Дмитрий Распопов

#Бояръ-Аниме. Деньги не пахнут 3

Транснациональная корпорация

Глава 1

На следующий же день, мне позвонил Патрик и сказал, что выкуп земли под клановую застройку со стороны императорской канцелярии мне одобрен, так что можно искать архитекторов и планировать застройку. Я поблагодарил его за сообщение и позвонил Коичи, чтобы он привлёк ту фирму, которая занималась для нас Таиландом, они всё равно сейчас пока простаивали, пока в королевстве шли боевые действия, поэтому пусть поработают пока на нас в Японии. Партнёр с этим конечно согласился и сказал, что займётся. Он знал, что я купил землю под застройку не в Токио, а в часе езды от него, где земля стоила не так дорого, но зато я выкупил сразу очень много территорий, вместе с простыми людьми, которые там проживали вне кланов. Разумеется, там нужно будет прежде навести порядок, но это было простой задачей, главное, что меня сейчас интересовало — это подходящий срок для массового выкупа муравьиных ферм, всё же больше всего людей покупало их в один день, когда мы выплачивали дивиденды за прошлые фермы. В этот раз кроме этого ещё будет дан старт рекламной кампании по отмене запрета на покупку одной фермы в одни руки, да ещё и в новой упаковке.

Этот день я ждал с нетерпением, так как интересна была реакция Такаюки, который и правда решил запараллелить бизнес, открыв свою отдельную компанию и сейчас вёл подковёрные игры с сетями розничных магазинов, чтобы на лучших условиях выкладывать свой товар, который ему на коленке где-то собирал. Объёмы там были пока небольшие, но я уже твёрдо понимал, что это будет скорее всего последний выкуп проданных нами ферм, а дальше нужно всё отдавать ему в руки, и пусть с последствиями краха финансовой пирамиды имеет уже он. Бизнес был безумно прибыльным на старте, но поскольку товар выкупали кланы и компании огромными партиями, не говоря уже о простом населении, то правильнее будет выйти из него уже сейчас, чтобы за полгода моё имя и имя поставщиков ферм полностью ушло из информационного поля. Хотя и так я предпринимал все усилия, чтобы выпячивать только личность Такаюки, но лучше было подстраховаться, ведь я понимал, что за такие огромные деньги будет большой спрос.

Приняв решение, я подумал, что дождусь дня старта рекламной кампании для ферм с новой упаковкой, и после этого начну уже предпринимать шаги, по выводу всех активов из этой пирамиды.

* * *

— Господин Реми, к вам господин Диего Гонсалес, — ко мне заглянула Джина.

— Проси, — я отвлёкся от компьютера, который купил себе неделю назад и сначала разобрал его до винтика, чтобы понять насколько всё печально с микроэлектроникой в этом мире, а затем сидел и придумывал операционную систему, которая бы была приемлемой под это железо.

Зашедший ко мне командир наёмников был в плохом настроении, это было сразу видно и чувствовалось по его эмоциям.

— Что случилось? — спросил я, после того, как поприветствовал его.

— Только закончил с похоронами и лечением раненных, — поморщился он.

— Так много пострадало при атаке? — удивился я, поскольку считал свой план нападения на имение Оболенских хорошим.

— Это наши собственные потери, — он постарался не смотреть мне в глаза.

— Как так, Диего? — не понял его я.

— Этот ваш проклятый газ, который Абсолюты распылили на огромной территории, — он замолчал и покачал головой, — в общем там был просто ад. Мы с трудом вытаскивали своих солдат, сгорающих заживо.

— Насколько я помню, что при планировании, на этот момент я вам обоим указывал, — нахмурился я, — или где-то допустил просчёт?

— Мы не знали господин Реми, что последствия его применения будут столь ужасающими, — он покачал головой, — и не отвели людей на безопасное расстояние.

— Всех, кто ослушался меня наказать, — просто ответил я, — тебе я придумаю отдельное, по твоему статусу.

Он кивнул.

— Что с самим поместьем?

— Огромный кусок выжженной земли размером в несколько километров. Не осталось никого и ничего живого. Даже мои люди были в ужасе от последствий. Если бы не нарушение правил, то не пострадал бы вообще ни один человек с нашей стороны, но впечатление этот газ оставил крайне гнетущее, как-то это не по-человечески взять и сжечь огромное поместье со всеми его жителями и животными за секунды.

— Хм, отлично, значит Оболенские точно захотят отомстить. Следы вы оставили, как я хотел?

— Да, глава клана с частью своих близких были в этот момент в Москве, так что следы, ведущие к клану Оти мы оставили во множестве, — согласился Диего, — можно не сомневаться, что они придут мстить.

— Замечательно, значит нам нужно выставить наблюдение и подготовить для них ловушку, — обрадовался я, — напомни Кёкэ-сану об этом.

— Насколько я знаю, это уже сделано, — ответил глава наёмников.

— Значит следующий на очереди у нас князь Меньшиков? — задумался я.

— Вам виднее господин Реми, — он пожал плечами.

— Ладно, тогда на этом всё, не забудь встретиться с Аякой, обсудите премии семьям погибших, за счёт тех зарплат тех командиров, что ослушались мой приказ. Компания не должна терять деньги из-за глупости отдельных людей.

Лицо мексиканца мгновенно стало кислым.

— Иначе следующий раз я вообще не стану предупреждать о последствиях применения этих веществ, — нахмурился я, — какой в этом смысл, если меня никто не слушает?

— Я понял вас господин Реми, — Диего был недоволен, но я по его эмоциям понял, что скорее он был недоволен собой, чем мной, поскольку прав был я, множество раз упоминая о том, что с большой долей вероятности взрыв будет огромной силы и нужно всех, кто ниже Абсолюта держать от него подальше.

— Тогда звони, как будет дополнительная информация.

— Слушаюсь.

Когда он вышел из кабинета, я задумался, как лучше наказать один из сильнейших кланов Российской империи. С тем количеством одарённых и солдат, которые у них имелись, по всему выходило, что пока у меня не было достаточно сил с ними состязаться напрямую.

Поднявшись с места, я пошёл к двери, и открыв её, вышел в холл. Тихие разговоры мгновенно прекратились, люди заспешили по своим делам, а мисс Джонсон поднялась мне навстречу.

— Что-то случилось господин Реми?

— Спроси у Сюзи, Коичи здесь?

— Одну минутку.

Она сделала звонок и тут же ответила.

— У господина Коичи совещание, но он освободится через двадцать минут.

— Подожду, — сказал я, направляясь в его крыло здания. Джина, как и телохранители разумеется пошли за мной.

Проходя мимо кабинетов, где работали сотрудники, подчиняющиеся ему, я невольно отмечал, что они не так резко встают при моём появлении, как это происходило в моём крыле, да и одежда их была не такой строгой, как у тех, кто работал на моей стороне офиса. Почему-то сегодня это мне бросилось сильнее всего в глаза, хотя я и раньше замечал подобное, но не сильно придавал такому поведению подчинённых Коичи внимание.

Нашу колоритную группу было видно издалека, так что секретари Коичи, вместе с Сюзи, ждали нас низко поклонившись в холле перед его кабинетом.

— Господин Реми, — девушка выпрямилась и боязливо мне улыбнулась. После той трудотерапии, что я ей устроил, она снова стала думать головой в отношениях с Коичи. Больше никаких дорогостоящих покупок, слёз по любому поводу, так что партнёр мне сказал, что он снова почувствовал страсть к ней. А уж что она творила теперь по ночам! Тут он задумчиво прищуривался и выключался из разговора на десяток секунд, хотя и так было понятно, что после моей выволочки, Сюзи старается теперь на совесть, не только на работе.

Кстати об этом.

— Джина, я забыл конверт у себя в столе, на верхней полке, — повернулся я к своему секретарю.

Та лишь склонила голову и застучав каблуками, быстро сходила за требуемым. Всё это время я рассматривал секретарей Коичи, которые при появлении у него Сюзи, стали страшноватыми, но зато жутко исполнительными, как он говорил, а стоящая его девушка, тряслась словно осиный лист, когда мой взгляд останавливался на ней персонально.

— Господин Реми, — Джина вернулась, и с поклоном передала мне подписанный конверт.

Я взял его и протянул Сюзи.

— Коичи говорил, что ты перевозишь маму и брата в Японию.

Девушка осторожно взяла конверт, не зная, что с ним делать. Открывать в моём присутствии или нет. Поэтому она лишь судорожно кивнула.

— Я его попросил от себя ничего не дарить тебе, пообещав бонус от компании, за хорошо выполненную работу при аудите.

— Благодарю вас господин Реми, — поклонилась она, а я почувствовал, как волны облегчения понеслись от неё во все стороны.

— Здесь дарственная на землю и небольшой домик в пригороде, внутри будущих клановых земель клана Тонсу, — пояснил я, — надеюсь твоей семье понравится.

Глаза канадки широко распахнулись, она крепче сжала конверт и низко мне поклонилась.

— Благодарю вас за заботу обо мне господин Реми, — склонилась она.

Пока мы разговаривали, из кабинета Коичи стали выходить люди, которые увидев меня, тут же стали кланяться и ускорять шаг, чтобы как можно быстрее пройти мимо. Видимо заметив, что у его кабинета случилось что-то странное, заглянул в холл и он сам.

— Реми? — заинтересованно посмотрел она, — ты ко мне?

— Да, есть минутка? — оставив Сюзи в покое, я повернулся к нему.

— Конечно, я как раз освободился, — он приглашающе показал мне рукой входить.

— Поехали, лучше прокатимся, — показал я ему в сторону лифта.

Он удивился, но спорить не стал, лишь сходил за пиджаком и вскоре мы уже ехали в сторону гетто, которое с момента, когда Коичи здесь был последний раз стремительно меняло свой облик. Строительная техника сносила все коробки и деревянные постройки, без учёта желания жильцов, их самих переселяли в огромные, длинные двадцатиэтажные дома, с тысячами небольших квартир в каждом, зато с отдельными санузлами. Давали квартиры каждой семье бесплатно, но квартплату конечно нужно было теперь платить, что не всем конечно нравилось, но кого это волновало. Всё гетто должно было превратиться в гигантский муравейник из приличного вида домов и магазинов, а за порядком в нём по-прежнему вместо полиции следили банды, подчиняющиеся Горо.

Вскоре мы подъехали в огромному военному лагерю у строящейся с нуля фабрики и пройдя проверку, спустились в бункер. Коичи уже понял, что разговор будет серьёзным, поэтому молчал, ничего не спрашивая. Лифт довёз нас до последнего этажа и оставив телохранителей, мы заперлись в зале, где обычно я совещался с Диего и Кёкэ-саном.

Сев на диван, партнёр тяжело вздохнул.

— Давай, не томи, я уже понял, что будет что-то неприятное.

— Сразу после того, как закончатся массовые продажи ферм в новых упаковках, я начну процедуры выхода «Arasaka» из этого дела и передачи всего контроля Такаюки.

У Коичи чуть не отпала челюсть, он вытаращил на меня глаза.

— Мы полтора года пахали, чтобы довести наш бизнес до нынешнего состояния, а ты теперь хочешь всё разрушить? Ты с ума сошёл?

— Коичи, нет никакого бизнеса, — я лениво облокотился на спинку дивана, — как только я прекращу выплаты за фермы, всё сложится, словно карточный домик.

— Так ты не прекращай, в чём проблема-то? — удивился он, а потом до него стало доходить.

— Хочешь сказать, что все наши другие проекты спонсируются на эти деньги? Полученные от вкладчиков? — прищурился он.

— Откуда бы они ещё у меня взялись по-твоему? — хмыкнул я.

Он сначала тупо смотрел на меня, затем схватился за голову.

— В проект многие кланы вложили сотни миллионов долларов, рублей, иен! — он поднял на меня взгляд, — нас с тобой просто закопают Реми. Заживо!

— Ну, надеюсь не нас, — улыбнулся я, — или думаешь, почему я тебе всё время запрещал лично агитировать знакомых за вступление в этот проект? И вообще в нём отсвечивать?

Глаза партнёра расширились.

— А-а-а, ты с самого начала знал, и создавал эту всю ерунду, только с целью собрать больше денег с людей, чтобы их по итогу кинуть?!

— Бинго! Шампанское, за тот столик, — с иронизировал я, показав рукой на его сторону стола.

Он сидел несколько минут, словно статуя, затем закачал головой из стороны в сторону.

— Реми, но в этом проекте есть и наши деньги! Наших знакомых, партнёров! Многие в него вложились! Нужно будет всех предупредить!

— Нет, — я покачал головой, — мы никого не будем предупреждать, иначе огромный одномоментный слив ферм заметят и начнётся паника.

Он ещё сильнее изумился, посмотрев на меня.

— Но Реми! Я вложил почти все свои деньги в это!

— Потому, что ты идиот, — безжалостно сказал я, — я сказал тебе, что это плохое вложение капитала.

— Да ты лишь пошутил, что зря я это делаю! — завопил он, снова хватаясь руками за волосы, — отец меня убьёт! А мы ведь только с ним помирились!

— Ладно, хватит истереть, и послушай, как мы будем выходить из этого дела, — я стал серьёзным, — как я уже сказал, как только закончится массовая закупка новых ферм без ограничений к покупкам, я выхожу на Такаюки и говорю ему, что он выполнил условия завещания и фирма переходит к нему. Думаю, сразу, как только подпишутся юридические документы на передачу ему полного контроля над «Такаюки и Ко», он выкинет меня из своей компании.

— Ещё бы, — хрюкнул Коичи, — даже не сомневаюсь в этом.

— Я отправлю его сестру к нему опять, пусть идёт мириться, теперь ей вряд ли что будет угрожать, заодно пусть продолжит за ним шпионить, а сам начну приостанавливать отгрузку муравьиных ферм, чтобы на складах образовалась пустота. Такаюки такое вряд ли потерпит, и выкинет «Arasaka» из списка поставщиков. Понятное дело не сразу, сначала найдёт нам замену, но этого времени нам хватит на то, чтобы закрыть все юридические дела с «Такаюки и Ко».

— Это понятно, и я двумя руками за, — сказал Коичи, — но почему ты хочешь, чтобы пострадали и мы в том числе? Это ведь наши деньги! Мы их заработали!

— Как раз потому друг, чтобы нас не похоронили заживо, — улыбнулся я, — официально и на публику, мы пострадаем, как и все.

— А не официально? — тут же обрадовался он.

— Мы совместно составим с тобой список тех, кто нам нужен на дальнейшую перспективу и «Arasaka» выплатит им премии, когда пыль от грандиозного краха уляжется, — ответил я.

— О, это меняет дело, — обрадовался он, — а кого можно предупредить из самых близких?

— Рио О намекнёшь ты, а я поговорю с Аякой, — сказал я.

— Отлично, — он потёр ладони, — свои я тоже продам через третьи руки, ты не против?

— Не больше семидесяти процентов, у тебя должно остаться то, что мы потом покажем журналистам, — сказал я.

— Ну если ты говоришь, что мне это потом компенсируют, то ладно, буду готов подождать, — согласился он, — хорошо, что ты это сказал, я тогда начну тоже подготавливать всё для выхода.

— Только нежно и незаметно, — согласился я, — будешь разговаривать с Рио О, скажи заодно, что мы фабрику не бросим, переориентируем её на другое производство, рабочих увольнять также не будем, помня интерес к ним со стороны короля.

— Хорошо, а ты раз будешь говорить с Аякой, попроси её обратить внимание на моего директора по развитию новых каналов продаж, — вспомнил Коичи, — его так хвалило её кадровое агентство, подсовывая мне, а он вообще не вывозит работу.

— Скажу, и да Коичи, — я строго на него посмотрел, — твой отец пострадает за дело. Если изначально я думал его посвятить в это, чтобы твой клан не пострадал, но он сам решил свою судьбу, пойдя против нас с тобой и должен быть наказан за это. Таковы правила компании.

Компаньон расстроился, но согласился.

— Я понимаю, о чём ты Реми.

— На этом всё? Едем обратно? — спросил я.

— Нет, хватит с меня сегодня подобных новостей. Возьму Сюзи и поеду домой, отдохну, — покачал он головой, — а завтра уже в Таиланд съезжу.

Я поднялся с дивана, и мы пошли с ним к двери, где поднявшись наверх, попрощались. Сев в машину, я набрал Джину.

— Да, господин Реми.

— Я скоро подъеду, позвони Аяке Тайре скажи, чтобы зашла ко мне.

— Хорошо, господин Реми.

Когда я прибыл в офис, в холле уже сидела недоумевающая девушка. Поманив её за собой, я прошёл кабинет, и завёл её в комнату отдыха. Закрыв за собой дверь, я повернулся к ней лицом, а девушка всё так же недоумённо на меня смотрела.

— Раздевайся.

— Господин Реми, я не взяла с собой ничего! — поморщилась она, — я буду сухая, как пустыня Сахара, да ещё и без защиты.

— Отлично, — кивнул я, — раздевайся.

Она нехотя сняла с себя блузку, лифчик, юбку и словно утопающий за соломинку, схватилась за свои ажурные трусики, умоляюще смотря при этом на меня.

— Ложись попой вверх, на подлокотник дивана, — когда она оказалась полностью обнажённой, я показал рукой на предмет мебели, а до неё стала доходить причина вызова.

— Реми, ты меня наказать что ли хочешь?! — воскликнула она, — но почему так?! Где я провинилась?!

— Я надеюсь, до тебя так быстрее дойдёт, чтобы не было желания приходить в этот кабинет в третий раз, — я расстегнул ширинку, достал член и без особой смазки вставил его в неподготовленное влагалище.

— Ай, больно же! — тут же заверещала она.

— Начну с основного, — не слушал я её визги и извивания, чтобы отодвинуться от меня подальше, — почему сотрудники, работающие на Коичи, думают, что им не писаны общие правила? Пойди сравни разницу между моими и его.

Сильнее двинув попой к её ягодицам, я вызвал ещё один болезненный крик.

— Хорошо, — она повернула голову и скорчилась от боли, — я посмотрю.

— Дальше, Коичи недоволен директором по развитию новых каналов продаж, почему не проследили за периодом его адаптации на новом месте и не провели опрос 360 градусов среди остальных директоров после окончания испытательного срока? А? — я снова сделал несколько сильных движений.

Аяка вздрогнула, и попыталась устроиться удобнее, двигаться в ней стало проще, да и она сама активно помогала себе рукой, смачивая места трения слюной, которой смачивала пальцы.

— Что-то ещё господин Реми? — когда я успел вытащить член из неё, прежде чем кончить, поинтересовалась она, переворачиваясь на спину и с облегчением смотря на меня.

— Нам обоим повезло, что ты женщина, а не мужчина, — хмыкнул я, — и мой тебе дружеский совет, не покупай больше ферм.

Она мгновенно насторожилась и даже забыла, что лежит передо мной голая.

— Господин Реми? Вы уверены? — осторожно поинтересовалась она.

— Да и держи свой рот на замке об этом. Узнаю, будешь наказана, — сказал я, закрывая молнию на штанах.

— Коичи знает? — осторожно поинтересовалась она.

— Аяка, ты хочешь, чтобы я сейчас вспомнил, как ты меня, только что назвала по имени? — поинтересовался я.

— Так господин Реми, если вы меня хотите, то давайте поедем лучше в более романтическое место, — она кокетливо откинула волосы назад, — где и поговорить спокойно можно и смазка есть.

Я задумался, а она ждала, не шевелясь.

— Хорошо, — согласился я, а она, взвизгнув, словно девчонка, бросилась в туалет, чтобы помыться и затем одеться.

Вернувшись ко мне, уже полностью строгая и чопорная Аяка покосилась на меня и тихо спросила, прежде чем выйти из кабинета.

— Реми, что случилось? Только не говори, что я тебе стала нравиться.

Я промолчал, но сам подумал, что никогда бы не признался ей в том, что за полтора года привыкнув к женским телам в своей ночной постели, мне сейчас их иногда не хватало, как и готовых вкусных завтраков по утрам. Чувство какой-то потери промелькнуло у меня в голове, но глянув на девушку с интересом смотрящую на меня, я выкинул из мыслей секунду слабости, охватившую меня и когда мы вышли в холл, где сразу же встрепенулись секретари, я сказал Джине.

— Штраф десять миллионов иен за несоблюдение субординации, госпоже Аяке Тайра.

Та сделала себе пометку.

— Я передам в отдел кадров, господин Реми.

Аяка возмущённо на меня посмотрела.

— Добавить? — я спокойно ответил взглядом на её взгляд.

— Нет господин Реми, прошу меня простить.

Когда мы спустились вниз и сели в машину, я показал телохранителям сесть не в салон, как обычно, а машину сопровождения. Аяка села рядом со мной и прижалась всем телом, не произнося ни слова до самого своего дома.

Глава 2

Старт рекламной кампании по продвижению новых ферм и отмене ограничений продаж в одни руки начался за три дня до обозначенной даты и вызвал огромное обсуждение в прессе и на телевидении. Почти сразу у меня зазвонил телефон и я, ожидая этот звонок, взял аппарат в руки.

— Слушаю.

Послушав минут пять поток бессвязных ругательств от Такаюки, я спокойно вставил пару слов, когда он набирал воздух в грудь, чтобы продолжить обличать меня в коварстве и присвоении денег его компании.

— Такаюки, я посмотрел отчёты и если продажи будут успешны, то ты выполнишь поставленную дядей цель по заработку нужной суммы.

На той стороне трубки сразу заткнулись, и через пару секунд осторожно поинтересовались.

— Это правда Реми?

— Разумеется, я не стал бы шутить на тему денег, — я пожал плечами, хотя собеседник разумеется этого не мог видеть.

— Тогда получается, что я становлюсь владельцем? Без двойного управления с тобой? — он всё ещё не мог в это поверить.

— Всё верно, я в тот же день, когда планка продаж будет достигнута, свяжусь с тобой и юристами, чтобы обеспечить тебе передачу всей полноты власти.

Такаюки задумался и затем проворчал.

— Мог бы меня предупредить об этом заранее.

— «Угу, чтобы ты свои схемы параллельные успел поменять? — хмыкнул я про себя».

— Ты сам устранился от общения со мной, — вместо этого, напомнил я ему, — я могу тебе не нравиться, но моё отношение к делу, только профессиональное, я выполняю волю твоего дяди.

— Ты так часто говоришь об этом, — ядовито поинтересовался он, — а почему? Тебе это зачем?

— Деньги Такаюки, — спокойно ответил я, — разумеется деньги всему причиной. Если я выполню все условия контракта, то буду вознаграждён большой суммой денег, так что мне невыгодно нарушать условия сделки.

Для него такая мотивация была понятной, так что он смягчился.

— Как я могу ускорить продажи?

— С русскими идёт война, но спада продаж у нас нет. Мы объявили на телевидении о том, что все обязательства свои «Такаюки и Ко» полностью соблюдает к русским клиентам, так что, если у тебя остались контакты, нам нужны Рода из Российской империи. У них большие запасённые кубышки из золотых слитков, мы с радостью обменяем их на наши фермы.

Такаюки задумался, затем признался.

— Война сильно всё усложнила, но я попытаюсь.

— Попробуй выйти на Меньшиковых, — закинул я удочку наудачу, — пообещай эксклюзивные права. Я слышал — это богатейший Род.

— Ничего не обещаю, но попробую, — проворчал он и отбился.

Вернув трубку на стол, я улыбнулся. Даже если у него ничего не выйдет, всё равно любое ослабление русских кланов, как, впрочем и японских, тут я ни перед кем не делал различий, было мне только на пользу.

Раздался стук в дверь кабинета, и я поднял взгляд, когда дверь открылась и ко мне осторожно заглянула Джина.

— Господин Реми, звонок с императорского дворца, секретарь наследного принца Хидео Минамото спрашивает, не могли бы вы встретиться с его высочеством?

— Разумеется, сразу, как это будет угодно его высочеству, — расплылся я в улыбке. Видимо принца всё же взяла за жопу служба безопасности, ведь я не зря его оставил в середине списка главных растратчиков, чтобы он не забыл обо мне.

Секретарь вышла и вернулась через пять минут.

— Я внесла в ваш график встречу вечером в семь в «Элизиуме», — сказала она, — вас нужно будет сопровождать?

— Да, потом у меня нет других дел, и поедем сразу к тебе, — я внимательно осмотрел её лицо.

Женщина слабо улыбнулась.

— Я вам ещё нужна?

— Запроси пожалуйста у службы безопасности, пусть найдут мне всю имеющуюся информацию по волоконно-оптическим кабелям и средствам передачи, которые с помощью них работают, — попросил я, а она записывала, — есть ли такое производство в мире, кто лидер, где больше всего развёрнуты, в общем всё что есть.

— Сроки? — Джина подняла на меня взгляд, оторвавшись от блокнота.

— Чем быстрее, чем лучше.

— Слушаюсь господин Реми, — она склонила голову и вышла от меня.

Почти сразу за этим раздался звонок.

— Да!

— Господин Реми, ловушка расставлена, — лаконично сообщил мне Кёкэ-сан.

— Отлично, вы помните главное правило, — мы не говорили по телефону прямо, во избежание прослушки.

— Постараемся, — ответил он и отбился.

Остаток дня я провёл в поисках нужной мне информации по задуманным делам, поэтому, когда пришла Джина, сказав, что машина подана, я с удивлением понял, что за окном стемнело и наступил вечер.

* * *

Первыми в ресторан приехали мы, так что я заказал себе еду, чтобы подкрепиться в ожидании принца и оказался прав, поскольку тот опоздал на час, явившись после восьми часов.

— Ваше высочество, — я поднялся с низкого дивана, приветствуя вошедшего принца в комнату.

— Тонсу Реми, — он кивнул, садясь первым и бегло осматриваясь. Замечая мою многочисленную охрану, а также накрытый стол с уже частью съеденной едой.

— Я поужинал, поэтому позвольте сразу перейду к делу, — холодно посмотрел он на меня.

— Конечно ваше высочество.

— Несмотря на ваши заверения об обратном, недавно служба безопасности стала задавать вопросы о работе моих фирм, — недовольно сказал он.

— Ваше высочество, я говорил вам, как раз о том же, что все следы невозможно будет скрыть, — я пожал плечами, — тем более, что ни я, ни вы, не можем заподозрить службу безопасности императора в некомпетентности.

Тут он поморщился.

— Вы можете что-то с этим сделать? — наконец он перешёл к сути вопроса, по которому захотел со мной встретиться.

Я сделал вид, что задумался.

— Ну видимо с самим отчётом уже нет, — я деланно пожал плечами, видя, что он ждёт от меня ответ, — но могу запутать расследование, переделав схему заимствования денег из бюджета клана.

Я хоть и аккуратно сказал эти слова, но принц явно был недоволен, что это было произнесено вслух.

— Мне не очень нравится, что вы в этом случае получите доступ ко всей финансовой документации, — ответил он.

— Ваше высочество, так я и не стремлюсь к этому, у меня полно своих забот. Я готов вам помочь, просто потому, что мы с вами друзья, но навязываться я точно не буду.

Его явно корёжило от слова «друзья», но видимо СБ прижало его хорошо, что он согласился даже на этих условиях.

— Хорошо, но мы тогда заключим договор с вами, чтобы обезопасить конфиденциальность информации, которая вам станет известна.

— Это как вам будет угодно ваше высочество, — склонил я голову.

— Когда вы можете приступить? — поинтересовался он, вставая из-за стола.

— Завтра?

— Отлично, буду ждать вас у себя, на воротах вас встретят, — уведомил меня он, и не сказав ни спасибо, ни до свидания, вышел из комнаты.

— Весьма неблагодарный человек, — услышал я голос позади.

— Ты всё записала? — я повернулся к Валери.

— Да, пока Кёкэ-сан разворачивает систему прослушивания и записи, мне приходится всё записывать пока на телефон, — согласилась девушка.

— Сегодня ночью у нас будет пополнение, — тихо сказал я, — подвал готов?

— Всё как вы и приказали господин Реми, — ответил её муж, — мы также готовы.

— Отлично, — я вернулся к еде, — похоже поспать мне сегодня не удастся.

Я оказался прав. Пылающие праведным гневом Оболенские, которые думали, что к уничтожению их фамильного особняка вместе со всеми родственниками причастен клан Оти, они ночью напали на владения японцев, и мы, зная об этом, дали им полную возможность совершить свою месть. Правда уйти не дали, напав, когда территория клана Оти пылала удушающим дымом, а крики умирающих и сражающихся стали стихать. Именно тогда ударили мы и неожидающие этого Оболенские, весьма быстро потеряв треть боеспособных людей, стали сдаваться.

Мне позвонили, когда их всех перевезли на территорию, где развернулась стройка нашего клана, и посадили в специально выкопанные для временного содержания пленных ямы. Тюрем или бетонных бункеров для этого пока не было, поэтому пришлось удивлённых подобным отношением аристократов, погрузить в грязные и сырые вырытые котлованы, быстро укреплённые литыми бетонными стенками и накрытые сверху решётками. Охраняли их всех люди Горо, и немного Абсолютов на всякий случай. Парень серьёзно отнёсся к моей просьбе об этом и сам находился неподалёку в деревянном временном строении для охраны. Когда я подъехал, он сразу вышел, поприветствовать меня.

— Привет, — я протянул руку, выходя из машины и сам подходя к нему.

— Доброй ночи господин Реми, — улыбнулся он, — всё выполнено, как вы и просили.

— Отлично, спасибо Горо, идём покажешь.

Он повёл меня по пустынной местности, где вдалеке виднелась только тяжёлая техника, поскольку утром там продолжатся работы. Здесь же, в этом закутке пока была только наша временная тюрьма.

— Эй, ты! Я требую к нам соответствующего отношения! — увидев нас, из ямы раздался возмущённый возглас.

Подойдя ближе, я увидел, как снизу, связанные, на простых тканевых матрасах лежат вповалку люди. Один из них, как раз и кричал нам.

— Я князь Оболенский! Я требую, чтобы позвали кого-то из ваших аристократов! — заметив склонившиеся над решёткой лица, он ещё больше активизировался.

— Жан! — позвал я и француз тут же сделал пару шагов, чтобы быть ближе.

— Да, господин Реми.

— Начнём проверку, — я посмотрел на него, — делите всех пленных на четыре части. С первой работаю я, со второй ты, с третьей Валери, с четвёртой вы вдвоём сразу, но без меня.

— Хотите посмотреть насколько сильно это будет влиять при…, - тут он прикусил язык и быстро поправился, — я понял.

Я строго на него посмотрел, и он повинившись опустил голову, быстро пошёл выполнять приказ, а я вернулся к Горо.

— Ну что? Подумал над моим предложением? — поинтересовался я у него.

— Как-то это необычно, ведь у вас в компании уже есть служба безопасности, — он пожал плечами, — зачем вам параллельная структура, да ещё и из неодарённых.

— Отдельная Горо, — я показал ему на ямы, — вот для такого, но официально вы будете внутренней полицией «Arasaka» и будете наводить порядок на нашей территории и задерживать нарушителей. Не военным же этим заниматься. Опыта ведь с ними ты набрался?

— Более чем, господин Реми, — хмыкнул он.

— Тогда, что тебя останавливает? Я не понимаю.

— Утрачу связь со своим районом, ребятами, — нехотя признался широкоплечий подросток, — ведь мне придётся переехать сюда, когда стройка будет окончена.

— Да, это будет неизбежно, — согласился я, — но я не давлю на тебя, решай, как тебе самому будет комфортно.

— Хорошо, спасибо господин Реми, — поблагодарил меня он.

— Иди тогда помоги Жану, — кивнул я в сторону суетящегося француза.

Едва парень отошёл, как я внимательно посмотрел на стоящего рядом со мной Мичи, одного из самых доверенных людей Горо, и его правую руку.

— Я согласен господин Реми, — прямо сказал тот, не став в отличие от Горо ломаться, словно девственница, — при нашем прошлом разговоре я только и хотел услышать сам, что он откажется.

— Ты это услышал, — я спокойно посмотрел на него, и подросток кивнул.

— Ты прошёл ту же школу у Диего, что и Горо, так что примерно представляешь качество новой полиции, но можешь не беспокоиться, я дам тебе в помощь нужных людей, чтобы помогли тебе разобраться первое время.

— Благодарю вас за доверие господин Реми, — склонил он голову.

— Завтра встретишься с госпожой Аякой Тайра, она в курсе нового направления, познакомит тебя с бывшими полицейскими, которые и будут тебя консультировать. Один был капитаном, второй лейтенантом, так что можешь смело на них рассчитывать, опыта в создании и руководством полицейским участком у обоих не занимать.

— И тем не менее, почему вы тогда предложили эту должность мне? — подросток внимательно на меня посмотрел, — Горо ведь обещал подумать.

— Он слишком долго думает. Поэтому иногда Мичи, преданность бывает нужнее профессионализма, — я пожал плечами, — но сам понимаешь, это бывает не всегда.

— Я буду учиться господин Реми, — он склонил голову, — понимаю важность всего этого.

— Тогда договорились, — кивнул я и парень отступил на пару шагов назад.

Французы пока я разговаривал с Мичи рассортировали по силе пленников и стали принимать их в клан, я пошёл к своей группе, чтобы проделать то же самое.

— Что вы делаете? Я требую…, - ко мне засунули говорливого князя, так что один взгляд и бросившиеся на него подростки из охраны быстро показали ему правила поведения.

Но князь, как и всяческий аристократ, был неугомонен и спесив, так что стал угрожать нам как снимет со всех кожу, как только он освободится. При этом на нас смотрели не только десять его родственников и наёмников, но и охранники.

— Мичи, — позвал я, показав на лежащего рядом парня и провёл большим пальцем по горлу. Подросток вытащив нож, без колебаний схватил показанного мной сына князя за голову и перерезал ему горло. Булькающие звуки прекратились, когда тело задёргалось в агонии, зато воцарилось полное молчание. Князь Оболенский лишь от ужаса открывал рот, боясь произнести что-то ещё в мою сторону.

— Сейчас я буду произносить форму приёма в клан, всё, что от вас требуется — это сказать «да», — обратился я ко всем пленникам, — вопросы?

Вопросов не было, так что я быстро принял всех в клан, а затем посвятил каждому по два часа, разговаривая и расспрашивая, чтобы познакомиться ближе. Кто не хотел отвечать или врал, знакомился с подростками Мичи, и снова через какое-то время оказывался у меня, но более словоохотливым.

На сорок человек ушло у нас на троих приличное количество времени, что навело меня на мысль, о необходимости делать нормальную тюрьму и хорошие камеры, чтобы пленные не чувствовали дискомфорта, так как эти полевые условия не давали мне почувствовать хоть капельку заинтересованности в них. В том же мне признались потом и французы.

— Учтём, — заверил я их, когда Ник стал открывать портал, и мы стали забирать пленных по одному, с целью пустить их в качестве расходников, для напитки энергией алтаря.

Супруги ждали от меня сегодня проведения над ними ритуала, я же их огорчил тем, что Оболенских оказалось слишком мало, чтобы заполнить алтарь, так что никакой молодости и силы никому не светило, я лишь с помощью метода Токугава в виде энергетической пиявки поучаствовал в ритуале запитки алтаря с князем Оболенским, узнав много интересной информации про него и Род, все остальные пленные сливались в виде энергии в алтарь целиком. Прошлый раз нам всем невероятно повезло, что камни были наполнены до отказа и едва не светились от силы, стоило только произнести нужные слова ритуала, супруги с сожалением это тоже признали.

Закончив со всеми пленными, мы помогли Нику побросать их тела в океан, он открыл портал на каком-то острове, где был раньше и завершив тяжёлую работу, которую нельзя было никому больше доверить, мы наконец поехали отдыхать. Ехали мы в лимузине только трое, так что успели обменяться мыслями и прийти к заключению, что сегодня было получено энергии даже меньше, чем прошлый раз у Токугава, поэтому для следующего раза нужно будет улучшить условия, как содержания пленных, так и времени, которое мы им посвятили. Всё, что мы выяснили за сегодня, так это то, что сила не даётся просто так, даже с алтарём нам придётся повозиться, чтобы смочь провести следующую накачку их и меня силой.

Правда в отличие от французов, у меня теперь имелась информация обо всех счетах Рода Оболенских, а также тайниках, в которых хранилось много чего интересного, судя по воспоминаниям князя. Ими нужно было срочно поручить заняться Кёкэ-сану, а опустошением счётов я займусь самостоятельно, как только отдохну. Если всё сделаю быстро и успешно, то счета «Arasaka» пополнятся на пару миллиардов рублей. Неплохой такой заработок всего за одну ночь.

Доехав до дома, где жила Джина, супруги передали меня сёстрам, и отправились отдыхать, я же поднялся к своей секретарше, которая оказывается не спала всё это время, ожидая меня, и увидев, что я сильно устал, бросилась раздевать и помогать мыться, а затем усадила за стол, чтобы я поел. Только взяв в рот кусок мяса, я понял, как сильно голоден, и набросился на еду, сметая со стола всё. Женщина с лёгкой улыбкой смотрела за всем этим.

— Секс? Минет? — спросила она, когда я откинулся на диване.

— Спасибо, но лучше после отдыха, — я покачал головой.

— Время уже почти обед, давай я тебе постелю, а сама съезжу в офис, узнаю новости, — предложила она, — если будет что-то срочное, ты меня вызовешь.

— Хорошо Джина.

Она аккуратно сложила мою одежду, когда я разделся и выключив свет, закрыла за собой дверь, выйдя из комнаты. Мне оставалось только закрыть глаза и ещё какое-то время лежать, вспоминая сегодняшнюю ночь, а также, что главное новые сведения о Российской империи, и своём враге князе Меньшикове, который был следующей целью.

Глава 3

Поспать удалось лишь четыре часа, поскольку меня потерял принц, который ожидал, что я прибуду в обед, поэтому пришлось вставать, быстро умываться и ехать к нему даже не позавтракав. У входа во дворец меня уже ждали, и пустили внутрь только с двумя телохранителями. Сопровождающий нас чиновник довёл до нужного дома и простившись, исчез.

— Ваше высочество, — склонил я голову, когда слуги открыли двери и провели меня в его рабочий кабинет.

— Вы не торопились на нашу встречу Тонсу Реми, — недовольно сказал он при виде меня, поджав губы.

— Ваше высочество, идёт война и мой проект в Таиланде требует пристального внимания, — соврал я, не моргнув глазом, — сегодня ночью проклятые русские напали на стройку.

— У нас тоже сегодня в городе было неспокойно, — его лицо разгладилось, — сильно пострадал клан Оти, русские безжалостно вырезали почти половину сильнейших бойцов, не пощадив даже женщин и детей. По телевидению только это и крутится.

— Я к сожалению, не успел посмотреть новости, но соболезную им, нужно будет отправить венок или цветы, — спокойно ответил я, переключаясь на тему, ради которой пришёл, — где я могу ознакомиться с документами?

Принц кивнул и поднялся с места.

— Идёмте за мной.

Мы вышли в коридор и пошли по полу, выложенному деревянным дубовым паркетом, в соседнюю комнату, где стояли огромные стеллажи с документами, а также находилось три человека.

— Мои финансисты, — он показал рукой на людей, не потрудившись их представить, — думаю вы понимаете, что работать будете вместе, чтобы ничего находящегося здесь не вышло вовне.

Я посмотрел на не сильно довольных моим появлением японцев, а также компьютер, стоявший в углу комнаты. Судя по мерцающему экрану, на нём сейчас работали.

— Хорошо, ваше высочество, — склонил я голову, косясь на компьютер, и надеясь, что он подключён к общей сети, — как прикажете.

— Тогда работайте, результаты сразу мне, — высокомерно кивнул он и вышел из комнаты.

— Господа меня зовут Реми Тонсу, — я поклонился по очереди каждому, — хочу сразу сказать вам, что не претендую на вашу работу или место, я просто проводил аудит для службы имперской безопасности и его высочество по дружбе попросил меня посмотреть, как можно обойти некоторые его результаты. Поэтому прошу вас потерпеть меня несколько дней, я надолго у вас не задержусь.

Нахмуренные лица финансистов хоть и не стали менее подозрительными, но они хотя бы в ответ поклонились и представились, а также стали рассказывать в чём именно к ним докопались СБ-шники. Я их внимательно выслушал и показал рукой на компьютер.

— Могу я воспользоваться?

— Да, конечно, — один из них пригласил меня к нему, — мы переносим всю документацию сейчас в него, так что если поможете это всё привести в единый вид, будем только благодарны.

Сев за клавиатуру, я сделал пару запросов по IP-адресам, и с радостью убедился, что компьютер да, находится в общей сети. IP-адрес и MAC-адрес того, с которым я работал раньше не отвечал, что впрочем не удивительно, а вот четыре строчки запроса к нейросети, которую я оставил в качестве «бонуса» своей работы радостно мне ответили, показав, что количество компьютеров, на которых она поселилась уже перевалило за две сотни.

— Что вы делаете? — раздался вопрос из-за плеча.

Я тут же сбросил запрос и спокойно ответил.

— Думаю, что лучшим вариантом будет использовать уже написанную мной программу для СБ, так как для упорядочивания документов, она просто идеальна.

— Вы уверены? — напрягся японец.

— Да, — я достал из кармана дискету, и помахал её перед ним, — это сэкономит нам всем время и если всё получится, то за два-три дня мы со всем справимся.

— Два-три дня? — они переглянулись.

— Сейчас увидите, — я вставил дискету в разъём дисковода и сделал вид, что запускаю исходный файл, хотя это и не требовалось, поскольку нейросеть сама подстраивалась под операционную оболочку, стоящую на компьютере и сама компилировала машинные коды для обращения к железу. Просто чудо технологии будущего, которое по местным меркам скорее всего являлось чем-то, вроде «deusex machina».

Под удивлёнными взглядами японцев, нейросеть за считаные секунды развернула дополненную и исправленную мной версию программы и уже через минуту появился процесс каталогизации уже выполненной ими работы.

— Нам понадобятся диски большой ёмкости, — предупредил я их, показывая на процесс, — поэтому нужно будет наладить на этом компьютере быструю их замену.

— Мы не разбираемся в технике, — не отрывая взгляда от бегущих на экране процентов, ответил один из них.

— К вашему счастью, я разбираюсь, — улыбнулся я, — так что достаточно будет вашего согласия.

Тем временем компьютер пискнул, и вся документация по фирмам и по годам разложилась по стройным каталогам с множеством закладок. Охреневшие японцы смотрели, как я показывал им результаты работы и вскоре они смотрели на меня, как на живое божество, сошедшее на землю, слишком сильные были впечатления от работы моей программы.

— Так что вот, мы продолжаем заносить данные и когда всё будет готово, я с помощью программы переделаю отчётность, которую мы покажем СБ, — показал я на экран, откидываясь на стуле, — ну и разумеется поменяем формы собственности на фирмах- прокладках.

Три финансиста переглянулись.

— Нам нужно это будет согласовать с его высочеством, господин Реми, — осторожно ответил один из них.

— Так в чём проблема? — я поднял бровь, — идите и согласовывайте, а пока попросите слуг принести мне перекусить.

Они кивнули и бросив меня одного едва не бегом бросились искать принца. Ну хотя бы слугам про еду не забыли сказать и то ладно, вскоре принесли два блюда с закусками и я поедая рис с овощами и курицей, свободно мог порыться в той информации, которую нашла мне нейросеть в недрах сети императорского дворца.

В основном много было данных, цифр, а вот пометки «порно», выставленные нейросетью заинтересовали меня, и я запросил показать мне это. Открывшиеся фото и видео кадры, заставили меня сначала открыть рот от удивления, затем закрыть его и отложить онигири в сторону. В руки мне попал чей-то огромный компромат на большинство членов клана Минамото, а также чиновников, трах…ся со служанками прямо во дворце. Быстро проверив объёмы архива, я присвистнул. Из дворца мне нужно будет выносить кучу дисков.

Оставив пока пикантное содержание на потом, я сделал запросы по другим веткам, созданным нейросетью и заметил надпись одной из них — «секретно». Сделав запрос туда, я ощутил себя словно испанский мореплаватель, высадившийся на берег, целиком состоящим из золотого песка. Куча информации по японским кланам, русским Родам, китайским кланам, европейским, всё рассортировано и снабжено фотографиями и пометками с характеристиками и личными выводами. Похоже это была информация непосредственно с компьютеров службы безопасности. Присвистнув, я с сожалением убрал эти запросы от греха подальше, к этому нужно будет вернуться позже, когда вынесу из дворца всё это богатство.

— Господин Реми, — дверь в комнату открылась и ко мне вошли трое довольных финансистов, — его высочество очень впечатлён вашими талантами и просит сделать всё, как можно быстрее, давая вам полный карт-бланш на работу.

— Отлично господа, — я потёр ладони, предвкушая, сколько нового мне сулит полученная информация, — тогда за работу!

* * *

Как и обещал, я всё сделал за несколько дней, оставив финансистов и принца Хидео в полном восторге от результатов своей работы. Правда если бы они знали, что и сколько я вынес благодаря им, они наверняка не были столь довольными, но это знание я оставил только себе. Почти всю следующую неделю я занимался только разбором полученной информации, для этого пришлось организовать даже отдельную, охраняемую комнату в здании, где хранились диски и компьютер, на которых я хранил полученную из дворца информацию.

До конца полного разбора, даже с помощью нейросети было далеко, но вот кое-что уже сейчас можно было использовать, для своей пользы. С этой целью я распечатал нужные фотографии, документы, разложил всё по папкам, и позвал к себе по очереди близких и доверенных людей. Первыми были Диего и Кёкэ-сан.

— Доброе утро господин Реми, — обоих впустила Джина, и они заняли места за столом, перпендикулярному моему, заинтересованно поглядывая на стопку папок, лежащих передо мной.

— Доброе господа, — зевнул я он постоянного недосыпа, поскольку никому не мог доверить разбирать информацию подобного уровня.

— Вас почти всю неделю невозможно было достать, — закинул удочку безопасник, — хотя вокруг происходит много чего интересного.

— Какие новости? — полюбопытствовал я.

— Клан Оти продаёт активы, чтобы хоть как-то остаться на плаву, — заметил Диего, — мы узнавали у господина Коичи об их покупке, но он сказал, что вас они не интересуют.

— Всё верно, — ещё раз широко зевнул я, — шл…и и суте…ы, меня интересуют мало. Мы осуществили им месть за девочек, а не ради денег.

— Но у нас до сих пор нет доказательств, что к их смерти были причастны Оти, — понимая, что ступает на скользкую тему, сказал Кёкэ-сан.

— Я тогда просто убью всех, кто был в тот момент рядом с ними, — фальшиво улыбнулся я, и они вздрогнули от этой улыбки, — но я позвал вас не за этим.

Мужчины тут же напряглись.

— Диего, тебе я поручаю опустошить с десяток тайников, здесь у нас в Японии, а также в России, желательно это сделать за несколько ночей, чтобы не дать время владельцам спохватиться и всё перепрятать.

— Что за тайники господин Реми? — заинтересовался мексиканец.

Я взял папки, помеченные синими стикерами и протянул их ему. Военный поднялся, взял и стал листать. Лицо его при этом стремительно вытягивалось от удивления.

— Пока Диего знакомиться, у меня поручение к вам Кёкэ-сан, — я взял большую часть папок, и протянул их ему, — со всеми этими людьми нужно поработать, тех кого я пометил белым, поставить на довольствие, тех что жёлтым запугать компроматом в папках, а с чёрными метками нужно устранить, так как они вредят нам.

Японец осторожно взял папки и открыв первую же, закашлялся. В принципе было отчего, там главная, любимая жена императора, которую я пометил, как приоритетную цель для шантажа, трах. сь одним из гвардейцев охраны. Во второй папке были фотографии моего знакомого принца, главы школьного совета, занимающегося не очень благообразными делами в ванной, и так дальше по списку, который отобрал я. Начиная с верхушки и ниже, до самого последнего чиновника, который мог быть нам полезен.

— Откуда у вас эта информация, господин Реми?! — изумился он, пролистав лишь треть папок, — этот архив явно собирался годами!

— Считайте, что это подарок мне, за хорошее поведение, — улыбнулся я, повернувшись к Диего, — досмотрел? Всё понятно?

— Да, кроме последних, где нужно будет осуществить походы по банкам и переводы средств на другие счета, — смутился он, — может лучше это Кёкэ-сану поручить?

— У меня нет столько людей, — тот отрицательно покачал головой, показав на объёмы папок в своей руке, — с этим бы справиться.

— Я так и думал, когда их делил между вами, — задумался я, и обратился к японцу, — похоже Кёкэ-сан пришло время ставить всех ваших людей в строй. Вы помню хвастались двумя тысячами пенсионеров.

Он изумлённо посмотрел на меня.

— Господин Реми, часть из них снова набрали на службу императору, чтобы защитить дворец и важные предприятия, но вы уверены? Это огромная куча денег, чтобы им заплатить.

— Диего отдай те папки Кёкэ-сан, — попросил я, и когда тот это сделал я показал пальцем, чтобы тот посмотрел на суммы, которые мы будем переводить со счетов Оболенских, а также ещё нескольких родов им подчинённых, о которых знал князь, знания которого я впитал.

Японец, увидев это, внезапно вспотел.

— Огромные деньги господин Реми.

— Поэтому задействуйте лучших и главное надёжных людей с большими семьями, чтобы не было соблазна при переводе указать не те счета, — жёстко сказал я.

— Хорошо господин Реми, я лично этим займусь, — низко наклонил он голову.

— И я хотел бы ещё попросить вас, заняться в первую очередь двумя CEONHK, — вспомнил я о своих намерениях, — телевидение мне нужно, но акции мне отказались продавать, поэтому нужно поработать с главами компании, чтобы были более лояльны к нашей.

— Хорошо господин Реми, я учту ваше пожелание, — снова склонил он голову.

— Тогда на этом всём, господа.

— Господин Реми, — обратился ко мне Кёкэ-сан, — я закончил сбор информации по вопросу ВОЛС, о котором вы интересовались, когда вам сделать доклад?

— Если есть в письменном виде, я просто почитаю, — попросил я, и он тут же достал папку и положил её мне на стол.

— Благодарю вас Кёкэ-сан, — улыбнулся я, — очень оперативно.

Он и Диего поднялись из-за стола, и поклонившись, пошли на выход. Едва они вышли, как заглянула Джина, вопросительно смотря на меня.

— Да, проси следующих.

Секретарь кивнула и вскоре две женщины сели на места Диего и Кёкэ-сан.

— Дамы, — склонил я голову, приветствуя Сюзи — как главу секретариата и Аяку, как главу HR.

— Господин Реми, — обе поклонились ниже.

Я взял следующие две стопки папок и передал каждой своё.

— Я бы хотел, чтобы вы присмотрелись к этим людям, и переманили их к нам на работу.

Они не отвечали, а бегло просматривали информацию о самых неблагонадёжных, но компетентных сотрудниках, по мнению имперской службы безопасности. Как раз то, что было интересно мне.

— Даже не буду спрашивать, где вы это раздобыли, господин, — наконец закончив со своим списком, на меня подняла взгляд Аяка, — но разумеется я всех отработаю.

— Конечно, — закончила чтение и Сюзи, — я понимаю почему вы хотите, чтобы я поговорила с ними.

— Вопросы? Есть что обсудить наедине? — поинтересовался я.

Обе отрицательно покачали головами.

— Тогда Сюзи попроси Коичи, когда он освободится, заглянуть ко мне.

— Он уже интересовался, зачем вы меня позвали к себе, — чуть смутилась девушка, — я обещала сразу позвонить ему при выходе от вас.

— Отлично, тогда и скажи, что он мне нужен, — хмыкнул я.

Обе сотрудницы поднялись, низко поклонились и пошли выполнять порученное, а ко мне вскоре зашёл запыхавшийся компаньон.

— Привет Реми, — вяло поболтал он рукой, приветствуя меня и упал на стул.

— Что за контроль такой? — я поднял бровь, — ты ведь понимаешь, что она обычный сотрудник и будет попадать ко мне в кабинет по работе довольно часто.

— Да тут Реми, понимаешь, такое дело, — заюлил он, что сразу меня насторожило.

— Коичи, мы начали этот бизнес вдвоём, начав с торговли поношенными женскими трусами, — напомнил я ему, — что тебя смущает сейчас, я не понимаю.

— В общем я хочу сделать ей предложение Реми, и не знаю, как на это она отреагирует, — нервно признался он, доставая из кармана квадратный бархатный футляр и раскрывая его. Кольцо, лежащее там на подложке, стоило немало, судя по размеру основного камня.

— Она-то согласится, а вот твой клан…, - улыбнулся я, спокойно выдыхая, поскольку проблема оказалась пустяшная с моей точки зрения.

— Ну и это тоже, — скривился он, и с надеждой посмотрел на меня, — откуда у тебя такая уверенность? Ты с ней разговаривал про меня?

От него я почувствовал ауру неуверенности и подозрительности.

— Коичи, не говори ерунды, — я сделал беспечный вид, — любой, кто посмотрит на то, каким взглядом Сюзи смотрит в твою сторону, сразу скажет, что она без ума от тебя.

От партнёра тут же пахнуло радостью, но всё ещё смешанной с любовным волнением и неуверенностью.

— Думаешь?

— Я бы поспорил, но это будет как у ребёнка конфетку отнять, — покачал я головой, — вот посмотришь, как только ты выйдешь отсюда, и предложишь ей руку, она тут же согласится.

— Хорошо, я попробую, — самодовольным тоном сказал он, и спросил, — так чего ты хотел со мной поговорить?

— Как продажи? — я тут же стал серьёзным, как, впрочем, и он. Так происходило всегда, когда мы переключались на вопросы финансов.

— В десять раз Реми, — он недоверчиво покачал головой, — несмотря на войну, взлетели в десять раз. В фермы с отменой запрета продаж одного экземпляра в одни руки, вложились и все прошлые клиенты, и много новых. Данные с розничных магазинов мне поступают напрямую, без «Такаюки и Ко», так что я знаю, о чём говорю.

— Сколько заработал он?

— Примерно одну седьмую часть от общего потока, — Коичи покачал головой, — эта падла всё же ухитрилась обойти часть магазинов и офисов, заключив прямые сделки с кланами. У него почти нет розничных продаж, только крупные клиенты, поэтому получилось так много.

— Что же, выплаты ты закончил тоже? — поинтересовался я.

— Самые крупные да, — кивнул напарник, — осталось мелочь, ну ты и сам знаешь.

— Тогда я сегодня ему говорю, что «Такаюки и Ко» переходит к нему? — спокойно спросил я партнёра.

— Эх Реми, может не стоит? — он сделал просительную физиономию, — такие отличные продажи, заработки, так жаль из всего этого выходить.

— Ничего, я нашёл для тебя другое дело, — хмыкнул я, — нам нужно захватить азиатский рынок фастфуда, а для этого ты направишься в Китай, Корею и остальные ближайшие страны, заключать контракты на покупку существующих бизнесов у франчайзи «McDonald’s», которые там открыты, а также присмотреть популярные местные сети, которые там работают.

— Зачем? — удивился он, — это как-то совсем мелко для нас и тех денег, которые крутятся в «Arasaka».

— Мне нужны наши офисы и бизнес в разных странах, — туманно ответил я, — поэтому фастфуд вполне отличное для этого решение.

— Ну если с фермами будет покончено, то конечно я перенаправлю свои усилия на другой профиль, — нехотя согласился он, — если мы будем заниматься фастфудом, тогда мне нужно будет искать поставщиков дешёвых продуктов?

— Конечно Коичи, — улыбнулся я, — самых дешёвых, но по возможности не отвратительных на вкус. Откровенное дерьмо мы продать не сможем.

— Это понятно, — хмыкнул он, — что-то ещё?

— Да, как только экономика Японии упадёт, по вполне понятным причинам, будь готов покупать активы тех кланов, которые пострадают больше всего, — я пристально посмотрел на него, — больше всего нас интересует металлургия, телеком и сельское хозяйство.

— Металлургия? — изумился он, — зачем? Ты ведь только что говорил про фастфуд. Как это вообще сочетается?

— С чего, дорогой партнёр ты решил, что сеть кафе быстрого питания наша с тобой вершина развития? — вместо ответа, я задал ему встречный вопрос. Коичи открыл рот, несколько раз моргнул и ответил.

— Позже всё расскажешь, я не успеваю следить за полётом твоей мысли.

— Конечно, как только нужные активы окажутся в наших руках, — улыбнулся я, кивая.

— Ладно, тогда я пойду делать предложение Сюзи, потом расскажу, — поднялся он с места и опустил чехол с кольцом в карман.

— Удачи, но я уверен, что она согласится, — улыбнулся я, а он лишь тяжело вздохнул.

— Господин Реми, госпожа Аяка спрашивает, может ли поговорить с вами буквально на минутку? — едва он вышел, как ко мне заглянула Джина. Я сильно удивился, так как та была у меня совсем недавно и не сказала, что хочет приватно поговорить.

— Проси, — тем не менее согласился я, недоумевая, что ещё там могло произойти.

Глава 4

Буквально через десять минут появилась и она, скромно сев на то же место, где сидела раньше.

— Со мной сегодня утром, до встречи с тобой, поговорил брат, — скромно сказала она, стараясь не смотреть при этом на меня.

— Похвастался кольцом?

Она судорожно кивнула, а по её сведённым вместе ногам, нежеланию встречаться со мной взглядом, я стал догадываться о причине её здесь появления. То-то мне показалась странной аура влюблённости, которая не была направлена на меня, но тем не менее исходила от неё всё время нашего прошлого разговора. Прислушавшись к своим ощущениям, я понял, что и сейчас ощущаю от неё то же самое.

— Ты нашла себе мужчину? — прямо спросил я.

Девушка вздрогнула, испуганно на меня посмотрела, но под моим настойчивым взглядом смутилась.

— Неделю, как встречаемся. Он известный банкир, знакомый отца, давно влюблён в меня, — тихо сказала она.

— Совет вам, да любовь, — ответил я, — если это всё, то свободна.

Аяка испуганно вскинулась.

— Реми! Нет! Я пришла у тебя спросить про нас. Если ты против, я перестану с ним встречаться.

— Дорогая, — я спокойно на неё посмотрел, — ты видимо забыла, с кем разговариваешь. Никаких нас нет и не было, мы просто трах…сь с тобой. Если ты нашла себе мужчину, то даже эти редкие случки теперь прекращаются.

— И ты не сердишься на меня? Не ревнуешь? — удивилась она, внимательно меня рассматривая.

— Нет, с чего бы? Я просто разорю его банк и посмотрю, как это для тебя, встречаться с нищим, — ответил я.

Видя, как она вся побледнела, я улыбнулся.

— Да шучу я Аяка, правда, вашему счастью с моей стороны ничего не грозит. Если ты влюблена, я хочу, чтобы мой сотрудник был счастлив и хорошо выполнял свою работу.

