера в девять вечера Махоненко звонили и дали срок до пятницы.

— Телефон засекли?

— Да, но место приблизительное, район первой городской поликлиники.

— Стоп, Вадим, — подскочил Степан. — Это же район, где живёт подружка Лизы, Окунёва Елена.

— Адрес есть?

— Обижаешь, начальник.

— Тогда поехали, — вскочил капитан, — что сидим?

— Незачем, — буркнул Джеки, наливая кофе. — Мы проверили этот адрес, кроме её бабушки, там никого нет.

— Но звонок ведь был из того района, — обвёл капитан взглядом ребят. — Надо всё равно проверить.

— Незачем проверять, — открылась дверь кабинета, и на пороге появился программист.

— Почему не надо? — уставились все на него.

— Звонок был сделан из поликлиники. Там и надо искать похищенных девушек.

— Спасибо, Артём, — сказал Вадим. — Всё, бойцы, вперёд и с песней.

— Вадим, — крикнул уже выходящим из кабинета оперативникам Артём, — звонок был сделан из подвала. Было слышно, как работает вентиляция.

* * *

— Володя, что будем делать с девчонками? — спросила Ленка. — Здесь их держать опасно.

— Всё нормально, Ленок, — поднялся тот с кресла и подошёл к холодильнику. — Пиво будешь?

— Какое пиво, ты что, не слышал, что я спросила?

— Да не переживай ты так, доктор сказал, всё будет тип топ.

— А он нас не заложит?

— Не бойся, у него у самого руки в крови, — открывая банку с пивом, сказал парень. — К пятнице всё будет готово.

— Боюсь я. Её отец так просто это не оставит. Ты знаешь, какие у него связи.

— А мне плевать. Он ублюдок и должен умереть. Я ему ни за что не прощу своих родителей.

— Володя, давай отпустим остальных девчонок, они ведь не виноваты.

— Нет. Если я их отпущу, менты сразу просекут, что мне нужен только Махно. Начнут копать, а я этого не хочу. Могут вскрыться факты о смерти моих родителей и тогда выйдут на меня.

— Володя, я всё равно боюсь. Рано или поздно всё откроется, и тогда нам всем несдобровать. Не полиция, так воры найдут, а они пострашнее будут.

— Хорош ныть, и так тошно. Сегодня придёт доктор, я его потороплю. Может, он ускорит процесс.

— А где Кирилл?

— Этого тебе лучше не знать.

Ленка откинулась на спинку кресла и вновь закрыла глаза, делая вид, что задремала. Парень допил банку пива и, швырнув её в угол, открыл вторую. У него нервы тоже были не железные. Он знал, что похищение девушек ему так не пройдёт.

Пятнадцать лет назад отец Володи освободился из зоны и прямиком отправился к Махно. Тот должен был ему огромные деньги. Володя был не в курсе их криминальных дел, отец никогда не рассказывал ему, за что его посадили. Но мать как-то проговорилась, что они с Игорем Вениаминовичем в 90-тые годы были приятелями. Потом отца посадили, а когда он вышел и отправился к Махно, его убили. После похорон мать решила поговорить с Махоненко, а через два дня её нашли изнасилованной и убитой в парке. Володя остался с бабушкой, а когда встал на ноги, решил отомстить. Он узнал, что у вора в законе есть дочь. Похитив её, он решил поквитаться с Махно. Остальных девушек они похитили, чтобы запутать следы, мол, в городе появился маньяк.

А тут ещё этот доктор предложил пустить девок на органы, сказал, что у него есть заказ на очень большие деньги. А деньги никогда лишними не бывают.

— Тебе ничего самому делать не придётся, — сказал Кирилл, — доктор сам всё сделает. — Володя сперва отказывался, но деньги были большие, и Кирилл его уговорил. А теперь обратного пути уже не было.

«От Ленки тоже надо избавиться, может расколоться, а свидетели ни к чему», — усевшись в кресло и потягивая пиво, размышлял Володя. Кирилл где-то задерживался, и Володя стал нервничать.

Примерно через час у него зазвонил телефон.

— Вован, у вас всё нормально? — спросил Кирилл. — А то я никак не могу дозвониться до доктора.

— Он сказал, чтобы его не беспокоили, вечером придёт, — ответил Володя. — А ты где?

— Через два часа буду, — бросил Кирилл и отключился. Володя допил очередную банку пива и поднялся.

— Пойду, отолью, а то в ушах булькает, — сказал парень, увидев, что Ленка открыла глаза.

* * *

Чёрный джип остановился у поликлиники, и четверо бойцов, выскочив из него, отправились к главврачу. Охранник объяснил им, где находиться нужный им кабинет.

— Евгений Петрович, нам надо проверить подвальное помещение, — заходя в кабинет, сказал Вадим.

— Но там ничего нет.

— Вчера вечером, — произнёс капитан, — из вашей поликлиники был сделан один звонок. Мы выяснили, что звонили из подвала.

— Но как вы это определили?

— Работала вентиляция.

— Понятно. Подождите меня, пожалуйста, в коридоре. Я сделаю один звонок и выйду к вам. — Бойцы незаметно переглянулись, но кабинет покинули. Выходя, Вадим оставил дверь немного приоткрытой, чтобы послушать, кому будет звонить врач. Очень уж тот занервничал, когда услышал про подвал.

— Кирилл, ты где? — Произнёс в трубку Евгений Петрович.

— Через два часа буду, а что случилось?

— Позвони своему парню, надо срочно убирать девок.

— Что за спешка?

— Звони быстрей, ко мне пришли из полиции, они засекли звонок. Я их немного задержу, а вы там быстрей шевелитесь.

— Понял, — Кирилл отключился.

Не успел главврач убрать сотовый, как дверь открылась, и в кабинет влетели бойцы. Увидев их лица, он понял, что уже поздно кого-то прятать.

— Веди, — схватил его за воротник халата Вадим и подпихнул к двери. — Если что-нибудь с девчонками случится, тебе сам бог не поможет.

Телефон зазвонил, когда Володя был в туалете.

— Кто там ещё? — не прекращая делать своё дело, произнёс он. Но телефон разрывался и не прекращал трезвонить. — Да пошли вы все!

Через несколько секунд звонки прекратились. Володя помыл руки и вышел. Открывая дверь, он чуть не задел проходящих мимо мужиков. А когда понял, кто это, было уже поздно. Джеки и Степан скрутили его в одно мгновение.

— Он? — посмотрел Вадим на врача. Тот молча кивнул.

— Где девчонки? — рявкнул капитан. — Показывай, а то прибью.

Володе ничего не оставалось, как показать на дверь, где находились девушки. Но в палате их было только четверо.

— Где пятая? — Врезал капитан ему по шее.

— В другой комнате.

— Веди, — подпихнул его в спину Вадим. — И смотри, без фокусов.

Ребята стали отвязывать девушек, которые поняв, что их пришли освобождать, заревели. Вадим, выпихнув в дверь парня, ткнув ему кулаком в бок, мол, если что, убью. Но тот уже понял, что попался, помалкивал и не брыкался. Подойдя к двери, где находилась Ленка, он открыл дверь. Вадим зашвырнул его внутрь и заскочил сам. Ленка, увидев здоровенного мужика, отправившего Володю в нокаут, сразу всё поняла.

Через час после звонка полковнику в поликлинику прилетел Махоненко Игорь Вениаминович и забрал дочь домой. Остальные девушки после составления протокола были отпущены. Сергеев договорился, и их развезли по домам, ведь кроме халата на них ничего не было. Главврача и парня увезли в контору. Через день поймали Кирилла, он прятался в квартире своей любовницы.

Евгений Петрович не выдержал долгих допросов и всё рассказал. Человеческие органы он через своего человека, служившего на таможне, переправлял за границу, их дальнейший маршрут он не знал. Деньги забирал у того же человека.

На следующий день взяли таможенника, но тот молчал. Видно, люди, на которых он работал, были очень серьёзные, и он их боялся больше, чем полицию.

Кирилла и Володю отпустили под подписку.

— Город до суда не покидайте, — сказал им следователь.

Но суда ещё надо было дождаться. Через три дня обоих нашли мёртвыми на мусорной свалке. Вор в законе не простил им похищения дочери. Но свидетелей не было, и его отпустили. А через месяц в камере был найден повешенным Евгений Петрович, главврач первой городской поликлиники.

Дело о похищении в ночном клубе «Полуночник» было закрыто.

Привидение по имени Анна

Вадим проснулся от ощущения, что кто-то пристально смотрит на него, гипнотизируя взглядом. Открыв глаза, он стал медленно поворачивать голову, осматриваясь по сторонам. Но в полумраке комнаты никого не было видно.

Опять эти странные ощущения, что кто-то за ним наблюдает… Он приподнялся и включил настенное бра над кроватью. От дуновения ветра шторы на открытом окне колыхались, казалось, что кто-то невидимый человеческому глазу шевелит их. Но Вадим знал, что это ему только кажется, а на самом деле там никого нет и не может быть.

Взглянув на часы и обнаружив, что всего пять утра, он вновь выключил свет, но глаза не закрыл. Тихо лежа в постели, он стал прислушиваться.

Минут через пять ему показалось, что он услышал какой-то странный мелодичный звук, доносившийся из соседней комнаты. Звук был такой, словно кто-то играл на дудочке или пел на непонятном языке. Что это было, Вадим никак не мог понять.

«Там никого не должно быть», размышлял он. «Ведь я в квартире абсолютно один».

Через пару минут звук прекратился. Вадим прикрыл глаза и вновь задремал, ведь сегодня суббота, и на работу идти не нужно. Но не прошло и десяти минут, как звук повторился, но уже в другом тоне. Теперь это была не дудочка, а мелодичные звуки скрипки.

— Что за…? — вскочив на ноги, он рефлекторно сунул руку к кобуре пистолета. Но поняв, что он дома, и никакого оружия у него нет, опустил руки. Музыка не прекращалась, переливаясь из одной тональности в другую, то набирая громкость, то затихая. От резкого порыва ветра штора заколыхалась, и в приоткрытую щель Вадим увидел кроваво-красную луну, заглядывающую в комнату. «Что-то она сегодня слишком яркая», — подумал он.

Постояв с минуту, он решился проверить, что происходит в соседней комнате. Ступая на цыпочках, он медленно направился на звук, чтобы не спугнуть нежданного музыканта. Выглянув из спальни в прихожую, Вадим увидел, что из приоткрытой двери зала идёт какое-то странное свечение. Словно кто-то зажёг свечу, а колыхающийся огонёк отбрасывает чью-то тень, мечущуюся по комнате. Тихонько ступая, он подошёл и резко распахнул дверь. Свечение, как и звуки скрипки, прекратилось, и наступила гробовая тишина. Только сопение хозяина нарушало покой в комнате.

«Что за чертовщина?» — он замотал головой, прогоняя дурные мысли. «Неужели вновь померещилось? Всё эта чёртова вторая луна, так и норовит свести с ума. Откуда она появилась? До сих пор неизвестно. Только с её появлением стали происходить в городе, да и во всём мире странные вещи. Хоть в церковь иди и начинай замаливать свои грехи». Вадим уже хотел было развернуться и пойти обратно в постель, как вдруг стало прохладно, он даже съёжился и передёрнул плечами. Воздух завибрировал, и в центре комнаты появилась светящаяся белая фигура молодой девушки. Вытаращив глаза, Вадим молча стоял и пялился на появившееся привидение. Ноги налились свинцом и приросли к полу. Тихая музыка вновь полилась, заполняя всё кругом. Но откуда шёл этот звук? В руках девушки никакой скрипки не было.

Так они стояли и смотрели друг на друга, пока привидение не заговорило:

— Ну, здравствуй, Вадим, — услышал он её мелодичный голос, в тон льющейся из ниоткуда мелодии.

Услышав своё имя от призрака, хозяин квартиры чуть не упал, потеряв на мгновение равновесие. Но крепкие ноги и отличное спортивное здоровье не дали ему этого сделать. Он устоял, но рукой все-таки ухватился за угол шкафа.

Видя реакцию на свой голос, девушка замолчала, но исчезать, похоже, не собиралась, а продолжала парить в воздухе, сияя изнутри. Придя в себя, Вадим, выдавил:

— Ты кто такая и как здесь появилась?

— Не пугайся меня, Вадим, — произнесла она. Разговаривая с ним, она не открывала рта и не шевелила губами, при этом её голос словно шёл откуда-то изнутри. Как будто она посылала свои мысли прямо в его голову. — Я тебе ничего не сделаю.

— А я и не боюсь, — не отрывая глаз от привидения, произнёс хозяин квартиры. — Тем более, в привидения я не верю.

Фигура «девушки» заколыхалась, словно от дуновения ветра, хотя окно в комнате было закрыто. Свечение, исходящее от неё, стало меркнуть, но полностью не потухло. Какой-то огонёк внутри еще тлел.

— Зря не боишься, — вновь донесся до Вадима её голос. — Привидения бывают разные, и не всегда встреча с ними хороша для людей. Ведь мы существуем не только в старых замках.

— Я уже это понял, — произнёс Вадим. Скованность в ногах прошла, и он сел на диван. «Девушка» проследила за ним взглядом, если можно было это так назвать, но с места не сдвинулась, только развернулась к нему «лицом».

— Я извиняюсь, милая барышня, — уже окрепшим голосом произнёс Вадим, — но откуда вы знаете моё имя? И если не трудно, назовите своё. А то как-то неудобно мне с вами разговаривать. Вы меня откуда-то знаете, а я вас вижу впервые. Мне становится стыдно за себя и неловко перед дамой.

Привидение сдвинулось с места и, подплыв к дивану (было такое ощущение, что она не идёт, а плавно парит в воздухе), присело.

— Я — твоя дальняя, а точнее, очень и очень дальняя родственница. Только не пугайся и не делай резких движений, а то наш контакт прервётся.

— Я понял вас, дёргаться не буду. Но назовите хотя бы ваше имя, — посмотрел он на «девушку».

— Называй меня Анна, — снова раздался её голос в голове у Вадима, но рта она не открывала.

— Вы могли бы говорить нормально, как всё люди, открывая рот?

— Извини, — сказала она, — я просто забыла, что нахожусь в другом мире.

— В каком другом мире?

— В мире людей, а не призраков.

— И зачем вы пожаловали в наш мир, то есть ко мне? И зачем вам понадобился именно я? Ведь я простой человек, — набрав побольше воздуха в грудь, выпалил Вадим, — а не охотник на привидений.

— Ты — мой дальний родственник, как я уже говорила, значит, тоже владеешь магией, как и все твои, нет, наши родственники. Ведь мы из одного рода, а значит, магия у нас в крови… У тебя в крови, ведь во мне крови нет.

— А что у вас есть? — ляпнул Вадим и поняв, что сморозил ерунду, замолчал, искоса поглядывая на свою пра, пра, пра, пра бабку или кем она там ему доводилась. «Девушка» мило улыбнулась, но промолчала.

Температура в комнате с появлением привидения понизилась, и раздетый Вадим, который был в одних трусах, чувствовал озноб и бегающие по всему телу мурашки. Увидев или почувствовав это, «девушка» произнесла:

— Потерпи немножко, я скоро тебя покину, и температура вновь придёт в норму. Это всегда так бывает, когда мы приходим в ваш мир.

— Ничего, не замёрзну, — не зная, что ещё ответить, брякнул Вадим.

— Ну, вот и хорошо, а то я уже стала за тебя переживать.

— Так зачем же я вам понадобился, Анна? Или вы хотите пригласить меня в свой мир? — спросил Вадим и смотрел, как она отреагирует на его слова.

— Нет, ты мне нужен здесь, — резко сказала Анна. — В мой мир тебе рановато.

«Значит, это не «бледная старуха с косой» пришла по мою душу. Тогда я ещё погуляю на белом свете», подумал Вадим.

— Погуляешь, погуляешь, — словно прочтя его мысли, сказала Анна. — Ты мне нужен здесь, живой и невредимый. А когда придёт твой срок, за тобой придут. Как вы её называете?

— Бледная старуха с косой, — подсказал Вадим.

— Во-во, бледная старуха. Но почему с косой?

— Так в нашем мире говорят про смерть. А разве не так?

— Нет, молодой человек, — произнесла «девушка», — совсем не так.

— Странно слышать такие слова от…, - он на секунду замолчал, — как это мягче сказать, чтобы вас не обидеть? — хозяин квартиры поднялся с дивана и заходил по комнате, разгоняя кровь, чтобы не замёрзнуть окончательно.

— От привидения, — сказала Анна, — как вы называете нас. Не извиняйся, этим ты меня не обидишь. А если тебе неловко, называй меня просто по имени. Ведь мы, по сути, ровесники. И мне будет приятно, и тебе, надеюсь, тоже.

— В каком смысле, мы ровесники? — Удивился Вадим. — Ведь вы мне сказали, что вы моя очень дальняя бабка.

— Мне было даже меньше лет, чем теперь тебе, когда меня, — привидение замолчало, подбирая нужное слово, — убили. Мне тогда было всего тридцать лет.

— Я опять вас не понял. Вы только что сказали, что вам тридцать. Но тогда как? — Заговорил Вадим и замолчал на полуслове, Анна его перебила.

— Мне было тридцать, когда меня убили, — сказала она. — Ты меня не правильно понял. А сейчас мне больше пятидесяти. А если совсем точно — пятьсот восемьдесят лет.

У Вадима от услышанного совсем переклинило в голове. Он на мгновение остановился с отвисшей челюстью, а потом, так и не придумав, что сказать, вновь заходил по комнате, но размахивать руками перестал.

— Не бери в голову, всё равно не поймёшь, — заговорила Анна, уже стоя на ногах (если так можно было сказать). Вадим не стал спрашивать, как она это делает, постеснялся. Да и чего ожидать, привидение оно и есть привидение.

— Мне нужно найти одного человека, — восстановив колыхание своего тела от резкого движения или порыва ветра, появившегося словно ниоткуда, произнесла Анна. — Он находится в вашем мире и в человеческом теле. Как он сейчас выглядит, я пока не знаю, но узнать это — не проблема. Мне его не достать, сам понимаешь, в каком я состоянии, то есть, моё тело. — Вадим, слушая Анну, молча кивнул, мол, не дурак, понимаю.

— Это человек — убийца, — не обращая на хозяина квартиры внимания, как ему показалось, продолжила она. — Мне нужно, чтобы ты его нашёл и привёл сюда. Как ты это сделаешь, меня не волнует, но я хочу ему отомстить. И запомни, — Анна прервалась на мгновение, а потом выпалила, как из ружья, — это очень сильный колдун.

— Я недавно встречал одного колдуна, — улыбнулся Вадим, — не такой он оказался крутой. Старуха его сожгла, даже не поморщившись.

— Что за колдун и где ты его видел? И что за старуха?

— Около года назад я ездил в родную деревню, где вырос и где похоронил родителей. Вот, там и встретил колдуна. Он приходил ко мне в дом, искал старую тетрадь.

— Ты отдал её? — вплотную приблизилась Анна к Вадиму. В комнате от её слов стало ещё холоднее. Вадим поёжился и ответил:

— Нет, я отдал тетрадь той старухе, которая его сожгла вместе с домом, где он жил.

— Не ври мне, пожалуйста! — выкрикнула «девушка». — Если это был тот колдун, о котором я думаю, то его не может уничтожить огонь. А тем более, какая-то старуха.

— Ни какая-то старуха, а самая настоящая ведьма, — повысил голос Вадим. — Её в деревне звали бабкой Евдохой.

— Как? — удивилась Анна, даже сильней засияла, словно в ней загорелся огонь свечи.

— Бабка Ев — до — ха, — по слогам повторил Вадим и посмотрел на Анну. Тело призрака завибрировало, расплываясь, а потом вновь приобрело четкую форму.

— Такого просто не может быть, — заметалось по комнате привидение. Мелодия, которая непрерывно звучала во время их разговора, резко оборвалась, и в квартире наступила тишина, только слышалось сопение хозяина и тиканье настенных часов.

Вадим удивился такому повороту. Имя ведьмы, произнесённое им, так повлияло на состояние Анны? Или что-то здесь пошло не так, как было запланировано.

— А откуда вы её знаете? — тихо, словно чего-то опасаясь, спросил Вадим.

— Знаю, а откуда, не твоего ума дело. Лучше скажи, как звали того колдуна?

— Настоящего имени я не знаю, да и вряд ли кто его знал в деревне. Только все называли его «дед Иван».

— И это он приходил к тебе за тетрадью? — посмотрела она в лицо Вадима, словно прожгла взглядом.

— Да, это был он, — поёжился от её взгляда хозяин квартиры. — Но тетрадь я тогда ещё не нашёл. А когда нашёл её, то в деревне разразилась такая буря, хоть караул кричи, нельзя было высунуть на улицу носа. Не знаю, то ли от того, что я стал изучать ту тетрадь, то ли по какой-то другой причине. Но когда буря закончилась, также внезапно, как и началась, дом деда Ивана был сожжён. Только после я узнал, что это сделала бабка Евдоха. Что-то они там не поделили между собой.

— Тетрадь они не поделили, — сказала Анна. — А тело колдуна нашли?

— Ничего не нашли. Дом сгорел дотла. Потом пришла бабка Евдоха, и я отдал ей тетрадь. Но отдал с одним условием.

— Какое ещё условие? — поинтересовалась Анна.

— Чтобы ведьма навсегда покинула мою деревню и никогда туда не возвращалась. А если вернётся, тетрадь сожжёт её и сгорит сама. Это я вычитал в старой тетради.

— Молодец, хоть до этого додумался, — перебила хозяина квартиры «девушка». — Тетрадь не должна была попасть в руки колдуна и ведьмы. Но теперь что уже поделаешь, раз отдал. А твоё условие — это просто блеф. — Вадим удивлённо посмотрел на Анну и спросил:

— Я, конечно, извиняюсь, за глупый вопрос. Можно мне узнать, что это за тетрадь? И как она, чёрт её побери, попала в мой дом, то есть в дом моих родителей?

— Это тетрадь моя! Как я думаю, ты уже понял, — Анна на мгновение замолчала, — я тоже ведьма. В этой тетради были записаны мои заклинания. Ну, и всё такое, что должна знать хорошая ведьма. А после моей смерти, а если точнее, моего убийства, она переходила из рук в руки по женской линии нашего рода.

— Тогда почему она далась мне, ведь, как вы заметили, я мужчина. Да и тот колдун — тоже не баба.

— Значит, в твоей семье после смерти матери не было девочек.

— Нет, я был единственным сыном у родителей. И, по-моему, последним в нашем роду.

— Почему ты так думаешь?

— У меня нет детей и уже не будет. А из родни у меня никого нет.

— Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь, — посмотрела на него Анна. — В жизни всё возможно. И ты ещё не старый.

— Спасибо и на этом, — не зная, что ответить «девушке», брякнул Вадим.

— Так, что дальше с тетрадью? — напомнила Анна.

— Да ничего. После пожара, когда сгорел дом деда Ивана, пришла бабка Евдоха, и я отдал ей тетрадь. Я так понимаю, что это не настоящее её имя.

— Ты прав, её зовут Властелина. Она старше меня и намного была сильнее. А теперь и подавно, когда в её руки попали мои записи. Сколько, ты говоришь, прошло времени после пожара?

— Почти год.

— А если точнее? — поинтересовалась Анна, смягчив тональность голоса. И от этого музыка вновь зазвучала в комнате, как и прежде.

Вадим прикинул, когда был в отпуске, подсчитал в уме и ответил:

— Осталось десять дней, и будет ровно год, как я ездил на могилу к родителям. А это так важно?

— Пока не знаю, — задумалась Анна, — поживём, увидим.

Услышав такие слова от привидения, Вадим рассмеялся. Да так, что из глаз потекли слёзы. Анна, не поняв, почему он так отреагировал на её слова, замолчала. Отсмеявшись, Вадим взял себя в руки и спросил:

— Так, зачем тебе нужен тот колдун?

— Я хочу отомстить ему за свою смерть.

— Но если это тот колдун, который сгорел в деревне, тогда твоя просьба уже напрасна. Его не воскресить и не убить снова.

— Ты не прав, он жив, я это чувствую. Его так просто не уничтожить, а огонь — это просто заметание следов. Он намного сильнее Властелины. Ему нужны мои записи, и поэтому колдун обязательно появиться здесь. Возможно, в другой личине, но он появится, это точно. Колдун где-то рядом, я это чувствую.

— Но как я его узнаю?

— Он найдёт тебя сам. Ведь он не знает, что ты отдал тетрадь ведьме, значит, будет её искать.

Звонок в дверь прервал их разговор. Вадим повернул голову к двери, и Анна исчезла, словно её здесь и не было. Музыка прекратилась, и в комнате стало тепло, как и прежде. Вновь раздался дверной звонок, и хозяин поплёлся открывать дверь. Часы, висевшие в прихожей, показывали ровно восемь часов утра.

* * *

— Долго спим, начальник, — ввалился в квартиру Олег, когда Вадим открыл дверь.

— Не понял, а ты что такую рань припёрся? — уставился на него хозяин.

— Мы же вчера договаривались, что ты мне поможешь с машиной, — стоя в непонятках, сказал Олег, заглядывая Вадиму через плечо. — Или ты не один?

— Извини, Олег, я совсем забыл о твоей просьбе, — Вадим пропустил того в комнату, мельком глянув в сторону открытой двери в зал, нет ли там свечения и пошёл за другом в кухню, словно был здесь гостем.

— Кофеём хоть угости, насяльника, — подражая Джеки, сказал Олег и уместился на стуле, — нет, лучше водочки.

— Перебьётесь, сэр. Сейчас оденусь и пойдём.

— Жмот, однако, вы, капитан. Лучшему другу сто грамм пожалели, — бросил в спину выходящему из кухни Вадиму Олег.

— Кофе сам себе можешь налить, — буркнул Вадим, — руки не отсохнут.

Через пару минут Вадим вернулся в кухню уже одетым. Олег пил кофе, а на столе стояла вторая чашка.

— Спасибо, ты настоящий друг, — сказал Вадим и уселся напротив.

— Ты какой-то сегодня не такой, — обжигаясь горячим кофе, заметил Олег.

— Всё нормально, просто вчера поздно лёг и не выспался.

— А я думал, очередная пассия у тебя появилась.

— Не дождётесь, одной Светки хватило по горло, — провёл рукой по шее Вадим. — Всё, попил, хватит уничтожать мои запасы, пошли.

Поднявшись одновременно, как по команде, они покинули квартиру и спустились вниз. Возле подъезда стояла старенькая шестёрка. Посмотрев по сторонам, Вадим не обнаружил джипа.

— А где машина? — посмотрел он на Олега.

— Вот, — показал тот на Жигули.

— Нормально, а она хоть ездит или ты прикажешь нам её пихать?

— А я не против, — улыбнулся Олег, — посмотреть такую картину. Я за рулём, а начальник пихает мою «ласточку». Может, Сергеичу позвонить, двоим оно будет сподручней. И домчимся в два раза быстрей.

— А по шее не хочешь?

— Ладно, я пошутил, садись, машина на ходу. Поехали, что замер, — запрыгивая в шестёрку, сказал Олег. — Гараж не далеко.

Кое-как разместившись в Жигулях, упираясь в панель управления коленками, они тронулись с места и с «бешеной» скоростью в 40 км/ч погнали в гараж. Машина скрипела и кряхтела на всех ямках и колдобинах, но всё-таки ехала, перегоняя немногочисленных в такое время пешеходов.

— Не гони, — повернулся к водителю пассажир, — а то ДПСники остановят.

— Не бойся, начальник, они мою «ласточку» не догонят, а если и догонят, у тебя же есть доллары, рассчитаешься.

— Ага, насмешил. Дай только тапочки переобую и начну рассчитываться. А может, и тебе баксов подбросить на новую тачку? — Олег на секунду повернул голову к Вадиму и хотел что-то ответить, но не успел. Вадим схватил руль, и резко крутанув его влево, заорал:

— Тормози!

Олег резко ударил по тормозам, и шестёрка замерла на месте, тормоза у неё были что надо. Открыв дверь, Вадим выскочил поднимать задетого машиной старика.

— С вами всё в порядке? — поинтересовался он, осматривая пострадавшего, нет ли на нём крови. Олег с выпученными глазами уже стоял рядом и что-то бубнил себе под нос.

— Нет, нет, сынок, со мной всё в порядке, — стал отбиваться от щупающих его рук дед.

— Может, вас отвезти в больницу? — выдавил из себя Олег, поглядывая на окруживших их прохожих.

— Со мной всё в порядке, — твёрдым с хрипотцой голосом ответил старик.

Вадиму показалось, что этот голос он уже слышал, но не мог вспомнить, где.

— Просто, если можно, подвезите меня, — вновь прохрипел дед и косо посмотрел на Вадима.

— Прошу, — засуетился Олег и открыл перед ним дверь. Тот резво, не по-стариковски, запрыгнул в машину и крикнул:

— Ну, кого ждём? Поехали!

Вадим с Олегом переглянулись, запрыгнули в шестёрку, и та присев, со скрипом, тронулась с места, набирая скорость и удаляясь от места происшествия.

Вдруг Олег опомнился и спросил сидевшего сзади старика, не поворачивая головы:

— Вам куда надо? Скажите адрес, и мы вас отвезём.

— К нему домой, — прохрипел дед и показал на Вадима.

Олег вновь резко ударил по тормозам. Оба обернулись и уставились на старика.

— Ну, что остановился, поехали, — выплюнул в лицо водителя дед. — А ты молчи, дома всё объясню.

— Трогай, — сказал Вадим Олегу и отвернулся от старика.

Олег развернул машину и поехал обратно к дому Вадима. Возле подъезда дед открыл дверь шестёрки и вылез.

— Пошли, — бросил он Вадиму, — а ты езжай по своим делам. У меня к твоему приятелю есть разговор.

Только теперь до Вадима стало доходить, кто их пассажир. Он махнул Олегу, мол, езжай, сам разберусь.

Открыв дверь квартиры, хозяин сперва пропустил гостя, а потом зашёл сам, закрывая дверь на ключ.

— Проходите в зал, а то на кухне не прибрано, — произнёс он, но старик уже сам отправился в комнату, где хозяин ещё совсем недавно разговаривал с Анной. Сняв обувь, Вадим последовал за гостем…

Вдруг в квартире стало холодно, словно из тёплого помещения они попали в холодильник. В середине комнаты завибрировал воздух, и вновь, словно из ниоткуда, появилась Анна. Вспыхнул яркий свет, и из рук привидения, направленных на старика, ударила молния.

… Вадима отбросило в прихожую. Удар был такой силы, что здоровый мужик отлетел к стене, как пушинка. Стукнувшись головой, он потерял сознание. Что происходило дальше, хозяин квартиры не знал. Бездыханный он лежал у стены, из разбитого носа по подбородку струйкой стекала кровь.

* * *

Пронзительный звонок в дверь резко ударил по ушам, Вадим проснулся и открыл глаза. В окно спальни уже заглядывало вставшее солнце, освещая всё кругом. Дверной звонок вновь противно затрещал.

Поднявшись с постели, Вадим поплёлся открывать нежданному раннему гостю. На пороге стоял Олег и улыбался, заглядывая хозяину через плечо.

— Долго спишь, начальник, — отстраняя хозяина от двери, приятель ввалился в квартиру. — Ты что, забыл, о чём мы вчера договаривались?

— Хоть убей, ничего не помню, — уставился на того Вадим.

— Ну, ты даёшь, приятель. Забыл, что обещал мне помочь с машиной?

Вадим затряс головой, прогоняя сон и окончательно проснулся, приходя в себя.

Безглазый

Новогодние праздники прошли без происшествий, и каких либо эксцессов. Видно, маньяки, убийцы и насильники, которых ловили бойцы полковника Сергея Сергеевича Сергеева, тоже решили отдохнуть и взяли себе выходные. На работе сидеть было скучно, и ребята после обеда поехали к Вадиму, тот немного приболел и отлёживался дома. Ведь грипп не разбирается, простой ли ты бухгалтер или боец спецназа. Перед ним все равны — и дети, и взрослые, а тем более старики, вот их-то в первую очередь и косит эта зараза.

По дороге заехав в магазин, они купили бутылку коньяка (первое средство от простуды) и продуктов. Ведь ехать в гости «к больному» с пустыми руками как-то неприлично.

— А капитану можно? — поинтересовался китаец Джеки, показывая на коньяк. — Ведь он болеет.

— Не можно, а нужно, — ставя в багажник пакеты, произнёс Олег. — Это у вас там в Китае лечатся бальзамами и мазями, а у нас здесь совсем другие лекарства.

— Но при простуде спиртное противопоказано, — не унимался китаец.

— А мы тебе наливать и не будем, — улыбнулся Степан. — Будешь кушать бананы, как панда.

— Панда бананы не ест, — обиженно буркнул Джеки, — она питается тростником.

— Не, у нас в магазинах тростник не продают, — заржали Степан с Олегом и стали размещаться в джипе.

— Ладно, хватит подкалывать, — уселся Джеки на заднем сиденье и, откинувшись, сказал, — поехали уже, что ли, а то холодно. — Машина мягко тронула с места и, урча мотором, набрала скорость.

Джеки никак не мог успокоиться, а всё продолжал ворчать себе под нос:

— Сколько живу уже здесь, в России, никак не могу понять, шутят они или говорят правду.

— Джеки, не бери в голову, — не оборачиваясь, произнёс Олег. — Шутка это, просто, мы тебя разыграли.

— А коньяк тогда зачем?

— Джеки, ты дурак или прикидываешься?

— Сами вы такие, — буркнул китаец и замолчал, уставившись в стекло.

— Обиделся, — посмотрел Олег на Степана, но тот промолчал.

Вадим уже сам хотел сходить в магазин и купить, чего-нибудь перекусить. Да и надоело сидеть одному дома, телевизор надоел, а книги он не любил читать, да и не было их у него. Где-то валялись два детектива, но чёрт знает, где, сейчас не найти.

Только он вышел в прихожую и стал одеваться, как в дверь позвонили.

— Кто там ещё припёрся? — произнёс Вадим и стал открывать дверь. На площадке стояли трое его бойцов с пакетами в руках.

— Шевелись, болезный, а то руки устали. Видишь, передачку тебе принесли, — проходя в квартиру, произнёс Олег и заржал, словно тот конь.

— Показывай своих девок, куда ты их спрятал, — добавил Степан.

— Каких девок, вы откуда свалились? — не понял Вадим, посматривая то на одного, то на другого.

— Шутка, — улыбнулся Степан. — Принимай гостей.

…К вечеру их так разморило от духоты и выпитого коньяка, что друзья остались ночевать у Вадима.

Утром у Олега зазвонил телефон, разбудив всех четверых.

— Кому это я понадобился? — протирая кулаком глаза, заворчал он. Но увидев, кто звонит, сразу протрезвел.

— Кто там? — поинтересовался, поднимаясь и потягиваясь, хозяин квартиры.

— Сергеев звонит! — крикнул он мужикам, чтобы те перестали ворчать. — Тихо, мужики! — все сразу притихли.

— Вы где, охламоны? — в трубку заорал полковник после того, как Олег ответил. — Никому не могу дозвониться.

— А что случилось, товарищ полковник? — тихим голосом спросил Олег.

— Найди ребят и быстро ко мне, — бросил в трубку Сергеев и отключился.

— Ну, что там? — поинтересовались бойцы, поглядывая на Олега, который весь разговор стоял навытяжку.

— Сергеич рвёт и мечет. Сказал, срочно к нему и как можно быстрее.

Через час бойцы вместе с Вадимом сидели в кабинете у полковника Сергея Сергеевича Сергеева, начальника службы безопасности.

— А этот откуда? — посмотрел он на капитана Шведова.

— Сергей, я уже здоров. Мне надоело валяться без дела, вот я и приехал. Может, чем-нибудь помогу.

— Ладно, хлопчики, слухайте сюды, — улыбнулся Сергеев, отметив помятый вид бойцов. — У нас ЧП.

— Усё, мужики, праздники закончились, — заворчал Олег. — Начались трудовые будни.

Полковник строго глянул на него и продолжил, помотав головой:

— Сегодня ночью в морге на улице Котовского был убит сторож.

— А мы здесь при чём? — поднялся, кашляя в кулак Вадим, наливая себе в стакан из графина воды. В горле першило, наверно, ещё не долечился до конца или после вчерашнего вечера во рту было, словно туда нагадили кошки. — Пускай этим делом занимаются опера из их района.

— Это ещё не всё, — посмотрел на него полковник (видно, понял по помятому лицу Вадима, чем вчера занимались его бойцы, но ничего об этом говорить не стал). — Были похищены три трупа.

— Кому понадобились жмурики? — уставился на полковника Олег.

— Вот это вам и надо выяснить. Вы меня поняли?

— Так точно, гражданин начальник! — за всех ответил Вадим Шведов.

— Езжайте в морг и узнайте там всё, что нужно. Учить, я думаю, вас не надо.

Бойцы поднялись и отправились на выход.

— Вадим, останься на секунду, — произнёс Сергеев. Поставив пустой стакан, капитан присел.

— Завязывайте с пьянкой, — начал полковник.

— Мы, — замялся капитан, — немножко.

— Ладно, не мне вас учить, не маленькие уже.

— Я понял, у тебя всё? — хотел подняться Вадим и последовать за бойцами.

— Нет, — посмотрел Сергей не него. — Сторожа не убили, он умер от разрыва сердца. Мужик был здоровый, как медведь, а чего-то очень сильно испугался. Вот и сердечко не выдержало.

— Я тебя понял, Сергей. Сделаем всё в лучшем виде.

— И трупы, их так просто не похищают. Тут что-то не так, надо всё тщательно проверить. (Вадим, не перебивая, молча слушал полковника, только кивая головой). Узнать, кому они принадлежали и от чего умерли. Естественная была смерть или нет. — Вадим махнул головой. — Всё, идите, — бросил полковник Сергеев, — и без ответа не возвращайтесь.

Капитан молча встал, отдав честь, и бойцы тихо вышли из кабинета начальника.

* * *

Артём Ткаченко (так звали сторожа в морге) после освобождения с зоны устроился на работу в морг сторожем (больше никуда не брали). И деньги вовремя платят, и работа не пыльная. Да и никто не расспрашивает о жизни. Вечером заступал, а утром домой, опять спать. Никто тебя по ночам не беспокоит, а кому там беспокоить? Жмурики лежат себе тихонько, телевизор смотреть не мешают и пива не просят, чтобы с ними поделился. Красота и тишина, как говориться — не работа, а лафа.

Сегодня, как и вчера, он пришёл к шести часам вечера и приступил к несению «службы». К семи часам все сотрудники морга ушли, а Артём закрыл за ними двери и пошёл к себе в комнату, где сидели сторожа. Поставив чайник, он решил сделать обход. Как говорится, проверить своих пациентов и провести экскурсию по залам морга.

«Вдруг они там занимаются оргией», — подумал он, беря ключи, «а я всё интересное пропущу».

В первом помещении (а если точнее, холодильном помещении, где лежали покойники), было всё спокойно. Все тихо и мирно лежали, никто не баловался и оргий не устраивал. Пройдя мимо столов с покойниками, он вышел и закрыл дверь на ключ.

— Чтоб не убежали, — улыбнулся своей шутке Артём.

Во втором зале тоже была тишина, все молчали, песен не пели и похабных анекдотов не рассказывали.

— Ладно, попью чайку, а потом проверю последний третий зал, — закрывая двери, сказал сторож. — Никуда они не денутся.

Примерно часов в девять Артёму надоел телевизор, и он решил прогуляться по третьему залу.

— Проведу экскурсию, а заодно разомну ноги, — вновь беря со стойки ключи, произнёс он.

Третий зал был в подвальном помещении, и туда надо было спускаться по лестнице или на грузовом лифте. Но ночь длинная (спать он не хотел), ходи да ходи себе потихоньку, никто не мешает. Спустившись по лестнице в подвал, он услышал какой-то странный звук, доносившейся из покойницкой.

— Что за хрень? — удивился он, тихо подходя к двери. — Неужели накаркал на свою голову, и мертвяки впрямь устроили танцы? — вставляя ключ, Артём заметил, что дверь закрыта не на ключ.

— Не понял? — произнёс он. — Что за ерунда, неужели, кто-то из санитаров забыл закрыть? — Прислушавшись, он вновь услышал какой-то звук, донёсшийся изнутри холодильника.

Тихонько приоткрыв дверь, он просунул голову и заглянул. Внутри помещения (тускло горели люминесцентные лампы, их никогда не выключали) он никого не увидел.

«Почудилось, что ли?», подумал он и, открыв сильнее дверь, вошёл, «всё равно надо было проверить».

В помещении, где на столах лежали покойники, стоял полумрак, и Артём решил пройтись между рядов. Первый он прошёл быстро. А где-то на середине второго ряда он услышал странный приглушённый звук, словно кто-то лёжа шевелился. Резко обернувшись, он обомлел! Перед ним стоял голый покойник и пустыми глазницами смотрел на него.

Артём Ткаченко был не робкого десятка, но здесь он не на шутку испугался.

— Ты кто? — только и успел промолвить он, как мертвец кинулся на сторожа. Артём ахнул и замертво свалился тут же на холодный плиточный пол, так и не поняв, человек это был или воскресший покойник. Ему уже было всё равно, теперь он был «среди своих» пациентов.

Утром пришли работники морга и обнаружили, что дверь настежь открыта, а сторож мёртв. Позвонив в отделение полиции, они стали ждать, ничего не трогая. А когда те приехали и стали всё проверять, то обнаружили, что троих покойников не хватает.

* * *

Олег завёз Степана и Джеки в отделение полиции, куда поступил звонок, а сам с Вадимом поехал в морг.

— Вадим, как такое может быть, что из морга пропали трупы? — спросил Олег у молчавшего всю дорогу капитана.

— Не знаю, Олег, — буркнул он и вновь замолчал, до тех пор, пока они не доехали до места происшествия.

— Где труп сторожа? — поинтересовался он у работников морга.