— Правда? Реми, ну пойми меня, я до ужаса боюсь твоей мести, — она умоляюще сложила руки перед собой, — поэтому хочу, чтобы мы расстались хорошо. Если хочешь, я могу с тобой продолжить спать и дальше. Только не злись на меня.

Я поднялся с места, подошёл к ней, обнял и понял, что девушку и правда трясёт от страха. Наклонившись, я поднял её за подбородок и легонько поцеловал.

— Всё хорошо, если он тебя бросит, приди ко мне и я придумаю для него наказание.

Она слабо улыбнулась и прижалась ко мне теснее.

— Спасибо Реми, сейчас и правда я тебе верю.

Отстранившись, я стал серьёзен.

— Если это всё, то иди работай, отняла у меня и так много времени.

Она подскочила, поклонилась и пулей выбежала из кабинета.

Проводив ей задумчивым взглядом, я подтянул к себе папку, оставленную Кёкэ-саном и углубился в чтение.

* * *

Стоило только позвонить Такаюки и сообщить радостную новость, как он бросив всё, примчался ко мне со своими адвокатами уже через час. Всё, лишь бы быстрее получить фирму. С моей стороны был Патрик, который проверив все поданные для подписи документы, кивнул мне. Я спокойно поставил росчерки фамилии о полной передаче дел новому владельцу — Такаюки Оро. Бледный и потеющий японец до последнего не верил, что это происходит и едва получил мои подписи, тут же бросился звонить финансистам, для доступа к основным счетам компании. Мы же все терпеливо ждали, пока они проверят всё. Судя по заигравшей улыбке на его губах, ему сообщили о доступности для снятия денег, поэтому он отбился и повернулся ко мне.

— Не будем больше притворяться, что вы мне симпатичны Реми Тонсу, — сказал он, — своим первым решением, как полноправный владелец «Такаюки и Ко», я увольняю вас с поста управляющего и вообще из компании. Будьте довольны теми деньгами, что вам заплатят по завещанию моего дяди.

Я пожал плечами, никак не реагируя на его слова.

— Также я сегодня во всеуслышание объявлю, что компания «Arasaka» исключается из поставщиков нашего товара, — продолжил он с довольным выражением на лице, — как ненадёжная.

— Твоя воля Такаюки, — я снова пожал плечами.

— Господин Такаюки! — резко поправил меня он, — теперь ты никто, а я владелец!

— Хорошо, господин Такаюки, — спокойно поправился я, чем ещё более успокоил его.

— Клан Абэ присмотрит за тем, чтобы все юридические контракты между нами были разорваны, — продолжил он издеваться надо мной, — так что я лично думаю, что вам лучше вернуться обратно в Российскую империю Реми Тонсу, хотя, имея и там знакомых, я не уверен, что вас радостно примут и на родине.

— Господин Такаюки, — я поднял руку, — а можно вопрос?

— Да, что у тебя, — он свысока на меня посмотрел.

— Я просто хотел вам напомнить, что вы находитесь в моём офисе, — я показал рукой окружающее пространство, — с моей охраной, поэтому если мы закончили оформление, и ко мне больше нет вопросов, я бы хотел, чтобы вы покинули здание.

Четыре Абсолюта, стоящие у стены, сделали шаг вперёд, а его телохранители активировали браслеты чакры, тоже отойдя от стены, но Такаюки был труслив, поэтому презрительно фыркнув для вида, он махнул рукой и со своей обширной свитой вышел из зала переговоров.

— Как это непохоже на вас, господин Реми, — едва он ушёл, как ко мне повернулся адвокат.

— В каком это смысле Патрик?

— Ну я таким вас ещё не видел, — смутился он, и добавил, — проигрывающим.

— Что заставляет вас так думать? — спокойно поинтересовался я у него.

Он, сильно изумившись, отпрянул и посмотрел на меня. Его мысли было видно на лице невооружённым взглядом. От мужчины исходил целый коктейль различных эмоций.

— Но…но…но, — стал повторять он, каждый раз прерываясь, когда видел мой спокойный вопрошающий взгляд.

— Пойду-ка я продам те фермы, которые уже купил, — наконец после минуты молчания сказал он, собирая свои вещи.

— Патрик, — я остановил его жестом, — вы ведь понимаете, что эта информация стала вам известна в результате исполнения вами адвокатских функций?

— Конечно господин Реми, — он поморщился, — так что моим друзьям и родителям, которых я лично агитировал вкладывать деньги в этот товар, придётся много потерять, когда случится то, что видимо должно случиться. Но хотя бы я смогу уберечь свои деньги от этого и помогать им потом. Вы ведь не против?

— Можете продать товары и родителей, — спокойно сказал я, — но не более.

Его лицо озарила улыбка.

— Господин Реми! Спасибо! Я давно в деле и всё понимаю! Спасибо вам!

Едва он вышел, как я позвонил своему главе безопасности и попросил присмотреть, за сильно умным адвокатом, чтобы тот не активничал в продаже, Кёкэ-сан ответил, что займётся. Сам он, как и Диего были оповещены недавно о грядущих событиях и ждали только моей отмашки, чтобы начать продажу недавно купленного товара.

— Завтра выйдет на телевидении репортаж от Такаюки, — добавил я в конце разговора, — о разрыве отношений с «Arasaka», как увидите его, то я разрешаю продавать всё, можете даже через пару дней знакомым об этом рассказать.

— Спасибо господин Реми, — поблагодарил он, — я передам Диего.

После него я позвонил ещё трём людям, в том числе Коичи, которым сказал ровно то же самое. Все благодарили и говорили, что постараются сбросить всё, что только можно по любым ценам.

Отзвонившись последнему, я задумался, правильно ли сделал, отступив от первоначального плана кинуть всех, в том числе и тех, кто был близок ко мне. Я предупреждал каждого в своё время не покупать товар, но почти все меня не послушали, видя дивиденды, которые это всё приносит, так что накупили много, используя всех родных. В этот же раз покупали, используя даже заёмные деньги, что вообще было верхом тупости. Первоначальное желание наказать идиотов, при виде их количества, поскольку 90 % работников накупило себе этих ферм, трансформировалось у меня в понимание, что будет, когда всё рухнет. Компания лишится очень многих, а мне бы этого очень не хотелось, так что пришлось пойти на сделку со своей совестью и предупредить кроме Коичи и Аяки, ещё и тех, в ком была острая надобность.

Закончив с работой, я позвал Джину.

— Поужинаешь со мной? — спросил я, когда она зашла.

Женщина лишь кивнула.

— Сейчас предупрежу вашу охрану господин, что вы выезжаете.

* * *

Такаюки, к которому с моей подачи пришли следующим утром журналисты, правда он об этом даже не подозревал, думая, что они просто снимают репортаж о его новых успехах, тут же всё вывалил им о прекращении сотрудничества с поставщиком продукции, компанией «Arasaka», а также том, что он является теперь полновластным владельцем компании «Такаюки и Ко», поскольку полностью вошёл в наследство. Его поздравляли, льстиво упоминали текущий рост продаж, и он ещё больше вошёл в раж, объявляя, что при следующих массовых продажах, цена на товар вырастит из-за его популярности, поэтому советует всем быстрее закупиться по старым ценам.

Правда эффект был совсем не таким, на который он рассчитывал. Вместо увеличения роста, случился спад, а всё потому, что компания «Arasaka» подала в суд на компанию «Такаюки и Ко», на защиту своей чести и достоинства. Так как она полно и честно выполняла все пункты контракта и не понимает, почему её вышвырнули, а также то, что будет объявлена гигантская распродажа всего имеющегося на складах товара по скидке в 50 %. Нужно ли говорить, что все склады, а также те товары, которые накупили сотрудники, посвящённые в тайну, теперь всеми силами старающиеся избавиться от него, были сметены в считаные дни довольным народом. Сразу после этого я отправился на Виргинские острова и с усмешкой узнал, что со счётов уже сотый раз пытались снять деньги. Операции разумеется были доступны, но переводы отзывались банком через какое-то время, поэтому я, пока Такаюки не заподозрил подвоха, отрезал от своей структуры офшорных компаний те из них, что были связаны с «Такаюки и Ко», не оставив там ни одной иены. Так что все фирмы и счета у него остались, только пустые. Я же, отправился в ещё одну офшорную зону — на Каймановых островах, где создал вторую сложноподчинённую сеть из офшорных компаний, счетов и хэдш фондов, куда перевёл всю имеющуюся наличность со всех разрозненных счетов и фирм Виргинских островов, чтобы позже всё это там ликвидировать, устранив тем самым любые связи денег между «Такаюки и Ко» и «Arasaka».

Закончив трансформацию офшоров, я с чувством хорошо выполненной работы, вернулся в Японию. На следующий день у меня была запланирована поездка в Нидерланды.

* * *

Аэропорт города Эйндховена в королевстве Нидерланды встретил нас истошным визгом сирен. Служба охраны аэропорта бросая всё, бросилась к рамке, которую проходили я и четыре моих Абсолюта.

— Простите, сэр, — на плохом английском обратился ко мне один из офицеров, — но вы не можете пройти регистрацию, ваши спутники слишком сильны для простого визита частного лица.

— Странные правила, мы путешествуем таким составом везде, — я недовольно нахмурился, но это не произвело на него никакого впечатления, зато охраны рядом с нами стало ещё больше.

— Девочки, тогда возвращайтесь, — я повернулся к близняшкам.

Те кивнули и вернулись обратно в портал, а пограничники выдохнули.

— Давайте сэр заполним документы, — офицер пригласил меня к себе в кабинет, — даже эти ваши спутники слишком сильны, для простых телохранителей.

Мне пришлось потратить два часа, на то чтобы пройти все бюрократические процедуры, заодно поставить себе галочку, что нужно поручить Джине оформлять всё заранее. О такой мелочи я не знал, когда договаривался через посредников о встрече с представителями компании Philips. Покинув наконец аэропорт, мы сели в такси и поехали по нужному адресу, опоздав на встречу почти на полчаса, хотя я делал большой запас на прохождение таможни. К сожалению, местная бюрократия расставила всё на свои места.

Высоченное, синего цвета стеклянное здание с гордой надписью Philips наверху было видно издалека, так что мы видели, куда нас везут. Расплатившись местными серебряными монетами с таксистом, мы вошли в холл здания.

— Сэр Тонсу, на встречу к сэру Филипсу, — обозначил я цель своего прибытия администраторам, которые дежурили внизу.

Она сверилась с журналом и сказала.

— Сэр, я приношу свои искренние извинения, но эта встреча отменена из-за вашего неприбытия.

Сверять часы не было нужды, я и так знал, что мы опоздали.

— Вы можете поинтересоваться, не найдётся ли у него время? — вежливо спросил я, — речь пойдёт о крупном заказе, я думаю он был уведомлён об этом.

— Хорошо, я сейчас уточню информацию напрямую у его секретаря, — девушка передала дела другому администратору, а сама отправилась к лифту. Мы же расположились на диване в холле, нервируя охрану. Рамка тут на входе также была, и весьма здорово посвистела, когда мы вошли.

Ждать пришлось около часа, но внезапно из лифта показалась знакомая девушка-администратор, которая быстрым шагом подошла ко мне и спросила.

— Сэр Филипс готов уделить вам десять минут, если вы не против, дальше у него другая встреча, — сказала она.

— Думаю этого времени мне хватит, — я пошёл за ней, поднявшись на лифте на последний этаж.

Огромный пустой этаж с минимумом сотрудников и огромными светлыми кабинетами приятно удивил меня. Нас провели через пару рамок проверок, и наконец открыли дверь кабинета. Телохранителей начальник охраны Philips попросил оставить за дверьми. Я вошёл внутрь и сразу увидел сидящего за большим столом сорокалетнего крепкого мужчину, который при виде меня удивлённо вскинул брови.

— Добрый день сэр Филипс, — я сделал несколько шагов вперёд, — прошу простить меня за опоздание, не рассчитал встретиться в аэропорте с подобным уровнем бюрократии.

— Да? Странно. У нас обычно лояльный режим пропуска гостей, — удивился он, вставая и протягивая мне руку, — вы так молоды. Наши общие американские друзья, представляя вас, как-то забыли об этом упомянуть.

— Пограничникам не понравились четыре моих телохранителя, — поморщился я, благодаря его за разрешение сесть.

Тут он остро посмотрел на меня.

— Кто же вы? Реми Тонсу и что вы хотите от компании Philips?

— Я хочу купить у вас завод, — кратко сказал я, понимая, что первыми же словами должен заинтересовать его.

— Завод? — удивился он, — я не продаю заводы.

— Я планирую развернуть в Японии сеть кафе-ресторанов, а для этого мне нужно будет связать их все в единую сеть, — стал обозначать я свои хотелки, — Philips мне посоветовали, как одного из лидеров производства оборудования для волоконно-оптических систем и в целом производства полупроводников.

— Это так, но мы не делаем само волокно, — покачал он головой, — этим занимаются наши американские партнёры.

— Я уже встречался с ними и они готовы перенести один из своих заводов на территорию Японии, — с улыбкой сказал я, — мне осталось только найти поставщика оборудования, которое будет с ним работать.

— «ОСС» согласились перенести действующий завод? — его брови поднялись вторично за нашу встречу, — зачем вам столько волокна? Это крайне непопулярная сейчас среда передачи информации.

— Мне требуется примерно тысяча километров в неделю, поэтому они любезно согласились, что такое количество проще и правда изготавливать на месте.

Ян Филипс строго посмотрел на меня, не веря.

— Зачем вам столько? Мы сейчас для собственных нужд используем хорошо, если сто километров в месяц.

— Как я уже сказал сэр Филипс, хочу иметь полный контроль над своими кафе.

Он задумчиво почесал подбородок и посмотрел на время.

— Производство я вам не продам, но оборудование в любых количествах готов поставлять.

— Слова любые количества, слишком расплывчатые, — сузил глаза, — я знаю ваши текущие мощности, они не покроют моих потребностей.

— Значит мы их расширим, — твёрдо сказал собеседник, — но мощности мы не будем переносить.

— Хорошо, — я понял, что ничего не добьюсь если буду давить, — скажите время, я пришлю своих юристов, они обсудят количество продукции и сроки его поставки.

— Завтра в девять их будет ждать внизу в холе директор по продажам, — владелец Philips встал и протянул мне руку, — прощайте сэр.

— До свидания сэр Филипс, — улыбнулся я, и пожав руку, повернулся и вышел из кабинета. Подхватив телохранителей, мы направились в аэропорт.

— Домой? — спросил Жан.

— Я думал будет проще, но похоже настало время плана «Б», — вздохнул я, — так что в Канаду.

Супруги переглянулись, но молча пошли со мной к кассе, оплатить переход.

Через пять минут мы были в знакомом месте, где хоть и навели опять шороха, но поскольку мы тут уже неоднократно были, то процедура оформления не заняла много времени и вскоре мы поехали к знакомому зданию с золотыми буквами «Norton Rose Fulbright LLP».

Едва мы вошли внутрь, как первая же секретарь, которая меня увидела, бросилась к телефону и когда мы подошли к их стойке, тренькнул лифт из которого выбежал мой знакомый.

— Мистер Реми! — бросился он ко мне.

— Оливер, рад вас видеть, — улыбнулся я, пожимая ответно руку.

— Какие-то проблемы в Японии? — он обеспокоенно на меня посмотрел, — с Патриком?

— Нет, с ним всё хорошо, — успокоил я его, — мне нужна ваша консультация по Нидерландам.

— Пройдёмте в мой кабинет, — приглашающе показал он в сторону лифта.

Когда мы поднялись к нему, и я отказался от напитков, он приготовился меня внимательно слушать.

— Понимаете Оливер, такая незадача у меня произошла, — начал я, — мне нужна конкретная компания, и сотрудничество с ней, только вот владелец упрямится.

— Чем я могу помочь? — тут же принял он охотничью стойку.

— Завтра вам нужно встретиться с директором по продажам и заключить крайне выгодную для них сделку, купив огромное количество оборудования по хорошим ценам, — я взял лежащую рядом со мной папку и протянул её ему, — здесь мои потребности и цены, по которым я могу купить.

— Если мы покупаем так, как выгодно им, то в чём же тогда наша выгода? — осторожно поинтересовался он, взяв с кивком папку и положил её перед собой, но не открывая.

— В сроках поставок, — хищно улыбнулся я, — нужно будет внести их в контракт, а также обеспечить просто космические штрафы за их невыполнение.

— Они ведь не дураки, вряд ли пойдут на короткие сроки, — спросил Оливер.

— А вы и не настаивайте на них, пусть сами укажут те, которые их устраивают.

— Пока всё выглядит крайне просто мистер Реми, — сознался канадец, — ваши юристы в состоянии это сделать и сами.

— Мне нужны именно вы Оливер, — улыбнулся я, — сумма неустойки должна быть такой, чтобы мы могли их засудить и отнять как минимум один завод со всеми технологиями.

— А-а-а, — тут же улыбнулся он, — тогда понятно. Ещё один тогда вопрос мистер Реми, чтобы мне быть во всеоружии. Они повторюсь не дураки и укажут сроки, которые устраивают их, почему вы уверены, что они их сорвут в любом случае.

— Есть у меня в этом, какая-то внутренняя уверенность, мистер Оливер, — улыбнулся я ему, и он понял, что настаивать бесполезно.

— Ну, кто я такой чтобы отказываться от денег, — он пожал плечами, — тем более ваша оплата более чем щедрая мистер Реми — я согласен и завтра же буду в Нидерландах.

— Отлично, а я пока займусь причиной, по которой ваша деятельность там будет успешной, — я поднялся с дивана, — будем держать друг друга на связи.

— Конечно мистер Реми, — он подскочил тоже и проводил меня до самого такси.

— Теперь домой, но соберите вещи, мы почти сразу улетим в Африку, — предупредил я французов.

— Африку? — удивились оба.

Я кивнул и замолчал до самой Японии, где, позвонив Диего сказал, что меня в Нидерландах послали в пеший эротический поход, а потому запускаем ранее оговорённый резервный план и отправляемся с ним в Африку. Далее я забрал сестёр, а также ещё сотню наёмников, которые вместе с командирами отправились туда сопровождать меня. Конго было отличным местом, поскольку туда можно было переместиться с помощью серых телепортеров, минуя официальный аэропорт. На пограничный контроль всем было плевать.

Едва портал закрылся, один из командиров подошёл к ожидавшим нас возле машин чернокожим парням, и переговорив с ними, вернулся обратно.

— Сейчас будет транспорт, — сказал он.

— Фрэнк, распредели ребят по машинам, и пусть сильно не светят оружием, — скомандовал Диего, тот кивнул и пошёл раздавать приказы своим подчинённым.

— Решили всё-таки сами с нами поехать, господин Реми? — поинтересовался мексиканец.

— Да, вдруг президент окажется вменяемым человеком, и нам не придётся применять силу.

— Сильно сомневаюсь в этом, господин Реми, — покачал головой Диего, — французские и голландские компании сильны в Конго, президент хоть и из местных, но отстаивает их интересы.

— Посмотрим, — не стал я спорить с ним, — за встречу с ним мне придётся заплатить миллион долларов, так что завтра решим, что будем делать дальше.

— Решать вам, господин Реми, — согласился Диего, — пока поедем, разведаем обстановку и займём отведённую нам гостиницу.

Прибытие в Киншасу огромной колонны джипов и грузовиков здорово взбудоражило местных. Вскоре даже приехала полиция, которая с беспокойством смотрела на крепких, вооружённых до зубов людей, но у которых имелось приглашение от президента.

Оставив пару патрульных машин на всякий случай, большинство полиции уехало, а наш лагерь стал обустраиваться, появились патрули, которые отпугнули местных любопытствующих, а также сутенёров, которые пришли предложить свои услуги. Автоматные стволы, показывающие им идти прочь, показались им достаточно убедительным аргументом и всю ночь нас кроме москитов и других насекомых мало что беспокоило.

Глава 5

Утром, после того, как появился один из людей президента, показавший бумаги от него, я передал ему чемодан с деньгами, и он заверил, что в обед президент меня примет. Так и случилось. К нашему отелю подъехала полиция и сопроводила наш немаленький отряд в поездке по столице, а затем и до самого президентского дворца. Там нас попросили оставить во дворе большую часть охраны и со мной пошли внутрь только Диего и четыре моих постоянных Абсолюта.

Темнокожий президент принял нас в большом зале, где в основном находилась охрана, а также несколько чиновников. Примечательно, что при моём появлении он остался сидеть, не сделав даже попытки подняться.

— Добрый день господин Жан-Пьер, — я, одетый с иголочки в дорогущий итальянский костюм и с начищенными до блеска чёрными туфлями, сделал пару шагов к сидящему на высоком стуле человеку и чуть склонил голову.

— Добрый день, — ответил он на прекрасном английском и внимательно осмотрел меня, — мне сказали, вы частное лицо, бизнесмен.

— Всё верно господин президент, я представляю лишь свою компанию, — согласился я, — и прибыл к вам с небольшим деловым предложением.

— Слушаю, — он показал рукой, что я могу говорить.

Я осмотрелся кругом.

— Это немного личное, мы можем поговорить тет-а-тет?

Жан-Пьер задумался, затем покачал рукой и из зала вышли все, кроме охраны.

— Говорите, — произнёс он нетерпеливо.

— Господин президент, мы знаем, что ваша страна богата залежами природных ископаемых, которые вы поставляете французам и голландцам, — начал я, а он кивнул, подтверждая мои слова.

— У меня есть непроверенные слухи, что они кроме этого вывозят всякие нелегальные товары из вашей страны, — продолжил я, — поэтому было бы правильно, если бы вы устроили проверку вывозимых грузов, скажем на три месяца. Со своей стороны, я готов компенсировать ваши затраты на эти издержки в размере десяти миллионов долларов.

— Этого не будет, — резко ответил тот, — наши друзья не могут заниматься ничем подобным, поэтому портить с ними отношения, основываясь лишь на слухах, я не буду.

— Может быть вас пугают издержки? — поинтересовался я, — мы готовы поднять цену до двадцати пяти миллионов долларов.

Жан-Пьер покачал головой.

— Я не стану этим заниматься, даже за сто миллионов. Вы напрасно тратите своё время господин бизнесмен.

— Спасибо за уделённое время, — я склонил голову и повернувшись, пошёл на выход.

Забрав охрану, я сел в машину и обратился к Диего.

— Ты поговорил с местными? Кто у них здесь главная оппозиция?

Мексиканец кивнул головой.

— Придётся немного проехаться, это в часе езды от Киншасы.

— Ничего, ты пока расскажешь мне о том, кто это.

— Бывший военный, которого выгнали в отставку из-за большой активности на политической арене, — Диего пожал плечами, — живёт сейчас на своей ферме, и иногда встречается со сторонниками, которые недовольны засильем белых в Конго.

— Надеюсь он расист? — тут же заинтересовался я.

— Ещё какой, — кивнул головой мексиканец, — терпеть не любит белых, но зато очень любит деньги, так что согласился встретиться за полмиллиона долларов.

— Смотрю тут у местных это любимая валюта, — не преминул заметить я, — несмотря на то, что торгуют они с Францией и Нидерландами.

— У тех курс может гулять, причём весьма сильно, так что любят здесь зелёные, но берут любые, какие предложишь, — хмыкнул он, — всё равно своей валюты у них нет.

За разговорами мы и правда выехали из столицы и поехали по убитой дороге по саване. Стояла адская жара и меня спасало только то, что Валери устроила нам небольшой ветерок внутри машины, который обдувал всех.

Так называемая «ферма» находилась прямо недалеко от дороги, но когда я увидел многочисленные вышки с автоматчиками, а также высокий бетонный забор с автоматическими воротами, то повернулся к Диего и переспросил.

— Ферма говоришь?

Он хмыкнул.

— Мне так сказали.

При нашем приближении передовые машины поговорили с людьми на вышках, и перед нами открылись ворота, а вскоре я удивлялся, в каких шикарных условиях живёт этот отставной военный. У него было здесь электричество, где-то гудел постоянно дизель, и даже имелся собственный источник воды, который наполнял прохладной жидкостью фонтан у входа в дом, где гуляли различные птицы и животные.

Хозяин так же, как и президент нас не встретил, так что пришлось пройтись и встретиться внутри дома, где с большими опахалами стояли маленькие мальчики и девочки, разгоняя горячий воздух комнаты.

— Полковник Готти, — представился темнокожий мужчина лет пятидесяти на французском, сидевший на настоящем троне из чёрного дерева, со вставками из бивней слонов.

— Реми Тонсу, — ответил я, а вышедший вперёд Жан, стал переводить наш разговор, который вёлся на его родном языке.

— С чем пожаловали мистер Реми? — поинтересовался полковник, — гости, да ещё из таких далёких стран у нас редкость.

— Пока мы ехали сюда, мне рассказали о том, что вы патриот своей страны и боретесь за счастье народа, — спокойно ответил я, оставшись стоять, поскольку стул мне не предложили, — так что я проникся вашими идеями и готов помочь вам победить на следующих выборах нынешнего президента республики Конго.

Глаза у собеседника чуть расширились и белки стали отчётливо видны.

— Но следующие выборы только через три года мистер Реми, — осторожно ответил он.

— Возмущённый народ, недовольный засильем в стране белых чужеземцев может потребовать провести выборы раньше, — я пожал плечами.

Военный задумался, даже подперев голову рукой. Затем на его лице появилась широкая улыбка, он поднялся с места, подошёл ко мне и протянул руку.

— Давайте обсудим нужды моего народа в более приватной обстановке мистер Реми.

— Конечно мистер Готти, — я пожал ему руку, и мы пошли во двор, ближе к фонтану и беседке, где было свежо. Выставив кругом охрану, мы остались одни.

— Что конкретно вы предлагаете и хотите за это? — когда мы сели друг напротив друга, улыбка исчезла с его губ и он стал серьёзен.

— Лояльного к моей компании президента, не более того. — я пожал плечами, — можете также торговать с французами и голландцами, просто повысите им отпускные цены, чтобы не выкачивали вашу страну досуха запросто так.

— Они могут прислать войска, — тут же сказал он, — моей армии не будет достаточно чтобы отразить их нападение.

— Я помогу вам, — улыбнулся я, — договоримся с несколькими крупными наёмными отрядами, их хватит на отражение первых атак, а вдолгую же войну они вряд ли ввяжутся, я это проконтролирую.

— Зачем вам это? — спросил он.

— Личные мотивы, — с легко улыбнулся ему, — к тому же наши интересы совпадают мистер Готти, почему бы не помочь друг другу?

— Как вы это хотите осуществить? — поинтересовался он, — я конечно могу вывести своих сторонников, но обычно это ничем не заканчивается.

— О, у меня в этом очень большой опыт, — я показал ему свои ровные белые зубы, — вы дадите мне лишь людей, которые отвечают за общение с простыми людьми и вашими сторонниками, а дальше я справлюсь сам.

— Мне нужны будут деньги на военных расходы, — осторожно поинтересовался он.

— Будет три транша, по двадцать пять миллионов долларов каждый, — спокойно ответил я, — первый вы получите уже сегодня, если мы обо всём договоримся, второй, когда начнутся выборы и третий, после избрания вас президентом.

— Двадцать пять миллионов? — изумился он, — уже сегодня?

— Я серьёзный бизнесмен, вы серьёзный человек, — я безэмоционально посмотрел на него, — думаю вы отлично понимаете, что кинуть меня конечно попробовать можно, скрывшись с такими деньгами, но Земля очень тесная планета, как показывает жизнь.

Взрослый человек внимательно на меня посмотрел и протянул руку.

— Я согласен, лучших условий мне ещё никто не предлагал.

Я пожал крепкую ладонь и кивнул.

— Тогда я вам отдам деньги, чтобы вы понимали, что говорите не с пустословом, а затем мы обсудим детали предстоящего сотрудничества.

— Конечно мистер Реми, — улыбнулся он, — полностью готов с вами сотрудничать.

* * *

В Конго мне пришлось задержаться на целую неделю, общаясь с людьми, которых мне выделили, затем к нам стали присоединяться наёмники, как местные, так и французские, и найдя самого вменяемого командира из них, я оставил ему руководство к действиям, а также соглядатая, который присмотрит за исполнением этих инструкций.

Когда деньги полноводной рекой полились студенческим отрядам и их руководители вывели на улицы столицы первых недовольных режимом действующего президента Жан-Пьера людей, который были недовольны тем, что он забыл о своём народе, проживающим в крайней бедности, а сам жирует вместе с белыми эксплуататорами на народные деньги.

Первая стычка с полицией закончилась весьма кроваво, так как у студентов в руках внезапно оказалось лёгкое стрелковое оружие и коктейли Молотова, поэтому в столицу почти сразу ввели регулярную армию, и кровь ещё больше полилась по улицам.

— Что же Диего, — я досмотрел передачу об этом до конца, и повернулся к задумчивому мексиканцу, — оставляй небольшой контингент своих, чтобы могли присматривать за местным бардаком, нам с тобой здесь больше делать нечего. Вернёмся уже когда на местных выборах победит наш народный президент.

Диего скептически посмотрел на меня.

— Погрузить целую страну в гражданскую войну, думаете является хорошей затеей?

— Если для этого я получу в своё распоряжение долгожданный завод, то игра стоит своих денег, или ты против? — я с интересом посмотрел на него.

— Я всё больше начинаю думать, господин Реми, что слишком дёшево продал вам свою душу, — неожиданно признался он, — я проливал раньше много крови и занимался разными нехорошими делами, которые меня совсем не красят, но вот то, что я делаю под вашим началом, превышает все мои моральные нормы.

— Ты сейчас получаешь сто тысяч в месяц, насколько я помню, — я был и правда удивлён его терзаниями, не ожидал я такого от наёмника, — триста тысяч скрасят твои душевные раны? Мне нравится наше сотрудничество и не хотелось бы его так рано прерывать.

Он тяжело вздохнул.

— Хорошо, за триста тысяч я попробую договориться со своей совестью.

Я протянул руку, которую он пожал, хотя она немного дрожала, а от мужчины веяло неуверенностью.

— Пару лет Диего и выйдешь на пенсию, купишь ферму, озеро, уток и будешь кормить их, сидя на крыльце утром в окружении детей, — улыбнулся я ему.

Он ещё раз вздохнул.

— Нужно будет поднять оклады ещё нескольким командиром, подумывающем об уходе, по тем же самым причинам.

— Список принеси мне, не думаю, что это будет большой проблемой.

— Хорошо господин Реми, — кивнул он, — не забудьте о Кёкэ-сан, он тоже не очень доволен, как был устранён клан Токугава.

— Поговорю, спасибо, — я очень серьёзно отнёсся к его словам, поскольку оказывается не всем нравились мои методы работы. С этим нужно было разобраться, чтобы червячок сомнений не пророс дальше и не стал больше.

* * *

По возвращении, я сразу же позвонил главе безопасности и попросил его о встрече. Он предложил приехать к нему, так что я согласился и приняв душ и сменив одежду, отправился к нему на клановую территорию. Там мало что изменилось с момента моего последнего посещения, так что меня пышно встретили и провели прямо к нему.

Сидящий на толстой циновке взрослый мужчина был серьёзен и собран, а от него я почувствовал сильное напряжение в мою сторону. При моём появлении он встал и низко поклонился, чем напряг меня ещё сильнее.

— Кёкэ-сан, рад вас видеть, — я протянул руку, которую он пожал, — что случилось? Вы мне кажитесь слишком напряжённым.

— Нам нужно поговорить, наедине, господин Реми, — он показал подбородком на своих и моих телохранителей.

Пожав плечами и не чувствуя от него угрозы в свою сторону, я приказал всем нас покинуть, оставшись с ним наедине.

— Слушаю вас, — я комфортно расположился на диванчике, откинувшись на спинку.

— Прежде чем мы поговорим о ваших вопросах, господин Реми, — весьма стеснённо сказал он, — сначала я бы хотел предоставить вам результаты собственного расследования смерти ваших девушек.

— Конечно, — я протянул руку, чтобы получить папку.

Он остался неподвижен.

— Я не стал готовить письменный материал, — сухо ответил он, — поскольку в результате расследования, пришёл к выводам, что их смерти не были никому нужны, а все свидетели, которых я опросил, говорят о том, что их не видели живыми с того самого момента, когда они спустились вместе с вами в тот подвал, в поместье Токугава. Никто на территории Оти, где их позже нашли, тоже не видел этих девушек живыми, что опять говорит в пользу того, что в том доме они скорее всего оказались уже мёртвыми. Вот к таким выводам я пришёл в своём расследовании господин Реми.

— «А старик-то оправдывает средства, которые я в него вкладываю, — я с интересом осматривал его».

— Доказательств у вас как я понял, нет, — спокойно спросил я.

— Прямых нет, — согласился он, — допрашивать же вас бессмысленно, вы мой наниматель.

— Что же Кёкэ-сан, — задумался я, — если прямых доказательств смерти моих любимых и близких людей нет, а клан Оти, на территории которого их нашли мёртвыми почти полностью уничтожен, на этом я предлагаю закончить ваше расследование. Злодеи наказаны, смерти отомщены.

Стараясь не пересекаться со мной взглядом, мужчина кивнул.

— Как вам будет угодно, господин Реми.

— Тогда перейдём к вопросу, с которым я к вам пожаловал, — переключился я на следующую тему, — результаты работы вас и вашего клана меня полностью устраивают, поэтому ваш оклад повышается в три раза, также прошу передать мне список тех, кто по-вашему мнении также этого достоин.

— В три раза? — его доспех суровости на секунду треснул, — сейчас я и так весьма высокооплачиваемый сотрудник господин Реми.

— Я считаю, что вы достойны большего Кёкэ-сан, — улыбнулся я, — ну и конечно, я принял решение трудоустроить в «Arasaka» всех не занятых действующей службой военных. Готовите документы и предоставьте их госпоже Тайра.

— Всех? — его доспех треснул повторно.

— Да, всех. Клан Фудзивара показал себя с лучшей стороны, поэтому я передам вам часть своей картотеки на членов других кланов с целью их вербовки. Поскольку это не только Япония, нам понадобятся для этого много людей.

— Насколько большая эта картотека, с частью которой я уже работаю? — осторожно поинтересовался он.

— Весьма большая Кёкэ-сан, — лёгкая улыбка тронула мои губы, — вам будет чем заняться ближайшие годы.

Мужчина склонил голову.

— Конечно господин Реми, я и мой клан полностью в вашем распоряжении.

— Отлично, тогда если у вас больше нет ко мне вопросов, то я благодарю вас и откланиваюсь. Наша встреча прошла крайне плодотворно! Я очень доволен.

— Я провожу вас, — он поднялся и правда проводил меня до самого автомобиля. Продолжая стоять, даже когда мы подъехали к самым воротам.

— «Этот продался за клан и его трудоустройство, — прекрасно я понял его эмоции и главное мотивы, которые ощущал пока шёл с ним бок о бок, — ну мне в целом без разницы, главное, чтобы не предавал и хорошо работал. Потенциал на поприще главы безопасности у старика просто огромный».

Глава 6

Прошёл месяц с тех событий, в которых я поучаствовал в Конго, откуда теперь каждую неделю получал свежие данные, что всё шло по запланированным мной лекалам. Недовольных студентов, которых весьма кровавыми методами усмирили правительственные войска, поддержала левая Конголезская партия труда, и в стране полилась кровь повторно, только уже больше со стороны сторонников президента.

Его обращение к своим друзьям во Францию и Нидерланды, и прибытие войск из этих стран, только подтвердило теорию бастующих о том, что он продал страну белым, и словно грибы после дождя стали появляться партизанские отряды, убивающие чиновников, захватывающие электростанции, здания и сеющие смерть и разрушения.

К удивлению французов и голландцев эти партизаны были слишком хорошо обучены, имели в рядах очень много Магистров и Абсолютов, а также цветом кожи были весьма далеки от местного населения, но тем не менее все несли знамя Конголезской партии труда и сражались за её интересы. Разумеется, на фоне всего этого поставки важных металлов и минералов из Конго стали уменьшаться, тормозя всю промышленность этих стран, особенно это касалось кобальта, 80 % которого использовалось на заводах в Нидерландах именно из Конго. Узнав, что заводы Philips встали из-за нехватки сырья, а поставки их оборудования на склады «Arasaka» приостановились, я отправился Канаду.

* * *

— Господин Реми! — внизу меня встретил сияющий, словно новая монета Оливер, — представляете, вот совпадение, я собирался попросить Патрика позвонить вам.

— Добрый день Оливер, — я пожал протянутую руку, — значит я вовремя.

— Да, представляете, на меня вышли юристы Philips с просьбой не подавать в суд, — он развёл руками, — случились обстоятельства от них не зависящие.

— Это какие? — полюбопытствовал я.

— В Конго, откуда они вывозили ресурсы, какое-то народное восстание, они просят дать им время разобраться с поставками сырья.

— Надеюсь вы им сказали, что это не предусмотрено договором?

— Конечно мистер Реми, — широко улыбнулся он, — и более того, в тот же день подал заявку в суд.

— Как замечательно, — согласился я, — и каковы результаты?

— Мистер Филипс попросил вас о встречи с ним, — юрист внимательно на меня посмотрел, — что мне ему ответить?

— Согласием, посмотрим, как нас примут в этом раз, — пожал я плечами.

— Тогда я сейчас отправлю одного из служащих в Нидерланды, а мы с вами можем пока пообедать в хорошем ресторане, а то вы всё время к нам набегами, мы даже с вами толком нигде не посидели за всё время сотрудничества, — льстиво улыбнулся он мне.

— Я не против, — согласился я.

Мы поехали в ресторан, правда фешенебельный и дорогой, где пару часов провели, поедая местные блюда, пока Оливеру не позвонили. Он ответил и разговаривая, посматривал на меня, а когда закончил разговор удивлённо сказал.

— Мистер Филипс хотел бы поговорить с вами сегодня.

— Странно, обычно он более занятый человек, — я пожал плечами, — но мы конечно же ответим согласием, поскольку мне важно решить быстро спорные вопросы.

— Тогда нас ждут через три часа, — ответил юрист, — сказали даже побеспокоятся, чтобы в этот раз в аэропорту у вас не было прошлых проблем.

— Как мило с их стороны, — улыбнулся я, — тогда не будем их разочаровывать и опаздывать.

— Конечно.

Оливер расплатился по счёту, и мы отправились в аэропорт на его лимузине, оказавшись сначала в отеле, где привели себя в порядок, а я заменил свой костюм на новенький, и вызвав такси поехали в офис компании Philips.

Разговаривать меня позвали в зал для переговоров, где со стороны главы компании сидела целая грядка из шести юристов, мы с Оливером были только вдвоём, но зато чувствовали себя более уверенно, чем на другой стороне.

— Добрый день сэр Тонсу, добрый день сэр Нортон, — начал встречу главный юрист Philips, — нам бы хотелось решить возникшую проблему по выполнению договора о поставках, не доводя дело до суда. Вы как я знаю уже подали прошение о рассмотрении дела в суд.

Сидящий рядом со мной Оливер ответил.

— У вас верная информация.

— Сэр Филипс вы хотели сказать несколько слов, прежде чем мы перейдём к обсуждению юридических аспектов дела, — сказал оппонент.

Ян Филипс кивнул и сказал, обращаясь ко мне.

— Человека, похожего на вас видели в Конго, до того, как всё там произошло.

— То есть любого белого, мы ведь для чернокожих все на одно лицо, — пожал я плечами.

— Может быть, может быть, — ответил глава Philips, — я хотел спросить, что вас интересует? Вы не похожи на человека, которому просто нужны деньги.

— Вы знаете это сэр Филипс, — я спокойно на него посмотрел, — мне всё ещё нужен завод по производству оборудования.

Он задумался и пожевал губами.

— Если я пообещаю вам перенос одного из своих заводов в Японию, есть ли шанс возобновления нам поставок из Конго, особенно кобальта?

— Шанс всегда есть сэр Филипс, — я развёл руками, — только мы не всегда на это влияем.

— Выйдите все пожалуйста, — произнёс он, — и выключите записывающую аппаратуру.

Я попросил о том же Оливера и вскоре мы остались одни.

— Вы в очень опасные игры начали играть молодой человек, — он прямо посмотрел на меня, — в Японии сейчас очень неспокойно, чтобы вы могли так небрежно действовать на другом конце света.

— Королевство Нидерланды сейчас спокойная и уютная гавань для инвестиций, — заметил я, — нам будет искренне жаль, если отсюда вдруг начнёт утекать капитал.

— Нам? — он остро посмотрел на меня, затем задумался, — ну конечно.

— Вы не согласитесь встретиться с парой человек? — внезапно спросил он, — просто ужин и ничего больше? Это никак не повлияет на моё решение, которое будет конечно же положительным. Я не могу терять заказы из-за волнений в Конго, к которому вы причастны, и я это точно знаю.

— У вас есть доказательства? — удивился я.

— Нет, но в тех кругах, где вращаюсь я молодой человек, в суды никто не ходит, достаточно просто знать, — спокойно улыбнулся он, — так как насчёт ужина? Я даю полную гарантию вашей безопасности, с вами хотят просто поговорить.

— Хорошо, но раз дают гарантии безопасности, то телохранителей я тогда возьму в два раза больше, — согласился я.

— Тогда сейчас пусть юристы подпишут документы, а мы с вами поедем в один загородный дом.

— А я пока позвоню, чтобы вызвали из Японии дополнительную охрану, — согласился я.

Пару часов мне потребовалось на то, чтобы усилить своё сопровождение, а также закончить с бумагами, по которым готовый завод разберут и перенесут на указанное мной место. На время туда переедут все специалисты, которые будут обучать новый персонал, поэтому мне нужно будет озадачиться их благоустройством. Закончив с этим, мы наконец сели в автомобили и поехали за город, где свернули на совсем незаметную дорогу, но которая была прекрасно асфальтирована и ухожена. Вскоре показалось большое имение, с трёхэтажным большим замком, явно старинным. К нему первой подъехала машина Филипса, а затем и моя. Видимой охраны у поместья не было, но я не обольщался и приказал всем быть максимально собранным.

Ян Филипс провёл меня по мраморным лестницам на второй этаж и открыв одну из дверей пригласил внутрь, сам же при этом не вошёл туда, удивив меня этим. Оставив свою многочисленную охрану у двери, я прошёл в комнату, где стояло ровно три одинаковых кресла, на двух которых сидели моложавые мужчины с газетами, а перед ними стояли широкие бокалы с коньяком и дымились толстые сигары в пепельницах.

— Обойдёмся без имён, — один из них заинтересованно меня разглядел и пригласил сесть, — сигару? Алкоголь?

— Благодарю, но лучше интересный разговор, — с каменной маской на лице я сел на кресло, ощущая от обоих незнакомцев ровно ничего. Такое было со мной впервые, я не чувствовал их присутствия рядом, от слова совсем.

Вспомнив кое-что из воспоминаний Иеясу Токугавы, я закинул пробную удочку.

— Интересно, как это, быть Бессмертным?

Оба мужчины обменялись понимающими взглядами.

— Мы бы хотели поговорить с тобой и людьми, которых ты представляешь, — ничего не ответив на мой вопрос, сказал тот, у которого были яркие голубые глаза, — деньги любят тишину, а ваша, скажем так фракция, начала баламутить спокойствие. Ладно бы ещё у себя, но вы полезли и в наше болото.

— Господин Филипс был слишком неуступчив, — я пожал плечами, — меня попросили его замотивировать.

— Должен отметить, что вы отличный исполнитель, — он подчеркнул это слово, видимо намекая мне на моё место, — и методы ваши пусть многим покажутся сомнительными, но весьма эффективные.

— Как смог, — я пожал плечами.

— Нам бы хотелось узнать цели вашей фракции, а также то, почему вы решили заявить о себе именно сейчас, — произнёс второй сухим, хорошо поставленным голосом.

— У нас появился второй алтарь, — я спокойно посмотрел на них, — и ресурсы.

— Хм, значит у японцев его выкрали не русские, — задумчиво произнёс тот, что у меня спрашивал, — это с одной стороны безусловно хорошо, а вот с другой…

Тут он замолчал и посмотрел на второго сидящего рядом.

— Мы представляем группу, скажем так банкиров, которые контролируют большие финансы, — весьма облегающее сказал тот, — поэтому нам бы не хотелось враждовать, если наши цели будут совпадать. Что вы хотите, нарушая общий мировой баланс сил?

Я без запинки ответил, что не укрылось от них.

— Старый мир изжил себя, все эти замкнутые местечковые правительства и императоры не дают развиваться капиталу дальше. Поэтому задача, которую поставили мне: объединить весь мир в единую финансовую систему. Сделать несколько мировых крупнейших бирж и фондовых рынков, чтобы на них присутствовало большинство компаний всех стран, на стоимость которых можно было влиять, просто сидя в удобном кресле у себя дома и нажимая одну кнопку.

Я замолчал, а в комнате воцарилось молчание. Оба взрослых закрыли глаза и словно ушли в себя, ничего не отвечая. Так продолжалось почти десять минут, все из которых я просидел молча и ждал. Наконец сидящий справа открыл глаза, второй также внимательно посмотрел на меня.

— Это странно, но мы придерживаемся ровно такого же мнения, — сказал голубоглазый, — приятно, что кто-то пришёл к точно такому же решению и мало того, стал действовать. Мы правда ещё не сошлись в методах, поэтому если несложно, то хотели бы услышать, какие ваши будут дальнейшие шаги в этом. Если это конечно не секрет.

— Думаю меня не будут сильно ругать, если я их озвучу, — я пожал плечами, — ведь я правильно понимаю, если мы придём к соглашению, вы будете помогать мне в развитии этого плана, но разумеется своими способами.

— Ты всё правильно понял, — кивнул второй собеседник.

— Тогда мой ближайший план, провести индустриализацию Японии, и под предлогом развития сети кафе быстрого питания связать континенты и страны оптоволоконными линиями связи, а также ускорить развитие компьютерной техники, с помощью которой можно будет организовать большие площадки, на которых можно будет представить компании и их акции.

— Компьютеры большие и неудобные в обращении, — заметил один из них.

— Это пока, я сделаю их компактного размера, а главным устройством любого человека, будет смартфон. Устройство размером с нынешний телефон, но функционально выполнять те же функции, что и компьютер.

Оба сидящих передо мной переглянулись.

— Звучит так, будто вы перечитали фантастов прошлого, — хмыкнул один из них.

— Давайте поспорим господа, скажем на контроль за Германией, что буквально пять лет и всё это осуществится? — впервые за наш разговор я улыбнулся, что вызвало настороженные взгляды, — ведь с ваших слов я просто говорю нелепицу, так что вы ничего не теряете.

— У вас уже есть рабочие прототипы! — внезапно вскрикнул голубоглазый, подаваясь вперёд на кресле, — но кто? Где? Как?

Я лишь загадочно пожал плечами.

Он упал обратно в кресло и задумался.

— Сколько Бессмертных в вашей фракции, спрашивать, думаю бессмысленно? — спросил он спустя какое-то время.

Я даже не пошевелился при этих словах.

— Мы выделим тебе нашего человека, — второй человек снова вмешался в наш разговор, — он присмотрит за твоими дальнейшими шагами в Японии и предостережёт, если ваши интересы снова пересекутся с нашими. Тогда он поможет их решить без нужной суеты.

— Хорошо, если я смогу через него общаться с вами — это будет полезно.

— Тогда спасибо за разговор, он был весьма интересен и полезен.

— Подождите, а как я узнаю вашего человека? — поинтересовался я.

— О, не беспокойся, — улыбнулся один из них, — ты точно не ошибёшься.

Хотя говорили они загадками, но делать было нечего, я поднялся и попрощавшись вышел из комнаты. Ян Филипс, ничего не говоря и не спрашивая довёз меня до аэропорта и под завывания сирены рамки пограничного контроля, мы покинули город Эйндховен.

Вернувшись в Токио, я отправился сразу в офис, чтобы подумать над прошедшей встречей, которая неожиданно столкнула меня с высшими силами этого мира, о существовании которых я до сегодняшнего дня мог только подозревать. Идя по коридорам к своему кабинету, я краем глаза наблюдал, как люди подскакивают и кланяются мне, провожая взглядами идущую группу со мной во главе. Джина за стойкой подскочила и вместе с другими секретарями низко поклонилась.

— Ко мне никого не пускать, только если что-то сверхсрочное, — сказал я, и она склонила голову.

Оставив охрану у дверей, я вошёл внутрь и сбросив пиджак с галстуком, упал на стул, анализируя, всё ли я правильно сделал, в разговоре с теми людьми. Небольшое дуновение сквозняка от открытой двери, вызвало моё неудовольствие. Я произнёс вслух.

— Джина, я ведь просил, никого не пускать.

— Прости Реми, но нам нужно обговорить наши новые отношения, — услышал я холодный, но такой знакомый голос.

Капли холодного пота пробежали у меня по спине и я крутанувшись на стуле, увидел стоящую рядом Джину, которая была совершенно другая, чем я привык. И главное, я не чувствовал от неё ничего! Не единой эмоции, как и с теми людьми, с кем я встречался сегодня!

В голове судорожно стали мелькать картинки наших встреч с ней, а также то, что я ей говорил. Она знала многое! Очень многое обо мне! Хорошо, хоть я не разболтал ей главное, то, из-за чего сейчас могла зависеть моя жизнь. Мой характер, отторгающий любые человеческие отношения и чувства, помог мне в этом.

— Одно могу сказать точно, трах…ся и ночевать у тебя, я больше точно не буду, — улыбнулся я спокойной, уверенной улыбкой.

— Тогда я предлагаю оставить всё как есть. Я твой секретарь. Надеюсь к моей работе у тебя нет претензий? — поинтересовалась она.

— Ты превосходный секретарь, — был вынужден признать я.

— Если тебе нужно будет что-то передать тем людям, с которыми ты разговаривал, то учитывай пожалуйста разницу во времени, — добавила она, — в остальном, меня предупредили во всём тебе помогать.

— Хорошо, — я кивнул, — тогда на этом всё, мне нужно подумать.

Словно по щелчку пальцев, она мгновенно изменилась. Передо мной стояла прежняя Джина, от которой в мою сторону шла сильная влюблённость, влечение и преданность. Всё, как я привык.

— Принести вам закусок, господин Реми? — поинтересовалась она с низким поклоном.

— Да, и чашку чая. Ты знаешь, как я люблю, — улыбнулся я, шокированный таким перевоплощением.

— Конечно господин Реми, — она мило улыбнулась мне, даже смутившись при этом и вышла из кабинета.

Когда дверь закрылась, я от ужаса произошедшего, на секунду даже забыл, как дышать. Джина! Мисс Джонсон, которую я думал, знал, как себя! Оказалась совершенно не тем человеком! Теперь я даже не знал, кто она, какой силой обладает, на каком уровне находится! Да чёрт возьми, я вообще получается не знал этого человека, придумав себе в голове просто образ покорной и заботливой женщины. Если бы не моё отторжение любых человеческих эмоций, то я мог бы рассказать ей и об алтаре, и обо всём остальном, во время наших многочисленных соитий и лежаний в кровати рядышком, обнявшись. Теперь же, она явно думает обо мне то же, что и я о ней. Что я неизвестный сукин сын, который многое от неё скрывал всё это время.

Мои губы разъехались в улыбке.

— «Что же, прекрасный урок на будущее Реми, просто замечательный. Доверять — нельзя никому!».

За несколько минут до описываемых событий

входящий звонок на телефоне, Джина вздрогнула и поднялась с места.

— Мизуки подмени меня, нужно ответить родным, — сказала она одной из младших секретарей.

— Конечно госпожа Джонсон, — та низко поклонилась и бросилась на её место, встав там по стойке смирно у главного стационарного телефона.

Джина пошла в личный туалет секретарей, заперла его и включив воду в кране, ответила на всё продолжающийся звонок.

— Слушаю.

— Джина, твой босс, представитель неизвестной нам группы Бессмертных, — раздался сухой голос, — твоя задача рассказать ему о себе и том, что ты отныне проводник нашей воли.

— Нет! — у неё расширились глаза от услышанного, — этого просто не может быть! Мы почти год спим вместе. Он рассказывал мне всё о себе и о своём детстве! Да я даже знаю, какого цвета у него в семь лет была кошка!

— Кошка — это конечно замечательно, — в трубке раздался смешок, — но вот если бы он тебе вместо этого рассказал, куда спрятал алтарь, который похитил прямо под носом у японцев, то это было ещё лучше.

— Что? Нет! Это ведь сделали русские?! — испугалась она, ведь сама дала такую информацию наверх.

— В общем Джина признай, парень тебя переиграл, — голос в трубке стал холоден, — поэтому дальше играть заботливую мамочку смысла нет, можешь обозначить себя и работай лучше. Тобой недовольны. Вся переданная тобой ранее информация больше недействительна. Это большой провал.

— Слушаюсь. Я исправлю ситуацию.

— Прощай.

В трубке зазвучали гудки, а женщина с гулко бьющим сердцем в груди не могла поверить, что всё услышанное правда. Вся показная любовь и привязанность, которую она показывала к подростку, всё понимание и забота, что она на него излучала всем своим видом, всё это было напрасными усилиями. Он ей не поверил.

— «Что же Реми Тонсу, — мышцы на скулах у Джины напряглись, — давайте знакомиться с вами заново».

Вымыв руки, она вытерла их полотенцем и положив телефон в карман пиджака, вышла из туалета, направляясь к знакомой двери кабинета.

Глава 7

Мысли о Джине и том, как я ошибался в ней, не давали мне покоя до самого вечера. Хотя, здраво рассуждая, всё было логично со стороны тех Бессмертных с которыми я сегодня общался. А в том, что это были именно они я уже нисколько не сомневался, слишком необычен был разговор и слишком много они знали. Да и Джина, которая будучи секретарём лучшей школы Японии явно находилась на этом месте не просто так. Она могла отслеживать сильных одарённых и докладывать о них своим боссам. Моё же появление и стремительный взлёт явно вызвали у кое-кого интерес, и её видимая ненавязчивость сыграла со мной плохую шутку.

— Господин Реми.

Раздавшийся голос у двери прервал суматоху в моих мыслях, поскольку в них я был погружен почти весь день. Вспоминая все наши разговоры с Джиной, все свои слова, а также то, что она могла случайно услышать. К счастью, моя натура отсекала всех лишних людей от информации, которая была им не предназначена, так что ничего важного она не могла знать. Хоть в этом я мог быть спокоен.

— Реми!

Я повернулся на стуле. У входа стояла Аяка Тайра, смотрящая на меня с обеспокоенным видом.

— Что-то случилось? Секретари сказали ты весь день сидишь взаперти и не отвечаешь на вызовы.

— Просто задумался, — я пожал плечами, — что ты хотела?

— Не знаю, как ты к этому отнесёшься, но вот, — она смутилась, но подошла ко мне и протянула белый конверт, на котором было моё имя.

— Что это? — удивился я.

— Приглашение на свадьбу, — лаконично ответила она.

— Вы знакомы чуть больше месяца! — удивился я, открывая и читая приглашение.

— Реми, я уже не восемнадцатилетняя девочка, чтобы ждать прихода большой любви и принца на белом коне, — слабо улыбнулась она, — он в меня влюблён, я хорошо к нему отношусь и главное давно знаю, поэтому хочу попробовать ещё раз. Ты знаешь мою историю и мне бы хотелось, чтобы в этот раз у меня всё получилось.

— Если честно, я не сильно хочу смотреть на всё это, — признался я.

— Как ты посчитаешь нужным, так и делай, — она склонила голову, — у меня к тебе тёплые чувства, ты меня вытащил из депрессии, пригласить тебя я посчитала правильным поступком.

— Хорошо, я подумаю.

— Я вам нужна господин Реми, или могу идти? — перешла она на официальный тон.

— Нужна, — я вспомнил о проблеме, которую отложил в свете случившегося, — нам нужен административный директор, который будет отвечать за размещение людей, строительство жилья на нашей территории, а также всю коммунальную службу квартала. Вскоре целых два завода будут переноситься в Японию, и мне бы хотелось иметь одного ответственного за это.

Девушка задумалась.

— Сейчас и так большинство талантливых и перспективных людей работают на «Arasaka», — заметила она, — все, кто хотел сам, уже к нам перешли. Остались только те, кто-либо предан своему клану, либо ждёт лучшего предложения.

— У тебя есть кто-то на примете, — понял я по её пояснению.

— Да, но разговаривать с ним нужно будет только вам, — кивнула она, — это большой человек, его знают многие не только в клане Тайра.

— Заинтриговала, — улыбнулся я, — кто же эта известная личность?

— Вы его тоже знаете. Директор NHK, господин Шин Ки, — ответила Аяка.

Тут я сильно удивился. Я правда его знал, поскольку с тем объёмом рекламы, что я заказывал на телевидении, то стал за короткий промежуток времени самым крупным заказчиком у них и разумеется неоднократно пересекался с господином Шином. Но вот то, что он ищет работу, было для меня удивительно. Об этом я и поведал Аяке.

— А он и не ищет работу господин Реми, — улыбнулась она мне, — он уважаемый человек на своём месте, вхож в императорский дворец, также в главные кланы.

— А-а-а, но рассматривает хорошие предложения, — понял я, задумываясь, — неси тогда контракт для директоров, давай его составим так, чтобы его заинтересовать.

— Хорошо, сейчас вернусь, — кивнула она.

— Да и Джине скажи, чтобы зашла.

Когда секретарь вошла в кабинет, я спокойно сказал.

— Созвонись пожалуйста с секретарём господина Шина, попроси о встрече на завтра.

— Время, удобное ему? — уточнила она, записывая в блокнот.

— Да, — согласился я.

— Предупредить «Элизиум», господин Реми, что вы будете у них ужинать? — подняла она на меня взгляд, — вы сегодня не обедали.

— Пожалуй да, — согласился я, — и собери мои вещи в своей квартире, завтра их заберут.

— Слушаюсь, — она склонилась в поклоне, а на эмоциональном уровне я не почувствовал ни капли сожаления, всё тот же ровный фон влюблённости и преданности, который висел, словно статичная картинка.

Повернувшись на стуле, я снова стал смотреть на город, который был всё так же темен в наступающих сумерках, как и в день моего прибытия сюда, экономия электроэнергии была тотальной. Вскоре пришла Аяка и мы засели с ней за контракт, с которым я собирался завтра поехать к своему новому административному директору, и сразу же перечень его дел на новом месте, чтобы не было скучно.

Разумеется, ужинать я не поехал, Джина заказала еду оттуда нам в кабинет, когда поняла, что уже одиннадцать часов, а мы с Аякой даже не думаем заканчивать работу. Освободились мы в первый час ночи, поэтому я довёз девушку до дома, а сам направился в гостиницу, поскольку своего дома пока ещё не было. Стройка ещё шла и тоже отвлекала меня от текущих забот, хотелось переложить её на кого-то квалифицированного и менее занятого.

На следующий день, в назначенное время я поехал в уже знакомое мне место и привычно поднялся на нужный этаж.

— Господин Реми! — из-за огромного стола в просторном кабинете поднялся тучный японец с мягкой улыбкой, — рад вас видеть! Вы всегда мой самый лучший гость!

— И самый дорогой, — улыбнулся я, пожимая толстые пальцы-сосиски.

— Что-то случилось? — обеспокоился он, — мы нарушили какие-то временные рамки? Вы обычно не просите об экстренных встречах.

— Нет, точнее да, — я протянул руку назад и Джина дала мне папку.

Я достал из неё контракт и протянул его ему.

— Прошу ознакомиться.

Он сначала занервничал, но затем предложил мне сесть и сам опустился в своё кресло, приступив к чтению. Пару раз он исподлобья смотрел на меня, но ничего не говорил, и продолжил чтение. Заняло у него это почти двадцать минут, в течение которых я терпеливо ждал, рассматривая его кабинет, своей аскетичностью и простотой, похожий на мой.

Закончив ознакомление, он положил бумаги на стол и тяжело вздохнул.

— Какие будут мои задачи?

Я пошевелил рукой и Джина сделав пару шагов, передала ему следующие документы, где я вчера с Аякой расписал всё, что нужно будет делать новому административному директору. Здесь он лишь бегло пробежался взглядом и тоже отложил документы.

— Вас не смущает господин Реми, что я медиаменеджер? — поинтересовался он.

— Вы видели пункт 7.16? — поднял я бровь.

— Да, он показался мне странным, что если я справлюсь, то возможен дальнейший перевод меня обратно в медианаправление. У вас ведь я насколько знаю нет своих каналов или газет.

— Пока нет, — улыбнулся я.

Он остро посмотрел на меня, тяжело вздохнул и достав ручку подписал оба документа, передав мне по одному экземпляру.

— Через неделю я буду в «Arasaka», — прокомментировал он свои действия.

— Распоряжусь выделить вам место на этаже директоров, — улыбнулся я, поднимаясь и протягивая ему руку. Он быстро вскочил с кресла, бодрым колобком подбежал ко мне и пожал её, — рад приветствовать вас в корпорации, господин Шин.

— Взаимно господин Реми.

— Ну и конечно, всех компетентных сотрудников, которых вы посчитаете нужным взять с собой, мы разумеется возьмём с радостью, — добавил я, — с госпожой Аяка Тайра вы знакомы, так что позвоните ей и согласуйте эти мелочи.

— Господин Реми, а если их будет много? — осторожно спросил он, — за эти годы я собрал у себя очень сильную команду.

— Вам не стоит беспокоиться господин Шин, по вашей рекомендации мы возьмём всех, — спокойно ответил я, — и пусть пока они пока первое время побудут в оплачиваемом нами отпуске, но поверьте, мы всем им найдём вскоре достойное применение. А конкретно вам будет экстренная задача, по подготовке места. Заводы начнут разбирать через месяц, ещё через один произойдёт их транспортировка в Японию, а у нас сейчас на том месте, где они должны стоять, ещё конь не валялся, настолько медленно всё строится.

— Я понял господин Реми, начну знакомиться со всем и входить в рабочий ритм, как только передам дела в NHK.

— Тогда до встречи господин Шин.

Он кивнул, и я оставил его крайне озадаченным произошедшим.

Когда мы спускались вниз, Джина тихо сказала.

— Господин Реми, вам звонила госпожа Нацука Абэ, хотела поговорить.

Сев в машину, я достал телефон и набрал номер.

— Нацука? Привет. Искала меня?

— Господин Реми, доброе утро, — голос девушки был обеспокоен, — к нам пришла повестка в суд. Господин Такаюки Оро, обвиняет вас в мошенничестве и требует вернуть доступ его компании к расчётным счетам.

— Ты где сейчас?

— В офисе.

— Я свободен, сейчас подъеду. Патрик на месте?

— Господин О’Хара рядом со мной сейчас, слушает наш разговор, — сказала она и в трубке прозвучал мужской голос.

— Доброе утро, господин Реми.

— Доброе Патрик, скоро буду у вас.

— Ждём, — заверил он.

* * *

Вышли меня встречать оба юриста, так что поздоровавшись, мы пошли в кабинет Патрика, где он показал саму повестку и предварительные переговоры с юристами Абэ.

— Какое интересно это ко мне имеет отношение, если я давно уже не управляющий в «Такаюки и Ко»? — поинтересовался я у Патрика.

— Ну заявитель настаивает, что вы обнулили все счета его фирмы, после того, как он вас уволил, — тот пожал плечами, — у вас есть документы, которые доказывают, что у вас не было полного доступа к счетам «Такаюки и Ко»?

— Разумеется, — улыбнулся я.

— «Ещё бы, ведь на эти счета деньги поступали с офшоров, на них я ничего не хранил, — хмыкнул я про себя, — похоже Такаюки ещё не понял, какой пиз…ц ему грозит. Я-то думал к моменту, когда он это обнаружит, он соберёт свои вещи и сбежит из Японии».

— О, ну тогда пришлите их нам, я с ними ознакомлюсь, — спокойнее выдохнул Патрик.

— Мой секретарь за ними поехала, скоро привезёт нужные документы.

— Вы может быть можете нам ещё что-то важное сказать? — заволновалась Нацуко, — понимаете господин Реми, клан Абэ вложил большие деньги в проект господина Такаюки, став по факту его совладельцем, как ещё и привлёк к нему несколько других крупных кланов. Поэтому новости о том, что на счетах фирмы нет денег, а, следовательно, нечем будет выплачивать дивиденды акционерам и держателям ферм, быстро распространятся среди всех заинтересованных.

— К сожалению, я вообще ничего об этом не знаю, — цинично соврал я, — «Arasaka» была просто поставщиком товара, выпуская его по заданным требованиям, что там дальше с ним происходит, не наше дело. Да и к тому же сами знаете, Такаюки два месяца назад расторг все контракты с нами, поэтому я был сильно удивлён его внезапными претензиями.

— На его месте, я бы вообще в суд не пошёл, — покачал головой Патрик, — огласка того, что на счетах нет денег — это прямой путь к банкротству и кучу претензий. Здесь не отделаешься простым штрафом.

— Ну, значит тем более хорошо, что ни я, ни «Arasaka» в этом не замешаны, — улыбнулся я, поднимаясь, — держите меня в курсе, если что Нацука звони мне напрямую, у тебя же есть мой телефон.

— Я постеснялась, — смущённо улыбнулась мне девушка.

— Всё, до связи, — пошёл я на выход, а затем к машине. Правда не успел сесть в неё, как на телефон просто обрушился вал звонков от обеспокоенных знакомых с вопросами, а не знаю ли я, что это пошёл за слух, что у «Такаюки и Ко» проблемы с наличными деньгами. Я лишь говорил, что да, тоже такое слышал, но достоверных данных у меня нет.

Прошло всего четыре часа с этого момента, затем в Токио начался ад. Десятки тысяч людей заняли всё пространство рядом с офисами продаж, спрашивая, что это за слухи такие пошли по городу, и стоит ли им волноваться за свои деньги, ведь следующий массовый выкуп ферм был лишь через четыре месяца.

Особенно переживали те, у кого выкуп только наступил, и они пытались со своими фермами пробиться в офисы «Такаюки и Ко», чтобы сдать фермы с выращенными муравьями. Деньги у Такаюки всё же были, не зря он параллельно продавал товар, так что товар принимали и оплачивали его без проблем и это немного успокоило народ. Он даже выступил вечером по телевидению о том, что слухи распускают его конкуренты, вкладчикам бояться нечего, все свои обязательства он и компания исполняет. Показали даже репортажи с разных мест Японии о получении денег и это правда успокоило простой народ, но разумеется не кланы.

С момента своего ухода я разумеется убрал всю оплачиваемую рекламу с телевидения и улиц города, так что новые продажи у Такаюки шли не так хорошо, как раньше, когда о фермах и прибылях, которые они могут приносить любому, говорилось из каждого утюга. Сейчас новые продажи обеспечивались чистой инерцией, но для умных людей, отсутствие массовой рекламы послужило тревожным звоночком, а учитывая суммы, которые были вложены в «Такаюки и Ко», к руководителю этой компании видимо тоже стали звонить.

Так что спать я лёг в одном городе, а проснулся в совершенно другом. Такаюки, видимо поговорив вчера с кем-то из своих бывших друзей, собрал ночью все остатки денег со счетов «Такаюки и Ко» и исчез в неизвестном направлении. И об этом утром стало известно всем.

То, что было вчера в городе, показалось просто детским утренником по сравнению с тем, что творилось на улицах сегодня. Мне даже позвонила Аяка и попросила объявить сотрудникам оплачиваемый выходной день, поскольку возможности добраться до работы не было ни у кого. И выглянув в окно гостиницы я охотно в это верил.

Уже не десятки, а сотни тысяч людей вламывались в закрытые офисы «Такаюки и Ко», где не было ни единого человека и искали деньги, которых там разумеется не было. К вечеру, когда на улицы выплеснулись многие люди, которые поняли, что возможно лишились вообще всех своих денег, император был вынужден выступить по телевидению лично. Попытаться успокоить население, а также призвал к порядку кланы и войска, которые попытались навести порядок. Я ещё вчера приказал всем не мешать людям из гетто требовать свои законные деньги, так что мы ни во что не вмешивались, в то время, когда протесты людей, всё больше набирали обороты. Буквально за один день, все их мечты, все надежды рухнули, и они остались без копейки денег, поскольку всё было вложено в фермы, которые теперь сотнями тысяч коробок валялись на улицах, никому не нужные. Главного ответчика и лица, на котором держалось вся медийная составляющая проекта объявили в розыск, все остальные работники просто сказали, что им объявили об увольнении даже не выплатив заработную плату за прошлый месяц.

С каждым следующим днём город всё больше погружался в хаос. Поэтому император был вынужден сначала объявить коммендаций час, запрещающий появляться на улицах любому жителю после восьми вечера, а затем и военное положение, когда стало понятно, что люди требуют вернуть им деньги. Первое же столкновение кланов с простыми людьми обернулось огромным кровопролитием. Неодарённые не могли противостать грубой силе, так что одарённые клановые просто косой смерти прошлись по бастующим, чем вызвали всеобщую ненависть к себе.

Я же тем временем, появился на экранах телевизоров и как представитель японской компании объявил о том, что компания «Arasaka» — всегда забоится и будет заботиться о людях. Потому отчётливо понимая в какое отчаянное положение попали простые граждане, не виновные в том, что их доверием воспользовались, я принял решение за свой счёт по всей Японии объявить акцию. В течение месяца, один раз в день в кафе «McDonald’s», любой человек пострадавший от действий мошенников с муравьиными фермами получит гамбургер и стакан горячего кофе. Дети получат два гамбургера и колу. Попросив у жителей иметь мужество жить дальше, а также любить нашего императора, который пытается уладить ситуацию, я низко по-японски поклонился и попрощался.

Данное выступление вызвало эффект разорвавшейся бомбы, особенно когда телевизионщики, конечно купленные мной, стали крутить по телевидению раздачу еды нуждающимся. Голодные матери тянули руки к еде, тонкие детские ручки брали положенные им гамбургеры и напитки, и все кланялись сотрудникам «McDonald’s», благодаря за их работу. Теперь на одной чаше весов оказались кланы, оставляющие за собой на улицах трупы бастующих, с другой же, одинокая, скромная компания «Arasaka», раздающая еду этим протестующим. Там, где принимались решения, быстро поняли эту разницу и мне пришёл вызов во дворец.

Глава 8

— Дайго-сама, — низко поклонился я, когда меня провели в знакомый кабинет.

Старик остался сидеть, лишь кивнул и показал рукой на стул.

— Присаживайтесь Реми-сан.

— Как ваши дела? Как компания? — поинтересовался он, не став ходить вокруг да около.

— Спасибо, хоть мы и несём большие убытки, но надеюсь справимся, — склонил я голову.

— Что вы знаете о Такаюки Оро? — продолжил допрос он.

— Мошенник, проходимец, обманул много людей, — я пожал плечами.

— Его неоднократно видели в вашей компании, — закинул он удочку.

— Такаюки видели рядом и с императором, — спокойно отреагировал я, — что это значит? Ровным счётом ничего. Мошенник отлично втирался в доверие.

— И тем не менее именно вас он подозревал в опустошении счетов своей компании, прежде чем начался обвал компании «Такаюки и Ко».

— А насколько я слышал, он сам обчистил счета и исчез, — я безмятежно посмотрел на главу службы безопасности.

Он перебрал стопку бумаг, лежащих перед собой и часть отложил в сторону.

— Вас также видели с ним, когда он не был владельцем, есть данные, что именно вы нанимали ему учителей для обучения грамоте, — Дайго-сама поднял на меня тяжёлый взгляд.

— И это не секрет, — подтвердил я, — есть завещание его дяди, можете проверить, был даже суд, где Такаюки пытался отстранить меня от должности управляющего. Видимо с целью ограбить компанию и сбежать.

— Наши финансисты проанализировали деятельность его компании и признали её мошеннической, когда выплаты старым вкладчикам, покрывались за счёт привлечения новых покупателей.

— А почему они раньше этого не сделали? — деланно удивился я, — столько бы людей не пострадало от его аферы.

Старик несколько минут пристально меня изучал, затем спросил.

— Если бы мы вам предоставили доступ ко всей отчётности «Такаюки и Ко», вы могли бы проанализировать структуру его счетов, чтобы понять куда ушли деньги?

— Я? — удивился я, — пусть это сделают ваши финансисты Дайго-сама.

— К сожалению, она крайне запутанная с привлечением какие-то офшорных счетов из американской зоны свободной торговли, — с сожалением ответил он, — а вы себя во время нашего последнего сотрудничества показали крайне компетентным специалистом.

— Позвольте спросить Дайго-сама, это то самое сотрудничество, за которое мне до сих пор не заплатили ни иены? — иронично уточнил я, — я уже выпустился из школы, Кёкэ-сан больше не её директор, так что я больше не буду с вами сотрудничать. Понимаете, я очень щепетильно отношусь к долгам, особенно на такие большие суммы.

— Мы уже заметили, что вы имеете неприятное качество уводить с ключевых мест всех самых компетентных людей, — поморщился он.

— Ну Дайго-сама тут вы загнули, при всём моём уважении к вам, — искренне удивился я, — я просто предлагаю людям тот оклад, который они, по моему мнению, заслуживают. А дальше уже их дело, соглашаться на него или нет.

— Зачем вы стали раздавать еду? — видимо он сегодня решил меня поспрашивать вообще обо всех событиях происходящих рядом со мной, — вы разве не видите, что происходит на улицах городов?

— Как раз таки отлично вижу! Поэтому как член общества, в котором живу, как ответственный работодатель и я иду на собственные траты, чтобы люди, пострадавшие от действий мошенника не умерли с голода.

Старик снова поморщился.

— И тем не менее, Его величество просит вас, после окончания объявленной акции больше её не повторять. Мы сами займёмся спасением голодающих, всё же это прерогатива государства.

— Могу вам обещать Дайго-сама, что если голодных не будет на улицах города, то я конечно не стану тратить личные деньги на это, — я низко склонил голову.

— Хорошо, спасибо за разговор, — тот кивнул, — вас проводят на выход из дворца.

— До свидания Дайго-сама, — я поклонился, — был рад вас видеть.

* * *

Когда за подростком закрылась дверь и он с телохранителями ушёл, створка помещения рядом с комнатой, где состоялся разговор, открылась и оттуда вышел сам император.

— Скользкий и неприятный, словно угорь, — задумчиво сказал он вслух.

— Было у кого учиться, — потёр виски глава службы безопасности, пытаясь встать в присутствии своего верховного родственника, но рука правителя удержала его на месте.

— Сиди, я понимаю, сколько на тебя сейчас свалилось. Сколько я потерял лично?

— Около миллиарда иен ваше императорское величество, — поморщился тот, — мы пытались получить больше дивидендов, так что по вашей просьбе вложили всё, что было из свободных активов.

— Остальные кланы?

— Ещё больше, сейчас пока все молчат, так как видят, что творится на улицах, но можно не сомневаться, что они все придут к нам с вопросами, на которые у меня нет ответов.

— Как это вообще случилось? Как мы проморгали Дайго?

— На это у меня нет ответа ваше императорское величество. Все было оформлено юридически чисто, продажи осуществлялись по личному желанию людей, реклама была оплачена, всё было на вид законно.

— Нужно на будущее запретить подобную деятельность, — заметил император, — боюсь даже предположить сумму общего ущерба.

— Это ещё не все проблемы, ваше императорское величество, — поморщился глава службы безопасности, — на меня вышли русские, они убеждены, что случившееся — наш план, чтобы их ограбить. Они требуют полную компенсацию своих потерь, иначе угрожают ещё большей войной, с разрушением уже клановых территорий.

— Да плевать я хотел, что они себе там придумали, — раздражённо ответил император, — нам нужно у себя разобраться, чтобы не упала экономика, до русских пока нет дел. Нападут — мы ответим ровно так же.

— Я тогда передам им ваши слова.

— Передай.

— Что насчёт Тонсу? Его голова здорово бы нам пригодилась при разгребании всего этого дерьма, а у парня не дюжие аналитические способности.

— Чем мы ему теперь заплатим? — поинтересовался император, — у нас даже слугам в этом месяце нечем заплатить.

— Может я поговорю с ним? Налоговые льготы? Бесхозные земли? Не обязательно ведь деньгами ему отдавать долг, — предложил Дайго Минамото.

— Если он тебе так нужен, то поговори, но я вижу его гнилую душонку, — покачал головой император, — у него на первом месте только прибыль и деньги.

— С такими людьми ваше императорское величество, проще всего работать, — не согласился с правителем родственник, — от них всегда понятно, чего ожидать, в отличие от идейных.

— Ладно, отчёт мне о потерях сегодня на стол, я должен знать сколько потеряли мы и кланы, а также чего ждать нам завтра.

— Слушаюсь ваше императорское величество.

* * *

Интересно было наблюдать, как корявая, закостенелая экономика клановой Японии, лишившись денежной подпорки, которую накопила за века, стала пробуксовывать и дышать на ладан. Это разделение труда, когда каждый делал что-то одно ещё сильнее стало довлеть над её падением, поскольку те, кто выращивал еду стали грести деньги, народу нужно было есть, а вот все побочные производства стали резко убыточны. Особенно те, что не приносили прямой прибыли.

На торги стали выставляться один актив за другим, а Коичи всё это отслеживал и приносил мне на согласование покупки. Я уже купил все японские газеты, пару нефтеперерабатывающих заводов, а также сталелитейный комбинат, на котором начали первыми умирать люди от голода. И раньше не очень прибыльный, сейчас он вообще ушёл в глубочайший минус.

Когда правительство подавило все протесты, и сделала жалкую попытку раздать еду, правда не очень успешную ввиду собственной нехватки средств, страну захлестнула волна самоубийств. Люди, понимая, что лишились вообще всего накладывали на себя руки и крематории перестали справляться с потоком трупов, которые целыми грузовиками свозились к ним со всего города.

«Arasaka» же продолжала раздавать еду, и теперь к каждому кафе «McDonald’s» с самого утра стояли длиннющие очереди из голодных людей, а параллельно с этим в компанию просто хлынул поток квалифицированных кадров по всем специальностям и направлениям. И если мы раньше охотились за ними, часто переплачивая, то сейчас в отсутствии денег у себя в кланах, они соглашались на обычные оклады, которые мы выплачивали вовремя и были неким островком стабильности в стагнирующей японской экономике. «Arasaka» больше всех приобрела от этого кризиса, который даже не думал прекращаться, так как обозлённые на такой обман русские кланы, также сильно пострадавшие от действий компании «Такаюки и Ко», объявили тотальную войну на выживание, где проигравший будет вынужден потерять всё.

Это было также на пользу нам, имея в рядах их Родов как купленных, так и шантажируемых людей, мы знали часто о времени и месте нападения, так что алтарь всё чаще работал, наполняясь так нужной ему и мне энергией. Причём теперь, когда всё можно было спокойно списать на действия русских, мы спокойно забирали и японских одарённых, отправляя их на алтарь с той же безжалостностью, что и их врагов. Нам было без разницы с кого сливать энергию.

Единственная проблема, которая меня смущала во всём этом, было то, что Япония начала проигрывать войну и по сведениям Кёкэ-сан в императорском дворце всё чаще стали звучать слова о мире. Это категорически меня не устраивало, так что среди прочего, нужно было этим срочно заняться.

— Джина, зайди, — нажал я кнопку селекторной связи.

Почти сразу дверь открылась и ко мне зашла секретарь.

— Слушаю вас господин Реми.

— Передай пожалуйста своим боссам, что Россия начала выигрывать в войне с Японией, а нам нужен затяжной конфликт, а не мир. Но помня наши договорённости, я хочу предупредить, что возможно война теперь распространится и на Китай.

— Я передам и приду с ответом, — холодно сказала она, — разрешите мне отлучиться?

— Конечно, ступай, — сказал я и отвернулся от женщины.

* * *

— Это я, — Джина позвонила на номер связного, — он уведомляет, что Российская империя начинает побеждать в текущей войне, а им это не выгодно, поэтому он хочет втянуть в это дело Китай.

На той стороне было длительное молчание, но девушка слышала чужое дыхание.

— Насколько всё плачевно в Японии? — спросил её собеседник.

— Трупы самоубийц, а также умерших от голода, не успевают вывозить с улиц, — она стиснула челюсти от того ужаса, который видела каждый день из окна автомобиля, едя на работу.

— Неизвестные нам Бессмертные, выбрали себе отличного исполнителя, — тяжело вздохнул связной, — вскрылись ещё кое-какие обстоятельства его деятельности, даже наши боссы впечатлены его работой.

— Что мне ему передать?

— Китай зона наших интересов, поэтому предлагаем ему сделку. Он получит информацию о смерти своих родителей и князе Воронцове, вместе с его кланом на заклание, в обмен он позволит нам закончить эту войну на условиях, которые его тоже устроят. Таково наше предложение.

— Можно мне узнать об этих новых обстоятельствах? — попросила Джина, — сейчас он держит меня далеко от всего важного.

— Весь этот устроенный кризис, его рук дело, — хмыкнул невидимый собеседник, — к сожалению, с самим владельцем компании «Такаюки и Ко», поговорить нам не удалось, кто-то добрался до него раньше, оставив нам остывающий труп, но вот его сестра много чего интересно рассказала. Зная кто он и чьи интересы представляет, можно без всяких сомнений заключить, что вся эта гигантская афера — дело рук нашего русского парня, который так хорошо вжился в роль японца.

— Кто стоит за ним, мы по-прежнему не знаем?

— Нет, но вот то, с какой скоростью пропадают русские и японские одарённые, наводит всех на нехорошие мысли. Поскольку он сам неодарённый, так что явно готовит алтарь для своих хозяев. Бессмертные обеспокоены подобным уровнем его активности.

— Поэтому вы хотите бросить ему жирную кость, в обмен на прекращение поставок жертв? — поняла Джина.

— Да, заодно посмотрим насколько он самостоятелен в принятии решений. Ты главное не забывай, ты наши глаза и уши рядом с ним, даже если он сам с тобой не говорит ни о чём, у него должны быть те, кому он доверяет или что-то рассказывает. Войди к ним в доверие.

— К сожалению, он каждому человеку говорит ровно столько, сколько касается его зоны ответственности, — вздохнула девушка, — общая картина если у кого и есть, то это максимум у главы его службы безопасности, к которому мне никак не подобраться.

— Джина, тебе напомнить сколько на тебя потрачено средств и времени? — голос собеседника похолодел.

— Нет, я прекрасно помню. Хорошо, я постараюсь сблизиться со всем его ближайшим кругом.

— Вот и прекрасно, свяжусь с тобой чуть позже, когда у меня будет решение по мирному договору.

* * *

— Хм, князь Воронцов и его клан, — я задумчиво поглаживал подбородок, — информация о смерти родителей. Заманчиво.

— «И хотя я больше чем уверен в том, что их просто спустили на алтарь российскому императору, подробности было бы конечно интересно послушать, — задумался я, — но прекращение войны так быстро, не входило в мои планы».

— С вами также согласуют условия окончания войны, — сухо сказала женщина, стоящая напротив.

— Мне нужно будет подумать, — решил я наконец, — окончание войны не входило в общие планы.

— Когда я могу получить ответ?

— Завтра утром, — кивнул я.

— Хорошо, — она низко поклонилась и вышла из кабинета.

Я потянулся к телефону.

— Да господин Реми, — услышал я бодрый голос Марии.

— Чем заняты?

— Дурью маемся, так что ничем по факту.

— Эй, у нас вообще-то законный выходной, — послышался недовольный голос на заднем фоне.

— Ничем господин Реми, — привычно назло сестре подтвердила Мария.

— Собирайтесь, я сейчас заеду за вами, и мы поедем на прогулку.

— Ого, наконец свидание? — заинтересовалась она.

— Угу мечтай, — хмыкнул я и отбился.

Поднявшись со стула, я направился к двери.

— Жан, Валери, — я показал телохранителям зайти.

Они удивились, но молча подчинились.

— Поскольку у нас полное взаимопонимание между друг другом, — спокойно начал я, прямо смотря на них, — то хочу вам сказать, что мне поступило предложение закончить войну, в обмен на хорошие условия. Я сегодня хочу обсудить их с близняшками, поскольку дело касается одного их кровника, но скорее всего я буду вынужден принять это предложение.

— Как мы тогда наполним алтарь господин Реми? — резонно заметил француз.

— Это очень хороший вопрос Жан, — со вздохом признался я, — поэтому я готов выслушать ваши предложения.

— Что за люди сделали вам это предложение? — осторожно поинтересовалась Валери, — те с которыми вы тогда беседовали?

— Угу и которые точно сильнее вас. Пока я не понимаю, что им можно противопоставить.

— Можно будет конечно попробовать похищать одарённых просто так, но без активной военной кампании это сразу вызовет расследования и могут выйти на наш след, — сказал после минутного раздумья француз.

— То есть вы тоже считаете, что нам нужен конфликт? — спросил я их и оба супруга кивнули.

— Значит нужно будет к пункту о мире, добавить страну, которая им не сильно нужна, — покивал я, — вы ведь не против будете пожить где-то ещё?

Они пожали плечами.

— Мы и так перекати-поле последние десять лет.

— Тогда договорились. Сейчас я поеду к сёстрам и обговорю с ними тот обязательный пункт, с которым они согласились на эту работу и можно будет дать ответ тем людям.

— Хорошо, мы поедем с вами? — спросила Валери.

— Да, я предупредил их уже чтобы собрались. Единственное, мне Ник понадобиться на какое-то время, не против его мне дать?

— Без проблем господин Реми.

Обговорив детали, мы приехали в гости к сёстрам Велес. Все остальные телохранители, кроме супругов, остались за дверью, а Ник открыл нам портал на берег моря прямо в квартире девушек.

— Через полчаса откроешь его снова, — обратился я к парню и тот кивнул.

— Можешь пока телек посмотреть, но руками ничего не трогай, особенно шкафы, — Мария злобно на него посмотрела, — а то голову оторву.

Французы улыбнулись, а сам Ник смутился и сел в кресло. Мы же пересекли арку портала и сразу попали в порывы ветра и шум волн. Оглянувшись по сторонам, я поманил девушек ближе к себе. Сёстры осторожно приблизились.

— Скорее всего скоро, нам представится возможность поговорить с князем Воронцовым тет-а-тет, — начал я, и обе тут же взволнованно вскрикнули и схватились за руки, — поэтому давайте обговорим условия этой встречи, а также наши дальнейшие шаги сотрудничества. Как я помню, мы договаривались быть вместе только до этого момента.

Мария, как более серьёзная из сестёр-близняшек сразу ответила:

— Мы помним, что он нужен тебе живым, так что обещаем, что он не умрёт, когда попадёт к тебе после нас.

— Принимается, — согласился я.

— Что насчёт дальнейшего сотрудничества, — она посмотрела на сестру, и та кивнула, — ты хороший работодатель. Выполняешь всё, что обещал, не пристаёшь к нам. Поэтому если ты не против, мы бы хотели продолжить работать на тебя.

— Елена? — я посмотрел на её сестру.

— Я, как и Мария, — твёрдо кивнула та в ответ.

— Тогда у меня есть к вам дополнительное предложение, — я внимательно посмотрел на их лица, и главное прислушался к эмоциям, которые исходили от них.

Последнее время я часто находясь рядом с Джиной, стал различать фальшивые чувства, которые она ко мне испытывала, так что теперь во всех людях, с которыми общался искал то же самое. К счастью для меня, сейчас от девушек исходили только искренние чувства заинтересованности и интереса. Поэтому я стал им рассказывать о том, что есть возможность усилить силы даже Абсолютов и уже сейчас Жан и Валери стали сильнее после проведённого ритуала. Так что если они хотят, то я тоже включу их в доверенный круг людей, посвящённых в эту тайну.

Девушки, которые давно достигли своего потолка силы, едва только услышали, что могут расти дальше, как тут же вцепились в меня двумя клещами, пытаясь вынуть как можно больше информации обо всём этом. Я отказался рассказывать, пока они не принесут мне личную клятву и не войдут в клан по доброй воле. Они не раздумывали ни секунды и тут же всё произнесли, что я потребовал. Потолок сил, который рано или поздно достигал каждый Абсолют в своей жизни, и я это отлично знал, был самым страшным испытанием для одарённых. Многие даже сходили с ума пытаясь его преодолеть, но ни у кого это не получалось, поскольку тайна алтарей была доступна малому количеству людей.

Поэтому едва девушки опустились передо мной на колени и произнесли нужные слова, я тут же протянув руки поднял их и стал рассказывать о том, что знаю, но конечно же умалчивая, как и для французов, ключевые моменты. Рассказ занял больше получаса, так что когда Ник открыл нам обратный портал, я попросил дать нам ещё пару часов.

Закончив рассказ, я посмотрел на задумчивых сестёр.

— Я понимаю, почему ты рассказал нам об этом, — Мария покивала головой, — если ты сделаешь сильными только Жана и Валери, они могут однажды просто устранить тебя, став главными. Ты неодарённый, и не представляешь для них никакой угрозы.

— К счастью для себя, — я спокойно пожал плечами, — я подстраховался. Поэтому вам, как и им говорю, что к главным счетам «Arasaka» имею доступ только я, и в случае моей смерти, никто ничего не получит, а без денег всё быстро загнётся.

— А ты ещё умнее, чем кажешься на первый взгляд, — хмыкнула Мария, — наверняка у тебя в рукаве ещё есть немало секретов?

Я улыбнулся и пожал плечами.

— Я так думаю, нам нельзя им ничего говорить о том, что знаем о возможности возвышения, — задумчиво сказала молчавшая до этого Елена, — они могут расстроиться, если узнают, что станут не единственными, кто может получать больше силы. Для одарённых это невероятно больная тема.

— Да, я так и планировал, — согласился я, — всё остаётся как прежде, только часть энергии я буду оставлять в алтаре для вас, но поэтому и вам нужно будет тоже прилагать усилия по его заполнению.

— Мы не против, особенно если это будут наши враги, — кровожадно улыбнулась Мария.

— Есть главная проблема — это Ник, — я задумчиво посмотрел на них, — он лучший незарегистрированный телепортер из тех, кого я знаю, к тому же посвящён в тайну. Если Жан и Валери всё узнают и уйдут от нас, он уйдёт за ними вместе со своей девушкой.

— Хм, — Мария задумчиво посмотрела на меня, — мы могли бы рассорить его с девушкой и соблазнить его, если это нужно. Мне он симпатичен, и не будет брезгливо с ним спать.

Она посмотрела на сестру.

— Мне он тоже симпатичен, — согласилась она, — спокойный, талантливый, скромный мальчик.

— Тогда более тесно начните с ним общаться, но не увлекайтесь, Елена я так понял его первая любовь, — предостерёг я их, — нельзя, чтобы вы встали между ней и им.

— То есть для начала станем просто друзьями? — уточнила Мария.

— Да, это было бы просто отлично.

— Тогда если мы всё обговорили, то лучше вернуться обратно в квартиру, — девушка зябко повела плечами, — а то я вся продрогла.

Её сестра тоже кивнула, соглашаясь с этим.

— Возвращаемся и молчок, если что, мы обсуждали только планы по уничтожению клана князя Воронцова.

— Да, конечно, — кивнули обе сестры.

Вернувшись в квартиру, мы попали сразу под внимательные взгляды французов, но поскольку всё проговорили с сёстрами заранее, то продолжали тихо обсуждать где будем содержать пленников. Наш спокойный и расслабленный вид, а главное разговоры на ту тему, которую я и говорил им ранее, успокоили семейную пару. Чтобы ещё больше успокоить их подозрительность, я достал телефон и прямо при всех позвонил Джине.

— Согласен, но при одном условии. Мне нужна страна, где у нас не будет конфликта интересов с вами.

— Я перезвоню. Скоро, — ответил она.

На меня свелись сразу четыре пары глаз, поскольку Ник ковырялся в телефоне, и так мы прождали почти десять минут, пока не раздался звонок.

— Польша вас устроит? — спросила она.

— Хм, ничего не знаю об этой стране, но готов узнать её получше, — хмыкнул я.

— Тогда договор заключён, обещанную информацию, вы получите на следующей неделе.

Убрав телефон после разговора, я сказал ожидавшим меня людям.

— Ждём информацию по Воронцову, и пока мы с сёстрами занимаемся им, вы двое можете устроить себе отпуск. Есть вопросы, предложения?

Все четверо покачали отрицательно головами.

— Отлично, тогда за дело!

Телефон в моём кармане снова зазвонил. Посмотрев на него, я увидел там номер Коичи. Удивившись, я сразу ответил.

— Реми, бросай всё и срочно приезжай в офис! — на одном дыхании выпалил он и отбился.

— Еду, — ответил я уже в трубку с гудками.

— Все за дело, — обратился я к своим телохранителям, и они задвигались, возвращаясь к своим обязанностям.

Глава 9

— Что случилось? — я быстрым шагом вошёл в его кабинет.

Коичи, сидевший зарывшись в бумаги, тут же отодвинул от себя всё и подозвал меня к себе рукой.

— На счета «Arasaka» пришёл перевод в сто миллионов рублей, — тихо сказал он, — от какой-то неизвестной русской фирмы. Я попытался связаться с ними, но там никто не отвечает, и я не знаю, что делать. Нет ни бумаг, ни контрактов, нас налоговая и служба безопасности императора возьмёт за жопу за такую сумму!

— Думаю бумаги скоро будут Коичи, — ко мне быстро пришло понимание, откуда могли взяться эти деньги, — подожди немного.

— Но сто миллионов рублей, разовым переводом?! — изумился он, — в какие игры ты играешь партнёр? Я должен знать это!

— В опасные Коичи, — я снял пиджак, повесил его на один из стульев и ослабил галстук, садясь рядом с ним, — но уверен, что документы будут и чистые. Не волнуйся.

— Не хочешь говорить? — он недовольно на меня посмотрел. Я покачал головой.

— Прости, но не могу — это не моя тайна. Точнее не одного меня.

Партнёр был недоволен моим ответом, но к счастью и благодаря своему уму не стал продолжать эту тему, пододвинув мне лист бумаги.

— Вот, как ты хотел NTT выставили на продажу. Четыре клана заявили желание его купить.

— Участвуй, покупай за любую цену, — я посмотрел недешёвое предложение, но сотовый оператор, единственный в Японии, мне был нужен. У меня не было времени начинать всё с нуля.

— Что-то ещё интересного?

— Завод по сборке компьютерной техники не выставляют, клан держится зубами за этот актив.

— Сборка? — удивился я, — я ведь читал, что у них производство полного цикла.

— Оказалось, что нет, — он хмыкнул, — с Китая привозят все комплектующие и просто собирают здесь, ставя японские клейма.

— Тогда нам он не нужен Коичи, какой смысл. Если мне нужен будет сборочный цех, я его и сам разверну, переманив специалистов.

— Что по нашему заводу в Таиланде и целом проекте там? — поинтересовался партнёр, — мы терпим большие убытки из-за войны. Может откажемся от всего?

— Война скоро закончится, друг мой, — я покачал головой, — так что предупреди Рио, чтобы готовился к большой стройке, пусть уже сейчас привлекает людей.

— Война закончится? — удивился Тайра, — с чего бы это? Всё что вижу я, это наоборот эскалация конфликта. Вчера ещё на один клан напали русские.

— Коичи, просто поверь, думаю ещё неделя и всё будет закончено, а потому, докупай пока цены низкие то, что мы хотели и приостанавливаем инвестиции, поскольку скорее всего в Японию придут внешние капиталы.

— Ты как-то подозрительно много знаешь обо всём этом, — он заинтересованно на меня посмотрел.

— Ладно скажу кое-что, но ты молчок, — я сделал загадочный вид, и партнёр тут же подвинулся ближе.

— На меня вышли кое-какие люди, предложив сделку и я согласился, — тихо сказал я, — прекращение войны было одним из пунктов этой сделки.

Коичи изумлённо на меня посмотрел.

— Знаешь, я уже не так сильно хочу знать, что это за люди.

— И правильно сделаешь, — согласился я, — у тебя всё?

— Ну если ты знаешь откуда пришли деньги, то всё хорошо, — начал говорить он, но тут в дверь постучали и после разрешения войны, появилась Джина, которая поклонилась мне и Коичи, протянув мне тонкую папку.

— Остальное ваши партнёры пообещали предоставить в понедельник господин Реми, — откланялась она и вышла.

Я открыл папку, в которой лежали два листа, посмотрел их и протянул Коичи.

— Видишь, какие консультационные услуги я оказываю? На сто миллионов.

Он посмотрел на документы, которые можно смело показывать налоговой и аккуратно убрал их себе в стол.

— С такими услугами мы точно будем в прибыли, даже несмотря на сложные времена.

— Скажи Аяке, чтобы объявила повышение окладов всем сотрудникам на пять процентов, поскольку компания хочет поддержать их самих и их семьи в это тяжёлое время, — попросил я, — не забудь, скоро прибудут два завода, которые будут монтировать и настраивать иностранные специалисты. Пусть это станет всем дополнительным стимулом, говорящим о том, что мы не забываем своих людей. Заодно пусть распорядится, чтобы к каждому иностранному специалисту приставили по десять японцев, пусть всё запоминают и изучают. Они рано или поздно уедут, и мы останемся без профессионалов.

— Ты как-то уж слишком из разных областей промышленности купил предприятия Реми, — покачал головой Коичи, — не боишься порваться в разные стороны?

— Мы пока не увольняем персонал, пусть работает нынешний, но как только дойдут до очередного предприятия руки, мы обязательно проведём полную его ревизию. Просто, когда всё будет хорошо, цены на эти бизнесы будут совершенно другими.

— Это точно, тут с тобой не поспорить, — согласился со мной партнёр, — ты кстати уже придумал, что подаришь Аяке на свадьбу? Они из-за нынешних событий не будет её праздновать, просто совершат обряд венчания и небольшой семейный ужин.

— Я думал про это и предлагаю тебе неплохой вариант, поскольку твоя сестра с нами с первого дня, — я перевёл взгляд с рассматривания бумаг, на партнёра, — каждый из нас отдаст ей по одному проценту акций, и она станет одним из совладельцев «Arasaka», в то же время мы с тобой останемся в паритете по акциям.

— О, это просто отличное предложение, — тут же закивал он, — она будет рада, и я согласен, что сестра это заслужила.

— Тогда оформи всё пожалуйста.

— Конечно Реми.

— Ладно, пойду отдохну немного, а то сегодня с утра, словно белка в колесе.

Поднявшись, я вспомнил о ещё одном событии, результатов которого не знал.

— Кстати, что насчёт твоих сердечных дел? Ты больше не говорил мне ничего, как у вас дела.

Сам-то разумеется я знал обо всём от Сюзи, которая советовалась со мной, принимать такое выгодное предложение или нет, но выразить дружеское отношение к партнёру было нужно.

— Не говорил? — удивился он, а на лице расплылась широкая улыбка, — точно ведь! Ну что сказать Реми, ты был прав, она согласилась! Мы правда не выбирали ещё дату и всё прочее, но кольцо она уже моё носит.

Я протянул руку, которую он радостно потряс.

— Поздравляю друг, надеюсь у вас всё сложиться.

— Спасибо.

На этой счастливой для него ноте мы с ним расстались, а едва я вышел из кабинета, как телефон снова зазвенел.

— Дайго-сама? — удивился я, — слушаю вас.

— Добрый вечер Реми-сан, — раздался в трубке спокойный знакомый голос, — найдётся у вас минутка для старика?

— «Ага, давай строй из себя тут немощного, — ни на секунду не поверил я в его тон».

— Дайго-сама! — притворно ахнул я в ответ, — скажите куда приехать, и я тут же буду у вас.

— А вы сейчас где? В своём офисе? — поинтересовался он так, словно и так это знал.

— Да, конечно.

— Тогда я с вашего разрешения приеду к вам в гости.

— Разумеется, буду вас ждать!

Когда я закончил разговор, то поднял взгляд на подошедших ближе Сюзи и Джину, которые уже поняли, что к нам едет важный гость.

— Поднимите уборщиц, пусть быстро вымоют первый этаж, лифты и путь до моего кабинета, — приказал я, — вытащите из запасов лучший чай и кофе. Приготовьте лёгкие закуски. Он наверняка не притронется ни к чему, но выразить уважение мы должны. И уберите из коридоров праздношатающихся.

— Всё сделаем господин Реми, — обе тут же низко склонились и бросились к телефонам, выполнять распоряжение.

Через час, когда мне охрана сообщила, что подъехал его кортеж, я спустился вниз и встретил его прямо на входе, а затем проводил к себе, усадив за стол, на котором дымились свеженалитые чай, кофе и стояли закуски.

— Не стоило столько суеты наводить ради меня одного, — старик легко махнул кистью.

— Дайго-сама — это лишь дань уважения к вам, — я сел на свой стул и внимательно на него посмотрел, показывая, что готов слушать.

— Помню, что вы любите, когда люди сразу переходят к делу, — он бросил пару взглядов по сторонам, но вернулся ко мне.

— Не поверите Дайго-сама, но это здорово экономит время, — обезоруживающе развёл я руками, улыбнувшись при этом.

— Тогда я бы хотел урегулировать наши с вами небольшие финансовые разногласия, а также спросить вас об одной нужной для меня вещи.

— Я весь во внимании.

— Первое — что вас интересует из послаблений налогов или покупке земель, чтобы мы закрыли вопрос с оплатой вашей работы?

Я без колебаний выпалил.

— Продайте мне NHK!

Он удивлённо на меня посмотрел.

— Зачем вам телевизионная компания, если она полностью дотационная? И по факту существует только на деньги из фондов императора.

— Ну вы знаете, что я немного потратился на людей оттуда, — стеснительно ответил я, — было бы правильно, чтобы они вернулись работать туда, где максимально эффективны.

— Немного — это мягко сказано, — хмыкнул он, — вы увели оттуда почти сорок процентов лучших кадров, компания едва выполняет возложенные на неё обязанности по выходу в эфир.

— Это всё, что вас интересует? — продолжил он, видя, что я никак не комментирую его слова, — NHK в нынешних условиях стоит меньше, чем мы вам должны.

— Дайго-сама, я не наживаюсь на беде, которая случилась с народом, который принял меня, как своего, — оскорбился я, — поэтому плачу её полную стоимость, так, как стоила она бы в свои лучшие времена. К тому же я понимаю, как важны эти деньги для императора. Ведь многие социальные программы сильно зависят от того, сколько денег в казне государства.

— Хорошо, мы согласны, — на моё удивление кивнул он, — документы я пришлю оформить юристов.

— Вы говорили ещё о второй вещи, с которой приехали ко мне.

— Да, мы бы хотели нанять компанию «Arasaka» на постоянной основе, для ведения финансовой деятельности клана Минамото, — второй раз за сегодня удивил меня он, — оплата — вы не будете платить в казну кратное своему заработку количество налогов.

— Дайго-сама, — я сделал вид, что мне это вообще не нравится, — ну найдите кого-то ещё, ну правда это станет отнимать у меня очень много времени, а чтобы сделать это в простом режиме, мне слишком много придётся переделать, на что не согласитесь уже вы.

Глава службы безопасности впервые улыбнулся.

— Мы и хотим Реми-сан, чтобы вы всё переделали.

— Да? — моему изумлению не было предела, — но тогда от императора тоже понадобится помощь. Задуманные мной преобразования слишком масштабны и новы, мне понадобится весь авторитет его императорского величества.

— Вы расскажите мне о них, — по его губам скользнула ещё одна лёгкая улыбка, — а я передам всё императору.

— У вас есть время? — поинтересовался я, на что старик просто кивнул.

— Хорошо, тогда слушайте. Начать я хочу с полной трансформацией существующих средств связи. Нужно сделать так, чтобы телефон стал доступен каждому, даже беднейшему человеку.

Я рассказывал о части своих планах, где бы мне точно пригодилось содействие государства, а глава службы императорской безопасности слушал и по мере того, как я приводил примеры, как это сейчас реализовано в самых передовых государствах, попросил у меня ручку и листы бумаги, и стал записывать. Ушёл же он от меня в глубокой задумчивости.

Я же, промочив горло давно остывшим чаем, и съев пару сэндвичей, позвал Джину.

— Вызови мне господина Ки.

Она склонилась и вскоре уведомила, что он едет.

Пока я ждал своего административного директора, то успел позвонить Коичи, рассказав о переговорах с императорским домом, он пообещал, что всем займётся.

— Господин Реми, — дверь кабинета открылась и Джина пропустила запыхавшегося и всего мокрого от пота административного директора, колобком вкатившегося в кабинет следом за ней.

В руках она держала коробку с салфетками и посмотрела на меня.

— Да, поухаживай за господином Шином, — улыбнулся я, — он похоже всю дорогу пробежал.

— Господин Реми, как иначе! — возмутился он, — вы очень редко просите меня о чём-то.

Джина безэмоционально помогла ему промокнуть лицо и всучив коробку, удалилась.

— С большой долей вероятности, мне продадут NHK, — сказал я, когда он отдышался.

Глаза у моего директора мгновенно стали огромными.

— Это…это просто потрясающе, господин Реми! Поздравляю вас! — он искренне обрадовался.

— Вы ведь сможете подыскать мне людей, которые смогут заменить вас на текущей должности? — поинтересовался я, — вы и те, кого вы забрали с собой, теперь здорово пригодятся на своём прежнем месте. Хватит им жопы в офисах просиживать.

— Конечно! — поняв, что я его по факту возвращаю на то же место, откуда забрал, Шин мгновенно расплылся широкой улыбкой, — с радостью господин Реми.

— И вы конечно же выкинете из компании всех лишних, которые не влияют на производство и работоспособность компании? — вежливо поинтересовался я, — мне нужен минимум профессионалов, полностью закрывающих все технологические процессы, существующие в вашем ведомстве.

— Тогда вам придётся поссориться со многими влиятельными людьми, чьи родственники работают не на последних должностях, — предостерёг меня он.

— Я готов пойти на этот шаг, вы главное составьте мне список на увольнение.

— Всё сделаю, сегодня же, господин Реми! — подскочил он со стула и низко поклонился.

Я внимательно на него посмотрел.

— Думаю даже не нужно напоминать, что со всеми вопросами и проблемами вы можете теперь звонить мне? Я сделаю из NHK преуспевающую компанию — это я вам гарантирую.

— Господин Реми, я нисколько в этом не сомневаюсь, — снова склонился он.

— Тогда благодарю вас и жду предложения по кандидатурам, а также вашему взгляду на компанию, нам будет о чём с вами поговорить.

— Тогда я закончу дела по строительству клановой территории, а также подготовки места под заводы, — поинтересовался он, — уже почти всё готово, остались финальные штрихи.

— Разумеется Шин, я лично приеду посмотреть на ваш труд.

— Буду вас с нетерпением ждать господин Реми, — поклонился он ещё ниже и так пятясь, вышел из кабинета.

— «Осталось найти такого же лояльного ко мне директора для приобретённых газетных компаний, — с небольшим раздражением я вспомнил недавние переговоры с недовольными моим приобретением их, руководителями японских печатных изданий, — что же, придётся снова потрясти Коичи или Аяку».

Глава 10

Что и как провернули Бессмертные, я не знал, военные действия просто словно по щелчку пальцев прекратились через неделю, после того, как я заключил с ними сделку. Мирных договоров никто не подписывал, русские, тайцы и японцы просто демонстративно делали вид, что друг друга не существует. Нет, конечно небольшие эксцессы были, но вот масштабных атак с разрушением инфраструктуры и клановых территорий больше не было. Нам с французами пришлось прекратить отлов одарённых, так как это стало бы слишком заметно.

Почти сразу, с окончанием боевых действий, в страны хлынули желающие вложить деньги в разрушенные экономики, прибрав к рукам всё, что плохо лежит. В Японии и Таиланде их ждал большой облом, поскольку всё самое сладкое и вкусное купила «Arasaka» и не собиралась ни с кем делиться, поэтому эти капиталы хлынули в Российскую империю, где всё было не столь радостно, поскольку противостояние сразу с двумя странами тоже отразилось на их экономике, но это было не моё дело, главное, что мне принесли две папочки, которые я собирался просмотреть в одиночестве. К сожалению события, с прибытием двух заводов и специалистов, которые их будут запускать и обслуживать первое время, пока не передадут японцам свой опыт, так ускорились, что я всё никак не мог добраться до сейфа, где они лежали.

Зато у меня наконец появилось оборудование, специалисты, и куча рабочих почти забесплатно, поскольку к нам на большое строительство стекались голодные японцы со всей страны, только чтобы заработать деньги и отправить их своим семьям. Поскольку строительство предполагалось масштабное, брали всех. Кроме чисто строительных дел, нам ещё требовалось проложить ВОЛС сначала между всеми островами, затем в каждый город и деревню, а потом уже к каждому кафе «McDonald’s», почтовому отделению и банку. Последние оказались в списке благодаря моему сотрудничеству с кланом Минамото, которые согласовали своё участие в этом проекте, так как я показал им выгоду, которая будет от такой централизации. Я пообещал для всей почты написать программы, чтобы вёлся везде единый реестр писем, посылок в электронном виде, а не как сейчас в бумажных журналах. Для банков же была предусмотрена отдельная программа, которая позволит им с помощью модемов обмениваться сообщениями о произошедших транзакциях. Позже я сказал, что подумаю и над дальнейшей автоматизацией, но Дайго-сама и про это говорил, что слабо верит, что у меня что-то получится. Слишком большой пласт работы, по его мнению, я на себя взвалил.

Разумеется, на себя я взвалил много, но все операции, не требующие моего личного присутствия, мгновенно переходили вниз по иерархической лестнице и Коичи, или Аяка находили нужных мне исполнителей. То, какой я задумывал компанию, наконец, после прошедшего по стране экономического кризиса, наконец заработало. У меня было в достаточном количестве ресурсов и факторов производства, чтобы начать осуществлять в параллельном режиме все задуманные ранее проекты.

Огромная стройка развернулась по всей Японии, открылись миллионы рабочих мест, куда брали людей и без дара, и в экономику хлынули деньги, которые «Arasaka» вкладывала в фундамент своего дальнейшего технологического превосходства.

* * *

— Коичи, мне нужен один вменяемый человек, кто сможет заняться всеми газетами, неужели у тебя нет всего одного? — мы с партнёром сидели в уголке небольшого зала, где находилась куча богато одетых людей. Все знакомились, общались, лишь мы сидели вдали от всех, чтобы не мешать людям развлекаться, поскольку нас от всех отгородила стена телохранителей.

— Реми я говорил тебе, все мои знакомые уже работают на нас, даже те, кто был чуть выше среднего, — он покачал головой, — я вообще не понимаю, зачем ты купил эту бумагу, тебе мало телевидения?

— Предлагаешь брать со стороны? — поморщился я, — может поспрашивать Аяку?

— Реми, у сестры праздник, не сегодня хотя бы! — возмутился он.

Внезапно ряды наших телохранителей зашевелились, и Коичи увидев человека, который пытается к нам пробиться, помахал рукой. Его тут же пропустили. Мужчина, лет тридцати пяти, в дорогом костюме, стал нам кланяться и особенно низко мне.

Я посмотрел на Коичи.

— Жених, — одними губами произнёс он.

— А-а-а, господин Ясоу, — я растянул губы в улыбке, — присаживайтесь.

Мужчина суетливо занял место напротив нас.

— Прекрасный вечер! Отличная атмосфера праздника! — радостно сообщил я ему.

— Благодарю, мы с женой очень старались, — поклонился он, — я бы хотел поблагодарить вас, за то, что пришли. Вы редкий гость на любых мероприятиях.

— Много работы, — улыбнулся я, — некогда развлекаться.

— У вас есть минута, чтобы поговорить? — боясь, что я откажусь, спросил он.

Я пожал плечами.

— Конечно, мы же у вас в гостях, было бы странно, если бы мы отказали вам.

Он низко поклонился.

— Понимаете господин Реми, весь банковский сектор Японии лихорадит, поскольку вышел указ императора о том, что запланирована полная перестройка текущих процессов и названа компания «Arasaka», как проводник этих изменений. Я всё верно говорю?

— Да, его императорское величество попросил нас этим заняться, так как я показал выгоды от этих изменений.

— А можете вы хотя бы вкратце о них рассказать? — он умоляюще посмотрел на меня, — трудно планировать семейную жизнь, если в любой момент можешь лишиться работы.

— Вы каким банком владеете? — поинтересовался я.

— Mizuho, — поклонился он, — точнее не я один им владею, наш клан.

— Слушайте, я как раз собирался поискать тех банкиров, с которыми можно было начать эти преобразования, — я задумчиво почесал подбородок, — у вас какая капитализация?

— Около сто миллиардов иен, господин Реми.

— Хм, — я задумался, прокручивая в голове части своего плана, — знаете, что господин Ясоу, поговорите с главой своего клана о продаже «Arasaka» тридцати процентов акций банка.

Глаза японца полезли на лоб.

— Тридцати процентов?! Вы хотите войти в совет директоров с тремя голосами?

— Да, если вам интересны те изменения, что нами запланированы, то мне нужны места, чтобы не блокировались мои начинания, а это легче всего сделать, имея треть голосов в совете директоров.

— Но это ведь огромные деньги, — начал говорить он, но тут телохранители ещё раз раздвинулись и пропустили просто потрясающей красоты женщину, одетую в традиционное кимоно какой-то запредельной стоимости, судя по ткани и вышивке на нём.

— Дорогой? — она взяла под руку вставшего на ноги мужа, — эти двое тебе докучают?

— Нет дорогая, — он улыбнулся, напряжённо смотря в мою сторону, — мы просто познакомились с твоим боссом.

— Можешь посмотреть, что там с крайним столом? — попросила его Аяка, — гости заскучали.

Мужчина не очень довольно на неё посмотрел, но кивнул и поклонившись нам сказал перед уходом.

— Можно вам завтра позвонить, господин Реми?

Я достал из кармана визитницу и отдал ему одну из визиток.

— Телефон указан секретаря, назовите Джине своё имя.

— Благодарю вас, — он судорожно спрятал её, затем поклонился нам каждому по отдельности, — господин Реми. Господин Коичи.

Мы с улыбками тоже слегка наклонили головы. Когда он ушел, недовольная Аяка стала переводить взгляд с меня на брата.

— Я знаю это выражение Коичи, — она ткнула в него пальцем, — что произошло?

Партнёр в поисках помощи, посмотрел на меня.

— Мы хотим купить банк, — ответил я за него, сестру он, несмотря ни на что побаивался, видимо какие-то детские травмы.

— Нах. я? — глаз у девушки дрогнул.

— Чтобы протестировать на нём изменения, которые я пообещал императору, — лаконично ответил я.

— И какой банк вы хотите купить? — недрогнувшим голосом продолжила допытываться она.

— Mizuho, — улыбнулся я, — но не весь, только треть.

Аяка выругалась длинным витиеватым японским ругательством с упоминанием почему-то дядей и тётей.

— Реми, ну ты специально, да? Как я теперь буду с мужем жить? — она неприязненно посмотрела на меня.

— Просто отлично будете жить, — заверил я её, — я сделаю тебя одним из трёх членов совета директоров, заодно и присмотришь за тем, чтобы они наши денежки не разбазарили.

Я посмотрел на Коичи, который стал выглядеть словно кот, объевшийся сметаны.

— Отличная идея Реми! — сказал он, показав большой палец.

Вот сестра его так не думала, хотя только она открыла рот чтобы нам видимо нагрубить, как осеклась, задумалась и затем подозрительно глядя на меня спросила.

— Почему ты уже второй раз сказал «наши»? Я знаю тебя слишком хорошо, ты никогда не говоришь ничего просто так.

— А, ну это собственно говоря наш с твоим братом подарок, тебе на свадьбу, — хмыкнул я, кивая головой Коичи. Тот засуетился, вытащил откуда-то позади себя папку и протянул её Аяке.

Та осторожно, словно гремучую змею взяла её в руку, открыла, несколько минут вчитывалась в текст, затем ошеломлённо посмотрела на нас двоих.

— Вы делаете меня совладельцем компании? Вашим партнёром?

— Два процента, но с тем оборотом что планируется, ты очень скоро станешь весьма обеспеченной дамой, дорогая моя сестра, — широко улыбнулся Коичи, довольный тем, как она восприняла этот подарок.

Аяка посмотрела на меня.

— Это было наше общее решение, — я пожал плечами, — поздравляю партнёр.

— Теперь я могу официально называть тебя Реми? Даже на работе? — поинтересовалась она.

— Размечталась, — хмыкнул я, разочаровывая её.

Она убрала дарственную обратно в папку, поднялась со стула и по очереди обняла нас, поцеловав в щёки.

— Спасибо, я вас не подведу, — с этими словами, она забрала бумагу и удалилась к гостям.

— Погоди, — Коичи задумчиво посмотрел на меня, — теперь получается, если мы купим банк, она станет боссом своего мужа, так что ли?

— Надеюсь он любит властных женщин, — слегка улыбнулся я, которого тоже рассмешила создавшаяся ситуация. Причём он сам подошёл к нам, изначально плана покупать именно этот банк у меня не было, просто я много что подготовил к разговору с банкирами, а тут один из них сам так удачно мне подвернулся под руку. Ну раз подошёл с кем можно поговорить, то почему бы и нет.