— У нас, — пожимая плечами, ответил санитар и как на дурака посмотрел на Вадима.

— Я понимаю, — вновь заговорил капитан, — но мне надо на него посмотреть.

— Понял, — махнул головой санитар и повёл оперативников в комнату, где лежал труп сторожа.

— Где его нашли? — осмотрев труп, поинтересовался капитан.

— Здесь, в комнате, где сидят сторожа. Он лежал на полу, головой к дверям. Мы его только перенесли и положили на диван.

— Зачем трогали труп? — спросил Вадим.

— Полицейские, что были до вас, разрешили.

— А где остальные трупы?

— Какие трупы? — Уставились на капитана санитары.

— Откуда исчезли трупы? — посмотрел на них Вадим.

— Ах, трупы. Извините, не сразу поняли, — ответил первый санитар. — Они исчезли из третьего зала, он находится в подвале. Это самый большой зал в морге. Два маленьких находятся на первом этаже, это рядом (показал он рукой в правую сторону от комнаты, где они находились), они закрыты.

— Веди в подвал, — посмотрел Вадим на санитара, — и меньше разговора. А то голова и так трещит, а тут ещё ты со своими байками. — Санитар замолчал и повёл оперативников вниз.

— Замок не сломан, значит, открыли своим ключом, — осматривая дверь, сказал Олег.

— Но кто-то же открыл эту дверь? — поинтересовался Вадим.

— Сторож и открыл её. Потом вынесли трупы и убрали свидетеля, — подытожил Олег.

— Больше версий никаких нет?

— Нет, — пожал тот плечами.

— А теперь скажите мне, мужики, — повернулся капитан к санитарам. — Вам известны их фамилии?

— Чьи? — уставились те на оперативника.

— Не ваши же, а тех, которые пропали. Так сказать, ушли погулять и не вернулись обратно.

— Нет, фамилий мы их не знаем. Они были найдены без документов два дня тому назад в подвале на улице Пионерской.

— Это где? — спросил Олег, посмотрев на них.

— Напротив банка, — ответил второй санитар, — в пятиэтажке. Там какая-то частная контора.

— Вот, теперь понял, — ответил Олег и посмотрел на Вадима. — Там фирма пластиковых окон, но названия не помню.

— Они точно были мертвы, когда их нашли? — посмотрел Вадим на санитаров, — или просто были сильно пьяны и спали.

— Нет, спиртным от них, конечно, пахло, — заговорил первый санитар, поглядывая на своего коллегу, — но пульс не прослушивался. Если они и спали, то только мертвецким сном.

— Не понял? — посмотрел на них капитан.

— Чего тут непонятного? — забурчал санитар. — Сердцебиения у них не было, я сам проверял.

— Тело сторожа заберут к нам в контору, — произнёс капитан, дав подписать протокол осмотра санитарам, — бумага будет. Всё, Олег, поехали.

Забрав Степана и Джеки из участка, они вернулись в контору.

* * *

Виктор уже два дня жил в подвале фирмы пластиковых окон «Тепло и Уют».

Поругавшись с женой из-за какой-то ерунды, он хлопнул дверью и ушёл.

— Ещё пожалеешь, дура! — уже выходя, крикнул он жене. — Будешь лить слёзы, и звать обратно, а я ещё посмотрю, вернуться или нет.

— Катись, катись, пьянь безработная, — выскочила она за ним следом на лестничную площадку. — Надоел уже сидеть на моей шее. Кормлю, одеваю, а от тебя никакой благодарности. Сдохнешь под забором, даже хоронить не буду.

— Ну, и чёрт с тобой, крыса, — спускаясь по лестнице, бросил он ей, не поворачиваясь. — Как-нибудь проживу, друзья не дадут помереть с голода и не оставят замерзать на улице.

— Во-во, только одни друзья на уме, а больше тебе никто не нужен, — крикнула она на прощание мужу и закрыла дверь. — Пускай катится на все четыре стороны, переживать и лить слёзы не буду. Проживём с дочерью и без него, — продолжала она бурчать уже за закрытой дверью. Кому ты нужен, козёл общипанный? Пускай спасибо скажет, что столько лет с ним мучилась. Никакой благодарности, свинья.

— Мама, ты что ругаешься? — выглянула из своей комнаты дочь, снимая наушники. — А где отец?

— Ушёл твой отец, скатертью дорожка. Надоел со своей пьянкой, больше не пущу даже на порог, — направляясь в кухню, ответила мать.

— Опять родители поругались, — буркнула девчонка, надевая вновь наушники и возвращаясь в свою комнату. — Каждый день ругаются, надоели уже, честное слово.

На улице было не холодно. Шёл небольшой пушистый снежок, который таял, попадая на лицо и руки. Постояв несколько минут у подъезда, подставляя разгорячённое после ругани с женой лицо прохладному январскому ветру, Виктор отправился в сторону винного магазина.

— Куплю водки, на бутылку хватит, — перебирая в руке мелочь и шагая по улице, разговаривал он сам с собой, — и зайду к приятелю, думаю, не выгонит. — Но до магазина он так и не добрался. Навстречу ему попался Петрович с каким-то странным мужиком в тёмных солнцезащитных очках и вязаной шапочке, натянутой до самых очков. Нижняя часть лица была закрыта шарфом, словно на улице стоял тридцатиградусный мороз.

— На улице уже стемнело, — посмотрел он на приятеля Петровича, — а он нацепил тёмные очки. Больной, что ли. Да и не холодно на улице, а он закутался, словно на северный полюс собрался.

— Витёк, это ты? — прищурив подслеповатые глаза (днём он ещё видел неплохо, а как стемнеет, с трудом различал лица), закричал Петрович, — куда намылил лыжи?

— В магазин, — бросил тот, переводя взгляд с Петровича на его странного приятеля и обратно. — Вот, поругался с бабой, думаю, возьму бутылочку и завалюсь к Семёну. Может, пустит на несколько дней пожить.

— Пошли с нами, друг угощает, — показал Петрович на приятеля.

— Пошли, — обрадовался Виктор («и деньги сэкономлю, и выпью на халяву»), — а куда идти?

— Ко мне в подвал.

— Не понял? — удивлённо посмотрел на него Виктор.

— У меня там комнатка, — ощерил свой беззубый рот Петрович. — Не боись, там тепло и светло.

— Ага, и мухи не кусают, — добавил мужик в тёмных очках и, отвернувшись, посмотрел куда-то в сторону.

— Можешь пока пожить у меня, — ещё больше прищурился Петрович, вглядываясь в лицо Виктора. — Вдвоём нам будет веселей.

Виктор подумал с минуту и согласился. А чего ему терять, жить-то всё равно где-то надо.

— Ну, вот и хорошо, — брякнул Петрович. — Пошли быстрей (передёрнул он плечами), а то холодает.

Через несколько минут они подошли к дому, где располагалась фирма пластиковых окон «Тепло и Уют» и, обойдя его, зашли в подвал, где в небольшой комнатке жил Петрович. Никто их не беспокоил, и они никуда не лезли. Открыли замок и тихонько вошли. Пройдя закоулками несколько подсобных помещений, они зашли в комнатку, где стоял диван, стол и несколько старых кресел (видно, выбросили из офиса, а Петрович подобрал и приволок сюда).

— Располагайтесь, кто где, — скидывая своё старенькое пальто (видно, тоже где-то подобрал), уселся возле стола, доставая из пакета закуску и три бутылки водки. Странный приятель Петровича и там не стал снимать свои очки, а только немного опустил шарф. Виктор скинул свою куртку, бросив её на диван, и тоже подсел к столу.

Распив одну бутылку водки (мужик в очках выпил всего одну стопку), приятель попрощался и быстро ушёл. А два друга остались допивать остальное.

— Можно я завтра к тебе приду? — уходя, спросил у Петровича мужик.

— Приходи, мне не жалко, — провожая его до выхода, сказал хозяин комнатки в подвале. — Только купи водки. Тот махнул на прощание головой и сказал:

— Обязательно куплю и закуски ещё принесу, деньги есть (похлопал он себе по карманам).

Проводив приятеля, Петрович вернулся в комнатку, где дожидался Виктор.

— Наливай, — с порога крикнул хозяин. Виктор открыл новую бутылку и разлил. Но выпив по стакану, они отключились. Виктор уткнулся мордой в стол, а Петрович свалился на пол.

Через час тихонько в комнату вернулся их приятель. Сняв очки, он пустыми глазницами «посмотрел» на валявшихся в беспамятстве (в водку было добавлено сильнодействующее снотворное) мужиков. За последнюю неделю безглазый вампир никого не высушил и поэтому был очень слаб. Ему, чтобы восстановить силы, нужна была свежая кровь. А где её взять, все праздники народ сидел по домам, вот он и решил, пока убью этого бездомного. Но он не предполагал, что Петрович встретит друга и возьмёт его с собой. Убить сразу двоих он не мог, вот и пришлось ему ждать, когда они выпьют отравленную водку и уснут. Увидев, что они отрубились, безглазый приступил к своей трапезе. Но он не рассчитал свои силы, снотворное, впитавшееся в кровь мужиков, усыпило и его. Проснулся он уже в морге.

Прихватив своих «приятелей», которые заразились от его укуса, он убил сторожа и ночью покинул морг. За час они, прячась от встречных (ведь и по ночам в городе не прекращалась жизнь), вернулись обратно в подвал. За то время, что они отсутствовали, их никто не хватился. Петрович жил один, семьи у него не было. Охрана из фирмы сюда заглядывали не часто. А жена Виктора думала, что он живёт у приятеля, да и сердилась на него.

«Пускай, поживёт один», думала она, «Намается и вернётся. Приползёт и ещё попросит прощение, аспид, пьянь подзаборная». Она и не догадывалась и даже не могла представить себе, что того Виктора, которого она знала и по-своему любила, уже нет.

На следующий день безглазый вампир привёл снятую на улице шлюху и убил её при перерождённых. Виктор и Петрович набросились на мёртвое тело девушки и стали пить кровь, но через пять минут их стало рвать, выворачивая наизнанку. Желудок отверг инородную пищу, ведь прошло не так много времени, и они ещё не были к этому готовы. Забившись в угол, они смотрели, как их безглазый приятель высушивает жертву.

Насытившись, он поднялся, оторвавшись от мёртвого тела и рявкнул на забившихся от страха «мужиков»:

— Сидите здесь и никуда без меня не выходите. Через три дня я вернусь. Пока питайтесь человеческой едой, кровь пить вам пока ещё рано. Пройдёт несколько дней, ваш организм перестроится, если не убьёт, только тогда будете убивать и пить кровь. А сейчас я пошёл. — Вампир исчез в темноте ночи, а «мужики» так и остались сидеть в углу, прижавшись, друг к другу и трясясь от страха.

* * *

Провозившись с бумагами до самого вечера, Вадим и его бойцы разъехались по домам.

— Утром надо съездить и проверить подвал, где нашли трупы, — выходя из джипа возле дома, сказал капитан. — А сейчас все по домам и спать.

— Тебя утром забрать? — посмотрел на капитана Олег.

— Да, подъезжай к восьми утра, — бросил водителю Вадим и, захлопнув дверцу, поднялся на крыльцо и скрылся в подъезде.

Тронувшись, машина медленно покатила дальше по заснеженной улице, пробивая, как ледокол во льдах, себе дорогу. Снег прекратился, но был ещё не везде убран. Навалило столько, что дорожники не успевали его вывозить.

Ровно к восьми часам утра к дому подкатил чёрный джип с тонированными стёклами. И не успел он остановиться, как из подъезда выскочил Вадим Шведов и запрыгнул в него.

— Гони! — только и успел крикнуть он, как машина сорвалась с места и понеслась по заснеженной улице, так и не убранной за ночь.

Степан и Джеки уже ждали их в конторе. Степан, как всегда, рылся в компьютере, а китаец шатался по кабинету без дела, надоедая товарищу своими вопросами. Но тот, не обращая на него внимания, временами махая в ответ головой, проверял сводки о пропавших за последнее время в городе.

— Степан, хочешь свежий анекдот? — доставал его Джеки.

— Отстань, сейчас не до анекдотов, видишь, я занят делом. Лучше сделай мне кофе, — поднял голову от экрана компьютера Степан.

В это время отворилась дверь, и в кабинет ввалились Вадим с Олегом.

— Вы давно здесь? — поинтересовался капитан, видя, что Степан сидит перед включенным компьютером.

— Минут сорок, — за Степана ответил Джеки. — Это вы опаздываете, а мы трудимся в поте лица.

— Начальство не опаздывает, а задерживается, — брякнул Олег, косясь на Вадима.

— Всё, хорош, зубоскалить, — одёрнул бойцов капитан. — Джеки, сделай всем кофе, а ты давай докладывай (посмотрел он на Степана), что нарыл.

Китаец помчался ставить чайник, а Степан оторвался от экрана и заговорил:

— В сводках, за последнюю неделю, пропавших в городе не было. А если и были, то в полицию никто о них не заявлял.

— Может, залётные? — Поинтересовался Олег.

— Может, и залётные, а может, живут одни, и сообщить о них некому.

— По описанию оперативников на бомжей они не походили. И одеты были прилично, — сказал Степан.

— Только у одного из них были тёмные очки, — добавил китаец.

— Слепой, что ли? — спросил Вадим.

— А чёрт его знает, — пожал плечами Джеки.

— Но в морге про очки нам никто не говорил, — перебивая капитана, заговорил Олег.

— Наверно, опера забрали или валяются где-то в подвале, — заговорил вновь Степан.

— Ладно, давайте, попьём кофе, а потом поедем и проверим подвал, где их нашли. А кто нашёл тела, — спросил Вадим, — узнали?

Степан выключил компьютер и, повернувшись, ответил:

— Охранник, делая обход, заметил приоткрытую дверь, зашёл проверить, а там эти трое. Вызвал полицию, а когда те их увезли, закрыл двери подвала на замок.

— А больше там ничего не было? — посмотрел на него капитан.

— Какая-то закуска и пустая бутылка из-под водки и всё.

— Перепили мужики и отрубились, — заговорил Олег, — а их, не проверив, отвезли в морг. Те ночью очнулись, напугав сторожа до смерти и ушли, вот и всё. А нам теперь бегать, как савраскам. Ищи ветра в поле.

— Проверить всё равно надо, — допивая кофе, сказал Вадим. — Всё, мужики, по коням. Опера ноги кормят.

К девяти часам чёрный джип подкатил к пятиэтажному зданию с вывеской над дверьми «Тепло и Уют». Поговорив с начальником охраны и тем охранником, который обнаружил трупы, они пошли проверять подвальное помещение.

— В подвал только один вход, — поинтересовался у охранника Вадим, — или есть ещё?

— Один с улицы, другой из помещения, — ответил тот. — В него можно спуститься на грузовом лифте, но он в настоящее время не работает.

— Значит, только с улицы? — уточнил капитан Шведов.

— Да, больше туда входа нет.

Обойдя здание фирмы, оперативники увидели небольшую железную дверь, ведущую в подвал. На ней висел замок. Подойдя ближе, они увидели, что замок не был закрыт, а просто был наброшен на дужку. Если внимательно не приглядываться, то и не поймёшь. Висит замок и висит, а закрыт он или нет, непонятно.

— Кто открывал дверь? — капитан посмотрел на начальника охраны. Тот пожал плечами, мол, не в курсе и посмотрел на охранника.

— Никто не открывал, — заговорил он, поглядывая то на оперативников, то на своего начальника. — Я закрыл замок и убрал ключ в свой шкафчик. А достал его, сами видели, при вас.

— Следов нет, — произнёс Степан, — а вчера весь день шёл снег. Значит, он был открыт ещё раньше.

— Но без меня ключ никто не мог взять, я был на выходном, — посмотрел на капитана охранник. — Я только час назад заступил на смену и обход ещё не делал. — Начальник охраны косо посмотрел на своего сотрудника, но говорить при оперативниках ничего не стал.

— С вами всё понятно, — Вадим посмотрел на охранника, а потом на начальника, но промолчал.

Открыв железную дверь (она подалась легко, словно петли были хорошо смазаны), бойцы прошли в подвал. Где-то посередине подвального помещения горела небольшая тусклая лампочка, но заваленный всяким мусором проход разглядеть можно.

— Показывай, где ты их нашёл? — повернулся капитан к парню.

— Вон, там комната, где я их нашёл, — показал он вперёд рукой.

— Веди, — бросил капитан и последовал за ним. Тот, лавируя между стеллажей, столов и разнообразного мусора, повёл оперативников к нужному месту. Подойдя ближе, они заметили, что дверь в комнату была немного приоткрыта.

— А эта дверь закрывается? — посмотрел Вадим на охранника.

— Нет.

Достав оружие (мало ли, что там), бойцы влетели в комнату. Там стоял стол, диван (неизвестно, как его сюда затащили) и пара стульев. Заскочив в комнату, бойцы стали оглядываться по сторонам, осматривая всё кругом.

— Вадим! — крикнул Джеки, показывая на двух спрятавшихся мужиков. Те, прижавшись, друг к другу, тряслись от страха.

— А ну, встали, — подлетел к ним Джеки и вздёрнул одного за шиворот. Тот стал брыкаться, махая руками и ногами, стараясь дотянутся до руки державшего и укусить. Китаец приложил его кулаком (не очень сильно), и тот затих, тихонько поскуливая. Второй поднялся сам и стоял смирно.

Усадив мужиков за стол, Вадим стал задавать им вопросы.

— Как вас звать? — но те, словно не понимая русского языка, помалкивали.

Повернувшись, Вадим показал своим бойцам, чтобы те обыскали всё кругом. Сорвавшись с места, те принялись за работу.

— Я ещё раз повторяю, как вас звать? И где третий, тот, что был в тёмных очках? — Но те как-то странно смотрели на капитана и что-то нечленораздельно мычали.

Так ничего от них не добившись, бойцы загрузили брыкавшихся и упирающихся мужиков в джип и повезли в контору. Обыск в комнате ничего не дал. Тёмных очков они не нашли. Наверно, забрали оперативники, которых сюда вызывали или в них ушёл третий.

Когда на улице стемнело, к двери в подвал подошёл мужчина в тёмных очках. «Увидев» (он видел другим зрением, отличающимся от человеческого) множество следов на снегу возле двери, он понял, что внутри никого нет. Тех двоих, которых он укусил, здесь больше не было (он это чувствовал по запаху), их забрали те, которые здесь наследили. Открывать дверь вампир не стал, а резко развернулся и скрылся в темноте ночи. Здесь больше делать нечего. У вампира была и другая лёжка, вот туда он и направился, чтобы подумать, что ему делать дальше. Этим двоим, которых он укусил, нужна была ещё неделя, чтобы организм перестроился и перешёл в другую стадию развития. А по-простому, стать полноценными вампирами. Но им это уже не дадут сделать, раз они попались.

«Скорее всего, их уже нет в живых», пробираясь в тени между домами и прячась от встречных, попадавшихся на его пути, думал безглазый, скрывая своё уродство под тёмными очками.

Привезя мужиков в контору и не добившись от них ни одного слова (те только мычали и, оскалившись, шипели), их отправили на обследование.

Через час прибежали с выпученными глазами патологоанатом и профессор, проводившие обследование. Открыв дверь в кабинет, где находились бойцы, они с порога заорали в один голос:

— Вы кого нам привезли?

— Как кого? — посмотрел на них Вадим, — подозреваемых, которых обнаружили и задержали в подвале фирмы «Тепло и Уют».

— Я понимаю, — произнёс профессор, — но ведь они мертвы.

— Не понял, как мертвы? — вскочил на ноги капитан, а за ним и все остальные и уставились на вошедших.

— Они мертвы. У них нет пульса, и не работает сердце, — произнёс профессор.

— Но они двигаются, как живые, — добавил к сказанному патологоанатом. — Я первый раз в своей жизни вижу такое.

— Да, объясните всё по нормальному, а не перебивайте друг друга и не орите, — закричал на них Вадим, чтобы те замолчали. — Говорите по одному и всё по порядку, как положено.

Кое-как объяснив бойцам, что к чему, те покинули кабинет, оставив бойцов переваривать услышанное.

Безглазый вампир, добравшись до своего убежища, закрылся там до следующей ночи (ведь днём он выходить не мог, солнечный свет его убивал), чтобы найти себе новую жертву и пропитание. А утолив жажду крови, превратить её в себе подобного. Ведь ему нужен помощник. Этих двоих он потерял, значит, нужны новые, и чем быстрее, тем лучше.

Где искать третьего (а он был у них главный), бойцы не знали.

— Что будем делать? — поинтересовались бойцы у Вадима.

— Будем ждать и надеяться, что он где-нибудь, да появится, — ответил капитан. — А теперь все по домам. Олег, добрось меня. — Все разом поднялись и вышли из кабинета.

Через десять минут чёрный джип отъехал от неприметного здания из красного кирпича и, влившись в поток машин, черепашьим шагом тащившихся по заснеженной улице, покатил в сторону дома капитана Вадима Шведова.

Вернувшись к себе, патологоанатом и профессор вновь принялись проверять и исследовать привезённых «мужиков», которых и живыми нельзя было назвать. Что с ними случилось, они никак не могли понять, а объяснений этому случаю не было никакого.

Провозившись с ними всю ночь и испробовав на них все препараты, они закрыли их (приковав наручниками к трубе) в морге и отправились отдыхать.

Вернувшись через три часа, а если точнее, в восемь часов утра, они обнаружили вместо пристёгнутых «мужиков» два разложившихся трупа. Сообщив о случившемся начальству (полковнику Сергею Сергеевичу Сергееву) и дождавшись, когда он придёт и проверит, убрали трупы (что от них осталось) в морозильник, чтобы потом продолжить исследование.

Подняли на ноги всю полицию (объяснять им, кого они должны искать, не стали), в течение целого месяца те обыскивали весь город. Заглядывая во все подвалы и злачные места (где можно было спрятаться), они искали, как им сказали, слепого мужика, носящего тёмные очки.

Полицейские, которые забирали из подвала трупы и увозили их в морг, видели, что у третьего не было глаз. Он скрывал своё уродство под тёмными очками.

Прошло три месяца, а безглазого так и не нашли. То ли он покинул город в неизвестном направлении, то ли залёг где-то здесь на дно, на неопределённое время. Этого никто не знал, а выдвигать глупые версии никто не решался.

— Будем ждать, когда он появится вновь, — сказал Вадим Шведов своим бойцам, закрывая папку с делом, которое проходило у них под названием «Дело об убийстве в морге».

Домик у озера

Наконец-то Сергей выдернул Вадима из города, чтобы все выходные провести на озере.

— Отдохнём, порыбачим, — твердил он всю дорогу, пока приятели ехали в деревню, где жили его родственники. — Побываешь на озере, потом сам проситься будешь.

— Ага, комаров кормить и навоз лопатами разгребать, спасибо, — бурчал всю дорогу Вадим.

— Да нормально там, не бойся.

— Лучше бы я дома остался, лежать на диване и пялиться в телевизор. От него хоть навозом не воняет, — какой уже раз ударяясь головой на очередной колдобине, застонал Вадим. — Скоро мы уже приедем, а то все мозги растряс?

— А они есть там у тебя? — подколол капитана полковник и заулыбался своей же шутке.

— Сам дурак, — обиженно отвернулся и уставился в боковое стекло тот.

— Не скули, скоро уже приедем, — тормозя перед очередной ямой, сказал Сергеев. — Километров пять осталось и мы будем на месте.

«Да, быстрей бы», — подумал Вадим, — «а то по этой просёлочной дороге все мозги растряс, из ушей скоро полезут. И шишек на голове наставил.

Через пять минут (приблизительно, на часы никто не смотрел), чёрный джип (свою машину полковник не стал брать, поехали на служебной) вынырнул из леса. В пятистах метрах впереди показалась деревня, куда они направлялись.

— Слава богу, доехали, — выпалил Вадим, — а то я уже хотел идти пешком. — Сергей, улыбаясь, поглядел на друга, но промолчал.

Проехав почти всю деревню, Сергей свернул в переулок и через пять домов подъехал к большому (с зелёной крышей и такого же цвета железными воротами) дому и затормозил.

— Всё, приехали, прошу вас, сэр, на выход.

— Сам такой, — улыбнулся Вадим.

Из-под ворот залаял огромный пёс, непонятно какой породы, а признав прибывшего гостя, завилял хвостом.

— Не бойся, — открывая ворота, чтобы загнать машину, сказал Сергей, — со мной он тебя не укусит.

— Спасибо, что успокоил.

— Вадим, хватит ворчать и дуться, уже приехали. Все дорожные мучения кончились, начинается отдых.

— Хорошо бы.

На пороге прибывших гостей уже встречали тёща с тестем Сергея, а Лорд (так звали кобеля), обнюхивая Вадима, косился на него.

— Свои, — бросил ему Сергей, и тот отошёл в сторонку, но всё равно продолжал коситься и ворчать.

Пока они умывались с дороги, тёща накрывала на стол. Достав откуда-то из шкафа бутылку коньяка, она водрузила её на стол. Тесть уже копошился с баней, готовя её для дорогих гостей. Через пять минут из трубы повалил чёрный дым, стелясь по ограде, как утренний туман.

— Мужики, — выглянув в окно, позвала тёща, — проходите к столу. Отец, поторопись там.

Зайдя в дом, все уселись за накрытый стол.

— Фёдор Иванович (Сергей всегда называл тестя по имени-отчеству), нам бы на озеро съездить, порыбачить.

— После баньки я вас отвезу в лесной домик на озере, — произнёс тесть, жуя бутерброд с колбасой. — Не забыл ещё, где он?

— Нет, Фёдор Иванович, не забыл.

— Федя, — засуетилась тёща, — наливай гостям, а то они подумают, что мы им не рады.

Фёдор Иванович схватил бутылку и стал разливать. Вадим с Сергеем промолчали, поглядывая на тёщу.

Немного перекусив с дороги, они немного отдохнули, пока топиться баня, а потом, помывшись, собрались на озеро в лесной домик.

* * *

Подъехав к домику, они сразу поняли, что здесь что-то не так. Дверь была настежь открыта, а рядом с крыльцом валялась какая-то перепачканная тряпка. Подойдя ближе, они рассмотрели, что это такое. Это было женское платье, разорванное и перепачканное в крови.

— Что здесь произошло? — посмотрел Сергеев на Фёдора Ивановича. Но тот молча стоял, пожимая плечами, мол, ничего не знаю.

— Вадим, — властным голосом начальника заговорил полковник, — проверь окна с задней стороны (показал он головой, в какую сторону нужно идти), а я зайду внутрь и там посмотрю.

— Осторожно, Сергей, — тихо (словно чего-то опасаясь) произнёс тесть, взяв зятя за локоть, — мало ли, что там.

— Не учи, — так же тихо ответил полковник и не спеша поднялся на крыльцо.

Вадим пошёл проверять окна, а Фёдор Иванович остался стоять у машины.

Медленно обойдя дом, проверяя, не разбиты ли окна, Вадим, обойдя домик кругом, вернулся к крыльцу. На нём уже стояли Сергей и Фёдор Иванович, о чём-то беседуя. Увидев подошедшего, полковник заговорил:

— Внутри убитая девушка, всё перевёрнуто и перепачкано кровью, словно здесь была бойня. Но кроме убитой, больше никого нет. А что кругом?

— Никаких следов, — ответил Вадим. — Видно, уходили через дверь.

— Какие здесь могут быть следы, — подал голос тесть. — Всю неделю шёл дождь, только сегодня ночью прекратился. Сами, наверно, видели, какая дорога — всё размыло.

Сергей с Вадимом посмотрели на него, мол, всё понятно.

— Фёдор Иванович, в деревне есть участковый? — спросил у тестя Сергей.

— Нет, — ответил тот. — Ты что, запамятовал? Участковый находится в центральном посёлке и приезжает только по вызову, да и то редко.

— Понятно, — произнёс Сергеев, — значит, будем разбираться сами.

— А, может, всё-таки его вызвать? — посмотрел на зятя тесть. — Как-никак, он начальство.

— Конечно, Фёдор Иванович, ты езжай в деревню и позвони ему, а мы пока с капитаном (Сергей посмотрел на Вадима), побудем здесь. Как участковый приедет, вези его сюда. Да смотри там, в деревне, помалкивай, не баламуть народ. Можешь спугнуть убийцу.

— Сергей, — уставился на зятя тесть, — а что, убийца кто-то деревенский?

— Не знаю, но мало ли что, помалкивай и всё. Твоё дело позвонить участковому и как можно спокойней всё ему доложить. Ну, всё, Фёдор Иванович, езжай с богом.

Тесть сел в свою старенькую «Ниву», на которой привёз сюда зятя и его приятеля и тихонько тронувшись, поехал обратно в деревню. А полковник Сергеев и капитан Шведов зашли в домик, где произошло убийство.

Обнажённая девушка, а если сказать точнее, её тело, лежало на диване. Подойдя, Сергей и Вадим стали осматривать убитую, так, чтобы поменьше оставить своих отпечатков. На её теле они насчитали десять ножевых ран и множество порезов на руках и ногах.

— Это что за звери такие? — заговорил полковник. — Так изуродовать тело, что смотреть страшно?

— Какой-то сумасшедший извращенец или серийный маньяк, — произнёс Вадим, продолжая осматривать тело девушки. — Сергей, — обернулся капитан к стоявшему за его спиной полковнику, — посмотри, у неё на животе вырезан какой-то странный знак или буква, никак не могу понять.

— Где? — наклонился над телом полковник.

— Вот, смотри, — показал Вадим рукой.

— Точно, что-то там есть, только не могу понять, много крови.

— Дай платок или какую-нибудь тряпку, чтобы стереть кровь, — попросил у Сергея Вадим.

— Ты чего, зачем тебе это? — уставился на него полковник.

— Да я только посмотрю.

— А отпечатки?

— Мы и так здесь уже натоптали, — ища глазами какую-нибудь тряпку, сказал Вадим. — Одними меньше или больше не будет.

— Ну, как знаешь, я тебя предупредил.

Увидев висевшее возле умывальника полотенце, Сергей подошёл и, сняв его, намочил край водой.

— На, — подал он его Вадиму.

Стерев немного кровь, так, чтобы лучше рассмотреть, Вадим понял, что это такое. На теле девушки были вырезаны три шестёрки, соединенные между собой.

— Ну, что там? — спросил полковник, заглядывая ему через плечо.

— Три шестёрки, — не поворачиваясь, произнёс капитан.

— Что? — не понял полковник.

— На теле девушки вырезан знак сатаны.

— Ни хрена себе, — удивился Сергей. — Это что здесь произошло?

— Скорее всего, девушку убили сатанисты или кто-то хочет, чтобы мы так подумали.

— Я что-то о таких здесь не слышал, — заговорил полковник, внимательно рассматривая вырезанный знак на теле девушки.

— Смотри, на шее у девушки, — Вадим показал пальцем, — отпечатались следы пальцев. Видно, её сперва пытались задушить.

— Или держали, чтоб не дёргалась, когда над ней издевались, — добавил Сергей.

Переворачивать тело не стали, и так много следов оставили. Придется полдня отписываться и объяснять, как они здесь оказались.

— А где её одежда? — отойдя от дивана, Вадим стал шарить кругом глазами.

— Ничего нет, я уже всё кругом посмотрел. Только порванное и испачканное в крови платье, которое мы нашли на улице.

— А остальное? — удивился Вадим. — Не может быть, чтобы она пришла или её привезли сюда в одном платье. Где трусики и её обувь?

— Трусики могли забрать с собой, — посмотрел на Вадима Сергей. — А обувь не знаю. Следов от машины нет, значит, она сюда пришла своим ходом.

— Не босиком же?

— Ну, не знаю, может, унесли или куда-то забросили. Надо ладом всё проверить.

Но обыскав избушку, они больше ничего не нашли.

— Интересно? — выходя на крыльцо вслед за Сергеем, сказал Вадим.

— Чего тут интересного? Сперва девчонку изнасиловали, а потом убили, забрав трусики, как сувенир, — сказал полковник.

— А где её лифчик?

— Сейчас молодёжь предпочитает их не носить. Мода у них такая. Идут по улице, все прелести напоказ. Сиськи из блузки вываливаются, а юбка такая, что трусики видно. Срамота и только.

— Ну, не скажи, — произнёс Вадим и улыбнулся.

— Молодёжь, — посмотрев на него, буркнул полковник и спустился с крыльца. Вадим промолчал.

Присев на лавку, что стояла под окном, они стали дожидаться участкового, за которым поехал Фёдор Иванович.

Прошло больше двух часов, а никто так и не приехал.

— Пропала наша рыбалка, — заговорил полковник, вглядываясь, ни едет ли кто по дороге.

— А я тебе говорил, — произнёс Вадим, — нечего здесь делать. Только одни неприятности да головная боль. Теперь, вот, сиди тут, как дурак, жди с моря погоды. А ещё полная задница будет после писанины.

— Не ной, разберёмся.

Только ближе к вечеру приехали Фёдор Иванович с участковым и спецмашина с сотрудниками полиции, чтобы увезти тело девушки в районный участок.

Протокол осмотра, они сняли все отпечатки в домике и увезли тело девушку в район. Подписав все бумаги, полковник Сергеев, Фёдор Иванович и Вадим остались, чтобы немного прибраться и утром всё-таки порыбачить. Не зря же они сюда приехали.

— Сергей, что такое твориться с людьми? — поинтересовался тесть. — Словно наступает конец света.

— Не знаю, Фёдор Иванович, я ничего не знаю, — ответил полковник. — У нас в городе такая же ерунда происходит. Убийства, грабежи, изнасилования происходят почти каждый день. То ли вторая луна, чёрт знает, откуда появившаяся, так влияет на людей, то ли наступает конец света, как ты сказал. Фёдор Иванович, как там в деревне?

— Тишина. Как ты сказал, я никому ничего не сказал, — ответил тесть. — Позвонил участковому с конторы и встретил его по дороге. И не заезжая в деревню, поехали сюда.

— В конторе никто не проболтается? — посмотрел Сергеев на тестя.

— Нет. Там один дед Игнат был, а он глухой, как пень. Домой я не заезжал, а то бабка всё бы у меня выпытала. Сам знаешь, какая она нудная.

Вадим, поглядывая на разговаривающих родственников, помалкивал. Немного прибравшись, они перекусили и пошли отдыхать, ведь утром рано вставать.

* * *

Подружка по общежитию уговорила Снежану поехать на лесное озеро.

— Снежана, там так классно, поехали, не пожалеешь, — уговаривала её подружка, — отдохнём, поплаваем. Вода в это время теплая. Да и с города вылезем на природу. Давно ты была в лесу или озере?

— Два года уже никуда не ездила, — ответила Снежана.

— Вот, видишь, сидишь здесь, паришься, а там такая красота.

— А кто ещё едет? — поинтересовалась девушка, — или мы вдвоём?

— Нет, не вдвоём. С нами будет шесть человек. Не думай, я их хорошо знаю, — словно оправдываясь, сказала подружка. Трое парней и нас, девчонок, трое.

— А на чём поедем? — поинтересовалась у подружки Снежана.

— На автобусе. До деревни ходит автобус, а там пару километров, и мы на озере. Ладно, отдыхай, — сказала подружка, — а завтра в десять утра я за тобой заеду.

В пятницу, к двум часам дня ребята уже были на месте.

— И правда, здесь красиво, — стоя на берегу круглого озера, произнесла Снежана. — А чей это домик?

— Ничей, — ответил один из парней, приятель подружки. — Кто хочет, тот и останавливается здесь. Его построил лет тридцать, а может и больше, здешний лесник.

— А где он? — посмотрела на парня Снежана.

— Давно уже умер, — не поворачивая головы, сказал тот. — Пошли в дом, надо перекусить и обживаться.

Все потянулись за ним, тихо переговариваясь между собой, удивляясь красотой места.

Девушки стали накрывать на стол (с принесёнными с собой продуктами), а ребята стояли в сторонке и о чём-то тихо беседовали, временами поглядывая на девушек.

— Всё, хватит там шушукаться, — позвала Ольга, что была с парнями, — садитесь за стол.

Ребята, словно только этого и ждали, подошли и расселись. Снежана с подружкой и парнем с одной стороны стола, а Ольга и два других с другой. Иван (так звали того парня, который объяснил Снежане, чей это домик) достал из сумки две бутылки водки и поставил на стол.

— Зачем это? — поинтересовалась Ольга, посмотрев на него. — Чтобы веселей было отдыхать.

Снежана молча сидела и поглядывала то на девчонок, то на парней. Ей было всё равно. Живя в общаге, она и не такое видела.

Ближе к вечеру, распив уже вторую бутылку, компания повела себя расковано. Ольга обнималась со своим парнем, второй парень зажал в углу Ингу, подружку Снежаны, а Иван подсел к Снежане.

Придвинувшись к ней вплотную, он положил ей одну руку на ногу, а другой обнял. Девушка стала отстраняться, убирая его руку с ноги, но тот стал сильнее зажимать её.

— Отстань! — закричала она, когда он полез ей под платье и ущипнул за ляжку.

— Закрой рот, сучка, — вскочил он и ударил её по лицу. От неожиданности Снежана упала на пол. Иван кинулся к ней и стал рвать на ней платье. Девушка стала вырываться, но к ней подскочили его приятели и прижали её к полу, держа, чтобы та не вырывалась. Снежана закричала и стала звать свою подружку, но та только улыбалась. Через секунду к Инге подошла Ольга и, сняв своё платье (под ним у неё ничего не было), помогла раздеться той.

Улёгшись на пол, они стали целоваться и ласкать друг друга.

Иван, словно озверев, стал бить Снежану и рвать на девушке платье. Один из парней держал ей руки, другой шею, чтобы она не дёргалась. Захрипев, Снежана затихла и потеряла сознание. Что дальше над ней делали обезумевшие ребята, она не знала и вряд ли уже когда-нибудь узнает.

Изнасиловав её по очереди, сперва Иван, а потом и остальные, они стали пинать девушку ногами, чтобы та очнулась, но девушка так и не приходила в себя.

Словно помутившись в рассудке, Иван схватил со стола нож и, стал наносить девушке удары. На секунду Снежана очнулась, чтоб потом умереть.

Увидев, что натворил, Иван упал на пол и, закатившись в истерике, стал кататься по нему.

Девчонки, занимаясь своим делом, лаская и ублажая, друг друга, не замечали происходящего вокруг себя. Потом к ним подошли их приятели и занялись с ними сексом. Меняясь партнерами, они так потеряли головы, что не замечали, что крушили всё кругом. Их оргия продолжалась до тех пор, пока они не обессилили.

Отсмеявшись, Иван поднялся с пола и стал заново насиловать уже мертвое тело девушки. Ревя над ним, как обезумевший зверь. А потом вскочил и вновь схватил тут же валяющийся нож.

Вырезав на животе у Снежаны три шестерки, он выбросил окровавленный нож куда-то в угол. Зачем он это сделал, Иван и сам не мог понять. А когда до него стало доходить, он и вовсе обезумел. Заорав дурным голосом (перепугав своих приятелей, которые тут же валялись), он стал крушить всё кругом.

Вскочив на ноги, ничего не понимая, на него уставились обезумевшими пьяными глазами голые приятели и девчонки. А поняв, что здесь произошло, стали одеваться. Подружка Снежаны, увидев, что та мертва, заревела. Иван подскочил к ней и наотмашь ударил её.

— Заткнись, сука! — заорал он. — Всё, одеваемся и сваливаем отсюда.

— А как же Снежана? — шмыгая разбитым носом, спросила та.

— Я сказал, одевайтесь и быстрей уходим отсюда. Ей уже не помочь. А ты, если проболтаешься, — вновь ударил её Иван, — убью тоже.

Через тридцать минут они покинули избушку у озера. Вытерев окровавленные руки платьем девушки, Иван бросил его на улице. Про нож (который он забросил в угол) Иван совсем забыл. Все мысли были о том, как быстрее отсюда убраться, и чтобы их никто не увидел. Трусики, что он сорвал с девушки, он по инерции прихватил с собой, сунув их в карман брюк.

* * *

Немного прибравшись, Фёдор Иванович, его зять Сергей и Вадим перекусили и пошли спать. Сильно по углам они не шарили и окровавленный нож не заметили.

Поднявшись, в пять утра, они попили чай, приготовленный тестем, и пошли на озеро. Просидев там до двух часов дня (клёв был не очень, так что много они не поймали), они вернулись в домик.

— Что будем делать, мужики? — поинтересовался полковник.

— Надо ладом здесь прибраться, — сказал Фёдор Иванович, — а потом поедем домой.

Вот только тогда они нашли нож.

— Сергей, — позвал тесть, — иди сюда, я что-то нашёл.

Полковник и капитан подошли к нему и увидели окровавленный нож, на который показывал рукой тесть.

— Вот это номер, — удивился Сергеев, посмотрев на Вадима. — Участковый с оперативниками, значит, его проглядели. Что будем с ним делать?

— Возьмём его в город, а там проверим на пальчики, — аккуратно поднимая его и опуская в полиэтиленовый пакет, сказал Вадим.

Прибравшись, они прикрыли на щеколду дверь и поехали в деревню.

В шесть часов вечера они выехали из деревни и отправились обратно в город. Тёща Сергеева, собрав пару пакетов солений и варений, отправила в город гостинцев.

— Серёженька, — на прощание сказала она, — приезжай почаще к нам. А то дочка с внучкой приезжают, а ты редко бываешь.

— Работа, — буркнул полковник, садясь в джип, — некогда по гостям разъезжать. Я же начальник, а не так просто протираю там штаны.

* * *

В спешке покинув избушку у озера, трое парней и две девушки добрались до города и разбрелись по домам. Ольга со своим приятелем поехали к нему на квартиру, второй, что был с Ингой (подружкой Снежаны), поехал к себе, а Иван направился к Инге. Та сперва отказывалась, а потом согласилась на продолжение вечеринки. Но она и не могла подумать, что задумал Иван. А он решил убрать её, как свидетеля. Ведь первым делом станут расспрашивать её. Они ведь со Снежаной подружки, и её часто видели у неё в общежитии. А Инга может испугаться и всё рассказать, а этого Ивану не хотелось. Садиться в тюрьму из-за какой-то шлюхи и поломать себе жизнь у него не было в планах.