— Что же, думаю мы пробыли здесь достаточно, чтобы соблюсти приличия, — Коичи стал серьёзным, — идём? У нас скоро встреча с китайцами, а ты по своему обыкновению наверняка ещё ничего не ел.

— Идём, да, — согласился я, поднимаясь со своего места.

Телохранители, отрезая людей от нас тронулись вперёд, прикрывая со всех сторон.

* * *

Встреча была назначена самими китайцами в снятом ими целиком ресторане, так что мы были гостями. Пока мы ехали, Коичи рассказал, что на него они сами вышли и предложили обсудить сотрудничество, так как якобы знали, что мы активно развиваемся и вкладываем деньги в японские проекты.

Подъехав впечатляющим кортежем к ресторану, находящемуся в районе, не контролируемом нами, я насторожился и передал Жану, чтобы передал всем, быть настороже. Само выбранное место было странным, ведь были районы гораздо безопаснее этого. Правда, когда мы выбрались из лимузина, первое, что бросилось в глаза — это полное отсутствие японских лиц, а одни китайские, причём северных народностей: все как один высокие и крепкие, в отличие от своих южных собратьев.

Я достал телефон и набрал номер Кёкэ-сан.

— Это я. А что у нас происходит в западном гетто?

— Китайцы захватили, после того, как ослаб клан, занимающийся азартными играми, — ответил глава службы безопасности, — я как раз готовлю вам материал, с вопросом, что с ними делать. Их можно будет выкинуть только силой.

— Перезвоню, — я отбился, и мы обеспокоенно переглянулись с Коичи, который слышал наш разговор.

Нас встретило большое количество слуг, а также охранников, которые тоже были китайцами. Они провели нас в большой зал, где стоял круглый большой стол, где уже сидели три человека в дорогих итальянских костюмах, той же фирмы, у которой обшивался и я. Это я мгновенно понял по знакомому крою и качеству ткани. Все трое встали при нашем появлении, мы поклонились друг другу и нас пригласили за стол, с другой стороны, чем сидели они.

— Добрый вечер господа, на каком языке предпочитаете разговаривать? — на английском поинтересовался я.

— Думаю нам будет проще на русском, — с небольшим шипящим акцентом ответил сидящий ближе к выходу.

— Я не против, своему партнёру я переведу наш разговор, — согласился я, — кто вы и о чём хотели с нами поговорить?

— Мы представляем интересы части бизнесменов, работающих на императора, — продолжил он, — вы не раз интересовались нашими передовыми разработками, поэтому мы решили встретиться лично, чтобы обсудить возможности сотрудничества.

— Нас с партнёром интересует перенос части производства в Японию, чтобы здесь мы могли наладить выпуск полупроводников.

— Зачем? — удивился он, — мы готовы поставлять вам нужное количество, вам нужно лишь будет собирать их. По этой схеме мы сейчас работаем по всему миру.

— Мы безусловно готовы покупать продукцию и у вас, поскольку нам нужно будет покрыть очень большое количество заказов, но как показала недавняя война, опасно иметь всё производство в другой стране. Сейчас между Японией и Китаем царит мир, но что будет, если наши страны начнут конфликтовать?

— Перенос даже части производства никогда нами не рассматривался, всегда подразумевались просто закупки продукции, — заметил он, а два его соседа молчали, просто слушая.

— Тогда нам придётся рассмотреть других партнёров для сотрудничества, — спокойно отметил я, — жаль, что вы настроены так категорично. Ведь мы готовы получить даже не последний техпроцесс, а более устаревший, главное, чтобы мы могли обеспечить своё производство, если начнутся проблемы в наших отношениях и повторюсь, это никак не отменяет закупки у вас чипов.

Он задумался и о чём-то перекинулся на китайском со своими соседями.

— Какой объём вас интересует?

— Для начала примерно миллион процессоров, планок памяти и всего, нужного для сбора персональных компьютеров, — даже не моргнув, ответил я.

Китайцы переглянулись.

— Наши мощности не рассчитаны на такое количество, — признался главный.

— Поэтому мы готовы растянуть заказ на несколько лет, нужные вам для их производства.

— Что ещё вас интересует?

— Телевизоры, матрицы для них, и всё, что касается бытовой техники. Тоже в похожих объёмах.

Китайцы снова переглянулись.

— Ещё нас беспокоит активная скупка вашей компанией наших сетей быстрого питания, — внезапно сменил второй из них тему разговора, — император конечно приветствует иностранный капитал, но не когда он пытается монополизировать какую-то часть рынка.

— Нашему императору тоже не нравится, когда часть города переходит под чужой контроль, — я пожал плечами, — но вас же пока не выкидывают отсюда.

— Пока? — на меня перевелись сразу три взгляда.

— Господа, я всегда за то, чтобы торговать, но если выхода не останется, то готов дать и отпор, но надеюсь до этого в наших отношениях не дойдёт. Или я не прав?

— Мы деловые люди и тоже заинтересованы в зарабатывании денег, чем трате их на бесполезные вещи, — заметил он.

— Я рад, что мы одинаково смотрим на мир, — холодно улыбнулся я.

Они снова тихо переговорили.

— Мы хотим предложить вам партнёрство, — ответил главный, когда они закончили, — часть заводов, работающих по устаревшим технологиям и техпроцессам переедут в Японию вместе с персоналом, на время, требуемое для обучения ваших сотрудников, в обмен на ваш вклад в акции наших компаний. Производство чипов очень наукоёмкое производство, нам нужны большие инвестиции в исследования, к сожалению, мало кто в этом заинтересован, и мы до сих пор топчемся на месте, хотя есть весьма перспективные идеи для дальнейшего развития.

— Это весьма щедрое предложение, — удивился я, — я сам хотел предложить вам подобное, но не знал, как вы это воспримите.

— У вас оказались есть весьма высокопоставленные друзья у нас в Китае, господин Реми, — он спокойно посмотрел на меня, — которые попросили нас во время поездки в Японию, вас внимательно выслушать.

— «Ага, — мгновенно понял я, что это за друзья такие».

— Тогда если принципиальное согласие между нами достигнуто, предлагаю спокойно поужинать, — предложил я, — а уже завтра я приглашаю вас в свой офис, где мы обсудим уже все детали.

— Мы согласны, — подтвердили китайцы, вызвав слуг и официантов.

Стол стал мгновенно заставляться едой, а мы начали прощупывать и знакомиться друг с другом, общаясь на нейтральные темы. Коичи на английском языке тоже ко мне присоединился. Пока накрывали стол я вкратце ему всё объяснил, и он тоже удивился, что нас впустили вложить деньги в обычно крайне закрытое и консервативное общество бизнеса Китая. Ужин продолжался до поздней ночи, и мы обсудили большую часть вопросов, которые планировали отложить на завтра. Расстались мы очень довольные общением и достигнутыми договорённостями, ведь итоговая сумма вклада «Arasaka» в китайское производство полупроводников, вместе с закупкой чипов и техники, просто поражала воображение неподготовленного человека.

Глава 11

Интерес к предстоящим изменениям банковской системы, был настолько велик, что клан Ая, который представлял вчера господин Ясоу, уже на следующий день прислал шесть главных людей, которые обеспечивали функционирование одного из крупнейших после императорского, банка Японии.

Джина тут же принесла закуски, алкоголь, чай и я как хороший хозяин призвал их чувствовать себя как дома, ведь мы просто разговариваем, как деловые люди. Японцев моё отношение и в целом то, что я демонстративно снял пиджак и галстук, придав встрече не официальный вид, а просто доверительную беседу, расположило и они тоже немного расслабились.

— Господа, — я первый взял чай и закуски, — я рад, что вы хотите стать передовым банком Японии.

— Господин Реми, а можно как-то больше подробностей? — осторожно поинтересовался муж Аяки, — в указе императора слишком много белых пятен.

— Давайте сначала начнём с основного, готовы ли вы выставить свои акции на продажу? — поинтересовался я, — поскольку изменения будут значимыми, мне бы не хотелось терять контроль над ними.

— Господин Реми, хотя бы немного занавесу тайны вы нам приоткроете? — взмолился один из директоров банка.

— Хорошо, немного расскажу, — я пригласил их тоже присоединиться к моему завтраку и японцы, потянулись к чайнику.

— Сколько у вас офисов по всей Японии?

— Порядка шестисот господин Реми.

— Я планирую всех их связать единой сетью, чтобы информация о транзакциях всегда была у вас в реальном времени, — ответил я, что вызвало их огромное удивление, поскольку сейчас это происходило обычно с помощью факсов или допотопных модемов.

— Как такое возможно? — изумился Ясоу.

— Волоконно-оптические линии связи, современные более высокоскоростные модемы и персональные компьютеры, — я пожал плечами, — ну и разумеется программное обеспечение под всё это. Я больше двух месяцев потратил, чтобы отладить новую операционную систему, а также ПО под железо и саму банковскую систему, взяв за основу существующую, которую я весьма сильно модернизировал.

— А нам можно посмотреть, как это работает? Или у вас нет реального образца? — поинтересовался самый старший из них.

Я задумался, поскольку две машины у меня как раз были, в моём серверном помещении, где я пробовал и тестировал как всё работает, собрав все интересные для себя устройства со всего мира. Их я опробовал, улучшал или перепрограммировал с помощью нейросети, которой просто задавал нужные мне параметры. По факту я ничего не изобретал нового, просто использовал нестандартно уже существующие в разных точках мира приборы и технику.

— Хорошо, пойдёмте покажу вам.

Мы спустились на три этажа ниже, прошли три кордона охраны, и я запустил их внутрь, где гудели стойки с собранными мной серверами, единственными пока в мире в такой конфигурации двух юнитового варианта. Японцы оглядывались вокруг, их интересовало всё, и я нисколько не сомневался, что они об этом посещении расскажут. В этом я не видел проблем, ведь китайцам сегодня показал то же самое, предполагая, что они передадут сведения о неизвестных технологиях своим кураторам, косвенно подтверждая мои слова о том, что у нас есть новые, неизвестные никому прототипы новой техники.

— Садитесь за один из компьютеров, а вы господа, за тот дальний, — я показал им на две машины, соединённые кабелем, включённым в модемы, а от них, затем в системные блоки.

— Думаю интерфейс программы вам знаком господин Ясоу, — я показал мужчине используемую в большинстве банков оболочку, — проведите какую-нибудь операцию.

Далее мы смотрели, как на экране второй системы всплывают транзакции, которые тот вводил у себя. Японцы внимательно за этим смотрели, задавали вопросы, и когда муж Аяки подошёл и убедился, что действительно все отражено на втором мониторе другого компьютера, он покачал головой.

— Это просто какое-то чудо господин Реми, банки за это руку себе отгрызут.

— Поэтому я и предлагаю вам сотрудничество, — я улыбнулся, — я вкладываю в вас деньги, а вы первыми покупаете у «Arasaka» этот проект. Думаю, за два месяца мы свяжем все ваши токийские филиалы, за полгода всю Японию. Сейчас везде идёт прокладка магистрального кабеля, чтобы это стало осуществимо.

— Мы согласны, господин Реми, — самый старший из японцев по возрасту, протянул мне руку, — я вижу в этом огромный потенциал.

— Давайте тогда я покажу вам ещё один свой экспериментальный проект? — закинул я следующую удочку.

Они конечно же согласились, и подождали, когда я принёс большой и тяжёлый терминал, совмещённый с GPON модемом и подключил его к ближайшему компьютеру.

— Смотрите, — я открыл коробку и достал из неё кусок пластика, с большим чипом внутри, — это пластиковая карта. Будущее всех расчётов с деньгами. Каждый клиент банка будет иметь по такой, вместо наличных денег.

— А как она работает? — заинтересовались японцы.

— Во всех местах: кафе, магазинах, ресторанах, будут стоять подобные терминалы, — я показал на большую гробину, — человек приходил совершить покупку, вставляет карту в терминал, продавец вводит сумму и вот, деньги, хранящиеся на счету клиента, с помощью связи терминала с банком списываются.

Я всё показал, как это будет происходить, и потрясённые японцы увидели, как с тестового счёта и правда списалось 100 иен.

— Насколько это безопасно господин Реми? — потрясённо спросил один из них.

— Я планировал добавить код, который будет знать только клиент, — сказал я, — ну и готов выслушать ваши предложения, я ведь говорю — это прототип.

Банкиры переглянулись.

— Господин Реми, мы готовы подписать соглашение с «Arasaka» о сотрудничестве, — сказал Ясоу за всех.

— Тогда пойдёмте обратно, я позову своего партнёра, и мы обсудим остальные финансовые детали.

Они согласились, и мы вышли из серверной, которая их весьма сильно впечатлила, снова поднимаясь наверх.

* * *

Количество встреч и новых проектов, куда включалась «Arasaka» росло по экспоненте, деньги вкладывались во все проекты, которые я считал приоритетными для будущего, даже если меня никто не понимал, в том числе и Коичи. Но все счета были только моими, доступа к основным офшорным фондам не было ни у кого, так что я единолично решал, куда пойдут средства компании, как, впрочем, и оплата всех текущих расходов, которые тоже увеличивались всё больше и больше с каждым месяцем.

Единственное, что меня смущало всё это время — это буравящие взгляды в спину, когда наставала смена дежурства близняшек. Они знали о существовании серой папки в сейфе, а также то, что я до неё никак не могу добраться. Их это злило, так что, когда во время очередной поездки на меня жалобно стали очередной раз смотреть, я не выдержал и сказал, что вечером вместе её почитаем. Не слушая их счастливые визги, я за целый день бесконечных переговоров и встреч забыл о данном обещании, но разумеется, они не дали спокойно мне отдохнуть, вместе со мной поднявшись в купленную квартиру.

Я вздохнул, пошёл переоделся и вернувшись из спальни, плюхнулся на диван, открывая папку с документами, которые мне передала Джина. Девушки ждали, пока я отберу им то, что касалось князя Воронцова, я же начал с основного, чтобы заинтересовало бы в первую очередь бывшего хозяина этого тела Тихона, а конкретно смерть его родителей, и причины, по которой его самого не пустили на алтарь, а передали японцам.

Как я правильно и думал, ответ крылся в алтаре и энергии. Император, который был Бессмертным, готовил своего сына к повышению его сил, и для него клал на алтарь ближайших родственников. Пострадали не только родители Тихона, но и очень много других близких родственников для возвышения Алексея. Меня тоже готовили к этой же участи, но захват пленников, среди которых оказался один аристократ, знавший место расположения русского алтаря, а также кое-какие тайны, которые не должны были попасть к японцам, смешал все карты. Прекрасно понимая, что при переливе энергии все эти тайны могут узнать, русскому императору пришлось согласиться на невыгодный для себя размен, прикрываясь официально тем, что он отдаёт одну жизнь, в обмен на сто. Это конечно поднимало его авторитет в глазах аристократии, но не решило главную проблему, где взять ещё сильных одарённых для ритуала. Больше ничего в документах по этому поводу не было, так что отложив их, я перешёл к информации о ближайшем человеке императора — князю Воронцову.

Мои неизвестные информаторы очень хорошо постарались, предоставив для чтения весь спектр его деяний за последние десять лет. Где только он не побывал и чего только не творил, всё было скрупулёзно записано и учтено, и где-то даже снабжено фотографиями. Увидел я там и фамилию Велес, а также то, что произошло с родителями сестёр, подтвердившее их рассказ о том дне, когда те погибли. Что меня заинтересовало, так это банки и счета князя Воронцова, в которых хранились деньги Рода, а также примерный объём его казны в золотых слитках и драгоценных камнях, и главное место, где это всё лежало, на огромной глубине под его усадьбой, куда можно было попасть только телепортом. Координат не было, похоже придётся это устанавливать опытным путём, поскольку наложить лапу на подобное сокровище конечно же тут же захотелось.

Остальная информация касалась его лично, с какими Родами он дружил, с какими враждовал, а также перечень вассалов, который был весьма впечатляющим. Отделив листы, где была ненужная информация для сестёр, я остальное протянул им для ознакомления. Они жадно бросились читать, а особенно рассматривать фотографии. Я видел, что, когда они дошли до той, на которой были их родители, обе расплакались и отвернулись от меня.

Когда они прочитали всё, то вытерли слёзы, забрали себе фотографии родителей и повернулись ко мне с большим вопросом в глазах.

— Что дальше господин Реми? — спросила Мария.

— Думаю первым делом, мы лишим его денег, — я пожал плечами, — а уже потом, используя их как наживку, выманим его из логова.

— Когда?

— Не нужно меня торопить, — я покачал головой, — вы видите, что я не бездельничаю.

— Мы много что видим, — согласно кивнула Елена, — даже то, что не видите вы.

— Например? — тут же насторожился я.

— Среди ваших друзей и подчинённых директоров стали сколачиваться группки по интересам, — хмыкнула Елена, — одни борются за влияние на вас, другие за то, чтобы вам в кровать подсунуть свою девушку, третьи хотят больше денег на свои направления.

— Мне пытались кого-то подсунуть в кровать? — изумился я, поскольку остальное для корпорации было вполне обычным явлением, — кого? Когда?

— Помните двух новых секретарей? Одна русская блондинка, вторая хрупкая японка?

Я напряг память, но ничего похожего не помнил, а если такое и было, то загруженность последних месяцев была такой, что я на женщин вообще не обращал внимания. Ну точнее обращал, но не как на объекты полового влечения, откровенно было не до этого.

— Нет, — честно ответил я им.

Сёстры переглянулись и хитро улыбнулись.

— Как там у вас дела с Ником? — напомнил я им о другом нашем разговоре.

— Его Елена откровенно мешает нашему сближению, — Мария разочарованно развела руками, — видимо почуяла чем пахнет и теперь с ним не разлучается.

— А парнишка и рад, — понял я.

Девушка кивнула.

— Вы были правы — первая любовь, самая сильная.

— Хорошо, подумаю над этим, когда будет время, это сейчас неосновная задача, французы пока довольны работой и не хотят уходить.

— Это да, Ник нам много раз об этом говорил, что рад, что у него сейчас есть всё, о чём он мечтал.

— Ладно, уже поздно, можете быть свободны, — я собрал те документы, которые не предназначались для их глаз, и сложил обратно в папку, чтобы убрать в сейф.

— Дежурство всё равно наше, — Мария потянулась, хрустнув суставами, — не против, если мы тут поспим у вас?

— Как хотите, — отмахнулся я, уходя к себе в комнату.

Утром я позвонил Кёкэ-сану и попросил его прислать доверенного человека, который отвезёт ему папочку, которую нужно будет внимательно изучить и спланировать операцию.

— Я вам перезвоню господин Реми, как ознакомлюсь с ней, — кратко ответил он, чтобы не передавать лишней информации по телефону.

— Хорошо, у меня с утра встреча в офисе NTT, затем заеду к телевизионщикам, а потом буду у себя, — дал я ему свой примерный маршрут следования.

— Спасибо, если мой помощник вас не поймает, я вам позвоню, — хмыкнул он и отбился.

Выйдя из ванной, я вытирая волосы полотенцем замер, поскольку две девушки, одетые только в нижнее бельё и мои футболки, готовили завтрак из того, что нашли в холодильнике. А было там не сильно много, поскольку Джина перестала в это вмешиваться, поскольку я запретил ей посещать любое место, где я живу.

— Вам не кажется, что это перебор? — спокойно поинтересовался я.

— Что? Готовить тебе завтрак? — удивлённо захлопала ресницами Мария, — почему?

— Он о том, что мы не совсем одеты, глупышка, — поправила её сестра.

Мария стала тут же краснеть и бросилась к халату, быстро надев его на себя.

Я покачал головой, но не стал это никак комментировать больше. Насколько я помнил, девушки не любили, когда к ним приставали, поэтому терять людей, на которых у меня были планы только ради кратковременного секса было весьма недальновидно.

— Следующий раз, одевайтесь до моего прихода пожалуйста, — я поблагодарил Марию кивком, когда она поставила передо мной кашу с сосисками, — вам не нравится, когда на вас смотрят, поэтому нечего самим это провоцировать.

— Вам можно, — тихо сказала Елена и снова покраснела.

— Хорошо, мы понимаем, — ответила за неё Мария.

— Кёкэ-сан займётся разработкой плана атаки, вместе с Диего, поэтому дождёмся их вариантов.

— Будем ждать и не отвлекать вас, — согласились обе сестры с предложенной последовательностью действий.

Когда мы закончили завтрак, то отправились все переодеваться и затем вышли из квартиры, где нас ждал кортеж и их сменщики. Поздоровавшись с супругами, они передали меня им, а сами сели в другую машину, чтобы поехать домой.

Глава 12

В офисе сотовой компании меня ждали Коичи и Аяка, а также весьма напряжённые топ-менеджеры компании. Поздоровавшись с ними, я начал беседу.

— Для начала господа познакомимся. Меня зовут Реми Тонсу — это мой партнёр господин Коичи Тайра — отвечающий за финансы, и второй партнёр, отвечающий за кадры — госпожа Аяка Тайра. Прошу вас представиться тоже.

Японцы стали вставать и по одному кланяясь, представлялись. Оказалось, что они из разных кланов, что меня весьма удивило.

— Я ознакомился с вашим финансовым отчётом за три последних года и понял, что компании нужны новые вызовы. Вы слишком долго топтались на одном месте.

Недовольные и настороженные взгляды смотрели на меня со всех сторон.

— Поэтому я хочу объявить вам, что мы используем опыт других стран, где сотовая связь находится в более прогрессивном состоянии, чем у нас в стране и «Arasaka», как материнская компания, предоставит NTT большой кредит на покупку самого современного оборудования из ОША. Мы сменим устаревший стандарт NMT, на более новый, с поддержкой самых последних технологий.

Японцы стали ещё более неживыми.

— Я понимаю, изменения не любит никто, — я повернулся и посмотрел поочерёдно на каждого, никто не смог выдержать мой взгляд.

— Но поверьте, вскоре мы с китайскими коллегами разработаем новый телефон, который просто разорвёт рынок в клочья. Люди в очереди будут становиться, чтобы его приобрести, и вот тут, наша главная задача обеспечить с вами идеальный сервис работы сети, так чтобы эти телефоны работали у нас без каких-либо проблем. Вопросы?

Все молчали, лишь переглядываясь между собой.

— Господа, я бы хотел услышать ваши мысли по тому, какой вы хотите видеть нашу компанию в будущем? — снова попытался спросить я, но тщетно.

— Ладно, я понимаю, это для вас всё неожиданно, так что дам время подумать, и мы встретимся снова, — склонил я голову, — думаю в следующую пятницу вас устроит?

— Да господин Реми, — сказал один из них, — это даст нам время подумать о ваших словах.

Я с улыбкой с ними попрощался, пожал каждому руку, и мы с партнёрами вышли из здания компании. С моего лица сразу сползла натянутая туда ранее фальшивая улыбка.

— Аяка, уволь весь этот состав, вплоть до директоров подразделений. Сама съезди в Америку, найди нам варяга среди заместителей топов тамошних сотовых компаний, готового переехать в Японию за большие деньги. Контракт с ним обсудишь сама.

— Слушаюсь господин Реми, — склонила она голову.

— Коичи, съезди тоже с сестрой, осмотрись, поговори с операторами, узнай чьё оборудование используют, присмотрись к людям. В общем помоги ей подобрать нам хотя бы первичный состав СЕО, кто это всё потащит на себе вперёд, а то сам понимаешь, иначе это будем делать мы с тобой.

— Хорошо Реми, — кивнул он, — я понимаю важность.

— И да, у меня для тебя ещё одна неприятная новость, — нехотя признался я, поскольку долго думал, говорить ему вообще об этом или нет.

— Давай, — обречённо махнул он рукой, — добей меня.

— Я забираю у тебя Такаши Кусакабэ, — признался я.

— Нет! Реми! — мгновенно возмутился он, — это мой самый компетентный директор! Нет! Я против! У тебя вообще нет совести!

— Коичи, прости, но нам нужен человек, кто возглавит императорскую почту, когда я начну в ней преобразования, — я покачал головой, — за неё и банки я отвечаю перед Дайго-саном, и поэтому не намерен рисковать. Такаши же, мало того, что сам из того клана, что отвечает за почту сейчас, так ещё и работал там и знает всю подноготную. Поверь мне, я перебрал много кандидатур, но лучше его не нашёл.

Коичи хоть и был недоволен, но услышав аргументы, скривился.

— Мне нечего ответить тебе кроме того, что согласен с твоими словами, хотя только представлю, что он уйдёт, как сердце сразу кровью обливается.

— Поручим ему найти себе замену, чтобы ты опять не погряз в пучине логистических цепочек, — подбодрил его я, — у него будет пару недель на передачу дел, обещаю тебе.

— Ладно, забирай, — пробурчал партнёр, — куда теперь? В NHK?

— Да, я попросил господина Шина представить нам своё видение развития канала, — ответил я.

— Я думаю вы зарубите всё, что он предложит, поскольку у вас уже есть какие-то свои варианты, — хмыкнула идущая рядом Аяка.

— Так, т-с-с-с, — шикнул на неё я, — человек старался, придумывал, не будем так явно показывать наше безразличие к его труду.

— Ну-ну, — девушка фыркнула, и неожиданно взяла меня под руку.

— Чего? — удивился я, её жесту, — муж бьёт или с финансами проблема?

— Реми, спасибо, — она поднялась на цыпочках и поцеловала меня в щёку, — ты бываешь временами невыносим, но я всё равно тебя люблю.

— У неё нашли крота, сейчас служба безопасности поднимает документы, к которым он имел доступ как руководитель отдела, — спокойно наябедничал на неё Коичи.

Я убрал свою руку и покачал головой, а смущённая Аяка, злобно посмотрела на брата.

— Нечего лезть к моим людям со своими тестами, — огрызнулся тот.

— Так, девочки и мальчики брэк, — я хмыкнул, — если у вас проблемы в производственных взаимоотношениях, приходите ко мне, я вас помирю.

— Спасибо Реми, но мы как-нибудь сами, — поморщилась девушка, — твои методы работы с сотрудниками, а особенно сотрудницами, мне больше не подходят. Так что я уж как-то сама с братом договорюсь.

— Даю вам неделю, иначе вмешаюсь, — улыбнулся я, и оба вынуждены были согласиться.

За разговорами и обсуждением их поездки в Америку, поскольку я им накидывал ещё заданий по ходу, мы доехали до здания NHK, где нас встречал на входе директор и десяток его высших руководителей. Увидев нас всех троих, он тут же засуетился, и проводил в большой актовый зал, где стал показывать презентацию на больших листах и рассказывать, как он хочет поднять рейтинги телевизионных программ. Мы всё выслушали, затем я протянул ему папку.

— Я хочу, чтобы вы всё сделали вот так.

Он резко вспотел, достал платок, протёр шею и взяв папку, открыл её на первой странице. Рот его открылся.

— Но господин Реми? Как это возможно показывать? Полуголые девушки, дуют через стеклянную трубку в рот друг другу живого таракана?

Аяка рядом отодвинулась от меня в отвращении.

— Именно.

Он перевернул следующе страницу.

— Состязание кондитеров. О — это хорошо, — забормотал он, но когда прочитал дальше, снова замялся, — гости шоу должны будут угадывать сладость это или настоящая вещь, в противном случае лизать её? Так к нам никто ведь не придёт господин Реми!

Он состроил жалостливое выражение лица.

— Начните не с самых известных гостей, — пожал я плечами.

— Так, спорт — это отлично, — стал листать он дальше, — да, отдельный канал под это просто прекрасно, и даже три разных, под иностранные виды спорта.

Тут он дошёл до вечерних шоу и ему стало плохо. Пришлось даже замам принести воды.

— Господин Реми, ну это же неприлично, — тихо сказал он, подойдя ко мне ближе и показывая на написанную мной строчку, — чтобы мужья с завязанными глазами гладили бюсты чужих жён, чтобы определить где своя? Кто это будет смотреть?

— Все, господин Шин, — я спокойно на него посмотрел, — объявляйте кастинг, делайте скелет программ, вам месяц на то, чтобы это запустить. Теперь у вас три кита, на которых будет держаться канал: эротические шоу, спорт и издевательства над гостями.

— Но, но, тут же столько работы! — испугался он.

— Я в вас верю господин Шин, — я поднялся с места, — и мои партнёры тоже. Вы ведь нас не подведёте?

Он выглядел пришибленно, и я был в чём-то согласен с ним, объём работы предстоял гигантский, но кто говорил, что со мной работать будет легко? Правильно, таких условий в контракте не было, пусть отрабатывает свою огромную зарплату.

Шин пошёл проводить нас, поскольку дальше мы разъезжались по своим делам, и ещё долго стоял на улице, смотря вслед машинам.

— В офис господин Реми? — поинтересовался Жан.

— Угу, позвони Джине, спроси, Такаши Кусакабэ уже пришёл?

Он кивнул и через пару минут ответил.

— Да, он ждёт вас.

— Отлично.

* * *

В офисе, при виде меня, сотрудники моментально покидали свои стулья, а те, кто встречался в коридорах, замирали у стен в низком поклоне. Я довольно прищурился, халявщиков больше не было видно, даже на половине Коичи. На диване, рядом со стойкой секретарей сидел в идеально отглаженном костюме Такаши Кусакабэ. При виде меня, он также поднялся и замер в позе со склонённой головой, да и сами секретари все до единой встали в ряд, приветствуя меня.

— Привет Такаши, рад тебя видеть, — поприветствовал я молодого мужчину.

— Добрый день господин Реми, — он осторожно пожал мою протянутую руку.

— Идём за мной, — я показал головой и отправился к лифтам, а оттуда в мою серверную. Он беспрекословно подчинился.

Когда мы оказались вдвоём, я пошёл включать компьютеры, модемы, а он терпеливо ждал меня, пока я закончу.

— Иди сюда, — когда я настроил технику, я позвал его подойти ближе.

— Что ты тут видишь? — я показал ему пальцем в монитор.

— Похоже на журнал входящей и исходящей почтовой корреспонденции, — мгновенно определил он.

— Молодец, я сделал оболочку так, чтобы любой, кто раньше работал с почтовыми отправлениями мог в ней разобраться, — кивнул я, — возьми вон ту коробку, изображающую посылку и поднеси вон к тому устройству.

Он это проделал и модем пикнул, отправляя отсканированный штрихкод в программу, которая показала соответствие посылки с этим цифровым кодом. Также становилось известно: кто отправил, кому и код отправки. Такаши замер на месте, рассматривая заполненные автоматически поля. Затем поднял на меня взгляд.

— Господин Реми — это ведь просто чудо!

— Что-то я слишком часто слышу в стенах этой комнаты это слово, — хмыкнул я, — как оцениваешь подобное нововведение для императорской почты?

— Это просто перевернёт всё! — убеждённо сказал он, — всё станет много проще, быстрее и ничего не потеряется!

— Рад, что ты это понял сам и ничего не пришлось объяснять, — улыбнулся я, — может быть ещё догадаешься, зачем я тебя позвал к себе?

Он на пару секунд прикрыл глаза.

— Господин Реми, можно мне отказаться? — спросил он, открывая их, — весь клан будет против нововведений, несмотря на явное улучшение работы в целом. Почта очень консервативна ко всем изменениям.

— Нет Такаши, поскольку я уже отпросил у тебя у Коичи, — я покачал головой в жесте отрицания, — а как понимаешь, он не был доволен этим фактом, так что прежде чем ты возглавишь всю почту Японии, найди пожалуйста себе заместителя на текущую должность.

— Сколько у меня времени господин Реми? — тяжело вздохнул он, видимо предчувствуя борьбу с родными.

— Две недели максимум, и я, понимая предстоящие у тебя проблемы попрошу у Диего выделить тебе телохранителей, — я внимательно посмотрел на него, — скажу только тебе, что это дело поручил мне выполнить император и я не остановлюсь ни перед чем, чтобы его выполнить. Даже если ради этого придётся сократить Японию на один клан.

— Я постараюсь донести до родных вашу позицию господин Реми, — поклонился он.

— Спасибо Такаши, — я протянул ему руку, — Коичи от тебя в восторге, не подведи теперь и меня.

— Я помню, что именно вы вытащили меня из той глуши, господин Реми, — он пожал руку в ответ.

— Отлично, тогда поговори с госпожой Аякой, пусть назначит тебе новый оклад, пропишет обязанности и вперёд, мне нужны Такаши быстрые результаты, чтобы порадовать императора. Технику тебе предоставит Кёкэ-сан.

— Я приложу все свои усилия, господин Реми, — склонился молодой человек в поклоне.

— Ладно, тогда иди, а я ещё поработаю над прототипами, — показал я ему на дверь, — хотя постой, идём вместе, я закрою за тобой.

* * *

— Дайго, как результаты? А то мне только ленивый не пожаловался на твоего протеже, — император, одетый только в ночной халат, тапочки и шапочку, развалился на кресле, пощипывая виноград со столика под рукой.

— Налоги в казну увеличились на тридцать процентов, — глава службы безопасности открыл документ и стал зачитывать, — штрафы за недоплату налогов только за последние три месяца превысили десять миллиардов иен. Все проверки, которые мы запускали по жалобам истцов, показали, что они и правда скрывали от государства налоги. Программа, разработанная в недрах «Arasaka» работает как часы, все отчёты теперь пропускаются сначала через неё, прежде чем попадают на стол инспекторам, которые стали работать усерднее, зная, что мы можем контролировать их работу.

— Про систему оповещения можешь не говорить, — император отмахнулся рукой, — военные уже мне весь парадный халат слюнями залили, уговаривая приобрести её у «Arasaka». Жаль конечно у нас её не было во время войны с русскими, сколько бы людей спасли.

— Согласен с этим утверждением, ваше императорское величество, — склонил голову родственник.

— Как думаешь, не сильно ли много власти получает эта компания, всё же в ней главный не японец, а русский?

— Она поделена на три части ваше императорское величество. Одна, большая часть действительно принадлежит русскому парню, две другие у детей Тайра.

— Удалось установить, поддерживает ли он связи с родиной?

— Ни одной встречи или звонка, несмотря на обилие у него деловых встреч с другими представителями мирового бизнеса. Есть подтверждённая информация, что он затаил злость на российского императора, за то, как тот с ним поступил.

— Это нам безусловно на руку, — согласился император, лениво перебирая виноград, между пальцев, — что насчёт почты и банковской системы?

— Он уже начал преобразования, — родственник посмотрел в свои записи, — те специалисты, которые видели технику, которую устанавливают во всех токийских офисах, осторожно говорят о том, что скоро всё очень сильно изменится.

— В какую сторону Дайго? — хмыкнул император.

— Они оценивают эти преобразования, как огромный даже не шаг, а скачок вперёд мой император, — склонил тот голову, — я лично говорил с ними, они находятся под огромным впечатлением от возможностей этого оборудования, поставляемого «Arasaka».

— Нашим специалистам удалось понять принципы работы его программ?

— Машинные команды, которыми его программы общаются с самим железом в двоичном коде ваше императорское величество, ничем не отличаются от наших. Вот только высокоуровневый язык, который осуществляет этот обмен, понять не может никто. Это какая-то саморазвивающаяся программа с неизвестным кодом, который к тому же может увеличиваться или уменьшаться в размерах под нужные задачи. Наши специалисты разводят руками, они никогда ничего подобного не видели.

Правитель поморщился.

— Это всё слишком сложно для меня. Единственно, я понял, что Реми Тонсу — гений, опередивший своё время.

— Получается, что так мой император, — Дайго-сан развёл руками, — я под свою ответственность привлекал и иностранных высококлассных специалистов, все до единого умоляли меня познакомить с создателем этого кода.

— Да уж, — правитель покачал головой, — а что там за новая программа, которую он хочет установить на все компьютеры, в том числе и дворцовые? Я так понял по соображениям безопасности вы ему отказали в этом?

— Да ваше императорское величество, — склонился глава безопасности, — он показал нам новую операционную систему, в разы облегчающую взаимодействие с компьютерами, особенно для неподготовленных людей. Там всё настолько просто и интуитивно понятно, что я боюсь, что вскоре она будет стоять везде, тем более, что распространяется она «Arasaka» абсолютно бесплатно. Многие компании, имеющие персональные машины, уже с радостью установили её себе, говоря, что это сильно облегчило обучение персонала при работе на компьютерах.

— Этот пострел везде поспел, — покачал головой правитель, — ты всё же проведи негласное расследование, завербуй его людей, чего нам вообще ожидать от такого активного молодого человека.

— Я уже пробую это мой император, но там такая продвинутая служба безопасности, возглавляемая известным вам Кёкэ Фудзивара, работающего со схожими с нами методами, что проникнуть в компанию на мало мальки руководящие должности является серьёзной проблемой.

— Я слышал и мне рассказывали, кто именно на него работает, от обилия фамилий и главное известных лично мне людей может показаться, что это враньё, как их можно было всех собрать в одном месте?

— В кризис, который Япония только сейчас начала преодолевать, «Arasaka» одна из немногих, кто смогла не только остаться на плаву, но и собрать вокруг себя хороших специалистов и главное активы.

— Дайго, поручаю тебе, присматривай за ним лучше! — попросил правитель, — подложи под него кого-то, нам жизненно важно узнать его настроения и планы.

— Предприму все усилия мой император.

— Что насчёт алтаря? Есть новости?

— Канул в неизвестность, русские отказываются оттого, что они причастны к его похищению, несмотря на то, что все улики указывают на них.

— Дайго, я не буду говорить тебе, насколько он важен для империи, ты это знаешь и сам, но я приказываю — нам нужен алтарь, не наш, так чужой! Без него мы с каждым годом будем только слабеть! Посмотри на Корею! Позор, а не одарённые!

— Я это прекрасно понимаю ваше императорское величество, — склонил голову Дайго-сан, — на это выделены лучшие мои силы.

— Хорошо, жду результатов по всем поручениям.

— Слушаюсь мой император.

* * *

Женщина, стоя словно статуя, отвечала на сыплющиеся вопросы. К раздражению спрашивающих большая часть ответов была «нет» и «не знаю».

— Джина, мы разочарованы, — наконец взбешённый тем, что самую нужную информацию они так от неё и не узнали, повысил голос один из допрашивающих, которые сидели в темноте комнаты, и их лица не были видны, — ты не заслужила возвышения и следующие пять лет будешь работать без него.

Женщина растерялась, это было словно ударом под дых.

— Но моя очередь! Я так старалась! Я и так смогла сделать всё, что только могла. Он закрыл мне все доступы, проводит один те встречи, которые не хочет, чтобы я знала без меня. Я словно слепой крот рядом с ним.

— Именно поэтому ты бесполезна, мы рассчитывали, что твоя подготовка сможет тебе достичь большего.

— Но я ведь принесла вам информацию по части его новых проектов! — она пыталась защищаться, — соблазнила почти десяток людей, убила ещё больше, чтобы выпытать у них имеющиеся данные и попала даже в его тайную комнату, куда закрыт доступ для всех!

— Этого мало! — грубо оборвал её один из тех, кто сидел в темноте, — с этим справилась бы и обычная шл…а, а не Абсолют второй стадии возвышения.

— Это было всё, что было в моих силах, — сжав зубы, чтобы не выругаться, сказала она.

— Ты не узнала главного: кто за ним стоит и где они прячут алтарь!

— Об этом не знает никто из его ближайшего окружения, — Джина покачала головой, — я даже слухов и намёков про это не слышала, хотя с некоторыми охранниками была знакома весьма близко.

— Господа, — раздался спокойный голос, — не будем к Джине слишком строги, из того что слышал я, она и правда смогла сделать максимум. Все внедряемые нами люди в «Arasaka» либо исчезают, либо им предлагают уволиться мирно. Служба безопасности в компании поставлена на высочайшем мировом уровне.

— Пусть так, но что делать нам? Прошло уже большое количество времени, а мы не знаем о нём совершенно ничего, кроме того, что то, что он обещал нам, он выполняет, да ещё и опережающими темпами.

— Вы анализировали, насколько его прошлые слова близки к тому, чтобы воплотиться в жизнь? Нам нужны гарантии того, что при новой модели мира мы не потеряем деньги и власть.

— О нет, тут господа будьте спокойны, — раздался смешок из глубины комнаты, — мои аналитики внимательно смотрят за тем, как и что он реализовывает в Японии и все как один говорят, что при такой централизованной модели управления банков и фондовых бирж, финансовые капиталы с лёгкостью захватят весь мир. У меня к вам есть предложение, протянуть ему руку помощи и в странах, подконтрольных нам, начать схожие процессы.

— Вы уверены? — раздалось сразу несколько озабоченных голосов, — насколько это безопасно для нас и денег.

— Вы как хотите, а я уже поговорил со своими людьми в Сенате, и они вышлют своих представителей к нему в Японию с предложением о сотрудничестве, — с тихим смешком сказал тот же человек, — в Америке, если мы внедрим похожую систему, то только на выводе компаний на биржу, и разницы курсов акций на момент их вывода на IPO и когда курс потом станет стабильным, я планирую заработать триллионы долларов. Представляете сколько мы зараз выведем компаний на электронные торги? Перейдя на них с бумажных аналогов?

— Банковская сфера не готова к перемещению внутри неё таких огромных сумм денег, — покачал головой один из них.

— Ко времени организации электронной биржи всё будет готово, поверьте мне.

В комнате настала тишина, а Джина замерла и старалась не дышать.

— Поговори с ним, прикинься, что предала нас, расскажи ему о многих внутренних вещах нашей организации, — внезапно раздался новый голос, — мы согласуем тебе то, что ты сможешь ему раскрыть. Будь честной и открытой, он должен поверить, что ты недовольная тем, что мы отклонили тебе возвышение, тем более, что это правда и переметнулась на его сторону.

— Если вы разрешаете, я приложу все силы к этому господин, — Джина наклонила голову.

— Отлично, тогда на этом твой годовой отчёт считаем оконченным, пригласи следующую Тень.

— Слушаюсь, — Джина, вздохнула свободнее, она думала, что наказание за невыполненную работу будет суровее. Да, потеря возвышения сильно ударит по ней и её внешности, но что делать, ведь всё могло быть ещё хуже.

— Следующий, — сказала она, не видя людей, кто сидел в разных комнатах. Из одной из них скрипнул стул и чёрный силуэт направился к ещё одной двери, через которую докладчики входили в комнату. Сама же женщина вздохнула и направилась к выходу, нужно будет продумать, как снова завоевать доверие скользкого как угорь и недоверчивого босса.

Глава 13

О том, что к нам в страну прибывает правительственная делегация из ОША, я узнал от Дайго Минамото, который позвонил мне и сказал, чтобы я расчистил свой календарь, поскольку сенаторы хотели бы со мной поговорить, в числе других встреч, которые будут проходить на высшем уровне. На мой удивлённый вопрос о теме беседы он не смог ничего сказать, единственное заметил, что кроме меня из бизнесменов Японии, они не будут ни с кем больше встречаться. Это меня сильно озадачило, и я попросил Кёкэ-сана узнать, кто такие, кого представляют и прочее. Понятное дело, что его возможности в Америке были сильно ограничены, но он всё же смог достать информацию о том, что они чаще всего при принятии законов лоббируют интересы банкиров, а точнее следующих банков: JPMorgan Chase Co, Citigroup Inc и Bank of America Corp.

— «Начинаю догадываться о причинах их появления в Японии, — задумался я, услышав названия трёх крупнейших банков Америки, которые имели представительства в более чем сотне других стран, — вот только что им нужно конкретно от меня?».

— Господин Реми, — голос Джины отвлёк меня от мыслей, поэтому я положил телефон на стол, и поднял на неё взгляд.

— Что случилось? Я не вызывал тебя.

От неё стали исходить эмоции смущения, стыда, но я мог уже различать их истинную природу и понял, что это насквозь лживые чувства.

— Простите, но у вас будет час времени, на разговор со мной? — она заискивающе посмотрела на меня, — он касается приезда американцев в Японию, я знаю для чего они приехали.

— Да? — удивился я, — расскажи, мне будет интересно.

— Можно это будет сделать не в офисе, а где-то в более приватной обстановке, чтобы нас не могли подслушать? — снова на меня обрушился эмоциональный шторм из смеси обожания и влюблённости.

— Что же, встреча завтра, давай поедем ко мне вечером, у нас будет время поговорить.

— Спасибо господин Реми — это всё, что я хотела, — поклонилась она и вышла, оставив меня в крайне задумчивом состоянии. Интересно было то, что она могла рассказать, но с другой стороны имелось опасение, что не сболтну ли я сам чего лишнего. Интерес в конце концов перевесил, и я решил узнать, что она хотела мне рассказать.

Весь этот день Джина была предупредительной, чаще необходимого заходила ко мне, я же не раздражался, а просто ждал вечера. Закончив все дела, ближе к двенадцати мы поехали ко мне домой и пропустив её в свою одинокую берлогу, где давно не было женщин, я показал на холодильник.

— Не знаю, что там есть, но если голодная, то поищи.

На моё удивление холодильник был забит продуктами, видимо кто-то об этом позаботился в моё отсутствие, а здраво рассудив, кто мог сюда зайти без меня, я понял, что это могли быть либо сёстры, либо французы. Вторые вряд ли бы стали настолько обо мне заботиться, а вот первые вполне.

Женщина демонстративно разделась до нижнего белья, повесила свою рабочую одежду в шкаф и накинула на себя халат, отправившись готовить нам ужин. Мне пришлось тоже переодеться, чтобы не сидеть, как идиоту в деловом костюме. С готовыми полуфабрикатами она справилась быстро и уже скоро мы сидели и ужинали, друг напротив друга.

— На прошлой неделе я брала у вас отгул, сказав, что заболела, — начала она разговор, отложив от себя вилку с ложкой, — но на самом деле я отчитывалась своим боссам о годе, проведённом вместе с вами.

— Молодец, — спокойно ответил я, — отчётность превыше всего.

— Господин Реми, — она жалостливо посмотрела на меня, — я так сожалею, что мы перестали общаться. Без вас стало неинтересно и скучно.

— «Настолько, что ты перетр…сь с половиной людей, которые могли тебе обо мне рассказать хоть что-то, а другую устранила, — хмыкнул я про себя, но вида не подал. Джина всегда встречалась с людьми в укромных местах, никогда не афишируя свои знакомства, но от Кёкэ-сан трудно укрыться в небольшом в общем-то городе, а поскольку никто важный для нас не пострадал, мы решили позволить ей развлекаться дальше».

— Отчётность, — вернул я её мысль на интересующую меня тему.

— Да, мои боссы были крайне удивлены вашими успехами и решили, что процесс проникновения новых средств коммуникации и связи нужно ускорить, именно поэтому сенаторы и приехали, чтобы обсудить с вами проект прокладки кабеля, между Японией и Америкой.

— Да? — удивился я, понимая, что активизировались люди, которые обещали ранее лишь присматривать за моими успехами, — ну что же, я от помощи отказываться не буду.

— Ещё, меня просто уничтожили за то, что всё это время вела себя холодно с вами, — она опустила голову, — лишили возвышения.

— А кто ты кстати по рангу? — мне стало интересно, и ещё более, когда я увидел, как на обоих руках женщины стремительно закрутились чёрные браслеты чакры, обвитые тонкими змейками коричневого цвета.

— Ты Абсолют какой, второй или третьей ступени? — поинтересовался я, — никак не могу вас различить.

— Второй, — кивнула она головой, — думаю это довольно трудно для человека, не имеющего дара.

— Ну да, я вообще ничего не чувствую, находясь рядом с одарёнными, — легко соврал я.

— Реми, — Джина с надеждой на меня посмотрела, — я сейчас сильно рискую, говоря тебе это. Если узнают о том, что я сказала, меня убьют.

— Да ты пока ничего такого и не рассказала, — пожал я плечами.

— А хочу! — она настойчиво посмотрела на меня, — мне нужно возвышение! Ради него я готова рассказать тебе всё, что знаю.

— Хм-м-м, — задумался я, поскольку это и правда было интересно, даже с учётом того, что она могла соврать где-то или не сказать всю правду. Много информации о таком закрытом обществе, как Бессмертные точно не было, с учётом того, что я сам кошу под знакомство с их местными аналогами.

— Надеюсь ты ведь не думаешь, что между нами всё станет по-прежнему, — чисто для неё сказал я, чтобы поддержать свой образ. Мне самому было всё равно, я мог с лёгкостью с ней переспать хоть сейчас, а утром перерезать горло, но девушка, сама лгущая мне, пусть думает иначе.

— Конечно! — мгновенно она ухватила наживку, — я просто хочу быть на твоей стороне, если ты пообещаешь мне возвышение.

— Об этом рано говорить, — отмахнулся я, — поэтому рассказывай.

Ткань халата конечно же совершенно случайно сползла с её плеча, когда она став серьёзной стала вываливать на меня тонны и правда интересной информации, большая часть из которой была правдой. Это очень сильно меня удивило, и заставило задуматься, что я видимо сильно нужен этим людям, если они готовы отдать мне в руки такое, лишь бы Джина снова была рядом со мной.

Закончила она рассказ словами о готовности быть моей служанкой, лишь бы заработать возвышение. Она опустилась на колени передо мной, и я увидел, как бурно вздымается её грудь.

— Хорошо, принеси мне прямо сейчас клятву верности и вступи в мой клан, чтобы навсегда порвать с прошлым, — спокойно ответил я, и женщина радостно вскрикнув тут же на это согласилась.

Я проговорил все нужные слова, а она их повторила. Особенно мне запомнился её одухотворённый вид, когда она произносила слова верности ко мне, на эмоциональном уровне я ощущал, как она желает стать мне верной и преданной, а вот мозг, отчётливо различал то, что всё это просто игра на высочайшем уровне. Внутри девушки, сидящей передо мной, не было ничего, кроме пустоты внутри. Она сделала большую ошибку тогда, когда осталась со мной рядом, и дала себя хорошенько изучить.

Закончив с клятвами, я сказал, что она может остаться здесь на диване, чтобы не идти в ночь и Джина горячо благодарила меня за это. Уйдя в свою спальню, я лёжа в кровати раздумывал над тем, что сегодня услышал, а девушка видимо решила, что навязываться будет плохой идеей, так что не постучалась ко мне в дверь и правда лишь заночевав в соседней комнате. Бонусом от этого был порядок в квартире, готовый костюм на вешалке и вкусный завтрак — она явно встала много раньше меня.

Поев и запив всё горячим чаем, я поблагодарил её и предложил вместе поехать на разговор с американцами. Она согласилась, и всем видом показывала, как благодарна мне за то, что я принял её к себе в клан.

* * *

На встрече с американскими сенаторами не было ничего интересного, всё уже рассказала мне до этого Джина, так что я лишь подтвердил заинтересованность компании «Arasaka» в строительстве трансатлантического кабеля, который должен был соединить Японию и Америку, а также то, что предоставлю им для анализа свою операционную систему «Arasaka», программное обеспечение для банковской системы, а также терминалы для пластиковых карт, и сами чипы для них.

Они заверили, что если правительственная комиссия одобрит их использование на территории ОША, то с «Arasaka» будет заключён контракт на массовую поставку. Причём всё это происходило при императоре и Дайго Минамото, которые молчаливо смотрели за тем, как мы договариваемся обо всём с американцами, подписывая договор о намерениях.

Когда встреча закончилась, и сенаторы удалились, меня попросили задержаться.

— Тонсу Реми, — император, с высоты своего трона внимательно посмотрел на меня, когда я склонился перед ним.

— Я весь внимание ваше императорское величество.

— Мы довольны твоей работой, — сказал он, удивив меня, — не считая тех, кто противится изменениям, которые нужны нашей стране после испытанного кризиса, остальные о твоей работе отзываются только с положительной стороны.

— Это заслуга всей команды, которая работает в «Arasaka», ваше императорское величество.

Он задумчиво покивал головой.

— Ты можешь дать эти свои системы Дайго? Он проанализирует их с точки зрения безопасности и примет решение о возможности внедрения во дворцовых делах и канцеляриях.

— Конечно ваше императорское величество, на тех же условиях, что и американцам, — склонился я.

— Когда заработает новая почта? — поинтересовался он, — я слышал ты сменил её управляющего.

— Уже скоро ваше императорское величество я покажу результаты. Обещаю, что как только заработают по новой схеме токийские отделения я скажу Дайго-сану об этом и он сможет провести проверку работоспособности перед внедрением по всей Японии.

— Тогда не будем прощаться, мы встретимся следующий раз с тобой на этой презентации, — внезапно заявил он.

— Это честь для меня ваше императорское величество, — низко поклонился я.

— На этом всё, аудиенция окончена, — он вяло пошевелил рукой.

Я ещё раз низко поклонился, и мы с сопровождающим меня в этой поездке главной службы имперской безопасности спинами вперёд вышли из тронного зала. Он проводил меня до машины, где неожиданно сказал.

— Это первое посещение настолько высокопоставленной делегации ОША в Японию за последние пять лет и у меня создалось впечатление, что прибыли они сюда только ради тебя.

— Не знаю Дайго-сама, — я пожал плечами, — вы сами видели, я никого не знал из них до этого ранее.

— Это и странно Реми-сан, что деятельность твоей компании заинтересовала и американцев. Ты ведь не так давно всем этим занялся.

— Видимо в Японии у них есть глаза и уши, — предположил я, — у меня нет ни малейших мыслей по этому поводу, кроме того, что я безусловно рад такому сотрудничеству. Чем шире будет охват моими программами компьютеров, тем дешевле и проще я смогу осуществлять их поддержку.

— Хорошо, завтра я заеду к тебе, приготовь необходимое ПО для исследования.

— Безусловно Дайго-сама, — низко поклонился я и попрощавшись с ним, сел в машину.

* * *

Вечером я поехал домой, и как-то так оказалось, что ненавязчиво Джина снова была рядом. Выгонять её, когда она стояла с пакетами продуктов в руках явно было неудобно, видимо она на это и рассчитывала. Кроме продуктов у неё в сумочке оказалась зубная щётка и пара бутылочек с какими-то мазями, которые ненавязчиво устроились на моём трюмо в ванной.

Она переоделась и стала заниматься домашними делами, так будто не было между нами года разрыва отношений.

— Реми, — она, увидев, что я сел на диван и смотрю, как она готовит, начала разговор, — сегодня я узнала, почему тебе сказали про Польшу.

— «Видимо новости она теперь дозированно будет выдавать, чтобы держать меня на крючке интереса, — хмыкнул я про себя».

— Да? И почему? — искренне заинтересовался я.

— У поляков есть алтарь, который им не нужен, но они торгуются за него и не хотят продавать задёшево, — ответила Джина, быстро нарезая овощи для обжарки.

— Твои боссы хотят, чтобы я создал условия, при которых они захотят его продать? — поинтересовался я.

— Реми, мои бывшие боссы, — она с укором на меня посмотрела, — я понимаю, ты не можешь мне доверять, но давай хотя бы пальцем в это постоянно не тыкать.

— Хорошо, прости, — я поймал себя на мысли, что даже это она сделала специально, чтобы вызвать у меня нужную реакцию. Что в общем-то было не удивительно, Джина была лучшим шпионом из всех, кого я когда-либо знал. Если бы она тогда не раскрыла себя, я вообще неизвестно когда догадался об этом.

— Сейчас, почти готово, — она закончила с готовкой и разложив красиво мясо и гарниром, поставила передо мной парящую тарелку.

— Накладывай себе и садись рядом, — я взял палочки и показал ими напротив своего места.

— Я хотела идти домой, — она застеснялась, — осталась лишь приготовить тебе еду и всё.

— Ну как хочешь, — я пожал плечами, приступая к еде. Её это взбодрило, и она сходила за своей порцией, усаживаясь скромно на указанное место. Короткий халатик тут же задрался, показывая её идеальные ноги и резинку ажурных чулков.

— Так что там про Польшу? — я попросил её продолжить.

— Да в общем-то из основного всё, — она аккуратно стала брать вилкой кусочки еды, — бывшие боссы просто хотят тобой воспользоваться для своей пользы, но ты ведь и сам не против, так что получается ваши интересы с ними совпадают.

— Где они хранят алтарь, конечно же неизвестно? — поинтересовался я.

— Нет, — она развела руками, — иначе его бы сразу похитили, как ваш японский.

Я сделал вид, что не заметил этой поправки, а она видимо из осторожности не стала настаивать.

— Похоже мне нужно будет взглянуть на эту страну лично, — продолжил я нужную мне тему, — составишь мне компанию на этих выходных?

— Если ты хочешь, то конечно, — она смущённо на меня посмотрела.

— Тогда договорились, — я доел, старательно стараясь не смотреть на её коленки и отправился в свою комнату.

В эту ночь, в отличие от прошлой, кровать под чужим весом слегка прогнулась и рядом оказалось тело в ночнушке.

— Боюсь спать одна, ты не против, если мы просто полежим вместе под одним одеялом? — наивно спросила она.

— Не против, — у меня от длительного воздержания и близости женского тела рядом гормоны целым коктейлем шибанули по мозгам, отключая почти всё критическое восприятие. Невероятным усилием воли, я взял тело под контроль, и только после этого положил руку на женское бедро.

Джина мгновенно повернулась ко мне лицом, и тесно прижалась.

— Реми, я так соскучилась по тебе, — хриплым голосом сказала она.

Наш секс, от осознания того, что я тра…сь с человеком, кто опаснее для меня, чем укус гремучей змеи, был невероятно жёстким и от того страстным. Мы совок…сь полночи, и только под утро наконец отлипли друг от друга.

— Ты невероятен, — она поцеловала меня в губы и устроилась под рукой, закрывая глаза якобы от усталости.

— Ты тоже дорогая, — ответил я правду, поскольку что-что, а трах…ся она умела и могла, совершенно меня измотав.

Глава 14

Неделя, за круговертью дел, пролетела как один день и в субботу, как я и планировал, мы отправились в Варшаву. Только если Джина думала, что только вдвоём, то сильно ошиблась. Когда мы заехали за Диего, парой его командиров, а также за Кёкэ-саном с племянницей. Их я оповестил приватно, лишнего в присутствии Джины не болтать, несмотря на то, как я с ней буду себя вести. Оба ближайших сподвижников лишь хмыкнули и заверили, что будут поддерживать только те темы, о которых я сам буду говорить.

Зарегистрировавшись у пограничников в аэропорте столицы, мы вызвали такси и на трёх машинах поехали сначала устраиваться в отель и только потом пошли осмотреться. Я тут же стал покупать газеты, отдавая их идущему рядом одному из командиров Диего, а тот будучи коренным поляком, стал зачитывать нам о том, что там написано.

— Походим по барам, послушаем о чём говорят люди, — решил я и мы тремя компаниями пошли по злачным местам.

Поскольку я был с Джиной только вдвоём, то в первом же баре пьяные поляки докопались до нас, пытаясь познакомиться с эффектной женщиной, которой не место рядом с сопляком. Так по крайней мере выходило по их словам. Он к моему сожалению оказался одарённым, так что кулак его не взял, но зато камешек, неизвестно откуда прилетевший в лоб самому настойчивому, пробил его защиту и успокоил его на полу. Трое остальных товарищей тут же от нас отступили, зло посматривая при этом на меня.

— Хорошо, когда твоя девушка Абсолют, — хмыкнул я, когда оплатив выпивку мы вышли из злосчастного бара.

— Я снова твоя девушка? — зарделась Джина.

— Ну мы идём под руку, спим вместе, — перечислил я, загибая пальцы, — трудно не заметить очевидного.

Она остановилась и приблизившись ко мне поцеловала в губы. Рядом проходившая молодёжь насмешливо просвистела, показывая на нас пальцами.

— Идём узнаем, как дела у наших товарищей, — сказал я и мы зашагали в сторону отеля.

У них поход по барам также не задался, оказалось, что «узкоглазых» и мексиканцев здесь не любят, и относительно без проблем выпили пива только поляки-наёмники, которые приехали сюда как наши переводчики, но и они заверили меня, что страна стала ещё более мононациональная, чем была тогда, когда они жили здесь. Кругом нас были одни лишь поляки, с очень малым вкраплением иностранцев, которые не были туристами.

Посмотрев до позднего вечера телевизор, с весьма интересными программами для меня, я отправил наёмников вместе с Кёкэ-саном и его племянницей на улицы уже ночного города, чтобы узнать, как обстоят тут дела с криминалом. Оказалось, что очень даже хорошо. Они лично познакомились с одной ультраправой группировкой, которой не понравилось нахождение на своих улицах «косоглазых и черножопых», по их словам, обезьян.

В воскресенье мы ещё раз разделились и снова вдвоём с Джиной прогулялись по городу, барам, магазинам и я почти везде видел одно и то же — нелюбовь поляков к любым приезжим и иностранцам. Даже продавцы в магазинах разговаривали с нами через губу, бессовестно обсчитывали, а слуги в отелях были столь наглые, что требовали себе чаевые. Именно не просили, а требовали, стоя рядом с протянутой рукой. Нужно ли говорить, что страна мне очень понравилась и когда мы поехали обратно в аэропорт, один лишь я улыбался. Отпустив всех остальных, мы с Диего и Кёкэ-саном заперлись в нашем бункере.

— Диего, нам нужен выход на польских наёмников, у которых есть обширные связи среди ультраправых группировок, а также криминалитета Польши.

— Этого там полно, вы сами видели, — ответил он поморщившись.

Обговорив общие впечатления от поездки, и сойдясь с Диего и Кёкэ-саном почти слово в слово с тем, что там происходит, я стал отдавать приказы.

— Договаривайся через посредников с самыми наглыми и жадными до денег, даже если тебя кинут, ничего страшного, — продолжил я, — их мы вырежем первыми, показав другим свою серьёзность.

— Хорошо господин Реми, — кивнул он.

— Вам Кёкэ-сан поручаю заняться подходами к журналистам, которых можно подсадить на денежный крючок. Наркотики, женщины и азартные игры тоже подойдут, — добавил я, — чем больше отыщите, тем лучше.

— Вы же видели господин Реми, они не сильно хотят общаться с иностранцами, — справедливо заметил он.

— А ещё я заметил, что если это будет не мужчина, а потрясающей красоты женщина, не сильно строгих моральных принципов, то переговоры пойдут точно живее, несмотря на то, что она иностранка, — ответил я ему с каменным лицом.

— Хорошо, я приложу все усилия.

— Вы видели, как они относятся к чужакам, поэтому нужно действовать руками поляков. Нанимайте наёмников, продажных журналистов, в общем всех тех, у кого деньги на первом месте, а уже на втором его национальная гордость. В крайнем варианте, пойдём долгим путём, — развёл я руками, — но если его можно упростить, то почему бы не попробовать более простой вариант.

— Вы хотите устроить там то же, что и в Конго? — поинтересовался Кёкэ-сан.

Я покачал головой.

— Не получится, они моноэтническая нация, избавившаяся от большинства чужаков, вы сами видели, что туристов просто терпят, но лишь пока поляки трезвы.

— Тогда какой у нас план? — попробовал настоять он.

— Ваш конкретно, найти мне продажных журналистов в Польше и место, где князь Воронцов хранит золото, — я спокойно посмотрел на смутившегося японца, — сколько прошло времени, как я вам дал всю информацию об этом?

— Мы ищем Реми-сама, — он покачал головой, — но вы сами должны знать, что любая работа в чужой стране сразу замедляется по объективным причинам.

— Это не оправдание Кёкэ-сан, привлекайте всех готовых на сотрудничество местных, потом избавляйтесь от них, мне что вас учить оперативной работе? В крайнем случае найдите и приведите мне того, кто точно знает нахождение этого места. Я сам получу от него нужную информацию.

— Я понял вас Реми-сама, — склонил он голову, — задействую все ресурсы.

— Вот и отлично, — похлопал я его по предплечью, — и приструните вашу племянницу, она откуда-то узнала номер моего телефона и надписывает мне сообщения, весьма фривольного вида.

Старик сильно смутился.

— Простите меня Реми-сан, у меня были подозрения, что она не просто так напросилась со мной в поездку, теперь становится понятно зачем.

— Тогда на этом всё, жду от вас результаты.

Оба поднялись и поклонились.

— Есть, господин Реми.

* * *

Первых мне нашли как не странно: журналиста, артиста и писателя. Один активно написывал книги и статьи в газеты о привилегированности польской расы, второй, готов был за деньги писать вообще о чём угодно, третий был вхож на телевидение и оттуда мог многое что сказать. Я сказал вербовать всех трёх. Лично разумеется ни с кем не встречался, общался через посланную Кёкэ-саном симпатичную японку, которая под видом журналистки умело сыграла на мужском эго мужчин, переспала с ними и теперь вовсю раскачивала их самомнение, подкрепляя свои слова внушительными суммами денег. Я передал ей тексты для всех троих, которые старательно писал несколько дней, разбив их на части и уже на следующий день в разных газетах вышли две независимые статьи с первыми историческими справками, которые описывали с полной исторической достоверностью события начала и окончания Первой мировой войны. Затрагивали они в основном Европу и Россию, а потому особого внимания к себе не привлекли. С теми же тезисами артист появился на польском телевидении. Это слегка всколыхнуло общество, но не сильно.

Зато, когда вышли продолжения статей и передач, при этом события переключились на Польшу, интерес общества значительно подрос и газеты стали сметаться с прилавков, поскольку в статьях появились вопросы, которые давно задевали тонкие струны души поляков. Почему с Польшей обошлись несправедливо и разделили её исконные территории? Почему до сих пор нет ни единого политика, кто бы говорил о возвращении этих территорий обратно? Задав эти два вопроса: журналист, писатель и артист стали ссылаться друг на друга, показывая, что неспроста разным людям и патриотам своей страны одновременно пришли мысли об одном и тоже.

Следующие их статьи обозревали соседей, кто что получил по итогу той войны, и вопросы уже возникли другого толка. Почему Германия никому не выплатила репарации? Почему Польше не досталось ничего, кроме и так принадлежавших ей земель от России? Было ещё много разных почему, и намёки, что неплохо было бы Германии выплатить полякам причитающееся, да ещё и с учётом инфляции. То же стало относиться и в сторону России, которая измотанная недавней войной с Японией и Таиландом, пока отмалчивалась на всё это.

Молчание от крупной страны только взбодрило поляков и на улицах городов, взяв под мышку газеты со статьями враз ставших национальными героями людей их написавших, а в другую пиво, паны стали рассуждать, что и правда, неплохо было бы получить деньги и поделить их на каждого жителя. Ведь в следующих статьях приводился расчёт, что если получить репарации, то на каждого поляка придётся по десять тысяч злотых, а это весьма серьёзные деньги для небогатых семей, который обокрали немцы, ведя основные боевые действия на территории Польши.

Популярность этих идей среди населения стала настолько большой, подогреваемая к тому же статьями и телевизионными передачами, которые стали говорить, что поляки вообще единственная нация, которая достойна жить в Европе, и из каждой подворотни стали вылезать банды и молодёжные группы, которые нацепив белые повязки на рукава своих курток, стали патрулировать улицы польских городов, цепляясь к иностранцам и избивая их.

В газетах Франции, Германии молчавших до этого, появились тревожные статьи о том, что граждан их стран избивают и насилуют в Польше. Журналисты стали удивляться, чего ради поляки вообще вспомнили события больше чем пятидесятилетней давности. В Германии император правящей Габсбургой династии выступил с сообщением, что ни о каких репарациях речи идти не может, поляки и вообще все кто угодно, разгоняющие эту тему, могут об этом забыть. Мировая катастрофа, из-з которой прекратилась война, и так принесла огромные разрушения всем странам, чтобы сейчас начать вспоминать об этом и делить шкуру неубитого медведя.

Статья с переводом его речи мгновенно оказалась в Польше на всех крупных каналах и в крупных городах начались, вопреки исторической логике, не еврейские, а немецкие погромы. Телевидение показывало, как немецкие семьи избивали, женщин насиловали и затем голыми прогоняли через площади и улицы, выкидывая людей без всего в леса и поля за город.

Германия и Франция возмутились подобным уровнем жестокости и насилия, поэтому на следующий день произошли французские погромы с тем же результатом, евреи, чувствуя, что они будут следующими, просто стали собирать вещи и ночами уезжать из польских городов сами. Не всем это удалось, но большинство спаслись. Молчавшая до этого Россия возмутилась притоком беженцев на свои территории и поставила жёсткие условия полякам, прекратить заниматься ерундой, вспоминая прошлое.

Вышедшие статьи в польских газетах, сочились ядом и рассуждениями, на что вообще способен ленивый северный медведь, который не смог недавно побороть малюсенькую Японию. Правительство страны, до этого занимавшее нейтральную позицию ко всему этому, возмутилось, почему вообще кто-то со стороны им указывает что делать.

Страны отозвали своих послов, и в центре Европы стал медленно закипать котёл взаимной ненависти.

* * *

— Джина, объясни нам пожалуйста, как так случилось, что вместо устрашения одной Польши, мы имеем войну коалиций нескольких мировых государств? — спокойный голос говорящего заставлял девушку вздрагивать от каждого произнесённого слова.

— Я докладывала вам, что три месяца назад мы ездили в Польшу с ним, и я рассказала о необходимости припугнуть поляков, чтобы они уступили свой алтарь по приемлемой цене. Больше у меня никакой информации нет, несмотря на то, что мы снова каждую ночь вместе спим.

— Похоже он всё ещё тебе не доверяет, хотя это и выглядит логично. Но как так произошло, что Россия, Германия и Франция объявила войну Польше, а та в свою очередь привлекла на свою сторону Италию, Венгрию, Румынию и Балтийскую республику? Хотя боевые действия ещё не начались, но ситуация настолько накалена, что в любой момент может рвануть.

— Мои аналитики дали ему прозвище, — раздался смешок куратора за ОША, — «Разрушитель». Похоже вы ошиблись, разрешив ему провести небольшую войну.

— ВВП стран, переходящих на военные рельсы, стало снижаться, Рода и кланы привлекают наёмников, стекающихся в Европу со всего мира, поэтому можем ожидать, что это всё вскоре полыхнёт, — ответили ему слева.

— Ну так вы знаете что делать, — раздался ещё один спокойный голос, — покупайте разоряющиеся заводы, производства, землю в конце концов. Отдайте приоритет тем, кто работает на военную промышленность, их акции нужно покупать в первую очередь.

— Мы это уже делаем, но всё же пострадало несколько крупных проектов, что мы запланировали, — ответил первый человек, который и разговаривал с Тенью, — поскольку эту войну не мы планировали.

— Ну она уже данность, нужно извлечь из этого максимальную выгоду, — заметил человек из самого тёмного угла, — что сейчас делает Разрушитель, раз мы так решили его называть?

— Арендовал сотню Абсолютов воды и земли, чтобы прокладывать какой-то кабель по дну океана, — ответила Джина, — я побывала на одном корабле, на котором они живут, зрелище процесса весьма занимательное.

— Он использует Абсолютов в виде строительной техники? — изумился спрашивающий, — какое расточительство.

— Сенат ОША попросил его ускорить наш совместный проект, — со смешком заметил их куратор, — он придумал такой нестандартный метод, оказавшийся весьма действенным. Мы рассчитывали на три года укладки кабеля, но похоже он справится за половину этого.

— Кто его кураторы? Мы до сих пор сидим в неизвестности! — раздался ворчливый голос, — я не спорю, что сейчас наши пути с ними совпадают, мы все заинтересованы в глобальном объединении финансов и капиталов всех стран, но что будет, если наши пути разойдутся?

— Здесь я могу помочь, — скромно сказала Джина, снова входя в разговор, — я наконец узнала, кто среди его телохранителей является возвышенным Абсолютом.

— Да? Кто это? — сразу зашевелились люди в комнате, которых по-прежнему не было видно.

— Их двое. С виду, простые наёмники, французская супружеская пара, — Джина тонко улыбнулась, поскольку гордилась тем, как смогла их вычислить среди огромного количества Абсолютов, которые всегда окружали русского. Никто из тех, кто участвовал в охране, не показывал свои кольца чакры, это было строжайше запрещено, так что вычислить этих двоих было и правда сложно.

— Я слышала их разговор, они говорили об арийцах, как о своих нанимателях в качестве телохранителей для русского.

В комнате настала полнейшая тишина.

— Ещё нам проблем с ариями сейчас не хватало, — задумчиво раздался голос куратора Америки, который больше не смеялся.

— Ты уверена, что правильно расслышала? Именно арии, не персы? — уточнил он.

Джина ответила на идеальном французском языке.

— Да месье, они говорили именно об ариях.

— Это здорово мешает нам все карты, — задумчиво сказал мужской голос в углу комнаты, — все мы прекрасно знаем откуда появились алтари, а также желание одной расы снова собрать их все в одном месте.

— Самое паршивое, что подобраться к ним просто нереально, они убивают всех чужаков, — задумчиво произнёс другой Бессмертный, — что с их силой, накопленной за шестьдесят лет, сидя на месте, куда упал корабль, не составляет большого труда.

— Если Разрушителя наняли они, чтобы он собрал для них алтари, то нам нужно усилилась безопасность собственных и не подпускать его к местам их хранения.

Внезапно раздался стук, одна из четырёх дверей в комнату открылась и чёрной тенью внутрь скользнул человек, который наклонился и тихо прошептал что-то на ухо одному из сидящих. Затем поклонился всем и вышел, закрыв за собой дверь.

— У нас проблемы, — тихо сказал тот, кому сообщили эту новость, — пропали русский и польский алтари, точнее оба были украдены из мест их хранения.

Бессмертные зашевелились, сидеть в креслах резко стало неудобно.

— Значит, всё-таки арии, — задумчиво произнёс один из них, — после десятилетий молчания они вступили в игру, выдвинув на шахматную доску свою пешку. Теперь понятно откуда у него все эти технологии, неизвестные программы и прочее.

— Сидя на корабле пришельцев, можно и не такое в нём найти, — проворчал недовольный голос, — я предлагал объединиться нам всем и напасть на них.

— Хочешь рискнуть своим Бессмертием? — ехидно спросили его, — можешь попробовать, но без меня. Я не для того отдал столько времени на сбор энергии.

В разговор вступили другие и в комнате стало шумно. Тут же раздался стук дерева по дереву.

— Господа, к порядку пожалуйста. Мы все отлично знаем, кто такие арии и на что они способны. Никто в здравом рассудке не станет нападать ни на них, ни на их слугу. Давайте на этом остановимся и не будем поднимать снова этот вопрос.

В комнате снова настала тишина.

— Ты важные сведения принесла Джина, и заслужила возвышение. Запрет на него мы с тебя снимаем, ты пройдёшь его вне очереди.

— Благодарю вас высшие, — женщина, чьё сердце тут же радостно забилось, низко поклонилась.

— Можешь быть свободна, о дне проведения ритуала тебя предупредят.

— Спасибо высшие, — она снова поклонилась и пошла пятясь назад. Слыша, как голоса в комнате стали обсуждать новую возникшую проблему.

Глава 15

Я сидел на диване, смотрел на умиротворённо спящих сестёр и в памяти вставали воспоминания о прошедших неделях. Национальное самосознание поляков ещё до моего появления было сформировано и готово к мысли их превосходства над другими странами, так что статьи и репортажи просто легли на давно удобренную почву и дали невиданные всходы. Я сам не ожидал, что можно было пусть и стандартными политтехнологическими средствами из методички так взбудоражить народ утопичными идеями и неосуществимыми планами. Ну правда, на что они рассчитывали, серьёзно думая над тем, что Германия будет выплачивать им репарации, а Российская империя вернёт земли? Тем не менее проплаченные люди заставили не только народ, но и затем правительство воодушевится придуманными мной идеями, и реально об этом говорить, а главное требовать, выходя на улицы городов. А уж когда мы с помощью подставных людей наняли ультраправые группировки, чтобы они нападали на иностранцев, то всё закрутилось с такой скоростью, что вскоре разразилась война. Германия и Франция захотели приструнить обнаглевших поляков. Россия, которая не хотела воевать, просто втянули в неё, поскольку вскоре оказалось, что к этим трём странам, кроме Польши, есть претензии у ещё трёх других, и так внезапно половина Европы оказалась втянута в эту войну.

Когда мне пришло осознание произошедшего факта, я понял, какой отличный шанс это мне даёт, чтобы закрепиться на новом для себя месте. Я тут же отправил финансистов Коичи в Европу, чтобы они узнавали, что интересного можно там купить пока на полях сражений льётся кровь. Хотя если честно, деньги на счетах фондов, с той скоростью с которой я их тратил, скоро обещали показать дно, ведь зарабатывала пока малая часть активов, все же деньги полученные в результате аферы с муравьиными фермами неумолимо заканчивались. Огромные траты не покрывались текущим производством продукции. Всё было вложено в развитие и будущие прибыли, так что я решил ускорить план отъёма золота у Рода Воронцовых и потому сам занялся этим вопросом, благо у Кёкэ-сана уже были наработки по этой теме.

Мы стали действовать проще, с помощью Ника и французов стали похищать людей из этого рода и пускать их на энергию по методу Иеясу Токугавы, где я получал их знания и воспоминания, а алтарь энергию. Так что не удивительно, что вскоре мне удалось найти зацепку на то, где может находиться огромная сокровищница без входа с поверхности, а также людей, которые точно могли о ней знать. Никакой удачи в этом не было, только долгая и кропотливая работа по поиску нужных людей наконец позволила получить мне координаты и этой же ночью, собрав людей Диего мы туда наведались, вытащив всё до единого слитка. Добыча была крайне приятной, особенно тогда, когда я часть золота положил на счета в арабских банках, а часть продал и пополнил стремительно пустеющие личные фонды корпорации «Arasaka».

Род Воронцовых, когда обнаружил пропажу почти сорока процентов своих активов, остальные были вложены в ценные бумаги и различные акции, тут же объявил награду за любую информацию о похитителях. Мы сыграли на этом и вскоре сам князь Воронцов оказался у нас в гостях. Он был к моему большому сожалению не Бессмертным, я сильно хотел над таким типом Абсолютов провести исследования, но Абсолютом третьей ступени возвышения, что доказал тем, что убил двадцать наших Абсолютов и почти полтысячи наёмников разной степени одарённости, которые пытались его взять живым. Только невероятными совместными усилиями французов и сестёр, это получилось, так что я теперь весьма хорошо представлял себе возможности Абсолютов уже находящихся в стадиях возвышения. Особенно это охладило голову по отношению к Джине, которая находилась со мной каждый день рядом.

Но если вернуться к князю, то большая численность и слаженность наших Абсолютов, которые хоть по отдельности и уступали ему в силе, но в совокупности смогли пробить его доспех духа и обездвижить. Предприняв все меры предосторожности, чтобы он не освободился, Воронцов сначала целую неделю чувствовал на себе гостеприимство сестёр, которые выместили на нём все свои детские обиды и травмы, а затем обрубком едва шевелящейся плоти попал на алтарь ко мне, где я получил от него настолько огромное количество данных, что был вынужден на несколько дней запереться у себя в кабинете и раскладывать в голове по полочкам всё то, что узнал. Вскрылось много ранее неизвестных мне грязных подробностей императорской семьи, все эти убийства, наполнение алтаря, а также количество Бессмертных и сильных Абсолютов в Российской империи. Особой ценностью были данные о нахождении алтаря русских и поляков. Русских шпионов в Польше было очень много, поэтому князь не видел смысла в его покупке, когда предмет можно было просто выкрасть. Осознав, что мне попало в руки, я тут же созвонился с Диего и Кёкэ-саном и мы даже не стали корректировать план покинувшего этот мир князя Воронцова, просто исполнили его вместо него. Разумеется, они, как и прошлый раз не знали, что конкретно мы забираем, Ник отправил алтарь в надёжное место, которое я оборудовал для хранения таких ценных вещей.

Кража же русского алтаря прошла ещё проще. Чета французов и сестёр-близняшек проникла ночью вместе с Ником в подземное убежище и перебив не ожидающую нападение охрану, похитили второй камень. Здесь я даже не привлекал наёмников, поскольку сопротивления не ожидалось. Князь часто исчезал по собственным делам, так что его пока не хватились и точно не думали, что будет атака на подземный бункер, находящийся под озером, поскольку о его существовании знали всего несколько людей в стране. Все следующие дни, пока в Российской империи всё стояло на дыбах от этой кражи, я занимался тем, что выводил активны Рода Воронцовых из тех банков и фондов, к каким смог получить доступ и пусть их оказалось меньше, чем украденный ранее золотой запас, но зато это позволило получить весьма интересные портфели акций в российских и европейских предприятиях.

Вспомнив лицо Джины, когда она появилась у меня в квартире после того, как всё случилось и попыталась окольными путями после долгого и страстного секса выяснить, не я ли замешан в похищении алтарей, то на моём лице расплылась улыбка. Её бессилие что-то сделать по отношению ко мне и мои клятвенные и максимально искренние заверения её в том, что почему она вообще думает, что простой русский парень, вообще может быть причастен к таким высоким играм, были бесценны. Я ощущал, что она чувствует на самом деле в глубине души: злость, разочарование и желание меня убить, но на деле вынуждена была раздвигать передо мной ноги, и целовать, шепча нежные слова. Эта ситуация заставляла меня получать истинное наслаждение от происходящего, когда я знал то, чего она не знала. Но истинным шедевром своего издевательства над ней я считал придуманную историю про каких-то ариев, которую почерпнул из знаний князя Воронцова. Он не был твёрдо уверен, но почему-то подозревал, что все алтари появились откуда-то из Персии, а также то, что арии каким-то образом в этом всём замешаны. История была интересная, я подговорил своих французских телохранителей поговорить об этом и вуаля, Джина, высунув язык от усердия, помчалась к своим настоящим работодателям об этом рассказывать.

Я тогда долго смеялся от осуществлённой дезинформации противника, что ещё больше подогрело наш секс с ней, когда она вернулась, воодушевлённая и чем-то сильно довольная. Видимо преданной «собачке» выдали печеньку за то, что слила им эту, придуманную мной историю.

Огромным плюсом всей этой затеи стало то, что русский алтарь оказался наполовину заполнен энергией, также наполовину был заполнен мой японский, так что мне удалось провести четыре ритуала возвышения. Два для супругов, которые были страшно довольны, и два для сестёр, и всё это разумеется раздельно, чтобы французы не знали о том, что я возвышаю ещё и близняшек Велес. Если до проведения второго ритуала они иногда относились ко мне недоверчиво и иногда перепроверяли то, что я им говорил, то после, я чувствовал от них исходящую в мою сторону уверенность и спокойствие. Они похоже полностью уверились в том, что я работаю только с ними и никого больше не собираюсь привлекать к ритуалам.

Побочным эффектом такого нашего сближения стало то, что они расслабились и иногда в их речи стали проскальзывать пренебрежительные нотки по отношению к другим Абсолютам, а меня они вообще могли временами назвать просто по имени. Сами они это не замечали, а вот я чётко отслеживал происходящее вокруг. По-другому просто не могло быть, ведь я был окружён одними одарёнными, которые только пожелав этого, могли с лёгкостью свернуть мне шею. Я прекрасно помнил преподанный мне урок, когда Ори и Рейка отдубасили меня вдвоём, а я не мог ничего им противопоставить. Это мне хватило, чтобы теперь вести себя крайне осторожно и взвешивать все слова, которые вылетают из моего рта, понимая последствия их озвучивания.

— «Что же, пора наверно заканчивать этот спектакль с Джиной, поскольку я узнал от неё всё, что она готова была мне рассказать и дальнейшего смысла держать её рядом с собой нет ни малейшего смысла, — после долгих размышлений и воспоминаний над прошлыми и текущими событиями, я вернулся к рассматриванию сестёр, которые после мести своему врагу, а затем и проведённого над ними ритуала возвышения, стали активно мне намекать на то, что они готовы сблизиться со мной ещё сильнее. Именно поэтому они стали оставаться у меня на ночь к вящему неудовольствию более взрослой женщины, почувствовавшую угрозу своему, как она это думала, влиянию на меня».

— Реми? — услышал я сонный голос Марии, — почему ты уже час смотришь на нас?

— Размышляю о будущем.

— И как в этом будущем? — задала она интересный вопрос.

— Не лучше, но и не хуже, чем сейчас, — улыбнулся я, — спи давай.

Она пошевелилась и убрав со своей груди руку сестры, села на диване, сонно щурясь.

— Почему ты нас не хочешь? — поинтересовалась она неожиданно, — мы ведь показываем тебе, что хотим тебя.

— Насколько я помню, вы должны были соблазнять Ника, — напомнил я ей.

Девушка поморщилась.

— Елена ждёт от него ребёнка, так что безнадёжно.

Тут напрягся я.

— Откуда ты знаешь?

— Он сам сказал, когда я предприняла очередную попытку сблизиться с ним, — она пожала плечами.

— То есть времени у меня остаётся мало, — задумался я.

— «Похоже план с Джиной придётся немного ускорить».

— Времени на что? — заинтересовалась она.

— Чтобы подарить им свадебный подарок, — искренне улыбнулся я, — ты знаешь Ник мне нравится, как впрочем и Елена.

— Это да, он и сам без ума от тебя, хочет быть во всём на тебя похож, — хмыкнула Мария, — ты старше его всего на несколько лет, а уже владелец огромной компании. На тебя работают сотни тысяч людей!

— В общем ты понимаешь, что мне нужно будет подготовить для него нечто особое, — поддакнул я.

— Хорошо, а я всё же ещё посплю, — она упала снова на диван и закрыла глаза.

Я же, пошёл в свою комнату и набрал номер французов.

— Да Реми, — взял трубку Жан.

— Мне кое-что стало известно, — тихо сказал я, — подъезжайте с Валери в «Элизиум» к семи.

Его голос сразу стал строже.

— Мы будем.

* * *

Разобрав накопившиеся бумаги до указанного времени, я отправился навстречу. Сестёр у ресторана я отпустил, поскольку сказал, что подъехавшие французы, будут со мной до утра. Всю остальную охрану я оставил за дверьми зала, поэтому мы остались втроём, когда нам принесли еду и оставили в одиночестве.

— Реми, что случилось? — Жан обеспокоенно покосился на жену, которая тоже выглядела взволнованной.

— У нас шпион, — грустно сказал я, — причём в самом ближайшем окружении.

— Кто? Как? — изумились оба, — у нас нет никого из чужаков, все только свои.

— Недавно мне стало достоверно известно, что Джина — Абсолют с возвышением, возможно не меньше вашего.

— Ваша секретарша? — Валери нахмурилась, но затем её лицо разгладилось, и она рассмеялась, — господин Реми, ну это же бред чистой воды, сколько она рядом с вами? С самого начала?

— Ты когда-нибудь видела её кольцо чакры? Способности? — моё лицо было каменным, — какой стихией она владеет?

Смех француженки стал угасать, а налицо набежали морщины сомнения.

— Это ты поэтому тогда нас просил говорить про каких-то ариев? — внезапно вспомнил Жан, — я ведь тогда ещё заметил, что она часто тёрлась возле нас.

Я кивнул.

— Это была проверка, поскольку я заподозрил, что она может работать на кого-то другого.

— Но господин Реми, — Валери прикрыла рот ладошкой, — вы же спите вместе! Она столько знает о вас!

— Часть проектов стала проваливаться, и я заподозрил крота, — врал я им, с полным вдохновением в голосе, — вычислить её было трудно, но я смог.

— Кто ещё об этом знает? — поинтересовался Жан.

— Никто, я решил посоветоваться сначала с вами, как с самыми близкими своими друзьями.

Француз гордо подпёр рукой бок, слово «друг», произнесённое мной, его сильно воодушевило.

— Насколько она сильна? — спросил он.

— Не знаю, может быть, как князь Воронцов, — я привёл пример самого сильного Абсолюта, который был мне знаком и силу которого они видели сами.

Лица обоих напряглись, ещё бы, они тогда едва не погибли, когда захватывали его в плен.

— Просто не верится, простая секретарша, — Валерии покачала головой, задумываясь, — ты точно уверен в этом Реми?

— Валери, как думаешь, стал бы я об этом говорить вам, если сам нахожусь в подобном же состоянии? Я считал её самым преданным своим человеком! — я подпустил в голос надрыв, и они мне наконец поверили.

— Тогда у нас и правда проблемы, — согласилась она, — она знает, где находятся алтари?

— Я не помню, говорил ли я ей об этом, — я виновато пожал плечами, — прямо я точно никогда не говорил, но что она слышала, когда я думал, что она спит?

— Их нужно перепрятать, — сделал логичное заключение француз, — причём срочно, сейчас!

— Не будем спешить! — я поднял руку, останавливая его порыв, — если она до сих пор не сказала об этом своим нанимателям, то существует два варианта, почему это произошло: первый — она не знает где они и второй — она ждёт, когда они наполнятся.

— Согласна, — кивнула Валери, — как мы все убедились, пустой алтарь без энергии, просто кусок камня с рисунками на нём. Его заполнение, тот ещё длительный процесс.

— Если у нас есть время, то мы последим за ней, — покивал головой Жан, — и нужно подумать, как можно будет её устранить. С князем было очень много возни.

— Думаю привлеку для этой задачи своих химиков, прошлый раз их учитель был весьма изобретателен, — ответил я, — а пока давайте договоримся, что об этом не скажем ни одной живой душе. Ставки слишком высоки!

— Согласен.

— Согласна, — Валери взяла мужа за руку, — мы становимся сильнее, после каждого ритуала, поэтому будет крайне неприятно всё потерять из-за одной мелочи.

— Тогда давайте поедим и подумаем, что ещё мы можем предпринять, чтобы обезопасить утечку информации от нас, — сказал я.

— Ну это тебе Реми, нужно больше беспокоиться об этом, — хихикнула Валери, — ты с ней спишь почти каждую ночь.

Я сделал виноватый вид, который их рассмешил.

— Кто знал, — развёл я руками.

Они посмеялись над моим трагичным видом, и мы поужинали, и затем поехали ко мне, уже не упоминая эту тему в присутствии посторонних.

Глава 16

— Любимый, что случилось? Ты весь вечер погружён в себя, — меня сзади обвили нежные руки, которые я точно знал, могли с лёгкостью согнуть если нужно стальные балки.

— Меня стали беспокоить французы, — нахмурился я, — так, наши внутренние проблемы, ничего страшного.

От второй, глубинной личности женщины я почувствовал просто всплеск эмоций, что, впрочем, никак не отразилось ни на её лживых эмоциях, ни на лице. Она обошла меня, и села на пол передо мной, положив голову на колени.

— Ты же знаешь, что можешь доверять мне Реми. Расскажи, может я смогу с ними разобраться.

— Не знаю, насколько сильна ты, — я нахмурился, показывая свою озабоченность, — но они очень сильны.

— Они тоже возвышены? — Джина подняла голову и прямо посмотрела мне в глаза.

Я вздохнул и словно нехотя ответил.

— Да.

— Их приставили к тебе те, на кого ты работаешь? — словно само собой разумеющиеся, спросила она.

— Откуда ты знаешь? — я мгновенно сделал вид, что сильно беспокоюсь за это и отодвинулся от неё.

— Реми, дорогой, — она взяла меня за руку, и потёрлась о неё щекой, — я тебе всё рассказываю о том, что происходит у моих прошлых нанимателей, ведь я им говорю, что по-прежнему шпионю за тобой, а они делятся со мной информацией, которую я приношу тебе.

— Откуда я знаю, может ты до сих пор, работаешь только на них, — проворчал я, и она испугалась, но внешне это выразилось в том, что она отпустила руку и поджав губы, ушла на кухню. Молча став готовить себе еду.

Я посидел пять минут, затем десять, ничего не поменялось. Она видимо хотела показать мне своим поведением, как глубоко её задело моё недоверие. Усмехнувшись про себя, я поднялся и подошёл к ней, обнял её сзади.

— Ну прости, ляпнул не подумав.

Я знал, что Джина была умна, так что она не стала строить из себя оскорблённую невинность, как это бы точно стали делать более неопытные в общении с мужчинами, например, сёстры-близняшки, поэтому она повернулась ко мне и обняла в ответ, тесно прижавшись.

— Не могу тебя предать, потому что люблю тебя, — она потянулась ко мне губами и поцеловала, а стоило мне ответить, как её требовательный язык, захватил мой рот.

— Я тоже люблю тебя Джина, — освободившись на секунду, я решил, что сейчас лучший момент, чтобы сказать это.

Женщина замерла, отодвинулась от меня на вытянутых руках и удивлённо сказала.

— Ты впервые мне говоришь это, Реми!

— Я знаю, — я пожал плечами, — просто подумал, что наверно пора выразить то, что чувствую.

Она заплакала, причём так искренне и навзрыд, бросаясь ко мне и целуя, что я чуть было на секунду не поверил в искренность её чувств. Только напрягшись, чтобы почувствовать её истинное состояние, я ощутил там торжество и большое удовлетворение.

Она стала раздевать меня, я её и мы плавно переместились в спальню. Только кончив два раза, мы устало отодвинулись друг от друга.

— Так что тебя беспокоит в поведении французов? — Джина повернулась набок, и закинув обнажённую ногу мне на бедро, посмотрела прямо в глаза, так что после прозвучавших слов и действий, отказать в ответе было просто невозможно. Я прямо физически ощутил на себе, как мной грамотно сейчас манипулируют.

— Ты знаешь, я не одарён, так получилось, — словно нехотя, начал я.

— У тебя есть я, и если будет нужно, защищу тебя от всех, — она улыбнулась и подтянувшись поцеловала меня, затем тут же заняла снова заинтересованную позицию.

— Они стали наглеть, хотя главным в нашей группе назначили меня, — продолжил я рассказ, — теперь я не знаю, как их поставить на место. Они Абсолюты, а я простой человек.

— Скажи своим нанимателям, — предложила она, — хотя так ты покажешь им, что наёмники могут влиять на тебя.

— Именно! — согласился я, — идти просить о чём-то тех людей, плохая идея. Они вознаграждают за работу только сильных.

— Слушай, а давай я помогу тебе? — предложила она, — вместе я вряд ли смогу их одолеть, а вот по отдельности, думаю буду в состоянии.

— Я бы не хотел подвергать тебя опасности, — тут же отказался я, — это слишком опасно.

— Откуда у тебя такая уверенность в этом? Я тоже очень сильная.

— Мы брали как-то Абсолюта третьей ступени возвышения, — я сделал вид, что якобы сболтнул лишнего, и тут же замолчал, Джина же улыбнулась и поцеловала меня, потёршись обнажённой ногой о пах.

— Князь Воронцов? — мягко спросила она.

— Всё-то ты знаешь, — проворчал я, чем её насмешил, и она бросилась обнимать меня и целовать. Закончилось это новой порцией секса и разговор мы продолжили уже в душе.

— Мои прошлые наниматели знают, что алтарь русских у тебя, — она нежно наносила на меня мыло и ошарашила меня таким признанием.

— Откуда?! — я сделал изумлённый вид.

— И польский, и японский, — она пожала плечами, — даже скажу тебе больше, знают, что твои наниматели Бессмертные арии.

Я сгорбился и опустил плечи.

— Вообще-то это тайна, — грустно сказал я, — или по-видимому была ею.

Джина продолжала спокойно натирать меня мылом.

— Я говорила тебе, те на кого я работала раньше, тоже Бессмертные. У них есть свои тёрки с твоими работодателями, но я так думаю, нам с тобой какое до этого дело? Мы ведь для них просто пешки в их игре.

— Это да, тут ты права, — признался я.

— Но мы отклонились от той темы, что тебя беспокоит, — заметила она, — давай заманим их в ловушку и я избавлюсь от них поодиночке?

— Что будет, если ты не справишься? — испугался я, — я не хочу потерять и тебя тоже. Я ведь ещё не оправился толком после смерти Ори и Рейки.

— Не переживай, я буду готова к этой битве, — усмехнулась она, — один на один ни у кого из них нет шансов.

— Спасибо дорогая, — я обнял её и прижал к себе, — чтобы я без тебя делал.

— Ты мой самый дорогой человек на Земле, — она счастливо вздохнула, — я хочу, чтобы ты был счастлив и в безопасности.

Я прижался к её губам, показывая, как сильно её люблю.

* * *

В обед следующего дня, подготовившись к поездке и посетив Канаду, я поехал в дом, где жили Ник с Еленой. Я поселил их на нашей огромной клановой территории, на которой жили только сотрудники «Arasaka». Любой мог при приёме на работе указать в анкете желание проживать в квартире или доме, и всё это выделялось ему ровно до того момента, пока он работал на компанию. Внутри огромной территории имелось всё нужное для жизни, в общем мы с Коичи не стали много мудрить и сделали так, как это, например, было организовано у тех же Тайра. Единственным отличием здесь было то, что на территории имелся собственный железнодорожный вокзал, электрички с которого утром развозили работников по фабрикам и заводам, а вечером забирали их обратно.

Мой кортеж переполошив кучу людей, остановился у их небольшого домика. Услышав шум множества двигателей, в окно выглянуло обеспокоенно лицо Ника, но увидев, кто приехал, он бросился открывать дверь.

— Господин Реми! — он низко поклонился, когда я вылез из машины и подошёл к нему.

— Привет Ник, — я улыбнулся, протягивая ему руку, — проезжал мимо, дай думаю заеду, тем более и повод вроде как есть.

— Вы же знаете господин Реми, — несмело улыбнулся он в ответ, — мы с Еленой всегда вам рады.

— Я тоже Ник, — похлопывая его по плечу, мы вместе зашли внутрь, попросив близняшек остаться за дверью. Всё же мы находились внутри клановой территории.

— Лена, смотри кто приехал! — закричал он, когда из кухни выглянула девушка в резиновых перчатках и переднике, заляпанном водой. Я бросил взгляд на её живот, но пока ещё ничего не выдавало её беременность.

— Господин Реми! — засмущалась она, — а я в таком виде!

— Будете чай? — предложил мне Ник.

— Давай, заодно отвлечём твою жену от посуды, посидит с нами.

Девушка бросилась ставить чайник, и вскоре мы чинно сидели все вместе, я на одной стороне стола, а они, взявшись за руки на другой.

— Тесновато тут у вас, — я огляделся, отхлебнув горячего напитка, — почему не подали заявку на семейный домик?

— Господин Реми, нам много с Ником не нужно, тем более по сравнению с тем, где мы жили раньше — это огромные хоромы, — скромно ответила девушка, а парень просто кивнул.

— Всё равно, — я достал из кармана пиджака пухлый пакет, — я немного обижен на вас.

— Почему? — ахнул Ник, — что случилось господин Реми?

— Услышал я тут о грядущем пополнении вашего семейства, — улыбнулся я, доставая из пакета две пары ключей и документы.

Елена тут же покраснела при этих словах.

— Так что захватил для вас подарки, — я пододвинул первую пару ключей, и дарственную, — это ваша личная квартира в центре Токио, она только ваша и вы сможете в ней жить, даже когда уйдёте из «Arasaka».

Ник не веря, взял документ, прочитал его и протянул руку к ключам, но рука Елены и окрик остановили его.

— Ник!

— Господин Реми, мы не можем принять — это слишком дорого! — заметила она, а я видел по лицу Ника, что ему её ответ не нравится.

— Дорогая, вы честно всё заработали, — я покачал головой, оставаясь спокойным, — Ник так много помогает мне, не беря за это денег, что я просто обязан помочь вам, тем более скоро у вас появится ребёнок, о котором нужно будет заботиться, воспитывать и давать ему всё самое лучшее. Поэтому не хочу слушать отказ, и прошу принять этот подарок, тем более, это ещё не всё.

Я пододвинул к Нику, вторую связку ключей.

— Помнишь, тебе понравился джип, на котором ездила канадская полиция.

Глаза парня широко раскрылись.

— Я выкупил один такой у них, так что владей на здоровье.

Елена поджала губы, но муж её уже не слышал.

— Спасибо господин Реми! Я так мечтал об этой машине!

— Я рад, — улыбнулся я, — надеюсь меня позовёте, когда можно будет посмотреть на малыша?

— Конечно! — тут они оба были единодушны, несмотря на то, что Елене не понравилась та настойчивость, с которой я подарил им подарки.

— Ну тогда договорились, — я поднялся, — береги себя и ребёнка. Елена, если нужно будет лечь в больницу, дай только знать. Найдём с Ником тебе лучшую!

Тут она спорить не стала, а лишь поджав губы, поблагодарила. Парень же был более благодарен и пошёл провожать меня до двери.

— Вечером никуда не уходи, — тихо сказал я ему, — ты мне будешь нужен. Никому об этом не говори, даже жене и Жану с Валери.

Он кивнул, показывая, что услышал.

— Жена твоя не сильно довольная почему-то подарками, — громко, для всех вздохнул я, когда мы вышли за порог, — но поверь я так хотел вас порадовать и делал их от чистого сердца.

— Я знаю господин Реми, — парень огорчился, и я чувствовал, что это искренне, — но Лена боится вас, говорит, что вы ей не очень приятны после того случая с вашими девушками.

Кусок льда в моей груди стал ещё холоднее, чем обычно, но я сделал грустный вид и ответил ему.

— Я ведь рассказывал тебе причину, по какой это сделал. Они предали меня и пришлось таким способом от них избавиться. Представь, что было бы, если бы я рассказал всем, что две девушки спали со мной, а на самом деле шпионили.

— Мне это и прошлый раз стало понятно господин Реми, я полностью согласен с вами, — горячо сказал он, и извиняющее пожал плечами, — но Лена вас с того самого дня недолюбливает.

— Ну что делать, — я тоже пожал плечами, — всем мил не будешь. Тогда не буду приезжать к вам, чтобы не беспокоить её лишний раз.

— Господин Реми, — он заломил руки, — простите, мне сейчас так не по себе от всего этого. Я вас очень сильно уважаю, но и пойти против жены не могу. Поймите!

Я обнял парня.

— Ник, я и не прошу этого, я всё понимаю. Так что обещай, что сам будешь навещать меня, по возможности чаще.

— Клянусь! — он приложил руку к сердцу.

— Слово! — рассмеялся я и подтолкнул его к джипу, раскрашенному в цвета канадской полиции и с теми же надписями, — иди посмотри свой транспорт. Я специально не стал ничего закрашивать, оставив тебе возможность делать с ней всё, что хочешь.

— Спасибо господин Реми! — он склонил голову и попрощавшись бросился к машине.

Я же, подождал, когда охрана откроет дверь лимузина, опустился на заднее сиденье.

— «Прости дорогая, но ты подписала себе приговор, — думал я, при этом улыбаясь и махая рукой Елене, которая вышла на крыльцо, чтобы посмотреть, куда так надолго пропал Ник».

Девушка отвернулась и сделала вид, что не видит меня.

* * *

Неделя мне потребовалась на подготовку, благо химики закончили работу над новым, нужным мне газом, так что мне остались привлечь к осуществлению плана только Кёкэ-сана, а когда всё было готово, я приступил к исполнению его второй части. Утром я рассказал французам, что попросил Ника перепрятать алтари, поскольку Джина неизвестно откуда узнала, кто их украл. Причём я сказал, что пока попросил его ни рассказывать об этом никому, поскольку место я для них выбрал крайне укромное. Супруги были не сильно довольны тем фактом, что я и им про это сказал только сейчас, но спорить они не стали, лишь повторили своё предложение, избавиться от Джины. Я ответил, что это будет неразумно, поскольку мы не знаем ни её планы, ни планы тех, кто за ней стоит, ведь не может быть так, чтобы столь сильный Абсолют по своей воле согласился спать с неодарённым, пусть и богатым человеком. Супруги согласились и потому, что не стали настаивать на том, чтобы я им рассказал о новом месте хранения, я понял, что они решили узнать всё у Ника. Ведь несмотря на мой запрет, я был уверен, что он расскажет им об этом: они спасли ему жизнь, всему обучили, так что он считал их за своих родителей. На это я и сделал свой расчёт.

Кёкэ-сан почти сразу после моего разговора с ними передал мне через своего поверенного запись звонка, который Жан сделал Нику и тот, после недолгих уговоров выдал новое место хранения, но попросил об этом никому больше не рассказывать, поскольку пообещал мне сохранить информацию в тайне. Француз пообещал это, но попросил Ника переместить его до этого места, чтобы убедиться в том, что алтари на месте и целы. Подросток нехотя согласился, и они договорились на пятницу, когда смены у супругов не было.

Дальше уже было делом техники. Сестёр привлёк к своему делу Кёкэ-сан, поэтому неприятным сюрпризом для французов оказалось наличие дополнительного дежурства. А поскольку Ника на другие дни тоже загрузили работой, то логичным выбором был тот, какой я и запланировал. Жан отпросился на пару часов, якобы ему нужно было заехать в больницу, что я конечно же разрешил. Правда сделал предварительный звонок Джине, которая должна была ждать француза в бункере у алтарей. Едва я сказал ей про них, как она тут же туда умчалась.

Затем подождав некоторое время и заметив, что Валери стала звонить по телефону и беспокойно посматривать на экран, я повернулся к ней.

— Валери? — я сделал вид, что только сейчас заметил её поведение, когда она пятый раз пыталась дозвониться до мужа.

— Простите господин Реми, — она повернулась ко мне, — Жан не отвечает, что очень странно.

— Тогда иди, я тебя отпускаю, — я сделал обеспокоенное лицо.

— Вы уверены? Вы останетесь без нас и близняшек, — засомневалась она.

— Валери, вы с Жаном мне как родные, — я замахал руками, — иди, нужно понять, что случилось. Он ведь в больницу просто поехал?

— Да, конечно, — замялась она перед ответом и скомкано попрощавшись, уехала на машине.

Достав телефон, я сделал звонок.

— Сейчас заеду, — ответил Кёкэ-сан.

— Жду.

Через десять минут он подъехал со своей охраной, и оставив остальных недоумевающих моих телохранителей на месте, мы с ним поехали к месту, где проходила операция. Поскольку он сам был за рулём, то долго молчать не смог, я чувствовал, как его разбирает интерес и главное непонимание.

— Спрашивайте Кёкэ-сан, — вздохнул я, — я же вижу, как вы сейчас лопнете от ожидания.

Старик улыбнулся и даже немного смутился. Затем вздохнул и спросил.

— Всего один вопрос господин Реми. Зачем? Они преданные телохранители, с вами с самого начала. Я не понимаю.

— А это значит Кёкэ-сан, что вы плохо делаете свою работу, — улыбнулся я, переключая тему, — ещё скажите, что не знаете, что моя секретарша Джина — Абсолют и шпионит на неизвестную мне организацию Бессмертных.

Челюсть у старика отпала.

— Вы кстати знаете, кто такие Бессмертные? — поинтересовался я, покосившись на него.

Японец смутился.

— В общем Кёкэ-сан, поверьте тогда мне на слово, я сейчас в таком водовороте событий, что просто держись. Один неверный шаг или слово и всему конец.

Он задумчиво покачал головой.

— Зачем вы тогда держите меня, если я не знаю ничего, что происходит на самом деле?

— Потому, что вы меня полностью устраиваете на своём месте, — без колебаний ответил я, — вы решаете текущие задачи и проблемы, разоблачаете воров и засланных шпионов в «Arasaka», а это на текущий момент самая важная работа. Я уверен, что когда у вас наладятся процессы и работы станет меньше, вы сможете заняться и более глобальными задачами. Ведь вы видите, что даже сейчас нам нужны агенты влияния в других странах, а их нет у вас на текущий момент и приходится постоянно выкручиваться.

— Здесь я с вами не поспорю господин Реми, — согласился он, — мне есть над чем работать.

— Вот поэтому, чтобы вас не отвлекать от горы нынешних забот, я и ограничил вам поступление информации, повлиять на которую вы не можете. Только вот сейчас привлёк к этой операции, без вас я просто не справлюсь.

— С этим понятно, но почему французы? — вернулся он к щепетильной теме.

— Вы замечали, как последнее время они называют меня по имени? Могут опоздать на смену? — поинтересовался я.

Старик поджал губы, и отрицательно покачал головой.

— Ну вот, а если бы знали это, то не задавали бы вопросов.

Видя, что старик всё больше становится несчастным, поскольку начинает понимать, как много он не знает, я постарался его успокоить.

— Тогда, у Токугава я проводил один ритуал, чтобы вернуть свои потерянные силы, — сказал я, смотря на него, — он пошёл не так, как нужно и пострадали девушки. Я признаюсь, это полностью моя вина, здесь мне не на кого больше показывать пальцем. Но когда он закончился, оказалось, что супруги стали сильнее, а я ничего кроме разбитого сердца не получил от этого.

Кёкэ-сан нахмурился.

— Абсолюты? Стали сильнее? Как такое возможно?

— Возможно. Этой тайной владел Иеясу Токугава и владеет ваш император, — ответил я, — правда цена этого ритуала оказалась непомерно высока.

Тут я сделал паузу.

— Не помните никаких странных смертей в императорской семье?

Японец задумался, затем его глаза расширились.

— Угу, — улыбнулся я, — чтобы получить что-то ценное, нужно отдать равноценное взамен. Так работает усиление. Близкие люди в обмен на силу.

После моих слов из старика словно вытащили внутренний стержень. Он сгорбился, осунулся и руки его затряслись. Нам пришлось остановить машину, и дать ему прийти в себя. Нужно отдать ему должное, сделал он это довольно быстро и вскоре мы снова ехали в нужное место.

— Ну и новости вы мне рассказали господин Реми, — он покачал головой, — теперь думаю, зачем я на старости лет спросил вас об этом. Как теперь с таким жить и делать вид, что ничего не происходит?

— А это уже Кёкэ-сан решите вы для себя сами, — я пожал плечами, — помочь я вам с этим не могу.

— Тогда скажите вкратце, что происходит, я понял из вашего рассказа, что вы хотите столкнуть Джину с французами?

— Да, — кивнул я, — первые став сильнее, чем вся моя охрана вместе взятая, почувствовали свою силу и стали делать попытки брать многое в свои руки. Вторая просто предательница, которая мной воспользовалась. Поэтому я сделал так, чтобы Жан с Ником отправились проверить одно место, и Джину отправил следом за ними.

— Насколько же она сильна, если вы говорите, что француз сильнее всей охраны.

— Она заявляла, что очень, так что мы с вами сейчас и убедимся в справедливости её утверждений.

— Почему вы тогда не захотели воспользоваться услугой телепортера? — поинтересовался он.

— По простой причине Кёкэ-сан, чтобы он не посетил потом это место, когда нас там не будет. Вы же знаете принцы работы телепортеров.

— Да, чтобы переместиться куда-то, они должны там хоть раз побывать в нужном месте, — согласился он.

— Поэтому мы и едем с вами по старинке, благо недалеко.

— Мне доложили, что ловушки сработали, но никто пока не приближается к бункеру, как вы и приказали, — сказал он.

— И правильно, неизвестно как всё там пройдёт, а так всегда сможем сделать вид, что явились как рыцари на белых конях, чтобы всем помочь.

Он искоса посмотрел на меня, но промолчал.

Глава 17

Вход в бункер, выкопанный с помощью Абсолюта земли, был глубок, но главное не обозначен ни на каких картах или схемах. Его мы делали тайно, под другие задачи, но пригодился он для сегодняшней операции, как никакой другой. Доехав до фермы, мы оставили автомобиль у охраны и вошли в ложный амбар, имеющий у дальней стены подвал с глубоким спуском вниз.

— Кёкэ-сан, все трое внизу, газ подействовал на всех, — к нам подошёл одетый в чёрную военную форму человек, с закрытой балаклавой лицом.

— Что происходило до этого? — спросил он.

— Сначала внутри появились мужчина и подросток, затем приехала на автомобиле женщина, — быстро ответил он, — они схватились внутри между собой, много что разрушили, но включившиеся разбрызгиватели залили всё смесью из привезённых баллонов. Вскоре, все трое упали без сознания.

— Пока всё идёт по плану, — кивнул я, — открывайте дверь, запускайте вытяжку, а нам дайте на всякий случай противогазы.

Он кивнул и быстро выполнил требуемое. Вскоре мы спустились в большой ангар, где складировались различные материалы, нужные нам для не совсем законного производства, и присвистнули от открывшегося зрелища. Всё действительно было разрушено и сожжено. Пожар прекратился только тогда, когда вода и испаряющийся газ погасили пламя вытеснив весь кислород, но всё равно даже того, что эти двое тут устроили хватило, чтобы нас впечатлить, хотя разумеется в закрытом помещении, оба не могли пустить в ход свои самые разрушительные техники.

Пройдя зону активного столкновения, мы увидели лежащих на бетонном полу Джину, Жана и Ника.

— Парня в другое место, и если будет приходить в себя обколоть снотворным, — приказал я.

— А с этими двумя? — Кёкэ-сан показал на взрослых.

— Я разберусь сам, здесь мне никто не будет нужен. Вы главное свяжите их, а также перезарядите газовые баллоны, скоро должна появиться Валери. Думаю, Ник сказал и своей жене про это место, так что возможно они появятся сразу обе.

— Хорошо, сейчас распоряжусь, чтобы все снова спрятались после этого, — кивнул он головой, в сторону находящихся без сознания людей.

Оставшись один, я сначала открыл вход в длинный коридор, находящийся в глубине бункера, а уже оттуда в комнату, где находились три алтаря. Подхватив за плечи Жана, я утащил его туда, вернувшись за Джиной. Её тащить было проще, так что я справился быстрее, и почти не отдыхая, поэтому вскоре заперся внутри и только тусклый свет лампочек, а также шумящая вентиляция сопровождали происходящее внутри комнаты. Я первым делом стал обследовать, какой из алтарей был наименее пуст. По-другому нельзя было выразить их состояние, ведь после последнего проведённого ритуала, все были опустошены практически под ноль.

Произнеся слова проверки, активировавшие алтари, я увидел, как рисунки на всех трёх осветились и самым непустым оказался, как ни странно польский. Хмыкнув, я стал подтаскивать к нему Жака, и с трудом подняв уложил его на камень, пристегнув крепко обездвиженное тело ремнями. Разумеется, для начала я планировал Жака пустить на энергию, а уже с Валери и Джиной поработать на впитывание сущности.

Укладываясь на камень сбоку от неподвижного мужчины, я прошептал первые слова ритуала переброса энергии в алтарь. На моё удивление засветились опять все три камня, хотя жертва лежала только на одном. Приподнявшись, я задумчиво почесал затылок, затем спустился вниз и осмотрел как светятся камни. Какого же было моё удивление, когда заметил то, на что раньше не обращал внимания — выемки и выступы, размерами совпадающие с тем, что есть на соседних камнях.

— Как я этого не замечал раньше? — я покрутил головой, — и главное, как я сдвину эти глыбы?

Без помощи тут было точно не обойтись, поэтому пришлось задействовать Кёкэ-сана, который помог мне сдвинуть все три камня ровно настолько, что они все сами выдвинули из себя каменные стержни и накрепко сцепились друг с другом. Отпустив удивлённого японца, который хотел бы остаться, но мне лишние свидетели не были нужны, и так он увидел алтари, поэтому я лёг на нужную сторону второго камня и стал читать речитатив ритуала. К огромному моему изумлению, энергия хлынула потоком внутрь трёх алтарей, и заполнила их на треть, хотя по идее, должна была слабеньким слоем распределиться между всеми.

— Что здесь происходит? — я оторвал голову от камня и сел на нём, всё ещё не веря тому, что алтарь так сильно заполнился.

Ответов конечно не было, поэтому я вернулся к более несущим вопросам, а это анализ воспоминаний Жана. И там было что узнать интересного. Оказалось, я опередил их всего на немного, поскольку они планировали после следующего ритуала уволиться и забрав часть украденного золота у Рода Воронцовых, которое они присвоили себе при транспортировке, вернуться во Францию и зажить там обеспеченной жизнью. Два таких сильных Абсолюта могли жить припеваючи, а золото гарантировало им финансовую стабильность. Так что мои мысли о том, что они определённо не сильно мотивированы работой оказались правдивы.

— Что же, — покивал я своим мыслям, — люди не перестают подтверждать мои мысли о них.

Вернувшись на пол, я столкнул труп француза с камня и положил на алтарь Джину. Она ещё не пришла в себя, так что ритуал можно было провести так же просто, как и с Жаном. Вот только результат впитывания её сущности оказался не таким, как я рассчитывал. Камни засветились так ярко, что казалось, что в комнате зажглось небольшое солнце. Мне пришлось поднять руку и прикрыть глаза от яркого света. Внезапно рядом со мной раздался хлопок, какой бывает при открытии портала, и я мигом прервал ритуал, поднимаясь на камне и выхватывая с кобуры на бедре пистолет.

— Не нужно оружия, пришелец, — сказал на английском появившийся в комнате человек, который выглядел для меня странно: высокого роста с широкими плечами, а его тёмно-русые волосы и ярко-голубые глаза резко контрастировали с его белой кожей, на которой виднелись веснушки. Одет он был не менее странно. Белые хлопковые одежды тончайшего качества, поверх которых на поясе был одет весьма футуристического вида пояс, похожий на те, которые мы носили, будучи штурмовиками.

— Это кто ещё из нас пришелец, — хмыкнул я, не убирая тем не менее оружие.

— Ты, — спокойно ответил он, — это мы призвали тебя в этот мир.

Моя челюсть едва не упала на пол от такого заявления. Я моментально вспомнил куски воспоминаний князя Воронцова, из которых собрал для Джины красивую легенду. Чтобы понять, насколько я был близок к истине, я спросил у незнакомца.

— Скажи ещё, что ты арий.

Он, гордо на меня посмотрел и кивнул, чем вверг меня в очередной шок.

— Так хорошо, — я постарался собрать все мысли в кучу, — зачем?

— Твоя душа после смерти тела улетала на круг перерождения, мы её изъяли для своих нужд, — заметил он.