По дороге они зашли в магазин. Иван купил бутылку шампанского и коробку хороших конфет.

— Хочу розы, — заныла Инга, проходя мимо киоска с цветами. Делать нечего, Иван купил ей три тёмно-красных розы.

Поздно вечером, уже было темно, Иван захлопнул дверь квартиры, где жила Инга и тихонько спустившись по лестнице, растворился в темноте. А в квартире осталась летать в постели обнаженная девушка с ножом в груди. Про отпечатки пальцев на ноже и бутылке из-под шампанского он опять забыл. Он не забыл, а просто не подумал, что по ним его могут найти. А если точнее, он и не задумывался над этим. Просто, был пьян, и всё это вылетело у него из головы. Ведь он не был ни маньяком, ни убийцей. Простой парень, хоть и из богатой семьи.

— Папа всё решит и всё сделает, — всегда хвастался он перед друзьями. А те завидовали и старались ему угодить. Мало ли что, и им перепадёт от богатства его папаши.

* * *

В понедельник утром Сергеев отдал нож криминалистам, чтобы те сняли с него все отпечатки. А ближе к обеду на улице Ленина, 12, в кв. 33 была найдена убитой девушка, снимавшая эту квартиру. Снятые с ножа отпечатки пальцев совпадали с отпечатками на ноже из домика на озере. А выяснив, кто убитая, нашли в её ноутбуке фотографию, где она была сфотографирована с девушкой, убитой на озере.

Помаленьку, шаг за шагом, оперативники стали отрабатывать весь круг их знакомых, а потом нашли и задержали всех фигурантов той злополучной вечеринки в избушке на озере.

Отпечатки, снятые с ножей и в квартире убитой девушки, принадлежали одному из них. Им оказался Иван Злобин, сын известного в городе банкира и бизнесмена.

Через месяц состоялся суд. Ольге дали три года условно. Двум парням, принимавшим участие в оргии и пособничестве в убийстве девушки на озере, по пять лет строго режима. А сыну банкира, нанявшему своему отпрыску крутых адвокатов и отстегнувшим немало денег за убийство двух девушек, всего восемь лет.

— Вот, так съездили, порыбачили, — смеялись Сергей с Вадимом, вспоминая поездку на выходной к озеру.

Любитель фильмов ужасов

Так и не дождавшись подруги, Наташа всё-таки решилась купить билет на сеанс и посмотреть кино. Фильм был старый, и она его уже видела несколько раз. Но не пропадать же зазря времени на потраченный попусту вечер, а возвращаться домой и провести его в одиночестве не хотелось. Фильмы ужасов она любила и могла просидеть возле экрана целый вечер, никого и ничего перед собой не замечая.

Зрителей в зале было не очень много, и Наташа решилась сесть на последний ряд, но минут через тридцать передумала и пересела в середину. Зрение у неё было не очень, а фильм был тёмный. И как назло, торопясь, она забыла дома очки. «Хоть зря не потрачу вечер», думала она, «Женька завтра от меня получит. Соблазнила, а сама не пришла».

К середине фильма в зале осталось не больше десяти человек, да и те намеревались его покинуть.

— Девушка, — раздался за спиной у Натальи мужской голос, — вам нравится фильм?

От внезапно услышанного голоса девушка, испугавшись, вздрогнула. Её девичье сердце чуть не выскочило из груди. Голос раздался в тот момент фильма, когда маньяк, притаившийся в темноте угла, вытащил нож и решил напасть на проходившую мимо девушку. Наташа, затаив дыхание, дожидалась развязки сюжета. Она хоть и знала, что будет дальше, но всё равно на этом месте у неё сжималось сердце и начинали бегать по всему телу мурашки. И так было страшно, а ещё этот голос из-за спины, девушка чуть не описалась.

— Извините, я наверно вас напугал, — вновь заговорил мужчина.

Набравшись смелости, Наташа повернула голову и решила грубо ответить, чтоб не доставал. Но увидев красивое лицо мужчины, застеснялась и промолчала.

— Ещё раз прошу прощения, милая барышня, что я вас напугал.

— Нет, нет, ничего страшного, — выдавила из себя Наташа. — Просто, был захватывающий момент, и я всё своё внимание сосредоточила на нём. А тут вы заговорили, и я чуть не …, - но поняв, что чуть не проговорилась, замолчала. Мужчина, видно поняв, что она хотела сказать, мило улыбнулся, заглядывая в глаза девушки.

— Меня звать Жан, — представился мужчина. — А как зовут вас, милая барышня, если это не секрет?

— Наташа, — застенчиво ответила девушка и потупила глаза. Лицо стало гореть и залилось пунцовой краской. «Хорошо хоть темно в зале, и он этого не увидит», подумала она.

— Румянец вам к лицу, — увидев или почувствовав, что она покраснела, произнёс Жан. — Можно, я перейду и сяду рядом с вами, Наташенька, а то как-то неудобно так разговаривать?

— Можно, — тихо ответила она и, отвернувшись, посмотрела на экран. Прошли считаные мгновения (на экране за это время всего пролетело несколько кадров), а мужчина уже сидел возле неё. Наташа опять вздрогнула, от того, как он так быстро оказался с ней рядом.

— Вам нравится этот фильм?

— Да, — ответила она, не поворачивая головы, — я люблю смотреть фильмы ужасов.

— Почему вы одна? Что, подружка ваша так и не пришла? — Наташа, услышав такое от незнакомого мужчины, удивилась и, повернув к нему голову, спросила:

— Откуда вы знаете, что я ждала подругу? — но тот, не ответив на заданный девушкой вопрос, задал свой, от которого у неё защемило в груди.

— Может, ну его, этот фильм, давайте лучше (он на секунду замолчал, а потом добавил) погуляем. Сегодня прекрасный теплый вечер, а мы сидим в духоте.

Не ожидая от себя, девушка выпалила:

— Давайте.

Словно сговорились, они поднялись и вышли из зала. При свете девушка ладом рассмотрела мужчину. Он был выше Натальи на целую голову. Длинные черные волосы, под цвет глаз (при свете она заглянула в его глаза), сползали на его широкие плечи. Тонкие губы были ярко-красного цвета, как будто накрашены помадой. Увидев, что девушка внимательно изучает его лицо, он взял её за руку и повёл на выход из кинотеатра.

— Пошли, тут слишком яркий свет, — заговорил он, — у меня болят от него глаза.

Удивившись такому повороту, Наташа последовала за Жаном, но говорить ничего не стала. На улице и правда, был прекрасный теплый вечер. От этого на душе у Натальи стало вдруг так легко и спокойно. Она почувствовала себя богиней, парившей в облаках, а рядом, держа её за руку, был бог. От такого счастья голова у девушки закружилась и она, оступившись, чуть не упала. Высокий каблук хрустнул и сломался. Мужчина, словно почувствовав этот момент, за секунду до падения подхватил её на руки и не дал упасть.

— Ой, — только и успела она сказать, как он, словно пёрышко, поднёс её к скамейке, что стояла у кинотеатра и усадил. Присев перед ней на одно колено, словно рыцарь перед прекрасной леди, он снял с неё туфли и в одно мгновение оторвал сломанный и целый каблуки, потом зашвырнул их в стоящую рядом урну.

— Вы что делаете? — Закричала девушка, уставившись на своего кавалера. — Туфли совсем новые, а каблук можно прибить обратно. Как мне, по-вашему, сейчас ходить?

— Тебе без каблуков будет лучше. Сама потом скажешь мне «спасибо». Я вижу, ты не привыкла ходить на каблуках, вот и падаешь, — переходя на ты, сказал Жан. — И твои прекрасные ножки болеть не будут.

— А откуда ты знаешь, — Наташа тоже перешла на ты, — что я не ношу туфли на высоких каблуках?

— Наташенька, это видно сразу по твоей походке.

Девушка вновь покраснела. Ничего больше не сказав, она опустила глаза и, увидев, что юбка задралась выше колен, стала её одёргивать. Словно этого не замечая, Жан надел на девушку туфли и поднял её с лавки.

— Теперь попробуй, — опустил он её руку и отошёл в сторонку на два шага. Наташа, словно на подиуме, прошлась туда-сюда мимо него.

— Вот, видишь, так лучше.

— Спасибо, Жан, ты прав, мне так намного удобней.

— Тогда пошли, погуляем, — взял он её за руку.

— Пошли, — улыбнулась Наталья и последовала за ним, как за своей судьбой.

* * *

Телефон в кабинете у полковника Сергея Сергеевича Сергеева зазвонил ровно в десять ноль-ноль. Подняв трубку, он, прокашлявшись, ответил:

— Полковник Сергеев слушает.

— Сергей, зачем так официально, — услышал он в трубку голос генерала Астахова.

— Приветствую вас, Пётр Владимирович, — произнёс Сергеев, сбавляя официальный тон на простой дружеский. — Зачем я вам понадобился?

— Есть работёнка, как раз по профилю твоей команды.

— Слушаю, товарищ генерал.

— Бери своих орлов, и приезжайте ко мне в управление (на секунду он замолчал, видно, посмотрел на часы), через час. Скажешь, что ко мне, тебя пропустят, я распоряжусь.

— Вас понял, товарищ генерал, через час будем, — ответил полковник (весь разговор стоявший навытяжку) и, услышав гудки на том конце, положил трубку. Только после этого он расслабился и сел обратно в кресло.

Через пятьдесят минут чёрный джип подкатил к управлению, и из него вышли трое мужчин. На проходной показав свои удостоверения (охрана была предупреждена, что они придут), они поднялись на второй этаж и подошли к кабинету генерала Петра Владимировича Астахова. Полковник постучался и, дождавшись разрешения, они вошли.

— Проходите и присаживайтесь, — показал генерал рукой на кресла, что стояли возле Т-образного стола. Дождавшись, когда оперативники рассядутся, он заговорил:

— Сразу начну с главного, чтоб вы быстрей вошли в курс дела. (Генерал на время замолчал, смотря на часы, висевшие на стене, а потом продолжил). Сегодня утром в парке нашли убитую девушку. (Полковник Сергеев, капитан Вадим Шведов и старший лейтенант Петроченко Олег, не перебивая, внимательно слушали генерала). Вы подумаете, что это заурядное убийство, которых у нас в городе не один десяток в месяц. На первый взгляд, оно так и выходит, но не в нашем случае. (Бойцы вновь переглянулись между собой, но говорить ничего не стали). Сидит утром в парке на скамейке молодая симпатичная девушка, ну и ладно, пускай себе сидит, но не тут-то было (генерал вновь на секунду замолчал, а потом добавил), в груди у неё, прямо в сердце, торчит, вы не поверите (он внимательно посмотрел на молчавших бойцов), крест.

Оперативники удивлённо посмотрели на генерала, но говорить ничего не стали, а продолжили внимательно его слушать дальше.

— Но это ещё не всё, — Астахов показал на лежавшее на столе дело. — При обследовании обнаружили на внутренней стороне бедра две небольшие ранки, как от укуса кобры или ей подобной змеи.

— В нашем парке змей нет, — заговорил полковник и посмотрел на капитана. Тот махнул головой, что всё правильно и добавил:

— Никаких змей в городе нет и не должно быть, а тем более кобр. Они у нас здесь не водятся.

— Вот, и я вам толкую о том же, что такого у нас не может быть, — вновь заговорил генерал. — Но и это ещё не всё. У девушки полностью отсутствует кровь.

— Как? — в один голос спросили полковник и бойцы, уставившись на генерала, словно тот что-то напутал.

— Тело девушки было полностью обескровлено, словно всю кровь выкачали насосом. Теперь вам понятно, почему я вызвал именно вас?

Те дружно махнули головой, мол, всё и без слов понятно.

— Берите дело, — подвинул генерал бумаги к полковнику, — и начинайте расследование. Не хватает мне ещё в городе маньяков. Вам понятно?

— Так точно, товарищ генерал, — поднялся полковник Сергеев, а за ним следом поднялись капитан и старлей.

— Можно идти?

— Идите, — поднялся из-за стола генерал, — и найдите мне этого (он на мгновение замолчал, подбирая слово, но ничего умного не придумав, выпалил) упыря. Или как их там называют?

— Вампиры, — произнёс Вадим Шведов.

Уже сидя в машине, полковник дал волю словам и выпалил:

— Ни хрена себе, новость так новость. Вот это подарочек подкинул нам генерал, — и во весь голос завернул трёхэтажным матом. Хорошо хоть стёкла были подняты, и с улицы его не было слышно. — Ну, что стоишь, заводи свой драндулет и поехали в контору.

Олег с открытым ртом пялился на полковника Сергеева, не зная, что делать.

— Поехали, — ткнул его в бок Вадим, — что стоишь?

* * *

Держа Наташу под руку, Жан повёл её в сторону городского парка. О чём-то разговаривая, девушка больше смотрела на «своего» мужчину, чем на дорогу и не заметила, как они прошли мимо ворот и оказались почти в самом тёмном из углов парка.

— Ой, где это мы? — словно очнулась девушка от забытья и закрутила головой.

— Мы в парке, — ласковым голосом ответил Жан. — Давай, присядем. Вон там, кажется, скамейка, — и потянул её за руку. Наташа не упираясь, пошла за ним.

Теплый ветерок шуршал листвой, словно убаюкивал девушку, и она, как безвольная кукла, выполняла все то, что скажет ей Жан. Словно загипнотизированная, она шла за ним, не видя ничего кругом, кроме её прекрасного и такого сильного бога. Она в это время чувствовала себя не земной девушкой, а какой-то нимфой, королевой, богиней. Жан что-то шептал ей на ушко, стоя возле скамейки и все крепче и крепче обнимал. Вдруг губы их слепились в продолжительном и таком сладком поцелуе, что Наташа совсем потеряла голову. Поцелуй всё длился и длился до тех пор, пока девушка не стала задыхаться. Она стала отпихивать Жана руками, но он не отпускал её. Воздух не стал поступать в лёгкие и, обмякнув в руках мужчины, она потеряла сознание. Девушка не знала, что это был её последний в этой жизни поцелуй.

Усадив потерявшую сознание девушку на скамейку, вампир (а это был именно он), раздвинул девушке ноги и ярко-красными губами припал к её бедрам. Дёсны во рту у него опухли и выпустили клыки.

От резкой боли девушка очнулась и, поняв, что мужчина делает, закричала. Вскочив на ноги, он выхватил из кармана костюма крест с перевернутым распятием и остро заточенным концом и вонзил его прямо девушке в сердце. Та, дёрнувшись, навеки уснула мёртвым сном. Жан вновь опустился на колени перед девушкой и, вонзив свои клыки во внутреннее бедро, стал пить кровь. Через пятнадцать минут, опустошив девушку, вампир поднялся. Слизнув капли крови с ярко-красных губ, он растворился в темноте городского парка. А девушка так и осталась сидеть на скамейке с крестом в сердце.

* * *

Прочитав вслух отчёт патологоанатома, Вадим положил его на стол и посмотрел на своих бойцов.

— У кого есть какие предложения? — все молчали, тихо переваривая в своих головах услышанное.

— Ну, что скажите, мужики? — вновь задал им вопрос капитан. — Чего приуныли и повесили носы? Пошевелите своим серым веществом или оно у вас засохло?

— Сама ты не хоросая человека, насальника, — подал голос китаец Джеки. — И наса не надо обзываться и хамитя.

Бойцы, услышав это, улыбнулись. Но уже через пару секунд Джеки заговорил нормально.

— Вадим, я понял так, что у нас в городе вновь появился вампир.

— Это ещё точно не доказано, — посмотрел капитан на него.

— А тогда, что это такое? — поднялся Степан. — Девушка обескровлена, а на бедре две ранки, словно от укуса.

— Степан, не гони коней. Сперва надо во всем разобраться. А выдвигать сомнительные умозаключения пока рано.

— А как же дочка Федотова? — вновь заговорил Степан. — Мы же точно знаем, что это был вампир.

— Но он же сгорел в том коттедже, — вставил своё слово Олег.

— Но ведь никакого тела там не нашли, — обвёл всех взглядом Вадим. — Даже костей при разборе не нашли.

— И ты думаешь, это опять он? — задал вопрос Степан. — Но почему он так долго был в тени и никого не убивал?

— Не знаю, я ничего не знаю, — вышел из-за стола Вадим и заходил по кабинету, меряя его шагами. Бойцы тоже притихли и стали думать. Но ничего путного на ум им не приходило.

— Стоп, мужики! — после пяти минут тишины закричал Олег. Все даже подпрыгнули от его крика. — А при чём здесь крест? Ведь, как я знаю по книгам и фильмам, вампиры бояться крестов.

— И еще святой воды и чеснока, — добавил Джеки.

— Ну, говори дальше, если начал, — посмотрел на Олега капитан.

— В груди у девушки торчал крест.

— Так точно, — сказал Вадим. — Но крест особенный. Он не деревянный и не золотой, а отлит из олова. И на нём перевернутое распятие. А мы знаем, что перевёрнутое распятие используют поклонники дьявола.

— Но ведь вампиры — это те же сатанисты, — не унимался Олег.

Так они проспорили до самого вечера, не придя ни к какому решению.

— Всё мужики, на сегодня хватит этой ерунды, голова и так пухнет, — сказал Вадим и, взяв папку с делом, спрятал её в стол. — Пошлите по домам, а завтра на свежую голову подумаем, с чего будем начинать.

* * *

Вечерний сеанс фильма ужасов проходил почти с пустым залом. Человек десять, жуя попкорн и запивая его пепси, тихо переговаривались между собой.

В середине предпоследнего ряда одиноко сидела молодая девушка и играла на телефоне в какую-то игру. Видно, некуда было ей пойти, вот она и решила провести время в кинотеатре.

Минут через сорок к ней подсел высокий черноволосый мужчина и тихим голосом спросил:

— Скучаем?

Та решила его отшить, но открыв рот и взглянув на красивое лицо мужчины, ответила совсем другое:

— Да, фильм мне не нравится, а время негде было провести. Вот, я и решила сходить в кино.

— Если по правде, — присел он возле девушки, — я тоже не люблю такие фильмы. Может, куда-нибудь сходим и посидим в другом месте? Между прочим, меня звать Жан, — протянул он девушке руку.

— Лена, — тихо ответила та и словно смутившись, опустила голову.

— Как вам моё предложение? — вновь заговорил красавчик. — Давайте, убежим отсюда.

— Я согласна.

Мужчина поднялся, взял девушку за руку и вышел из зала. Уже на улице он обнял девушку и, шепча ей что-то на ушко, повёл в сторону парка. Та, хихикая остроумным шуткам кавалера, не боясь, последовала за ним.

Утром в городском парке вновь нашли убитую девушку без единой капли крови. Теперь две незаметные ранки были у девушки на шее, а в сердце был вонзён оловянный крест с перевёрнутым распятием.

* * *

Не успел утром Вадим Швецов войти в кабинет, как зазвонил на столе телефон.

— Началось в деревне утро, — подбежал он к столу и поднял трубку. — Капитан Шве…, - только хотел было он ответить, как в трубку закричал Сергеев:

— Вадим, срочно ко мне и прихвати своих орлов!

Через десять минут четверо оперативников сидели в кабинете у начальника.

— У нас второе аналогичное убийство в парке.

— Ни хрена себе, — вылетело из уст Олега. Вадим посмотрел на него и показал кулак, мол, помалкивай.

— Его сейчас привезут к нам, через час зайдешь к патологоанатому (показал он на Вадима), возьмёшь отчет. И не тяните резину, быстрей приступайте к делу. Уже второе убийство, а у нас ещё ничего нет.

— Сергеич, всего только прошли сутки, — стал оправдываться капитан. — Мы ещё ничего не выяснили и не успели сделать.

— Я понимаю, но генерал уже звонил и интересовался проделанной работой. Его, видно, тоже по голове не гладят. Всё, идите и найдите мне этого убийцу.

Отдав честь, все молча вышли и поплелись по коридору в свой кабинет. Не успела дверь закрыться за последним бойцом, Вадим обернулся и строго сказал:

— Степан, садись за компьютер и найди мне аналогичные случаи с крестом или тому подобное. Олег и Джеки, найдите и принесите то дело, с дочкой Федотова. А я дождусь отчёта патологоанатома и посмотрю, что там у нас интересного.

Через пять минут два бойца покинули кабинет, Степан уселся перед экраном компьютера и с головой ушёл в него. А Вадим, не дожидаясь звонка от патологоанатома, отправился в морг, чтобы всё посмотреть на месте и взять бумагу по проведённому обследованию тела девушки.

Не успел патологоанатом приступить к обследованию трупа девушки, как к нему завалился капитан Шведов.

— Чего приперся так рано, я ещё не приступал к ней, — посмотрел патологоанатом на вошедшего оперативника. — Или давно голой девушки не видел и соскучился? Могу вас здесь одних оставить. Тридцати минут хватит?

— Да пошёл ты …, - обиделся Вадим и, отвернувшись, хотел было уйти.

— Я шучу, Вадим. Посиди вон там, за столом, — показал он рукой. — Налей спирта, если хочешь.

— Спасибо, с утра не употребляю.

— Тогда посиди пять минут, я посмотрю нашу спящую красавицу и подойду к тебе.

Вадим развернулся и пошёл к столу, чтобы не мешать патологоанатому.

Через пятнадцать минут он освободился и подошел к столу, где тихо сидел капитан и наблюдал за манипуляциями патологоанатома с телом.

— Ну, что там интересного? — поинтересовался капитан Шведов, посматривая на наливавшего в стакан спирт патологоанатома. Налив себе полстакана спирта, … крякнул. Поставил обратно стакан и, посмотрев на Вадима, сказал:

— Аналогичный случай. Эта девушка, как и первая, была девственницей. Изнасилования, как и в первом случае, не было. Но крови тоже ни капли. (Вадим не прерывая, слушал его внимательно). Я не понимаю, как такое может быть. У первой жертвы были две небольшие ранки на внутренней поверхности бедра, а у этой на шее. Как через такие маленькие ранки можно выкачать всю кровь?

— А удар в сердце? — поинтересовался капитан. — Был нанесён до или после смерти.

— До, но вокруг креста крови нет.

— Значит, его не вытаскивали, а так бы была испачкана одежда.

— Ты прав, Вадим. Убийца знал, если он вытащит крест, то из пробитой груди хлынет фонтаном кровь. И самое главное (он на немного замолчал и налив себе ещё спирта, как воду опрокинув его себе в рот, добавил), ранки сделаны не уколом, это след от клыков, словно девушек укусил вампир. Я, конечно, не верю в это, но факт остается фактом.

— Я это знаю, Юрий Иванович, — поднялся Вадим, — жду отчёта.

— Через тридцать минут принесу, — ответил патологоанатом.

Не прощаясь, вышел от него и пошел к себе. В кабинете уже сидели вернувшиеся Олег и Джеки и о чём-то разговаривали со Степаном. Увидев вошедшего Вадима, они замолчали. Пройдя, он сел за стол и заговорил:

— Принесли бумаги? — Джеки поднялся и положил перед капитаном отчёт об осмотре тела первой девушки.

— А у тебя как? — посмотрел Вадим на Степана. Тот молча пожал плечами, мол, пусто, ничего нет.

— Сейчас Игнатов принесёт отчёт о второй жертве, будем сравнивать, — сказал Вадим. И отвалившись на спинку кресла, прикрыл глаза (он всегда так делал, когда надо было подумать). Степан вновь уткнулся в экран компьютера, а остальные тихо сидели, поглядывая то на одного, то на другого.

Через двадцать минут пришёл патологоанатом и принёс отчёт. Подсев к столу, бойцы стали сравнивать отчёты первой и второй жертв.

— Всё как под копирку, — через пять минут заговорил Вадим, — только укусы в разных местах.

— Я одно не могу понять, — встрял в разговор Олег, — сперва кол в сердце, чтоб не дёргалась, а потом всё остальное?

— Какой кол? — не понял китаец и посмотрел на Олега.

— Это шутка такая, — сказал Вадим.

— А, теперь понял.

— Нет, а на самом деле, зачем он это делает? — посмотрел на Вадима Степан.

— Чёрт его знает. Может, и правда это какой-то ритуал. Ты покопайся в интернете, может, что и найдёшь.

Тот, махнул головой, вновь садясь за компьютер и затарабанил пальцем по клавиатуре, что-то там печатая. Остальные обратно притихли, погрузившись в раздумье.

Телефонный звонок, словно гром среди ясного неба, вывел капитана из временной прострации и вернул в настоящее время. Схватив трубку, он крикнул:

— Слушаю!

— Молодец, если слушаешь, — раздался в трубке голос полковника. — Срочно зайди ко мне.

Положив трубку на место, капитан поднялся и, показав в потолок, мол, начальник вызывает, пошёл к двери.

— А мы? — всполошились остальные.

— Сидите здесь, сейчас вернусь.

Через десять минут он вернулся с какой-то бумагой в руках.

— Вот, адреса и фамилии наших «мёртвых красавиц», надо съездить и проверить. Мы с Джеки поедем на моей машине по первому адресу, а ты, Олег, бери Степана и проверти второй адрес.

Через тридцать минут, петляя переулками и сокращая расстояние, серебристая Хонда остановилась возле дома № 6 по улице Комсомольской.

— Наталья Сидоренко жила здесь с бабушкой, — сказал Вадим, останавливаясь возле нужного подъезда.

— А почему с бабушкой? — выходя из машины, спросил Джеки.

— Вот, сейчас и узнаем, — захлопнул свою дверь капитан.

Подъезд был закрыт, и им пришлось набирать наугад номера квартир по домофону. Дверь долго никто не открывал, и только с пятой попытки им открыли.

— Глухие они все, что ли? — ворчал китаец.

— Может, никого нет дома, ведь сейчас рабочий день. — Наконец дверь открылась, и они вошли.

Дверь с номером 7 на втором этаже, где жили Наташа Сидоренко с бабушкой, была приоткрыта, но из квартиры никаких голосов и звуков не раздавалось. Вадим и Джеки, как по команде, выхватили табельное оружие и, открыв дверь, тихонько зашли внутрь. Кругом стояла гробовая тишина.

— Есть кто дома? — негромко, чтобы не напугать хозяев, спросил капитан Шведов, но ему никто не ответил. Заглянув в кухню, там никого не было, они прошли в зал и на диване увидели лежащую старую женщину. Вадим позвал ещё раз, но это было бесполезно. Подойдя ближе, они поняли, что бабушка была мертва.

— Что будем делать? — поинтересовался Джеки.

— Вызывай ребят, пускай её забирают и везут к нам в морг. А пока не приехали наши, посмотрим, может, что и найдём интересное. Не может быть, чтобы у двадцатилетней девушки нет парня или подруги, с которой она делится своими секретами.

— Вон ноутбук, — показал рукой Джеки на письменный стол.

— Забираем, — сказал Вадим, — надо его показать Степану, может, он что-нибудь и найдёт в нём.

Обыскав всю квартиру и не найдя ничего, что бы могло пролить свет на жизнь девушки, они дождались спецбригаду и, забрав ноутбук, поехали обратно в контору.

Олегу и Степану повезло больше. Приехав на квартиру к Завьяловым (вторую убитую девушку звали Елена Завьялова), они поговорили с её родителями и, тоже забрав ноутбук, вернулись обратно в контору. Мать Елены сказала, что дочь переписывалась через интернет с каким-то парнем. Имени его она не знает.

— Лена его от нас скрывала, — плача от горя, произнесла мать девушки. — Сказала, что на днях познакомит, а вот как вышло.

Попрощавшись и принеся соболезнования по поводу смерти их дочери, они пошли на выход. Отец пошёл их провожать.

— Когда можно забрать дочь? — уже в дверях спросил он.

— Пока не знаем, но мы вам сообщим, — ответил Степан. Ещё раз принеся свои соболезнования, они покинули квартиру Завьяловых.

Из ноутбука Елены Завьяловой Степан ничего не выжал. Девушка ни с каким парнем не переписывалась, а родителей просто обманывала. Говорила для того, чтобы успокоить. Ей было двадцать два года, а она ещё ни разу ни с кем из парней не встречалась и, подруг у неё не было. А вот у Наташи Сидоренко была близкая, с которой она собиралась сходить в день своей смерти в кинотеатр «Космос» и посмотреть фильм ужасов.

— Надо найти эту девушку, — сказал Вадим Шведов, — и поговорить с ней. Адрес её есть?

— Да, — ответил Степан, — и адрес, и фамилия.

— Тогда бери Олега, и езжайте к ней. И, кровь из носа, чтобы всё узнали.

— А если она тоже того? — Невпопад брякнул Олег.

— Сплюнь, — перебил его капитан. — Не хватает нам ещё третьего жмурика. С этими не знаем, что делать, а ты вновь каркаешь.

Поднявшись, Степан с Олегом ушли.

— А мы пока посмотрим ноутбуки девушек, — произнёс Вадим и взял себе один. За другой сел Джеки.

Через тридцать минут, петляя по переулкам, чтобы сократить расстояние и время, чёрный джип подкатил к дому, где жила подружка Наташи Сидоренко.

— Степан, а ведь дома их совсем рядом, — останавливаясь возле третьего подъезда, сказал Олег.

— Да, девушка жила в шестом доме, а её подружка в десятом, — выходя из машины, сказал Степан. — Нам на второй этаж, шестая квартира.

Поднявшись, Олег позвонил, но на звонок никто не открыл.

— Дома никого нет, — посмотрел он на сослуживца. — Что будем делать?

— Давай, спросим у соседей, может, они что видели или знают, — подошёл к соседней двери Степан. И только он хотел нажать на звонок, как дверь открылась. На пороге появилась бабушка «божий одуванчик», Степан даже отскочил от неожиданности.

— Здравствуйте, — поздоровался он с ней, показывая своё удостоверение.

— Вам что, сынки, надо? — уставилась она на ребят.

— Вы не знаете, где ваша соседка?

— А зачем она вам?

— Нам нужно с ней поговорить, — встрял в разговор Олег.

— Я её уже дня три не видела, — перевела бабка свой взгляд со Степана на Олега.

— А в квартире с ней кто-нибудь ещё живёт? — вновь заговорил Степан.

— Нет, она живёт одна. Правда, к ней приходит её подружка, но и её я давно не видела.

— Спасибо, бабушка. Мы вам оставим наш номер телефона, как соседка появится, позвоните нам.

— Или передайте ей, — перебил Степана Олег, — пускай, она с нами свяжется.

— Ладно, сынки, передам, — сказала старушка и закрыла перед носом бойцов дверь.

— Странная она какая-то, — посмотрел Степан на Олега.

— Кто?

— Да, бабка эта.

— Старухи все такие, — ответил Олег и пошёл на выход. — Поехали, что застыл?

— Ага, — подхватился Степан и поспешил за товарищем.

Ничего так и не выяснив, они вернулись в контору, где маялись над ноутбуками Вадим и Джеки.

— Ну, что узнали? — спросил капитан у появившихся бойцов.

— Ничего, — ответил Степан, садясь на стул. — Девушки три дня как нет дома.

— Откуда узнали?

— Соседка сказала. Я ей оставил номер телефона. Как та появится, она позвонит.

Остаток дня пролетел незаметно. Занимаясь отчётами, временами звоня по телефону и сверяясь, бойцы не заметили, как наступил вечер.

— Ладно, мужики, на сегодня всё, — поднялся капитан, — пора и честь знать. Собирайтесь, чтобы завтра с утра все были здесь.

Повторять по два раза ребятам было не нужно.

— Олег, — уже выходя из кабинета, сказал Вадим, — завтра утром заедешь к девушке и проверишь, дома она или нет. Если будет дома, вези сюда.

— Понял. Кого подвезти? — спросил Олег.

— Довези меня до дома, — вышел за ним следом Степан. Джеки уже убежал.

Вадим закрыл кабинет и, махнув на прощание ребятам рукой, пошёл к Сергееву. Но его уже на месте не было. Попрощавшись с Петровичем (дежурным на проходной), он отправился домой.

* * *

На сеансе фильма ужасов в кинотеатре «Космос» народу было не много. На последнем ряду сидел мужчина и шарил глазами по залу. Найдя то, что искал, он поднялся и перешёл на три ряда вперёд, где одиноко сидела девушка.

— Скучаем? — спросил он у повернувшейся к нему девушки.

— А вы что, хотите меня развеселить? — поинтересовалась та у него. — Если да, то присаживайтесь, а то фильм такой нудный.

Минут через пятнадцать парочка вышла из кинотеатра.

— Куда пойдём? — улыбаясь и заглядывая мужчине в лицо, поинтересовалась девица.

Мужчина, немного помолчав, словно думая, куда же повести красавицу, сказал:

— Может, погуляем немного по парку, а потом зайдём в ночное кофе. Вечер тёплый, а сидеть в духоте неохота.

— Давай погуляем, только купи мне минеральной воды, а я подожду тебя здесь.

Мужчина быстро пошёл обратно в кинотеатр, там был буфет. А девушка, дождавшись, когда за ним закроется дверь, достала сотовый и набрала номер.

— Мы вышли, он предложил прогуляться по парку. Ждите нас там. Всё, он возвращается, больше говорить не могу, — и отключилась.

Сделав пару глотков, девушка взяла мужчину под руку и они не спеша направились в сторону городского парка. В парке было почти пусто, ведь уже была почти ночь. Прохаживались несколько парочек, да на лавке сидели два мужика, попивая пиво и о чём-то негромко беседуя. Жан (так представился мужчина), мельком глянув на них и ничего в их поведении не заподозрив, повёл девушку дальше, вглубь парка.

Метров через пятьдесят они увидели мирно спящего на скамейке мужика, рядом стояла недопитая бутылка водки и какой-то пакет, наверно, с закуской.

— Развелось бомжей, — косо посмотрела на пьяного девушка. — Приличным гражданам негде посидеть и отдохнуть. Жан промолчал, даже не посмотрев в сторону лежащего мужика.

Не успели они завернуть на другую дорожку, пересекающую центральную, как «пьяный» мужик резко поднялся и поспешил следом за парочкой. Двое мужиков, сидевших в начале парка и «пивших пиво», догнали его и, переглянувшись, не говоря ни слова, пошли с ним, прячась за кустами и деревьями, чтобы их не увидели. Жан пару раз обернулся, словно что-то проверяя, но ничего не увидел и повёл девушку дальше.

Оксана, (так звали капитана полиции) зная, что за ней постоянно следят её коллеги, не боялась, а спокойно шла с мужчиной. Через сто метров Жан остановился на очередном перекрёстке дорожек и, посмотрев по сторонам, свернул вправо.

— Давай, присядем, — увидев скамейку, предложил он. Девушка улыбнулась, заглядывая ему в глаза, выдернула свою руку из его и первой побежала к скамейке. Мужчина поспешил следом, ещё раз оглянувшись и проверив, нет ли кого поблизости от них.

Усевшись, Оксана закинула ногу на ногу и откинула назад голову. Светлые длинные локоны волос рассыпались по её плечам. Короткая юбка задралась, открыв прекрасные стройные ножки. Жан подошёл и присел рядом.

— Оксана, — заглядывая девушке в лицо, тихо заговорил он, словно кого-то опасаясь, — можно я тебя поцелую?

Придвинувшись к ней, он попытался её обнять, но та отодвинулась.

— Какой ты прыткий, Жан. Первый раз видишь меня, а уже лезешь с поцелуями.

Но он, не дожидаясь продолжения разговора, резко схватил Оксану и прижал к себе. Ярко-красные губы его разошлись, и из дёсен выдвинулись клыки. Девушка, увидев это, ударила мужчину в живот кулаком и закричала. Из-за деревьев выскочили спрятавшиеся мужики и кинулись на него.

— Вадим, — закричал китаец (который прикидывался пьяным), — беги сюда, мы его поймали.

Олег и Степан (которые пили пиво), накинулись на вампира и стали заламывать ему руки, чтобы защёлкнуть за спиной наручники. По дорожке в их сторону уже нёсся капитан Шведов (который гулял по дорожкам с соседкой, это он попался им навстречу), доставая оружие.

Жан, раскидав мужиков, взвился в воздух, но пуля, выпущенная Вадимом, остановила его. Оксана резко выдернула из сумочки пистолет, наводя его на Жана, закричала:

— Лежи спокойно, мразь, а то пристрелю!

Но так просто вампир не сдавался, он вновь резко вскочил и отбив наведённую на него руку с пистолетом, кинулся бежать. Вадим вновь начал стрелять. Степан и Джеки тоже выдернули оружие и открыли по убегающему вампиру огонь. Сбив пулями его с ног, они навалились на вампира и скрутили его, сковав наручниками по рукам и ногам. На выстрелы уже спешили другие оперативники, прохаживающиеся по дорожкам парка.

Связанного вампира загрузили в спецмашину и увезли в специально приготовленную комнату. А Вадим Шведов с бойцами отправились с докладом об успешно выполненной работе в контору к полковнику Сергееву. Капитан, Оксана Васильева, отправилась вместе с оперативниками, увозившими вампира в секретную лабораторию, где её отец, доктор медицинских наук генерал Фёдор Васильев, будет изучать, и исследовать пойманного.

Отчитавшись перед начальством, написав кучу бумаг, бойцы Вадима Шведова отправились отдыхать по домам. Ведь жизнь не стоит на месте, а завтра им предстоит новая работа. Ведь преступников и маньяков в жизни хватает, а жителей города надо от них оберегать. Ведь это их работа. Они её сами выбрали и с ней идут по жизни, спасая окружающих их людей от этой мрази и оберегая покой и мир в родном городе.

Подражатель

— Вадим, — заговорил полковник Сергеев, вызвав капитана Шведова к себе в кабинет, — ты помнишь тот случай с вампиром?

— Какой? — внимательно посмотрел Вадим на Сергея.

— Того, которого вы брали в парке с капитаном, Оксаной Васильевой.

— А, это тот, который любитель фильмов?

— Да, да, именно тот.

— А что опять не так? Он что, сбежал и опять принялся за своё грязное дело?

— Нет, он никуда не сбежал, а находится у профессора.

— А что тогда случилось, если ты завёл об этом разговор?

— Случилось, Вадим, случилось. У нас в городе вновь появился упырь и убивает девушек.

— Ты это точно знаешь?

— Да, вчера вечером в парке нашли убитую девушку.

— Ну и что из этого? У нас в городе много происходит преступлений, и всё это, думаешь, совершают вампиры? А вот и не хрена. Их совершают обыкновенные люди, как мы с тобой.

— Да выслушай ты меня до конца, неугомонный ты наш, — перебил говорившего полковник.

— Ну, ну, говори, я весь внимание.

— Девушку убили крестом прямо в сердце, как тех.

— Опа, а это уже интересней.

— Дай же договорить, — крикнул Сергеев на капитана и поднялся. Пройдясь по кабинету туда-сюда, он продолжил:

— Но это не наш вампир, это точно на все сто процентов. Наш находится все 24 часа под пристальным присмотром, и убежать он оттуда никак не сможет, как не крутись.

— И что из этого вытекает?

— В городе появился подражатель нашего подопечного.

— Видал я в гробу таких подопечных, — вновь перебил капитан полковника.

— И еще одно. Я думаю, это будет тебе интересно.

— Ну, не тяни кота за яйца, говори.

— Помнишь ту девушку, первую жертву вампира, как там её?

— Наташа Сидоренко, — не задумываясь, ответил Вадим.

— Как ты их всех запоминаешь? — удивился Сергеев.

— У меня хорошая память на имена. Лица забываю, а вот имя остаётся в голове навечно.

— Ну, ладно, бог с ними, с этими именами. Так вот, её бабушка умерла не сама, ей помогли это сделать.

— А почему об этом молчали?

— Не было повода об этом говорить.

— А теперь он что, появился?

— Да, и мне кажется, эти случаи, ну тот с убийством внучки и неожиданной смертью бабушки, связаны между собой.

— Но там был и ещё один фигурант в этом деле.

— Молодец, теперь я вижу, что у тебя отличная память.

— При чём здесь память, я сам ездил к этой девице, но её не было дома. А каким она здесь боком? Давай колись, коль начал говорить.

— В квартире нашли её пальчики.

— Ну, это и дураку понятно, ведь она была подружкой убитой и часто приходила к ней в гости.

— Нет, тогда наши криминалисты ничего в квартире не нашли, связанного с этой девушкой.

«Так, а это уже интересней», — подумал Вадим, но перебивать Сергея не стал.

— Квартиру мы тогда опечатали, пока не появятся родственники. А вот после убийства в парке наши съездили на эту квартиру, и нашли там свежие отпечатки девушки. Замок в квартире был открыт профессионально, но не взломан. Работал профи с отмычками. Открыв, мы увидели, что в квартире всё перевёрнуто. Видно, что-то там искали, но что, мы не знаем. Нашли или нет, тоже.

— Тогда у меня к тебе, Сергей, другой вопрос, — посмотрел на друга Вадим. — А причём тогда убийство в парке?

— Я ждал этого вопроса от тебя, — произнёс полковник, присаживаясь опять в своё кресло и пододвигая к Вадиму папку с делом. — Посмотри, там всё написано.

— А если своими словами? — поинтересовался капитан Шведов.

— На кресте, которым была убита девушка вчера в парке, нашли её отпечатки.

— Ни хрена себе. Вот это новость, так новость. А что она искала в квартире?

— Неизвестно. После этого оперативники поехали на квартиру, где она жила, но её дома не оказалось. При понятых вскрыли дверь, и нашли флакончик с ядом, которым была отравлена бабушка Наташи Сидоренко. Этот яд наши криминалисты обнаружили в организме бабушки.

— Всё интересней и интересней с каждым разом, — заговорил Вадим Шведов, беря папку в руки.

— Занимайтесь этим делом, и чем быстрей вы найдёте эту девицу, тем лучше.

Я понял тебя, Сергей, всё сделаем в лучшем виде, — поднялся капитан и покинул кабинет полковника Сергея Сергеевича Сергеева.