— Опять же, зачем?

— Чтобы ты помог собрать нам алтарь, — он показал рукой на три соединённых камня, — нам нужен был человек из более технологичного времени с нестандартным мышлением.

— Зачем? — мне стала нравиться эта игра.

— Для своих целей, — обломал меня он.

— А если я откажусь?

— Мы поведаем о тебе другим Бессмертным и посмотрим, как они отреагируют на это, — пожал он плечами.

— Почему вы нашли меня только сейчас? — спросил я, поморщившись от угрозы, — а если бы я вообще не стал заниматься этими алтарями, а стал бы, например, дворником?

— Это исключено, — он покачал головой, — параметры души для захвата были введены конкретные. Чтобы она была слишком амбициозная, жаждущая власти и не могла спокойно жить.

Я погладил подбородок, пока от его ответов возникало ещё больше вопросов.

— Как вы нашли меня?

— Резонанс трёх алтарей, активированных одновременно, дал нам путеводный свет, чтобы найти тебя. До этого, мы не знали в какое тело вселилась твоя душа, процесс призыва душ не из нашего мира, для нас является своего рода экспериментом.

— Хм, — я задумался, а голова гудела словно трансформатор от сыпавшейся на меня информации, — и что дальше?

— Мы предлагаем тебе сотрудничество, — он снова показал на алтари, — ты отыщешь нам остальные пять, взамен мы предоставим ресурсы и технологии для их поиска.

— Как-то маловато, с учётом того, что я до этого хорошо справлялся и без вас, — сварливо намекнул я.

— Что тебе нужно? Золото? Драгоценные камни? — едва ли не с презрением спросил он.

— Этого добра у меня самого навалом, — хмыкнул я, а лицо ария изменилось, став задумчивым, — мне нужен личный телепортер, причём надёжный и неболтливый. У меня были обширные планы на использование данного вида магии, вот только с людьми при этом не везёт.

— «Я хотел до проведения сегодняшнего ритуала использовать Ника, избавившись от его жены, чтобы его потом в горе утешили близняшки, вот только в воспоминаниях Жака обнаружилось то, что Елена уговорила французов взять и их с ними при увольнении, когда узнала об их планах вернуться во Францию. Значит Ник тоже знал об этих планах и ничего мне не сказал, — голове пронеслись быстрые мысли, — как доверять такому человеку свои тайны? Правильно никак».

— Что-то ещё? — поинтересовался незнакомец, видя, что я надолго задумался.

— А что у вас есть? — мгновенно отозвался я.

Он усмехнулся.

— Предлагаю это обсудить позже. Доводи свои ритуалы до конца, и мы заберём у тебя алтари.

— Эй, так не пойдёт, — возмутился я, — я лишён дара, как я его буду восстанавливать, если их лишусь?

Он протянул руку ко мне, и она окрасилась красным, поводив по телу, он покачал головой.

— Последствия разрушения чакроканалов приняли необратимые изменения, ты не вернёшь себе дар, — вынес он приговор.

— Но…, - я было открыл рот, чтобы оспорить диагноз, но задумался.

— «А кто мне об этом сказал? Елена? Которую могли проинструктировать французы, чтобы она дала мне надежду, и я стремился проводить ритуалы и возиться с захватом пленных?».

— Если хочешь, мы можем провести более комплексное обследование, но даже того, что вижу я достаточно, чтобы понять это.

— Обследование мы конечно проведём, но позже, — я поднял на него взгляд, — пока же, запомните адрес моего офиса. Ну и я надеюсь, если ваш диагноз окажется ложным, мы продолжим разговор об алтарях.

— «Да и я сам проведу диагностику в частной клинике, — решил я».

Он кивнул, когда я продиктовал улицу и номер дома и сказал, уходя в портал.

— Не перевози никуда алтари, мы сегодня же их заберём. Если окажется, что я соврал, то даю гарантию, что разрешу тебе проводить на них ритуалы.

— Договорились, — согласился я.

Он попрощался и ушёл в арку телепорта, оставив меня в глубокой задумчивости. Новости были конечно из ряда вон выходящие, но это никак не влияло на то, что ритуал с Джиной нужно закончить, а потому я продолжил и узнал не то, чтобы много интересного, но многие места встреч, тайные знаки Теней, одной из которых она была, и остальное по мелочи, для обдумывания на потом. Главное, что я знал теперь местонахождение нидерландского алтаря, где ей недавно проводили возвышение, если конечно его после этого не перевезли в другое место.

Закончив с женщиной, я сбросил труп к уже лежащему там телу Жана и стал ждать, когда Кёкэ-сан закончит с Валери и Еленой. Они попались ровно так же, как и первая парочка. Быстроиспаряющийся жидкообразный газ, подействовал и на них, так что вскоре ещё три тела перекочевали на алтарь, Ника тоже принесли ко мне, поскольку он стал не нужен. И я, понимая, что знаний больше никаких особых не получу, уложил их сразу всех, чтобы поэкспериментировать, как пройдёт ритуал. Разницы оказалось не было никакой. Я получил разом все знания и умения обоих женщин, а также парня.

Завершив ритуалы, я позвал Кёкэ-сана и попросил тела замотать сначала в чёрную плёнку, чтоб их никто не видел, а затем избавиться от них стандартным способом, скинув со свинцовым грузом на ногах в океан.

— Вы сегодня крайне задумчивы господин Реми, — пока его доверенные люди этим всем занимались, он остановился рядом со мной.

— Они хотели убить меня и сбежать, — задумчиво сказал я, спокойно обманывая стоящего рядом человека, — для этого даже украли золото из казны Воронцовых, что мы отбили при атаке на их Род.

— Я как раз занимаюсь расследованием его пропажи, — хмуро сказал он, — количество слитков не совпало при транспортировке с первоначальным количеством. Похоже его можно теперь закрывать?

— Это если другие не были столь умны, и не взяли себе тоже, — я покачал головой.

Он скривился, словно съел лимон.

— А Ник с женой, тоже участвовали в этом? — он с жалостью посмотрел на труп девушки, которую сейчас заматывали в плёнку.

— К сожалению, да, — снова соврал я, чтобы хоть как-то оправдать свой поступок в его глазах и больше для морального успокоения старика. Самому мне было всё равно.

— Она ведь была беременна, — с сожалением вздохнул он.

Мы помолчали и затем я продолжил.

— Кёкэ-сан, вы если захотите уйти или Диего, то просто заранее меня предупредите, найдёте себе замену и отправляйтесь нянчить внуков с полным осознанием хорошо выполненной работы, а не это вот всё, — я показал рукой на тела, — противно этим заниматься.

— Вам? — изумился он, — что это на вас сегодня нашло господин Реми?

— Я человек, хоть и с другим складом характера, — я врал самозабвенно, применяя технику Джины, когда наружу транслируешь одни чувства, а в себе скрываешь другие. Это оказалось просто тренируемое умение, без малейшей капли чакры. Мне же оно просто досталось от неё в наследство.

Старик покачал головой.

— Хорошо господин Реми, я запомню этот наш разговор.

— Закончите, обыщите их жилища и уберите оттуда всё лишнее, оставьте всё в таком виде, чтобы всем казалось, что они собрали вещи и сбежали. А через неделю объявите их в розыск за воровство золота. Всех четырёх. С работодателями Джины я как-нибудь сам разберусь.

— Сделаю, — согласился глава безопасности, — место, где они его хранят скажите мне?

— Разумеется, перевезите его сегодня же в банк.

— Ладно, тогда я здесь закончил, а вы не заходите в тот бункер, — я показал пальцем, где стояли алтари, — скоро будут гости, которые их заберут. Они стали слишком опасны для всех нас.

Глаза его расширилась, но он промолчал. Лишь низко поклонился, когда я пошёл к лифту.

Глава 18

В офис я вернулся задумчивым, поскольку недавняя встреча произвела на меня большое впечатление, особенно оттого, что правдой оказалось то, что я изначально подал как собственную выдумку, поэтому с удивлением увидел Сюзи, рядом с моими секретарями.

— Что случилось? — поинтересовался я, когда они низко поклонились, приветствуя меня.

— Господин Реми, мы никак не можем до Джины дозвониться, чтобы узнать ваш рабочий график, — извиняющим тоном сказала девушка, — господин Коичи хочет с вами поговорить.

— Странно, я тоже не могу её нигде найти, — притворно удивился я и ткнул пальцем в первую секретаршу, которую лучше всего запомнил, — пока её не отыщем — ты мой личный помощник.

Глаза у девушки расширились, она поклонилась.

— Слушаюсь господин Реми.

— Он у себя? — повернулся я к Сюзи.

— Да господин Реми.

— Пошли.

Мы пошли с ней вдвоём по коридору, и она удивлённо посматривала на то, что позади меня никого не было из привычной охраны: ни французов, ни сестёр. Но разумеется спрашивать она об этом побоялась.

— Коичи привет, — когда она открыла передо мной дверь и пропустила внутрь, я увидел привычно закопанного в бумаги партнёра.

Услышав мой голос, он поднял взгляд красных от долгого напряжения глаз и поднял руку, помахав мне.

— Реми привет, проходи. Перекусишь?

— Да давай, только без сладкого, — я упал на один из стульев.

Дождавшись, когда Сюзи всё принесёт и затем выйдет, оставив нас одних, я продолжил.

— Что случилось?

— У нас начались проблемы, — нахмурился он, — мне уже самому начинает надоедать эта фраза, но ты сам виноват. Скупил кучу предприятий, и как этим теперь управлять, если они настолько разнопрофильные?

— Ну как-то ты сейчас справляешься же, — улыбнулся я, — у меня нет к тебе претензий.

— Зато у меня есть, — он потёр глаза и откинулся на стуле, затем словно вспомнив, полез в стол и вытащил белый конверт с моим именем.

— Держи.

Я даже не стал его открыть, а просто спросил.

— Решил-таки сыграть официальную свадьбу? Отец согласился?

— А у него был другой выбор, после того, как «Arasaka» перекупила долговые обязательства клана Тайра, ставь единственным владельцем всех его долгов? — он скептически на меня посмотрел.

— Ну, он мог посопротивляться, покричать, что ты променял предков на деньги, — хмыкнул я.

— Реми, — он поморщился, — теперь у компании часть залоговой земли клана, а это знаешь, заставляет многих невольно замолкать, когда я появляюсь рядом.

— Ладно, что там за проблемы нарисовались опять? — поинтересовался я.

— Основное — нам не хватает электроэнергии, — сказал он, — и взять её неоткуда.

Я стал серьёзным.

— Купить?

— Не у кого, во всей Японии нет столько мощности, — он покачал головой, — ты развил слишком бурную деятельность по переносу промышленности в Японию, а местные сети на это не были рассчитаны.

— Основные добывающие электроэнергию станции? — спросил я.

— Угольные, а он привозной, — ответил он.

— Выкупить себе парочку?

— Реми, никто не продаст ТЭС, и так сейчас кланы, которые держат энергетику просто обогащаются на нас. Ты видел наши ежемесячные траты на электроэнергию?

— Видел, и они мне не понравились, — согласился я, — а где у нас самая дешёвая электроэнергия?

— В Японии? — не понял он меня.

— У соседей, Коичи.

Он удивлённо на меня посмотрел и ответил, одним словом.

— Ты меня так проверяешь? В России конечно, где ты под шумок войны скупил уже кучу акций генерирующих компаний, хотя я не понимаю зачем. Прибыли там просто мизерные из-за дешевизны этой самой энергии, к нам она попасть никак не может. Хотя было бы хорошо конечно, поскольку у них очень сильная газификация и почти все ТЭС работают на природном газе, а не на угле. Цена на киловатт настолько низкая, что светом по ночам почти все города залиты. А ты сам видел Токио, ночью лучше не выходить на улицу, один фонарь на весь квартал.

— Хм, хорошо, я этим займусь, — кивнул я, — что ещё?

— Ну если будешь договариваться с русскими, в успехе чего я сильно сомневаюсь после недавней войны, — тут он покачал головой, — то нам нужны ещё металлы и другие природные ресурсы. Ты ведь понимаешь, что у нас всё привозное, а это очень сильно влияет на цену конечного продукта. Получается, что сейчас дешевле купить товары в других странах, чем производить внутри Японии.

— Я знаю Коичи, но это всё временно, — вынужденно согласился я с ним, — мы будем выпускать качественные изделия, и пусть они будут стоить дороже, покупать всё равно будут у нас.

— Мне бы твою уверенность, — пессимистически заметил он.

— Что-то ещё?

— Это основная проблема, с остальным я более или менее справляюсь.

— Тогда не буду откладывать её в долгий ящик, сейчас я всё равно решил большинство своих текущих дел, так что займусь энергетикой.

— Спасибо Реми, — Коичи показал рукой на конверт, — не забудь пожалуйста. Мне бы хотелось тебя видеть у себя на празднике, ты важная часть моей жизни.

— После таких слов, я видимо буду последней свиньёй, если не приду, — развёл я руками и улыбнулся, вставая с места.

— Просто Реми, ты постоянно стольким важным людям отказываешь во встречах, что мне приходится отдуваться за нас двоих, — он покачал головой, — а эта важная составляющая нашего бизнеса.

— Я возможно повторюсь, но у тебя это отлично получается, — я помахал рукой на прощание и пошёл на выход.

— Господин Реми, — голос Сюзи остановил меня в коридоре.

— Да? — я повернулся к девушке.

— Я вызвала для вас сестёр Велес, поскольку французы тоже недоступны для связи, — сказала она с поклоном.

— Спасибо за заботу, — я чуть кивнул, показывая благодарность и пошёл в свой офис, чтобы приготовиться к поездке в Москву.

* * *

— Эх, красота-то какая, — Мария огляделась по сторонам, когда мы прибыли на Красную площадь, — я уже и забыла, какой красивой бывает Москва.

— Знаешь, а у меня как-то уже нет такого пиетета, — я равнодушно осмотрелся вслед за ней, — видимо нечто важное умерло у меня, когда я переехал в Японию.

— Какие у вас планы? — скромно поинтересовалась Елена.

— Пока, встреча, — я достал телефон и набрал номер.

— Анастасия Ивановна, добрый день, — поздоровался я.

— Слушаю вас Тихон, — мгновенно ответила женщина.

— Я бы хотел встретиться с Алексеем.

Она долго не отвечала, но я слышал шелест страниц, видимо секретарь смотрела календарь.

— Всё занято, — задумчиво ответила она, — давайте я позвоню ему и спрошу, сможет ли он вклинить вас в своё расписание?

— Я был бы вам признателен.

— Перезвоню, — сказала она, отбиваясь.

На моё удивление ждать пришлось недолго, она и правда перезвонила уже через полчаса.

— Цесаревич приглашает вас вечером в восемь часов отужинать с ним, — сказала она, — что мне ему передать?

— Видимо, что я согласен, — хмыкнул я, — куда приезжать?

— Да, вы же не знаете о его новой резиденции, — задумалась она, — где вы остановились?

— Гостиница «Москва».

— Тогда водитель вам позвонит в назначенное время, чтобы вы не перепутали машины, — сказала она, прощаясь.

— Что же, у нас есть время до вечера, хотите куда-то сходить? — предложил я девушкам, — вещи всё равно ждут нас в гостинице.

— Ой, я бы хотела пройтись по магазинам, — глаза у Марии тут же загорелись, а когда я посмотрел на её сестру, та ответила.

— А я бы хотела поесть вкусного.

— Тогда будем совмещать, — улыбнулся я, направляясь в сторону самого знаменитого кондитерского магазина столицы, где я прошлый раз покупал торт для Джины.

Напробовавшись разных тортов и напившись чаю, мы тремя сытыми колобками вышли на улицу, отдуваясь.

— Я сейчас лопну, — пожаловалась Мария.

Рядом скрипнули тормоза и девушки мгновенно скинули с себя маски беззаботных сопровождающих. Они напряглись и приготовились к драке, охрана, стоявшая неподалёку тоже стала подтягиваться к нам ближе. Масса прохожих тут же отхлынули от нас, сторонясь.

Мужчина, вышедший из машины со знакомым мне гербом на дверце, поднял руки, и широко улыбнулся.

— Господа и дамы, прошу простить, что прерываю ваш отдых, но мой дядя просит вас уделить ему минуту вашего драгоценного времени.

— Александр Данилович меня недолюбливает, после нашей последней встречи с ним, — я мгновенно вспомнил сколько ущерба причинил роду Меньшиковых, — зачем ему искать встречи со мной?

— Дядя к сожалению, не сообщил мне этого, — собеседник развёл руки в стороны.

Ехать куда-то с людьми, которые тебя могли убить, было не очень умно, так что я предложил.

— Мы сейчас в ЦУМ идём, так что если Александр Данилович хочет разговора, то может прогуляться с нами.

Мужчина посерьёзнел, но видя, что другого ответа не будет, кивнул и вернулся в машину. Рыкнув мотором, спортивного вида автомобиль рванул с места.

Девушки сразу расслабились и мы пошли в магазин, который не сильно изменился за эти несколько лет моего отсутствия в столице, оставшись таким же пафосным и безумно дорогим, как и тогда. Мария и Елена сначала бросались на всё блестящее, словно две сороки, но когда я купил им пару платьев, они довольные, теперь выбирали и смотрели вещи уже спокойнее.

Внезапно началась суета, многие продавцы стали наводить чистоту в магазине, а озадаченные люди в костюмах, стали ходить по этажам и о чём-то докладывать по рации. Пока девушки по очереди, чтобы не оставлять меня одного, примеряли юбки, я выглянул посмотреть, что происходит, перехватив даже одного служащего и спросил его о происходящем.

— Владелец приехал, — бросил он на бегу.

Я не сильно удивился, когда в окружении огромного числа секретарей и охраны появился князь Меньшиков, которому подошедший охранник показал рукой на магазин, в котором мы сейчас находились. Вскоре он входил в бутик, вызвав этим дрожь коленей у всех продавцов без исключения. Увидев его, я поднялся с дивана.

— Ваша светлость! Вот это неожиданная и приятная встреча! Как я рад вас видеть!

Князь улыбнулся одними уголками губ, поняв, что я играю на слушателей, которые наверняка всё разнесут по Москве.

— Добрый день Тихон, я тоже удивлён, не меньше тебя.

Он подошёл ближе и сначала взглянул на девушек.

— Насколько я помню Велес? — он склонил голову, — я знал ваших родителей.

Девушки благовоспитанно сделали книксен, чем безмерно меня удивили, таких талантов я в них раньше не замечал.

— Ваша светлость, можно с вами посоветоваться? — спросил я, когда первые приветствия были окончены, — я взял один проект, и ваша помочь, как известного промышленника и мецената мне бы не помешала.

— Конечно Тихон, — согласился он, — кафетерий тебя устроит? Я попросил, чтобы его закрыли для нас на час.

— О, я не смел даже и надеется о подобной чести, — я низко ему поклонился.

Поблагодарив продавцов, мы вышли из бутика и вскоре садились с ним вдвоём за столик у стены, подальше от окон. Все остальные люди остались у входа. Моя улыбка моментально пропала с лица.

— Ваша светилось, о чём вы хотели поговорить? — спокойно поинтересовался я.

— Можешь для краткости называть меня Александр Данилович, — ответил он, заметив эту разительную перемену.

— Тогда меня прошу называть именем Реми, — я кивнул, показывая, что мне подходит такой вариант беседы, — имя Тихон мне давно перестало нравиться.

Князь внимательно посмотрел на меня.

— Я слышал вы хотите поговорить с цесаревичем, — задал он наводящий вопрос, который сразу показал уровень его информированности, а ведь я разговаривал только с секретарём Алексея всего час назад.

— У вас отличные информаторы Александр Данилович, — согласился я, — всё верно.

— А могу я узнать предмет этого разговора? — осторожно поинтересовался он, — спрашиваю не из праздного любопытства, так как на этом ужине планирую быть, и я сам.

— Да? — вот тут уже настала моя очередь удивляться, — а вот это уже новость для меня.

— Для меня тоже, — он хмыкнул, — по крайней мере была ею всего час назад.

— А что случилось час назад? — теперь уже полюбопытствовал я.

— Канцелярия цесаревича обзвонила все значимые рода и попросила прислать своих представителей на этот ужин.

По моему лицу он понял, что об этом я тоже впервые слышу.

— Что-то у меня начинает отпадать желание посещать данное мероприятие, — я покачал головой.

— Вы готовы отказать наследнику престола? — удивился он.

— Я сейчас как бы японец, — я пожал плечами, — поэтому меня не сильно расстроит факт того, что на меня здесь затаят злость.

— А вы сильно изменились Реми, с момента нашей первой встречи, — задумчиво произнёс он.

— Так мы все меняемся Александр Данилович, становимся опытнее, мудрее.

— Так вот, возвращаясь к моему первому вопросу, — я вернулся к теме нашего разговора. — Что конкретно вас интересует во мне и для чего эта встреча?

Я показал рукой кругом, на пустой кафетерий и его и мою охрану за его дверьми.

— «Arasaka» — это ведь ваше детище? — поинтересовался он.

— С партнёрами, — согласился я.

— Но контрольный пакет у вас?

— Верно.

Он немного помолчал и затем продолжил.

— Я знаю, что «Arasaka» ведёт сейчас много крупных проектов в других странах, которые очень интересны моим партнёрам, я сам хотел бы в них тоже участвовать.

Если бы он сейчас признался в том, что является моим настоящим отцом, то я бы и то меньше удивился, чем это предложение о сотрудничестве. Да ещё и от кого! От моего врага, которого я запланировал уничтожить!

— Хм, признаюсь честно Александр Данилович, вы меня весьма ошарашили, — я удивлённо покачал головой, — это крайне неожиданное предложение, особенно если вспомнить наши небольшие тёрки между друг другом.

Лицо Меньшикова стало каменным.

— Если вы Реми наполовину такой, каким вас мне описывали, то думаю прошлые недопонимания не станут проблемой для человека, который хочет зарабатывать деньги.

Я усмехнулся.

— Вы раскрываетесь мне совершенно с другой стороны Александр Данилович, — признался я, — честно, я не собирал ранее информацию о вашей личности, только о Роде.

— И весьма в этом преуспели, — мягко улыбнулся он, — я потерял примерно десять миллиардов рублей на этом вашем интересе ко мне. Но как видите, я здесь, и жду ответа на свой вопрос.

— «Этот человек мне определённо начинает нравиться! — решил я».

— Александр Данилович, как вы относитесь к проекту соединения Российской империи и Японии по проливу Лаперуза энергетическими кабелями и газовыми трубопроводами? — задумчиво произнёс я.

Он отреагировал быстро.

— Я могу конечно всего не знать, но сейчас нет никакого подобного проекта.

Я улыбнулся.

— Как думаете, что будет с ценой на электроэнергию, если Россия начнёт её продавать вовне? Насколько я знаю, сейчас это не очень ликвидное производство у вас в стране.

— А-а-а, — он прикрыл глаза рукой, — так вот почему «Arasaka» скупила акции наших генерирующих компаний почти за бесценок. Все избавлялись от них во время боевых действий, поскольку хотели сохранить доходы в более весомом бизнесе или вообще золоте.

Я скромно промолчал. Князь покивал головой.

— Как вы это предполагаете осуществить? — спросил он меня.

— Объединённая компания, акции пополам с теми, кто тоже готов вложить в проект равноценную сумму, — я пожал плечами, — мне нужна энергия и сейчас я и правда ищу себе партнёров. На примете три страны, близкие к Японии по расположению: Россия, Китай и Корея.

— Начать поиски вы решили с родины?

— Хотя бы попробовать это сделать. Ну так как вам моё предложение Александр Данилович? — поинтересовался я.

— Как вы смотрите на то, если партнёров будет несколько? — поинтересовался он.

— Сколько угодно, акции предприятия распределятся в зависимости от вложенных в него средств.

— Дадите мне время подумать? — спросил он.

— Конечно, до конца ужина с цесаревичем вас устроит? — я пожал плечами.

— Думаю мне хватит.

— Это всё Александр Данилович? — поинтересовался я, косясь на своих девушек.

— Нет, меня ещё заинтересовали ваши линии связи, которые вы прокладываете сейчас в Америку и Китай. Да ещё и с использованием Абсолютов! Зачем это вам? Это же безумно дорого.

— Если дадите положительный ответ на первое предложение Александр Данилович, то я вам расскажу, — улыбнулся я, — думаю мы сможем продолжить этот разговор позже, слишком много любопытных собирается за дверьми кафетерия.

Он проследил за моим взглядом и согласно кивнул, протягивая руку.

— Был рад познакомиться с Реми Тонсу. Тихон мне, если честно, никогда раньше не нравился.

— Взаимно ваша светлость. Взаимно, — я насторожился, таким его странным разграничением двух личностей, но по эмоциям было ничего не понятно, так что я ответил ему крепким рукопожатием, затем мы раскланялись и разошлись. В ЦУМ-е после ухода князи и его свиты ещё долго гудел народ обсуждая его появление. Как я услышал из разговоров — это крайне редко происходило, поэтому все так и заволновались, думая, что что-то произошло.

— Всё купили? — обратился я к сёстрам.

Они кивнули.

— Возвращаемся в отель, нам всем нужно привести себя в порядок, поскольку вечер предстоит весьма непростой.

— Хорошо господин Реми.

Глава 19

Ровно в восемь мне позвонил шофёр и вежливо назвал номер машины, а также то, что он ждёт меня внизу. Мы с девушками осмотрели друг друга, признали, что чертовски хорошо выглядим и отправились к машине. Их было всего три, так что все мы не поместились и расселись, как получилось: в головную сели мы с Марией, во вторую Елена с частью охраны, третью заняли парни Диего. Часть из них ждала нас в отеле, пока мы гуляли днём по Москве. Поскольку машин на всех не хватило, то большая часть осталась здесь, чтобы если что-то случится сразу прийти на помощь.

Автомобили плавно тронулись и вскоре выехав на широкий проспект, направились загород. Дорогой мы все молчали в присутствии постороннего, но, когда машины свернули на асфальтированную дорожку, уходящую вглубь леса, я с тревогой посмотрел на Марию. Лучшего места для засады просто не могло быть. Она кивнула, достала рацию и быстро переговорила с сестрой.

— Остановите машину, — приказала она водителю.

Тот послушно это сделал, а я не ощутил от него ни малейшей подозрительной эмоции.

— Сейчас проверят путь и, если всё спокойно, мы двинемся дальше, — заверила меня она, — парни Диего знают своё дело.

Чтобы не ждать в машине мы вышли наружу, оставив водителя внутри, и стоя у края дороги, тихо переговаривались между собой. Внезапно я почувствовал, как спине становится жарко, затем меня выкинуло вперёд, а в ушах раздался грохот взрыва. В голове мгновенно зазвенело, и я понял, что лежу на земле. Голова кружилась, и я никак не мог встать, поскольку к горлу всё время подкатывала рвота. Выблевав в итоге остатки обеда, я достал платок и вытер рот, после чего сел на колени и находясь в полной прострации, осмотрелся по сторонам. Вокруг меня то и дело вспухали и взрывались огромные огненные шары взрывов, а вокруг неподвижно стоящей рядом со мной Марией из-под земли то и дело били огромные земляные шипы. Она даже не шевелясь заставляла их рассыпаться на безвредные комочки, но я видел, как она прикусила губу от усилий, которые она предпринимает для этого и по подбородку уже текла струйка крови.

Голова стала немного проходить, и я сфокусировал свой взгляд на машине, а точнее её остатков, которые горели, чадя чёрным дымом. Видимо её взрыв и был тем, что меня выбросило на обочину, а Мария не дала взрывной волне разорвать меня на кусочки.

Пока я осматривался, к нам пробилась остальная охрана и Елена. Первым делом дотронувшись до сестры она подлечила её раны, а сопровождавший её один из командиров Диего, сказал, обратившись ко мне.

— Нападавших слишком много, нам нужно уходить.

— Открывайте портал.

— Часть людей тогда придётся оставить, чтобы они дали нам уйти. Мария и Елена сейчас сдерживают основной напор, если они уйдут с вами, телепортера сразу убьют, — спокойно предупредил меня он.

— Выводите всех, кого можете, девушки уйдут последними, — ответил я.

— Но господин Реми — это опасно, к ним может подойти подкрепление, — осторожно поинтересовалась Мария, — вам лучше уйти первым.

— Я и уйду, — с помощью протянутой руки Дэнни, я поднялся на ноги, — нечего спорить, открывайте портал.

Почти мгновенно он вспыхнул передо мной и сначала туда шагнул Дэнни, затем я, оказавшись на территории клана. Командир моей охраны тут же достал телефон, и вскоре к нам стали открываться порталы, откуда появлялись серьёзные Абсолюты. Диего и Кёкэ-сан появились позже и подошли ближе, осматривая меня.

— Похоже путь в Москву мне теперь закрыт, — сказал я, когда они расспросили меня о подробностях произошедшего.

— Думаете это князь Меньшиков? — поинтересовался мексиканец.

— Да как раз наоборот, что это мой бывший друг, — я покачал головой, вспоминая собственные ощущения при разговоре с князем, от него я не чувствовал ни единой настораживающей меня эмоции, а это значило, что за покушением мог стоять кто-то ещё, в том числе и цесаревич. Иначе чем объяснить произошедшие странности: нам дали всего три машины, хотя охраны было значительно больше и только моя настороженность позволила нивелировать фактор внезапности для нападающих, ну и главное, взорвалась машина с водителем, в которой должен был ехать я, а её предоставил секретариат Алексея.

— В любом случае Кёкэ-сан постарайтесь провести расследование, — обратился я к главе службы безопасности, — не буду сгоряча ничего предпринимать, пока не будет больше подробностей.

Японец лишь кивнул, показывая, что понимает это.

Через десять минут из открытого портала вывались обожжённые, со слезающей волдырями кожей сёстры, и практически сразу за ними впрыгнул в портал сам телепортер, получив в спину молнию. Так что на нашу сторону он вернулся уже трупом.

— В больницу, — я показал рукой на близняшек и машину скорой помощи, тут же врачи стали оказывать им первую помощь, и вскоре усадив их внутрь, помчалась к больнице.

У меня зазвенел телефон. Посмотрев на небольшой экран, я увидел незнакомый номер.

— Слушаю.

— Реми, я к этому непричастен, — сразу сказал мне голос князя Меньшикова.

— Я вас и не вину ваша светлость, — спокойно ответил я, — в свете того, что мы обсудили днём, вы последний, кто был заинтересован в моей смерти.

— Хорошо, что ты это понимаешь, — с облегчением ответил он, — в ответ на твоё предложение я даю положительный ответ. Я и ещё пара других Родов готовы в него войти.

— Тогда приезжайте в Токио, можете взять столько охраны, сколько посчитаете нужным, — заметил я, — я думаю в Москве мне лучше не появляться какое-то время.

— Согласен, — заметил он, — дайте номер своего секретаря, я поручу своему согласовать с ним все нюансы встречи.

Я продиктовал, и мы простились с ним.

— Кёкэ-сан, — закончив разговор я снова повернулся к японцу, — к тому что я уже сказал, поднимите-ка весь наш компромат на русских, нужно аккуратно поспрашивать и узнать, кому и зачем понадобилось меня устранять.

— Хорошо господин Реми, — поклонился он, — ответную акцию планировать или нет?

— Конечно нет, мы ведь не идиоты, чтобы покушаться на особ императорской крови, — я внимательно на него посмотрел, — но мы обязательно решим этот вопрос позже, экономическим путём.

Старик улыбнулся.

— Я так и подумал.

— Диего, — я повернулся к военному, — всё как обычно. Позаботьтесь о погибших, выжившим премии.

Он кивнул и продолжил.

— Сейчас обеспечу вам охрану, пока сёстры на лечении.

— Хорошо, а я пока заеду к Коичи, расскажу о планируемом мероприятии с русскими.

* * *

— Реми, ты с ума сошёл? — он, едва узнав о покушении, а потом и о договорённостях с родом Меньшиковых сразу возбудился, — Меньшиков и раньше хотел тебя убить или ты забыл из-за чего вообще война Таиланда с Российской империей разразилась?

— В этот раз непохоже, что это был он, — я покачал головой, — давай всё же с тобой будем разделять хороших русских от плохих.

— У тебя слишком уж призрачная грань для этого определения, — он нахмурился, — и кстати, как с ними вести дела, если туда и мне теперь опасно ездить?

— Пусть пока ездят к нам, — я пожал плечами, — это теперь не наша с тобой проблема. Всё, что я хочу, чтобы ты нанял проектировщиков, кто сможет предварительно просчитать стоимость этого проекта. Нам нужно будет на ближайшем совещании с другими инвесторами озвучить сумму.

Он недовольно поджал губы.

— Хорошо, но знай, что я против.

— Коичи, — я вздохнул, — ты сам попросил меня решить проблему с энергетикой, это самый простой и главное перспективный вариант. Он позволит нам одновременно проложить трубы и кабели, получив таким образом газ и так нужную нам электроэнергию. Представь, сколько мы сэкономим на найме Абсолютов, которых привлечём для этой работы, когда они зараз уложат нам сразу всё сразу.

— И этот твой оптический кабель тоже будем укладывать? — поинтересовался он, всё ещё хмурясь.

— Конечно, всё по максимуму. Князь Меньшиков был очень заинтересован в наших технологиях.

— Ладно, но обеспечь тогда нужную охрану проекту, — нехотя продолжил он, — меня беспокоит это твоё сотрудничество с русскими, из-за которых и началась война.

— Хорошо, распоряжусь, — покладисто согласился я.

В дверь раздался стук и к нам заглянула Сюзи.

— Господин Реми, ваш секретарь просит сообщить, что к вам два посетителя, говорят, вы им назначали.

— Как выглядят?

Она ушла на пару минут и вернувшись описала ария, с которым мы виделись вчера.

— Прости — это и правда важная встреча, — я поднялся со стула, — я загляну позже.

Он кивнул, а я обратился к девушке.

— Предупреди охрану, чтобы их пропустили, я приму их у себя.

Сюзи поклонилась, пошла к стойке, а я пошёл к себе, встретив человека, одетого сегодня, в отличие от вчера, в деловой костюм, а также молодого парня лет шестнадцати, который удивлённо осматривался вокруг.

Увидев меня арий поздоровался, я же поманил их за собой в кабинет. Рассевшись по местам, я посмотрел на него.

— Вчера я не представился, меня зовут Азар Рухани, со мной рядом Нур Пашаи, — показал он рукой на себя и парня.

— Реми Тонсу, очень приятно, — вежливо склонил я голову.

— Нур — один из самых талантливых наших телепортёров, — как факт произнёс арий, — мы готовы предоставить тебе его на время, если пообещаешь, что с ним ничего не случится.

— Я конечно пообещать могу, но со мной рядом постоянно что-то случается, — я покачал головой, — давайте остановимся на том, что в случае проблем он просто может бросить меня и убежать, спасая себя. Но потом разумеется вернётся, когда опасность минует. Мне он нужен, как носитель дара, а не телохранитель, так что его безопасность будет для меня в приоритете, после своей конечно.

Арий задумался, но быстро согласился.

— Хорошо, это нас устраивает.

— Дальше, мне нужен доступ к алтарям, поскольку есть два Абсолюта, которых я хотел бы возвысить, — продолжил я.

Азар отрицательно покачал головой.

— Это исключено, к себе мы тебя не пустим, а алтари больше не покинут нашу обитель.

— Тогда какое ваше предложение?

— Мы скажем тебе примерное местонахождение ещё двух алтарей, — без раздумий ответил он, видимо этот вопрос они продумывали до встречи со мной, — один, можешь пока оставить у себя.

— Предварительно конечно изъяв у владельцев, — хмыкнув, уточнил я.

Он развёл руками.

— Хорошо, что ещё из технологий вы можете мне предоставить? — поинтересовался я.

— А что тебя интересует?

— Скафандры для работы в космосе, энергетические щиты, — без долгих раздумий выпалил я. Мои планы простирались далеко за пределы планеты Земля.

— Мы предоставим тебе варианты имеющегося на складе оборудования, но на многое не рассчитывай, — уклончиво ответил он.

— Также мне катастрофически нужны технологии производства полупроводников, на более меньшем технологическом процессе чем сейчас — это в приоритете, — продолжил я.

Арий задумался, затем кивнул.

— Что-то придумаем, но опять же, мы воины, а не инженеры, чтобы дать тебе схемы или чертежи.

— Тогда в принципе это всё, — я погладил подбородок, — если что по мелочи понадобится или будет непонятно, я ведь могу просить у вас помощи?

— Разумеется.

— Тогда, какими будут ваши требования? — я посмотрел на него.

— Ты находишь и передаёшь нам ещё пять алтарей, всё просто, — лаконично ответил он, — как я уже сказал ранее, информацию о нахождении двух из них мы тебе предоставим.

— Для меня это приемлемо.

— Тогда уговор? — он поднялся и протянул мне руку.

Я удивился.

— Так просто? Не письменного договора? Ни других бумажек?

Он сухо улыбнулся.

— У нас есть средства заставить человека отвечать за свои слова.

Я пожал потянутую руку.

— Тогда договор заключен.

— Договор заключен, — повторил он и показал на молчавшего парня, — вся связь с нами, через него.

— Вы ещё обещали провести более глубокое обследование состояния моих чакроканалов, — напомнил я ему.

— Я помню. Как будет время, скажешь Нуру, он доставит тебя куда нужно.

— Когда я могу получить требуемое?

— Через неделю мы подготовим помещение вне стен нашей крепости, и Нур перенесёт тебя туда, чтобы ты выбрал нужное тебе.

— Спасибо, — поблагодарил его я.

— Тогда до встречи через неделю, — он поднялся и парень, махнув рукой, открыл ему портал, в который тот и зашёл, оставив нас одних.

— Ну что, давай знакомиться, — я потёр ладони друг о дружку, чтобы их согреть, рука у ария была просто ледяная, — ты обедал?

Парень отрицательно покачал головой.

— Тогда вперёд! — я показал ему на выход, — поехали, пообедаем, заодно и расскажем о себе то, что можно рассказать.

— Меня это устраивает, — согласился он.

Глава 20

Вечером ко мне домой приехал Кёкэ-сан с двумя папками. Нур отдыхал в соседней комнате, а я предложил Фудзиваре чай и пока готовил его, поскольку никого больше не было в квартире, кроме нас двоих, он стал рассказывать.

— Информаторы узнали причину недовольства вашего бывшего друга, господин Реми.

— То есть это всё-таки был Алексей?

Старик кивнул.

— Интересно и чем же мы не угодили его высочеству? — я был занят аккуратным засыпанием чая в глиняный сосуд.

— Кто-то из наёмников Диего, участвующих в нападении на особняк Оболенских, стал стучать на сторону, — спокойно сказал он, — иначе откуда бы русский принц узнал о причастности вас, к этой операции.

— Диего заверял, что брал только проверенных на дело, — задумчиво сказал я, и заварив чай, принёс его на стол и разлил по небольшим чашкам. Сделав глоток, я достал телефон.

— Заедь ко мне, — бросил я три слова, и мексиканец напрягся, но угукнул.

Пока я знакомился с содержимым отчётов, что принёс Кёкэ-сан, как раз и сводившихся к тем выводам, о которых он мне и поведал в более краткой форме, в дверь постучали. Охрана впустила гостя и вскоре он сидел напротив нас.

— Почитай, — я протянул ему папки.

Много времени это у него не заняло, и военный закусил губу, вернув их обратно.

— А это не мог быть кто-то из ваших парней? — поинтересовался он у японца, — в операции участвовали самые доверенные мои ребята, мне бы не хотелось просто так проводить среди них расследование.

— Я проверил Диего, — Кёкэ-сан покачал головой, — об этом знали только трое человек, кроме меня, у всех есть нужная мотивация, не говоря уже о том, что мы с ними из одного клана.

— Хотите сказать предатели могут быть только у меня? — возмутился мексиканец, эмоционально махая руками.

— Джентльмены, прошу успокоиться, — я поднял руку, — Диего прошу тебя провести расследование. Сам. Даю на это месяц, после чего дело перейдёт к службе безопасности. Всё понятно?

— Спасибо господин Реми, — вздохнул он, — что сказали мне об этом.

— У нас нет секретов друг от друга, — сказал я, перехватив секундный ироничный взгляд Фудзивары, — поэтому с докладом, сразу ко мне.

— Могу идти? — спросил он.

— Ты торопишься? — поинтересовался я.

— Ваш звонок снял меня с весьма красивой японочки, — он иронично улыбнулся в ответ.

— Тогда не буду задерживать тебя, возвращайся к ней, — я улыбнулся ему в ответ, — завтра подъешь с утра, обговорим с тобой охрану одного проекта.

Мексиканец поднялся, попрощался и пошёл на выход.

— Начинайте параллельное расследование Кёкэ-сан, — я убрал улыбку с лица, повернувшись к старику едва Диего вышел, — нужно найти крысу.

Тот, ничуть не удивившись моим словам, лишь кивнул.

— Если это всё господин Реми, то меня ждут дома, — отпросился он, — семейный праздник.

— Конечно, — я махнул рукой.

Он тоже попрощался и ушёл, оставив меня одного. Я огляделся в пустой квартире, которая снова медленно, но верно превращалась в берлогу холостяка, и поскольку дел на сегодня было больше незапланированно, встреч тоже не было, я потянулся к телефону.

— Да господин Реми, — спустя десяток трелей трубку взяла весьма запыхавшаяся Нацука.

— Чем занимаешься? — невинно поинтересовался я.

Она замешкалась, и я услышал глухой голос Патрика.

— Работаете? — я специально спросил во множественном числе, посмотрев на часы, которые показывали десять вечера.

Нацука замолчала, и я всё понял. Она просто боялась мне врать напрямую.

— Вы встречаетесь? — спросил я.

— Да, господин Реми, — с большим облегчением ответила девушка.

— Хорошо, я заеду завтра к вам в офис, это несрочное дело, — быстро свернул я разговор, отбившись.

Больше, тех кому я мог доверять и тем более свободно разговаривать, у меня в записной книжке телефона не было, не звонить же Аяке, которая явно сейчас была с мужем.

— Ладно, — я отбросил телефон и взял пульт от телевизора, — давно не заглядывал, что там показываю по моему телевидению.

На первом же канале я наткнулся на новости, большая часть которых была мне и так известна, далее шли вечерние эротические шоу, которые я поручил создать, ну и спорт, куда без него. Хватило меня ненадолго, я выключил телевизор и пошёл в ванную, чтобы пораньше лечь спать.

— «Ну хоть высплюсь, — решил я».

* * *

Неделя, загруженная встречами с людьми по многочисленным текущим проектам, а также решением проблем промчалась словно один час. Только предупреждение от Нура, с которым мы уже общались спокойно, без насторожённости, поскольку очень много времени проводили теперь вместе, заставило меня вспомнить о ещё одной запланированной встрече.

Оставшись вечером только с ним, я сказал Нуру открыть портал, что он и сделал прямо посередине комнаты. Я вошёл туда первым, а он следом. Мы оказались в плохо освещённой пещере, внутри которой нас ожидал Азар.

— Ты не сильно торопился, — он протянул руку, которую я пожал.

Я пожал плечами.

— Ну-с, где мои сокровища?

Арий хмыкнул и покачал головой, показав на стойки и стол, на котором стоял ноутбук. Мои глаза расширились, и я словно коршун бросился сначала к нему. Он включился и почти сразу я попал в смутно знакомый интерфейс. Обратив время, которое стояло в системе, я удивлённо покачал головой. Кнопки и настройки были интуитивно мне понятны, так что я быстро во всём разобрался, поняв справедливость своего первого впечатления — ноутбук был произведён за триста лет до моего рождения, но для этого мира он был сверхтехнологичным и передовым. Полазив по папкам и программам, я понял, что он принадлежал простому матросу космического корабля, поскольку кроме порнушки и фотографий с семьёй внутри ничего не было, только самое простейшее ПО.

— Ладно, хоть что-то, — я выключил и отложил ноутбук в сторону, переведя взгляд на стойки.

Меня заинтересовали только две: на первой висел лёгкий скафандр, для перехода в вакууме между кораблём и станцией, для кратковременного нахождения человека в космосе, а вот на второй был более весомый аргумент — настоящий боевой скаф десантника. Это я определил опытным взглядом моментально. Дрожащими от возбуждения руками я проверил амуницию и нашёл кнопку активации брони. Пробежала диагностика и показались его параметры — энергоячейки были заполнены едва ли на треть.

Я залез внутрь и отсоединив шлем, надел его себе на голову. Мгновенно воспоминания накатили на меня, когда появился пусть слабо незнакомый и сильно устаревший, но такой родной визир целеуказания, сводившийся то на одного ария, то на другого, помечая их, как безоружные цели.

Пробежавшись по меню и возможностям, я быстро понял, что текущих ресурсов скафа на многое не хватит, а потому отдав приказ отсоединить от скафа пояс со щитом и перераспределить всю оставшуюся энергию лишь в две энергоячейки, я вернул шлем на место, а сам отщёлкнув четыре защёлки, надел тяжеленный пояс на себя, прямо поверх делового костюма. Ячейки же вытащил из бронированного ранца скафа сзади и рассовал их по карманам.

— Мы так и не смогли этого сделать, — Азар с любопытством смотрел за моими манипуляциями.

— Скафандр и ноутбук я тоже заберу, — я показал рукой на два других предмета, — попробую что-то с этим сделать. Броню можете вернуть назад. Судя по разряду вам нечем зарядить питающие ячейки?

— Мы пробовали, но оживили только примитивные приборы, в виде переносного компьютера, — соврал он, что я моментально ощутил. Но ссориться с ними было мне не с руки, а потому я лишь попросил Нура о помощи и вскоре всё добро перекочевало ко мне в квартиру, а оттуда в серверную, находившуюся под большой круглосуточной охраной. Несмотря на поздний час, я позвонил Кёкэ-сану и попросил завтра с утра быть у меня в офисе. Он полюбопытствовал причину и кого нужно взять с собой, на что получил ответ, что только он и нужен, а ещё я попросил сделать это так, чтобы Диего не знал о его посещении меня. Фудзивара согласился и попрощался.

* * *

Поскольку охрана состояла почти полностью из наёмников, то Кёкэ-сану пришлось воспользоваться телепортом, чтобы оказаться прямо у меня в кабинете, а оттуда уже я с помощью Нура перенёс его в серверную. Осмотревшись, он перевёл взгляд на меня.

— Что такого случилось господин Реми, что вы пригласили меня сюда? — удивлённо поинтересовался он.

Я подошёл и убрал ширму, которая отгораживала предметы от остальной комнаты. Глава службы безопасности подошёл, потрогал скафандр, ноутбук, затем поднял взгляд на меня за объяснениями.

— Вручаю эти сокровища вам Кёкэ-сан, — пояснил я, — учёным не давать ломать, поскольку знаю, что разберут всё до винтика. Проследите, чтобы собрали в обратном порядке.

Он кивнул, хрипло спросив.

— Откуда это? Я никогда не видел ничего подобного.

— Мои друзья передали, в обмен на мою помощь, — спокойно ответил я, — прошу вас, чтобы учёные всё хорошо изучили и можно быстрее на уже имеющихся у нас мощностях использовали эти наработки под мои новые проекты. Срочность и приоритетность — максимальная.

— Прекрасно это понимаю господин Реми, — согласился он, — и лично это буду курировать.

— Нур поможет вам перенести вещи куда скажете, — я показал на парня, — не обязательно это делать сейчас. Сами понимаете уровень секретности.

Старик кивнул и задумался.

— Тогда с вашего разрешения господин Реми, я подготовлю надёжное место и обращусь к вам за помощью в их транспортировке.

— Договорились, — согласился я, — а теперь вернёмся в кабинет, пока нас не хватились.

Вернувшись к себе, мы попрощались и поблагодарил Нура за помощь, сказав, что дальше он свободен, поскольку планов по перемещению у меня на ближайшие дни нет.

— Я тогда вернусь в крепость, повидаю близких, — спросил он.

— Тогда как я тебя найду? — поинтересовался я.

— Каждые четыре часа я буду возвращаться в Японию и писать вам sms? — предложил он.

— Спасибо за понимание Нур, — поблагодарил я его.

Он кивнул и открыв портал, ушёл через него.

Год спустя

Внутри зала было тихо. Стоявший человек, только закончивший говорить, спокойно ожидал реакции сидящих в темноте, но всё что видел — это только тени и силуэты.

— Значит технологию взорвавших продажи во всём мире смартфонов, Разрушитель получил от своих работодателей, — задумчиво произнёс ответственный за азиатский регион, — странно что об этом мы узнаём только спустя год.

— Всё было настолько засекречено господин, что мне случайно попала эта информация и то только по разгильдяйству жены одного из участников, привлечённых в проект, — ответила Тень.

— Что ещё стало известно?

— Параллельно со смартфонами ведётся разработка портативных компьютеров, телевизоров, а также другой сложной техники весьма высокого уровня. Аналогов в мире у неё сейчас нет.

— Как там ваш проект с ним? С кабелем? — поинтересовался кто-то из темноты.

Бессмертный, отвечающих за ОША хихикнул.

— Мы организовали совместное предприятие, соединив почти все континенты. Скоро, очень скоро будут готовы мощности для запуска первых электронных бирж и фондовых рынков.

— И вас не смущает, что всё это реализовано на его мощностях? — с иронизировал кто-то ещё.

— Абсолютно, — нисколько не смутился вопрошаемый, — он не дурак, сам это прекрасно понимает, а потому предложил нам всем совместно организовать Международный Валютный Фонд, а также компанию SWIFT, которая обеспечит международную межбанковскую систему передачи информации и совершения платежей. К ней уже сейчас подключено больше тысячи банков и судя по тому, какие возможности она открывает, скоро будет взрывной рост количества пластиковых карт на руках у населения. Наличность будет уходить в прошлое.

— То есть вы с ним, по сути будете контролировать все мировые электронные платежи? — раздался недовольный голос.

— Полгода назад я всем присутствующим предлагал выступить их учредителями, конкретно вы уважаемый — отказались, — хихикнул ответственный за ОША, — те, кто согласился, подключают сейчас свои банки к SWIFT на весьма выгодных условиях и пользуются всеми его преимуществами почти бесплатно.

— Играйтесь в свои игрушки, — резко ответил его собеседник, — я считаю это ваше детище не продержится и года. Наличные деньги нужны всем. Так всегда было, есть и будет.

— Я посмотрю, как вы попробуете легально перевести через границу, ну хотя бы сто миллионов долларов, — хмыкнул другой Бессмертный, сидящий сбоку, — сколько времени это у вас займёт. С помощью безналичных расчётов я делаю это одним щелчком мыши.

Послышался стук дерева о дерево.

— Господа, не будем спорить, каждый поступает так, как считает нужным для себя. Вернёмся лучше к докладу Тени.

— У меня нет больше другой информации, — признался тот, — только то, что русские закончили проект укладки трубопровода, а также кабелей и весь Токио по ночам теперь залит светом и рекламой, словно это Москва. Акции генерирующих и газодобывающих компаний русских взлетели до небес с началом продаж электроэнергии на рынок Японии, ранее испытывающий сильный её дефицит.

— Я слышал вы уважаемый, прикупили себе большой пакет, — со смешком обратился один из Бессмертных к тому, кто отвечал за Российскую империю.

— Опоздал, — густой бас ему раздосадовано ответил, — оказалось, что ещё во время первой войны с Японией, Разрушитель почти всё выкупил за бесценок.

— Ну признали бы эти сделки недействительными, — заметил кто-то.

— Попробовал, но кругом стали стремительно умирать судьи, адвокаты, а затем рода Меньшиковых, Распутиных и Орловых намекнули всем, что лучше никому не лезть в это дело. Я узнавал причину такого их интереса, оказалось, что часть акций этих компаний «Arasaka» продала им, поэтому не стал ссориться с этими Родами и отступил.

— Получается они тоже получили свой кусок?

— Судя по огромной стройке, что затеял князь Меньшиков, благосостояние его рода стало стремительно расти, особенно за последний год, — с сожалением ответил бас, — хотя во время первой войны он сильно пострадал от деятельности Разрушителя.

— Должен вас проинформировать, что украли ещё один алтарь, в Канаде, — раздался голос, — я которую нашу встречу поражаюсь, что вы спокойно позволяете ему это делать или у кого-то есть сомнения в том, что это не дело рук Разрушителя?

— Это ваши проблемы, что вы не можете сохранить такую ценную вещь, — хихикнул голос старика, — доходы тех, кто сотрудничает с «Arasaka» уже сейчас выросли кратно! Я повторяюсь, кратно! А наши эксперты трясущимися от жадности руками теребят калькуляторы и дают прогнозы, что за ближайшие три-пять лет они вырастут в пятьдесят раз! Мы давно не видели такого рывка в заработках, и я лично готов закрыть глаза на мелкие шалости человека, который даже не будучи одарённым, может создавать проблемы Бессмертном. Значит не очень хорошие из вас высшие, если не можете сохранить местоположение алтарей втайне. Также подтверждаю, что голосую и буду голосовать против его устранения, пока от него есть польза. Сейчас убрать его, равносильно отрезанию себе обеих ног. Жить будешь, но вот уже ходить вряд ли.

— Я тоже против!

Голоса раздались во множестве, так как все, кто участвовал сейчас в дележе мировых денег, получали огромные прибыли.

— Что же, доклад принят, — заключил председатель, обращаясь к Тени, — но информации недостаточно, чтобы претендовать на возвышение. Ваша очередь понижается на десять позиций.

— Слушаюсь, — голос докладчика дрогнул, услышав приговор, но он повернулся и вышел из комнаты. Во вторую дверь вскоре вошла потрясающей красоты молодая девушка, вызвав у некоторых сидящих восхищённые возгласы. Особенно у нестарой его части.

Она улыбнулась, принимая комплименты и поклонилась.

— Спасибо, мне всегда приятно слышать от вас похвалу, — она замерла на месте.

— Слушаем ваш годовой доклад, — произнёс председатель.

Девушка кивнула и стала бегло пробегаться по выполненным заданиям, а также тому, что она успела за год узнать или сделать.

— В Африке всё большую активность стали проявлять японцы, — дошла она до пункта, который вызвал удивление у сидящих. До этого они слушали её молча.

— С этого момента подробнее, — мягко попросили её.

— Какая-то японская компания «Arasaka», — наморщила она лоб, вспоминая называние, — завезла во все страны, где есть хоть грамм полезных ископаемых сотни тысяч китайских наёмников и после череды смен лидеров этих стран, они расползаются теперь словно тараканы по чёрному континенту. Я отправляла пять докладов в течение года про это, но инструкций, что делать, не получила.

— Господин? — председатель обратился к тому месту, где должен был сидеть Бессмертный, отвечающему за Африку.

— Он трагически погиб, меня недавно выбрали на его место, — раздался молодой голос, — простите, но я только принимаю дела, коих очень много. Я мог пропустить эти доклады.

— Как он мог умереть, если механизмы перехвата душ работают стабильно и никогда не дают сбоев?! — послышались удивлённые, но больше испуганные голоса.

— Это неизвестно, проводится расследование, — снова ответил молодой голос, — сейчас это всё, что я знаю.

— Что у нас в Африке? — раздался задумчивый голос.

— Полезные ископаемые, — ответили ему, — много полезных ископаемых.

— Но я не слышал, чтобы мои предприятия сталкивались с их дефицитом, все поставщики отгружают без задержек в отгрузках.

— Если Разрушитель будет контролировать правительства чёрного континента — это может прекратиться в любой момент, вспомните голландцев с их Philips-ом.

— Прошу председателя внести в протокол. От лица азиатского региона выношу предложение, — раздался тихий голос, вмешивающийся в неспешное обсуждение, — поделить мою зону ответственности на две: Среднюю и Южную Азию, кроме Индии и Китая отдать Разрушителю, остальное буду, как и прежде, курировать я.

В зале настала немая тишина.

— Высший, вы хотите предложить ему место? Место среди нас? — раздался вкрадчивый голос, — вы может забыли, но он работает на ариев.

— У меня всё прекрасно с памятью, высший, — спокойно ему ответили, — но я всегда смотрю на вещи прямо. С ним можно договориться, он умён, эффективен, организован. Единственная проблема, которая у него имеется — отсутствие Бессмертия, с которым каждый из нас вступал в члены нашего уважаемого общества. Мы можем поманить морковкой перед мордой у ослика.

— Но он не одарён! — возмутились сразу несколько голосов.

— У каждого из нас есть свои недостатки, — хмыкнул кто-то рядом, — предложение уважаемого Бессмертного крайне интересное и требует более тщательного обсуждения. Прошу председателя добавить его в пункты нашего заседания.

— Выполнено, — раздался голос председателя, — дальше Тень.

Девушка, кивнула.

— Почти все местные компании были выкуплены «Arasaka» и затем обанкрочены, — продолжила она, — аборигенам выплачивают мизерные ежемесячные пособия, чтобы они не бунтовали. Также для удовлетворения спроса в еде были повсеместно открыты кафе быстрого питания — McDonald’s. То производство, что было внутри стран, почти полностью уничтожено, так что местных используют на самых черновых работах в основном на карьерах, плантациях каучука или какао. С каждым месяцем страны скатываются в тотальную нищету, но народ полностью доволен ситуацией, так как работать их никто не заставляет, а месячные выплаты каждому позволяют им по минимуму закрывать свои потребности: есть, пить, покупать одежду и оплачивать связь.

— Тоже сейчас происходит в беднейших странах Латинской Америки, — заметил один из сидящих, — просто под копирку и снова «Arasaka».

— Вы пытаетесь им противодействовать?

— «Arasaka» не трогает наши компании, — ответил он, — Разрушитель придерживается договорённостей с ним, но ситуация в целом, с учётом Африки, где у нас было мало интересов, выглядит не очень хорошей. Эти его смартфоны, просто обрушили рынок телефонов. Они бесплатны, залочены только под одну компанию-оператора с кредитным обязательством, пользоваться им в течение пять лет, так что люди набирают их только что не тележками.

— Видимо поэтому он и пошёл туда, — согласились с говорившим, — и там развернулся по полной.

— Господа, вы забыли ещё об одной немаловажной вещи, — раздался тихий голос представителя Франции, — его операционная система «Arasaka» стоит на всех выпускаемых им компьютерах. Удалить её нельзя.

— Но она же бесплатная?

— Опять же, что будут делать покупатели, когда он решит сделать её платной?

— На этой операционной системе работает 90 % всех серверов, — задумчиво подтвердил Бессмертный отвечающий за ОША, — я просил своих экспертов проверить её, все подтверждают, что нет никаких «чёрных ходов» или закладок. Просто удобная и эффективная оболочка. Но я согласен с вами, ничего не мешает ему сделать её уязвимой, если мы поссоримся.

— «Arasaka» словно спрут, расползающийся по планете, нам нужно уже сейчас решить, что с этим делать, пока не стало слишком поздно, — заявил тот молодой голос, который говорил от Африки, — я за его устранение.

— Вопрос по Разрушителю вынесен на повестку дня, — ответил ему председатель, — после доклада всех Теней мы к нему подойдём, прошу набраться терпения.

— Продолжайте Тень дальше, — обратился он к девушке, внимательно слушающей препирательства высших, которые не могли прийти к единому мнению. Те, кто зарабатывал вместе с этим странным человеком, были целом за него, остальные, разумеется, против.

Глава 21

Я сидел за ноутбуком, и редактировал игру, которую написала нейросеть. Мир вскоре готов будет увидеть первую бесплатную игру «Candy Crush Saga», в которой я пока убрал интерфейс с монетизацией, чтобы ввести его позже. Игра была крайне проста и могла пойти на убогих смартфонах, которые мы выпустили, взорвав ими рынок. Новая маркетинговая политика продажи, согласованная с партнёрами из других стран, позволила нам одним снять сливки. Те сотовые операторы Бессмертных, которые согласились со мной сотрудничать, сейчас захлёбывались от притока денег, те, кто отказался, кусали локти и слёзно упрашивали включить их в список компаний для распространения смартфонов.

Звук небольшого прямоугольника с сенсорным экраном, отвлёк меня от работы.

— Да Мизуки, — ответил я секретарю, нажав кнопку принятия звонка.

— Господин Реми, к вам посетитель, говорит по вопросу от тех ваших партнёров, с которыми вы встречались в Голландии, — ответила она.

— «Что случилось? — удивился я, быстро вспоминая свои последние „проказы“, — неужели узнали про безвременную кончину ещё одного своего коллеги?».

— Пригласи его в мой кабинет, я скоро буду.

— Слушаюсь господин Реми.

Быстро отредактировав видимые правки, я отдал распоряжение на их устранение нейросети, а сам, опустив крышку ноутбука, пошёл к двери. Открыв её, я первыми увидел скучающих близняшек, которых я был вынужден оставлять за дверью, поскольку они мне мешали работать.

— У нас гости, оттуда, — сказал я им показав пальцем на запад. Девушки напряглись и заняли место у меня за спиной.

— Господин Реми, — пока мы поднимались на лифте меня спросила Елена, — можно вас пригласить на свадьбу?

Её вопрос поставил меня в ступор. Я недоумённо посмотрел на неё.

— А? Что? Какую свадьбу?

— Моя сестрёнка выходит замуж, — гордо сказала Мария, и смахнула с глаза несуществующую слезу, — бросает меня, кровиночку. Обменяла на какого-то мужлана.

— Не бросаю! — мгновенно возмутилась та, — и он не мужлан! Я сколько раз просила тебя не называть его так!

Забыв обо мне, девушки стали припираться, так что я с удивлением понял, что это их не первая ссора по этому поводу и даже не вторая.

— Так подождите, — остановил я их, и уточнил у Марии, — хочешь сказать, что Елена, наша скромница, нашла мужчину и хочет выйти замуж раньше тебя?

Та кивнула.

— Представьте себе господин Реми.

Я покачал головой.

— Думаю сегодня, меня уже мало кто может удивить.

— Так что насчёт приглашения? — пискнула мигом засмущавшаяся Елена, — если хотите, я вам официальное письмо передам.

— Не нужно, мы всё равно почти всё время вместе, просто скажите, когда вас отпустить, понимаю предсвадебная суета и прочее.

— Спасибо господин! — обрадовалась она.

— «Похоже после смерти Воронцова, души девушек перестали искать смерти, и ты погляди, свадьба! — я всё ещё был сильно впечатлён услышанным».

— Господин Реми, ваша гостья ожидает вас в кабинете, — секретарь, выбежав из-за стойки стояла в низком поклоне, как, впрочем, и все, кто был сейчас на этаже.

— Спасибо Мизуки, — кивком поблагодарил я своего секретаря, которая работала у меня со дня смерти Джины, став для меня просто идеалом порядка и пунктуальности.

Открыв дверь, я вошёл внутрь и открыл было рот поприветствовать гостя, как голова, с красивой уложенной причёской повернулась в мою сторону и я замер с открытым ртом. Увидев мою реакцию, она усмехнулась.

— Буду считать вашу реакцию за комплимент и что не зря готовилась к встрече восемь часов, — сказала она мягким, бархатным голосом, от которого у меня волосы по всему телу встали дыбом.

Она поднялась и протянула мне руку. Я вместо того, чтобы её пожать, чуть поднял её и прикоснулся к её пальцам губами, сразу отпуская их. Первое впечатление прошло, я потянулся к её эмоциям, где ощутил безграничный холод и пустоту. Это мгновенно меня отрезвило.

— Добрый день, — я опустил на лицо привычную каменную маску, и обогнув её, сел на своё место, дистанцировавшись от девушки. Стало значительно легче смотреть на её правильные, словно выточенные из белого мрамора черты лица.

— Как я могу к вам обращаться? — она, недоумевая над произошедшей с моим лицом трансформацией, опустилась в кресло и повернулась ко мне.

— Господин Реми.

— Мы можем говорить здесь? — поинтересовалась она.

— Если где и можем, то только тут, — я пожал плечами, поскольку серверная и кабинет с моей квартирой были самими защищёнными местами в этом городе.

Девушка, не смущаясь, продолжила.

— Господин Реми, организация Бессмертных приглашает вас в свои ряды, как равноправного члена.

— «Поспешил я похоже говорить, что сегодня не буду ничему удивляться, — пришло в голову понимание, что мне предложили. Бессмертные решили перекупить меня у ариев. Весьма разумное решение».

— Этих весьма уважаемых господ не смутило, что я не одарён? — полюбопытствовал я.

— Скажу вам честно, я была свидетелем споров на эту тему, — девушка якобы тепло мне улыбнулась, но её отношение ко мне эмоционально никак не изменилось. Она или не могла, как Джина показывать лживые эмоции, или, что было более вероятно ей было всё равно, — но другие ваши таланты перевесили этот недостаток.

Я задумался, поглаживая подбородок. Предложение мне нравилось много больше, чем договор с ариями. Там я был связан обещаниями и рамками, здесь же можно было разгуляться.

— Вы уполномочены вести всеобъемлющие переговоры? — я поднял на неё взгляд.

— Разумеется, — склонила она голову, — мне остался всего шаг до того, чтобы самой стать Бессмертной.

— Тогда переместимся в другое место, — я нажал селектор и попросил подготовить кортеж к Кёкэ-сану.

Девушка встала и последовала за мной, вызывая восхищённые взгляды почти всех мужчин вслед, а также злые женщин. Особенно сердитыми выглядели близняшки.

— Господин Реми, — рядом оказался бессменный Нур, с которым мы этот год почти не разлучались и стали хорошими приятелями. Ну или он по крайней мере так думал.

— Поехали со мной, — не моргнув и глазом позвал я его, поскольку иначе это вызвало бы подозрения с его стороны.

Парень повернулся, чтобы посмотреть на подошедшую девушку и замер, открыв рот.

— «Видимо я также выглядел, когда увидел её первый раз у себя в кабинете, — понял я по его остекленевшему в секунду взгляду».

Мы сели по машинам, и пока ехали, я отписал сообщение Кёкэ-сану. Он ответил лишь коротким: — «Жду».

Когда мы подъехали к цветущей, утопающей в зелени территории Фудзивара, где слышалось огромное количество детских голосов, поскольку клан богател с каждым годом, привлекая в свои ряды всё больше одарённых, так что не удивительно, что они чуть ли не каждый месяц покупали себе новую землю, чтобы расширяться.

Выйдя из машины, мы прошли в главный зал, а затем оставив всю охрану, лишь с одной девушкой в комнату к главе службы безопасности. Я часто так делал, так что ни у кого не должно было возникнуть подозрений.

— Добрый день Кёкэ-сан, — поздоровался я со стариком. Тот поклонился, внимательно осмотрел мою сопровождающую, и показал рукой на открытый портал.

— Откроем обратно через три часа, — предупредил он.

Девушка заинтересованно на него посмотрела, но не стала ничего спрашивать, а смело шагнула за мной, оказавшись в моём месте, которое я облюбовал для личного отдыха. Я выкупил полностью то место в горах, с горячими источниками, на которых мы были с Ори и Рейкой первый раз и перестроил его только под себя. Я позволял пользоваться им, только самым близким людям, так что можно было быть уверенным, что меня, когда я нахожусь там, никто не побеспокоит.

Увидев за окном заснеженные горы, а также парящий бассейн, постоянно наполняющийся из горячего источника, она повернулась ко мне.

— А вы гурман, господин Реми.

Я пожал плечами и стал раздеваться прямо под её оценивающем взглядом. Раздевшись донага, я спокойно взял полотенце, тапочки и пошёл к бассейну. Как раздевалась она, я не видел, но когда рядом со мной плюхнулась вода, я скосил взгляд и увидел обнажённую девушку, которая спокойно посмотрела на меня.

— Я бывала на многих переговорах, но на таких, впервые, — призналась она, затем заметила, — если вы хотели увидеть меня голой, могли просто попросить раздеться, вовсе не обязательно было перемещаться для этого так далеко.

Я никак не отреагировал её слова, лишь качнул от себя пахнущую сероводородом белёсую воду и сказал.

— У меня договор с ариями, обману их, они меня убьют.

Улыбка пропала с её губ.

— Нам это прекрасно известно.

— Насколько возможен слив им вашего предложения?

— Полностью исключён, знают только члены общества, — заверила меня она, видимо не зная пословицу о свиньях.

— Не скрою, мне это интересно, но сила ариев от которой я никак не защищён, меня останавливает от принятия окончательного решения.

— Это также понятно и членам общества, — согласилась она, — они могут предложить вам только информацию об их местоположении.

— А-а-а, — понятливо протянул я, — хотите избавиться от них моими руками, чтобы наложить руки на технологии. Разумно.

Девушка рядом тихо рассмеялась.

Я повернулся к ней.

— Я сказал что-то смешное?

— Нет, что вы, — она улыбалась, — просто один из Бессмертных предупредил меня о вашем ответе, почти слово в слово.

— И что вы должны были тогда сказать на такое? — мой взгляд невольно переместился на идеальную грудь, которая от воды и свежего воздуха поднялась, окрепла и розовые соски теперь задорно торчали вперёд.

Она по-прежнему улыбаясь ответила, словно предложила выпить чашку чая.

— Господин Реми, если моё тело отвлекает вас от переговоров, вы можете трахнуть меня. Я понимаю реакцию мужчин на меня и не буду против. Успешные переговоры для меня важнее.

Я постелил полотенце и показал встать ей на колени. Она сразу же это сделала, и я почти без подготовки вошёл в неё. Долгое воздержание дало о себе знать, так что я быстро кончил и отстранившись от девушки, вытерся о другое полотенце, после чего вернулся в бассейн. Она поднялась, сходила подмылась и вернулась, опустившись рядом. Минуту мы посидели молча.

— Можно вопрос, вне переговорного процесса? — спросила она.

— Прошу, — я лениво покачал рукой.

— Зачем вы это сделали? Вы ведь даже не хотели меня.

Я повернулся к ней, посмотрев ледяным взглядом.

— Потому, что мне захотелось стереть с твоего лица эту пренебрежительную улыбку.

Она вздрогнула, улыбка мгновенно пропала, а на лицо пришло её истинное лицо, которое полностью синхронизировалось с её внутренним ощущением холода и презрения по отношению ко мне. Причём последнее появилось именно после секса. Она открыла рот, чтобы видимо сказать что-то жёсткое, хлёсткое, но затем хлопнула себя по лбу и рассмеялась. Вот только теперь я почувствовал, как на все её эмоции накатывает весёлость. Она и правда смеялась!

— С вами всё хорошо? — холодно поинтересовался я.

Девушка подняла на меня смеющееся лицо, затем протянула мне руку.

— Так хорошо. Я переоценила себя с вами, признаюсь. Давайте начнём знакомство с нуля. Реми Тонсу, меня зовут Ханна Эванс.

Я снова поцеловал кончики её пальцев, сразу отпустив их.

— Мы дадим вам информацию об их крепости, а также известных нам производствах и вкладах, — вежливо склонила она голову.

— Это хорошо, но что я получу взамен, убрав их?

— Над этим вопросом мы тоже долго думали, — согласилась она, — обычно те, кто входит в общество, либо как я проходят долгий путь, чтобы стать его членом, либо добились таких результатов в наращивании капитала и власти, что их можно соблазнить чем-то более ценным, чем богатства.

— Например? — поинтересовался я.

— Бессмертие, — спокойно сказала она, — мы предлагаем вам бессмертие.

— Каким образом оно осуществляется? — поинтересовался я.

— Эта закрытая информация господин Реми.

— Настолько, что даже я об этом знаю? — я посмотрел на девушку, словно на пустое место, — механизм перехвата душ, перемещает душу умершего в тело другого донора.

Лицо Ханны окаменело.

— Они вам предложили то же самое?! — она зло стиснула губы.

— Что-то я снова стал отвлекаться на ваше тело, — я сально ухмыльнулся, — нужно срочно устранить эту проблему.

Ханна поморщилась.

— Я хотела, как Валькирия, ворваться, разобраться с вами за час, — призналась она, и обвела рукой, — а не вот это вот всё.

— То есть секс мне больше не положен?

— Обойдётесь, — отрезала она, и взяв полотенце обмотала его вокруг своей груди, — могу помочь вам только этим.

— А влаг….е у вас очень тугое, давно не было сексуального партнёра? — продолжил издеваться над ней я.

Она тяжело вздохнула.

— Да.

— Как давно?

— Три года, — она отвечала сухо и кратко.

— Почему?

— Это не касается темы переговоров.

— А если я соглашусь, но попрошу, чтобы вы с этого момента стали моей девушкой? — поинтересовался я.

Ханна вздрогнула и румянец с её щёк стал пропадать, несмотря на горячую воду.

— Нет, прошу вас, — испугалась она.

— Передайте своим нанимателям, что я согласен, — я встал из бассейна, — своё бессмертие пусть они оставят себе, мне оно неинтересно, но вот тебя я хочу получить себе. Так им и передай, что соблазнила, окрутила парня своей красотой и обаянием.

Прищуренные от злости глаза девушки были мне немым ответом. Мы переместились в комнату, вытерлись, обсохли и затем оделись. Я позвонил Кёкэ-сану и его человек открыл портал сначала мне, а затем девушке, которая попросила отправить её в Лондон. Когда мы остались одни, он спросил.

— Наконец-то нашли себе девушку? Полностью одобряю ваш выбор.

— Да? — я спокойно посмотрел на него, — а если я скажу, что это Джина номер два?

Он застонал и схватился за голову.

— Господин Реми, ну только этих проблем нам опять не хватало!

— Эти, как вы их называете проблемы Кёкэ-сан, никуда не делись ещё с прошлого раза, — я покачал головой, — за всеми нашими действиями пристально следят и поверьте мне, гораздо лучше многих понимают, для чего мы, что делаем.

— Опять оборудовать вашу квартиру, кабинет и машины жучками? — спросил он.

— Угу, — кивнул я, — и установить за ней тотальный контроль. Я думаю её хозяева от счастья того, что я согласился на их предложение, уже к вечеру пригонят её обратно.

Вот тут я снова ошибся, поскольку раздался звонок охраны и удивлённый командир сегодняшней смены сказал, что та девушка, которая вошла со мной пару часов назад к господину Фудзиваре, сейчас стоит с сумкой возле клановых ворот.

— Как они в вас заинтересованы-то господин Реми, — изумился старик, услышав это.

— Не обольщайтесь — это до поры, до времени, — я пожал плечами, — как только наши пути разойдутся, преданнее врагов нам с вами будет не сыскать.

— Лучше бы мы с вами так друзей себе заводили, — вздохнул он, — пойдём? Не будем заставлять девушку ждать.

Большой делегацией мы прошли к воротам, и я попрощался, обняв старика на глазах у всех, сев в лимузин, где уже сидела Ханна, которая на меня даже не посмотрела.

— Ты мне сейчас напоминаешь щенка, которого прежние хозяева выкинули из дома, отдав другому человеку, — прокомментировал я её поведение.

— Мне только что уже провели краткую лекцию о том, как легко меня вывезти из себя, — она холодно на меня посмотрела, — поэтому просто напомню, если вы забыли, господин Реми Тонсу — я Абсолют, вы — простой человек. Одно движение пальцами и ваша голова отлетит очень далеко от тела.

— У тебя какая стихия? И ранг возвышения? — полюбопытствовал я.

Меня не удостоили ответом, просто отвернувшись. Я улыбнулся, чувствуя, как от девушки просто фонит ненавистью ко мне.

— «День точно прошёл не зря, — довольно подумал я, — а то последнее время скука по ночам стала одолевать меня очень сильно. Кроме Нура же, вообще не с кем было поговорить, да и то, о чём я мог с ним разговаривать? Простой человек с гор, только что немного образован и владеет телепортацией».

Глава 22

Мы вошли в квартиру и увидев девушку, Нур, который в своей крепости видел их только в сильно закутанном виде, снова стал капать слюной.

— Нур, Ханна поживёт какое-то время здесь, так сложились обстоятельства, — обратился я к парню, — поэтому переедь пожалуйста в соседнюю квартиру, чтобы её не смущать.

Арию явно не понравилась моя просьба, но спорить он не мог, поэтому кивнул и собрав вещи, пошёл на выход, благо весь этаж был мой. Я чтобы не терпеть соседей давно выкупил всё здание целиком и теперь здесь жили в основном мои охранники и их семьи.

— Прости, это на время, — когда он проходил мимо, я шёпотом сказал, чтобы не портить с ним отношения, поскольку телепортер он был и правда первоклассный.

Его лицо чуть мягчилось, и он кивнул.

Когда мы остались одни с Ханной, я показал рукой на свою берлогу.

— Приступай.

Девушка недоумённо на меня посмотрела.

— К чему?

— Уборка, готовка, выполнение всех моих прихотей, — с ухмылкой сообщил я ей.

Ханна помрачнела.

— У тебя нет денег на слуг?

— Все в обороте, — развёл я руками, — перебиваюсь с воды на хлеб.

— Я наследница древнего аристократического рода, — она повернулась ко мне, — я никогда этим не занималась — это работа слуг.

— Ну ты всегда можешь уйти от меня, — я показал рукой на дверь, — но тогда сделке конец. Я помню у вас с этим связано очередное возвышение, так что выбор у тебя прост: учиться чему-то новому, или лишиться возвышения.

— Это не то, чему я хотела бы учиться, — она с ненавистью посмотрела на меня.

— Хватит ныть, приступай или проваливай.

На протяжении всех следующих двух часов я слушал, какой я урод, негодяй и в целом тварь в исполнении Абсолюта, который с тряпкой и пылесосом чистил квартиру, мыл посуду, а затем я заставил её нам ещё и приготовить. Получилось просто ужасно, поэтому я демонстративно выкинул всю приготовленную еду в помойное ведро, а затем заказал её из ресторана.

Глаза Ханны давно горели лихорадочным блеском, от желания меня убить, тоже ощущалось от неё и в эмоциях.

— Тебе доставляет это удовольствие, признайся? — упала она без сил на диван, когда мы поели нормальной еды и я включил телевизор.

— Вообще нет, — я покачал головой, — но мне скучно, а тут такой шанс.

Ханна сделала вид, что тянется руками ко мне, чтобы задушить.

— У тебя остались силы на секс? — изумился я.

Руки тут же убрались, а сама она отпрыгнула от меня на другую сторону дивана.

Я рассмеялся, чем вызвал от неё новый всплеск убийственных желаний. Спали мы разумеется раздельно, она заняла комнату Нура, поскольку квартира у меня была крайне небольшая. Меня это абсолютно устраивало, поскольку так можно было меньше убираться, чтобы не пускать посторонних людей в свою святая святых.

* * *

Утром, пока она спала, я зашёл в квартиру к арию.

— Нур, мне нужно увидеться с Азаром, — попросил я его, когда он сонный открыл дверь квартиры.

— Срочно? — парень протёр глаза.

— Нет, как ты будешь готов, — успокоил я его.

— Тогда можно Реми, через пару часов, — попросил он, — я вчера поздно лёг.

— Почему? — удивился я, — я тебя не мучил переходами, мог просто отдохнуть.

Парень замялся, и я ощутил он него просто тонну смущения и такой знакомый мне привкус влюблённости, которой у меня всегда вяз на зубах. Я стал догадываться, поэтому спросил напрямую.

— Ты хотел спросить кто она? Ханна?

Парень смущённо кивнул.

— О, мой дорогой друг — это Абсолют, с которым мы временно сотрудничаем, — я покачал головой.

— Так она не ваша девушка? — удивлённо, но в то же время с большой надеждой спросил он.

— Нет конечно, с чего ты решил? — деланно удивился я.

— Ну вы вместе живёте, — замялся он с надеждой в голосе.

— Мы с тобой уже год вместе живём, — хмыкнул я, — это ведь не значит, что мы с тобой встречаемся.

Тут ему крыть было нечем, поэтому он смущённо спросил.

— Если между вами ничего нет, то можно я окажу ей знаки внимания?

— Конечно, только боюсь тебя ждёт большое разочарование, — я покачал головой, но затем замолчал, поскольку в голову пришло понимание, что возможно я неправ. Если Ханна узнает, что он арий, то весьма велика возможность того, что она решит сблизиться с ним, чтобы вызнать больше информации. А это могло уже повлиять на мои планы.

— «Нужно этот момент учесть, — понял я, — и поговорить с Азаром как можно быстрее. Нур — дитя гор, ему покажи голую женскую ногу, он забудет обо всём и расскажет даже то, чего не знает».

— Хотя, — я вернулся в реальность, видя, как парень ждёт моего ответа, — дерзай.

— Спасибо Реми! — обрадовался он, — я просто в неё влюбился, Ханна такая красивая.

— Давай только избавь меня от этого соплежуйства пожалуйста, — отмахнулся я, — иди умывайся, одевайся, выезжаем через час.

— Буду готов! — заверил меня он, скрываясь в квартире.

Я же вернулся к себе, увидев, как возле плиты опять портит продукты Ханна. Дождавшись, когда она пережарит яичницу, а из чая сделает ослиную мочу, я всё демонстративно вылил и выкинул, и сам сделал себе завтрак. Ровно одну порцию. Сидя и поедая всё, я наткнулся на голодный взгляд.

— Кто не работает, тот не ест! Русская народная пословица, — заметил я.

Глаза её опасно сузились, а между пальцев засверкали маленькие молнии, в комнате резко запахло озоном.

— С другой стороны, — спокойно заметил я, — есть другая пословица. Труд сделал из обезьяны человека. Давай бери продукты, буду тебе рассказывать, что и в какой последовательности делать.

Девушка проглотила оскорбление и стала делать себе завтрак под моим чутким руководством. Справившись за десять минут и не сильно много испортив при этом продуктов, она села есть то, что приготовила.

— Тебе для информации, — заметил я, смотря как она жадно ест, — Нур — арий, приставленный моими работодателями следить за мной. Поэтому не сболтни чего лишнего в его присутствии пожалуйста.

Ханна подавилась чаем, закашлявшись.

— Почему вы об этом говорите мне только сейчас? — возмутилась она.

— Ты не спрашивала кто он, поэтому я решил тебе сказать сам, — срезал я её возражения.

— Хорошо, спасибо, — она доела и посмотрела на меня, — какие у вас планы?

— Есть два варианта: ты либо ждёшь меня, развлекая себя сама, либо будешь везде меня сопровождать, — предложил я, — на важные встречи я тебя понятное дело не возьму, будешь ждать в офисе, но так у меня и без этого есть чем заняться. Твой выбор?

— Конечно с вами, я от скуки одна с ума сойду!

— Тогда одевайся, и мы уже выезжаем через десять минут.

— Это шутка? — она удивлённо на меня посмотрела, — мне час нужен не меньше.

— Я выезжаю через десять минут, — улыбнулся я, — просто ставлю тебя об этом в известность.

Она сорвалась с места почище иного спринтера и умчалась в ванную. Через десять минут мы и правда спускались вниз, Нур пялился на жопу Ханны, та это чувствовала, но в моём присутствии не подавала об этом вида, но стоило только мне отойти, как тут же начала строить ему глазки, вызывая у того ещё большее слюноотделение.

Когда мы приехали в офис, то я их оставил в комнате отдыха, с телевизором и закусками, где обычно проводил время один Нур, а сам занялся делами, звонками и планированием встреч по нужным мне направлениям. Вошедший через пару часов парень поинтересовался у меня.

— Азар сказал у него есть сейчас время, может перемеситься к вам сам.

— О, отлично, зови его, — я кивнул.

Буквально через минуту я здоровался с Арием, который приветливо мне кивнул при встрече.

— Нур, позови Ханну, пожалуйста, — попросил я парня, тот смущённо посмотрел на родственника и вскоре её привёл. Азар поражённо на неё посмотрел, а та мгновенно поняла кто он и состроила из себя невинную девицу.

— Ханна, ты приехала налегке, — сказал я, обращаясь к ней, — не будешь против проехаться по магазинам, и купить себе одежду на первое время? Плачу я.

— Если так, то кто откажется, господин Реми, — скромно ответила она.

Увидев умоляющий взгляд парня, я добавил.

— Возьми с собой Нура за компанию, чтобы не было скучно.

— Конечно, — она кивнула и посмотрела на него, — едем?

Тот посмотрел на Азара и меня.

— Я отправлю Азара куда он скажет, не переживай, — отпустил я его. Арий тоже кивнул головой, понимая, что тут происходит что-то странное.

Когда они ушли, мужчина посмотрел на меня.

— И что это было?

— Меня поставили в безвыходное положение, — тихо сказал я, — либо я предаю вас, либо меня убивают.

Арий мгновенно стал серьёзным, а я показал ему на кресло.

— Поэтому я тебя и позвал, чтобы вместе подумать, что делать.

— Она здесь, чтобы тебя контролировать? — правильно догадался он.

— Угу. Не то чтобы меня угнетало общество красивой девушки, но понимаешь сам, это накладывает определённые неудобства, например, на встречи с тобой.

— Зачем ты тогда показал меня ей?

— Она и так это знала, — я развёл руками, — просто подтвердил её и их догадки.

— И подставил меня, — заметил он.

— Азар, не ты ли меня убеждал, что в состоянии справиться с любым противником лично? — изумился я, — исходя из этих заверений, я и подумал, что тебе ничего не угрожает. А предостеречь её от поспешных шагов мне было нужно.

Он смутился.

— Хорошо, что ты планируешь делать?

— Теперь, когда я якобы открыл за вами охоту, — ответил я, — мне нужна будет более существенная помощь. Вы теперь не сможете отсидеться в своей крепости с кораблём из будущего. Сказать тебе точные координаты места?

Арий нахмурился.

— Да, ты правильно понял, наши общие «друзья» снабдили меня всей нужной информацией, чтобы я собрал силы и напал на вас, — самозабвенно врал я, правильно контролируя свои эмоции.

— Что ещё они тебе рассказали?

— Многое Азар, — я специально упомянул ещё два факта об их банковских вкладах и тут он понял, насколько всё серьёзно.

— Враг стал силён, — его лицо стало словно каменным, — мне нужно обсудить эту информацию со старейшинами, я не могу один принять решение.

— Поэтому я тебя и позвал Азар, — ответил я, — к тому же, ты видел девушку. Нур уже в неё влюбился по уши. Что он ей расскажет, одному богу известно.

— Мне придётся его забрать у тебя.

— Нет, он мне нужен, — я отрицательно покачал головой, — и посвящать кого-то нового в свои тайны я не собираюсь. Поговори с ним, убеди молчать, но я вам его не верну, он мне нужен для работы.

— Хорошо, я поговорю с ним, он должен помнить о заветах предком, — нехотя согласился арий, — плоть не должна довлеть над разумом.

— «Ты будешь полным дураком, если в это поверишь, — удивился я про себя, зная, какими идиотами могут быть влюблённые, но вслух ответил совершенно иное».

— Вот и отлично, — я поднялся с кресла вслед за ним, улыбнувшись, — жду решения ваших старейшин.

— Благодарю тебя, что сообщил такие важные новости, — склонил он голову, — особенно про Нура.

— Мы же в одной лодке, — ответил я, глядя ему прямо в глаза, — вы помогли мне, я вам, такой был уговор.

— Такой был уговор, — согласился он, — отправь меня ближе к тому месту, про которое уже знаешь.

— Да, сейчас позову своего человека.

Вскоре в кабинет вошёл мой второй телепортер, и открыл портал Азару. Попрощавшись, мы расстались. Отпустив его, я вернулся к работе.

* * *

— Господин Реми, Аяка Тайра просит встречи, — ко мне заглянула Мизуки.

— Зови, — немного удивился я, поскольку мы со времени рождения её ребёнка больше не пересекались, хотя я знал, что она недолго была в отпуске, почти сразу вернувшись к работе.

Через пару минут дверь открылась и в кабинет вошла чуть пополневшая с момента нашей последней встречи Аяка.

— Привет, — я показал ей рукой на кресло.

— Добрый день господин Реми, — склонила она голову, присаживаясь.

— Как семья? Ребёнок?

— Тебе же всё равно, зачем спрашиваешь? — она просто констатировала факт, поскольку хорошо знала меня.

— Зачем пришла? — не стал спорить поэтому я.

— Ясоу остался без работы, — сказала она, — твой новый управляющий уволил весь прошлый управленческий состав.

— Я-то тут при чём? — удивился я, — посчитал нужным и уволил. Планы он выполняет по внедрению банковской системы, показатели выдачи пластиковых карт выше всяких похвал. У меня нет претензий к его работе.

— Реми, ну пожалуйста, — Аяка сложила ладони вместе, — он не примет помощи от меня, поскольку слишком гордый.

— Минус десять миллионов за нарушение субординации, — проворчал я.

— Хоть минус сто, — отмахнулась она от меня, — Реми пожалуйста, я прошу тебя, у меня рушится семья из-за этого. Он дома, пьёт, пока я работаю как лошадь на твою пользу.

— Ну скажем не только на мою, но и свою тоже, — уточнил я, — но ладно, к тебе у меня тоже нет вопросов, твоя HR-дирекция выше всяких похвал.

— Реми, пожалуйста!

— Ладно, чего ты от меня-то хочешь?

— Дай ему банк, — Аяка мгновенно превратилась в хищницу, — можно не самый большой.

— Ты ведь понимаешь, что его всё равно будут дрючить за невыполненные планы? — уточнил я.

— Плевать. Придёт домой, поноет, я ему отс…у и он успокоится, — отмахнулась она, — это точно лучше, чем то, что происходит с ним сейчас.

— Ладно, пошли к Коичи, чтобы не откладывать дело в долгий ящик, — вздохнул я, поднимаясь с места.

Она встала и обняла меня.

— Спасибо!

— Не подлизывайся, тебе это абсолютно не идёт, — покачал я головой, поскольку не чувствовал больше от неё былой теплоты ко мне.

Женщина смутилась.

— Но я правда признательна тебе! Почему ты мне не веришь? — возмутилась она.

Я такого на эмоциональном уровне не чувствовал, но говорить об этом вслух разумеется не стал.

Мы вышли из кабинета и направились в сторону кабинета её брата.

— Ты кстати знаешь, что у Коичи проблемы с персоналом? — вроде бы мимоходом поинтересовалась она.

— Нет, а что такое? — я сделал вид, что это для меня в новинку, хотя Кёкэ-сан давно посвятил меня в проблему и мы с ним уже предприняли нужные шаги по её устранению.

Аяка тут же стала сливать мне информацию про Коичи, смакуя подробности его просчётов. Я слушал, поддакивал и возмущённо качал головой к её большому удовольствию. У Коичи было совещание, но при виде нас все быстро выбежали в коридор, низко кланяясь и извиняясь. Тайра недовольно посмотрел на сестру.

— Я был вообще-то занят.

— Мы все заняты, — заявила она, выжидательно посмотрев при этом на меня.

— Знаешь, думаю ты иди, — я сел в кресло, обратившись к Аяке, — я всё равно хотел сначала с Коичи обсудить другое дело.

— Но господин Реми, — ей явно хотелось, чтобы вопрос её мужа решился при ней.

— Аяка, я обещал, значит сделаю, не раздражай меня, — хватило одного взгляда, чтобы женщину сдуло из кабинета.

Когда она ушла, от партнёра пошла волна удовольствия.

— Знаешь Реми, я всё больше понимаю, как ты был прав, — он покачал головой, — Аяка просто невозможна.

— Что случилось? — я сделал удивлённый вид и затем по третьему кругу стал выслушивать проблемы, которые имелись между ним и сестрой. Так же, как и прошлые разы поддакивая и возмущённо качая головой.

— Слушай, ну давай её приструним, — предложил я ему, — сократи на следующий квартал бюджет HR, сама прибежит к тебе мириться.

— Да она быстрее к тебе жаловаться побежит, — расстроился он.

— Давай ты сделай, а мы скажем, что в моей программе была ошибка, — предложил я.

Коичи от возможности сделать гадость сестре, с которой они последнее время не ладили, только обрадовался.

— А чтобы дать ей пряник, подыщи пожалуйста её мужу банк среднего размера и назначать туда управляющим, — предложил я.

— Мы ведь его недавно с тобой уволили, — удивился он.

— А теперь бросаем кость Аяке и помогаем его пристроить на работу, но другую, где он не сможет узнать много про наши планы, — подмигнул я ему.

— А-а-а, — на его лице расплылась довольная улыбка, — ты как всегда коварен Реми.

Я хмыкнул, если бы он знал ещё насколько.

— Так, но это не главное, зачем я к тебе пришёл, — я стал серьёзен, — что у нас по банковской системе в целом? Мне отчёт нужен для Дайго-сама. Он позвонил, напомнил утром.

— Всё готово Реми, — Коичи засуетился и вытащил из тумбы своего стола папку с синей каёмкой, означающей, что сведения в ней только для глаз высшего руководства, — свёл сам, как ты просил.

Я взял её в руки, полистал и удовлетворённо кивнул, такие не стыдно было показать даже императору.

— Спасибо Коичи, как всегда превосходная работа!

Парень смутился.

— Да ерунда Реми, ты знаешь, я всегда рад тебе помочь.

— Кстати насчёт помощи, — я оторвал взгляд от папки, закрывая её, — как думаешь пора может быть повысить Рио О? Отлично справился с проектом, не бросил нас в сложную минуту.

— Я только за, — обрадовался партнёр, — а что ты хочешь ему предложить?

— Пустующую должность директора технического блока, — ответил я, — а то я честно говоря устал везти на себе эти обязанности. К тому же я новое приложение придумал для смартфонов, его внедрение и хотел бы поручить ему и тебе, как финансисту. А раз вы в хороших отношениях, то думаю вам это будет сделать проще.

— Я только за Реми, — покивал он, — правда его жена не сильно будет рада переезду.

— Коичи, тогда поговори с ним сам, — мой голос стал строже, — он хотел роста и когда предлагают его, отказывается? Этого я не понимаю.

— Не горячись Реми, — Коичи замахал руками, — я поговорю.

— Спасибо, давай только не затягивай, хочу приложение выпустить как можно раньше, чтобы порвать рынок в клочья.

— Реми, — простонал он, — давай может быть как-то по времени разносить это всё? Я не успеваю контракты обговаривать и заключать. Со всего мира идут предложения о сотрудничестве.

— Забери с почты Такаши, — предложил я, — ещё один человек, который отлично себя показал везде.

Глаза Коичи мгновенно загорелись.

— Правда? Ты разрешаешь?

— Пусть только оставит толкового заместителя на почте, — охладил я его порыв, — и да, дай ему уже нормальную должность, хотя бы своего зама.

Партнёр тут же достал телефон и набрал номер.

— Пока ты не передумал, — сказал он мне, заслоняясь рукой от трубки.

— Такаши?! Заместитель есть?

— Завтра чтобы был у меня! Введём под тебя должность заместителя финансового директора.

— Он рядом сидит, дал добро.

Отбившись, Коичи бросил смартфон на стол и радостно потёр руки.

— Сгружу на него все контакты! Спасибо Реми!

— Поговори с Рио О, — напомнил я ему.

— Сегодня же, — он на радостях мог пообещать мне что угодно.

— И про Аяку не забудь, — я поднялся с кресла, — а то запилит ведь.

— Это да, — поморщился он.

— Ладно, жду вас с Рио у себя, — попрощался я, уходя от него.

Глава 23

Вышедшая на рынок полностью бесплатная игра «Candy Crush Saga» в первый же день заработала на продажах смартфонов, которые продавали мы и наши партнёры, два миллиарда иен. На второй день, когда все новости на телевидении и газетах только и говорило о таком необычном событии, продажи смартфонов выросли ещё больше, и рекорд второго дня снова был побит. Лавинообразное увеличение в мире смартфонов привело к их дефициту, а также тому, что за первый месяц мы заработали суммарно около ста тридцати миллионов долларов просто на игре для смартфона. Сейчас трудно было увидеть человека на улице или в кафе, кто бы ни сидел и не собирал разноцветные линии из фигурок.

Коичи на еженедельном докладе зачитывал эти цифры, при этом взгляды директоров, устремлённых на меня, были крайне задумчивыми. В эту игру не верил никто, её выпустили просто потому, что так сказал я, так что видя прибыли от её выпуска, никто из них так до сих пор и не понимал, как вообще такое возможно. И это они ещё не знали, что я видя, как начинает спадать выручка после первой волны хайпа, запланировал выпуск обновления с введением монетизации за покупку дополнительных жизней или ходов из-за повысившихся в игре уровней сложности.

Когда Коичи закончил, взгляды присутствующих перевелись на меня.

— Я хотел было начать своё выступление, с привычного обсуждения итогов работы ваших направлений, — я обвёл взглядом людей, — но решил изменить традицию. Сегодня я бы хотел наградить тех, кто, по нашему мнению со старшим партнёром, работает так, что заслушивает иного поощрения, чем просто деньги.

Взгляды, направленные на меня, стали тревожными. Аяка поднялась со своего места и держа в руках несколько папок, подошла ко мне, вручив первую.

— Господин Кёкэ Фудзивара, — огласил я первую фамилию.

Старик, обычно сидевший в самом дальнем углу удивился, но поднявшись, подошёл ко мне.

— Поздравляю, Кёкэ-сан, вы теперь тоже совладелец «Arasaka», — я вручил ему дарственную с 4 % акций корпорации.

Он ошарашенно на меня посмотрел, затем открыл папку и удостоверился в правдивости моих слов.

— Благодарю — это честь для меня, — низко склонил он голову и под всеобщие аплодисменты вернулся на своё место.

— Господин Диего Гонсалес, — произнёс я и вручил подошедшему мексиканцу тоже 4 %.

Довольный донельзя, он повторил уже прозвучавшие ранее слова:

— Благодарю — это честь для меня.

— Господин Рио О, — озвучил я следующего кандидата, но ему уже были вручены 2 %, как и Такаши Кусакабэ, а также Шин Ки, которого я перевёл недавно из NHK, на должность директора по всем нашим медиа активам.

Все они кланялись и повторяли только одну фразу.

— Ну и конечно, госпожа Аяка Тайра, — я взял последнюю папку из рук Аяки и снова вручил её ей, — поздравляю с дополнительными 2 %.

— Благодарю — это честь для меня, — она улыбнулась и склонила голову, затем вернулась на своё место.

Когда хлопки затихли, а также поздравления, снова настала тишина.

— Следующим пунктом повестки нашего собрания хочу объявить следующее перспективное направление, которому я намерен посвятить своё время, — сказал я, показывая Аяке раздать папки с красной полоской, самой секретной из всех имеющихся в компании.

Директора стали знакомиться, кое-где раздались даже удивлённые возгласы.

— Да, часть своего научного потенциала «Arasaka» теперь направит на космос, — подтвердил я, — готов выслушать ваши вопросы.

— Но Реми, — разумеется первым был Коичи, — космос?! Что нам там делать?! Это же просто пустота и ничего более. Мы просто потратим деньги.

— Даже если и так Коичи, но зато это отличная медийная составляющая для корпорации, — продолжил я, не раскрывая главное, ради чего я это затеял. — Мы будем первые на орбите, первыми на Луне, я считаю, что надпись «Arasaka», сделанная там, и видимая с земных телескопов здорово подогреет к нам интерес тех, кто сейчас скептически относится к нашим нововведениям.

Такое утверждение заставило людей задуматься, но многие всё равно весьма равнодушно листали приготовленный доклад, впрочем, ничего удивительного, размах моих идей мало кто понимал, когда я его озвучивал впервые.

— Я вас не тороплю, обдумайте, обсудите между собой, — поскольку больше никто не осмелился возражать. я пошёл дальше, — дальше я бы хотел выслушать отчёт о внедрении в банковской сфере кредитных карт, а также подготовку канцелярией императора нормативной базы под это.

Поднял руку директор юридического отдела.

— Позволите я начну?

Я кивнул.

— Законы и правовые акты благодаря всемерной поддержке клана Тайра, а также наследника престола, были подготовлены в кратчайшие сроки. Все наши требования были удовлетворены, они вступают в силу через месяц, — дольным тоном сказал он, — так что я бы рекомендовал запуск продукции к июню, чтобы это всё улеглось и успокоилось. Многие банки, не входящие в структуру «Arasaka» были против, но к счастью наши доводы были убедительнее.

— «Угу, особенно с тем количеством денег, которые мы потратили на подкупы, — хмыкнул я про себя».

— Благодарю вас Ороши-сан, спасибо за работу, — сказал я ему, когда он закончил.

— У меня тоже всё готово, — кивнул Коичи, — хоть завтра.

— Тогда предлагаю использовать рекомендации Ороши-сана и запланируем выпуск банковских предложений по кредитным картам на первое июня. Возражения? Дополнения?

Никто не стал возражать.

— Тогда решено. Аяка, Коичи подготовьте пожалуйста нужные документы.

Оба кивнули.

— У меня на сегодня все темы, — улыбнулся я, — ещё раз поздравляю тех, кто вошёл в семью «Arasaka».

Тут почти все ещё раз довольно бодро захлопали, и люди стали подниматься с мест.

— Диего, Кёкэ-сан, задержитесь пожалуйста, — попросил я и те, переглянувшись остались на своих местах.

Когда все кроме них покинули кабинет, я пригласил подвинуться ко мне ближе. Оглядев них, я спросил.

— Довольны?

Мексиканец хмыкнул.

— Приятно конечно господин Реми. В моей работе были проблемы, но я рад, что их устранил и вы меня тоже поощрили таким приятным образом. Есть перспективы на будущее теперь.

Старик с ним согласился.

— Надеюсь вы понимаете, что этим жестом я показываю, что доверяю вам, как себе?

Оба мужчины кивнули, а я, прислужившись к их эмоциям не нашёл там отрицательных эмоций к себе и это радовало. На обоих было завязано слишком многое, уход каждого, кого я сегодня наградил акциями был пока критичен для бизнеса, поэтому и пришлось пойти на такой шаг. Коичи кстати не сильно был доволен уменьшением доли своего пакета акций, чему активно способствовала Сюзи. Но только до момента пока я не понял, кто ему в уши про это дует. Один звонок ей, и уже на завтра он сам прибежал, соглашаясь со мной, что дело и правда важное, и даже нужное.

— Как у нас дела с разведкой по ариям? — продолжил я уже тише.

— Возможно, но очень сложно, — покачал головой Диего, — крепость хорошо защищена, особенно меня настораживает то, что они используют неизвестные мне технологии.

— Это проблема, — согласился я с ним, переведя взгляд на Кёкэ-сана, — у вас есть успехи?

— Нет, и не будет господин Реми, — он отрицательно покачал головой, — они живут тесным, замкнутым кланом, а те, кто ведёт дела с внешним миром проверены и надёжны, они никогда не предадут своих. Я вам об этом уже говорил господин Реми, у нас есть только один человек для попытки узнать об их обществе больше. Да и вообще посмотреть на крепость изнутри.

— Кёкэ-сан, Нур лучший телепортер из всех, кто мне известен, — я поморщился, — вы сами с этим соглашались. Он нужен мне, для моих космических планов.

— Тогда господин Реми, у нас остаётся только прямая атака с неизвестными последствиями, — развёл он руками.

Я нахмурился, использовать Нура крайне не хотелось, но похоже другого выбора и правда не было, ставки в этой игре были слишком высоки.

— Хорошо, я поговорю с Ханной, — нехотя сказал я.

— Благодарю, — старик склонил голову, а Диего сразу повеселел, поскольку на убой не нужно будет пока никого отправлять. Ни своих, ни чужих.

— Тогда пока на этом всё, я свяжусь с вами после разговора с Ханной.

Они поднялись, поклонились и вышли, а вскоре ко мне в кабинет вошла и сама девушка.

— Хотели меня видеть?

— Сядь, — я показал на кресло.

За этот месяц наши отношения не сильно продвинулись с моим ироничным отношением к ней. Примерно от отметки «убью гада» до «только попадись мне без охраны». Зато она, как я и думал, вытянула из Нура всё, сделав из него безвольного, постоянно роняющего слюни создание. Получив своё, она резко стала с ним холодна и теперь тот, не понимая, что произошло, почему его любимая Ханночка, которая позволяла раньше провожать её везде, целовать руки, и вообще была с ним крайне милой, теперь резко оборвала любые отношения, прося её больше не беспокоить.

— Сегодня же помиришься с Нуром, — начал я и поднял руку, затыкая её, когда она попыталась возмутиться.

— Заткнись, — мой голос стал жесток, и она вздрогнув, напряглась. Так я с ней редко, когда разговаривал.

— Мы перепробовали всё, но в крепость ариев не подобраться, — продолжил я, — у нас остался последний вариант — предательство Нура. Причём не обязательно, чтобы он сам знал об этом.

Презрительная гримаса исчезла с лица девушки.

— Мне не хочется с ним тра…ся, — поморщилась она.

— Если я скажу, то будешь и по три раза в день. Шутки кончились, у нас просто нет другого выхода. Радуйся, что хотя бы сам метод его привязывания к себе, я оставляю на тебе. Обойдёшься невинным мин. м, ради бога, нет, будешь с ним спать.

— Попробуешь выеб. ся, — я остановил на ней тяжёлый взгляд, — через час твои работодатели узнают, что весь план под угрозой из-за тебя.

Тут она поёжилась от страха, поскольку угроза была слишком реальной.

— Я всё сделаю господин Реми, — кивнула она послушно.

— Более того, после этого разговора я познакомлю тебя с главой своей службы безопасности, — продолжил я, — будешь всё делать, как он тебе говорит. Ясно?

Ханна кивнула.

— Мизуки, — я нажал кнопку селектора.

— Да господин Реми, — мгновенно отозвалась секретарша.

— Отведи пожалуйста госпожу Эванс к Кёкэ-сану, если он ещё не уехал к себе, если уехал, то позвони, пусть заберёт её, после этого зайди ко мне сама.

— Слушаюсь господин Реми.

Девушка зашла, забрала задумчивую Ханну, а вскоре вернулась и доложила, что всё выполнила.

— Идём, — я поднялся с места и пошёл в комнату отдыха, она недоумевая пошла за мной.

— Сними юбку, трусы и наклонись, — приказал я.

Глаза девушки округлились, наполнились слезами, но она медленно стала расстёгивать пуговицы блузки.

— Я разве что-то сказал про блузку? — мой голос был холоден.

Она помотала головой и быстро стянула всё с себя, показывая гладко выбритый лобок. Достав презерватив и смазку, я применил всё по назначению, развернув её лицом от себя и затем вошёл в девушку. Было очень туго, я едва мог проникнуть в неё. Когда показалась кровь, я понял, что Мизуки минуту назад была девственницей, поэтому я стал тр…ть её чуть менее интенсивно, но кончил всё равно очень быстро из-за её сильно сжимающего мой орган влаг…я.

Закончив, я удовлетворённо вздохнул. Видеть каждый день на протяжении месяца перед собой полуголую Ханну, походило на какое-то издевательство над собой. Но я специально к ней больше не притрагивался, поскольку понимал, что возможно наступит день, когда мне придётся подложить её под Нура. Сегодня это и случилось.

Рыдающая девушка подомной, вернула меня в реальность, я вытащил член, и сказал.

— Приберись, ты здесь кровью всё запачкала.

Она кивнула, затем вытирая слёзы и сопли, стала убираться. Закончив, Мизуки сходила подмылась и встала напротив меня с по-прежнему голым низом и мятой блузкой сверху.

— Держи, — я поднял папку со стола и передал её ей.

— Что это господин Реми? — срывающимся и едва не плачущим голосом, который она пыталась контролировать, спросила она.

— Ты разучилась читать?

Глаза её расширились, когда она увидела, что это были за документы.

— Оплаченная операция по трансплантации и донорское сердце уже в больнице, ждёт твоего отца, — подтвердил я, — даю тебе три дня выходных, позаботься о нём.

— Господин Реми! — слёзы брызнули у неё из глаз, а сама Мизуки упала передо мной на колени, — господин Реми!

Дальше что она там говорила было сильно неразборчиво, поэтому я отмахнулся от её благодарностей, как от назойливой мухи.

— Ты мой лучший секретарь, я делаю это не для тебя, а для себя, — холодно сказал я, — всё, одевайся и проваливай. Три дня чтобы я тебя не видел в офисе, пока с отцом всё не будет в порядке, а то мне надоели эти твои бесконечные отпрашивания на часок.

Она закивала головой, быстро оделась и прижав к груди папку с документами и чеками, взяла разгон, словно десантный бот в атмосферу планеты с низкой гравитацией. Приведя себя в порядок, я вернулся в кабинет следом.

Глава 24

После запуска в банках кредитных карт народ сначала неохотно их брал, не зная, что это за новинка, но массированная реклама, улыбающиеся белозубые модели с экранов, оплачивающие покупки сейчас, с возможностью платить потом, предлагали всем делать ровно так же. Понемногу, но льготные условия и беспроцентный период сделали своё дело, к тому же это было много выгоднее, чем брать простой кредит в банке, так что скоро отделения банков стали не справляться с нагрузкой по выдаче кредитных карт. Я смотрел за ростом количества долгов населения и радостно потирал руки, поскольку готовился к одной операции, которая позволит мне разбогатеть ещё больше. За обдумыванием этого меня и застал главный партнёр.

— Реми, — в кабинет зашёл озадаченный Коичи, с пачкой бумаг, — у меня вопрос.

— Да? — я повернулся от окна к нему.

— Не буду говорить, что ты опять оказался прав, — поморщился он, — но народ распробовал кредиты. Продажи техники, недвижимости и автомобилей прыгнули вверх по всей стране.

— Это же хорошо, учитывая, что самую передовую технику производим мы, — улыбнулся я ему.

— Конечно, но тут мои аналитики заметили неприятную тенденцию, — он показал графики, — многие, чтобы погасить кредитку в одном банке, берут вторую в другом, а потом в третьем.

Я попросил показать мне его выкладки и посмотрев, убедился в том, что мой план работает. Большинство людей были финансово неграмотные и не понимали, что на выплату процентов от двух-трёх кредиток весь их доход уходил только на их погашение. Что в общем-то мне и было нужно.

— Подожди пока закредитованность населения не дойдёт до шестидесяти процентов, потом начни продавать все акции банков, кроме нашего основного, — я провёл ручкой жирную линию.

— Продавать наши акции банков? — он изумлённо на меня посмотрел, — они же только недавно взлетели до невиданных высот после отчётов об их доходах! Зачем их продавать?

— Нужно Коичи, — улыбнулся я, — не пропусти пожалуйся этот момент.

— Мне ты можешь хотя бы рассказать, чтобы я это своим людям как-то мог объяснить? Зачем продавать акции, которые на пике своей цены?

— Именно поэтому Коичи, — хмыкнул я, — поэтому мы их и продаём.

— Реми, мы знакомы давно, — возмутился Тайра, — мне ты можешь сказать?

— Прости, но нет, — я покачал головой, — просто сделай пожалуйста, что я прошу, и если я окажусь неправ, то я подарю тебе свой личный самолёт.

Глаза у партнёра загорелись, он давно посматривал на мой дорогущий лайнер, выполненный по специальному заказу, с учётом только моих пожеланий и второго такого не было.

— Ну хорошо, — он протянул руку, — спор!

Я пожал руку, но не отпустил её.

— А если я окажусь прав, то ты отдашь мне своего главного аналитика — Такуя Сора.

— Эй! — он попытался вырвать руку, но правда не применяя дар, что было бы нечестно по отношению ко мне, — мы так недоговаривались.

— Ну спор должен быть же равным Коичи. Самолёт на человека, мне кажется это справедливым.

— Ладно, — он нехотя согласился, поскольку я давно хотел получить себе его отличного аналитика, но он вцепился в него зубами и не отпускал, а тут как раз подвернулся случай его забрать.

— Не забудь, — я отпустил руку, — шестьдесят процентов!

— Да понял я, — он отмахнулся от меня и забрав бумаги вышел.

— Господин Реми, — в кабинет заглянула Мизуки, — вас хочет видеть госпожа Ханна Эванс.

— Зови.

Девушка вошла ко мне и молча, не здороваясь, села на кресло.

— Как прошла ночь? — елейным тоном спросил я, поскольку она не ночевала в моей квартире.

— Почему-то у меня дикое желание закатить сейчас истерику, — спокойным тоном сообщила она мне.

— Ну зайди к Кёкэ-сану, он всегда готов выслушать людей, — усмехнулся я.

Ханна, положила ногу на ногу, показывая мне красивые ноги.

— Вы специально не прикасаетесь ко мне, чтобы Нур не видел в вас конкурента? — спросила она.

— Иначе весь план пойдёт насмарку, — я пожал плечами, — поэтому твои полуголые дефиле по утрам мимо меня в общем-то напрасны.

— В общем-то? — она подняла бровь.

— Ханна ты потрясающей красоты девушка и прекрасно об этом осведомлена, — я пожал плечами, — моё тело реагирует на тебя ровно так же, как и у других мужчин.

— Но вы при этом спокойно подкладываете меня под этого прыщавого, осточертевшего мне подростка?

Девушка застегнула две верхние пуговицы на блузке, показывая, что она без нижнего белья.

— Ханна, — я отвёл взгляд, — зачем пришла?

— Он согласился показать мне крепость, — она вздохнула, — в эти выходные, ночью, чтобы нас не увидели.

— Отличные новости! — обрадовался я, — пусть Кёкэ-сан установит на тебе аудио и видео фиксаторы, это первый успех в нашем деле.

Она с разочарованием застегнула пуговицы, а я ощутил исходящую от неё тоску, что было для неё не характерно. Я почувствовал исходящее от Ханны презрение к Нуру, недовольство и ненависть ко мне, но вот тоска, такое я ощущал впервые.

Я нажал кнопку селектора.

— Мизуки, попроси пожалуйста Кёкэ-сана прислать ко мне Фумио.

— Да господин Реми, — тут же отозвалась она.

— Зачем тебе телепортер господина Фудзивары? — удивилась девушка.

— Скоро узнаешь.

Пришедший мужчина открыл мне телепорт, по моей просьбе и я поманил за собой девушку. Она недоверчиво на меня посмотрела, но переступила линию портала, вскрикнув на той стороне.

— Спасибо Фумио, я позвоню, когда потребуется вернуться, — поблагодарил я мужчину.

Он поклонился и закрыл портал за мной.

— Господин Реми, зачем мы здесь?! — Ханна показывала пальцем на бассейн, и домик, где мы вели переговоры при первом нашем знакомстве.

— Раздевайся, — приказал я, и сам это сделав, пошёл в горячий источник.

Когда она опустилась рядом, то сразу мне сказала.

— Сразу предупреждаю, я не хочу секса! Мне ночного мин. а хватило.

— А, так ты всё же не дала ему?! — удивился я.

— Это сейчас так важно? — зло спросила она.

— Давай, — я прикрыл глаза, расслабляясь в воде.

— Что давать? — не поняла она.

— Устраивай истерику, — я помахал рукой в воздухе.

Она открыла рот, закрыла его, а затем и правда сорвалась, став высказывать мне все накопившиеся претензии, обзывая меня такими словами, что уши едва не сворачивались в трубочку. Хватило её правда всего на полчаса, после чего, она красная от злости и раздражения, стала затихать.

— Лучше? — лениво поинтересовался я.

— Ну немного да, — ворчливо ответила Ханна.

— Рассказывай, чего там у тебя случилось, — продолжил я, — дома неприятности? Или на работе?

Она замерла.

— Откуда вы знаете? — подозрительно спросила она.

— Ханна, — я приоткрыл один глаз, — я трачу на тебя своё время, которое стоит невероятно дорого. Ты либо пользуешься моментом, либо следующего раза может просто не быть.

Она задумалась, затем осторожно спросила.

— Какой смысл вам помогать мне? Мы ведь враги.

— Я вообще очень добрый человек по натуре, — сказал я, на что она громко хмыкнула.

Я снова приоткрыл глаз, и девушка тут же сделала вид, что эти звуки издала не она.

— Время идёт, мой интерес к тебе падает, — намекнул я.

— Что-то незаметно, — сыронизировала она, показывая на мой член.

— Нормальная реакция на обнажённую женщину рядом, — отмахнулся я, — ты прекрасно понимаешь о чём я.

— Ладно-ладно! У меня и правда проблемы дома, — она подняла руку, — отец когда-то давно вложил много денег в автомобильный бизнес, но сейчас эти акции практически на нуле, поскольку концерны теряют прибыль.

— Пусть всё продаст.

— Большинство из пакетов сейчас почти ничего не стоит, — Ханна покачала головой, — это точно путь к банкротству.

— Какие самые убыточные?

— «Ford» — американская автомобильная компания, — без колебаний ответила она.

Я задумался, поскольку знал причину этих проблем. Косвенно в этом поучаствовала «Arasaka», поскольку я выкупил акции одного немецкого автоконцерна и теперь эти машины вместе с японскими завоёвывали мировой рынок, оставляя устаревающие каждый день машины американцев и британцев гнить на заводских стоянках.

— Почём он их покупал?

Девушка нахмурилась, вспоминая и назвала цифру, я поднялся из бассейна, сходил за смартфоном и сел на бортик, смотря текущие котировки.

— Он меня немного смущает, — она протянула руку и показала на мой возбуждённый орган.

— Меня нет, — буркнул я, найдя динамику падения акций американских автомобильных гигантов. Зрелище и правда было удручающим.

Я поднял на неё взгляд.

— Передай ему, что я выкуплю все его акции по той же цене, по какой он их покупал, — сказал я.

Глаза Ханны широко раскрылись.

— Зачем это тебе? Ты потеряешь кучу денег!

— Я не буду объяснять причины своих поступков, — я пожал плечами, — да или нет?