* * *

В тот вечер Женька Дягилева позвонила своей подружке (да какой, к чёрту, подружке, просто она познакомилась с ней, чтобы посещать её квартиру, где та жила с бабкой), чтобы выманить её из квартиры. Она попала в очень нехорошую историю, и ей нужны были деньги. А у Наташкиной бабки остались ордена и медали от деда, которые стоили кучу денег. Сперва Женька хотела развести Наташку на квартиру, а когда увидела ордена, передумала и решила их украсть.

Выманив Наташку из дома, она взяла заранее приготовленный флакончик с ядом и пошла, как будто к ней в гости. Бабка была одна дома. Евгения знала, что Наташка очень любила фильмы ужасов, а значит, скоро не вернётся. Это она потом узнала, что её убили в парке. Ведь пресса в городе работала хорошо, и скрыть от неё такое преступление, и ещё вдобавок не одно, было невозможно.

Придя к подруге в гости, она сперва показала вид бабушке, что удивилась.

— Я созванивалась с Наташей, — заявила она бабушке, которая её отлично знала и пускала в квартиру, — что приду к ней сегодня. А она куда-то ушла, меня не предупредив. Так же нельзя делать (плакалась она бабушке, чтобы вызвать жалость к себе).

— Давай, попьём чайку, дочка, — предложила пожилая женщина, ничего не подозревая, — может, внучка скоро придёт.

Дягилевой это и надо было. Она помогла бабушке разлить чай, и когда та отвернулась и пошла за вареньем, подлила в её чашку яда. Но в тот день она ничего в квартире не нашла. Боялась, что скоро вернётся подруга. А потом, после убийства, она испугалась. Поехав к своему другу, она затаилась там на некоторое время. Это дружок показал ей ту статью об убийстве в парке девушек. Он был помешан на всякой ерунде, на вампирах, зомби и другой нечисти и собирал всё, что с этим связано. От всего этого у парня срывало крышу. А когда он узнал, что в городе появился настоящий вампир, убивающий крестом в сердце девушек, совсем спятил. Начал бегать по городу и всё расспрашивать и вынюхивать. Женька же всё это время пряталась у него в квартире. Но ей нужны были деньги, и чем быстрее, тем лучше для неё. А Кирилл (так зовут её приятеля) совсем тронулся головой со своими тараканами в голове на счёт вампира. И как-то вечером приволок в дом целый мешок крестов.

— Вот, такими крестами вампир убивал в парке девушек, — достав один из мешка, он показал его Дягилевой. — Смотри, какая красота.

— Ты что, совсем спятил, дурак? — уставилась она на него. Но крест взяла в руки и стала его рассматривать.

— Они — копия тех, — вновь заговорил он. — Я нашёл статью, а там была фотография. Вот, по этой фотке мне их и сделали.

— А зачем они тебе? — поинтересовалась девушка.

— Пока не знаю, но потом что-нибудь придумаю, — крутя крест в руках, ответил Кирилл, радуясь своей игрушке, как младенец.

На этом Евгения и забыла про них, но ненадолго, как выяснилось.

После того, как поймали того, кто убивал девушек, на время всё затихло. И она вновь решила попытать счастья и раздобыть те ордена из квартиры Наташки Сидоренко. Но дверь была опечатана. Она пару раз проверяла это. Но время поджимало, и её вновь стали доставать с возвратом денег.

— Если на этой неделе не отдашь, пеняй на себя, — выловил её один из тех, кому она была должна.

Ничего не оставаясь делать, Женька поговорила с Кириллом, объяснив ему всю сложившуюся ситуацию.

— Какие проблемы, — произнёс он. — Откроем ночью квартиру и заберём побрякушки.

— Легко сказать, откроем, — произнесла девушка, прогуливаясь по квартире в одной его рубашке.

— Не писай, девочка, сегодня ночью и пойдём смотреть твою хату. Я тебе помогу.

— А если нас поймают? — остановилась она и посмотрела на своего приятеля.

— Не бойся, не поймают. Я знаю, как открывать квартиры.

— Как?

— Просто, я это умею делать и уже делал это много раз. У меня есть инструмент для этого.

— Ты вор? — удивилась девушка.

— Нет, но ведь деньги нужны всегда. Их никогда не хватает в этой грёбаной жизни. Так что, приходится этой ерундой заниматься. Ладно, не дрейфь, всё будет чики-пуки. Открою я тебе ту хату и рассчитаешься ты, моя девочка, с долгами. И нам ещё останется на хорошую жизнь.

— Но потом всё, — заговорила Евгения, — я пас. В свои дела меня не впутывай.

Прошло несколько дней после их разговора. Женя показала Кириллу квартиру, в которой жила её подружка и в которую надо залезть и забрать ордена и медали. Кирилл пришёл домой в восемь вечера и сказал:

— Сегодня пойдём вскрывать бабкину квартиру, я всё подготовил.

Дождавшись ночи, они пошли на дело. Ведь квартира Женьки была недалеко от той, куда они собирались. Вскрыл Кирилл дверь быстро (видно, хорошо это умел делать), но пришлось повозиться, ордена были спрятаны. Под утро, перевернув всю квартиру кверху дном, они их обнаружили. Но девушка оставила в квартире множество своих отпечатков (она просто не знала, что по ним можно найти человека или всё это вылетело у неё из головы). Кирилл был в перчатках, а она нет. Девушка даже и не думала о них, а её друг об это почему-то промолчал. Видно, у него на этот счёт были свои планы.

Найдя побрякушки, они ушли, захлопнув дверь и вновь приложив пломбу на место. Простому человеку не догадаться, что дверь открывали, а полиция еще долго сюда не заявится. Вернувшись домой, они стали обдумывать, куда и как сбагрить эти ордена.

— Давай, обмоем это дело, — произнёс Кирилл, — ведь всё обошлось. Скоро мы станем богатыми. — Девушка была без ума от этих слов парня.

Напоив девушку, Кирилл вновь стал показывать ей кресты, которые принёс домой. Женька и не подумала, для чего он это делает, брала их в руки, крутила и разглядывала. Кирилл же подавал их девушке, не снимая своих перчаток. Ей было всё равно, в перчатках он или нет. Она радовалась, что у них всё получилось. Теперь она отдаст всё это и рассчитается с долгами. Но это были её думы, а о чём думал её дружок, она не знала. Перетрогав почти все кресты, Кирилл налил Евгении ещё вина, а потом ещё. Споив её, он увёл Женьку домой (они жили в одном доме, только в разных подъездах) и там они продолжили отмечать.

После того, как Женька рассказала ему об орденах и медалях в квартире, он сразу решил ограбить её и подставить девчонку. Перед тем, как идти на квартиру, он убил в парке крестом девушку, имитируя убийство вампира. Крест взял тот, который брала в руки девушка, там остались её отпечатки.

В квартире у неё они продолжили пить. Кирилл налил девушке вина и незаметно подсыпал в бокал наркотик. «Пока она будет под кайфом, её найдут и заберут», — думал он.

Но он перестарался с наркотиком и убил девушку. Ведь с вином это была бомба, от которой у девушки остановилось сердце. Испугавшись, что её найдут и через неё выйдут на него, в его больной голове вспыхнула идея. Расчленить труп и разбросать по городу, пусть потом ищут. А он за это время сдаст ордена и скроется с большими деньгами из города.

* * *

Прошло два дня, Вадим с оперативниками перерыли весь город в поисках девушки, но та как испарилась. После убийств, которые произошли в парке, её никто не видел. Дома её тоже не было, старушка, что жила напротив её квартиры, девушку не видела. Где её искать, оперативники не знали.

— Может, она тоже того? — заявил как-то Олег.

— Что того? — не понял Джеки.

— Да мёртвая уже.

— А где тогда её труп? — спросил Степан, как всегда сидевший, уткнувший свой нос в экран компьютера.

— Где-нибудь в лесу зарыта или плавает в реке.

— А, может, её того, — сказал Джеки, — вампир скушал или забрал к себе.

— Вампиры людей не едят, — заявил Вадим, — они только пьют кровь и бросают свою жертву или…

— Что или? — уставились на него бойцы. Но Шведову не дали договорить, дверь открылась, и в кабинет влетел Петрович.

— Чего сидите здесь и точите лясы, там вашу красавицу нашли, — произнёс он.

— Какую красавицу? — уставились на него бойцы.

— В одном из мусорных баков нашли отрубленную голову и руку.

— Ни черта себе, новость, — удивлённо произнёс Степан. — А при чём здесь наша красавица?

— По отпечаткам опознали, кто это девушка.

— Ну, и кто? — произнёс капитан. — Петрович, не томи, говори уже.

— Ей оказалась Дягилева Евгения, которую вы так упорно ищите.

— Но кто убил её таким зверским образом и зачем? — поинтересовался Джеки. — И как она связана с тем трупом в парке?

— Вот, это вам надо и выяснить, — произнёс Петрович. — Это вам передал Сергеев. Вадим, он тебя требует к себе.

— Было у нас одно дело, нет два, — поправился Вадим, вернувшись в свой кабинет от полковника, где его поджидали бойцы, — а теперь ещё и расчленёнка. Капитан подошёл и бросил на стол отчёт патологоанатома.

— Что ещё за расчленёнка? — поинтересовался Степан, поглядывая на капитана.

— Читайте сами, — пододвинул он бумаги к сидевшим за столом оперативникам.

— Нам и это дело подкинули, — садясь, добавил Вадим Шведов.

Степан взял отчёт и стал читать вслух. Все сидели молча, слушая и не перебивая его.

— Ни хрена себе, — произнёс Олег, после того, как Степан закончил читать. — Это что за ублюдок, который такое натворил? Куда катится наша жизнь?

— Это не жизнь катится, — ответил капитан, — те ублюдки, возомнившие себя пупом земли и считающие себя выше всех в этой жизни.

— Я бы их всех без суда и следствия ставил к стенке, — сказал Олег. Все согласно поддакнули ему.

— Ладно, все эмоции в сторону, — вновь заговорил Вадим, — нам надо этого ублюдка найти, а то он ещё что-нибудь натворит эдакое. Ведь у того, кто это сделал, с головой не всё в порядке.

— С чего начнём? — Поинтересовался Джеки.

— Надо снова съездить на квартиру, где жила эта девушка и всё досконально там обыскать. Всё проверить и всё изучить, до каждой пылинки докопаться. Обыскать каждый сантиметр, может, что и найдём.

— Но там были наши криминалисты, — произнёс Олег, — зачем туда ехать опять нам?

— Надо, мужики, надо. Может, они, что и пропустили, а, может, девчонка уже вернулась домой.

С тонированными стёклами джип подкатил к подъезду, где жила Дягилева Евгения. Четверо бойцов покинув машину, поднялись в квартиру и стали производить тщательный обыск.

— Ни хрена себе, — заглянув в ванную комнату, произнёс Олег. — Мужики, идите сюда. Те подошли и уставились вытаращенными от ужаса глазами на окровавленную ванну.

— Вот, здесь её и расчленили, — немного переведя дух, сказал капитан. — И это было совсем недавно, скорее всего вчера. Так, снимаем все отпечатки, которые найдём здесь. И ищите то, что было похищено в квартире у бабки. Там девушка наследила порядочно, а значит, она что-то там искала.

— А если этого уже здесь нет? — спросил Джеки. — Ведь кто-то же её убил, а значит, он знал, что она была в той квартире и что-то там украла.

— Ты прав, Джеки, но всё равно, давайте поищем. Все принимаемся за дело.

Примерно минут через тридцать Джеки закричал:

— Мужики, я, кажется, нашёл то, что мы так упорно ищем здесь!

Все подошли к нему. Тот раскрыл кулак и на ладони бойцы увидели медаль.

— Молодец, — похвалил китайца Степан. — А больше ничего там нет, где эта штука была?

— Нет, только это, — ответил Джеки, поглядывая на ребят.

— Всё, закругляемся здесь и едем в контору. Будем пробивать пальчики, что мы здесь нашли и искать ордена.

— Где мы будем их искать? — поинтересовался Джеки.

— В ломбардах и скупках, где скупают краденное. Ведь эти награды, — сказал Вадим, — стоят больших денег. А так просто их не похищают, чтобы они висели и красовались.

— Но кому они нужны? — не унимался китаец.

— Не скажи, Джеки, есть такие люди, которые коллекционируют их.

— Тогда понятно.

— Ничего тебе не понятно, — пробурчал Олег, покидая квартиру. Вадим на это промолчал.

* * *

Кирилл, расчленив девчонку и сложив куски по пакетам, перетащил их себе в машину. «По дороге буду оставлять их в мусорных контейнерах». Он не забыл прихватить и похищенные у бабки побрякушки, правда, одну оставил, спрятав её под кроватью. «Пускай, её найдут», — размышлял он, «тогда всё это свалят на Женьку. И ограбление, и убийство в парке, ведь на том кресте её отпечатки. И в квартире у бабки она тоже не одевала перчаток». А его отпечатков нигде нет. Только, вот зараза, в её квартире он их оставил. Не убирать же было её всю. «Ладно, думаю, менты долго не найдут меня. Сдам побрякушки в ломбард и слиняю из этого города куда подальше».

* * *

Проверив все отпечатки, что нашли бойцы Вадима в квартире убитой девушки, криминалисты нашли те, которые не принадлежали Дягилевой. Но в их картотеке они не значились.

— Степан, надо проверить все скупки и ломбарды, где скупают всё краденное. Может, бабкина награда, где и всплывёт.

— Понял, — ответил тот, — всё сделаем.

Взяв Олега и Джеки, они уехали. А Вадим остался разбираться с бумагами. И уже к вечеру они нашли похищенные у бабки награды. В ломбарде, куда Кирилл сдал побрякушки, стояла камера видеонаблюдения. Сдавая награбленное, он засветился. Оперативники изъяли видеозапись и журнал, куда производилась запись тех, кто приносил и сдавал вещи.

Теперь у оперативников был и адрес, и фотография того, кто сдал бабкины ордена.

— Всё, мужики, по коням, будем брать нашего придурка, — произнёс капитан Шведов.

Через десять минут чёрный джип отъехал от конторы и покатил по указанному адресу, который значился в журнале. Близко к дому они подъезжать не стали, чтобы не спугнуть преступника. А, разделившись по двое, зашли с разных сторон.

— Вадим, — показал Джеки рукой на горевший в окне свет, — хозяин дома. Будем его брать?

— Тихо заходим в подъезд и подходим к двери, — позвонил Вадим по сотовому Степану.

Вадим с Джеки зашли в дом с центрального входа, а Олег и Степан с другой стороны (там был запасной выход, на случай пожара или чего-то другого) и тихо поднялись на нужный этаж.

— Звони, — сказал Олегу Вадим. — Скажи, что он топит нижний этаж, а ты хозяин той квартиры.

Отойдя от глазка в сторону, чтоб тот их не заметил, бойцы стали ждать. Олег звонить не стал, а ногой забарабанил в дверь и стал орать на весь этаж и материться. Через две минуты дверь открылась, и бойцы, сбив хозяина с ног, ворвались в квартиру.

Испугавшись (по натуре Кирилл был трусом, только среди знакомых держался высокомерно, словно ничего не боялся, и ему всё было по барабану) ворвавшихся в квартиру оперативников, хозяин во всём им признался. Не успел Вадим на него надавить, как тот запел, как тот соловей. Надев наручники, его увезли в контору. Там он всё написал на бумаге.

Через несколько дней суд приговорил Кирилла к двадцати годам строгого режима. Первые пять лет он проведёт в психушке на обследовании в его вменяемости. И если докажут, что он вменяем, тогда переведут в тюрьму, а если нет, оставят лечиться там.

Но через месяц Кирилл повесился на простыне в своей палате. Или ему это помогли сделать, этого, наверно, мы не узнаем никогда, а узнаем, то промолчим.

— Туда ему и дорога, — сказал Олег, узнав эту новость. — Я бы тоже помог тем, кто это сделал.

— Собаке собачья смерть, — добавил капитан Вадим Шведов. — Таким зверям не место среди людей в нашей жизни. — Остальные промолчали, про себя подумав то же самое.

Шулер по кличке «Бубновый»

Скорый поезд «Москва-Чита», постукивая на стыках рельс, катил на восток. В вагоне-ресторане уже второй час сидели четверо мужчин и о чём-то тихо и мирно вели беседу. Заказав бутылку коньяка, они выпили по стопочке и больше к ней не притрагивались. Официант уже раз пять проходил мимо их столика, пытаясь с ними заговорить. Но в очередной раз, взглянув на их серьёзные лица, проходил мимо, так ничего и, не спросив. А те, не обращая на его попытки никакого внимания, продолжали свой разговор.

Остановившись за пару столиков от них, официант стал прислушиваться, но ничего из услышанного разговора разобрать так и не смог. Одни нечёткие обрывки фраз и больше ничего. Плюнув на это, он вернулся на своё место за стойкой, пройдя мимо четвёрки, даже не повернув в их сторону головы. Прошёл ещё час, а они по-прежнему тихо разговаривали, не притрагиваясь к коньяку. Вагон-ресторан то наполнялся пассажирами, то вновь пустел, а эти всё сидели и сидели. Только ближе к вечеру они поднялись и покинули ресторан, так и не притронувшись больше к спиртному. Официант удивлённым взглядом проводил их до двери.

«Какие-то неправильные мужики», — подумал он. «Нормальные давно бы напились за это время и орали бы на весь вагон. А эти тихо побеседовали и вернулись в купе. Как будто нельзя было поговорить там, не обращая на себя никакого внимания. Больные они, что ли? Ладно, чёрт с ними, пускай, что хотят то и делают, моё дело маленькое, принёс заказ и отвалил в сторону. А они пускай хоть всю ночь сидят и треплются. Язык без костей, не отсохнет».

В одиннадцать часов вечера вагон-ресторан закрылся (ночью он не работал). Прибравшись, официант пошёл отдыхать. Проходя мимо купе, где поселилась эта четвёрка, он остановился. Прижавшись ухом к двери, он прислушался (официант запомнил, где ехали эти пассажиры, когда приносил им в купе чай), но из купе не доносилось ни одного звука. Он хотел постучать и предложить, не надо ли им что-нибудь, но передумал и прошёл мимо.

«Может, они уже отдыхают», — размышлял он, — «а я их потревожу». Потом шума не оберёшься, а ему это надо? Ещё выговор могут влепить, а этого он не хотел. Ведь Леонид три года ждал этого места, а вылететь из-за какой-то ерунды ему не хотелось. Лучше пройти мимо, не суя, куда попало свой нос, спать будет спокойней, и не будет болеть душа, расстраиваясь по пустякам.

Ночь прошла спокойно, без каких-либо происшествий, а утром началась чехарда и беготня. Поднялась такая круговерть, что весь поезд ходил кувырком.

* * *

Как положено, Леонид Пряхин (официант вагона-ресторана) подходил на своё рабочее место к семи часам утра. Вот, и сегодня утром он направился на свое место, но в вагоне, перегородив ему дорогу, толпился народ. Пассажиры о чём-то разговаривали с проводником и начальником поезда.

— Что случилось? — подошёл он к Денису, проводнику этого вагона.

— У нас ЧП мирового масштаба, — отмахнулся тот от официанта.

Леонид по натуре своей был любознательным малым и ещё тем приставалой, так что от него так просто не избавиться, не отмахнуться. Как прилипнет, словно банный лист к жопе, не оторвёшь. С детства он любил читать детективные романы, даже пытался поступить в школу милиции, но не прошёл по здоровью. Слабенький он был, хилый. Читал он много, а вот спортом не занимался. Из-за здоровья его и в армию не взяли, вот он и решил податься в официанты.

— Денис, ну расскажи, что здесь случилось? — надоедал он проводнику. — Вчера всё спокойно было, когда я уходил, а сейчас, вижу, какая-то движуха ненормальная. Давай, колись, что произошло?

— Убийство у нас здесь, — вновь решил тот отмахнуться от надоедливого официанта, произнёс и отвернулся. Но не тут-то было, того словно закусило, он не отставал, нудил и нудил, дёргая за руку проводника.

— Где, кого и как? — не унимался Леонид Пряхин.

— Вон в том купе, — показал Денис рукой на открытые двери, где ехала вчерашняя четвёрка из ресторана, и отошёл в сторону. А тот остался стоять с открытым ртом и переваривать услышанную новость от проводника.

«Ни хрена себе, погуляли», — пронеслось у него в голове.

— Пряхин, — услышал он голос начальника поезда, — подойди сюда. — Выйдя из купе и увидев Леонида, он поманил его, чтобы тот подошёл.

Протиснувшись мимо столпившихся в вагоне пассажиров, официант подскочил к Артуру Ивановичу Шмотко (начальнику поезда «Москва-Чита»).

— Слушаю вас, Артур Иванович.

— Леонид, зайди в купе, есть разговор, — произнёс он и, развернувшись, вновь зашёл в купе. Официант прошмыгнул следом за ним и, увидев открывшуюся ему картину, обомлел. Трое пассажиров, что ехали здесь, были мертвы (застрелены), а четвёртый их товарищ, с которым они сидели в вагоне-ресторане, отсутствовал.

— Ты видел их вчера? — спросил начальник, показывая на трупы.

— Да. Они больше трёх часов сидели в ресторане и мирно беседовали.

— Пили?

— Почти нет.

— Как это почти? — удивлённо посмотрел Шмотко на Леонида.

— Они, — официант показал рукой на убитых, — заказали бутылку коньяка, но выпили всего по одной стопке, а остальное оставили. А что здесь случилось?

— Ты что, слепой? Не видишь, что у нас в вагоне трупы? — повысил голос Шмотко.

— А при чём здесь ресторан, Артур Иванович? Они (показал он на убитых) сидели тихо, не буянили и даже не ругались, просто поговорили и ушли. Вот и всё, что я знаю.

— Ладно, иди, работай. Да смотри там у меня, языком сильно не трепли, а то знаю я тебя, наврёшь с три короба. На станции прибудет полиция, я уже позвонил. Будут спрашивать, а они обязательно будут, говори, как есть, ничего не скрывай, да и лишнего не ляпай, знаю я тебя.

— Я и не скрываю, что видел, то и рассказал. Мне скрывать нечего.

— Ладно, знаю я тебя, Леонид. Наверно, кое-что слышал из их разговора.

— Артур Иванович, как можно?

— Ладно, ладно, иди, полиция прибудет, позову.

Леонид Пряхин ещё раз взглянул на убитых и покинул купе, направляясь на своё рабочее место.

* * *

На станции поезд уже поджидала машина. Из чёрного с тонированными стёклами джипа вышли четыре человека в гражданской одежде и поднялись в вагон, где произошло убийство.

— Где начальник поезда? — поинтересовался один из вошедших у проводника.

— Вы по какому вопросу к нему? — стал выяснять парень.

— Мы из полиции, — вновь заговорил тот, который интересовался Артуром Ивановичем Шмотко, — нам звонили.

— Вы по поводу убийства?

— Нет, блин, хотим сходить в ваш вагон-ресторан и пообедать, — произнёс невысокий крепыш.

— Олег, не напрягай человека, — повернулся к тому первый говоривший. — Он же не знает, кто мы такие. Правильно я говорю? — посмотрел он на проводника.

— Вы правы, вы абсолютно правы. Ведь у вас на лице не написано, что вы из полиции, — залепетал проводник, моргая глазами. — Я сейчас позову начальника.

Сорвавшись с места, он припустил по вагону в голову поезда и уже через пару минут вернулся. За ним следом шёл, переваливаясь, как утка, полный мужчина.

— Я Вадим Шведов, капитан полиции, — представился тот, который заговорил первым, когда поднялся в вагон, — а это мои бойцы.

— Шмотко Артур Иванович, — представился полный мужчина, — я начальник поезда. Это я вас вызвал.

— Показывайте, где произошло убийство, — строго произнёс капитан, посмотрев сначала на проводника, а потом на начальника поезда.

— Пойдёмте, я вам всё покажу, — крутанулся Артур Иванович и поплыл своей утиной походкой к нужному купе.

— Откройте дверь, — произнёс Вадим, — и попросите пассажиров, чтобы не покидали свои купе.

— Я уже распорядился об этом, — открывая дверь, сказал Шмотко. — Вот здесь, — отходя в сторонку и пропуская оперативников, показал он рукой, — они.

— Свидетели есть? — поинтересовался похожий на азиата оперативник.

— Нет, никто ничего не слышал и не видел.

— Понятно, работал профессионал. Оружие было с глушителем.

— А кто их обнаружил? — повернулся капитан к начальнику поезда.

— Пассажир из соседнего купе, но он уже сошёл с поезда.

— А кто-нибудь еще видел их?

— Их видел наш официант. Они очень долго сидели в вагоне-ресторане и о чём-то разговаривали, — затараторил Шмотко.

— Джеки, сходи, поговори с ним, — повернулся к азиату капитан. — Где у вас вагон-ресторан?

— Денис, — повернулся начальник поезда к проводнику, — покажи товарищу…

— Старший лейтенант, — подсказал Джеки и пошёл за проводником.

— Я чем-то могу вам помочь? — поинтересовался Шмотко у Вадима.

— Только одним. Не крутитесь под ногами и не лезьте с глупыми вопросами, — ответил капитан Шведов.

— Олег, — повернулся Вадим к бойцу, — пройдись по вагону, поспрашивай, может, кто, что и видел.

— Сделаю, — ответил боец и направился в начало вагона, чтобы начать опрос.

— Степан, а мы посмотрим, что у нас здесь, — заходя в купе, сказал Вадим.

— Я вам ещё нужен? — заглянул в купе Артур Иванович.

— Постойте в коридоре и не выпускайте пассажиров, — ответил капитан.

— С чего начнём? — поинтересовался Степан.

— Давай, проверим у наших клиентов документы, если есть таковые и вещи, а потом посмотрим по обстоятельствам.

Но документов у убитых не оказалось, так же, как и каких-либо вещей. Из вещей было то, что надето на них и пиджаки, висевшие на вешалке, вот и все их вещи.

Проверив карманы, в которых абсолютно ничего не было, Вадим позвал начальника поезда, чтобы тот вошёл в купе.

— Артур Иванович, вы не в курсе, куда они ехали и где их билеты? — тот только пожал плечами, мол, ничего не знаю.

— А кто знает?

— Надо спросить у Дениса, это проводник этого вагона, может, он в курсе.

Через десять минут вернулся Джеки и проводник, что водил его к официанту.

— Ну, что там интересного? — посмотрел на китайца капитан.

— Ничего нового официант не сказал. Сидели тихо, разговаривали, а потом ушли, даже не допив бутылку коньяка, — доложил Джеки. — Леонид, так зовут его, ничего не слышал.

Через сорок минут Вадим вызвал спецбригаду, которая уже их ждала. Те забрали трупы мужчин и уехали, дав подписать протокол осмотра начальнику поезда, проводнику и официанту. Бойцы Вадима Шведова тоже покинули поезд.

Четвёртого пассажира, который ехал вместе с убитыми в купе, так и не нашли. Поезд ночью останавливался, но проводник утверждает, что он не сходил.

— Кто-нибудь выходил? — поинтересовался Вадим.

— Выходила очень крупная женщина, но лица я её не разглядел. Большие очки и платок, вот и всё, что я рассмотрел.

— Значит, это был он, — произнёс Олег, — только переоделся в женщину, чтобы запутать.

— А какие-нибудь вещи были при ней, когда она выходила? — поинтересовался капитан у проводника.

— Спортивная сумка зелёного цвета. Я ещё подумал, а где её дамская сумочка, — произнёс Денис.

— Что, сумочки не было?

— Нет, то-то и оно, женщина, а без сумочки.

— Все, мужики, по коням, — сказал Вадим Шведов и первый запрыгнул в джип. Остальные последовали за ним, и через десять минут машина рванула с места. А поезд простоял ещё пять минут и тоже умчался, нагонять своё время.

* * *

Перекусив и выпив по стопочке коньяка (коньяк, правда, был не очень хороший, так что допивать они его не стали), они вернулись в своё купе. Правда, не сразу, а провели за разговорами больше трёх часов в вагоне-ресторане.

Вернувшись, они сняли пиджаки и уселись за столик.

— Ну что, может, сыграем по одной партии, — предложил один из них. — Ведь дорога дальняя, а больше заняться нечем.

— Можно, если только по маленьким ставкам, — ответил другой мужчина и посмотрел на остальных, — вы не против?

— Можно, — ответили те, — спать всё равно неохота.

Первый, что предложил поиграть в карты, достал колоду и стал раздавать. С час они играли по-маленькому, пока один из них не предложил поднять ставку. Остальные согласились, и игра пошла уже по серьёзному.

Прошло ещё тридцать минут, и они уже подняли ставку в игре. Теперь на кону уже были большие деньги.

— Может, прервёмся на пару минут, — предложил первый мужчина, — и выпьем по коньячку. У меня на этот случай есть отличный армянский, не то, что в вагоне-ресторане.

— Можно, — ответили в один голос остальные.

Первый поднялся и достал из спортивной сумки зелёного цвета бутылку коньяка и четыре хрустальные стопки. Разлив, они не чокаясь, выпили, и немного поговорив на тему, не относящуюся к игре, продолжили партию. Теперь ставка была поднята до предела. Через час на кону было уже около десяти миллионов рублей. По меркам игроков, это был ещё не предел.

Но что-то, видно, пошло не так или первый сам накалил ситуацию, мужчины заспорили.

— Мужики, хорош, валять дурака, — поднялся первый. — Давайте, лучше ещё выпьем, — и потянулся к своей сумке, в которую он убрал на время бутылку. Но те, не обращая на него внимания, продолжали спорить между собой. Они не заметили, как первый выдернул из сумки пистолет с глушителем и открыл огонь.

Через несколько секунд спорящая троица, была мертва.

Мужчина спрятал оружие в сумку и стал собирать со стола деньги. Проверив все карманы, он забрал документы и остальные деньги у убитых партнёров по игре и сложил всё в сумку.

Вытащил приготовленное на этот случай женское платье, очки в пол-лица и туфли. Переодевшись, он стал ждать станции, на которой ночью остановился поезд, изучив заранее его расписание.

Надев очки и надвинув на лицо платок, чтоб его не признал проводник, он покинул поезд. Дверь в купе оставил открытой, чтобы после отправления поезда проводник обнаружил трупы.

Карточный шулер заранее всё рассчитал на десять шагов вперед и покинул вагон, не привлекая к себе внимания, подчистив все улики, по которым его могли найти. Отпечатки свои он старался нигде не оставлять, а те, что оставил, стёр.

* * *

Вернувшись в контору, Вадим Шведов пошёл докладывать полковнику Сергееву о том, что они выяснили (а практически ничего). Степан сел за компьютер, а Олег и Джеки стали просматривать старые незаконченные дела, временами перебрасываясь не касающимися темы убийства фразами.

Через несколько минут вернулся капитан и молча уселся за свой стол.

— Что сказал Сергеич? — поинтересовался Олег.

— А что он может сказать? Сказал, ищите — ответил Вадим и замолчал, погружаясь в размышления.

— А где и кого, он не сказал, — забурчал Олег. Но ему никто на это ничего не ответил, и он тоже замолчал, погружаясь в бумаги.

С чего начинать поиски, никто не знал. Ни документов, ни вещей, которые могли пролить свет на личность убитых, у оперативников не было. Что делать, никто ничего не знал. Вот и сидели они в кабинете, ничем конкретным не занимаясь, перекладывали с места на место бумаги да пили кофе.

Прошло две недели, а результата поисков было ноль. Убитых по пальчикам и фото определили быстро и отправили их по месту проживания. Как им сообщили, они ехали в командировку и при себе имели большие деньги и документы. Четвёртого, который был с ними в купе, определить было невозможно. Пальчиков его нигде не нашли, а фоторобот составить не было возможности, в лицо его никто не запомнил. Просто, мужчина средних лет с короткой стрижкой. Ни возраста (хотя бы приблизительно), ни роста (высокий, среднего роста или маленький), ни цвета волос, ничего, просто мужчина в сером костюме и всё. Где искать, кого искать, никто ничего не знал. Хоть бы какая-нибудь маленькая зацепка, а так вообще ничего. Ни человек, а серая мышь. В народе таких людей называют «человек без лица» или просто «тень».

* * *

В тамбуре вагона скорого поезда «Чита-Москва» (поезд возвращался обратно) стояли двое мужчин и о чём-то тихо разговаривали.

— Леонид, — произнёс мужчина средних лет с короткой стрижкой светлых волос, — мы же договаривались, ты находишь клиентов, а я их работаю.

— Да помню я, «Бубновый», помню, — ответил официант. — Есть у меня на примете два клиента с деньгами.

— Ну, и какие проблемы? — спросил мужчина, хлопнув Леонида по плечу, да так, что он чуть не присел. — Какой же ты хлюпенький, покачался бы, что ли.

— Они пока не идут на контакт, — ответил Леонид, проигнорировав про спортзал.

— Это твои проблемы. Нет клиентов — нет денег.

— Не кипятись, «Бубновый», я постараюсь их разговорить.

— Постарайся, Лёня, — улыбнулся мужчина, — постарайся, а то этот рейс пройдёт для тебя впустую.

— Всё, я пошёл, — произнёс Леонид Пряхин, — мне надо работать. Как выгорит дело, я тебе сообщу, а пока сиди в своём купе и не дёргайся. Если будешь мелькать, кто-нибудь тебя запомнит. Я в прошлый раз еле отмазался от оперов. Хорошо хоть нас никто вместе не видел.

— Да понял я, понял, не ной. Иди, работай.

Леонид окинул тамбур и поплёлся в вагон-ресторан, ведь через пять минут надо открываться. А средних лет мужчина постоял ещё минуты две в тамбуре и пошёл в своё купе.

После обеда в дверь купе постучали, мужчина поднялся и открыл.

— Всё, я договорился с клиентами, — не заходя, сказал Пряхин, — вечером жди, я их приведу.

— Принеси мне что-нибудь перекусить и выпить, — произнёс мужчина.

— Жди, через пять минут принесу.

В шесть часов вечера Леонид Пряхин привёл двух мужчин в купе.

— Познакомьтесь, это Иван Иванович, — представил он хозяина купе. — А это Сергей Олегович, — показал он на седого солидного мужчину, — и Николай (который был моложе лет на десять первого).

— Очень приятно познакомиться, — «Иван Иванович» протянул руку седому, а Николая проигнорировал. — Проходите, присаживайтесь.

— Вам что-нибудь принести? — поинтересовался официант.

— Если можно, коньяка, — повернулся к нему Сергей Олегович.

— Одну минуту, — он метнулся обратно в вагон-ресторан и уже через минуту поставил на столик бутылку коньяка и коробку шоколадных конфет и удалился, оставив мужчин наедине.

— Может, по маленькой, — предложил Сергей Олегович, показывая на коньяк, — и начнем?

— Не откажусь, — ответил «Иван Иванович» и достал стопки.

Разлив, они выпили и, закусив конфетами, стали играть в карты. Через три часа они, допив коньяк, подняли ставки. А ещё через два часа «Иван Иванович» предложил ещё по коньячку.

— Я не против, — сказал солидный седовласый мужчина. Николай промолчал.

Хозяин купе поднялся и снял с верхней полки спортивную сумку зелёного цвета. На него никто не обращал внимания.

Через десять секунд прозвучало два хлопка, похожих на открывание бутылки шампанского.

Шулер обыскал убитых, денег, правда, было не много, всего пара миллионов. Переодевшись в женское платье, он сложил деньги и документы в сумку и стал ждать. В одиннадцать в дверь постучали, и раздался голос:

— Это я, открой.

«Бубновый» поднялся и открыл дверь. В купе прошмыгнул Леонид Пряхин.

— Ну, как наши дела?

— Дела у прокурора, — огрызнулся переодетый в женское платье мужчина. — Вот, здесь ровно половина твоего. Скоро станция?

— Через тридцать минут, — спрятав деньги, произнёс официант и вышел.

Через тридцать минут поезд остановился. Спрятав лицо под платок и большие очки, вагон покинула женщина с зелёной спортивной сумкой в руках. Постояв пару минут, поезд тронулся и покатил в ночь, увозя в купе двух убитых мужчин. А женщина поймала такси и отправилась на квартиру по адресу, который сказала водителю.

* * *

В начале седьмого в квартире Вадима Шведова раздался телефонный звонок. Звонил полковник Сергей Сергеевич Сергеев.

— Вадим, бери своих бойцов и быстро на железнодорожный вокзал.

— Что случилось? — заморгал заспанными глазами капитан, зевая. — Ведь сегодня воскресенье.

— У нас убийство.

— Где? — ещё ничего не понимая, спросил Вадим, прикрывая рот рукой, словно на него смотрят.

— В поезде застрелили двух мужчин, ни денег, ни документов, ничего.

— Опять как в прошлый раз?

— Вот, это и надо выяснить. Наши это клиенты или нет. Начальник вокзала тебе покажет, где стоит поезд. Он уже в курсе, я ему звонил, что вы подъедете.

Положив трубку, Вадим пошёл одеваться, ворча и проклиная начальника, что в выходной день подкинул работёнку.

Через пятнадцать минут к подъезду его дома подкатил чёрный джип. Капитан запрыгнул в него, и машина сорвалась с места.

— Вадим, что у нас опять? — поинтересовался Степан, прикрывая рот после зевка. — Вырвали прямо с постели, ничего не объяснив.

— Двойное убийство в поезде.

— Опять?

— Не опять, а снова.

— Наш клиент?

— Походу он, но точно сказать не могу, сам ещё ничего не знаю. Серёга поднял меня с постели, так же, как и вас, сказал, езжайте и всё.

Через сорок минут оперативники были уже на месте. Начальник вокзала, проводив их до поезда, удалился, оставив бойцов с начальником поезда, Шмотко Артуром Ивановичем.

— Опять вы? — увидев полного мужчину и проводника, произнёс капитан Шведов.

— Вы скоро мне сниться будете, — произнёс Шмотко, пожимая плечами и поглядывая на оперативников своими маленькими глазками.

— Показывай, — сказал Вадим, — где наши клиенты?

— Кто? — вытаращил свои глазёнки начальник поезда.

— Где убитые?

— Вот, теперь я вас понял, — встрепенулся Артур Иванович. — Пойдёмте, покажу.

Не успели бойцы зайти и осмотреть трупы убитых мужчин, как в купе заглянул Леонид Пряхин.

— Тебе чего надо? — посмотрел на него Олег.

— Я видел их вчера.

— Зайди, — поманил его рукой Вадим.

— Я их вчера вечером видел, — вновь повторил официант, заглядывая в купе. — Они заказывали бутылку коньяка.

— Когда это было? — поинтересовался капитан. — Проходи и рассказывай всё по порядку.

Леонид Пряхин прошмыгнул мимо Джеки, который стоял в дверях, и присел, поглядывая на убитых.

— Я тебя слушаю, — повторил Вадим.

Тот перевёл свой взгляд с покойников на капитана и начал рассказывать:

— В шесть часов вечера вот этот (Леонид показал на седого мужчину) заказал бутылку коньяка и коробку конфет. Я принёс.

— Что дальше?

— В купе их было трое, седой, вот этот (он показал на второй труп) и ещё один. Того я видел мельком, он стоял, отвернувшись к окну. Я отдал заказ седому и вышел.

— И всё? — вновь спросил капитан Шведов.

— Нет.

— Говори, не тяни кота за хвост.

— Чего? — уставился на Вадима официант.

— Продолжай.

— На столике лежала колода карт.

— Вот, это уже интересно, — ни к кому не обращаясь, произнёс капитан.

— Что вы сказали? — посмотрел на него Леонид.

— Ничего. Больше ничего не заметили?

— Нет.

— А если подумать, может, ещё что-нибудь вспомнишь?

— Большая зелёная сумка, — немного подумав (словно напрягая память), сказал официант.

— Я тоже видел эту сумку, — в дверь купе просунулась голова проводника.

— Зайди.

Джеки отодвинулся и пропустил Дениса.

— До меня только сейчас дошло, что я видел их убийцу.

— А вот с этого места, пожалуйста, подробней, — поманил его капитан. — Присядь и расскажи, что ты видел и что знаешь по этому поводу.

— В тот раз, ну, когда у нас убили тех троих мужиков, я видел женщину с зелёной спортивной сумкой. И сейчас она тоже была.

— Кто?

— Женщина и тоже с зелёной сумкой.

— Где она? — подскочил Вадим и уставился на проводника.

— Она вышла.

— Где?

— На станции перед городом. Я ещё подумал, на улице ночь, а она закрывает лицо, как будто от кого-то прячась. И дамской сумочки у неё нет, а это не похоже на женщин. У них всегда при себе сумочка, а тут нет.

— Описать её сможешь? — поинтересовался Степан, достав из кармана записной блокнот.

— Нет, лицо у неё было закрыто. А вот рост примерно метр семьдесят, семьдесят пять.

— Высокая, — произнёс Степан.

— Ага. И ещё на пальце правой руки был перстень. Я подумал, женщина, а носит мужской перстень в виде печатки.

— Это уже что-то, — произнёс капитан Шведов. — Описать его сможешь?

— Нет, было темно, да и не смотрел я на неё.

Записав показания проводника и официанта, их отпустили.

Закрыв дверь, чтоб больше никто не мешался, бойцы начали тщательно обыскивать купе и снимать отпечатки.

— Вадим, — через минуту закричал Олег, — смотри, что я нашёл. — Все повернулись к нему. Держа за горлышко, он показал пустую бутылку из-под коньяка. Она лежала в шкафчике.

— Забираем, её надо проверить на пальчики. Если эта та бутылка, что приносил официант, то здесь должны остаться отпечатки.

— А если разливали эти, — показал Олег на убитых.

— Всё равно надо проверить, мало ли что. Вдруг нам повезёт, и на бутылке будут отпечатки третьего.

Через полчаса они вызвали санитаров, чтобы те забирали трупы, а сами, попрощавшись с начальником поезда, отправились в контору.