— Мне нужно в Лондон, — лаконично сказала она.

— Эта единственная проблема, которая тебя беспокоит?

— Да, я люблю отца, а он последнее время всё печальнее и печальнее от происходящего.

— Тогда идём, нам нужно ещё высохнуть, — я поднялся и пошёл в комнату.

Мы вытерлись и легли на кровати, чтобы можно было одеть свою одежду и не намочить её. Девушка молчала, да и я тоже копался в смартфоне, просматривая, что я буду делать с этими акциями. В голове появилось пару хороших идей.

— Одеваемся? — она показала на своё обнажённое тело, которое избавилось от испарины.

Я кивнул, смотря как она поднимается с кровати, гибко изгибается, показывая мне идеальные формы своего тела. Покачав головой, я отвернулся от Ханны, оделся и вызвал по телефону Фумио. Портал вскоре открылся, и мы вернулись в кабинет.

— Открой пожалуйста для неё в Лондон, — попросил я его, и он тут же это сделал.

— Вернусь когда в Японию, позвоню, — помахала она мне рукой.

Когда все ушли, я вызвал Мизуки, показав на комнату отдыха. На лице девушки расплылась улыбка, и в отличие от первого раза, она быстро разделась и легла передо мной, раздвинув ноги.

— Как дела у отца? — спросил я, раздеваясь тоже.

— Восстанавливается господин Реми, — она смутилась, — я никак не могла вам сказать спасибо. Простите.

— Я уже говорил тебе про свою мотивацию, — я лёг на неё, чувствуя, что она влажная внизу.

— Я думала про вас, — она покраснела.

Но прислужившись к её эмоциям, я почувствовал, что там просто жутчайшая ревность, направленная к Ханне, и снова, который раз вязкая на зубах влюблённость. Ещё одна наивная дурочка в моей жизни.

— Через три дня у меня есть свободный день, — задумчиво сказал я, — хочешь проведём его вместе?

Она вскрикнула от радости и закивала головой.

— Хорошо, будь готова, — сказал я, входя в неё.

* * *

Я пристально наблюдал, как эйфория лёгких денег, которую раскручивали банки, не без моего участия с помощью агрессивной рекламы кредитных карт во всём мире, привела к закономерным последствиям. Люди массово набрав кучу долгов по двум-трём или даже четырём кредитным картам, просто не смогли платить больше по процентам. Убытки банков после месяцев лёгких заработков стали стремиться вниз. Именно тогда я отключил рекламу и стал ждать, как они стали банкротиться один за другим.

— Мизуки, — я нажал кнопку селекторной связи, — спроси у Сюзи, Коичи здесь?

— Она только что звонила господин Реми, господин Тайра хотел бы срочно с вами поговорить, — ответила девушка, с которой мы стали тайно спать. Ну как тайно, под присмотром сорока человек охраны.

— Пусть зайдёт тогда.

Коичи влетел словно ракета, лихорадочно бегая по кабинету.

— Реми, банковская система Японии на грани краха, что делаем? Хорошо ещё мы вывели все свои активы из банков.

— Покупать Коичи, — улыбнулся я, — покупай всё, что идёт по минимальным ценам.

Партнёр остановился, и изумлённо на меня посмотрел.

— Ты с ума сошёл? Не слышал, что я сказал? В Японии самый большой банковский кризис за последние тридцать лет, переплюнув даже недавний послевоенный, также новости о близком банкротстве идут и из других стран.

— Коичи, покупай всё, — повторил я, — всех банкротов и предбанкротов, а также тех, кто захочет избавиться от своих акций по нынешним ценам.

Тайра покачал головой.

— Реми, ты думаешь, что сможешь вытащить на себе этот кризис? Наших свободных денег может на это не хватить, не забывай, что большинство наших денег в обороте. Мы не можем их вытащить.

— Коичи, верь мне друг. Покупай, — в третий раз повторил я.

Он покачал головой и вздохнул.

— Ладно, пока твои прогнозы нас не подводили, мы даже на продаже акций банков на их пике заработали миллиарды.

Он вышел из кабинета, а я позвонил техническому директору.

— Господин Реми, — я прямо услышал, как он поднялся со своего стула.

— Привет Рио, есть минутка?

— Для вас конечно господин Реми, — усмехнулся он.

— Банковское приложение для смартфонов готово?

— Завершаем тестирование вашей программы, ещё неделя-две и всё будет готово.

— Три дня Рио.

— Мы постараемся, — вздохнул он.

— Сегодня Коичи скупит все банки, — объяснил я ему, поскольку он был партнёром и важной частью нашего бизнеса, — через три дня мы все их объединим под одним названием и выпустим приложение, чтобы начать бороться с кризисом.

— Спасибо за пояснение господин Реми, — он там явно поклонился.

— Давай, я рассчитываю на тебя, — отбился я, после его прощальных слов.

Поздно ночью ко мне зашёл Коичи и грустно сказал, что он потратил все наши свободные деньги.

— Отлично, теперь, когда ты смирился с их потерей, — улыбнулся я, — я расскажу, как мы будем действовать дальше.

Партнёр сел за стол и приготовился слушать.

— Теперь, когда у нас в руках большинство банков Японии, и куча долгов, канцелярия императора выпустит закон, запрещающий иметь больше одной кредитной карты, — начал объяснение я, — далее мы объединим все имеющиеся банки под единым управлением и названием «Arasaka» и следом проведём реструктуризацию долгов должников. Все долги с разных карт и банков запишем на один счёт, сделаем небольшие проценты и установим приемлемые для них ежемесячные платежи, чтобы люди платили десятилетиями. А чтобы не было желания самоубийства, то также по этому закону долги будут переходить между членами всей семьи или Клана.

— Это какое-то денежное рабство получается Реми, — удивился Коичи, — они так могут никогда не выплатить свои долги.

— Так это нам и нужно, — я изумлённо на него посмотрел, — ради этого я всё это и затеял с кредитными картами.

Рот у напарника открылся.

— Ты заранее знал, что так и будет?

— Конечно, люди не меняются Коичи, — я пожал плечами, — лёгкие деньги расхолаживают, но итог всегда закономерен.

Тайра покачал головой.

— Как-то это слишком жестоко, даже для тебя.

— Не переживай, со своей совестью я договорюсь, а ты лишь следуешь моей стратегии, — успокоил его я, но он всё равно был смущён.

— Рассказывать дальше? — поинтересовался я у него, — или ты продолжишь думать о том, какие мы с тобой плохие?

— Давай, — обречённо махнул он рукой.

— Дальше, мы проводим массовую установку на смартфоны нашего банковского приложения, где люди могут отслеживать свой долг, траты, поступления, а также переводить деньги, без необходимости посещать банки или платёжные терминалы, как, впрочем, и мы забирать если нужно, принудительно деньги с их счётов в счёт погашения долгов. Но о последнем мы разумеется не будем говорить до последнего.

— Я слышал об этом, Рио говорил мне о ней, — кивнул головой Коичи, — все уши прожужжал, какая перспективная программа под банковское дело.

— Ну хоть здесь у тебя нет сопротивления, — улыбнулся я, — что хорошо, поскольку этим ты и займёшься через три дня, когда выйдет указ императора.

— Он хоть сам знает о нём? — хмыкнул партнёр.

— Я-то откуда знаю? — удивился я, — я ставлю задачи нашему директору юридического отдела, и если он не справляется, то идёт к Кёкэ-сану. Пока схема была рабочей.

— Хорошо, я займусь, — он поднялся с места, — посмотрим, насколько мы разбогатеем в это раз.

— О, я думаю постоянные платежи будут не столь впечатляющими какое-то время, но в перспективе, это весьма выгодно мой друг.

— Посмотрим, — кивнул он и вышел.

— Господин Реми, к вам господин Фудзивара, — сразу заглянула Мизуки.

— Пусть заходит.

Когда старик зашёл, я поднялся и встретил его, уважительно помог сесть в кресло, хотя он и сам в состоянии был это сделать. Но я так привык поступать, да и ему было приятно, поскольку такое уважение я оказывал в компании одному ему ввиду возраста, положения и нашего с ним давнего сотрудничества.

— Судя по всему, что-то срочное? — поинтересовался я.

— Да, мы готовы, — он серьёзно посмотрел на меня, — Ханна закончила сбор информации, мы с Диего планирование. Взглянете на план?

— Нет, доверяю вашему профессионализму, — отказался я, — а то опять меня потом будете обвинять, в том, что неправильно что-то сделал.

Он поморщился, но комментировать мои слова не стал.

— Когда мы готовы выступать?

— Через неделю будут сформированы отряды последних опоздавших к общему сбору наёмников, — ответил он, — Диего попросил ещё время на их боевое слаживание.

— Мои пожелания помните?

— Наш план учитывает все ваши пожелания, — улыбнулся Кёкэ-сан.

— Тогда действуйте, — согласовал я, — скажите, в какую ночь мне быть готовым.

— Конечно, — согласился он, делая попытку встать. Я поднялся и помог ему это сделать, проводив до самой двери.

Глава 25

Сидя за столом, я просматривал на мониторе отчёты по банкам, акции которых после проведённых преобразований, снова стремительно возносились ввысь. Люди, довольные проведённой реструктуризацией долгов, а также новым приложением, где теперь им можно было отслеживать все свои траты онлайн, взбодрились, поскольку увидели в накопленном беспросветном кредитном долге светлое окошко, пусть и далеко впереди, и стали понемногу платить. Тоненькие, но зато ежемесячные платежи от миллионов людей, становились в итоге полноводной рекой для всей «Arasaka».

У меня зазвонил телефон, я удивлённо посмотрел на него, поскольку людей, кто мог это делать напрямую было крайне мало.

— Господин Ли, вот так неожиданный звонок, — ответил я, своему китайскому партнёру, — давно вас не слышал.

— Взаимно господи Реми, — ответил мне знакомый голос, — рад вас тоже слышать.

— Как ваша семья? Как здоровье матушки?

— Спасибо всё хорошо, она просила передать вам благодарность за ваш подарок, — голос китайца был ровен, а мне всё так же была непонятна причина его звонка, — как у вас дела?

Мы ещё минут десять обменивалась вежливыми вопросами, для меня, уже привыкшему к этим китайским ритуалам, это стало привычным и воспринималось просто прелюдией к разговору.

— Я хотел спросить вас кстати, — наконец он перешёл к сути своего звонка, — у вас будет время поговорить с одним моим знакомым? Он сейчас гостит у меня, много о вас наслышан, но хотел бы познакомиться лично.

— Конечно, если это ваш друг, я с радостью его приму, — удивился я.

— Тогда портал откроют перед вашим офисом, пусть охрана не беспокоится, — сказал он.

— Господин Ли, — я решил уточнить, — а насколько близок вам ваш друг? Мне нужно знать, как его встретить.

Китаец усмехнулся.

— Решайте сами господин Реми, но мой друг весьма скромный человек.

— «Похоже нужно встречать его на улице, — понял я, — знаю я этих скромных китайцев. Встречал уже».

Едва я положил трубку, как вызвал Мизуки.

— Предупреди охрану, чтобы организовали почётную встречу, сейчас у входа портал из Китая откроется. Всех секретарей на этаж, чтобы стояли и приветствовали гостя. Лучшие закуски, спиртное и чай ко мне в кабинет.

— Слушаюсь, — мгновенно ответила она, и когда я вышел из кабинета, чтобы самому спуститься вниз, весь этаж уже пришёл в движение.

Близняшки пристроились сзади, заинтересованно посмотрев на меня.

— Неизвестный, но важный гость, — тихо сказал я, — сам не знаю, кто это.

Они удивились, но кивнули, поднеся рации к губам и быстро туда стали наговаривать. Когда мы спустились во двор, большая часть охраны уже выстроилась в виде живого коридора, и мы ждали, когда откроется портал. Гости не стали заставлять нас долго ждать, на портальной площадке открылась огромная, метров шесть в длину и высоту арка портала и первыми выбежали десятки китайцев в деловых костюмах, убедились, что кругом безопасно и их ждут, поэтому часть ушла обратно и вскоре появился тот, с кем я говорил по телефону, идущий рядом с неизвестным мне китайцем, почтенного возраста.

Я встал на их пути, прижал руки к ногам и очень низко поклонился, когда они подошли ближе.

— Господин Ван, — господин Ли показал на меня, — позвольте вас представить господину Тонсу, основному владельцу корпорации «Arasaka».

Взгляд пристальных серых глаз пробежался по мне, в уголке губ появилась улыбка.

— Ваши рекомендации господин Ли были даже преуменьшены, — сказал он, кланяясь мне достаточно, чтобы показать, что он рад встрече, но в то же время показывая свой статус и возраст.

«И кого мне принесло в гости?» — не понимал я, впервые видя, чтобы Ли, который был таким же Ли, как и Иван Иванов в России, так перед кем-то выстилался.

— Рад вас приветствовать в своей скромной обители, — я снова низко поклонился, показывая рукой на огромный небоскрёб позади себя, на вершине которого красовалась огромная надпись «Arasaka», а символ компании был составлен из стекла разного цвета.

— Прошу вас.

— Благодарю вас господин Ли, — второй китаец наклонил голову, — спасибо что проводили меня, дальше я сам.

— Как вам будет угодно господин Ван, — тот склонился в низком поклоне, и жестом увёл свою охрану. Но и той, что осталась с гостем, было всё равно очень много для простого бизнесмена.

— Господин Ван, прошу принять моё гостеприимство, — я поклонился и показал ему пройти за мной.

— Благодарю вас господин Тонсу, — старик пошёл позади, а я забегая всё время вперёд, сам открывал ему двери и нажимал кнопки лифта. Для западного человека возможно моё поведение показалось бы странным, но не для китайца или в целом азиатского образа мышления. Зря я что ли учил все эти их мудрёные ритуалы и формы общения. Самое главное было показать себя скромным и гостеприимным, не потеряв лица, а уже потом, когда гость уйдёт, можно спокойно отдать приказ на его устранение. Эти восточные правила я выучил на отлично.

Когда мы зашли в кабинет, я привычно помог гостю сесть в кресло. После чего он попросил свою охрану выйти, я сделал ровно так же. Старик внимательно осмотрел моё крайне аскетичное помещение и вернулся ко мне.

— Это я предложил обществу пригласить вас к нам в качестве равноправного партнёра, отдав вам Среднюю и Южную Азию, — ошарашил меня он признанием, — сам я уже стар, так что оставил себе только Индию и Китай.

— Господин Ван, но почему? — я не стал скрывать своего удивления, — мы ведь с вами были врагами, да и не секрет, что я не имею дара. Все те, с кем я сталкивался из вашего общества, были крайне сильными Абсолютами.

— В начале знакомства с вами, — он улыбнулся, — я был тоже против, но потом, понаблюдав за вашими действиями и главное поступками, пришёл к мнению, что такой человек усилит общество.

— Я чрезвычайно поощрён вашим мнением, — я поднялся с кресла, и низко ему поклонился, вызвав улыбку.

— Эту встречу, я спланировал, чтобы самому понять в личном общении, что вы за человек, — продолжил он, — редко кто, находясь на вершине власти, подобно той, куда вознеслась ваша корпорация, вёл себя также, как вы сейчас. Это похвально.

— Я не заслушиваю этих слов, господин Ван, — я снова поднялся и низко ему поклонился, — они слишком велики для меня.

— Когда вы разберётесь с ариями? — его взгляд стал тяжёлым.

— Скоро, — моё лицо мгновенно окаменело.

— Если всё пройдёт успешно, то вы сядете рядом со мной, и мы станем добрыми соседями, — он выделил тоном «добрыми», — а соседи обычно помогают друг другу, так ведь?

— Господин Ван, — я удивился, — вам нужна моя помощь?

— Всё это время вы показывали себя как крайне жёсткий и рациональный человек, который умеет ставить пред собой цели и главное их достигать, — констатировал он факт, — поэтому мне крайне понравилась ваша недавняя операция с кредитными картами, и я хотел бы поучаствовать своими ресурсами в дальнейших ваших операциях. Как ваш добрый сосед, и возможно в дальнейшем друг.

— Боюсь господин Ван…, - начал я, но он поднял руку.

— Простите, что перебиваю вас, но вы недослушали моё предложение.

Я тут же замер.

— Как ваш добрый сосед, и возможный друг, я готов предоставить всю имеющуюся у меня информацию об ариях, их счетах, акциях, а также, если эта операция пройдёт успешно, то и информацию о личностях других членов обществах, — тут он внимательно посмотрел на меня, словно я должен был, что-то додумать дальше.

Прислушивавшись к его эмоциям, которые были скрыты, но глубинные, настоящие, я смог рассмотреть и почувствовать. Они меня удивили.

— Кто ваш враг господин Ван? — поинтересовался я, — расскажите мне подробности. Они нужны мне, чтобы принять решение.

Старик улыбнулся.

— Вы всё больше заставляете меня думать господин Тонсу, что я не зря пришёл на эту встречу, — сказал он, — так что скажу правду и признаюсь, наше общество не однородно. Кто-то богаче, кто-то сильнее, кто-то же имеет древнее происхождение. Все приходят в общество разными путями, но объединяет нас в нём то, что раньше мы не портили жизнь друг другу, в стремлении стать ещё богаче, сильнее или знатнее.

— Кто испортил её вам? — поинтересовался я.

— Король Великобритании, внезапно решил забыть о наших договорённостях с ним, — его лицо стало строгим, — большинство коллег по обществу связано с королевской семьёй и не хотят напомнить ему об этом. Ваша кандидатура ни у кого не вызвала отторжения. Вы новичок, не знаете всех правил, вам будут простительны некоторые их нарушения на первых порах.

— То есть я, ещё не являясь членом общества, уже должен вам помогать? — поинтересовался я.

— Это вызывает у вас отторжение? — спокойно поинтересовался он.

— Просто повышаю цену своих услуг, господин Ван.

Он покивал головой.

— Я так и сказал коллегам, что вы будете торговаться, — снова улыбнулся он, — что вы хотите?

— Если скажу, что и правда хочу стать вашим другом и учеником, а вы моим наставником в этом обществе — это не будет большой наглостью с моей стороны?

Старик задумался.

— Неожиданная просьба, — признался он.

— Я просто не вижу, что ещё я могу взять, — я пожал плечами, — всё, что мне будет нужно, я добьюсь этого самостоятельно.

— Тогда учитывая ваше предложение, я хочу спросить, у вас уже есть мысли, как можно его величеству напомнить о правилах поведения? — поинтересовался он.

— Не уверен, что его экономика это выдержит, но идея есть, — улыбнулся я.

Старик улыбнулся в ответ.

— Я могу поучаствовать в этом? Для закрепления между нами мостка дружбы?

— Какими средствами вы располагаете? — поинтересовался я.

Он назвал сумму, которая заставила меня разом погрустнеть. Если раньше я думал, что богат, то теперь, после того как услышал, сколько он может выделить из своего состояния, мне стало понятно, что мне ещё расти и расти до размера финансовой империи.

— С такими деньгами, возможно Англию ждёт банкротство, — я перевёл на него взгляд, вызвав своими словами удивление.

— Вы действительно способны на это? — живо заинтересовался он.

— Один раз да, второго такого случая они не допустят, — кивнул я.

— Тогда я готов удвоить сумму, — спокойно предложил он.

— Они настолько отступили от правил? — поинтересовался я.

— Скажем так, наши западные друзья заслуживают определённого урока.

— Тогда я займусь разработкой и реализацией этого проекта в приоритете господин Ван, — я посмотрел на него, — финансовые вопросы пришлите обговорить своего представителя к моему партнёру, я предупрежу его.

— Это уже мелочи, — отмахнулся он, — главное ваше принципиальное согласие, а также молчание, что средства вашего наставника тоже участвует в этом.

— Конечно наставник, — я встал и низко ему поклонился.

— Тогда договорились, — он стал подниматься, и я бросился ему помогать.

Проводив его до портала, и когда он помахал мне рукой, исчезнув в нём, я облегчённо выдохнул. Непростая встреча высосала из меня все силы, поскольку всё время я находился в собранном состоянии и полном контроле за своими эмоциями, словами и даже мыслями. Расслабившись, я повернулся обратно к зданию и увидел, как с открытым ртом и круглыми глазами, ко мне подбежит Коичи.

— Ты знаешь императора Китая, Реми?! — выпалил он, остановившись рядом со мной и согнувшись, задыхаясь от бега.

— Нет, конечно, — я удивлённо покачал головой, — с чего ты решил?

— Так это был он, — он потыкал в сторону портальной площадки, — это был китайский император!

Челюсть у меня отпала. Внезапно стало понятно лебезение моего китайского партнёра перед стариком, огромный портал невиданных ранее размеров, а также количество охраны, которое прибыло вместе с Бессметным.

— Как-то меня об этом забыли предупредить, — задумчиво сказал я, похвалив себя за то, что всегда придерживался общих восточных правил поведения: почитания старших и не выпячивания своих заслуг. Очередной раз это дало свои результаты, поскольку мне не было стыдно за проведённую встречу.

— Реми, — партнёр всё никак не мог отдышаться, — у нас в гостях был правитель Китая! Ты знаешь, когда он последний раз посещал другие страны? Тридцать лет назад!

— Откуда, я не слежу за жизнью великих людей. — огрызнулся я, — да и я его ни разу в живьём в отличие от тебя не видел. А те фотографии, что ты показывал, вообще на него непохожи.

— Сегодня это будет во всех новостях, поверь мне! — покачал он головой, — это очень значимое событие, как для «Arasaka», так и для Японии в целом!

Коичи оказался прав. Все вечерние новости Китая и Японии, только и говорили об этом визите, а мне даже позвонил Дайго-сама, который вежливо попросил уведомлять его следующий раз, когда ко мне будут прибывать гости подобной величины. Пришлось его заверить, что если я сам буду об этом знать, то конечно, предупрежу и его. Простились мы с ним мирно и довольные общением друг с другом.

Глава 26

Я сидел на диване, смотря телевизор, но мысли мои были далеко от полуобнажённых красоток, мелькающих там. Сегодня ночью должно было состояться нападение на крепость ариев, и я ждал, когда операция закончится, чтобы меня перенесли на место, когда угрозы для моей жизни не будет. Благодаря предательству Нура, которому любовь к Ханне затмила разум, мы знали почти всё о крепости и её внутреннем устройстве, не говоря уже о точках охраны. Энергетические турели, которые арии поставили в качестве своей защиты, показал, как обезвредить я, для этого всего лишь нужно было повредить питающие их кабели, что для Абсолютов земли не составило больших проблем. Так что всё что мне сейчас оставалось, так это ждать. Прошёл час, потом ещё один, и только по истечении третьего в комнате раздался хлопок и внутрь заглянул Диего, в пропалённой одежде.

— Господин Реми, всё готово, — улыбнулся он, — можете осматривать то, что вы хотели.

Я поднялся, поправил пояс на себе, который тогда снял с десантного скафа и вошёл в портал. Поле боя развернулось передо мной во всей красе. Разрушенные стены, башни каменной крепости, откуда поднимался дым и пламя, а также десятки и сотни трупов, куда только ни посмотри.

— Ребята нашли пещеру, там находится неизвестный объект, всё как вы и говорили, — он показал куда идти.

Обходя и перешагивая трупы, мы вскоре вошли на каменную лестницу, которая уходила вниз, часто поворачивая вправо и спускались довольно долго, прежде чем вошли во впечатляющего размера грот. Кругом виднелись станки, мастерские, дома, где также виднелись трупы ариев, но вооружённых среди не было никого, видимо тут обитали в основном ремесленники, поскольку толстые жгуты кабелей вели от корабля к подстанции посередине грота, а уже от неё по столбам, более тонкие провода расходились по каждому месту или дому.

Но больше всего мой взгляд привлёк корабль, который лежал на брюхе, без выпущенных посадочных лап, и его обводы были мне незнакомы, хотя это было и не удивительно, поскольку его построили за триста лет до моего рождения. Это мне было известно ещё с прошлого разговора с арием.

Подойдя ближе, я увидел, что у него варварски вырезано в грузовом люке отверстие размером с человека, из которого собственно и выходит пучок кабелей.

— Внутрь мы не заходили, — предупредил меня Диего.

— Мария, Елена за мной, — я показал близняшкам жестом подойти ко мне, — все остальные соберите трофеи, избавьтесь от трупов и уходите отсюда. Думаю, эта гора долго не простоит.

Диего кивнул, показал на стоящий у его ног большой ящик и наёмники стали уходить из грота, оставляя нас втроём.

— Как-то мне страшно в этот металлический гроб лезть, — поёжилась Мария, — меня дома муж, ребёнок ждёт.

— Будто меня нет, — огрызнулась сестра.

— Если всё пойдёт хорошо, то ничего с вами не случится, — хмыкнул я, открывая принесённый сюда наёмниками ящик и доставая оттуда три лёгких скафандра.

— Одевайте, я покажу как.

— Зачем нам это? — Мария подозрительно посмотрела на серебристую ткань, слабенький аналог оригинала, но это всё, что я смог выжать из своего научного отдела за время изучения и разработки схожих материалов.

— Одевайте, — приказал я и показав, как, помог одеться и им. Они себя явно чувствовали в них неуютно, но я решил перестраховаться, чтобы не лезть неизвестно куда абсолютно не защищённым. Вдруг там радиация или биологическое загрязнение?

Берясь рукой за оплавленный когда-то давно металл, я залез в темноту.

— Вы господин Реми, как всегда ничуть не облегчаете своими словами ситуацию, — послышалось позади, и вскоре к моей спине прижались два дрожащих тела.

— Корабль, запрашиваю гостевой допуск! — громко сказал я.

Над головой зажегся красный огонёк.

— Запрашиваю цель посещения, — раздался механический голос, заставивший вздрогнуть обоих сестёр, которые от испуга схватились за меня.

— Выживший при крушении, член экипажа другого корабля, просит помощи, — ответил я.

Красный огонёк мигнул.

— Гостевой доступ предоставлен, — оповестили меня, — доступ в каюты экипажа и силовой блок запрещён для посещения.

— И на том спасибо, — обрадовался я, — как пройти в рубку экипажа?

— Прямо по коридору, вверх на два пролёта, дверь разблокирована.

Близняшки прижались ко мне ещё сильнее.

— Господин Реми, вы бывали здесь раньше? — удивлённо спросила Мария, правда её голос был глух из-за скафандра.

Ничего ей не ответив, я пошёл вперёд, включив мощный фонарик наверху шлема, который узким лучом разрезал окружающее нас тёмное пространство. Выйдя из грузового люка, я пошёл по жилому модулю, осматриваясь по сторонам. Во всех дверях были проделаны отверстия, было видно, что корабль заблокировал их при аварийной посадке, но арии прорезали и проникли везде. Смысла искать что-то там точно не было, явно всё было вытащено и украдено до нас.

Дверь в рубку управления была открыта, но и в ней так же виднелось прорезанное отверстие. Зайдя внутрь, я осмотрелся. Арии явно поняли предназначение данной комнаты, но побоялись здесь что-то трогать, так что на всех пультах и мониторах виднелся толстый слой пыли.

— Корабль! Ввиду смерти экипажа, запрашиваю переход управления корабля в мои руки по протоколу «Зетта, 5, 39, Гамма, 765, Эпсилон, 6» на себя, — сделал я попытку активации стандартного протокола, который вшивался во все ИИ кораблей Земной Конфедерации столько времени, сколько я знал. Был шанс, что данный протокол, позволяющий в случае смерти экипажа взять управление на себя и переместиться к ближайшей обитаемой планете, вшивали и триста лет назад. Полного допуска и возможности лететь куда тебе вздумается, разумеется при этом не было, чтобы не плодить пиратов, но спастись после крушения попав в ближайший обитаемый мир было вполне себе возможно.

— Смерть экипажа подтверждена. Протокол «Зетта, 5, 39, Гамма, 765, Эпсилон, 6» — активирован. Добро пожаловать на борт временный капитан, — ответил мне ИИ.

— Статус корабля.

— Активирую силовую установку, — предупредил меня он и внизу раздался гул.

— Утечка энергии, — предупредил ИИ, — силовые разъёмы с третьего по седьмой деактивированы.

Вскоре гул стал более стабильным, и рубка стала оживать. Включались экраны, загорались кнопки и мониторы рабочих пультов команды, а на главном экране стали пробегать картинки различных систем корабля. Разумеется, ИИ мог это делать без визуализации, но всегда такое закладывалось для людей, чтобы они видели, что проверяется в данный момент времени.

— Анализ закончен, — отчитался ИИ, выводя информацию на экран, — корабль не готов к взлёту. Имеются пробоины в корпусе, необходимо устранить утечку энергии.

— Причина смерти экипажа?

— Неизвестно.

— Выведи на экран корабельный журнал.

— Полномочий временного капитана на это недостаточно, — обломили меня.

— Хорошо, последние дни я могу посмотреть, чтобы понять причину крушения.

— Доступ разрешён к последним трём записям.

На экране всплыли заметки не капитана, а старшего матроса, единственного, кто остался в живых на момент доступных мне записей.

«Я последний, — писал он, — но плесень уже разъедает лёгкие, мне трудно дышать».

«Я такой молодец», — вздохнул я, понимая, что правильно сделал, что полез сюда в скафандре.

Но тут же другая мысль посетила меня.

«Тут же десятилетиями лазили арии, они не выглядели больными, но в любом случае бережённого как говорится, бог бережёт».

Я вернулся к чтению записей.

«Мы убегаем в неизвестный сектор вселенной, скрываясь от корабля варгов, подальше от обитаемой области наших галактик. Они следуют за нами по пятам, каждый раз выходя точно за нами из гиперпрыжка. Не знаю, сколько я ещё протяну, так если кто-то читает эти строки, передайте мои последние слова моей жене и сыну, что я их люблю».

Далее шла последняя запись.

«Я решил дать им бой на орбите какой-то красной планеты, моих сил хватит только на это. Прощайте».

Далее больше ничего не было, как, впрочем, и эти записи не сильно пролили свет на случившееся. Единственное, что было понятно, этот корабль оказался на Земле не просто так.

— Корабль. Запрос. Где находится корабль варгов?

— Во время боя он был сбит и упал в воду данной планеты, — ответил ИИ.

В голове зажёгся первый огонёк понимания.

— А когда это было по корабельному времени?

ИИ показал мне на экране, и я понял, что на Землю падал вовсе не метеорит, который вызвал всеобщие катаклизмы шестьдесят лет назад.

— Запрос размера корабля варгов.

Выведенные визуальные параметры примерно совпали с теми, которые мне были известны о том метеорите.

— Мда, — вслух сказал я, поскольку вопросов становилось всё больше, — ещё бы знать, где упал этот корабль или находятся его части.

— Часть их реликвий находится в грузовом отсеке, — внезапно сказал ИИ.

— Что? — я сначала не понял, — каких таких реликвий?

— Из-за которых они и преследовали корабль, — сухо ответил он.

— И где они? — осторожно спросил я.

— В грузовом отсеке, ряд сварных стеллажей у правого борта.

Я тут же едва не бегом побежал обратно и правда обнаружив явно выполненную самодельную конструкцию, где находился неизвестный мне странного вида механизм, в который были вставлены три таких знакомых мне куска алтаря, а ещё одна ячейка была пуста. Внимательно осмотревшись, я понял, что, судя по размеру сварной самодельной конструкции здесь должен был находиться ещё один такой же механизм, которого почему-то не было.

— Ага, — с математикой у меня было хорошо, так что я понял, для чего искали алтари арии, правда не совсем понятно, что эти камни делали в этом механизме, и как вообще отсюда пропали, если корабль веками был в их руках, но тут я мог только гадать, поскольку больше информации из ИИ невозможно было вытянуть.

«Что мы имеем, — я присел на сварную конструкцию, — корабль неизвестной расы упал на Землю, после катастрофы которого, люди резко стали магами, к тому же, корабль из обитаемого сектора украл их реликвии, которыми можно было этих самых магов усиливать и попытался с ней скрыться. Причины смерти экипажа неизвестны, но явно дело в этом механизме и алтарях».

— Господин Реми, — рядом со мной остановились сёстры, — давайте уйдём отсюда?

— Да, вы мне больше не нужны, а потребуется пара Абсолютов со стихиями огня и ветра, — согласился я, поднимаясь на ноги.

Мы вышли из корабля, девушки радостно сбросили с себя скафандры, пока я звонил Диего и просил стальные толстые пластины, а также Абсолютов. Когда всё прибыло, я показал им, что сейчас отсоединю кабели, которые мешают заварить отверстие в грузовом люке, а им как раз нужно будет это и сделать. С горем пополам, они сделали грубую нашлёпку внутри и снаружи, и ИИ корабля подтвердил мне, что герметичность восстановлена, о том, что корабль готов к полёту он сказал мне, когда я устранил утечку энергии, отсоединив все кабели ариев, присоединённые к силовым разъёмам подзарядки энергетических ячеек в зоне силовой установки корабля.

— Диего, — я позвал мексиканца, — теперь уже точно убери всех подальше от горы, и позови Абсолютов земли, мне нужно, чтобы они аккуратно убрали вершину этой горы, чтобы я мог взлететь из грота на корабле.

— Корабле? — он внимательно посмотрел на меня, — вы можете им управлять?

— Попытаюсь, — ухмыльнулся я так, что он вздрогнул, — так что уберите людей подальше, когда я буду экспериментировать.

— Ну раз это будете вы, то и я сам лучше посмотрю на это зрелище издалека, — хмыкнул он, и стал отдавать команды. Абсолюты довольно быстро сровняли всё до уровня грота и когда показалась тушка корабля, я их остановил и поблагодарив, отпустил. Сам же вернулся на корабль как белый человек, через открытый грузовой люк, опустившийся по моей команде ИИ.

Зайдя в рубку управления, я рукой смёл с кресла капитана пыль и когда она немного осела, я сам опустил попу на его место.

— Корабль, взлёт за пределы атмосферы.

— Выполняю, — отозвался он.

Корабль вздрогнул пару раз, словно собака отряхнулся от насевшей на себя пыли и медленно приподнялся вверх, я увидел на круговых экранах, как активировались посадочные модули лап, и он сначала мягко опустился на них.

— Прогрев двигателей, затем ускорение до 5g, — предупредил меня ИИ, — компенсация ускорения включена.

— Да, спасибо, — поблагодарил я его и стал ждать.

Буквально через минуту корабль стал медленно подниматься, разгоняясь с каждой секундой всё сильнее и вот уже через пять минут я увидел перед собой всю Землю.

— Задание выполнено, временный капитан, — отчитался корабль, — оставаться на данной орбите?

— Да.

— Выполняю.

— Запрос. Поиск обитаемых планет, — попытал удачу я.

ИИ молчал долго, но затем сдался.

— Не обнаружено.

— Путь до ближайшего галактического маршрута?

— Не обнаружено.

— Обратный путь корабля в точку отлёта? — сделал я последнюю попытку.

— Заблокировано прошлым капитаном корабля.

Я задумался, что делать дальше.

— Ходовой ресурс корабля.

— Сто парсек до полного разряда топливного вещества у реактора силовой установки.

— Сколько ты можешь находиться здесь в режиме сохранения энергии?

— При текущем состоянии и корректировании орбиты, пятьсот лет по корабельному времени.

— Значит так, — я показал сначала вниз, а затем в сторону Луны, — сейчас мы слетаем вон к тому спутнику этой планеты, я запомню место, где потом тебя там оставлю. Ты высадишь меня на Земле, а затем опустишься на то место тёмной стороны Луны, что я выберу и будешь ждать меня в состоянии экономии энергии.

— Приказ принят временный капитан.

— Тогда увеличь мне Землю, покажу где меня потом высадить.

Выбрав Японию, подальше от населённых мест, я затем задал курс на Луну. Та ностальгия, что охватила меня от этого полёта туда и обратно было ни с чем не сравнима, но магия момента всё равно была нарушена, когда мы вернулись обратно к Земле и ИИ запустил процедуру посадки. Была глубокая ночь, меня он высадил в горах, и затем я наблюдал, как яркие росчерки работающих дюз корабля поднимаются снова в небо и затем вообще исчезают на небосводе.

Оставшись один, я подошёл к реке и просто упал в неё в скафандре и долго переворачивался, чтобы меня всего хорошо обмыло водой. Закончив с водными процедурами, я с трудом открыл застёжки, крепившие забрало шлема в нижнем положении и вздохнул свежим воздухом. Кислорода в баллонах скафандра оставалось ещё на минут тридцать, но горный воздух был разумеется много приятнее. Достав смартфон, я набрал номер.

— Господин Реми? — услышал я его обеспокоенный голос, — вы где?

Я огляделся.

— Поищите меня по координатам, где определился телефон в сети, но где-то в горах.

— Скоро будем.

И правда, не прошло и десяти минут, как рядом со мной открылся портал, откуда вышли близняшки, обрадовавшись, увидев меня живым, а также Диего и Кёкэ-сан.

— Операция завершена успешно, — отчитался тот, покосившись на сестёр Велес, — всё ценное, что изучали арии я вывез в наши научные центры.

— Ханна? Нур? — поинтересовался я.

— Она убила его, как только мы захватили крепость, — хмуро сказал Диего, — прямо на моих глазах оторвала ему голову.

— Это было ожидаемо, — пожал я плечами, — что-то ещё?

— Вы нам расскажите, что это был за корабль, как он сюда попал и куда делся? — прищурился Кёсэ-сан.

— Конечно же…, - тут я сделал паузу и категорично закончил, — нет.

Обломав им тут же весь настрой и вызвав недовольные физиономии.

— От вас больше тайн господин Реми, чем от всего нашего космического отдела, — проворчал он в ответ.

— Увы, ничем больше порадовать вас не могу, — развёл я руками, — если только премией. Большой.

— Ну хотя бы так, — на их лица вернулись улыбки.

— Возвращаемся, мы сегодня все славно потрудились, — серьёзно сказал я, хотя у самого осталось очень много вопросов, что же на Земле случилось шестьдесят лет назад.

Глава 27

Открыв дверь квартиры, первого, кого я увидел сидящим на диване, обняв коленки руками — это Ханну. Лицо её было крайне сосредоточенным и грустным.

— Что за настрой? — поинтересовался я, снимая с себя всю одежду сразу в прихожей, даже трусы, чтобы всё это сжечь, мало ли что там на меня попало случайно.

— Тра…ся я с вами сейчас не буду, — она перевела на меня удивлённый взгляд, — у меня совершенно нет на это настроения.

— Ну как хочешь, другого раза может и не быть, — я притворно развёл руками, и направился в ванную комнату.

Через минуту, когда я лёг в неё, смотря как шумный поток воды наполняет водой ёмкость, дверь открылась и внутрь зашла Ханна.

— Один раз и быстро, если вы уж так сильно хотите, — нехотя сказала она.

— Это была шутка, — хмыкнул я, — проваливай и не мешай мне наслаждаться ванной.

— К чему тогда был этот стриптиз? — удивилась она.

— Одежду нужно сжечь, — я приоткрыл один глаз, — почему у тебя все мысли, только вокруг себя? Мир не крутиться вокруг тебя одной.

— Последнее что мне сейчас нужно, это подъяб…и от человека, который мне два года сворачивает каждый день кровь, — огрызнулась она, — я бы с радостью и твою башку сейчас отделила от тела.

— Ты всегда можешь рискнуть это сделать, — улыбнулся я, — думаю твои работодатели выдадут тебе за это премию.

Она задумалась, затем нехотя призналась.

— Была бы я сирота, то наверно не сильно и задумывалась, чтобы это сделать. Так что урок вам на будущее, не берите к себе сирот в близкое окружение.

— А я вот ничего, спокойно работаю с ними, — я поплескал воду себе на грудь, — видимо у нас с тобой разные подходы к воспитанию людей.

— Незадолго до вашего прихода, мне звонили мои работодатели, — неожиданно призналась она, — сообщили, что вы выполнили свою часть сделки, и чтобы я поинтересовалась у вас, нужна ли я вам ещё или могу быть свободна.

Я помахал ей рукой.

— Скатертью дорога.

Ханна вздрогнула, я ощутил, как от неё в мою сторону полились обида, жалость к себе, а также такой знакомый мне привкус сладости, от которого меня всегда тошнило. И так каждый раз невозможно было из-за него долго находиться рядом с Мизуки.

— Нет! Нет и нет! — я покачал головой.

— Что нет? — не поняла она меня.

— Я знаю этот взгляд, такой же был у тебя в тот день, когда тебя выпнули ко мне. Поэтому нет, тебя я не оставлю у себя, даже не надейся. Ты вражеский шпион и таким для меня останешься.

— А если я стану вашим шпионом? — спросила она с тайной надеждой в голосе.

— Это всегда плохо заканчивается, — я отрицательно покачал головой, — так что давай, забирай свои вещи и проваливай из моего дома. Сообщи своим работодателям, что раз сделка закрыта, жду от них приглашение на их общую встречу.

Ханна поднялась и не смотря больше на меня, вышла из ванной комнаты. Я вскоре услышал, как хлопнула входная дверь.

— «Минус ещё одна проблема, — я блаженно закрыл глаза, отдаваясь целиком ощущениям от нахождения в горячей воде».

* * *

Приглашение и правда доставили мне в офис через неделю, курьером, на дорогой бумаге, буквы были прописаны красивым готическим подчерком, хотя там и были начертаны только дата и время. На нужное место меня обещали телепортировать. Хмыкнув, я вернул письмо в конверт и положил в тумбочку.

— Что там Реми? — поинтересовался нервничающий Коичи, сидящий за другим столом, рядом с ещё шестью своими помощниками.

— Пригласили на встречу.

— Ты же никуда не ходишь, вон вчера даже императору отказал, — он покачал головой, — хотя я тебе говорил! Имей совесть Реми. На эти чаепития только элиту приглашают, многие руку готовы отдать, чтобы попасть к нему на утренний чай, а ты отказался.

— Сам бы и сходил, — я пожал плечами.

— Так я и сходил, — довольно улыбнулся он, — Сюзи конечно блистала в своём новом платье.

— Ну значит галочка есть, от «Arasaka» представитель был.

— Реми, — он покачал головой, — столько людей хотят попасть к тебе на приём, столько предложений о совместных проектах, а ты нос воротишь.

— Коичи, я сам знаю, какие проекты мне нужны, — улыбнулся я, — если нужно будет обращусь к кому надо.

— Это как с теми американскими автомобильными гигантами? — поинтересовался он, — что ты там затеял с их реорганизацией?

— Пусть это будет для всех сюрпризом, — улыбнулся я.

— Господин Реми, минута до открытия биржи, — предупредил один из помощников Коичи.

— Всё, разговоры в сторону, полная готовность, — я тут же сделался серьёзным, — все помнят свои роли?

Люди просто кивнули, сосредоточенно смотря в мониторы.

Я конечно не стал их расстраивать, объясняя всё до конца, поскольку моя нейросеть, уже подготовила программу, автоматизирующую процесс займа английских фунтов в разных банках мира, с последующей их продажей. Наш общий бюджет с Китаем составил внушительные пятьдесят миллиардов долларов, а хедш-фонд созданный специально только под эту спекуляцию, едва не лопался от такой огромной суммы денег. Сам Коичи и его специалисты нужны были мне для подстраховки, для отслеживания глазами всего, что будет происходить онлайн, чтобы мы могли вовремя отследить критические изменения, а я поправить сразу работу программы. Всё же ошибка её работы будет стоить мне слишком много.

— До открытия биржи Лондона девять часов, — оповестил нас о прошедшем часе один из них.

Я посмотрел на краткую отчётность, которую мне предоставляла нейросеть, скупавшая и продававшая фунт стерлингов по всему миру, обращаясь в каждый банк, находящийся в нужном нам часовом поясе. Все тут же предоставляли нам кредит в английской валюте, поскольку получали на этом свою комиссию. Количество одолженных и продаваемых денег всё росло и росло, пусть и нескоро, но всё равно проснувшись Англия должна была увидеть тот накопившийся за десять часов долг в национальной валюте, которая она должна была купить у нашего хедш-фонда, поскольку продавали мы деньги в Англию и центральный банк обязан был выкупить всё, иначе ему грозило банкротство.

— До открытия биржи Лондона восемь часов, — вскоре оповестил нас о ещё одном часе другой помощник.

Я посмотрел на статистику, пока было куплено валюты на десять миллиардов, а нам требовалось больше. Поправив запросы в нейросети, я увидел, как программа расширила зону охвата и банки тех стран, которые только просыпались и начинали работу, с удивлением видели у себя запросы от нас на покупку английского фунта стерлингов, имеющихся у них в активах.

Звонок смартфона раздался неожиданно, отвлекая меня от монитора.

— Да? — осторожно ответил я, поскольку номер был скрыт.

— Дорогой ученик, — услышал я довольный голос китайского императора, с которым мы пересеклись ещё пару раз, когда он пересылал деньги в новообразованный мной хедш-фонд.

— Да наставник? Я тут немного занят.

— Мы это уже заметили, — неожиданно хмыкнул он, — на меня вышли мои знакомые, просят получить возможность поучаствовать в том беспределе, что ты устроил. Мы догадались, что ты делаешь, для чего и к чему это приведёт через восемь часов. Что скажешь?

— А что вы посоветуете?

— Скоро будет встреча, и будет правильным, если многие будут положительно настроены к тебе, поскольку ты принёс им много денег.

— Дайте им тогда номера счетов моего хедш-фонда, — согласился я, — простите наставник, мне правда нужно многое одномоментно контролировать.

— Не отвлекаю, — быстро ответил он и положил трубку.

Через полчаса, у Коичи расширились глаза.

— Реми, счета фонда пополняются со всего мира, уже шестьдесят, нет семьдесят. Прости, уже сто миллиардов на наших счетах, — удивлённо вскрикнул он.

— Похоже — это будет долгий день, — я размял пальцы, — увеличивайте тогда наши позиции ещё на двадцать пять миллиардов на то, что фунт упадёт в цене по сравнению с другими валютами. Тратим пятьдесят миллиардов на покупку и продажу, а оставшиеся пятьдесят на позицию о падении фунта стерлингов.

К моменту, когда открылась Лондонская биржа, Центральный банк Англии должен был нам уже семьдесят миллиардов долларов и с каждым часом эта сумма всё увеличивалась. Мы видели, что кроме нас другие крупные игроки, видя, что происходит, тоже поняли мою задумку и стали заниматься тем же самым, ставя сначала деньги на падение курса английской валюты, а затем вытаскивая у нас из-под носа остатки английской валюты, оставшейся в мире. Финансовые спекулянты всего мира стали скупать и продавать фунт стерлингов, а в Англии, судя по новостям из телевизора, вообще не знали, что с этим всем делать. Сначала британские чиновники не поняли серьёзности происходящего и попробовали купить десять миллиардов фунтов, но эта сделка вообще никак не повлияла на стоимость национальной валюты. Весь мир продавал фунт стерлингов, и у банка Англии попросту не было возможности бороться с таким огромным наплывом денег.

В 11 часов утра британское правительство заявило, что они будут увеличивать процентные ставки на 200 базисных пунктов, с 10 % до 12 %.

Как такой огромный рост процентных ставок отразился на стоимости фунта? Абсолютно никак. Валюта всё так же продолжала падать.

Ещё через час они объявили об увеличении процентной ставки ещё на 300 базисных пунктов, с 12 % до 15 % и снова никакого эффекта, а мы продолжали увеличивать долг, практически исчерпав все доступные нам финансы фонда. Но этого оказалось достаточно, чтобы после дня безуспешной борьбы, в 19:30 вечера центральный банк Англии сдался и заявил, что Великобритания выходит из механизма регулирования валютных курсов и возвращает свою валюту в «свободное плавание». Это была победа. Вечером курс фунта стерлингов валялся где-то на дне Темзы и вяло подрагивал конечностями, а мы только по предварительным оценкам заработали на своей ставке на падение этого курса около двадцати процентов от общей суммы хедш-фонда.

С закрытием биржи и окончанием торгов, я наконец отлип от монитора. Коичи и его специалисты с круглыми глазами смотрели на график котировок английской валюты.

— Мы сегодня заработали больше, чем за весь год, — голос прорезался первым у партнёра.

— Нет, — я отрицательно покачал головой, — не забывай, большая часть не наши деньги, их придётся отдать с заработанными процентами.

— Да, но всё равно, — он покачал головой, — я впервые вижу в глаза такие суммы денег.

— Ну, надеюсь не последний, — хмыкнул я, — давайте посмотрим, что будет завтра, после чего будем закрывать все ставки, операции и финализировать прибыль. Всем спасибо за работу.

— Да это тебе спасибо Реми, — Коичи всё ещё не мог поверить, что случившееся реально, — я до сих пор не в себе. Ты нагнул целую страну.

— Коичи, деньги не все были наши, — ещё раз напомнил я ему, — это конечно не умаляет того факта, что мы молодцы, но без людей, предоставивших нам деньги, этого бы не получилось. Мы бы просто хорошо заработали и всё.

Он с трудом поднялся с места, поскольку всё тело видимо затекло, но я и сам это чувствовал, поскольку за весь день не встал с кресла ни разу, даже в туалет.

— До завтра, — я отпустил всех, и он, подхватив своих не менее ошарашенных аналитиков, пошёл на свою сторону офиса.

Смартфон, лежащий у меня на столе завибрировал.

— Сколько мы заработали? — жадно поинтересовался китайский император, впервые показывая свою истинную натуру.

— Завтра будет известно точно, но если финализировать сумму сейчас, то двадцать процентов, — хмыкнул я, — как считаете, достаточный ли это щелчок королю Великобритании?

На той стороне трубки раздался смешок.

— Вполне, дорогой ученик. Вполне. Твои планы дальше?

— Завтра закрою все ставки, и раздам деньги вместе с прибылью.

— Хорошо, буду ждать. Ты отлично показал себя сегодня, мне звонили несколько весьма важных людей в обществе Бессмертных, интересовались, а можешь ли ты ещё, что-то подобное сделать?

— Я пока не анализировал весь рынок, но в виду пока ещё недостаточного его регулирования государствами, уверен, что найду ещё лазейку, — уверенно заявил я.

— Не будем тогда спешить, поговорим об этом с тобой после встречи, — сказал он, отбиваясь.

С трудом поднявшись с места, я вызвал охрану, кортеж и поехал домой. На этаже меня остановил смущённый командир сегодняшней смены.

— Господин Реми, — обратился ко мне он.

— Да Эдвин? Что-то случилось?

— Там госпожа Ханна, — он потыкал в сторону входа в дом, — вы запретили пускать её в дом, поэтому она села на чемодан и сидит на нём.

— Да? — удивился я, — хорошо, спасибо. Я разберусь.

Он спокойно выдохнул и отошёл. Я же прошёл внутрь, где прямо у поста охраны и правда на чемодане сидела девушка, красивее которой я так и не встретил за всё время здесь пребывания. Подойдя к ней, я остановился, близняшки сделали пару шагов назад.

— ?

— Моя семья сегодня целиком разорилась, — она подняла на меня взгляд, — все деньги сгорели из-за процентных ставок, которые установил Центральный банк. Я отдала все свои сбережения отцу с мамой и приехала к тебе.

— Ко мне-то зачем? — удивился я, — иди к своим работодателям, не знаю, на панель можешь податься, с твоей внешностью я уверен ты заработаешь кучу денег. Хотя погоди, ты же Абсолют минимум второго уровня возвышения, можешь пойти в наёмники, тебя оторвут там с руками.

Ханна опустила голову и замолчала. Пожав плечами, я пошёл к себе.

* * *

— Мы приветствуем в нашем обществе нового члена, он теперь будет курировать большую часть Средней и Южной Азии, — раздался голос председателя.

В тёмной комнате раздались жидкие хлопки.

— Господа, прошу вас активнее его приветствовать, всё же впервые среди нас уникальный случай. Не Бессмертный и не одарённый, но тем не менее равноправный член общества.

Хлопков раздалось чуть больше, но всё равно не так, как обычно. Всё же случай был действительно уникальный и некоторым не нравился подобный прецедент.

— Прежде чем мы приступим к заслушиванию отчётов Теней, вы можете задать ему вопросы. Уверен, у вас есть, что у него спросить, — закончил председатель свою речь.

— Пусть для начала поведает нам, куда пропал внеземной корабль с базы ариев, вместе с их механизмом захвата душ, — раздался бас.

— Он…, - я сделал паузу, — испарился.

В комнате настала гнетущая тишина.

— Алтари? Которые ты передал им ранее?

— Тоже пропали, — мгновенно соврал я.

— Можно хотя бы свои следующие операции подобного типа, согласовывать с нами? — раздался недовольный голос справа от меня.

— Мой наставник сказал, что это не обязательно.

Ответ, который тоже явно не добавил мне популярности.

— Ваши дальнейшие планы молодой человек? — неподалёку раздался хихикающий голос.

— О, планов действительно много, — тут я стал говорить правду, — закончить объединение мира и валютные зоны в одну глобальную сеть, и заняться автоматизацией многих процессов.

— Хотите оставить людей без работы? — поинтересовался он.

— Мне до этого какое дело? — удивился я.

В ответ мне был лишь тихий смех.

— Будем считать, что вы официально приняты в наше небольшое сообщество, — этот голос я сразу узнал, он раздался рядом и принадлежал императору Китая.

— Благодарю — это честь для меня, — меня хоть никто и не видел, но я тем не менее склонил голову.

— «До поры, до времени, — мелькнула в голове мысль, — как только я закончу с глобализацией, вы станете мне все не нужны».

Собрание продолжилось, я узнал много нового и интересного для себя из отчётов Теней, так что под большим впечатлением я ушёл через телепорт сначала во дворец в Китае, где встретился и познакомился лично с друзьями своего наставника, которые заверили меня в том, что теперь я для них, как и он, из близкого круга знакомств, так что будем дружить против других членов общества. Я конечно согласился, поскольку прежде чем начинать войну, нужно было провести разведку, а делать это изнутри этого закрытого общества было куда как проще и лучше. Простившись на этом, я вернулся к себе домой, зайдя внутрь холла.

Прошла неделя, а Ханна так и сидела на своём чемодане, ничего не прося и даже не смотря в мою сторону, когда я приходил или уходил из дома. Как мне сплетничали близняшки, охранники подкармливали её и давали пользоваться душем и туалетом, но больше девушка никуда не отлучалась, так и сидя там. Вот и сейчас я молча прошёл к лифту, поднялся в квартиру, которая снова стала превращаться в жилище одинокого мужчины. Это было хорошо, мне нравилось, но иногда вечерами было зверски скучно. Позвонить, провести с кем-то вечер, кроме Мизуки я не мог. Десятки человек охраны умножали на ноль любые тайные встречи или другие возможные интрижки, а у всех моих близких знакомых за это время появились семьи, дети, так что после работы, в те недолгие часы свободы от «Arasaka», они проводили только с самыми близкими. Нет, если я прикажу, они тут же приедут, но смотреть на их постные рожи и постоянные взгляды на часы было выше моих сил.

Переодевшись, я достал из холодильника готовую еду, подогрел её в микроволновке и сел перед диваном, запивая всё апельсиновым соком. По телевизору показывали привычную хрень, с заоблачными рейтингами, которые в свою очередь поднимали нам продажи телевизоров, у меня же, она кроме отвращения ничего не вызывала, хотя я сам её придумал и внедрил. Медиахолдинг давно вышел на самоокупаемость и сейчас являлся одним из самых ценных активов корпорации. Денег он приносил, просто сказочное количество за счёт продаваемой рекламы.

При мысли о прибылях настроение немного улучшилось, я переключился на спортивный канал, и немного посмотрел, как люди гоняют по полю мяч. Такое времяпрепровождение было у меня весь последний год и попытки больше работать, чтобы сократить бесцельное нахождение в квартире привели к тому, что люди вокруг меня стали падать в обморок от усталости. Пришлось сократить свой рабочий день до четырнадцати часов, хотя разумеется по важным делам мне звонили даже ночью с других континентов. Таков был мой обычный ритм жизни, который мне нравился, жаль, что другие не могли к нему никак приспособиться.

Наконец спорт мне тоже надоел, я лёг на диван, закинул ноги на спинку и стал вспоминать прошедший важный день. Я единственный, кто вошёл в элиту мира, не будучи одарённым. Почему-то ещё вчера меня это радовало, но сегодня, когда это уже случилось, данное событие уже не доставляло мне удовольствия, поскольку требовались новые высоты, которые нужно было достигать.

Тишина в доме стала просто оглушительной. Я перевернулся на другой бок, и снова включил телевизор. Пощёлкал каналами. Выключил его. Мой взгляд привлёк телефон, а пришедшая при виде его мысль, сначала была категорично отвергнута. Но полежав ещё часок и смотря на то, как медленно двигаются проклятые стрелки на часах, я протянул руку и набрал номер.

— Пусть эта приблуда, зайдёт ко мне, — кинул я охране и бросил смартфон обратно.

Через пять минут в дверь осторожно поскреблись. Поднявшись, я в раздражении подошёл к двери, открыв её. Там стояла с чемоданом у ног и улыбкой до ушей Ханна. Меня всего перекосило от потока фонтанирующего счастья, которое от неё сейчас исходило. Я молча закрыл перед ней дверь и вернулся на диван.

В дверь через десять минут поскреблись уже настойчиво. Потом ещё раз, через какое-то время. Раздражение во мне впервые накопилось столько, что хотелось выкинуть её за шиворот подальше отсюда. Встав снова с дивана, я подошёл к двери, вздохнул, чтобы себя успокоить и открыл замок. В этот раз улыбки не было, лишь печальные и просящие глаза.

Я давно, благодаря Джине, научился отличать истинные эмоции людей, от их скрытых или ложных, так что сейчас для меня едва не физически больно было чувствовать то, насколько сильные и искренние они были у Ханны. С тем самым приторным, вяжущим зубы ванильным для меня привкусом, от которого хотелось блевать.

— Лицо попроще сделай, — я сделал шаг назад, — а то будешь на коврике в коридоре спать.

— Я согласна! — пока я не передумал, девушка мигом втащила свой чемодан в квартиру и закрыла за собой дверь, боясь сделать дальше даже шаг.

— Иди помойся, а то воняет от тебя, — я поморщился, — и сделай мне гренки со сладким чаем, я вроде в холодильнике видел молоко и яйца. И смотри не пережарь их, как обычно.

От её сияющей улыбки мне сделалось дурно, поэтому скрипнув зубами, я отправился на диван, краем глаза наблюдая, как по квартире носится влюблённый, счастливый метеор, трогая при этом мои вещи.

— Я ещё не раз пожалею об этом решении, — отчётливо понял я, который раз на вечер включая многострадальный телевизор.

КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ КНИГИ

Май 2023

Content

Дмитрий Распопов
#Бояръ-Аниме. Деньги не пахнут 3
Транснациональная корпорация

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27