Через два часа оперативники уже знали, кому принадлежат пальчики на бутылке. Одни принадлежали официанту поезда, Леониду Пряхину, другие седому мужчине, что был застрелен в купе, а вот третьи — картёжному шулеру, по кличке «Бубновый». Его отпечатки были у них в картотеке.

Ферапонтов Иван Иванович, кличка «Бубновый», полгода как освободился. И походу принялся за старое, обыгрывая в карты попутчиков, а потом их убивая. Адрес был в его деле. Осталось за малым, поехать и взять его тёпленького.

В шесть часов вечера чёрный джип остановился возле дома номер 23 по улице Молодогвардейцев, и из него вышли четверо мужчин.

— Какой этаж? — спросил Вадим у Степана.

— Второй, — ответил тот. — Наши проверили, он дома.

— Тихонько заходим и берём, не привлекая соседей.

— У него оружие, — напомнил Джеки.

— Я знаю. Надо сделать так, чтобы он ни о чём не догадался и не успел им воспользоваться.

— Как всегда, — сказал Олег, — топит соседей снизу.

— Всё, тихо поднимаемся и работаем.

Через пять минут «Бубновый» был скручен и посажен в машину. Поняв, что за ним пришли опера, Иван Иванович Ферапонтов упираться не стал, а тихонько покинул квартиру и уселся в джип. В конторе ему были предъявлены улики и отпечатки, оставленные в купе скорого поезда «Чита-Москва», и тот раскололся, сдав своего напарника. Им оказался официант поезда.

На следующий день Леонид Пряхин был снят с поезда и доставлен к ним.

Сафари по-русски

Пожив с Ольгой, младшей сестрой Кристины, которую убил профессор Роберт Генрихович Бернгольц, Вадим понял, что семейная жизнь не для него и расстался с ней, оставшись с девушкой друзьями. Избалованная сестрой (Кристина одна воспитывала её после смерти родителей) девушка таскала Вадима по концертам и театрам. А он этого не любил. Ему бы посидеть дома после работы, попить пива или посмотреть спортивную передачу, а его куда-то тащат. И так голова трещит после всех этих расследований и написания отчётов, а тут ещё слушай оперу или классическую музыку (которой увлекалась Оля). Помаявшись, Вадим собрал свои вещи и перебрался обратно в свою холостяцкую квартиру (всё хорошо, далеко ехать не надо было, жили в одном подъезде, но на разных этажах). Вот уже две недели он жил один, наслаждаясь покоем и одиночеством перед телевизором.

Как всегда, в семь вечера он вернулся с работы и, приняв душ, развалился на диване перед телевизором. По ящику шла какая-то передача про экстрасенсов. То ли «Битва экстрасенсов», то ли «Экстрасенсы против детективов», то ли ещё какая-то дребедень, все они под одну копирку. Пощёлкав пультом и не найдя ничего путного, Вадим опять включил тот канал, где несколько …, возомнивших себя магами, шаманами и боевыми ведьмами дурили народ почём зря и зрителей голубого экрана, вешая на уши лапшу. А люди слушали их и верили.

— Была бы моя воля, — размышлял он, — послал бы всех на земляные работы в деревни. Пускай бы там выращивали овощи (своей магией) на грядках или убирали навоз от животных. Я бы тогда посмотрел на этих «экстрасенсов» хреновых, что от них останется. Ладно, пускай идёт эта хренотень, может, быстрей усну.

И только он задремал, как раздался звонок по домашнему телефону. Вадим не хотел вставать и отвечать, но тот трещал без перерыва, не замолкая уже минуты три. Пришлось подняться (а как не хотелось) и идти отвечать.

— Кому так приспичило, невтерпёж, — ворчал он, нехотя идя к аппарату, который был у него в прихожей. — На дворе уже вечер, что до утра нельзя было потерпеть?

Звонок всё трещал и трещал, не переставая, как заведённый.

— Слушаю, — рявкнул он, сняв трубку.

— Вадим, — услышал он мужской голос, припоминая, кому тот мог принадлежать.

— Кто меня спрашивает? — поинтересовался Вадим, так и не вспомнив человека по голосу.

— Ты что, забыл старого друга? — вновь раздался в трубке незнакомый голос.

— Хоть убей, не помню. Назовись.

— Да это же я, Димка Игнатов. Что, совсем память вышибло в горячих точках, старых друзей перестал узнавать?

Вадим подумал секунд десять, а потом вспомнил. Они вместе оканчивали военное училище. Потом Вадим пошёл служить по контракту, а Димка занялся каким-то делом (сейчас уже и не вспомнить, каким, прошло много лет, как они не виделись).

— Как ты меня нашёл? — спросил Вадим, — и зачем я тебе понадобился?

— Это не телефонный разговор, можно с тобой встретиться?

— Можно, а ты где?

— Рядом с твоим домом.

— Тогда поднимайся, жду. Я думаю, квартиру знаешь?

— Знаю.

— Жду, — произнёс Вадим и повесил трубку. — Как он меня нашёл, ведь прошло столько времени? Сразу и не вспомнишь, когда последний раз виделись, — так, бормоча себе под нос, он пошёл на кухню ставить чайник. Ведь спать теперь придётся не скоро.

Через десять минут в дверь позвонили, и Вадим пошёл открывать. За дверью стояли Игнатов Димка (он его сразу узнал, тот нисколько не изменился) и три бугая у него за спиной.

— Всё, ждите меня в машине, — бросил он своим телохранителям, — я позвоню, когда буду выходить.

Те передали хозяину квартиры пару полных пакетов и, развернувшись, потопали вниз.

— Закрой дверь, — держа в руках пакеты, сказал Вадим Дмитрию, — а то руки заняты, и пошли на кухню, чайник уже вскипел.

Игнатов закрыл дверь и пошёл за Вадимом.

— Что здесь? — ставя пакеты на пол, показал на них Вадим.

— А ты как думаешь? — прошёл Димка на кухню и без приглашения уселся за стол.

— Я не волшебник, угадывать не умею.

— Посмотри, — показал тот рукой.

Вадим открыл один пакет и увидел коробку с шотландским виски «Джонни Уолкер» и какие-то деликатесы.

— Зачем всё это? — посмотрел он на Игнатова.

— Наливай, а потом я тебе всё расскажу.

Вадим достал стопки и, открыв виски, стал его наливать. А Дмитрий выложил на тарелку закуску, которую Вадим видел только по телевизору и даже не знал, как она называется.

— Откуда такое богатство? — поинтересовался хозяин квартиры, когда они выпили по первой за встречу.

— Оттуда, — махнул Игнатов рукой, мол, из-за границы.

Взяв кусок рубленного, то ли мяса, то ли колбасы, Вадим закусил. Дмитрий закусывать не стал, а налил по второй и поднял свою стопку.

— Держи вдогонку, а то будем хромать на один глаз.

— Не гони лошадей, — ответил Вадим, но поднял свою и, чокнувшись с бывшим приятелем, выпил. — Теперь рассказывай, зачем пожаловал? — Шведов внимательно посмотрел на Дмитрия и про себя подумал: «Да, изменился Димка Игнатов. Встретил бы его на улице, не узнал бы. Прошёл бы мимо и не остановился. Да, такие экземпляры, как этот, наверно и не ходят пешком по улицам, а гоняют на дорогих лимузинах, никого не замечая. Раньше был худой, как щепка, а теперь вон как подобрел, появилось пузо и второй подбородок, а черты лица огрубели. Наверно, какой-то высокий начальник или бизнесмен, раз холуи пачками ходят следом».

— Вадим, — начал он, ставя пустую стопку на стол (так же, как и в первый раз, ничем не закусывая), — я навёл о тебе справки.

— Ну и как, не разочаровал?

— Да подожди ты, не лезь в бутылку, а выслушай и не перебивай.

— Говори, я весь внимание, — беря второй кусок мяса с тарелки и жуя, сказал Вадим.

Игнатов немного подумал (как лучше начать) и продолжил:

— Три месяца назад мои очень хорошие знакомые предложили мне съездить и отдохнуть в одно место. Это не за границей, а здесь у нас, в России.

— А точнее? — перебил его Вадим.

— В Красноярский край, на одну заимку в тайге.

«Так, так, уже становится интересней», — подумал Вадим, поглядывая на Игнатова и жуя уже третий кусок мяса, — «вкусно, зараза, у нас такого не найти, одно слово — заграница».

— Но туда надо было лететь одному, — продолжил Дмитрий, — без телохранителей.

«Понятно», — вновь подумал Шведов, — «значит, всё-таки бизнесмен».

— В Красноярске меня и ещё четверых человек встретили прямо возле самолёта и пересадили на вертолёт. Куда мы летели, я не знаю, сказать тебе не могу. Через три часа мы приземлились, и только тогда до меня дошло, где мы очутились. Кругом нас была тайга, а мы находились на какой-то заимке. Выгрузив из вертолёта, нас сразу окружили вооружённые автоматами бойцы. И не дав опомниться, погнали в барак, как баранов, подгоняя пинками и матерными словечками. А кто пытался огрызнуться, получал по спине прикладом.

— Однако ты попал, — перебил его Вадим. — Давай, ещё выпьем, а потом ты продолжишь свой занимательный рассказ.

Налив, они, не чокаясь, выпили. Теперь Дмитрий уже закусил и прожевав, продолжил свою историю:

— Через трое суток за нами пришли и вывели на свежий воздух. Подведя к большому бревенчатому дому, нам приказали сдать все вещи и дожидаться хозяина. Минут через тридцать из дома вышел двухметровый мужик с длинными седыми волосами. Как потом мне объяснили, это и был хозяин заимки.

Вадим резко поднялся и посмотрел на старого приятеля:

— Как звать того мужика, знаешь?

— Нет. При нас его называли просто «отец» или «хозяин». Настоящего его имени, как после выяснилось, никто не знал, даже охранники.

— Так, а что ты хочешь от меня? — вновь присев, спросил Шведов у Игнатова.

— Давай, я расскажу тебе всё по порядку, а потом ты решай сам, что делать и как поступить в этом случае.

Выпив ещё стопочку, Дмитрий Игнатов продолжил рассказывать, что с ним приключилось, и как он провёл свой отпуск.

* * *

После приземления в аэропорту Красноярска, Дмитрия и ещё таких же четырех бизнесменов, как и он, решивших отдохнуть и поохотиться в тайге, встретили дружелюбно. Пересадив на вертолёт, их ещё три часа болтали над тайгой и высадили на какой-то заимке. После приземления у прибывших отобрали все документы и телефоны и запихнули в барак, где находились ещё пять человек.

— Что здесь происходит? — решил поинтересоваться Дмитрий у здоровенного (как потом ему объяснили, это был охранник) мужика, который забирал документы. Но получив резиновой дубинкой по почкам, замолчал. Только ночью в бараке ему объяснили, куда он попал, и что здесь происходит.

Путёвка, которую приобрёл Игнатов по рекомендации друзей, называлась «Сафари по-русски» — охота в экстремальных условиях на диких зверей в тайге. Только охота на диких зверей и отдых в тайге оказались полной противоположностью названию. Охота была устроена не на зверей, а на них. Набирались две команды, одна — охотники (кто платил больше или были хорошие знакомые хозяина), а другая — дичь (вот, в эту Дмитрий Игнатов и попал).

Продержав в душном полутёмном бараке трое суток, их вывели на площадку перед домом, где жил хозяин этой заимки. Кормили какой-то похлёбкой, похожей на помои, да и пахла она не лучше. Опорожнялись тут же в угол, никого не стесняясь, вонь стояла такая, что даже резало глаза и першило в горле.

Через тридцать минут из дома вышел хозяин (двухметровый мужик лет пятидесяти с седыми длинными волосами) в поповой рясе.

— Слушайте меня внимательно, свиньи, по десять раз повторять не буду, — хриплым голосом произнёс он. — Вы прибыли сюда на «охоту», только эта охота (он улыбнулся), будет на вас.

Невысокий мужик лет пятидесяти хотел что-то спросить, но получив резиновой дубинкой по спине, шлёпнулся лицом в грязь и замолчал.

— Поднимите этого барана, — рявкнул хозяин на стоящих рядом охранников. Те подскочили к валявшемуся в грязи мужику и вздёрнули его на ноги.

— Стой смирно, болван, и помалкивай, когда говорит хозяин, а то не доживёшь до охоты, — шепнул тому один из охранников, что встал рядом с ним. Мужик покосился на него, но промолчал. Видно, испугался его угроз.

— Когда я говорю, — вновь заговорил седой мужик и обвёл стоявших взглядом, — все внимательно слушают и помалкивают. Вам, свиньи (показал он рукой на стоящих перед ним), слово никто не давал. Вы здесь никто и звать вас никак. Будете вякать, не доживёте до начала охоты, а мне этого неохота. А если кто и доживёт, то всё равно в тайге сдохнете (заулыбался хозяин своей же шутке). Слушайте и молчите, когда я говорю.

Хозяин повернулся к своему помощнику, который стоял рядом:

— Позови остальных.

Тот зашёл обратно в дом, но уже через минуту на крыльцо вышли ещё десять человек, одетых в камуфляж.

— Это охотники, — показал на них рукой хозяин заимки, когда те подошли и остановились рядом с ним. — А это — дичь (показал он на стоящих перед домом). Вам выдадут оружие и рацию (повернулся он к стоящим рядом с ним охотникам). А вам только ножи (бросил он тем, которых назвал дичью). Вас выбросят в тайге (хозяин продолжал смотреть на тех, кто стоял перед домом) и дадут сутки форы, а потом я выпущу за вами охотников. Кто выберется из тайги, останется в живых. Ну, а остальные как повезёт. Да, поможет вам бог (хозяин вновь улыбнулся своей же шутке). Все меня поняли?

Те, которые стояли рядом с ним, закивали головами, а остальные (на которых будет производиться охота), промолчали, боясь заговорить и получить дубинкой.

— Всё, этих в барак, завтра утром начинается охота, — рявкнул седой мужик и твёрдой походкой вальяжно пошёл обратно в дом, «охотники» поспешили за ним.

— Что будем делать? — спросил Дмитрий, когда их вновь загнали, как овец, в барак. Забившись в углы, все помалкивали, поглядывая на него. — Понятно, предпочитаете быть баранами и забившись в угол, трястись от страха. Вас будут унижать и трахать, как последнюю шлюху, а вы будете терпеть и утирать сопли. Сидите здесь по уши в своём дерьме, жрёте такое же дерьмо, которым вас кормят, свиней и то лучше кормят, чем нас и молчите. Думаете, они нас отпустят, как сказал седой? Хрен вам, перебьют, как куропаток. Отсюда они живыми нас не выпустят, и не мечтайте. Им это не выгодно. Они понимают, если кто доберётся до города и сообщит властям, то их лавочку прикроют, а им это не нужно. Ведь на таких как мы «балбесов» (Дмитрий обвёл всех взглядом), эта шайка зарабатывает огромные деньги.

— А что прикажешь нам делать? — поднял голову мужик, что прилетел вместе с ним.

— Иван (так звали мужика, который ответил Дмитрию), нас десять человек. Мы можем напасть на них и отобрать оружие.

— Ты видел, — вновь заговорил Иван, — на вышках пулемёты? Перестреляют, как бродячих собак, и пискнуть не успеем, не то, что рыпнуться.

— Что предлагаешь? — поинтересовался Игнатов, подсев поближе к Ивану.

— Выпустят в лес, надо держаться всем вместе, а не разбегаться по тайге поодиночке. Можем, тогда и выберемся.

— Ага, так они нас и отпустили, держи карман шире, — заговорил тот мужик, которого приложили перед хозяином дубинкой. — Видели, какое у них оружие, а у нас только ножи. И то, если их нам дадут.

— Нож много чего стоит, — сказал Иван, — если им правильно пользоваться, а не ковырять в заднице.

— А ты умеешь? — посмотрел на него Дмитрий.

— Умею и неплохо.

— И что ты предлагаешь? — вновь спросил мужик.

— Когда нас выбросят в тайге, затаиться, а потом самим напасть и отобрать оружие. Ведь эти, которые будут охотиться на нас, тоже не профи. Если мы завладеем хоть одним автоматом или карабином, нам будет намного легче. Тогда можно и повоевать с ними.

— Другой план у кого-нибудь есть? — поинтересовался Дмитрий. Все промолчали. — Значит, так и сделаем, как предложил Иван. Затаимся и внезапно нападём. Этого они от нас ожидать не будут, а значит, внезапность за нами. Всё, а теперь давайте отдыхать, завтра будет трудный день.

Через час принесли баланду. Перекусив, мужики завалились на солому и засопели. Иван с Дмитрием ещё долго беседовали тихонько в углу, обсуждая план их действия.

* * *

— Слушай, Вадим, — прервал свой рассказ Дмитрий, — давай, ещё выпьем по маленькой, а то в горле пересохло.

Ничего не говоря, хозяин квартиры налил полные стопки. Игнатов поднял свою и, не чокаясь, опрокинул её в рот, словно простую воду. Вадим не стал ждать приглашения, выпил свою и, закусив куском мяса, спросил:

— Что было дальше? Я вижу, ты выбрался из той передряги.

— Как видишь, выбрался, если сейчас сижу перед тобой, но какой ценой, — посмотрел Дмитрий на Вадима. — Слушай дальше, только не перебивай, а то собьюсь.

Закусив и набрав побольше в грудь воздуха, Игнатов продолжил свой занимательный рассказ о том, как всё происходило дальше, и как он выбрался из лап охотников на «дичь».

* * *

Ближе к обеду пришли три охранника и вывели мужиков, построив тех перед домом хозяина. Через пять минут вышел из дома седой мужик и спустился с крыльца, рявкнув своим хрипловатым голосом:

— Всё, бараны, сейчас вас погрузят в машину и повезут в тайгу. Там вам выдадут сухой паёк на три дня и один нож.

— Но вы вчера говорили, — произнёс Виктор, который получил дубинкой, — что дадут каждому по ножу.

— Я передумал, — посмотрел на него хозяин заимки. — Получите только один нож. И скажите спасибо, что даю вам сутки форы и продукты. А будете вякать, вообще нож не получите. Всё, грузитесь в КАМАЗ.

Мужики закрутили головами, ведь никакой машины на заимке не было видно.

— Что стоим, как стадо баранов? Кому сказал, грузитесь, — заорал он на них. А увидев, что машины нет, развернулся и быстро пошёл в дом.

Не прошло и пяти минут, как открылись ворота в заборе (которым была обнесена вся заимка) и въехал КАМАЗ с будкой. Охранники дубинками и пинками загнали мужиков в будку (она была без окон, только над дверью горела небольшая лампочка), и машина медленно тронувшись с места, выехала за забор.

Через три часа, насадив себе шишек и синяков (машину очень сильно трясло по ямам и колдобинам лесной дороги), наконец-то остановились. Сколько километров они проехали по тайге, никто не знал и даже не догадывался, в какую сторону они ехали.

Высадив мужиков на лесной поляне (вещмешки с продуктами уже были в будке), машина уехала, оставив их в тайге.

Разобрав вещмешки с сухим пайком, они обнаружили в них небольшой топорик, охотничий нож и верёвку. Нож взял Иван, он им хорошо владел, а топорик и верёвку Дмитрий. Остальные, разобрав свои вещмешки и закинув их на плечи, молча стояли и поглядывали на Ивана с Дмитрием, что те скажут.

Посовещавшись, они выбрали западное направление.

— На север, — сказал Иван, — соваться не стоит, там до самого океана тайга да болота. На восток и на юг тоже не стоит, там горы. Только остаётся идти на запад.

— Но на юг ближе, — заныл Виктор, — там граница с Китаем.

— Вот именно, что граница, — сказал Иван. — Они тоже так подумают, и будут искать нас в том направлении. А на востоке горы, там нам не пройти. Если мы пойдём в ту сторону, то разобьёмся или переломаем себе ноги, а это равносильно смерти. И если мы понесём больного, нас в два счёта поймают.

— Но в горах легче спрятаться и переждать облаву на нас.

— Правильно ты мыслишь, но они не дураки. Ты же знаешь, что у них есть вертолёт, и они нас будут искать на нём. А когда найдут, перещёлкают, как котят. Так что, остаётся нам топать на запад в сторону Томска. В тайге им на вертушке нас не найти. Кто со мной не согласен, может остаться здесь и дожидаться, когда за вами придут охотники или топайте куда хотите. Держать вас никто не будет, уже не маленькие. А за ручку я вас вести не буду. Решайте сами, что вам делать. Кто согласен идти со мной, поднимаемся и вперёд, а нет, упрашивать не буду.

Поднявшись и закинув вещмешок за спину, Иван пошёл на запад, Дмитрий поспешил за ним. Остальные, медленно поднявшись и разобрав свои мешки с сухим пайком, поспешили за Иваном и Дмитрием.

— Командир мне тоже выискался, — топая самым последним, бурчал себе под нос Виктор. — Была бы моя воля, плюнул на них всех и пошёл бы своей дорогой, но одному мне не дойти. А эти придурки, как котята, подчиняются ему.

Мужик, что шёл впереди него, обернулся и спросил:

— Ты что там бормочешь?

— Топай, топай, это я сам с собой разговариваю.

— Всё понятно, опять чем-то недоволен?

— А ты, если всем доволен, тогда топай молча и не приставай.

Иван, услышав разговор двух мужиков, происходящий сзади, обернулся.

— Что там у вас случилось, Фёдор?

— Всё нормально, — ответил тот, что разговаривал с ворчуном.

— Тогда пошевеливайтесь там, говоруны, и не отставайте. А то заплутаете в лесу, никто вас искать не будет. Да и кому вы на хрен здесь нужны?

Через три часа ходьбы по тайге мужики вышли к болоту.

— Что будем делать? — спросил у Ивана Дмитрий. — Пойдём прямо или будем обходить?

— Давай, сделаем привал, перекусим и отдохнём. Надо посовещаться с остальными, мы же здесь с тобой не одни, что делать дальше.

— Всё, мужики, привал, — крикнул Игнатов. — Подтягивайтесь, надо перекусить и обсудить сложившуюся перед нами ситуацию.

Перекусив сухим пайком (ни воды, ни спичек у них не было), они стали совещаться.

— Впереди большое болото, — заговорил Иван, сложив продукты обратно в вещмешок, — что будем делать, мужики? Обходить и делать огромный крюк или пойдём напрямую?

— Но мы не знаем, что это за болото, — заговорил высокий худощавый мужик, которого звали Фёдором. — Может, кругом топь, и нам не пройти здесь. Я за то, чтобы его обойти.

— Есть другие мнения по этому поводу? — Вновь спросил Иван.

Но все молчали, словно набрали в рот воды.

— Так, давайте голосовать. Кто чтобы идти через болото, поднимите руки, — и первый поднял руку. За ним следом поднялись ещё шесть рук, а остальные, опустив головы, помалкивали.

— Значит, идём через болото, — поднялся Иван и первым пошлёпал по болотной жиже. — Идите за мной, нога в ногу (проверяя впереди себя длинной палкой, повернулся он к мужикам), а то утопните. Дмитрий, ты идёшь последним, остальные за мной и ни шагу в сторону. Ступайте по моим следам.

Ближе к ночи, перемазавшись в грязи и промокнув с ног до головы, они вышли на небольшой островок. Завалившись, где кто стоял, мужики задремали. Комары и мошки тучами кружили над ними, но на перепачканных болотной грязью мужиков не садились. Только она и спасала их, а так бы зажрали. Поняв это, они ещё сильней обмазали открытые части тела (лица и руки) грязью. Засохнув, та сдавила кожу, но зато не донимали мошки и другие насекомые, которые водились в болоте.

Утром, только над лесом взошло солнце, послышался шум. Вскочив на ноги, Иван показал на восток.

— К нам приближается вертолёт, что будем делать?

Небольшой, без опознавательных знаков, вертолёт кружил над болотом, кого-то выискивая.

— Это по нашу душу, — произнёс Игнатов и схватил Ивана за руку, чтобы тот присел и не маячил. — Они ищут нас.

— Но откуда они узнали, в какую сторону мы пошли? — присев, спросил тот.

Увидев приближающийся к островку вертолёт, Виктор, вскочил на ноги и замахал руками.

— Мы здесь, мы здесь, помогите нам! — Иван ударом ноги сбил худощавого мужика с ног и, навалившись на него, прижал к земле. Но уже было поздно, их заметили. Зависнув над островком, с вертолёта открыли огонь.

— Все врассыпную! — заорал Иван, и первым кинувшись в болото, спрятался за корягу. Остальные кинулись кто куда. Но пули градом сыпались сверху. Шум мотора зависшего над головой вертолёта давили уши.

Через десять минут стрельба прекратилась, и взмыв, вертолёт умчался.

Вынырнув из-под коряги, провожая его взглядом, Иван закричал:

— Все живые или нет?

Через пару минут, когда шум вертолёта совсем затих, стали подниматься попрятавшиеся мужики.

Поднялись шесть человек, а четверо так и остались лежать. Среди них был Виктор.

Собрав раскиданные в беспорядке вещи и перекусив на скорую руку, оставшиеся шесть человек отправились дальше. Через два часа только пятеро перешли болото на другой берег. Шестой, высокого роста худощавый мужик лет пятидесяти пяти не выдержал и сошёл с тропы, по которой их вёл Иван. Кинувшись с криком в сторону, увидав небольшое деревце, приняв его за человека, он провалился в топь и утонул. Подскочивший к Фёдору Иван не успел протянуть ему палку, трясина в мгновение ока утянула его.

— Всем идти в след, — заорал он на остальных, удивлённо смотревших на то место, где только что барахтался их товарищ. — Никуда в сторону не сворачивайте, а то все утопнем. Болото слабонервных не любит и не прощает. Все меня поняли? Взяли себя в руки и успокоились.

Притихнув, разоравшиеся и заметавшиеся в панике мужики побрели вслед за Иваном, который, проверяя палкой путь впереди себя, вёл оставшихся в живых, уставших людей через топкое болото. Дмитрий Игнатов замыкал цепочку.

Выбравшись из болота, пятеро мужиков побросали свои вещмешки и без сил повалились на сухую землю.

— Иван, — немного отдышавшись, заговорил Дмитрий, — откуда они узнали, что мы пойдём в болото, а не будем его обходить? И откуда эти (он махнул в ту сторону головой, откуда они пришли) узнали, в каком мы двигаемся направлении? Что-то тут не так.

— Не знаю, — доставая из мешка продукты, произнёс Иван. — Я ничего не знаю.

— Что будем делать дальше? — посмотрел на него Дмитрий.

— Первым делом надо набрать воды, — жуя сухарь, сказал Иван. — В лесу без воды нам не выжить, а озеро или речку ещё надо найти.

Все стали шарить в своих мешках и разбирать свои вещи. При первом осмотре вещей на поляне, где их оставили (все были сильно возбуждены и напуганы, а вещи проверяли плохо и невнимательно), они ничего не нашли. Теперь же каждый внимательно стал изучать содержимое своего вещмешка, вывалив на землю и тщательно всё перебирая. В трёх вещмешках обнаружились небольшие фляжки. Собрав их, Иван вновь пошёл в болото и набрал чистой воды.

— Будем пить помаленьку, — вернувшись, заговорил он. — Надо экономить, ведь фляжки маленькие, и воды в них мало. Сейчас перекусим, попьём воды и вперёд. Расслабляться и долго рассиживаться не будем, ведь нас ищут. Они знают, где мы, надо вести себя осторожней и не попадаться им на глаза. Кто что-нибудь услышит или увидит, сразу сообщайте. И никакой самодеятельности, результат налицо, а если кто забыл, могу напомнить. — Все внимательно посмотрели на него, но промолчали.

Через час (раньше трудно было всех поднять) небольшой отряд из пяти человек, пополнив фляжки водой, поднялись и, определив западное направление, отправились дальше через тайгу.

* * *

— Всё, Вадим, — поднялся Дмитрий, — давай, немного отдохнём, а потом я продолжу.

Дмитрий прилёг на диван, видно, беспокоили незажившие раны после побега с заимки. Вадим пошёл принимать душ и тоже немного отдохнуть.

Примерно часа через два Игнатов поднялся и вернулся на кухню, где уже сидел хозяин квартиры.

— Кофе есть? — поинтересовался он у Вадима.

— Сейчас налью. Тебе какой?

— Крепкий и без сахара.

Выпив кружку крепкого кофе, Дмитрий продолжил свой рассказ.

* * *

Три дня шли они на запад через непроходимую тайгу и буреломы. Болот больше на их пути не попадалось. На четвёртые сутки они вышли к небольшому лесному озеру. Вода, что набрали на болоте, давно закончилась. Но в тайге попадались небольшие ямы и овраги, на дне которых были лужи с мутной водой. Процеживая через белье, они набирали её и пили. Но воды было слишком мало, и приходилось часто останавливаться и разыскивать её. Ведь при ходьбе они теряли очень много жидкости из тела, и её надо было пополнять.

Выйдя к озеру, мужики обрадовались, но радость их была недолгой. Не успели они ладом отдохнуть и перекусить, как на них вышли охотники. Одного сразу пристрелили, а остальные, побросав вещи, спрятались под поваленными деревьями. Видно, по тайге пронёсся сильный ураган и повалил много деревьев, вырывая их с корнями, и набрасывая друг на друга. Вот в таком укрытии и затаилась наша четвёрка, выглядывая и наблюдая за своими преследователями.

— Что будем делать? — тихо, чтоб его только слышал Иван, спросил Дмитрий.

— Надо подкараулить проходящего мимо охотника и наброситься на него. Завладев его оружием, мы можем обороняться.

— Понятно, — зашептал почти в самое ухо Ивану Дмитрий. — А если они не пойдут в нашу сторону, тогда что?

— Надо сделать так, чтобы они пошли.

— Но как?

— А вот этого я не знаю, но надо что-то придумать и как можно быстрей, пока они нас не обнаружили. Если они нас найдут, то потом уже будет поздно.

Через пару минут мимо прятавшихся прошли трое охотников. Мужики притихли и не высовывались. С тремя вооруженными им было не справиться, и они стали ждать дальше. Пройдя мимо, никого не обнаружив, они вернулись к тому месту, где отдыхали беглецы и стали о чём-то совещаться.

Минут через пять в их сторону с автоматом на плече пошёл охотник. Затаив дыхание, спрятавшиеся в буреломе стали ждать, что тот будет делать.

Проверив кругом и никого не увидев, он повернулся к завалу спиной и, сняв штаны, присел.

Через несколько секунд, тихонько выбравшись из-под дерева, на него кинулся Иван и одним быстрым движением, не дав опомниться и позвать на помощь, перерезал ему горло. Не успело его тело обмякнуть, как в руках Ивана уже был автомат. Но охотники всё равно услышали и открыли огонь.

Передёрнув затвор, Иван стал отстреливаться. Поднялся шум, гам и беспорядочная стрельба. В неразберихе стреляли кто куда, ведь точного места, где спрятались беглецы, они не знали. Вот и палили в разные стороны, не разбираясь, свой ты или чужой.

Через тридцать минут беспорядочной беготни со стрельбой по лесу огонь прекратился. Иван застрелил двоих, но был сильно ранен в живот. Кровь фонтаном хлестала из раны, перемазав всю одежду. Ещё двое были убиты в беспорядочной пальбе между собой, но на это никто не обращал внимание. Все попрятались и, затаившись, стали ждать. С той и с другой стороны боялись высунуться и схлопотать пулю.

— Дмитрий, — давясь кровью, прошипел Иван, — уходите, я их задержу. Мне всё равно уже не жить.

— Иван, мы тебя понесём.

— Нет, я только буду вам мешать, — выплёвывая кровь, произнёс Иван, — уходите, оставьте меня одного. Сколько смогу, я их здесь задержу. А вы валите отсюда, пока я добрый.

Подобрав валявшийся рядом с убитыми автомат, Дмитрий простился с Иваном и с оставшимися двумя мужиками и, прячась за деревьями, скрылся от погони.

Примерно часа через три их нагнали и открыли по ним огонь. Прячась за деревьями, Дмитрий стал отстреливаться, пока не кончились патроны. Четверых он убил, но потерял одного из своих. Только что был здесь и исчез, как испарился. Охотники отступили, а Игнатов выбравшись из своего укрытия, подобрался к убитым и забрал карабин. В валявшемся рядом с убитым автомате патронов тоже не было.

Игорь (последний из оставшихся, второй так и не появился) и Дмитрий, прячась за деревьями, побежали дальше на запад, обойдя Лесное озеро и оставшихся в живых охотников. Сколько их осталось, он не знал. Если считать по убитым, то убитых уже девять человек.

— Было десять охотников на заимке, три охранника, возможно, и еще несколько человек, — спрятавшись в небольшом овраге, заваленным поваленными деревьями, считал Дмитрий. — Один охранник убит Иваном, один мной и семь охотников. Значит, остался один охранник и трое охотников. Приплюсуем еще пятерых, значит осталось…

— Я насчитал шесть человек, — подал из-за спины голос Игорь.

Дмитрий, задумавшись, резко повернулся на голос товарища по несчастью и вздернул карабин. Но вовремя опомнился и опустил.

— Сколько ты сказал? — посмотрел Дмитрий на него.

— Шесть человек, — повторил Игорь.

— Один охранник, тот который всегда стоял возле хозяина.

— Ага, теперь вспомнил, — произнес Игнатов.

— Три охотника и двоих я никогда раньше на заимке не видел.

— А ты, сколько времени там провел?

— Неделю, — ответил Игорь. — Мы сидели там втроем, потом привели еще двоих. А потом и вас, остальных.

— Что будем делать дальше? — посмотрел на него Дмитрий. — Отстреливаться или пробираться к цивилизации?

— Пойдем, а по дороге посмотрим по обстоятельствам, — произнес Игорь и поднялся. Дмитрий поднялся следом. Прячась за деревьями, они пошли.

— Ты служил? — спросил Игорь у Дмитрия.

— Да.

— А я нет, — понурив голову, произнес Игорь, — окончил институт, устроился в приличную контору, ну и пошло, и поехало.

— Как сюда попал? — спросил Дмитрий, шагая через лес и оглядываясь по сторонам.

— Друзья посоветовали. А ты?

— Тоже.

Примерно часа через три они наткнулись на лесную тропинку, и вышли к небольшому охотничьему домику. Проверив, что тот пуст, они решили в нем отдохнуть, а потом двигаться дальше. От домика шла небольшая дорога.

Но только они расположились и решили перекусить, как к домику вышли охотники. Среди них был и их пропавший бесследно товарищ.

Увидев его, Дмитрий понял, кто наводил на их след охотников.

— Сука, пристрелю первым, — зашипел он и приготовился дать отпор.

Окружив избушку, охотники спрятались и стали выжидать. Дмитрий тоже ждал, экономя патроны.

Первым не выдержал охранник и, высунувшись, схлопотал пулю в голову. Остальные открыли беспорядочный огонь по избушке. Стекла в окне разлетелись вдребезги, в дверях появились дыры. Упав на пол, Дмитрий и Игорь затаились. Услышав, что нет ответного огня, охотники вышли из своих укрытий и небольшими перебежками стали приближаться к домику.

Дмитрий еще пять раз выстрелил, уложив троих.

— Осталось двое, — тихо произнес Игорь и стал подниматься.

Выпущенная из автомата очередь пригвоздила его к стене. Захрипев, он тихо сполз с нее и затих. Дмитрий остался один.

* * *

— Все, — замолчал Игнатов, — надо отдохнуть. У тебя есть водка? — Вадим покачал головой, мол, ничего нет.

— Подожди, сейчас принесут, надо позвонить, — Дмитрий достал сотовый и, набрав номер, распорядился.

Через пару минут в дверь раздался звонок. Вадим пошел открывать, на пороге стоял охранник Дмитрия. Протянув пакет, он развернулся и пошел обратно вниз.

Выпив и закусив, Вадим спросил у Дмитрия, уже немного опьяневшего:

— Что было дальше? Как ты оттуда выбрался?

— Случайно, — набрав в грудь воздуха, заговорил он, — после того, как подстрелили Игоря, охотники затихли. Они не знали, что у меня закончились патроны и боялись лезть в дом. Я думал, они ушли. Но не тут-то было. Гнида, который наводил охотников на след, был из их банды. Это я узнал после того, как в него воткнул нож, оставленный мне Иваном. Он тихонько подобрался к двери и заскочил в домик. Я запустил в него нож и попал в грудь, рядом с сердцем, а он по инерции нажал на курок автомата. Одна пуля задела мне шею (Дмитрий, оголив воротник, показал шрам), другая угодила в плечо. Но пуля прошла навылет. Истекая кровью, я подполз к мужику и, надавив на него, все выпытал. Последний охотник, струсив, что остался один, убежал в лес. О нем я больше ничего не слышал. Изойдя кровью, предатель сдох, а я тут же потерял сознание.

— А как ты выжил и оказался здесь? — наливая еще водки, спросил Вадим.

Опрокинув водку в рот, Дмитрий продолжил:

— Очнулся от того, что кто-то тряс. Открыв глаза, я увидел перед собой старика, это был лесник. Перевязав мне рану и напоив какой-то травяной настойкой, он оставил меня отдыхать, а сам пошел за подмогой. Через три или четыре часа он вернулся с лошадью и привел двух своих сыновей. Погрузив меня, они отвезли в поселок. (Вадим, не перебивая, слушал). Через неделю я окреп и по телефону вызвал туда свою охрану. Потом два месяца валялся в больнице и теперь я перед тобой.

— Но что ты хочешь от меня? — посмотрел на него Вадим.

— Я хочу, чтобы ты нашел мне «седого», — поднялся Дмитрий.

— Но как?

— Я пока лежал в больнице, навел справки. Мои бойцы перешерстили всю Красноярскую область, но ничего не нашли.

— А я, думаешь, найду? — уставился на него Вадим.

— Я тебе дам один адрес, можно попробовать через него. Но есть одно «но».

— Говори, раз начал.

— Ты должен отправиться на ту заимку.

— Не понял, — поднялся Вадим и посмотрел на Игнатова.

— Только так можно попасть к «седому» на заимку. Меня он знает, а тебя нет.

— Не пойдет, — произнес Вадим Шведов.

— Десять миллионов долларов, — выкрикнул Игнатов и, схватившись за раненое, путем не зажитое плечо, опустился на стул, — двадцать. Только найди мне его, — простонал он и потерял сознание.

Вадим подскочил к нему и удержал от падения.

Перетащив Дмитрия на диван, он выскочил на улицу и, увидев машину с охранниками, подбежал к ним. Заметив Вадима, те выскочили.

— Что случилось? — спросил тот, который приносил пакет с водкой.

— Игнатов потерял сознание, — только и успел крикнуть он, как его оттолкнули и трое охранников кинулись в квартиру. Вадим поспешил следом.

Забежав в квартиру, один из охранников достал из кармана шприц и сделал Игнатову укол. Через десять минут тот открыл глаза и произнес:

— Вадим, подумай над моим предложением, а потом позвони.

Охранник достал визитку и сунул Вадиму в руку.

— Я не прощаюсь, — произнес Игнатов.

Охранники поставили его на ноги и через минуту ушли, уводя под руки Дмитрия.

Вадим с визиткой в руке остался в квартире один.

* * *

Через неделю Вадима Шведова вызвал к себе полковник Сергеев.

— Собирайся в командировку, Вадим, — сказал Сергеев. — Бери всех своих бойцов, поедете в Казахстан.

— На сколько? — Спросил капитан.

— На три месяца. Все. Идите, собирайтесь, завтра в двенадцать дня самолет.

На следующий день Вадим с командой улетели, он так и не позвонил Игнатову. Визитка, что сунул ему в руку охранник, так и осталась лежать на столике в прихожей.

Рождение ведьмака

1.

Посадив Джеки на проходящий мимо их города поезд «Москва — Пекин», Вадим Шведов отправился домой. Олег и Степан не могли приехать на проводы друга, они были заняты.

Серебристая Хонда, отъехав от железнодорожного вокзала, медленно двигалась в направлении центра города, где у Вадима была квартира. Торопиться было некуда, ведь дома его никто не ждал. Да и суббота была сегодня, выходной день. Хотя для бойцов полковника Сергея Сергеевича Сергеева выходных никогда не было, подрывались по звонку. В любой момент, день это или ночь, воскресенье или другой день недели, их могли поднять по команде и отправить на очередную операцию. Ведь преступники (убийцы, насильники и маньяки) выходных дней тоже не брали. Вот и жили ребята по звонку и по первому зову, не зная, где и что случится, и когда им позвонит начальник. Вскакивали среди ночи и неслись выполнять задание, ведь это была их работа и жизнь.

Подъезжая к своему дому, Вадим приглушил музыку и только решил припарковаться возле подъезда, как из-за припаркованного у бордюра тёмно-зелёного джипа выскочила девица и кинулась ему под колёса. Крутанув руль в сторону, он резко ударил по тормозам (сработала молниеносно профессиональная реакция), но расстояние было слишком мало, и он её задел. Выскочив из машины, Вадим подскочил к лежавшей девушке.

— Вы в порядке? — поднимая и ставя её на ноги, спросил он. — Я не сильно вас стукнул?

Симпатичная девушка тряхнула своими рыжими волосами и, облокотившись на его руку, произнесла:

— Нет, нет, я не пострадала. Это вы извините меня, что я выскочила прямо к вам под колёса. Я задумалась и не заметила вашей машины.

— Вы в порядке? — вновь Вадим задал ей вопрос, с ног до головы разглядывая девушку, нет ли на ней крови.

— Да, я в полном порядке, — посмотрела она на мужчину. — Только вот немного ударилась ногой и, по-моему, сломала каблук. Да немного порвалось платье, но это ерунда. Я, наверно, вас напугала своей неуклюжестью и рассеянностью. У меня это часто бывает. Иду по улице, задумаюсь и бац, влипла в какую-нибудь историю.

— Нет, это вы меня простите, сильно торопился и не смотрел по сторонам, — стал оправдываться Вадим перед девушкой.

— Я вас прощаю, и вы тогда меня тоже простите за мою невнимательность.

Они в раз засмеялись, глядя друг на друга после своей словесной перепалки в извинениях, кто прав, а кто нет.

— Давайте, зайдём ко мне? — предложил Вадим девушке. — Вы приведёте себя в порядок, и мы выпьем чаю или кофе. Потом, куда прикажете, я вас отвезу, но если вы торопитесь, то тогда от…, - девушка не дала ему договорить:

— Я никуда не тороплюсь, — посмотрела она на него. — А за приглашение спасибо, не откажусь.

— Подождите меня одну секунду, только припаркую машину, и мы поднимемся ко мне.

Рыжеволосая немного отошла в сторонку и стала ждать. Вадим быстренько припарковал свою Хонду и подбежал к девушке.

Поддерживая прихрамывающую девушку за локоть (при сломанном каблуке она переваливалась с ноги на ногу, как неуклюжая утка), он повёл её в квартиру. Глядя со стороны на то, как они поднимаются по лестнице, можно подумать, что любящий муж ведёт подвыпившую изрядно жену домой, а та этому не рада. Но на самом деле всё было по-другому, это Вадим опьянел от счастья и красоты девушки. Он не шёл, а летел, словно на крыльях любви и не заметил, как они поднялись к нему в квартиру.

— Где у вас можно привести себя в порядок и умыться? — услышал он голос девушки, словно через пелену тумана.

— Там есть полотенце, — показал он на ванную комнату, а сам пошёл в кухню ставить чайник. Ведь так просто он не мог отпустить девушку. Надо же иметь элементарную совесть и загладить свою оплошность, ведь это он сбил её, хоть виновата была она сама. Но он же мужчина, тем более девушка ему понравилась, хоть и рыжие были не в его вкусе.

Примерно прошло пару минут, и чайник закипел, Вадим поднялся и выключил его. В это время дверь ванной комнаты открылась и оттуда появилась обнаженная гостья. Только небольшое махровое полотенце прикрывало её бёдра и то не очень. Девушка, не скрывая своей прекрасной наготы (Вадим так и застыл, вытаращив от удивления глаза, глядел на неё), проследовала на кухню и уселась за стол, забросив ногу на ногу. Полотенце (и так ничего не прикрывавшее) вовсе распахнулось, открыв взору хозяина квартиры всю её прелесть. А когда она заговорила, у него и вовсе отвалилась нижняя челюсть.

— Ну, что стоишь столбом, Вадим? Что, голую бабу первый раз в своей жизни видишь? Налей даме кофе или, на крайний случай, чаю, если в этом доме нет хорошего кофе.

Вадим подскочил к шкафу, и уже доставая оттуда кофе и сахар, резко обернулся и, посмотрев на гостью, спросил:

— Откуда ты меня знаешь, рыжая красавица? Я, по крайней мере, не помню, чтобы тебе представлялся. И никак не могу вспомнить, где тебя видел и видел ли вообще в своей жизни.

— Видел, видел, красавчик, и не так давно. Но не вспоминай, моё лицо тебе не знакомо.

— Тогда откуда ты меня знаешь? — налив себе и ей кофе, спросил Вадим. — И почему ты говоришь, что мне не знакомо твое лицо? Я никогда не забываю лица, хоть и видел человека всего один раз. А, тем более, такое прекрасное личико, как у тебя, никогда бы не забыл.

— Ты видел меня в другом обличии, с другим лицом, — немного помолчав, произнесла девушка.

— В каком другом обличии, что ты тут мне ездишь по ушам? Ты что, сделала пластическую операцию и пришла меня шантажировать? Признавайся, кто ты на самом деле или вали отсюда по-хорошему. А то не посмотрю, что вы раздеты (он окинул её с ног до головы взглядом), выкину тебя на лестничную площадку.

— Не хорохорься, как неудовлетворённый самец, а лучше послушай, что я тебе скажу.

— Выкладывай, да побыстрей, а то мне рассиживаться с тобой некогда. У меня срочное дело и надо уехать.

— Нет у тебя никаких дел, капитан Шведов, так что посиди и послушай. Ты видел меня недавно и знал под другим именем (она замолчала на мгновение, поглядывая на Вадима, а потом добавила), бабка Евдоха.

Услышав это имя, Вадим шлёпнулся на стоявший рядом со столом стул, чуть не сбив чашки на пол. Глаза ещё больше вытаращились и полезли на лоб, а по телу забегали противные мурашки.

— Ну, ну, не надо здесь истерик, молодой человек, — заговорила гостья голосом старухи, которого Вадим никогда не сможет забыть. — Я не привидение и не покойник, как видишь, а симпатичная девушка. И если судить по тому, как ты, увидев меня, распустил слюни, то я выгляжу не так уж и плохо для старухи в моём-то возрасте. Приди в себя и вытри слюни, а то вон весь пол забрызгал.

— Этого не может быть, — замотав головой и приводя свои мысли в порядок, произнёс хозяин квартиры. — Ты же была очень … (но Вадим не успел договорить, ведьма его перебила):

— Не смотри на лицо, оно тебе ничего не даст, это просто личина. Хотя нет, это лицо — моё настоящее, а то, что ты видел в деревне, была личина. Для тех людей я была просто бабка Евдоха и не больше, хотя я им и помогала. Не смотри поверх меня, а лучше загляни мне в глаза и ты увидишь мою душу. Ведь ты это можешь, Вадим, в тебе течёт кровь Анны, самой могучей ведьмы на земле, которую я всю жизнь буду помнить.

Услышав имя, сказанное рыжей девицей, Вадим вспомнил свой сон. Сон ли это был на самом деле или нет, теперь он уже и не смог точно сказать. Всё у него перемешалось в голове: и деревенская ведьма, которой он отдал старую тетрадь, и привидение, приходившее к нему.

Схватив чашку с уже остывшим кофе, он сделал пару глотков и, посмотрев на свою рыжеволосую гостью, спросил:

— Как мне лучше обращаться к тебе, Евдоха или, может быть, Властелина? Теперь уже удивилась та, но виду не подала, а спросила:

— Откуда знаешь это имя, и кто тебе его открыл?

— Значит, я прав.

— Абсолютно прав, но открой мне имя того, кто тебе назвал моё настоящее имя?

— Тебе интересно это знать?

— Да. Меня этим именем уже лет триста никто не называл. Так, кто тебе его сказал?

— Анна и сказала, а ты думала, я его в твоём паспорте прочитал, пока ты была в ванной комнате и готовила себя (он вновь посмотрел на рыжую девицу) к этому разговору.

— Не ври мне, — закричала она и вскочила на ноги. Полотенце вообще упало на пол, и девушка предстала перед Вадимом во всей своей красе, а точнее в чём мать родила. Не обращая на это внимания, она вновь закричала:

— Не ври мне, не ври, Анна давно мертва! Она ничего не могла тебе сказать, потому что её уже давно нет среди нас.

— Да, ты права, её нет среди живых. Но ведь ты сама мне сказала, что во мне её кровь. Или это не так? И все твои сказанные здесь слова — сказка?

— Ну, и что из этого, что я тебе сказала? — она облокотилась рукой об стол и наклонилась перед Вадимом. Уставившись на него, она прожигала его своим взглядом насквозь. Её прекрасные груди почти касались лица мужчины. Большие соски тёмно-малинового цвета выделялись на её светлой коже, как два иногородних тела.

Сглотнув (от такой картины перед его глазами) слюну, Вадим произнёс:

— Она приходила ко мне во сне и разговаривала со мной.

— Она рассказала тебе, кто её убил?

— Да, Анна мне всё рассказала.

— А про тетрадь она знает, что ты отдал её мне?

— Знает, я ей всё рассказал. И ещё, если тебе будет интересно — колдун жив, — отрывая свой взгляд от грудей Властелины, произнёс Вадим. — Он, как и ты, сейчас выглядит по-другому.

Подняв упавшее полотенце, ведьма обернула его вокруг своих бёдер, прикрыв наготу, чтобы не смущать мужика, вновь присела на стул, но груди остались не прикрыты.

— Рассказывай, что Анна поведала тебе интересного о колдуне и обо мне, — немного успокоившись, и переведя дух, она посмотрела на Вадима, который не спускал с неё глаз. Кофе уже давно остыл, а она так и не притронулась к нему. — Да оторвись ты от моих сисек, словно никогда в своей жизни не видел голую бабу. Что ты так прилип к ним, как банный лист к …, пялишься и пялишься, как пацан.

Смутившись, Вадим отвернулся от девушки. Схватив чашку, он одним глотком допил свой холодный кофе и стал вкратце рассказывать ей свой сон:

— Проснувшись среди ночи и увидав в квартире привидение, я поначалу испугался. Но она успокоила меня и всё объяснила, кто она такая на самом деле и зачем ко мне пожаловала. Потом я нечаянно встретился на улице с колдуном. Он подсел ко мне в машину и потребовал, чтобы я отвёз его к себе домой, для какого-то срочного разговора, касающегося нас обоих. А когда они с Анной схватились в драке, она метнула в него молнию и нечаянно задела меня. Отлетев к стене и ударившись головой, я на время потерял сознание. Придя в себя, я никого и ничего подозрительного не обнаружил в квартире. Выкинув всё это из головы, я забыл о нём, сославшись на то, что это был просто страшный сон. А сейчас появляешься ты и напоминаешь мне о нашей с тобой встрече там, в деревне.

После того, как он всё ей рассказал, Властелина грациозно поднялась. Взглянув Вадиму в глаза, она взяла его за руку и повела в спальню. Полотенце вновь упало на пол, но этого уже никто не замечал. Их мысли в данный момент были заняты другим и блуждали совсем в другой плоскости от происходящего.

Поднявшись в шесть часов утра в понедельник, Вадим принял душ и приготовил себе кофе. Рыжеволосая бестия (больше никак её нельзя было назвать), ещё спала, раскинувшись обнаженной в его постели. Взглянув (одним взглядом на её прелести), Вадим выпил кофе, написал записку, оставив её на столе в кухне, и отправился на работу.

* * *

На работе капитан не находил себе места, то вскочив начинал ходить по кабинету из угла в угол, то вновь садился и погружался в раздумья. Он никак ещё не мог взять в свою голову, что это не сон, а всё происходит на самом деле. Бабка Евдоха (называвшая себя Властелиной) и тот первый сон (или не сон) с привидением Анны, всё это происходит с ним на самом деле.

«Зачем вернулась ведьма?», — думал он. «И какая роль отведена ему в её игре? Чего ему ждать от этой встречи?» В голову лезли дурные мысли, одни страшнее других, а ответа на них у Вадима пока не было.

Промаявшись до обеда и предупредив Сергея, что ему надо по делам, он покинул контору, отравившись сначала в ближайшее кафе, чтобы перекусить, а потом домой. Но спокойно добраться ему сегодня до дома было не суждено.

Через пять минут, как Вадим Шведов вышел из кафе и отъехал от него на своей Хонде, на перекрёстке в него врезался КАМАЗ. Ударившись головой, Вадим потерял сознание.

Очнулся Вадим только через двое суток. Открыв глаза, он увидел, что находится в комнате. Внимательно приглядевшись, он понял, что это не его квартира, а совсем чужая и ему не знакомая. Медленно поднявшись, никакой боли он не чувствовал, да и вспомнить ничего не мог. Как он сюда попал, и что с ним случилось? Потрогав лицо руками, Вадим почувствовал двухдневную щетину (он это точно мог определить, проверено и перепроверено на сто, нет на тысячу раз). В комнате никого не было, он тихонько позвал, но ему никто не отозвался. Постояв с пару минут, он всё-таки решился и пошёл проверять, где это он находится.

Квартира была большая, трёхкомнатная, но почти пустая. Мебели было совсем не много. В комнате, где он очнулся, были только кровать и стул. В прихожей шкаф-купе с зеркальной дверью и висевший на стене домашний телефон. Вадим проверил, телефон работает. В остальных комнатах было пусто, вообще ничего.

«Здесь что, никто не живёт?», — подумал он, «или ещё не полностью завезли вещи и остальную мебель?»

Пройдя на кухню (он по пути заглянул в туалет и ванную комнату, вода в кране была), Вадим обнаружил в шкафчиках банку растворимого кофе и сахар. Чайник стоял на столе.

— Хоть кофе на халяву попить, — включив чайник, он заглянул в холодильник, но там было пусто.

Пока закипал чайник, Вадим ещё раз обошел и проверил всю квартиру. Вернувшись на кухню, он выглянул в окно. Район ему был не знаком.

«Где это я? Надо позвонить домой, Властелина, наверно, волнуется. Ушёл на работу и не вернулся», — первым делом подумал он. «А потом надо звонить Сергею, пускай он меня отсюда вытаскивает». Забыв про чайник, он подскочил к телефону и стал набирать свой домашний номер (его сотовый куда-то исчез).

— Ало, — услышал он в трубке голос Властелины.

— Это я.

— Ты куда пропал и почему не отвечаешь на звонки?

— Властелина, меня, кажется, похитили.

— Ты где находишься?

— Этого я не знаю. Я очнулся в какой-то пустой квартире, здесь только кровать и больше никакой мебели.

— Ты пробовал открыть дверь?

— Ещё нет. Я сразу позвонил тебе.

— Попробуй её открыть.

— Подожди, не вешай трубку, сейчас попробую.

Железная дверь была закрыта снаружи. Без ключа её никак не открыть. «А если попытаться выбить?», — подумал он. Попробовав пару раз ударить плечом, Вадим бросил эту попытку и вновь взял телефонную трубку.

— Властелина, ты ещё там? — произнёс он.

— А где мне ещё быть? — фыркнула она. — Ну, что там с дверью?

— Дверь железная, мне её не выбить. А пытаться открыть бесполезно, она закрыта снаружи.

— Сиди там, я что-нибудь придумаю, — произнесла ведьма и положила трубку.

Постояв с минуту, Вадим стал набирать номер Сергея, но его телефон почему-то молчал. На проходной тоже никто не отвечал.

— Что за ерунда, куда все подевались? — подождав немного, Вадим повесил трубку и пошёл на кухню. — Выпью кофе и ещё раз попробую позвонить на работу. Но вторая и третья попытка дозвониться до кого-нибудь из ребят потерпела фиаско, никто не отвечал.

Ничего не оставалось делать, как только сидеть и ждать, когда придёт хозяин квартиры. Или найдёт рыжая ведьма и вытащит его отсюда.

* * *

Мужчина лет сорока пяти уже больше недели следил за Вадимом, следуя везде за его машиной. Сегодня, в понедельник, он незаметно отъехал от дома и последовал за серебристой Хондой. Проводив его до невзрачного здания из красного кирпича, он стал ждать. В обед Вадим вышел и отправился обратно домой, мужчина вновь незаметно последовал за ним. Остановившись возле летнего кафе и подождав, когда тот перекусит, мужчина проследил, в какую сторону поедет Хонда. Достав сотовый телефон, колдун (а это был именно он) набрал номер и произнёс всего два слова:

— Он едет.

На перекрёстке улиц Герцена и Туполева серебристую Хонду уже поджидал КАМАЗ, за рулём которого сидел молодой парень. Под чарами колдуна он был, как зомби, ничего не видя перед собой и не соображая, что делает. В голове у него непрерывно звучала одна единственная фраза, повторяющаяся через определённый промежуток времени: «Нужно врезаться в серебристую Хонду».

Услышав в телефоне голос колдуна, и увидев приближающую к перекрёстку машину, парень нажал на газ и на полной скорости врезался в Хонду. А дальше был провал и кромешная темнота.

Через минуту на месте аварии остановилась машина скорой помощи (появившаяся, словно из ниоткуда) и забрала потерявшего сознание водителя легковой машины. КАМАЗ сразу после столкновения сорвался с места и скрылся в неизвестном направлении. Через день, по заявлению об угоне, он был найден в карьере на окраине города. Угнавший машину молодой парень был найден в ней мертвым. Скрючившись неестественным образом, он сидел, крепко вцепившись посиневшими руками в руль.

А хозяин серебристой Хонды, капитан полиции Вадим Шведов, бесследно исчез. В больницах и в моргах его не было, а сотовый на постоянные звонки не отвечал.

Полковник Сергеев поднял всех своих спецов, но всё было бесполезно, Вадим словно испарился. Опросив свидетелей аварии, они проверили в городе все пункты скорой помощи, но по описанию и номерам такой машины нигде не значилось.

Загрузив бессознательного водителя Хонды в машину скорую помощи, его отвезли на съёмную квартиру и оставили там. После этого машина и санитары, что забрали после аварии пострадавшего, бесследно исчезли.

* * *

Очнувшись, Вадим тщательно проверил квартиру, в которой находился. Позвонив домой, он стал ждать помощи от рыжей ведьмы или когда появятся хозяева, но тех всё не было и не было. Железную дверь, как он ни старался, открыть не удалось. В окно опасно, слишком высоко. Дозвониться до полковника Сергеева так и не удалось. Сотовый Сергея был не в зоне действия, а рабочий молчал, почему-то даже не было гудков. Телефоны ребят тоже не отвечали.

— Что за ерунда здесь происходит и где, черт побери, я нахожусь?

Прошёл час, потом ещё два, но ни хозяина квартиры, ни телефонных звонков не было.

— Странное какое-то похищение, — расхаживая по квартире и временами выглядывая в окно, размышлял Вадим. — Кому я перешёл дорогу, хотя, если подумать, то многим. Ни одного преступника мы с ребятами поймали и закрыли. Сколько их было в моей жизни, всех и не упомнишь. Взять хотя бы того чокнутого профессора, возомнившего себя мессией или хозяина острова на Ивлевском болоте, свихнувшегося Филарета, ну и многих им подобных. Но зачем я кому-то понадобился? Могли бы просто убить, а вот так держать взаперти? Не пойму. Что-то здесь не так. Сколько прошло времени, как я нахожусь здесь, день или два, а может больше? Если судить по щетине, прошло дня три, не больше, но это только на первый взгляд.

Вадиму надоело слоняться из угла в угол, меряя шагами квартиру, и он решил опять лечь и отдохнуть. Ведь заняться здесь было больше нечем. Кофе уже не лез, а спиртного он не нашёл.

«Отдохну немного, а потом посмотрим», — подумал он. «Может, и хозяин объявится, а там по обстоятельствам посмотрим, что предпринять. Или объявится Властелина». Завалившись на кровать, Вадим задремал.

* * *

После звонка Вадима, Власта достала чёрную свечу и приступила к ворожбе. Прошло пятнадцать минут, а результат был отрицательный. Где находится Вадим, она определить не смогла. Кто-то очень сильный закрыл к нему дорогу. Прошло еще тридцать минут, но всё было бесполезно. Пробиться сквозь магический заслон она не смогла.

«Что теперь делать?», — затушив свечу, задумалась ведьма. «Как нащупать ауру Вадима? Вот, старая дура (хлопнула она себя по лбу), у меня же его тетрадь. Не его конечно, а Анны. С её помощью я могу вызвать дух хозяйки. А вместе с ней мы найдём след и определим то место, где он находится. Ведь в Вадиме течёт её кровь».

Перекусив бутербродами и запив зелёным чаем, Властелина приготовилась вызывать дух Анны. После ворожбы терялось много сил и приходилось их пополнять обильным питанием, забрасывая в себя всё то, что попадёт под руку, не разбираясь. Но в холодильнике ничего путного из продуктов не нашлось, пришлось обойтись тем, что было. По словам Вадима, Анна приходила к нему, хоть он точно и не знает, сон это был или нет. Вот сейчас узнаем и докопаемся до истины. Хотя кому она в этот момент нужна, самое главное вызволить из плена Вадима. А потом будем разбираться с похитителем, если его найдём. По ощущениям рыжей ведьмы, это был не простой человек. Скорее всего, это был сильный колдун, раз так умело закрыл след и ауру похищенного им человека, что даже такая ведьма, как она, её не смогла обнаружить.

Открыв тетрадь на нужной странице (где было написано заклинание, как вызвать дух её хозяйки) и, разложив в нужном порядке необходимые для этого ингредиенты, ведьма вновь разожгла чёрную свечу.

Уже на второй минуте прочтения заклинания (его нужно было читать на языке оригинала, на котором оно было написано, то есть мёртвом), в комнате стало прохладно. Передёрнув плечами, Властелина продолжила вызывать дух хозяйки. Прошло ещё минут пять непрерывного бормотания, как в комнате завибрировал воздух, и появилось мерцающее свечение. Ведьма, не поднимая головы и не обращая ни на что внимания, продолжала читать. Воздух в комнате стал ещё холоднее.

Резкая вспышка ослепительно яркого света заставила ведьму зажмуриться.

— Открой глаза, — услышала она мелодичный голос, напоминающий мелодию скрипки. Этот голос Властелина помнила всю свою жизнь и навеки он не забудется в её памяти. Голос Анны она помнила, как свой. Но ведьма боялась открыть глаза и увидеть ту, с которой она так давно не виделась.

«Сколько же прошло времени?», — пролетела мысль у неё в голове. «Наверно, уже прошло лет пятьсот?»

— Пятьсот пятьдесят три года, — услышала она ответ на свою мысль. — Да, подружка, прошло очень много времени, а ты нисколько не изменилась. Даже ни на год не постарела.

Набравшись смелости, Власта открыла глаза. Перед ней стояло не привидение и не бестелесный дух, а её подруга Анна в своём человеческом теле.

— Не пугайся меня, ведь ты сама меня позвала, — заговорила девушка. Она осталась в том же возрасте, в котором и умерла, нисколько не изменившись. Длинные, чёрные, как смоль, волосы спадали с её плеч, прикрывая груди, выглядывающие из глубокого декольте.

От тетради и подняв глаза, Властелина посмотрела на «старую» подругу, окинув её с ног до головы взглядом. На шее Анны, между грудей, как и прежде, висел на золотой цепочке кулон с чёрным (под цвет волос и глаз) камнем, а на среднем пальце правой руки перстень с голубым камнем. Это были её амулеты, с которыми она никогда не расставалась. Даже после её смерти они были на ней.

— Что, я очень сильно изменилась, раз ты на меня так смотришь, — вновь заговорила чёрная ведьма (как её когда-то звали) и подошла ближе к столу, за которым сидела Властелина.

— Нет, — только и смогла выдавить из себя рыжая ведьма.

— Ну, здравствуй подружка, — присела Анна напротив Властелины. — Давно мы с тобой не виделись.

— Здравствуй, Анна, — ответила та, не спуская с чёрной взгляда.

— Зачем я тебе через столько лет понадобилась, если ты соизволила меня вызвать?

— Кто-то похитил Вадима и держит его под магическим запором. Я никак не могу пробиться через него и найти то место, — набравшись смелости, произнесла Власта.

— А при чём здесь я?

— Помоги мне его найти.

— Зачем он тебе нужен? — Анна внимательно посмотрела на подругу. Проигнорировав этот вопрос, Властелина произнесла:

— Два часа назад я с ним разговаривала по телефону, он мне звонил.

— Так, позвони ему сама и узнай, где он находится.

— Не могу, на домашнем телефоне номер абонента не высвечивается, а сотовый его не отвечает.

— Понятно, — произнесла Анна и взглянула на открытую тетрадь, что лежала на столе перед рыжей ведьмой. Властелина заметила её взгляд и произнесла:

— Да, ты не ошиблась, это твоя тетрадь.

— Я знаю, — ответила Анна, — что она у тебя.

— Откуда?

— Не прикидывайся дурочкой, подружка, мне Вадим всё рассказал.

— Значит, это был не сон. И ты на самом деле навещала его?

— Да, я была здесь у него. Но он думает, что всё это ему приснилось, а переубеждать я его не стала. А ты откуда знаешь, что я навещала своего родственничка?

— Вадим мне всё рассказал. Но многое у него вылетело из головы.

— Хорошо хоть не всё, — улыбнулась черноволосая девица. — Я так шарахнула молнией того колдуна, которого он привёл в квартиру. Думала, Вадим вообще всё забудет, ан нет.

— Это был он? — посмотрела на Анну Власта.

— Точно не знаю. Увидав меня и поняв, кто перед ним, он исчез. Я метнула в него молнию, но не успела, он испарился в воздухе.

— А теперь вот похитили Вадима, и я думаю, что это именно тот колдун.

— А я тебе зачем нужна?

— Анна, я не могу нащупать его след. Ведь вы с ним одной крови, и тебе будет легче его найти.

— Ну, и как ты представляешь я смогу это сделать? — Анна поднялась и заходила по комнате.

— Ты и без меня это хорошо знаешь. Если соединить твою кровь и его, читая при этом заклинание, то чары развеются и заслон откроется. И тогда я смогу его найти. Анна, помоги мне спасти Вадима, — черная ведьма резко остановилась и посмотрела на рыжую. Та, не выдержав её гипнотического взгляда, опустила голову и засмущалась.

— Подруга, — заговорила Анна, — неужели ты в него влюбилась? Ах ты, старая ведьма, решила соблазнить невинного мальчика.

— Не такой он молодой, а тем более невинный.

— Ну, ну, рассказывай мне сказки. Ты хоть не забыла, сколько тебе лет? — заулыбалась черноволосая девица.

— А при чём здесь мой возраст?

— Твои любовные похождения тебя до добра не доведут. Никак не можешь остановиться, чтобы кого-нибудь не подцепить. Да, подруга, ты нисколько неисправима. Как была распутной стервой, такой и осталась. Тебя только могила исправит.

— Не каркай, чёрная, — прикрикнула на подругу Властелина и резко вскочила на ноги. — Я ещё тебя переживу. Услышав такие слова, Анна рассмеялась:

— Подруга, ты разве забыла, что я уже больше пятисот лет, как мертва. — Рыжая ведьма, глянув на неё, тоже засмеялась.

— Ладно, шутки в сторону, — просмеявшись и вытерев выступившие от смеха слёзы, заговорила Анна, — надо срочно выручать родственничка. Он мне тоже нужен в этом мире живым и невредимым.

— Ты, всё-таки, хочешь отомстить колдуну за своё убийство?

— Да, Власта, я хочу его найти и наказать.

* * *

Полковник Сергеев сбился с ног, разыскивая капитана Шведова. Уже прошло три дня, как машина Вадима попала в аварию, а его самого и след простыл. Подняв всех своих бойцов, они перешерстили весь город и его окрестности, но никаких следов. Сотовый и домашний телефоны капитана не отвечали, а его квартира была пустой. Властелина навела морок, и когда полковник с бойцами её открыли, то никого в ней не обнаружили. Она пока не хотела, чтобы её здесь видели и задавали провокационные вопросы. А потом, когда всё утрясётся, и они с Анной найдут Вадима, можно и открыться.

Куда мог исчезнуть капитан, Сергей не мог понять. Никаких срочных дел у него не было. Полковник созвонился с Джеки (Вадим его провожал на поезд), но тот ничего конкретного ему не сказал.

— Товарищ полковник, я ничего не знаю. Он мне о своих планах на ближайшее время ничего не говорил.

— Ладно, отдыхай, Джеки и передавай от всех нас привет родственникам.

— Спасибо, товарищ полковник, обязательно передам, — ответил тот. А что у вас там случилось?

— Нет, нет, ничего. Просто, я решил позвонить и узнать, как ты добрался до дома.

— Товарищ полковник, — заговорил Джеки, но тот не дал ему договорить.

— Всё, старший лейтенант, отдыхай, — произнёс полковник Сергеев и повесил трубку.

— Как он там? — поинтересовались бойцы.

— Нормально. О планах Вадима он тоже ничего не знает.

— Что будем делать? — вновь поинтересовались ребята, сидевшие в кабинете начальника.

— Подождём, может, сам объявится, — сказал полковник, — но наблюдение за его квартирой продолжать. Чтобы днём и ночью глаз с неё не спускали.

— А если нет? — посмотрели они на него.

— Всё, идите и работайте.

* * *

Разместили в углах пентаграммы, нарисованной на полу кровью Анны, зажжённые чёрные свечи. В её центре, в нарисованном мелом круге, они положили волос Вадима, найденный на расчёске в ванной комнате. Капнув на него капельку крови Анны, ведьмы стали произносить вслух на мёртвом языке «заклинание поиска». Властелина читала его по тетради, а Анна по памяти.

Впав в гипнотический транс, они стали постепенно пробиваться через магический заслон колдуна, раздвигая перед собой временные и пространственные двери к ауре разыскиваемого ими человека.

2.

Дверь в квартиру открылась. От громкого щелчка, прозвучавшего в пустой квартире, как звук пистолетного выстрела, Вадим открыл глаза и вскочил на ноги, реакция сработала мгновенно.

— Не напрягайся, — услышал он грубый мужской голос вошедшего в квартиру, — я тебе ничего плохого не сделаю.

Вадим вновь присел на кровать, дожидаясь, когда появится хозяин голоса, но расслабляться не стал.

— Не делай резких движений, Вадим, — зашёл в комнату мужчина лет сорока пяти, — и я тебя не убью.

Вадим собрал всю свою волю, как говорится, в кулак, не подавая вида, но приготовился к прыжку.

— Ты кто такой и что тебе от меня нужно? — Посмотрел он на вошедшего.

— Самую малость, друг мой, — не обращая не него внимания (как думал Вадим), заговорил мужик.

— Я тебя не знаю, и ты мне в друзья не набивайся, — повысил голос капитан Шведов. — Говори, кто ты такой?

— Тебе не нужно знать моё имя, просто отдай мне тетрадь Анны, и я тебя отпущу.

— Какую тетрадь? — сделал удивлённый вид Вадим. — И кто такая Анна?

— Не прикидывайся, что ничего не понял, — выкрикнул мужик, но подходить ближе к Вадиму не стал, а топтался в дверях.

— Я не знаю, о какой тетради ты говоришь. Объясни всё человеческим языком, может, я и вспомню, — прикинувшись, что ничего не понимает, но, уже догадавшись, кто перед ним, сказал Вадим.

— Тетрадь, что ты нашёл в доме своих родителей год назад.

— А откуда ты взял, что я там что-то нашёл?

— Вадим, мне некогда разводить с тобой байки и препираться, отдай по-хорошему.

— И что будет дальше, дед Иван? Или как там тебя зовут по-настоящему?

Колдун удивлённо посмотрел на Вадима, поняв, что тот догадался, кто он.

— Я тебя отпущу, и ты меня больше никогда не увидишь в своей жизни.

— А если я её не отдам тебе, что ты сделаешь?

— Отдашь или я тебя убью.

— Ой, как напугал, аж страшно стало. Дяденька, отпусти меня, а то я заплачу.

— Не ехидничай.

— Значит, ты не сгорел в том доме? — через минуту, окинув колдуна взглядом (Вадим сразу понял, что перед ним колдун, когда тот заговорил о старой тетради), спросил Вадим.

— Нет, не сгорел, если тебя так будет легче.

— И как теперь прикажешь мне тебя называть? — посмотрел на колдуна Вадим. — Дедом Иваном как-то неудобно, а твоего настоящего имени я не знаю.

— Зачем тебе знать моё настоящее имя, оно тебе ничего не скажет.

— Послушай меня (на мгновение Вадим замолчал, а потом добавил), колдун. Это ты пришёл ко мне, а не наоборот. И не надо меня учить жизни, я тебе не сопливый пацан, могу и ответить.

— Ха, ха, ха, ха, — рассмеялся мужик. — Вот удивил, так удивил дедушку. Это мне, оказывается, надо тебя бояться, друг мой ненаглядный, а не наоборот, вот рассмешил, так рассмешил. Извини, что я не спросил у тебя разрешения, а привёз сюда. По своей воле ты бы ко мне не поехал. Так что, не обессудь, как получилось, так получилось. Могло бы быть ещё хуже, а так ты живой и невредимый, даже не поцарапался.

Вадим резко вскочил и попытался достать колдуна ногой. Но тот взмахом руки отправил его в угол комнаты. Тряся головой, капитан поднялся, но второй попытки наброситься на колдуна делать не стал.

— Ну что, остыл? — спокойно сказал колдун. Взяв стул и поставив его в середину комнаты, он уселся на него. Вадим, поглядывая на колдуна, медленно, не делая резких движений, прошёл и сел обратно на кровать.

— Давай, поговорим, как мужик с мужиком, — заговорил колдун, — а не будем кидаться друг на друга, как два бродячих шакала. Хоть шакалом я себя никогда не считал, скорее всего, тигром.

— Ещё надо посмотреть, кто здесь шакал, а кто тигр, — огрызнулся Вадим, не сводя с того глаз.

— Ха, ха, ха, ха, — вновь засмеялся колдун.

Ещё не успел закончиться его истерический смех, как в комнате повеяло сквозняком. У Вадима что-то щёлкнуло в голове, он резко закрыл глаза и зажал уши руками. В комнате ярко вспыхнул свет, и из него появились две ведьмы.

Рыжая подскочила к Вадиму, а чёрная, взмахнув рукой, пригвоздила колдуна к стулу. Зрение ещё путём не успело восстановиться, а колдун был уже обездвижен и, моргая глазами, смотрел на ведьму.

— Ну, здравствуй, Константин, — произнесла Анна (она сразу узнала своего убийцу). — Вот, мы и свиделись, хоть ты и очень хорошо скрывался от моего пристального взора, меняя своё лицо. — Чёрный колдун был обездвижен, но говорить мог.

— Говори, что притих, упырь, — прикрикнула на него чёрная ведьма. Властелина, подскочив к Вадиму, присела рядом с ним и обняла, закрывая его своей магической силой.

— А ты хорошо сохранилась, — словно он был здесь хозяин положения, произнёс Константин, — хоть и прошло столько времени, как я тебя …

Но Анна не дала договорить, подскочила и врезала ему кулаком по лицу:

— Замолчи ублюдок, а не то я…

— Ну, ну, девочка, говори, что замолчала, — вскочил на ноги колдун, словно и не был обездвижен. Та, опешив, отскочила и, подняв правую руку, выпустила в колдуна молнию. Он взмахом руки (будто отгоняя назойливую муху), отмахнулся от неё.

— Слабеешь, девочка, — тихим голосом произнёс Константин и обратно присел на стул. Показывая ведьме свою силу и словно говоря: «Смотри, каким я теперь стал сильным, тебе меня не одолеть».

Анна вновь метнула в него молнию, но колдун играючи отбил её в сторону и поднял вверх обе руки, мол, сдаюсь.

— Давай, лучше поговорим, — не опуская рук, произнёс он, — а не будем швыряться молниями. Ещё спалим квартиру, где тогда я буду жить?

— В аду ты будешь жить, — выкрикнула Анна, но молнии перестала швырять. — Твой дом в аду, убийца.

— Не горячись, девочка, а то сгоришь.

— Убийца, — вновь выкрикнула чёрная ведьма, но уже не так строго.

Властелина поднялась и подошла к Анне, встав рядом с ней. Вадим остался сидеть, наблюдая за происходящим в комнате.

— Ой, и ты здесь, рыжая, — заулыбался колдун, переводя взгляд с Анны на Власту. — Только не убивайте меня, а то я испугаюсь и убегу. Я ещё не поговорил с этим молодым человеком о…

Но Властелина не дала ему договорить:

— У него нет тетради, Константин, отпусти его.

— А ты откуда это знаешь, рыжая?

— Знаю! — выкрикнула она. — Отпусти Вадима, и я отдам тебе её.

— Опаньки, — поднялся колдун. — Значит, он всё-таки отдал тетрадь тебе. И чем же ты его соблазнила (он окинул стройную фигуру колдуньи), рыжая?

— Не твоего ума дело, — выкрикнула Власта, — чем соблазнила.

— Значит, опять принялась за старое. Сколько лет я тебя знаю, а ты никак не насытишься. Как была продажной девкой в таверне, так ей и осталась до сих пор.

— Не тебе судить, убийца, — уже спокойным голосом произнесла Властелина. — Да, я люблю мужиков, и они меня тоже, но я никого зря не убиваю, как некоторые из здесь присутствующих.

— Заткнись, шлюха, — закричал колдун и взмахнул рукой, посылая в рыжую воздушный удар. Но тот рассыпался в воздухе, не долетев до ведьмы.

Вскочив на ноги, Вадим послал мысленный удар ему навстречу (как он это сделал, Вадим так и не понял). Только колдун зашатался и как стоял, столбом грохнулся на пол. Анна и Власта обернулись и уставились на Вадима, ничего не понимая.

— Он хотел ударить тебя, Власта, — заговорил Вадим и подошёл к «девушкам». — Я этого не мог допустить.

Первым пришла в себя чёрная ведьма.

— С каких пор ты владеешь воздушным ударом?

— Чем? — переспросил Вадим.

— Как давно ты почувствовал в себе магическую силу?

— Не знаю я никакой силы, — удивлённо посмотрел на неё. — Просто, я испугался за Власту, а, как и что произошло, я не понял.

Константин открыл глаза и зашевелился, но подняться ему не дали. Две ведьмы и Вадим прижали мысленно его к полу.

— Лежи и не дёргайся, — подскочил к колдуну Вадим и наступил на руку, которую тот хотел поднять.

— Всё, — заскулил от боли Константин, — убери ногу с руки.

— Обещай, что не будешь пакостить, — произнесла Анна.

— Не буду, — скрипя зубами от боли в руке, выдавил колдун.

Вадим убрал ногу и медленно отступил от него на пару шагов, готовый, если тот рыпнется, нанести удар.

Поднявшись (ведьмы и Вадим внимательно наблюдали за его движением), колдун сел на стул.

— Зачем тебе нужна моя тетрадь? — посмотрела на Константина Анна. — Ты ведь знаешь, что она сожжёт тебя синим пламенем.

— Всё это глупые сказки, — заговорил, поглядывая на чёрную ведьму колдун. — Ты сама знаешь, что это ложь. Ведь он же жив (показал он головой на Вадима) и, как видишь, даже не обгорел нисколечко.

— Это точно ты подметил. Это легко можно объяснить.

— А ты объясни, а я послушаю.

— В этом молодом человеке моя кровь. Он мой дальний родственник, — произнесла Анна, не сводя с колдуна глаз (мало ли, что у него на уме).

— С вами всё понятно. Значит, он твой родственник, этим всё и объяснимо.

— Так, скажи мне по старой памяти, зачем тебе понадобилась моя тетрадь, раз ты готов за неё на убийство?

— Ты не поверишь, если я тебе скажу.

— Ты объясни, может, мы поймём? — опережая вопрос Анны, спросил Вадим.

Власта взяла его за руку, но ничего говорить не стала, только заглянула в его чёрные, как у Анны глаза. Чёрная ведьма тоже промолчала, но своих глаз от колдуна не отвела.

— Мы тебя внимательно слушаем, — вновь заговорил Вадим, подморгнув подружке. Та улыбнулась ему, но уже через мгновение сделала лицо серьёзным.

— Можно мне воды? — тихим голосом произнёс Константин. — А то в горле что-то пересохло. — Вадим посмотрел на Анну, потом перевёл взгляд на Власту:

— Будьте внимательны и не спускайте с него глаз, я сейчас принесу воды.

Только он на одно мгновение ослабил свой контроль над колдуном, как тот воспользовался этой ситуацией. Вскинув сразу обе руки, Константин послал воздушный удар в ведьм и вырубил их. Тройная сила удерживала его, и он не мог применить магию. А сейчас, когда Вадим на секунду убрал свою, союз трёх сил распался, этим и воспользовался колдун. Послав удар в ведьм, колдун исчез в воздухе, подняв в комнате воздушный вихрь. Вадим рванулся обратно, но было уже поздно.

С исчезновением колдуна вихрь постепенно прекратился, оставив на полу две скрюченные фигуры ведьм.

Подскочив к ведьмам, Вадим увидел, что из носа Власты идёт кровь. У Анны крови не было, но она тоже лежала не шевелясь. Что делать он не знал.

Зажав голову Власты руками, он мысленно позвал её, посылая ей прямо в мозг магические импульсы. Как это у него происходило, он не знал. Вадим просто звал её по имени, сжимая рыжей руками голову. Его ладони стали гореть, как будто он прикоснулся к огню. Потом в глазах вспыхнул яркий свет, и он потерял сознание.

Когда через некоторое время он очнулся (лежа тут же на полу), на него пристально смотрели живые и невредимые Анна и Властелина.

— Как себя чувствуешь, герой? — поинтересовалась чёрная ведьма и переглянулась с рыжей.

— Нормально, — отстраняя руки Власты (лежавшие у него на груди), поднялся Вадим. — А где колдун?

— Исчез, — произнесла Властелина, поднимаясь.

— Надо поскорее убираться отсюда, — поднявшись, произнесла Анна, — пока Константин не вернулся и не застал нас врасплох.

— Но почему он вас не убил? — поинтересовался Вадим, переводя взгляд с одной ведьмы на другую.

— Не знаю, — ответила чёрная. Рыжая просто промолчала, пожимая плечами.

— Нам пора, — произнесла Анна.

Взявшись за руки, ведьмы в один голос произнесли заклинание на мёртвом языке (как ни старался Вадим, ничего не понял из сказанного). Вспыхнул яркий свет, и комната опустела. Там, где только что стояли две ведьмы и Вадим, было пусто.

* * *

Исчезнув в воздушном вихре с квартиры, Константин перенёсся в свой каменный дом, что находился в ста километрах от города, в коттеджном посёлке. Закрывшись на все магические запоры, чтобы его не нашли ведьмы (откуда они только взялись), колдун стал бегать по дому и размышлять, что ему предпринять в этом случае.

— Троих мне не победить, надо что-то придумать и чем раньше, тем лучше. А то они первыми найдут меня и уничтожат. Откуда взялась такая сила у этого сопливого юнца? (Константин был старше Анны на сто двадцать лет, а значит, ему сейчас было восемьсот лет). Он ещё не родился, когда я уже был великим и могучим колдуном.

Так, расхаживая по дому и меряя его шагами, он не заметил, как опустились сумерки, и наступила ночь. Ничего не придумав, колдун помолился своему «богу» и отправился спать.

* * *

Через мгновение, исчезнув из квартиры колдуна, троица очутилась в квартире Вадима. Теперь уже не было ни музыки, ни прохлады. Просто вспыхнул яркий свет, и из него вышли, словно открыв дверь, две ведьмы и Вадим Шведов. Свет померк, и всё встало на свои места.

— Вадим, можешь открыть глаза, — произнесла Власта, — всё уже закончилось, и мы дома.

Жизнь вернулась в своё русло и потекла по накатанной дорожке. Нет, нет, не так, жизнь капитана полиции Вадима Шведова резко поменялась, превратив его из заурядного спецназовца в ведьмака, владеющего неизвестными ему ранее магическими способностями. Скрытая магия крови нескольких потомков могущественных ведьм проснулась в нём, стала расти и набирать силу.

«Что теперь ему делать с этим?» — прохаживаясь по квартире, думал он.

Властелина пошла отдыхать, а Анна, перенеся их обратно и попрощавшись, исчезла обратно в свой мир. Время за раздумьями пролетело незаметно.

На улицы города опустились сумерки, и в тёмном небе появились две луны, заглядывая в открытые окна и подсматривая за ночной жизнью людей. Одна — жёлтая, родная спутница нашей земли, другая — кроваво-красная, внезапно появившаяся в небе и наделавшая столько шума. С её появлением на земле стали происходить странные, а временами пугающие, не понятные никому вещи. Вылезли из своих потайных щелей маньяки и извращенцы. Стали появляться в мире кровожадные чудовища и вампиры, нападающие на людей и превращающие в себеподобных. А самое главное, в нашем мире вновь появилась магия колдунов и ведьм. Скажи кому, не поверят. Не жизнь, а какая-то страшная сказка или фильм ужасов.

Наступила ночь, Вадим принял душ и завалился под бок к рыжей ведьме. Через пару минут он закрыл глаза и провалился в глубокий сон. Властелина, прижавшись к его груди, посапывала, что-то тихонько бормоча во сне.

3.

Проснувшись утром как всегда в шесть часов, Вадим Шведов сходил в душ и побрился. Налив кофе, он решил позвонить полковнику Сергееву и отпроситься на несколько дней.

— Серёга, — услышав, что на том конце подняли трубку, сказал Вадим. Но тот, узнав голос друга, не дал ему продолжать говорить, а закричал:

— Ты куда делся? Мы тебя уже три дня ищем всем отделом, с ног сбились. Машину твою нашли, а тебя след простыл, надо же предупреждать.

— Вот, я и звоню, чтобы предупредить, — перебил Сергея Вадим.

— Не понял. О чём ты меня хочешь предупредить? — удивлённым голосом спросил полковник.

— Сергей, только не говори нет, а сперва внимательно выслушай.

— Ну, давай, говори, что тебе нужно.

— Я хочу взять отпуск, дней на десять.

— Чего, какой к чёрту отпуск? — закричал в трубку Сергеев. — В отделе и так никого нет, да ты ещё в отпуск собрался. Кто за вас работать будет, я, что ли?

— Ты не кипятись, а выслушай, — продолжил спокойно Вадим. — Мне нужно найти одного человека, и это очень срочно. Сложилась такая ситуация (Вадим на мгновение замолчал, а потом продолжил). Если он найдёт меня первым, то убьёт (Сергей внимательно слушал и не перебивал), а я этого не хочу.

— И что ты хочешь от меня?

— Всего десять дней за свой счёт и больше ничего.

— Какая-нибудь помощь от меня нужна?

— Нет, справлюсь один.

— Ладно, уговорил, чёрт с тобой. Только эти три дня, что ты отсутствовал, я включаю в твой отпуск.

— Спасибо, Сергей, ты отличный друг, — произнёс в трубку Вадим и хотел её уже положить, как полковник заговорил вновь:

— Вадим, можешь забрать свою машину, она в нашем гараже.

— Куда я её дену, ведь она после ДТП битая, — произнёс капитан.

— Не парься, её отремонтировали, можешь забирать.

— Спасибо, Сергей, я твой должник, — обрадовался Вадим, чуть не пустившись от такой новости в пляс.

— Естественно, — бросил в трубку полковник, — с тебя простава.

Положив трубку, Вадим вновь зашёл в кухню и присел за стол. Кофе, пока он разговаривал с Сергеем, уже остыл, а делать новый ему не хотелось.

— Первым делом надо забрать машину из гаража, — попивая холодный кофе, вслух размышлял он. — Без неё я как без рук. А что делать потом? — поднеся ко рту чашку, Вадим задумался.

— Вадим, — услышал он голос Власты, — разговаривать с самим собой — это дурная примета. — Повернувшись, он увидел стоявшую в дверях рыжеволосую девушку. Та, облокотившись на дверной косяк, внимательно поглядывала на него.

— Ты давно здесь стоишь? — Окинул он её с ног до головы.

— Лучше налей даме кофе, чем задавать глупые вопросы и пялиться, — потянулась она и прошла к столу.

— А шампанского не надо?

— Не отказалась бы, но сперва кофе. Шампанское будем пить после того, как найдём и уничтожим колдуна.

— А это мне надо?

— Надо, Вадим, надо. Если не мы его, так он нас, а я ещё хочу пожить.

Вадим снизу вверх глянул на Власту, но говорить ничего не стал.

— Лучше молчи, — видно прочитав его мысли, сказала рыжая. — А то что-нибудь не то ляпнешь, а потом самому стыдно будет.

Вадим молча поднялся и сделал даме кофе.

— Что будем делать? — Поставив перед ней чашку, спросил он.

— Пить кофе, — улыбнулась ведьма, поглядывая на него.

— А потом?

— Потом пойдём в постель.

— Я серьёзно спрашиваю, — посмотрев на ведьму, Вадим одним глотком допил свой холодный кофе.

— И я серьёзно, — ответила та. — А потом я постараюсь найти, куда спрятался Константин.

— А если у тебя это не получится?

— Вызову Анну, и вдвоём будем его искать.

— Тогда я сгоняю за машиной, её ребята отремонтировали, — сказал Вадим и, ставя на стол пустую чашку, пошёл одеваться.

* * *

Вернувшись через час, Вадим обнаружил в квартире Анну. Они тихо сидели в зале и о чём-то тихо беседовали.

— Привет, — бросил он, проходя и присаживаясь рядом. — Как наши дела?

— Дела у прокурора, — повернулась к нему Властелина.

— Понятно, — поднялся Вадим. — Я тогда пойду на кухню и не буду вам мешать.

— Сядь, — произнесла Анна, — и послушай.

Вадим молча присел, поглядывая то на одну, то на другую ведьму.

— Колдун закрылся, — смягчив строгий тон на более мягкий, вновь заговорила Анна. — Мы никак не можем его найти. Константин — очень сильный колдун.

— Ну, и что теперь делать? — задал вопрос Вадим.

— Не знаю, — ответила чёрная ведьма.

— Будем ждать, когда он вылезет из своего убежища и откроется, — добавила Властелина и внимательно посмотрела на Вадима.

— И сколько нам ждать? У меня времени в обрез, ведь я на службе, вы не забыли?

— Поживём, увидим, — произнесла Анна.

От услышанных слов Вадим чуть не подавился. Слышать такое от привидения он никак не мог. Властелина тоже посмотрела на подругу, но говорить ничего не стала.

— А, может, втроём попробуем его разыскать, — поднялся Вадим и стал прохаживаться по комнате. — Ведь какая никакая и у меня сила есть.

— Твоя сила не для этого, — произнесла чёрная ведьма и посмотрела на рыжую, говорить дальше или нет.

Резко остановившись, Вадим уставился на них.

— Говори, Анна, сейчас уже можно, — поднялась Власта и, подойдя к Вадиму, взяла его за руку.

— Ну, что замолчали, — перевёл он взгляд с одной на другую, — говорите, я вас внимательно слушаю.

— Вадим, — через несколько секунд заговорила Анна, — у тебя нет силы поиска. Ты боевой ведьмак и немного можешь лечить.

— А поточнее можно?

— Ты боевой маг. В тебе сила бойца, а не розыскного.

— Не понял, можно повторить последнее слово?

Властелина, заглядывая в чёрные глаза Вадима, сказала:

— Ты не можешь разыскивать людей, эта сила тебе неподвластна. В твоей крови другая сила и другие возможности. Вспомни, как ты воздушным ударом отбросил колдуна и не дал ему убить нас. Ты прирождённый боец, а это много чего значит.

— А Константин кто? — поинтересовался ведьмак, переводя взгляд с одной «девушки» на другую.

— Константин — чёрный маг. Но он не был рождён ведьмаком, он был простым лекарем, — заговорила Анна, ведь она его лучше знала, чем Власта. — Он много времени учился и достиг очень многого в магии и колдовстве. У Константина были хорошие учителя.

— Почему были? — перебил её Вадим.

— Он их всех убил. Не сразу, конечно, ведь они были не простыми учителями, а великими магами и чародеями. Изучая двести лет чёрную магию, он превратился из простого деревенского лекаря в колдуна. А после убийства своих учителей стал могущественным и единственным во всём мире чёрным магом. Были, конечно, и другие, но послабей. Константин нашёл их всех и убил, а те, кто остались, поклялись служить ему, трясясь за свою подлую душонку.

— Ладно, это я понял, — заговорил Вадим, перебивая Анну. — Но зачем понадобился ему я и эта чёртова тетрадь? Ведь я против него никто и звать меня никак.

— Он боится тебя, — через мгновение добавила чёрная ведьма. — Как я уже сказала, он не был рождён ведьмаком, а ты да. В тебе течёт кровь великих магов и ведьм. Ты чистокровный. Твоя сила растёт с каждым годом, а этого он боится. Я ответила тебе на вопрос?

— Да, ответила, а зачем ему твоя тетрадь? Что в ней такого интересного, что он готов за неё умереть? — Анна и Властелина рассмеялись в один голос, поглядывая на него.

— Я что, опять не то сморозил?

— Нет, ничего, — вытирая слёзы, выступившие из глаз, произнесла Властелина. — В ней для Константина ничего нет, но он этого не знает.

— А чем она тогда поможет мне? — посмотрел на рыжую ведьму Вадим.

— Тоже ничем, — ответила за подругу Анна. — Те заклинания, что там записаны, может использовать только ведьма, то есть женщина. А в руках мужчины она просто обыкновенная тетрадь.

Проговорив почти до вечера, Анна с Властой вспоминали прошлое, а Вадим просто слушал, временами поднимаясь и делая «дамам» кофе. Ближе к ночи Анна попрощалась и исчезла во всплеске яркого света. А Вадим с рыжей бестией отправились спать, если можно было так сказать.

4.

Константин проснулся утром в скверном настроении. Так ничего не придумав, он промаялся полночи, ворочаясь с боку на бок, а временами соскакивая и бегая по комнате. Откуда взялась сила у этого сопливого юнца? Неужели, он что-то узнал из тетради ведьмы? Что теперь ему делать, ведь с тремя он не справится?

Приготовив себе лечебный отвар, ведь после вчерашней встречи с ведьмами и этим (он не знал, как его назвать, ведь Вадим колдуном не был), он потратил много сил. Выпив отвар и смазав целебными мазями болевшую грудь (после того, как этот молокосос послал в него воздушный удар), колдун спустился в подвал, где у него была оборудованная комната для чёрного колдовства.

«После сеанса надо вызвать Ромула», — спускаясь вниз, размышлял он.

У чёрного мага ещё тройка мелких колдунов, но в этом деле они были ему не помощники. Один жил в Египте, он был заклинателем. А два других постоянно находились в Америке, один в США, другой в Мексике. Эти двое играли на биржах и зарабатывали Константину огромные деньги.

От этой тройки в данный момент никакой пользы не было, а вот Ромул был ему нужен. Этот небольшого роста старик был у него на побегушках. Он был лекарем. Лечил деревенских жителей и никуда выше головы не прыгал. Но основное его призвание — поиск людей. Ромул находил людей, и это у него получалось неплохо. Это он несколько лет назад нашёл Властелину, скрывающуюся под личиной бабки Евдохи в глухой деревне.

Через час Константин выдернул Ромула из глубокой сибирской деревушки в свой дом. Он появился с пучком какой-то травы в одной руке, а в другой с обыкновенным кухонным ножом, которым её резал.

— Зачем я тебе понадобился, хозяин? — выходя из воздуха, словно открывая дверь из соседней комнаты, залепетал старик.

— Мне нужно, чтобы ты нашёл одного человека.

— Кто он? — поклонившись в пояс своему господину, спросил Ромул.

— Его звать Вадим Шведов.

— И из-за этого пустяка ты меня выдернул?

— Он не пустяк, — прикрикнул на лекаря колдун. — Он кровный родственник Анны.

— Неужели той самой, которую ты, то есть вы, мой господин (сбавил он тон, увидев, как на него посмотрел колдун), убили.

— Это не твоего ума дело, — прикрикнул Константин. — Просто, найди мне его, а остальное сделаю я.

— Я вас понял, мой господин, — вновь поклонился Ромул чёрному магу.

— Сколько тебе понадобится времени?

— Часа три, не больше.

— Приступай немедленно и к вечеру, чтобы ты его нашёл, — прикрикнул на лекаря колдун и вышел из комнаты, оставив его одного.

— К вечеру всё будет исполнено.

— Убил бы его, — выйдя из комнаты, заворчал Константин, — но он мне нужен. Пускай пока живёт, старая колоша и лечит этих никчёмных людишек, заговаривая им их болячки и язвы. Была бы моя воля, всех бы уничтожил, но (на мгновение он задумался), это не в моей власти. Так, ворча, он вышел на улицу, чтобы пройтись и подышать свежим воздухом перед обедом. Константин всегда (сколько себя помнит) это делал. Нагоняя аппетит, он час, а то и больше гулял на свежем воздухе. Когда он жил в городе, то бродил по улицам, а иногда заходил в парк. А когда был у себя в загородном доме, то гулял по лесу или просто выходил на ограду.

Через три часа он вновь решил навестить Ромула и проверить, чем он занимается. Подходя к закрытой двери, Константин ничего не услышал. За дверью была гробовая тишина.

«Удрал что ли, гадёныш», — открывая дверь, подумал он. Но Ромул, как ни странно, находился в комнате, он валялся на полу. Подскочив, колдун затряс его, но уже было слишком поздно. Лекарь был мёртв.

— Что за ерунда? — оставив в покое мёртвое тело, Константин вскочил на ноги и забегал по комнате. — Что с ним случилось, неужели опять постарались ведьмы?

Не зная, что ему делать, колдун побежал в свою потайную комнату и запёрся там.

Один, Ромул впал в магический транс, посылая свои мысли на поиски нужного ему человека. Он и не знал, что в этот самый момент ведьмы наложили своё поисковое заклятие. (Они и по одной были сильнее лекаря, а вдвоём и подавно). Наткнувшись на неизвестную магию, у лекаря просто сгорел мозг. Не выходя из транса, он мгновенно умер, так и не узнав, что за сила убила его. А до Вадима, которого он искал, так и не дотянулся.

Две ведьмы, разыскивая, где скрывается колдун, почувствовали чьё-то вмешательство, но зов был слабенький, и они его быстренько уничтожили. Надавив своей силой, они сперва оглушили этот разум, а потом сожгли, так и не поняв, что это было или кто. А когда вернулся Вадим, они об этом рассказывать ему не стали.

* * *

Проведя всю ночь в потайной комнате, и молясь своему «богу», Константин решил спрятаться на некоторое время и дождаться подходящего момента для нанесения своего удара. Колдун мог ждать и умел, ведь недаром он прожил восемьсот лет. Самый правильный способ остаться подольше в живых — это получше спрятаться. А когда придёт время, нанести смертельный удар и опять залечь на дно, до поры, до времени. Так он и решил, спрячусь там, где они меня не найдут, а когда те расслабятся, нанесу удар и за всё поквитаюсь.

В шесть часов утра чёрный маг открыл воздушную дверь и шагнул в пустоту. Когда мерцание портала исчезло, дом вспыхнул, и за считаные минуты огонь пожрал его. Оставив на том месте, где он недавно стоял, пустое место, а поднявшийся ветер развеял пепел.

Власта сквозь сон почувствовала, что в мире что-то произошло, но просыпаться не стала, а только посильней прижалась к сильной груди Вадима.

Утром, поднявшись, они вместе приняли душ, и выпили кофе. Отправив Вадима в магазин, рыжая ведьма вызвала Анну. Рассказав ей о своих ночных ощущениях, когда исчез колдун, она это почувствовала. При Вадиме она ничего говорить не хотела. «Меньше знаешь, лучше спишь».

— Я поищу колдуна, — сказала Анна, — если он ещё в этом мире, и сообщу.

— А если его уже нет?

— Тогда будем ждать.

— И сколько это займёт времени?

— Вечером сообщу, а пока отдыхайте и наслаждайтесь своими телами (Анна улыбнулась подруге), пока они у вас есть.

А пока ведьмы договорились, что принимать ничего не будут.

Вечером Анна появилась вновь и сообщила, что Константина нет в их мире.

— Живите пока, но будьте начеку, колдун в любое время может появиться. Сила Вадима не позволит ему вас убить, а там и я подоспею. Я буду за вами наблюдать, «дети мои» и постараюсь в трудную минуту вам помочь. Власта, если что, позови меня, и я тут же появлюсь. А теперь мне пора возвращаться в свой мир.

Попрощавшись с Анной, Власта и Вадим стали жить дальше. Отпуск, что взял Вадим, пролетел незаметно. Через десять дней он вернулся на службу. За время его отсутствия в городе ничего не произошло. Жизнь продолжилась и вернулась в своё прежнее русло, но только не для Вадима. Для всех ребят он остался прежним, но не для себя. Обычный спецназовец умер, раз и навсегда, а родился ведьмак.

Сафари по-русски: Возвращение в логово зверя

Растворился в красках день,

Ночь вступает в свою силу.

На охоту вышел зверь,

Чтоб вволю погулять по миру.

Покинул он свою нору,

Чтоб вдоволь кровушки напиться.

Потешить силушку свою,

А потом навеки вновь забыться.

Он убивал себе подобных,

Не разбираясь, кто есть кто.

Уничтожая всех свободных,

Кто правдой защищал добро.

Лилась кровь кругом рекою,

Вокруг себя, распространяя зло.

Но жили все одной мечтою,

Что в этой схватке победит добро.

Воспрянет духом всё живое,

Поднимет голову свою.

И скинет в пропасть всё чужое,

Чтоб жизнь продолжилась в Раю.

1.

От сильнейшего удара ногой дверь резко открылась, и в профессорский кабинет вошёл невысокий, полный, как колобок, мужчина. Не спрашивая разрешения, он быстро прошёл и сел в глубокое кожаное кресло.

— Прошу, Арнольд Францевич, проходите и присаживайтесь, — словно запоздавшая мысль вылетела из уст вскочившего пожилого профессора. — Что вас привело в мою скромную обитель?

Полный мужчина обвёл взглядом великолепный кабинет, обставленный дорогой антикварной мебелью и, посмотрев на стоящего профессора, произнёс:

— Не прибедняйтесь, профессор, не прибедняйтесь. Садитесь, в ногах правды нет. У меня с вами, дорогой мой друг, будет очень долгий и серьёзный разговор на одну очень щепетильную тему.

— Я вас внимательно слушаю, Арнольд Францевич, — хозяин кабинета вышел из-за стола и, закрыв распахнутую настежь дверь, прошёл медленно обратно и вновь присел в своё великолепной работы кресло. — Может, по коньячку? Мне недавно привезли бутылочку отличного армянского коньяка.

— Не откажусь, профессор, не откажусь.

Выпив по рюмочке, профессор, откинувшись на спинку кресла, заговорил:

— Ну как, Арнольд Францевич, коньячок?

— Превосходный, мой друг, просто великолепный.

— Ну, а теперь я вас слушаю, по какому такому срочному делу я вам понадобился?

Невысокий толстячок, словно смакуя превосходный коньяк, немного помолчал, а потом заговорил:

— У меня к вам, дорогой профессор (толстяк на секунду замолчал, словно подбирая нужные слова), очень деликатный разговор. Даже и не знаю, с чего начать.

— Давай, ещё по одной, а потом как-нибудь, с божьей помощью, язык сам развяжется. И наш с вами разговор пойдёт, как по маслу.

Не чокаясь, старые приятели вновь выпили по рюмочке великолепного армянского коньяка. Посмаковав коньячок, Арнольд Францевич продолжил:

— У меня есть один приятель. То есть, не лично у меня, а у моего хорошего знакомого. Так вот, называть его имени я не буду, да и незачем. Он попросил меня об одной очень деликатной услуге.

— А при чём здесь я? — перебил толстячка профессор, продолжая держать в руке рюмку.

— Дело касается охоты, как вам лучше объяснить?

— Я тебя понял, милый друг, о чём ты хочешь со мной поговорить. Не стесняйся, говори напрямую, — профессор посмотрел на гостя и улыбнулся.

— Спасибо за понимание.

— Не за что. Я тебя слушаю, чего хочет твой приятель?

— Он не мой, как я уже раньше обмолвился, он моего очень хорошего знакомого.

— Да, чёрт с ним, с твоим знакомым, говори, что надо от меня? — Выходя из себя, но, не показывая виду, произнёс профессор.

— Так вот, — вновь заговорил Арнольд Францевич, — три дня назад мне позвонил Игнат… (но поняв, что чуть не проговорился, резко замолчал, а потом, как ни в чём не бывало, продолжил), мой знакомый и договорился со мной встретиться. Вчера он пришёл ко мне, но не один, а с приятелем. Так вот, он попросил меня, чтобы я поговорил с тобой (толстяк посмотрел на профессора) насчёт охоты. Ну, ты меня понял, о чём я?

Хозяин кабинета махнул головой, мол, понял, продолжай дальше. Но говорить ничего не стал, внимательно поглядывая на приятеля.

— Он хочет, этот знакомый моего приятеля, отправиться на ту охоту, что устраивает хозяин заимки. Как его там, я запамятовал?

— «Отец», — резко выдавил из себя профессор и вновь замолчал.

— Вот, вот, он хочет участвовать в этом мероприятии, что устраивает «Отец».

— Какие проблемы? — посмотрел на толстяка профессор. — Плати и охоться, сколько тебе влезет. Тайга большая, зверья на всех хватит.

— Ты меня не понял? — помолчав несколько секунд, сказал Арнольд Францевич. — Он хочет, как там, «Русскую охоту» или по-другому, я точно не знаю этого названия.

— «Сафари по-русски», — произнёс профессор и вновь улыбнулся краешком губ.

— Точно, оно самое, сафари.

— Но это закрытый клуб, и туда так просто не попасть.

— Вот, я и пришёл к тебе. Ты хорошо знаком с хозяином той заимки, вот и поговори с ним.

— Какая цена вопроса? — поднялся из-за стола профессор.

— Миллион тебе, ну и по тарифу. Сколько там надо заплатить за путёвку?

— Заманчивая цифра, — произнёс хозяин кабинета, — надо подумать.

— Я не тороплю, — поднялся толстяк, — телефон ты мой знаешь.

— Через два дня позвоню, — провожая Арнольда Францевича до двери, сказал профессор.

— Буду ждать, — проворчал колобок и покатился на выход.

* * *

Вернувшись из командировки в Казахстан, Вадим Шведов забыл про визит к нему старого приятеля Дмитрия Игнатова. Визитка, где-то брошенная в спешке на тумбочку в прихожей, затерялась. А потом эта нежданная встреча с рыжей ведьмой, и всё закружилось совсем по-новому. Но прошло полгода, и Димка Игнатов перезвонил сам.

— Вадим, мне надо с тобой срочно встретиться, — раздался в трубке телефона его голос.

— Приезжай, я дома, — ответил Вадим и положил трубку.

— Кто там, милый? — раздался из спальни голос Власты.

— Один старый приятель, с которым мы не виделись уже (Вадим подумал и добавил, вспоминая, когда он видел в последний раз Игнатова), чёрт знает сколько. — Про его визит полгода назад он совсем забыл.

— Что ему от тебя надо? — вновь раздался милый голосок из комнаты.

— Не знаю. Придёт, сам всё расскажет.

Но не успел он произнести эти слова, как в дверь позвонили.

«Кто ещё там», подумал Вадим, открывая дверь, «так поздно?» На часах, что висели в прихожей, было почти одиннадцать часов вечера.

Открыв дверь, Вадим удивился — на пороге стоял Игнатов собственной персоной. За его спиной маячили три здоровенных, похожих на шкаф, мужика.

— Можно пройти? — спросил Дмитрий и, не дожидаясь ответа, перешагнул порог. Охранники (потом Вадим понял, что за мужики это были) последовали за ним, занося в кухню пакеты. Потом, также молча, как и зашли, они покинули квартиру.

— Я не думал, — закрывая за охранниками дверь, заговорил Вадим Шведов, — что ты придёшь именно сегодня.

— А чего тянуть кота за яйца? Чем быстрее мы покончим с этим делом, тем лучше, — доставая из пакета бутылку коньяка и ставя её на стол, сказал Дмитрий. И только хотел что-то продолжить, как резко замолчал, уставившись на появившуюся в дверях кухни рыжеволосую леди.

Вадим обернулся и увидел, на кого тот смотрит, сказал:

— Познакомься, это Власта.

Дмитрий поцеловал протянутую руку девушки.

— Дмитрий, — представился Игнатов, не отрывая взгляда от рыжей девушки.

— Очень приятно, — ответила она и вальяжно (демонстративно виляя задом) прошла в кухню и присела к столу. — Я вам не помешаю, мальчики?

— Нет, нет, — засеменил перед дамой Дмитрий, — ни в коем случае. Вы, наоборот, скрасите нашу мужскую компанию.

Вадим сперва посмотрел на приятеля (но тот не замечал его взгляда), а потом не Власту. Та, заметив его взгляд, улыбнулась.

— Я сейчас вам что-нибудь приготовлю закусить, — хотела подняться Властелина.

— Нет, нет, милая барышня, сидите, — спохватился Игнатов и схватил пакеты, которые стояли у стола, — у нас всё есть.

Дмитрий стал беспорядочно выкладывать на стол какие-то кульки и коробочки.

— Если моя помощь вам здесь не нужна, то с вашего разрешения, я вас покину, милые юноши, — Властелина поднялась, но Игнатов её остановил.

— Посидите с нами, вы украсите наш мужской разговор.

— Как хотите, мальчики, — вновь присаживаясь, произнесла девушка и внимательно посмотрела на Вадима, но тот промолчал.

Разлив коньяк (Власта выпить отказалась), Игнатов и Шведов чокнувшись, выпили за встречу.

— Я слушаю тебя, — заговорил Вадим, посмотрев на старого приятеля. — Зачем я тебе понадобился и так срочно, что ты не стал ждать утра, а припёрся на ночь глядя?

Нежданный гость изумлённо посмотрел на Вадима и заговорил:

— Ты разве забыл нашу предыдущую встречу? (Вадим помотал головой, мол, прости, не помню). Я к тебе приходил полгода назад и просил о помощи, ты разве не помнишь тот разговор?

Только сейчас до Вадима дошло, и он вспомнил тот неожиданный к нему визит Дмитрия.

— Теперь вспомнил.

— Я вновь пришёл к тебе по этому делу.

— Говори, что опять у тебя случилось?

— Ты согласен мне помочь или нет?

— Что за дело? — перебила его Властелина, внимательно посмотрев на приятеля Вадима.

— Говори, — произнёс капитан Шведов, — ей можно доверять.

— Мне срочно (Дмитрий ненадолго замолчал, поглядывая то на рыжую девицу, то на приятеля, а потом продолжил), надо найти одного человека.

— И дальше, — не унималась Власта, — что с ним сделать?

Игнатов даже растерялся напористости подруги Вадима, но взяв себя в руки, продолжил:

— Если не повезёт взять его живым и доставить сюда, то убить на месте.

Властелина молча поднялась, достала из шкафчика себе стопочку и разлила коньяк на троих.

— Разговор начинается очень интересный, мужики, — заговорила рыжая ведьма, — за это надо выпить и как можно быстрей.

От таких услышанных слов из уст прекрасной дамы Игнатов даже поперхнулся. От кашля у него на глазах выступили слёзы. Властелина тихонечко постучала кулачком ему по спине и продолжила:

— Давайте сперва выпьем, а потом ты нам всё по порядку расскажешь, молодой человек.

Дмитрий пристально посмотрел на молодо выглядевшую рыжую подружку Вадима, сравнивая свой возраст с ней, а потом сказал:

— Я согласен.

— Ну, вот и хорошо, — произнесла Власта и, подняв свою хрустальную стопочку, выпила. Мужики, видя такое дело, подняли свои и, чокнувшись, отправили коньяк в рот. Закусив бутербродами с колбасой (что Димка принёс с собой), Игнатов заговорил:

— Я уже рассказывал Вадиму, как попал на охоту (но секунду помолчав, добавил), охоту на людей. (Властелина внимательно слушала, не перебивая). После той охоты в живых остался только я один, но был тяжело ранен. Некоторое время я лечился, приводя себя в порядок. Мои люди (он посмотрел на Власту), да я богатый человек и у меня хорошие связи. Так вот (продолжил после небольшой паузы он), мои люди перешерстили всю тайгу в Красноярском крае, но ничего не нашли, никаких следов той злополучной заимки. (Он вновь замолчал на несколько секунд, словно набираясь сил, а потом продолжил). Но у меня есть один знакомый, вот он знает, как найти того человека. То есть, не он лично, а его знакомый. Ну, вы меня, наверно, поняли.

— Не отвлекайся, — произнесла Власта, — а рассказывай дальше, мы тебя очень внимательно слушаем.

— Я поговорил с ним, — продолжил Дмитрий, — он хочет с тобой встретиться. А потом, если всё будет хорошо, и ты согласишься на его условия, он переговорит с тем и поможет вам встретиться и всё обсудить.

— Дмитрий, я тебя понял, — перебил говорившего Вадим. — Но чтобы туда попасть, нужны большие деньги. А такой суммы у меня нет, и никогда не было.

— Не беспокойся, за всё плачу я. И тебе, и остальным. Как я и обещал, тебе десять миллионов.

— Ты в нашу первую встречу, — перебил его Вадим, — называл другую сумму.

— Я просто проверил. Не забыл ли ты, о какой сумме у нас с тобой был разговор. Не беспокойся, не обману. На остаток твоей жизни, обеспеченной жизни, хватит. И даже будет больше. (Он на несколько секунд прервал свой разговор, а потом продолжил). Тот человек ждёт нас завтра у себя. Ты согласен мне помочь или нет?

Вместо Вадима ответила Власта:

— Только с одним условием.

— Каким?

— Я поеду с ним, — перевела она взгляд на Вадима.

— А если тот человек не будет на это согласен?

— Тогда я скажу нет, — поднялась Властелина и оперлась руками о стол. — И Вадим никуда не поедет.

— Но? — хотел что-то вставить Шведов.

— Я сказала, нет, — властным голосом заявила рыжая ведьма, как она это умела делать, перебивая Вадима. — Всё, на этом разговор окончен. Решай, Дмитрий, или мы едем вместе, как ты сказал на ту «охоту», или прошу на выход.

— Я согласен, — поднялся Игнатов.

— С чем? — посмотрела на него рыжая девица.

— Завтра я заеду за вами, и мы поедем к моему знакомому. А теперь я откланиваюсь, мне пора. Уже поздно, да и вам пора отдыхать.

Вадим проводил Дмитрия (которого всё это время на лестничной площадке ждали охранники) до двери и, пожав на прощание руку, сказал:

— Завтра жду.

Закрыв за ним дверь, Вадим вернулся в кухню, где его ждала Власта.

— Ты мне не рассказывал об этом деле, — наливая себе и Вадиму коньяк, сказала она.

— Извини, милая, — присаживаясь, сказал Шведов, — я совсем об этом деле забыл. Слишком много за последнее время интересного у нас произошло.

Властелина мило улыбнулась и, подняв свою хрустальную стопочку, произнесла:

— Давай, выпьем да пойдём отдыхать.

«Отдохнёшь с тобой, рыжая бестия», — подумал Вадим, но говорить ничего не стал, а поднял свою стопку. Власта, прочитав его мысли, улыбнулась.

В двенадцать часов дня приехал Игнатов, и они отправились к банкиру Арнольду Францевичу, приятелю Дмитрия.

Пообщавшись с весёлым толстячком, Дмитрий обратно привёз Вадима и Власту домой.

— Я позвоню, когда всё решится, — на прощание, высаживая их возле подъезда из машины, сказал Игнатов. — Деньги, что я тебе обещал, переведут сегодня.

Через десять дней Дмитрий позвонил:

— Вадим, всё устроилось в лучшем виде. На завтра вам куплены билеты до Красноярска, их вам сегодня привезут. Жду от тебя, то есть от вас, хороших вестей. Передавай от меня привет Власте.

В шесть часов вечера в дверь Вадима Шведова позвонили. Открыв, он увидел одного из охранников Игнатова. Тот молча передал ему конверт и ушёл.

В конверте были два билета на самолёт и две пачки стодолларовых купюр.

2.

В два часа дня частный самолёт банкира Арнольда Францевича приземлился в аэропорту Красноярска. Возле трапа Вадима и Власту встречал чёрный Мерседес. Невысокий, лет сорока, мужчина в строгом костюме открыл перед ними заднюю дверь.

— Располагайтесь поудобней, минут через тридцать мы будем на месте, — произнёс он и, захлопнув за прибывшей парочкой дверцу, уселся на переднее сиденье рядом с водителем. — Трогай, — бросил он ему.

Машина плавно двинулась с места и набирая приличную скорость, понеслась к центру города.

— Вас уже ждут, — не поворачивая головы, произнёс встречающий их мужчина. Водитель так и не произнёс ни одного слова пока они ехали по городу.

Ровно через тридцать минут они подъехали к трёхэтажному коттеджу. Железные ворота открылись, как по взмаху волшебной палочки и пропустили машину внутрь. На высоком крыльце их уже ждали трое мужчин. Один их этой троицы был небезызвестный Вадиму Филарет, которого он с бойцами упустил на Ивлевском болоте.

«Вот ты, оказывается, где воскрес и обосновался, ирод!», — подумал капитан полиции Вадим Шведов, но виду не подал, что знает хозяина заимки.

Двухметровый детина с длинными, как у попа, седыми волосами, медленно спустился с крыльца и направился к прибывшим гостям. Два его охранника, не уступающих в размерах хозяину, последовали за ним, но держались на шаг позади него, соблюдая субординацию.

— Я приветствую вас, мои дорогие гости, — грубым с хрипотцой голосом заговорил он, ближе подходя к приезжим. — Меня все здесь зовут отец Филарет. Или просто называйте меня Отец, так будет проще.

Вадим нехотя протянул для приветствия руку хозяину и представился:

— Вадим, а это (на секунду он, посмотрев на Власту, задумался), моя подруга.

Филарет, игнорируя даму, пожал гостю руку и произнёс:

— Прошу вас, пройдёмте в дом, там в спокойной обстановке поговорим о деле.

Резко развернувшись, он пошёл обратно к коттеджу. Вадим и Властелина, переглянувшись, последовали за ним. Охранники шли последними, замыкая процессию.

На втором этаже, в большом зале, был накрыт огромный стол, за которым сидело шестеро мужчин и две дамы. С вновь прибывшими было ровно десять человек, не считая хозяина дома. Филарет прошёл и сел во главе стола, Вадим и Власта присели на два свободных стула, видно, приготовленных именно для них.

— Дамы и господа, давайте сперва перекусим, а потом поговорим о деле, — прохрипел хозяин коттеджа и никого не дожидаясь, потянулся за куском мяса.

Гости, не дожидаясь второго приглашения, приступили к трапезе.

Примерно через час хозяин насытился и, окинув присутствующих за столом гостей, заговорил:

— А теперь о нашем деле. Как вы уже, наверно, знаете, вам предстоит замечательный отдых в моих владениях и прекрасная охота на дикого зверя (последние три слова он произнёс с какой-то ехидной улыбочкой на своём лице).

«Знают ли присутствующие здесь люди, что за охота ждёт их впереди?», — подумал Вадим. — Он с Властой знал, в какую они западню попали, а вот остальные догадываются или нет.

Не подавая вида, что он знает, о какой охоте идёт речь, Вадим молча пережёвывал пищу, временами переглядываясь с Властой.

— Десять дней, что вы проведёте у меня в гостях, — произнёс Филарет.

«Последние в своей жизни десять дней», — мысленно поправил слова хозяина Вадим, сжав под столом руку Власты. Та посмотрела на него и мысленно ответила, что всё поняла.

— Вы никогда не забудете в своей жизни, — продолжил хозяин коттеджа. — Вас ждёт великолепная охота. Завтра утром мы вылетаем на мою заимку. А сейчас, извините меня, я вас покину, мне надо сделать некоторые распоряжения. После вам покажут ваши комнаты, а сейчас, господа, наслаждайтесь едой и отдыхайте.

Филарет поднялся из-за стола и покинул зал. Присутствующие вновь накинулись на еду и питьё, словно последний раз в своей жизни. А этот ужин и был последним, завтра на заимке их ждёт совсем другая жизнь. Но они этого не знали (кроме Вадима и Власты) и даже не могли себе представить, что всех их ждёт впереди.

Через пятнадцать минут Вадим и Власта поднялись из-за стола и направились к ожидавшим возле двери охранникам.

— Мы хотим отдохнуть, — бархатным голосом произнесла Власта, мило улыбаясь этим холуям отца Филарета, — покажите нам нашу комнату.

Двое охранников остались в зале, а третий повёл Вадима и Властелину в их комнату, так и не проронив ни одного слова.

— Бука, — фыркнула любезно на него Власта, когда тот развернулся и пошёл обратно, — и неотёсанный мужлан.

Охранник, словно глухой, не отреагировал на слова рыжей девицы, топая, как слон, удалился и даже не обернулся.

Закрывшись в комнате, Вадим (оставив ключ в замке, чтобы никто не смог открыть снаружи дверь) тщательно всё проверил, нет ли в комнате прослушивающих устройств или видеокамер, надёжно спрятанных от человеческих глаз. Только после проведённого обыска он заговорил с Властой.

— Всё, моя милая подружка, капкан захлопнулся. Теперь надо держать ушко востро. Я очень хорошо знаю этого зверя и уже один раз встречался с ним.

— Ты разве знаешь Филарета? — посмотрела на Вадима рыжая ведьма.

— Знаю и даже охотился за ним, но, как видишь, он пока на свободе и ещё жив.

— Но он? — начала Властелина.

— Нет, Филарет меня не знает и никогда не видел.

— Тогда я спокойна за тебя, милый, — улыбнулась рыжая ведьма и, повиснув на нём, поцеловала. — Пошли, проверим, на что способна их кровать. — Взяв Вадима за руку, она потянула его в другую комнату, где стояла широкая кровать.

Проверив спальню и ничего не обнаружив подозрительного, Вадим Шведов разделся и лёг. Власта, скинув платье, улеглась рядом, положив свою рыжую голову на широкую грудь милого друга.

Через час они уснули после сногсшибательного секса.

В восемь часов утра во всех комнатах, где отдыхали гости, зазвонил телефон, стоявший на прикроватной тумбочке, и голосом автоответчика произнёс:

«Дорогие гости, мы вас всех ждём в общественном зале, где происходил наш ужин. Поторопитесь, через два часа мы улетаем».

* * *

Вертолёт без опознавательных знаков приземлился на площадку перед домом хозяина заимки. Выгрузив «пассажиров», он вновь взмыл в воздух и улетел, оставив их в окружении пятёрки вооружённых автоматами головорезов, которые их встретили.

Через пять минут на крыльцо вышел отец Филарет в поповой рясе. После вчерашнего разговора на ужине в коттедже его никто больше не видел. Значит, он ещё вчера улетел сюда, чтобы встретить здесь гостей.

— Заберите у них все вещи и документы, — рявкнул он на охранников, — и не забудьте их сотовые телефоны. И гоните всех этих свиней по баракам.

Крашеная девица, стоявшая слева от Вадима, что-то попыталась пискнуть, но получив прикладом по спине, упала лицом на землю и затихла.

— Всё, — окинув прибывших гостей взглядом, прохрипел Филарет. — Охота на зверей началась, а зверьё — это вы. Гоните их на свои места, да поживее (это он уже сказал своим головорезам).

Так же, как и появился, хозяин скрылся обратно в доме. Охранники стали отбирать, награждая непослушных ударами прикладов, у прибывших на заимку людей документы и вещи. Девицу, упавшую мордой в землю, вздёрнули и поставили на ноги. Увидев на ней серьги и кольцо, охранник, который её поднял, рявкнул:

— Снимай, сука крашеная, а то оторву вместе с ушами и скажу, что так и было. Стоявшие рядом охранники заржали, брызгая слюной и хлопая себя руками по ляжкам.

— А, может, у неё и в пупке есть кольцо или в трусах, — произнёс другой головорез, — надо проверить.

— Не кольцо, «Рваный», — произнёс первый охранник, — а пирсинг.

— Да хрен с ним, как это называется, — давясь от смеха, произнёс «Рваный», — всё равно надо проверить. «Отец» сказал отобрать всё.

— Вот и проверь, только смотри, чтобы эта крашеная сучка тебя не покусала, — скалясь своим щербатым ртом, произнёс первый охранник. — Снимай, чего стоишь? — Вновь он повернулся к девице.

Та трясущимися руками сняла золотые серьги с бриллиантовыми камушками и кольцо с таким же (только больше) камнем и протянула стоявшему рядом головорезу.

— У меня больше ничего нет, — пропищала девица.

— Телефон давай, корова, — выхватывая у неё из рук украшения, произнёс охранник.

Та молча протянула ему сотовый и отступила на пару шагов, стараясь спрятаться за Вадимом.

Собрав у прибывших все вещи, обыскивать никого не стали, они погнали, подгоняя пинками и прикладами «охотников» в барак. Женщин в один, мужиков в другой. Разделив «гостей», те закрыли их под замок и отправились в дом хозяина, сдавать отобранные вещи.

Вадим знал, что их здесь ждёт и дорогих вещей не брал. Власта тоже всё самое дорогое оставила дома. Сотовый телефон Вадим купил перед самым вылетом и контактов там никаких, по которым его можно было вычислить, не было. Так, забил несколько незначительных номеров и всё. На том конце провода его придуманную биографию могли подтвердить, и он не боялся за это. Игнатов и Арнольд Францевич всё продумали до мелочей. А профессор знал всё о Вадиме только из их слов. Как говорится, и муха не подкопается.

Полковнику Сергееву и своим бойцам Вадим сказал, что на месяц уезжает к родственникам Власты. Зачем ещё и их втягивать в это дело? Как говорится, меньше знаешь, лучше спишь.

Приготовившись к самому худшему, Вадим Шведов стал ждать, что будет дальше. Властелина мысленно передавала ему всё, что творится в её бараке, и он отвечал таким же манером. Ведь никто не знал в мире, кто они такие на самом деле. Нет, один всё-таки знал, это был Константин, чёрный маг, убивший Анну. Но он после того случая в его квартире, когда Вадим отбил его атаку воздушным ударом и спас Власту и Анну, куда-то бесследно исчез.

Власта в последнюю ночь, перед тем, как улететь в Красноярск, связалась с Анной и всё ей рассказала.

— Я буду за вами следить, — пообещала она, — только позовите, и я появлюсь в любое время, днём или ночью.

— Ладно, если будет слишком тяжко, — прощаясь с привидением чёрной ведьмы, сказал Вадим, — мы тебя позовём. А пока ищи, куда делся колдун, но без нас его не трогай. Одной тебе с ним не справиться.

— Без тебя знаю, — произнесла Анна и исчезла во вспышке яркого света.

Двое суток закрытых в бараках «гостей» никто не трогал. Правда, кормили отвратительно. Давали похожую на баланду похлёбку и пайку чёрного с отрубями хлеба, три раза в день. Опорожнялись тут же в углу. Никуда не выпускали, видно, опасались, что разбегутся. Но куда бежать, кругом забор, а за ним тайга. Женщин, как ни странно, не насиловали, но и в туалет тоже не выводили. Власта мысленно передавала Вадиму всё, что в их бараке происходило, и успокаивала, что с ней всё в полном порядке. Вадим и сам знал, что Власта в обиду себя не даст, но всё равно переживал.

Наутро третьего дня еду не принесли, а пришли охранники и вывели всех на площадь перед хозяйским домом. Зарёванные и обессиленные женщины (кроме, конечно, Власты, но и она показывала вид, что ей плохо), еле-еле держались на ногах. Согнав всех в одну кучу, всё стали ждать, когда выйдет хозяин. Головорезы наперевес с автоматами окружили «гостей», не давая им разбежаться и покрикивали, чтобы все помалкивали.

Через десять минут Филарет появился в дверях. За ним на крыльцо вышли восемь одетых в камуфляж «охотников».

«Всё, кажется, начинается охота», — мысленно Вадим передал сигнал Власте.

Окинув присутствующих перед домом «гостей», хозяин заимки заговорил:

— Всё, время охоты пришло. Все здесь собравшиеся «охотники» и «звери» в полном составе. Сейчас (он показал рукой на «зверей») вы получите все необходимые для охоты (он противно скривил рожу и хихикнул) вещи и загрузитесь в машину. Вас отвезут в тайгу и дадут сутки форы, а потом я выпущу «охотников». И как говорится, «кто не спрятался, я не виноват». Кто останется жив, тому повезёт, а нет — бог вам судья.

Женщины (кроме Власты) заныли, но охранники, припугнув их оружием, успокоили.

Через тридцать минут в ворота заимки въехал КАМАЗ с будкой. Охранники, раздав каждому по вещмешку, прикладами погнали «зверей» к машине.

Окон в будке машины не было, только над дверью горела тусклая лампочка, еле-еле освещая внутреннее пространство. Рассевшись на деревянные лавки, все приготовились к поездке.

Заревев двигателем, КАМАЗ тронулся с места и, не притормаживая на кочках и ямах, покатил, увозя «гостей» Филарета в последнюю в их жизни охоту. Охоту на диких зверей, а этими зверьми были они.

3.

Примерно часа через три, никто точно не знал с какой они скоростью ехали и на какое расстояние удалились от заимки, машина остановилась. Дверь открылась, и трое головорезов с автоматами наперевес (водитель и два охранника) велели всем выходить.

— Все, голубки, приехали, дальше топайте своими ножками, — рявкнул один из охранников и заржал. — Транспорт дальше не идёт. Гуд бай, девочки.

Дождавшись, когда из будки вылезет последний из «гостей», они запрыгнули в КАМАЗ и укатили, оставив на лесной поляне десять человек (шестерых мужчин и четырех женщин).

— Так, друзья, — заговорил Вадим, — мы вдвоём (он показал рукой на Властелину, стоявшую вместе с другими женщинами) уходим. Что будете делать вы, я не знаю (он обвёл всех присутствующих взглядом), да и до лампочки мне. Но только скажу вам одно, прощайте, больше мы с вами не увидимся. Идите на запад, никуда не сворачивая, может, куда-нибудь и выйдете. Тайга большая, будете держаться вместе — спасётесь, а нет — бог вам судья. За нами не ходите, увижу кого, сам переломаю ноги и скажу, что так и было. Всё, нам некогда с вами точить лясы, мы уходим, прощайте.

— А вы в какую сторону пойдёте? — пискнула та дама, которая в самом начале их «отдыха» познакомилась с прикладом автомата.

За все время, что «гости» провели вместе, они так и не познакомились. Вадиму это не надо было, а те всё время помалкивали (переваривая, в какое дерьмо они попали).

«Ну, и хрен с ними», — тоже помалкивая, думал капитан Шведов, — «одними козлами и стервятниками будет в мире меньше. А то развелось всякого дерьма, житья от них нет. А от меня, если я буду молчать, не убудет, да и не о чём мне с ними разговаривать».

— Возьмите меня, пожалуйста, с собой, от этих (дама посмотрела на остальных здесь присутствующих) баранов всё равно нет толку. Уйдёте вы, и они к чертям собачьим все разбегутся.

— Я вам русским языком сказал, мы уходим вдвоём, а вы остаётесь. Кто не понял, могу объяснить с помощью кулака, — забирая свой вещмешок, сказал Вадим, взяв подругу за руку. Они быстро скрылись в лесу.

— Может, зря мы их оставили? — сказала Власта, посмотрев на Вадима.

— Они нам только будут мешать, — прибавляя шаг и всё дальше в лес увлекая подругу, произнёс Вадим. — Пускай, куда хотят, туда и топают. У нас своё дело, а у них своё. Разве ты забыла, зачем мы здесь?

— Нет, милый, я ничего не забыла.

— Тогда поторопись. Нам надо как можно дальше уйти от группы.

Через час быстрой ходьбы Вадим остановился.

— Всё, привал. Надо проверить все вещи, что нам выдали на заимке.

— Зачем? — спросила Власта.

— Я опасаюсь, что нам подсунули маячки, и нас всё время будут вести на поводке. А потом нападут на беззащитных и расстреляют, как уток.

— А зачем им это делать?

— Никто, запомни, милая, никто не должен выйти из тайги живым. Они это хорошо понимают, а значит, всё предусмотрели. Филарет умный мужик, он отлично понимает, если кто выйдет из леса, ему крышка. Такая поднимется буча, мама не горюй. Ведь его «гости» не простые бомжи, а влиятельные люди с большими связями и деньгами. Он не дурак, как кажется на первый взгляд, он всё просчитал на сотню, на тысячу раз и всё сделает, чтобы в живых никто не остался. Оставшийся в живых — это его смерть. Филарет выпрыгнет из своей шкуры, но в живых никого не оставит. А это значит, надо всё хорошенько и тщательно проверить, найти все жучки и уничтожить.

Через тридцать минут Вадим нашёл четыре маячка, два у себя в вещах, а два у Власты. Перебрав несколько раз все вещи, он выбросил всё ненужное, оставив только нож, две фляжки с водой и немного продуктов. Ни спичек, ни зажигалки в мешках не было. Сложив всё в один вещмешок, остальные вещи он оставил на видном месте под деревом. Жучки разбивать не стал, пускай думают, что мы спрятались здесь.

— Отдохнула, милая? — поинтересовался Вадим у рыжей ведьмы.

— Да, — поднялась Власта.

— Тогда вперёд и с песней, боевая подруга.

— А песню-то зачем? — не понимая, уставилась рыжая на Вадима.

— Шутка это. Нам надо найти заимку и как можно быстрей.

— Может, вызовем Анну и, не разбивая ноги, перенесёмся туда?

— Пока не стоит её беспокоить, как-нибудь обойдёмся своими силами, — обнимая подругу, сказал он. — Ведь ты и сама найдёшь дорогу к заимке, не правда ли, моя рыжая ведьмочка?

— А ты не бросишь меня одну в тайге? — улыбнувшись, подставляя для поцелуя щёчку, Власта.

— Посмотрю на ваше поведение, рыжая бестия, — целуя, сказал Вадим. — Не будете выполнять то, что я вам скажу, оставлю здесь, на растерзание медведям.

— Ой, как вы меня напугали, я даже чуть не описалась, — делая вид, что обиделась, пропищала, подражая капризной девчонке, рыжая ведьма и отвернулась.

— Тогда ищи дорогу, женщина, — улыбаясь и ещё раз целуя подругу, сказал Вадим. — Нам надо быстрей отсюда уходить.

Властелина обвела взглядом местность и, найдя удобное место, где можно присесть, направилась туда. Вадим без вопросов отправился следом.

Присев на поваленное ветром дерево, ведьма закрыла глаза и что-то зашептала. Прошла минута, потом ещё одна, Власта открыла глаза и, посмотрев на Вадима, произнесла:

— Заимка в ста километрах от нас.

— В какой стороне?

— Нам туда, — показала она вправо рукой.

— Понял, — ориентируясь на местности, сказал Вадим, — нам на северо-восток. Давай, перекусим и пойдём дальше, ведь, как ты сказала, нам еще далеко топать до заимки.

Перекусив вяленым (они так и не поняли, чьим) мясом и чёрным хлебом, Вадим достал фляжку с водой и, открыв крышку, подал Власте:

— Запей.

Сделав несколько небольших глотков, вернула обратно.

— Пей ещё, — произнёс Вадим.

— Нет, надо экономить воду. Я не вижу на нашем пути никакого источника.

Спрятав фляжку в мешок, Вадим посмотрел на рыжую ведьму.

— Пойдём или отдохнём ещё?

— Пошли, я не устала, — поднялась девушка и, поцеловав приятеля, пошла в том направлении, куда указывала раньше. Вадим поспешил следом, а догнав, взял Власту за руку.

Пройдя по тайге километров десять, Вадим остановился.

— Надо найти место для ночлега, — оглядываясь по сторонам, произнёс он. — Скоро стемнеет, а в темноте можно сбиться с пути.

— Я согласна, — произнесла рыжая и указала на место, где можно переночевать.

Под повалившейся во время урагана ёлкой было сухо. Вот там они и решили остановиться.

— Как в шалаше, — проверяя место, указанное ведьмой, произнёс Вадим.

— Давно мечтала провести с любимым ночь в шалаше. Это так романтично, — улыбнувшись, рыжая девица юркнула внутрь укрытия. — Ну, где ты там, бедная девушка уже соскучилась и срочно требует, чтобы с ней занялись любовью.

Не дожидаясь второго приглашения, Вадим последовал за ней и попал в жаркие объятия рыжей бестии. Через десять минут, разорвав объятия, они перекусили и вновь прижались друг к другу.

Перед тем, как уснуть, Властелина наложила оберегающее заклятие на их временную ночлежку. Мало ли, какой зверь к ним забредёт или человек, а так пройдёт стороной и не тронет. Насекомые тоже не доставали.

Над тайгой сгустились сумерки, и в свои права вступила ночь. Приготовившись к завтрашней охоте, обитатели заимки отправились отдыхать. Только двое не спали этой ночью.

Толстая чёрная свеча, потрескивая и распространяя запах серы по всему дому, стояла в центре стола, освещая хмурые лица мужиков. Придвинувшись, друг к другу, они тихо о чём-то разговаривали, тыча пальцами в лежавшую перед ними карту местности.

— Константин, как ты думаешь, в каком направлении они пойдут? — посмотрел на сидевшего напротив мужика хозяин заимки.

— Скорее всего, на юг, — поднял голову от карты приятель хозяина. — Ты что такой дёрганый, Филарет?

— Меня что-то беспокоит, но я никак не могу понять, в чём дело.

— Да найду я тебе этих баранов, которых ты вывез в тайгу. Найду, не беспокойся. Да и жучков ты им насовал, как грязи, никуда они не денутся. Утром я тебе точно скажу, в каком направлении их искать, а там и маячки заработают.

— Константин, надо завязывать нам с этой охотой, — вновь заговорил Филарет. — Что-то мне боязно. В прошлый раз один ушёл живым, это не к добру. А вдруг он кого-то сюда подошлёт, и всё пойдёт не так, как мы задумали.

— Но ведь твои люди их проверили, и не один раз перед тем, как они сюда прибыли. Ты ведь сам мне это говорил, — посмотрел на хозяина заимки чёрный маг.

— Да, профессор гарантирует, что всё в полном порядке. Но сердце мне подсказывает, что что-то здесь не так.

— Что тебя беспокоит, друг мой любезный?

— Не что, а кто.

— Говори, я тебя слушаю.

— Меня беспокоят двое из этой компании, — немного подумав, заговорил Филарет.

— Кто?

— Рыжая девица и мужик, что был с ней.

— Почему ты думаешь, что эти двоя нарочно к тебе засланы?

— Слишком спокойно они себя вели, как будто знали, куда попали. Никакой истерики с их стороны я не заметил. Профессор клянётся, что этих двоих к нему привёл проверенный человек. Да и он сам, через другие источники, их проверил несколько раз.

— Значит, так оно и есть. Беспокоиться здесь не о чем.

— Но всё равно меня что-то тревожит.

— Ты забрал у них документы? — посмотрел на хозяина приятель.

— То-то и оно, что никаких документов при них не было. Только бумага от профессора и расписка, что вся сумма уплачена, и никаких претензий они предъявлять не будут.

— А их фото у тебя есть?

— Нет.

— Вот это минус с твоей стороны Филарет, — повысил голос Константин. — Ладно, не бойся, я всё улажу в лучшем виде. Тебе останется только одно.

— Что?

— Не упустить в этот раз никого живым.

— Всё исполню в лучшем виде. «Охотников» я сейчас подбирал сам, они своё дело знают хорошо.

— Буду надеяться, что у них всё получится.

— Я на это тоже надеюсь и рассчитываю, что живыми от них никто не уйдёт.

— Это зря, мой друг, — поднялся из-за стола колдун. — Рассчитывать надо только на себя и больше ни на кого. В этом деле каждый может тебе подставить ножку и предать.

Филарет поднялся и посмотрел на колдуна:

— И даже ты?

— Без исключения, — посмотрел на хозяина заимки Константин.

Пожелав приятелю спокойной ночи, Филарет вышел, оставив колдуна одного в своём доме, а сам пошёл в другой, где жили его охранники.

После ухода Филарета, колдун (а это был именно он) достал из своей сумки (с которой он никогда не разлучался) небольшой флакон с тёмно-зелёной жидкостью и сделал пару глотков.

Через пять минут колдун погрузился в состояния анабиоза. Душа покинула его тело и отправилась на поиски тех, за которыми завтра начнётся охота. И уже через считанные минуты она их обнаружила.

На лесной поляне, там, где их высадили из машины, они, сбившись в кучу, крепко спали, подложив под головы вещмешки. Но их было всего восемь человек, двоих не хватало. Не было рыжей девицы и мужика, о которых говорил Филарет. Колдун расширил поиск, заглядывая в каждую нору, под каждый куст, но кругом была пустота.

Обыскав всю местность на сотни километров кругом и не найдя никого, душа колдуна вернулась в тело. Открыв глаза, он резко поднялся из-за стола. Чёрная свеча, словно почувствовав выброс магической энергии, вспыхнула с новой силой. Поднявшись, Константин заходил по дому, о чём-то раздумывая и бурча себе под нос.

— Как такое может быть? — бегая из одного угла в другой, размышлял он. — Куда могли деться те двое, что описал ему Филарет? Неужели и правда, кто-то неизвестный и непроверенный проник сюда? Но всё-таки, куда они делись, ведь это люди? Простой смертный человек не мог укрыться от его взгляда. Тогда кто сюда пожаловал? Я знаю только одну рыжую, которая может навести морок и спрятаться от меня. Нет, этого просто не может быть. Как она могла меня найти? А если (он резко остановился в середине дома, обводя всё кругом взглядом, словно, выискивая, кто спрятался и подслушивает его мысли), она пришла не за ним, а за Филаретом и не знает, что я здесь? Ведь я прибыл сюда, когда их уже увезли из лагеря. Тогда она охотится не на меня, а на хозяина заимки. А значит, в мире узнали, что она существует. Недаром этот трусливый человечишка трясётся за свою никчёмную душонку. А это значит, что ведьма придёт сюда. Вот тут-то я её и встречу. Но кто прибыл вместе с ней? Этот придурок, доживший до седых волос и называющий себя «Отец», не соизволил даже добыть их фотографии. Было бы фото, я бы точно знал, кто сюда пожаловал. А теперь ломай голову и жди нежданных гостей. Хорошо хоть этот дурак меня вовремя предупредил. После этой, скорее всего последней, охоты, надо сворачивать это дело, а Филарета убирать. А пока будем ждать и надеяться на лучшее. Может, всё и обойдётся, а мои переживания — просто дурные мысли.

Константин загасил свечу и отправился отдыхать. Ведь силы, хоть он и великий колдун, ему понадобятся. А если это и правда рыжая ведьма сюда пожаловала, да вдобавок не одна, то тем более, ему надо хорошенько отдохнуть и приготовиться к встрече.

4.

Проведённая в тайге ночь для Вадима Шведова и Властелины прошла без происшествий. Наложенные охранные заклятия на место их ночёвки защитили их, не подпустив к себе ни одного дикого зверя, рыскающего по ночной тайге в поисках пропитания.

— Кто-то нас искал, — произнесла рыжая ведьма, открыв глаза и увидев, что Вадим уже поднялся.

— Кто? — внимательно посмотрев на подругу, поинтересовался он.

— Не знаю, — потягиваясь, произнесла Власта. — Но это был очень сильный колдун.

— И что нам теперь делать? — раскладывая перед подругой завтрак, спросил Вадим.

— Он не нашёл нас, я хорошо закрыла наш разум. Но он был совсем рядом. Я чувствовала его силу, но открыться и узнать, кто это, побоялась. Колдун сразу бы увидел нас.

— Давай перекусим и пойдём дальше, ведь скоро начнётся охота. А нам надо подальше убраться отсюда.

Перекусив (ведьма вновь проверила направление, в какую сторону им надо двигаться), они отправились в путь. Убирать охранное заклятие ведьма не стала из-за ночного поиска.

— Надо быть осторожными, — произнесла Власта, — на заимке появился сильный колдун. Я не знаю, кто он, но силой он обладает огромной, раз так далеко отправил свой разум на наш поиск.

— А, может, вызвать Анну? — остановился и посмотрел на Власту Вадим. — Вдвоём вы будете сильней, да и я кое на что сгожусь.

— Нет, — резко ответила рыжая ведьма. — Тогда он увидит нас и поймёт, что мы его ищем. А это нам не надо. Мы должны подойти к нему очень близко и первыми нанести удар. А увидев нас, он может затаиться, а потом напасть.

— Власта, — беря подругу за руку, спросил Вадим, — а не может такого быть, что это Константин?

— Не знаю, милый, я его не чувствую. Может, и он, а может и кто-то другой. Подойдём ближе, тогда всё будет понятно. Я чувствую, что колдун где-то рядом, но боюсь открыться и выдать себя.

— Тогда лучше не надо, — произнёс Вадим, увлекая за собой ведьму и прибавляя шаг.

В двенадцать часов дня перед домом хозяина заимки приземлился без опознавательных знаков вертолёт. Филарет и охотники вышли на крыльцо.

— Грузитесь, — прохрипел басом хозяин. — Где искать «дичь», я вам объяснил и показал на карте. Маячки включились, по ним вы их быстро найдёте. Уничтожить всех без исключения.

— Нет, — услышал он за спиной голос Константина. — Рыжую девку доставить мне живой.

— Но? — хотел что-то сказать Филарет.

— Никаких но, я сказал, рыжую девицу привезти обратно живой и невредимой. Если с неё упадёт хоть один волос, уничтожу всех. Вы меня поняли?

— Все всё поняли? — обернувшись к охотникам, спросил Филарет.

— Да, — в один голос ответили они.

— Тогда вперёд.

Охотники загрузились в вертолёт, и тот взмыл в воздух, разметав в разные стороны длинные седые волосы хозяина заимки.

Проводив взглядом вертолёт, он повернулся к стоявшему за его спиной приятелю и заговорил:

— Зачем тебе понадобилась эта рыжая девка?

— Это не твоего ума дело, — рявкнул на него колдун. — Много задаёшь ненужных вопросов. Твоё дело исполнять мои приказы, а не устраивать здесь дискуссии, зачем да почему. Доставишь её мне живой, получишь премию. Всё, ступай и садись за рацию. Надо всю погоню проконтролировать. А если твои долбаные охламоны хоть пальцем тронут рыжую, я лично вздёрну того за яйца, а вместе с ними и тебя. Ты меня понял?

— Да понял я, понял, и не надо мне по десять раз напоминать, кто здесь хозяин, — тихим голосом произнёс Филарет.

Резко развернувшись, колдун пошёл обратно в дом, а хозяин заимки остался стоять на крыльце и хлопать глазами. Но уже через минуту сорвался с места и, слетев с крыльца, быстрым шагом отправился во второй дом, где была установлена рация.

Ближе к обеду Вадим услышал приближающийся к ним звук вертолёта.

— Власта, охота началась.

— Я слышу, но нас они не видят. Маячки, что ты обнаружил, остались далеко позади.

— Всё равно надо на время спрятаться, вдруг у них тепловизор.

— А что это такое за зверь? — остановилась рыжая ведьма и посмотрела на Вадима.

— Это такой аппарат, который по температуре тела находит цель.

— И ты думаешь, такая штука у них есть?

— Не знаю, — честно ответил Вадим. — Но будем надеяться, что нет. Но всё равно надо спрятаться и переждать, пока он удалится от нас на приличное расстояние.

Через несколько минут над их головами пролетел вертолёт. Проводив его взглядом, в ту сторону, откуда они пришли, Вадим облегчённо вздохнул.

— Пронесло, — промолвил он, — аппарата на вертушке нет. А без него они слепые, как кутята.

Выбравшись из своего укрытия, они подождали ещё пять минут (на всякий случай, а вдруг вернётся) и отправились дальше.

— Значит, заимка уже рядом, — произнёс Вадим.

— Ещё нет, — посмотрела в его глаза Власта. — Но если поторопимся, то к ночи придём к её стенам.

Но Властелина ошиблась. Через три часа они увидели между деревьев забор, которым обнесена заимка.

— Не может такого быть, — остановилась рыжая ведьма. — Ведь по моим расчётам мы ехали на машине часов пять, как не больше. А заимка — вот она, совсем рядом. Неужели, я ошиблась?

— Нас возили по кругу, запутывая следы. Ведь мы были закрыты и ничего не видели. А время — это растяжимая единица. Мозг человека устроен так — чем больше времени мы едем, тем дальше, мы думаем, что уехали. Нас возили по кругу (мы ведь этого не знали), а мы думали, что уехали на большое расстояние от того места, откуда выехали. А находясь в лесу, это чувствуется вдвойне, — произнёс Вадим. — Давай, спрячемся и подумаем, как нам попасть внутрь.

Через тридцать минут, спрятавшись за поваленным деревом, они услышали шум вертолёта, возвращающегося обратно.

— Ну вот, значит, я не ошибся, — тихо произнёс Вадим, словно опасаясь, что его кто-то услышит, — мы были недалеко от заимки.

Через пару минут показался вертолёт и сделав пару кругов, приземлился.

— А вот и наш транспорт на волю пожаловал, — улыбнулся Вадим. — Сделаем своё дело, за которым мы сюда прибыли и отправимся спокойно домой.

— А ты не забыл, — посмотрела на него Власта, — они вооружены, а мы нет.

— Это ты забыла, моя милая, каким оружием обладаем мы.

— Вот что значит, жить под крылом сильного мужчины, — улыбнулась ведьма, — забываешь, кто ты есть на самом деле.

Властелина придвинулась вплотную к Вадиму и поцеловала его в щёчку.

— Подожди радоваться, — отодвинулся от неё Вадим, — надо сперва попасть внутрь этого зверинца. Ведь ты же сама сказала, внутри очень сильный колдун.

— Да, он здесь. Я его чувствую, — сделала серьёзное лицо Властелина. — И я действительно не знаю, кто он. А открыться, значит, выдать себя.

Высадив охотников на лесной поляне, вертолёт вернулся обратно на заимку.

5.

Константин чувствовал, что где-то рядом присутствует чья-то сила, которую он не может никак распознать. А когда вернулся вертолёт и принёс дурную весть, что среди той группы не обнаружена рыжая девица, колдун смекнул, что сюда пожаловала ведьма.

— Ладно, рыжая стерва, мы еще посмотрим, кто кого. Тебе, Властелина (теперь он точно знал, кто та девица), одной не справиться со мной. Но кто был с ней (задумался он), неужели тот самонадеянный выскочка? Как его там? Имя Вадима напрочь вылетело из головы колдуна. Что-то крутилось в его мозгу, но тщетно, вспомнить он никак не мог.

Через пятнадцать минут, прервав его размышления, в дверь постучали.

— Войдите, — крикнул Константин и повернулся к двери.

Дверь тихонько открылась, и на пороге появился один из головорезов Филарета.

— Чего тебе надо?

— Хозяин приглашает вас на ужин, — произнёс тот.

— Скажи, что сейчас приду.

Охранник быстро закрыл дверь и испарился, словно его здесь и не было.

Дождавшись ночи, Власта и Вадим покинули своё укрытие и прячась, чтобы их не заметили с вышек, подкрались к забору.

— Не пора ли вызвать Анну? — спросил Вадим у ведьмы.

— Я предупредила её, по моему зову она появится здесь. Как мы попадём внутрь?

— Пока не знаю, но я что-нибудь придумаю.

Продвигаясь вдоль забора, Вадим тщательно проверял в нём слабые места, чтобы ударом выбить из него доску. Он мог это сделать давно, ведь Вадим обладал теперь силой воздушного удара. А дерево — хрупкий материал по сравнению с камнем. Но Властелина его предупредила:

— Колдун почувствует магию и приготовится к нападению. А допустить этого нам никак нельзя. Нужно напасть внезапно, тогда он не почувствует нас, и мы точно выиграем эту битву. А пока прибереги свою силу, она тебе понадобится и очень скоро.

Метров через триста Вадим почувствовал немного подгнившую и слабую доску в заборе. Навалившись, он выдавил её, но в образовавшую щель нельзя было пролезть. Резким ударом (не применяя магии) он выбил ещё пару досок. Теперь в этот лаз можно было спокойно пролезть.

Прислушавшись, не услышали ли эти звуки с вышек, они проникли внутрь и небольшими перебежками (озираясь по сторонам), подбежали к бараку, который был ближе всего к забору. Их благополучное проникновение на заимку никем не было замечено.

Выглянув из-за угла, Вадим увидел в доме хозяина отблески света в окне, а на площадке рядом с домом вертолёт.

— Кругом тишина, — повернулся он к Власте, — но в хозяйском доме горит свет.

— Там только колдун, — выглянув из-за плеча друга, сказала ведьма, — я его чувствую. Остальные в доме, что справа от него, там и Филарет.

— Сколько всего здесь человек? — посмотрел на подругу Вадим, — ты можешь определить?

— Дай немного времени, и я тебе точно скажу.

— Времени у нас с тобой не очень много, — произнёс Вадим. — Часа четыре, и начнёт светать. А потом мы будем у них как на ладони, и с вышек нас перещёлкают, как цыплят.

— Мне нужно всего десять минут, от силы пятнадцать.

— Милая, я тебя не тороплю, но помни, при свете дня мы больше подвергаемся опасности, чем ночью.

— Я это знаю. Всего десять минут, и я тебе отвечу на твой вопрос, сколько на заимке человек.

Присев, Власта закрыла глаза и стала поворачивать в разные стороны голову. Но не прошло и семи минут, как вновь открыла и заговорила:

— На вышках по человеку.

— Это значит, четыре, — стал вслух считать Вадим.

— В доме, что справа, ещё пять, вместе с хозяином.

— Девять.

— Колдун в хозяйском доме и вон в том (она показала рукой влево) ещё пять.

— Значит, всего пятнадцать человек и все вооружены, — подсчитал Вадим, загибая пальцы и произнося итог вслух.

— Нет, их четырнадцать, — поправила его ведьма. — Пятнадцатый — колдун, он не человек, а лютый зверь. Он самый опасный в этом змеином логове, его надо уничтожить первым. А остальные — мелочь, никуда не годные людишки.

— Поосторожней с высказываниями, ведьма, я ведь тоже человек.

— Ты не в счёт, — пододвинувшись, она поцеловала Вадима в щёку.

«Хорошая мелочь», подумал Вадим, «четырнадцать вооружённых до зубов головорезов». Но говорить Власте ничего не стал.

Константин нутром чувствовал опасность, приближающую к нему. Поговорив за ужином с Филаретом, он вернулся к себе и, потушив электрический свет (на заимке работал круглосуточно дизельный движок), зажёг чёрную свечу. Ещё раз проверив всё кругом, посылая свой разум на поиски рыжей ведьмы и не увидев её, немного успокоился. Но ощущение чужого присутствия не покидало его. Он сидел за столом перед горевшей свечой и боялся уснуть. Страх смерти поселился в последнее время в его чёрном сердце и не давал покоя. Прислушиваясь к каждому шороху, колдун понимал, что за забор трудно кому-то перебраться, но осторожность не помешает.

Вглядываясь в темноту, ведьмак и рыжая ведьма подобрались к дому, где находился колдун. Заглянув в окно (штора была задёрнута неплотно, и в небольшую щель можно было разглядеть комнату), в котором тускло горел огонь, Вадим увидел наклонившегося над столом колдуна. Резко отстранившись, он тихо произнёс:

— Это Константин! Но как он здесь оказался?

— Я пока не знаю, — ответила ведьма.

— Идём к двери и врываемся в дом. Ударом я сбиваю его и буду удерживать, — произнёс Вадим.

— Я позову Анну, — произнесла Власта. — Когда мы ворвёмся в дом, она появится внутри. Втроём мы с ним справимся.

Подойдя к двери, Вадим проверил, заперта она или нет. Дверь была не заперта (от кого колдуну было здесь закрываться, никто не посмеет к нему без разрешения войти) и даже неплотно прикрыта. Взявшись за ручку, он приготовился открыть её и ворваться внутрь. Власта на секунду прикрыла глаза и позвала Анну. И только она их открыла, ведьмак распахнул дверь и влетел. Вскинув руку, он послал в сторону колдуна воздушный удар и сбил его с ног, опрокинув вместе со стулом.

Услышав, что скрипнула дверь, колдун поднял голову, но было уже слишком поздно. Вадим сбил его на пол. На мгновение Константин потерял сознание, а когда очнулся, увидел перед собой рыжую ведьму, Анну и (он вспомнил имя ведьмака) Вадима. Втроём они удерживали его, не давая пошевелиться.

— Ну, здравствуй, Константин, — заговорила чёрная ведьма, — вот мы и свиделись вновь.

Подняв голову, он плюнул в её сторону, но сил не хватило, и слюна побежала у него по подбородку.

— Теперь ты не обманешь меня, убийца! — выкрикнула Анна и протянув к нему руку, мысленно сдавила его шею. Константин закашлялся и стал задыхаться.

— Анна, — заговорил ведьмак, — позволь мне уничтожить эту тварь и отомстить за тебя.

Чёрная ведьма ослабила хватку и убрала руку. Колдун вновь закашлялся, хватая ртом воздух. Но это были его последние секунды жизни. Собрав всю свою силу в кулак, Вадим нанёс невидимый удар колдуну в грудь. Дёрнувшись, так, что его лежавшее тело подпрыгнуло на несколько сантиметров от пола, он ахнул, выпуская из лёгких воздух и умер. Сердце чёрного мага стукнуло в последний раз в груди и взорвалось. Обмякнув и вытянувшись во весь свой рост, тело колдуна стало таять на глазах и через пять минут исчезло, оставив на полу странное мокрое пятно. Но уже через десять секунд и оно исчезло, словно испарилось.

Увидев такую картину, Вадим опешил, стоя посередине комнаты с открытым ртом.

— Вадим, — заговорила Власта, держа его за руку, — очнись. Мы ещё не закончили свою работу.

— Что? — вышел из анабиоза он и посмотрел на подругу. — Что ты сказала?

— Ты разве забыл, зачем мы сюда прибыли?

— Нет, нет, — затряс головой ведьмак, прогоняя дурные мысли и видения, — я готов.

Властелина посмотрела на него, опуская руку и убедившись, что он полностью пришёл в себя, направилась в сторону двери.

— Постой, Анна, — остановил он ведьму, последовавшую за подругой. — Может, ты нас перенесёшь к ним в дом, без всякого шума и беготни по пересечённой местности. Вдруг ещё кто-нибудь из охранников выйдет на улицу и заметит нас. Тогда нам точно Филарета не достать. Поднимется такой шум, мама не горюй. А так, тихо и спокойно войдём, сделаем своё дело и уйдём.

— Нет, — произнесла чёрная ведьма, обернувшись, — я не могу этого сделать.

— Почему? Ведь ты можешь перенести нас?

— Да могу, но только в те места, где я хоть раз побывала или где находишься ты. Ведь в твоей крови есть и моя, разве ты забыл. А в тот дом, где находится этот человек, за которым вы охотитесь, я не могу переместиться. Ведь я даже не знаю, как он выглядит. А после проделанной работы я перенесу всех нас домой, прямо в твою квартиру. Это я смогу сделать и сделаю с удовольствием.

— Понятно, а я раскатал губу. Думал, раз, и в дамках, — выслушав Анну, буркнул себе под нос Вадим.

— Что ты сказал? — Уставились на него «девушки».

— Нет, нет, ничего, — улыбнулся он, поглядывая на ведьм, — проехали. Нам надо найти какое-нибудь оружие, ведь те «люди», что находятся в том доме, вооружены.

— Вадим, — напомнила ему Власта, — тебе не нужно никакое оружие, ведь ты владеешь воздушным ударом и сам являешься оружием. Ты забыл, что ты уже не простой смертный человек, а ведьмак.

— Что, теперь я бессмертен, и меня нельзя убить?

— Раскатал губу, — произнесла Власта, — подними, а то запнёшься и разобьёшь себе лоб.

— Тогда пошли, что остановились. Надо заканчивать это дело и отправляться домой, — встряхнувшись, он пошёл к выходу. — Мне уже осточертело здесь находиться, да и жрать охота.

Переглянувшись, ведьмы последовали за ним.

На улице по-прежнему была тишина, никто не бегал по заимке и не кричал. Убийство колдуна прошло без шума, и никто в лагере этого не заметил.

Постояв с минуту, прислушиваясь к тишине, Вадим бесшумно (как он это умел делать) перебежал открытое пространство между домами и прижался к стене. Ещё раз вслушиваясь в тишину ночи, он подошёл к двери. Попробовав её на прочность и убедившись, что она не заперта, приготовился ворваться внутрь. Вадим знал, что в доме пять человек, вместе с Филаретом, и опасался, что кто-то его услышит и поднимет шум.

— Вадим, — прошептала подошедшая к нему рыжая ведьма, — будь осторожен. Пуля может тебя убить, ведь все-таки ты человек.

— Я это знаю, милая, и постараюсь не подставляться.

— Свет включать не надо, а то переполошим весь дом, — тихо прошептала Анна. — Я зайду первой и проверю, где тот человек. Ведь призраку не страшны пули.

— Анна, — тихо заговорил Вадим, так чтобы его слышали только ведьмы, — тебе надо найти здоровенного мужика с длинными седыми волосами. Посмотри, где он спит, и как к нему можно подобраться.

— Я сейчас, — тело Анна исчезло, а вместо неё появилось тускло светящееся привидение. Через мгновение и оно исчезло, пройдя через закрытую дверь.

Не успел Вадим моргнуть глазом, как призрак чёрной ведьмы вновь появился рядом с ними.

— В первой комнате, — услышал он её голос у себя в голове, — четыре человека. А седой находится во второй дальней комнате. Дверь между комнатами закрыта. Он крепко спит. Оружия при нём я не увидела, а вот у его охранников возле кроватей лежат автоматы.

— Охранников трогать не будем, — прошептал ведьмак. — Они нам не нужны. Убиваем Филарета и также тихо уходим.

Но тихо не получилось.

Приоткрыв тихонько дверь, Вадим и Власта юркнули в дом. А призраку двери были не нужны. Светящееся тело Анны уже стояло у двери в комнату, где спал хозяин заимки. Тихонько, чтобы не разбудить головорезов, они подошли к двери. Взявшись за ручку, Вадим затаил дыхание. Прислушавшись к стоявшей в комнате тишине, он стал медленно открывать. Но, как назло, она скрипнула. Скрип несмазанных петель ударил по ушам, словно гром среди ясного неба. Ведьмак, пропустив вперёд Власту, быстро прикрыл за собой дверь.

Лежавший в углу комнаты седой мужик открыл глаза и, увидев нежданных гостей, вскочил на ноги. В руке у него сверкнул охотничий нож.

Власта первым его заметила и, опередив Вадима, закрыла его своим телом. Филарет громко закричал и, выкинув вперёд руку с ножом, ударил. Власта дёрнулась (нож попал ей прямо в сердце) и, ахнув, повалилась на него. Откинув рыжую девицу, Филарет кинулся на Вадима. В первой комнате услышали крик хозяина, поднялся переполох.

Вадим вскинул руку и мысленно послал воздушный удар в широкую грудь Филарета. Его, как тряпичную куклу, отбросило на стену.

В это время в доме вспыхнул свет, и в комнату, мешая друг другу, полезли охранники с автоматами наперевес. Увидев чужака, они открыли огонь, но уже было поздно. Анна в мгновение ока перенеслась в квартиру Вадима, прихватив с собой его самого, мёртвую Властелину с ножом в сердце (Филарет так и не успел его выдернуть) и оглушённого хозяина заимки.

Пули, выпущенные из автомата, прошили пустой воздух в комнате и врезались в стену, возле которой ещё секунду назад лежал их хозяин.

Материализовавшись в квартире Вадима, Анна вновь стала «живым человеком», а не призраком. Наклонившись над телом Власты, она выдернула нож и приложила руки к ране. Кровь, ударившая фонтаном из груди рыжей ведьмы, просочилась сквозь пальцы и тонкой струйкой сбегала на пол.

Вадим подскочил к Филарету, выбросив вперёд руки, и мысленно сдавил его шею. Через секунду шея у хозяина заимки была сломана. Увидев, что он мёртв, Вадим подскочил к Анне.

Прижав к груди подруги руки, она что-то шептала. Вадим присел рядом и накрыл их своими руками.

Прошло пять минут, а они так и сидели над мёртвым телом Власты.

— Слишком поздно, — произнесла Анна, — её уже не вернуть. Нож насквозь пробил сердце Властелины. Я не в силах её вернуть к жизни. Извини, Вадим, но Власты больше нет с нами.

Убрав руки, Анна поднялась. Шрам от удара ножом затянулся, не оставив следа, а сердце рыжей ведьмы перестало биться навек.

— Ну вот, моя милая подружка, — заговорила Анна, — я тебя и дождалась. Как не крути, а колесо истории не изменить. Порванную нить судьбы не связать по-новой.

Вадим поднялся с колен и посмотрел полными слёз глазами на Анну.

— Так не должно быть, — тихим голосом произнёс он. — Это не правильно.

— Нет, мой милый мальчик, — взяла его за руку чёрная ведьма. — Всё возвращается на круги свои. Мы уходим, ведь наше время давно прошло, а ты остаёшься. Колдун мёртв, я ему отомстила за свою смерть. И теперь я могу спокойно покинуть этот мир.

— Но Власта, — сквозь слёзы произнёс Вадим, — я её любил.

— Нет, мальчик, судьбу нельзя повернуть назад. Наше время ушло, а ты продолжай жить.

Через пять минут, простившись, Анна исчезла уже навсегда, прихватив с собой мёртвые тела Власты и Филарета.

* * *

На следующий, день ближе к обеду, Вадим позвонил Дмитрию Игнатову и рассказал, что Филарет мёртв. А через неделю он вышел на работу. Про то, что с ним случилось, он помалкивал. Да и никто не поверит, расскажи он всё честно. На вопрос, куда делась Власта, он отшутился:

— Не сошлись характерами. Да и не предназначен я для семейной жизни. Так что, мужики, вечером приглашаю всех к себе. Вы не забыли, что сегодня у меня день рожденья?

Прошёл месяц, как из жизни Вадима Шведова исчезла Властелина. Жизнь понемногу устаканивалась, и войдя в своё русло, потекла, как и прежде. Утром, просыпаясь, он ехал на работу, а вечером вновь возвращался в свою холостяцкую квартиру. Странные сны после исчезновения Власты и Анны из мира живых прекратились и больше не посещали его. Сила ведьмака, что появилась в нём, старалась вырваться на волю, но он силой воли и мысли удерживал её. Да и применять её направо и налево не было повода.

Произошедшие за последнее время события стали забываться, как страшный сон, а жизнь капитана полиции Вадима Шведова продолжилась.

Content

Владимир Александрович Мисечко
Рождение ведьмака

Тетрадь из сундука

Дело о похищении из ночного клуба

Привидение по имени Анна

Безглазый

Домик у озера

Любитель фильмов ужасов

Подражатель

Шулер по кличке «Бубновый»

Сафари по-русски

Рождение ведьмака

Сафари по-русски: Возвращение в логово зверя